Пролог

В Танзинийском королевстве, на окраине маленького захолустного городка, расположилась средних размеров продовольственная база, товары с которой поступали в магазины соседних населенных пунктов. Именно под этим местом, позволяющим, не вызывая подозрений, перевозить различные грузы, находилась тайная база ордена демонопоклонников. Одна из немногих, которую еще не потревожила международная организация борцов с инферналами и их последователями.

В подземном бункере было тепло, сухо, светло и немноголюдно. Как минимум на двух последних уровнях данной базы. По длинному коридору самого нижнего из них под охраной двух крепких бойцов в черной одежде шел молодой целитель в белом халате и катил инвалидную коляску, в которой с трудом сидел сгорбленный, постоянно трясущийся однорукий и безногий мужчина. Его лысая голова была словно продавлена в нескольких местах и лишь частично восстановлена. Лицо лишилось верхней челюсти, половины носа и губ. Кожа была изрезана жуткими шрамами, которые сползали на шею, грудь и ниже. Дополнял образ перекошенный, словно после множественных переломов, торс. Такое впечатление, будто бы несчастный пережил как минимум тройку горных обвалов и каким-то чудом выжил.

При дыхании безногий издавал крайне неприятные сипяще-хрипящие звуки, из приоткрытого рта стекала вязкая слюна, а по всему его телу из-за постоянной боли то и дело прокатывали сильные, длящиеся несколько секунд волны дрожи. И лишь единственный горящий ненавистью глаз говорил окружающим, что он еще не сдался.

Процессия остановилась у окованной железом двери, и, пока бойцы ее открывали, молодой человек обошел коляску и произнес:

— Роман Александрович, как ваш целитель, вынужден напомнить, что вы еще недостаточно пришли в себя для проведения ритуалов. Есть немалая вероятность, что перенесенные вами травмы и магическое истощение негативно отразятся в дальнейшем на физическом и психологическом здоровье. Будет лучше продолжить восстановление в капсуле. За два месяца мы достаточно вас подлечим, и тогда ритуалы будут максимально эффективны. Сейчас же они могут принести только вред. Раны восстановятся не так, как нужно, и это будет иметь последствия в дальнейшем.

Глаз покалеченного мужчины вспыхнул темно-красным светом, и молодой человек испуганно отшатнулся назад.

«Идиот! У нас просто нет времени! Безопасники уже лишили меня четырех из семи баз! И никому не известно, когда они наведаются сюда! А кроме того, этот ублюдок Морозов как-то закрыл уже сформированную пустошь! Если дать инквизиторам время, то они научатся с его помощью уничтожать прорывы! И тогда у нас не будет шансов! А без поддержки инфернальной энергии меня ждет смерть. Или что-то пострашнее ее! Так что на всякие глупости просто нет времени! Хорошо, что велел вывести меня из комы раньше, чем завершится восстановление! А так у нас еще есть шанс!» — со злостью и яростью подумал однорукий. Ощущая неприятную боль во всем теле и обнажая остатки зубов, он прохрипел:

— Впх ритхуальный залпх!

Двое безмолвных бойцов тут же подхватили его на руки, занесли в помещение с замысловатой, исписанной мелкими символами пентаграммой, линии которой светились едва заметным красным светом. Они положили тело прямо в ее центр, спиной на небольшой, размером с два кулака, демонический алтарь, представляющий собой необработанный кусок стекла с несколькими «камнями души и боли» внутри.

Не обращая внимания на неприятные ощущения, мужчина приподнял трясущуюся от нагрузок руку, и туда был тут же вложен исписанный рунами черный нож.

— Непхсите пхленнпика, — едва слышно прохрипел человек.

Ожидание не продлилось долго. Два безмолвных бойца притянули, по-другому не скажешь, вырывающегося и дергающегося, тощего, заросшего мужчину, от которого пахло нечистотами, грязным, давно не мытым телом и ужасом от осознания происходящего.

— Полопхжите епхо на мепхня, — велел инвалид и, как только бойцы выполнили его приказ, начал кромсать ножом извивающуюся и дико кричащую жертву, отчего символы пентаграммы ярко вспыхнули, словно кто-то их подсветил.

Спустя несколько долгих минут от пленника остался лишь пепел, и безногий уже более уверенным тоном произнес:

— Спледующий.

После еще трех убийств уставшего, но преобразившегося мужчину, избавившегося от сутулости и дрожи, вернули в инвалидное кресло, и он прохрипел:

— Лабопратория триста десять.

Спустя время его вкатили в длинное помещение с множеством вычислительных приборов, по периметру которого располагались емкости с телами, плавающими в вязкой зеленой жидкости.

— Кардинал! — Перед инвалидом склонились в глубоком поклоне трое немолодых мужчин в белых халатах.

Инвалид кивнул, пробежал по телам взглядом и здоровой рукой указал на камеру, внутри которой застыла голая черноволосая женщина, опутанная различными проводами и трубками.

— Лисана Вспышкина, — прореагировал старший из тройки. — Тридцать один год. Архимаг. Четыре ритуала усиления, два слияния, по одному подчинения и сокрытия. Шоковая травма, полученная после потери связи с членами ментальной ячейки, являющимися в том числе ее братьями-близнецами, также участниками экспериментальной программы.

— Начинайте расконсервацию, — чисто, но медленно произнес инвалид.

— Да, кардинал, — кивнул мужчина. — Осмелюсь напомнить вам, что из-за навязчивого желания отомстить несмотря ни на что ее состояние крайне нестабильно. Вспышкина очень непредсказуема. Ее невозможно контролировать. Два раза во время технического обслуживания капсулы она предпринимала попытки выбраться из раствора и сжигала наши комплексы. Нейтрализация возможна лишь с помощью ритуала подчинения. Другого способа контролировать ее у нас нет.

— Горит желанием отомстить? — переспросил кардинал и неприятно рассмеялся. — Очень хорошо! Расконсервируйте ее! Я дам то, что ей нужно!

Старший поклонился, а кардинал заскользил взглядом по другим емкостям с людьми, и на его лице появился оскал.

— Психику кого-то из них удалось восстановить?

— Только троих, но они уже переведены в соседнюю лабораторию, — доложил старший. — С оставшимися нужно еще долго и упорно работать. У всех серьезные психические отклонения. Их кровожадность, недальновидность и отсутствие критического мышления могут негативно сказаться на выполнении заданий.

— Расконсервируйте! Всех! — велел кардинал и вновь расхохотался. — Вспышкиной понадобится помощь, чтобы отомстить убийце братьев!

Молодой целитель, наблюдающий за инвалидом, осуждающе покачал головой. То, чего он боялся, произошло. Не завершивший восстановление кардинал после ритуала жертвоприношения из расчетливого и прозорливого начальника превратился в психопата, и отклонения с каждой неделей будут лишь прогрессировать.

А значит, пора собирать вещи, местные наработки и затирать следы своего пребывания. Без адекватно мыслящего кардинала у ордена нет будущего. Нужно уходить.

Глава 1

Шел третий час ночи, а в поместье рода Морозовых никто и не думал ложиться спать. В коридорах и помещениях главного здания витала непередаваемая смесь напряжения, предвкушения, тревожного и одновременно радостного ожидания. Значимость предстоящего события своеобразно подтверждал даже родовой алтарь, который стал непроизвольно выбрасывать энергию в пространство, чем спровоцировал сильнейший снегопад на территории Снежногорского и соседних районов и немало удивил этим как жителей близлежащих населенных пунктов, уже успевших привыкнуть к первым теплым весенним денькам, так и остальных граждан Носирианской империи.

По коридорам поместья споро передвигались слуги, оказывающие помощь группе целителей из семейства Беляниных, а также другим гостям, не сумевшим сомкнуть глаз в эту ночь. Вокруг в засаде засела пятерка витязей, обеспечивая дополнительную безопасность и не допуская посторонних к охраняемому объекту. Маги Морозовых под руководством Резцова установили мощный защитный «купол» как над главным зданием, так и над всей территорией. Начальник службы безопасности рода и глава охраны поместья организовали усиленную оборону, подняв несколько смен бойцов по тревоге, и были готовы к любой неожиданности, в том числе к атаке с воздуха или удару ракетных систем залпового огня.

Глава рода — князь Морозов Иван Егорович — также не остался в стороне от вопросов безопасности и наряду с контролем магической защиты находился в состоянии медитации, выискивая в себе всполохи беспокойства и опасности. Чему-чему, а своему чутью молодой мужчина доверял, хоть и не мог объяснить, на каких принципах оно работает. Он был уверен, что в случае чего одним из первых распознает намерения вероятных противников.

«Ничего!» — в очередной раз пронеслось в голове, и, поднявшись на ноги, я потянулся, разминая затекшие мышцы, а затем выглянул в коридор.

Стоящий в охране боец, увидев приоткрывшуюся дверь, вытянулся и на мой безмолвный вопрос отрицательно покачал головой.

«Как-то они долго, — подумал я с легким волнением. — И почему мне казалось, что с помощью целителей роды пройдут быстрее? Надеюсь, у Марго нет никаких осложнений и все пройдет хорошо».

Вернувшись в кабинет, я налил себе сока, смочил пересохшее горло и стал медленно ходить из стороны в сторону.

«Сейчас бы мне сюда Феофана, — возникла грустная мысль. — Он бы точно меня успокоил и обнадежил. Сказал бы не вешать нос и быть мужчиной. Вспомнил бы, что у него у самого с десяток детей и все роды прошли нормально. Добавил бы, что не ожидал от меня соплей в данной ситуации. Ну или еще как-нибудь поддел».

— Прости, учитель, — тихо произнес я, чувствуя душевную боль. — Если бы я был хоть чуточку сильнее, если бы не побоялся сразу использовать стимулятор, то все могло бы быть по-другому и ты бы не покинул меня столь рано.

Руки непроизвольно сжались в кулаки.

— Ну почему я решил, что справлюсь сам?

Наставника мне очень не хватало. Первое время я ловил себя на мысли, что хочу привычно заказать в рабочий кабинет две чашечки кофе или непроизвольно смотрю на то кресло, которое любил занимать Феофан. Думаю, что бы он сказал в той или иной ситуации. Как бы поступил.

У Феофана, как и у меня, хватало недостатков. Он был вспыльчивым, любил поерничать. Мог старчески побурчать или судить о чем-то слишком поспешно. Начал потихоньку впадать в маразм. Бывал излишне кровожадным по необходимости или без. Однако несмотря ни на что — он был самым близким мне человеком. Тем, кто всегда был на моей стороне и мог прикрыть спину…

Только месяца через четыре после похорон я вроде бы привык жить без наставника и смирился с мыслью, что его больше нет. Однако прошедшая не так давно годовщина показала, что это обман, и я вновь стал вспоминать о Феофане и его роли в формировании моей личности…

Задумавшись, я мыслями вернулся назад. В то время, когда длились сорок дней скорби по погибшему и мне приходилось заглушать свою боль с помощью глыбы во внутреннем пространстве, а также поддерживать Марго, которая потеряла дядю и натерпелась из-за появления пустоши.

Кроме того, этот год я потратил на восстановление здоровья. На первый взгляд могло показаться, что целителям удалось привести меня в чувство и залечить все раны, что после произошедшего в республике я быстро оклемался и пришел в себя. Однако это было не так. Несколько изматывающих магических схваток, использование пыльцы нуркулсана, проведение огромного потока сил через организм и прерывание ритуала демонолюбов оставили большое количество мелких травм на моем энергетическом теле. Что наглядно подтвердила слабо светящаяся во внутреннем мире ледяная глыба, увеличившаяся чуть ли не в полтора раза и потерявшая при этом свою плотность. Казалось, что какой-то гигант пытался надуть ее, словно воздушный шарик, и ему отчасти удалось, правда, самой глыбе такое отношение явно не понравилось.

Пришлось долго штудировать кодекс в поисках оптимальных восстановительных техник, медитаций и слабых ритуалов, а затем заниматься реабилитацией перенесшего огромные нагрузки организма, залечивая микроскопические швы и разрывы, что позволило выровнять ток магической энергии в каналах и уплотнить значительно расширившийся источник. Только после его стабилизации я мог наконец признать, что из очередной смертельно опасной заварушки мне удалось выбраться без особых последствий для здоровья…

После окончания траура мы с Марго начали усиленно готовиться к свадьбе, в организации которой нам предложили свою активную помощь Белянины, Буранко и Темниковы. Особенно старались первые, которым хотелось выставить себя передо мной в выгодном свете.

Судя по донесениям службы разведки и аналитического отдела, имперские родственники моей невесты крайне возбудились от возможности через свой республиканский филиал, который уже какое-то время был сброшен со счетов, породниться с княжеской носирианской семьей. А тот факт, что это был род Морозовых, еще больше тешил их самолюбие и в будущем обещал некоторые преференции. Белянины уже планировали, как после бракосочетания воспользуются заметным повышением своей репутации в стране и монетизируют наш союз.

«Проанализировали рост благосостояния рода целителей Кровянкиных, которые начали со мной сотрудничать, и сделали правильные выводы», — понял тогда я.

К слову, мешать родственникам будущей жены использовать нашу свадьбу в своих целях я не собирался, так как планировал поступить так же. Однако про то, как некрасиво в свое время они поступили с Марго, когда лишили ее доступа в ритуальный зал Беляниных, я главе рода все же напомнил. И получил заверение, что это было лишь небольшое недоразумение и более не повторится.

Чуть менее активно предлагали помощь, но более вовлечены оказались Буранко. Эта семья сумела достаточно быстро оправиться от свалившихся на них неприятностей. Они вернулись в нетронутое демонами, но частично разграбленное мародерами поместье. Сумели быстро найти и наказать покусившихся на их имущество наглецов. Вернули доступ к ритуальному залу, проход к которому был на всякий случай заблокирован погибшим главой. С почестями похоронили павшего магната, а также отправившуюся с ним на тот свет охрану, а затем, выждав траур, назначили нового лидера. Бывший наследник начал спешно восстанавливать и расширять разрушенный вторжением демонов бизнес, в чем ему помогал советник рода Морозовых по экономическим вопросам, который еще недавно вел дела в республике и знал обо всех подводных камнях.

Также по просьбе нового главы Буранко, желавшего подстраховаться на случай внезапных неприятностей с демонолюбами в своей стране, я принял в поместье несколько членов их рода, в том числе и близких Марго.

От такого щедрого подарка я отказываться и не думал. В этом мире семья — главный ресурс. От ее размера и от рангов родственников зависит очень многое. К примеру, сильный архимаг или профессор, являющийся главой и единственным членом, будет находиться на одном уровне со среднеранговым магом, под руководством которого есть несколько членов семьи. И чем род больше — тем лучше. Так что подобным шагом я сумел сделать позиции Морозовых еще прочнее…

В то же самое время сорокадневный траур, а также становление нового главы рода происходило и в семействе Темниковых. Вакантное место конечно же занял успевший немного освоиться с родовыми делами Федот. Разобравшись с навалившимися проблемами, он уделил внимание и мне, поддержав Беляниных и Буранко в желании как можно быстрее провести наше с Марго бракосочетание.

— А то опять что-нибудь непредвиденное произойдет: нашествие демонов, падение метеорита, конец света или еще что, — справедливо заметил старший брат и отправил к нам на помощь свою жену Марину, у которой еще были свежи воспоминания о не такой далекой свадьбе.

С удовольствием свалив большую часть организационных вопросов на добровольных помощников, я вместе со старшим магом рода занялся подготовкой брачного ритуала, который будет наиболее оптимальным для моей невесты и позволит ей эффективней использовать энергию рода Морозовых. Вдумчивая работа и несколько экспериментов благосклонно сказались на магических возможностях Марго, а в перспективе, как я надеялся, сыграют роль и в потенциале наших будущих детей.

Именно для привыкания к новому источнику силы Марго с момента переезда в империю и вплоть до сегодняшнего дня ни разу не покидала территорию поместья. Сначала она примерялась к силе родового алтаря и успешно подстраивалась под него, а затем, после свадьбы, позволяла ему напитывать энергией наших не родившихся наследников.

Кстати, злые языки утверждали, что после произошедшего в республике прорыва демонов я немного тронулся умом и теперь трясусь за жизнь своей суженой. Мол, Морозов сделал из молодой и привлекательной девушки затворницу, которую никуда не выпускает. Отчасти они, конечно, были правы. При мысли, что с Марго может что-то случиться, у меня сжимались кулаки и появлялось желание убивать. Благо хоть любимая все прекрасно осознавала и недовольства мне не выказывала. Лишь рассказывала про ту или иную подругу детства, которая давно про нее забыла, но вдруг воспылала дружескими чувствами.

Всю эту ситуацию мой аналитический отдел службы безопасности воспринял правильно, а его глава заметил, что раздутый врагами негативный имидж — это тоже реклама, и, воспользовавшись очередной волной интереса к моей персоне, предоставил общественности одобренную мной историю нашей с Марго трагической любви. А в это время Потанин, отрабатывая должность советника главы рода по экономическим вопросам, сумел монетизировать и интерес, и историю и даже выпустил какую-то книгу.

Сама свадьба, как нетрудно догадаться, проходила на территории поместья Морозовых. Всем организаторам и добровольным помощникам пришлось изрядно потрудиться, чтобы мероприятие прошло согласно всем протоколам и традициям, а также удовлетворило все, даже императорские прихоти. Денег было вбухано немало, жаба внутри меня несколько удивлялась огромным тратам, однако все же я понимал, что жадничать в данной ситуации не стоит. Пожалеешь какую-то мелочь, что-то не учтешь, и враги тут же поспешат обозвать скупердяем, что может плохо сказаться на репутации.

Гостей, кстати, было не так уж и много. Я дал команду приготовить пригласительные лишь для наших с Марго родственников, моих друзей из Моршанска, однокурсников из кадетского училища, некоторых армейских товарищей, а также партнеров по бизнесу и крупных клиентов, имеющих благородное происхождение. Отдельно пригласительные рассылались главам «золотых» и «серебряных» родов, с которыми я был знаком или хотел свести более тесное знакомство. Конечно же не забыл я и про императора с Витовтом, которые подняли элитарность бракосочетания на новый уровень, продемонстрированный на следующий день парочке приглашенных журналистов…

Свою первую брачную ночь мы с Марго провели в ритуальном зале, на преобразованном мной в ледяную кровать алтаре рода. Хоть это простое действие и казалось мне кощунственным, по факту оно было очень мощным древним ритуалом, после которого моя жена внезапно для всех обзавелась ледяным колье с походным алтарем вместо кулона. После такого закрепления свадебного ритуала и принятия Марго в семью я уже не сомневался в скором появлении наследника.

Резцов, кстати, узнав о колье, несколько дней ходил с диким видом и что-то подолгу изучал в старых справочниках и фолиантах, однако ему так и не удалось найти упоминаний о чем-то подобном.

Не знаю, что послужило причиной, наша с Юрием Владимировичем филигранная работа по поиску и подготовке ритуала или влияние магии алтаря в колье, но уже через два дня ошарашенная Марго заявила, что беременна тройней!

— Ты уверена⁈ — взволнованно спросил я, когда до меня дошел смысл ее слов.

— Конечно! — усмехнулась она, явно забавляясь моим смятением. — Я вообще-то на целителя учусь. И легко отслеживаю происходящее в своем организме.

— Ты не представляешь, как я рад! — честно сказал я и, подхватив Марго на руки, стал ее кружить.

Блондинка счастливо засмеялась и поцеловала меня.

— Кстати, — решил уточнить я, когда мы наконец-то отвлеклись друг от друга. — А это не опасно? Не повредит твоему здоровью? Все же трех детей попробуй выноси! И что с ними будет? Вроде как они чаще всего рождаются недоношенными, и это…

— Не волнуйся, — перебила Марго и, погладив мои волосы, серьезно сказала: — Я целитель. Лично проконтролирую развитие наших детей и помогу им родиться здоровыми и красивыми. А если с чем-то не буду справляться, то, думаю, Белянины мне с удовольствием в этом помогут. Я даже устала от их излишнего внимания…

Мои воспоминания прервал особо сильный и продолжительный выброс энергии алтаря. До меня словно бы донеслось его торжество и важность момента.

Выйдя из кабинета, я быстрым шагом направился к помещению, временно переделанному под родильный зал.

Входить, мешать проведению родов, смущать Марго мне совершенно не хотелось. Вместо этого я выждал некоторое время и еще два довольно сильных всплеска, а затем после разрешения целителя вошел внутрь.

Там меня уже ждали улыбающиеся Белянины, бледная, но счастливая Марго, а также три кричащих комочка, одного из которых мне тут же дали в руки.

Глава 2

После рождения детей прошло уже более двух месяцев. За это время наши крохи немного окрепли и набрались сил, позволяя мне наконец спокойно вернуться к деятельности главы рода.

По правде говоря, Марго и раньше отпускала меня в столицу, изредка намекая, что я могу отлучиться в Мариград в случае необходимости и она сама в состоянии позаботиться о сыновьях, в чем ей с удовольствием помогает ее мама, родственники со стороны Буранок и появляющиеся набегами на несколько дней сестры Темниковы. Да и три найденные Синичкиным кормилицы, которые также выполняли функции одновременно нянек и телохранителей, снимали с молодой княгини Морозовой внушительную часть нагрузки и бытовых вопросов.

Все это я прекрасно понимал, но что-то в глубине души заставляло меня задерживаться в поместье изо дня в день. Хотелось провести как можно больше времени рядом с женой и новорожденными детьми. Даже несмотря на то, что последние в основном только ели и спали.

Вероятно, будь я обычным среднестатистическим мужчиной, жена которого родила тройню и воспитывает ее своими силами, то я бы точно сошел с ума от постоянного плача, подгузников, переодеваний, укачиваний и постарался бы от этого всего сбежать, однако в статусе главы «золотого» рода, имеющего немалое состояние, все же есть свои плюсы.

В общем, проведя достаточно времени с семьей и удостоверившись, что мои сыновья с каждым днем становятся все сильнее, я наконец с чистым сердцем отправился в столицу — решать накопившиеся за два месяца дела.

«С одной стороны, хорошо, что у нас родилась тройня, — подумал я в который раз. — Численность семьи тут же увеличилась в два с половиной раза, а через несколько десятков лет вырастет снова, когда парни заведут свои семьи. А вот с другой, сохранить мир в семье будет сложно. Что мне нужно сделать, чтобы Илья, Влад или члены их семей в будущем не пытались оспорить главенство своего брата Алексея? Ведь разница во времени рождения парней минимальна. Кому-то спустя годы может показаться несправедливым, что старший на пять или десять минут брат является главой рода, а он — нет».

За девять месяцев размышлений мне показалось, что я нашел подходящее решение, но оно мне совсем не нравилось. Не хотелось бы, чтобы мои дети прошли через те же испытания в пустоши, что и я в свое время. Слишком уж сложны они были и могли сломить меня в любой момент.

«Да и второго такого же преданного, сильного и умелого Феофана, который бы подсказал, что и как делать, у меня нет, — подумал я и тяжело вздохнул. — Наставник, как же мне тебя порой не хватает…»

Мариград встретил меня хорошей, солнечной погодой. Я посчитал это отличным знаком и с ходу отправился в бизнес-центр на Мархалевского, 18, в котором находилась не только штаб-квартира рода Морозовых в империи, но и центральный офис холдинга «Информационные технологии 2.0».

Потратив несколько дней на решение первоочередных вопросов, я вместе с Потаниным, уже освоившимся в экономической составляющей рода, принялся за обширную инспекцию отделов данной структуры. Необходимо было проверить работоспособность всех ее частей, оценить актуальность имеющихся и готовящихся к разработке проектов и найти лишнее, мешающее нам развиваться.

В общем, без учета мелких шероховатостей, я остался доволен. Глубоко, конечно, мы не копали, так как все нормально работало и структура приносила стабильную прибыль, однако на деле удостовериться в том, что холдинг успешно функционирует без моего прямого участия, было полезно. Да и несколько новых и вполне интересных идей у меня появилось, что было весьма кстати, так как я уже несколько лет ничего прорывного лично не внедрял.

Кстати, проверка позволила обратить более пристальное внимание на Бышковца. Генеральный директор холдинга и мой партнер, несмотря на все успехи своего детища, выглядел каким-то посеревшим и удрученным. Как я понял, от нагрузки, переработок и множества проблем. Поэтому пришлось в приказном порядке отправить его в отпуск на два месяца с запретом появляться в компании и брать с собой рабочий телефон. Все же мне нужен инициативный директор, а не уставший и подавленный. Перестраховавшись, я дал команду службе безопасности проверить Андрея. Вдруг его состояние обусловлено не моральной усталостью, а чем-то другим, несущим проблемы моему роду? Семью там в заложники взяли или еще какая грязь?

После этого мы уделили внимание производству мороженого и другой пищевой продукции. К слову, там Потанин отметился еще больше, запустив линейку различных продуктов под маркой «От княгини Морозовой» на следующий же день после нашей с Марго свадьбы.

На то, чтобы проверить работу предприятий, я потратил примерно месяц, однако ничуть об этом не жалел. После инспекций вернулось ощущение, что я являюсь владельцем предприятий, а не обычным держателем акций. Стала понятна стратегия дальнейшего развития пищевых производств, и мы значительно подкорректировали цели, к которым нужно стремиться.

Все это время я не забывал про семью и набегами в выходные посещал поместье, где любил взять под руку Марго, положить детей в коляски и по несколько часов гулять по парку.

Такие поездки позволяли мне не только уделять время родным, но и снимать напряжение. Потому как если с экономической составляющей рода все было хорошо, то вот безопасность оставалась лишь на удовлетворительном уровне.

Ведь как ни старались мои аналитики и агенты рода, какие бы деньги и кому мы ни платили, но выйти на след демонопоклонников, причастных к произошедшему в республике, нам не удалось. Благо, что хоть изредка появлялась информация о разгроме инквизиторами очередного их логова.

— У нас уже больше года нет никаких внятных результатов, — недовольно произнес я, покачав головой, и бросил взгляд на главу службы безопасности. — Герман Артемович, вам не кажется, что это неправильно?

Синичкин согласно кивнул и ответил:

— Работаем, Иван Егорович.

— Плохо работаете, — недовольно протянул я. — Этот каким-то чудом выживший недобиток, потерявший ноги, руку и много крови, сумел выбраться из моей ловушки, а потом и как-то ускользнуть от всех патрулей! Думаешь, столь опасная тварь не будет мне мстить? Простит крушение всех планов, убийство сподвижников и собственную беспомощность⁈ Так⁈

— Ищем, Иван Егорович, — как можно более уверенным тоном ответил Синичкин, — делаем все, что в наших силах. Вчера в очередной раз убедились, что информации по нему нет ни у дибовцев, ни у инквизиторов, которые имели доступ к останкам, ДНК и всем остальным уликам. Однако меня также заверили, что как только им станет хоть что-то известно, то нам дадут знать.

Я выдохнул и постарался успокоиться.

Убийца Феофана, а также лидер демонопоклонников, устроивших резню в Березовске, вызывал у меня серьезные опасения. Слишком уж силен и искусен он был.

К счастью, судьба сбежавшего беспокоила не только меня. Инквизиторы, получившие ощутимый удар под дых, стали буквально рыть носом землю во всех соседних странах. Прозевавшие образование новой пустоши силовики, структуры которых после произошедшего подверглись серьезным чисткам, также стали более жесткими и решительными. Все же понимание, что после жертвоприношения в Березовске и распространения пустоши на многие сотни километров демонолюбы имели возможность несколько раз повторить подобный прием, было шоком для каждого нормального человека. Все прекрасно осознавали, что конец света был как никогда близок.

Опасность извне на некоторое время сплотила людей разных сословий, и именно это, как я считал, помогло найти ранее законспирированные базы демонопоклонников. Жаль только, что их лидера так до сих пор и не поймали.

«Раз время идет, а результатов все нет, нужно менять стратегию, — подумал я. — Герман все же в чем-то прав. Вряд ли моим людям удастся в поисках обойти представителей государственных структур, все же Изяслав был очень недоволен. Чистки, аресты и трибуналы хорошенько их взбодрили».

— Сокращай бюджет поиска до минимума, — велел я, приняв решение. — Оставь лишь наши каналы информации в Департаменте имперской безопасности и у церковников. Остальных людей перепрофилируй в мою личную охрану.

Синичкин вздрогнул, нахмурился и добавил:

— Иван Егорович, ловля на живца в нашем случае — не самая хорошая идея. Риски слишком высоки.

— Понимаю, — кивнул я, подняв серьезный взгляд на мужчину. — Да вот только что еще нам остается? Вы же сами меня убеждали, что не с нашими ресурсами и возможностями конкурировать с дибовцами и церковью! Значит, нужно делать то, что зависит от нас, — готовиться к покушению. А в том, что оно будет, я не сомневаюсь. Такие люди, как лидер демонопоклонников, просто так не умирают и не исчезают. В случае проигрыша они отступают, копят силы и готовятся к мести.

— Значит, — задумался начальник службы безопасности, — мы будем отслеживать их попытки приблизиться к вам и подготовить покушение?

— Все верно, — кивнул я. — Перед акцией убийцам придется узнать мой распорядок дня, маршруты передвижения, выяснить, в каких местах я бываю. Действовать наобум они не могут. Иначе не достигнут успеха. Вот на этом этапе вы и должны будете их выявить.

«И нужно будет вызвать из республики Марию Феофановну с Елизаветой и Светланой, — пронеслось в голове. — Пусть проверят возможность убийства со своей стороны, как профессионалы. Все же Петриуса Вальша, удачно отвертевшегося от ответственности, они убрали в короткие сроки, да так, что никто до сих пор не может понять, каким образом».

— Понял, — прерывая мои мысли, произнес Синичкин, пытаясь скрыть довольную улыбку.

«Наконец-то мы перестанем искать иголку в стоге сена и займемся нормальным делом», — с облегчением подумал начальник службы безопасности рода и услышал следующий вопрос князя:

— Есть что-то еще, что мне нужно знать?

— Да, Иван Егорович, — кивнул мужчина. — Агафодор вернулся в столицу. Его командировка в республике наконец завершена.

— Да? — заинтересовался я, чуть подавшись вперед. — Любопытно. Пригласите его ко мне на беседу. Может, он по старой памяти чем-нибудь со мной поделится.

— Митрополита, — поправил меня Синичкин. — Его повысили. И приглашение тоже не нужно. Он сам вышел на меня и попросил о встрече с вами.

— Вот как? — еще больше заинтересовался я. — Назначай. Пусть приходит в любое время.

Почему-то мне кажется, что наша беседа будет очень продуктивной.

Агафодор появился на пороге бизнес-центра уже спустя три часа.

«Сильно его припекло! Что же там у него за дело такое ко мне?» — с удивлением подумал я, выслушав доклад Аделины, которая так и осталась моим секретарем, и произнес:

— Хорошо. Пусть его проводят ко мне.

— Добрый вечер, ваша светлость, — спустя несколько минут поприветствовал меня ничуть не изменившийся за то время, что мы не виделись, инквизитор, одетый в привычный для меня невыразительный костюм.

— Здравствуйте, Агафодор Викторович, — встав со своего места, приветствовал посетителя я и протянул руку. — Рад видеть вас в добром здравии. И давайте все же будем общаться по-простому, как раньше.

— Как вам будет угодно, — спокойно кивнул митрополит, однако я успел заметить на мгновение мелькнувшее в его глазах удовлетворение.

— В таком случае — прошу, — произнес я, указывая рукой на небольшие уютные диванчики и журнальный столик. — Может быть, чай? Кофе? Или чего покрепче?

— Пожалуй, от чашечки кофе я не откажусь, — после паузы произнес мужчина и посмотрел в сторону замершей секретарши: — Без сахара и сливок.

Аделина вышла из кабинета, а Агафодор перевел взгляд на меня и произнес:

— Первым делом позвольте лично поздравить вас с бракосочетанием, а также рождением наследника рода.

— Поздравление со свадьбой я, пожалуй, приму, — кивнул я с улыбкой. — Спасибо. А вот второе — не могу. Насколько мне известно, мои подчиненные не подавали официального заявления о рождении ребенка в княжеской семье.

Агафодор улыбнулся глазами, услышав, как я построил предложение, и согласился:

— Действительно. О рождении наследника не было сделано ни одного публичного заявления, вот только обильный снегопад, накрывший Снежногорский район весной аккурат через девять месяцев после свадьбы, говорит сам за себя, а мы умеем сопоставлять факты.

«Или имеете своего агента в моем окружении», — подумал я и ответил:

— Причина снегопада кроется в одном древнем ритуале, который я провел и последствия которого не учел.

А что? По факту и не соврал ведь. Кто же знал, что первая брачная ночь в ритуальном зале так повысит фертильность и приведет к снегопаду?

— О да, — кивнул Агафодор. — Я читал об этом. Признаться, очень сильный ритуал получился. Может, вам удастся провернуть нечто подобное еще раз и в другом месте? Так мы могли бы нанести удар демонам в любой из пустошей.

— К сожалению, это невозможно.

— Очень жаль, — признал митрополит.

Прерывая наш разговор, в кабинет вошла Аделина. Она поставила на стол поднос с двумя чашками кофе и несколькими тарелочками с бутербродами.

— Агафодор Викторович, — решил перехватить инициативу я, — совсем вы меня своими вопросами закидали! А ведь я тоже хотел вас поздравить.

— С чем же? — уточнил Агафодор, отпив небольшой глоток кофе из чашки.

— С саном митрополита конечно же! Когда я видел вас в прошлый раз, вы были еще викарием. Наградили за нашу операцию в республике?

— По совокупности заслуг, — ответил он, едва заметно поморщившись. — После того как вы предотвратили прорыв, меня временно вернули в империю. Затем, когда ситуация в республике вновь накалилась, нашлись тайные базы демонопоклонников, меня отправили туда, как человека, успевшего несколько разобраться в обстановке.

— Вы сказали «базы»? — закинул удочку я. — Значит, их было больше одной?

— Все так, — подтвердил Агафодор. — Их было две. Вы не сильно удивитесь, если узнаете, что одна из них была в Березовске?

Я отрицательно покачал головой.

— Это была очень ценная находка. Благодаря ей мы поняли многое: примерную структуру тайной организации, их ресурсы, предположительный состав, количество ученых, бойцов и магов, проводимые ритуалы, принципы, по которым выбираются прикрытия для подземных баз, и возможность того, что такие объекты вообще существуют.

— Хотите сказать, что подобные базы есть и на территории империи?

— Как минимум три, — после небольшой паузы произнес митрополит. — Работы еще ведутся.

— А что со сбежавшим лидером демонопоклонников? Вам удалось выйти на его след? Может, есть хоть какие-то зацепки? — задал я интересующий меня вопрос.

— К сожалению, нет, — признал Агафодор и поморщился. — Из-за несвоевременного желания Вальша прикрыть свою задницу мы все поимели огромные проблемы. Благо, что нашелся неизвестный, сумевший наказать этого изворотливого негодяя.

— И не говорите, — кивнул я, делая вид, что не замечаю изучающего взгляда митрополита.

Инквизитор выждал паузу, отпил кофе и, посмотрев мне в глаза, произнес:

— Иван Егорович, по правде говоря, я здесь потому, что мне стало известно о вашем интересе к сбежавшему демонолюбу. Ваши люди довольно активно его разыскивают.

— Это так, — не стал скрывать я очевидное.

— Не будет ли с моей стороны наглостью уточнить, каковы ваши успехи? — задал мне вопрос инквизитор. — Может, вы напали на след?

— Думаю, вы и так знаете ответ на этот вопрос, — сказал я, поморщился и, отдав должное своему напитку, добавил: — Не мне тягаться разведывательными ресурсами с церковью и государством.

— Может быть, и так, но прибедняться вам тоже не стоит. Напомнить, кто сумел заметить подготовку демонолюбов в Долгиновском районе? Если бы не вы, то, возможно, того мира, в котором мы живем, уже бы и не было.

Проигнорировав комплимент Агафодора, который должен был сбить меня с мысли, я спросил:

— К чему эти вопросы?

— К тому, — ответил инквизитор, — что раз мы не сумели найти недобитка сейчас, то, скорее всего, не найдем и в ближайшее время. Наши аналитики полагают, что у демонолюбов есть тайные убежища другого типа, где пострадавший лидер сумеет спокойно восстановиться после вашего с ним боя.

— И-и-и? — протянул я. — Помочь вам я не могу. Информации у меня куда меньше, чем у вас. Доступа к базам ДИБа и инквизиции для анализа у меня тоже нет. Или вы хотите мне ее предложить?

— Церковь Спасителя заинтересована в сотрудничестве с вами, но другим образом, — ответил митрополит. — Понимаете, Иван Егорович, нам, к сожалению, не удалось найти лидера демонолюбов на подземной базе. Поэтому, чтобы не отдать противнику инициативу, мы решили перейти к другой тактике.

«Сейчас он, наконец скажет то, ради чего пришел», — подумал я.

— Мы хотим выманить его на живца, — не подвел меня инквизитор.

— На мою персону, стало быть? — на всякий случай уточнил я.

Митрополит коротко кивнул, поэтому я задал следующий вопрос:

— Считаете, что он на это клюнет? Может, плевать он на меня хотел? Подлечится и начнет восстанавливать разрушенную структуру своей организации. Зачем ему до мести опускаться?

— Вы, Иван Егорович, несколько раз ломали ему всю игру. Убили демона-нага под личиной Цыбулькина, привлекли к республике внимание всех соседей. Помогали в поиске и уничтожении захоронок, а затем убили ближайших сподвижников и сделали безногим инвалидом его самого, — перечислил свои доводы Агафодор. — Он многое поставил на успех операции и в шаге от победы потерпел поражение.

— Что все же не помешало ему сбежать от нас, — напомнил я.

— Это уже не важно, — отмахнулся митрополит. — Главное, что у него есть мотив вам мстить, а мы еще добавим ему причин.

— Как? — спросил я, приподняв бровь. — Сделаем из меня еще и искателя тайных бункеров?

— Это идея, но у нас другой план, — ответил Агафодор и, собравшись с мыслями, произнес: — Мы хотим предложить вам закрыть пустошь.

— Что? — удивился я. Инквизитор застал меня своим предложением врасплох. — В самом деле? Вот так возьму и закрою? Или вы имеете в виду информационную кампанию и вбросы в СМИ?

— Я говорю про реальную пустошь, — сказал митрополит. — И прежде чем вы начнете отнекиваться, напомню, что именно вы закрыли ту новосформированную пустошь в республике.

— Вы не учитываете, что она существовала не больше двенадцати часов, не было проведено никаких дополнительных ритуалов, усложнивших бы закрытие. Там имелся инфернальный алтарь, который связывал все захоронки и стал якорем для моей энергии. К тому же я сам был накачан пыльцой нуркулсана, которая в очередной раз чуть меня не убила. Это чудо, что я остался жив и не потерял способности управления магией! Еще один раз я на такое точно не пойду.

— Иван Егорович! — воскликнул Агафодор. — Все, что вы сказали — правда, но, уверяю вас, ситуация не так плоха, как вы полагаете, и рисковать вашим здоровьем тоже никто не будет. Первым делом мы бы хотели предложить вам закрыть самую маленькую пустошь из известных нам, которая располагается на территории исследовательского центра в предместье Антоновка. Именно ту, что в свое время послужила якорем, позволившим перебросить множество демонов на территорию Императорского кадетского училища! Думаю, не стоит акцентировать внимание на том, что потенциально она является серьезной опасностью для столицы и прилегающих территорий. Закрыв ее, вы сделаете благое дело! К тому же проведение данной операции позволит нам приблизиться к пониманию механики закрытия пустошей. Возможно, с вашей помощью мы разработаем ритуал, который позволит затворять инфернальные прорывы и не потребует использования такого количества магической энергии. Кстати, вопрос с ней можно решить и без стимуляторов. Несколько тысяч добровольцев для мощных кругов магов мы найдем. Так что не переживайте. Любую проблему мы решим. Было бы желание.

«Возможно. Только вот я в этом совершенно не заинтересован. Мне кроме избавления от демонолюба вообще ничего не предложили», — подумал я и покачал головой.

— Не знаю. Вы меня не убедили. В таком деле, знаете ли, присутствуют большие риски, а я не так давно женился, родовой алтарь тоже, хм, снегом весь Снежногорский район завалил. Мне пока еще жить хочется.

— Если покалеченный вами демонолюб восстановится и возьмется за старое, то будущего у вашей семьи может и не быть, — нахмурился мужчина. — Опасность серьезна как никогда.

— Защита нашего мира от демонов — это работа инквизиторов и государственных служащих. Бояр — лишь отчасти. Да и то, думаю, никто не сумеет упрекнуть меня в бездействии. Я уже внес весомый вклад в дело борьбы с инферналами и был бы рад увидеть шевеление других людей, — произнес я и добавил: — Кстати, вы не задумывались, что, даже если сделаете меня мишенью, недобиток может отправить вместо себя посторонних?

— Возможно, и так, — согласился митрополит, — но он точно начнет действовать и совершать ошибки. Этим-то мы и воспользуемся.

Я задумался. С одной стороны, он прав. Я сам хочу покончить с демонолюбами. И в принципе не против закрыть ту миниатюрную пустошь под датчиками сложных приборов и при помощи круга магов. Однако надеяться, что глава княжеского рода будет выполнять сложную и опасную работу просто так — это как-то даже обидно. Попахивает неуважением не только ко мне, но и к роду Морозовых.

Я непроизвольно нахмурился, даже не попытавшись взять эмоции под контроль, и заметивший это Агафодор спросил:

— Что-то не так?

— Императору известно о вашем предложении? — уточнил я. — Он знает, на что церковь хочет подписать главу «золотого» рода?

— В настоящее время — нет, — спокойно ответил митрополит, — ведь мы пока еще не пришли ни к какому соглашению, а значит, и отвлекать от работы первое лицо государства, по моему мнению, преждевременно.

— Ясно, — сказал я и посмотрел в глаза церковнику. — Я пока не готов ответить на ваше предложение. Мне нужно все обдумать и принять решение. В том числе определиться с тем, что попросить за столь серьезную услугу.

— Иван Егорович, — напрягся Агафодор, — защита человечества от демонов — это священная обязанность благородного человека, а тем более князя!

— Если не считать того, что я сказал недавно об упреках в мою сторону, то вы правы, — кивнул я. — Однако прежде всего — я глава рода, который несет ответственность за свою семью и должен беспокоиться о ее благе. Скажите, а вы подумали о том, что начнется, когда граждане империи и жители соседних стран узнают, что появился человек, который может закрывать пустоши? Как поведут себя те, кто годами и столетиями ставил их дары себе на службу? Будут ли довольны производители лекарственных препаратов, которые в одно мгновение могут лишиться доступа к дешевым ингредиентам? Как на это посмотрят свободные охотники, живущие походами? Как отнесется император, получающий с пустошей серьезный доход?

Митрополит на некоторое время завис, а я добавил:

— Передайте эти вопросы патриарху Добромыслу. Думаю, он все же должен обсудить их с императором. Если они договорятся, то я готов поучаствовать в мероприятии, но при соответствующей плате и имея гарантии безопасности от главы государства…

Когда загруженный моими вопросами Агафодор ушел, я дал команду Аделине найти начальника службы безопасности и советника по экономическим вопросам.

Следует подумать, как обезопасить себя во время проведения ритуала и что запросить за свои эксклюзивные услуги.

Глава 3

Ближайшее окружение Изяслава уже давно забыло те времена, когда император бывал благодушен. И, к их сожалению, данное обстоятельство самым непосредственным образом влияло на его и так недобродушный характер, а также на стиль управления страной.

Отчеты, внезапные проверки, комплексные инспекции, увольнения с позором, конфискации имущества и штрафы, а во многих случаях аресты и казни буквально захлестнули страну. И если до катастрофы в Когнийской республике на закручивание гаек многие смотрели с явным неодобрением, то после нее, когда размах карательных акций увеличился в разы, данные меры были восприняты весьма положительно. Многих людей немало испугала перспектива несостоявшегося конца света.

По уже сложившейся традиции глава государства больше всего внимания уделил представителям силовых структур. Что совершенно неудивительно, ведь именно в их зоне ответственности в той или иной степени находилась борьба с демонами и их последователями.

Сильнее всех пострадал Департамент имперской безопасности, одной из основных задач которого и было противодействие инферналам. Досталось и жандармам, не сумевшим своевременно выявить переметнувшихся на сторону врагов представителей боярских семей. Многие должностные лица посчитали, что количество инспекций и проверок неоправданно. Что предатели рода людского есть в любом слое общества, а жандармы не в состоянии досконально проверить всех членов боярских семей. Лишь избранным было известно, что Изяслав был в ярости из-за ошибок министра культуры империи, пусть и бывшего, а также, стыдно сказать, одного из полномочных представителей самого императора. Благо, что информация о данном инциденте не ушла дальше нескольких должностных лиц, которые успели узнать в мертвеце высокопоставленного чиновника, курирующего силовые ведомства, и как-то сумели подменить останки одного из главных демонопоклонников и уничтожить их.

Получив докладную записку по данному инциденту, а также приложенный к нему тест ДНК, Изяслав долго не мог поверить своим глазам. Образ в его голове расходился с тем, что было изложено в документе, однако пропажа помощника и исчерпывающие доказательства говорили сами за себя. Так что с этого момента для чиновников страны настали сложные времена, а профессия полиграфиста получила еще большее распространение.

Кроме того, после выявления столь высокопоставленного перебежчика силовики наконец выдохнули с облегчением. У них появилась внятная версия, как демонолюбы получили информацию о тайной научной лаборатории в предместье Антоновка. Также стало ясно, как предателям удавалось легко орудовать на прифронтовой территории. С таким прикрытием, как полномочный представитель, можно было провернуть многое. К тому же, узнав, где нужно копать, дибовцы сумели найти немало интересного. Действия помощника императора и его протеже были рассмотрены чуть ли не под микроскопом и подсказали массу любопытных деталей.

Император тяжело вздохнул.

«Сначала покушение на Витовта и поиск виновных, затем приграничный конфликт и уничтожение раскрывшего себя ордена демонопоклонников, потом устрашающие новости из республики о чуть не наступившем конце света. Дальше — закручивание гаек и переход на совершенно иной уровень в поиске перебежчиков многим не понравилось. И вот вроде бы достигли больших успехов, скоро додавим сбежавшего лидера инферналов и можно чуточку расслабиться. Так нет! Мне предлагают влезть в новую авантюру! И какую!»

Встав со своего места, Изяслав начал быстро ходить по кабинету, пытаясь решить, что же делать дальше. За несколько лет нескончаемых сложных проблем и сильного стресса он как-то сдал. Ему как воздух нужен был перерыв, остановка. Однако такой роскоши он себе позволить не мог.

Взгляд вновь скользнул по лежащей на столе красной папке с грифом «Совершенно секретно».

«Время на отдых у меня теперь появится нескоро. Но хотя бы стало понятно, почему Добромысл настаивал на личной встрече. — Император поморщился. — Закрытие пустоши — это очень… очень серьезный шаг. Нужно все хорошенько обдумать».

Вернувшись на свое место, Изяслав вновь взялся за изучение папки, переданной посыльным патриарха.

«Нужно сказать секретарю, чтобы принес кофе и нашел мне Витовта с Юзефом. Пока они идут, я все еще раз оценю, а потом посоветуюсь с ними. Одна голова хорошо, а три — лучше».

Спустя несколько часов император принимал наследника престола, а также относительно нового полномочного представителя, уже успевшего хорошо зарекомендовать себя на данном посту. До этого назначения Юзеф Валерианович возглавлял департамент жандармов и работал неплохо, несмотря на выявленные недостатки. Последние он воспринял как личное оскорбление и отрабатывал их с большим рвением, что вскоре позволило ему занять вакантную должность.

После того как глава государства довел до собравшихся краткое содержание речи патриарха Добромысла, в помещении повисла тишина.

— Интересные предложения нам церковники приносят, — с задумчивым видом протянул возмужавший Витовт, который уже длительное время помогал отцу в решении различных государственных вопросов и успел заматереть на данном поприще.

— Очень, — согласился Изяслав. — Настолько интересные, что они могут кардинально изменить жизнь империи.

— Хм, ваше величество, — произнес третий собеседник, привлекая к себе внимание, — возможно, вы несколько спешите с выводами? Да, инквизиторы рассчитывают, что князю Морозову удастся закрыть пустошь в предместье Антоновка, и у них все основания надеяться на успех, однако полной уверенности все же нет. Это ведь отнюдь не рядовое событие. Велика вероятность, что Иван Егорович не справится даже с проклятой землей в научном центре. О другом пока нам думать преждевременно.

— Он единолично закрыл огромную пустошь, занимающую территорию не самого мелкого районного центра, — напомнил Витовт. — Считаете, он не справится с одним квадратным метром? Или двумя?

— Ваша светлость, — ничуть не смутился бывший жандарм, — вы забываете, что той пустоши в республике было всего лишь несколько часов и у князя имелось подспорье в виде физического проводника его силы, а также множества связанных между собой захоронок. Я был в Антоновке. Там ничего подобного нет.

— Зато там будут наши ученые с техникой, оборудованием и большим опытом, а также подготовленные инквизиторы со знаниями из своих закромов. Все вместе они точно что-нибудь да придумают, — заметил наследник.

— То есть ты выступаешь за то, чтобы дать церковникам возможность закрыть пустошь? — уточнил император.

— Да, — кивнул Витовт и чуть более эмоционально, чем это необходимо, добавил: — Таким образом, у нас наконец появится шанс существенно повлиять на войну с демонами! Отреагировать на их последнюю вопиющую выходку в республике и тайные базы на территории империи! К тому же в случае успеха и закрытия любой серьезной пустоши это позитивно повлияет на репутацию императорского рода. Подданные увидят, что ты, отец, принимаешь реальные меры по защите своей страны. А поддержки граждан никогда не бывает мало, особенно в столь сложное время.

Юзеф Валерианович машинально погладил свою «профессорскую» бородку, что бывало с ним в минуты задумчивости, и после небольшой паузы осторожно произнес:

— Ваша светлость, к сожалению, не всем подданным империи может быть по нраву идея закрытия инфернальных пустошей. Фармацевты, целители, боярские роды, специализирующиеся на добыче и обработке ингредиентов, лига магов и коменданты приграничных городов с их расширенными полномочиями. Их интересы так или иначе пострадают. И это лишь те, про кого я вспомнил с ходу, а сколько недовольных будет на самом деле? Те же свободные охотники? Это ведь целый класс хорошо подготовленных, умеющих убивать людей, которые прошли жестокое горнило кровавого отбора и живут в соответствии с собственным кодексом, никому не подчиняясь. Как они поведут себя в том случае, если мы отберем у них основной источник дохода? На кого будет направлен их гнев? На Морозова? На церковь? Или на государство? Сложный вопрос. Если у нас появится возможность закрыть пустошь, то нужно проработать все моменты. Любую мелочь!

— С охотниками сделаем то же самое, что и с силовиками, — ответил Витовт, — поднимем их среднее денежное довольствие в четыре-пять раз, а после того, как они помогут нам прикрыть пустоши, предоставим им рекомендательные письма для найма в боярские роды. После повышения довольствия, а также существенного увеличения льгот для военнослужащих и приравненных к ним многие специалисты, работающие на роды и ранее проходившие службу в государственных структурах, желают вернуться, а не решать различные мелкие проблемы бояричей и терпеть их высокомерие. Так что охотников есть куда пристроить.

— Возможно, вы правы, ваше высочество, — произнес Юзеф Валерианович. — Однако серьезных проблем возникнет гораздо больше, чем мы с вами сейчас можем представить.

— Вы намекаете на саботаж? Нагнетание обстановки в стране через средства массовой информации или даже заговор? — уточнил Витовт скептическим тоном. — Мне показалось, что как минимум последние пять лет были потрачены на централизацию власти, увеличение роли силового блока, его чистку, сплоченность и мотивацию. Органы государственного управления монолитны как никогда! Если кто-то из элиты решит показать зубы или как-то по-другому выразить несогласие с действиями императора, то ему их быстро обломают. Ваш же бывший департамент и постарается.

— Ваша светлость, враги могут быть не только явными, но и скрытыми, — покачал головой Юзеф Валерьянович. — И удар последних, возможно, будет очень неприятным. Мы можем его даже не заметить, однако прочувствуем все последствия.

— Так, а что тогда нам остается? Вообще ничего не делать? — разгорячился Витовт. — Бояться не ответа демонопоклонников, а собственных подданных? Да еще и после произошедшего в республике?

«Юзефу вновь не удалось заставить Витовта посмотреть на проблему со всех сторон. Все-таки он пока молод и в душе не может признать, что подданные империи могут быть намного опаснее каких-то примитивных инферналов и внимания им нужно уделять намного больше. Ну ничего, время у меня еще есть, и я успею открыть сыну глаза», — подумал Изяслав и уточнил:

— Значит, ты считаешь, что Морозову нужно дать шанс?

— Не только ему, но и нам, — ответил наследник. — Мы должны иметь оружие против демонов и их пустошей, и лучше получить его в относительно мирное время, чем в тот момент, когда на территории империи будет происходить то же, что и у когнийцев. Да и кто знает, может, в скором времени новая пустошь появится в Танзинийском королевстве? Или в не подконтрольном нам Халифарском союзе? Что делать-то будем?

Не дождавшись ответа на свои вопросы, молодой мужчина продолжил:

— Так что пусть Иван пробует и учится, а мы будем делать это вместе с ним. И чем пилки не шутит, может, научимся закрывать пустоши и без его участия.

Юзеф Валерианович согласно кивнул:

— Если вопрос ставить так, то попробовать действительно стоит. А вот с оглашением результатов эксперимента я бы не спешил. Нельзя из главы «золотого» рода делать мишень для демонопоклонников и других противников закрытия пустоши. Морозовы и так были на грани.

— Да, — кивнул наследник престола, которому не понравилась идея подставить друга под удар, — меня предложение церковников, если честно, тоже смутило. Странно это как-то. Я, конечно, понимаю опасность от сбежавшего лидера демонолюбов, но и смысла в разглашении личности человека, способного закрыть действующую пустошь, тоже не вижу. Они обязаны скрывать ее до последнего! Никто не должен узнать не только его имя, но и пол!

— Главное, чтобы они таким образом не решили его приговорить, — произнес бывший глава жандармерии, вновь демонстрируя принцу иной взгляд на вещи. — Все же Морозов, пусть и с оговорками, повторил подвиг аватара Спасителя, что могло вызвать неприятие у некоторых фанатиков.

— Добромысл, как и остальные иерархи церкви, не такой, — поморщился Изяслав. — Да и не стал бы он обращаться ко мне, если бы желал банального устранения Морозова чужими руками. Нет. Служители как минимум желают закрыть пустошь и как максимум хотят научиться делать это самостоятельно. Хотя тут может быть и нечто другое.

— Ваше величество, значит, вы дадите добро? — спросил Юзеф Валерианович.

— Да, — кивнул император. — Но только на эксперимент в Антоновке. Сначала проверим, возможно ли закрыть эту мелкую пустошь, и только потом будем принимать решение по следующей цели. Хотя дай всю известную информацию аналитикам. Пусть начинают работать, спрогнозируют обстановку на случай закрытия пустоши и подготовят план действий. Посмотрим, что из этого всего получится.

Император выдержал небольшую паузу и бросил взгляд на сына.

— А ты, Витовт, пообщайся со своим другом в непринужденной обстановке. Мне тут не совсем понятен пункт, касающийся оплаты эксклюзивных, — это слово Изяслав выделил интонацией, — услуг князя Морозова. Я так понял, что прохвост решил установить цену за свою работу. Узнай, чего он хочет от меня и церковников. И сразу предупреди, что пустошь в Антоновке — это лишь эксперимент, необходимый для проверки его силы. Сначала дело — потом поговорим о возможной оплате. И чтобы он сильно не наглел. Пусть с церковников требует, а мне спасибо скажет, что не отправляю его на дело в приказном порядке.

Глава 4

Дружеское застолье, устроенное наследником носирианского престола, подходило к своему логическому завершению. Уже давно ушли братья Темниковы, молодое поколение семейства телохранителей — Голиковых, несколько видных членов «золотых» и «серебряных» родов, а также большая часть выпускников Императорского кадетского училища.

Предпоследними внушительное закрытое помещение в ресторации «Золотой талер» покинули представители родов Деревянко, Потейкиных и Огнеяров, которые оставили меня с Витовтом наедине.

Откинувшись своими широкими и крепкими плечами на спинку высокого стула, принц дождался, когда я наполню рюмки, и, подняв свою, произнес:

— За тебя, брат.

— Нет, за тебя, — покачал головой я и последовал его примеру.

— А что за меня пить? За меня и так все постоянно пьют. По поводу и без, — отмахнулся наследник и, достав из кармана хорошо знакомую мне небольшую коробочку амулета-глушилки, активировал ее. — А я только и делаю, что во дворце сижу и обычные административные вопросы решаю вместо того, чтобы с демонами бороться.

— Твоя бюрократическая работа порой важнее, чем тысяча или две убитых носортулов, — не согласился я. — Людей, которые крошат инферналов — много, а наследник престола, гарант стабильности, процветания и нерушимости империи у нас один — и это ты. Так что не преуменьшай своей значимости.

— Ну спасибо, — кивнул явно довольный Витовт. — От кого другого таких слов бы не принял. А ты всегда так скажешь, что с этим нельзя не согласиться.

— Правда — это очень сильное оружие, — ответил я с как можно более серьезным лицом, и мы рассмеялись. — Кстати, а это зачем? Не доверяешь хозяевам данного прекрасного заведения?

— Сведений о нечистоплотности владельцев «Золотого талера» у меня нет, — произнес Витовт, — но мне все же не хотелось бы стать первым, на кого их правила не распространятся. Да и разговор нам предстоит серьезный, пусть и в таком месте.

— Почему-то мне кажется, что я знаю твой разговор, — кивнул я. — Он наверняка как-то связан с инквизиторами. А то приходил тут ко мне один старый знакомый на днях.

— Связан, — довольным тоном согласился Витовт.

— Если разговор настолько серьезен, тогда, может, перенесем его на другое время? — предложил я и обвел взглядом пространство. — И в более подходящее место? Пообщаемся на трезвую голову, так сказать?

— Не-е, — протянул принц. — Поверь, мне и так вполне хорошо. Я вообще-то специально созвал всех наших на вечеринку, чтобы в конце поговорить с тобой. И вопрос решим, и из дворца выберусь в кои-то веки. К тому же на самом деле я не так пьян, как может показаться.

— Дело твое, — пожал плечами я и улыбнулся. — Мне тоже нравится совмещать приятное с полезным, хоть ребят увидел и расслабился, а то все работаю и работаю. Нужно мозгам разрядку давать.

— А я о чем! — подхватил Витовт. — Поэтому я и решил воспользоваться благовидным предлогом!

Мы за это выпили, и в помещении повисла тишина, прерываемая лишь хрустом малосольных огурцов.

— Так о чем ты хотел поговорить? — прожевав, напомнил я наследнику престола о цели беседы.

— О закрытии пустоши в предместье Антоновка, — более трезвым голосом ответил Витовт. — Мы с отцом много размышляли о предложении церковников и пришли к выводу, что принять его нужно. Во-первых, та проклятая земля — самая маленькая из известных, так что это не должно быть сложно. Во-вторых, эксперимент покажет, можно ли вообще уничтожить пустошь. В-третьих, недавние акции демонолюбов в республике, а также раскрывшиеся после этого объемы инфернального подполья откровенно говорят об огромной силе наших врагов. Если дать им время, то они не только восстановятся, но и учтут допущенные ошибки, что впоследствии приведет к концу света. Думаю, тебе не стоит напоминать, что одной из приоритетных целей для восстановивших силы демонопоклонников будут члены твоего рода. Они точно не забудут тех оплеух, которые ты им просто так развешивал, поэтому закрытие пустошей и в твоих интересах тоже.

Витовт замолчал, смочил горло и с жаром продолжил:

— В общем, мы на тебя рассчитываем! Если все получится, то у человечества появится действительно опасное оружие в этой долгой войне. А наличие в предместье сводной группы из церковников и этих… как их… ученых, вот… поможет нам отследить все этапы закрытия. Кто знает, может, нам удастся найти способ, который позволит обходиться и без представителя рода Морозовых?

— А что вы думаете относительно идеи церковников сделать из меня мишень? — уточнил я. — Чтобы выманить лидера демонолюбов?

— Мы высказались против, — ответил Витовт, бросив на меня быстрый взгляд. — Поэтому публичности даже в случае успеха эксперимента точно не будет.

— Как будто людям нужны доказательства, — прищурившись, протянул я. — Сопоставить закрытие пустоши в республике и в предместье сумеет даже самый недалекий человек. При том что засветившийся у когнийцев князь Морозов вот уже несколько месяцев проживает в Мариграде.

— Я же сказал, — поднял на меня недовольный взгляд Витовт, — разглашать результаты эксперимента мы не позволим, и он будет проводиться под грифом «Совершенно секретно». Со всеми сопутствующими мерами предосторожности.

— Если бы все было так хорошо, как ты говоришь, то той бойни в училище и безобразий на фронте во время приграничного конфликта не было бы, — покачал головой я. — Слишком серьезное дело и слишком много случайных факторов. Кто-то из работников научного центра заметит меня или узнает моих людей, затем до него дойдет информация, что пустошь уже долгое время пустует, демонов, которые перемещались с завидной периодичностью, больше нет. То, что выходит за рамки нормальности и привычки, тут же привлекает внимание. И с той поры пройдет не больше пары дней, как кто-нибудь догадается о связи между закрытием пустоши и прибытием князя Морозова. Затем информация как сплетня распространится по всем отделам и этажам, кто-то решит подзаработать и сольет ее журналистам. Второй — являясь прикормленным агентом, передаст сведения своему работодателю. Третий — похвастается перед дамой сердца, которая не сумеет сдержать язык за зубами. Четвертый — обсудит последние новости с коллегой не в то время и не в том месте. И все. Половина империи в курсе. Или, скажешь, не так?

— Не так, — помотал головой Витовт. — После того случая в Антоновке безопасники перетрясли весь центр и приняли такие меры, что все работники принесли не по одному непреложному обету. К тому же ты всегда можешь замаскироваться и скрыть свою личность. Было бы желание.

— А магию? — спросил я, формируя несколько кубиков льда и бросая их в свой стакан с соком. — Ее куда девать? Она, знаешь ли, меня знатно демаскирует.

— А зачем она тебе? — уточнил Витовт. — Используй не родовую энергию, а обычную, а с напиткой тебе поможет круг магов. Я почему-то ничуть не сомневаюсь, что ты прекрасно умеешь скрывать свои способности.

— Допустим, — не стал отрицать я. — А что, если эксперимент завершится успехом? Вы ведь точно не остановитесь на крошечной расщелине. Вы пойдете дальше! И тогда скрывай не скрывай, а я все равно окажусь под ударом.

— Об этом говорить рано, — твердо произнес наследник престола. — Сначала нужно решить по Антоновке и только потом переходить к следующему шагу.

— Но ты же думал об этом, — бросил я испытующий взгляд на Витовта. — Не мог не думать! Ведь церковники представили императору свой план, включающий уничтожение сначала малых, а затем и крупных пустошей. Так?

— Так, — вынужден был согласиться мой собеседник. — Да только они не учли проблемы социальной напряженности, реакцию элит и прочие факторы, на которые глава государства не может просто закрыть глаза. Поэтому вопрос этот очень серьезный и требует проработки, в том числе и в интересах обеспечения твоей безопасности.

Я промолчал, а наследник престола недовольным тоном добавил:

— А чего ты тут вообще жертву строишь? Церковники, помимо всего прочего, передали твои требования о достойной оплате. То есть ты давно согласен на работу и только голову мне сейчас дуришь!

— Не совсем так, — не согласился я. — Рисковать собой мне не очень хочется, как и привлекать к себе ненужное внимание. Однако понимание, что, возможно, по-другому никак, заставляет меня пойти вам навстречу.

Я выдержал небольшую паузу, а затем резко добавил:

— Но знаешь что⁈ Несмотря на обстоятельства, просто так ставить свою жизнь на кон я не собираюсь! И так постоянно влипаю во всякое дерьмо и хожу по лезвию клинка! Хотите, чтобы я участвовал? Будьте готовы заплатить! Я все же глава «золотого» рода, и семья для меня важнее долга перед империей. Что будет с моими близкими, если я погибну? С женой? С детьми? Сумеет ли император защитить меня от стаи носирианских псов? Посчитает ли он себя обязанным прикрыть моих детей?

— О чем вообще речь⁈ — возмутился Витовт.

— О том, что когда я был единственным членом рода, то меня вынудили отправиться на войну, — ответил я. — Понятное дело, что от неожиданностей никто не застрахован, но мне хотелось бы быть уверенным, что император меня не сдаст, что бы ему ни предлагали.

— Я сейчас на тебя обижусь, — рыкнул наследник. — Ты что, не веришь мне?

— Тебе? Моему другу Витовту? Верю! — ответил я. — Императору Изяславу? Главе огромного государства и ответственному за миллионы своих подданных? Нет! Потому как жизнь одного человека менее важна, чем процветание государства! Я это понимаю и принимаю! Поэтому и вознаграждение за свои услуги хочу получить достойное.

Витовт некоторое время сидел молча, переваривая мои слова, а затем произнес:

— Хорошо. Я тебя услышал. Но сначала закрой пустошь в Антоновке, а потом торгуйся об условиях и награде. Такова императорская воля. И еще отец намекнул, что тебе лучше предъявить свои требования церкви, как инициаторам проекта. Сам он тоже не останется в стороне, только ты там сильно не зарывайся. Понимай, что можно просить, а что нет.

— Спасибо за совет. Обязательно им воспользуюсь, — кивнул я.

— И еще, — внимательно взглянул на меня Витовт. — Хоть ты и разозлил меня, но не предостеречь тебя я не могу. Будь поосторожнее с церковниками. Нам показалось странным, что они так сильно желают афишировать твою причастность, прикрываясь возможностью выманить лидера демонолюбов. Дело это, конечно, хорошее, но, думаю, его можно решить и по-другому. Есть вероятность, что тебя сделают козлом отпущения или подставят каким-либо другим образом. И тогда твоими врагами будут не демонопоклонники, а наивлиятельнейшие граждане империи и соседних стран.

— Смертный посягнул на привилегию Спасителя, закрывающего инфернальные провалы, — понятливо добавил я. — Мои люди тоже пришли к подобному выводу, и я уже принял ряд мер для подстраховки.

— За это нужно выпить, — намекнул мне Витовт и, как только я наполнил рюмки, подхватил свою.

— За тебя, Лед. Надеюсь, тебе удастся закрыть эту расщелину в Антоновке, из-за которой мы чуть не погибли в самом расцвете сил. И я хочу, чтобы ты знал: несмотря на то что ты бываешь вредным козлом, которому не мешало бы напомнить о субординации, я тебя очень ценю. Будь таким же рассудительным, сильным и изворотливым. Пусть вся эта ситуация закончится для нас хорошо.

— А говорил, что только я умею льстить, — покачал головой я, и мы рассмеялись.

Уже на следующий день после нашего с Витовтом разговора ко мне вновь прибыл митрополит Агафодор.

«А служители торопятся, — пронеслось в голове. — Интересно почему?»

Задав данный вопрос инквизитору, я напряг все органы чувств.

К сожалению, ответ был стандартным. Мол, служители действуют в интересах победы над демонами, поэтому и спешат все провернуть как можно скорее.

Это мне очень не понравилось, и я дал себе зарок быть настороже. Из-за этого даже существенно усилил принятые ранее меры предосторожности.

Сошлись на том, что я скрытно покидаю свой офис вместе с подстраховывающим меня Резцовым, затем мы переодеваемся в красные балахоны инквизиторов и прячем лица под капюшонами, а потом прибываем в указанное Агафодором место, где будет ждать колонна автомобилей с участниками ритуала, обряженными в точно такую же одежду. Объединившись, мы перемещаемся на территорию научного центра и после краткого инструктажа спускаемся в лабораторию, где все уже будет подготовлено.

— Что именно вы понимаете под словом «подготовлено»? — уточнил я.

Митрополит открыл одну из принесенных папок и, вчитавшись, начал объяснять:

— Должностные лица научного центра пообещали подвести для нас дополнительные датчики давления, температуры, расхода, концентрации, частоты, перемещения и Спаситель знает чего еще. Будет считывающая и обрабатывающая аппаратура, чтобы зафиксировать все нюансы ритуала закрытия и попробовать его повторить. Кроме того, к эксперименту будут привлечены несколько компетентных сотрудников, с которых уже взяли дополнительный непреложный обет о неразглашении. Не стоит забывать и о моих коллегах ритуалистах, которые в данный момент чертят защитные и другие фигуры в лаборатории и будут готовы напитать их силой за считаные мгновения. Также двенадцать магов-священников уже назначены, чтобы в любой момент организовать круг и передать вам часть своей энергии.

В принципе план у них неплохой. Только вот скорость все же несколько напрягает. С одной стороны, хорошо, что бытовые и организационные моменты решаются без моего участия, а вот с другой — нет понимания, куда так яростно спешат служители. Какой информацией они владеют?

— Не совсем понял функции ритуалистов, — решил я побольше узнать об обязанностях всех задействованных в эксперименте групп. — Что именно они подготовят в лаборатории? Защиту? Вы опасаетесь появления высокоуровневых демонов?

— Они нужны для подстраховки. Есть мнение, что закрытие даже столь малой пустоши может привлечь одного или пару демонов, — спокойным тоном ответил Агафодор. — Кроме того, наши специалисты необходимы в случае возникновения проблем на первом этапе.

Заметив мой вопросительный взгляд, он пояснил:

— При закрытии пустоши в республике вы имели физический объект — алтарь, воздействуя на который сумели передать энергию в захоронки. Как мы все знаем, они являются для инфернальной области чем-то вроде точек опоры, которые удерживают территорию и не дают ей уменьшиться. В Антоновке ничего подобного нет, поэтому вам придется поискать эту точку опоры. Если это не удастся, то в дело вступят ритуалисты.

«Раз они предполагают возможность нападения, то нужно будет подстраховаться и взять с собой жезл. Мало ли», — подумал я и продолжил давить на митрополита, вызнавая все подробности процесса закрытия пустоши, а также надеясь, что он проговорится и скажет лишнее.

К сожалению, Агафодор был тертый калач и утечки не допустил, однако информацию к размышлению все же подкинул.

С его слов следовало, что мое закрытие молодой пустоши в республике позволило ученым приблизиться к разгадке закрытия инфернальных территорий и подтвердить теорию о наличии так называемых точек опоры. Служители также сумели сопоставить карту захоронок с аналогичными в других пустошах. Оказалось, что алтари, на которых пытают жертв, расположены не произвольно. Так демоны не только подпитываются силой, но и увеличивают устойчивость проклятой земли.

После того как митрополит ушел, я вызвал к себе Резцова, Синичкина и командира отряда витязей. Нужно было усилить меры предосторожности и организовать скрытное посещение научного центра.

Еще через два дня мой обвешанный защитными заклинаниями автомобиль остановился в предместье Антоновка, и, оставив охрану во внедорожнике, мы с Резцовым, обряженные инквизиторами, присоединились к группе людей, одетых так же.

Нас пригласили в главный корпус научного центра, где под конвоем охранников-магов сначала провели вглубь здания, а затем и в длинный изломанный коридор, полностью покрытый стальными пластинами. Из них в хаотичном порядке торчали стволы пулеметов, огнеметов и части противопехотных мин.

Проходя очередной поворот, я с удовлетворением отметил наличие мощного железного барьера, готового по команде опуститься.

Если у них здесь на каждом повороте по такому препятствию, то меры безопасности действительно приняты серьезные. Интересно, а кому-нибудь удавалось прорваться через эту линию обороны?

Сделав очередной поворот, мы наконец достигли цели — довольно большого помещения с высокими пятиметровыми потолками.

«Размером где-то со средний школьный спортзал», — подумал я, осматривая усеянные различными датчиками, сенсорами, антеннами и видеокамерами стены.

Почувствовав на себе чей-то пристальный взгляд, я увидел под самым потолком ряд узких окон-бойниц, скрытых бронированными стеклами.

«Интересно, кто так быстро опознал во мне постороннего? И чем я себя выдал? Слишком новой алой мантией? Отчужденностью? Или неумением носить такую одежду?» — думал я, прислушиваясь к себе в поисках опасности, а также отмечая алое пятно в центре зала и исходящее от него чувство пустоши.

Примечательно, что область вокруг проклятой земли была заполнена несколькими неизвестными мне ритуальными фигурами, которые, что удивительно, совершенно не мешали друг другу.

— Запоминай, — скосил я взгляд на старшего мага своего рода. — Затем попробуем разобраться, что они там навертели.

— Двенадцатилучевая звезда с символами предназначена для организации круга магов и сбора энергии, вторая похожа на защитный ритуал, а вот предназначение последней мне и вовсе неизвестно. Она какая-то странная, — ответил Юрий Владимирович, внимательно осматривая пол.

Пока мы с Резцовым оглядывались по сторонам, дюжина магов заняла свои позиции в нескольких метрах от вершин звезды. Ритуалисты в это время принялись перепроверять чертежи на полу, а один из них, уточнив, кто из нас тринадцатый, указал мое место.

Не прошло и нескольких минут, как стальные двери разошлись в стороны и в лабораторию вошел Агафодор, его сопровождал моложавый мужчина в белом халате.

— Тринадцатый, ты готов? — спросил митрополит, безошибочно узнав меня под маскировкой.

— Да, — коротко кивнул я.

— Здравствуйте, тринадцатый, меня зовут Кирилл Владимирович. Я — руководитель этого научного центра, — несколько высокомерным тоном представился спутник инквизитора. — Перед началом мне бы хотелось еще раз проинструктировать вас относительно мер безопасности и довести до вашего сведения, как будет проходить эксперимент.

Дождавшись еще одного кивка, он продолжил:

— После того как вы займете место в ритуальной фигуре, мы с митрополитом отправимся в соседнее помещение и проверим готовность аппаратуры к работе. Удостоверившись, что все функционирует в штатном режиме, я подам сигнал к началу.

Бросив на мою фигуру взгляд, мужчина продолжил:

— Первый этап эксперимента заключается в проверке ваших способностей по поиску магического компонента инфернальной энергии — той самой составляющей, которая позволяет существовать пустоши в данном месте. Если вам удастся ее ощутить, то мы тут же перейдем ко второму этапу, в котором вы попробуете воздействовать на данный объект. Если вам это удастся и аппаратура лаборатории подтвердит уменьшение пустоши, тогда мы перейдем к третьему этапу. К делу подключатся ваши товарищи из круга магов, и мы попробуем закрыть прореху.

Замолчав, мужчина уставился на меня, ожидая вопросов, и я спросил:

— Что будем делать, если мне не удастся прочувствовать пустошь?

— Тогда вам на помощь придут коллеги-ритуалисты, — удивился подобному вопросу мужчина и бросил на Агафодора быстрый взгляд. — Митрополит, вы уверяли меня, что ваши люди профессиональны и каждый из них знает свой маневр. Намекали, что следование инструкциям в данном случае необязательно, но что мы видим на самом деле? Может, остальные участники эксперимента тоже что-то подзабыли?

«Он что, действительно пытается меня отчитать? — с легким раздражением подумал я. — Или просто хочет вывести из себя? Чтобы я совершил ошибку и открылся? Не дождется».

— Руководитель научного центра здесь вы, — сухо ответил я на претензию. — И вы как нельзя лучше знаете возможности своих подчиненных. Предполагаю, что у научного центра есть свои способы обнаружения компонента пустоши, и вы их задействуете.

— Зачем тратить наши ресурсы, если служители находятся в лаборатории впервые и есть возможность проверить эффективность их методов работы? — ответил Кирилл Владимирович, в глазах которого появилось недовольство.

«Ох и везет тебе, начальничек, — проскользнула мысль, когда я прятал бушующий ураган эмоций внутри ледяной глыбы. — Если бы мне не нужно было сохранить инкогнито, то ты бы уже давно пожалел о своем тоне. Привык подчиненных строить и теперь к посторонним лезет, показывает, кто здесь самый крутой и главный».

— Если нашим ритуалистам не удастся добиться успеха, — поддержал меня Агафодор, — то в дело должны вступить ваши специалисты. Раз вы все же настояли на тщательном инструктаже тринадцатого, то обязаны были сделать это качественно, а не спустя рукава. Так что считаю заданный вам вопрос уместным и не стоящим столь яркого проявления эмоций.

— Сначала вы уверяете меня, что ваши ритуалисты знают свое дело, а теперь, перед началом эксперимента, говорите, что возможна неудача? — произнес Кирилл Владимирович высокомерным тоном. — Будьте уверены, информация об этом попадет на стол не только заместителю министра, но и главе государства.

— Как вам будет угодно, — спокойно сказал Агафодор и с легкой брезгливостью посмотрел на молодого мужчину.

«Пусть я не смогу поговорить напрямую с Изяславом на твой счет, но вот наследник империи обо всем точно узнает, и, думаю, ему не составит труда выяснить, действительно ты такой великий ученый или чей-то бесталанный, но преданный ставленник-карьерист. Почему-то мне кажется, что второй вариант», — мстительно подумал я и отправился к своему месту, где ощущение пустоши стало еще более осязаемым.

«Надеюсь, первый этап будет проще, чем мне кажется сейчас», — пронеслось в голове, и я до начала эксперимента постарался абстрагироваться от чувства, которое во время учебы в кадетском училище позволило мне ощутить открытие пустоши.

В тишине прошло еще несколько минут, и наконец в динамиках раздался высокомерный голос начальника научного центра:

— Проект «Наступление». Эксперимент номер сто семь. Руководитель проекта — Васильев Кирилл Владимирович. Лабораторная аппаратура — исправна, работает в штатном порядке…

Он еще долго зачитывал условия проведения эксперимента, его главные и второстепенные цели, численность участников и их обязанности, а затем назвал предстоящие нам этапы и более полно описал последовательность действий.

«И зачем тогда он меня отдельно инструктировал и злил?» — с легким раздражением подумал я.

— Этап первый — ощущение магического конструкта пустоши. Номер тринадцатый, начинайте, — наконец произнес начальник центра, и я сконцентрировался на знакомом ощущении пустоши.

«Так, а что теперь?» — пронеслось в голове спустя некоторое время, когда обострившиеся чувства так и не сумели обнаружить ничего необычного.

Не придумав ничего лучше, я прикрыл глаза, сконцентрировал магию на ладонях и стал медленно изучать границу пустоши и ее территорию. Спустя десять минут, когда мне уже казалось, что ничего не получится, я на высоте своей груди обнаружил какое-то искажение. Техника «глаза волка», а также увеличившееся количество энергии в руках позволили выделить небольшую область, которая при моем воздействии ощущалась как-то неправильно.

К сожалению, большего, как я ни старался, мне добиться не удалось. Руки и магия свободно проходили сквозь аномалию, не встречая никакого сопротивления. Только ощущения и едва заметное изменение цвета воздуха доказывали, что здесь что-то не так.

— Тринадцатый, освободите пустошь, — донесся до меня голос начальника научного центра. — Ритуалисты, проведите поиск магического якоря.

Как только я покинул пределы фигуры, ранее не принимающие участия в эксперименте инквизиторы отошли от стен, и один из магических конструктов загорелся белым светом и начал медленно подниматься. Добравшись до высоты, на которой я обнаружил аномалию, фигура замерла и засветилась ярче.

С интересом наблюдая за происходящим, я отметил, что в месте аномалии пошла мелкая рябь, а затем ритуалисты направили руки в ее сторону, и нашим взглядам предстал тонкий осколок стекла инфернального алтаря, лишенный «камней боли и души».

— Тринадцатый, попробуйте ощутить и взять объект, — раздалась новая команда, и я, уже готовый к чему-то подобному, сформировал тонкий слой льда на своей ладони. Вновь забравшись на подставку, я протянул руку к стеклу и почувствовал исходящую от него силу.

— Вух! — раздались выдохи с разных сторон, и ритуалисты с облегчением отпустили трясущиеся руки.

«Непросто им это далось», — подумал я, когда осколок с силой постарался вырваться, благо я успел насытить пространство рядом с рукой родовой энергией и не позволил ему ускользнуть.

— Тринадцатый! — раздалась новая команда. — Медленно поводите осколком алтаря из стороны в сторону. Нам необходимо понять, изменится ли конфигурация пустоши из-за этого.

После еще десятка минут и выяснения возможностей осколка, который мне удалось даже вынести за пределы инфернальной области, мы перешли к следующему этапу, и я попробовал напитать магический компонент родовой энергией.

«Возможно, мне удастся провернуть тот же трюк, что и в республике», — пронеслась в голове здравая мысль.

Однако, к сожалению, осколок не спешил принимать в себя чужеродную силу, и мне пришлось постараться, чтобы влить в него немного энергии рода Морозовых. Спустя несколько минут мне это все же удалось, и дальнейшее насыщение пошло проще и быстрее.

Еще через некоторое время осколок начал медленно светиться синим, а я почувствовал нарастание опасности.

«Ну на фиг!» — пронеслось в голове, и я, пусть и с огромными затратами, сформировал полый каменный шар, внутренности которого наполнил насыщенным родовой энергией льдом, и наконец отпустил вызывающий неприятные ощущения объект, который все так же продолжил насыщать силой.

— Переходим к следующему этапу. Круг магов, на места! Передаем энергию тринадцатому, — скомандовал начальник научного центра, и я перенаправил хлынувший в меня поток в остаток алтаря.

Тревога стала медленно усиливаться, и я произнес:

— Всем приготовиться и активировать защитные амулеты! Я чувствую приближающуюся опасность!

Спустя еще несколько секунд осколок алтаря в каменном шаре треснул, границы пустоши вспыхнули, и раздался неприятный человеческому уху звук, словно что-то резко и довольно громко порвалось. В то же мгновение я отскочил назад, уходя из-под удара огромной черной косы, которую держал в руках неизвестный мне четырехрукий демон-ящер.

— Энергию круга на меня! — рявкнул один из ритуалистов, замечая, что коса пробила дыру в защитном барьере.

Однако не успели инквизиторы перенаправить потоки, как осознавший опасность ящер раскрутился на месте с бешеной скоростью и, вновь пробив защиту, нанизал на железное полотно временного лидера.

Хищная улыбка мелькнула на его лице, а затем резко пропала.

Это я, плюнув на маскировку, вмуровал косу в ледяную глыбу, а стоявший у стены Резцов отправил в демона свое заклинание «воздушного серпа».

Получив ощутимый разрез на груди, инфернал зашипел, подал энергию на косу, желая освободить ее из ледяного плена, а когда ему это не удалось, прикрылся от атак служителей перепончатыми крыльями и вдруг резко развел их в стороны, разрушая ограждавший его барьер и освобождаясь от льда, которым я пытался сковать его лапы.

«Вот тебе и защита инквизиторов-ритуалистов», — с раздражением подумал я, заставляя родовой жезл прыгнуть в руку.

Глава 5

Рванувший вперед и в сторону ящер был невероятно быстр. Уклонившись от парочки заклинаний, он откинул древком косы еще одно, смазанными ударами наполненных тьмой когтей пробил защиту ближайших инквизиторов и вырвал по огромному куску мяса из их тел. Не задерживаясь дольше необходимого, он оставил оружие, ушел перекатом от очередного залпа и бросился к тройке инквизиторов, соединивших руки.

Мощный «луч света», ударивший из ладоней церковников, попал ящеру в грудь и остановил его продвижение, однако зашипевший от боли демон не растерялся, крутанулся в сторону, уходя из-под опасного удара, и подгреб под себя двух не сумевших вовремя среагировать инквизиторов.

Все это произошло за какую-то секунду, как и уход противника от парочки моих «ледяных копий», брошенных на рефлексах, поэтому я напитал тело духовной энергией и ударил вновь ушедшего от заклинаний демона мощным «тараном силы», который снес его в сторону и хорошенько впечатал в стальную стену.

Правда, отлетающий от меня демон каким-то образом сумел призвать к себе черную косу, лезвие которой все еще было сковано многокилограммовой глыбой льда, и мне пришлось уйти вбок, опасаясь возможностей неизвестного оружия.

К сожалению, одного мгновения ящеру хватило, чтобы принять тройные «лучи света» инквизиторов на свои крылья, уйти еще от парочки и прыгнуть на очередного противника прежде, чем я отправил в него россыпь ледяных снарядов.

Пропустивший удар в ногу демон рыкнул, недовольно глянул в мою сторону и приподнял косу, желая нанести удар не столько лезвием, сколько массой льда, однако я был к этому готов, и враз промерзшая рукоять стала отличным проводником для нескольких десятков «шипов», пробивших когтистую ладонь.

Мимолетной заминкой воспользовался Резцов, отправивший мощный «воздушный серп», который оставил демона без покрытого усиленной кожей крыла, а также пара инквизиторов. Последним повезло меньше, так как взревевший демон сумел защититься от их атаки вторым крылом.

Не желая терять темп, я отправил в противника несколько «саморезов» и «сфер холода», однако чувство опасности заставило меня резко рвануть в сторону.

«Вовремя!» — подумал я, когда разъяренный потерей крыла ящер направил четыре руки на ближайших врагов и атаковал нас какими-то плотными серыми шарами.

Мне, Резцову и выставившему белый «щит» инквизитору удалось выжить, а вот его товарищу, не успевшему среагировать, не повезло, и он за несколько секунд превратился в пепел.

«Черт! А он силен!» — пришлось признать мне, когда ящер еще дважды повторил прием и трое инквизиторов покинули нас.

Нанести очередной удар замерший противник не успел, так как пропустил парочку мощных тройных «лучей света», «огненное копье» и еще несколько «сфер холода». Последние оказались отличным затормаживающим заклинанием, мешающим демону уйти из-под обстрела.

Громкое шипение разъяренного противника резануло по нервам, а чувство опасности подсказало, что мне суждено вновь стать мишенью. Чертыхнувшись, я бросил вперед глыбу льда и отскочил вбок.

Интуиция не подвела. Ящер, не обращая внимания на другие удары, выставил руки в мою сторону, и с них сорвалась странная призрачная сеть. Она с легкостью разрезала ледяную глыбу, лишь немного замедлившись и, обдав меня ощущением скорой смерти, нашинковала аппаратуру и часть стены.

«Интересно, а „щит Голиковых“ сумел бы остановить этот удар? Блин, что-то мне совершенно не хочется это проверять», — подумал я, когда отправил в демона насыщенную энергией россыпь сияющих «снежинок» и наблюдал, как в него одновременно врезается «водяная пуля», «огненная птица» и отливающий ярко-оранжевым светом «воздушный серп». Последняя атака была нанесена концентрированной родовой энергией Резцова, которая повредила второе бронированное крыло демона и лишила его необходимой защиты.

Выставивший стену пепла ящер сумел защититься от следующих атак, а затем я бросил в него огромную глыбу льда, наполненную родовой энергией Морозовых.

«Попробуй останови это», — пронеслось в голове, и предчувствие вновь заставило меня отскочить в сторону, пропуская знакомую, но существенно уменьшившуюся в размере сеть.

Волевое усилие — и разбросанный по помещению лед собирается в шар, сковывая в себе не успевшего среагировать противника. Последовавший за этим взрыв пепла и осколков я остановил «ледяным куполом», а затем вогнал «саморез» в глаз ящера, все же сумевшего частично выбраться.

Демон оказался живуч и боролся даже при подобных ранениях, поэтому точку в противостоянии поставили организовавшие магический круг инквизиторы, ослепительно светящаяся «шаровая молния» которых снесла ящеру голову.

«Фух! Завалили! — облегченно выдохнул я и, окинув взглядом разрушенную лабораторию, поморщился. — Правда, теперь ни о какой конспирации не может быть и речи».

— Как вы себя чувствуете? — спросил подошедший Резцов, наблюдая за тем, как лед вокруг демона превращается в воду, а затем и вовсе исчезает.

— Нормально. Имею как минимум половину резерва, — ответил я и, переведя взгляд с мага на мертвого противника, добавил: — Хотя эта тварь несколько раз меня чуть не достала. Что это вообще за ящер такой? Первый раз подобного демона вижу!

— Кто-то из высокоуровневых инферналов. Вы же знаете, они могут быть какими угодно, — бросив взгляд на крылья, ответил мужчина. — Нам еще повезло, что инквизиторы неплохо подготовились. Если бы не эти защитные ритуалы, то нам бы вообще пришлось туго.

— В самом деле? — приподнял бровь я. — А мне показалось, что ящер не только с легкостью прорвал их барьер, но и почти не обращал внимания на атаку «светом». Лишь строенный и последний удар показали эффективность.

— Ритуал церковников был хорош, — стоял на своем Резцов. — Слишком много энергии демон потратил на прорыв. Поэтому и не ударил по нам смертоносной магией сразу.

— Возможно, ты и прав, — не стал я спорить со специалистом. — Если такой монстр появился после уничтожения миниатюрной прорехи, то что будет после закрытия пустоши гораздо больших размеров? Кто придет нас убивать? Целая армия высокоранговых демонов?

Ответить Резцов не успел, так как до нас донесся грохот открывающихся бронированных дверей.

«А я даже и не заметил, что нас здесь забаррикадировали», — подумал я, в то время как в помещение вошли Агафодор, начальник научного центра и с десяток его подчиненных.

Еще недавно высокомерный и требовательный молодой руководитель с завышенным самомнением выглядел довольно жалко: ворот его рубашки был расстегнут и помят, верхняя пуговица отсутствовала, галстук съехал вбок, по лбу стекали мелкие бисеринки пота, а глаза со плохо скрываемым испугом смотрели на меня.

«Понял, кого строить пытался? — без лишних эмоций подумал я, выслушивая извинения мужчины. — Нужно воспользоваться шансом хоть как-то повлиять на вышедшую из-под контроля ситуацию».

И, добавив в голос холода, я произнес:

— Обеспечьте должный уровень секретности относительно произошедшего здесь сегодня, и все недоразумения будут забыты.

Работавшие в лаборатории люди на мгновение замерли от моего сурового тона, а я уже перевел внимание на митрополита, хмуро осматривающего то, что осталось от погибших.

— Агафодор. Соболезную гибели ваших парней.

— Благодарю, — ответил он, подняв на меня потемневшие от переживаний глаза.

А ведь несмотря на успешное завершение важного для всех церковников эксперимента он сильно расстроен. Переживает. Может, я зря предвзято отношусь к инквизиторам?

Выдержав небольшую паузу, я уточнил:

— Я вам здесь еще нужен?

— Нет, тринадцатый, — все еще соблюдая конспирацию, ответил Агафодор. — Свою главную задачу вы выполнили. Теперь дело за моими людьми и научным центром. Я дам команду, чтобы вас провели к автомобилю.

— Хорошо, — кивнул я.

Уже через несколько минут вооруженные бойцы сопроводили нас к внедорожнику, и мы наконец покинули предместье Антоновка.

«По большому счету мое инкогнито раскрыто, — глядя в окно, думал я. — Будем надеяться, что церковники не просто так едят свой хлеб и им удастся сохранить произошедшее в лаборатории в секрете. Иначе серьезные неприятности могут начаться раньше, чем предполагалось».

К нашему удивлению, ни через день, ни через неделю после завершения эксперимента никто со мной связываться не спешил. Видимо, что церковники, что государственные чины занимались анализом произошедшего, подбивали все полученные данные и продумывали дальнейшие действия. В том, что Изяслав и Добромысл не ограничатся одной лишь мини-пустошью, я не сомневался. Так что оставалось только ждать и заниматься текущими делами.

Утром девятого дня ко мне в офис прибыл фельдъегерь императора, передавший два пакета. Расписавшись в ведомости за получение и попрощавшись с уже смутно знакомым офицером, я вскрыл конверты и внимательно изучил их содержимое.

Итак. Приглашение в императорский дворец в субботу на завтрак. В девять часов. Так, а это что? Собрание «золотой» боярской думы? Через три недели. Хм… Для чего Изяслав хочет созвать представителей княжеских родов и почему мне кажется, что это связано с закрытием пустоши? Неужели Изяслав придумал способ заставить меня работать на благо родины за бесплатно? Хм… Даже и не знаю…

Посидев некоторое время в раздумьях и перечитав письма еще несколько раз, я попросил Аделину пригласить ко мне Потанина.

«Нужно еще раз согласовать наши требования. Может, Роме еще что-то пришло в голову? — подумал я и хищно улыбнулся. — Бороться с демонами я, конечно, не откажусь. Пустошь закрыть помогу, но и пользу для рода упускать не буду».

Завтраки в малой столовой столичного императорского дворца проходили с завидной регулярностью. Представители боярских родов, придворные и чиновники мечтали оказаться с правителем страны в неформальной обстановке и тем или иным способом использовать это в своих интересах: рассказать о проблеме, проявить инициативу, донести до Изяслава новость или сплетню, посоветовать определенную кандидатуру на какую-либо должность.

Я уже не в первый раз присутствовал на подобном мероприятии, поэтому знал, что к делу можно переходить только после того, как подадут кофе. До этого момента Изяслав любил обсуждать неочевидные подробности придворной жизни. Не изменил он себе и в этот раз. Поэтому мне, Витовту и Юзефу Валерьяновичу — бывшему начальнику жандармерии, а ныне полномочному представителю императора — пришлось его развлекать. Иногда со своими довольно интересными комментариями в разговор вступал присутствующий здесь патриарх Добромысл. Единственным молчуном в компании был здоровенный широкоплечий мужчина средних лет, с лысой головой, лицом отъявленного бандита и холодными оценивающими глазами, которыми он то и дело осматривал меня и полпреда. На императора и наследника престола главный инквизитор империи, как представил его глава церкви, старался не смотреть, видимо, ему было хорошо известно об ощущениях, которые возникают у посторонних после его взгляда.

«Интересно, это сколько же людей нужно было убить и запытать, чтобы создавать такую гнетущую ауру с помощью глаз?» — подумал я и поймал взгляд палача, когда он стал меня раздражать.

— Князь, я смотрю, вы познакомились с митрополитом Проклом, — раздался старческий голос патриарха.

Щуплый, низкий и кажущийся безобидным дед в белых одеждах и красной шапочке с любопытством смотрел на меня. Его доброе всепонимающее лицо тронула легкая улыбка. Она словно говорила: «Эх, молодежь! Горячая кровь! Вам бы только показать себя, да проверить свою силу!»

— Решил посмотреть на того, кто весь завтрак молчит и уделяет мне столь пристальное внимание, — произнес я, пытаясь понять, какой силой пользуется инквизитор в боях со своими врагами.

«Сильный витязь или богатырь, — определил я ощущения, исходящие от мужчины. — При обширных ресурсах церкви скорее второе. Да и в плане силы веры явно не слабак. Интересно, а зачем патриарх взял его с собой, если он постоянно молчит? Силу мне показать? Надавить в случае отказа? Или чтобы иметь более сильные переговорные позиции? А может, по какой-то совершенно иной причине?»

— Так, значит, вы хорошо чувствуете чужой взгляд⁈ — с показным удивлением воскликнул Добромысл. — Удивительно! В мои годы молодежь вашего возраста была подготовлена куда как хуже.

«Пытаешься заболтать меня и отвлечь лестью? — подумал я. — Тогда я, в свою очередь, попробую вывести тебя на откровенность».

— Не верится, что предыдущие поколения были слабее нас нынешних. В то время в городах мира царил покой и уверенность в завтрашнем дне, человечество не позволяло демонолюбам поднять голову и проводить столь разрушительные и кровавые акции.

Взгляд инквизитора вновь сконцентрировался на мне, и я мысленно улыбнулся. От мужика пахнуло явным недовольством. Он отлично понял, что я намекнул на серьезное ослабление церкви и недостаточный профессионализм ее служителей.

Патриарх же, в отличие от одного из своих заместителей, расстраиваться не спешил. Старик все так же улыбнулся и ответил:

— К сожалению, развиваемся и становимся сильнее не только мы, но и наши враги. Демоны уже давно успешно эволюционируют. Усиливаются не только количественно, как это было ранее, но и качественно. А люди в это время, несмотря на промышленную революцию, улучшение условий жизни, создание городов-крепостей, значительное повышение численности населения, появление лиг охотников и магов, становятся слабее. Спокойная жизнь нас развратила. Человечество посчитало, что раз удалось запереть демонов в пустошах, то, значит, и делать ничего не нужно. А зачем? Ведь ингредиенты оттуда можно использовать себе во благо. Некоторые особо отличившиеся пошли дальше. Вместо того чтобы тренироваться и постепенно, потом и кровью, расти над собой, они решили пойти путем жертвоприношений и быстрого усиления. Таких слабых духом людей стало очень много в последнее время. Однако, несмотря на это, нам удается не только сдерживать позиции, но и искать возможность атаковать. Надеюсь, сегодня мы договоримся о шагах, которые переломят ход многовековой войны.

— Считаете, что человечество успешно сдерживало инферналов? — продолжил провокацию я. — Да если бы не стечение обстоятельств, то полматерика было бы сейчас под пустошью!

— Иногда случайности неслучайны, — вновь никак не среагировал на мои слова патриарх.

Ну да. Если бы я не поехал в республику и не решил в ней развиваться, не увидел странности в том, что происходит в Долгиновском районе, то точно был бы конец света.

— Господа, — сказал Изяслав, привлекая к себе внимание. — Раз вы перешли к обсуждению темы, ради которой мы все здесь собрались, то предлагаю переместиться в более защищенное помещение, где мы сможем безопасно все обсудить.

— Да, ваше величество, — тут же подскочили присутствующие со своих мест.

Официальная часть завершилась, теперь пришла пора обсудить то, ради чего все действительно здесь собрались.

— Я тебя проведу, — сказал Витовт, когда мы вышли из малой столовой.

— Спасибо, — кивнул я, — но для начал мне нужно забрать документы для переговоров.

Переговариваясь и обсуждая главу инквизиторов, мы дошли до места, где меня дожидался несколько взволнованный Потанин.

— Ваше высочество, — поклонился Роман наследнику престола. — Ваша светлость, — согласно этикету приветствовал он меня и протянул коричневый портфель с множеством документов.

— У тебя новый помощник? — с интересом спросил Витовт, глядя на мою ношу, когда мы направились к месту проведения совещания.

— Советник по экономическим вопросам, — произнес я, сразу отвечая на невысказанный вопрос относительно содержимого портфеля.

— А он не слишком молод для такой важной должности? — уточнил наследник императора, намекая на возможную несостоятельность Потанина в переговорах столь высокого уровня.

— Я лично контролировал его работу на данном направлении.

Подготовленный для совещания зал находился в особо защищенной части дворца, недалеко от кабинета императора. Он представлял собой вытянутое прямоугольное помещение, в узкой части которого разместился огромный плазменный телевизор и трибуна докладчика, а напротив — средних размеров стол с шестью стульями.

— Ваше высочество, — поднялись с места церковники.

— Прошу, присаживайтесь, — ничуть не смутившись патриарха, произнес Витовт и занял один из стульев во главе стола.

Окинув взглядом стол, я заметил табличку со своим именем и, заняв место, мысленно ухмыльнулся: «Значит, меня с церковниками расположили друг против друга, в конкурирующе-оборонительной позиции, чтобы разделить нас и создать атмосферу соперничества. Сами же император с Витовтом сели во главе стола, расположившись посередине, чтобы, таким образом, предстать не еще одной стороной запланированного мероприятия, а арбитрами, возвышающимися над ситуацией и помогающими нам договориться. Только вот ничего у них не выйдет. Император не меньше патриарха заинтересован в уничтожении пустоши, а значит, согласится на запрошенную мной цену. Стесняться и теряться в этой ситуации я не собираюсь».

Не прошло и минуты, как в кабинет вошел император с полномочным представителем по безопасности, и мы поспешили встать. Изяслав прошел к своему месту, встал возле наследника и, окинув нас внимательным взглядом, произнес:

— Прошу, присаживайтесь.

Спутник Изяслава направился к трибуне и после разрешающего кивка императора начал доклад.

— Ваше величество, ваше высочество, уважаемые господа, — уверенным тоном произнес Юзеф Валерианович, и на экране телевизора появился первый слайд презентации.

Наглядный материал — это хорошо. Так действительно будет намного понятнее.

Более часа полномочный представитель императора презентовал результаты эксперимента в предместье Антоновка. Он довольно подробно описал все этапы, представил снятые техникой данные и объяснил, что они означают. Закончив с этим, мужчина кратко пояснил причины, заставившие пойти на такой шаг, а после сделал небольшой глоток воды, смачивая пересохшее горло, и, посмотрев на меня, сказал:

— Доклад окончил. Готов ответить на ваши вопросы.

Судя по тому, что никто из присутствующих даже не сделал попытки открыть рот, к сегодняшней встрече они все подошли крайне ответственно. Изучили имеющиеся материалы, согласовали позиции по определенным вопросам. Один лишь я, как приглашенный специалист, впервые знакомился с данными сведениями. Благо, что перед экспериментом Агафодор делился со мной информацией, поэтому особых вопросов у меня не возникло. Лишь парочка интересных сугубо для меня.

— Скажите, Юзеф Валерианович, а возможно ли закрытие пустоши без привлечения представителя рода Морозовых? Удалось ли другому магу найти аномалию в источнике, как-то ее удержать или воздействовать?

— В настоящее время таких людей нет, — ответил полпред, машинально проводя пальцами по своей профессорской бородке. — С помощью представителей церкви перенести осколок алтаря на материальный план нам удалось, однако ни один из более чем пяти тысяч участников как-то повлиять на него не сумел.

«Более чем пяти тысяч? — с интересом подумал я. — Хм. Из этого следует, что подобные эксперименты проводились уже очень давно, а также то, что я действительно какой-то особенный».

— Вопросов нет, — прокомментировал я ответ и вновь задумался.

С одной стороны, хорошо. Быть поставщиком эксклюзивных услуг очень почетно и выгодно. С другой же — лучше бы этим делом занялись другие люди и мне не пришлось бы вновь рисковать своей жизнью.

Юзеф Валерианович тем временем бросил взгляд на императора и, получив очередной кивок, продолжил:

— Второй вопрос нашего собрания — закрытие малой пустоши Носирианской империи.

На экране телевизора отобразилась карта страны, на которой ярким желтым цветом были обозначены границы инфернальных пустошей.

«Вот как? — озадачился я столь быстрым переходом. — Вопрос поставлен так, словно никто не сомневается в моем желании участвовать в очередной авантюре, после которой появляются такие сильные демоны, как недавний ящер».

— Итак, — продолжил Юзеф Валерианович, подхватив небольшую указку. — На территории нашего государства расположены: шесть малых пустошей, площадь каждой составляет до пяти тысяч квадратных километров, три средних — до двадцати тысяч, и одна крупная — Гарбовичская, около шестидесяти тысяч. Для перехода к следующему этапу операции «Имперская решимость» по противодействию инфернальным пустошам как местам базирования демонов нам необходимо сосредоточиться на одной из малых проклятых земель. Исходя из расположения, площади, точных координат жертвенных алтарей и других параметров было принято решение взять в работу Малую Сейловичскую пустошь.

«Значит, вы готовы настолько? — подумал я. — Это что же? До нас сейчас доведут план действий, и вперед? На баррикады? Иди, Морозов, родину защищай? Ведь наследники у тебя уже есть, и род точно не пресечется. С одной стороны, есть правда и за Изяславом. Он — глава государства, ответственный за безопасность миллионов подданных. В настоящее время, когда выявилось засилье демонолюбов во всех слоях общества, он осознал необходимость коренного перелома и нашел человека, который может обеспечить ему преимущество. Должен ли император в такой ситуации терзаться сомнениями и размышлять? Или может просто отдать приказ и требовать его исполнения? Вообще-то может. Власти у него полно. И если устранять меня из-за благородного происхождения, близости к Витовту и бывшим заслугам никто не будет, то найти другую возможность стереть в порошок — проще простого. Лишит род Морозовых лицензий на производство какой-либо продукции, отправит на заводы и предприятия разнообразные инспекции, выразит определенное недовольство в средствах массовой информации, лишив меня клиентов и партнеров, даст команду „фас“ на уничтожение в публичном поле. Да мало ли в мире способов подгадить ближнему своему! Предостаточно! Особенно у императора. Так что право сильного здесь проявляется в полной красе. С другой стороны, я не мальчик для битья, а довольно успешный князь „золотого“ рода. Герой страны и вообще популярный человек. Сумею ли я адекватно ответить Изяславу? Думаю, да. Ресурсов у меня, конечно, значительно меньше, но это не значит, что они малоэффективны. Побороться я всегда могу, как и уйти в республику, если сильно прижмет. Последнее, как мне кажется, является для Изяслава основным сдерживающим фактором против игры по-грубому. Так что мы еще пободаемся».

— Малая Сейловичская пустошь занимает четыре тысячи двести тридцать один квадратный километр, — продолжил полпред, сменив слайд. — В настоящее время нам известны точные координаты пяти точек опоры, удерживающих пустошь в ее границах. Анализ данных из республики позволяет предположить наличие там до семи сотен подобных объектов.

Бросив внимательный взгляд на красные точки, указывающие местонахождение алтарей, я продолжил вслушиваться в слова мужчины.

— Исходя из имеющихся на данный момент результатов исследований в точке опоры в предместье Антоновка было потрачено около одной седьмой совокупной магической энергии круга магов, состоящего из двенадцати одаренных в ранге «профессор». Оптимальное количество силы, которое позволит магам не остаться беззащитными в случае появления противника, — предположительно четыре седьмых, что в итоге позволит закрыть четыре точки опоры. Итого в идеальных условиях для закрытия Малой Сейловичской пустоши понадобится сто семьдесят пять кругов, или две тысячи сто магов в ранге «профессор».

«Сколько⁈ — ошеломленно подумал я. — Где они планируют найти такое количество одаренных и как собираются обеспечивать безопасность такой оравы людей?»

— Что значит «в идеальных условиях»? — тем временем задал вопрос нахмурившийся патриарх.

— Это значит, что в расчетах мы не учитываем потери энергии при перемещении ее между точками опоры. Таких данных в настоящее время у нас попросту нет.

— Значит, численность участвующих магов должна быть увеличена в два или три раза, — произнес Добромысл. — Согласитесь, будет не очень хорошо, если в данных условиях нам не удастся сделать дело до конца и территория пустоши будет восстановлена?

— Патриарх Добромысл, — ответил Юзеф Валерианович, — при всем уважении, но цифра в две тысячи сто высокоранговых магов уже достаточно серьезная. Предварительные списки членов силовых структур, представителей органов государственного управления, общественных и других организаций позволили нам набрать нужное количество людей, но при этом мы оголили целые направления, отправляя множество высокопоставленных начальников на выполнение несвойственных им задач. Кроме того, помимо задействованных в ритуале магов нам необходимо организовать их охрану и подготовиться к весьма вероятному появлению высокоуровневых демонов. И это без учета боевых групп первой линии, которые будут зачищать территорию от случайных демонов.

— Юзеф Валерианович, — сказал Добромысл, — при перечислении участников операции вы не упомянули представителей боярских родов. Вам, как бывшему начальнику жандармерии, должно быть хорошо известно, сколько высокоранговых магов в этих семьях. Давайте бросим клич и пригласим их поучаствовать в историческом событии. Я думаю, среди них найдется достаточное количество защитников своей земли. Если нужно, то можно пригласить в добровольно-принудительном порядке. Мобилизации в военное время еще никто не отменял. А мы сейчас именно на войне.

— Для того чтобы привлечь силы боярских родов и не столкнуться с саботажем, нам необходимо повторить успех, совершенный в предместье, проверить различные предположения научного центра относительно механик закрытия пустоши и только потом планировать дальнейшие действия.

«Да там же целая войсковая операция будет!» — понял я масштаб и мысленно присвистнул.

То, что должны были совершить несколько сотен высокоранговых добровольцев, как я это представлял, после мозгового штурма бюрократов превратилось во всеимперское мероприятие, которое сразу же привлечет к себе внимание людей всего мира.

«И что-то мне подсказывает, что свое инкогнито мне сохранить не удастся», — мрачно подумал я.

— Все равно… — начал было Добромысл, но император его остановил:

— Патриарх, вы пытаетесь сконцентрировать внимание на закрытии лишь одной пустоши и упускаете происходящее в империи, а между тем, даже несмотря на проведение столь важной операции, страна должна продолжать успешно функционировать. Зачем это нам? Например, для того чтобы Халифарский союз не воспользовался ситуацией и не решил захватить одну из наших провинций. Для того чтобы ускользнувший из рук лидер демонолюбов не повторил акцию с жертвоприношением на территории страны. — Обведя всех присутствующих пристальным взглядом, Изяслав продолжил: — Страны! Всей! Целиком! К тому же вы почему-то не подумали, что будет происходить в других пустошах, когда демоны осознают, что мы пытаемся закрыть одну из них. А произойти может все, что угодно. Начиная с перемещения всех демонов из имперских пустошей в Сейловичи, заканчивая штурмом комендантских городов. Поэтому, как бы нам ни хотелось задействовать максимум высокоранговых одаренных, их численность останется неизменной. Вместо них мы можем задействовать магистров, докторов и доцентов.

«Тут все еще масштабнее, чем я предполагал», — пораженно подумал я, глядя на чрезвычайно довольного Витовта.

— Ваше величество, высокоранговые маги есть и среди нашей паствы, — заметил патриарх. — Списки мы также подготовили и будем рады оказать помощь в данном направлении. Но я все не могу понять причин, по которым вы не хотите задействовать в операции архимагов.

— Защита, — отрезал Изяслав. — Архимаги должны сохранить круги магов и значительно сократить наши потери. Помимо Сейловичской у нас еще пять малых, три средних и одна крупная пустошь!

Император сделал паузу и, махнув рукой, добавил:

— Ладно! Все равно вы это скоро узнали бы! Операцию мы планируем замаскировать под всеимперские учения по противодействию демонопоклонникам. По боевой тревоге будут подняты силовые структуры. Отобранным ранее воинам и магам будут вручены повестки. Подразделения сил специальных операций и отборные наемники из лиги охотников начнут зачищать пустошь сразу с тринадцати направлений. Благо деньги в бюджете есть, и страна может позволить себе подобные траты.

— Ваше величество, — задал вопрос я, — а военные наблюдатели из сопредельных государств будут присутствовать при проведении наших «учений»? Было бы неплохо иметь человека, который бы лично наблюдал историческое событие и передал информацию о нем своему начальству. Вдруг халифарцы решат не отставать и тоже возьмутся за дело?

— Отличная идея, — кивнул Изяслав и перевел взгляд на Юзефа Валериановича. — Обсуди ее со своими парнями и доработай. Еще вопросы? Предложения?

— Ваше величество, а прорабатывался ли вариант использования магами круга стимуляторов? — уточнил я. — Таких как зелье из пыльцы нуркулсана? По моему опыту, оно помогает источнику вырабатывать энергию примерно еще на два резерва.

— Все верно, — ответил мне Юзеф Валерианович. — В этом случае количество привлеченных магов сократится до четырехсот девяноста пяти. Денег на это зелье, конечно, потребуется немало, однако оно себя точно окупит. Численность задействованных в ритуале магов значительно уменьшится, и охране будет проще осуществлять защиту. Однако вопрос еще не решен и нуждается в дополнительном обсуждении.

— Иван Егорович, — обратился ко мне Изяслав, — может, есть еще способ увеличить наши шансы на успешное завершение операции?

— Конечно, ваше величество, — согласился я. — Нам необходимо в кратчайшие сроки отправить рекрутеров в Танзинийское королевство и Когнийскую республику. Там есть множество высокоранговых родовых маловостребованных магов, которые рады будут заработать в империи.

— Еще? — с интересом посмотрел Изяслав.

— На этом все, — склонил голову я.

Целый день до самой поздней ночи наша компания провела за разработкой и согласованием плана операции «Имперская решимость», после чего я остался наедине с Изяславом и передал ему несколько папок.

— Что это? — бросил он на меня пристальный взгляд.

— Это то, ваше величество, что род Морозовых хотел бы получить за помощь в разрешении вопроса пустошей, — спокойно ответил я.

— Ты еще ничего не сделал, — прищурился Изяслав.

— О правилах поведения в море лучше договариваться на берегу. Я не отказываюсь сотрудничать, только прошу вас дать мне мотивацию сражаться до конца.

— А благополучие и безопасность семьи для тебя пустой звук? Если мы сейчас не остановим демонов, то ее в дальнейшем может ждать печальный конец.

— Это же будет ждать ее и вследствие смерти главы рода и ее главного защитника, — не согласился я.

— Ладно, — кивнул Изяслав, принимая документы и пробегая по ним глазами. — Так, лицензия, лицензия, лицензия. Акцизы. Договор об оказании услуг. Один. Второй. Третий. Не много ли?

— Указанные производства нуждаются в новом техническом обеспечении и модернизации. Проблема давно назрела, и ее нужно решать. Себе от государства или бюджета я ничего не прошу. Лишь возможность продолжать работу.

— Только вот суммы в договорах многомиллионные, — покачал головой Изяслав и, замерев, поднял на меня удивленный взгляд. — Банк? Зачем он тебе?

— Нужен, — просто ответил я, не собираясь объяснять, что намерен совершить революцию в финансовой сфере и повторить путь Олега Тинькова.

— Хорошо, — выдержав небольшую паузу, произнес Изяслав. — Но подпишу я их после согласования с профильными специалистами и успешного закрытия пустоши.

— Да, ваше величество, — встал я со своего места, поняв, что вопрос решен.

— Надеюсь, патриарх Добромысл получил не меньше бумажек? — проворчал император, когда я был у двери.

— Намного больше, — сказал я, улыбнувшись.

Выйдя из кабинета главы государства и идя на парковку, я пытался понять, почему Изяслав пока не хочет привлекать к операции представителей боярских родов.

Что он задумал? И как решил избавить себя от необходимости оплачивать услуги благородных семей в будущем? Все это кажется мне очень странным.

Глава 6

Марго нажала на «стоп», и скорость беговой дорожки стала снижаться, позволяя молодой женщине сначала перейти на шаг, а затем и остановиться. Вытерев полотенцем проступивший на лбу пот и промочив горло водой, блондинка перевела взгляд на штангу с навешенными на нее блинами.

«Теперь можно и поприседать. Орешек сам себя не накачает».

Полуторачасовая тренировка пролетела как одно мгновение, позволяя сбросить накопленное напряжение, расслабиться и не думать ни о чем, а контрастный душ после нее придал заряд бодрости.

Выйдя из ванной комнаты, Марго обнаружила в одном из кресел дожидающуюся ее мать с чашкой кофе в руках.

— Доброе утро, дорогая, — произнесла Полина Александровна, с затаенной гордостью любуясь красотой разрумянившейся и от этого еще больше похорошевшей дочери.

— Доброе, мамуль, — чмокнула Марго ее в щеку и отправилась к зеркалу расчесывать волосы. — Чего так рано встала? Обычно тебя раньше девяти не видно.

— Мы приглашены на юбилей Игоря Каменского, одноклассника твоего отца, — напомнила женщина, сдерживая зевок. — Так что сегодня у меня очень много дел. Маникюр и педикюр, парикмахер с визажистом, портной. Нужно выглядеть на все сто. Благодаря твоему мужу на нас сейчас обращают ну очень пристальное внимание.

— Можно подумать, что в любой другой ситуации ты бы позволила себе выглядеть хуже, — усмехнулась Марго, которую мать с самого раннего детства приучила тщательно следить за собой.

— Не позволила бы, — вынуждена была согласиться Полина Александровна. — Но все же ранее я не ощущала на себе столько взглядов. Демоновы имперцы задирают носы перед республиканскими беженцами. Ждут любой оплошности, чтобы смешать нас с дерьмом и выплеснуть яд на твоего Ивана. Слишком уж высоко он забрался, несмотря на молодость и отсутствие поддержки старших членов рода. Отсюда и большое количество недоброжелателей.

— Это точно. Он у меня необычный, — с мечтательной улыбкой протянула Марго и грустно вздохнула. — Только вот из-за всего этого я вместо нормальной жизни вынуждена постоянно проводить время в поместье, словно в золотой клетке. Хорошо хоть мальчишки не дают заскучать, вы здесь и кто-нибудь из Темниковых иногда приезжает, иначе бы я тут вообще зачахла.

— А куда это ты собралась ходить? — всплеснула руками Полина Александровна. — Детям и полугода нет! Будь добра уделить внимание своим малышам!

— Да хоть в магазин тот же? В театр? Просто погулять? Развеяться? Почему всем можно, а мне нет? Я тут с ума сойду! — воскликнула Марго.

— Не расстраивайся ты так, — обняла ее подошедшая мать. — Говоришь так, словно какие-то магазины и пара спектаклей сделают тебя счастливее. Нет, но на это способна твоя новая семья, в составе которой ты уже сделала первые важные шаги. Поэтому выдохни, успокойся и подумай. Ты ухватила себе одного из самых завидных женихов Носирианской империи, родила сразу троих крепких мальчишек, сохранила здоровье и женскую красоту. Да на твоем месте мечтают быть миллионы женщин!

— А о том, что мой такой прекрасный муж втянут в смертельно опасные игры, кто-нибудь думает? О том, что он в очередной раз рискует, выискивая демонолюбов? — нахмурилась Марго. — Все видят лишь обертку, а я постоянно думаю о том, что он может не вернуться! Иногда сердце просто не на месте!

— Ты должна верить в Ивана, — заглядывая дочери в глаза, произнесла Полина Александровна. — Это мужские проблемы, и, судя по всему, твой князь Морозов умеет их решать. Думаю, рано или поздно он со всем разберется. А ты за это время подтянешь магическую силу и этикет, посвятишь время деткам. Не худшая альтернатива при подобных обстоятельствах.

— Да знаю я это все, — опустила глаза Марго. — Но иногда мне так тяжело без него, и сердце так и норовит вырваться из груди. Хорошо еще, что снова заниматься начала, иначе не представляю, что бы со мной было.

— Зачем же ты тогда его в Мариград отправляла? — с усмешкой спросила мать. — Сама ведь настаивала на отъезде.

— А как не отправить? — вновь тяжело вздохнула блондинка и снова принялась расчесывать волосы. — Он и так посвятил нам много своего времени. Только вот если его сердце находилось здесь, то голова — там, в столице! В накопившейся работе и заботах о безопасности семьи. А ведь мне известно, что у него там завал. Много дел, которые он не хотел поручать никому. Потому и отпустила. Пусть лучше он у меня такой будет — мужественный, деятельный, трудолюбивый и уверенный в своих силах.

На лице Марго заиграла довольная улыбка.

— Да. Пусть остается таким, какой есть, а не превращается в ленивого прожигателя жизни с завышенным самомнением…

Через некоторое время Полина Александровна отправилась готовиться к вечернему мероприятию, а Марго привела себя в порядок, позавтракала и пошла к сыновьям.

Как это обычно и бывало, время с детьми пролетало словно одно мгновение, и вот уже подали обед, к которому проголодавшаяся хозяйка поместья несколько припозднилась.

Спускаясь на первый этаж, она размышляла о том, как быстро растут ее дети, и настолько задумалась, что не сразу поняла, что что-то изменилось. Замерев на несколько мгновений, она прислушалась к себе, и сердце забилось чуточку быстрее, а звук подъехавшего к главному входу автомобиля лишь подтвердил догадки.

«Что? Он приехал? Но почему сейчас? Сегодня ведь только среда? Почему так…»

Марго не успела додумать мысль, как дверь отворилась и в холл быстро вошел Иван с огромным букетом в руках.

— Привет, любимая! Смотрю, ты уже самая настоящая хозяйка поместья, — произнес он и, улыбнувшись, пояснил: — Настоятельно просил охрану не сообщать о моем прибытии, хотел сюрприз сделать, а кто-то все-таки проговорил…

Иван не договорил, так как быстро приблизившаяся жена запрыгнула на него и впилась в губы сладким поцелуем.

Через некоторое время Марго отстранилась и произнесла:

— Я очень соскучилась.

— Я тоже, — признался Иван, подхватывая жену на руки, и, подняв магией лежащий на полу букет, направился в сторону их спальни.

— Так сразу⁈ — воскликнула она, легонько ущипнув Ивана за руку. — Мужлан! Только об одном и думаешь!

— Ты даже не представляешь, насколько права, — прошептал Иван ей на ухо и с удовольствием прикусил мочку, отчего по телу Марго пробежала слабая дрожь.

— Но нельзя же так сразу… — с придыханием сказала она. — Только ведь приехал.

— Можно и нужно, — произнес Иван, прижимая жену к себе еще сильнее. — Я же сказал, что соскучился.

В родовом поместье я пробыл почти полторы недели. Первые дни незапланированного отпуска мы с Марго провели в постели, делая перерывы лишь на общение с детьми, еду и крепкий сон в обнимку.

Как показали первые секунды после появления в доме, жена соскучилась по мне никак не меньше, чем я по ней. Немного успокоившись и насладившись компанией друг друга, мы переключили свое внимание на другие дела.

Малютки, как это бывало и ранее после моего длительного отсутствия, на некоторое время при мне замирали, затем косились с подозрением и только потом улыбались, заставляя меня сожалеть о необходимости работать в Мариграде.

«Я сделаю все от меня зависящее, чтобы вы не потеряли отца», — мысленно пообещал я, глядя на лица спящих мальчишек во время очередной семейной прогулки по парку.

— Почему ты приехал среди недели? Да еще и так надолго? — вдруг спросила проницательная Марго. — И что за странные взгляды ты иногда кидаешь на меня и на детей? Вот прямо как сейчас. Что случилось? У тебя какие-то проблемы?

Я покрепче прижал Марго к себе и решил сказать полуправду:

— Просто начал понимать, что после моего отъезда в Мариград мы стали отдаляться друг от друга. Я, конечно, выискиваю время, чтобы приезжать домой почаще, но этого недостаточно. Получается, что у меня одна жизнь, а у тебя другая.

— В чем-то ты прав, — усмехнулась она. — Соблазнил наивную республиканскую девушку, заставил выйти за тебя замуж, а затем запер в мрачном поместье вместе с детьми.

Выдержав небольшую паузу, Марго глубоко вздохнула и продолжила:

— Умом я, конечно, понимаю, что твое отсутствие и мое временное заточение вызвано необходимостью, но вот сердце у меня не на месте. Ты где-то там рискуешь жизнью, решаешь проблемы, а я сижу дома и ничего не делаю.

— Ты занимаешься воспитанием наших детей, наследников, — не согласился я. — Это не менее важно, чем моя работа.

— Я тебя умоляю, — отмахнулась Марго. — Они еще слишком малы для того, чтобы мое воспитание имело смысл. Едят, спят, портят пеленки и познают мир.

— Едят, — заметил я. — Ты ведь полностью не отказалась от грудного вскармливания? Хотя возможность перейти на смеси есть.

— Потому как только на вскармливании дети получают от меня стволовые клетки, лейкоциты, полезные бактерии, а также антитела, ферменты и гормоны! Все это позволяет им успешнее бороться с инфекциями, используя уникальный материнский опыт! — довольно резко высказалась моя личная целительница. — Я же тебе уже не раз об этом говорила!

— Вот видишь, — хмыкнул я, — значит, ты находишься здесь отнюдь не просто так, а занимаешься важной миссией — помогаешь иммунитету сыновей окрепнуть.

— Подловил, — уже более спокойно ответила Марго и пристально посмотрела на меня. — Но это все равно не объясняет, почему ты сорвался в поместье среди недели.

— Решил отложить часть дел на потом, — предпринял я очередную попытку «отбрехаться». — Работы у меня, конечно, много, но это не оправдание, чтобы не появляться дома. Ее всегда будет хватать, поэтому нужно учиться откладывать лишнее в сторону и перепоручать заботы другим. У меня ведь толковые советники есть. Вот я их перед отъездом и загрузил.

«Хорошо, что все же решил плюнуть на все и провести время с семьей, — пронеслось в голове. — После начала имперской операции обстановка может серьезно накалиться, и вряд ли я сумею выгадать время для отдыха с семьей».

— Что-то слишком уж много слов, — прищурившись, произнесла Марго и внимательно посмотрела на мое лицо. — Вот ты сейчас меня обнимаешь, а сам о чем-то другом думаешь.

Неожиданно жена ткнула меня кулачком в ребра:

— Ну-ка, признавайся, что у тебя в голове!

«Все равно ведь собирался чуть приоткрыть карты перед отъездом, чтобы не сильно волновалась», — подумал я и произнес:

— Ладно. Раз от тебя ничего не скрыть, то кое-что тебе расскажу.

— Давай, — посерьезнела Марго.

— Ну, в общем… — Я задумался, подбирая слова. — Если без подробностей, которые я не могу разглашать, то император с некоторыми влиятельными лицами подбивает меня на участие в одном очень сложном деле. Если все удастся, то Морозовы получат как соответственную награду, так, вполне возможно, и определенные проблемы.

— Это опасно? — взволнованно спросила Марго. — Может, есть возможность отказаться? Пусть подыщут кого-нибудь другого! У тебя и так полно проблем и недоброжелателей! Зачем нам еще?

— Сам бы был не против замены, — признался я. — Но, к сожалению, в данном случае что-то сделать могу только я.

— Так откажись, — заглянула Марго мне в глаза. — Возьми и откажись!

— Считаешь, что у меня есть такая возможность? Если уж император, обладающий всей полнотой власти, что-то решил, то он своего добьется. У него хватает рычагов давления на нас. А если мне все же удастся отстоять свою независимость, то это пагубно повлияет на наш род, финансы и многое другое.

— Глупости! Денег на достойную жизнь у нас предостаточно! Да и по мне, лучше жить бедно и под санкциями, чем богато, но без тебя! — воскликнула Марго. — Или считаешь, что если из-за интриг императора ты внезапно сложишь голову, то не найдется желающих отхватить кусок пирога Морозовых? Ха! Да с молодой вдовой из республики никто особенно церемониться не будет! Ни на Беляниных, ни на Темниковых никто внимания тоже не обратит. Все будут преследовать интересы своих семей.

— Очень трезвые размышления, — признал я. — Но я все равно не имею возможности отказаться. Как ты уже наверняка поняла, все дело тут в родовой силе нашей семьи. А значит, если я откажусь или саботирую данную авантюру, то рано или поздно могу подавиться вишневой косточкой и умереть от удушья, после чего в окружении Изяслава найдется толковый человек, который поможет молодой и неопытной вдове правильно воспитать князей Носирианской империи. Понимаешь, кто впоследствии отправится выполнять предназначенную мне миссию?

Марго испуганно прикрыла рот, чувствуя, что я ничуть не преувеличиваю.

— Они правда… правда могут на это пойти⁈ Но Витовт! Он ведь твой друг!

— Зато его отец — император, — пожал плечами я, — который отвечает за жизни миллионов своих подданных и их будущее. И если вдруг для процветания носирианцев ему придется убрать товарища наследника престола, который к тому же спас последнему жизнь, то он со скорбью и горечью от недостойного поступка сделает это. Правители мыслят совершенно иными категориями. Так что варианта отказаться у меня нет. Особенно когда столько стоит на кону.

— Сколько стоит⁈ — раздраженно спросила Марго. — Что это вообще за дело такое, которое можешь сделать только ты? Говори!

— Нельзя. Честно, — покачал головой я и приложил к губам палец, тем самым напоминая, что мы здесь не одни.

Дождавшись, когда возмущение жены чуть поутихнет, я продолжил:

— Пока что могу тебя заверить, что никакой большой опасности для меня нет. Она, конечно, может быть. Теоретически. Но ты же меня знаешь. Я знатный перестраховщик. Так что лучшие архимаги и профессора, богатыри и витязи будут меня прикрывать.

— Так вот куда отправились одни из сильнейших боевиков рода, — произнесла Марго, несколько успокоившись. — Ладно, я тебе верю.

«А она, оказывается, контролирует ситуацию в семье и учится быть княгиней», — с удивлением подумал я и едва успел расслабиться, как жена задала следующий вопрос:

— А все это дело, случайно, никак не связано с тем, что неизвестные нанимают в республике большое количество архимагов, профессоров и среднеранговых магов?

— Не могу сказать однозначно. А ты, кстати, откуда про все это знаешь?

— Продолжаю общаться с некоторыми подружками и родственницами. Вот они и пересказывают мне разные сплетни.

— Только не вздумай намекать им о том, что мне предстоит важное дело, — попросил я.

Марго посмотрела на меня, как на идиота, и мне пришлось добавить:

— Я обязан был это сказать.

— Не беспокойся. Мне известно, как должна вести себя жена главы рода. От меня никто ничего не узнает. Только если ты сам не велишь мне поделиться с кем-то информацией.

Пока я находился в отпуске, предавался безделью и восполнял недостаток общения с семьей, мои главные помощники впахивали. Синичкин помимо отслеживания демонопоклонников занимался сбором, а также последующим боевым слаживанием моей группы прикрытия. Собранный отряд под руководством назначенных командиров был отправлен в Сейловичскую пустошь на рекогносцировку и для восстановления навыков демоноуничтожения.

Потанин продолжал развитие пищевой промышленности, совершенствовал пакет товаров «От княгини Морозовой», а также курировал сразу несколько новых проектов, которые мы планировали запустить после завершения операции в Малой Сейловичской пустоши и получения лицензий от императора. Так что в скором времени, как я надеялся, состоится открытие новой сети ресторанов быстрого питания, завода по производству дорогостоящего алкоголя, а также кредитно-финансовой организации рода Морозовых.

Несколько раз я на пространные темы общался с Витовтом, который без всяких намеков делился информацией. По его словам, ни император, ни он сам, ни тем более задействованные в подготовке операции должностные лица не расслабляются, проводя по два-три совещания в день. Работы у них ожидаемо оказалось на порядок больше, так как операция «Имперская решимость» должна была проводиться не только вблизи Сейловичской пустоши, а на территории всей страны и стать самой масштабной за всю историю Носирианского государства.

Кроме того, для Изяслава готовили несколько обращений к народу. Главе военного ведомства — доклад об учениях и этапах их проведения. Министру иностранных дел — обращение к послам сопредельных государств.

Кстати, на этом моменте произошла небольшая утечка информации. Должностные лица генерального штаба, готовящие доклад министру, а также отрабатывающие процесс перехода вооруженных сил в полную боевую готовность, ненароком предупредили своих товарищей, однокашников, бывших сослуживцев или просто протеже о крупных внеплановых учениях. Информация разлетелась за считаные часы, и все вооруженные силы империи начали экстренно готовиться, чтобы проявить себя с лучшей стороны и миновать кары ставшего в последнее время еще более жестким Изяслава.

Изначально государь негодовал из-за нарушения секретности, однако, несколько поостыв, осознал, что это даже хорошо. Цель предстоящих учений все еще никому не известна, но это не мешает подразделениям и воинским частям усиленно к ней готовиться. Поэтому действия военнослужащих, направленные на прикрытие боевых товарищей, существенно развили. И слили информацию в другие места, и теперь к внеплановой инспекции готовятся полицейские департаменты и представители лиги магов.

Бояр тоже известили об учениях, итоги которых из-за актуальности будут обсуждаться на собрании «золотой» боярской думы.

А ведь во всю эту кучу этапов нужно будет как-то встроить множество сильных магов, нанятых в сопредельных государствах, а также инквизиторов.

Тем не менее время «Ч» — условное обозначение начала действия войск — приближалось, и настал час покинуть поместье. Вдоволь понянчив своих наследников и попрощавшись с женой и ее родными, я под усиленной охраной отправился в Мариград. Именно там перед началом операции я должен буду вновь встретиться с участниками тайного совещания, положившего начало всем этим действиям. Дело предстоит серьезное, ошибок и накладок быть не должно.

Примерно на середине пути до столицы я ощутил какое-то небольшое напряжение, а спустя некоторое время и легкую тревогу. Привыкнув доверять своему нутру, я накинул на себя «щит Голиковых», затем дал команду старшему колонны быть в повышенной готовности к неприятностям и поставил в известность начальника службы безопасности.

Что радовало, ни один из подчиненных ни на секунду не усомнился в моих словах. Все уже прекрасно знали о способностях своего князя. Конфликт с тем же Зарницыным говорил сам за себя.

Мы продолжали движение, несколько раз меняли маршрут, сворачивая на второстепенные дороги, а чувство опасности тем временем то нарастало, то уменьшалось, то пропадало вовсе. К сожалению, мои безопасники, в том числе и на спешно поднятых по тревоге вертолетах, так никого и не обнаружили.

— Нас кто-то ведет, — вновь связался я с Синичкиным, наблюдая из окна летательный аппарат с гербом рода Морозовых. — Следящих как минимум несколько, и наши птички явно остудили их пыл. Думаю, если продолжать сопровождение вертолетами, то мы лишимся возможности узнать, кто же это у нас такой любопытный.

— Главное, чтобы это было не покушение, — ответил Герман Артемович. — Сейчас мы прорабатываем маршрут до столичного дома, а также отслеживаем наиболее вероятные места для засады, которые колонна не может просто обойти.

— Кого-то все же удалось засечь? — уточнил я, и Синичкин поспешил меня обнадежить:

— Было несколько подозрительных автомобилей, они потеряли вас раньше, чем мы за них взялись. Но на карандаш я их все же взял, перемещение отслеживаем. Посмотрим, что из этого получится.

— Как обстановка около мариградских объектов? — задал я следующий вопрос.

— У столичного дома ничего подозрительного не выявлено: ни новых людей, ни автомобилей, ни каких-либо строительных работ. Все как обычно. Впрочем, ничего удивительного. Квартал у нас приличный. А вот для проверки офисов придется потратить много времени.

— Значит, буду находиться дома. Ладно. Работай.

«Интересно, кто это так активизировался? Демонолюбы? Фанатики-церковники? Или представители боярских родов, до которых дошла информация о готовящемся закрытии пустоши? — напряженно размышлял я, просчитывая ситуацию. — Блин. Да это может быть вообще кто угодно!»

К большому облегчению, до столичного дома мы добрались без происшествий. Хотя несколько раз тревога возвращалась.

— Очень неприятная ситуация, — немигающим взглядом смотрел я на Синичкина. — Кто-то все же продолжал меня вести и делал это крайне профессионально.

— Работаем, Иван Егорович, — произнес начальник службы безопасности. — Зацепки ищем и осторожно проверяем обстановку на Мархалевского. Есть там парочка подозрительных моментов, но докладывать пока не о чем.

— Хорошо, — бросил я очередной взгляд на Синичкина. — Что по усилению мер безопасности?

— На всех наших объектах боевая тревога. Охрана сканирует местность и готовится к провокациям. Не исключено, что нападением на предприятия неизвестные попытаются выманить вас из-под защиты…

Выслушав Германа Артемовича, я дал ему карт-бланш на все необходимые мероприятия и принялся ждать. Несмотря на иногда проявляющийся легкий мандраж, следующий день прошел спокойно, а вот под утро ко мне заявился несколько осунувшийся из-за недосыпа, но весьма довольный собой Синичкин.

— Мы их нашли, — хмуро усмехнулся безопасник. — Водитель одной из подозрительных машин вошел в офисное здание на Мархалевского. Именно в то, где несколько дней назад серьезно избили двух охранников.

— Я так понимаю, ты в курсе местонахождения убийц? — уточнил я, позевывая.

— Да, — кивнул Герман Артемович. — На днях туда заехал новый арендатор, который снял целый этаж. Людей, помимо службы безопасности, там пока нет, но вот какие-то коробки с «техническим оборудованием» им уже поставили.

— Что думаешь делать?

— Предлагаю ловлю на живца. У меня один витязь есть примерно вашей комплекции. Добавим дорогую одежду, накинем слабую иллюзию и отправим работать в офис. Ну и заблаговременно нагоним туда службу безопасности.

— А если моего двойника атакуют? — приподнял бровь я. — Да не на улице, а в здании штаба? Знаешь, сколько там бесценных специалистов работает? Сколько важных данных хранится? Может, лучше просто их атаковать? Прямо в офисе?

— Нет уверенности, что это лишь одна скрытая ячейка. Мы, конечно, пока все проверяем, но можем все же кого-то неприметного и пропустить, — пожал плечами Герман Артемович. — Так что только таким образом мы можем вытащить всех противников на свет.

— А витязь твой в курсе, что им собираются рисковать? — уточнил я.

— Да. Это известно всем, кто будет находиться в кортеже, — кивнул Синичкин. — Кроме того, хочу также отметить, что при нападении неизвестных на офис мы сможем четко идентифицировать демонолюбов. Никто не будет повторять подвиг Зарницына и лезть на рожон перед императором.

— А что все же насчет работников?

— Устроим им выходной? — предложил безопасник. — В приказном порядке. И усилим магическую защиту здания. Можем даже слух пустить, что вы завтра планируете приватно пообщаться с кем-то из важных клиентов.

— Хорошо, — кивнул я. — Вроде все предусмотрено, но даже в выходной в здании останется охрана и некоторое количество технического персонала. Так что продумай путь их эвакуации, а также подготовь штурмовиков и мою группу прикрытия, проведем их слаживание в реальных боевых условиях.

Глава 7

— Белые! Внимание! — раздался в рации чей-то безэмоциональный голос. — Это Зелень. Объект выехал из квартала. Движется в сторону офиса. Кортеж. Пять бронированных автомобилей типа «Горец» МДП. Цель предположительно в центральном. Повторяю…

— Подъем, салаги! Пришло время убивать! — радостно прокричал один из головорезов, подпрыгивая со своего импровизированного спального места.

Это был высокий, крепкий мужчина с выкрашенным в зеленый ирокезом, одетый в песочные камуфлированные штаны, черные берцы и такого же цвета расстегнутую разгрузку на голое тело, из которой выглядывал комок темных жестких волос, расположившийся на внушительных грудных мускулах.

— А я ведь изначально говорил им, что жертву нужно ждать возле одного из его мест силы, а не в примитивной засаде на какой-то гребаной дороге! Пилковы дилетанты, — продолжал скалиться головорез, одновременно проверяя свое оружие, снаряжение и защитные амулеты.

— Эй, горилла! Ты где такие умные слова узнал? — с усмешкой спросил со своего матраса молодой парень. — Я думал, что кроме бухла и пыток тебе ничего не интересно. А оно вот как получается! Даже знаешь значение слова «дилетанты». Это потому что тебя так часто называли?

— Закрой пасть, ублюдок! — рявкнул здоровяк, выхватывая огромный тесак. — Или я выпотрошу тебя, как свинью!

— Так вот почему тебя называют Мясником! Долго на ферме работал? — спросил парень, все еще не спеша подниматься. Вместо этого он начал поигрывать непонятно как появившимся в его руке магическим жезлом.

— Сопляк! Я жрал таких дохлых магов, как ты, на завтрак, обед и ужин! — рыкнул головорез и уже собрался рвануть вперед, но атаковать не успел. Перед Мясником и его соперником возникла «огненная стена».

— Успокойтесь! — прошипела черноволосая женщина в народной танзинийской одежде и вдруг зло прокричала: — Если вы! Мрази! Помешаете делу! То я лично превращу вас в пепел!

— Отойди, Ведьма! — рыкнул головорез, в руку которого словно бы сам собой влетел многозарядный гранатомет. — Или сначала я разберусь с задохликом, а потом возьмусь и за тебя!

Противник Мясника после этой фразы довольно улыбнулся.

«Он назвал ее Ведьмой? Серьезно⁈ Значит, ему точно все мозги отбили! А какие надежды подавал! — Молодой мужчина перевел взгляд на Лисану, глаза которой заволокло огнем, и убедился в правильности своих действий. — Отлично. Вспышкина вне себя от ярости, а это значит, что ритуал подчинения сработает не в полную силу, и тогда она сможет размышлять и действовать более здраво».

Находившиеся поблизости боевики, отметив расходящуюся от женщины ауру силы, тут же отступили на несколько метров назад. У всех еще стоял в ушах крик тройки сильных магов, которые решили опротестовать старшинство танзинийки и были с легкостью запечены до хрустящей корочки.

Едва не вспыхнувший бой остановил знакомый всем участникам покушения вкрадчивый голос кардинала, контролирующего обстановку во всех временных лагерях своих бойцов через установленные видеокамеры и активирующего закладку ритуала подчинения.

— Азимут. Сто семь. Корпус. Ржавый. Добросердечный. Код. Одиннадцать. Старт.

С каждым новым словом лица боевиков все больше расслаблялись, а из глаз пропадало осознанное выражение. Сумели противостоять этому только двое: Вспышкина, внутри которой словно плескался огонь, и спровоцировавший конфликт маг, едва заметно закативший глаза.

— Цель — пять автомобилей «Горец» МДП. Объект — князь Морозов. Задача — уничтожить. Схема нападения — два. Первый удар — Игорь Холмистый и Лисана Вспышкина. Атака после подрыва оконных проемов. На позиции!

Когда готовые к сражению боевики заняли свои места, на Мархалевского повернула пятерка бронированных автомобилей.

— Внимание! Обратный отсчет! — раздался предвкушающе злорадный голос кардинала. — Пять! Четыре! Три! Два! Один! Вперед!

С последним словом несколько десятков оконных проемов на двух ближайших высотках полетели вниз, в двадцати метрах перед кортежем сформировалась «каменная стена», а затем его накрыла пятиметровая «волна огня».

Громила с хищной улыбкой на лице принялся опустошать свой переносной гранатомет, а следом с помощью магии и огнестрельного оружия ударили и остальные боевики.

Выглядящий молодо архимаг отметил, как слаженно поливает противника огнем отряд Синих из соседнего здания, как неизвестные уничтожают выстроенный им барьер и покореженные, но все еще быстрые броневики вырываются из ловушки и продолжают движение.

Понимание происходящего пришло в тот же момент, и усиливающий свою защиту архимаг попытался выкрикнуть предупреждение:

— Щи…

Однако договорить он не успел: на крыше стоящего в отдалении здания бизнес-центра рода Морозовых показался десяток человек в ярко-красной одежде, и в демонолюбов отправились обжигающие «лучи света», а где-то сзади них раздался мощный взрыв, выбивший окна в соседних зданиях и ударной волной отправивший убийц с высоты второго и третьего этажа.

«Нужно уходить», — пронеслось в голове мага, когда буквально через полминуты количество противников кратно возросло.

Защитив разбрасывающую мощные заклинания Вспышкину от почти пропущенного удара инквизиторов, демонопоклонник отметил успешные действие боевых троек Морозова. Это были опытные и уверенные в себе бойцы, которые слаженно убирали одного убийцу за другим. Что еще больше ухудшало их ситуацию.

— Лисана! Нужно уходить! — рявкнул маг на ухо лидеру своего отряда и сформировал по центру улицы широкую десятиметровую «каменную стену», разделившую защитников князя на две неравные части и подарившую несколько мгновений перерыва.

— Отвали! — рявкнула Вспышкина, отправляя мощную «волну огня» в пятерку вражеских магов и двух слабых демонолюбов, а затем бросила «огненную комету» в сторону стрелявшего по ним боевого вертолета.

«Без нее мне будет сложнее уйти, — подумал рванувший обратно в здание маг, — а с другой стороны, она задержит преследователей и подарит мне такие нужные секунды для отступления».

Я подъезжал к улице Мархалевского на ничем не примечательном легковом автомобиле, когда со стороны бизнес-центра раздался сильный взрыв.

«Началось, а значит, мы с Германом были правы и не зря предприняли столь серьезные меры предосторожности, — подумал я, проносясь мимо экстренно затормозивших машин и слыша звуки яростного сражения. — А неслабую они там на меня засаду устроили! Надеюсь, среди гражданских будет не так много жертв».

Оказавшись на быстро пустеющей улице, с которой стремились уехать не попавшие в серьезную аварию автомобили, я тут же отметил объятую мощным потоком пламени дорогу, а также три разных направления, с которых демонопоклонники били по пытающемуся выехать из опасной зоны бронированному кортежу.

Где-то в глубине души шевельнулись узнавание и злость.

— Да это же тот самый маг, что чуть не зажарил меня в лесу Танзинийского королевства, — пробормотал я, ощущая знакомую мощь и силу.

Если память меня не подводит, то в предыдущую нашу встречу я слышал женский крик. Интересно, а где эта дама все это время скрывалась? Почему решила расплатиться только сейчас?

Мои размышления прервали две пятерки магов департамента полиции, которые слаженно атаковали пытавшихся перестроиться демонолюбов, и я позволил себе довольную улыбку.

Чтобы сохранить побольше жизней своих бойцов и помня приватные разговоры с императором и патриархом, я решил предупредить их о высокой вероятности покушения на мою особу, и Синичкин взял на себя общее руководство действиями сводного отряда, ну или как минимум его скрытное перемещение в возможную зону покушения. Мелочиться никто не стал, поэтому теперь десятки сильных демонопоклонников успешно перемалывались не только штурмовыми отрядами рода Морозовых, но и инквизиторами и имперскими безопасниками. Последние, кстати, также брали на себя заботу об эвакуации гражданских лиц, которые будут находиться в зоне конфликта.

В настоящее время выходить из автомобиля и помогать своим подчиненным вести бой я не собирался. И не только потому, что это их обязанность — защищать меня, а не наоборот. Тут скорее дело в ненужном риске, которого можно избежать. Все же ребята в кортеже осознанно пошли на смертельно опасное дело, и было бы глупо подставиться после их подвига. Уж если хотел помахать кулаками, то нужно было бы передвигаться в одном из броневиков лично.

Однако и не приехать сюда я тоже не мог. А вдруг заявится жаждущий мести лидер демонолюбов? Кто тогда его остановит? Может быть, главный инквизитор? Который, как я заметил, занят сражением на переднем плане с какими-то богатырями. Или архимаги императора, встретившие достойного противника в огненной женщине, которая воюет чуть ли не с половиной всех наших сил? А может, мои бойцы, которые успешно действуют в тройках, но победить могут далеко не всякого противника?

Даже и не знаю. Сумеют ли они все справиться с одаренным такого высокого уровня? Смогут ли хотя бы задержать его до прибытия подкрепления? Или нет?

Несмотря на вполне разумные размышления, кулаки сжимались словно сами собой, и что-то внутри меня больше всего желало прийти на помощь моим парням, а не отсиживаться в стороне.

Лучше бы вообще в столичном доме остался, чем вот так смотреть и сдерживать себя.

Однако, несмотря на внутренний конфликт, я успел быстро договориться сам с собой и пошел на компромисс.

Вмешаюсь, если кому-то действительно понадобится помощь, но родовую магию применять не буду. Воспользуюсь заклинаниями других стихий.

Пока я размышлял и одновременно следил за боем, в небе появились вертолеты. Пара из них вела прицельный огонь по демонолюбам и прикрывала тройку транспортников, которые высадили несколько хорошо экипированных отрядов прямо на улицу Мархалевского.

Вдруг чувство опасности подало сигнал, и я увидел, как в сторону боевого вертолета летит огромная «огненная комета». Летательному аппарату удалось в последний момент уйти с линии огня, однако теперь этот снаряд летел в меня и в находящихся поблизости людей. Не успел я выпрыгнуть из автомобиля и сформировать «воздушный щит», как перед нами на дороге появились маги в обмундировании департамента жандармерии, которые приняли этот удар на себя.

Тут же мимо нас пронеслись и две смазанные тени, объятые белым и красным призрачным пламенем. Судя по тому, что я успел заметить — это главный инквизитор империи сражался с сопоставимым по силе демонолюбом с зеленым ирокезом. Следом за этой парочкой мчались еще двое высокоранговых воинов.

Решив, что инквизиторы справятся сами, я вновь перевел внимание на архимага, которая забралась на «каменную стену», поставленную кем-то вдоль дороги, напитала ауру большим количеством огня и успешно отбивалась от наших магов, и даже подбила один из вертолетов, камнем рухнувший вниз.

Прошлась она и по кругу магов-инквизиторов, которые засели на крыше моего бизнес-центра.

Плохо. Если так будет продолжаться и дальше, то защита здания может не выдержать.

Однако переживал и недооценивал своих союзников я зря. Сначала в женщину попал луч инквизиторов, а следом с неба ударила мощная ветвистая «молния», наполнившая воздух озоном.

Женщину снесло куда-то вниз, и по ней ударили десятки заклинаний.

На этом бой закончился.

— Конец, — с облегчением произнес я, однако в следующую секунду почувствовал опасность и рванул вон из автомобиля.

Пара отверстий, появившихся сначала в заднем, а затем и в лобовом стекле, показали, что я все сделал правильно. Кто-то из врагов каким-то образом меня узнал. И этот неизвестный явно стреляет со спины.

Я на мгновение высунулся проверить обстановку и чуть не попал под удар, однако главное сделать успел — определил направление, с которого по мне так профессионально стреляли.

Кувырок вперед, еще два выстрела — и я обнаружил противника. Им оказался неприметный старичок, который с потерянным видом сидел в бюджетном седане. Явно не желая привлекать к себе внимание, он приоткрыл окно автомобиля, стрелял из пистолета с отличным глушителем и вроде как даже не смотрел в мою сторону. Что любопытно, ощущение опасности у меня появлялось лишь во время самих выстрелов, а до и после этих моментов я ничего подозрительного не ощущал.

«Так вот каков тот шпион, который так филигранно вел меня из поместья!» — понял я и, напитав тело духовной энергией, рванул вперед.

Ожидаемо, что старик, как мастер диверсионных действий, а не боевых, не был готов к такой прыти. Поэтому он не успел среагировать, когда я подскочил к автомобилю, выхватил его оружие, затем вытащил его самого и очень осторожно ударил его по затылку. Мгновение — и бесчувственное тело валится на асфальт.

— Герман! Ко мне, быстро! Я в переулке! Взял языка! — вызвонил я начальника службы безопасности.

Синичкин с несколькими жандармами и инквизиторами оперативно прибыл на место, и последние занялись пленным. С ходу вкололи ему какое-то средство, открыли рот и вырвали пару зубов, а затем сковали руки и ноги.

— Не переживайте, ваша светлость, — сказал один из них и зло посмотрел на демонолюба. — Мы умеем работать с этим мусором. Он у нас все скажет!

— Как у нас дела? — спросил я, когда мы с Германом Артемовичем остались наедине. — Потери? Кортеж?

— Кортеж ушел. А вот потерь много — двадцать три человека.

Я выругался и уточнил:

— Почему столько?

— Да сильные твари попались, — поморщился Синичкин. — Особенно та, что с огненным даром.

— Хорошо, что эту мразь завалили, — зло произнес я. — Стольких ребят потеряли!

— Вообще-то нет, — покачал головой мрачный Синичкин. — Она пропалила несколько метров земли под собой и ушла через какой-то подземный ход.

Дед Тарас вернулся домой изрядно навеселе.

— А! Приперся, ирод⁈ — уперев руки в боки, воскликнула Марыся, недовольно глядя на него. — Ну что? Хорошо погулял? Чарку тебе налили, а ты и рад⁈

— Чего ругаешься? — удивленно выпучил глаза старик. — Сама ж сказала, чтобы я пошел и Федоровне кабана разделал! А как такое дело и ста граммами да не обмыть⁈

— Да тут все двести! — еще больше нахмурилась жена.

— Зато свежины тебе принес! — гордо выпрямился дед Тарас и протянул довольно внушительную авоську.

Взгляд Марыси при виде такого подарка тут же потеплел. Муж знал, как ее быстро успокоить.

Однако она вновь начала хмуриться, и удивленный такой резкой переменой дед Тарас поспешил добавить:

— А я у Федоровны еще и копыто одно выпросил. Ты ж холодец хотела! Вот я и постарался.

— Это хорошо. Иван мой холодец очень любит, — тут же принялась опустошать авоську женщина.

— Вот те на! — воскликнул дед Тарас. — Твой Иван⁈ Любовника себе завела? Надеюсь, не такого молодого и полного сил, как я⁈

— Пень старый! — сплюнула Марыся. — Я сказала «мой холодец», а не мой Иван!

— А мне показалось «мой молодец Иван», — рассмеялся было старик, но злая жена взяла в руки скалку.

— Тебе лишь бы шутки шутить! А у ребенка проблемы!

— Какие еще проблемы? — удивился старик, глядя на жену.

— А вот какие! — схватилась Марыся за пульт телевизора и включила канал новостей. — Смотри давай! Как всегда, все пропустил!

— … В одном из центральных районов города сводный отряд силовых структур империи уничтожил банду из более чем семи десятков демонопоклонников, — донесся до них закадровый голос молодого диктора, и на экране показали хорошо знакомую старикам разрушенную улицу, на которой из девяти высоток без повреждений были только три.

— На Мархалевского, значит, — задумчиво протянул дед Тарас, сжимая свои сухонькие кулачки. — Никак эти ироды не уймутся!

— Вот-вот! — воскликнула Марыся. — Я бы им все ноги-руки повырывала!

— Как Иван? — задал дед Тарас следующий вопрос.

— Да не говорили про него ничего, — сдавленным голосом сказала Марыся и поспешно отвернулась.

— Да не реви ты! Старая! — повысил голос дед Тарас и ударил кулаком по столу. — Да все нормально с ним! Жив и здоров! Было бы по-другому, об этом точно бы пронюхали! А раз так, то нечего и сопли распускать! Может, его вообще там не было!

— Ага! — вновь повернулась к мужу злая Марыся. — Конечно! Не было! Да если где опасно, Иван тут как тут! Тем более такой серьезный бой и на улице Мархалевского, а мальчик там не при делах! Ты сам-то в это веришь?

— Не верю, — был вынужден согласиться дед Тарас. — Но в том, что с Иваном все в порядке, — уверен.

— Уверен он, — с повлажневшими от слез глазами протянула Марыся. — А если они вернутся? Если захотят повторить покушение? Что тогда делать будем? Он же без нас пропадет! Как мы Феофану на том свете в глаза смотреть будем⁈ А⁈ Ты подумал⁈

Вместо ответа дед Тарас нахмурился, встал и направился к двери.

— Ты куда это⁈ — возмутилась Марыся таким поведением мужа.

— А сама не видишь? — повернулся дед Тарас. — В погреб иду. Нужно пару банок огурцов малосольных взять. Марго они очень тогда понравились.

— И малинового варенья возьми, — тут же добавила жена. — Три банки, а то как же мы к Ивану и без таких гостинцев?

Глава 8

К удивлению многих жителей империи, внезапная проверка силовых ведомств страны началась не в субботу или в воскресенье, как это часто бывало, и даже не в ночь какого-нибудь буднего дня, а в девять часов тридцать минут понедельника, когда все должностные лица, задействованные в учениях, успели не спеша позавтракать и, никуда не торопясь, прибыли на свои рабочие места.

Людям пока еще было невдомек, что за ширмой масштабной внеплановой проверки кроется тайная операция «Имперская решимость», по итогам которой, как предполагается, в империи станет на одну малую пустошь меньше.

Пока подразделения вооруженных сил, других ведомств страны, различных объединений и органов государственного управления, поднятые по тревоге, готовились к выполнению задач, в штабе императора, расположившемся в подземном бункере под дворцом, собирались наиболее доверенные должностные лица, среди которых был и я, хотя и не совсем понимал целесообразность своего здесь пребывания.

«Ну вот какой в этом смысл? Высидеть еще несколько совещаний? Или очередной инструктаж? Зачем тогда до меня под роспись доводили все этапы операции⁈» — с легким раздражением думал я, осматривая новое для себя место.

Штаб, он же пункт управления, оказался достаточно просторным помещением с трехметровыми потолками. По его центру расположился внушительного вида широкий стол с компьютером, аппаратурой для проведения видеоконференций и примерно с десятком телефонов, имеющих прямую связь со всеми силовыми структурами страны. Еще четыре аналогичных стола, чуть меньших размеров, предназначенные для помощников императора, равномерно расположились по флангам и разделялись прозрачными перегородками.

«Странное размещение, — подумал я недоуменно. — Неужели нельзя было более грамотно разместить чиновников на этой обширной территории? Почему в одну линию?»

Однако все вопросы пропали после того, как я обратил внимание на противоположную стену, которая была сплошь покрыта плазменными телевизорами.

Часть из них была объединена и содержала на себе детальную топографическую карту империи с множеством условных обозначений. Не являясь особым знатоком штабной работы, я все же сумел выделить знаки, отображающие время объявления боевой тревоги, пункты постоянной дислокации подразделений вооруженных сил и других ведомств, а также координаты, в которые они должны быть передислоцированы в течение следующих четырех часов.

Была еще одна карта, но гораздо меньших размеров, с Сейловичской пустошью. С пограничными пунктами пропуска, наименованиями подразделений, закрепленных за тем или иным входом, а также их боевой задачей.

«Тут мне все понятно, — задержавшись на этом изображении подольше, подумал я. — Все как и на последнем совещании. Изменений нет».

Другие телевизоры отображали передаваемую на пункт управления информацию с камер видеонаблюдения, позволяя в режиме реального времени отслеживать выполнение мероприятий на всей территории страны.

Вероятно, данные со спутника, вертолетов и других объектов будут также передаваться сюда. Интересно, а сколько нужно людей, чтобы вся эта сложная система эффективно работала?

Еще одна часть экранов, судя по бегущей снизу строке, предназначалась для проведения видеоконференции с главами ведомств — участников учений, чтобы передавать сигналы и команды, координировать работу подразделений.

Также я заметил здесь две стеклянных двери. Одна вела к дежурному и помощнику по пункту управления, опытным полковникам, которые были выделены службой имперской безопасности и вели множество различной документации. Вторая — в комнату для совещаний с длинным вытянутым столом, десятком стульев и еще одним комплектом аппаратуры для проведения видеоконференций.

— Следуйте за мной, — сказал Витовт и двинулся в эту самую совещательную комнату.

— Да, — ответил я и, вспомнив, что вообще-то пребываю здесь инкогнито, быстро добавил: — Ваше высочество.

После чего двинулся следом за наследником престола. В это время один из находящихся в дежурном помещении полковников бросил на меня пристальный и недовольный взгляд.

«А это уже не первый безопасник, который с крайним недоверием смотрит на крепкого инквизитора в боевом обмундировании, скрывающего свое лицо под балаклавой и следующего за наследником престола, — пронеслось в голове. — Интересно, в чем причина такого негатива?»

— Ну что? Ты готов? — спросил Витовт, когда двери закрылись и мы заняли два ближайших стула.

— Если скажу нет, то ты поможешь все отменить? — усмехнувшись, спросил я.

— Еще и малиновый пирог тебе принесу, — хмыкнул Витовт. — Раз пытаешься шутить, значит, все с тобой в порядке.

— Нормально все, — согласился я.

— И что, — пристально посмотрел на меня наследник престола, — даже мандража нет? В преддверии одного из самых важных событий в истории человечества? В котором ты играешь главную роль?

— Вот именно, — кивнул я, глядя на Витовта. — Ты правильно заметил. Я всего лишь играю роль. Мое дело напитать инфернальный алтарь своей энергией, подавить его и по энергетическим каналам передать силу от нескольких сотен помощников. И это в то время, когда пара десятков тысяч бойцов сначала зачистит территорию пустоши, а затем будет отвлекать демонов и охранять всех участников ритуала.

Выдержав небольшую паузу, добавил:

— Вместо этих ненужных вопросов лучше скажи: разведгруппы инквизиторов уже вошли в пустошь?

— Да, — кивнул принц. — И как минимум один алтарь они тоже нашли. Сейчас посменно его караулят, чтобы не пропал в самый неподходящий момент.

— Хорошая новость. Наши шансы на успех повышаются, — отметил я и задал следующий вопрос: — Кстати, а ты не знаешь, почему меня сюда вызвали? Ведь все уже несколько раз оговорено.

Витовт посмотрел на часы.

— Последний инструктаж. Сейчас отец заслушает доклады министров и начальников ведомств, потом комендантов, которые будут руководить обороной пустоши на своих участках, а затем перейдет к тебе и отправит в путь.

— Ты не ответил, какой в нем смысл. Мы ведь уже все обсудили, — покачал головой я. — Или что-то стало известно от пойманного мной демонолюба?

— Со шпионом все еще работают. Это не такое быстрое дело, — покачал головой принц и посмотрел мне в глаза. — А вот с тобой отец захотел поговорить напоследок.

«Витовт очень серьезен. А значит, дело важное. Неужели Изяслав решил поделиться со мной какой-то информацией? Или объяснить, почему не привлек к операции представителей боярских родов? — заинтересованно подумал я и медленно кивнул. — Ну что же, скоро мы все узнаем».

За беседой время пролетело незаметно, а затем в переговорную вошел император, заставляя нас вскочить со своих мест.

— Ваше величество, — одновременно произнесли мы.

— Витовт, — посмотрел Изяслав на сына, и тот, кивнув, вышел из помещения, а затем почему-то встал спиной к стеклянным дверям, прикрывая нас своими широкими плечами.

«Ого! — с удивлением подумал я и нахмурился. — Это что же Изяслав хочет мне рассказать, если предпринимаются такие меры предосторожности?»

Тем временем император поднял на меня усталый, но жесткий взгляд.

— Ну что? Ты готов?

— Да, ваше величество, — кивнул я.

— А твои люди? Нужно еще что-то из оружия или зелий? Стимулятор из пыльцы нуркулсана?

— Нет, ваше величество. У меня все готово, — поспешил успокоить его я.

— Хорошо. Надеюсь, у тебя хватит сил осуществить задуманное, — сказал император и достал что-то из кармана. — Но если нет, если прорвать инфернальную защиту алтаря не удастся, а время будет на исходе, то воспользуйся этим.

Переданная мне черная кожаная коробочка оказалась на удивление тяжелой.

— Поверни верхнюю часть против часовой стрелки, — велел Изяслав. — Только аккуратно.

Я подчинился и тут же почувствовал эманации силы, исходящие от коричневого невзрачного камня, которые прошли сквозь мое тело, наполняя его свежестью и энергией.

Быстро закрыв коробочку, чтобы всплеск не почувствовал никто другой, я посмотрел на императора.

— Ваше величество, что это?

— Это камень энергии, — ответил Изяслав. — Очень редкая вещь. Если верить архивам, то еще эпохи Спасителя. Возможно, единственная в этом мире. Так что используй ее в крайнем случае, не потеряй и никому не показывай. Ты понял⁈

— Да, ваше величество, — склонил голову я, проникнувшись его словами. — Все понял. Я вас не подведу.

Ничего себе подгон! Эпохи Спасителя, а значит, вполне вероятно, что вещь принадлежала ему самому. Теперь все становится на свои места. И этот внеплановый инструктаж, и намеки Витовта, и все остальное. Изяслав многое ставит на данную попытку. Понимает, что, привлекая столь серьезные ресурсы, он должен показать результат. Только в этом случае удастся максимально упрочить свою репутацию в империи и за ее пределами, а также вписать свое имя в историю мира. Ну и к тому же продолжить работу по закрытию пустошей.

— Делай, что должен, — поставил точку в разговоре император, и я, спрятав его дар в карман, покинул пункт управления, чтобы уже через несколько минут войти в помещение, выделенное для моего отряда телохранителей.

Махнув рукой, чтобы все оставались на своих местах, я остановился в центре комнаты и осмотрел бойцов, облаченных в обмундирование инквизиторов.

— Ну что, мужики. Наконец все формальности улажены, и теперь мы можем отправляться в путь. Сегодня нас ждет очень сложный и долгий день. Я хочу, чтобы вы все были максимально сосредоточенны, действовали слаженно и уверенно, прикрывали своих товарищей по отряду. Только так мы сумеем достигнуть цели и выжить.

— Командир, — обратился ко мне Резцов, помня про конспирацию. — Может, приоткроете завесу тайны: каков план, чего ожидать и к чему готовиться? Да и было бы полезно узнать заранее, для чего нужны столь серьезные меры конспирации и это переодевание в инквизиторов.

— Хорошо, через пару часов и так вся страна узнает, — ответил я и, вновь обведя всех пристальным взглядом, продолжил: — Сегодня мы будем среди тех, кто будет вершить историю. Мы будем теми, кто впервые за несколько сотен лет закроет пустошь.

Лица моих бойцов были скрыты под балаклавами, однако в широко открытых глазах легко читалось удивление. Что-то было в моих словах такое, что не дало в них усомниться. Или дело в том, что пустошь в республике я закрыл?

— И как вы можете понимать, мне отведена одна из важнейших ролей в данном мероприятии, а значит, на ваши плечи ложится серьезная ответственность. Еще более серьезная, чем при охране главы «золотого» рода, — продолжил я и, выдержав паузу, добавил: — Все присутствующие здесь — взрослые и опытные люди, поэтому я не буду объяснять, почему о наших планах пока нельзя распространяться направо и налево.

— Мы вас не подведем! — вскочили мои бойцы на ноги. — Насмерть встанем!

— Я в вас и не сомневался, — заверил я и посмотрел на часы. — Пятиминутная готовность! Проверить оружие и обмундирование. Скоро выдвигаемся.

Уже во время полета мы нацепили дополнительные нашивки и шевроны, став тринадцатым отрядом ордена инквизиторов. Позывной, полученный в предместье Антоновка, перешел моему подразделению. Да и я сам остался под ним.

Расположенная неподалеку от Сейловичской пустоши деревня Липки была вполне современным населенным пунктом, который удачно располагался на равном удалении от двух пограничных постов и имел рядом с собой довольно крупное и ровное поле, предназначенное для сельского хозяйства, которое инквизиторы зарезервировали под свое размещение.

Ко времени нашего прилета огромная пустынная местность уже была приведена в порядок и на ней расположился палаточный городок. Помимо нескольких штабных палаток, оружейных мастерских и складов, защищенных колючей проволокой, здесь также разместились многочисленные ряды палаток для личного состава, несколько госпиталей, столовых, а также три отдельные стоянки для автомобильного транспорта, боевой техники и летательных аппаратов.

— Это же сколько здесь бронетранспортеров⁈ — воскликнул кто-то из магов.

— Я насчитал около двух сотен, — донесся чей-то спокойный голос с другой стороны салона. — Ты лучше на вертолетную площадку обрати внимание. Масштабно.

Я посмотрел в окно и отметил ровные ряды из пяти десятков боевых вертолетов.

Хорошо. Если после закрытия пустоши появится несколько сотен ящеров или врагов с аналогичными силами, то такая страховка будет очень кстати.

На летной площадке нас ожидала небольшая комиссия — митрополит Прокл, главный имперский инквизитор, со своими помощниками. Он, кстати, во время покушения все же справился с сильным противником-демонолюбом и сделал это без помощи подчиненных, что позволило мне еще лучше понять пределы его возможностей.

Мужчина без труда выделил меня из нескольких десятков бойцов и, подойдя, протянул руку:

— Доброе утро, тринадцатый. Как долетели?

— Отлично, — ответил я, крепко пожимая ее.

— В таком случае, приглашаю вас в наш штаб. Нам нужно еще кое-что обсудить. А ваших людей пока разместит один из моих помощников.

— Хорошо, но со мной пойдут двое сопровождающих — главный телохранитель и командир отряда прикрытия. Хочу, чтобы они понимали, что нас ждет.

— Мне казалось, что вы в состоянии сами справиться с любым противником, — заметил Прокл, даже не поведя бровью.

— Ситуации бывают разные, — ответил я, — и мои люди должны владеть информацией, чтобы в условиях быстро изменяющейся обстановки принимать правильные решения.

«Может, после закрытия пустоши мне придется сражаться не с демонами, а как раз с твоими фанатиками-инквизиторами, так что лучше подстрахуюсь», — подумал я.

Главный полевой штаб ордена представлял собой хорошо освещенную палатку с несколькими рабочими местами должностных лиц, а также огромным столом по центру, на котором разместилась детальная карта Малой Сейловичской пустоши. Бросив на нее взгляд, я обнаружил наш лагерь, пути следования колонн, а также точки, обозначающие местонахождение инфернальных алтарей.

Над картой склонились двое мужчин. Они что-то чертили, уточняли у других членов штаба, которые работали за другими столами и ругались из-за нехватки времени и горящих сроков. Работа кипела. Другие сотрудники временного штаба инквизиторов передавали какие-то сигналы, собирали сведения и раздавали приказы.

— Симеон, — обратился Прокл к седовласому и худощавому мужчине, который с недовольным лицом следил за работой подчиненных. — Прибыли члены тринадцатого отряда. Доложи им обстановку и проинструктируй.

— Будто у меня других дел нет, — себе под нос пробубнил мужчина, потом взял небольшую указку и, прогнав помощников взмахом руки, произнес: — Итак, господа. Наша с вами главная цель заключается в том, чтобы закрыть Малую Сейловичскую пустошь. Мы достигнем этого с помощью магических способностей главы вашего отряда, а также порядка двух тысяч магов ранга «профессор» и «архимаг», которые сформируют круги магов и будут передавать ему свою энергию. В настоящее время подразделениями ордена инквизиторов проведены разведывательные мероприятия и найдены два инфернальных алтаря здесь и здесь. Так что в теории у нас должно все получиться.

Симеон выдержал небольшую паузу, поднял на нас глаза и криво усмехнулся.

— Вижу, куда вы смотрите. Все верно. Один из алтарей размещен на расстоянии около трех тысяч метров от седьмого пограничного пункта пропуска, к которому мы и выдвинемся. Сначала на автобусах и грузовых автомобилях, а затем и пешком.

Запнувшись, мужчина достал из кармана небольшую флягу, сделал глоток и продолжил:

— Но что мы все о нас да о нас. В «Ч+4», когда задействованные во всеимперских учениях подразделения завершат передислокацию в район Малой Сейловичской пустоши, до них будет доведена информация о начале операции «Имперская решимость», — Симеон хмыкнул, — усиленные архимагами отряды сил специальных операций, другие армейские подразделения войдут на территорию пустоши с девяти направлений и начнут зачистку. Мы же в это время с магами-батарейками, вашим отрядом и многочисленными охранниками двинемся в указанную ранее точку и займемся делами.

— Прошу прощения, — произнес Резцов. — А где вы взяли столько сильных магов и как будете передавать энергию от них к тринадцатому? Это же…

— Это достаточно просто, — перебил его митрополит Прокл, — если каждым кругом будет руководить опытный инквизитор, который несет ответственность за действия своих временных подчиненных. Так что об этом не переживайте. У нас весь процесс уже отработан. Люди находятся на учениях второй день и успели вспомнить свои навыки. Еще вопросы?

— Хочу увидеть схему ритуала, — произнес Резцов невозмутимо, — и узнать места нашего размещения. Чтобы не мешать вашей работе и прикрывать тринадцатого…

Из палатки мы выбрались примерно за полчаса до начала операции, когда всех присутствующих в лагере магов стали сгонять на импровизированный плац, где сейчас размещался огромный экран и выставлялась акустическая аппаратура.

— Будут транслировать обращение императора, — произнес я, взглянув на все это, — чтобы ни у кого не было лишних вопросов.

Пока мы объясняли задачу остальным членам отряда и строились на плацу в полной боевой готовности, время пролетело незаметно, и вот на экране появился император Изяслав Пятый вместе с наследником престола.

Речь главы государства не была длинной. Он коротко рассказал о цели учений, которые перетекли в общенациональную операцию «Имперская решимость», и о твердом намерении закрыть одну из малых пустошей страны. Мол, демоны вообще страх потеряли, и мы обязаны дать адекватный ответ.

После окончания его речи и пожелания успеха за дело взялись кураторы со стороны инквизиторов, и вся толпа довольно организованно двинулась к автобусам и грузовым автомобилям, которые, в свою очередь, оперативно рванули к одному из пунктов, пропускавшему через себя в тот момент бригаду сил специальных операций.

«Пошла жара», — подумал я, запрыгивая в автобус, и нащупал пальцами переданную императором коробочку.

Глава 9

К моему немалому удивлению, выгрузка участников ритуала из автотранспорта проходила достаточно быстро и без особых заминок, хотя в основной своей массе здесь были не слаженные команды, а случайные люди, имеющие высокий магический ранг и приказ императора Изяслава.

Ответ на невысказанный вопрос я получил в тот же момент, как услышал ненормативную лексику из уст инквизитора, руководящего кругом магов. Крепкий мужчина с явным военным прошлым уверенно командовал абсолютно гражданскими с виду подчиненными и без зазрения совести костерил замешкавшихся, а также зорко следил за их действиями.

Последнее было нелишним, так как почти все из замеченных мной одаренных были чересчур бледны, испуганны и задумчивы. А некоторые еще успевали бросать быстрые взгляды по сторонам в надежде незаметно покинуть опасное место, пока не стало слишком поздно. Правда, этот их порыв был просчитан заранее, поэтому у флангов на входе в пограничный пункт стояли подразделения вооруженных сил. Формально они преграждали путь посторонним лицам, не участвующим в операции, а фактически выступали оцеплением, которое не давало маневра для побега.

«Странно видеть неуверенность и испуг на лицах сильных одаренных, — подумал я, входя на территорию стандартного пограничного пункта. — Если они уже достигли профессорского ранга, то являются достаточно опасными людьми, которым известно, с какой стороны браться за магический жезл. Или тут все дело в самой пустоши? В неизвестности, которую она таит? Возможно, они редко здесь бывали или вообще не бывали никогда? Или все дело в стопроцентных провалах предыдущих попыток?»

Пройдя через пограничный пункт по короткому маршруту, мы наконец оказались на территории Сейловичской пустоши, и я тут же почувствовал на себе специфическую ауру проклятой земли.

Надпочечники непроизвольно впрыснули в кровь адреналин, и я ощутил желание сражаться и побеждать.

«Сегодня мы закроем пустошь! Обязательно!» — подумал я, и в подтверждение моих мыслей где-то впереди бойцы сил специальных операций навалились на встречную группу демонов. — Зачистка прилегающей территории идет по графику'.

Пока я осматривался и вслушивался в звуки боя, вокруг нашего отряда начали скапливаться прибывающие.

— Проходим вперед! Проходим! Занимаем места согласно схеме! Поживее! — донесся до меня знакомый голос Симеона, заместителя главного инквизитора, который держал в руке папку с бумагами и с чем-то сверялся.

Отдав несколько указаний помощникам, он бросил взгляд на митрополита Прокла, досадливо поморщился и, усилив голос заклинанием, начал раздавать приказы:

— Охранение! Третий, пятый и шестой! Рассредоточиться! Четвертый — занять указанное место! Все десять шестидесятых отрядов батареек за ними! Пятьдесят шагов вперед! Шагом марш! Живее! Освобождаем пространство для прибывающих! За ними становится особый тринадцатый отряд! Затем десять семидесятых! Живее давайте, пока не прибыла орда демонов и не повыдирала нам всем здесь причиндалы! Живее! Живее! И не забывайте смотреть по сторонам! Это пустошь! Опасность может прилететь откуда угодно!

В унисон заместителю митрополита заговорили и старшие кругов, повсюду раздавались множество уверенных команд, и толпа прибывающих стала оперативно перестраиваться в боевой порядок.

Кстати, напоминание Симеона об опасности данного места оказалось своевременным. Не успел мой отряд догнать шестидесятых, как на двигающееся впереди охранение налетело несколько мелких демонов пилки.

Инквизиторы в авангарде оказались опытными вояками, которые разобрались с противниками в считаные секунды и пошли дальше. Происшествие заставило всех прочих поторопиться, и еще через несколько минут мы, обнажив магические жезлы и холодное оружие, двинулись к дожидающемуся нас инфернальному алтарю.

Дальнейшее перемещение по пустоши проходило преимущественно спокойно. Усиленные архимагами отряды сил специальных операций наводили достаточно шороха на всей территории проклятой земли, привлекая своими действиями внимание многочисленных демонов и уничтожая их одного за другим. Нередко до нас доносились звуки жаркого боя и вспышки энергоемких заклинаний. Иногда на охранение выбегал один-два десятка демонов, с которыми, впрочем, мы оперативно расправлялись. Однако чем ближе мы подходили к алтарю, тем чаще совершались нападения на отряд, в том числе и с тыла.

— Да сколько здесь этих тварей⁈ — зло выругался один из гражданских магов, взятый для передачи энергии. — Мы их убиваем и убиваем! Эти, которые впереди, все чаще сильными заклинаниями швыряются, а противников меньше не становится! Только больше! Кто вообще придумал, что нам удастся закрыть пустошь⁈ Мы все тут поляжем!

— Захлопни пасть! — рявкнул куратор круга магов со стороны инквизиторов. — Никто здесь подыхать не собирается! Мы обязательно закроем эту гребаную пустошь! Все готово! Или ты думаешь, просто так собрали в одном месте столько высокоранговых одаренных⁈

— Что⁈ Ты как со мной разговариваешь⁈ Ты знаешь, кто я такой⁈ — возмутился мужчина, и жезл в его руках завибрировал. — Да я из тебя сейчас кишки выпущу.

— Успокойся! — вмешался в перебранку еще один маг. — И так на душе тошно, а тут еще ты права качаешь!

— А потому что нечего было делать все втайне! — окрысился паникер. — Это опасная операция! Высока вероятность сложить здесь голову! Почему не взяли добровольцев⁈ У меня жена! Дети! Кредиты, в конце концов! Кому будет лучше, если я тут ни за что умру⁈

— А кому будет лучше, если в один прекрасный день территория империи станет проклятой и твоих детей положат на пыточный алтарь⁈ — жестко спросил инквизитор. — Помоги выполнить нашу миссию! Сделай все так, как тебе сказали! И тогда у человечества будет шанс! А если мы сейчас дадим слабину! Развернемся! То рано или поздно происходящее в республике повторится, и в тот момент там не будет двух князей, чтобы предотвратить конец света!

— Двух⁈ — прозвучал чей-то вопрос. — Разве там помимо Морозова был кто-то еще?

— Его отец, — буркнул еще один маг. — Князь Темников. Он погиб.

— Вот! — воскликнул возмущающийся. — Даже главы боярских родов погибают, а вы говорите!

— Если тебе что-то не нравится, то можешь прямо сейчас возвращаться, — предложил инквизитор. — Только учти, что мощной охраны из архимагов, богатырей и витязей у тебя не будет.

Ответить нервному мужику не дал голос телохранителя митрополита Прокла:

— Всем приготовиться! Мы уже близко! Вояки зачистили периметр и движутся дальше! Так что ускоряемся!

— Шире шаг! — тут же донеслись команды со всех сторон. — Поторопись!

— Смотрите в оба! — велел подчиненным глава моей охраны. — Скоро все начнет…

Лучший ученик Феофана не успел договорить, как с правого фланга раздались предупреждающие окрики охраны, магические заклинания, а также с каждой секундой усиливающееся шипение и топот сотен членистоногих лап.

— Крестовики! — выругался я, поворачиваясь, и увидел в отдалении несколько десятков быстро приближающихся к нам по деревьям пауков, часть которых уже летела вниз, сбитая точными и сильными заклинаниями охраны.

В следующее мгновение по демонам был нанесен удар чуть ли не половиной наших магов, в первую очередь теми, которые должны были передавать энергию.

— Отставить! Отставить, идиоты! Берегите силы для ритуала! — заорали инквизиторы. — Против демонов есть кому сражаться!

— Обошли вояк и двинулись сразу к нам, — сплюнул кто-то из моей охраны, когда церковники все же навели подобие порядка. — Чувствуют, где находится больше людей. Один только вопрос: откуда столько? Да еще и крестовиков⁈

— Из центра пустоши, — флегматично ответили ему. — Ну или из соседних. Почувствовали людские души, вот и прутся сюда.

— Внимание! Противник на девять часов! — прокричал боец с другого фланга, и в ответ яростно взревели сотни демонов.

— Отставить! Отставить! Без вас справятся! Шире шаг, сукины дети! Мы уже близко! — вновь начали срывать голос церковники, однако, несмотря на их стремление добраться до алтаря, дорогу нам преградили несколько десятков выбравшихся из земли жукеров, чьи мощные спины выглядывали над головами наших первых шеренг.

— Бей! — прогремел чей-то командный голос, и в демонов полетели разрушительные заклинания.

Поздно. Еще до того, как атака архимагов размазала жукеров, лес «каменных копий», вынырнувших из земли, разбросал в стороны тех, у кого была отличная защита, и нанизал на себя менее подготовленных или замешкавшихся.

Кого-то из участников ритуала стошнило, другие сильно побледнели, однако бойцы охранения не сплоховали и уничтожили оставшихся в живых противников.

Дальнейший путь до алтаря оказался неожиданно долгим, как минимум потому, что буквально каждую минуту на нас выходила новая группа яростно бросающихся в бой демонов. Пожалуй, выручало нас лишь то, что такой вариант противодействия предполагался изначально и руководители операции сделали ставку на большую численность архимагов.

— Ускоряемся! Мы уже близко! — разнесся усиленный голос митрополита Прокла. — Охранение! На вас демоны! Остальным быть готовыми к ритуалу! Не мешкаем!

Алтарь показался незаметно. Вот мы идем через лес, проламывая защиту очередной группы демонов, а вот уже выходим на небольшую поляну, и один из телохранителей главного инквизитора командует:

— Тринадцатый отряд! Ко мне!

Мы подбегаем поближе, и я оказываюсь в центре поляны, возле достаточно крупного куска стекла с несколькими десятками «камней боли» внутри.

Чувство опасности заставляет резко отскочить назад, и из ямы, прилегающей вплотную к алтарю, выпрыгивает мелкий пилки, которого с ходу обезглавливает ближайший из моих телохранителей.

Пока другие оттаскивали останки демона и проверяли землю, я изучал алтарь издали и готовился морально, а удостоверившись, что сюрпризов больше нет, подошел поближе и заглянул вниз, в ловушку инфернала.

Пусть на любопытство времени не было, я все равно должен был все тщательно проверить, поэтому нетипичным для себя заклинанием, выученным во время приграничного конфликта, освободил одну из сторон алтаря от песка на несколько метров в глубину.

Отлично! Значит, мои шансы на анонимность существенно возрастают!

— Что там? — уточнил подошедший Прокл.

— Система связи между алтарями, — ответил я, указывая на исходящие от алтаря отростки, похожие на корневую систему деревьев. — Это существенно увеличивает наши шансы и уменьшает потребность в энергии. По крайней мере, я на это сильно надеюсь.

Больше не обращая внимания на митрополита, я, желая сохранить анонимность, сформировал вокруг алтаря «каменный купол» с двумя выемками и, заполнив пустующее пространство льдом, положил на него руки.

Пока я занимался подготовкой, двое магов успели заключить меня внутрь ритуальной фигуры, а их помощники расставляли по специальной схеме всех задействованных в ритуале магов. Мои подчиненные тоже не стали терять времени и, окопавшись с помощью заклинаний, принялись бдительно высматривать опасность.

— Готов! — подал голос я и начал давить на алтарь в одиночку, пытаясь ощутить его слабые места, но словно на бетонную стену напоролся.

— Первый внутренний круг! Приготовились! Начинаем передачу энергии, не дожидаясь остальных! Три! Два! Один! Вперед! — скомандовал главный инквизитор, а в следующую секунду я почувствовал, как в меня начал поступать огромный поток энергии, которую я машинально перенаправил внутрь алтаря.

На этот раз защита уже не казалась такой непоколебимой, она гнулась, изгибалась, но все же сопротивлялась моему воздействию.

— Ну давай же! — прокричал я, вкладывая еще больше родовой энергии и ощущая, как меня чуть ли не распирает от потоков маны. — Давай!

Два подскочивших сзади церковника положили руки мне на плечи и словно придали сил, а в следующую секунду ускользающий барьер алтаря дал небольшую трещину, и мы наконец стали наполнять его своей энергией.

— Давай! Давай, сука! — кричал я, чувствуя, что трещина понемногу расширяется и что с каждым мгновением мне становится все тяжелей удерживать в себе столь большое количество энергии.

Время, как назло, тянулось очень медленно. Секунда за секундой. Однако я чувствовал, что мы на правильном пути и нас ждет успех. В какой-то момент нам все же удалось преодолеть защиту барьера, и вся накопленная во мне энергия рухнула внутрь алтаря.

Я облегченно выдохнул и доложил:

— Барьер прорван!

— Второй круг, в работу! Третий… — начал раздавать команды Прокл, и потоки энергии потекли в меня с новой силой, чтобы затем войти в алтарь.

Пока я отдавал всего себя барьеру и передаче энергии, демонов вокруг наших позиций стало на порядок больше. Казалось, они собирались со всех сторон, и это серьезно беспокоило участвующих в ритуале магов. Ведь буквально в нескольких десятках метров через строй охранения к нам прорывались все новые и новые полчища демонов. И на этом фоне нужно заставить себя сосредоточиться на передаче энергии постороннему человеку.

— Прекратить панику! — раздался громоподобный рев Прокла. — Всем участникам ритуала встать в круг силы и не мешать охранению! Наши архимаги прикроют вас от любой угрозы! Так что все за дело! Старшие, не спите! Командуйте! Демоны стремятся нам помешать, а значит, все идет успешно! Живее в круг, я сказал! Иначе прикончу вас и без всяких демонов! Действуйте! Сегодня мы закроем эту помойную пустошь!

Ответом митрополиту был злой и громкий крик нескольких сотен инквизиторов, который приободрил сомневающихся магов и заставил их наконец заняться делом. Что я и прочувствовал в следующий момент, когда меня вновь распирало от силы, а магические каналы на руках начали понемногу ныть.

Включение в ритуал всех запланированных магов стало тем фактором, который смел остатки защиты алтаря и заставил меня сконцентрироваться на быстрой и бесперебойной перекачке энергии по уже сформированному каналу. И если изначально мне казалось, что все пройдет относительно гладко, то теперь с каждой проведенной в таком состоянии секундой я чувствовал, как внутри меня крепнет боль и напряжение.

«А это намного сложнее, чем я думал! — пронеслось в голове, и я ощутил, как намокла от пота балаклава, а по спине бегут неприятные капли. — И что самое плохое, совершенно непонятно, сколько еще мне нужно продержаться».

— Стимуляторы! Принимаем стимуляторы! — словно сквозь вату, то и дело доносились до меня команды церковников, перемежающиеся звуками боевых заклинаний.

Вдруг мышцы рук сковал сильный спазм, и от неожиданности я дернулся и с шумом начал втягивать воздух носом.

— Что случилось? — тут же подскочил Резцов, заметивший изменение моего состояния.

— Руки свело! — прорычал я, отметив, что неприятные ощущения усиливаются. — И каналы жжет! Больно!

— Сейчас! — произнес маг и, достав из кармана пузырек с лечебным зельем, влил мне его в рот, а затем, склонившись к уху, тихо сказал: — Используйте больше родовой энергии. Осталось немного! В ход пошли последние дозы стимулятора!

— Хорошо бы! — зло ответил я, ощущая, что спазм в руках отпускает, а вот боль в каналах и магическом ядре лишь увеличивается. Пришлось прибегнуть к совету Резцова и использовать большее количество родовой энергии, что на некоторое время подарило облегчение.

Правда, долго я в таком состоянии не пробыл, и боль опять стала нарастать, заставляя меня использовать еще больше энергии Морозовых.

— Вот же! — вновь выругался я, ощущая, как трясутся руки, и обратил внимание на сдвинувшийся чуть назад манжет кителя, из-под которого выглядывала часть полностью ледяной кисти. Моей кисти!

Удивление заставило на некоторое время отвлечься от боли и от всего вокруг, поэтому я не сразу понял, что небо очень быстро потемнело.

— Что за⁈ — вскрикнул кто-то поблизости, и из черных туч в алтарь ударила мощная ветвистая «молния», которая почти пробила защиту моего амулета и отправила нас с инквизиторами в недалекий полет.

Выругавшись, я встряхнул головой и напитал глаза силой, чтобы избавиться от так называемых мушек, однако за первым ударом небес последовал второй, а за ним и третий.

Раскаты грома поражали своим шумом и даже несколько пугали. Я ненадолго почувствовал себя букашкой, беспомощно наблюдающей за буйством стихии.

«А ведь действительно! — спохватился я, оборачиваясь и не обращая внимания на удары молний по алтарю. — Один, два, три, четыре…»

Все видимое мной пространство пустоши заволокло тучами, и с разных сторон то и дело мелькали вспышки.

— Неужели получилось? — с некоторым удивлением спросил я себя, в то время, как один из телохранителей оттаскивал меня в сторону от опасного места.

В поле зрения попала моя скользящая по земле рука, и я облегченно выдохнул. Рука как рука, обычная. Привидится же невесть что от перенапряжения.

Подняв конечность вверх, я на всякий случай стал пристально ее рассматривать, и ко мне тут же подскочил Резцов.

— Тринадцатый, — тряхнул он меня за плечи, — с вами все в порядке?

— Все хорошо, — прокричал я. — Почему мне больше не передают энергию⁈

— Прокл скомандовал отбой! — ответил Юрий Владимирович, стараясь перекричать рев разбушевавшейся стихии, которая со все нарастающей частотой продолжала бить по алтарю.

Все прекратилось внезапно.

Раз — и молнии перестают бить в одну точку. Два — раскатистый шум грома начинает стихать. Три — возвращаются звуки все еще идущего вокруг нас жаркого боя. Четыре — в центре алтаря появляется призрачная фигура уже знакомого мне ящера, в сторону которого устремляется несколько десятков заклинаний от инквизиторов, держащих ситуацию под контролем. Пять — и над территорией пустоши проносятся истребители, накрывая своими ракетами и боеприпасами как особо опасных демонов, так и многочисленные группы и скопления инферналов.

— Да-а-а! — разносится по округе полный торжества и радости рев людей.

У них словно бы открывается второе дыхание, и в этот момент демонам приходится особо несладко.

«Неужели все же получилось? — подумал я и мысленным усилием растопил лед, который все еще частично находился вокруг алтаря. — Улики требуется скрыть».

В следующее мгновение меня скрутила резкая боль в магическом источнике. Резцов был тут как тут и вновь влил в меня зелье, а я, скрючившись в позе эмбриона, прошипел:

— Магическое ядро. Охраняйте меня!

Не дожидаясь ответа старшего мага, я нырнул в свой внутренний мир, чтобы спустя пару мгновений наблюдать тускло светящуюся ледяную глыбу, которую в несколько слоев почти полностью облепили тысячи небольших разноцветных клякс из материала, чем-то напоминающего стекло.

Подойдя к данной композиции, я схватился за оранжевую кляксу и потянул на себя, надеясь отцепить ее от источника, однако, несмотря на приложенные усилия, сделать этого не удалось. Клякса острыми и длинными отростками вгрызалась в лед и в своих товарок, даже не думая шелохнуться.

«Если мне и удастся ее вырвать, то только с частью глыбы, — понял я и вновь выругался, — и боюсь, что лекарство может оказаться куда опаснее болезни».

Размышляя над своими дальнейшими действиями, я машинально ощупывал разноцветные кляксы, ощущая от них отклик чужеродной энергии. Какая-то обдавала жаром огня, другая словно обдувала воздухом, третья будто бы переносила в хвойный лес.

— А что, если?.. — пробормотал я себе под нос и, приложив руку к ближайшей субстанции, принялся наполнять ее родовой энергией.

В отличие от сопротивляющегося алтаря неоформленный объект чужой магии поддался практически сразу, и, наполнив его под завязку, я принялся наблюдать за раздувшейся кляксой светло-оранжевого цвета, которая начала покрываться тонкой корочкой льда. Пусть на тысячные доли, но мне стало легче.

— Переходим ко второй, — пробормотал я, осознав, как могу ускорить свое восстановление, и принялся за дело.

По субъективным ощущениям, во внутреннем мире я провел не так уж и много времени, сил хватило лишь на семьдесят три кляксы, поэтому меня удивило то, что мы уже выбрались из пустоши.

— Как обстановка? — спросил я, чувствуя, что мне действительно стало немного лучше.

— Все идет по плану, — доложил Резцов. — От штурма мы успешно отбились и вышли с территории пустоши. Наше место уже заняли усиленные подразделения вооруженных сил и инквизиции, которые идут плотным кольцом, выкашивая остатки выживших демонов. За ними следуют трофейные команды и ученые, которые будут пытаться понять, как нам удалось добиться успеха.

— Что по другим пустошам? — уточнил я интересующий меня момент. — Там все было тихо? Или демоны что-то почувствовали?

— Пока не знаю, — покачал головой Юрий Владимирович.

— Хорошо, — выдохнул я и прикрыл глаза. — Раз все завершилось успешно, то организуй отправку в столицу. Помни про конспирацию и попробуй все сделать быстро. Мне нужен мой жезл.

— Восстановление идет тяжело? — посочувствовал маг, сразу поняв, для чего мне походный алтарь.

— Да. Но не все так плохо. Просто нужно больше энергии.

Из-за высокого риска операции свой жезл, отличный инструмент и одновременно часть алтаря Морозовых, я брать не стал. Перестраховался. Это раньше я был единственным представителем своего рода, и осквернение источника меня не сильно беспокоило, ведь в этом случае я был бы уже давно мертв. Однако теперь, с появлением любимой жены и наследников, приходилось задумываться не только о собственном усилении в бою, но и о неприятных последствиях, которые могут поставить крест на возрождении рода Морозовых.

— Иван Егорович, — отвлек меня от мыслей напряженный голос старшего охраны.

— Что? — насторожился я.

— По словам пары участвующих в зачистке бойцов, их спасли старик со старухой, которые по описанию очень похожи на ваших автюков, — доложил он.

Тридцать вторая бригада сил специальных операций, усиленная отрядами архимагов и инквизиторов, после нескольких часов изматывающих боев и закрытия Сейловичской пустоши слаженно отступала к пограничному посту, надеясь встретиться с вооруженными огнестрельным оружием подразделениями. Однако противник не желал давать им шанс на спасение. Еще более одичавшие демоны рвались к людям, не обращая внимания на раны и инстинкт самосохранения, что приводило ко все новым потерям. Что еще хуже, после молний проклятую территорию заполнили четырехрукие прямоходящие ящеры. Высокие черные и серые монстры владели как сильной магией, превращающей противников в пыль, так и холодным оружием, похожим на обычную ручную косу. В первые секунды столкновений, когда бойцы сил специальных операций еще не осознали угрозы, инферналы выкосили существенную часть архимагов и инквизиторов. И если с одиночными противниками бойцы еще могли справиться относительно легко, то двойки и тройки представляли нешуточную угрозу. Именно добивая последних, отделение сержанта Николаенко задержалось и отстало от основных сил.

— Петр! Мага перевязать и на плечи! Серега! Лось на тебе! Остальные, смотрим по сторонам! Тридцать секунд на передышку — и ходу! Мы должны догнать своих! — скомандовал сержант, судорожно вдыхая холодный воздух и чувствуя, как огнем горят легкие.

— Не успеваем, — прохрипел один из бойцов. — Зажмут они нас.

— Не ной! — зло сказал сержант. — Поднимаемся! Ходу!

Подчиненные выругались, двое из них подхватили на плечи раненых, и подразделение двинулось вперед.

— Какого хрена! — неожиданно для всех выдал Николаенко. — На двенадцать часов! Я один это вижу⁈

— Как они здесь оказались⁈ — ошарашенно спросил второй боец и крикнул: — Эй, старики! Бегите отсюда! Это же пустошь! Здесь очень опасно!

— Может, они всего лишь иллюзия и где-то рядом находится ночной охотник? — двигаясь в сторону стариков, спросил сержант.

— Исключено, — пропыхтел Петр, несущий раненого архимага. — Я «глаза волка» держу постоянно активированными.

— Да я тоже, — задумчиво произнес Николаенко, на некоторое время даже забыв о грозящей им опасности. — Это-то меня и пугает.

При приближении парочка стала выглядеть еще более странно. Старик был одет в простые белые штаны и рубаху, на голове носил широкополую плетеную шляпу, а его лицо прикрывала светло-голубая медицинская маска, из-под которой выглядывала аккуратно подстриженная седая борода. Его спутница, коренастая пожилая женщина в цветастом платье и голубом платочке, также носила одноразовый медицинский аксессуар, скрывающий некоторые черты ее лица.

— Здравия желаю! — молодцевато прокричал старик, явно желая продемонстрировать уставшим бойцам, что и сам в свое время служил, и указал рукой назад. — Ваши туда пошли!

— Не знаю, что вы тут делаете, и знать не хочу! Но здесь очень опасно! Пристраивайтесь за нами, и ходу! — крикнул Николаенко. — Давайте! Живее!

— Извини, сержант, — повинился дед, разведя руки в стороны, — не можем пока. Дело у нас здесь важное.

— Ящеры! Два! На восемь часов! — раздался чей-то крик.

«Это конец! — пронеслось в голове молодого командира, и он, достав из ножен меч, повернулся к противнику. — Без поддержки архимага мы и с одним не справимся, а тут их двое!»

Несмотря на осознание конца, сержант не потерял присутствия духа.

— Серега! Петр! Вместе с ранеными продолжаете движение! Заберите отсюда гражданских! А мы их задержим!

— Да вы и секунды не продержитесь! — зло крикнул Серега. — Тут два ящера, командир! Два!

— Ничего! Зато они явно потрепаны ракетным взрывом. Вон как осколками изрешечены! Один даже без руки! Так что отступайте! Это приказ! — пытался сам себя убедить Николаенко. — И стариков! Стариков возьмите!

Однако не успели бойцы подороже продать свои жизни, как мимо них пронеслась белая смазанная тень и ловко закрутилась вокруг ящеров.

— Это точно иллюзия! — крикнул кто-то, не веря тому, что видит.

А в это время загадочный старик успешно шинковал, казалось бы, непобедимых ящеров отобранной у них же черной косой на длинной рукояти.

— Поможем ему? — неуверенно спросил Петр, наблюдая за нереальными скоростями, которые развили сражающиеся.

— Только сами под удар попадете, — раздался старческий голос за их спинами, заставляя бойцов вздрогнуть от неожиданности.

Пожилая женщина оказалась поблизости и протянула два флакона:

— Здесь лечебное зелье. Не будете же вы и впрямь их дальше на плечах нести?

Бойцы помешкали, но флаконы все же взяли, и уже через минуту раненый архимаг открыл глаза.

За это время старик успел снести голову одному ящеру и, быстро закрутившись, разрезал последнего на несколько частей.

— Хорошая коса! Себе заберу! Траву на участке косить буду! — донесся до отделения восхищенный голос деда, а затем фигуры стариков буквально испарились в воздухе. Лишь пустая тара из-под лечебного зелья доказывала, что бойцам ничего не привиделось.

Глава 10

Во временном штабе Церкви Спасителя царила эйфория. Местные священнослужители некоторое время назад были свидетелями небывалого события — закрытия инфернальной пустоши, и лишь присутствие патриарха Добромысла вместе с парой заместителей удерживало их от радостного ликования и других проявлений эмоций.

Сам глава церкви, расположившийся на некотором удалении от своих людей, разделял их чувства и даже позволил себе легкую улыбку. Однако предавался радости он недолго. Ведь помимо закрытия пустоши еще было необходимо эвакуировать участников ритуала для их задействования в других операциях, вывести отряды из зоны боевых действий, а также изъять из пустоши все алтари. Кто знает, вдруг демоны сумеют откатить изменения, если дать им немного времени?

Переведя взгляд на экран компьютера, Добромысл в очередной раз окинул территорию Сейловичской пустоши, очищенной от инфернальной энергии.

«А ведь я даже не предполагал, что на старости лет удастся стать свидетелем такого знаменательного события, — покачал он головой. — Увидеть центр проклятой земли. Способствовать повторению подвига Спасителя».

Изучив фотографии, переданные спутниковой группировкой, патриарх обратился к одному из своих митрополитов:

— Андроник, а что у нас по остальным пустошам? Демоны как-то проявили себя там?

— Бойня, — сухо ответил старик, который по виду был лишь на несколько лет моложе Добромысла. — После начала операции демоны начали вырываться отовсюду. Помимо штурмов пограничных пунктов и приграничных городов, скачкообразно увеличилось количество телепортирующихся по территории империи монстров. С последними успешно справляется лига охотников, а вот штурмы городов достаточно кровопролитны. Тварей действительно много. Накатывают волнами с минимальным интервалом. Наиболее опасная ситуация складывается в Старых Дорогах. Возникает ощущение, что все бесхозные демоны Гарбовичской пустоши находились поблизости и теперь пытаются прорваться сквозь защиту. Благо хоть комендант не сплоховал и вовремя привлек службы безопасности боярских родов. Иначе нас бы ждал самый масштабный прорыв за последние десять лет.

— Еще одно доказательство, что демоны или их высшие собратья не тупоголовые звери, а имеют устойчивую связь и могут координировать свои действия, — задумчиво произнес Добромысл.

— Количество монстров, оказавшихся в Сейловичской пустоши во время операции, также говорит об этом, — добавил Андроник.

Разговор прервал зазвонивший у заместителя телефон, и патриарх произнес:

— Ответь.

Кивнув, митрополит приложил телефон к уху.

Застывшее лицо старого друга и единомышленника отчетливо показало Добромыслу, что новости явно недобрые.

— Держитесь, — бросил Андроник, прежде чем отключить телефон, и повернулся к одному из своих помощников. — Все возможные силы к Лани на ликвидацию прорыва.

Затем он обратился к оператору:

— Ланьскую пустошь на экран!

— Есть!

— Что там? — уточнил патриарх.

— Демоны прорвали периметр и двигаются к жилому кварталу. Много сильных тварей, — доложил митрополит, и в этот момент на экране появился вид с воздуха на пригород Лани и идущие в нем ожесточенные бои.

— Сатиры, наги и жукеры, — заметил Добромысл и бросил взгляд на Андроника. — Кто у нас отвечает за взаимодействие? Где боярские роды со своими дружинами? Это ведь их заслоны должны были находиться на главных улицах?

— Должны были, но их явно нет, — кивнул Андроник и отдал указание одному из служителей выяснить это, а затем вполголоса выругался.

— Нет их там. Что-то не поделили с местным комендантом и решили, что они там лишние.

— Кажется, из-за таких вот идиотов Изяслав получил еще один рычаг давления на строптивых бояр, — с легким недовольством в голосе заметил патриарх. — Интересно, он воспользуется ситуацией по полной? Или все же отправит в город резервы?

— Отправит, — ответил Андроник. — Никуда не денется. У него сегодня день триумфа. Зачем его портить уничтожением небольшого городка? К тому же для сговорчивости бояр у него другая интрига задумана, а этот инцидент — лишь приправа к основному блюду.

Добромысл согласно кивнул, и в этот момент один из его телефонов зазвонил.

— Слушаю, — ответил патриарх, а через некоторое время добавил: — Это хорошо. Что именно с тринадцатым? Отлично. Продолжай наблюдение.

— Почему-то мне кажется, что мальчишка жив, — произнес Андроник. — Он мастер решать сложные вопросы.

— Все верно. Только сил много потерял. Медитирует, пока его из пустоши выносят, — сказал патриарх с легкой улыбкой. — Явно еще поработает.

На лице Андроника также появилась улыбка:

— Значит, наши аналитики ошиблись и ему известно, как решить вопрос с перенапрягшимися каналами и ядром? Талантливый юноша.

— Не во всем, — покачал головой Добромысл. — Хочет он или нет, но такое количество участников ритуала негативно скажется на его магическом развитии. Благо, что случится это постепенно, и как минимум еще одну пустошь он закроет.

— Значит, продолжаем? — задал еще один вопрос Андроник. — Дать команду на перевод средств?

— Да, — кивнул патриарх, — переводите. Надеюсь, это ускорит восстановление, и мальчишка вновь будет готов к работе.

«Пусть сначала закроет пустоши. Сколько сможет. А уж потом мы придумаем, как вернуть свое и даже больше», — пронеслось в голове патриарха.

Всю дорогу до столичного дома, а из-за маскировочных мероприятий она была долгой, я поддерживал себя в состоянии медитации и понемногу улучшал ситуацию со своим источником. Я почувствовал, что мы доехали, по быстрому восполнению магической энергии и тут же вынырнул из внутреннего мира.

— Сколько времени? — спросил я у несущих меня на носилках бойцов.

— Двадцать три часа сорок одна минута, — доложил один из них.

— Как долго… — вполголоса выругался я и скомандовал: — В мою оружейку.

Когда меня доставили к нужному месту, то там обнаружился Резцов, уверенно открывающий бронированную дверь.

— Для восстановления вам нужна энергия, — пояснил он свои действия.

— Все правильно, — ответил я, и лежащий на подставке жезл юркнул мне в руку.

В следующую секунду тело словно бы окатила волна родовой энергии, и я достаточно бодро поднялся на ноги и обратился к стоящей в отдалении служанке:

— Плотный ужин мне в комнату через пять минут.

Проследив, как немолодая женщина быстро удаляется на кухню, я обратился к участникам операции:

— Все свободны. Передайте Михаилу, что буду ждать вас послезавтра.

— Иван Егорович, вам помочь? — спросил Резцов. — Может, вызовем целителя?

— Не стоит, — покачал головой я, — сам видишь. Только я взял походный алтарь в руки, как тут же появились новые силы. Сейчас перекушу, помоюсь, потом займусь делом и лягу спать. Утром буду как огурец.

— Вы уверены? — с сомнением спросил Юрий Владимирович.

— Уверен, — кивнул я. — Так что спокойно иди отдыхай. Только передай Потанину, что я жду его завтра с докладом. Мне нужно знать, кто и сколько раз меня искал. Будем отрабатывать легенду.

Приведение себя в порядок, как и ужин, не заняло много времени, поэтому очень скоро я забрался в кровать, положил жезл на грудь и нырнул во внутренний мир.

Наконец-то займусь делом!

За время моего отсутствия здесь ничего особо не поменялось. Лишь наполненные родовой энергией кляксы еще больше посветлели, и ледяная глыба стала светиться несколько ярче.

Внимательный осмотр преобразованных участков чужеродной энергии выявил изменения и в соседних с ними кляксах, из-за чего я пришел к выводу, что избавление магического ядра от чужеродных элементов могло бы осуществляться и без моего вмешательства, само по себе. Однако оставлять все в подобном состоянии и надеяться на волю случая не хотелось.

Вдруг способности понадобятся мне в ближайшее время, а я попросту не готов? Да и заседание «золотой» боярской думы через несколько дней, и мне необходимо быть на нем бодрячком.

Приняв решение, я выдохнул, собрался с силами и, материализовав жезл в руке, принялся за дело.

Благодаря уникальному жезлу с походным алтарем рода Морозовых вместо банального навершия дело двигалось достаточно быстро. Я переставлял свой инструмент от одной кляксы к другой и наполнял ее своей энергией. Затем переходил к следующей.

Клякс было очень много. Они отличались по цвету, размерам, объемам энергии, а также сопротивляемостью к моим манипуляциям. Бывало так, что некоторые из них я и вовсе не мог сломить с ходу. Приходилось предпринимать две, а в отдельных случаях и три попытки, чтобы добиться результата. Поэтому сил вся эта деятельность, главным образом психическая, отбирала достаточно много. Однако глаза боятся, а руки делают. Спустя несколько часов кропотливой работы мне все же удалось наполнить все видимые кляксы своей родовой энергией, и в какой-то момент я незаметно для себя отключился.

Проснулся я от чьих-то недовольных голосов. Мужчины, которых было минимум двое, что-то яростно доказывали друг другу.

«Другого места не нашли, что ли?» — со злостью подумал я, и мою голову тут же прострелила резкая боль.

— Что за?.. — с тихим стоном пробормотал я. — Вы там охренели совсем? Кто-нибудь даст князю хоть немного поспать? Ночь на дворе!

Спор замолк как по волшебству, дверь отворилась, и до меня донесся голос Резцова.

— Уже двенадцать часов, Иван Егорович, — произнес старший маг. — Вот вода. Выпейте.

— Полдень? — удивился я, открыв глаза, по которым резанул свет.

Выругавшись, я попробовал приподняться на локтях, однако грудь и магические каналы на руках вдруг сковало спазмом.

— Перенапряжение, — произнес Юрий Владимиров и, поддержав меня за спину, приложил к моим губам стакан с холодной водой.

Напившись, я с облегчением откинулся.

— Паршиво, но все же лучше, чем минуту назад, — сказал я.

— Сейчас будет еще лучше, — пообещал маг, доставая из сумки лечебное зелье и вкладывая мне в руку жезл с походным алтарем.

Опустошив емкость, я почувствовал себя лучше и наконец обратил внимание на присутствующих, среди которых, помимо Резцова, оказались также Синичкин и Потанин.

— Так кто из вас меня разбудил? И в чем была суть спора? — чувствуя, как пропадает напряжение в источнике, спросил я.

— Иван Егорович, — сказал глава службы безопасности, — это был я. У нас полная степень боевой готовности. Неизвестные атаковали мозырский и калинковичский заводы. Оборону первого сумели прорвать. Уничтожены склады готовой продукции, казарма охраны и первая производственная линия. Второй из-за своевременно поднятой тревоги сумел сдержать удар. Группы быстрого реагирования брошены в бой, власти оповещены о нападении.

— Кто посмел⁈ — прошипел я в лицо начальнику службы безопасности, даже не заметив, когда успел встать на ноги.

От боли по всему телу, как и от усталости, не осталось и следа. Да и как можно разлеживаться, когда узнаешь такие новости.

— Нападающие действуют скрытно, не демонстрируя знаки различия. Забирают с собой раненых и убитых. Действуют профессионально, — начал отвечать Синичкин, но я его перебил:

— А у нас что, хор мальчиков-зайчиков воюет⁈ Связывайся с начальниками охраны, пусть что хотят делают, но языков мне возьмут!

— Есть! — четко ответил Герман Артемович. — Указания я уже отдал, и в Мозыре есть результаты.

— Что же ты мне тогда голову морочишь? — зло спросил я и начал одеваться. — То «неизвестные профессионалы», то «есть результаты».

— Дело в том, что по Мозырю работал отряд танзинийских наемников, парочку которых наши люди взяли. Но вместе с ними действовала неизвестная дружина, — быстро произнес начальник службы безопасности.

— Аналитиков привлек? — спросил я, несколько успокоившись. — Они могут отследить маршрут, по которому нападающие передвигались?

— Да, — кивнул мужчина.

«Так. Успокойся. Все нормально. Что-то подобное мы и предполагали, когда я решил участвовать в авантюре по закрытию пустоши. Наивно было бы ожидать, что бояре не сопоставят личность героя республики и тринадцатого, — попытался успокоить я сам себя и тут же вновь разозлился. — Хотя какого хрена я должен успокаиваться⁈ Эти черти задели не меня! Они своими грязными лапами решили разрушить то, что я создавал! На развитие чего потратил многие годы! Мрази! Я это так просто не оставлю!»

— Какие у вас мысли на этот счет? — спросил я у тройки своих советников.

— Высока вероятность того, что вы наконец наступили на больную мозоль старых и влиятельных магических родов, — взял слово Герман Артемович. — Они долго наблюдали за вашим ростом из талантливого и интересного мальчишки до главы усиливающегося с каждым годом «золотого» рода. Сначала смеялись и считали забавным, затем удивлялись деловой хватке, разнообразным успехам и дружбе с наследником престола, но все еще не считали ровней. Все изменилось после скоротечной войны с родом Зарницыных и вашими успехами в республике. Теперь в вас видят не только личность, закрывшую новообразованную пустошь, но и князя, завладевшего большим количеством солидных республиканских активов.

— Поддерживаю, — согласился Потанин, а Синичкин продолжил:

— Вчера после закрытия пустоши они сложили один и один и догадались о вашем участии в операции. Именно это заставило их действовать так поспешно. Ваши враги, а я подозреваю, что ими стали главы «золотых» и влиятельных «серебряных» родов, посчитали необходимым ослабить вас таким образом здесь и сейчас, пока вы, пользуясь своей уникальностью, не увеличили свои капиталы в два или три раза.

— Значит, считаешь, что мне просто подрезают крылышки? Чтобы не взлетел высоко? — уточнил я.

— Да, — кивнул мужчина. — И это точно не слабые роды. Еще свежи в памяти воспоминания о вашей войне с Зарницыными и другими более слабыми семьями. К тому же только влиятельные бояре с серьезными ресурсами могут организовать акцию подобного масштаба в столь сжатые сроки.

— А может, это император? Или инквизиция? Что, если они вбивают клинья между мной и остальными боярами? — раздраженно спросил я и, прикрыв глаза, попробовал себя успокоить:

«Остановись, Иван! Эмоции в подобных обстоятельствах — не самый лучший помощник! От моих метаний и раздражения никому лучше не будет. Ни Синичкину, ни попавшим в заварушку бойцам охраны, ни сотрудникам службы безопасности».

Открыв глаза, я спокойно посмотрел на Германа Артемовича:

— Отправляйтесь в дежурку. Командуйте людьми и контролируйте обстановку. Скоро буду.

Он направился к двери, а я обратился к Юрию Владимировичу:

— После вчерашнего отдохнул?

— Да.

— Подготовь группу реагирования из архимагов и профессоров, которые не участвовали во вчерашней операции. Возможно, это не последнее нападение сегодня.

— Сделаю, — кивнул мужчина.

— Теперь ты, — посмотрел я на Потанина. — Хорошо, что приехал. Пока все занимаются своими делами, делай все для устранения недостатков на мозырском заводе в самое ближайшее время, а также разберись с перебоями в поставке продуктов питания. Война войной, а наши партнеры не должны нести убытки из-за этого.

— Иван Егорович, за это можете не переживать, — заверил Потанин. — Я уже знаю, как исправить это недоразумение.

Заметив мой вопросительный взгляд, он пояснил:

— Часть продукции под маркой Мозыря будем выпускать в Калинковичах и на других предприятиях. Проблем в этом не вижу. А там и завод восстановим. Главное — не допустить новых разрушений.

— Хорошо, — согласился я. — Поводов сомневаться в своем профессионализме ты не давал, так что действуй, как посчитаешь нужным.

Потанин кивнул и собрался было покинуть мою комнату, но я его остановил:

— И еще. На тебе остается получение вознаграждения от императора и патриарха. Свяжись с их канцеляриями и заставь работать.

— Я вас понял! — кивнул он и, получив разрешение, быстрым шагом покинул мою комнату.

Быстро набив брюхо поздним завтраком, я вернулся к себе, взял в руки жезл, прилег на кровать и погрузился во внутренний мир. Необходимо было оценить произошедшие изменения.

К моему удовольствию, процесс поглощения и переработки чужеродной энергии шел как по маслу. Те первые кляксы, которые я наполнил силой еще в первые минуты после окончания ритуала, уже почти полностью превратились в лед.

Другие кляксы также заметно изменились за это время, изрядно потускнев и покрывшись тонкой ледяной корочкой. Желая еще больше увеличить скорость восстановления, я материализовал жезл с походным алтарем и покрыл всю глыбу дополнительным слоем льда и по максимуму накачал его родовой энергией.

Подобные манипуляции благосклонно отразились на моем самочувствии, поэтому я, полный сил и энергии, двинулся в дежурную комнату, где уже вовсю работали подчиненные Синичкина и он сам.

— Иван Егорович, — поспешил ко мне дежурный. — Княгиня Морозова звонила уже четыре раза и просила вас ей перезвонить.

Бросив взгляд на взмыленного начальника службы безопасности, я решил не мешать ему своими ценными указаниями и успокоить потерявшую меня супругу.

— Привет, любимая, — сказал я, уединившись в одной из пустующих комнат. — Ты меня потеряла?

— Привет, — с легкой тревогой в голосе поздоровалась жена. — Как ты? Все нормально? Цел? Здоров?

— Все у меня хорошо, — поспешил я успокоить Марго. — С чего ты решила, что у меня могут быть какие-то проблемы?

— Потому что новости смотрю, — с ехидством заметила она. — И знаю своего мужа, у которого шило в одном месте. Да и вспоминая наш недавний разговор, я невольно сопоставила некоторые факты.

— Рад, что у меня жена не только красивая, но и умная, — улыбнулся я, давая ответ на скрытый в ее фразе вопрос.

— Слава Спасителю, — облегченно выдохнула Марго и с подозрением спросила: — А телефон ты почему не брал? Знаешь, сколько раз я тебе звонила?

— Режим секретности, — быстро сориентировался я. — Слишком долго пришлось выбираться из того места. Скрытность и все такое. Так что сама понимаешь.

— Да-а? — с явно слышимым сомнением протянула Марго. — А почему мне кажется, что ты юлишь? По моей информации, вы прибыли еще до полуночи. Уже вообще-то больше двенадцати часов прошло.

«Вот же молодец! Хваткая! Повезло мне с женой! Не растерялась и все выяснила», — мысленно усмехнулся я и спросил:

— Значит, еще до разговора ты знала, что со мной все хорошо?

— Это мне было известно уже давно. Меня заверили, что ты жив, здоров и направляешься в столичный дом, — самодовольным тоном заметила Марго. — Однако то, что ты не выходишь на связь, меня смутило.

— Просто ночью все нормальные люди спят. Ну а потом моим вниманием завладели другие дела.

— Ты о нападениях на наши заводы? — уточнила Марго посерьезневшим тоном.

— Да. Удивительно, как быстро взялись за дело наши недоброжелатели. Им даже доказательства не понадобились. Хватило и свершившегося факта.

— Они справедливо рассудили, что раз с первой проблемой справился Морозов, то и к решению второй он также приложил руку, — заметила жена и тяжело вздохнула. — Никто не хочет даже думать о том, что у тебя не было особой возможности отказаться.

— Даже если бы они и знали об этом, — усмехнулся я, — то не посчитали бы чем-то существенным. В этом деле роль играют лишь факты и свершившиеся события.

Мы помолчали, потом Марго уточнила:

— С тобой точно все хорошо? Может, мне приехать? Или тетю Инессу попросить?

— Со мной все хорошо, — поспешил я успокоить жену, — помощь не требуется.

— Отлично, — выдохнула Марго. — В таком случае, решай свои проблемы. Не буду мешать. Потом поговорим.

— Договорились, моя хорошая, — согласился я, но Марго вдруг спохватилась:

— Совсем забыла! Тебя же вчера человек пятьдесят разыскивало. Все начали звонить как раз после новостей о проведении операции. Родственники. Друзья. Клиенты. Не уверена, что все они мне поверили.

— Скинь список мне на телефон, — попросил я. — Сверю со звонками, имеющимися в головном офисе, и буду перезванивать.

Чувствую, сегодня меня ожидает тяжелый день.

Попрощавшись с женой, я вернулся в покинутое ранее помещение и наткнулся на дожидающегося меня Синичкина.

— Ну что? Чем порадуешь? — спросил я.

— Нападение на калинковичский завод отбили. Перебросили туда дополнительный личный состав охраны и совместно с Департаментом имперской безопасности отслеживаем путь прибывших туда бойцов.

— Дибовцы решили нам помочь? — удивился я. — Обычно у них снега зимой не допросишься, все нужно обговаривать по своим каналам.

— Тут проблем не возникло, — покачал головой Герман Артемович. — Вероятно, им дали приказ сверху оказать нам максимальное содействие.

— Скорее всего, — был вынужден признать я. — Что у нас по Мозырю?

— Нападение отбили. Наемников частично положили, частично взяли в плен, — обрадовал меня Синичкин и тут же расстроил: — Большие потери. Подробную информацию жду с минуты на минуту.

Я кивнул, и безопасник, посмотрев мне в глаза, продолжил:

— Кроме того, атакованы еще три наших предприятия. Нападения отбиты. Потерь нет. Охрана была готова и обеспечила гостям отличный прием. Взяли одного языка.

— За нас взялись всерьез, — констатировал я. — Среди пленных есть представители дружины? Или все наемники?

— Пока лишь рядовые наемники. Они утверждают, что знать ничего не знают, однако мы это перепроверяем.

— Перепроверяйте, — кивнул я. — Не знает один, значит, знает другой, не другой, так третий. Может быть в курсе командир отряда, идентифицировать которого в текущих условиях не очень-то и сложно. Нужно узнать, как осуществлялась связь, сколько им заплатили и как передавали деньги. Наши противники действовали быстро. Они спешили и не могли предусмотреть всего.

— Вас понял, Иван Егорович, — ответил Синичкин и протянул мне несколько листов бумаги. — Здесь тексты, подготовленные отделом аналитики. Необходимо ваше одобрение перед передачей материалов журналистам.

— Удар в спину? Подлое нападение? — начал читать я заголовки. — Надеюсь, здесь есть абзац о неотвратимости наказания?

— А также предупреждение наемникам, — с легкой кровожадной усмешкой ответил Синичкин. — Но его мы передадим в более доступной для подобных людей форме.

— Действуй, — одобрил я кровавые планы своего советника.

Сегодня погибло немало ребят, которые были преданы роду Морозовых. И за их смерть кто-то должен понести наказание.

От чтения подготовленных аналитиками статей меня отвлек звонок Федота.

— Привет, — взял трубку я.

— Ого! — воскликнул старший брат. — Кто-то решил поднять телефон и показать семье, что он все еще жив?

— А что со мной станется? — удивленно спросил я. — Нормально все, просто был вчера занят. Дела рода, они такие.

— Да неужели? — с усмешкой спросил Федот. — Интересные такие дела, которые перетекают в войну.

— Уже знаешь, — констатировал я.

— О твоем вчерашнем участии в закрытии пустоши? Или о штурме производств? — решил уточнить брат.

— О своем участии в закрытии пустоши слышу впервые, — хмыкнул я. — А вот последнее заставляет меня сжимать кулаки в приступе ярости. Случайно не знаешь, кто это такой наглый у нас?

— Знаю. Наглый — это ты. Решил своими действиями нарушить статус-кво и считаешь, что всем это придется по нраву, — посерьезнел Темников.

— Не знаю, о чем ты говоришь, — продолжил я играть в несознанку.

— Так, значит, это не ты вчера способствовал закрытию Сейловичской пустоши? — начал распаляться Федот.

— А ты чего такой нервный? — тоже повысил голос я. — К чему эти вопросы? Кому вообще какая разница, чем я вчера занимался? Это лишь мое дело!

— Да всем плевать, что ты делаешь, если это не задевает интересы других боярских родов! — еще больше разозлился Темников. — Разве ты не понимаешь, что так дела не делаются⁈

— Не буду тебя спрашивать, чем так плоха идея закрытия инфернальной пустоши сама по себе, — успокоившись, произнес я. — Меня больше интересует, с чего ты решил, что я к этому могу быть причастен? Согласно брифингу Изяслава, в операции принимали участие лишь силовые структуры страны и орден инквизиторов Церкви Спасителя. Ни одного боярского рода названо не было. Так с чего обвинения-то?

— Потому что, Иван, — тоже взял себя в руки Федот, — вокруг тебя живут не идиоты. Люди умеют думать и анализировать происходящее. И почему-то они все уверены, что в закрытии пустоши без Морозова не обошлось. Хотя ты прав, никаких доказательств твоей причастности нет.

— В таком случае, о чем тут можно разговаривать? — с недоумением спросил я. — Доказательств нет, а ты так разговариваешь с братом.

— Вот именно! С младшим братом, который не понимает, что его поступки отображаются не только на Морозовых, но и на Темниковых! — воскликнул Федот и, выдержав небольшую паузу, продолжил: — Со мной связались представители некоторых влиятельных боярских родов страны и выразили недоумение относительно возможного нахождения моего младшего брата в Сейловичской пустоши. А ведь со многими из них у нас взаимовыгодные союзы и партнерские отношения.

— Странные у них претензии, — покачал головой я. — Почему они не обратились ко мне?

— Пытались, — ответил Федот. — Секретарь еще не передала тебе список звонивших? Я и сам тебя несколько раз набирал.

— Как будто они сами всегда на связи, — фыркнул я. — Может, у меня выходной.

— Не в тот день, когда происходят исторические события в масштабах не только империи, но и всей планеты, — заметил Темников.

— Допустим, — согласился я. — Только я все равно не до конца понимаю суть их претензий. Даже если бы мне каким-то образом пришлось участвовать в закрытии пустоши, то что бы это поменяло? Как вообще поступать в данной ситуации?

— Ты мог бы намекнуть на происходящее некоторым заинтересованным, — предложил Федот. — Или, может, забыл, сколько денег нам приносит продажа инфернальных ингредиентов? По которой вы с императором вчера ударили.

Я рассмеялся:

— Как ты себе это представляешь? С Федей, Петей и Колей поделюсь информацией, а с остальными нет? Тогда, как мне кажется, проблем было бы еще больше. Или, что еще вероятнее, тайная операция превратилась бы в балаган. Ведь что знают двое — то знают все. Уверен, у рода Темниковых есть несколько старых и проверенных партнеров, которым ты бы поспешил открыть глаза на происходящее. В интересах дальнейшего сотрудничества, в оплату услуги или еще по какой-то причине. Думается, ты бы рассказал все главе рода твоей жены. У них, я уверен, тоже нашлась бы парочка доверенных людей. А у тех еще несколько. И через некоторое время о закрытии знал бы весь высший свет. Включая и тех предателей, которые продались демонопоклонникам. И что бы нас тогда там ждало? Засада? Тысячи демонов? Смерть? Ты ведь догадываешься, как было важно нанести первый успешный удар! Сколько раз человечество уже пыталось закрыть пустошь? Десять? А может, сто⁈ Сколько из этих планов провалились из-за предательств?

— То есть ты все же признаешь, что участвовал в операции Изяслава? — уточнил брат.

— Нет. Я сказал, что было бы, если бы участники вчерашней бойни не следили за языками, — ответил я. — Что даже если я и принимал бы во всем это участие, то молчал бы как рыба. Слишком большие риски.

— А настроить против себя боярские роды — это, значит, не риски? — вновь стал заводиться Федот. — Уверен?

— Да чем я их настроил? — тем же тоном ответил я. — О моем участии где-то сообщалось? Нет! Доказательства есть? Нет! Какие вопросы⁈ Они себе что-то нафантазировали, а я оправдываться должен? Да я с тобой сейчас говорю лишь потому, что ты мой брат! Кого другого уже бы послал.

— Кому нужны твои доказательства⁈ — воскликнул Федот. — Ты знаешь еще одного человека, которому удалось бы закрыть пустошь? Нет. Других таких нет. Так что здесь все очевидно.

— Ни один человек, участвовавший во вчерашней операции, не скажет, что там присутствовал князь Морозов, — продолжал настаивать я.

— Да всем плевать на доказательства! Мы не в суде! — возмутился Федот. — Это я тебе и пытаюсь втолковать! И судя по тому, как за тебя взялись неизвестные, такие мысли не только у меня. Так что перестань косить под идиота, держи в тонусе службу безопасности и продумывай каждый свой ход. Иначе проделки демонолюбов в республике покажутся тебе милыми детскими шалостями. Ты — угроза привычному укладу жизни многих поколений бояр! Человек, который хочет вырвать кусок пирога из их рта! Так что только за одно это от тебя могут избавиться.

— Так ты позвонил, чтобы предупредить меня об опасности? — ехидно усмехнулся я. Федот знатно меня разозлил.

— Показать степень твоего заблуждения, — отозвался Темников. — И предупредить. Беседовавшие со мной люди были настроены к тебе крайне агрессивно.

— Пусть задают вопросы Изяславу и Добромыслу, которые руководили операцией, а не лезут ко мне, — сказал я. — Будет интересно понаблюдать.

— Зададут, будь уверен, — серьезно ответил брат.

— В таком случае, спасибо за предупреждение. Буду начеку, — поблагодарил я Федота.

— Смотри по сторонам и чуть что звони. Если все станет совсем плохо, то я попробую помочь, — добавил Темников и положил трубку.

От разговора с братом осталось неприятное послевкусие. Однако он как в воду глядел. Не проходило и пяти минут, чтобы кто-то из партнеров, клиентов и знакомых не звонил мне обсудить ситуацию и предупредить о зреющем недовольстве. Помимо этого, продолжались осторожные нападки на мою собственность, расположенную на всей территории страны.

Полагал ли я, что уровень противодействия будет столь высок? Нет.

Мне казалось, что закрытие пустоши, особенно после резни в республике, воодушевит людей и успокоит их. Что подобные меры поддержат и власть имущие. Я ошибся. Люди порой бывают намного жестче и безжалостней, чем самые кровожадные демоны. И теперь мне предстояло подумать, что со всем этим делать.

Ведь кое в чем Федот оказался прав. Доказательства им не нужны…

Поэтому на подлые и кровавые нападения я решил ответить аналогично, чтобы в сжатые сроки привести в чувство глав некоторых переоценивших себя родов. Учебные центры трех выявленных нами отрядов наемников перестали существовать, а оперативники вместе с аналитиками и с применением всех возможных средств выявляли заказчиков. Результатов пока что не было, но я надеялся, что человеческий фактор проявит себя во всей красе и подарит нам зацепку.

Правильно ли я сделал, решив ответить максимально жестко? Думаю, да. Во-первых, нападения на производства Морозовых тут же прекратились, что сохранило жизни верных мне бойцов и работников. Наемники получили мое своеобразное сообщение и решили не принимать опасные заказы. Во-вторых, начавшаяся против меня очередная информационная война забуксовала: количество негативных статей резко сократилось за несколько часов, да и желающих написать обо мне гадости уменьшилось. В-третьих, воспользовавшись затишьем, я сам перешел в наступление, тратя ресурсы на поиски недоброжелателей. Однако, к сожалению, в данном направлении просветов пока не было.

Слишком мало времени прошло…

Глава 11

Заседание «золотой» боярской думы, на которое я был приглашен, проводилось в значительно расширившемся составе. Вопрос на обсуждение выносился весьма серьезный, затрагивающий всех представителей местной аристократии. Однако, что еще важнее, помимо сильных влиятельных княжеских родов в империи существовали такие «серебряные» и «бронзовые» семьи, которые могли поспорить с ними силой, влиянием и деньгами. Вот они и выразили желание участвовать в заседании.

Окинув взглядом внушительных размеров холл здания боярского собрания, я отметил, что отношение ко мне со стороны глав родов не столь однозначное, как мы предполагали. Недовольных, подозрительных и негодующих взглядов было даже меньше трети. Остальные выражали широкую гамму эмоций, от одобрения до равнодушия.

«Вот тебе, Иван, прививка от гордыни, — сказал я себе. — Считал, что мир крутится вокруг тебя и закрытия пустоши. Что продажные бояре, рубящие бабло на инфернальных дарах, будут резко против твоего участия в ликвидации проклятых земель. А оно вон как. Большинству ты просто неинтересен, а ведь с точно зрения отбивающегося от многочисленных нападок князя казалось, что это не так».

Два дня, прошедшие с нападения на предприятия рода Морозовых, пронеслись еще более напряженно, чем завершившаяся накануне имперская операция в Сейловичской пустоши. Помимо вопросов повышения уровня защиты многочисленной и географически отдаленной друг от друга собственности, идентификации нападавших бойцов и поиска их заказчиков, я постоянно общался по телефону с кем-то из партнеров, клиентов и родственников. После Федота мне позвонили буквально все Темниковы, отец Марго и часть ее республиканской семьи. Кроме того, мне все же пришлось вмешаться в работу Потанина, занимающегося получением, а точнее, выбиванием заслуженной и ранее обговоренной награды от императора и патриарха, работники канцелярий которых то и дело пытались подсунуть нам какое-то фуфло. Радует, что спорных моментов было не так чтобы и много, ну или все остальные шероховатости сгладил Роман.

Помимо этого я, можно сказать, одним глазом участвовал и в информационной войне, принимая доклады от аналитиков по действиям врагов и контролируя наши ответы.

Успел уделить немного времени и поиску деда Тараса и Марыси, которые незаметно для моих наблюдателей покинули Моршанск, как-то узнали, где я буду, и отправились в Сейловичскую пустошь. В то, что старики-разбойники сгинули, я не верил. Слишком уж много невероятных и удивительных вещей они совершают и всегда выходят сухими из воды.

И это все на фоне кратких медитаций и восстановления, которое продвигалось семимильными шагами. Лишь изменение цвета льда в некоторых местах значительно расширившейся глыбы намекало на продолжение усвоения и преобразования части чужой энергетики. Что, впрочем, совершенно не мешало мне использовать свои магические способности в полной мере.

Кстати, о трудностях с моим восстановлением вспомнили и целители церкви. По имеющимся у них данным, процесс преобразования огромного количества маны от столь большого числа магов должен был крайне негативно сказаться как на ядре, так и на каналах. Поэтому их знатно удивил не только мой цветущий вид, но и использование заклинаний.

Затем этим же самым озаботился и полномочный представитель императора, на плечи которого переложили всю операцию по закрытию пустошей и который был еще более загружен различными делами, чем я.

Узнав по линии взаимодействия с церковниками о состоянии моего здоровья, он велел своим доверенным специалистам провести дополнительную проверку, а затем выделил немного времени для разговора по зашифрованному каналу.

Не знаю, что было тому причиной. Нелюбовь к демонам, привитая Феофаном? Или, может, подлые нападения на мои производства представителями боярских родов? Но на вопрос, целесообразно ли так скоро проводить вторую операцию, я ответил положительно и заверил Юзефа Валериановича, что удары по моей собственности меня не испугают и не заставят отступить.

Моя решимость пришлась полномочному представителю по нраву, поэтому он тут же сообщил дату следующей операции, указал название малой пустоши, подлежащей закрытию, а также коротко поведал о том, что будет происходить во время собрания бояр. Уже прощаясь, он намекнул, что доволен нашей совместной работой, а значит, считает себя вправе преподнести мне небольшой подарок, который в скором времени прибудет вместе с императорским фельдъегерем.

Послание Юзефа Валериановича мне понравилось, ведь в папке были весьма ценные два листа, которые позволяли отследить связь между разгромленными отрядами наемников и несколькими боярскими родами.

Пока подчиненные перепроверяли информацию, мы с Синичкиным пытались найти точки соприкосновения или конфликты интересов с напавшими на мою собственность родами и ничего не нашли. Нечего нам было делить. Сферы интересов разные. Тем удивительнее была их тихая вендетта.

В итоге Синичкин оказался прав в своих догадках. Влиятельные семьи просчитали мое участие в операции Изяслава и решили подрезать крылья и так высоко взлетевшему мальчишке, а то, не дай Спаситель, усилится еще больше. Благо достаточно кровавый ответ, а также охрана Морозовых с государственной поддержкой несколько поумерили их пыл. Их, но не мой.

Именно поэтому уже на следующий день я вызвал из республики Марию Феофановну с дочерями, а затем, обложившись докладными записками и другой информацией, заперся в кабинете вместе с советниками. За несколько часов напряженной работы мы выработали ответные действия. Ничего, к сожалению, грандиозного. Ни масштабных боевых столкновений, ни войны на истощение я не планировал. Слишком сильны оказались недоброжелатели. Серьезный конфликт может привести к потере части ресурсов и ослабит всех его участников, однако я все же оставил за собой право на жесткий ответ, который заставит их задуматься.

Так, несколько рестораций рода Сталевых, тех самых, которым принадлежал «Золотой талер», ожидали неприятности в виде внезапных пожаров. Торговые центры Наводинских будут преследовать похожие проблемы, а наследнику Смятиных, любящему развлекаться с простолюдинками, подошлют клофелинщиц и обеспечат несколько дней беспамятства. Хотя если честно, то было у меня желание пригласить кого-нибудь из них на дуэльную арену и хорошенько проучить, особенно Наводинского. Судя по докладам жандармов, этот молодой, на несколько лет старше меня, мужчина очень болезненно воспринимает все мои успехи и в последнее время стал не стесняясь костерить князя Морозова в некоторых светских компаниях.

От размышлений меня отвлекла сначала парочка бояр, затем отец Годимира со знакомыми по Моршанску главами родов и, наконец, старший брат.

— Привет. Вижу, ты взял ситуацию под контроль, — произнес Федот, когда мы остались наедине. — Или мои источники врут?

— И тебе не хворать, — согласился я, пожимая протянутую руку, и достаточно громко ответил: — С проблемами справился. С наглыми наемниками разобрался и жду доклада по заказчикам.

— Хочешь эскалации? Может, лучше на данном этапе оставить все как есть? Удачные поиски завершатся войной, а она принесет с собой кровь, разрушение и потери. Не мне тебе об этом рассказывать, — поняв мою игру, так же громко произнес Федот. — Думаю, ты уже продемонстрировал серьезность своих намерений, что, поверь мне, впечатлило многих.

— Нет. Я намерен найти всех причастных и заставить их отвечать за свои поступки. — Я добавил в голос немного злости. — Так дела не делаются! Если каждый встречный будет бить в спину, как крыса или шакал, без элементарного объявления войны, то страна скатится в хаос.

Мои слова в целом пришлись по вкусу находящимся поблизости мужчинам. И понятно почему. Никому не хочется лишаться собственности, особенно той, которая приносит прибыль, из-за чей-то непонятной придури.

Правда, среди присутствующих были и те, кого возмутили слова о крысах и шакалах. По случайному совпадению ими были те же люди, которые с недовольством смотрели на меня чуть ранее.

— Есть правда в твоих словах, — с хитрой ухмылкой заявил Федот. — Кстати, давно хотел спросить: а чем ты свою дружину кормишь, что они у тебя такие монстры? Не мясом демонов, я надеюсь?

— Почему такие вопросы? — удивился я.

— Да просто видел вчера специальный репортаж, снятый в пункте постоянной дислокации отряда наемников «Могильник». Кроваво получилось. А ведь одновременно с ними были атакованы еще три не самых слабых отряда. Вот и спрашиваю. Из любопытства, так сказать.

— Мои люди потеряли своих боевых товарищей, с которыми проливали кровь, из-за внезапного и подлого удара. Поэтому действовали решительно и без лишних сантиментов. А что касается высокого уровня их подготовки, то он объясняется частыми и постоянными командировками в ту или иную пустошь. Уровень сознательности на тренировках тут же возрастет, как и опыт и слаженность подразделений.

— Я тебя понял, — кивнул брат и, подойдя ближе, похлопал меня по плечу. — К сожалению или к радости, но данная методика очень скоро себя изживет из-за исчезновения пустошей. Ладно, пойду смочу чем-нибудь горло, пока нас не пригласили к началу.

Одновременно с движением Федота я почувствовал, как нечто опускается мне в карман.

Неужели безопасники Темниковых сумели накопать что-то интересное?

Выждав, когда брат скроется из виду, я направился в туалет, где у меня будет возможность без лишних глаз изучить переданное сообщение.

«Так, информация о заказчиках нападения. Интересно, откуда они узнали о роли Смятиных и Наводинских? Есть свои шпионы в родах? — подумал я, читая информацию от брата. — Ага, а вот и предупреждение. Наводинский хочет вызвать меня на дуэль и публично унизить? Он так силен? Архимаг. Хм. А я официально лишь профессор, да еще и бросивший высшую школу магии. Возможно, он рассчитывает именно на это?»

Задумавшись над тем, известно Федоту о роде Сталевых или он сознательно утаил от меня данную информацию, я вышел в холл и был перехвачен молодой симпатичной девушкой, которая вызвалась провести меня к месту.

Рабочее место главы рода представляло собой широкий белый стол со встроенным в него планшетом для голосования и микрофоном, а также стоящее рядом мягкое кожаное кресло. На столешнице обнаружился небольшой поднос со стеклянным стаканом, бутылкой питьевой воды и салфетницей.

Занимая предложенное место, я поймал взгляд расположившегося неподалеку старшего брата и прикрыл глаза, показывая, что изучил переданную им информацию и задумался.

Это хорошо, что сведения, полученные из разных источников, совпадают. Смущает лишь уверенность Федота, что Наводинский прямо-таки жаждет вызвать меня на дуэль. Или хочет, чтобы я его вызвал? Чтобы иметь возможность выбрать оружие? Хм. Почему бы и нет? В таком случае, провокации не избежать.

Посмотрев по сторонам, я без труда обнаружил двух искомых глав родов. Смятин и Наводинский оказались неподалеку друг от друга. Они вольготно устроились в креслах и лениво перебрасывались словами, однако почувствовали мой взгляд и исходящую опасность, резко замолчали и повернули головы. Убедившись, что они меня заметили, я, нацепив улыбку, кивнул.

Сохранившие лицо князья кивнули в ответ. Они явно догадались, что секрет раскрыт, но даже и не подумали смутиться. Напротив, в их глазах появился вызов и готовность к нагнетанию обстановки.

«Да, Иван, это тебе не „бронзовые“ и „серебряные“ роды к порядку приводить, тут придется посложнее. Личной силы, ресурсов и влияния у данных господ хватает, поэтому они могут позволить себе не опасаться молодого князя», — пронеслось в голове.

Заседание началось сразу по прибытии Изяслава, при появлении которого главы родов поспешили встать. После того как все поднялись, заиграл государственный гимн.

— Прошу, присаживайтесь, — сухо произнес Изяслав, когда формальности были соблюдены, и подал пример, занимая место во главе длинного стола на пять персон, разместившегося на краю внушительной сцены. С другого ее фланга стояла белоснежная трибуна с микрофоном для выступающего.

Пристально оглядев присутствующих, Изяслав не спеша объявил цель заседания, которая тут же появилась на огромном белом экране, а затем поднял вопрос о целесообразности дальнейшего нахождения на территории империи других проклятых земель и предложил проголосовать за выбранную повестку.

Присутствующие оживились. По амфитеатру пробежал тихий гул голосов, и мне даже показалось, что некоторые главы родов решили, что у них появился шанс склонить чашу весов в свою сторону и отстоять сохранение пустошей.

«Наивные, — подумал я, наблюдая за появлением на экране планшета трех кнопок „За“, „Против“, „Воздержался“, и нажал первую из них. — Вопрос сформулирован так, чтобы создать иллюзию выбора, не позволяя особо упертым артачиться с первых же минут собрания. Для Изяслава уничтожение пустошей — принципиальный момент. И глуп тот, кто этого не осознает».

После окончания голосования император пригласил за свой стол нескольких помощников, которыми стали полномочный представитель в области обороны, глава вооруженных сил, а также, к удивлению многих, патриарх Добромысл.

Этот выбор достаточно сказал людям, сведущим в местных интригах, и заставил напрячься. Очень уж редко нынешний император и глава Церкви Спасителя действовали сообща.

Первым к трибуне вышел Юзеф Валерианович. Полномочный представитель, достаточно продолжительное время служивший главой департамента жандармерии, отлично знал о брожениях в боярских родах и вызывал у них определенную опаску своим рвением, поэтому отнеслись к его появлению все достаточно серьезно.

«Еще один шаг Изяслава, направленный на продавливание своей повестки, попытка осадить влиятельных бояр и напомнить им, кто в стране власть», — подумал я, а тем временем Юзеф Валерианович, спросив разрешения у императора, взялся за дело.

Поднаторевший в различных докладах чиновник, который к тому же стоял у истоков операции «Имперская решимость», с ходу взял быка за рога.

Он напомнил присутствующим об опасности, которую демоны несут миру ежедневно и ежечасно, атакуя населенные пункты страны с помощью трещин в пространстве, а также сбиваясь в пустошах в огромные стаи и пытаясь прорвать зону охраны приграничных городов. Одновременно с этим в нужных местах помощник полпреда демонстрировал на экране ужасные кадры убийств, устроенных демонами, а также резни в городке Лань, произошедшей во время проведения нашей операции.

— Если бы не превентивные меры против прорывов во время закрытия пустоши и не всеобъемлющая подготовка со стороны государства, то, возможно, город вместе со всеми его жителями был бы уничтожен, — веско заметил Юзеф Валерианович и, осмотрев амфитеатр жестким взглядом, продолжил: — Это говорит о том, что демоны приспосабливаются, меняют тактику и учатся сражаться с нами.

Не дождавшись возражений, он продолжил нагнетать обстановку. Только теперь внимание уделялось ордену демонопоклонников, который за несколько сотен лет превратился в угрозу всему миру. В списке их прегрешений было покушение на Витовта и других молодых бояр, обучавшихся в кадетском училище, пропажа граждан страны из разных социальных слоев, провокация приграничного конфликта и использование его для переправки жертв в имперские пустоши, ну и на десерт — попытки создания новой пустоши, одна из которых завершилась успехом и была отмечена самой масштабной резней в истории мира.

Кадры площади небольшого республиканского города, в несколько слоев заваленной мертвыми телами, подтвердили слова полпреда, а дальнейшие слайды, на которых был отображен вероятный сценарий действий демонов, подводил глав родов к выводу о неминуемом конце света. Ведь обратив район республики в пустошь, демонолюбы планировали расширить ее жертвоприношением до территории страны, а затем захватить весь мир.

Во время этой части его речи на моей спине сконцентрировалось некоторое количество взглядов, а Юзеф Валерианович закончил нагнетать мрак и коротко рассказал о том, как император, патриарх и государственные чины пришли к идее закрытия пустоши и почему сделали все именно так.

В принципе говорил он все то, что я недавно рассказывал Федоту о необходимости соблюдения режима секретности и прочих нюансах. Правда, полпред, в отличие от меня, обошел скользкий момент, касающийся боярских родов, которые бы выступили против данной инициативы и начали вставлять палки в колеса.

— Принимая во внимание опыт предыдущих поколений и не желая подставлять под удар цвет нации, — завершил он свою часть доклада, — было принято решение о выполнении операции ресурсами государства. Как вы все уже знаете, задуманное нам удалось, информация о том, как закрывать проклятые земли, передана другим государствам, и теперь перед империей стоит вопрос — а что делать дальше?

Пока Юзеф Валерианович занимал свое место за столом, в амфитеатре вновь поднялся легкий шум — аристократы перекидывались короткими фразами, обсуждая подобную постановку вопроса.

Затем место на трибуне занял министр обороны.

Он коротко рассказал о фазах проведения операции, привлекаемых силах и средствах. В конце добавил, что все участники похода в Сейловичскую пустошь, в том числе и со стороны церкви, сейчас находятся в полевом лагере и отрабатывают навыки для участия в следующем этапе операции. Так что вооруженные силы в этот сложный период будут рады видеть в своих рядах добровольцев из числа боярских дружин. И необходимо это в интересах обеспечения большей безопасности, так как демонам уже известно о наших намерениях, и они быстро среагируют, когда воины и маги будут закрывать очередную пустошь.

По залу пронеслась очередная волна не очень довольных этими заявлениями голосов.

И я понимал почему. Ведь в начале собрания стоял вопрос о дальнейшей судьбе пустошей, а теперь, оказывается, глава военного ведомства, не дожидаясь окончания мероприятия, занимается агитацией, словно все уже давно решено. И даже особо не возразишь теперь, так как Изяслав в своем желании изолировать бояр от первой операции сознательно подложил им свинью.

В телевизионных программах, в том числе новостных, в газетах и в информационной сети все это время искусственно разжигалось недовольство боярскими родами, получившими свой статус в обмен на защиту определенных территорий от демонов и почему-то не принимавшими участия в закрытии пустоши, в то время как выходцы из простых семей и государственные служащие самоотверженно рисковали своими жизнями. Кроме того, градус напряжения повысил и тот факт, что боярские дружины, которые по плану должны были прикрывать жилые кварталы города Лань, после проверки постов комендантом разошлись по домам, что в итоге привело к большому количеству смертей среди гражданского населения.

Поэтому хотели того местные аристократы или нет, но если император объявит священный поход, то они будут вынуждены присоединиться. Иначе еще большей потери репутации не избежать.

После министра обороны слово взял и патриарх Добромысл, напомнивший присутствующим о священном долге перед господом и людьми, о том, какими жестокими и беспощадными врагами могут быть демоны, а затем также призвал вступать добровольцами в ряды вооруженных сил и наконец уничтожить инфернальную погань.

На этом первая и наиболее содержательная часть заседания завершилась. Изяслав дал возможность боярам высказаться по поводу того, нужно ли сохранить остальные пустоши.

Следующая пара часов была занята болтологией. Некоторые бояре, преследуя низменные цели, не стеснялись ни императора, ни патриарха и довольно жестко отстаивали свою позицию. И первым делом они выразили сомнение в прямой зависимости деятельности демонолюбов от числа пустошей, а ведь именно от демонолюбов исходит главная угроза. Затем, когда смутить подобным Юзефа Валериановича, взявшего на себя роль ответчика, не удалось, перешли к вопросам, напрямую касающимся его сферы деятельности, обороны страны. Приводили в пример Когнийскую республику и Танзинийское королевство, государства, значительно ослабленные отсутствием проклятых земель и невозможностью получить доступ к их ингредиентам, а значит, и к эффективным зельям. Указывали на высокую боеготовность вооруженных сил империи, которая непременно снизится в случае отсутствия такого опасного противника, как демоны. Затем, когда и это не сработало, перешли на экономические проблемы. Уверили в снижении валового внутреннего продукта, что непременно произойдет в связи с исчезновением ингредиентов и завязанных на них отраслей экономики. Спрогнозировали высокий уровень безработицы, ожидаемый среди свободных охотников, многие из которых — головорезы с оружием, умеющие его применять. Лишившись возможности заработать привычным способом, они могут пойти по кривой дорожке, что в итоге негативно повлияет на уровень преступности в стране.

Юзеф Валерианович держался достойно. Было видно, что он готов и собран. Все аргументы оппонентов он разбивал, приводил в пример несколько вариантов решения той или иной проблемы, даже пообещал с разрешения императора подготовить программу поддержки боярских родов, благосостояние которых было построено на освоении даров пустоши.

Последнее заявление несколько снизило накал страстей, а я тем временем ощутил легкую тревогу. Что-то вокруг было неправильно… Что-то не так…

Я машинально вдохнул поглубже, прикрыл глаза и увеличил чувствительность до максимума.

Так, где-то здесь… где-то рядом… И я наконец понял, что меня беспокоит.

От кого-то из присутствующих едва заметно, на грани чувствительности, тянуло силой пустоши. И этот кто-то изредка бросал на меня неприязненные взгляды.

Пока я пытался определить, с какой стороны находится этот недоброжелатель и кто это вообще может быть, полномочному представителю задали очень интересный и волнующий многих вопрос, и сделал это глава рода Сталевых.

— Юзеф Валерианович, скажите, а есть ли гарантия того, что нам удастся закрыть все пустоши? Поясню. По имеющейся у меня информации, непосредственно на алтарь воздействовала группа из трех магов. Это я, конечно, не учитываю тех, кто просто делился магической энергией. — Переждав смешки, мужчина продолжил: — Что будем делать в случае гибели этих важных людей при проведении последующих операций? Или при их магической или иной травме? Возможно, мы сейчас обсуждаем серьезные планы, влияющие на судьбу страны, которые могут сорваться по трагической случайности.

— Поспешу вас успокоить, — вместо полпреда ответил патриарх. — Вариантов действий по закрытию пустоши у нас много. Потеряем кого-то из данной тройки — найдем ему замену. Магам не будет хватать сил — значит, изменим сам ритуал и увеличим количество участников.

Добромысл осмотрел зал холодным взглядом и твердо закончил:

— Будьте уверены, мы сумеем провести ритуал даже в случае гибели всех участников предыдущей операции.

— Благодарю, — с вежливой улыбкой ответил Сталев, делая вид, что его удовлетворили слова старика. — Именно это я и надеялся услышать.

К сожалению, в этот момент ощущение чужого взгляда пропало, и я потерял неизвестного противника.

«Интересно, демонолюб пришел сюда по мою душу? Или, может, по душу кого-то другого?» — подумал я, поднимаясь со своего места, а затем, перехватив у входа в амфитеатр одного из охранников, тихо сказал:

— Передай Голикову сообщение от князя Морозова. Код красный. Понял?

— Да, ваша светлость, — кивнул охранник и бросил в рацию: — Павлович! Смени меня! Срочно!

Удостоверившись, что информация будет передана главному телохранителю императора, я со спокойной душой облегчился в одном известном помещении, а затем, помыв руки, направился к стоящему в небольшой компании знакомых брату.

Вот только когда до них, уже заметивших мое приближение, оставалась пара метров, путь мне поспешили перегородить Смятин и Наводинский.

— Куда же вы сбежали, князь? — спросил первый. — Судя по бросаемым на нас взглядам и хамским улыбкам, вы хотели что-то нам сказать? Или я что-то перепутал?

«Они что, хотят нарваться на неприятности? Или думают, что перед двумя сильными противниками я спасую? — заинтересовался я. — А может, пытаются таким образом спровоцировать меня на дуэль? Чтобы убрать основное звено, участвующее в закрытии пустоши? Хм. Вполне может быть. В эту версию славно укладывается вопрос Сталева, адресованный Юзефу. Складывалось стойкое ощущение, что он владеет информацией о множественных магических травмах одаренного, который проводит через свое тело уйму энергии».

— Все что я хотел вам сказать, напечатано на страницах газеты «Имперский вестник». Абзац про крыс, скрывающихся под ликом уважаемых бояр и бьющих в спину.

— Это что, оскорбление? — с притворным изумлением спросил более старший и опытный Смятин. — Возможно, вы, Иван Егорович, ошиблись в формулировках?

— Афанасий Степанович, — усмехнулся я, — разве я похож на человека, который может позволить себе подобные неточности? Я сказал именно то, что думаю.

— Бедный, бедный род Морозовых, — притворно покачал головой Наводинский. — Его глава из-за многочисленных успехов на различных поприщах повредился умом и теперь не следит за своими словами. Путает тех, кому можно сказать лишнее, и кого стоит обходить по дуге.

— Судя по тому, как вы бросились мне наперерез, избежать неприятного общения с предателями в то время, когда противник пытается уничтожить человечество, мне бы не удалось, даже если бы я захотел, — покачал головой я.

— Сколько же пафоса, — скривился Наводинский. — Ни дня без спасения мира? Я, признаться, весьма удивлен, что докладчики не назвали род Морозовых среди тех, кто участвовал в операции. Зная вашу жажду славы, вы обязаны были находиться там и лично проводить ритуал.

— Вам не дает покоя моя слава? — посмотрел я ему в глаза. — Так, может, необходимо озаботиться своей?

— С чего вы вообще решили, что мы имеем отношение к нападению на… — начал говорить Смятин, но я жестом остановил его.

— Не стоит оскорблять присутствующих прямым враньем, — покачал головой я. — У меня есть исчерпывающие доказательства вашего участия в штурме моих предприятий. Пока что, князь, вас спасает то, что бойцы, напавшие на калинковичский завод, оказались менее успешными, чем их коллеги, работавшие по Мозырю. Поэтому можете поблагодарить их за низкую эффективность, а я пока хочу уделить внимание вашему более молодому товарищу, который является виновником гибели моих людей. Что скажете в свое оправдание, князь?

— Если у вас есть какие-то претензии, то можете смело вызывать меня на дуэль, — усмехнулся Наводинский. — Ах да! Вы же всего лишь в ранге профессора, в то время как я являюсь архимагом. Вероятно, инстинкт самосохранения в вас силен.

Стоящий позади мужчин Темников посмотрел на меня и покачал головой.

— Действительно, — согласился с Наводинским я и, не обращая внимания на Федота, добавил: — Князь, вы, словно подлец и трус, без объявления войны и какой-либо значимой причины напали на род Морозовых. Вы поступили недостойно своего титула, поэтому я вызываю вас на дуэль.

— В таком случае, — позволил себе довольную ухмылку молодой мужчина, — я выбираю магический бой потомственных одаренных. Без стимуляторов, артефактов и защитных амулетов. Посмотрим, на что вы способны без зелий на основе пыльцы нуркулсана.

— Сейчас? — уточнил я.

— Завтра, — ответил Смятин и обратился к моему будущему противнику: — Борис Сергеевич, позвольте быть вашим секундантом и лично насладиться тем, как возгордившийся мальчишка будет молить вас о пощаде.

— Всенепременно, Афанасий Степанович, — сказал Наводинский и, не сдержав эмоций, хищно усмехнулся, позволив мне на короткое мгновение почувствовать скрытые и едва заметные эманации пустоши. — Надеюсь, князь Морозов в состоянии найти секунданта?

— Им буду я, господа, — уверенно произнес Федот, который еще некоторое время назад делал мне страшные глаза. — Если Иван Егорович не против.

— Не против, — кивнул я.

— В таком случае, обсудим детали после собрания, — сказал Смятин Федоту, и князья удалились, довольные собой.

Брат сформировал вокруг нас «купол тишины» и спросил:

— Ну вот зачем? Я же писал, что он попытается спровоцировать тебя на дуэль, а ты все равно повелся. Если ему известно, что ты участвовал в ритуале, то он знает и о том, что до восстановления тебе очень далеко. Такая нагрузка не может пройти бесследно. Я вообще удивлен, что ты тут довольно бодро стоишь и огрызаешься на всех!

— Чему быть, того не миновать, — похлопал я брата по плечу и развеял его заклинание. — Договаривайся о дуэли, а я постараюсь набраться сил.

Последние слова я сказал намеренно на публику, в надежде, что они дойдут до Наводинского и он расслабится перед завтрашней дуэлью.

К сожалению, после окончания заседания меня ожидал не самый приятный разговор с императором, которому доложили о произошедшем.

— Иван, ты что, ненормальный⁈ — вспыхнул он, как только я вошел в защищенное помещение. — На кой демон ты устраиваешь все эти бесполезные дуэли, когда на кону стоит судьба человечества⁈

— Вынужден согласиться с вашим величеством, — раздался не менее разраженный голос патриарха. — Иван Егорович, это очень безответственно!

— А нападения на мой род? Провокации на дуэль? Это не безответственно? Или вы считаете, что это не заговор элит с целью уничтожить главное звено в закрытии пустоши, сохранив видимость приличий? Не вызови я его сейчас, выслушал бы вагон оскорблений и все равно в итоге был бы вынужден драться.

— Это звучит логично, — признал патриарх. — Однако я только что имел беседу с князем Наводинским, и он дал обещание сохранить вам жизнь, если победа будет за ним.

— Сомневаюсь, — покачал головой я, — ведь именно от него исходило ощущение пустоши, которое я почувствовал ранее.

— Исключено, — покачал головой патриарх. — Мои люди, используя сложные ритуалы, обследовали всех глав «золотых» родов. Наводинский был чист.

— Был! — выделил я интонацией это слово и добавил: — Лучше бы вы нашли шпионов, которые доложили Сталеву о численности участников ритуала, моем участии в операции и о травмах, которые получает маг при преобразовании большого количества энергии.

Глава 12

Вертолет главы рода Наводинских приземлился на территории семейной резиденции, расположенной неподалеку от Мариграда. Выйдя из салона, князь в сопровождении телохранителя дошел до главного здания, где его уже встречали доверенные слуги и старший маг рода.

— Как обстановка? — спросил он у одаренного.

— Все готово, — тщательно скрывая неодобрение, кивнул пожилой мужчина, назначенный на столь высокую должность еще покойным отцом нынешнего главы. — Лишние люди отосланы, охрана объекта усилена, все необходимые… — на этом слове мужчина поперхнулся, — ингредиенты подготовлены.

— Отлично, — удовлетворенно усмехнулся Борис Сергеевич, и их троица двинулась в обширные подвальные помещения, где в том числе находился экранированный магический полигон старшей ветви рода, предназначенный для отработки энергоемких заклинаний.

Дожидающаяся у входа на лестницу охрана при появлении князя поспешила открыть железные двери, и уже через несколько минут он вошел в хорошо знакомое ему огромное помещение с высокими потолками, в котором еще недавно он проводил почти все свободные часы.

Многое изменилось. Первым делом в глаза бросалось отсутствие большого количества разномастных самовосстанавливающихся мишеней, которые были вынесены в подсобные помещения. Затем взгляд цеплялся за центральную точку полигона, где появился кусок светящегося оплавленного стекла высотой в полметра, вокруг которого была кровью начертана сложная многосоставная пентаграмма. Центральный элемент изредка испускал яркое сияние, оно, словно волна, проходило по рисунку, на краткий миг насыщая его небольшим количеством энергии сначала в одних местах, затем в других.

Борис Сергеевич всматривался в танец огней и невольно вспоминал о том, как оказался перед одним из важнейших выборов в своей жизни…

А все из-за странного незнакомца, который около месяца назад обратился к главе «золотого» рода с деловым предложением.

Конечно же у князя Наводинского нет времени на общение с разным сбродом и выслушивание их идей, для этого у него есть целый отдел общественных связей. Однако мужчина заинтриговал его звонком на неизвестный широкой публике номер телефона и обещанием передать главе рода миллион талеров за всего лишь один личный разговор.

Телохранители князя организовали тайную встречу, однако каково же было его удивление, когда неизвестный оказался уродливым немощным стариком, да еще и калекой с деформированной головой, белесым глазом и культей на месте левой руки. Не так выглядит человек, обладающий подобными средствами, совсем не так.

Еще больше князя удивила причина встречи. Оказывается, калека откуда-то узнал о стойкой нелюбви Наводинского к мальчишке Морозову и предложил объединить силы против него. Добавил, что в обмен на устранение или публичное унижение его врага поможет Наводинскому существенно развить его магию, а в доказательство хороших намерений добровольно передаст князю два «камня боли» и малый инфернальный алтарь, силу которого можно преобразовать в родовую путем различных ритуалов.

Глава рода, услышав такие речи, в первую очередь подумал о провокации или подставе. Слишком уж фантастично и неожиданно было приглашение не пойми от кого. Однако, здраво рассудив, что подобное не придумать ни одному одурманенному зельями сознанию, решил прощупать почву:

— Кто ты такой? Откуда взялся? Где обнаружил мой телефон и нашел столько денег?

— Меня зовут Рем. Я демонопоклонник, как называют нас в империи, — прохрипел старик. — Ваш номер телефона, краткое досье и счет, на котором хранятся деньги, обнаружил на одной из разгромленных силовиками тайных баз. Там же нашел и все остальное.

— Калека, а где доказательства, что тебе известны ритуалы, которые сделают меня сильнее? — получив немного информации, продолжил копать Борис Сергеевич.

— Я готов принести непреложный обет о своих добрых намерениях и провести показательное усиление любого из ваших бойцов или магов. Как успешно развивающихся, так и замерших в своем росте. Сделаю из воина крепкого ветерана. А бакалавру обеспечу ранг магистра или доктора. Хранящиеся в моей голове знания подходят магам и бойцам всех рангов, — прохрипел старик.

— Хм, если у вас такие возможности, то тогда понятно, почему многие люди становятся демонолюбами, — протянул князь, и в ту же секунду мощная струя воды из его руки откинула инвалида на несколько метров назад. — Падаль, мне показалось или ты в своем ответе забыл добавить «ваша светлость»?

— Прошу простить мою наглость, ваша светлость, — отплевавшись от воды, произнес калека и медленно поднялся сначала на колени, а затем и на ноги. — Я был неучтив.

— Именно, — произнес Борис Сергеевич, с презрением глядя на немощного старика. — Почему ты не усилишь себя? Не вылечишь раны? Если обладаешь столькими знаниями?

— Ваша светлость, — учтиво поклонился калека и закашлялся. — Я обычный человек, слабый маг ранга «магистр», которому доверили серьезные знания лишь по причине его никчемности. Изначально я вообще не мог прыгнуть выше начального ранга адепта. Кроме того, для проведения ритуала необходимо большое количество ингредиентов, которые не сможет найти презренный хранитель знаний, да и тратиться на меня никто бы не стал. А когда возможность появилась, то нас едва не разбили и я был лишен всего необходимого.

Наводинский обдумал услышанное, окинул презрительным взглядом скрючившегося в поклоне человека и задал новый вопрос:

— Почему ты решил, что я вообще могу принять предложение, а не сдам тебя имперским властям? Если не забыл, то не так давно твои собратья устроили бойню в республике и чуть не обратили в руины весь мир. Зачем, кстати, вам это вообще нужно? Жить надоело?

— Ваша светлость, демонопоклонники, как нас называют, вовсе не желают поработить мир или передать его инферналам. Наша главная задача — брать блага пустошей и использовать их лишь для своего усиления. А будут это ингредиенты, «камни боли» или усиливающие ритуалы — не важно. Мы возьмем все и благодаря этому будем жить хорошо. Что касается произошедшего в республике, то цель акции была в обеспечении местных магнатов собственной пустошью, за которую они заплатили полновесными талерами. Побочная цель заключалась в проведении ритуалов усиления для членов организации, благо людей для жертвоприношений хватало, — ответил калека.

— То есть Морозов предотвратил не всеобщий конец света, а всего лишь формирование заштатной малой пустоши? — разозлился Наводинский и покачал головой. — Мелкий ублюдок, а ведь его теперь так превозносят!

Вспышка эмоций князя не испугала наконец разогнувшегося калеку, напротив, она заставила его рассмеяться неприятным каркающим смехом.

— Я сказал что-то смешное? — с угрозой спросил опешивший от такой реакции мужчина.

— Просто, ваша светлость, это было действительно смешно, — ответил калека, продолжая хихикать и трясти головой. — Ведь Морозов…

— Что Морозов⁈ — начал терять терпение князь.

— Ведь Морозов ничего и не предотвращал, — ответил калека, незаметно для собеседника играя на его эмоциях.

— Как это? — удивился Борис Сергеевич, даже не обратив внимания на непочтительность собеседника. — Как это не предотвращал? А о чем тогда все говорят?

— Все дело в том, ваша светлость, что этот малолетний выкормыш, как, кстати, и его отец, являлся важным членом нашей организации, — перестав смеяться, ответил калека. — Он не мог предотвратить ни конец света, ни формирование пустоши, ведь сам и помогал ее создавать.

Выдержав паузу, старик продолжил:

— Ваша светлость, а вам никогда не казалось странным, что вечный пьяница и балагур Темников, разбазаривший деньги семьи и взявший в жены проститутку из «бронзового» рода, вдруг молодеет, скидывая несколько лет, усиливает свой магический потенциал и вообще ведет себя совершенно по-иному? Про его младшего сына, думаю, говорить не стоит. Самоинициация, ранг боевира лет так в четырнадцать-пятнадцать, впечатляющие успехи на ниве магического искусства и освоения родовой энергии. Разве такое возможно для этих неудачников?

— Так вот в чем было все дело⁈ — с пониманием в голосе произнес Наводинский. — То-то мы все голову ломали, почему Егор так изменился! А ларчик-то просто открывается.

— Ваша светлость, — хриплым голосом напомнил о себе однорукий, — если ритуалы усиления сделали из слабака Темникова сильного архимага, то вам они принесут настоящее могущество.

— Постой, — остановил его настороженный голос князя. — Но ведь мне точно известно, что патриарх проводил проверку всех глав «золотых» родов. И Темникова в том числе. Ты что, хочешь меня обмануть?

— Ваша светлость, — вновь склонился калека, — есть секретные ритуалы, которые позволяют очистить ауру человека от инфернальной энергии, и, конечно, я ими владею. Если бы не это, то наше общество было бы разбито давным-давно.

— Понятно… — протянул князь, мгновение помечтав, что получил такую же силу, как и неудачник Темников. — Кстати, зачем тебе смерть Морозова?

— Ваша светлость, — поклонился калека. — Это из-за возгордившейся личинки мага я потерял возможность восстановить конечность и оздоровиться. В своей жадности и желании получить новый ранг силы он избавился от отца, других участников ритуала, а затем стал поглощать большое количество энергии в одиночку. Не поделившись ни с кем. В том числе и со мной! — вдруг зло прохрипел однорукий. — С тем, кто долгие годы мечтал восстановить свое и ждал шанса. Но…

Старик выдержал паузу, тяжело вздохнул и продолжил:

— Но эта жадная падаль решила оставить все себе. Ублюдок не подумал, что ноша окажется слишком тяжела и ему не удастся ее вынести. К сожалению, выплеснувшаяся в ходе выброса энергия преобразовалась в лед и, пройдя по всем алтарным точкам, лишила республиканцев оплаченной ими пустоши. Тогда-то не получивший настоящей силы мальчишка решил предстать перед людьми в образе спасителя мира, как он уже не единожды делал до этого.

— Спасение жизни Витовта в предместье Антоновка, — понятливо покачал головой Наводинский. — Грязный обманщик! То-то все удивлялись, как он один выжил в той мясорубке с сотнями демонов!

Выплеснув эмоции, мужчина замолчал, и в голову стали закрадываться крамольные мысли: «Может, попробовать? Проверить на ком-то и посмотреть, что получится? Если уж ничтожества вроде Темникова и Морозова усилились подобным образом, то почему не должен я? Почему все, кроме меня? Да и роду ритуалы этого старого идиота пригодятся. Нельзя упускать такой шанс».

Затем были непреложные клятвы. Кровавый, с принесением жертв, ритуал усиления одного из магов рода, который пробил свой потолок в ранге «бакалавр» и вдруг стал сильным доктором. После одаренного начальному ритуалу усиления подвергся и глава рода Наводинских, пожелавший проверить влияние на свой организм минимального количества инфернальной энергии. Эксперимент завершился удачно, и усиливший себя князь ощутил все открывшиеся перспективы. Он велел калеке осуществлять подготовку к полноценному ритуалу усиления, а преданные ему люди, присягнувшие на алтаре рода, разъехались по стране в поисках жертв. Но в тот момент, когда почти все было готово, их огорошили новостью о закрытии Сейловичской пустоши и особенно об участии в этом мероприятии Морозова.

Калека намекнул, что таким образом мальчишка пытается запутать следы и уйти от ответственности за произошедшее в республике. Выяснив подробности ритуала, Борис Сергеевич удостоверился, что выводы специалистов верны и всех главных участников магического действа ждет длительное восстановление. Он также заметил, что после последнего похожего ритуала мальчишка приходил в себя около двух месяцев и был в это время не сильнее адепта, что являлось наилучшим моментом для избавления от него.

Только вот осознающий свою слабость Морозов и носа не высовывал из своей столичной резиденции, заставляя Бориса Сергеевича волноваться за успех задуманного и даже отправить наемников на одно из его предприятий. Помог случай и желание императора посмотреть на своих бояр, где Борис Сергеевич мастерски справился с провокацией.

«Правда, для начала было бы лучше усилиться, а то как-то уж слишком уверенно вел себя Морозов», — подумал глава «золотого» рода, отдавая указания своим помощникам по телефону и мысленно потирая руки.

И не только потому, что в скором времени ему предстояло стать намного сильнее. Сейчас его куда больше интересовали социальные аспекты завтрашней дуэли, на которой он уничтожит ублюдка, пытающегося обелить себя закрытием пустошей и совершенно не задумывающегося о благосостоянии других бояр империи, которые по достоинству оценят поступок Наводинского.

— Не нравится мне этот однорукий червяк, — прохрипел старший маг, вытаскивая своего господина из воспоминаний. — Калека что-то мутит. Я чувствую.

— Он принес непреложный обет, что сделает меня сильнее и не причинит вреда! Думаешь, его можно обойти? — уточнил Борис Сергеевич. — Просто ты зол, что я не опробовал ритуал на тебе.

— Меня беспокоит, что количество жертв, задействованных в ритуале, увеличилось не в два или три раза, как раньше, а раз так в пятнадцать. Не многовато ли? — усомнился старик.

— Я все же архимаг, для моего усиления потребуется много жертв, — ответил князь и крикнул демонопоклоннику: — Эй! Калека! Все готово⁈

— Да, ваша светлость, — поклонился тот. — Мы можем приступать.

— Отлично, — усмехнулся Наводинский, снимая пиджак и бросая его одному из бойцов. — Несите ингредиенты, будем начинать.

Молодой князь уже брал в руки ритуальный нож, сосредоточившись на магическом действе, и не заметил, что стоящий в стороне калека мстительно блеснул глазами.

«Ну наконец-то этот напыщенный, но осторожный индюк взялся за дело, — подумал кардинал. — Ритуал усиления и замаскированный под ним ритуал подчинения сделают его более сговорчивым и сильным. А завтра он наконец уничтожит Морозова — ублюдка, который превратил меня в это ничтожество и почему-то вдруг решил, что ему позволено закрывать пустоши».

Для запланированного поединка нам с Наводинским предоставили уже знакомую мне дуэльную арену неподалеку от императорского дворца. Ту самую, на которой я когда-то, словно в другой жизни, сражался с оскорбившим род Морозовых халифарцем Ифкели Альд-Умурсамазом.

— Почему именно здесь? — спросил я у встречающего меня Федота, пожимая протянутую руку.

— В интересах обеспечения безопасности глав «золотых» родов и подтверждения их высокого статуса, — явно цитируя кого-то, ответил Темников. — По крайней мере, именно так нам со Смятиным пояснили в канцелярии императора. Хотя если честно, то я тоже удивлен, что государь согласился терпеть неподалеку от дворца многотысячную толпу, пришедшую поглазеть на бой.

«Это потому, что Наводинского подозревают в нечестной игре. Кто знает, может быть, на другую, менее защищенную арену он бы сумел беспрепятственно провести какое-то количество демонолюбов», — подумал я, но сказал совсем другое:

— Меня вообще удивляет, что дуэлям между боярами уделяется много внимания. Ладно бы других представителей высшего общества пригласили или избранный контингент, а они из этого шоу делают и смотрят всей страной.

— А это, Иван, сделали для того, чтобы сократить количество дуэлей, — ответил Федот, когда мы попали внутрь через один из запасных выходов и пошли по длинному светлому коридору. — Мало кому захочется не просто получить по голове, но и продемонстрировать это миллионам людей. Вот и сдерживаются многие бояре, понимая, что повернуться оно по-разному может.

В закрепленном за участником дуэли помещении меня ожидали старшие братья.

— А вот и наш чемпион! — воскликнул Руслан, когда мы вошли. — Ну что? Готов надрать Наводинскому его наглый зад?

— А ты как думаешь? — усмехнулся я, пожимая протянутую руку, и так же поздоровался со стоящим поблизости Игнатом, который бросил на меня пытливый взгляд и уточнил:

— Даже несмотря на энергетические повреждения ядра и магических каналов?

— А с чего бы им у меня быть? — изобразив легкое удивление, посмотрел я на братьев.

— Но как же⁈ — эмоционально воскликнул Руслан. — Веришь, нет, но мне за одно утро с десяток хороших знакомых позвонили, и все утверждали, что имеют достоверную информацию из проверенных источников, что ты участвовал в закрытии пустоши! И не просто участвовал, а был там главной фигурой, из-за чего получил серьезные повреждения! Не мог не получить! Ведь всем известно, что лидер круга магов даже из ста одаренных получает достаточно серьезную нагрузку на источник и энергетические каналы, а затем несколько дней восстанавливается из-за перегрузок! А ты-то принимал энергию от во много раз большего количества одаренных!

Он выдохнулся и более спокойным тоном продолжил:

— Мне даже известно, что из пустоши тебя выносили на носилках и в беспамятстве, а значит, у этих слухов есть все шансы оказаться правдой.

— Да откуда у вас вообще эта информация? — недоуменно покачал головой я, пытаясь припомнить нюансы, на которых мог проколоться. — Как кто-то мог опознать меня, не видя лица или применения родовой магии, вот вы мне скажите?

— Значит, ты признаешь, что участвовал в закрытии пустоши⁈ — спросил Федот.

— Я вам этого не говорил, — покачал головой я и подмигнул им. — Просто не понимаю, почему все решили, что там был именно я.

— Ну нет так нет, — улыбнулся Руслан. — Кто-то что-то там видел, кто-то — здесь, кто-то сравнил габариты выносимого на носилках инквизитора и князя Морозова, кто-то и вовсе вызнал некие детали из разговоров с обязанным ему человеком. Вариантов узнать правду много, выбирай, какой тебе больше по нраву.

— Как вообще чувствуешь себя? — не оставил мои подмигивания без внимания Игнат. — К бою готов? Узнал что-нибудь о Наводинском?

— Готов, — ответил я, — да и о противнике информацию собрал. Видел записи его экзаменов на ранги «профессор» и «архимаг», а также пары дружеских дуэлей. Так что представление о его манере сражаться имею.

— Ты меня порой очень удивляешь, — сказал Федот. — Где такую информацию достал? Подобного в общем доступе не найдешь.

— Где взял, там уже нет, — развел руками я и загадочно улыбнулся.

Иметь в друзьях бывшего главу департамента жандармерии не так и плохо. Тут тебе и расширенная сводка, и доступ к личному делу, и даже довольно интересные видеоролики, позволяющие считывать стиль боя будущего противника и его характер.

— Вопросов больше не имею, — хмыкнул Игнат. — Узнаю своего самоуверенного и всегда подготовленного к неприятностям младшего братца. Не удивлюсь, если ты еще создашь себе жезл из льда или саблю и покромсаешь урода на части.

— Кто знает? Возможно, и так, — пожал плечами я и подумал: «Хотя тот же жезл было бы лучше призвать, тогда моя мощность существенно возрастет».

Не желая отправлять важного для себя человека на дуэльную арену, да еще и со столь неоднозначным и агрессивно настроенным противником, император велел мне оставить на арене какую-либо подстраховку, которая поможет мне не сдохнуть, если что-то пойдет не так.

В итоге Резцов и пара витязей прибыли на арену пораньше и тайно закопали под землей мой родовой жезл. Мало ли что придумает отравленный инфернальной энергией мозг Наводинского? Может быть, он прямо там, на арене, превратится в огромного нага, как Цыбулькин в свое время? Или вообще в ящера? Что тогда делать? Хотя вряд ли. Думаю, давно лелеющий идею показать выскочке Морозову свое место молодой князь, якшающийся с демонолюбами, как-то узнал, что после закрытия пустоши я буду слаб, и решил избавиться от виновного в исчезновении проклятых земель. Делает он это из-за договора с предателями человечества, из-за своих производств, занимающихся переработкой инфернальных ингредиентов, или просто из любви к искусству — не очень-то и важно. Главное, что он заинтересован сделать все чисто, убрать меня и сохранить свою тайную жизнь в секрете.

В помещение, предварительно постучав, вошел один из отправленных с Резцовым витязей и поклонился.

— Ваша светлость.

— Что у тебя? — спросил я, заметив планшет. — Схема?

— Да, — кивнул он и, подойдя ближе, показал картинку и фотографию с указанием места, в котором находится жезл Морозовых.

— Понял, иди, — кивнул я, посмотрел на часы и перевел взгляд на Федота. — Скоро наступит время секунданта, не так ли?

— Да, пойду проверю Наводинского на отсутствие артефактов и зелий, — кивнул старший брат. — Ты давай тоже выходи к своему предбаннику. Смятин, наверное, ждет не дождется.

— Отлично, — позволил себе ухмылку я. — Мне как раз есть что ему сказать.

Из-за предстоящей дуэли нам пришлось форсировать деятельность в отношении напавших на меня родов. Благо, что Мария Феофановна с Елизаветой и Светланой начали работу по своему объекту сразу после приезда и, приняв вечерний звонок, пообещали управиться за одну ночь. Времени у них было не так чтобы и много, поэтому, наверное, все удалось провернуть столь быстро. Впрочем, кто бы сомневался? Какой нормальный молодой человек мог бы устоять перед двумя очень красивыми и соблазнительными близняшками?

Дав напутствие Федоту, братья провели меня к секунданту противника и другим магам арены, проводящим проверку участников дуэли.

— Добрый день, Иван Егорович! — воскликнул явно довольный своей сегодняшней ролью князь Смятин.

— И вам, Афанасий Степанович, — позволил я себе улыбку.

— Что? Даже не волнуетесь? — сделал он удивленное лицо. — Ничего. Это ненадолго. Смею надеяться, что князь Наводинский напомнит вам, как необходимо вести себя с главами действительно старых родов.

«Этот козел мог легко проходиться по мне и пытаться как-то вывести из себя, но род Морозовых он трогать не смел», — подумал я, чувствуя поднимающееся внутри недовольство, и спросил:

— И что же делает вас действительно старыми, любопытно узнать? Счет в Боярском банке? Количество членов рода? Или, может быть, численность дружины?

— Все вместе, — самодовольно кивнул мужчина. — А также, что не менее важно, преемственность поколений. Чего конечно же нет у рода, который вернулся из небытия.

Я тихо рассмеялся, и проводящие проверку маги почему-то вздрогнули, а с лица Смятина куда-то пропала широкая улыбка.

— Для вас, Афанасий Степанович, было бы куда более безопасней, если бы мой многоуважаемый дед передал мне свои знания и умения. Однако все сложилось по-другому. Мне с раннего детства пришлось сражаться за свою жизнь, убивать, противостоять тем, кто гораздо сильнее меня, а также прилагать усилия, чтобы… Как вы там сказали? Вернулся из небытия? Хм. Хорошее выражение. Мне удалось сделать задуманное. Я нашел свой путь к силе, богатству и успеху. Даже успел доказать окружающим, что являюсь истинным князем. Вероятно, вы уже забыли печальную участь, которая постигла Зарницыных?

— С ними тебе помог отец и весь род Темниковых! Теперь его нет! — растерял хорошее настроение секундант противника, чем снова вызвал у меня смех. — Тоже мне «истинный князь»! Да на что ты вообще способен, кроме громких слов?

— К примеру, поставить вас на место и заставить слушать, это как минимум. А как максимум — принудить сделать то, что выгодно мне.

Афанасий Степанович состроил презрительную гримасу, а я посмотрел в сторону проверяющих:

— Вы выполнили свою работу. Я чист?

— Да, ваша светлость, — ответил один из них.

— В таком случае, вы не будете против, если мы с Афанасием Степановичем поговорим наедине?

Мужчины кивнули и вышли из помещения, а как только дверь за ними закрылась, я протянул Смятину свой телефон:

— Посмотрите на экран. Поверьте, увиденное вам очень понравится.

Афанасий Степанович было скривился и собирался отмахнуться, но, заметив на экране кое-что интересное и вырвав аппарат из моих рук, начал ловить ртом воздух, словно выброшенная на берег рыба.

— Я уничтожу тебя! — подняв на меня налитые кровью глаза, прорычал Смятин.

— Не стоит так нервничать, — холодно и без тени улыбки посмотрел я ему в глаза. — Твой наследник все еще жив, здоров и даже не унижен, как изнасилованные им ранее девушки. Просто испуган.

— Чего ты хочешь⁈ — едва не ударив меня заклинанием, спросил разгневанный князь, пропустив мимо ушей слова о грязных поступках своего сына.

— Чтобы ты оставил род Морозовых в покое, рассказал мне кое-что, ну и заодно передал свои земли в Климовичском районе, — ответил я.

— Зачем они тебе? — нахмурился мужчина. — Там ничего нет. Степь.

— Чтобы в следующий раз, когда тебе захочется повоевать, ты вспомнил этот момент, — еще больше удивил я Смятина. — Я забираю лишь крохотный клочок земли. Другой возьмет много больше.

— Отпусти моего сына, и я все тебе передам! — взял себя в руки князь.

— После подписания документов.

— Ты не выйдешь оттуда живым! Идиот! — сорвался на крик Афанасий Степанович. — Он просто убьет тебя! Самоуверенного наглеца, который посчитал, что может творить все, что ему вздумается! И тогда моему сыну конец! Скажи своим людям, чтобы его отпустили!

— Почему ты решил, что я проиграю?

— Да потому, что ты закрыл пустошь. И не удивляйся так. Те, кому надо, те знают, — ответил Смятин.

— Хорошо, — зацепился я за его слова. — Я предупрежу, чтобы Германа освободили в случае моего проигрыша. Но только если расскажешь, откуда вы все знаете.

Князь раздумывал мгновение:

— Почему нет? Ты ведь и так уже мертвец.

— Говори, — поторопил его я, отслеживая время до начала дуэли.

— Тебя сдали церковники, — сказал он и поднял на меня насмешливый взгляд. — Есть у меня там парочка связей. Удивлен?

— Да, — кивнул я. — Только какой им резон?

— Все потому, что ты, выкидыш пустоши, обычный человек и еретик, а не аватар Спасителя. Ты покусился на самое святое для многих церковников — на их веру. Так что теперь не удивляйся подобному отношению.

— От них же вы узнали, что меня выносили на носилках и без сознания? — уточнил я.

— И о твоих магических травмах тоже, — кивнул он. — Все? Я ответил на все вопросы? Звони!

— Имена? — спросил я, забирая протянутый телефон и набирая номер Светланы.

— Передам вместе с документами на земли, — ответил Смятин с ухмылкой, — если выживешь.

— Договорились, — сказал я, и в этот момент в трубке раздался безэмоциональный голос убийцы:

— Да.

— В случае моей гибели мальчишку отпустить живым и здоровым, — велел я. — Все понятно?

— Да, — ответила Красная Фурия, и я отсоединился.

— Ты не дал мне с ним поговорить! — вспыхнул князь, но его прервал вошедший с магами арены Федот.

— Афанасий Степанович! Почему вы все еще здесь? Бой начнется уже через минуту!

— Прощался с вашим братом, — со злорадством ответил Смятин. — С дуэльной арены он сегодня не выйдет. Вот увидите!

— Что это с ним? — спросил Темников, когда секундант противника быстрым шагом покинул помещение.

— Расстроился немного, — пожал плечами я. — Хотел вывести меня из равновесия, да только получилось наоборот.

— Ясно, — кивнул брат и забрал у меня телефон. — Есть еще что-то лишнее?

— Только это, — ответил я, и мы направились к входу на арену, откуда доносился голос судьи, подогревающего зрителей перед боем.

Ждать нам пришлось недолго, и уже через десяток секунд створки железной двери открылись, пропуская нас вперед.

Ощутив, в какой стороне находится родовой жезл, который неплохо прощупывался даже под землей, я обратил внимание на какого-то излишне перевозбужденного Наводинского, а оказавшись чуть ближе, понял, в чем дело — от него разило энергией пустоши.

«Больной ублюдок — зло подумал я. — Значит, этой ночью он проводил ритуалы усиления! Убивал людей! А где в это время были безопасники? Они что, ни сном ни духом? Идиоты!»

— Борис Сергеевич, Иван Егорович, — торжественным голосом обратился к нам судья, — возможно ли примирение между вами? Может, в это нелегкое время вы бы забыли о разногласиях?

— Нет! — едва сдерживая себя, рявкнул переполненный энергией Наводинский. — Я сотру этого сопляка в порошок!

— Э-э-э… как вам будет угодно, — протянул судья, несколько удивившись подобной экспрессии, и посмотрел на меня. — Иван Егорович?

— Готов прекратить дуэль в том случае, если Борис Сергеевич принесет официальные извинения роду Морозовых, — сказал я и вновь услышал крайне эмоциональный ответ противника, на которого даже его секундант стал посматривать с легким недоумением.

— С Наводинским точно все нормально? — спросил я у Федота. — Он словно под какой-то наркотой или энергетическим зельем. Очень странно себя ведет.

— Я заметил, но зелья исключены. Ни мои артефакты, ни артефакты проверяющих не нашли в крови ничего подозрительного, как и скрытых амулетов, — ответил брат. — Но ведет он себя и вправду странно.

— В таком случае, прошу секундантов покинуть арену, а дуэлянтов приготовиться к бою, — произнес судья. — Напоминаю, дуэль проходит лишь с применением магической энергии, без помощи амулетов и жезлов. Поединок начнется сразу после удара гонга. Вы готовы⁈

Глава 13

Звонкий удар гонга — и ухмыляющийся в предвкушении скорой победы противник взмахивает руками, отправляя в мою сторону горящие призрачным темно-синим светом трехметровые «водные серпы».

Одновременно с этим я формирую вокруг себя «щит Голиковых» и бросаю парочку ледяных глыб, они, впрочем, разлетаются почти в то же самое мгновение, заставляя меня присесть, чтобы пропустить над собой сразу четыре пышущих мощью заклинания, которые вместе с не такими прицельными, отклонившимися чуть в сторону «серпами», попадают в защитный магический купол арены.

Отправив еще несколько простейших ледяных глыб на заклинания противника, я изучаю эффект от ударов Наводинского и успеваю заметить, что из-за большого количества энергии, вложенной в первый же удар, темная дымка, скрывающая зрителей от магов, на мгновение расходится в стороны и так же быстро стягивается.

«Молодец, Борис, давай так и дальше. Растрачивай энергию. Используй свои самые затратные заклинания, — подумал я, отправляя очередную глыбу в „ледяной серп“ и сбивая его навигацию. — Интересно, он работает так однотипно из-за проведенных ритуалов или сознательно? Пытается запутать? Заставить расслабиться?»

— А-а-а! — в бешенстве оттого, что ему ничего не удается, закричал Наводинский, осмотрелся и, резко крутанувшись, отправил в меня свое экзаменационное заклинание на ранг архимага.

Может, я не сумел бы правильно среагировать, не имея видеозаписей, переданных полномочным представителем, но сейчас я знал, что нужно делать. Бросок заклинанием в землю, нырок вниз — и мимо меня, занимая почти все пространство арены, в десяти сантиметрах друг от друга проносится порядка пяти сотен «водяных серпов», обязанных нашинковать меня на мелкие кусочки.

«Интересно, с каким лицом за происходящим наблюдает Добромысл? Наводинский ведь обещал ему меня не убивать. Как можно выжить после такой атаки без хитрости? Хотя я бы, наверное, смог», — подумал я, выпрыгивая из своего укрытия.

— А-а-а! — в бешенстве кричит противник, у которого действительно сейчас неладно с головой, и я вновь отклоняю глыбами удары мощных серпов, а также, пользуясь случаем, отправляю за спину парочку «снежинок», которые заморозят воду и обезопасят тыл таким образом. А то неизвестно, чем еще опасным владеет противник.

Бой идет менее тридцати секунд, а Наводинский уже потратил как минимум процентов двадцать от своего резерва. Ощущение передозировки энергией от него пропало, а я только и делаю, что задействую лишь самый минимум своей магии и даже не атакую. Может, пора?

Однако чувство опасности заставляет взять короткую паузу и выставить перед собой мощную «ледяную стену». Вовремя. Наводинский совмещает руки и делает круговое движение, вкладывая в незнакомое мне заклинание прорву энергии, а в следующее мгновение ко мне несется огромный «водяной бур», который играючи проходит мое препятствие и, словив десяток замораживающих «снежинок», останавливается, но в лед превращаться не спешит. Все дело в противнике, он продолжает подавать в заклинание родовую энергию, не позволяя моим «снежинкам» выполнять свою задачу.

Противостояние длится несколько секунд, однако этого времени мне хватает, чтобы спокойно выйти из зоны поражения и с ухмылкой встретить очередную неудачу все еще безумно злого Наводинского, которому не удается победить меня одним мощным ударом.

«Вот что значит настоящий боевой опыт, а не тренировки на полигоне и победы над более слабыми в магическом плане друзьями и родственниками», — подумал я и крикнул:

— Это все, что ты можешь? В таком случае, я не впечатлен!

На этот раз Наводинский действовал молча, однако эффект его заклинания удивил не только меня, но и окружающих. В том числе судью.

— Борис Сергеевич! Вам первое предупреждение! Применение столь масштабных заклинаний на дуэли запрещено!

Однако противник ничего не слышал, отправляя в мою сторону огромную, почти до самого потолка, мощную волну, в которой виднелось с десяток странных водяных образований в виде рыб.

«Все же он, как и предыдущие противники, напитавшие тело энергией пустоши, не очень хорошо себя контролирует», — подумал я и, помня о правилах дуэли, согласно которым я не мог пользоваться физической энергией или техникой «шаг», сформировал под своими ногами широкую ледяную платформу, которая выстрелила вверх, под самый потолок, позволяя мне даже не замочить ноги.

Бросив в волну несколько замораживающих «снежинок», тут же принявшихся за дело, я прыгнул вперед и подал энергию холода в ноги, с легкостью замораживая часть волны и спускаясь по ней вниз, словно по склону горы.

«Не зря Феофан тренировал меня столько времени», — с благодарностью подумал я о почившем наставнике и решил наконец атаковать. В следующую секунду в противника летит пяток насыщенных под завязку мелких «саморезов» и «сфера холода», превратившая в лед один из брошенных в меня водных снарядов.

Князь с недоумением наблюдает за моими небольшими на фоне его волны заклинаниями и формирует перед собой «водяную стену», однако «саморезы» с легкостью проходят данный «щит», и до меня доносится его яростный рев. Это один из моих снарядов вошел в его бедро и заставил глаза на мгновение мигнуть красным светом.

Отрыжка пустоши! Получив подтверждение своим ощущениям, я отправил в Наводинского еще парочку «саморезов».

Противник отпрыгнул от моих заклинаний как-то уж очень резво.

— Борис Сергеевич! Второе предупреждение! Использование духовной энергии! После третьего я буду вынужден засчитать вам техническое поражение, — грозно произнес судья.

— Да заткнись ты! — прорычал Наводинский и возвел руки вверх, отправляя массив энергии в потолок, где тут же сгустились черные тучи, а затем в меня полетела мощная «молния».

Не ожидая ничего подобного, я лишь на инстинктах закрылся «ледяным щитом», который разбился от силы заклинания, и остатками его энергии меня вогнало в землю. Однако, несмотря на краткий успех, удар противника не сумел пробить «щит Голиковых», а в следующее мгновение я уже был накрыт все утолщающимся «ледяным куполом», позволившим в безопасности переждать еще пару «молний».

Моей заминки Наводинскому хватило, чтобы сформировать в своей руке огромный «водный бич» и опустить его прямо по центру моего укрытия, разрезая его, словно горячий нож масло.

Однако, к его сожалению, меня там уже не было. Я успел выпрыгнуть из сформированного бокового отверстия и отправил в противника несколько «сфер холода».

Парочка из них коснулась оружия Наводинского, превращая его в лед и разрушая структуру.

Я прерываю следующий маневр противника сильным потоком ветра, а затем и заклинанием «снежной бури», которое за считаные мгновения покрывает всю арену снегом.

Вот теперь все серьезно.

За мгновение вокруг меня формируется горящая ярко-голубым светом, огромная, почти со всю арену, призрачная «снежинка», температура воздуха на которой достигает минус пятидесяти.

Волевое усилие — и подпитка «бури» моей энергией прекращается, а я слышу сдавленный крик Наводинского, вокруг которого клубится плотный защитный туман. Он пытается выйти из зоны действия «снежинки», однако я еще больше понижаю температуру на ней, бросаю мощные «саморезы» и превращаю снег в лед, на несколько мгновений сковывающий противника.

— Меня так просто не возьмешь! — кричит он, выдирая ноги из ловушки и ставя их в новую, а также отражая защитной аурой мои удары.

«Давай же! Превращайся! — бросаю я в него все новые и новые заклинания. — Аура постепенно уменьшается! Так что давай!»

Однако Наводинский сдаваться не собирался и отправил в меня очередную волну, правда, в этот раз она была намного слабее и меньше предыдущей, из-за чего я с легкостью превратил ее в лед и вернул не ожидавшему этого противнику.

Ну а что? Он действительно думал, что я не использую большие объемы энергии из-за травмы или слабости? И я мысленным усилием запечатал противника в ледяном плену.

«Неужели так легко?» — проносится в голове шальная мысль, но в следующую секунду лед разлетается в стороны, а из-под завалов вытекает огромный темно-синий голем, в центре которого находится бледный Наводинский.

«Это же сколько ты в него энергии влил?» — думаю я, пока не замечающая холода водяная фигура тянется ко мне двумя хлыстами, заменяющими ему руки, которые я с легкостью разрубаю «ледяной саблей». Затем силой мысли я формирую аналог «каменных копий» жукеров, но изо льда, и они возникают прямо под големом, разметают на части его ноги и живот, а также нарушают формулу заклинания, которое опадает, словно обычная вода.

Вновь мысленное усилие — и Наводинский скрывается под толщей льда.

Несколько секунд ничего не происходит, и судья начинает считать до семи, а затем командует:

— Остановить бой! Победитель дуэли — князь Морозов Иван Егорович.

Свернув «снежинку» внутрь себя, а также сделав температуру воздуха плюсовой, я превратил удерживающий противника лед в воду и тут же услышал какие-то странные хрипы. Одновременно с этим защитный купол арены вновь стал прозрачным, на нее вбежали целители, и до меня донесся шум и овации толпы.

Поклонившись, но не собираясь снимать «щит Голиковых», я отправился на выход. Мало ли кто меня там дожидается. Может, решивший пожертвовать наследником Смятин?

«Жаль только не заставил Наводинского превратиться в нага. Или он еще не может?» — думал я и тут услышал испуганные крики зрителей, которые заставили меня резко развернуться назад и увидеть, как раненый Борис с горящими красным светом глазами, заляпанный кровью одного из целителей, поворачивается ко второму.

Другого мужчину мне удается спасти установкой «ледяной стены», а в следующее мгновение в начавшего трансформироваться противника прилетает с десяток мощных заклинаний.

«А я-то думал, что все пойдет нормально», — подумал я, когда второй целитель бросился к товарищу и приложил руки к его горлу.

В это время в одной из квартир на окраине Мариграда однорукий калека с перекошенным от злости лицом бьет по небольшому телевизору, разбивая его на мелкие кусочки.

— Слабак! Слабак! Ну какой же слабак!

Ярость отступает мгновенно, как и возникла. Калека смотрит на учиненный погром, переводит взгляд на тройку оставшихся в живых помощников и командует:

— Отправляйтесь в город и узнайте, где можно записаться в добровольцы на закрытие пустоши. Приступаем к плану «Б».

Сразу же после обезвреживания трансформировавшегося в демона Наводинского я направился к его секунданту. Меня ожидал интересный и важный разговор.

— Иван Егорович. — Неподалеку от выхода оказался Потанин с кожаной папкой в руках.

— Документы готовы?

— Да, — кивнул он.

— Отлично, тогда пошли к Смятину. Предварительно я уже с ним обо всем поговорил… Подожди, а ты что, даже бой не смотрел? Неинтересно было?

— Иван Егорович, — позволил себе легкую улыбку Роман, — кому, как не мне, знать ваши реальные возможности. Я ни на минуту не сомневался в вашей победе и даже поставил на нее некоторую сумму.

— Некоторую? — уточнил я. — Личную или родовую? Насколько помню, все наши средства в обороте, а лишние были направлены на восстановление мозырского завода и другие издержки.

— И так и так, — признался он. — Десять тысяч своих и двести из нашего резервного фонда.

— И мне ничего не сказал? Рискуешь.

— Я ваш советник по экономическим вопросам, — ответил Роман, твердо глядя мне в глаза. — Вы сами дали мне карт-бланш на любые действия в данной области. Вот я и работаю. К тому же ставки делались один к трем не в вашу пользу. Кто-то распустил слух о плохом самочувствии князя Морозова.

— Ты, конечно, прав, и победителей не судят, но в следующий раз предупреждай меня о подобных ставках, и тогда я буду сражаться еще эффективнее. — Я хлопнул Потанина по плечу. — Молодец. Радуешь своего князя.

— Спасибо, ваша светлость, — на краткое мгновение позволил себе довольную улыбку Роман.

— Иван! — донесся до меня встревоженный голос Федота. — Не, ну ты видел это? В какую тварь он превратился! Да еще и целителя полоснул! Урод! Кто бы мог подумать!

— Никто, — согласился я с братом. — Но и вчера, и перед самой дуэлью я ощущал в нем какую-то неправильность, а оно вон как оказалось.

Темников перевел взгляд с меня на Потанина с приметной папкой в руках и спросил:

— А ты куда это собрался?

— Да так… Хочу со Смятиным переговорить.

— Ты что⁈ А вдруг он из этих? — кивнул брат в сторону арены.

— Нет, — покачал головой я, — не из этих. Не ощущается в его энергетике ничего неправильного. Поэтому и поговорить с ним надо сейчас. По горячим следам. Пока он считает, что его маленькие яйчишки зависли над пропастью, и готов идти на уступки.

— Солдафонский юмор, — поморщился брат и спросил: — Так, может, с тобой сходить?

— Нет. Тут нужно действовать одному, чтобы не спугнуть. Ты лучше братанов в моем помещении собери. Поедем после всего этого в ресторан. Посидим — отметим.

— Хорошо, — кивнул Федот, а мы с Романом наконец направились к Смятину.

Разговор с Афанасием Степановичем, несмотря на некоторые опасения, прошел достаточно спокойно и даже плодотворно.

Несколько ошеломленный произошедшим, но старающийся держать себя в руках мужчина, увидев, что я вхожу в его ложу, первым делом поднялся со своего места и, указав рукой в сторону арены, произнес:

— Иван Егорович, мне ничего об этом неизвестно. Мы запланировали провокацию и дуэль лишь в интересах сохранения инфернальных пустошей, без ингредиентов и демонов которых империя серьезно ослабнет. Я и подумать не мог, что Борис Сергеевич является демонолюбом и использует меня в своих интересах.

«О как! Использует! Невинная жертва! Интересно заговорил», — мысленно рассмеялся я и, сформировав вокруг «сферу тишины», жестко спросил:

— Значит, вы утверждаете, что ничего не знаете о подобном и не являетесь демнопоклонником?

— Да, — твердо ответил Смятин. — Свои мысли по этому поводу я озвучил.

— В таком случае, вы уже должны понять, что все не так просто, а закрытие пустошей — это не глупая блажь и желание войти в историю. Демонолюбы повсюду, и на их одурманенное жертвоприношениями сознание инферналы с легкостью воздействуют, заставляя принимать то или иное решение, что в итоге приведет к закату человеческой цивилизации.

— Очень даже хорошо понимаю, — все еще недоуменно покачал головой Афанасий Степанович. — Они ближе, чем кажется на первый взгляд.

— Раз вы осознаете ошибочность суждений, то, может, мы с вами устраним возникшее недопонимание? По горячим следам, так сказать?

— Я готов, — уверенно кивнул князь.

Открыв дверь, я пригласил Потанина. Он поздоровался с моим собеседником и протянул ему папку с подготовленными документами.

Быстро пробежав глазами бумаги, Смятин взял предложенную Романом ручку, поставил подпись и дату, а затем, когда мой советник удалился, с легким любопытством спросил:

— Так что же на самом деле заинтересовало вас в тех землях?

— Возможность обменять их на кое-что для меня важное, — не стал скрывать я и тоже решил задать вопрос: — Вас судьба каких-то земель беспокоит больше, чем жизнь сына?

— Если вы не убили его сразу, то не убьете сейчас. А ему, знаете ли, будет полезно посмотреть на обратную сторону того, чем он любит заниматься. Пусть немного прочувствует взрослую жизнь, ответственность за свои действия и поймет, что смертен. Надеюсь, после подобного урока его мозги немного встанут на место, — ответил Смятин. — Хотя, думаю, он уже все осознал, так что можете его отпускать.

— Не так быстро, Афанасий Степанович, — покачал головой я. — Помнится, вы обещали назвать имена церковнослужителей, рассказавших о моем непосредственном участии в закрытии Сейловичской пустоши.

Смятин задумчиво посмотрел на все еще заваленную льдом арену, затем перевел взгляд на мой телефон и сказал:

— Мне нужно позвонить.

А уже через каких-то десять минут в ложу вошел телохранитель князя и передал нужные бумаги.

— Здесь не только имена выдавших вас, — сказал князь, — но и общая информация по определенной части священников, которые были недовольны закрытием пустоши.

— Вы хотели сказать, определенной части альтернативно одаренных фанатиков, которые уверены, что пустошь должен закрывать лишь аватар Спасителя? — уточнил я, быстро проходясь по фотографиям церковников и их кратким характеристикам.

Кстати, что любопытно, мне попалось изображение викария Симеона, того самого начальника временного штаба инквизиции, который участвовал в закрытии пустоши.

— Надеюсь, мы уладили наши разногласия? — спросил Афанасий Степанович, глядя мне в глаза.

— Война — убытки. Мир — прибытки, — ответил я, не отводя взгляда. — Морозовы не имеют претензий к роду Смятиных, а в течение часа ваш сын будет свободен.

Сделав звонок Светлане, я велел развязать пленника и доставить его в условленное место, а затем вышел из ложи.

— Ваша светлость, — остановил меня один из телохранителей Изяслава. — Император просит вас подойти.

— Сейчас буду, — кивнул я и, сформировав «сферу тишины», протянул Потанину переданные Афанасием Степановичем бумаги. — Здесь данные по внутрицерковным раскладам. Выделены имена тех священнослужителей, которые распространяли информацию про меня. Сделай мне копии этих документов и неси в ложу императора. Передашь их вот этому телохранителю, а он отдаст их мне.

— Сделаю, — ответил Роман и быстрым шагом ушел.

«Интересно, где он здесь мне копии снимет? — подумал я, но решил не забивать голову ерундой. — О чем хочет поговорить Изяслав?»

В императорской ложе меня встречал ее владелец, наследник престола, патриарх и полномочный представитель императора.

«О, так все в сборе, и даже стол со стульями притащили», — подумал я, входя в небольшое помещение.

— Добрый день, Иван Егорович. Поздравляем вас с блестящей и безоговорочной победой, — произнес император, протягивая руку для рукопожатия, и я ответил:

— Служу империи!

— Присаживайтесь, — едва заметно улыбнулся Изяслав, указывая на свободное место. Но, прежде чем сесть, я произнес:

— Ваше величество, через несколько минут мой советник принесет сюда документы, с которыми я бы хотел всех ознакомить. Вы позволите?

— Как я понимаю, это касается нашей операции и произошедшего на арене?

— Да, ваше величество.

— Хорошо, я отдам указания.

Пока Изяслав информировал охрану, довольный итогами дуэли Витовт мне подмигнул, а патриарх, дождавшись, когда я займу свое место, с интересом спросил:

— Иван Егорович, судя по увиденному, победа далась вам достаточно легко. Не пришлось прибегать к заготовкам?

— Справился своими силами, — подтвердил я его догадки. — Слишком уж эмоционально нестабилен был мой соперник. Да и не так опытен в боевом столкновении. Гражданский человек, пусть и архимаг.

— Вы считаете? — приподнял бровь Добромысл. — Многие сегодня ставили на победу Наводинского.

— Он потратил пятую часть резерва на те заклинания, от которых я с легкостью уходил, не использовав и двадцатой части, — пожал плечами я. — Так никто не сражается. Хотя, может быть, это злость толкала его на подобные действия?

— Я тоже заметил, что он чрезмерно вспыльчив и несдержан, — сказал Витовт. — Даже велел показать мне результаты его магической проверки. Ничего. Ни зелий, ни амулетов.

— Кажется, у меня есть ответ на ваш вопрос, — произнес я.

— И какой же? — заинтересовался патриарх.

— Простой. Этой ночью он выполнял укрепляющие ритуалы демонолюбов — приносил людей в жертву.

— Исключено, — покачал головой Юзеф Валерианович. — Мои люди плотно его опекали.

— Иван Егорович, вы уверены? Откуда у вас такие сведения? — спросил император и махнул рукой — работаем сидя.

— Ваше величество, вчера на собрании я едва смог ощутить исходящее от него дыхание пустоши, зато сегодня, как только он оказался поблизости, меня словно окатило смрадом, а его состояние яснее всего говорило о переизбытке энергии.

Все посмотрели на полномочного представителя в области обороны, и тот поспешил доложить:

— За Наводинским была закреплена одна из лучших оперативных групп со всеми необходимыми техническими средствами разведки. Судя по ее докладам, после окончания заседания боярской думы Борис Сергеевич направился в столичный дом, а затем почти сразу на вертолете в ближайшую резиденцию своего рода, где располагается магический полигон. За то время, что князь находился там, ни один человек и ни одно транспортное средство не пересекло границ резиденции. Поэтому я даже не представляю, как он мог бы провернуть задуманное. К тому же сколько бы жертв ему потребовалось для усиления? Сто? Тысяча? Быстро такую ораву людей не похитить, какими ресурсами он бы ни обладал.

— А он не мог покинуть территории по подземному ходу? — уточнил Витовт.

— Насколько мне известно — нет. Да и зачем? Он даже не подозревал о столь серьезной опеке со стороны жандармов, — произнес Юзеф Валерианович.

— А из резиденции он во сколько вылетел? — уточнил я.

— Где-то за полтора часа до дуэли.

— Значит, у него уже все было готово до этого, — сделал вывод я. — То, что я почувствовал вчера, было лишь проверкой действенности жертвоприношений, а вот после собрания он решился на большее. Считая, что это его подстраховка на всякий случай.

— Натянуто, — покачал головой Юзеф Валерианович, — но так как других вариантов нет, то эту версию можно принять за рабочую.

— Отправляйте людей в резиденцию и все там переверните, — жестким тоном велел Изяслав. — Мне нужны доказательства его причастия к жертвоприношениям. Заодно продемонстрируем людям, что империя продолжает войну с демонолюбами и уничтожит всех, кто выберет не ту сторону.

— Юзеф Валерианович, — покачал головой патриарх, — ну вот как так? Вчера же вам все понятно объяснили. Если бы вы все сделали правильно, то сегодня репутации страны не был бы нанесен такой урон.

«Ого, да у них тут явно серьезный конфликт», — понял я, заметив пристальный взгляд, который полномочный представитель бросил на Добромысла.

— Мои люди отработали как положено, и вам это известно, — все же ответил Юзеф Валерианович. — Вероятность того, что Наводинский собирался приносить жертвы и уже подготовил все для этого, стремилась к нулю.

— Но все же это произошло, — нахмурился патриарх, — как, впрочем, и исчезновения людей, которые ваши подчиненные не выявили.

Наш разговор прервал стук в дверь и появление одного из телохранителей императора.

«А вот и подарок Валериановичу», — улыбнулся я и, скосив взгляд, подмигнул полномочному представителю.

Он, конечно, удивился столь фамильярному поведению, но промолчал.

— Ваше величество, документы для князя Морозова.

— Благодарю, — сказал я и, взяв отксерокопированные Романом листы, передал их Добромыслу. — Патриарх, вам необходимо ознакомиться с этими документами.

— Что там, Иван Егорович? — строго спросил Изяслав. — Вы сказали, что эти сведения могут существенно повлиять на нашу операцию?

— Да, ваше величество, — кивнул я. — Это они.

И пока подслеповато щурившийся патриарх вчитывался в слова, решил приоткрыть карты:

— Здесь информация о части священнослужителей, которые не только выступают против закрытий пустошей каким-то богохульничающим князьком, не являющимся аватаром Спасителя, но и выдали тайну моей личности широкому кругу людей. Как минимум князьям Смятину и Наводинскому, а как максимум — всем заинтересованным персонам. Стоит заметить, что мои старшие братья отчасти подтверждают эти сведения. Они утверждают, что об участии князя Морозова и его серьезных травмах знают очень многие. А я еще удивлялся большому количеству звонков от партнеров и клиентов родовых предприятий.

Юзеф Валерианович позволил себе едва заметную улыбку, поняв причину подмигивания, и удивленно спросил:

— В самом деле? Я имею в виду, что это же Смятин поделился с вами информацией? Как вам удалось его убедить? Если не секрет?

— Всего лишь предложил забыть разногласия и откинуть вражду. Он бросил взгляд на арену и почему-то предпочел согласиться.

— Так! — припечатал Изяслав, нахмурившись, и посмотрел сначала на патриарха, а затем на полномочного представителя. — Отправляйтесь-ка, господа, на свои рабочие места и наведите мне порядок. Что делать, вы и сами знаете, не маленькие, а через два дня, в четырнадцать часов я жду вас с докладами о проведенной работе. Конец совещания!

Глава 14

Дружеские посиделки по случаю моей победы в дуэли с Наводинским я решил провести тут же, недалеко от арены, а именно в «Золотом талере». Мне показалось уместным напомнить роду, владеющему этой ресторацией, что князь Морозов привык побеждать, заставляя своих врагов горько жалеть о конфликте, ну или лежать в могиле с клеймом демонопоклонника.

Возможно, Сталев посмотрит на это все и задумается: а нужно ли ему противостояние со мной?

Хотя, может, не стоит отпускать данную ситуацию на волю случая, а взять все в свои руки? Схожу к нему в кабинет и обсужу проблему лично. Хм… А почему нет? Бой с Наводинским ничуть меня не утомил. За исключением неожиданных «молний», ничего сверхъестественного и опасного он не продемонстрировал. Да и то, сражайся мы в полную силу, с жезлами и применением духовной энергии, то от самоуверенного князя и мокрого места бы не осталось. И это при том, что он совсем не был слабаком. Владел множеством сильных заклинаний, был магически одарен, однако, что важно, не понимал, как правильно применять свои знания на практике. Ему явно не хватало опыта реальных боев… Но это ладно. С данным господином вопрос уже решен, а что делать со Сталевым? В разговоре нужен рычаг, на который я мог бы давить. А в арсенале у меня всего лишь одно заминированное заведение его рода.

От мыслей меня отвлекли входящие в снятый мной зал Витовт, Годимир и еще несколько парней из кадетского училища.

— А вы как тут все оказались? — удивленно спросил я после приветствий, объятий, похлопываний по плечам и поздравлений.

— Ну а как мы твою дуэль могли пропустить? — недоуменно сказал Огнеяр. — Я, как про нее узнал, все бросил и сразу рванул в столицу.

Другие однокурсники, давно успевшие заматереть и превратиться в крепких мужчин, поспешили с ним согласиться и предупредили о скором расширении числа участников. Поэтому я вызвал официанта, попросил отдельный зал побольше и сделал дополнительный заказ.

Пока служащие ресторации делали свою работу, нашу компанию пригласили во дворик, в одну из беседок, где оперативно подготовили фуршет.

Только мы выпили за встречу, как мой телефон зазвонил и на экране появилось имя Марго.

— Господа, — улыбнулся я, — вынужден покинуть вас на некоторое время. Супруга изволит беспокоиться о моем самочувствии.

Получив разрешение, я поспешил переговорить и успокоить жену. Вообще-то я про нее не забыл и набирал сразу же после выхода из императорской ложи, однако ответившая на звонок теща сказала, что Марго укладывает спать сыновей и перезвонит чуть попозже.

Быстро переговорив с женой, я убедил ее в целостности своей тушки, а затем пообещал, если не случится ничего чрезвычайного, прибыть сегодня в поместье.

Обрадованная Марго велела передать всем знакомым привет, а затем положила трубку, позволив мне вернуться к компании, которая уже начала едва ли не посекундно разбирать прошедшую дуэль и хвастаться друг перед другом размерами ставок на мою победу. Причины сегодняшнего боя, а также превращение Наводинского в демона пока не обсуждали. Как и мое участие в закрытии пустоши. Оставили на сладкое, как я понимаю. Ну или до защитных стен снятого помещения.

После того как нас наконец пригласили за стол, все некоторое время отдавали должное еде и напиткам, а затем Деревянко обратился ко мне по старому позывному, данному в училище:

— Лед, развей наше недоумение. Ты, когда вызывал Наводинского на дуэль, знал, что он демонолюб?

Переговаривающиеся и посмеивающиеся мужики замолчали и с интересом посмотрели на меня, кроме Темниковых и Витовта конечно же. Эти уже знали правду.

— Подозревал, — после небольшой паузы ответил я. — Вы помните, кто во время того самого инфернального прорыва забил тревогу и поднял всех⁈

— Ты, конечно! — раздалось со всех сторон.

— Вот, — кивнул я. — Именно. В то время я уже несколько лет ходил в пустоши с наставником и сумел как-то почувствовать прорыв. Продолжал я наведываться туда и после всего произошедшего. Моя чувствительность понемногу росла, а затем в какой-то момент демон потянул меня съездить в республику, прикупить собственности, блин.

Все засмеялись.

— Да-да, вы знаете, во что переросла моя поездка за покупками. В женитьбу. И не только. Так вот думаю, что после той эпопеи я наконец научился чувствовать инфернальную энергию в людях. И вчера в Наводинском она тоже была, но едва заметная. Да и понял я все уже после вызова на дуэль.

— Так из-за чего вы тогда столкнулись? — уточнил Песков. — Из-за тех слухов? Что ты, мол, пустошь закрывал?

— Скорее из-за того, что Наводинский нанял отряд наемников для атаки на мои предприятия. И мне казалось, что акция могла быть связана с теми слухами. Однако все оказалось иначе. И да, несмотря на то что от князя несло пустошью, его превращение в тварь меня сильно удивило.

— Так, а прав он в итоге оказался? — прищурившись, спросил Песков. — Имею в виду твое возможное участие в закрытии Сейловичской пустоши?

— Ты что, не ознакомился с неофициальной версией, которая уже разошлась по всей стране? — не стал я откровенно врать старому товарищу. — Я закрыл ее чуть ли не в одиночку и, пропустив через себя энергию тысяч магов, сейчас лежу без сил с травмами ядра и каналов. Хотя подожди, я ведь продемонстрировал в дуэли достаточную энергоемкость заклинаний, а значит, данная версия не выдерживает встречи с реальностью.

— Ну, Лед, с тобой ни в чем нельзя быть уверенным, — заметил Деревянко, и все с ним согласились.

— Это точно, — кивнул Песков. — Не удивлюсь, если ты и пустошь закрыл, и восстановился, и Наводинскому навалял, и пойдешь еще что-нибудь отчебучишь.

— За это надо выпить! — заявил Витовт, привлекая внимание к себе. — За то, чтобы Иван и дальше нас удивлял, ну и за его умение отмазываться от сложных вопросов. Что? — посмотрел он на меня, ухмыльнувшись. — Все всё и так скоро узнают, так что считай, что получил санкцию на разглашение определенной информации для узкого круга людей.

Все воодушевились, а принц приподнял палец:

— Но без подробностей. Даже в таком близком кругу не обо всем можно говорить вслух.

— Голову сломать можно от всех этих недосказанностей, — усмехнулся Годимир.

— Просто ты и в кадетке все предпочитал решать силой, а не головой, — улыбнулся Песков. — Остальные все и так поняли…

Отсмеявшись, мы наконец перешли к обсуждению однокурсников, их достижений, успехов на государственном поприще и прочего. Оказалось, что многие из старых товарищей неплохо показали себя на различных должностях и продолжают успешную карьеру.

«Лет так через десять мои бывшие однокурсники превратятся в грозную силу, объединенную старыми воспоминаниями, общей историей и дружескими отношениями с Витовтом, который будет проводить свою политику, — задумался я о будущем. — Надеюсь, мне удастся выбраться из всех передряг живым и увидеть все своими глазами».

Тем временем пьянка набирала обороты, и ко мне прибыл Юрий Владимирович с родовым жезлом, который он незаметно забрал с арены, как только появилась такая возможность.

— Иван Егорович, — отозвал меня в сторону Резцов, — Михаил передал, что глава рода Сталевых все еще не покинул территорию ресторации.

— Отличные новости, — кивнул я. — Нужно с ним переговорить.

— Вы уверены? Все же один бой вы сегодня уже провели, — уточнил мужчина и кивнул в сторону моей рюмки. — Да и алкоголь — плохой советчик в подобных вопросах.

— Хочу решить все сегодня, раз такая возможность представилась. Неприятно будет получить удар в спину в самый неподходящий момент, — ответил я, пропуская через себя энергию алтаря, заключенную в жезле. — А про алкоголь и вовсе ерунда.

Предупредив гостей, что удалюсь на некоторое время, я велел своим людям быть наготове и отправился к главе рода Сталевых.

— Ваша светлость, прошу меня простить, но Дмитрия Вячеславовича сейчас нет на месте, — склонил голову старший администратор.

— Ты врешь, — холодным тоном сказал я, глядя мужчине в глаза. — Мне известно, что он находится на территории ресторации.

— Ваша светлость, — заметив мое давление на работника, тут же подошел ко мне шапочно знакомый член рода Сталевых, — я могу вам чем-то помочь?

— Отрежьте язык этому человеку, который смеет обманывать главу «золотого» рода.

— Михаил Сергеевич, — поклонился старший администратор Сталеву и принялся быстро пояснять: — Его светлость просит провести его к главе рода, но, по моей информации, его сейчас здесь нет.

«Быстро же он переобулся. Получается, что старший администратор просто не владеет информацией о присутствии или отсутствии главы рода. Что он не мог и помыслить об обмане целого князя», — подумал я, а Сталев перевел на меня невозмутимый взгляд.

— Как вы слышали, Дмитрия Вячеславовича нет, однако я могу передать ему ваше сообщение или просьбу о встрече.

— Мне известно, что он здесь, — холодно сказал я, глядя собеседнику в глаза. — Поэтому передайте, что если князь Сталев не найдет для беседы со мной десяток минут, то одно из ваших заведений взлетит на воздух. А затем подобным атакам будут подвержены и другие кафетерии и ресторации рода. И так будет продолжаться до тех пор, пока клиенты по всей стране от них не откажутся.

— Это объявление войны⁈ — с яростью во взгляде, но совершенно спокойно уточнил Михаил Сергеевич. — Вы осознаете последствия своих слов? Или победа в дуэли над князем Наводинским заставила вас переоценить собственные силы?

— О подобном должен задумываться глава вашего рода, который давал команду наемникам уничтожить предприятия Морозовых без серьезных причин и объявления войны, — веско произнес я.

— Что за вздор? Род Сталевых… — начал было мужчина, в глазах которого появилось хотя бы понимание происходящего, но я прервал его поднятой рукой и едва заметным выбросом энергии, заставившим воздух вокруг похолодеть.

— Довольно! Я все сказал! Жду вашего ответа.

Сталев бросил на меня хмурый взгляд, однако поспешил скрыться из виду. Он явно ощутил, что шутить я не собираюсь и что мою решительность подпитывают серьезные аргументы.

Михаил Сергеевич вернулся лишь спустя восемь минут с момента объявления ультиматума и произнес:

— Ваша светлость, следуйте за мной.

— Секунду, — остановил его я и показательно набрал номер Синичкина. — Герман Артемович, по взрывам Сталевых пока, — последнее слово выделил интонацией, — отбой. Скоро я позвоню и скажу, что с ними делать.

— Понял, Иван Егорович, — уверенно ответил мужчина.

Конечно же я блефовал. Взрывать заведения противника в то время, как там полно народу, мы не собирались. А вот ночью, когда там никого нет, — другое дело. И судя по спешке, Сталевы в моей готовности действовать не сомневались.

Кабинет главы «золотого» рода, расположенный в ресторации, оказался достаточно просторным и представлял собой скорее комнату для переговоров и отдыха, чем классическое рабочее место.

— Здравствуйте, Иван Егорович, — произнес князь, обнаружившийся в небольшом кресле возле камина, и указал на такое же кресло рядом с собой. — Прошу, присаживайтесь.

— Здравствуйте, Дмитрий Вячеславович, — ответил я, подходя ближе и усаживаясь в кресло.

— Может, хотите чего-нибудь выпить? — спросил Сталев вежливо.

— Бокала вина хватит, — ответил я непринужденно.

Официант принес нам все необходимое и, дождавшись кивка хозяина, удалился.

— Так о чем вы хотели со мной поговорить? — спросил князь, когда дверь закрылась.

— Вы и сами знаете о чем, — ответил я спокойно. — О начатой вами вражде против моего рода.

— Вы уверены в своих обвинениях? — приподнял бровь Дмитрий Вячеславович. — Есть доказательства? Или все это из-за моего вопроса полномочному представителю во время заседания боярской думы?

— Хорошая попытка. Но если вы помните, то мой взгляд еще до начала данного мероприятия был нацелен не только на Наводинского и Смятина, но и на вас. Уже тогда у меня были все документы. Или мне необходимо назвать имена двух посредников, через которых вы обычно проворачиваете подобные схемы?

— Я не верю, что у вас, Иван Егорович, столь сильная и разветвленная разведывательная сеть, — покачал головой Сталев. — Да и Темниковы никогда ранее не хвастали подобным, лишь с десяток лет назад, после вашей фиктивной смерти, они начали изображать нечто похожее на нормальную работу.

— Меня мало интересуют вопросы вашей веры, — холодно произнес я. — Хочется лишь разрешить наши разногласия тем или иным способом.

— Похоже, что явно не бескровным. Ведь минирование общественных мест, в которых полным-полно гражданских, — это отнюдь не данный вариант, — усмехнулся Сталев. — Вы желаете войны?

— Ой, ну что вы! — отмахнулся я и решил продемонстрировать нашу подготовку к конфликту. — Одно заведение из двух тысяч тридцати пяти — это такая мелочь, но, как показывает практика, отличный плацдарм для переговоров.

— Ваши подчиненные умеют считать, — попробовал поддеть меня Дмитрий Вячеславович. — Удивительное достижение.

— В математике они сильны. Недавно решали задачу и высчитывали время уничтожения двух тысяч тридцати пяти объектов с помощью взрывчатых веществ и такого же количества опытных бойцов. Ответ пришелся мне по нраву, — произнес я и делано удивился: — Подождите, так количество ваших заведений и численность объектов в примере одинаковы! Вот это совпадение.

— И что вам даст решение данного математического вычисления? — уточнил Дмитрий Вячеславович, осознавая урон от подобного удара.

— Может, он покажет роду Сталевых, что Морозовы не прощают обид? До этого момента у нас не было разногласий, и не моя вина, что они появились.

— Я расстроил ваше трепетное сердечко? — усмехнулся собеседник, желая вывести меня из себя.

— Именно, — кивнул я, — не люблю такое. Строишь что-то, строишь, развиваешь, а тут бац! Приходят недалекие индивидуумы и все ломают. Обидно ведь, правда? Если нет, то скоро прочувствуете это на практике.

— Не понимаю, к чему весь этот разговор? Вы решили известить меня о своих намерениях? Или пристыдить? В таком случае, знайте — это выглядит глупо. Я ничуть не боюсь ваших угроз, Иван Егорович, как нынешних, так и будущих. Решите воевать, тогда я использую весь разрушительный потенциал дружины своего рода, а не стану нанимать каких-то слабаков, — спокойно ответил Сталев, пригубив бокал.

— Вы ведете разговор так, словно это я первый пришел к вам с мечом, а не наоборот, — прищурился я.

— Да мне плевать. Первый ты пришел, второй или третий, — отбросив любезности, жестким тоном сказал Сталев. — Попробуешь провернуть то, что запланировал, — готовься к войне. И ни император, ни патриарх тебя не защитят.

Признаться, такого поворота я не ожидал. Слишком уж резко Дмитрий Вячеславович поменял тон разговора. Однако не успел я и слова сказать, как Сталев продолжил давить:

— А что ты думал? Придешь в мой дом, начнешь угрожать, а я встану на задние лапки и поспешу тебя умиротворить? Так, что ли? А вот не так! Ты сам влез туда, куда тебя не просили. Наделал дел и думаешь, что это сойдет тебе с рук? Нет! Ты сам во всем виноват!

— Хорошо сказал, — отбросил любезности и я. — Только теперь ты меня послушай. Сейчас я сделаю один звонок, и все твои заведения начнут превращаться в пепел. Никакая охрана их не спасет. Следом я приду за небольшими и малыми предприятиями, а может, и за их поставщиками. Нарушу тебе всю логистику и лишу прибыли. Разверну информационную войну и объявлю тебя сообщником демонолюбов, который мешает мне закрывать пустоши. Думаю, после произошедшего с Наводинским никто подобному не удивится. А затем, после того как ты попадешь в застенки инквизиторов, я сделаю все, чтобы ты оттуда не вышел. И если считаешь, что я постесняюсь попросить помощи императора или патриарха, то ты глубоко заблуждаешься. В крайнем случае обменяю твою голову на ценную услугу. Долго ли ты продержишься в таком случае? Или, может, считаешь, что Изяслав питает к тебе добрые чувства и не пойдет на подобное в обмен на закрытие парочки пустошей?

— Вот и произошло это, — вновь смочил горло вином Дмитрий Вячеславович. — Князь Морозов потерял берега от вседозволенности.

— Нет, — покачал головой я. — Мне не приходится угрожать кому-либо. Лишь тем, кто посчитал возможным атаковать мой род. Не было бы этого, и мы бы не познакомились так близко, как сейчас.

— Ты, Иван, молод и неопытен, — произнес мужчина, наконец-то найдя доводы в свою пользу. — Забываешь о том, что своими действиями перешел дорогу многим влиятельным людям. Которые не дадут Изяславу убрать главу «золотого» рода. Ведь они понимают, что, если позволят взять меня, то скоро придут и за ними.

— Убрать тебя могут и когнийские наемники, — пожал плечами я. — Нюансы не так уж и важны. Главное — результат.

— Что мешает мне убить тебя прямо здесь и сейчас? Прикопать тебя под розами в саду и сказать, что так и было? — уточнил Сталев, и я почувствовал исходящую от него отнюдь не маленькую магическую силу.

Появилось ощущение чего-то тяжелого, плотного и давящего на плечи. Однако так я тоже умел, поэтому спустя пару мгновений тяжесть ушла, а температура в помещении значительно понизилась.

— Можешь попробовать. Наводинский вот рискнул. И где он? Впрочем, это лишь развяжет мне руки и позволит сровнять с землей бриллиант рода Сталевых — ресторацию «Золотой талер».

— Ты один, — покачал головой Дмитрий Вячеславович, — а у меня тут два десятка архимагов, столько же профессоров и в несколько раз больше среднеранговых бойцов с кучей оружия. Раздавим в мгновение ока.

— Во-первых, не в мгновение. Во-вторых, со мной подразделение службы безопасности, готовое защищать и защищаться в любой момент. В-третьих, здесь сейчас отдыхают как мои старшие братья, так и однокурсники из кадетского училища, возглавляемые Витовтом и обязанные мне жизнью. Думаешь, они будут спокойно смотреть на то, как твои люди пытаются меня убить? В-четвертых, ты на это не пойдешь, ведь после произошедшего твое заведение явно потеряет статус нейтрального и безопасного. Так иногда бывает, когда нападаешь на своих гостей.

— Хорошо, — после паузы ответил Дмитрий Вячеславович. — Твои доводы кажутся мне вполне обоснованными. Так чего ты хочешь?

— Изначально планировал взорвать несколько заведений Сталевых, чтобы жизнь медом не казалась. Продемонстрировать, что на любую силу есть другая и что Морозовых трогать не стоит. Но теперь вижу, что ты и сам это понял. Так что, думаю, пятидесяти тысяч талеров на покрытие нужд охраны предприятия и штурмовой роты, уничтожившей наемный отряд «Ракот», будет вполне достаточно.

Дмитрий Вячеславович оказался крепким орешком, серьезно давить на него, как на Смятина, у которого сын находился в заложниках, а репутация оказалась подмочена союзом с демонолюбом, я не мог. Поэтому решил обойтись формальной, но все же компенсацией. Война была не в моих интересах.

— Всего лишь? — удивился Сталев и усмехнулся. — Даже не будешь просить переписать на тебя несколько моих заведений?

— Мм… — Я сделал вид, что задумался. — Отличная идея, но нет. Указанных средств будет достаточно, но только в том случае, если между нашими родами установится мир.

— Хорошо, — кивнул Дмитрий Вячеславович, вставая и намекая на то, что разговор завершен. — Род Сталевых принимает предложение рода Морозовых и согласен выплатить компенсацию в размере пятидесяти тысяч.

Мы скрепили договор рукопожатием, и я направился к двери.

— Иван Егорович, — у самого выхода остановил меня хозяин кабинета. — Советую вам обратить внимание на церковников. Там не все довольны вашим участием в закрытии пустоши.

— Почему вы решили мне помочь? — повернувшись и приподняв бровь, уточнил я.

— Не важно, — ответил он. — Просто захотел оказать вам небольшую услугу, раз между нами нет вражды.

— Спасибо, — кивнул я, — но я уже знаю о некоторых шероховатостях с этой стороны.

Еще не хватало, чтобы я был ему чем-то обязан. Хотя, конечно, он вряд ли желал мне помочь. Думаю, напротив, надеется, что в противостоянии со служителями я просто сверну шею. Только вот ему неизвестно, что бороться с недружественными церковниками я буду с помощью их же собственных товарищей.

Учитывая тот факт, что через два дня император планировал собрать совещание, на котором заслушает патриарха и полномочного представителя в области обороны, а затем по итогам мероприятия, возможно, даст команду на закрытие пустоши, я решил все свободное время провести вместе с семьей в родовом поместье. Ведь потом такой возможности может и не быть.

К сожалению, Марго уже было известно, чем меня планируют нагрузить в скором времени, поэтому она вцепилась в меня мертвой хваткой и никуда не хотела от себя отпускать. За эти дни, несмотря на то что жена старалась держаться, я несколько раз видел слезы на ее лице. А в ночь перед отъездом она и вовсе проплакала несколько часов на моем плече, пока не забылась беспокойным сном.

Пришлось утром долго ее успокаивать, затем вновь объяснять необходимость закрытия пустоши именно мной, а не нашими детьми, и долго перечислять принятые мной меры безопасности. Начиная от магического жезла и заканчивая усилением в два раза группы прикрытия, которая в любом случае будет меня сопровождать.

Сцена, устроенная Марго, оставила тяжелый осадок. С одной стороны, было приятно, что есть в этом мире люди, которым я небезразличен. С другой — она напомнила, что у меня много обязательств перед любимыми, семьей и родом Морозовых, что я ни в коем случае не должен погибнуть как в ходе операции, так и после нее, когда буду ослаблен.

«Нужно будет высказать свое недовольство Добромыслу, Проклу или Агафодору, — мрачно думал я, летя на вертолете в столицу. — Если бы не их промашка, то никто бы не узнал о моем плачевном состоянии после ритуала. А теперь можно лишь гадать, что могут предпринять еще не выявленные враги, имея подобную информацию. Благо хоть переработка частичек чужой энергетики завершилась удачно и увеличила емкость моего резерва. Может, и последствия следующего ритуала будут не столь болезненными?»

В руках пискнул планшет, заставляя меня обратить внимание на очередное сообщение, переданное отделом информационного противоборства, и вновь поморщиться. К сожалению, такова судьба главы «золотого» рода, которому даже в кругу семьи приходится работать, ну или, как минимум, отслеживать новости и частично контролировать деятельность аналитиков. Возможно, будь ситуация не столь напряженной, то я бы со спокойной душой поручил Синичкину разбираться со всеми вопросами самому, однако обстановка накалена, я участвую в исторических событиях, поэтому нужно держать руку на пульсе.

Информация о закрытии пустоши, его последствиях, заседании боярской думы и произошедшем на нем вызове на дуэль, а также бой и превращение Наводинского в демона, наделали немало шума, особенно в связи с тем, что инферналам продался глава «золотого» рода Носирианской империи.

Хорошо хоть Изяслав не стал как-либо оправдывать князя, а, напротив, лишь усилил работу по продвижению своих идей. Сказал, что раз демонолюбам удалось запудрить мозги даже князю, то они могут повлиять и на менее могущественных людей, а значит, мир в опасности и пустоши требуется срочно закрыть.

Вместе с тем активно обсуждалось мое возможное участие в первой фазе операции, недомогание от управления чужой энергией и неожиданная для всех сила, продемонстрированная на дуэли.

Одни заявляли, что последний факт противоречит версии об участии в закрытии пустоши. Другие напирали на то, что информация получена из разных, но достоверных источников. Третьи — что князь Морозов это аватар Спасителя, который не только пропустил через себя много энергии, но и смог при этом победить князя-демона.

Последняя версия мне особенно не нравилась, так как она вызывала резонанс и в будущем могла доставить серьезные проблемы. В основном именно ее опровержением и занимались подчиненные Синичкина.

Благо, что сегодня появились новости, которые сместили фокус внимания с князя Морозова на заседание боярской думы, которая приняла решение о массовом участии родов в имперской операции и привлечении большого количества высокоранговых магов.

Совещание во дворце проходило в уже знакомом составе. Правда, на этот раз к патриарху Добромыслу вновь присоединился главный имперский инквизитор.

Митрополит Прокл был мрачнее тучи. Он имел несколько помятый вид, огромные круги под глазами и сероватый цвет лица, свидетельствующий о недосыпании, а также ауру словно бы искупавшегося в крови человека.

«Он бы подружился с Феофаном», — подумал я, здороваясь со всеми.

Через некоторое время вошел император с полномочным представителем. После всех необходимых расшаркиваний мы заняли свои места, и Изяслав произнес:

— Итак, господа. Времени у нас мало, работы много, поэтому предлагаю сразу перейти к делу. Юзеф Валерианович, начнем с вас. Ознакомьте присутствующих с результатами вашего расследования.

По словам полномочного представителя, выходило следующее. Около месяца назад князь Наводинский привез в свое поместье странного однорукого калеку, частичное описание которого дали несколько слуг и бойцов одной из резиденций данного рода. Неизвестного поселили в подвальном помещении, и доступ туда имели лишь самые преданные слуги.

Сразу же после этого по всей стране стали пропадать одинокие люди. Изначально их было немного, однако спустя еще две недели количество пропавших резко увеличилось, что укладывалось в предложенную на прошлой встрече версию о проведении слабого ритуала и проверке его эффективности, а затем и следующего, только уже полноценного. В подтверждение этого факта говорит найденная на экранированном полигоне Наводинских жертвенная пентаграмма с эманациями смерти. К сожалению, неизвестный калека ушел оттуда раньше, чем безопасники ворвались на территорию резиденции, и убил всех, кто имел возможность его видеть. Из чего Юзеф Валерианович сделал вывод, что лидер демонопоклонников каким-то образом восстанавливается после моего с ним сражения и ищет способ убрать князя Морозова чужими руками.

— Вполне вероятно, — произнес Добромысл. — Во время предыдущего покушения нам удалось уничтожить чуть ли не все его силы, поэтому он решил прибегнуть к хитрости.

— А тут еще и закрытие Сейловичской пустоши, — заметил я, — которое заставило его поторопиться. В ином случае не вижу необходимости сталкивать нас с Борисом Сергеевичем лбами так рано. Думаю, что если бы у Наводинского было время, то он стал бы куда более опасным противником.

— Это важное уточнение, — заметил Юзеф Валерианович. — Теперь мы точно знаем, что лидер демонопоклонников не только жив, но и стремится помешать закрытию пустошей. А значит, на следующем этапе операции нам понадобится еще больше усилить меры предосторожности…

После обсуждения всех деталей и нюансов расследования слово перешло к патриарху Добромыслу.

Старик спокойно и без лишних эмоций рассказал об аресте и заключении в казематы трехсот сорока двух служителей церкви, а также о более тесной работе с семнадцатью лицами, ответственными за выдачу информации по закрытию пустоши. Завершив краткий доклад, он добавил, что порядок в его епархии наведен и больше таких проблем не возникнет.

— Есть еще что-то, что нам необходимо знать? — уточнил Изяслав, не удовлетворенный таким ответом.

— Есть, — кивнул Добромысл. — Со мной связались главы церквей соседних стран, желающие закрыть пустоши на своей территории. Они просят разрешения допустить до следующего этапа своих наблюдателей, а также получить наработки империи в данном вопросе. Имеется в виду порядок подготовки страны к проведению операции, ее план, ритуал, а также алгоритм работы трофейной команды.

— Не только ваши товарищи из других стран решили ознакомиться с нашими достижениями, — произнес Изяслав задумчиво. — Послы нескольких заинтересованных государств также просили об аудиенции и обращались к империи с похожими просьбами.

— И что вы решили, ваше величество? — с интересом спросил патриарх.

— Что мы допустим наблюдателей, — ответил Изяслав и, бросив взгляд на своего полномочного представителя, добавил: — Если хотим добиться успеха и получить помощь от союзников в закрытии пустошей по всему миру.

— Ваше величество, в данном случае придется еще больше усиливать охрану князя Морозова, — заметил Юзеф Валерианович. — Существует возможность устранения главного элемента ритуала, без которого все пойдет прахом.

— Ничего страшного, мы и так планировали серьезно усилить охрану, благо боярское собрание принялось за сбор добровольцев, — пожал плечами Изяслав и, обведя всех взглядом, произнес: — Господа. Объявляю начало подготовки второй фазы операции «Имперская решимость». Вам, патриарх, советую обратиться к министру иностранных дел и выработать единую стратегию по участию наблюдателей от разных структур. Юзеф Валерианович, а вы возьмите этот момент на контроль, как и плотное наблюдение за нашими иностранными гостями. Они должны увидеть все своими глазами, но быть под контролем и не иметь возможности помешать ритуалу. Встречаемся через два дня. В пятницу. А уже в субботу, в десять часов утра приступаем ко второй фазе операции. Как и указывалось ранее, наша цель — Малая Ланьская пустошь. За работу, господа.

Глава 15

Лисана расположилась в большой комнате уютной квартирки, нелегально снятой одним из четверки выживших демонолюбов, и с кривой ухмылкой на лице проверяла снаряжение, которое планировала использовать в скором времени.

«Наконец-то кардинал понял, что все нужно делать своими руками, и пообещал, что у меня будет возможность превратить ублюдка в пепел!» — пронеслось в ее голове.

Довольно захихикав, женщина любовно пробежала пальцами по двум небольшим потертым жезлам, на корпусе которых были изображены национальные танзинийские орнаменты, и, отложив их в сторону, принялась за неполную разборку автомата. Необходимо было привести в порядок вынесенное из тайника оружие, чтобы оно не подвело в неподходящий момент. Кто знает, сколько времени оно вообще там пролежало?

На самом деле Вспышкина не особо жаловала огнестрельное оружие, предпочитая атаковать противника родовой магией. Однако те времена, когда ее, как главную ударную силу, прикрывало около сотни бойцов, прошли. Враг силен и окружен многочисленной охраной. Поэтому важна любая мелочь. Тот же презренный пистолет во время последнего покушения на Морозова позволил ей выиграть несколько секунд и, подготовив сложное заклинание, уйти.

Как и всегда бывало при упоминании родового имени кровного врага, даже мысленном, воздух вокруг женщины серьезно нагрелся, грозя поджечь хрупкую мебель, шторы, ветошь, использующуюся для чистки оружия, и другие находящиеся поблизости вещи, однако Лисана поспешила взять себя в руки и волевым усилием впитала выпущенную энергию.

— Не хватало в очередной раз устроить пожар, — каким-то механическим голосом пробормотала она, даже не заметив, что постоянно в подобной ситуации повторяет сказанные кардиналом слова, заложенные через ритуал подчинения.

После ее слов в одной из комнат раздался шорох, и через какое-то время оттуда выбрался лидер демонопоклонников.

— Опять чуть не спалила квартиру? — прохрипел калека, занимая место рядом с Лисаной, и, посмотрев на часы, поморщился. — Пять утра! Где этого ублюдка носит?

— Хотите, я избавлюсь от него? — спросила женщина, подняв на начальника преданный взгляд.

Слишком уж ее бесил хитрый и слабый слизняк в ранге бакалавра, которому чудом удалось выжить там, где сложили голову намного более сильные бойцы и маги их ордена.

— И кто тогда будет выполнять мои поручения? Снимать квартиру? Решать вопросы с едой? Общаться с союзниками? — поморщившись, спросил кардинал. — Ты со своим скверным характером? Или я с непревзойденной внешностью? А⁈

Женщина еще раз осмотрела уродливого однорукого калеку и спустя несколько мгновений ответила:

— Вы действительно привлекаете слишком много внимания. Поэтому Владимир может быть полезен.

— Даже больше, чем ты себе представляешь, — прохрипел кардинал. — Он один из младших помощников Цыбулькина. Владеет не только многими знаниями, но и обладает многочисленными связями с нашими партнерами. Повезло, что в бойне выжил он, а не какой-нибудь безмозглый Мясник.

— Это точно, а то этот идиот уже давно бы нас выдал, — произнес еще один член их отряда, выходя из своей комнаты.

Моложавый и худощавый мужчина, безмятежно поигрывающий жезлом, имел ранг архимага и являлся достойным противником, поэтому с его присутствием Лисана мирилась. Как минимум, обузой он точно не был. Хотя после последнего дела Вспышкина сомневалась, что увидит его в компании кардинала.

— Зачем ты здесь? — спросила Лисана мужчину, заставив его на мгновение замереть.

— Что, прости? — приподнял он бровь и, усмехнувшись, занял свободное место. — Ну не все же время мне в комнате куковать.

— Я спрашиваю, почему ты еще здесь, с нами? Не сбежал, как несколько отступников, а продолжаешь держаться за орден? — произнесла Лисана.

— Странно, что этот вопрос у тебя появился только сейчас, спустя столько времени, — усмехнулся мужчина.

— Я и Роман Александрович, — кивнула Вспышкина в сторону кардинала, — мечтаем отомстить ублюдку Морозову, вырвать его сердце и спалить дотла, — сказала она и, ликвидировав последствия своей вспыльчивости, продолжила: — А вот зачем ты здесь, мне непонятно.

— Все просто, — произнес маг и посмотрел коллеге в глаза. — Предполагаю, что после убийства Морозова мы сможем вернуться к повседневной деятельности. Станем наращивать численность ордена, продолжим проведение ритуалов, и в свое время, как наиболее преданный сторонник кардинала, я получу должность мессира, а с ней усилю свои магические способности и продлю себе жизнь.

— Значит, только ради выгоды? — поморщилась женщина.

— Не самый плохой стимул, — прохрипел Роман Александрович и посмотрел на мага. — Воды.

Кивнув, мужчина взмахнул рукой, и пластиковая бутылка, а также пара стаканов перелетели на стол, где он наполнил последние и передал их кардиналу.

Владимир, который должен был принести важные новости, явился лишь после двенадцати часов дня. Молодой высокий симпатичный мужчина был одет в дешевый, но опрятный и отутюженный костюм, которые так любят офисные клерки. На его лице застыла скромная располагающая улыбка, с которой он вот уже несколько минут о чем-то весело переговаривался с соседкой по лестничной площадке.

— Почему так долго⁈ — встретил его неприветливый голос кардинала, как только дверь закрылась.

— Добрый день, Роман Александрович, Лисана, Аркан, — поздоровался со всеми Владимир и активировал амулет с «пологом тишины». — Пришлось покрутиться по городу, уходя от наших халифарских друзей и тех, кто за ними наблюдал.

— Ты точно справился? — жестким тоном спросил кардинал, а Вспышкина поспешила к окну, чтобы проверить обстановку. — Не привел за собой хвост?

— Исключено, — покачал головой молодой мужчина и поспешил налить себе стакан воды. — Они, конечно, старались, но как-то слабо. Не хватает посольским нужной сноровки. Так что ушел, а потом еще и несколько раз провериться не забыл.

— А это точно были наши восточные друзья? Может, имперские безопасники на хвост сели? — спросил Аркан.

— Не. Эти были вторыми. Они как раз халифарцев и пасли, — легкомысленно отмахнулся Владимир.

— По лезвию ходишь, мальчишка, — прохрипел старший демонолюб.

— Роман Александрович, — горячо сказал Владимир, — вы меня знаете. Я свое дело — тоже. Ушел я от них без проблем, если не верите, то предлагаю переместиться в соседнюю квартиру, ее хозяйка как раз уехала в пригород на несколько дней и поделилась со мной связкой ключей.

Кардинал прикрыл глаза, прислушался к чему-то внутри себя и покачал головой.

— Пока не нужно, но ключи все же придержи. На всякий случай.

Владимир кивнул и услышал новый вопрос от лидера, только на этот раз по делу:

— Что они ответили?

— Они согласны, — произнес связной, и на его лице заиграла змеиная ухмылка. — Султаны, на территории которых находятся пустоши, не заинтересованы в исчезновении источника их доходов. Поэтому они готовы не только оплатить устранение Морозова, но и оказать нам значительную помощь.

— Какую, например? — скептическим тоном спросил кардинал. — Вряд ли они решатся напасть на мальчишку открыто.

— Но зато у них есть контакты танзинийских наемников, которые могут взять на себя ответственность за акцию и поддержат нас при нападении. Кроме того, мы получим информацию от халифарского наблюдателя о времени начала операции и выбранной пустоши.

Аркан перестал играть жезлом.

— Они могут просто сдать нас имперцам. В интересах укрепления союза конечно же.

— Нет, — покачал головой Владимир, — ты не владеешь ситуацией. У нас на халифарских партнеров есть серьезный компромат, поэтому банальной подставы не будет. К тому же пустошные султаны — самые богатые правители Халифарского союза. Щедро заплатили кому нужно за уничтожение князя. Своим появлением Морозов поставил им кол под задний проход, и теперь только от них зависит, успеют они уйти от опасности или навалятся всем телом.

— Ну, потеряют в деньгах, — произнесла Лисана, все еще наблюдая за окном. — Разве это смертельно?

— Потеряют в очень больших деньгах, — покачал головой Владимир. — Тут тебе и процент с продажи ингредиентов, и собственные многочисленные отряды охотников, и допуск старших магов за отдельную плату, и сотни постоялых дворов, казино, гостиниц. Это все большие деньги, которые уйдут с потерей пустоши. Зато активизируются старые враги, которые только и ждут ослабления позиций султанов. Так что на публику владельцы пустошей, как и все, желают избавиться от проклятой земли, а на деле являются демонопоклонниками еще почище, чем тот же орден Горана.

— Давай к сути, — произнес кардинал. — Договорились о безопасной связи и координации?

— Да, — кивнул Владимир. — Они предлагают не рисковать, попадая на территорию пустоши, а перехватить Морозова после ритуала. В тот момент, когда он будет ранен, ослаблен и без сознания.

Кардинал задумался и прохрипел:

— На выходе это делать опасно. Слишком много инквизиторов и вояк там будет, а вот внутри, да после окончания ритуала, почему бы и нет? Только нужно узнать, какую пустошь будут закрывать и где разместят магов, передающих свою энергию.

К месту проведения ритуала мой увеличившийся в численности отряд летел на вертолетах вооруженных сил, которые были переданы во временное пользование ордену инквизиторов. После долгих обсуждений я все же решил и дальше скрывать свое лицо под личиной. Во-первых, так проще затеряться среди многочисленных церковников. Во-вторых, после дуэли с Наводинским многие стали сомневаться, что именно я закрывал пустошь, поэтому у меня появилась возможность подыграть. Кто знает? Может, мне удастся спекулировать на этом?

«Чем меньше у людей уверенности в моей причастности к закрытию пустошей — тем лучше для рода Морозовых, — подумал я и выглянул в иллюминатор. — Скоро там эта Лань будет?»

Да, именно та пустошь, которую во время предыдущего этапа покинуло больше всего демонов, и является нашей целью. И дело тут не только в необходимости отомстить за большое количество жертв среди гражданских. Главную роль здесь играла явно меньшая численность демонов, чем в других пустошах. Изяслав не был глупцом и понимал, что чем меньше останется проклятых мест, тем более ожесточенное сопротивление будут оказывать демоны на каждом следующем этапе операции, поэтому при планировании учитывалась любая мелочь. Да и всегда была вероятность, что даже столь многочисленная и высокоранговая армия может просто не выдержать натиска десятков тысяч демонов. Именно по этой причине я не брал на дело свой родовой жезл с походным алтарем в навершии, хоть он и был великолепным подспорьем в битве. Теперь даже если я не выживу, он послужит моим сыновьям, а не отравит родовой источник.

— Подлетаем, — раздался голос одного из бойцов, и я, бросив взгляд в иллюминатор, увидел очертания небольшого полевого лагеря всего лишь с двумя десятками палаток, где уже вовсю должен был командовать митрополит Прокл.

Увидев подобные приготовления, можно было бы подумать, что небольшой палаточный городок демаскирует цель второго этапа, однако министерство обороны, курирующее операцию, предусмотрело подобный нюанс и организовало аналогичные лагеря неподалеку от каждой из имперских пустошей.

Делалась это для того, чтобы растянуть внимание недоброжелателей по всем проклятым землям, а также выиграть несколько часов для участников операции, которым теперь не нужно будет с нуля организовывать подобный городок. Они просто нарастят мясо на уже имеющуюся инфраструктуру. Кроме того, предполагалось, что развернутые загодя палатки с полевым госпиталем позволят сохранить жизни бойцов, которые будут ранены в первые часы боя. Именно там, по моей информации, также будут работать представители некоторых боярских родов, специализирующиеся на целительстве, те же Кровянкины и Белянины.

На вертолетной площадке начавшего расширяться полевого лагеря нас встречал митрополит Прокл с помощниками. Один из его людей по уже знакомой схеме повел моих парней в палатку, а я с Михаилом и Юрием Владимировичем отправился в штаб, где, кстати, больше не было знакомого мне викария Симеона. Вместо него обнаружился кряжистый и чуть полноватый мужчина, который зычно покрикивал на нерасторопных подчиненных.

Я посмотрел на часы.

До начала речи Изяслава осталось семь минут, а значит, скоро все завертится.

В интересах обеспечения безопасности одного из важнейших участников ритуала, то есть моей, Юзеф Валерианович решил отправить меня в зону проведения операции заранее. Существовала высокая вероятность, что кто-нибудь из новых или старых врагов сумеет меня отследить и попробует нанести превентивный удар. Практика показала, что демонопоклонников недооценивать не стоит. Кто знает, может, они взяли под контроль не только Наводинского⁈ Хотя после слива информации церковниками у меня появились куда более осязаемые враги. Начиная со свободных охотников и заканчивая боевыми группами боярских родов и наемниками иностранных государств. Надеюсь, что хотя бы представители Носирианской империи образумятся после устроенного мной кровавого разгрома…

«Ничего, — положил я руку на карман, в котором находилась коробочка с камнем энергии, переданным Изяславом. — Если что, у меня есть оружие последнего шанса. Попробуют прижать — я не постесняюсь применить накопитель эпохи Спасителя и покажу, на что способен!»

К нам подошел новый начальник штаба.

— Митрополит Ефим, — представился он.

— Тринадцатый. А это мои помощники, — ответил я, кивнув на Юрия Владимировича и Михаила. — Мы бы хотели уточнить обстановку и порядок действий.

— Никак не могу, — покачал головой мужчина и посмотрел на часы. — Сначала мы должны получить сигнал тревоги, затем вскрыть пакет и ознакомиться с содержимым. Потом начнем передислокацию личного состава и работу с картой. Так что доложить обстановку я смогу только после того, как сам со всем ознакомлюсь. Предлагаю вам занять место в своей палатке и отдохнуть. Посыльный прибудет за вами, когда все будет готово.

— Значит, мы можем зайти с другого пограничного пункта? — уточнил я. — Изменится местонахождение алтаря? А порядок походной колонны?

— Не думаю, — покачал головой митрополит Ефим и с вызовом добавил: — Но все равно я не буду доводить информацию ранее, чем поступит сигнал! Идите в палатку и ждите вызова!

— Успокойтесь! — добавив в голос холода, произнес я и посмотрел в сторону Прокла. — Зачем вы привели меня сюда? Чтобы я тратил время на уговоры?

— Тринадцатый! Я здесь начальник штаба, — повысил голос Ефим, и я почувствовал исходящую от него духовную силу, мужичок был явно непрост, — и я сам решаю, как выполнять свою работу!

«Да что так не везет-то? — разозлился я. — Почему всегда на каких-то хмырей нарываюсь, которые вместо работы хотят кому-то что-то доказать».

Ничего не говоря, я достал из кармана обычный кнопочный телефон, который несколько дней назад передал мне на совещании Юзеф Валерианович, и набрал один из номеров.

— Добрый день, патриарх, — поприветствовал я Добромысла и заметил, как недовольно засопел Ефим.

— Здравствуйте, тринадцатый, — услышал я голос старика, который сразу перешел к делу. — Что случилось? Какие-то проблемы?

— Прошу усмирить начальника временного штаба, который вместо работы и выполнения обязанностей пытается поднять свою значимость. Я прибыл работать, а не проверять нервы на прочность. У нас тут более важное дело намечается. И с Проклом пообщайтесь, — удивил я своими словами главного инквизитора, который безмятежно наблюдал за представлением. — Он самоустранился. А я в ваши подковерные игры играть не собираюсь. Продолжите заниматься ерундой — развернусь и отправлюсь домой. Если у инквизиторов проблемы на данном уровне перед началом активных боевых действий, то что будет потом?

— Понял тебя, тринадцатый, — услышал я жесткий голос Добромысла. — Прошу прощения за своих людей. Я во всем разберусь.

— Вы меня слышали! Продолжите заниматься ерундой — будете закрывать пустошь сами! — жестко сказал я и, отсоединившись, посмотрел на покрасневшего Ефима. — Жду посыльного.

— Урод, блин, — произнес Михаил, выходя следом за мной. — Если бы не инкогнито и предстоящая операция, то я бы его на лоскуты порвал. Ублюдок! Из-за таких уродов, как он, у нас в вооруженных силах многие бойцы и не хотят служить!

— Власть в голову ударила, — индифферентно заметил Юрий Владимирович. — Бывает. Главное, чтобы они там к согласию пришли и за дело взялись.

Однако далеко уйти мы не успели.

Из штабной палатки выбежал молодой парень и попросил нас проследовать на брифинг.

Я хотел было послать их всех лесом, чтобы инквизиторы немного за мной побегали и пришли в чувство, однако отринул эту идею. Серьезное дело намечено, а не игра в бирюльки. Поэтому кивнул и вновь пошел в штаб, где уже успели включить телевизор и слушали очередное экстренное обращение императора.

Сразу же после него раздраженный митрополит Ефим велел разложить карту на нескольких сдвинутых столах и начал докладывать обстановку. Впрочем, ничего нового я не услышал. Мы должны были действовать примерно так же, как и прошлый раз. Единственное отличие заключалось в большем количестве групп зачистки, а также существенном увеличении числа охраны главного отряда.

Выяснив то, что мне необходимо, я сдержанно поблагодарил начальника штаба и вместе с митрополитом Проклом отправился в его кабинет — часть палатки, которую накрывал «полог тишины».

— Прошу простить это непотребство, — произнес Прокл, когда мы уселись. — Митрополит Ефим был назначен на должность два дня назад. Еще не успели сработаться.

Это извинения? Не ожидал от него. Видимо, самому неприятно за тот бардак, что сейчас творится в штабе.

— Надеюсь, это никак не повлияет на ход операции? — осведомился я.

— Нет, — покачал головой мужчина. — Ефим остается на месте. Будет контролировать выдвижение отрядов и прочее. В пустоши руководить всем буду я.

— Хорошо, — кивнул я, обрадовавшись его словам.

Два церковника, борющихся за власть и влияние во время проведения подобных мероприятий, это просто смерти подобно. Если бы они сами не решили этот вопрос, то нужно было бы вновь звонить Добромыслу.

— Вам надо что-то от нас? — задал новый вопрос Прокл. — Люди? Зелья? Оружие? Обмундирование?

Я задумался.

— Вообще-то, есть кое-что.

— Слушаю, — кивнул Прокл.

— Я хочу, чтобы ваши люди обратили внимание на нахождение вблизи пустоши двоих гражданских лиц… — удивил я Прокла и коротко описал приметы деда Тараса и Марыси, которые словно в воду канули, но я почему-то не сомневался, что могу увидеть их в ближайшее время.

Мелькнувшее на лице митрополита удивление сменилось пониманием, а затем он спросил:

— А это, случайно, не те же люди, что спасли несколько отделений бойцов на прошлом этапе операции?

— Несколько? — уточнил я. — Мне известно лишь об одном.

— Так, значит, это ваши? — облегченно произнес Прокл. — А мы уже голову сломали, пытаясь понять, кто это вообще такие.

— Можно и так сказать. Знаю, что они точно придут мне на помощь и могут сгинуть в пустоши, а мне бы этого не хотелось.

— Скорее демоны сгинут, — позволил себе улыбку Прокл, чем немало меня удивил. — Не переживайте. Я дам команду, чтобы их отслеживали…

По моим наблюдениям, второй этап операции для личного состава подразделений силовых структур начался более неожиданно, чем первый. Еще перед объявлением Изяслава по многим ведомствам прошел слух о внезапной проверке боевой готовности, которая к тому же проводилась в рабочее время буднего дня, когда все должностные лица были на службе. На этот раз по понятным причинам никто информацию о скором начале второго этапа спешить не давал, ведь демонолюбы и противники закрытия пустоши никуда не пропали…

Первые подразделения сил специальных операций, усиленные боярскими дружинами, прибыли с трех до четырех часов и принялись готовиться к входу в пограничную пустошь. К этому же времени на базу Прокла сели несколько дорогих вертолетов с эмблемами министерства внутренних дел, на которых прибыли наблюдатели из пяти стран, каждый с парой телохранителей.

— Все же явились, — пробормотал Прокл себе под нос, когда мы вышли проконтролировать прибытие последних отрядов магов-батареек из другого лагеря. — Еще и этих защищать нужно.

— Надеюсь, они восхитятся нашими успехами и попробуют проделать то же у себя, — ответил я и, заметив, что процессия направляется к нам, поспешил покинуть митрополита. Не хватало, чтобы меня кто-нибудь узнал.

Вернувшись к своим людям, я еще раз обговорил наши дальнейшие действия, напомнил задачу каждого из присутствующих, а затем до нас донеслись звуки боя и применения энергоемких заклинаний.

Резцов выругался и, заметив мой взгляд, пояснил:

— Отряды зачистки начали заходить всего две минуты назад, а тут такое. Это значит, что демоны были готовы и пустошь ими кишит.

— Плохо, — согласился я. — Но мы ведь отправили подразделения, усиленные чуть ли не в два с половиной раза. Да и числом немалым.

— Только на это и надежда, — кивнул Юрий Владимирович и перевел взгляд на остальных членов отряда. — Встречают нас неласково. Поэтому всем собраться и быть готовыми к неприятностям. Чует сердце, это не последний сюрприз, который нас сегодня ожидает.

Я кивнул.

И после слов Юрия Владимировича ощутил легкое чувство опасности.

Началось.

Глава 16

Со стороны пустоши продолжали доноситься звуки жаркого боя, а наш сводный отряд из ритуалистов, их охраны и прикомандированных членов боярских родов уже выстраивался в походную колонну. Инквизиторы решили вопрос с управлением вновь прибывшими высокоранговыми магами достаточно просто — закрепив их за тем или иным отделением. И, судя по всему, данная методика дает неплохие результаты. Как минимум, построились мы достаточно оперативно.

Помимо новых лиц и увеличения численности подразделений охранения чуть ли не в два раза, других изменений я не заметил. Предполагал, что такое качественное и количественное усиление произошло как с флангов, так и с тыла нашей сводной группы. Все же мы идем закрывать пустошь, и ударить по нам могут с любой стороны.

Хотя нет. Кое-что все-таки серьезно изменилось. На проклятую землю мы заходили почти сразу после отрядов зачистки, а не с временной паузой, как в прошлую фазу. Такое решение было принято исходя из большой численности демонов, встречавших наши отряды у каждого пограничного поста Ланьской пустоши.

— Вперед! Вперед! Проходим! — зычным голосом начал раздавать команды один из помощников главного инквизитора империи, и первые отряды организованно двинулись на территорию пограничного пункта. Хотя последние, как я заметил, еще только подходили.

«Ну и правильно. Когда дойдет очередь пересекать границу, они как раз организуются, и мы избежим ненужной потери времени», — подумал я.

Очень скоро настала очередь и нашего подразделения двигаться вперед. Не успели мы дойти до контрольно-пропускного пункта, как мою спину обжег явно недоброжелательный взгляд. Я резко обернулся. Высокий черноволосый мужчина со смуглой кожей и карими глазами, который находился среди представителей министерства иностранных дел, заметив мой маневр, попытался сделать вид, что просто осматривается.

«Актер», — хмыкнул я.

— Что случилось? — спросил следующий за мной Резцов.

— Да вот заметил неприятный взгляд одного халифарца из посольства, — ответил я и продолжил движение. — Он точно знает, кто я такой. Маскировка не спасла. Так что будь начеку и передай информацию нашим. Пусть не только за демонами следят, но и на тех, кто поблизости, посматривают. Не удивлюсь, если кто-то попробует ударить в спину.

— Понял, — кивнул Юрий Владимирович, а интуиция тем временем подсказала, что со стороны пограничного пункта мне действительно грозит серьезная опасность.

«Это кто же там такой в их делегации? Высококлассный наемный убийца? Родовой архимаг, заточенный на ликвидацию? Неужели халифарцы действительно пойдут на такой серьезный шаг? Устранение человека, на котором завязано закрытие пустоши, — это же, по сути, объявление войны! — размышлял я, сосредотачиваясь на собственных ощущениях. — Пришло время мобилизоваться. Сегодня явно будет непростой день».

Когда мы покинули территорию пограничного пункта, я обратил внимание на все еще несмолкающие звуки боя, огромные проплешины в расположенном неподалеку лесном массиве, а также дым от начинающегося пожара. В нос ударила непередаваемая смесь запахов крови, экскрементов и горелой плоти. Последняя смердела особенно неприятно, и это заставило некоторых магов побелеть.

К моему облегчению, никого из присутствующих не стошнило, да и в обморок падать тоже никто не спешил.

«А хорошо демоны подготовились, — подумал я, наблюдая за сотнями обезображенных трупов монстров, которые оставили отряды зачистки. — Если они действительно орудуют таким числом возле всех переходов, то дело плохо. Рано или поздно люди начнут совершать ошибки, и противник возьмет нас количеством и измором».

Подтверждая мои мысли, санитары понесли в сторону полевого госпиталя несколько раненых и убитых, а помощники Прокла, чтобы отвлечь магов от неприятной картины, стали раздавать указания.

М-да… Второй этап сильно отличается от первого.

По команде Прокла мы двинулись вперед и достаточно быстро догнали основные силы отрядов зачистки, архимаги которых щедро использовали серьезные энергоемкие заклинания, перемалывающие за раз чуть ли не под пять десятков демонов. Увиденное вновь заставило нас задуматься о количестве и качестве противников.

— Плохо дело, — прокомментировал все это Михаил. — Такое ощущение, что здесь собрались демоны со всех пустошей. Если так и дальше пойдет, то они нас телами завалят.

— А меня другое напрягает, — произнес Резцов. — Почему так много слабых тварей? Если они подозревали, что мы придем именно сюда, то где все остальные? Не количеством же они собрались останавливать такие силы? Столько архимагов и профессоров подобной мелочью не победить.

— Не знаю, — пожал плечами Михаил. — Я думаю, тут и сильные демоны тоже находятся. Просто отряды зачистки не миндальничают и бьют мощнейшими заклинаниями, которым плевать, кого перемалывать.

Ответить маг не успел. Сперва до нас донесся нарастающий шум множества лап, а затем мы увидели несколько сотен жукеров, которые, словно матерые носороги, бежали в нашу сторону. За огромными монстрами я заметил гигантов-носортулов с окутанными пламенем топорами, а также мелких пилки, которые прыгали по деревьям и верещали.

Мы даже не успели перегруппироваться, как один из магов правого фланга по указанию своего командира воткнул свой жезл в дерн, и от него в сторону противника понеслась огромная «земляная волна», усыпанная острыми и высокими кольями.

Несколько мгновений — и устрашающая толпа демонов перестает существовать, оставляя после себя лишь пару десятков наиболее расторопных инферналов и зеленоватый туман яда жукеров, который устремился в нашу сторону. Впрочем, что с первой напастью, что со второй инквизиторы расправились быстро и без лишних метаний. Бегство нескольких раненых пилки не в счет.

Пока я изучал тактику охраны правого фланга, подобное нападение произошло и на других направлениях, кроме фронта, там с противником справлялись все те же отряды зачистки.

— А инквизиторы теперь действуют более грамотно, — прокомментировал оглядывающийся по сторонам Михаил. — Если бы на нас такие силы навалились в прошлую фазу, то их бы закидали избыточным количеством ненужных заклинаний, да и без жертв точно не обошлось бы.

— Около полутора тысяч архимагов охраны — это серьезно, — сказал Резцов, — а если ими еще правильно воспользоваться, то вообще что-то нереальное.

— Только вот не всем удается с одного удара перемолоть большую часть демонов, — произнес Михаил. — Это только на правом фланге так получилось. У других по два-три конструкта уходит.

— Понятное дело, — согласился Юрий Владимирович. — У каждого свои предрасположенности, заклинания, их освоенность, поражающий эффект. Еще можно учесть сопротивляемость инферналов к той или иной атаке.

Пока мы рассуждали и медленно продвигались вперед, волны демонов продолжали накатывать на сводный отряд, из-за чего напряжение в нашей колонне постоянно поднималось, а у магов охраны то и дело сдавали нервы. То один, то другой одаренный бил по противнику без команды, за что получал от начальника на орехи и частенько огрызался, сетуя на криворукость товарища, который чуть всех не погубил.

«Только конфликтов нам тут не хватало», — с нарастающим раздражением думал я, наблюдая, как командиры-инквизиторы стараются погасить нервозность в отделении и одновременно отдавать приказы тому или иному магу.

Признаться, я надеялся на временный эффект такого нашествия. Слишком уж многочисленные силы демонов проверяли нас на прочность чуть ли не каждые полминуты. Однако попытки прорвать оборону совершались с завидным постоянством, выматывая охрану и даже раня некоторых ее представителей. Благо на защитных амулетах никто не экономил, поэтому жертв удалось избежать.

Мы почти добрались до самого алтаря, казалось, что пусть и с некоторыми сложностями, но все идет по плану, однако чем ближе мы были к цели, тем больше меня одолевало беспокойство.

«Что-то здесь не так», — подумал я и, усилив голос магией, произнес:

— Всем приготовиться! Чувствую впереди опасность!

— Да она тут повсюду! — раздраженно рявкнул кто-то. — Она и сзади! И с флангов тоже! Везде!

— Волнами идут! — сплюнул на землю один из инквизиторов. — Продыху не дают! А ведь в прошлый раз их было гораздо меньше! Активизировались, твари!

— Ага! — согласился с ним еще кто-то. — Что дальше-то будет?

Ответить никто не успел, так как где-то впереди раздался мощный взрыв, землю ощутимо тряхнуло, а в нашу сторону устремилась ударная волна, неся с собой многовековые деревья, какой-то мусор и демонов.

— Что это, на хрен, было⁈ — испуганно спросил кто-то из опрокинутых одаренных, в то время как оставшиеся на ногах маги не сговариваясь принялись убивать прилетевших в нашу колонну демонов и едва не пропустили новую волну противника, который атаковал нас сразу после взрыва.

Резцов выругался, наблюдая за тем, как многочисленные инферналы с легкостью уходят от нескольких площадных атак охранения, и крикнул одному из моих телохранителей:

— Федя! Правый фланг! Волна!

По этой команде маг поднял родовой жезл, и в сторону наиболее многочисленного отряда демонов отправилась широкая многометровая волна, смывшая большую часть противников и выгадавшая защитникам немного времени, чтобы прийти в себя. Слева ситуация была значительно хуже. Десяток жукеров со свитой прорвали охранение, поддев часть магов на свои огромные морды, а затем задействовали яд и стали бить во все стороны «каменными копьями».

Мой отряд, имеющий большой опыт борьбы с инферналами, вступил в дело. Яд был отведен в сторону с помощью мощного потока ветра, а сами демоны были атакованы несколькими серьезными заклинаниями. Благо на подмогу к нам пришли не только маги охраны, но и непосредственные участники ритуала.

Однако наиболее опасная ситуация развернулась в тылу сводного отряда, где мы лишились едва ли не одной пятой от всех имеющихся сил.

— Собрались! Командиры, не спим! Откидываем демонов и продолжаем продвигаться вперед! Раненых в центр! — раздался усиленный техникой рев измазанного в крови Прокла. — Живее! Мы уже рядом с целью!

Последняя фраза словно придала сил деморализованным магам, и они с ожесточением набросились на прибывающих инферналов.

— Энергию бережем! — раздавались со всех сторон команды инквизиторов. — Еще пустошь закрывать! Не используй такие убойные заклинания!

На то, чтобы прийти в себя, собрать раненых и убитых вместе, а также перегруппироваться, понадобилось несколько минут. Не желая оставлять павших товарищей на прокорм демонам, мы накрыли их «каменной сферой» и тут же двинулись вперед.

«Если так будет продолжаться, то мы можем и не справиться, — просчитывал я обстановку. — Хватит ли этого количества магов для закрытия пустошей? Или придется воспользоваться подарком Изяслава? Ладно. Там посмотрим».

Оказавшись на месте, я, как и другие участники ритуала, выругался. Было из-за чего. Там, где должен был находиться инфернальный алтарь, сейчас зияла глубокая четырехметровая воронка, поляну вокруг которой завалило частями человеческих тел, потрохами и кровью.

«Один из отрядов зачистки попал в засаду, — со злостью понял я. — И как демонам удалось взорвать алтарь и высвободить накопленные силы?»

Пока я осматривался, несколько человек опорожнили желудки, многие другие побледнели.

— До следующего алтаря еще два километра, — сообщил подбежавший Прокл. — Если все будет идти так, то они нас числом задавят! Потери уже большие! Надо разворачиваться!

— Пока не стоит, — покачал головой я, заметив кое-что интересное в центре воронки, и, ничего не объясняя, прыгнул вниз.

Кожа на моих руках тут же покрылась тонкой корочкой льда, и я стал быстро разгребать песок. Стеклянный корешок, который мне попался, уходил в сторону, как раз в ту, где должен находиться еще один алтарь. Осознав, что все-таки нашел искомое, я сформировал уже привычный «каменный купол» с выемками для рук, покрыл все свободное пространство под ним льдом и, почувствовав знакомое сопротивление инфернального барьера, крикнул:

— Начинаем ритуал! Быстро!

Тот, кто устроил здесь эту засаду, наверняка не в полной мере осознавал наличие в старых пустошах магистральных путей, которыми связаны алтари. Надеюсь, наши действия для него будут сюрпризом.

Пока я пытался пробить барьер в энергетическом канале, моя охрана успела подготовить окопы и заняла удобные места вокруг воронки. Инквизиторы тоже не теряли время зря. Часть из них готовила ритуальные схемы, другие собирались в круги магов, третьи обороняли позиции, объединившись с отрядами зачистки, понесшими существенные потери.

К сожалению, не все было гладко. Кое-кто из участников ритуала был ранен или погиб, так что пришлось перераспределять людей, и действовать при этом быстро.

В этот раз мне на помощь пришло четверо служителей. Двое из них положили ладони на мои предплечья, а остальные — на спину. В то же мгновение тело напиталось их энергией, а спустя несколько секунд к нам устремились потоки от первых кругов.

— Работаем! Работаем! — скомандовал Прокл, и мы, словно не встречая сопротивления, снесли экранирующий барьер.

— Больше энергии! — прокричал я, на миг отвлекшись от дела. — Живее!

Нужно было воспользоваться ситуацией, пока передача энергии серьезно не осложнилась. Хотя, если честно, помня предыдущие попытки, я даже не сразу поверил, что у нас получилось.

Интересно, подобный успех обеспечила смена объекта воздействия? Все же канал — это тебе не алтарь. Или все получилось из-за дополнительной пары служителей, снявших часть нагрузки? А может, из-за моей возросшей силы и появившегося опыта?

Обдумать все мне не дал существенно увеличившийся поток энергии, который я тут же перенаправил в пробоину.

Как и раньше, нагрузка на каналы увеличивалась с каждой секундой, однако я пока что вполне достойно держался.

Хм, а ведь я действительно стал опытнее и сильнее. В прошлый раз к этому времени уже терпел серьезную боль в руках, а сейчас она только начинается. Или, может, все дело в сокращении числа участников ритуала?

Пока я занимался перекачкой энергии, наши позиции продолжали ожесточенно штурмовать. До меня то и дело доносились звуки серьезных заклинаний и прорывов линий нашей обороны.

— Долго еще? — подбежал к нам Прокл. — Используем последние стимуляторы!

— Плохо! — прокричал я, чувствуя медленное нарастание боли в руках, и прислушался к ощущениям. Почему-то показалось, что для закрытия пустоши понадобится еще столько же энергии, сколько мы уже потратили. — Конец еще явно нескоро.

Главный инквизитор империи выругался, а я начал просчитывать ситуацию. Потери ощутимые, демоны противодействуют, наблюдатели из других стран внимательно следят за нашими действиями. Если мы сейчас остановимся, не дойдя до цели совсем немного, это может плохо отразиться как на дальнейшем ходе операции, так и на уничтожении пустошей в других странах. Так что пора использовать переданный императором камень энергии. И делать это нужно быстро, чтобы сохранить источники магов-батареек для их дальнейшего задействования в боях, а также чтобы скрыть, что у меня есть такой необычный камень.

Опустив голову, я нажал подбородком на специальный выступ заранее подготовленного механизма, крышка коробочки приоткрылась, и мощный поток энергии устремился через меня в систему пустоши.

Тучи на небе тут же стали сгущаться, предвещая скорое завершение ритуала, и неожиданно для меня стала пропадать дикая какофония звуков кипящего вокруг боя.

— Ушли!

— Куда они исчезли?

— Что тут, на хрен, происходит⁈ — доносилось со всех сторон.

А в следующее мгновение чувство опасности заставило меня отскочить назад, увлекая за собой уставших служителей.

Вовремя. Мощная ветвистая «молния» вошла в то место, где я только что находился. Один из церковников упал, пораженный ее ответвлением, поэтому пришлось подхватывать его и уносить ноги. В воронку летела очередная «молния».

Оказавшись наверху, я одним движением прекратил передачу энергии от камня императора и отдал находящегося без сознания мужчину его товарищам.

— Конец ритуала! Отходим! Отходим! Здесь сейчас будет жарко! — сквозь раскаты грома доносились до меня команды инквизиторов, стремившихся отойти подальше от места проведения ритуала и перегруппироваться. Нужно было воспользоваться предоставленной демонами передышкой.

«Только вот куда они пропали? Почему не атакуют?» — подумал я и от боли, прострелившей все тело, рухнул на землю.

— Как знал, что снова носилки понадобятся, — раздраженно произнес Резцов, подхватывая меня под руки, и рявкнул на подчиненных: — Не тупите! Давайте живее!

— Охраняй! — прохрипел я, прикинув имеющееся в запасе время, и нырнул во внутренний мир.

На этот раз сияющая светло-голубая глыба встретила меня куда меньшим количеством клякс, которые к тому же достаточно быстро светлели.

«Ого, — удивился я столь стремительной трансформации. — Это что? Я теперь энергетическо-поглотительный комплекс? Ядро научилось перерабатывать чужую энергетику? Или дело в подарке Изяслава? Неслучайно же тут стало намного светлее!»

Недолго думая я покрыл глыбу с кляксами дополнительным куском льда, чтобы ускорить переработку чужеродных объектов, и вернулся во внешний мир, где «молнии» уже почти без перерыва долбили в воронку.

— Там сейчас должен появиться ящер, — на всякий случай напомнил я Резцову.

— Инквизиторы оставили у воронки два десятка магов. Ждут его не дождутся, — отозвался Юрий Владимирович и, повернувшись, грязно выругался.

Одновременно с его словами я почувствовал неладное и, раздумав притворяться немощным, соскочил с носилок.

Моему взгляду предстал силуэт огромной, размером с небольшой двухэтажный особняк, темной призрачной твари, которая с каждым мгновением все больше обретала плотность.

«Сука!» — только и успел подумать я.

Глава 17 И Эпилог

— А-а-ар-ра-ра-ра-ра-а-а-а! — донесся до нас ликующий рев монстра, который был тут же прерван несколькими десятками мощных заклинаний от отходящих к нам инквизиторов.

Здоровенная зеленовато-коричневая тварь с тонкими конечностями, огромным животом и широким безобразным ртом приняла несколько ударов на плотную, покрытую наростами кожу, завалилась в сторону, а затем ударила лапами по земле, формируя перед собой широкую «стену огня», которая приняла на себя все остальные атаки.

— Это болотник! — зло прокомментировал я. — Последние ряды, всю энергию в «щиты»! Это очень мощная тварь!

— Отходим! Отходим! — доносились до нас усиленные заклинаниями команды Прокла. — Всем обновить защиту! Последние, не отстаем! Подтягиваемся!

— Что еще за болотник? — спросил дрожащим голосом один из магов-батареек, который оказался поблизости. — Первый раз вижу такую гигантскую тварь.

— Страж пустоши! Остается здесь на зиму, — зло сплюнул бледный из-за недавнего ранения инквизитор. — Не самый разумный демон, но очень сильный и выносливый. Не смотри на несуразное телосложение, он совсем не забавный. Сейчас оклемается от наших ударов и устроит веселую жизнь. Начнет преследовать и уничтожать отряд по частям.

— Так, может, его подкараулить и убрать? — предложил кто-то. — Первые удары его явно ранили. Поэтому и не показывается так долго.

— Сейчас шкуру нарастит, выставит защиту и рванет к нам, — поморщился инквизитор. — Достать его можно, если бить чем-то действительно серьезным. Слишком уж толстая у него шкура. На таких только специальные охотники лиги магов ходят. Устраивают засаду и пытаются завалить. Да и то не всегда получается. Тут знать нужно, куда и как бить. Наука целая…

— Не пугай народ, — сказал я, идя спиной вперед и внимательно вглядываясь в то место, где мы оставили раненую тварь. — Можно ее завалить. Нужно только действовать решительно!

— Тринадцатый, — невесело произнес Резцов, — мне кажется, я понял, куда пропали остальные демоны. Они телепортировались, а на их место пришли стражи. Поменялись, как зимой.

— Ты намекаешь, что здесь сейчас не только болотник, но и остальные демоны высокого ранга? — уточнил я.

— Да, — кивнул мужчина, и над его головой появился напитанный родовой энергией «воздушный серп». — Чувствую, вам придется раскрыть свою личность.

— Скорее всего, — кивнул я, ощущая, как с каждой секундой чувство опасности кричит все громче.

Первым заметив несущийся в нашу сторону огромный «огненный шар», я бросил в него крупную «сосульку», заставляя взорваться на подлете. К сожалению, демона за его же заклинанием не было. Он, отправив в нас подарок, рванул в сторону и, обежав отряд по дуге, зашел с фланга.

Признаться, я не ожидал столь впечатляющей скорости от болотника. Слышал когда-то от Феофана про эту тварь, но все же не мог предположить, что такая туша будет столь стремительна.

Демону не только удалось уйти почти от всех заклинаний, он еще и атаковал в ответ, внося сумятицу в наши ряды. Спасло нас глубокое болото, вдруг появившееся на пути противника, которое здорово его замедлило. Не успела туша отскочить назад, как в него влетело около трех десятков мощных заклинаний.

— Еще ничего не закончилось! — разнесся по лесу рев главного инквизитора. — Всем приготовиться!

К сожалению, среагировать на следующую атаку демонов успели не все. В нашу сторону полетело более десятка заклинаний, а за ними уже стремительно неслись огромные туши.

«Демоны действительно подготовились», — подумал я, наблюдая, как накачанный энергией «серп», отправленный Юрием Владимировичем, сносит одну из лап второго болотника, из-за чего он на всей скорости впечатывается в землю, а затем отправляя несколько «снежинок» под лапы еще двум демонам.

Поскользнувшиеся на льду туши упали на спину и тут же поймали очередь заклинаний от магов охраны.

Предупреждающие крики раздались позади, я развернулся, а в следующую секунду несколько громадных тел на одной только физической силе прорвались сквозь охранение, отчего бойцы разлетелись, словно кегли.

Мои «сферы холода» на какие-то мгновения затормозили тварь, а парочка специальных «снежинок», попавших в еще не затянувшиеся раны, стали медленно, но последовательно промораживать внутренности демона.

От мощного ответа с близкого расстояния я спасся лишь благодаря «сосульке», брошенной в последнюю секунду. Взрыв, последовавший за встречей двух разных заклинаний, разбросал ближайших магов, и я, воспользовавшись моментом, топнул ногой.

Полоса холода, идущая от меня к твари, покрыла ее конечность льдом, а затем огромный «ледяной кол» добил противника.

Пока я развлекался, остальные маги тоже не скучали. Первоначальная растерянность прошла, и они успешно разбирались с демонами. Один из инферналов, который прорвался вглубь строя, даже решил двинуться в нашу сторону, но наткнулся на заклинание Резцова.

В следующую секунду чувство опасности заставило рвануть вверх и сформировать под ногами защиту, а подо мной уже рос лес из «каменных копий», пронзивших в том числе и убегавшего демона.

— Халифарец! — рявкнул я, привлекая внимание окружающих. — Не дайте ему…

Я не успел договорить — мой источник вновь прострелило болью, а я сам на инстинктах рванул в сторону, пропуская мимо «черное копье», отправленное убийцей, которое, пусть и с трудом, но прошило сначала «щит Голиковых», а затем барьер амулета и чуть не задело мою руку.

Благо в данный момент я оказался не единственным бдительным гражданином, которого насторожил черноволосый халифарец. Среди сотрудников МИД умело замаскировался богатырь. В настоящее время он втаптывал убийцу в землю, мешая ему сосредоточиться и ответить. При этом остальные наблюдатели из Халифарского союза старались как можно дальше дистанцироваться от своего коллеги, с ужасом смотрели на происходящее и заверяли окружающих, что они здесь ни при чем.

Пока атташе с подоспевшими помощниками успешно блокировали убийцу, я вновь корчился от боли в источнике, а Резцов осматривал мою руку в поисках возможной раны, раздался гул пролетающих самолетов, и сразу несколько заходящих на второй круг демонов поймали своим телом ракеты.

По пустоши разнесся громкий вой раненых тварей, и в ту же секунду пространство вокруг залило сотнями заклинаний, которые добили опасных противников.

— А ты говорил, что с такими только подготовленная группа справится, — услышал я довольный голос кого-то из родовых магов и выпил предложенное Резцовым зелье.

— Говорил, да только тут нам очень помогли самолеты и большая численность высокоранговых магов. Да и то не полностью. Ты посмотри, какую они кровавую баню в колонне устроили! Нас едва не порвали! Скажи спасибо его светлости. Если бы не он со своими бойцами, то нам бы уже конец пришел, — устало ответил инквизитор.

Пока под руководством помощников Прокла маги стаскивали в одну сторону убитых, а также заливали целебными зельями раненых, я, удостоверившись, что халифарцы и другие наблюдатели под контролем, вновь погрузился во внутренний мир.

Здесь вроде бы все было так же, как и в прошлый раз, однако стало еще светлее.

«Так, не нравится мне это, — недовольно подумал я, призывая родовую магию и словно напитывая ей пространство. — Неужели энергия камня императора негативно влияет на мое ядро? Блин. Изменение яркости говорит именно об этом».

После предпринятых мер во внутреннем мире привычно потускнело, и боль во всем теле тут же исчезла, поэтому я обернул глыбу очередным слоем льда и вновь напитал его родовой энергией.

«Нужно срочно попасть в поместье или столичный дом, — озабоченно подумал я, выныривая во внешний мир. — Надеюсь, принятых мер хватит, чтобы без проблем выбраться из пустоши».

— Как обстановка? — спросил я бойцов, обнаружив, что вновь лежу на носилках.

— Пока все спокойно, — доложил Михаил. — Наблюдатели не дергаются. Демонов уничтожаем с помощью ракет и заклинаний. Ну и почти дошли до пограничного перехода. Скоро будем в безопасности.

— Не расслабляемся, — сказал я, прислушиваясь к себе. — Опасность еще высока. Пусть я и не чувствую ее направленности, но она есть.

— Выпейте еще зелье, — произнес подошедший Резцов и после того, как я опустошил емкость, продолжил: — Рану вашу почистил и замазал лечебной мазью. Вроде бы проблем нет, но заклинание очень опасное. Легко прошло несколько защитных слоев. Как, кстати, вы себя чувствуете?

— Уже лучше, но необходимо срочно ехать домой. Мне нужна энергия, — ответил я и заметил беспокойство в его глазах. — А что?

— Да вы почему-то покрылись инеем, — сказал Юрий Владимирович, — и рядом с вами стало прохладно.

— Издержки самолечения, — ответил я. — Сколько, кстати, нас осталось? Выстоим в случае нового слаженного нападения?

— Как минимум треть отряда мы потеряли, — доложил Михаил. — Еще столько же раненых. Помимо вас еще четверо. Остальные с магическим и духовным истощением. Но дойти до пограничного перехода сможем нормально. Благо самолеты свое дело знают, да и несколько вертолетов неподалеку кружат. Отвлекают противника на себя.

Очень скоро нам навстречу выбежало две роты солдат с носилками, они оперативно погрузили раненых и устремились в полевой госпиталь. Несмотря на то что чувствовал я себя неплохо, желания идти своими ногами не возникало. Ощущение опасности все еще не отступало, и я стал ждать новых неприятностей.

По периметру лагеря раздалось с десяток мощных взрывов, пламя и дым от которых был заметен даже из пустоши, и мы поспешили вперед.

Перед выходом из пограничного пункта оказалось несколько отрядов лиги магов, прибывших для зачистки опасных демонов. Митрополит Ефим со штабными работниками, которые должно были заниматься размещением личного состава и составлением списков, удивленно оглядывались по сторонам. Также там был отряд безопасников, который взял под охрану наблюдателей иностранных государств и отдельно халифарцев.

Вдруг чувство опасности взвыло, я услышал знакомый крик:

— Иван! Защита!

А в следующую секунду по выставленному мной «ледяному куполу» ударил «огненный таран».

Несколькими минутами ранее

Еще две недели назад Мария Феофановна и подумать не могла, что размеренная жизнь в республике так быстро изменится. Что вместо восстановления когнийского филиала лиги убийц ей придется лететь в Мариград на совет старейшин, а затем еще и одновременно с этим разбираться со специфическим заказом Морозова, который пришлось выполнять в сжатые сроки. А все потому, что их организация после проблем, вызванных устранением Георгия Темникова, принципиально не брала на работу представителей влиятельных боярских родов, особенно «золотых».

Не успела она решить задачу князя, как совет старейшин лиги подкинул новую — в кратчайшие сроки найти и уничтожить членов конкурирующей организации ашашинов, которые предприняли очередную попытку выйти на имперский рынок заказных убийств.

Выслеживанием высококлассных халифарских специалистов занималась вся лига и тысячи ее информаторов, поэтому достаточно быстро удалось выйти на след исполнителей и их помощников. К сожалению, первые ускользнули, а вот помощники оказались менее расторопны. Жесткий экспресс-допрос вывел их небольшой отряд к пограничному пункту Ланьской пустоши, и это совершенно не понравилось старейшине.

Не только само место, но и происходящее там в данный момент.

Над скрывающейся от постороннего взора группой пролетел очередной вертолет-разведчик, изучающий обстановку на земле, и маскирующий амулет тут же активировался, заставляя старейшину мысленно выругаться.

«Что творится на подступах, мне тоже не нравится», — заключила она.

— Первая, — тихо обратилась к старейшине Черныш. — Может, лучше уйдем отсюда? Слишком уж тут много посторонних. Везде патрули, какие-то секреты, технические средства контроля периметра, вертолеты, в конце концов! Рано или поздно амулеты разрядятся или на нас наткнется рота охраны! Мне уже кажется, что даже устранение ашашинов в халифарском посольстве будет менее затратным.

— Если бы все было так просто, — вместо старейшины ответила Елизавета, которая понимала ситуацию лучше четвертого члена группы. Помимо долга лиге убийц их держал здесь непреложный обет, данный князю Морозову. В первую очередь обет не позволял оставить того в столь серьезной опасности. Если они сейчас уйдут, а с князем что-то произойдет, то вся семья лишится не только своих магических и духовных сил, но и жизни.

— Наша задача, — безэмоциональным тоном пояснила Красная Фурия ситуацию лучшей подруге, — состоит не только в уничтожении ашашинов, но и в защите цели.

Елизавета удивленно посмотрела на сестру, взглядом словно говоря: «Что ты творишь? Ей нельзя этого знать!», но Светлана продолжила:

— Иначе задумка халифарцев удастся, и они формально выполнят первый серьезный заказ, — неожиданно для всех закончила Фурия. — Так что спасение цели в настоящий момент является приоритетной задачей.

Мария Феофановна, услышав ответ дочери, кивнула и незаметно выдохнула, а Рая Черныш уточнила:

— Значит, вы все же предполагаете, что цель находится здесь? И, как я понимаю, это князь Морозов? Или нет?

Елизавета фыркнула:

— А кто, если не он? Зачем тогда убийцам понадобилось устранять посольских работников и носить их личины? Чтобы что? На прогулку по пустоши сходить и на имперских демонов посмотреть? Им что, своих мало?

— Так Морозов ведь отрицает причастность к закрытию пустоши, — продолжила отстаивать свою позицию Черныш. — Может, он действительно здесь ни при чем? Наводинский вон тоже был уверен, что тот после использования энергии тысяч магов будет совсем не боец. Да и мы тоже к такому мнению пришли, а он раз — и победил! Из чего следует, что ни в каком ритуале он участия не принимал.

— С Иваном ни в чем нельзя быть уверенным, — покачала головой Мария Феофановна. — Уж поверь мне. Я знала его еще в те времена, когда все считали его мальчишкой-простолюдином.

— А кого в империи вообще волнует истина? — усмехнулась Елизавета и дополнила слова матери: — Его готовы прибить за одно только подозрение. И это вовсе не шутка. Если ты не знала: в имперский филиал поступило около трех десятков заказов на голову Морозова. Видимо, из-за того, что мы их отклонили, бояре были вынуждены обратиться к ашашинам…

Молодая женщина не договорила. Почувствовав какую-то неправильность, она резко обернулась, сформировав в руке едва заметное, но от этого не менее смертоносное заклинание, а в следующую секунду к бою приготовились и остальные члены их небольшого отряда.

К удивлению убийц, перед ними стояли не бойцы сил специальных операций, не отделение Департамента имперской безопасности и даже не такая же группа ашашинов. Нет. В том месте, где только что никого не было, стояли два колоритных персонажа.

Рая даже активировала «глаза волка» и недоуменно покачала головой.

Перед ее взором предстал бородатый улыбчивый старик в широкополой соломенной шляпе, простой полотняной одежде, подхваченной широким поясом, и в довольно крепких кирзовых сапогах. Рядом с ним стояла невысокая полноватая старушка в старомодном платье, с красным платком на седых волосах. Она держала в руках плетеную корзинку, а вот ее спутник сложил пальцы в знак лиги убийц.

— Вы кто такие⁈ — удивленно спросила Елизавета, переводя взгляд с рук старика на лица этой парочки, а затем шокированно посмотрела на мать, которая согнулась в низком поклоне.

— Признала нас, Маня? — усмехнулся дедок и толкнул локтем спутницу. — А я те говорил, что узнает!

— Что вам надо, мастер? — сразу перешла к делу Красная Фурия.

— Тоже… хм… узнала? — как-то неловко произнес старик. — Ты меня прости. Сама понимаешь. Так надо было.

— Ближе к делу, — поторопила его Светлана, чем заработала одобрительный взгляд старушки.

— Да дело то же, что и у вас, в общем-то, — почесал подбородок старик. — Ивана прикрыть хотим. А то тут много людей по его душу пришло. С десяток высококлассных отрядов танзинийских наемников засело. Еще кто-то опасный. Может, демонолюбы? Мы близко не подходили. Почуять могут! Ашашины эти еще тоже. Мы уже собрались в лагерь, чтобы на всех них местные отряды натравить, а тут смотрим — лица знакомые сидят. Пришли вот поздороваться.

— Где танзинийцы? Сколько их? — спросила Мария Феофановна, внимательно оглядываясь по сторонам.

— Так нет их уже, — ответила старушка и посмотрела на спутника. — Мы время теряем! Они пустошь закрыли и уже возвращаются, а танзинийцев здесь как грязи! Ты что, не слышишь, что звуки боя смещаются? Дурак глухой и старый!

Дед пожевал губами. Кивнул и, посмотрев на убийц, достал из корзинки тряпичный сверток.

— На вас, Маня, будет защита Ивана от ашашинов. Они под прикрытием дипломатического статуса проникли внутрь, остановить их не успели. Поэтому будь внимательна. Это, — кивнул он на сверток и развернул его, — шевроны тринадцатого отряда инквизиторов, которым руководит Иван. Знаки отличия выиграют время и покажут всем, на чьей стороне вы находитесь. А мы пока в штаб пойдем. Время на исходе, а танзинийцев в округе и правда многовато.

— Вы уверены, что вас послушают? — приподняв бровь, уточнила Елизавета. — Вы ж какие-то обычные старики. Без обид.

— А у нас козырь имеется, — улыбнулся дед и продемонстрировал хорошо знакомый всем пульт, активирующий детонатор во взрывчатом веществе. — Заодно и не нужно будет указывать на карте точное местонахождение противника.

С последним сказанным словом автюки исчезли, а Черныш удивленно посмотрела на Марию Феофановну:

— И что это было?

— Это был пьяный мастер Колос и темная целительница Кветка, — вместо старшей ответила Светлана и стала оперативно крепить шевроны.

— Целительница Кветка⁈ — подскочила Черныш. — Вот эта самая баб… хм… очаровательная пожилая женщина⁈ Она действительно существовала⁈

— Как и ее муж, — кивнула Мария Феофановна, повторяя действия дочери. — Цепляйте шевроны! Минутная готовность.

Успев прикрыть находящихся поблизости людей своим «ледяным куполом», я спрыгнул с носилок и приготовился к бою. Размышлять над тем, кто именно на меня напал и что тут делает дед Тарас, я не стал. Не было времени. Потом разберемся. То, что я все сделал правильно, подтвердил следующий мощный удар, из-за которого мой постоянно расширяющийся «купол» раскололся, словно ореховая скорлупа.

Недолго думая я отправил остатки ледяной защиты в ту сторону, с которой ощущалась наибольшая опасность, и одним из снарядов контратаковал несущийся в меня огненный болид. Получившие обзор маги отряда прикрытия навалились на противников, даря мне несколько мгновений, чтобы быстро осмотреться и оценить обстановку.

В глаза бросились многочисленные ранения и общая потрепанность хорошо экипированных бойцов и магов, видимо, охранение не спало и неплохо им накостыляло. Затем я заметил приближение около полусотни сильных демонов, которые бежали к нам со стороны леса, а не с территории бывшей пустоши, как можно было ожидать. Хотя нет. С той стороны сейчас доносятся звуки жаркого боя и злые крики огромных демонов. Вертолетчики знают свое дело и пока что сдерживают опасность.

Чуть ближе кипит жаркий бой между не на шутку разошедшимися наблюдателями из халифарского посольства и тройкой атташе министерства иностранных дел, на выручку которым неожиданно пришла Красная Фурия, имеющая знаки принадлежности к моему отряду.

«Что тут вообще происходит⁈» — удивленно подумал я и перевел взгляд левее, где Мария Феофановна и Елизавета сражались с юрким архимагом-демонолюбом, а также со смутно знакомой мне танзинийкой, которая даже в такой серьезной ситуации успевала отбиваться от натиска и одновременно отправлять в меня энергозатратные огненные заклинания.

«Настырная она», — подумал я, следя за тем, как Юрий Владимирович нейтрализует ее конструкты.

Хаоса в происходящее добавил и предупредивший меня об опасности дед Тарас, который со знакомой черной косой ящеров крутился вокруг насыпи, уничтожая наиболее настырных демонов, и прикрывал Марысю. Старушка заняла место первого номера пулеметного расчета и прицельными выстрелами выкашивала инферналов одного за другим.

— Морозов! Тебе не спрятаться! — раздался громоподобный рев со стороны леса, и я увидел ковылявшего к нам однорукого калеку, который на ходу превращался в трехметрового крепкого сатира.

«Это он! — подумал я со злостью и сжал кулаки. — Этот урод убил Феофана!»

Ярость вскипела в жилах, мешая мыслить рационально, источник внутри меня выбросил прорву энергии, из-за чего температура вокруг резко понизилась. В следующий момент я осознал, что общая свалка осталась где-то за спиной, а я сам за каких-то три «шага» преодолеваю расстояние в сто метров.

«Плевать! Он мой и только мой!» — проносится в голове злая мысль, и я продолжаю нестись в сторону лидера демонолюбов, успевшего как-то восстановить часть конечностей после нашей последней встречи.

На следующем «шаге» я, к удивлению противника, возникаю за его спиной, и в ту же секунду вокруг формируется огромная «снежинка». Температура в ее пределах падает настолько, что зло ревущий что-то сатир от неожиданности замолкает и пытается сформировать темную ауру, спасающую от холода.

Медленно. Очень медленно.

За это время я успеваю нанести удар «тараном силы» под коленные чашечки, заставляя противника сесть на колени, а затем одним сильным, насыщенным энергией ударом сношу его голову с плеч.

И лишь проведя взглядом по упавшему на землю телу, я задался вопросом: а как мне это вообще удалось?

— Ты сдохнешь! — слышу я чей-то женский крик, и в мою сторону несется огромный «огненный шар», который я, не напрягаясь, разрезаю длинным ледяным клинком, в который трансформировалась моя правая рука.

Останки конструкта разлетаются в стороны, а я с пониманием смотрю на изменившуюся конечность.

— А-а-а! — доносится до меня истеричный крик бешеной танзинийки, а затем ее тело по диагонали разрубает коса деда Тараса, который после этого удивленно смотрит на свое оружие и качает головой.

— Не! Я ее точно никому не отдам! Ее ж ни точить, ни отбивать не надо! Вот это инструмент!

«Дед Тарас в своем репертуаре», — проносится в голове, пока я возвращаю руке привычный вид, а в следующую секунду по моему телу прокатывается волна боли, мышцы сковывает спазмом, и я отправляюсь в небытие.

ЭПИЛОГ

Подведение итогов за год проходило по давно заведенному в роду Морозовых порядку. Я расположился на почетном месте патриарха и с интересом следил за членами семьи. Рядом сидела Марго, которая прожила со мной долгие шесть десятков лет и, слава Спасителю, вроде бы бросать меня пока не собиралась.

Благодаря сильным магическим и духовным способностям, а также целительскому дару для своих восьмидесяти с хвостиком мы с ней выглядели вполне неплохо, и я очень надеюсь, что такую форму нам удастся сохранять еще долго.

Кстати, патриархом семейства я стал в достаточно молодом возрасте — лет этак в пятьдесят, когда устал от постоянных конфликтов, борьбы с врагами и развития экономической мощи рода. Место главы занял старший сын Алексей, который получил от меня неожиданный подарок и тут же активно включился в работу. Подобным ходом я немало удивил не только всех родственников, но и высшее общество империи. Не каждый глава рода согласится передать лелеемую им власть в руки другого человека, пусть и сына. Понимали меня лишь те, кто так же долго и упорно тащил свою семью вверх.

Правда, только ближайшие соратники точно знали, что я сознательно скрыл еще одну вескую причину, которая крылась в желании обезопасить семью от внутриродовых потрясений, вероятность которых достаточно велика, если твоими первенцами являются тройняшки, родившиеся с разницей в один день. Илья и Влад росли весьма амбициозными парнями, и я опасался, что в их головах могли появиться различные крамольные мысли. Пришлось найти им достаточно сложные направления деятельности, чтобы напряженная работа и усталость не оставляли время на глупости.

За следующие тридцать лет Алексей успел набить шишки, заматереть, стать истинным главой рода Морозовых и подготовить уже своего сына для скорой передачи власти. А почему нет? Преемственность поколений еще больше укрепится, до моей кончины внук успеет твердо встать на ноги, да и, как показывает практика, молодые главы с интересом впрягаются в работу и развивают экономическую составляющую рода ударными темпами.

Кстати, тройняшками мы с Марго не ограничились. Потом у нас родился еще один сын и две долгожданные для жены дочки. Старшая из них покинула семью, выйдя замуж за сына моего друга Годимира Огнеяра. Вторая, напротив, привела в род потомственного мага из простой семьи, в которого втрескалась по уши, и нажила нам внуков, они уже довольно взрослые. А вообще Морозовых сейчас много. У нас семнадцать взрослых магов и четырнадцать несовершеннолетних членов. Большой род получился. Не Темниковы, конечно, но тоже неплохо.

К сожалению, в отличие от членов семьи, старых друзей и советников становилось с каждым годом все меньше. Михаил погиб еще во время закрытия Ланьской пустоши. С разницей примерно в месяц я похоронил Тараса и Марысю. Затем после ухода на почетную пенсию умер Синичкин. Через несколько лет ушел Резцов. Пришла очередь Витовта, оставившего страну новому императору, Ольгерду Третьему. Живет и здравствует пока лишь Потанин, крепость здоровья которого всегда была на высоте. Он тоже давно отошел от дел, но иногда заезжает ко мне в гости с интересными имперскими новостями.

Что еще произошло за это время?

С пустошами на нашем материке мы все же разобрались. Сначала семь лет потратили на империю. Затем стали оказывать помощь другим государствам, кроме Халифарского союза конечно же. Их султаны довольно потирали руки из-за, как они говорили, «глупости остальных стран». Обещали взвинтить цены на лечебные зелья и демонические ингредиенты. Правда, после того как пара городов была стерта с лица земли большими набегами инферналов, ситуация медленно, но верно стала выправляться.

И пусть мне не удалось очистить всю территорию планеты от данной угрозы, но я сделал достаточно. Показал людям, что все возможно. Помог ученым разработать новые способы борьбы с пустошами, успешное применение которых позволило закрыть последние из них.

Теперь все зависит от молодых. Они, кстати, тоже не дремлют. И, судя по последней информации, собирают добровольцев в разведывательный рейд по ближайшим инфернальным островам. Начинают с малого, чтобы затем очистить и материк.

Хм… А может, и мне тряхнуть стариной? Род я восстановил. Все, что было можно, сделал. Изменю внешность и отправлюсь инкогнито в экспедицию! Только, наверное, у Марго отпрошусь. Мы уже столько лет вместе, что бросать ее вот так и отправляться куда-то будет очень некрасиво. Не по-мужски. Да. Обязательно спрошу. Она будет не против. Надеюсь…

9 ноября 2018 — 19 сентября 2023

Дорогие читатели! Большое спасибо, что на протяжении всех 5 лет вы были рядом! Своими покупками, наградами, комментариями и сердечками вы вдохновляли меня, подсказывали, направляли и помогали писать эту историю!

БОЛЬШОЕ спасибо!

PS

Для тех кому понравился «Живой лёд», новый цикл «Кровь и лёд»

Том 1. «Курсант поневоле» https://author.today/work/311276

Его звали Феофан…

Он был мастером боевых искусств в ранге богатырь, который посвятил жизнь служению роду Морозовых…

Оставшись единственным верным человеком для десятилетнего мальчишки, он вырастил его истинным князем и помог восстановить силу рода…

Духи Морозовых посчитали его достойным награды и предложили жизнь…

Новую жизнь…