Глава 1

Воздух свободы почему-то пах чибзиком. Как только я оставил за спиной здание арены, а Уголек отчитался, что слежки нет, мне действительно стало как-то легче дышать.

Я сделал большой вдох, совсем забыв, что нахожусь в тесной комнатке хостела, а не на краю промзоны перед ночной ледяной пустошью. Пыль с металлом, запах которой передали датчики Ориджа, смешалась со специями из чипсов и давно немытой собакой. Которая еще и хрустела где-то над ухом.

Я спихнул возмущенного зверька и почувствовал, как рядом завибрировала тач-панель. Плюс на экране выскочил входящий звонок от Роберта.

— Дубль два! Сюрприз!!! Открывай! — я увидел довольную улыбку Боба, а на заднем плане узкий коридор хостела.

В дверь постучали, и чибзик бросился под кровать. Три дня дрессировки не прошли даром — прятаться он отлично научился, а вот лапу подавать категорически отказывался. Еще с перебоями, но работала команда «Голос».

Не снимая шлема, я шагнул к двери и нашарил ручку.

— Располагайся, я сейчас, — сказал я Бобу, чувствуя, что он заходит, — надо припарковаться.

— А ты снова в Мерзлоте торчишь?

— Не совсем, тут неподалеку, — бросил я. Сфокусировался на ночном рельефе, выбрал укрытие и завел туда Ориджа.

— Крутяк, значит, вместе пойдем! Мне прямо не терпится уже в бой с монстрами и монстрилами!

Роберт присел на краешек кровати, а мою импровизированную капсулу погружения в дополненную реальность качнуло в одну сторону. И тут же откатило обратно, потому что Боб резко вскочил и начал визжать матом.

— А-а-а-а! Твою мать, это что за хрень под кроватью⁈ Сука! Она сейчас мне ногу откусит!

— Это монстр! Монстрилла! Исчадие Мерзлоты, — представил я чибзика и снял шлем, едва сдерживая улыбку. — И свой первый бой ты проиграл, воин. Эх!

— Что? Он с тобой, что ли?

— Кто ты, воин? Как ты вообще смог запрыгнуть на этот шкаф?

Я с удивлением посмотрел на своего крупного друга, реально запрыгнувшего на шкаф. Только он не поместился — одна нога свисала, и на нее как раз охотилась Мей-ли. Скорее всего, заигрывала, но, может, и впрямь собиралась защищать свое жилище.

— Слазь давай, пока не сломал ничего. У меня и так уже предупреждение от администрации из-за того, что по ночам кое-кто скребется постоянно, — я поймал чибзика и погладил, протягивая Роберту. — Знакомься — это Мей-ли.

— Охренеть! — выдохнул Боб и сразу же скатился со шкафа. — Где взял?

— Да как-то традиционно. Считай, от бывшей достался. Она съехала, а мне теперь воспитывать.

Я улыбнулся, глядя на довольно трогательный первый контакт двух культур. «Чибзика» из мира людей и чибзика из Мерзлоты.

— М-м-м? Раз бывшая, значит, что-то было? — Боб вынул из груды своих чемоданов два пакета, внутри которых что-то многозначительно звякнуло.

— О! Знаешь, как у нас говорили?

— Как?

— Одна звенеть не будет, а две звенят не так!

— А то! — Боб гордо выпятил грудь, поочередно выставляя содержимое пакетов на маленький стол. — Ты задолжал мне кучу интересных историй! И начнем с главного вопроса: откуда у тебя Ориджинал? А закончим самым интригующим: какие у нас планы?

— На второй легко ответить. Завтра в десять у меня запись в администрацию Вавилона, буду свою фирму открывать. Так что сильно сегодня не налегаем!

Глава 2

Встреча удалась. По всем стандартным сценариям: я даже Анне позвонил, но ожидаемо был послан. Потом Боб позвонил и отправился со мной по тому же маршруту. Потом мы еще кому-то звонили, потом где-то гуляли, бродили. А закончили все по старинке.

Не пьяным мордобоем и продажными женщинами, а за отличным фастфудом под холодненькое пивко. Традиция у нас с Бобом такая!

Разговоры, рассказы. Я — про свои приключения, Роберт — про свои злоключения.

— В общем, я отцу так и сказал, — уже слегка заплетающимся языком сказал Боб. — Все, увольняюсь. Хочу сам всего добиться… но с тобой…

— И поэтому ты здесь?

— Ну конечно! Это было одно из условий отца.

— Ясно, — улыбнулся я. Не стал шутить над другом, ему и так было нелегко решиться на такой радикальный шаг. — У тебя сейчас «Стрекоза» или ты отказался от нее?

— Я новую жизнь начинаю, а не совсем из ума вышел, — усмехнулся Боб. — Цела, практически девственно чиста. Но сейчас я уже понимаю, что зря повелся тогда на рекламу. Ну где я и где «Стрекоза?»

— Даже не спрашивай, — хмыкнул я.

— В идеале хочу на Ориджа сам заработать, — выдал Роберт. — У отца денег просить не буду.

— Да мне, считай, тоже своего надо купить. Точнее, выкупить, — задумчиво проговорил я. — И что надумал?

— Попробую поменять на «Защитника», скорее всего, с потерей в цене. Но скакать и прыгать по камням — это не мое, так что не жаль. Мне надо, чтобы «р-раз и бум!» — Роберт даже продемонстрировал это «р-раз», одним махом вскрыв новую банку с пивом. — И чтобы стальная стена! Я же теперь твой тыл! Зарплата, кстати, большая будет? Через сколько я себе Ориджа куплю?

— Какая еще зарплата?

— Повышенная, конечно, да еще и с бонусами, — расплылся в лукавой усмешке Роберт и кивнул. — Я же твой первый и единственный сотрудник!

— Не, друг, — я похлопал его по плечу, — это Мерзлота, здесь все по бартеру!

— Ты сразу-то не отказывайся! У меня много талантов.

— Хорошо, машина же у тебя есть? С гермой?

— Не, этого нет, — пожал плечами Боб, откусывая кусок бургера.

— А как ты сюда приехал?

— В аренду взял. Практически каршеринг. Кстати! Неплохая идея для стартапа, как считаешь? Можем в виды деятельности прописать.

— Не знаю даже, надо подумать, — отмахнулся я. Пока что я плавал в местных правилах и регламентах (законы Мерзлоты отличались не только от моего времени, но и от Большой земли сейчас).

— О, видишь? Я уже полезен! Ты название придумал?

— Ну… — я задумался. — Предварительно — Чрезвычайная Исследовательская Лаборатория Алексея Белова, сокращенно ЧИЛАБ.

— М-м-м, правильно, — кивнул Роберт. — Отец всегда говорил, если идешь в бизнес, то свой бренд продвигай, а не какие-то выдуманные абстракции.

— Как тебе?

— Практически на чиле, — засмеялся Боб. — А чрезвычайная почему?

— Это так, из прошлой жизни. Ситуации разные были.

— А может, ЧИЛАБЗ?

— Тогда уж сразу ЧИБЗ, и на логотип Мей-ли, — покачал головой я.

— А что? Прикольно! Представляешь, какой фурор зверюшка произведет на вечеринке в честь открытия?

— Это зачем?

— Как это зачем? Надо снять апарты в Вавилоне и закатить шумную вечеринку. Можно прямо в офисе, — мечтательно закатил глаза Боб. — Тут много наших из института. Помнишь сестер Вебер? И Каховскую? Аспирантку Симонова?

Я их помнил, только совершенно не понимал, какое отношение все эти люди имеют к нашему новому проекту. К моему, точнее. Ну, окей к моему и одному сотруднику. Мозговой центр в виде «Уголька» и армию арахнидов не считаем.

Кажется, Роберт представлял себе наше предпринимательское будущее несколько иначе, чем оно вырисовывалось на самом деле.

Пришло время рассказать Бобу, что в ближайшие месяцы нам предстоит не тусить на вечеринках в апартах, а ютиться в каких-нибудь бетонках без нормального обогрева и, буквально носами рыть Мерзлоту, хватаясь за любые заказы.

— Насчет офиса есть одна задумка, — произнес я, отпивая из банки, и более подробно рассказал другу про «тридцать седьмую».

Во взгляде Боба промелькнуло сомнение. Видимо, офис нашей будущей компании он представлял себе иначе. Может быть, как нечто схожее с офисом отца, когда секретарша, получившая работу из-за размера груди, приносит тебе кофе и заполняет твой календарь встреч.

Наша реальность была другой.

— Ну, окей, я займусь, — неуверенно кивнул Роберт, но потом собрался и повторил уже решительнее: — Точняк займусь, поднатаскался у отца. Уверен, что РИП с удовольствием избавится от зараженного объекта. Есть одна схемка, иногда специально какую-нибудь гадость подкидывают, чтобы отжать потом. Боб погрузился в размышления.

— Главное, чтобы они не узнали, что там чисто теперь, — встревожился я. — То есть не убрано, конечно, и развал полный, но без заразы.

— Наоборот, хорошо — цену еще снизим, — довольно потер руки Боб. — Сам знаешь, какие они жлобы.

— Угу.

— Но потом-то мы наймем секретаршу в наш новый офис?

— Посмотрим, — уклончиво протянул я. А потом все-таки признался, рассудив, что бесполезно это скрывать. — Там есть уже администратор. Цепкий, хваткий.

— Какой еще администратор? — бровь Боба удивленно поползла вверх.

— Скоро познакомишься, — усмехнулся я, представив, как Кузя выкатывает Бобу график дежурства, где значится одно-единственное имя: «Роберт Абрамов».

Регистрация прошла быстро. А если бы мы еще не проспали, так успели бы вовремя.

Тихое, практически безлюдное здание администрации находилось в центре. Пробки там были жуткие, и когда мы, наконец, доехали, нас поприветствовала надпись «Обед» на инфопанели.

Пришлось ждать, а потом записываться заново. Роберт предложил, как все современные люди, оформить бумаги онлайн, но я отказался. Было что-то сакральное в этом походе. По крайней мере для меня.

Прийти лично, взять талончик, выстоять в очереди, поругаться с сотрудником, потому что какой-нибудь документ обязательно окажется неправильным, а какого-тоне хватит. Свой бизнес надо выстрадать и победить, а иначе это халтура какая-то.

Но со всем этим церемониалом меня коварно прокатили. Посмотрели как на диковинку, потому что больше никого в зале не было. Предложили напитки и практически моментально приняли все документы. Еще и проконсультировали по всем вопросам. Причем живой человек, а не голосовой помощник. И очень даже симпатичный человек. Роберт долго уходить не хотел: все намеревался офис прямо здесь снять. Или не сходя с места закатить вечеринку, больше никого не приглашая.

Но, минут через пятнадцать, к моему ID добавилось еще одно, и я стал единоличным владельцем вновь созданной компании. Оплатил сразу три лицензии: исследовательскую, охранную и, грубо говоря, промысловую. Денег потратил изрядно, практически ушел в очередной ноль, но оно того стоило.

Все остальные документы: отдельный банковский счет, страховку, торговый аккаунт на аукционе, плюс официальное трудоустройство Роберта решили добить уже удаленно через сеть. И еще кучу мелочей.

— Надо придумать логотип! — воодушевленно сказал Боб, когда мы, наконец, вышли и заглянули в первое попавшееся кафе.

— Да, тема хорошая, — согласился я, представляя, как он может выглядеть, учитывая название.

— И все-таки давай наймем помощницу на Тридцать седьмую? — Боб поморщился. — Как-то не звучит. Может, лучше «мачо-дача-хата-хаус на чии-ле»? Чилл-аут зона у нас там будет же?

— Я как-то попроще думал, типа «берлога». И спортзал сделать, бильярд можно поставить, — предложил я и вспомнил, что в Мерзлоте бильярд — это не только ценный отдых, но и вполне себе оружие.

— Нет, подожди, — нахмурился Боб. — Кто же в берлогу сотрудников нанимает? А нам точно нужна такая, которая будет разбираться в документообороте. Юрист и секретарь в одном лице, — вбросил новую идею он. Друг явно не мог смириться с мыслью, что теперь он сам себе и дизайнер, и юрист, и помощница — и все это за одну зарплату. — Я же не буду все время этим заниматься, да? И вообще, может, вернемся и схантим ту ассистентку?

— Лучше давай решим вопрос с твоим дроидом и транспортом. Поехали.

Взяв еду с собой, мы вызвали такси и доехали до арендованного бокса. Разобрали катер, наконец, изучив, что парни из «Лимы» пытались оттуда вывезти.

Я отложил в сторону несколько ремонтных наборов, где помимо инструментов обнаружились специальные тонкие нити из скайкрафта, чтобы латать Ориджей было удобно и лишнее при этом не тратить. Не густо (много они на себя успели потратить в том жестком секторе), но на пару ранений хватить должно.

Много было компактных пауэрбанков под разгрузку, и даже парочка тяжелых ранцев, которые использовал «Варлок». Типовая снаряга, короче: разгрузки, рюкзаки, инструменты Ингер для работы со спотами. И оружие.

Его было много, но ни мне, ни Бобу оно не подошло. Я планировал прокачивать навыки Ориджа и смотрел только на то, что даст совместимость хотя бы семьдесят процентов, а мой помощник, глядя на аккуратно разложенные пушки на борту катера, лишь грустно покачал головой.

— Можно, конечно, попробовать, — смутился он. — Но мне лучше что-нибудь попроще.

— Лом? Всем же известно, что против лома нет приема.

— Ну-у, — протянул Боб. — Лучше дробовик. Из этого я все равно промажу, только патроны зря потратим. А их и не так много.

Пришлось с ним согласиться, хотя мой внутренний чибзик тихо запротестовал. Я оставил себе плазменную винтовку, благо она могла питаться от ранцев «Варлока», запасной гранатомет Ленни и почти целый ящик гранат. Все остальное мы отсортировали, решив позже продать.

— Все! Готово! — сказал я, защелкивая электронный замок гаража. — Завтра выдвигаемся в Мерзлоту.

Боб подпрыгнул на месте и сделал непонятный жест в воздухе над головой. Фигуру, что ли какую-то из пальцев попытался сложить? Я толком не разобрал.

— Это наша новая фишка! — объяснил он таким тоном, как будто нашел шахту, полную скайкрафта. — Элемент фирменного стиля!

Я уставился на него, ничего не понимая.

— Чего?

— Ну что непонятного? Этот жест означает наш успех, и называется: «Чибзик кушает чипсину». Мы его потом еще визуально оформим и нанесем на сувенирку.

— И как я сам до этого не додумался, — вздохнул я. Махнул рукой (просто так, безо всяких особых жестов) и пошел к выходу.

На обратном пути мы еще немного побродили по Чайна-тауну, перекусили в уличном кафе и набрали запасы вкусняшек. Нам теперь всего нужно в три раза больше. А то и в четыре, учитывая аппетиты моего единственного сотрудника и нашего мелкого наглого талисмана.

Вернулись в гостиницу за вещами, и я связался с Данди, чтобы обсудить временное пристанище.

— Некогда сейчас — много клиентов. Все будто с ума посходили, сечешь? Но вы приезжайте. Что-нибудь да найдем. В крайнем случае отдам вам свою мастерскую, — небрежно и торопливо проговорил бармен и, извинившись, отключился.

— А, может, мы пока в Вавилоне останемся, а? — спросил Роберт. — Тут тепло и кормят, нафига нам тащиться куда-то?

— Не поверишь, но там безопасней, чем здесь, — это во-первых, — я загнул один палец, понимая, что подразумеваю и Лэйн, и «Лима» с «Тринадцатыми», а потом загнул и второй. — А во-вторых, далеко ты со мной не уйдешь. Что, в общем, тоже неплохо, но там хоть потренировать тебя сможем.

Боб спорить не стал, повздыхал только немного и начал искать себе место для синхронизации. Занял большую часть кровати, а на рядом с ним устроился чибзик.

М-да, нормальную «чило-мачо-хату» нам нужно обсустроить как можно скорее.

Я надел свой шлем и просто опустился на пол, в отместку заняв чибзиковый коврик для йоги.

До катера я добрался сильно позже Боба, и он меня ждал. Ждал, ждал, но не дождался. Очень ему хотелось посмотреть на Ориджа и Уголька вживую, но вместо этого, под храп друга и сопение Мей-ли, я изучил «Стрекозу». Модель, как у Сюин, только расцветка поспокойней. На серо-белом камуфляже я не увидел ни единой царапинки, будто он и в Мерзлоту-то ни разу еще не выходил. Но клон мне понравился, если бы не ограничение по дальности, было бы совсем хорошо.

На следующее утро мы арендовали транспортник с прицепом, загрузили на него аэро-катер с дроидами и поехали к Данди. По дороге Боб болтал без умолку, сначала восхищаясь моим Ориджем, а потом фонтанируя идеями о том, как нам следует развивать нашу новую компанию, чтобы и он смог получить себе такого.

Затих он только тогда, когда нам перегородили дорогу две небольших (примерно с тумбочку под телевизор) гадины, похожие на растянутых мокриц. Для меня это привычное уже зрелище, а Боб проникся — оборвал свою речь на полуслове, пристегнул ремень безопасности, надел шлем и просто сказал: «Командуй, босс!»

Я моментально синхронизировался с Ориджем, и тут же перед глазами возникла куча тревожных системных сообщений. В том числе «удивление» базы данных, что эти монстры не характерны для этого сектора.

«Желтая айсидея» — она же «еллоу субмарин», как ее прозвали в народе. По данным «Монстропедии», данный вид до сих пор встречался только глубоко под землей. Чаще всего на самых нижних уровнях скайкрафтовых шахт.

Инструкция у меня оказалась простая:

— Бери плазму, лезь на крышу транспортника и стреляй во все, что движется, кроме меня.

— Понял.

Я просканировал местность, выявив аж четырех монстров, довольно быстро движущихся в нашу сторону. Пригляделся, стараясь найти у «тумбочек» слабые места, и активировал гарпун.

Тело узкое, как у креветки, но длинное. Я на глаз прикинул, что тварь примерно с полметра в холке и метра два от головы до хвоста. Насчитал шесть или семь рядов лап, точнее сложно было сказать — «субмарины» частично зарывались в рыхлый снег. Составной хитиновый панцирь предвещал трудности со вскрытием, а два толстых жвала по бокам могли представлять нешуточную угрозу. Система подсвечивала острые кончики лап и сами жвалы оранжевым.

В первую очередь появилось предложение активировать маскировку, но я отказался. Пусть Боб меня видит. Это не ради показного боя, а чтобы не пальнул ненароком.

— Сейчас бы выпить что-нибудь покрепче, — донеслось от Роберта, и я вынужден был с ним согласиться. Вспомнил караван Алисы и строителей, которые таким нехитрым образом справлялись со стрессом. Неуютное оказалось чувство, когда твое физическое тело рядом с монстрами Мерзлоты.

Выцелил ближайшую к транспортнику «креветку» и рванул к ней навстречу. За пару метров до столкновения монстр выгнулся, встал на дыбы на задних лапах, и заверещал. От избытка чувств тварь выплюнула в меня комок желтой слизи. Я уклонился. Пасть, скрытая под хитиновой пластиной, напоминала небольшой хобот — толстая чуть изогнутая трубка, сантиметров пятнадцать длиной.

— Ага, а вот и перископ нарисовался! Субмарина, блин! — прокомментировал я и рывком уходя сторону и пропуская мимо очередной сгусток кислотных слюней. — Боб, целься и пли! Не жди и не подставляйся — они плюются.

На ходу я ударил «субмарину» по хребту, но гарпун лишь глухо завибрировал, отскочив. Понятно, что бить надо между пластин, но со спины не выйдет — я убедился, что даже стыков не видно, все внахлест лежат. И спереди не подобраться — тварь и плюнуть может.

Я напал сбоку. Размашисто зарядил кончиком гарпуна по затылку стоящей на задних лапах твари, отворачивая морду в противоположную сторону. И тут же воткнул лезвие в узкую полоску в боку. Туда, где заканчивались листы панциря и начинали расти лапы. Пробил, протолкнул и дернул вверх, разрывая туловище монстра почти до головы.

Услышав выстрел за спиной, я бросился к транспортнику.

— Попал! Я попал! — заорал Боб. Даже громче, чем выстрелил.

— Молодец, за руку только меня не тряси, — ответил я. Все-таки в одной кабине сидим. — Не отвлекайся, бей следующего.

Тем временем мой Оридж подбежал к подранку. Попал Боб не смертельно, но удачно. Плазма сожгла две задние лапки, и «субмарина» больше не могла выпрямиться в полный рост. Пыталась, но заваливалась набок, крутилась, взбрыкивая лапками, и просто ползла.

Миндальничать я не стал, прыгнул сверху на панцирь. Придавил, частично раскрывая пластины и, включив режим «Колка льда», практически разрубил монстра на две половинки.

— Ой-ой-ой! Промазал! — снова закричал Боб, тряся меня за плечо.

Третья айсидея неслась к транспортнику змейкой, как самая настоящая сороконожка. Боб выстрелил еще раз, но опять промазал, лишь раскидав снежно-каменное крошево. Наперерез бросились Крабики, выскочили из-под машины и засеменили, часто-часто перебирая своими ножками, навстречу монстру. Вцепились в лапы, перескакивая с одной на другую.

Со стороны это выглядело так, будто костяшки домино рушатся. Сначала жвалы стукнулись о землю, потом подломились лапы, затем еще одни и еще. До тех пор, пока монстр полностью не рухнул в снег.

— Ща добью! — кровожадно воскликнул Роберт, а я поспешил отозвать Крабиков.

Последнего монстра тоже прикончил Боб. Пусть энергия Мерзлоты ему и не светит, но тренировка все равно нужна.

— Ты видел? Нет, скажи, что ты видел? Как я его? Ты на видео не снимал, а? — горячился потом он. И так до самого бара Данди.

Только внутри, когда мы проехали сквозь шлюз и с трудом нашли парковку, Боб наконец затих. Не устал, не успокоился, а просто все его реплики растворились в том шуме и гаме, который царил в баре.

В зале народу — битком. И практически никто не пьет, что странно. Я огляделся. Кто-то спорил во весь голос, кто-то, наоборот, шепчался, кто-то что-то вещал самодовольно, а остальные слушали чуть ли не с открытыми ртами.

Мы протиснулись к стойке и поймали вспотевшего Данди. Буквально за рукав.

— Это что за аншлаг? — спросил я после приветствия и знакомства Боба с барменом.

— Не аншлаг, а лихорадка, сечешь? — Данди чуть ли не лег на стойку, чтобы не кричать — настолько шумно было вокруг. — Причем по всем фронтам бомбануло. Про заразу слышал небось?

Я кивнул.

— Самая дорогая хрень сейчас, спрос дикий, — подмигнул бармен и небрежно кивнул на компанию седых стариков. — Народ прет! Даже те, кто уже давно на пенсию ушел. Так и это еще не все, сечешь?

— Пока нет, — коротко ответил я и оглянулся. Старики есть, конечно, но единицы, а в остальном в зале сейчас галдела сборная солянка: от каких-то охотников до корпоративных наемников.

— Землетрясение у нас было несколько дней назад. Долбануло так, что две горы с лица земли стерло, а под ними разломы образовались. Глубокие, сечешь? И там есть что-то. Говорят, в одном из них даже Ориджа нашли, но, думаю, брешут.

Глава 3

Интересное дело! Хотя землетрясения для Мерзлоты — такое же обычное дело, как и снежные бури.

— Прям разлом? — уточнил я. Перед глазами возникла длиннющая трещина, из которой постоянно лезут монстры.

— Я бармен, а не геолог, — хмыкнул Данди, успевая наливать кому-то пиво в стакан. — Кто знает, может, там полости и пещеры всегда были, а сейчас просто подземное перекрытие рухнуло.

— И много таких?

— Не знаю, трясло только наш сектор, вон, — бармен показал на полку, где стояли пивные стаканы, — уже не стройными рядами, а через один. — До нас тоже докатилось. Восемь разломов уже нашли, но, скорее всего, их больше. Здесь довольно людный сектор в сравнении с остальными, но все равно, мы, считай, как треть Австралии.

— И что там находят? — Боб не сумел сдержать любопытство. — Ориджиналов?

— Ха, в основном проблемы на свои ржавые жопы, сечешь? — Данди выдал крокодилью улыбку. — Точно я знаю, что находят в первую очередь монстров, а про все остальное только слухи ходят. Вон глянь, — с этими словами бармен ткнул пальцем в какую-то группу искателей приключений, — это до выхода в рейд они такие болтливые, а кто назад с успехом возвращается, старается смыться по-тихому и быстро, чтобы не отняли. А так да — есть стандартные легенды про богатства Мерзлоты. Кто-то Ориджинала нашел, кто-то скайкрафт, кто-то Летучего голландца видел.

— Ага, а кто-то Спящую красавицу нашел, — хмыкнул я и сделал большой глоток пива.

— Вот зря ты так, — нахмурился бармен. — Это же не просто легенда, я сам его видел, лет двадцать назад.

— Корабль-призрак? — Я все еще не мог понять, на чем настаивает бармен. Пошутили как бы и хватит.

— Почему корабль? Транспортник, — Данди посмотрел на Боба в поисках поддержки, словно удивляясь, что ему приходится объяснять такие простые вещи. — Пропавшую тридцать лет назад фуру, битком набитую скайкрафтом! Чуть ли не первая ходка была из самой первой открытой шахты.

— А «Голландец» — это потому, что владелец фирмы из Нидерландов, — поддержал бармена мой друг. — Это крутая легенда, ее все знают.

— Да какая легенда? Грохнул их, наверное, кто-то за первым поворотом, — отмахнулся я.

— Все так сначала подумали, — кивнул Данди и понизил голос, будто дальше начнется детская костровая страшилка, — пока призрак этой фуры не стал появляться в разных секторах, сечешь? А теперь и до нас добрался. Его сканеры не видят, только визуальный контакт. Маячит все время в паре километров от зданий, а приблизиться не может, будто его держит кто.

— Догнать не пытались?

— Пытались, конечно, но он же призрак — исчезает сразу, сечешь?

— Секу, конечно, но давай лучше к нашим баранам. То есть к монстрам, — напомнил я и деловито покашлял. — Мы тут по дороге встретили айсидею-субмарину, они же вроде редкие? Возьмешь?

— Возьму, конечно, — Данди попытался сдержать смех. — Возьму, они у нас теперь на вес идут. Десять килограмм за пять кредитов. Скоро, думаю, новое блюдо в меню выведу, а то креветок давно не было.

— Все совсем плохо?

— Конкретно сегодня ледяной хорек ценнее, сечешь? Эти субмарины чертовы из разломов прут и жрут все, что движется. Как саранча какая-то. Так что их пока не тащите.

Я всем телом почувствовал вибрацию барной стойки, когда рядом вздохнул Роберт. Он почти час возился с тушками, разделывая их на запчасти.

— Это тоже опыт, не переживай, — шепнул я.

— Нормуль, — тускло улыбнулся Боб. — У нас сколько, килограмм двадцать? На пиво-то хватит?

— Хватит, — кивнул Данди. — По вашему заказу есть отдельное помещение за сервисом. Там, правда, бардак, особенно после тряски. Но если сами разберете, то пользуйтесь. Возьму как за два обычных номера с парковкой. Пошли, покажу.

Данди позвал помощника себе на замену и через несколько секунд вышел из боковой двери, вытирая руки полотенцем. По дороге к нам поздоровался с кем-то, кивнул кому-то еще и попытался сбежать еще от одной компании. Было видно, что авторитет среди местных искателей трофеев на очень высоком уровне.

Мы вернулись на парковку, прошли через внутренние ворота к небольшому пандусу и спустились на уровень ниже. По сути, это полуподвальное помещение было оборудовано под автосервис и дроидосервис. Этакая шиномонтажка «два в одном».

Учитывая небольшую высоту, подъемников не было. Вместо них вдоль одной стены зияли две смотровые ямы. Одна была занята: на наших глазах туда как раз загнали чей-то видавший виды джип.

Вся другая стена была заставлена металлическими стеллажами и шкафчиками с разным оборудованием — я узнал в основном то, что всегда наблюдал в обычных шиномонтажах еще в свое время. Только здесь электроники на порядок больше, так как почти все работы выполнялись не вручную, а при помощи браслетов-контроллеров.

В противоположном конце помещения, рядом с другими воротами, стоял массивный верстак для дроидов. По обеим сторонам расположились два небольших крана-манипулятора, а сверху висел светодиодный светильник, как в операционных.

— Миленько у тебя здесь, — прокомментировал я, обращаясь к Данди, но помахал при этом знакомым парням, которые ремонтировали «Шишигу».

— Ха, у меня еще один этаж есть, — загадочно улыбнулся бармен и протянул мне ключ-брелок от ворот. — А здесь моя личная мастерская.

— И что ты там мастерил?

Я пикнул, и створка медленно поехала наверх.

— Угги, — Данди закашлялся. Как мне показалось, специально.

— В смысле валенки?

— Сам ты валенок! Это у вас, у русских, валенки, а у нас угги! — немного смутился Данди. — Это вам легко: водки выпил, песню спел — и готово! Вроде как уже о доме вспомнил. А я вот тоскую.

— А чего не носишь тогда?

Я специально посмотрел вниз, на толстые армейские ботинки бармена, а то вдруг раньше не замечал.

— Эти, — Данди кивнул на потолок, над которым должен был быть бар, — не поймут. Я же все-таки из королевского механического корпуса.

— И что, не получается?

Ворота полностью открылись, и я увидел пыльный верстак, кучу обрывков стриженых шкурок и несколько кривых поделок.

— Из местных шкурок не особо, — кивнул бармен. — Да и воняют они жутко. Не морщись. Я давно уже здесь проветрил, когда от идеи отказался.

— То есть, вопрос с тоской не закрыт? — уточнил Роберт.

— Частично. Попытки производства земляк мой на себя взял, — Данди неопределенно махнул рукой сначала в одну сторону, потом покрутился на месте и указал уже в другую. — Он на отшибе тут живет, километров двести. А сам я думал бумеранги начать делать, но с древесиной, сами понимаете, тоже засада. Короче, вон боксы — все, что вам не нужно, грузите туда, а мне работать надо. Приходите потом, вашим методом тосковать будем. И если чего-то не хватает, то говорите.

Мастерская была действительно завалена всяким барахлом. И не только неудачными попытками австралийского ремесленника, угадывались также и последствия землетрясения. Но если все разобрать, то могла получиться очень даже уютная берлога на несколько комнат.

Первое помещение — гараж под одну машину (возможно, даже аэрокатер влезет). Верстак вдоль стены, на которой были развешаны смятые выкройки. Над пустыми стеллажами висели металлические узкие шкафчики. В углу нашлось место и для старого кресла.

Сбоку две двери в независимые комнаты. Одна, видимо, когда-то играла роль спальни, так как там стояла односпальная кровать с тумбочкой. А во второй — потертый диван, плазма и стол с двумя стульями, а под потолком болталась лампочка без абажура.

Осмотрев все, я пошел к Данди со списком всего того, чего нам не хватает: два операторских кресла, вторая кровать, холодильник, чайник и канцелярские приборы или проектор. А вернулся с двумя комплектами чистого постельного белья, ящиком пива и ворохом чипсов.

Роберт тем временем загнал аэрокатер в гараж. Неудобно, конечно, туда-сюда его гонять, но пока так спокойней.

— А что, мы никого не можем для этого нанять? — спросил Роберт, двумя пальцами поднимая недоделанный валенок за краешек.

— Как видишь, особо некого — усмехнулся я. — Да и нам не помешает хоть какая-то физическая активность. Ты когда последний раз отжимался, колись?

Вместо ответа Боб взял себе банку пива.

— Ну все! Я готов! Пошли убираться.

Чибзик умыкнул из мусорки самый большой валенок, затащил под верстак и устроил себе в нем гнездо. И, на удивление, сразу же уснул. Раздававшееся из-под стола тихое сопение действовало гипнотически. Нам с Робертом тоже сразу захотелось спать. Пришлось снова идти в бар и заказывать себе кофе.

Потом я раскидал мешавшееся под ногами старье, освободил кресло и подтащил его к верстаку. Очистил стену от выкроек, уселся и уставился на пустую стену. Не хватало мне сейчас карты, стикеров и ниточки, чтобы по старинке сделать себе доску с заметками и маршрутом. По структуре всегда думается лучше.

Пришлось фантазировать.

Надел шлем и открыл перед собой карту. Выделил сектора, на которые рекомендовал обратить внимание Лэйн. Ближайший к нам расположен практически по соседству, буквально через один. Довольно старый, но безлюдный из-за того, что в нем не было абсолютного ничего. В народе его звали по-разному: «каток», «ледяная долина» и даже «скользкая смерть», что на английском звучало как название какой-нибудь рок-группы.

Идти туда не хотелось. Сводки встречались разные: упоминали и про подледных паразитов, каким-то образом перемещающихся подо льдом. И про бураны, которые сдирают обшивку, как бешеная наждачка. Этот сектор, кажется, даже не изучили полностью, а в какой-то момент просто обошли стороной.

Второй и третий варианты уже были в самой жопе мира и, к сожалению, на разных булках. То есть, даже на аэрокатере я просто не успею за сто дней (а их уже меньше) исследовать один, ничего там не найти, поехать во второй и вернуться в Вавилон. Поэтому надо будет выбирать. Или вообще забить на «разведданные» и пойти в другую сторону, надеясь на авось. Может, вообще стоит начать с местных разломов?

Я решил выбрать «каток». Навигатор предложил мне три маршрута на выбор. Все по классике: «Налево пойдешь, караваны найдешь, да в два города заскочишь». Направо пойдешь — «Никого не найдешь, но ехать долго будешь». А прямо-то быстро пойдешь, но не факт, что куда-то дойдешь.

Запросив у Данди координаты известных разломов, я добавил их на карту. Стало интересней! На левом маршруте (плюс-минус тридцать километров) сразу две отметки, на правом еще одна. А посередине бантик, то есть, «белая» зона. Либо там не тряхнуло, либо будет сюрприз.

— Боб, я, кажется, нашел нам оптимальный маршрут, — зевнул я, понимая, что готов уснуть прямо в кресле. — Роберт! Ты уснул там, что ли?

На следующий день Боб начал разбираться с документами по «Тридцать седьмой», обложив себя по кругу упаковками чипсов с разными вкусами, а я снова пошел к Данди.

Бар опустел — постояльцы либо спали, либо уже бороздили Мерзлоту. И теперь можно было уже спокойно поговорить с торговцем, который откровенно скучал за стойкой. Я выложил список того, что был готов продать, и наторговал почти на двадцать пять тысяч кредитов.

По бартеру согласился только на дробовик для Боба. Данди снова попытался впарить мне «неубиваемый» коучган. Даже историю про прошлого владельца (то есть про себя) один в один рассказал такую же, как раньше. За что тут же попал на вынужденную большую скидку по аренде — целых две недели дополнительно в подарок.

— Слушай, Алекс, — сказал Данди, когда мы завершили все торги, — а вам работа не нужна?

— Нужна, конечно, но смотря какая.

— Я вчера про земляка своего рассказывал, сечешь?

— Тот, что монстров стрижет?

— Не совсем стрижет, конечно… — задумался бармен. — Но он странненький, это не отнять. В общем, он звонил сейчас, чтобы сказать, что у него прямо на ферме после встряски образовалась трещина в земле. Сидит, говорит, с пушкой и палит во всех, кто оттуда лезет, чтобы твари по его земле не шастали. Хочет вниз спуститься, но понимает, что один не вытянет. Возьметесь?

— Что по деньгам?

— Половина того, что найдете внутри, плюс угги в подарок, — Данди улыбнулся. — Он, в отличие от меня, наладил все-таки производство.

— Ты говорил, он недалеко живет?

— Да, сейчас скину тебе координаты.

Тач-панель пискнула, а я сразу же совместил полученные данные с маршрутом на основной карте. Примерно между левым и центральным маршрутами, ближе к центральному. Крюк есть, но незначительный.

— Ладно, давай попробуем…

Добро пожаловать в центр управления

偵

स्काउट्

察

ЧИЛАБ на чиле!

Временно изменил приветственную надпись — мне хотелось что-то с бизнес-уклоном, но в голову почему-то упорно лезли только все эти робертовы «мачо-дачо — бабло фигачу». Так что сделал пока промежуточный вариант.

До земли австралийского «фермера» мы домчали всего за два часа, и теперь уже двадцать минут трезвонили в звонок на воротах.

— Все-таки «странненький» — это слишком мягко сказано, — пробухтел Боб. — Он вообще когда-нибудь откроет? Сколько можно нас сканировать? Он всерьез думает, что мы рептилоиды?

— Видимо, он Данди звонит для проверки, а тот занят и не отвечает, — предположил я. Еще раз надавил на кнопку, параллельно повторно пытаясь связаться с барменом.

Первое впечатление не сложилось. Нас сначала чуть не подстрелили, а потом мурыжили какими-то нелепыми вопросами, в духе: «Докажите, что вы земляне, нет ли за нами хвоста и не аффилированы ли вы с какими-то спецслужбами».

В диагнозе мы с Бобом сошлись на сто процентов, и термин «странненький» сразу обрел кучу других важных дополнений к основному смыслу. Псих-затворник, верящий в высшие силы и рептилоидов, которые через Мерзлоту хотят проникнуть в наш обычный мир.

— Ну и вонь же здесь! — донеслось от Боба. — У меня ни разу такой сильной обанятельной синхронизации не было.

— Тихо! Кажется, идет кто-то.

Я подпрыгнул и ухватился за забор в том месте, где не было колючей проволоки. Выглянул, разглядывая ферму. Назвать ее станцией язык не поворачивался. Скорее даже ранчо.

Маленький двухэтажный дом вплотную облепили несколько крупных ангаров, а на всей территории от забора до дома было организовано пастбище. Невысокие, плетеные из арматуры заборы делили поле на почти ровные квадраты. И как минимум в двух из них пасся кто-то лохматый. В ближайшем сидели монстры, похожие на ледяных хорьков, только на порядок крупнее. Либо он их здесь откармливает, либо нашелся еще один подвид.

Что творилось в самом дальнем, разглядеть отсюда было несколько сложнее. Бобтейлы какие-то гиперлохматые. Слипшийся обледенелый мех свешивался сосульками. Животные в основном тупо жались друг к дружке и что-то постоянно подъедали из длинных стальных корыт. Интересно, чем он их там кормит. Или они…

Из-за ангара вышел инженерный дроид. Он прошел несколько метров и остановился. А через несколько секунд появился второй. Модели из американской космической серии, снятой с производства десять лет назад. Если память мне не изменяет, то первым шел «Сатурн», а вторым «Юпитер». Оба угадывались с трудом из-за огромного количества кастомных обвесов.

Много дополнительной брони и оружия. На плечах компактные ракетные установки, в руках, на специальных креплениях к предплечью, пулеметы. Передвигались они по очереди: один пройдет, остановится, потом второй — и так до самых ворот.

— Можно же просто кнопочку на сенсорном экране активировать, что он тянет-то? — спросил Роберт.

— Аналоговый фермер, хочет, видимо, вживую нас проверить, — я помахал рукой дроидам, чтобы те не пальнули ненароком, спрыгнул на землю и снова надавил в звонок.

— Иду! — послышался приглушенный голос из-за забора.

Еще через десять минут ворота, наконец, распахнулись, и мы практически в упор уставились на поднятые стволы.

— Мир вашему дому, — радостно сказал я и развел руки в стороны, словно хотел обнимашек. — Мы от Данди.

— Да, он предупредил, — прохрипел дроид. Явно плохо настроен динамик.

— Проходите, наша цель — серый ангар, — выдержав паузу после первого дроида, проскрипел второй.

— Нам бы разлом увидеть, — сказал Боб.

— Понимаю, — снова ожил первый дроид. И опять повисла пауза.

— Он прямо под ангаром, — эстафетная палочка переговорщика перешла ко второму. — Пойдемте, я готов.

Снова томительная пауза, и дроид повернулся боком, показывая рукой дорогу.

— Какие-то они тормоза, — фыркнул Боб, сидя на диване в берлоге.

— Нет, думаю, там один человек, и он между ними синхронизируется, — ответил я, выпустил Уголька и пошел вперед. — Давайте, показывайте, где там у вас дырка в паркете.

Глава 4

Мы прошли за первым дроидом к ангару. Второй замыкал шествие. Двигалась наша процессия довольно медленно. Один раз я чуть не налетел на того, что шел впереди, когда он затормозил и застыл на дорожке, чтобы подождать отстающего.

В общем, как-то мы довальсировали до небольшой серой постройки, проделав путь, который занял бы от силы пять минут, за пятнадцать. За это время, хоть и с паузами, познакомились. Оператора звали Гуперт, и он когда-то очень давно служил вместе с Данди. На Четвертом полюсе они оказались вместе, но, в отличие от бармена, Гуперт не любил шумные сборища — был уверен, что в толпе всегда есть шпионы. Неважно чьи — спецслужбы, комунисты, рептилоиды — он всех подозревал. Судя по всему, Гуперт не любил вообще всех, предпочитая жить в одиночестве и в глуши.

— Ты вниз тоже на двух дроидах пойдешь? — спросил я, когда мы подошли к ангару.

— Нет, «Юпитера» здесь оставлю, — ответил дроид. Правда, не тот, с которым я разговаривал. — Если что, он нас вытащит. Я один никогда не хожу.

— Предусмотрительно, — кивнул я. Делая комплимент Руперту, я даже не покривил душой, вспомнив, как со спотом шел «Таймыра» выручать.

Левая сторона ангара покосилась и сильно накренилась. Казалось, тронь пальцем, и развалится. «Сатурн» открыл кодовый замок и отодвинул сломанную створку, волочившуюся по замерзшей земле. Дверь протяжно заскрипела, открываясь.

— Шельма проклятая, — проговорил «Сатурн» и прошел в темный проем. — Каркас погнуло, но не теките маслом, железяки. Тут все еще нас с вами переживет.

— А что значит «течь маслом»? — поинтересовался Боб. — И главное, зачем?

— Не ссыте, говорю, — сплюнул Руперт. — Данди сказал, что вы ребята толковые, так что разжимайте жиклеры, и ходу!

— А что та… — опять начал Боб, но передумал и обратился напрямую ко мне в берлоге: — Что такое жиклеры?

— Деталь такая, дозирует расход горючки или воздуха. Но что он имеет ввиду, я не знаю, в дроидах такое не встречал.

До того, как Мерзлота внесла свои коррективы в бизнес друга Данди, тут был производственный цех, точнее, дубильня. Об этом говорили стальные цистерны, подставки для сушки и складирования шкур, длинный стол для выкроек и растянутая на манипуляторах чья-то шкура.

— Сука, — снова еле слышно пробормотал инженер, распихивая ботинком какие-то железки на полу.

— Как ты думаешь, он считает, что это натворили рептилоиды или спецслужбы? — спросил Боб.

— Даже думать об этом не хочу. Будь внимательней.

Прямо посередине зала бетонный пол разошелся по шву, словно одна из шкурок. Вздыбившиеся от движения плиты, которые были когда-то полом, торчали острыми осколками по разные стороны от образовавшегося двухметрового провала. Вперемешку с арматурой, камнями наружу выбросило и куски льда. Некоторые просто болтались на остатках сетки электроподогрева.

Руперт со злостью оторвал один такой кусок и выругался. Кажется, на каком-то австралийском диалекте. По крайней мере, мой переводчик это не осилил.

— Много тварей отсюда вылезло? — спросил я, разглядывая темные пятна на полу, пустые гильзы и следы, оставшиеся от волочения тел. — И кто вообще лезет?

— Повылезали, падлы! Сразу штук пять многоногих и потом еще парочка покрупнее и поносастее. Как назло, все лысые, но хотя бы на корм хрюшкам моим пошли, — выдал чересчур длинную речь дроид и завис.

Я подошел к краю разлома и заглянул внутрь. Темно, и камни с ледышками торчат со всех сторон. Посветил внутрь фонариком — нашел пару ступенчатых выступов, а дальше придется разбираться на месте.

— Ну что? Все готовы? — обратился я к Бобу и к фермеру. — Я спускаюсь первым. Боб, ты в середине. А ты тогда замыкаешь. Идет?

Дроиды кивнули. Мы настроили внутреннюю частоту и приготовились к спуску.

Я сел на край разлома, выпустив Уголька лететь вперед. На проекции высветились две неровные, почти вертикальные стены. Я не эксперт в таких делах, но прикинул, что скала под нами раскололась, и одна из ее частей ушла глубже. А кусок второй, наоборот, вздыбился, образовав под собой щель, которая уводила к каким-то пустотам, которые Уголек разглядеть пока не мог.

В голове всплыли какие-то отдельные обрывки воспоминаний про гравитационные и ледниковые пещеры. Вот, видимо, там что-то такое и было, а сейчас просто проход дополнительный открылся.

Спускаться придется около сорока метров, но зацепиться вроде есть за что.

— Руперт, может, трос есть какой? С лебедкой?

— Есть, — не стал спорить дроид. Его броня скрипнула от кивка. — Но как бы и нет.

— Это как так?

— Он там уже, внизу. Его тварь какая-то утащила, — вздохнул Руперт, а его дроид махнул рукой на жалкие остатки стальной конструкции, где раньше крепился механизм лебедки. Сейчас она была вырвана с корнем. — Я, собственно, поэтому помощь и позвал.

— Ясно.

Я еще раз глянул на показания сканера, а потом спрыгнул на первый выступ и начал спускаться.

— А я спрыгнуть сразу не смогу? — уточнил Боб. Должно быть, в нем теплилась надежда все же хоть разок использовать ноги своей «Стрекозы» по назначению.

— У тебя «Стрекоза», а не кузнечик. Можешь только наудачу, — спокойно проговорил я, цепляясь за обледенелые камни, которые казались более или менее крепкими. — Ползи прямо там, где я.

Когда мы спустились по стене метров на десять, я почувствовал слабые волны энергии. Причем по ощущениям, они распространялись на все пространство. Может, просто энергия разлома? Если такая бывает, конечно. На проекции никаких ярких точек, которые могли бы служить источником, я по-прежнему не видел.

Обернулся и посмотрел вниз. Метрах в трех от того места, где я был, располагалось небольшое плато. А вот и площадка для прыжка. Я спустился еще немного и спрыгнул на неровную каменную поверхность.

Вслед за мной на выступ приземлился Боб, который пыхтел в кресле так, как будто по скале полз лично он, а не его дроид. Еще наверняка будет мне вечером доказывать, что он физически сегодня выработал дневную норму. А через минуту к нам присоединился молчаливый фермер.

Уголек уже порхал внизу, но далеко не улетал. Предстояло пролезть еще столько же по отвесной стене, прежде чем можно будет свернуть в пещеру. А сколько же до дна или конца разлома? Так далеко, что даже дрон не может просветить?

Тут сверху послышались английская ругань и удивленный возглас Боба, переходящий уже в отборный русский мат. А я едва успел увернуться от летящего в меня обледенелого камня.

— Боб, в сторону! — заорал я, когда понял, что случилось.

«Стрекоза» реально, как кузнечик, метнулась вверх и вправо, перехватившись за соседний выступ, но не успела полностью отползти. Инженерный дроид фермера полетел вниз, безуспешно пытаясь зацепиться каким-то крюком за стену, поймал Боба за ногу.

— Держись на стене! Как хочешь, но держись! — закричал я.

Сам подался влево, одной рукой воткнул клинок так глубоко в камень, как только смог, и вжался в стену, а второй постарался схватить пролетающего мимо дроида. Удалось! Меня дернуло до скрипа в «суставах» и чуть не утянуло вниз. Клинок задрожал, потребляя двойную порцию энергии, и на пару сантиметров все-таки выскочил из скалы.

Удержать груженого броней и пушками кастома я не смог, лишь прокатил его на руке, как на тарзанке, и подтолкнул в сторону широкой площадки в паре метров внизу.

Дроид с грохотом шмякнулся на камень, начал сползать вниз, но выкарабкался. А я уже скакал вверх, чтобы подстраховать «Стрекозу», висящую буквально на краешке «крылышка» (в перчатке этой модели имелся свой скрытый коготок-крючок).

— Давай! Под тобой есть выступ! Тяни свой костыль правее, еще тяни… Руку дай…

Я закрепился рядом с Робертом и помог ему спуститься на ровное место.

— Черт, вогнал крюк, мне показалось, что выдержит. А он, падла, почиркал вниз. Происки инопланетян, не иначе. Они не хотят нас пускать на свою территорию. А значит, там внизу их база. — пробубнил Руперт, но потом вдруг заговорил человеческим языком. — Спасибо тебе, а то второго дроида бы уже потерял.

— В смысле второго?

— Ну… — замялся фермер. — У меня вчера не только лебедку утащили.

— А что сразу-то не сказал? — возмутился запыхавшийся от нервов Боб.

— А вы бы пришли тогда?

— Так кто на тебя напал-то?

— Я и сам не понял! — Руперт опять сплюнул, а потом и довольно громко высморкался. — Я на лебедке спокойно спустился, там лаз конусообразный, но негладкий. Пустоты и ответвления темные всякие… Видать, оттуда что-то и вылезло — на меня со спины напали. А потом и трос вырвали. Простите, что сразу реальный уровень опасности не обозначил, но помогите, а?

— При таком раскладе нам не пятьдесят процентов, а все восемьдесят, — неожиданно включился Боб, опередив меня.

— Семьдесят и моего клона не делим, — попробовал поторговаться Руперт.

— Семьдесят восемь, — азартно ответил Боб.

Я участвовать в торгах не стал. Делить шкуру неубитого медведя — такое себе. Поговорка, мол, человек предполагает, а Мерзлота располагает — здесь была чересчур актуальна.

До дна трещины мы добрались без приключений. Точнее, трещина под углом уходила глубже, но уже скорее напоминала деформационный шов. А вот там, где был стык каменных плит, открылся проход в длинную галерею, которую Уголек просвечивал своим сканером только метров на тридцать вперед.

Ночное зрение дроидов сейчас мне только мешало — слишком однородная получалась картинка, и поэтому мы зажгли фонари. У «Сатурна» над плечом появился здоровенный прожектор, у «Стрекозы» свет шел прямо из узких визоров, а мне пришлось активировать щит. Я повесил на него одного Краба, а второго зафиксировал за спиной.

— Я готов, идем?

— Подождите! — попросил Руперт. Его дроид наклонился, высвечивая что-то на полу. — Вот след от стойки, а вон борозды и сколы. В галерею уходят.

— Держим ушки на макушке, идем друг от друга на расстоянии пары метров. Чтобы в случае чего можно было сдать назад, — сказал я и, пригнувшись, первым вошел в тоннель. — Следим за спинами друг друга. Руперт замыкающий.

Внутри галереи было темно и мрачно. Каменные стены и потолок словно стремились сдавить нас со всех сторон, и нам приходилось прилагать усилия, чтобы продвигаться вперед. Энергия здесь чувствовалась сильнее. Но Уголек по-прежнему показывал только проекцию машрута.

По моим ощущениям, тоннель, по которому мы пробирались, уходил вниз. Но не резко, а постепенно. Вместе с ним и потолок понемногу опускался.

Я добрался до первой дыры в стене и запустил туда дрона. Что-то типа рукава или узкая тупиковая шахта. Следующий такой «люк» встретился в потолке, но он также никуда не привел. В какой-то момент сузился так, что даже Уголек не втиснулся.

— Долго еще? — спросил Боб, захрустев чипсами, которые он заблаговременно заготовил себе перед тем, как войти в синхронизацию.

По мне проскочил чибзик, прибежавший на шуршание упаковки и начал скакать вокруг наших ног. А потом и вовсе запрыгнул ко мне на колени, но, не получив ожидаемой реакции, перелез на Боба и попытался угнездиться там. Судя по мурчащим и хрустящим звукам, свою порцию получил.

— Напарник, соберись! Иначе у тебя будет всего одна характеристика в трудовой: «Он хорошо ладил с чибзиками».

— Почему ладил? — спросил Боб, но отвечать я не стал.

Вместо меня ему ответила пещера. Впереди и над нами загудели стены, словно сами мерзлые камни вздохнули. Лениво и протяжно. Потом легонько тряхнуло, и за спиной, откуда мы только что пришли, послышался стук падающий камней.

— Понял, принял, исправлюсь! Кыш отсюда! Видишь, нам влетело из-за тебя? — прошептал Боб. — Это землетрясение?

— Тихо, приготовьтесь, — скомандовал я. У меня на проекции вспыхнула оранжевая точка, которая начала к нам приближаться. — Отойдите чуть назад! Я пока не вижу, что это.

Правда, не прошло и минуты, как я это увидел. Гигантская «субмарина», еле вмещавшаяся в тоннель, двигалась прямо на нас, задевая головой потолок. Выпятила свой «перископ», явно готовясь плюнуть в нас своей ядовитой жвачкой.

Я успел быстрее — активировал пистолет, прицелился, взяв чуть выше плевалки, и выстрелил. Пуля из скайкрафта — моя гордость и мои же горькие слезы, — оставив аккуратную дырочку на безглазой морде, прошла хитиновый панцирь насквозь и дважды чиркнула где-то вдали по камням.

— Красиво ты ее! — воскликнул Боб, который достал дробовик и сейчас целился прямо в меня.

— Убери оружие! Она сдохла уже! — прикрикнул я, слегка опасаясь пушки у «Стрекозы» в руках.

Может, брать с собой Роберта — это не такая уж хорошая идея? Но других друзей у меня все равно тут нет. Только знакомые. И старик Симонов еще, который, конечно, мне не отец, но что-то типа крестного. Ладно, еще сделаем из Боба крутого покорителя Мерзлоты!

Я перезарядил пистолет, пересчитал оставшиеся патроны. Четыре штуки всего. Мне срочно нужен скайкрафт, и побольше!

Кое-как мы протиснулись мимо трупа айсиндеи и пошли дальше. Метров через тридцать обнаружили, что идти придется на четвереньках, а потом и вообще оставалось только ползти, но зато втроем в один ряд. Лаз становился все ниже, но при этом заметно расширялся.

Нашли еще один «люк», из которого вылезла «субмарина» — хотя она почти плоская, могла и так проскочить. Уголек слетал на разведку.

Сначала нас ждала отвесная труба на несколько метров, а потом разветвления разной толщины, расходящиеся во все стороны, как ходы в муравейнике. А самый толстый шел параллельно с нами, так что мы решили даже не пытаться туда залезть.

Вскоре впереди замаячил свет, и, когда можно было только ползти (мне пришлось Краба снять со спины, а Руперту чуть ли не половину кастомных установок толкать перед собой), мы выбрались на узкую площадку, под которой разверзлась самая настоящая пропасть.

— Ох, ни хрена себе! — сказал Боб, пытаясь очистить перчаткой визор. — Вот это яма! Это все изо льда?

Я тоже глянул сначала вниз, пытаясь разглядеть хоть что-нибудь. Дна не увидел, как и противоположной стены, — фонарь, по крайней мере, не добивал. А Уголек отлетел уже метров на двести, но никакой картинки так и не выдал пока.

Потолок зато был виден вполне отчетливо. И свет до него доходил (метров пять всего) и сам он походил на кусочек сыра с дырками, из которых пробивалось слабое свечение. Вряд ли прямой свет шел с поверхности, скорее это какие-то отражения от ледяных глыб. Через самые широкие отверстия даже легкий снежок пролетал, искрясь в сиянии наших фонарей.

От нашего «балкона» вверх и вниз вплотную к стене шла узкая (в самом широком месте не больше двух метров) дорожка. Она закруглялась по форме стены и терялась в полумраке.

— Это природа так построила, или кто-то руку приложил? — спросил Боб.

— Пока не пойму, слишком все ровненько и гладко.

— Зато я пойму! Я же говорил, что это все не снега и льды, а инопланетные тварюги. Вон чего понастроили, чтобы сжить нас со свету! — забормотал Руперт, обращаясь в первую очередь к самому себе, а не к нам. — Там логово рептилоидов чертовых, и клона моего они туда утащили — вон следы даже есть.

— Пошли поищем твоих рептилоидов, — перебил я. — Спускаемся! Аккуратнее со своими ногами. Тут скользко, — предупредил я Боба.

Мы спустились достаточно глубоко вниз. Настолько глубоко, что если закинуть голову, то верхнуюю границу котлована уже не увидеть.

Уголек отчитался, показав круг диаметром почти два километра. Неровное дно, усеянное ледяными глыбами. Кучу ответвлений-отнорков у самого дна. Я прикинула, что в самом большом из них можно идвухэтажное метро запустить.

Внизу, в ледяном лабиринте, курсировали «субмарины». И было кое-то еще! В противоположной стене от места, где заканчивался наш спуск (почему-то хотелось назвать его серпантином), слабо пульсировала искорка энергии! Мы нашли запасы скайкрафта!

— Внизу монстры, будьте начеку, — бросил я, не отрывая взгляд от своей новой цели.

— Мне кажется, или здесь с каждым следующим метром становится все холоднее и темнее, будто у фонарей батарейка садится? Как такое вообще возможно? — поинтересовался Боб шепотом.

— У меня есть версия, хочешь расскажу? — оживился Руперт.

Но Боб не захотел. Он окончательно притих, придавленный царящей вокруг давящей атмосферой. В ней действительно было что-то такое, чему я никак не мог подобрать определение. Было что-то жуткое в этой тишине.

Если верить таймеру, то весь спуск по тропе занял около двадцати минут, но мне показалось, что мы ползем так уже целую вечность.

Почему-то возникла ассоциация с космонавтами, которые один за другим выплывают из корабля в открытый космос. Просто поймал себя на том, что уже потерялся: неясно было, где верх, а где низ. Некая невесомость, ориентиром в которой служила лишь проекция на экране.

— Земля! Я вижу землю! — вдруг заорал рядом Боб, выдернув меня из напряжения.

Я встрепенулся и тоже посмотрел вниз. Боб был прав. Еще каких-нибудь тридцать-сорок метров, и мы окажемся хотя бы на твердом покрытии.

Я спрыгнул на лед и поежился в кресле. Тут холод пробирал до костей.

— Вы тоже это чувствуете? — свистящим шепотом спросил Боб. — Как на кладбище.

— Да уж, — отозвался я. Хотя на всех кладбищах, на которых я бывал ранее, было гораздо теплее.

После того как Руперт тоже оказался внизу, я сверился с картой и задал направление на источник излучения. Прошел мимо трехметровой глыбы льда и почувствовал, как под ногами что-то хрустнуло.

Посмотрел вниз. Оказалось, что я наступил на огромное ребро какого-то монстра, наполовину торчащее изо льда. Чуть поодаль нашелся и череп, похожий на останки динозавра.

— А ты был прав, когда говорил, что это кладбище, — сказал Руперт.

— И ты был прав, когда говорил, что это рептилоиды, — радостно выдал Боб.

— Это не рептилоиды, а рапторы, — вмешался я, не дожидаясь, пока Боб поверит во всю эту чушь. — И не кладбище, а поле боя.

Все «поле», на котором мы оказались, было заполнено замерзшими остатками каких-то существ. Сколько хватало глаз, мы видели одни сломанные кости, застывшие в верхнем слое льда. Впрочем, были и черепа, и спины с клочками покрытой льдом шерсти или кожи.

— Алекс! Смотри! — раздался на удивление бодрый голос Боба. Я обернулся на звук. — Я себе руку нашел! Соберу Ориджа по кускам. Такого, по-моему, еще никто не делал.

— Никто, потому что так это не работает, — тихо засмеялся Руперт.

Я подошел к Бобу и тоже наклонился над его находкой. Из мутного льда торчала рука, вырванная из плечевого сустава. А чуть поодаль, между двух больших костей, похожих на лапы, виднелся и вмерзший шлем с разбитым визором.

Мы двинулись дальше, прокладывая себе путь по неровным буграм, между скелетами монстров и находя по дорогу все новые и новые останки Ориджиналов. Уголек корректировал наш маршрут, уводя нас все дальше от оранжевых и красных точек.

— Сколько же лет все это здесь лежит? — спросил Роберт, не обращаясь ни к кому конкретно. — И что они здесь все делали?

— Видимо, что-то охраняли…

Я осветил фонариком целое нагромождение костей, среди которых увидел несколько Ориджиналов. А за ними в стене открылся вид на круглые ворота из астериуса, похожие на огромный переборочный люк, как на подводной лодке. Толстые покрытые ржавчиной петли угадывались сбоку, но… ни замка, ни звонка, ничего. Возможно, создатели оставили какие-то символы, но прочитать их было уже невозможно.

— Я знал, всегда знал, — голос Руперта задрожал. — Как будем вскрывать?

Я посмотрел на сканер. Точка, которая фонила, мигала чуть дальше вдоль каменной стены.

— Никак. До нас уже все вскрыли. Туда взгляни.

Я высветил фонариком ледяную глыбу. Но на самом деле это был череп огромного раптора. Его позвоночник с ребрами уходил куда-то к центру котлована, куда свет уже не доставал. А вот кости передней лапы были видны прекрасно. Они лежали прямо перед нами, частично уходя в стену.

Коготь — настоящий лом, а то и отбойный молоток! — пробил в стене небольшое отверстие, в которое, если постараемся, то можем и пролезть.

Глава 5

Я подошел к огромному черепу размером со школьный автобус, не меньше. На тех участках, где не осталось льда, кость уже сильно пожелтела. Всю поверхность головы раптора покрывали трещины — от глубоких борозд до поверхностных серых паутинок. Костные выступы уходили от самого основания вверх, образуя на макушке что-то вроде короны. Я заглянул в пустые глазницы, глянул на торчащий из пасти сохранившийся клык. Второй валялся тут же, под ногами.

Представил сначала, как этот гигант бродил по земле, а потом почему-то вспомнил, как ездил с родителями в Москву смотреть на скелеты динозавров в палеонтологическом музее. Кто бы мог подумать, что в итоге я сам найду скелет кого-то подобного глубоко под землей, в самом сердце Мерзлоты.

Боб отирался у пасти монстра, стараясь разжать челюсти, чтобы полюбоваться тем, что внутри.

— Может, как-то впихнем его на логотип? — спросил мой друг, ерзая в кресле. — Уж больно внушительно выглядит.

— Лучше, как ты предложил, чибзика впихнем. И ничего не внушительно, а вполне себе обыденно. Ты просто мало что в Мерзлоте видел пока, — отозвался я, тоже усаживаясь поудобнее. Я уже скучал по своему старому креслу на сорок второй!

— Совсем-совсем не внушительно? — расстроился Боб. — В зачет нашей исследовательской деятельности не пойдет? А, пофиг! Все равно сниму видосик на всякий случай. Заодно зафиксирую находку.

Тут Боб был прав, конечно. Задокументировать то, что мы нашли, не помешает, раз мы на исследовательский грант собрались подаваться. Чем больше доказательств нашей перспективной полезности удастся предоставить, тем больше шанс получить деньги.

— Не нравится мне все это, — сказал Руперт. — Что-то в этой дыре нечисто.

— Скорее всего, в этой дыре убежище древних, — проговорил я. Подошел к стене и стал изучать швы и стыки на поверхности. — Есть версия, что они пережили какой-то катаклизм, и, видимо, скрывались в убежищах, чтобы переждать.

— Известно какой! — фыркнул Руперт. — Чертовы коммуняки небось долбанули-таки по гребаным янки?

— Что-то я сомневаюсь. Даже в мое время такого уже не могло быть… — последнюю фразу я добавил уже вполголоса, про себя, а заодно вспомнил проекцию, которую я видел в «планетарии». — Скорее всего, всему виной метеорит или комета.

Я подошел к Руперту и заглянул в отверстие в стене, проделанное когтем. В нос сразу ударил затхлый сырой запах. Если бы в Мерзлоте что-то могло сгнить, то, наверное, воняло бы именно так.

Посветил фонариком. Луч света ударился в еще один скелет, а потом упал на стену из астериуса. Большуб часть ее поверхности покрывала какая-то ползущая «плесень» рыжего цвета. На полу валялись крошки льда и камней, пыль осталась только по углам, заваленным чем-то заледенелым. А в центре остались явно свежие следы. Если это и было убежище древних, которое атаковали рапторы, то, судя по всему, здесь уже обосновались новые хозяева.

— Ну что? Погнали? — обратился я к своей команде.

— А освежителя воздуха в арсенале твоего Ориджа случайно нет? — спросил Боб.

— Может, на каком-то сотом уровне и есть. Пошли!

Я выбил ногой парочку особо острых обломков и первым пролез в дыру. За мной последовал Руперт, а потом и Боб.

Мы оказались на ровной площадке, пол которой был слегка тронут льдом. Дорогу перегородил полуразрушенный скелет раптора, придавивший сломанного дроида. Перешагнув через лапу и обойдя останки, я снова подошел к черепу. В затылке чудовища зияла огромная дыра, а на потолке смерзлось что-то бурое с остатками черепной коробки.

— Дроида моего сюда утащили, — сказал Руперт, поднимая с пола какой-то предмет. — Вот! Бленда от камеры заднего вида. Ни с чем его не перепутаю. Сам собирал, чтобы и на затылке глаза иметь!

— Е-мое! — воскликнул Боб, который отвлекся от раптора и бродил по помещению от одной стены до другой. — Тут «мертвых» Ориджей целый отряд! Из всех этих обломков точно получится целый.

— Не получится, — процедил Руперт, — говорят же тебе, не работает это так. Скайкрафт можно обрабатывать только чистым. Он свои свойства передает только один раз.

— А если вместе скайкрафтовые детали соединить? — не унимался Боб, который набрал в руки уже целую кучу драгоценного «металлолома».

— Не будет он энергию проводить, — Руперт попытался что-то изобразить руками. — Он как глина. Пока свежий и сырой — лепи что хочешь, а если обжечь — можно только разломать. Ну или на полку поставить, чтобы пылилось. Даже если ты вот эту руку веревкой к телу примотаешь, с ней контакта не будет. Просто дубина получится.

Боб бросил все свои находки на землю и грустно вздохнул.

— Все-то не выкидывай, — усмехнулся Руперт. — Дубину можно сделать. Или бронепластины. Геморно только, и на коленке не получится.

— Пошли уже! На обратном пути что-нибудь заберем, — перебил я и указал вперед на темный коридор. — Энергия идет оттуда, есть шанс найти что-то получше и дроида твоего спасти.

Никакого плана эвакуации на входе не висело. Все, что мы смогли рассмотреть с того места, где стояли, — это стены из астериуса, где-то пробитые до камня, и какие-то неровности под потолком. То ли коммуникации, то ли просто конструкции, поддерживающие потолок.

Уголек попытался помочь с картинкой, но проекция явно охватила не все. По краям осталось довольно много незаконченных линий. По тому, что показал его сканер, можно было предположить, что здесь около двух тысяч квадратных метров и много различных помещений, которые тянутся с обеих сторон от пересекающихся коридоров. Затем лестница вниз. Снова коридор с комнатами и несколько больших помещений, переходящих одно в другое.

Ясно, что это не просто бомбоубежище, чтобы переждать атаку метеоритов. Это скорее целый комплекс для жизни во время полноценной ядерной зимы. Хотя о подобных сооружениях я мог судить только по одной из любимых игр детства — «Фоллаут». И при таком раскладе здесь вполне могла жить община, насчитывающая человек двести. По крайней мере, до тех пор, пока к ним в гости не пришли рапторы.

— Путь у нас один, — сказал я, обернувшись к своим спутникам. — Прямо по коридору. Я проверяю помещения, вы прикрываете. Смотреть в оба, не отвлекаться.

Как бы в подтверждении моих слов экран замигал множеством красных и оранжевых точек, которые стекались из разных уголков пространства в нашу сторону. Почувствовали, твари!

Я приготовил гарпун и сделал несколько осторожных шагов вперед, подтягиваясь к первому ответвлению.

Одна из точек находилась прямиком за углом. Я чиркнул гарпуном по стене, привлекая внимание, и тут же метнул его в жирную каракатицу, появившуюся из-за угла. Какой-то родственник «субмарины», у которого вместо «перископа» с ядом, имелась полноценная зубастая пасть.

За моей спиной застрочил пулемет Руперта. А я выбежал обратно к дыре в стене и успел вовремя прикрыть Боба, который отбивался сразу от двух тварей. Одну он достаточно метко прикончил из дробовика, а второй воткнул приклад «неубивайки» в зубы и лупил по ее хитиновому черепу рукой старого Ориджинала. Эффект был слабым, так что пришлось помочь гарпуном.

— Сюда! — закричал Руперт, выглядывая наружу. — Тут еще штук пять за нами подтянулись.

Мы окружили проем, и по одному встретили гостей (или, скорее, новых хозяев этого места), а потом их же телами попытались забаррикадировать дыру.

— Вот же гады, так и прут! — проговорил Руперт, заталкивая жирное тело мертвого монстра в общую кучу.

— Вроде пока тихо, — ответил я, сверившись с системой, но на всякий случай оставил одного арахнида охранять проход.

Мы вернулись в коридор и пошли осматривать убежище.

Только сейчас, стоя напротив одной из дверей, я заметил, что она была полукруглой формы и больше походила на люк космического корабля, чем на обычную дверь. Что-то мне космос везде мерещится, это неспроста.

Просканировал и прощупал все по кругу в поисках замка или хоть какого-то механизма, но ничего так и не обнаружил. Попробовал открыть ногой. Но тоже не вышло.

— Вот эта открыта! — прокричал Боб, который уже стоял перед следующей.

Мы зашли в комнату и удивились ее размерам: тридцать метров или около того. А не зря мне пришла в голову ассоциация с космическим кораблем! У противоположной от двери стены располагалась панель, которая выглядела как большой пульт управления. Я подошел поближе и с сомнением посмотрел на сломанные рычажки и два разбитых экрана. Из правого вылез маленький белый краб-падальщик. Придирчиво нас оглядел и скрылся обратно.

— Похоже, эти технологии уже не включить, — задумчиво пробормотал Боб.

— Согласен.

Я попробовал сковырнуть клинком панель, под которой спрятался падальщик, но лишь спугнул сразу целую кучу совсем уж мелких созданий, брызнувших во все стороны.

Добрая четверть панели оказалась и вовсе разрушена чьей-то огромной лапой. Слева от нас, почти под потолком, я увидел две ниши, выдолбленные в стене. Вылитая антресоль, а может, это такое место для сна, или вообще что угодно. Повсюду на стенах, на потолке, частично уже и на полу обосновалась все та же ржавая плесень, которую мы видели при входе.

Я посмотрел под ноги. Обломки пульта, кости, хитиновый панцирь. Вдруг увидел под нижней нишей голубой кристаллик. Система материал не определила. При ближайшем рассмотрении, я так и не решил, то ли это такая линза от какого-то прибора, то ли самостоятельный прибор. Повертев находку в руках, закинул ее в рюкзак. В крайнем случае продам на аукционе археологов.

— Опять они! — крикнул Руперт из коридора. — Эти какие-то другие, с зеленым отливом и рогами.

Раздались выстрелы вперемежку с непереводимой игрой слов. Руперт долбил короткими очередями, после каждой высказывая все, что он думает об устройстве этого мира.

Я выбрался в коридор, чуть не поскользнувшись на зеленой жиже, натекшей из трупов монстров. Метнул в темноту Крабика, а сам бросился к противоположной стене, к еще одному открытому дверному проему. Оттуда, семеня лапками и расталкивая друг друга, выскакивали рогатые многоножки. В свете фонарей их панцири отливали зеленым, как брюшки навозных мух.

Боб выскочил за мной и прикрыл наши с Рупертом спины. С его стороны сразу же раздался сдвоенный выстрел, и после довольно быстрой перезарядки еще один.

— Фух, упарился! — пропыхтел Руперт, когда поток монстров в коридоре схлынул, а я закончил зачистку комнаты. — Откуда они берутся только? Я всегда говорил, что день, когда яйцеголовые клонировали первую овцу, был Судным днем для всего человечества.

Помещение, в котором я оказался, выглядело еще более разрушенным, чем предыдущее. Большую мерзлую дыру в стене окружала плесень и какой-то губчатый мох. В правом углу переливалась кристалликами уже знакомая мне по другим пещерам Мерзлоты паутина. Она начиналась сверху и сползала вниз, захватывая стену с двух сторон.

Я задрал голову и увидел, что весь потолок покрыт паутинными коконами. Их тут висело около сотни, не меньше. Коконы светились изнутри оранжевым светом, а внутри них что-то шевелилось. Часть уже была пустая, а из одного, прямо у меня на глазах, начало что-то вылазить.

Склизкое, будто обслюнявленное, существо с кучей ножек по бокам. Тело светлое, почти прозрачное, на голове видны зачатки рогов и уже приличных размеров беззубая пасть. Существо издало скрипящих визг, дернулось, полностью разрывая кокон, и шмякнулось на пол.

— Сюда посмотри, — проткнув личинку гарпуном, я позвал Руперта в комнату. — Их не клонируют, а скорее на трехмерном принтере печатают.

— Ах ты ж дрянь какая! — воскликнул фермер прямо с порога.

Стоило им с Бобом войти, как еще один из висящих коконов приоткрылся, показав бледно-молочную начинку. Только что успокоившаяся система Ориджа снова подала слабый сигнал, а в следующий момент куколка раскрылась, как бутон, выплюнув вместе со слизью будущую сколопендру. Причем выплюнула в сторону Руперта, чуть ли не в голову его дроида.

Я не успел дотянуться, зато подсуетился Боб и пальнул в вылупившуюся личинку из своего дробовика, размазывая ее по стене.

— Инопланетные биолаборатории, не иначе. Последствия опытов, — пробормотал Руперт и отодвинулся подальше от слизи, которая растеклась по полу. — А ты растешь, пацан.

— Это нервное, так-то я сам чуть не обделался, — отмахнулся Боб, но по голосу было слышно, что комплимент ему понравился.

Мы задержались, чтобы перебить все коконы, а затем двинулись дальше. Заходили в те комнаты, которые были открыты. С переменным успехом вскрывали те, что заперты.

Нас встречали достаточно однотипные «каюты»: где-то с двумя, а где-то даже с тремя выдолбленными в стене полостями под кровати. Условные пульты управления с парой экранов и рычажками. Или полностью разрушенные, или наполовину. Встречались и оплетенные липкой паутиной. Никаких обозначений на них не было.

Повсюду валялся мусор в виде запчастей от каких-то механизмов, кости рапторов, а по стенам сползала плесень, поверх которой сплошь и рядом попадались следы жизнедеятельности жуков: куски панцирей, старая шкурка, будто они линяют, как змеи, и прочий мусор, натасканный сюда за сотни лет.

За каждым поворотом нам приходилось вступать в бой. Разные формы и подвиды айсиндей — с ядом, с рогами, гладкие, но с шипами по всему телу — бросались на нас, желая сожрать. Мне оставлось только удивляться такому единодушию при таком разнообразии. Роднила их между собой разве что вытянутая форма тела, множество лапок и хитиновая броня. Годы ли эволюции их так разнообразили, или просто подобные твари живут смешанной общиной — мы не знали ответа на этот вопрос. В какой-то момент вообще перестали обращать внимание на межвидовые отличия, работая на реакции: прыгает тварь из тени — прибей выпадом. Скребется за спиной — прибей с разворота, пока оно тебя за задницу не цапнуло.

Коридор закончился, и мы оказались у лестницы, ведущей вниз. Судя по карте, которую обновил Уголек, внизу нас ждали не только каюты, но и какие-то технические помещения или общие зоны.

Я начал спускаться первым и чуть не улетел вниз, поскользнувшись на чьей-то коже, валявшейся на ступеньках. Такое подозрение, что тут выпотрошили змею или ящера.

— А вот и следы, смотрите! — воскликнул Руперт, последним спрыгнув с лестницы.

И действительно, на ледяном полу был хорошо виден след. Как будто здесь тащили человеческое тело.

Мы пошли по свежим отметинам в пыли и оказались в просторном помещении, таком же замусоренном, как и все остальные, где по всему периметру на полу валялись какие-то палки. Может быть, когда-то здесь была оранжерея, которая помогала тем, кто здесь укрывался, выживать. А может, актовый зал, и это остатки сидений. Стены между этим и следующим помещением не было, и след терялся в темноте.

Первое, что я увидел, — припечатанного к стене раптора, а в его расколотом черепе торчала рукоятка топора. Ящер был поменьше, чем тот, что торчал из дыры при входе. А под ним на полу — тело Ориджа, наполовину изъеденное крабами, жуками или еще кем-то.

Я подошел к стене и выдернул топор. Череп при этом раскололся, а позвоночник с грохотом рухнул на пол.

Чистый скайкрафт без примесей! Я уже знал, что у меня совместимость с оружием будет низкая, а вот Бобу такой может пригодиться.

— Эй! Сюда! — сказал Руперт и махнул нам рукой с порога следующей комнаты. — Здесь, похоже, они и приняли последний бой. Отчаянные, скажу вам, были ребята.

И правда.

Я даже не смог сосчитать, сколько здесь валялось черепов, лап и ребер. Если свалить все в одну кучу, получилась бы целая гора. Впрочем, это и выглядело горой, в центре которой лежало пять или шесть Ориджиналов. И еще одного я заметил чуть дальше — он сидел на полу, привалившись к стене.

— До последнего стояли, — вздохнул Боб, подсвечивая фонарем расколотые кости рапторов и следы от пуль на стенах. — Алекс, как думаешь, что они защищали?

— Или кого, — поправил я и указал лучом своего фонарика на круглый камень, вмерзший в лед. Камень очень сильно смахивал на разбитый скафандр.

Я подошел к сидящему у стены Ориджу. Похож на «Варлока», но модель будто упрощенная, словно это какая-то первая версия.

Голова дроида была запрокинута, а в шее зияла дырка от чего-то крупнокалиберного. Судя по всему, пуля прошла через основание подбородка, повредив центр управления, и вышла в районе затылка. Я убедился в этом, отклонив его от стены. Похоже было на то, что дроид покончил с собой.

Нижнюю часть тела дроида покрывал тонкий слой льда, но приглядевшись, я заметил, что в руках он держал какой-то предмет. Расковырял лед, разжал сцепленные пальцы Ориджа и извлек из него цилиндр. Совсем как тот, что я открыл по заданию Лэйна, только крупнее, как термос или короткий тубус.

— Что это? — спросил Боб, подошедший ко мне.

— Надеюсь, судовой журнал или какое-то другое послание.

Глава 6

— И что? Как нам это вскрыть? Ты раньше здесь с таким сталкивался? Оно не рассыпется при вскрытии? — тараторил Боб, совершая вокруг меня уже пятый оборот.

— Бросил бы ты лучше эту штуку, — проговорил Руперт. — С помощью нее они точно внедрятся в твое сознание. А еще хуже, если оттуда выскочат какие-нибудь нанопаразиты и просто съедят твой мозг.

— За мое сознание, по-моему, уже можно не беспокоиться, — ответил я и повертел в руках цилиндр.

Я тут же выкрутил последовательность, которая подошла к загадке Лэйна. Согласен, что наивно. Ну а вдруг? Но да. Это было слишком наивно. Чуда не произошло, и цилиндр остался закрытым.

— Прикройте пока, — попросил я и глянул на сканер, чтобы проверить, нет ли поблизости новых монстров. — Мне нужно немного времени.

Потянулся, протер глаза под шлемом и несколько раз быстро выдохнул, будто тяжелый вес собираюсь поднимать. Но вместо рывка отключил мозг. Шоковая медитация: типа раз — и я в потоке, а на сцену выходит подсознание.

Символы, иероглифы и формулы побежали перед глазами, накладываясь на цилиндр, который я держал перед собой. Что-то фиксировалось, а что-то требовало прокрутки. Пол-оборота, оборот — мысленный, почти осязаемый, щелчок. Сразу за ним — следующий, и еще несколько.

С тихим шелестом, словно я вакуумную пленку разворачиваю, боковая крышка тубуса выдвинулась вверх и откинулась в сторону.

Никакие нанопаразиты оттуда не выскочили. Пришлось самому переворачивать и вытряхивать все на пол. Правда, я сперва дождался, пока Уголек подтвердит, что там нет взрывчатки или какой-то агрессивной среды.

С металлическим звоном на лед выпали четыре небольшие пластинки. Прямоугольные, размером со спичечный коробок, только тоньше в два раза. Практически одинаковые, только на всех был выбит разный рисунок. Неприметные бугорки, похожие на точечный шрифт для слепых.

— Что там? — спросил Боб, заглядывая мне через плечо.

— Предположу, что это ключи, — растерянно ответил я. На мастер-схемы или формы они не тянули, зато напомнили мне «плюшки» от домофона.

— А что они открывают?

— Ну… — я задумался и посмотрел по сторонам. Посветил в темный проем в соседнем помещении, разглядывая полустертые символы под потолком и сопоставляя их с теми, что были на ключах. — Вот это, кажется, вон к той двери.

— Сплошной лохотрон, — сплюнул Руперт. — Ее и так уже рапторы вскрыли.

Я подошел поближе, перегородив один из прожекторов фермера. Запорная конструкция была похожа на шлюз с блоком управления, утопленным в стену. Экрана уже не было, но нашлась забитая пылью скважина, куда без проблем вошелключ.

Правда, без какого-либо эффекта. Двойные створки уже были кем-то раздвинуты и для надежности загнуты по нижнему краю. А в двух метрах впереди с проемом проделали практически то же самое, только выгнули всего одну створку. Словно внутрь пролезло что-то маленькое, а назад уже пыталось пройти совсем большое. Но так и не пробилось.

Я присел на корточки, собираясь проползти вперед, но меня окликнул Боб.

— Стой! — воскликнул он. — Вернись! Встань рядом с Ориджем. Дай видос запилю. Вкупе со всем, что я тут уже заснял, у нас есть все шансы на грант.

— Давай потом? Впереди, скорее всего, жилой модуль. Если и будет где сенсация, то там.

У Руперта все наши действия вызывали явное недоумение.

— Вот вроде вы и парни неплохие, и профессионалы. А такой херней занимаетесь, — пробормотал он себе под нос и отошел от нас. — Всем же известно, что правительственные гранты — это только для того, чтобы деньги отмыть и у народа их скомуниздить. Пошли скорее!

— Да, двигаем! — согласился я, выпуская вперед Крабика.

Прополз в первую щель, осмотрел шлюз — на полу опять только замерзшая каша из жучьего дерьма и старых панцирей, среди которых валялись осколки разбитой линзы от клона Руперта.

— Сколопердь какая-то, — фыркнул Боб, морщась в кресле. — Хорошо хоть замерзло и не воняет.

— Не отставай, там дверь впереди, — велел я. Прошел чуть вперед по коридору и заглянул за ближайший угол.

— Очень подозрительно, но пока тихо, — сказал Руперт, проверивший другую сторону, пока Боб осматривал дверь. — Может, монстры еще не успели инструкции получить?

— Закрыта наглухо и не ломается, — посетовал Боб, проигнорировав вопросы Руперта, и как бы в подтверждении своих слов навалился всем телом на закрытую дверь. — Символы какие-то есть, но не разобрать. Может, ключ подойдет?

— Попробуем, — кивнул я. Присмотревшись к закорючкам на стене рядом с дверью, нашел там выемку для ключа и стал подбирать подходящий. — Чувствуете? Слабый ток энергии оттуда идет? Хотя основной источник где-то дальше и глубже.

— Ага, чувствуем, — хмыкнул Руперт и отступил в темноту. — Я щас.

Мы с Бобом успели только переглянуться, а Руперт уже вернулся, притащив за собой тело Ориджинала. Точнее, его верхнюю половину.

— Хах! Интересная модель! — заявилон. Наклонившись над Ориджем, фермер принялся «колдовать» над его головой. — Чернявый, правда, какой-то.

— А как же тот факт, что скайкрафт можно использовать всего лишь единожды? — спросил Боб.

— А я использую готовую форму, — пропыхтел Руперт, продолжая возиться около Ориджа.

Под руками фермера что-то хрустнуло, а когда мы с Бобом обернулись, то увидели, как он уже стоит в… Блин, я бы, конечно, сказал, что в шапочке из фольги, но, наверное, в этом мире это прозвучало бы странно.

— Зачем ты напялил на себя поломанный шлем? — спросил Боб, задав вопрос, интересовавший нас обоих.

— Для защиты, конечно! — гордо провозгласил Руперт, поправляя на голове конструкцию, которая явно была ему маловата.

— И как эта херь будет тебя защищать? — не унимался Боб, а потом спросил меня в берлоге: — Алекс, а мне тоже такая нужна?

Я покачал головой.

— Очень просто! Древняя технология защитит меня от воздействия излучения, которое здесь всех убило. Вам что, не очевидно, что все тут им пронизано?

Черт! А пару минут назад мне показалось, что он все же пришел в себя и забил на теорию мирового заговора.

— Всех убили рапторы, — проворчал я. Мне захотелось выдать жест «рука-лицо», но в Оридже это было бы не столь показательным.

— А рапторов, по-твоему, кто убил? — въедливо поинтересовался Руперт и поправил съезжающий шлем. — Вот! А теперь я готов! Так что можешь открывать.

С первым ключом я ошибся. В нишу он вошел с большим трудом и только наполовину. Пришлось вынимать и прочищать, пока напарники отогнали еще одну атаку. Довольно ленивую, кстати: к нам подкатили только две сколопендры и то больше в формате «мы только посмотреть, кто здесь шастает».

Парни справились без меня, а я наконец-то пропихнул ключ в скважину и, не зная, что делать дальше, поделился с замком энергией.

Есть контакт! Где-то внутри скважины загорелся зеленый огонек, мигнул несколько раз, а потом дверь дернулась и заскрежетала. Посыпалась пыль, створка вздрогнула и начала открываться. Прошла где-то сантиметров пятнадцать и заглохла. Я еще поддал энергии в замок, но нет — так это не работает.

Подтолкнул, протиснулся и замер, сканируя темноту.

Честно говоря, я рассчитывал найти склад, а еще лучше арсенал, но то, что я видел, больше напоминало операторскую.

Помещение разделили на две зоны. С одной стороны ютились остатки конструкции, какую я уже видел в горе на базе «Тринадцатых». Нечто похожее на капсулу, потом провода, идущие к группе монолитов, и еще одна капсула. Фонил энергией как раз один из монолитов, навскидку в нем процентов пять осталось.

А вот вторая часть чем-то смахивала на старую парикмахерскуюв которой степенные дамы сидят в креслах с пылесосами на головах и делают завивку. С поправкой на то, что все было покрыто ледяной крошкой вперемешку с чем-то похожим на хлопья ржавчины, только зеленого цвета. Словно патина на окислившейся меди.

Вплотную к стенам темнела какая-то аппаратура: по форме как большие тумбы, а что по содержанию — понять уже было невозможно. Ржавчина буквально проела стенки насквозь. Перед каждой тумбой стояло кресло для синхронизации.

Общую картинку я дорисовал в собственном воображении. В одном месте только кресло сохранило узнаваемые черты. Все остальные конструкции, а их было десять, сохранились лишь частично. Где-то торчала толстая нога-крепление к полу, где-то спинка валялась в грязи на полу, а в одном месте как раз с потолка свисал советский «пылесос» для бигудей.

В том кресле, которое сохранилось больше всего, под слоем разросшийся патины проглядывались человеческие останки. Я был уверен, что вижу череп и ребра.

— Е-мае! Это что? Люди? — воскликнул Боб, расширяя проем и проходя мимо меня по лучу фонарика.

— Не знаю, насколько применим термин «люди» к представителям этой цивилизации, но если применим, то да.

— А это все что? — Боб крутанулся, осматривая и, должно быть, сразу снимая помещение на камеру.

— Предположу, что это какая-то древняя система для синхронизации, или для восстановления Ориджей. Я уже такую находил. Но там стена на меня рухнула, так что рассмотреть в подробностях не получилось.

— Не сходится что-то. Тут всего десять кресел, а там мы тридцать тел нашли. — сказал Роберт. — Целиком, конечно, только одного и того с дыркой во лбу. Зачем он, кстати, это сделал? Какой смысл?

— Может, не хотел, чтобы рапторам что-то досталось, — я пожал плечами. — А, может, мозги набекрень уже были от происходящего.

— Все равно странно, проще было человеческие мозги вышибить.

— Да нет у них уже мозгов, — прошептал Руперт, поправляя на голове свой «защитный» девайс. — Тут же в углу как раз выжигатель мозгов стоит.

— Ты о чем? — заинтересовался Боб.

— Это система для оцифровки сознания! — многозначительно выдал Руперт, показывая на останки капсул с монолитами. — Инопланетяне с помощью этой штуки перенесли свое сознание в своих миньонов. Или создали эти совершенные тела и спустили их на землю, чтобы жить вечно и захватить наш мир. Они просто готовятся. И нам нужно быть начеку.

— Не сходится, — серьезным тоном ответил Боб. — А скелеты тогда откуда?

— Классовое неравенство, заговор элит, — еще дальше понесло Руперта. — Не захотели или не смогли. Это уже не важно. Важно то, что они бессмертны и мы на их территории.

Боб как-то довольно серьезно начал спорить с Рупертом, явно еще больше распаляя его фантазию. А я задумался.

Ну а что?

Если отфильтровать инопланетян и элиты, мечтающие восстать изо льдов, чтобы захватить этот мир, то доля истины в теории Руперта была.

Если предположить, что на Земле случилась некая катастрофа, которая погрузила весь мир в вечную мерзлоту. И древние люди, будучи на пике технологического прогресса, изобрели дроидов или даже использовали их раньше. А потом нашли способ сохранить если не жизнь, то хотя бы свое сознание и перенести его в роботов?

Сначала попрятались по убежищам, надеясь на что-то. А когда припасы и надежда закончились, получили цифровое бессмертие? Но не все, иначе мы бы не находили бесхозных Ориджиналов.

Я еще раз посмотрел на операторские кресла, а потом вышел из комнаты и быстро пробежался, более тщательно разглядывая тела. Практически на автомате отмахнулся от крадущейся сколопендры, пнув ее прямиком к Крабику.

Уже на четвертом «трупе» заметил разницу. В некоторых Ориджах считывались иные характерные черты. Те самые черты, которые я раньше уже встречал у фогеров.

— Интересно девки пляшут, — пробормотал я мимо рации.

— Где? — встрепенулся Боб. — К нам пришел, что ли, кто-то?

— Нормально все, это я о своем…

— Ты чего подвис? Мы еще одну дверь нашли, просыпайся!

Я потряс головой и протянул руку в поисках банки с энергетиком. Хотелось, конечно, что-нибудь покрепче и чтобы в собутыльниках была как минимум Симонова, чтобы все это обсудить.

В моей теории, конечно, было много белых пятен. Например, энергия, скайкрафт и его свойства — это причина катастрофы, ее следствие или что-то иное? А если фогеры — это оцифрованные люди, то почему они против нас?

Ладно, может, дальше еще что-нибудь найдем.

Я сфокусировался на Оридже и посмотрел, куда указывал Боб.

У стены, делившей помещение на независимые секции, стоял Руперт и счищал ледяную корку, под которой открывались очертания двери.Я прикинул, что человек моей комплекции легко пройдет в нее.

С замком там была совсем беда, но помог Руперт. Достал свой ремонтный набор, аккуратно там все расковырял, прочистил и чем-то смазал. После чего ключ нехотя, но вошел, а поданная энергия активировала дверной замок. Но дверь не сдвинулась и после этого, и в бой пошел уже Боб со своим новым топором.

— Похоже на офис, — сказал Боб, первым входя в помещение. — Здесь мог бы сидеть глава убежища.

— Или те, кто за всеми следил и тайно управлял, — прошептал Руперт. — Наверняка прослушка была по всей станции.

Я скорее склонен был поверить в версию Боба. Квадратный обмылок по центру комнаты когда-то мог быть столом. Кривая ржавая конструкция у стены — это, вероятно, бывший шкаф. Горку мусора затянула плесень. Еще один скелет тоже имел дыру в черепе.

Я запустил сканирование и вздрогнул от неожиданности. Над ухом заверещал Уголек, причем с новым каким-то звуком, будто мой модем год бесплатного интернета в лотерею выиграл. Датчики указывали на кучу какой-то трухи рядом со столом.

Я поворошил ее кончиком гарпуна, что-то дзинькнуло и неровно покатилось по полу, остановившись возле моей ноги.

— Обалдеть, Уголек, мы, кажется, нашли тебе подружку…

Я наклонился и поднял скайкрафтовый шар, очень похожий на моего дроида. Размером только чуть крупнее, и пластины сформировали совершенно другой узор. К тому же зона визора больше, но, к сожалению, он оказался разбит в нескольких местах. Сбоку одна панелька топорщилась и после несложных манипуляций открылась, как дверка. Внутри все покрывала все та же зеленая ржавчина, посреди которой блестел маленький кристалл, по форме и содержанию напоминающий старую радиолампу.

Уголек заверещал еще пронзительнее. Намотал пару кругов вокруг меня, он остановился прямо передо мной.

Внимание! Обнаружено новое оборудование для

स्तशः

藏

.

Совместимость моделей — 90%.

Желаете установить и синхронизировать c блоком управления?

А почему бы и нет? Я подтвердил выбор. Уголек пискнул, развернулся в воздухе, и одна из панелек на его теле сдвинулась, показав, что внутри есть место, куда можно вставить кристалл. Что я сразу же и сделал, и стал ждать результат.

На экране что-то быстро мигнуло, потом еще раз, будто что-то устанавливается, но все время слетает. Уголек при этом неподвижно висел в воздухе и только моргал визором.

— Ну вот, кажись, паленку установили, — поежился я, чувствуя, как моментально вспотел. — Уголек, что делать-то?

— Ждитешшшшкрыхх, — неожиданно приятным женским голосом произнес Уголек на родном русском вперемежку с писком и хрипами. — Идет установкхрщщща голосового кхрщщщхр и настройка языкарррххх…

От автора:Со следующей главы откроется подписка! Еще раз спасибо, что вместе со мной раскрываете мир Мерзлоты и его героев!

Глава 7

— Алекс, ты чего опять завис? — позвал Боб. — Что ты там нашел?

— Надеюсь, древне-русский словарь, — прошептал я, до конца еще не веря в то, что произошло. — Не снимай это на камеру, а если снял, то вырежи.

— Эй, о чем вы там шепчетесь? Уперли что-то? Я это из вашей доли вычту, — проворчал Руперт. — Пошли уже моего клона искать!

Я поднял руку, выставив большой палец, типа «иду и не переживай, при дележке все учтем». Посмотрел на подвисшего Уголька и на экран системы, где к тому времени наконец-то «проморгалась» полоска загрузки.

Появилась смешанная из символов и наших букв строчка, указавшая, что идет процесс установки. Периодически он сбивался и всплывало окошко, что какие-то фрагменты повреждены со стандартным диалогом: «Пропустить» или «Повторить».

Я несколько раз нажал «Повторить», но в итоге сдался и пропустил. Похоже, будет мой переводчик двоечником, но зато носителем языка! Пушка, огонь! Мне не терпелось его проверить и испытать, но полоска загрузки еле ползла. А судя по голосу, не его, а ее.

— Уголек, то есть… — Я задумался и поправился: — Искорка, ты прости, если что, а то как-то неудобно получилось…

— Я же говорил, что здесь излучение повсюду, — за гулким стуком по металлу я услышал голос Руперта. — Этот, вон, уже поплыл — прощенья у кого-то просит. Пойдем, если совсем кукухой не поедет, то догонит.

Я посмотрел на полоску загрузки. Эта еще не закончилась, а под ней уже появилась вторая. Что-то про обучение и адаптацию к языку.

Ладно, пусть учится. Что там эти символы по сравнению с нашим великим и могучим? Черт и тот ногу сломит!

Учитывая, что остальные функции у дроида временно отключились, я спрятал его в гребень шлема и побежал догонять напарников. Они уже ждали меня перед следующей дверью. В этот раз открытой.

— Алекс, здесь, похоже, склад был, — сказал Боб, светя фонарем в дверной проем. — Только его уже подчистили.

Помещение действительно чем-то напоминало складское. Вдоль стен тянулись выдолбленные узкие ниши, похожие на полки. Я подошел к ближайшей и пошарил рукой по поверхности. Сплошная труха. Ну еще мелкий панцирь жука, который я скинул на пол.

Руперт с Бобом последовали моему примеру и тоже стали обшаривать полки.

Закончив с нижним ярусом, я взобрался на чей-то панцирь внушительных размеров, валявшийся посередине склада, и дотянулся до верхних ниш.

Вдруг друг в кресле громко чихнул. Я чуть не свалился от неожиданности. После чего чихнул уже чибзик.

— Пыльно там, — объяснил Боб, шурша салфеткой и сморкаясь.

— Не придуривайся. Ты тут эту пыль не чувствуешь.

— Вон! Даже Очаровашка чувствует.

— О, постой-ка! Кажется, я что-то нашел!

Рука Ориджа нащупала несколько прямоугольников, лежащих стопкой. Я вытащил их на свет фонаря. Три мастер-схемы!

С виду пластинки были очень похожи на те, что я уже находил ранее. Скайкрафтовая форма с бронзовым лабиринтом на поверхности. Две из них система опознала как улучшение моего пистолета.

На первой вырисовывался лабиринт в форме длинной, узкой полоски, которая чем-то перекликалась с иконкой (пока еще серой) длинного ствола в ветке развития оружейного навыка. А на второй насечки на пластине напоминали то ли дождь, то ли фейерверк. Типа шквальный огонь, что ли?

Третью я вообще не понял, и система ограничилась отпиской: мол, не совместимо.

Ладно, дождусь установки языка у Искорки и тогда все переведу. Но если я прав, то вместе с той схемой, что нашлась в горе, у меня теперь есть три возможных апгрейда: удлинить ствол, сделать приклад и, вероятно, увеличить магазин. Сделал себе заметку, что весь скайкрафт, который мы обнаружим в убежище, потрачу только на эти улучшения и патроны. Хотелось поскорее прокачать эту ветку развития.

— Я тоже что-то нашел! — воскликнул Боб, доставая из ниши какую-то загогулину. — Похоже на скульптуру! Или, может, на лампу?

Я подошел посмотреть. Снова непонятный материал: полупрозрачный, с кристаллическими нитями внутри. Множество переплетенных между собой конструкций венчала круглая форма в виде шара, а внутри него висел маленький камушек скайкрафта.

Я машинально потряс необычную штуку. Может, ожидал, что внутри полетят декоративные снежинки, как когда-то в новогодних шарах-подставках.

— М-да, а я уже было подумал, что мы арсенал нашли. Выставим на аукцион.

— Кстати, а почему мы нашли столько Ориджей, а оружие только одно? — спросил Боб.

— Не одно, а три, — хмыкнул Руперт. Он принес из другого конца комнаты нечто похожее на шипастую булаву. — Биток из скайкрафта, но рукоять из астериуса. И тут разворовали все, крысы складские!

— А третье что?

— Перчатка. Возможно, силовая. — Дроид фермера поднял левую руку, на которую успел надать массивный кастет. — Но я вам ее не отдам, в мою долю пойдет.

— Круто, — не особо заинтересованно сказал Боб. Похоже, теперь у него есть все права забрать топор себе. — Но все равно, почему так мало? Здесь три десятка бойцов, а всего три оружия?

— Потому что инопланетные черти слишком жадны, чтобы им разбрасываться, — хохотнул Руперт, пытаясь стереть ржавчину с рукоятки из астериуса. — А если серьезно, то оружие Ориджиналов кристаллизуется из скайкрафта только во время активации. Берет внутренние резервы по определенно заданной программе, которая либо заложена сразу, либо изучается по мастер-схемам, как Алекс нашел.

— Ясно, а… — начал было Боб, но я его перебил.

— А как это работает, никто не знает. А в остальном Руперт прав. Оружие Ориджа — это, по сути, его навык. Со своими возможностями и ограничениями. По ходу разберешься, пойдемте уже, а то кушать хочется.

Зря я сказал про еду. Последний ключ, который у меня был, открыл довольно большое помещение, в которое нам не стоило заходить. Боб сразу выматерился сквозь зубы, развернулся и ушел обратно в коридор. Вроде даже вышел из синхронизации судя по его тяжелым вздохам и звукам мельтешению чибзика.

Мы нашли жилой модуль.

То место, где остались все те жители убежища, когда пали последние защитники. Рапторы до них не добрались, жуки тоже.

— Надеюсь, они не мучались, — сказал Руперт и сам же себе ответил: — Может, распылили какой-то яд и просто уснули. Чувствуешь, чем пахнет?

Похоже на то. Система не определила химический состав воздуха, но в помещении витал едва уловимый и в меру приторный аромат.

Костей было много, но лежали они ровно, будто действительно разошлись по своим углам и спокойно уснули навсегда. Ровный слой вездесущей «ржавчины» покрывал практически все кости.

Среди остальных особенно выделялись два скелета. Остатки конечностей были переплетены. Меньший череп накренился вбок и словно лежал на плече у второго.

Может, это была игра света, но мне показалось, что даже плесень, выросшая вокруг этих двоих, была чуть другого цвета. И это даже добавляло картине какой-то грустной романтики. Умерли вместе, и Мерзлота сохранила их соединенными навеки. Правда, вот таким своим странным способом. Кто бы ни были эти «люди» древности, но ничто человеческое им, оказывается, не чуждо.

Не сговариваясь с Рупертом, мы подцепили дверь и затворили. Я запихнул ключ в скважину, а фермер ударил по ней своим новым кастетом.

— Теперь намертво, как бы двусмысленно это ни звучало. Но я вот только одного не пойму, — шмыгнул носом Руперт. — Почему инопланетяне за своими-то не вернулись? Ведь могли же забрать обратно?

— Эх, — вздохнул я, — пойдем лучше клона твоего заберем обратно. Сигнал вон с той лестницы идет.

— Подожди… — Дроид фермера поднял палец вверх. — Слышишь? Что-то за углом шевелится. Может, на запах подтянулось?

Я пустил вперед арахнида и едва успел сделать несколько шагов, как система истерично запищала, предупреждая об опасности. Я прыгнул в сторону, пропуская мимо себя длинное змееподобное тело, прущее из-за угла. И Крабика, который болтался где-то сбоку, погрузив свои скальпели в желеобразную массу.

— Алекс! Назад! Прижмись к стене! — заорал Руперт и начал палить в существо из пулемета.

Мог обойтись без советов. Ледяной бок толстой твари и сам расплющил меня по стене так, что я невольно вспомнил утренние пробки в маршрутке. Я уже почти задницей стену начал продавливать, но и монстр меня достать не мог — он просто не сумел бы развернуться в такой тесноте.

Тварь вываливалась из-за угла толчками. То растягиваясь в тонкую длинную ленту, то уплотняясь, как обычный дождевой червяк. Собиралась в кучку и проталкивала себя вперед. На прямые попадания она вообще не обращала внимания, словно в этой горе мяса не было ни одного жизненно важного органа. Пули влетали внутрь и вязли там, как в холодце.

В следующую секунду треугольная голова с открытой пастью метнулась в сторону фермера. Он отступил к началу коридора, но споткнулся о какой-то порожек и упал.

— Боб! Стреляй! — крикнул я, а сам стал рубить клинком жирное пятнистое тело, прижавшее меня к стене.

Дуплет от «Стрекозы», двадцать ножевых ранений от меня, но сдохла она только тогда, когда я добавил паралитический заряд. Успел как раз в тот момент, когда ее пасть нависла над дроидом фермера. Тот откатился вправо, а в следующую секунду монстр упал на пол, издав предсмертное шипение. И начал сдуваться, растягиваясь в длину.

— Сколько в нем метров? — тут же спросил Боб, осматривая изрешеченное пулями тело.

— Метров пятнадцать, не меньше, — ответил Руперт, поднимаясь с пола и стряхивая с себя пыль и грязь. — Фух! Дрянь какая! У меня выскакивают на ферме такие после буранов. Ламбр-мусорщик, если по-научному, а по-моему, просто червяк-прожора. Сожрала бы нас сейчас и глазом не моргнула, тянучка гребаная.

В этом он точно был прав. Сканер системы четко указывал, что внутри червяка что-то есть. Я приложил руку к телу чудовища. Слабая волна энергии шла откуда-то из центра.

Двигая ладонью по «резиновой» шкуре, я нашел место, где излучение чувствовалось особенно сильно. Вспорол клинком неподатливое брюхо. Ух ты! Да ты пожиратель всего и вся⁈

Весь мусор, что вывалился из распоротого тела, меня не интересовал, а вот несколько кусочков скайкрафта тут же отправились в рюкзак. Отличные, блин, камни в почках у местной живности!

— Ты посмотри, Алекс! — воскликнул Руперт. — Это именно та тварь, что сожрала мою лебедку.

— И клона?

— Ненавижу сопли! — Фермерский дроид помялся, но все-таки залез в останки и начал вытаскивать стальной трос. — Клона нет, только кусок рамы с плечевой фермы, на которую я контейнеры креплю.

Я посмотрел систему, заодно проверив, как там дела у Уголька, тьфу, то есть Искорки.

— Судя по сканеру, основной источник сигнала метрах в тридцати от нас. Пошли аккуратно, вдруг этот червяк не один был.

Глава 8

Мы двинулись дальше, косясь на потолок. Появилось больше каких-то технических приспособлений, частично скрытых под коробом. Во многих местах «мохнатый» от ржавчины материал продырявился. Где-то целыми секциями, а под ним как раз и появились полусгнившие трубы.

— В техничку, похоже, гады забрались, — сказал Руперт, осматривая короб. — Видать, что-то там еще грело. Они могли там свой штаб устроить.

— В смысле гнездо? — спросил Боб и перехватил топор поудобней. — Это же явно какие-то членистоногие-многоногие, а не головоумные, чтобы штабы организовывать?

— Продолжай так думать, — хмыкнул фермер и понизил голос, будто его кто-то может услышать: — Они этого и добиваются…

С тем, что дальше техническая зона, я был согласен.

Бойлерная, генераторная или теплосоздавательная — тут без Искорки не разобраться. А она ушла на второй круг загрузки. Закончив с активацией, включила процесс обучения, как какой-то стандартный искусственный интеллект моего времени.

Через несколько метров вниз по коридору я нашел нишу в стене, прикрытую вмерзшим стальным листом. Расковырял ее и нашел остатки пульта управления: кочерыжки сгнивших рубильников, осколки стекла и какую-то странную субстанцию, которая могла быть полуразложившимся пластиком. Ну или чешуей пришельцев, если бы я спросил мнения Руперта.

Подцепив гарпуном, я наполовину выдернул все это из стены. Посветил фонарем и в образовавшейся нише, в замысловатых креплениях, увидел несколько кусочков скайкрафта. По размеру они были как мизинчиковые батарейки, а по форме как уменьшенные копии монолитов.

— Что там? — спросил Руперт.

— Похоже на батареи из скайкрафта, только без заряда.

Я зажал один монолитик между большим и указательным пальцем и навел на линию прожектора фермера.

— Встречал такие. — Руперт протянул руку и аккуратно перехватил маленький вытянутый камушек. — Много там? Если их зарядить получится, то я предлагаю их не продавать. Такая писюлька вмещает в себя столько же энергии, сколько четыре повербанка.

— Шесть штук, — сказал я. Быстренько выковырял все остальные и рассовал по карманам разгрузки. — Кстати, надо будет на обратном пути забрать остатки того, что мы нашли в операторской. Его уже тогда на аукцион выставим.

Возражений не последовало, и мы двинулись дальше. Руперт простукивал стены, а Боб косился на потолок и шел так, будто в классики играет.

Мы увидели узкий дверной проем, частично заваленный остатками короба с потолка, а за ним большое, пустое помещение. Только в полу была дыра неровной формы с довольно гладкими краями. Именно из нее и шло все излучение, которое улавливал сканер.

Мы подошли к краю и осветили то, что находилось внутри. До каменного пола, присыпанного снежной крошкой, оставалось метра два. Под нами был неровный (почти треугольник в сечении) тоннель, который разбегался в разные стороны.

— Как думаешь, — я обратился к Руперту, — это оттуда сюда прогрызли, или отсюда туда?

— Думаю, что отсюда. Арматура видишь, куда выгнута? — Фермер наклонился к краю ямы. — Выросло здесь, сквозь дверь не пролезла. Психанула — стены вон тоже покарябаны.

— Может, оно совсем ушло? — спросил Боб.

— Это вряд ли, — усмехнулся фермер, — я его слышу. Прислушайтесь.

Мы все замолчали. Даже Крабик перестал цокать лапками. И сначала было непонятно, что за звук идет, — может, помехи в радиоканале, но потом все отчетливее становился тихий скрежет. Будто кто шершавый гладит что-то гладкое.

— Надо бы разведать. Все самое ценное точно туда утащили, — сказал Руперт.

— А как она утащила, если выбраться не может? — спросил Боб, озвучив частично и мои мысли.

— Телекинез, конечно же, — уверенно сказал фермер.

— Или там все-таки королева местного улья, у которой мелкие гады на подхвате, — возразил я. Моя версия мне больше понравилась. — Тот же слизень, например. А остальную популяцию мы уже уменьшили.

— Я не полезу, — сразу же заявил Боб, заметив, что мы с фермером смотрим на него. — У тебя Оридж, а у тебя… У тебя шлем защитный! Сами и топайте, а я на шухере постою.

— Ладно, я пойду, — не стал спорить я и встряхнулся. — Лебедку только притащите — вдруг мне срочная эвакуация понадобится?

Пока Руперт ходил за лебедкой, я быстро залез в настройки и смастерил с десяток скайкрафтовых пуль, используя свои старые запасы. Ледяные жабы, конечно, душили, но раз я решил прокачивать эту ветку навыков, то буду. Я был уверен, что потом окупится.

Когда все были готовы, я еще раз осмотрел дыру.

Суммарно перекрытие больше метра, в несколько рядов торчат куски арматуры, которые действительно загнуты вниз. Поглядев по сторонам, я посветил фонариком и спрыгнул.

Мягко, почти бесшумно приземлился и скривился от странного запаха, похожего на смесь аммиака с лавандой. Резко, сладко и тухло одновременно.

Вокруг стало довольно светло. Луч фонаря отражался и рассеивался от ледяной поверхности. Я оглянулся по сторонам: нора почти ровная, но легкий изгиб идет в каждую сторону. Видимость была метров двадцать-тридцать. Там, где проем шел на расширение, сканер показывал источник энергии и скайкрафта, плюс в нескольких метрах от меня на полу блестела какая-то очередная деталька от дроида.

— Ну что там? — нетерпеливо спросил Руперт. — Видишь моего дроида?

— Пока нет. Иду дальше. Стерегите спину.

— Тебе шлем скинуть? А то я за клона своего переживаю, ну и за тебя немного.

— Спасибо, обойдусь…

Я активировал пистолет, Крабика закинул на щит и сцепил руки так, чтобы и целиться, и щитом себя прикрывать. Чувствовал себя патрульным полицейским.

Дойдя до первого изгиба, я осторожно выглянул за угол и примерно метрах в двадцати увидел, что тоннель расширяется. Становится шире и глубже, превращаясь в огромную яму, чуть ли не с горкой заваленную всяким мусором. Обломки мебели, какие-то трубы, шестеренки, битые экраны, наподобие тех, что я уже встречал в подводном бункере и «планетарии», и еще много разного окислившегося хлама, который не поддавался идентификации.

Полусгнившая мусорная свалка какая-то! Причем и запах изменился, добавилось что-то старческое, как давно непроветриваемая квартира.

Частично все покрытвали снег и лед, но были и места (словно там нагрето и натерто), где осталась только гладко раскатанная пыль. В метре от края выделялось яркое пятно — это валялся свеженький дроид.

Свеженький относительно всего остального, конечно. Фермерский клон среднего уровня, китайская попытка скопировать «Защитника» и при этом его облегчить.

Я подошел ближе и стал просвечивать все темные уголки в поисках местного «дракона», который должен охранять всю эту кучу «сокровищ». Услышал, что звуки трения усиливаются, но добавился эффект эха, и поэтому среагировал я чуть позже, чем следовало.

Развернулся на звук одновременно с раздавшимися выстрелами и криком Руперта:

— Алекс, сзади! Щемится тварь! Встречай!

Грохот выстрелов эхом разнесся по тоннелю, к пулеметной очереди фермера добавился и дробовик Боба. Я краем уха слышал его бормотание в берлоге — он явно был впечатлен.

Я прицелился в середину прохода, чтобы сразу же выстрелить, как только кто-нибудь появится из-за угла.

Выскочила тварь довольно стремительно. Не знаю, сколько пуль ей всадили в спину, но она даже раненой не выглядела.

Червь. Не червяк, не гусеница, а уважительно к виду — толстый зубастый ЧЕРВЬ!

Огромная пасть занимала почти всю морду. Белая шкура. Костяной гребень вдоль спины и большое количество коротких толстых лап. Передвигаться они ему не помогали — круглое тело ввинчивалось в тоннель, словно буравчик. Где тело червя заканчивалось, я не видел, но, судя по тому, что Руперт еще стрелял, — хвост был еще где-то там.

Куда стрелять, было непонятно. Я прицелился в точку на толстой бордовой «губе». Скайкрафтовая пуля без труда оторвала шматок мяса, выбила парочку зубов из второго ряда и выскочила за спиной у монстра.

Я активировал двойника, толкнул его перед червем, а сам отпрыгнул назад и побежал к горе мусора. Вскарабкался, пытаясь спрятаться за обледенелым ящиком. Выключив фонарь, перешел на режим ночного зрения и перезарядил пистолет. Достал из разгрузки термобарическую гранату, но, посмотрев на неровный потолок, убрал обратно. Слишком рискованно, как и с пирамидкой.

На пороге ямы появился червь. Прекратив вращение, он поднялся на задних лапах и стал слепо тыкаться головой в разные стороны. Из раненой морды на снег капала густая жидкость бледно-фиолетового цвета.

Подо мной предательски скрипнула какая-то железка, и голова монстра моментально дернулась в мою сторону. Пасть расширилась и практически полностью поглотила ящик, за которым я прятался. Я выстрелил прямо сквозь него и ударил его двумя ногами, вталкивая поглубже в пасть червя. Откатился назад и, пока зубодробилка перемалывала в пыль остатки ящика, бросился в сторону, уворачиваясь от качнувшихся на меня боковых когтей.

— Да что с тобой делать-то?

Я попытался рубануть гарпуном, но червь не подпустил меня к себе, а начал завинчиваться, разворачиваясь и оттесняя меня к стене.

«Объект класса „Каттер“ практически неуязвим, единственное слабое место — сердечный узел», — неожиданно проснулась Искорка.

— Супер! А где он?

«В зависимости от возраста особи он расположен между третьим и четвертым позвоночными отделами».

— Это прям меняет дело, — буркнул я, уворачиваясь от выпада зубастой морды и пытаясь воткнуть гарпун где-то между третьей и четвертой лапой.

Я почти дотянулся до брюха, но в последний момент клинок лишь чиркнул по боковому когтю. А голова монстра тут же отбросила меня в стену. Я поморщился, глянув на длинную царапину, появившуюся на плече Ориджа.

— Показать можешь? — сквозь зубы спросил я, растирая собственное плечо, которое почувствовало этот удар.

«Конечно, я сразу это сделала», — в голосе дрона послышались знакомые нотки недовольной трескотни.

— И как я должен был догадаться, блин? — изумился я. «Третий отдел» у червя почему-то заканчивался после шестой лапы.

Три коротких, одна огромная, потом еще две толстых, а уже потом на проекции червя, словно на рентгене, подсветилась красная точка. Самое неудобное место, я не смог бы дотянуться гарпуном.

Пришлось убегать, наматывать круги и перезаряжать оружие.

Несколько раз я сбивался, одну пулю даже выронил, когда червь слишком резко поменял направление и плюнул в меня чем-то похожим на жеваную зеленую паутину. Дважды приходилось отбивать атаки монстра энергетическими ударами — урона они не наносили, лишь отбрасывали его морду в сторону. И это явно его злило. Он плевался чаще, тряс мордой, разбрасывая вокруг фиолетовую кровь, фыркал и хрипел, как взбешенный бык. А я, стало быть, превратился в тореодора — подманивал его к стене, чтобы ограничить место для маневра, бил энергетическим ударом, выбешивая еще сильнее. И в последний момент, когда уходилрывком с переворотом.

И вот, после одной из таких комбинаций, прежде чем червь успел развернуться, у меня на экране сошлись целик и красная точка! Раздался негромкий на фоне хрипов монстра выстрел. Шкура лопнула и червь рухнул на гору мусора.

Внимание! Получен новый уровень!

Текущий уровень — 41

Запас энергии пополнен.

Базовые характеристики повышены на 0,2%, навыки стрельбы улучшены на 5%.

Пять процентов улучшения выразились в ускоренном прицеливании и возможности фиксации сразу трех целей на экране системы. Прекрасно! Осталось решить что-то с перезарядкой и количеством выстрелов, и вообще будет огонь!

Я отправил Искорку пролететь вперед по тоннелю, и после того как на экране появилась «чистая» проекция, позвал Боба с Рупертом. Вторая часть тоннеля была раза в два длиннее, но заканчивалась тупиком.

— Неплохо ты его! И это даже без защиты… — задумчиво проговорил Руперт и поскреб свою шапочку, глядя на мертвого червя. — Помогите, парни.

Мы навалились втроем, чтобы оттащить мертвую тушу, упавшую на фермерского клона.

При ближайшем рассмотрении дроид, конечно, оставлял желать лучшего. Где-то помятый, где-то опутанный паутиной. Вмятина на шлеме. И конечности покрывали какие-то подозрительные разводы. Интересно, это вообще стоит ремонтировать и чистить?

Фермер начал кружить над своим клоном не хуже, чем Искорка над какой-нибудь находкой. Прикидывал, как его починить и улучшить. Это я понял по отрывистым репликам, которые он время от времени выдавал вслух.

— Тут подправим, тут заменим, — бормотал фермер, оттаскивая клона в сторону.

— А разводы эти получится убрать? — озабоченным тоном спросил Боб. — Быстро он портится, словно от той заразы, что бродит сейчас по Мерзлоте. Это же не она?

— Зачем убрать? — удивился Руперт. — Я их три дня рисовал! Как раз для защиты. Кучу денег, между прочим, отдал, зато меня в камерах толком не видно.

Боб еще что-то спросил, видимо, решив, что ему тоже нужна такая маскировка, а я принялся долбить лед и расчищать мусор. Пробирался к тому, что уже «горело» на сканере.

Сперва я нашел какие-то непонятные конструкции, вроде той, что мы нашли в одной из комнат. Не одной одинаковой формы, но собранные по единому принципу из множества переплетений и с объемной «шапкой» сверху. Внутри все такой же маленький кристаллик скайкрафта. Даже если сама штука не вызовет интереса на рынке, скайкрафт всегда будет в цене.

Шестеренки и механизмы, сломанное оружие (в основном из астериуса, но было и несколько ножей из скайкрафта), какие-то диковинные статуэтки, несколько шкатулок-цилиндров (правда, расколотых и пустых), какие-то диски и емкости, которые вполне могли быть обычной посудой. Никто из нас не был в курсе, для чего предназначалась большая часть всего этого добра. Я попробовал протестировать Искорку, но и она толком не справилась. На что-то сразу выдала:«Фрагменты памяти повреждены, предмет не опознан» , где-то только запутала:«Запасной модуль контроля проводимости энергии для генератора второго типа…»

Но я был уверен, что на все найдется свой покупатель.

Уж если в мое время костюм «Супермена» из фильма 1978 года приобрели за сорок тысяч долларов, то найденный в убежище древних людей инвентарь точно должен вызвать интерес. Не только у ученых и археологов, но и у коллекционеров, помешанных на Мерзлоте.

А вот и джек-скайкрафт-пот!

Не залежи, чтобы погрузить в кузов Летучего Голландца, колесящего по Мерзлоте, но и не маленькие камушки, которые я находил в последнее время. Три таких увесистых необработанных камня, темно-синих, прозрачных, как вода, с красивыми темными прожилками внутри.

— Юхуу! Абалдеть! — завопил Боб, для которого сегодняшний поход был единственным и самым увлекательным его приключением в Мерзлоте. За последние несколько часов он пережил опыт, на который у меня ушло несколько недель. Да еще и скайкрафта подбросили.

Мы нашли еще пару кусков скайкрафта. Поменьше, чем первые три, но скайкрафта много не бывает. Я взвесил камни в руке. Граммов по двести — двести пятьдесят каждый.

Что мог, из того, что считал ценным, я запихнул в рюкзак, но для всего остального нам требовалась какая-то емкость, а лучше две.

— Руперт, а ты же специалист по коже? — задумался я и посмотрел на тело червя. — Может, если хвост отрезать, из него отличный мешок получится?

— Специалист… — кивнул фермер. — Но лучше два раза сходим.

— А то и все три, — пропыхтел Боб, с трудом вытаскивая из кучи мусора неплохо сохранившийся шлем оператора. — Ну а эта-то штука будет работать?

Глава 9

— Лови, — крикнул Боб, кидая мне шлем. — Симпатичный и вроде бы целый.

Довольно легкий. Точно легче, чем тот, что сейчас у меня на голове, при том что более закрытый.

Материал напоминает матовый пластик. Сверху на него нанесен легкий орнамент, похожий на гравировку в виде взлетающей стаи птиц над лесом. Мелкая, но довольно детально проработанная картинка.

Внутри вставки из скайкрафта — ровно на тех местах, где в современных шлемах расположены датчики, подающие информацию в мозг.

— Один в один, как наши, — сказал я и запихнул шлем в рюкзак. — Получается, что в «Майтен» ничего не изобретали, а, видимо, нашли образец и просто скопировали. Дома попробую разобрать его.

— Что значит «не изобретали»? — возмутился Руперт. — Они за всем этим и стоят, а шишка из «Майтен» — пришелец! Это я вам точно говорю.

— Вот с этим я не буду спорить, — кивнул я. Лэйн — точно пришелец, только не оттуда, откуда думает фермер. — Давайте выбираться уже. Берем самое ценное и побольше, но чтобы руки не занимать. Лучше потом вернемся.

Возражений не последовало.

Боб достал из рюкзака два гибких складных контейнера, поделился со мной, и пошел процесс упаковки.

Мы набили полные рюкзаки. Три объемных контейнера. Два черных у нас и синий у Руперта, от которого я даже флешбэк словил, вспомнив ИКЕА. Плюс клон.

Вытащили все это из пещеры и с трудом, но закинули-таки наверх в бойлерную. А там уже переупаковались.

Руперт что-то настроил на спине своего дроида, и рама за его спиной вытянулась и раскрылась. Он подпер клона к стене, присел рядом и зацепил того на специальные крюки — получился рюкзак в виде дроида.

— Классная переноска, — похвалил Боб. — И даже земли не касается. Помочь зафиксировать?

Фермер отказался. Сам обмотался тонким шнуром и пошатнулся, привыкая к новому центру тяжести. Свой баул Руперт набил остатками Ориджиналов и повесил на грудь, чтобы компенсировать нагрузку на спине. Черепаха беременная какая-то получилась: если упадет, то уже не встанет, но, по крайней мере, руки у него остались свободными.

Тощую «Стрекозу» скосило вбок, и вместо того, чтобы нормально держать дробовик, Боб все время хватался за стены.

Я тоже выглядел парашютистом с двумя парашютами — свой рюкзак перевесил на грудь, а контейнер закинул на спину.

— Ну что, челноки? Двинулись? До рынка далеко еще.

— Свое добро шарниры не гнет, — ответил Руперт и первым протиснулся в дверной проем.

А потом даже до угла не дошел, как начал стрелять то в пол, то в потолок.

— Что там? — крикнул я фермеру, одновременно сверяясь с данными Искорки. Она показывала мелкие желто-оранжевые пятна, буквально точки, но настолько много, что весь фон вокруг выглядел оранжевым.

С потолка изо всех щелей вываливались мелкие паразиты: сороконожки и мокрицы размерами чуть больше ладони. Их даже система не воспринимала как серьезную угрозу, но выглядели они все равно мерзко. Особенно когда я отмахнулся от извивающейся гадины и впечатал ее в стену, а из нее потекла зелено-коричневая жижа. Бр-р! Словно жуки на лобовом стекле, пока едешь по трассе.

Еще и Боб вскрикнул над ухом, словно его на диване режут.

— Чибздец, какая-то херь под шлемом, Алекс! Я чувствую! А-а-а-а! — заорал Боб и начал извиваться всем телом, пытаясь скинуть с себя что-то, что заползло на «Стрекозу».

— Руперт! Помоги Бобу, — крикнул я из коридора, понимая, что фермер ближе, а сам начал отмахиваться гарпуном, ракручивая его, как мельница лопасти, и продвигаясь к самой большой дыре.

Оказалось, что одна мелкая сколопендра шмякнулась прямо в сочленение капюшона и почти заползла под шлем. Считай, за шиворот!

— Стой, блохастый, не дергайся! — услышал я голос фермера. — А то я твоего клона вместе с этой тварью покалечу.

Пока парни были заняты спасением Боба, я раскидал почти всех, кто успел выбраться. Кромсал мелочь, топтал и давил баулом, тяжело вальсируя вокруг своего Крабика. А тот в это время устроил полнейший геноцид своим «дальним родственникам».

Я подобрался к пролому в вентиляционной шахте и активировал «Энергетический удар». Сплющив ржавые стенки, я заткнул ими же темную дыру в потолке. Повторил с другой стороны, откуда насекомые сыпались, будто из перевернутого ведра. Там закрыть щель не получилось, но мелкие гады от напора энергии начали хрустеть и лопаться с противным звуком.

— Ходу, ходу! — я погнал дроидов вперед, отправив еще две волны энергии себе за спину и просадив свой резерв почти до половины. — Боб, ты как?

— Выпить надо, — прошептал друг, — и помыться хочется.

— На ферме тебя обработаем. А то вдруг она успела яйца отложить? Станешь потом ходячим зомбодроидом, — «утешил» Руперт.

— Не слушай его, — решил я подбодрить друга, услышав, как он начал проклинать Мерзлоту.

Уже никуда не сворачивая, мы прошли мимо бывшего жилого модуля и склада. Заскочили в операторскую за монолитом, прошли помещение с мертвым Ориджем, где осталось больше всего костей рапторов и обломков дроидов.

До дыры с торчащим из нее когтем мы добрались без приключений. Нашли там перемазанного в слизи Крабика и пять трупов «субмарин».

Когда мы, наконец, оказались на ферме Руперта, я уже сам был готов проклинать Мерзлоту. Еще немного — и тоже начну грозиться, что ноги моей здесь больше не будет. Батарейка Ориджа просела до тридцати процентов, а моя собственная так вообще была на донышке. Смартфон в мое время с таким запасом уже не включался, и, даже если воткнуть шнур питания, сначала лишь моргал красной батарейкой.

Боб, мне кажется, уже вырубился. Фермер еще не успел гостеприимно сказать: «Вот в этом сарае можно пересидеть», как в нашей берлоге раздалось тихое сопение с редким нервным похрапыванием.

Мы обсудили с Рупертом будущую дележку и довольно быстро пришли к соглашению. Он хотел себе весь лом с Ориджиналов, а я — весь необработанный скайкрафт. Все остальное поделим уже в кредитах, когда продадим на аукционе.

Я не удержался и спросил Руперта:

— А что ты будешь делать с ломом?

— Крышу. — Он показал пальцем в ночное небо. — Они следят за нами, а мне это не нравится.

На этих словах он постучал пальцем по защитной шапочке, приподнял ее в знак прощания и рассинхронизировался.

— Искорка, что думаешь? Получится у него?

«Согласно моим данным, над нами сейчас нет спутников», — ответил дрон.

— Супер! Я не про спутники, я про данные. Что еще у тебя есть?

«У меня есть доступ ко всемирной сети. Но в данный момент я не могу интерпретировать все данные — процесс обучения еще не завершен».

— А что-то базовое? Где мы? Что это за планета? Кто здесь жил до нас? Чьи скелеты мы нашли? — Начав задавать вопросы, я уже не мог остановиться. — У меня реально тысяча вопросов!

«Что бы вы хотели узнать?»

— Где мы?

«Участок номер триста двадцать восемь. Зарегистрирован на Руперта Патерсена. Цель изыскания — ферма для сбора ресурсов. Дата регистрации…»

— Стой! Спасибо, конечно, но реестр я и сам могу погуглить. Давай иначе, — я задумался над тем, как получше сформулировать вопрос, — как называется планета, на которой мы находимся?

«Эйч-пи-ноль-один-три. Класс жизнепригодности — гипопсихропланета», — скороговоркой выдал дрон.

— Ну, про «гипопсихо-что-то там» понятно, — я подавил зевок и встряхнулся. — Это стандартный класс для таких температур. А первую часть можешь расшифровать?

Искорка издала шипящий звук, как будто какие-то шестеренки внутри прокручивались. Никогда не поверю, что ИИ может так долго соображать. Скорее всего, что-то в ее системе было не в порядке. Мои мысли подтвердились голосовым сообщением, которое дрон выдал в эфир минуты через три после того, как я задал вопрос.

«Невозможно сформулировать ответ. Часть данных повреждена. Необходима повторная загрузка модулей памяти», — наконец, ответила Искорка. Мне даже показалось, что она вздохнула.

— А где взять эти модули памяти?

«К сожалению, у меня нет ответа на этот вопрос. В радиусе действия моего сканера их нет».

Я как будто даже услышал извиняющиеся нотки в голосе дрона. Задал еще несколько вопросов про Ориджей и про древних. Про систему управления дроидами, энергию и скайкрафт.

И не узнал практически ничего нового. То есть, доступ ко всем существующим «Википедиям» у нее был, а, например, прочитать учебник истории или естествознания древних она не могла. Либо такой никогда не существовал в природе, либо как раз находился в поврежденных модулях, либо я неправильно задавал вопросы.

Например, на вопрос, кто ее создал. Получил довольно подробную информацию в духе: «Бот РСЦ-0713–02 на третьей наносборочной линии в пятую смену, согласно модели дроида-разведчика…».

Вот только, кто такие древние, понятней мне не стало. Могли быть и люди, такие же, как мы, просто более развитые, так и зеленые человечки из фантазий Руперта. А «дроид-разведчик» могло быть как логичной функцией, так и адаптацией перевода.

Зато в системе появилось больше переведенных данных об аномалиях и расширилась внутренняя база «Бестиария». Что уже само по себе перевешивало все остальные недостатки. А с остальным мы разберемся по ходу. Если Искорка сейчас не видит вокруг нас полезных модулей, это не значит, что их нет вообще.

Я на секундочку стянул с головы шлем и сделал большой глоток энерго-тоника. В комнате сладко посапывал чибзик, зарывшись носом в свою меховую подушку из австралийской обуви. Откровенно говоря, не посапывал, а храпел от души, формируя своеобразное эхо от Робертова богатырского храпа.

Заразительный, конечно, храп, но я хотел еще кое-что закончить. Вернулся к Ориджиналу, уселся поудобней и разложил перед собой мастер-схемы и скайкрафт.

Активировал свой двуствольный пистолет и начал «колдовать»! Внимательно отслеживал на экране весь процесс. Пистолет сделался полупрозрачным, остались только линии, превратив его в трехмерный чертеж.

Новые детали после активации мастер-схем выглядели так же, только светились по краям, создавая такой эффект, будто вся конструкция повисла в воздухе. Причем это можно было собирать, разбирать и крутить на триста шестьдесят градусов.

На все, что предлагала система, я сказал уверенное «да» и через полчаса, довольный как слон, разглядывал улучшенное оружие.

Во-первых, появился приклад, а вместе с ним и нечто похожее на кожух или рамку, куда вставили пистолет. Сверху разместилась полноразмерная планка Пикатинни, дополнительная направляющая снизу (вероятно, под рукоятку или фонарик в дальнейшем). Во-вторых, верхний ствол стал длиннее сантиметров на двадцать, будто на него надели глушитель с прямоугольным сечением. По сути, у меня в руках был уже не пистолет, а карабин с подствольником.

Выросли показатели совместимости и дальности стрельбы, повысилась точность, практически сравнявшись по характеристикам с утерянным «Берсерком». При этом конструкция не была постоянной. Как и с ядом у клинка, это была опция, которой можно было не пользоваться.

Следом пошла третья мастер-схема, которую Искорка расшифровала как «быстрый огонь», а сам карабин в моем вольном переводе получил имя «скаутган». По своей форме девайс оказался похож на обычный пистолетный магазин, под который трансформировалась и рукоятка и сам ствол.

На экране это выглядело так, что место перелома стволов будто заварила яркая вспышка, которая потом побежала по чертежу к нижнему стволу и превратилась в окошко для заряжания «подствольника».

Я вышел из режима работы с мастер-схемами. Задумчиво повертел полученный карабин в руках. Создал еще патронов и зарядил магазин. Поместилось двадцать штук.

Может, и не прям уж «шквальный огонь» и режим «только одиночными», но все равно пушка-огонь!

— Искорка, а другие типы патронов бывают? А то выстрелы прямо золотые получаются.

«Стрельба из скаутгана возможна разными типами пуль. Для изменения свойств необходимы соответствующие мастер-схемы».

— А совершенно случайно их нет поблизости?

Случайно их поблизости не оказалось, зато в уцелевших модулях памяти нашлись координаты аж трех арсеналов, где их можно будет поискать. Ближайший, правда, находился аж в том секторе, где я нашел Искорку.

Далековато…

Проснулся я от яростных криков. Под мышку забился и дрожал напуганный чибзик.

Кричал Роберт, разговаривая с кем-то по тач-панели, и на моей памяти кричал он в первый раз в жизни. Пыхтеть, ворчать, пытаться быть строгим — да, но чтобы так орать?.. Такого еще не было.

— Что значит «скелет не является доказательством»? — Если бы у голоса был цвет, то сейчас тон Боба можно было бы назвать белым от гнева. — В смысле «рядом не было представителя фонда, чтобы зафиксировать находку»? Вы там чибзданулись все, что ли? Разлом, полный монстров? Какая еще комиссия?

Чибзик фыркнул и, осмелев, подбежал к Бобу, намереваясь цапнуть его за ногу. Не понравилось, видать, что название его породы начали использовать как ругательство. Но Роберт, не глядя, отпихнул зверька, и продолжал кричать на невидимого собеседника:

— Я знать не знаю, кто такой мистер Накамура! — Боб сжал кулаки и выдохнул, пытаясь успокоиться. — И что? Вы меня слышите? Он два ребра нашел и жопу… Да, простите, фрагмент копчика. Но я вам говорю, что мы нашли целое убежище. То есть как уже не важно? Ну, чибздец… Это я не вам. Стой! Стой, нет-нет-нет, не отключайся… Да чтоб тебе сколопендры всеми своими лапами по пенделю отвесили по твоей ж-ж-ж… копчику!

— Кто ты, воин? — улыбнулся я, наблюдая за тем, как Роберт схватился за голову и теперь медленно стекает по креслу на пол. — С кем воюешь?

— С фондами, —поморщился Боб. — Это пятый уже.

— Судя по твоему разговору, грант нам пока не светит?

— Да пошли они в копчик! Вы, говорит, Америку не открыли. Хотите денег — фиксируйте находку у проверяющего, а потом изучайте. Чтобы рост, вес, возраст, ДНК, паспорт и прописку. И вот тогда приходите к нам. Тьфу, есть хочу! С утра уже бьюсь.

— Не, это не наш путь, — признал я, зевнул и потянулся.

— А у тебя с дроном что?

— Паспорт и прописку он тоже, к сожалению, не выдал. Но пару наводок на интересные места Мерзлоты уже накидал.

— Слушай… — Роберт замялся. — Я поговорить хотел по этому поводу как раз. Я пока паузу возьму — мне после вчерашнего надо в себя прийти. И как раз всеми этими, — Боб показал на разбросанные бумаги перед собой, — делами займусь. Ты не против? Убежище с Рупертом выгребем до конца, а уж потом я на паузу.

— Нормально все, не парься. Ты молодцом вчера был, а для первого раза так просто огонь! У «Стрекозы» все равно дальности не хватит отсюда.

— Ага, — кивнул Роберт. — Кстати, по тридцать седьмой я уже тоже начал работать, но пока глухо. Проволочек столько, будто я целый сектор на себя оформляю, а не карантинный разрушенный объект. Завтра буду Симонову звонить. Он обещал помочь.

— Лучше займись аукционом, чтобы было на что ее выкупать.

— Это да, мы с Рупертом уже на связи. Он чистит, моет и фотографирует, а я лоты создаю. Предварительно от ста до двухсот тысяч кредитов мы получим. И это без учета скайкрафта. Со шлемом что будем делать?

— Изучим сначала, а потом уже решим. Все, пошли завтракать, не могу больше.

Через два часа мы появились на ферме Руперта. Встречал нас уже другой дроид («Юпитер», кажется), но защитная шапочка была на месте. Лебедку фермер уже восстановил и улучшил — получилось нечто вроде подъемника с площадкой.

— Я уже одну ходку сделал, — похвалился Руперт и кивнул на ящик, из которого торчала тусклая рука старого Ориджа. — Глубоко не заходил, но жучье словно вымерло. Видать, прижучили мы их осиное гнездо, ха!

Я улыбнулся.

— Точнее и не скажешь. Я тогда вас покину, у меня сроки поджимают.

— Валяй, — кивнул фермер. — Мы, как догрузимся, все это к Данди отвезем. Там тогда и встретимся.

Я уселся в катер и ввел в навигаторе координаты Ледяной долины, она же Скользкая смерть. Мне нужен был город на ее границе.

Бонневиль — его назвали в честь озера из нашего мира. У нас соль, тут лед, но, как мне успела рассказать Искорка, и там, и здесь — самые большие скорости и разная движуха! Транспортники там испытывают и даже гонки проводят.

Глава 10

Путь до Ледяной долины я рассчитывал преодолеть за сутки. Но Мерзлота располагает иначе, чем кто-либо предположил. Сначала я натолкнулся на еще один разлом. Группа довольно нервных дроидов подсказала, где ближайший объезд.

Подсказали вежливо и даже проводили. Но не из любви к ближнему, а чтобы я поскорее и гарантированно убрался подальше от того места, где они установили подъемник. Подогнали что-то типа крана, раскорячили над разломом и вытащили тушу какого-то монстра, со множеством рогов и даже бивнями.

Искорка моментально опознала «фростозавра» и дала оценку текущей стоимости бивней. По десятке за штуку при условии, что целые и от полутора метров. Неплохо, но ссориться с добытчиками ради такой суммы и тратить время, мне было неинтересно. К тому же у Боба с Рупертом процесс шел довольно активно: часть древних редкостей уже зарезервировали на аукционе.

Следующая непредвиденная остановка произошла почти на границе сектора. Меня банально не пропустили парни из «Авангарда». Опознали майтеновский катер и снова супер вежливо (прямо не Мерзлота, а сектор благородных девиц какой-то) спросили, не видел ли я кого-то подозрительного. В паре километров отсюда кто-то разобрал караван еще одних добытчиков.

А когда я сам доехал до места бойни, то мысли про благородных девиц больше не проскакивали. Дикий Запад и тот добрее был к старателям! Два взорванных транспортника и расплавленные чем-то дроиды выглядели жутко. Черные пятна с потекшим и застывшим пластиком и перекошенные, словно взорванные изнутри, головы.

Искорка нашла какое-то движение на границе возможностей сканера, и я на всякий случай передал координаты «Авангарду». А сам втопил педаль газа в пол и остановился на ночевку недалеко от их аванпоста.

Второй и третий день прошли как под копирку: еду по пустошам, коплю опыт и энергию на монстрах, которые почему-то решили, что я окажусь легкой добычей. Мотаюсь от точки до точки в поисках топлива для катера.

В итоге нашел горючее на небольшой научной станции, где мои прошлые коллеги, очередные безумные «британские» ученые, пытались вырастить что-то земное в бункерах-теплицах. За вполне адекватную сумму (уверен, что парни просто списали казенные ГСМ) меня заправили и пустили в бокс на парковку.

Рассинхронизировавшись в безопасном месте, я пошел в бар, чтобы познакомиться с Рупертом. Боб уже трижды сигналил, что меня ждут на очень важное совещание.

Голос друга я услышал еще не успев подойти к двери.

— Огромная сколопендра! И прямо у меня под шлемом, сечешь? Чуть мозги не выгрызла, я уже чувствовал ее зубы! — басил Боб, показывая руками размер монстра.

Надо признать, что сколопендра в воображении Боба была раза в четыре больше той, которая реально на него напала. Но видимо, Руперт тоже решил на это забить, не перебивал, а наоборот одобрительно кивал скептично настроенному бармену.

— Ты понимаешь, Данди, мы под колпаком. Под огромным таким инопланетным колпаком. Я тебе давно говорил, а ты мне не верил никогда. Целые лаборатории для оцифровки сознания. Одну мы видели.

— И что? Мы теперь с тобой встретимся в цифровом мире? — хохотнул Данди, наливая своим собеседникам еще по бокалу. — Упаси меня Мерзлота! Ты же и там будешь мне втирать про теории мирового заговора.

— Хорошо смеется тот, кто смеется последним, — тихо сказал Руперт и осушил свой бокал почти наполовину.

Я подошел к стойке и протянул руку фермеру.

Сухой мужчина лет пятидесяти, худощавый, небольшого роста, со взъерошенными седыми волосами и острым носом. В общем, внешне он недалеко ушел от своего клона. Такой же странный и потрепанный, и немного… аутентичный, что ли. Одет Руперт был в джинсовую, сильно потертую рубашку с желтым логотипом в виде буквы W, комбинезон с подтяжками и высокие солдатские бутсы. В одной руке у него дымилась сигарета, а в другой он держал пиво.

Если я когда-то и представлял себе фермера-отшельника, свихнувшегося на теме мирового заговора, то выглядел он именно так, как Руперт.

— Ты и есть Алекс? — спросил он, прищурившись и затянувшись сигаретой.

Я кивнул.

— А ты, парень, не промах. И напарник твой тоже, хоть и строит из себя дурачка, — процедил Руперт сквозь зубы и повернулся к Данди, — Знаешь на сколько они меня обули?

— В смысле «обули»? — возмутился Боб. — Как и договаривались. Ничего лишнего мы себе не взяли.

На этих словах Роберт улыбнулся во всех свои тридцать два зуба, из чего я сделал вывод, что сторговался он хорошо, и стартовый капитал у нашей молодой компании уже есть.

— Ну ты тоже не в обиде, — вступил в разговор Данди, обращаясь к своему другу, — а то так бы и сидел в своей хижине да угги штопал, сечешь?

Несмотря на позднее время, бар постепенно заполнялся. Вскоре за стойку сели еще два парня в камуфляжной одежде. Они заказали виски и уставились на экран, где транслировались новости.

«Энигма» все никак не могла успокоиться и в очередной раз повысила гонорар за поиск их дроидов. Желающих, похоже, не было. Если сначала речь шла только о том, что десять клонов провалились в ловчую воронку мирантидая (что-то типа муравьиного льва), то сейчас пропали еще две группы. И, что самое скверное, проблемы были не только с дроидами, но и с операторами. Две подтвержденных смерти, три комы, а у остальных амнезия. С единственной навязчивой идеей, что обратно они не сунутся ни за какие деньги.

«Энигма» уже даже ученых подключила, мол, их люди нашли новую аномалию. Наставили кучу датчиков вокруг, переломали несколько дронов и спотов, но ничего так и не поняли. Зато сам случай уже начали воспринимать как очередную легенду Мерзлоты, незамысловато прозвав ее «Загадкой Энигмы».

— Даже не думай! — Руперт проследил за моим взглядом. — Против этих масонов даже мозгошлем не спасет.

— Двести тысяч так-то… — задумчиво протянулся я. И крюк потом небольшой, если Ледяная долина пустышкой окажется. Плюс опыт встречи с подобными аномалиями у меня уже есть.

— Ну… Масоны так-то не коммунисты, а «Энигма» не ради дроидов старается, им нужно то, что под землей, — протянул фермер. — Ладно, уговорил! Мы с Бобби с тобой пойдем!

— Супер! — хмыкнул я и взял кружку пива от бармена. — Позвоню вам, как буду в тех краях.

Часа через три я, наконец, смог по-тихому свалить.

Завтра я уже хотел любоваться курортами Ледяной долины. И желательно никуда не сворачивать и нигде не задерживаться.

А вот Боб, похоже, никуда не собирался. Он услышал, как ребята за соседним столиком обсуждают поход к разлому, и тут же, подхватив Руперта в качестве подпевалы, вклинился со своим рассказом про сколопендру.

Я вернулся в берлогу и чуть не упал, споткнувшись о гору шкур, брошенных прямо на пороге. Из-под моих ног выскочил разбуженный чибзик, который, видимо, обустроил себе в этой горе убежище. Е-мое, какая-то берлога в квадрате, только для чибзиков!

Быстро приняв душ, я упал на свою кровать. Кажется, где-то под утро хлопнула дверь, и в бывшую мастерскую ввалился Боб. Завтра проверю, прошел ли он препятствие в виде вигвама для домашнего монстра. Что-то мне подсказывало, что не прошел.

Утром моя догадка подтвердилась. Когда я встал, то увидел растянувшееся между шкур тело Боба с чибзиком, прикорнувшим у него под мышкой. Картина называлась «Деловые будни компании 'Чилаб». Хотя какое название — такие и будни.

Роберта я будить не стал. В любом случае наши планы ненадолго расходились. Мне нужно было в Мерзлоту, а Бобу — заняться административными делами.

Я пришел в бар и наскоро позавтракал. Данди выглядел хмурым и помятым. Видимо, задержался до последнего клиента. И этот последний клиент сейчас лежал в позе морской звезды у входа в нашу берлогу.

Крокодил мрачно улыбнулся и поставил передо мной порцию какого-то питательного мюсли. Я с тоской уставился в тарелку. На вкус приемлемо, но без души.

Если честно, я немного скучал по «Сорок второй», где был предоставлен сам себе. Мог готовить себе еду по своему вкусу и пялиться на пейзаж за окном, наслаждаясь утренним кофе и бутером.

С того момента, как я уехал в Вавилон, весь мой относительно налаженный быт полетел к чертям. В мыслях сам собой всплыл образ Сюин в домашней майке и шортах, заваривающей какую-то полезную хрень в деревянной миске.

Этот образ сменился картиной спящего на пороге Боба в обнимку с чибзиком. Как там говорится? Почувствуйте разницу?

Я синхронизировался и погнал по Мерзлоте, выжимая скорость катера до предела.

— Искорка, дай-ка справку про сектор.

«Северный сектор 'Ледяная долина», —монотонным голосом ответил дрон. —Находится в зоне «Браво». Занимает площадь размером сто семьдесят квадратных километров. Особенности ландшафта — ледяная равнина, испещренная подземными лабиринтами.

Освоение сектора было начато корпорацией «Майтен» в 2140 году и закончено в 2142. Месторождений полезных ископаемых не обнаружено. Крупных промышленных предприятий нет. Статус сектора — «необитаемый, бесперспективный».

Среди часто встречающихся явлений — аномалия «Циклон», при которой сила ветра может достигать двухсот пятидесяти километров в час. Седьмая категория по шкале Саффира — Симпсона, размер локальный, до двух километров в диаметре.

Как правило, глаз циклона, то есть, область прояснения и относительного затишья в центре, еще более опасен, чем сам циклон. Зафиксированы случаи возникновения других аномалий внутри этой области. Однако связать их с причиной появления циклонов до сих пор не удалось, ровно как и классифицировать все существующие виды.

В секторе встречаются монстры класса S, среди которых наиболее опасными считаются Сайлары и Изморозь'.

— Ну чудо, а не местечко! А что с Бонневилем? Давай поподробнее.

'Бонневиль, — продолжила Искорка, —поселение на границе сектора численностью восемьсот человек. Место известно благодаря высокоскоростной автотрассе, которая проложена непосредственно на ледяной поверхности.

В 2188 году компания RED ICE WHEELS открыла завод по производству специализированной авто и мототехники Четвертого полюса, а также создала специальную трассу для проведения испытаний и установки рекордов скорости. Последний рекорд, полученный во время испытаний, составил тысячу пятьсот сорок восемь километров в час'.

Эту информацию Искорка сопроводила изображением победителя рекордного заезда. Я мельком глянул на машину, которая больше напоминала космический корабль. Рядом с ней стоял Оридж в серебряной броне. Впечатляет. Хотя тысячу двести с хвостиком еще в мое время впервые зафиксировали.

Я посмотрел на цифры на моем спидометре и машинально прибавил скорость. Ладно, все равно впечатляет.

«Помимо этого, в секторе на регулярной основе проходит Кубок конструкторов, в котором принимают участие…»

Так. Стой. Я вдруг услышал какой-то непонятный стук, а затем на приборной панели катера появился красный восклицательный знак, сменившийся текстовым предупреждением, что мотор, мягко говоря, испытывает трудности, и необходимо срочно остановиться.

Я тут же притормозил и прислушался к работе двигателя. Приборы не врали. В моторном отсеке что-то равномерно стучало, а пропеллер будто бы пропускал часть оборотов.

А первую очередь я с надеждой посмотрел на проекцию Искорки. До Бонневиля еще десять километров. Попробую дотянуть. Если город славится самой известной гонкой в Мерзлоте, то местные ребята точно найдут способ починить стандартный мотор скоростного майтеновского катера. Может, даже заменят на что-то более мощное и долговечное.

На этих моих мыслях катер как-то неестественно заревел, проехал еще метров тридцать и заглох. Черт! Нельзя думать плохо о той машине, на которой едешь. Это мне еще отец говорил.

Я попытался понять, что может быть не так. Поискал в сети инструкцию, но моделька оказалась непопулярной. Точнее, Майтен про свои служебные разработки в открытом доступе не распространялся, а моих знаний не хватило, чтобы по крупицам собрать нужную информацию. Я понимал, зачем нужны отдельные агрегаты, а как все это вместе должно работать, от меня ускользало.

Попробовал снова завести. В моторном отсеке что-то чихнуло. Восклицательный знак на табло неистово замигал, катер прополз еще километр вперед, а дальше все повторилось.

Третьей попытке уже не суждено было случиться. Завести машину я не смог.

Все провода целые, жидкости не текут, горит «чек энджин», но код ошибки не расшифровывает. Так что проблема была либо в моторе, либо в системе, либо в Мерзлоте. И, пожалуй, заправляться в незнакомых местах я больше не рискну.

Я в задумчивости посмотрел на силуэт городка с высокой башней, которая уже виднелась на горизонте.

— Ну что, Алекс? Либо режим «ездовые крабы», либо «бурлаки Ледовой долины» — что выбираешь? — усмехнулся я и потянулся, разминая плечи. — Зато будет новый рекорд. На такой скорости в Бонневиль еще никто не приезжал.

Размотав несколько метров лебедки, я закинул на правое плечо, вздохнул и попер вперед.

«Повышен уровень расхода энергии, — деловито сообщила Искорка. —При текущей нагрузке ее хватит на четыре часа. Время до цели при выбранном темпе составляет два с половиной часа».

Ну не то, чтобы темп был выбранным, скорее заданным. Хорошо хоть поверхность, по которой я тащил катер, оказалась относительно ровной, без рытвин и бугров.

— Алекс! Ты чего так пыхтишь? — спросил Боб, сидевший за столом и беспрестанно долбивший по клавиатуре. Иногда так сильно, что я слышал этот звук даже в шлеме. Видимо, у Роберта работало правило «чем сильнее я стучу по клавишам, тем круче будут мои результаты».

— Катер на лебедке пру, — ответил я, только сейчас осознав, насколько сильно в этот момент было физическое напряжение. На висках и на лбу выступил пот, и, судя по вопросу Боба, дыхание тоже у меня стало неровным.

— А что с ним? — удивился Роберт

— Он сломался.

Более точного ответа у меня не было.

— Заложить в бюджет компании покупку нового? — поинтересовался Боб таким тоном, как будто мы закупали автопарк и от меня требовалось просто выбрать марку и класс будущих машин.

— Подожди. Может, еще с этим что-то получится сделать.

Я нашел частоты города и попытался вызвать что-то типа эвакуатора. Официальный городской был где-то в секторе на выезде, а контактов частников, готовых мне помочь, диспетчер мне не дал.

По сути, здесь хоть и был целый город механиков, но все они оказались заняты исключительно своими проектами и командами. Строили, изобретали, торговали, но рекламных объявлений в духе «эвакуатор круглосуточно» на столбы не вешали.

Сам город мне понравился. У меня было время изучить его и полюбоваться, как играет закат на горах этого сектора, и как при этом отсвечивает зеркальная трасса соседнего.

Здоровая башня, напоминавшая диспетчерскую в аэропортах, принадлежала RED ICE WHEELS. По сути, они тут своего рода местные царьки. Не бандиты, но довольно крепкая корпорация со своей армией наемников, которая заменяла в этом секторе «Авангард».

Чуть в стороне от башни располагались здания поменьше, но их было неожиданно много: ангары, жилые модули, гаражи и частные мастерские. Там жили и вели дела как подрядчики компании, так и разного рода стартаперы или изобретатели-одиночки.

Через три часа я, наконец, оказался у охранного форпоста в Бонневиль. Со входом никаких проблем у меня не возникло. Официальные документы на Ориджа открывали если не все, то многие двери. К тому же моя проблема была слишком очевидна.

— Ты можешь оставить катер тут. У нас есть парковка для служебных транспортников, — сказал дроид, который вышел мне навстречу. — Найди ребят, кто починит, потом заберете.

— Спасибо. Воспользуюсь предложением, — спокойно ответил я.

Клон просканировал катер в поисках запрещенных веществ, заразы или случайных «пассажиров», подсевших в Мерзлоте, после чего я затянул машину на указанную парковку. Забрал свой рюкзак и пошел в город. Теперь налегке.

Атмосфера тут царила на удивление оживленная, что никак не ассоциировалось у меня ни со «Скользкой смертью», ни с «Ледяной долиной». По крайней мере, умирать тут точно никто не собирался.

Количество небольших магазинчиков и автомастерских было сравнимо с каким-нибудь развитым районом Вавилона. Между ними сновали дроиды, ездили транспортники и даже мотоциклы.

Несколько десятков жилых модулей соединяли между собой (по три или по четыре блока) длинные шлюзы. Я посмотрел на изображение, сделанное Искоркой. Всего — девять конструкций. Располагались они вокруг центрального одноэтажного модуля с квадратной крышей.

Уверен, что там есть и местный бар, где я смогу найти кого-то, кто поможет с катером.

Я свернул на развал. Не смог отказать себе в удовольствии побродить между подержанными транспортниками, мотоциклами и всякими другими моторами. К тому же тут тоже можно спросить про ремонт.

Меня встретил видавший виды кастом, собранный из «Защитников» разных годов выпуска. На правом предплечье у него была выгравирована эмблема какого-то местного клуба — мотоциклетный шлем, пробитый огромной сосулькой. А на обоих плечах торчали блестящие шипы — видимо, такие же сосульки.

— Что-то ище-шь? И-ли поглазеть? — спросил он немного «заедающим» голосом, чем сразу же напомнил мне Кузю.

Я пожал плечами.

— Отремонтировать аэрокатер надо. А если не выйдет, то транспортник вместо него купить.

— Насчет ремон-та спроси в баре «Голый лед». Там все мастера ошивают-ся. А здесь ходи-выби-рай.

Я прошелся по рядам с транспортниками. Осматривался, пока в глазах не зарябило от обилия моделей и модификаций. И тогда я свернул левее, практически наугад. Ого! Целых два ряда автодомов! Новых не было, но я нашел парочку машин в отличном состоянии. Особенно мне приглянулся квадратный трейлер медного цвета, похожий на вагон современного поезда, курсирующего между Вавилоном и транспортными хабами.

Полноценный жилой модуль с двумя кроватями (как в вагоне СВ) и мини-кухней. И второй отсек — под операторскую, где свободно поместились бы два кресла и даже уголок для чибзика. Хотя кого я обманываю, чибзик вездесущ.

Снаружи имелся открытый бокс для дроида. Пока для одного, но второй бокс можно легко приделать.

А что? Это мысль! Может, нам стоит пока забить на «Тридцать седьмую» со всеми бюрократическими сложностями и какое-то время спокойно путешествовать в автодоме?

Идея не быть привязанными к одной точке, мне сразу понравилась. К тому же сильно облегчала задачу собрать все и всех в одном месте. Надо будет ее хорошенько обдумать и обсудить со своей «командой».

Я поблагодарил продавца и, преодолев шлюз, отправился в «Голый лед».

Как я и предполагал, он находился в большом строении в центре Бонневилля. Бар был похож на тот, что держал Данди, только оказался раза в два больше. Ну и оформление сделал подстать названию. Холодные тона, запчасти машин на стенах, стойка бара в виде огромного бампера, фотки сектора и трассы на стенах. Хроника гонок — машины, дроиды, автографы.

Здесь было суетно и многолюдно. Люди сидели за столиками вперемешку с дроидами, а к барной стойке я даже не пытался пробиться.

— Я ставлю на Карлитоса! — закричал кто-то. Я оглянулся. Потертый дроид протягивал руку с манипулятором куда-то за стойку.

— На Карлитоса? Ты смеешься? Ты видел его колымагу⁈ — ответил ему клон, стоявший рядом. — Ставь на Джерса. Точно не промахнешься!

Ответ я уже не услышал, так как где-то рядом со мной разбился стакан, а в следующий момент бармен прокричал в микрофон, что ставки принимаются сегодня до шести часов вечера.

— А на что все ставят? — спросил я у кастома мимо которого проходил.

— Как на что? На лучших конструкторов, — ответил он, протискиваясь поближе к барной стойке. — Завтра же Кубок!

— Какой Кубок?

— «Кубок конструкторов», — почесал железный затылок кастом. Видать, машинально. — Ну блин, про него все знают! Самое крутое, что здесь есть. Гонка на выносливость почти по всему сектору. Со всей Мерзлоты приезжают изобретатели. А с тем, кто победит, «Майтен» заключает контракт на запуск в серию.

— Слушай. Я-то не на Кубок. Мне катер надо починить. Не подскажешь, к кому обратиться?

— Починить? — задумался дроид. — Сейчас, наверное, нигде. Все к гонке готовятся.

Я повернулся, разглядывая аншлаг в баре.

— Прям вообще все?

— Ну-у-у, — еще крепче задумался дроид. Мне даже показалось, что его оператор ненадолго отключился. — Ходят слухи, что Стальная Эбби снимается с гонки. Может, она поможет.

— Как-то не очень реклама для качественного механика?

— Нет, ты че? Она легенда! У нее просто с пилотом пару дней назад что-то случилось. Я на нее ставить собирался, а вот теперь даже и не знаю. Думаю, на Джерса из Красных колес. Там и байк крутой у них…

— Притормози, — я попытался вывести кастома из размышлений о фаворитах. — А где мне найти Эбби?

— Так это, в гараже! Она и не выходит оттуда почти никогда. Как выйдешь из бара, сверни налево и иди до упора. Сорок девятый блок. Только ты это, аккуратней там, а то она что-то не в духе в последние дни.

Глава 11

Я последовал указаниям кастома — вышел за пределы шлюза и свернул на улицу, сплошь состоящую из магазинчиков с запчастями. Здесь тоже было оживленно. В преддверии Кубка торговля шла активно. Клоны и кастомы стояли у витрин небольшими группками, рассматривая что-то на тач-панелях. Я встретил несколько представителей «Майтен» — на этих серых корпоратах даже броня выглядела как деловой костюм.

Время от времени до меня долетали обрывки разных бесед, которые в основном сводилась к ставкам и обсуждению новых моделей машин и мотоциклов.

Я прошел улицу до конца и уперся в собранный конструктор из трех жилых модулей — низкие прямоугольные, укрепленные ангары, с виду ничем не примечательные. Типовой гаражный авторынок, где за каждыми воротами творилась какая-то механическая магия. Слышался стук металла, скрипы подъемников и рев моторов, будто там ворванов дрессируют.

В самом конце линии гаражей я разглядел цифру сорок девять и разбитую неоновую вывеску: «Кастомные разработки Эбби Роуч». Причем разбитую недавно — на земле до сих пор валялись осколки пластика.

Сам гараж вместе с воротами выглядел довольно старым и потрепанным. Особенно стальная дверь рядом с воротами: царапины на краске и парочка вмятин на стальном закрытом окошке явно указывали на какую-то историю. Экран звонка, типа видеодомофона, так вообще весь покрылся трещинами от точного удара в самый центр.

Оставалось еще краской на воротах написать что-то в духе «Эбби — дура» — и был бы полный комплект причин, почему она может быть не в духе.

Я осмотрелся. Вроде бы и не далеко от центра, а ощущение такое, будто в подворотню какую-то зашел и сейчас кто-нибудь «апасный» сигареты стрельнет. Соседний бокс был закрыт, но выглядел прилично. Над головой висела камера, но, вопреки здравому смыслу, смотрела она в другую сторону.

Немного потоптавшись у входа, я на всякий случай просканировал окрестности. А потом ткнул пальцев в кнопку связи рядом с разбитым экраном.

Ответа не последовало. Я позвонил еще раз, а потом еще три раза, пока, наконец, на том конце не заскрипело. Прохрипел динамик, но намного громче, со скрежетом, застонала стальная створка, заменявшая окно. Она распахнулась, и оттуда прямо мне в лоб уткнулся ствол ЭМИ-винтовки.

Настолько близко, что я даже увидел в глубине ствола подрагивающие пьезо-элементы.

— Вы тупые там, что ли? Мой ответ — нет, и больше повторять не буду. Передай Златану, что, если он еще хоть раз кого-нибудь пришлет, даже Ориджа, я буду стрелять без предупреждения, — сквозь дверь послышался слегка прокуренный женский голос, усиленный динамиками, а ствол винтовки сдвинулся вперед еще на пару сантиметров.

— Эм-м, а вы аэрокатера чините? — уточнил я и на всякий случай тихонько сдвинулся с возможной линии огня.

— Что? — голос будто споткнулся, явно такого вопроса там за дверью не ожидали.

— Я не знаком со Златаном. Хотя если увижу, то передам, мне несложно, — развивая первый успех, продолжил я. Пока слушают, можно и поговорить. — У меня катер сломался, и мне вас порекомендовали как первоклассного механика. Если я, конечно, адресом не ошибся. Вы ведь Эбби?

— Она самая, — ответили мне после почти минутной паузы. — Документы есть?

В окошке появился экран планшета, куда я ввел свой айди.

— «Чилаб»? Что за название такое дурацкое? — хмыкнула женщина, но винтовка из окна исчезла. — Только дело это не меняет, я не беру сейчас заказы.

Я придержал рукой закрывающуюся створку.

— Э-э-э, зачем сразу хамить-то? Нормальное название, просто сокращение.

— Ну вот, а говорил, что не при делах, — с каким-то даже сожалением произнес голос. — Убирайтесь к черту, все!

Я услышал, как за спиной остановилась машина и на землю спрыгнули тяжелые тушки дроидов. Довольно громко впечатались в землю, будто с большой высоты прыгали.

Обернувшись, я и невольно присвистнул, увидев самый настоящий монстр-трак или бигфут. Пикап, но без нормального кузова — только рама без обшивки. Огромные колеса и дорожный просвет почти полтора метра. Дроиды были подстать машине, еще больше создавая ассоциаций с каким-то сельским американским стилем. Уже не ковбои, но все еще деревенщины.

Из кабины выбрался небольшой клон «Разведчика» в человеческой бейсболке в цветах флага Конфедерации, а из кузова десантировались два огромных «Защитника». У одного повязана красная бандана на шее, а у второго синяя разгрузка, напоминающая подтяжки джинсового комбеза. Вооружены они были соответственно — у первого стальная бейсбольная бита, а у другого — огромный гаечный ключ.

— Слышь, турист… — Ко мне подошел мелкий и начал пристально разглядывать меня. Ростом он был чуть пониже, и, чтобы не задирать голову, мелкий склонил ее на сторону. — Ты здесь лишний. Газуй-ка ты отсюда по-бырому.

— А тут по записи, что ли? — осклабился я. Глядя, как подходят остальные клоны, я отступил чуть в сторону, чтобы меня не прижали к воротам. — Или вы занимали?

— Ты тупой, что ли? — рявкнул «Защитник» с банданой и крутанул битой, словно руку разминает. — Под капотушкой шестеренки на холостых работают?

— В предложении: «Добро пожаловать в Бонневиль», у вас здесь все норовят сделать кучу ошибок…

Я подождал, пока Искорка проведет первое сканирование, чтобы понять, против кого я сейчас попру. На мой взгляд, они были похожи на каких-то местных непуганных крутышей, но на серьезную организованную преступность никак не тянули.

— Ты че тут самый умный, что ли?

Ко мне подтянулся второй «защитник», щелкнув гаечным ключом.

— О! А это уже конструктив, — похвалил я и поднял два больших пальца. — Врубайте заднюю и…

Что именно я хотел им пожелать, слушать никто не стал. Понятно было, что миром не разойдемся, но моя попытка поговорить с ними на «местном диалекте» как-то уж слишком резко провалилась. Видать, не так поняли про заднюю передачу.

Дроид в бейсболке выхватил нож и бросился на меня.

Я сделал шаг в сторону и чуть-чуть ускорил его бросок. Впечатал в стальную дверь лбом, оставив на ней новую вмятину. Ушел в сторону, увернувшись от бейсбольной биты, активировал двойника и, пока он получил два удара, оказался за спиной у ближайшего «Защитника». Пробил под колено, сломав несколько шарниров, и помог упасть размашистым боковым в край визора.

Оглянулся на третьего, но тот уже пытался влезть на водительское сиденье бигфута, отмахиваясь от моего двойника с таким видом, будто борется с призраком.

— Эй, Златана знаешь? — Я наклонился к парню в бейсболке. — Передай ему, что Эбби не согласна.

Когда дроиды забрались в машину — один дохромал, второй дополз, — я снова повернулся к двери и позвонил в звонок. На этот раз ответили быстро, окошко распахнулось практически сразу. Но теперь вместо винтовки оттуда выглянул небольшой перископ с видеокамерой.

— Чего тебе? — раздалось из динамиков.

— Все то же, починиться бы. Плюс я выполнил твою просьбу, Златану все передал.

В этот раз, похоже, сработало. По крайней мере, послышался заветный щелчок, и дверь с новой вмятиной приоткрылась. Я заглянул в щелочку и увидел небольшого кастомного спота, чем-то похожего саперного робота из моего времени. Платформа на гусеницах, а сверху два манипулятора. В одном как раз была камера, из-за чего дроид смахивал на одноглазого монстра, а во второй он держал ЭМИ-винтовку.

Дрон, пошуршав гусеницами, отъехал назад.

— Дверь закрой за собой, — прозвучало в динамиках.

Я оказался в гараже с одним пустым боксом для дроида и с двумя джипами. Один целый (изначально это была Тойота), но тюнинг провели знатный. Колеса сорок два дюйма с резиной Ice Terrain, кунг и силовые бамперы из астериуса. Выкрашена машина была в красивый бронзовый цвет, а на передней двери красовался логотип в виде железной руки-манипулятора. Не бигфут, конечно, но тоже впечатляет.

От второй машины пока в наличии имелся только кузов, без колес и двигателя под открытым капотом. Вокруг него зависли на паузе еще два робота-автомеханика.

Я прошел к небольшому шлюзу, похожему на кабину грузового лифта. Дождался, когда двери откроются с другой стороны, и сделал шаг вперед. И как только дверь захлопнулась, ощутил прикосновение стали к виску.

Кажется, это был классический дробовик. Примерно такой же, каким орудовал Боб.

Я поднял руки вверх, показывая хозяйке гаража, что пришел с мирными намерениями. Убивать Стальную Эбби в мои планы точно не входило. У нее, кажется, и так не лучшие времена.

— Кто ты такой? — прохрипел женский голос. Динамиков уже не было, а ощущение осталось.

В помещении царил полумрак, к тому же обладательница голоса стояла в тени какой-то махины или ниши, так что я видел только ее довольно худой силуэт.

— Я же сказал, — примирительно ответил я, — у меня катер сломался, и я механика ищу. Мне тебя в баре порекомендовали. Сказали, другие все заняты, а ты…

— Кто сказал?

— Не знаю, кастом какой-то в баре. Еще сказал, что на тебя думал ставить, но передумал.

— А ты знаешь, почему передумал?

— Понятия не имею, но о тебе отзывались как об одной из лучших, вот я и пришел, — продолжил я, чувствуя, что диалог начинает складываться. — Меня, кстати, Алекс зовут.

— Ясно, — задумалась Эбби, но ствол не опустила. — И ты, похоже, действительно не с ними…

— С ними — это с кем?

— Краснозады криворукие! Фабриканты местные своего хотят протолкнуть, вот и сняли меня. Уроды! — разразилась ругательствами женщина. — Но ваши угрозы меня не пугают, ясно? Так своим дружкам и передай.

— Да я понятия не имею, о ком ты говоришь! По своим делам ехал, а катер сломался, — интересно, сколько раз мне еще нужно будет повторить свою историю, чтобы она, наконец, поверила? — Мне помощь нужна, и я готов заплатить. Судя по тому, что ты рассказываешь, деньги тебе не помешают.

— Да я плевать хотела на деньги! Я построила совершенную машину! Никто из этих недоумков такую больше не создаст, — запальчиво проговорила Эбби. Я почувствовал, что она опустила оружие и отступила на несколько шагов, включив свет.

Передо мной стояла высокая светлокожая брюнетка лет сорока на вид. Короткие темные волосы зачесаны назад. Открытый лоб, тонкие губы и ярко выраженные скулы. Взгляд карих глаз был холодным и жестким.

Одной руки у Эбби не было. Ее заменял функциональный манипулятор из скайкрафта. Это выглядело так, словно на человека надели перчатку дроида.

Одета женщина была в камуфляжные штаны и в защитного цвета короткую майку. На талии висела поясная сумка с инструментами.

— Чего пялишься? Калек никогда не видел? — грубо спросил она и отступила еще на пару шагов.

— Видел, и даже больше, чем ты можешь себе представить. Но ты на калеку не похожа.

Эбби криво улыбнулась и махнула мне здоровой рукой.

— Проходи, рассказывай, что там у тебя стряслось.

Я прошел в мастерскую — большое, хорошо освещенное пространство со стеллажами и полками на стенах. Посредине помещения на подъемнике висел наполовину собранный дроид. Помесь «Инженера» с «Защитником». Я обратил внимание, что все запчасти довольно старые, от моделей примерно десятилетней давности.

— Кастома собираешь? — спросил я, рассматривая несуразную конструкцию.

— Да, надо к завтрашнему дню успеть, — ответила Эбби и стала прикручивать своим манипулятором какой-то механизм к локтю дроида.

— Как-то непохоже, что ты уложишься в сроки. Что у тебя случилось?

— Случилось то, что эти твари выбили меня из Кубка! Сначала переманили моего пилота, а потом совершенно случайно сбили моего дроида! Погрузчик у них якобы потерял управление.

— Чем ты им не угодила?

— Чем? А вот чем!

Эбби подошла к большой нише у входа. Понажимала какие-то кнопки на своей руке-манипуляторе, и дверь ниши отползла, открыв проход в жилой модуль. Правда, он мало чем отличался от мастерской. Повсюду были разбросаны инструменты, а в центре гостиной стояла мечта моей юности — гоночный спортбайк.

По форме он напоминал спортивный BMW S1000RR, только с удлиненной базой. В моем прошлом это был один из самых мощных серийных мотоциклов.

И в версии Эбби даже обнаружилась отсылка к классической расцветке M-Sport — синий, красный и фиолетовый. Правда, фиолетовый был скорее стальным, под стать пейзажам, которые нас окружали. Аэрообвес из скайкрафта придавал мотоциклу форму капли.

— Какой тут двигатель? — спросил я Эбби, подойдя поближе к ее творению.

— А это самое интересное, — ответила женщина, положив руку на руль, — я его доработала. Мастер-схему нашла на развалах в Мерзлоте. Долго над ней колдовала, крутила по-всякому. Скайкрафта извела столько, что почти разорилась. Была уже близка к тому, чтобы продать этот гараж, транспортник и все свое имущество. Но кто-то там наверху или внизу сжалился надо мной, и я смогла воссоздать двигатель. Восемь цилиндров. Классика. В итоге вот тебе технологическое чудо — древняя технология плюс две гибридные шестьдесят вторые турбины Garrett из модифицированного титана. Так что мощности достаточно! Вопрос лишь в навыках пилота. Я назвала его Айслайт.

Древняя мастер-схема? Кажется, я тоже что-то в этом понимаю. И, возможно, уже даже больше, чем в турбинах.

— И Гарни, мой бывший пилот, с ним хорошо справлялся. Мы бы выиграли гонку, — уставшим голосом произнесла Эбби и опустилась на пол рядом с мотоциклом.

— Только кому-то это невыгодно, я правильно понимаю? — спросил я, уже примерно догадавшись, в чем суть.

— Да, ублюдкам из RED ICE WHEELS! От них самих якобы всего один пилот и конструктор заявлены, а на самом деле еще три подставных. Очень они хотят свою колымагу продвинуть и контракт получить.

— А у них что за агрегат?

— Да говно старое! — Эбби махнула рукой. Она явно была невысокого мнения о конкурентах. — У китайцев ряд идей сперли, никакой свежей мысли. Скайкрафта напихали, а зачем и почему, допереть не могут. Теперь угрожают, хотят, чтобы я Айслайт им продала со всей документацией.

Я с сочувствием посмотрел на опущенные плечи Эбби, покрытые коричневыми пигментными пятнами, на лежащую на полу искусственную руку с торчащими из нее отвертками, и на мотоцикл, который она создала сама, не имея в помощниках ни дрона, ни древнего Ориджа.

Коснувшись перчаткой Айслайта, я провел рукой по гладкому рулевому валу.

Внимание! Найдено новое оборудование!

Модель — «Вдоводел». Найден ряд конструктивных изменений.

Совместимость — 55% — 75%

Видимо, из-за этих изменений, не разобравшись насколько мне подходит байк, система выдала мне такой большой разброс в совместимости. Как я понял, с названием изобретательница явно не угадала.

У байка зажглось несколько индикаторов на приборной панели, а Эбби тут же вскочила с пола и выхватила дробовик.

— Так вот зачем ты пришел? За моим мотоциклом? Я сказала Златану, что не продам. Вот ведь вы уроды! — простонала Эбби. — А ты разыграл меня, чтобы в доверие втереться?

Я быстро отошел на несколько метров от «вдоводела» и в очередной раз поднял руки, показывая, что сдаюсь.

— Постой, постой! Я не знал, что система выдаст нечто подобное. Но видимо, мастер-схема, которую ты нашла, знакома моему Ориджу. Я его, кстати, тоже в Мерзлоте нашел. И потом еще много чего.

— Не шутишь? Ты нашел Ориджа в Мерзлоте? — удивилась Эбби, но дробовик пока не опустила.

— Да, и потом еще несколько мастер-схем. С некоторыми работать даже могу.

— Покажи, — недоверчиво попросила Эбби.

— Схемы нет уже, сама знаешь, — я вытащил из рюкзака одного краба и протянул ей. — Но вот что получилось.

Она схватила его железной рукой, подошла к верстаку, над которым висела большая светодиодная лампа, и погрузилась в изучение дрона.

— Сам сделал? — Эбби прищурилась.

— Ага, я еще и крестиком вышивать умею, — хмыкнул я и развел руками. — Вот только катер не могу сам починить.

— Да дался тебе этот катер, — воскликнула изобретательница. — Сколько, говоришь, у тебя совместимость с Айслайтом?

Глава 12

Я еще раз подошел к мотоциклу и взялся за руль, дав системе больше времени на распознавание оборудования. В этот раз она скорректировала данные и выдала уровень совместимости в шестьдесят восемь процентов. Эбби с азартом в глазах уставилась на моего Ориджа, когда я озвучил результат.

— Алекс, а ты мотоциклы умеешь водить? Ты же не хипстер какой-нибудь на электровенике?

— Ну-у-у-у, — протянул я, вспоминая, что из наших даже Симонов в теплое время года на работу на электросамокате ездит. — Опыт есть. Правда, давненько это было. А что?

— Алекс, дай мне шанс, — тихо проговорила она. — Я уже не успею найти другого пилота. Да и никто не согласится со мной связываться из-за этой истории со Златаном. К тому же у твоего Ориджинала системная совместимость. Это увеличивает наши шансы!

Вот в чем, в чем, а уж в «Кубке конструкторов» в Мерзлоте я вообще не собирался принимать участие! Тем более в качестве пилота. С другой стороны, а почему бы и нет? Я все равно здесь застрял.

Мне была симпатична Эбби, несмотря на ее вспыльчивость и грубость. Почему-то я чувствовал, что внутри она добрая, просто жизнь ее сильно побила.

Ну и в конце концов, пройти одну из самых крутых гоночных трасс в Мерзлоте — это интересно.

— Я починю твой катер! Бесплатно! А если победишь, то у пилотов свои призы, в прошлом году был бигфут, — затараторила Эбби, накидывая плюсы на весы моих сомнений. — Этот кубок — мой последний шанс на контракт. Следующая гонка только через год. Айслайт уже скопируют к ктому времени или найдут что-то новое, технологии шагнут еще вперед. Мне нужно будет снова конструировать новую машину. А средств на это у меня нет. И сил, честно говоря, тоже. Златан не отвяжется, здесь я тоже не смогу остаться.

— А если проиграю или, чего доброго, сломаю что-нибудь?

— Это мой риск, и я беру его на себя, — не задумываясь, кивнула Эбби.

Я не спешил соглашаться. Если выиграю, история хорошая, а если нет — то и время потеряю, и без катера, скорее всего, окажусь. После проигрыша или аварии Эбби будет не до меня, а все остальные откажутся помочь мне, потому что не рискнут ссориться со Златаном. Еще непонятно, что именно меня ждет на трассе и удастся ли мне ее в принципе пройти.

— Дело не только в деньгах, — сказал я, — у меня свои цели в Мерзлоте и я, кажется, сильно опаздываю.

— Какого хрена ты вообще тут появился? — Стальная Эбби шмыгнула носом и отвернулась от меня. — Я уже целый час потратила на тебя вместо того, чтобы собирать кастома.

Она в сердцах швырнула на пол гаечный ключ и пошла к болтавшемуся на подъемнике дроиду.

— Проваливай. Я постараюсь все успеть и займусь твоим катером после гонки. Если еще будет актуально.

Изобретательница взяла с полки новый ключ и вернулась к разобранному кастому. Я видел, что она держится из последних сил, но делает свою работу хорошо. Направляет свое отчаянье и грусть в конструктивную злость и упорство.

Я посмотрел на груду запчастей, которую можно было назвать рабочим кастомом только с огромным авансом. Даже будь у Эбби четыре стальных руки, все равно она не успеет все доделать.

Еще раз прокрутил в голове все доводы за и против этой затеи. «Против» было гораздо больше, как ни крути.

— Что из себя представляет гонка? И что насчет трассы?

Эбби на секунду застыла, не сводя глаз со своего дроида, а потом обернулась ко мне. Некое подобие улыбки появилось на ее уставшем лице.

— То есть, ты согласен? — прищурившись спросила Эбби. — Все условия, которые я озвучила, остаются в силе.

Она протянула мне руку-манипулятор. Такое рукопожатие женщине ничем не угрожало.

— Пока нет, и у меня будут свои условия.

— Излагай.

— Починка катера при любом раскладе, а если я выиграю, то хочу такой же байк, — я ткнул пальцем в Айслайт. — Можно и его, но понимаю, что единственный экземпляр тебе самой нужен.

— Договорились, — улыбнулась Эбби. — Но материалы с тебя.

— Половина, — проворчал я, мысленно проклиная свой кредит РИПу. — И не сразу, а компенсирую по готовности.

Мы пожали руки. По ощущениям, силы у протеза было не меньше, чем у Ориджа. Высвободив руку, Эбби взяла тач-панель и, загрузив нужную страницу, продемонстрировала мне карту трассы.

— Ого! Вот это размах! — воскликнул я, уменьшая масштаб картинки.

При таком маршруте и на таких скоростях я не потеряю время, а, наоборот, выиграю — все равно это все пришлось бы сканировать.

— Да, тут все серьезно, — сказала Эбби. — Хотя гонка и проходит по относительно освоенной территории сектора, это не отменяет того, что трасса сложная и опасная. Всего нужно будет проехать две тысячи километров. Учитывая препятствия, это займет где-то пятнадцать часов.

— А что за препятствия? — поинтересовался я, разглядывая изображение.

— Начнем с аномалий, — хмыкнула Эбби. — Первый участок — ледяной каток на открытой местности. Здесь совет один — гнать мимо на полной скорости.

— Продолжай, — прищурился я. У меня в голове условный чек-лист появился.

— Второй участок — подземные тоннели, — серьезно предупредила Эбби. — Вот тут, смотри. Здесь до трех ярусов, все узкие и скользкие, проехать сможет только одна машина. Значит, конкуренты будут делать все, чтобы попасть туда первыми, а твоя задача — к этому участку максимально от них оторваться.

— Продолжай… — опять сказал я. Сто двадцать километров по тоннелям? Хорошо, что у меня нет клаустрофобии.

— Проедешь тоннели — и дальше будет длинный прямой участок до отрезка с крутыми виражами. Вот тут выжимай из Айслайта все, на что он способен. Я уверена, что такого мощного двигателя здесь ни у кого тут нет. Почти триста километров по прямой — это наш шанс!

— А это что? — поинтересовался я, показывая на какие-то схематичные елочки на карте.

— Это кристаллическая полоса препятствий. Нужно будет объехать каждый кристалл. Ну, что-то типа змейки. Только они, заразы, острые, так что береги шины. Здесь лучше сбавить обороты, иначе есть шанс вообще никуда не уехать. Ну и не забудь про Изморозь. Знаешь про них?

— Ну не то, чтобы наслышан. Но есть, у кого детали разузнать.

— Нечто среднее между аномалией и монстром. Я уже забила на то, чтобы разобраться во всей этой нечисти. Но смысл в том, что, если попадешь в ее сети, тебе крышка. Даже скайрафт жрет до основания.

— А места, где она обитает, на карте не отмечены? — спросил я, хотя, кажется, знал ответ.

— Изморозь перемещается. В этом-то и засада. Плюс сам маршрут не финальный, а точные чекпойнты, которые нужно пройти, завтра всем перед стартом скинут. Но так даже лучше, ни у кого не будет преимущества. А у тебя крутая система! Оповещение же сработает на маршруте?

— Обычно срабатывает, — ответил я, прекрасно помня те случаи, когда система сбоила или включалась слишком поздно. — Все зависит от внешней среды и самоуверенности системы.

— В смысле?

— Бывает, что оценка опасности ниже реальной, — развел руками я.

— Ясно, тут не лезу. Уверена, что в этом у тебя больше опыта, а монстров никто не отменял, — продолжила Эбби. — Твари лезут отовсюду. Только успевай отстреливаться. Про сайларов, я думаю, ты тоже наслышан?

— Угу… — Я немного отвлекся: как раз запрашивал полную справку у Искорки, читая то же самое, что озвучивала Эбби.

— Дикие черви, смесь скатов и угрей. Скользят, как змеи, а током бьют, как шокеры. Цепляются к машинам, как дворняжки. Валить их надо до того момента, как подберутся. У тебя, кстати, что за пушка? — поинтересовалась Эбби.

— Пушка что надо. Тоже без мастер-схем не обошлось.

Я видел, как глаза Эбби снова загорелись профессиональным интересом, но скаутган решил ей не демонстрировать. Это слишком личное.

— Ясно, — прищурилась Эбби. — А теперь самое страшное.

— Еще монстры?

— Хуже, — вздохнула Эбби, — люди.

— В смысле дроиды? Ориджиналы есть?

— Двое, может, трое, а все остальные клоны. Всего в гонке двадцать экипажей, и, как ты уже знаешь, четыре из них аффилированы RED ICE WHEELS. Очевидно, что они будут пытаться сделать с тобой на трассе то, что сделали со мной тут, в гараже. Так что это твои враги, наряду с изморозью, сайларами и другими тварями. Если представится шанс, разнеси их к чертям собачьим. Пусть почувствуют на своей шкуре все то, что творят с другими!

Эмоции снова захватили Эбби. Я заметил, как она сжала здоровую руку в кулак. Думаю, ей очень хотелось иметь боевого Ориджинала и сидеть самой за рулем своего Айслайта.

— А правилами это не запрещено?

— Официально запрещено, конечно. Но валят все на несчастные случаи. Целился в монстра, а случайно конкурент на линию огня наехал.

— Так себе схема. Но разберемся, — проговорил я и мигнул визором, типа подмигнул. — Давай байк испытаем?

— Рискованно… — Эбби подошла к столу с мониторами, на которых проглядывалась территория вокруг гаража. — Златан гараж штурмовать не будет, но там могут и подловить. Я в тебя верю, но, если байк раньше времени испортят, будет жесть. У меня есть виртуальная симуляция, давай ее прогоним? Ты лучше отдохни перед гонкой.

Эбби скинула мне программу-симуляцию, которая в точности повторяла маршрут гонки. Я дождался окончания ее загрузки и подошел к Айслайту. Взялся за руль, перекинул одну ногу и ощутил под собой удобное сиденье.

Давно забытое чувство. Вспомнилось, как я в первый раз уселся на свой мотоцикл. Aprilia Pegaso Strada — 650-кубовая одностволка с одним цилиндром, зато с золотыми суппортами Brembo. Итальянец с характером.

Было ощущение, что под тобой какая-то дьявольская фигня, а что с ней делать и как ее контролировать — непонятно. Но если ты справился с первой и со второй скоростью, то уже можно ехать. После первой своей поездки я слез с байка весь мокрый, но капец какой довольный.

— Ну что? Как тебе? — поинтересовалась Эбби, вмешиваясь в мои воспоминания и отвлекая от знакомства с раскладкой Искорки.

— Подожди, я, кажется, могу его немного улучшить…

Я активировал навык механики и вместе с Искоркой начал детально сканировать байк. Определил мастер-схему, на базе которой собрали мотоцикл. Увидел проекцию, на которой инородными паразитами горели «улучшения» и нововведения от Эбби. Правда, не все — половина вписалась идеально.

Эбби настороженно замерла, но вмешиваться не стала. Я физически ощущал ее нетерпение и не стал слишком долго ее мурыжить.

— Смотри, вот здесь надо иначе, — сказал я и сразу стал скидывать на ее тач-панель фрагменты проекции. — Вот это вообще лишнее. Вот здесь не докрутила. И краска… не пойму, что за материал, и не знаю, как сказать… В общем, байку она не нравится.

— Это он тебе сам сказал? — без издевки, серьезно спросила Эбби.

— Это рекомендации системы, как увеличить совместимость. Точнее, к сожалению, я не смогу объяснить. Сама смотри, на ходовые качества, вроде, не влияет, — пожал плечами я. — Погнали, включаю симуляцию.

В виртуальной реальности я провел чуть больше часа. Изучил самые опасные виражи и повороты, запомнил предпочтительные съезды в тоннелях. И даже ушел от погони виртуального циклона.

Когда я слез с мотоцикла, то увидел, что Эбби снова ковыряется со своим дроидом.

— Ну как? — спросила она, отвлекшись от кастома.

— Все понятно, но в реальности будет по-другому.

— Ха-ха, в реальности всегда все по-другому! И далеко не так, как нам бы того хотелось, — мрачно усмехнулась она.

Я законсервировал Ориджа в пустом боксе в гараже, но на всякий случай оставил двух Крабов охранять периметр. Вдруг все-таки рискнут местные шуму наделать?

— Ну что там с катером? — спросил у меня Боб, когда я встал с кресла. — Чиним, новую машину будем покупать или ты пешком?

— Завтра на каршеринге по сектору помотаюсь, а там видно будет.

Мы с Бобом поднялись в бар, и я вкратце рассказал им с Данди обо всем, что со мной случилось за последний день. Судя по выражению их лиц, они ожидали чего угодно, только не заезда в каком-то «Кубке конструкторов».

— А что? Просто катер нельзя было починить? Ну, допустим, у другого механика? У которого нет проблем с местной бандой, не ликвидировали дроида и все такое? — поинтересовался Боб.

— Ну, как видишь, нельзя было, — пожал плечами я, — действовал по обстоятельствам. И к тому же я ей сочувствую. Кстати, Данди, а ты не знаешь, что за ребята RED ICE WHEELS?

— Своевременный вопрос, — засмеялся Данди, наливая нам еще по одному стакану пива. — Долбанные янки, которые решили, что это их собственные северные штаты. Из радикальных ополченцев, но сидят только в своих секторах. Зато там они сами себе закон. В общем, вали поскорее из сектора.

Я еще немного посидел внизу. Съел бургер, сделанный, как уверял Данди, из настоящей кенгурятины. Я, конечно, ее никогда не пробовал, но почему-то по вкусу котлета была очень похожа на любой другой заменитель мяса, который продают в Мерзлоте.

Данди я расстраивать не стал. Похвалил блюдо так искренне, как будто это был тот самый кенгуру, к мясу которого мы так привыкли в старом добром Новосибирске.

Уснул я почти мгновенно. Во сне все катался по симуляции Эбби, отрабатывая сложные повороты и пробираясь сквозь пещеры и изморози. Хорошо, что я ни разу не воспользовался предложением Дэша, а то снилось бы потом всякое-разное.

Добро пожаловать в центр управления «Буревестника»

ЧИЛАБ на чиле!

Я синхронизировался, размышляя над переводом, который сделала Искорка, с моей адаптацией. В ее первой версии был «Тандерберд», а я перевел как «Буревестник».

Как-то роднее показалось, хотя смысл названия от меня пока что ускользал. Может, древние вдохновлялись реальной птицей, а может, межконтинентальной крылатой ракетой. В принципе, и то, и то было резким, быстрым и не сулило врагам ничего хорошего.

— Ну как? Готов? — тут же накинулась на меня Эбби. — У меня работает канал внутренней связи. Так что я буду все время рядом. Секунду. Все. Готово. Мы на связи. Если что, у меня есть скафандр, я могу где-то к трассе подскочить.

Я подошел к мотоциклу и сначала его не узнал. Вот это я понимаю «вдоводел», а не какой-то там Айслайт. Никакого лайта здесь уже не было, только мощь и черный юмор древних, решивших так назвать этого хищника.

— Ты это за ночь все переделала? — спросил я удивленно.

— Да, мне не спалось, — сказала Эбби, потирая красные от усталости глаза. — Что-то сделала, но все равно до финиша еще далеко. Старт через час. Поторопись. Я вчера свою заявку подтвердила. И, удачи, Алекс! Эта машина тебя точно не подведет!

— Спасибо, постараюсь вернуться с хорошими новостями, — пообещал я и взялся за руль мотоцикла.

Аккуратно вывел его в гараж, а потом на улицу. Остановился и сделал фотографию для Боба — пусть в бюджет закладывает.

Услышал шум мотора за спиной и увидел, как из-за дальних гаражей стартанул бигфут. Ясно, значит, все уже в курсе.

— Эбби, люди Златана за тобой следят, — сказал я своей напарнице.

— Думаю, что я им теперь не так интересна. Ты представляешь для них большую угрозу, — ответила Эбби таким тоном, будто все это ее уже не слишком-то интересовало.

Я сел на Айслайт, поставил ногу на рычаг и выжал сцепление. Двигатель подо мной зарычал во всю свою восьмицилиндровую мощь. Я почувствовал, как его сила словно вливается в тело Ориджа. Огонь! И это я еще, считай, на минималках только.

Нажал газ и не спеша тронулся с места.

Пока я ехал по городу, чувствовал неподдельный интерес публики к своей персоне. Пару раз даже услышал приветственные выкрики. Значит, нашлись и те, кто на меня поставил, узнав, что Стальная Эбби снова в деле.

— Эбби, может, ставку на нас сделаем?

— Здесь Златан всем этим заправляет, — нервно хихикнула Эбби. — Он, конечно, удивится.

— А если через подставное лицо? А то у меня есть один обаятельный администратор.

— Не прокатит, тут только местные участвуют. Это же Бонневиль, а не Лас-Вегас! — Эбби замолчала и сделала несколько быстрых вдохов, настраиваясь.

Через десять минут я припарковался на стартовом полигоне. На одной стороне площадки организаторы возвели небольшую трибуну, перед которой висел огромный экран. Очевидно, что эту конструкцию соорудили специально для того, чтобы провести официальную часть мероприятия. На трибуне успели занять пока только первый ряд. Я увидел двух Ориджиналов в майтеновской форме, пятерых дроидов в цветах RED ICE WHEELS и несколько инженерных кастомов, выглядящих еще чуднее, чем Эбби. Этакие Винтики и Шпунтики.

Остальные «зрители» толпились у стартовой зоны — рассматривали модели участников, снимали их на фото и видео, громко что-то обсуждали. На площадке играла музыка и царила атмосфера праздника. Не хватало только пива и попкорна, но дроидам все это было ни к чему.

А вот в баре, я уверен, сейчас было не протолкнуться, и попкорн уже хрустел на липком от пива полу.

Я протиснулся к столу регистрации и получил свой гоночный номер — тринадцатый. Это точно знак. Понять бы еще, хороший ли?

Подкатил в стартовую зону и под комментарии Эбби начал изучать своих конкурентов. Рядом со мной стоял ярко-красный гоночный мотоцикл, на вид не особо хуже, чем мой. И такого же цвета Оридж класса «Разведчик».

— Это Джерс, — напряженным голосом проговорила Эбби. — Держись от него подальше.

— Понял. Что ты там говорила про его байк? Дерьмо китайское? Сдается мне, что вас с моей системой оповещения в одном месте калибровали.

— Ты давай, не это… — усмехнулась Эбби. — Видишь с другой стороны номера шесть и восемь? Четырехколесные, типа квадроциклов? Это Бу-Бойз Кастом, подставные как раз. От них тоже держись подальше. И где-то четвертый должен быть, Карлитос. У него, наоборот, модель ближе к кроссовой должна быть. Он в тоннелях будет опасней.

— А бигфутов не будет?

Подъехали уже все участники, и, не считая четырех «квадриков», все остальные машины были двухколесными.

— Нет, у них отдельная тусовка. Готов?

Я еще раз проверил все системы. Искорка подтвердила полный уровень заряда и Ориджа, и «вдоводела». Сев на байк, я покрутил немного рулем. Мысленно улыбнулся соседу, явно сверлящему меня недобрым взглядом, и начал грузить в карту полученный от организаторов маршрут.

До гонки оставалось пять минут.

Глава 13

На экране появился приветственный текст и пошла озвучка по городскому общему каналу. Некий мистер, имя которого не расслышал, поприветствовал всех участников и представил спонсоров.

Победителя, как говорится, не судят, и он получает все. Конструктор — контракт с «Майтен», а пилоту достанется приз от спонсора — от RED ICE WHEELS. Их серийный бигфут, блестящий и новенький, только что вывезли и представили участникам на обозрение.

Выглядел он бодро, хотя я был уверен, что мы несовместимы. Если с катером затянется, то лишним он не будет.

Я сгруппировался в ожидании стартового сигнала, еще раз взглянул на моих соперников, а потом полностью сосредоточился на трассе, которую мне предстояло пройти.

Впереди переливалась гладкая ледяная поверхность, напоминающая застывшее озеро. Лед под колесами мотоцикла оказался прозрачным, насыщенного голубого цвета. Ветер гнал впереди снежную пыль, рисуя ей на поверхности только ему одному понятные узоры. Среди которых система подсвечивала оптимальный маршрут до чекпойнта.

На табло перед нами появились красные цифры обратного отсчета. «Десять, девять, восемь…» — повторял я вместе с системой. Сердце радостно колотилось в ожидании нового, пока непонятного мне опыта. Честно скажу, будь я без дроида, а сам за рулем, то весело покататься — конечно, да! Но ни о каких гонках я бы даже и не помышлял.

Три, два, один. Зеленый сигнал!

— Давай, «вдоводел», порвем всех! Только помни, что я не женат…

Я выжал сцепление и включил первую передачу. Мотоцикл немного вильнул от пробуксовки, но я смог быстро его выровнять и сразу же начал ускоряться.

О-о-о! Виртуально-реальный приход какой-то! Чибздануться и не встать! Я лечу! И не просто так, а на спине дракона!

Я еще ускорился и почувствовал, что «вдоводел» мне отвечает. Он сам рвался вперед! Через сенсоры передалось реальное тепло от того огня, который был скрыт внутри и очень хотел выйти наружу!

И если бы Оридж мог говорить без моей команды, я готов поспорить, что сейчас услышал бы что-то в духе: «Мы с тобой одной крови…»

Меньше чем через две секунды спидометр показал скорость сто, я переключился на вторую передачу и погнал вперед, еще ниже пригнувшись к рулю.

Вихрь холодного ветра трусливо вильнул передо мной в сторону. Картинка перед глазами растянулась, сливая пейзаж вокруг в одно пространство со льдом под колесами байка. Мне казалось, что я мчу по однородному ярко-голубому тоннелю, сквозь время и пространство, где между мной и чем-то бескрайним не существовует никаких преград.

На дэшборде зажглась цифра триста шестьдесят.

— Алекс! Не гони так! — голос Эбби вернул меня в реальность. — Осмотрись вокруг, еще будет время оторваться. Гонка длинная.

Я слегка сбавил газ, вынырнув из ощущения скоростного полета. Звук мотора разлетался гулким эхом по мерзлой пустыне. Через секунду меня обогнал ярко-красный мотоцикл Джерса, подняв задним колесом вихрь снежинок, который потянулся за ним словно мерцающий след от кометы.

Примерно на одном уровне со мной гнали еще пять байков, один темно-синий квадрик тоже вырвался вперед, остальные гонщики остались позади.

— Отпусти Джерса, пусть немножко побудет в иллюзии, что он самый крутой, — спокойно проговорила Эбби, — а перед тоннелями ускоришься. И будь аккуратнее — за чекпойнтом сразу поворот, там лед словно колотый.

Это я знал и без подсказок Эбби. Искорка уже передала мне проекцию трассы.

Я увидел апекс, наклонил мотоцикл в сторону поворота, почувствовав, как подножка чиркнула об ледяную крошку, и прошел первый вираж. Как только вырулил на прямую дорогу, опять открыл газ.

Эбби вместе с древними и правда создала технологическое чудо. Я уже давно не управлял ничем, обладающим такой мощностью и маневренностью.

Прямо за мной послышался звук другого мотора, а потом — грохот. В картинке от Искорки пустой байк вертелся словно юла на скользкой поверхности. Пилота я уже не видел. Возможно, поднимется и снова будет в гонке.

Через пару поворотов я уже освоился и с легкостью преодолевал крутые виражи, ритмично перекидывая вес тела. У меня появилось ощущение, что я полностью слился со «вдоводелом» — со звуком мотора, с удлиненным корпусом обтекаемой формы и с его механикой. Мы стали одним целым — выпущенным из скаутгана снарядом, летящим в самое сердце Мерзлоты.

Внутри меня все ликовало от восторга, который я испытывал, закладывая крутые повороты и снова выравнивая байк, чтобы помчать по прямой. Небывалое чувство свободы поселилось где-то в самой середине груди и постепенно разрасталось, поглощая всего меня целиком.

Выпустив Искорку, я дал ей задание просканировать местность в поисках монолитов и других полезных открытий. Не стоит забывать, что я тут еще и по делу. Мне все равно нужно исследовать сектор, так что я решил совместить авантюру, в которую я вписался по собственной воле, со своей основной целью.

Через какое-то время Искорка просигналила о скоплении оранжевых точек километрах в десяти от нас. Справа. Думаю, проскочим.

Мои соперники пока тоже вели себя аккуратно. Впереди по-прежнему несся Джерс, но после того, как он вырвался вперед, то сильно не ускорялся. Держал преимущество в пару километров.

— Хах! Такую дистанцию мы в два счета сократим, недоумок! — не унималась Эбби. — Начинай ускоряться ближе к тоннелям. — И помни, что там — слепая зона. Съемочные дроны не летают, а камеры, ясное дело, никто туда не полез устанавливать. Прекрасная возможность творить беззаконие.

«Внимание! — вдруг заговорила Искорка —Надвигается природная аномалия Циклон. В случае попадания в аномалию, степень опасности для системы расценивается как высокая. Сила ветра — пятьдесят метров в секунду. Ожидается усиление. Рекомендовано изменить маршрут».

Я немного приподнял голову от руля и посмотрел на чернеющее впереди небо. Большая черная туча заволокла горизонт. Ветер стал выдавать такие жесткие порывы, что всем участникам, включая Джерса, пришлось притормозить, чтобы остаться на трассе.

— Что за хрень происходит, Алекс? — прозвучал взволнованный голос Эбби.

— На нас идет циклон! Надо сворачивать! — прокричал я сквозь усиливающийся ураган и прижался еще ниже к баку.

Теперь нужно гнать на максималках. И уже не столько для того, чтобы гонку выиграть, а чтобы тебя аномалия не раскидала по разным частям света вместе с твоим супермоциком.

Кто быстрее? Я или стихия? Со следующим порывом ветра меня обсыпало ледяной крошкой. Камера Искорки потемнела, показывая только огонек следующего чекпойнта. Даже шутить про нулевую видимость и ход по приборам почему-то не захотелось.

Я выжал из «вдоводела» четыреста пятьдесят. Со всех сторон в меня полетели мелкие кристаллики. Рев двигателя слился с ревом подбирающегося к нам урагана.

Искорка взлетела на максимальную высоту, и я увидел черную воронку-смерч, которую как будто кто-то выпилил из темной тучи позади нас. Закручивающийся зловещий вихрь с белым проблеском посередине, заполненным каким-то туманом. А в этом тумане — силуэт.

— Упаси меня Мерзлота! — я аж крякнул.

— Что случилось? — тут же спросила Эбби.

— Фоггеры мерещатся.

Я моргнул несколько раз, глядя на проекцию Искорки, но ничего подозрительного так и не увидел. Зато в поле зрения появились конкуренты. Одного гонщика, который сильно от нас отстал, чем-то зацепило — то ли порывом ветра, то ли искрящимися щупальцами сайларов, которых принес с собой циклон. Я увидел, как его закрутило на границе с бурей, а потом словно втянуло в черную массу вместе с мотоциклом.

— Алекс! Ты цел? — раздался в наушнике нервный голос Эбби. — Не молчи, а то изображения с камер пропали!

— Да тут снимать нечего. Со мной все в порядке. Еду к тоннелям, — ответил я, переключил передачу и повернул ручку газа.

Проскочив мимо края бури, я втопил в сторону тоннелей.

Система взорвалась красным, а Искорка оповестила об обнаружении целой стаи сайларов, которые выскочили из циклона. И вся эта дружная компания диких червей теперь стала полноправным участником нашего кубка. Только цели скатов немного отличались от наших.

До тоннелей оставалось семьдесят километров, так что ускорились все, не только я. Это было первое серьезное препятствие, которое грозило физическим отсевом. Впереди — подземные гонки, а позади — обезумевшие от ярости черви.

Во что бы то ни стало надо было попасть в один из въездов в тоннель. Во-первых, так задумали организаторы, спрятав там датчики чекпойнтов. А, во-вторых, навстречу нам шел второй циклон. И казалось, что он настолько здоровый, что перекроет всю долину.

Искорка показала, четыре предполагаемых спуска под землю и еще с десяток обманок в виде широких трещин. А нас, по моим подсчетам — восемнадцать. А, может быть, уже и меньше.

Пролетев по прямой километров двадцать, я увидел кометный хвост ярко-красного мотоцикла. А затем услышал рев моторов со всех сторон. Сейчас все боролись за то, чтобы оказаться у тоннелей первыми.

Дроид на светло-сером квадроцикле с граффити в виде млечного пути поравнялся с Джерсом и попробовал его обогнать. Я увидел, как пилот приподнялся со своего места изо всех сил, выжимая газ на руле. И тут Оридж Джерса накренил свой мотоцикл в сторону квадрика, выставил ногу и оттолкнул клона противника в сторону.

Квадрик накренился на правый бок, два левых колеса оторвались от поверхности. Дроид попытался выровнять машину, но не смог. Его перевернуло и закрутило на скользком льду. А в следующую минуту в него впоролся несущийся на всех парах черно-зеленый Kawasaki.

Тут мимо меня проскочил черный квадрик, слегка притормозил. Пилот высунулся через левую раму и выкинул что-то на лед. Что-то блестящее и, я заподозрил, что острое.

Я сбросил скорость и заложил вираж, чтобы объехать блеснувшие на льду шипы.

Впереди уже виднелись съезды в подземные тоннели. По плану Искорки, мне нужно было попасть во второй слева, подсвеченный системой как оптимальный. Метрах в пятидесяти у меня за спиной вырулил черно-красный мотоцикл и явно нацелился на тот же спуск, что и я.

Я ускорился. Он тоже. Мы гнали на одном уровне, и тут я увидел, как байк, который ехал перед нами, рухнул в ледяную яму, не справившись с управлением, а может быть, поймав один из ледяных шипов. Раздался громкий взрыв, и дроида кинуло нам под колеса.

Твою ж мать! Я применил контрруление. Чуть не потерял при этом равновесие, но зато стабилизировал «вдоводела». Еле успел сбросить скорость, чтобы не влететь в трещину на всех парах. Промахнулся мимо нужного мне въезда и вывернул в самый крайний.

И словно в другой мир попал! Моментально стало тихо. Исчез гул циклона, только эхом где-то далеко, а может, в соседних туннелях слышался далекий рев мотоциклов. Я не смог сходу определить, кто создал эти тоннели. Ледяные арки чем-то напоминали полупрозрачную и раздутую гофру и были усеяны короткими, но острыми сосульками. В ширину метра три, столько же в высоту, снежный пол частично завален какими-то окаменелостями. Это могли быть и кости монстров, и просто причудливо деформированный лед.

Я притормозил, вписывая «вдоводела» между ледяных стенок и уводя от входа на тот случай, есливдруг кто-то следующий в тоннель влетит. Затем быстро посмотрел на проекцию.

Здесь не одна колея, а целая дырявая сырная головка с тремя уровнями!

Система тоннелей чем-то напомнила схему метро с пересекающимися ветками. Ну допустим, я сейчас на красной, а мне надо на кольцевую, а потом как можно дальше отсюда.

Внимание! Опасность контакта с группой сайларов!

Энергетические всплески обнаружены в трех направлениях.

Контакт через 5… 4… 3… 6… 12…

Услышав шипение электрических разрядов за спиной, я сразу же газанул, разворачивая таймер обратного отсчета. Правда, этой форы хватило только до первой развилки, откуда мне наперерез бросились сразу три твари.

Плоские и верткие, как угри, и прозрачные, как медузы. Внутри длинных, почти метровых тел, искрилась энергия. Я покрепче вцепился в байк одной рукой и активировал скаутган. Обернулся, прицелился и чуть не завалился, сбив направление. Выругался, выравниваясь, и повторил процедуру.

Все равно пришлось вильнуть — слишком близко подобрался первый сайлар. Эффект полета от быстрого скольжения еще больше усилился, когда монстр вытянулся струной в длинном прыжке. Я резко сбросил скорость, пропустив его перед собой, и выстрелил в следующего.

Пуля из скайкрафта вошла в прозрачное тело, произведя неожиданный, но действенный эффект. Сайлар замерз. А может, окоченел и, рухнув на землю, развалился на куски, как стеклянный.

Со вторым так получилось только с третьей попытки. Оказалось, что бить надо не куда попало, а точно в электрические центры внутри желеобразной массы.

— Тьфу, холодец какой-то вертлявый! — сказал я вслух, добив третьего и снова ускоряясь.

— Алекс! Ты в порядке? — спросила Эбби. Было слышно, что она прилагает немало усилий для того, чтобы ее голос звучал спокойно. — Не молчи!

— Да, все окей. Отбился, — ответил я, рывком уходя от сталагмита, выросшего на пути.

— Теперь аккуратнее. Уверена, что парни Златана только и ждали этого отрезка трассы.

Я поехал вперед и вскоре оказался на линии пересечения с другим тоннелем, по которому тоже разносился гул двигателей. Повернул голову вправо и увидел ярко-красный мотоцикл Джерса. На секунду наши взгляды встретились, а потом он газанул и оторвался.

Вскоре просвет закончился, и по правую руку снова потянулась ледяная стена. А потом — опять просвет и Оридж Джерса. Как будто он специально держался со мной на одном уровне, то появляясь, то исчезая в тоннеле. Так мы проехали километров двадцать, виляя по мерзлым изгибам подземных коридоров.

По совету Искорки я ушел на уровень ниже, обходя препятствие в виде «изморози». Монстр-аномалия оказался похож на парящую в воздухе медузу, причем держался он аккурат поперек прохода. По структуре вылитый сайлар, только более плотное и шершавое тело, будто действительно покрытое изморозью. Та тварь, что оказалась у меня на пути, уже дожевывала кастома, а его байк одиноко докручивал колесо, лежа на боку на ледяной горке.

Я поспешил вернуться на верхний уровень тоннелей и в очередном просвете снова увидел прилипчивый красный байк. Но теперь еще и за спиной начал мелькать квадрик парня из Бу-Бойз.

— Обложили, демоны!

Я покосился на квадроцикл и заметил у него на раме какую-то конструкцию вроде гранатомета, которой на старте точно не было.

«В радиусе пяти километров обнаружено всего шестеро участников гонки. Сигналы пятерых исчезли с радаров, остальные отстают», — отчиталась Искорка, решив, что я обращался к ней.

Я переключил передачу и прибавил скорость. В голове вертелись возможные сценарии драки. План ребят Златана был мне понятен. Все, как и говорила Эбби. Под видом того, что палят в монстров, пальнуть в меня, ну, точнее, в какую-нибудь стену, которая удачно меня прихлопнет.

Внимание! Опасность! Зафиксирован захват цели!

Необходимое оборудование для создания помех не найдено.

— Эбби! А тепловые ловушки ты, случайно, нигде здесь не спрятала? — процедил я. У меня аж зубы свело, когда я выжал газ на допустимый максимум, поняв, что цель — это я и есть.

— А-а-а, так вот что это был контейнер… — задумчиво ответила изобретательница. — А что?

Система начала панически пищать: она определила, что на меня навелась неопознанная ракета и надо срочно что-то делать. Я услышал звук выстрела — зубосводящее шипение и треск, эхом разнесшийся по тоннелю.

Выхватил скаутган и буквально в последний момент отстрелялся в потолок, в кучу толстых сосулек. Проскочил мимо обломков, и практически сразу за спиной раздался взрыв. «Вдоводела» подтолкнуло ударной волной, я начал вилять, борясь с управлением, но все-таки вывез! Выскочил облака ледяной крошки.

Квадрик от меня не отстал, и через пару секунд система снова заверещала, что есть попытка захвата цели. Я начал вилять, но толку в этом не было — частота писка увеличилась и превратилась в сплошной противный звук.

Сейчас снова долбанут! А впереди, как назло, совершенно гладкие стены. Я попробовал еще ускориться, но понял, что даже раньше, чем ракету, угроблю себя сам. Искорка пыталась что-то просчитать, выдавая какие-то нелепые шансы на успех, но зато подсветила впереди проем в смежный тоннель.

Но как только я с ним поравнялся, увидел там красный байк Джерса.

Снова звук выстрела, нарастающее шипение за спиной, отсчет Искорки до попадания…

И я резко выкрутил руль вправо, направив «вдоводела» прямо на Джерса и активируя вокруг себя максимально мощный энергетический удар.

Глава 14

На мгновение стало тихо. «Энергетический удар» принял на себя взрыв ракеты, сформировав что-то типа защитного купола. Но это не особо помогло: меня все равно подбросило и сплющило, а потом уронило в образовавшуюся трещину в полу.

Секундное барахтанье среди каменных обломков показалось мне часовым реалити-шоу про выживальщиков, но вскоре я обнаружил себя лежащим на полу. Правую руку придавил большой кусок льда. Пыль плотной завесой кружила в воздухе, даже не пытаясь осесть на землю. Над головой что-то трещало и продолжало осыпаться.

Освободив руку, я приподнялся на локтях. В спине и в правом локте я чувствовал физическую боль. Попытался сфокусировать зрение, но в первую секунду мне этого сделать не удалось. Очертания предметов вокруг расплывались, пыль скрадывала детали. Очень хотелось хорошенько протереть глаза, но такой роскоши я не мог себе позволить. Точнее, мог разве что протереть визоры, но в глазах мутно двоилось и в реальности.

— Искорка, статус! Где мы?

«Оценка повреждений еще не закончена. Вокруг замечена подозрительная активность…»

Система максимально крупно вывела карту на экран, показав, что мы провалились в неизвестный ранее тоннель на уровень ниже. Прямо передо мной была довольно большая площадка, на которой начали по очереди подсвечиваться разные объекты.

«Вдоводел» валялся в паре метров от меня, сбоку еще один байк и Ориджинал Джерса. Живы и целы, и, кажется, даже в лучшем положении, чем я. Одна точка неровно, словно шатаясь, двигалась к другой. В центре помещения мелькнули еще три огонька на фоне ровного свечения, идущего от множества мелких объектов возле стены.

— Твою мать! — прошептал я, когда у меня получилось разглядеть, что подсвечивает сканер.

Большой грот с бугристым, неровным полом очень сильно походил на те тоннели, по которым мы ехали, пока не провалились вниз. «Гофрированная» полупрозрачная арка над головой была усеяна разбитыми сосульками-шипами, изморозь осела на каменных стенах.

Вдоль стен выстроились шесть больших боксов прямоугольной формы. Инородные не только для этой пещеры, а для всех известным мне технологий. От боксов шли провода и втыкались в какую-то высокую стойку, на конце которой было закреплено незнакомое мне устройство.

Круглый шар с двигающимися гранями из скайкрафта, которые открывались по очереди, источая бледно-голубой свет.

«Большой энергетический бур. В данный момент находится на перезарядке», — появилась всплывающая подсказка на проекции от Искорки, когда я скользнул по агрегату взглядом.

Рядом с ней возвышалась еще одна установка с тремя емкостями с другой стороны от стойки, тоже подсоединенная к ней. Емкости по форме напоминали компрессоры. Только баллоны оказались прозрачными, а внутри них колебалось желеобразное мутное вещество.«Альтернативный источник органической энергии», — снова подсказала система.

И все это было установлено напротив круглой ниши в стене, которую бур «прокопал» или сжег, как лазером, метров на десять в глубину.

И вот в этой нише как раз и стояли те, от кого хотелось не только чью-то мать вспомнить, а еще что-нибудь покрепче сказать.

Черные Ориджиналы, фоггеры, древние оцифрованные — как угодно называй, а добрее они не станут. Черная скайрафтовая броня, похожая на чешую, рельефное тело и визоры в мелкую сетку, через которую пробивается оранжевый свет.

Не знаю, стояли они здесь в момент взрыва или спрятались от обломков после. Один из них держал в руках небольшой агрегат, который я ясразу же назвал про себя «космическим перфоратором» с таким же круглым шаром, как на большом буре, только в сильно уменьшенном масштабе. К тому же этот состоял полностью из скайкрафта.

Остальные без оружия, но это пока — тот, что покрупнее (вероятно, «Защитник»), уже медленно тянулся за спину, что-то там активируя. А второй держал руку у пояса, словно ковбой перед дуэлью. Миг — и там активируется какая-нибудь пушка.

Возникла какая-то нелепая, даже сюрреалистическая пауза. Пыль, наконец, стала оседать на землю. А мы все (и Джерс чуть в стороне) замерли и смотрели друг на друга. Реально ганфайтеры какие-то! Что мы пытались понять, куда попали. Что они разбирались, кто это свалился им на головы. Но пауза не могла длиться вечно. В дырявом потолке что-то треснуло и со скрипом накренилось, и чуть ли не последняя целая сосулька обломилась и полетела вниз. Грохнулась где-то посередине между нами, звонко расколовшись о камни.

Это и стало сигналом!

Я рыбкой нырнул за ближайший крупный обломок, на лету активируя скаутган. Джерс рывком и метнулся к своему байку. А фоггеры на какой-то запредельной скорости — если не сказать телепортации —выскочили из раскопанной дыры и рассредоточились у боксов. Причем еще и стреляя на ходу. А я только моргнуть успел!

Даже высунуться не получилось: с ультразвуковым свистом полетели скайкрафтовые пули, за мгновение уменьшив мое укрытие почти на полметра.

Неожиданно выручил Джерс, открывший огонь с другой стороны. Калибр был неплох, из стены выбило несколько довольно больших кусков, а в крайнем боксе образовалось несколько вмятин, но, к сожалению, фоггерам «земное» оружие не причинило никакого вреда.

Но зато он отвлек их на себя и дал возможность выступить мне.

Я сменил позицию, несколько раз выстрелив на ходу. Шуганул стрелка, который уже вовсю прессовал моего неожиданного союзника, и подбил парня с перфоратором. Видать, этой штукой можно не только стены плавить! Получив пулю в плечо, фоггер потеряо равновесие и кувыркнулся в сторону, прячась за боксом. А здоровяк, так и не вынувший оружие, побежал к буру, что-то там перещелкнул и начал поворачивать его в мою сторону, словно это пушка какая-то.

«Внимание! — проговорила Искорка. —Энергетический бур переведен в режим атаки по площади. В случае применения против Буревестника представляет опасность для жизни оператора. До полного заряда осталось тридцать секунд… Сканирование местности для построения оптимального маршрута, чтобы покинуть опасную зону, почти завершено… Валим на хер отсюда!»

Повышенный тон последней фразы и сама ее формулировка чуть не стоили мне жизни. Я дернулся, а две пули пролетели всего в миллиметре от шлема. Так близко, что я даже легкое электрическое покалывание затылком ощутил. Вжался в землю, прячась за огрызком каменного обломка и ища возможность выстрелить в ответ.

Других укрытий больше не было — мусора кругом валялось много, но все мелкое и рыхлое. Только «вдоводел» лежал впереди, но я для себя четко решил, что это будут первые колеса в Мерзлоте, которые я просто так не брошу.

Я вытащил термобарическую гранату из подсумка, запалил и, не высовываясь, метнул ее в сторону фоггеров. Досчитал до трех, готовясь к рывку, но взрыва не произошло. Только Джерс опять открыл огонь.

На картинке от Искорки было видно, что янки переместился на другую сторону тоннеля и теперь пробирается к боксам с фланга. Еще я увидел свою гранату, валяющуюся возле бура, но накрытую сверху какой-то полупрозрачной сферой. Не знаю, артефакт это или навык, но бросать следом пирамидку я пока не стал. Вместо этого высунул дуло скаутгана и, сверяясь с видом сверху от дроида, сделал несколько прицельных выстрелов.

Подранил стрелка и дважды попал в здоровяка возле бура, но обе пули ушли прямиком в активированный щит. Чем-то похожий на мой, только в три раза больше.

«Бур заряжен, идет подготовка к выстрелу, — напомнила о себе Искорка, показав, что все грани вокруг шара раскрылись, как лепестки, а в центре разгорается яркий поток голубого света. —Необходимо покинуть зону поражения».

— Да я как бы и не против!

На «Рывке» я выпрыгнул из-за укрытия, перевернулся в воздухе, продолжая тщетные попытки повредить бур. То какая-то защита вокруг шар вспыхивала, сбивая меня, то этот чертов щитоносец отмахивался, впитывая урон.

Уже почти долетел до «вдоводела», как вокруг началось какой-то форменное безумие. Джерс выдал серию каких-то сумасшедших акробатических этюдов, скача по боксам и стреляя вокруг. Сверху над дырой подкатили его напарники и тоже начали палить. Искорка запищала в ушах, как падающий истребитель, выдавая свой коронный разгон с пинбольным ударом.

И с оглушительным хлопком, перешедшим в визг, разродился бур, затопив все пространство голубым сиянием, отраженным ото льда.

Меня зацепило. Екнуло что-то в груди и обжигающей молнией проскочило по позвоночнику в затылок. И последнее, что я увидел, прежде чем потерять сознание, — как Джерс выскочил из-за боксов, неся в руке малый скайкрафтовый бур, и прыгнул на свой мотоцикл.

— Алекс, Алекс! Ты чибзика придавил!

— Алекс! Что с гонкой? Где ты?

— Алекс! Ты уснул, что ли?

— Не молчи! Алекс!

Сквозь темноту и плотный мрак, в котором находилось мое сознание, наперебой зазвучали знакомые голоса. Во рту пересохло. Шевелиться я не мог, да мне и не хотелось. Я попробовал отвлечься от назойливых голосов и снова погрузиться в приятное ничто.

— Алекс! Ты что, серьезно? Чибздец, что делать-то? Данди, у нас, кажется, проблемы.

Знакомый голос перестал быть насмешливым, скорее озабоченным и испуганным, и я почувствовал, как кто-то трясет меня за плечо, доставляя дискомфорт и выдергивая на поверхность. А второй голос, женский, вообще исчез, словно его что-то отрубило. Потом ощутил, как что-то мокрое коснулось рук и шеи. А потом что-то меховое, но жесткое.

Я попробовал сжать и разжать кулак правой руки, а потом дотронуться до головы. Но уперся в жесткий шлем. Движение получилось слабым, почти незаметным.

— Может быть, в медблок? Вижу, что живой, но выглядишь не очень, — раздался слишком громкий мужской голос прямо над ухом. Захотелось сделать его потише. Есть тут специальная кнопка?

— Пусть воды попьет, сечешь? Я пока за медиками схожу!

Я предпринял вторую попытку взять под контроль свое тело и с усилием разлепил глаза. Черная картинка отключившейся системы вспыхнула цветным калейдоскопом. Меня быстро укачало, и я снова зажмурился, отказываясь принимать такую реальность. Полежал еще какое-то время с закрытыми глазами, пытаясь осознать, что со мной творится.

— Где я? — тихо спросил я после того, как понял, что руки и ноги на месте, и я их даже ощущаю.

— Здрасьте-приехали, — проговорил все тот же голос, — досинхронизировался до полного чибздеца.

Я чувствовал, как виски что-то больно сжимает. Стащил с себя ослабевшими руками шлем и снова открыл глаза. Ага, узнаю этого парня. И домашнего монстра узнаю.

— Ты цвета белой лилии — пробубнил Боб и протянул мне стакан синей сома-воды. — Вот, выпей быстрее. Придешь в себя.

Представить, что мне сейчас нужно что-то в себя влить, было тяжело.

— Ну что ты тормозишь, давай пей! — настаивал Роберт. — Эта штука лечит похмелье как ничто другое. В твоем случае тоже должна сработать.

Я взял в руку стакан. Тело била мелкая дрожь. Лоб покрылся испариной. Через силу сделал глоток синей жидкости. Почувствовал, как она упала в желудок. На удивление, организм ее усвоил, и я допил стакан до конца.

— Бургер принести? — заботливо поинтересовался Боб, как трудолюбивая пчелка, кружась около моего кресла.

— Постой, не кружись, и так херово, — наконец произнес я. Было такое ощущение, что я слышу свой голос немного со стороны, как будто по громкой связи разговариваю. — Бургер не осилю.

Я приложил руки в стучащим вискам и попытался собраться и осознать, что сейчас произошло.

— Так что там стряслось? — спросил Боб, подавая мне стакан, уже наполненный заново. — Я сначала подумал, что ты уснул. Но потом понял, что без сознания тут чилишь.

— Стой! Оридж! Джерс! В пещере были фоггеры! — воскликнул я, хватаясь за шлем.

— Ничего не понимаю, ты же в Кубке участвуешь, откуда там фоггеры? И кто такой Джерс? — спросил Боб, разводя руками. — Очаровашка, ты что-нибудь понимаешь? — обратился он к чибзику, который вертелся между нами, не выпуская из пасти шоколадное печенье.

— Потом объясню. Мне срочно нужно обратно! Дай еще этой штуки!

— Я же говорю, это средство номер один.

Я быстро выпил третью порцию сома-воды и начал синхронизацию, молясь Мерзлоте, чтобы с той стороны был контакт, и мысленно подгоняя колесико индикатора загрузки.

Услышал, как Боб потопал обратно за свой стол и почувствовал легкий удар лысым хвостом по ноге.

Этот проныра тут как тут! Я, кстати, заметил, что чибзик всегда оказывался рядом, когда мне было физически плохо. Играет роль кошки? Полежит на больном участке тела, возьмет мою боль на себя?

Но вместо того, чтобы продолжить мою терапию, Очаровашка стащила пачку печенек с подлокотника кресла и благополучно отчалила, видимо, на свои шкурки.

Добро пожаловать в центр управления «Буревестника»

ЧИЛАБ на чиле!

Внимание! Низкий уровень энергии, часть повреждений не может быть восстановлена. Система работает с ограничениями.

Пофиг, главное, что работает!

— Искорка, статус! Как ты? — спросил я и посмотрел на проекцию сканера. В тоннеле я был совершенно один.

Приподнялся, стряхивая с себя ледяные обломки, повертел головой и в куче камней и расколотых льдин разглядел мотоцикл. С виду цел, уже хорошо. А вот Искорка так и не откликнулась.

Я выбрался из завалов и пошел к центру площадки. Увидел перекошенный и явно сломанный бур, сваленные боксы и частично разбитые колбы с желеобразной массой. Целым остался только один, а из остальных вся жижа вытекла и впиталась в лед.

У стены, прямо под дырой в потолке, валялся разбитый квадрик, а рядом с ним и сломанный дроид с пробитой головой. Джерса не было. Вообще, больше никого не было.

— Черт, Искорка! Ну, где же ты? — вздохнул я и полез в настройки — отматывать системные логи.

Нашел запись данных от Искорки и практически экшен-кино посмотрел.

Джерс запрыгнул на байк и резво унесся куда-то вдаль по тоннелю. Искорка в этот момент налетела на заднюю часть бура. Сломать не сломала, но чуточку сдвинула ствол вверх, так что удар задел меня только по касательной. Зато попал в потолок, расширив дыру в потолке и уронив сюда квадроцикл, стоявший на краю.

Хотя может, и сломала в итоге. Увернувшись от щита здоровяка, дроид еще раз ударился в большой бур, на этот раз прямо в светящуюся панель. Та вспыхнула синим и погасла, больше уже не включившись. А вот следующий удар Искорка, окутанная синими электрическими разрядами, пропустила и, как мячик, отлетела куда-то в сторону.

Я посмотрел по сторонам, сверяясь с проекцией, и пошел к дальней стене. Увидел дыру и, засунув туда рук, почти по локоть, нащупал помятый шарик.

Взял на руки, словно не дроида-железяку, а птичку с раненым крылом, и начал пробиваться через настройки системы.

Энергии меньше одного процента — ей срочно требовалась подзарядка. Вот только мне было нечемсей помочь — пауэрбанк из-за удара бура высадило в ноль, найденные аккумы — в разломе, я еще не разобрался, как заряжать, а у самого ненамного больше, чем у Искорки.

Я пошел к боксам в поисках чего-нибудь полезного. Как умер клон и куда делись фоггеры, я понятия не имел: в логах на этот счет уже ничего не было. Но, судя по открытому боксу, в котором вполне мог поместиться байк, а то и не один, и удвоенным следам шин, древние погнались возвращать свой бур. Понимаю их, там скайкрафта на вид килограмма три, и он хоть малый, но практически бесценен в пещерах.

Везде пусто, только разные инструменты попроще валяются. Сделаны они преимущественно из астериуса и похожи по форме на лом и кирки.

— Что же вы тут искали-то?

Я прошел по раскопанному тоннелю и уперся в неровную стену. Постучал по ней, сам прислушался и запустил сканер. Что-то там есть…

Пустота — точно. И еще пробиваются слабые энергетические сигналы.

Вернувшись, я посмотрел на целую емкость с мутным желе. Как там Искорка говорила? Альтернативная органическая энергия?

— Дайте две!

Меня аж вштырило, когда я разобрался, как ее впитать. По ощущениям, эта штука оказалась ничуть не слабее монолита. Быстрая зарядка какая-то беспроводная! За десять секунд жижа полностью обесцветилась и засохла, а моя энергия вплотную приблизилась к значению в сто процентов. Правда, потом упала до восьмидесяти, когда я поделился с Искоркой, и она «ожила».

Одновременно с ней встряхнулись и все остальные системы, в том числе местная рация.

— Алекс! Алекс! Ты меня слышишь? — раздался голос в моем наушнике. Это была Эбби. — Алекс! Отзовись!

— Да, Эбби! Я тут! Отключился ненадолго.

— Ты издеваешься? Ты четыре часа на связь не выходил! — голос изобретательницы балансировал где-то между истерикой, обидой и страхом.

— Прости, здесь проблемы были. Гонка, похоже, закончилась.

— Я знаю, у нас тут жесть творится, — голос Эбби выровнялся и стал уж каким-то слишком спокойным, словно обреченным. — Сначала примчал Джерс. А потом за ним появился туман, из которого выскочили эти странные черные.

— Ты в порядке?

— Пока да, но это ненадолго. Они напали на Бонневиль, ударили чем-то энергетическим, отрубив большую часть систем. Так что транспорт отказал, генераторы отключились, подача кислорода прекращена. Я слышу, что в городе идет бой. Сижу в гараже в скафандре и понимаю, что идти некуда. Не знаю, что с остальными.

— Так, успокойся и возьми себя в руки, — скомандовал я и бросился к «вдоводелу». — Я еду! Сделай все, чтобы прожить еще несколько часов!

— Алекс, я вряд ли доживу. Уже начинает холодать, у меня старенький запасной генератор. Не знаю, сколько он протянет.

— Протянет, точно протянет! Держись, ты мне еще мотоцикл должна собрать, а я еще не все рекорды скорости поставил!

Глава 15

Я подбежал к «вдоводелу» и начал его раскапывать, раскидывая в стороны большие ледышки и прочий мусор, навалившийся после взрывов. Выкатил байк на середину грота, параллельно запуская сканирование систем мотоцикла.

Живой! Помяло немного, поцарапало, но в остальном агрегат в норме.

— Искорка, нужен путь наружу! Оптимально скоростной!

На экране тут же появилась обновленная карта «метро». Из пещеры, где я находился, был выезд наверх по сети разветвленных тоннелей. Я забрался на мотоцикл и выжал сцепление.

Тоннель, по которому умчались Джерс и фоггеры, от взрыва почти не пострадал. Только на одном участке пути мне пришлось замедлиться, чтобы объехать дыру в земле и валявшиеся рядом осколки льда. А дальше я помчал уже без остановок.

Рев мотора разносился по пустым коридорам, пробуждая ледяные глубины.

«Только каких-нибудь сайларов мне сейчас не выкини на поверхность!» — обратился я к Мерзлоте, думая, что сейчас чувствует Эбби и другие жители Бонневиля.

Свет единственной фары скользил по замерзшим стенам, порождая своеобразную игру теней. Я прибавил скорость. Мотор зарычал еще громче. Я прошел первый поворот, сильно накренив мотоцикл вправо. Еще чуть-чуть, и коснулся бы лодыжкой земли. Из-под колес вырвался вихрь ледяных кристалликов. Снова вираж! А после него дорога пошла наверх.

Искорка показала еще несколько ответвлений от того тоннеля, по которому я мчал. А внутри них — какие-то неопознанные предметы. Что там было конкретно, я не мог различить. Возможно, тоже буровые установки, а может быть, что-то еще. Времени на исследование не было.

Но я успел насчитать как минимум пять брошенных тоннелей с оборудованием. Если предположить, что в каждом работали по три или по четыре дроида, и все они бросились в погоню за Джерсом, то выходило, что хвост он себе собрал из пары десятков фоггеров. А это уже до фига, даже с учетом местной охраны и майтеновских Ориджиналов.

— Боб! — крикнул я, стараясь заглушить безумный рев «вдоводела».

— Ты чего орешь? — спросил мой друг и тут же оказался за моей спиной.

— Вызывай «Авангард»! На Бонневиль напали фоггеры! Я не знаю, что у них со связью и удалось ли охране города с кем-то связаться.

— Понял, — взволнованно ответил Боб. — Ты там?

— Еще нет. Но через три с половиной часа точно буду! Возможно, «Авангард» сможет приехать быстрее. Есть большая вероятность, что скоро спасать там уже будет некого!

После этих слов я отключился от всего, что меня окружало, и сосредоточился на одной-единственной цели — я дожен был добраться до Бонневиля как можно быстрее.

Пропетляв по подземным уровням еще где-то полчаса, я, наконец, выехал на поверхность.

Почти у самого выезда валялся разбитый мотоцикл небесно-синего цвета. Насколько помнил по рассказам Эбби, это единственная модель, про которую она сказала хоть что-то хорошее. Вроде ей цвет понравился.

Тут спорить бессмысленно, даже раскуроченный и разорванный практически на две половины, он выглядел красиво. Немного поодаль валялся «мертвый» дроид. Ноги переломаны, а вместо затылка спрессованная болванка, будто его огромным молотом догнали, когда он пытался уползти.

Я сверился с картой. В итоге получилось выбраться на двадцать километров дальше от того места, где я заезжал в тоннели. Сканер молчал: все-таки слишком надолго я отключился, даже залетных гонщиков в округе нет.

Передача, газ, погнали!

Пространство вокруг снова слилось в однообразный серый коридор, сужающийся на горизонте. Я гнал изо всех сил, изредка отмечая про себя новые цифры на спидометре, и думал.

Сколько кислорода у Эбби? А если нападут на ее гараж? У нее нет никаких шансов ни против фоггеров, ни против Мерзлоты!

Внимание! Расход энергии увеличен!

Рекомендуется сбросить скорость.

В противном случае возможно включение реверсивной зарядки.

Скорость сбрасывать я не стал и сначала вообще не понял, что еще за реверсивная тема, с чего бы. Но потом почувствовал, что я перестал физически ощущать собственное тело.

А что я чувствовал? Мотоцикл? Ориджа? Или все вместе?

Словно мы стали единым целым. Я ощущал только движение. Я как будто сам стал этим движением, полностью растворившись в текущем моменте. Да тут никакие медитации не нужны.

Я посмотрел на дэшборд и не поверил своим глазам. Вместе мы разогнали этот снаряд до пятисот километров в час! Кажется, это новый рекорд для серийных мотоциклов? Не считая всех этих супероптекаемых «соплей», то есть ракет. Если сравнивать с моим временем, так точно!

Я расслабился, привыкая к ритму и управлению, при котором невозможно различить дорогу. Быть в потоке и управлять потоком — все-таки совсем разные состояния, но уже через пару минут чувство трассы стало абсолютным. Показалось, что глаза можно совсем закрыть и ловить только легкий шепот подсознания: «Левее, правее, обходи изморозь, еще правее, идет край циклона…»

— Боб! Что ответили в «Авангарде»? — спросил я, когда «вдоводел» перешел в режим круиз-контроля, а я смог снова нормально дышать.

— Выехали! Сказали, что им уже сообщили об инциденте ранее. Через четыре часа должны быть на месте, — отозвался Роберт.

— Долго. У них что, нет никого ближе?

— Есть, — быстро ответил Боб, но неожиданно замялся. — Но те, кто ближе, уже перестали выходить на связь. Я сначала нашел контакты ближайшего аванпоста. Могу еще чем-нибудь помочь?

— Энергетик можешь из бара захватить? Поядреней только. А то я хоть и вырубился, но уставать начинаю уже.

Четыре часа — это слишком долго. А я должен быть раньше. По идее, мне оставалось чуть меньше полутора часов.

— Эбби! Эбби! Прием! Ты на связи? — прокричал я по каналу внутренней связи.

— Алекс! Кислород на исходе, — услышал я слабый голос в наушнике, — и становится холодно.

— Держись, слышишь? Найди какой-нибудь хлам и укутайся, двигайся. Прыгай, растирай себя, шевели пальцами. Грейся любым способом. Двигайся! Я скоро буду. Тебе надо продержаться полтора часа.

— Скоро будет нечем дышать, — ответила Эбби и закашлялась.

— Где-то есть запасы кислорода? На экстренный случай?

— Есть. В башне у красноколесных и на аварийном складе в западной части города. Но я не знаю, что там сейчас происходит, и мне туда не добраться.

— Я заскочу, мне по пути.

— И там же запасные генераторы. Их давно уже должны были включить, но, видимо, что-то случилось.

— Понял! Держись! И кстати — мотоцикл огонь! Ты создала офигенный байк. Так что если ты меня не дождешься, то я заберу его себе!

— Хватит трындеть, поддай газу лучше. Насчет тебя не уверена, но байк точно способен на большее, — устало пошутила Эбби и отключилась.

Искорка сообщила, что расстояние до Бонневиля составляет тридцать километров, но вместо очертаний низких ангаров я видел только чертов туман — верный спутник фоггеров.

Единственное, что возвышалось над туманом, — это башня RED ICE WHEELS. Только вот от ее вида становилось только грустнее — я видел красные отсветы пожара в окнах верхних этажей, густой черный дым, словно из трубы котельной, а еще появился небольшой, но уже заметный наклон. Как бы она на город не рухнула!

— Искорка, статус? Нужны все активные энергетические точки и оптимальный маршрут до аварийного склада, — скомандовал я. Про башню «красноколесых» можно уже забыть. — И на всякий случай отследи органику.

Снизил скорость и направил байк к центральным воротам, выходя из потокового режима и словно стряхивая с себя стальное оцепенение. Система выдала мини-статус, что расход энергии вернулся в норму и у меня осталось почти пятьдесят процентов.

В это время Искорка сообщила информацию о четырнадцати неопознанных объектах, которыми могли быть только фоггеры. Один из них явно испытывал проблемы с энергией, возможно, получил критические повреждения.

Основное скопление сигналов сосредоточилось вокруг жилого модуля, где, судя по всему, и шел основной бой за город. Джерс, по крайней мере, тоже отсвечивал там. Среди прочих дроидов и большого скопления органики.

Выходит, его еще не догнали, но кольцо сжимается.

Эх, а ведь в один момент мне даже показалось, что мы с ним заодно! Когда Джерс ловко отвлек от меня внимание фоггеров в гроте. Бывает ведь, что общая беда объединяет. Но это, видимо, только в моем старом мире так было. Да и там не всегда срабатывало. А тут парень просто хотел побыстрее подобраться к артефакту.

На экране высветился предполагаемый маршрут. Я должен был повернуть сразу за воротами, проехать мимо парковки и блока охраны, а потом уйти в зону мастерских и там уже по касательной проскочить мимо жилого модуля в дальнюю часть города. Оттуда уже и до Эбби рукой подать.

Я толкнул ворота, покосившаяся створка проскребла по ледяной поверхности и приоткрылась. Нормально, «вдоводел» пройдет.

Заехал внутрь и почти сразу же наткнулся на обезглавленного клона, практически моего знакомого, который помогал с парковкой катера. Голова дроида с расплавленным визором валялась чуть поодаль. Выглядело жутко. Еще несколько разодранных на части клонов я увидел около догорающего ангара. Крыша его провалилась, а из дверного проема вырывались ярко-оранжевые языки пламени.

Все, что было на парковке, включая и мой катер, и новенький, чуть ли не в огромном красном банте, призовой бигфут, — все было перекошено и как-то вздуто. Словно все электронные детали разорвало изнутри после неизвестного импульса. Даже не знаю, что меня расстроило больше: потеря сломанного катера или новенького приза, который я, честно говоря, уже считал своим.

Ну, что же, значит, нужно будет как-то компенсировать.

Я прибавил ходу, но набрать хорошую скорость в городе сложно. Туман стелился по земле — это еще полбеды, но в этом тумане на дорогах валялись куски обрушенных стен зданий, перевернутые, чаще всего сожженные, транспортники и даже зачем-то вырванные с корнем дорожные знаки.

Иногда попадались выключенные клоны и кастомы. Либо со сквозными дырами в броне, либо с оторванными конечностями.

Даже не верилось, что еще пару дней назад здесь вовсю кипела жизнь, работали мастерские, бары и гаражи, и люди готовились к «Кубку конструкторов».

Напоминанием об этом послужил разбитый рекламный щит, валяющийся на дороге. Мигавшие еще недавно лампочки сейчас просто чернели на квадратном экране, из которого торчали обугленные провода. Сразу за баннером стоял обгоревший остов квадроцикла. А рядом с ним лежали останки его прошлого хозяина — располовиненный инженерный клон в броне, выкрашенной в цвета американского флага.

На соседней улице прогремел взрыв. Я посмотрел направо и увидел, как яркие языки пламени взметнулись к небу. А клубы тумана поползли вверх.

Такими темпами к приезду «Авангарда» от Бонневиля мало что останется!

На центральном перекрестке шел бой. Два фоггера давили пятерых боевых клонов. Я активировал скаутган, пригнулся и прибавил газу.

Один из фоггеров обернулся на рев мотоцикла, и скайкрафтовая пуля разнесла на мелкие кусочки указатель позади меня. Я тоже выстрелил. Черного дроида развернуло, и он нелепо согнул правую ногу, опускаясь на одно колено. Предложение мне решил сделать, не иначе.

— Фигушки, пока я холостой, магия «вдоводела» на меня не действует! — прорычал я, резко заваливая байк и уходя от автоматной очереди, расколовший несколько витрин у меня над головой.

Проскользив на боку несколько метров, я вызвал двойника и сделал вид, что спрыгиваю в сторону. Еще одна очередь прошла насквозь иллюзии, только грани голограммы затрепетали. Я выстрелил, все еще прячась за «вдоводелом», и голова фоггера откинулась назад. Брызнул осколками разбитый визор, и дроид рухнул на спину. А ко мне потянулась энергия с опытом.

— Где вы, ребята, столько скайкрафта берете, чтобы очередями палить? Мне бы тоже надо…

Я посмотрел на второго, одновременно проверяя, не спешит ли к ним подмога. Может, и спешила — фиг поймешь в этом мельтешении точек на сканере. А со вторым моя помощь не потребовалась. Впятером на одного клоны начали побеждать. Навалились со всех сторон и оттеснили фоггера в переулок.

Не теряя времени, я быстро подскочил к трупу фоггера. То, из чего он в меня палил, уже деактивировалось, но зато на груди нашлось несколько контейнеров, похожих на стандартную разгрузку. Выгреб я из нее все! В том числе парочку неизвестных овальных шариков из скайкрафта, похожих на толстые пилюли. И два маленьких бокса, предположительно магазины к оружию. К моему карабину они не подошли, но внутри плотным рядком лежали пули, которые система сочла вполне подходящими.

Я шустро выщелкал их все и перезарядил свой скаутган. Скайкрафт, но не чистый — всего несколько блестящих прожилок, а все остальное — сплав астериуса с чем-то неизвестным. Рецептуру бы узнать не помешало, но это потом. Будет время спокойней, дам Искорке домашнее задание.

Поднял «вдоводел», в очередной раз радуясь и поражаясь его живучести, и проехал мимо клонов, уже буквально разбиравших фоггера на запчасти. Свернул налево, на узкую улицу, по обе стороны которой тянулись длинные ряды промышленных ангаров.

Вдруг из-за угла вырулил ярко-голубой квадроцикл и погнал прямо на меня. За рулем квадрика сидел кастом в сплюснутом шлеме, похожим на вратарский хоккейный. Визоры ему, что ли, сдавило?

Дроид выставил перед собой дробовик, что-то крикнул и спустил курок. Я вильнул в сторону ближайшего строения, еле успев увернуться от пули. Притормозил и выстрелил сам, прежде чем кастом успел пальнуть повторно. Попал ему в плечо. Робот дернулся, выронил ружье и, потеряв управление, вписался в один из боксов на противоположной стороне.

Похоже, что меня приняли за фоггера. А может, это был такой же уверовавший в инопланетный заговор фанатик, как Руперт. Должно быть, решил, что любой встречный — враг. Или всему виной влияние тумана? В таком бардаке точно не разобраться.

Через пять минут я увидел аварийный склад, о котором говорила Эбби. С виду обычный бетонный модуль, задраенный наглухо со всех сторон и обнесенный двойным забором. Перед воротами лежало несколько раскуроченных клонов. Выбитые плечевые пластины, пробитые затылки и перебитые ноги. Драк рядом нет, ближайшее скопление противника метрах в ста отсюда, но, на мой вкус, слишком уж кучно лежали эти парни на открытом пространстве. Работа снайпера, не иначе.

Я затормозил на углу ближайшего строения и выпустил вперед двойника. Пять метров, десять… Он уже подходил к первому «трупу», как на дороге, чуть впереди, брызнула каменная крошка.

— Искорка, сможешь отвлечь? А лучше вырубить?

Я прикинул траекторию полета пули. Скорее всего, крыша административного здания в конце улицы.

— Эбби, ты как?

— Хреново, — послышался тихий голос.

— Держись, скоро буду.

Вырубить снайпера Искорка не смогла, но зато точно определила его местоположение — уже немало. Чуть-чуть я ошибся: фоггер разместился ближе, на здании медблока. Это и плохо, и хорошо одновременно.

Хорошо, потому что близко, — я уже скользил по проходу между ангарами, прикрываясь не только выкрученной на максимум маскировкой, но и тенью, брошенной на город заходящим солнцем.

А плохо, потому что картину, которую увидел внутри, я, скорее всего, запомню на всю жизнь. Врач, медсестра и всего пара раненых операторов, которые либо уже были здесь на момент нападения, либо поступили с первой волной, — все они были мертвы. В листках бумаги, которые шевелил ветер, сквозивший в разбитых окнах, и то жизни было больше.

Когда я бесшумно выскользнул на крышу, фоггер все еще выглядывал вниз, выцеливая двойника. А тот старательно изображал дроида, который высовывается из-за угла, но сразу прячется.

Мне потребовалось три выстрела. Все-таки сплав оказался послабее чистого скайкрафта. Монстрам, думаю, зайдет, но крепкий затылок фоггера сопротивлялся. Первый выстрел попал в затылок, второй — в висок дернувшемуся дроиду и третий, считай, контрольный — туда же.

Энергии добавили столько же, сколько за предыдущего, а вот опыта пришло уже меньше. Либо я расту, либо этот неумеха какой-то был. Зато и пилюлей (которые Искорка определила как набор резервной помощи — и подлечиться, и патроны создать), и самих патронов было больше. Вот только калибр уже не мой.

Спрыгнув с крыши, я бросился к аварийному складу. Пусть немного энергии съела амортизация прыжка, но и быстрее так. К тому же снова смотреть на замерзшие останки людей мне не хотелось.

Охранный замок на двери шлюза не работал. Я напряг Ориджа и приподнял дверь. Пригнувшись, пролез в узкое отверстие между дверью и полом. Услышал, как тяжелая махина с резким ударом опустилась на землю за моей спиной. Пробежав по темному коридору, толкнул следующую дверь и оказался в помещении, посередине которого располагался люк круглой формы.

Отодвинул крышку. Передо мной был глубокий колодец и винтовая лестница на самом его краю. Искорка тут же выдала проекцию. Пятьдесят ступеней вниз до резервных аппаратов.

Я начал быстро спускаться, иногда перемахивая сразу через несколько ступенек. Наконец спрыгнул на землю. Вдоль одной из стен стоял большой закрытый шкаф. Я оторвал дверцу вместе с замком и уставился на десятки кнопок, индикаторов и рукояток. Чертов прошлый век! Со времен основания Бонневиля, что ли, не меняли?

Прикинул, что больше всего походит на кнопку включения. Вдавил ее до отказа.

Еле слышный щелчок, и на блоке замигали зеленые и красные индикаторы. Есть контакт!

Теперь рубильники — все подписаны, но обозначения условные. Соответствуют разным районам города. Разбираться, в каком из них живет Эбби, было некогда, поэтому я начал проталкивать все. До щелчка и индикатора, который загорался зеленым. В окутывающей меня тишине раздался треск, а потом двигатель где-то в глубине шкафа начал понемногу разгоняться, издавая ровный и протяжный гул при вращении. На небольшом экранчике лесенкой загорелись полоски. Добрались примерно до середины, но с каждым новым рубильником начали отступать обратно. Черт, боюсь, надолго этого все равно не хватит.

Я метнулся к двери с надписью «СКЛАД», опять же, без лишних нежностей, снял ее с петель. И с ближайшей полки подхватил три компактных ранца БКМ-5 — этакая смесь грелки и баллона с воздухом, рассчитанная на час. Убедился, что они полные и работоспособные, и бросился наверх.

Выскочил на улицу, загрузился на «вдоводела», соорудив из ранцев что-то типа седельных сумок по бокам байка. Подумал, не сгонять ли за второй партией, но совсем рядом, оттуда, куда мне было нужно, послышалась беспорядочная стрельба. Развернул мотоцикл, подгазовывая, и погнал искать объезд.

Проскочил на соседнюю улицу и поехал в опасной близости от жилого модуля, где шла самая активная перестрелка. Оказавшись на очередной развилке, я свернул в просвет между двумя домами. И как только мотоцикл поравнялся со строением, ближайшая ко мне стена рухнула, словно с той стороны в нее из пушки выстрелили.

По крайней мере, ярко-красный «снаряд» буквально вылетел на дорогу, оставив за собой приличных размеров дыру в стене. Я притормозил, смахивая с визоров каменную крошку, и узнал в этом снаряде Джерса.

Покоцанный и смятый, он попытался встать и отползти от стены. А та продолжала разрушаться: что-то черное пыталось выбраться наружу. Сначала раскололась нижняя часть кладки, потом посыпалась верхняя, а затем в проеме появились черные плечи здорового фоггера.

— Пипец! Целый этаж от пола до потолка, и тебе еще и пригнуться нужно? — фыркнул я. Посмотрел на фоггера, на узкий проулок, который он занял практически целиком, и на сияние скайкрафтового бура, кончик которого торчал из рюкзака Джерса.

Глава 16

Двухсекундное замешательство закончилось, и ситуация вокруг изменилась слишком стремительно.

Джерс отключился — в его визорах что-то загорелось, мигнуло и погасло, уйдя в точку. Здоровенный фоггер выбрался, раскидав остатки стены, и вытащил за собой огромную кувалду. При виде нее сам собой вспомнился расплющенный затылок одного клона на улице. Сзади что-то взорвалось, и вместе со звоном разбитых витрин послышался скрежет рухнувшего столба, частично перекрывшего выезд из переулка. И так толком не развернуться, так еще и проход закрыли!

— Эй, Кинг-Конг, ты, часом, не заблудился?

Я посмотрел на фоггера. Очень большой и какой-то плотно бронированный. В очертаниях его плеч и головы и впрямь было что-то от гориллы. Массивная грудь, усиленные пластинами плечи. Вместо широкого визора два овальных глаза с оранжевой подсветкой, на лбу какой-то датчик на манер третьего глаза.

Громила точно так же с интересом разглядывал меня. А может, ему просто байк понравился.

Мы немного поиграли в гляделки, а потом, не сговариваясь, оба перевели взгляд на Джерса. Точнее, на ярко подсвеченный системой скайкрафтовый бур.

И одновременно же рванули — я соскочил с мотоцикла и метнулся к телу Джерса, а фоггер взмахнул кувалдой и впечатал ее в землю, лишь чудом меня не задев. Неожиданная скорость для такой туши! Я откатился, вскочил и прыгнул к противоположной стене, уходя от нового удара.

Активировал скаутган и на ходу сделал два метких выстрела, целясь в третий глаз на лбу у фоггера. Попал, причем оба раза, но… как там говорят? «Слону дробинка»? Тут скорее щелбан получился. И даже не фофан. Вот и экономь после этого на патронах.

Дальше размышлять мне уже не дали. Фоггер снова замахнулся молотом, намереваясь, если не пришибить меня, то хотя бы отогнать от лежащего малого бура. Размашисто закинул свою дуру за спину и пробил в землю. Точнее, в какую-то композитную брусчатку или очередной продвинутый асфальт — вот, реально, пофиг куда пробил. Главное, что мимо меня и что молот хоть и ненадолго, но застрял.

Я в этот момент делал уже свой третий «Рывок». Первый использовал, чтобы уйти из-под удара. Второй — чтобы запрыгнуть на остов разрушенной стены за спиной фоггера, одновременно выхватывая из нее бетонный блок. И третий — чтобы прыгнуть на дроида сверху и с размаху разбить камень о его затылок.

Все задуманное получилось. Я элегантно ушел за спину, взлетел повыше и рухнул вниз вместе с камнем. С замахом из-за головы и четким попаданием промеж бронированных ушей, когда он только-только, выпрямился, вырвав молот из брусчатки.

Вот только достигнутый эффект меня разочаровал.

Камень треснул, развалившись на части. На затылке фоггера появилась малюсенькая вмятинка и ободралась краска. Он чуть пошатнулся и потряс головой, словно ему не понравилась та мысль, что пришла в голову.

А в следующий момент я уже опять летел. По ускоренной, но неконтролируемой траектории. Только щит успел подставить, когда громила развернулся и отбросил меня в стену. Пока я очухался после удара, пока встал и убедил самого же себя, что боль виртуальная, а позвоночник на самом деле не сломан, меня прикрывала Искорка. Жужжала, как назойливая оса, вокруг «башни» на плечах фоггера.

Я тоже вклинился. Поднырнул под очередным замахом и несколько раз вонзил клинок в ту область, где у человека были бы ребра. Но, как ни старался, глубже, чем на пять сантиметров, клинок не входил. На усиленных броневых листах даже щелей не осталось! Да и не факт, что я достал бы — после каждой попытки дотянуться до здоровяка, мне сразу же приходилось отскакивать и уворачиваться. И лишь в редких случаях удавалось дополнительно прописать ему в «башню» локтем или пяткой, завершая атаку.

Запас энергии опустился ниже сорока процентов, а самым большим моим достижением было то, что я смог выбить молот, повредив фоггеру несколько пальцев. После чего пошел какой-то совсем уж классический бой без правил. Только костяшки пальцев зудели, словно я в стену долблюсь.

Увернулся от его размашистого удара справа, подпрыгнул и боковым пробил в челюсть. Снова увернулся, оказавшись прямо перед ним, и пробил в подбородок. Уклонился уже от второй руки, рывком протащив себя вбок и за спину фоггеру, а пяткой отталкиваясь от его коленного сустава. Достал гарпуном до затылка, но тот лишь прочертил глубокую борозду. Проскочил по земле между ног, пока он тянулся ко мне в развороте. И снова выдал серию — колено, живот, подбородок.

Замешкался и попал в захват. Громила, как тисками, сжал меня за плечи и начал притягивать к себе, чтобы расплющить. Я дернулся, попытался выставить колено, но не успел. Резкий рывок фоггера на себя, и в мою голову тараном врезалась «башня». Что-то хрустнуло. Так громко, будто у меня в реальности череп раскололся. А в следующий миг я уже снова летел в стену.

Экран системы поплыл, покрывшись сеткой мелких трещин. Фигура громилы смазалась и растворилась в усилившемся снегопаде. Я отмахнулся, выпуская двойника, а сам откатился за обломки стены и, не глядя, проглотил сразу три трофейных пилюли. Вроде даже пуля попалась, вместе с ними вырванная из подсумка.

Кажется, система словила приход. Такую быструю зарядку и восстановление всех систем, я только от монолитов до сих пор испытывал. Картинка перед экраном на мгновение ушла в темноту, система перезагрузилась. Я даже тревожный шепот Боба слышать начал, но отмахнулся, чтобы не мешал.

Когда экран загорелся вновь, то перед обновленным визором я снова увидел черную морду фоггера. Меня вздернули, встряхнули и снова зажали в тиски, намереваясь ударить лбом в голову.

Этот удар я уже встретил нормально! Активировал «Энергетический удар», чуть ли не в момент касания, и нас обоих раскидало по разным углам переулка. Будто электрический разряд между нами взорвался!

Фоггер отлетел за разрушенную каменную кладку, а я рухнул на что-то жесткое.

Внимание! Обнаружено новое оборудование — «Бур мобильный экспериментальный».

Совместимость моделей 50%.

Синхронизация с блоком управления невозможна, доступно только ручное управление.

«Перед применением рекомендуем ознакомиться с инструкцией. Адаптация перевода в процессе…» — это Искорка перехватила инициативу у системы и прогнала полоску с прогрессом перевода.

— Долго… — прошипел я. Извернулся и выдернул бур из рюкзака Джерса. — Да и тут всего-то три кнопки!

Фоггер уже поднялся из завала и, пошатываясь, брел на меня. Заметил, что я держу в руках, и ускорился. Его визоры пару раз мигнули, а система зафиксировала всплеск энергии. Я решил, что он тоже, видимо, пилюлями закинулся.

Элементов управления на буре на самом деле было пять, а не три. Плюс небольшой экранчик и два ползунка, которые я тут же сдвинул на максимум. Уж какой бы чужой ни была эта древняя цивилизация, но я уверен, что в формате тяни-толкай, выше, значит больше — во всех мирах одинаковое.

А кнопку я, кстати, выбрал самую удобную: до которой легче всего было дотянуться пальцем, если крепко обхватить рукоятку. Опять же сделал ставку на продуманность системы. Если уж в мои годы старались девайсы делать с интуитивно понятным управлением, то здесь тем более должны!

Учитывая, что это гражданский агрегат, а не оружие, удар больше напоминалнаправленный пучок плотного света. И этот пучок появился примерно через две секунды после того, как я вдавил кнопку. Фоггер уже подхватил свой молот и, со свистом раскрутив его над головой, готов был его на меня опустить. В этот момент «разродился» и мой бур — он запищал, преобразуя заряд энергии, и выдал расширяющийся в форме конуса лазерный луч.

— Экспериментальный, говорите? — Я приподнялся с земли, глядя на закатное солнце. — Снимаю шляпу, впечатляет.

Конечно впечатляет! Смотрел-то я на солнце сквозь метровую дыру в груди фоггера и дважды пробитый соседний дом!

Из легкого оцепенения меня вывел грохот рухнувшего передо мной тела.

Быстро закинув бур в рюкзак, я бросился к «вдоводелу». Запросил сканирование местности от Искорки и, не теряя ни минуты, помчался в сторону гаража Эбби.

Северная и западная части города были почти полностью разрушены взрывом, а в центральных районах все еще шли бои.

Плотный туман расползался по улицам, захватив почти все пространство. Поэтому разобрать, что происходит, было сложно. Но, судя по количеству обездвиженных дроидов, которых мне удалось разглядеть, дела у защитников Бонневиля шли не очень хорошо.

Зато Эбби дождалась меня и даже не ворчала, когда я высадил дверь гаража. А потом довольно грубо и нетерпеливо ускорил открытия дверей шлюза на ее стороне.

Температуру в мастерской я почувствовать не мог, но вода в стакане на столе уже заледенела. А от редких медленных выдохов Эбби шел едва-едва различимый пар.

Скафандр у Эбби был темно-синего цвета из новой крутой фибры, так что выглядела она не как раздутый неповоротливый толстяк, а скорее как человек в крутой мотоциклетной защите. Рука-манипулятор, торчащая снаружи, эффектно дополняла образ.

— А ты говоришь, что замерзаешь. Вон даже перчатки решила не надевать, — сказал я, закрепляя ранец с кислородом и грелкой на спине Эбби.

— Пошел ты! — улыбнулась она, сделав полный вдох и разминаясь, чтобы прогнать тепло по всему телу.

— Тебе надо что-то с собой забрать?

— Эх, я бы все забрала, но ограничимся этим, — вздохнула женщина. За стеклом шлема появилась грустная улыбка, а Эбби показала рукой на небольшой кофр и сама же понесла его, чтобы закрепить на байк.

Я тоже пристроил Крабов к мотоциклу, но спереди. Получилось что-то типа дополнительного бампера с фарами, вот только грозный «вдоводел» все больше превращался в «новогоднюю шарманку». Музыки и лампочек для полноты образа только не хватало.

Оставалось куда-то деть рюкзак с трофейным буром. Заряд в нем закончился, да и пользоваться им на ходу точно не стоило, но если он будет висеть у меня на спине, он помешает разместиться Эбби.

— Эй, что это за штука? — спросила она, проверив, крепко ли держится кофр.

— Теоретически это экспериментальная буровая установка, но против дроидов тоже работает, — сказал я.

— Дай посмотреть!

— Потом изучим. А сейчас надо найти какое-то укромное место, где ты сможешь дождаться помощи «Авангарда». У тебя есть идеи, где спрятаться?

— А в городе совсем жопа?

— Если они пришли за этим, — я кивнул на бур, — то жопа пойдет за нами. А там уже и «Авангард» подтянется. Говори, куда ехать?

— Километрах в ста отсюда есть старый бункер. Бонневиль сначала там хотели строить, но потом какие-то умники решили быть ближе к трассе. Он законсервирован, но должен быть целым.

— А если нет?

— Тогда в трехстах километрах есть аванпост «Авангарда» и еще чуть дальше, но в другую сторону, можно увидеть приют на перекрестке. Так и называется — «Приют на перекрестке».

— Ясно, выедем из города и разберемся.

Я не стал сразу срываться с места, чтобы дать ей время привыкнуть к «вдоводелу». Одно дело собирать мотоциклы, и совсем другое — на них ездить.

Зеркалом заднего вида мне служила небольшая камера в шлеме, на которую Искорка передавала изображение. Я взглянул назад, чтобы удостовериться, что за нами нет погони.

Увидел, как позади нас большое облако тумана обволокло башню. А в следующий момент строение пошатнулось и стало медленно оседать вниз, пока окончательно не рухнуло, сложившись, как карточный домик, и подняв в воздух столп пыли.

Я прибавил скорость, лавируя между гаражами и промышленными ангарами, и вскоре мы выехали за пределы города. Здесь уже можно будет как следует разогнаться. Конечно, не так, как я это делал, когда мчал обратно в Бонневиль, выжимая из «вдоводела» все, на что он способен. Эбби такую скорость не выдержала бы. Но стабильные сто восемьдесят можно было держать.

Вдалеке появилось облако снежной пыли, а через несколько минут мы увидели, как к Бонневилю несутся бронированные транспортники с плазменными пушками на крышах. Я насчитал двадцать машин «Авангарда», забитых дроидами.

— Кавалерия прибыла, — прокомментировал я и махнул рукой в сторону колонны. — Можем вернуться?

— Не уверена, что сейчас там будет лучше. А за нами едет кто?

— Пока чисто, и, надеюсь, теперь им будет не до нас.

Я связался по общей частоте с «Авангардом» и рассказал все, что знал о численности нападавших и ситуации в городе. Еще раз все просканировал и, наконец, немного расслабился, сосредоточившись на дороге.

Солнце село за горизонт. Желтая луна выползла из-за тучи. Звезд видно не было. Черное небо над нами и лед под колесами «вдоводела» — и все. Будто в какой-то пустоте летим.

Только звук мотора, сливающийся с гулом ветра, и урчание голодного желудка напоминали мне о том, что я все еще находился в физическом мире, а не попал каким-то волшебным образом в другое измерение.

В какой-то момент о физическом мире напомнил и запах кофе — это рядом с моим креслом нарисовался Боб.

— Ты как там? Я решил, что тебе нужно взбодриться, — сказал друг и подал мне теплую термокружку. — Ты уже сколько часов в синхронизации сидишь?

— Я на финишной прямой. Почти добрались, — ответил я. Сделал глоток кофе и разорвал пакетик с суперфудом. Только сейчас понял, насколько проголодался. Вот бы сейчас бургер со знаменитой кенгурятиной Данди заточить!

— Я уже хочу послушать про твои приключения, — проговорил Боб. — Одним вызовом «Авангарда» и откачиванием тебя от обморока сыт не будешь.

— Дай до бункера доехать, и все расскажу.

Боб еще немного походил вокруг моего кресла, как будто это действие как-то могло помочь ему увидеть заветную картинку. Но потом угомонился, завалился на свою кровать и чем-то увлеченно захрустел. А я почти залпом допил свой кофе и услышал сигнал системы, предупреждающей о появлении фоггеров в зоне действия сканера.

Два энергетических сгустка сели нам на хвост и быстро догоняли. Если у них техника уровня «вдоводела», то это еще не предел. Я посмотрел на карту — к «Авангарду» не пробиться, в закат не уйти. Так что надо как можно скорее высадить Эбби и потом увести погоню за собой.

Сообщать Эбби, что нас преследуют, я не стал. Только убедился, что она выдержит дорогу, и прибавил еще немного скорости. Я гнал так до самого бункера, контролируя, как быстро к нам приближаются фоггеры.

Бывшая времянка представляла собой одиноко стоящий одноэтажный бункер. По форме он был похож на обледенелую избушку. В моем детстве про такие сказки сочиняли.

Большие сосульки свисали с треугольной крыши, едва ли не касаясь земли. Краска почти совсем слезла с покосившихся стен, предоставив инею полное право хозяйничать на них. В створках ворот чернели два больших иллюминатора.

— Ты уверена, что здесь хоть что-то функционирует? — спросил я Эбби, притормаживая и с сомнением разглядывая бункер.

— Жилой модуль под землей. Не пятизвездочный отель, конечно, но, думаю, что жить можно. По крайней мере, какое-то время. Пойдем проверим.

Я припарковал «вдоводела» за бункером, чтобы хоть как-то убрать его с дороги. Вокруг нас простиралась на сотни километров ледяная пустыня. Чудеса маскировки я тут не проявлю, даже если очень постараюсь.

Мы подошли к воротам.

— Ну, повернись к Мерзлоте задом, а ко мне передом, — пробормотал я всплывшую в памяти фразу.

— Что ты сказал? — переспросила Эбби.

— Так. Ничего. Это я на своем, на сказочном.

Ворота оказались закрыты. Я не стал долго ходить вокруг да около. Что-что, а двери выламывать я тут уже неплохо научился.

Толкнул одну проржавевшую насквозь створку. Послышался хруст сломанного механизма. Я бил до тех пор, пока створка не поддалась. Потом сдвинул ее плечом.

Мы с Эбби зашли внутрь и оказались на достаточно просторной площадке, где легко мог бы поместиться фургон средних размеров. Эта же площадка была и лифтом, который вел в шлюзовую камеру.

Ветер, ворвавшийся в ангар вместе с нами, разметал по полу остатки мусора. С полки на одной из стен слетела пустая банка из-под какой-то жидкости и покатилась мне под ноги.

— А вот с этой дверью уже нужно аккуратнее, — сказала Эбби, подбежав к ящику с пультом управления. — Так лихо выбивать не стоит. Но я справлюсь, — уверенно добавила она, рассматривая замок на стене рядом с пультом.

Женщина уселась рядом с блоком управления и нажала какую-то кнопку на своей руке-манипуляторе, после чего из указательного пальца появилась маленькая отвертка.

Я принес запасные ранцы с кислородом. По моим расчетам, первый уже пора менять. На всякий случай оставил Крабов для охраны изобретательницы, а сам пошел наружу, то и дело поглядывая на карту.

— Эбби, вскрывай все поскорей, грузись в бункер и закройся там. Никому, кроме меня, не открывай. Если что, вызывай «Авангард».

— А ты куда?

— Байк перепаркую, заодно проверю, нет ли погони.

— Хорошо, ты там поаккуратней только. Трофейные колеса не ломай, они пригодятся.

Глава 17

Я выбрался наружу и забрался на крышу бункера. Какие-то две точки уже появились на горизонте, и неслись прямо на нас.

— Искорка, а мы ничем не фоним, что они нас так быстро находят?

«Мобильный экспериментальный бур оснащен поисковым маячком», — пропел дрон таким тоном, словно я про функцию «найти мой смартфон» спросил, которая по умолчанию у всех стоит.

— Отключить можешь?

«Нет, функция управления дистанционная, — Искорка несколько раз крякнула по-модемовски и продолжила: —Есть возможность деактивировать маячок полностью. Это не рекомендовано инструкцией. Впоследствии потребуется ремонт целого модуля».

— Принял, пока не ломай. Скажу когда.

Я закинул артефакт в рюкзак и уселся на байк. Откатился от бункера, развернулся и уже тогда газанул в противоположную сторону от фоггеров. Туда, где виднелось несколько невысоких холмов или гладких каменных глыб, частично покрытых снегом. В голове почему-то всплыло название — «сельга».

Заметил на карте, что маячок работает, а погоня сменила направление, обходя бункер стороной. Сбросил скорость, чтобы сократить расстояние, и спокойно проехал мимо первого камня. Потом обогнул второй и третий, приметил узкий проход между следующими и удобную площадку наверху. «Вдоводел» туда не заедет, а я вполне.

Я остановился только километра через три. Завел байк за угол в небольшую снежную нишу и там же прикопал артефакт. Активировал маскировку и бегом вернулся к тому месту, которое присмотрел в качестве укрытия. Вскарабкался на вершину и стал ждать.

Сперва занялся патронами. Вынул три верхних, так сказать, палёнку и зарядил остатки оригинальных. Достал пирамидку — здесь будет где размахнуться, не то что в узком переулке с громилой, где я не рискнул ее использовать, чтобы и меня не задело.

Минут через пятнадцать точки на горизонте превратились в два различимых силуэта. Как я понял, фоггеры сконструировали нечто среднее между квадроциклом и байком. Посадка и форма — как у «вдоводела», а колес — четыре. И фоггеров на каждом сидело по двое. Все класса «Разведчик».

Я замер, чувствуя, что даже в реальности перестал дышать. Чтобы ничто не отвлекало, даже согнал чибзика, устроившегося у меня под боком.

Ждем.

Подъехав к холмам, фоггеры сбросили скорость. В какой-то момент даже притормозили, осматривая окрестности и о чем-то общаясь. Видели, стало быть, что бур не двигается с места.

Блин, надо было одного Краба с собой взять! Привязал бы бур к нему и отправил круги наматывать! Или Угольку, тьфу, то есть, Искорке какой-нибудь крюк с авоськой придумать.

Если фоггеры, что и заподозрили, то виду не подали. Выстроились в линию и поехали дальше, держа дистанцию в несколько десятков метров. Прекрасно, все как доктор прописал!

Я не стал выдумывать чего-то слишком хитрого и просто сбросил пирамидку вниз, когда со мной поравнялся первый байк. Удачно метнул, даже не пользуясь подсказками системы, уже сделавшей расчет и нарисовавшей оптимальную траекторию броска. Система хотела бросить под колеса, я же попал аккурат между фоггерами.

Минимальная отсечка до взрыва, и пассажир, державший в руках нечто похожее на снайперку, только руками успел взмахнуть. Суетливо так, будто не знал, за что хвататься: бросить ружье и выкинуть бомбу или самому спрыгнуть с байка.

Момент взрыва совпал со сдвоенным выстрелом, полностью заглушив его. Система зафиксировала две цели и практически на автомате спустила курок. И на этом, по идее, все должно было закончиться.

А вместо этого в ответ прилетело несколько коротких очередей, причем откуда-то сзади. Маскировка держалась, и меня пока не нашли, но направление начали утюжить плотным огнем.

Секунда ушла на оценку ситуации — даже ощущение появилось, будто я высунулся и скриншот сделал, чтобы спокойно его рассмотреть, пока переползаю с места на место вокруг камня, за которым прятался.

Внизу валялся раскуроченный квадроцикл, разорванный взрывом пирамидки практически пополам. Рядом с ним — перекошенное тело дроида, а вот второе целое, только неживое. И не в смысле, что мертвое, а в смысле, что не у одного меня навык «двойник» имеется.

Второй байк потерял управление и уткнулся в скалу, а призрачный водитель все так же деловито подкручивал ручки. Хорошо хоть второй был настоящим — он лежал и периодически дергался, будто его переклинило, разбрасывая вокруг снег и какую-то смазку, вытекающую из его груди.

По спине чиркнуло, и шальная пуля, все-таки достав меня, улетела рикошетом. Вот только за ней прилетело еще несколько — и уже прицельно, сбивая маскировку. Я соскочил вниз, рухнув с десятиметровой высоты. Кое-как смягчил падение кувырком, а когда поднялся, на меня уже налетел второй черный дроид и опять с «двойником».

— Капец, как же вы бесите, оказывается! — фыркнул я, отправляя последнюю «оригинальную» пулю сквозь голограмму.

Но зато я теперь знал, кто настоящий! Фоггер напал резко, размахивая чем-то похожим на телескопическую дубинку. Я сбил удар короткой палки с острым наконечником своим щитом и вместо встречного удара выстрелил из скаутгана.

И промазал! Гибкость фоггера поражала, словно он состоял из жидкого металла. Он снова ударил, целясь мне в голову, но, видимо, раз гибкость есть, то скорости не надо. Я успел поднырнуть под его рукой и снова выстрелил, используя пулю в качестве апперкота. Прошла по касательной, оставив вмятину на шлеме.

Ну, тоже неплохо!

Искорка подсветила второго, который целился в нас с вершины камня. Я думал недолго. Не разрывая дистанцию и, наоборот, прикрываясь фоггером, стал крутиться, уходя от ударов и каждый раз контратакуя выстрелом.

Этакий скорострельный бокс получился! На пятом раунде противник поплыл. Визор я ему разбил, скулу вмял и прострелил колено (каюсь, тут я правила честного боя немного нарушил).

Зато наконец-то выманил второго! А может, тем, что очередной выстрел противника попал в его же напарника. Он сиганул вниз, на лету активируя два клинка.

Возможно, даже что-то нецензурное кричал при этом. Система зафиксировала акустическую атаку, а в ушах раздался звонкий гул, будто мне камертоном по шлему вдарили.

Тут я и сам поплыл, но в этот момент система оповестила меня о новом уровне, и приток энергии, как волной, смыл все негативные эффекты. И я успел метнуть гарпун в летящее на меня тело.

А дальше уже дело техники…

«Напоминаю, что поломка модуля поискового маячка необратима», — занудливо прогудела Искорка.

— Пофиг, ломай! И чтобы с гарантией.

Я протянул ей бур, словно меч рыцарю предлагаю, и кивнул. Визор дроида замигал, будто в них бегущая строка пробежала, а потом сменилась на стробоскоп. И, собственно, все — никакого заметного эффекта, только психологический. Мне показалось, что бур стал весить чуть меньше.

Я запихнул его в плотно набитый рюкзак, заполненный трофеями с фоггеров.

С самих Ориджей удалось поднять только несколько «пилюль», пули и небольшой (размером с банку из-под газировки) цилиндр, в котором они эти пули отливали. Немного скайкрафта, запас астериуса и моток чего-то похожего на углеродное волокно — вот и весь улов.

В контейнере на трофейном квадроцикле (а я собирался забрать его себе) нашлось нечто, что Искорка идентифицировала как набор для выживания. Палочки с химическим светом, легчайший, но прочный шнур, еще пригоршня скайкрафтовых «пилюль» и мастер-схема с ледорубом.

В моем случае я мог сделать апгрейд для гарпуна. И сразу же этой опцией воспользовался. Во-первых, система улучшила совместимость, а во-вторых, скайкрафтовый острый клюв легким резким движением превратился в боевой клевец и теперь мог пробить не только лед и скалы, но и броню Ориджей.

Воспользовавшись найденным шнуром, я взял на буксир квадроцикл и поехал к бункеру. Закатил все на платформу лифта и, позевывая, начал вызывать Эбби.

— Прием! Как там внутри?

— Жить можно. Успешно покараулил? — послышался довольный голос в наушнике.

— Ага, есть чем тебя удивить, запускай меня.

Платформа вздрогнула и, загудев, поползла вниз. Опустилась метра на три и остановилась перед закрытыми дверьми. Над головой сомкнулась защитная панель, и я оказался замурован со всех сторон в шлюзовой камере. Зашипел поток теплого воздуха и, как только температура выровнялась, двери открылись.

Старый бункер чем-то напоминал бомбоубежище. Широкий холл, вероятно, служил парковкой, а дальше я увидел вытянутый коридор с обшарпанными бетонными стенами. Кое-где в стенах змеились глубокие трещины, замазанные засохшим герметиком (нашлась и пара свежих, более темных мест). На потолке тускло светили две встроенные круглые лампы.

— Еще две сейчас вкручу и будет посветлее, — сказала Эбби, отодвигая с прохода стремянку.

— Ты тут реально жить собралась? — я указал на свежезамазанные трещины и светильники.

— Не хотелось бы, но и без дела сидеть не могу.

Изобретательница шмыгнула носом и протерла его тыльной стороной ладони, оставляя черный след от перепачканных рук. Вместо скафандра на ней был уже старый потертый бушлат с нашивкой «BONNEVILLE STAFF».

— Ты не простудилась?

— Зубы мне не заговаривай! Либо двигайся, либо выкатывай уже то, что добыл!

— Пожалуйста, — не стал спорить я и вкатил фоггеровский байк на парковку убежища. — А мне надо поспать.

Туда же приткнул и «вдоводел» и, пока Эбби с интресом крутилась вокруг трофея, пошел осмотривать бункер.

С одной стороны коридора увидел однотипные комнатушки. Шесть спален с двухэтажными кроватями — по десять в каждой, — три санузла и несколько служебных помещений. В одном из них стояло несколько кресел для операторов, а в другом — пульт с датчиками и экранами. Два ужеработали, транслируя картинку с улицы.

А с противоположной стороны коридора были склады, заваленные всем подряд: инструментами, техникой, контейнерами с просроченным суперфудом. Я оглядел стройные ряды запакованных бутылок с молекуляркой, тюки с постельным бельем, боксы, забитые какими-то проводами, несколько «пожарных» наборов с герметиками. Солидный запас! В самой глубине бункера обнаружилось техническое помещение со встроенными в стену генератором и агрегатами-производителями тепла и кислорода. Это было единственное место, где уже полностью работало освещение и стало относительно свежо и чисто.

Я пожелал Эбби спокойной ночи, велел будить меня в случае любой опасности и законсервировал Ориджа.

Вы покидаете центр управления «Буревестника».

До рассинхронизации 5, 4, 3…

Не отключайтесь, айл би бэк после рекламной паузы…

Я с удовольствием стащил с головы шлем и встал с кресла. После того как глаза немного привыкли к темноте, увидел Боба, пыхтящего в шлеме. Надеюсь, там фитнес, а не коллекции от Дэша.

— Ну наконец-то! — воскликнул друг, снимая шлем. — Я уже четвертый марафон бегу, а тебя все нет и нет.

— Ты уверен, что это именно так работает? — с сомнением спросил я и выразительно посмотрел на горку пустых пакетов от чипсов, среди которых шастал счастливый чибзик.

— Главное — настрой! И вера! — важно кивнул Боб. — Ты тему-то не уводи, а то новости страшно читать. Будто война с древними началась! Руперт обзвонился уже, просто рвет и мечет.

— Пойдем чем-нибудь перекусим, а то я сейчас второй раз сознание потеряю, — я махнул рукой Бобу, а сам подумал, что, может, и правда война началась.

Мы поднялись в бар и заказали себе еду. Боб набросился на свою порцию так, как будто он вместе со мной почти сутки питался суперфудом. Хотя если судить по вопросу Данди, повторить ли ему сегодняшний заказ, можно догадаться, что один стейк мой друг точно успел сжевать.

Я в подробностях рассказал Роберту и присоединившемуся к нам Данди, что со мной произошло с момента старта гонки. Допив пиво, я почувствовал, что готов уснуть прямо здесь, за столом в баре. Сонно доковылял до кровати, пропустил умывание и душ, чем, кажется, расстроил чибзика, который рассчитывал поплескаться в мокрой душевой после меня, и завалился в кровать.

Проснулся от звука будильника, который позволил себе поставить на десять утра. Единственный сотрудник ЧИЛАБА громко храпел на своей кровати. Боб такой мелочью, как будильник, не заморачивался.

После душа и быстрого завтрака в виде любимой лапши быстрого приготовления я залез в кресло и синхронизировался с Ориджем.

Добро пожаловать в центр управления «Буревестника»

ЧИЛАБ на чиле!

Эбби уже была на ногах и что-то ковыряла в трофейном байке.

— Привет, Алекс! — весело сказала она. — У меня для тебя есть предложение!

— Весь внимание, — кивнул я. — У меня, кстати, для тебя тоже.

— Вот как? И кто первый?

— Давай вместе? Может, мы даже думаем об одном и том же? — улыбнулась изобретательница.

Вместе не получилось. Предложения «столкнулись» в воздухе и оборвались на полуслове, когда до каждого дошел смысл того, что будет сказано. «Работа» и «меняться» — это было единственным, что мы услышали.

Я предложил Эбби стать штатным сотрудником «ЧИЛАБ». Хоть и понимал, что платить мне пока особо нечем, но упускать такого механика, плюс еще неплохого строителя (бункер довольно сильно преобразился за ночь), я не хотел.

А Эбби предложила махнуться. Я ей трофейный байк, а она мне «вдоводела».

— Айслайт прекрасен, тут спорить бессмысленно, — сказала Эбби. — Но это! Это полностью другая технология! Это совершенство, которое мне обязательно надо изучить.

— Я только за, — пожал плечами я. Может, и совершенство, но «вдоводел» мне уже как родной. — Что насчет работы?

— Надо подумать. У меня ни мастерской, ни инструментов, — вздохнула изобретательница.

— Есть пара идей, обсудим чуть позже. Пока хочу еще раз в пещеры сгонять. Фоггеры определенно там что-то искали, и я хочу понять, что именно.

— Мне нужен мой транспортник, — попросила Эбби. Глаза ее зажглись. — Если гараж цел, попробуй его завести! И еще инструменты нужны!

— Окей, что-нибудь придумаю.

Я уселся за руль «вдоводела» и закатил его в шлюз, а потом вывел на просторы Мерзлоты.

Теперь мой!

Машинально похлопал мотоцикл по рулевой стойке. Набрал скорость, разогнавшись до трехсот километров в час за десять секунд, и погнал в сторону пещер.

В Бонневиль я заезжать не стал. Быстрее обогнуть город с севера, чем пробираться по разрушенным улицам. С транспортником Эбби разберусь на обратном пути.

На подъезде к тоннелям я увидел скопление машин: пассажирские и грузовые транспортники, багги и несколько мотоциклов. Боевые клоны расхаживали около доступных въездов в пещеры, а инженерные разгружали оборудование с грузовиков. По масштабам развернутой деятельности (ну и по логотипам, разумеется) можно было безошибочно узнать «Майтен».

Как-то уже разнюхали про тоннели и добрались сюда первыми!

Я направил мотоцикл к одному из въездов и метров за пять до негонапоролся на трех дроидов. Они перегородили мне дорогу.

Ко мне обратился боевой Ориджинал в темно-синей броне с логотипом «Майтена» на плече. Шлем был немного вытянутой формы, а визор с дополнительной защитой в виде едва заметной скайкрафтовой сетки.

— Проезд закрыт, — сообщил дроид, — зона особого контроля корпорации «Майтен».

— Так я как раз из «Майтен», ребята, — спокойно ответил я. — Спецотряд «Лима-4», работаю по специальному заданию Николаса Лэйна. Свяжитесь с ним и дайте проехать.

Оридж внимательно осмотрел меня и мой мотоцикл и отошел от защитного барьера. Вернулся он через несколько минут. Нажал на какую-то кнопку на своем правом предплечье.

— Проезжай. Временная парковка — справа от въезда в тоннель. Это там, где стоят багги и мотоциклы, — указал он рукой на то место, где мне следовало оставить «вдоводел».

— А дальше как?

— А дальше на служебном транспорте. Извини, но у тебя допуск только гостевой.

Я проехал за охранный периметр и припарковался между двух майтеновских мотоциклов. Легкие и скоростные, а-ля Supermoto. У входа меня ждал багги цвета хаки, в котором сидели инженерный клон и боевой Оридж.

Да, охраны нагнали целый взвод! Похоже на еще один специальный отряд.

Багги въехал в тоннель и медленно покатил уже знакомым мне маршрутом. Пещеру, где мы встретились с фоггерами, уже полностью расчистили от ледяных и каменных завалов. Внутри находились шесть дроидов в белой броне, управлявшие погрузчиками с манипуляторами.

Я уважительно покачал головой. Да тут целая мобильная лаборатория! Позавчерашний разломанный ледяной грот превратился в полностью стерильное пространство, сплошь заставленное приборами, компьютерными станциями и большими прозрачными контейнерами, в которые небольшие установки распыляли какое-то вещество. В одном из боксов я разглядел остатки буровой установки.

Стена, которую темные Ориджи бурили своим артефактом, была уже разломана, причем довольно грубо. А дверь, ради которой и велись раскопки, просто сорвали с петель. И это явно сделали еще до прихода «Майтен». За те три часа, что я лежал в отключке. Получается, что меня чудом не добили, видимо, решив, что оператор откинулся.

Я заглянул внутрь тоннеля, параллельно запуская сканирование. Большое помещение заполнили рядами прозрачных капсул. Инкубатор, что ли, какой-то или склад для дроидов? Так в мое время в фантастических фильмах клонов выращивали.

Почти все пустые, только возле двух скопились ученые из «Майтен». За их спинами и не разглядеть, что внутри.

Я даже невольно поежился в кресле. Как-то жутковато это выглядело. Не как подвал с пустыми гробами, где вампиры спят, конечно, но как что-то похожее.

Я подошел к ним поближе к ученым.

— А эти, похоже, не проснулись, — сказал один клон, водя портативным сканером по капсуле. — Судя по всему, что-то…

Дроид не договорил, заметив меня.

— Осматривайтесь, — сухо скомандовал клон и отступил от капсулы, сделав приглашающий жест. — Мистер Лэйн ждет вашего звонка.

Глава 18

Одного меня, конечно, не оставили, но с дороги разошлись, открывая вид на все помещение. Я насчитал восемь рядов на восемь столбиков, прямо шахматы какие-то. Но если откинуть всю вампирскую романтику, капсулы больше походили на телефонные будки. Внутри каждой — несколько выступов и креплений для фиксации дроидов.

Я постучал по ближайшей капсуле — звук получился глухой, словно шел сквозь бронированное стекло. Присмотрелся под углом и заметил тонкие нити, пронизывающие внутреннюю структуру. На подогрев лобового стекла похоже.

Итого шестьдесят четыре представителя древних скоротали здесь не пойми какую кучу лет. Не Терракотовая армия, конечно, но силы внушительные. Двое «зимовку» не пережили.

Я подошел поближе к вскрытому контейнеру и посмотрел на фоггера. Практически близнец «Разведчика», с которым я недавно дрался. Вот только спокойно рассмотреть противника у меня тогда не получилось — скорости были не те.

И по внешнему виду, и данным сканера фоггер был уже «мертв». Голова лежала повернутой набок, по визору змеилась едва заметная трещинка, будто сосуды в глазах полопались. Сканер вместе с Искоркой тоже «отчитались» о нулевом результате — никаких энергетических потоков, никаких оголенных проводов или хоть чего-то, что могло подсказать, как это все работало.

Пол капсулы уже был аккуратно вскрыт майтеновскими спецами, и в вырезанной лазером нише я различил очертания четырех маленьких монолитов. Все без заряда, при этом три из них еще и треснутые.

Для проверки гипотезы, что фоггер не дожил до наших дней именно из-за потери батарей, я осмотрел еще несколько капсул. Так и вышло — монолиты в пустых капсулах хоть маленькие и пустые, но целые. Заряд высажен в ноль, но думаю, это потому, что его выцедили в момент пробуждения.

Между капсулами следственная группа Майтена уже умудрилась квадратно-гнездовым методом разломать пол. Где-то обошлось без находок, но сразу за капсулой они напоролись на проводку. Стальные нити в обертке из карбона или чего-то очень на него похожего.

Сканер их не видел, но опять же по раскопкам вполне можно было простроить достоверную схему раскладки. Все кабели вели в угол помещения, туда, где стояли два встроенных в стену шкафа… которые сейчас пытался вскрыть гусеничный дроид, на манер саперного.

Я подошел к нему и всмотрелся в трехмерную проекцию, созданную Искоркой.

— Так, и что, по мнению Лэйна, я могу здесь найти? Ты что-нибудь видишь?

Сканер выдал полное отсутствие каких бы то ни было сигналов: как от оставшихся дроидов, так и от всего помещения. Только нечто похожее на призрачный след или остаточное излучение едва пробивалось от стены, у которой сейчас копошился робот.

В оставленную взрывчатку я не очень-то верил, но, посмотрев на остальных инженеров, отошедших к выходу, тоже задержался. Дождавшись, когда дверки распахнутся, практически первым оказался рядом.

Потухшие экраны, вероятно, раньше демонстрировали показания системы, поддерживающей консервацию. На пустых ровных полках не оказалось ни единой пылинки. Я первым увидел и надпись из символов, нацарапанную чем-то острым.

«Ваше время закончилось, вы все уже мертвы…» — безразличным, даже каким-то механическим тоном прочитала Искорка.

— И что это значит?

«Не могу найти соответствий, но это максимально близкая адаптация перевода».

Я пропустил инженерного дроида, подбежавшего с видеокамерой, и вышел наружу. Вернулся к багги и попросил водителя покататься по округе, чтобы проверить остальные места раскопок.

Смысл послания был довольно четким, но форма и сами слова не желали укладываться в голове. Размышляя об этом, я без конца пытал Искорку на тему точности перевода. За это время мы объехали еще три точки. Везде одно и то же, то есть ничего.

Фоггеры копали наугад. Точных координат подземных станций они не знали, ориентировались только на излучение. В последней точке, где сотрудники «Майтен» успели раскопать только пару метров, мы сИскоркой тоже что-то почувствовали. Но при ближайшем рассмотрении (нам для этого «рассмотрения» пришлось продолбить ледорубом еще сантиметров пятьдесят) это оказалась склейка из нескольких кристаллов скайкрафта, который я без зазрения совести тут же и поглотил, с невинным видом предъявив сопровождающему пустые руки.

Действовал я быстро, так что все без колебаний вложил в усиление щита и ледоруба. Честно говоря, он нравился мне все больше и больше. Ухватистый, практически невесомый, пробивной, а главное — напоминал мне героиню моего детства — Лару Крофт. Она практически с таким же шухер наводила.

Я набрал номер Лэйна, но либо сигнал не прошел и оборвался, либо сейчас ему было не до меня. Ладно, наше время все равно уже закончилось, так что я не тороплюсь. Пора отправляться обратно в Бонневиль, чтобы добыть транспортник для Эбби.

Я подошел к «вдоводелу», около которого терся Оридж, встретивший меня у охранного периметра.

— Что за агрегат? — спросил он. Любопытство в нем пересилило суровость, положенную по должности.

— Кастомная разработка Эбби Роуч, — ответил я, вспомнив полное название мастерской, а потом подумал и добавил: — Точнее, экспериментальная разработка «Чилаб».

Я уже приготовился выводить мотоцикл с парковки, как услышал звонок на своей тач-панеле. Николас Лэйн.

— Ты нашел монолит? — голос Лэйна звучал как-то вяло. Как голос человека, который очень устал или чувствует себя плохо.

— Пока нет, а вот отряд восставших фоггеров обнаружил, — ответил я.

— Я в курсе, — вздохнул Лэйн. — Нашел что-нибудь интересное?

— Ага, — кивнул я. — Целую кучу! Огромную такую кучу вопросов.

— И с чего ты решил, что у меня есть на них ответы? — это прозвучало довольно резко, но совсем неубедительно. — У меня терпения и того уже нет. Принеси мне монолит, и тогда поговорим.

— Здесь его точно нет, но весь сектор я еще не успел проверить.

— Не задерживайся в Ледяной долине, туда еще одна группа едет, не протолкнетесь. Звони, когда будет результат, — сказав это, Лэйн отключился.

«Вот и поговорили. Но раз опровержений от более опытных специалистов нет, буду свою версию считать верной», — подытожил я. Подумав, принял решениесфокусироваться на задаче, а не гадать, перебирая варианты.

Фоггеры — это представители древней цивилизации, оцифровавшие свое сознание. Давным-давно они ушли в спячку, чтобы переждать «ядерную» зиму, а теперь просыпаются и явно не рады нашему присутствию.

Заметно, что про фоггеров Николас знает больше, чем остальные в Вавилоне. Может, конечно, с кем-то из правящей верхушки он своими знаниями и поделился, но до научного сообщества эта информация не дошла. Надо бы посоветоваться на этот счет с Симоновым или хотя бы с Рупертом — от параноика с фермы толку побольше будет, чем от Лэйна.

Размышляя над этим, я почти машинально вырулил за охранный периметр, выставил круизную скорость на «вдоводеле» — четыреста километров в час — и погнал в сторону Бонневилля.

— Ну что там? — зевая, спросил только что проснувшийся Боб. Он подошел к моему креслу и открыл банку с энергетиком. — Наведался в пещеры?

— Наведаться-то наведался, только без особых результатов, — проворчал я. — Там уже вовсю орудует «Майтен». Единственное, что могу сказать наверняка, —пятьдесят восемь «восставших» фоггеров бродят по Мерзлоте. А в теории гораздо больше, — я говорил, не покидая синхронизацию. Дорога была чистая, а от «Авангарда», действительно, было не протолкнуться, даже монстры попрятались.

Боб присвистнул.

— Надо заказать усиленную охранную систему на тридцать седьмую. Я тут в каталоге «Майтена» видел одну. И, кстати, у них скоро скидки, — затараторил он.

— А что, тридцать седьмая уже наша? — поинтересовался я.

— Почти! — гордо заявил Боб. — Осталось еще две подписи получить, и мы возьмем ее в аренду на девяносто девять лет! Но из двенадцати, что у меня уже есть, — это, считай, ничего!

Теперь пришла моя очередь удивляться. Оказывается, пока я тут бороздил просторы Мерзлоты и добывал себе колеса, Боб «добыл» нам дом. Хотя идею насчет дома на колесах это не отменяло, но насчет этого вопроса у меня уже появились планы на Эбби.

Через три с половиной часа я снова увидел перед собой Бонневиль, а точнее, то, что от него осталось. Из-за отсутствия башни, очертания города теперь больше напоминали размазанное по мерзлому пейзажу темное пятно со слегка выступающими из него плоскими крышами ангаров и гаражей.

Я подъехал к разломанной охранной стене, сбавил скорость и, схватывая флешбеки, покатил по узким улицам к гаражу Эбби.

Пару раз я участвовал в разборе завалов после землетрясений и один раз после взорвавшегося газопровода, когда полдома разбирать пришлось. Организация процесса здесь была такой же — во временный лагерь согнали строительную технику, сосредоточенные дроиды были заняты делом. Плюс, конечно, поправка на условия — тут хватало небольших роботов с манипуляторами, которые первым делом пробирались под завалы.

Учитывая, что простые люди в Мерзлоте не селились, оставались шансы найти живых. Типичного выживальщика из моего времени, у которого на даче бункер, радиопротекторы в аптечке и противогаз под подушкой здесь можно встретить гораздо чаще.

Но это все спасатели «Авангарда», а вот выжившие местные вовсю собирали своих и чужих сломанных дроидов. Первыми, кого я встретил на своем пути, была бригада из пяти клонов, которые разбирали покореженный взрывом ангар.

Большой обшарпанный пикап зеленого цвета, стоявший немного поодаль, сдал назад и подкатил к остальным дроидам. На двери я заметил полустертый логотип RED ICE WHEELS. Кузов машины был почти доверху забит запчастями от роботов.

Хорошая новость, что они смогли починить машину. Но плохая в том, что это явно какие-то мародеры, такими темпами они и до гаража Эбби смогут добраться.

Я ускорился и через полкилометра наткнулся на баррикаду из остатков разрушенных зданий, перед которой валялся майтеновский Оридж с раскуроченной броней. Даже с мотоцикла было видно, что восстановлению он не подлежит, но для отчетности его все равно заберут. В землю в качестве ориентира воткнули флажок с номером, а место происшествия огородили черно-желтой лентой.

Я свернул в ближайший переулок, чтобы объехать препятствие. Обогнул остов сгоревшего квадроцикла и стал петлять по переулкам, пробираясь к гаражу.

В этой части города пока еще было пустынно. Я подключился к аварийной частоте и слушал, что происходит в городе. Из редких сообщений Авангарда стало понятно, что основные бригады спасателей работают в центре. Из населения Бонневиля выжило процентов двадцать, а еще несколько человек до сих пор сражаются, но, судя по их истеричным выкрикам в эфир, уже не очень-то адекватны.

Я обвел глазами разрушенные гаражи и мастерские. На каких-то из них еще остались вывески. Кое-где еще даже попадались дорожные знаки. В бледно-сером свете Мерзлоты этот район Бонневиля напоминал город-призрак, предоставленный ветрам и холоду, которые вытягивали из него последние капли жизни.

За один квартал до гаража Эбби я увидел троих майтеновских инженерных клонов, круживших вокруг открытого капота большого транспортника.

— Черт! Чем же они долбанули-то? — услышал я слова одного из инженеров. — Просто подчистую все сожжено, даже контакты оплавились. Третья машина уже, а вместо блока управления каша какая-то.

— А хрен их знает. Местные говорят, лупили так, что по кварталу за раз вся электрика с ума сходила.

Дроид заметил меня и на слове «местные» махнул мне рукой.

— Парни, привет! — крикнул я. — Там на парковке майтеновский аэрокатер, вы его заберите, чтобы по ведомости не пропал.

— Рабочий?

— Ну почти…

Я отчего-то начал сомневаться, что смогу самостоятельно починить машину Эбби. С другой стороны — это у «Майтен» техника чересчур умная. Мародеры же свой «тазик» завели как-то. А вот чем фоггеры вырубают электричество — это вопрос поинтересней. Такая штука отлично бы смотрелась в моей коллекции с буром.

Наконец я добрался до нужной мне точки. Каким-то чудом гараж стоял нетронутый и даже запертый на замок. Вот они, прелести жизни на окраине!

Я припарковал «вдоводел» и открыл дверь ключом, который мне выдала Эбби. Электронная система все еще не работала.

Забрался в транспортник и попытался его завести. Не вышло. Машина не отзывалась.

— Эбби, прием! Ты на связи?

— Алекс! Ну что там? Гараж целый?

— Да, гараж целый и машина тоже. Только не заводится.

— А ты ей спел? Она у меня дама капризная, не особо заводная, — усмехнулась Эбби.

— Очень смешно.

— Ладно, что говорит система?

— А тут есть система? А то я кривой стартер воткнул и кручу его, а в ответ тишина.

— М-м-м, — промычала Эбби. Возникла пауза. — А вот это уже не смешно, не такая уж она и старая.

— Ладно, пошутили и хватит! Говори, что делать, — с этими словами я активировал видеосвязь и начал транслировать все, что вижу перед собой.

— Хм… Самый простой вариант — заменить пару блоков, но у меня их нет. Полагаю, что магазины в Бонневилле не работают. Но на соседней улице у ребят всегда был неплохой ассортимент.

Я снова сел на байк и через две минуты остановился у тех магазинчиков, про которые говорила Эбби. Точнее, у строений, которые когда-то были магазинчиками. Одна лавка полностью сгорела, а во второй были выбиты все стекла и дверь. Я заглянул внутрь.

Бардак, конечно, к тому же чья-то стальная кастомная макушка уже роется на полках.

— И что мы тут тырим? — довольно мягко сказал я, но получилось так, что динамики Ориджа словно рявкнули. А кастом дернулся и замер. И, похоже, даже оператор отключился. Интересный способ прикинуться мертвым.

Я подошел поближе и заглянул дроиду через плечо. В руках он держал целаю охапку новеньких запчастей.

— Это кто там? — прошипела в ухе Эбби. — Леший, что ли? Вот козлина, тырит наше добро! В руках у него две коробки. Синяя с чипом, а красная с блоком. Это как раз то, что нам нужно.

— Видимо, это сейчас всем нужно, — хмыкнул я. Аккуратно разжал пальцы дроида и забрал запчасти. — А владельца ты знаешь? Надо бы заплатить.

— Знаю, — грустно сказала изобретательница. — Я ему написала, но ответа нет пока.

Я выгрузил все остальное из рук кастома, приподнял его и вынес на улицу. Так и оставил, как статую, на дороге, а потом вернулся и до щелчка закрыл двери магазина. Найдется владелец — может, хоть что-то сохранится. А не найдется — так все равно сломают.

Вернулся в гараж и под чутким руководством Эбби заменил оба чипа. Машина чихнула, а через пару секунд на дашборде зажглась приветственная надпись и началось сканирование всех жизненно важных систем транспортника.

— Я выдвигаюсь. Что-нибудь еще из гаража захватить? — спросил я, быстро загружая «вдоводел» в кузов.

— Да, еще два ящика с инструментами. Стоят на полках в гараже. Черные, с моим логотипом. Дай подумать… Вещи еще хорошо бы забрать. Вряд ли я уже сюда вернусь.

Я легко нашел нужные мне боксы, а вот с вещами завис почти на два часа, то и дело сдвигая «вдоводел» глубже в кузов.

Добравшись до Эбби, я проложил маршрут до сектора, в котором, по предположению Лэйна, нужно было искать монолит. Не ближний свет: он оказался девятым по счету от нас, сразу за границей обжитой зоны. Прикинул промежуточные точки и, посоветовавшись с Эбби, отметил точку в соседнем секторе — «Приют на перекрестке».

Мы взяли из бункера минимальный запас еды и молекулярки, отключили генератор и плотно закрыли все двери, нацарапав над замком новый код. Эбби все же не исключала, что временное убежище может еще кому-нибудь понадобиться.

— Теперь оно даже пригодно для жизни. Хоть бар открывай, — задумчиво сказала Эбби, забираясь в транспортник.

К вечеру следующего дня мы с ней подъехали к «Приюту». Еще издали я увидел светящиеся у дороги красные фонари, а вблизи оказалось, что они развешены над входом в отель, стоявший прямо на дороге между двух высоких холмов.

Красным еще светилась небольшая вышка, а также вывеска и опорные конструкции на втором этаже. Выглядел «Приют» даже как-то уютно, теплый свет в его окнах резко контрастировал с ледяным пейзажем вокруг.

Вой ветра как будто подгонял путников скорее завернуть «на огонек», чтобы отогреться с дороги. Уверен, что Эбби, которая провела за рулем целый день, уже давно мечтала поесть и чего-нибудь выпить в тепле, не беспокоясь о том, что можно в любой момент окочуриться от холода.

Мне тоже захотелось оказаться там в живом виде и, может, даже пива попить с Эбби, а то уж слишком она нахваливала местный бар.

Охранная система запросила наши документы и через минуту пропустила нас внутрь. Мы въехали на парковку, битком забитую транспортниками, багги и квадроциклами. На некоторых из них был спортивный тюнинг. Похоже, что кто-то из Бонневиля решил двинуть сразу сюда, а может, наоборот, направлялся в город, но остановился здесь, услышав страшные новости.

Двадцать боксов для дроидов располагались вдоль левой стены. Почти все были заняты. В одном из боксов был закреплен старенький кастом в шлеме, похожем на боевой шлем викингов, с рогами из скайкрафта. При этом вся броня дроида пестрела какими-то незнакомыми мне логотипами.

— О, Олаф-проныра здесь, — усмехнулась Эбби, тоже обратив внимание на странного дроида. — Значит, спасся, чертяка.

— Знакомый твой?

— Скорее конкурент, но, как ты видишь у него ни стиля, ни вкуса. Да и не конкурент он мне вовсе.

Мы еще немного поразглядывали необычного кастома и вошли в шлюз жилого модуля.

В баре с низким потолком было не протолкнуться. Огромная люстра, необычно помпезная для такого места, свисала с потолка, хорошо освещая помещение множеством маленьких лампочек из какого-то сплава. Я бы сказал, что они сделаны из горного хрусталя, но, скорее всего, аналог. Хотя… тут каждый сходит с ума по-своему.

Мебель зато стояла самая простая, сколоченная на скорую руку. Широкие квадратные столы, рассчитанные на десять-двенадцать человек, и самые обычные стулья. Такая нарочитая простота никак не сочеталась с люстрой.

Позади бара висел зубастый череп с блестящей табличкой, и кастом в накинутой на плечи шкуре разливал гостям напитки. Глядя на эту картину, я как-то лучше понял, почему тут шлем дроида-викинга. Он вызывал даже меньше вопросов, чем остальное.

Я заметил, что небольшая группа дроидов кучковалась справа у широкой стойки (но не барной, скорее что-то типа регистрации постояльцев). Эбби пошла заказывать еду, а я протиснулся посмотреть, что там происходит. За небольшой трибуной стояла…

Ну если не Скарлет Йохансон, но кто-то очень на нее похожий. Только эта красотка была дроидом. Низкий корсет, имитирующий кожу и почти открываюший грудь, и черные брюки в обтяжку на аппетитных бедрах. На ногах — ботинки на высоких каблуках с блестящими молниями.

— А где близняшка? — проворчал я себе под нос, вспомнив компьютерную игру, гремевшую в год моей пропажи.

— Нет близняшки, Марта и так прекрасно справляется, — рядом раздался голос бородатого мужчины в спецовке, который, прихлебывая пиво, пялился на дроида.

— С чем справляется?

— С вербовкой, — хмыкнул мужик. — «Энигма» уже не знает, как еще наемников привлечь, чтобы их дыру проверили. Хочешь попробовать?

Глава 19

— Зависит от гонорара, конечно, — ответил я мужику, но рядом уже никого не оказалось.

Видимо, слишком долго я любовался Мартой, этим чудом техники. Взгляд не оторвать! И либо это во мне гормоны Ориджинала играют, либо мозг уже провел конвертацию и представлял себе сексуальную балерину-оператора. Такую же секс-бомбу, только из плоти и крови.

Стоп! А если на том конце сидит какой-нибудь щуплый задрот, или, наоборот, мохнатый пузан с сальными волосами, и ржет над тем, как все вожделеют его дроида?

Эта мысль меня отрезвила, и вместо того, чтобы рисовать в своем воображении потенциальное свидание с оператором клона, я решил сосредоточиться на возможном заказе и сделал шаг вперед.

И пока Марта общалась с каким-то кастомом, начал изучать данные на терминале.

Не просто вербовочный центр «Энигмы», а, в принципе, общая биржа труда сектора и соседних.

По всем параметрам (цена, срочность, Боевой Рейтинг Вавилона) возглавлял список заказ «Энигмы»: от добровольца требовали провести зачистку воронки муравьиного льва и найти пропавших дроидов и потерянное оборудование.

Из того, что я слышал об этой воронке, я бы, скорее, делал ставки только на зачистку. Очень сомневаюсь, что хоть что-то ценное там осталось. Но сама местность «Энигме» очень уж нужна, иначе не предлагали бы уже целых триста тысяч кредитов.

Я попробовал вспомнить все, что когда-либо слышал об этой компании. Ученые коммерсы, специализация на экспериментальных технологиях — в основном сканеры и локаторы. Это вполне подтверждает мою первоначальную идею: они нашли там нечто настолько ценное, что сначала выкупили лицензию на разработку почти всего сектора, а теперь такие деньги предлагают за зачистку.

Сектор, где пропали дроиды, как раз у меня по дороге. Так что я сделал еще один шаг навстречу Марте.

— Эй, эй, эй! — раздался звонкий и чем-то знакомый голос за спиной. — Не гони так и ничего не подписывай, прежде чем мы не поговорим.

На мое плечо легла рука в черной скайкрафтовой перчатке, пальцы обрезаны и демонстрируют ярко-красный маникюр. Я повернул голову, стараясь не делать резких движений, чтобы ненароком не помять живого человека.

— М-м-м, а вот и близняшка… — расплылся в улыбке я. Буквально какой-то ступор словил, увидев еще один кожаный костюм, обтягивающий аппетитные формы, только теперь красного цвета и на живом человеке. — То есть, привет, Хоук!

— Фух, а то уже было подумала, что не узнал меня, — глава охранного предприятия «Блэк Хоук» кокетливо смахнула челку.

— Там, откуда я родом, говорили, что экзамен… — я вовремя остановился, чтобы не ляпнуть «повод для знакомства» и продолжил: — Отличное место, чтобы завести полезные знакомства. Зяблик тоже здесь?

— Ага.

Брюнетка повернулась в сторону бара и махнула рукой здоровяку, возвышающемуся даже над дроидами. М-да, если бы не Марта, я бы сам его давно заметил.

С момента аттестации Зяблик обновил оправу, и теперь к «звездному» напылению прибавилось еще шесть небольших черных алмазов.

— Смотри, кто тут! — радостно воскликнула Хоук, уже обращаясь к подошедшему Уайту.

Мы пожали друг другу руки. Точнее, Уайт совершенно не парясь, что я в дроиде, сграбастал мою руку и крепко сжал.

— На что думаешь подписаться? — спросила Хоук.

— Здесь только одно интересное, — не задумываясь сказал я, — там, где самое большое вознаграждение.

— Ну и самые большие риски. Или ты бесстрашный? Слышал же, что были смертельные случаи среди операторов? — сказал Уайт, вглядываясь мне в визор, словно хотел найти там признаки безумия.

— Слышал.

— Ха-ха, ну, вижу, что тебя это не останавливает! Пойдем присядем? Здесь второй зал есть, он потише.

Здоровяк ледоколом попер в дальнюю часть зала, где виднелась двойная дверь с табличкой «VIP». А я отписался Эбби, чтобы не теряла, пропустил вперед Хоук и пристроился за ними, не боясь, что засмотрюсь и врежусь в кого-нибудь.

Второй зал оказался сильно поменьше, и здесь действительно было тихо. Мы обошли несколько широко отставленных друг от друга столов. Видимо, такое расположение требовалось для удобства, чтобы дроиды спокойно передвигались. За одним из столиков шла негромкая беседа. Я мельком взглянул на парней в камуфляжной форме, потом посмотрел на бармена возле другого. Он деловито разгружал поднос с пивными кружками. Сама барная стойка была пустой, но яркой и заметной. В центре на стене висел еще один огромный неоновый череп, а под потолком болтались сушеные тушки каких-то мерзлотных монстров.

— Здесь только друзья владельца и наемники с ВРБ от сотни и выше, — пояснила Хоук, пропуская меня вперед. — Ты, кстати, свой поднял уже?

— Для этого же надо официальные заказы брать?

— Угу, через биржу, ну или через представителей, — согласилась Хоук и махнула рукой куда-то назад, видимо, имея в виду свою «близняшку».

— Не, не успел еще, — признался я.

Мы подошли к стойке. Ребята ловко забрались на стулья, а я просто встал между ними.

Бесит, что нельзя вот так просто пивка тяпнуть! Или чего покрепче. Несмотря на глушь, в этом баре было где разгуляться. У меня в берлоге дажево рту пересохло, пока я на все это через визор Ориджа смотрел.

— Послушай, Алекс. Перед тем как ты, возможно, лишишься жизни или памяти в воронке муравьиного льва, может, составишь нам компанию в одном деле? Все официально. Рейтинг подтянешь, и платят достойно. Не так хорошо, как «Энигма», но и заказ полегче.

— А что за заказ?

— Вон, посмотри направо. Видишь, тех ребят?

Я повернулся в ту сторону, куда указала Хоук. К той компашке, которую только что обслужил бармен. За одним концом большого стола сидели пятеро мужчин. Одеты они были буднично, без каких-либо опознавательных знаков. Собственно, ничто в их облике не говорило о том, что они могут хорошо заплатить.

— Платят не они, — сказала Хоук, как будто прочитав мои мысли. — Это операторы дроидов-инженеров, которые полезли в какую-то дыру в поисках кристоков. Ну ты же слышал, что сейчас все как сумасшедшие ищут кристоки определенного вида, чтобы сдать их в научно-исследовательские институты?

Еще бы я об этом не слышал! Я кивнул.

— Ну так вот, — продолжила Хоук, — это какая-то местная компания-прослойка, которая нанимает людей для подобной работы. В общем, залезть они в эту дыру залезли и вроде даже кристоки нашли, а вылезти не могут. Волна миграции монстров в округе, как будто этого мало, еще от Бонневиля набежало сейчас. И не только беженцев. В курсе же, да?

Я снова кивнул.

— Значит, понимаешь, что обычным инженерам просто так не выбраться. Так что забаррикадировались в тоннеле и сидят, ждут помощи. Твоя часть вознаграждения, скажем, двадцать пять тысяч кредитов.

— Зачем вам кто-то со стороны? У тебя же есть команда? — поинтересовался я.

— На прошлом заказе пришлось разделиться. И теперь, пока ребята с клонами сюда доберутся, пройдет много времени, а заказчик, — она кивнула в сторону стола, — нервничает уже.

— Далеко?

— Часа три хода на быстром транспортнике. Мы тебя подвезем, так что не переживай, — улыбнулась брюнетка.

Я в третий раз кивнул. Предложение Хоук меня заинтересовало. Заказ показался несложным, вот только по деньгам, на мне могли попытаться сэкономить. Зато точка, где застряли дроиды, была по пути к сектору с монолитом.

— Есть шанс найти там еще кристоков, что кратно увеличит наш общий гонорар, — добавил Уайт.

— Давайте тридцать, и доеду сам, — сказал я. — Если по рукам, то во сколько выезд?

— Ок, но по результатам твоего вклада. А выезжаем мы в шесть утра, — весело сказала Хоук. — И, Алекс, добро пожаловать в команду! Скинь мне свой айди, я внесу данные в базу.

Я попрощался с «Ястребами» и подошел к Эбби, которая жадно поедала что-то похожее на пасту у барной стойки в общем зале. На экране справа мелькали картинки из новостей. В основном все они были посвящены нападению фоггеров на Бонневиль.

Эбби уставилась в экран стеклянным взглядом.

— Эти выходцы из тумана разрушили все до основания. Всю нашу жизнь там, — мрачно проговорила она, когда увидела меня рядом.

— Такое здесь часто встречается, — ответил я, вспомнив все те разрушенные станции и бункеры, которые уже видел в Мерзлоте. — Так что насчет ЧИЛАБа? Подумала?

Эбби сделала большой глоток пива из стоявшего перед ней стакана.

— Подумала. Трешка в месяц. И ты будешь показывать мне все механические артефакты и мастер-схемы, которые раздобудешь. Это обязательное условие!

— По рукам! Добро пожаловать в команду! — повторил я слова Хоук.

— Плюс мастерская, проживание и полный пансион, — внутренний манипулятор в Эбби еще не закончил и выставил три пальца для наглядности.

— Детали позже обсудим, не могу уже смотреть, как здесь все едят и пьют.

Как бы мне ни хотелось уже лечь баиньки самому, я все же еще немного задержался. Рассказал про временное пристанище и про планы на тридцать седьмую.

Теперь нужно будет переправить Эбби к Данди, с которым мне еще предстояло обговорить проживание третьего члена команды. Можно предположить, что этот вопрос легко решится с помощью увеличенной арендной платы.

Боб точно обрадуется новому компаньону, а у чибзика появится еще один обожатель. Потому что, как показала практика, перед чибзиком устоять решительно невозможно. Правда, обожание ЧИЛАБа грозило Очаровашке ожирением. Надо бы придумать ему какую-то «спортивную» активность.

— Когда ближайший караван в Вавилон? — обратился я к кастому, выполняющему роль бармена. Дроид повернул голову в мою сторону и уставился на меня мутноватым визором.

— Через два дня должен быть, — надтреснутым голосом ответил он. — Сколько машин? И сколько человек?

— Один транспортник, — к нашему разговору подключилась Эбби, — один человек.

Бармен указал на клона в камуфляжной броне, который сидел на самом дальнем от нас конце барной стойки.

— Это Гризли. Поговорите с ним, — с этими словами он отвернулся от нас с Эбби, немного потоптался за стойкой и через минуту вышел в соседнее помещение, откуда слышался звон посуды и валил дым.

— Давай отключайся уже, дальше я сама, — сказала Эбби и повернулась в сторону дроида.

— Хорошо, я сегодня предупрежу Боба, и он тебя встретит.

— Кто такой Боб?

— Твой будущий коллега.

Я попрощался с Эбби, напоследок в двух словах рассказал ей, что завтра выдвигаюсь в другой сектор, и законсервировал Ориджа в одном из боксов в гараже.

Вы покидаете центр управления «Буревестника».

До рассинхронизации 5, 4, 3…

Не отключайтесь, айл би бэк после рекламной паузы…

Боб был тут как тут. Как, в общем-то, и чибзик, который носился по комнате, бросаясь из угла в угол.

— Ты чем его накормил? — в таком активном состоянии я еще Очаровашку не видел

— Да блин, случайно получилось. Налил вместо воды энергетика, вот и носится.

Что я там говорил про всеобщую любовь и заботу? Кажется, чибзику пора включать режим «выжить».

— Ну что? Ты позвал Эбби к нам в штат? — спросил Боб, когда мы поднялись в бар поужинать.

— Да, и она согласилась. Так что организация переезда на тебе, — предупредил я, с удовольствием отправляя в рот слегка поджаренный картофель, от души политый сырным соусом. — Позаботься о даме.

— А ты ей уже рассказал про чибзика? — поинтересовался Боб.

— Вот ты и расскажешь, и покажешь. Может, он даже уснет к ее приезду, но это уже как повезет.

Добро пожаловать в центр управления «Буревестника»

ЧИЛАБ на чиле!

Ровно в шесть утра я был в гараже. Хоук с Уайтом путешествовали в транспортнике черного цвета, похожем на Ford Hennessey. Выглядел он офигенно, да и ехал, судя по всему, тоже за счет подвески arctic trucks, увеличенного строкера и компрессора на пять литров.

Оба уже в Ориджах. Ярко-красный «Разведчик» у Хоук и все тот же «Истребитель» «вырви-глаз-оранжевого» цвета у Уайта (он же Зяблик). Девушка уселась за руль, завела джип и врубила что-то наподобие «драм-н-бейс». Все шестнадцать динамиков взорвались жестким, ритмичным саундом.

— А ты на чем? — спросила Хоук, перекрикивая басы.

Я подошел к «вдоводелу» и подвел мотоцикл к выезду. Звук двигателя байка слился с музыкой и с рычанием Форда.

— Неплохо! — одобрительно сказал Уайт. — Где ты достал такой раритет?

— Места надо знать. Один знакомый из прошлого дал наводку, — усмехнулся я.

— Ладно, ребята, погнали, — скомандовала Хоук.

Дверь гаража открылась, и мы выехали на дорогу, большая часть которой скрывал рассветный туман.

— Хоук! Убавь звук. Внутренняя частота нам еще пригодится для других целей, — сказал я, уже немного отвыкший от такого музыкального сопровождения в пути.

— Тут пока безопасно, — отозвалась Хоук и, кажется, еще прибавила громкость.

Наш путь пролегал по широкой колее, тянувшейся на север. Дорога утопала в низине между двух ледяных плато, покрытых толстым слоем снега. Путь был хорошо раскатан.

На обочине справа я заметил следы огромных лап, разбросанные по заснеженной поверхности в хаотичном порядке. Искорка молчала, а, значит, монстров поблизости уже не осталось.

Белые вершины скал, холмы, перемежающиеся ровными ледяными возвышенностями — нас окружал привычный пейзаж Мерзлоты, окутывающий и гипнотизирующий своим безразличием и монотонностью.

Скоро дорога пошла вверх. Я налег на руль, чтобы перебалансировать «вдоводел» на переднюю ось, открыл газ наполовину и стал подниматься в гору. Форд «Ястребов» ехал за мной.

Через три часа пути мы подъехали к горе, в глубине которой застряли дроиды.

Хоук припарковалась у подножья рядом с тремя грузовиками, практически превратившимися в снежные кучи.

— Эй, прием! Ребята, вы живы? Вы нас слышите? — проговорила девушка, обращаясь к инженерам.

Контакта по общему каналу не произошло, видать, у дроидов со связью сложности. Но Хоук на секунду отключилась, чтобы переговорить с ними напрямую.

— Они живы, но выйти не могут, — сообщила она и пожала плечами, мол, что с них взять. — Построили баррикады и жмутся там от какой-то нечисти.

— Спешиваемся, дальше пешком, — крикнул Уайт, выпрыгивая из джипа.

Где-то внутри меня шевельнулось острое неприятие к идее оставить «вдоводел» без присмотра. Но «Ястребы» явно что-то задумали. Зяблик вынул из багажника большой бокс и принялся раскладывать его на снегу. Сначала достал четыре охранных датчика, а потом и маск-сеть. Раскинул ее над джипом, жестом предложив мне закатить мотоцикл в укрытие.

А когда он все настроил: соединил датчики с сетью и замкнул периметр, — джип с мотоциклом перестали «фонить» на сканере. Теперь это воспринималось как серое пятнышко, которое может быть чем угодно, в том числе и просто грудой камней.

Но меня это не успокоило, и, пока Зяблик вооружался, разобрав второй кейс и вынув укороченную плазменную винтовку, я незаметно подбросил одного Крабика под сетку.

Подъем к тоннелю, где застряли дроиды-инженеры, занял у нас еще двадцать минут. На проекции все выглядело проще, чем оказалось на самом деле. Нам пришлось реально попотеть, хватаясь за острые выступы и подтягиваясь на руках.

Оказавшись на самой вершине, мы увидели яму, заменявшую вход в тоннель. Перед ней сидели две птицы, похожие на стервятников-падальщиков. Плотное, слипшееся оперение черного цвета вызвало у меня чувство брезгливости. Я уж молчу про бледно-розовые шеи и сморщенные, шершавые, словно каменные, морды.

Их острые, с виду стальные клювы долбили мерзлую землю на краю проема. Желтые глаза с черными зрачками внимательно сканировали пространство. Это не партизаны в засаде, это какие-то наглые гопники, ждущие добычу в открытую.

Завидев нас, птицы вздыбили крылья, повернули шеи и завопили на ультразвуке. Системе это не понравилось, и она выдала сообщение об уроне и повреждении динамиков.

Я отреагировал на атаку первым. Пока Зяблик тряс головой, а Хоук вообще припала на одно колено, я уже нафаршировал ближайшую к нам «курицу» из скаутгана. Не дал ей взлететь, отшвырнув обратно на землю. Но и урон толком не нанес — перья под клейкой слизью, которая склеивала их в подобие брони, мне так и не удалось прострелить. Но хотя бы время выиграл.

Вторая птица кинулась на меня, защищая «подружку». Но к ней уже вприпрыжку скакал арахнид. Да-да, стрижка только началась!

Отстреляв драгоценный магазин, я оставил на своем месте двойника, а сам ушел в маскировку. И появился уже с другой стороны, где спокойно перебил позвоночник стервятнику, пытавшемуся клювом сбросить с себя Краба.

Первого помятого подранка добили «Ястребы». Сначала Уайт выжег плазмой здоровый кусок перьев, а потом Хоук активировала два метательных томагавка и виртуозно всадила их в оголенную шкуру.

— Ха, ястребы против стервятников, два — ноль в нашу пользу, — усталым, но довольным голосом пробасил Уайт.

— Что-то перебор уже с пернатыми, — прищурился я. Перезарядил магазин, щелкая в голове калькулятором расхода боезапаса.

Система вновь вспыхнула красным.

— Вы же все это видите? — заорала Хоук и махнула рукой куда-то вверх.

В хмуром сером небе, под низкими тучами появилось несколько десятков черных точек, которые стремительно увеличивались в размере. Я увидел, как целая стая стервятников образовала клин и спикировала на нас!

С первой же волной ультразвука, несмотря на то, что расстояние было еще большое, по телу Ориджа пошла едва заметная вибрация.

— Быстрее! В тоннель! — крикнул я и подбежал к входу в пещеру, ожидая остальных.

— Ненавижу птиц! — выругалась Хоук и добавила еще пару выражений отборным матом. Она первая нырнула вниз.

Глава 20

Мы забежали в тоннель. Его ледяные стены покрывали мелкие трещины, как будто невидимый паук оплел их прозрачной паутиной. Земля под ногами была неровной — большие бугры не позволяли нам достаточно быстро продвигаться вперед. Приходилось балансировать, чтобы на них не скользить.

А если бы не следы деятельности прошлой команды, которые здесь целую неделю пробирались и обустраивали проход, то проще было бы развернуться и пойти птиц встречать. Пернатые твари все еще кружили над тоннелем, отбрасывая широкие тени за нашей спиной.

— Черт! Такое впечатление, что эту пещеру экскаватором перекопали! Только забыли вывезти остатки, — выругалась Хоук, пробираясь между неровностями.

— Ага, только природным, — хохотнул Зяблик.

— То, что наши старатели здесь выстроили, конечно, хорошо, — продолжила возмущаться Хоук. — Но все равно большой вопрос, как обратно выходить?

Пока птицы не улетят, никак. Но очевидный ответ я оставил при себе. Дойти бы сначала без приключений, а то первый «сюрприз» уже проглядывался рядом со сломанным перекидным мостиком.

Метрах в двадцати впереди лежал разорванный на части инженерный дроид, броня которого была проточена насквозь — я разглядел десятки маленьких сквозных отверстий. Визор кто-то перегрыз пополам, оставив на переносице внушительную дыру.

Хоук уже оказалась рядом.

— Есть идеи, что это за пакостные грызуны?

— Почему сразу грызуны, может, это полярный дятел какой-то? — хохотнул Зяблик, но на всякий случай отошел от дроида подальше.

— Надо побыстрее найти группу! — сказал я, обходя изъеденного монстрами инженера. — Если тут пока никого нет, это не значит, что в скором времени они не появятся.

Мы ускорились настолько, насколько нам позволил ландшафт. Хоук постоянно пыталась связаться с группой. Наконец, нам ответили.

— Эй, вы там в порядке? — спросила девушка. — Встречайте, мы к вам подходим.

— Потеряли одного. Попробовал пробраться к выходу и не вернулся. Периодически слышим какие-то звуки. Такое впечатление, что в стенах пещеры кто-то бегает, но никого не видно.

«Опять же пока», — промелькнуло у меня в голове. Кажется, я знал, что означает этот топот внутри стен. Пробовали, знаем.

Для того чтобы попасть в пещеру, где инженеры обнаружили кристоки, нам пришлось спуститься еще на три яруса вниз. И пройти насквозь четыре грота. Как говорится, где инженерный дроид прошел, любой Оридж со свистом проскочит. Где-то выручали вбитые штыри, где-то выдолбленные ступеньки, где-то нашлась даже цепь, заменявшая, трос — в общем, спуск пусть медленно, но шел без особых проблем.

Смущали только звуки, которые разносились по природным коридорам. То какие-то шорохи, то непонятное эхо, то далекие удары чего-то тяжелого об пол. Стены явно жили какой-то своей жизнью — они охали, ворчали и скрипели, как суставы и косточки какого-нибудь старого пердуна. Пахло соответствующе — тухлые испарения пробивались сквозь каменные поры, заставляя вздрагивать и потрескивать датчики сканера, который фиксировал данные из окружающей среды.

— Вы это слышите? — спросил Зяблик после того, как звук глухого удара раздался прямо у нас над головами. Мы все дружно посмотрели наверх. Радары по-прежнему молчали.

— Местные духи? — предположила Хоук

— Призраки, что ли? — хмыкнул Уайт. Он дотянулся своей пушкой до потолка и потыкал в то место, откуда, как нам казалось, шел звук.

— А что? У каждого места есть свои хранители, — на полном серьезе ответила Хоук. — Берегут его от таких, как ты!

Ни в каких духов места я, конечно, не верил, а вот в монстров места или в фоггеров места почему-то очень даже.

Вскоре ландшафт немного изменился.

Я почувствовал небольшое изменение температуры и заметил, что кое-где лед отполз к стенам, образовав на полу небольшие «проталины», сквозь которые виднелся камень. В остальном все было без изменений.

— Вы чувствуете, что стало теплее? — обратилась к нам Хоук.

— Да, на два градуса. Жара! — тут же отозвался Зяблик и поелозил ботинком по каменному полу.

— Это типично для среды обитания кристоков, — включился я в разговор. — Когда я на них набрел в первый раз, то по дну пещеры вообще бежал ручей, а на стенах рос какой-то мох.

— Но здесь такого нет, — возразила Хоук.

— Может быть, эти чем-то отличаются или относятся к другому виду.

Мы решили, что не настолько хорошо разбираемся в местной ботанике, чтобы поддерживать этот разговор, и продолжили наш путь молча.

Пролезли четыре сквозных грота, и, наконец, увидели баррикаду из камней, ледяных глыб, пустых ящиков и явно уже ненужного оборудования. Перед баррикадой лежали несколько тел, уже покрывшихся ледяной коркой.

Я пнул ногой гибрид муравья-пули и айсидеи. Отометил, что панцирь у твари такой же, но, видимо, помягче, потому что пулевые отверстия довольно широкие, и это не калибр такой, а панцирь раскрошился. Лапки у монстров были короткие, что помешало им перелезть через баррикаду, зато ядовитые жвалы торчали угрожающе. Следы кислотной жижи в нескольких местах проели стальные ящики насквозь.

Мы по очереди перебрались через горку. Зяблик только свалился, частично обрушив боковую часть. Он добровольно вызвался чинить, а мы с Хоук сразу пошли к инженерам, сгрудившимся возле груды контейнеров-холодильников с уже упакованными кристоками.

Я услышал, как сзади присвистнул Зяблик. Понимаю его, по новым ценам здесь не меньше пары миллионов. Это же как нужно доверять нанятым Ориджам, чтобы не бояться, что те не позарятся на добычу.

— Наконец-то! Мы уже планировали обращаться напрямую в «Авангард», — сказал один из них, выдвигаясь к нам навстречу.

— Если бы ваши боссы не настаивали на личном присутствии в Приюте, — развела руками Хоук. — То мы бы и раньше смогли.

— Простите, но нам тоже нужны гарантии. — Вперед выступил единственный клон и махнул рукой себе за спину. — Мы очень много материала собрали.

— Это понятно, — кивнула Хоук, а мне тоже стало понятно, чего ради ребята приперлись в Приют и как решался вопрос с гарантиями. — Какой у вас статус? Что-то изменилось с последнего разговора?

— После того как утащили Дина, жуки отступили и только шуршат вокруг, — подхватил второй. Это был узнаваемый майтеновский инженер, которых сняли с производства лет десять назад.

Собственно, остальные трое тоже выглядели так, как будто их раздобыли в сэконд-хенде. Устаревшие модели, обшарпанная броня темно-серого цвета, из оружия — дробовики из той же серии, что и «неубивайка» Боба. И то в лучшем случае только у половины.

В общем, они были готовы лишь к тому, чтобы прогуляться до полянки с кристоками и нарвать корзину «цветов». Боюсь представить, как у них дела с гарантиями обстоят. Семьи у них, что ли, в заложниках? Я попытался вспомнить, моргали ли эти ребята, когда я их видел в баре. А то, может, уже их самих надо спасать?

— Ну что, предлагаю выбираться отсюда! — заявила Хоук. — Только нам лучше найти другой выход. Вы же здесь все разведали?

И клон, и дроиды как-то нерешительно повертелись, указывая в разные темные участки пещеры, и дружно развели руками. Там тупик, там тоже тупик, а там щель, но все равно тупик.

Я сверял каждый их жест с данными, которые дала мне Искорка. За ближайшими нишами действительно только толстый слой камня до самой границы возможностей дрона. А вот у дальней стены я видел, пусть слабое, но какое-то излучение. И аналог эхолота в системе Искорки проходил и возвращался быстрее, что могло говорить о возможной пустоте.

Инженеры замолчали и уставились на Ястребов, а те на меня. И в этой тишине отчетливо послышался шелест быстрых, скребущих лед ножек.

— Слышите? — обратился к нам один из инженеров. — Что-то подобное постоянно тут происходит. Уже на протяжении суток.

— Не только слышим, но уже и видим! — Зяблик отмахнулся от дроида и, бросившись к баррикаде, закричал: — Ястребы к бою!

Вместе с ним проснулась и система, объявив тревогу и высветив на карте оранжевый вал, который на полном ходу несся на баррикаду.

— Алекс, мы не отобьемся! — закричала Хоук, активируя свои топоры. — Ты нашел выход?

— Ястребы отступают! — закричал Уайт, не дав мне ответить.

Его пестрый Оридж заметался по пещере. Он подскочил к баррикаде, подпрыгнул, словно от удивления, метнул что-то в тоннель и поскакал обратно. Рвануло, вспыхнул огонь, послышался треск, будто там попкорн готовят, а потом через завалы хлынул неудержимый поток монстров. Кто бежал опаленный и в дыму, а кто — в виде живых факелов.

Выстрелами из винтовки Уайт сразу же отбросил самых шустрых обратно, но уже через секунду монстры были повсюду. На фоне огня и дыма мелькнула Хоук — этакая валькирия. Она яростно строгала насекомых, рубя топорами налево и направо.

Я раздробил ледорубом хитиновый панцирь кинувшегося на меня жука и замахнулся на следующего, который быстро бежал в мою сторону.

— Алекс, если ты что-то нашел, то самое время нам про это рассказать! — крикнула Хоук, оттаскивая еще одного жука, двинувшегося прямо на инженеров.

— Есть вариант, держитесь!

Я подбежал к стене, за которой находился возможный проход и со всей силой ударил ледорубом. На камне образовалась небольшая трещина. Я начал долбить с удвоенной силой и скоростью. От стены откололись несколько больших кусков и упали мне под ноги.

Я оглянулся на Хоук и Зябликом, которые рубились на двух фронтах, защищая с одной стороны меня, а с другой — инженеров и добычу. Нормальной помощи от дроидов не было, только редкие выстрелы и те не прицельные, могли бы и не тратить патроны. Сейчас Уайт уйдет на перезарядку, и Хоук, скорее всего, одна не вытянет. Я отправил Краба на помощь, а сам полез в рюкзак за буром.

— Искорка, прости, но мне снова не до инструкции. Но я обещаю, что все обязательно прочитаю. Даже мелкий шрифт! — Я покрутил артефакт в руках, оценивая, насколько он успел зарядиться.

Нажал ту же кнопку, что и в прошлый раз, но услышал лишь сухой щелчок и писк полупустого индикатора батареи.

«Для того чтобы активировать низкопрофильный луч постоянного действия…» — начал дрон в моей голове.

Но я уже не слушал. Прижался к стене, отпихивая пяткой рухнувшего рядом муравья, в загривке которого копошился Крабик, и нажал на следующую кнопку, меньшую по размеру.

Услышал знакомый писк оборудования. Бур тряхнуло — он едва не вырвался из моих рук. Я расставил ноги пошире, уперся, словно собираюсь залить здесь все водой из пожарного рукава. Теперь уже он затарахтел как настоящий перфоратор, я даже Искорку слышать перестал. А потом из бура вылетел конусообразный голубой луч.

Поток энергии ударил в скалу и моментально начал расширять трещину, пробитую ледорубом. Камень вместе со льдом начал таять и сразу же испаряться — удивительный эффект, будто я феном на запотевшее зеркало дую. Я повел буром по сторонам, расширяя проход, и сделал шаг вперед. Потом еще один и еще. На экране сканера уже появились очертания края противоположной стены. Метр, полметра, двадцать сантиметров… И тут луч погас. Система заявила, что заряд батареи опустошен.

«…для экономии заряда не рекомендуется непрерывное использование…» — услышал я. Оказывается, Искорка все это время продолжала что-то бубнить.

— М-да, когда ты говорить не умела, то как-то пошустрее была, — вздохнул я, спрятал бур и снова взялся за ледоруб.

«Процесс преобразования информации в примитивную речь, понятную простейшему индивидууму, требует слишком много вычислительных ресурсов», — невозмутимо пояснил дрон.

— Так! — Я прервался для вдоха перед следующим ударом. — А еще проще можно?

«Запрос понятен, я попробую, — пообещала Искорка и ненадолго зависла, выдав несколько старых модемных трелей. —Жарь скорее, а то у пернатых уже подгорает».

Возможно, это все еще не то, что я себе представлял. Но уже как-то по-человечески. Когда кончик ледоруба проскочил сквозь камень, я добил энергетическим ударом. Смог создать что-то типа полусферы, полностью раскидав остатки камней перед собой. Убедившись, что с той стороны нас никто не встречает, я побежал к инженерам.

— Готово! Давайте по одному! Я прикрою! — крикнул я дроидам, на ходу открыв огонь по окружившим Ястребов жукам.

Баррикады уже не было. От нее остались дым, копоть и растасканный во все стороны хлам вперемешку с телами монстров. Ориджи еще держались. Уайт уже не стрелял, а размахивал тонким тросом с шипастой гирькой на конце. Бил не прицельно, то отбрасывая хитиновые панцири, то ломая ноги, но все равно умудрялся держать под контролем почти половину пещеры. Хоук работала с остальными. Мне показалось, что она даже ускорилась, возможно, успела поднять уровень.

Первый инженерный клон, крепко прижимая к себе контейнер с кристоками, пролез в проделанное мной отверстие. За ним последовали и остальные трое. Бегом вернулись и понесли вторую партию, а потом и третью.

— Теперь ты, Хоук! Зяблик, сбавляй обороты, я перехвачу.

Хоук и Зяблик проскочили в дыру вслед за учеными. А я снова активировал энергетический удар, полукругом отбросив стянувшихся муравьев. Заскочил в проход и, выталкивая всех подальше от входа, бросил на прощание пирамидку за спину. Спрятался за углом, всем телом чувствуя взрывную волну и грохот обвалившегося потолка.

— Спасибо, — нервно сказала Хоук, заглянув в заваленный проход и попробовав сдвинуть ближайшие глыбы. — Надеюсь, мы себя здесь не замуровали.

Пещера была поменьше той, которую мы только что покинули, и из нее был проход в какой-то тоннель. Мы договорились, что сперва сходим на разведку, и если впереди безопасно, то инженеры нас догонят.

Параллельный ледяной коридор позволял нам идти в полный рост, но ширины тоннеля не хватало, поэтому мы шли друг за другом.

— Сморите! — воскликнул Зяблик, указывая рукой куда-то вправо. — Тут тоже растут эти штуки!

Мы приблизились к Уайту и увидели маленький грот с «отсыревшими» стенами, в котором среди своеобразных кристаллических зарослей колыхались три больших кристока. На вид они были похожи на те, что мы обнаружили с Сюин, только бурлящая серединка была не красного, а ядовито-голубого цвета, а сам медузный купол был чист и прозрачен, как слеза.

— Какие красивые, — наверное, Хоук сейчас вздохнула от умиления в своем кресле, — и вот эта штука способна остановить коррозийную чуму?

— Считаю, что эти мы можем забрать себе! — констатировал Уайт, застыв перед слегка трепещущим кристоком.

Спорить с ним мы не стали. Уайт достал контейнеры, а я, как знаток кристоков, аккуратно их срезал и упаковал. Каждому по одному — на память и в виде бонуса примерно в пять тысяч кредитов.

Наша небольшая группа продвинулась еще на два километра вперед. Дорога выглядела вполне безопасной, только с каждым следующим метром тоннель понемногу сужался. Я уже чиркал гребнем потолок, а потом и вовсе начал пригибаться. Когда проход сузился практически до метра, я увидел обрыв, а внизу — здоровую пещеру.

Стены были покрыты слоями серого льда, с потолка свисали огромные сталактиты, некоторые из них почти касались пола. На одном из них я заметил черное пятно, которое при ближайшем рассмотрении оказалось вмерзшей в лед летучей мышью.

— Давайте я первая, — предложила Хоук, протиснувшись рядом со мной. — Сколько здесь? Метра три?

— А может, и все четыре, — поправил я, просканировав пещеру. Особенно меня заинтересовали ледяные глыбы, по форме очень уж напоминавшие замерзших монстров.

Помог Хоук вбить крюк и закрепить трос, чтобы помочь быстро выбраться в случае чего. Дождался, когда она окажется внизу, и спустился за ней.

Огромный валун серо-белого цвета загромождал почти половину пещеры. Больше всего он был похож на огромного медведя. Я даже почти уверил себя, что это гризли, но у валуна была странная «голова». Неестественно выпуклая и прозрачная, торчащая неровным бугром. В некоторых местах льда не было, только какие-то ошметки сгнившей шерсти.

— Замерзшее царство какое-то, — пробормотала Хоук. — Они что, все умерли от холода? Это же нонсенс!

— Ну или не умерли, а впали в зимнюю спячку, — сказал я скорее самому себе, чем напарникам.

— А здесь правда холоднее, — послышалось от Зяблика, который спустился за нами. — Градусов на двадцать больше. Или меньше. Короче, даже Оридж скрипеть начинает. Кого вы здесь нашли?

Он протиснулся между нами и на полную мощность врубил свой фонарик, подсвечивая странный ледяной труп. В буграх на голове что-то мелькнуло, небольшая размытая тень бросилась в сторону, скакнув на ледяной сталагмит.

Уайт среагировал, быстро проследив за ней лучом фонаря.

— Искорка, это что?

«Хрень какая-то, сам не видишь, что ли? — буркнул дрон, подкрепив слова модемным писком. —В базе данных по нулям! »

Доступно, блин, объяснила! А невидимая хрень уже перескочила на следующую сосульку и, снова оказавшись в луче света, обвила камень длинным хвостом и зашипела, растопырив восемь маленьких лапок. От избытка эмоций она выгнула плоскую тушку, внутри которой открылся черный провал беззубой пасти с какими-то отростками.

Твареныш содрогнулся всем телом, будто пытается отрыгнуть, а потом это и сделала, плюнув в нас чем-то бледно-желтым и сбежав куда-то под потолок. Мы с Хоук прыгнули в разные стороны, а Зяблик замешкался, стараясь не выпустить монстра из луча света.

— Фу-у-у, м-мерзость, — промычал Уайт, пытаясь стереть с визора липкую субстанцию.

— Это яд? — спросила Хоук, осторожно подойдя к напарнику.

— Не похоже, фонит энергией, — ответил я вместо фыркающего Зяблика, глядя на его проекцию глазами Искорки.

Силуэт Ориджа имел свой энергетический контур, но в тех местах, куда попала неизвестная субстанция, тот «горел» ярче. Казалось, что эта яркость все время движется, продвигаясь по телу Ориджинала и накапливаясь в местах шарниров и суставов.

— Алекс, ты эту каракатицу видишь? Что это вообще было? Паук с хвостом? Или скорпион? — уточнила Хоук.

— Хрень какая-то, и я ее не вижу, — признался я. Активировал скаутган и чуть отошел в сторону от сталагмитов, чтобы улучшить обзор. — А, нет, вижу в другом конце пещеры.

— Хоук, со мной что-то не так! Будто конечности немеют, — сказал Уайт испуганным голосом.

— Подожди, попробую тебя очистить, — ответила девушка, но, приблизившись к Зяблику, она тут же отлетела назад.

Я даже сначала не понял, что произошло. Она протянула руку, чтобы помочь, а в ответ Оридж Уайта молниеносно и мастерски пробил Хоук в висок. Раздался металлический грохот, что-то скрипнуло, причем в обоих Ориджах. От удара Хоук развернуло и откинуло на несколько метров.

— Хоук, это не я! — услышал я дрожащий голос Уайта в наушниках. — Оно само, я больше не контролирую своего Ориджа!

Глава 21

Я отступил еще на шаг, выцеливая мелкую тварюшку, чем-то напоминающую мне личинку «Чужого», и не переставая смотреть на Зяблика через сканер. Оридж уже полностью покрылся энергетической пленкой, пульсирующей за мгновение перед любым его действием. Пульсирующей и увеличивающейся в размерах вокруг головы, почти так же, как у мертвого замороженного медведя в пещере.

Дроид встряхнулся, как марионетка на веревочках, и пошел на упавшую Хоук.

— Что за хрень⁈ — завопил Уайт. — Эта пленка блокирует все сигналы! Хоук, Алекс, уходите! Я не знаю, как это остановить!

— Я знаю, как это остановить! — зарычала Хоук, поднимаясь. — Козлина такая, ударил меня!

Я не понял, хорохорится ли она, распаляя себя, реально ли злится или это тоже уже какой-то психоз от хрени-паразита. Или это вообще игра на публику, и она опасается, что монстр разумный?

Как ни всматривался я в данные от Искорки и в базовые системы, никакой сущности, типа метаморфов, на Оридже определить не смог. Действительно как фиксирующая пленка с условными ниточками, за которые дергает невидимый кукловод. А значит, его валить и надо.

Хоук все-таки не всерьез намеревалась поквитаться с Зябликом. Она двинулась вперед, но в последний момент резко ушла в сторону, зайдя товарищу за спину, и брызнула в него чем-то из баллончика. Может, смазка, а может, какой-то растворитель.

Смотреть, чем дело закончилось, я не стал. Как только система прицеливания зафиксировала монстра, я выстрелил и отколол здоровый кусок сосульки в том месте, где только что сидела тварь.

— А ты шустрая! Хоук, я за хренью, не лезь пока к нему!

— Да стараюсь я! — пропыхтела девушка, наворачивающая круги вокруг напарника и пытавшаяся скрутить его стальным тросом.

Я отозвал Крабика, чтобы его, упаси Мерзлота, не забрызгало, а Искорку отправил летать под потолком и отслеживать перемещения паразита.

Нашел, навелся, выстрелил — мимо! Только ледяная крошка с потолка посыпалась. Мелкая хрень мелькала за камнями и льдинами: то пряталась в замерзших останках, то строила рожицы сквозь прозрачный лед. Но каждый раз уходила от выстрела. Еще и дразнила. Явно заманивала либо под удар Зяблика, либо в угол, из которого я не смогу выпрыгнуть.

И в итоге загнала-таки. Зажала меня между двумя огромными колоннами, скача с одной на другую, выждала момент и снова начала вздрагивать, накачиваясь, перед плевком. Выпустила в фигуру моего Ориджа облако липкой слизи…

И тут же разлетелась в клочья от двух метких выстрелов. Первый оторвал ее от колонны, а второй рассек на две половинки.

Все-таки не особо разумная тварюшка — не заметила, как я с двойником поменялся, уйдя в маскировку.

Я посмотрел на «прожженную» проекцию Ориджа и поежился в кресле. Все равно ощущение, будто меня самого проезжающая мимо машина водой из грязной лужи облила. Еще и в ноябре. Бр-р. Представляю, как Зяблику хреново.

— Вы как там? — спросил я и посмотрел на Ястребов.

Зяблик, стянутый по рукам и ногам, лежал на земле. Рядом с ним сидела Хоук, и ее ноги точно так же были опутаны тросом. Через сканер оба отсвечивали ярким фоном, но плотность свечения постепенно снижалась. Словно органика холодеет в тепловизовире.

— Я тоже обляпалась от Зяблика, — выругалась Хоук. — Ты точно ее прикончил?

— Точно, — уверенно ответил я. Сделав два дополнительных выстрела в обе половинки монстра, пошел искать выход из пещеры.

Выход снова пришлось делать самостоятельно, но справился я быстро. Ледяная галерея пошла трещинами уже после третьего удара ледорубом. А за ней открылся широкий проход, в конце которого пробивался свет снаружи. И без всяких кружащих теней.

Когда я вернулся к Ястребам, те уже вовсю принимали контейнеры от инженеров. Броня Зяблика потускнела, во многих местах появились царапины и сколы, словно он ледяной крошкой пытался себя полировать. Но настроение у него все равно было хорошее, он заискивающим тоном шутил с Хоук, извиняясь, что врезал ей.

Я помог инженерам разложить сборную конструкцию, похожую на носилки, чтобы вынести все контейнеры за один раз. И через час мы вылезли на поверхность. Немного ниже и восточнее того места, где повстречали птиц.

— Придется еще пешком пройти до машин. Вы как? — обратилась Хоук к инженерам, которые все это время молча следовали за нами, беспокоясь больше о контейнерах с кристоками, чем о собственной безопасности.

— Держимся, — ответил один из них, — уже не страшно.

— Уже и нечего бояться, — усмехнулся Зяблик.

— Не накаркай, — довольно грубо огрызнулась Хоук. — А то потом опять скажешь, что это не ты. Оно само.

— Ну, хватит уже дуться, оно же правда само!

Под подобные разговоры мы провели несколько следующих часов. К счастью, Зяблик не накаркал, и проблем больше не было. Если не считать сломанную ногу инженерного дроида, который провалился в трещину и потом еще больше снизил наш темп.

Только спустившись с горы, я осознал, что смертельно устал от всех событий, которые произошли со мной за последние несколько суток. Хотелось просто выспаться и побыть одному. Хотя с последним пунктом у меня точно возникнут проблемы, учитывая наличие в берлоге Боба и чибзика.

Еще через полтора часа мы, наконец, добрались до машин. Помогли инженерам раскопать их тачки, которые уже окончательно превратились в обледенелые сугробы.

По тому, как Уайт медленно отбивал ломом лед с грузовиков инженеров, я понял, что Ястребы тоже утомились. Хоук молчала, снимая маскировку с транспортника и с байка.

— А это что за сюрприз? — удивленно спросила она и показала нам на лежащую рядом с джипом шкурку достаточно увесистого то ли крота, то ли хомяка. — И разделан как в лучших ресторанах Вавилона.

— А это так, дополнительная защита, — миролюбиво сказал я и подобрал с земли Крабика, радостно заметив, что он прибавил в уровне. — Как видишь, пригодилась.

Забрался на байк и вырулил на дорогу, выполняя роль разведчика. Точнее, полностью переложив эту роль на Искорку, набрал комфортную для себя скорость и просто поехал вперед. Ни о чем не думал. Не хотелось, да и сил не было.

Вместе с усталостью я чувствовал какой-то общий раздрай. Как будто желеобразный монстр все же завладел частью меня и теперь обживался внутри. Я знал, что это не так, но прийти в себя до конца не мог.

Добравшись до трактира, даже не стал заходить внутрь. Удаленно оплатил аренду бокса и место для байка и помахал рукой Ястребам.

— А как же вознаграждение? — спросила Хоук.

— Завтра заберу. Вы же здесь все на гарантии, — кивнул я. — Спасибо за рейд. Это было, я даже не знаю как сказать… Забавно, но утомительно.

Теперь я точно знал, что мне нужно. ВЫХОДНОЙ! Я хотел провести хотя бы один день в берлоге, без того, чтобы куда-то гнать или с кем-то драться. Кажется, таких дней у меня не было уже очень давно.

Тут же законсервировал Ориджа в боксе и вышел из синхронизации.

Вы покидаете центр управления «Буревестника».

До рассинхронизации 5, 4, 3…

Не отключайтесь, айл би бэк после рекламной паузы…

Я принял душ и, по-моему, впервые за неделю побрился. Боб молча наблюдал за моими передвижениями, расположившись в кресле перед телеком. Чибзик, кажется, угомонился. По крайней мере, бешеной активности у него больше не наблюдалось. Все было в пределах нормы — всего лишь пять оборотов на месте в секунду.

— Ну что там? — спросил Боб, поднимаясь мне навстречу, когда я вышел из санблока.

— Потом расскажу. Устал. И последняя тварь забрала все моральные силы.

Боб понимающе кивнул и уселся обратно. А я взял тач-панель и поднялся в бар.

Данди был занят. Он как раз собирался запереться в своей каморке с целой толпой каких-то ребят.

— Налей себе пиво сам, ладно? — сказал Крокодил, увидев, что я направляюсь к стойке. — У меня тут дела, сечешь?

— Секу, ясен пень… — пробормотал я себе под нос, наполнил стакан и уселся за самый дальний столик.

Сделал три больших глотка и уставился в окно. В Мерзлоту. Снаружи стояла непроглядная ночь. Сегодня ни луны, ни звезд видно не было. Только тусклый фонарь на охранном заграждении освещал кружащийся в небе снег. Я застыл, наблюдая за хаотичным танцем мелких кристалликов.

Сам не заметил, как допил один бокал. Данди так и не появился, поэтому я снова подошел к стойке и налил себе второй. Пиво было отменным, но это не кристоки, чтобы за ним с «гарантией» следить. Хотя с Данди мне повезло. Не сильный мира сего, а крепкий середнячок. Но как раз на таких Мерзлота и держится. Я поднял бокал, чокаясь с пустым местом бармена и, так сказать, выпил за возвращение.

Звук сигнала на тач-панели заставил меня отвлечься от фонаря за окном. Сообщение было от Сюин, с которой мы не общались с того времени, как она уехала на Большую землю. Ежедневные запросы статусов, как там ее Очаровашка и чем ее кормят — это я за общение не считал.

Девушка написала, что она снова в Вавилоне и в скором времени приступит к работе в полях. Номер станции Сюин пока не знала. Скорее всего это будет одна из китайских баз в сто восьмидесятом секторе.

Я предложил встретиться, если вдруг окажусь поблизости. Потому что, честно говоря, не представлял, где я в скором времени окажусь, и обещать то, что потом не смогу выполнить, мне не хотелось.

Я отложил тач-панель, откинулся на стуле и прикрыл глаза. Знакомая обстановка и физический отдых делали свое дело. Чувствовал усталость, но уже ощущал свое тело, мог отследить мысли и подумать о чем-то простом. Например, о встрече с Сюин или о том, как разместить Эбби, или…

Я почувствовал, как против своей воли начинаю проваливаться в сон.

Поднялся со своего места, поставил стакан на стойку и сонно кивнул появившемуся в зале Данди. Спустился в берлогу и, не раздеваясь, рухнул на кровать.

Проснулся я уже ближе к обеду. Но из человеческой команды ЧИЛАБА все равно оказался первым на ногах. Боб спал, с головой укрывшись одеялом. Поверх покрывала клубочком скрутился чибзик. М-да, пора заканчивать уже со свободным графиком, а то так никакого бизнеса не построишь.

Быстро принял душ и поднялся в бар. Яичница и две чашки кофе быстро привели меня в чувство. Я снова почувствовал себя бодрым и наконец избавился от вчерашнего непонятного вязкого состояния.

— Алекс, ты как? — спросила Хоук, связавшись со мной по тач-панели. — Тебя в баре ждать?

— Нет, я сегодня отдыхаю. Мою долю можешь перекинуть на счет.

— Окей, сорок тысяч кредитов. Знаю, мы очень оценили твой вклад, — отчеканила Хоук.

— Окей! Неплохо, — обрадовался я. Еще кристок продам, и совсем хорошо будет.

Если каждый день по сорок тысяч зарабатывать, то ровно за сто дней четыре миллиона и наберу. От такого расчета как-то сразу стало менее хорошо. Еще ведь на жизнь нужно оставить.

Через полчаса за мой столик опустился Боб. Лицо его светилось какими-то подозрительным счастьем.

— Угадай что? — начал говорить он, беспорядочно листая меню, закаченное в тач-панель. Странно, что он еще не выучил его наизусть.

— Что?

— Тридцать седьмая наша! — победно объявил Роберт и улыбнулся во весь рот. — По этому поводу закажу яичницу, вафли и шоколадный мусс! И еще коктейль «Радость дроида», — выдал он, обращаясь к подошедшему к нам Данди. — Наша в аренду на девяносто девять лет!

— И что почем?

— Сущая ерунда для такой площади! Расположение, конечно, непопулярное, а еще обязательства на зачистку, — начал болтать Боб. — Но ты это уже сделал, так что все равно в плюсе…

— Так сколько?

— М-м-м, всего каких-то двести тысяч, — сказал Боб и на всякий случай отодвинулся от меня.

— И сколько у нас осталось?

— Из разлома Руперта мы в общей сложности вынесли на четыреста с хвостиком, — кивнул Боб, что-то подсчитывая в уме. — Не все еще продалось, но на счете фирмы сейчас почти двести.

— Плюс еще сорок сегодня упадет, но так не то что кредит РИПу не выплатим, даже ремонт-то не сделаем.

Данди принес Бобу его заказ. Роберт жадно накинулся на еду.

— Вот, я тут предварительно все посчитал, — сказал он, стараясь прожевать слишком большой кусок вафли, который запихнул в рот, и открыл на своей тач-панели файл с названием «ЧИЛАБ на минималках». — Прежде всего, нам нужна шлюзовая система. Без нее никуда, а это самое дорогое, даже с учетом того, что у нас есть новенькие агрегаты.

Я внимательно изучил расчеты Боба. Надо отдать моему другу должное, предусмотрено было все, вплоть до спортивного уголка для чибзика, и по самым минимальным ценам.

— Предлагаю не экономить на шлюзах и на охране, — со знанием дела продолжил Боб. — Возьмем лучшее, что есть на рынке. А остальное уже по мере того, как наша компания будет развиваться.

— Здорово, но у тебя в слове «минималках» четыре ошибки, — заметил я, взяв тач-панель и рассматривая цены на отдельные опции. — Экономить, конечно, не хочется, но мы же стартап.

Я задумался.

Спортзал сразу вычеркиваем. Я себе и просто турник смогу сделать на первое время, а Боб сколько абонементов себе ни покупал в тренажерку, столько же раз и ходил. То есть, одно занятие на годовой абонемент. Чибзик тоже обойдется без колеса для бега, в крайнем случае на улицу его выгоним.

Я продолжал листать каталог.

Так — это тоже пока мимо, это потерпит, без этого временно проживем… Нет, это вернем, а то нет ничего более постоянного, чем временное. Ремонт сами сделаем, тут как раз Эбби поможет.

В сухом остатке нам нужна нормальная времянка, в которой мы перекантуемся, пока не наладим шлюзы и не подключим агрегаты. Охранную систему докрутим из того, что есть.

Иначе сейчас никак. Потому что если считать полноценный ввод станции в эксплуатацию, то выходило никак не меньше миллиона.

— Могу продать «Стрекозу», — самоотверженно заявил Боб и сделал большой глоток из бокала с коктейлем. — Я все равно Ориджа себе хочу, а ты мне потом найдешь, а?

— Пока повремени с продажей. Дроид в Мерзлоте нам пригодится. Тем более Эбби без клона, так что ремонт тебе придется делать. А пока нам нужен дом на колесах. На дизайн забей, главное, чтобы был на ходу и рассчитан на троих, нет, на четверых, — поправил я сам себя, вспомнив вездесущего чибзика.

Боб расплылся в довольной улыбке.

— Юху! Будем жить в доме на колесах, прямо в Мерзлоте? Как настоящие Робинзоны!

Не знаю, что Боб подразумевал под «Робинозонами», но явно не тот необитаемый остров с кокосами и пальмами, который я вспомнил. У нас задачка немного осложнялась климатом.

— Ну типа того. Найди побольше размером, чтобы втроем комфортно было, но за разумные деньги. Тысяч за двадцать. Можно сломанный, Эбби починит.

— Э-эх, — вздохнул Роберт. — А иначе никак? Хотя бы еще двадцатку накинь?

— Сам говоришь, «Чилаб на минималках», вот и крутись. С «еще двадцаткой» любой дурак купить сможет, а ты все-таки высокооплачиваемый сотрудник.

— Кстати, об этом… — начал было Роберт, но я его перебил.

— Есть у меня одна идея, — сказал я и тоже сделал глоток коктейля из бокала Боба. Поморщился, кога понял, что это клубничный ликер и водка. Причем водки намного больше. Такими темпами только что начавшийся день мог слишком быстро закончиться. Я снова переключился на свой кофе. — До сектора, на который указал Лэйн, еще пилить и пилить. И вообще не факт, что там будет монолит, поэтому я по дороге еще халтурку возьму, а пока у меня дела.

Я спустился в берлогу, взял трофейный шлем, который мы нашли в разломе, и поставил его на верстак.

Начал вертеть, изучать, еще раз взвесил его на руке. Потрогал поверхность и скайкрафтовые вставки. Разглядел красивый выточенный узор на лобовой части. Аккуратно примерил и даже удивился, насколько удобно он сидит. В висках приятная прохлада, затылок не давит и при всей своей массивности с виду, он ощущается даже легче, чем обычные.

— Попробую понять, что же ты такое, — пробормотал я про себя и положил рядом со шлемом древних свой современный.

Схемы разборки у меня, конечно, не было. «Майтен» в этом плане открытостью не отличался, пособия по кустарному ремонту не выпускал. Ладно. Глаза боятся, а руки делают. Плюс азарт появился, явно подогретый коктейлем Роберта.

В качестве метода изучения я выбрал аккуратный разбор и сравнение. И чем больше разбирал, тем сильнее удивлялся, насколько они одинаковые. Как близнецы. Или как Ориджинал и клон.

Вот черт! А ведь «Майтен» просто скопировал технологию древних, придав ей современную форму. Я вспомнил шлем, который видел на столе у Лэйна. Точно так же нашли в Мерзлоте и присвоили себе как собственную разработку!

И сколько еще древних технологий сейчас продаются под брендом корпорации? Коля Дорожкин, блин, великий комбинатор! Еще и несколько модулей неизвестного назначения заменил заглушками, оставив какие-то технологии только для себя.

Я начал аккуратно собирать шлем и, когда пытался впихнуть обратно модуль связи, подвис.

Так, а если он ничем не отличается от моего, значит, я могу попробовать в нем синхронизироваться? Только для этого нужно сделать его «рабочим».

Подумав, я решил совершить манипуляцию, которую уже проделывал на сорок второй — переставил аккумулятор и модуль связи со своего шлема на найденный и, забыв, что дал себе слово сегодня не подключаться к Ориджу, быстро забрался в кресло.

Так, вроде все работает! Питание пошло, кнопка активации на том же самом месте и ведет себя аналогично. Легкая знакомая вибрация, и незнакомый холодок на пальцах. Я сделал глубокий вдох и надел шлем на голову.

Глава 22

Приготовился уже увидеть знакомую приветственную надпись про ЧИЛАБ на чиле, вот только на внутреннем экране она не появилась. Вокруг меня была полнейшая темнота.

Я поерзал, чувствуя, как начинаю потеть. А не поторопился ли я? Сейчас еще и обратно собрать не смогу и тогда вообще финиш будет. Выключил и включил по новой. Как будто от этого что-то могло измениться. Повертел головой из стороны в сторону.

Эффект был ровно таким же — темнота и тишина. Слышал только, как чибзик перебирал свои угги-шкуры где-то позади моего кресла. Но для того, чтобы различать эти звуки, слух Ориджа мне был не нужен.

Неужели не сработало? Или в древней технологии был какой-то секретный механизм, и все на самом деле не так просто, как мне изначально показалось? Значит, Лэйн все же адаптировал и доработал систему?

Я решил дать ей еще немного времени. Старый компьютер давно не включали. Может, прогреется и отвиснет?

— Опачки, какой ты модный! И как? Работает? — спросил Боб откуда-то справа.

— Пока тишина.

— Зато смотрится потрясно, — оценил Роберт. — Даже если не заработает, разместим в нашем музее древностей.

— Это что еще за музей?

— Да так, есть у меня одна идея, — загадочно проговорил Боб и замолк.

Как и у меня.

Как говорили мои наставники, баклан — птица гордая, пока не пнешь — не полетит. То есть, пока не стукнешь, работать не будет. Я уже примерился, куда бы треснуть, но прежде решил попробовать то, что помогало с цилиндром и символами.

Расслабился и сосредоточился одновременно, словно весь я сплошное облако, но готовое пролететь в игольное ушко. Обхватил руками шлем, чуть сдавил и зажмурился. Сильно зажмурился. До белых пятен, которые постепенно стали превращаться в символы. Выбрал среди них те, что в первый раз увидел на своем Оридже, сопоставил вместе и представил, что активирую.

Вот теперь точно есть контакт!

Перед глазами расплылось еле заметное голубое пятно. А еще через несколько секунд свет стал ярче. Потом все мигнуло, я снова провалился в темноту, а потом, наконец, увидел гараж Приюта глазами Ориджа.

Добро пожаловать в центр управления «Буревестника».

ЧИЛАБ на чиле!

— Отменяется музей! — радостно крикнул я на всю комнату. Даже чибзик притих, перестав копошится в шкурках. — Все заработало!

Я прикрыл глаза, прибалдев с непривычки от уровня детализации и яркости.

Слух тоже стал четче. Появились оттенки, и точнее стало определяться направление источника. За спиной скрипнул чей-то дроид в боксе, а за стеной по направлению на десять часов дзинкнули пивные кружки.

Когда перед глазами растворились цветные пятна, я осторожно приоткрыл их снова. Но вал образов нахлынул на меня волной опять. Черт! А ведь это всего лишь серые стены гаража!

Прошлая картинка была качественной, но, конечно, все познается в сравнении. Разрешение будто бы возросло в несколько раз. Еще чуть-чуть — и от обычного человеческого зрения будет уже не отличить. Пятьсот семьдесят шесть мегапикселей разрешение человеческого глаза, а тут уже как минимум половина.

Я не спеша выбрался из бокса, проверяя движения Ориджа. На сигналы управления он отзывался так же четко, как и раньше. Двигался легко и привычно.

Сделал пару выпадов, поприседал, пробежался, лавируя между транспортниками. Наверное, на камерах наблюдения мои телодвижения выглядели странно. Кто-то мог подумать, что оператор Ориджа немного не в себе. Хотя отчасти так оно и было! Я нашел древний шлем в каком-то разломе, и он заработал!

Когда я немного привык к новому девайсу и понял, что с управлением проблем нет и не предвидится, то направился в бар.

Я только шагнул за порог и тут же невольно отпрянул назад. В глаза ударил яркий свет. Лучи, кружащиеся по комнате, были разных цветов и оттенков. Отступил еще на пару шагов. Что за психоделика? В этой теме я никогда не был, но кино-то смотрел. «Страх и ненависть в Лас-Вегасе», не иначе.

Непроизвольно мотнул головой, чтобы вернуть обычное видение. Только ни черта не вышло! Помещение продолжало переливаться всеми цветами радуги.

Немного привыкнув к такой атаке на мозг, я попытался найти в беспорядочном движении световых хвостов хоть какую-то закономерность. И, кажется, я сообразил, что к чему.

Разноцветное свечение исходило от дроидов, которые находились в баре. Оно тянулось ярким хвостом позади каждого, а потом постепенно таяло и исчезало. И если за клонами «хвост» исчезал практически сразу, то за Ориджами шлейф тянулся несколько метров. Два бойца скрылись за дверью с табличкой VIP, а их призрачный след все еще витал в общем зале.

То есть я вижу энергетический след объекта? Ведьмачье чутье, не иначе! Неплохо, только тяжеловато для восприятия. Голова закружилась, и я часто заморгал в тщетных попытках убавить яркость этого суперкомпьютера.

Я обнаружил новые значки в системе — что-то типа переключателя и ползунка. Жамкнул вниз, и картинка дернулась.

Уже не все дроиды, а только ближайший ко мне окутался шлейфом, вот только он не тянулся за ним, а шел на несколько сантиметров впереди. Охренеть! Оно предугадывает движения или на базе искусственного интеллекта анализирует движения и рендерит новые кадры.

Огонь! Только расход энергии сразу повысился. Вечно так не набегаешься, но мне вечно и не надо. Еще интересно, как это будет работать на монстрах, пропитанных энергией Мерзлоты, потому что на обычных человеках все эти опции не работают.

Я еще пару минут поглазел по сторонам, играясь с настройками. И выставил все на минимум.

Лэйн все же оставил себе преимущества древних технологий. Ни один из новых шлемов, которые производил «Майтен», не обладал такой функцией. Что же, будет у меня от него еще один секрет.

— Эй, Алекс! — услышал я голос Хоук. Я обернулся и увидел ее Ориджа, окутанного темно-синим густым коконом. — Все-таки не выдержал и пришел?

— Привет! — сказал я. Подошел к столику, за которым она сидела, и опустился рядом на свободный стул. — На минутку забежал, проверить кое-что.

— Ты БВР уже видел свой? Аж по триста поинтов прилетело! — К нам подкатил Уайт, и мне снова пришлось зажмуриться.

Аура Зяблика воплощала адскую смесь салатового, розового и неонового цветов, которые перемешивались между собой и мигали яркими рваными вспышками. Получается, он еще фонит после потери контроля. Тяжело смотреть, но это хороший знак, значит, с монстрами тоже будет работать. Интересно, а с маскировкой как? Но это я позже проверю.

— Сядь, пожалуйста, сюда, — почти взмолился я и показал ему на стул справа от меня. Будет, конечно, светить, но хоть в не в лоб.

Зяблик непонимающе уставился на моего Ориджа, но почему-то выполнил мою просьбу и сел сбоку.

— Ну что? Избавился от остатков яда? — спросил я и прикрыл глаза рукой.

— Ты что плохо видишь? — озабоченно спросила Хоук.

— Наоборот, слишком хорошо, — отозвался я и снова зажмурился в кресле.

Пока Уайт воодушевленно рассказывал, как он удалял со своего Ориджа слизь, каракатицы, я проморгался и адаптировался. Снова начал крутить настройки, теперь увеличивая мощность, по мере того как глаза понемногу привыкали.

Зяблик заметно «побледнел», так что я спокойно мог на него смотреть, и вообще все помещение бара стало привычным. Через некоторое время я научился приглушать разноцветные шлейфы, мерцающие вокруг Ориджей. Но в любой момент мог их проявить снова, лишь сфокусировав зрение.

— Какой у вас план? — спросил я, откидываясь на спинку стула.

— А ты как думаешь? — хитрым голосом проговорила Хоук.

— Кажется, я думаю о том же, о чем и ты, — подытожил я. — Что-нибудь скучное и безопасное, чтобы просто погулять, а кредиты сами на счет упали. То есть возьмем заказ «Энигмы»?

Хоук кивнула, а Зяблик хлопнул в ладоши. При этом он немного не рассчитал силу, и публика в баре повернулась в нашу сторону.

— Другие Ястребы к нам тоже присоединятся. Догонят по пути, — добавила Хоук. — Думаю, в этом местечке дополнительные силы не помешают. Правда, они клоны. Но если что, то встретят и помогут отбиться от погони.

Я не стал с ней спорить. Мы договорились, что поделим сумму заказа один к трем. Как они будут распределять свою долю, уже не моя забота.

Мы подошли к Марте, лучезарно улыбающейся старенькому кастому. Черный корсет сменился красным, еще более откровенным. На шее дроида красовался чокер с искусственным камнем, блестевшим так, что мне снова захотелось зажмуриться.

Я с трудом оторвал от нее взгляд, напомнив себе про существующего где-то лысого толстого оператора, и взял тач-панель с перечнем заказов. Недолго думая, открыл заказ «Энигмы» и ввел туда свои данные. Автоматически подгрузилась лицензия с моими первыми очками Боевого Рейтинга Вавилона. М-да, это пока еще даже не младшая лига, но и Мерзлота не сразу заселялась.

Отдал тач-панель Хоук, и, когда она все заполнила, получил подтверждение и детали заказа на личную почту.

Я подписал отказ от претензий в случае травмы или смерти Ориджа либо оператора и отошел от Марты.

— Давайте завтра утром выдвигаться. Сбор, как обычно, в шесть, — предложила Хоук, когда я вернулся к их столику. — Ребята встретят нас уже у воронки.

— Договорились, — кивнул я. — Кстати, а вы кристоки продали уже?

— Да, прямо бармену сдай, здесь хорошие цены, — махнула рукой Хоук и пошла обратно за столик.

Вы покидаете центр управления «Буревестника».

До рассинхронизации 5, 4, 3…

Не отключайтесь, айл би бэк после рекламной паузы…

Я вышел из синхронизации и заварил себе горячий вариант супер-фуда, не глядя, картошка это или тыква. Есть вкусы, с которыми я до сих пор не разобрался. Почему-то вспомнил о вафлях, которые Боб так аппетитно жевал за завтраком. Надо бы подняться за ними к Данди.

Быстро заглотив порошковое пюре, сел за стол и выписал на бумажке все, что сейчас было в арсенале у Ориджа и на что нужно потратить скайкрафт. Или вообще оставить его в виде заначки, чтобы кредит выплатить? Нет, такая корова нужна самому. Чем сильнее я стану, тем больше смогу его добыть.

Мне осталось собрать еще одну мастер-схему, найденную в аномалии. Хорошо бы еще сделать запас пирамидок. Подзарядить бур и пополнить заряды паралитического яда для клинка, а значит, найти соответствующего монстра. Это я Искорке поручу, чтобы завтра же искать начала.

Я еще немного посидел перед тач-панелью, изучая последние данные на форумах про «Энигму». Судя по тому, что описывали те, кто вернулся из воронки, было очень похоже на действие какой-то аномалии. Наподобие телепорта. Но, кажется, что-то посильнее, а может, видоизмененное. Это нам предстояло проверить на месте. Стрельнуть, что ли, у Руперта его шапочку из фольги? Нее, у меня своя теперь получше!

На следующий день в шесть утра мы с Ястребами встретились на парковке. Сверили маршрут и договорились, что можем позволить себе небольшое отклонение от курса, если увидим что-то интересное и заслуживающее внимания.

Я покопался в логах, нашел данные по бою с монстром, который пытался помешать мне найти Искорку, и дал задание дрону искать не только монолиты со скайкрафтом, но и таких монстров. Или подобных ему по составу.

Первые несколько часов мы продвигались достаточно бодро. Погода была хорошая, из-за редких туч даже проглядывало солнце, бросая холодные лучи на бело-серый лед. Дорога была хоть и проезжей, но неровной. Мне то и дело приходилось объезжать большие колдобины и бугры, которые не доставляли никаких проблем транспортнику Ястребов.

— Эй, Алекс? Не надоело по буграм скакать? — весело поинтересовалась Хоук по каналу внутренней связи. — А то запрыгивай к нам. Байк поедет в багажнике.

— Справляюсь пока, — ответил я, объезжая очередную кочку.

Скакал я не просто так, а всячески испытывал новые возможности шлема. Искал и находил следы, словно я лесной охотник, — здесь веточка сломана, там травинка примята. Только в переводе на отголоски энергии. Я выследил семейство перекати-поле. Засек следы кого-то большого, но скрывшегося в пещере при нашем приближении. Даже в воздухе кто-то промелькнул, хотя небо было абсолютно чистым и прозрачным.

Потом я просто увидел потоки энергии, которая пронизывала Мерзлоту повсюду. Просто где-то едва-едва, даже не различимо, а где-то прямо завихрения образовались.

Такие места я стал отмечать на карте, решив, что потом можно будет либо продать координаты под аккумуляторную станцию, либо заряжаться самому. Когда мы пересекли границу между секторами, подобных мест стало значительно больше. Насчет ландшафта здесь было все стандартно — ледяные поля и невысокие горы, но вот энергии содержалось на порядок больше.

Не останавливаясь, мы проехали мимо нескольких производств и довольно крупного города. А через несколько часов погода начала портиться. Небо затянули плотные свинцовые тучи, ветер усилился, а сверху повалил мелкий град, дробно отскакивающий от брони Ориджа.

Видимость стала хуже, и мы сбавили скорость.

— Вот же черт! — выругалась Хоук. — Ни один прогноз не может угадать эти спонтанные циклоны. Все же видели, что сегодня не одной тучки на горизонте?

В каких-то вещах этот мир не так уж сильно отличался от моего прежнего. Правда, здесь чудила Мерзлота, а там — неточные приборы.

Налетевший циклон все же позволил нам продолжить путь. Мы обогнули большую горную гряду и въехали в холмистую часть сектора, земля которого была сплошь покрыта невысокими кристаллами словно трава изморозью.

— Как бы шины не проткнуть этой мерзлой прелестью, — с отвращением проговорила Хоук. — Уайт, сбавь скорость.

Транспортник замедлился. Я тоже. Под колесами «вдоводела» слышался хруст ломающихся льдинок.

«Але! То есть внимание! Я, кажется, нашла то, что ты искал, — проговорила Искорка, подлетая к моему правому уху. —В тридцати километрах есть органическая форма жизни, схожая по заданным параметрам. Интересует?»

— Не кричи ты так, я не глухой.

— Алекс, ты там с кем общаешься? — поинтересовалась в свою очередь Хоук.

— Да так. С собственным дроном.

— А-а-а-а. Бывает. В Мерзлоте и не такое случается.

— Ребята, давайте свернем? — предложил я. — Есть шанс неплохо поживиться.

Мы свернули в том направлении, которое указал Искорка.

Вскоре земляные кристаллы превратились в ледяные кусты, а затем и в высокие «деревья», чьи обледеневшие ветви переплетались между собой, образуя причудливые арки, а кое-где непроходимый бурелом.

— Мы дальше не проедем, — констатировал Зяблик и остановил транспортник. — Предлагаю замаскировать машины здесь.

Он спрыгнул с подножки джипа. В моем визоре розово-салатовая аура Уайта, хоть и максимально приглушенная, резко контрастировала с белоснежным пейзажем вокруг.

Искорка сигнализировала о нужной нам точке буквально в паре километров. Поэтому мы не стали устанавливать полноценную маскировку, а ограничились двумя Крабиками, которые получили задание охранять периметр участка с джипом Ястребов и с моим байком.

— Мы ненадолго, — сказал я, обращаясь к дронам.

В воздухе повисла многозначительная тишина.

«Наверное, надо завязывать с тем, чтобы разговаривать с механизмами. Но у меня навык механика активирован, так что мне положено», — решил я про себя.

— Давайте за мной, — произнес я, глядя на напарников, и двинулся вперед, аккуратно ломая кристаллические ветки.

— Что-то конкретное ищем? — поинтересовалась Хоук.

— Сканер показал монстра одного интересного, — уклончиво ответил я и скинул данные. — Ингредиенты ценные должны быть.

— Фига себе, это же альфа? — воскликнул Зяблик.

— Ставлю тысячу, что первая его прикончу, — хмыкнула Хоук и помчалась вперед, обогнав меня.

— Берегитесь яда! Жжется так, что опустить руку в кипяток покажется вам безобидным приключением, — крикнул я и активировал скаутган.

Метров через пятьсот, выйдя на очередную «поляну», я разглядел то место, на которое указывала Искорка. Занесенные снегом развалины. Или, скорее, развалины развалин, покрытые ледяной коркой. Узнать в этих невысоких глыбах основание аванпоста древних можно было только с подсказкой дрона и то, лишь в том случае, если встречал такое раньше.

Ступеней не было, арка оказалась расколота и сейчас больше походила на две прислоненных друг к другу ледяные глыбы. Еще и свистят от порывов ветра, который, огибая их, залетает внутрь.

— Опачки! — воскликнул Зяблик и пошел на обгон. — Скайкрафт детектед! А вот монстров я не вижу. Вот не зря я сегодня утром трижды помолился, чтобы халява пришла!

— Стой! Альфа там, только, кажется, мертвая, — предупредил я. Подкрутил настройки, делая максимально контрастным едва заметный энергетический след за стеной. Он замерцал, а потом раздвоился, словно из-за первой тени вышел кто-то еще. — И, кажется, не только альфа, но и то, что ее убило.

Глава 23

Надо отдать должное Ястребам, среагировали они моментально. Выхватили оружие, рассредотачиваясь по обеим сторонам от меня и беря развалины в полукруг.

— Или не что, а кто ее убил, — сказал Зяблик. — Кажется, вижу его.

Я тоже уже увидел. В проеме между глыбами просматривалась распотрошенная змееподобная туша монстра с отрезанной головой. А аккурат за ней стоял Оридж.

Странный тип в позе не то Иисуса, не то Хищника — спина прямая, руки раскинуты в стороны. В одной руке скакрафтовый тесак, а в другой — голова монстра, с которой капала ядовито-зеленая кровь. На нас он не обращал внимания, визоры его были приглушены, словно он еще не отошел от энергетического прихода.

— Это «Варлок», что ли? — спросил Зяблик.

— Нет, облегченный «Защитник», подкласс «Паладин», — ответила Хоук. — Они не такие уж редкие, но геморроя от них много. Энергии жрут, как не в себя, но вжарить могут так, что мало не покажется. Они как проводники энергии работают.

— Получается они постоянно на зарядке, — уточнил я, когда вспомнил, что читал про этот класс. — Поэтому клона так и не смогли сделать.

Оридж выглядел опасным. Белоснежную броню кто-то исписал черными рунами на какие-то религиозные мотивы, но точно не те, что были распространены в мое время. По броне стекала кровь монстра. Подбородок «Паладина» вызывал нехорошие подозрения, словно он монстра не прирезал, а загрыз. Ядовитые следы пузырились на броне, как масло на раскаленной сковородке. Какая-то пара секунд — и броня полностью очистилась, засияв на солнце.

— Здравствуйте, братья, — наконец, закончив свою «медитацию», сказал «Паладин». — Я, кажется, забрал вашу добычу? Ледяные пути Мерзлоты сами привели меня сюда.

— Обалдеть! — воскликнула Хоук. — Ты же из ледяных адептов?

— Нет, сестра, — покачал головой Оридж, и в его голосе почувствовалось едва заметное раздражение. — Ледяные искажают собственное тело имплантами из скайкрафта, мы же — Дети Асфара, мы идем по пути духа.

— То есть скайкрафт вам не нужен? — заискивающе спросил Зяблик, явно намекая на залежи в глубине развалин.

— Не так, как остальным, — усмехнулся Оридж, — но этот я заберу. Предлагаю разделить трофеи из этого исчадия холода, дабы закрепить наше знакомство. А также приглашаю к нам в общину, это здесь совсем рядом.

— Лихо ты его, — увижительно произнес я и подошел к туше. Пока она не остыла, вонзил клинок между двух чешуйчатых пластин, восполняя заряд яда.

— Я был не один, — ответил странный дроид и посмотрел на небо. — Асфар вместе с возмерзшими братьями всегда со мной на этом пути.

Я кивнул. Ничего не понятно, но очень интересно. А потом тихонько спросил у Хоук:

— Сектанты, что ли?

— Круто, правда? — восторженно отозвалась девушка. — Я про них документалку смотрела. У них восприятие энергии какое-то повышенное на уровне наркотика. Верят, что человек может раствориться в Мерзлоте, став частью общей энергии. Давайте заедем к ним, а?

«Паладин» тем временем раскопал гнездо монстра и забрал содержимое.

— Я вижу, что вы не полны энергией, — обратился он ко мне, будто чувствуя, что у меня бур только-только начал запитываться от окружающих потоков. — У нас в общине своя зарядная ферма, где всегда рады гостям.

Мы согласились. Я — чтобы зарядиться, Хоук ради впечатлений, а Зяблик за компанию. Хотя признаюсь, посмотреть, как живет настоящая секта Мерзлоты, мне тоже было интересно. Главное, чтобы вербовать не начали.

«Паладин» скинул нам координаты. Он собирался выполнить какой-то свой особый ритуал благодарности холоду, который требовал уединения. А мы вернулись к машинам и поехали к ферме по объездному маршруту, который проложила Искорка, чтобы не углубляться дальше в ледяной лес.

— Никогда не думала, что увижу этих ребят своими глазами, — сказала Хоук по внутренней частоте. — Пиарятся они через все соцсети. Пытаются привлечь к себе в ряды.

— Чем хоть они занимаются? — поинтересовался я. Вот с чем, с чем, а с соцсетями у меня всегда было не очень. Никогда особо не увлекался — изредка читал и почти ничего не выкладывал. Хотя в этом мире контента завались. Одни пейзажи и дроиды чего стоят.

— Если вкратце, то поклоняются Мерзлоте. Готовятся к возмерзанию и единению с энергией. Построили среди своих энергоустановок Ледяной храм Прозрения вокруг какого-то древнего артефакта и радуются — пилят видео с молитвами и проповедями. На мой взгляд, они абсолютно чокнутые, но милые, — выдала краткую справку Хоук.

— Древний артефакт, — задумчиво проговорил я, — это уже интересно.

Все остальное, конечно, звучало дико. В духе «тряпки жгут, смеются». Секта на отшибе Мерзлоты? Что они там делают? Хороводы водят и мантры поют? Или мотивирующие речи с трибуны зачитывают? Для этого не обязательно так далеко забираться. Хотя, может, и правда идейные.

Мы обогнули каменистый холм, после которого дорога пошла немного вверх, и вскоре оказались на вершине другого холма, с которого открывался вид на долину в низине.

Отсюда хорошо просматривались верхушки накопителей, собиравших энергию. Что-то подобное я уже видел на подъезде к «Гринвею», но масштабы были несравнимы. Вся поляна, пропитанная завихрениями энергии, оказалась просто утыкана установками.

— Вау! Есть от чего подзарядиться! — воскликнула Хоук и направила транспортник вниз.

— И с кем «Харе Кришну» спеть, — ехидно добавил я.

— Не занудствуй. Когда ты еще увидишь таких милых фриков?

Вот во фриках тут как раз недостатка не было. Скорее, адекватных стоило по пальцам пересчитывать. Эту реплику я уже оставил при себе, чтобы не занудствовать.

Мы проехали еще десять километров, пока не оказались в низине. Хорошо расчищенная дорога проходила между двумя рядами трансформаторов и вела непосредственно к поселению — нескольким большим ангарам, объединенными переходами и подсобными помещениями.

Ни охранной вышки, ни даже ограждения. Очень интересно. Может, их охраняет артефакт? Или они настолько верят в богов Мерзлоты, что на безопасности решили сэкономить? С другой стороны, что бы он там ни говорил, но наш новый знакомый в одиночку легко разделался с альфой.

Через пять минут мы оказались у ангара на первой линии. Рядом с ним на высоких стойках была закреплена табличка:«Пройди ледяной путь и обрети свободу сердца» . Надпись была сделана на латыни, о чем мне любезно сообщила Искорка вместе с переводом.

Ангар представлял из себя низкое строение, украшенное орнаментами, которые по стилю напоминали наскальные рисунки древних. Правда, адаптированные под современную тематику.

Так, на одной из стен я разглядел нацарапанных дроидов — вполне себе узнаваемых. Фигуры стояли в ряд, а перед ними был изображен человек в длинных одеяниях с сосулькой в руках. Может, это какой-то священный предмет? Хотя по форме — обычная сосулька.

— Сколько же они все это ковыряли? Рисунок такой точный и подробный! — восхитилась Хоук.

— Да у них времени тут завались, ковыряй не хочу, — ответил Уайт и сделал крупную фотку орнамента.

Мы обошли ангар по кругу.«Мерзлота вечна, как и твой дух» — гласила надпись на другой стене.

Под крышей фанатики приколотили рог какого-то большого монстра.

Никаких признаков жизни в поселении не наблюдалось. Неужели даже элементарной системы наблюдения нет?

Следующий модуль по оформлению был схож с предыдущим. Только дроиды на рисунке стояли на коленях в кругу и возносили руки наверх. А над головой у них висел многогранный кристалл.«Познай сердце свое и зайдешь в Ледяной храм» . Что из этого было сердцем, а что храмом, мы так и не поняли. И вообще, не факт, что надписи каким-то образом соотносились с картинками.

«Врата Мерзлоты открыты страстному сердцу» ,«Не бойся льда, бойся страстей внутри себя» ,«Первозданная стужа охладит пыл твой» ,«Мерзлота вечна, Айсфара вечен, ты вечен» — читали мы на стенах бункеров.

— Бессмыслица какая-то, — с досадой проговорила Хоук. В этом я был с ней согласен. Набор фраз, не несущих в себе никакого смысла. Подставь вместо Мерзлоты любого другого бога и вуаля — молись кому хочешь.

— А кто такой этот Айсфара? — озадаченно спросил Зяблик, разглядывая чье-то копыто, прибитое под крышей следующего ангара.

— Это их идол, — со знанием дела сказала Хоук. — Они ему поклоняются.

— Монстров, что ли, в жертвы приносят?

— Об этом я ничего не слышала. Только духовные практики и закаливание. По крайней мере, в рекламном ролике все выглядело очень миролюбиво.

— А судя по этим запчастям, не очень. — не унимался Уайт.

Мы увидели, как из большого круглого модуля, который находился на импровизированной площади, вышел еще один «Паладин». Помахал нам рукой и направился в нашу сторону. Его аура светилась багрово-красным. Дроид был без оружия.

— Прошу прощения, что вас никто не встретил, — обратился он к нам и приветливо помахал рукой. — Да станет Мерзлота вашим домом, — торжественно провозгласил он и, как мне показалось, слегка поклонился.

Мы поздоровались и вкратце объяснили Ориджу цель нашего посещения, что его несказанно обрадовало.

— Мерзлота никогда не приводит к нам случайных гостей. Прошу вас, проходите, — сказал он и пригласил нас следовать за ним в большой ангар.

Все происходящее напоминало какой-то сюр. Таблички и стены с бредовыми надписями, рисунки, странное приветствие.

Оридж Свидетелей ввел код на электронном замке рядом с дверью в шлюз и пропустил нас внутрь.

Внутри ангара уже была более или менее привычная обстановка. Странный декор в виде изображений и надписей присутствовал, но в сухом остатке — это был обычный гараж с боксами и со шлюзом, соединенным с жилым модулем.

На парковке стояло три старых транспортника и два жилых фургона, припаркованных у самой дальней стены. На всех машинах были наклейки с надписью«Свидетели Айсфара» . Боксы для дроидов украшали какие-то медные колокольчики, синие ленты и кости монстров.

— Выбирайте, парни, где заночуете, — с усмешкой предложила Хоук по внутреннему каналу.

— Упаси Мерзлота, сестра… Тьфу ты… — я помотал головой. — Ни за какие коврижки просветления я здесь Ориджа не оставлю. Ты уверена, что нас сейчас не попробуют в жертву принести каким-нибудь богам?

— Уверена, — серьезно ответила девушка. — Они официально зарегистрированы, а кроме того наши уже знают, что мы в гости зашли.

Мы миновали хорошо освещенному коридору. По правую руку располагались закрытые жилые комнаты. Затем мы спустились по лестнице и оказались в просторном помещении.

У дальней стены я увидел небольшую возвышенность, покрытую то ли тряпками, то ли коврами. Над ней крупную надпись —«Ледяной дух в тебе. Пришло время с ним встретиться» . По обеим сторонам этого кургана возвышались большие темно-синие кристаллы. А под надписью болтался чей-то череп, по форме напоминающий череп стригуна.

Мы вошли внутрь. Пол помещения устилали шкуры и ковры. Вдоль стен стояли лавки, на которых сидели люди вперемежку с клонами и кастомами. А еще здесь были самые настоящие дети, которые просто резвились на полу — звенели колокольчиками, рисовали и собирали какие-то конструкции из кристаллов.

— Здесь что, дети? — удивился я, насчитав несколько кудрявых пацанов лет двенадцати и парочку совсем мелких девчушек.

— А что тебя удивляет? Это же община! Люди живут в тепле, достатке и без развлечений. Вот от скуки и строгают, — хохотнул Уайт.

— О, этот чувак у них главный, — сказала Хоук. — Я его в роликах видела. А может, не конкретно его — у них несколько филиалов, а все лидеры родные братья.

В ложе в противоположном конце зала сидел рослый бородатый мужчина, одетый в белый балахон свободного покроя. На голове бандана серебряного цвета, украшенная вышивкой, изображащей дроида с сосулькой. В руке мужчина держал небольшой кристалл и чашу. Камень явно с сакральным смыслом, а чаша просто для питья.

— Да станет Мерзлота вашим домом! — церемонно произнес бородатый и поднялся. Голос его разнесся по всему помещению, как будто в стену были встроены динамики. — Меня зовут брат Эрик. Прошу вас, будьте гостями нашей обители.

Мы молча уставились на явно просветленного Эрика, не зная, что ответить на его приветствие.

— Свидетели Айсфара рады путникам, проходящим свой путь к познанию Мерзлоты, — нисколько не смутившись из-за нашего молчания, продолжил главный.

— Да нам бы это… пауэрбанк и девайсы зарядить, — выпалил Зяблик, который предпочел избежать разговоров о высоких материях и сразу перешел к делу.

— Конечно, братья, врата Мерзлоты открыты для всех ищущих, — по-отечески улыбнулся Эрик и развел руки в жесте объятий. — Останьтесь на вечер, у нас сегодня праздник. Подготовка просветленных адептов к возмерзанию. Это очень ценное зрелище. Возможно, и вас заинтересует наш путь?

— О, нас, кажется, собираются вербовать, — прошептал я по внутреннему каналу.

— Я должна на это посмотреть, — восторженно пискнула Хоук. — Давайте останемся! А завтра нагоним, а?

Все присутствующие повернули головы в нашу сторону, будто каким-то образом услышали наш разговор. Даже дети отвлеклись от своих игр и с любопытством уставились на наших Ориджей. А рыжий парнишка лет десяти вскочил с места и подбежал к Зяблику, чтобы прилепить на него стикер в виде снежинки.

— Спасибо за приглашение, брат Эрик, — ответила Хоук, получив от нас с Зябликом подтверждение.

— Да, и как насчет зарядиться? — добавил Зяблик.

— Мы с радостью предоставим вам такую возможность. Мерзлота щедра к нам. И мы рады делиться ее дарами, — торжественно проговорил Эрик и сделал какой-то жест над кристаллом.

Я почувствовал мощную волну энергии, которая прошла по всему телу моего Ориджа, а может, и по моему тоже. Откинулся в кресле, ощутив приятное расслабление. Зевнул и на секунду прикрыл глаза. Это было приятное чувство: смесь небывалой бодрости с невесомостью.

— Ледяной брат покажет вам, где вы сможете восполнить запасы потраченной энергии. — продолжил Эрик, указывая на еще одного «Паладина». Тот как раз оказался у нас за спиной. — А потом, прошу, присоединяйтесь к нашему празднику, чтобы восславить Великого Айсфару.

Мы втроем машинально поклонились и проследовали за «ледяным братом».

— Черт! Вы тоже это сделали? — выругалась Хоук, как только мы покинули общий зал. — И почувствовали эту расслабляющую хрень?

— Вот так и становятся адептами Великого Айсфары, — хихикнул Зяблик. — Но на возмерзание я бы посмотрел! Или хотя бы на подготовку к нему.

Мы вернулись к гаражу, а потом направились в мастерскую по соседству. Попали в довольно большую комнату, заполненную стальными ящиками, похожими на трансформаторные будки. Их соединяли разноцветные провода, которые были подведены к длинному секционному столу.

Обнаружив какие-то панели с беспроводной зарядкой, Зяблик сразу же вывалил на ближайшую весь свой запас пауэрбанков. Как мне кажется, даже те, что были еще полными.

Я положил рюкзак целиком, не выкладывая из него ничего. У меня там хранился и бур, и пауэрбанки, и те аккумуляторы, которые я нашел в разломе. Еще я отправил на стол обоих Крабиков для надежности. Прежде чем закрыть, посмотрел на шкалу зарядки бура. Поперла вверх, как на стероидах, но все равно часа два-три будет заряжаться, не меньше.

Когда мы вернулись в общий зал, Эрика там уже не было. Многие люди с лавок пересели на пол. Лица у всех светились каким-то заразительным умиротворением и радостью. У меня сложилось ощущение, будто я попал в круг близких друзей, которые рады мне просто потому, что я есть.

Стайка детей тут же окружила Зяблика. Видимо, их привлекала его яркая расцветка. А может быть аура. Я уже перестал чему-либо удивляться. Хоук подсела к группе женщин, одетых в легкие цветные платья, а я опустился на лавку между кастомом, сплошь увешанным ожерельями из кристаллов, и мужчиной лет сорока с темными волосами по плечи, на просторной рубахе которого был вышит знакомый мне дроид с кристаллом.

— Это тот, кому вы поклоняетесь? — спросил я у мужчины и указал на его рубаху.

— О да! — восторженно ответил он и тепло мне улыбнулся. — Это великий Айсфара, который проявил людям мир Мерзлоты. Он дал нам энергию, он открыл нам путь. Пока мы используем дроидов. Но когда дух наш будет достаточно крепок, мы сможем жить в Мерзлоте и в человеческом обличье. Вечные льды добры к нам.

— А чтобы они были еще добрее, вы скармливаете им монстров? — задал я давно мучивший меня вопрос и кивнул в сторону черепа над возвышенностью.

— О нет, что ты! — изумленно ответил мой собеседник. — Это остатки тех, кого мы нашли на заиндевевших дорогах. Мы храним их как великую милость Мерзлоты. Каждый день она напоминает нам о ценности жизни.

— Я Архи, — сказал мужчина с другой стороны и деликатно дотронулся до моего локтя, — первая ступень посвящения.

— Что это значит?

— Что мне уже дозволено славить Великого Айсфару, — загадочно проговорил он и замолчал.

— М-м-м, круто, — кивнул я. — А сколько всего ступеней?

— Три, — мужчина закатил глаза, словно себя уже ставил куда-то повыше.

— А Эрик какой?

— Он вне ступеней! Так же, как и «Паладины». Ледяные братья служат Айсфаре и помогают нам следовать пути. Несчастные. Им скорее всего никогда не светит возмерзание.

Видок у мужика был такой, что следующим вопросом мог быть только, что они тут курят. Но задать я его не успел, потому что раздался звук, похожий на гонг. Только в десять раз мощнее.

Почему-то вспомнил, как однажды девушка, с которой я встречался, затащила меня на медитацию под соусом «укрепления отношений». Нужно было сидеть целый час в душном маленьком помещении и впитывать в себя вибрации гонга. Но чего только не сделаешь ради… ну, допустим, любви.

Все, кто был в комнате, поднялись со своих мест. Вдруг в стене, до этого казавшейся сплошной, открылась дверь, и я увидел, как в темноте соседнего помещения что-то светится.

Тоже поднялся и пошел «на свет» вместе со всеми.

— Они все такие классные! — восхищенно выдохнула Хоук, присоединившись ко мне. — Радуются каждому дню и славят Мерзлоту и, кстати, останки монстров — это…

— Да-да, уже знаю, дары Мерзлоты, — перебил ее я.

— Дети подарили мне кристалл силы! — включился в наш разговор Зяблик и продемонстрировал рисунок на своем предплечье.

Как только все зашли в темное помещение, дверь закрылась, и перед нами предстал Великий Айсфара во всем своем великолепии.

Скайкрафтовая статуя почти подпирала потолок. Метра четыре в высоту, не меньше. Лицо завешивала плотная ткань, ноги были расставлены на ширине плеч, а в руках бог Мерзлоты держал потрясающей красоты скайкрафтовый кристалл.

Я почувствовал энергию, исходящую от камня. Теплые волны как будто вошли в мое тело и пропитали его насквозь. Голова стала легкой и пустой. Мысли ушли. Дыхание замедлилось. Мне захотелось закрыть глаза и просто плыть по волнам этой энергии, предоставив ей возможность нести меня куда-то далеко, в вечность, в самое сердце Мерзлоты.

Откуда-то издалека послышался нарастающий звук гонга, который как будто усиливал энергию кристалла. Вскоре к этому звуку добавился мерный голос, начитывающий какой-то текст. Или поющий песню? Слов я не понимал, но я точно знал, о чем он поет.

Об изначальной пустоте, которая породила все сущее, о ледяном сердце планеты, вмещающем в себя бесконечное количество любви, о зародившейся здесь жизни…

Звуки гонга стали еще громче и ритмичнее. Вокруг статуи появилось едва заметное, серебристое свечение. В следующий момент я почувствовал невероятный прилив сил. Мне хотелось куда-то идти, что-то делать, бороться. Цвет кристалла сменился на черный. Казалось, он только набирал свою силу.

К низкому мужскому голосу добавился женский, а потом еще один мужской. Все они слились в многоголосье, созвучное с гонгом, и с кристаллом, и с энергией.

Перед глазами поплыло.

Я начал машинально повторять непонятные мне слова, гонг стал громче и настойчивее. На внутреннем экране появилось изображение бескрайних льдов, скал, непроходимых дорог, а где-то в глубине всего этого, на самом дне, под землей, билось сердце.

Кристалл «взорвался» красным.

Я уже не понимал, где нахожусь и что со мной происходит. Какой-то круговорот лиц, тел, дроидов, энергии. Все слилось в едином энергетическом вихре.

И тут я почувствовал чью-то руку на своем предплечье. Я обернулся, стряхивая с себя наваждение. Рядом со мной стояла бледная девушка с благостной улыбкой на лице.

— Пожалуйста, помогите… — тихо проговорила она, продолжая радостно улыбаться, вот только глаза ее были полны слез и неподдельного ужаса.

Глава 24

Я с удивлением посмотрел на девушку. Может, мне послышалось? Ничто в ее облике не говорило о том, что ей требуется помощь. Только на мгновение мелькнувший испуг в глазах. Я постарался разглядеть ее лицо, уже скрытое в полумраке и в синеватой дымке, которая змеилась по комнате от курящихся благовоний.

— Не беспокой наших гостей, Айя, — вдруг произнес «Паладин», подошедший к женщине. Я даже не заметил, как он вынырнул из сумрака зала. — Тем более во время молитвы. Ты знаешь, что всегда можешь обратиться за помощью ко мне или другим братьям, — продолжил он и аккуратно обнял женщину за плечи.

Она ничего не сказала.

— Не обращайте внимания, — обратился Оридж уже ко мне, — наши новые адепты еще не совсем понимают, что к чему. Слушайте молитву и ни о чем не беспокойтесь. Да станет Мерзлота вашим домом, — сказал он с легким поклоном.

Я смотрел на скайкрафтовую руку Ориджа, все еще обнимающую женщину. Либо «Паладины» сильно легче других классов, либо здесь научились прикасаться к людям так, чтобы их не травмировать. Навык пока мне недоступный. Так, стоп, это сейчас не главное!

Постарался сфокусироваться на какой-то одной мысли, и понял, что это чертовски сложно. Мозг вел себя странно: хватался за любую проходящую идею и начинал за ней следовать. Потом бросал на половине пути и переключался на следующую мысль, и так без конца.

В какой-то момент я поймал себя на том, что просто пялюсь на статую Айсфара и разглядываю выгравированные символы на его ступнях, абсолютно забыв и про Ориджа, и про женщину, и про ее просьбу о помощи.

Из ступора меня вывел шлем. Всего лишь пискнул и вывел на экран рекомендацию сделать перерыв и пополнить водный баланс.

Я согласился, что надо бы. На ощупь дотянулся до столика и сделал глоток молекулярки. До хруста в позвонках выгнулся дугой, насколько позволяло кресло, и попытался сосредоточиться на своем дыхании. Сейчас бы на свежий воздух или под холодный душ.

Я посмотрел в ту сторону, куда Оридж отвел подошедшую ко мне женщину. Он продолжал держать ее за плечи и что-то ей втолковывал, наклонившись почти к самым волосам.

Мне показалось, что спина Айи вздрогнула. Она попыталась отстраниться от Ориджа, но он мягко притянул ее обратно к себе.

Что-то тут не так.

Кажется, вся эта благостная хрень не всех здесь устраивает. Но что тогда? Людей здесь держат в заложниках? Для чего? Это же не какой-то секретный бункер. Они во всех соцсетях о себе трубят не стесняясь, чтобы привлечь новых адептов. Да и не выглядит тут все слишком страшно и безысходно. Наоборот. Чем не пристанище для тех, кто действительно поверил в какого-то Айсфара и ищет для себя просветления? Ходи себе и звени колокольчиками целыми днями.

А тут просьба о помощи. Но чем я смогу помочь? Может быть, и правда Айя перепутала меня с одним из ледяных братьев в темноте?

Я продолжал смотреть на девушку, которая уже опустилась на пол вместе со всеми и теперь тихо сидела с закрытыми глазами, беззвучно повторяя текст молитвы.

Потом нашел глазами Зяблика и Хоук, стоявших у стены. Оридж Хоук слегка покачивался в такт гонгу и звучавшим песнопениям.

Брат Эрик вышел в центр помещения и встал у подножия статуи. За спиной у него выстроились два «Паладина». Вместе с тем, что охотился возле аванпоста древних, я насчитал уже пять Ориджей. И все одного класса. Разом целую партию нашли или по всем барахолкам их скупают? Скорее второе — их мало на рынке, но из-за специфики дроидов ценник на них вполне демократичный.

Гонг и молитвы стали стихать, пока окончательно не растворились где-то в стенах комнаты.

— Верховный Свидетель, приветствуем тебя! — произнесли все присутствующие в один голос.

— Да станет Мерзлота вашим домом! — тихо ответил жрец и дотронулся до кристалла на шее, закатив глаза.

— Свидетели Айсфара, — вдруг проговорил «Паладин»-помощник, пока Эрик все еще жмурился. — Наша молитва была услышана. Вы все видели, что Кристалл Жизни поменял свой цвет. Это означает согласие Великого Айсфара. Сегодня пять наших братьев и сестер объединят свою энергию с энергией Мерзлоты — сущего нашего мира.

— Мерзлота вечна, Айсфара вечен, мы вечны, — подхватил зал.

— Вы готовы, братья и сестры? — продолжил жрец хорошо поставленным голосом мотивационного коуча, разогревающего стадион. — Готовы? Тогда приступим к очищению перед возмерзанием!

В помещении стало почти совсем темно. Единственным источником света оставался большой кристалл в руке статуи.

— Что это значит? — спросил я у Хоук, которая завороженно пялилась на все происходящее. — Как они соединяются с этой энергией?

— Аскеза и медитация. Все как обычно. Не думаешь же ты, что они себя в жертву приносят? — ответила девушка.

— Почему-то именно так и думаю. Типа голышом сейчас из шлюза выскочат.

— Ну, конечно, нет! — фыркнула Хоук. — Сейчас подготовка, а потом действительно выйдут в Мерзлоту, но в скафандрах.

— И вернутся?

— Нет, — в голосе девушки послышалось раздражение. — Уйдут в бункер в горах, где посвятят себя только медитации.

— Вот так просто и уйдут, как на прогулку?

— Ну что ты пристал, а? — фыркнула Хоук. — Дойдут только достойные, это естественный отбор.

— То есть люди, возможно, умрут, а ты так просто про это говоришь?

— Это же их выбор, — дроид Хоук пожал плечами.

— А вернутся?

— Это уже без понятия. Все, не мешай мне! — отмахнулась Хоук и восторженно произнесла: — Смотри, как красиво!

Я перевел взгляд на стены в помещении. Символы. Они были повсюду. Проступили на стенах и на потолке.

Чем-то они даже походилил на те, что я видел в своих снах и находил в пещерах, но все же это были не они. Как ни вглядывался я и ни мучил Искорку, так и не смог найти ни одного знакомого. Было что-то общее в начертании отдельных слов, но не более.

Дым от благовоний повалил сильнее, постепенно заполняя собой комнату.

Кристалл статуи снова поменял цвет и на этот раз стал серебристым, а в следующий момент как будто наполнился едва видимой пыльцой изнутри.

Я ощутил, как голова стала тяжелой. Захотелось положить ее на подушку, закрыть глаза и провалиться в сон. Увидел, как Зяблик присел у той стены, на которую облокачивался. Рядом с ним опустился на пол и рыжий мальчуган.

Верховный свидетель пропел что-то на непонятном мне языке, и десятки голосов подхватили его песню. Словно сами стены вторили молитве.

Пять человек — трое мужчин и две женщины — вышли на середину зала и опустились на колени перед Эриком. В одной из женщин я узнал Айю. Заметил, что в отличие от своих братьев и сестер, она не улыбалась, а напряженно смотрела в центр круга, сцепив руки на коленях.

— Ребята, здесь что-то нечисто, — встревоженно сказал я по внутреннему каналу Ястребам.

— Опять начинаешь? — вяло огрызнулась Хоук, которая уже, по-моему, сама была готова упасть в объятия Великого Айсфара.

— Одна из женщин, которые находятся сейчас в круге, просила меня о помощи. Но ей не дали договорить, — объяснил я.

— Ты видишь подвох там, где его нет, — подключился Зяблик. — Ну, посмотри вокруг. Тут же дети, все счастливы, и такая чистая энергия, что у меня по телу аж мурашки бегут.

Так. Похоже, птички спелись, или даже спеклись. На меня тоже это тягучее расслабление действовало, затормаживая мышление, но у меня еще получалось сопротивляться, а у них уже все, критическая часть отвалилась. А может, шлем у меня просто получше.

Я последовал совету Уайта и внимательно всмотрелся в лица людей, которые наблюдали за жрецом и теми сектантами, которым сегодня предстояло совершить «великий переход».

Да, большинство из них сохраняли на лицах счастливое благодушие. Кто-то повторял слова молитвы, кто-то упал на колени, завороженно глядя на кристалл. Кто-то перебирал в руке связку колокольчиков, звон которых вплетался в пение верховного жреца. Но были и другие лица — напряженные, со сжатыми губами и стеклянным взглядом.

Я заметил, как один мужчина переминался с ноги на ноги, словно не находил себе места. В какой-то момент он развернулся спиной и попытался выйти из комнаты, но вездесущий «Паладин» мягко вернул его на место.

Меж тем Эрик очнулся и поднес каждому, кто сидел в кругу, чашу с каким-то напитком. Все четверо благоговейно сделали по большому глотку, а Айя замешкалась.

— Вкушайте! — настойчиво проговорил жрец. — Вкушайте эликсир сущности вечных льдов! Пропитайте себя им, наполнитесь светом, почувствуйте, как ваше тело обновляется. Станьте сильными! Приготовьтесь к тому, чтобы принять в себя энергию! Энергию самой Мерзлоты!

— Мерзлота вечна, Айсфара вечен, мы вечны, — проскандировал зал.

Айя все еще нерешительно держала чашу в руках. Тут за ее спиной появился «Паладин» и положил руки ей на плечи. Женщина еще немного помедлила, но, в конце концов, поднесла чашу к губам и сделала глоток. Эрик забрал чашу у нее из рук, погладил Айю по волосам и отошел на свое место.

— Освободитесь! — воскликнул жрец. — От всего, что держит вас, что мешает чистому пути, что сдерживает дух! Отриньте мирское…

На этих словах «Паладин» достал тач-панель и обошел с ней маленький круг. Останавливался перед каждым участником, ждал, пока они что-то там понажимают, и шел дальше.

Ага, вот и откинули мирское. Что там интересно? Отказ от претензий и перепись недвижимости на Эрика? Под соусом освобождения. Но здесь как раз все понятно. Практика стандартная. Небось еще и кредитов набрали.

— А это вас тоже не смущает? — снова обратился я к Ястребам.

— Их же кормить кто-то должен, пока они будут медитировать, — возразила мне Хоук. — И потом, может, это не имущество, а правила безопасности перед ритуалом?

— Ты сама-то в это веришь?

Хоук мне не ответила.

Я перевел взгляд на стены, на которых все еще светились загадочные символы. Хорошо бы отсюда выбраться, и пока все заняты освобождением людей от их собственности, попытаться разведать, что к чему.

Прислонился к стене и пощупал ее руками. Прямо за мной располагалась небольшая ниша. Сделал пару шагов назад и оказался в каменном углублении. В общий круг вернулся уже мой двойник, который все чаще становился чуть ли не самым важным моим навыком. Надо бы его в следующий раз еще прокачать.

А пока я активировал маскировку и вдоль стеночки бесшумно пробрался к выходу. Проскочил мимо «Паладина», который снова внушал что-то потерянному мужику. Того уже возвращали.

Я вышел в гараж и осмотрелся, подкрутив настройки шлема. Заметил несколько затухающих шлейфов вокруг машин и целую вереницу следов, уходящих в темную нишу в дальнем конце ангара.

Подкрался туда и замер, услышав шаги. Дверная панель отъехала в сторону, и из ангара вышли два дроида, которые несли большой квадратный ящик, плотно закрытый крышкой.

По всей видимости, это еще один атрибут ритуала. Разбираться, что к чему, времени у меня не было. Пропустив их мимо своего укрытия, я быстро юркнул в закрывающуюся дверь. И оказался в пустом коридоре со стеллажами вдоль стен. Судя по этикеткам на коробках, я попал в кладовую с едой.

— Кажется, дальше свет Айсфара уже не проникает, — заметил я. Энергетический след мигнул еще раз на середине комнаты и пропал совсем. Слабенькие дроиды оказались. — Искорка, твой выход. Есть здесь что?

Я дал команду дрону, а сам стал осматривать стены, пытаясь понять, как мне действовать дальше.

Вернуться в общий зал, пока есть такая возможность, и попробовать разведать? Но идеальный момент был именно сейчас, когда все дроиды заняты на ритуале. С другой стороны, торчать в пустой комнате, куда кто-то может зайти, — тоже так себе занятие.

Я пошел вдоль стен, двигаясь строго под сканером дрона, и за одним стеллажом увидел, что стена намного тоньше остальных.

Провел рукой по шершавому камню, осмотрел полки и заметил несколько едва различимых царапин, словно стеллаж двигали. Простучал и продавил все выпуклости, и под средней полкой (под самой неудобной — сверху не видно, а если присесть, то опять не видно, но уже снизу) нашел маленький рычажок.

Ха! А я и без супертехнологий на что-то гожусь еще!

Дернул за рычажок до щелчка и потянул на себя.

Дверь поддалась, и я оказался в новом коридоре. Нашел там лестницу и небольшую лифтовую площадку без стенок. Спустился, оказавшись в подвале чуть ли не под общим залом. Казалось, что потолок и стены вибрируют от звуков хорового пения.

Вдоль стен располагались стеллажи с ящиками, но если наверху на них хранилась в основном еда с водой, то здесь — аккуратные стальные боксы с каким-то оборудованием. Я вскрыл ближайший и увидел странный дефибриллятор. Абсолютно новый, даже пленка на мониторе еще сохранилась.

В противоположном конце помещения виднелось несколько дверей и три бокса для Ориджей. В одном из них нашелся еще один «Паладин». На стене над боксами были прикреплены таблички с именами: брат Эрик, брат Ласло, брат Кун.

— Ясно, у брата Эрика тоже Оридж, — прокомментировал я, осматривая дроида. Какого-то дополнительного знака, который говорил бы о «просветлении», на нем не было, только символы покрупнее. — Искорка, откуда у них столько «Паладинов»? Они здесь закопаны где-то?

«Это не 'Паладин», — неожиданно сказала Искорка. —Я заметила несоответствие в ваших примитивных переводах. Правильный перевод «Палач».

— В смысле?

«Их еще называли

„Выжигатели мозгов“. Специальная боевая серия, разработанная для поражения непосредственно операторов. Впитывая энергию напрямую из Мерзлоты, „Палачи“ способны пропускать ее через себя, концентрировать и направлять, поражая и дроида, и оператора».

— Класс! А раньше почему не сказала?

«А ты не спрашивал, — невозмутимо заявил дрон. Сделал круг, облетая бокс, и вернулся ко мне. —Он сейчас не активен, опасности не представляет».

— Подожди! — задумался я. — Ты сказала, что его создали? Кто создал?

«У меня нет точных данных, но предположу, что это был скаймастер одного из самых высоких рангов», — ответила Искорка.

— Интересно, а наши свидетели Айсфара, сами-то об этом знают? — спросил я и, поняв, что Искорка на этот вопрос не ответит, сразу же переформулировал его: — Слабые места есть?

«Большой расход энергии, легкий вес и связанная с этим хрупкость. Для повышения проводимости энергии для создания „Палачей“ используются определенные примеси в сплаве», — ответил дрон.

Ладно. По ходу разберемся. Свидетели показались мне еще подозрительней, чем прежде, но пока это не преступление.

— Хоук, Уайт, прием! Как у вас обстановка? — спросил я, когда заметил, что система отключила двойника.

— Что значит «у нас»? — недовольно отозвался Зяблик. — А ты где? Я вроде только что тебя видел?

— Осмотреться решил, а то не нравятся мне наши гостеприимные хозяева. Ритуал идет еще?

— Смотри, все самое интересное пропустишь! Сейчас заканчивается подготовка, уже скафандры освящают. И скоро они пойдут на возмерзание.

— А все их будут провожать?

— Нет, здесь экраны выкатили, так будем смотреть. Дуй сюда уже!

— Проверить хочу кое-что. Будьте наготове, если вдруг я вляпаюсь, хорошо?

— Окей, — задумчиво протянул Зяблик. — Пойду Хоук найду.

Я отключился и сосредоточился на окружении. Еще раз просканировал комнату в поисках лишних свидетелей и попытался понять, что находится за дверьми.

Выбрал ту, за которой фонило больше. Приоткрыл, убедился, что путь чист, и юркнул внутрь.

Будто в другой мир попал! Наверху и сзади интерьер был самым обычным: сталь, бетон, немного дерева, а здесь все иначе: яркий свет, белые стены, много стекла. Что-то среднее между суперсовременной больницей и космическим кораблем.

Снова коридор с небольшими (под размер худого и невысокого человека) дверьми. В дверях маленькие овальные окошки, сбоку кодовый замок и табличка. Очередные «брат такой», «брат сякой». Я подкрался к первой двери и заглянул в окошко — там оказалась одноместная «каюта». Узкая кровать, стол и операторское кресло, в котором кто-то сидел в шлеме.

Лица не разглядеть, только борода торчит из-под шлема. В остальном, обычный худой мужчина. В данном случае — не кто иной, как брат Ласло.

Беспокоить его я не стал. Наоборот, сразу скрылся, как только услышал скрип кожаного сиденья. Прошмыгнул все «каюты» насквозь, насчитав восемь штук, и вышел в следующую дверь в конце коридора.

— Спаси меня Айсфара… — только и смог промямлить я, когда увидел, где оказался. Я сам не заметил, как в руке активировался скаутган.

Больше всего эта комната походила на стоматологический кабинет. В его истинном, пыточном варианте. В центре стояло большое эргономичное кресло. В изголовье крепился шлем с кучей датчиков и торчащих в разные стороны проводов. На подлокотниках и внизу, там, где ноги, стальные зажимы, плюс несколько ремней на уровне груди и пояса.

Кресло было пустым, но на протертой светлой коже виднелись бурые засохшие пятна.

Рядом с этим креслом, на мониторе, к которому вели все провода, стояла небольшая тонированная стеклянная капсула. На ее стенках отображалась проекция с непонятными данными. Точно как на мониторе дефибриллятора: разноцветные циферки и графики.

Не знаю, на меня ли эта штука среагировала или у нее цикл какой-то завершился, но экран мигнул. Картинка поплыла, и тонировка стала прозрачной, показав, что было внутри.

Ориджинал… Фоггер… Шлем…

Оторванная голова дроида, с торчащими из рваной шеи проводами. Визор погашен, только испускает ровное краткое сияние, словно в такт биению сердца.

Я подвис, пытаясь осознать, что я вижу и что вообще здесь может происходить.

— Ты еще не готов принять в себя дух великого Айсфары…

За спиной раздался голос «Паладина», которого мы встретили на аванпосте. Он стоял в дверном проеме и уже принял боевую стойку. Словно какой-то «шаолинь», он начал водить руками перед собой, формируя зачатки энергетического потока.

— Ты же понимаешь, что, даже сломай ты моего Ориджа, я все равно всему миру расскажу, что здесь происходит? — спросил я. Была все-таки надежда, что они и правда не знают свои возможности, но ответ «Свидетеля» эту надежду развеял.

— Ты недооцениваешь силу моей веры и, кажется, редко встречался с «Палачами», — с этими словами в визоре дроида зажегся огонь.

— Окей, — протянул я, — а ты, похоже, вообще еще не встречался с «Ассасинами»…

Глава 25

Легкий, говорите? Ага, зато шустрый и капец какой вертлявый!

Я выстрелил на опережение, но «Палач», не прекращая своих пассов, на какой-то запредельной скорости выгнулся, а пуля лишь просвистела над ним и исчезла где-то в треснувшем дверном косяке.

А в следующий момент скакать пришлось уже мне! Оридж сектанта на мгновение замер, достигнув высшей точки накопления энергии и, направив в мою сторону руку, высвободил ее, растопыривая пальцы.

Активировав «Рывок», я бросился в сторону, уже почти на автомате оставив на своем месте двойника, в которого и попал светящийся луч. Плотный и довольно узкий, как след от ракеты. Он выжег все на своем пути: и воздух, и иллюзию, которая, как хрустальная разлетелась на тысячу осколков, а потом и кресло для испытуемых. Вошел в стену, опалив края сектантского агитплаката, и остановился только на глубине сантиметров пятидесяти.

Думаю, мог бы и больше, не хуже, чем какой-нибудь средний бур, но «Палач» прервал поток и, выхватив тесак, начал отбиваться от моих атак.

Схлестнулись.

Я пытался достать его клинком, а он отбивался одной рукой, не пытаясь контратаковать. Больше уворачивался и продолжал делать какие-то движения пальцами левой руки — может, готовил следующий заряд, а может, каким-то образом накапливал энергию. Впрочем, для меня это означало одно и то же.

На секундочку буквально отвлекся, чтобы подкрутить настройки у шлема, и сразу же получил скользящий удар тесаком по ребрам! Скрежетнуло так, что мне показалось, будто зубы раскрошились. Зато следующий удар я не то что отбил, я увидел его заранее!

Включилась опция дорисовки возможных движений противника. Картинка с визора изменилась, и теперь я видел перед собой не только образ врага, но и целую вычислительную систему. Со всех сторон побежали цифры и символы, отдельные части тела раскрасились в зависимости от степени опасности и мигали в тот момент, когда начиналось движение. А дальше подключалась проекция, сообщающая, куда будет нанесен удар, и дающая рекомендации уклонения.

Но испытать систему в действии не удалось. Практически сразу левая рука из оранжевой стала ярко-красной, и система расценила ее как наибольшую угрозу. Обычным зрением я успел заметить, что огоньки в визоре «Палача» мигнули, словно подтвердив, что зарядка завершена.

Это должно было быть чем-то вроде апперкота, направленного мне в подбородок с последующей активацией энергетического луча. Это я и без подсказок системы понял.

Сейчас «Палач» уже не мудрил с жестами, выкручивая руки в красивых «духовных» практиках. Вместо этого он нанес отвлекающий удар тесаком, заставив меня сдвинуться в нужную ему точку. Мимолетное зависание перед активацией — и вторая рука устремилась в меня…

— Легкий? Ага. Шустрый? Ага. Гибкий? — говорил я сам себе, зачем-то комментируя свои действия.

Рванул на опережение, сокращая дистанцию. Подставил под тесак щит, вскрикнув от резкой боли в предплечье, но дотянулся сам. Короткий тычок в локоть с добавлением дозы паралитика, потом перехват руки практически в момент энергетического выстрела и в довершение резкий толчок!

Перед глазами вспыхнул яркий луч, вырубивший мне все датчики и на пару секунд заливший светом всю картинку. Словно я на солнце посмотрел.

С подбородком и кончиком носа произошла какая-то беда — я когда-то в детстве на ледяную горку так лицом упал. Рыдал и боялся, что на пекинеса теперь буду похож.

Черт! А ведь меня только кончиком зацепило, весь основной поток влетел в голову «Палача»…

Я потряс головой, скидывая фантомные боли, и проморгался, разгоняя молочную белизну. Встал в защитную стойку, но как только картинка вновь обрела цвета и краски, стало понятно, что драться больше не с кем.

«Палач» лежал на полу, его коротило: он хаотично скреб ногой и стукался в основание пыточного кресла. От головы осталась только затылочная часть, неровным огрызком выступавшая из шеи. Внутри какая-то каша из спекшихся микросхем, а в воздухе шлейф растекающейся энергии. Часть досталась и мне, добавив еще немного опыта.

Как-то совсем мало, учитывая силу «Палача». Похоже, есть прямая зависимость с остатком заряда. Он дважды пальнул и явно израсходовал почти все, что у него было, поэтому победителю толком ничего досталось.

— Маловато будет, но зато жив, — выдохнул я, прислушиваясь к сигналам системы.

Тишина. Тревога не включилась, никто не бежал сюда с криками о возмездии и моей скорой кончине, Айсфара тоже не явился, чтобы меня покарать.

Я покинул комнату и пошел обратно по длинному коридору. Вернулся к каютам и стал поочередно заглядывать в окна. В двух — все тихо, операторы в шлемах чуть подрагивают, будто куда-то идут, управляя дроидами.

А вот в третьей я разглядел человека, чья голова в шлеме неестественно свисала набок. Надавил на дверь и дернул, стараясь оставить минимум следов, чтобы сломанный замок не привлекал внимания.

Небольшая комната — от силы метров семь-восемь — вмещала в себя операторское кресло, компьютерный стол и кровать. Над столом висело искусно нарисованное изображение статуи Айсфара. А рядом с ним — табличка с очередным слоганом. Какая-то муть про всевидящее сердце. Я даже не стал вчитываться и развернулся к креслу.

Оно, кстати, было дорогим и навороченным. Одна из последних моделей, представленная «Майтеном», кажется, полгода назад. Боб на нее все облизывался, когда считал бюджет тридцать седьмой. Но сектанту навороты не помогли.

Тело оператора сползло по спинке. Одежда мужчины — светлая рубаха и брюки — была в крови, которая натекла из-под шлема. Шлем тоже был новый. На лобной его части красовался выгравированный синий дракон. На правой кисти брата Куна (судя по табличке на двери) я заметил шрам в виде кристалла.

Я взялся за спинку кресла, отвернул его от двери и сдвинул в угол, чтобы у проходящих мимо Свидетелей возникало как можно меньше желания зайти и спросить, как дела у их Ледяного брата. Пусть пока так посидит.

— Искорка, можешь взломать систему? — спросил я и указал дрону на системный блок. Дождался утвердительного писка и покинул комнату.

Вернулся к телу «Палача» и стал думать, куда бы его спрятать. С потолком я ничего не сделаю, но хотя бы дырку в кресле прикрыть можно. За дверью обнаружилась вешалка, на которой висело что-то типа медицинского халата.

Приметив довольно большую дверцу шкафа, я потащил к ней Ориджа. Вскрыл, пнув и подцепив ногой, и в очередной раз выругался, уронив Куна на пол.

— Эх, вот какое оно, это ваше возмерзание, — раздраженно попыхтел я.

Это был не шкаф, а довольно большая морозильная камера.

Я насчитал восемь тел. Мертвые адепты, которые, вероятно, ждали некого «возвышения», уходя в Мерзлоту, в итоге закончили свой путь к свету в обычном холодильнике. Все трупы — и мужчины, и женщины — были лысыми. В отличие от синюшных рук и ног, выглядывающих из-под застывших ледяной коркой балахонов, кожа на голове была красной. Вся в ожогах, пятнах и ранках, словно не только провода лепили, но ими же и поджарили.

— Хоук! Зяблик! Прием! — проговорил я, стараясь успокоить дыхание.

— Ты чего пыхтишь? — отозвался Уайт. — И куда ты вообще делся?

— Я где-то внизу, в личных покоях сектантов. Собирайтесь, надо сваливать отсюда поскорее.

— Совсем обкурился, что ли? Или уже слился с Мерзлотой? — вклинилась Хоук. — Нас же обвинят в проникновении!

— Просто посмотрите на это… — Я заснял холодильник с трупами, а потом и кабинет, особо подсветив кровавые пятна на кресле и голову фоггера.

— Охренеть, — одновременно ответили Ястребы.

— Я думаю, что никакого возмерзания не существует, а все адепты в итоге заканчивают в этом кресле, — продолжил я, водя камерой из стороны в сторону. — Есть версия, что они пытаются пересадить сознание фоггера в человека.

— На фига? — удивился Зяблик.

— «На фига» — это второй вопрос, — сухо откликнулся я. Выключил запись и подхватил труп Куна, пристраивая его в холодильнике. — А первый в том, потянем ли мы здесь смену власти и верований? Вероятно, здесь около десятка «Палачей».

— Кого? — переспросил Зяблик.

— В смысле, «Паладинов». Других классов я здесь не видел.

— Не потянем, — задумчиво ответила Хоук. — Здесь клонов еще десятка три, они к ритуалу подтянулись.

— И они в теме, раз делают вид, что участвуют во всем этом, — подхватил Уайт.

— Тогда третий вопрос: как свалить, но забрать с собой хотя бы тех адептов, которым это нужно? — Тут я подумал об Айе. — Чем там все заняты?

— Пока еще поют, — начала Хоук озвучивать то, что видела. — Переместились в следующий зал, провожают адептов, освещая им скафандры.

— А сами адепты где?

— Увели куда-то, чтобы сосредоточились.

— Суеты среди охраны нет?

— Нет, Эрик в центре, глаза закрыты. Так что пока тихо.

— Окей, наведем суету, — улыбнулся я, увидев, что Искорка уже вошла в систему и копается в настройках безопасности. — Хоук, заводи машину. Зяблик, забери наши вещи с зарядки, а я попробую забрать адептов, которые не готовы. Не светитесь, я дам сигнал, когда начинать.

Ястребы подтвердили, а Хоук даже собралась отправить видео в «Авангард», чтобы заявить о преступлении. На мой взгляд, толку от этого было мало — ближайший блокпост в соседнем секторе. Они все равно не успеют.

Я бросил последний взгляд на комнату. Перевесил плакат, прикрыв дыру в стене и быстро пробежался взглядом по ящикам стола. В основном там хранились инструменты, запчасти и несколько скайкрафтовых болванок — вероятно, для поддержания жизни в голове фоггера.

Можно сказать, у него открылись глаза. Загорелся визор, пиксели собрались в кучку, как свобразный зрачок, и уже какое-то время следили за мной.

— Мистер Айсфара, никуда не уходите, — попросил я, махнул рукой и выключил свет в комнате, — дождитесь компетентных органов.

Вернулся в коридор, забрав Искорку, и, активировав маскировку, вернулся в зал с боксами для Ориджей. Заметил инженерных дроидов, которые тащили очередной ящик на выход. Подождал, пока они уйдут, слушая едва различимые отголоски «молитв» Эрика и толпы, вибрирующие по стене.

— Свидетели Айсфара! Братья и сестра! Гости! Заблудшие и уже просветленные души! Души, стремящиеся к свету, и души, постигшие свет! — доносились до меня приглушенные выкрики. — Сегодня Великий день! День Возмерзания! День, когда человеческий дух объединится с духом Мерзлоты!

— Да-да, видел я вашего духа, — хмыкнул я и проник за вторую дверь.

Знакомая история — длинный коридор и по четыре комнаты с каждой стороны. Разница только в том, что окна укреплены решетками, а на дверях довольно примитивные, но крупные засовы.

В конце коридора дверь, за которой (судя по сканеру) были дроиды. Три клона и что-то совсем слабое-инженерное. Возможно, даже не дроиды, а споты или что-то функциональное типа гусеничных роботов с манипуляторами.

Беспокоить я никого не стал. Все также скрываясь под маскировкой, стал заглядывать в окна. В первой камере пусто. Абсолютно пусто — ни мебели, ни адепта. Во второй уже поживее, но все равно какая-то келья для затворника. Простая кровать, стол со стулом и небольшая статуя Айсфара, перед которой на коленях сидел мужчина и что-то бормотал, ритмично двигаясь.

Ясно, не наш клиент.

Как и двое следующих — те хоть и не молились, а просто лежали на кроватях, но взгляд у них был настолько фанатично потерянный и безумный, что тут годовая терапия нужна, а не те крохи времени, что у меня оставались до окончания церемонии.

Айю я нашел не сразу. Сначала проскочил мимо ее камеры, увидев там только беспорядок. Стул вместе с матрасом валялись на полу, стол был сдвинут, и даже статуя Айсфара грохнута о стену. Судя по отколотым частям, это уже был не скайкрафт.

Вернулся, услышав душераздрающий скрип, как железом по стеклу. Подтянулся на цыпочках, стараясь разглядеть, что происходит рядом дверью. Увидел темные волосы, тонкую ручку с куском статуи в кулаке.

— А девочка-то боец, — умилился я. Аж в груди защемило от ее решительного настроя.

Я сдвинул засов и максимально мягко, но резко, чтобы не успела шум поднять, затолкал ее в камеру. Сразу же вышел из маскировки, держа палец перед губами

— Тихо! — Я оглянулся на сканер, проверяя, что нас никто не услышал. — Я помогу выбраться отсюда, но лучше действовать быстро.

— Тебя Харт прислал? — тряхнув головой, словно пытаясь прогнать галлюцинацию, спросила девушка.

— Нет, понятия не имею, кто это.

Я пожал плечами и махнул девушке на дверь, но, кажется, она не собиралась уходить.

— Черт! — зарычала девушка. — Я не пойду, мне надо найти их документы.

— Эм-м, ты чего? — я подвис, понимая, что опять влез во что-то мне непонятное. — Знать не знаю, о чем ты. Но я пошел.

— Стой! — Айя одним прыжком подскочила ко мне и схватила за руку. — Мне нужно вывести их на чистую воду. Я журналистка, наше издание давно собирает материалы на Свидетелей. И мы уверены, что они мошенники. Что никакого возвышения нет, они просто грабят людей, которым нужна помощь. Помоги мне, пожалуйста.

— О-о-о, ты очень удивишься, когда узнаешь, чем они на самом деле здесь занимаются, — протянул я и выглянул за дверь. — Я помогу тебе, но только если мы прямо сейчас свалим отсюда.

Дожидаться реакции Айи, если, конечно, это было ее настоящее имя, я не стал. Вернул маскировку и двинулся по коридору. Через секунду с облегчением услышал, как за спиной скрипнула дверь и послышались легкие шаги. Не бросать же ее тут в самом деле.

— Кто такой Харт? — спросил я, когда мы прошли зал с боксами и замерли перед потайной дверью.

— Брат и по совместительству наш главный редактор, — прошептала девушка. — У нас канал про развенчание мифов, про всякое паранормальное и неизведанное.

— Тьфу ты! Блогеры, что ли?

— Это какое-то очень древнее слово, да?

— Ну, типа того, — я пожал плечами, — ты хоть Айя?

— Маргарет, для друзей Марго.

— Ясно, я Алекс, — представился я и на секунду выключил маскировку, а то как-то невежливо. — Брат твой тоже здесь?

— Нет, он на границе сектора остался. Должен был забрать меня позже, но связь прервалась, когда меня выбрали для ритуала. Я прокололась, похоже.

— Ладно, слушай сюда, Марго. Мы сейчас выйдем отсюда и быстро пойдем к машине. Держись за меня в прямом смысле этого слова и никуда не лезь.

— А как же доказательства?

— Придется тебе поверить мне на слово. Все! Пошли…

Я провел последнюю проверку.

Сканер проанализировал возможные энергетические следы. Я тихонько открыл дверь. Прошел через кладовку, чувствуя тонкие, но крепкие пальцы, сжавшие мое предплечье.

Мы вышли из кладовки и оказались на «перекрестке» между гаражом и общим залом. Откуда все еще доносился звук песнопений и сектантских лозунгов.

— Мерзлота вечна, Айсфара вечен, мы вечны!

— Восславим Айсфара!

— Мерзлота вечна, Айсфара вечен, мы вечны…

Теперь, зная все детали и не чувствуя той странной энергии, которую излучал кристал, я не слышал в звуках молитвы ни магии, ни красоты. Рваный ритм иногда даже резал слух. Стоит убрать один дурманящий ингредиент и по-новому взглянуть на ситуацию, как пирог сразу оказывается не таким уж и вкусным.

На нас пока никто не смотрел. В зале мы увидели только плотные ряды спин и мельтешение рук, а в мастерской встретили несколько инженерных дроидов, что-то меняющих во внутренностях автодома. Машин заметно прибавилось, причем большинство имели оружие и броню). Видимо, те самые клоны подъехали.

— Искорка, вырубай или, наоборот, врубай! — скомандовал я, подтвердил несколько опций из предложенных дроном, а потом переключился на канал связи с Ястребами. — Начинаем!

«Понеслась…» — крякнул дрон, и свет во всех помещениях погас.

Песнопения на ненадолго прекратились, но почти сразу же разнеслись по новой. Из зала полился теплый свет десятка свечей. Эрик начал вещать что-то успокаивающее, обещая во всем разобраться. Конечно же с помощью Айсфара и его благодати.

— Ну, мороз Айсфаре в помощь, — прошептал я и нажал следующую кнопку.

Над головой, обволакивая все вокруг, заревела сирена. Нервно, истошно, словно захлебываясь и уж точно перекрикивая все песнопения.

Внимание! Разгерметизация в центральном блоке.

Внимание! Разгерметизация в жилом модуле.

Внимание! Возгорание в техническом блоке…

На самом деле ничего этого не было. Мы только на несколько градусов опустили заданную температуру в местном кондее, чтобы люди холодок почувствовали. А все остальные достижения — грубый обман датчиков, с которыми поработала Искорка. Считай, учебную тревогу запустили!

Но сектанты этого не знали! И тут началась суета.

В просвете между панически снующими туда-сюда спинами появился Эрик. Его лицо, подсвеченное кристаллом, исказила гримаса в духе старого мема «праздника не будет». Но он довольно быстро справился, подозвал охрану и начал раздавать какие-то команды.

Паника нарастала. Перепуганные адепты уже начали хвататься за горло, будто им действительно воздуха не хватало. Они носились уже по всем помещениям. Кто-то тоже бросился к машинам, а возле жилого транспортника завязалась драка.

Вокруг джипа Ястребов собрались люди, и пока Зяблик их вежливо отталкивал, Хоук уже махала нам, сидя за рулем. Я протащил за собой журналистку, запихнул ее в джип, где она тут же спряталась за сиденьями, и тоже махнул рукой напарникам.

— Выезжаем! — Я уселся на «вдоводела», прогнав какого-то безумца, судорожно глотавшего воздух.

На всякий случай проверил показания Искорки, а то вдруг мы перестарались. Но нет, это всего лишь сила убеждения нестабильного разума. Ничего, и тебя вылечат, когда сюда компетентные органы нагрянут.

Мы медленно, пытаясь гудками перекричать сирену, подъехали к шлюзу. Хоук высунулась в окно и, проявив немалый талант к импровизации, так загрузила клона-охранника, что тот, не споря, пропустил нас за первую дверь.

Постоянно оглядываясь, я заехал в шлюз вслед за джипом. Не хотелось бы сглазить, но слишком уж все гладко идет. Кроме вторых ворот, которые выпустят нас на свободу, за нами уже все захлопнулось, а вот впереди, словно играя на нервах, стальная створка еле-еле ползла вниз. Пройдет сантиметр и вздрогнет, замрет. Пройдет еще пару сантиметров и опять зависнет.

За спиной прекратила орать тревога и включился запасной генератор. Зажегся аварийный свет, оранжевая лампочка начала накручивать круги, выхватывая перепуганных людей и застывших дроидов, чьи операторы, скорее всего, тоже сейчас где-то метались в панике.

А на очередном круге в свет попал Эрик. Он стоял на входе в гараж, в круге отчуждения. Смотрел прямо на шлюз и слушал, какие-то донесения от склонившегося над его ухом «Палача».

Вот этот взгляд мне уже совсем не понравился! Тут уже совсем праздника не будет, и кто-то конкретный за это должен ответить.

Пока Эрик слушал доклад, на его лице не дрогнул ни один мускул. Он только руку поднял, указав на нас пальцем. Показалось, что конкретно на меня. «Палач» кивнул и, махнув стоящим рядом клонам, бросился в гараж. В шлюзе что-то щелкнуло, и ворота, не дойдя до низа каких-то пятнадцать сантиметров, остановились.

— Ну вот, нашел, блин, крайнего!

— Гони, гони, гони… — закричала Хоук, переваливаясь колесами через заграждение и выжимая газ на полную.

Глава 26

— Впереди пока чисто, — крикнула Хоук, выруливая на накатанную дорожку.

Мне же пришлось слезть с байка и, прикладывая довольно ощутимые усилия, перекатить его через не убранный до конца бортик шлюза. Он так и завис, будто не мог определиться. Поднимать ворота обратно и закрывать меня в шлюзе смысла нет, чтобы я им настоящую разгерметизацию не устроил. Но и отпускать, вероятно, меня тоже не хотят, вот и не распахивают шлюз полностью.

Я перетащил мотоцикл и огляделся по сторонам. Транспортник Ястребов уже превратился в облако снежной пыли. Еще одно такое облако, но уже к нам, появилось справа из-за угла дальнего ангара. А за спиной перед шлюзом уже стояло что-то мощное, заливая прожектором окна в воротах.

Выпустив Искорку повыше, я погнал вслед за Ястребами.

— Хоук! — крикнул я, — за нами хвост! Гоните как можно быстрее! А я попытаюсь вас прикрыть.

— Поняла! — ответила Хоук и выжала газ. Несущийся впереди меня джип заметно ускорился, выпустив из-под задних колес два хвоста ледяной крошки.

— Так, а теперь спокойно. Что это здесь за хрень была? — спросил Зяблик.

— Если коротко, то Айсфара пытается стать человеком, — ответил я, не отвлекаясь от картинки на экране и считая количество преследователей. Из шлюза выкатил первый, а сбоку в ледяном тумане прятались еще четверо.

— Так что ты думаешь? — сквозь зубы поинтересовалась Хоук, направляя джип в объезд ледяных зарослей. — У них получился этот эксперимент? И кто тогда такой этот чертов Айсфара?

— Понятия не имею, — признался я. — Там только голова была. Какая эта попытка по счету, и были ли успешные, как вы понимаете, я не уточнил.

— А что за милаху мы везем пассажиром? — Уайт довольно быстро переключил свое внимание.

— Журналистка. Сами ее расспросите.

— Она назад рвется, все бурчит про какие-то доказательства, и денег обещает, — задумчиво и вполне заинтересованно проговорил Уайт.

— Много?

— Десять тысяч кредитов.

— Покажите ей мое видео и продайте на эксклюзиве, — велел я. Притормозил и быстро скинул видео того, что увидел в лаборатории, Симонову, Сюин, Лэйну и Бобу. И добавил общие планы от Хоук с четкой картинкой Эрика. — Пусть только учтет, что эксклюзив только для прессы, в остальном мы будем пытаться спасти адептов.

А сам задумался. Может, и в остальном нужно было эксклюзивно кому-то отдать? Но нет, начнут еще крутить-вертеть, в собственных схемах использовать. Кто-нибудь вообще решит, что это монтаж или постановка. А проблема серьезная! Пусть со всех сторон на нее обратят внимание.

— Хоук! Забирай левее! Нас подсекают, а там скоро в холмах потеряемся, — предложил я. — Доехать до них только надо.

Мы выехали на относительно ровную дорогу. Джип Ястребов прибавил скорость, а меня все же тормозили бугры и впадины. Гнать на полной мощности я не мог.

Объехав очередную бугристую наледь, я посмотрел назад. Горизонт заволокла серая сумеречная дымка. Неужели опять циклон? Частое явление в этих местах. Второй за день.

Искорка скинула новую проекцию.

«Пять транспортников на расстоянии десяти километров прямо за нами, еще четверо идут наперерез и двое только-только выехали, — просигналил дрон. — Необходимо ускориться, и тогда мы первыми войдем в холмистую зону, а циклон прикроет наши спины. Шанс полностью избежать столкновение минимален».

Я скинул расчеты Ястребам и призвал их еще ускоряться, а когда мы проехали мимо первых холмов, чудом разминувшись с грозовым фронтом, я развернулся и поехал обратно.

Маскировка у «вдоводела» практически отсутствовала, но уже через несколько минут на любых сканерах я бы отображался, как часть группы преследователей. Если, конечно, Айсфара не шепчет своим адептам, кто свой, а кто чужой.

Понятие «видимость» исчезло как таковое.

Ледяная крошка скребла по визору, пытаясь пробраться в любые возможные щели в броне Ориджа. Искорка кружила где-то над бурей, здесь она просто бы не удержалась в воздухе. «Вдоводел» кренило, руль отзывался с задержкой и реагировал с огромным трудом, будто гидроусилитель крякнулся.

Пропустил мимо себя первую волну погони на облегченных японских вездеходах. Броня есть, но основной упор на скорость. Выкрутил руль и по широкой дуге вырулил в хвост к крайнему транспортнику. Начал сближаться, уже различив, что по бокам на раме вцепились два клона сектантов.

Бедолаги! Им, наверное, еще сложнее, чем мне. Налетел порыв ветра, меня снесло в сторону и подбросило на какой-то кочке, левого клона впечатало в дверь транспортника, а правый так вообще чуть не сорвался.

Я вырулил обратно и приблизился на уровень уверенного поражения. Активировал скаутган и в этот момент раздался сигнал моей тач-панели, припаркованной рядом с креслом.

— При всем уважении, но сейчас никак, — процедил я, хотя мне было интересно кто первым среагировал.

Прицелился в затылок дроида-водителя, мелькавший сквозь заднее стекло. Сделал два быстрых выстрела и сразу вильнул в сторону, объезжая резко затормозивший джип.

Ох уж эти умные современные машины!

Без ремня пищит и не едет, дверь на ходу не открывай, водителю мозги не разламывай! Потеряв контакт с дроидом (хотя, может, его просто на тормоз кинуло), транспортник встал как вкопанный, раскидав цеплявшихся за него клонов. Картинка получилась смазанная, словно кадр оборвали, когда две тушки исчезли в буране, превратившись в черные точки.

Сзади начал пробиваться свет прожекторов второй волны, но я уже ушел на другой фланг, проскочив между двумя джипами.

Черт, спалили! Тут же изменив траекторию движения, они вырулили за мной.

Я притормозил на пригорке, частично спрятавшись за большим валуном и, сверяясь с проекций, прицелился. Через несколько секунд из серой снежной массы вырвался белый джип. И тут же отлетел в сторону с разбитым лобовым стеклом, по которому побежала паутинка трещин.

Машина завиляла, накренилась на правый бок и зацепила корпусом соседнюю, которая едва-едва успела поравняться с ней. Я пригнулся и погнал дальше, услышав, как одна из пуль чиркнула по заднему маятнику «вдоводела». Не смертельно. Дал еще очередь за спину и скинул пирамидку, рассчитав через какое время новые фары обретут четкость.

Дождавшись взрыва, я сделал новый круг, путая преследователей. Пролавировал между горящим джипом и машиной с разбитой лобовухой, отмечая на сканере, куда побежали дроиды. Дождался, что меня заметят и, открыв газ, понесся вперед, уводя погоню в сторону от Ястребов.

Сделал еще пару кругов, цепляя, как на магнит, себе на хвост основные силы преследователей. И когда у них уже не осталось шансов догнать Ястребов (птичкам, конечно, тоже хочется подраться, но у них сидела Марго в машине), выжал газ на полную. Вылетел из бури и помчался вперед, все больше разрывая дистанцию.

Сектанты отстали, а потом и вовсе исчезли с радаров. Искорка выдала темную проекцию, где между холмами мелькали лишь синие и оранжевые точки. Но я и сам видел их следы. Слабые энерговолны, прорезающие ночное пространство, — это энергохвосты подтягивающихся на шум монстров.

— Алекс, ты в порядке? — спросила Хоук, снова появившись в моем наушнике.

— Да, все хорошо. Встречаемся на блокпосте.

Я взял средний темп, все время поглядывая на стену бури. Вдруг все-таки кто-то еще оттуда выскочит? Выехал обратно на дорогу, освещаемую появившейся из-за гор луной, и направил «вдоводел» за Ястребами.

Тач-панель продолжала разрываться от звонков. Я, кажется, уже догадался, кто так настойчиво добивался своего, не обращая внимания на то, что ему не отвечают. Симонов.

— Где, черт возьми, тебя носит? — накинулся на меня Илья Петрович, как только я взял трубку.

— Отбивался от погони. Не мог говорить. Я тоже рад вас слышать, — ответил я, улыбаясь про себя. Даже соскучиться по нему успел.

— Так, ну теперь-то ты свободен? Можешь уделить время старику?

— Весь в вашем распоряжении.

Я пересказал Симонову все, что с нами случилось с того момента, как мы встретили «Палача» у логова монстра.

— Совещание назначили на завтра, сотрудничаем с «Авангардом» и ждем, что за оборудование они там захватят. Весь научный мир на ушах. Едва разобрались с заразой, как теперь новая напасть — в виде этих попыток захвата сознания человека.

— Вы думаете, что у них получилось? — спросил я и крепче сжал руль «вдоводела».

— Трудно сказать, — пробормотал Симонов. — Еще неизвестно, кто на самом деле за этим стоит. Эрик Свенсон — известный персонаж в мире науки. Очень талантливый ученый, но его идеи всегда были… как бы это сказать… далеки от гуманизма. Он один из тех, кто верит в то, что Мерзлота разумна. И всегда искал способы взаимодействия с ней.

— Кажется, нашел, — тихо сказал я.

— Несколько лет назад он пропал из виду сразу, как его изгнали из Шведской академии наук, — продолжил профессор. — Перестал выходить на связь, оборвал все контакты с научным миром и вот каким неожиданным способом проявился…

— То есть фоггеры тут могут быть ни при чем?

— Есть такой шанс. Другой вопрос, откуда у него столько таких специфических Ориджиналов, как он завладел землей под поселение, на каких технологиях вообще построил эту страшную лабораторию? А если его эксперимент удался, то, возможно, ты общался уже не с Эриком.

От этой мысли я неприятно поежился.

В Мерзлоте постоянно пропадали люди, но вот находились они очень редко. Я отслеживал эту информацию — все ждал, что кого-то кроме меня еще найдут.

Но нет. Зато пару раз были новости, что кто-то там нашелся после довольно продолжительного перерыва. Целый, но с частичной амнезией, что не мог толком рассказать, где был и как выжил.

По спине пробежали мурашки от мысли, которая сама напрашивалась. Бр-р, а если это фоггеры, которые смогли поместить свое сознание в живого человека. Вот только зачем? Единственное, что приходило в голову — затем, чтобы пробраться на Большую Землю. Но опять же зачем?

— Надеюсь, «Аванград» разберется, — продолжил Симонов. — Конечно, нужно изучить лабораторию, чтобы сделать хоть какие-то выводы. Отзвонюсь тебе позже. Думаю, у меня будет для тебя отдельная просьба.

Мы попрощались с профессором, договорившись держать связь. Работать на РИП я стану только за очень хорошие деньги, как минимум равные моему долгу, а вот лично Симонову я помочь готов и просто так.

Меж тем я проехал больше половины пути до блокпоста. Холодный ветер кружил вокруг «вдоводела», выстилая мой путь белыми змеящимися полосами. Звезды засверкали на небе, проявив на черном полотне тысячи созвездий. Верхушки остроконечных скал, темнеющих вдалеке, выстроились единой грядой и стояли словно стражники, охраняющие этот мир от любого, кто осмелится посягнуть на его секреты.

Подкатив к блокпосту, я предъявил документы боевому клону, дежурившему у турели. Оставил байк на уличной парковке и направился к шлюзу. Перед зданием блокпоста выстроилась колонна из пятнадцати транспортников с установленным на крыше оружием.

Вокруг машин ходили дроиды и что-то в них до сих пор грузили. Странно. Получается, что они еще даже не выехали?

Я нажал кнопку связи на входном шлюзе и после очередной сверки документов зашел внутрь.

У входа меня встретил клон класса «Защитник». Поприветствовал и проводил в жилой модуль, где за большим столом уже сидели Ястребы, Марго и, видимо, начальник блокпоста — боевой Оридж-истребитель класса «Апач».

На обоих плечах дроида был нарисован логотип «Майтен», а на груди я заметил гравировку в виде значка шерифа, какие в свое время видел в кино. Но не может же быть такого, что мы смотрели одни и те же фильмы? Он об этой фишке явно узнал из современных учебников истории.

— Пол Ньюман, — представился Оридж, поднимаясь из-за стола и протягивая мне руку. — Глава отряда «Дельта», вот уже как полчаса руковожу операцией по поиску сбежавших сектантов.

— Алексей Белов, — сказал я и ответил на рукопожатии «коллеги», чуть не ляпнув, что я глава отряда «Лима». До меня не сразу дошел смысл его последней фразы, сначала я завис на киношном имени, потом на факте, что аж сама «Дельта» здесь, а значит, Лэйн тоже заинтересовался. — В смысле «сбежавших»? Как? Куда?

— Передовой отряд выехал сразу же, как от вас поступили данные, — ответил Пол. — У вас с ними лаг всего в пару часов получился, но база Свидетелей уже была пуста.

— А люди? Там же гражданских было полно?

— Людей спасли. Напуганные и обдолбанные чем-то. Но толку от их показаний немного. Повелись на рекламу в социальных сетях. Очаровались идеей, заплатили первый взнос и переехали в Мерзлоту. Ну а дальше понятно — отказ от мирского, ежевечернее промывание мозгов вкупе с неизвестной дрянью, которой их облучали, и согласие на таинство, или как там у них эта фигня называется.

— Возмерзание, — ответил я на автомате. — А лаборатория? Оборудование?

— Чисто, — пожал плечами дроид. — Сейчас обыски идут, но, похоже, все самое интересное успели вывезти. Парни, считай, только ручками помахали слинявшим сектантам. Так что теперь вместо штурма у нас гонки по всей Мерзлоте. Вы разворошили это осиное гнездо, а моя задача — окончательно с ним покончить.

— Помощь нужна? — спросил я, а сам открыл карту сектора, чтобы прикинуть, как далеко они могли уйти.

— Я бы не отказался. — В визоре шерифа проскочили яркие огоньки, типа, подмигнул он что ли? — Но у отряда «Лима» другая задача. И меня попросили передать ряд координат, которые не успела обработать моя команда. Получается, у нас что-то типа обмена.

Я кивнул, поглядывая на реакцию Ястребов. Но те, похоже, уже отключились. Зато Марго смотрела на меня очень внимательно, ее глаза загорелись не хуже огоньков в визоре Ориджа. Почувствовала, наверное, что наш разговор свернул в какую-то другую сторону и заинтересовалась.

Но продолжать беседу я не стал. Принял все необходимые данные (подробные карты еще двух секторов), пожелал удачи в поисках и попрощался. Может, мне и хотелось принять участие в погоне и поймать Эрика, но насколько это затянется, было непонятно.

Получив подтверждение, что Ястребы уже в офлайне, отключился и сам.

Вы покидаете центр управления «Буревестника».

До рассинхронизации 5, 4, 3…

Не отключайтесь, айл би бэк после рекламной паузы…

Я оставил Ориджа в одном из боксов в гараже блокпоста, встал с кресла и прошелся по комнате. Разговор с Симоновым и скорость побега сектантов не выходили у меня из головы.

— Алекс! — В комнату ворвался Боб с двумя бокалами пива. — Ты-то еще человек? Или, может, к тебе уже подселили кого?

— Ха-ха, очень смешно, — выдавил я и взял у Боба из рук один стакан.

— Так ты думаешь, что это фоггеры? Но как они наладили контакт с этими сектантами?

Я пожал плечами.

— Ничего не известно. Возможно, фоггеры, а возможно, и эксперименты сумасшедшего ученого.

— Но что это значит? Что фоггеры проникли в наш мир? — спросил Роберт и на секунду затих, переваривая высказанное предположение.

Кажется, затих даже чибзик. Правда, всего на пять секунд. Потом из его угла снова послышалось довольное урчание.

— Не обращай на него внимания, — закатил глаза Боб и махнул рукой в сторону Очаровашки, — я его сегодня накормил кенгурятиной Данди.

— Как там «ЧИЛАБ на минималках»? — поспешил уточнить я, чтобы сменить тему.

— Ну ты знаешь, в свете последних событий, можно уже не экономить. Мы же не знаем, что фоггерам или «не-фоггерам» нужно. И как долго нам осталось наслаждаться этой жизнью, тоже не знаем, — многозначительно произнес Боб и одним глотком выпил половину своего бокала. — Пойдем наверх. Еще раз все обсудим.

— Не, наобсуждался уже, я спать. Завтра рейд по «Энигме».

Добро пожаловать в центр управления «Буревестника»

ЧИЛАБ на чиле!

Утром мы встретились с Ястребами в гараже. Ни «шерифа», ни транспортников Авангарда уже не было. И даже Марго, встретив своего брата, умотала с ними в погоне за сенсацией.

— Фух, как будто морок какой-то спал! — выдохнула Хоук, залезая в джип. — Уже хочется в дорогу и в новый сектор.

— Тогда погнали! — сказал я и сел за руль байка.

Мы выехали в ставший привычным серый пейзаж. Несмотря на то, что вчерашняя ночь была ясной, сегодня небо затянули низкие тучи. У меня было ощущение, что еще чуть-чуть, и небеса свалятся нам на голову.

А ехать предстояло почти весь день.

В какой-то момент погода резко изменилась. Сверху повалил не то снег, не то нечто на него похожее, только липкое и влажное. Субстанция эта покрывала Ориджа и байк, только, в отличие от привычного мне мокрого снега, не таяла и не смахивалась.

— Алекс, тормозим! — проговорила Хоук. — Не видно ни хрена!

Сквозь почти полностью залепленный визор я увидел красные огни «стопов» транспортника и тоже остановился.

Зяблик вылез из машины и принялся счищать валившую с неба кашу с лобового стекла. Я тоже тщательно очистил визор и фары «вдоводела».

— Может, к нам? — спросил Уайт, щеткой сбрасывая внушительный сугроб с капота джипа.

— Уже почти приехали. Дольше грузиться.

Впереди виднелась граница нужного нам сектора. Ледяные кочки и бугры там плавно переходили в странного вида пористые структуры, похожие на застывшие закрученные хлопья пены, выброшенной на берег. И чем дальше вглубь сектора, тем больше таких хлопьев поднималось со всех сторон, образуя целую сеть тоннелей. Еще это напоминало пористую губку для посуды, только увеличенную в сотни раз.

Я подошел к ближайшей «конструкции» и с усилием отломил острый кусочек. Пористая структура, казалось бы, должна была развалиться от первого прикосновения, но почему-то оказалась довольно твердой. Не лед, не камень, а какой-то местный известняк.

— Вон там, смотрите! — воскликнула Хоук. Она торопливо вылезла из джипа, чертыхаясь от летевшей отовсюду «пыльцы». — Кажется, проезд есть! «Энигма» здесь уже прокопала.

Глава 27

К импровизированному лагерю, развернутому «Энигмой», вела прорубленная неровная дорога. Застывшую известняковую пену, как могли, сровняли с землей, оборудовав удобный проезд к воронке. Я подозревал, что изначально люди собирались копать еще дальше, но наткнулись на открытый «дорожный люк», и процесс покорения сектора застопорился.

Мы ехали по дороге, наблюдая, как облако серых снежных хлопьев накрывает нечеткий силуэт лагеря. Точь-в-точь вулканический пепел, но по факту в сотню раз холоднее.

— Может, внутри хотя бы летит меньше⁈ Надоела уже эта липкая хрень! — раздраженно воскликнула Хоук. Она снова останавила транспортник и сдавала назад. Машина слегка забуксовала между двумя известняковыми буграми, засыпанными липкой дрянью.

— Муравьиный лев окажет тебе теплейший прием, — хохотнул Зяблик. — Может, даже чайку нальет, чтобы ты могла согреться с дороги.

— Заткнись, Уайт! — оборвала его Хоук. — Иди лучше скинь наметенные сугробы со стекла. Видишь же, что очистители не справляются.

Зяблик послушно выполз из машины и, проклиная летящие сверху хлопья, занялся чисткой лобового стекла.

Мне тоже приходилось время от времени останавливаться, чтобы протереть визор, поэтому продвигались мы медленно.

Участок лагеря был обнесен невысоким забором — достаточно прочным, с ультразвуковыми ловушками для защиты от естественных обитателей Мерзлоты.

Мы подъехали к воротам и ввели коды, предоставленные нам «Энигмой». Системе понадобилось несколько секунд, чтобы считать информацию. После этого ворота открылись, и мы въехали внутрь.

Справа от вагончика, который стоял ближе всех к воронке, были припаркованы три джипа. Я обратил внимание на станковые пулеметы. Серьезная защила. Еще одну автоматическую установку я увидел на самом вагончике.

На территории размером примерно в половину гектара стояли две машины с прикрученными на силовые бамперы ковшами, и еще одна на гусеницах, с небольшой фрезой. В отличие от транспортников, залепленных тонким слоем снежной каши, строительная техника обазвелась тремя внушительными шапками.

Дверь одного из вагончиков распахнулась, и нам навстречу бочком вышел клон класса «Защитник» с логотипом «Энигмы» на плече. Липкая «пыльца» накинулась на новую жертву и в считаные секунды облепила его с ног до головы.

— Давайте внутрь! Скорее! Сейчас вообще занесет! — крикнул он и махнул нам рукой, приглашая в вагончик.

Мы проследовали за дроидом и успели захлопнуть дверь времянки точно в тот момент, когда новый порыв ветра принес очередное облако снежной пыли.

Внутри сидели еще два заводских клона, отличающихся от первого только расцветкой брони.

— Такая прилипчивая зараза, — проворчал встретивший нас дроид и уселся за небольшой квадратный стол. Собственно, весь интерьер времянки и состоял из этого стола, нескольких стульев и широкого верстака с инструментами и запчастями.

— И долго она будет сыпать? — поинтересовалась Хоук, придвигая к столу еще один стул.

— По-разному бывает, — отозвался дроид, не переставая что-то печатать на тач-панели, — но, как правило, за день все стихает. Главное, счищать ее вовремя, а то она потом застывает, а местный лес заново растет. — Дроид обернулся к напарнику. — Малой, не спи там! Сегодня технику чистить и дорогу обновить нужно.

Малой, хотя размером он был побольше, кивнул и, приложив к визору два пальца, сделал вид, что отдает честь.

— По крайней мере, через пару часов уже можно будет передвигаться. Сила урагана пойдет на убыль, — добавил первый, повернувшись к нам.

Мы представились и показали наши документы. Клоны были сотрудниками «Энигмы». Основная их задача заключалась в том, чтобы отслеживать спускающиеся в воронку отряды. Вести учет и, если вдруг понадобится помощь на поверхности, вовремя ее оказать. В то, что потерянные дроиды каким-то чудом сами выберутся наружу, здесь уже никто не верил.

— Сколько сейчас отрядов в воронке? — продолжила Хоук.

— Тех, кто подает признаки жизни, — ни одного. Тех, кто там сгинул, — семь, но было еще несколько залетных авантюристов, — ответил первый клон после небольшой паузы. — Пару месяцев назад здесь было не протолкнуться. Когда в первый раз гонорар повысили. А сейчас вы первые за неделю.

Хоук открыла на своей тач-панели еще какой-то документ и протянула ее дроиду. Тот сверил данные с теми, что имелись у него, и вернул ей тач-панель.

— Все в порядке. Когда ураган стихнет, сможете осмотреть воронку. Если нужны тросы или лебедки для спуска, дайте знать. Как найдете дроидов «Энигмы»… — Клон замолчал, что-то обдумывая. — Хотя зачем я это говорю? Никто еще не нашел.

— Ты просто про Ястребов еще не слышал, — начал хорохориться Зяблик.

— Ага, зато и про Файтерс, и про Синих стражей я и раньше слышал, а в итоге что?

— Что? — спросил Уайт.

— В итоге и те, и другие там сейчас, — клон указал пальцем куда-то себе под ноги.

— Прям даже Файтерс? Всем составом? — недоверчиво переспросил Уйат и я, наверное, впервые услышал в его голосе неуверенность.

— Не скажу, я их не пересчитывал, — хмыкнул клон. — Так что вашим родственникам передать? Может, снарягу какую оставите?

— Нет, давай по протоколу все, чтобы потом с выплатой награды проблем не возникло, — вмешался я. Названия этих отрядов тоже слышал, а то и на стене легенд у Данди видел, но меня их неудачи не особенно волновали.

— Ну как знаете. Малой, что там у нас по протоколу?

— Ну… Эм… Черт, давно что-то по нему ничего не получалось. Щас… — Клон подвис, копаясь в памяти системы. — После нахождения дроидов «Энигмы» порядок эвакуации следующий… Скинул вам. При невозможности эвакуации нужно маячками отметить дроидов. Босс, где у нас маячки?

Через два часа ураган действительно стих. Сыпать сыпало, но передвигаться мы уже могли свободно, и видимость на площадке стала получше. А в переходах между застывшими «хлопьями пены», наоборот, появился легкий туман, словно испарения от земли какие-то шли.

— Пойдемте, ребята, — обратилась к нам Хоук, — посмотрим, что к чему.

Она отошла от окна, к которому прилипла в ожидании конца урагана, и распахнула дверь.

Клон открыл нам ворота с другой стороны лагеря, и мы выехали на узкую дорогу, ведущую к воронке. Она оказалась еще уже, чем та, по которой мы добирались до лагеря.

Припарковались метров за сто от края воронки и подошли к обрыву. Огромная — метров двести в ширину — яма, вся внутренняя поверхность которой была изъедена известняковыми порами разного размера. Словно губка.

Я придвинулся к неровному краю и заглянул внутрь.

Ан нет, не все здесь естественные поры.

Трещины, почерневшие воронки от взрывов разной величины, острые выступы, образовавшиеся от внешнего воздействия. Колея от лебедок, попытки продолбить что-то вроде ступенек. Я заметил даже гусеничные следы, по ширине сопоставимые с размерами крупного робота-сапера.

— Да… — задумчиво протянула Хоук, остановившись рядом. — Народ тут развлекался, как мог. Зато всех монстров уже распугали и загнали в самые недра.

— Ну и где нам теперь искать нашего львенка? — поинтересовался Уайт.

— Найдем, куда он денется, — я пожал плечами, разглядывая карту местности. — Сообщений о том, что его ликвидировали, не поступало.

Искорка передала изображение. Пористый известняк был везде. Сигналы он пропускал плохо. Вроде где-то и мелькала какая-то красная точка, но где конкретно и что это за точка, было непонятно.

Зяблик уселся на край обрыва и начал разворачивать лебедку.

— Ну что? Полезли? Я первый, а вы прикрываете? — спросил он, закрепляя крюк на неровной поверхности.

— И повторим судьбу всех предыдущих отрядов? — Я еще раз посмотрел вниз и отступил от края. — Давайте искать другой проход.

Возражений не последовало, и я, отойдя от воронки до ближайшего нерасчищенного участка, нырнул в «лес». Выбрал узкую тропинку и остановился, включив на полную мощность все свои и заемные органы чувств: слух, нюх, сканер системы, данные от Искорки и «ведьмачье» чутье шлема. Сфокусировался сразу на всем и, собирая общую картинку из разных данных, пошел вперед.

На другой стороне воронки появился первый след. На экране Искорки мелькнула красная точка под землей, след от нее пронесся по стенам тоннеля и скрылся где-то глубоко, в бесконечных «губчатых» переходах. А в одном из следующих завихрений проявился бледный, почти остывший шлейф энергии.

Проход сквозь крупные «поры» в этом месте под небольшим углом уходил вниз, сворачивая в влево через несколько метров. Энергетический след, который оставил довольно крупный монстр, уходил именно туда.

Я пролез между известняковыми отростками и вошел в пещеру с довольно низкими сводами. Удивительно, конечно, как Мерзлота это все «построила». Застывшие слой за слоем снежные наросты настолько сильно скрепились, что пол под ногами слегка пружинил, но выдерживал. Точно, пористая губка, ну или трехмерный лабиринт. И ни конца, ни края не видно — одни повороты и изгибы.

— Ястребы! Я нашел другой вход, — обратился я к напарникам по внутреннему каналу связи. — Отгоним машины к охране и начнем спуск.

Я вышел из пещеры и вернулся к товарищам. Хоук с Зябликом с моей помощью откатили транспорт за ворота лагеря, и мы пешком вернулись к проему.

— Что ты там увидел? — спросила Хоук.

— Пока что только энергетический след. Пойдем по нему и выйдем на его обладателя.

Мы дошли до входа в тоннель и нырнули внутрь. Еле видимые остатки энергоследа завели нас в левый отнорок, а потом на уровень ниже. А потом еще ниже и еще дальше по направлению от воронки. Но примерно через километр мы стали забирать левее и, практически развернувшись, пошли в нужную сторону.

«Известняк» вокруг уплотнился, но по-прежнему пропускал свет. Мягкое, почти молочное, равномерное свечение лилось словно со всех сторон.

— Алекс! Ты уверен, что тут есть проход? — озадаченно спросила Хоук, пролезая под низкой аркой.

— Здесь все сплошной проход, главное — выбрать нужное направление. Как в лабиринте, — с этими словами я перепрыгнул сваленную груду пористых камней и оказался перед сплошной дырчатой стеной.

— А мне что-то совсем так не кажется. Тут же тупик! — воскликнула Хоук.

Она замолчала, прислушиваясь.

— Зяблик? Это ты чем-то скребешь? — спросила девушка, поворачиваясь к Уайту.

— Чего сразу я-то? Может, это Алекс? Или кто-то из прошлых отрядов заблудился. Мне кажется, я видел следы. Скорее всего, мы не первые, кто в обход пошел.

Я дал команду остановиться и навострил уши. И правда, что-то скребется. Не забитые песком суставы Ястребов и даже не чибзик, укравший очередной пакет с чипсами у Боба. Звук шел от стены перед нами. А еще она слабо светилась.

От напряжения я даже дышать в кресле перестал! Активировал в руке Ориджа скаутган, прицелился в стену и начал всматриваться в пористую структуру. Казалось, что в любой момент из каждого отверстия может что-то выскочить.

Но стена напала целиком!

Здоровый, размером с двухкамерный холодильник, кусок откололся и рухнул на землю, подняв снежное облако. А потом зашевелился и поднял голову.

Я думаю, что это была голова. Это место было уже, чем остальное тело, и по краям торчало несколько острых каменных отростков, напоминавших рога. Грубую шкуру монстра сложно было отличить от стены. Он не просто мимикрировал, как хамелеон, он сам полностью состоял из пористого «известняка».

Из видимого оружия — острые каменные отростки на морде и по бокам. Но при должной сноровке и торчащий наружу хребет на горбатой спине мог легко разделать даже «Защитника».

Искорка с запозданием «представила» мне муравьиного льва. Емко рассказала о его особенностях, предпочтениях и недостатках. Последних оказалось преступно мало, как по мне. Под панцирем из камня пряталось основное тело, покрытое ядовитыми ворсинками. Причем с такой концентрацией яда, что кислота позавидует! А сердце или мозг — короче, некий управляющий орган, который на проекцию добавила Искорка, — был черти знает в какой жопе. И это я не фигурально выражаюсь.

— Не пробивайте панцирь! — крикнул я Ястребам. — Там кислота под шкурой!

— А как тогда? Душить его, что ли? — удивилась Хоук, отступая на пару шагов.

— Можем его затопить! — воскликнул зяблик.

— Чем?

— Ты слезами, а я, кажется, уже обоссался, — нервно хохотнул Уайт.

Шутку монстр не оценил. Он окончательно отлип от стены, приподнял морду и, зашипев, бросился на нас. Явно намеревался размазать меня по стенке, вдавив в нее хребтом.

Я потянулся за пирамидкой, но Искорка тут же выдала предупреждение, что мы после нее не только умоемся ядом, но и завалит нас прилично.

Черт, я не знаю, как ломать или резать ЭТО, не повредив панцирь! Вариант утопить действительно бы подошел, но что-то воды поблизости никакой не наблюдается. Разорвать дистанцию, чтобы стрелять издалека, — план отличный, но локация подкачала. Мы уже отскочили за угол, а потом сразу же за следующий, где практически уперлись в стену. А лев уже шуршал по камням, не давая нам шанса оторваться.

Я начал быстро-быстро скроллить раздел навыков Ориджа, соображая, что есть в наличии или что можно создать в помощь.

Крабики — мимо, вероятность необратимого повреждения скайкрафта система оценила в восемьдесят процентов. Двойник здесь не поможет. Энергетический удар, по сути, только отбросит, опять же с риском завала… Стоп!

Глаз наткнулся на данные мастер-схемы, которую я нашел давным-давно. Та самая сетка, которую я принял за гамак или некую антенну для сбора энергии из окружающей среды! Давно надо было с ней разобраться, а сейчас, конечно, не время и не место. Особенно если это действительно гамак окажется, вот смеху будет. Но надо попробовать! В умелых руках и гамак — оружие.

— Отвлеките его! — крикнул я, обернувшись к Ястребам, врубил маскировку и сиганул в узкий сквозной проход.

— Интересно как? — донесся до меня возглас Зяблика. Лев проскочил мимо моего укрытия и попытался дотянуться до Хоук.

Я услышал звук глухого удара. Либо товарищи все-таки нашли способ и просто месят тварь, как могут, либо все уже очень плохо.

Так быстро мастер-схемы я еще не активировал. Ни вздохнуть, ни сосредоточиться, ни остатки скайкрафта посчитать. Просто схватил все заначки: и ремонтные нити, и капсулы, только пули пока приберег. Перешел в режим создания и быстро «прокликал», соглашаясь на все. И уже через секунду у меня в руках оказался моток, который, судя по описанию, должен был разложиться в подобие двухметровой сетки с крупными ячейками.

«Поздравляю, создана энергоэффективная батарея POWERFROST второго поколения, — донеслось от Искорки. —Батарея способна поглотить энергию из окружающего пространства. Особенность второго поколения — снижение стрессовых нагрузок на энергопроводящие шины. Скорость поглощения и накопления энергии зависит от режима использования…»

Искорка продолжала что-то бубнить, а я уже выскочил из ниши и побежал за толстым энергоследом. Лев загнал Ястребов в тупик и теперь пытался достать Зяблика, стоявшего над упавшей Хоук. Мне не очень хорошо было видно, что с ней, но смятое плечо я заметил. А когда угол обзора чуть сместился, стали видны торщащие из-под накладки на ребрах сломанные каменные отростки.

Зяблик тоже был весь в царапинах, но еще держался, пытаясь хоть как-то боксировать. Уворачивался от морды зверя и бил кулаком в область затылка. Но льва это как будто вообще не заботило.

Я подскочил сзади в тот самый момент, когда монстр боднул Ориджа, свалив его на напарницу, и уже разворачивался боком, чтобы пройтись по ним острым хребтом.

Словно рыбацкую сеть, я бросил свой «гамак». Распрямившись в воздухе, она широким квадратом накрыла монстра. И тут же в новом окошке меню я врубил максимальную мощность.

«Однако…» — задумчиво буркнула Искорка.

— Ну это ведь тоже окружающая среда, верно? — ответил я, молясь уже чуть ли не Айсфара, чтобы моя задумка сработала.

Ползунок заряда в окошке резко подскочил вверх, а льва словно парализовало. Он замер в движении, издал какой-то сдавленный писк больше похожий на треск, и рухнул на землю. Сверху на него посыпалась пыль из оплавленного известняка.

— Окружающей среде, похоже, такой метод не нравится, — прошептал я, глядя на ползунок. Стремительный рост прекратился, и теперь верхняя граница лишь чуть-чуть подрагивала.

Внимание! Получен новый уровень!

Текущий уровень — 43

Запас энергии пополнен.

Базовые характеристики повышены на 0,18%.

Система предложила улучшить существующий навык, и я выбрал двойника. Подтвердил действие, и система показала мини-фигурку с клинком в руке. Огонь! Из состояния бесплотного призрака, который может совершать лишь простейшие взаимодействия с предметами, мой двойник стал чуть ли не полноценным Ориджем. Пусть только с базовым вооружением: щит и клинок, и всего-то на несколько секунд (на большее энергии пока просто не хватит), но этого вполне хватит для одного удара, который может полностью изменить ход боя.

Я довольно потер руки и улыбнулся новому приобретению. Пока разбирался с настройками, Хоук подлечилась, а Зяблик уже вовсю наматывал круги вокруг трупа монстра.

— Ну что, время для монстрючей пиньяты? — весело спросил Зяблик и опустился на землю у скукоженного тела льва. — Чем ты его так? Что за энергопиявка? Еще есть?

— Нету, — я помотал головой, сматывая сеть.

— Жаль, — вздохнул Зяблик. — А этот еще кислотный?

— Не похоже, — ответил я, смотря на то, как прослойка под панцирем в проекции Искорки постепенно бледнеет и становится серой. — По крайней мере, больше система никаких предупреждений не выдает.

Разбирать льва на запчасти мы прекратили, только когда убедились, что выпотрошили его подчистую. Самыми ценными оказались подкожные железы.

Но Хоук уже вычитала, что «камни» в почках и шейные пластичные позвонки тоже могут уйти за хорошую цену. По самым скромным прикидкам получилось тысяч на пятьдесят на всех. С муравьиного льва хоть ворса клок. Ворс, который изнутри налип на панцирь, кстати, оказался дешевым, и мы решили оставить его крабам-падальщикам, которые стали понемногу стекаться к трупу, выползая из пор на стенах.

— Давайте двигать дальше, — предложил я, закидывая рюкзак со своей долей добычи за спину. На всякий случай выпустил своих Крабиков вперед.

Мы повернули обратно и вскоре нашли другой проход, который вел в нужную нам сторону. Я еще раз проверил проекцию Искорки. Метров двести и несколько ярусов вниз — и мы будем на дне воронки.

Чем ниже мы спускались, тем отчетливее я чувствовал какие-то волны, которые давили на голову и гудели в ушах. Сначала едва заметно, и я даже не обратил на это особого внимания, а потом все отчетливее. Система молчала, зато шлем начал жужжать, словно внутри настраивались какие-то шестеренки.

— Что-то не то, — сказала Хоук и неожиданно схватилась за ближайший к ней выступ.

— Стойте! Назад! — рявкнул я и со всей силы оттолкнул Хоук, ощущая будто мою голову окутало энергооблако, давящее на мозг с такой силой, что, казалось, в голове вот-вот что-то взорвется.

Еще и шлем начал вибрировать. Глаза резануло болью и сдавило виски. Пульс подскочил так, будто я только что пробежал спринт. Я стал задыхаться. А в следующий момент меня накрыла мощная волна излучения.

Глава 28

Вот ведь черт! Почувствуй себя, блин, пилотом, который вдруг потерял высоту и управление!

Ястребы повалились на землю и стали отползать подальше от границы излучения, а мои ноги словно приросли к земле. Я не мог пошевелиться, просто стоял, впитывая волнообразное излучение. Впитывая и, кажется, переваривая…

Лоб морщился, пытаясь потянуть за собой всю макушку и даже дальше, чтобы и уши пришли в движение. Шлем продолжал вибрировать, меняя амплитуду, будто пытался подстроиться и совпасть по частоте с окружающими волнами.

«Обнаружено воздействие охранного модуля, — проскрипела Искорка таким голосом, будто ее саму плющит.— Процесс взлома частоты излучения запущен. Но нужно потерпеть…»

При этом дрон явно взаимодействовал со шлемом и управлял его настройками. Потерпеть — это прекрасно, но у меня уже эмаль на зубах начала стачиваться, так сильно я ими скрипел. Я заставил себя сфокусироваться на системных показателях. Там появилось сразу несколько новых синусоид разного цвета, скакавших с разной амплитудой.

Та, что в серединке, стала набирать толщину, а остальные, наоборот, бледнели. А еще буквально через пару секунд, которые показались мне тремя часами, она осталась одна. Перестала скакать, как бешеная, и выровнялась в одном диапазоне. Вибромоторчик, про который я даже не знал до этого момента, снизил скорость, и вибрация стала напоминать легкое поглаживание. Даже приятно, словно профессиональная массажистка трет мне за ушами.

«Готово! — устало крякнула Искорка. —Это временное решение, необходимо найти коды доступа к устройству».

— И где его искать?

Я посмотрел на карту и сделал несколько шагов вперед. Вокруг было сплошное белое пятно, хоть какие-то данные начинали отображаться только оттуда, где остались Ястребы. Ясно, значит, эта хрень не только вырубает операторов, но и вообще все здесь глушит.

— Алекс, ты вообще что такое? — попытался пошутить Зяблик, но получилось как-то напряженно. Он попробовал вновь зайти в зону излучения, но сразу же отшатнулся и отбежал подальше. — Оно на тебя не действует? Как так?

— Закалялся в молодости. А если серьезно, понятия не имею, похоже, шлем спас. Это излучатель древних, и его надо отключить.

— Так чего стоим тогда? — спросила Хоук.

— Нужно в себя прийти.

Система предложила пополнить водный и углеводный баланс оператора. Но я и сам чувствовал, что надо подкрепиться. Почти залпом выпил пол-литровую бутылку молекулярки и съел два питательных батончика. Сейчас бы сочный бургер, чтобы сразу и холестериновый баланс восстановить, но выходить из синхронизации я не хотел. Надо будет какой-то ящик придумать, чтобы еда находилась в зоне доступа протянутой руки, но для начала следовало сообразить, как устроить удобную крышку, чтобы чибзик оттуда все не стырил.

Пока я грыз батончики, проверил систему. Искорка функционировала, но ограниченно — она скрылась в гребне и ворчливо поскрипывала. Почему-то образ нахохлившегося воробья вспомнился. Крабы были просто в отключке — на них, похоже, защита шлема не распространялась. Уровень заряда энергии почти полный, плюс в «энергогамаке», который так лихо подсушил льва, почти половина заряда осталась. В общем, пока можно не экономить.

— Все! Я готов. Почувствуете, что излучение расширяется, отступайте. Сам выберусь, — предупредил я. Помахал Ястребам рукой и сделал несколько шагов вперед.

Под ногами хрустнул все тот же хорошо знакомый известняк. Я поднял голову и непроизвольно отвел взгляд. Такие же волнообразные штуки, окружавшие меня со всех сторон, застыли и наверху.

К хрусту периодически вмешивались и посторонние звуки тоннеля. То ли стены гудели от непонятно откуда взявшегося сквозняка, то ли местные жители, которых сейчас не определяли ни система, ни шлем, возились в порах камня, где-то глубоко, в только им одним ведомым переходах.

Вскоре нормальный проход закончился, и я наткнулся на две плотно придвинутые друг к другу пористые скалы. Можно было воспользоваться буром, а можно было перелезть. Где-то метрах в трех от земли скалы расходились и создавали отверстие в форме игольного ушка.

Я зацепился рукой за ближайший выступ, попробовав его предварительно на прочность, оттолкнулся ногами, перехватился другой рукой и полез наверх. Немного задержался, пролезая через образованное скалами отверстие, а оттуда уже спрыгнул на землю.

И застыл в изумлении.

Я оказался ровно под воронкой! Площадка была ровной и чистой. С потолка падал рассеянный свет, но какой-то полноценной дыры над головой я не заметил. По бокам виднелись темные провалы, сквозь которые, скорее всего, и сыпались дроиды. Как муравьиный лев все это построил и как работала ловушка, для меня осталось загадкой.

Но как бы там ни было все устроено, площадка была вся усеяна отключенными дроидами.

Картина маслом, как говорится. То есть снегом и какой-то странной крошкой. Дроиды скатились в воронку, отрубились, попав в излучение, и рухнули в «подвал» к монстру. А тут он уже постарался вовсю.

Что именно делал с дроидами монстр, я понял не сразу. Не грыз, как сухарики — это точно. Но повреждения были у многих.

Первыми мне бросились в глаза боевые майтеновские клоны-разведчики, которые лежали сверху на небольшой куче из дроидов.

Я подошел к дроидам и перевернул верхнего из них на спину. Расколотый пополам визор и торчащие из выпотрошенной груди провода. В правой руке он все еще сжимал шипованный кастет из астериуса. На броне я разглядел логотип GRING-2 и узнал название одного довольно известного отряда наемников.

У следующего похожая картина: вскрытая грудная клетка, плюс раскуроченный затылок. Какие-то особо вкусные там кристаллы процессоров, видимо.

Я начал расбирать кучу, подбирать соседних и оттаскивать всех к стеночке, раскладывая в ряд.

Следующим подхватил какого-то кастома в старом шлеме от «Защитника». Шлем был продырявлен сбоку. Из дырки торчали разноцветные провода и кабели, покрытые толстым слоем обитающей здесь известковой пыли. Тело кастома принадлежело китайскому «Разведчику», в левая рука чем-то напоминала манипулятор Эбби, только с меньшим функционалом.

Этот уже тоже вряд ли очнется. Слабоумие или отвага? На что он рассчитывал, когда вписывался в эту авантюру?

Я немного постоял над телом дроида, размышляя о его мотивах. Хотя… может, я чего-то в нем не вижу, а у его создателя были свои причины здесь оказаться.

Следующей пачкой чуть в сторонке лежали представители Синих стражей. Два на удивление практически не пострадавших Ориджа и несколько варварски раскуроченных клонов.

— А лев-то получается, только фаст-фуд уважает, — заметио я. Оттащил и этих и, наконец, заметил логотипы «Энигмы».

В тени пористого выступа я увидел Ориджа — скайкрафтового «Самурая», на подвижной, почти прозрачной броне которого сверкали позолоченные иероглифы. Броня была как будто соткана из легчайших пластин, которые плотно прилегали и слегка перекрывали друг друга. Защита для ног, напульсники и пластинчатая юбка тоже были из светло-голубого скайкрафта.

Я невольно засмотрелся на поножи и на широкие наплечники, где были выбиты какие-то символы, перевод которых Искорка уже не предоставила, — что-то современное восточно-сленговое. Кому принадлежал Оридж, было непонятно.

Следом разглядел роботов «Энигмы» и пошел по списку, развешивая маячки. Нашел всех представителей заказчика, среди которых было два Ориджа класса «Разведчик» и один «Защитник».

Собрал джек-пот из Синих стражей — «Защитник», «Разведчик», «Истребитель», «Варлок» и кастом, чем-то похожий на ходячий погрузчик. Видать, много хотели отсюда вынести. А вот из Файтерс, чьим фанатом являлся Зяблик, я никого не нашел. Либо монстры их куда-то утащили, либо они, как мы, пошли другим путем и лежат сейчас где-то на границе действия излучения.

Я сделал несколько кругов по помещению, пытаясь обнаружить источник сигнала. Что я знал точно — причина была не в воронке. В центре давление ослабевало и разгонялось только у восточной стены, самой дальней от меня.

Тут же простучав ее ледорубом, я поотламывал известняк большими кусками. Прорубил достаточную для прохода арку и переступил через образовавшийся бортик.

Еще одна площадка с естественными для этой местности стенами, загнутые волнами поверхности и пористый камень. Впереди, прямо передо мной, открылся вид на большие двухстворчатые ворота, верхняя часть которых упиралась в известняк.

Сделаны они были из материала, название которого звучало в переводе Искорки как полная абракадабра. Но, судя по виду, прочности конструкции было не занимать.

Створки ворот были испещрены символами и орнаментами. Не оставалось сомнений, что это очередное творение древних. По бокам от ворот темнели две узкие вытянутые ниши, очень похожие на бойницы. Но как я ни пытал систему с Искоркой, сканировать пространство они отказывались.

«Раз молчу, значит помехи…» — затрещав, как принтер, огрызнулся дрон.

— Хорошо хоть не картошка…

Я сделал пару шагов вперед, чтобы разглядеть ворота поближе, не зыбывая всматриваться в окружение при помощи «ведьмачьего чутья». И чуть ли не на полушаге застыл с занесенной в воздух ногой.

Словно в шпионский фильм попал, где какой-нибудь неуловимый герой пытается что-то стырить из музея. Красные росчерки, как огоньки лазерной указки, были повсюду. Светили и в шахматном порядке сантиметрах в тридцати от земли, и продолжались выше, забив на любую логику.

Каким-то чудом я пересек только одну.

В отличие от киношных грабителей, я не с потолка свисал на тросе в относительной безопасности. Во рту моментально пересохло, а спину заломило так, будто это я сам играю в «Море волнуется раз» и при этом делаю это уже несколько часов.

В районе ворот что-то уже шуршало. В темных нишах по бокам появилось слабое свечение, словно там створки разъезжаются. Верхняя правая осеклась и застопорилась примерно на середине. Но остальные раскрылись полностью, и в проемах показались оружейные стволы.

Круглые шестиствольные спайки, чем-то похожие на легендарный пулемет Гатлинга. Правый нижний, пройдя всего несколько сантиметров, застрял, сбился и начал целиться куда-то под потолок.

— Нормально, уже два — ноль в мою пользу. Ломаем тебя дальше, — прошептал я и прыгнул вправо, надеясь, что турели по секторам работают.

Почти угадал, но не совсем. Как только нога ушла с сигнальной линии, оба пулемета зашуршали, раскручивая стволы, повернулись в мою сторону и открыли огонь. И начали двигаться за мной, поливая все вокруг пулями, чередуя скайкрафт и астериус.

Я активировал «Рывок», стараясь уйти в угол, где заканчивались датчики. Время и там сделало свое дело: часть стены слишком сильно обросла известняком, и в нескольких квадратах были видны прорехи.

На следующем рывке я совсем неудачно влетел в датчики, собрав на себе целую кучу и показав турелям, где я нахожусь. Сдвоенная очередь моментально залила все астериусом. К тому же и тот пулемет, что не вынулся полностью, все равно попытался выстрелить, распотрошив на осколки пористый валун у меня над головой.

Я рванул дальше, приняв несколько увесистых оплеух на щит. Лупили так, что меня аж отбрасывало, сбивая с шага. Еще один рывок, жалящая боль в лодыжке, и я оказался в зоне без датчиков.

Огонь прекратился, но стволы пулеметов продолжали крутиться и жужжать, словно что-то подозревали.

Главное больше ничего не цеплять. Я подобрал кусок камня с пола и метнул его в дальний угол. Специально целился, чтобы пересечь, как можно больше ловушек. Ближайшая к тому месту турель резко дернулась, прицелилась в камень, но стрелять не стала.

Ладно. А если так?

Я активировал двойника, выбрав ему среднюю плотность, и заставил появиться на расстоянии в паре метров от меня. Свободно пустил его «прогуляться», рассекая линии датчиков, но пулеметы и теперь не повелись.

— Кто вам автоматику-то настраивал, привереды чугунные? — возмутился я.

Раз Искорка не помогала, попробовал сам собрать картинку перед глазами. Представил, что чертеж рисую. Угол наклона такой, это сюда, то туда, здесь возможен рикошет…

Получалось, что прямо у стены есть слепые зоны. Если, конечно, на воротах нет дополнительной защиты. Энергетический клубок там был — в том районе, где у обычных ворот бывает замок. И символы тоже — много крючковатых символов вокруг стального рифленого уплотнения.

Я прикрыл голову щитом, максимально напитав его энергией, встряхнулся и рванул к заедающей турели. Сначала держался еще правее, а потом подкатом проскользил вплотную к стене и в тот момент, когда ствол повернулся в мою сторону, подхватил его снизу и придержал.

Огляделся. Согласно моему воображаемому чертежу, пулеметы повернулись ко мне, но градусов двадцати им не хватало. Нижний все равно попытался пальнуть, целясь в мою ногу, лежащую на линии датчика.

А сверху все это время шло неслабое такое сопротивление. Турель фыркала, пытаясь раскрутить стволы, и, словно у нас матч по армрестлингу, пыталась продавить мою руку вниз. Я просунул между стволами рукоятку ледоруба и дернул, выламыя ствол из ниши.

Осторожно, простукивая пол и стену, придвинулся к воротам и, распластавшись на них, начал красться к середине.

Ну что же, попробуем.

Стоя перед воротами, я открыл навык «Механика», проверил опции, посвященные взлому, и расфокусировал зрение. Как уже делал раньше, доверился Ориджу, лишь чуть-чуть его направляя.

Сам же сосредоточился на дыхании, отслеживая, как воздух медленно наполняет легкие и покидает их. Попытался полностью освободить голову и главное — забыть про то, что стою практически под дулом двух пулеметов. Внутри них что-то щелкало и жужжало. Краем глаза я заметил, что вся конструкция медленно, но верно выдвинулась вперед на пару миллиметров.

Еще чуть-чуть, и слепых зон здесь больше не будет.

Выдохнул, чтобы не сбиться, и руки Ориджа потянулись к спрятанному в дверях механизму. Нащупали его составные части, находящиеся на одном уровне друг напротив друга. Мой дроид провел рукой по символам и высветил два одинаковых.

«Давай быстрее! — проговорила Искорка. В ее голосе промелькнули нетерпеливые нотки.— Щас достанут уже…»

Над горящими символами распахнулись два небольших отверстия, внутри которых я увидел механизм. Причем как будто разделенный на две части механизм. Но я каким-то чутьем понимал, что он — одно целое. Нужно просто передвинуть этот рычажок сюда, зажать кнопку, прокрутить колесико. Оридж «колдовал» над замком, свободно двигая руками и перещелкивая древние детали.

Тут я услышал над своей головой звук раскручивающихся стволов.

«Давай, давай, давай! — Искорка чуть ли не на ультразвук перешла, но быстро сменила тон: —А, нет, поздно! Валим! Валим! Валим!»

В это время раздался заветный писк механизма. Оба колесика закрутились. Я толкнул правую створку ворот, которая сначала пошла с огромным трудом, но потом просвистела внутрь так резко, что я потерял равновесие и упал вперед. За спиной раздались выстрелы, и в спину прилетела каменная крошка.

Не успел я перестроить зрение и понять, что к чему, как в моего Ориджа что-то очень больно врезалось. Стальной скрежет послышался уже со всех сторон, и в полосе света, падающей из-за спины, мелькнул силуэт дроида.

Некогда ярко-желтый, а сейчас какой-то пыльный и серый антропоморфный робот был похож на манекен для краш-тестов. Ростом со среднего человека и такой же комплекции. Ни оружия, ни брони, только соединительные черные вставки в подвижных местах. Полустертый знак на лбу и черные точки глаз.

Я отклонился в сторону от следующей атаки и понял, что уже окружен целой толпой таких роботов. Ударил ледорубом, с треском сломал ногу ближайшего, а потом проломил ему голову. Принял на щит неплохо поставленный боковой удар и попытался вырваться из сжимающегося вокруг меня кольца.

Насчитал семерых зомби-роботов, которые пытались броситься на меня с разных сторон. Но в темноте я слышал еще больше шаркающих и цокающих шагов. Подтягивался второй ряд.

Не знаю, почему мне захотелось назвать их зомби. Должно быть, сработала ассоциация с тупой целенаправленностью вкупе с безликими лицами, на которых только зрачки изменились при моем появлении: из черных стали красными.

Били они ловко, но бестолково. Пытались тупо давить числом. С одной стороны старались дотянуться до меня руками и ногами, а с другой — просто хватали за плечи и наваливались, словно у нас здесь куча-мала намечается.

Собственных потерь они не замечали. На место выбывшего из строя, сразу же вставал новый. А если я ломал кому-то колено, то, падая, он продолжал хвататься за мои ноги. Реальные зомби! От них спасал только контрольный в голову.

Я вспотел. Ребра ныли, а ступня, которую мне уже раз десять отдавили, вела себя так, будто я ее на лестнице подвернул. Когда куча мала сомкнулась, я уже бил не глядя. Не мог размахнуться ледорубом — перешел на скаутган, а когда закончились патроны, тыкал клинком без замаха. Постепенно пробивал себе путь сквозь кучу металлолома и чего-то похожего на пластик.

Выбрался как из реальной драки! Выполз из-под кучи и, сидя на полу, откинулся к стенке. Парочка ног и рук еще подрагивали над кучей, но на ногах уже никто из моих противников не стоял.

— Фух, — выдохнул я. Вытащил «энергогамак» и закутался в него, выбрав в настройках отдачу заряда.

Система сразу же прекратила орать о повреждениях, а индикатор батареи из красной зоны поднялся в оранжевую. Я, наконец, включил фонарь и осветил кучу из восемнадцати (а то и больше) дроидов. Точно больше — в Мерзлоте принцип, что у страха глаза велики, не работает. Здесь наоборот.

Повел луч фонаря дальше и нашел дверь с символами. Запросил перевод у Искорки и облегченно выдохнул, прочитав: «АРСЕНАЛ».

Глава 29

Я немного помедлил, прежде чем подняться и подойти к двери, рассматривая ее в поисках ловушек или других сюрпризов. И прислушиваясь.

Вокруг царила тишина, только что-то едва слышно щелкало и потрескивало в поломанных охранниках. У одного даже искрил смятый затылок. Пахло пылью, жженым пластиком и чем-то знакомым, но настолько слабо уловимым, что я не смог это распознать.

Я был в коридоре, настолько широком, что две машины могли бы спокойно разъехаться. На полу лежал толстый слой пыли. Я увидел пятна налипшего известняка и поразился, как он даже сюда смог пробраться? Давненько, видимо, здесь никто не появлялся.

Поднялся и сделал несколько шагов, нарушая устоявшееся за множество столетий мертвенное спокойствие. Прошелся по коридору, убедился, что двери с обеих сторонзаперты, и вернулся к арсеналу. Не особо я был уверен в точности перевода, но, если рассуждать логически, здесь действительно могла быть комната охраны или службы безопасности. Вопрос только в том, что именно они охраняли?

— Искорка, ты понимаешь, где мы?

«Предположу, что это стратегический резервный склад, — выдал дрон. —Точнее, смогу сказать, подключившись к системе безопасности».

Я подошел к двери, которая была не заперта, но слегка просела и заклинила от просочившейся пыли. Толкнул плечом, надавил. С громким скрежетом стальная створка подалась, оставив царапины на металлическом полу.

Из-за излучения сбоил не только сканер, но и опция ночного зрения. Ясно, по старинке идем с фонариком.

Квадратная комната. У одной стены стоит стол с пыльным темным предметом, похожим на экран монитора. Панель прямо в столе похожа на цельный кусок непрозрачного кристалла. В углу высокий прямоугольный, вероятно, сейф. Уж очень он смахивает на старые советские несгораемые шкафы. Больше ничего нет, но дальняя стена выглядит странно. Будто там закрытые оконные ставни. Что очень нехарактерно для подземелья.

Я подошел поближе и простучал, убедившись, что панель стоит тут не для красоты. Но ни замка, ни каких-то рычагов, так и не увидел.

Ладно, начнем с сейфа.

Остановвшись у стального ящика, я провел руками по гладким стенкам. Материал на ощупь был похож на астериус, только фактура более шершавая. Искорка с названием не помогла. Только разложила сплав на составные части.

«Изделие сверхпрочное. Устойчиво к любым температурам, как к низким, так и к высоким. Вскрыть механическим путем не представляется возможным», — вынесла вердикт моя помощница.

Механическим путем я и не собирался вообще-то. Хотя клинком по периметру прошелся, вытряхивая пыль по контуру дверцы. Опустился на пол рядом с сейфом и очистил замок. Внешне он напоминал объемную круглую руну, исписанную символами.

Попробовал покрутить колесико. Не поддалось. Это уже что-то новенькое. Сам механизм, что ли, заблокирован? Я попробовал снова довериться навыку Ориджа. Механик, конечно, не медвежатник. Но в данном случае без разницы.

Дроид провел рукой по изгибам руны, как бы прощупывая все ее составные части. Легонько нажал на изображение крупного эллипса внизу. Мне показалось, что в замке произошло едва заметное движение. Оридж продолжил свое исследование. Вычислил еще три «подвижных» символа. Затем нажал на все четыре одновременно. Серединка руны провалилась немного внутрь, и механизм замка стал подвижным.

У меня аж руки в кресле вспотели! Как будто за моей спиной не Боб с чибзиком резвились, а стояли напарники по ограблению, отсчитывая секунды до того, как в зал ворвутся бойцы спецназа.

Пока я воображал себя экспертом по взлому, Оридж подобрал нужную последовательность символов. Раздался заветный щелчок, дверь сейфа отделилась от корпуса и открылась.

Я с нетерпением распахнул ее пошире и радостно уставился на полки, заставленные чем-то переливающимся в темноте синим и голубым цветами.

Три полки, на каждой квадратная коробка без крышки, разделенная внутри на ячейки. Похоже было на коробку с конфетами: в пластиковой форме обнаружились углубления, внутри которых лежали кристаллы скайкрафта. На верхней полке половину «конфеток» кто-то уже съел, зато остальные остались полными. Кристаллы слегка отличались по форме и цвету, но все были наивысшего качества.

Я в предвкушении потер руки и нервно хохотнул в кресле. Судя по звуку, донесшемуся из той части комнаты угла, где обычно обитал Боб, он вскочил на ноги и стал нервно ходить по комнате за моей спиной.

Через какое-то время Боб все же решился вклиниться в мою синхронизацию.

— Что нашел? — наконец не выдержал он.

— Древний сейф, — ответил я из последних сил сдерживая улыбку.

— А что внутри?

— Сладости для Ориджа, — улыбнулся я.

— Много? — затаив дыхание, спросил Роберт.

— С его аппетитами, думаю, что недельный запас. Ну или годовой, если не тратить.

Теперь была очередь Боба потирать руки и радоваться. Я, конечно, не видел, но был уверен, что свой «фирменный» танец он не преминул исполнить. По крайней мере, пол в берлоге парочку раз содрогнулся. И это я чувствовал в реальности, а не в синхронизации, стоя перед открытым сейфом.

Бережно собрав всю добычу, я огляделся в поисках того, чем бы еще поживиться. Еще раз подступился к панели на стене, попробовал поковырять ее ледорубом, но лишь расцарапал камень по краям.

Решил заняться «компьютером» и стряхнул пыль со стола, очищая «монитор» и неглубокую нишу с рычагами управления. На полноценную клавиатуру это не тянуло, а вот на тач-панель с рядом «горячих» клавиш — вполне.

Я аккуратно потрогал прямоугольные уплотнения. Надавил на самую большую, которая больше всего походила на кнопку включения. Потом на следующую, что поменьше. Потом уже на все подряд.

Пошел по второму кругу, добавляя к нажатию и небольшой всплеск энергии. Каждое действие отслеживал во всех возможных спектрах зрения шлема, в надежде заметить контакт или хотя бы намек на него.

Все мимо.

Прекратил мучить «клавиатуру» и принялся за «монитор», а потом и вовсе за стол. Обшарил его со всех сторон и даже отломил кусок в надежде найти «системный блок» или что-то типа того. Не нашел и уже решил варварски разбить кристалл, чтобы хоть через него, но добраться до потенциально интересных запчастей.

Положил на него руку, но, прежде чем вскрывать, решил направить энергию. Выпустил небольшой заряд — принцип такой же, какой сработал с ранеными мамонтами, только сейчас я представлял себе компьютер, которому нужна техподдержка.

Что-то произошло. В глубине кристалла загорелся огонек, который начал расти по мере добавления энергии. Экран ожил, побежали системные коды загрузки в виде местных символов.

— Можешь это взломать? — я дернул плечом, как бы вызывая Искорку, чтобы помогла.

«Я уже думала, что ты не попросишь, — отозвался дрон. —Только не прекращай подачу энергии».

Прошло несколько минут напряженной тишины. Слышен был только едва различимый звук старого модема, посылаемый Искоркой, ну и зубы у меня, честно говоря, поскрипывали от нетерпения.

Вдруг экран мигнул, неясно замерцал, погас, а потом снова включился.

«Готово! Доступ получен к ряду директорий, которые еще функционируют».

— Есть понимание, что это за место?

«Если по-простому, то это склад судного дня. Судя по доступным данным, здесь хранили продовольствие, строительные материалы, химикаты и продукты первой необходимости».

Предполагаю, что перевод хромал. Но суть все же была ясна. И, скорее всего, срок годности у всего уже давно истек.

«Открываю доступ», — пискнул дрон, и на экране появилась схема с несколькими директориями.

Все названия символьные, но я и без Искорки справился. Из семи разделов работали только два, и меня выручил метод научного тыка. Меняя что-то и прислушиваясь, происходит ли что-то на этом складе «госрезерва», я отключил турели и роботов-зомби. Пачка которых (судя по схеме) караулила на другой стороне основного склада.

Потом я нашел меню, которое управляло замками. Открыл склад — эффект был слышен даже отсюда. В глубине коридора заскрипели ворота и стал нарастать гул от сквозняка, заполнившего все вокруг странными запахами тухлого мяса, старости и химикатов.

Еще парочка махинаций, и панель, которая была на стене рядом со мной, поехала вниз. А за ней открылась плоская стена, на которой ровными рядами и линиями висели рамочки. Примерно так бабочек коллекционируют под стеклом, развешивая на стене. Внутри рамки в прямоугольном углублении, словно в бархате, лежали прямоугольные пластины.

Почти в каждом из шестнадцати маленьких отсеков хранилось по мастер-схеме или мастер-форме. Где-то все же оказалось пусто, и лишь пыльный след в выемке говорил о том, что когда-то тут что-то лежало.

Я жадно схватил в руки первый попавшийся прямоугольник. Зеленоватый оттенок самой пластины и лабиринт на поверхности цвета темного серебра. Перевернул слиток и разглядел на обратной его стороне изображение дроида. По форме даже немного карикатурный — настолько огромный в плечах. Броня на схеме была выпуклой, делая фигуру дроида визуально больше.

Искорка выдала краткую, но очень грустную справку, что это специально для «Защитников». Ладно, либо прибережем для будущего Ориджа Боба, либо выставим на аукцион. Я закинул мастер схему в рюкзак и взял с полки следующую.

А вот подобное мы уже проходили и даже собирали!

Я внимательно изучил прямоугольник с изображением пирамидки. По форме такая же, как и та, что была у меня, но над ее верхушкой неизвестный мастер выгравировал солнце с расходящимися в разные стороны лучами.

Собирали, да не совсем такую! Я тут же вошел в режим активации и начал изучать схему. На этот раз пирамидка на проекции оказалась гладкой, без шишечек или других неровностей. Подумав, я использовал «конфетку» из только что найденных и уже через пару секунд не только смотрел на проекцию, но и держал в руке гладкую пирамидку.

Внимание! Мастер-схема светошумовой гранаты «Вспышка грома» использована, процесс изготовления добавлен в память системы.

Вот это я удачно зашел! И название в самый раз для «Буревестника»! Я потянулся за следующей пластиной, на секундочку зависнув, решая, какую взять.

Просто Новый год какой-то! Почему-то вспомнил, как любил в детстве залезать в мешок Деда Мороза, хотя и знал, что это наш сосед по лестничной клетке, и доставать оттуда самую большую конфету.

Так и где же тут она?

Или даже они? Я увидел сразу несколько модификаций для скаутгана, которые и сразу же и создал. Длинный ствол для трансформации карабина в снайперку, тактическую рукоятку со встроенным фонарем и удлиненный магазин довольно странного устройства. Похоже было на пневматику, куда снизу баллон с газом вкручивается.

Подключил Искорку и после краткого сканирования нашел общие черты с трофейным цилиндром. Тем, при помощи которого можно попробовать отливать пули. Получается, это вариант в духе «куй железо, не отходя от кассы»?

Я выбрал самый маленький кристалл скайкрафта и поместил его в магазин. Появилось сообщение, что начат процесс заряжания, и через три минуты, которые я просто пялился на индикатор, скаутган отчитался, что он заряжен и готов к стрельбе. А мне доступно семьдесят выстрелов.

Вышел в коридор и подобрал самую целую голову робота. Поставил ее на полку в открытом сейфе и выстрелил. Последовал практически бесшумный хлопок, я успел увидеть бледный энергетический шлейф, и сразу же услышал треск робота и звонкий удар о стенку сейфа.

С роботом понятно — пуля насквозь прошла, оставив дырочку в несколько миллиметров в диаметре. А вот дальше уже интересней. Я повертел в руках двухсантиметровый мини-дротик, который наполовину вошел в металл, даже не деформировавшись. Пушка — огонь!

— Ты чего улыбаешься, как будто собираешься на вечеринку с секс-звездой? — раздался сбоку голос Боба. — Ну или, по меньшей мере, так, как будто сегодня лучший день твоей жизни? Хотя это одно и то же.

— Не знаю, как насчет секс-звезд, а день сегодня и правда супер! — весело ответил я, разглядывая только что полученный магазин на экране системы. — Я тут нашел целый склад ценных девайсов. Только скайкрафт подавай.

Не знаю, было ли для Боба это равнозначно вечеринке с порно-звездами, но он тоже довольно заворчал что-то себе под нос.

— Ладно, ты тоже сегодня празднуешь, — обратился Роберт уже к чибзику и кинул ему что-то съедобное. Судя по хрусту — чипсину или печенье.

Я продолжал разбирать мешок с подарками. Дальше пошли мастер-формы, которые сам я реализовать не мог. Требовался навык скаймастера или годы тренировок, как у Николаича. Которого, кстати, давно надо бы проведать.

А пока передо мной лежали три пластинки.

Первая — понятная без подсказок, с нее на меня тупо смотрел своими черными глазками зомби-робот, он же манекен для краш-теста, он же универсальный антропоморфный спот (по версии системы). Если армию клонов я себе не создам, то хотя бы дежурными Кузю обеспечу.

Вторая и третья формы были из одной серии, как подсказала Искорка, не заморачиваясь с переводом, — «стройка и ремонт».

На одной что-то типа щита в полный рост, но, похоже, это была целая секция забора. Даже страшно представить, сколько скайкрафта потребуется, чтобы такую стену возвести. С другой стороны, мгновенная починка периметра, если какой-то монстр вломился на станцию, может окупить любые расходы.

Вторая форма тоже предполагала ремонтные работы, но уже точечно и экономно. И если мы с Искоркой правильно поняли друг друга, это был аналог герметика, только легче и лучше, который мог заполнить даже микроскопические поры.

Последние две пластины в нижнем ряду оказались совершенно чистыми и гладкими. Ни гравировки, ни символов — словно чистый лист бумаги. Чем, видимо, они и являлись. Пустышки для копирования или для создания, но здесь без скаймастера я точно не разберусь. Поэтому отложим их до встречи с Николаичем.

Довольный, словно я не только в лотерею выиграл, но и выигрыш уже удачно вложил, я вышел из арсенала. Прошел по пыльному пустому коридору, который постепенно расширялся, и наткнулся на закрытую дверь. Толкнул, в надежде, что мое копание в системе безопасности увенчалось успехом.

По крайней мере, на тот момент Искорка все мои действия одобрила. Но, кажется, что-то не сработало. Послышался характерный для старого механизма скрип и щелчок, но дверь не поддалась.

Я навалился на нее плечом, пока не скрипнуло так, что я понял, — «открыто». Толкнул дверь и зашел внутрь. Оказался на небольшом пандусе, который заканчивался лестницей. Перила и ступени были целыми.

Спустившись, я с изумлением уставился на уходящий в высоту потолок. Стоя на поверхности у воронки, и представить было нельзя, что тут находится целый подземный склад.

Огромный ангар с сотнями стеллажей и полок, тянущимися бесконечными рядами.

Я подошел к ближайшей, сплошь заставленной пыльными и, к сожалению, трухлявыми боксами. Взял нижний контейнер, и тот просто рассыпался в моих руках. То же произошло и с последующими.

Решив не крошить ящики зря, я продвинулся немного вперед и посмотрел напластиковые баллоны, среди которых даже попадались прозрачные.

Один из них вполне выдержал контакт. Я открыл крышку и поморщился. Резкий химический запах ударил в нос, хотя внутри баллона было совершенно пусто — лишь высохшие остатки какой-то смеси на дне.

Ясно, халява кончилась. Выборочно проверил несколько стеллажей, и везде картина повторялась. Пыль, труха, в редких случаях пластик, но такого хилого вида, что его даже в переработку никто не возьмет.

Я пошел через бесконечные ряды полок, через склад, чувствуя нарастающую мощь излучения. Увидел впереди двойную дверь, от которой распространялось легкое энергетическое свечение. Распахнул ее и уставился на несколько стоек с оборудованием древних.

Отдаленно открывшееся зрелище напомнило серверную, только шкафы здесь были разного размера. Явно генератор, возможно, фильтры и производитель кислорода, если, конечно, здесь предполагалось присутствие людей, а не только дроидов. Прямо на стене висел квадратный бокс некогда красного цвета, а сейчас скорее пыльно-бордового. От него исходило едва слышное гудение, которое резонировало с вибрациями моего шлема.

Тряхнув головой, я заметил, что это не единственный источник звука. За моей спиной, в дальнем углу склада, в который я особо не заглядывал, что-то металлическое поскрипывало по полу. Я заглянул и, активировав скаутган, посветил фонарем.

— Так вот ты каким станешь, когда вырастешь… — Я практически поднял глаза к потолку, пытаясь понять, где заканчивается тело робота, попавшего в луч фонаря. — Ну здравствуй, папа-крабик!

Глава 30

Я активировал маскировку и бесшумно выскользнул на склад.

Думал, что бесшумно и незаметно, но стальной клинок, рассекший воздух у меня над головой, быстро объяснил, как я ошибался.

Если мой Крабик на данный момент еще пятого уровня не достиг, то этот арахнид вполне соответствовал отметке восьмидесятого левела. Почти метровая стальная конструкция ловко цеплялась за стеллажи лапами-скальпелями и скакала под потолком. Длинные ноги, совсем как паучьи, шустро перебирали по стальным стеллажам.

Цепкая зараза! Задними лапами она ухватилась за верхние полки, а нижними, похожими на острозаточенные косы, попыталась достать меня. Размах лап почти три метра.

Я кувырком ушел в сторону и заскочил в следующий проход между стеллажами. Замер на мгновение, совершенно забыв, что трухлявые коробки и горстки истлевшего мусора меня не скроют и не спасут. В итоге чуть не пропустил следующий удар. Стальная коса просвистела в нескольких сантиметрах от моей спины, чуть не распоров рюкзак. Смахнула мусор с полки и рассекла старую этажерку.

Отскочив, я тут же попробовал завалить всю конструкцию на арахнида-переростка. Старая, местами проржавевшая сталь, прогнулась со скрипами и вздохами и налетела на соседний стеллаж.

Эффекта домино не произошло, паука не прибило, только пара его лап застряла между полок. Он задергался, пытаясь, вероятно, найти новую точку опоры, и дал мне несколько драгоценных секунд.

«Рывок» по залу, пробежка вверх горке из полок — и я оказался за спиной у «распятого» арахнида. Увернулся от замаха очередной лапы, у которой шарнир чуть ли не на триста шестьдесят градусов работал, и открыл плотный огонь из скаутгана.

Лучше бы прям шквальный, чтобы все семьдесят зарядов за секунду выпустить, но такую опцию мне пока не дали. Ускоренно, но одиночными, я успел выдать десять выстрелов, проштопав туловище дроида от середины панциря до загривка. Последние два дротика вошли в затылок, попав в основание треугольной головы.

Часть не пробил, часть срикошетил, потому что инстинктивно пригибался, уворачиваясь от металлических свистов под потолком, но часть пуль цели достигла! Арахнид сбился с хода и замедлился, но все еще оставался на ногах.

Он освободился и, цокая по каменному полу, скрылся за следующим стеллажом. Но только лишь для того, чтобы крутануться где-то под потолком и выскочить на меня с другой стороны. Ожидаемо, но резко и стремительно, перебирая лапами по полкам и виляя между стойками, туша побежала на меня.

Я еще несколько раз выстрелил, раскачивая точными ударами узкую морду. Пули погнули «скулу», чиркнули по правому визору, оставив там скол, а в последний момент я рванул в сторону и вверх, запрыгнув на полку.

Паук, не разворачиваясь, дал задний ход. Как мне показалось, даже быстрее и маневреннее — у меня промелькнула мысль, что я изначально не понял, где у него перед, а где зад. Что бы это ни было, но лягнулся он тоже быстро, словно выстрелил вперед задними лапами. Ловко зацепил меня по лодыжке.

Бо-о-ольно!

Словно самый край кожи прищемило! Я непроизвольно дернул ногой в кресле, раскидывая запас еды и сбрасывая тач-панель, лежащую на краю стола. Черт! Поэтому и нужны нормальные операторские кресла в специально предназначенных для них помещениях!

Пока я матерился, понял, что боль-то не проходит. Это значит, что нога Ориджа все еще в плену — лезвие на кончике крабьей клешни расслоилось на несколько тонких отростков, которые, как щупальца, начали оплетать броневую пластину.

Моментально активировав щит, я отбился от второй лапы, уже летевшей мне в голову. Выхватил ледоруб и отразил полет третьей. Арахнид дернулся, покачивая панцирем из стороны в сторону и цокая лапами, стянул меня вниз и потащил к себе. При этом пытаясь топтать меня остальными лапами.

Я начал вертеться, как уж на сковородке! Никогда такого не видел, но, кажется, прочувствовал. Не только на горячее швырнули, но и на шампуры пытаются насадить.

Увернуться, втянуть задницу, скрыть колено, откинуть спину — я никогда еще не был настолько гибким и вряд ли когда-либо смогу повторить. Спина в реальности трещала по швам, мне казалось, что нижние ребра вывернулись и елозят по позвонкам.

И прежде чем пропустить еще один удар — теперь лапа летела в плечо, прямо над краем щита, я чуть ли не сложился пополам, чтобы кончиком ледоруба подцепить арахнида за щель между панцирем и шарниром лапы.

Дернул его на себя, одновременно рывком сближаясь с крабом. Проскочил мимо мельтешащих лап, не обращая внимания на косые царапины, и прилип к панцирю, войдя в клинч. Заскрипел зубами от боли в ноге, чувствуя, как стальной монстр пытается меня поднять и отделить от себя на комфортную для него дистанцию удара. Чтобы не позволить ему этого сделать, я вжался еще сильнее, словно у меня самое родное отнимают и, сменив оружие на старый добрый клинок, принялся ковырять неподатливый панцирь.

Уже не швейная машинка с двадцатью ножевыми за секунду, а скорее штопор. Пробить, втащить, расковырять… И жахнуть сдвоенным ударом паралитического яда и энергетического напора!

Мы рухнули на пол. Меня еще и придавило тушей, но консервная банка была вскрыта, деформирована и встать уже не смогла. Щупальца-провода бессильно отвалились с ноги, оставив черный цвет подпалин на скайкрафте.

— Да слезь ты уже с меня! — с натугой прохрипел я, перевернув теперь уже груду металлолома, и выкатился на свободу.

Посмотрел на дрона, распластавшегося по полу. А штука неплохая! Мне бы тоже такого создать. Или как-то проапгрейдить своих Крабов до таких внушительных размеров. Я присел рядом с арахнидом, чтобы рассмотреть разные по функционалу лапы. Передохнув, проглотил сразу два кристалла скайкрафта, и, когда раны затянулись, а заряд пришел в норму, вернулся в «серверную».

Начал с генератора.

Ну здесь все понятно. Что внутри — неизвестно, но снаружи просто герметичный ящик с пусковым механизмом в виде небольшого рычага. Я взялся за круглую ручку и осторожно опустил рычаг вниз. И сразу отступил на пару шагов назад. В случае если рванет.

Но генератор не рванул. Я услышал, как внутри ящика что-то пару раз щелкнуло, зажужжало, разгоняя невидимый глазу механизм, а потом заработало и ровно загудело.

Стены вокруг меня внезапно посветлели, и мягкий рассеянный свет полился с потолка.

Я по новой осмотрел комнату, и на склад заглянул. При свете все стало выглядеть менее таинственно, но как-то грустнее, что ли. Разруха и запустение — эхо древних, но какое-то уж совсем неприглядное. Даже сломанный арахнид уже не казался мощным, просто груда бледного металла.

Я вернулся в «серверную» и уставился на красный бокс на стене.

— Ну что, Искорка, мы у цели? — обратился я скорее к себе, чем к дрону, но она ответила.

«Обнаружен охранный модуль, — проговорила Искорка, выбравшись из гребня, —модель „Сайленс-вибро“ первого поколения. Принцип действия — блокировка связи и передачи энергии с помощью гамма-излучения. Радиус поражения до одного километра».

— А «Энигма» у нас как раз на охранке специализируется?

Теперь уже точно сам себя спросил, пытаясь вспомнить профиль компании. Вроде так оно и есть. И тогда их главная цель становится очень даже понятной. Сколько, интересно, такая технология может стоить? Десятки миллионов? Может, такая корова нужна самому?

Заманчивая, конечно, идея. Но «Энигма» не поверит, что здесь вообще ничего не было, и просто все в воздухе рассосалось. Они с самого начала шли в этот сектор за конкретной вещью. Это, конечно, не «Майтен» и даже не «Тринадцатые» — конфликт с ними не так страшен, но вот репутация будет испорчена. А это не тот путь, который я вижу для ЧИЛАБА.

Я подошел к боксу и потянул за массивную ручку. Раздражающая волна, давление которой я постоянно чувствовал в голове, стала еще интенсивнее. Вибрация от нее как-то резко перестала напоминать движения заботливых рук массажиста. Скорее, появились ощущения как при сильной турбулентности в самолете.

«Рекомендуется отключить охранный модуль», — проговорила Искорка и приземлилась на свое место. Ей тоже было тяжело.

Я подошел к излучателю, который чем-то напоминал полукруглый батискаф с двумя иллюминаторами. По размеру чуть меньше двухсотлитровой бочки, но если сильно постараться, и если позвоночник не треснет, то можно и вынести. Окантовка и короткие ножки из астериуса, а все остальное из скайрафта.

Заглянул внутрь небольших окошек, но в обоих увидел черноту. Похоже на дополнительную защиту механизма изнутри.

И как же мне тебя отключить?

Провел рукой по гладкому корпусу. Учитывая, что он работал и без генератора, явно штука автономная, и провод питания сзади не болтается.

Я схватился и попробовал поднять. Будь я в тренажерном зале, наверное, глаза бы уже на лоб полезли, и где-нибудь межпозвоночная грыжа надорвалась, а здесь только система взревела красным, перенаправляя потоки энергии по телу Ориджа.

Излучатель приподнялся, но всего на пару сантиметров. «Фух», — с глубоким выдохом в кресле я опустил его обратно. Подступился чуть с другой стороны и, перерыкивая недовольство системы, развернул его на девяносто градусов.

И на задней стенке обнаружил небольшой закрытый щиток, размером с мою ладонь. Нажал на прямоугольную крышку, а та на удивление легко поддалась.

Внутри дверцы была панель с несколькими рядами разноцветных кнопок и углубление, похожее на сканер отпечатка. Приложил туда свой указательный палец и направил капельку энергии. Панель под рукой загорелась зеленым светом, а на экране перед глазами появилось окно подключения.

В мое время про «яблочные» смартфоны и планшеты говорили, что они настолько интуитивно понятны, что и ребенок разберется. Не во всем, но конкретно в этом излучателе древние этот принцип повторили на пять баллов.

Еще и пароль был не нужен. Как там Искорка сказала? «Первое поколение»? Что с него взять-то? Получается, мой шлем явно более позднего, раз смог нивелировать излучение.

Скорее всего, шлем и помог, но приятней думать, что я сам справился. Сначала нашел раздел для сопряжения дружественных устройств. Обнаружил там свой шлем — единственным в списке — и добавил его в так называемый «белый лист».

Сразу же почувствовал облегчение. Вибрация прекратилась, а по волосам будто весенний ветерок прошелестел, обдав приятной прохладой.

И сразу все заработало! Сканер, словно с цепи сорвавшись, полетел во все стороны, рисуя проекции склада и ближайшей территории.

Покопавшись в настройках, я пытаясь найти какую-нибудь полезную техническую документацию или понять принцип работы. Но нет. Нашел разве что упоминание какого-то ядра (перевод от Искорки), вокруг которого и был собран «батискаф», нацеленный на трансляцию излучения. По сути, просто экран.

Нашел как выключить, и, прокликав несколько предупреждающих надписей, стал доказывать системе, что во всем уверен.

И как только я подтвердил финальный выбор, «батискаф» отключился.

В наушнике тут же послышалось характерное щелканье, а следом раздался голос Хоук.

— Алекс! Прием! Прием! Ты меня слышишь⁈

— Слышу, прием! — отозвался я. — Можно не кричать уже, глушилка больше не работает. Вы как?

— В порядке, только скучно, — вклинился в наш разговор Зяблик. — Прогулялись в этих пористых пузырях, убили пару хорьков и увидели еще несколько уснувших отрядов. Каких-то самураев-близнецов и целую банду Файтерс. Надо будет найти их сейчас, хоть автограф возьму. Я даже удивлен, что они здесь такой толпой — меньше ляма за заказ уже давно не берут. А ты как время провел?

— Идите сюда, и сами все увидите! — Я сбросил Ястребам карту, чтобы они смогли быстрее до меня добраться, и пошел встречать гостей. Заодно и сейф хотел закрыть, типа я ничего не трогал.

По идее, сейчас должны включиться и дроиды «Энигмы», а то и все остальные, кого я видел в пещере перед входом в арсенал.

— Все! Заказ «Энигмы» наш! — радостно сообщил я Бобу, не в силах сдержать свою радость. — Можешь подверстать бюджет.

— Что сделать? — переспросил Боб и прокатился на стуле по комнате, чуть не сбив чибзика. Животное испуганно запищало и метнулось к моему креслу, ударив лысым хвостом по ногам.

— Скоро скажу, что, — ответил я и вернулся в Ориджа. На входе, возле кучи сломанных роботов стояли два Ориджа «Энигмы». — Шустро вы.

«Разведчик», пригибаясь и косясь на выключенную турель, подошел ко мне первым и представился капитаном специального военного подразделения компании — неким Дугласом Хостом. «Защитник» не стал себя называть. Просто кивнул и встал за капитаном, вертя головой в разные стороны.

— Вот, принимайте работу, — сказал я, махнув себе за спину. — Объект зачищен и безопасен. То, что вызывало отключение дроидов, деактивировано. Показать?

«Разведчик» снова кивнул, и я уже как знаток местности повел их через склад до самого красного бокса с излучателем. Капитан подошел к «батискафу», просветил его небольшим сканером, похожим на бесконтактный градусник, и связался с кем-то по внутреннему каналу. В этот момент в комнату буквально влетели Ястребы.

— Это из-за нее вся движуха? — Зяблик тут же бросился к излучателю, но разведчик остановил его заградительным жестом.

— Мы подтверждаем выполнение заказа, — сказал он. — Дальше разберемся сами. Спасибо за помощь.

— А мы подтверждаем получение средств? — уточнил Зяблик у Хоук.

Мы оба покосились на нее, ожидая, пока она отвиснет.

— Ага, наш баланс пополнен на триста тысяч кредитов, — довольным тоном сообщила она. — Вылезем отсюда, и я раскидаю доли.

— Тогда не будем медлить, если вам, конечно, не хочется побродить по древнему складу? — сказал я.

— К черту его, одна рухлядь! — ответил Зяблик, у которого руки уже были покрыты чем-то грязным и липким. — Хочется уже в бар, отпраздновать. Там нам все и расскажешь!

Уайт направился к выходу первым. Я махнул на прощанье энигмовцам, которые вертелись около излучателя, и присоединился к Ястребам.

— Алекс, у тебя какие планы? — спросила Хоук.

— У меня заказ один висит еще, пойду выполнять, — вздохнул я, мысленно подсчитывая, сколько дней у меня еще осталось и не выгоднее ли продолжать халтурить.

— Жаль, я думала, ты с нами продолжишь, — грустно сказала Хоук. — В офис надо, плюс караван один подстрахуем. Тебе, случайно, не по пути?

— Не, — покачал головой я. — В обратную сторону, но я вернусь. Так что поработаем еще вместе!

Мы еще со склада даже не вышли, как за моей спиной раздались шаги.

— Ты же Алексей Белов? — спросил догнавший меня «разведчик».

— М-м-м, допустим. — Я сначала напрягся, но потом вспомнил, что после регистрации это уже не такая тайная информация.

— Постой. С тобой тут поговорить хотят. Лови частоту.

После этих слов у меня на экране появилось темное окошко входящего видео-сообщения от неизвестного номера. Я подтвердил, что готов принять вызов, и экран загорелся. Я увидел перед собой женщину, черты лица которой мне почему-то были знакомы.

Короткие каштановые волосы, уложенные на косой пробор, моложавое лицо с высокими скулами и большие глаза. Не серые и не зеленые. Скорее, какие-то стальные. Возраст женщины определить было сложно. То ли хорошосохранилась, то ли рано состарилась.

Точно! Подпольные бои в Вавилоне! Вот где я ее видел. Не считая новостных сюжетов. Тогда с ней еще были три молодых красавца почти одинакового роста и телосложения. В тот день выглядела она довольно эффектно. В обтягивающим сухую фигуру платье змеиной расцветки и в дизайнерской кожаной куртке. Производила впечатление, что крепко держит этот мир за яйца. А сейчас…

Черты лица вроде бы те же, и одежда дорогая, и скайкрафтовая подвеска сверкает на шее, но была во всем ее облике какая-то простота. Типа там она играла на публику, а здесь вела себя как обычный человек…

— Здравствуй, Алексей, — голос ее звучал приглушенно, но твердо.

Я поздоровался.

— К сожалению, события развиваются быстрее, чем я ожидала, и не в том русле, — продолжила моя собеседница. — Поэтому сразу к делу. Мое имя — Елизавета Бернштейн, я глава и единственная владелица «Энигмы».

— Очень приятно, — ответил я осторожно, пока не понимая, что ей нужно. — Заказ ведь уже подтвержден?

— Да, все верно. Не знаю, как ты это сделал, но уже после того, как я выиграла кучу денег, поставив в том бое на тебя, я решила ничему связанному с тобой не удивляться. — Морщинки вокруг глаз женщины разбежались в легкой улыбке. — Но сейчас есть новый заказ.

Я промолчал, не перебивая, и она продолжила:

— Излучатель древних — технология, за которой мы охотились уже несколько лет, — продолжила Елизавета. — И что логично, она нужна не только нам. А вокруг «Энигмы» и этой пресловутой воронки слишком много шума в последнее время. На дне пещеры только ленивый уже не валяется. И сейчас, когда ты отключил излучатель, активировались не только наши дроиды. Я удвою ваш гонорар, если вы доставите артефакт ко мне в офис.

— Интересное предложение, но мне надо подумать, посоветоваться с коллегами, — я осмотрелся, пытаясь понять, как далеко ушли Ястребы.

Женщина на экране замерла, поднеся руку к уху, будто там еще одна гарнитура голос подала. А с другой стороны ее стола в кадр влетела явно взбудораженная девушка в деловом костюме и начала что-то шептать Елизавете на ухо.

— Не успели. Излучатель освободил и их, — сказала она и в упор посмотрела на меня. — Я утрою гонорар, но согласиться нужно прямо сейчас.

От автора: продолжение по ссылке —https://author.today/work/327225