Князь Целитель 6
Сергей Измайлов, Андрей Ткачев

Мое испытание, согласно традициям рода, приводит к неожиданным результатам. И вот ко мне уже приехал мой старший брат, ведь в том, что я обнаружил, есть интерес нашего рода. Все идет к тому, что рано или поздно все узнают, кто я такой на самом деле, но до тех пор я буду продолжать развиваться как целитель и не отступлю от своей цели.

====================

Глава 1

Глава 1
Обернувшись назад, я увидел, что друзья взяли на изготовку огнестрельное оружие с усиленными магией патронами. Приготовились тем самым поддержать меня огнём, если я не буду справляться. Хорошо, что им хватило выдержки и не прозвучало ни единого выстрела.
— Отбой, — сказал я друзьям. Они поставили оружие на предохранитель, закинули за спину и поскакали по кочкам вслед за мной.
— Лихо ты его, — сказал мне Стас, подобравшись поближе.
— А ты ещё и сомневался? — усмехнулся Матвей.
Выражения его лица я не видел, так как продолжил движение вперёд, но по интонации уже понял, что мой приятель довольно улыбается.
— Вообще-то, это ты первый схватился за автомат, — упрекнул его Стас. — А я уже вслед за тобой. Так что ещё непонятно, кто здесь больше сомневался.
— Да я просто так, для подстраховки, — начал слегка поспешно оправдываться Матвей. — У Вани вон теперь какая мощь.
— Так и я для подстраховки, — с ухмылкой сообщил Стас. — Увидел, что ты за автомат схватился, вот и я снайперку в руки взял. Думаю, так Матвеюшке спокойней будет, а то как бы он штанишки себе не замарал при виде такого чудища.
— Я сейчас тебе их замараю болотной жижей, — возмущённо буркнул Матвей. — А то ты больно много выступаешь сегодня.
Дальнейший непродуктивный спор был прерван необходимостью помахать мечом. Из жижи и покрытых ряской водяных окон всё чаще начала вылезать всякая гадость, но пока не попадалось ничего такого, что могло бы вызвать трудности, все справлялись.
Знакомые щупальца я увидел снова ещё раз, когда до относительно сухого места оставалось ещё метров пятьдесят. Я остановился, оставив на всякий случай дистанцию чуть больше, нагнетая магическую энергию в протазан.
Щупальца опустились обратно в воду, но я не торопился идти дальше и оказался прав. Вода чуть приподнялась бугром, который двинулся прямо на нас. Такое же чудище вынырнуло совсем близко от меня, но я среагировал быстро, ударив молнией в только начинающее подниматься тело. Одно из щупалец успело захватить меня за ботинок и потащило в сторону и вниз.
Приземлившись со всего маху на пятую точку, я одной рукой вцепился в относительно плотный грунт кочки, который в итоге показался не особо надёжным, а второй рукой начал тыкать протазаном под воду в ту сторону, куда меня пытались утащить. Друзья ожесточённо сражались с Огненными червями, а у меня начал крошиться грунт под левой рукой. Сильно раненное чудовище продолжало тянуть меня в воду, но скорее, уже просто своей массой, иначе я давно скрылся бы в пучине.
В самый критичный момент рядом со мной на кочке оказался Матвей. Он подхватил меня под мышки и с силой тянул в другую сторону. Наконец мой протазан нашёл невидимую цель. Из-за резкого прекращения тяги, Матвей рухнул в воду в противоположном направлении, едва не утащив меня за собой.
Я резко развернулся и подал другу древко протазана, и вот так, держась за копьё, мы кое-как выбрались из воды и стояли теперь вдвоём на относительно небольшой кочке, пытаясь перевести дыхание.
— Кажись, меня так кто-то грызёт! — выпалил Матвей, выпучив глаза и тряся левой ногой.
Я осторожно глянул вниз, стараясь не свалиться обратно в воду, и увидел у него на голени здоровенного слизня в две ладони длиной, который старательно пытался внедриться между бронепластинами и, похоже, у него это даже начало получаться.
— Ваня-а-а-а! — взвыл Матвей. — Убери от меня эту гадость!
— Держись крепче, — сказал я, подёргав для понятности древком.
Только когда я увидел, что парень вцепился намертво в древко протазана, продолжая подвывать и дрыгать ногой, я отпустил одну руку и достал нож. Осталось только дотянуться до этой зловредной твари, что у меня никак не получалось. Стас стоял на соседней кочке и всё искал способ нам помочь, но он не имел возможности даже обойти нас вокруг, в стороне от основной тропы кочки были слишком далеко друг от друга и не такие удобные.
— Встань на обе ноги и потерпи, — сказал я Матвею. — Иначе не смогу тебе помочь или чего доброго свалимся оба в омут.
— Да как можно это терпеть? — выдавил из себя мой напарник, скрежеща зубами, но всё же поставил ногу на кочку.
Стараясь соблюдать шаткое равновесие, я присел и несколькими взмахами ножа снёс с голени Матвея большую часть слизня, лязгая о пластины доспеха, потом медленно и осторожно выпрямился.
— Живой? — спросил я у напарника, встретившись с ним взглядом.
— Ну, теперь хотя бы не грызёт, — сказал он с некоторым облегчением, но всё равно продолжал морщиться и шипеть сквозь зубы. — Теперь там всё горит.
— Придется немного потерпеть, — сказал я. — Надо выбраться отсюда на сухое.
— Постараюсь, — вздохнул со стоном Матвей. — Прыгай вперёд первым, давай уже выбираться, а то они нас тут съедят.
Я проследил за его взглядом и увидел вынырнувших совсем рядом Шипастых червей. Ну с этими попроще, я осторожно освободил левую руку и отправил в них молнии. Бешено извиваясь, твари с моё бедро толщиной исчезли в мутной тёмной воде, тут же покрывшейся ряской.
Аккуратно развернувшись, я приготовился к прыжку. Матвей осторожно поставил ноги ближе к краю кочки, которая была немногим больше крышки колодезного люка, и отпустил древко. Прыгать не особо далеко, но нужно точно попасть, чтобы устоять. Падать в болото очень не хотелось: и из-за обитателей, и из-за нежелания промокнуть.
Теперь на суше по-любому придётся делать привал, чтобы мой напарник хотя бы отжал свою одежду, потом сама высохнет, лето на улице. Хлюпанье собственных ботинок напомнило, что я тоже побывал в воде.
Я прыгнул, стараясь при этом не спихнуть Матвея, устоял и поджарил молниями ещё пару Шипастых червей. Мы уверенно двинулись дальше. Самым серьёзным препятствием для продвижения были лишь несколько Огненных червей и пара дюжин Шипастых. Я почти постоянно слышал, как Матвей покряхтывает и шипит сквозь зубы, видимо, слизень оставил ему на ноге не такой уж маленький ожог.
Кочки перешли в извилистую тропинку между лужами болотной жижи и водяными окнами, появились первые корявые деревья, потом наконец вышли на сухое и сразу оказались в лесу. Я внимательно осмотрелся, активировал карту и изменил масштаб, чтобы видеть монстров на дистанции до ста метров. Метрах в пятидесяти справа две красные точки, соответствующие монстрам не больше Игольчатого волка.
— Стас, подежуришь? — обратился я к парню, выискивая место поудобнее. — Мне надо подлечить Матвея.
— Да, без проблем, — сказал он и снова обнажил меч, взяв в другую руку взведённый компактный арбалет.
— Раздевайся, — сказал я Матвею, прислонив протазан к ближайшему дереву.
— Может, я просто сниму бронепластины и задеру штанину? — спросил приятель, корчась от жгучей боли.
— Далеко ты потом уйдёшь во всём мокром? — спросил я. — Ты посмотри, с тебя же течёт, твоя одежда сейчас в себе содержит чуть ли не ведро воды, а с рюкзака тонкая струйка бежит.
— Вот же чёрт! — воскликнул напарник, снимая первым делом рюкзак и расстёгивая горловину. — Там же запасы еды!
Парень даже на время забыл про боль от ожога и стал раскладывать содержимое рюкзака на траве, что-то бормоча под нос и тихо причитая. Оказалось, что хлеб и готовые бутерброды у него были завёрнуты в полотенце, и теперь это всё превратилось в хлюпающую, неаппетитную кашу.
— Нет, ну надо же, а⁈ — воскликнул Матвей, глядя, как бутерброд сползает с пальцев, разваливаясь на ходу. — Хотел ведь как лучше, чтобы не прело в пакете или контейнере, а теперь это всё превратилось в сопли!
— Выбрасывай, — сказал я, так как тот всё ещё размышлял, что с этим делать. — И полотенце выбрасывай, нам здесь стирать его некогда.
— Да чего там стирать? — возразил парень. — Сполосну в воде, отожму и порядок.
— Всё правильно, — поддержал его Стас. — Вернись к воде и попроси Шипастых червей, они тебе постирают. Главное, их правильно ножичком пощекотать, а то могут и не согласиться.
— Да ну тебя! — огрызнулся Матвей, ещё раз взглянув на мокрое полотенце, пропитанное хлебным мякишем, потом запульнул в ближайшие кусты. — Нате вам, подавитесь! Чтоб у вас там у всех от моего полотенца запор случился.
Последняя фраза была адресована предполагаемым монстрам в лесу, а не нам. Раздеваться он начал только тогда, когда всё содержимое рюкзака было разложено на траве. Среди прочего я приметил плотно завязанный пакет с вяленым мясом Лешего, влаги внутри не было, значит, совсем уж голодными не останемся.
— У меня есть ещё сало, хлеб, лук и компот, — сказал Стас, перехватив мой взгляд.
В это время Матвей уже стаскивал с себя доспехи и мокрую одежду. И как он, интересно, собирался в таком дальше идти?
— Ты нас стесняешься, что ли? — усмехнулся Стас, когда наш товарищ на мгновение замер, взявшись за последний предмет одежды.
— Вот ещё, — буркнул напарник, быстро снял семейники, сильно отжал и тут же надел обратно. — Высохнут и так.
— Сядь на траву, — сказал я парню. — Ногой займёмся.
— Так пойдёт? — спросил Матвей, сев на лежавшее чуть в стороне поваленное дерево и вытянув ногу вдоль него. — Горит адским огнём, зараза!
Я присел рядом на корточки и начал рассматривать ожог. Это была длинная, узкая полоска, где слизень просочился между бронепластинами. Кожа ярко-красная, много небольших пузырей, заполненных кровью. Из своей походной аптечки я достал антисептик и осторожно обработал поверхность, заставив Матвея снова зашипеть.
— Может, это? — спросил я у парня, показывая пробирку с фиолетовой жидкостью.
— Твой знаменитый наркозный? И я тут буду полчаса валяться посреди Аномалии спящим кормом, а вы будете меня охранять? Нет уж, потерплю, давай только побыстрее.
Я убрал пробирку, достал нож и осторожно вскрыл каждый надувшийся пузырь, выпустив кровянистую жидкость. Хорошо хоть это не больно, да и я не из брезгливых — меня в этот момент больше беспокоило, чтобы там еще чего не добавилось в процессе. А вот теперь можно и полечить.
— Приготовься, придётся потерпеть, — сказал я и начал воздействовать на ожог потоком целительной энергии, не особо экономя.
Парень зажмурился и затаил дыхание. На полное исцеление химического ожога третьей степени у меня ушло около минуты. Омертвевшая кожа сползла мелкими лохмотьями, освободив место новой.
— У-у-у-уф! — с облегчением выдохнул Матвей. — Спасибо тебе, Ваня!
— Выжимай одежду и идём дальше, — сказал я. — Одного только не пойму, почему у тебя в этот раз защита не сработала? Ведь даже в первый раз тогда с Огненным червём появилась без всякой команды.
— Может, она от ядовитой слизи не спасает, а только от физического воздействия? — предположил Стас.
— Выходит, что так, — кивнул я. — Немного обидно, что не от всего. Значит, надо беречь себя от слизней и другого яда.
— А я уж подумывал совсем от доспехов отказаться, — задумчиво произнёс Матвей. — А тут вон оно что.
— От доспехов в любом случае не надо отказываться, — покачал я головой. — Разве что только в пользу лучших по качеству.
Теперь пора бы и собой заняться, штаны промокли почти до середины бедра, в ботинках хлюпало, но я обо всём этом даже не думал, пока знал, что мой друг страдает от боли. Форменные брюки и носки отжал, как следует, а вот с ботинками сложнее, удалось только стельку выжать и потрясти, с остальным так не получится. А у меня даже носков запасных с собой нет, кто бы знал. Впрочем, они бы сейчас быстро промокли.
Пока наводил порядок в своей амуниции, поглядывал за теми двумя красными точками на карте. Они сначала стали приближаться, но потом передумали и двинулись в другую сторону.
— Мясо вяленое будет кто? — спросил Матвей, складывая свои припасы обратно в мокрый рюкзак.
— Потом, — ответил я. — Ещё рано для обеда.
— Так это же, можно сказать, снеки собственного производства, — усмехнулся приятель, демонстрируя пакет с аппетитными ломтиками. — Просто пожевать.
— Кто знает, что будет дальше, — тихо пробормотал я, потом добавил громче: — Идём дальше.
Мы снова выстроились друг за другом: я впереди, Стас со снайперкой наготове по центру, Матвей замыкает, грозно помахивая здоровенным мечом.
На карте впереди появились несколько красных точек разных размеров, до них метров сто. Неторопливо, но уверенно приближаются. Я поднял руку, чтобы все замерли, потом начал нагнетать в неё смесь энергий, готовясь к бою.
Четыре Игольчатых волка и Леший для нас теперь не соперники. Более мелкие точки отстали от них, скорее всего, это были ежи или что-то типа того. Эта странная компания появилась в поле видимости, когда до нас им оставалось метров пятьдесят.
Со стороны могло показаться, что огромный мужик выгуливает четверых здоровенных псов. Вот что их заставляет идти вместе, чуть ли не в боевом построении? Коллективный разум? Может, разум самой Аномалии?
— Крайний слева твой, — бросил я Матвею, приготовившись к атаке, по кончикам пальцев забегали зелёные и золотистые искорки.
— Понял, — ответил приятель и отточенным движением взвёл арбалет.
Три молнии и одна стрела полетели вперёд почти синхронно. Мои волки легли сразу, четвёртый со стрелой во лбу остановился, тряся головой и шатаясь, потом тоже свалился, продолжая дёргать лапами. Трёхметровый Леший от такого хода с нашей стороны бешено взревел и бросился вперёд, легко перепрыгнув через волков, но тут же получил мощный разряд сдвоенной молнией промеж глаз, которую я выпустил из протазана. Тяжёлый монстр рухнул, как подкошенный, мгновенно запнувшись о кочку.
Только теперь я увидел, что из головы Лешего торчит ещё и стрела из иглы гиены.
— Это ещё зачем? — спросил я, не оборачиваясь, указывая на стрелу.
— Для закрепления эффекта, — усмехнулся Матвей. — Пусть ещё яду отведает.
— Всё равно добить надо, — недовольно сказал я. — А это называется бесполезное использование боеприпаса. Если с волком это хоть как-то в дело, я немного силы сэкономил и ты потренировался, а так расходовать ни к чему.
— Понял, босс, — со вздохом произнёс Матвей, выдернул из головы Лешего стрелу, а потом саму голову отсёк одним ударом меча.
— Да ты прям уже профессиональный палач, Матвеюшка, — усмехнулся Стас. — Я уже опасаюсь с тобой рядом ходить. Была уже мысль на сторону Леших перейти, да передумал только что. Может, тебе ко дворцу штатным головорубом пойти, а? Вон ты какой здоровый, а если ещё и красный колпак надеть с прорезями для глаз, так приговорённые будут от страха дохнуть, даже рубить голову не придётся.
— Болтун ты, Стасик, — спокойно сказал Матвей, покачав головой, и осмотрелся по сторонам.
— Вроде чисто, идём дальше, — сказал я.
Мы снова приняли негласно установленный порядок и пошли дальше. Впереди в прогалинах между деревьев уже виднелся тот самый холм, где мы охотились с большим отрядом на Лесных тарантулов, но он нам сейчас не нужен, его надо как-то обойти. Скорее всего, будет тропа в обход, но я её пока не увидел. Наверное, она идёт вдоль подножия.
— На паучков охотиться не пойдём? — спросил Матвей, когда мы уже приближались к холму.
Я глянул на тускло поблёскивающую между стволами деревьев паутину. Наверняка гигантских пауков там снова набралось предостаточно, живность в Аномалии размножается и мигрирует очень быстро.
— Не в этот раз, — сказал я, качая головой. — У нас сейчас совсем другая цель.
— Может, ты расскажешь хоть что-то? — спросил Стас, поравнявшись со мной. — Интересно же.
Рассказать им правду, что это задание рода и я иду, ориентируясь на карту, которую мне показывает нейроинтерфейс в моей голове, я не могу. Придётся как-то выкручиваться, а отмалчиваться дальше уже не выйдет. Хоть я и иду с ними вместе, причём впереди, но они должны хоть что-то знать.
— Командир взвода спецназа рассказал мне про одно интересное место, — начал я излагать относительно правдоподобную легенду. — Это на другом берегу небольшой речушки. Переходить её вброд или переплывать на территории Аномалии точно не стоит, но именно там за холмом есть мост естественного происхождения — огромное дерево рухнуло с одного берега на другой. По нему мы и перейдём.
— И как ты определяешь, куда идти? — снова спросил Стас, а Матвей недовольно покосился на него, он старается не задавать много вопросов, а просто верит мне и я его ещё ни разу не подводил. — У тебя есть какая-то карта местности? Или ты уже ходил туда без нас?
— Ни то, ни другое, — улыбнулся я. — Дальше, чем мы вместе, я ходил, но в другом направлении. Здесь ни разу не был. А карта есть, да.
— Покажешь? — спросил Стас и улыбнулся, в ожидании интересного.
— Она у меня в голове, — сказал я, постучав пальцем по виску. — Майор показал мне на своём компьютере, я постарался запомнить все особенности ландшафта, чтобы не заблудиться. В печатном варианте её не существует. По крайней мере, я ни разу не видел. Хотя, наверное, у меня просто нужного уровня допуска нет, чтобы мне ее так просто выдали. Повезло, что хотя бы так помогли.
— Понятно, — разочарованно произнёс Стас. — Значит, у военных всё же есть карта местности в зоне Аномалии, но они её никому не дают.
— Так и есть, — кивнул я. — Так что обходим холм слева и идём в сторону того дремучего леса. Видите, там деревья выше, чем вокруг холма.
— Во как! — воскликнул Матвей. — А я думал, что там тоже холм.
— Нет, я видел изолинии высот на карте. Здесь есть перепад высот, — я махнул рукой в сторону холма. — А там нет. Значит, там просто более высокие деревья, другой лес.
Я уверенно двинулся вперёд в обход холма, считая вопрос исчерпанным, но Стас снова меня догнал и пошёл рядом.
— Ваня, а мы там на Бронированного дракона не нарвёмся? — спросил он, в голосе чувствовалось напряжение. — Я слышал про такой лес с огромными деревьями, там некоторые охотничьи отряды нарывались уже на драконов. Уйти чаще всего удавалось далеко не всем.
— Я тоже слышал о таком, — сказал я, вспоминая первый поход с профессором Лейхтенбергским. — Насколько я знаю, этот монстр встречается нечасто и их основной ареал обитания находится значительно ближе к центру Аномалии, чем лес, к которому мы идём.
— Значит, мы идём дальше, чтобы встретить такого дракона наверняка, так? — в голосе Стаса послышалась ирония, продиктованная, в том числе и страхом.
— Нет, — усмехнулся я. — В мои планы встреча с Бронированным драконом не входит.
— А если всё же встретим? — не унимался Стас.
— Послушай, Стасик, — вмешался в разговор молчавший до сих пор Матвей. — Если ты так боишься, то можешь вернуться домой, мы тебя не задерживаем. Или посиди пока на холме с пауками, на обратном пути заберём.
Стас мгновенно вскипел и открыл уже рот, чтобы соответственно высказаться, но я его остановил, положив руку на плечо.
— Зря ты так, Матвей, — сказал я. — Страх — это нормально, он помогает выжить, а не бросаться вперед безрассудно. Просто нельзя дать ему тобой управлять, а научиться использовать его в своих целях. Опасения Стаса не беспочвенны, он немало наслышан об этом монстре в ярких красках, вот и спрашивает.
— Ну так и что мы будем делать, если нам встретится Бронированный дракон? — спросил у меня Стас, немного поостыв.
— Постараемся избежать прямого столкновения, насколько это вообще возможно, — сказал я.
— А если не получится?
— То примем бой, — ответил я, пожав плечами.
— Давай тогда какую-то тактику разработаем, — предложил Стас.
— А вот это совсем другое дело, — одобрительно произнёс шедший позади Матвей. — Глаза боятся, а руки делают. Сюда эта пословица нормально подходит. Верно говорю, парни?

----------

Глава 2

Глава 2
Лес обходил подножие паучьего холма, не подходя ближе, чем на полсотни метров. Мы шли по открытому пространству и были видны со всех сторон, как на ладони.
Что самое странное, в зоне Аномалии это не отрицательный момент, а скорее, наоборот, положительный. Ну, по крайней мере, сейчас. Все относительно крупные монстры выходят из-под сени деревьев только для того, чтобы совершать массовые набеги на поселения людей во время пика активности Аномалии или так называемых волн, а сейчас мы спокойно шли вперёд и нам никто не мешал.
Со стороны вершины не особо большого холма порой слышались странные и довольно жуткие скрежещущие звуки, а из леса, к которому мы направлялись, послышался зловещий, басовитый хохот огромной гиены. Если бы не всё это, то можно было подумать, что мы просто вышли погулять на природу. Ну да, вид природы тоже не совсем привычный, зелени здесь не было, трава, кусты и деревья имели сине-фиолетовую листву в разных оттенках и сочетаниях.
Я осмотрел местность на карте, создаваемой нейроинтерфейсом. На холме и правда образовалось неплохое скопление пауков, под сотню, скорее всего. Мы смогли бы их сейчас одолеть и втроём, но нам это без надобности, в загашниках лаборатории их ядовитых желез в законсервированном виде пока достаточно. Так что рисковать и тратить время на этих существ не имело никакого смысла.
В лесу впереди разбросаны крупные красные точки, немного отличающиеся друг от друга. Скорее всего, это Игольчатые гиены и Тигровые Василиски, крупнее я никого не нашёл, а с этими придётся немного подраться, чтобы дойти до того самого дерева-моста.
— Ну что, Ваня, какая тактика будет, когда мы этого дракона встретим? — спросил Матвей, прервав мои размышления. — А то мы идём и идём, а ты молчишь.
— Пункт первый — бежать, — ответил я. — Бежать быстро и далеко. Я видел во время экспедиции, как за драконом в лес убежало почти с десяток высокоранговых магов, а один из них не вернулся, самый молодой. Я не думаю, что у него было меньше пяти кругов, его бы тогда не взяли с собой.
— М-да, — произнёс Матвей. — Звучит довольно убедительно, чтобы не интересоваться другими вариантами. Но я всё же спрошу.
— Если столкновение неизбежно, то самое главное — стараться держать дистанцию, — сказал я. — Я не могу точно сказать, на какое расстояние он плюётся огнём, но если попадёт, то не спасёт никакой доспех. И твоя новообретённая защита тоже не сработает. Уйти от пламени, увернуться любой ценой.
— Ну это, допустим, понятно, — сказал Стас. — Жить-то хочется, а побеждать его как? Не кувырками по траве ведь?
— Именно ты будешь стрелять с дальней дистанции, — ответил я. — Старайся попасть в глаза, глотку, сердце. У него там защита слабее. В глаза лучше всего.
— А я? — перебил Матвей. — Буду кувыркаться по траве и отвлекать, пока ты ему не поджаришь задницу?
— Примерно так, — усмехнулся я. — Но ещё придётся пострелять по нему из автомата. Не забывай пользоваться коллиматорным прицелом, тоже можешь в глаз попасть, но у тебя такая вероятность меньше. Монстр большой, но очень подвижный.
— И какой же он по размеру? — поинтересовался Стас.
— Трудно сказать, — пожал я плечами. — Один раз только видел. В книге написано, что от кончика носа до кончика хвоста от десяти до пятнадцати метров.
Стас присвистнул, представив себе монстра такого размера.
— Вот это да, — тихо сказал Матвей. — И такая здоровенная хрень ещё и вёрткая? Слабо себе представляю.
— Просто поверь, — сказал я.
Мы обошли холм, и едва заметная тропа, по которой мы шли, подвела нас прямо к лесу. В радиусе пятидесяти метров на карте обозначились шесть красных точек и две из них двинулись в нашу сторону, остальные пока что вели себя спокойно, но это ненадолго.
— Приготовьте холодное оружие, активируйте, — сказал я, входя под сень деревьев. — Арбалеты не использовать, неподходящая публика нас ждёт, не сработает.
— Будет сделано! — по-военному отрапортовал Матвей и тут же достал свой меч из ножен, убрав автомат за спину. Ну, хотя бы не кричал и делал это тихо.
Первую поспешившую нам навстречу Игольчатую гиену я оглушил разрядом молнии, Матвей быстро подскочил и добил, проткнув мечом глотку. Рубить могучую шею монстра он не стал, хотя мог бы, но так правильнее будет, силы надо беречь. Следующей целью оказался заходивший справа Тигровый Василиск. Ящер, смахивающий на раздутого до невероятных размеров хамелеона, имел небольшой гребень на спине, который был точно выше моей головы.
Удар золотисто-зелёной молнией промеж глаз на монстра сработал, но не так, как я ожидал. Он сбавил шаг и начал трясти головой, но всё равно продолжал идти вперёд. Я ускоренно вливал новый заряд в протазан, отходя приставным шагом в сторону. Второй удар молнии пришёлся точно в глаз.
Теперь Василиск наконец-то остановился, издав рёв раненого динозавра, тело рухнуло на землю, а лапы продолжали вспахивать палую листву, словно он хотел закопаться.
Теперь я уже спокойно обошёл его сбоку и с силой воткнул остриё протазана туда, где у этой твари находится шейный отдел позвоночника. За счёт того, что часть чёрного навершия оказалась под шкурой, даже небольшого разряда хватило, чтобы поразить спинной мозг. На этом мучения Василиска закончились, но к нам летел на всех парах ещё один.
— На деревья! — крикнул я друзьям, а сам побежал навстречу новому врагу.
Крупный монстр был абсолютно уверен в своих силах, но я почти в последний момент вильнул в сторону и послал ему молнию в область плечевого сустава. Лапа у ящера подкосилась и он рухнул на бок, вспахивая землю и поднимая мохнатые ворохи прелой листвы. Добивающий удар был таким же. С высоты нескольких метров над моей головой я услышал аплодисменты.
— Браво! — крикнул Стас. — Иван — покоритель динозавров!
— По сторонам лучше смотри! — крикнул я ему.
С другой стороны, тихо порыкивая, приближалась пара Игольчатых гиен выше меня ростом. Раздался приглушенный хлопок выстрела из снайперской винтовки, глаз одной из гиен вспыхнул голубым и она замертво свалилась на землю. Вторая тут же остановилась, вздыбила иглы на загривке и припала на передние лапы, скаля клыки.
С этими у меня разговор короткий: разряд молнии в область темени и вторая тварь присоединилась к своей подружке.
Сзади меня кто-то спрыгнул с дерева на землю, и я услышал тяжёлые шаги Матвея.
— А у Василиска магическая защита посильнее будет, чем у этого ежа-переростка, — сказал напарник, протыкая на всякий случай глотки Игольчатым гиенам.
— Охрененные ежи, — усмехнулся Стас, тоже спрыгнувший с дерева. — Таких молочком с блюдечка не накормишь. Всех сожрут.
— А ты ежей, что ли, разводил? — решил его подколоть Матвей. — С чего такой опыт?
— Прикинь, в детстве, помню, у нас под грудой досок ежи завелись, целая семья, — ответил Стас, нисколько не обижаясь. — Они всех боялись, а меня нет, потому что я регулярно приносил им блюдечко с молоком, а ещё они очень любили домашнее печенье. Накрошишь им печенье в блюдечко, такая чавкотня стоит, аж эхо по двору, а на улице ночь, тихо, слышно всё хорошо. А ещё я им пузико чесал.
— Миленько, — сказал Матвей, растянув рот в сентиментальной улыбке. — Ну пузико ты и этим почесать можешь, а от молочка с печеньками я бы сейчас не отказался. Или от сала с луком.
— Ребята, давайте сначала до речки дойдём, тогда уж привал организуем, перекусим немного, — предложил я. — Думаю, на том берегу подкрепиться не получится, а силы восстановить надо.
— Ну да, тут пока не до привала, — сказал Матвей, глядя куда-то в сторону. — Стас, сзади!
Стас среагировал мгновенно, как профессиональный воин. Резко развернувшись, он вскинул винтовку и почти сразу прозвучал глухой хлопок выстрела. Игольчатая гиена, подкрадывающаяся к нам из-за густого подлеска, рухнула на землю, даже не тявкнув.
— Давайте не будем ждать, пока все местные звери сюда придут, — сказал я, двинувшись в нужном направлении.
На карте нейроинтерфейса было ещё несколько красных точек, двигающихся в нашу сторону. Очень надеюсь, что они не будут нам мешать, здесь для монстров осталось полно еды, можно весь лес накормить вместе с ежами.
— Эх, надо было бы ещё иголок надёргать с этих тварей, — услышал я сзади голос Матвея.
— Да у нас их пока навалом, — возразил Стас. — Куда ещё?
— Лишним никогда не будет, — ответил мой напарник. — У нас в гараже места, если что, полно.
— Внимание! — произнёс я шёпотом и поднял руку.
Ребята сразу замолчали. Стас передёрнул затвор снайперской винтовки, а Матвей обнажил меч. На нашем пути я увидел три красные точки чуть меньшего размера, чем гиены, но больше волков. Пока что мы продолжали двигаться вперёд и остановились, когда до заинтересовавшихся нами монстров осталось метров двадцать. Из-за густого подлеска их не было видно, но я-то знаю, что они здесь.
— Что там? — тихо спросил Матвей.
— Пока не знаю, — сказал я. — Кто-то подкрадывается, я слышал, как хрустнула ветка.
— Ну уж точно не грибники, — сказал Стас.
— Ой не скажи, — тихо ухмыльнулся я. — К нам подобные приходили.
— Это же больные люди, — прошептал Матвей. — Причём на всю голову.
— Говорят, грибы тут особенные, но я бы не стал их пробовать, если честно, — сказал я.
Монстры приближались и по теням за кустами я понял, что это, скорее всего, Синие Саблезубы, только размер покрупнее. Мы затаились и ждали. Увидев это, твари ринулись к нам навстречу. Точно, Саблезубы, и довольно крупные.
Три молнии сорвались с острия протазана одновременно, каждая нашла свою цель. Все три хищника рухнули на землю. Матвей тут же ринулся вперёд, чтобы добить. Пока он пробивал мечом глотку одному, второй внезапно поднял голову и попытался всадить огромные клыки в ногу напарника. Я уже вскинул руку, чтобы послать молнию, но клыки монстра угодили в магический щит приятеля, не причинив ни малейшего вреда.
— Ах ты ж тварь! — вскрикнул Матвей и следующим добил именно этого Саблезуба. Стас оказался рядом и проколол глотку третьему.
— Значит, твоя защита всё-таки работает, — сказал Стас Матвею. — На ноге ни царапины, а там такие клычищи.
— Ну возьми себе один на память, — предложил Матвей. — Младшему брату покажешь, на кого мы тут охотимся.
— Тут, скорее, охотятся они, а мы защищаемся, — прокряхтел Стас, всё еще пытаясь выдернуть огромный клык из пасти зверя.
— Отойди, — сказал ему Матвей, потрогав за плечо.
Стас послушно отошёл, а мой напарник в прыжке выбил монстру огромный клык пяткой, правда, сам не удержался на ногах и приземлился на зад. Клык валялся на земле, отдельно от монстра.
— Видишь, как я для тебя стараюсь? — сказал Матвей, поднимаясь с земли и отряхивая с себя поналипшую листву. — Не щадя живота своего.
— Точнее уж будет не живота, а ж… — начал говорить Стас, но я не дал договорить.
— Идём вперёд, — дал я команду. — Переправа уже близко, а значит, и перекус с небольшим отдыхом.
Мы уверенно двинулись вперёд. Я постоянно контролировал карту, наблюдая за перемещением красных точек. Ещё несколько раз мы приняли бой. Были Игольчатые гиены, несколько Тигровых Василисков и пара Саблезубов, похожих на древних двуногих хищников, но с огромными клыками, за что и получили такое название.
Я раньше не задавался мыслью, ведь те монстры, которых мы видим сейчас, вызваны мутациями, вследствие воздействия отрицательной энергии Аномалии, а что они представляли собой раньше?
Версия, что Лешие получились из-за множественных сложных мутаций, оставшихся в зоне Аномалии людей, опровергнута. Целый монстр, доставленный в лабораторию Лейхтенбергского, был доказательством того, что ничего человеческого в нём нет. Я всё равно почему-то не совсем в этом уверен. Вот то, что Красный медведь получился из обычного — это очевидно, но Лешие не особо похожи на медведей, если не считать шерсти. Загадка. Вполне ведь могло произойти, что геном изменился до неузнаваемости, изменилась сама биологическая суть, эти существа теперь полностью зависели от негативной энергии.
А мой Федя не зависит от негатива и не имеет выраженных изменений. Разве что только светящиеся красные глаза и то, что он очень умный и понимает обращённую к нему речь. Сейчас немного жалею, что не взял его с собой в этот поход, побоялся за него. Но ведь он больше привычный к Аномалии, чем я, скорее всего, ему ничего бы не угрожало. Ну да, решил подстраховаться, может, так и правильно будет. Он не хотел оставлять меня одного, но я сказал ему, что он должен остаться здесь и он остался сидеть на тополе во дворе на углу дома. Умный зверек, как ни посмотри.
По мере нашего продвижения вглубь леса, деревья начали становиться всё мощнее и выше. Мы пришли к тому самому кажущемуся «холму», где верхушки деревьев поднимались к палящему летнему солнцу намного выше.
Изменился лес, другой подлесок, теперь уже больше из мелких деревьев, немного увеличился обзор. Игольчатых гиен поблизости уже ни одной, их как отрезало. Лес очень походил на тот, где во время похода с профессором впервые наткнулись на Бронированного дракона, хищный образ которого тут же встал у меня перед глазами и по спине побежали мурашки, несмотря на духоту от испарений земли, здесь было тепло и очень влажно.
Взамен гиенам и Василискам пришли Лешие и более крупные Саблезубы, которые отличались не только размерами, но и более тёмной кожей, я бы их назвал, скорее, тёмно-синими или даже сине-фиолетовыми. В скудных солнечных лучах, с трудом пробивавшихся сквозь густые кроны высоких деревьев, точно определить оттенок не представлялось возможным, да и на тактику боя это особо не влияло, больше влиял размер.
— Ого, какой здоровенный! — воскликнул Матвей, когда первый такой ящер выбежал к нам практически навстречу из лесной чащи.
Монстр мгновенно заметил потенциальную добычу, но, может, и почувствовал запах издалека. Не останавливаясь, он устремился к нам и чуть склонился к земле, чтобы голова была на одном уровне с нами. Пасть открылась, обнажив хищные зубы, и мгновенно закрылась, подавившись магической пулей из снайперской винтовки.
Зверь застыл на месте и склонил голову ещё ниже, словно пытался вывернуть из себя содержимое желудка, вместе с чем-то, случайно залетевшим в пасть. С огромных белых клыков полилась тёмная кровь, но зверь оставался жив, что меня очень удивило.
— Не стреляй, — бросил я Стасу и подошёл ближе.
Дистанция в десять шагов теперь для меня как ближний барьер в тире, когда я могу «стрелять» молниями практически без промаха. Я обошёл судорожно кашляющего и пытающегося вывернуть наружу потроха монстра сбоку и ударил молнией у основания черепа, где должен выходить спинной мозг. Защитный барьер у ящера оказался на высоте, но я хорошо вложился в разряд и смог-таки пробить защиту.
Саблезуб, которого я сам для себя назвал «тёмным», дёрнул головой в мою сторону, тело его обмякло и он повалился на землю, продолжая дёргаться и хрипеть.
— Смотреть на это тошно, — буркнул Матвей, смело подходя к монстру, и вогнал клинок меча туда, где у Саблезуба было подобие гортани.
Магический монстр ещё несколько раз дёрнул лапами и теперь затих окончательно.
— Эх, Евгении тут не хватает, — сказал Стас, подходя ближе и рассматривая огромные клыки. — Она его с одной стрелы бы вырубила. А зубик-то какой у него красивый.
— Не буду я такой выламывать, — отмахнулся Матвей, обтирая меч об листву ближайшего куста. — Я, скорее, пятку сломаю.
— А и не надо пятку, я понял принцип, — сказал Стас и, что есть силы, двинул по основанию клыка прикладом.
У меня внутри всё сжалось — ещё не хватало раздробить приклад винтовки, но он не подвёл, даже не треснул. Спасла металлическая накладка, которых у более современных моделей почему-то нет. Надо будет сказать потом, чтобы вернули на место. Ну да, плечу удобнее упираться в дерево или пластик, но накладка может служить, как ударное орудие.
Клык тридцать сантиметров длиной не выломался, как в прошлый раз, а откололся почти у основания.
— И зачем тебе это надо? — спросил Матвей довольного добытым трофеем парня.
— У меня дома есть старая электрическая гравировальная машинка, от отца осталась, — сказал Стас, бережно убирая трофей в рюкзак. — Может, сварганю потом что-нибудь. Отец делал из кости фигурки наподобие нэцкэ, у матери на полке стоят на память. Может, и у меня что получится. Правда, до сих пор я баловался с древесиной, а этот бивень — совсем другое дело.
— Ну да, слово «бивень» тут, пожалуй, даже лучше подходит, — усмехнулся Матвей. — Вон какой выдающий размер. Сделай тогда и для меня какую-нибудь маленькую хреновину.
— Ване сделаю, а ты обойдёшься, — буркнул Стас, снова закидывая рюкзак за спину.
— Эй, ну ты чего⁈ Ты чего такой вредный? Жадина, что ли? — насупился Матвей. — Я ведь тебе первый зуб помог добыть. Ну хочешь я тебе заплачу?
— Да сделаю я и тебе, не переживай, — усмехнулся Стас. — Уж и пошутить нельзя. Давай ему второй клык сломаем, будет с чем экспериментировать.
— А дай-ка я по-другому попробую, — сказал Матвей, выхватил меч и с силой рубанул по второму огромному клыку, срубив его под корень вместе с двумя соседними более мелкими зубами. — Во как!
— Отлично! — сказал Стас, забирая клык и другие зубы за компанию. — На мелких сначала потренируюсь, обещал брату свисток сделать, теперь он у него будет костяной, а не деревянный.
— Идёмте, ребята, — одёрнул я их. — А то уже солнце к полудню приближается. Нам ещё как-то обратно возвращаться, а мы даже до цели не дошли.

----------

Глава 3

Глава 3
Периодически отбиваясь от монстров, мы дошли наконец до берега небольшой реки.
Ширина всего метров двадцать и всё указывало на то, что и глубина далеко не везде большая и много мест, где можно перейти вброд чуть выше колена, но мы понятия не имеем, что там живёт. Течение местами шустрое, местами тихое, но было назойливое ощущение, что за нами из взбаламученной воды кто-то наблюдает и терпеливо ждёт, вперив взгляд неподвижных глаз в водную поверхность и ожидая любую появившуюся тень.
Упавшего на другую сторону дерева нигде не было видно. Я сверился с картой, оказалось, что мы немного отклонились вверх по течению, пока отбивались от целого выводка Тёмных Саблезубов. Твари действовали по типу охотничьей стаи, а не просто дуром ломились в атаку, пришлось немного побегать и сильно постараться, чтобы избавиться от назойливых и проворных монстров.
— Уф-ф-ф! Что-то я реально притомился, ребята! — выдал Матвей и уселся на ближайший бугор, вытирая пот со лба. — Замотали эти ящерицы, ей-богу.
— Это ещё цветочки, Матвеюшка, — ответил Стас, который и сам весь взмок. — Быстро ты вянешь. Что-то мне говорит, что на том берегу будет ещё веселее. Вот только переправу нигде не видно, а в эту реку я точно не полезу, хоть вы меня убейте.
— Мы немного отклонились от маршрута из-за Саблезубов, — ответил я. — В реку не полезем, нам надо пройти вдоль берега ниже по течению, там этот мост.
— Ребята, давайте отдохнём хоть минут пять, — жалобно проскулил Матвей, от которого я этого меньше всего ожидал, но парню только что пришлось неплохо попрыгать и помахать мечом. — А потом можно и дальше идти, хоть этому вашему дракону зубы выбивать, но через пять минут.
— Хорошо, десять минут отдыха и идём в сторону моста, — сказал я, усаживаясь на мягкую траву по-турецки и проверяя карту на наличие живности поблизости. Ближе сотни метров ни одной красной точки и та уходит, а не приближается. — Можно немного посидеть.
— Может, тогда и перекусим заодно? — спросил Матвей, когда первая просьба сработала.
— Нет, перекусим перед переправой, — покачал я головой. — Мы ушли в сторону больше, чем на километр.
— То есть надо пройти вниз по течению вдоль берега километр? — уточнил Матвей. — Ну это ладно, недалеко.
— Это в обычном лесу недалеко, — возразил тут же Стас. — А здесь зависит от того, кого повстречаем.
— Тогда пошли быстрее, — сказал Матвей, поднимаясь с покрытого травой бугра. — Лучше там ещё отдохнём. Есть уже охота, сил нет.
— У тебя только одно на уме, — ухмыльнулся Стас, тоже поднимаясь с земли вместе со мной. — Лишь бы брюхо набить.
— Ой не надо! — недовольно воскликнул Матвей. — Буквально минут десять назад тут кое-кто про сало с луком говорил!
— Так это я специально для тебя старался, чтобы ты слюни попускал! — ответил Стас.
— Так, идём вдоль берега до места переправы, потом нормальный отдых, — сказал я и подал личный пример, начиная пробираться сквозь высокую траву, мелкий кустарник и заросли камыша.
Почва кое-где была топкая, ненадёжная, но всё равно лучше так, все порядком устали и лучше пока просто идти, без драк. Мы уже прошли изгиб реки и приближались к другому. Впереди был уже виден лежащий поперёк ствол старого дерева. Берег в том месте был более высокий и крутой, но мы пока что шли, оставляя за собой мокрые следы.
— Эту топь лучше обойти, — сказал я, остановившись перед участком, поросшим чем-то вроде болотной осоки, невооружённым глазом видна трясина.
— Согласен, — подтвердил Стас, глянув вперёд. — Здесь точно утопнем.
Я проверил карту, прямо напротив этой топи в лесу несколько красных точек. По мере приближения их количество увеличивалось. Монстры словно ждали нас в засаде, знали, что нам здесь придётся пройти.
— Приготовиться, — сказал я своим бойцам, а сам начал нагнетать смесь двух энергий в навершие протазана и левую кисть. — Там кто-то есть.
Стас и Матвей молча обнажили мечи. Они уже привыкли, что я знаю больше них о том, что происходит вокруг, и не задавали лишних вопросов. По мере приближения к краю болотца, я понял, что там не только скопление относительно небольших красных точек, но и одна довольно жирная, увесистая. Но что-то мне подсказывало, что это не Бронированный дракон, а что-то другое. Он любит подобные леса, но не болота же. Или решил поэкспериментировать?
Болотистый отрог реки заканчивался метрах в ста от берега в лесу, там же заканчивались и камыши с осокой и над ними я увидел, как мелькнуло знакомое щупальце.
— А, старые знакомые! — бодро сказал я и ускорил шаг. — Есть на ком отыграться за наши купания и хлюпающие ботинки.
— Там такая же каракатица, что ли? — спросил шедший по обыкновению сзади и чуть в стороне Матвей.
— Похоже на то, — ответил за меня Стас. Потом уже обратился ко мне: — Будешь жарить этот морской коктейль?
— Было бы неплохо, — ответил я, проверяя на ходу состояние кругов маны.
Золотистый круг я неплохо поднакачал за сегодня, раздавая молнии направо и налево, а впереди ещё немало монстров. После такого похода можно будет прочно засесть в госпитале и пахать там от рассвета до заката, чтобы зелёный круг догнал по интенсивности наполнения. Тогда можно будет делать прорыв шестого круга.
Осталось только воплотить в жизнь всё, что доступно на пятом.
Есть один отрицательный момент: мой резерв исчерпан больше, чем наполовину, правда восстанавливается он в зоне Аномалии быстрее, чем в обычных условиях. Очень надеюсь, что этого хватит.
Друзья шли за мной выверенной короткой цепочкой. Я повёл их к краю болотистой местности, где веселилась всякая живность, отойдя от её края подальше. В месте скопления красных точек оказалось крохотное озерцо, но судя по тому, что там обитает, оно, скорее всего, очень глубокое.
Над тёмной водой шершавым бугром, покрытым ошмётками слизи, возвышалось точно такое же чудище, как и то, что пыталось меня утащить под воду. И если бы не вмешался Матвей, то очень может быть, что ему бы это удалось.
Вокруг так называемой каракатицы происходило что-то типа ритуального танца пары дюжин Огненных червей, которым подтанцовывали торчащие из воды щупальца. Выглядело все это довольно мерзко, как по мне.
— Это чего это у них тут происходит? — пробормотал Матвей. В его интонациях я уловил чуть ли не первозданный ужас. — Какой-то ритуал безумных тварей, что ли?
— Глядя на этот шабаш, и не скажешь, что они безумные, — возразил Стас. — Одного не пойму, что объединяет этих червяков-переростков с огромной каракатицей? Вряд ли они родственники.
— Наверное, какое-то соподчинение или служение, — тихо сказал я, наблюдая со стороны за странным танцем. — Возможно, ими всеми руководит что-то другое.
— Высшие силы? — с придыханием спросил Матвей, потрясённый собственным предположением.
— Самой высшей силой здесь является сама Аномалия, насколько известно, — сказал я. — Правда, никто пока не знает, что она собой представляет от и до. Больше всех в нашей Империи в изучении продвинулся профессор Лейхтенбергский, но он вряд ли её изучил хотя бы на треть.
— Я догадываюсь, кто о сущности Аномалии знает больше, — сказал Стас.
— Маги-менталисты? — спросил я. — Скорее всего. Не исключено, что тот, кто ими руководит, способен управлять и самой Аномалией. В какой-то мере они точно управляют, если вспомнить внеплановую мощную волну после похищения мага. Они старательно заметали следы, отвлекая наше внимание. Но все это может оказаться просто удачно выбранным ими направлением воздействия. В общем, все весьма сложно.
— Давайте подальше обойдём эту дискотеку, — предложил Матвей. — Не нравится мне всё это.
— Никому не нравится, — добавил я. — Кроме них самих. Но там в лесу много других монстров и не факт, что такой обход нам обойдётся легче.
Я это сказал не безосновательно. Буквально метрах в ста от шабаша беспозвоночных в лесу я заметил солидное скопление красных точек. Скорее всего, монстры набежали полакомиться трупами своих сородичей, которые мы там оставили совсем недавно. Если мы подойдём ближе, то смогут и заинтересоваться, а тогда нам точно не поздоровится.
— А может, они настолько заняты своими делами, что нас и не заметят? — предположил Матвей. — Прокрадёмся мимо потихоньку, словно мы не при делах и нам это побоку.
— Можно попробовать, — неохотно кивнул я. — Но будьте начеку ежесекундно, атака может начаться когда угодно, совершенно непредсказуемо. Я бы на их месте не пропустил мимо столько угощения. Пойдём потихоньку, нет смысла просто стоять.
Сохраняя дистанцию порядка тридцати метров от топкого берега озерца, мы начали обходить необъяснимое цирковое представление. Казалось, что на нас не обращают никакого внимания, и мы их абсолютно не интересуем, но всё резко изменилось в один прекрасный момент.
Я смотрел вперёд, чтобы не споткнуться о кочки с пышными пучками синей травы, когда почувствовал на себе пристальный взгляд со стороны озерца. Резко обернувшись, я увидел уставившийся на меня единственный глаз чудовища.
Каракатица качнула щупальцами в нашу сторону, словно отдавая приказ, и пара дюжин Огненных червей тут же подчинились и устремились в нашу сторону, раздвигая жвала и открывая пасть. Я уже знаю, что будет дальше: выброс струи пламени, в котором мы превратимся в шашлык в доспехах. Становиться главным блюдом дня я точно не планировал.
— Назад! — крикнул я друзьям, но было уже поздно.
Мы на мгновение замешкались, а черви не ползли, а буквально неслись к нам, едва касаясь земли. Пламя в глотках более чем двух десятков монстров вспыхнуло почти одновременно и раскалённым добела шквалом устремилось в нашу сторону. Прыгать влево, вправо или падать назад было уже поздно. Я рефлекторно закрыл глаза, выставив зачем-то вперёд руку с протазаном.
Стало очень жарко, но боли не было. Я открыл глаза и увидел, как пламя обходит нас стороной, словно обтекая невидимый купол. Матвей стоял, зажмурившись и выставив руки вперёд. Получается, что это именно он сделал защитный купол, сам в это особо не веря. При этом ширины купола хватило, чтобы прикрыть, в том числе и нас.
— Огонь! — бросил я Стасу, и он понял меня правильно.
Прямо сквозь стену пламени я начал метать молнии вперёд, в сторону Огненных Червей. Мои старания были не напрасны — стена огня стала не такой плотной и начала спадать. Теперь Стас имел возможность стрелять прицельно, что он и сделал, быстро передёргивая затвор винтовки. Всё стадо огнедышащих перестало участвовать в атаке уже через минуту. Большая часть дёргалась в конвульсиях, а почти треть лежали неподвижно.
Мы быстро добили оставшихся в живых подранков, присоединился и Матвей, когда щит иссяк, но, сделав пару выстрелов, он без сил растянулся на неровной траве.
— Стой рядом с ним, — приказал я Стасу, а сам пошёл навстречу одноглазому чудовищу, которое начало выбираться из воды на берег, чтобы дотянуться до нас своими щупальцами.
Единственный огромный глаз смотрел на нас безэмоционально, но я почувствовал нарастающее ментальное воздействие. Сдавило виски и стало трудно дышать, но для меня такие ощущения уже не впервой, я уверенно шёл вперёд, накачивая остатки имеющейся в запасе энергии в навершие протазана. Слышал, как застонал и рухнул на землю Стас, теперь я остался без прикрытия.
— Ах ты тварь! — крикнул я и выбросил руку с протазаном вперёд, направив навершие на монстра.
Моей целью был именно глаз, и сдвоенная молния не подвела, попав точно в яблочко. Мощный рёв прокатился по лесу и отразился эхом от другого берега. Чудище закрыло дымящийся глаз и начало отползать обратно в сторону своего дома, к омуту.
Мой запас энергии был почти исчерпан. Поэтому я выхватил из-за спины автомат и начал стрелять одиночными по телу, по основаниям щупалец, которые от взрыва магической пули отваливались от тела и скручивались на земле, как червяк под лопатой. Рёв чудища стих и массивное тело безвольно сползло в воду, таща за собой оставшиеся повисшие щупальца, как безвольные, толстые пожарные рукава. Похоже, я его всё-таки смог убить, но точно я этого уже не узнаю, тело довольно быстро исчезло под водой.
Я вернулся обратно к друзьям. Стас уже пришёл в себя и сидел на земле, положив голову Матвея себе на колено. Парень провёл пальцами по щеке лежавшего без чувств друга. Потом быстро махнул по своей щеке, по которой скатилась предательская слеза. Даже не ожидал от него именно такой реакции.
— Сгорел парень, — тихим, скорбным, сдавленным голосом произнёс Стас. — Нас спас, а сам сгорел.
В какой-то степени его можно было понять, Матвей лежал мертвенно-бледный, но я уловил чуть заметное движение грудной клетки и передней брюшной стенки, парень дышит, просто очень поверхностно. Я пощупал пульс на сонной артерии, он был частым и слабым. Нормальное состояние для шока и для исчерпавшего до дна свои возможности мага. Все же он впервые действовал так масштабно.
— Не сгорел, а слегка обнулился, — сказал я, присев рядом, но сначала проверил карту, поблизости монстров нет, лишь тускнеющее красное пятно, обозначающее умирающего в пучине большого монстра. — Полная самоотдача. С ним всё будет хорошо, не переживай. Так бывает, когда неопытный, а порой и опытный маг отдаёт весь запас силы до конца. Ты тоже это учти, так же будешь лежать, если не рассчитаешь с невидимостью.
После моих слов, что с Матвеем всё будет в порядке, Стасу сразу полегчало, он даже улыбнулся и пропал влажный блеск в глазах.
— Так, слышишь, ты, дурень, просыпайся давай! — сказал Стас и похлопал товарища по щеке, но не особо грубо, как я ожидал. — Ну сделаю я тебе костяную фигурку, обещаю, ты только проснись.
— Точно сделаешь? — едва слышно пролепетал Матвей и немного приоткрыл глаза. — Не обманешь?
— Да провалиться мне на этом месте, если я вру! — в сердцах выпалил Стас и заулыбался ещё шире. — Сало будешь? С луком и хлебом.
— Пусть сначала пожуёт вяленое мясо Лешего, — сказал я и полез во всё ещё мокрый рюкзак друга в поисках пакета. — Он с ним быстрее восстановится. А для тебя, кстати, вяленая бельчатина в таком случае подойдёт.
— А у меня есть, — сказал Стас и с довольным видом похлопал себя по рюкзаку. — Просто я вам не предлагал, а мне пока вроде не надо.
— Молодец, — сказал я Стасу, а Матвею протянул несколько ломтиков вяленого мяса. — На, ешь. И жуй, как следует, так быстрее усвоится, и ты восстановишься.
Матвей принялся работать челюстями. Сначала медленно, потом всё интенсивнее. Когда сунул в рот второй кусок, он уже смог подняться и сесть.
— А неплохо получилось, — сказал приятель, смакуя уже третий кусок мяса. — Можно чуть поменьше солить и вялить, тогда нежнее получится, а вот со специями как раз в тему.
Глядя на него, я тоже решил не ограничиваться медитацией, а пожевать вяленого мяса.
— Даже получше, чем в трактире к пенному подают, — одобрительно кивнул я. — На мой вкус самое то. Делай и дальше так, разжуём, зубы есть. Зато весит меньше и не пропадёт на жаре.
— Ну, так-то да, — кивнул Матвей. — А для дома можно и помягче сделать, всё равно в холодильнике будет лежать.
— У тебя дома свежего и замороженного мяса Лешего завались, ты разве что только суп из него не варишь, — пробурчал Стас. — Тебе этого мало, что ли?
— Ну если тебе надоела бельчатина, то я могу тебя Лешим угостить, — охотно подхватил тему Матвей, протягивая другу кусочек вяленого мяса.
— А мне не повредит? — спросил парень у меня, осторожно забирая предложенное угощение.
— Вреда не будет, — успокоил я его. — Но и пользы мало, с бельчатиной ты быстрее восстановишься.
— Да это понятно, — кивнул парень. — Я просто попробовать хочу.
Стас начал медленно жевать и по выражению его лица было понятно, что вкус понравился.
— А ты где специи брал? — спросил Стас у Матвея, с удовольствием жуя солонину.
— Я постоянно у одного и того же мужика на рынке беру, — тут же охотно ответил Матвей. Вот что еда с человеком делает — на глазах силы прибавлялись. — У него ёмкости для специй самые мелкие, выдыхаться не успевают. И народ возле его лотка постоянно тусуется, когда возле других чаще нет никого, хоть и выбор больше.
— Понятно, у Михалыча, значит, — одобрительно кивнул Стас. — Хороший дядька, грамотный. Надо тоже у него закупиться. Ну что, сало с луком достаю? Чего зря сидим?
— Нет уж, — сказал я, уверенно поднимаясь с примятой травы. — Договорились возле моста, значит, возле моста. В порядок себя привели и идём дальше.
— Экий ты суровый, однако, — пробормотал Стас, неохотно поднимаясь.
— Ваня прав, надо дойти до моста, — сказал Матвей, довольно бодро приняв вертикальное положение. Щёки порозовели, в глаза вернулся смысл. — Здорово у меня получилось щит поставить, — сказал он, глядя на валяющиеся трупы Шипастых червей. — Даже и не ожидал. Действовал больше на рефлексах.
— Лучше, не ожидал и получилось, чем наоборот, — сказал Стас, подавая Матвею его рюкзак.
— В этом ты прав, — усмехнулся Матвей. — Зато я теперь понимаю смысл выражения «Выжат, как лимон». Я так понимаю, моих усилий хватило?
— Тютелька в тютельку, — ответил Стас. — Как раз мы с Ваней всех червей уложили, и ты пару раз пальнул и лёг. Я тебя как увидел, подумал, что ты мёртвый. Лежит бледный, как простыня, губы серые, глаза закатил и не дышит.
— Хм, я даже не помню, как я это сделал, — сказал Матвей, когда мы уже обошли болотце с омутом и двинулись дальше вдоль берега.

----------

Глава 4

Глава 4
Метров с трёхсот рухнувшее поперёк реки дерево было уже неплохо видно. В этом месте река делала изгиб и стремниной подмывала правый берег. Это могучее дерево оказалось к краю ближе всего и лежало, похоже, достаточно давно, но были и ещё кандидаты, которые через несколько лет последуют в том же направлении. Часть корней у пары деревьев уже болтались в воздухе, вырвавшись на свободу из рыхлого грунта осыпающегося отвесного обрыва.
На карте у вывернутых из земли корней дерева-моста находились несколько мелких красных точек и две более крупные, наиболее вероятно соответствующие Игольчатым гиенам. Но вот что за мелкие точки сгрудились с ними в компании — большой вопрос. Игольчатые волки или Спрутолисы? Странное соседство. Увидеть ни тех, ни других из-за деревьев было невозможно. Одно точно можно сказать, что там нет монстров, представляющих для нас серьёзную опасность.
— Там у корней дерева небольшая засада, — сказал я своим товарищам. — Ничего серьёзного, но лучше приготовьтесь.
— Всегда готов, — бодро сказал Матвей, который уже полностью восстановился.
Я тоже непрерывно медитировал, пока мы шли, плюс пара кусочков мяса Лешего, так что мой магический резерв приближался к полному, на данный момент две трети уже на месте.
Мы шли спокойно и уверенно, понимая, что бояться особо нечего, так что пусть звери услышат наше приближение и выходят навстречу. Или трусливо убегут — это их выбор. Оставалось уже метров пятьдесят, когда навстречу вышла крупная Игольчатая гиена. Я до этого не задумывался, где самка, а где самец, какая разница кто тебя хочет съесть, но это больше похоже на самца.
Крупный монстр, больше двух метров в холке, особо не торопился нападать, а оскалился, поднял дыбом иголки на загривке и угрожающе зарычал. Я, особо не церемонясь, выстрелил золотистой молнией зверю промеж глаз с почти рекордного для меня расстояния в двадцать метров. Грохот получился знатный, гиена сразу рухнула замертво с дымящейся дыркой в голове.
Второго зверя пока не было видно, и мы более осторожным шагом двинулись вперёд.
Чтобы увидеть вторую гиену, которая была чуть меньше размером, и то, что их сопровождало, пришлось подойти к выдвинутому корню почти вплотную. Эта гиена точно была самкой, а кучка мелких точек — их выводок, который смотрелся довольно миленько даже у таких свирепых монстров.
— Охренеть, — выдохнул Матвей. — Даже не знал, что они так размножаются.
— А ты что думал, — усмехнулся Стас. — Что они размножаются продольным делением, как инфузории или эвглены?
— Как кто? — протянул возмущённо Матвей. — Откуда ты только такие слова берёшь?
— Ты биологию в школе не проходил, что ли? — удивился Стас, пока я смотрел на самку гиены, вставшую на защиту своего потомства.
— Я её не изучал, а проходил, — ухмыльнулся Матвей с гордым видом. — Проходил мимо всего, что не касается сельского хозяйства. Не люблю я все эти ваши мелкоскопы и стекляшки.
— Микроскопы, — обречённо вздохнул Стас, который, судя по разговору, в школе учился довольно сносно. Даже не ожидал у него такого уровня знаний. — У гиен щенки, как у собак.
— И что мы будем делать со всей этой сворой? — спросил Матвей. — Может, просто прогоним, пусть живут?
— Ага, потом подрастут и будут участвовать в набегах на Каменск, да? — с иронией спросил Стас. — На хрен они не нужны. Если встали у нас на пути, значит, надо просто убить, как и всех других опасных монстров Аномалии, нечего с ними церемониться.
С этими словами Стас извлёк из винтовки обойму с магическими патронами и вставил другую, с обычными.
— Побереги и эти, — сказал я, отправляя молнию помощнее во взрослую гиену, а потом веер поменьше в выводок.
Не прошло и десяти секунд, как все монстры были мертвы. Ребята замерли, глядя на разорённое гнездо гиен, словно там были не опасные хищники, а лебёдушка с выводком.
— Парни, очнитесь! — сказал я, немного повысив голос. — О ком вы сожалеете? Стас, ты ведь только что всё правильно говорил, так чего застыл теперь, как на похоронах?
— Да всё правильно ты сделал, Ваня, — откликнулся Стас после небольшой паузы. — Но всё равно как-то неприятно. Какой-то инстинкт, что ли, что мелочь нельзя убивать.
— Не тот случай, — сказал я.
— Ты прав, — вздохнул Стас.
— Ребята, мне что-то перехотелось тут сало есть, — вставил слово Матвей, который так и стоял с грустным видом. — Давайте лучше на тот берег перейдём и там привал устроим, лады?
— Я за, — поднял руку Стас.
— Не возражаю, — подтвердил я, обошёл тела зверей и первым вскарабкался по вывернутым корням на ствол дерева.
Твёрдо стоя на толстом, очищенном временем от коры стволе, я обернулся и увидел, что друзья идут следом. Вот и хорошо. Этот сомнительно сентиментальный момент затягивать вовсе ни к чему. Ствол лежал прочно, не шатался и не прогибался под нашим весом. Мы спокойно перешли на другой берег, который был чувствительно ниже нашего, и спрыгнули на подобие широкого песчаного пляжа.
Матвей снял рюкзак и бросил его в паре метров от кромки воды, глядя на берег, с которого мы пришли.
— Я бы не советовал находиться так близко к воде, — сказал я напарнику. — Лучше отойти подальше, мало ли что там обитает и может вылезти сейчас наружу.
— Так тут же мелко с этой стороны, — пожал парень плечами. — Кто тут нападёт?
— Мелководье — хорошая зона для разбега какого-нибудь аллигатора, — сказал я.
— Да ну, ты гонишь, Ваня, — усмехнулся Матвей. — Ну откуда в Сибири аллигаторы? Может, ещё и акулы?
— А гиены? Василиски? — спокойно спросил я. — Они тут коренные жители с глубины веков?
— Ладно, убедил, — сразу согласился мой напарник, подхватил рюкзак и отошёл от берега подальше, где заканчивался песок и начинала расти сочная синяя трава. — Тогда здесь будем обедать.
— Другое дело, — сказал я, скидывая свой рюкзак и попутно просматривая карту окрестностей.
В радиусе ста метров на суше ни одной красной точки, а вот в омуте у того берега, похоже, сидит такое же чудовище, какое я совсем недавно уничтожил. Если даже эта громадина надумает на нас напасть, то её могучую тушу будет далеко видно в воде, так как пляж и правда мелкий, потом нас от воды отделяла полоса песка метров тридцать, так что тут у каракатицы шансов никаких.
— Доставай своё сало с луком, — сказал Матвей Стасу, держа в руках пакет с вяленым мясом и компот, больше из его запасов ничего не осталось.
— Это не моё сало, — сказал Стас, расстелив полотенце на траве и выкладывая на него продукты.
— А чьё? — удивлённо спросил Матвей.
— Свиное, — спокойно ответил Стас, нарезая шмат ароматного сала с прослоечкой на кусочки.
— Тьфу ты! — сплюнул Матвей и рассмеялся. Видимо, впервые услышал такую шутку. — Давай тогда свиное.
— У меня хлеб уцелел, — сказал я, доставая свою часть тормозка из рюкзака. — И яйца.
— Не твои? — уточнил Стас, бросив на меня лукавый взгляд.
— Нет, — усмехнулся я. — Матвей свои мне в рюкзак положил.
— Бедный Матвеюшка, — сдавленным голосом, словно сквозь слёзы, тихо произнёс Стас и даже всхлипнул для убедительности. — Как же он без них теперь?
— Что-то в моём поведении подсказало тебе, что я сейчас без них? — слегка напряжённо спросил Матвей.
— Ой, ну чего ты сразу заводишься? — тяжко вздохнул Стас, разрезая луковицу. — Это же шутки всё, обстановку-то надо разрядить. А то если даже во время отдыха монстров обсуждать, то совсем кисло будет. Мы же не школьники какие-нибудь, которые впервые в жизни в Аномалию пришли и во время привала обсуждают Туманного ежа и кто какую синюю травинку нашёл.
— Ты прав, — вздохнул Матвей, с тревогой вглядываясь вдаль, в сторону излучины реки. — Так-то тут красиво. Вроде как земной ландшафт и в то же время фантастический. Цвета неестественные и порой кажется, что всё это просто сон, чаще всего страшный.
— Так, Матвеюшку на кислятину потянуло, — снова вздохнул Стас. — Ваня, у тебя случаем лимона нет? Говорят клин клином вышибают.
— А лучше бы мороженое, — пробормотал, щурясь на солнце и жуя сало, Матвей. — Пломбир в вафельном стаканчике. Никаких этих там новомодных фруктовых льдов, снегов и тому подобного, а просто пломбир. Даже лучше без шоколада, чтобы ничего лишнего и ничто не отвлекало от нежного сливочного вкуса и приятной сладости.
— Да вы гурман, батенька, — усмехнулся Стас. — У нас по зиме в качестве мороженого используют сосульки, свисающие с крыши. Это даже не фруктовый, а просто лёд, главное, чтобы не жёлтый.
— У вас собаки по крышам гуляют, что ли? — рассмеялся Матвей.
— Ну вот, — довольно улыбнулся Стас. — Хоть киснуть перестал и то хорошо.
— Рассмешил, спасибо, — кивнул Матвей, продолжая улыбаться. — Но учти, ты мне обещал костяную фигурку! Не надейся, я про такое не забуду. Пока не сделаешь, с живого с тебя не слезу.
— Обещал, значит, сделаю, — ответил Стас, так смачно откусывая от дольки лука, что даже сок брызнул. — А на руках я тебя носить не буду, лучше сразу убей.
Имеющиеся съестные припасы мы разделили ровно на две части. Одну съели сразу и с тоской проводили вторую глазами в рюкзак Стаса.
— Давай я лучше к себе уберу, — предложил Матвей. — У меня выносливости больше.
— У тебя рюкзак внутри так и не высох, — покачал головой Стас. — Ты бы лучше и солонину мне отдал или Ване.
— Ваню не надо лишним нагружать, — строго сказал Матвей, сразу посерьёзнев. — Ваня у нас главная боевая единица и наш командир, который не прячется за спинами и всегда идёт впереди. Ему лишний вес в рюкзаке не нужен, даже такой.
— Давай на воду махнёмся, — предложил я. — У меня двухлитровая фляга с собой. А я к себе могу как раз вяленое мясо убрать и можно ещё что-нибудь, что влаги боится.
— Отлично, давай так, — уже более охотно кивнул Матвей, и мы сразу обменялись некоторым содержимым рюкзака. Потом он обратился к Стасу: — Давай я те клыки к себе положу, у меня для них места хватит. А то вдруг тебе придётся с таким рюкзаком на дерево лезть.
— Идёт, — ответил Стас и отдал Матвею свои трофеи.
Свернув все пожитки, мы снова нацепили рюкзаки и взяли в руки оружие.
— А теперь куда? — спросил у меня Матвей, глядя на едва заметную тропинку, уходящую в лес. — Сюда?
— Всё верно, — кивнул я, сверившись с картой. — Идём.
Перейдя на другой берег реки, мы уже попали на территорию, куда обычные охотники и искатели приключений обычно не ходят, а едва заметная тропа протоптана в основном зверьём, да редкими профессионалами, которые не боялись зайти намного дальше от границы Аномалии. Возможно, что теми самыми магами в капюшонах.
На сердце было немного тревожно, ведь в таком малом составе так далеко мы ещё не ходили. Может, и прав был Стас, упомянув про Евгению. С её мощными стрелами многие монстры могли показаться пустяком, но тут есть одна загвоздка — когда у стрелка закончится боеприпас, он становится практически бесполезным. Можно, конечно, навешать запасные колчаны со стрелами на каждого из ребят и на меня в том числе, но не думаю, что у неё есть такое их количество. В этом и остается главная проблема стрелков и почему в целом в Аномалии практически не ходят с огнестрелом. Меч в руке это как-то надежнее, несмотря на то, что ты подпускаешь монстра на близкое расстояние.
Теперь остаётся есть то, что есть, мы идём на новую территорию втроем, а на следующий раз посмотрим, может, и вчетвером пойдём. А там, глядишь, может, и впятером, если наш новый артефактор годится не только манипуляционные кабинеты взрывать, а и на более серьёзные дела, но сейчас его сюда брать точно не стоило, пусть себя сначала в деле покажет.
Мы вошли под сень деревьев. Лес тут был немного другой, стволы деревьев покрыты странными буграми и дефектами, словно язвами. Ветки более заскорузлые и имеющие мало разветвлений, зато листва более крупная и растущая кистями, наподобие каштана. На карте пока тихо, что даже показалось немного странным, не может такой лес быть пустым. За городом — легко, а в Аномалии пока такого не видел.
А ещё немного смущало более выраженное давление негативной энергии Аномалии, её концентрация здесь была значительно больше. Хоть мы и научились воспринимать её воздействие относительно легко, даже приспособились за счёт негатива быстрее восстанавливать запас сил, но всё равно ощущался стойкий дискомфорт. Впрочем, и его я старался убрать с помощью магии исцеления, что в том числе сказывалось в итоге на повышения стойкости к воздействию.
— Как-то подозрительно тихо, — прошептал Стас, поравнявшись со мной. Несмотря на спокойную обстановку, он шёл с винтовкой в руках, а меч покоился в ножнах. — Даже птички не поют.
— Можно подумать, в других местах ты соловьиные трели слушал, — усмехнулся Матвей.
— Ну я так, образно, — отмахнулся Стас, внимательно осматривая кроны деревьев над головой. — А нет, кое-что есть.
Мы резко остановились, и я проследил за направлением взгляда товарища. Над нашими головами, на высоте метров семи над землёй одна из корявых ветвей сильно утолщалась и я не без труда разглядел, что это не утолщение, а немного непривычный по форме и цвету Кошачий Василиск.
Ящер был относительно небольшим, как и его сородичи. От носа и до кончика хвоста максимум метра два, то есть размер среднего варана, только шкура не цветастая, а под цвет листвы — тёмно-синяя. Вытянутая морда с торчащими зубами больше напоминала гавиала.
— Крокодильчик какой-то древолазающий, — пробормотал остановившийся рядом со мной Матвей.
— Значит, Крокодильчиком и назовём, — предложил я.
В справочнике нейроинтерфейса я ничего подобного найти не смог, значит, мы имеем право называть, как захотим. Скорее всего, его потом назовут как-нибудь по-другому, а пока пусть будет Крокодильчик.
— Он сейчас на нас не прыгнет? — настороженно спросил Стас, не отрывая взгляда от нового образца фауны Аномалии. На всякий случай даже вскинул винтовку, держа монстра на прицеле.
— Не думаю, — покачал головой Матвей. — Он спит вроде.
— Я не был бы так уверен, — пробормотал Стас, неохотно опуская винтовку.
— Время поджимает, идём дальше, — сказал я. — Всё-таки посматривайте наверх, мы понятия не имеем, чего на самом деле от них ждать.
— Тогда я смотрю вверх, а вы по сторонам, — предложил Стас.
— Идёт, — кивнул я, и мы пошли дальше.
Тишина в лесу и отсутствие непрерывно атакующих нас монстров уже напрягали больше, чем если бы нам приходилось постоянно махать мечами. Единственное, что пока успокаивало, что на небольшой поляне я нашёл растения, о которых раньше даже ни разу не слышал. Нейроинтерфейс выдал мне о них скупые сведения из базы данных и среднерыночную стоимость. Удобная все же это вещь, жаль, что пока неготовая для массового распространения. Зато в этом наше преимущество.
— Бинго, ребята! — невольно вырвалось у меня, когда я получил эту информацию и тут же опустился рядом с зарослями ничем не выделяющихся колючих кустиков у края поляны.
— Ты чего там, бриллианты нашёл? — усмехнулся Матвей, подходя ко мне. — И что такого в этом синем крыжовнике?
— Один грамм листьев или почек стоит на рынке десять граммов золота, как тебе такое? — спросил я, приглядываясь, как бы лучше его общипать. Колючек было реально много.
— Да ладно, — недоверчиво произнёс Стас. — Кому нужна эта ерунда? Или у него молодильные ягоды?
— Ягод он не образует, — покачал я головой. — А то, наверное, были бы ещё дороже. Семена очень ценятся, но он пока только недавно отцвёл.
— Надеюсь, мы не будем сидеть и ждать, пока созреют семена? — спросил Стас.
— Нет, конечно, — усмехнулся я. — Надо собрать листья и почки, что довольно непросто. Можно было бы срезать ветки, но их придётся слишком далеко на себе тащить. Если бы мы сейчас собирались идти на выход, то можно по идее.
— Ну давай срежем это всё и домой, — предложил Матвей. — Тут так много этой хрени, что мы теперь точно богачи. Стас, а ты из золота статуэтку сможешь сделать?
— Да хоть из урана, — ухмыльнулся Стас. — Если ты его раздобудешь.
— Ребята, хватит болтать, время идёт, — прервал я их фантазии. — Давайте наберём, сколько получится, и идём дальше. На всё у нас пятнадцать минут, время пошло.
Все опустились на колени перед колючим синим «крыжовником» и начали ощипывать листочки, шипя и ругаясь. Однако знание о стоимости собираемого ресурса сыграли большую роль и добавили неистощимого энтузиазма.
— Как хоть это называется по-научному? — спросил меня Матвей, в очередной раз уколовший палец об острый, тонкий шип. — Ты ведь умный, знаешь, небось.
— Пещерник колючий, — ответил я, осторожно складывая листочки в небольшой пустой контейнер, чтобы не помять. Специально ношу с собой на такой случай.
— Пещерник? — удивлённо повторил название растения Стас. — Но если есть пещерник, значит должна быть и пещера, разве не так? Если название давали, основываясь на какой-то логике.
— По идее да, — ответил я, оглядываясь по сторонам. — Но кругом только лес, никаких скал и пещер я нигде не вижу.
— Ну да, — пожал плечами Стас, старательно выбирая синие листочки с очередной колючей ветки. — Значит, от балды название дали.
— Такое нередко встречается, — сказал я, смещаясь к следующему кустику. — Названия порой монстрам и растениям дают, не привязываясь к ним ассоциативно в привычном нам понимании. Зачастую их вообще придумывают люди, которые сами образцы не добывали. Из-за этого и возникает такая путаница.
Назначенный интервал времени подходил к концу. Руки у всех были исцарапаны и исколоты настолько, словно мы проводили чемпионат по борьбе с котами. Я сложил все трофеи в один контейнер. Навскидку мы грамм сто точно набрали, значит, у меня в рюкзаке теперь аналог килограмма золота. Неплохая охота.
Думая о том, что названия растениям дают всё-таки на что-то опираясь, я решил осмотреться повнимательнее. Часть периметра поляны была в сплошных зарослях Пещерника, и только сейчас я заметил, что тёмно-синие кустики, немного выделяющиеся на фоне чуть более светлой растительности, полосой уходят в прогал между деревьями.
Бронепластинам и кожаным ботинкам колючки нипочём, и я пролез прямо через кусты, пробираясь к уходящей в сторону полосе.
— Нам с тобой? — спросил Матвей.
— Стойте там пока, я осмотрюсь, — ответил я и сделал несколько шагов вперёд вдоль колючих кустов.
Потом ещё несколько шагов и ещё. Ребята уже начали нервничать, когда за группой деревьев я увидел каменистый выступ и зияющее в нём довольно большое отверстие. Пещерник упирался в ничем не прикрытый ход, словно указующий перст.
— Ребята, идите сюда! — позвал я своих бойцов, а сам нашёл в кармане рюкзака фонарик и посветил внутрь чёрного провала.

----------

Глава 5

Глава 5
Перед нами зиял зев пещеры. Скорее всего, никем ещё неизведанной, возможно, хранящей в себе какие-то тайны, возможно, заполненной водой из-за близости к реке. Тут никогда не угадаешь.
Луч мощного фонаря выхватил лишь часть прохода, который достаточно круто уходил вниз, а потом в сторону. Ничего интереснее валявшихся на полу камней, влажных стен, поросшим мхом и лишайником, а также вереницы мелких кустиков Пещерника колючего я не увидел.
— Полезем? — с любопытством и азартом истинного авантюриста спросил Матвей.
— Смертник? — ухмыльнувшись, спросил Стас. — Тогда лезь первым.
— А чего сразу я? — набычился Матвей. — Ты первым лезь.
— Ну ты же предложил, — настаивал Стас на своём. — Я там ничего интересного не вижу.
Да, без них мой поход точно проходил бы гораздо скучнее.
Я активировал карту нейроинтерфейса и, чего и следовало ожидать, никакой пещеры на ней обозначено не было. Угроз поблизости я тоже не увидел, но это ещё ничего не значит. Если не видна пещера, то не видны и обитающие в ней монстры.
— Верёвка есть у кого? — спросил я, продолжая высвечивать фонариком покатый пол входа и мохнатые стены.
— У меня есть, — неохотно ответил Стас. Видимо, такая идея ему в корне не нравилась. — Альпинистская, всегда с собой ношу на всякий случай. Но там её немного.
— Сколько есть. Давай, — сказал я и протянул к нему руку.
Стас скинул рюкзак и судорожно начал в нём рыться, чтобы достать верёвку откуда-то со дна. Сразу ясно, что он никогда ею не пользовался.
— Держи, — сказал Стас и протянул мне моток.
Верёвки оказалось не так уж мало, метров двадцать. Если её не хватит для спуска, значит, дальше не полезу. Такие дела без страховки делать не стоит, лучше уж тогда в следующий раз серьёзно подготовиться и прийти. Возможно, так и следовало бы сделать изначально, но я не устоял перед соблазном неизведанного. Прочно привязав один конец верёвки к поясу, сам моток отдал друзьям.
— Отпускайте постепенно, пока натяжение не уменьшится. Если дёрну два раза, надо тянуть изо всех сил, — сказал я, посмотрев им в глаза, чтобы убедиться, что они всё поняли. — Если три раза, то просто поднимайте.
— А если один? — спросил Матвей.
— Значит, просто оступился, — усмехнулся я. — Я пошёл.
Не скажу, что мне не было страшно, но в то же время страшно интересно. Каменистый пол спускался вниз под углом в сорок пять градусов, камни осыпались под ногами, моим друзьям там наверху пришлось постараться, чтобы я не рухнул вниз, а спускался плавно.
На относительно горизонтальный пол я встал, спустившись метров на десять. Это место я ещё видел в луче фонарика, когда заглядывал сюда сверху, но дальше нет. А передо мной был относительно широкий коридор со следами на стенах от потоков воды. Сейчас здесь было влажно, но под ногами не хлюпало.
Я прошёл вперёд, пока верёвка не натянулась. Значит, лимит продвижения исчерпан. Посветив фонариком вдоль прохода, я увидел, что коридор раздваивается и оба отрога плавно уходят вниз в разные стороны.
Можно отвязать верёвку и пройтись дальше, но в этот момент два раза дёрнули с той стороны. О таком мы не договаривались, но я сразу понял, что что-то пошло не так. Я дёрнул за верёвку трижды, намекая, что можно поднимать не торопясь, но ребята потащили меня к выходу чуть ли не волоком, так что я чуть не грохнулся в первые мгновения.
Я бегом бросился к выходу. Верёвка сначала ослабла, потом снова натянулась. Я начал карабкаться по осыпающимся камням наверх, уже слыша снаружи встревоженные голоса моих друзей, силуэты которых чётко были видны на выходе из пещеры.
— Тут проблемы, Ваня! — крикнул сверху Матвей, едва не оглушив меня громким эхом.
Силуэты резко исчезли, а верёвка совсем повисла. Пришлось упереться руками и ногами, чтобы не скатиться вниз.
— Ребята, вы чего там? — крикнул я, и теперь меня чуть не оглушило эхом от собственного голоса.
Позади меня что-то посыпалось. Мне никто так и не ответил, а откуда-то снаружи доносились звуки ударов и ругань. Там точно что-то произошло, моим приятелям пришлось бросить верёвку и принять бой, надо выбираться самому и поспешить на помощь.
Хорошо, что здесь проход относительно узкий, я упирался в стены руками и старательно перебирал ногами по то и дело осыпающимся камням. С большим трудом, преодолевая осыпь камней, я смог добраться до выхода, схватил оставленный здесь же протазан. Правда, в следующий момент меня сбили с ног и впечатали в землю прямо рядом с извивающейся полосой колючего кустарника.
Я резко перевернулся на спину и на меня прыгнул волк, прижав лапами плечи к земле и скаля перед моим лицом зубы. Я мгновенно понял, что это не обычный волк и даже не Игольчатый, а что-то совсем другое, больше похожее на оборотня. Умные жёлтые глаза, искажённая яростью скалящаяся морда, широкие плечи, мускулистые лапы, больше смахивающие на руки культуриста и зловонное дыхание прямо в лицо.
Рядом слышался топот и звуки боя, но ко мне на помощь никто не спешил. Оскал начал приближаться к моему лицу, пасть распахнулась шире. За этим должен последовать захват моей головы клыками и резкий поворот, чтобы свернуть шейные позвонки. Вот только руки-то у меня свободны!
Я выхватил нож с чёрным клинком, созданным из рога Красного медведя, и всадил его монстру в горящий желтым светом глаз почти до упора.
Массивное тело, навалившееся на меня, сразу обмякло, и я не без труда скинул его в сторону. Протазан лежал рядом. Я вскочил, мгновенно схватив своё главное оружие, нагнетая в его навершие магическую энергию. На земле уже лежали трупы нескольких странных волков, а Стас и Матвей отбивались каждый от нескольких тварей, подобных той, что чуть только что не убила меня.
Один веер разрядов, следом другой, все изменённые почти до неузнаваемости «волки» теперь лежали на земле. Некоторые продолжали подёргивать неестественно мускулистыми лапами. Стас и Матвей, ни секунды не сомневаясь, принялись их добивать, не скупясь при этом на звонкие эпитеты.
— Долбаные оборотни на стероидах! — крикнул Матвей, отрубая головы одну за другой. — Сдохните, гниды! Чтоб вас!
Через минуту мы уже стояли живые и слегка помятые, стараясь восстановить дыхание. На земле валялся десяток обезглавленных монстров неизвестного вида. Сложилось впечатление, что это реально оборотни, застывшие в середине фазы трансформации. Но на волков эти создания искажённой Аномалией природы походили всё-таки больше, чем на людей.
Я пнул ногой одну из валявшихся отдельно от тела голов, чтобы осмотреть. Ну да, на человека это мало похоже. Странно, что их отказывается распознать нейроинтерфейс. Значит, раньше никто не пытался их описывать и классифицировать. Теперь мой нейроинтерфейс передаст изображения на сервер рода Демидовых, пусть разбираются. Да и моему брату сюда проще добраться будет с отрядом, чтобы изучать, откуда они вообще здесь взялись.
— Ты как выбрался-то? — спросил у меня Стас, отвлекая от размышлений. — Мы же верёвку бросили. Думали, что потом тебя достанем, когда отобьёмся. Сначала думали успеем, когда услышали, как кто-то подкрадывается, а потом пришлось бросить верёвку и отбиваться.
— Просто очень хотелось поучаствовать в ваших танцульках, — усмехнулся я, с усилием переворачивая тело одного из монстров на спину. — Не смог удержаться от соблазна. Господи, какая же гадость!
— А ты знаешь, какие они хитрые⁈ — выпалил Матвей, вытирая клинок о траву. — В них хрен попадёшь мечом! Они каждый твой шаг и каждый взмах словно знают наперёд и вовремя успевают отпрыгнуть.
— От молний не отпрыгнули, — сказал я и начал вскрывать чёрным клинком грудную клетку.
— Ваня, ты чего это, проголодался? — со смачной долей сарказма спросил Стас.
— Надо взять образцы для исследования, — ответил я, но это была лишь доля правды, ведь всё, что сейчас видят мои глаза, сразу передаётся в лабораторию рода вместо протокола патологоанатомического вскрытия. — Их нет в реестрах.
— Так надо было тогда и ту каракатицу маленько пощипать, — сказал Стас, присев рядом и с явным отвращением, но с интересом наблюдая за процессом.
— Вернись, если хочешь, — буркнул я, доставая комплекс органов грудной клетки. — Пощипай.
— Фу, Ваня! — воскликнул обернувшийся на разговор Матвей. — Ну на хрена тебе это надо?
— Не столько мне, сколько человечеству, — сказал я, отрезая по кусочку от лёгкого, печени, сердца и дуги аорты. Прихватил и лимфоузлы средостения. — Строение обычное, это точно не какие-нибудь инопланетяне, но от них сильно веет магией.
— Может, это новые создания тех грёбаных менталистов? — спросил Матвей, отвернувшись от представшего его глазам зрелища.
— Может, — кивнул я, раскладывая образцы тканей по контейнерам для анализов. У меня это добро всегда имелось в рюкзаке. — Будем разбираться.
— Эх, мага бы самого этого поймать, — задумчиво сказал Матвей, снова косясь на разделанного «оборотня». — Да попытать как следует.
— Уже двоих поймали, — сказал я и махнул в сердцах рукой. — Одного взорвали прямо на территории временного лагеря воинской части, а второй ничего не знает. Что ему сказали, то и делал. Тут сложно всё, надо искать того, кто придумал все эти безумные эксперименты.
— Да как же ты его найдёшь? — усмехнулся Стас.
— Вот то-то и оно, — вздохнул я. — То-то и оно.
— Может, вырезку с одного изъять? — предложил Матвей, сразу немного осмелев, когда я закончил свои дела с телом «оборотня».
— Не думаю, что стоит это есть, — сказал я, покачав головой. Потом переключился на голову монстра, которая лежала рядом. — Подержите кто-нибудь эту чёртову башку, мне надо мозг достать.
— Ой, ё! — выдавил из себя Матвей, слегка побледнел и снова отвернулся.
— Ты словно впервые видишь, как наш Ваня зверьё потрошит, Матвеюшка! — воскликнул Стас и взял голову монстра так, чтобы мне удобно было вскрывать.
— Прекрати меня так называть! — рыкнул Матвей, не оглядываясь. — Задолбал уже!
— Ну я же тебя не говном на палке назвал, — усмехнулся Стас, всем видом демонстрируя безразличие к моему занятию. — Я же тебя ласково, как мама. А что, мама тебя так в детстве не называла?
— Тоже мне, мамка нашлась, — буркнул Матвей и тяжело вздохнул.
— Вы лучше скажите мне, господа хорошие, — начал я, убирая кусочки мозга в контейнер и собирая всю свою добычу в рюкзак. — Я, конечно, всё понимаю, но чего это вы верёвку так резко бросили посреди пути? А если бы я там рухнул куда-нибудь и разбился в труху?
— Ну ладно тебе, Ваня, — то ли возмущённо, то ли виновато сказал Матвей, повернувшись ко мне и стараясь не смотреть на лежавший рядом вскрытый череп «оборотня». — Мы же сразу просигналили тебе, когда поняли, что что-то не так. Два раза дёрнули, как ты и говорил.
— Это я уже понял, — кивнул я, испытующе глядя на друзей в ожидании объяснений. Так-то причины я вижу, просто хотелось выслушать их версию до конца. — А когда поднимать начали, почему бросили?
— Ну так на нас же эти упыри напали, — пробормотал Матвей и пожал плечами, мол, что тут непонятного. — Резко причём.
— И это я понял, — сказал я, окинув взглядом трупы. — Только бросать-то зачем? Хоть бы привязали к чему-нибудь.
— Да к чему тут привязать? — спросил Матвей и оглянулся в сторону входа в пещеру. Метрах в четырёх от входа и немного в стороне стояло дерево. Напарник задумчиво почесал затылок и тихо произнёс: — М-да.
— Надо было конец верёвки к одному из этих волколаков привязать, — хитро улыбаясь, сказал Стас.
— И мечом плашмя упырю под хвост шлёпнуть, чтобы он быстрее Ваню вытаскивал, да? — поддержал тему Матвей.
— И получилась бы казнь в стиле Средних веков древней Руси, — добавил я. — Только вместо коня этот монстр. Не смешно.
— Ну ладно, Ваня, ну прости ты нас! — взмолился Стас уже без капли иронии. — Эти твари так резко на нас набросились, что было не до размышлений. Мы же сначала по-честному пытались тебя вытащить.
— Ну расскажите тогда подробнее, что здесь произошло, — сказал я, застегивая клапан рюкзака и закидывая его за спину.
— Стоим мы, пялимся в темноту, в которую ты залез, — начал Матвей. — Вдруг какой-то шорох позади. Стас меня плечом толкнул и мотнул головой куда-то за спину.
— Они сначала очень осторожно подкрадывались, — продолжил Стас. — Главное, пристально смотрят на нас и движутся очень медленно, постепенно окружая. Я, как только этих уродов увидел, сразу подёргал за верёвку, чтобы ты знал, что у нас проблемы.
— Ну мы начали тащить тебя наружу, — перебил его Матвей. — А эти резко набросились со всех сторон, не сговариваясь.
— Верёвку пришлось бросить, — сказал Стас, виновато разведя руками. — Наверное, надо было бы сразу один конец верёвки к дереву привязать.
— От падения не спасло бы, — сказал я. — Но могло ограничить. Сюда надо альпинистское снаряжение, хотя бы в минимальной комплектации.
— Ну ты там увидел хоть что-то интересное? — полюбопытствовал Матвей.
— Успел только увидеть, что коридор впереди раздваивается, — ответил я. — Дальше верёвка не пустила. Уже думал отвязаться, а вы тут же подали сигнал тревоги.
— Ещё полезешь? — спросил Стас, которому уже тоже было интересно. — Или давай я, если хочешь?
— В другой раз, — сказал я, мотая головой. — Подготовимся как следует и полезем. Не последний день живём.
— Я на это очень надеюсь, — тихо пробормотал Матвей, прислушиваясь к шорохам леса и схватившись за рукоять меча. — Кажется, они опять сюда идут.
Я начал всматриваться в прогалы между деревьев, накачивая заряд в навершие протазана и в кисть левой руки. Запас магической энергии у меня уже максимальный, готов как следует подраться.
Глазами было видно от двадцати до тридцати метров, карта нейроинтерфейса показывала больше. Нас медленно окружали несколько десятков красных точек, похожих на Игольчатых волков. Скорее всего, такие же «оборотни» и окружают. Назовём их, пожалуй, Волколаками, так будет немного романтичнее, что ли. Хотя ничего романтичного в склонившейся к моему лицу зубастой пасти я не увидел.
— Похоже, это только разведка была, — тихо произнёс Стас, кивнув на обезглавленные Матвеем трупы.
— Или патруль, — добавил Матвей. — Теперь отряд быстрого реагирования пожаловал. Думал ведь, что тут будет нескучно, но даже не предполагал, что настолько.
— Что-то ты рано запаниковал, Матвеюшка, — усмехнулся Стас, игнорируя просьбу товарища. — Ну не скучно, да, но и угрозы пока особой нет, когда Ваня рядом. Я вот сейчас пытаюсь себе представить, как я со своими парнями оказался бы здесь год назад. Ни одной целой косточки бы от нас не осталось. Скорее всего, уже и испражнения этих гадов давно бы в землю превратились.
— Думаю, окажись мы здесь так же втроём пару месяцев назад, произошло бы то же самое, — ухмыльнулся я.
— Быстро растёшь, — сказал Стас, вглядываясь в прогалы между деревьями. — Я бы сказал стремительно. Приближаются, гады.
— Со всех сторон одновременно, — добавил Матвей.
— И очень организованно, — сказал я, ориентируясь больше не на слух и зрение, а на карту нейроинтерфейса.
Полсотни красных точек медленно, но уверенно сжимали кольцо. По идее можно прорвать кольцо, чтобы оставить всех врагов с одной стороны, но не думаю, что это надолго, манёвр обязательно повторится. Так что придётся защищаться, находясь в окружении. Кольцо сужалось и точки разделились ровно через одну, образуя двойное кольцо. Кажется, их тут больше, чем полсотни.
— Готовьте огнестрел, — сказал я, оценивая масштаб предстоящей схватки.
— Обычные патроны подойдут? — спросил Стас.
— Лучше магические, — покачал я головой. — Скорее всего, у них от обычных пуль есть защита, если вообще их подобное возьмет. Встаём спина к спине, скоро будет весело.
Мы повернулись спинами друг к другу. Стас и Матвей смотрели на появляющиеся тут и там тени меж деревьев сквозь прицел, я приготовил туго заряженный протазан, по пальцам левой руки бегали золотистые и зелёные искорки, готовые превратиться в сдвоенные разряды молний.
Настал тот момент, когда силу придётся экономить и не убивать молнией, а оглушить, временно нейтрализовать, добить можно и холодным оружием. Ребятам сказал экономить патроны и стрелять только одиночными, лучше в голову, когда они точно уверены, что не промажут.
Двойное кольцо на карте сжалось до радиуса в двадцать метров. Теперь нападающих было хорошо видно. На хищных мордах не было страха или каких-либо опасений. Лишь спокойный охотничий азарт. На мой взгляд, даже чересчур спокойный.
Все их действия выглядели слишком продуманными, разумными, запланированными и неоднократно отработанными. И это здорово так напрягало.
Странное ощущение — чувствовать, как от дикого зверя веет разумом. Причём этим разумом веяло настолько сильно, что по спине побежал холодок. Кольца с одной стороны начали загибаться внутрь, от общей массы отделилось десятка полтора зверей, остальные сомкнули ряды, восстановив неразрывность окружения.

----------

Глава 6

Глава 6
— И что это за делегация к нам идёт? — напряжённо спросил Матвей, глядя на приближающийся отряд. — Уж не переговоры ли вести?
— Думаешь, они настолько развиты? — усомнился Стас. — Не думаю, что у них на уме дипломатическая миссия. Даже никто палкой с белыми панталонами не машет.
— Просто они не носят панталоны, — слегка нервно усмехнулся Матвей.
— Мир с такими, как мы, их вряд ли интересует, — вставил я своё веское слово и оказался полностью прав.
Похоже, что для нашей ликвидации отобрали сильнейших, а остальные встали плотным кольцом, чтобы не дать нам безнаказанно уйти. Для простых лесных хищников, да и для известных нам монстров Аномалии, тактика совсем необычная, хорошо продуманная.
Стоит нам попытаться сбежать в любом направлении, то придётся иметь дело не только с тем, кто стоит на пути, но и с теми, кто успеет броситься наперерез. Тогда они точно будут в большинстве, а мы снова окажемся в окружении, только в более тесном.
Полтора десятка Волколаков прошли половину дистанции от кольца до нас спокойным шагом в полной тишине, слышно было только их шаги по опавшей листве. Никакого угрожающего рыка или другого запугивания. Они знали своё дело и были в себе абсолютно уверены, спокойно шагая к нам навстречу.
Взглянув в последний раз на карту, я заметил, что кольцо постепенно сжимается и если до этого два круга шли в подобии шахматного порядка, то теперь это уже были полноценные два круга. Дистанция между окружавшими была почти идеально одинаковой. Когда отряду зубастых убийц до нас оставалось дойти метров двадцать, монстры резко рванули вперёд без какой-либо команды.
— Бейте по дальним! — крикнул я друзьям и отправил в монстров широкий веер золотисто-зелёных от вливания двух энергий молний.
Силы я старался беречь, этих тварей вокруг нас слишком много. Пятеро бежавших впереди покатились кубарем по земле. Те, что были сзади, не задумываясь, перепрыгнули через своих соратников и тоже получили по разряду. Остальные лежали с большими дырками в голове от усиленных магией пуль. «Делегация» уничтожена.
На какое-то мгновение наступила тишина, нарушаемая только шорохом листьев из-за дёргающихся в агонии лап. Затем всё кольцо пришло в движение. Волколаки побежали по кругу, постепенно ускоряясь и сжимая кольцо. Попасть в них из винтовки или автомата было теперь довольно сложно. Поразительное решение, главное, чтобы не поражающее.
— Стас, на дерево! — скомандовал я. — Матвей, ты следом.
— Прости, командир, но я сейчас тебя не послушаю, что бы ты там ни говорил, — уверенно заявил Матвей. — Я прикрою твою спину и при необходимости поставлю защиту.
— Хорошо, — коротко бросил я, и мы оба встали спиной к дереву, на которое только что забрался Стас, не обращая внимания на болтающийся за спиной рюкзак. Все равно спорить не было времени.
Матвей воткнул меч в землю прямо перед собой, взял в руки автомат и передёрнул затвор. Оружие он держал в направлении противника, но смотрел пока поверх прицела, пристально наблюдая за быстрым перемещением мохнатых тел.
Прозвучал первый приглушенный выстрел, один из Волколаков во внутреннем кольце жалобно тявкнул и покатился кубарем. Его место тут же занял другой из внешнего круга. Дистанция довольно быстро сократилась до двадцати метров, теперь вокруг нас бегало в разных направлениях уже не два, а несколько кругов монстров.
В один прекрасный момент все звери, находившиеся во внутреннем круге, одновременно резко изменили направление и бросились на нас. К этому времени я полностью восстановил потраченный ранее запас магической энергии и в разные стороны полетели разряды. Матвей открыл беглую стрельбу, часто раздавались хлопки выстрелов снайперской винтовки.
Первый круг мы отбили достаточно быстро, но даже не успели опомниться, когда-то же самое сделал второй
— Чёртовы твари! — крикнул Матвей, отстреливая бросившихся на него Волколаков. — Еле успеваю! Такого тира у меня никогда ещё не было!
Я про себя порадовался за друга, что он не только успевает пристрелить всех атакующих, но находит возможность ещё и поговорить, у меня так не получалось. Правда, я ему неплохо помогал, большинство монстров распластались на траве от моих молний. Я постоянно крутился влево и вправо, периодически бросая быстрый взгляд назад.
Третий и четвёртый круги или сколько их там оставалось, бросились на нас всем скопом. Скалящиеся морды мутировавших волков ринулись на нас сплошной волной. Матвей успел переключиться на очереди и сменить рожок, так что поливал нападающих тварей зачарованным свинцом, почти не разбирая. Впрочем, здесь и промахнуться было весьма затруднительно.
Я метал молнии непрерывным потоком. Слышал, что стрельба позади меня стихла и заработал меч, но он был слишком неповоротливым для таких шустрых противников. Я уже встретил двоих самых быстрых протазаном, когда понял, что нападающие теперь не могут до меня дотянуться.
Матвей поставил свой щит, отсчёт времени пошёл. Примерно секунд тридцать и он отключится. Запас энергии в кругах маны близок к нулю. Я бросил протазан, выхватил сразу оба пистолета и начал стрелять с двух рук по очереди. Строго по одному патрону в каждую голову в поле зрения, захватывая и тех, что пытались напасть на напарника.
К сожалению, количество патронов в магазинах ограничено, оба пистолета застыли на затворной задержке. Справа от меня после глухого выстрела из снайперской винтовки рухнул на землю последний оставшийся в живых Волколак. Секундой позже я услышал лязг доспеха, сползшего по дереву и сложившегося в три погибели Матвея. Теперь единственными звуками были стук собственного сердца и шум дыхания.
— Кажись, отбились, — прозвучал сверху голос Стаса. Парень, кряхтя начал спускаться с дерева на землю. — Матвей опять отключился, срочно требуется подзарядка.
Я решил проверить наличие других монстров в окрестностях, активировал карту нейроинтерфейса и у меня пропал дар речи. Если верить карте, то я сейчас находился не в Аномалии, а почти в центре Екатеринбурга, даже не в Сибири. Ну, допустим, произошёл какой-то сбой с картой, хотя такого никогда не было. Не отображались ни монстры, ни люди, сколько бы я ни пытался переключить режим сканирования. Связь с серверами отсутствовала. В душе поселилась лёгкая паника, кажется, мы попали!
Так, стоп! Никакой паники! Другие охотники и собиратели прекрасно обходятся без таких прибамбасов. В условиях Аномалии в принципе электроника не работает, это меня выручали технологии рода Демидовых. Но остальные же как-то обходятся? Значит, и мы обойдёмся, обратную дорогу я помню, следовательно, не заблудимся.
Стас тем временем уложил Матвея ровно на землю, стащив с него предварительно рюкзак. Я проверил дыхание и пульс. Всё так же, как и тогда, человек просто перестарался и выложился до конца. Хотя я в подобной ситуации поступил бы таким же образом.
— Матвей очнётся, и мы идём дальше? — спросил Стас, убедившись, что с товарищем всё будет в порядке.
— Пока он приходит в себя, надо добить раненых Волколаков, — возразил я. — А потом лучше пойдём домой. Ещё одну такую атаку мы можем и не пережить. К тому же что-то мне подсказывает, что следующее нападение будет совсем другим и непредсказуемым.
— Понял, — кивнул Стас, закинул винтовку за спину, достал меч из ножен и направился к устилавшим всё окружающее пространство телам.
Я тоже переходил от одного Волколака к другому и пронзал протазаном сердце или глотку, когда как удобнее было. Одновременно поглядывал на карту нейроинтерфейса в надежде, что всё должно восстановиться. Не забывал контролировать ситуацию и визуально, то и дело осматриваясь по сторонам.
Странный и пока необъяснимый сбой в системе не давал мне покоя. Я уже настолько привык к её использованию, что теперь было очень дискомфортно.
— Ты чем-то обеспокоен, что-то случилось? — спросил Стас, и только теперь я понял, что он внимательно наблюдает за мной со стороны.
— Что-то случилось с моим легендарным чутьём, — неохотно ответил я, но и скрывать смысла нет. — Раньше я чувствовал приближение монстров или то, что поблизости точно никого нет. А теперь — пустота, ничего.
— Хреновые дела, — нахмурился Стас и медленно покачал головой. — Тогда придётся по старинке, как все.
— Придётся, — кивнул я. — Ничего, разберёмся, где наша не пропадала.
— Послушай, Ваня, — обратился ко мне Стас, когда мы были твёрдо уверены, что в живых ни одного монстра не осталось и вернулись к только что пришедшему в сознание Матвею. — Меня тут гложет один вопрос.
— Какой же? — слегка насторожился я, предположив, что он сейчас начнёт расспрашивать о моей загадочной «чуйке».
— Судя по организации атаки, эти звери очень умные и действуют уж слишком слаженно, — начал Стас и ненадолго задумался, подбирая слова. — Только вот что непонятно, почему такие умные твари бросались в атаку до последнего? Если видишь, что не можешь одолеть врага, надо ведь отойти, разве не так?
— Всё так, — сказал я и полез в рюкзак, чтобы достать для Матвея вяленое мясо Лешего. Парень уже в состоянии жевать, а так он быстрее восстановится. — Я считаю, что они могли получить команду на полное уничтожение любой ценой, вот и бились до последнего.
— Выходит, что ими кто-то управляет, а сами они словно бесстрашные роботы, как-то так? — спросил Матвей, уловивший суть разговора, интенсивно жуя первый кусок солонины. Его щёки уже порозовели, что до этого наступало значительно позже.
— А ты как себя вообще чувствуешь? — спросил я у напарника.
— Уже намного лучше, — улыбнулся Матвей, запихивая в рот сразу два кусочка мяса. — Я почему-то в этот раз очень быстро прихожу в норму. Наверное, организм привыкает, да?
— Наверно, — тихо ответил я и тут до меня начало доходить.
Мой друг восстанавливается быстрее, потому что его организм привык поглощать негативную энергию и использовать её в своих целях. Это не просто быстрая адаптация к перегрузке, здесь концентрация негативной энергии в разы выше, вот в чём причина. В этом лесу нормальный человек вообще долго продержаться не сможет, просто нам так повезло. Вот в чём причина «поломки» моего нейроинтерфейса и потери связи с серверами рода.
— Вань, ты чего это такой встревоженный? — насторожился Матвей, смотревший на меня во время моих размышлений. — Что-то случилось? К нам подкрадываются монстры?
— Он не в курсе, — ответил за меня Стас. — У него «чуйка» сломалась.
— Оп-па, — произнёс Матвей и совсем теперь перестал жевать. — Это как так?
— Скорее всего, из-за высокой концентрации негативной энергии Аномалии в этом месте, — сказал я. Это можно и рассказать, звучит вполне себе правдоподобно. — Странно только, что это проявилось не сразу. Теперь же это слишком влияет на мои ощущения.
— Может, какой-то эффект накопления? — спросил Стас. — Мы уже больше часа здесь находимся.
— Так мало времени прошло? — удивился Матвей. — Мне уже вечностью кажется.
— Это потому, что нам тут скучно не было, — усмехнулся Стас.
— Ну не знаю, — задумчиво покачал головой Матвей. — Когда совсем скучно, время тянется ещё дольше.
— И такое бывает, — сказал Стас, напряжённо оглядываясь по сторонам. — Но мне, как правило, скучать не приходится.
— Матвей, ты как? — снова спросил я у напарника.
— Уже полный порядок, — ответил парень, довольно кивнув.
— Значит, собираем пожитки и отчаливаем в сторону дома, — сказал я, первым поднимаясь с примятой травы.
— Потрошить больше никого не будешь? — ухмыльнулся Матвей. — Кругом ведь столько подопытных.
— С меня достаточно, — сказал я, бросив взгляд назад, и махнул рукой. — Идём.
Держа оружие наготове и стараясь контролировать ситуацию на все триста шестьдесят градусов, в том числе и вверху, мы пошли вдоль извивающейся полоски Пещерника колючего. Вскоре мы вернулись на ту самую поляну, где начинали его ощипывать. Радость от добычи столь ценного ресурса была несколько смазана последними странными обстоятельствами — нападение странных существ и обрыв связи нейроинтерфейса с серверами рода Демидовых. Отсутствие навигации и отслеживания живности было принять сложнее всего.
Сам нейроинтерфейс безупречно работал, это я уже стократно проверил. Сохранились все знания, полученные с момента его имплантации и до последнего момента. На месте была и бесценная информация, полученная из книг в закрытой библиотеке госпиталя. Не было навигации, сканирования местности и личной базы данных, хранящейся на сервере. Туда входили и аудиовизуальные записи моих походов и исследований монстров, в локальной памяти это занимало слишком много места.
Мы уверенным шагом, но в состоянии настороженности к любым негативным проявлениям окружающей среды, шли обратно к поваленному через реку дереву. Тропа слегка извивалась, мы ведь шли не по искусственно посаженной аллее, а по дикому лесу. За очередным изгибом нас ждал сюрприз. Не скажу, чтобы неожиданный, просто я не думал, что это будет выглядеть именно так.
— Мать твою… — вырвалось у Стаса, когда он увидел, что нам преградили дорогу. Остальные слова он попытался проглотить, но мешал внезапно образовавшийся в горле ком.
— Весь этот парад в нашу честь? — не своим голосом произнёс Матвей. — Вы нам очень льстите, ребята.
Метрах в ста впереди тропу перегораживало целое полчище Волколаков. Такого количества волков нет, наверное, на территории всей Тамбовской губернии. Монстры стояли неподвижно плотным строем во много рядов и этот массив дикой живой силы продолжался влево и вправо, уходя в лес. Мы стояли перед ними, как три былинных богатыря перед полчищем Мамая на Куликовом поле.
В общем как ни посмотри, а ситуация такая себе.
— У меня осталось два последних магазина для автомата, — пробормотал Матвей.
— У меня чуть больше, — сказал Стас, тяжело вздыхая. — И полсотни патронов обычных, которые их не возьмут.
— Надо уходить, — сказал я. — Моего запаса энергии на такое количество молний не хватит, разве что только пощекотать.
— Защекотать их до смерти, — усмехнулся Стас. — Тоже вариант.
— А куда уходить? — тихо спросил Матвей. — Есть варианты?
Мохнатое полчище, перегородившее дорогу, пока что так и стояло, не шевелясь, лишь скалило зубы и угрожающе порыкивало. Пока что они не нападали, но как долго это продлится — неизвестно.
— Желательно уйти с этой территории, — сказал я. — Но единственный проход закрыт, других я не знаю.
— Может, как-то обойти их стороной? — предложил Матвей.
— А они пока постоят и подождут? — с горькой ухмылкой спросил Стас. — Что-то я сомневаюсь.
— Значит, надо идти дальше, — сказал я, стараясь, чтобы мой голос звучал твёрдо. — Но что-то мне говорит, что они нас будут преследовать, а бегают эти звери всяко быстрее нас.
— Это точно, — ухмыльнулся Матвей. — От таких далеко не убежишь. Может, на деревья забраться, там пересидеть, пока им не надоест нас сторожить?
— Ты видел, сколько их? — возразил Стас, махнув на Матвея рукой. — Они будут дежурить по очереди, пока мы с этих деревьев сами не свалимся. Я вот думаю, можно активировать невидимость, залезть на дерево где-то в стороне и оттуда их обстреливать, привлекая всю эту орду на себя. Вы быстренько прошмыгнёте в сторону выхода и вернётесь потом с подмогой. Тот же взвод спецназа, например, они тебя вроде как уважают, Ваня.
— Плохой вариант, — покачал я головой. — Ты можешь стать полностью невидимым, но ты не сможешь лишиться запаха, а нюх у этих созданий в сто раз лучше, чем у нас всех вместе взятых. Даже если у тебя получится твой манёвр, нам всё равно не дадут уйти. Ты же правильно заметил, их слишком много и они не такие глупые, они разделятся.
— Тогда какие ещё варианты? — немного раздражённо спросил Стас. — Я за любой впрягусь, если это поможет. Могу даже их мозги есть в сыром виде, лишь бы это дало шанс уйти отсюда живыми.
— Пещера, — сказал я. В голове начал созревать план.
— Что пещера? — в недоумении спросил Матвей.
— Идём в пещеру, — уточнил я. — Проход узкий, там мы сможем принять бой, наподобие Фермопильского сражения.
— Какого сражения? — с ещё большим удивлением переспросил Матвей.
— Ох, темнота, — покачал головой Стас. — Я понял, о чём ты говоришь, Ваня. Пока недалеко ушли, надо быстро рвать когти в пещеру, пока эта мохнатая орда не взяла с нас дань в виде печени и всего остального.
— У тебя верёвка далеко? — спросил я парня.
— Практически сверху в рюкзаке, прямо под клапаном, — ответил Стас. — Мы не успеем её привязать.
— А мы и не будем привязывать, — сказал я и осторожно вытащил верёвку. — У стоявшего рядом дерева есть большой сломанный сук, надо накинуть на него петлю.
— А, видел, — кивнул Стас. — Но он довольно высоко.
— Надо постараться, — уверенно сказал я, хотя внутри уверенности особо не было, видимо, она ушла на временное хранение на сервер рода Демидовых. Но была надежда. Мы справимся, сдюжим, выстоим, сможем вырваться из этого капкана. — Это единственный вариант, скорее всего, накидываем петлю на сук и ныряем в пещеру, такая верёвка должна всех нас выдержать.
Орда Волколаков так и стояла, как на параде, не собираясь атаковать, но и не отступая. Интересно, чего они ждут? Когда придёт начальство, которое ими, собственно, и управляет? Мы задержаны до полного выяснения обстоятельств?
Я спокойными движениями вязал на одном конце верёвки крепкую самозатягивающуюся петлю. Шутники посоветовали бы её намылить, но сейчас назначение петли совсем другое, можно сказать противоположное — спасение наших жизней.

----------

Глава 7

Глава 7
Для начала мы решили попробовать немного увеличить дистанцию, просто неторопливо пятясь назад. Каждый выигранный метр мог сыграть решающую роль в исходе манёвра, главное — не запнуться о торчащий из земли корень или пучок травы. Падение могло сыграть злую шутку против нас и отнять последний и без того сомнительный шанс.
Расстояние от нас до выстроившегося впереди полчища волколаков медленно, но увеличивалось. У меня было ощущение, что они готовы в любую секунду сорваться с места и атаковать нас, но их что-то или кто-то сдерживает.
Несколько минут, прошедшие с тех пор, как мы увидели живую преграду на обратном пути, тянулись невероятно медленно.
Мы достигли изгиба тропы и должны были теперь сместиться в сторону, скрывшись от пристально наблюдавших за нами монстров, но этого они, скорее всего, уже не простят и ринутся нас догонять. Значит, бежать в сторону пещеры надо прямо сейчас.
— Приготовились, — тихо сказал я. — Я бегу впереди, забрасываю петлю на обломанный сук и ныряю в пещеру, вы сразу следом. Держитесь за верёвку, там склон очень крутой, сами полетите и меня сшибёте на радость этим тварям. После каменной осыпи идёт почти ровный пол, там и примем бой, пока они не завалят проход своими телами.
— Неплохой план, — пробубнил Стас, видимо, не до конца поверив в реалистичность его воплощения.
— Я буду спускаться последним, — сказал Матвей, когда все уже были готовы сорваться с места.
— Это ещё почему? — поинтересовался Стас. — Я думал тебя вперёд пропустить. Ты большой, на тебя приземляться мягче будет.
— У меня есть щит, дурень! — недовольно и как-то снисходительно произнёс Матвей. — Если они нападут до того, как мы спустимся, у меня есть шанс выжить, а у тебя нет. И твоя невидимость не поможет, Ваня правильно сказал, нюх у них, скорее всего, отменный.
— Пусть так будет, — подтвердил я. — А теперь… погнали!
Мы стартанули так, словно за нами гналась стая диких волков. Теперь даже не пришлось представлять себе это, потому что всё именно так и было, даже намного хуже. Ветки с мясистой листвой хлестали по доспеху и лицу, но это никого не волновало, летели прямой наводкой к зияющему в каменном возвышении провалу.
То, что за нами погнались, было слышно издалека. Многоголосый вой и другие леденящие кровь звуки, издаваемые сотнями глоток монстров, сливались в песнь смерти, заставив замереть всё мелкое зверьё в ужасе во всей округе. Топот сотен могучих лап сотрясал землю и взбивал прелую прошлогоднюю листву.
Как бывалый чукча, пожелавший поймать конкретного оленя, я забросил петлю на сук, резко дёрнул за верёвку, чтобы затянулась петля, и буквально нырнул в пещеру. По осыпающимся вниз камням, вибрации верёвки и приглушенным ругательствам я понял, что друзья спускаются в меру своих возможностей вслед за мной. Из-за быстрого спуска ладони жгло от трения верёвки.
Когда пол стал ровным, я сделал несколько размашистых шагов и вжался в стену, чтобы меня не сбили с ног. Стас и Матвей буквально скатились вслед за мной. Я приготовился швырять молнии, друзья, стоя на одном колене, вскинули огнестрельное оружие и мы все дружно уставились на ослепительно сияющий на фоне окружающей темноты вход в пещеру.
На нас сверху уставились несколько звериных морд со светящимися жёлтыми глазами. Снаружи продолжался многоголосый вой, выражающий ярость и разочарование, но нырять за нами в пещеру они почему-то не спешили.
Мы замерли в ожидании атаки, слушая вой снаружи и дыхание друг друга, которое постепенно успокаивалось.
— Чего это они там застыли? — первым поинтересовался Матвей. — Здесь нас преследовать кишка тонка?
— Мог бы и просто порадоваться, что они не побежали за нами всем стадом, — сказал Стас, не опуская снайперской винтовки.
— Ну я-то радуюсь, — ухмыльнулся Матвей. — Просто, как по мне, так лучше сейчас загромоздить выход их телами и спокойно идти дальше, чем непонятно сколько ждать, когда они на это решатся.
— А куда это ты собрался идти? — спросил Стас. — Ты думаешь, что это подземный переход и твой дом на той стороне дороги? Вообще неизвестно, куда этот ход нас может привести, возможно, никуда.
— Тогда какой план? — поинтересовался Матвей. — Он у тебя есть?
— На то у нас есть командир, — ответил Стас, кивнув в мою сторону и снимая тем самым с себя ответственность. — Я о дальнейших действиях не имею ни малейшего представления.
— Ещё немного подождём, — сказал я, держа руку перед собой, по пальцам бегали беспокойные золотистые и зелёные искорки. — Если они не пойдут вслед за нами, а останутся ждать, значит, попробуем обследовать пещеру и поискать другой выход.
— А если другого выхода нет? — напряжённо произнёс Стас. — Если это вообще единственный вход и он же выход?
— Посмотрите внимательно на стены, — невозмутимо ответил я. — На них следы мощных водных потоков, которые воздействовали на камень довольно длительное время. Вода должна куда-то выходить, не поверю, что она просто вливается под землю.
— Есть ещё вероятность, что эти твари не просто так не хотят сюда лезть, а кого-то боятся, — сказал Матвей. — Возможно, здесь живёт кто-то гораздо опаснее, чем вся эта стая.
— И такое может быть, — кивнул я. — Но я не чувствую исходящую из глубины пещеры угрозу.
Это я, конечно, красиво сказал, особенно учитывая, что карта нейроинтерфейса мне вообще никаких угроз пока не показывала. Я по-прежнему находился в центре Екатеринбурга и нигде ни одного монстра, если не считать крыс в подвалах. Так как я не в силах сейчас исправить эту проблему, махнул на неё рукой и сосредоточился на собственных ощущениях.
Из звуков — только вой и поскуливание здоровенных мутировавших волков снаружи и перед самым входом в пещеру. Откуда-то из глубины пещеры веяло сыростью, плесенью и застоявшейся водой, слегка попахивало рыбой и пугающей неизвестностью. Есть ли там в глубине грозное чудовище? Да хрен же его знает! Зато точно известно, что снаружи нас ничего хорошего не ждёт, это сто процентов.
Как ни посмотри, но ситуация такая себе.
— Уходим дальше в пещеру и ищем другой выход, — сказал я и демонстративно развернулся, чтобы идти дальше.
Стас и Матвей молча опустили оружие и были готовы последовать за мной, несмотря на все опасения и предрассудки. Я достал фонарик из кармана рюкзака, мысленно помолился и уверенно пошёл к месту развилки главного прохода. Я помню, в какую сторону был направлен спуск в пещеру, получилось точно на восток. Если повернуть налево, то мы будем приближаться к центру Аномалии, а нам этого сейчас не нужно.
— Нам сюда, — сказал я, указывая на правое ответвление пещеры.
— Почему ты так уверен? — с сомнением в голосе поинтересовался Стас, шагнув однако именно туда, куда я показал.
— Да потому что именно в той стороне находится наш выход из Аномалии, — ответил за меня Матвей. — Чего тут непонятного?
— Повышение твоего интеллектуального уровня не может не радовать, Матвеюшка, — искажённым голосом довольной учительницы проворковал Стас.
— Опять ты за своё… — пробормотал Матвей и тяжело вздохнул.
— Гляньте, там за нами следом не идут? — спросил я, сделав в выбранном направлении несколько шагов.
— Не, тихо, — через некоторое время доложил Матвей. — Даже вой и скулёж тише стали.
— Значит, скорее всего, они сюда уже и не сунутся, — сказал я и довольно кивнул, хотя спокойствия на душе как не было, так и нет.
Мы осторожно продвигались по медленно уходящему вниз полу пещеры. Верёвка так и осталась валяться на полу у входа. Втайне я очень надеялся, что она там и останется и дождётся нас, если всё же придётся возвращаться обратно. Лёгкое движение воздуха в пещере говорило о том, что есть и другие выходы, осталось их только найти. Плохо будет, если в этот выход не пролезет ничего крупнее енота или моего Феди.
Всё-таки хорошо, что я не взял с собой в этот раз горностая. Пусть на меня обижается, пусть не мурлычет мне в ухо целую неделю, зато останется в живых. Во время замеса с Волколаками я бы такую гарантию не дал. Ну да, тут есть деревья, есть, где спрятаться, но есть на деревьях и эти «крокодильчики», которые, возможно, именно на такое и охотятся.
Вниз спускались довольно долго, температура воздуха уже приближалась к нулю. Сколько сейчас градусов — не готов сказать, но, по крайней мере, пар изо рта начал идти давно и стало довольно зябко. Если учесть, что мои брюки и ботинки так до конца и не высохли, как и одежда Матвея, лучше пока не останавливаться, быстрая ходьба неплохо согревала.
А ведь тут могло быть что угодно — как-никак мы в Аномалии и если уж она меняет растения, то и в подземной части могли ждать необычные сюрпризы. Поэтому я старался быть настороже все это время.
Коридор постепенно расширялся и терял высоту. Первым это заметил Матвей, как следует приложившись головой о небольшой выступ. Шлем из комплекта амуниции спецназа был только у меня.
— Вот же чёрт! — воскликнул парень, потирая ушибленное место. — Хоть бы табличку повесили, что тут низкий потолок.
— Так ты пригибайся, тебе голову надо беречь, — усмехнулся Стас. — А то только я тебя похвалил за повышение уровня интеллекта, а ты сейчас откат устроишь.
— За собой следи, — огрызнулся Матвей. — А то язык прикусишь, своим же ядом отравишься.
— Не-е-е, яд я для тебя приберегу, — довольным голосом сказал Стас. — Это очень ценный и, к сожалению, ограниченный ресурс.
— Тихо! — сказал я и резко остановился.
— Ты чего это? — шёпотом спросил Матвей, вглядываясь в холодную пустую темноту.
— Здесь и правда кто-то есть, — так же шёпотом сказал я.
Нейроинтерфейс мне сейчас не подсказывал ровным счётом ничего, даже с перебоями и дикими тормозами работали стандартные автономные функции. Теперь реально сработало какое-то внутреннее чутьё и появилось смутное ощущение тревоги и чьего-то грозного присутствия.
Успокаивало только то, что пространство пещеры не позволит обитать здесь относительно крупному монстру, а уж какой-нибудь Химере типа змеепаука — тем более.
— И что там? — спросил Стас, медленно поднимая снайперскую винтовку.
— Понятия не имею, — честно признался я, пожимая плечами.
Правда, последнего моего жеста в темноте никто не увидел, разве что только луч света от фонарика качнулся.
— Я иду первым, а вы на несколько шагов отстаньте, — сказал я и уверенным шагом двинулся вперёд в неизвестность.
Круги маны были наполнены энергией до пульсирующего свечения, я начал щедро вливать её в навершие протазана и в левую кисть, готовясь к атаке. Концентрация негативной энергии Аномалии здесь увеличилась ещё больше, что, скорее всего, и вызвало сбои в работе нейроинтерфейса, не помогала даже разработанная в лаборатории рода Демидовых особая защита. Так что отчёт об этом точно ждет наших людей.
Выбранный мной слегка извилистый ход в этот раз круто повернул направо и начал резко расширяться, переходя в большую каверну. То, что отпугнуло наших преследователей, я увидел не сразу. Точнее, не сразу понял, что это такое.
Сначала подумал, что это обточенный потоками воды огромный продолговатый валун лежит впереди поперёк нашего пути. Потом этот «валун» начал медленно смещаться вправо… И тут до меня дошло, что в луче фонарика лишь фрагмент тела гигантской змеи, почти не отличающегося по цвету от окружающего нас известняка и других похожих пород.
— Это что за хрень? — с ужасом выдохнул позади меня Матвей.
Я быстро пробежался фонариком вдоль всего, что пришло в движение. Эта рептилия превышала по размерам даже титанобоа, древнего предка современных анаконд. Вскоре над медленно смещающимися кольцами появилась и голова огромного хищника. По размерам она была примерно как у старого знакомого змеепаука. Такая тебя проглотит легче, чем хамелеон сверчка.
— Какая-то гигантская земляная анаконда, — тихо произнёс Стас. В его голосе ощущались одновременно восторг и ужас. — Так вот чего испугались эти Волколаки, наверное, уже имели шанс познакомиться поближе. Может, идём обратно, пока не поздно? Она еле шевелится, походу, мы её только что разбудили.
— Там за ней в конце каверны есть проход дальше, — сказал я. — Нам надо как-то добраться до него. Хотя я не уверен, что эта тварь не сможет в него пролезть.
Я дал команду нейроинтерфейсу записывать изображение, правда, никакого отклика так и не поступило, не уверен, что из этой затеи что-то получится.
— Эту змеюку надо убить, — добавил я после небольшой паузы.
— Ты уже знаешь как? — с некоторой паникой в голосе спросил Матвей.
— Пока нет, — покачал я головой. — Хочу попробовать тот же вариант, что продемонстрировала Евгения на Химере в прошлый раз.
— Но это не Химера, Ваня, — тут же возразил Стас. — У змеи бросок стремительный, они вкладывают в него всю силу, чтобы быстро схватить зазевавшуюся добычу. Ей даже душить тебя не придётся, так проглотит вместе с протазаном.
— Ну и пусть, — усмехнулся я. — Главное, чтобы не жуя это сделала, тогда я её изнутри выпотрошу.
— Реально смертник, — удручённо пробормотал Стас, а Матвей просто стоял с осунувшимся лицом и соблюдал молчание, боясь теперь сказать что-нибудь невпопад.
— Отчаянный, да, согласен, — ухмыльнулся я. — Но жить хочу, так что я не смертник. Погибать за идею в желудке гигантской змеи в качестве бессмертного подвига не рассматриваю.
Тем временем титанобоа-переросток продолжала неторопливо расплетаться, а её огромная голова медленно приближалась к нам из центра огромной каверны. У рептилий нет никакой мимики, но я всем телом ощущал исходящую от хищника угрозу и предвкушение скорой лёгкой победы.
— Отойдите ещё немного назад и держите её голову на прицеле, — сказал я, набрав максимум энергии в навершие протазана и в левую руку. — Когда откроет пасть, старайтесь стрелять вглубь её глотки или в нёбо, тогда хоть какой-то толк будет.
— Принял, — сказал Стас, который уже смотрел на змею сквозь прицел.
Матвей передёрнул затвор автомата и молча поднял его, уставившись в коллиматор.
Я медленно снял рюкзак, опустил на пол возле самой стены и немного сместился в сторону, чтобы не оказаться на линии огня, затем пошёл навстречу разворачивающейся змее. Хоть этот монстр и был невероятных размеров, поведение, в общем, мало чем отличалось от обычного ужа, который охотится на большую вкусную лягушку. Голова продолжала медленно приближаться, а тело двигалось немного быстрее, формируя изгиб «шеи» для совершения молниеносного броска.
Насколько помню из фильмов про животных, пасть открывается не в непосредственной близости от жертвы, а заранее, то есть у меня будет мизерный запас времени, чтобы отправить ей в глотку свои молнии и отпрыгнуть в сторону.
— Может, не надо? — со слабой надеждой в голосе спросил Матвей.
Я ничего не стал отвечать, продолжая медленно идти навстречу и готовясь к самому короткому поединку. Хотя, это не точно, он может и затянуться. От огромной змеиной головы с мутными кругляшами глаз меня отделяло уже метров десять. Она перестала приближаться, наращивая лишь изгиб тела и готовясь к броску.
На какое-то мгновение мир замер, всё вокруг куда-то исчезло, и огромная подземная каверна, и мои друзья, и проблемы с нейроинтерфейсом. Я слышал лишь стук своего сердца и напряжённое дыхание. Адреналин пульсировал жарким огнём, заставляя слегка подрагивать готовые в любую секунду совершить жизненно важный бросок мышцы.
Словно в замедленном кино, змеиная голова устремилась прямо ко мне, открывая на ходу огромную пасть. В голове за это мгновение успело пронестись: «Да куда ж ты так раззявливаешь, родная, я вовсе не такой большой!»
Выпущенные мной сдвоенные разряды прогрохотали одновременно с автоматной очередью Матвея, выстрела Стаса я на этом фоне не мог услышать, но абсолютно уверен, что он тоже был. Как только молнии и усиленные магией пули ударили в разверстую глотку, я резко прыгнул в сторону, совершил кувырок по осколкам камней, и тут же снова оказавшись на ногах.
Распахнутая змеиная пасть с диким грохотом врезалась в устилавшие дно каверны камни, на которых я только что стоял, с хрустом выворачивая нижнюю челюсть в обратную сторону и подминая её под тело змеи. За счёт мощности броска и инерции, голову несколько метров протащило по острым камням, раздирая мягкие ткани пасти, словно тёркой. Тело змеи продолжило вести в сторону, и на камнях стала видна кровь монстра и ошметки плоти. Всё это тянулось широкой полосой от места столкновения с землёй и до места полной остановки.
— В яблочко! — прокричал на всю пещеру Матвей так, что задрожали своды и на пол упало с десяток увесистых сталактитов.
— Не ори, дурень! — буркнул Стас, и я услышал лязг доспехов от того, как парень ткнул своего напарника локтем в бок. — Ещё не факт, что эта тварь мертва.

----------

Глава 8

Глава 8
Сомнения Стаса по поводу гибели гигантской змеи были, увы, совсем не беспочвенны. Огромное тело, достигавшее более полутора метров толщиной, начало дико извиваться, разметав извивающиеся петли во все стороны и грохая ими о камни. Чтобы не попасть под раздачу, мы юркнули обратно в проход.
— Вроде серьёзный монстр, а ведёт себя как червяк на сковородке, — усмехнулся Стас и тут же увернулся от полетевшего в него каменного обломка. — Ещё и дерется.
— Прощальный танец титана, — произнёс с некоторой грустью Матвей.
— Я что-то не врубаюсь, тебе её жалко, что ли⁈ — возмутился Стас.
— Ну так, слегка, — улыбнулся Матвей. — Росла тут себе, кушала в удовольствие и с аппетитом, а мы ей огня в глотку зарядили и готово.
— А может, ей это так понравилось? — спросил Стас с ухмылкой. — Может, это её от удовольствия так корёжит?
— Поскорее бы уже всё это закончилось, — сказал я, глядя, как постепенно стихают возмущения мускулистого многотонного тела.
Судя по относительно неподвижной голове с разорванной пастью, продолжать охоту на нас монстр уже не собирался и отходил потихоньку в мир иной. Метания огромного тела магического зверя вскоре прекратились, местами остались лишь небольшие подёргивания, которые вскоре тоже затихли. Наконец-то агония этого существа прекратилась.
— Кажется, мы можем идти дальше, — сказал я, когда конвульсии монстра прекратились окончательно. — Идём.
Первым, показав пример, я закинул рюкзак за спину, взял в руки протазан и пошёл в сторону противоположного конца каверны, стараясь держаться от змеи подальше на всякий случай. Огромный подземный зал, бывший долгое время для монстра домом, стал теперь его же могилой. Когда-нибудь сюда доберутся археологи и обнаружат гигантский скелет, похожий на выросшего до невероятных размеров ископаемого титанобоа. Правда всё, что здесь есть, могут растащить быстрее, но это уже частности.
Проход по другую сторону каверны был чувствительно меньше и в ширину, и в высоту. Объяснялось это, скорее всего, тем, что неподалёку обнаружились несколько отверстий, в которые я не рискнул бы попытаться залезть даже ползком. Наверное, потоки талой воды распределялись между ними, поэтому главный ход был небольшим.
— Так ещё немного и придётся на карачках ползти, пожаловался Матвей, которому пришлось согнуться чуть ли не вдвое, чтобы не цеплять головой и плечами за неровности на потолке.
Зато стены здесь были идеально отполированы и без мха. Чуть дальше ситуация улучшилась, и мы могли идти, лишь чуть склонив голову.
— Чем это так воняет? — спросил вдруг Стас. Я тоже почувствовал крайне неприятный запах, но сначала не придал этому особого значения. — Матвей, тебе, что ли, сало не впрок пошло?
— Чего ты сразу на меня думаешь? — возмутился парень. — У меня всё в порядке. Это, наверное, змея перед смертью сюда газанула.
— Но запах появился только сейчас, — возразил Стас.
— Сквозняком отнесло, — буркнул Матвей.
— Да нет, сквозняком как раз в лицо веет, — заметил Стас. — Значит, вонь идёт откуда-то спереди.
— Скоро узнаем, — сказал я, поблагодарив мысленно друзей, что меня не начали подозревать в несварении. А то шуточки шуточками, но иногда подобное может и напрягать.
Запах почувствовали не только мы. Каким-то образом наш запах учуяли и те, кто сделал тот, от которого все мы морщились. За очередным поворотом пещеры обнаружилась довольно большая колония здоровенных грызунов.
— Вот те здрасьте, — выдавил из себя Стас, когда при виде чужаков поднялся душераздирающий гвалт, и на нас двинулось около сотни воинственно настроенных увесистых землероек. — От таких уже не отмахаешься ни тряпками, ни веником.
— Зато мечами должно получиться неплохо, — сказал Матвей. — Доспехов я на них не вижу.
— Может, они у них под мехом, — возразил Стас.
— Только не стреляйте, экономим патроны, — сказал я, накапливая смесь двух энергий в руке и навершии протазана.
Настала пора попрактиковаться с массовой атакой. Насколько я могу судить, монстры весят под пятьдесят кило, примерно, значит, на каждую землеройку достаточно и половины того, что уходило на волков. Обращение к нейроинтерфейсу обернулось полной тишиной в ответ, но я и так помню информацию из книги, где упоминались цепные молнии. Для более крупных тварей нужен достаточно мощный заряд, и я до этого момента не стал рисковать, раздавая «подарки» адресно и дозированно, а сейчас можно и поэкспериментировать.
Стас и Матвей обнажили мечи и с шуточками приготовились отражать атаку грызунов, помахивая своим грозным оружием с активированными магическими кристаллами. Не сговариваясь, мы пошли вперёд, навстречу активно демонстрирующему свои большие грозные резцы воинству.
Грозно шипя, стая землероек ринулась в атаку, и я запустил первые на своём личном опыте цепочки молний. Самая большая землеройка вырвалась вперёд и бежала прямо на меня.
— Вот с тебя и начнём, — ухмыльнулся я и отправил в неё разряд, многократно превышающий летальную дозу.
Только в этот раз не было прожжённых дыр в теле противника, золотисто-зелёная дуга ударила в голову монстра и, не задерживаясь, поскакала дальше, по головам других. Со стороны это напоминало прыжки теннисного мячика по столу. Совершив несколько перескоков, разряд затих, но в это время уже были запущены второй, третий, четвёртый.
Первый опыт он всегда трудный и неидеальный. Пятым подобным разрядом я прожёг в очередной землеройке то самое большое дупло, а следующий зачастил и разделился, в итоге досталось гораздо большему количеству противников, но упали лишь некоторые, а остальным только подпалило шкурки. Мохнатое воинство растеряло былой пыл, остановилось, терзаемое сомнениями, некоторые заметались, часть прыснула в разные стороны.
— Стас, мясо вяленое будешь? — услышал я позади демонстративно громкий голос Матвея. — Хоть пожуём, пока Ваня тут развлекается.
— Могу сало с луком порезать, — усмехнулся Стас. — Правда вот, аппетита никакого от этого смрада.
Разговор моих бойцов добавил заряд бодрости, и я продолжил раздавать цепочки молний во все стороны. Половина шедших в атаку воинственных грызунов теперь валялась на камнях, некоторые дрыгали лапками, а остальные бросились врассыпную, исчезая в своих норах, которыми были буквально испещрены стены продолговатой каверны, в которой мы сейчас оказались. Целый подземный город.
Я уверенно пошёл вперёд, перешагивая через мёртвых и полуживых землероек. Парни двинулись следом, я слышал их шаги и звуки добивания приходящих в себя грызунов. От стоявшего здесь смрада, исходящего, скорее всего, от тонн испражнений местных жителей, перехватывало дыхание. Внезапно откуда-то повеяло относительно свежим воздухом. Даже смешиваясь с ароматами пещеры, он позволил хоть как-то дышать.
Я ускорил шаг, не забывая поглядывать по сторонам. Несколько раз пришлось поработать молниями, чтобы окончательно успокоить самых смелых. Чем ближе мы подходили к противоположному концу длинной каверны, тем больше чувствовалась свежесть, я даже ощутил дуновение ветерка.
Всё правильно, если бы здесь не было естественной вентиляции, они бы сами давно задохнулись. К тому же среди камней нечего есть, значит, где-то рядом выход наружу. Осознание того, что мы скоро сможем выбраться на поверхность, придало сил, и я ещё немного ускорился, медитируя на ходу, чтобы восстановить свой запас энергии, часть которой уходила и на борьбу с избытком негативной энергии Аномалии.
— Что-то мне нехорошо, — пробубнил сзади Матвей, когда мы уже подходили к дальнему концу каверны, в котором никакого выхода я пока не заметил.
— Да не дрейфь, дружище, — сказал Стас и похлопал его по плечу. — Найдём мы сейчас выход, он должен быть где-то рядом.
— Нет, ты не понял, — более вялым голосом добавил Матвей. — Мне реально нехорошо.
— Эй, ты чего⁈ — воскликнул Стас, а сразу после этого раздался лязг доспехов Матвея об устилающие дно пещеры камни. — Ваня!
В этот момент я уже резко развернулся и кинулся к растянувшемуся на камнях другу. Лицо бледное, глаза закатились, пульс на сонной артерии ослаблен. Состояние внешне похоже на то, когда он держал щит до полного истощения, но запас энергии в магической сфере в эпигастрии был максимальный, а вот накопление негативной энергии Аномалии в организме достигло критического уровня.
Я приложил ладонь к области сердца и начал вливать в друга целительную энергию, вытесняя негативную, по сути, забирая ее себе и перерабатывая для новой порции целительной энергии. Сначала надо очистить кровь, тогда ему уже будет легче, а с током крови целительная энергия разнесётся по всему организму.
Через пару минут Матвей уже стал дышать глубже, щёки немного порозовели и он открыл глаза. Я тут же предложил ему глотнуть очищающего эликсира, чтобы быстрее привести парня в порядок и хоть немного сэкономить свой запас.
— Что это было? — спросил парень, прокашлявшись. Видимо, от эликсира запершило в горле.
— Избыток негативной энергии, — пояснил я. — Её здесь слишком много и ты первым ощутил это на себе. Приходи в себя и бежим отсюда.
— А как же эти грызуны здесь спокойно живут? — спросил Матвей.
— Боюсь, что они не расскажут, даже если допрашивать с пристрастием, — усмехнулся я. — Для них это родное, в этом и родились, и умрут. Стас, иди сюда, располагайся рядом.
— Да у меня вроде всё нормально, — отмахнулся парень, но я видел, что он тоже побледнел. Увидев мой пристальный взгляд, он добавил: — Ну так, подташнивает немного, и всё.
— Ложись! — твёрдо сказал я и указал на камни возле себя.
— Понял, — ответил он и с недовольным вздохом растянулся во весь рост.
Неплохо он себя чувствует, как же. Накопление негативной энергии Аномалии почти такое же, как и у Матвея, только держится пока лучше, чем напарник. Все же сопротивляемость энергии — это вещь индивидуальная, пусть и нарабатываемая. Я и ему дал глоток эликсира, а потом начал вливать целительную энергию в область сердца.
Из нор в стенах пещеры начали медленно вылезать грызуны, но все даже самые смелые старались держаться от нас подальше, памятуя то, что только что произошло с их сородичами. На нас нападать уже никто не собирался.
Я быстро привёл ребят в порядок, сбалансировал свой уровень накопления негативной энергии и повёл их дальше. Оказалось, что каверна впереди не заканчивается, а круто изгибается, переходя в довольно широкий проход с невысоким потолком. Матвею снова пришлось пригибаться, и в этот раз он решил голову поберечь, склонившись даже чуть больше, чем надо.
— Что, Матвеюшка, низковат потолок? — подколол парня Стас, оценив его старания.
— Нормальный потолок, — рассмеялся в ответ Матвей, уже нисколько не обижаясь на приятеля. — Главное, что воздух свежий в лицо дует.
Встречный поток воздуха принёс запахи леса и дождя. После того, что нам только что пришлось нюхать, это были божественные ароматы. Мы даже невольно ускорили шаг, чтобы быстрее отсюда выбраться. Наконец мы оказались в относительно небольшой каверне, в которой мог поместиться пятиэтажный одноподъездный дом. Где-то вверху слабо светился выход. Перед ним была практически отвесная стена высотой метров восемь.
От вида непреодолимого препятствия у меня внутри похолодело. Неужели все эти усилия были напрасны? Но ведь грызуны как-то выбираются в лес, чтобы добыть себе пропитание, значит, выход должен быть. В подтверждение моих размышлений, в области слабоосвещённого прохода появилась тень. Одна из этих землероек возвращалась домой, но, увидев нас, остановилась и начала принюхиваться.
— Похоже, мы этой крысе мешаем домой вернуться, — тихо произнёс Стас.
— Ага, тебя увидела и засомневалась, — усмехнулся Матвей.
— Ну не твоего же полутораметрового меча ей бояться, — огрызнулся Стас.
— Спасибо за комплимент, но он метр тридцать всего вместе с рукояткой, — ответил Матвей. — И, на мой взгляд, выглядит достаточно грозно.
— Так то если бы его мечник в руках держал, а не двухметровый примат, — не удержался от очередной колкости Стас.
— Чего-о-о-о? — уже достаточно громко возмутился Матвей.
— Да тихо вы! — шикнул я на ребят. — Нашли время мечами померяться.
Топтавшийся на месте грызун исчез из поля зрения, видимо, на время решил воздержаться от возвращения домой. Но он ведь наверняка шёл домой, не собирался же прыгать с такой высоты? Конечно, нет. Я подошёл к стене поближе и посветил фонариком. Каменная поверхность оказалась неровной, испещрённой множеством небольших уступов. Видимо, именно по ним грызуны поднимались и спускались, значит, это и есть наш шанс.
Прежде, чем звать друзей за собой, я решил сначала попробовать сам. Закрепив протазан в специальных петлях за спиной, я нашёл, за что схватиться, и поставил ногу на первый уступ. Он оказался нешироким, но достаточно шершавым, чтобы ботинок не соскальзывал.
— Ваня, ты чего это, нас бросаешь? — удивлённо спросил Матвей.
— Не мешай, — буркнул на него Стас и снова толкнул его локтем.
Я ухватился за следующий выступ, подтянулся и поставил ногу выше. Только когда начал карабкаться, понял, что стена не такая уж и отвесная, но если бы не эта тропа грызунов по ней всё равно невозможно было бы забраться. За многие годы острые когти сделали эти неровности почти настоящей лестницей. Не очень удобно для человека, но вполне терпимо для бойца, попавшего в сложную ситуацию. Да я думаю, и наш артефактор бы по такой забрался, если бы за ним неслась стая Волколаков или та огромная змея.
Через минуту я уже был наверху и махнул сверху друзьям, чтобы следовали моему примеру. Первым к стене подошёл Стас и начал нащупывать выступы, а я смог быстренько осмотреться, чтобы на нас никто неожиданно не напал.
Проход был достаточно широким, метров тридцать длиной, и уже отсюда я видел тёмно-синие верхушки деревьев и алеющий закат. Вот последнее — очень плохо, засветло мы из зоны Аномалии теперь точно не уйдём, а бродить ночью здесь и вовсе не стоит. Значит, придётся искать место для ночлега.
Я подал руку Стасу, помогая ему выбраться на поверхность. Следом на камнях появилась рука Матвея, ему мы помогли уже вдвоём.
— Хорошие крыски, — сказал Матвей, выравнивая дыхание. — Мало того, что они создали своими лапками эти ступеньки, так ещё и быстро забраться помогли.
— Это как? — удивился Стас.
— А ты вниз посмотри, — сказал Матвей и кивнул в сторону тёмного провала.
Мы со Стасом подошли к краю пола прохода и заглянули в темноту. На дне практически неосвещенной пещеры светились десятки пар красных глаз. Несколько пар уже карабкались по стене и теперь застыли, уставившись на нас. Выглядело это жутковато.
— Шарахни их молниями, Ваня, — ухмыльнулся Стас. — Устроим крысопад.
— Вообще-то, мы сейчас у них дома, — возразил я. — А не наоборот. Им надо выйти на улицу по своим делам, а мы встали теперь у них на пути.
— Так это ещё и мы виноваты, получается? — спросил Стас с некоторым возмущением.
— Именно так, — кивнул я. — Пришли к ним в дом, поджарили их пушистые задницы, теперь ещё и на улицу не выпускаем, чтобы детей со двора домой загнать или из школы встретить.
— Ну ты и загнул, — усмехнулся Матвей. — А вообще, ты прав. Нам всё равно надо отсюда уходить, а эти крысы всё же лучше тех Волколаков.
— Ну, тут согласен, — сказал Стас, а по лицу всё блуждала кривая усмешка. Видимо, представлял себе, как большие землеройки встречают детей из школы.
Мы осторожно приблизились к выходу из пещеры и обнаружили, что он находится почти на вершине каменного утёса. Вниз вело несколько метров таких же ступенек, потом уже более пологая каменная осыпь, по которой вполне реально спуститься. Сразу за осыпью начинался лес, продолжающийся, как казалось, до самого горизонта. Грызуны нашли себе стратегически идеальное убежище, почти неприступное для других монстров.
На каменной осыпи сидели и ждали, пока мы уйдём, ещё десятка полтора землероек. В закатных лучах их шкурки оказались гораздо симпатичнее, благородного рыжевато-коричневого оттенка. На лапах достаточно внушительные когти, а изо рта торчали огромные резцы, вполне способные соперничать по длине с клыками Синего Саблезуба. Оружие самообороны у землероек вполне достойное, таким вполне можно в известняке тоннели рыть, чем они и занимались. Скорее всего, те отверстия в стене каверны со змеёй — тоже их зубов и когтей дело.
Когда мы только выглянули из пещеры, небо над нами уже было затянуто тяжёлыми серыми тучами и моросил лёгкий дождичек, а теперь прогрохотал гром и начался более серьёзный дождь, быстро усиливаясь до ливня стеной. Землеройки на склоне резко устремились в сторону входа и им было уже плевать, что там есть кто-то чужой, видимо, мокнуть под проливным дождём им нравилось ещё меньше.
Матвей выхватил из-за спины меч и приготовился рубить лезущих по уступам стены землероек, но я придержал его за руку.
— Убери, просто поставь перед собой, — спокойно сказал я, и это вызвало на лице моего приятеля искреннее удивление. — Пусть возвращаются домой, не будем им мешать. Мы и так сегодня здорово сократили их популяцию.
— Они что, в Красной книге, что ли? — продолжая недоумевать, спросил Матвей, а Стас выпучил на меня глаза.
— Мы вторглись в их дом, а они просто защищались, — начал я пояснять свою точку зрения. — Они нас боятся и не стали бы нападать где-нибудь в лесу, это не хищники и угрозы не представляют. Тем более мы не за ними пришли и даже не знаем, что из их тел может пригодиться на продажу. И вообще, ты же не убивал по пути всех Туманных ежей просто потому, что они есть?
— Я убивал их ради иголок, — сказал Стас.
— Вот это была цель, а здесь её нет, — сказал я.
Друзья задумчиво притихли, мы дружно отошли в сторону и прижались к стене пещеры. Вереница из полутора десятков мокрых землероек прошествовала мимо нас вдоль противоположной стены, постоянно озираясь и предупреждающе шипя. Никто из нас даже не шелохнулся.
Через минуту всё закончилось, и в проходе мы остались одни. Выйти наружу желающих уже не оказалось.

----------

Глава 9

Глава 9
Дождь лил нещадно, даже не думая останавливаться. В итоге из-за этого, дальше пары сотен метров деревья уже было не видно. Закат догорал, и с трудом угадывались последние отсветы сквозь водную пелену. Настоящий тропический ливень, что неожиданно видеть в такой дали от ближайшего моря.
Пытаться сейчас спускаться по небольшим покатым выступам в почти отвесной стене — смысла не имеет: соскользнёшь с первой же ступеньки, а потом внизу костей не соберёшь.
— Похоже, ночевать придётся здесь, — сказал я, сбрасывая рюкзак.
— Выходит, что так, — согласно кивнул Матвей, выглянув из зева пещеры и посмотрев вниз. — Если бы хоть верёвка была, а так бесполезно даже пытаться.
— А верёвки больше нет, — развёл руками Стас. — Да и тут вроде неплохо. По крайней мере, сухо.
— Главное, чтобы эти крысы не решили нам отомстить за своих сородичей, — вздохнул Матвей. — Надо было всё-таки их всех перебить, чтобы наверняка.
— Экий ты кровожадный, — ухмыльнулся Стас, усевшись по-турецки, и начал доставать из своего рюкзака съестные припасы. — Налетай, народ!
— Отличное предложение, — улыбнулся Матвей и тоже опустился на каменный пол рядом со Стасом. Я, недолго думая, последовал их примеру.
— Дежурить будем по очереди, — сказал я, глядя, как Стас нарезает сало и лук. — Поделим ночь на три части. Матвей у нас любит рано вставать, значит, будет дежурить под утро. Я буду первым.
— Получается, мне больше всех «повезло», — ухмыльнулся Стас. — Буду сон надвое рвать.
— Можешь ты один всю ночь дежурить, — нахмурился Матвей. — Тогда и рвать ничего не придётся.
— Я тебе тоже могу предложить такой вариант, — оргызнулся Стас.
— Угомонитесь, — прервал я бесполезную дискуссию. Все равно ничего иного пока не придумать. — График утверждён и обсуждению не подлежит.
Ребята перестали препираться и немедленно замолчали. Матвей задумчиво пережёвывал небольшие кусочки сала, глядя в сторону постепенно темнеющего выхода из пещеры. Дождь немного поутих, вылив на Аномалию основной запас воды, и теперь просто потихоньку моросил.
Запас еды у нас полностью иссяк. Осталось только вяленое мясо Лешего, но его решили оставить на завтрак. Дальше есть будем теперь только когда выберемся из Аномалии.
Когда на расстеленном на камнях полотенце больше ничего не осталось, Стас убрал его в рюкзак, нашёл место поровнее у стеночки, сунул рюкзак себе под голову и улёгся поудобнее, насколько это было возможно. Я даже удивился, как быстро он смог заснуть, видимо, сказалась общая усталость.
Матвей немного повозился и тоже заснул, а я сидел в темноте, прислонившись спиной к стене пещеры. Дождь уже прекратился, в вершинах деревьев гулял ветер, наполняя пространство своеобразным «белым шумом», периодически слышались голоса ночных животных, но воя Волколаков я так и не услышал.
Всё время ожидал услышать клацанье когтей по камням со стороны каверны, но его не было. Немного странно, обычно грызунов тоже считают ночными животными, а эти, скорее всего, крепко спят. В принципе, это просто отлично, иначе не спали бы и все мы. Даже если бы они не стали нападать, было бы невозможно заснуть, когда мимо тебя постоянно шастают землеройки размером с хорошую овчарку, а то и побольше.
* * *
— Рота, подъём! — выкрик Матвея вырвал меня из крепких объятий сна и вызвал осыпание мелких камней в пещере и каверне.
— Да не ори ты, дурень! — злобно прошипел Стас, которому небольшой камешек прилетел прямо в ухо. — Похоронишь нас тут заживо! И на хрена вообще трубить подъём в пять утра? Ты меня сменил чуть больше часа назад!
— Ну, если тебе постелька нравится, то спи дальше, — недовольно буркнул Матвей, но голоса уже не повышал. — А мы пойдём потихоньку, да, Вань?
— Сейчас пойдём, — сказал я, глядя на стремительно светлеющее небо и отражающийся от перистых облаков розовый свет. — Эх, жаль, что нет ни чая, ни кофе.
— Ну, на кофе я пока не заработал, а пару глотков чая каждому могу обеспечить, — сказал Стас, доставая из рюкзака пол-литровый термос.
— И ты всё это время молчал⁈ — воскликнул Матвей, с восторгом глядя, как Стас наливает чай в крышку от термоса.
— А ты раньше не спрашивал, — усмехнулся Стас и протянул чай мне, но я попросил, чтобы он передал сначала Матвею, который за эти пару мгновений успел состроить кислую мину.
— Я потом, сначала приведу себя в порядок, — сказал я, поднимаясь с нагретых мной камней и разминая суставы. — Если с утра не размялся, будешь весь день как варёный. Рекомендую и вам зарядкой никогда не пренебрегать, даже в темнице сырой.
— А что, был такой опыт? — усмехнулся Стас. — Что-то я не верю.
— И правильно делаешь, — улыбнулся я.
Был, правда, небольшой опыт в седьмом классе, когда отец закрыл меня в одной из кладовых в подвале замка за то, что я однажды принёс тройку по физике, но это не в счёт. Я там немного погрустил, осознал, потом улёгся на какие-то мягкие мешки и заснул, а через пару часов меня разбудил старший брат Алексей. Поржал тогда надо мной и моим спокойствием в такой ситуации, да отвёл тайными тропами в мою комнату.
Потом оказалось, что он немного поторопился, отец приказал меня выпустить буквально через час, а меня там уже нет. Были выяснения и разбор полётов, но Алёшку я не сдал, сказал, что на стрессе умудрился как-то открыть замок изнутри, но потом повторить трюк, что естественно, не получилось. Отец порычал ещё немного, потом вздохнул, махнул рукой и ушёл. А Алексей это запомнил надолго. И я тоже.
— Теперь твоя очередь, — сказал Стас и протянул мне мою порцию чая.
— После тебя, — сказал я, а сам занялся приседаниями и отжиманиями, продолжая предаваться воспоминаниям.
Глядя на меня и Матвей начал делать упражнения, что-то недовольно бормоча себе под нос, но очень старался при этом. Главное — хороший пример, который обязательно подхватят.
Когда я закончил, Стас снова протянул мне крышку от термоса, наполненную чаем, и в этот раз я уже не отказался. Матвей быстро закончил разминку и сидел теперь на краю пещеры, свесив ноги вниз.
Утро уже разгорелось, как следует. Рубиновые облака стали оранжевыми и переходили в желтизну. Пора выдвигаться, самое удобное время, пока в лесу происходит «пересменок» любителей дня и ночи.
Мы медленно по очереди сползли по стене, осторожно выискивая ногой каждый уступ и убеждаясь в устойчивости ботинка. Без страховки всё надо делать вдвое аккуратнее. Осторожно спустившись по играющей под ногами каменной осыпи, мы спустились в лес.
В слабой надежде я активировал карту нейроинтерфейса, кое-что поменялось. Мы теперь точно находились в Аномалии, но в совершенно незнакомой местности. Обозначений присутствия монстров не было, как и прежде. Не было на карте даже меня и моих бойцов. Я закрыл всё ещё бесполезную карту и решил довериться зрению, слуху и своим познаниям ориентировки на местности.
Небольшая скала из светлой породы возвышалась позади, словно перископ подводной лодки. Хотя нет, скорее, как рубка. Мы некоторое время шли строго на юг, ориентируясь по солнцу, когда я сказал Стасу залезть на дерево и осмотреться. Из нас троих он карабкался по веткам лучше всех. Парень выбрал самое высокое дерево и с энтузиазмом полез. По его выражению лица сначала можно было подумать, что он лезет за ключами от дома, которые он чётко видит на верхней ветке.
Мне показалось, что Стас застрял там наверху слишком надолго. Когда он наконец спустился, радости от увиденного на лице не наблюдалось.
— Я что-то вообще не пойму, где мы сейчас, — несколько виноватым голосом произнёс парень и пожал плечами. — Так-то мы правильно идём на юг, этот утёс остаётся от нас на севере, но вот что дальше? Единственное, что мне показалось странным, что горизонт особо далеко не видно.
— Ты хоть достаточно высоко залез? — спросил Матвей и подозрительно прищурился.
— Достаточно, — резковато ответил Стас. — Я так там как котёнок на ветке повис, чтобы поверх леса смотреть. То ли мы в какой-то низине, то ли лес на севере и на юге более высокий и горизонт загораживает.
— Высокий лес, точно! — воскликнул я. — Вспомните, на том берегу речки был именно тот самый дремучий высокий лес, где мы от Игольчатых гиен и Тигровых Василисков отбивались. Значит нам туда и надо. Идём дальше на юг, упираемся в речку, а потом вдоль берега на запад, то есть против течения.
— Почему на запад? — удивился Стас.
— Потому что мы по пещере уходили на восток, — пояснил я.
— Так это сначала на восток, а потом вон сколько поворотов было, — возразил парень. — Мы же бог знает сколько раз меняли направление.
— Меняли, — кивнул я. — Но всё равно в основном смещались на восток.
— Стас, хорош спорить, — буркнул на него Матвей. — Идёмте уже, только время теряем.
— Человек дело говорит, — сказал я, улыбнулся Стасу и похлопал по плечу. — Идём к речке и побыстрее. Чем раньше мы выберемся отсюда, тем меньше будет контактов с монстрами.
— Ты прав, — вздохнул Стас. — Что-то я пока этими монстрами уже поднаелся. Теперь очень хочется домой, помочь по хозяйству, отъесться, отоспаться.
— Кстати, насчёт поднаелся, — сказал Матвей, когда мы уже продолжили ускоренным шагом продвигаться на юг. — Давайте уже слегка подкрепимся вяленым мясом.
— Сначала доберёмся до моста, потом перекусим, — ответил я, несмотря на жалобный взгляд со стороны парня. — Так тебе будет дополнительный стимул. К тому же воды мало осталось, а от солёного пить захочешь, этот момент тоже учитывай.
— Да что ж такое! — воскликнул в отчаянии Матвей. — Ну давайте хоть по кусочку пожуём, хоть немножко чувство голода перебить. Я вообще пока не позавтракаю, ничего делать не могу, а тут ещё топать неизвестно сколько.
— Крепись, дружище, — примирительным тоном сказал Стас. — Ну так получилось, обстоятельства, придётся немного потерпеть. Ваня прав насчёт воды. Сейчас солонины наешься, а потом будешь сухим ртом хлопать, как рыба на песке.
Пока разбирались с темой завтрака, мы вошли в заросли невысоких, но кряжистых деревьев, буквально на каждой ветке которых сидели те самые Василиски, которых мы прозвали «крокодильчиками». Их здесь было просто несметное количество. Я невольно остановился, оглядываясь по сторонам. Ящеры здесь были покрупнее и сразу проявили больший интерес к нам, задвигались на своих насестах, готовясь наброситься на заблудившуюся добычу.
— Может, чуток назад вернёмся, потом обойдём это всё дело? — предложил Стас.
— Лес неплохо проглядывается, обрати внимание, — сказал я. — Он тянется полосой в стороны довольно далеко. Это, конечно, не бесконечно, но неизвестно, насколько этот обход затянется. Если попытаться обойти восточнее, то вернёмся к нашим ненаглядным Волколакам. Если с запада — то очень сильно отклонимся от курса и потеряем много времени.
— То есть идти через этот гадюшник — единственный вариант? — с сомнением спросил парень.
— Похоже на то, — кивнул я. — Посмотри вперёд, там лес становится более плотным, то есть эти гнездовья «крокодильчиков» скоро закончатся. Стартуем на счёт три и бежим, что есть силы, прямо.
Парни всё же достали мечи из ножен и приготовились. Я ещё раз посмотрел на корявые толстые ветки над нами, которые были буквально усеяны ящерами больше двух метров длиной. На счёт три мы побежали вперёд шеренгой, стараясь держать друг друга на виду и держать строй.
Я из троих, пожалуй, самый подготовленный к такому броску. Годы индивидуальных изнуряющих тренировок не прошли даром. Род Демидовых делает из своих сыновей настоящих воинов, которые не ударят в грязь лицом.
Парни ломились, что есть силы, а мне пришлось даже немного сдерживать скорость, чтобы не убегать вперёд. Приходилось следить за своими бойцами, деревьями и ящерами на них, которые так и сыпались сверху, но пока безуспешно. Позади раздавались лишь звуки падения их немаленьких тел на землю.
— Скотина! — вскрикнул вдруг Стас и пропал из поля зрения.
Перед этим я видел падающую сверху тень, это был первый ящер, правильно рассчитавший упреждение и попавший в цель. Я резко затормозил, проехавшись ботинками по слою прелой прошлогодней листвы и траве. Прямо передо мной рухнул ещё один «крокодильчик». Такой же манёвр, как и я, сделал и Матвей. Мы оба бросились назад, держа руки над головой и отбиваясь от рептилий.
Стас уже лежал на земле и на него накинулись одновременно десятка полтора Василисков, хватая зубами за руки и за ноги. Парень извивался как мог, но не мог взмахнуть ни мечом, ни ножом, так как на каждой руке висело по несколько ящеров.
Мы с Матвеем начали рубить и колоть нападавших, а ещё приходилось и за себя постоять. Я боялся использовать сейчас молнии, чтобы и Стасу попутно не прилетело, поэтому приходилось максимально быстро и точно работать протазаном. А вот когда парень смог освободиться и вскочить на ноги, я дал волю накопленному в левой руке заряду, раздавая веера и цепочки молний в разные стороны.
Отличный способ отработки навыка, ничего не скажешь. Если бы не кровь на доспехах моего бойца — видимо, умудрились-таки вонзить свои острые зубки между пластинами доспехов. За несколько минут в радиусе более двадцати метров не осталось ни одного живого Василиска, остальные предпочитали опасливо поглядывать на нас издалека.
— Учуяли, твари, что с нами играть опасно? — усмехнулся Матвей, рисуя мечом восьмёрки в воздухе. — Вот гады, Стас, у тебя кровь!
— В курсе, — сказал парень, осматривая руки и ноги.
— Идти сможешь? — спросил я. — Нам бы сначала лучше уйти отсюда, потом подлечу.
— Идти смогу, — не особо уверенно ответил Стас. — Просто горит всё, куда эти сволочи добрались.
— Наверное, они зубы забыли почистить перед тем, как тебя грызть, — ухмыльнулся Матвей, но было видно, что он беспокоится о товарище.
— У ящериц часто бывает слабый яд, который убивает очень медленно, — сказал я. — Например, у игуан. Они потом полдня ходят за своей добычей и ждут, когда она ослабеет.
— Полдня — уже неплохо, должны успеть, — усмехнулся Стас.
— Тогда идём отсюда, найдём безопасное место, и я тебя вылечу, — подвёл я итог, глядя на медленно приближавшихся со всех сторон Василисков, которым мы другого названия, кроме как «крокодильчики», не придумали.
Теперь проход через оставшуюся часть кишащего рептилиями леса пришлось пробивать. Большую часть я доставал молнией, Матвей наконец вдоволь поупражнялся с арбалетом, Стас старался не отставать, но сильно прихрамывал и периодически покряхтывал от боли, как ни старался её скрыть.
Наконец-то кряжистые деревья закончились, и дальше пошёл такой же лес, что и на территории обитания Волколаков. Мы нашли небольшое укромное место между кустами, я поручил Матвею нести дозор, а сам занялся здоровьем Стаса.
К этому моменту он выглядел уже совсем нехорошо. Раны уже не кровоточили, но он побледнел и его начало знобить от воздействия яда. Чтобы добраться до всех ран, пришлось полностью снять доспехи, брюки и рубашку, так что он остался в одних трусах.
— Прямо как на пляж пришёл, — ухмыльнулся Стас, укладываясь на мягкую траву. — Жаль только солнышко сюда слабо попадает. Может на полянку перейти? Хоть позагораю немного заодно.
— Ляг и расслабься, — сказал я, стараясь поддержать приятеля улыбкой.
Правда, от вида его ран мне было уже не смешно. Сами ранки были крохотные, не больше полутора миллиметров в диаметре, лишь единичные едва заметно кровили, но вокруг всех был фиолетовый ореол и кожа отекла. Значит, яд у этих ящеров всё же есть. Оставался главный вопрос — насколько он сильный.
Я начал с левой ноги, где ран оказалось больше всего. Медленно проводя ладонью над поверхностью кожи, я заживлял раны, удалял накопившуюся негативную энергию и одновременно нейтрализовал яд.
— Матвей, как там дела? — спросил я, не отрываясь от своего занятия. — Волколаков пока не видно?
— Вроде тихо, — ответил напарник, забравшийся для лучшего обзора на нижнюю ветку ближайшего дерева. — Только пару Туманных ежей видел, и всё.
— Значит, спокойно работаем, — сказал я больше сам себе.
Судя по всему, яд уже пошёл в кровь, её тоже необходимо чистить, но сначала надо обезвредить все точки проникновения, а только потом уже заниматься общей дезинтоксикацией. Только когда все раны зажили, я положил парню руку на сердце и занялся очищением крови и от яда, и от избытка негативной энергии.
Попутно отметил для себя, что конкретно в этом месте фон негативной энергии Аномалии чувствительно меньше даже чем в лесу, где мы бились с Волколаками.

----------

Глава 10

Глава 10
Я уже заканчивал очистку крови Стаса от яда Василисков, когда Матвей подал голос:
— Ребята, кажется, у нас гости, — тихо сказал он, но так, чтобы мы услышали.
— И кто там? — встрепенулся Стас, когда моя ладонь ещё лежала в области его сердца.
— Да я не пойму, — ответил Матвей, пристально вглядываясь в заросли где-то в стороне. — Но мне кажется, что это что-то большое.
Сразу вслед за его докладом я услышал хруст сломанной ветки и неторопливую тяжёлую поступь. Похоже, приближающийся монстр и, правда, крупный. Трудно определить размер, не зная расстояния.
Я убрал ладонь с груди Стаса и он начал поспешно одеваться, бряцая пластинами доспехов. Смесь двух энергий уже накачивались в навершие протазана и в левую кисть, так что к бою я был готов.
Мы втроём спрятались за куст и уставились в сторону, откуда приближался неизвестный великан. Можно было бы и убежать, но не уверен, что монстр не бросится следом, услышав наш топот, а как бегает тот же Кровожадный Танк, я уже видел, мы так не сможем. За деревьями начал проявляться силуэт наподобие предполагаемого мной Кровожадного Танка, только он мне показался в тот момент чуть шире.
Я уже был практически уверен, что к нам приближается именно Танк, когда он внезапно почти вдвое увеличился в росте, чего эти мутировавшие кабаны точно не умеют. Сразу вслед за этим появилось щемящее чувство в груди, сдавило виски и скрутило живот. Теперь всё стало ясно.
Мои бойцы побросали оружие, обхватили голову руками, застонали и попадали на траву. Для боя с Красным медведем я остался один. Но теперь я уже совсем не тот, кто повстречал его впервые. Я выпрямился, превозмогая дикий дискомфорт и головную боль, и пошёл монстру навстречу, это надо сделать как можно скорее.
Полностью уверенный в своих силах гигант более пяти метров ростом, проломился сквозь кустарник и спокойным шагом на двух задних лапах двинулся ко мне, готовясь порвать меня на куски огромными когтями. Я приготовился, но атаковать первым пока не спешил, он, по идее, скоро должен будет облегчить мне задачу.
Возможно, мне просто показалось, но зверь немного удивился, увидев перед собой несгибаемого ментальной атакой противника. Следующее его действие, привычное в такой ситуации, стало его роковой ошибкой — он раззявил пасть, чтобы издать свой коронный ошеломляющий рёв. Сияющая золотистая и ядовито-зелёная молнии сплелись воедино, как составляющие одного каната и с треском вонзились прямо в извергающую грозный басовитый рык глотку.
Покрытый густым алым мехом гигант отшатнулся и захлопнул пасть, нагнетание ментального воздействия и волны негативной энергии ослабло, но не исчезло. Не дожидаясь каких-либо других действий монстра, я пошёл ему навстречу и продолжил метать одну молнию за другой, целясь в голову и горло. Медведь молча поднял лапы с огромными когтями и начал открывать пасть, но его уже пошатывало. Я немедленно запустил ему в глотку ещё один разряд, который сыграл решающую роль.
Монстр задрал морду к небу и рухнул навзничь, с хрустом сломав ветки дерева позади него. Я подбежал к нему и вонзил в глотку навершие протазана, продолжая посылать в него разряды, теперь уже внутрь тела зверюги. Поднявшиеся было огромные лапы бессильно упали на траву и больше не шевелились.
Ну вот, можно записать себе в актив поединок с грозным монстром, завершившийся моей быстрой победой. В прошлый раз на его поимку послали взвод спецназа, который легко мог погибнуть, если бы рядом не оказался отряд магов. Скорее всего, руководство послало их в усиление или для подстраховки.
Если бы у меня не было устойчивости к ментальной магии, он бы нас сейчас втоптал в землю и порезал на салат всех троих, но его главный козырь на мне не сработал так, как он на то рассчитывал.
Убедившись, что Красный медведь мёртв, я вернулся к друзьям. Они начали медленно подниматься с земли, держась руками за голову.
— Что это было? — кряхтя, пробормотал Матвей, глядя на меня и прищурившись от боли, и пытаясь встать. Пока получалось так себе. — Что это за гадость такая?
— Тот самый Красный медведь, — ответил я, подав другу руку, чтобы помочь ему подняться, затем помог и Стасу.
— Ты его прикончил? — хриплым голосом поинтересовался Стас.
— Одолел, — ответил я с улыбкой. — Раньше я только видел, как его убивает отряд магов.
— Так и запишем: «Ваня — отряд магов», — усмехнулся Стас.
Ребята потихоньку приходили в себя, хоть и выглядели помятыми, мотали головой, словно стряхивая с неё что-то, и оглядывались по сторонам.
— Матвей, ты как, меч держать сможешь? — спросил я у приятеля, хотя того ещё немного покачивало.
— Почти, — сказал парень и резко кивнул, как спросонья. — Надо в себя прийти. Сильная гадость этот Красный медведь.
— Гораздо сильнее, чем ты можешь представить, — усмехнулся я. — Мне твоя помощь нужна. Я мог бы и сам с твоим мечом справиться, но лучше ты.
— Дров, что ли, надо нарубить? — хмыкнул парень. — Или хочешь медвежатинки на костре поджарить?
— Не уверен, что его мясо есть небезопасно, — покачал я головой. — Но ему обязательно в самое ближайшее время надо отрубить голову.
— Так ты его не убил? — удивлённо вскинул брови Матвей.
— Убил, но эта тварь может и воскреснуть, — пояснил я. — В лаборатории обнаружили признаки жизни в тканях даже через несколько часов после смерти. Сам понимаешь, не хотелось бы, чтобы он решил вдруг отомстить за устроенный ему курс электротерапии.
— Тогда идём скорее, — встревоженно сказал Матвей. — Второй раз такое пережить не хотелось бы.
Мы втроём быстрым шагом подожди к Красному медведю. Монстр не подавал никаких признаков жизни, но я заметил, что рана на горле, нанесённая протазаном, уже начинает заживать.
— Надо отрубить ему голову, — сказал я Матвею. — Точно справишься?
— Обижаешь, босс, — усмехнулся Матвей, глядя на гиганта с презрением и опаской одновременно.
Пока Матвей смотрел на распростёртого на траве великана, у того дёрнулся один коготь и мне это точно не показалось. Видимо, в родной среде монстр восстанавливается намного быстрее, чем за пределами Аномалии. И увидел это движение не только я.
— Ах ты тварь! — крикнул Матвей, тут же забыв о своей слабости и разбитости.
Массивная лысая голова с большими челюстями и четырьмя чёрными рогами откатилась от туловища с одного удара мечом.
— Нет, Матвеюшка, ты всё-таки подумай о работе палачом при дворце императора, — елейным голоском произнёс Стас. — Там ты точно при деле будешь, а то я тебя уже побаиваюсь.
— Не нужен мне дворец императорский, — на удивление спокойно, но с гордостью в голосе сказал Матвей. — Я Ване клятву дал, буду ему служить.
— Ого! — воскликнул Стас, загадочно улыбаясь. — А я уж надеялся, что ты согласишься и мне перейдёт роль правой руки.
— Левой ноги с тебя хватит, — ухмыльнулся Матвей и направился к могучей лапе монстра, поглядывая на мощные и очень ценные когти.
Перед тем, как приступить, парень бросил вопросительный взгляд на меня, я утвердительно кивнул, он улыбнулся и достал чёрный нож, сделанный из рога такого же Красного медведя.
Я тем временем тоже пошёл собирать трофеи. Теперь все четыре очень ценных лично для меня рога были мои и мне ни с кем делиться не надо. Друзья в претензии не будут, я и так им помогаю, чем могу. Чтобы добыть мозг из здоровенной черепушки, пришлось снова просить о помощи, кто-то должен его подержать.
Матвей только начал заниматься изыманием огромных когтей. Я не стал его беспокоить и позвал Стаса. Парень охотно отозвался и теперь держал голову медведя, чтобы я смог вскрыть череп. Думал, что он отвернётся, когда я буду вытаскивать мозг, но он туда и изначально не смотрел, делал вид, что очень интересуется окружающим пейзажем.
— А это добро не протухнет, пока мы тут мотаемся? — спросил Стас, косясь на то, как я выделяю из мозга нужные мне части.
— Для этого у меня с собой есть консервант, — сказал я, доставая со дна рюкзака литровый пластиковый контейнер с завинчивающейся крышкой, в котором плескался спирт.
Стоило мне отвинтить крышку, как начал распространяться его терпкий запах.
— Оказывается, у тебя всегда есть при себе, что выпить, а ты молчишь? — рассмеялся Стас.
— Ты будешь пить спирт? — удивился я, загружая туда мозжечок и ствол мозга.
— Вот теперь уже точно нет, — буркнул Стас, снова отвернулся и передёрнул плечами. — Да ладно, это я так, для поддержания разговора. Так-то я крепкие напитки не особо уважаю, да и слабым уделяю внимание крайне редко. Ты же не застал меня никогда за этим делом?
— Разве что на проводах приезжих охотников тогда в трактире с гусём, — сказал я. — Но и тогда я по тебе особо не заметил.
— Вот видишь? — довольно улыбнулся Стас. — Так что за свой консервант можешь не переживать, покушаться не буду.
— Ещё бы ты попытался, — буркнул Матвей, переходя к другой лапе.
— Какие мы тут все серьёзные, — хмыкнул Стас, но тему закрыл.
Я спокойно сделал всё, что хотел и спрятал добычу в рюкзак. Что я буду делать с рогами — знаю абсолютно точно. Там подрастает моя оранжерея, неплохо принялись новые саженцы и им такая подкормка вовсе не повредит, создавая хороший фон негативной энергии. Останется только сходить к тому мастеру, который сможет разделить каждый рог на несколько небольших частей.
Немного подумав, я решил из части одного рога сделать охотничий нож для Стаса. Пусть это будет такая наша фишка, оружие из самого прочного рога, превосходящего по прочности самую твёрдую сталь.
— Ребята, похоже, у нас очень серьёзные проблемы, — сказал Матвей, и мне его голос сейчас очень не понравился.
Я бросил взгляд туда же, куда смотрел мой товарищ и увидел выглядывающую из кустов голову Волколака. Боже, только не это! Новый призыв карты нейроинтерфейса снова ничего не дал. Как же всё это некстати, как бы не пришлось восстанавливать моего главного помощника в лаборатории рода, а до этого ещё и дожить надо.
— Стас, — обратился я к парню, но так и не успел договорить.
— Понял, — сказал он, коротко кивнув, сбросил рюкзак и, словно кошка, быстро вскарабкался на ближайшее дерево.
— Что там, братишка? — спросил у соратника Матвей, не отрывая взгляда от уставившегося на нас монстра. — Ещё есть?
— Я вижу ещё двоих, — тихо ответил Стас. — Больше не наблюдаю.
— Рвём когти вперёд? — спросил Матвей, посмотрев теперь на меня. — Стараемся добраться до реки раньше, чем они нас снова окружат?
— И что тогда? — перебил его Стас. — В реку прыгать? Да я уж лучше сам им в зубы отдамся, предварительно сняв доспехи, чтобы быстрее растерзали.
— Если Волколаков там немного, то нам бояться нечего, справимся, — сказал я, проверяя уровень запаса маны, он к этому времени уже почти восстановился. — Если их столько же, как было в прошлый раз, то мы до реки можем и не дойти, не то, что до моста.
— И что же делать? — взволнованно спросил Матвей.
— Что делать? — повторил я его вопрос, пока в голове зрел план. — Если они снова станут окружать, то будем принимать бой.
— Ты сейчас серьёзно? — решил уточнить Стас.
— Абсолютно, — кивнул я. — Только не лицом к лицу, а засядем на деревьях и будем отстреливаться. Патроны всё равно будем беречь до последнего, можно использовать отравленные стрелы арбалетов, это должно подойти.
— Так себе вариант, — пробормотал Стас. — Но лучше, чем быть прижатыми к берегу реки, в воду я не полезу, лучше уж на берегу умереть.
— Никто сегодня умирать не будет, — твёрдо сказал я. — Идём вперёд, быстро!
Мы двинулись прямо на выглядывающего из-за кустов Волколака. Зверь пригнул голову к земле, настороженно наблюдая за нами, потом нырнул обратно за кусты.
— А где были остальные? — спросил я, не замедляя хода.
— Вон за теми кустами справа, — сказал Стас, указывая направление остриём меча, когда мы уже проходили мимо. — Похоже, уже смотались все.
— Не нравится мне всё это, — тихо сказал я. — Как бы они не пошли за подмогой. Тогда любой наш плохой сценарий может сбыться.
— Хреново, — в тон мне ответил Матвей. — А может, всё-таки пронесёт?
— Будем надеяться, что всё обойдётся, — ответил я. — Идёмте быстрее.
Мы ещё ускорили шаг, а потом и вовсе припустили бегом, проламываясь сквозь кусты и подлесок. На треск веток и шелест листвы уже было наплевать, главное — скорость.
По идее надо было бы прокрасться тихо, но это если бы они нас не заметили, а теперь они знают, что мы здесь и обязательно найдут не по шуму, так по запаху.
Солнце поднималось всё выше, утро уступало место жаркому дню. Мы пробежали примерно с километр и взмокли так, что хоть выжимай одежду.
Оглядываясь на ходу во все стороны, мы не заметили ни одного волколака, но не было почему-то и других монстров, они в этом месте словно вымерли. Я даже обрадовался, когда один раз увидел облачко, которое выпустил Туманный ёж с перепугу.
Скорее всего, это ареал обитания новоявленных Волколаков, плода неправедных трудов этих таинственных магов. Возомнили себя воплощением эволюции или богами, теперь лес зачищает армия высокоорганизованных, управляемых монстров.
То, что нас окружают, я сначала, скорее, почувствовал. Некое чувство необъяснимой тревоги. И только потом увидел, что нас с обеих сторон сопровождает впечатляющее количество мускулистых стероидных волков. Совершенно никакого воя или других устрашающих звуков, они просто бежали параллельно нам, словно наши пути случайно совпали, а они просто мигрируют или спешат на футбольный матч.
Звери даже не смотрели в нашу сторону, словно мы им не интересны, но и так понятно, что им нужно. Они нас загоняли в засаду. Первая мысль — резко остановиться и бежать в обратную сторону. Например, обратно к той скале, из которой мы утром выбрались. Туда они точно не заберутся.
Только и этот вариант они уже продумали, или кто-то сделал это за них. Стоило бросить взгляд назад, чтобы увидеть орду, которая бежит следом. Эти уже смотрели прямо на нас, мы были их целью, а они отрезали нам обратную дорогу.
— Ваня, ты видишь? — спросил меня уже порядком запыхавшийся Стас.
— Вижу, — ответил я.
— И что будем делать? — спросил теперь Матвей.
— Сзади ещё хуже, — сказал я, стараясь держать ритм дыхания. — Бежим, сколько сможем… потом на деревья.
— Они нас спасут? — с сомнением спросил Стас, чуть не покатившись кубарем, когда споткнулся о ветку.
— Дадут шанс, — коротко ответил я, следя за дыханием. — Умирать я не собираюсь.
— Приятно слышать, — ответил Стас и, возможно, усмехнулся бы, но сбившееся дыхание мешало говорить.
Я прекрасно понимал, что мои бойцы долго в таком темпе не протянут, скоро придётся останавливаться. Рекой, к сожалению, так и не пахло. Может, мы отклонились от курса? Может.
— Три дерева рядом стоят, — выпалил я, вглядываясь вперёд. — Видите? Кряжистые. На них лезем.
Стас и Матвей невнятными междометиями подтвердили приказ, и мы с разбегу практически взлетели на обозначенную мной разлапистую троицу, остановившись только метрах в семи над землёй. Ребята дышали, как два паровоза перед стартом, я же быстро справился с дыханием и теперь с интересом наблюдал за поведением Волколаков.
Огромное стадо (а иначе и не назовёшь), окружило нас со всех сторон. Монстры вели себя спокойно и даже, можно сказать, с ленцой занимали свои места, образовывая почти правильные концентрические круги. Видимо, им такая охота не впервой, обложат и будут ждать, пока дичь не выдержит и спустится с дерева или свалится без сил.
Часть зверей сразу усаживались на траву и прелую листву, некоторые даже сразу растянулись на ней, словно специально спешили сюда, чтобы отдохнуть.
— Готовятся к долгой осаде, — сказал Матвей, сев на ветке поудобнее и наблюдая за монстрами, держа в руках взведённый арбалет. Без команды он не стрелял.
— Им бы ещё песни под гитару у костра попеть от скуки, — ухмыльнулся Стас. — Или в картишки перекинуться.
Я ничего не ответил, просто смотрел на это всё, размышлял, пытался придумать план дальнейших действий, и тут до меня дошло. Охота же! Эти грозные волколаки сейчас выполняли роль охотничьих собак, загоняющих дичь. Теперь они её загнали, обложили и ждут, когда придут сами охотники.
От этой мысли внутри всё похолодело. Кто же они, эти охотники, которых мы все тут ждём? Может, те самые маги-менталисты? Ведь там, недалеко от входа в пещеру, звери тоже нас остановили и не нападали, а ждали. Видимо, не рассчитывали, что мы сможем спрятаться в пещере. Да я бы и сам туда не нырнул, если бы у нас не было верёвки.
В лесу тихо, пара сотен Волколаков ведут себя очень спокойно, сливаются с природой. Теперь они уже абсолютно уверены, что мы никуда не денемся и никуда не нырнём. Слышен только шум утреннего ветерка в пышной листве.
Внезапно идиллия закончилась, где-то на западе послышался шорох листвы и звук ломаемых веток, тяжёлая поступь. Этот охотник точно не человек, это что-то крупное. Немного странно. Возможно, охотников сопровождает какой-то крупный зверь? Попадать в руки магов, вывернувших природу Аномалии наизнанку, очень не хотелось, надо срочно действовать, а не ждать у моря погоды.

----------

Глава 11

Глава 11
Я уже собирался отдать приказ стрелять по Волколакам из всего, из чего возможно, когда дыхание в горле перехватило, дико скрутило живот, а голову сдавило так, что потемнело в глазах. Очень знакомые ощущения, которые я совсем не ожидал в такой ситуации.
Сквозь тучи застилающих всё вокруг чёрных мотыльков я увидел, как из лесной чащи выходят четыре здоровенных Красных медведя. Они шли плотной шеренгой, вытянув когтистые лапы вперёд, склонив головы и направив на нас рога. Я сопротивлялся как мог и даже попытался накачать магической энергии в левую руку. Достать из креплений на спине протазан не было сил.
Красные медведи продолжали дружную ментальную атаку. Я с трудом обернулся на своих бойцов.
На соседнем дереве обмяк Стас, но не упал, успел привязаться ремнём к стволу. Матвей скрипел зубами и тихонько рычал, пытаясь удержать щит, который уже трещал по швам. Парень тоже из последних сил пытался привязать себя к стволу деревца, я решил повторить его действие, пока не стало поздно.
Вслед за четырьмя мохнатыми монстрами из леса вышли несколько фигур в плащах с глубокими капюшонами и ментальная атака усилилась в разы. Связь с реальностью начала разрываться, не выдерживала никакая защита, их здесь слишком много и, похоже, пришли уже не юнцы.
Я обхватил ствол дерева двумя руками, сцепив между собой пластины доспеха на предплечьях, получилось довольно неплохо. Зажмурив глаза, я постарался мобилизовать весь оставшийся запас энергии и сопротивляться звериному ментальному натиску.
Кажется, я на некоторое время провалился в небытие, потому что помню, как очнулся. Давление ещё сохранялось, но уже немного ослабло. Открыть глаза я пока не решился, мир вокруг меня вертелся юлой, норовя выбросить в бескрайние просторы вселенной. Вокруг раздавался рык и вой, утробный рёв Красных медведей.
Прислушавшись в этой потусторонней какофонии, я понял, что рёв и вой звучат не угрожающе и не победно, это звуки боли. Теперь я отчётливо услышал треск мощных разрядов и языков пламени, топот сотен лап, запахло палёной шерстью и кровью монстров. Очень специфический запах, который ни с чем не перепутаешь.
С трудом открыв глаза, я увидел, как отряд магов и стрелков в броне рода Демидовых наводит в лесу порядок. Они раздавали налево и направо молнии, потоки огня, даже при свете дня были видны голубые росчерки трассеров магических боеприпасов. Вскоре ментальное давление прекратилось совсем и я увидел брата, его сподвижников, ещё с десяток магов и взвод тяжеловооружённых стрелков.
Через несколько минут в зоне видимости на ногах стояли только люди в доспехах. Кругом валялись сотни мёртвых Волколаков, четыре Красных медведя лежали в одном месте, почти так же, как и шли. Увидел на земле и фигуры в плащах с капюшонами. К деревьям, на которых мы сидели, подошёл мой брат Алексей.
— Эй, путешественники, вы там живы? — спросил он, не обращаясь ко мне по имени.
— Вроде бы да, — сказал я хриплым голосом и закашлялся.
— Все? — уточнил брат.
Я обернулся на ребят. Матвей тряс головой и оглядывался по сторонам, пытаясь понять, что происходит. Стас уткнулся лбом в ствол дерева, к которому успел привязаться, руки и ноги висели плетьми, словно он мёртв, но тут я услышал приглушенный протяжный стон, и у парня дёрнулась рука, словно от нервного тика.
— Этому, похоже, хорошо от милых медвежат досталось, — сказал Алексей, кивнув на Стаса.
— Сейчас исправим, — сказал я уже более уверенным голосом.
Я расцепил пластины доспеха, отстегнул фиксировавший меня к дереву ремень и начал спускаться вниз. Ноги ещё были ватные, но Стасу нужна моя помощь. Я скинул рюкзак и всё оружие, потом уже налегке начал карабкаться на дерево к Стасу. Матвей тем временем, громко кряхтя и тихо ругаясь, сполз на землю и сразу сел, опершись спиной о ствол.
Я забрался на соседнюю со Стасом ветку, хоть мне это сейчас далось нелегко. Рот парня был приоткрыт, и по подбородку стекала тонкая струйка слюны. От ментальной атаки он у нас оказался самым незащищённым. Когда вернёмся домой, не отстану от артефактора, пока тот не создаст защиту от ментальных атак. Я приложил ладонь к затылку бедолаги и начал с плавной пульсацией осторожно нагнетать целительную энергию.
Стас начал медленно приходить в себя. Сначала он прекратил стонать, потом закатившиеся до этого глаза приняли нормальное положение, но взгляд пока не сфокусировался. Через пару минут он поднял руку и вытер с подбородка стекающую слюну.
— Стас, ты как? — спросил я, не убирая руку с его затылка.
— Где мы? — слабым голосом спросил парень.
— Сидим на дереве, как две галки, — усмехнулся я. — Эликсир проглотить сможешь? Постарайся, после этого станет намного легче.
— Могу попробовать, — пробормотал Стас.
— Сделай пока один небольшой глоток, — сказал я и протянул ему пробирку с фиолетовой жидкостью, руку от его головы я убрал.
Парень сделал небольшой глоточек, поморщился, посмотрел по сторонам уже более осознанно, потом, немного подумав, сделал ещё глоток.
— Вроде легчает, — сказал он, возвращая мне пробирку. — А откуда взялись эти бравые ребята?
— Вот сейчас слезем и узнаем, — ответил я. — Ты справишься?
— Наверное, да, — кивнул Стас и начал отстёгивать импровизированную страховку.
Через минуту я был уже на земле. Алексей и другие маги из отряда тем временем обыскали лежащих на земле людей в капюшонах, внимательно всматриваясь в лица, потом приступили к добыче полезных ресурсов с Красных Медведей и Волколаков.
— Вовремя они подоспели, — сказал Матвей, поднимаясь с земли. — Ещё бы немного и нам кранты.
— А ты неплохо держался, — сказал я приятелю, похлопав по плечу. — Я видел, как ты поставил щит и он сработал. Стасу меньше повезло.
— Уже нормально, — улыбнулся парень. — Отличный эликсир. И тебе, Ваня, спасибо большое. Если бы ты не залез на дерево и не помог мне, я там до сих пор бы слюни пускал.
— Здоровье моих бойцов — мой долг и моя прямая обязанность, — сказал я и подмигнул приятелю. — Что ж ты думаешь, я смог бы спокойно смотреть, как ты там висишь на дереве без дела?
Пока мы приводили себя в порядок, отряд, пришедший с моим братом, завершал сбор ресурсов с монстров, маги этим процессом руководили. Возможно, мне показалось, но все это делали не особо охотно, словно больше делали вид.
Алексей посмотрел в нашу сторону и наши взгляды встретились. Самое трудное сейчас сохранять инкогнито, когда хотелось броситься старшему брату в объятия и поблагодарить за своевременное спасение. Интересно, как он смог меня найти? Я активировал карту нейроинтерфейса, теперь она заработала, даже увидел пару небольших красных точек на периферии.
— Ну что, господа путешественники, — с ухмылкой спросил Алексей, неторопливым уверенным шагом приближаясь к нам. — Вы уже домой собираетесь или как?
— Мы очень признательны вам за наше спасение, — достаточно официальным тоном сказал я, чтобы никто не подумал, что мы очень хорошо друг друга знаем. — Если бы не вы, мы бы не устояли, оставалось совсем немного.
— А мы тут идём по своим делам, а тут вдруг такой весёлый шабаш, не смогли устоять, — сказал Алексей и рассмеялся. — А как поближе подошли, так увидели три фрукта на дереве, значит, уже не зря старались.
— Чего это мы фрукты? — начал было возмущаться Матвей, но я толкнул его локтем в бок, чтобы остановился.
— Так вы домой или с нами хотите? — снова спросил мой брат.
— Ого, у нас даже есть выбор, — тихо пробормотал Стас, адресуя, скорее всего, мне.
— Учитывая, какой тут весёлый сектор, предпочтительнее было бы с вами передвигаться, — сказал я. — Но мы здесь уже второй день и у нас не осталось воды и провизии.
То, что мы здесь второй день, Алексей и так уже знает, иначе не затеял бы эту спасательную операцию. Мой рассказ больше был направлен на сохранение легенды, мои бойцы ведь понятия не имеют, что это мой брат. И лучше пока не надо их в это посвящать.
— Да, ребята, — сказал Алексей, окинув нас взглядом. — Наверное, вам нет особого смысла с нами тут таскаться. Мы сегодня расчищаем этот сектор, а вы бегите домой, отмывайтесь, отсыпайтесь. На обратном пути монстров практически не встретите, всех зачистили, если, конечно, никто залетный не попадется. А мы пока что дальше немного пошумим и снизим местное поголовье зверья. А если будет желание, можете завтра с нами пойти в следующий сектор. Судя по тому, что вы здесь до этого момента даже с ночёвкой продержались, явно парни не промах, от вас будет толк. Ну так как?
— Думаю, так будет лучше, — кивнул я. — Мы идём домой и приводим себя в порядок, а завтра с вами. Давно хотелось забраться в Аномалию подальше. Ребята, что думаете?
Я повернулся к своим бойцам, хотя ответ мне и был уже известен заранее.
— Было бы здорово! — выдохнул Матвей, улыбаясь во все тридцать два зуба, как в рекламе зубной пасты.
— Я за, — коротко ответил Стас, но я видел, как у него глаза загорелись.
— Тогда идёте с нами обратно до тропы, потом по бревну на тот берег, — довольно кивнул Алексей. — Надеюсь, дальше дорогу знаете?
— Не заблудимся, — заверил я его, ещё раз убедившись, что карта нейроинтерфейса исправно работает.
— Ну, вот и славно, — сказал брат и направился к своему отряду. — Возвращаемся на тропу! И поделитесь со спасёнными водой кто-нибудь!
Бродившие в округе маги и бойцы поспешили принять походное построение и двинулись в обратную сторону. Мы пошли вслед за ними, нам передали пару фляг с водой, чуть ли не половину одной из них мы выпили сразу. До тропы оказалось не так далеко, с полкилометра или чуть больше, потом отряд направился дальше на север, а мы повернули в сторону реки.
— Как же здорово они подоспели, — сказал Матвей, когда последние гвардейцы Демидовых исчезли из поля зрения. — Боюсь даже представить, что с нами сделали бы эти маги.
— Превратили бы в таких же волколаков, — буркнул Стас. — Стал бы ты ещё больше и сильнее, с острыми зубами и большими когтями.
— Типун тебе на язык, — сплюнул Матвей. — Меня и так всё устраивает. Очень вовремя Демидовские подоспели. Немного странно только, зачем они так далеко ушли в сторону от своего курса.
— Так командир сказал же, что они сектор зачищают, — напомнил я приятелю. — Услышали шум, увидели скопление монстров, вот и пришли.
— За полкилометра услышали? — усомнился парень. — Так мы не стреляли вроде.
— Откуда ты знаешь, какой у них слух? — с усмешкой спросил Стас. — Может, у них слухач какой есть.
— А что, Ваня, такая магия тоже бывает? — спросил Матвей.
— Всё может быть, — ответил я уклончиво, не рассказывать же про нейроинтерфейс, по которому они меня нашли. — Почему бы и нет. Может, приборы какие-то секретные.
Тем временем мы подошли к бревну, служившему мостом. Я залез на него первым и мы быстро перешли на другой берег. На земле я увидел несколько мелких фрагментов больших трубчатых костей, скорее всего, это всё, что осталось от убитых нами вчера Игольчатых гиен. Наверное, только от самки, щенков местное мутировавшее зверьё слопало без остатка.
По тропе в сторону выхода из Аномалии мы шли, словно гуляли по парку. Периодически видели тут и там трупы разных монстров, которых уже начали обгладывать более мелкие собратья, спрятавшиеся в кустах при нашем приближении.
На наше удивление, не вылезло даже ни одного червя из воды и болотной жижи, пока мы скакали по кочкам.
— Так, ребята, вы мне кое-что обещали помочь сделать на обратном пути, — сказал Стас, снимая с пояса игольник, с которым он никогда не расставался.
— Обещали, — кивнул я и достал из кармана рюкзака небольшой футляр, в котором находился разборный вариант игольника, потом быстро соединил несколько трубок в одну, почти метр длиной.
— Ого! — выдохнул Стас, восхищённо глядя на моё новое оружие.
— Отдам потом, если хочешь, — рассмеялся я.
— Здорово! Конечно, хочу! — обрадовался Стас и вставил первую иглу с оперением в трубку. — Ну, погнали!
Мы со Стасом отстреливали Краснощёких Жабоидов, а Матвей собирал их и складывал в кучу, которая достаточно быстро стала внушительных размеров. Потом мы все дружно уселись возле кучи и начали отделять те самые красные щёки, где находятся легендарные ядовитые железы. Теперь нам яда хватит на целую груду усиленных ядом стрел для мини-арбалетов и игольников.
В северные ворота Каменска мы входили уже после обеда. Я даже представил себе, с каким удовольствием сейчас умял бы безвкусный больничный рассольник, несолёную перловку и паровую котлету. Да я бы сейчас даже от вчерашнего беляша на вокзале не отказался, даже если он позавчера хвостом вилял, голод — не тётка.
Мы с Матвеем повернули к госпиталю, а Стас поспешил домой, заниматься добычей яда и снаряжением стрел. К завтрашнему утру он обещал собрать приличный боекомплект. Когда я подошёл к ёлке, мне на плечо тут же прыгнул Федя, что-то радостно щебеча, он терся мордочкой о мою щеку.
— Что, братец, соскучился? — спросил я, пытаясь погладить танцующего на моём плече зверька.
— Милота, — тихо произнёс Матвей, с улыбкой наблюдая за нашей встречей.
— Больше никогда тебя не оставлю, честное слово! — сказал я, почёсывая Федю за ушком и глядя в светящиеся красным глаза.
Кажется, в эти глазах я смог прочитать верность, преданность, любовь и веру. Веру в то, что хозяин больше не оставит его надолго одного. Удивительно, как быстро зверек ко мне привязался.
— Ну, тогда надо переходить на следующий этап, Федя, — сказал я, продолжая смотреть ему в глаза, а горностай внимательно меня слушал, оттопырив круглые ушки. — Будешь теперь везде со мной, в том числе и в помещениях.
— Ваня, ты тогда иди, а я тебя здесь подожду, — сказал Матвей, усаживаясь на ступеньки и доставая из рюкзака заначку вяленого мяса.
— Хорошо, — сказал я, направляясь ко входу.
Горностай уютно расположился на моём плече и не собирался уже спрыгивать на ближайшее дерево. Так мы и прошествовали через холл приёмного отделения, приковывая к себе взгляды медперсонала.
Первым делом я направился в лабораторию. Евгения суетилась вокруг работающих установок, Костик резво выполнял её поручения. Они даже не сразу заметили, как я вошёл.
— Ой, Ваня вернулся! — прокричал на всю теперь немаленькую лабораторию Костя, увидев меня.
Евгения резко повернула голову и чуть ли не бегом бросилась ко мне, Костя семенил следом. В метре от меня девушка резко остановилась, прижав руки к груди, будто сдерживая свой первый порыв, а я чувствую, что он у неё был. Она встревоженным взглядом обвела моё лицо, руки и ноги в грязных доспехах.
— Ты в порядке? — встревоженно спросила она, глядя теперь мне в глаза, щёки от волнения немного раскраснелись.
— Почти, — сказал я улыбаясь. — Только очень хочу есть и спать. Кстати, у меня тут для тебя есть кое-что интересное.
Я поставил рюкзак на ближайший свободный стол и начал доставать контейнеры с болтавшимися в спирте образцами органов Волколака. Потом поставил на стол более крупный контейнер с фрагментами мозга Красного медведя.
— Брось ты это всё, потом разберёмся, — сказала вдруг Женя, подхватила меня под руку и потащила в дальний угол.
Я уж было начал себе фантазировать… всякое, а всё оказалось гораздо прозаичнее. Здесь за ширмой было обустроено небольшое место для отдыха, где на столе стоял нетронутый больничный обед.
— Ты уж прости, но это единственное, что я могу тебе предложить, — сказала девушка, почти силой усаживая меня за стол.
— Да мне и это сейчас за счастье! — воскликнул я, схватив ложку и придвинув к себе тот самый рассольник. — Подожди, но тогда же ты останешься без обеда? Ты так до сих пор не пообедала?
— За меня не переживай, — улыбнулась Женя, усевшись напротив меня. — Я уже успела своё брокколи съесть, а это всё твоё, тебе надо силы восстанавливать. У меня в голове не укладывается, как вы провели ночь в Аномалии.
Я уже открыл рот, чтобы начать рассказывать, но она меня остановила, вытянув вперёд ладонь. Вместо меня возмущённо чирикнул Федя.
— Это всё потом, ты давай ешь! — строго сказала девушка и я не посмел её ослушаться, начал усердно работать ложкой и глотать, почти не жуя.
Горностай с интересом заглядывал в мою тарелку. Я поднёс к его мордочке ложку с супом, но он понюхал и сразу утратил интерес к моей еде и, спрыгнув с плеча на пол, начал осторожно осматриваться. Женя с интересом и с улыбкой следила за зверьком, потом посмотрела на меня, желая что-то спросить, но вопрос застыл в воздухе, выражение лица резко изменилось.
Кажется, именно темпами уничтожения безвкусного больничного обеда я и вызвал это жалостливое выражение на лице у Евгении, даже как-то неуютно стало — этого ещё не хватало, меня жалеть. А с другой стороны, даже немного приятно, что ли, что человек так за тебя переживает.
— У меня есть к тебе дельное предложение, — сказал я, отодвигая от себя пустую тарелку и придвигая перловку с котлетой. — Завтра отряд Демидовых идёт вглубь Аномалии, приглашают нас собой. Сегодня они нас спасли, а то так и сидели бы на деревьях.
— На каких ещё деревьях? — спросила Женя и немного побледнела.
— В окружении целого батальона Волколаков — не меньше, — сказал я и уже пожалел, кажется, моя собеседница уже на грани обморока.
Хорошо, что я не успел рассказать про ментальную атаку четырёх Красных медведей и нескольких человек в плащах.
— Так ты мне не ответила, пойдёшь с нами? — повторил я вопрос. — Будет нескучно. У них несколько высокоранговых магов и взвод бойцов с огнестрелом и в броне, что покруче моей будет.

----------

Глава 12

Глава 12
Когда я снова задал вопрос, Евгения на некоторое время замерла, глядя на меня, потом обвела взглядом лабораторию, булькающие и шипящие установки, ящики и контейнеры с неразобранным инвентарём и стеклотарой.
— Да я разберусь как раз завтра потихоньку, — нарушил затянувшееся молчание Константин, будто прочитав её мысли.
— Потихоньку не пойдёт, — покачала головой девушка. — Здесь дел невпроворот, ещё столько всего надо успеть, чтобы начать полномасштабное производство…
— Но мы и так сегодняшний план явно перевыполним, — возразил Костя.
— По моим расчетам, мы должны перевыполнять его втрое, когда всё встанет на свои места, — сказала Женя и горестно вздохнула.
Я по глазам видел, что она очень хочет пойти, но чувство долга и принятой на себя большой ответственности сделать это не позволяют. Пересчитав взглядом все стоявшие на полу ящики, девушка снова посмотрела на меня.
— Извини, но я не могу, — сказала она и в голосе послышалась безмерная грусть.
— Давай я пришлю Константину в помощь нашего нового артефактора, — предложил я. — Будет выполнять работу, не связанную с риском для жизни, например, наблюдать за работой установок и вовремя докладывать.
Костя моему предложению обрадовался, а девушка заметно напряглась, видимо, вспомнила взорванную манипуляционную. Ей моё предложение сразу не понравилось.
— Арсений? — переспросила Женя, скривившись. — Мы тогда по возвращении найдём здесь не лабораторию, а кратер. Нет уж!
— Думаю, ты немного преувеличиваешь, — сказал я, улыбаясь. — Он тогда просто поторопился и переволновался, Сеня — нормальный парень, просто слегка избалованный и неприспособленный к самостоятельной жизни. Но жизнь здесь его исправит, я в этом более чем уверен. Он и, правда, старается.
— Это-то и пугает, — вздохнула девушка, снова обернувшись на установки. — Здесь ему прислуги не будет.
— Вот и отлично, пусть привыкает общаться с простыми людьми на равных, — сказал я. — Тем более что мы Костю назначим главным, и нашему балбесу-аристократу придётся подчиниться человеку из простой семьи.
— Хочешь устроить парню очередное испытание, рискуя целостностью оборудования и всей лаборатории? — тут же нахмурилась Женя, глядя на меня с сомнением.
— Всё будет хорошо, отвечаю, — сказал я, уже начиная уставать от попыток её уговорить.
Девушки и сами по себе существа сложные, а уж если это аристократки, которых еще и с детства обучают лучшие наставники, то… тяжко, в общем.
— Ну хорошо, — кивнула она, но всё равно, судя по лицу, её продолжали терзать сомнения и неуверенность. — Давай попробуем. Мы тогда сегодня постараемся разобраться по максимуму, и я дам Косте задание на завтра, с которым они точно справятся.
— Да мы справимся, не переживай! — сказал парень, а лицо при этом было такое довольное, словно его только что повысили в должности до заведующего лабораторией. Вот что значит человеку многого не надо.
— Так, ты доел? — уже более деловым голосом спросила у меня Евгения, и я кивнул, отправляя в рот последний кусок котлеты. — Тогда иди домой, приводи себя в порядок и отсыпайся, а мы с Костей возвращаемся к работе. Да чего ты всё улыбаешься, словно бабушка в гости приехала? Пошли работать, шевели лапками.
Последнее было адресовано Косте, но он нисколько не обижался на не особо ласковое обращение. Одухотворённый предстоящим днём самостоятельности, парень с удвоенной энергией начал перетаскивать ящики, распаковывать и расставлять всё по местам.
Я неторопливо направился на выход, осматриваясь по сторонам, разглядывая новые установки алхимического синтеза и очистки, стеллажи с приобретёнными на бюджетные деньги ингредиентами. Федя уверенно шёл рядом со мной, словно верный пёс с гордо поднятой головой, не хватало только строгача и намордника.
— Как же ты уговорил его войти внутрь? — поинтересовалась Евгения, с умилением глядя на величественную походку маленького зверька. — Придумал особое заклинание? Или внушил?
— Скорее, второе, но не совсем, — усмехнулся я, глядя на девушку, которая только что была снежной королевой, а теперь снова растаяла. — Мы с ним просто договорились больше никогда не расставаться.
— Он и ванну с тобой принимать будет? — спросила девушка, лукаво улыбаясь.
— Ну не настолько же, — сказал я, довольно улыбаясь. — Федя — зверь приличный, он знает, где можно, а где нельзя, так ведь?
Федя что-то громко чирикнул, глядя на девушку, словно подтверждая мои слова. Я почти уверен, что он и, правда, понимал, о чём идёт речь. Слишком уж разумное у него поведение в нужные моменты.
Выйдя из лаборатории, я зашёл в ординаторскую, чтобы со всеми поздороваться, рассказать Герасимову о новых монстрах и добытых мной образцах. Теперь надо будет ещё согласовать вопрос, что завтра не будет на работе ни меня, ни алхимика.
— О, Ваня! — воскликнул Анатолий Фёдорович, потирая руки и, видимо, собираясь меня чем-то озадачить.
Увидев мои грязные доспехи и не особо свежий вид, заведующий невольно крякнул, почесал подбородок и тяжко вздохнул.
— М-да, — произнёс Анатолий Фёдорович, снова вздыхая. — Хорошо хоть живой вернулся. Впрочем, я в тебе особо и не сомневался. И как тебе первая ночёвка в Аномалии?
— А откуда вы знаете, что я там именно ночевал? — удивился я.
— Элементарно, — усмехнулся наставник. — Если бы ты вышел из зоны Аномалии вчера, то я бы сегодня с утра разглядывал под микроскопом новые образцы. Ты ведь сразу всё сюда тащишь, но оно и правильно, одобряю, не дома же всё хранить. Ну и как прошла ночь? Выкладывай, интересно же.
Василий Анатольевич и Олег Валерьевич отвлеклись от шашек, поприветствовали меня и уставились в ожидании душещипательного рассказа.
— Да в принципе ничего особенного, — сказал я, пожимая плечами.
Чтобы рассказать даже без особых подробностей, мне пришлось немного задержаться. Я присел на стул и словно дедушка-сказочник приступил. Когда я рассказывал про стаю Волколаков, все напряглись. При упоминании боя с гигантской змеёй, Олег Валерьевич смотрел на меня, как на супергероя, а Василий Анатольевич, как на известного болтуна. Немного неприятно, но я уже привык к его отношению и старался не обращать внимания.
— М-да, — произнёс Герасимов и покачал головой, когда я закончил. — Это вы удачно там пещерку нашли. Если бы не она, вам бы совсем туго пришлось. Надеюсь, ты запомнил, где она находится? Вполне возможно, что не раз ещё пригодится. Хотя, далеко не факт, что там теперь будет так же безопасно.
— Я тоже об этом подумал, — сказал я, кивая. — Теперь найденная нами Титанобоа мертва и Волколаки смогут спускаться туда безнаказанно. Наверняка они сторонились пещеры потому, что знали, что там их ожидает верная смерть.
— А теперь там еда, — добавил Анатолий Фёдорович. — Сам труп огромной змеюки и колония этих грызунов. Перед этими стероидными оборотнями землеройки точно не устоят.
— Получается, что убив змею, я обрёк их на гибель, — сказал я уже без тени улыбки.
— Да о чём здесь жалеть? — возмутился вдруг Василий Анатольевич. — Это же просто монстры. Ну сожрут они там друг друга, в Аномалии станет меньше монстров, только лучше будет.
— Всё равно жалко как-то, — пожал я плечами, но в какой-то степени мужчина прав.
— А что, если бы они в ближайшее время мутировали во что-то гораздо более опасное? — спросил Василий Анатольевич, сощурившись. — Так что благодаря Волколакам произойдёт естественная санация этой пещеры, вот и всё.
— И заселение Волколаками, — добавил, строго глядя на него, Герасимов.
— Одно только радует, — сказал я. — Там с ними драться будет легче, особенно в коридорах. Окружить такой толпой они уже не смогут. Могу завтра как раз и проверить.
— Ты завтра снова туда собираешься? — Герасимов сначала вскинул брови, потом сразу нахмурился. — Одного раза не хватило?
— Так там сейчас Волколаков зачистили, как следует, — ответил я. — Большой отряд Демидовых этим сегодня занимается. Они-то нас и спасли. Убили сегодня несколько магов-менталистов, судя по тем разговорам, что я слышал, в том числе, а уж монстров просто неисчислимо. Их останки к завтрашнему дню наверно даже падальщики сожрать не успеют. И завтра Демидовы позвали пойти с ними дальше, вглубь Аномалии. Я предложил Евгении с нами пойти, она вроде согласилась.
— Совсем хочешь нас без рабочей силы оставить? — спросил Анатолий Фёдорович, ещё сильнее помрачнев.
— Ну здесь вроде пока что затишье, а в лаборатории завтра Костик остаётся за главного, Арсений ему поможет.
— Этот криворукий артефактор⁈ — выпалил теперь наставник, всем своим видом демонстрируя крайнее возмущение. — Уж лучше я лабораторию на время заморожу, чем впускать туда этого разрушителя!
— Мне кажется, что вы немного преувеличиваете, — усмехнулся я. — Нормальный Сеня парень, старательный, а тогда просто немного переволновался и перестарался.
— Ты хоть сам себе сейчас веришь? — спросил Герасимов и тут же перевёл взгляд на горностая, который что-то чирикнул в мою поддержку, сидя у меня на плече. — Это же избалованный и ни к чему не приспособленный ребёнок!
— Вот как раз и проверим, — твёрдо сказал я. — Если людям не начать доверять сложные поручения, то они никогда этому не научатся.
— Ох, Ваня, — наставник обречённо покачал головой. — Смерти ты моей хочешь.
— Ни в коем случае, Анатолий Фёдорович! — рассмеялся я. — Всё будет хорошо, вот увидите. Да и вы мне нужны как наставник…
— Ладно, попробую тебе поверить, — тихо сказал Герасимов. — Тогда с тебя новые образцы, без них обратно не пущу. Женя, небось, будет за травками бегать, а потроха монстров полностью за тобой.
— Будет сделано! — отрапортовал я. — Разрешите идти?
— Чеши домой, отмывай доспехи, — ухмыльнулся наставник, выковыривая кусочек древесной коры между пластин у меня на груди. — А то сам уже как Леший стал.
Когда я вышел на крыльцо, Матвей так и сидел на ступеньках, рядом лежал пакет из-под вяленого мяса, а в руках тарелка с больничной перловкой, наполовину пустая. Раз уж в ней оставались ещё две котлеты, значит, изначально их было штук пять.
— Смотрю, тебя не оставили голодным? — улыбнулся я, глядя, как товарищ уплетает кашу.
— Ага, — буркнул парень, продолжая жевать. — Нашлись сочувствующие, не то что ты.
— А что сразу я? — развёл я руками. — Я, вообще-то, хотел предложить тебе через чебуречную пройти подзакупиться.
— Хорошая мысль, — закивал напарник. — От чебуреков я тоже не откажусь.
— И куда в тебя столько лезет? — спросил я с ухмылкой.
— Силы надо восстанавливать, — плюясь перловкой, пробормотал Матвей. — И для завтрашнего похода запастись.
— Ладно, — сказал я, улыбаясь. — Доедай и пойдём.
Я сел рядом с Матвеем на ступеньки и обвёл взглядом потрёпанную разметку будущего нового приёмного отделения. Бюрократическая шестерёнка так и не сдвинулась, строительство не одобрено, иначе здесь уже вовсю кипела бы работа.
Была бы моя воля, я бы всех этих любителей бумаги и динамо отправил бы погулять в Аномалию, потом им надо поручить эвакуировать раненых с поля боя, хоронить убитых, может, тогда взгляды на жизнь поменяются? Если они выживут, конечно.
Федя спрыгнул с моего плеча и начал охотиться за оборванной лентой разметки, которую гонял по площадке лёгкий ветерок. Изловив кончик ленты в ловком прыжке, горностай не стал трепать её, как поверженного врага, а потащил к вбитому в землю колышку, куда он должен быть привязан.
— Хозяйственный зверь у тебя, — сказал Матвей, махнув в его сторону ложкой.
Несколько крупинок полетели на асфальт на радость парочке воробьёв, которые с громкими воплями начали делить добычу.
— Господи, вы-то где так оголодали? — удивлённо протянул напарник и бросил на асфальт целую ложку перловки.
Воробьи тут же замолкли, старательно собирая с асфальта деликатес. Тут же прилетело ещё полдюжины голодных клювов, и гвалт возобновился с тройной силой.
— Больше не дам, — буркнул Матвей, запихивая в рот остатки каши и последний кусок котлеты. — Всё, идём в чебуречную, а потом домой. Да помоги ты уже своему мохнатому другу справиться с этой лентой!
Я усмехнулся и поднялся со ступенек, чтобы поспешить на помощь Феде. Бедолага старательно пытался растянуть ленту, чтобы она дотянулась до колышка и у него почти получилось.
— Дай, — сказал я, протянув к нему руку.
Федя послушно отдал изрядно пожёванный конец ленты и я связал его с другим обрывком. Теперь лента натянулась на ветру и шумно завибрировала, заставив горностая настороженно отпрыгнуть.
— Пошли домой, — сказал я питомцу, протянув к нему руку.
Зверёк запрыгнул на предплечье, потом ловко забрался на плечо, чириканьем отчитавшись о выполнении сложной задачи.
Когда мы открыли дверь квартиры, в нос сразу ударило чем-то подгоревшим. Федя вопросительно чирикнул, спрыгнул с моего плеча и пошёл неторопливо исследовать своё новое жилище.
— Ё-моё! — воскликнул Матвей, быстро сбрасывая ботинки, и устремился на кухню, из двери которой выглянул клубящийся дымок.
— Да всё нормально уже, чего ты лезешь? — услышал я возмущённый голос Арсения. — Я просто проветрить не успел!
— Ты мою любимую сковордку спалил, ирод! — истеричным голосом оповестил всю округу мой напарник. — Как я всё это отдирать буду?
— Что за шум, а драки нет? — поинтересовался я, входя на задымлённую кухню.
— Картошка подгорела, — пробурчал Сеня, распахивая окно. — Отвлёкся и не уследил. А кто-то тут шум почем зря устраивает!
— На что ты там отвлёкся, пальцы на ногах считал? — продолжал ворчать Матвей, сунув сковороду в раковину под горячую воду, взметнулись клубы пара, разбавляя неохотно уходящий в окно дым.
Я собирался заняться очисткой доспехов, но застыл на пороге кухни, ибо стало очень интересно, чем вся эта перепалка закончится.
— На хрен ты вообще взялся что-то жарить, — сказал Матвей, пытаясь хоть что-то отскрести из подгоревшего слоя. — Сходил бы лучше в булочную. А ещё лучше в чебуречную за углом.
— Я не ем мясо неизвестных животных, — сказал Сеня, передёрнув плечами. — Уж лучше сухари погрызть.
— Вот и грыз бы свои сухари, — не успокаивался мой напарник.
— Матвей, прекрати парня под плинтус вгонять, — решил я наконец вмешаться. — Сам факт, что он почистил картошку, нарезал и загрузил на сковороду для него уже огромное достижение. Такими темпами он у нас через неделю начнёт варить щи да борщи.
— Лучше бы яйца себе сварил, сковородка — пока явно не твоё, — уже более спокойно сказал Матвей.
— Яйца закончились, — пробубнил Арсений, с виноватым видом наблюдая, как Матвей отскабливает сковороду от нагара. — Сыр, колбаса и хлеб тоже. Вот и решил попробовать картошки пожарить. А где вы так долго были? Не предупредили даже, что с ночёвкой уходите.
— Так кто бы знал, — вздохнул Матвей. — Мы с собой еды на день только взяли. Кстати, мы же чебуреков накупили, будешь?
— А они точно не из крыс? — скривился Арсений.
— Точно, — уверенно кивнул Матвей. — Этот пекарь приличный, своей репутацией дорожит, поэтому там и очереди всегда, несмотря на то, что цены выше. Так будешь?
— Д-давай, — неуверенно сказал Арсений.
Шоу закончилось и я пошёл заниматься доспехами. Только сейчас увидел, что между пластинами на ногах засохшая тина, ряска и грязь. На ногах, руках и животе остались кусочки коры. Вычистить всю эту ерунду оказалось не так-то и легко.
Матвей тем временем рассказывал на кухне Арсению о наших похождениях. Обиды за подпорченную сковороду уже как не бывало, парень расхаживал по кухне, изображал прыжки и то говорил довольно громко, то опускался чуть ли не до шёпота. Сказочник, одним словом.
Я закончил с доспехами, переоделся, закинул форму в стиральную машину и вернулся на кухню, влекомый запахом чебуреков. Аромат от них расползся уже по всей квартире.
— Арсений, у меня к тебе очень важное и срочное задание, — сказал я, жадно впиваясь зубами в чебурек с курятиной. — Нужны амулеты с защитой от ментальных атак. Чем выше ранг, тем лучше.
— От ментальных? — спросил парень и по лицу было сложно понять, он больше удивился или обрадовался. — А я думал, что они никому не нужны, это же моя дипломная работа.
Артефактор убежал в зал и вернулся, держа в руках серебряную брошь в виде морды кота с глазами из топаза. Размером это чудо было с крупную монету и больше походило на изделие для детей. Правда, слишком уж дорогая игрушка выходила.
— А почему кот? — спросил Матвей, осторожно взяв со стола брошь.
— А какая разница? — пожал плечами Арсений. — Я просто котов люблю.
— Выглядит несерьёзно, — сморщил нос мой напарник. — Детский словно.
— Зато он обладает полной блокировкой ментальных воздействий до пятого ранга включительно! — гордо заявил парень, выдёргивая своё изделие из рук Матвея. — Не нравится — не носи.
— И сколько у тебя таких? — поинтересовался я.
— Как это сколько? — удивился Арсений. — Один конечно, для диплома килограмм артефактов нас делать не просили. Зато пятого ранга был только у меня, у остальных изделия не выше четвёртого. Потом это еще полгода обсуждали, да!
Арсений сказал это с таким гордым видом, словно в одиночку победил дракона.
— Достойный результат, — сказал я ему и похлопал в ладоши, после этого парень совсем расплылся от счастья. — Только нам таких надо четыре. Ну на худой конец хотя бы три.
— Сколько времени у меня в запасе, неделя есть? — спросил Арсений, сразу приобретая деловой вид.
— К утру, — сказал я.
— Ё-моё! — повторил Сеня фразу Матвея и схватился руками за голову.
Пусть мы пока провели и мало времени вместе, но кажется, кое-что этот парень стал понимать.

----------

Глава 13

Глава 13
Сразу после уничтожения стратегического запаса чебуреков, мы занялись делами. Матвей пошёл возиться со своими доспехами, потом в магазин за продуктами, затем приготовление ужина. Арсений уединился в зале и начал заниматься воспроизведением своей дипломной работы в трёх экземплярах в кратчайшие сроки. А я направился в гараж, поухаживать за своими растениями.
Таймер включения подсветки — отличная вещь, но вот об автоматическом поливе я, к сожалению, не позаботился. В этой глуши капельный полив — штука не особо популярная, компоненты придётся заказывать.
Пока я обходил с лейкой ряды горшков с кустиками, душа радовалась. Благодаря моей заботе и непрерывному облучению негативной энергией от обломков чёрного рога всё в буквальном смысле цвело и пахло. Запах разительно отличался от городских клумб, но для меня он был божественным.
Очень даже неплохо подросли саженцы Крови Призрака, ещё немного и можно будет их частично собрать, тогда можно будет неплохо поднять денег на омолаживающей сыворотке. Мы сначала планировали сделать только вытяжку, которая уже ценится невероятно дорого, но, учитывая появление в госпитале современной алхимической лаборатории, можно сделать и полный цикл производства. Евгения справится, я уверен. Тогда денег на счёт упадёт чувствительно больше.
Пусть я и сам из рода Демидовых, но пока из-за испытания отрезан от финансов семьи. Да и если бы такого не было, надо понимать разницу между деньгами рода и личными деньгами. Поэтому заработать еще немного я был никогда не против.
— Только не грызи тут ничего, — сказал я Феде, заинтересовавшемуся моими экзотическими насаждениями.
Горностай, уже открывший было рот на ближайший кустик, возмущённо тявкнул и с недовольным видом отошёл в сторону, мол, не особо-то и хотелось. Вот ведь хитрец.
Завершив уход за растениями, я ещё раз обвёл всё взглядом, удовлетворённо вздохнул и отправился домой с намерением помочь Арсению в его нелёгком деле.
Придя домой, услышал приглушенные голоса с кухни, оказывается, ребята занимались отливкой заготовок артефактов из серебра. Быстро они, конечно.
— Во, вот этот в виде головы быка мой будет, — довольно пробормотал Матвей. — А голову льва Ване отдалим.
— Ну что, господа, как успехи? — спросил я, входя на кухню. — Ничего больше не сожгли?
— Нет, — помотал головой Матвей. — Потому что за газовую плиту я теперь ответственный. Там вон картошка тушится с мясом и грибами, серебро плавлю тоже я.
— Только у меня запас серебра закончился, на четвёртый амулет не хватает, — сказал Арсений, осторожно вытаскивая ещё горячую серебряную голову быка из формы. — Тогда завтра надо будет купить, и я ещё сделаю. Вы мне, кстати, уже почти сто грамм должны.
— С чего это сто грамм? — выпучил на него глаза Матвей. — Каждый твой значок грамм двадцать весит или чуть больше, что за расчёты такие?
— Так, а мне другие компоненты тоже компенсировать надо, — сказал Арсений и на всякий случай отодвинулся от закипающего помощника. — Это я ещё стоимость камней не говорил. И кота ты точно не посчитал, так что я всё по себестоимости отдаю, даже за работу не прошу ничего.
— А мы с тебя за еду не просим и за проживание, — ворчливо ответил Матвей. — И это я ещё про испорченную сковородку не вспомнил.
— Так, стоп! — сказал я, усаживаясь между ними, Арсений с облегчением выдохнул. — С этим мы разберёмся. Для меня сейчас крайне важно, чтобы у Стаса тоже такой амулет был, лучше я тогда обойдусь пока. Давайте тогда льва Стасу отдадим.
— Так не пойдёт, — замотал головой Матвей. — Ты наш командир и у тебя защита должна быть в первую очередь. Забери тогда моего быка.
— Твой бык останется при тебе, а мне Арсений сделает в следующий раз, ничего страшного, — сказал я тоном, не терпящим возражений.
Матвей слегка отпрянул, посмотрел на меня, потом на Арсения, интенсивно соображая, какой ещё можно привести аргумент.
— Сеня, а камней для глаз тебе хватает? — спросил мой напарник у артефактора.
— Хватает, — кивнул Арсений. — Только серебро кончилось.
— Я видел там у тебя форму в виде головы дракона, — сказал Матвей, хитро улыбаясь. — Доставай, я сейчас приду.
Напарник убежал к себе в комнату, оттуда послышался шум выбрасываемых с полок шкафа вещей. Я уже хотел идти к нему, когда он вернулся на кухню с почерневшей от времени серебряной ложкой в руках и с довольным видом.
— Моя именная, на крестины дарили, — гордо заявил Матвей. — Давай из неё дракона для Вани отольём.
— Матвей, прекрати, это же память! — отмахнулся я. — Ну схожу ещё раз в Аномалию без такого амулета, ничего страшного. У меня же сопротивляемость к ментальной атаке лучше, чем у всех остальных, так что переживу.
— Память, говоришь? — усмехнулся Матвей. — Память о крёстном, который её подарил, а через несколько лет умер от пьянки практически у меня на глазах, у совсем мелкого пацана? Может, я об этом забыть хочу! Для меня твоё здоровье, Ваня, гораздо ценнее, чем такая память.
— Истину глаголишь, — буркнул Арсений, быстро распилив ложку пополам своими инструментами и бросив в специальный ковшик для плавления. — Отличный амулет получится, скорее, даже ближе к шестому рангу за счёт массы серебра.
— От массы зависит эффективность? — удивился Матвей.
— В некоторых пределах, — хмыкнул Арсений с таким видом, будто он знает тайны вселенной, которые недоступны другим смертным. — Если с крышку колодезного люка сделать, то уже не намного лучше получится.
Я бросил на напарника вопросительный взгляд, было неудобно, что он ради меня пожертвует памятной ложкой, которую даже привез с собой сюда, но Матвей улыбнулся мне и показал оттопыренный вверх большой палец. Я кивнул и Арсений отдал ковшик Матвею, как они ранее договаривались распределить опасные работы. Через десять минут серебряная голова была готова и смотрела на меня пустыми глазницами, где скоро должны появиться топазы.
— Ну вроде всё, — сказал Арсений, осматривая получившиеся полуфабрикаты. — Теперь самое сложное, попрошу меня не отвлекать.
— И когда картошку будем есть, тоже? — спросил его Матвей, а Сеня резко замер на пороге кухни.
— Если не позовёте на картошку, то фиг вам, а не амулеты! — выпалил парень, показал язык и юркнул в зал, закрыв за собой дверь.
— Всё-таки полезный хмырёнок оказался, не только вещи портить способен, — ухмыльнулся Матвей в ответ на такое проявление смелости со стороны нашего соседа. — Посмотрим, что там у него за амулеты получатся. Ещё ни разу не видел, чтобы в виде значка делали или как её там, брошки. Наверное, какой-то современный молодёжный подход. Главное, чтобы не пришлось это к своей коже прикалывать. Пирсинг я никогда не любил и не понимал.
— Ну ты расфантазировался, — рассмеялся я. — К коже прикалывать. Спасибо тебе за ложку, но, правда, как-то нехорошо получается, ты её восемнадцать лет хранил.
— Наоборот, так даже лучше будет, — подмигнул Матвей. — Одно дело, когда на амулет серебро из бездушного слитка идёт, совсем другое — памятная вещь с историей, пусть и специфической. Он у тебя точно шестого ранга получится. А картошка почти готова, кстати. Ну ничего, подождём немного, пусть настоится, грибы лучше распарятся.
— Надеюсь, грибочки не мутировавшие? — усмехнулся я.
— Обижаешь, шеф! — улыбнулся Матвей. — Я насобирал в лесу за южными воротами, когда ты в госпитале на работе был. Засушил тогда часть, убрал, а только сейчас вспомнил.
— Это когда мы три недели назад жареную картошку с грибами ели? — удивился я.
— Они самые, — кивнул Матвей. — Так что грибочки проверенные, всё нормально будет.
* * *
Как мы и договаривались с Алексеем, без десяти семь уже все четверо стояли у северных ворот Каменска. Евгения раздала нам по солидному пучку стрел для арбалета, начинённых магическим аналогом взрывчатки, Стас выдал почти по такому же пучку отравленных. Колчаны у нас уже были пристёгнуты к поясу, так что мы набили их двумя видами стрел. Хорошо, что цвет оперения отличался: ядовитые были с чёрными перьями, а магические с белыми, несложно будет выбрать то, что нужно.
— Это тебе, — сказал я Евгении, протягивая ей серебряного котика с голубыми глазками.
— Ой, какая прелесть! — воскликнула девушка, довольно улыбаясь. Аристократка она или простая девушка, но подобному каждая будет рада. — А к чему такие подарки? День рождения у меня вроде нескоро, — лукаво улыбнулась она.
— А подарок может пригодиться уже сегодня, — сказал я и пояснил ей, что собой на самом деле представляет эта брошь.
— Ах вот оно что! — сказала Женя, улыбаясь ещё шире. — А я увидела у вас эти серебряные значки и думаю, чего это они так принарядились. Симпатичный у тебя дракончик, Ваня, да и у ребят неплохие, но мой котик лучше.
— Так кто же спорит, — улыбнулся я.
К северным воротам снаружи подъехал знакомый внедорожник, из окна выглянул водитель и помахал рукой, чтобы мы подошли.
— Садитесь, отвезу до входа в Аномалию, хоть тут и недалеко, — сказал боец. — Остальные скоро подъедут.
— Эх, жаль, что по самой Аномалии нельзя вот так с ветерком! — воскликнул Стас, когда внедорожник лихо развернулся и полетел по колдобинам в сторону мерцающей пелены. — А было бы неплохо.
Через пару минут мы уже стояли перед границей Аномалии, возле одних из нескольких так называемых ворот, через которые могли пройти живые организмы. Во всех других местах это физически невозможно даже для самых мощных монстров зоны Аномалии. Небольшое исключение составляют маги, умеющие «резать» барьер, но таких немного и ерундой в виде создания решета в защите они не занимаются. Их специфика работы несколько иная.
Зачем, спросите, нужны эти врата? Кроме смертельной угрозы, Аномалия является ещё и неиссякаемым источником множества полезных и очень ценных ресурсов, порой на вес золота, а то и дороже. С этим я познакомился еще в первые дни своего появления здесь. Ну а там, где есть золото, есть и золотоискатели — сорвиголовы, которые несмотря на смертельный риск и облучение негативной энергией устремляются всё дальше в глубины Аномалии, чтобы найти что-то «вкусненькое» и обогатиться.
Для магов Аномалия играет и другую важную роль. Как источник невероятного количества энергии, она способствует значительному ускорению развития колец маны, что особенно важно на первых этапах. При соответствующих стараниях, развитие можно ускорить в разы, а с помощью добытых в зоне Аномалии магических кристаллов процесс прорыва следующего круга маны можно сделать менее болезненным и рискованным.
Собственном, этим и пользуются довольно часто дети аристократов, чтобы быстрее стать более могущественными магами. Просто они не делают это в Каменске, так как есть менее опасные участки. И разумеется, на них куда ниже воздействие негативной энергии. Зато именно здесь, где я сейчас стою, этот процесс более интенсивный, но и значительно более опасный. Да и про загрязнение энергетики нельзя забывать.
Я оторвал взгляд от пелены магического барьера, который спустя несколько прорывов вновь восстановили, и обернулся на рёв двигателей. К воротам неслась цепочка бронеавтомобилей рода Демидовых, но ехали они не от северных ворот Каменска, а с полей, что находятся на востоке.
Мы отошли чуть в сторону, чтобы не мешать. Алексей руководил построением, отряд сегодня был точно таким же, что спасал нас вчера, когда их миссия носила двойной характер: поиски пропавшего младшего брата и зачистка территорий, чтобы на следующий день можно было быстрее и спокойнее податься вглубь зоны Аномалии, в неизведанный сектор.
Проверив бойцов и отдав последние распоряжения, мой брат направился к нам.
— Приветствую, господа! — с бодрой улыбкой сказал Алексей, смерив нас взглядом. — Вы сегодня в обновлённом составе? А ваша валькирия справится с таким сложным походом?
— Справлюсь! — несколько вызывающе ответила Евгения, вздёрнув носик, а щёки тем временем предательски покраснели.
Похоже, несмотря на своё обучение и статус, у девушки было не так много живого общения. Впрочем, кто не знал моего старшего брата, который уже который год входил в топ сто самых завидных холостяков империи.
— Справится, — кивнул я, и мои слова громким чириканьем подтвердил сидевший на плече горностай. — Мы уже ходили вместе, она отличный стрелок. Кроме того Евгения — эксперт по флоре Аномалии, мы хотели пополнить запас ингредиентов для лаборатории госпиталя.
— Ну хорошо, — сказал Алексей, присматриваясь к доспехам Евгении.
В этот момент, как я понял, он разглядел родовой герб герцогини и удивлённо приподнял одну бровь, но вслух ничего не сказал.
— Становитесь в брешь в центре строя, — сказал брат. — Мы выдвигаемся.
Там, куда нам указал Алексей, для нас освободили место и мы влились в колонну, которая бодрым шагом направилась вглубь Аномалии. С одной стороны, было немного волнительно, ведь сегодня мы доберёмся туда, куда ещё ни разу не доходили, а с другой — несколько обидно, что практически невозможно собирать местные растения из-за быстрого передвижения. Выбиваться из отряда, а потом догонять — так себе инициатива.
Особенно было обидно проходить мимо тех самых зарослей Пещерника колючего, который я собирался как следует пощипать во время следующего похода. Заметила его, что вполне ожидаемо, и Евгения, которая чуть шею себе не свернула, пока мы проходили мимо.
Отряд уверенным шагом продолжал идти вперёд. Сегодня мы на своём пути не встретили ни одного Волколака. Они или закончились вчера, или просто прячутся по кустам, опасаясь за свою жизнь. Не было видно даже ни одного «крокодильчика» на ветвях деревьев. Видимо, очень хорошо прячутся, потому что я не увидел ни одного даже на краю карты, когда активировал нейроинтерфейс, сейчас он работал исправно, посмотрим теперь, как дальше дело пойдёт.
— Слышь, парень, а зачем тебе эта палка? — спросил вдруг у меня шедший рядом боец, кивнув на протазан.
— Грибы искать удобно, — ответил я с ухмылкой. — Когда они в траве маскируются.
— Ну-ну, — хмыкнул боец и, быстро потеряв ко мне интерес, отвернулся, снова сосредоточившись на поиске взглядом притаившихся монстров.
Рассказывать незнакомому бойцу, что это за оружие такое, было откровенно лень. Когда дойдёт до дела, тогда и узнает.
Мы шли быстрым шагом уже третий час. Учитывая полную экипировку и пересечённую местность, это не так просто, но здесь не было слабых — и маги, и бойцы гвардии Демидовых достаточно тренированные для таких марш-бросков.
Мои парни уже откровенно скучали, они то спорили по пустякам, то вглядывались в лесную чащу, в надежде увидеть хоть одного монстра, но даже тех редких, что всё-таки попадались, убивали шедшие впереди маги. Так что нам в лучшем случае можно было поохотиться на Туманных ежей, которые уже давно для нас интереса не представляли.
Иногда делом был занят Стас, он забирал у моего Феди пойманных Призрачных белок, связывал в пучок и вешал на пояс. За моим питомцем наблюдали шедшие позади нас бойцы, отпускали разные шуточки, восхищались надрессированностью, но они же не в курсе, что никакой дрессировки не было и в помине
Впереди за деревьями начал маячить просвет, скоро лес должен закончиться. Очень интересно, что же там дальше? А за лесом обнаружилась поляна, шириной метров двадцать. Стоило подойти поближе, и впереди взгляду открывался небольшой обрыв, высотой не больше трёх метров, потом откос под сорок пять градусов, поросший пучками синей травы, а дальше расстилалась широкая долина.
Колыхание травы от лёгкого ветра говорило о её большой высоте, возможно, рост человека или выше. Словно теплоходы, синюю колышущуюся гладь рассекали огромные грузные монстры, каких я раньше никогда не видел. Несмотря на исполинские размеры, выглядели они не угрожающе, больше похожи на доисторических травоядных. Не исключено, что в высокой траве прячутся монстры поменьше, но в разы опаснее.
Кое-где одиноко стояли деревья-гиганты, небольшими группами рос кустарник, а может, это и деревья, отсюда трудно судить. Ширина долины достигала нескольких километров, а дальше стояла стена леса, который издалека казался почти чёрным.
Открывшиеся взору пейзажи разглядывали недолго, пару минут. Потом Алексей раздал задания, и бойцы пришли в движение. Одни начали копать край обрыва, создавая лестницу, чтобы выйти сразу на склон. Очень дальновидно на случай эвакуации, небольшой отвес не будет замедлять передвижение. Другие бойцы вернулись в лес и начали рубить молодняк и большие ветки.
— А это ещё зачем? — удивился Стас. — Костёр разводить собираются?
— Сейчас увидишь, — сказал я, сложив руки на груди.
Я уже был в курсе, зачем нужны разной длины колья, которые те тащили к наполовину выкопанной лестнице. Сначала они укрепят край каждой земляной ступени, чтобы его не размывала вода и чтобы не соскальзывала нога при быстром подъёме. Много кольев понадобится на самом склоне, где они сейчас сделают подобие перил, натянув между кольями прочную верёвку.
Казалось бы, зачем всё это нужно на сравнительно несложной преграде? Правильно, на случай экстренной эвакуации и на случай экстремальных погодных условий. Во время ливня даже по такому откосу человеку в броне подняться будет просто невозможно.
Работа спорилась быстро, бойцы старались, и примерно через полчаса мы уже начали спуск в долину. Когда мы находились примерно на середине склона, прошли мимо бойца, который забивал кувалдой очередной кол в землю. Когда все вышли на ровное место, пришлось немного подождать, когда закончат возведение перил.
— Ты только посмотри, какие они здоровенные! — полушёпотом сказал Матвей, наблюдая, как неизвестный нам монстр, отдалённо напоминающий покрытого крупной переливающейся на солнце чешуёй бронтозавра, неторопливо шествует по тёмно-синему морю травы, гордо задрав к небу голову на длинной шее.
— Мяса много, а убить можно одной стрелой, — усмехнулась Евгения. — Главное — попасть в голову.
— Только далеко не факт, что это его убьёт, — сказал я. — Пасть большая, а черепушка маленькая, возможно, мозговой центр находится в другом месте, как у диплодока, например.
— Может быть, — кивнула девушка. — Но без головы он уже никого не сожрёт.
— Разве что только затопчет, — поежившись, хмыкнул Стас.

----------

Глава 14

Глава 14
Отряд спустился по достаточно высокому склону, подошёл к небольшой речушке и остановился. Здесь трава ещё была по колено, а вот на том берегу и, в самом деле, выше человеческого роста. Это выходит, что эти гигантские бронированные травоядные на самом деле ещё больше, чем я думал.
Над переправой через речку особо долго думать не пришлось, по большей части она оказалась довольно мелкой и мы перешли её вброд достаточно свободно, не замочив коленей. Благо никто из тварей на нас из воды не выпрыгнул, но за этим следили отдельно.
Правда, после переправы всему отряду пришлось выливать воду из ботинок. Всем, кроме Жени, её доспех включал высокие кожаные сапоги, внутрь которых вода пробраться не успела.
— Везёт же некоторым, — буркнул Стас, сидя на пучке травы и выжимая стельки ботинок.
— Ну если хочешь, давай и тебе ботфорты купим, — усмехнулся Матвей, который занимался тем же самым. — Как раскатаешь до паха и ходи себе по болотам.
— Себе лучше купи костюм сплошной из латекса! — огрызнулся парень на такое предложение.
— Я хренею, откуда такие познания в глухой деревне? — покачал головой Матвей. — Живёте тут в лесу, а знаете чересчур много.
— Точно, — кивнул сам себе Стас. — И кляп ещё тебе нужен.
— Я сейчас свой ботинок тебе вместо кляпа вставлю! — зарычал Матвей, но в этот момент я встал между ними, невозмутимо завязывая шнурки и всем своим видом давая понять, что им пора закругляться.
Этим двоим лишь бы позубоскалить, но при этом видно, что они делают это без злого умысла, а скорее, из спортивного интереса.
Евгения на их балабольство старалась не обращать внимания. Она неторопливо ходила вдоль берега и присматривалась ко дну реки, потом вглядывалась в заросли травы, но там увидеть хоть что-то дальше двух-трёх метров просто нереально.
— Дальше идём под защитой барьерщиков, — сказал Алексей, когда все справились с обувью. — Траву впереди выжигаем, смотрим в оба все без исключения, откуда придёт беда — никому не известно. Этих мохнатых бронтозавров обходим стороной, мало ли, что у них на уме.
Отряд численностью почти в полсотни человек выстроился черепахой, нас поместили в центр, на равных дистанциях встали шесть барьерщиков, боевые маги с даром огня встали в первую линию, брат возглавлял. Солнце уже палило нещадно и возникло желание побыстрее оказаться в лесу, в тени деревьев.
Одновременно с нескольких пар рук магов сорвалось яркое пламя, испепелив всю растительность метров на двадцать вперёд. Если я правильно понял, им это далось очень легко, огонь средней интенсивности пошёл низом, а трава просто повалилась, образуя перед нами пышный синий ковёр. Теперь главное — в нём не запутаться.
Пара сюрпризов выявилась тут же — это были две обезьяны наподобие макак по форме, а по размерам больше самой крупной гориллы, только с длинным хвостом, на кончике которого что-то блестело. С душераздирающим криком монстры сжались в похожий на цельный камень шар и покатились навстречу отряду, стремительно ускоряясь.
Две огненных пики взорвали оба шара, разметав куски плоти в разные стороны и обрызгав кровью синий травяной ковёр.
Я давно активировал карту нейроинтерфейса, переключив в режим идентификации монстров. Классификатор выдал название «Каменная мартышка», с присвоением пятого ранга опасности. Угроза — мощный удар телом на скорости и юркий хвост с острым поражающим элементом, наподобие обоюдоострого клинка, а ещё когти и острые зубы.
Немного изменив масштаб карты, я обнаружил, что таких каменных шаров в окружившем нас травяном море довольно много и два из них на дикой скорости летят в наш отряд с правой стороны.
— Справа! — крикнул я барьерщикам, не сразу подумав, что они мне не подчиняются.
Однако в боевой обстановке не всегда приходится соблюдать субординацию или игнорировать того, кто твоим командиром не является. Вот и барьерщики мгновенно среагировали, выбросив руки в сторону угрозы и резко усилив защиту.
Два каменных шара около метра в диаметре с треском ударились о невидимую преграду, отскочили обратно и расплелись, превращаясь в здоровенных мартышек, нетвёрдо стоящих на задних лапах после удара. Несколько выстрелов магическими пулями не нанесли видимого ущерба, словно пощёчины. У монстров оказалась слишком хорошая защита. А вот удары молнией, что я послал по дуге с навершия протазана, сделали своё дело и твари рухнули замертво.
— А, так вот зачем эта палка, — сказал всё тот же боец, что интересовался протазаном в прошлый раз. — Это какой-то продвинутый шокер, что ли.
— Почти, — бросил я, не оборачиваясь, и снова сосредоточился на карте. — Слева один!
В этот раз каменный шар не успел достичь защитного барьера и встретился со стрелой, выпущенной Евгенией. Одного выстрела уже хватило, чтобы разнести метровый живой камень на куски. Я глянул на то, что от монстра осталось, вполне можно было бы взять образцы для исследования, но сейчас это точно не получится. Всё это происходило без снижения скорости передвижения, и отставать от отряда — означало подставить остальных.
— Ты бы поберегла лучше стрелы, Женя, — сказал я девушке, которая уже накинула следующую стрелу на тетиву. — Тут есть кому их убивать, работай на подстраховке.
— Как скажешь, — кивнула она, не глядя на меня, а продолжая вглядываться в высокую траву.
Я заметил, как у девушки чуть порозовели щёки, а на лице появилась едва заметная улыбка. Вряд ли это из-за рекомендации экономить боеприпас, скорее, из-за неофициального обращения по имени, кажется, я впервые её так назвал при чужих. Или нет…
Так или иначе, к моему совету Евгения прислушалась. Стрела постоянно была наготове, но убивали возрастающее количество мартышек, атакующих отряд, маги с даром молнии и огня. Теперь они поняли тактику монстров и били на упреждение, не позволяя ударить по щиту, чтобы поберечь силы наших защитников.
Прямо по курсу неторопливо ступал гигантский мохнатый бронтозавр и нам пришлось немного изменить курс, чтобы не встать у него на пути. По моим расчётам, монстр отошёл бы достаточно вправо, чтобы мы обогнули его сзади, но гигант заинтересовался непонятной активностью в своей кормушке и остановился, повернув голову на длинной шее в нашу сторону. Пришлось петлю обхода увеличить вдвое, но лучше так, чем сталкиваться с гигантским монстром, порожденным Аномалией.
Поблизости от гиганта Каменных мартышек практически не было, возможно, они по каким-то причинам его опасались, поэтому мы обошли монстра достаточно спокойно. Было несколько неприятно чувствовать на себе пристальный взгляд больших чёрных глаз. Зверюга даже немного развернулась, чтобы не выпускать нас из виду. Я же в этот момент почему-то почувствовал себя рыбкой в аквариуме, за которой следят посетители.
Когда проходили в самой ближней точке, монстр выдал такое мощное утробное «му-у-у!», что задрожали внутренности. Скорость и направление движения отряд не изменил, прошёл мимо, постепенно отдаляясь. Вскоре гигант утратил к нам интерес и продолжил поедать сочную синюю растительность.
Стоило отойти чуть подальше и возобновились атаки Каменных мартышек, причём усилились вдвое, словно они всё это время готовились к наступлению. Несколько раз я доставал молнией тех, кого не успевали уничтожить маги, пару раз внесла свой вклад Евгения. Стас и Матвей даже не пытались брать в руки оружие, в такой обстановке от него всё равно проку не будет.
С ожесточёнными боями мы продолжали уверенно продвигаться вперёд, чёрный лес впереди становился всё ближе, уже были видны первые тёмные вершины деревьев над высокой травой. Следующая река была чуть глубже, мы не стали искать отмели и перешли на тот берег, вот только вылить воду из ботинок нам в этот раз не дали — атаки каменных приматов не прекращались.
На карте нейроинтерфейса я обнаружил странное явление: теперь эти мартышки-переростки не накатывались дуром, а выстроились в плотное кольцо, передвигаясь при этом вперёд вместе с отрядом, постепенно приближаясь.
— Стоим на месте, приготовиться к круговой обороне! — громким зычным голосом приказал Алексей.
Естественно, мой брат видел на карте нейроинтерфейса ровно то же самое, что и я. На данный момент, правда, лучше мобилизовать все силы и противостоять атаке дружно, так как мы раньше с подобными тварями не сталкивались и понятия не имеем, чем это может закончиться.
— А вот сейчас можно не экономить, — сказал я Евгении, нагоняя в протазан максимум смеси двух энергий, такой метод себя очень хорошо зарекомендовал против монстров Аномалии.
Стоило отряду остановиться и ощетиниться стволами, как мартышки решили пойти в атаку. Главной их ошибкой было то, что они начали вертеть хвостами, попутно кося кончиком хвоста траву, как комбайн. Их теперь стало лучше видно.
Некоторые маги начали сбивать их молниями на расстоянии более тридцати метров. Это требовало от них больше затрат энергии, но зато строй монстров немного проредили, и пока те маги восстанавливались, активизировались огневики, вгоняя огненные пики в тела монстров, одной вполне хватало каждому.
Женя тоже неплохо постаралась, она высматривала, где строй монстров более плотный, и меткими выстрелами выносила обезьян одну за другой, иногда даже в прыжке. Вот что значит подготовка в роду аристократов.
— Давай я тебя на плечи посажу, так удобнее будет, — предложил ей один из стоявших рядом бойцов, но девушка одарила его таким взглядом, после которого боец сразу замолчал и постарался отойти подальше.
Гордая и характерная, а чего ещё можно было ожидать от герцогини? Со мной она чувствовала себя на равных, хоть и не знала, кто я на самом деле, но скорее всего, нутром чувствовала, а вот с рядовыми бойцами держалась холодно и отстранённо, заставляла держать дистанцию. Немного прощалось моим бойцам, но совсем немного. Интересно будет увидеть её реакцию, когда она узнает, что я княжич. Мое происхождение сложно не угадать, но пока что я вполне могу выглядеть как дворянин из молодого рода, которому и сотни лет нет.
Бой кипел, мартышки взрывались и сгорали одна за другой, а когда их осталось не больше трети, решили поспешно ретироваться с поля таким же образом, каким раньше атаковали — превратившись в круглые камни. Теперь на карте я мог видеть стремительно разлетавшиеся в разные стороны красные точки. Даже трудно представить их скорость, но не меньше, чем едет средний автомобиль по магистрали. Тут же была пересеченная местность. Быстрые твари.
Во время всего боя мой горностай вёл себя очень достойно. Лишь в первые минуты он прижался к моей шее, немного трясясь, а потом осмелел и вертел во все стороны головой, наблюдая за ходом событий. К счастью, он не пытался никуда убежать и мне не мешал.
— Молодец, хороший мальчик, — сказал я Феде и погладил его, когда бой прекратился.
— И на фига ты на себе этого хорька таскаешь? — спросил вдруг всё тот же боец, что интересовался протазаном. Видать, самый любопытный. — Ну какой от него прок? Разве что только белок ловить?
— Это не хорёк, а горностай, — буркнул я в ответ, а Феля ощетинился на бойца, громко тявкнул, потом злобно зашипел.
— Ну ладно, ладно, понял я, чего сразу орать-то, — пробормотал боец, сторонясь агрессивно настроенного зверька. — Надо, так надо. Ишь ты, какой обидчивый, ну извини.
Отряд к этому времени принял походное построение и двинулся дальше, до тёмного леса оставалось не больше пары километров. За это время нам пришлось обойти ещё одного травоядного великана, который, в отличие от предыдущего, не стал ради нас отвлекаться от трапезы и с упоением обгладывал небольшое деревцо, на котором скоро, похоже, ничего не останется, кроме обглоданных сучков.
Неоднократно предпринимались попытки отстоять территорию со стороны Каменных мартышек. Прибил бы того, кто назвал мартышкой монстров, больше двух метров ростом и с широким мощным плечевым поясом. Скорее всего, какой-нибудь учёный, который видел эту тварь только на картинке. Они такие — видят лишь трупик твари и не задумываются о том, сколько они жизней с собой забрали, пока их пеленали.
Прежде чем выйти на лесную опушку, пересекли ещё две небольших речушки. Вероятно, это всё рукава одной и той же. Вдоль леса шла полоса голой багровой земли в полсотни шагов шириной, лишь местами поросшая пучками жёсткой фиолетовой травы.
Я буквально всем телом почувствовал, насколько сильнее здесь фон негативной энергии. Что любопытно, от леса такого фона не было. Большие лохматые деревья больше излучали спокойствие и какую-то тоску, что ли. Возможно, это всё просто ассоциации к словосочетанию «дремучий лес», а здесь он и, правда, был конкретно дремучим. Под деревьями была настолько плотная тень, словно там был просто провал, путь в никуда, и это в яркий солнечный день.
Все поголовно уселись на пучки травы, выливали воду из ботинок, выжимали стельки и носки. Кроме Евгении, конечно. Для её сапог глубин пока не нашлось. Вопреки всем стараниям, мои ноги всё равно остались мокрыми, но, по крайней мере, в ботинках уже не хлюпало при каждом шаге. Я уже начал подумывать, а не приобрести ли на такой случай силиконовые бахилы на обувь, только чтобы высотой были до колен как минимум. Так что шутка моих друзей про латексные ботфорты обрела новый смысл и очертания. Но выглядело бы это весьма экстравагантно.
Отряд снова принял боевое построение и ступил в лес, сразу погрузившись во мрак. Глаза постепенно привыкали к темноте и уже начали кое-что различать, но первые пару минут все шли очень осторожно, чтобы не споткнуться о торчащие из земли корни и валежник.
— Такое же ощущение, как если бы в сортире внезапно лампочка перегорела, — буркнул Стас, пытаясь что-то увидеть на расстоянии. — Может, всё-таки достанем фонари?
— Нельзя, — покачал я головой. — На фоне такой темноты нас будет видно издалека, монстры к нам потянутся, как мотыльки на пламя свечи.
— Да я думаю, что они и так к нам потянутся, — хмыкнул Стас. — Наверняка в таком лесу должна водиться какая-нибудь невероятная хрень.
— Поживём — увидим, — ответил я.
Сказав это, я решил использовать преимущество своего универсального шлема и опустил на глаза прибор ночного видения. Стало намного лучше, теперь я увидел даже, как между деревьями на расстоянии от нас мелькают чьи-то тени. Карта нейроинтерфейса подтвердила наличие неопознанного эскорта, движущегося параллельно с нами.
Отсутствие даже намёка на тропинки говорило о том, что сюда мало кто добирался, а если и доходили, то далеко немногие и, скорее всего, давно. Оно и понятно, даже для отряда наёмников-профессионалов, с которым мы когда-то ходили в Аномалию, эти Каменные мартышки представляли смертельную угрозу.
Разве что герцог Лейхтенбургский смог бы сюда добраться со взводом магов и ротой огневой поддержки, но этот район, насколько я знаю, не входил в круг его интересов. Так что все сейчас чувствовали себя первопроходцами.
Женя чуть не полетела, споткнувшись об очередной корень, теперь крепко схватилась за мой локоть и не собиралась отпускать. Да я особо и не противился. Стас с Матвеем шли за нами след в след и, по-моему, тоже держались друг за друга на всякий случай. Кто-то из бойцов сзади отпустил шутку по этому поводу, на которую ответил Стас. Причём ответил так язвительно-витиевато, что заставил меня им гордиться, ответ был доходчивым, но не провоцирующим на драку.
Сопровождавшие отряд существа, видимо, решили, что пора начинать действовать. Мы резко остановились, так как дорогу нам преградили рептилоподобные хищники, смахивающие на зверозубых ящеров из учебника по зоологии.
Опущенные к земле внушительные морды скалили длинные зубы и сверкали белыми глазами. В холке каждая тварь была метра полтора, но имела длинное тело и мощные когтистые лапы, расположенные, как у льва, а не как у варана по бокам. Карта нейроинтерфейса показала внушительное скопление красных точек, которое окружало нас теперь со всех сторон, к ним подходили из леса всё новые.
— Круговая оборона, — услышал я в напряжённой тишине приказ Алексея. — Барьерщики и маги в первой линии. Но сначала попробуем прощупать их магическим боеприпасом.
— Взвод, готовься! — скомандовал командир бойцов гвардии. — На поражение, огонь!
Треск автоматных очередей оглушил одновременно со всех сторон. Услышал я и звук спецназовского автомата, Матвей тоже решил поучаствовать. Красные точки на радаре начали меркнуть, но не в таком количестве, как хотелось бы. Тут же заработали маги. Темноту прорезали десятки молний и росчерки пламени, направляемого прицельно, чтобы экономить энергию.
— А эти звери, похоже, умнее тех обезьян, — сказал Матвей, когда стрельба прекратилась. — Быстро сообразили, что приманка не по зубам, отступили.
И на самом деле, я увидел на карте, что большинство уцелевших красных точек стремительно отдаляются, поблизости остались лишь немногие, скорее всего, смертельно раненные, но ещё живые. Теперь даже на расстоянии я чётко видел следившие за нами пары белых глаз. Похоже, такой эффект был из-за прибора ночного видения, убрав его, я глаза видеть перестал, только тьма.
Отряд снова двинулся вперёд. Мне уже стало интересно, а куда именно мы идём? Есть какая-то определённая цель? Жаль, что нельзя сейчас подойти к брату и напрямую спросить, но он мог бы меня оповестить и через нейроинтерфейс, тогда почему не сделал?
Есть вероятность того, что ему запретили, узнав о нашем более плотном контакте, чем предполагалось. Возможно, в системе заблокировали такую возможность. Понять это можно, но я при случае не смогу даже позвать таким образом брата на помощь, даже при исправно работающем нейроинтерфейсе. Уточнить невозможно, но я теперь твёрдо уверен, есть определённая цель и, вполне возможно, что мы к ней приближаемся.
А там уже будем действовать по обстоятельствам.

----------

Глава 15

Глава 15
Отряд продолжал неторопливо и очень осторожно пробираться дальше по тёмному лесу. На карте нейроинтерфейса отмечались сначала довольно редкие красные точки. Близко они не подходили, поэтому пока что не внушали опасений, но их количество всё же настойчиво продолжало увеличиваться, скорее всего, придётся ждать новой атаки.
Внезапно прямо позади меня послышался непонятный шум, топот, чертыхание и тихая ругань. Стас приглушенно, но с натянутыми нервами выговаривал Матвею по поводу его неловкости и кривоногости, что он не может осторожно выбирать место, куда поставить ногу в следующий раз.
— Сам ты, блин, кривоногий! — недовольно буркнул Матвей. — За собой лучше следи. Я тебя уже пять раз удержал, чтоб ты не свалился.
— Брехня это всё, я бы и сам справился, — ответил Стас. — Тоже мне помощничек. Лучше бы я за Ваню держался.
— Ваня занят, — хмыкнул Матвей. — У него более ценная ноша в драгоценных доспехах.
Я ухмыльнулся и не стал никак комментировать последнее высказывание, лучше сделаю замечание потом, чтобы впредь удерживались от подобных высказываний. Евгения тоже никак не стала на них реагировать и по-прежнему спокойно шла вперёд и держалась за мой локоть.
Пока я слушал приглушенные разборки ребят, на карте нейроинтерфейса впереди и немного справа по курсу теперь появилась довольно жирная красная точка, что говорило о достаточно высоком ранге нового противника, возможно, это был шестой или седьмой. Расстояние до монстра было не больше ста метров, но нейроинтерфейс что-то регистрировал, правда, и давал слишком большой разброс предположений, чтобы говорить о чем-то наверняка.
Алексей тоже увидел нового неизвестного противника и, подойдя немного ближе, отдал приказ остановиться и замереть. Повисла звенящая тишина, слышно было только собственное дыхание, и на фоне этого теперь все услышали тяжёлую поступь крупного монстра. Все насторожились и приготовились к бою.
Прибор ночного видения позволил мне увидеть сначала только габариты неведомой твари, которую было лишь частично видно за стволами деревьев. Это нечто было довольно крупное. По форме больше похоже на ящера, но когда существо подобралось ближе, я смог различить огромную голову льва, в несколько раз больше обычного, глаза тускло засветились в темноте красным. Почти как у моего горностая, только более зловеще. Федя прильнул к моей щеке и тоже замер, глядя вперёд, я слышал его тихое сопение.
Приблизившись шагов на тридцать, монстр распахнул огромную пасть, за этим должен по идее последовать громоподобный рык, но никакого звука, кроме протяжного выдоха, я не услышал. Несмотря на это, уши заложило, и виски слегка сдавило, но не закружилась голова, не скрутило живот, и не было общей слабости. Значит, амулеты, сделанные нашим капризным артефактором, всё-таки работают.
Я сразу обернулся на ребят, чтобы убедиться, что с ними всё в порядке. Раньше в точно такой же ситуации они уже лежали бы на земле, а сейчас лишь зажмурились и скривились, но стояли на ногах. Женя даже нашла в себе силы открыть глаза и наложила светящуюся голубым стрелу на тетиву, готовясь поразить противника.
Барьерщики в работу включились быстро, а значит, и мой брат что-то придумал, чтобы уменьшить эффект атаки. Буквально через пару секунд ментальная атака стала ощущаться значительно меньше, но не исчезла совсем. Значит, сила зверя такова, что и барьерщики седьмого круга не совсем справляются или их щиты на это попросту не рассчитаны.
Бойцам с автоматами пришлось намного хуже, так как у них не было сопротивляемости к ментальным атакам совсем, защитных амулетов, видимо, тоже. Почти все присели на корточки и обхватили голову руками — классическая реакция на ментальное давление. Несколько человек упали на землю и застонали.
Химера постепенно приближалась неторопливой уверенной поступью, продолжая держать пасть открытой, словно издавая безмолвный рёв. Сила ментальной атаки увеличивалась по мере приближения чудовища.
Стоящие в первых рядах маги начали атаковать монстра огненными пиками и молниями, но они не наносили большого ущерба, лишь заставляли зверя немного дёрнуть мордой. Брат запустил в тварь свой коронный огненный таран. Зверь немного отшатнулся, по поверхности чешуйчатой шкуры разбегались разноцветные круги, свидетельствующие о том, что у него есть магическая защита достаточно высокого ранга. Однако прорыв уже есть, кое-где шкура начала дымиться.
Обстрел химеры продолжался, но мне внезапно стало не до этого, так как в это время снова объявились звероящеры, которые словно и ждали этого момента. Бойцы с автоматами могли участвовать в бою лишь небольшим числом, большая часть временно вышла из строя. Больше половины магов продолжали попытки достать Химеру, оставшиеся помогали отбиваться от звероящеров.
— Женя, слева! — крикнул я, увидев там скопление красных точек, которые буквально строем шли прямо на нас. Без нейроинтерфейса, который мне давал своевременные подсказки, я мог бы их и не заметить.
Сам же в это время выпустил несколько молний из протазана вправо, оттуда приближалась почти такая же группа. Дальше девушка действовала самостоятельно, убивая нападавших хищников во всех направлениях одного за другим. Скорее всего, запас легендарных стрел подходит к концу.
Стас и Матвей не стояли без дела, они старались поразить звероящеров из арбалетов, заряженных магическими стрелами, но так как они плохо видели в темноте и не имели приборов ночного видения, попасть получалось далеко не всегда, хоть и довольно результативно. Зачастую помогали маги, за счёт того, что подсвечивали цели всполохами огня и молниями, парни усердно пользовались такими моментами.
Слева и сзади от меня я услышал истошный крик и сразу поспешил туда, где образовалась брешь в строю. Прикрывавший отряд сзади барьерщик лежал на земле, ему пытался отгрызть ногу звероящер, которого я тут же прикончил ударом молнии в загривок. Ещё один напал на мага-огневика, вцепившись ему в руку и пытаясь оттащить в сторону, где ему помогли бы расправиться с добычей собратья. Ещё одна молния, и этот звероящер так же ушёл в мир иной, как и та парочка, которая находилась совсем близко.
— Уберите их в центр, — сказал я паре бойцов, которые пытались отстреливаться и находились поблизости.
Парни подхватили раненых и осторожно поволокли в центр нашего боевого построения. Ещё один пытался на ходу примотать на бедро повязку, чтобы хоть немного успокоить кровотечение, но его самого шатало и эффект его стараний получился околонулевой.
Как убили Химеру, я даже не видел, просто почувствовал, что прекратилась ментальная атака, давления на мозг просто не стало. Тут же стали в себя приходить некоторые бойцы с автоматами. Началась интенсивная стрельба. Остатки звероящеров разгромили достаточно быстро, но некоторые снова успели убежать.
Бой наконец закончился, стрельба затихла. Были слышны только стоны раненых. Кроме тех двоих, которых я спас и распорядился эвакуировать, нашлись раненые и на правом фланге, но им досталось меньше, хотя раны выглядели довольно внушительно.
Я сказал бойцам привести раненых к первым двум и приступил к выполнению обязанностей полевого целителя. Начал с барьерщика, у которого на бедре была обширная глубокая рваная рана от здоровенных клыков звероящера. К счастью, бедренная артерия осталась не задетой, но из-за большой площади раны кровотечение всё равно достаточно выраженное.
Первым делом я дал магу наркозный эликсир, но услышав о побочных действиях препарата в виде отключения сознания до двадцати минут, маг принял решение принять половину дозы. Я не стал ему перечить, всё равно ему уже будет легче. Лечение такой большой раны совсем без обезболивания достаточно тяжело переносится пострадавшими. Когда пациент был готов, я незамедлительно начал останавливать кровотечение из десятков мелких сосудов.
Когда я сращивал разорванные мышцы, видимо, нутром почувствовал, что брат стоит рядом и внимательно следит за моими действиями. Не отрывая ладони от раны и не прекращая вливать целительную энергию, обернулся на брата, увидел его одобрительный взгляд. Он явно хотел мне что-то сказать, но смог удержаться, лишь похлопал меня по плечу и отошёл в сторону, проверяя состояние других бойцов.
— Ваня, давай я помогу, — сказал Матвей, присев возле меня на корточки. — Дай мне лечебный эликсир, я подлечу пока что тех, кто полегче ранены, я же видел, как ты это делаешь.
— Возьми тогда и очищающий эликсир, — сказал я, протягивая ему две пробирки из своей походной аптечки. — Раны сильно загрязнены негативной энергией, я бы сказал чрезмерно. Ороси сначала очищающим, а только потом лей целебный. Не помешает очищающий им и внутрь дать.
— Клизму, что ли? — усмехнулся приятель, пытаясь даже в такой ситуации выдать что-то этакое.
— Себе клизму сделай, — буркнул Стас, который, как оказалось, стоял у меня за спиной. — А им хлебнуть немного дай, маленький глоточек, давай я тебе помогу.
— Истину говорит, — кивнул я.
— Понял теперь, — буркнул Матвей, забрал пробирки и ушёл к другим раненым, Стас пошёл следом.
Да, не каждый раз получается пошутить в тему, но в ситуации Аномалии, когда на тебя в любой момент могут напасть, даже неудачная шутка может снять немного напряжения.
Пока я занимался лечением барьерщика и огневика, на отряд снова попытались напасть звероящеры, но их было уже не так много, и у них не было такой мощной боевой поддержки, как Химера с ментальной атакой, поэтому бой завершился так же быстро, как и начался.
На полное исцеление пострадавших у меня ушло минут двадцать. Кроме заращивания ран, пришлось заниматься и очищением организма из-за мощного загрязнения ран негативной энергией аномалии, а ещё и выявилась общая интоксикация, скорее всего, за счёт действия яда зубов звероящеров. В ранах практически сразу начиналось развитие ведьминой гангрены, немало целительной энергии ушло на обратную трансформацию тканей.
Когда я уже заканчивал лечить раны мага-огневика, вернулся Матвей с почти пустыми пробирками.
— Ваня, ты лучше проверь, пожалуйста, нашу работу, — сказал парень несколько неуверенно. — И скорее всего, её придётся доделать, так как зажило всё равно не до конца, хоть я и вылил почти весь эликсир. Главное, что кровоточить перестало, дальше я не стал экспериментировать.
— И на том спасибо, ребята, вы молодцы, — сказал я, по-дружески хлопнул приятеля по плечу, забрал пробирки и пошёл к раненым, которым Матвей только что помогал.
Стас тем временем, соблюдая мои рекомендации, раздавал ментальный эликсир бойцам, которые ещё с трудом приходили в себя.
Я придирчиво осмотрел раны бойцов, завершил сращивание мягких тканей и завершил очищение от негативной энергии и яда, включая и общую детоксикацию по полюбившейся мне методике — положив руку на сердце пациента и подавая целительную энергию плавным широким потоком.
Вот тебе и недостаток целителей в отряде. Я один не мог охватить прямо всех, а все запасы эликсиров стали быстро подходить к концу.
Когда наконец все смогли встать в строй, отряд продолжил свой путь. Через некоторое время я понял, что вижу немного лучше уже и без прибора ночного видения. Полный мрак превратился в поздние сумерки насыщенного синего цвета, потом стало ещё немного светлее. Густая темно-фиолетовая и синяя листва над головой уже была не такой густой, и хоть совсем немного, но уже смог пробиться дневной свет.
Высота деревьев тоже уменьшилась и тревожная атмосфера стала отступать сама собой. Одинокие тени звероящеров скользили по лесу вдалеке, на границе видимости. Горностай, который всё это время находился на моих плечах, крепко вцепившись в пластины брони коготками, теперь вдруг весело чирикнул и взлетел на ближайшее дерево.
— Куда? — только успел спросить я, но тот уже бесследно исчез вверху в густой кроне.
Буквально через минуту зверёк вернулся, что-то держа в зубах. Я вспомнил про ту призрачную белку, которая была полностью невидима, процесс поимки выглядел точно так же — распахнутая пасть, словно он в ней что-то держит. Потянул руку к его мордочке и нащупал, что он, действительно, что-то держит, чего я не вижу. Но это была не белка, судя по форме тела и хвоста, больше похоже на ласку.
Я поднёс Федину добычу ближе к лицу, её было не видно совсем, даже если поднести к глазам в упор. Лишь вернув на глаза прибор ночного видения, я смог разглядеть расплывчатый силуэт зверька.
— Женя, тебе такое нужно? — спросил я у девушки, протянув ей, казалось бы, пустую руку.
Она вопросительно посмотрела на меня и на мою руку, но, увидев, что я не шучу, протянула руку навстречу и была удивлена, что в моей руке на самом деле что-то есть.
— Собирай себе на накидку-невидимку, — сказал я. — Вполне может когда-нибудь пригодиться. Федя тебе ещё наловит.
— Интересная идея, — довольно улыбаясь, сказала Евгения, привязывая невидимую ласку к поясу своей экипировки. — На половину капюшона, возможно, уже хватит, но на накидку таких надо много.
Федя курлыкнул, чирикнул и снова исчез в кроне деревьев. Всё это время отряд осторожно продвигался дальше по лесу. За питомца я теперь не переживал, так как всё это время внимательно следил за картой нейроинтерфейса. Относительно крупных точек в ближайших ста метрах не было видно.
Поблизости заметил несколько мелких красных точек, но это не более чем туманные ежи или что-то в этом духе. Одна точка метнулась в сторону, потом резко остановилась и начала меркнуть, затем стала стремительно приближаться. Теперь до меня дошло — это мой горностай изловил очередную невидимую ласку.
Так мы продолжали путь. Федя приносил всё новых и новых невидимых ласок. Женя пополняла коллекцию, нахваливая горностая за каждый экземпляр ценной добычи.
— Просто отлично! — не удержавшись, воскликнула Евгения, взвесив в руке поднакопившуюся невидимую связку. — Теперь на короткое манто уже хватит, но лучше бы ещё примерно столько же.
Мой питомец воспринял комментарий девушки практически как мой приказ, но всё же посмотрел на меня. Когда я все же утвердительно кивнул, издал очередной жизнерадостный звук и опять исчез в кронах деревьев, продолжая охоту. Зверёк занят, а мне не сложно.
Некоторое время шли по лесу, который постепенно видоизменялся: деревья становились всё ниже и ниже, более кривые и несуразные, листва уже не такая густая и пропускала намного больше света, под ногами вместо голой земли появилась трава. Минут через десять лес закончился, мы вышли на открытое пространство и все дружно замерли.
Сразу за лесом была узкая полоска травы, шагов двадцать, не больше, потом голые серые камни, а дальше гигантским белым куполом клубился странный противоестественный туман, накрывший собой огромную площадь, словно шапкой.
Я активировал карту нейроинтерфейса, чтобы посмотреть, что же там находится впереди. А на карте впереди не было абсолютно ничего, просто пустота, неисследованная область. Если то, что мы уже прошли, хотя бы частично могли просканировать спутники, а сквозь туман они, судя по всему, пробиться не могли.
Продолжая масштабировать карту, я смог увидеть очертания неисследованной области, это был почти ровный круг около двух километров в диаметре. Значит, лес и трава с камнями окружают эту загадочную область. Но почему такой правильный круг?
И сейчас главный вопрос: содержит ли эта область в себе серьёзные угрозы? Или монстров тоже скрывает этот странный, практически неподвижный туман? Скорее всего, второе. По крайней мере, в лесу поблизости я не увидел ни одного монстра, значит, если и ждать угрозу, то только спереди.
Весь отряд неторопливо направился в сторону границы тумана. Каменистая поверхность впереди обрывалась изъеденным водой и ветрами краем. Дальше было что-то наподобие входа в долину, только из камня, и невысокий отвесный обрыв, и протяжённый откос потом, но из каменной осыпи без намёка на растительность.
Туман не позволял видеть далеко, истинную глубину провала определить было невозможно, даже осыпь видна не вся.
Алексей приказал всему отряду занять оборонительную позицию на входе в лес, а сам с тремя своими доверенными магами, которых я уже знал из первого нашего совместного похода, подошёл к краю обрыва.
Иннокентий, правая рука Алексея, лично вбил альпинистский шлямбурный крюк в подходящее отверстие в каменной поверхности и фиксировал к нему прочную длинную верёвку. Первым спуск во впадину начал именно он, выждав немного времени следом по этой же верёвке начал спускаться Алексей. Следов за ним пошёл Егор. Вот что значит подготовка к рейду.
— Мы на разведку, — сказал Всеволод перед тем, как тоже начать спускаться. — Остальные ждите здесь. На всякий случай подготовьте пока ещё несколько спусковых приспособлений.
Сказав это, парень сел на каменный край провала и просто спрыгнул вниз, но я заметил, как слегка дёрнулась верёвка, которой он всё же воспользовался. Видимо, просто решил покрасоваться на публику. На мой вкус — необоснованная и никчёмная показушная храбрость, которую надо демонстрировать несколько по-другому.

----------

Глава 16

Глава 16
Отряд послушно отступил к кромке леса и занял позицию, приготовившись к обороне. В то же время все были наготове, чтобы идти дальше, в накрытый шапкой тумана провал. Пятеро бойцов выдвинулись вперёд, они начали вбивать альпинистские клинья в каменную поверхность у края провала, фиксировали верёвки для спуска.
Я здесь теперь никому не подчинялся, поэтому спокойно подошёл к самому краю каменного обрыва. Сел, свесил ноги вниз и попытался разглядеть, что скрывается там в глубине. Взору открылась лишь часть каменной осыпи, а дальше всё тонуло в тумане.
Оглядевшись по сторонам, я заметил, что там, где один из бойцов закрепляет дополнительную верёвку, внизу есть небольшой уступ. Высота отвеса чуть больше трёх метров. Вполне реально спуститься и осмотреть провал с новой точки.
Подозвав своих бойцов поближе на всякий случай, я схватился за верёвку и осторожно спустился на уступ. Панорама сразу стала немного шире, туман внизу поредел, сделался слегка прозрачнее. Откос тянулся ещё полсотни метров, а дальше простиралась относительно ровная каменистая поверхность, испещрённая трещинами и небольшими выступами. По крайней мере, так казалось с того места, где я стоял.
В небольшом отдалении проступили расплывчатые тени брата и его подручных. Они что-то внимательно изучали у себя под ногами, пиная камни и пытаясь расковырять ботинком поверхность. Я вновь ухватился за верёвку и спустился чуть ниже по осыпающимся камням, видимость ещё немного улучшилась. Значит, шапка тумана закрывает этот провал сверху, маскируя от посторонних глаз, а над самой поверхностью он не такой плотный.
Теперь я смог лучше рассмотреть поверхность, по которой ходили разведчики. Она была не такой уж и ровной, тут и там валялись груды серых, чёрных и бурых камней, довольно крупные валуны и даже скальные выступы. Местами чернели булькающие и выпускающие струи пара мутные лужи. Алексей и его люди продолжали обследование, о чём-то оживлённо переговариваясь, но о чём именно, я не расслышал.
Я уже собирался подняться обратно и ждать наверху, как сказал брат, но сам не знаю почему, снова решил активировать карту нейроинтерфейса и, к необычайному удивлению, она заработала! Впереди на расстоянии более ста метров от брата загорелась крупная красная точка, обозначающая увесистого монстра, постепенно приближающаяся к ним. Похоже, что они его просто не замечали.
Обернувшись к краю обрыва, я встретился взглядом с Женей, сидевшей там так же, как и я пять минут назад, и призывно махнул девушке рукой:
— Спускайся ко мне! — сказал я не особо громко, но чтобы она услышала. — Быстро!
Стасу и Матвею, которые тоже высунулись за край, я приказал оставаться на месте. Женя ловко спустилась на уступ, затем, продолжая держаться за верёвку, начала осторожно сползать по каменной осыпи. Мы двинулись вперёд.
Когда достигли середины откоса, снизу донёсся гневный голос брата:
— Эй, вы зачем сюда⁈ — недовольно крикнул Алексей, услышав осыпание камней за спиной. — Оставайтесь пока наверху!
Больше, чем уверен, что он так сказал, когда увидел Евгению, мне одному находиться рядом с собой он не стал бы запрещать. К тому же маги, которые были сейчас рядом с ним, и так давно меня знали, просто по приказу господина не показывали вида. Традиции как-никак, да и легенды надо придерживаться.
— Посмотри назад! — крикнул я, не прекращая спускаться.
В идеале было бы сказать «включи карту», но я не мог теперь этого сделать в присутствии герцогини, а её я взял с собой не просто так — снаряжённые магической начинкой стрелы очень уж хороши против одиночных больших монстров.
— Вот чёрт! — воскликнул брат то ли приглядевшись, то ли активировав карту и обернулся к подчинённым: — Всем приготовиться, у нас крупный гость!
Мы с Евгенией довольно быстро спустились вниз, и теперь я увидел, как сквозь полупрозрачный туман проступил силуэт приближающегося монстра. Это оказался очередной василиск, но он был чувствительно крупнее того со львиной головой, что мы совсем недавно убили в тёмном лесу.
Крупную, покрытую мощным панцирем голову чудовища украшал широкий оттопыренный воротник, напоминающий подобный у трицератопсов, с мелкими чёрными рогами по краю. Что-то мне эти рога сейчас напомнили. Монстр неторопливо приближался и теперь стало возможным разглядеть его бронированную шкуру, словно состоящую из каменных щитов серого цвета.
К этому моменту мы вместе с Женей уже стоял рядом с братом и его людьми. Ещё раз сверился с картой, монстр был единственным в непосредственной близости. Относительно мелкие красные точки на пределе видимости пока не представляли угрозы.
По команде Алексея мы выстроились дугой. Женю отправили на фланг, строго предупредив не стрелять без приказа. Мощность её лука и стрел брат оценил мгновенно, у действующего боевого мага взгляд намётанный.
Василиск уверенно приближался. На расстоянии двадцати метров он склонил голову, выставив вперёд рога, расположенные по краю воротника. В тот же миг резко накатила волна ментальной атаки.
Барьерщик Егор резко выбросил руки вперёд, создавая щит и прикрывая им господина. Иннокентий стоял в стороне, он схватился за голову, закрыв глаза. Всеволод скривился, развернулся полубоком, но устоял. На его руках заплясали искорки и короткие разряды — маг готовился к атаке. Я стремительно наполнял протазан смесью двух энергий, чтобы нанести максимальный урон существу, и ждал приказа Алексея.
Монстр продолжал неторопливо приближаться, не ослабляя ментального давления. Возможно, он рассчитывал, что мелкие мишени поддадутся его мощной магии и не станут сопротивляться, тогда их легко будет уничтожить, а точнее, съесть.
Алексей сделал пробный выпад, метнув в чудовище яркую огненную пику. Пламя растеклось алыми всполохами по каменной броне, не причинив никакого вреда, зверь на это даже не среагировал.
Тогда в бой вступил Всеволод, обрушив на голову монстра несколько мощных молний. Василиск остановился, потряс головой, на ней теперь появились небольшие дымящиеся точки, затем вновь двинулся вперёд, уставившись теперь конкретно на Всеволода.
Этим моментом воспользовался Иннокентий: отправил в монстра свой фирменный огненный таран. Насколько я понял, сейчас удар был в полную силу, в прошлый раз мощь огненного потока выглядела скромнее. Но и это не пробило броню, огненные всполохи гуляли по шкуре от головы до кончика хвоста, не оставляя следов.
Вывод был очевиден: монстр обладал высоким иммунитетом к огню, что вполне логично. То, где мы сейчас находились, напоминало жерло спящего вулкана.
Всеволод и я возобновили атаку. Брат кивнул, одобряя мои действия. Женя так и стояла с наложенной на тетиву стрелой, целясь в голову монстра, без приказа не стреляла. Я отступил в сторону и начал прицельно бить молнией в левый глаз ящера, кажется, это ему очень не понравилось.
Василиск теперь рассвирепел от боли и бросился в атаку, разгоняясь, подобно паровозу. Я успел отскочить в сторону, запустив несколько разрядов в левый плечевой сустав монстра. Практически в ту же точку попала магическая стрела Евгении и взорвалась, оставив глубокую рану, из которой хлынула кровь.
Монстр сбавил ход, захромал, начал разворачиваться мордой ко мне, ментальное давление ослабло. Всеволод продолжал бить молнией в правый бок чудовища, Иннокентий и Алексей, несмотря на неэффективность атак огнём, не сдавались и продолжали атаковать, но теперь целились не в голову, а в брюхо, хвост, шею и лапы чудовища, прощупывая слабые места. Кое-где шкура начинала дымиться, значит, магическая защита от огня у него оказалась далеко не идеальной, или кончается магический резерв.
Раненый зверь взревел от боли и, несмотря на массивную огромную тушу, начал вертеться и прыгать в разные стороны, стараясь наступить или ухватить зубами кого-либо из своих обидчиков.
Евгения выстрелила ещё раз из лука, но из-за слишком подвижной мишени, в глаз попасть так и не смогла. Стрела взорвалась на расстоянии полуметра от глаза, но в этот раз рана получилась не такой глубокой, так как у монстра на голове была усиленная броня.
Какие бы резкие движения ни делал монстр, мы всё равно были быстрее и успевали отпрыгнуть и увернуться. Однако я заметил, как брат во время очередного уклона поскользнулся о каменный выступ и полетел кубарем. После чего попытался встать, но не смог. Видимо, нога повреждена, так как Алексей вскрикнул от боли и схватился за правую голень.
Егор тут же подбежал к нему, подхватил под мышки и начал оттаскивать в сторону подальше от места ожесточённой схватки к небольшому скальному выступу. Благо, монстр больше не обращал на них никакого внимания, а решил теперь снова ринуться на меня, так как я усиленно старался поразить его молнией в голову и несколько раз попал в непосредственной близости от глаза.
Стрела с магической начинкой ещё раз встретилась с головой монстра, оставив хорошую дыру непосредственно над ноздрями, где броня оказалась чуть тоньше. Из распахнутой пасти чудовища полилась кровь. Следующая стрела влетела точно в глотку и взорвалась внутри, как это произошло однажды с Химерой-змеепауком.
Огромный каменный василиск вскинул голову, заклокотал и попятился назад. Потом остановился. Я и Всеволод продолжали бить молниями в голову чудовища. Наконец я смог попасть в глаз и выжег его. Потом только я понял, что это было уже не нужно. Чудовище на мои атаки и атаки Всеволода уже никак не отреагировало.
Постояв несколько секунд неподвижно, монстр медленно завалился на бок и остался лежать неподвижно. Огромная грудная клетка больше не вздымалась. Значит, и дышать он уже перестал. Некоторое время мы всё же старались держаться от него на расстоянии и не приближались. Лучше выждать некоторое время и удостовериться, что чудовище мертво.
Евгения убрала лук за спину и обходила монстра на безопасном расстоянии, внимательно разглядывая.
Тем временем я по широкой дуге обошёл монстра и направился к тому скальному выступу, куда Егор оттащил моего брата. Алексей сидел на земле, прислонившись спиной к скале. Его бледное лицо было искажено от боли, а правый голеностопный сустав неестественно вывернут. Но он не кричал и не стонал, лишь шипел сквозь зубы и тихо ругался.
По-хорошему, надо было осмотреть его сразу целиком, но я решил начать с той травмы, которая причиняла ему сильную боль. Я осторожно положил руку на область голеностопного сустава и просканировал кости. Обе берцовые кости были сломаны в непосредственной близости от самого сустава, смещены в сторону и подвёрнуты.
— Я не смогу теперь выйти отсюда, — прошипел сквозь зубы Алексей, глядя на свою исковерканную ногу.
— Сможешь, — уверенно ответил я. — Выйдешь из зоны Аномалии на своих двух ногах как миленький. Ещё и по лесу прыгать будешь.
— О чём ты? Это очень серьёзная травма, — недовольно возразил Алексей, вытирая испарину со лба тылом ладони. — Думаешь, я в этом ничего не понимаю? Здесь, по-хорошему, нужна операция или целитель шестого, а лучше седьмого круга. Только тогда это можно исправить.
— Вот сейчас и посмотрим, — спокойно ответил я, стараясь не обращать внимания на скепсис в голосе родственника. Достав из аптечки наркозный эликсир, я протянул его брату. — Держи эту пробирку. Надо выпить один глоток эликсира, чтобы тебе не было больно, потому что предстоящая процедура очень болезненна.
— Что это такое ты мне даёшь? — проворчал Алексей, корчась от боли и глядя на пробирку с недоверием.
— Это недавно разработанный в лаборатории при госпитале наркозный эликсир, — пояснил я, начиная нервничать из-за того, что мы теряем драгоценное время. — Особая формула. Он полностью убирает боль и на некоторое время отключает сознание. Ты просто немного поспишь.
— Очень надеюсь, что усну не навсегда, — с прежним недоверием, вызванным не моими действиями, а скорее, недовольством, что сам неудачно подставился, буркнул Алексей, но всё же взял из моих рук пробирку и сделал хороший глоток эликсира.
— Помоги мне, — обратился я к Егору, убедившись, что брат отключился. — Подержи его ногу, пока я буду устанавливать отломки костей на место.
Егор знал меня с детства, точнее, лет с десяти-одиннадцати, так как учился с Алексеем вместе в институте. Всегда считал меня книжным червём и отличником, который способен только умничать. А чему я удивляюсь? Он же никогда не видел меня на тренировках и тем более он не видел меня за работой в госпитале. Понятия не имеет, на что я способен. Отсюда и его неуверенность во мне. Где это такое видано, чтобы младший брат приятеля обладал авторитетом?
— Послушай, Егор, — сказал я максимально уверенно и спокойно. — Просто доверься мне. Сделай то, что я говорю, и мы быстро поставим Алексея на ноги.
Так как всё равно других вариантов развития событий пока не было, Егор решил мне помочь и оперся обеими руками на колено Алексея. Я в это время смог оттянуть на себя стопу и рывком установил её на место. Потом просканировал ещё раз сломанные кости и уверенным движением сдвинул отломки так, чтобы они приняли изначальное положение, как до травмы.
После этого начал сращение костной ткани. На полное сращивание комбинированного перелома у меня ушло около пяти минут. Возможно, я мог бы справиться и быстрее, но сейчас была достаточно нервная обстановка и играло роль повышенное чувство ответственности. Алексей всё это время спал, повесив голову. На мои вмешательства никак не реагировал.
Егор увидел, что нога теперь стоит на месте и приняла изначальное положение, и бросил на меня удивлённый взгляд, в котором теперь читалось и уважение.
— У него больше никаких повреждений нет, ты не в курсе? — спросил я у Егора.
— Точно сказать не могу, — покачал он головой. — Я видел, как он упал и подвернул ногу, схватился за неё и лежал на земле. Я потащил Алексея в сторону этой скалы. Ударился ли он при этом ещё чем-то или где-то поранился, я не могу сказать.
Так-то он должен более уважительно отзываться о своем господине, но у нас в роду изначально было всё поставлено так, чтобы слуги могли обращаться к нам по имени, в основном в боевых условиях. Так что в таком панибратском отношении не было ничего удивительного. Демидовы в этом плане всегда слыли как чудной род, отличающийся от других.
— Ладно, — ответил я и решил сам просканировать локти, плечевые суставы, коленные, предплечья. Больше серьёзных повреждений нигде не нашёл. Лишь пара небольших подкожных гематом от ушибов.
— Там ещё у Иннокентия проблемы, — сказал Егор, наблюдая за моими действиями. — Смотри, как он руку к себе прижимает.
Егор подозвал Иннокентия. Тот подошёл ближе, и я увидел, что у него, скорее всего, перелом в области лучезапястного сустава. Наверное, сломал, когда упал с упором на руку на камни.
— Хочешь сказать, что ты с этим справишься? — недоверчиво спросил Иннокентий, с которым мы тоже знакомы несколько лет.
— Ну, с командиром отряда ведь справился, — с улыбкой ответил я. — Видишь, у него нога теперь нормально выглядит. Покажи, что у тебя там?
Иннокентий всё ещё недоверчиво смотрел на меня, но протянул ко мне повреждённую руку. Я осторожно приложил ладонь к лучезапястному суставу и увидел перелом лучевой кости со смещением. Как говорят целители, «в типичном месте».
Большого труда стоило убедить Иннокентия, что ему тоже надо принять наркозный эликсир. Снова пришлось расписать, что это такое, зачем это нужно и что это делает. Дал понять, что без эликсира ему будет больно.
— Да угомонись, Кеша, — вмешался Егор. — У парня руки реально из нужного места растут, вот увидишь. Это же целитель как-никак, а не просто костоправ.
В конце концов, убедить удалось. Мы с Егором усадили Иннокентия рядом со спящим Алексеем, напоили эликсиром и, когда он заснул, я приступил к репозиции сломанной кости. Установив на место отломки, начал сращивание.
Больше ни у кого серьёзных травм не обнаружилось. Ушибы и небольшие растяжения решили оставить на потом, так как сейчас есть более важные дела.
Пока я занимался переломами, Евгения решила поискать ценные ресурсы в теле огромного монстра, которого мы только что общими усилиями убили и не слышала наших разговоров, позволяя мне заниматься делом.
Алексей пришёл в себя даже чуть раньше, чем я рассчитывал. И первым делом уставился на свою ногу, которая теперь выглядела так, будто ничего не произошло. Не веря своим глазам, он пошевелил стопой, согнул, разогнул, покрутил. Потом уставился на меня расширенными глазами.
— Это ты сделал? — удивлённо спросил брат.
— Конечно, — усмехнулся я. — А кто же ещё? Или кто-то из твоих ребят начал заниматься целительством?
— Ну ты даёшь, Иван! — Алексей покачал головой, глядя теперь на меня совсем по-другому. Он осмотрелся по сторонам и, убедившись, что посторонняя в виде аристократки, вдалеке и не услышит, продолжил: — Не думал, что ты за такой короткий промежуток времени сможешь настолько сильно развиться. Значит, не зря всё-таки ты все эти годы корпел над учебниками, медитировал, помогал каждой зверушке и всем, кому возможно.
— Всё это было не зря, — ответил я. — Конечно, не зря. Я изначально знал, к чему иду, и я к этому продолжаю идти и буду идти дальше, пока не добьюсь того, чего хочу.
— Хочешь сказать, ты ещё не добился? — с ухмылкой спросил Алексей. — Мне кажется, то, что ты сейчас умеешь, это уже достаточно много.
— Зря ты так думаешь, — ответил я. — Это лишь только начало. Я смогу гораздо больше. Я знаю, что бывает гораздо больше, потому что я это видел. И я думаю, точнее, я уверен, что я смогу сделать гораздо больше, чем-то, что я видел в исполнении других целителей. Так и будет, вот увидишь, дай мне только время.
— Ну что я тебе могу сказать? — довольно улыбаясь, ответил брат. — Дерзай, я в тебя верю. Да и не только я, на самом деле. Мать в тебя верила всегда и поддерживала, и отец в тебя верит, хоть и зол на тебя до сих пор, что ты во время инициации выбрал два дара вместо одного боевого, как все в нашем роду. Но, я думаю, что он со временем смягчится. Даже не со временем, это произойдёт довольно быстро, когда он узнает, чего ты достиг.
— А он ещё не знает? — с искренним удивлением спросил я. — Все отчёты о моей деятельности через нейроинтерфейс идут на сервера рода Демидовых в режиме нон-стоп. Я тут ничего не скрывал.
— Ты знаешь, — начал Алексей, загадочно улыбаясь. — А мне кажется, он специально пока не хочет ничего про тебя читать, — сказал брат, махнув рукой. — Зато все известия о тебе читает, собирает и бережно складывает наш легендарный дед. Он, собственно, и попросил меня приехать сюда к тебе на помощь. Это больше его заслуга, чем отца. Он сначала вообще хотел сам приехать сюда, но потом подумал, что это уже будет слишком заметно для общественности и послал меня, о чём я совсем не жалею. Официальная версия — испытание нового типа вооружений и заключение новых контрактов на поставки. И с этой задачей я бы давно справился, если бы не куча бюрократии, как и в случае со строительством нового современного приёмного отделения для госпиталя. Правда, сейчас это даже оказалось на руку, так как только что ситуация в корне изменилась, и это теперь коснётся не только тебя и меня, а всего рода Демидовых, да и всей Российской империи впоследствии. Уж мы-то своего не упустим.

----------

Глава 17

Глава 17
Я удивлённо уставился на брата, откровенно не понимая, что он сейчас имеет в виду.
— И что же такого особенного сейчас произошло? — спросил я.
— Ты хоть знаешь, что мы здесь нашли? — спросил Алексей, хитро улыбаясь, а в глазах плясали весёлые искорки.
— Где здесь? — задал я очередной глупый вопрос.
— Где мы с тобой сейчас сидим, — усмехнулся Алексей, продолжая испытующе смотреть на меня, пока я оглядывался по сторонам.
— И что же вы тут такого нашли? — удивился я. — Сизый туман и эти тёмные камни?
— Посмотри сюда, — сказал Алексей и поднял лежавший рядом с ним камень размером с кулак. — Что у меня в руках?
Я забрал у него камень и внимательно рассмотрел, вроде ничего особенного.
— Гранит, — ответил я. — Правда, немного странный.
— И что здесь странного, на твой взгляд? — спросил Алексей, продолжая меня экзаменовать.
Его любимое занятие, сколько я себя помню. Никогда не любил давать ответы сразу, вынуждая меня напрягать мозги.
— Какие-то странные синие вкрапления, чересчур яркие для гранита, — сказал я, осматривая камень внимательно со всех сторон. — Ещё вот здесь тонкая прожилка идёт.
— Тебе это ничего не напоминает? — спросил Алексей. — На что это больше всего похоже?
Я ещё раз внимательно посмотрел на камень, и тут меня наконец осенило. Ну что поделаешь, если геология не мой конёк, я её проходил, а не изучал. Однако правильная догадка у меня появилась.
— Да ладно, ты думаешь, это он? — спросил я, приглядываясь к тонкой синей прожилке.
— Да, братишка, это он. Это делорит! — торжественно произнёс Алексей, выделив название магического минерала. — И что это означает, как ты думаешь?
— А это означает, что здесь есть его месторождение, так ведь? — спросил я.
— Именно так, братишка, — ответил Алексей, довольно кивая. — А, соответственно, у рода Демидовых появился хороший шанс пополнить свой бюджет и усилить свою гвардию, улучшить свои вооружения. Как говорится, много делорита не бывает!
— Я помню, что эта штука очень дорогая, — сказал я. — Но, если честно, хоть убей, не помню, для чего это используется.
— Ты настолько глубоко ушёл в своё целительство, — со вздохом сказал Алексей, грустно усмехнувшись, — что не отслеживаешь очень важные для нашего рода моменты. Мы пару лет назад нашли небольшое месторождение делорита в Уральских горах. Но там его совсем немного, и добыча его происходит под контролем императора. А здесь, судя по тому, что я уже увидел, его должно быть намного больше. И здесь, на территории Аномалии, нас никто не будет контролировать так же строго, как в ином месте. Соответственно, можешь начать считать вагоны чистого золота, которые мы на нём заработаем. Усиленная делоритом броня значительно лучше противостоит кумулятивным снарядам, в том числе и магическим зарядам. Наши танки станут практически несокрушимы.
— Отличная новость, — сказал я, уже совсем по-другому глядя на тонкую синюю полоску в куске, казалось бы на первый взгляд, гранита.
— И это ещё не всё, — приглушенно сказал Алексей. Он снова глянул в сторону Евгении, которая продолжала ковыряться в трупе огромного монстра. Убедившись, что девушка не слышит, брат продолжил: — А теперь вот сюда посмотри, — сказал он и протянул мне горсть мелкой щебёнки в другой руке.
Среди прочих небольших камушков я увидел несколько маленьких, буквально с ноготок, камней, которые напоминали по структуре волнистых прожилок малахит, но были не зелёных тонов, а переходные, от жёлтого к оранжевому и красному.
— А это знаешь, что такое? — спросил Алексей.
— Кажется, да, — кивнул я. — Это элирид. И он добавляется в магические доспехи, значительно увеличивая их прочность и стойкость от магических атак. Идёт также на производство наконечников стрел и магических пуль. Именно благодаря ему доспехи рода Демидовых отличаются особой прочностью.
— Потому что мы умеем правильно с ним обращаться. А ты молодец, — сказал Алексей. — Это ты знаешь. Значит, не всё так плохо. И, похоже, твоя жизнь с этого дня сильно изменится.
— Изменится? — спросил я, невольно нахмурившись. — Что ты имеешь в виду?
— Я имею в виду, — сказал Алексей со вздохом, — что, скорее всего, твоё испытание скоро закончится. Нужно будет налаживать добычу минералов, транспортировку, переработку, нужно будет строить новые заводы, транспортировочные линии, налаживать логистику, искать рабочих, обучать, расширять добычу, организовывать защиту транспортных путей от монстров. Тебе предстоит просто огромная куча дел, младшенький. Я бы остался сам здесь на какое-то время, но ты сам знаешь, автоконцерн долго меня ждать не будет. Хоть у меня там и работают верные люди, проверенные, но всё равно отсутствие хозяина на месте иногда сказывается пагубно на любом производстве. Поэтому я просто обязан вернуться. И, скорее всего, это произойдёт в ближайшее время. После такой новости, думаю, отец и дед будут более чем скоры на новые распоряжения.
— Насколько в ближайшее? — спросил я, невольно напрягаясь от свалившейся на мою голову информации.
— Пока точно не могу сказать, — покачал головой Алексей. — На некоторое время я, конечно, задержусь, чтобы начать организационные работы. И да, кстати, мы планируем значительно усилить мощность госпиталя. Это очень сильно пригодится. Так что можешь обрадовать своих коллег, что будет вливаться много денег в новейшее оборудование. Построим наконец в том числе и это приёмное отделение, которое застыло на фазе проектирования и разметки. Возможно, построим и другие модули. Это будет дальше видно. И с этого дня все эти подвижки будут целиком и полностью зависеть от тебя. Теперь, когда здесь будет развиваться настолько серьёзная добыча, отец денег на Каменск жалеть не будет, — он вздохнул и продолжил: — Мы просто обязаны начать действовать до того, как о такой находке узнают другие рода, и эта Аномалия перестанет быть нейтральной территорией для аристократов, как раньше.
Я снова взял в руки кусок гранита с красивой тонкой синей прожилкой, потом мелкие оранжево-красные камушки, затем ещё раз медленно обвёл взглядом каменистую равнину, частично скрытую туманом.
Всё, что сейчас сказал мой брат, мне было понятно, но пока что мой разум сопротивлялся воспринять это всерьёз. Мир настолько изменился прямо здесь и сейчас, что это требовало особого переосмысления, нужно какое-то время, чтобы понять, где миф, а где реальность. Я тяжело вздохнул и снова посмотрел на Алексея.
— Даже не знаю, что тебе на всё это ответить, — сказал я. — Не знаю, радоваться мне или печалиться. Такое ощущение, что я пока что ко всему этому не готов. Точнее, это всё очень неожиданно и не вписывается в планы и перспективы, которые я перед собой видел.
— Я тебя прекрасно понимаю, — улыбаясь, сказал Алексей. — Это ведь не только большие возможности, но и огромная ответственность. И кроме как на тебя, её не на кого возложить. Я сегодня же доложу о нашей находке отцу и деду, как только мы выйдем из Аномалии. Дальше они будут решать. Но, скорее всего, решение будет именно таким, как я тебе только что озвучил.
— Скорее всего, да, — задумчиво кивнул я, снова разглядывая разноцветные камешки в руке. — Так вот как выглядят вагоны с золотом. Их даже можно подержать на ладони.
— Все не удержишь, — усмехнулся Алексей. — Понадобится транспорт. А ещё в Каменске придётся строить завод первичной переработки руды. Пожалуй, это первостепенная задача. Ну, конечно, после той, как умудриться эту руду добывать в условиях Аномалии и обеспечить безопасность добытчикам и перевозчикам. Жаль, что месторождение все же далековато от защитных границ, но добыча всё многократно окупит.
Пока мы беседовали об открывающихся новых широких перспективах, Егор и Иннокентий интересовались окрестностями, осматривали поверженного монстра, над которым самоотверженно трудилась Евгения. Самостоятельная девушка, даже не пытается позвать на помощь, уже стало интересно, что у неё там получается. Ума не приложу, как можно вскрыть монстра, покрытого мощной каменной бронёй.
Внезапно Егор быстро подбежал к нам.
— Алексей, у нас, похоже, серьёзные проблемы, — встревоженно сказал Егор. — Кажется, нас окружают.
Я активировал карту нейроинтерфейса и, поморщившись, обнаружил, что нас, действительно, со всех сторон окружают красные точки. Они были не такими крупными, как отображался недавно Каменный Василиск, зато их было очень много. Несколько десятков, а возможно, и больше сотни.
— Зови всех сюда, — сказал Алексей, вскочив на ноги.
Егор метнулся в сторону каменного склона, чтобы позвать на помощь, но у него на пути, прямо на склоне, встали серые тени, слегка скрытые в тумане. Как мне показалось, существа больше всего похожи на больших горилл, которые подкрадывались на четырёх лапах, потом вставали на две, разводя верхние длинные могучие лапы в стороны, словно для объятий.
К Егору поспешил Иннокентий, так как монстры, отрезавшие нас от обратного пути, находились к нам ближе всего. Мак вскинул руки и направил в пару приближавшихся могучих обезьян потоки огня. Эффект от его атаки был практически нулевой. То же самое, что пытаться сжечь паяльной лампой гранитный памятник. Звери даже не дёрнулись и не подали вида, что у них появился хоть какой-то дискомфорт.
Судя по количеству окружавших нас, нам угрожала очень серьёзная опасность, и срочно нужна поддержка остального отряда, оставшегося наверху. Я взял в руки автомат и побежал туда, где стоял Егор. Отсюда был относительно неплохо виден каменистый склон и вертикальный отвес, за которым находилась ровная площадка, и там был наш отряд и мои бойцы.
Я выпустил очередь из автомата по этому вертикальному отвесу. Даже если они по какой-либо причине не услышат выстрелы, то услышат попадание пуль в камни. Потом я направил автомат на ближайшую гориллу. Первый же выстрел в голову заставил монстра дёрнуться и отшатнуться. Ага, значит, магических пуль они всё-таки боятся. Причём значительно больше, чем огня, что удивило. Все же магия огня во многих случаях была универсальным ответом любому монстру Аномалии — собственно, из-за этого отчасти так и ценили боевых магов.
Только теперь подумал, что надо было попробовать автомат и на Василиске. Просто уже привык, что крупные монстры пули игнорируют, даже магически усиленные.
После того как я выпустил очередь по отвесу, прошло буквально секунд пять или десять, как я увидел, что верёвки затряслись. По ним начали спускаться люди. Первыми были боевые маги. По одной из верёвок сползали вниз Стас и Матвей.
Я продолжал обстреливать обезьян, которые находились на пути между нами. Убить пока так и не удавалось, но получилось остановить и даже заставить немного отступить в сторону. Зато теперь сзади они подошли ближе, окружая нас довольно плотным строем.
Стас и Матвей сразу заметили, что эффект от пуль сейчас больше, чем от магии и принялись прицельно бить монстров, находившихся между нами. Пока ребята стояли на склоне, они могли стрелять, не опасаясь попасть в нас. Приходилось, правда, не забывать про возможный рикошет, но вроде пока ошибок никто не допускал.
В бой вступил подоспевший Всеволод. Оказалось, что молнии действуют на монстров гораздо более эффективно, чем огненные пики и даже мощный огненный таран. Одной молнии хватало, чтобы монстра остановить, двух-трёх, чтобы он упал на землю.
Я убрал автомат за спину, влил энергию в протазан и тоже вступил в бой. Евгении я дал знак пока не стрелять, так как бронебойных стрел у неё осталось совсем немного. Я видел оперение торчащих трёх или четырёх стрел из её колчана.
Девушка вместе с моим братом, Егором и Иннокентием прижались к скальному выступу, чтобы, по крайней мере, сзади никто не подошёл. Теперь в руках у девушки появился меч. Обернувшись, я увидел, как Алексей даёт девушке свой пистолет. Да, так сейчас, действительно, будет лучше.
Спустившиеся вниз маги с аспектом огня отступили обратно к отвесу и осторожно отошли в сторону, понимая, что их усилия сейчас будут абсолютно бесполезны. Те, у кого был аспект молнии, сразу пошли в атаку, ещё на половине спуска, расчищая себе путь для воссоединения со своим господином. По верёвкам начали быстро спускаться бойцы с автоматами, которые тоже моментально включались в бой. Теперь с этой стороны нам ничего не угрожает, зачищено полностью.
Гориллы под три метра ростом, покрытые такими же каменными пластинами, как и только что поверженный нами Василиск, неподвижно лежали на поверхности плато. Стас и Матвей уже почти добежали до меня. Я махнул рукой Всеволоду, и мы устремились к скальному выступу, где стояли Егор, Алексей, Евгения и Иннокентий. Егор выставил щит, не дававший монстрам достать их когтистой лапой. Они, как могли, отстреливались от окружающих их монстров, и мы поспешили к ним на помощь.
Я и Всеволод раздавали молнии налево и направо, быстро расчищая себе путь. Поддерживали огнём Стас и Матвей. К сожалению, далеко не все гориллы падали замертво после попадания двух и даже трёх молний. Но, по крайней мере, так удавалось их на какое-то время нейтрализовать. А сзади нас догоняли гвардейцы, добивая, в том числе и подранков.
Увеличивать мощность разряда я пока не хотел, старался рассчитывать силы, чтобы не истощить запас маны слишком быстро. Поэтому чередовал стрельбу с поражением противника молнией.
Ближайший ко мне монстр начал подниматься и хотел схватить меня за ногу. Я чисто на рефлексах ткнул остриём протазана ему в глотку, и острый клинок вошёл достаточно глубоко, оборвав жизнь монстра, что для меня было несколько неожиданно. Я считал их шкуру более крепкой, бронированной. Возможно, здесь просто защита слабее. Значит, переходим в новый режим боя, да здравствует моя любимая рукопашка, на которую в своё время было потрачено много сил на бесконечных тренировках.
Сохраняя полный заряд в навершии протазана, я бросился на ближайшего монстра и с первого удара успех. Неплохо удавалось поражать и в область сердца, особенно если попасть в щель между каменными пластинами. Они раздвигались довольно легко.
Достаточно быстро к нам присоединился взвод стрелков в полном составе. Теперь мы вели уже круговую оборону, отстреливаясь от приближающихся монстров, которых становилось всё меньше. Как минимум половину к этому времени нам уже удалось уложить.
Теперь новый сюрприз последовал со стороны Евгении. Из поясной сумки она достала какой-то небольшой цилиндрический предмет и бросила его в сторону толпы приближающихся каменных горилл. Последовал мощный взрыв, оставивший след в виде звона в ушах и порядка десятка монстров, повалившихся на землю. Яркое голубое пламя взметнулось вверх и быстро погасло. Я в этот момент был относительно недалеко от девушки.
— Женя, скажи, пожалуйста, это все твои сюрпризы, или ещё что-то есть интересное? — с некоторой иронией спросил я.
— Ну ты же раньше не спрашивал, есть ли у меня магические гранаты или нет, — ответила девушка, невинно пожимая плечами. — А они у меня есть.
— И много? — с интересом спросил Алексей.
— Ещё три штуки, — спокойно ответила Евгения.
— Неплохо, — с довольным видом кивнул Алексей.
— Лучше тоже пока прибереги, — сказал я. — Мало ли что дальше будет.
Девушка неохотно застегнула подсумок и достала свой длинный, изящный меч из ножен, но я снова покачал головой.
— Просто постой здесь, — сказал я.
Позади меня послышались тяжёлые шаги, глаза девушки расширились, глядя мимо меня, и она снова потянулась за мечом. Я резко развернулся, сделал выпад и вонзил протазан в глотку приближавшейся каменной горилле, активировав дополнительно заряд в навершии и частично выпуская наружу, после чего тварь наконец-то упала замертво и перестала тянуть ко мне свои лапы.
Бой продолжался, чтобы перебить всех претендующих на нашу жизнь и здоровье монстров, пришлось как следует попотеть. После завершения боя Евгения занялась изучением нового типа монстров, я отдал ей контейнеры для образцов тканей и органов, а сам открыл рядом филиал полевого госпиталя, занимаясь мелкими травмами бойцов, которых оказалось не так уж и мало. В любом случае целительством лучше было заняться сейчас, чем потом, когда ранения перейдут в более опасную стадию, например начнётся ведьмина гангрена.
Карту нейроинтерфейса я теперь проверял через каждые две-три минуты, чтобы новая атака не была внезапной. Зная Алексея, он теперь, скорее всего, делает так же, или вообще смотрит на неё неотрывно, больше ошибок допускать нельзя.
— Я вот думаю, имеет ли смысл обследовать весь кратер? — спросил я у Алексея, который стоял чуть в сторонке и что-то обсуждал со своими советниками. — Или отправляемся домой?
— Тоже думаешь, что это именно кратер? — улыбнулся брат, повернувшись ко мне.
— Так какие ещё могут быть варианты? — спросил я, кивая в сторону булькающей лужи, из которой в знак подтверждения моих слов вверх вырвалась струя пара, обдав нас мелкими горячими брызгами. — И монстры это подтверждают. Если не ошибаюсь, в Аномалии, что находится на Камчатке, были описаны подобные монстры с защитой от огня. Вполне логично же.
— Совершенно верно, — кивнул Алексей. — Только немного странно, откуда взяться вулканическому кратеру практически в центре Сибири посреди мощной тектонической плиты.
— Оттуда же, откуда здесь взялась Аномалия, — усмехнулся я. — Наши предки тут знатно пошалили в свое время. Да и монстры в столкновении друг с другом могли постараться.
— И не говори, — покачал головой Алексей. — Боюсь даже пытаться представить себе мощь их заклинаний. Может, и правильно, что современная магия перешла на чистое управление энергией без всего этого. Все книги заклинаний после этого были уничтожены.
— Ой, все ли? — ухмыльнулся я.
— Да даже если и не все, — махнул рукой брат. — Если какой-то дурак решит попробовать с помощью заклинания оторвать стул от земли, у него внезапно появятся гости уже через несколько минут. За этим чётко следят и будут делать это всегда. Теперь магия доступна далеко не всем и это хорошо, я так считаю.
— Согласен, — кивнул я. — Но я бы отнял такую возможность у доброй половины тех, кто сейчас ею владеет. Например, эти маги-менталисты и их неизвестный пока покровитель.
— Ох, чёртовы экспериментаторы, я про них сейчас даже не вспомнил, — сказал брат, скривившись. — Теперь придётся решать эту проблему на новом уровне, иначе они нам здесь развернуться точно не дадут.
А ведь отправлялся я в тихое местечко, где просто можно будет развиваться как целителю. Ну кто же думал, что меня втянет в такие вот дела?

----------

Глава 18

Глава 18
Алексей решил всё же продолжить обследование кратера, но на небольшой площади, поблизости от того места, где произошло последнее сражение. Мы походили по сторонам и нашли ещё несколько действующих гейзеров, выбрасывающих мощные струи пара вверх. Скорее всего, именно из этого и сформировалось то самое облако, которое образовало защитную шапку над кратером. Вот и получается, что оно скрывало его от посторонних глаз, в том числе от специализированных спутников, которые специально создавались для исследования территорий Аномалии, хотя бы поверхностно.
— Но почему тогда эту шапку никуда не сдувает ветром? — поинтересовался Егор, глядя на гейзер, затем подняв взгляд вверх.
— Да потому что здесь, судя по всему, особая магнитная зона, которая удерживает весь этот туман на месте, — ответил Алексей. — И потом, это же не просто чистая вода, а скорее всего, с примесью делорита и элирида. Возможно, здесь присутствуют и другие ценные материалы, о которых мы пока не знаем. С другой стороны, в зоне Аномалии возможны разные чудеса, о которых мы пока даже не догадываемся. Поэтому можно гадать бесконечно и не быть при этом даже близко к правде.
— И ты хочешь все эти месторождения сейчас найти? — поинтересовался Егор.
— Все? Нет, конечно! — ответил, рассмеявшись, Алексей. — Для этого у нас есть специально обученные люди, называются геологами. Вот их мы и пришлём сюда чуть позже для обследования территории, чтобы они выявили самые выгодные месторождения нужных нам минералов и определились, откуда именно начать их добывать. В любом случае, раз мы тут оказались первыми, то мы заявим своим права на всё, что тут есть.
— А это что такое? — спросила вдруг Евгения, ткнув пальцем в сторону одного из скальных выступов. Она все это время стояла несколько в стороне от нас и следила за обстановкой.
Мы обернулись туда, куда указывала девушка, и обнаружили интересную картину. Над чёрной скалой высотой порядка десяти метров в воздухе кружились едва заметные разноцветные всполохи, уходя вверх и плавно сходя на нет. Некое подобие северного сияния в миниатюре.
— Этот феномен как раз подтверждает моё предположение об особой магнитной зоне. И вот здесь как раз и находятся самые мощные месторождения, — сказал Алексей. — Отсюда и следует начать исследование.
После этого все развернулись и пошли в сторону места входа в жерло кратера, где спускались по верёвкам. Евгения поравнялась со мной и тихо спросила, чтобы никто не слышал:
— А про какое месторождение он говорит? — спросила девушка. — Все такие довольные и загадочные, а мне, например, вообще пока ничего не понятно. Что здесь вообще происходит?
— Ты уж меня прости, — сказал я, немного виновато улыбаясь, — но и я пока что промолчу, так как это не мой секрет. Я смогу рассказать тебе об этом лишь немного позже, так что наберись терпения, скоро об этом все узнают. Но я тебе обещаю, ты будешь одной из первых.
— Ладно, — немного обиженно ответила Женя, нахмурилась и отвернулась.
В принципе, я уже и не видел большого секрета в сегодняшней находке, но без согласования с братом болтать пока не буду. Позади себя я услышал интересный разговор. Судя по всему, Стас и Матвей тоже нашли небольшие красно-жёлто-оранжевые камушки, кусочки того самого элирида.
— Смотри, какая прикольная штука, — сказал Стас, подбрасывая несколько камушков на ладони. — Вот бы из них что-то вроде бус сделать. Можно маме подарить. Смотри, какая красота.
— Правда, очень интересные камешки, — сказал Матвей. — Я таких раньше никогда не видел.
Я немного притормозил, чтобы поравняться с ребятами.
— Уберите это всё в карман, — тихо сказал я, — и чтобы никто этого больше не видел. Никаких бус никому дарить не надо, иначе у них их оторвут вместе с головой за одно мгновение.
— Ни хрена себе, — опешил Стас, который без вопросов поверил мне. Удивительное доверие. — А что в них такого? Ну подумаешь, какие-то самоцветы прикольные.
— Это не просто самоцветы, — тихо ответил я. — Убери, я тебе сказал. Я потом всё объясню. Здесь очень сложно всё.
— Ну ладно, хорошо, — пожал плечами Стас и послушно спрятал мелкие красивые камушки в карман рюкзака, оглянувшись вокруг себя на всякий случай и убедившись, что никто не обратил особого внимания его манипуляции.
От спущенных с обрыва верёвок мы отошли не так далеко, и нам оставалось пройти метров двести, и мы уже их увидим. Я регулярно посматривал на карту нейроинтерфейса, чтобы исключить нападение монстров.
Справа, на самой границе поля зрения, увидел три жирные точки. Судя по всему, это такие же Каменные Василиски, как тот, с которым мы сражались в самом начале. Желания с ними столкнуться ни у кого уже не было. Все бойцы уже устали от постоянных сражений и шли несколько расслабленно, погрузившись в свои мысли.
— Вот бы такого приручить, — услышал я снова голос Стаса, когда мы проходили мимо поверженного Каменного Василиска.
— На хрена тебе такое чудище нужно? — удивлённо спросил Матвей.
— А ты только представь, — мечтательным тоном продолжил Стас. — Если к нему плуги привязать, сколько целины поднять можно за один проход. Несколько самых мощных тракторов один такой монстр заменит.
— Расфантазировался, тоже мне, — усмехнулся Матвей. — Он тебя вместе с этим плугом и сожрёт. И вообще, это я о таком думать должен, а не ты — мне земля всяко ближе. Ты ещё скажи, что вот этих горилл можно нанять огород копать тебе и помидоры сажать.
— Ну а почему бы и нет? — спросил Стас. — Ты посмотри, какие у них мышцы. Им можно лопату в четыре раза больше дать. Они приусадебные шесть соток за пять минут вскопают.
Я и мои бойцы подошли к верёвкам первыми, остальные чуть отстали. Мы первые и полезли по этим верёвкам наверх. Каждый по своей, благо их хватало. А стоило чуть приподняться над каменной поверхностью, как на нас тут же обрушилась мощная ментальная атака, практически сметая нас обратно. Буквально метрах в десяти от края стоял львиный василиск, словно ждал нашего возвращения. Возможно, он нашёл нас по запаху.
Мы, не пытаясь пока испытывать судьбу, быстро сползли по верёвкам вниз, на верхнюю кромку насыпи, и переглянулись. Сзади нас тоже все остановились, лишь начав восхождение на каменную осыпь.
— Василиск наверху, — сообщил я своему старшему брату, который шёл впереди большинства подчинённых метрах в двадцати позади меня. — Стойте там, мы с ним сейчас разберёмся, — сказал я, а Алексей, удивлённо взметнул брови, открыл рот, собираясь что-то сказать, но я не стал ждать, пока он чем-либо ответит, и повернулся к Евгении.
— Послушай, — сказал я девушке. — Этот урод широко распахивает пасть, когда использует свою магию. Ты же можешь как раз в пасть ему попасть своей мощной стрелой? Дистанция не такая большая.
— По идее, могу, — сказала Женя, нахмурясь и размышляя. — Тем более, ты сказал, что он находится совсем близко. Но мне тяжело выдержать его ментальный натиск, даже несмотря на наличие амулета. Видимо, у этого магического зверя более высокий ранг.
— Амулет тебе совсем не помогает? — удивился я.
— Отчего же, помогает, — ответила Женя и посмотрела на меня. — Если бы не он, я бы при первом столкновении с этой тварью лежала на земле.
— Тогда давай так сделаем, — сказал я, отстёгивая со своего доспеха собственный амулет в виде головы дракона и отдавая девушке. — Надевай и этот тоже на себя. Будем брать количеством. Стас, Матвей, дайте свои амулеты.
Те переглянулись, посмотрели на меня, на Женю, но приказ выполнили, передав мне амулеты. В итоге мы на девушку навесили все четыре.
— Думаешь, так лучше будет? — с сомнением в голосе спросила Евгения.
— Не то чтобы уверен, — сказал я, — но лучше хотя бы так перестраховаться.
— Но я не смогу, поднимаясь по верёвке, достаточно высоко подняться над краем с натянутым луком, — с сомнением сказала Евгения.
— Не переживай, мы тебя поднимем, — сказал я. — Высота позволит, чтобы ты даже с такой позиции смогла выстрелить. Привяжи к наконечнику стрелы пару своих гранат, для верности. Главное — попади.
— Хорошая мысль, — сказала Женя, расстегнула подсумок и достала два цилиндрических предмета.
Я тем временем достал из рюкзака небольшой моток походного скотча, и мы прикрутили гранаты, к стреле.
Стас был чуть ниже меня ростом, Матвей чуть выше. Втроём поднять было неудобно из-за того, что прямо за спиной откос. Значит, вдвоём.
— Матвей, подойди ближе, — сказал я.
Парень послушно подошёл и встал рядом.
— Резко поднимаем Евгению вверх на руках по моей команде, — сказал я.
— Это прямо как в цирке, что ли? — с ухмылкой спросил Матвей.
— Приблизительно, — кивнул я. — Надо очень постараться, сам понимаешь, почему.
На всякий случай я всё-таки привязал к поясу Жени конец верёвки, которая ещё оставалась свободной. Женя втиснулась между мной и Матвеем, взяла в руки лук и подготовленную специальным образом стрелу.
— Ну что, мальчики, готовы? — спросила девушка, окинув нас взглядом.
Я сразу понял, что она очень волнуется, но старается это не показывать, маскируя небрежным тоном. Все же она аристократка и перед простолюдинами должна себя вести соответствующе.
— Кажется, да, — вздохнул Матвей.
— Тогда погнали, — сказал я. — И-и-и раз!
Мы подхватили Женю одной рукой под стопу, другой под бедро и резким движением подбросили вверх. Я несколько не ожидал, что она ещё и сама оттолкнётся ногами и подпрыгнет ещё выше. И, выждав подходящий момент, она отпустила тетиву.
Когда мы поймали её внизу, чуть не рухнув все вместе с насыпи, грохнул мощный взрыв, и над нашими головами полетели ошмётки плоти монстра.
— Бинго! — крикнул Стас.
— Страйк! — усмехнулся Матвей.
— В яблочко, — добавил я, глядя в глаза девушке, пока держал её на руках, невольно слегка прижав к себе. А она особо и не торопилась спрыгивать на землю, глядя мне прямо в глаза.
Потом Евгения резко нахмурилась и попыталась освободиться, я осторожно поставил её на край каменной осыпи, придержав за руку.
— Значит, можем идти дальше, — как ни в чём не бывало сказала Евгения, отвязав от себя страховочную верёвку, и начала подниматься первой наверх.
Сейчас она выглядела максимально по-деловому, но я не мог не заметить заливший щёки румянец, распространившийся даже на уши. Чтобы у меня не было шанса всё это рассмотреть, девушка поспешно забралась наверх и с умным видом пошла изучать тело монстра, голова которого была изуродована до неузнаваемости. Даже жаль немножко… такой трофей пропадает.
Перед тем, как начать подниматься наверх, я глянул на застывшего рядом Стаса. Оказывается, парень сложил ладошки и прижал к щеке, пока я держал Евгению на руках, но заметив мой строгий взгляд, сразу убрал руки за спину и смастерил каменное лицо — Данила-мастер отдыхает.
Когда угроза миновала, отряд начал подниматься по веревкам наверх. Взобравшись на поверхность, я подал руку Алексею, который забирался практически следом за мной.
— Неплохо вы его успокоили. С гарантией, — довольно улыбаясь, высказался мой брат, увидев развороченную голову большого монстра. — Алхимик у тебя знатный в отряде, — продолжил он, взглянув теперь на Евгению. — Стреляет и дерется хорошо. Отличный боец, несмотря на то, что на вид лишь хрупкая девушка.
— Так я же тебе говорил с самого начала, — ухмыляясь, ответил я. — Она не промах, сможет себя показать. Только бывает смелая чересчур, сдерживать приходится.
— Ты оказался прав, бойцов подбирать умеешь, — кивнул Алексей, наблюдая, как Евгения старательно и сосредоточенно пытается найти что-то полезное в теле монстра. — Так ещё ведь и герцогиня.
Мы отошли подальше от края провала, чтобы не мешать выбираться остальным. Через несколько минут весь отряд был в сборе на поверхности, купол густого тумана остался позади, напоминая о себе небольшими полупрозрачными языками, расплывающимися по каменной поверхности. Оторвавшись от купола, они очень быстро таяли и исчезали.
— Веревки убирать? — спросил Егор у Алексея.
— Да, ребята, веревки убирать, — ответил Алексей. — А крючья оставить. И вбейте лучше все имеющиеся у вас крючья здесь и дальше вдоль края. Они ещё не раз пригодятся. Вам потом выдадут новые. Веревки смотать, повесить на ближайшее дерево, на большие сучья, повыше. Туда же все оставшиеся веревки, у кого есть в рюкзаках.
— Это еще зачем? — спросил Иннокентий, он же правая рука Алексея.
— А это для таких же, как мы, которые сюда придут следом, чтобы помогать в разработке этого кратера. А может быть, и нам самим еще пригодится. Такое никогда лишним не будет. На обратном пути нам это точно не нужно, а здесь пусть будут. Так и от лишнего веса избавимся, и потом в случае чего запас будет из имеющегося здесь. Уж веревки мы всегда прикупить можем до входа в Аномалию.
На четверть часа был объявлен привал. Все смогли спокойно посидеть, отдохнуть, перекусить имеющимися в запасе сухпайками, спокойно попить воды и послушать звуки природы, хоть и чужеродной, но все же. Когда время вышло, скомандовали выдвигаться в обратный путь. Матвей к этому времени растянулся звёздочкой на траве, а теперь неохотно и с кряхтением поднимался.
Мы вошли в лес, и пока он еще не стал совсем темным, Федя возобновил свою охоту. За то время, пока нас не было, на ветках деревьев снова появились ласки-невидимки. И они методично оттуда пропадали, появляясь у нас в руках. Связка на поясе у Евгении хоть и не была видна, но я уже заметил, как она оттягивает её пояс вниз и мешает идти. И ведь молчит, не скажет ничего. Я распорядился Матвею и Стасу распределить груз между собой, чтобы девушке было легче.
— Ого сколько! — воскликнул Матвей, когда мы делили связку на части. — Тут теперь точно на шубку хватит.
— Не на шубку, а на накидку, — поправила его Евгения. — Для тепла я это носить точно не буду.
— Ну да, ну да, прости, я именно это и хотел сказать, — несколько смутился Матвей.
Минут через десять мы снова вошли в тот самый тёмный лес. И тёмный он не для красного словца, а темный от слова «совсем». Надо бы мне продумать и приобрести для всех своих бойцов приборы ночного видения, потому что сейчас они были буквально слепы и держались друг за друга, чтобы не упасть. Евгения, как и по пути сюда, крепко вцепилась в мой локоть.
Все бойцы и маги были уже настолько уставшие от непрерывных битв, что уже мало обращали внимания на окружающее и больше старались, не снижая темпа, двигаться вперед. Из-за этого мы чуть не прозевали новую атаку зверозубых ящеров.
На фоне полного спокойствия с головы отряда последовала команда «к бою», за что большое спасибо Алексею. Он, как и я, периодически проверял наличие агрессивных монстров на карте нейроинтерфейса. Он и дал знак всем остановиться и приготовиться.
Проверил теперь карту и я. Вокруг нас снова были десятки красных точек. Хорошо хоть среди них не было еще одного Львиного Василиска или еще чего пострашнее. Бойцы и маги заняли круговую оборону и приготовились к бою.
Ящеры постепенно приближаясь. Наконец несколько из них решились на бросок, и снова завязался ожесточенный бой. Стреляли автоматы, со всех слышен треск разрядов молний, гул пламени, рев и вой раненых зверей. Все это объединилось в одну общую какофонию.
Количество окружающих нас монстров стремительно уменьшалось. Интенсивность боя плавно сходила на нет. Я решил еще раз проверить карту нейроинтерфейса и заметил интересный сюрприз. Справа от нас находилась группа более крупных красных точек, и она шеренгой приближалась к нам.
В короткую паузу между выстрелами и грохотом я услышал хруст ломаемых веток. Это явно что-то чувствительно крупнее зверозубых ящеров. Прибор ночного видения позволил различить фигуры, похожие на тех горилл, которых мы убивали на дне кратера, или на леших, которых мы видели раньше. Только эти твари были значительно крупнее, рост достигал почти четырех метров.
Подойдя на расстояние шагов в пятьдесят, шеренга монстров ускорилась и уже бегом бросилась на отряд. В ближайшего ударили несколько молний. Монстр лишь на секунду остановился и отшатнулся, потом заревел и снова устремился вперед.
В ход пошли атаки магов с акцептом огня. Огненные пики помогли рассмотреть монстров лучше. Все-таки это были Лешие. Только шерсть их была абсолютно черная, и из пасти торчали длинные клыки, наподобие саблезубого тигра. Атака огнем тоже не сильно отразилась на монстрах. Кое-где дымилась опалённая шкура, но они, хоть и медленнее, продолжали идти вперед.
В местах попадания магических пуль по телу чёрных Леших разбегались яркие голубые круги, словно сработал энергетический щит или хорошая магическая защита. Евгения выпустила две последние стрелы, убив наповал сразу двоих огромных Леших. Это были первые поверженные.
Остальные медленно, но верно продолжали приближаться, несмотря на непрекращающиеся атаки молниями и потоками огня. По карте я заметил, что один из этих огромных Леших решил обойти отряд сзади. Я закинул автомат за спину, схватил протазан и, заряжая навершие энергией по пути, бросился этому Лешему навстречу.
Ударить коротким копьем в горло или в область сердца четырехметрового монстра практически нереально, если только бросок. Но я не был уверен, что, бросив копье, я смогу пробить его толстую шкуру. Желательно всё же прямой удар. Тогда я вложил достаточно сил и ударил его молнией в область коленной чашечки, не особо надеясь на эффект, но это сработало.
Монстр заревел и упал на одно колено. Тогда я с разбега смог ударить копьем в область сердца. Навершие протазана ушло в грудную клетку почти полностью, выливая туда же дополнительно заряд, состоящий из смеси двух энергий. Над головой взметнулась огромная когтистая лапа. Чтобы избежать ее удара, я выдернул протазан, отпрыгнул и откатился в сторону.
Вот ведь твари настырные попались!

----------

Глава 19

Глава 19
Я посмотрел на только что убитого мной Лешего. На его огромное мускулистое тело и сам себе не верил, что это именно я его убил. Такой могучий великан мог бы по идее раздавить меня одной левой, превратив лёгким движением в комок из мяса и костей, и не помог бы никакой усиленный доспех.
Позади меня с новой силой возобновилась стрельба. Я обернулся и увидел, как падают замертво ещё двое Леших. Стрелки начали бить точно по глазам, дело пошло, но всё равно не так быстро, как хотелось бы.
Атака монстров была довольно интенсивной, и всему отряду пришлось побегать, попрыгать и поуклоняться, чтобы не попасть под огромные когтистые лапы могучих монстров. И всё же, несмотря на всю свою мощь и относительную неуязвимость, огромные четырёхметровые Лешие падали на землю замертво один за другим.
И всё было бы хорошо, если бы снова не вернулись звероящеры. Новая волна ничуть не уступала прежней. Мы ещё добивали Леших, а эти довольно шустрые монстры уже напали одновременно со всех сторон, словно по команде невидимого кукловода. Дело закономерно дошло до рукопашного боя.
Неподалёку от меня яростно и довольно успешно махали мечами Евгения, Стас и Матвей. Девушка не пыталась выделяться и держалась строя. Дружно у них это получалось, слаженно и довольно-таки неплохо. Я хотел направиться к ним, но не успел, так как меня окружили сразу три клыкастых монстра. Пришлось отбиваться сначала от них.
Снова обернувшись в сторону отряда, я увидел, как его разбила надвое целая стая монстров, несколько звероящеров окружили со всех сторон и буквально разорвали на куски немного зазевавшегося бойца. Евгения, Стас и Матвей в этот момент оказались немного в стороне от общей свалки.
Туда, где только что был убит стрелок, бросилась Евгения, словно забыв об инстинкте самосохранения. Одного звероящера она сразу обезглавила, пока я бежал туда. Второго основательно так зацепила мечом по морде, напрочь отбив охоту нападать, скорее всего, он уже нежилец. Третий успел вовремя отпрыгнуть. Девушка бросилась за ним, замахиваясь мечом для последнего удара, но в это время на неё прыгнул следующий хищник, и я уже никак не успевал его достать.
Удар молнии точно в голову убил зверя уже во время прыжка, на лету, но он всё же сбил своим мёртвым телом девушку с ног и придавил своей массой к земле. Теперь к ней ринулся и тот звероящер, до которого она не смогла дотянуться. Его я тоже поразил молнией наповал сразу, не экономя энергию. Потом ещё одного, который подкрадывался с другой стороны. И только после этого я уже смог столкнуть монстра с девушки и помочь ей подняться на ноги.
Стас и Матвей увидели, что у нас проблемы и поспешили на помощь. Теперь мы сражались все вместе, вчетвером и так же вчетвером пошли в наступление. Ещё через несколько минут бой закончился. Итогом был один растерзанный боец и порядка десятка раненых, один из них довольно тяжело.
Я всё искал момент, чтобы высказать герцогине всё, что я думаю по поводу её поведения, но это будет точно не сейчас, есть более неотложные дела. Всех раненых собрали в одном месте и организовали круговую оборону.
Я быстро осмотрел раны бойцов, определился, кого нужно лечить в первую очередь. У одного из барьерщиков были глубокие раны от когтей на левом боку и на бедре, причём довольно сильно кровоточащие. У остальных раны менее значительные.
— Давай я помогу тебе, — вызвался Матвей. — Дай пробирку, я пока займусь легко раненными.
Я достал из рюкзака аптечку. Там оставалось всего две пробирки и обе уже не полные. Лечебного эликсира была всего половина пробирки, а очищающего так совсем на донышке. Для такого сложного похода моего скромного запаса явно оказалось недостаточно. Как-то не рассчитывал я на подобные столкновения.
— Да, — вздохнул Матвей, глядя на эти жалкие остатки целебных средств и почёсывая макушку. — Ну давай хоть так, хоть что-то смогу пока сделать.
Я отдал пробирки Матвею, а сам занялся тяжелораненым барьерщиком. Когда наконец закончил с ним, принялся осматривать и долечивать тех, кого пытался исцелить с помощью эликсиров Матвей. Ну, ясное дело, что эликсира хватило не на всех, и то раны заросли не до конца. Всё-таки в такие экспедиции надо брать нескольких целителей или одного более высокорангового.
Или, опять же, намного больший запас эликсиров, целый сундук, хотя бы для оказания первой помощи, а дальше опять же дело за целителем. Всё же не всё можно исправить только алхимией, особенно в месте, где, по сути, само окружение пагубно воздействует на людей, особенно, если они неодаренные.
Пока вылеченные мной бойцы приходили в себя, наводили порядок в амуниции, я подошёл к Евгении, взял её под локоть и отвёл чуть-чуть в сторону, убедившись, что там никто не притаился в кустах.
— Послушай, Женя, — начал я спокойно, стараясь подбирать слова. — Я видел твой геройский поступок, видел, как ты бросилась на звероящеров, которые разорвали того бойца. Это очень храбро и достойно уважения, но это абсолютно безрассудно. Если бы я не увидел того ящера, который прыгнул на тебя, и не поразил его за доли секунды до того, как он на тебя набросился, тебя бы уже не было с нами и всем было бы плевать, что ты делала до этого. Твои останки закопали бы здесь в лесу так же, как и останки того бойца, за которого ты мстила. Ты это понимаешь?
— Я на тот момент не подумала об этом, — тихо пробормотала Евгения, потупившись.
Если бы здесь не было так темно, я, скорее всего, увидел бы, как её щёки и уши залились румянцем. Мне кажется, я даже почувствовал от них тепло и мог бы, скорее всего, увидеть с помощью прибора ночного видения, который я только что задвинул на лоб. Удивительно, конечно, ведь я думал, что она может и заупрямиться. Неужели мои слова настолько важны для неё?
— К сожалению, Аномалия — это не место для бессмысленного героизма, — сказал я, стараясь держать ровный и спокойный тон, вроде даже получалось. — И мне очень не хотелось бы, чтобы ты ещё так же рисковала. Здесь нужно продумывать каждый свой шаг, даже если думать некогда.
— Да, ты прав, прости, я виновата, — тихо ответила Евгения, даже не пытаясь спорить. — И не только сейчас, но я только теперь понимаю, что я действовала несколько безрассудно. Постараюсь исправить этот момент, чтобы не подводить тебя дальше.
— Ну, если поняла, то это хорошо, — сказал я, улыбаясь. — Буду надеяться, что мне не придётся на каждом шагу спасать твою жизнь.
— Я постараюсь, правда, — ответила Евгения и теперь внимательно посмотрела мне в глаза.
Отряд быстрым шагом двинулся вперёд. По тёмному лесу мы шли ещё более получаса. Наш путь только иногда замедлялся вследствие единичных нападений зверозубых ящеров. Один раз увидели Лешего издали, но тот от атаки воздержался. Просто стоял в стороне от нашего пути и наблюдал за нашим продвижением, провожая взглядом тускло светящихся глаз.
— Эх, жаль, что не удалось взять образцы органов и тканей у этих огромных мордоворотов, — сказала Евгения со вздохом. — Было бы интересно сравнить строение под микроскопом, чем они отличаются от тех Леших, которых мы раньше исследовали.
— А ты представляешь, сколько с них можно вырезки добыть с каждого? — с энтузиазмом произнёс Матвей. — С одного такого здоровяка её будет столько, что одному унести тяжело будет.
— Я не пойму, ты опять проголодался, что ли? — с иронией спросил Стас. — Мне после последнего боя долго есть не захочется.
— Экий ты неженка, — невесело хмыкнул Матвей. — Ты раньше никогда не видел, как человека убивают в Аномалии?
— Отчего же, видел, — немного сдавленным голосом произнёс Стас. — И не было ни одного такого раза, чтобы мне это приносило удовольствие. И не становится раз от раза легче это видеть.
— Ну, тут да, пожалуй, ты прав, — согласился Матвей.
Лес впереди начал светлеть, мощные стволы окружающих нас деревьев можно было без труда разглядеть и без прибора ночного видения, как и корни под ногами. Значит, скоро мы выйдем из него. После мрака и густых сумерек яркое послеполуденное солнце заставило всех зажмуриться, и наш прошлый путь через высокую траву можно было увидеть, только сильно прищурившись. Потом постепенно глаза привыкли.
Алексей приказал отряду снова построиться в прежний боевой порядок: барьерщикам занять периметр, огневикам встать впереди. Шли той же самой выжженной тропой, но теперь огневики работали больше на расширение этой тропы. Синяя трава успела неплохо подсохнуть под палящим солнцем и теперь шелестела под ногами и кое-где вспыхивала от воздействия магов. Приходилось дружно затаптывать, чтобы не распространялся пожар. Жаль, что в отряде нет мага с аспектом воды.
Всё это время я неотрывно следил за картой нейроинтерфейса, уменьшив масштаб до предела, чтобы видеть приближающихся монстров издалека. Гигантских мохнатых бронтозавров в этот раз на пути не встретилось, все паслись в стороне от нашего маршрута, но мы всё равно описали петлю по старой тропе, чтобы не выжигать новую, лишь чуть сгладили изгиб.
Пару раз были столкновения с небольшими скоплениями каменных мартышек. Евгения потянулась за луком, потом, видимо, вспомнила, что у неё нет усиленных магическим компонентом стрел, и махнула рукой, так как с монстрами неплохо справлялись и маги из отряда моего брата. Автоматчики даже не пытались пока вступать в бой, всё равно магические пули с этими существами были практически неэффективны.
Поднявшись по склону к опушке леса, сделали ещё один небольшой привал, чтобы немного отдохнуть и подкрепиться перед последним броском. Путь предстоял ещё долгий, хоть и гораздо менее опасный, всё-таки большую часть местных обитателей истребили за эти пару дней.
Я договорился с Алексеем, чтобы отряд остановился хотя бы на пару минут напротив обнаруженной нами ранее пещеры. Евгения кратко проинструктировала Матвея и Стаса, как правильно собирать Пещерник, чтобы не повредить ценные листочки и не исколоть в кровь все руки. За это короткое, выделенное нам время, мы набрали большие охапки, уже на ходу связывая их верёвкой в относительно небольшие пучки. Теперь у каждого из нас на рюкзаке висело по гирлянде таких пучков, сильно смахивающих на веники для бани.
Когда шли по поваленному дереву на другой берег реки, я услышал позади себя голос Стаса.
— Эх, теперь я точно не мопед, а целый квадроцикл куплю, — сказал парень, видимо, уже пытаясь подсчитать прибыль с добычи. — Буду на нём за грибами ездить.
— Меня с собой возьми, — сказал ему Матвей.
— Посмотрим на твоё поведение, — хмыкнул Стас. — Если не будешь больше выпендриваться. Да шучу, возьму, конечно.
— За грибами только на юг, ребята, — усмехнулся я. — Мутанты к сковороде не допускаются.
Дальнейший путь до выхода из Аномалии прошёл без особых приключений. Единичные монстры и даже небольшие группы тварей опытные маги убивали легко и непринуждённо, словно отмахивались от комаров. Даже ту огромную тварь с щупальцами, что обитала в болоте, прикончили очень быстро, не позволив даже квакнуть для приличия.
Из Аномалии вышли, когда солнце уже клонилось к горизонту, окрашивая небо в багрово-оранжевые тона. По небу небольшими группами ползли перистые облака жёлто-оранжевого цвета с розовыми боками. И после пейзажа Аномалии, искажённого аурой негативной энергии, это казалось сказочным зрелищем.
Алексей выделил для нас машину, чтобы меня и моих бойцов отвезти до дома, но так как у нас с собой было много интересной для изучения поклажи, мы с Евгенией, несмотря на позднее время, отправились в госпиталь. А Матвей и Стас поехали по домам, отдав нам свою долю драгоценной ноши в виде колючих веников.
К нашему удивлению, в лаборатории ещё горел свет. Причём в основном в дальнем левом углу. Я с интересом, стараясь шагать негромко, направился прямо туда.
За столом увидел фигуру Герасимова, склонившегося над микроскопом. Тот резко обернулся на звук моих шагов и смерил удивлённым взглядом.
— Комаров, тебе заняться, что ли, нечем, в такое время на работу приходить? — произнёс он нарочито недовольным голосом, но по глазам было видно, что он рад нас видеть живыми и здоровыми и, скорее всего, с интересной добычей. — Шёл бы домой отдыхать, утром принёс бы свои ошмётки монстров.
— До утра прокиснут, Анатолий Фёдорович, — ответил я, довольно улыбаясь. — Вы же не хотите потом на палец наматывать прокисшие кишки?
— Ты, наверное, хотел сказать протухшие? — усмехнулся наставник. — Хотя, хрен редьки не слаще. Давайте, вываливайте, что у вас там имеется.
Я начал доставать из рюкзака один за другим занимавшие большую часть его объёма контейнеры, в которых в специальном растворе находились фрагменты органов и тканей монстров, что мы собрали с Женей общими усилиями. Конечно, значительная часть из них была собрана девушкой, а не мной. Она умудрилась даже каким-то образом успеть собрать что-то с убитых по пути каменных мартышек.
Когда я увидел в банке кусочек каменной кожи, я повернулся к Евгении и смерил её удивлённым взглядом. Девушка невинно улыбнулась и пожала плечами. Я лишь покачал головой и продолжил доставать контейнеры и выставлять на стол.
— Богатенькая у вас сегодня добыча, — сказал Анатолий Фёдорович, потирая руки и осматривая, что находится в контейнерах. — Что-то новенькое, такого раньше не видел.
— Вот и мы такого раньше не видели, — сказала Женя. — Жаль, что не всё получилось из того, что хотелось. Отряд продвигался слишком быстро. А вот тут, — девушка указала на пару баночек покрупнее, — фрагменты органов Каменного Василиска, которого мы встретили в кратере, дал он нам жару, однако.
— В каком ещё таком кратере? — удивился Герасимов, обернувшись на неё и одарив испытующим взглядом.
— Это отдельная интересная история, — тут же вмешался я. — Потом расскажу в подробностях при случае.
— Отдельная история? — Герасимов посмотрел на Евгению, потом на меня. — Ну-ну.
Наставник тут же сделал вид, что ничего не произошло, и с деловым видом начал собирать баночки в охапку, потом понёс к холодильнику.
— Давайте пока всё остальное несите сюда, — сказал Герасимов, бережно расставляя контейнеры на полке. — В холодильнике сохранится, завтра будем смотреть. А сейчас уже ночь на дворе, чешите домой.
Собранные нами и уже немного подвядшие ветки Пещерника колючего, похожие на банные веники, мы тоже сложили пока в холодильник, предварительно побрызгав их водой из пульверизатора. Женя сказала, что так они лучше сохранятся. А завтра уже займёмся их «ощипыванием».
Когда мы уже развернулись на выход, Герасимов меня неожиданно остановил.
— Послушай, Комаров, ты же не видел моё новое рабочее место? — окликнул меня наставник, довольно улыбаясь. — Подойди, посмотри.
Я только сейчас осознал, что Анатолий Фёдорович, действительно, сидел за столом, за микроскопом, там было ещё какое-то оборудование, а я даже не обратил на это особого внимания. Теперь подошёл поближе и смог получше рассмотреть.
Новое рабочее место моего наставника было гораздо интереснее того, что было раньше. Удобное эргономичное кресло, совершенно другой современный микроскоп, позволяющий смотреть под разным увеличением, в том числе и в стереорежиме. Рядом стоял небольшой, но с удобным экраном, электронный микроскоп, для того чтобы разглядеть самые мельчайшие детали. Также было другое оборудование типа газоанализаторов, фотоколориметров и в том же духе. Только микротом пока что оставался старым.
— Чего ты так на него косишься? — усмехнулся Герасимов. — Нормальный микротом, ну какая разница? Режет и режет себе как надо. Умели раньше делать хороший и надёжный инструмент, точность отличная. Надо тебе пять микрон — будет пять микрон, надо два — будет два.
— С другой стороны, тоже верно, — ответил я, разглядывая теперь шкафчики и полочки, окружавшие стол.
Кругом стояли всякие баночки, контейнеры, ёмкости. Всё тщательно, красиво подписано, стоит ровными красивыми рядами по темам. Порядок такой, что можно только позавидовать. Сразу видно, что шеф убил немало времени на то, чтобы привести это в удобный и в такой красивый, образцовый вид. Работать на новом рабочем месте для него явно было большим удовольствием.
— Ну что, Комаров, посмотрел, ознакомился, завидуешь? — иронично и шутливо произнёс довольный произведённым впечатлением Герасимов. — Теперь глотай слюни и иди домой, спи.
— И вам спокойной ночи, Анатолий Фёдорович, — рассмеялся я.
Наконец-то мы вышли из госпиталя. Солнце уже совсем опустилось за горизонт. На землю опустилась безлунная ночь, высыпали сотни звёзд. Чистое ночное небо напоминало самую красивую астрономическую карту. Отличало только то, что созвездия не были обведены пунктиром. Проходя через аллею, возникла мысль проводить Женю до дома, так как время позднее и на улицах практически нет ни души, но, насколько я помню, она всегда отказывалась.
Когда мы остановились перед развилкой, мне надо было поворачивать направо, а Евгении налево, в сторону частного сектора. Девушка повернулась ко мне лицом и как-то совсем по-другому посмотрела на меня. Не прямо и уверенно, как обычно, а немного робко, даже заискивающе.
— Ваня, уже совсем поздно и темно, ты не сможешь меня проводить? — спросила она каким-то непривычным голосом. — Если, конечно, тебе не сложно…
Это уже была не строгая и важная герцогиня, не сердобольная и дотошная учёная, а просто обычная хрупкая девушка, которая нуждается в защите такого человека, как я.
— Конечно, провожу, в чём вопрос? — улыбнулся я.
Мы повернули налево, чтобы выйти на улицу, которая ведёт к частному сектору, где находился её дом, которого я так ещё ни разу и не увидел. К моему удивлению, Евгения сама взяла меня под руку, как это было, когда мы шли по лесу в кромешной темноте, правда, здесь был ровный асфальт и никаких торчащим из земли корней.
Сначала мы направились по знакомой мне улице, по которой я раньше ходил на работу. Именно здесь однажды я и встретил Стаса, что в первый раз закончилось дракой на мечах. Ведь это было всего пару месяцев назад или чуть больше, а кажется, что прошла целая вечность. Жизнь в Каменске у меня была очень насыщенной.
Потом мы свернули в небольшой, довольно тёмный, но безлюдный переулок и вышли на другую улицу, на которой я ещё ни разу не был. Но заблудиться я не боялся, так как нормально ориентируюсь на новой местности. К тому же у меня есть карта нейроинтерфейса, она легко меня выведет куда надо из любой точки, и она сейчас, естественно, исправно работала.
Таким образом мы непринуждённо болтали о разных пустяках, обсуждали новых увиденных монстров Аномалии, их особенности, боевые характеристики, как с ними правильно бороться и что против каждого наиболее эффективно. Что хотелось бы ещё изучить, какие материалы надо ещё взять, какие растения видели по пути, но не получилось прихватить, потому что торопились.
Да, соглашусь, весьма своеобразный разговор, но нам обоим эти темы были интересны. И стоит признать, что Евгения оказалась прекрасной собеседницей.

----------

Глава 20

Глава 20
Наконец мы остановились у небольшого симпатичного одноэтажного домика, вокруг которого стояли аккуратно подстриженные в форме шаров, кубиков и пирамид кусты, разбиты красивые клумбы, благоухающие ароматами цветов. Наверное, именно так я и представлял, как должен выглядеть дом, в котором живет такая красивая девушка.
Мы остановились возле самой калитки. И я невольно подумал в этот момент, хотел бы я, чтобы она пригласила меня на чай или нет? С одной стороны, да, потому что хотел с ней еще пообщаться. С другой стороны, как девушка воспитанная, она не будет так делать сразу.
— Ну что, до завтра, — сказала Евгения, отпустив мою руку, повернувшись лицом и глядя мне в глаза.
— Да, до завтра, — ответил я, улыбаясь, и тихо вздохнул с некоторым облегчением.
Она оправдала лучше мои ожидания, не стала приглашать на чай. Лично мне кажется, что так будет правильно. Спешка тут совсем не нужна, а мы знакомы не так давно, хоть уже и через многое вместе прошли.
— Ваня, — произнесла Женя, несколько вкрадчиво, продолжая смотреть мне в глаза.
В слабом свете уличных фонарей, которые находились от нас на почтительном расстоянии, мне показалось, что ее щеки залились румянцем.
— Я хотела тебя еще раз поблагодарить за все. За твою заботу, за твои наставления, за то, что ты который раз спасаешь мне жизнь, и хотела бы просить у тебя прощения за ту глупость и беспечность, что я в те моменты проявляла. И я тебе обещаю больше так не делать.
— Хорошо, — ответил я, снова улыбаясь. — Было бы здорово. Ты хороший боец, но не надо горячиться, тогда ты не доведёшь своего командира до инфаркта.
— Спасибо, я очень постараюсь, — прошептала Евгения, положила мне руки на плечи и нежно поцеловала в щеку. Потом резко развернулась, открыла калитку, сразу, не оборачиваясь, закрыла ее за собой и побежала к домику.
Я проводил ее взглядом. Девушка вошла в дом, даже не оглянувшись. Федя на моем плече, что-то мило промурлыкал, тоже провожая ее взглядом. Потом посмотрел мне в глаза. Может, мне показалось, но зверек словно смотрел на меня с каким-то вопросом или упрёком.
— Ну что ты на меня так смотришь? — спросил я у горностая. — Хочешь сказать, что надо было напроситься на чай?
Федя возмущенно чирикнул и заметался у меня на плече, потом снова уставился на меня.
— Тогда что ты имеешь в виду? — решил я уточнить, словно зверёк сейчас сможет объяснить своё странное поведение.
Он снова чирикнул и посмотрел на дверь.
— Ну да, я понимаю, — кивнул я, улыбаясь. — Мне тоже она нравится.
Горностай перебежал с одного плеча на другое, бормоча по пути что-то недовольное, потом посмотрел на меня и защебетал, переводя взгляд то на меня, то на дверь домика.
— Ты хочешь сказать, что я ей нравлюсь? — предположил я.
Федя удовлетворённо муркнул и как будто кивнул.
— Ты уверен? — спросил я, улыбаясь до ушей, хотя сам уже чувствовал, что зверек прав.
Горностай опять замурчал и снова полез с одного плеча на другое. Не сидится ему на одном месте, так разволновался.
— И чего ты так за меня переживаешь? — спросил я у Федора, смеясь, и погладил его по голове.
Зверек снова замурчал, теперь улегся на моем плече, прижался к моей щеке и успокоился.
Я еще некоторое время смотрел на домик и красивый палисадник, потом развернулся и пошел в сторону дома, своего теперь. Пока шел незнакомым переулком, все думал о том, как Женя смотрела на меня в тот момент, когда мы стояли возле калитки. Потом тряхнул головой, словно освобождаясь от наваждения, и пошел домой чуть быстрее.
* * *
Когда я вошел в прихожую, сразу почувствовал насыщенный запах жареной картошки с мясом. С кухни раздавались приглушенные голоса и иногда тихий смех. Я осторожно подкрался к двери и заглянул на кухню.
Матвей и Арсений сидели за столом, пили чай, закусывая какими-то крохотными печеньками, и что-то тихо обсуждали. Создавалось такое впечатление, что они очень давно знакомы и вообще закадычные друзья. Матвей увидел меня первым и ткнул локтем Арсения. Оба резко выпрямились на стульях и изобразили дежурные приветливые улыбки.
— Не понял, вы что тут, меня, что ли, обсуждаете? — усмехнулся я, усаживаясь за стол.
— С чего это ты решил? — спросил Матвей и поперхнулся. — Просто Сеня рассказывал мне, как он работал у вас в лаборатории, как он делал тут артефакт, пока нас не было. Как он покупал новую кастрюлю взамен испорченной, даже купил мне новую сковородку, на которой я сейчас картошку пожарил. Кстати, на вот, ешь, это тебе оставили. А еще Арсений сделал кое-что полезное. Давай, дружище, неси это чудо сюда.
— Сейчас, сейчас, — с довольной физиономией сказал Арсений и убежал в зал.
Через пару минут вернулся с какой-то странной подвеской в руках. Замысловатое переплетение латунной проволоки, опутывающее несколько красных каменных кубиков, образуя небольшую гирлянду.
— Интересное… рукоделие, симпатичное… наверное, — сказал я, взяв в руки этот непонятный предмет. — И что она делает?
— Вообще-то, это никакое не «рукоделие», — нахмурив брови, сказал Арсений. — Конечно, мне пришлось помучиться, чтобы все это заплести, но здесь каждый узел имеет свой смысл. И вот эти кубики — это источник энергии для всех этих переплетений.
— Да? — спросил я, и уже совсем по-другому глядя на это странное изделие.
— Да! — немного резко сказал Арсений, которому, видимо, не понравился мой скептический взгляд. — Этот артефакт генерирует поле, которое отпугивает от его владельца монстров аномалии. Они просто уходят и перестают им интересоваться.
— А с чего это вдруг? После активации этот артефакт начинает как-то дико вонять? — скептично спросил я, ожидая очередной бурной реакции.
После короткой паузы Матвей заржал в голос, откинувшись на спинку стула и гулко стукнувшись головой об стену.
— Вонь тут совершенно ни при чём, — обиженным голосом пробурчал Арсений. — Я же говорю, это генератор защитного поля. Монстры просто натыкаются на него, разворачиваются и уходят. Ну, по крайней мере, так было написано в одном старом учебнике, который я нашёл в библиотеке.
— Наверное, монстры просто понимают, что ты невкусный, — отсмеявшись и вытирая слёзы, сказал Матвей. — Поэтому обижаются, разворачиваются и уходят.
— Да мне абсолютно по фиг, на что они там обижаются, — отмахнулся от приятеля Арсений. — Главное, чтобы близко не подходили.
— И хорошо, что эта штука не воняет, — добавил я. — Надо бы испытать этот артефакт как-нибудь при случае.
— А вы возьмите меня с собой в Аномалию, — с робкой надеждой в голосе предложил Арсений. Еще глазки сделал как у того котика. — Я надену этот амулет, и посмотрим, как будут себя вести монстры рядом со мной.
— Ты хочешь, чтоб мы позволили Лешему тебя обнюхать? — поинтересовался Матвей, выпучив глаза. — То есть мы отойдём в сторону, а ты подойдёшь к Лешему на разговор по душам?
— Ну что ты сразу начинаешь? — взвился Арсений, недовольно сдвинув брови. — Зачем сразу Леший? Ты бы ещё Бронированного дракона вспомнил. Давай попробуем на чём-нибудь более мелком. Какие-то там лисы-каракатицы там бегают, ёжики, которые туманом пукают. Я уже слышал рассказы об этом. Вот на них и можно попробовать.
— Этот «пукающий» ёжик тебе и так не подойдёт, — усмехнулся Матвей. — Это опасно.
— Ну, тогда лисы или волки, — добавил артефактор.
— Наверное, со Спрутолисами будет самое то, — задумчиво сказал я. — Если даже тяпнет за ногу, то, по крайней мере, не смертельно. Но вы, скорее всего, успеете его пристрелить при случае необходимости.
— В смысле «вы»? А ты с нами не пойдёшь? — удивился Матвей.
— У меня слишком много дел в госпитале, — ответил я, покачав головой. — Меня уже там несколько дней не было, а там произошли серьёзные изменения и будут ещё происходить. Нужна моя помощь, а ещё нужна целительская практика. Скоро будет прорыв шестого круга.
Ну не то, чтобы прямо скоро, но ведь мне надо приложить усилия, чтобы этого достичь, а то в последнее время я больше набирался боевого опыта, что не совсем соответствует моим целям.
— Ого! — сдавленно произнёс Матвей, вытянув удивлённое лицо. — Уже шестой на носу? Ну ты ракета, Ваня.
— Как есть, — усмехнулся я, потом добавил: — У меня ещё в лаборатории очень много дел. Так что вы со Стасом сходите с нашим молодым и преуспевающим артефактором на прогулку, чтобы он проверил, как функционирует его артефакт. Если это на самом деле рабочая вещь, то их понадобится очень много.
— Да в смысле очень много, — напрягся Арсений. — У меня руки не железные, вот это всё выплетать каждый день. Я и так вот это всё два часа плёл, и все пальцы исколол себе этой латунной проволокой, она достаточно жёсткая.
Парень показал свои пальцы, на которых были видны несколько свежих мелких ранок с запекшейся корочкой крови.
— Будем думать над этим, — сказал я. — Возможно, какие-то манипуляции можно делегировать. Те, для которых не нужно мастерство артефактора, а просто нужны умелые руки.
— Ну, тут я согласен, многие вещи могут делать обычные люди, — сказал Арсений, почесав макушку. — Только их сначала надо найти, чтобы и руки из нужного места росли.
— Кто бы говорил о нужном месте, — снова рассмеялся Матвей.
— А ты в чём-то не согласен, что у меня руки из нужного места? — спросил Арсений, ткнув своим новым изделием Матвею практически в нос. — Тебе кажется, что это мог бы сделать криворукий?
— Ну ладно, ладно, всё, доказал, убедил. Вижу, что ты не криворукий. Просто они у тебя не кривые, а слегка дырявые, через них некоторые вещи проваливаются, падают и разбиваются.
— Ну бывает такое иногда, — сказал со вздохом Арсений. — Но я с этим борюсь.
Пока ребята активно пререкались между собой, я быстро доел оставленную мне картошку с мясом и взял в руки чашку с ароматным чаем. Да, было бы неплохо, если бы парень справился с задачей, тогда можно будет открыть что-то типа мастерской и поставить его туда руководить. Такие артефакты очень понадобятся при освоении кратера. Если геологи под его защитой смогут работать спокойно, то можно будет уменьшить количество охраны. Деньги надо считать всегда и везде, лишних ни у кого не бывает. Если такие артефакты приобретать со стороны, то выйдет неизмеримо дороже. В общем, для рода и меня лично все его разработки будут полезны, тем более Арсений — мой человек, а значит и все, что он сделает, в первую очередь решаю я, куда направить.
— Ладно, ребята, давайте закругляться, — сказал я, поставив на стол пустую чашку. — Завтра предстоит трудный и очень насыщенный день. По крайней мере, у меня. А вы уж там сами смотрите. Можете отдохнуть, поспать подольше, потом сходить в Аномалию, прогуляться, — я перевел взгляд на самого разумного из них. — И Матвей, прошу тебя, присмотри, пожалуйста, за моим цветником в гараже, чтобы там всё было в порядке. А ещё лучше, если ты закажешь систему автоматического полива. И ещё лучше установить туда камеры наблюдения, чтобы в случае долгого вынужденного отсутствия можно было видеть, что там происходит, как там что растёт. Вдруг что-то внезапно завяло.
* * *
После невероятного количества волнующих событий, произошедших за последние несколько дней, просто спокойно идти утром по улице в сторону госпиталя казалось необычайным даром. Ясное небо, яркий рассвет, свежий воздух, чириканье и щебетание птичек, мяуканье кошки за углом, прохожие на улицах — всё казалось таким родным, близким, приятным, спокойным, размеренным. Словно я вернулся в обычную жизнь. В жизнь обычного человека, живущего в обычном маленьком провинциальном городе.
Особенно приятно было подходить к самому госпиталю. В этот раз Федя спокойно сидел на моём плече и не попытался спрыгнуть с него, когда подходили к крыльцу. Медсёстры приёмного отделения поздоровались со мной, помахали ручкой моему питомцу, подарив ему свои улыбки — все признавали, что зверек жутко обаятельный. Я с жизнерадостным видом вошёл в ординаторскую и бодро приветствовал всех присутствующих.
Анатолий Фёдорович, как всегда, сидел на диване с газетой в руках. Глянул на меня поверх газеты, кивнул и снова углубился в чтение.
Олег Валерьевич встал из-за стола, протянул руку для приветствия. Василия Анатольевича ещё не было.
— Выходит, сегодня я пришёл раньше него, — едва слышно сказал я, надев халат и усевшись в кресло. — Что у вас тут нового произошло за то время, которое меня здесь не было?
— Что нового? — переспросил Герасимов, опустив газету на колени. — Моё рабочее место ты видел. Лабораторию тоже. Приёмное отделение новое ты тоже видел, ленточки на месте, почти все. Но вчера уже подогнали кое-какую технику. Пахнет большими переменами.
— А я что-то не заметил никакой техники, когда подходил, — сказал я.
— Да они её за угол на время убрали, — махнул рукой в неизвестном направлении мой наставник. — Там какие-то бурильные установки, бульдозеры и даже небольшой кран.
— От меня, что ли, спрятали? — усмехнулся я.
— Скорее уж, от каких-нибудь проверяющих, которые всё ещё не согласны, — вздохнул Герасимов. — Чтоб они провалились в силосную яму.
Олег Валерьевич никак не стал это комментировать. Он просто молча и задумчиво смотрел в окно, где утреннее солнце подкрашивало листву деревьев оранжевым и золотым, словно медитировал, глядя на утренние краски. Приглядевшись, я понял, что некоторые листья и на самом деле уже пожелтели — приближалась осень.
Внезапно дверь с шумом распахнулась и, словно пыхтящий на старте паровоз, ворвался запыхавшийся Василий Анатольевич, раскрасневшийся от быстрой ходьбы.
— Прошу простить, я сегодня немного позже, но вроде не опоздал, — бросил он на ходу. — Во, и исследователь Аномалий пришёл. А что это ты тут забыл? Тебя монстры отпустили? Разрешили пойти погулять?
— Не совсем так, — совершенно спокойно ответил я, глядя на него невозмутимым и немного строгим взглядом. — Просто я уже научил всех Василисков прыгать через горящий обруч, и душа Аномалии сказала мне, что здесь в госпитале есть один вызывающе ведущий себя тип, которого тоже надо научить прыгать через горящий обруч. Пришлось идти выполнять. Вы готовы, Василий Анатольевич?
— Че-го? — ошалевшим голосом переспросил Василий Анатольевич и удивлённо распахнул глаза.
Олег Валерьевич посмотрел на него, потом на меня, не удержался и прыснул от смеха.
Анатолий Фёдорович улыбнулся одними уголками рта, глядя на меня с некой гордостью, словно я наконец осуществил его мечту и сделал то, что он хотел сделать, но не мог по каким-то соображениям.
— Это ты меня, что ли, хочешь научить через горящий обруч прыгать? — спросил Василий Анатольевич, до сих пор не веря своим ушам.
— Ну, вообще-то, я вслух не сказал, кого я хочу научить, — сказал я, улыбаясь. — Просто хотел уточнить, есть ли у вас желание в этом поучаствовать. Но если вы считаете, что надо научить именно вас, то я никак не могу вам в этом отказать.
Лицо Василия Анатольевича стало наливаться краской, склоняясь к багровому. Губы задрожали. Кулаки сжались. Он задышал ещё глубже, нервно сопя. Казалось, ещё немного, и он просто лопнет, как мыльный пузырь. В этот момент у него в кармане зазвонил телефон.
— Да! — рявкнул он, приложив телефон к уху. — Сейчас я выйду. Кто сказал, что я нервничаю?
Так же не отнимая телефона от уха, он быстрым шагом вышел из ординаторской. Герасимов улыбнулся шире и посмотрел снова на меня.
— Ваня, если что, подходящий обруч можно взять в кабинете ЛФК на втором этаже. Чтобы было возможно поджечь этот алюминиевый дрессировочный артефакт, обмотай бинтом и облей спиртом. А вообще, хватит балаболить, пошли в лабораторию, нас там ждут великие открытия. Иди пока ты туда, к Евгении, готовьте препараты. Я скоро присоединюсь. Приступим к изучению.
— Будет исполнено, — кивнул я, довольно улыбаясь, встал с кресла и вышел в коридор.
Василия Анатольевича нигде не было видно. Ну, может, и к лучшему. Пусть немного остынет. Продолжать эту словесную перепалку или переходить в рукопашную — особого желания не было. Ничего хорошего из этого не получится. Для него физически, для меня морально.
Когда я вошёл в лабораторию, совсем чуть-чуть, лоб в лоб не столкнулся с Костей, который собирался оттуда выходить, а точнее, выбегать.
— О, Ваня, привет! Как мы долго тебя ждали! — сказал парень, слегка отпрянув назад. — А я сделал прорыв второго круга буквально позавчера, пока тебя не было. Теперь вот осваиваю при каждой удобной возможности.
— Ого, ничего себе! — сказал я, крепко пожимая парню руку. — Молодец, Костя, далеко пойдёшь!
— Ну, насколько далеко, это мы ещё посмотрим. Второй круг за месяц, говорят, что это здорово, мне просто очень повезло. У меня отличный наставник, есть нужная литература, и мне за эти дни хватило работы. Большую часть пациентов скидывали на меня. Вот вчера только не удалось практически никого полечить, потому что мы с Арсением…
Парень немного замялся, подбирая слова.
— С этого места поподробней, — сказал я, заходя вместе с Костей в лабораторию. — Как тебе удалось укротить артефактора?
— Укротить? — скривившись, сказал Константин и тяжело вздохнул. — Ну, укротить такого капризного и манерного аристократа довольно сложно. Но я в итоге убедил его мне помогать. Просто доведя до сведения, что если он не будет этого делать, я расскажу всё тебе.
Вот это у меня репутация, оказывается. Интересно.
— Ну и как из него помощник? — поинтересовался я. — Получается, что?
— Ну как, поначалу не очень, — тише обычного сказал парень, глядя куда-то в сторону и опасаясь встретиться со мной глазами. Потом вздохнул и добавил: — Пришлось ремонтировать одну установку.
— Какую установку? — возмущённо воскликнула Евгения, заметившая нас и тихо подошедшая поближе. — Почему ты мне ничего не сказал?
— Ну как тебе сказать? Я просто не успел, — начал оправдываться Константин, немного сжавшись и сделав ещё один шаг назад, выходя из радиуса прямого поражения подзатыльником. Вот что значит опыт! — Арсений тут хотел немножко поправить. В третьей установке слева. В итоге штатив один подкосился, и половина установки рухнула на пол.
— Что-о-о⁈ — воскликнула Евгения, схватившись руками за голову и побежала к установке. — Что ты какую-то ерунду городишь? Она же вот, стоит целая!
— Ну как бы да, — виновато улыбаясь и пожимая плечами, сказал Константин. — Мы её восстановили. Я же знаю, где лежит нужная запасная посуда и все соединители и теплообменники. А все осколки убирали, причём большую часть убрал сам Арсений.
— Арсений подметал полы? — теперь пришла моя очередь удивляться.
— Ну да, я его даже об этом не просил, — хихикнул Костик. — Просто сказал вслух, что Ваня очень сильно разозлится теперь. Он схватился за веник с совком, которые здесь в углу стояли возле стеночки, и стал сам всё подметать, выискивая каждый маленький осколочек. А потом мы с ним вдвоём восстанавливали установку. Сделали всё в точности, как и было.
— Ну да, — сказала Евгения, медленно выдыхая. — Я даже не заметила, что установка немножко отличается. Теперь только вижу. Ладно, на первый раз прощаю.

----------

Глава 21

Глава 21
Я вышел на середину зала и окинул взглядом лабораторию. По сравнению с тем, что у нас было, это просто настоящая алхимическая фабрика. Химические шкафы, столы, конструкции, установки. Везде всё кипело, булькало, переливалось, шипело. Работали мощные вытяжки, в воздухе не чувствовалось никаких посторонних запахов, ничего не разъедало глаза, не першило в горле. А судя по размерам всех этих колб, реторт и теплообменников, количество производимой продукции вырастет теперь не в разы, а на порядки.
— Пойдём, я тебе кое-что покажу, — сказала Женя и без стеснения взяла меня за руку.
Сначала мне показалось, как будто меня слегка ударило током, возможно, просто искра от статического электричества. Это прикосновение было настолько неожиданным, оно было совершенно другим. Создавалось впечатление, что между нами нет той дистанции, которая была до этого. Хоть и раньше общались почти по-дружески, но всё равно чувствовался барьер. Теперь он словно исчез.
Мне казалось, что я знаю её очень давно и что она в доску свой человек. Вот только Женя просто взяла меня за руку, как берёт сестра брата или девушка своего парня, и повела к установке, производящей капсулы.
Здесь уже был большой контейнер с заготовками капсул, ещё пустых. В них предстояло поместить соответствующие эликсиры и запечатать, тогда капсула будет готова к применению.
— Как тебе это? — с довольным видом спросила Евгения.
— Я же так понимаю, это как раз Костик с Арсением сделали? — спросил я, повернувшись к парню. — Правильно я говорю?
— Так точно, — отрапортовал Костик, козырнув. — Это всё мы сделали.
— Вполне неплохо, — сказала девушка, взяв горсть заготовок капсул и высыпав их обратно в контейнер. — Выглядит вполне приемлемо, посмотрим теперь, как это поведёт себя в действии.
— И это ещё не всё, — сказал Костик, буквально светясь от распирающей его гордости. — Мы уже и расфасовали немного вчера.
— Даже так? — удивлённо вскинула брови Евгения. — А я ещё даже не видела.
— Идите, покажу, — сказал Костик, и мы направились к станку, который занимается наполнением и расфасовкой капсул по блистерам. — Тут совсем немного, мы просто решили попробовать и показать. А то вдруг что-то не так, и мы испортим много продукта.
Я взял в руки блистер с капсулами, практически ничем не отличающийся от того, что можно купить в аптеке. Какое-нибудь обезболивающее или лекарство от простуды, а может, просто витамины. Только капсулы были прозрачными, и внутри был зелёный эликсир.
— То есть это капсулы для восстановления здоровья? — решил я уточнить на всякий случай, но, не дожидаясь ответа, который и так был очевиден, продолжил: — Целительный — это хорошо, но мне кажется, в первую очередь сделайте наркозный. Это будет удобнее всего, чтобы не было недобора или перебора при обезболивании. Дал бойцу капсулу эликсира и спокойно занимайся ранами и переломами. Так же можно сделать и очищающий, чтобы организм очищался от негативной энергии, пока пациент ждёт помощи или пока мы заживляем его раны. А сами капсулы и упаковка выглядят отлично, — сказал я и обернулся к Евгении. — Пойдём готовить препараты из новых образцов. Скоро придёт Анатолий Фёдорович и начнёт задавать неудобные вопросы.
— Так, подождёт немного Анатолий Федорович со всеми этими препаратами, — довольно строго и неожиданно холодно произнесла Евгения, сразу став серьезной. — У нас есть очень важная и первостепенная задача. Если мы сейчас не обработаем Пещерник, то все наши старания просто насмарку. Все эти веники можно будет просто выбросить.
— Хорошо, — сказал я, уже представляя себе недовольство наставника, когда он поймет, что мы не подготовились. — Ты права, давай займемся Пещерником. Надеюсь, наставник нас поймёт.
— Вот возьми, я подготовила специальные перчатки, чтобы не исколоть все пальцы об острые шипы, — сказала Женя и протянула мне пару плотных прорезиненных перчаток для работ с техникой.
— Может, я Костю усажу за перебор Пещерника, а сам пока подготовлю препараты? — предложил я менее муторный вариант.
— Нет уж, — Евгения уже более спокойно покачала головой, продолжая старательно отрывать листочки. — Пусть парень наблюдает за установками, он уже неплохо с этим справляется. А здесь он начнёт торопиться и только все испортит.
Костя с облегчением вздохнул, посмотрев на большую кучу колючих веников, которые мы собирались перебирать, и пошел заниматься порученными ему делами.
— Я тут поинтересовалась на досуге, для чего нужно это растение, — сказала Евгения, осторожно и скрупулезно складывая в контейнер листочек за листочком. — В основном из измельченных в пудру листьев делают особую, очень редкую специю для приготовления блюд для высших аристократических кругов. По сравнению с Пещерником, шафран — просто копеечный ширпотреб, ненамного дороже банальной лаврушки. Так что у нас в руках сейчас целое состояние. Я нашла рецепт, где используется такая специя, количество нужно совсем мизерное, а стоимость блюда в глазах гурманов вырастает в разы. Так что здесь сложен, пожалуй, годовой запас для всех элитных ресторанов Москвы и Питера. И даже для всех личных поваров высшей аристократии и двора императора.
— Очень впечатляет, — сказал я, снова посмотрев на большую кучу слегка подвявшей листвы и проникшись её ценностью. — Ни за что бы не подумал, что ничем особо не приметный кустик из Аномалии может цениться настолько высоко. Еще и в таком ключе.
— Я тоже этого не совсем понимаю, если честно, — сказала девушка, загадочно улыбаясь. — Даже понятия не имела об этом буквально вчера. Вообще, я раньше читала, что он нужен совсем для другого, правда, тоже не слышала, чтобы его для этого использовали, но, думаю, что тебе понравится.
— И для чего же? — спросил я уже более заинтересованно.
Женя на мгновение оторвалась от своего увлекательного занятия и посмотрела на меня. Девушка уже открыла рот, чтобы сообщить мне шокирующую новость, но вдруг замерла с испуганным лицом.
В это время откуда-то из середины лаборатории послышалось зловещее шипение. Потом быстрые приближающиеся шаги нашего юного ассистента. Прямо возле нас застыл Костик с вытаращенными глазами, жадно хватая ртом воздух.
— Костя, ты чего это? Подавился чем? — спросил я.
— Нет, не подавился, — выдавил парень наконец первые слова. — Кажется, у нас серьезные проблемы. Там что-то пошло не так, — показал он себе за спину.
Мы с Женей побросали ветки на пол и побежали вслед за Костей. В установке синтеза очищающего эликсира буквально все жидкости внезапно поменяли свои цвета на совершенно нетипичные для этого процесса. Кипение и бурление стало более интенсивным, каким-то более зловещим. В одном месте лопнула пароотводящая резиновая трубка, и оттуда свистела тонкая струя горячего пара. Даже вытяжка не справлялась с неприятным едким запахом.
Женя схватилась руками за голову и смотрела на установку так, словно там вместо жидкостей ползал клубок ядовитых змей.
— Всё, это конец, — невнятно пролепетала девушка, потом повернулась ко мне, глядя расширенными от ужаса глазами. — Надо срочно бежать отсюда, сейчас разнесет всю лабораторию! Рассказывай, давай, что ты не так сделал⁈ — последние слова были обращены к замершему рядом со мной Косте.
— Да вроде все правильно, все по списку, — неуверенно сказал парень и начал вслух зачитывать, что было написано в лежавшем на столе списке ингредиентов.
Дойдя до пятого пункта, парень резко остановился.
— Ой!
— Что «ой»⁈ — резко спросила у него Евгения, делая шаг навстречу парню.
И в этот момент я был как никогда рад, что это не я был причиной смены ее настроения. Жуть просто.
— Кажется, я вот это перепутал, — ответил Костя, ткнув пальцем в пятый пункт и на всякий случай отходя назад.
— Да как ты мог это перепутать⁈ — уже не сдерживая эмоций, вскрикнула девушка. — Как это можно вообще хоть с чем-нибудь перепутать? Тут же все четко и ясно написано!
— Прости, Женя, — пролепетал не своим голосом резко побледневший Константин. — Я, наверное, отвлёкся, задумался о чем-то и подумал не про то. Вроде начало названия похожее.
— Только начало! — продолжала разъяряться Евгения. — Только первые три буквы! Дальше ничего общего! Ты понимаешь, что вместо очищающего эликсира здесь сейчас изготавливаешь магическую взрывчатку? Только ещё некоторые ингредиенты надо было поменять и теплообменники в два раза больше поставить. Сейчас всё это взлетит на воздух к Лешему!
Я тем временем смотрел, как усиливаются процессы бурления в колбах и ретортах. И правда, уже становилось совсем не по себе, ситуация реально становилась угрожающей. Я положил девушке руку на плечо, мягко повернул ее к себе и посмотрел в глаза.
— Так, подожди, стоп! — сказал я достаточно громко и уверенно, но без грубости. — Хватит паниковать! Скажи, что нужно делать, чтобы изменить ситуацию, наверняка есть способ.
— Что? — спросила уже растерянно девушка, посмотрела на меня, потом на лежащую у нее на плече мою руку. — Да, ты, пожалуй, прав, надо что-то делать. Так, а что именно делать? — спросила она уже у самой себя. Потом начала быстро уменьшать интенсивность пламени практически во всех горелках.
— Так, ребята, быстро тащите лёд из морозилки! — начала раздавать задания Евгения. — Костя, принеси сюда тазик с холодной водой!
Я, не медля ни секунды, побежал в сторону морозилки, Костик заметался на месте, потом резко побежал в сторону санузла. Буквально через минуту мы оба вернулись обратно. Женя опустила пару нижних реторт в таз с холодной водой. Пакет со льдом замотала в полотенце и прижала к одному из теплообменников.
— Ваня, принеси мне срочно ровно двадцать листочков пещерника, — быстро протараторила девушка и посмотрела на меня взволнованно. — Срочно! Пока будешь бежать обратно, постарайся максимально размять между ладонями.
Последнее я услышал, когда уже метнулся к контейнеру, где лежали оборванные мной листочки, отсчитал ровно двадцать и принялся усиленно растирать их в ладонях, пока бежал обратно через всю лабораторию.
Женя осторожно взяла скомканные и уже пустившие сок листочки с моей ладони и забросила их в одну из промежуточных колб. Она сделала это так уверенно, словно поступает так далеко не в первый раз. Кажется, я на пороге разоблачения какой-то тайны и она это поняла, но теперь махнула рукой.
— Костя, — обратилась Женя к парню, снова задумавшись, потом опять зачастила: — Принеси мне быстро контейнер номер пятнадцать со второй полки четвёртого стеллажа. Шустрее!
Парень побежал и буквально через десять секунд уже стоял с контейнером в руках рядом с девушкой. Кроме номера и аббревиатуры на контейнере больше ничего не было написано. Я даже не помню, чтобы мы такое делали, там был какой-то странный тёмно-коричневый порошок.
Женя взяла из ящика стола мерную ложечку и три таких ложечки положила в стартовую колбу, где ещё докипала первоначальная смесь. Постепенно жидкость во всех стеклянных магистралях начала темнеть ещё сильнее, почти до черноты. Женя убавила все горелки на полный минимум.
— Несите ещё лёд, лучше весь, — скомандовала девушка, и мы побежали к морозилке вдвоём.
Вернулись обратно со всеми имевшимися там пакетами с кубиками льда.
— Прижимайте сюда и сюда, — Евгения указала на два теплообменника.
Мы с Костей быстро повиновались. Я поискал глазами какую-нибудь тряпку или полотенце, чтобы не отморозить руки, потом плюнул и прижал пакет рукой, одетой в защитную перчатку, которая от мороза особо не защищала. Ну ничего, потом сам себя же и подлечу.
Медленно, но верно жидкость во всех колбах и стеклянных трубках начинала светлеть и из практически чёрной стала насыщенной тёмно-синей.
— Вроде всё, успокоилась, — уже гораздо более спокойным голосом произнесла Евгения. — Теперь просто ждём и наблюдаем.
Мы так и застыли втроём, удерживая лёд возле теплообменников и наблюдая за медленно перетекающей, булькающей и капающей в финишную колбу тёмно-синей жидкостью. Цвет уже не выглядел так устрашающе, как раньше, даже немного успокаивал.
Так мы простояли ещё минут пятнадцать. Руки уже замёрзли, онемели и практически отваливались. Ладонь, удерживающая лёд на теплообменнике, отмёрзла окончательно. Хотя к этому моменту лёд уже практически весь растаял.
Наконец процесс завершился.
— Лёд можно убирать, — сказала Женя.
Мы побросали пакеты со льдом, точнее, с остатками льда, в таз с водой и убрали таз на пол. В финишной колбе теперь находилось около литра густой синей жидкости. Казалось, что она словно состоит из крупинок или икринок, которые теперь надо особым способом высушить.
Женя принесла из холодильника подходящий лоток, тонким слоем выложила на него эти синие икринки и мы с особой осторожностью установили всё это в холодильник.
— Ну вот, — сказала Евгения, с облегчением вздохнув и символично отряхивая руки. — Всё закончилось, теперь никто никуда не взлетит. Только не трогайте пока эти гранулы без меня. К вечеру они должны будут полностью высохнуть. Тогда останется только испытать.
Мы с Женей снова вернулись к обработке веточек Пещерника, когда в лабораторию наконец пришёл Герасимов. Он подошёл к своему рабочему месту, осмотрел совершенно пустой стол, на котором не было ни единой заготовки, потом перевёл вопросительный взгляд на нас.
— Так, я что-то не понял, — сказал заведующий довольно резким и раздражённым тоном. — А где всё? Вы что это, ребята, решили начать меня игнорировать?
— Анатолий Фёдорович, — решил я взять слово, принимая удар на себя. — У нас очень уважительная причина, позвольте мне объяснить.
Я сделал паузу, наблюдая за его реакцией. Наставник нахмурившись посмотрел на меня, потом кивнул, мол, объясняй.
— Дело в том, — продолжил я, — что если мы сейчас не обработаем вот эти дико дорогие веточки, то выбросим на помойку почти половину госпиталя, если не больше. Это если по стоимости рассматривать.
— Да ладно! — удивлённо произнёс Герасимов, подходя ближе. — Это что, тот самый пресловутый Пещерник, что ли?
— Именно он, — сказала Евгения, удивлённо покосившись на начальника, видимо, не ожидала от него таких познаний.
— Тогда с вами всё ясно, — понимающе кивнул Герасимов и с показательно обречённым видом поплёлся к своему рабочему месту. — Позанимаюсь пока один, работайте.
Анатолий Фёдорович подошёл к холодильнику и стал оттуда выгружать на пластиковый лоток контейнеры, которые мы составляли туда накануне поздно вечером. Какое-то время он работал в гордом одиночестве, методично и самозабвенно обрабатывая каждый следующий препарат, заливая его парафином и нарезая тонкие срезы микротомом. Рассматривал сначала под обычным, потом под электронным микроскопом. Периодически он качал головой, иногда подпирал кулаком подбородок, задумчиво глядя куда-то вдаль. Потом снова припадал глазами к окулярам микроскопа.
В общем, был занят делом. Мы с Евгенией присоединились к нему только через час.
— Что, соизволили снизойти до бедного старика и помочь? — тоном умирающего от голода нищего спросил Анатолий Фёдорович.
По мне, слегка переигрывал, но я к этому уже давно привык. Тут все, как мне кажется, были со своими причудами.
— Ну, Анатолий Фёдорович, какой же вы старик? — елейным голоском начала говорить Евгения. — Вы же ещё в самом расцвете сил!
— Ты, правда, так считаешь? — спросил мой наставник, хитро, но в то же время довольно улыбаясь.
— Ну конечно! — воскликнула девушка, сделав лицо максимально честным и прижав руку к сердцу для достоверности.
— Ладно, прощаю, мелюзга, — махнул рукой Герасимов, улыбаясь уже до ушей. — Идите сюда, я вам кое-что покажу.
С одной стороны, резало по ушам такое обращение со стороны наставника, но я давал себе отчёт, что это просто особенность его характера, да и говорит это не со зла, не с целью оскорбить, даже я бы сказал, наоборот, это у него такой странный способ сплочения команды. Мы подошли к новёхонькому бинокулярному микроскопу, я пропустил девушку вперёд, но Евгения настояла, чтобы я посмотрел первым.
Я сел в удобное рабочее кресло и припал к окулярам. Сначала никак не мог понять, на что же я смотрю, настолько нетипичным было строение тканей. Лишь подвигав предметный столик и просмотрев все части среза, я смог догадаться, что это кусочек кожи той самой Каменной мартышки.
— Да ладно, не может такого быть! — воскликнул я, продолжая рассматривать верхние слои эпидермиса.
— Я тоже так считал, Ваня, — усмехнулся Анатолий Фёдорович. — А оно вон, видишь, как бывает.
— А что там такого? — не выдержала томимая жаждой открытий Евгения.
— Клетки ороговевшего слоя эпидермиса буквально набиты каменной крошкой, — сказал я, плавно смещая предметный столик, чтобы хоть примерно представлять себе толщину каменно-рогового слоя. — Садись и посмотри.
Я уступил место девушке, а она впорхнула в кресло, как канарейка в гнездо, сразу прижавшись к окулярам. Сначала Женя молча, как и я, двигала предметный столик, внимательно рассматривая каждый фрагмент препарата, потом медленно отстранилась и задумалась.

----------

Глава 22

Глава 22
— Там, действительно, очень много слоев ороговевших клеток эпидермиса, практически наглухо забитых каменной крошкой, — тихо произнесла Евгения и растерянно посмотрела на нас с Анатолием Фёдоровичем. — Такое впечатление, что их набивали, как мешок горохом. Потом всё это скоксовалось и срослось. Поэтому кожа этих мартышек снаружи так похожа на камень и такая твёрдая. Я этот маленький кусочек еле отрезала.
— Вот да, интересно, как так у них происходит? — задумчиво произнёс Герасимов, почёсывая подбородок. — Аномалия всегда преподносит сюрпризы, ведь в обычных условиях такое невозможно.
— Но это ещё не всё, — сказала Евгения. — Я явно видела у этих монстров наличие магической защиты, дело не только в камне как таковом.
Девушка взяла предметное стекло со столика микроскопа и положила под электронный, уверенными движениями корректируя и постепенно увеличивая изображение. Сразу видно, что девушка с этим прибором работает далеко не первый раз. Жаль, что у меня такого не было.
Когда набитые каменной крошкой клетки стали размером почти во весь экран, стали заметны тонкие магические каналы — проводники энергии.
— Ну вот, теперь всё ясно, — сказал Анатолий Фёдорович. — Вот тебе и объяснение всего этого.
— Поэтому они настолько несокрушимы, — тихо сказала Евгения. — Их не берут даже магические пули, настолько серьёзная защита. Даже специально захочешь такое создать и то не получится.
— Да и огонь не очень хорошо с ними справляется, насколько я помню, — добавил я. — Не с первого раза маги-огневики их пробивали.
— Ну что, господа, налюбовались? — ехидным голосом спросил Анатолий Фёдорович, и мы удивлённо уставились на него. — А теперь посмотрите сюда, — сказал он, указывая на микротом.
Я подошёл к аппарату и присмотрелся к лезвию напротив фиксаторов испытуемого препарата. Стоило как следует изучить то, что было у меня перед глазами, и я увидел на идеальной заточке ножа едва заметные зазубринки. Для кухонного ножа это легко исправимо, а вот для микротома — это неизбежная замена лезвия или заточка в заводских условиях.
— Вот такие пирожки, ребята, — сказал Герасимов, разведя руками. — Узнали интересную тайну ценой испорченного оборудования.
— Но это же не фатально, — сказал я. — Нож можно и заменить.
— Можно, — сказал Анатолий Фёдорович, кивая, но в голосе уже чувствовался подвох. — Только вот медтехник сегодня взял день за свой счёт. Выйдет только завтра, да и то под вопросом, может, и не успеть вылечиться от своей «творческой болезни». Так что на сегодня срезов больше не будет. Можете посмотреть пока то, что я успел приготовить.
— А давайте я попробую сделать? — предложил стоявший у нас за спиной Костя, но мне показалось, что голос его прозвучал неуверенно.
— Ты попробуешь сделать? — усмехнулся мой наставник. — Ты хоть мясорубку разобрать и обратно собрать сумеешь?
— Зря вы так, Анатолий Фёдорович, — немного обиженно ответил Костя. — Я с детства люблю всякие механизмы. Я дома чинил всё подряд и соседям чинил, вплоть до настенных часов с боем.
— Да? — снова спросил Герасимов, всё ещё недоверчиво глядя на парня. — Ну хорошо, попробуй. Только всё равно запасное лезвие ножа для микротома хранится у медтехника, а этот товарищ будет в лучшем случае только завтра. Так что твоя инициатива ничего особо не меняет.
— Можно я посмотрю? — спросил Костя, делая шаг в сторону микротома.
— Дерзай, — сказал Герасимов, отойдя в сторону, чтоб ему не мешать.
Парень осторожно вскрыл крышку механизма и добрался до крепления ножа. Достал из кармана отвёртку и осторожно вытащил нож из крепления, внимательно осмотрев все особенности углубления, куда он ложится.
— Я сделаю этот нож сегодня, — сказал уже более уверенно Костя, глядя на заведующего. — В подвале есть мастерская, я видел там точильный станок.
— Какой ещё точильный станок, парень? Ты что, бредишь, что ли? — несколько раздражённо и на повышенных тонах высказал ему Герасимов. — Это же микротом! Здесь нужна точность заточки до нескольких атомов!
— Я не буду трогать заточку, — сказал Костя, хитро улыбнулся, аккуратно сжал нож микротома в руке и быстрым шагом удалился из лаборатории.
— Ну, пусть мальчишка поиграет, — сказал Герасимов, качая головой. — Всё равно хуже уже не будет, придётся ждать медтехника. А вы пока посмотрите вот эти три препарата, — Анатолий Фёдорович из многих лежавших на столе предметных стёкол выдвинул вперёд три штуки. — Мне очень интересно ваше мнение.
Мы начали по очереди загружать препараты под объектив микроскопа, внимательно разглядывая по очереди с Женей. Насколько я понял, на каждом из этих препаратов был срез коры головного мозга. И от препарата к препарату была разительная разница.
Конечно, до цитоархитектоники головного мозга человека этим образцам ещё очень далеко, но подвижки были заметны довольно существенные.
— Вот так, ребята, перед вами на столе на трёх стёклах практически эволюция вида за пару миллионов лет. Только всё это выловлено в ближайшее время, почти в одном и том же регионе, в одной и той же Аномалии, — сказал Анатолий Фёдорович, сложив руки за спиной и неторопливо расхаживая из стороны в сторону. — Вот такая вот интересная естественная эволюция в неестественных условиях. И я уже не совсем уверен, что к этой эволюции приложили руку эти несчастные маги, которые пытаются управлять зверями-мутантами.
— Не могу поверить своим глазам, — тихо пробормотала Евгения, снова прилипнув к микроскопу.
— А придётся, — усмехнулся Герасимов. — Давайте на этом закругляться. У вас свои дела, у меня свои.
Анатолий Фёдорович, не дожидаясь, когда мы отойдём от микроскопа, выключил всю подсветку. Пока мы раскладывали по местам препараты и контейнеры, убирали всё со стола, прибежал со счастливым видом Константин. Я сразу для себя заметил, что нож микротома в его руке стал несколько короче, хотя место крепления имеет прежнюю форму. Приглядевшись, я понял, что он выточил новое место крепления, укоротив нож с этой стороны. Хитро. Даже просверлил новые дырки для фиксации ножа.
И как только не сломал в процессе?
Герасимов живо заинтересовался происходящим и наблюдал, как парень прикручивает укороченный нож микротома на место. Затем парень поставил и фиксировал крышку инструмента, сделал шаг назад и окинул взглядом присутствующих.
— Готово, — уверенно сказал парень, довольно улыбаясь.
— Очень интересно, — уже более снисходительно сказал Анатолий Фёдорович и склонился над микротомом, присматриваясь к ножу.
— Ах, вон что ты придумал, — сказал Анатолий Фёдорович. — А ты хитрец!
Я подошёл поближе и увидел, что зазубрины, оставленные каменной кожей мартышек, ушли от столика, фиксирующего препарат, ближе к корпусу подвижной части. Теперь напротив препарата было лезвие, ни разу не использованное в деле, то есть, считай, совершенно новое. Даже боюсь представить, как там всё это вытачивал Костя за такое короткое время. Но результат превзошёл все смелые ожидания.
Анатолий Фёдорович плюнул на все свои другие дела, включил подсветку микроскопа и другое оборудование и снова занялся изучением добытых нами в аномалии препаратов.
Мы с Женькой тем временем загрузили по новой установку, из которой недавно получили взрывоопасные синие гранулы. Костя бегал по другим установкам, следил за показателями приборов, градусников, регулировал пламя горелок, добавлял нужные ингредиенты. Теперь в этом участвовали все мы втроём. Процесс двигался слаженно.
Дальнейшие наблюдения оставили на Костика, а мы с Евгенией стали собирать колбы с готовыми эликсирами и разливать по транспортировочным пробиркам, в которых они будут храниться уже у нас, использоваться в приёмном отделении, поступать в продажу, передаваться военным для использования в полевых условиях.
Но теперь от общего количества эликсиров в пробирки уходило не больше трети общего объёма, всё остальное отправляли в станок, чтобы заливать эликсир в капсулы. Капсулы упаковывались в блистеры, блистеры складывались в коробочку по три штуки.
Нам надо было только залить эликсиры в нужные ёмкости навороченного станка и нажать кнопку. А дальше можно было стоять рядом, скрестив руки на груди, и наблюдать, как с другой стороны агрегата на конвейерную ленту падают разноцветные коробки, потом расходятся в разные стороны и складываются в соответствующие ящики.
Вот вам и технологичная магия, когда все происходит без твоего участия. Главное — все сделать правильно.
— Красота да и только, — сказал я, любуясь процессом.
— Цвет капсул, блистера и коробки соответствуют эликсиру, — прокомментировала стоявшая рядом со мной Евгения. — Чтобы никто случайно не перепутал. И надписи крупные, прочитает и слепой.
— Ну да, даже тупой не перепутает, какой эликсир надо выпить, — сказал я, усмехнувшись. — Хотя… всякое возможно.
Рабочий день подходил к концу. Все установки завершили очередной полный цикл работы. Эликсиры по большей части отправлены в расфасовочно-упаковочную машину, от которой Костик уже отодвигал в сторону полные коробки.
Когда из машины выпала последняя коробочка с капсулами, Евгения нажала на кнопку выключения и быстрым шагом направилась к холодильнику. Быстро сообразив, в чём дело, я поспешил следом, почти сразу услышав за спиной шаги Костика.
Девушка осторожно извлекла пластиковый лоток из холодильника. На нём почти ровным слоем лежали небольшие синие шарики, словно диковинная икра. Женя осторожно взяла одну такую гранулу кончиками пальцев, понажимала на неё, убедившись в твёрдости, промокнула салфеткой, которая осталась сухой, и посмотрела на просвет.
— По-моему, всё дозрело, — сказала девушка, осторожно положив синюю икринку обратно на лоток.
Девушка осторожно поставила лоток на стол. Потом нашла на стеллаже пустой, герметично закрывающийся контейнер, и поставила рядом.
— Помогите мне переложить всё сюда, — сказала Евгения, потом более строгим голосом добавила: — Только очень осторожно, ни одна гранула не должна случайно упасть на пол. Костя, ты лучше отойди в сторону.
— А чего это я должен отойти? — возмутился парень. — Думаешь, я не справлюсь?
— Ладно, помогай, — махнула рукой девушка. — Но учти, уронишь хоть одну гранулу, я остальные в тебя кину.
— Понял, — пробубнил Костя и начал очень осторожно брать по несколько гранул и так же осторожно укладывать в контейнер, не издавая при этом ни звука.
Небольшое количество гранул девушка отложила в небольшую пластиковую пробирку, закрыла её надёжно пробкой и положила в карман.
— А это зачем? — спросил я, пока Костик куда-то отошёл.
— Хотела испытать сегодня, — тихо ответила Евгения и заговорщицки подмигнула.
— И ты хотела сделать это без меня? — удивился я, демонстративно подняв одну бровь.
— Кто тебе это сказал? — мило улыбнулась девушка и на душе как-то само собой стало теплее. — Просто хотела тебе потом об этом сообщить, когда домой пойдём.
— Ладно, — кивнул я и тоже улыбнулся.
Больше всего понравилась фраза «пойдём домой». То есть подразумевалось, что мы пойдём к ней домой вместе. Ну, конечно, не совсем домой, а скорее всего, за луком и стрелами.
Пусть я и понимал, к чему это может привести, но это не значит, что я не мог не наслаждаться происходящим. Тем более, когда все это происходит так неспешно. Да, мне это определенно нравилось.
Евгения осторожно взяла в руки контейнер с синими гранулами и пошла в дальний угол. Костик, видимо, предполагая, что он может сейчас пригодиться, шёл за ней след в след. Девушка присела возле небольшого сейфа, поставив контейнер на пол, и обернулась на Константина.
— Костя, отойди!
Костик вздохнул и послушно отошёл в сторону, на всякий случай даже отвернувшись в сторону окна. Девушка убедилась, что он не смотрит, открыла сейф и убрала туда контейнер с гранулами.
Сегодня был один из тех немногих дней, когда мы вышли с работы не позже, а точно вовремя. Не было желания задерживаться ни на минуту, очень хотелось посмотреть на эти синие гранулы в действии.
— Давай зайдём ко мне за луком и стрелами, потом куда-нибудь за южные ворота, — предложила Евгения, когда мы подходили к аллее.
Я невольно улыбнулся, моё предположение подтвердилось.
— Отличная идея, — всё так же улыбаясь, ответил я.
Когда мы дошли до середины аллеи, услышали приближающийся рёв мотора. Потом в конце аллеи появился квадроцикл, за рулём которого восседал довольный Матвей.
— А я за тобой, — оповестил меня приятель, перекрыв дорогу.
— Отличное приобретение, — сказал я, подходя к квадроциклу и критично осматривая. — Колёса большие, как раз для того, чтобы по лесам ездить, по разбитым дорогам. И багажник большой. Тогда у меня к тебе будет одна просьба.
— Какая? — не прекращая довольно улыбаться, спросил Матвей.
— Дай мне его пока на время, — сказал я, переводя взгляд с квадроцикла на приятеля. — Нам с Евгенией нужно съездить по одному очень важному делу.
— Ах вот как, — недовольно засопел Матвей, но всё же слез с квадроцикла. — Ну хорошо, езжайте. А если не секрет, в какую сторону?
— Пока что секрет, потом расскажу, — сказал я товарищу и хитро подмигнул.
— Ладно, — пожал плечами Матвей, — потом так потом.
Я сел за руль, Женя ловко вскочила на сиденье позади меня. Вопреки моим ожиданиям, схватилась не за меня, а за специальную ручку на сиденье. Ну ладно, так значит так. Когда я отъезжал от аллеи, увидел в зеркале заднего вида, что Матвей с кем-то разговаривает по телефону.
Я осторожно развернулся и уверенно покатил в сторону дома Евгении, разгоняясь в своё удовольствие всё быстрее и быстрее. Давненько не катался на квадроцикле. В последний раз это было на семейном полигоне под руководством наставника. Езда на таком виде транспорта тоже входила в программу обучения, как и на многом другом.
Я заглушил квадроцикл буквально в двух метрах от калитки симпатичного домика Евгении, днём он смотрелся ещё сказочнее. Девушка открыла калитку и вошла, так и оставив её открытой. Если я правильно понял, то это совсем недвусмысленное приглашение. Я вытащил ключ зажигания и пошёл вслед за ней.
То же самое было и с входной дверью в дом. Но я остановился в гостиной, дальше за ней не пошёл. Здесь было так же всё красиво и изысканно, как и в палисаднике. Старинные часы с боем, много комнатных цветов, картины, узкие высокие шкафы с книгами, а самое главное — довольно симпатичный камин. Всё было очень красиво, мило и в то же время изящно.
Буквально через пару минут девушка вышла из комнаты с луком и колчаном со стрелами в руках.
— Поехали? — спросила она, глядя мне в глаза и хитро улыбаясь.
— Поехали, — кивнул я.
Девушка закрыла дом, и калитку, я завёл квадроцикл, и мы направились в сторону южных ворот. Отъехав от ворот буквально полкилометра, я увидел у дороги ещё один такой квадроцикл, похожий как две капли воды. В сотне метров в стороне, по полю ходили Стас и Матвей, периодически наклоняясь и что-то выкапывая из травы. Стас обернулся к нам, и я увидел у него на руке кучку белоснежных шампиньонов, правда, с «аномальной спецификой». Я остановил квадроцикл.
— С нами поедете? — крикнул я парням.
— А можно? — с надеждой в голосе спросил Матвей.
— Можно, — ответила за меня Евгения.— Поехали, все равно же все узнаете рано или поздно.
— Стас, ты здесь хорошо ориентируешься, — обратился я к парню, когда они уже садились на квадроцикл. — Покажи где-нибудь подальше от города хорошую, удобную лесную поляну для испытания новых стрел с магической начинкой.
— А, вон оно что, — улыбнулся Стас, глядя на лук у девушки за спиной. — А я сначала подумал, что вы просто на охоту решили съездить. Тогда езжайте за мной.
Стас резво стартовал. Я тоже нажал на газ и, не отставая, поехал следом. От города мы удалились километров на десять. Какое-то время ехали по лесной дороге, потом снова началось поле. Потом остановили квадроциклы недалеко от начала следующего лесного массива.
— Вот здесь неплохо, и никто не услышит, — сказал Стас, кивая на строй высоких деревьев впереди.
— Ребята, отгоните квадроциклы чуть подальше на всякий случай, — сказала Евгения.
Я остался с ней, а Стас и Матвей переглянулись, сели за руль и отъехали назад метров на двести.
Тем временем девушка достала стрелу, высыпала из пробирки с десяток гранул на ладонь, затем осторожно фиксировала их сразу возле наконечника стрелы скотчем. Получилось несколько топорно, но для первых испытаний вполне пойдёт. А там уже можно придумать что-то более удобное и основательное.
Парни, о чём-то переговариваясь, уже приближались к нам. Евгения вскинула лук, положила стрелу на тетиву и натянула её, целясь в сторону ближайших деревьев, до которых было больше ста метров. Вполне безопасное расстояние для испытания магической взрывчатки, но, на мой взгляд, чистой воды перестраховка.
Щелчок тетивы и стрела взмыла в небо. Мы дружно пытались проследить её полёт, чему мешал яркий солнечный свет. Стук впереди известил о том, что стрела попала в ствол дерева. Следом за этим последовал мощный взрыв. Толстое дерево разорвало буквально в щепки, и в разные стороны, как круги по воде, понеслась голубая ударная волна магического взрыва.
Мы все четверо дружно рухнули в траву, закрывая голову руками в то же мгновение, когда прогремел взрыв, и волну я увидел, уже падая на землю. Я даже почувствовал, как через долю секунды прямо надо мной прошла ударная волна. Тут же я вскочил и посмотрел в сторону квадроциклов. Хоть они и находились достаточно далеко, но я видел, как они немного подпрыгнули, блеснув фарами на солнце.
— Вот это мощь! — восхищённо произнёс Стас, тоже увидев, как подпрыгнули квадроциклы.
— Вроде не должно было повредить, — взволнованно сказал Матвей, видно, что переживал за новую любимую игрушку. Вот что с человеком появившийся заработок делает.
Мы потихоньку поднялись и посмотрели туда, где только что прогремел взрыв. Кроме разнесённого в щепки дерева, в которое попала стрела, было повалено ещё два или три десятка деревьев в разные стороны, над поляной поднимался дымок.
— Ё-моё! — воскликнул Матвей, схватившись руками за голову и сделав максимально скорбное лицо.
— Ты чего это? — встревожилась Евгения, глядя то на парня, то на разрушение в лесу.
— На этой поляне росли такие классные белые грибы, — пробормотал Матвей, чуть не плача.
— Нашёл, о чём жалеть, — усмехнулся Стас. — Можно подумать, тут больше ни леса, ни грибов кругом нет.
— Но я именно здесь в прошлый раз собирал, — горестно вздохнул Матвей, поразив меня столь бурной реакцией. — Я только сейчас узнал это место.
— Я тебе ещё пятьдесят таких полян покажу, — попытался успокоить его Стас.
— Эх, — снова вздохнул Матвей, но уже с некоторым облегчением. — Ладно, покажешь. Прямо сегодня.
— Договорились, — усмехнулся Стас.
Мы с Евгенией, не сговариваясь, пошли вперёд, посмотреть на место взрыва. Те деревья, что упали, были немного опалены. Также следы магического пламени остались и на других деревьях, которые устояли. Трава в радиусе двадцати или даже тридцати метров была выжжена. Матвей наклонился к горке пепла и осторожно вытащил оттуда обугленный белый гриб.
— Интересно, его можно съесть? — спросил как бы сам у себя парень.
— Я бы не советовала, — покачала головой Евгения.
— Замучил ты уже со своими грибами! — высказался Стас, отнимая у Матвея обугленный белый и выбрасывая в сторону. — Поехали, я тебе покажу, где взять нормальные грибы.
— Прямо сейчас? — удивился Матвей, теперь уже с улыбкой на лице.
— Прямо сейчас, — пробубнил Стас. — Иначе ты не угомонишься. А новое оружие — реально огонь! Таким и Химеру в труху разметает, а может, и Каменного Василиска проберёт.
Мы с интересом осмотрели нанесённый взрывом ущерб, потом все вместе пошли обратно к квадроциклам. Беглый осмотр показал, что машины не повреждены, их просто качнуло взрывной волной, но всё осталось целым. Матвей с облегчением вздохнул, когда я завёл его квадроцикл. Вслед зарычал двигатель квадроцикла Стаса.
Мы с Евгенией поехали в сторону города, а ребята — дальше в лес. Я ехал достаточно быстро, и квадроцикл иногда подбрасывало на неровностях. Евгения теперь не держалась за ручку на сидении, а прижалась ко мне, плотно обхватив руками за талию. Это уже значительный прогресс.
Когда въехали на нужную улицу, девушка убрала руки и снова взялась за ручку. Такое впечатление, что она стесняется своих соседей. Боится, что они увидят, как она держится за парня. Недалеко от калитки я заглушил квадроцикл. Девушка остановилась перед калиткой, повернувшись ко мне.
— Ну как тебе новые стрелы? — спросила она, улыбаясь.
— Очень впечатлило, — честно признался я. — Даже не думал, что несколько таких маленьких гранул могут сотворить такое. Пока мы ехали, я тут подумал кое о чём, — сказал я, оглянувшись по сторонам и убедившись, что нас никто не видит и не слышит. — Я практически уверен, что твоим изобретением могут заинтересоваться Демидовы.
— Думаешь? — вскинула брови Евгения.
— Уверен, — улыбнулся я. — У них же собственные оружейные заводы, делают свои танки, ракеты и прочее. Если их новую реактивную установку зарядить такими гранулами, то она сможет накрывать одним залпом большую площадь или делать это более эффективно. Насколько я знаю, Демидовы не скупятся на хорошие вещи, которые им, в том числе могут принести деньги. Да и контракт ты можешь сама изучить со всем пристрастием.

----------

Глава 23

Глава 23
Девушка некоторое время смотрела на меня, словно пытаясь поверить в какую-то дикую небылицу, но у неё это никак не получалось.
— Ну, не знаю, — сказала Евгения, нахмурилась, сложила руки на груди и посмотрела куда-то в сторону, созерцая при этом дальние просторы вселенной. — Просто я вот думаю, где я и где Демидовы? Кто я для них такая, чтобы меня слушать и заключать какие-либо сделки?
— Ты вроде тоже не в деревне родилась в семье нищего барона, — рассмеялся я, вызвав тем самым недобрый взгляд. — Твой род тоже достаточно известен в Российской империи. Ты меня спрашиваешь, где Демидовы? — спросил я, а самого так и подмывало ткнуть себя в грудь пальцем, но я удержался. — Демидовы вон там, за городской стеной, за восточными воротами. Их воинская часть там так до сих пор и стоит палаточным лагерем. Ты ведь теперь знаешь старшего сына князя, Алексей Владимирович Демидов руководил нашим вчерашним походом. И он теперь тебя знает.
— Ну и что? — продолжала хмуриться Евгения. — Что он может обо мне знать, видел меня всего один раз.
— Зато какой это был день, ты неплохо смогла отличиться, — сказал я, потом сразу вспомнил, как пару раз приходилось её буквально спасать. — Не переживай, договоримся, решим. Ты готова, если что, повторить испытание в его присутствии?
— А ты мне сможешь такое организовать? — с удивлением и прежними сомнениями спросила девушка.
— Ну, я как минимум попробую, — достаточно уверенно сказал я. — Так что ты на это скажешь?
Евгения ещё некоторое время молчала. Потом перевела взгляд на меня, внимательно глядя в глаза, и наконец улыбнулась.
— Да, конечно, я готова, — произнесла девушка уже менее напряжённо. — Ты только скажи немножко заранее, если вдруг этот вопрос решится. Я буду ждать.
Евгения неожиданно положила руки мне на плечи и, притянув к себе, нежно поцеловала в губы. Потом отстранилась, резко покраснела, сказала: «Ну всё, пока», и быстро убежала в дом, звонко захлопнув за собой дверь.
А я так и стоял, смотрел на эту резную дверь с красивыми наличниками. На губах ещё осталось ощущение от её мягких нежных губ и её запах. Некоторое время я тупо разглядывал цветник в палисаднике. Потом встряхнул головой, сел на квадроцикл, завёл двигатель и поехал домой.
Что тут скажешь, Евгения мне нравится. Сначала она показалась немного странной, холодной и чересчур высокомерной, но это, скорее, внешние официальные оболочки. Потом я увидел в ней настоящего живого человека, со своими особенностями, со своими довольно интересными чертами характера.
Евгения — храбрый боец, талантливый алхимик, в то же время заботливая, о чём говорит тот момент, что она отдала мне свой обед, когда узнала, что я голодный. И я не уверен, что у неё была тогда при себе какая-то замена. Я видел, как она волновалась за меня. И всё это говорит о том, что, судя по всему, я ей нравлюсь.
Но, как мне кажется, девушка просто старается чаще всего это не показывать, скрывать. И вот сейчас не удержалась.
В этих мыслях я доехал до подъезда своего дома, огляделся, потом объехал дом и подъехал к гаражу. Пожалуй, здесь квадроцикл ставить будет лучше всего.
Я распахнул ворота и первым делом посмотрел на свои саженцы. Они ещё немного подросли с тех пор, как я видел последний раз. Правда, я не так уж и редко на них смотрю. Но несколько дней меня здесь не было, и перемены были довольно чувствительные.
Интересно, Матвей сделал то, о чём я его просил? Почва в горшках оказалась влажной, значит, сегодня он точно поливал. Но вот системы автоматического полива я так нигде и не увидел. Зато в углу теперь красовались три бочки, наполненных водой.
Квадроцикл я осторожно загнал вдоль правой стены, между полками и рядами горшков. Места вполне достаточно. Впереди пространство ограничивалось растянутыми на специальных рамах шкурами и кожей, самодельным контейнером для вяления мяса. У нас тут уже не гараж, а целая многопрофильная фабрика какая-то получается. Ещё в подвале всякие засолки, в виде опять же всё того же мяса. Насколько я знаю, и Стас запасы бельчатины сюда перебазировал.
А вот закруток в виде огурцов, помидоров и компотов у нас точно нет. Этим заниматься некому и некогда.
Теперь прямой путь домой. Пока там Стас и Матвей развлекаются в лесу в поисках грибов, я могу спокойно заняться собой. Дома была абсолютная тишина. Интересно, значит, Арсений тоже куда-то ушёл.
Я зашёл к себе в комнату, уселся на полу, закрыл глаза и начал медитировать. Суть сегодняшнего занятия сводилась к тому, чтобы целенаправленно гонять мощные потоки энергии по магическим каналам с максимальной нагрузкой, чтобы увеличить их проводимость и укрепить. Иногда это было даже немного болезненно, но в то же время по-своему приятно. Словно болезненность в мышцах после физической нагрузки.
Потом я начал нагнетать максимально накопленную энергию в круги маны вокруг сердца. Теперь нужно накачать круги так, чтобы они наполнились до отказа и снова немножко с перегрузом. Пятый круг уже сиял достаточно ярко и плотно. Я старательно гонял по нему накопившуюся энергию, стараясь накачать больше и больше, пока не появились неприятные ощущения. Вот теперь достаточно. Похоже, что ещё совсем чуть-чуть, и можно будет делать прорыв шестого круга.
Немного расслабляющей медитации и мысли о себе. Вот что интересно. Герасимов совсем только недавно получил шестой круг, сделал прорыв. А у Василия Анатольевича и Олега Валерьевича до сих пор пятый. А я чувствительно моложе их, и у меня скоро будет шестой. Возможно, на следующей неделе, а то и раньше. По крайней мере, так говорят мои ощущения, а как оно будет на самом деле — кто знает.
Можно это объяснить так называемой «сильной кровью» княжеского рода Демидовых. Но есть ещё и ещё один фактор. Анатолий Фёдорович раньше занимался научной деятельностью, поэтому развитием кругов стал заниматься, возможно, только в последнее время. Я ведь даже ни разу не спросил, когда именно он приехал в Каменск. Но, насколько я понял, не так давно.
А Василий Анатольевич и Олег Валерьевич, возможно, просто не интересуются дальнейшим развитием. Получили пятый круг, для выполнения функциональных обязанностей этого достаточно, вот и работают себе спокойно, получают зарплату и радуются жизни. Да и всегда есть риск при попытке формирования очередного круга не только откатится назад, но и нанести себе тяжелую травму.
Но у меня планы несколько другие. Эти рамки мне не подходят, и оставаться на этом уровне для меня совсем неинтересно.
Я открыл глаза и поднялся с пола. Дома был всё так же тихо. Если бы пришёл Матвей или Арсений, я бы сразу услышал щелчок замка, шум в прихожей и какие-либо другие звуки из глубины квартиры.
Пообещал сегодня Евгении связаться с Алексеем Демидовым и договориться о совместных испытаниях магического взрывчатого вещества. Но для этого тогда нужно ехать в часть, что за восточными воротами.
Я уже вышел в прихожую, собрался надевать ботинки и идти в гараж за квадроциклом. Потом вдруг подумал: «А вдруг получится установить сеанс связи с помощью нейроинтерфейса?». Ну да, я помню, был наложен блок. А вдруг что-то изменилось в свете последних событий? Правда, ещё не факт, что Алексей может сейчас разговаривать. Слишком много звёзд должно сойтись вместе. Но попытка — не пытка, надо попробовать.
Я вернулся в комнату, сел на стул и послал запрос на сеанс связи через нейроинтерфейс. Потом сам слегка вздрогнул, когда внезапно оказался в плетёном кресле под навесом на берегу моря. Вот как. Значит, блок снят, просто отлично. Значит, отец с дедом быстро прислушались к мнению Алексея. Правда, никто об этом мне, похоже, говорить не собирался.
Испытание моё официально ещё не закончено, но, по крайней мере, появилась возможность пообщаться с братом. Так как это сейчас может даже оказаться важнее, чем полный запрет в соответствии с традициями.
В этом виртуальном пространстве сейчас был практически полдень. Солнце жарило нещадно. Я даже чувствовал его горячее дыхание на своей коже и лёгкое, едва заметное движение воздуха, что только ещё сильнее заставляло плавиться. И зачем нужны такие подробности и совершенно реальные ощущения в виртуальной комнате для переговоров, мне не совсем понятно.
В кресле напротив материализовался Алексей. Всё в той же футболке, шортах, сланцах, в широкополой соломенной шляпе и солнцезащитных очках.
— Привет, братишка, — бодро приветствовал меня Алексей и протянул руку.
Я ответил на рукопожатие, так же казавшееся вполне реальным, а вот за это большое спасибо разработчикам.
— Привет, — ответил я, довольно улыбаясь и обмахиваясь рукой от удушающего зноя. — Скажи мне, пожалуйста, зачем нужна такая жара?
— Ответ максимально прост, — улыбнулся Алексей. — Мне так нравится. У тебя произошло что-то новенькое? — поинтересовался Алексей, расслабленно откинувшись на спинку кресла.
Судя по всему, он от жары ни капельки не страдал. Может, такие нечеловеческие условия созданы специально для меня? С него станется, он может, ещё молча злорадствует, скорее всего. Такие у нас интересные семейные шутки.
— Ну, например, произошло то, что я смог с тобой связаться, — усмехнулся я.
— А, ну тут причины ясны, — махнул он рукой, таинственно улыбнувшись. — Я сразу после выхода из Аномалии доложил отцу и деду о найденных нами залежах руды. Сначала мне никто не поверил, а потом схватились за головы и начали бегать из угла в угол. Насчёт углов я не уверен, но то, что они куда-то начали бегать, это точно, я слышал топот. Потом какие-то разговоры на втором плане, даже временно забыли про то, что я на связи. Ну конечный вывод состоит в том, что будут производить разработку руды. А с этим связано очень много-много дел. Ну примерно как я тебе говорил, только ещё побольше. Вот у нас такие дела. Так что, вполне возможно, что скоро твоё испытание закончится.
— У меня есть ещё одна новость, — сказал я.
— Заинтриговал, рассказывай, — откликнулся брат.
— Ты же помнишь Евгению, которая ходила с нами в поход? — спросил я.
— Ну как такое не запомнить? Та же лучница? Симпатичная, боевая, — улыбнулся Алексей.
— Так вот, она же в основном занимается алхимией, о чём говорили её стрелы, — продолжил я. — Их эффект ты тоже видел. Так вот, так получилось, что она разработала совершенно новое магическое взрывчатое вещество, и мы сегодня его испытали.
— Ну и что в нём особенного? — спросил Алексей, глядя на меня немного удивлённо. — Магической взрывчатки какой только не существует.
Я рассказал ему про синие гранулы, про скрытую силу, про мощность взрыва и какие следы остались в лесу после всего лишь десяти маленьких синих «икринок». Брат серьёзно задумался и склонился вперёд, облокотившись на стол.
— Слушай, а точно этих икринок было всего десять? — спросил Алексей с иронией. — Может, она там ещё четыре гранаты к стреле привязала? Потому что такого просто не бывает.
— Ещё как бывает, — сказал я, улыбаясь, довольный произведённым эффектом. — Я сам видел и сам помогал ей привязывать вот эти десять маленьких шариков. Больше ничего на стреле не было. Это была обычная стрела, без другой магической начинки.
— Хм, — ухмыльнулся Алексей. — Правда интересно было бы на это посмотреть. Когда она сможет это ещё раз показать?
— Ну, если есть такое желание и нет никаких планов завтра после обеда, давай съездим вместе туда же в лес после окончания моей работы.
— Во сколько ты освобождаешься? — решил уточнить Алексей.
— В четыре, не раньше. Сам понимаешь, работы много, — развел я руками.
— Хорошо, я буду, — уверенно кивнул мой брат. — Ещё что-то? — спросил Алексей, потом внезапно изменился в лице, словно к чему-то прислушивается.
— Да вроде нет, а что такое? — спросил я. — Ты куда-то торопишься?
— Прости, Вань, — сказал он, снова сфокусировав на мне взгляд. — Мне тут дед пытается достучаться. И судя по тому, как он настойчиво этого делает, возможно, что-то серьёзное.
— Тогда сообщи мне, если произойдёт что-то за рамки вон выходящее, — попросил я.
— Да, конечно, обязательно сообщу, возможно, даже гораздо раньше, чем мы думаем, — ответил Алексей и тут же исчез, оставив кресло пустым.
Дикая жара и яркое солнце мне лично такого удовольствия не доставляли. И я скомандовал нейроинтерфейсу отключить канал связи, сразу оказавшись у себя в комнате. По сравнению с виртуальным пространством в моей комнате оказалось достаточно прохладно, гораздо приятней и уютней, правда, без моря и пальм.
В это время что-то стукнуло в прихожей. Потом послышались чьи-то шаги. Причём не со стороны прихожей, а со стороны зала. Дверь в мою комнату была чуть приоткрыта, и всё было отлично слышно. Как щёлкал замок и открывалась входная дверь — я не слышал.
Я осторожно поднялся со стула, аккуратно открыл дверь и вышел в коридор. Какие-то странные звуки раздавались со стороны зала. Я не спеша подкрался к двери в зал, та тоже оставалась немного приоткрытой. На всякий случай я накопил достаточное количество магической энергии для поражения одного-двух в левой руке. Потом правой резко распахнул дверь в зал, готовый в любое мгновение ударить того, кто там находится, электрическим разрядом.
На меня уставился испуганный Арсений.
— Т-ты чего? — спросил парень, заикаясь. — Т-ты ч-чего так пугаешь?
— А ты зачем меня так пугаешь? — рассмеялся я, глядя на его вытянутое лицо и расширенные глаза.
— Я не знал, что ты дома, — сказал Арсений, постепенно успокаиваясь. — Я тут вот выполняю твоё задание. Смотри, ещё два амулета готовы. Вот!
Артфактор показал ещё два таких же амулета, состоящих из хитро сплетённой латунной проволоки и красных каменных кубиков.
— Это, конечно, замечательно, — сказал я, увидев, что подобных артефактов стало уже три. — Но только вот вопрос: зачем ты так поторопился? Надо было сначала испытать.
— Ха, так ты, выходит, ничего не знаешь, — улыбнулся Арсений. — Мы же сегодня до обеда ходили в Аномалию.
— Что? — переспросил я. — Тогда какого лешего мне Матвей ничего не сказал?
— Это уже к нему вопросы, — спокойно ответил Арсений. — С другой стороны, я, наверное, знаю почему. Потому что потом они со Стасом поехали на рынок и купили себе по квадроциклу. А после этого у него, наверное, все мысли на обновке зациклились. Он кроме этого квадроцикла уже больше ничего и не видит. Поэтому он тебе, наверное, ничего и не сказал.
Да, побольше бы ему уверенности, что ли. А то все эти «наверное». Но думаю, со временем и не такое исправим.
— Ладно, теперь понятно. С Матвеем мы потом разберёмся. Ты лучше расскажи, как твои успехи и как вели себя монстры в присутствии этого артефакта.
— Ну, он точно работает, — с довольным видом произнёс Арсений. — Мы сначала ходили по краешку. На меня пытались накинуться Спрутолисы, словно я хожу с табличкой «я вкусный». Но ближе двух метров они не подходили, сразу разворачивались и убегали. И не надо мне говорить о том, что от меня плохо пахнет! Я с утра сегодня принимал душ, — нахмурившись, добавил Арсений, увидев мою ироничную улыбку. — Так что работает это именно артефакт. К тому же, чтобы ты знал, если бы я сегодня и вчера и позавчера не помылся, для зверей я бы оказался ещё вкуснее. У меня просто привычка каждое утро принимать душ или ванну, и лучше с чашечкой кофе в руках.
В это время щёлкнул замок, и открылась дверь. В прихожую вошёл Матвей с большим пакетом. Судя по запаху, в нём были грибы.
— Вот, смотри, — сказал Матвей, поставив пакет объёмом с два ведра на пол в коридоре. — Хорош сегодняшний улов. Стас не обманул, там белых грибов и без той поляны хватает. Их здесь примерно две трети, остальных всех по чуть-чуть.
— Правда, шикарный улов, — сказал я, приоткрыв пакет и заглянув внутрь. Крупных грибов не было. Больше было мелких и несколько чуть побольше. Самое то на сушку.
— У меня только к тебе есть один вопрос, Матвей, — сказал я, сложив руки на груди и одарив его строгим, грозным взглядом. — Посмотрев на меня, Матвей сразу напрягся и немного отпрянул.
— А ты чего вдруг такой злой? — спросил приятель.
— Ты ещё удивляешься? — спросил я. — Почему я не в курсе, что вы ходили в аномалию с Арсением?
— А-а-а, — воскликнул Матвей, схватившись руками за голову. — Я же совсем забыл тебе рассказать! Ты бы только видел эту красоту! Мы его водили по краю Аномалии, как верблюда по пляжу для фотосессии. Или как по улицам слона. И что Спрутолисы, что игольчатые волки, сначала интересовались, потом подходили ближе, потом все разворачивались и убегали, словно он им автомат показал.
— Значит, реально артефакт работает, — с улыбкой кивнул я, потом вернулся к Арсению. — Ну что, продолжай делать ещё.
— А сколько делать-то? — тяжко вздохнул Арсений.
— Чем больше, тем лучше, — сказал я, улыбнувшись ещё шире. — Не переживай, всё будет оплачено. Какие нужны ресурсы, пиши список, всё приобретём.
— Тяжёлая это работа, — сказал Арсений, показывая свою руку. — Теперь исколотых проволокой пальцев не было, потому что почти на всех пальцах у него были надеты напёрстки.
— Вот же я пустоголовый! — воскликнул Матвей. — И это чуть не забыл.
Парень запустил руку куда-то глубоко в пакет, потом вытащил оттуда плоский футляр размером с хорошую книгу.
— На вот тебе, — сказал он, протягивая футляр Арсению. — С этим по-любому ловчее будет с этими железяками возиться.
Арсений с интересом расстегнул молнию и открыл футляр. Там был целый набор небольших кусачек, плоскогубцев, пассатижей, круглогубцев, пинцетов и всего другого, что нужно для работы с проволокой и другими мелкими металлическими изделиями.
— Ничего себе! — заулыбался довольный Арсений. — Я даже не знал, что такое вообще существует.
— Как ты только вообще до этого работал? — качая головой, спросил Матвей.
— Ну как-как? — переспросил Арсений, разведя руками. — Вот такую плетёнку я раньше и не делал никогда, мне не нужно было, поэтому и вопрос не стоял. Формы для отлива у меня есть, инструменты для монтажа камней есть, напильники, стамески, свёрла, надфили — это всё есть. Даже есть компактная бормашинка. А вот таких плоскогубцев-пассатижей у меня отродясь и не было. Есть одни большие, если что-то конкретно погнуть надо, и всё.
— Тогда держи, пользуйся и радуйся, — сказал Матвей и похлопал его по плечу, затем подхватил пакет с грибами и пошёл на кухню.
Я снова закрылся в своей комнате и взял в руки книгу. Правда, только для вида, на самом деле я лишь бессмысленно переворачивал страницы, а изучал данные, предоставленные мне нейроинтерфейсом. Насыщенная выжимка из трактатов, которые я внёс в память, находясь в библиотеке. Мне всё не давала покоя та её часть, которую отгораживала решётка.
Хотя, скорее всего, напрасно я туда так стремлюсь, возможно, там находятся знания, которые для моего пятого круга пока что могут представлять опасность, а в лучшем случае окажутся просто бесполезными. Ещё раз вздохнув, я выкинул эти мысли из головы.
В предоставленной мне выжимке я натолкнулся на главу о дистанционном лечении. Это как раз именно то, чем занимался на площадке перед госпиталем главный целитель, когда привезли много раненых. Но у него седьмой круг. Нечто подобное делал Анатолий Фёдорович, когда сделал прорыв на шестой, но в обоих случаях имело место излечение сразу нескольких пострадавших в режиме «встань и иди», а с пятым кругом, как оказалось, можно это попробовать сделать с одним.
А раз можно, значит, я обязательно должен попробовать. Да, я знаю, что это отнимает много сил и является энергетически малоэффективным методом, но иногда бывают ситуации, когда именно такое исцеление выручает. Если научусь делать это сейчас с одним пациентом, то потом смогу делать то же самое, что и наш босс.
Я старательно заучивал параметры передачи целительской энергии, особенности выброса при дистанционном воздействии и с большим трудом смог-таки добить тему до конца, так как в нос настырно лез запах жареной картошки с грибами. Я захлопнул книгу, деактивировал «внутренний экран» нейроинтерфейса и пошёл на кухню.
Арсений уже сидел на своём месте и старательно сглатывал слюну, наблюдая, как Матвей раскладывает картошку по тарелкам. С другой сковороды туда же последовали котлетки, а в вазочках на столе уже красовался салат из огурцов и помидоров с луком и сметаной.
Что вы там говорите? На ночь нельзя столько есть? Можно! Мы молодые и потратили за день много энергии, а завтра снова в бой. В данном случае иносказательно.
Понравилась история? Жми Лайк!
Продолжение: https://author.today/reader/550024

----------

Nota bene

Nota bene
Книга предоставленаЦокольным этажом , где можно скачать и другие книги.
Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту, например, черезAmnezia VPN : -15% на Premium, но также есть Free.
Еще у нас есть: 1. Почта b@searchfloor.org — отправьте в теме письма название книги, автора, серию или ссылку, чтобы найти ее. 2. Telegram-бот, для которого нужно: 1) создать группу, 2) добавить в нее бота по ссылке и 3) сделать его админом с правом на «Анонимность» . * * * Если вам понравилась книга, наградите автора лайком и донатом: Князь Целитель 6

----------