Глава 1

Десять дней в море оказались насыщеннее, чем я думал. Стоило адаптироваться к морю и быстро прийти в себя за счёт усиливающих восстановление здоровья, сил и маны особенностей, как я сразу взялся за дело. Учёба, тренировки, кровавые ритуалы и — изучение магии.

Режим каждого дня был одинаковым. Утро начиналось с тренировки. Палуба корабля стала моим полигоном. Матросы не особо мешали мне, а скорее помогали: я старался нагружать себя по максимуму, проявляя силу, скорость и ловкость, и при этом не подкидывать дел морякам в их повседневные задачи.

Маша и Мэд помогали отрабатывать приёмы, выступали своего рода тренировочными манекенами. И по их словам, сами ощущали прогресс, так как я стал намного сильнее и им было крайне непросто справляться с нагрузками. Особенно Мэду до трансформации.

Моряки смотрели с любопытством за нашими экстремальными тренировками, но не мешали. Даже если кто-то из нас сваливался за борт, это было частью тренировки. Корабль продолжал плыть, а тот, кому не повезло свалиться, должен был догнать его и вцепиться в сброшенную на воду лестницу. Экстремально, дико, но эффективно.

Капитан высказался своему помощнику, что мы кучка больных на голову монстров, думая, что мы его не слышим. И добавил, что только таким, как мы, хоть что-то светит в тех местах, куда мы плывём.

Заканчивались физические тренировки, и сразу же наступала очередь магических практик.

За то время, что я пробыл в Лабиринте, мои характеристики довольно сильно выросли. В основном, конечно, благодаря магии времени, что растянула мои магические эксперименты и упражнения в несколько раз. Я успевал делать в три раза больше и восстанавливался в три раза быстрее. Истощал себя, отправлялся на сбор ресурсов или готовил еду, пока тело исцелялось. А затем снова опустошал источник.

Это было не самое приятное время, но я знал: магия, как и Выносливость, прокачивается исключительно через страдания и регулярные упражнения. Как, впрочем, и все остальные характеристики…

С тех пор как я ушёл из Лабиринта, мои приоритеты сменились. Я был вынужден заниматься другими вещами, заботиться о множестве проблем. Так что моё развитие остановилось. Но в первую очередь все тренировки связаны с необходимостью всегда быть готовым к битве и новым вызовам.

В Лабиринте я контролировал своё время и окружение. Здесь же хватало опасных внешних факторов. Но на корабле я вновь смог вернуться к прежнему темпу. Специально уточнил у капитана, есть ли шанс нарваться на опасных морских монстров. Он сказал, что самые главные монстры в этих морях ходят под такими же, как у него, парусами. Это уже было не так страшно, потому я дал волю своим магическим талантам. И даже ни разу не нанёс ущерб кораблю и его экипажу.

Перед отправкой Граф не только «дары эльфам» собрал, но и дал внушительную коллекцию свитков, табличек и прочих магических сборников заклинаний, которые Система любезно позволит мне сделать частью моего магического арсенала.

Безусловно, это всё стоило огромных денег. Что-то мы выменяли, что-то купили, кое-что забрали у разбойников. Но почти половину получили от Архонта Телемаха и Миравида. Причём Миравид за это даже денег не взял. А Телемах договорился о какой-то доле прибыли для своего человека, которого хочет поставить на ноги. Очередной перспективный Новичок, взятый им в оборот и должный ему, как земля народу.

Внушительная коллекция включала в себя двадцать готовых к изучению заклинаний. Часть — боевые. Часть — бытовые. Граф не настаивал на изучении последних. А вот я настаивал, чтобы он дал мне на выбор всё. В конце концов, большинство магов прокачивают свои магические характеристики не в боях, а в быту.

Изучал я не всё разом. Разделил на весь период путешествия. Мне ведь не просто их в список доступных добавить нужно, а освоить и научиться ими владеть.

Первое заклинание, что я выучил, хорошо сочеталось с моей «Морозной рекой»…

«Ледяные Шипы»

Заклинание 2-го ранга

Создаёт острые шипы

изо льда, которые вылетают из земли или стен в радиусе 5 метров от заклинателя.

Шипы пробивают лёгкую броню, царапают, пронзают и замедляют противников.

Количество шипов зависит от Сопряжения заклинателя.

Может дополнительно призваться от 1 до 3 шипов в сформированное заклинание

Требования:

Магическая выносливость: 3

Резонанс: 2

Сопряжение: 2

Свойства:

Расход маны — 25 единиц

Время активации — 2 секунды

Время существования шипа

–

10

секунд за каждую единицу Резонанса

Ледяной урон — 30 единиц

Количество шипов: минимум 1. Шанс на дополнительный шип повышается на 10% за каждую единицу Сопряжения

Эффект состояния:

Шипы замораживают объекты, к которым прикасаются, и наносят периодический урон в 5 единиц в секунду, пока соприкасаются с целью

Второе заклинание было не менее интересным и, что самое главное, очень привычным для меня и крайне эффективным в бою. Для того, кто рассчитывает на стремительную, молниеносную победу, нет ничего лучше.

«Электрическая Сеть»

Заклинание 3-го ранга

Создаёт сеть из молний в указанном пространстве на расстоянии в 10 метров от заклинателя. Сеть парализует попавших в неё противников на 3 секунды и наносит небольшой урон электричеством каждую секунду

Требования:

Магическая выносливость: 3

Резонанс: 3

Сопряжение: 3

Свойства:

Расход маны — 100 единиц

Время активации — 0,5

секунды

Размер сети

–

1 метр в

диаметре за каждую единицу Резонанса

Длительность воздействия: 3 секунды

Каждая единица Резонанса увеличивает длительность на 1 секунду

Базовое число электрических нитей: 5 штук

. Каждая единица Сопряжения повышает число нитей на 1

Урон нити при касании — 2 единицы в секунду

Эффект состояния: «Паралич»

Остальные тоже интересные и не менее полезные. Некоторые особенно хороши в затяжной битве. Ну и, конечно же, добавляют мне боевой гибкости.

«Огненный Кнут»

Заклинание 2-го ранга

Формирует длинный огненный кнут, которым заклинатель может атаковать на расстоянии. Кнут наносит урон огнём, поджигает легковоспламеняющиеся материалы и может обвиться вокруг предмета или врага

Требования:

Магическая выносливость: 2

Резонанс: 2

Сопряжение: 1

Свойства:

Расход маны — 20 единиц

Время активации — 1 секунда

Длительность существования: 30 секунд + 10 секунд за каждую единицу Резонанса

Дальность атаки: 8 метров + 2 метра за каждую единицу Резонанса

Урон огнём — 25 единиц за удар

Эффект состояния: «Поджигание» — горючие материалы воспламеняются, нанося 8 единиц в секунду урона огнём

«Каменная Кожа»

Заклинание 2-го ранга

Покрывает кожу заклинателя тонким слоем магического камня, значительно увеличивая защиту от физических атак. Снижает скорость передвижения из-за веса каменного покрова

Требования:

Магическая выносливость: 4

Резонанс: 2

Сопряжение: 2

Свойства:

Расход маны — 40 единиц

Время активации — 2 секунды

Длительность эффекта — 5 минут + 1 минута за каждую единицу Резонанса

Поглощение физического урона — 30% + 5% за каждую единицу Резонанса

Штраф к скорости — 15% (уменьшается на 2% за каждую единицу Резонанса)

Эффект состояния: «Каменная защита» — заклинание рассеивается при получении критического урона, либо суммарного урона, превышающего 1000 единиц

«Ветряные Лезвия»

Заклинание 2-го ранга

Создаёт невидимые лезвия из сжатого воздуха, которые летят по прямой линии. Лезвия режут плоть и лёгкую броню, но неэффективны против тяжёлых доспехов

Требования:

Магическая выносливость: 3

Резонанс: 2

Сопряжение: 1

Свойства:

Расход маны — 25 единиц

Время активации — 1 секунда

Дальность полёта — 15 метров + 3 метра за каждую единицу Резонанса

Количество лезвий — 3 + 1 лезвие за каждую единицу Сопряжения

Урон воздухом — 35 единиц за лезвие

Эффект состояния: «Рассечение» — игнорирует 20% брони кожаных доспехов

«Ядовитое Облако»

Заклинание 2-го ранга

Создаёт облако ядовитого газа от точки применения. Облако наносит урон ядом всем, кто находится внутри, и вызывает у них кашель, затрудняющий дыхание и концентрацию

Требования:

Магическая выносливость: 4

Резонанс: 2

Сопряжение: 2

Свойства:

Расход маны — 100 единиц.

Время активации — 5 секунд

Радиус облака — 7 метров + 1 метр за каждую единицу Резонанса

Длительность существования — 20 секунд + 5 секунд за каждую единицу Резонанса

Урон ядом — 3 единицы в секунду (увеличивается на 1 единицу в секунду за каждую единицу Резонанса)

Эффект состояния: «Отравление» — затрудняет дыхание, снижает Выносливость на 15% в течение часа

«Теневой Удар»

Заклинание 2-го ранга

Создаёт сгусток из энергии тьмы, который можно метнуть во врага. При попадании наносит урон тьмой и ослепляет цель, погружая её в темноту

Требования:

Магическая выносливость: 3

Резонанс: 2

Сопряжение: 2

Свойства:

Расход маны — 50 единиц

Время активации — 1 секунда

Дальность броска — 12 метров + 3 метра за каждую единицу Резонанса

Урон тьмой — 40 единиц

Длительность ослепления — 2 секунды + 1 секунда за каждую единицу Резонанса

Эффект состояния: «Слепота» — цель не видит окружающее пространство, Восприятие снижено на 90% на время ослепления

«Водяной Хлыст»

Заклинание 2-го ранга

Формирует хлыст из воды. Хлыст можно использовать для атаки или для захвата противника. При контакте с огнём или высокой температурой хлыст испаряется

Требования:

Магическая выносливость: 2

Резонанс: 1

Сопряжение: 2

Свойства:

Расход маны — 20 единиц

Время активации — 1 секунда

Длина хлыста — 6 метров + 2 метра за каждую единицу Резонанса

Длительность существования — 1 минута + 30 секунд за каждую единицу Резонанса

Урон водой — 20 единиц за удар

Эффект состояния: при захвате может утопить цель

«Световой Взрыв»

Заклинание 3-го ранга

Создаёт мощную вспышку света от заклинателя. Все, кто смотрит на источник света, ослепляются. Особенно эффективен против существ тьмы и нежити

Требования:

Магическая выносливость: 4

Резонанс: 3

Сопряжение: 3

Свойства:

Расход маны — 150 единиц

Время активации — 3 секунды

Радиус вспышки — 15 метров + 2 метра за каждую единицу Резонанса

Длительность ослепления — 5 секунд + 1 секунда за каждую единицу Резонанса

Урон светом — 100 единиц

Существа тьмы и нежить получают двойной урон и ослеплены вдвое дольше

Эффект состояния: «Временная слепота» — все цели в радиусе ослеплены, включая союзников

«Костяные Шипы»

Заклинание 3-го ранга

Заклинание некромантии. Поднимает из земли острые костяные шипы в радиусе 30 метров от заклинателя. Шипы пробивают плоть и лёгкую броню, наносят физический урон и калечат врагов и союзников

Требования:

Магическая выносливость: 4

Резонанс: 3

Сопряжение: 2

Свойства:

Расход маны — 160 единиц

Время активации — 4 секунды

Радиус призыва — 30 метров + 2 метра за каждую единицу Резонанса

Длительность существования шипов — 5 секунд

Количество повторных призывов соответствует числу единиц Сопряжения призывателя. Повторный призыв происходит спустя 2 секунды после развеивания предыдущих шипов.

Урон — 30 единиц физического урона при пронзании

Количество шипов — 5 единиц + 2 шипа за каждую единицу Сопряжения на квадратный метр

Эффект состояния: «Кровотечение» — раны от заклинания некромантии исцеляются в разы хуже и вызывают кровотечение в 3 единицы здоровья в секунду.

«Кислотная Стрела»

Заклинание 2-го ранга

Создаёт стрелу из концентрированной кислоты. При попадании наносит урон кислотой и начинает разъедать броню и плоть. Кислота не действует на камень и некоторые магические материалы

Требования:

Магическая выносливость: 3

Резонанс: 2

Сопряжение: 2

Свойства:

Расход маны — 30 единиц

Время активации — 1 секунда

Дальность полёта — 20 метров + 5 метров за каждую единицу Резонанса

Урон кислотой — 35 единиц при попадании

Длительность разъедания — 10 секунд + 3 секунды за каждую единицу Резонанса

Эффект состояния: «Коррозия» — наносит 5 единиц урона в секунду, разрушает броню со скоростью 2 единицы прочности в секунду

Когда изучил эту стрелу, представил, как меня будут ненавидеть на турнирах, вздумай я сражаться именно ей. Ведь так можно лишить своих врагов крайне ценной экипировки. Хотя мне самому в этом случае предстоит увеличить запасы маны в пару раз… Но даже так, с семью единицами резонанса, я буду каждой стрелой уменьшать прочность артефакта на шестьдесят две единицы! Ох, меня проклянут… Гарантированно.

Другие заклинания не хуже. И против различных противников я смогу подобрать персональную стратегию боя. Правда, моего запаса не хватит на то, чтобы каждое заклинание в бою использовать хотя бы по разу… Некоторые из них уж больно прожорливые!

«Ледяная Тюрьма»

Заклинание 3-го ранга

Заключает одну цель в клетку изо льда. Клетка удерживает цель на месте и наносит урон холодом. Сильный противник может разрушить клетку изнутри, а его союзники — снаружи. Но вы всегда можете её укрепить

Требования:

Магическая выносливость: 5

Резонанс: 3

Сопряжение: 3

Свойства:

Расход маны — 200 единиц

Время активации — 5 секунды

Размер клетки — 2×2 метра

Прочность клетки — 150 единиц + 30 единиц за каждую единицу Резонанса

Длительность существования — 30 секунд + 10 секунд за каждую единицу Резонанса

Урон холодом — 2 единицы в секунду (увеличивается на 1 единицу в секунду за каждую единицу Резонанса)

Эффект состояния: «Обездвиживание» — цель не может двигаться, пока клетка не разрушена.

А ведь я её делал своими руками при помощи «Морозной реки». Теперь мне будет проще. И не придётся тратить кучу времени на то, чтобы сковать врага. А рекой можно будет укрепить уже созданную ловушку. Главное, чтобы противник не выбрался из клетки до того, как она будет сформирована. А с этим мне должна помочь электрическая сеть. Магия — это про комбинации и мозг, способный выдать формулу победы!

Ну и куда же без огненной магии!

«Огненный Шар»

Заклинание 2-го ранга

Классическое боевое заклинание любителей поджарить своих врагов. Создаёт огненный шар, который летит по прямой к цели. При попадании взрывается, нанося урон огнём всем в зоне поражения и поджигая горючие материалы.

Требования:

Магическая выносливость: 4

Резонанс: 2

Сопряжение: 2

Свойства:

Расход маны — 100 единиц

Время активации — 2,5 секунды

Дальность полёта — 25 метров + 5 метров за каждую единицу Резонанса

Радиус взрыва — 2 метра + 0,5 метра за каждую единицу Резонанса

Урон огнём — 50 единиц в эпицентре (снижается на 10 единиц за метр от центра)

Эффект состояния: «Поджигание» — горючие материалы воспламеняются, нанося 10 единиц урона огнём в секунду в течение 5 секунд. Каждая единица Резонанса увеличивает время горения на 1 секунду

И всё же не каждое заклинание в этом мире было создано ради того, чтобы убивать врагов. Большая часть, наоборот, была создана ради помощи. Мы, конечно, ориентировались на такие в меньшей степени, но, как я и говорил, Граф передал мне все найденные заклинания по моей просьбе.

Прости, Джоана, я знаю, что они изначально предназначались тебе… Но ничего. У вас ещё куча времени будет на поиск новых.

«Светлячок»

Заклинание 1-го ранга

Создаёт небольшой светящийся шар, который парит рядом с заклинателем или в указанной точке. Освещает область мягким светом. Светлячок следует за заклинателем или остаётся на месте по его воле

Требования:

Магическая выносливость: 1

Резонанс: 0

Сопряжение: 1

Свойства:

Расход маны — 5 единиц

Время активации — мгновенно

Радиус освещения — 10 метров + 2 метра за каждую единицу Резонанса

Длительность существования — 2 часа + 1 час за каждую единицу Резонанса

Яркость свечения регулируется заклинателем от тусклого до яркого

«Согревание»

Заклинание 1-го ранга

Согревает тело заклинателя, поддерживая комфортную температуру даже в холодную погоду. Даёт лёгкое сопротивление холоду. Заклинание не защищает от магического холода или экстремальных температур

Требования:

Магическая выносливость: 1

Резонанс: 0

Сопряжение: 1

Свойства:

Расход маны — 10 единиц

Время активации — 5 секунд

Длительность эффекта — 10 минут + 5 минут за каждую единицу Резонанса

Сопротивление холоду (немагическому) повышается на 15%

«Очищение Воды»

Заклинание 1-го ранга

Очищает воду от грязи, примесей и слабых ядов. Вода становится пригодной для питья. Не действует на сильные яды, магические загрязнения или токсичные жидкости

Требования:

Магическая выносливость: 1

Резонанс: 1

Сопряжение: 1

Свойства:

Расход маны — 8 единиц

Время активации — 10 секунд

Объём очистки — 10 литров + 5 литров за каждую единицу Резонанса

«Починка»

Заклинание 1-го ранга

Чинит небольшие повреждения на предметах: трещины, разрывы тканей, сломанные ручки. Не восстанавливает сильно повреждённые предметы и не действует на артефакты выше «редкого» качества. Работает только на неживых материалах

Требования:

Магическая выносливость: 2

Резонанс: 1

Сопряжение: 1

Свойства:

Расход маны — 15 единиц

Время активации — 5 секунд

Объём восстановления: восстанавливает 3 единицы прочности, но не более 75% от максимальной прочности предмета

Ограничения: не работает на артефактах выше «редкого» качества.

«Сушка»

Заклинание 1-го ранга

Высушивает мокрую одежду, обувь или другие предметы в радиусе от заклинателя. Не вредит материалам при сушке

Требования:

Магическая выносливость: 1

Резонанс: 0

Сопряжение: 1

Свойства:

Расход маны — 10 единиц

Время активации — мгновенно

Радиус действия — 3 метра + 1 метр за каждую единицу Резонанса

Время сушки — зависит от степени промокания. Каждая единица Резонанса увеличивает эффективность на 10%

«Магическая консервация»

Заклинание 1-го ранга

Сохраняет свежесть продуктов питания, замедляя их порчу. Не восстанавливает уже испорченную еду

Требования:

Магическая выносливость: 1

Резонанс: 1

Сопряжение: 1

Свойства:

Расход маны — 8 единиц

Время активации — 5 секунд

Объём сохранения — 1 килограмм продуктов + 0,5 кг за каждую единицу Резонанса

Длительность эффекта — 24 часа + 12 часов за каждую единицу Резонанса

«Отпугивание Насекомых»

Заклинание 1-го ранга

Создаёт невидимую ауру вокруг заклинателя, которая отпугивает обычных насекомых. Не действует на магических существ или гигантских насекомых

Требования:

Магическая выносливость: 1

Резонанс: 0

Сопряжение: 1

Свойства:

Расход маны — 5 единиц

Время активации — мгновенно.

Радиус ауры — 2 метра + 1 метр за каждую единицу Резонанса

Длительность эффекта — 1 час + 20 минут за каждую единицу Резонанса

«Групповое Мягкое Падение»

Заклинание 2-го ранга

Замедляет падение заклинателя и окружающих его людей, позволяя безопасно приземлиться с высоты

Требования:

Магическая выносливость: 2

Резонанс: 1

Сопряжение: 1

Свойства:

Расход маны — 50 единиц

Время активации — мгновенно

Безопасная высота падения — 20 метров + 5 метров за каждую единицу Резонанса

Радиус действия заклинания — 2 метра вокруг заклинателя + 1 метр за каждую единицу Резонанса

Магия — инструмент для тех, кто готов идти по самому сложному пути, борясь с самыми опасными вызовами. Я овладел ею так, что самому Графу будет завидно. Но хватит ли этого для того, чтобы удивить эльфов? Не знаю…

Эльфийский язык оказался сложнее удобной для изучения магии. С заклинаниями мне помогала сама Система, вкладывая в голову пазл за пазлом все тонкости их применения. А вот с языком мифических остроухих жителей никто нам с Алисой не помогал. Мэд и Маша тоже голову ломали, но их успехи были ещё хуже наших.

Алиса билась над книгой, что подарил Архонт Лиссабона. Каждый вечер мы изучали странные закорючки. Грамматику. Но не произношение. Носителя языка среди нас не было, и мы даже примерно не представляли, как очередной узелок и куча переплетённых линий должны произноситься. Но кое-что, какие-то основы и закономерности понять получилось. В первую очередь благодаря моему «Глубокому анализу». Впрочем, пытаясь осознать эти тайны, мозг настолько уставал, что к вечеру я уже сходил с ума от головной боли и просто вырубался.

Не забывал я и пить кровушку моих соратников. Моряков не трогал: нечего их пугать. Они и так от наших выкрутасов и моих магических экспериментов ходят зашуганные. У всех уже глаза дёргаются…

И, кажется, в словах Джоаны о нежелании способствовать моему развитию со стороны Системы есть большая доля правды. За десять попыток я получил всего три несчастные особенности. Две –от Маши, одну — от Мэда.

Нейтральные я не брал, так как они давали как плюсы, так и минусы, не компенсируемые «Лисьей выгодой». Негативки от Мэда выпали дважды. И ещё два раза выпадали те же положительные особенности, что я уже перенял. Как результат, мне даже выбора Система не давала…

«Быстрые Рефлексы»

Ваша реакция натренирована годами упражнений. Вы замечаете движения быстрее обычного человека и успеваете отреагировать

Ловкость увеличена на 8%

Скорость реакции на внезапные атаки увеличена на 15%

Увеличен шанс парирования атак коротким холодным оружием

«Лёгкая Поступь»

Вы научились двигаться тихо и не привлекая внимания

Шум от передвижения снижен на 40%

Остаётся меньше следов при движении

«Мечник»

Вы владеете мечом на хорошем уровне благодаря тренировкам

Ловкость увеличена на 5% при использовании меча

Урон при использовании меча +10%

Вам легче парировать удары более тяжёлого оружия

К сожалению, это всё. Есть ощущение, что я словно упёрся в какой-то невидимый потолок и Система не хочет меня усиливать, пока я сам по себе не стану Учеником или… не сделаю что-то ещё, что будет ей по душе. Не знаю…

Найти бы того хранителя испытаний, что меня сюда отправил, и поговорить с ним по душам… Увы, мне остаётся лишь мечтать о подобном и ждать, когда удача вновь повернётся ко мне лицом.

Шёл десятый день нашего плавания. Я сидел в каюте и подводил итоги. Рядом со мной, уютно разместившись в моём гамаке, нежилась Алиса. Неожиданным откровением для меня было узнать, что число свободных ячеек в волшебных карманах — в моей «Длани дающей» — увеличилось до восьми предметов, а число святилищ и храмов, что она озарила своим присутствием и мошенничеством, выросло на шесть.

Я-то думаю, чего она перестала мне мозги выносить с этими резными лисичками, напитанными её божественной энергией. А оказывается, она сама теперь может это делать. И сама успешно совершила диверсии и разместила свои секретные «бомбы» на территории чужих храмов.

Многие вещи теперь хранились в этом самом тайном хранилище и ждали своего часа, чтобы вновь стать мне полезными. Другая часть артефактов уже была экипирована. И некоторые кольца и предметы меня смущали своей прочностью… Особенно сильно поизносились аксессуары: кольца и прочие артефакты этого направления. К гномам Грандрума я так и не попал. Не успел. Невозможно сделать всё и сразу.

Но в целом я могу гордиться тем, во что одет. Редких предметов практически не осталось, да и то держал я их ради активируемых заклинаний. Например, кольцо «Глаза Змеи». Его особенность всё ещё могла сыграть решающее значение в битве. Так что я не собирался от него отказываться. А будь у меня способ его усилить, с радостью бы это сделал.

В большинстве своём у меня всё ещё хватает артефактов, которые надо бы поменять. Но это всё эпики. Хорошие, надёжные, но не лучшие.

Время на замену ещё есть. Так что я не переживаю на этот счёт.

Ну илегендарные предметы! Мои символы власти и успеха:меч «Эхо гор» , улучшенныйпистолет Лебедева ,Реликварий Алисы, дарующий мне не только супернавык с эффектом магии времени, но и очень приятные бонусы от различных статуэток, собранных за это время и трансформированных силой Алисы в персональный бонус, распространяющийся на меня и моих соратников. Плюс новыйпояс «Неутомимого Странника» ,кольцо «Ветра Свободы» иамулет «Сердце Бури» делали своё дело. И на этом я точно не остановлюсь.

Сейчас я вооружён лучше, чем месяц назад. Намного лучше.

Стал я сильнее и духовно, осознав много простых истин после того, как десять дней подряд меня укладывал на лопатки, давал лещей, карасей и знакомил вообще с целым рыбным миром старик Амори. А ещё появились магия, защиты от стихий, иммунитет к божественным проклятиям. Не говорю уже про «Священное пламя», близость к миру природы и возможность регулярно усиливаться при нахождении в лесу. Всё это очень пригодится там, куда я иду.

Я прям ходячее оружие. Ещё чуть-чуть, и можно будет назвать своим предком самого Чака Норриса. Я готов не просто бросить вызов и биться изо всех сил, стараясь не утонуть в этом море насилия и жестокости. Я готов принять вызов от лучших из лучших этого мира! Хотя здесь наверняка есть монстры, в сравнении с которыми даже всей моей подготовки будет недостаточно. Какой-нибудь дракон с двадцаткой в Резонансе просто сожжёт меня одним-единственным огненным плевком и забудет через секунду…

И всё же я уже не тот беззубый Новичок, что был вынужден смиренно терпеть издевательства от всяких мудаков вроде Ирвинга Багстера.

Я открыл статус и посмотрел на характеристики…

…

Почему-то мне кажется, что, даже если Легендарный друид меня обломает и я не получу статус Ученика, мне будет чем удивить своих соперников на турнире. Только не понял, откуда у меня ещё плюс десять процентов к Силе… А, сейчас неделя «Благословения муравья»!

В этот момент раздался крик с палубы:

— ВИЖУ ЗЕМЛЮ! ЭЛЬФИЙСКОЕ ПОБЕРЕЖЬЕ ВПЕРЕДИ!

Я тут же вскочил и выбежал на палубу.

Капитан Грэм уже стоял у штурвала и смотрел в подзорную трубу.

Увидев меня, он крикнул:

— Будь готов! Мы подплываем! Горизонт пока чист, но это не значит, что эльфы нас не заметили!

Я кивнул, ощущая, как в такт волнам бьётся моё жаждущее приключений сердце.

Грэм опустил трубу:

— У тебя будет один шанс. Может, даже не будет времени добраться до берега. Готовься!

— Понял.

Вернулся в каюту. Собрал вещи. Проверил экипировку.

Маша и Мэд тоже готовились. Казались крепкими, как скала. Не переживали внешне, но внутри у них наверняка, как и у меня, бушует ураган эмоций.

— Готовы проверить знаменитое дружелюбие ушастых? — спросил я у них.

— Ещё как… — вложив меч в ножны, ответил Мэд. — Детям леса лучше бы проявить тактичность.

— А если у них в лексиконе нет такого слова? — ухмыльнулась Маша.

— Научим, — ответил ей Мэд.

И я был с ним совершенно согласен!

Через час мы спустили лодку на воду.

Небольшая вёсельная лодка на шестерых людей. Мы поместились в неё с огромным трудом. Ведь нас было восемь: Маша, Мэд, я, три варга и две с трудом перенёсшие эту поездку феи.

Варгов трясло не меньше. Рождённый бегать, волн не переносит.

Капитан Грэм крикнул с палубы:

— Удачи вам! Мы будем здесь через два дня! Если понадобится эвакуация, подай сигнал дымом! Подойдём так близко, как сможем!

Он помолчал и добавил:

— Если, конечно, эльфийские корабли нас не догонят, — рукой указал он в сторону горизонта.

Перед тем как спустить лодку, мы заметили патрульные корабли с непривычными зеленоватыми корпусами и лазурного цвета парусами. Они появились на горизонте и стали стремительно к нам приближаться.

Я кивнул:

— Не рискуйте. Если всё пройдёт удачно, эльфы сами подвезут меня. Если нет… — я усмехнулся, — эвакуация не поможет.

Грэм вздохнул:

— Понял. Береги себя, парень.

— Спасибо, капитан.

Мы оттолкнулись от корабля и поплыли к берегу.

«Морская Ведьма» развернулась и поплыла обратно, молясь всем богам ветра этого мира, чтобы их не догнали.

Я грёб. Маша и Мэд тоже. Варги скулили, прижимаясь ко дну лодки.

— Потерпите, — сказал я им. — Скоро будем на суше.

Мы плыли минут двадцать.

Берег приближался. Белый песок. Зелёные леса за ним.

Красиво. Спокойно. Но один из трёх кораблей эльфов отделился от своей группы и пошёл в погоню за нами. Какие они внимательные!

— Засекли всё-таки, — буркнул Мэд.

— Гребём быстрее, — скомандовал я, и мы ускорились.

Лодка неслась к берегу. Ещё пять минут — и мы врезались в песок.

Мы выпрыгнули. Вытащили варгов. Те радостно завыли.

Я достал из кольца широкое знамя. Кабанья морда на синем фоне в центре, руны, выученные в Лабиринте, вокруг неё. Под мордой — название отряда. Знамя «Русских Кабанов» выглядело красиво и эффектно. Я гордился им.

Я воткнул древко в песок, подставляя ткань ветру.

— Что дальше? — уточнила Маша.

Я посмотрел на море. Эльфийский корабль приближался. Уже видны фигуры на палубе.

— Ждём, — сказал я спокойно. — Идти куда-то нет смысла. Они уже знают, где мы. Поболтаем с ними на берегу.

Я сел на песок. Скрестил ноги.

Маша и Мэд сели рядом. Варги легли у моих ног. Феи забрались в капюшоны.

С корабля в нашу сторону полетел сразу десяток экипированных в элегантную броню светловолосых, длинноухих защитников.

— Летают? — удивился Мэд.

— Магия воздуха… Они охраняют рубежи лесного королевства — это элита. Лучшие из лучших.

— Я знаю одного, кто может точно так же. Нашли, чем выпендриваться, — произнесла Маша, ласково глядя на меня. — А Алиса не собирается появляться?

«Не-а… У них тут божественный фон какой-то очень мощный. Лучше мне первое время не высовываться, пока не пойму, что к чему тут у них. И ты тоже будь осторожен. Их магические силы не слабее твоих. А физически… Сам узнаешь!» — ответила Алиска.

Ну, сам так сам…

Я достал эльфийскую книгу и часть «даров» и начал раскладывать их прямо на белом песке. Пусть видят, что мы не планируем драться. По крайней мере сразу…

Глава 2

Эльфы приземлились на берег с такой лёгкостью, которой позавидовал бы любой акробат. Не произведя ни звука, не подняв ни облачка песка. Их ноги словно вообще не касались пляжа, оставаясь в нескольких миллиметрах над поверхностью.

Десять фигур в изящных доспехах, больше похожих на произведения искусства, чем на защитную экипировку, выстроились перед нами полукругом, придерживая руки то на эфесах мечей, то на магических посохах.

Светлые волосы, заплетённые в сложные косы с серебряными нитями в них, острые уши, гордая осанка и тот самый классический облик эльфов из фэнтези. Только вот присутствовал явно нездоровый блеск превосходства в глазах, который выдавал их истинное отношение ко всему, что не принадлежало к их расе.

На пограничную стражу они мало походили. На головах даже шлемов не было. Впрочем, если они уверены в своём превосходстве, для них подобная экипировка, возможно, лишь демонстрация трусости, поэтому не слишком-то и уважается.

Мой острый взгляд достал до борта вставшего на якорь корабля. Там остались эльфы, и они, в отличие от этих, были в шлемах.

Я продолжал сидеть. Маша и Мэд тоже не шевелились. Варги напряглись, но даже не рыкнули, а предупредительно подняли уши и сели ровно, готовые вскочить по команде.

Один из эльфов очень выделялся. Богатый орнамент на броне и серебряном плаще с вышивкой и перламутровой брошью. Для себя я его окрестил командиром отряда. Он сделал шаг вперёд и осмотрел нас с головы до ног тем оценивающим взглядом, которым обычно рассматривают товар на рынке.

Я медленно поднялся и отвесил учтивый, но не слишком глубокий поклон, после чего уставился прямо на него в ожидании дальнейших действий. Взгляд командира эльфов задержался на варгах, и на лице появилось едва заметное презрение, словно мы привели с собой не верных спутников, а обычных дворняг. Маша и Мэд повторили мои действия, и один из эльфов самодовольно хмыкнул, не сдержав полной презрения ухмылки.

Командир посмотрел на Машу и Мэда с той же оценивающей холодностью, изучая их экипировку. Словно прикидывал, насколько опасными могут оказаться эти двое в бою. При этом он не скрывал своего презрения к человеческой расе в целом. Даже нос поморщил.

Я сохранял хладнокровие и терпение.

Когда же командир эльфов взглянул на фей, которые выбрались из капюшонов на плечи в момент поклона, его выражение лица слегка смягчилось. Почти незаметно для обычного наблюдателя, но «Глубокий анализ» подсветил мне эту деталь.

«Феи им нравятся больше, чем мы. Неожиданно», — мысленно отметил я.

«Феи — существа природы. У эльфов культ природы. Логично» , — пояснила Алиса.

Командир произнёс что-то на своём мелодичном языке. Голос звучал холодно, несмотря на всю музыкальность эльфийской речи, а интонация недвусмысленно говорила: «Кто вы такие и какого чёрта вам здесь нужно?» Я не понял ни единого слова, но смысл считывался без труда, как и вопросительная интонация.

Я медленно провёл рукой по дарам на земле, избегая резких движений, которые могли бы спровоцировать конфликт, и протянул руку к книге. Затем протянул её эльфам.

— Натимбор? — произнёс я чётко, сделал паузу, чтобы они уловили название, и рукой показал на лес за нашей спиной.

— Натимбор, — утвердительно кивнул командир эльфов.

— Тарн Камнелом? — продолжил я, выкладывая имя того, кто пригласил нас сюда.

Реакция последовала мгновенно и превзошла мои ожидания… Все десять эльфов напряглись так, словно я произнёс имя их злейшего врага, а не Легендарного друида, пользующегося уважением по всему континенту.

Несколько быстрых взглядов, которыми они обменялись между собой, говорили о том, что упоминание Тарна вызвало у них не радость от встречи с его гостями, а скорее тревогу и какое-то смутное беспокойство. Они начали перешёптываться, высказывая какие-то предположения. Командир же взял в руки книгу и скривился, ощущая её не эльфийское происхождение. Конечно, это была копия, а не оригинал.

Я вслушивался в каждое слово. Быстрые, резкие, мелодичные и нервные фразы. Нам начали задавать вопросы, но наткнулись на полную стену непонимания с нашей стороны. Видимо, хотели узнать у нас, кто мы такие и на кой чёрт сюда припёрлись.

Я прикинул и начал говорить на всех известных мне языках. Перебрал гномье наречие, гоблинский свистящий язык, вспомнил язык неизвестных подземных жителей, чьи труды разбавили библиотеку Крево свежими знаниями. Всё впустую. Ни слова не поняли. Только хмурились, сверлили меня взглядами. Я тяжело вздохнул и рукой осторожно указал на книгу, пальцем проведя по названию.

Эльф раздражённо швырнул её на песок, не понимая, что я от него хочу. Командир повторил имя друида раз пять, ходя взад и вперёд. В его голосе слышалось удивление и раздражение.

Я мог лишь гадать, с чем оно связано. Может, их Тарн обидел, пока я сюда добирался? Может, он всё ещё был в почёте, и расстраивало эльфа то, что он не может отдать приказ нашинковать нас, как эльфийскую капусту? В любом случае я был настороже, и со мной были лучшие выживальщики из всех, каких я знал в нашем Домене.

Обладатель серебряного плаща и перламутровой броши развернулся к одному из подчинённых и что-то приказал. Тот достал из-за пояса небольшой артефакт — овальный камень с вплетёнными в него серебряными нитями, образующими своеобразный узор.

Эльф провёл рукой над камнем, что-то прошептал, и тот вспыхнул зелёным светом. Нити же стали, словно ручейки энергии, переносить потоки маны, окрашенной в элегантное серебро.

Несколько минут колдовства и ожидания дали мне возможность выучить пару эльфийских слов. Очень надеюсь, что они не ругательные. «Мильсид» — так они отзывались о нас. Внезапно над камнем появилось призрачное изображение — лицо эльфа в короне не то из золота, не то из дерева. Скорее всего, золото, но искусно сплетённое в древесную корону.

Изображение было весьма чёткое. А камушек оказался аналогом смартфона, созданного по высшим эльфийским технологиям. Я внимательно посмотрел на него и на реакцию эльфов при его появлении. Глубокий поклон, громкий крик приветствия. Постарался всё запомнить, чтобы повторить при случае. Седые волосы, острые черты. Глаза насыщенного, зелёного цвета прямо-таки сияли магией.

Эта шишка явно их правитель. Местный Архонт. Вопрос лишь в том, командует он всеми землями королевства Натимбор, или это лишь приграничный владыка, за спиной которого стоит шишка куда больше.

Командир, не поднимая головы, заговорил. Быстро, отчётливо. Я слушал внимательно, пытаясь уловить хоть какую-то логику и суть в этих сложных, мелодичных как песня звуках.

Несколько слов я узнал. Они были «интернациональными» и явно использовались не только у эльфов. Например, «Уман» — люди, «Варгас» — варги, «Мильсид» — чужаки, «Ио» — феи. В последнем я был уверен, так как, уловив это слово, удивился даже слушающий доклад, и попросил их показать. А дальше уже начались рассказы о нашей встрече. Эльфы показали книжку, валяющуюся на песке, повторили название этих земель и упомянули Тарна Камнелома.

Лицо в артефакте замерло. Брови поползли вверх. Эльф в короне что-то спросил. Коротко, резко.

Командир кивнул и указал на меня.

Я смотрел прямо в призрачное изображение. Встретился взглядом с правителем. Не отвёл глаз.

Тот изучал меня несколько секунд. Затем что-то сказал. Длинную фразу. По интонации — приказ.

Командир снова склонился. Связь прервалась, и артефакт был спрятан. Эльфы потянулись к оружию и — командующий патрулём отдал приказ.

Трое эльфов с оружием в руках беспечно прошли мимо меня к нашему знамени. И один протянул руку к металлическому штырю, украшенному в навершии кабаньей мордой и знаменем.

— Эй! — развернувшись, окликнул я их.

Ноль эффекта.

Знамя — это вам не кружку пива стащить! Это символ, гордость и честь! Я не разрешал вам его трогать!

Эльф уже хотел вырвать знамя из песка, но я двинулся к нему. Рывок был в полную силу.

Мгновенно я сократил расстояние с трёх метров до одного и, схватив эльфа за шиворот, откинул его назад. Следом и двух других отшвырнул.

«Дипломат из тебя, конечно, так себе…» — прокомментировала мои действия Алиса.

Я обернулся. Первый эльф отлетел на пять метров.

Я встал перед знаменем. С вызовом смотря в глаза командира. Правая рука на поясе. Левой чешу шею.

— Вы чё это удумали, смазливые? Не трогайте наше знамя, и я не трону вас, — произнёс я медленно, хоть и знал, что меня не понимают.

— Думаешь, поймут? — спросил Мэд, ставая по левое плечо от меня и выращивая на руках большие когти хищника.

Варги поднялись, стряхнули песок и стали передо мной. Они опустили головы вниз, готовые к рывку.

— Если будем драться, их командира оставьте мне, — заявила Маша, потягиваясь и разминая шею.

Остальные эльфы мгновенно выхватили оружие, но вперёд не дёрнулись. Закружилась вокруг посохов и прочих магических приблуд мана.

Дисциплина у них есть. Приказа не было, так что застыли, готовые к бою.

Командир поднял руку. Остановил их.

Он смотрел на меня. Снова оценивающе, но в этот раз с интересом.

Он сложил руки домиком, прищурил глаза. Затем взмахнул рукой.

Лишь сейчас я заметил, что отброшенные эльфы не упали на землю, а зависли в воздухе, подхваченные его магией. Быстро отреагировал, мгновенно использовал заклинание. И сделал это так тонко и изящно, что я даже не заметил. Да, маг он точно хороший…

Отброшенные плавно опустились на ноги рядом с командиром. Тройка эльфов стала на ноги и уставилась на меня взглядами, полными негодования и злобы.

«Магия воздуха очень солидного уровня. Не замечала столь искусных магов в человеческом Домене» , — добавила пищи для размышлений Алиса.

Командир снова взглянул на меня. На этот раз в его глазах появилось нечто похожее на уважение. Совсем чуть-чуть. Он что-то сказал. По тону — не угроза. Скорее… объяснение. Эльфы опустили оружие. Сам он рукой указал на знамя за моей спиной и чётко, нараспев произнёс: «Нати-и-имбо-о-ор». И рукой показал убрать знамя так, чтобы оно не маячило у него перед глазами.

Я покачал головой. Указал на знамя за своей спиной, обвёл нас, варгов и фей рукой, указал рукой на море и чётко произнёс:

— Уман, варгас, ио… — покачал головой, не соглашаясь, провёл пальцем по надписи у знамени. — Русские. Кабаны. Но уман. Но варгас. Но ио! Русско! Кабано! Ферштейн? Натимбор, Тарн… — и показал пальцами идти.

После взял древко в руки и передал Мэду.

— Что мне с ним делать?

— Нести с гордостью. Ты наш знаменосец теперь, — ответил я и хлопнул его по плечу. — Маша, замыкающая, Ля, ты к ней. Ми, к Мэду и знамени. Варги между вами. Алиса, дай им указание идти друг за другом. Я ведущий в колонне.

Не особо обращая внимания на трындёж эльфов, возмущённых нашей дерзостью, я собрал все дары обратно в кольцо и посмотрел на их командира, жестом руки показывая следовать в лес. Мол, веди, дружище, или мы сами пойдём.

Ветер гордо развевал знамя над нашими головами. Фея сидела на навершии древка, болтая ногами. Я осмотрелся, ничего ли мы не забыли. Вроде всё забрал.

Посмотрел на их командира. У него глаза, словно он познал аниме-дзен… Огромные. Вытаращил их, смотрит на мою руку. Вернее, на малюсенькое орочье колечко, что нормально держится лишь на большом пальце.

Как хорошо читаются эльфийские эмоции зависти и удивления. Ну надо же…

«Пространственные артефакты везде редкость» , — мысленно донесла до меня Алиса.

И теперь я стал в разы более ценной добычей. Конечно, если они осмелятся и нападут на меня.

— Алаур. Манхи деви… — сказал эльф, и его подчинённые разделились на две группы и стали слева и справа от нас, но оружие уже вернулось в ножны, магические приблуды опустились, так и не запущенные заклинания были развеяны.

Они выстроились в коробочку, чтобы сопровождать нас. Командир стал на шаг впереди меня, чуть сбоку. Тоже возглавил колонну. И я ощутил, как магическая пелена окружила меня и всех соратников.

Его магия воздуха неуловима, словно ветер. И он постоянно использует её. Сейчас он окутал нас, готовый атаковать в любой момент. Но я не беспокоился.

С метра я не промахнусь ни мечом, ни пистолетом. Даже если штормовой ветер попытается стереть меня в порошок. В крайнем случае у меня есть Зелёный Щит Муримфорта и его башня.

Я знал, куда я иду. И готов к любому развитию событий.

Мы двинулись вперёд. К лесу.

Эльфы конвоировали нас, искоса поглядывая. Высокие они… Два метра в каждом. Выглядят как модели. Но меня кое-что смущает… Среди них точно есть бабы. Но я распознал всего лишь двух… Или трёх. Не уверен до конца…

«Нашёл время о бабах думать! Система милостивая, ну что за кобелину ты мне подсунула⁈» — мгновенно оживилась Алиса.

Я не стал ничего отвечать. Лучшая стратегия в таких ситуациях — притвориться камнем. В моём случае шагающим по лесной тропе камнем.

Мы ступили под кроны деревьев.

И тут же меня накрыла волна тепла. Приятного, живительного тепла.

[Сфера «Зверя» даровала вам благословение Трёхполосной Лани. Скорость и Ловкость увеличены на 5%.]

[Внимание! Эффект от особенности «Благословлённое дитя природы» активирован! Скорость и Ловкость увеличены на 10%.]

Опа… Очередная неделя так быстро пролетела. Я мысленно усмехнулся.

Лес был… другим. Не таким, как человеческие леса. Деревья выше. Крепче. Воздух чище. Намного реже встречались кусты и подросты. Словно бы здесь была своя иерархия, и никто не рос там, где ему вздумается.

Несмотря на тропический климат, воздух не был сырым. Лес вбирал в себя всю влагу без остатка. И деревья зачастую такие, что и десять человек разом их не охватят.

Я ощущал движения маны повсюду. Сам лес её генерировал и перерабатывал. Дышалось легко, было свежо, тепло и комфортно шагать. Даже свет пробивался сквозь листву как-то по-особенному. Мягко освещал тропы, по которым передвигались животные и мы. А лесной аромат пьянил меня и мой чуткий нос.

Куча моих особенностей, связанных с лесом, включилась разом, и я испытал лёгкую степень эйфории, полыхая изнутри вырывающейся наружу силой. Командир эльфов даже обернулся в один момент и странно на меня посмотрел. Нахмурился.

«Алиса, ты это чувствуешь?»

«Не знаю, что именно я должна почувствовать, но этот лес живой. Не так, как обычно. Он словно единое существо. Имеет свою волю. И он рад тебя видеть».

«С чего ты взяла?» — удивился я.

«К тебе все окрестные бабочки слетаются. Жуки в твою сторону разворачиваются. Птицы громче петь начинают, когда ты рядом проходишь. Живность выглядывает из-за укрытий. Даже ветки деревьев слегка двигаются, свет солнца падает на тебя даже больше, чем на командира эльфов. Он словно в твоей тени идёт, хоть и движется впереди , — тихо произнесла она. —А ещё твой приход заметило местное божество. Так, я сваливаю. Элея тоже. Будьте осторожны».

Дальше мы шли молча. Эльфы не разговаривали. Я слушал лес. Шаги эльфов были почти бесшумными. Мои и Маши тоже. Как и варгов. А вот Мэд… Бряцал и громыхал каждым шагом. Приковывал к себе внимание леса, словно рождественская ярмарка с танцами, бубном и играющим на балалайке медведем.

Мы двигались размеренно, но довольно быстро из-за отсутствия преград. Через час пути лес расступился. Впереди был слышен шум реки и бьющей ключом жизни. Мы вышли на цветущие луга, с которых открывался вид на удивительный эльфийский город-крепость. А ещё это был порт. Сотни кораблей стояли в его гавани и сновали по реке. Большие и малые.

Сам город, как и ожидалось, был полностью деревянным. Гигантские деревья, сплетённые корнями и ветвями, образовали ярусы, на которых и жили эльфы. Стены из стволов и веток.

Деревья здесь настоящие гиганты. Высота у них метров сто, наверное. Верхушки утопают в листве крон. Всё соединено мостами и проходами из переплетённых лиан. И везде цветы. Не удивлюсь, если всё это — одно целое. Огромное живое существо.

«А эльфы в таком случае подобны паразитам. Ну, или максимум живут в симбиозе», — мысленно произнёс я.

Алиса не ответила. Шифруется.

— Вау… — не выдержала Маша.

У Мэда челюсть отвисла. Феи радостно запищали. Я тоже смотрел на крепость и чувствовал… благоговение. Это было произведение искусства. Ладно, признаю: у эльфов есть вкус.

Командир что-то сказал, одобрительно хмыкая в ответ на нашу реакцию от увиденного. Кивнул на ворота, и мы двинулись вперёд.

Ворота открылись. Не скрипнули. Просто… раздвинулись. Живые ветви разошлись в стороны, пропуская нас. Внутри крепости было ещё интереснее. Дома, вырезанные в стволах. Дорожки из мягкого мха. Фонарями служили светящиеся грибы и цветы.

Эльфы смотрели на нас. Сотни глаз. Холодных. Любопытных. Презрительных. Самые разные взгляды. Большинству было просто в диковинку увидеть таких, как мы.

Особенно те, что постарше, кривились, наблюдая за нами. Некоторые даже громко кричали что-то командиру, видимо, спрашивая, какого чёрта мы здесь делаем. Тот лишь с достоинством отвечал парой слов, даже не поворачивая головы. Намекал, что это не их ума дело? Правильно. Всецело поддерживаю. Так их, расистов!

Один эльфийский ребёнок ткнул пальцем в варга и что-то громко спросил у матери. Та одёрнула его, но взгляд бросила такой, что даже мне стало неприятно. Как будто Крепыш его съесть хотел. И повсюду было слышно это «мильсид», сопровождаемое полным презрения взглядом. Да и тон этого слова был не таким, как у остальных. Никакого распева, мелодичности. Говорят так, будто в дерьмо ступили и теперь пытаются оттереть башмаки от «мильсида».

«Расисты, как есть», — мысленно поморщился я.

Нас привели к центральному древу. Самому большому. Самому старому. Показали на оружие и стойки у входа. Жестом показали, что оружие нужно вложить. Я кивнул соратникам, и сам сдал свой кинжал. Ничего другого они и у меня не видели. Затем нам дали по древесному амулету.

Свойств я не увидел, но зато пришло уведомление Системы, что вся магия и магические особенности заблокированы. Даже мой призыв оружия не работал… Увы. Они и впрямь подготовились. Мы теперь реально безоружны. Впрочем, снять амулет — дело одной секунды.

Нас проводили внутрь древа. И это оказался очень своеобразный, наполненный резными деревянными скульптурами дворец, украшенный золотом и драгоценными камнями. Гномы бы такой коллекции позавидовали.

Нас уже ждали, встречали. Пятьдесят бойцов, отборных, широкоплечих. Лица, правда, словно под копирку. Как и экипировка. Золотые плащи, глефы в руках, кортики на поясах. Элита местного правителя.

Правитель, разумеется, сидел на древесном троне. Тот самый эльф, что говорил через артефакт. Корона на голове, богатый бордовый плащ с золотым мехом. Холодный, изучающий взгляд.

Рядом с ним стояли ещё несколько эльфов в богатых одеждах. Советники.

Всё же это не король всего лесного королевства. Скорее уж приграничный князь.

Я хоть и остался под впечатлением, а всё равно понимал, что этот город не может быть столицей. Иначе берег был бы лучше защищён. Корабли патрулировали бы чаще, и высадиться у нас не было бы никакой возможности.

Командир патруля склонился в глубоком поклоне. Что-то доложил, словно песню спел.

Правитель выслушал и перевёл взгляд на меня.

Я попытался быть учтивым, повторил поклон стража и назвал своё имя.

Затем заговорил местный правитель. Медленно. Чётко. Но не мне, а своим советникам. Я слушал. Напрягал «Глубокий анализ». Пытался уловить смысл. Пара слов была знакома.

— Тарн Камнелом, — повторил я.

Правитель нахмурился. Что-то спросил.

Я покачал головой:

— Не понимаю.

Один из советников что-то сказал. Громко. Насмешливо.

Другие эльфы тихо засмеялись.

Всё, что я понял из сказанного в этом зале, — Тарн их напрягает. Его упоминание раздражает правителя. А значит, этого друида вряд ли можно назвать авторитетом.

Правитель цыкнул языком, уставившись на своих помощников, и те резко заткнулись. Он произнёс что-то ещё, и один из них бегом побежал к двери, после чего исчез за ней. А я даже дары достать из пространственного кольца не мог…

Вскоре умчавшийся вернулся. И он был не один. За ним в цепях и с железной маской на лице кто-то полз на четвереньках. Далеко не сразу в замученном, истерзанном теле со множеством заживших шрамов я узнал человека.

Он тоже замер, увидев меня. И внезапно заорал:

— НЕТ! БЕГИТЕ! БЕГИТЕ ОТСЮДА! ХОТЯ НЕТ! БЕСПОЛЕЗНО! УБЕЙТЕСЬ! ПОКА НЕ ПОЗДНО!

Мощный удар посохом по спине заставил беднягу распластаться. Пленник и раб эльфов замолчал.

С ехидной улыбкой, подпирая кулаком подбородок, на меня смотрел местный князь. Ему очень хотелось, чтобы я хоть что-нибудь сделал и развеселил его.

— Тихо… Они только этого и ждут, — словно ощущая мои мысли и видя то, что я успел себе представить, произнесла Маша. — Это проверка. Сохраняем самообладание.

Я молча кивнул и посмотрел на пленника.

— Ты говоришь на их языке?

— Да… — кряхтя, ответил эльфийский раб

— Отлично. Будешь переводить. Справишься, поможешь договориться, и, даю слово, я вытащу тебя отсюда.

Сквозь железную маску распластанного на земле человека я увидел полный надежды взгляд.

Глава 3

Я внимательно рассматривал пленника, пока тот пытался отдышаться после удара посохом. Худой, измождённый, но не сломленный. В его глазах всё ещё теплилась искра жизни, хоть и была прикрыта толстым слоем отчаяния. И маской.

Шрамы покрывали его тело хаотичной сеткой. Некоторые были свежими. Другие побелели от времени, рассказывая историю долгих лет в неволе.

— Как тебя зовут? — спросил я, поворачиваясь лицом к пленнику.

Он судорожно вдохнул, пытаясь справиться с болью, и прохрипел что-то неразборчивое сквозь маску.

Он перевёл мой вопрос князю. Видимо, даже назвать имя для него — опасный грех. Эльф-надсмотрщик с посохом что-то гаркнул, и пленник торопливо заговорил на эльфийском, затем перешёл на человеческий язык:

— Меня зовут Тобиас Крейг. Я был моряком из Остина. Восемь лет назад попал в плен к эльфам, когда нарушил их границы. Практически все погибли тогда. Меня… почему-то не убили, — он замолчал, ответив на мой вопрос.

— Восемь лет… — повторил я, чувствуя, как внутри сжимается что-то холодное и тяжёлое.

Восемь лет рабства…

— Скажи этим любезным, что я прибыл по приглашению Тарна Камнелома.

Тобиас дёрнулся, словно от удара.

— Легендарного друида? — удивлённо произнёс Тобиас.

Я кивнул.

— Да, секунду…

Пленник перешёл на эльфийский и донёс до развлекающегося князя мои слова.

Эльф на троне слегка приподнял бровь, изучая меня с новым интересом. Он бросил короткую фразу советнику. Тот кивнул и начал что-то быстро говорить. Тобиас переводил запинаясь:

— Князь Аэлорин Серебряная Ветвь спрашивает, какие доказательства у вас есть, что друид действительно… — начал говорить Тобиас, чуть выше подняв голову, но всё ещё оставаясь на четвереньках.

«БАМ!»

Посох советника обрушился на спину Тобиаса с такой силой, что тот распластался на полу и закашлялся. Удар был жестоким, расчётливым — бить больно, но не покалечить настолько, чтобы переводчик не мог работать. Эльф-советник что-то прошипел, тыча посохом в склонённую голову пленника.

Я почувствовал, как внутри что-то щёлкнуло. Сдержался. В этот раз…

Тобиас продолжил говорить, не поднимая головы и взгляда, и в конце добавил слова извинения.

— За что ты извиняешься? — спросил я.

— За то, что осмелился поднять голову в присутствии владыки Белого Берега.

— Ага… Тебя за это ударили?

— Всё так, господин.

— Тогда передай этому эльфу, который стоит сбоку от тебя, что, если он ещё хотя бы раз поднимет посох и ударит единственного переводчика в этом зале, я гарантирую ему и всему Белому Берегу: этот посох будет засунут ему в одно место, — произнёс я спокойно, глядя прямо в глаза советнику. — На всю его длину.

Тобиас замер, не решаясь говорить.

— Переводи. Я не собираюсь смотреть, как из-за одного неучтивого, бездарного эльфа теряются труды работы множества избранных, — потребовал я, и Тобиас начал медленно, осторожно подбирая слова, переводить.

Зал взорвался возмущёнными выкриками. Советники вскочили, гвардейцы сжали древки глеф, в воздухе запахло магией. Эльф с посохом побагровел, поднял посох и… остановился, увидев, как моя рука тянется к шее. Я тоже остановился, почесал щетину, и взглядом указал ему отойти от пленника. Он меня понял. Но не послушался.

«Да и хрен с тобой, мудак», — мысленно хмыкнул я и посмотрел с абсолютно спокойным выражением лица на Аэлорина, что восседал на своём троне, совершенно не беспокоясь. Лишь блеск его глаз выдавал, что ему всё происходящее нравится.

Ему весело? Он во мне шута увидел? Напрасно…

Князь поднял руку, и все мгновенно замолчали. Он медленно встал с трона и спустился по ступеням с той величественной неторопливостью, которая говорила: я могу себе позволить не спешить, потому что я здесь главный. Остановился в паре метров от меня, сложив руки за спиной. И заговорил. Медленно, раздельно, с леденящей интонацией. Тобиас, всё ещё лежащий на полу, поспешно переводил задыхаясь:

— Князь говорит… что он казнил… за меньшую дерзость… Вы оскорбили советника… в его доме… Это…

— Передай ему, что я не прощал куда более великим правителям и меньших глупостей, — перебил я, не отводя взгляда от князя.

Может, я чуть лукавлю, но Алиса — тоже правитель. И за свою выходку с инкубатором она кучу времени отстрадала за мытьём посуды. Лишь на корабле она получила поблажку. А так даже по дороге на юг мытьё котлов было на ней во время ночных остановок.

Эльф услышал мои слова из уст переводчика и с удивлением поднял брови, задавая очередной вопрос, сопровождаемый смехом. Своим и своих подчинённых.

— Князь спрашивает: действительно ли ты, придя сюда, осмелился угрожать ему, в его чертогах?

— Ответь князю, что смеяться в лицо гостю и провоцировать его — это всё равно что плевать в лицо законам гостеприимства. Меня раздражает дипломатическое скудоумие, расизм и полное игнорирование традиций добропорядочности. Если эльфы — великая раса, то и вести себя вы должны как великие избранные, а не нарциссы.

Я молчал, когда на нас пялились как на животных. Стерпел оскорбительные слова ваших советников. Я проявил тактичность. И я не прошу — нет. Я требую, чтобы и вы в моём присутствии проявили хоть каплю того же. Этот человек, — я ткнул пальцем в Тобиаса, — единственный, кто может помочь нам понять друг друга. Если ваш советник вышибет из него остатки мозгов, мы останемся без переводчика. Боюсь представить, чем это закончится для вас и вашего города.

Тобиас переводил, заикаясь и спотыкаясь, явно смягчая некоторые мои формулировки, но суть, судя по лицам эльфов, он передал верно. Советник с посохом выглядел так, словно сейчас лопнет от ярости. Князь же… Князь смотрел на меня с неожиданным любопытством.

Он произнёс что-то коротко, и весь зал стих.

— Князь говорит, — Тобиас осторожно поднялся на колени, — что он уважает вас… из-за знакомства с Тарном Камнеломом. Но друид в их лесу — лишь гость. И от них зависит, сможете ли вы его увидеть.

Я усмехнулся:

— Мне достаточно знать, что он здесь. Если меня не захотят провести к нему, я найду его сам. Лес большой, но не бесконечный.

Перевод вызвал новую волну возмущения. Один из советников что-то гневно выкрикнул, тыча пальцем в мою сторону.

— Советник говорит, что никто не позволит вам шляться по священному лесу, — пояснил Тобиас. — Что вас остановят.

— Я не собираюсь спрашивать разрешения у тех, кто не уважает законы дипломатии и гостеприимства, — ответил я, пожав плечами. — Если вы меня не проводите, я пойду сам. И вы меня не остановите.

Это уже было открытым вызовом. Слишком дерзким, слишком самоуверенным. Я видел, как несколько эльфов переглянулись, явно решая, стоит ли прямо сейчас устроить мне показательную порку.

А потом зал взорвался смехом…

Князь рассмеялся первым. Громко, от души. Даже голову запрокинул. Советники подхватили, хотя их смех звучал более натянуто. Гвардейцы ухмылялись. Даже советник с посохом скривил губы в подобии улыбки, хотя глаза оставались холодными как лёд.

Князь вытер слезинку, выступившую у него из глаза, и заговорил, всё ещё посмеиваясь.

— Князь спрашивает… — Тобиас старался сохранить серьёзность, но в его голосе проскальзывали нотки облегчения, — откуда в вас столько храбрости и самоуверенности? Откуда такое пустое бахвальство?

Я медленно улыбнулся.

— А не хочет ли уважаемый князь лично на арене проверить в дуэли, скрывается ли за моими словами что-то кроме бахвальства? — усмехнулся я, с удовольствием наблюдая за тем, как судорожно меняются эльфийские лица.

Да, моя Харизма, может, и не очень велика, но эффект от неё проявляется в два раза сильнее благодаря особенности. И раскачать эльфов, как и всех остальных, мне в два раза легче.

Любить себя, конечно, я их не заставлю. Но вот уважать — заставлю. И не я первый начал эти провокации. Они решили, что будет забавно посмотреть на меня, в то время как их раб распластанный лежит на полу? Вот мы и посмеёмся все вместе, когда они осознают, что их князь загнан в ловушку.

Стоило их пленнику закончить перевод, как смех мгновенно оборвался. В который раз зал замер, а взгляды большинства сосредоточились на князе. Постепенно до всех них доходил смысл сказанных мной слов. Чужак только что бросил вызов их правителю. Советники застыли с открытыми ртами, а многие стражи начали наперебой что-то предлагать своему повелителю. Видимо, предлагали помочь заткнуть рот дерзкого гостя. Что ещё они могли ему предложить?

Лицо правителя стало мрачнее тучи. Его глаза сузились. Он изучал меня с новым, острым вниманием.

Несколько долгих секунд эльф молчал, и я чувствовал, как напряжение в зале растёт с каждым мгновением. А потом он снова рассмеялся. На этот раз тише, но как-то более искренне. Короткий смех и самоуверенная реплика, после которой он развернулся и сел на трон.

— Князь говорит, что у вас отличное чувство юмора. — Тобиас переводил осторожно, словно боясь, что неправильное слово разрушит эту хрупкую атмосферу. — Но раз уж вы так ищете унижения… Эльфы, как крайне гостеприимный народ, обязательно дадут вам то, о чём вы так просите.

Я кивнул соглашаясь. Пусть попробуют.

— Тогда позвольте выставить условия. Если я выиграю: Тобиас Крейг становится переводчиком моего отряда, он больше не ваш раб. И вы, уважаемый князь, лично сопровождаете меня к Тарну Камнелому.

Князь выслушал перевод и ответил, причём явно с издёвкой.

— А что же вы дадите взамен, когда проиграете? — передал Тобиас вопрос.

Я пожал плечами:

— Насколько мне известно, пространственные артефакты везде ценятся. У меня есть один. Я отдам его добровольно.

Князь покачал головой и произнёс длинную фразу, перечисляя что-то на пальцах.

— Князь говорит, что этого мало, — Тобиас выглядел испуганным. — Что вы должны быть готовы отдать свою жизнь, все свои артефакты. И ваши спутники станут новыми рабами. Варги тоже перейдут к его величеству.

Я ухмыльнулся:

— А феи, значит, вам не нужны?

Моё замечание было скорее для того, чтобы взять паузу и хорошенько обдумать сказанное им.

Князь быстро выслушал перевод и, махнув рукой, улыбнулся. Ответил парой слов. Тобиас перевёл:

— Князь говорит, что создания природы им друзья и они не собираются их принуждать.

Я с удивлением понял, что смог понять смысл слов эльфа. «Глубокий анализ» работал всё это время.

Хах, вскоре мне и вовсе переводчик не нужен будет. Но тут уже дело принципа — проявить себя. Если я слабак, со мной никто не будет считаться. Может, к Тарну и отправят из уважения к друиду, но о большем я могу забыть. А ведь я здесь не только ради себя, но и ради людей.

Море не столь широко, а возможности торговли и обмена знаниями безумно помогут нам, людям, в нашем становлении. Если я покажу себя сильным, а людей как заслуживающих внимания и уважения воинов, есть шанс, что нам удастся о многом договориться…

— Понятно. Тогда уточню. — Я сделал паузу, давая Тобиасу время перевести каждое слово чётко. — Я командир, а не хозяин своих людей. Если князь хочет заполучить их, ему придётся договариваться с ними напрямую и предложить им подходящие условия дуэли. И награду в том случае, если они выйдут победителями. А зная своих друзей… — Я оглянулся на Машу и Мэда, которые стояли сзади с абсолютно невозмутимыми лицами. — Князь сам может потерять почтенных советников из числа эльфов, отдавая их моим спутникам на услужение. Лучше бы вам не жадничать и довольствоваться тем, что реально. Но если вы боитесь проиграть и хотите отказаться от дуэли, выставляя мне невыполнимые условия… Просто так и скажите. Я — великодушный. Пойду вам на уступки. Пойму ваш страх и не стану давить.

Тобиас судорожно сглотнул и перевёл. Реакция эльфов была предсказуемой: возмущённые выкрики, жесты, советник с посохом вообще начал что-то истерично вопить. Так громко, что князь ему что-то ответил, и тот мигом рухнул на колени, опустив голову на уровень земли. А затем и мне передал «пару ласковых».

— Князь говорит, что вы, малая, слабая, ничтожная раса, не вправе, придя в гости и прося пропустить вас по нашим землям, устанавливать правила и даже рассуждать о смелости эльфов. Мы бились за эти леса тогда, когда вас даже не существовало в мире избранных. Такие, как вы, любят кричать, словно обезьяны, только спустившиеся с веток, но никто из вас даже не представляет, что такое эльфийская честь и доблесть. Будет тебе дуэль. Проиграешь — станешь моим личным рабом. Победишь — заберёшь этого ничтожного браконьера. Что же касается Тарна — ты его увидишь в любом случае. Я это тебе… гарантию! — произнёс он, и последние слова звучали очень странно. Так, словно я дурак, а он великий интриган, загнавший меня в ловушку.

Странно… «Глубокий анализ» тоже вопит, что в этой фразе что-то не так. Может, переводчик как-то не так перевёл? Ладно, потом разберусь. Пока сковорода горячая — нужно печь блины. Вот и с дуэлью нельзя затягивать.

— Отлично! — ответил я, а голос мой эхом разнёсся по залу, — И самое главное! Я ожидаю от вас системный договор для предстоящей дуэли. Чтобы всё было честно и официально. Или это противоречит эльфийской чести?

— Ле динташ эле, — ответил эльф, и я даже без переводчика понял, что он сказал мне: «Не противоречит», — а значит, скоро начнётся веселье.

Лицо князя оставалось невозмутимым, но его тело выдавало его чувства с потрохами. Сидит, вцепившись в подлокотник, сам того не замечая. Он что-то произнёс. Коротко и властно.

Тобиас выглядел потрясённым всем произошедшим. Князь поднялся и произнёс несколько предложений, после чего начал уходить. Сразу же мы услышали и перевод:

— Дуэль завтра на рассвете. Ареной станет палуба «Речного Дракона». Условия будут записаны в системный договор, его предоставит мой помощник за час до рассвета. Магия, оружие и способности разрешены. Победа засчитывается при капитуляции или смерти противника. Я могу воспользоваться правом князя и выставить любого бойца, какого только пожелаю. Вы — нет. Вас проводят в гостевые покои. Можете отдохнуть и подготовиться. Выходить из них вам запрещено.

Я кивнул, давая понять, что услышал условия и принимаю их. Развернулся и направился к выходу из зала. В коридоре и подождём того, кто нас проводит.

Маша, Мэд, варги и феи последовали за мной. Когда мы уже почти дошли до дверей, я услышал тихий голос Маши:

— Дипломат из тебя, конечно, так себе…

Я усмехнулся. Где-то я это уже слышал…

Глава 4

Рассвет пришёл слишком быстро. Хотя, если честно, я толком и не спал. Лежал в гостевой комнате и сверлил взглядом потолок, мысленно прокручивая возможные сценарии предстоящего боя.

Алиса практически не появлялась, но изредка комментировала мои размышления, время от времени подкалывая за излишний драматизм. А ведь я не столько за битву переживал, сколько за итоги. И неважно, кто победит. Нужен был план «А», «Б» и, желательно, ещё пара букв алфавита.

К утру, как и обещали, примерно за час до рассвета мне принесли договор. На двух языках. Тобиас явно постарался, досконально переведя с эльфийского. Торжественно вручили, почему-то уверенные в том, что я откажусь его подписывать. Пха!

Прочитал несколько раз. Много лишнего дерьма в случае моего проигрыша. Будь у меня куча свободного времени, я бы им ещё пару раз отдал его на переделку. Но так как я вызывающая сторона и, по сути, провокатор, нужно быть готовым к последствиям. Вот их в договор и сунули. Но основная часть была прописана как нужно. Даже Алиса влезла с парочкой комментариев.

«Смертельные удары запрещены, — сказала она под утро, когда в очередной раз перечитала текст договора. —Но, если кто-то нарушит… Система накажет нарушителя. Только тебя это уже не вернёт. Так что будь осторожен. Эльфы гордые. Могут и забыться в пылу боя».

— Главное, чтобы я не забылся. Это нарушит сразу планы «А», «Б» и «В».

Ещё полчаса спустя за нами пришли. Заодно забрали договор, удивлённые тем, что мы не стали ничего требовать и противопоставлять. А затем рассмеялись и ушли не попрощавшись. Они даже не представляли, насколько полезное дело они для меня сделали! Настолько ускорили изучение эльфийского языка… Очень мило с их стороны было сразу дублировать рядом текст договора на человеческий язык.

— Кажется, нас посчитали за дурачков безграмотных, — пожал я плечами.

Когда за нами пришли, я был готов. Маша и Мэд выглядели спокойными, но я знал их достаточно хорошо, чтобы заметить напряжённость в движениях. Они волновались за меня. Это было приятно и одновременно добавляло ответственности: нельзя было подвести людей, которые в меня верят.

Нас провели через город к центральной площади. Эльфы собирались толпами, несмотря на раннее утро. Видимо, зрелище обещало быть интересным. И, судя по всему, для эльфов вставать так рано — норма. Днём здесь слишком жарко. Даже забота леса не дарует достаточно прохлады в этих знойных широтах мира избранных.

Многие смотрели на нас с откровенным любопытством, но некоторые — с плохо скрываемым злорадством. Парочка даже кричала что-то на своём языке, и я не сомневался, что ничего хорошего обо мне они не говорили.

«Небось, ставки принимают», — хмыкнула Алиса, наблюдая за суетой.

«Думаешь, эти блаженные испытывают любовь к азартным играм?»

«А почему нет? Они тоже смертные. Пусть и долгоживущие… Стариков я здесь не увидела, к слову… Да и как тут не посмаковать твоё будущее поражение? Ты же чужак. Человек. „Мильсид“. Для них ты уже проиграл просто потому, что посмел бросить вызов».

Я лишь пожал плечами и с абсолютно безэмоциональным лицом прошёл через весь город. Они даже напрямую не шли. Вели нас чуть ли не через весь город, словно показывали невероятных глупцов на выставке. Но мне было плевать. Чем больше они зарываются, тем больнее будут последствия.

Арена оказалась… необычной. Вместо привычного песчаного круга или каменной платформы нас привели к причалу, как и обещал князь. На воде покачивалось огромное судно из светлой древесины. Ну, по сравнению с тем кораблём, на котором мы приплыли сюда, оно было огромным. Метров тридцать в длину и двадцать в ширину. Борты украшены удивительной, играющей на солнце вязью эльфийских рун. Они периодически вспыхивали голубоватым светом.

Я остановился, рассматривая эту конструкцию, и спросил у Тобиаса, который тихо шёл рядом со мной:

— А что будет, если судно повредится во время боя?

Тобиас быстро что-то уточнил у сопровождающих нас эльфов и перевёл:

— Они говорят, что это эльфийская древесина. Она не тонет. Можно не переживать, но, если кто-то упадёт в воду, он будет считаться проигравшим.

Я кивнул, мысленно отмечая эту деталь. Хорошо.

Мы поднялись на палубу. Дерево под ногами было гладким, отполированным до блеска, но не скользким.

Корабль выглядел утончённо, элегантно и величественно. Он был воплощением суперкомфортной яхты, с которой вынесли на время дуэли всю мебель. Не удивлюсь, если для эльфийского князя этот корабль — это что-то вроде водного дворца, на котором он плавает к своим соседям. Эльфы умеют делать красивые вещи, конечно.

Князь Аэлорин Серебряная Ветвь уже ждал на причале вместе с советниками и… моим противником. Как я и думал, сам он даже и не думает скрестить со мной клинок. Ну, это его выбор.

Эльф был высоким даже по меркам своего народа — два метра с небольшим. На полголовы выше остальных обладателей золотых плащей. Стройный, но с отчётливо проступающими мышцами под лёгкой кожаной бронёй с серебряными узорами. Длинные белые волосы заплетены в косу, несколько прядей свободно развевались на ветру. В руках — тонкий изогнутый меч — что-то среднее между саблей и катаной — и деревянный посох с инкрустированными кристаллами.

Значит, воин-маг. Универсал на два оружия. Ожидаемо.

Глаза у него были серебристые. Холодные. Уверенные. Он смотрел на меня так, словно уже знал исход этого поединка.

Я активировал «Глубокий анализ», пытаясь считать как можно больше информации. Осанка прямая, но расслабленная — хороший контроль над телом и уверенность в своих силах. Посох держит не как декорацию, а как рабочий инструмент: мышцы ладони не напряжены, но видна прекрасно развитая мускулатура кисти и лёгкие мозоли. Значит, опыт боевого применения магии есть. И практикует он битвы с мечом и посохом регулярно.

«На Аэлорина похож», — констатировала Алиса.

«Разве? Они же все на одно лицо», — ответил я, не отрывая взгляда от противника.

Алиса не ответила. Мы дошли наконец до наших оппонентов.

Князь произнёс торжественную речь. Долгую, напыщенную, полную пафоса. Тобиас стоял рядом и шёпотом переводил:

— Князь говорит о чести поединка… о том, что сила и мастерство определят победителя… что Система станет свидетелем и гарантом справедливости… Он представляет вашего противника. Его зовут Илларион Лунная Тень, один из лучших воинов княжества, мастер клинка и магии воздуха. И сын владыки.

Система выдала уведомление:

[Вам предложено участие в официальном поединке. Условия:

Победитель: получает оговорённые призы согласно договору.

Проигравший: выполняет условия поражения.

ВАЖНО: смертельные удары строго запрещены. Нарушитель будет немедленно дисквалифицирован и понесёт суровое наказание от Системы в виде случайного проклятья. Участники сражаются до капитуляции, потери сознания или невозможности продолжать бой. Вылет за пределы арены и падение в воду либо на причал считается поражением.

Вы готовы к поединку?

Да/Нет]

Я мысленно выбрал «Да». Князь закончил свою речь и взмахнул рукой.

[Поединок начинается через 10 секунд. Поднимитесь на арену!]

Я снял блокирующий амулет и почувствовал, как моя магия возвращается, заполняя тело привычным теплом. Передал его тому говорливому помощнику, что прислушался к голосу разума и посох вчера больше на переводчика не поднимал.

Я привык сдерживать своё слово… Было бы тяжело мирно договориться с эльфами, если бы он дал мне повод, и я исполнил свою угрозу.

Вызвал щит, вызвал меч. Запрыгнул на палубу и принял боевую стойку.

Илларион элегантно перенёсся по воздуху на корабль, явно затрачивая на свои действия запасы маны. Дурачок какой-то самоуверенный. Весь в батю! Приземлился и стал расслабленно, почти небрежно. Меч опущен, посох приподнят.

[3…]

[2…]

[1…]

[БОЙ!]

Илларион исчез.

Точнее, не исчез, а просто двинулся настолько быстро, что я едва успел среагировать. Воздух вокруг него исказился, магия подхватила его тело, и он буквально пролетел половину арены за секунду.

Удар пришёлся сверху. Диагональный, стремительный. Нацелился на плечо. Я успел выставить щит, и клинок эльфа с лязгом врезался в зелёную сталь «Муримфорта».

Сила удара была приличной, но не запредельной. Я устоял. Контратаковал мечом — быстрый выпад в корпус.

Илларион отпрыгнул назад так легко, словно от батута оттолкнулся. Снова магия воздуха. Расточительный… Он использовал её постоянно, для каждого движения, усиливая скорость, корректируя траектории атаки.

«Хитро, но глупо», — оценил я, отступая на шаг и восстанавливая дистанцию.

Он атаковал снова. Серия ударов: сверху, сбоку, снизу. Клинок мелькал в воздухе серебристой змеёй. Я блокировал щитом, парировал мечом, уворачивался от тех ударов, что не мог отбить.

Скорость была высокой. Очень высокой. Но всё же я успевал реагировать. Едва-едва, но успевал. Причём я ещё не использовал всякие волшебные козыри. Держался на чистых характеристиках.

Не знаю, сражается ли он в полную силу, но удары старика Амори были точнее и внезапнее, хоть и медленнее. А взмахи Марии я обычно не успевал заметить. Блокировал атаки лишь в последний момент, предсказывая направление удара.

Илларион отступил, взмахнул посохом. Кристаллы на нём вспыхнули, и я почувствовал, как воздух вокруг меня сжался, пытаясь сбить с ног мощным порывом ветра.

Я упёрся щитом в палубу, сопротивляясь давлению. Ветер бил в спину, пытался столкнуть к краю корабля. Мощно, но недостаточно!

Зелёное пламя вспыхнуло, защищая меня от магического урона. Я вонзил меч в палубу, используя его как якорь. Как клещ, вцепился в арену, не давая себя вышвырнуть вон магией.

Илларион вновь двинулся. И двинулся стремительно, пытаясь обойти меня, пока я сопротивляюсь магии. Умно, но слишком предсказуемо.

Я резко развернулся, отпустив щит на мгновение, и взмахнул мечом. «Эхо Гор» свистнул, и эльф вынужденно отпрыгнул, прерывая заклинание.

На секунду возникла пауза. Мы смотрели друг на друга. Илларион хмурился, пытаясь оценить меня. Я всё это время лишь избегал атак либо защищался. Видимо, он ожидал, что к этому моменту я уже буду мокрым, униженным и потерявшим достоинство «мильсидом».

Я улыбнулся. Не ехидно, не вызывающе. Просто с удовольствием. Хороший бой. И он позволяет мне понять многое не только о моём противнике, но и об эльфах.

Сын князя силён, быстр, техничен и, естественно, одарён магией. Но что-то он почти не показывает свои трюки… Не жадничай уже. Покажи всё, на что ты способен!

Он ведь не самый сильный среди них. Князь точно мощнее. Но и слабака, в котором местный правитель был бы не уверен, против меня не поставили бы.

Эльф произнёс что-то на своём языке. Коротко, резко. Магия воздуха вокруг него сгустилась, стала почти видимой — серебристые потоки обвили его тело. Он перешёл на новый уровень. Теперь он стал серьёзен… Хорошо!

Скорость стала ещё выше. Эльф атаковал с трёх сторон одновременно: удары мечом комбинировались с порывами ветра, пытающимися сбить меня с ног. Я блокировал, уворачивался, отступал и рывками уходил из его ловушек, не давая им захлопнуться. Шаг за шагом мы смещались, постепенно истаптывая своей обувью каждый квадратный метр корабля. Даже на мачтах и реях побывали.

Илларион начал выдыхаться. Я это чувствовал. Магия применялась им постоянно. Она была не смертельной, но всё ещё крайне опасной. Била непрерывно резкими потоками с нескольких сторон. Контроль невероятный. Но подобные комбинации требовали огромных затрат маны. Так что длительность боя работала против него.

Илларион попытался меня удивить ударом сверху. Я заблокировал атаку щитом и отошёл в сторону, подталкивая его ближе к борту. На мгновение передо мной появилось множество открытых мест для атаки. Слабости были в зоне поражения одного взмаха клинком. Но я не стал атаковать.

Чтобы успеть попасть по столь шустрому и ловкому магу воздуха, придётся бить резко и сильно. А такой ударлегендарным мечом вполне может его покалечить. А в худшем случае и убить. Но это в мои планы не входит.

Эльф сделал обманный манёвр и каким-то невероятно искусным пируэтом проскочил мне за спину, направляя клинок мне в шею. А я приглушил своё неуёмное желание пнуть его по заднице в тот момент, когда он открылся, имея наглость отвернуться от меня и скрыть взгляд на короткий миг.

Я резко развернулся, сделав полшага вперёд, и отвёл клинок эльфа вверх, после чего так по-нашему, по-дворовому, как сестра учила, боднул того лбом в подбородок. А нечего быть таким высоким.

Он отшатнулся, сделал несколько шагов назад, шокированный, но вмиг на место шока пришла злость. А ведь это я должен злиться… От отчаяния начал целиться мне в шею? Болван… Если мой кабаний удар тебя не вразумил, придётся хорошенько взяться за твоё воспитание.

Илларион взорвался серией атак, выписывая пируэт за пируэтом, махая клинком так, словно он собирается меня на тысячи кусков порезать. Ветер хлестал с каждой его атакой, но мой щит не пробивался. Его магии не хватало силы и урона, чтобы пройти через мой огненный барьер, регулярно обновляемый Алисой. А вот клинок опасно приближался к моему лицу раз за разом. Буквально пара миллиметров отделяла меня от того, чтобы обзавестись парочкой новых шрамов.

Я чувствовал движение воздуха, предугадывал траектории атак, реагировал на мгновение раньше, чем эльф выкручивал суставы своих длинных рук, отправляя клинок вперёд.

«Глубокий анализ» работал на пределе. Обрабатывал каждое движение противника и помогал предсказать следующий шаг. А ещё отмечал окружение вокруг меня. Споткнусь, упаду — и дела мои станут не очень хорошими. Но именно этому меня и учил Безумный Клинок Севера — использовать не только своё тело, но и окружение на максимум! Эльфу явно не помешали бы тренировки с мастером…

Илларион оступался, заваливался, опускался слишком низко или, наоборот, делал чересчур длинный замах. В реальном бою я бы его уже не то что убить, а даже закопать успел и помолиться…

Эльф становился всё сильнее, всё безумнее. Но вместе с тем терял контроль не только над поединком, но и над самим собой.

Его раздражение было видно невооружённым взглядом. Он закричал что-то. Громко, яростно. Слова летели быстро, но несколько я разобрал благодаря прокачанным мозгам и знанию эльфийского языка. «Магия» была среди них. А ещё «неизвестная», «человек» и «обман».

Нет, мой юный эльф. Это не неизвестная магия. Это называется «контроль тела и окружения».

Илларион резко отступил и принял странную позу. Эльфы вокруг настолько возбудились от этого боя и его движений, что пришли в экстаз и прорвались сквозь завесу, что я установил для своего разума, лишь бы не отвлекаться от врага. А ещё взгляд поменялся у него… Вместо злости я увидел что-то вроде сожаления, грусти и извинений.

Эльф наклонился к земле, и ветер начал кружить вокруг него, постепенно скрывая за белоснежным потоком его силуэт. Что бы он ни хотел сделать, но это явно будет опасно, и мне придётся использовать все свои силы. А делать мне этого не хотелось… Примерный уровень эльфов я понял, и не обязательно всё доводить до кровопролития.

Что бы он там ни затевал, я не дал ему этого сделать. Сам пошёл в атаку. Впервые за всю битву. Резкий рывок вперёд. Удар мечом. Не в корпус, а в посох.

«Эхо Гор» врезался в дерево с такой силой, что кристаллы задрожали, столкнулись друг с другом и выплеснули капельку магии, ослепляя всех вокруг, включая меня. Но боя вслепую я не боюсь.

Магический поток заклинания оборвался, и белая пелена ветра развеялась, так и не сформировавшись до конца. Повторный магический удар «Эха гор» заставил эльфа потерять опору. А я уже замахивался вновь. Удар в полную силу. Но не по нему, а по его клинку.

Илларион хотел отступить, но он только-только себе контроль над телом начал возвращать. Мечи столкнулись, и его оружие звонко тупой стороной врезалось ему же в грудь. Его отбросило назад, и заложенная в артефакт защиты магия сформировала дополнительный слой призрачной брони на груди.

Я вновь смог видеть после этой стремительной атаки: глаза уже восстановились благодаря некоторым особенностям.

Илларион старался встать. Его рука дрожала после моего удара. Я швырнул вверх меч, и он испуганно на него посмотрел, вновь допуская ошибку… Он потерял меня из виду.

Я поудобнее перехватил щит и ринулся на него. Илларион хотел отскочить в сторону, но… Куда ты денешься с примороженными ногами?

Сын князя оказался спиной к краю палубы, между мной и водой. Я врезался в него так, что услышал хруст костей, выталкивая парня прочь за борт корабля. Лёд был разрушен, как и гордость напыщенного здоровенного эльфёнка.

Он внезапно мобилизовал все силы. Использовал магию ветра, прерывая свой полёт за борт. Остановился и начал взлетать вверх, крича во всё горло на эльфийском: «Я не упал! Не проиграл!» Упрямый баран…

Я прыгнул вверх, активировал «Воспарение» и помчался к нему. Призвал «Водяной хлыст» и, как на Диком Западе, хлестанул соперника.

Вода превратилась ненадолго в лассо и обвилась вокруг сто процентовлегендарных поножей эльфа. И я с силой потянул вниз, отправляя соперника в воду.

Я выдохнул, развеял магию, восстанавливая запасы маны, и посмотрел на кривую физиономию, торчащую из воды.

— Упал, — произнёс я на эльфийском, создал под ногой ледяную поверхность, резко оттолкнулся от неё в сторону корабля.

Приземлился на палубу и спрятал щит. А меч и так уже давно лежал в одном из волшебных карманов.

Толпа эльфов стояла, как заворожённая, не веря своим глазам. Пялилась то на меня, то на княжича.

Я отдышался и посмотрел на князя. Тот смотрел в ответ на меня с абсолютно нечитаемым выражением лица.

[Поединок завершён. Победитель — Алекс Лисоглядов.]

Где-то рядом заплескалась вода, и эльфы помогли выбраться на причал своему герою.

Илларион выбрался из воды. Мокрый и злой. Но живой. И, что важно, не униженный. Я не добивал его, не глумился. Просто победил, позволив выложиться практически на полную. Дал понять разницу между нами и обозначил, что мы на разных уровнях. Интересно, а он Новичок? Ученик? Или, быть может, искатель?

Я сошёл с арены и направился к берегу. Маша встретила меня со сдержанной улыбкой. Мэд кивнул с одобрением. Варги радостно взвыли и завиляли хвостами. Думаю, именно такого исхода они и ожидали.

Я подошёл к Тобиасу, всё ещё стоящему в стороне с опущенной головой и с железной маской на лице. Протянул руку, взялся за край маски и медленно, осторожно снял её.

Тобиас вздрогнул, словно не веря, что это происходит. Под маской оказалось измождённое лицо с бородой и шрамом через губу. Он судорожно вздохнул свободно. Впервые за долгое время.

— Встань, — сказал я просто. — Прямо. Ты теперь мой помощник. Я запрещаю тебе гнуть спину перед кем-либо просто так. Только если я сам проявлю почтение эльфу или кому-то ещё, тогда и ты должен проявить такое же почтение.

Тобиас медленно выпрямился. Спина, привыкшая сгибаться, сопротивлялась, но он пересилил боль. Было видно по его лицу, как ему страшно. Он испуганно прятал глаза, смотря в землю, а плечи то и дело дёргались.

— Отныне ты работаешь на меня, — произнёс я, глядя ему в глаза. — Будешь сопровождать нас, куда бы мы ни отправились. Ты переводчик отряда «Русские Кабаны». Понял?

— Да… господин, — хрипло ответил Тобиас. В его глазах стояли слёзы.

Я развернулся к князю, который уже подходил к нам в окружении советников. Встретился с ним взглядом. Поклонился. Неглубоко, но уважительно.

— Ваш воин был действительно хорош, — произнёс я громко. — Он может смело считать себя одним из трёх сильнейших противников, с которыми мне доводилось сражаться.

Тобиас торопливо переводил. Илларион, стоящий в стороне и отжимающий мокрую одежду, поднял голову, явно удивлённый.

— Хочет ли ещё кто-нибудь из эльфов бросить вызов гостю, прибывшему издалека ради встречи с Тарном Камнеломом и преподнесения скромных даров эльфийскому народу? — добавил я с лёгкой ухмылкой.

Перевод вызвал бурную реакцию. Сотни глоток начали обсуждать мои слова друг с другом. Видимо, про Тарна Камнелома им никто не рассказывал. Но были и недовольные. А один из советников громко выкрикнул что-то явно оскорбительное.

Тобиас перевёл запинаясь:

— Он говорит, что… эльфы вас не звали… и ваши дары им не нужны.

Я рассмеялся. Искренне, от души.

— Переводи! Король гномов был прав! — объявил я, обращаясь к толпе. — По сравнению с эльфами, бородатые подгорные жители — венец дружелюбия и гостеприимства, несмотря на свой прескверный характер!

Слова Тобиаса эхом разнеслись по площади, и реакция была мгновенной. Толпа зашумела. Возмущённо, гневно. Князь побледнел, его руки сжались в кулаки. Советники начали что-то яростно кричать, требуя наказания.

Я видел, как Аэлорин разрывается изнутри. Желание отдать приказ уничтожить нас боролось с необходимостью сохранить лицо. Его магия воздуха начала собираться вокруг него, готовясь обрушиться штормом.

Но тут рядом с ним пролетела бабочка. Так мне сперва показалось. А затем я увидел творение природы, явно уважаемое в этом городе больше, чем Легендарный Друид. Это была лесная фея. Я сразу понял это по одной лишь реакции её горных родственниц, что путешествовали с нами. Она опустилась ему на плечо, и князь замер, прислушиваясь к чему-то.

Его лицо изменилось. Гнев сменился удивлением, потом задумчивостью. Он тяжело вздохнул и посмотрел на меня другим взглядом. Оценивающим и расчётливым. Словно он понял что-то такое, чего остальные не смогли. Даже мне стало интересно, чего это он так пялится.

Местный правитель поднял руку, и все тут же замолчали. Они и до этого стали тихими при появлении феи, но тут уж настала совсем гробовая тишина. Под мерный шум реки и шёпот ветра Аэлорин произнёс длинную речь. Тобиас выждал, пока он закончит, и, сильно потрясённый всем, что здесь происходит, начал переводить:

— Князь говорит… Думаешь, я поведусь на твою уловку? Ты показал, что хитёр и силён. Словами играешь так же ловко, как клинком. Но я не позволю тебе и какому-то жалкому гномьему королю опорочить эльфийскую честь. Эльфы вас не звали. Вы здесь нежеланные гости. И не надейтесь на величайшее в мире эльфийское дружелюбие и гостеприимство! Незваный гость хуже орка — так у нас говорят. Но… единственный способ доказать вам всем, насколько вы глупы и невежественны, насколько бездарны гномы и велики дети леса, — изменить ход событий.

Князь сделал паузу. Выпрямился, сложив руки за спиной, и торжественно произнёс:

— Я, Аэлорин Серебряная Ветвь, князь Приречных Земель, приглашаю вас от лица моего княжества под своды Золотых Лесов Натимбора. Отныне вы — наши гости. Лес открыт для вас, как и священное, недоступное проходимцам эльфийское гостеприимство. Пройдёмте за мной. Дадим городу время подготовиться к празднику. А пока обсудим ваш путь и то, как вам не повезло встретить на нём бородатых полуросликов. Я приветствую вас на нашей земле… Гхм…

Он сделал паузу, и один из помощников что-то прошептал ему на ухо.

— «Русские Кабаны», — закончил князь с лёгкой улыбкой.

Толпа взорвалась аплодисментами. Видимо, такой поворот событий был для них полной неожиданностью. Но раз князь сказал — значит, так и будет.

Я выдохнул. Кажется, всё вышло просто идеально… Если только это не коварная ловушка и нас не попытаются убить, отравить или как-то ещё одурманить во время повторного знакомства. Но если это и так, то уж лучше эльфам беспокоиться… В одном этом городе есть больше сотни деревьев, подходящих для того, чтобы я пробудил Дендроида.

Мы последовали за ним обратно в резиденцию, испытывая прекрасное и никогда не надоедающее ощущение — предвкушение.

Глава 5

Отношение к нам изменилось настолько быстро, что мы даже не успели принять свой новый статус гостей. Те же эльфы, что час назад смотрели на нас с презрением и злобой, теперь суетились, расставляя столы, развешивая гирлянды из светящихся цветов и выкатывая бочки с вином. Улыбки на лицах были натянутыми, но приказ князя есть приказ: теперь мы гости, и с нами надо обращаться соответственно.

Это был какой-то наивысший уровень лицемерия. При этом они реально боялись нас обидеть и не исполнить приказ князя. Но я принял правила игры. Да, с точки зрения людей, всё происходящее здесь отдавало едва заметным бредом и фальшью, но мы не у своих в гостях, так что можно списать всё на культурные особенности.

Нас привели в большой зал с высокими потолками из переплетённых ветвей, откуда свисали хрустальные, переливающиеся люстры. Длинный стол из цельного куска дерева тянулся через весь зал, уже уставленный тарелками с фруктами, кувшинами и чашами. Мясо, к моему удивлению, тоже принесли. Я был рад узнать, что эльфы не вегетарианцы. Хотя попробуй на диете из травы и фруктов вырастить воинов такого роста и пропорций.

Аэлорин жестом пригласил нас к столу. Мы расположились с одной стороны: я и Маша, Мэд, Тобиас рядом со мной. Князь какое-то время задержал взгляд на переводчике. Его рука дёргалась, будто он хотел за шкирку выкинуть его из-за стола. Но эльф сдержался, подавил приступ высокомерия и вспомнил, что тот больше не его игрушка.

Аэлорин успокоился очень быстро и вернул дружелюбное лицо, присаживаясь напротив нас, в центре стола. Илларион, всё ещё с мокрыми волосами, но уже в новой экипировке, с плохо скрываемым недовольством и раздражением занял место справа от отца.

Я внимательно наблюдал за побеждённым противником. Он избегал моего взгляда, пялясь в тарелку. Губы были сжаты, плечи напряжены.

Представляю, насколько дерьмово он себя чувствует. Ему бы сквозь землю провалиться, а тут приходится с победителем рядом сидеть и делать вид, что рад ему.

— Илларион Лунная Тень, — произнёс я через Тобиаса, привлекая внимание молодого эльфа. — Ты сражался хорошо. Твоя техника и владение магией воздуха впечатляют. Ты прекрасный воин.

Тобиас перевёл. Илларион поднял голову, встретился со мной взглядом. В его серебристых глазах отразилась сложная гамма чувств. Он и сам не до конца понимал, как к моим словам отнестись. Он был растерян, не привык получать похвалу от того… кто разбил его в поединке.

Он что-то ответил, и Тобиас перевёл:

— Илларион благодарит вас за добрые слова. Он говорит, что недооценил вас и заплатил за эту ошибку. Он хотел бы спросить… Какой у вас ранг в Системе?

Я усмехнулся.

— Новичок я.

Перевод вызвал лёгкий шок у эльфов. Несколько советников переглянулись. Аэлорин приподнял бровь.

— Ты… Новичок? — Илларион произнёс это слово с таким недоверием, словно я сказал что-то абсурдное. — Но ты сражался как… как минимум Искатель.

Я пожал плечами.

— Система — странная штука. Ранг не всегда отражает реальную силу. У меня просто не было возможности и наставника, чтобы перейти на следующий уровень. А ты какого ранга?

— Ученик, — ответил Илларион после паузы. — Третий год как получил этот статус.

— Я горжусь тем, что судьба и воля князя позволили нам скрестить клинки. Уверен, что нас обоих ждёт ещё множество побед и не менее суровых противников и испытаний.

Князь кивнул и окрикнул прислугу. Красивые, длинноногие эльфийки принялись разносить блюда. Двух дней хватило, чтобы начать различать эльфийских девушек и парней. Прогресс!

На самом деле, их выдавали узоры на одеждах и ширина шей. У мужиков она покрупнее будет. А других различий я пока не нашёл. Фигуры схожи. Грудь у девушек, как правило, мелкая, а у парней накачанная. И поэтому что у тех, что у других выглядит она под эльфийскими кимоно примерно одинаково.

Не так я себе эльфов представлял… Дроу — тёмная эльфийка с турнира, как я её окрестил — была самим воплощением женской красоты и грации, в сравнении с местными леди.

«Может, хватит думать о голых эльфийках? Лучше вон ту птицу, запечённую в травах, в колечко засунь. Я потом с ней один на один поговорю», — требовательно произнесла Алиса.

Действительно… Чего это я? Стол заполняется, а мы сидим и пальцем к вкусняшкам не притрагиваемся.

На всякий случай уточнил у хозяев, существуют ли какие-то определённые правила этикета во время праздничного пира, чтобы мы не выставили себя дураками и не обидели их. Сперва удивился мой переводчик. А затем и сами эльфы. В их глазах я мгновенно получил пару пунктов уважения за один лишь мой вопрос. И следующие полтора часа превратились в нуднейшую и отвратную лекцию о том, какими приборами, в какой позе и в какой последовательности нужно трапезничать…

У них даже салаты требовалось съедать по цветовой палитре. Сперва самые блёклые, затем наиболее яркие. А щипчики для еды… Алиса, помоги с ними справиться!

Вот лежит перед тобой огурец, но его нельзя наколоть на вилку и съесть! Нужно его поддержать серебряными щипцами, разрезать ножом на мелкие порции, после чего нужно выбрать один из трёх столовых приборов, подходящих для поедания именно огурцов, и употребить его. И так вместо десяти секунд на перемалывание эльфийского огурца уходило примерно три минуты…

Из плюсов: огурец был ну какой-то нереально вкусный. Я действительно ел не спеша и наслаждался каждым кусочком, хоть и понимал, что голодаю быстрее, чем насыщаюсь при таком темпе.

В целом, убранство стола было прекрасным. Жареное мясо с травами, запечённые овощи, какие-то непонятные фрукты, источающие сладкий аромат, рыба. А вскоре принесли вино.

Аромат заставил меня замереть. Густой, насыщенный, с нотками спелых ягод и чего-то цветочного. Никогда не был ценителем алкоголя, но даже я понимал: это нечто особенное.

— Это эльфийское вино выдержки в сто двадцать лет, — пояснил Тобиас, переводя слова князя. — Князь говорит, что такое вино подаётся только на особых праздниках и для важных гостей.

Я поднял чашу и почтительно кивнул Аэлорину. Он ответил тем же, и мы выпили.

Вкус был… невероятным. Мягкий, обволакивающий, с долгим послевкусием. Я почувствовал, как тепло разливается по телу. Это что-то противоположное гномьим настойкам. Особенно самогонке. Как инь и ян, небо и земля. И нельзя сказать, что лучше, а что хуже. Они просто разные, и горе тому, кто не попробует и то и то.

«Осторожнее, — предупредила Алиса. —В этом вине магия. Не опьяняющая, но расслабляющая. Они пытаются сделать тебя более разговорчивым».

«Понял», — мысленно ответил я и сделал ещё один небольшой глоток, и на этом остановился.

Разговор потёк спокойно. Аэлорин расспрашивал о людях: откуда мы, сколько нас, какие у нас города. Я отвечал осторожно, но честно. Рассказал о Домене людей, о трёх планетах — Земле, Дарме и Ахоне, — откуда пришли избранные. О том, что люди — молодая раса в этом мире, живущая под постоянной угрозой орков, гоблинов и других враждебных народов.

— Мы ищем союзников, — сказал я прямо. — Не милости, а партнёрства. Мы можем предложить свои знания, изобретения, навыки. Взамен просим поддержки и возможности торговать, обмениваться информацией. Наши земли довольно малы, но мы не спешим с экспансией, чтобы не навлечь на себя гнев орков и других старых и могущественных рас.

Мы выплачивали оркам дань, пока у них не началась большая междоусобица. Теперь всё неопределённо, и наша судьба зависит от наших решительных действий. И вот поэтому отчасти я здесь.

Аэлорин слушал внимательно. Его лицо оставалось непроницаемым, но я видел, как он обдумывает каждое слово.

— А что вы можете предложить такого, чего нет у эльфов? — спросил он через Тобиаса.

Я поднялся и подошёл к столу в углу, где стояли опустевшие медные кувшины для вина. Осторожно убрал их в сторону под внимательным взглядом остальных и на освободившийся стол начал доставать из кольца те дары, что мы приготовили заранее.

— Это изделия из города Крево — одного из молодых, но быстроразвивающихся человеческих поселений. Это немногое из того, что мы можем предложить и что, возможно, будет вам интересно. Окрашенные ткани, ювелирные украшения, алхимические составы, разработанные нашими травниками как для жизни, так и для битвы… — перечислял я образцы, оказавшиеся на столе.

Были там и кирпичи из торфа, резина из природного каучука и многое другое. Кирпичи их заинтересовали. В высокогорных регионах имелись трудности с поддержанием температуры, а жечь древесину им было запрещено.

Каучук же вызвал у них натуральное раздражение. Сама концепция повреждать дерево, чтобы собрать с него сок, что превращается в похожее на резину изделие, вызвала отвращение. Так что убрал его куда подальше.

Неожиданный интерес вызвали пищевая соль и перец. Эльфам они были знакомы, но покупались издалека и задорого. Я напряг все мозги, пытаясь вспомнить, где их раздобыл. С перцем всё было понятно: он ещё со времён сражений с орками остался и в пищу не годился. Ну разве что для совсем отчаянных экстремалов. А вот соль… Её мы точно покупали у торговцев…

Взял в руки стеклянную банку, в которой была запечатана соль. Присмотрелся к символам на упаковке… Прикинул, какой из регионов Домена имеет похожий. Кажется, крайний запад… А, точно! Мы же у «Мемории» её и заполучили, когда они с Графом свои делишки обсуждали! А те как раз в центре и на западе имеют тесные торговые связи.

Также эльфов заинтересовали металлы. Но у нас их было мало. Особенно качественного железа не хватало, так что не факт, что мы сторгуемся. Это уже пусть Архонты жопы рвут, выискивая стальные слитки, занимаются их скупкой у тех же гномов или гремлинов на востоке.

Эльфы рассматривали все предметы с интересом. Не стеснялись и покритиковать наших умельцев. Особенно ювелирку. Хотя одно колечко вызвало у них целую гору споров, так как они не понимали, как именно мастер сумел запихнуть камень под узор в виде змеи. А вот я знал.

Это кольцо не у нас в Домене сделали, а на Земле. Так что я откровенно их надурил, заявив, что среди людей скрывается множество удивительных талантов, которые только и ждут возможности проявить себя и бросить вызов в создании шедевров. Что они скрываются, дабы их не тревожили, но иногда на рынок попадают удивительные изделия, вышедшие из-под их руки.

Когда эльфы уже вовсю перемыли косточки человеческим мастерам и задали мне и моим спутникам тысячу и один вопрос, на которые я без «Глубокого анализа» и ответить-то не смог бы, я решил пойти ва-банк, когда понял, что эльфам ничего исключительного и критически важного среди наших подарков не приглянулось.

Я отвёл князя в сторону и намекнул, что это только для него, а не для всеобщего обозрения. Он с интересом уставился на мои руки, в которых появился мой ненаглядный пистолет.

— Что это? — удивился он и взял его в руки.

Я, конечно, разрядил его от греха подальше. А эльф тем временем вчитался в характеристики.

— Изначально он былэпическим . Принесён из нашего мира, признаётся Системой как оружие. Маленький, компактный, но убойный. Получше луков и арбалетов. Есть сложности с созданием снарядов, но мы решаем эту проблему.

— Я вижу в описании, что он сам генерирует боеприпасы, — произнёс эльф, а переводчик донёс его мысль до меня.

Тобиас и сам, к слову, был ошарашен при виде пистолета настолько, что это не скрылось от цепкого взгляда князя, чем разожгло ещё больший интерес.

— Да. Это Система сделала поблажку, когда я улучшил его долегендарного оружия. Скорость полёта пули такая, что глазом не заметить даже с невероятно высоким Восприятием. Скорострельность: за десять секунд можно опустошить магазин. И даже быстрее.

— Больше выстрела в секунду? — удивился местный владыка.

— Да.

— Разброс урона слишком большой…

— Он включает попадания по касательной, прострелы насквозь руки или ноги, не задевая кость. Шансы так неудачно выстрелить крайне малы. Он пробивает большую часть известных мне стальных кирас.

— Даже орочьи?

Я вспомнил, какой толщины эти изделия, и кивнул:

— Не все. Некоторые у них весом в сотню килограммов, и обычно это просто кусок железа в форме брони. Но такие мало кто использует даже среди орков, хоть и показатели защиты очень высокие. Слишком тяжёлые. Если же говорить о классической экипировке солдат и офицеров, то да, пробьёт.

— А гномьи мушкеты не пробивают… — со знанием дела произнёс Аэлорин.

— Это не гномий мушкет, — пояснил я. — Это более сложное и точное оружие. На моей родной планете была традиция дуэлей с подобными этому пистолету револьверами. Один выстрел определял судьбу противников: кому жить, а кому умереть. Скорострельность, точность и компактность делают его убойным даже против магов. Они не ожидают угрозы от такого оружия. А оно способно убить их одним выстрелом.

— Ты не использовал его в битве этим утром, — заметил князь.

— Я не планировал убивать никого из эльфов, придя к вам в гости, князь. Тем более вашего сына. Это оружие для злейших врагов и монстров. Вы — дети леса, а я и сам такой же. Значительная часть моих особенностей усиливает меня при нахождении в лесу.

Глаза эльфа зажглись ещё большим интересом. Он попросил назвать парочку особенностей. Я перечислил: «Танцующий в дубраве», «Друг животных». Про «Лесного царя» решил не говорить. А то ещё воспримет это как вызов…

Аэлорин осторожно рассматривал пистолет. Провёл пальцами по стволу и попросил показать, как им пользоваться. Я взял и сделал пустой щелчок. Объяснил, что нет боеприпаса, потому такой эффект. И уточнил, что сделал это, чтобы никто случайно не пострадал.

— Могу ли я оставить это себе? — спросил он прямо.

Я покачал головой:

— Это оружие не принадлежит лишь мне. Оно — собственность отряда. А через него и всего народа людей. Я не имею права отдавать его просто так. Но… — я сделал паузу, — если эльфам интересно подобное оружие, вы можете установить контакт с Доменом людей. Договориться о торговле и взаимопомощи. Я уверен, обе стороны извлекут выгоду из этого.

— Мы не приветствуем частые визиты иномирных рас в наши священные земли, — заявил эльф.

Я лишь пожал плечами и сказал, что важны намерения и действия, а не традиции. Если эльфы захотят торговать, для них не составит труда договориться с людьми и получить какой-нибудь квартал в портовом городе для собственных нужд рядом с какой-нибудь молодой рощей. Любой здравомыслящий правитель с удовольствием предоставит им небольшой клочок земли для ведения дел, культурного обмена и отдыха. А наши капитаны будут только рады помочь эльфам перевезти на их берега купленные у людей товары.

Лицо князя слегка омрачилось. Он явно рассчитывал получить пистолет прямо сейчас. Но он кивнул, понимая логику и соглашаясь, что одинлегендарный артефакт не принесёт им большой пользы. Лишь послужит ему в качестве демонстрации собственного статуса и продвижения идеи сотрудничества с людьми. В конце концов, не одному ему решать столь глобальные вопросы.

Я же был рад тому, что в целом эта мысль закрепилась в голове Аэлорина. Может, и получится что-то из этого. Очень на это надеюсь.

— Я не могу подарить его вам, — добавил я с улыбкой, — но я могу подарить радость использования оружия. Как насчёт маленькой демонстрации его возможностей? Есть ли у вас место для стрельбы?

Аэлорин оживился. Произнёс что-то советникам, и те заторопились. Через несколько минут нас уже вели к побережью реки, где располагалось что-то вроде полигона для тренировок.

Место оказалось просторным: широкая поляна у воды, мишени из дерева и… орочьих доспехов, натянутых на чучела.

— Вас тоже бесят орки? — удивился я.

— Эти грязные оборванцы давно изгнаны из этих земель. Но они очень хорошо устроились на севере, как я погляжу, — ответил Аэлорин через Тобиаса.

Я кивнул и зарядил пистолет. Поднял, прицелился в ближайшее чучело в доспехе. Выстрел.

БАХ!

Эхо разлетелось по городу, пугая его жителей. Пуля пробила металл, оставив аккуратное отверстие. Эльфы, наблюдавшие за моими действиями, дёрнулись, вжали головы в плечи.

— Громко!

— Да. Символ мощи, способный остановить практически любого от глупости.

Я разрядил оставшиеся патроны один за другим, попадая в разные части доспеха. Каждый выстрел пробивал металл, демонстрируя смертоносность оружия.

Аэлорин молчал, я вдыхал запах пороха, с ностальгией вспоминая родную Землю.

Князь с советниками, видя, что пистолет разряжен, вместе со мной выдвинулись вперёд, чтобы посмотреть на результаты. Они поводили пальцами по дыркам, ощущая тепло от пробившей орочью сталь пули, и начали бурно обсуждать увиденное.

Князь произнёс:

— Впечатляет. Могу я попробовать?

Я передал ему пистолет, убрал всех прочь с линии обстрела, показал, как стрелять, перезаряжать, как целиться. Князь взял оружие с восхищённым выражением лица. Не думал, что технические ноу-хау настолько впечатлят чопорных эльфов.

Его первый выстрел ушёл в сторону. Второй попал в край доспеха. Третий — точно в центр. Рука дёргалась каждый раз, словно он не из пистолета стрелял, а из чего-то очень и очень крупнокалиберного, лишённого компенсатора отдачи. А на лице — детский восторг.

Фух! Не думал, что мой план сработает настолько хорошо!

— Практики не хватает, — прокомментировал я, возвращая пистолет после того, как Аэлорин расстрелял весь магазин.

Затем он попросил дать и своему сыну разочек «шмальнуть по орку». Я согласился, но в очередной раз напомнил, что это не игрушка и патроны не бесконечные. Тратятся в критических ситуациях очень быстро.

— Потенциал огромен. Много вы таких делаете?

— Мало. Но разные варианты. Многие из них находятся у лучших воинов, что защищают наши границы от незваных гостей. И вряд ли их отдадут. Но всё зависит от вашего предложения и желания. Уверен, вы найдёте общий язык с нашими Архонтами, — произнёс я, пряча оружие.

Уверен, узнай совет Архонтов, что я сейчас сделал, меня бы дружно решили отправить на виселицу. Это ведь секретное оружие людей, и всё такое. Но чего эти чопорные стариканы не понимают, так этого того, что нашего оружия не хватит для защиты всех земель.

Орки о «стреляющих железках» давно знают. В общем-то, это «секрет», о котором в курсе все, от кого он скрывается. А в случае с эльфами эта демонстрация работает примерно так же, как вооружённые парады на Девятое мая на Земле. Демонстрация военных возможностей и создание своеобразного щита. Если эльфы посчитают нас перспективными и пойдут к нам, как бы они сами не стали вторым фронтом, причём похуже орков…

Мы держимся за счёт торговых связей. И торгуем в основном по морю. А эльфы как раз те, кто в теории может у нас море отжать. И жизнь людей станет очень печальной в таком случае. Пусть уж лучше эльфы знают, что им подобное решение будет стоить многих жизней. Пусть хорошенько подумают, стоит ли заходить к нам с позиции силы и навязывания своих требований.

Мы, люди, не игрушки для битья. Уважайте нас, если хотите быть друзьями. Или не лезьте к нам, чтобы не сдохнуть. Именно это послание я оставил Аэлорину и прочим шишкам эльфов, которые будут принимать решение о связях с нашим Доменом.

Мы стояли рядом, глядя на изрешечённые доспехи. Это был мой маленький триумф. И лучше момента, я думаю, уже не представится…

— Князь Аэлорин, — произнёс я тихо. — Мне нужно знать правду о Тарне Камнеломе. Что с ним произошло? Почему вы так странно реагируете на его имя?

Тобиас перевёл, и эльфы притихли, а лицо правителя потемнело. Он долго молчал, глядя на реку. Затем тяжело вздохнул и заговорил. Тобиас переводил, снизив голос едва ли не до шёпота.

— Тарн… С ним всё сложно. Он вернулся к нам три года назад. Был спокойным, мудрым, как всегда. Помогал лесу, лечил деревья, учил молодых друидов. Мы были рады его присутствию. Он великий благодетель эльфийских лесов. Больше трёхсот лет назад он спас нас от чумы и скверны, что пожирала деревья. Мы в вечном долгу перед ним.

Аэлорин сделал паузу. Его руки сжались в кулаки.

— Но недавно он отправился на турнир. Он сказал, что собирается победить и получить последнюю часть чего-то, что необходимо ему для прохода на новый ранг.

— Какой ранг? — спросил я, хотя уже догадывался, что это, возможно, даже не Искатель.

— Он хотел стать первым за долгие годы Хранителем в этой части мира, — произнёс Аэлорин с почтением в голосе.

«Шестой ранг из семи. Это… Это почти высшее живое существо в мире избранных», — прокомментировала Алиса.

Я почувствовал, как холодок пробежал по спине.

— Что пошло не так? — спросил я.

— Он вернулся с турнира обычным, — продолжил Аэлорин, — спокойным, уставшим, но живым. Ушёл в свою священную рощу отдыхать. Мы были рады. Но через неделю… — его голос дрогнул. — Через неделю он начал сходить с ума.

Я тяжело вздохнул. Если путь к статусу Ученика требует найти Легендарного друида, это ненормально. Если этот друид ещё и лишился разума… Это пахнет подставой от Системы. Очень и очень жестокой подставой.

— Как это проявилось? — осторожно подбирая слова, спросил я у эльфа.

— Сначала ученики заметили странности. Он говорил сам с собой, кричал в пустоту, видел что-то, чего не было. Потом стал агрессивным. Набросился на одного из учеников, чуть не убил, вышвырнул за пределы рощи. Мы попытались помочь, но… — Аэлорин покачал головой. — Он обернулся своей второй сущностью. Медведем, чьи глаза сияли безумием и гневом. Он атаковал всех, кто входил в рощу.

— И что вы сделали?

— Установили границу. Его роща — это теперь запретная зона. Никто не входит. Он там один, мечется, ревёт, рвёт деревья. Мы не знаем, что с ним делать. Как ему помочь. Убить его мы не можем: он благодетель, спаситель. Но и остановить… — развёл руками князь. — Он слишком силён. Я не уверен, что кто-либо сумеет одолеть его в бою, не убив и не разрушив большую часть эльфийских лесов.

Я молчал, переваривая информацию. Безумный Легендарный друид, потерявший себя в процессе перехода к одному из величайших статусов для ныне живущих избранных. Ну и подстава…

— Вы думаете, турнир стал причиной?

— Мы не знаем, — признался Аэлорин. — Может быть, это часть перехода на новый ранг. Может, он столкнулся с чем-то на турнире, что сломало его разум. Может, это просто его время пришло. Мы не понимаем. Он никогда не делился своими проблемами. Даже с учениками.

Я кивнул.

— Можете ли вы проводить меня к границам его рощи?

Аэлорин посмотрел на меня:

— Ты хочешь пойти к нему? Даже после того, что я рассказал?

— Да.

— Почему?

— Потому что Тарн пригласил меня. Потому что я должен найти Легендарного друида, чтобы продвинуться по своему Пути. И потому что… — я сделал паузу, — я не могу просто развернуться и уйти. Это будет слабостью. Трусостью. Настоящий человек, мужчина так не поступит. Тарн был добр ко мне на турнире, и я должен хотя бы попробовать помочь ему.

Аэлорин долго смотрел на меня. Затем медленно кивнул.

— Ты либо безумец, либо герой. Или то и другое. Хорошо. Я провожу тебя к границе рощи. Но дальше пойдёшь сам. Мои люди туда не войдут. И помни… что смерть друида сделает тебя врагом каждого существа в нашем… хотя нет, не только в нашем лесу. Всех эльфов.

— Я понял, — кивнул я.

Мы развернулись и направились обратно к резиденции. Музыка всё ещё играла, эльфы праздновали. Но атмосфера для меня изменилась. Впереди ждала встреча с безумным Хранителем. С друидом, который должен был помочь мне стать Учеником, но вместо этого превратился в монстра.

Ну что ж… Никогда не было легко. Почему должно стать легко сейчас?

Праздник продолжался до глубокой ночи. Эльфы пели, танцевали, пили вино. Некоторые подходили ко мне, пытаясь заговорить через Тобиаса: расспрашивали о бое, о людях, о моих планах.

Я отвечал вежливо, но коротко. Мысли были заняты проблемой собственного Пути, походом к роще и встречей с Тарном.

Когда, наконец, нас проводили в гостевые покои, я рухнул на постель не раздеваясь. Закрыл глаза. Дверь на секунду приоткрылась, и в комнату прокралась чья-то тень. Я рефлекторно потянулся к оружию, но быстро разжал руку, стоило мне почуять аромат цветов моей прекрасной Марии.

Рука сжала не кинжал, а ладонь впечатлившейся за день красавицы.

— Вот и ты пришла по мою душу, готовая на безрассудство. Знаешь ведь, что тебе не победить меня, — с усмешкой произнёс я.

С плеч девушки упала лёгкая ткань, и она с вызовом посмотрела мне в глаза.

— Достань свой меч, воин, и сразись со мной.

Я рассмеялся и потянул её на себя.

— Сегодня будем тренировать ближний бой.

— И выносливость… — добавила Мария, сливаясь со мной в поцелуе.

А десять секунд спустя отстранилась и с опаской спросила:

— Ты же вытащил из кольца утку и всё остальное для Алисы?

— Да. Она ближайший час будет занята.

— Часа мало…

— ОЙ, ДА БОФНА МНЕ НАФА… ФА ВАМИ ФМОТФЕТЬ! ИФРАФЕНФЫ! — раздался крик вперемешку с чавканьем из-за двери, ведущей в гостиную, где для Алисы был устроен персональный пир.

У каждого из нас свои предпочтения, как отдыхать и получать удовольствие.

Глава 6

Утро было добрым, пока Алиса не начала выкатывать претензии, мол, мы её, лисоньку бедную, обманули, подкупили и вообще в утиный гипноз ввели. Что мы, жулики-мошенники, использовали слабость бедной лисоньки и устроили развлечения без неё.

Я с удивлением спросил, уж не хочет ли она присоединиться в следующий раз. Белохвостая так яростно обвиняла нас двоих, что даже не подумала об этом и застыла, услышав вопрос. Выдала напоследок, словно молитву прочитала: «Система упаси, а гуся мне принеси», — и исчезла.

Маша сидела довольная и спокойная. Уже привыкла к подобным выкрутасам Алисы.

— Странная она. Ну, если тебе тоже женского счастья хочется, так вперёд; я же тебя не силой и угрозами в постель загоняю. Да и вполне допускаю, что, кроме меня, в твоей жизни есть и Алиса, а ей тоже нужно развеиваться, — произнесла Маша таким будничным тоном, что я чуть не умер, водой подавившись.

— Ты серьёзно? — удивился я.

— Ну а что? Я была уверена, что вы постоянно практикуете… физические упражнения на выносливость. — Она потянулась, подошла к окну и указала пальцем на кого-то: — Как Мэд со своей божественной пассией. Я же не истерила, претензий не высказывала. Мир — сложная штука. Я это принимаю.

— И других баб в моей жизни принимаешь? — удивился я вновь.

— Нет, ну ты не перегибай. Где бабы, а где Алиса!

— ВОТ-ВОТ! НАШЁЛ, С КЕМ СРАВНИВАТЬ МЕНЯ! — возникла перед нами белохвостая, но краснощёкая девушка и вновь исчезла.

— А так я солидарна с твоей покровительницей. Никаких левых баб. Если не хочешь потом похоронить их и своё мужское достоинство, — произнесла Маша и накинула на плечи шёлковую рубашку, служившую подкладкой под более грубую и тяжёлую экипировку.

У меня внутри всё невольно сжалось. Да и не только внутри, если быть откровенным. Я, конечно, не планировал и мыслей подобных даже не допускал, но… Как и сказала Маша, жизнь — сложная штука.

Мой «Глубокий анализ» в течение вчерашнего вечера допустил возможность брака сына эльфийского князя с какой-нибудь дочерью человеческого Архонта. После этого я вспомнил, что и сам сын Архонта, а у эльфов наверняка не только сыновья имеются, но и дочери. И тогда на секунду, всего на мгновение в голове возникла мысль, что династический брак во имя союза — один из простейших способов обезопасить наши земли. А тут мне Маша с Алисой такое выдают…

Спина покрылась липким холодным потом. Желание обрести власть и стать разменной монетой в политических играх людских Архонтов и эльфийских, равно как и всех прочих князей, резко исчезло. Хотя его особо и не было. Но теперь даже мысли на этот счёт я не допущу. Ну нафиг… С такими боевыми соратницами за спиной. У одной когти острые как бритва, у второй, собственно, сама бритва есть среди многочисленного оружия, таскаемого с собой.

Так и погрузился в сражения с десятком наваждений воспалённого разума, где я пытался угомонить обеих девиц, но раз за разом они одерживали победу… Вырвал меня из прострации пришедший Мэд.

— Собираешься? А ты чего в одних семейниках сидишь? Эльфы уже все внизу, тебя одного ждут! — сказал он, и я наконец-то собрался с мыслями. — Переводчик сказал, что выступают через час. Перед этим нужно воздать поклоны всем древесным стражам-защитникам города. Без тебя не начнут.

— Да, я быстро. Сейчас спущусь, — ответил я и принялся надевать экипировку.

Через час мы закончили обход в сопровождении самых видных жителей города, советников князя и целого отряда фей, что вовсю общались с Ля и Ми, пища что-то на своём необъяснимом языке. Сколько я ни слушал их, а так и не сумел понять, о чём они говорят.

Церемониал был интересным лишь первые десять минут. Затем всё просто повторялось из раза в раз, навевая скуку. Я разгонял её единственным доступным мне способом — смотрел по пути на всех эльфов и живых деревьев-стражей, образовавших своими телами этот город, «Глубоким анализом».

Закончив обход, мы стали у ворот резиденции Аэлорина. С нами в путь вызвалось пойти не так много эльфов. Пятёрка стражей с золотыми плащами, сам Аэлорин, его сынок и ещё трое старых мудрых эльфов из числа советников, что вчера были сдержаннее остальных. По крайней мере их лица я не запомнил, как остальных — тех, кто меня успел взбесить глубоко внутри.

Они были слабо вооружены. Лишь луки и короткие мечи, больше напоминающие большие кинжалы. Тобиас стоял рядом со мной. Бледный. Но спину уже не гнул по привычке. Правда, дышать забывал, словно тело готовилось принять удар в любую секунду. Бедолага… Долго ему мозги в порядок приводить после эльфийских зверств.

— Готовы? — спросил князь через переводчика, хотя мне и так было понятно, что он сказал.

— Да, — кивнул я, позволяя Тобиасу выполнять свою работу.

Лучше эльфам не знать, что я их понимаю всё лучше и лучше.

— Тогда в путь. До рощи три дня ходьбы. Но мы можем ускориться, если используем магию ветра для передвижения.

Я кивнул, и эльфы начали творить. Воздух вокруг сгустился, поднял нас и понёс вперёд. Это было странное ощущение — лететь, не касаясь земли, словно тебя подхватила невидимая река. Хотя периодически всё равно приходилось отталкиваться от земли.

Мои спутники испытывали восторг. Даже у варгов глаза светились от счастья. Мне же подобный фокус был неплохо знаком из-за «Воспарения».

Деревья мелькали по сторонам. Земля, корни и кусты проплывали внизу. Скорость была высокой, но терпимой. Лес был чистым, и мы лишь изредка петляли, чтобы не врезаться в очередное величественное, необъятное древо.

Золотой лес Натимбора раскрывался перед нами во всей красе, чем глубже мы заходили. Огромные деревья блестели, когда на них попадали лучи солнца, пробивающиеся сквозь пышные кроны. Кора будто была золотой.

Редкие, но могучие ветви тянулись к небу на десятки метров. Большие просветы между деревьями позволяли свободно гулять ветру, а тень от крон сохраняла ночную прохладу в первой половине дня, что помогало справиться с летним зноем.

Ближе к обеду местная жара и влажность всё же делали своё дело. Но магия ветра на то и магия, что помогает со множеством удивительных жизненных проблем. Вот и сейчас мы спокойно и быстро двигались в другой регион Натимбора, не перегреваясь на жаре.

Лес был полон жизни. Всюду встречались животные и насекомые. Многие из них обладали магическими задатками, сверкая на фоне коры деревьев серебристым и голубоватым светом. А полные рыбы реки бежали по камням и земле, омывая корни величественных деревьев. Некоторые корни служили мостами, и мы пересекали по ним воду.

Не везде вода была прозрачная. Кое-где реки скрывали свои тайны и несли в себе жёлтые пески. Но зачастую встречались и кристально чистые водоёмы. За ними ухаживали местные жители, не давая зарасти. В них, словно в зеркале, отражалась красота леса, а на дне можно было увидеть рыбу.

Мы пролетали над полянами, усеянными цветами всех цветов радуги. Такие красочные палитры мне мало где попадались. А про ароматы, что смешивались в воздухе, я и вовсе молчу. Я был пьяным без вина. Если у друида такое же обоняние, как у меня… Он же медведь, в конце концов.

Иногда мы пролетали мимо эльфийских селений — небольших поселений, встроенных прямо в деревья. Дома вплетались в кроны, мосты из лиан соединяли ветви разных деревьев.

Эльфы поднимали головы, глядя на нас с любопытством. Одни махали руками, другие застывали в недоумении.

Вечером первого дня мы остановились у большого озера с берегами, поросшими ивами. Вода была тёмно-синей, почти чёрной, но удивительно чистой. Эльфы разбили лагерь с потрясающей слаженностью: палатки выросли за считаные минуты, костёр запылал, еда начала готовиться.

Аэлорин подсел ко мне, когда я наблюдал за рыбами в воде.

— Тебе нравится наш лес? — спросил он через Тобиаса.

— Да. Он прекрасен. Я никогда не видел ничего подобного.

— Золотой лес Натимбора — один из старейших в этом мире. Ему больше десяти тысяч лет. Каждое дерево здесь помнит времена, когда эльфы только пришли в эти земли.

Я кивнул, впитывая информацию.

— А Тарн… — начал я осторожно, давая время Тобиасу перевести. — Он тоже помнит те времена?

— Нет. Тарн пришёл к нам триста лет назад. Но за это время он сделал для леса очень многое. Он воистину благодетель, спасший леса от скверны и расползающейся чумы. Без него мы бы погибли, не посмев бросить Натимбор. Потому что лес умер бы.

В голосе князя звучало глубокое уважение, к которому примешивалась лёгкая грусть. Было видно, что ему обсуждать Тарна со мной, не как с врагом, которого кинут ему на убой, не очень-то и приятно.

Мы немного поболтали и разбрелись по палаткам. В первую очередь потому, что наш переводчик был едва живым после столь длительного путешествия. Негативок нахватался за время в плену. Так ещё и экипировки нормальной нет, чтобы хоть немного компенсировать собственную слабость и поддерживать темп.

Тобиас не жаловался, нет. Но, когда его сознание отключалось из-за усталости прямо посреди перевода и я ловил его, чтобы он не свалился в костёр… Тут не нужно быть провидцем, чтобы понять, насколько он вымотался.

Второй день прошёл быстрее. Мы летели над холмами, покрытыми лесом, пересекали реки, огибали скалы. Тобиаса привязали к Крепышу, чтобы он не свалился. А для варга это была как игра, и он всеми силами пытался скинуть бедолагу. И никакие уговоры не помогали…

Эльфы на варгов старались не обращать внимания, но сделать это было сложно. Они всё время маячили перед глазами и заставляли ахать и охать встречных эльфов. Различные лесные патрули, стражи поселений, торговцы, просто гуляющие эльфы, ищущие вдохновения и общающиеся с лесом, встречались нам постоянно. У меня даже сложилось впечатление, что эльфы не работают, а лишь праздно существуют. Но всё же мы встретили и отряд рабочих, что собирали фрукты и несли дичь из той части леса, где была разрешена охота. Причём охота не простая, а в полном соответствии с эльфийскими традициями, с данью матери-земле и отцу-лесу, молитвами и прочими обрядами.

Нарушение любого из пунктов, о котором нам по дороге рассказал Тобиас, было делом неслыханным. За это сурово наказывали. Но вот убийство животного вне особой охотничьей зоны вообще каралось как минимум изгнанием. А могло быть кое-что и похуже…

Эльфийские работники, охотники и собиратели при встрече кланялись князю. Впрочем, все кланялись князю. Даже другой князь, которого мы встретили верхом на крупном местном животном. Что-то вроде помеси лося, слона и тигра. От первого были морда и рога, от второго — массивное тело, а от третьего — расцветка. Мы с Машей и Мэдом тоже с любопытством поглядывали на ездовое животное и незнакомого князя, пока тот общался и любезничал с Аэлорином.

Иногда нам дарили фрукты, вино и хлеб. Эльфы были весьма щедрыми, когда дело касалось приглашённых гостей. Особенно в сопровождении князя. От подарков мы не отказывались и сами дарили в ответ всякие полезности вроде тканей в редком фиолетовом цвете, которые в большом количестве загрузил в кольцо Граф. Красавец он. Я хоть адекватным человеком выгляжу после этих встреч.

Аэлорин каждый раз представлял нас как гостей, прибывших издалека. Эльфы смотрели на нас с интересом и без той враждебности, с которой мы столкнулись вначале. Чем глубже в лес мы заходили, тем меньше было этих проявлений расизма с их стороны.

Видимо, приграничье, что защищает земли эльфов от других цивилизаций, — самое враждебное само по себе, а живущие в сердце леса эльфы, может, и вовсе никогда не видели таких, как мы. Даже дети местных лесных жителей порой подбегали к нам поближе, чтобы рассмотреть варгов, фей и наши человеческие уши.

К вечеру третьего дня лес начал меняться. Деревья стали ещё выше, ещё толще и древнее. Их кора была темнее, листва — гуще. Я уловил запах смолы и чего-то дикого, первобытного. Птицы смолкли. Насекомые исчезли. Даже ветер стих. И эльфов поубавилось на нашем пути. А если встречались, то это были вооружённые стражи.

— Мы приближаемся, — сказал Аэлорин, и я кивнул в ответ.

Ещё через полчаса мы приземлились на широкой поляне. Впереди, метрах в двухстах, начиналась другая часть леса. Деревья там были огромными: стволы толщиной с небольшой дом, густые кроны скрывали небо. Между деревьями вилась стена из переплетённых лиан и корней, усеянных колючками.

У стены стояли эльфы. Их было действительно много как для боевого отряда. Пятьдесят человек. У всех тёмно-зелёные плащи с вышитыми внизу рунами. Все в полном боевом облачении, с луками и глефами. И кинжалами в качестве резервного оружия. Каждый пятый был ещё и магом. Причём стихии земли и природы. Они были ответственны за стену и сдерживание Тарна, если он вдруг окончательно сойдёт с ума. А заодно не позволяли посторонним забрести в его рощу.

Пока мы двигались по лесу, я успел определить некоторые тайны, которыми эльфы не хотели делиться. Они имели что-то вроде родовой магии, и в поселениях были маги различных стихий.

В городе Аэлорина практически все были магами воздуха. В другой встреченной нами деревне, построенной буквально посреди озера, в мангровых зарослях, маги были водниками. Сейчас передо мной стояли жители поселения, где в почёте именно что магия земли и косвенно природная магия. Природа ведь часть любого направления. Хоть воды, хоть молнии. Все стихии часть природы. Просто земля наиболее подходит для роста растений и тому подобных магических заклятий.

Мы подошли ближе. Старый эльф произнёс что-то резким голосом. Тобиас перевёл:

— Он спрашивает, зачем князь привёл чужаков к священной роще. Говорит, что это запрещено законами леса.

Аэлорин ответил коротко, властно. Старик нахмурился, но кивнул.

— Князь сказал, что ты его гость и имеешь право войти в рощу, — пояснил Тобиас. — Но командир стражи предупреждает: это безумие, Тарн бушует который день. Даже ученики Тарна не в силах справиться с ним и не решаются зайти внутрь.

Я посмотрел на стену из лиан. Она выглядела непроницаемой, но на самом деле не была преградой для того оборотня-друида, которого я знал.

Он озверел и не желает никого видеть… Причин я не знаю, но меня сюда направила сама Система. Её слова важнее его нежелания видеть посторонних.

— Скажи ему, что я осознаю риск. Но я должен попробовать.

Тобиас перевёл. Старик покачал головой, но отступил в сторону. Несколько стражников начали творить магию, и лианы медленно разошлись, открывая проход.

Я обернулся к Маше и Мэду.

— Вы остаётесь здесь.

— Как это⁈ — возмутилась Маша. — Мы же команда!

— Именно поэтому вы остаётесь. Если я не вернусь, кто-то должен рассказать Архонтам, что здесь произошло. Это приказ.

Маша сжала губы, но кивнула. Мэд молча положил руку мне на плечо.

— Не вернёшься — убью.

— Постараюсь тебя не разочаровать, дружище.

Я шагнул в проход, и лианы сомкнулись за моей спиной, отрезая путь назад.

Роща встретила меня тишиной. Гнетущей, давящей, неестественной. Животных здесь давно не осталось. Все сбежали, не смея оставаться рядом с безумным медведем.

Деревья здесь оказались ещё больше, чем снаружи: настоящие исполины, чьи кроны терялись где-то в вышине. Корни толщиной с моё тело вырывались из земли, создавая настоящую полосу препятствий.

Странный светящийся мох покрывал всё вокруг, создавая особенные чувства при посещении этого места. Я словно вошёл в святая святых. Магическое, мистическое место, недоступное простым смертным. Но меня пропустили под ответственность одного из князей, предупредив о риске.

Я активировал «Глубокий анализ», пытаясь считать окружение.

Следы когтей на деревьях. Глубокие, свежие. Взрытая земля. Сломанные ветви. Кровь — засохшая и тёмная. Осталась от эльфов, что пытались успокоить друида.

«Здесь даже богов эльфийских нет. Ни духа, ничего…» — прошептала Алиса.

Я двинулся вглубь, стараясь не шуметь. Нос не помогал мне понять, где скрывается Тарн. Запах медведя был повсюду. Странно, что его громадную тушу я не мог заметить. Зато смог услышать… Тяжёлое, хриплое дыхание где-то впереди.

Я пошёл дальше, готовый ко всему, и мобилизовал все свои особенности и магию, способную пригодиться в эту секунду.

Впереди, между деревьями, сверкая недобрым взглядом, стояла громадная фигура. Медведь. Но не обычный. Огромный — метра четыре в холке, — с шерстью бурого цвета. Местами седой и слегка… Изменённый. Словно очеловеченный, с преувеличенно широким плечевым поясом и короткими задними лапами. В общем-то, такой же он был и на арене. Это хорошо. Может, в нём остался разум. Разве что слюна изо рта не капала…

— Скорее всего, он где-то там, далеко… — пробормотал я.

Он увидел меня. Зарычал. Низко, утробно. Так, что желудок задрожал.

— Тарн! Камнелом! — окликнул я, стараясь, чтобы голос звучал уверенно. — Это я! Алекс Лисоглядов! Мы встречались на турнире! Ты пригласил меня в гости!

Медведь дёрнулся, словно услышав знакомое слово. Но безумие в глазах не исчезло. Он сделал шаг вперёд, потом ещё один.

«Он тебя не узнаёт», — констатировала Алиса.

Я достал меч. Призвал щит. Принял стойку.

Тарн взревел и ринулся на меня.

Скорость была слишком высокой для такого здоровяка. Такая туша не должна двигаться настолько быстро!

Я едва успел броситься в сторону. Когти пролетели в миллиметрах от моей головы, рассекая воздух со свистом.

Я перекатился, встал на ноги, отпрыгнул назад. Тарн развернулся, снова атаковал. Удар лапой сбоку. Я заблокировал щитом. Но удар был настолько сильным, что меня отбросило на десятки метров назад, где я успешно врезался спиной в дерево. Воздух покинул лёгкие. Его сила всё ещё была запредельной…

«Он сильнее, чем Илларион. Намного сильнее», — прокомментировала Алиса.

«Спасибо, мисс очевидность», — ответил я, уходя в сторону от очередного удара.

Рванул что есть силы, набирая скорость. В ней я ему не проиграю. Постараюсь оценить бедолагу и найти решение.

Пока скакал по корням, поражаясь мощи Тарна, решил попробовать первый план. Призвал корнелюдов благодарясфере «Дендрариума» , чтобы они отвлекли здоровяка.

Мощные корни, переплетаясь, вырастали из земли и вступали с медведем в схватку. А тому словно было плевать, кого убивать. Тарн принялся рвать их на части. А ведь они были в два с лишним раза сильнее тех, с которыми сражался я сам…

У меня появился довольно богатый арсенал заклинаний. Нужно опробовать его на Тарне. Может, чем-то и удастся его остановить, взбодрить или найти причину помешательства. Маны у меня тоже хватает: зелий в запасе два десятка. За раз столько не выпью.

Пошёл по порядку… «Ледяные шипы». «Морозная река». «Электрическая сеть». Ничего не помогло… Решил ослабить его «Ядовитым облаком». Корнелюды не дышат, им всё равно. А у него хотя бы Выносливость упадёт на пятнадцать процентов. В то, что яд прикончит друида, как-то не верилось.

Стало получше, с одной стороны. В облаке медведю находиться не понравилось. Но оставшиеся там корнелюды его манили… И он сам использовал магию, призвал свои растения, что вытащили корнелюдов к нему. Битва корней была эпичной, но недолгой. У него явно заклинание высокоранговое, а характеристики у призванных такие, что закачаешься.

Огненных заклинаний я избегал. А вот «Теневой удар» попробовал… Тарн ослеп на считаные мгновения и со всего размаху когтями прошёлся по ближайшему дереву, как мясник по туше. Глубокие борозды появились на стволе, и густой маслянистый сок начал покрывать раны, стараясь исцелить повреждение.

«Ветряные лезвия»… Лучше бы я их не применял. Тарн получил-таки ранения, но они быстро зажили, а ненависть медведя ко мне лишь возросла. Следующие полчаса он игнорировал всё вокруг и носился за мной.

Вскоре у меня мана восстановилась до предела, причём без зелий. Но шанса хоть как-то атаковать безумного медведя не нашлось. Он был неудержим, зол и крайне резв.

Я оставлял за собой «Костяные шипы». Но Тарн своим весом их ломал. Сам тоже раны получал, но регенерация у него была бешеная. Дедпул отдыхает. Кровь на землю проливалась, но через пару его гигантских шагов раны затягивались.

Удалось швырнуть за спину «Световой взрыв» и ослепить медведя, после чего я быстренько свалил и вновь натравил на него корнелюдов. Это дало мне несколько секунд передышки.

Я планомерно перепробовал весь свой арсенал. «Ледяная тюрьма» не сработала даже в комбинации с «Ледяными шипами» и «Морозной рекой». А ведь я даже «Водный хлыст» перед этим туда отправил, чтобы было чему активно замораживаться. Но этот здоровяка всё рушил. Лёд разлетался во все стороны, не успевая сковать его тело. «Кислотная стрела» лишь опалила шерсть и разозлила Тарна. Так что я продолжал бегать вокруг, думая, как мне быть и что делать.

Нужно переходить к более решительным действиям. С ожившими деревьями не сложилось. К моему удивлению, не все корни вокруг могли обратиться моим воинством. А вот Дендроидом — легко и просто. На какое бы дерево я ни посмотрел, оно подходило.

За спиной взревел медведь, разобравшись с последним корнелюдом. Я активно восстановил ману, выпив зелья, и рванул вперёд, уклоняясь от направленной магической атаки. Вздыбившаяся под ногами земля породила корни, что попытались меня схватить и уничтожить. Я укрылся за ближайшим древом и сделал свой ход, противопоставив природной магии друида свою.

— Оживай, царь-древо… — положил я ладонь на ближайшее дерево.

Гигантский дуб, чей ствол уходил в небо. Влил в него почти всю ману. Успели восстановиться запасы и хватило времени для концентрации и активации заклинания.

Дерево содрогнулось. Кора затрещала раскалываясь. Из ствола начали вырастать руки, огромные, узловатые. Корни вздыбились, образуя ноги. Ветви сплелись, формируя голову с глазами из светящегося мха.

Дендроид поднялся во весь рост: сорок метров высотой, чудовищно мощный, древний. Словно сам лес воплотился в этом создании. Затрещали ветки в переплетённой несколькими деревьями кроне. Гигантский Колосс вырвался по воле Системы в этот мир, чтобы усмирить ещё одно дитя природы.

Мне не нужно было говорить ни слова. Он посмотрел на меня, кивнул. Между нами была какая-то незримая связь, и мои мысли были частью его разума. Дендроид развернулся к Тарну, что с вызовом смотрел на нового противника.

Медведь взревел. Его глаза, красные от ярости, стали отчётливо видны, когда свет солнца из проредившейся кроны упал на него. И он ринулся в атаку.

Дендроид встретил его ударом массивной руки. Масса зарешала, и Тарна отбросило в сторону. Медведь врезался в дерево, отлетел от него, тут же вскочил и атаковал снова.

Битва разгорелась нешуточная. Дендроид бил руками, корнями, пытался схватить медведя. Тарн рвал когтями древесную плоть, кусал, таранил, пытался перемолоть его корни. Но Дендроида оплетали корни других деревьев, и вскоре они сплелись в центре поляны.

Тарн был прижат к земле массивными ручищами и весом дерева, а его самого, в свою очередь, опутали гигантские корни толщиной в полтора метра. Дендроид из-за своей массивности даже с невероятными характеристиками оставался довольно медленным. Да и не мог он разогнаться, когда повсюду росли его древесные братья.

Тарн не сдавался. Он был безумен, и это безумие лишь придавало ему сил. Мне казалось, я перепробовал всё… Но я был не прав. Где-то за этой медвежьей шкурой скрываются человеческое тело и артефакты, что носил друид.

Прости, Тарн, если мне придётся заживо тебя освежевать. Может, хоть так я найду решение твоего безумия…

Сейчас, когда он прижат и не может пошевелиться, настало время испытать на прочность мою магию, которую до этого он избегал.

— «Ледяная тюрьма»… «Морозная река»… Большому безумцу — большую больничную рубаху.

Я не мог сдаться. Не мог отступить. Потому что, если я не найду способ помочь Тарну, мой Путь оборвётся здесь.

Если он будет обездвижен, возможно, ученики Тарна смогут помочь найти корень безумия друида.

Я двинулся ближе, наблюдая за тем, как лёд сковывает друида, и с удивлением обнаружил странную аномалию у него на груди. Там, где должно быть его сердце, нечто сияло под шкурой. Наружу пробивался красный свет.

Ну, хоть какая-то зацепка!

Глава 7

Красное сияние пробивалось сквозь шкуру, пульсируя в такт дыханию медведя. Я активировал «Глубокий анализ» и сосредоточился на этой аномалии.

Это однозначно артефакт, что впился в тело друида. Скорее всего, какой-то амулет. Вероятно, он его надел перед тем, как начать переход к новому статусу. И амулет в процессе, можно сказать, въелся в кожу.

И раз у меня больше нет никаких зацепок, попробую снять с него этот артефакт.

Лёд продолжал сковывать Тарна. Он пытался вырваться, призывая корни деревьев, но ничего не получалось. Мой Дендроид одними характеристиками превосходил друида и был намного тяжелее, что давало ему дополнительное преимущество. Но разум этого безумного медведя он сковать не мог…

Тарн видел моё приближение, а потому мне приходилось быть в разы осторожнее, дабы не попасть под его удар. Он, даже обездвиженный, мог сокрушить меня, если бы словил.

Я поглощал один эликсир маны за другим, промораживая землю под своими ногами и подступая к друиду. Корни не могли сразу вырваться наверх и медленно пробивались наверх, круша и поднимая целые пласты обледеневшей земли.

Я видел наиболее безопасные места и, шагая по ним, приближался к своей цели. Последние тридцать метров просто промчался на полной скорости, вмиг оказываясь на груди друида, и начал операцию.

Шкура была толстая и твёрдая, а регенерация — мощная. Пришлось несколько раз подряд полоснуть, чтобы пробиться через покрытую шерстью грудь и рассечь кожу.

Друид взревел раненым зверем, каким, по сути, и являлся прямо сейчас. Я сделал ещё один надрез, надеясь достать до источника свечения, и кинжал столкнулся с металлической оправой. Горячей, раскалённой. В амулете сиял кристалл, внутри которого бушевало пламя.

Я схватился за него. Твою ж!.. Словно руку в лаву окунул!

Мгновенно применил все охлаждающие заклинания на руку и резко рванул на себя, срывая этот артефакт с шеи гигантского медведя. Тарн дёрнулся, выгнулся, и даже могучие лапы Дендроида не смогли сдержать этот болезненный спазм.

Миг спустя друид расслабился и откинулся назад. Он перестал сопротивляться, и лёд начал с огромной скоростью накрывать его, запирая в ледяной тюрьме.

— Мальчишка… Ты?.. — прохрипел он голосом, что был смесью человеческого и звериного рычания.

— Тарн, ты меня слышишь? Понимаешь? Ты вернулся в сознание?

— Я… проиграл, — прорычал медведь и закатил глаза.

Я мгновенно отбросил на землю странный и опасный артефакт, отменил заклинания «Ледяная тюрьма» и «Морозная река». Дендроид всё ещё оставался на месте, но ослабил хватку.

Полез в пояс, вытащилзелье здоровья и влил в рот поверженного медведя. Затем ещё одно, и ещё… Способность регенерации за счёт грибных спор тоже откликнулась на мой призыв и принялась латать порезанную шкуру Тарна.

— Ну, чем мог, тем помог… — спрыгнул я и посмотрел на амулет.

Истериум Магнум

Качество: Легендарный

Свойства: неизвестно

Максимально закрытый артефакт… И чувствую всеми доступными мне чуйками, что он ни разу не легендарный, а мистериум. Попробовал раскрыть его свойства, но не вышло. Уровень способности слабоват.

Тарн лежал неподвижно. Лёд медленно таял, корни Дендроида разжимались, а призванные друидом втягивались под землю либо падали без сил и переставали шевелиться.

Внезапно медведь глубоко вдохнул, чихнул и зашевелился. Шерсть начала переливаться, тело принялось уменьшаться.

Через минуту передо мной лежал не медведь, а человек. Ну, или кто-то до безумия похожий на человека. Ростом в два метра, как и все местные эльфы-воины, с широченными плечами, мощными руками и не менее широким торсом. Впервые я его видел таким, и он… внушал уважение. Седина, шрамы — всё это было в изобилии.

— Не думал, что именно ты придёшь на помощь. Да и вообще не ожидал, что ты придёшь, — поднялся он, когда Дендроид отступил. — Это твой страж?

— Призванный воин. Кстати, он уже без надобности… Пусть вернётся на своё место и продолжает отдыхать. Он заслужил.

Дерево заскрипело и вернулось на место, вплетаясь своей кроной в кроны соседних гигантов.

Я подошёл к старику и помог ему подняться. Глаза — янтарные, глубокие, полные мудрости. На груди, прямо над сердцем, виднелся шрам, который я оставил кинжалом.

— Что случилось? Эльфы совсем очковали. Да и меня ты чуть на тот свет не отправил. Всё позади или это только начало?

— Позади… Думаю, позади, — произнёс Тарн. Его голос был хриплым, но человеческим. — Ты… спас меня. Спасибо. Я не останусь в долгу.

Я поднял с земли амулет, показывая ему.

— Что это? Что с тобой произошло?

Тарн посмотрел на артефакт, и в его глазах мелькнуло что-то тёмное. Обычно так смотрят на самое большое разочарование в своей жизни.

— Истериум Магнум, — произнёс он медленно. — Проводник. Ключ к испытаниям Системы для перехода на ранг Хранителя. Мой единственный. И персональный. Я потратил больше ста лет, собирая компоненты, чтобы создать его. Последнюю часть добыл как раз на Турнире Чемпионов. Думал, что готов. Ошибся.

Он сел на корень, тяжело вздохнул и взял в руки свойлегендарный артефакт. Внутри больше не было того ужасающего пламени. Сквозь красный кристалл на свет проглядывали лишь миниатюрные чёрные угольки. Я присел рядом, ожидая продолжения истории.

— Ты ведь ещё не прошёл на новый ранг? Поэтому и искал меня, да? Я помню… Молодец, быстро нашёл ко мне дорогу. Ты не представляешь, как выглядит этот переход. Я объясню.

У каждого он… индивидуален. И за переход отвечает сама Система. Ключом к переходу служит либо какой-то ключ, либо событие, на которое укажет Система в индивидуальной миссии. Меня тоже ждал этот переход. Статус Хранителя… Это не просто накопление знаний или силы, это принятие ответственности. Как выяснилось, я ещё не готов, — продолжил Тарн. — В моём случае было создано особое пространство. Область испытаний. Этот амулет был моим билетом.

— И что пошло не так?

— Я допустил ошибку в одном из испытаний… — Тарн провёл рукой по лицу. — Критическую. Система зафиксировала провал, но, вместо того чтобы просто выкинуть меня обратно, артефакт начал выгорать. Он использовал заложенные в него силы, чтобы поддерживать связь с областью испытаний. А эта связь… Она разрушала мой разум.

Я нахмурился.

— Почему не снял его сразу?

— Не мог, — покачал головой Тарн. — Как только начался процесс, артефакт буквально врос в тело. Стал частью меня. Если бы я справился, мы бы стали единым целым. А так начали соперничать, и вложенные мною труды за последнюю сотню лет чуть не убили меня. Я успел лишь одно: привязал себя ментальной цепью к этой роще. Древние деревья здесь знают меня больше трёхсот лет. Сознание и разум были заперты в огненной клетке, но тело и душа оставались в этой роще. Иначе я бы безумствовал по всему миру, убивая направо и налево.

— Ты успел предупредить учеников?

— Да. Сказал им бежать. Закрыть рощу. Никого не впускать, — голос Тарна дрогнул. — Но некоторые не послушались. Попытались помочь. И я… Я убил их. Своими руками…

Повисла тишина. Я не знал, что сказать. Представлял, каково это — осознавать, что ты убил тех, кто пытался тебя спасти.

— Сколько времени ты мог продержаться? — спросил я наконец.

Тарн усмехнулся горько:

— Артефакт должен был выгореть полностью, израсходовать все силы. И тогда я бы пришёл в себя. Сгорела бы клетка. Область испытаний разрушилась бы сама. Разум вернулся бы. А мой Истериум Магнум был бы уничтожен. Но ты не дал этому случиться. И это хорошо. Я постараюсь изменить его, исправить свои ошибки и его природу.

— Это хорошие новости. Так сколько бы горела клетка, прежде чем ты пришёл бы в себя?

— Тяжело сказать наверняка… Думаю, около ста лет, — ответил Тарн, закрывая глаза, запрокинул голову и упёрся макушкой в ствол одного из своих древесных приятелей.

Я вздрогнул:

— Сто лет? Ты должен был провести сто лет в безумии⁈

— Да. Система не особо заботится о комфорте тех, кто проваливает испытания. Она жестока, но справедлива. Я ошибся — и я плачу цену.

— Сурово… Хорошо, что я смог найти разгадку и освободить тебя. Где бы я ещё нашёл Легендарного друида? Так бы всю жизнь Новичком и проходил бы…

— Что правда, то правда, ха-ха. Твои шансы были бы крайне низки.

— А ещё вопрос: почему мы понимаем друг друга?

— Потому что я знаю все языки более-менее крупных цивилизаций на этом континенте. Вы молодые, но практически соседи эльфов. Я выучил его, путешествуя по вашим землям ещё в те времена, когда вы с гоблинами боролись за право существования.

— Вот как. Мне повезло…

— Да уж нашли бы мы общий язык в любом случае. Ты же сюда как-то добрался, а значит, с эльфами сумел договориться. — Старик замер и внимательно посмотрел на меня: — Или ты как-то иначе нашёл мою рощу и проскочил мимо стражей и патрулей эльфов? Только не говори мне, что ты с ними сражался…

— Ну, было дело… — с ухмылкой почесал я нос. — Но всё закончилось хорошо. С одним из князей, Аэлорином, даже удалось найти общий язык и договориться о сопровождении.

— С этим снобом? Ха-ха. Вот так удивил ты меня!

Я улыбнулся. Даже друиду не по нраву эльфийская заносчивость.

— Вообще, получается, что я испортил твой прорыв? Помешал ему? Нужно было найти другой способ помочь тебе?

— Как? Хах! Ну ты даёшь. Выход был только один — подождать. И тогда я был бы на свободе. Но артефакт был бы полностью разрушен. А так у меня, возможно, получится исправить всё! Ты спас меня. Вернул мне разум. Это бесценно. Сколько ещё эльфов и других моих учеников погибло бы? Так что нет, ты меня точно не разочаровал. Скорее, вновь удивил! Сперва на арене, а теперь и тут выделился. Неудивительно, что Система уже на первом испытании твоего пути выставила столь суровые требования! Она высоко оценивает тебя.

— И недолюбливает в последнее время, — вздохнул я.

— С чего это ты решил? — удивился друид.

Я подумал пару секунд и решил рассказать про мои итоги турнира в части того, что я чуть не умер и не потерял свой разум, превратившись в демона. И теперь меня преследует «неудача» там, где Система делает свой «случайный» выбор. А может, и не очень он случайный, как оказывается.

— Демоны, значит… Ну что же, я её понимаю. И твои беспокойства не беспочвенны. Но это, можно сказать, очередной вызов для тебя. Уверен, решение ему есть.

Он положил руку мне на плечо.

— Ты дал мне надежду, а я помогу тебе. Когда ты станешь полноценным Учеником, приходи ко мне. Я подскажу, что делать с этим твоим проклятьем невезения.

Я кивнул, чувствуя, как напряжение уходит. А затем резко напрягся.

— Стоп! Что значит, когда я получу статус Ученика? Я же для этого сюда и пришёл!

Старик слегка улыбнулся и поднял палец вверх.

— Неужели ты не знаешь? Мало пройти испытание. Новый статус нужно ещё подтвердить самому, — напомнил мне друид и по-наставнически поднёс указательный палец к своему виску. — Ты, а не Система, определяешь, кто ты есть. Она всего лишь помогает сменить строчку в статусе и дать тебе шанс проверить себя, не заблуждаешься ли ты. Ну, как сам считаешь, достаточно познал этот мир и всё вокруг, чтобы стать не Новичком, а Учеником? И самое главное — выбрал ли ты себе наставника?

Его слова казались невероятно простыми и понятными. Я усмехнулся, набрал полную грудь воздуха, чтобы ответить, и замер. Наставник? У меня? Кто-то, за кем я буду идти?

Калейдоскопом перед моими глазами пронеслись десятки лиц друзей, знакомых и родных. Я никогда не боялся вызовов, всегда был открыт к новым знаниям и благодарен тем, кто ими делился. Я учился практически каждый день в этой своей новой жизни. И в прошлой тоже.

Книги, родители, сестра… Я был мал и впитывал знания, как губка, сам не понимая этого. Я подрос, пошёл в школу, познакомился с другими детьми, первыми друзьями. И каждый день был полон открытий.

Школа, университет, начальники на работе… Не всегда меня учили «хорошему», но я сам определял, как мне жить, какие из знаний использовать, а какие просто иметь в виду.

Коррупция, лизоблюдство, крысятничество на работе — не те знания, что мне хотелось бы получить. Но я их получил, и моя картина мира стала целостнее.

Про этот мир я и вовсе молчу. Я учусь регулярно у всех, кто меня окружает. Я анализирую этот мир, открываю всё новые и новые грани в нём. Алиса, Граф, Маша, Джованни, Мэд, Безумный Клинок Севера, Архонты… Как можно выбрать себе учителя, когда сам мир учит тебя каждую секунду⁈

— Если я хочу стать Учеником, я должен выбрать себе учителя?

— Да. Ты должен назвать его имя. Система, вероятно, видя твой путь, твои решения и поступки, решила отправить тебя ко мне. Но мне кажется, в этот раз она ошиблась. Она думала, что я стану для тебя наставником. Открою тебе путь к испытаниям твоей души, характера, знаний и навыков. Но в этом нет никакой необходимости. Это остальные пускай страдают, разбивают кулаки, харкают кровью и обливаются потом, пытаясь постичь мудрость в долине испытаний Учеников. Для тебя это будет всего лишь формальность, — он поднялся и улыбнулся. — Мне не нужен Ученик вроде тебя. А тебе не нужен такой непутёвый наставник, как я. Но выбор, безусловно, за тобой. Как и всегда… Мир избранных каждому позволяет сделать свой выбор.

Старик стал передо мной и закрыл глаза, начиная напитывать магией какое-то странное заклинание. За его спиной появилось марево портала, и он сделал шаг в сторону.

— Это портал, что ведёт в мир испытаний. В Долину Учеников, где тебе предстоит под руководством своего наставника, чьё имя ты назовёшь, преодолеть все преграды на своём пути.

— А где же альтернатива? Где тот самый выбор? — с сомнением спросил я.

— Если ты готов, то ты его увидишь. А если нет, то добро пожаловать. Не забудь назвать имя, перед тем как войти. Иначе тебя выбросит обратно. Ощущения будут не самыми приятными, — поделился знаниями друид. Прям как заботливый наставник…

Я посмотрел на него. Посмотрел на свои руки и марево портала.

— Имя. И можешь идти, — напомнил Тарн вновь, заводя руки за спину.

«Глубокий анализ» не давал подсказки. Я ощущал загадку, что открыта прямо передо мной, но разгадать которую мне словно не хватает ума. Выбор есть, но я вижу лишь одно портальное окно…

И в чём этот выбор? Входить или не входить? Или в имени наставника? Кого выбрать? Друида? Он прямо сказал, что не заинтересован. Алису? Она вообще словно язык проглотила. Кого-то ещё? Я бы назвал отца, если бы мог. Но это ведь… неправда. С десяти лет я с ним почти не виделся, стоило ему сменить работу на секретную лабораторию. Я даже видеть его практически перестал.

— Я. Сам себе учитель. Меня учат моя жизнь и мои ошибки. Я сам решаю, как поступить, и сам несу ответственность за последствия. Но и… мир вокруг учит меня. Самый жестокий, суровый и в то же время… справедливый. Да, мир избранных — вот мой наставник. И другого у меня нет. Назвать остальных наставниками будет ошибкой. Они такие же Ученики в этом мире, как и я. Они могут поделиться знаниями и стать источником мудрости, как и я могу дать им что-то взамен.

— Ты сделал свой выбор. А теперь шагай, — произнёс друид, рукой указывая на портал.

Я выдохнул, сделал несколько шагов, крепко сжимая кулаки, и, готовый к любым испытаниям, нырнул в портал. Закрыл глаза и резко открыл, готовый к любому испытанию. И выдохнул в недоумении.

— Что? Почему?

Я огляделся… Я стоял на всё той же поляне, всё в том же месте. А за спиной с улыбкой стоял друид.

— Потому что ты понял то, на что у многих уходит целая жизнь. А порой и её не хватает. Поздравляю, испытание пройдено блестяще. Всего за одно биение твоего сердца, полное веры и решимости. — Тарн положил руку мне на плечо и добавил: — Теперь ты вправе сам решить, стоит ли менять свой статус и обрести заслуженную награду. Но что-то мне кажется, что твои амбиции и воля поведут тебя дальше.

— Турнир Героев среди Новичков… Легенды вроде меня должны будут сразиться там. Да. Мне ещё есть, что показать этому миру, — ответил я, скосив глаза на пришедшие уведомления.

[Внимание! Испытание для получения статуса «Ученик» успешно пройдено. Вы можете активировать этот статус в любой момент, когда сочтёте нужным.]

[Получено новое задание: стать Учеником!]

[Получено новое задание: вернуться к Тарну Камнелому после получения нового статуса.]

— В этом году он обещает быть интересным… Жаль, что я не смогу лично присутствовать на нём. Моё помешательство принесло много горя моим близким. Я должен если не исправить всё, то, по крайней мере, искупить свою вину… — угрюмо произнёс Тарн и двинулся в сторону выхода из рощи, к стене, что ограждала его земли от внешнего мира. — Но ты всегда будешь тем, кого я рад видеть в гостях. Пойдём, я познакомлю тебя с правителем эльфов. Авиль Лавионтель по достоинству оценит того, кто помог эльфийскому лесу в период кризиса. Тем более что мои ученики унесли отсюда все ценности, а я бы хотел, чтобы ты и твои спутники получили от меня дары в честь этой встречи. Пусть они принесут тебе и твоим людям удачу, — произнёс он и остановился у одного из деревьев, разглядывая следы от когтей.

Я же ощутил странные ароматы. Железо, кровь и что-то ещё странное… Земля под моими ногами едва заметно тряслась.

Странно… Будь это на месте нашей битвы, я бы и не обратил внимания. Но здесь… рядом со стеной.

— Бедное… Сейчас я тебя подлатаю. Столько вреда из-за наивной самоуверенности, — гладил друид дерево, вливая магию в повреждённую кору.

— Тарн! Открой стену! — крикнул я.

— Что такое? — повернул он голову в мою сторону.

— Быстрее!

Я уже бежал, вытащив из ножен на поясе меч, готовый разрубить стену на части, пусть даже этим и обижу лес.

Никогда ещё мои ощущения так страшно не вопили об опасности. И Алиса… Она молчит! Исчезла! Её нет! Мой меч не пылает зелёным пламенем, а сама она не отвечает на мой призыв, сколько бы я ни орал! Попробовал призвать пистолет — бесполезно. «Длань дающая» не работает!

Стена разошлась в стороны, когда оставалось всего несколько метров до преграды. И первая же картина, открывшаяся передо мной, повергла в ужас и ярость. Сердце не стало биться чаще. Нет, оно остановило свой бег на секунду. Ту долгую секунду, что я рванул вперёд на полной скорости, врезаясь в строй эльфов.

«Замедление времени!» — мысленно прокричал я, активируя заклинание, скрытое вРеликвариуме .

Хоть бы сработало…

Мир замер, и клинок над головой Маши замедлился. Она вскрывала глотку одному из эльфов, что пытался добраться до сжатого древесными корнями варга.

Крепыш, Грозный и Ворчун были словно в тисках. Их, будто змеи, душили толстенные корни ближайших деревьев. Такие же корни пытались противостоять Дендроиду. Я знаю их силу и мощь. Скрутили, подобно анаконде, и давят, ломают кости.

Мэд один сдерживает десяток носителей золотых плащей. Чуть в стороне, не решаясь приблизиться, стоят стражи рощи друида.

На земле несколько эльфийских трупов, разрубленных пополам. «Гильотина» Маши показала себя в действии. Длинноухий ублюдок перед ней занёс копьё для удара по Крепышу, но он не успеет этого сделать. А вот лучники справа, что целятся в них… вполне могут выстрелить.

Феи… замерли в светящемся коконе перед какой-то эльфийской бабой. Она маг. И очень сильный. Всё тело пышет энергией, волосы дыбом, глаза сияют так, что зрачков не видно.

Тобиас? Нашёл его рядом с застывшим от ужаса сыном Аэлорина. Глаза смотрят в небо. В груди четыре стрелы. Ублюдки…

Сам эльфийский князь стоит, словно молит о чём-то ещё одного эльфа, верхом на здоровенном животном. Помесь зубра и благородного оленя. Золотая броня на животном и такая же блестящая на всаднике. Взгляд надменный, полный безразличия, медленно поворачивается в мою сторону. Ох, как блестит его корона на голове…

Главный зачинщик хаоса…

— Ху… — выдохнул я, активируя магию и медленно срезая клинком голову золотого плаща, вытянувшего клинок в сторону Марии.

Кольцо на пальце — там щит. Нужно хотя бы немного времени… Вытащить щит. Активировать защитную башню, легонько подтолкнуть в спину Марию, чтобы она прикрыла всех варгов, и оставить щит в её руках. А самому… познакомиться с тем, кто захотел утопить золотой лес в крови.

— А? — удивилась Маша, отлетая вперёд. Щит засветился, вокруг неё и варгов выросла полупрозрачная башня, из которой нельзя выйти и в которую не войти, если только не сломать созданный ею магический барьер.

— Я скоро… — произнёс я, рубя мечом эльфов по уязвимым местам.

Несколько трупов появилось возле меня, и я рванул в самую гущу, ни на секунду не прекращая свой кровавый танец.

Поляна превратилась в бойню.

Эльфы загалдели, командиры указали на меня. Но они ещё не поняли, что с того самого момента, как я вступил в битву, изменилось всё!

Деревья за их спинами начали оживать. Скрип, шум, треск и дрожание земли затопили это поле боя.

Ожившие деревья — это вам не корнелюды… Они намного сильнее и могущественнее. И крепче. Впрочем, корнелюды тоже вступили в бой.

Эльфы, вы решили драться? Что ж… Я предоставлю вам эту возможность. Махайтесь с собственным лесом!

Передо мной стеной стали стражи придурка-короля. Я швырнул в их сторону «привет от Василия», обычного человеческого охотника.

Такое оружие им, видимо, не встречалось. Они даже не поняли, что происходит, и разлетелись в стороны, словно кегли. Выпил склянку маны, уворачиваясь от заряженных магией стрел эльфов. Я тоже так могу… Практически…

Кислотная стрела полетела в их короля, но он, словно ведомый рукой бога, дёрнул голову в сторону. Стрела лишь оцарапала его щёку, но доставила ему то, что он очень даже заслужил. Боль! Корона не удержалась на голове и свалилась.

Эльфы разом ринулись ко мне, но мне было плевать, сколько их. Поднял меч и приготовился отправить их в ад.

Поскорее бы мана восстановилась. Познакомлю их с Дендроидом…

— КТО ПОСМЕЛ⁈ — прогремел звериный голос Тарна, и каждое слово было подобно удару грома. — КТО ПОСМЕЛ ТРОНУТЬ МОИХ ГОСТЕЙ⁈

Эльфы замерли. Гвардейцы побледнели. Некоторые попятились. Даже король застыл, уставившись на друида. Я не мог не воспользоваться этой возможностью.

— ТАРН! — закричал Аэлорин с земли, держа в руках корону. — ТАРН ВЕРНУЛСЯ! Я ГОВОРИЛ! ОНИ НЕ ВРАГИ!

— Чушь! Орочья погань в моих землях! Тарн всё ещё не в себе! ГВАРДЕЙЦЫ, УБИТЬ ВС… — заорал король, но заткнулся, как только мой клинок оказался у его шеи.

— Попробуй ещё раз дёрнуться, шкура остроухая. Отзови своих кретинов, или, я клянусь, ваш лес станут называть не золотым, а кровавым, — на эльфийском произнёс я.

— АВИЛЬ? ЭТО Я НЕ В СЕБЕ? ДА Я СЕЙЧАС ЛИЧНО ПЕРЕВЫБОРЫ КОРОЛЯ ЭЛЬФОВ ОРГАНИЗУЮ! — взревел Тарн, и его могучий голос разнёсся по всему лесу. Даже птицы взлетели с деревьев. — КТО ИЗ ВАС ДОДУМАЛСЯ АТАКОВАТЬ ДРУГА ЛЕСА, СПАСШЕГО ВАШЕГО ДРУИДА⁈

Эльфы в шоке замирали, останавливались. Гвардейцы опускали оружие, не зная, что делать. Смотрели на короля, потом на друида, потом снова на короля.

А вот корнелюды вместе с ожившими деревьями, которых призвал Тарн по большей части, в отличие от эльфов, инстинктивно старались защитить моих соратников. Они двигались к ним, возвышаясь непроходимой стеной перед эльфами.

Невозмутимость стёрлась с лица короля. Он поднял руку, и я был уверен, что он последует голосу разума, но нет. Вспышка магии — и он переместился на десять метров назад. Погладил своё горло.

— Как ты там сказал? Думаешь, друид вас спасёт? Он здесь и сам гость. А я — правитель. ЛЕС! УСЛЫШЬ МЕНЯ! ПРОСНИСЬ И СРАЗИСЬ СО СКВЕРНОЙ, ЧТО ПРОКРАЛАСЬ В САМОЕ ТВОЁ СЕРДЦЕ! — воздел правитель эльфов руки к небу.

И лес услышал его, стал оживать. Но был один нюанс, о котором он не подозревал…

[Мана: 500 / 1014]

— Согласен… Познай же гнев леса, раз ты так этого хочешь!

Глава 8

Лес зашумел в ответ на призыв короля эльфов. Деревья затрещали, ветви зашевелились, листва зашелестела тревожно. Но движение оказалось совсем не таким, какого ожидал Авиль.

Могучие корни вырвались из земли прямо под ногами эльфийского правителя и обвили его лодыжки с неумолимой силой. Ветви потянулись к его рукам, сковывая движения и не давая использовать магию. Король дёрнулся, призывая всю свою силу и власть над лесом, чтобы вырваться, но древесные путы держали крепко, словно железные цепи.

Я удивился… Это был не мой Дендроид. Он стоял несколько в стороне от эльфийского короля.

Я взглянул на Тарна и всё понял без слов. Его шерсть покрылась зелёными рунами наподобие татуировок; магическая сила струилась по этим линиям, полыхая бирюзовым светом в такт движениям леса.

Авиль дёрнулся. Видимо, попытался телепортироваться вновь, но магия не сработала. Тарн знал его уловки.

Лицо правителя исказилось от ярости и непонимания.

— Что происходит⁈ — голос короля впервые дрогнул, теряя властную уверенность. — Лес! Я твой правитель! Я король эльфов! Повинуйся мне немедленно!

Но деревья не слушали его приказов. Они знали другого хозяина — того, кто триста лет заботился о них, лечил их раны после набегов тёмных существ, защищал от скверны, что пыталась проникнуть в самое сердце Натимбора.

Мы сейчас находились не в эльфийском лесу. Мы были в роще, что стала домом для Легендарного друида. И пусть мы слегка удалились от вековых великанов, его власть, очевидно, простиралась намного дальше, чем показали эльфы, создавая древесную стену, за которой был заперт безумный друид.

Лес отзывался именно на волю Тарна. Разве что мои корнелюды и ожившие деревья с Дендроидом оставались под моим контролем.

На поле боя воцарилось шаткое перемирие, но Авиль и не думал сдаваться. В его руке появилось сияющее светом копьё, и он вонзил его в землю. Корни, что связывали его, погибли, и эльф отпрыгнул назад. Прямо к могучему и не двигающемуся древню…

— Бунт и ересь! Лишь очередное доказательство безумства! — прокричал ушастый, и взгляды всех вокруг сосредоточились на нём.

Авиль вновь почувствовал власть и силу, начал приказывать, диктовать, угрожать… Но так заигрался в повелителя, что не понял: смотрят не на него, а на два огромных, светящихся магией глаза за его спиной.

Дендроид был медленным и последовательным, как и положено дереву. Он мерно скрипел в такт слов брызжущего гневом эльфа. Начал поднимать руку, словно хотел прихлопнуть муху.

Вскоре тень накрыла правителя эльф. И тот, явно почувствовав опасность, замер на полуслове своей эмоциональной речи.

— Государь… — молвил один из его приспешников.

— Владыка! — закричала магиня, которая всё удерживала в странном магическом шаре моих прекрасных фей.

Авиль медленно обернулся, чтобы увидеть великую, подобную божественной, древесную руку, что неумолимо приближалась. Всё пространство перед эльфом занимал огромный, древний, покрытый мхом и узловатой корой царь леса. Выглядело всё так, будто садовник решил прихлопнуть вредного, вонючего жука.

Дендроид выглядел медленным, но его скорость была обманчивой. Из-за размера его движения казались как в замедленной съёмке. Словно я снова активировал временну́ю способность. На деле же за секунду его рука пронеслась больше чем на десять метров.

Эльф пытался сбежать, но не успел. Его, как мошку, впечатало в землю. Древесная рука сжалась, принося отрезвляющую боль. А заодно и заблокировала таким образом магию. Когда рёбра сломаны и остальные кости трещат так, что в безмолвном лесу это слышно за десятки метров, не до колдовства. Стандартная проблема магов, что не успели убраться из-под атаки.

Сорок метров чистой ярости природы предстали перед всеми. И многие эльфы даже не поняли, что это призванный моей магией воин, а не реальный дух леса, божество рощи. Они упали на колени и принялись молить его о прощении и спасении своего короля. В унисон завизжали десятки эльфийских глоток, но вместо проклятий и боевых кличей по лесу эхом разнеслись их мольбы.

Дендроид медленно повернул голову, его светящиеся глаза остановились на кучке смертных, среди которых был и я. Он оценивал. Есть ли ещё желающие бросить вызов его силе. Таких не оказалось. Появление гиганта резко поуменьшило боевой пыл эльфийской гвардии.

— Отпусти меня! Великий лес, отец-защитник! Я твой сын, защитник этой земли от грязных чужаков! Я — король эльфов! Прости, если чем обидел, и отпусти! — закричал Авиль, пытаясь вырваться из хватки.

— Мудак ты остроухий… — прокомментировал я его крик, а Дендроид так и не разжал руки. Наоборот, сжал посильнее в ответ на крики.

Король захрипел, пытаясь вдохнуть, но древесные пальцы сдавливали грудную клетку, не давая лёгким расшириться. Доспехи — не знаю, легендарные они или ещё какие-то — теряли прочность с каждой секундой. Авиль был беспомощен, как ребёнок в руках взрослого воина.

— Алекс! Прекращай. Его смертью ты ничего не добьёшься! — во всеуслышание заявил Тарн. Его голос прокатился по поляне громом, заставив содрогнуться землю под ногами.

Эльфы лишь сейчас с ужасом начали осознавать, кто именно контролирует древесного воина, что кроной, казалось, поддерживает сами небеса. Я кивнул ему и поднял руку, разжал демонстративно пальцы, и Дендроид перестал давить. Слегка разжал свою ладонь, позволяя королю эльфов сделать болезненный, но такой спасительный вдох.

Медведь развернулся к эльфам быстро и резко. Янтарные глаза пылали праведным гневом, но в них не было безумия. Только разум и ярость на того, кто стал зачинщиком всего это беспорядка.

Он посмотрел на магиню эльфов и гвардейцев, набрал полную грудь воздуха.

— ВЫ ХОТЬ ПОНИМАЕТЕ, ЧТО НАТВОРИЛИ⁈ ЗНАЕТЕ, КОГО АТАКОВАЛИ⁈ — прогремел друид, и каждое слово отдавалось эхом в окружающем лесу. — ЭТОТ ЧЕЛОВЕК СПАС МЕНЯ! РИСКНУЛ СВОЕЙ ЖИЗНЬЮ, ВОЙДЯ В РОЩУ, ГДЕ Я НЁС ЛИШЬ СМЕРТЬ И ГОРЕ ВСЕМ ПРИШЕДШИМ! ОН ВЕРНУЛ МНЕ РАЗУМ! ОСВОБОДИЛ ОТ БЕЗУМИЯ, КОТОРОЕ РАЗРЫВАЛО МОЁ СОЗНАНИЕ НА ЧАСТИ!

Эльфы застыли, словно в камень превратились, на несколько мгновений. Гвардейцы переглянулись в замешательстве и страхе. Стражи рощи опустили оружие, их лица побледнели от осознания того, что они натворили. Воздух на поляне стал плотным от напряжения. Казалось, что даже ветер замер, боясь нарушить момент.

— Я был безумен всё это время, находясь в плену иллюзий, и провёл бы так лишь лес знает сколько времени! — продолжал Тарн, его голос надламывался от боли воспоминаний. — Я убивал даже своих учеников! И ни вы, ни король не смогли сделать ничего, чтобы помочь мне. Лишь заперли меня, как я того и просил, перед тем как мой разум окончательно оказался в темнице гнева. Но он рискнул всем. И вытащил меня из клетки ужаса. А вы? Так вы отплатили ему и его людям за его помощь золотому лесу? За то, что он вернул к жизни мою рощу⁈

Он сделал шаг к эльфийке, смотря ей прямо в глаза.

— Где была твоя магия, когда она была мне так нужна⁈ А сейчас ты смеешь направлять её на друзей леса? Ты обезумела⁈ Хочешь, чтобы наш лес лишился единства и погряз в дрязгах? Как смеешь ты удерживать в плену созданий природы, спутников, ставших частью его стаи⁈ Как вы все могли скатиться к подобному?

Медведь обвёл взглядом всех эльфов. Его янтарные глаза останавливались на каждом лице, заставляя опускать взгляд.

— Вы даже убили этого бедолагу, что не имел оружия для защиты! Это и есть честь эльфов? Измываться над беззащитными⁈

— Он не мёртв. Пока ещё… — произнесла эльфийка и взмахом руки накрыла тело Тобиаса светящимся покрывалом энергии. — Отпусти моего короля, и я исцелю его, — предложила она, смотря мне прямо в глаза.

— Жизнь расиста, не видящего дальше собственного, задранного к небесам и луне носа, взамен на бывшего раба, на котором живого места не осталось? — уточнил я. — Отличная сделка. Идёт.

Я велел Дендроиду отпустить Авиля, и секунду спустя целебное заклинание накрыло его. А эльфы… Они с болью осознали, что их великолепного и неподражаемого короля я только что сравнил с нищим, бывшим рабом, у которого не было ничего. И жизнь раба я оценил намного выше. Или же обесценил жизнь их короля. Что, в общем-то, было абсолютной правдой.

Моё слово дороже десятка подобных Авилю королей. А Тобиасу я обещал свободу. Некоторые могут считать, что смерть приносит эту самую свободу, но я не из их числа. Если переводчик и бывший узник эльфов выживет и будет спасён этой эльфийской магиней, я готов проглотить свой гнев.

— Теперь слушайте меня очень внимательно и запомните каждое моё слово, — голос Тарна привлёк внимание всех к себе. Он стал тише, но в нём звучала сталь. — Либо вы прямо сейчас, в эту секунду отбрасываете всё оружие, сминаете свою эльфийскую гордость и падаете на колени в поисках прощения у этого человека, либо можете забыть о роще друида Тарна и помощи его учеников. Я здесь гость, но и эта роща выращена мной. Знания, благословения и дары мои, что наполнили лес за эти века… Я заберу с собой всё и уйду. И живите после этого сами, со своими князьями и гордыней. Посмотрим, сколько леса у вас останется после этого.

Эльфы вздрогнули, словно их током ударили. Некоторые побледнели так, что стали больше похожи на мертвецов. Слова Тарна испугали их до чёртиков. Он, видимо, действительно многое значил для этого леса и его жителей.

Эльфы начали бросать на землю оружие. Луки, мечи и копья сваливались на запятнанную кровью траву. И один за одним эльфы падали на колени. Они молчали, не в силах найти слова. Тарн вздыхал всё громче и яростнее.

Через минуту вся поляна была усыпана брошенным оружием, словно кладбище мечей и копий. Эльфы стояли на коленях: одни касались лбом земли, другие просто стояли с опущенными головами, не в силах смотреть на гостей леса, которых они пытались убить.

— А ведь всё началось из-за бзика этого кретина при виде варгов. Решил, что мы шпионы орков, и плевать ему было на слова князя, — подошла ко мне, устало качая головой, Мария.

— Дебил ушастый, — прорычал Мэд, явивший лесу свою животную силу оборотня. — Командир, разреши мне их оторвать. В назидание, так скажем…

— Мэд, а Элея на связи?

— Нет… Не слышно. Алиса тоже исчезла? — Тревога появилась на лице оборотня.

Я молча кивнул… Очередная загадка и проблема, с которой нам предстоит разобраться.

— Прости нас, Тарн Камнелом, великий защитник леса, — произнесла эльфийка-маг в лёгком поклоне. — Мы не знали правды. И верили в то, что защищаем лес.

— Не передо мной. Перед ним! — настоял Тарн, указывая лапой в нашу сторону.

Эльфийка посмотрела на нас, словно оценивая, стоит ли гнуть спину перед нами, и всё же решилась. Видя серьёзность Тарна, она опустила голову ещё ниже. После этого уже все остальные эльфы, что ещё сомневались, последовали её примеру. Она явно авторитет среди них.

Ко мне подлетели освобождённые феи, обиженно пища и постоянно махая крыльями и руками в сторону магички. Она куда как более искренне опустила глаза на землю, тяжело вздохнула и сложила руки в странном жесте. Умоляющем, видимо… Эти извинения она принесла феям.

Пока я внимательно наблюдал за всем происходящим — а веры в эльфов у меня больше не было, и я бы не удивился, вздумай они напасть ещё раз, — Тарн отправился разносить стражей рощи, что стояли столбом, не пытаясь защитить спутников его гостя.

Командир стражи, старый эльф со шрамом через всё лицо, напоминающим след от когтей, пал на колени так резко, что его доспех звякнул.

— Прости меня, великий Тарн, — голос старого воина надломился. — Король Авиль отдал приказ. Мы не могли вмешаться. Я лично запретил воинам вмешиваться и недостоин звания командира. Недостоин жизни. Я подвёл тебя и подвёл лес. Я готов принять любое наказание, но не гневись на остальных. Они следовали данному мной слову.

— Я обдумаю твоё наказание, Имирэн, — сурово произнёс Тарн. — Но позже. Сейчас отправляйтесь в город, зовите лекарей и знахарей. Помогите раненым.

Стражи склонили головы, поднялись с земли и сорвались с места, исчезая в лесу с такой скоростью, на какую только были способны. Через несколько секунд их уже не было видно, только шум удаляющихся шагов доносился из чащи.

Рядом со мной, скуля от боли, поднялись варги. Я не стал ждать милости эльфов и сам принялся их лечить. Зелья им и наши подходят, в отличие от орков. Но запасы целебных снадобий заканчивались с ошеломительной скоростью, как и зелья маны…

Оставив их рядом с Мэдом и Машей, я отправился к телу нашего переводчика. Мощная сила регенерации возвращала его к жизни, тело лечилось и само выталкивало стрелы из ран. Я помог, резко вытянув их, и полил ранызельем здоровья .

Тобиас был бледным, практически не дышал, но пульс прощупывался. Жизнь постепенно возвращалась к нему. Удивительно, что он пережил эту атаку. Четыре стрелы пронзили грудь, но ни одна не задела сердце. Повезло…

Аэлорин и гвардейцы бросились к своему королю. В руках князя была свалившаяся с головы корона. Он передал её исцеляющемуся королю. Не видел, как он там, скрытый за тьмой прислужников, но я надеюсь, что страдает и надолго запомнит сегодняшний урок. Вряд ли после такого между нами возможен союз, но я буду доволен даже тому, что их порты откроются для торговли, а сами они не станут лезть к нам, считая гоблиноподобными никчёмными дикарями. Пусть знают, что у нас есть сила дать по морде — даже королевской — любым зазнавшимся высшим расам.

Постепенно ситуация стала менее напряжённой. Дендроид всё ещё накрывал всех своей тенью, лишний раз напоминая, на кого они вздумали напасть.

— Тарн, — подошёл я к друиду, закончив с варгами, Тобиасом и соратниками, — если с битвами мне всё предельно ясно, то вот что делать после них — не всегда. Я думаю вернуться домой, но мы очень далеко, а впереди нас ждёт много эльфов. Как бы беды не случилось…

Друид кивнул, после чего посмотрел в сторону возящихся с королём эльфов.

— Подожди немного. Вернутся стражи — прикажу им сопроводить вас. А Имирен… он слишком зачерствел. Его разум поражён тщеславием, как и у остальных эльфов. А ведь когда-то он был одним из величайших авантюристов, что годы провёл за пределами леса. Думаю, пора ему вновь вернуться на эту тропу.

Он принёс мне присягу верности. Я отправлю его служить тебе следующие десять лет. Пусть искупает свою вину и сопровождает тебя и твоих людей всюду. Он сильный воин и никогда не ослушается приказа. Прости, что с вами произошло такое подлое, жестокое…

Он не договорил, тяжело вздохнул и уставился на Дендроида.

— В нём больше нет пользы. Верну его на место, — сказал я.

— Да… Будь добр, верни лесу его дерево. А короля… Попробуй простить однажды, если сможешь. Он совсем не похож на своего отца… Я должен был согласиться стать его наставником… Кто же знал, что всё так произойдёт и он вырастет таким… непреклонным и резким.

Я кивнул Дендроиду мысленно. Он разогнул свою спину, вернул на место руку и начал вкапываться корнями в землю. Гигант вернулся на своё место и восстановил древесный баланс в этой части Натимборского золотого леса.

Король уже оправился и поднялся. Посмотрел на Тарна как на врага народа.

— Ты… ты посмел поднять на меня руку, — прохрипел король, глядя на Тарна налитыми кровью глазами. — Будь уверен, я этого не забуду!

— Я посмел защитить невинных от твоей глупости и жестокости, — оборвал его друид холодно. — Чего ты сам не сделал, забыв о своих обязанностях правителя. Будь уверен, я этого тоже не забуду. Как и весь лес будет помнить день твоего позора!

Авиль поднялся, шатаясь и опираясь на плечи гвардейцев. Его доспех был помят, корона всё ещё лежала в руках услужливого князя. Король эльфов схватил её и надел на голову.

— Я король эльфов, правитель золотого леса, — произнёс он холодно, пытаясь вернуть себе хоть немного достоинства. — Не тебе судить меня и мои решения.

— Ты вправе думать всё что хочешь. На этом наш разговор окончен. Это моя роща. Пусть она и часть великого леса. И я запрещаю тебе следующие пятьдесят лет входить в неё под любым предлогом. Уходи. И знай, что, как только я наведу здесь порядок, я приду к тебе. Сам. И нас ждёт очень серьёзный разговор о будущем Натимбора, — произнёс Тарн, и лицо короля эльфов дёрнулось.

Он хотел что-то ещё сказать, но передумал. Задрал голову и свистом подозвал своё ездовое животное.

— Гвардия, слушай мой приказ, — прокричал он, но его голос был сорван, когда он кричал от боли, и до сих пор не восстановился. — Половина тех из вас, кто остался в строю, формирует группу сопровождения и следует за мной. Остальные остаются здесь и подчиняются командиру Элриану, помогая раненым.

Он кивнул своему помощнику, эльфу в золотом плаще с вышитым драконом на спине, что стоял поодаль.

— Элриан, позаботься о раненых. Обо всех. Без исключения.

— Даже о варгах?

— Даже об этих… — Авиль проглотил слово, что хотел сказать, и закончил простым кивком.

Помощник поклонился, сжимая кулаки, и принялся делить королевскую гвардию на два отряда.

Князь Аэлорин помог подняться своему королю на зуброленя.

— Я жду тебя в гости, Тарн Камнелом, — пытался сохранить честь Авиль и оставить за собой последнее слово. Он даже не обернулся, когда говорил эти слова. — В моём дворце. Когда ты будешь готов к разговору. Я-то всегда готов, если речь идёт о моём королевстве.

Тарн лишь фыркнул в ответ. Молчание было красноречивее любых слов.

Стоило гвардейцам выстроиться вокруг своего короля, а мне на секунду потерять бдительность, думая, что всё закончилось, и в очередной раз мысленно позвать Алису, как всё в один миг перевернулось с ног на голову. Варги завыли, оскалились, но никто не понял причины их столь странного поведения. Я посмотрел туда же, куда уставились они…

Тень метнулась между деревьями. Быстрая, бесшумная, смертоносная, словно сама смерть материализовалась из воздуха. Голова короля отделилась от тела одним чётким движением. Кровь брызнула фонтаном, окрашивая золотые доспехи в багровый цвет. Тело Авиля рухнуло с седла на землю с глухим стуком. Голова покатилась в сторону и остановились у корней дерева. Глаза короля были широко открыты в последнем удивлении.

Всё произошло за мгновение. Так быстро, что мозг не сразу осознал увиденное.

Эльфы не поверили в то, что произошло. Как и я, как и Тарн. Гвардейцы выхватили оружие с коротким запозданием, оглядываясь в поисках врага. Тарн взревел. Его рёв был полон ярости и боли. Зубролень шарахнулся в сторону и умчался в лес, сбивая с ног эльфийских защитников.

А перед нами, прямо между отрядом короля и оставшимися на поле боя избранными, словно вырастая из теней, материализовалась фигура. Человекоподобная, но что-то в ней было глубоко неправильным, чуждым.

Чёрный капюшон скрывал голову, но лицо было скрыто не тканью или маской, а живой тьмой, что клубилась и шевелилась, словно имела собственную волю. Только фиолетовые глаза светились в этой темноте, холодные, бездушные, полные древнего зла. В левой руке фигура держала корону Авиля. В правой руке был посох, длинный, чёрный, источающий тёмный дым, что стелился по земле.

— Эх, а как всё хорошо начиналось… — Голос был холодным, хриплым, будто из самых глубин какого-нибудь склепа. — Я так надеялся, что вы перережете друг друга сами. Это было бы красиво, изящно, поэтично. Но, как обычно, слабакам вроде вас не хватило решимости довести дело до конца. В отличие от меня…

— Что он говорит? — спросила Маша, крепко хватаясь за оружие.

— Пока больше похоже на бред… — ответил я. — Потом переведу. Готовьтесь, если что, отступить.

— Принято, — кивнули Маша с Мэдом.

Гвардейцы попытались двинуться вперёд на неизвестного врага, по шкуре Тарна вновь потекли зелёные ручьи символов, я на полную включил «Глубокий анализ», становясь между моим отрядом и неизвестным убийцей.

— Благодарю вас за весёлое представление, за это шоу, — продолжала фигура, раскланиваясь с издёвкой. — Смотреть на ваши жалкие попытки договориться было весьма занимательно. Но, увы и ах, наше время истекло. Но мы не прощаемся навсегда. Лига Теней сделала лишь один из первых шагов. Грядёт тот час, когда мы займём заслуженное в этом мире место. Оно уже близко! Настолько, что вскоре каждый из вас ощутит дыхание перемен на своих шеях.

Фигура подняла посох высоко над головой. Эльфы пытались приблизиться к нему, но их ноги увязали в чёрной жиже, а стрелы блокировались сферой, окружавшей неизвестного нападавшего из Лиги Теней.

Чёрный дым взорвался волной, растекаясь по земле, поднимаясь в воздух. Тьма становилась плотнее, материальнее, обретая форму когтей и клыков.

— До скорого, мои хорошие. В следующий раз будьте более решительными! Особенно ты! — посмотрел он на меня. — У тебя такие потрясающие перспективы, чтобы стать кем-то большим! Быть может, даже одним из нас… — Фигура рассмеялась, звук был похож на скрежет металла по камню.

— Можешь даже не мечтать. Ненавижу ублюдков вроде тебя.

— Да? Жаль… Тогда сдохни вместе с эльфийскими слизнями! Наслаждайтесь моим подарком! Пред Лигой все равны! — произнёс психопат, притянул к своей руке голову почившего короля эльфов и поставил её на место поднявшемуся телу правителя.

Тьма окутала шею и, словно клей, срастила части тела. Голова начала дёргаться. Глаза резко открылись, но были полны тьмы и злобы.

Вместе с этим из теней деревьев начали выходить фигуры. Десятки, сотни силуэтов, состоящих из живой тьмы. Они не шли, а скользили, их движения были неестественными, словно они не подчинялись законам физики. Просто тёмные силуэты, которые вдруг обрели форму и стали материальными. Их будто нарисовали на листе бумаги, а затем оживили и придали объём их изображению.

Они растаяли чернильной рекой и хлынули к телам погибших эльфов. Ожившая тьма заклубилась, окутывая их и проникая внутрь через раны.

Тела зашевелились. Руки хватались за землю, ноги дёргались. Головы поворачивались с хрустом. Погибшие поднимались и хватались за оружие. Но в этот раз их целью были все мы — те, кто был до сих пор жив.

— НЕЖИТЬ! УНИЧТОЖИТЬ! — закричала магиня, окутывая своё тело белоснежным пламенем и испепеляя первого попавшегося на пути эльфа, воскрешённого некромантией.

— Удивительное у эльфов гостеприимство… — тяжело вздохнул я и выставил перед собой меч, что внезапно покрылся зелёным пламенем.

«Это уж точно… Уши бы им подровнять, да у нас проблемы посерьёзней…» — произнесла вернувшаяся Алиса.

Глава 9

Мертвецы… Видеть мёртвых эльфов — это одно. Убивать их своими руками — другое. Убивать их снова, после того как, казалось бы, всё уже позади, — вообще отвратительно.

В прошлой битве, какой бы глупой, внезапной и бессмысленной она ни была, нами всеми двигали честь и желание защитить своё. Здесь же нам приходилось сражаться с безвольными марионетками, жертвами чужой воли.

Мой призыв корнелюдов и Дендроида затрагивал природу и был в чём-то схож с этой омерзительной техникой Лиги Теней, но после битвы у моих природных помощников был шанс на нормальную жизнь. Дендроид возвращался на место, ожившие деревья закапывались корнями и восстанавливали повреждения. Корнелюды… Они вовсе не уничтожали баланс живого мира. Это была жертва леса, часть его корневой системы, что пришла на битву под воздействием моей магии и воли.

Воскресших же эльфов, в чьи тела вселилась густая, безобразная тьма от опухших теней ждало ничто. Даже похоронить их нормально не сможем…

Глаза мертвецов горели фиолетовым пламенем, челюсти не держались на месте. Эльфы восставали и с открытыми ртами, завывая и мыча, бросались на своих бывших друзей и соратников.

Тьма заменила им кровь и нервную систему. Они были сильны, как при жизни, но не боялись ран. Они стали даже опаснее, чем до своей первой гибели.

Их было меньше, но они стали настоящей катастрофой для тех, кто не мог поднять оружие и использовать магию против своих бывших товарищей.

Марионетки тьмы вставали и плодили всё больше и больше раненых и восстающих мертвецов.

Лишь немногие нашли в себе силы сразу отбросить сантименты и биться во всю силу: Тарн, незнакомая эльфийка-маг, несколько командиров, обладателей столь редкой для эльфов седины. И мы. Наша кабанья стая, которой, куда ни сунься, судьба обязательно подготовит горячий приём с возможностью макнуть руки в кровь по самый локоть.

— Сражайтесь! БЕЙТЕСЬ, ЖАЛКИЕ БЕСХРЕБЕТНЫЕ ТРУСЫ! — закричала эльфийка-маг, и её руки вспыхнули белым пламенем.

Она испепелила ближайшего мертвеца и начала вытаскивать откуда-то белые светящиеся сферы, похожие на природные артефакты, но это были не они. Эльфийка подбрасывала их, и они начинали парить вокруг неё, окутывая ослепительным сиянием и вливая в её тело ману столь мощным потоком, что энергия стала видна невооружённым взглядом.

Алиса больше ничего не говорила. Её пламя окутало фей и варгов, и те ринулись в бой с новой силой, защищённые от случайных ударов. Но далеко от меня они не отходили. А я не отходил далеко от Тобиаса.

Понятия не имею, что ещё случится в этом лесу. Лучше держаться рядом с отрядом.

Мэд обрёл второе дыхание с возвращением своей богини. Раны начали стремительно заживать, глаза трансформировались, стали красными, а его скорость возросла в разы, как и сила. На одного восставшего из мёртвых эльфа оборотню хватало всего лишь одно-два движения, и тот падал, разорванный на части, без сил и возможности ожить вновь. Слишком велико повреждение тела…

Я рванул вперёд. Меч покрылся «Священным пламенем» Алисы. Вокруг нас было много мертвецов. Маша постаралась… Теперь придётся сражаться с ними вновь.

Ударил по шее первого мертвеца, и горящий пламенем меч рассёк плоть. Чёрно-красная смесь из старой крови и нового источника силы брызнула во все стороны. Голова отлетела, тело рухнуло.

Второй замахнулся изящным эльфийским клинком. Я уклонился и проткнул его грудь, развернулся и ударил в слабое место на его теле — в сочленение поножей. Сила была такой, что ногу отрубило. Не спасла и металлическая броня. Закончил я комбинацию уже по упавшему противнику и осмотрелся.

Одни эльфы восставали, другие падали замертво. В их тела вселялись тени из тех, кто погиб уже дважды. Словно замкнутый круг…

— Сегодня что, понедельник⁈ Какого чёрта происходит?.. — покачал я головой, наблюдая, как три варга рвут на части очередного воскресшего.

Некоторые тени были особенно опасны. Они запускали магию тьмы во все стороны, усугубляя ситуацию.

На двадцать живых эльфов приходилось по семь-восемь сдохших. И число повторно упокоенных хоть и росло, но общее число оживших мертвецов не особо падало, в отличие от числа эльфов.

И я не скажу, что эльфы слабаки. Те из них, кто сражался, были быстрыми, ловкими, достаточно сильными и искусными. Они владели различным оружием и обладали талантами, проворачивали такие трюки, что порой даже я удивлённо поднимал брови. Но те, с кем они сражались, были не менее способными.

К моему сожалению, наблюдая за этой безумной бойней, я пришёл лишь к одному выводу: в нашем Домене из всех встреченных мной людей я могу назвать лишь немногих, кто способен биться с ними на равных. Думаю, мне хватит даже одной руки, чтобы пересчитать их. Если включить моих кабанов, то будет две руки.

Прискорбно… А ведь это стража, а не величайшие из великих. Вон князь сражается со своим сыном в стороне. Один чуток не дотягивает до Декарта Лоу в маске, а другой как минимум равен тому. Но Декарт дрался со мной на территории города, где он был максимально силён. Сразись они на нейтральной территории — ещё вопрос, кто из них победил бы.

«Даже не спросишь, где я была?» — мысленно прокричала Алиса, фыркая от недовольства.

«Ты уверена, что сейчас лучший момент?»

'Так и быть, расскажу. Представляешь, эта тётка, эльфийка, никакая не эльфийка! Это их богиня! Вернее, одна из них. Вселилась в свою старшую жрицу, и та стала её аватаром. Теперь в этой наглой бабе и божественная и классическая сила избранных переплелись! Схватила нас, сучка крашенная, связала, сдавила, заперла! Не пикнуть, ни капелюську своей энергии не высвободить! Допрашивать пыталась, но ты с друидом махаться начал, и она аж опешила, отцепилась! Ух! Будь моя воля, я бы на неё варгов натравила, чтобы они её ночью за бочок так цап!

И всё же она сильна… Не как маг. Хотя не без этого. А именно как моя коллега. И всё ж таки дура! Думала, мы с лигой связаны и зло замышляем, а в итоге обделалась. И как поняла, что ошиблась, отпустила. Всю шерсть мне помяла! Хвост оттоптала! Ух, задушила бы! Всё! Жалей меня!'

— Давай попозже! — отмахнулся я и активировал магию: мана слегка восстановилась.

Магия льда неплохо так им мешает, даже тьму их гадкую останавливает. У меня она весьма сносно прокачана. Хотя, конечно, она не так эффективна, как магия света эльфийки, но всё же…

«Вам, мужикам, только одно и надо… Дай подраться с нежитью… А я такой стресс пережила! Ужас!»

— Всё-всё, бедная моя, всё позади. Потребуем с эльфов компенсацию.

«Правда? Ты лучший! Оленину хочу!»

М-да… Губа не дура. Посмотрим, чем там эльфы угостят нас, если это безумие закончится.

— Подкрепление! — крикнул кто-то из эльфов.

И впрямь, из леса выбежали новые отряды. Десятки воинов в разноцветных плащах, маги с посохами, лучники с длинными луками. Впереди бежали эльфы в зелёных одеждах, украшенных природными символами. Чей-то отряд услышал звуки битвы и примчался. А, так с ними ещё и стражи рощи частично.

Эльфы словно этого и ждали. Проснулись и начали биться с ещё большим остервенением. И со всех сторон в нашу сторону мчались всё новые и новые эльфы. Некоторые очень громко скандировали имя друида.

— Наконец-то! Уничтожайте поднятых некромантией детей леса! — прорычал медведь, отдавая приказ.

Прибывшие воины влились в бой. Маги обрушивали на нежить шквал заклинаний, лучники расстреливали мертвецов, целясь в головы. Один из учеников Тарна — высокий эльф с посохом, из которого росли живые ветки с зеленью — остановился рядом с друидом.

— Учитель! Ты вернулся! Мы успели! — его голос дрожал от эмоций.

— Да, ученик. Спасибо этому человеку, — кивнул Тарн в мою сторону, не прекращая рвать мертвецов. — Поговорим потом! Сейчас уничтожайте нежить! СТОП! ОН СВОЙ! ДРУГ!

Крик Тарна пришёл одновременно с тревогой, я развернулся и ударил наотмашь, успешно блокируя чей-то выпад. Из невидимости вышел эльф-альбинос и поклонился мне.

— Прошу прощения. Не успел разобраться, что к чему.

— Я принимаю твои извинения. Но больше не игнорируй крики Тарна, иначе в этом лесу станет на одного блондина меньше.

В ответ на мои слова эльф лишь довольно улыбнулся и, не глядя, взмахнул клинком трижды, рассекая на части мертвеца, что нёсся к нему.

— Я просто проверил реакцию, не более. Остановиться не проблема. Ты молодец. Я Витальд, рад знакомству.

— Взаимно… — не очень честно ответил я и рукой показал в сторону, где пятёрка эльфов сдерживала сразу десяток мертвецов. — Тебе бы своим друзьям помочь.

— У меня нет друзей. Лишь наставник и лес, — со всё той же улыбкой ответил Витальд и исчез, словно слился с миром.

— Пф-ф… Позёр, — прокомментировала Маша.

Битва продолжалась. Мертвецов становилось меньше, свежих тел не было, живые держались. Я решил присоединиться к основной битве и отправил своих соратников к отбившему нападение на своём фланге Аэлорину и его сынуле. Они как раз организовали эвакуацию раненых и следили, чтобы мертвецы не закончили начатое.

Я рубил не останавливаясь. Мышцы горели от усталости, мана уходила с каждым заклинанием. Но останавливаться было нельзя.

Особенно сложно было убивать короля… Он был силён и искусен в бою. Другие эльфы были ему не ровня. Сперва эльфы просто сдерживали его, затем по приказу эльфийки отступили. Тарн хотел было сразиться с ним, но она сказала, что в этом нет нужды, и сама отправилась в бой.

Я внимательно смотрел за движениями аватара богини и погибшего короля, удивляясь увиденному. Мне даже самому захотелось сразиться. Желательно не до смерти. А то есть ощущения, что мои шансы против короля в районе сорока процентов. А против эльфийки и того меньше.

Заклинаниями эльфийка швырялась как из пулемёта. И мана её, кажется, даже не думала заканчиваться. Король же преобразовал свою магию в стихию тьмы и, прикрываясь магическим щитом, пытался уничтожить магиню в ближнем бою. Но вскоре у него закончилась мана, и в его тело вонзился клинок, сияющий энергией света.

— Прости, мой юный король… Коварство тьмы не знает границ. Обещаю: Лига Теней сполна заплатит за то, что лишили Натимбор короля и осквернили твоё тело проклятой магией, — произнесла она, бережно опуская бездыханное тело короля на землю и закрывая его глаза.

Последний мертвец пал. Тишина опустилась на поляну, прерываемая только тяжёлым дыханием выживших.

Я тоже устал и упал на землю, желая отдышаться. Посмотрел на поляну.

Тела повсюду. Раненые стонали. Варги лежали, высунув от усталости языки. Маша сидела, прислонившись к дереву и прикрыв глаза. Мэд просто валялся в луже крови, раскинув руки. На секунду я даже подумал, что это его кровь, но понял, что это не так, когда он превратился в человека, устало поднялся и, пошатываясь, побрёл в мою сторону.

Опять экипировку ему новую искать… Хорошо, хоть резинка в трусах мощная, не рвётся.

Эльфы начали лечить раненых. Мы же просто подползли друг к другу и устало дали пять. Все выжили. Все целые. Раны, что были, уже зажили или вот-вот затянутся. Зелья творят чудеса, когда не допускаешь критических травм.

Знахари из прибывшего подкрепления разбежались по поляне. Их руки светились целебной магией, раны на телах воинов начали затягиваться.

Наш переводчик лежал без сознания, но дышал. Эльфийская магиня уже исцелила его, но сознание ещё не вернулось. Он выживет. Это главное.

Тарн подошёл, снова обратившись человеком. Его лицо было усталым, но в глазах горел огонь.

— И вновь мой долг тебе растёт… А ведь я был уверен, что, когда ты придёшь сюда, это я заполучу очень любопытного и перспективного должника. Охо-хох. Никогда не стоит загадывать наперёд…

— Да ладно вам, уважаемый Тарн. Для нашего отряда это обычный понедельник, — ответил я осипшим от криков голосом.

Тарн не сдержал смешок:

— Понедельник… Я знаю, что это значит. Если у вас такой ритм жизни, я могу лишь посочувствовать.

Друид повернулся к ученикам и громким голосом принялся раздавать указания:

— Соберитесь все! Нам предстоит ехать в столицу. Король погиб от рук Лиги Теней. Нужно доставить послания князьям, выбрать нового короля и принять меры, чтобы подобное не повторилось. Что ещё печальнее — тот, кто всё это устроил, просто сбежал, прихватив с собой корону Натимбора! Золотой лес должен справиться с этим вызовом и вернуть утраченную реликвию!

Ученики склонили головы. Один из них, высокий эльф с «живым» посохом, подошёл ближе.

— Учитель, мы готовы следовать за тобой. Мы поднимем дружины и направим их по следу!

— Если мы этот след ещё отыщем. Но да, трубите. Зовите всех: воинов, следопытов, жрецов. Пусть они ищут след. А мы пока похороним павших и вылечим раненых.

— А где Витальд? — огляделся вокруг тот, кто держал ответ перед Тарном.

Видимо, это старший ученик.

— Уже отправился по следу. И вы не теряйте времени, — ответил друид.

Примерно через десять часов мы покинули рощу. Нам предложили отдохнуть и восстановиться в эльфийской столице, а сопровождать нас настоятельно потребовал князь Аэлорин. Видимо, впечатлился по полной продемонстрированным нами в этой роще и хотел проявить капельку эльфийского, лицемерного дружелюбия. А сына своего отправил в собственную столицу.

Несколько дней мы провели, окружённые заботой, несмотря на то что сам эльфийский народ пребывал в трауре. И по этой причине все заведения города были закрыты. Всё, что мы могли делать, — это ходить по её тенистым улицам и переулкам, любоваться природой и ловить на себе далёкие от дружелюбия взгляды эльфов. Не привыкли они видеть чужаков…

На третий день был объявлен совет князей, и нас, к нашему удивлению, попросили покинуть город. Хорошо, хоть кормили вполне прилично. Даже гнев Алисы слегка поутих. Но попытки подкинуть статуэтку лисы в эльфийские храмы не принесли успеха. Трижды под двери нашего древесного дома нам их возвращали. Алиса каждый раз фыркала, считая, что это уже вызов.

Я с трудом уговорил Алису перестать провоцировать этих длинноухих богинь, которые могут её по щелчку пальца спрятать так, что я её уже никогда не найду. Она ещё повозмущалась и ушла думать над «мстительной местью».

Я спросил у Аэлорина, когда появилась возможность, почему с нами прощаются. И он начал гнать какие-то глупые отмазки, но быстро понял, что этот метод не работает, и выложил всё как на духу…

Народ напряжён, завтра похороны короля Авиля, а совет сразу после этого. Многие эльфы практически прямо обвиняют нас в том, что случилось, и слухи не удаётся остановить. Мол, пока нас не было и пока мы в рощу не вошли, никакой лиги и никаких теней с некромантами на них не нападало, королей не убивало. Но и многие понимают, что эти слова полны глупости. Особенно те, кто видел, как мы бились с порождениями тьмы, да и слова Тарна многое значат. Но всё же правда есть правда. Некромант поднял мёртвых эльфов. А мёртвыми их сделали мы. Всех, кроме короля. Так что мы тут не очень-то и желанные гости.

— Просто дайте времени залечить эту болезненную рану на сердце нашего народа, и всё встанет на свои места. И остальные князья уведомлены обо всём случившемся посекундно, знают о том, что у вас была возможность убить короля, застигнув его врасплох, но вы этого не сделали. Тарн будет держать слово и наверняка выступит в вашу защиту.

— И куда же нам ехать? — уточнил я, хотя меня, в общем-то, ждала дорога домой.

— Можете отправиться ко мне. Всё успокоится, и начнутся выборы нового короля. Там вас не потревожат.

— Мне бы домой уехать как-нибудь, — произнёс я.

— Ну, тогда тем более на север. Охрана границ у Синего моря — моя прерогатива. Доставим вас в лучшем виде. Это меньшее, что мы можем сделать за вашу помощь. Возвращение Тарна в столь тёмные времена — великое счастье для золотых крон Натимбора, — с вполне искренней улыбкой ответил Аэлорин.

Приятно осознавать, что наш вклад действительно ценят.

Город князя Аэлорина встретил нас настороженно. Эльфы смотрели на нас с любопытством и страхом. Это было уже второе знакомство. Но если раньше мы были подобны экслюзивному товару, что везут торговцы на ярмарку, то теперь они знали: мы сильны, мы опасны. Мы были там, где погиб их король, и помогли отбить его тело у тьмы. А ещё Тарна вернули. Его роща вновь открыта. И пара десятков эльфов погибли от рук моего отряда.

Много слухов, много противоречий, из-за которых на нас смотрели как на врагов со всех сторон. Детей теперь прятали при виде нас, отворачивали, и многие пялились так, словно были готовы в любой момент вытащить клинок и броситься в бой. Впрочем, идущий рядом с нами княжич Илларион отбивал любые желания сделать глупость у простых эльфийских мужей.

Сын Аэлорина сопровождал нас в резиденцию. Молодой эльф был вежлив как никогда и сдержан. Он явно не знал, как себя вести с людьми. Нервничал и не показывал и капли той эльфийской хладнокровности и надменности.

Он видел каждого из нас в бою. Понимал, что мои спутники как минимум равны ему по силе. А ведь он княжич! Чуть ли не с пелёнок рос в уверенности, что лучше него только пара других эльфов. А тут реальность проехалась по его сознанию стальным катком. Это тоже давило на него.

Он разместил нас в отдельном крыле княжеской резиденции, выделил слуг, предоставил возможность есть, пить и делать всё что угодно. Даже рисовать картины и читать книги. И целый отряд музыкантов поселил рядышком, чтобы они нас веселили и радовали эльфийскими композициями во время еды. И больше всех это понравилось Алисе.

Когда Илларион увидел мою покровительницу впервые и осознал, что всё это время рядом с нами была ещё одна помощница, ему стало плохо. Если бы не стоявшая рядом с ним жрица той богини, что вселилась в её коллегу и аватаром носилась по эльфийским лесам, он бы гарантированно поднял тревогу. Но она объяснила, что кому надо, тот в курсе. Нечего шум поднимать и эльфов тревожить ещё больше.

— Алиса, закажи какую-нибудь музыку! — попросил я разок у неё во время обеда.

— Легко! Эй, ушастики, ну-ка, гряньте нам что-нибудь! — прокричала она и вгрызлась в окорочок.

— Что, уважаемые, сыграть?

— Только не про «собака крымский царь», — ответил я, вспомнив одну из самых любимых комедий наших дедов.

Эльфы моей отсылки, конечно, не поняли…

— Что нравится самим, то и играйте, — пожал я плечами.

А уже вечером к нам, скучающим от безделья, вместе с очнувшимся и офигевающим от всего происходящего Тобиасом примчался Илларион.

— Мой отец просил передать, что корабль будет готов, как только он вернётся из столицы, — сказал он, входя к нам в гостиную. — Прошу набраться терпения. Я не могу принять такое решение самостоятельно.

Я кивнул. Понимал его положение. Дать корабль людям без разрешения отца, тем более в такое время, было бы опрометчиво. Хотя я просил князя! Дважды!..

Дни тянулись медленно. Мы ели, отдыхали, приводили в порядок экипировку, тренировались. Я день ото дня попивал кровушку своих друзей. Они уже привыкли. Но пользы было мало. Рандом, чтоб его, был против того, чтобы я стал сильнее. Всего одна особенность выпала, да и то сомнительного качества. Ну, если сравнивать с теми, что у меня были. Так-то никто не отказался бы такую получить.

Крепкие суставы :

С самого детства вы были чрезвычайно активным ребёнком и неосознанно натренировали тело так, чтобы не получать травм от головокружительных прыжков, стремительных рывков и бега

Шанс травмы сустава уменьшен на 50%

Ловкость +5%

Тобиас окреп, начал выходить на прогулки. Даже пытался с нами тренироваться. Но ужас, пережитый за время плена, конечно, сделал из него не бойца, а грушу для битья…

Мы много с ним общались. Он рассказал свою историю, как на самом деле попал в плен к эльфам… К слову, как бы эльфы себя ни выгораживали, говоря, что он осуждённый разбойник, а факты говорили об обратном. Он был с купеческого судна, что слишком близко оказался у эльфийских берегов. Причём случайно.

Они знали, что это опасно, и не собирались приближаться к берегам эльфов. Но шторму обычно плевать на планы мореплавателей.

Я использовал Тобиаса как учителя эльфийского языка. Мы разобрали парочку книг из личной библиотеки князя. Он с удовольствием читал, я с не меньшим удовольствием пытался читать и приставал к нему с вопросами по их языку. Многие витиеватые надписи было тяжело понять даже с «Глубоким анализом». Они же все от руки написаны… И порой даже эльфы пишут как курица лапой.

В один из таких вечеров к нам прибыли «гости», по своей сути являющиеся одними из самых важных шишек в этих землях…

Глава 10

Они пришли вечером. Тарн, эльфийка-маг, командир Имирэн и князь Аэлорин. Нас попросили собраться в зале. Я пришёл с Машей, Мэдом и Тобиасом. Варги остались снаружи: их присутствие задевало нежную эльфийскую душу. А феи не полетели сами. Они ещё дулись на эльфов за то, как те с ними обошлись.

Тарн выглядел усталым, но вполне довольным. Князь Аэлорин был серьёзен. Имирэн стоял с каменным лицом. А эльфийка-маг… Она смотрела на меня виноватым взглядом.

— Алекс, — начал Тарн, — я хочу вручить тебе дар. В благодарность за то, что ты спас меня от страшной участи. Без тебя я бы провёл в безумии больше ста лет. Ты вернул мне разум, жизнь и будущее. И помог не только мне, но и лесу в час нужды. Пусть между тобой и эльфами есть небольшие разногласия, но ты мне доказал, что в тебе теплится любовь к лесу, преданность природе, тяга к свету и добру. Поэтому, будь добр, прими мой подарок.

Он протянул мне свёрток. Развернув его, я увидел сапоги. Немного непривычный дизайн, но смотрятся в целом солидно и по-эльфийски элегантно.

— Когда-то я сам их носил. Так что за размер не беспокойся. А вот твоему другу… — он посмотрел на Мэда, — будет довольно сложно найти артефакты под стать его природной сути. Уж я-то знаю, как это сложно.

Друид, способный обратиться медведем, был искренним в отношении человека, который тоже мог обратиться зверем. Их обоих можно назвать оборотнями. Только разных видов.

Я открыл свойства артефакта и очень впечатлился увиденным.

Сапоги Ягуара

Качество: Легендарное

Прочность: 899/899

Свойства:

Эльфийская руна «Дор» — обеспечивает полное звукопоглощение шагов: даже если вы пройдётесь по сухому листу или ветке, руна впитает хруст и треск в себя без остатка

«Эльфийская подгонка» — позволяет артефакту адаптироваться под размер владельца

«Рывок ягуара» — в лесу вы можете раз в 5 секунд использовать ускорение, увеличивающее вашу Скорость на 20% в течение 4 секунд

«Ярость ягуара» — ваши удары обладают свирепостью дикого зверя, накладывая на врага дебафф «Испуг».

«Грация ягуара» — повышает Харизму и Ловкость на 15%

«Мощь ягуара» — увеличивает Силу на 5% за каждого побеждённого врага в течение последней минуты

«Скрытность ягуара» — если замереть в лесу, постепенно ваш силуэт сольётся с местностью благодаря накладываемой на вас иллюзии. Но любое движение собьёт маскировку

Просто чудо-сапоги… Особенно в лесу. «Мощь ягуара»… выглядит очень интересной.

Друид кивнул, видя, что я доволен, и отступил, призывая вперёд Имирэна, своего командира стражи рощи. Старый воин опустился на одно колено передо мной. Эльфийка-маг наблюдала за этим с серьёзным лицом. Было ощущение, что она недовольна решением Тарна.

— Алекс Лисоглядов, сын Домена человеческого и истинный друг леса, — произнёс Имирэн официально. — Я, Имирэн Оэлисе, слуга и ученик Тарна из Делийской рощи в самом сердце моего дома, Натимбора, бывший командир стражей этой рощи, урождённый сын дома Лэнгаэш из Истраиля, приношу тебе клятву верности. Я не пришёл к вам на помощь, тогда как вы пришли к нам, даже когда вас не звали. Я допустил нападение на гостей моего наставника Тарна Камнелома. И я должен искупить свой проступок. Моя жизнь, мой меч, мои умения отныне принадлежат тебе на следующие десять лет. Клянусь перед лицом богини, что не предам тебя.

Он поднял руку, и над его ладонью вспыхнул зелёный свет.

«Магическая клятва — сразу, без бумажек и контрактов! Нарушит — умрёт. Ну надо же…» — прокомментировала Алиса.

Свет возник и над ладонью жрицы… Собственно, ей он и клялся.

Я смотрел на него долго. Старый воин держал взгляд, не отводя глаз. В них читалась решимость.

— Встань, Имирэн, — сказал я. — Я принимаю твою клятву. Служи честно, и я не потребую от тебя невозможного. Мы идём по пути благородных, праведных поступков. Если однажды ты увидишь, что я поступаю плохо, подло и несправедливо по отношению к невинным людям, эльфам, да хоть гномам, скажи мне об этом, дабы я не сбился с верного пути.

— Обязательно! — кивнул он и сделал два шага вперёд, вставая в один ряд с Марией и Мэдом.

Вперёд вышла эльфийка-маг. Она выглядела неуверенно, что было странно для столь могущественной волшебницы.

— Мы так и не познакомились. Мира, богиня света и одна из хранительниц этого леса, что стал мне домом. Другое моё имя, принадлежащее моей жрице, чьё тело мы делим, — Астра. Если вдруг мы окажемся наедине или в похожей компании, можешь обращаться ко мне по любому из этих имён, но в присутствии остальных эльфов, пожалуйста, обращайся как Достопочтенная жрица, верховная жрица или госпожа Астра. Не стоит пугать верующих.

— Очень приятно, госпожа Астра. Рад, что мы смогли разобраться и понять, что не враги друг другу. Друзья леса не должны проливать кровь между собой, — ответил я ей, и она кивнула.

— Я должна кое-что рассказать, — начала она тихо, — и признаться в ошибке…

Она сделала паузу, собираясь с духом. А я пнул в бок Тобиаса, чтобы тот начал наконец-то дышать и перестал таращиться. Реакция моих соратников была куда как более выдержанной. Они уже привыкли к Алисе, Элее и их выходкам.

— Когда вы пришли к роще, я почувствовала присутствие зла, тьмы. Я начала её искать, подняла гвардию короля и его самого, чтобы убедиться, что угрозы для леса не существует. Сейчас я понимаю, что наш враг, Лига Теней, намеренно проявила себя и спровоцировала нас на поиск. И нашли мы вас. Вернее, ваших спутников и двух богинь, пытающихся заглянуть в запретную рощу. Конечно, мы не могли не отреагировать. Но когда оказалось, что ты вытащил Тарна из его безумной спячки, я начала сомневаться. Да и не тянули эти две девочки на серьёзных богинь. И я не ощущала от них тьмы. Впрочем, стоило их запереть и отдать приказ схватить остальных твоих спутников, как стойкое ощущение тёмной магии исчезло. Меня ввели в заблуждение. Они играли моими чувствами, моей слабостью — ненавистью к порождениям тьмы. И нас столкнули друг с другом. — Она посмотрела на меня и тяжело вздохнула: — Да, я ошиблась, когда посчитала Алису и Элею — двух юных, слабых, но несущих божественную силу богинь — причиной всех бед. Ещё и варги ваши, признаться, сбили меня с толку. У орков предостаточно практикующих кровавые и тёмные магические искусства шаманов. Но Тарн был очень громким и настойчивым. Я решила взять паузу и разобраться. И именно тогда Лига Теней сделала свой ход. Ты знаешь, что было дальше.

— На вашем месте, пожалуй, я поступил бы так же. Но я не на вашем месте, а на своём. Всё, о чём я могу сожалеть, — это о погибших в тот день. Не только о короле, но и о его гвардейцах. Дети леса пытались защитить свой дом. А я пытался защитить свой, — ответил я, и взгляд богини стал удивлённым.

Она… весьма человечна, если можно так сказать, хоть и богиня. Как и Алиса, и Элея… Они мыслят слегка по-другому, но их заботит то же, что и смертных. Это странно, но позволяет легче понять таких, как они.

Неидеальные… Со своими желаниями, со страстью в сердце и душе. Не абсолют, всемогущий и всезнающий, а… что-то другое. Необъяснимое.

— Твой дом… Кажется, теперь я понимаю. И тогда, когда ты держал клинок у горла Авиля… Ты был абсолютно искренним в своих угрозах.

— Тяжело сдерживать себя в подобных ситуациях, — ответил я.

— Признаю, это так. Мы тоже не сдержались. И понесли тяжёлые потери из-за своей несдержанности.

— Могу ли я спросить вас о Лиге?

— Мы мало что знаем о нынешней Лиге. А прошлая… была распущена четыреста лет назад. И все её представители давно мертвы. Эта древняя организация всегда питала страсть к власти и контролю. Но их методы вызывали вопросы, объединяли множество избранных против этого сборища безумцев.

Впервые о них узнали три тысячи шестьсот двадцать лет назад. Впервые уничтожили примерно тысячу восемьсот лет назад. И вот они вновь воскресли, как та нежить, которую они любят поднимать отвратительными по своей сути заклинаниями… — Богиня тяжело вздохнула: — Это особая боль для всех существующих государств. Надеюсь, нам удастся уничтожить их достаточно быстро.

— Они похитили корону, — добавил Тарн. — Символ власти эльфийского королевства. Это не просто украшение. Корона содержит магию, связывающую короля с лесом. Без неё новый правитель не сможет полностью контролировать лес. Эльфы ослабнут. А он… Боюсь даже представить, для каких мерзких целей ему нужна корона.

— Мы найдём их, — твёрдо сказала Мира. — Призовём сильнейших героев, перероем весь континент, если понадобится. Но пока у нас нет зацепок. Их магия слишком хорошо скрывает следы. Нам нужно время и терпение.

— Я желаю вам удачи в поисках. Пусть корона вернётся домой целой и невредимой.

Богиня молча кивнула и отошла назад, присела на небольшой уютный диванчик. Настала очередь князя Аэлорина сказать пару слов.

— Ну, многое уже обсудили, но кое-что оставили и для меня. От лица эльфов — а совет дал мне такое право — я хочу сказать следующее, — начал он официально. — Мы принимаем вашу дипломатическую миссию. Люди из северного Домена за Синим морем пришли с миром, рискнули жизнями, чтобы помочь нам, проявили сдержанность… — на этих словах он ухмыльнулся, прекрасно понимая, что наша сдержанность была… минимальной. — Это заслуживает признания. Мы хотим совершить ответный визит в ваши земли, как только у нас появится новый король. Надеемся, что это произойдёт через месяц.

Он сделал паузу и продолжил:

— А до тех пор, в связи с чрезвычайным положением и розыском украденной реликвии, мы закрываем наши земли для всех чужаков. Это мера предосторожности. Лига Теней может иметь шпионов. Мы должны защитить лес.

— Благодарю за ответ, Аэлорин Серебряная Ветвь. Мы будем рады встретить ваших послов и наладить деловые, взаимовыгодные отношения между нашими державами ради мира и стабильности на всём континенте. Пусть процветает ваш золотой лес и его дети. А все выходцы из человеческого Домена, что оказались в ваших лесах и потеряли свободу, вернутся к себе домой, — ответил я ему с лёгким поклоном, намекнув на жест доброй воли с освобождением всяких пленников, рабов и прочих несчастных, кого только могло занести в эти земли. Сомневаюсь, что Тобиас был единственным.

Увидев, что он меня услышал — серьёзно кивнул, — я расслабился, выпрямился и уже не таким официальным тоном поинтересовался:

— А что с нами?

— Вам мы предоставим корабль, — улыбнулся князь. — Он доставит вас до ваших земель. Также мы передаём небольшие ответные дары человечеству. Ткани, древесину, эльфийские зеркала и эликсиры долголетия для избранных людей. Кто эти избранные, будьте так любезны, решите самостоятельно. Главное — не позволяйте никому пить сразу два. Подробная инструкция и возможные побочные эффекты будут находиться внутри коробки с зельями. Мы не до конца знакомы с вами, но уверены, что на десять-пятнадцать лет это вас, людей, омолодит. Это знак нашей благодарности и желания установить торговые связи. По крайней мере мой регион и я, его князь, вправе сами решать, с кем торговать, если на эти земли не наложено вето контактов.

— Эмбарго? — уточнил я.

— Мне неизвестно это слово. Не могу ответить наверняка.

Я кивнул.

— Когда корабль будет готов?

— Через два дня. Он уже готовится в порту. — ответил местный правитель

— Благодарю. Уважаемые Астра и Тарн… Я бы хотел задать вам один вопрос по поводу борьбы с тёмными силами… Наедине. У одного близкого мне человека возникла маленькая проблема, нужна консультация специалистов вроде вас. — решил попросить я совета, с тревогой вспоминая о демоне внутри Джоаны.

Моё «проклятье невезения» по сравнению с её проблемой — сущий пустяк. И как от него избавиться я знаю. Нужно просто стереть одну лишнюю особенность.

Два дня пролетели быстро. Мы собирали вещи и прощались с городом. Илларион провёл нам экскурсию, показал красоты эльфийской архитектуры напоследок. Парень оттаял, стал более открытым и спокойным. А ещё мы смогли прогуляться по магазинчикам и обменять наши таланты на эльфийские сувениры.

Старались брать всё хотя бы по одной штуке. И обязательно записывали, как учил Граф, цены. Выдавали бы чеки — брали бы и их. Мы пытались собрать максимально полный ассортимент эльфийских товаров, чтобы понять, чем из этого всего будет выгоднее всего торговать.

На рассвете третьего дня мы отправились в порт. Корабль был великолепен. Длинный, элегантный, с резными узорами на бортах и белыми парусами. Эльфийская работа, лёгкая и быстрая.

Команда уже была на борту. Капитан приветствовал нас поклоном.

Князь Аэлорин пришёл проводить лично. В руках он держал запечатанный конверт.

— Это письмо, — сказал он серьёзно. — Доставь его самому достойному и благочестивому из правителей вашего домена. Пусть он прочтёт и передаст ответ нашим послам, когда они прибудут.

Я взял конверт, убрал в кольцо.

— Будет сделано, ваше величество.

Князь кивнул, затем хлопнул в ладоши. Слуги выбежали по трапу на причал и начали тащить нечто массивное и тяжёлое.

— И ещё один презент, — улыбнулся он.

— Ну что вы, хватит, — замахал я руками. — Я за эти два дня и так задарен подарками по самое не балуй.

На самом деле нет, мы эти подарки сами себе купили, так что от княжеского дара не откажусь. Но надо же проявить тактичность и скромность.

Князь нахмурился:

— Дары эти, вообще-то, не тебе, Алекс. А феям.

Я замер. Лю и Ми, сидевшие на плечах Маши, радостно запищали.

— Феям?

— Конечно. Они — часть природы. Истинное благословение этого мира. Мы не могли не отблагодарить их за то, что прошли через все испытания вместе с тобой и одарили Натимбор своими улыбками. Да и надо было извиниться… Всё же, пусть и недолго, держали их взаперти.

Слуги втащили на пристань огромный сундук. Полтора метра высотой, из светлой эльфийской древесины. И украшенный резьбой. На крышке светилась сложная магическая печать.

— Это особый артефакт, — пояснил князь. — Создан лучшими мастерами моего города специально для горных фей. Внутри конверта… — он вручил мне очередной свёрток, — инструкция по снятию печати и активации. Передай феям с нашими наилучшими пожеланиями.

Феи светились от восторга, кружась в воздухе. Я улыбнулся.

— Спасибо. Они оценят. И, кажется, понимают эльфийский язык.

— Нет, — покачал головой Аэлорин. — Они понимают намерения сердца. То, что феи привязались к человеку, говорит о нём намного больше, чем ты можешь себе представить.

Сундук погрузили на корабль. Мы попрощались с князем и поднялись на борт. Варги устроились на палубе, Маша и Мэд заняли каюты, Тобиас с облегчением растянулся на койке, трясясь от переживания. Он снова в море. И плывёт в родной Домен.

Имирэн стоял у мачты, глядя на удаляющийся берег. Его лицо было спокойным, но я видел грусть в глазах. Он покидал родину на десять лет. Я похлопал его по плечу, сказав, чтобы он считал это просто очередным приключением. Проветрится, посмотрит на мир, увидит, какие леса бывают, и принесёт, как я надеюсь, много пользы всем. И в первую очередь эльфам, доказывая всем остальным, насколько офигенными они могут быть.

— Что такое «офигенными»? — уточнил он.

— Крутыми, классными, потрясающими.

— Чтобы показать это, надо самому быть крутым, классным и потрясающим. А я опозорился… Оступился. Отвержен наставником за свою слабость.

— Нет, — ухмыльнулся я. — Это он так дал тебе шанс выйти за свои пределы. Стать лучше, чем ты был вчера. Если бы Тарн хотел тебя наказать, он бы ни за что не отправил тебя со мной. Ведь он в курсе: там, где я, вечно что-то происходит. Он верит в тебя, верит, что ты сможешь помочь и мне, и всему эльфийскому народу.

Эльф впервые задумался, и маска спокойствия исчезла с его лица. Он выглядел озадаченным. Видимо, принялся прогонять в голове всё, что случилось в последние недели.

Я не сказал ему, но я перед отправкой пообщался с Тарном на его счёт. И мы пожали друг другу руки, соглашаясь с тем, какую роль будет выполнять в нашем отряде эльфийский мастер лука, клинка и магии.

Я подошёл к носу корабля. Паруса наполнились ветром, и корабль ускорился. Эльфийский город остался позади. Вскоре его шпили потерялись среди деревьев.

Алиса материализовалась рядом, села на перила.

«Ну что, довольна?» — спросил я мысленно.

«В целом да. Выжили. Союз с эльфами не заключили, но Тарн не подвёл. Артефакты получены. Имирэн присоединился. Утку съела. Всё хорошо».

— Да… Последнее — самое главное. Кстати, там инкубатор должны были купить.

Этот взгляд и выражение лица Алисы… Они потрясающие.

— Почему ветер так медленно дует? Так, эльфы, маги ветра, а ну, как напряглись! Давайте, раз-два и надули полные паруса! Я за вас, что ли, пахать должна? Может, мне ещё за вёсла сесть и грести! Чего вы прохлаждаетесь⁈ Живо за работу!

— Капитан! У нас неизвестная баба на борту! — закричал эльф-матрос.

— Баба? Да я тебя сейчас в этой бочке с селёдкой солёной утоплю! — начала она закатывать рукава.

— Ну что, — улыбнулся я, — пора домой!

Глава 11

Интерлюдия Лея Ковалёва

Турук встретил Лею холодным утренним ветром, привычным звоном мастерских и шумом торговых лавок. Единственное, что изменилось: перед входными дверями появились колокольчики в преддверии праздника «Перезвона». От этого звуки города изменились: дополнились переливами колокольчиков из-за бегающего по улицам ветра. Местные эйры верят, что это души предков посылают им свои благословения и шепчут о великих подвигах прошлого.

Призрак Востока два месяца провела в дороге, скитаясь по степям среди враждебных раугов, выслеживая свою цель и ожидая идеального момента для удара. Два месяца без отряда, без привычного комфорта гильдейских комнат, без возможности снять маску и просто побыть собой. Она полностью превратилась в ту, кем сама решила быть, отринув своё прошлое имя и воспоминания о семье. Максимальная концентрация, вера в успех и поиск возможности.

Она ела что придётся, спала урывками на ветках деревьев, сражалась со львом пустоши за сухую пещеру во время проливного недельного дождя, что ухудшал её маскировку и мог стать причиной провала миссии. И она справилась, добралась до цели.

Сперва выследила врагов. Разработала план и проникла внутрь охраняемого тысячью солдат укреплённого лагеря. Подобно истинному призраку, она пробралась в главный зал святилища всего за два дня до великого праздника кочевников, когда рауги должны были уничтожить чужую реликвию и отправиться на новое место со своими многотысячными стадами.

Лишь кровавый след и трупы остались в лагере, где безмолвно пронеслась её фигура. Даже главный шаман племени не избежал жестокой участи.

Рауги подняли тревогу. Даже вышли на её след и отправили погоню, но попробуй догони ту, кто славится своей скоростью в отряде самого Авулуса!

Самые бойкие и быстрые сели на своих «лошадей» и ринулись в погоню. Они мчались три дня и в итоге, уставшие, измотанные, они встретились с Призраком Востока на скалистом плато, где и погибли, попав в ловушку.

Городская стража на входе в Турук узнала Призрака Востока по характерным очертаниям фигуры и маске и кивнула, пропуская без вопросов.

Призрак Востока вернулся! Это стало новостью. Местные авантюристы, толпившиеся у входа в гильдию, расступились, когда она проходила мимо. Кто-то перешёптывался, кто-то откровенно пялился, пытаясь разглядеть хоть что-то под плащом и маской.

Чем чаще она отсутствовала в городе, тем больше слухов о ней расходилось. Некоторые из них создавались её же отрядом ради легенды и славы.

Лея поднялась на третий этаж арендованной её отрядом базы, где располагались личные покои отряда Авулуса. Дверь в общий зал была приоткрыта, и оттуда доносились знакомые голоса. Джас что-то увлечённо рассказывал, Дестро перебивал его грубыми замечаниями, а Хайя громко смеялась. Обычный день жизни авантюристов.

Лея толкнула дверь и вошла. Все разговоры мгновенно стихли, а через секунду комната взорвалась гомоном и криками счастливых бойцов, радующихся возвращению соратницы.

Авулус сидел за большим столом, разбирал карты и документы. Он поднял глаза, и на его лице появилась едва заметная улыбка.

Лея, закончив приветствовать всех и каждого, отняла кружку с гномьим пивом у Дестро, сняла маску и подошла к столу главы отряда. На пол с плеч упал тяжёлый не по весу, но по хранимой внутри ноше рюкзак. Девушка расшнуровала его и достала обёрнутый в плотную ткань свёрток. Развернула его и положила перед командиром потрёпанную, но всё ещё излучающую магическую силу металлическую перчатку.

Огромная… Она бы и орку была запредельно велика. Худые и высокие рауги тем более не могли бы её использовать.

О первом владельце этой перчатки и его деяниях было написано много книг. В основном это были Священные Писания ордена, что возник не без его помощи. Реликвия ордена Сияющего…

Авулус взял перчатку в руки, внимательно осмотрел её и кивнул.

— Рассказывай, — коротко произнёс он, откладывая артефакт в сторону.

Лея откинулась на спинку кресла и прикрыла глаза. Остальные члены отряда подтянулись ближе, образуя полукруг у стола.

Девушка глубоко вдохнула и, когда собралась с мыслями, начала докладывать:

— Первые три недели ушли на разведку и дорогу. Лагерь раугов оказался даже больше, чем я предполагала. Полмиллиона кочевников внутри, ещё несколько сотен тысяч носились по пустошам и степям.

Типичное для них кочевое поселение, настоящий укреплённый город на колёсах. Периметр охранялся круглосуточно. И у них были шаманы с обострённым восприятием магии. Магические контуры сигнализации тоже были. Неделя ушла на создание и реализацию плана проникновения.

— Опишешь потом подробно, письменно, — произнёс Авулус, заинтересованный магическим периметром раугов. Для него это было что-то новое. Раньше они ничего похожего не использовали.

— Конечно, — кивнула Лея и продолжила: — Главный шаман, старый раугец по имени Кхор-Таш, постоянно находился рядом с местом хранения реликвий. Буквально спал возле неё, готовясь к жертвоприношению. Они действительно собирались принести её в жертву своему богу войны. Построили целый алтарь в центре лагеря.

— Как ты проникла внутрь? — поинтересовался Джас, наклоняясь вперёд.

— Использовала налёт песчаной бури, — пояснила Лея. — Предвидела смену погоды, потому ждала подходящего момента. Рауги мою догадку подтвердил — разговоры некоторых удалось подслушать. Они планировали жертвоприношение сразу после окончания бури.

Авулус кивнул, давая понять, что она всё сделала правильно.

— К моему огорчению… — на выдохе сказала Лея, — даже в такую погоду они не сняли патрули… И шаман не убрался прочь от реликвии. Пришлось быть быстрой и смертоносной. Пара десятков раугов и один верховный шаман лишились жизней, а перчатка исчезла с алтаря. Только вот о том, что случилось, они узнали практически сразу. Видимо, божественные спутники-покровители подсказывали кому-то из них.

Как бы там ни было, я смогла сбежать из поднятого по тревоге лагеря и уйти вслед за песчаной бурей. Магия и артефакты позволили продержаться довольно долго и сохранить силы. Преследователи выдохлись со временем, и я дала им бой на одном из плато.

— Они преследовали тебя, даже несмотря на бурю? — удивился Джас.

— Они привычны к ним. Так что да, пришлось немного повозиться. Среди преследователей был тот, кому подсказывало божество или дух. Но с его смертью о преследовании можно было не беспокоиться. Буря двинулась дальше, а я ушла в другую сторону.

Авулус слушал внимательно, не перебивал. Остальные тоже молчали.

— Я видела с горного пика сотни разведчиков, но они явно вслепую пытались найти меня. Бесполезная трата сил. В итоге я перебралась через горы, и на этом их преследование закончилось, — произнесла девушка, поднося кружку к лицу.

Авулус довольно кивнул:

— Ты справилась. И лучше, чем я ожидал. У них даже появились магические охранные периметры. Ну надо же… Хочешь чего-нибудь?

— За горячую купель убить готова, — ответила девушка.

— Тогда тебе повезло, что мы выбрали нашей базой Турук. Иди, отдыхай, наслаждайся. Вечером будет совместный ужин в честь твоего возвращения. А уже завтра встретимся с магистром ордена и передадим реликвию.

Лея кивнула, надела маску и покинула комнату. За её спиной раздались оживлённые голоса соратников. Они радовались так, будто это они сами выполнили миссию.

На следующий день отряд Авулуса в полном составе прибыл в гостевое здание ордена Сияющего. Магистр Кель’Тарион встретил их лично, и, когда Лея передала ему обёрнутую реликвию, на его лице появилось выражение искреннего облегчения.

— Ох, наконец-то она вернулась домой… Спасибо вам, Авулус. Вы сделали невозможное! — произнёс он, бережно держа перчатку. — Наш орден в долгу перед вами.

Он осмотрел артефакт, проверяя, есть ли повреждения, и удовлетворённо кивнул.

— Перчатка не пострадала, — сказал магистр. — Это большая удача. Мы опасались, что рауги могли повредить её в своих ритуалах.

— Они хранили её с почтением, планируя переплавить во что-то своё, рауговское, — ответила Лея.

Кель’Тарион изменился в лице, представив, как их святыня становится частью какой-нибудь брони на ящерице диковатого вождя раугов.

Он хлопнул в ладони, и в комнату вошли двое служителей, несущих тяжёлый сундук. Они поставили его перед Авулусом и отступили.

— Десять тысяч талантов, как и договаривались, — произнёс магистр, открывая сундук.

Авулус удивился тому, что это была не бумага из какого-нибудь банка на нужную сумму, а наличка.

Внутри лежали аккуратно сложенные мешочки с монетами. Он посмотрел на одну из них и увидел на лицевой стороне таланта образ главного храма с высоченным шпилем, уходящим к небесам. Внешне он не показал своего раздражения, но внутри сильно напрягся.

— Может, всё же банковский перевод?

— К сожалению, только в твёрдой валюте, — покачал головой заказчик.

— Но их не принимают к оплате на территории эйров.

— Да, я знаю. У местного правителя свои законы. Даже через Систему их закрепил: горделивый слишком. Но зато они прекрасно принимаются в большинстве других стран континента.

Авулус с раздражением начал корить себя за то, что не подстраховался от этой глупости. Теперь им придётся идти к оркам или ещё куда-нибудь, где они смогут их разменять или обменять на товар, что будет интересен местным эйрам.

— Всё равно это всего лишь бренный металл. А вот это, — продолжил Кель’Тарион, доставая из-за пояса кожаный мешочек, —зелья очищения . Их даже за таланты не купишь. По одному на каждого члена отряда. Как мы и договаривались.

Авулус принял мешочек и передал Дестро, который тут же начал проверять содержимое.

— Всё на месте, босс, — подтвердил гном, заглянув внутрь.

Магистр лишь рассмеялся. Гномы остаются гномами, как бы далеко от своих шахт и королевств они не находились. Обязательно проверят товар. Но разве мог он себе позволить настолько обрушить репутацию ордена в глазах прославленного отряда авантюристов, имеющих столь большое влияние в гильдии? Конечно же, нет.

— Мы благодарны, — произнёс Авулус, кланяясь магистру. — Орден Сияющего всегда может рассчитывать на наш отряд.

Кель’Тарион кивнул:

— Я надеюсь на это. И передам ваши слова собратьям. Возможно, в будущем у нас появятся новые задания для вас. Ну и небольшой бонус лично от меня…

Магистр поднял руку и призвал магию, окутывая каждого присутствующего благословением ордена.

— Десять процентов к каждой характеристике на дороге не валяются. У меня как раз откат вчера закончился. Следующий месяц сила ордена Сияющего будет вести вас на новые подвиги. Спасибо ещё раз.

Они попрощались, и группа Авулуса покинула здание ордена. Сундук с деньгами Джас погрузил в свой магический рюкзак, а зелья Дестро бережно спрятал в защищённый футляр.

Вечером весь отряд собрался в таверне гильдии авантюристов. Авулус заказал лучшие блюда и дорогое вино, объявив праздник в честь успешного завершения миссии. И плевать, что теперь им предстоит где-то обменять десять тысяч неликвидных у местного императора талантов. Они не бедствовали, потому это никак на них не повлияло.

— За Призрака Востока! — поднял кубок Джас, и все повторили тост.

Лея сидела за столом в своей обычной маске, но внутри она улыбалась. Успех этой миссии был важен не только для отряда, но и для неё. Она доказала, что может справляться со сложными заданиями в одиночку, что её навыки достигли уровня, необходимого для участия в Испытании Бесконечных Врат.

Хайя подсела к ней ближе, держа в руке кружку с орочьей настойкой.

— Слушай, у меня есть новости, — тихо произнесла орчиха, чтобы остальные не услышали.

Лея повернулась к ней:

— Какие?

— Помнишь, я рассказывала тебе про племя Большого пальца? — спросила Хайя. — Про твоего отца?

Сердце Леи ёкнуло.

— Да, помню.

— Говорят, в моём доме начинаются странные передвижения. Остальные царства заинтересованы этой войной двух племён, и постепенно все орки начинают присоединяться к одному или другому лагерю. Одни поддерживают двор Дира Завоевателя. Другие видят в нём угрозу существующим порядкам. Чувствую, вскоре может что-то случиться…

И противники Дира забавное выдают. Говорят о человеческом колдуне, что вливает в голову Дира запретные знания. Они, мол, дают ему силу побеждать, но порочат честь орков. Догадываешься, о ком речь? — ухмыльнулась Хайя. — Пять царств орков срываются на аренах дискуссий и рвут друг другу глотки, если не могут прийти к общему мнению. И самое забавное, что я слышала, мол, этот «советник» — реинкарнация знаменитого Аббы Кровавого Топора, одного из царей орков, великого защитника и философа прошлого, который привёл множество племён на нынешние земли.

— Тот герой войны с эльфами, о котором ты рассказывала, когда у тебя свидание с одним орком, похожим на этого Аббу, сорвалось?

— О! Ты помнишь! Да, именно про него речь шла! Представляешь, твой отец и реинкарнация царя-философа! Узнал бы кто, что я с его дочерью настойки хлестаю!.. — Орчиха весело рассмеялась и начала стучать кулаком по столу.

— Ну, для отца это хорошая легенда… — ответила Лея, подозревая, что её отец выучил язык орков и добрался-таки до царской библиотеки, где и придумал эту легенду, после чего каким-то образом умудрился запустить её в не слишком-то крепкие орочьи умы.

Безусловно, среди орков, как и у людей, есть существа умные и глупые, но в целом они намного больше подвержены эффекту толпы. Она это сама знала: становилась свидетелем многократно.

Если родители спросят у своего взбалмошного юного отпрыска, пойдёт ли он прыгать за остальными с крыши, если все вдруг ринутся это делать, то человеческий ребёнок задумается и скажет «нет», а вот орочий всегда ответит «да». И пойдёт искать ту самую крышу, с которой прыгают другие маленькие орки.

— Спасибо, Хайя, — произнесла Лея. — Ты не представляешь, как мне важно это было услышать.

Орчиха похлопала её по плечу:

— Не за что, подруга. Семья важна. Даже если ты далеко от неё.

Празднование продолжалось до поздней ночи. Джас напился и начал рассказывать неприличные истории про своих соплеменников-амфибий, Дестро спорил с каким-то местным гномом о качестве оружия гремлинов. Один говорил, что они полное дерьмо, а второй — что отстойное дерьмо. В итоге чуть не подрались.

Хайя снова нашла себе очередного ухажёра и заранее скинула пятьдесят талантов Авулусу, чтобы тот расплатился за сломанную мебель, посуду и выбитые двери с окнами. После этого, поправив боевой макияж, она отправилась флиртовать, не забыв прихватить с собой парочку кастетов на случай, если всё пройдёт удачно.

Лея незаметно покинула таверну и поднялась в свою комнату. Она закрыла дверь на замок и сняла маску и плащ, наконец позволяя себе расслабиться.

Комната была небольшой, но уютной. Кровать, стол, шкаф для вещей. На столе лежали её карты, записи и несколько книг, купленных на рынке.

Лея подошла к окну и посмотрела на ночной Турук. Город сверкал кристаллами, вмурованными в стены домов. Магический свет озарял улицы, делая их похожими на сказочный мир.

Она достала свои кинжалы и положила их на стол.«Шёпот и Крик» тускло светились в темноте, реагируя на её прикосновение. Лея провела пальцами по лезвиям, чувствуя связь с артефактами.

Она открыла своё ментальное окно статистики и посмотрела на прогресс.

Парные кинжалы «Шёпот и Крик». Прогресс: «Шёпот» 43/100 убийств; «Крик» 37/100 убийств.

Лея закрыла глаза и упала на кровать. Усталость навалилась внезапно, как будто её тело наконец позволило себе признать, насколько тяжёлыми были эти два месяца.

Она вспомнила лица убитых ею раугов. Старого шамана Кхор-Таша, чьи глаза горели яростью и решимостью до самого конца.

Лея не испытывала угрызений совести. В этом мире выживают сильнейшие.

Она убивала, чтобы выполнить миссию. Чтобы стать сильнее. Чтобы в конечном счёте вернуться на Землю и спасти свой мир от той же участи, что постигла многие другие цивилизации.

Она думала о семье. Об отце, который стал пленником орков, но нашёл способ выжить и даже устроиться в их обществе. О брате, которого она всё ещё не нашла. Он где-то здесь, в этом мире, и она хотела бы его отыскать. Но сначала нужно было достичь свою главную цель.

Испытание Бесконечных Врат. Легендарный турнир, куда допускаются только избранные из избранных. Место, где решаются судьбы миров.

Если она пройдёт отбор, у неё появится шанс вернуться на Землю. И вернуться воительницей, способной защитить свою родину. Изменить ход судьбы.

Лея открыла глаза и посмотрела на потолок. Два месяца в одиночестве научили её многому. Она стала сильнее, опытнее, увереннее в своих силах. Но этого всё ещё было недостаточно. Безликие наблюдатели ещё не пришли к ней с приглашением. Значит, Система считала, что она ещё не готова.

«Нужно продолжать… Нужно браться за ещё более опасные задания. Нужно доказать, что я достойна».

Девушка поднялась, подошла к столу и достала из ящика небольшой дневник. Она вела записи о своих приключениях, о встреченных существах, о магических артефактах и заклинаниях. Эти знания когда-нибудь могут пригодиться. Если не ей, то другим людям и избранным. Их с отцом путь начался с того, что один из подобных дневников, но куда более скромный по своим заметкам, попал в их руки. Это позволило им освоиться в землях Домена. Сделать первые шаги.

Лея открыла дневник на чистой странице и начала записывать подробности своей миссии. Описание лагеря раугов, их обычаи, слабые места в обороне, способности шаманов — всё это могло быть полезным в будущем, если кому-то из землян придётся столкнуться с этой расой.

Закончив записывать, она закрыла дневник и спрятала его в ящик. Затем легла на кровать и закрыла глаза, позволяя усталости наконец одержать победу.

Утро встретило Лею стуком в дверь. Она быстро надела маску и открыла. На пороге стоял Авулус.

— Собирайся, — коротко произнёс он. — Наклёвывается новая миссия.

Лея кивнула и через несколько минут спустилась в общий зал. Весь отряд уже собрался там. И атмосфера была напряжённой…

Авулус стоял у окна, глядя на улицу. Когда Лея вошла, он обернулся.

— Итак, господа и дамы. Кто из вас слышал о Лиге Теней?

— Какие-то фанатики из прошлого. Сдохли пару столетий назад, — тут же ответил Дестро.

— Любители запретной магии, — добавил Джас.

— Верно. А ещё, по моим данным, создатели удивительной силы осквернённых артефактов. И анонимный коллекционер хочет, чтобы мы поработали на него, проверили несколько мест, где эти артефакты могут храниться, нашли их для него и доставили. Платит семь с половиной тысяч талантов за каждый артефакт. Но требует сохранять секретность. Он дал наводку сразу на семь артефактов и указал двенадцать мест по всему континенту, где они теоретически могут быть. Более того, он готов принять и другие осквернённые артефакты Лиги Теней, если мы их найдём.

— Ого! — присвистнул Дестро.

— Кто-то очень богатый решил спустить годовой бюджет крупного города на свою коллекцию? Но связываться с проклятыми артефактами… — задумчиво произнесла Хайя.

— Осквернёнными. Главное — их не экипировать. Мы, кстати, можем и сами поискать информацию, других коллекционеров… — с улыбкой предложил Истер, любитель всякой старины. — Мне заняться поисками данных в библиотеке?

Авулус кивнул:

— Даже если мы откажемся или ничего не найдём и закончим поиски, сведения нужны. Лига Теней — опасная секта прошлого. Если кто-то очень интересуется ею, то наверняка будут и те, кто окажется крайне благодарен нам за информацию о подобном интересе, — ответил лидер отряда.

— Главное — договориться и вписать в контракт, что мы не принимаем орденские таланты, запрещённые к обороту на территории эйров, — добавил Дестро, тяжело вздыхая.

— Само собой. Теперь этот пункт будет в каждом договоре… Кстати, никто не хочет съездить с караваном за границу и разменять неликвидные таланты?

— Я могу, — вызвалась Лея.

— Я бы составил ей компанию, — кивнул Джас.

— Тогда идите и узнайте, когда и куда отправляется ближайший заграничный торговый караван, — ответил Авулус. — А мы в это время будем готовиться к миссии, собирать информацию. Благо заказчик не установил ограничений по времени.

Мир вокруг отряда Авулуса переплетался в сложную паутину с непредсказуемыми последствиями. И в центре событий находилась девушка с Земли, Призрак Востока. У неё была цель — Испытание Бесконечных Врат. И она сделает всё, чтобы достичь её.

Глава 12

Синее море простиралось во все стороны. Огромное и спокойное. Чайки, альбатросы, любопытные птицы из этого мира, названные холусами, сопровождали наш корабль, выпрашивая у Алисы, которая рыбачила каждый день всё доступное время, рыбку. Наивные…

Эльфийский корабль скользил по волнам легко, элегантно и даже как-то бесшумно в сравнении с человеческими аналогами. Белые паруса были туго натянуты, команда работала слаженно и действительно магией ветра дула в них, ускоряя бег по морской глади. Капитан, высокий эльф с седыми висками, стоял у штурвала и время от времени поглядывал то на меня, то на фей, то на всех остальных вместо горизонта.

Мы провели в море уже почти неделю. Погода благоволила, штормы обходили стороной, словно сама природа решила, что с нас хватит приключений. Я проводил время, изучая эльфийский язык с Тобиасом, тренируясь с Машей и Мэдом и наблюдая за тем, как Имирэн постепенно привыкает к своей новой роли.

Эльф держался особняком первые дни. Стоял у борта, смотрел на удаляющуюся родину и молчал. Но постепенно оттаивал. Начал отвечать на вопросы, даже несколько раз улыбнулся нашим глупым шуткам.

— Знаешь, а эльфы не такие уж и плохие, — размышляла Алиса вслух, сидя на борту в ожидании поклёвки. — Если их не злить, не нападать на их лес, не убивать их короля и не воскрешать их мертвецов, они вполне терпимые.

— Ты так говоришь, потому что тебя местный повар балует… — сразу раскусил я её.

— Ой… Ну должен же хоть кто-то заботиться об этой лисоньке, раз ты прохлаждаешься. Я даже рада, что среди эльфов нашёлся такой удивительно чуткий к женскому счастью мужчина.

— На этом корабле коком является эльфийка, — ответил я, чем поверг Алису в шок.

— Серьёзно⁈ — резко повернула она в мою сторону голову.

— Абсолютно, — кивнул я.

— А как ты догада… Ах ты кобелина… — прищурила она глаза, смотря на меня как на мышь. — Уже за эльфийками ухлёстываешь! И когда только успел? Я же глаз с тебя не спускала! Точно… Ты вчера с ней шептался о чём-то, пока я была занята ужином! Вот негодник…

— Было дело. Болтал о вкусовых пристрастиях одной леди Лисоглядовой. А заодно договорился, что заберу два бочонка традиционных эльфийских приправ, которые так тебе понравились.

— Правда? Ты чудо! Обожаю тебя! — мигом сменила гнев на милость Алиса и чуть не улетела с борта во время очередной поклёвки. — Иди сюда! Ловись, рыбка, большая и маленькая!

Я с удовольствием наблюдал за её борьбой с местным морским окунем. И первым поздравил с победой. А заодно помог отбить нападение чаек.

Варги тоже освоились на корабле. Морская болезнь, свалившая их в первые дни, прошла, Крепыш научился не падать при качке, Грозный обнаружил, что рыба вкусная, но костлявая. Устал косточки у него из нёба выковыривать… А Ворчун просто спал большую часть времени на носу корабля, подставляя морду солнцу.

Феи кружили вокруг сундука, что подарил нам князь. Они пытались заглянуть внутрь, но магическая печать не поддавалась. Ля даже попыталась сломать её, но не справилась и недовольно пищала весь вечер. А я в это время беззастенчиво дрых и, только когда выспался впрок, занялся эльфийским подарком.

В какой-то момент феи начали верещать, указывая на огромный сундук. Лю и Ми безудержно кружили вокруг него, пытаясь заглянуть сквозь щели.

— Что они хотят? — спросила Маша, видя, как они буянят на корабле, отчего нервничать стали уже эльфы.

— Хотят открыть подарок! — объяснил я. — Любопытство фей не меньше, чем у людей. А они ещё и девочки!

Я достал инструкцию от князя Аэлорина и прочитал заклинание для снятия печати. Магические руны на крышке засветились, потускнели и исчезли. Замок щёлкнул.

Феи замерли в ожидании, а я открыл крышку.

Внутри был… дом. Миниатюрный. Но выглядел он как настоящее произведение искусства. Проработан до мельчайших деталей. Заметны старательные руки мастера. А может, и нескольких мастеров.

Редчайшая эльфийская древесина, светлая, с золотистыми прожилками, лежала в основе постройки, источая слабое свечение скрытых внутри стен магических рун. А ещё на стенах были резные узоры.

Всё выглядело качественным, прочным и комфортным. Маленькие окошки с прозрачными ставнями. Дверь с крошечной ручкой, которая реально открывалась. Во многих местах контуры рун выполнены из драгоценных камней, которые словно вросли в древесину. Одних только этих камушков здесь было, как по мне, на тысячу талантов, если не больше. Не эксперт я по подобным камням. Гномов бы сюда, чтобы оценили эльфийское искусство.

Внутри стояла полноценная мебель. Кровати размером с ладонь, застеленные шёлковыми простынями. Столик с двумя стульчиками. Комод с выдвижными ящичками. Даже крошечный очаг, в котором горел магический огонёк из волшебного рубина, дающий тепло, но не жар.

На втором этаже была спальня с двумя кроватями под балдахинами. Окна выходили на все стороны. На подоконниках стояли горшочки с живыми цветами размером с ноготь. Как эльфы умудрились их уменьшить до такого размера? На ум приходит только одно слово — магия.

Магия вообще пропитывала каждую деталь постройки. И феи это оценили.

Ля и Ми замерли, глядя на дом. Потом синхронно пискнули от восторга и нырнули внутрь. Через секунду высунулись из окошка, помахали эльфийскими шёлковыми платочками, такими же миниатюрными, как и всё вокруг.

— Какая прелесть, — с улыбкой произнесла Маша.

— Да уж… Нашей резиденции ещё расти и расти. Главное, чтобы во время качки этот дом не смыло в море. Надо как-то его защитить…

И мы созвали совет, чтобы обезопасить дом для фей. Даже подключили к этому делу капитана.

Вскоре решение было найдено, феи довольны, эльфы тоже счастливы. Морской круиз приносил удовольствие и заслуженный отдых после эльфийских каникул. Если какое-то чудище морское хотя бы попробует нарушить это блаженство, его будут ждать очень большие неприятности…

И таковых не нашлось. На их счастье… А на седьмой день показалась земля.

Порт Лиссабона встретил нас привычным шумом провинциального города. Десятки рыбацких лодок и несколько торговых судов стояли у причалов, грузчики таскали ящики, торговцы предлагали свежую рыбу. Запах соли, водорослей и дёгтя висел над портом. Всё как обычно в подобном городке.

Эльфийский корабль вошёл в гавань медленно, величественно. И вот тогда всё изменилось.

Из рук грузчиков падали ящики. Моряки роняли то верёвки, то челюсти. Все смотрели на белоснежные паруса, отовсюду доносились удивлённые крики и несмолкаемый гомон.

— Эльфы⁈ Живые эльфы⁈

— Да ты что несёшь, дурень! Эльфы сюда не… Мать честная… Дожили…

Шум начал расти. Люди бросали работу, сбегались к причалу, указывали пальцами, переговаривались возбуждённо. Кто-то бежал в город, орал на всю улицу про эльфийский корабль. Торговцы оставили лавки, рыбаки забыли про сети. Люди закрывали дома и ставни, устремляясь к причалу.

Хорошо, что эльфы не знают наш язык… Некоторые пьянчуги были слишком бестактными и вульгарными. Чтобы их вразумить, я отправил первыми варгов, стоило нашему кораблю причалить, а трапу опуститься. Их предупредительные порыкивания быстро отрезвили самые буйные и остроумные головы.

Капитан отдал команду на эльфийском, матросы закрепили канаты изящными движениями. А на причале уже сотни людей столпились.

Я спустился по трапу первым, если не считать варгов. За мной — Маша, Мэд, Тобиас. И Имирэн.

Эльфы не планировали задерживаться здесь даже лишнюю минуту. Куда больше их волновали собственные земли и выборы нового короля. Но всё равно один из высоких, статных остроухих красавцев оказался на берегу. Новый член нашей команды держал спину ровной, лицо его было беспристрастным, походка — твёрдой.

— О, БОГИ МИЛОСТИВЫЕ! Он идёт к нам! Эльф идёт!

— Не толкайся, дай я посмотрю!

— Мне сыну рассказать надо, он не поверит!

— Да какой же он высокий!

— Поглядите на его экипировку… Да это же произведение искусства!

Имирэн смотрел на людей спокойно, без страха и презрения. Он поднял руку и помахал всем, как его научил Тобиас. Время в море эти двое не теряли, и теперь уже эльф пытался выучить наш язык.

Люди расступались, кто-то протягивал руки. Вроде и хотели дотронуться, но не решались.

— Освободите дорогу! Архонт Педро! — прокричал стражник, привлекая всеобщее внимание.

Толпа расступилась. По причалу торопливо шёл невысокий мужчина в добротных, но не слишком роскошных одеждах. В чём с утра вышел работать, в том и появился. Лицо было усталым, во взгляде читалась вечная озабоченность. За ним семенила свита из пяти стражников и секретаря с пергаментом.

Архонт Педро Альвареш, мой старый знакомый, правитель Лиссабона. Хотя он всего лишь пешка на шахматной доске истинного владыки этих земель…

— Приветствую, приветствую вас в Лиссабоне, — заговорил он быстро, нервно. — Я Педро Альвареш, скромный управитель этого городка. Весть о вашем прибытии… То есть мы не ожидали… В смысле, конечно, ожидали, но не знали точно… — сбивчиво говорил он, пытаясь донести свои слова эльфу.

Так кланяется, будто это король или князь эльфов.

— Прийвет… — помахал ему рукой, уворачиваясь от рукопожатия, Имирэн.

— Он говорит на нашем!

— Он знает язык людей!

«Господи, ну что за простофили…» — покачал я головой.

— Эм, мистер Лисоглядов, рады вашему прибытию, — схватил Педро меня за руку и начал её трясти, как сумасшедший. — Вот уж не ожидал, что вы так… с эльфами… Удивительно! Мы очень рады! А вы можете им это передать?

Имирэн, видя, как мою руку мутузят и не думают отпускать, на эльфийском уточнил у меня, всё ли в порядке и принято ли такое поведение. Я ему ответил на эльфийском, что нет и что местные от вида эльфов немного с ума сошли.

Архонт же, когда понял, что мы нормально общаемся, и вовсе крышей поехал, требуя переводить его слова. Я вырвал руку из его хватки, повернулся к капитану и поблагодарил за прекрасное путешествие, пожелал счастливого пути и мира золотому лесу Натимбора и его детям.

Тот кивнул мне и зычной командой отдал приказ сворачиваться.

— Что, уже уплывают? — удивился Архонт.

— Уже, — кивнул я.

— А этот достопочтенный господин? Вы теперь служите ему? Он посол эльфов? Стоит ли приготовить гостевые покои?

— Обязательно. Что же касается Имирэна, он служит мне, и ему очень не нравится, что вы все пялитесь на него. Отойдите в сторону, дайте проход.

После я отдал указание Имирэну стать между Машей и Мэдом и не обращать внимания на местных. Он поклонился и встал за моей спиной.

Архонт от такого развития событий знатно прибалдел и целую минуту сверлил меня взглядом, стоя на пути.

— Покоев для отдыха, видимо, в этом городе я не получу, — покачал я головой, осмотрелся и с удивлением обнаружил у причала один кораблик, который мне описывал трактирщик.

Всё-таки нам здесь придётся задержаться…

Я наклонился вперёд, чтобы мой шёпот был слышен Архонту:

— Подвинься уже. Или мне тебя на глазах у всего города взять на ручки и переставить, как бесполезную мебель?

— Он служит тебе? Почему? Как? — в ответ зашептал Педро.

— Я бы ответил, но, по-моему, это тебя не касается. Эльф с нами, он часть нашего отряда. Так что, нам сразу уезжать или ты проявишь радушие?

— Проявлю! Оставайтесь, сколько захотите!

— До утра побудем. Подготовьте ужин. И, если есть, запечённого гуся организуйте, — произнёс я, но Алиса внесла корректировку в заказ. — Кхм… Двух.

— Найдём, — заверил меня местный правитель, расплываясь в улыбке.

Резиденция Архонта была скромной, по сравнению с дворцами других правителей. Каменный дом в два этажа, небольшой внутренний двор.

Нас разместили в комнатах для гостей, принесли простую, но сытную еду. Так, перекусить перед приличным ужином в лучшем кабаке города.

Архонт лично появился через час, когда закончил пафосные речи на площади города о новой вехе в развитии эльфийско-человеческих отношений и прочее пустословие. Как будто от него тут что-то зависит и он хоть что-то знает, популист несчастный… Всеми силами цепляется за свою счастливую звезду в виде моей привязанности к городам, основанным выходцами с Земли.

Крево ведь тоже такое… Небольшой городишко с Земли, расположенный в Беларуси. И на мой вопрос, имеет ли местное Крево хоть какую-то связь с земным, Телемах лишь загадочно улыбался и сказал: «Секрет».

— Простите за скромность, — развёл руками наместник. — Лиссабон — город небогатый. Рыбный промысел, немного торговли… Но мы стараемся. Полноценный ужин будет чуть позже.

Он говорил быстро, нервно. Постоянно оглядывался, словно боялся, что его застанут за чем-то неподобающим. Типичный вассал, привыкший отчитываться перед кем-то более важным.

— Расскажите, как прошла ваша поездка? Эльфы правда так живут, как в легендах? — спросил он, а сухой старичок за его спиной записывал каждое его и моё слово.

Я рассказывал осторожно. В основном базовую информацию: что эльфы любят и что не любят, что у них в почёте, а что нет. Без лишних подробностей. Надо ещё понять, что стоит знать таким вот местечковым управленцам, а что нет.

Педро на мои рассказы реагировал как-то слишком бурно. И это я ещё не сказал ему, что тут переводчик, который пробыл годы в эльфийском рабстве и может рассказать в сотни раз больше меня.

— Невероятно! Просто невероятно! Это нужно записать, отправить отчёт… То есть, сообщить другим городам… Вы понимаете, какое это событие⁈

Меня же куда больше интересовал другой вопрос…

Капитан Грейвс… Ты задолжал городу Крево. И у меня есть незримый разведчик, что найдёт тебя в этом городе, где бы ты ни был.

В час ночи я выбрался из гостевых покоев. Нас ждала очередная забегаловка с грязными, пропахшими вонью и перегаром матросами.

Портовая таверна «Морская пена» была типичной для этого города пивнухой. Жареная рыба, пьяные матросы, легкодоступные дамы. Мы были неподалёку от неё, ожидая, пока капитан Грейвс наконец-то нахлестается дешёвого рома и выйдет на улицу. Ему улыбнулась удача, и он подцепил сразу двух дам с пышными фигурами.

Я встал, перехватывая его сразу за порогом.

— Капитан Грейвс? — спросил я вежливо.

Он остановился, оглядел меня. Глаза прищурились.

— Кто спрашивает?

Я достал из кармана звезду маршала Крево и показал ему.

— Маршал Алекс Лисоглядов. У меня есть несколько вопросов к вам. Касательно гибели торговца Сарта Ольмундсена.

Лицо капитана побледнело. Он дёрнулся, пытаясь обойти меня, но я преградил путь.

— Не стоит убегать. Это только усугубит ситуацию.

— Отвали, щенок! — рявкнул он и, отпустив дамочек, сиганул по грязным улицам в сторону причала.

Я не стал останавливать. Кивнул Маше. Она улыбнулась.

Мы не спешили, шли спокойно. Алиса летела над ним, сообщая направление. Эльф надел капюшон, морща нос от грязи и пьяниц. Эльфийские прелести жизни ты познал, Имирэн, теперь познай же и прелести всего остального мира. Начни, само собой, с людей. Хотя он же бывший авантюрист…

Грейвс взбежал по трапу своего корабля с невероятно крутым названием «Неутомимый». На деле же это была обычная торговая шхуна.

Надрывая глотку, он прокричал команде:

— Отчаливаем! Немедленно! Поднимайте якорь!

Но в ответ — тишина.

Пять минут ты мчался… Слишком медленно, дружище.

— Эй! Вы что, оглохли⁈ Отчаливаем, я сказал! — продолжал он горланить, а его крик — разноситься по всему порту.

Капитан побежал к трюму, распахнул дверь и замер. Вся его команда лежала на полу связанная. Маша сработала быстро и тихо. Как умеет.

— Что за…

По башке ему пришёлся удар от нашей шпионки-диверсантки, и Грейвс рухнул без сознания.

Очнулся он в своей каюте. Связанный. Голова наверняка раскалывается.

Мы сидели вокруг него. Я, Маша, Мэд, Имирэн. На столе лежалажемчужина истины , слегка светящаяся в темноте.

— Доброй ночи, капитан, — поздоровался я. — Выспался? Если да, давайте приступим к допросу. Если нет, это ваши проблемы. Мы всё равно добьёмся своего.

Грейвс матюгнулся, дёргая верёвки.

— Вы знаете, кто я? Вы представляете, какие у меня связи? Меня…

— Заткнись, — прервал его Мэд, сжимая кулак. — Отвечай на вопросы, когда тебя спросят, и, может, выживешь.

Грейвс дёрнулся, узрев перед собой оскалившуюся пасть оборотня. Представляю, как его только что пробрало.

Я наклонился вперёд:

— Ита-ак, знаком ли тебе торговец из Крево по имени Сарт Ольмундсен?

— Нет, — быстро ответил Грейвс. — Никогда не слышал.

Я взял жемчужину, протянул ему.

— Возьми её в руки и повтори ответ.

Капитан вздрогнул, но схватил камень связанными руками.

— Нет, не знаю, — повторил он.

Жемчужина вспыхнула красным светом.

— Наш магический артефакт говорит о том, что это наглая ложь, — констатировал я. — Мэд, сломай ему палец.

— С удовольствием, — оборотень схватил руку капитана, нашёл мизинец.

— Стой! Стой! — завопил Грейв. — Я вспомнил! Вспомнил!

— Поздно! — рявкнул «плохой коп» и рванул палец в сторону.

Хруст, вопль боли, сдавленное мычание.

— Итак, продолжаем… Знакомо ли вам имя торговца Сарта Ольмундсена из Крево?

— Да… Мы с ним сотрудничали, — выдавил из себя Грейвс.

— Слушаю подробности этого сотрудничества, — сказал я спокойно. — У нас много вопросов. Ты можешь рассказать правду сам. Или мы будем ломать кости, пока не услышим её. Выбор за тобой. Но знай: те, кто не сотрудничает со следствием, отправляются в тюрьму Крево. И проводят там остаток своих дней. Более того, уверен, среди твоей команды хватит тех, кто с радостью обменяет свободу и жизнь на секреты капитана. Если, по-твоему, я не прав, можешь молчать. Мы узнаем истину ещё до рассвета.

Грейвс замолчал, его лицо исказилось. Он посмотрел на жемчужину, на Мэда, на меня.

— Я хочу гарантии, — прохрипел он. — Если расскажу, меня отпустят?

— Нет, — покачал я головой. — Но я обещаю, что наказание будет справедливым. А не как принято у вас, убогих и трусливых шакалов. И кого бы ты ни сдал, они до тебя не доберутся. Смертной казни не будет, пыток тоже.

Капитан молчал долго. И, наконец, заговорил.

— Хорошо… — вздохнул он. — Спрашивайте… Что именно вас интересует? В этом мире, словно в болоте, куда ни ступи, провалишься в трясину беззакония. Так что я даже не знаю, с чего начать. Рассказывать всё можно, но до рассвета мы точно не закончим. Нам и дня на это не хватит, если вспоминать все подробности.

Я улыбнулся:

— Ничего. Прям всё сейчас и не нужно. Меня в первую очередь интересует погибший Ольмундсен. Расскажи, как вы познакомились…

К утру мы выяснили всё. Грейвс был контрабандистом. Работал сразу на нескольких не очень чистых на руку человек, перевозил запрещённые товары. Сарта он знал. Более того, вёз для него груз. Но произошла «накладка». Груз пропал, Сарт требовал компенсации, угрожал обратиться к властям. И Грейвс решил проблему радикально. А груз действительно спёрли. Причём Грейвс был уверен, что это сделал сам Сарт. Доказательств не было, но других потенциальных воришек он не знал.

— Я не убивал его сам, — бормотал капитан. — Нанял людей. Профессионалы из одной гильдии.

— Не такие уж они и профессионалы, — хмыкнул я. — Хорошо. Вот что будет… Ты признаёшься во всём Архонту Лиссабона. Твой корабль и имущество конфискуют и продадут на аукционе. Этим ты покроешь долги, а сам сядешь в тюрьму. На выбор: либо в Крево, либо здесь, в Лиссабоне.

Я дал ему выбор, будучи уверенным, что он скажет: «Крево», ведь там его достать будет намного тяжелее. Но он выбрал Лиссабон, чем удивил меня. Странно… Здесь шансы сдохнуть у него в разы выше. Но, может, он и сбежать рассчитывает при помощи знакомых? Впрочем, не важно. Даже спрашивать с жемчужиной не стану причину его выбора.

Что же касается продажи имущества, половину денег получит город. Вторую половину используют для выкупа земельного участка на побережье на имя отряда «Русские Кабаны». Документы отправят в Крево. Позже мы с Телемахом обсудим, как этим активом лучше воспользоваться.

— Архонт Педро, мне нужна ваша помощь в одном деле, — сказал я рано утром, входя в его кабинет.

— Конечно, конечно! Чем могу быть полезен? — суетливо закивал он.

— Контрабандиста осудить нужно и реализовать на аукционе его имущество.

— А деньги? — тут же заинтересовано произнёс Педро.

— Деньги пополам, — улыбнулся я и, видя радость в жадных глазах наместника, поделился своим планом делёжки и покупки части береговой линии близ города.

К счастью, прямо в порту висело предложение о приобретении этого участка земли, так что я знал: Архонт согласится.

Мы уезжали после обеда, не забыв взять с собой запечённых курочек для Алисы. Купили телегу, запрягли варгов и весело помчались в путь. Прибрежные леса позволили нашему эльфу расслабиться после шумного и грязного портового города. Настроение у всех было приподнятое.

Сидя в телеге, я надел на руки новый элемент моей экипировки, снятый с нашего контрабандиста. Тяжёлые и впечатляющие металлические наручи нашли нового хозяина. На них была гравировка в виде волн и морских существ. Красиво и элегантно, но слишком тяжеловесно для эльфийской экипировки.

Наручи «Морской волк»

Качество: Легендарное

Прочность: 950/950

Свойства:

«Власть моря» — увеличивает Скорость на 15%

«Неутомимость волны» — увеличивает Выносливость на 20%

«Сын моря» — все характеристики +5% при нахождении на воде или вблизи неё

«Водный щит» — активная способность: создаёт магический щит из воды, блокирующий направленные заклинания. Можно применять на себя или на союзника в радиусе 10 метров. Время действия: 10 секунд. Перезарядка: 2 минуты

Отличный трофей!

Я снялбраслет спартанца , наделнаручи «Морского волка» . Почувствовал прилив сил. Скорость, Выносливость — всё стало лучше. И активная способность… Это может спасти жизнь в бою. Причём не только мою!

«Неплохо устроился, — прокомментировала Алиса. —Артефакт забрал, землю выкупил, контрабандиста сдал. А про меня опять забыл!»

«Забыл? Десять запечённых куриц — это я для себя, по-твоему, взял? А ты цену на мясо в этом городе видела? Это же катастрофа!»

«Ничего не знаю. Я хотела уточек… Или гусика…»

«Закончились твои гусики… Ты вчера всех слопала. И вообще, ты слишком вредничаешь. Если всё так и будет продолжаться, можешь забыть и даже не мечтать о колобке!»

Алиса замерла, уставившись на меня хитрым взглядом.

«Колобке? Это ещё что такое? Что-то вкусное?»

Я лишь молча улыбнулся.

«Алекс! Ну скажи! Что такое „колобок“⁈»

«Не скажу».

«Это… запечённая утка? Нет, гусь? Курица⁈ Перепёлка⁈ По особому рецепту? С яблоками? Или апельсинами? Ну говори уже, не томи! Я сейчас слюной захлебнусь!»

Я смеялся, слушая её предположения, но ничего не отвечал.

Рядом Тобиас уже продолжил учить эльфа человеческому языку. Тобиас показывал предметы и называл их, Имирэн повторял. Прогресс был медленным, но заметным.

Мэд позвал меня и предложил сделать ставку, сколько раз на пути домой мы обнажим оружие и сразимся с кем-нибудь.

Маша услышала это и тут же сделала ставку в один талант, что трижды это случится.

Я покачал головой и сказал, что если подобное и случится, то всего раз. Мэд посмеялся с нас обоих и поставил на пять сражений.

— Ставки приняты. Расчёт в Крево по прибытии, — сказал Мэд.

— Мелкие битвы с зайцами, где мы не несём риска, не считаются, — тут же добавила Маша.

— Согласен, — кивнул я следом.

— Ладно, идёт, — не стал спорить Мэд, уверенный в своей победе.

Алиса мысленно фыркнула:

«Десять. И это минимум, если ты не расскажешь, кто такой колобок!»

Путь до Замахана занял четыре дня. Без нашей любимой телеги дорога была не столь быстрой, как хотелось бы. Мы ехали спокойно, останавливаясь в деревнях и городках. Люди смотрели на Имирэна с благоговением и страхом. Эльф в человеческих землях был редкостью.

Имирэн постепенно осваивал язык. Уже начал понимать простые фразы. Тобиас оказался хорошим учителем. На подъезде к Замахану эльф уже мог поздороваться, попросить еды и поблагодарить.

Стычек не было на этой части пути. Но стоило приблизиться к столице местного региона, как сердце забилось чаще, а все чувства обострились до предела.

Столб огня, поднимающийся над городом, был виден издалека. Следом и запах гари ударил в нос. Дым застилал небо. Колокол бил тревогу, его звон разносился на километры вокруг.

— Что за чёрт… — пробормотал я, отправляя вперёд на разведку Алису. И вскоре её глазами я увидел воплощение катастрофы, уничтожающее город.

Снова огненный голем!

В прошлый раз кто-то потерял контроль, обратился големом и уничтожил больше половины города. В этот раз построек из дерева было меньше, город — сильнее, но разрушения появлялись каждую минуту, а стража казалась бессильной.

Перед глазами вспыхнули уведомления…

[Внимание! Получено уведомление!]

[Город людей Замахан подвергся атаке огненного голема. Чем дольше он буйствует, тем больше пламени вбирает и сильнее становится. Уничтожьте угрозу, пока она не превратилась в проблему для всего региона!]

[Внимание! Совет Архонтов города Замахан объявил чрезвычайное положение в городе и просит всех неравнодушных о помощи в поддержании порядка, организации эвакуации центрального, западного и северо-западного районов города, а также о содействии в уничтожении угрозы!]

Я сжал поводья.

— Мне не нравятся эти тенденции… — произнёс я вслух. — Уже второй голем в крупном городе. И причём на нашем пути. Как бы это всё было не случайно…

Я спешился, подошёл к телеге.

— Маша, готовь «Гильотину». Мэд, оставайся с варгами и феями. Тобиас, прячься. Имирэн…

Эльф встал, его глаза горели.

— Если у тебя есть что-то, что поможет затушить огненного великана, для тебя это хорошая возможность показать себя.

Имирэн кивнул, доставая свой лук.

— Огонь — угроза жизни. Эльфы учатся противостоять огню с детства. Буду рад помочь затушить этот уголёк, полный безумной ярости.

Глава 13

Войти в город оказалось проще, чем я ожидал.

Ворота распахнуты настежь, через них бесконечным потоком убегают люди. Женщины с детьми на руках, старики, опирающиеся на палки, торговцы, тащащие узлы с пожитками и толкающие повозки. Паника, крики, плач.

Кто-то падал. Его тут же затаптывали, поднимали и тащили дальше. Стража, как могла, регулировала ситуацию. Но, в целом, выходило у них всё из рук вон плохо.

Оно и понятно: попробуй сдержать такой поток, выкрикивая приказы и становясь на пути у толпы. Даже их, тренированных, закованных в латы, топтали. Инстинкт самосохранения у Замаханцев был такой, что никакие команды их не останавливали.

Мы протиснулись против течения. Варги с повозкой остались под прикрытием Мэда неподалёку от тракта, на обочине дороги. Имирэн прикрыл лицо капюшоном, скрывая эльфийские черты лица, натянул тканевую повязку на нос и рот и побежал за нами следом. Я заметил, как он морщился от запаха гари. Мне же было проще: отключил свой чудо-нос ещё на подходе к городским воротам.

Внутри города было ещё хуже.

Пламя пожирало деревянные дома, до которых дотягивалось. Большая часть города была каменная, но навесы, прилавки, перекрытия внутри домов легко становились добычей огня, что превращал город в чадящий гигантский костёр.

Целые кварталы превратились в ад. Крыши рушились с треском, балки падали, искры летели во все стороны. Жар был таким сильным, что даже на соседней улице кожа ощущала свирепость стихии.

Посреди всего этого хаоса бушевал виновник всего происходящего — огненный голем. Шесть метров чистой, пламенной ярости. Его тело пылало ярко. Языки огня вздымались на три метра вверх. Воздух вокруг искажался и дрожал. Каждый шаг оставлял раскалённые следы на камне, траву превращал в пепел, дерево — в уголь.

Городская стража пыталась остановить голема. Лучники стреляли, но стрелы сгорали не долетая. Маги творили заклинания, но огонь твари пожирал их магию, становясь лишь сильнее со временем. Воины с копьями могли только пятиться, зажариваясь внутри своих металлических нагрудников. У многих начали плавиться волосы, пусть и стояли в десятке метров от голема.

— Отступить! Всем отступить к каналу! — орал командир гарнизона, но его голос тонул в рёве пожаров.

Голем развернулся к группе магов, что пытались его атаковать водяными заклинаниями. Первый и второй ранги магии, не выше.

Громила замахнулся огромным кулаком и обрушил на них свою мощь. Двое успели уклониться, третий не смог. Крик оборвался мгновенно.

Сам враг был мне знаком, но реки, в которой можно было бы его утопить, я в городе не припомню. «Глубокий Анализ» и «Парящий охотник» работали на полную: вся его фигура светилась красным, указывая на уязвимость. Но это была ложная надежда. Да, тело голема можно повредить. Но огонь восстанавливает любые раны почти мгновенно. И уязвимость эта была лишь для магии противоположной стихии.

— Давай попробуем, как в Тупае.

— Ты видишь здесь реку? — удивилась Маша.

— Нет. Лишь мелкие, бесполезные каналы с водой. Их и человек переступит… Но у меня появилась магия. — Я взял одно из последних зелий маны, что осталось у меня после эльфийских каникул, и приготовился атаковать. — Отсекай!

— Легко сказать… — Маша смотрела на монстра с холодной оценкой бойца. — Пусть он развернётся, перенесёт вес на другую ногу…

— Архонты поддержат. Готовимся! Имирэн, есть что-нибудь в арсенале?

Имирэн достал стрелу, покрутил в руках, всмотрелся в голема.

— Конечно. Стихия земли сдержит его ярость, — произнёс он на ломаном человеческом. — Я могу помочь. Нужно откинуть его на чёрные дома. Угольки одни.

— Хорошо, понял, — кивнул я. — Тогда план такой: Имирэн делает что может, мы пробуем оттянуть его от ещё не повреждённых районов. Маша практикует големорезку. Я стараюсь проморозить этого горячего парня.

Особенность «Огнеборец» пульсировала внутри, давая уверенность и бонус к сопротивлению огню. Так что я могу приблизиться к нему несколько ближе, чем остальные, и заставить тушу идти в мою сторону.

— Эй, дрова ожившие! Смотри, что могу! — призвал я водяной хлыст и хлестанул голема по заднице.

Оружие обернулось паром мгновенно, но эффект он ощутил и злобно затопал ногами, разворачиваясь в мою сторону.

Я начал отступать, погружаясь в дым горящего здания. Голем начал двигаться за мной, замахиваясь рукой. Я видел, как он «встряхивал» ладони и на дома со стражей падали волны огня. Знаю, что ты затеваешь… Но главное — увести его прочь от очередного квартала, в котором всё ещё есть люди.

Голем не успел в очередной раз тряхнуть руками: ему в спину прилетела стрела Имирэна. Казалось бы, что она может сделать? Оказывается, когда стреляет профессиональный лучник, да ещё и маг земли, то очень многое… Стрела врезалась в спину гиганта за секунду до того, как атака Маши врезалась в его ногу.

Стрела вспыхнула коричневым светом ещё в полёте — магия земли окутала её, превращая в снаряд. Попадание вызвало взрыв, который отбросил голема вперёд, заставляя сделать несколько шагов, чтобы сохранить равновесие.

В этот же момент, сияя стальным блеском, «Гильотина» отсекла ногу.

— Вторая! — крикнул эльф и выпустил ещё одну стрелу.

Новое попадание — и гигант, уже и без этого готовый рухнуть, стремительно направился на каменные обломки сгоревшего дома.

Я ринулся в сторону, активируя «Морозную реку». Ледяной воздух с шипением врезался в тело монстра, сбивая отчасти его пламя. Я рванул дальше — к отсечённой ноге. Повторил атаку, выкладываясь по полной.

Пламя погасло, но ненадолго. Голем вспыхнул не хуже факела. Волна огня сбила ледяную корку, разогнала пар, и нога вновь воспылала.

Голем дёрнулся, швырнул в меня огненный шар, но я увернулся, отскакивая в сторону. Жар был даже с моим «Огнеборцем» невыносимым. Хотя он ослаблен другой особенностью… В общем, я понял, что атака провалилась, когда голем, скрытый огнём и дымом, дотянулся до своей ноги, схватил её, приставил к месту среза, и она вновь стала частью его тела.

— Так… Нам не хватает боевой мощи…

— Я могу ещё трижды «гильотину» применить… — рядом появилась Маша.

— Нужно бить активнее. Дайте минуту: я сменю кольца, усилю магию земли… Могу засыпать её землёй и песком… — внёс предложение Имирэн.

— Эй! Вы кто такие? Почему несогласованно бьёте? Отряд уничтожения будет через минуту! — раздался крик стражника в эпично сияющих доспехах.

— Принял. Пусть поторопятся, пока мы всю славу себе не забрали…

Голем тем временем поднимался, бил себя кулаками в грудь и ревел, выпуская изо рта поток пламени.

Мы отступили с проулка, что мигом оказался охвачен огнём.

— Просто сдерживаем его на этой позиции. Пламя питает его, но всё, что могло сгореть, уже обратилось в пепел. Маша, когда будет возможность, руби ноги. Желательно обе разом. И голову. Это уменьшит его восприятие, не даст быстро восстановиться, — скомандовал я и ускорился на полную.

Начал носиться вокруг этого здоровяка и хлестать его магическим хлыстом.

Магия против магии. Огонь против воды. Я не наносил ему вреда, но бесил так, что об остальных он больше не думал. Его вели жажда разрушения и инстинкты, а не разум.

С другой стороны к нам приближалась группа всадников. Впереди ехал мужчина в роскошных доспехах. Его плащ развевался за спиной. Лицо было решительным, во взгляде читалась сталь.

Архонт, с которым я пока ещё не знаком. За ним десяток магов в одинаковых мантиях, отряд воинов.

— Держитесь! — прокричал он. — Сейчас ударим все разом! Нам нужна минута для подготовки! Отвлекайте монстра!

Ещё один всадник подскакал с другой стороны. Женщина в тёмных одеждах: её руки уже светились магией. Следом группа воинов с башенными щитами.

Третий Архонт появился со стороны храма — опирающийся на посох старик с длинной седой бородой. Но магическая аура вокруг него была такой мощной, что воздух дрожал.

Четвёртый вышел из горящего квартала, ведя за собой отряд магов воды. Они тратили силы, прокладывая себе путь из окутанного пламенем района города. И его я уже знал — Миравид, мой, в каком-то смысле, наниматель.

— По моей команде! — рявкнул первый Архонт, тот, что в доспехах. — Маги, выложитесь на полную!

— СТОЯТЬ! — рявкнул я! — Ещё рано! Имирэн! ХРЕНАЧЬ!

Голем словно почувствовал угрозу. Он поднялся в полный рост, раскинул руки. Пламя вокруг него вспыхнуло с такой силой, что ближайшие деревья загорелись от одного жара.

«БАХ!»

Стрела была невероятно мощной. Она врезалась в голову голема, и та запрокинулась назад, а сам здоровяк попятился.

Тут же и Маша вертикальной «Гильотиной» отсекла башку монстру. Она упала и покатилась по камням улицы, словно злобный, пылающий пламенем ада колобок.

Второй удар от Маши пришёлся по правой ноге. И это был уже горизонтальный разрез. Вместе с ним в грудь голема врезалась стрела и оттолкнула его назад. Здоровяк потерял равновесие.

Когда ты такой большой, промахнуться по тебе сложно.

— ПЛИ! — заорал Миравид, и внезапный пушечный выстрел добавил монстру инерции.

Голем рухнул с такой силой, что оставшаяся нога задралась вверх. И отлетела прочь после третьей «Гильотины» Марии.

Соратница показалась в стороне. Тяжело дышала, рукав куртки горел. Она принялась сбивать пламя.

— СЕЙЧАС! — взревел Архонт.

И я был с ним согласен, активируя магию.

Десятки заклинаний обрушились на голема разом. Потоки воды били со всех сторон, превращая землю в грязь. Пар взметнулся столбом, застилая всё вокруг. Земля вздымалась, формируя каменные цепи, опутывающие руки монстра.

Голем взревел, пытаясь вырваться. Огонь слабел, гас, вспыхивал вновь, но уже не так ярко. Вода заливала его, камни сковывали, ветер давил.

— Ещё! Не останавливайтесь! — орал Архонт.

Маги выкладывались по полной. Кто-то упал на колени, истощив ману. Другие продолжали, черпая силы из последних резервов. Я же методично обновлял «Ледяную тюрьму» на одной ноге, в то время как вторая постепенно оказывалась всё больше погружённой в песчаную насыпь. Я кивнул Имирэну, мол, отлично сработал.

Пламя на теле голема потускнело. Нога перестала сбивать лёд, и я «Морозной рекой» прошёлся по туловищу гиганта. Дым ушёл в небеса, и обугленная основа стала видна почти полностью. Монстр практически перестал двигаться и сопротивляться.

Где-то вдалеке начался пожар, и крики людей и стражи донеслись до меня через шум битвы.

«Голова! Он поджог дом и пытается восстановиться!» — подсказала Алиса.

— Понял! — И я рванул в нужную сторону, вливая в себя остатки зелья маны. — «Ледяная тюрьма»!

Моё самое мощное заклинание. Холод хлынул из меня волной, окутывая голову через проём в стене, появившийся после столкновения горящего колобка со зданием.

Огонь шипел, пытаясь растопить лёд. Но я вкладывал всё, что у меня было. Мана утекала с ужасающей скоростью, зато лёд держался.

Рядом появился Имирэн и накормил открытый от ярости рот монстра песком. Ещё пару секунд спустя всё кончилось.

Я устало присел на мостовую. Мана на нуле. Голова закружилась от таких резких выбросов энергии. И руки, через которые наружу выходил холод, дрожали.

[Внимание! Угроза уничтожена! Поздравляем защитников города!]

Казалось, прошло всего мгновение, и улицы наводнили стража, маги, Архонты… Кто-то на всякий случай сделал контрольный магический выстрел в голову, покрытую льдом и песком.

Мне протянул руку знакомый мужик.

— Вставай, Лисоглядов. Ты, как обычно, очень кстати оказался в наших краях…

— Миравид, почему каждый раз, когда я рассчитываю на гостеприимство и отдых, я вынужден рвать задницу, а?

— Знаешь, хорошо, что не свою. А почему всё это происходит… Будь у меня ответы на эти вопросы, я бы уже обрёл власть над миром, — ухмыльнулся он. — Ты пришёл вовремя, парень. Очень вовремя. Спасибо за помощь. Отдыхай, но из города пока не уходи… Поболтаем, ладно?

— Куда я уйду? Город нужно помочь восстановить, пожары потушить, завалы разобрать… Варгов привести, чтобы они людей под завалами искали. Ох, и любите вы, Архонты, честных авантюристов напрячь…

— Ну вот тебе и ответ на твой вопрос! Сам вызвался в авантюристы влезать, так что не жалуйся. А я пойду. Нужно убедиться, что угроз нет. И пожары продолжить тушить. А про эльфа потом расскажешь.

Он развернулся и направился к другим защитникам города, что смотрели на меня и моих спутников со странным выражением лица. Их души сейчас явно в смятении от всего произошедшего. Так что это нормально.

— Мне кажется или он обо мне говорил? — тихо произнёс Имрэн.

— Он понял, кто ты, несмотря на маскировку. Так что… у него появились вопросы. Это один из правителей города. Весьма опасный, но умный и влиятельный человек. Мы с ним в хороших отношениях. Можно сказать, партнёры.

Имирэн кивнул, не стал расспрашивать больше. Он вообще старался делать вид, что его ничего не интересует.

— Пойдёмте, друзья мои. Кабаны сделали основную работу, но долг и честь требуют продолжать, а не отдыхать. Замахан всё ещё под угрозой пожара.

Следующие несколько часов были адом.

Мы разбирали завалы. Вытаскивали тела из-под обломков. Раненых несли к лекарям. Мёртвых складывали в стороне и накрывали тканью.

Пожары тушили всем городом. Вёдрами, магией, песком и даже одеялами. Постепенно пламя отступало.

Стража оцепила разрушенные районы, не пуская мародёров. Нескольких человек даже повесили у всех на глазах, когда они попытались вытащить из домов покойников золото и прочие богатства. Без суда, без разговоров. В чрезвычайных ситуациях закон суров.

Городские чиновники активизировались. Стали ходить с книгами в руках и вносить заметки. Записывали погибших, пропавших, разрушенное имущество. В общем, собирали данные, подсчитывали ущерб.

Архонты появлялись то тут, то там, раздавая указания и проверяя работу.

К вечеру пожары были побеждены, основные завалы разобраны. Работы предстояло ещё много, но мы в этот день выложились по полной.

Я сидел на ступеньках разрушенного дома, вытирая грязь с лица. Рядом примостился торговец — худой мужичок лет сорока, с испуганными глазами.

— Думал, всё, конец… — бормотал он, дрожащими руками скручивая самокрутку. — Бежал, а эта тварь прямо за мной… Я споткнулся, упал. Думал, сейчас меня раздавит. Он переступил. Только плащ загорелся. Я в сторону, а он давай на меня пялиться. И тут вы появились. Хрясь его кнутом! Он сразу отстал! Спасибо! Правда, спасибо.

Я кивнул, не зная, что сказать.

«Алекс, — прошептала Алиса в голове,— Архонты собрались. Совет начался. Это должно быть тебе интересно. Послушай».

Я поднялся, похлопал торговца по плечу.

— Отдыхайте. Всё закончилось.

Отошёл в сторону и присел рядом с Крепышом. Варг лежал, положив морду на лапы, дремал. Умаялся после долгой дороги и поисков под завалами людей. Я прислонился к его тёплому боку, закрыл глаза.

Установил связь с Алисой.

Зал заседаний Архонтов был роскошным, хотя город только что пережил катастрофу. Он был в другом районе и хорошо показывал богатство Замахана. Мраморные колонны, резные столы, гобелены на стенах. Большой круглый стол, за которым сидели четверо. Одно место было пустым.

Миравид сидел в доспехах, но без шлема. Старика с посохом звали Элдар. Борода до пояса, глаза мудрые, но холодные. Женщина в тёмном — Серафина. Молодая, красивая, но она далеко не простая. По тому, как она показывала себя в бою и сейчас за столом, становилось понятно: эта женщина подобна змее. И внешность её обманчивая. Она пережила очень многих своих соперников в этом мире.

Ещё одного звали Эгелемейд. Он был представителем торговцев и, судя по рассказам и слухам, что докатились до меня, унаследовал этот титул от отца вместе с его торговой империей.

А пятый… Его мы все вместе и убили.

— Четверо из пяти… — произнёс Миравид тяжело. — Аркхан мёртв. Наш старый друг превратился в голема и уничтожил треть города. Теперь его место пустует, и совет лишился баланса. Нам предстоит обсудить много вопросов. И один из них: кто займёт его место?

— Баланс крайне важен, — сказал Элдар, постукивая пальцами по столу. — Кто-то сильный. Кто-то, кто не допустит повторения сегодняшней трагедии.

— Разведка, — предложила Серафина. — Зохан. Если бы мы знали, что нам предстоит, мы бы этого не допустили. Глава корпуса разведки знает больше всех о том, что происходит в городе. Если бы он был Архонтом, подобное, возможно, не произошло бы.

— У него и так власти больше, чем у кого-либо, кроме нас четверых, — возразил Эгелемейд. — Сделаешь его Архонтом — и он станет сильнее нас всех, вместе взятых. Это опасно.

— Тогда кто? — спросил Миравид. — Торговцы? Гильдия? Кто-то из кланов?

— Торговцы дадут деньги, — кивнул Элдар. — Нам нужны средства на восстановление. Огромные средства. Если пригласим кого-то с глубокими карманами, сможем отстроить город быстрее.

— Но они потребуют льгот, — нахмурилась Серафина. — Снижения налогов, эксклюзивных контрактов… Мы продадим город по частям. Наша власть пошатнётся, если действовать сгоряча. Нужен более элегантный выход, а не просто продать место в совете самому прожорливому из торговцев.

Спор разгорелся. Каждый тянул одеяло на себя, видел выгоду в своём кандидате.

— Достаточно, — оборвал их Миравид. — Оставим этот вопрос до завтрашнего вечера. Можем даже провести голосование среди жителей. Им сейчас как никогда нужна поддержка. Пусть они ощущают, что сами решают будущее своего города. Предложим несколько кандидатур — пусть выбирают.

Остальные переглянулись и неохотно кивнули.

— Есть вопросы поважнее, — добавил Элдар. — Как это произошло? Почему Аркхан превратился в голема?

Миравид достал из-под стола небольшую книжку в кожаном переплёте. Положил на стол.

— Дневник Аркадия, — пояснил он. — Нашли в его резиденции. Зохан передал перед началом совета. Я сам ещё не открывал, но, думаю, внутри мы найдём хотя бы часть ответов на свои вопросы. Он лежал в металлическом сейфе, защищённом магией. Больше ничего от нашего почившего друга не осталось.

Он открыл дневник, пролистал страницы, нашёл нужное место.

— Ну вот… Сразу интересное есть. Слушайте.

Миравид принялся зачитывать страницу за страницей из дневника, выставляя секреты своего бывшего соратника напоказ. И я тоже, глазами и ушами Алисы, прикасался к этой тайне.

Аркхан был в ранге Ученика и давно готовился к новому прорыву. Хотел стать Искателем. Его путь был связан с религиями и верой. И он активно собирал информацию о так называемом божественном правлении. У него даже был квест, что требовал построить храмовый комплекс и объединить верующих. Но в Домене слишком много мелких божеств. Сотни никому не известных богов, почитаемых в одной деревне и неизвестных в соседней. И нет единства.

Как только кто-то из подобных Алисе или Элее усиливается, остальные жрецы и боги объединяются и строят козни. Убивают, сажают в тюрьмы последователей. Домен духовно разделён, что ослабляет всех нас перед внешними врагами. Так он думал, и… надо сказать, я с ним согласен.

Миравид перевернул страницу, начал читать дальше.

«Встретил странника. Проповедника божества Фиора. Он говорил о священном огне, о силе, что дарует неуязвимость к огню. Мы беседовали о религии, духовности и святости целый день. Я пригласил его остаться моим гостем. Редко встретишь такого образованного человека с идеями, совпадающими с моими собственными…»

«Три недели прошло. Я понимаю, что мой друг прав! Если кто-то не способен постичь истину, вслушиваясь в голос разума, и прийти к единому богу, то кто-то, кто достаточно силён и верен своим идеям, может обратить людей, пусть даже они будут сопротивляться. Так уже было. Не раз. И это приносило кровь и огонь здесь и сейчас, но свободу и мир на долгие века! Он предложил мне стать последователем Фиора. Я обещал подумать… Говорит, что это короткий путь к статусу Искателя. Я не могу не верить ему, ибо он — отражение моих собственных мыслей!»

«Завтра должны доставить трактат подчинения огня. Будучи Искателем Фиора, мне предстоит пройти по тропе огня. С этими знаниями, узнав тайны контроля огня, я с лёгкостью с этим справлюсь. И стану одним из величайших магов Домена. Одним из немногих Искателей! Меня ждёт Фиор. Мир станет частью его владений, несмотря ни на что. Он уже давно в его власти, просто ещё не знает об этом. Я буду тем, кто откроет Замахану, а затем и всему Домену глаза на истину!»

Архонты переглянулись.

— Дальше записей нет, — закончил читать Миравид. — Последняя датирована вчерашним днём. Тут ещё приписка, что доставить трактат стоило больше пяти тысяч талантов. Он взял их взаймы в городской казне. Верил, что мы его поймём и все инвестиции вскоре окупятся.

— Вот урод! Ещё и без денег нас оставил! — скрипя зубами, прорычала единственная леди в совете.

Миравид захлопнул дневник.

— Фиор… — прошипела Серафина. — Найти бы этого проповедника и сжечь живьём!

— Это уже не первый случай… — произнёс Элдар медленно. — Архонт города превращается в огненного голема. Сперва приграничные города, приморье, затем Тупай Зирский, теперь и наш Замахан. Это не совпадения. Кто-то целенаправленно уничтожает города, ослабляет людей.

— Диверсия, — согласился Миравид. — Нужно сообщить великому совету Архонтов. Передать предупреждение всем городам. Проповедники Фиора — террористы. Их нужно ловить и допрашивать. Кто-то должен заплатить за разрушение Замахана.

— Единогласно? — спросил Эгелемейд, глядя на остальных.

Все кивнули.

— Решено.

Я разорвал связь, открыл глаза. Голова гудела от информации.

Фиор. Проповедники, что превращают Архонтов в големов. Куча городов уже пострадала. Это не случайность.

Раньше я думал, что «Мемория» виновна в разрушении Тупай Зирского. Но куратор разбойников, допрошенный сжемчужиной истины , заявил, что понятия не имеет о големе. Он не врал.

Значит, тут что-то другое… Организация фанатиков? Одинокий безумец? Или хитрый план кого-то, жаждущего наживы?

Я поднялся, потянулся. Крепыш зевнул, обнажая клыки.

Посмотрел на городские ворота. Через них проходил отряд воинов. Повозки с припасами. Знамя Маски развевалось над колонной.

— Опа, какие люди… — произнёс я, уставившись на ведущего колонну помощи правителя соседнего поселения.

Декарт Лоу тоже заметил меня. Он был вассалом Замахана и находился под влиянием Миравида. Неудивительно, что он прибыл. Но я не думал, что встречусь с ним.

Он сидел в седле прямо. Лицо было спокойным, но глаза цепкими, оценивающими. Мы смотрели друг на друга долгую минуту.

Декарт слегка кивнул. Я кивнул в ответ. Поздоровались молча.

Его взгляд скользнул на Машу, что стояла рядом. Задержался на пару секунд. Что-то промелькнуло в глазах. Сожаление? Гнев? Так и не понял. Видимо, там слишком много чувств перемешалось.

Он отвернулся, отдал приказ колонне. Воины свернули в сторону, направляясь в другую часть города. Декарт исчез на узких улицах, окружённый своей свитой.

Имирэн подошёл ближе.

— Кто это был? — спросил он на ломаном человеческом. — Такое напряжение… Словно два врага встретились.

Я усмехнулся:

— Наблюдательный ты… Это мой тесть. Мы слегка повздорили.

Маша, стоявшая рядом, густо покраснела. И отвернулась, делая вид, что изучает что-то на горизонте.

Имирэн посмотрел на неё, потом на меня. Кивнул медленно, словно понял что-то важное.

— Люди… сложные, — произнёс он философски.

— Ага… — кивнул я. — Иногда даже слишком сложные.

Глава 14

— Если честно, напрягает… — произнесла Алиса, валяясь на лавочке в ожидании моего приёма советом Архонтов.

— Что именно? — уточнил я, практически на сто процентов уверенный в том, что речь пойдёт про мои слова о Декарте.

— Архонты ваши напрягают. Секретность вся эта напрягает. Я сама та ещё шпионка, но у меня хотя бы основания есть: я красивая и я лиса! Мне положено быть такой… Но я не собираюсь влиять на весь мир и создавать целый культ имени меня. Просто хочу свою крепкую лисью норку в этом мире, рядом с которой даже крупные, всемирно признанные боги и пантеоны будут вынуждены вести себя тихо и мирно. Чтобы она укрывала меня и моих людей… — лисичка многозначительно посмотрела на меня при этих словах, — от смертных бурь и божественных амбиций некоторых избранных. Ты ведь такой же… Потому мы и смогли синхронизироваться.

— Если мне предложат прийти к власти над миром или отправиться на рыбалку с друзьями и близкими, я, без сомнения, выберу второе. И не потому, что я люблю рыбалку.

— Да, я заметила. Система с ней, с уточкой и курочкой, рябчиком и гусиком. Мне кто-то рыбку обещал, обещал, а воз и ныне там… Никаких изменений, — забарабанила пальцами по деревяшке Алиса, ловко перепрыгивая с темы на тему.

— Как это никаких? Мы на корабле сколько времени были, рыбу вместе ловили, её же на обед и ужин ели⁈ А в Крево? Для тебя отдельный стол выделил Телемах во время поздравления с окончанием нашего якобы паломничества!

— Так это кок готовил и повара Архонта. А ты сам почему ничего не сделал? И не надо мне про нехватку времени. На корабле его было предостаточно! — заявила Алиса.

Вот она, женская суть проявляется. И даже не в ревности дело. Ей это, видимо, безразлично. А если и проявляет, то напускные эмоции, искусственные. По крайней мере в отношении Маши. Ей обещал рыбки — дал рыбку. Но, как говорится, «не то пальто».

Я, оказывается, сам должен был её и словить, и приготовить… Хотя до этого ни разу разговора не шло. И, по её мнению, я сам дурак, раз не догадался. Лучше лишний раз не спорить даже.

Никогда рыбу не готовил… Но уху попробую сварить, как в Крево выдвинемся. Закончить бы эти приключения…

— Что там с храмами, лучше скажи, — уточнил я у неё.

— А что с ними? Святилища в мою честь работают исправно. И по моим прикидкам, даже если я не буду там появляться, ещё годик-другой будут приносить пользу. Гоблины слишком впечатлительные, гномы упрямые, а они дали слово. Даже Брячедум в углу своей кузницы маленький алтарь построил. В общем, процесс идёт. А вот с чужими храмами так себе. Я сколько ни подкидываю заряженных лисичек, часто находят. Да и запаса моих сил в них мало: годик максимум будут работать.

— Ну, я вижу, что у нас по статусу действует целых девять святилищ…

— Да, работаю не покладая рук, — потянулась девушка, отчего её хвост взъерошился и затрясся. — Три моих, двенадцать, как сказала Система, осквернённых. Так что у тебя уже, считай, целый потайной рюкзак имеется.

— Ещё бы доступ к нему не блокировался, когда тебя другие боги в божественной ловушке запирают…

— Почему я и говорю про норку, где даже такие, как Мира, ничего не смогут сделать.

— А что для этого нужно? — решил уточнить я, ведь, судя по доносящимся даже сквозь глушащие звук артефакты крикам из зала совета, споры там идут крайне суровые.

Стражники вошли внутрь, чтобы обеспечить безопасность Архонтов. А другие служащие до сих пор на улице помогают разбираться с последствиями нападения. Так что мы остались сами по себе.

Имирэн спит, сидя на соседней лавке. Выглядит так, будто медитирует, но на самом деле он дрыхнет. Маша лежит на мягкой лавочке вместе с феями, варги пачкают лапами пол, царапают паркет и пускают после сытного ужина слюни рядом с ней. Мэда минут сорок назад позвали помочь растащить булыжники обрушившегося над городским каналом моста: с его силой и формой трансформации это будет сделать проще простого.

Удивительно, что люди так легко и адекватно реагируют на его звериную форму. Появись такой, как он, на Земле — весь интернет и телеканалы гудели бы пару месяцев. А тут, видимо, слишком привыкли к неожиданным вещам, магии и странным созданиям.

Как сказал один местный дед: «Стрёмных тварей пруд пруди, и хорошо, если у них остаётся хоть капля мозгов». И это было сказано как раз в адрес Мэда, когда он этого деда из подвала сгоревшего кабака вытащил. Сомнительные слова благодарности, но они полностью описывают отношение местных ко всяким страшилам и монстрам. Кто хотя бы пару лет в этом мире провёл, того уже практически нечем удивить.

— Ты вообще слушаешь меня? Нет, ну алло! Ты норм? Я тут распинаюсь, а ты в облаках витаешь! — подошла и толкнула в плечо, возвращая меня в реальность, Алиса. — Спишь, что ли?

— Почти… Задремал, в мыслях собственных заблудился. Что там надо, чтобы моя Алиса оставалась всегда рядом и никакая божественная бяка её не обидела? — попросил я повторить рассказ, поднимаясь с лавки и начиная делать разминку.

Разгоню кровь по телу, взбодрюсь хоть немного.

— Во-первых! Эта информация не для смертных. Как Система обижается на тех, кто даёт «вредные советы» о пути, так и может за распространение подобной информации накинуть какую-нибудь гадость. У каждого ведь свой неповторимый путь к новым рангам и осознанию этого мира и своего места в нём. Включая богов. Буду много болтать — буду страдать. Вот начнёшь выполнять своё обещание, и тогда я смогу тебе всё что угодно рассказывать. И помнишь, что я тебе говорила?

— Помню. Не использовать последний слот профессии. Его очистить нельзя, и это выбор на всю жизнь, — кивнул я.

— Молодец! Возьми пирожок! — протянула она мне булочку, повергая в ступор. — Ну, чего смотришь? Зря старалась и карманы пространственные набивала, спасая выпечку из пожара?

Я взял одну, укусил…

— С яйцом и луком?

— Ага… Прости, но с мясом всего один противень был, поэтому я его тебе не отдам. Самой мало. Так вот. Вернёмся к нашим сочным и вкусным барашкам…

Говорить в открытую нельзя, но можно говорить менее прямо. Ты у меня хоть и глупенький, а всё равно умнее остальных — поймёшь. А не поймёшь — заберу у тебя булочку, мой пирожочек! — начала трясти надкусанным румяным изделием из теста Алиса.

— Брата Колобка убила… Хотя нет. Он от тебя, видимо, убежал, — прокомментировал я.

— Опять ты про своего монстра хлебобулочного? Хоть бы раз объяснил, кто это такой и с чем его едят… — покачала она головой, прикончила булочку и довольно улыбнулась. — Опять отвлёк! Вот паразит! Так! Больше не перебивай!

— Молчу в тряпочку…

— Какую тряпочку?

— Любую, — пожал я плечами.

— Так! Лисоглядов! Хватит меня бесить! Короче, представь, что битва и власть божественная — это энергия, похожая на ману. И любые взаимодействия между двумя богами — даже простое присутствие, как я вот сейчас стою перед тобой, — требует расхода этой маны. Происходит своего рода дуэль, где мы, боги, как маги, отличаемся запасом наших резервов, скоростью их восполнения, расхода и количеством магических заклинаний. Я сейчас лисонька уже солидная, упитанная. Четвёртый ранг целый!

— Ага… Это я знаю. А Элея? Мира?

— Элея — третий… На пике она была шестого ранга, но откатилась до уровня духа беспризорного. Как домовой, шарахалась по своему бывшему храму и усыпальнице. Мира же… Ну, я не уверена, но могу сказать, что это седьмой… или восьмой ранг. Не меньше. Разница пропасть целая. Даже больше, чем у тебя в первые дни в этом мире с Декартом был. Она лучше и сильнее нас во всех аспектах. Да что там говорить! Она же не своим божественным ликом нас сковала, а аватаром! У неё даже аватар сильнее, чем мы вдвоём! Мы даже сопротивляться не стали, как только поняли, что нас засекли. Потратили бы все силы, что есть, а она даже не вспотела бы. Ух… — Алиса злобно затопала, ходя взад и вперёд.

— Принял. Разница огромная, но с этим надо что-то делать, так? Есть же какие-то ограничения…

— Безусловно! Проблема была в том, что мы на её земли полезли. А она там может себе позволить очень и очень многое. Да и она не единственный бог эльфов, так что мы ещё легко отделались…

Второе, что может нам помочь, кроме того, что я буду ранги набирать, — это использовать уловки и расти, ориентируясь на мои сильные стороны. Скрытность, неуловимость… Это то, к чему я буду стремиться. Элея же выбрала путь сильных, но малочисленных последователей и создания своего «святого места». Это её выбор, мне нечего ей сказать на этот счёт.

— А твой выбор?

— Не распыляться. Эльфийка собирает силу со своих верующих в золотом лесу веками. Живёт там тысячи лет и по сути своей является огромным кувшином, полным божественной силы: собирает и передаёт обратно эту силу. Я лучше буду маленьким бутыльком, но внутри пускай хранится сила удивительной мощности. Это и будет моя безопасность. Тогда я не претендую на их многочисленную паству и не несу для них опасности. Но вздумай они задеть меня или тебя — и их будет ждать ярость вулкана, скрытая в сжатом кулаке, — самодовольно произнесла Алиса, уже представляя что-то боевое. Иначе чего это она кулаками замахала, демонстрируя мне «бой с тенью»?

— А Элея сейчас где?

— Слушает крики этой четвёрки Архонтов. Я устала от их ругани. Лучше тебя пообнимаю! — развалилась она на моей спине, как на лавочке.

Хорошо, что весит, как пушинка, даже при полном воплощении.

— Слушай, Алис… — сделал я небольшую паузу во время отжиманий, решив задать давно интересующий меня вопрос. — А какое у тебя это воплощение божественное? Сколько попыток было?

— Какая разница?

— Ну, мне интересно…

— Хочешь знать, первый ли ты у меня избранный? Ха-ха! Не переживай… — начала она гладить меня по голове. — Такой, как ты, у меня впервые. Я никогда прежде не шла по пути «один бог — один избранный». Вернее, пыталась идти, но там какие-то гамадрилы попадались. За неделю обычно подыхали… А мне… — тяжело вздохнула она, — А мне потом сиди, жди в круге перерождения новой возможности и подходящего кандидата… Представь: десятки, а иногда и сотни лет! Без курочки! Без гусика! В молчании! А вообще, я после десятого воплощения перестала считать! Элея хоть и прожила, если сравнивать, в этом мире пару тысяч лет со своими зверолюдами, но это всё ещё её первое воплощение… Считай, божественная девственница.

— Кхм… — От таких сравнений я даже замер на пару мгновений.

— Ну ты чего перевозбудился-то? Дальше отжимайся!

И всё равно мы обе девочки, в сравнении с Мирой… Я про неё так, краем ушка слышала, ещё когда впервые по этому пути решила идти. Натимбор, вообще, третье королевство эльфов, выращенное с нуля. Одно было уничтожено во время древней войны, а второе на другом континенте было. Без понятия, что с ним стало.

— А наш Домен и Натимбор — один континент? Мне это карта так и не показала…

— Агась. Один. Ускорься, что ли… Медленно отжимаешься — так, что я сама сейчас усну.

Я поднялся, скидывая Алису на пол. Она едва удержала равновесие и свой пирожок с мясом.

— Ты так не пугай! Слышишь⁈ Я чуть без третьего завтрака не осталась! — отчитала меня Алиса, гневно распушив хвост и дрожа кисточками ушей.

— Идут… — натянул я на себя оставленную на лавке куртку и принялся всех будить.

Мои чувства меня не обманули, и минуту спустя за нами действительно пришли. Сонный, помятый и пропахший гарью пожара отряд вошёл в своды одного из самых легендарных залов этой части человеческого Домена. Здесь решались судьбы людей и городов на многие сотни километров вокруг.

Влияние, оказываемое Замаханом, было весьма велико и доходило даже до отдалённых уголков занятых людьми земель. И сами члены совета Замахана, само собой, были весьма уважаемыми людьми.

Мы предстали перед ними, и я не увидел даже тени конфликта между ними, словно не они почти два часа срывали глотки. Конечно, мне было бы приятно, если бы шли споры о том, сколько легендарок они хотят нам вручить как награду за помощь в уничтожении монстра, но реальность была совсем другой…

Не без помощи Алисы я узнал все их тайны: знал, кто был тем монстром и куда пропал пятый член совета; знал и о странном культе божества Фиора, что явно действует во вред нашему Домену. Но сейчас они спорили, как сказала Алиса, узнавшая последние новости от Элеи, о формате выборов нового Архонта и том, сколько правды из всего случившегося нужно знать простым людям.

Как и ожидалось, политики решили скрыть правду, чтобы тень недоверия не легла на них. Уже завтра утром глашатаи будут всем рассказывать, как их коллега первым бросился противостоять монстру, чтобы дать время остальным объявить тревогу. И, естественно, героически умер во благо города. А о том, как монстр появился в подвале его дома, никто не скажет, даже если спросить. Типичная грязная политика…

Увы, но вся власть такая. Они несут ответственность за жизни сотен тысяч человек, если не миллионов. Родители, которые несут ответственность всего лишь за жизнь одного-единственного ребёнка, зачастую врут постоянно. Каждый день. «Папа, почему мы не можем купить ящик мандаринов?» — «Потому что ты их переешь и у тебя будет болеть живот, а не потому, что у нас осталось денег на неделю жизни, а до зарплаты ещё две недели».

Но хоть в мой адрес эти ложь и лицемерие не летели сейчас. Я не задавал вопросы, на которые им пришлось бы отвечать враньём. Они были искренне благодарны за помощь в защите города. Обошлись длинной пятиминутной речью, которую можно было бы заменить одним коротким словом «спасибо». И озвучили памятные награды: пообещали назвать в нашу честь несколько улиц, что будут перестроены, и одну площадь.

Прикольно они придумали… Улицы Лисоглядова, Лебедевой, Вервольфа Мэда, площадь Русских Кабанов… Аллея варгов, Эльфийский бульвар и даже переулок имени Тобиаса Крейга. Только про Алису и Элею все забыли. Вернее, не знали. И как минимум одна хвостатая богиня была очень недовольна всем услышанным.

Алиса активно бухтела прямо мне в ухо о том, какой отец Рафаэля чурбан. Впрочем, когда слова благодарности закончились, нам разрешили на неделю занять целый верхний этаж при лучшем гостином дворе города, пообещав выделить нашему отряду все возможные льготы для свободного пребывания в городе навсегда. И потом, когда мы начали уходить, нас нагнал Миравид, вызвавшись проводить до выхода из здания городского совета.

Естественно, ему было о чём поболтать со мной с глазу на глаз.

Я отправил товарищей вперёд и быстро перекинулся с ним парой слов.

— Я не буду спрашивать, что в твоём отряде делает эльф… Ты раньше с целой артелью гномов приходил, так что ладно. Как поездка прошла?

— Нормально. Король эльфов умер.

— Чего? Как? Зачем? Это ты сделал? — тут же взорвался вопросами Миравид.

— Это был не я, — сразу открестился от его подозрений. — Но был близок, да… На них напали, я участвовал в битве. Много всякого случилось… Но ко мне, моему отряду и людям в целом эльфы теперь получше относятся. По крайней мере не держат нас за первобытных ничтожных гоблинов.

У них перевыборы сейчас. На ближайший месяц закрыты все границы. Потом они не против своих послов к нам отправить. Правитель северного княжества готов даже торговые маршруты открыть. Очень их интересует наш огнестрел.

— Огнестрел? Откуда они узнали?

— Для устрашения использовал. Показать, что мы можем многое… После того как я сына княжеского отметелил и в реку окунул.

— Стой… Пожалуйста, притормози. Не рассказывай мне больше ничего… Мы точно с ними не воюем? Они как дипломаты к нам приедут или отправят экспедицию, что уничтожит наше приморье? — схватился за голову Архонт.

— Да всё будет тип-топ. У них там свои проблемы начались. Одна из самых важных на весь лес шишек мне должна.

— Шишка? Из эльфийского леса? Тебе должна?

— Эм… Ну, не прям шишка… Друид Легендарный. Он у них кто-то вроде спасителя и авторитета всеми уважаемого и безумно сильного. В общем, это сложно, но всё хорошо. Иначе мне в услужение эльфа не дали бы.

— Шпиона, ты хотел сказать? — прищурился Миравид.

— Если и шпион, то плохой. Языка не знает, эмоции прятать не умеет, — отмахнулся я от предположения отца Графа.

— Ох… А ты чего вообще туда ехал?

— Учеником стать, — пожал я плечами.

Глаза Миравида чуть не выпали от удивления, так что я поспешил его успокоить.

— Я экзамен своеобразный прошёл по своему квесту, но сам статус Ученика пока не принял. Иначе это было бы нарушением контракта. Ты чего? Расслабься, Архонт! Не идёт тебе так таращиться.

— Тьфу… Не голем, так ты меня своими новостями в могилу сведёшь! К слову о турнире… — И Миравид перешёл на шёпот: — Я помню, почему ты согласился участвовать. И что у нас всех поставлено на кон. Но хочу напомнить, что даже если твоя цель, по которой ты согласился участвовать, больше не будет актуальной, то контракт остаётся в силе и…

— Так, что с отцом? — сразу же напрягся я.

— Всё хорошо с ним. В плену. Но недавно появлялся на наших землях.

У меня всё внутри сжалось от его слов, а сознание куда-то поплыло. Я не понимал, что он говорит.

— В общем, Алекс. Есть вещи, которые ты узнаешь рано или поздно. Так что лучше, если ты их узнаешь от меня. Твой отец не был простым человеком. Он и сам получил титул Архонта, пусть городом и не владел. И недавно он вернулся из плена. Но… В общем, он теперь с орками, парень. Он перешёл в их стан и работает на одного из царей.

— Где он сейчас?

— Закончил свою миссию и вернулся к своему новому господину, — Миравид тяжело вздохнул. — Тяжело поверить, я понимаю. Я и сам не хотел. Но это действительно произошло. Отношение к нему стало весьма… неоднозначным, мягко говоря. И тебе лучше не распространяться, что ты сын Архонта Ковалёва. Ты… Ты как? Нормально?

— Отец не мог предать. Раз он так сделал, поступил на службу… значит, так нужно. Кто знает подробности? Где он появлялся? — сразу же задал я вопрос.

— Ты не выглядишь удивлённым или счастливым. Ты знал, что твой отец Архонт? Да? Но молчал…

— Где. Он. Был?

— Ратибор. Архонт Болдур с ним два дня беседы вёл, выслушивая предложение царя Дира Завоевателя, доставленное твоим отцом. Но помни, что он — это он, а ты — это ты. У тебя своя миссия. Своя цель. Не делай глупостей, парень. Иначе никто тебе не поможет… До турнира осталось меньше трёх месяцев…

— Не беспокойся. Турнир никуда не денется. Я просто поговорю с Архонтом Болдуром. Давно хотел к нему в гости наведаться. Вот и повод появился.

Я уже хотел было уйти, но Миравид схватил меня за руку и протянул мешочек…

— Стой. Я знаю, что этого мало. Но пока это всё, что я могу тебе дать. И за помощь с моей супругой. И за то, что сына прикрываешь. И что груз этот на себе тянешь, который я же и взвалил на тебя. Не думай, что я сволочь и сукин сын, думающий только о себе. Просто каждый тянет лишь то, что по силам именно ему…

Я всего раз видел твоего отца. Он тогда даже Архонтом не был. Но он уже давил своим присутствием на всех вокруг. А ведь он даже не воин. Я не удивлён, что ты так похож на него. Помни, ради чего мы вообще всё это затеяли. На кону не одна и не две жизни. А тысячи. Наши руки по локоть в крови. Такова наша суть и природа. Мы прятали её от всего мира долгие годы, а теперь нам предстоит сделать один из самых сложных выборов за всю нашу историю в этом мире. В том числе и тебе. Через сорок-пятьдесят дней нужно будет уходить к драконидам. Я буду ждать тебя здесь. И подготовлю для тебя людей и снаряжение, — произнёс он и отпустил мою руку.

— После атаки голема у вас ещё остались на это деньги?

— Это просто ещё один вызов, с которым мы справимся. Не переживай, — хлопнул меня по плечу Миравид.

— Стой! Что за выбор? Что предложил царь орков голосом моего отца?

— А вот это тебе лучше узнать непосредственно у Болдура, парень. Если что, гостиный двор в вашем распоряжении. Отдохните перед долгой дорогой. И не переживай о том, что от тебя не зависит, — открыл он дверь, провожая меня к ждущим на улице соратникам.

Я нащупал мешочек в кармане. Там явно было что-то особенное. Но что?.. Почему-то смотреть на улице не хотелось. Пожалуй, нам и впрямь нужно отдохнуть.

«И узнать, что в меню их ресторана. Хоть бы что-нибудь вкусненькое нашлось…» — добавила Алиса.

Ресторан не работал. Но мы нашли на этой же улице старого китайца, торгующего тем, что могло растопить в блаженстве даже божественную душу Алисы.

— Ещё три утки по-пекински, пожалуйста… — подошёл я к нему в очередной раз за вечер.

— Молодой человек, а уже всё. Закончились, — рассмеялся он.

— КАК? НЕ-Е-Е-Е-Е-Е-ЕТ! — полный боли и божественной агонии крик раздался со столика на террасе гостиного двора от моей ушастой покровительницы, что надела капюшон и пыталась выглядеть «обычным» человеком. Если, конечно, можно назвать обычной худенькую девушку, которая способна проглотить четыре утки за один присест и затребовать добавки…

Глава 15

— Да сто процентов он знал, что я всё слышу. Он уже давно в целом осознал мои возможности и роль божественных, эм… Спутников! Вот! Потому и согласны они строить храмы и выдавать эти… Как их?.. — Алиса валялась между мной и Машей и, не смолкая, болтала обо всём вокруг.

Очень уж она перевозбудилась от пекинской уточки…

— Лицензии? — вспомнил я одно из обсуждений Архонтов, где решили дать полную свободу «веры» всем людям и даже выделить часть разрушенного города под храмовый район.

Были бы только у тех, кто хочет вести проповеди о своём, самом лучшем и великом божке на всём белом свете, деньги.

— Во! Точно! Ну и словечко придумали… В любом случае для нас это даже хорошо. Попробую при строительстве храмов статуэтки в фундамент замуровать…

— Договорились. Давай отдыхать. Завтра рано вставать и ехать…

— Ладно, ладно. У меня как раз время заканчивается, что я заработала таким тяжёлым, непосильным трудом.

— И что же это за труд?

— Тебя терпеть и не придушить, — ответила она и начала исчезать, хлопая глазами и вертя ушами.

Да, Алиса… Ты большая молодец, раз выдержала столь невероятное испытание! А вообще, эта система развития богов хитрая…

Алисе нужно всю собранную энергию перед переходом на новый ранг вложить во что-то: либо направить на себя, либо на своих верующих, либо, как в моём случае, на усиление единственного глупого человека, что даже не может организовать в её честь фестиваль куриных крылышек… А иначе сила произвольно разольётся по телу, и Алиса получит бонусы, которые решит Система. Собственно, поэтому она вечно и просит меня не спешить с её усилением. Мол, она должна сделать всё, что запланировала, чтобы развитие двигалось плавно, в соответствии с её видением, а не как у всех.

Например, получили бы все её верующие в качестве награды за её новый ранг один процент сопротивления магии ветра, выбранный Системой. Звучит неплохо, если у тебя миллионы и миллиарды верующих, но так себе, если дело касается только меня. Вот она и действует как узкопрофильный божественный специалист. Потому и обмениваться мыслями научились, и вид, приближённый к человеческому, смогла принять, и даже делиться со мной своими глазами и ушами теперь умеет. Про другие божественные бонусы навроде стаи и «Лисьей выгоды» я вообще молчу.

И сейчас этот специалист ушёл дрыхнуть или гулять по ночному городу в виде бесплотного невидимого духа. И я смогу, наконец-то, уснуть!

Награда Архонта, а вернее, его «дар» за все мои труды мне понравился. Но я опять словил себя на мысли, что быть таким, как он, не только не хочу, но и не смогу. Вот, например, ситуация с этими храмами, что мы подслушали.

Миравид точно понимал, что это не станет для меня секретом. С Алисой он знаком, а остальные нет. Он поднимал вопросы, которые интересны мне и Алисе, а остальные из совета с радостью поддерживали обсуждение и говорили о том, за что простые жители их, ну, если бы не распяли, то с поста ссаными тряпками погнали бы точно. А значит, он в какой-то степени ко мне подмазывается, показывает своё доверие.

Почему? Потому что ему нужно было рассказать об отце. И о том, что он с самого начала от меня всё скрывал. А за такое и в бубен можно получить. А от меня получать по архонтскому бубену очень больно и неприятно… Для него это, скорее всего, будет конец карьеры тайного манипулятора и задумки с предстоящим турниром драконидов.

Но я незлопамятный. Да и сам его использовал, зная всё с самого начала. А вот если бы не знал… На этот случай он и подстраховался, показывая безумную открытость, мол, у нас вообще с тобой друг от друга секретов нет!

Миравид… Стратег, прикидывающий всё на пару ходов вперёд. Понял, что я вскоре узнаю обо всём, и решил стать первым самым честным и откровенным. Я хоть подобное поведение в душе не переношу, но мозгом-то их, Архонтов, понимаю…

Мы, пока бегали по лесам и ловили разбойников, тренировались и отсиживались в доме, просто путешествовали без конца, много и постоянно разговаривали. Поднимали самые разные темы. И, естественно, не обошлось и без обсуждения власть имущих. Да и о божествах много разговаривали. Долго и упорно. Особенно когда все познакомились с Алисой и узнали про Элею.

Только на наш скромный кабаний коллектив сумел припомнить около трёх десятков божеств и храмов, в их честь построенных. А реальное их количество в нашем Домене намного больше…

Люди участвуют в религиозной гонке, принося с собой своих богов из прошлых миров. А ещё, как я и Мэд, находят новых, созданных «по правилам и согласно условиям мира избранных». Будь среди нас, людей, один лидер — тот, кто объединил бы всех вокруг и повёл за собой, сказал, как делать, и обладал таким авторитетом, что остальные без споров и ругани согласились бы с ним, — этой проблемы не существовало бы. Но она есть…

Домен — это цивилизационный или же видовой союз. Вынужденный, но отнюдь не единый. Он имеет своих авторитетов, членов совета Домена. Что-то вроде большой двадцатки на Земле из числа лидеров самых могущественных государств. Но по итогу мы имеем на мелкой территории несколько… сотен микрогосударств со своими законами и правилами. И религия — одна из ветвей власти нынешнего магического средневековья. Невозможно заставить разных людей из трёх миров и тех, кто родился уже в мире избранных, следовать одним и тем же канонам.

Единственное, что можно сделать в таком случае, — это создать единый свод правил для всех религий. Хочешь верить — пожалуйста. Хочешь проповедовать — тогда, дружок, вместе со своим божественным покровителем прими наши условия, получи лицензию, расскажи, что это за вера, какие у неё есть требования, и потом сражайся за внимание жителей города.

И, естественно, всё это не бесплатно. Предложение намного превышает спрос. Поэтому им обязательно придётся «инвестировать» в строительство, платить пошлины при получении лицензий. И эти деньги как раз и пойдут на восстановление города.

А тут ведь ещё так совпало, что лакомых земель за городскими стенами не хватает для желающих жить в городе. Но сгорело много одно- и двухэтажных домов… Так что на их месте можно построить здания в четыре и пять этажей. Сложно, но не невозможно.

Чем больше землян приходит в этот мир, тем больше толковых специалистов и инженерных решений появляется. Единственное, что останавливает развитие таких городов, — это деньги. За местные монеты, которые даже в Замахане штампуют, можно только внутри Домена рассчитываться. Система их не принимает.

И тут опять же, новые технологии строительства позволят и переселить тех, кто потерял свои дома, и новое жильё продать тем, кому позволяет кошелёк.

Это и есть отличие Архонтов от простых людей. У них случилось горе, они объявили траур и стали спорить, желая разделить между собой кусок пирога, который остальные люди — те, кто вынужден ночевать на улице или надеяться на доброту окружающих их людей — даже не замечают. Искать выгоду для Архонтов — часть ежедневной рутины. Такие, как они, даже в городской грязи пользу найдут.

За это я их одновременно и уважаю, и презираю. Уважаю как человек, что смотрит вдаль и видит последствия решений. И мне отвратительно оттого, что именно столь меркантильные интересы ведут их вперёд. Они и мной двигали. Но это были интересы, завязанные на моём выживании…

Когда я только появился в этом мире, у меня в кармане было двадцать монет, которых хватило бы на пару дней самой простой и безвкусной еды, созданной с одной целью — не дать беднякам умереть с голоду.

Как только в кармане появились звонкие таланты, я стал всё реже обращать на это внимание. Но не они… Сколько тысяч талантов им ни дай — всё равно будет мало. Такие, как они, просто не смогут себе позволить сделать хоть что-то просто так, от всей души. Даже я получил подарок от Архонта, но есть сомнения в том, что он бы передал его мне, не планируй я отправиться на турнир драконидов. Я его козырная карта, его путь в совет Домена.

И это знание не приносит мне никаких эмоций. Он просто Архонт, который вцепился в этот мир и пытается залезть на вершину. Как и тысячи других избранных, таких же, как он.

А вообще, ситуация с Замаханом интересная… Это крупнейший город в регионе. Торговый, экономический и политический центр. Куча городов-вассалов, сильные люди, огромные базы со стоянками для караванов вокруг него. И армия у него тоже сильная. Я бы даже сказал, очень сильная. Стычка с орками это доказала. Но из-за своего совета, отсутствия единого лидера, он не участвует в ключевых собраниях самого Домена. Никто из совета Замахана не представляет регион. А ведь там есть правитель Жироны!

Архонт Леман обладает внушительными территориями, но они не столь сильно посещаемы торговцами из-за своего расположения. Из-за это развитие страдает. И людей у него меньше. Однако влияния у него куда больше, чем у любого из совета Замахана. Потому что он король, а они нет. Метка у всех них на головах отсутствует. В отличие от Декарта… Видимо, маска КОРОЛЯ разбойников — это не просто название.

Политика — сложная штука… И хорошо, что я в это всё не влезаю. Но тот факт, что обладатель метки подчиняется тому, кто не обладает подобным статусом… Система либо имеет своеобразное чувство юмора, либо оценивает людей по каким-то другим, скрытым и непонятным мне критериям.

— Господи, о какой только ерунде ни думаешь, когда спать пытаешься… — вздохнул я, присел на край кровати и потянулся за флягой с водой.

«Звал?» — в голове тут же появилась Алиса.

«Нет. Но раз уж ты тут… Пирожки остались?»

«Только с яйцом и луком. Можешь эту гадость сам есть…» — вывалила она на стол два десятка пирожков.

Я, недолго думая, взял пирожки, оделся и отправился на улицу. Забрёл в пострадавший район и раздал их работающим посреди ночи разборщикам завалов. Мелочь, но даже такая капля может придать сил для великих свершений. С удивлением понял, что накормленные мной люди все как один были из Маски — все носили герб города на рукаве. Беда объединяет людей, как ни крути.

Пока гулял, проветрил голову и наконец-то смог уснуть.

Утром нас ждали ранний отъезд и извечная тысяча проблем, что следуют за нами по пятам… Варгов накорми, в телегу заставь их запрячься…

Писк фей будит не хуже кофе, которого очень хочется, но в городе уже месяц как нет в продаже… Все лавки утром оббежал.

А потом по очереди: тренировка, бег с варгами наперегонки, поиск по дороге съедобных алхимических ингредиентов, охота на птичек или даже кабанчиков. Сегодня Алиса сменила вкусовые предпочтения и перешла с пекинской утки на молочных поросят. Ну и как прокормить эту божественную обжору! Варги и то меньше хлопот доставляют…

Во всём этом хаосе меня радовало лишь одно: на моих глазах многочисленные потрясения этого и соседних регионов мобилизовали людей так сильно, что на дорогах внезапно стало безопасно. Ни одного разбойника, ни одного бродяги, готового от безысходности вцепиться зубами в горло путника, не встретили. Монстры и дикие животные были, не без этого. Но первых мы убивали, а вторые от нас удирали.

Патрули встречались регулярно. Отряды торговцев объединялись в большие группы и нанимали серьёзную охрану. Зачастую и сами торговцы могли неплохо так шашкой помахать.

Более того, мы периодически встречали военизированные отряды различных кланов или нанятые сборные отряды авантюристов от различных поселений, обустраивающих наблюдательные пункты прямо на дорогах и помогающих путникам. Они рассказывали, где ближайшие стоянки, помогали набрать воды и согреться у костра нуждающимся. Под их прикрытием люди могли укрыться от дикого зверя, а посыльные — даже лошадь сменить. Мы два десятка таких лошадок случайно распугали на одной из стоянок… И самое главное — они подсказывали, если дальше будет земля, по которой патрули не ходят, от монстров не зачищают.

Я очень удивился подобным изменениям. Нападение орков, их внезапный, очень болезненный прорыв вглубь земель нанёс много вреда. И местные градоначальники, мэры и старосты поселений разработали свою систему предупреждения. Много патрулей, много точек наблюдения. Ни орки, ни гоблины больше не пройдут так далеко вглубь незамеченными.

Да, людям приходится теперь платить за это цену, но безопасность стоит каждой потраченной монеты на службу этих людей. Без неё не восстановить и не развить экономику. Когда всё стабилизируется и укрепят границы, мужчины и женщины, идущие по пути ратного дела, вернутся в города и будут дальше приносить пользу экономике региона.

Мортановский лес начали расчищать и по эту сторону. Что интересно, два больших лагеря со строителями были полны активности и людей. Валили лес, вырубленный вдоль тропы Лемана, и упаковывали древесину в телеги, которые одна за одной отправлялись в сторону Жироны. А судя по помпезной вывеске на одном из лагерей и выбитому на деревянном щите гербу, должны были и в Маску ехать. Не знал, что Декарт принимает активное участие в разработке нового торгового маршрута. Ну, или принимал. Его людей сейчас не видно: лагерь используют люди с другими штандартами и знамёнами.

Мы, приковывая к себе взгляды, проехали вперёд, попутно рассказывая истории и новости этого края Тобиасу. Он тоже постепенно раскрывал своё прошлое.

Вообще, на него у нас не было особых планов. Я просто хотел помочь человеку и делал это не абы как, а на совесть. Когда же он решит к нам присоединиться, если у него не появится идей получше, его будет ждать проверка. А пока… Ну, должен же эльфа кто-то учить нашему языку, пока я тренируюсь и вокруг телеги бегаю, варгов дразню.

Имирэн в целом был скуп на слова и всё больше замыкался в себе. Только когда мы въехали в Мортановский лес, он оживился, дал пару комментариев. Но сам лес ему не понравился. Дикий, запущенный, неухоженный… Такой лес мог принести как дары природы, так и проклятых монстров.

Я ответил ему, что он прав: этот лес постоянно создаёт кучу проблем людям. До этого банды разбойников хоть как-то вырезали агрессивную живность, что бродила всюду — даже за пределами леса — в поисках добычи. Теперь же это была забота людей.

Этим занимались вассалы Жироны и Замахана и лесной патруль от очередного непонятного Союза городов. Крево, конечно, самый главный из городов Ландилии… Это регион из десятка хорошо укреплённых городов-государств. Но, кроме него, здесь каждый сам себе на уме: Муримфорт, Тупай Зирский, Семишахтинск, Овьедо…

Мы были во многих из них. И могу сказать наверняка, что единством здесь и не пахнет. Скорее уж все местные правители подобны змеям, готовым поглотить друг друга. Но они знают: нападёшь ты на одного, и на тебя нападёт другой. И каждый пытается укреплять свои позиции как может.

В Крево, например, кроме городских стен, в целом шикарного развития и инвестиций, полученных городом не без моей помощи, существует огромная система гильдий. Я был знаком лишь с парочкой из них, так как не особо нуждался в этом. Но та же гильдия Лесного патруля, по сути своей являющаяся чем-то вроде клана с филиалом в каждом крупном городе региона, свой главный «офис» устроила именно в Крево. Да и основали её по приказу предыдущего Телемаха, основателя и освободителя этого региона от гоблинов.

Я рассказывал эльфу и бывшему рабу те долгие несколько дней пути об этом всём, как и о наших приключениях. Они слушали с интересом. И я таким образом практиковал свой эльфийский. Когда не хватало слов, переходил на наш язык, а Тобиас переводил. Получалось и с пользой время провести, и знания о нашем Домене в порядок привести. Эльф всё чаще и чаще говорил одну и ту же фразу в ответ на мои слова: «Ну и дураки».

Ну, не без этого… Зато выжили вопреки многим трудностям. У нас не было пару тысяч лет для наведения порядка. Но пройдёт время, и среди дураков появится кто-то достаточно умный и сильный, чтобы устроить генеральную уборку.

— Мы хоть и дураки, но не строим поголовно из себя небожителей. И мы далеки от расизма, что присущ эльфам. По крайней мере это явление у нас не массовое, и вид эльфа, гнома и гоблина обычно вызывает интерес, а не страх, панику или пренебрежение, — ответил я в последний раз на его реплику.

Имирэн задумался, но вряд ли мигом изменил свои взгляды. Может, даже просто решил, что со мной не о чем говорить, раз я не понимаю истинного превосходства эльфийской расы. Но мне на это было как-то плевать. Когда он познакомится с остальной частью отряда, он поймёт, что ему нужно либо молчать в тряпочку, либо переосмысливать ценности. Очень сомневаюсь, что Брячедум или Герда пропустят мимо ушей какие-нибудь его надменные высказывания.

К слову… О гномах он не в курсе… Надо бы его подготовить к этому.

Мы двигались дальше знакомым маршрутом по вполне себе накатанной за эти недели тропе. Пару раз столкнулись с «коллегами»-путешественниками и уступили им дорогу, что вызывало нервный тик и тяжело скрываемую злобу у эльфа. Мол, мы такие обалденно сильные, с Архонтами за руку здороваемся, те в нашу честь улицы и проспекты называют, а я простым людям дорогу уступаю⁈

Я даже не пытался ему объяснить, что это элементарно быстрее. Лошади при встрече с варгами превращаются в трусливых жеребят, готовых сбежать прочь. А варги моей любой нашей остановке только рады. Им лишь бы сбросить упряжь и рвануть в лес, поделать свои варговские дела. И у нас всего одна телега. Её между ёлками не так сложно спрятать, место найдётся. А когда нам навстречу караван с сопровождением и десятками телег едет…

Вздумай они уступить дорогу, так уйдёт час, прежде чем они отойдут с пути и позволят проехать. Тут не гордость и статус играют роль, а логика, здравый смысл — то, чего некоторые эльфы, судя по всему, лишены из-за короны на голове. Пусть даже они не короли, но воображают себя такими явно. И наш спутник тоже. Воин он сильный, но, чтобы прижиться в отряде, ему придётся много трудиться и меняться.

— И всё равно я не понимаю. Ты друг Тарна! Гость золотых лесов Натимбора, тебе кланялся тот мелкий архонтишка из прибрежной деревни. Ты спас крупный город от катастрофы. Почему они тебе не кланяются?

— Потому что слухи не так быстры, как ноги варгов. И вообще, знать, что кто-то крут, и понять, что этот человек перед тобой, — не одно и то же. Для них мы просто путники. А таких, как мы, тысячи. И себя они считают не менее важными.

— Но ты едешь на варгах! Тебя сопровождают феи! И даже я, эльф!

— Эльф, скрывающий свои уши под капюшоном, за Леголаса не считается, — парировал я.

— Кого? Кто такой Леголас?

— Я бы хотел, чтобы ты им был. Но ты Имирэн, а не легендарный эльфийский снайпер. А Брячедум не Гимли. Но что-то в вас такое есть… Надеюсь, вы сможете найти общий язык.

Судя по лицу Имирэна, у него появилось очень много вопросов. Что ж… Раз так, значит, настало время сделать остановку на берегу лесной реки.

Попытаюсь наварить Алисе обещанной ухи, а заодно расскажу моему остроухому другу, откуда люди знают про эльфов и какую роль в их популярности сыграла бессмертная сага о парочке рукастых, босоногих хоббитов. А ещё спрошу, почему он так сильно похож на эльфа из фильма…

Может ли быть, что Система нам как-то давала подсказки ещё до того, как открылись проклятые трещины, ведущие в неизвестность? Быть может, так она хотела нас подготовить?

Глава 16

Оказалось, что досконально вспомнить все события фильмов не так уж и просто. А уж когда тебя терзает вопросами любопытный эльф и требует вспомнить многочисленные подробности одежды и прочих культурных элементов длинноухих сородичей из киновселенной — и вовсе невозможно. Я задал интересную тему для обсуждения, но сам не вытянул общение…

Единственный плюс: я смог подготовить Имирэна к тому, что в нашей берлоге живут ещё и гномы. Предупредил, что они уважаемые мастера и, несмотря на свою суровость, прекрасно влились в коллектив, чего я и ему желаю. А остальное уже зависит от него.

Отдельно придумали несколько версий того, каким образом на Земле смогли узнать о том, что где-то в мире существуют другие расы. Эльфы, гномы, гоблины… Моя первоначальная идея, что эти существа — вплоть до огров и гарпий — являются совсем другими и просто выглядят похоже, а потому людьми и были названы по земным фантастическим прообразам, не выдерживала никакой критики.

Первое: если это мы, люди, «натягиваем сову на глобус», выдавая местные виды разумных за своих фэнтези-существ, что описывались на Земле, то почему в языке эльфов гномы звучат как «дварфес», огры как «огрес», а орки как «рокас»? Слишком созвучно. Внешность, может, и совпала, но названия эти не мы им дали. Они были изначально! У эльфов так пару тысяч лет. Примерно с тех самых пор, как мы закончили возводить пирамиду Хеопса в Египте. А тогда в моём мире об орках и прочих существах никто понятия не имел.

Второй не менее важный аспект, разбивающий в пух и прах мою первоначальную теорию: если совпадает внешность, то почему совпадают и культурные особенности, привычки и интересы? Почему гномы — кузнецы, а эльфы тяготеют к лукам и лесным королевствам? Почему одни — коротышки, вторые — длинноухие, а третьи, орки, — клыкастые здоровяки с мощным телосложением и буйным нравом, да ещё и обожают степи?

Слишком много совпадений, которые, к слову, облегчили мне и другим землянам психологическое восприятие нового мира. Достаточно было хотя бы немного смотреть фильмы или сериалы, читать фэнтези-книги, в игры играть. Это странно… Но такое ощущение, что все совпадения не случайны.

Так или иначе всё сводится к Системе. Местной управляющей, которая взаимодействует со всеми здесь и устанавливает связь мира избранных и «простых смертных». Трещины Мороса, может быть, и появились недавно, связывая нас, землян, с этим удивительным миром, но с чего я взял, что Система сразу использовала их для образования порталов? Может, она уже сотни и тысячи лет наблюдает за нами через них, а также незаметно влияет на развитие разных вещей.

В древности она насылала видения жрецам или, быть может, даже отправляла их в мир испытаний, откуда они и приносили знания о божественных видениях. Позже начала работать с писателями, киноделами, программистами, художниками… Если есть цель и возможности, всё можно сделать так, что твоя «жертва», отправленная из кровати на испытание, провалив его, обретёт знания, но, открыв глаза в мягкой постели, решит, что это был чертовски прекрасный и реалистичный сон.

Эту теорию мы и взяли за основу. Местная владычица управляла нашими жизнями тайно и в какой-то момент начала делать это открыто. Как я уже знаю, произошло это потому, что грянули опасные времена. На Землю должны высыпаться тысячи, а то и миллионы монстров, что способны уничтожить цивилизацию.

Подробностей никаких нет, информация собрана по крупицам. Единственное, что я дополнительно выяснил через Имирэна, — у эльфов по легенде была подобная история. И закончилась она получше, чем у двух других веток человеческой цивилизации. Свой дом эльфы отстояли, но связь с ним пропала. И с тех пор путь в свой родоначальный мир для эльфов закрыт. Но они знают, что там остались их братья и сёстры, которые защитят леса, а само зло, что пыталось забрать себе и испортить их мир, было уничтожено. Потому порталы и замолчали навсегда.

Молодцы они, конечно. А нам пока не выпал шанс показать мощь человеческого разума и силу адаптации, технологий и прогресса. Может, я вообще зря беспокоюсь, и, кто бы там ни пришёл на Землю, его ждёт ад, доставленный на блюдечке крылатыми и баллистическими ракетами, сверхзвуковой авиацией и бронированной тяжёлой военной техникой?

Мы с самой древности воюем, совершенствуя искусство уничтожения других. Возможно, Земля справится и без нас. Ведь там, на ней, миллиарды потенциальных героев. Найдутся свои избранные, что отразят атаку и преодолеют любой кризис. И скорее уж сами люди, уничтожив агрессора, начнут передел мира и власти в нём, чем и добьют нынешнюю цивилизацию…

Боюсь, этого всего я уже не узнаю. Может, только новости через Новичков, прошедших испытание, получу.

Из-за разговоров до самого утра мы задержались с выездом. Выспались только к обеду. Доели уху, размялись, попрактиковались с магией в дружеских спаррингах, ну и я заранее отсчитал свежие патроны из обновлённого магазина моего усовершенствованногопистолета «Лебедева-Меттрима» .

На секунду задумался…

— Маш, а твоя фамилия… Это настоящая? — спросил я у девушки, что последние вещи прятала под навесной замок в боковой ящик повозки.

— Да, но я сама её взяла. У меня не было. И один из подарков на десять лет от моего отца — документы. Нужна была фамилия, и я выбрала её. Мы тогда стояли лагерем у озера, и рядом проплывали лебеди. Я их впервые увидела и была поражена их красотой и изяществом… — ответила Маша, присаживаясь на бревно рядом со мной.

— Даже так? А как ты тут появилась? Через испытание?

— Не помню. У меня практически не осталось детских воспоминаний. Даже лиц матери или отца… Одно из самых ярких детских воспоминаний — как я играла на детской площадке, забралась на высокую горку и не смогла слезть. Было страшно, вокруг темнело. Меня словно забыли забрать. Я плакала, кричала, но никто так и не пришёл. Я прыгнула… Стукнулась коленкой. Дальше не помню, но…

Я вспомнил маленький рубец, шрам рядом с коленом.

— Осталось незажившее воспоминание, — продолжил я за неё.

— Да… Дальше лишь смутные образы. И новое воспоминание: я уже где-то здесь, в этом мире, в лагере бродяг. Обо мне заботилась какая-то женщина. Она была… недоброй. Но ответственной. Я получала постоянно, но она хотя бы кормила меня и не давала другим издеваться надо мной. Потом её не стало. Лагерь атаковали монстры. Я спряталась в сундуке… Этот проклятый сундук всегда меня манил. Я вечно к нему лезла и каждый раз получала за это. Но в тот раз он меня спас. Из него меня вытащил уже Декарт. Он закрыл мне глаза, когда уносил прочь. Но я успела увидеть десятки разорванных на части тел. Людей и монстров.

Она тяжело вздохнула, вновь переживая болезненные воспоминания.

— Прости, что задел такое своими глупыми вопросами.

— Нет, всё хорошо. Рада, что ты интересуешься… А вообще, знаешь, у Декарта был сын. Они вместе перешли в этот мир.

— И где он теперь? — с удивлением спросил я.

— Умер. Он не любил говорить на эту тему. Я случайно узнала, когда однажды подслушала, как он молится за его душу. Это была годовщина его смерти. Он так и не сказал, почему это случилось. Но он винил себя. Позже мой наставник — ну, вы его в Крево схватили — как-то раз сказал мне, что если бы не смерть сына, Декарт бы не пошёл по своему пути. Не стал бы тем, кто он есть. И никогда бы не оказался там, в том злополучном лагере, уничтоженном сворой монстров. И я бы тоже ни за что не выжила.

Я представил, как тяжело Маше после всего этого было пойти против слова своего отца. Пусть и приёмного. Но ему она обязана жизнью. Слова мало что могли тут сказать и как-то приободрить. Я просто обнял её и поцеловал.

— Ты выжила, это главное. И ты сможешь сделать этот мир лучше вместе со мной. Чтобы подобного не происходило…

— Никогда и ни с кем. Чтобы дети не прятались в сундуках от монстров. Да… Мы сделаем это.

Я вытер предательски сбежавшую из уголка глаз девушки слезинку и помог Маше подняться.

— Мы попали в грёбаную, проклятую и в то же время прекрасную страну чудес. Магия, мечи, Система. Сильные выживают. Слабые подыхают. И единственное, чего нам, людям не хватает, — это героев. Чудотворцев, что превратят этот мир в куда более светлое место. Я не верила, что это возможно, пока не оказалась в Натимборе. У них нашлись свои кудесники, свои чудотворцы. И у нас найдутся.

— Обязательно, — кивнул я.

— В Крево нужно будет зайти в любой Храм, где есть доступ к Системе, — сжала Маша кулаки.

Я посмотрел на неё вопросительно, непонимающе…

— Не тебе одному нужно стать Учеником, — улыбнулась она. — Я тоже готова сделать последний шаг.

— Значит, ускоримся, — произнёс я, забираясь на телегу. — Все готовы?

— Вуф! — ответили варги и вскочили.

Первой остановкой за пределами леса стал Муримфорт. Уже традиционный заезд в город за свежей едой, лепёшками с сыром и за почестями. Нас всё ещё помнили и любили в городе. Чемпионы последнего турнира как-никак! Я даже Зелёный щит Муримфорта достал, как символ нашего триумфа. Хотя нас и без него узнали бы. Насколько я знаю, только у нас есть свои варги, что адекватно себя ведут и слушаются. А всё благодаря Алисе…

«Вот скажи мне, неблагодарный человек…» — начала она внезапно, стоило остановиться рядом с булочной, к которой вела огромная очередь людей и откуда расходился по городским улицам сумасшедший запах выпечки.

«Да-да, ненасытная моя?» — полюбопытствовал я, что же она такого хочет, а сам отказался проходить вперёд очереди.

Я, может, и чемпион, но не льготник, чтобы меня бабули пропускали. К тому же я собираюсь знатно так закупиться, и людям позади в таком случае точно не хватит свежего хлеба.

«Почему мне каждый раз нужно напоминать тебе одну простую истину?»

«Это какую?»

«Ну, например, что тебе не помешает заглянуть на рынок и купить свежих… ой, то есть, живых цыплят, курочек-несушек, утят, гусят, перепелят, фазанят, страусят…»

«Страусят? Серьёзно? У нас инкубатор один покупается, а не ферма размером с Кревское озеро. Поумерь свой пыл, пушистик. Ты всё равно не сможешь постоянно с ним сидеть. Или бросишь меня и займёшься фермерским хозяйством? Откроешь себе общество с пушистой ответственностью „Лисоглядово“? А я могу катиться колбаской?»

«Неть! Мы с собой нашу ферму возьмём! Переоборудуем Павоз Элеи, поставим жёрдочки, возьмём с собой сено и будем путешествовать со своими вкусненькими… Ой, то есть полезными птичками! Вот! Как тебе план?» — Она даже появилась рядом со мной, просвечиваясь на дневном солнце, и посмотрела с самодовольной улыбкой.

«Обречён на провал!» — покачал я головой.

«Почему?» — надула она щёки от досады.

«Я у тебя, может, и конь, если верить характеристикам, и смогу бежать в темпе варгов, но что ты предложишь остальным? Куда гнома денешь? А Герду с Васей? Они будут носиться рядом с повозкой, чтобы твои куры и утки засрали изнутри легендарный артефакт? К слову, а он, вообще, легендарный? Или это мистериум?»

«Ну… До мистериума чуть-чуть не хватает… Не успела она прокачать её до конца со своим любимым зверолюдом прошлого», — ответила Алиса.

«То есть ты предлагаешь почти мистериум превратить в вонючий сарай на колёсах, а остальным умирать, бегая рядом с ним?»

«Да почему умирать-то?»

«От вони, от усталости, от стрел врагов, которые они, уставшие, не заметят…»

«Вот сам бы предложил что получше! И вообще, с тебя — купить несушек моих!» — исчезла она.

Я сделал очередной шаг вперёд, оказываясь уже рядом с прилавком.

— Мне два десятка сырных лепёшек, пожалуйста. И парочку вон тех кексиков с изюмом.

— С вас десять монет, дорогой чемпион! — ласково улыбнулся, демонстрируя выбитый зуб, усатый продавец.

Я посмотрел на картонку, которая подсказывала, что цена одной лепёшки — три монеты. Понял, что меня обманывают и пытаются взять меньше положенного. Отсчитал сколько нужно и ещё десять монет сверху добавил, выкладывая на прилавок.

Не успел поднять плетёную корзинку, что мне бонусом всучили со своим товаром, как она резко исчезла из моих рук.

«Алиса, дай лепёху. Я голодный. Остальные тоже… Пока она тёплая».

«Зато я сейчас умру от горя и стану холодной…» — начала она разводить трагедию.

«Да куплю я тебе куриц!»

«Ура! На пирожок!» — вручила она мне старый, холодный, невкусный и уже задубевший пирожок с яйцом и луком.

Выдохнул, не стал спорить и отправился к местным фермерам договариваться о покупке. Нашёл одного мужика. Цену заломил такую, что у меня появились сомнения о своём статусе.

— Был бы ты не чемпионом Муримфорта, я бы тебя вилами в брюхо наградил, а не правом заплатить честную цену за моих курочек! — произнёс он.

Каждая курица стоила два таланта! И это притом, что в запечённом виде её же можно купить за десять монет. О чём я мужику прямо и заявил.

— Ну так ты сравнил! Мои — яйца несут чуть ли не золотые. А ты давишься не пойми чем, выращенным непонятно где и непонятно на чём.

Я уже почти было согласился на покупку, пытаясь выторговать хотя бы клетки-переноски, чтобы довезти их до Крево, когда ко мне подбежал местный Архонт со своей стражей.

Ну надо же, как быстро слухи доходят. Что ещё удивительнее, он никого за нами не прислал, а сам прибежал в окружении свиты. Видать, очень горит у него.

«Клетки? Зачем? Я повелительница стаи! Смотри и учись!» — заявила Алиса, игнорируя застывшего столбом жадного фермера и местного правителя.

А курицы реально застыли, развернулись и молча подошли к нам. Перед глазами появились десятки уведомлений о присоединении к стае новичков.

Ну и ну… Только один петух не согласился и бросил мне вызов: с разбега нахохлился и заверещал, пытаясь устрашить.

— Прошу прощения… — игнорируя шум от буйного альфа-самца, я посмотрел на Маггиди. — Чем могу вам помочь, уважаемый?

— Что с ними? — нахмурился Архонт, но он вскоре махнул рукой, веля фермеру заставить замолчать петуха.

Я был даже рад, что мне не пришлось на глазах у всего города с этим крикуном драться…

— Дело срочное. Два дня назад у нас был Архонт Телемах… — начал объяснять местный правитель, отводя меня в сторону. — Мы планируем объединение. Я поддержал его начинание по созданию Ландилийского предела. Он решил отправиться дальше, в Гесдарро, хотя я предупреждал, что местный правитель сам себе на уме и ни о каком объединении и слышать не хочет. Он сказал, что всё под контролем, но у него было всего пять десятков бойцов с собой. Я сказал ему, предупредил, что этого слишком мало!

— На него напали? — тут же напрягся я.

— Я отправил с ними своих людей следом. Разведчик сказал, что их пропустили в город, а следом началась битва. Сейчас я собираю дружину, чтобы вразумить своего соседа не делать глупостей, но боюсь, что уже слишком поздно. Узнал, что вы здесь, и решил, что вам, с учётом того, как тесно с Телемахом вы общались, будет интересно…

— Вперёд. Показывайте дорогу.

Ещё я позволю какому-то полудурку единственного всерьёз уважаемого мной Архонта прикончить. К тому же я именно на него делал ставку, как на возможного объединителя. Да и он сам этим занялся… Но почему он взял так мало людей?

«А курочки?» — возмущённо засопела Алиса.

«Спасёшь Архонта — он тебе целую ферму подарит. И курочек, и уточек… Да хоть гарпию!» — напряжённо прикрикнул я мысленно, на полной скорости врываясь в лавку косметики, где Мэд закупал местные алхимические чудо-шампуни для роста шерсти.

— Потом закупишься. По варгам, у нас ЧП! — закричал я, и Мэд, ни слова не сказав, кивнул, на ходу начав обращаться оборотнем.

Где-то в городе начали терять сознания самые слабые духом жители.

— Присмотрите за телегой! — крикнул я лавочнику и Тобиасу, что стояли рядом и обсуждали какие-то новости, взбираясь на варга.

Тот мигом ощутил моё настроение и протяжно завыл, предупреждая город о несущейся буре.

— Где Маша? — закричал я.

— Тут я, двинули. Эльф, чего тормозишь? Садись на варга! — прокричала она, рукой указывая на последнего свободного зверя. — Кого убиваем? — обратилась она уже ко мне.

Я проследил, как наш длинноухий друг нервно и пересиливая отвращение забирается на орочью зубастую лошадку.

— Надеюсь, никого.

— Но верится в это слабо?

— Очень слабо, — хмуро сказал я.

Глава 17

Гесдарро показался на горизонте через полчаса бешеной скачки. На лошадях мы бы добирались вдвое дольше.

Город оказался меньше Муримфорта, но выглядел куда крепче и лучше подготовлен к обороне. Каменные стены поднимались на добрые четыре человеческих роста, башни с узкими бойницами стояли через каждые пятьдесят метров, а массивные ворота были окованы железом и плотно закрыты.

Городские флаги развевались на ветру. От стен шла напряжённость и враждебность. Поднимающийся к небу густой чёрный дым из центра города явно намекал на проблемы у кого-то из тех, кто оказался внутри этого средневекового оплота.

Мэд притормозил рядом со мной. Его варг тяжело дышал после долгого бега. Имирэн подъехал следом, не произнося ни слова. Его взгляд был прикован к городским укреплениям. Он пережил скачку на варге и, к счастью, не свалился с него.

— Алиса, нужна разведка, — отдал я указание, спешиваясь с Крепыша и похлопывая его по загривку.

Лисица материализовалась на секунду рядом, кивнула и растворилась в воздухе, становясь невидимой. Я закрыл глаза, настраиваясь на ментальный контакт с ней. И всего через минуту передо мной открылась картина города изнутри.

Улицы были практически пусты. Лишь изредка пробегали стражники небольшими отрядами. Жители прятались в домах, плотно закрыв ставни и двери. На центральной площади виднелись следы недавней битвы: разбитые повозки, скинутые прилавки, тёмные лужи крови на брусчатке, обломки оружия и горящее посреди площади раскидистое дерево.

Алиса поднялась выше, скользя невидимым призраком над крышами домов, и двинулась вглубь города. Вскоре она обнаружила моего амбициозного товарища из Крево.

Массивное здание у северной окраины Гесдарро напоминало зернохранилище. Им же оно и оказалось.

Каменная постройка с толстыми стенами, узкими окнами-бойницами и тяжёлой дубовой дверью, окованной металлом. Это здание было готово к осаде не хуже цитадели. Здесь жители города хранили запасы зерна как минимум на год. Если с ним что-то случится, они будут голодать и побираться у соседей.

Телемах знал, куда прорываться. И со своим отрядом добрался до зернохранилища, что было не так охраняемо, как городские ворота или цитадель.

Вокруг здания выстроилось плотное кольцо из сотен вооружённых воинов. Лучники заняли позиции на крышах соседних домов, копейщики и мечники перекрыли все проходы, выстроившись в несколько рядов. Между ними бродили те, кому посчастливилось получить магический дар.

Внутри зернохранилища держал оборону Телемах со своими людьми. Примерно тридцать человек, большинство с ранениями различной степени тяжести. Они тянули время, готовые сражаться до самого конца. Заняли позиции у окон и импровизированных бойниц в стенах.

У главного входа стоял сам Архонт Крево, опираясь на окровавленный меч, воткнутый в деревянный пол. Лицо его было бледным. На левом плече виднелась повязка, пропитанная кровью. Дыхание тяжёлое и неровное. Рядом валялись пустые склянкизелий здоровья .

Рядом с Телемахом стоял статуей его телохранитель — огромный мужчина в тяжёлых латных доспехах, покрытых вмятинами и царапинами. Его лицо было мне знакомо: не раз видел его неподалёку от правителя города, когда приходил к тому на приём. В руках он сжимал двуручный меч, готовый в любой момент встать на защиту своего господина.

«Почему не штурмуют?» — мысленно спросил я у Алисы, наблюдая за происходящим её глазами.

«Слышу разговоры… Так… Ага. А он хитёр… Телемах пригрозил поджечь зерно. Для города это будет катастрофа. Без запасов зерна их ждёт голод зимой. Местный Архонт наверняка в ярости, но боится действовать».

Само собой… Это не в ловушку загнать Телемаха и там попытаться прихлопнуть его вместе с отрядом. Местный Архонт уже пытался, но не справился. Сам Телемах наверняка та ещё заноза в заднице. И окружают его не менее впечатляющие своими талантами убивать и выживать люди.

Если местный Архонт отпустит его, то вскоре и сам распрощается со своим статусом. Он напал на дипломата! Какие бы цели он ни преследовал, а подобное люди считают одним из самых гнусных и отвратительных преступлений! Против него выступят все, кто сам не хотел бы оказаться на месте Телемаха. А дураки среди Архонтов — редкость. Так что они с него точно спросят.

Я открыл глаза, переваривая информацию.

— Они заперты в зернохранилище, — сообщил я Мэду и затем ввёл в курс дела Имирэна: — Телемах грозится поджечь запасы, если на него нападут. Местный правитель в тупике.

— Как будем действовать? — поинтересовался оборотень, сжимая и разжимая кулаки.

— Маша уже в городе… — произнёс я, не обнаружив девушку рядом.

Видимо, ринулась вперёд, пока я разведкой со своей покровительницей занимался.

— Ты ведь не собираешься втроём идти на штурм? — на всякий случай спросил меня Имирэн.

— Помнишь битву у рощи? Ты, видимо, забыл. А они и вовсе понятия не имеют, что нас не трое. У нас есть варги!

— Вуф!

— Феи!

— Пи!

— И сила леса. Вперёд. Попробуем по-хорошему, побудем дипломатами.

Мэд скептически посмотрел на меня.

— Думаешь, нас пропустят?

— Вряд ли… — вздохнул я, — но попробовать стоит.

Я достал из кармана звезду маршала Крево, сжал её в ладони и направился к воротам. Имирэн и Мэд последовали за мной, ведя за собой варгов. Нас сразу заметили. Не могли не заметить.

Когда мы приблизились на расстояние крика, со стены послышался голос стражника:

— Стоять! Город закрыт! Никого не пропускаем!

Я поднял руку, демонстрируя звезду маршала.

— Маршал Алекс Лисоглядов! У вас конфликт, а я кто-то вроде дипломата. Позвольте помочь.

Стражники переглянулись, кто-то побежал за командиром. Через минуту на стене появился офицер в добротных доспехах с гербом города на нагруднике.

— Маршал, а ты из какого города? — прокричал он недоверчиво.

— Муримфорт! — ответил я ему моментально.

Почему? Идея упомянуть Крево выглядела не очень разумной.

— Да вы что? Только вот нет в Муримфорте ни одного маршала! Только кретин Телемах выдаёт эти звёзды своим любимым авантюристам. И про одного я многое слышал.

— Ну, раз вы слышали, то, может, пропустите? Лишняя кровь ни к чему, — на всякий случай спросил я, готовясь призвать в случае необходимости щит и оружие.

— Ага! Заходите, отведайте наших стрел, псы из Крево! Лучники! УБИТЬ ИХ!

На стенах зашевелились фигуры, луки натянулись.

Я вздохнул. Значит, по-плохому…

— Ну, мы были предельно тактичны и дипломатичны. Если что, за последствия мы не отвечаем…

Первая стрела просвистела мимо моей головы. Я видел момент пуска и успел дёрнуться в сторону. Этот кретин хотел выпендриться и попасть мне прямо в голову. Но голова — слишком маленькая мишень с такого расстояния.

Я активировал ускорение и рванул к воротам. Имирэн выстрелил на ходу. Его стрела пробила горло одному из лучников, и тот рухнул со стены с коротким криком.

Вряд ли это случайность. По мне тот стрелок практически попал… Скоро наши лучники смогут сравниться с эльфийскими мастерами.

Варги взвыли и ринулись, как по команде. Принялись скакать кругом, прячась за камнями.

У ворот стояла стража: шесть человек в лёгких доспехах, с копьями и мечами. Они выстроились в линию, готовые встретить атаку.

Я не остановился. Выхватил кинжал на бегу, парировал удар копья, подскочил ближе и всадил клинок в горло стражнику. Тот захрипел, выронил оружие и рухнул на колени.

Крепыш сбил с ног второго, вцепился клыками в плечо, встряхнул и отбросил его в сторону.

Что-то хрустнуло, и третий стражник завопил. Через секунду стрела пронзила его горло.

— Веди своих сюда! — расчистив пятачок пространства перед воротами от стражи, я велел Крепышу укрыться здесь с варгами.

Сверху не прострелить: сами ворота закрыты. Будь тут всё сделано по уму, как в Крево или Замахане, на штурмующих ворота сыпался бы град стрел в этой точке. Но местные умельцы схалтурили. Ну, или талантов им не хватило.

Имирэн выпускал стрелу за стрелой, двигаясь так быстро и хаотично, что понять, где он окажется через секунду, я и сам не мог бы. А вот в Мэда попадали. Но его это вообще не смущало. Он уже вбивал когти в каменную кладку, стремительно взбираясь вверх, чем нагонял ужас на защитников городских ворот.

К моему сожалению, до тех, кто был наверху, я не достал. А вот этих перед схваткой успел мысленно отметить и потратить ману, активируя магию своей древесной сферы, и посадил в них семена перерождения Дендра. И сейчас они вставали прямо на моих глазах, иссыхая и превращаясь в переплетённые корни растений. Жутко выглядит… Но не я сделал первый выстрел.

«Воспарение», прыжок — и вот я уже на стене, рядом с добивающим последних защитников оборотнем. Имирэн на мгновение вспыхнул магией и побежал, а перед ним из земли начали выстреливать вверх каменные столбы. Один выше другого. Получилась такая элегантная лестница, на которой девяносто девять процентов людей скорее шею свернут, чем доберутся хотя бы до середины.

— Откроете ворота? — спросил я у Мэда с Имирэном, и те кивнули. — Я прибавлю вам гарнизона, удерживайте их. Минут двадцать — и здесь будет подкрепление из Муримфорта. Они вышли чуть раньше нас, так что должны скоро прибыть.

Я спрыгнул вниз, нашёл глазами несколько старых и вполне себе солидных деревьев вдоль улицы и активировал ещё одну способность древесной сферы, оживляя деревья и призывая корнелюдов. Они живучие, страшные… Люди пока поймут, что к чему, как раз время пройдёт. Да и с прикрытием сверху от мастера лучника и практически неубиваемого оборотня оборона ворот не выглядит как что-то запредельно сложное. Тем более что большая часть городского гарнизона торчит у зернохранилища. И скоро я добавлю им поводов быть где угодно, но только не там.

Огромные деревоподобные существа, каждое высотой метров в шесть, с корнями вместо ног и ветвями вместо рук, стали новыми стражами ворот.

— Защищайте ворота, — приказал я. — Пропускайте только союзников, на которых укажут эти двое!

Деревья зашевелились, их корни вгрызлись в мостовую, укрепляя позицию. Ветви сплелись в подобие стены и перекрыли проход.

— Мэд, Имирэн, вы с варгами держите здесь оборону! — крикнул я. — Дождитесь Маггиди!

Я не стал дожидаться ответа. Активировал «Воспарение», оттолкнулся от земли, взмывая вверх, и зацепился за край крыши ближайшего дома. Подтянулся, перекатился через край и побежал по черепице.

Город развернулся подо мной. Узкие улицы, плотная застройка, крыши, переходящие одна в другую. Идеальная местность для быстрого перемещения.

Снизу закричали стражники, указывая на меня пальцами. Несколько лучников развернулись, натягивая тетиву.

Стрелы просвистели мимо. Я ускорился, перепрыгивая с крыши на крышу, балансируя на коньках и скатах.

«Куда бежать?» — мысленно спросил у Алисы.

«Прямо, потом налево! Зернохранилище в двухстах метрах! Маша уже рядом, зачищает лучников на крышах!»

Я свернул, перепрыгнул узкий переулок, приземлился на покатую крышу, съехал вниз, оттолкнулся и взмыл на следующую.

Впереди послышались крики. Лязг металла, стук падающих тел.

Я выскочил на широкую крышу и увидел её. Маша стояла посреди двух десятков трупов, с её клинков капала кровь. Она повернула голову, увидела меня, кивнула.

— Опоздал, — произнесла она спокойно.

Я огляделся. Ух! Кровь стынет в жилах от такой картины!

— Продолжай кошмарить их, ворота мы захватили. Мэд и Имирэн с варгами и корнелюдами держат оборону. Где зернохранилище? — спросил я, и Маша указала вперёд.

Массивное здание возвышалось метрах в пятидесяти. Вокруг него толпились сотни стражников, но никто не решался на штурм. И тут на нас покосились…

Часть стражи резко ускорилась. Гремя латами, смело бросилась в нашу сторону.

— Отойдём, поводим их по улицам. Пусть растянутся и выдохнутся.

Маша кивнула.

«Алиса, передай Телемаху: помощь пришла. И спроси, что ему нужно».

Лисица появилась рядом с Архонтом внутри зернохранилища. Телемах вздрогнул, увидев призрачную фигуру лисы, но узнал её. Я нашёл укрытие и закрыл глаза, переходя на зрение помощницы.

— Алиса? — хрипло произнёс он. — Значит, Алекс здесь?

— Да. Спрашивает, чем помочь, — прошептала она ему.

Телемах тяжело выдохнул, опёрся на меч.

— Три цели. Архонт Стальногрив. Его советник Эрнан Пепельный — маг в красной одежде. И командир гвардии Филипп. У него вместо руки стальной протез. Если они умрут, защитники города растеряются. Может, даже свалят куда подальше, как крысы, что вечно первыми бегут с тон… Алиса? Ты где?

Я услышал всё через Алису, которая уже исчезла, выбежала на улицу и активно начала рыскать в поисках наших целей.

— Три цели, — повторил я вслух, глядя на Машу, затем дал описание, и мы резко вступили в бой, так как нас нашёл стражник.

— Они зде… — Клинок был быстрее слов.

За свою старательность стражник получил сегодня не премию, а смерть. Такая вот жизнь…

— Принято, — кивнула Маша, стряхивая с кинжала кровь, и растворилась в воздухе, активируя своё сокрытие.

Насколько же сильнее она стала… А я даже и не заметил.

Я двинулся на поиски по крышам, привлекая взгляды стражников и заставляя их носиться следом за мной. Спрыгнул с крыши, активировал «Мягкое падение» и приземлился в узком переулке между домами. Выглянул на улицу.

— Он где-то здесь был! Ищите его! — кричали горе-защитники.

«Где Архонт?» — спросил я у Алисы, вдруг она уже его нашла.

«Конечно, нашла! Во внутреннем дворе ратуши. Как раз с двумя своими советниками даёт указание отряду ополчения отбить ворота. Это рядом с тобой… Иди прямо полкилометра, затем поверни направо. На круговой площади первый съезд — и ты у цели!»

«Тебе бы в навигаторе подрабатывать…» — рванул я вперёд, привлекая внимание гвардейцев.

«Только если за это платят чем-нибудь вкусненьким… — ответила она. —Смотри, лоб в лоб не столкнись. Они выходят из-за ворот…»

Я ускорился, петляя между домами. Оторвался от патруля, прижался к стене и укрылся за бочкой, пропуская мимо группу горожан. Вот и как они на улице оказались? Совсем дураки? Увидят меня — заорут.

Ратуша показалась впереди. Двухэтажное каменное здание, украшенное колоннами. Мимо парадного входа, в сторону оккупированных ворот бодрым шагом устремились ополченцы во главе с усатым офицером. М-да… Они просто бросают мясо в бой.

Я обошёл здание, перелез через невысокий забор и оказался во внутреннем дворе. Двое стражников стояли у двери, переговариваясь вполголоса.

Мои цели… судя по всему, скрываются внутри. Ну что же, для меня это очень даже привычная площадка для битвы. А эти двое… Ну, их можно даже не убивать. Обойду, проберусь через высокие и пышные кусты сразу к зданию.

«Тут окошко есть открытое…»

Подошёл к окну. Кто-то заботливо проветривал комнату, наслаждаясь тёплыми деньками. Проскользнул внутрь.

«Ага, конечно… Очень заботливо проветривали. Я чуть все ногти не пообломала, пока с защёлкой воевала!» — подсказала Алиса, кого именно стоит благодарить.

Времени это заняло немного. Я был быстрым и осторожным. Руны на моей обуви поглощали шум, отчего я не особо беспокоился и был на пике своей скорости.

В коридоре кто-то шумел, активно топая… Сейчас кровушки попить или оставить на главного засранца? Эх, терпел целый день и ещё потерплю чуть-чуть!

Пропустил торопыгу и двинулся к лестнице. Я знал, где прячутся мои цели. Они были очень шумными…

Голоса доносились со второго этажа. Обеспокоенные, нервные. Один требовательным тоном настаивал, чтобы ворота отбили, заперли и не дали муримфортским ублюдкам помешать ему. И вообще, правителя интересовало, как так вышло, что склад с зерном был захвачен, и почему его до сих пор не отбили.

Я поднялся по лестнице, прижимаясь к стене. Дверь в конце коридора была приоткрыта, оттуда лился свет и послышались уже новые голоса.

— … не можем штурмовать! Он сожжёт зерно! — кричал мужской голос, срывающийся на визг.

— Тогда блокируйте здание! Пусть сдохнут от жажды! — рявкнул другой, более грубый.

— Времени нет! Из Муримфорта уже идёт подкрепление! Скоро все будут знать, что здесь случилось…

Я подкрался к двери, заглянул внутрь.

Трое мужчин стояли у стола, заваленного картами и документами. Один — упитанный, нервный, в богатых одеждах. Архонт, судя по всему. Второй — в красной мантии мага, с посохом в руке. Какой-то там пепельный чёрт. А значит, любит, когда с ним погорячее себя ведут. Третий — массивный воин в доспехах. Не знаю, где у него протез, за латным доспехом не видно.

Я выхватил пистолет, ворвался в комнату.

— А ну, не двигаться, ублюдки! Или сдохнете!

Трое дёрнулись, разворачиваясь ко мне.

Архонт побледнел: явно узнал, что у меня в руках. Маг схватился за посох и начал читать заклинание. Командир выхватил меч.

Дебилы? Что быстрее: меч, двухсекундная активация заклинания или пуля? Я выстрелил первым. А то это уже совсем как неуважение какое-то выглядит… Пуля пробила лоб мага, и тот рухнул, не закончив заклинание. Вот вам и доказательство моей правоты.

Командир бросился на меня с рёвом. Я увернулся, выстрелил трижды, вскидывая пистолет снизу вверх. Первый выстрел попал в колено, второй отрикошетил от латного доспеха, что вызвало у меня мимолётное восхищение, а вот третий…

Блин… А ведь не хотел убивать. Сломить, заставить играть по моим правилам, вытащить своего Архонта в обмен на этих полудурков… Ну, не судьба.

Архонт попытался выхватить кинжал и вогнать его мне в шею, но я если и поворачиваюсь к кому-то спиной, то только в одном случае: рядом есть кто-то, кто мою спину прикроет. Он рухнул в паре сантиметров от моих ног.

Маша уже было встряхнула клинок, но я успел перехватить её руку и слизнуть с лезвия кровь.

[Внимание! Эффект от особенности «Кровезависимый» активирован, уменьшение интеллекта сокращено до 0%.]

[Внимание! Эффект от особенности «Кровавая наследственность» активирован! Найдена особенность Слово Закона.

Слово Закона — вы представляете власть, и окружающие на вас, как на человека, что всегда исполняет свои обещания. Или они так думают и верят в это.

Харизма увеличена на 10%.]

[Желаете?..]

Да, желаю!

[Внимание! Эффект от особенности «Вампирская сладость» активирован, все ваши характеристики увеличиваются на 5 минут:

Сила увеличена на 0,8 единицы;

Ловкость увеличена на 0,7 единицы;

Выносливость увеличена на 0,8 единицы

Скорость увеличена на 0,9 единицы;

Интеллект увеличен на 1,0 единицу;

Восприятие увеличено на 1,0 единицу;

Харизма увеличена на 1,0 единицу;

Воля увеличена на 0,9 единицы.]

Маша посмотрел на меня, хлопая глазами, но ничего не сказала. Встряхнула клинок, когда я отпустил её руку, и неуловимым движением обчистила пояс Архонта, забирая всё ценное, что у него имелось. А я кинул ей колечко, подтверждая правильность действий. Кто-то должен позаботиться о трофеях, пока о них не позаботился кто-то другой…

— Пойду, пошумлю… — произнёс я, выскакивая в коридор, и мечом заблокировал выпад примчавшегося на шум стражника.

— Стой! Ты забыл… Так шуметь проще, — кинула она мне палец с руки Архонта, на котором намертво засело толстенное кольцо с огромным красным камнем. Думаю, вещь весьма узнаваемая.

— Спасибо, что не голову! — кивнул я и рванул дальше.

«Алиса… Обрадуй Телемаха. И предупреди, что убийство Архонта будет стоить ему…»

«О! ДА! Это я с радостью!» — даже не дослушала она мои слова и на божественной скорости отправилась к нему.

Я выскочил на улицу, шуганул всех парой фаерболов и рванут дальше. Забрался на крышу, чтобы и самому лучше ориентироваться, и меня видели, носились за мной.

Вскоре я добрался до зернохранилища. Внизу толпились стражники, но их ряды поредели. Кто-то убежал тушить пожар, кто-то двинул к воротам, где шла битва.

Я спрыгнул вниз и активировал «Морозную реку», ударяя потоком ледяного воздуха ближайших стражников. Они замерли, покрываясь инеем. Уронили оружие, попятились назад. Слишком медленно!

Повторил с фаерболом. Бил не прямо в людей, а перед ними, лишь бы они свалили в сторону.

Я призвал корнелюдов на остатки маны. Вышло всего трое, но они сразу же приковали взгляды всех. Монстры же… И они ринулись напролом к отрядам стражи, отчего те вынуждены были вступить в бой.

Внутрь попасть было непросто. Решили ломать крышу. Ну а чего её жалеть, если Телемах вообще спалить обещает?..

Мы с Алисой, словно ниндзя, свалились на головы гвардейцев из Крево. Телемах первым сообразил заорать, чтобы они не атаковали. Молодец!

— Алекс, — выдохнул он. — Вовремя.

Я подошёл и кивнул.

— Просьба выполнена. Архонт и его помощники мертвы. Вот доказательство, — вложил я палец другого Архонта в протянутую для рукопожатия ладонь.

Телемах тяжело выдохнул, выпрямился, рассматривая «подарок». Развернулся к своим людям.

— Готовьтесь выходить!

Затем подошёл к двери, распахнул её настежь пинком и скрылся в темноте. Стражи как раз закончили с корнелюдами разбираться. Архонт же прочистил горло и заорал.

— Диттер по прозвищу Верный Клинок! Ты ещё не сдох?

Из толпы вышел мужчина в доспехах командира стражи. Лицо суровое, шрам через левую щеку. Я свою работу выполнил и отдыхал, наблюдая за зрелищем через пушистое телевиденье.

— Не дождёшься! — ответил он хрипло.

— Твой правитель тоже так говорил! А теперь мёртв! Его советник тоже мёртв! Командир гвардии мёртв! — прокричал Телемах. — Мы можем продолжать, и тогда твой город сгорит дотла! Или ты сложишь оружие, обеспечишь нам безопасный проход, и тогда у Гесдарро ещё будет шанс на будущее!

Диттер молчал, сжав челюсть.

— Брехня! — наконец выдавил он из себя.

— Из Муримфорта идёт дружина! — добавил Телемах. — Сотни всадников! Архонт Маггиди не простит нападения на дипломатическую миссию! Да и остальные тоже.

У твоего Архонта был план. Но он был безумно глупый. Вас всё равно ждал бы один итог. Просто он оказался ещё и настолько бесполезным стратегом, что не смог справиться даже с простейшим этапом ловушки! Так что город теперь в твоих руках! Твой выбор: договориться сейчас или встретить их армию! — Телемах швырнул на улицу палец, и тот долетел до первых рядов стражи, что стояла у импровизированной баррикады.

— Господин! — окликнул его побледневший боец с арбалетом в руках.

Диттер посмотрел на своих людей. Они переглядывались, колебались.

— Заткнись! — рявкнул он наконец. — У вас всё равно нет выхода!

Но голос его дрогнул.

Телемах усмехнулся:

— Уверен? Вы даже ворота не контролируете. Смотри: если город будет разграблен и сожжён, ты, а не Архонт, будешь в этом виноват. Успел семью вывезти перед началом этого безумия?

Диттер не ответил. Развернулся, отдал приказ бойцу.

— Беги к воротам! Узнай, что там происходит!

Боец сорвался с места, помчался прочь. Вернулся через пару минут, бледный как полотно.

— Ворота захвачены! Чудовища из деревьев охраняют их! Оборотень и эльф убивают всех, кто приближается! А ещё варги… Со стены подали сигнал, что приближаются знамёна Муримфорта!

Диттер побледнел.

— Отступить, — скомандовал он глухо. — Всем отступить к цитадели. Запереться внутри.

Стража заколебалась, но приказ был отдан. Они начали отходить. Медленно, неохотно.

Телемах выждал, пока они отступят на безопасное расстояние. Затем вышел из зернохранилища, опираясь на меч. За ним последовали его люди. Ну я тоже.

Мы двинулись к воротам. По пути Телемах остановился у трёх деревьев, что я призвал во время штурма. Они лежали на земле, сломанные, обугленные, но живые. А рядом десятки трупов.

Я деактивировал магию, возвращая их корни в землю. Не знаю, выживут ли они…

Феи появились со стороны стены и закружили вокруг деревьев. Ля и Ми рассыпали на них свою пыльцу, ускоряя восстановление.

«Молодцы, девочки, — прокомментировала Алиса. —Они помогут деревьям быстрее восстановиться».

Я поднялся, кивнул феям. Они радостно пропищали и улетели обратно.

Мы вышли из города. Мэд, Имирэн и даже Маша стояли у входа, окружённые трупами стражников. Варги рычали, охраняя проход. За воротами ещё не стояла дружина Маггиди, но его три сотни всадников, выстроенных в ровные ряды, уже виднелись на горизонте.

— Опоздал, — прокомментировал Телемах. — А ты, как обычно, умеешь удивить.

Маггиди с бойцами добрался до ворот, спешился и подошёл к Телемаху.

— Архонт Крево, — поклонился он. — Рад видеть вас живым.

Телемах устало улыбнулся:

— Благодарю за подмогу, Маггиди. Хоть мы и справились до вашего прибытия.

После чего по-дружески так обнял и пару раз звучно хлопнул по доспехам.

— Я запомню твою готовность прийти на выручку, друг. Спасибо, что этих безумцев предупредил…

— А что, он отступил? Смогли договориться? — удивился Маггиди.

— Сдох он. И помощники его тоже. Город помят, куча трупов. Стража укрылась в цитадели.

Маггиди оглядел разрушения: дым над городом, трупы у ворот.

— Вижу… — пробормотал он и удивлённым взглядом посмотрел на меня.

Кажется, он понял, что это не архонтова дружина такой беспорядок учинила. Хотя они тоже молодцы: среагировали, прорвались, укрепились. Мгновенная и верная оценка ситуации обеспечила им шанс выбраться живыми. Не всем, но многим.

Телемах выпрямился несмотря на ранение. Повернулся ко мне и сделал глубокий поклон.

— Алекс Лисоглядов. Вы спасли мне жизнь. Спасли моих людей. Я в долгу перед вами.

Я покачал головой:

— Просто оказался рядом.

— Вы смогли сделать то, что никто другой не смог бы, — возразил он. — Без вас мы бы не выжили.

Архонт соблюдает нормы этикета даже в такой ситуации… Благородство у него прям в крови.

Мы погрузили раненых на телеги, собрали тела погибших гвардейцев Телемаха. Их было немало. Они отдали жизни, прикрывая отход своего господина. Для него это наверняка огромные потери.

Траурная процессия двинулась обратно к Муримфорту. Жители Гесдарро провожали нас злобными взглядами, но никто не осмелился напасть и вякнуть хоть что-то.

Город остался позади, окружённый дружиной Маггиди.

Только отъехав на приличное расстояние, Телемах выдохнул, расслабился и тяжело развалился на сиденье кареты.

— Этот сутулый жадный пёс был безумцем, — пробормотал он. — Параноик и фанатик, одержимый идеей независимости. Думал, что, убив меня, сохранит свободу своего города.

— Идиот, — буркнул я.

— Опасный идиот, — поправил Телемах. — Готовый на любые подлости ради своих идей.

Мы доехали до Муримфорта через два часа, ведь не спешили. Забрали Тобиаса и телегу с вещами. Алиса радостно обнаружила рядом с телегой фермера и куриц, что преспокойно сидели в клетках, что им организовал перепуганный лавочник. Даже петух был на месте. И он снова сошёл с ума при виде меня…

Я злобно на него посмотрел. Кажется, я знаю, что у нас будет сегодня на ужин…

Фермера, видимо, сильно вдохновило моё тесное знакомство с Архонтом. Настолько тесное, что тот бежит, спотыкаясь, через весь город, только чтобы попросить меня о помощи.

— Готовы? Едем в Крево, — сказал Телемах. — У меня к тебе серьёзный разговор.

Я сразу понял, что он хочет, и пересел с нашей телеги в его карету.

Архонт предложил вино, налил два кубка.

— За спасение, — произнёс он, поднимая кубок.

Я чокнулся с ним, выпил. Вино было хорошим, терпким.

— У меня миллион вопросов… — начал Телемах с улыбкой. — Ты вернулся из-за моря. Привёз эльфа. Наверняка есть что рассказать.

Я кивнул:

— Есть.

— Но сперва… — стал он серьёзным, — мне нужно кое-что тебе сообщить. Когда мы приедем в Крево, не спеши никуда. Зайдём ко мне в кабинет. Я кое-что тебе покажу.

— О чём речь? — нахмурился я.

— О прошлом и будущем. А ещё о твоём отце.

Я замер.

— Вы знали?

— Я провёл расследование, — спокойно ответил Телемах. — Разговаривал с Миравидом. Собирал информацию об Архонте Ковалёве. Сопоставлял факты. Ты похож на него. Не внешне, а по духу. По тому, как действуешь.

Я молчал, переваривая информацию.

— Где он? Есть свежие данные? — спросил я наконец.

— Был в Ратиборе. У Архонта Болдура. Привёз предложение от царя орков Дира Завоевателя. Сейчас уже уехал обратно с ответом Болдура. Думаю, он ещё вернётся.

— Чёрт! Так и знал, что нужно ехать на север!

— Всё, что ни делается, делается к лучшему. Болдур никуда не денется, расскажет тебе подробности, — успокоил меня Телемах. — Он ждёт встречи с тобой. Я лично его уведомил о твоём… существовании. Но торопиться не стоит. Поговорим сначала в Крево. Есть вещи, которые ты должен знать.

Я выдохнул, откинулся на спинку сиденья.

— Хорошо. Тогда что дальше?

— Дальше? Расскажи, что случилось в Натимборе. Опасны ли эльфы, можно ли им доверять? Кто этот остроухий, что следует за тобой по пятам? Есть ли нам смысл завязывать с ними какие-либо отношения? — Телемах налил себе ещё вина.

— Эльфы опасны, — начал я. — Орки стали нашими северными соседями потому, что проиграли им войну и ушли за море однажды. Очень и очень давно. Но если говорить о шансах установить хотя бы нейтралитет и начать торговлю… Да. Не хочу выглядеть хвастуном, но после моего похода шансы на это появились.

Телемах сделал глоток вина, внимательно слушая.

— Осталось лишь дождаться, пока эльфы выберут нового короля взамен почившего.

Архонт замер с кубком у губ.

— Почившего?

— Да. Целых два раза его убивать пришлось…

Телемах поперхнулся вином, закашлялся и уставился на меня широко раскрытыми глазами.

— Что⁈

Я невозмутимо отпил из своего кубка.

— Долгая история…

— А нам ехать долго. Рассказывай, дипломат. Со всеми подробностями рассказывай!

Сегодня была очень большая глава. Завтра возьму паузу, нужно поработать над окончанием тома хорошенько:) Можете пока лайков наставить, в комментариях ёлками похвастаться.

Глава 18

Мы болтали всю дорогу. Я пытался описать эльфов правдиво, как они есть, со всеми их несомненными плюсами и минусами. Телемах внимательно слушал, и я хотел, чтобы он — тот, кому из местных властей я действительно доверяю, — понимал всю сложность обстановки за Синим морем.

Один из немногих комментариев, что он выдал на мой многочасовой рассказ, был такой, мол, я, может, и хороший воин, но в дипломаты явно не гожусь. Хотя и выполнил все поставленные мной же перед этой экспедицией цели.

— Дипломат из тебя, Лисоглядов, конечно, так себе… — в очередной раз я услышал фразу, от которой меня перекосило.

Нашлись, блин, эксперты.

Я справедливо заметил, что только что спас архонтовскую жопу из возможного плена, а то и от экзекуции. На что он справедливо закивал головой, мол, бывают в жизни огорчения.

Мы много болтали о дипломатии, о мировых заговорах и всяких ублюдках вроде Лиги Теней и о том, как хорошо, что в нашем тихом, варящемся в собственном соку Домене таких монстров нет. Пока нет… Не просто же так я на турнир собираюсь. А заодно обсудили проблему неизвестного бога Фиора, любителя разрушений… Да и дела в регионе.

Я предложил добавить в его свиту представителей кланов из его города и отрядов авантюристов. Например, «Гидру» с Соломоном. Ну и по пять человек представителей городов, что уже согласились на объединение. Это ведь не чисто его инициатива, а необходимость и возможность, что появилась после победы над общим врагом для всего региона! Общая политика, общая экономика, торговые связи и маршруты… Выгоды очевидны. Так пусть же с ним лазят представители и чиновники из других городов. Если нападут, то не на него одного, а на все города разом. А хватит ли у кого-то смелости, не имея кучи союзников, оскорбить и убить представителей десятка городов? Сомневаюсь…

И Архонт со мной согласился. Сказал, мол, всё понимает, просто он спешил, был окрылён удачей в Муримфорте и просто хотел поболтать с соседним правителем. Вот и поболтал… Два десятка погибших только среди его гвардейцев.

Мы болтали. А вот Крево встретил нас не тем радостным гулом, каким обычно приветствовал возвращение Архонта из дальних поездок, не праздничными криками и развевающимися флагами, а… молчанием. Люди высыпали на улицы и замирали, увидев телеги с телами павших гвардейцев.

Никто не знал, что Архонт был в опасности. Никто не ждал такого возвращения.

Процессия двигалась медленно, тяжело. Телеги скрипели, кони понуро опускали головы, словно чувствуя груз, который везли.

Под тканью виднелись очертания тел. Двадцать верных воинов, что не вернулись домой…

Толпа расступалась. Люди снимали шляпы, женщины крестились и шептали молитвы. Кто-то плакал, узнавая по доспехам или оружию своих родных.

Телемах заменил карету на седло лошади и ехал впереди, несмотря на недавнее ранение. Оно зажило, но шрам на душе после сегодняшней бойни останется. Но Телемах смотрел вперёд, не отводя взгляда, принимая на себя всю тяжесть этого момента.

Мы въехали на главную площадь. Здесь собралась уже вся знать, чиновники, купцы и простой люд. Ехали медленно, давая городским вестникам и бегункам разнести новости.

Несмотря на вечер, людей было много. Очень много… Тысячи глаз смотрели на процессию, тысячи сердец сжимались от горя.

Телемах спешился, передал поводья слуге и поднялся на помост перед ратушей. Он заговорил твёрдо, несмотря на усталость.

— Жители Крево! — начал он, и площадь замерла. — Сегодня я вернулся с плохими новостями. Мы потеряли лучших из лучших. Воины нашего города, моей личной гвардии пали, защищая честь и знамя нашего дома. Они не дрогнули перед врагом, не отступили, не предали. Они исполнили свой долг до конца.

Он выдержал паузу, оглядывая толпу.

— Завтра объявляется день траура. Работы прекращаются. Все храмы открыты для молитв. Семьи павших получат компенсацию и пожизненное содержание из городского бюджета. Их имена будут высечены на мемориале героев, когда мы закончим начатое ими дело и объединим под единым знаменем весь регион. Их жертва не будет забыта!

Толпа зашумела. Кто-то всхлипывал, кто-то кивал с суровыми лицами, что-то бормоча.

— Помните: ни один из них не погиб зря! — продолжил Телемах, повышая голос. — Их смерть не была напрасной. Мы выжили. Мы победили. Враг повержен. И теперь Крево станет ещё сильнее, ещё крепче. Потому что мы помним своих героев. И почитаем их, как и предков, что пролили тысячи литров крови, расчищая эти земли от монстров, чтобы нам было где жить! Мы не остановимся и продолжим следовать воле павших! На примере их мужества и храбрости мы будем жить и растить детей. Они — истинные избранные! И слава всех, кто погиб во благо людское, будет жить в веках!

Площадь взорвалась криками одобрения. Кулаки взметнулись в воздух, мечи застучали о щиты.

Я стоял в стороне наблюдая. Телемах умеет говорить с людьми. Умеет превращать горе в силу, траур в решимость.

Он спустился с помоста и подошёл ко мне.

— Спасибо, Алекс.

Я пожал плечами:

— Просто мне повезло оказаться в нужное время в нужном месте.

— Это мне повезло, что у Ковалёва вырос такой сын. Увидимся завтра! — произнёс он, повергая меня в ступор своими словами.

Не привык я к этому… И коробит меня капитально. Тело дервенеет, кровь бурлит, хочется выть и кричать. Где он? Где моя сестра? Чёрт… Как же тяжело скрывать то, что лежит на сердце.

Телемах развернулся и ушёл, окружённый советниками и охраной. А я с большим трудом выдохнул, теряя непонятно откуда взявшуюся и переполнившую меня с головы до ног злость.

«Эй, ты чего напрягся так? Расслабься! Мы на пути к нашей цели. Всё хорошо, никто не умер! Ну… Из родных твоих, насколько мы это знаем», — ободрила меня Алиса.

«Ага… Пошли домой. Устал я…» — произнёс я и двинулся через толпу к выходу из города.

Рядом были знакомые и не очень лица. Кто-то меня хлопал по плечу, кто-то благодарил. Семья с детьми одного гвардейца сдавила в объятьях. А я мыслями был где-то далеко. Механически отвечал им, что всё хорошо, жизнь продолжается.

Мы двинулись к нашей усадьбе в Червяково. Варги… устали. Но их ждала их стая, и потому они неслись так быстро, как только могли. Пять минут и несколько синяков на жопе от тряски, далёкой от уровня Павоза Элеи, и вот мы оказались в деревне, где мужики активно вытаскивали сети из лодок для починки, а женщины принимали корзины с рыбой.

Нашему появлению явно были рады. Варги, словно ураган, побежали навстречу вернувшимся товарищам, радостно виляя хвостами. Жадно обнюхивали их и выли так, что эхо расходилось до замка «Мемории» и городских стен.

Родная усадьба, пусть ей всего пару месяцев с момента постройки, показалась за поворотом. Большой дом с пристройками. Конюшни, кузница Брячедума, огороженный двор, собственные стены и огороды с алхимическими травами…

Много мелких деталей изменилось: добавились фруктовые деревья, появились новые сарайчики, у варгов на улице теперь есть свой дом. Такой огромной и роскошной будки я до этого не видел. Настоящая общага… Гоблины как раз таскали им сено внутрь. Дым поднимался из труб отапливающих помещения каминов, свет горел в окнах.

Граф вышел на крыльцо, увидел нас и широко улыбнулся:

— Наконец-то! А мы уж волноваться начали!

Брячедум вывалился следом, вытирая одну руку о фартук, а второй всё время пытался попасть в карман, но слишком пузатая фляга мешала ему это сделать.

Как бы он не спился… А то у меня появится новое сомнительное достижение: «Сделавший бывшего короля гномов алкоголиком». А то ещё и особенность Система выдаст!

— Лисоглядов! Живой! И притащил кого-то?

Взгляд гнома упал на Имирэна, который спешивался с варга, держась за гриву и морщась от боли в мышцах. Эльф явно не привык к таким скачкам.

Имирэн скинул капюшон, и Брячедум замер. Уставился. Его короткая, но полная гордости борода задрожала.

— Эльф? — выдавил он наконец. — ТЫ ЭЛЬФА ПРИТАЩИЛ⁈

Имирэн выпрямился, оглядел гнома с высоты своего роста и презрительно усмехнулся.

— Что это? Гном или грязный карлик? — произнёс он на ломаном человеческом языке, указывая на бороду Брячедума. — Такой смешной борода я давно не видеть…

Брячедум побагровел:

— ЧТО ТЫ СКАЗАЛ, ОСТРОУХИЙ⁈

— Я говорить правда, — невозмутимо продолжил Имирэн. — Настоящий борода у дварфов. А это… жалкий попытка.

А эльф знал, куда бить! Как бы сейчас ему уши не обстригли…

— Граф, — обратился я к другу, что уже чесал в задумчивости голову от нового неожиданного пополнения нашего отряда, — есть свободные комнаты? Потому что если нет, то придётся эльфа к гному подселить…

— ВОТ УЖ НЕТ! — взревел Брячедум. — ЛУЧШЕ В КУЗНЕ СПАТЬ БУДУ! НА НАКОВАЛЬНЕ!

Имирэн поморщился.

— Я тоже не хотеть, — заявил он с диким акцентом. — Комната вонять… Смрад сажа и гномий пойло. Я задохнуться там!

— ПОЙЛО⁈ — Брячедум схватился за молот. — ДА НЕКТАР ЭЛЬФОВ СОСЁТ ПО СРАВНЕНИЮ С…

О, а Брячедум в нашем языке тоже поднаторел. Неплохо выдал…

— Господа, господа! — вмешался Граф, разводя руками. — Успокойтесь! Мест хватит всем! У нас десять спален и половина пустует!

Брячедум и Имирэн одновременно фыркнули и отвернулись друг от друга.

Граф подошёл к Тобиасу, который робко стоял в стороне, сжимая свою поклажу.

— А это кто, позволь узнать?

— Тобиас, — представил я. — Переводчик. Помогал нам с Имирэном. Хороший парень с печальной судьбой.

— Рад знакомству, — поклонился Граф. — Меня зовут Граф. Я управляю этим хозяйством.

Тобиас неуверенно улыбнулся:

— Взаимно, господин граф. А как вас величать? — уточнил он.

— Граф это и есть моё имя. Пойдём, бери с собой эльфа. Покажу, что у нас где.

Я повернулся к бывшему рабу:

— Можешь остановиться у нас на неделю. Дальше решай сам, что делать, где работать, как жить.

— Я понимаю, что любой доброте есть предел. И что нахлебники никому не нужны. Так что не рассчитываю жить тут вечно на халяву, — поспешно закивал Тобиас. — Завтра же утром пойду в город, поищу работу! Может, в библиотеке, или у торговцев, или…

— И ещё, — добавил я, — помогай Имирэну с языком. Ему практика нужна. Ну а так, я думаю, многие из тех, кто высоко метит, захочет изучить хотя бы базовый эльфийский и заплатит тебе за это, — дал я подсказку.

Тобиас просиял:

— С радостью! Спасибо вам за всё!

Граф хлопнул в ладони:

— Отлично! Тогда за мной, господа. Ужин через час. А пока можете освежиться, отдохнуть.

Мы разошлись по комнатам. Я скинул пыльные, грязные накидки, что скрывали мою экипировку в путешествии. Привычка их носить появилась быстро, и я решил от неё не отказываться. Через окно увидел замок «Мемории», что строился неподалёку…

Я вышел на крыльцо с чашечкой кофе, который сварила Джоана с нежностью и заботой, и присмотрелся к соседям. Всё равно практически никого в доме не было. Гномы до сих пор ковали, так что о нашем возвращении даже не услышали из-за шума звона молотов и наковальни.

За время моего отсутствия работа по постройке замка заметно продвинулась. Стены были уже завершены. Высокие, мощные, из серого камня. Теперь возводились башни по углам. Каркасы уже поднялись на два этажа. Строители копошились, как муравьи, таская блоки, сколачивая леса. Почему не взялись делать всё через Систему и Архонта, не знаю, хотя догадываюсь… Видимо, у местного кланового назначенца просели бюджеты, и он решил обходиться собственными силами.

— Впечатляет, правда? — подошёл Граф, тоже глядя на стройку.

— Быстро работают, — кивнул я.

— Но могли бы и быстрее, — с довольной улыбкой произнёс Граф, ведь именно он осваивал немалую часть чёрной бухгалтерии соседствующего с нами клана и направлял средства на развитие нашей деревни и поместья.

— Это да. С гномами соседскими были связи? Начали что-то реализовывать?

— Караван неделю назад выехал. «Мемория» как раз организовала всё. Составили трёхсторонний договор: нам пойдёт двадцать пять процентов прибыли. Всё под контролем, не переживай.

— Отлично. Всегда знал, что ты обалденный организатор. Отец тебе, к слову, привет передавал, как и матушка.

— Спасибо! Как они там?

— Тяжело… На город напали. Пара районов сгорела, грядёт большая перестройка.

— Да? Расскажи подробнее.

— Давай за ужином. Мне много чего рассказать нужно будет. И услышать новости от вас.

Ужин был сытным, но главное блюдо из одного несговорчивого петуха ещё готовилось. Граф постарался на славу вместе с Джоаной. Так много еды за час появилось, словно они готовились к нашему возвращению.

Алисы я не видел с момента возвращения, но слышал её восторженные крики. В подвале уже дожидался её магический инкубатор, перевязанный красной праздничной лентой. Сам я туда не спускался, но знал, что для ребят скоро будет много хлопот с её курами. А потом ещё и Архонт других птиц притащит…

Брячедум демонстративно отсел подальше от Имирэна. А тот старался игнорировать его присутствие. Да и вообще, был скуп на эмоции и слова.

Постепенно возвращались все остальные. Вася пришёл с охоты, сияя от радости не то от собственных успехов, не то от нашего возвращения. Шумели, радуясь возвращению своего «патриарха», оборотни, что вернулись с дозора.

Герда и Александр пришли последние и в стельку пьяные… Я хотел было возмутиться, но наш алхимик Джованни сказал, что это стандартный сценарий переговоров. Они активно ходят на всякие встречи с городскими элитами, торговцами и кланами, выбивая в сложной местной иерархии законное место для «Русских Кабанов».

Мы ели и болтали, обсуждали дорогу, встречу с эльфами, путешествие через море, нападение огненных големов и шатающегося по Домену неизвестного последователя культа Фиора и стычку в Гесдарро. Имирэн и Брячедум то и дело перебрасывались колкостями, но уже без настоящей злобы. Они были бы рады и нормально поругаться, но наш смех сбивал весь настрой. А не смеяться при их акценте и неправильном использовании слов было невозможно.

— Твой радужный гномий говно не бить лепёха! — сорвался на крик в один из этих раундов Имирэн.

И как тут сдержаться? Даже Брячедум заржал так, что слёзы из глаз градом покатились. Что именно хотел сказать эльф, мы так и не поняли. Он был сначала очень зол, потом очень расстроен и смущён, а в конце и вовсе перестал реагировать на всех нас. Быстро доел свой салат из огурца с помидорами и ушёл спать.

Утро следующего дня выдалось тихим. Город погрузился в траур. Чёрные флаги висели на домах, храмы звонили в колокола, люди ходили молча, понуро.

Мы собрались у одного из храмов в центре Крево. Храм Семи Добродетелей, носитель лисичкиной статуэтки с первого дня нашего появления в этом городе.

Маша стояла перед входом, одетая в простую тёмную робу. Лицо спокойное, но я видел лёгкое напряжение в её позе.

— Готова? — спросил я.

Она кивнула.

— Что нужно сделать?

— Не знаю. Задание просит меня поговорить с настоятелем.

Жрец вышел из храма, поклонился Маше.

— О, вижу на вас метку великой радости. Кажется, вы готовы сделать один из самых важных шагов в своей жизни. Следуйте за мной.

Они вошли внутрь. Остальные остались снаружи. Я прислонился к колонне, скрестив руки на груди. Остальные устроились рядом. Удивительно, конечно, как некоторые особенности и профессии меняют людей, делая их инструментом в руках Системы. Хотя все мы инструменты… Просто не всегда понимаем своё предназначение.

Брячедум присел на ступеньки, достал трубку и набил её табаком.

— Она справится, — буркнул он. — Девчонка упрямая.

Я улыбнулся. Маша действительно упрямая. Но не об этом я думал сейчас. А о другом: о своей родной сестре.

Где она сейчас? Жива ли? Помнит ли меня? И об отце…

Архонт Ковалёв. Человек, которого я почти не знал, но чья кровь течёт во мне.

Воспоминания накатывали. Я вернулся к одной своей семье, но другую… так и не нашёл. Я был близок, очень близок к тому, чтобы увидеть отца. Но упустил свой шанс, сам того не зная. И сейчас компас показывал мне новое направление: на север, к стражу северных границ Домена, самых суровых и опасных земель.

— Переживаешь за неё? — спросил Граф, подсаживаясь рядом.

Я вздрогнул и вернулся в реальность.

— А? Да… Немного.

— Она сильная. Справится.

Я кивнул, не желая объяснять, что мои мысли совсем не о Маше. О ней я как раз вообще не беспокоился. Она убивала уже и тех, кто сам давно на ранге Ученика. И, думаю, Искателей тоже. Система не сообщает об этом, но наверняка такие на нашем пути оказывались.

— Маша выбрала свой путь, — произнёс я вслух больше для себя. — Он был долгим. Сложным. Но она больше многих Архонтов заслуживает статус Ученика.

Граф согласно кивнул.

Имирэн, стоящий неподалёку и слушающий разговор, вмешался.

— У эльфы… Этот титул давать всем по совершеннолетие, — произнёс он на своём ломаном языке. — Когда заканчивать азы учёба. Это… как вы говорить… обычный вещь. Стандартный практик взятий новый ранги.

Я повернулся к нему:

— А сколько лет эльфийским подросткам? Когда становятся совершеннолетними?

— Пятьдесят годы.

Все замерли. Брячедум выронил трубку. Граф уставился на эльфа. Мэд присвистнул.

— Пятьдесят⁈ — переспросил я.

Имирэн гордо кивнул.

— Да. Но эльфы талантливый! Многие становиться раньше. Бывать к пятнадцать годы!

Брячедум поднял трубку, отряхнул, сунул обратно в рот и ехидно прищурился:

— А они к этому возрасту уже из подгузников вылезают?

Я фыркнул, еле сдерживая смех:

— Ты знаешь это слово?

— Конечно! Когда Граф заказ на эксклюзивные товары из другого мира делал, я много интересного там прочитал.

— Вот как! Интересно, а что с пауком?

Имирэн нахмурился, явно не понимая, о чём речь.

— Не понимать… что говорить немытый коротышка. Пусть сперва протрезвеет.

Брячедум вскочил:

— КТО КОРОТЫШКА⁈ ДА Я…

— Господа! — прервал Граф. — Может, перекусим? Пока ждём?

Мы перешли в небольшую таверну напротив храма. Заказали еду, расселись за столом. Я поинтересовался о нашем механическом страже. Увы, он всё ещё был сломан: не хватало всего одной детали, но на рынке в продаже её не было. Причём она не была чисто под него создана.

Это был универсальный магический распределитель энергии. И покупали его обычно… кланы и города для защиты цитаделей магическим щитом. Цена на такой была запредельной. Но всё равно в продаже не имелось. Да и тратить его на одного механического паука мы все посчитали глупостью.

Дальше разговор зашёл о рангах. Выяснилось, что без звания Ученика остались только трое из нашего отряда.

— Я, Мэд и Вася, — подытожил я. — Остальные уже давно получили.

Мэд пожал плечами.

— Я сменил путь. Стал патриархом клана оборотней. Теперь мне нужно расширять стаю, укреплять позиции. Этим и займусь в ближайшее время.

Вася кивнул.:

— А мне осталось добыть всего один новый вид животного на охоте. Пойду в лес на неделю — вернусь Учеником. Или позже вернусь, но точно пройду квест до конца.

Я посмотрел на остальных:

— А вы все когда успели стать Учениками?

Граф улыбнулся:

— А я теперь уважаемый человек, и найти учеников довольно легко стало. Один нюанс: новый ранг принёс мне изменение в моём пути. Я теперь не наставник…

— А кто тогда? — удивился я.

— Эстер, — выдохнул он… — Что, впервые слышишь?

— Да, — признался я.

— Я тоже до этого не знал. Если в двух словах, то я маг-авантюрист, решающий проблемы и развивающий территории. У меня даже шкала прогресса появилась, показывающая, сколько пользы от меня для местных жителей пришло. И на нынешнем уровне я должен… Много чего должен, в общем… Для меня самый короткий путь — это идти в помощники Архонта. Но я попробую через торговлю и связи поднять регион Крево и заслужить уважение и шанс стать Искателем.

Брячедум хмыкнул:

— Я и вовсе десять лет как Ученик. В двадцать лет получил, на второй год перехода в этот мир! Не стал ждать совершеннолетия, — уколол он Имирэна, и они снова начали пререкаться.

Я отпил вина, слушая их перебранку вполуха и размышляя.

Герда ещё до моей поездки к эльфам взяла ранг, Александр — через три дня, как мы ушли и как только он принял предложение Системы стать старостой Червяково. Первый шаг на пути к Архонту. Ему главное было стать главой любого поселения, где есть хотя бы двадцать человек. Вот он и получил шанс осуществить мечту. Пока он ещё не Архонт, но перспектива смены социального статуса у него имеется. Не просто же так он активно со всеми шишками знакомится и на брудершафт пьёт.

Джованни сказал, что уже давно стал Учеником, занимаясь зельеварением, и сейчас активно двигается по этому Пути дальше, создавая новые рецепты. Наша алхимическая мастерская для него просто прекрасно подходит и помогает в этом деле. Джоана скромно ткнула пальчиком в итальянца, давая понять, что он стал её учеником, а она сама идёт по Пути травницы.

Наконец из храма вышел жрец. Мы вскочили, заметив его через окно, и поспешили к нему.

— Готово? — спросил я.

Жрец кивнул:

— Испытание пройдено. Она внутри. Сейчас немного в себя придёт: от радости ноги подкосились у девочки…

Мы вошли. Маша сидела на лавочке у стены зала, бледная, но с горящими глазами.

Я подошёл и обнял её:

— Поздравляю.

Она улыбнулась впервые за долгое время:

— Спасибо. Это было… непросто. Я долго не могла понять ответ на главный вопрос.

— Но ты справилась. Нашла его?

Вместо ответа она меня поцеловала. Легко и незаметно, в щёку, чтобы не злить церковников.

Остальные окружили её и начали поздравлять, хлопая по плечу. Даже Брячедум буркнул что-то одобрительное. А вскоре нас, шумных, погнали прочь, ведь скоро начнётся служба. И с ними была согласна даже Алиса. Службу пропускать нельзя! Особенно когда тебе в божественный карман перепадёт половина энергии.

Мы вышли из храма. День траура продолжался, но внутри нашего круга царила радость.

После обеда я направился в резиденцию Архонта, тогда как остальные занялись своими делами. Вася собирался в лес, Мэд проводил групповые тренировки прямо на площади, приглашая всех желающих. А про остальных точно не знаю. Но явно занимаются чем-то интересным для себя.

Телемах ждал меня в кабинете. Он сидел за массивным столом и перебирал бумаги. Увидев меня, он кивнул и указал на кресло.

— Садись, мой добрый друг и спаситель. Вот уж не думал, когда впервые тебя увидел, что столько раз буду вынужден тебе кланяться.

Я сел. Телемах налил два кубка вина и придвинул один ко мне.

— Выпьем за победу.

Мы чокнулись, выпили. Не очень вкусно после эльфийских лёгких вин… Есть в местном какая-то человеческая горечь и терпкость. Показывает нашу непростую судьбу и дорогу, по которой мы идём.

Телемах откинулся на спинку кресла, изучая меня взглядом.

— Для начала, — произнёс я, — у меня есть кое-что, что я пообещал вам передать от эльфов.

— Именно мне? — удивился он.

— Тому из правителей, кого я лично сочту достойным, — ответил я и вытащил из кольца письмо на странной бумаге.

Он раскрыл его и вытащил абсолютно белый лист бумаги.

— Это… пустой лист? — недоумённо спросил он.

— Не совсем. Наверное, надо магию влить, чистую ману.

Телемах коснулся пергамента пальцем. В тот же миг поверхность вспыхнула магическим светом. Руны проступили на бумаге, светящиеся голубым и золотым, переплетающиеся в сложные узоры. А затем Архонт откинулся, словно оказываясь под воздействием заклинания. Когда он очнулся, оказалось, что так оно и было.

— Послание от эльфов. Официальное. От временного совета королевства Натимбор.

Он начал рассказывать содержимое, которое благодаря магии даже переводить не нужно было. В нём говорилось о признательности за помощь в устранении угрозы. О готовности обсудить условия мира между великим эльфийским народом и малой цивилизацией людей, а также торговые отношения. Ну и пара слов о том, что человек по имени Алекс Лисоглядов признаётся другом эльфийского народа. И в конце шло предложение о встрече и переговорах в человеческом прибрежном городе, после коронации нового короля.

Телемах убрал руку, и руны погасли. Пергамент снова стал чистым.

— А что за город-то?

— Ну, эльфы наверняка знают только о Лиссабоне. В который я приплыл…

— И что это за город? Никогда там не был. Приличный?

— Дыра с вечно пьяными моряками, грязными улицами и отвратительным ромом в таверне.

— Ой-ой… Надо с этим что-то делать. Нельзя ударить в грязь лицом!

— Тем более лицом эльфа, — согласился я.

— Спасибо. Сообщу в совет. Но вообще… Ты это письмо забери и потом нашему другу передай.

— Архонту Болдуру? Почему ему, я так и не понял… — вернулся я к вчерашнему разговору.

— Потому что если в нашем Домене и есть человек, который может объединить всех Архонтов под своим началом, то это он. Но он упрямый, не хочет.

— А он и впрямь достоин?

— Мы до сих пор не под пятой орков исключительно благодаря ему. Да. Он сильный лидер и военачальник. Да и в совете Архонтов его слово значит больше, чем любого другого. Пусть это и не принято говорить, но, если он против чего-то, остальные стараются ему не перечить. Так что письмо нужно передать ему. Он единственный, кто сможет правильно использовать этот шанс.

Я кивнул, забирая пергамент и пряча его в карман.

— Хорошо. Передам.

Телемах помолчал, затем стал серьёзным:

— Теперь о другом… О твоём отце.

Я напрягся.

Телемах открыл ящик стола, достал небольшой деревянный ларец. Открыл. Внутри лежали огромные папки с бумагами, портреты людей, записи, на которых красовалась большая красная надпись «Секретно».

— Твой отец, Архонт Ковалёв, попал в плен к оркам. Ты это уже знаешь, верно? — начал Телемах, и я кивнул в ответ. — А теперь он служит царю орков. И предлагает людям мир, очень похожий на тот, что предлагали наши нынешние сюзерены. Но есть и одно отличие… От нас требуют вступить в войну, собрать армию и помочь уничтожить бывших вассалов. Доказать, что мы чего-то стоим, и стать одними из многих вассалов Дира Завоевателя, что вознамерился объединить всех орков под своим началом.

Он глубоко вздохнул и продолжил:

— А нам, людям, теперь нужно понять, как быть. Согласимся — начнём воевать с теми, кто намного сильнее нас. Пусть мы будем и не одни, но судьба войск поддержки — быть мясом в самых кровопролитных битвах. Все это знают. И мы будем этим самым мясом. Это первый вариант.

Второй вариант — послать Дира к чёрту и защищаться. Сейчас ему не до нас… Но, если он справится и объединит четыре царства орков под своей дланью… это уже будет империя, что снесёт нас, людей, отказавших их правителю, и даже не заметит этого, — хмуро произнёс Телемах и, вздохнув, продолжил: — Нам дали месяц на размышления. Я не уверен, что ты можешь хоть на что-то повлиять. Турнир драконидов будет намного позже. Но ты должен знать, что нас ожидает. Если мы откажем Диру, боюсь, твоего отца уже ничто не спасёт. Если согласимся — станем пешками в чужой войне, где погибнут сотни тысяч людей. Мы хороши в обороне. Сам видел наши крепости, много где успел побывать. Но штурмовать укреплённые лагеря орков с их шаманами и полными безумной храбрости воинами… Мы должны выбрать из двух зол. И времени на размышления у нас практически не осталось.

Глава 19

От услышанного в голове пронеслись флэшбеки… Воспоминания о том, во что вылилась война с небольшим по меркам орочьей орды отрядом вторжения.

Теперь у людей есть всего месяц, чтобы решить свою судьбу. Война или уничтожение. Мясо в чужой бойне или смерть от рук объединённой империи орков, когда та наконец-то появится. А правильнее сказать — если! Пойдём войной против прошлых сюзеренов — станем предателями и будем точно гибнуть мясом в чужой войне за право жить как жили. А жили мы не то чтобы хорошо все эти восемьдесят лет.

Альтернатива тоже звучит так себе. Но так орки будут убивать исключительно друг друга и ослабевать, а у нас появится время, чтобы найти друзей, союзников, укрепить города, найти новых героев, что соберут и поведут за собой общую армию всего Домена.

Если смотреть с точки зрения выживания, то первый вариант лучше. Раз орки до сих пор сюда не полезли, значит, им местный климат не по душе. А быть может, всё дело в эльфах и их контроле на море. Увидят они поселения орков на берегу и сразу захотят провести парочку военных операций, чтобы откинуть их прочь.

Вряд ли подобная перспектива пугает орков, но вполне допускаю, что они хотят сперва решить свои проблемы, а уж затем идти с возмездием к эльфам. Если они, конечно, вообще помнят, что однажды уже воевали и проиграли.

И мой отец посреди этого всего выступает посланцем и дипломатом… Открыто показывает, что служит Диру Завоевателю… Из пленника в советники. Из героя Архонта, уважаемого везде и всюду, в презираемого предателя…

Сейчас, может, никто и не знает, что случилось в Ратиборе. Но, уверен, рано или поздно весь Домен будет знать, кто именно приехал с посланием.

— Что ответил Болдур? — спросил я наконец.

Телемах вздохнул:

— Он сказал, что решение должны принять все Архонты вместе. Созывается совет. Первая встреча уже состоялась. Всем дали три дня для обсуждения перспектив. Каждый Архонт обсудит это со своими соседями, что не входят в совет, услышит доводы людей и примет решение.

— Что-то вроде референдума? — удивился я.

Разве можно его провести, когда территория людей раздроблена на тысячи мелких земель с местными царьками? Видимо, когда так сильно припирает, можно. Система устроена гибко.

— Сам как думаешь: какой вариант лучше? — спросил я, просто чтобы понимать, какие мысли на этот счёт у Телемаха.

— Не знаю, — честно признался он. — Оба варианта ужасны. Воевать нам придётся в любом случае. Если только мы не поддержим Дира, а он сам не сдохнет во время этого завоевания.

— Хм… Это уже звучит как план, — согласился я с ним.

— Очень плохой план. Потому что на место одного царя придёт другой. Если у орков раздрай и хаос в своих землях, то либо этим надо пользоваться, либо падать на колени перед ними, потому что когда это закончится, они обратят свой взор на всех, кто мешал им или помогал. В общем, ясно лишь одно: мы должны готовиться к очередной войне за право просто жить в этом мире.

Я кивнул, понимая, что он прав. Вот только наши враги повсюду. А мы разобщены и довольно слабы. Характеристики у большинства избранных не блещут. Экипировка — в основном шлак, маги — посредственные. А секретного оружия… Эх… Его очень мало.

Нам бы пару лет для технической революции, когда пришедшие с Земли техники и инженеры помогут наладить хоть какое-то поточное производство, организуют революцию в добыче ископаемых и прочее. Но нет, этого времени у нас нет, потому что уже через год порталы из мира избранных на Землю начнут закрываться. Вместо зон испытаний, куда ведут трещины Мороса, к нам, землянам, хлынут всякие твари, которые и сюда умудряются проникать. Только у нас есть экипировка, магия, Система, особенности. А у людей — только технологическое развитие и современное оружие.

Я сжал кулаки от досады. Ничего не могу с этим поделать. Хочу, но не могу. Будь у нас с Землёй возможность общаться, чтобы предупредить их о грядущем, запросить помощь…

Что мешает отправить в трещины Мороса пару конвоев с мощным оружием? Ничего. Но для землян это выглядит как глупая и нерентабельная трата ресурсов. Проходишь испытание и исчезаешь, ничего не даёшь взамен. Проваливаешь тест и возвращаешься с каким-то малополезным бонусом от Системы и со всем своим снаряжением.

Если где-то и есть решение проблемы, ответы на эти вопросы, то только на тех рангах и том уровне силы, когда Система будет признавать тебя достойным. Так что всё, что я могу, — это внести свой вклад в то, что происходит в этом мире. И попытаться помочь тем, кто уже живёт здесь, кто тут родился или только родится.

— Не знаю, почему отец решился на этот шаг. Я не так хорошо с ним знаком, как хотелось бы. Но он всегда был упрямым и думал вперёд на десять шагов. Дело точно не в трусости или чём-то таком. Возможно, он знает что-то, чего не знаем мы. Не могу сказать наверняка. Попробую пообщаться с людьми, что видели его своими глазами, — решительно произнёс я.

— Хорошо. Ты ведь не ринешься в степи орков искать его?

— Не ринусь. Иначе я рискую нарушить клятву. Да и что я там сделаю один или даже с отрядом? Сдохну рано или поздно, — ответил я Архонту и прищурился от выглянувшего из-за туч солнца, чьи лучи ослепили меня за мгновение.

Телемах налил ещё вина и выпил залпом.

— Я не могу повлиять на решение совета, — произнёс он. — И ты не можешь на это повлиять. Мы всё ещё маленькие люди. Но я надеюсь, что вскоре это изменится. Я получу титул правителя региона, объединю местных Архонтов и избавлюсь от кретинов, что мешают достижению единства. Увы, за эти годы тут случилось много всего, из-за чего многие из моих коллег друг друга недолюбливают, а порой ненавидят и открыто враждуют. А ты станешь тем, кем должен перед походом к драконидам. Посланником от всех нас, людей. Не опозоришь и не посрамишь. И кто бы что тебе ни посулил за отказ от этой идеи, останешься твёрд, как сталь, перед лицом соблазнов.

— Уже начали расходиться слухи? — удивился я. — Моё имя где-то всплывало?

— Нет. Но кто-то говорит, что скоро турнир, а те, кто обычно кричит громче всех, вдруг избегают этой темы. Догадываются, что Миравид и другие Архонты в сговоре. Кстати, я не удивлюсь, если не только ты в итоге отправишься покорять сердца драконидов, — усмехнулся Телемах. — Нам помогает то, что много проблем навалилось на города и правителей. Всем не до скрытых интриг. Но не стоит списывать со счетов чужую разведку. Тебя много раз видели с Миравидом. Ты живёшь в моём городе, а наше мнение об этом вопросе, мягко говоря, общеизвестно. То, что ты вечно где-то шляешься, даже плюс. Не могут собрать о тебе полную картину. А я уверен: кому надо — собирает…

Архонт, видя, что солнечный луч периодически бьёт мне в глаз, нехотя поднялся и задвинул штору, спасая меня от слепоты.

— Вот, значит, как… Ну, могу сказать лишь одно: если кто-то вздумает встать на моём пути, его ждут большие неприятности, — улыбнулся я, принимая обновлённый бокал вина.

С моими характеристиками и регенерацией алкоголь в таком количестве не влиял на организм. Оставался только вкус. Не самый приятный, правда… Но не отказывать же хозяину города и будущему правителю региона, верно?

— Верно, — согласился с моим мнением о врагах Телемах. — И я, как и Миравид, считаю, что должен внести свою лепту в твою подготовку. С Безумным клинком севера ты уже познакомился, и, я надеюсь, эта встреча помогла тебе стать лучше, — произнёс он,

— Да, спасибо большое. Это было прекрасное время: за столь короткий срок я многое переосмыслил и стал целостнее видеть окружающий меня мир, — в очередной раз поблагодарил я Телемаха.

Вообще, если так прикинуть, то я даже не знаю, кто из нас кому больше оказал услуг и помощи… Думаю, мы оба хороши и наши действия приносят пользу друг другу.

— Но если ты думаешь, что это всё, то нет. Есть ещё кое-что, что окажется в твоих руках при определённых условиях…

Телемах встал, подошёл к книжному шкафу и нажал на скрытую панель. Стена отъехала в сторону, открывая проход вниз.

— Следуй за мной.

Я удивился: Алиса о подобном ходе не рассказывала…

«А зачем? В чужих шкафах чужие скелеты собрался посчитать?» — тут же дала она понять, что душой рядом со мной.

Хорошая лисичка. И то, что обожает подслушивать, — мелочь.

«Не споткнись смотри… Освещения не хватает».

— Я освещу путь, — сказал я и активировал заклинание магии света, создавая рядом с собой небольшой белый шар, мягким светом расходящийся во все стороны прохода.

— О! Не знал, что ты так можешь…

— Бытовая магия — она такая: используешь по жизни, сам того порой не замечая.

Мы спустились по каменной лестнице. Воздух становился холоднее, влажнее. Стены серые, без каких-либо рисунков, мозаики или рун с гобеленами. Так что догадаться, что там внизу, невозможно.

— Надеюсь, там не тайное святилище Фиора, которому ты поклоняешься? — с лёгким смешком спросил я, и мой голос эхом разнёсся во все стороны.

— О, так ты такого невысокого мнения обо мне? Думаешь, я какой-то тайный фанатик, бегающий по миру в поисках заблудших и жаждущих тайных сил и знаний душ? Хе-хе… Если бы я был таким жуликом, то выбрал бы роль самого Фиора, а не какого-то безумного фанатика, — рассмеялся он, а потом спокойной сказал: — Мы идём к могиле.

— Чьей? — удивился я.

— Моего отца, — тихо произнёс он. — Телемах Первый был великим воином. Сильнейшим в своём поколении. Он вёл в бой первую за долгие годы объединённую армию людей. Всех тех, кому не нашлось места там, где уже построили города. Кого звали жажда приключений и слава великих воинов. Они выбили отсюда монстров. Зачистили Мортановский лес.

Кстати, Мортан — его первый генерал, ответственный за эту операцию. Говорят, там такой рассадник тварей был: всё кишело, и больше всего людей потеряли именно в нём. А ещё здесь были гоблины, севернее — лизарды. Ещё дальше — триглинники.

С кем-то смогли договориться. У кого-то эти земли выкупили, кого-то прогнали силой. За один год этот и соседние регионы оказались под властью людей. И когда всё закончилось, на этом самом месте мой отец заложил Крево. Потом были вторжения гоблинов, нападения монстров, диверсии ящериц этих несчастных… И даже рейды орков. Отец и его люди справились со всем этим. Узнали о том, что в неприступных горах живут гномы.

Телемах вздохнул:

— Многое случилось… И мой отец стал тем, кто превратил это место в оплот цивилизации. Нашей цивилизации.

Мы дошли до массивной двери из тёмного металла. Телемах прикоснулся к ней ладонью, тяжело вздохнул и толкнул её. Внутри горели два небольших магических светильника. Они давали ровный свет по всей усыпальнице и аскетичному, я бы даже сказал, спартанскому окружению. Не похоже на усыпальницу правителя. Слишком бедно…

Мы вошли в просторный зал, в центре которого стоял каменный саркофаг. На крышке высечена фигура воина в доспехах и с мечом на груди.

Рядом, на простом столе лежал ларец. Телемах и я остановились у могилы его отца, постояли молча минуту.

— Так уж сложилось, что мы, люди, живём меньше тех же эльфов. И мой отец не был молод, когда отправился в поход, — нарушил тишину правитель города и провёл рукой по крышке, сгоняя пыль. — Его время пришло, когда были построены первые стены Крево. Я был молод, но научен его мудрыми речами. И продолжил его дело. До сих пор продолжаю и останавливаться не собираюсь.

Телемах двинулся дальше и подошёл к столу. Он подтащил ларец и открыл его.

— Мы, люди, ограничены в количестве сильных артефактов. Просто не успели создать и заполучить достаточно за нашу короткую жизнь. Но всё же кое-что Система нам подарила за наши старания. И нельзя, чтобы эти артефакты попали в руки наших врагов или недостойных. Я верю, что ты из тех, кто достоин. Увы, носить его мне бессмысленно. Он должен быть у воина, что привык к запаху крови и постоянно бросает вызов судьбе. Как мой отец в своё время.

Я подошёл ближе, присмотрелся.

Внутри лежал кусок прекрасно сохранившейся красной ткани.

— Наследие моего отца, — произнёс Телемах. — Артефакт, который он носил всю жизнь. Он помогал ему побеждать и стал символом в глазах многих из тех, кто ныне правит. В том числе благодаря моему отцу.

— Можно? — спросил я.

— Да, изучи. Но не спеши экипировать.

Я протянул руку, коснулся ткани и приподнял её. Развернул и только тогда понял, что не внутри ткани был артефакт. А сама ткань им и является. Вернее, это был плащ.

Тут же прочитал доступное описание…

Плащ вестника победы

Качество: Легендарное

Броня: блокирует до 50 единиц физического и магического урона

Прочность: 489/489

Особенности:

«Удачливое дуновение» — ветер, словно живой дух, развевает ваш плащ, увеличивая площадь защиты, и гарантированно отменяет любые критические удары, наносимые по артефакту

«Символ великого воина» — увеличивает физические параметры всех видящих этот плащ союзных воинов в битве на 5%

«Узнаваемый артефакт» — этот артефакт прошёл через множество сражений и обрёл собственную историю, стал знаковым в определённых регионах. Повышает Харизму носящего на 10% среди людей. Уменьшает Волю противников людей на 10%

«Любимчик Победы» — артефакт зачаровала Богиня Победы, пообещав, что после каждой битвы его обладатель обретёт частичку её благословения: поочерёдно увеличивает на 1% каждую характеристику после победы

Текущий счётчик побед: 0

Текущее усиление: отсутствует

Легенда: когда-то его получил великий воин людей Телемах. Идя по своему Пути, он одержал сотни побед на поле боя. С тех пор, как получил плащ, он шёл вперёд один либо с войсками, и этот яркий красный плащ развевался, приковывая взгляды и союзников, и врагов. Одних он пугал, вторых вдохновлял на подвиги. Кто знает, какая судьба уготована его следующему обладателю…

Я выдохнул, опустил артефакт и бережно его свернул. И как эта ткань способна выдержать такой урон? Хотя его же богиня зачаровала…

Рядом материализовалась Алиса, её глаза были широко раскрыты.

«Это… Это невероятно!» — прошептала она в моей голове.

«Согласен… Будь он у меня с самого начала… Я бы уже обрёл многое».

Телемах стоял рядом, наблюдая за моей реакцией.

— Я не могу носить его, — произнёс он спокойно. — Моя профессия, мой Путь — дипломатия, управление, политика. Я не воин передовой. Мне не нужны постоянные битвы. Я сражаюсь своим разумом, и мне это вроде бы неплохо удаётся. Но и вечно пылиться этот артефакт не должен. Он многое видел, потрепался, был не раз восстановлен. Мой отец велел передать его достойному.

Телемах посмотрел на меня:

— Ты идёшь на турнир драконидов. Ты путешествуешь, сражаешься, побеждаешь. Ты из тех, кому этот плащ подойдёт идеально. Но я не могу просто взять и отдать его. Сам понимаешь, это память о моём отце. Помоги мне выполнить обещание, что я однажды дал ему, и плащ станет твоим.

Я молчал, глядя на артефакт.

— Это будет весьма справедливо, и ты не будешь терзать себя тем, что должен мне что-то, — продолжил Телемах. — Это не жадность, это деловые отношения. Мне кажется, мы с тобой неплохо справлялись с доверием друг другу и многое получили за эти пару месяцев, верно?

— Всё так. Это великолепный артефакт, и я буду горд использовать его. Чем тебе помочь?

Телемах помолчал и горько улыбнулся:

— Всё то же… Мне нужен человек, который поможет мне объединить регион. Не политик. А чемпион. Лидер. Тот, кто может одержать победу там, где слова не помогают. Кто может доминировать в дуэлях, уничтожать неугомонных, надавать по шапке зазнавшимся Архонтам, которые считают себя выше общего дела.

Я усмехнулся:

— Ты сам говорил, что из меня неважный дипломат.

— Дипломатов у меня достаточно, — отрезал Телемах. — Мне нужен воин. Мне нужен ты. Люди часто чувствуют себя чересчур самоуверенными, сидя за стенами цитадели. Ты и твой отряд… Вы из тех, кто может достать дракона в пещере и утопить его в озере, если потребуется. Я сделаю всю работу. А вы сломаете сопротивление тех, кто не желает из-за собственной гордости и упрямства объединиться и укрепиться.

— А просто оставить их так нет желания?

— Было, — признался Телемах, — до того как нам не поставили ультиматум. Я тоже имею гордость и честь правителя. И считаю себя ответственным за будущее многих следующих поколений людей. Если мы не объединимся, нас ждёт крах. У меня нет времени воевать наложенным эмбарго, перекрывая торговые пути и вводя всякие санкции и запреты, а затем бороться с теми, кто их избегает. Настало время решительных действий. Мне не нужны сотни тысяч воинов. Потому что их у меня нет. Но мне нужен стальной кулак, что расшибает лбы самых упрямых. Готов ли ты стать этим кулаком, Алекс?

Я посмотрел на плащ, затем на Телемаха.

— Это серьёзное решение… А времени у меня мало: отец, поездка в Ратибор, турнир драконидов… Ещё и Джоана…

— А что Джоана?

— Да так… Наши внутренние моменты.

— Я понимаю. У тебя есть свои цели и планы. Поэтому не требую всё и сразу. Просто обещай, что, как только ты вернёшься из Ратибора, поможешь мне. До самого отъезда на турнир ты в моём распоряжении. Вместе мы закончим то, что начали — объединим регион, наведём порядок. А ты станешь моим символом, чемпионом. Идёт?

— Когда я начну крушить упрямые лбы, я бы хотел иметь на плечах новенький плащ. Сам понимаешь: битвы идут, проценты капают…

Вместо ответа Телемах протянул мне руку, я ответил, и он крепко сжал мою ладонь. Он был согласен. И счастлив. Видимо, этот плащ давно давил на его душу…

Мы вышли из склепа и вернулись в кабинет. Телемах проводил меня до дверей.

— Удачи в Ратиборе, — сказал он. — Передавай привет Болдуру. И будь осторожен. Север — опасное место.

Я кивнул и вышел.

У меня мало времени. Нужно ехать на север и узнать из первых уст об отце, об ультиматуме. Что бы там совет Архонтов ни выбрал, это их решение. На мои планы оно не распространяется.

Я всё равно обрету силу, которая поможет, если понадобится, бросить вызов даже самому Диру Завоевателю.

Этот мир уже показал: здесь даже невозможное возможно.

Спустя несколько минут после ухода Алекса воздух в склепе задрожал. Возле ларца начал проступать силуэт. Прозрачный, слабо светящийся голубым.

Дух могучего воина с длинными волосами, заплетённой в косу бородой и суровым лицом посмотрел на Телемаха, который вернулся, и кивнул ему.

— Отец, — поклонился Архонт.

— Значит, вот о ком ты говорил мне в тот раз, сын.

— Да. Как думаешь: достоин?

— Ты же уже сам всё за меня решил. — Дух подплыл ближе, изучая Телемаха взглядом.

— Моя способность позволяет видеть скрытую и явную силу людей, — произнёс правитель города медленно. — Я наблюдал за этим юношей. За его прогрессом.

— И?

— Поездка к эльфам сделала его сильнее. Опять. За пару недель он добился эффекта, который многим не снится и за годы.

— Если это так, тогда ты выбрал правильного кандидата, сын.

— Он смог одолеть Декарта, разобрался с лесными разбойниками… И меня вытащил из полной задницы буквально вчера. Втроём они прорвались в город, захватили ворота, перебили половину городской стражи, прорвались к нам, убили Архонта и двух его заместителей. Да, я ошибся, когда пошёл к ним. И всё же… Я не могу назвать никого из людей, кто мог бы сделать то же, что и он. Ну, из тех, кто не ушёл странствовать во внешний мир.

Дух поплыл вокруг саркофага, его фигура мерцала.

— В том, что ты оказался в ловушке, я не удивлён. И то, что ты вновь сумел найти человека, который поможет тебе выйти сухим из воды — тоже. Ты всегда был в этом особенно талантлив, находил полезные связи и друзей даже в подворотнях среди оборванцев. Я пусть даже и мёртв, но умею смотреть не на человека, а на его душу. И этого мальчишку я тоже рассмотрел. Как и его… спутницу. Божественный покровитель, устроившийся в душе своего избранника… Такое я увидел впервые, — с удивлением произнёс дух. — И ещё этот человек далёк от грязи политиков и портящих разум пороков. У него есть цель, и он напоминает заточенный клинок, что бьёт туда, куда указывает его сердце. Он не предаст. Не обманет. Не использует тебя. Ты нашёл хорошего человека, сын мой.

— Это он нашёл меня, — покачал головой Телемах-младший.

— Вот как? Жизнь умеет удивлять.

— А куда указывает его сердце? Что за цель? Семья?

— Да. Это одна из сильнейших добродетелей.

Телемах кивнул:

— Значит, мы не ошиблись.

Дух повернулся к нему и ехидно ухмыльнулся:

— Кстати, о семье, сынок…

Телемах напрягся:

— Отец, нет…

— Когда ты уже женишься? — прямо спросил дух. — Тебе столько лет! Ждёшь, пока кончится моё терпение и я восстану из мёртвых?

Телемах вздохнул:

— Моя любовь ушла в новый военный поход. Служит стране. Я жду её возвращения.

Дух фыркнул:

— Не верю. Часики тикают, сынок. Пора браться за ум!

Телемах молчал, а дух начал таять.

— Подумай над моими словами! Даже у призраков чаша терпения может переполниться.

И Телемах-старший исчез.

Телемах-младший остался один в склепе. Посмотрел на саркофаг отца и усмехнулся:

— Обязательно, отец.

А затем уже только для себя, мысленно напомнил о клятве:

«Но я обещал тебе стать достойным правителем. А значит, мне нужна и достойная жена. Когда объединю города под одним знаменем, обязательно сделаю своё предложение какой-нибудь красавице. Желательно из соседнего королевства».

Он сделал паузу, и усмешка стала шире:

— Или вообще квест на городскую площадь повешу: «Ищу жену!»

Представив реакцию городских сплетниц на такое объявление, Телемах рассмеялся и направился к выходу.

Конец 8 тома. 9 том можно прочитать по ссылке:https://author.today/work/531309

Nota bene

Книга предоставленаЦокольным этажом , где можно скачать и другие книги.

Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту через VPN/прокси.

Еще у нас есть: 1. Почта b@searchfloor.org — отправьте в теме письма название книги, автора, серию или ссылку, чтобы найти ее. 2. Telegram-бот, для которого нужно: 1) создать группу, 2) добавить в нее бота по ссылке и 3) сделать его админом с правом на «Анонимность» . * * * Если вам понравилась книга, наградите автора лайком и донатом: Статус: Ученик