Глава 1

Глава 1

Чёрный бронированный «седан» медленно развернулся и не спеша свернул в переулок, отъехав от нижегородской школы магии.

— Похоже, они выбрали тот же маршрут, — не спеша, соблюдая дистанцию, серый неприметный «седан» влился в поток автомашин. За рулём сидел командир наёмного отряда Стефан Адамик.

— Да, босс. Никакой фантазии, — согласился с ним заместитель, сидевший рядом на переднем сиденье. В руках Джозеф держал банку с апельсиновой газировкой и свежую сладкую булку.

Стефан спокойно двигался за объектом слежки, пытаясь скинуть сонливость. Прошлой ночью он неплохо покутил в ночном клубе и поспать удалось только пару часов. Сейчас, после сытного обеда, спать хотелось особо сильно.

Вообще, сначала заказ выглядел весьма многообещающим. Стефан любил сложные задания. Он и его команда были фанатами адреналина, который уже много повидавший организм бывшего военного исправно продолжал поставлять в случае ситуаций, когда ему грозила смертельная опасность. Проследить за дочкой высокопоставленного военного чина, найти возможность захватить, причём непременно живьём. Заказчик мечтал лишить жертву жизни собственноручно. Месть за погибшего сына. Стефан особо не вникал, это не его дело.

Командир отряда запросил приличную сумму денег за свою работу. Дочь генерала наверняка имеет серьёзную охрану, и её передвижение чётко контролируется. Но за пять дней слежки стало понятно: похоже, генерал совсем не любит свою дочь, иначе как объяснить тот факт, что даже в другой город она отправилась на машине всего с одним водителем и охранником? Или же генерал так уверен в себе и в собственном могуществе, что даже мысли не допускает, что кто-то способен причинить вред его дочери?

— Непонятно, — произнёс вслух Стефан. Заместитель вопросительно посмотрел на него. В ответ командир лишь махнул рукой, мол, не обращай внимания, мысли вслух.

— Вторая машина едет за нами? — спросил Стефан, и так зная ответ.

— Скоро уйдёт на параллельную улицу, чтобы не привлекать внимание. Через два квартала сменимся, — тут же ответил Джозеф, — вообще, места здесь удобные, чтобы взять объект, — добавил он, доедая булку и безразлично глядя в окно. Мимо проплывали полупустые улицы. Объект снял дорогой дом на окраине города, и самая короткая дорога — без пробок и с минимумом светофоров — пролегала по полупустым в это время суток районам, где проживал рабочий класс.

— Город, — недовольно поморщился Стефан, — можно было бы и тут отработать. Но тогда надо уложиться в три минуты, а мы не знаем возможностей её телохранителя.

— Да какие возможности, — Джозеф кинул бутылку из-под воды под ноги пассажиру, расположившемуся на заднем сиденье. Тот недовольно пнул её ногой, выразительно посмотрев на Джозефа, который в ответ поднял руки в знак извинения и продолжил, обращаясь к Стефану:

— Нас семь человек. Даже если водитель что-то умеет, мы справимся за три минуты. Да и сомневаюсь, что группа быстрого реагирования приедет за пять минут. Это же Россия.

— Вот именно! — Стефан кинул недовольный взгляд на своего заместителя. — Это не Польша. Здесь бойцы знают своё дело!

Джозеф лишь пожал плечами. Ему уже доводилось работать в Российской империи, и что-то особой расторопности у местных бойцов он не заметил.

— Так когда будем брать? — Ему уже хотелось определённости. Поскорее бы покончить с этим заказом и получить деньги.

— Они завтра в Москву поедут, — протянул Стефан, — может, на трассе?

— А может, лучше ночью на особняк нападём?

— Нет, — мотнул головой Стефан, и тут случилось сразу несколько происшествий, которые оказались для него и его команды роковыми.

Водитель машины, за которой следовал Стефан, резко затормозил на жёлтый сигнал светофора, внезапно решив остановиться. Стефан в это время как раз нажал на газ, собираясь сократить расстояние. На следующем перекрёстке он должен был уступить место второй машине слежки. Увидев приближающие стоп-сигналы машины, Стефан резко надавил ногой на педаль тормоза, но именно в этот момент под педалью оказалась бутылка из-под газировки, что парой минут раньше пил Джозеф. Машина с бойцами на приличной скорости врезалась в зад переднего автомобиля, водитель которого не ожидал подобного. Машину вынесло на тротуар, она сбила велосипедиста и уткнулась в фонарный столб.

Скрипнули тормоза. Бойцы Стефана, сидевшие во втором автомобиле, сделали вывод, что операция началась, и, выскочив из машины, начали палить из автоматов по машине, в которой сидела цель. Они не боялись навредить девчонке. Их задача была сбить защитную руну и оглушить противника.

Езда по улицам города на велосипеде уже начинала приносить мне удовольствие. Я за пару недель неплохо освоил управление двухколёсным транспортом. Да и погода сегодня была на загляденье. Светило солнце, но было не жарко, всё-таки близился конец сентября, шли последние деньки бабьего лета.

Дорога была широкой и пустынной. Время послеобеденное. Я планировал заскочить в школу, чтобы забрать учебники, и отправиться домой. На светофоре резко затормозила машина, пропуская меня. Я с улыбкой кивнул водителю и подналёг на педали. И именно в этот момент в машину прилетел другой автомобиль. От удара она резко дёрнулась вперёд, сбивая меня с велосипеда и врезаясь бампером в фонарный столб.

Меня неплохо так швырнуло в стену дома. В сумке что-то хрустнуло, в голове успела промелькнуть мысль: «Хорошо, что не мои рёбра».

Я лежал, пытаясь понять, насколько сильно ушибся, и в этот момент раздалась автоматная очередь, затем вторая и третья. Тут уж было не до раздумий о синяках. Привстав на корточки, я попытался слиться со стеной дома, выставив перед собой щит. Сделал я это очень вовремя: целились не в меня, но пара пуль всё равно врезалась в щит.

«Просаживают защиту машины!» — решил я и пополз вдоль дома, пытаясь увеличить расстояние между мной и автомобилем и получить лучший обзор. Вставать на ноги я не решился. Иначе стану очень хорошей целью. Не уверен, что моя защита долго продержится против трёх автоматов, бьющих практически в упор.

Как назло, рядом не было никакого укрытия, кроме автомобиля, что сбил меня. Я поставил себе цель доползти до угла дома, но левая нога плохо слушалась, и моя скорость оставляла желать лучшего. В этот момент под машину закатилась граната. Раздался взрыв. Во все стороны полетели осколки, меня сбило с корточек взрывной волной, и щит схлопнулся. Двери машины распахнулись, и из неё выскочили двое мужчин. Оба уже держали пистолеты в руках. Прикрываясь корпусом машины, они открыли огонь по нападающим.

Пока я выбирал, куда двигаться дальше, даже не помышляя об участии в схватке, из машины медленно выбралась девушка. Что-то было в ней знакомое. Я замер, вглядываясь в побелевшее лицо. Рыжие волосы, ярко-голубые глаза, сверкающие от гнева. Анна Медведева! Неожиданная встреча.

Похоже, мне придётся поучаствовать в заварушке. Нападающих намного больше, чем защитников у княжны. Не могу пройти мимо.

— ГБР вызвал! — крикнул один из охранников. — Падай на землю! — прикрикнул он на Анну, которая пыталась привстать. Её руки засветились огнём. Резко выпрямившись, девушка кинула один за другим три огненных шара в сторону нападающих.

— Вова! — рявкнул на водителя охранник. — Прикрой её! Пусть не ввязывается, ждем подмогу!

Водитель пополз к девушке. Похоже, он намеревался прикрыть её собственным телом и не дать возможности участвовать в схватке. Девушка тоже раскусила его замысел. Она сместилась чуть в сторону, ближе ко мне.

Охранник вскрикнул от боли. Его щит просел, и пуля задела левую руку.

Впервые в этом мире я видел настоящий бой. Несмотря на то, что большую часть времени ползал по асфальту и держал перед собой щит, я успевал анализировать происходящее.

Огнестрельное оружие на близкой дистанции эффективней магии. Выше скорострельность. Но если есть хорошая защита, можно формировать заклинания, не обращая внимания на пролетающие пули. Огнестрельное оружие имеет существенный недостаток, особенно автоматы, — патроны очень быстро заканчиваются. Меньше чем за две минуты беспорядочной стрельбы нападавшие высадили в нашу сторону просто прорву патронов, не достигнув при этом практически никаких результатов. Слишком мощные щиты оказались у охраны. Скользящее ранение охранника не считается. Он по-прежнему боеспособен.

Нападающие перешли на магию. Я успел сосчитать их. Семь человек. Четверо имели достаточно плотную ауру. Источник, как минимум, двести единиц. Трое остальных мало что из себя представляли.

Анна начала плести сложное заклинание, чем-то похожее на мой огненный дождь. Я в схватку пока не вступал. Ждал подходящего момента. Девушка закончила заклинание и запустила в сторону нападавших большой огненный шар, который на подлёте разделился на десяток шаров. Часть врезалась в защиту, но несколько достигли своей цели, правда, особого урона не нанесли. Сработали личные щиты.

Раздались выстрелы охранника, и один из нападающих рухнул на землю, сражённый меткой пулей. Похоже, у наёмников щиты просели, в принципе, как и у защищавшихся. Или пули какие-то особенные способные пробивать магические щиты. Надо будет узнать потом подробнее. Анна тяжело дышала. Заклинание выкачало из неё прорву энергии.

Самое время действовать! К тому же, нападавшие очень удачно собрались — практически все в одном месте.

Заклинание огненного дождя сформировалось очень быстро. Я запустил в небо шар и увидел, как на лице наёмника появилась наглая улыбка. Похоже, этот глупец решил, что я со страху промахнулся. В этот момент шар разделился на большое количество небольших шариков, которые со свистом понеслись в бандитов, причём со спины. Наёмники попытались разбежаться в разные стороны, но моё заклинание было быстрее! В каждого из них врезалось не по одному шару, и нападавшие свалились на асфальт, завывая от боли. Можно сказать — сражение завершилось нашей безоговорочной победой!

В этот момент раздался звук сирены, и на улице появилось два джипа, больше похожие на броневики. Удивительно быстро местные сработали.

Я кинул взгляд на Анну. Она смотрела на меня расширенными от удивления глазами.

«Да, я крут!» — усмехнулся я про себя. Одним ударом вывел из строя пять боевиков. Двух до этого ранил охранник Анны.

Я аккуратно поднялся на ноги. Вроде переломов нет. На левую ногу наступать больно, но, скорее всего, это просто сильный ушиб. Моё тело сейчас очень крепко, и его не так просто поломать. Спасибо сильному источнику и магическим каналам, которые влияют на тело, укрепляя его и делая сильней. Правда стоит сделать скидку на стресс и адреналин. Часто бывает, что в таком состоянии ты просто не замечаешь серьезную рану.

Прибывшие на джипах уже были рядом с нами. Закипела жизнь. Бандитов сковывали наручниками, одновременно оказывая медицинскую помощь. Похоже, мои огненные шары оказались не смертельными. Не так уж много энергии я в них влил. Всему виной спешка — не было времени накачать энергию в заклинание. Слишком удачно стояли нападавшие, не хотелось упускать такой момент. Но в местах попадания кожа напрочь сгорела, а если учесть, что в каждого попало от трёх до пяти шаров, продолжать бой они точно были не способны.

Буду считать, что первый опыт применения боевой магии прошёл удачно. Хотя раньше подобное заклинание одним шаром прожигало человеческое тело насквозь. Но и мой источник в те времена был в пять раз больше. Вообще я привык сражаться на большой дистанции. Когда есть время собраться, подумать, прицелиться. Максимально накачать энергией заклинание. Для ближней дистанции у меня был Ильдар. Прикрывая меня он давал мне так необходимое время.

— Ты! — раздался голос Анны. Я с гордой улыбкой на лице повернулся к ней и увидел наставленный на меня палец и разъярённый взгляд девушки. — Ты! Я тебя знаю!

— Максим Андер, — представился, я слегка поклонившись.

Ко мне подошёл охранник девушки — мужчина лет сорока. Его уже перевязали. Он крепко пожал мою руку.

— Спасибо за помощь, — по-мужски скупо произнёс он.

— Пожалуйста, — ответил я.

— Ты! — Девушка сделала шаг в мою сторону, после чего обратилась к своему охраннику. — Арестуйте его!

— Чего? — прифигел я. Иначе и не скажешь. Никак не ожидал подобного поворота.

— Он использовал заклинание нашего рода! — продолжила она. — Немедленно арестуйте! Он был в моем доме! Я его видела! — После этих слов охранник удивлённо вскинул бровь, и в его взгляде промелькнули подозрение и готовность исполнить приказ своей взбалмошной госпожи.

— Конечно, видела, — сквозь зубы произнёс я, — я — ученик мага Колычева, и мы с ним приезжали в ваш дом устанавливать руну тишины. Вы её тогда активировали при мне, — ух, как мне было неприятно оправдываться и что-то объяснять напрягшейся охране. Но и устраивать бой было бы неправильно, а уж давать себя арестовывать точно не входило в мои планы.

— Ты следил за мной! Что ты здесь делаешь? Откуда знаешь заклинание моего рода? Ты и раньше следил? Подсматривал за моими тренировками?

— Вот тебе и спасибо, — тихо произнёс я, повернувшись к девушке спиной. Подошёл к своему велосипеду и поднял это искорёженное произведение искусства, которое теперь либо в музей, как уникальный арт-объект, либо на свалку.

— Я с тобой разговариваю! — притопнула девушка ногой. — Отвечай, как ты раздобыл наше родовое заклинание! Я всё расскажу отцу!

Я, не обращая внимания на неё, открыл свою сумку и вытащил оттуда ноутбук. Когда начал открывать, из него посыпались осколки стекла.

— Тц! — тихо произнёс я и, повернувшись к Анне, покачал головой. — Успокойся, женщина! Мне дела нет до твоих родовых заклинаний, как и до тебя. Не люблю истерик. Если есть ко мне вопросы — приезжайте, пообщаемся. А сейчас у меня нет времени, да и тебе следует сначала прийти в себя.

Она от моих слов застыла безмолвной статуей. Лицо покраснело. Анна пыталась что-то ответить, но никак не могла подобрать слова.

Да, я нарочно грубо ответил ей. Это неплохой способ сбить агрессивный настрой, к тому же, она явно в шоке и, скорее всего, не отдаёт себе отчёта в своих действиях. Кто-то в таких ситуациях даёт пощёчину. Я сделал то же самое, только словами.

— Шёл бы ты, парень, — ко мне подошёл охранник, — сейчас полиция приедет. Думаю, тебе это не нужно.

— Спасибо, — кивнул ему я. Мне это действительно было не нужно. Наверняка придётся заполнять кучу бумаг, давать показания. Кто где стоял, кто что делал… бюрократия во всех мирах бюрократия.

— Рад, что помог тебе, Анна Медведева, — я вежливо поклонился и, подхватив остатки велосипеда, побрёл прочь, припадая на левую ногу.

Конечно, я слегка переигрывал. Моя цель была не вызвать жалость. Подобное я считаю недостойным настоящих мужчин. Но, может, какое-то сострадание у неё всё же появится при взгляде на меня. Возможно, это чувство даст понять, что я человек, а не вещь. Я тоже способен что-то чувствовать. «Хотя нет, это глупо», — решил я. Если меня записали во враги, тем более, в тот момент, когда разумом владеет стресс, переубедить в дальнейшем будет трудно.

Да и нужно ли это мне?

Пройдя квартал, я прислонился к стене и осмотрел себя. Да уж, выглядел я неважно. Рваные штаны и пиджак. Наверняка лицо испачкано. Ближе всего сейчас до мастерской Колычева. До дома я в таком состоянии не дойду. Прикинув все «за» и «против», решил ковылять потихоньку в мастерскую. Тем более, заходим мы всегда со двора, и меня вряд ли в таком виде увидит кто-то посторонний. А Колычев уже, наверное, уехал. У него сегодня планировался ужин. И, кажется, я знаю, с кем. Наверняка там должна была присутствовать и Анна Медведева. Он мельком говорил, что хорошо знаком с её семьёй и служил под началом отца девушки.

Добирался я не так уж и долго. К концу дороги нога даже слегка расходилась. Тем более, я использовал целительскую магию. Но на серьёзное заклинание у меня не было сил.

— Что с тобой произошло? — встретил меня Виктор. В его глазах плескались сочувствие и беспокойство.

— Так, в переделку попал, — махнул я рукой, упав на стул.

Виктор принёс мне стакан воды, что оказалось весьма кстати.

— Держи, — сказал он, — сменная одежда у меня есть. Она тебе подойдёт. Сходи в душ. Если надо, у нас тут рядом принимает целитель, могу тебя записать к нему и помочь дойти.

— Спасибо! — Я удивлённо посмотрел на него. Не ожидал подобного участия. — Ты, смотрю, опыт имеешь?

— Да уж, — ухмыльнулся Виктор, садясь на стул напротив меня, — мой род хоть и боярский, но не очень богатый. А родители — люди амбициозные, и я посещал одну из самых дорогих школ, — он печально вздохнул, но тут же выпрямился и с вызовом посмотрел на меня:

— Так что дрался я много. Чаще, конечно, отхватывал. Вдвоём, втроём на одного, — для этих детишек подобное было в порядке вещей. Но я никогда не бежал от драки! — Виктор немного помолчал и продолжил:

— В школе магии уже полегче было. Я к той поре научился многому. Где стоит промолчать, с кем можно дружить, кому не стоит попадаться на пути. Неприятные и недостойные хитрости. Я мог рисковать собой, но не мог поставить под удар семью, — с горечью в голосе закончил парень.

Его слова заставили меня посмотреть на него с другой стороны. Сейчас я видел в нём силу и несгибаемость. Пусть Виктор и выбрал путь компромиссов, но остался несломленным.

— Теперь понимаю, почему Колычев взял тебя в ученики, — кивнул я, давая понять, что услышал его слова, и даже те, которых Виктор не произнёс.

Мы с взаимным уважением переглянулись.

Приняв душ и переодевшись, я, отказавшись от помощи Виктора, отправился к целителю, который принимал совсем рядом.

Пройдя квартал, оказался у небольшого особняка с маленьким двориком. На двери виднелась очень скромная вывеска «Целитель Голубева А. А.»

Толкнув дверь, зашёл внутрь.

— Вы к целителю? — поинтересовалась девушка чуть старше меня, сидевшая за столом.

— Да, — кивнул я.

— Расценки знаете? — Она окинула меня внимательным взглядом. Мой потрёпанный вид не внушал доверия. Одежда, что дал Виктор, смотрелась на мне, как на пугале. Штаны широки и при этом коротки, пиджак и рубашка тоже явно не по фигуре.

— Не дороже денег? — устало улыбнулся я в ответ. Моя фраза озадачила девушку.

— Наверное, — слегка удивлённо ответила она.

— Тогда меня устроит!

— Проходите в эти двери, перед вами ещё один человек. Как целитель освободится, можете заходить.

Открыв дверь, я вошёл в холл и встретился взглядом с мужчиной, что ждал своей очереди.

— Ожидаемо, — хмыкнул я, глядя на охранника Анны Медведевой, который сидел в кресле с перевязанной рукой.

— Максим? — уточнил он моё имя.

— Максим, Максим, — произнёс я, с облегчением опускаясь в кресло.

— Меня зовут Геннадий, — мужчина вскочил и по-военному щёлкнул каблуками, — хочу выразить вам свою признательность. Ваше вмешательство спасло меня и Анну. Щиты к тому моменту совсем сдулись, и нас можно было брать голыми руками. Хотя я бы продолжил оказывать сопротивление, да и Вова кое-что может. Но численный перевес был не на нашей стороне.

— Хочется сказать, что на моем месте так поступил бы каждый, — улыбнулся я, — но не буду. Принимаю вашу благодарность, — я, кряхтя, выбрался из кресла и поклонился.

— Я доложу о вашей роли в спасении княжны, — добавил он, — не знаю, что на неё нашло в тот момент, — охранник развёл руками.

— Неважно, — махнул я рукой, — бой, стресс… можно понять.

— Следующий! — раздался голос из-за двери, и Геннадий, кивнув мне ещё раз, отправился на приём к целителю.

Глава 2

Глава 2

Прошло, наверное, минут десять. Дверь в кабинет открылась, и оттуда вышел Геннадий. Его лицо раскраснелось, походка была какой-то скованной. Посмотрев на меня мутным взглядом, он произнёс:

— Удачи, парень! — После чего быстро пошёл по коридору на выход.

Пожав плечами, я продолжил разглядывать стену, ожидая вызова.

— Заходите! — раздался приглушенный дверью голос.

Поднявшись, я зашёл в кабинет. Целителем оказалась достаточно молодая девушка. На вид ей было лет двадцать пять-двадцать семь. Она стояла у стола и задумчиво смотрела в окно. Одета девушка была, на мой взгляд, странно. Мешковатые штаны, безразмерная кофта. Волосы просто собраны в хвост. Не походила она на серьёзного целителя. Хотя Виктор отзывался о ней весьма положительно. Ну да ладно.

Девушка медленно повернулась и уставилась на меня, как будто чего-то ожидая.

— Вы целитель? — решил уточнить я.

— Да, — произнесла она низким голосом и, сев за стол, открыла ноутбук, — как вас зовут? — Кивком указала мне на кушетку.

— Максим Андер, — представился я и сел на краешек кушетки.

— Хорошо, — её пальцы застучали по клавишам компьютера, — слушаю вас.

— Упал с велосипеда. Сильный ушиб ноги.

— Учитесь? — задала целительница странный вопрос, который, на мой взгляд, к делу никак не относился.

— Да.

— Сейчас вас осмотрю, но даже со скидкой мои услуги будут стоить рублей двадцать, — она сделала паузу, ещё раз окинув меня удивлённым взглядом. Возможно, её смутил мой внешний вид. Одежда не по размеру никого не красит.

— Нормально, — кивнул я в ответ, — мне бы ещё резерв пополнить.

Уж очень мне хотелось пообщаться с Серкхом. Чувствую, дело тут нечисто. Как говорится, случайности не случайны. Это, похоже, именно мой случай. Я не мог объяснить встречу с Анной Медведевой в другом городе и моё участие в её спасении ничем иным, кроме как вмешательством Серкха. Так что энергия мне нужна. Мой источник почти пуст, а в накопителе осталось не больше сотни единиц.

— Знаете расценки на магическую энергию?

— Догадываюсь, но вы озвучьте.

— Первые сто единиц — пятьдесят рублей, дальше дороже, — строго произнесла целительница. Похоже мой внешний вид вызывал сомнения в моей платежеспособности.

— Хорошо, — кивнул я и перевёл взгляд на стол, за которым она сидела. Уж очень любопытная руна на нём была. Практически идентичная той, что в столе Колычева. Мощный щит. Странно только, зачем подобная руна установлена в кабинете целителя…

— Ложитесь на кушетку.

— Штаны снять? — поинтересовался я. Прямой контакт с кожей лучше работает, да и ушиб так виднее.

— Да, — после небольшой паузы ответила девушка, но голос прозвучал как-то неуверенно. Такое впечатление, что она ни разу не видела пациентов без штанов.

Я снял штаны и лёг на кушетку, оставшись в трусах и рубашке. Левая нога серьёзно опухла. На ней был крупный кровоподтёк.

Девушка вышла из-за стола и настороженно приблизилась ко мне. Возможно, будь на моём месте обычный человек, он не обратил бы внимания на некоторые нюансы, но я-то видел, что целительница крайне напряжена.

— Похоже, вас сбила машина, — разглядывая мою ногу, вынесла она безошибочный вердикт, — вам следует обратиться в жандармерию, — с укором произнесла девушка и посмотрела мне в глаза.

Я замер на мгновение, поймав её взгляд. Глаза у целительницы были светло-серые и… очень добрые. В них читались сочувствие и жалость.

Мне был неприятен подобный взгляд. Если бы на меня так смотрела интересная женщина, я бы попытался исправить ситуацию. Мужчина не должен вызывать жалость. Но передо мной целитель, а им подобное прощается.

— Обойдусь без полиции. Так вы поможете? — прервал я наши гляделки

— Конечно, — её движения приобрели смелость и уверенность. Аккуратно положив свою руку на мою ногу, девушка начала медленно водить пальцами по кровоподтёку, заливая его целительской энергией. Пульсирующая боль стала отступать.

— У вас красивые глаза и умелые руки, — сделал я комплимент, но, похоже, не к месту. Девушка, услышав мои слова, вздрогнула и чуть не отпрыгнула от меня. Да что с ней не так!

— Я вас чем-то обидел? — удивился я подобной реакции.

— Нет, нет. Простите, — смутилась целительница, — вы так хорошо держитесь… У вас нет никаких артефактов на себе? Лучше снять их, они могут мешать лечению.

— Да что тут держаться? — удивился я. — Рана не такая уж и болезненная. Если на ногу не наступать — совсем нормально. А насчёт артефактов, — я развёл руками, — артефактов нет.

— Почти закончила, — девушка сосредоточенно продолжала напитывать мою ногу энергией.

— Можно задать вам вопрос?

— Попробуйте, — тихо ответила она.

— У вас на столе руна. Защитная стена. Это Колычев делал?

— Д-да, — она замерла, рассматривая меня с опаской.

— Я просто его новый ученик и видел подобную руну у него в кабинете, — я решил сразу развеять её опасения.

— Так вы тот самый Максим! — улыбнулась целительница, наконец-то расслабившись. — Матвей Фёдорович о вас рассказывал.

— Надеюсь, только хорошее?

— Даже слишком, — она посмотрела мне в глаза и зачем-то провела пальцем по моей ноге. Она что, заигрывает со мной?

— Он наверняка преуменьшал, — улыбнулся я. Что-то было в этой девушке, что меня к ней тянуло. — А вас как зовут?

— Аглая, — тихо произнесла она, — если Матвей Фёдорович преуменьшал, называя вас гением… то я даже не знаю, что о вас думать!

— Какое необычное и красивое имя, — я сел на кушетке и потянулся к своим штанам, — могу я одеться? А то как-то неловко.

— Да, да! Простите! — Аглая отошла от меня на шаг. Её глаза светились любопытством. — Думаю, мы теперь будем часто видеться. Я с Матвеем Фёдоровичем выезжаю на особо затратные заказы. Я про энергию…

— Я понял, — кивнув ободряюще Аглае, я наконец-то натянул штаны, — учитель говорил, что иногда берет с собой целителя. Просто не подозревал, что это может быть такая очаровательная молодая девушка.

После моих слов щеки Аглаи слегка покраснели. Это было странно. Девушка явно хороша собой. Да, ростом невысока, но даже мешковатая одежда не в состоянии скрыть её ладно скроенную фигуру. Мне казалось, она давно должна была привыкнуть к мужскому вниманию, но, похоже, я ошибался.

— Давайте займёмся энергией, — она быстро взяла себя в руки, вспомнив, что я тут клиент, а она целитель.

Положив обе руки мне на плечи, Аглая начала вливать энергию.

— Не идёт! Что-то с вами не так, точно нет никаких артефактов? — Она с укором посмотрела на меня.

Как я мог забыть! Мне захотелось хлопнуть себя по лбу. Мои каналы были полностью закрыты. Я их сейчас вообще только на ночь открываю, чтобы зарядиться энергией из окружающего мира, ну и когда медитирую. Этого мне вполне хватает для пополнения источника. Быстро открыл каналы в местах, где лежали руки Аглаи.

— Попробуйте ещё раз.

В меня начала втекать энергия, и я с удивлением почувствовал шевеление в своих штанах. Хорошо, что успел их одеть. Меня вдруг стало неистово тянуть к целительнице. Захотелось сорвать с неё одежду, впиться губами в губы, а затем овладеть ею.

Только благодаря своей силе воли я усидел на месте. Но на тело повлиять был не способен. Лицо моё покраснело, по лбу прокатилась капля пота. Штаны в районе паха натянулись. Аглая стояла близко, с закрытыми глазами, контролируя вливание энергии и не замечая, что со мной происходит.

— Я закончила, — произнесла она, убирая руки с моих плеч. Этот низкий сексуальный голос был способен свести с ума.

Я перекрыл свои каналы и стал прогонять энергию из источника по кругу. Это действие немного прочистило мой мозг. Неужели Аглая на всех оказывает подобное влияние? Теперь мне был понятен вид Геннадия, который выскочил из её кабинета, как ошпаренный. Да и к наличию дорогой руны защиты вопросы отпали.

— Уф… — выдохнул я.

Аглая стояла в двух шагах от меня, уставившись на мой пах.

— На вас подействовало? — В её голосе прорезались плаксивые нотки. Сейчас она чем-то напоминала Савву. — Простите! Это мой дар, и я его не контролирую.

— Да уж, — улыбнулся я ей, — наверное, нелегко с подобным даром жить?

— Вы даже не представляете, насколько! Он не действует только на магов уровнем магистра и выше.

— А как Колычев справляется?

— У него артефакт специальный, — Аглая задумчиво посмотрела на меня. Даже оценивающе как-то. Как женщина присматривается к мужчине, решая, достоин он её внимания или нет. — Только почему на вас не подействовало?..

У меня был ответ на этот вопрос. Он достаточно прост. По той же причине, которая защитила меня от давления аурой Колычева. Мои каналы закрыты.

— Поужинаем завтра? Я расскажу… — предложил я, — и, может быть, перейдём на «ты»? Тем более, нам ещё и работать вместе предстоит.

— Свидание? — Щёки Аглаи снова заалели. — Это будет здорово! — Она подпрыгнула на месте, как маленький ребёнок. — Меня так давно не звали на свидание. Обычно знакомые мужчины шарахаются от меня и обходят стороной, а незнакомые начинают сразу делать неприличные предложения, — доверчиво поделилась она.

— Я говорил об ужине, — начал я, наблюдая, как радостная улыбка сползает с её лица, — но свидание — это ещё лучше!

— Договорились! — Аглая прижала руки к пылающим щекам. — В восемь вечера?

— Хорошо, я зайду за тобой, — ответил я, любуясь девушкой.

Расплатившись за приём и отказавшись от скидки, которую она пыталась мне навязать как ученику Колычева, я с улыбкой, которая не сходила с лица, отправился пешком домой. Требовалось успокоиться и прийти в себя. Внутри меня бушевал маленький шторм, который мешал ясно мыслить.

Свидание. Я в этом мире ещё не был на свидании. Да и в прошлой жизни тоже. Предвкушение было очень волнительно. Такие яркие и непривычные эмоции.

Правда, ситуацию омрачала мысль: что будет, когда Аглая узнает, что мне всего шестнадцать? Выглядел я, как минимум, на восемнадцать. А при желании мог сойти и за двадцатилетнего. Хотя… думаю, Аглае будет безразличен мой возраст. Тем более, я уже совершеннолетний, и встречаться со мной можно совершенно законно. Да и для целительницы общение со мной будет, как глоток свежего воздуха. Уж очень неудачный ей достался дар. Она ещё и источник раскачала до такого уровня, что аура вырывается на расстояние более метра, действуя на окружающих мужчин, как сильнейшая доза афродизиака, снося им голову напрочь.

Постараться научить девушку подавлять ауру, или попробовать сделать артефакт, скрывающий её? Надо подумать. Иначе Аглае придётся вечно прятаться в своём кабинете или общаться с магами уровнем выше магистра. В этом мире их по пальцам перечесть, и средний возраст, думаю, сильно за шестьдесят лет.

Устроившись в большой комнате своего дома, что когда-то была мастерской ателье, я заполнил свой источник до предела, забрав остатки из накопителя.

Сидя на полу, нарисовал маркером сложную вязь и приступил к ритуалу. Капнув каплю крови, залил в рисунок магию — и тут же получил ответ. Моё зрение, усиленное «ясным взором», давало возможность увидеть, как над рисунком начинает формироваться кокон энергии. Сначала моей, потом туда добавилась и астральная. Серкху тоже надо было приложить определённые усилия и поделиться энергией, чтобы перейти в материальный мир. Когда свечение кокона погасло, в центре узора сидел совсем небольшой паучок. У него было шесть лап, и он очень забавно пытался освоиться со своим новым телом, периодически падая на бок и путаясь в ногах.

— Ну здравствуй, Серкх! — произнёс я вслух.

— Максим, — раздался в моей голове его голос, — наконец-то ты меня позвал!

— Давай знакомиться, — я посмотрел в его маленькие глазки, — у тебя есть имя?

— Серкх! — гордо произнёс он в ответ.

— Это имя твоего отца, — я помотал головой, — давай тебе подберём своё имя, чтобы не путаться. Если хочешь, можешь стать Джуниором, здесь так называют младших детей, у которых такое же имя, как у отца. Или… вот, почти аналог и звучит похоже. Хочешь стать Юнгой или Юрой?

— Нет! — Он топнул ножкой. Это смотрелось забавно при росте не более трёх сантиметров. — Я — единственный в этом мире. Значит, я Серкх!

Его слова звучали логично, да и не так уж было важно, как мне его называть. Называл же я его отцом Серкхом. Хотя, как я понял, это, скорее, должность, которую получают сильные астральные духи, достигнувшие определённого уровня развития. Но малыш прав в одном: если на планете существует всего один инженер, неважно, как его зовут.

— Хорошо, Серкх так Серкх, — легко согласился я, — можно считать, что познакомились.

— Дурацкое тело! — раздражённо воскликнул он. — И зрение дурацкое, и органов чувств мало. Почему ты не мог сделать мне нормальное тело?

— Так ты же в астрале примерно так и выглядишь? — не понял я претензии.

— Так то в астрале! Зачем приходить в материальный мир, если ничего не изменилось, и стало только хуже? В астрале я не хожу на лапках, а перебираюсь по паутине. Понимать надо разницу! — ворчливо закончил Серкх. — Отец-то не пауком приходил!

Тут он был прав. Его отец, конечно, пару раз появлялся пауком, но ему тоже не нравилось это тело. Обычно, когда мы накапливали достаточно энергии, он принимал образ кота, в котором убегал на пару дней развлекаться. Возвращался всегда довольным и зачастую со следами прошедших битв.

— У меня пока нет такого количества энергии, чтобы ты принял другой образ. Да и ты, думаю, ещё не готов.

— Ладно, — смилостивился он, — ты прощён. Но поторопись. Я не могу ждать бесконечно.

В ответ я закатил глаза. Похоже, мне достался не просто ребёнок, а весьма наглый ребёнок, считающий себя центром вселенной.

— У меня к тебе серьёзный разговор, — произнёс я строгим тоном, — последнее происшествие с Анной Медведевой — твоих лап дело?

— Да! — Серкх гордо выпрямился. — Можешь не благодарить. Тебе нужна самка — я помог.

— Помог… — Я устало поморщился. Похоже, будет труднее, чем я ожидал. — Ты действуешь, как слон в посудной лавке! Такие вмешательства в естественный ход событий всё перемешивают, а результат крайне непредсказуем и зачастую гораздо хуже, чем был бы без вмешательства.

— Ерунда! Я всё предусмотрел, — отмахнулся он.

— Да? И ты доволен результатом? У меня появилась самочка? — иронично поинтересовался я.

— Ну… там опять что-то не так получилось. Мне кажется, эта Анна — сломанная. Зато мы это узнали. Не нужна тебе такая. Найдём нормальную.

— «Опять»? — зацепился я за оброненное Серкхом слово. — Так это не первое твоё вмешательство?

— Конечно, — в его голосе звучала гордость, — ты не оплодотворял самочку уже больше трёх месяцев. Для твоего вида и возраста это ненормально. Поэтому я снова решил помочь тебе.

— Значит так, мой маленький друг. Я сам разберусь с этой темой. Прошу тебя, не вмешивайся больше!

— Почему? Ты же не справляешься. Я посмотрел несколько сериалов. Главный герой спасает прекрасную девушку, потом у них любовь и дети. Дети тебе нужны. Кто будет меня призывать, когда ты умрёшь? Вы, люди, живёте так мало…

— Понятно… — Я даже не знал, что сказать на это. — А авария — твоих рук дело?

— Нет, я тогда был совсем сонный, и даже не заметил, что тебе грозила опасность. Прости, — произнёс он поникшим голосом.

— А история с алтарём? Не мог я поскользнуться и, одновременно поранившись, рухнуть на алтарь!

— Это я постарался. Ты меня в тот момент сильно разочаровал.

— Чем же?

— Ты решил не трогать алтарь! Если бы не моя помощь, ты ещё год рос бы до своего уровня. Я не хотел так долго ждать.

— И какая вероятность была, что я переживу эту процедуру?

— Без моей помощи или с ней? — тихо спросил он.

— Давай оба варианта, — я знал, что Серкхи отлично считают варианты развития событий, и у него точно есть ответ на мой вопрос.

— Без моей помощи твоя смерть наступала в семидесяти шести процентах, с моей — всего в тридцати восьми. Я выбрал идеальный вариант, который не только позволил тебе усилиться, но и привёл меня к эволюции.

— Ты считаешь это приемлемым процентом? — Шанс на выживание чуть больше, чем один из трёх. Мне действительно сильно повезло.

— А как ещё было тебя усилить? Вместо того чтобы меня похвалить и сказать спасибо, обвиняешь в чём-то. Ты похож на Анну Медведеву — такой же гадкий!

— Не переводи разговор, — твёрдо произнёс я, не давая сбить себя с толку, — чтобы больше подобного не повторялось. Это моя жизнь. Не лезь в неё. Если можешь чем-то помочь, сообщи. Но решение я приму сам!

— А если будет возможность, а связи нет?

— Никаких «если»! Лучше упустить возможность, чем расстаться с жизнью.

— Но ты будешь меня вызывать?

— Мы договорились? — продолжил я давить. Мне надо было услышать от него согласие. Серкхи держат своё слово, особенно данное в ритуальном круге.

— Да.

— Что «да»? Проговори наш договор, — напомнил я. Какой вертлявый малый.

— О возможностях сообщать, не делать без твоего согласия ничего, что напрямую касалось бы тебя, — понуро произнёс он и тут же поинтересовался:

— А если твоей жизни будет угрожать опасность, и только моё внезапное вмешательство может помочь?

— Это можно, — согласился я, — но постарайся, чтобы оно было минимальным. Пока ты не освоишься в должной мере с линиями вероятностей, старайся действовать очень осторожно и аккуратно.

— Договорились, — Серкх тяжело вздохнул.

— Следующий вопрос: что с моими воспоминаниями? Почему я практически ничего не помню из своей прошлой жизни? Тоже ты постарался?

— Ну… — протянул он, ходя по кругу на полу и натыкаясь на границы, за которые не мог вырваться.

— Отвечай, — потребовал я.

— Твоё тело стало шестнадцатилетним. Я подумал, что и сознание должно соответствовать возрасту. Это же неправильно, если ты будешь тридцатипятилетним в теле школьника. Вот я… как бы… откатил его, — я чувствовал, что маленький Серкх юлит и недоговаривает. Толком врать он пока не научился, да и проблематично это было во время ритуала.

— Что-то мне не верится, что это главная причина. Да и не думаю, что мой опыт помешает мне жить. Так что верни мне мои воспоминания.

— Не буду, — пробурчал он и как-то весь сжался.

Я замер, разглядывая маленького Серкха. Его ответ меня очень удивил.

— Как это «не буду»? Ты же понимаешь, что находишься сейчас в материальном мире, в круге призыва? Я могу просто приказать, и ты не можешь меня ослушаться! — Моя власть над ним сейчас была безгранична. Серкх, чтобы попасть в материальный мир, выпил каплю моей крови. Теперь он был полностью в моей власти. Достаточно одного моего желания, чтобы прервать его существование в обоих мирах.

— Ты… — начал он, слегка заикаясь, — ты был мерзким. Я не хочу, чтобы ты снова стал таким.

— Серьёзно? — улыбнулся я недоверчиво. — В шестнадцать я не был мерзким, а в тридцать пять вдруг стал?

— Да! — Серкх остановился посреди узора. В его голосе звучал вызов. — Ты был хорошо воспитан, весёлый. У тебя были идеалы, правила и вообще… А потом… Потом стал плохим. Очень плохим.

— Я не помню такого, — задумчиво произнёс я. Хотя, честно говоря, я вообще себя прошлого практически не помню.

— Именно поэтому и не помнишь, — пробурчал себе под нос паучок.

— Так дело не пойдёт. Каким бы я ни был, это был я. Думаю, у меня достаточно ума и силы воли, чтобы справиться со своими воспоминаниями и остаться нормальным парнем. К тому же, после всего, что ты натворил, я не уверен, что ты в состоянии адекватно оценивать людей и меня, в частности.

— Я не хочу рисковать, — в голосе Серкха, однако, прозвучало сомнение. Думаю, он прекрасно понимал, что достаточно одного моего приказа, и ему придётся выдать все мои воспоминания, — может быть, для начала пару воспоминаний?

— Хорошо. Я готов. Пару воспоминаний. Настоящих, чтобы я ощутил себя! — произнёс я повелительно.

— Слушаюсь, — ответил он, склонив голову.

Моё тело терзала боль. Ноги давно не слушались, но нервные волокна до конца не отмерли, и сейчас ноги опять пульсировали болью. Чтобы слегка её унять, я залпом выпил полную рюмку поитина. Крепчайшее пойло, от которого внутри всё вспыхнуло огнём, а из глаз полились слёзы. Но другой напиток архимагистру и не поможет.

— Ильдар! — рявкнул я. — Позови этих бездельников.

На столе передо мной лежали заготовки артефактов. Я покрутил их в руках.

— Так вы работаете, идиоты? — Передо мной стояли три моих ученика. Они тряслись от страха, глядя на меня. Их со мной связывала самая жёсткая ученическая клятва, и ученики прекрасно знали, что их жизнь в моих руках. — Здесь грань недостаточно хорошо отполирована — я швырнул одну пирамиду в руки Марка, второго ученика. Тот с трудом поймал будущий артефакт и низко поклонился.

— Сейчас всё исправлю, уважаемый архимагистр. Прошу меня простить, — после чего, ещё раз низко поклонившись, парень, пятясь, дошёл до двери и скрылся за ней радуясь, что легко отделался.

— Твоя работа? — Я взял в руки резной куб и посмотрел на Ставра, моего третьего ученика. Он магией вырезал узоры на камнях. — Что за бездарность? Рисунок убог! Линии толстые. Это — подарок будущей невесте одного из баронов. Он за него отвалил почти тысячу золотых! Прекрасный магически усиленный розовый мрамор. Цена этого куба больше, чем твоя годовая зарплата, а ты умудрился запороть его? Безрукая бездарность!

— Что мне делать? — со слезами на глазах спросил Ставр.

— Доделывай свою работу. Штраф — сотня золотых и пять плетей! — Услышав о плетях, Ильдар с предвкушением улыбнулся. Приводить наказание в исполнение было его делом. Доставлять физическую боль беззащитным. Он это любил. Тот еще мерзавец, зато держал в страхе моих слуг.

— Мастер, у меня двое детей. Они голодают. Я не получил от вас денег и за прошлый заказ. Нам нечего есть! — попробовал надавить на жалость Ставр.

— Какое мне дело до твоих ублюдков? Ты — криворукий дебил, скажи спасибо, что я взял тебя в ученики и довожу до ума твои кривые поделки. Никто, кроме тебя, не виноват, что ты не видишь денег. Иди работай! — А ведь по другому с ним никак. Лень матушка, ничего не поделать. Надо перебарывать и лень и нежелание думать и учиться. Не могут сами постараться, значит будут получать то, что заслуживают.

— Теперь ты, — я повернулся к молодому испуганному парню. Он был хорош, и из него может вырасти настоящий рунолог, — ты слаб и глуп. Твои руны может выковырять любой деревенщина даже без дара, — я с наслаждением увидел, как на его глаза наворачиваются слёзы, — неделю наполняешь мой накопитель, пока не научишься работать с мощной энергией.

— Но, учитель, ваш накопитель слишком мощный. Он может порвать мои магические каналы! — всхлипывая, попытался возразить мне парень. Ослушаться меня он не смел, я сам проводил ритуал, что связал его со мной магической клятвой на крови.

— Конечно, для такой бездарности, как ты, он слишком мощный. И тут только два варианта: либо ты выживешь и станешь сильнее, либо просто сдохнешь. Выполняй! — рявкнул я. — Ещё благодарить будешь за такую возможность.

Воспоминание померкло. Я снова сидел в своей комнате.

О чём говорил Серкх? Это я — плохой человек? Что за бред⁈ Вокруг меня были тупые идиоты, из которых я пытался сделать настоящих мастеров. Они должны были молиться на меня за это. Пройдя моё обучение, парни станут настоящими мастерами.

Только я собрался высказать свои мысли вслух, как провалился в следующее воспоминание.

Я находился в башне на окраине королевства. За моим креслом стоял Ильдар, передо мной — пятёрка магов.

— Бездарности, — вынес я вердикт, разглядывая повреждённый защитный контур крепости, — тут работы на пару часов! И ради этого меня вызвали из столицы?

— Прошу нас простить, мастер, — поклонилась пухленькая девушка, — это уровень архимагистра. В нашем баронстве нет ни одного мастера, кто мог бы сравниться с вами в умении.

— Мы заплатили пятьсот золотых, — недовольно проворчал молодой парень. Это был сын местного барона. На лице его красовался свежий шрам, который ещё не успели свести целители. Стоял барончик, высоко задрав голову и с презрением посматривая на меня.

«Тварь! Ненавижу!» — промелькнуло у меня в голове. Как же мне доставалось от подобных ублюдков во время обучения в академии магии! Они смели насмехаться надо мной, зная, что я не в состоянии дать им сдачи. И не потому, что слаб, как маг, а только из-за того, что моё тело наполовину парализовано. Участие в дуэли для меня невозможно и вполне предсказуемо. С таким телом мне не победить.

Ну ничего — многие из них получили своё сполна. Моё положение давало мне немало преференций, и сильнейшие маги моего королевства были готовы выполнять мои приказы. Кто за деньги, кто из-за будущих должностей… иных я заставлял слушаться с помощью угроз их родным. Так что пришлые маги из других королевств и империи к концу обучения старались обходить меня стороной и придерживать свои усмешки и свирепые взгляды.

И вот теперь в забытом богом баронстве мне снова встретился этот взгляд, полный превосходства и насмешки.

«Мальчик, ты подписал себе приговор», — улыбнулся я.

— Чтобы восстановить защиту башни, потребуется энергия, — продолжил я как ни в чём не бывало, — больше тысячи унций. Мне заплатили за дорогу и моё умение, но не за энергию, — я посмотрел на дерзкого барона, — у вас выбор: собрать круг и поделиться энергией, или я использую свою. Одна унция — один золотой. За энергию архимагистра — очень щадящие расценки.

Я широко улыбнулся, видя, как с барона сползает спесь. Заплатить больше тысячи золотых или создать круг, поделившись энергией, — очень трудный выбор. Вряд ли у баронства есть подобные средства. Создавать круг — значит, открыть каналы и предоставить мне полный доступ к магии каждого участника круга. Сильные маги старались не связываться с подобным ритуалом. Особенно, когда его проводил незнакомый маг. Он мог не только выкачать всю энергию, но и забрать себе энергию жизни, а то и саму жизнь.

Я продолжал с лёгкой улыбкой наблюдать за магами, собравшимися в башне. Здесь не было никого, кто достиг бы уровня магистра. Середнячки, посредственности. Только у главы баронства был сильный источник, но он находился в военном походе, оставив управление на своего сына.

— Роберт, — обратился один из магов к барону, — мы выполним любые ваши указания, — он с достоинством поклонился ему.

— Это… неожиданно. Мне озвучили цену в пятьсот золотых за починку защитных заклинаний. К тому же, мы стоим на границе, и наше баронство является щитом королевства. Разве это не ваша прямая обязанность — помогать нам, дабы укрепить оборону всего королевства?

— Вы могли обратиться к королю, и он выслал бы к вам мага. Правда, сейчас маги подобного уровня все заняты. Но, думаю, месяцев через шесть или восемь один из архимагистров добрался бы до вас. Вы же разместили заказ через гильдию магов и наёмников. Так что я выступаю как частное лицо. И скажите спасибо, что я вообще принял ваш заказ и припёрся на эту окраину!

У меня, конечно, была своя причина приехать сюда. Папаша в последнее время прознал о моих делишках, и мне требовалось поскорее скрыться с его глаз. Да и дело вроде как благородное, на пользу королевству. Так что свой интерес у меня имелся.

— Но пятьсот золотых… что мы получим за эти деньги? — Роберт был растерян. Сколько ему? На вид — слегка за двадцать. Тяжело вести переговоры, когда твоя позиция слаба, а опыта мало. Ему стоило бы получше подготовиться к моему визиту.

— Дорога из столицы и обратно, — начал загибать я пальцы, — диагностика рунного узора. Поиск неисправности. Я могу вам расписать, что следует сделать для починки защиты. Это моя работа, и я готов её выполнить качественно и в срок. После этого по моим бумагам заклинание сможет починить даже магистр.

— Но мы договаривались на ремонт! — продолжал настаивать на своём барон.

— Хм… — Я потёр щетину на лице. Дорога выдалась долгой и трудной, времени побриться не было, — могу и отремонтировать. Я чту договор. Только ремонт. Но без тысячи унций энергии заклинание продержится пару дней и разрушится. Боюсь, следующая починка будет в разы сложней и дороже. Я приступаю? — начав разминать кисти и магические каналы, поинтересовался я.

Спорить и доказывать свою правоту не было желания. Меня ждали в соседнем королевстве, там тоже хороший заказ, да и принимающая сторона мне знакома. Они высоко ценят мои умения и всегда готовы удовлетворить любые прихоти архимагистра. Будь то вкусная еда или послушные девушки.

— Хорошо, — скрипя зубами от злости, произнёс Роберт, — мы соберём круг. Я надеюсь на ваше благородство.

Я почувствовал, как Ильдар, стоявший за моей спиной, усмехнулся. Благородство и я — диаметрально противоположные вещи. У меня есть цель, ради которой я живу, и жертвы на этом пути — ничто. Как и правила, придуманные для простых смертных. Я выше этих правил.

— Подвинь кресло вон туда, — я указал Ильдару наиболее подходящее место, — и отойди к дальней стене.

После чего повернулся к магам:

— Соберитесь вокруг меня. Не будем откладывать это дело. Я в вашем замке не планирую задерживаться.

Маги собрались вокруг меня. Я раскрыл свои каналы архимагистра. Моя аура заполонила комнату. Маги тоже открыли свои каналы. В ответ я кинул на каждого жгут, который начал выкачивать магию из их источников. Придавленные моей аурой и мощной выкачкой энергии, маги не могли не то что пошевелиться — их мозг полностью отключился. Сейчас передо мной стояли просто накопители в человеческом обличье.

Магия мощным потоком вливалась в меня, и я перенаправлял её на рунный рисунок, одновременно латая его и наполняя энергией. На ремонт узора и активацию у меня ушло минут тридцать.

Закончив с ремонтом, я начал по одному отсоединять щупы от магов. Они падали на пол безвольными куклами. Последним рухнул барон, но перед этим я резко выкачал из него практически всё, без остатка. В самом конце решил пощадить мальчишку и не стал разрушать каналы в его теле подобным вмешательством. Теперь парню предстоит долгое и весьма болезненное восстановление. Полгода, как минимум, он не сможет пользоваться магией. Я злорадно ухмыльнулся: пусть ощутит себя в моей шкуре. Уверен, он поймает немало презрительных взглядов и будет знать, каково это — быть калекой. Но я действовал аккуратно, не причинив невозвратных последствий. Просто не большой урок, наказание за наглость и взгляды полные презрения, что он бросал на меня.

— Хорошая девочка, — раздался голос Ильдара. Он задрал платье магини, лежавшей на полу без сознания, и жёстко мял её обнажённые груди, — такая сладенькая. Вот бы поиграться с тобой.

— Нам некогда. Я не собираюсь ночевать в этом клоповнике, — остановил я Ильдара, не сводя глаз с пышной груди зрелой женщины. Ильдар был сильным воином, но имел огромную слабость к женщинам.

— Как скажете, господин, — он поправил платье магини, — звать целителя?

— Зови, — кивнул я.

Ильдар вышел из башни и вскоре вернулся с целителем, который начал приводить в сознание магов.

Все маги пришли в себя и начали неуверенно подниматься на ноги. Кроме Роберта.

— Что с ним? — спросил один из магов целителя.

— Жив, — коротко ответил тот, — но магические каналы получили небольшие повреждения.

Маг бросил на меня злобный взгляд.

— Мальчишка, — ухмыльнулся я в ответ, — пытался доказать, что самый сильный, и не рассчитал своих сил. Так бывает.

Женщина-маг трогала свою грудь и морщилась. Заметив это, к ней подошёл целитель и применил заклинание лечения. Она с подозрением посмотрела на меня, но я был прикован к креслу и даже при желании не мог ничего с ней сделать. Тогда женщина перевела взгляд на Ильдара, но тот стоял с каменным лицом опытного бойца.

— Поехали, — кивнул я Ильдару и тот, взявшись за ручки моего кресла, покатил его на выход.

Я вынырнул из воспоминания и яростно глянул на Серкха. Как он посмел скрыть всё это от меня? Это чувство беспредельной власти над миром и людьми. Эту твёрдую уверенность в себе и в своей правоте. На что он их подменил? На честь и благородство? Эти слова — ничто. Оправдание для слабаков, тех, кто не достиг настоящих высот.

Глядя на сжавшийся в комок паучка, я решал его судьбу.

— Мелкая тварь, — проговорил я сквозь зубы, — я придумаю тебе наказание, но пока от тебя есть польза — живи, — сжал руку в кулак, и магия, повинуясь моей воле, сжала Серкха, перемалывая его лапки

— Максим… — просипел дух.

— Для тебя я — господин! Повтори!

— Да, господин! — Его голос был еле слышен.

— Следующее воспоминание, — скомандовал я. Сейчас он выполнит свои обязательства, после чего я отпущу Серкха обратно в астральный мир. Пусть наберётся сил и подготовит все остальные воспоминания. Думаю, дней за десять я стану прежним.

От автора:

Дорогие читатели! Тут многие очень не довольны второй главой. Посыпались отписки, гневные отзывы. Даже в личные сообщения обратились с недовольством.

Решил пояснить некоторые моменты:

Читать книгу без неожиданных сюжетных поворотов, может быстро наскучить. Да и писать тоже.

Этот поворот многое объясняет в поведении ГГ. Раскрывает его. Кроме прочего показывает, что власть, деньги и могущество оставляют свой след на характере и зачастую, не слишком положительный. Дает мотивацию ГГ.

Но! Книга по прежнему будет без чернухи. Как вы поняли из третьей главы, все не так уж и плохо.

Читать дальше или нет, решать вам. Я же, благодарю своих читателям за проявленную реакцию.

За то, что вы не остались безразличными к Максиму и Серкху.

Глава 3

Глава 3

— Руку держи ровнее, шпагу не опускай. Не забывай о защите! — прикрикивает на меня отец. Мне девять лет. Я уже считаю себя взрослым. Отец — молодой статный мужчина. Он только недавно отпраздновал своё тридцатилетие. Полон сил, умен и хорош собой.

— Хорошо, — я смахнул со лба капельки пота. Мне не хотелось опозориться перед отцом. Сегодня он решил проверить, чему я успел обучиться у лучших инструкторов королевства.

Мы снова сошлись с ним в схватке, и на этот раз мне удалось продержаться дольше.

— Молодец, сын, — тепло произнёс отец и убрал шпагу в ножны, — ты явно делаешь успехи, но умение биться — не единственное, что требуется настоящему воину и правителю. Есть ещё честь, и достоинство, и… точные науки, — он, прищурившись, улыбнулся, заметив, как я насупился, — твой учитель по математике жалуется на тебя.

— А чего он столько домашних заданий задаёт! — с вызовом ответил я. Голова у меня хорошо соображала. Это я давно понял. Точные науки давались мне легко, но необходимость сидеть за тетрадями, выполняя домашние задания, ужасно раздражала. Лучше бы я это время потратил на прогулку с ребятами или полазил по замку, изучая неизведанные закоулки. Усидчивостью я не отличался.

Мы прошли в раздевалку и, быстро приняв душ, переоделись. На выходе меня ждала мама. Она строго посмотрела на нас с отцом, но в этом взгляде было столько любви!

Некстати всплыло воспоминание: через год её не станет. Мама умрёт при родах, подарив отцу дочку, а мне — сестричку.

Мать обняла меня, а я стоял со слезами на глазах, вдыхая её запах.

Когда и почему я изменился? Перед глазами пронёсся ворох воспоминаний. Да, я не мог больше ходить, стал калекой, вынужденным всю жизнь передвигаться с посторонней помощью. Но в этом ли причина? Неужели нельзя было жить дальше, оставаясь человеком? Потерял мать в десять лет. Легко давалась учёба. Зазнался, но отец железной рукой вернул меня на землю. Потом год пролежал в кровати, жалея себя. Но родные от меня не отвернулись, поддерживали, как могли. Возможно, именно тогда я озлобился на весь мир?

Усилием воли я покинул воспоминания. На моих глазах стояли слёзы.

— Серкх, — тихо произнёс я.

— Да, господин, — маленький паучок с переломанными лапками лежал на полу, испуганно глядя на меня.

— Прости меня, Серкх. Ты был прав. Я пока не готов стать прежним. И не хочу этого.

— Максим, — он облегчённо выдохнул.

С помощью остатков магии я создал целительское заклинание, разом излечив все его раны.

— Скажи мне, хитрец, ты же не зря подобрал именно эти воспоминания и их очерёдность? Ты снова манипулировал мной. Даже разговор построил таким образом, чтобы я потребовал не все воспоминания, а только малую их часть.

— Да, господин, — раздался в моей голове его голос, — я долго готовился и просчитывал варианты.

— Ты нарушил наш договор, — улыбнулся я смелому мальцу. Он очень сильно рисковал. Пойди что-то не так, и Серкха уже не было бы в живых.

— Готов понести заслуженное наказание, — в его голосе слышалась улыбка, — я рад, что ты вернулся, Максим.

— Давай, отправляйся к себе. Мне нужно время, чтобы всё обдумать, да и энергия заканчивается, — я потратил последнюю энергию, активируя одну из рун, отвечающую за прокол пространства, — через пару дней вызову снова, пообщаемся, — пообещал я Серкху.

— Благодарю, — раздался его голос, — до встречи! — Серкх тёмным дымком растаял в портале.

Умывшись, я лёг в кровать. В голове переплетались воспоминания из прошлой жизни и бродили разные мысли. Стало понятно, почему на меня иногда накатывало сильное раздражение. Особенно в те моменты, когда я пытался вспомнить прошлую жизнь. Вместе с воспоминаниями менялся мой разум. К счастью, это длилось недолго, а потом я снова становился собой — Максимом Андером, а не Андером Максимусом, как меня раньше звали.

Получается, я вырос редкостным мерзавцем. Не знаю, что стало причиной этого. В шестнадцать лет я был другим, и моя задача — не повторить тот путь, что привёл к столь плачевному результату.

Снова пересмотрел полученные воспоминания, но как бы со стороны, не пропуская через себя. Назвать меня отъявленным негодяем, наверное, будет неправильно. Но прошлый я был мерзок и противен моему нынешнему сознанию. Самодовольный, эгоистичный, самоуверенный. Таким я был. Ещё и Ильдар оказался человеком с садистскими наклонностями который при этом еще и не пропускал мимо ни одной юбки. Думаю, это тоже оказало влияние на мой характер. Рядом со мной не было человека, который стал бы положительным примером. Отец после моего поступления в академию магии практически не уделял мне времени, сосредоточившись на дочери и проблемах, что навалились на королевство. Решил, что я уже достаточно повзрослел. И его трудно в этом винить.

И да — великая цель не всегда оправдывает средства, тем более, моя цель была эгоистичной: вернуть себе молодость и здоровье. Идя по этому пути, я не видел преград. Что мне человеческие судьбы, которые мешают достичь поставленной задачи?

Прав Серкх: если бы я со всеми своими знаниями и с прошлым характером появился в этом мире — или натворил бы бед, или влип бы в такую историю, которая привела бы меня в тюрьму, а то и стоила жизни.

Усталость взяла своё, и я наконец уснул.

Проснувшись, решил отбросил все тяжёлые мысли. Сейчас я — Максим Андер, и точка. Всё. Никаких сомнений. Буду жить эту жизнь так, чтобы мне не было стыдно за себя, тем более, завтра должен приехать Адик, а он — ходячий калибратор благородства. Что, безусловно, будет мне полезно.

Чувствовал я себя великолепно. Аглая как целительница оказалась хороша, и нога совершенно не болела. При мыслях о девушке моё настроение поднялось. Вечером мне предстояло свидание.

До мастерской я шёл пешком. Погода по-прежнему была чудесной, и прогулка доставляла истинное удовольствие. С деревьев опадали пожелтевшие листья, которые дворники собирали в небольшие кучи. Ночью прошёл слабенький дождь, пахло свежестью, а в лужах отражалось яркое солнце.

— Привет! — поздоровался Виктор, стоило мне переступить порог мастерской. — Отлично выглядишь. Подлечился? Как тебе Аглая?

— Очень хороший целитель, — я широко улыбнулся в ответ.

— Ты это, — Виктор слегка замялся, — сорян, короче, за то, что не рассказал о её некоторых особенностях, — выдал он и слегка покраснел. Видать, вспомнил эти самые особенности и свою реакцию на них.

— Пошутить хотел? — сразу раскусил его я.

— Ну да, думал — с тобой пойду, а ты один ушёл. В общем, был неправ. Мир? — Он протянул мне руку.

— Нормально всё, — я пожал протянутую ладонь. Не было смысла обижаться на такие мелочи.

За работой время пролетело незаметно. Под вечер пришёл Колычев и позвал меня в свой кабинет.

Устроившись в кресле за столом и плеснув на донышко бокала виски, он кивнул мне:

— Рассказывай! — На этот раз в голосе мастера не было недоверия или подозрения. — Что случилось с княжной, и как ты там оказался, — уточнил он.

Рассказал, как всё было. Скрывать мне нечего.

— Геннадий мне примерно так и обсказал, — поделился со мной Матвей Фёдорович.

— И что дальше? Меня вызовут на какой-нибудь допрос? Как вообще это всё работает? — решил уточнить я. Надо понимать последствия.

— На месте Виктора, это отец Анны, я бы выразил тебе благодарность за спасение дочери. Но у Анны что-то заклинило в голове, и она ничего слышать не хочет. Обвиняет тебя не пойми в чём. Кстати, — он внимательно уставился на меня, — что за заклинание ты использовал?

— Огненный дождь. Не особо сложное, но, как оказалось, весьма эффективное.

Честность — лучшее оружие. Скрывать знание этого заклинания — значит, вызывать лишние подозрения.

— И откуда ты его знаешь? Да ещё и на таком серьёзном уровне? Анна говорит, что такое или похожее заклинание является родовым секретом Медведевых. И вообще заявляет, что ты не мог его использовать, так как всего лишь ученик рунолога и даже не окончил школу магии.

— Но, как вы видите, я его использовал, — пожал я плечами и прямо посмотрел на Колычева, — что-то доказывать с пеной у рта я не намерен. Считаю, что у меня могут быть свои тайны. Могу в вашем присутствии под руной «правды» подтвердить, что не крал секретов рода Медведевых, но сочту подобную процедуру оскорблением.

— Будь ты аристократом из древнего рода, к тебе бы не было никаких вопросов, — Колычев поднялся из-за стола и в задумчивости прошёлся по комнате. — Виктор Аркадьевич Медведев — влиятельный генерал. На хорошем счету у императора. Очень любит свою дочь.

— А та, в свою очередь, почему-то невзлюбила меня, — улыбнулся я. Тут, возможно, причина была во вмешательстве Серкха в естественный ход событий. Я бы сказал — слишком грубом вмешательстве неумелого малыша. Но это не факт. Одна из теорий.

— Да. Не знаю, что на Анечку нашло. Я днём приезжал к ней. При упоминании твоего имени она мечет искры из глаз. Сегодня девочка отправится домой. Действий генерала я не могу предвидеть. Но, надеюсь, он прислушается к словам Геннадия, а не Анны. А насчёт следствия не переживай. О тебе нигде не упоминалось, так что дёргать не будут.

— Благодарю за предупреждение, — я слегка поклонился, — как вообще Анна оказалась в Нижнем Новгороде? Она что, будет учиться со мной в одной школе? Почему не в Москве?

Матвей Фёдорович задумчиво посмотрел на меня, решая, стоит ли делиться информацией.

— У неё личные трения с одним из отпрысков влиятельного московского рода. Я не должен тебе рассказывать подобные вещи, ты понимаешь?

— Понимаю, — кивнул я. Внутренние дела родов были тайнами. Мне действительно не стоило в это лезть, — покушение на неё связано именно с этим? Я перешёл дорогу влиятельным людям, оказав ей помощь?

— Разбираются, — Колычев недовольно побарабанил пальцами по столу, — ситуация вырисовывается серьёзная и неприятная, ты прав. Мало того, что Анечка теперь может настроить своего отца против тебя, так ещё и это непонятное покушение. Сомневаюсь, что отпрыск Меньшиковых опустился бы до того, чтобы похитить Анну, но если это он, и ты сорвал покушение… — Матвей Фёдорович посмотрел на меня долгим взглядом, — младший Меньшиков очень злопамятен. Напрямую мстить не станет, но будет помнить о тебе.

— Значит, Меньшиков, — кивнул я, делая в голове пометку собрать о нём информацию, как о возможном враге. Нарочно или нет, но Колычев проговорился. Остаётся уповать на то, что я — слишком мелкая птица, чтобы на меня обратили внимание и посчитали достойным мести за проваленный захват княжны. Пока я не готов противостоять подобным людям. Нет ни связей, ни влияния, ни личной силы.

— А насчёт учёбы Анны — ждём. Когда Виктор Аркадьевич разберётся с причиной покушения, зная его характер, уверен: он запрёт дочь в имении, приставив кучу охраны. Так что в школе она в ближайшие дни не появится. Хорошо, что удалось часть нападающих взять живыми. Шансы выйти на заказчика достаточно велики.

— Спасибо, что поговорили со мной, — поблагодарил я. Учитель мог и не делать этого.

— Ох, Максим, — Матвей Фёдорович с озабоченным видом сел обратно в своё кресло, — как ты умудряешься постоянно влипать в разные истории?

Он покачал головой и протянул мне визитку:

— Телефон моего адвоката. Судя по твоему характеру, может понадобиться.

— Благодарю, — ответил я, вбивая в телефон номер, — пройти мимо, когда я увидел, что на Анну напали, я не мог. Но и подобных последствий не ожидал, — честно признался я, прямо глядя Колычеву в глаза.

— Понимаю и не имею к тебе никаких претензий. Готов выразить благодарность за спасение молодой княжны. Я рад, что ты оказался рядом и смог прийти ей на помощь, и мне самому не слишком приятно то, как это дело повернулось. Всё-таки я надеюсь, что негативных последствий не будет, — закончил он.

Когда на часах было почти восемь вечера, я закончил работу в мастерской. Придирчиво осмотрев себя в зеркале, признал свой внешний вид вполне годным для свидания. Мой гардероб по-прежнему был скромен: несколько костюмов, пара сорочек и одна купленная на днях кофта. По вечерам в городе уже было прохладно.

Во всяком случае, я не выглядел, как босяк. Вся одежда была дорогой и качественной. Вполне подойдёт для вечерней прогулки и ужина в не слишком пафосном ресторане.

Я подошёл к особняку Аглаи ровно к восьми часам вечера и с удивлением увидел девушку, ожидающую меня у входной двери.

— Добрый вечер, — улыбнулся я Аглае.

— Максим! — обрадовалась она, будто не верила, что я приду.

Её внешний вид меня слегка разочаровал. Думал, целительница на свидание оденется поприличней. На девушке же по-прежнему был какой-то длинный мешковатый свитер, который доходит практически до колен. Серые джинсы и аккуратные короткие сапожки. Волосы собраны в хвост.

— Извини, — она потупила взор, поймав мой оценивающий взгляд, — у меня есть приличная одежда. Но я пока не готова красиво одеваться. Ты скоро поймёшь, почему.

Было трудно спорить. Она меня пока не знает, а её дар действует на окружающих людей слишком специфично. Аглае остаётся только держаться от прохожих на максимальном расстоянии и не привлекать к себе внимания внешним видом.

— Ничего, — я широко улыбнулся и взял девушку под руку, — я не местный и, прости, не успел подготовиться к нашему свиданию. Куда пойдём?

— Давай сначала прогуляемся по набережной, а потом зайдём в ресторан. Меня там знают. Столик я уже забронировала.

— Хорошо, — её план меня полностью устраивал.

Мы достаточно долго гуляли по набережной. Аглая рассказывала мне историю не только своей жизни, но и всего рода.

Впервые этот дар проснулся у её прабабки, которая была целительницей в одном селе Нижегородской губернии. Из-за дара она многого натерпелась от мужчин. Ею не раз насильно овладевали, но Аглая легко рассказывала об этом. В то время у женщин с правами было плохо, и от подобного мало кто был застрахован.

Здесь у меня в голове сразу мелькнула параллель с моим миром. У нас по соседству имелись княжества, где в порядке вещей аристократам было задрать юбку селянке, даже не поинтересовавшись её согласием. Подобное я считал дикостью. Хорошо, что этот мир не такой. Даже, скорее, не мир, а время, в которое я попал.

У прабабки было семеро детей. К счастью, этот дар достался только одной из дочерей, которой чуть больше повезло. Она жила уже в городе и понесла от дворянина. Тот признал родившуюся дочку, как внебрачную, и дал ей не наследуемое дворянство. Этот ребёнок стал матерью Аглаи. Так что мать целительницы дворянка, но не наследная. Сама Аглая дворянства не имеет.

Бабушка скончалась около десяти лет назад, заработав за свою жизнь неплохие деньги. Её нанимали пожилые аристократы. Она сидела в соседней со спальней комнатой, распространяя свою ауру, благодаря чему аристократы, невзирая на возраст, показывали чудеса в постели.

— Да уж, — покивал я, — молодцы, нашли применение дару, — я с сочувствием посмотрел на Аглаю, понимая, что ей очень хотелось бы избежать подобной участи.

— К счастью, моя мама — просто хорошая целительница, без этого дара. Но у меня он открылся в шестнадцать лет. С тех пор моя жизнь стала ужасом! — закончила Аглая со слезами на глазах.

Я притянул девушку к себе и молча обнял, поглаживая по спине. Вскоре она прекратила всхлипывать.

— Спасибо, — она посмотрела мне в глаза, — мне так не хватает простых объятий. Мой дар даже на женщин действует. Не так мощно, как на мужчин, но лучше со мной не обниматься.

Мы подошли к ресторану, и Аглая уверенно зашла внутрь, проведя меня к столику, который стоял чуть в стороне от остальных.

— Здесь у меня специальное место, — заговорщицки заявила она, слегка понизив голос, — а обслуживают меня только женщины. И владелец ресторана — женщина. Я с ней иногда работаю как целитель. Она о моих проблемах знает.

— Ну вот, — я легонько погладил Аглаю по руке, — не так всё плохо, как кажется. У тебя есть подруги, возможность сходить в ресторан. Твоей прабабке жилось значительно хуже.

— Ты прав, — она счастливо улыбнулась. Такое впечатление, что целительница разумом и чувствами застряла в пятнадцатилетнем возрасте.

После ужина, расплатившись, мы направились к выходу из ресторана. В дверях столкнулись с мужчиной. Он ошалелыми глазами посмотрел на Аглаю. Оттолкнув его плечом, я вышел вслед за девушкой.

Не успели мы отойти от ресторана, как нас окликнули:

— Стоять! — К нам быстро приближалась группа из четырёх человек. Один из них был тот, с кем столкнулась Аглая.

Нагнав нас, они перегородили дорогу. Двое встали со спины, двое впереди. Ничем не примечательные мужики, решившие после работы выпить пива и вкусно поесть. Возраст — от сорока до пятидесяти. Они не выглядели ни крепкими, ни опасными.

— Оставь девку и вали! — заявил один из них, вынув из кармана нож.

Это уже угроза. Учитывая, что их четверо.

Мужчина, стоявший позади меня, схватил Аглаю за руку и часто задышал.

— Гы! — высказался он, отпустив девушку.

Я обхватил Аглаю за талию, притянув к себе, и сделал шаг в сторону стены дома, чтобы нам не могли зайти за спину.

Следующим моим действием было активация щита. Они не были магами или одарёнными. Просто люди, попавшие под влияние дара Аглаи.

— Уходите, — твёрдо произнёс я, и в моей руке засветился огненный шар.

Их глаза стали проясняться. Думаю, сработал не только выплеск адреналина в кровь, но и щит с аурой, которые окружили меня с Аглаей, не давая её дару проникнуть наружу. Все это в совокупности вымыло дурман из их горячих голов.

Мужчина с ножом испуганно попятился.

— Ты это… извиняй нас. Просто затмение нашло, — сглотнув, произнёс он, глядя, как огненный шар разгорается в моей ладони.

Другой мужичок перевёл взгляд на Аглаю:

— И что это со мной? — Он озадаченно почесал затылок. — Да она ж страшная, как моя жизнь! Валим!

Резко развернувшись, мужики бегом побежали по улице и скрылись за углом здания.

— Максим! — кинулась в мои объятия Аглая и начала всхлипывать, уткнувшись носом мне в плечо.

— Ну ты чего, успокойся. Всё нормально, — тихо говорил я, поглаживая её по спине.

Девушка подняла голову. Наши лица были близки друг к другу. Её губы манили меня, но я старался не думать об этом. Не хотел обидеть девушку, тем более, в такой момент.

— Я и правда страшная? — спросила она.

— Ты очень красивая, — я не выдержал и поцеловал её в губы. В последний момент мне показалось, что в глазах девушки зажёгся победный огонёк.

— Извини, не удержался, — сознался я, когда поцелуй закончился, — не лучший момент для поцелуев, — улыбнулся я.

— Других моментов в моей жизни не бывает, — печально вздохнула она, — это ещё не самый плохой.

Мы медленно пошли вдоль набережной в обратном направлении. Было уже одиннадцать часов вечера. Горели фонари, и, к моему удивлению, здесь гуляло немало людей.

— Какова ёмкость твоего источника? — задумчиво спросил я.

— Большая, — она явно была недовольна этим фактом, — четыреста тридцать единиц. Я приближаюсь к рангу магистра и ничего с этим поделать не могу.

— Что в этом плохого? — не понял я её недовольства.

— Не уверена, что смогу перейти эту границу, — она остановилась и посмотрела на тёмные воды Волги, в которой отражались фонари набережной. На другой стороне в отдалении светились редкие окна дорогих особняков, — я слишком много тратила магии. Из-за этого мой источник рос. Но и не тратить я не могла. Когда я практически пуста, мой дар, соответственно, тоже не работает.

— Это логично, — согласился я, — он же магический. Наоборот, тебе стоит радоваться. Преодолев отметку магистра, ты сможешь контролировать свой дар!

— Я её не преодолею. Последние два года источник почти не растёт. Мне просто не на что тратить свою энергию. Раньше я приходила на набережную и выпускала заклинания. Тот же щит или огненные шары. Но они мало потребляют энергии. У меня нет столько времени, чтобы воевать с воздухом. Да и внимание это привлекает ненужное.

— Да уж, — улыбнулся я, представив, как Аглая с утра пораньше пуляет огненными шарами в небо.

— Матвей Фёдорович пользуется моими услугами не слишком часто, да и мой источник уже больше, чем его. Но главное… я боюсь, что умру при переходе на новый ранг.

— Идём! — Я схватил её под руку. У меня появилась идея, как ей помочь и как всегда она захватила меня целиком.

— Куда? — Она удивлённо посмотрела на меня, но не стала сопротивляться.

— Ко мне домой.

— Я уж думала — ты не предложишь! — На её лице заиграла улыбка, а я резко остановился.

— Вообще и не думал такого предлагать, — сознался я, — просто у меня есть мысль, как тебе помочь, но…

— Я не против! — Это прозвучало очень неоднозначно.

По пути я объяснял Аглае теорию перехода на ранг магистра.

— Смотри: весь твой путь развития как мага до уровня магистра — это глубокий вдох. Ты набираешь воздуха в лёгкие медленно, долго, и затем, достигнув предела, резко, очень резко выдыхаешь! Представила?

— Ага. И, чтобы источник не опустел, перед рангом магистра надо ставить заслоны на пути энергии, а некоторые говорят, что можно попытаться обернуть источник в кокон из энергии.

— Какой бред! — раздражённо произнёс я двигаясь вперед широкими шагами, так что Аглая с трудом поспевала за мной. — Откуда эти сведения? Так делать очень опасно!

— Ну… магистров мало, они все в аристократических родах и информацией не делятся. Но какие-то сведения просачиваются. Есть даже учителя, которые подготавливают за деньги к переходу. Я тоже проходила подобные курсы. Там именно этому учили. Ставить перегородки.

— Бред и вредительство! — Меня подобная информация просто выводила из себя. Неужели магистры делают всё, чтобы не появлялось новых магистров, вне аристократической среды? Не может же такого быть? Встаёт вопрос: куда смотрит император? Это какой же вред стране! Ведь гибнут маги, которые могли стать магистрами и усилить империю. Возможно этот способ и может сработать у одного из десяти магов, но такой процент просто неприемлем!

— Почему бред? — Аглая заглянула мне в глаза.

— Потому. Никакие перегородки магию не удержат. Слишком мощный поток идёт при выдохе. Скорее всего, они просто нарушат магические каналы.

— Я тоже так думаю. Я всё-таки целитель и неплохо представляю этот процесс. Последние три года собираю информацию, — она задумчиво замолчала, — а что надо делать?

— Не препятствовать выдоху. Тут главное — вовремя перекрыть каналы, когда поток ослабнет. Понимаешь? Чтобы вся магия не вышла из организма. Как будто плотина прорвалась, и поток воды хлынул наружу. Ты его не удержишь никак, но, когда он превратится в тонкий ручеёк, твоя задача — восстановить плотину, и тогда внутри останется достаточно воды, чтобы обитатели дна не погибли.

— Образно, — кивнула она, — если сравнивать с выдохом — надо что-то оставить, чтобы вдохнуть обратно и не задохнуться.

— Я все эти аналогии на ходу придумываю, — извинился я за некоторую корявость объяснений, — на самом деле суть очень проста. Ты должна научиться контролировать свои каналы и уметь перекрывать их. Освоив это дело, у тебя не будет никаких проблем с переходом на ранг мастера, и это же умение позволит тебе контролировать твой дар! Понимаешь⁈

— Да. Можно было и без аналогий.

Я сам не заметил, как, увлечённый беседой, привёл Аглаю к своему дому. Остановившись у порога, слегка замешкался. Внутри появилось волнение.

— Да давай уже, открывай, — с понимающей улыбкой девушка шагнула к двери, — никуда я теперь не убегу!

Глава 4

Глава 4

Зайдя в дом, я зажёг свет в большой комнате. В своей будущей мастерской. У меня ещё не нашлось достаточно времени, чтобы всё обставить, так что сейчас здесь было не особенно-то уютно.

— Смотри, — я поставил на стол накопитель, — первым делом тебе надо слить всю энергию. Это накопитель, предупреждаю сразу, он мощный. Не в плане объёма энергии, — начал объяснять я, пока девушка с удивлением рассматривала накопитель, — просто для него нужны широкие каналы. Ты как целитель должна с ним справиться. Просто положи руку и начни вливать свою энергию.

Я открыл доступ к накопителю и, пока Аглая вливала энергию, задумался, погрузившись в детские воспоминания. Стоило мне начать думать на эту тему, как они появились в моей голове. Похоже, Серкх не дремлет и подсовывает нужные воспоминания, либо просто сделал более простым доступ к ним…

— Твои каналы сейчас очень тонкие и неразвитые, твой источник только проснулся, — объяснял мне отец через месяц после того, как у меня открылся источник, — именно этот период идеально подходит, чтобы научиться управлять ими, — он сел напротив и протянул мне ручку для письма. Я, не задумываясь, взял её и вопросительно посмотрел на отца.

— Это тебе пример, — он тепло улыбнулся, — твои пальцы не думают, и ты не думаешь за них. А ведь у тебя их десять. Ты просто берёшь предмет в одну руку и в другую, совершенно не размышляя, как это сделать. То же самое и с каналами. Их всего пять. Выход у них в ладонях, пятках и темечке. Ты должен научиться с ними работать, как с пальцами, — не задумываясь ни на мгновение. Надо сжать — сузил каналы, закрыть — закрыл. И наоборот: по желанию расширил их, чтобы впитать как можно больше магии или сотворить мощное заклинание.

— Почему нельзя заняться этим позже, — спросил я, — когда я стану магом?

— Потому что чем сильнее ты будешь становиться, тем жёстче и грубее будут твои каналы, ну и не забывай, что они будут наполнены магией. Сжать спущенную камеру от колеса гораздо легче, чем наполненную.

Я тут же вспомнил, как помогал накачивать колёса кареты, периодически проверяя, хватит уже или нет. Когда колесо было наполнено, я не мог его даже продавить пальцами, — моих сил на это не хватало.

— Понимаю, — кивнул я, и мы приступили к тренировкам…

— Я пуста! — прервала мои воспоминания Аглая. Её лицо раскраснелось, похоже, справиться с моим накопителем девушке оказалось не так легко, как я думал.

— Молодец! — похвалил я Аглаю и коротко пересказал то, что говорил мне отец.

— Какая интересная теория! — Девушка просияла. — И ведь правда — сейчас, когда источник практически пуст, я гораздо лучше ощущаю свои каналы. Правда, вот сжать их не очень получается.

— Ничего, — поспешил успокоить её я, видя, что Аглая сильно расстроилась, — это не так сложно, как кажется. Просто требуется тренировка. Желательно каждый день.

Немного подумав, я решил привести неплохой, на мой взгляд, пример:

— Это как с гибкостью — её лучше всего тренировать с детства. Иначе, когда твоё тело обрастёт мышцами, развивать её будет очень трудно, хоть и возможно. Так же и каналы. Почему-то начинающие маги ими совсем не занимаются.

— Кроме тебя? — Девушка лукаво улыбнулась. — Ты необычный!

— Спасибо, — я смутился от такой откровенной похвалы.

Аглая подошла ко мне и, улыбаясь, обняла. Запрокинув голову, она заглянула мне в глаза, я же не сводил взгляда с её манящих губ.

— Сегодня ты — мой герой, — тихо произнесла девушка и, приподнявшись на носочках, потянулась ко мне губами.

Мы лежали в моей кровати. На столе тускло горела лампа, которую я так и не потушил. Аглая, полностью обнажённая, улыбалась, лёжа на спине и разглядывая потолок.

— Ты очень хорош и был удивительно нежен, — девушка повернулась ко мне и, приподнявшись, провела пальцем по моей груди, — не ожидала подобного от шестнадцатилетнего парня.

— Твои слова поднимают мою самооценку, — улыбнулся я в ответ. Думаю, каждому мужчине приятно услышать подобное. — Ты знала о моём возрасте?

— Ещё в первый вечер нашего знакомства, — она лукаво улыбнулась — Колычев же все уши мне прожужжал, какой у него гениальный ученик, которому всего шестнадцать!

— Понятно, — кивнул я. Так, наверное, даже лучше, а то я переживал, что она скажет, когда узнает про мой возраст.

— Ты, конечно, хорош, — продолжила Аглая, перейдя на более серьёзный тон, — но давай сразу договоримся. Мы с тобой друзья, и не более.

— Друзья, которые могут переспать? — Я приподнял брови, показывая своё удивление.

Меня такое предложение полностью устраивало, но показывать этого не стоило, чтобы ненароком не обидеть девушку, считающую себя победительницей. Вообще, Аглая неплохо играла свою роль. Однако пусть у меня был и небольшой опыт общения с противоположным полом, но, тем не менее, он был. Ещё в ресторане я понял, к чему всё идёт. Было видно, что я её заинтересовал. Аглая, конечно, это скрывала, но меня не так-то просто обмануть.

— Конечно! Чем плох дружеский секс? — продолжала убеждать меня девушка. — Мне просто интересно было попробовать это с человеком, который не теряет голову при виде меня и будет со мной потому, что ему понравилась именно я, а не из-за влияния моего дара. Который сможет сохранить рассудок, лёжа со мной в кровати. Поверь, я не разу ни с кем не разговаривала вот так…

— Хм… — Я откинулся на спину, разглядывая потолок, — получается, ты меня просто использовала? Моя самооценка опять упала! — Я состроил обиженную гримасу.

— Да нет, глупенький! — рассмеялась девушка. — Это был один из плюсов. Их накопилось очень много, например, ты не побоялся выступить один против четверых и прикрыл меня своей широкой спиной… — в её голосе слышалась хорошо скрываемая ирония.

На эти слова я усмехнулся. Похоже, сейчас Серкх решит, что его теория была правильной и отлично работает. Просто Медведева какая-то бракованная попалась. Как бы он не начал искать варианты спасения всех девиц, что попадаются на моём пути, чтобы собрать мне гарем для скорейшего обзаведения потомством. Дух может решить, что чем больше у меня женщин и детей, тем надёжнее!

— О чём задумался? Ты обиделся на меня? — Рука Агаты с моей груди спустилась на живот, потом ещё ниже.

— Нет, — сглотнул я, застонав от наслаждения. Девушка оказалась на удивление умелой.

— Мы договорились? Я понимаю, тебе шестнадцать, и ты можешь в меня влюбиться, считая, что готов преодолеть все преграды. Гормоны, юношеский максимализм и всё такое. Но я старше тебя почти на десять лет, к тому же, простолюдинка. Думаю, твои родители не одобрят подобную невесту.

— Ты выбрала не лучший момент для серьёзного разговора! — попытался укорить её я, после чего из моего горла вырвался очередной стон наслаждения.

Мы пошли уже на третий круг. Заниматься любовью с целителем, тем более, с таким даром, оказалось очень удобно, но, в то же время, невероятно выматывающе.

— С чего ты решила, что мои родители не одобрят тебя? Я такой же простолюдин, как и ты, да ещё и, в придачу, круглый сирота, — я уже с трудом соображал от усталости, но решил прояснить этот важный для меня вопрос.

— Я в эти сказки не верю, — она заразительно зевнула, — ты знаешь такие вещи, которые могут знать только высшие аристократы. Допускаю, что ты ничего не помнишь, но память могли просто исправить. И даже по твоей же просьбе, заблокировав лишь какую-то часть. Сразу видно, что ты не простой. Так что не убеждай меня в обратном, это бесполезно.

— Не буду, — устало произнёс я, понимая, что она права. Аглая нашла объяснение моим знаниям и способностям. Не буду спорить — оно достаточно логичное, и все мои слова не переубедят её, а, скорее, утвердят в правильности озвученной версии.

Утром я проснулся от настойчивого стука в дверь дома. Кинув взгляд на часы, обнаружил, что уже восемь. Неплохо мы поспали! Правда, учитывая, что уснуть удалось только в три часа ночи, — не так уж и много.

Спустившись по лестнице, глянул на экран, куда выводилось изображение камер. Их я установил буквально на второй день своего пребывания в этом доме. На экране увидел Адика. Не ждал его так рано.

— Да иду, иду! Хватит барабанить! — зевнул я, потягиваясь и открывая дверь.

— Брат! — Адик влетел в комнату, как ураган. — Ты ещё подрос! — Он крепко обнял меня.

— Заходи давай и не шуми, — тихо произнёс я, отходя в сторону.

Адик втащил два вместительных чемодана и обвёл взглядом комнату.

— Предстоит много работы! — радостно заключил он.

Адик выглядел очень непривычно. Гладко выбритый, волосы аккуратно уложены. Идеальный костюм, белоснежная рубашка, галстук. На ногах тщательно начищенные чёрные туфли. Похоже, общение с мамой пошло ему на пользу.

В это время на лестнице раздались тихие шаги, и вниз спустилась Аглая, одетая в мой спортивный костюм, который смотрелся на ней очень сексуально. Длинные штаны девушка подвернула до колен, рукава засучила, в районе немаленькой груди кофта натянулась, и сквозь ткань проступали соски. Волосы Аглая собрала в пучок, открыв свою тонкую шею.

— Доброе утро! — улыбнулась она мне и одновременно Адику.

— Я смотрю, ты времени зря не теряешь? — На лице Адика расплылась широкая улыбка, и он подмигнул мне. — Позвольте представиться! — Адик сделал шаг к Аглае. Та привычно попыталась отступить, но позади оказалась стена. Адик схватил девушку за руку и, притянув к себе, аккуратно поцеловал тыльную сторону ладони:

— Адик Сергеевич Картасов.

— Аглая Анатольевна, — целительница мило улыбнулась, с недоверием глядя на Адика и свою руку, которую тот не торопился отпускать.

«Любопытно!» — хмыкнул я про себя и слегка открыл каналы. Дар Аглаи по-прежнему работал, так что я перекрыл обратно каналы и налил себе стакан воды чтобы успокоиться.

— Какие у вас прекрасные глаза! — сглотнул Адик.

— Глаза выше! — Я выдал ему символичный подзатыльник.

Аглая весело рассмеялась, слегка покраснев.

— Не ждал тебя так рано, — сознался я, потирая заспанное лицо.

— Не зря я всю ночь ехал, — продолжил Адик, так и не отпуская руку девушки, — чтобы встретить такую прекрасную женщину!

— Вы меня смущаете, — зарделась Аглая.

Я снова хмыкнул, на этот раз вслух. Они что, флиртуют? Ни стыда, ни совести.

— Ой, мальчики, давайте я вам завтрак сделаю, — Аглая аккуратно высвободила свою руку и, обойдя Адика, ринулась на кухню.

Еды в доме особо не было, но всё необходимое для завтрака холостяка у меня имелось: яйца, колбаса, хлеб и кофе. Мне большего не требовалось. Обедать и ужинать я предпочитал в городе.

Пока Аглая хозяйничала на кухне, мы с Адиком поднялись на второй этаж, и я показал ему его комнату.

— Постой! — остановил меня Адик. — Эта девушка… у вас с ней всё серьёзно?

— Понравилась? — уточнил я очевидное. В принципе, я буду не против, если он за ней приударит. Ночью мы с Аглаей расставили все точки в наших отношениях. Да, она была мне приятна, но было очевидно, что искры между нами не возникло.

— Ну… — протянул Адик, помявшись, — да! Понравилась.

— Тогда даю добро, — усмехнулся я, хлопнув его дружески по плечу.

Аглая усадила нас за накрытый стол на кухне.

— А вы? — посмотрел на неё Адик.

— Разве у вас не принято, что женщина должна есть отдельно? — улыбнулась она в ответ.

— В моей семье полный матриархат, — тяжело вздохнул Адик, — и если кто попробует заявить подобное — будет бит! Так что садитесь и разделите с нами этот чудесный завтрак.

За столом был тесно, и Адик с Аглаей периодически сталкивались локтями. Я наблюдал за этой сценой с интересом, понимая, что дар Аглаи на парня совершенно не действует. Причина была на поверхности. Он тоже целитель, и тоже имеет дар, который, скорее всего, и защищает его от воздействия дара Аглаи.

За столом Адик начал рассказывать о своих планах на ближайшее время.

— Мать решила, что мне стоит стать психологом. Мой дар очень хорош в этой области. Помогает людям не только принять правильное решение, но и смириться со многими проблемами. Так что я поступаю во второй класс магической школы, чтобы улучшить свой дар, и одновременно — на вечерний факультет местного университета. Там программа рассчитана на три года.

— Ой, как интересно! Значит, мы с вами коллеги! — похлопала глазками Агата.

— Да, — гордо расправив плечи, согласился Адик, — правда, я пока достаточно слабый целитель. Совсем не развивался в этой области, — признался он.

— Если будут вопросы, обращайтесь. С удовольствием помогу другу Максима, — скромно потупив глазки, заявила девушка, — а что у вас за дар?

— О, редкий и очень полезный! — продолжая пыжиться от собственной значимости, произнёс Адик. — Мама научила меня некоторым хитростям. Сейчас я вам продемонстрирую!

Он выпустил ауру. Я ощутил её присутствие, но не воздействие. Мои каналы были закрыты. Судя по всему, и на Аглаю он не оказал никакого влияния.

— Попробуйте сказать неправду! Например, Максим, сколько у тебя пальцев на руке?

— Восемь, — спокойно соврал я, отпивая кофе, и повернулся к целительнице:

— Аглая, сколько месяцев в году?

— Пятнадцать, — в ответ соврала она, явно не ощущая воздействия дара Адика, — правда, иногда мне кажется, что восемь, — задумчиво добавила девушка, — год на год не приходится.

— Не понял? — Глядя на растерянное лицо Адика, мы с Аглаей весело рассмеялись. Теперь настала его очередь краснеть.

— А что должно было случиться? Как работает ваш дар? — невинно хлопая ресницами, поинтересовалась девушка.

— Либо вы большие вруны, либо мой дар на вас не действует! — обиженно произнёс Адик. — Мама научила меня его усиливать. В такие моменты очень трудно сказать неправду. Когда давлю аурой, все, кто рядом, говорят только правду.

— А как вы это делаете? — подвинулась к нему Аглая, стараясь сгладить неловкость момента.

— Ну, просто выпускаю энергию из своего источника наружу. Как бы надавливаю на него, как на воздушный шарик. Я две недели учился это делать. И до этого всё отлично работало.

Пришлось объяснять, почему на меня его дар не действует. Да и на Аглаю тоже.

— У тебя тоже есть дар? — В голосе Адика звучало уважение. Людей с дарами было очень мало. — И какой?

— Я тебе потом расскажу, — тихо произнесла в ответ девушка, спрятав глаза.

— Не доверяешь? — сделал вывод Адик. — Ты права. Не стоит об этом рассказывать первому встречному, — несмотря на добродушное выражение его лица, я видел, что Адику неприятно.

— Не печалься, брат, — хлопнул я его по плечу. — Аглая тебе всё расскажет, но потом, он у неё несколько специфический, — я подмигнул девушке.

После завтрака Аглая поднялась наверх, предупредив, что ей надо сходить в душ и переодеться.

За это время мы убрались на кухне и сели обсуждать ближайшие планы. Сегодня Адик планировал отдыхать. Завтра вместе отправимся в школу. Я наконец-то получу учебники и форму, а Адик запишется на обучение.

— Сколько ты уже тут живёшь? — Адик заглянул в холодильник и осмотрел кухню.

— Около двух недель

— Кошмар! — Он покачал головой. — У тебя же ничего нет!

— Да мне как-то нормально было.

— Надо срочно всё покупать. Даже посуды нормальной нет. Это разве сковорода? — Адик потряс небольшой сковородкой. — Постельного белья один комплект, полотенец нет. Сегодня же вечером едем в магазин и закупаемся. Это же дом, а не ночлежка.

Аглая, спустившаяся сверху, застала этот эмоциональный момент. Адик не просто говорил — он активно жестикулировал, размахивая сковородкой.

— Может, ты сам как-нибудь? У меня сегодня работа, потом Аглая придёт в гости, с ней надо позаниматься, — я посмотрел на девушку, напоминая о нашей договорённости: каждый вечер она сливает остатки магии в мой накопитель, и заодно тренируется управлять магическими каналами под моим присмотром.

— Я могу помочь, — смущённо произнесла целительница, — на вечер вроде записи нет, если срочных клиентов не будет, можете на меня рассчитывать!

— Неудобно как-то, — потупился Адик, поглядывая на девушку.

— Я всё равное скучаю по вечерам. Планировала просто сидеть дома и ждать, когда Максим освободится. Так хоть делом займусь! — улыбнулась она.

Мы сели в машину Адика. Сначала завезли Аглаю. Адик договорился приехать за ней к пяти вечера, потом подвёз меня до мастерской.

— Зайдёшь? — предложил я Адику.

— Поеду спать, всю ночь провёл в дороге, — он устало покачал головой, — увидимся вечером!

Работы было много. Я лепил артефакты, как горячие пирожки. В шесть часов мне начали названивать Адик с Аглаей. Они зачем-то хотели получить моё одобрение на покупки. Показывали мне разное постельное бельё, скатерти и прочее.

— Да отстаньте вы от меня, — не выдержал я, — что купите, то купите. Мне это не интересно!

После моей отповеди звонки прекратились, и я смог наконец-то закончить запланированную на сегодня работу. Обставлять дом мне было совершенно неинтересно. Не было у меня такой потребности. Никогда не имел собственного жилья. Во время походов ночевал где придётся. То в палатках, то в тавернах. Но чаще — в гостях у баронов. А дом… всю жизнь я прожил в особняке отца, где уютом заведовали прислуга и вторая жена отца, на которой он женился через три года после смерти моей матери.

Время приближалось к восьми, когда мой телефон снова зазвонил.

— Ужин готов! — отчитался довольный Адик. — Ждём тебя через пятнадцать минут!

— Мне идти до вас полчаса, — заявил я.

— Возьми такси, ты у нас богатый мальчик, — рассмеялся в ответ Адик, — мы ждём тебя!

— Да, мамочка, — с улыбкой ответил я.

Попрощавшись с Виктором, я сел в такси и поехал домой. Настроение было удивительно хорошим. У меня теперь есть место, в котором меня ждут друзья и горячий ужин. Очень непривычно, но приятно.

Машина остановилась. Расплатившись, я вышел на улицу. Уже стемнело, горели фонари, ярко светились окна моего дома.

Пока я наслаждался тишиной улицы и тёплым вечером, рядом со мной резко затормозила машина, из которой выскочили четверо мужчин в военной форме.

Глава 5

Глава 5

— Максим Андер? — обратился один из них ко мне. Явно главный — мужчина в возрасте около сорока. Его виски слегка серебрились сединой. Он окинул меня взглядом с головы до ног.

— Что вы хотели? — слегка лениво поинтересовался я, наблюдая, как военные перекрывают мне пути отступления.

— Едешь с нами! — безапелляционно заявил старший.

— Не интересует, — качнул я головой, делая шаг к дому. Не станут же они меня силой задерживать? Или станут?

Никакой команды не последовало. Просто двое военных бросились на меня. Один нанёс резкий удар в голову, от которого я легко увернулся, но второй удар прилетел прямо в глаз. Первый удар оказался обманкой. Чувствовалось, что парень хорош в рукопашке. В глазах на миг потемнело, и второй заломил мне руку за спину, свалив на землю.

— Тебе предлагали по-хорошему, — прошипел он мне в ухо. Его колено упиралось мне в спину.

Я активировал на полную силу щит, который заранее приготовил. Это была не лучшая идея. Щит столкнул парня с меня, но мою руку тот держал до последнего, и я чётко услышал хруст кости. Моё сознание затопила боль. Силой воли я подавил её и поднялся на ноги.

— Ты думаешь, тебе это поможет? — ухмыльнулся главный, и его глаза блеснули, напомнив мне взгляд Ильдара. Тот любил поиграть с беззащитными жертвами, особенно в подобные моменты, когда силы были не равны.

Сейчас было два-ноль в их пользу. Но меня прикрывал мощный щит, который будет не так-то просто пробить.

— Ну попробуй, — усмехнулся я, с вызовом глядя на главного. В левой руке я создал огненный шар. Жаль, правая вышла из строя, — левая рука не отличалась меткостью.

— Оружие не доставать, — рявкнул главный своим ребятам, когда один из них потянулся к кобуре на поясе.

Значит, они не хотят привлекать внимания к моему задержанию? Это можно использовать. Я запустил огненный шар вверх. Он взлетел над крышей дома и с шумом разорвался. Вряд ли такое останется незамеченным. За ним последовал ещё один шар.

— Ты всё равно пойдёшь с нами, — продолжал улыбаться главный. Он достал из кармана кастет и надел на руку. Присмотревшись, я увидел на нём руну усиления из раздела земли.

Первый же удар кастетом по моему щиту оказался весьма ощутимым. Не знал, что у военных в ходу подобные игрушки. Самое печальное — удар был и очень действенным. Щит просел процентов на тридцать. Если бы военный хотел, он бы за пару ударов справился с ним, но этот гад с улыбкой наблюдал за мной и умышленно тянул время, показывая, что моё сопротивление лишено всякого смысла.

Следующий удар снова просадил щит.

— Отошли от него! — Дверь моего дома распахнулась, и на пороге появились Адик и Аглая. — Кому сказал! — рявкнул Адик, глядя на военных.

— Закрой свою пасть и не вмешивайся, — один из военных двинулся к ним, — военная операция.

— По какому праву? Что вы творите! Я уже вызвала полицию! — Аглая вырвалась из-за спины Адика, пытаясь добраться до меня.

— Пошла отсюда нахер! — Военный, которой перегораживал ей путь, размахнулся и попытался ударить девушку по лицу, но его рука наткнулась на мгновенно вспыхнувший щит. Защитив от удара, щит погас. Это сработал одноразовый артефакт в виде браслета на руке девушки. У меня успела мелькнуть мысль, что теперь она без защиты.

Аглая усмехнулась и элегантно взмахнула рукой. Жест был красив. С виду он не таил в себе опасности, но военный рухнул, как подкошенный.

Остальные замерли, пытаясь осмыслить произошедшее. Аглая воспользовалась их растерянностью и подбежала ко мне.

— Как ты? — В её голосе было сочувствие.

— Похоже, руку сломали, — признался я, — но тебе лучше не вмешиваться. Двое из них маги! — Я кивнул на главного и ещё одного военного, который до сих пор не принял никакого участия в сражении, а стоял с мрачным и недовольным лицом. Будто не одобряя все происходящее.

— Что ты сделала? — Главный набычился и шагнул в нашу сторону. — Вызывай подмогу, — сказал он магу, а потом снова посмотрел на нас:

— Ну, вы попали!

Всё это время я тщательно изучал руну на его кастете. Мой щит ещё держался, но хватит его всего на пару ударов. С этой руной я не был знаком, но ядро мне было понятно. Магия земли увеличивает вес кастета в момент удара. Расстояние между мной и военным было почти два метра. Аглая сделала важное дело — отвлекла его от взламывания моего щита. Этого времени мне хватило. На пределе сил я дотянулся магией до кастета и поглотил руну.

Адик рванул в нашу сторону. Военный недовольно поморщился. Ещё одна помеха. Он приехал забрать меня по-быстрому. Теперь же моё задержание превратилось в какой-то цирк.

Двое военных преградили дорогу Адику. К сожалению, его навыков боя оказалось недостаточно. Точнее, его скорости. Один за другим по нему прилетали мощные удары, но Адик стоически держался и отбивался, хотя практически не попадал.

Раздались звуки сирены, и рядом притормозили два полицейских автомобиля. Из них выбежали сотрудники с пистолетами в руках.

— Прекратить! — Они опасливо стали к нам приближаться.

— Адик, отойди! — крикнул я. — Хватит! — Он наконец услышал меня и, слегка шатаясь, присел на ступеньки крыльца переводя дух.

— Что здесь происходит? — Видя, что драка прекратилась, к нам направился один из полицейских — крепкий мужчина с суровым лицом.

— Задержание военного преступника, — главный показал полицейскому свою корочку, — оказали сопротивление, — потом указал на меня, — этого я забираю, остальные ваши. Можете посадить на пятнадцать суток.

Пока он говорил, я достал из кармана телефон и нажал номер адвоката, что мне оставил Колычев.

— Поговори, — я протянул трубку Аглае, — это адвокат, — после чего повернулся к полицейскому.

— Как к вам обращаться? — спросил я уверенным тоном.

— Майор Крепов Леонид Викторович, — представился он.

— Леонид Викторович, произошло бандитское нападение на меня и моих знакомых, — твёрдо произнёс я, — прошу вас разобраться и наказать виновных.

— Кхм… — Майор почесал затылок, переводя взгляд с меня на военных, — с этим что? — Он кивнул на уже сидящего на земле военного, которого вырубила Аглая. — Требуется медицинская помощь?

— Паралич, — махнула рукой Аглая, продолжая говорить по телефону, — ещё пять-десять минут, и будет в норме. У меня на линии адвокат потерпевшего, — начала она транслировать, — он просит включить громкую связь и предупреждает всех о ведении видеозаписи, возражения есть? — Девушка повернулась к майору.

— Возражений не имеется, — заявил тот.

Аглая включила видеосвязь и обвела телефоном поле боя. Я стоял со сломанной рукой и большим синяком на лице. В паре метров от меня находилась троица военных. Главный яростно сжимал кулаки.

Между нами находился майор. Поодаль стояли его люди которые всё ещё не убрали оружие. Адик так и сидел на крыльце. Из носа у него текла кровь.

— Замечательно, — раздался голос адвоката, — меня зовут Юрасов Пётр Арнольдович. Для начала давайте уточним. На моего клиента, Максима Андера, было совершено нападение с применением физического насилия. Следы видны невооружённым взглядом. На защиту невиновного встали ещё два человека, которые тоже были избиты. Я правильно всё излагаю?

Непонятно, кому он адресовал свой вопрос, но я кивнул:

— Почти так всё и было. Военные не представились, не объяснили, что им нужно, а просто напали и собирались меня похитить, — подтвердил я.

— Покажи мне их, — велел адвокат. Аглая сразу навела на военных объектив, — представьтесь!

— Старший лейтенант Малинин, — выдавил из себя главный.

— Майор, — позвал адвокат полицейского, — потребуйте у старлея постановление на задержание моего клиента.

— Постановление или приказ, — протянул руку майор, с некоторым злорадством поглядывая на военного.

— Не обязан, — сквозь зубы выговорил тот, — это дело военных. Вы же гражданские.

— Любопытно, — раздался довольный голос адвоката, — насколько я знаю, мой клиент — полностью гражданский человек, и ваше ведомство не имеет к нему никакого отношения, как и прав на его арест. Он находится вне вашей юрисдикции, и у вас и не может быть на руках никакого постановления в отношении гражданского лица.

Адик подошёл ко мне.

— Как ты, брат?

— Можешь выпустить ауру? — тихо обратился я к нему. Он понимающе хмыкнул и выпустил свою ауру наружу.

— Разрешите задать вопрос? — громко произнёс я, подходя к старшему лейтенанту. — Какое указание в отношении меня вы получили?

— Доставить для разговора к подполковнику Смирнову, — выпалил Малинин и резко замолчал, видать, сам от себя не ожидал такой разговорчивости.

— Доставить для разговора? — Я с осуждением покачал головой. — То есть вам не приказывали насильно меня привести, не говорили об аресте, а просто пригласили на беседу?

— Так точно.

— И зачем я понадобился целому подполковнику?

— Дело касается рода Медведевых, — старший лейтенант начал понимать, что говорит лишнее, и сделал шаг от меня, пытаясь увеличить расстояние.

— Благодарю вас, Максим, разговор записывается, — раздался голос адвоката, — теперь у меня ещё больше вопросов к старшему лейтенанту и подполковнику. В делах рода использовать служебное положение… — Он поцокал языком.

— Мы уходим, — заявил старший лейтенант понимая что дело принимает не приятный оборот. Он кивнул своим. Те подхватили до конца не отошедшего от паралича военного и направились к своей машине.

— И что дальше? — громко поинтересовался я, обращаясь одновременно к полицейским и к адвокату.

— Дальше начинается моя работа, — первым ответил адвокат, — майор, у вас есть вопросы или причины для задержания моего клиента?

— Нет, вы можете быть свободны, — заявил тот и махнул рукой своим ребятам. Они убрали оружие и начали рассаживаться по машинам.

— Прекрасно, — ворчливо заявил я, — полное беззаконие. Военные пришли, побили и спокойно ушли по своим делам.

— Ваш вызов зафиксирован. Отчёт я составлю, — пожал плечами майор, — ваш адвокат прав — дальше только он может помочь. Хорошего вечера, — он кивнул нам и неспешным шагом отправился к автомобилю.

— Скиньте адрес, я приеду, — заявил адвокат.

Мы молча зашли в дом. На меня накатило безразличие. Так всегда бывает после боя, когда выплеснутый адреналин заканчивает своё действие.

— Брат, прости, что ничем не смог помочь, — Адик грустно вздохнул, — ещё и Аглаю не удержал. Где это видано, чтобы девушка заступалась за парней?

— Ты был молодцом, — рассмеялся я в ответ. При воспоминании о том, как он бестолково бился, но при этом держал удар, моё настроение поднялось.

— Да, да. Я отвлёк двоих, выступая в роли груши, — согласился он со мной. Самокритично, но по делу.

— Очень крепкой и надёжной груши, — нежно произнесла Агата, — давай я тебя подлечу.

— Стоп! — остановил я девушку. — Оставь пока. Пусть адвокат сначала приедет. Возможно, нам надо будет зафиксировать побои.

— Голова! — согласился со мной Адик. — Но поужинать-то нам ничего не мешает? А то еда стынет!

Мы как раз успели поесть, когда в дверь позвонил адвокат.

К моему удивлению, Пётр Арнольдович оказался достаточно молодым. На вид ему было слегка за тридцать лет. Аккуратная бородка и усы. Ростом адвокат был невысок, худощав. Одет в тёмные джинсы, тёмную водолазку и лёгкую куртку, которую при входе в дом снял и аккуратно повесил на вешалку.

— Давайте знакомиться, — Пётр Арнольдович широкого улыбнулся, — какие вы все красивые! — Он посмотрел на наши с Адиком лица. Мы оба светили крупными фингалами. У меня под левым глазом, у Адика под правым. — Побои надо снять. Сейчас поедем к целителю.

— Я сама целитель, — слегка обиженно произнесла Аглая, — и лицензия у меня имеется.

— Отлично! — Адвокат потёр руки. — Значит, фиксируйте.

Я предоставил Аглае свой ноутбук. Она зашла в какую-то свою специальную программу и чётко описала все побои. После чего занялась лечением моей сломанной руки.

— Готово, — заявила девушка, делая из полотенца перевязь, чтобы подвесить руку, — до утра пройдёт, а пока лучше не беспокоить.

Её лечение было для меня мучением. Хоть у меня и закрыты каналы, но, когда девушка вливает свою энергию в мои раны, её дар, пусть и ослабленно, но пробивается.

С Адиком оказалось ещё хуже. Стоило начать его лечить, как глаза парня остекленели. Было видно, что он с трудом сдерживается, чтобы не наброситься на Аглаю. То же самое начало происходить и с адвокатом.

— Хватит, — остановил я девушку, — если что, сам долечу его, идём со мной!

Я схватил со стола накопитель и поднялся наверх, в свой кабинет. Аглая слила остатки энергии в накопитель. Надеюсь это уменьшит её воздействие на адвоката, он нам нужен в здравом рассудке.

— Надеюсь, теперь нам удастся нормально пообщаться с Петром, — объяснил я поспешность своих действий Аглае.

Мы спустились обратно. Пётр Арнольдович пил чай под внимательным взглядом Адика, который готов был разорвать его за то, как адвокат смотрел на целительницу, попав под её дар. Но, стоит признать, адвокат обладал недюжинной силой воли и сумел удержать себя в руках. Не сказал ни одного пошлого слова, не накинулся на девушку.

— Это ведь дар был? — поинтересовался он уже нормальным голосом, когда мы показались в комнате. — Я слышал о вас. Нижний Новгород — маленький город.

— Это не дар, это проклятие, — устало произнесла девушка.

Беседа с адвокатом у нас затянулась практически на час. В первую очередь он поинтересовался, какие могли возникнуть ко мне претензии у военных, а точнее — у рода Медведевых. Пришлось рассказать о своём небольшом приключении. Как я спасал Анну Медведеву. Что Адик, что Аглая слушали, затаив дыхание. Адвокат предлагал поговорить наедине, но от Адика у меня секретов не было, да и от Аглаи скрывать особо было нечего.

— Мои выводы таковы, — резюмировал Пётр Арнольдович, — старший Медведев после покушения на его дочь вполне резонно решил рассмотреть все версии и дал указание побеседовать с вами. Но на местах, как всегда, просьбу побеседовать восприняли как приказ и превысили свои полномочия. Ты — парень простой, молодой, не являешься аристократом. Заступиться за тебя некому, так что действовали по крайнему сценарию: побить, запугать и после уже поговорить. В таких случаях люди куда как сговорчивей.

— Соглашусь с вашими выводами, — кивнул я, — но подобные методы принять не готов, и виновные должны понести наказание. Меня не воспринимают всерьёз. Это неприятно, и если спускать всё и всем… — Я покачал головой, — сейчас есть возможность ответить. Пусть для рода Медведевых это будет сродни комариному укусу, но я создам прецедент. Кто-нибудь из тупых исполнителей запомнит мою фамилию и в другой раз будет более вежлив.

— Что же, — снова радостно потёр руки адвокат, — я всецело вас поддерживаю. Побои мы зафиксировали, видео инцидента у меня есть, включая видео с камеры, установленной на вашем доме. Сейчас заеду в полицию, возьму копию акта выезда на место происшествия, заодно подпишут ваше медицинское освидетельствование. Эти бумаги подам в военную прокуратуру, — он задумчиво посмотрел на меня, — дальше будет несколько вариантов развития событий. Первый: мы подаём иск и идём до конца, наказывая виновных и всех подряд. Второй: мы подаём документы и ждём предложения с их стороны. Наверняка подполковник будет заинтересован в том, чтобы замять это дело.

— Меня устроит второй вариант, — кивнул я. Обострять до предела отношения с военным ведомством и родом Медведевых желания не было, но дать сдачи требовала моя натура, — извинение и денежная компенсация меня устроят.

— Сразу предупреждаю — речь не идёт об огромных деньгах. Думаю, максимум, что мне удастся из них выбить, — тысячу рублей. Но, скорее всего, сойдёмся на пятистах. Если дело доводить до суда, официальная компенсация вряд ли составит больше пары сотен.

— Устраивает! Дело не в деньгах, — кивнул я. — Что я вам должен за работу?

— Я беру тридцать процентов за свои услуги, — расплылся в довольной улыбке адвокат.

Мы наконец-то остались втроём. На часах было уже десять часов вечера. А ведь мы планировали прогуляться, а ещё хотелось нормально позаниматься с Аглаей.

— Извини, что втянул тебя во всё это, — сказал я, глядя на девушку, — но ты сражалась просто геройски.

— Я же рассказывала, что каждое утро тренировалась. В итоге я не просто целитель, а достаточно сильный боевой маг.

Адик смотрел на неё с восторгом. Я же видел хитрый блеск в глазах Аглаи и сразу вспомнил, как к нам прикопались мужики на выходе из ресторана. Они не были даже одарёнными, и Аглая справилась бы с ними с закрытыми глазами. Но мудрая девушка дала мне возможность отстоять её честь. Ох, похоже, попал Адик! Мало ему его мамочки. Аглая явно серьёзно настроена по отношению к нему.

Всё-таки, собравшись с силами, мы вышли погулять по вечернему городу и заодно проводить Аглаю до дома. Всё равно после произошедшего вряд ли быстро уснём.

Глава 6

Глава 6

Княжна Анна Медведева листала в телефоне фотографии своих подружек. Они сейчас находили на Лазурном берегу. Девушки лицемерно писали, как им её не хватает, но, судя по счастливым лицам, это было неправдой. Княжна должна была лететь с ними. Билеты куплены, отель забронирован. Но это идиотское нападение перечеркнуло все планы на отдых.

Девушка прошлась по комнате, размышляя, чем бы заняться. Последнее время в её жизни произошли изменения, которым она была не рада. Анну фактически сослали на учёбу в Нижний Новгород. А всё из-за того, что она имела смелость повздорить с Меньшиковым. Отец, хоть и был властным мужчиной, любил свою дочь. На весеннем балу он предложил ей присмотреться к младшему Меньшикову. И пусть он не настаивал, и договорённостей никаких на тот момент не было, но Анна данное предложение восприняла в штыки.

Павел Меньшиков был её ровесником. Обычный аристократ из богатой и влиятельной семьи. Ничем не выдающийся. Хорошо воспитан, вежлив. Но, на взгляд Анны, — слабак. Этот критерий имел для неё значение. И на балу княжна это доказала. Для девушки не составило труда вызвать Павла на дуэль и повозить лицом по грязи, показывая всем, какой на самом деле слабак этот Меньшиков.

К её огромному удивлению, это имело последствия. Отец разъярился и отправил строптивую дочь на учёбу в провинцию: «набраться ума-разума», как он выразился. Меньшиковы разорвали отношения с родом. Вопрос можно было бы решить, если бы Анна согласилась извиниться лично перед Павлом, но на подобное условие гордая княжна категорически не соглашалась. «Закусила удила», — так прокомментировала происходящее её мать.

Так мало всего этого — ещё и в Нижнем случилось нападение. Она в тот момент даже испугаться не успела, настолько быстро всё произошло. На тренировках бывает и тяжелее, и страшнее, чем во время этой непродуманной атаки. Тем более, щиты держали, и Анна даже огрызалась в ответ.

Правда, её личный телохранитель Геннадий заявил, что им очень сильно повезло. Не вмешайся Максим, Анну или похитили бы, или убили. Но в это было трудно поверить. Геннадий говорил, что она просто не успела осознать опасности. У княжны был очень мощный артефакт защиты, и всё происходящее она воспринимала, как игру. Но это была не игра.

После всего произошедшего Анна попросила отца заменить Геннадия, заявив, что тот не справился со своими обязанностями, да ещё и посмел ослушаться прямого приказа и отпустил Максима. Пусть Геннадий ей и не подчинялся, но это не меняло сути. Теперь рядом с ней был новый телохранитель: крупный невысокий мужчина по кличке Бурят. Несмотря на свою комплекцию, двигался он практически бесшумно, чем очень раздражал княжну. Зато не напоминал своим видом, что заклинание княжны Медведевой гораздо слабее заклинания какого-то простолюдина.

Анна раздражённо прошлась по комнате. Этот Максим её бесил. Ещё в первую встречу она не заметила в его глазах ни капли уважения к её статусу, уму и красоте. Максим смотрел на неё, как на простую девушку, равную себе. А во время нападения! Он применил очень мощное заклинание, которое Анна изучает уже больше года с личным тренером. Откуда этот парень его знает, да ещё и на таком уровне? А после велел ей закрыть рот! Похоже, он просто глуп и не понимает, с кем связался!

Ну ничего! Вчера с утра княжна позвонила своему брату, который имел связи во многих местах. Анна знала, что Максима наверняка будут допрашивать, чтобы составить полную картину происшествия. Брат пообещал, что допрос пройдёт по самому жёсткому сценарию.

Первый раз за утро Анна широко улыбнулась. Ей придётся сидеть безвылазно в особняке отца, пока не разберутся с заказчиком нападения. Но мысль о том, что Максиму придётся гораздо хуже, грело её сердце. Будет знать, как следует общаться с княжной, и при следующей встрече проявит должное уважение.

Утром мы с Адиком съездили на машине в школу. Я наконец-то получил учебники и форму, Адик же зарегистрировался на второй курс и полностью оплатил обучение.

Выгрузив всё полученное в школе дома, я отправился в мастерскую.

— Ну ты опять красавец! Что случилось? — встретил меня Виктор, с уважением разглядывая моё лицо.

В районе глаза я сверкал хорошим таким фингалом, которой переливался всеми цветами радуги. И так мне предстоит ходить ещё пару дней.

— Да неважно, — махнул я рукой, — подрался.

— Как ты умудряешься постоянно во что-то влипать! — В голосе Виктора слышалось неодобрение. — Пора бы уже научиться решать вопросы без разборок. Драка — удел слабых. Когда у тебя нет аргументов и ума, в дело идут кулаки.

Мне хотелось ему возразить, но тогда наша беседа перейдёт в длительную перепалку, а у меня и так сильное отставание от графика, который я сам себе составил. Через три дня начнётся учёба в школе, и времени на изготовление артефактов у меня будет мало.

Ближе к вечеру зазвонил мой телефон.

— Максим? — раздался незнакомый голос.

— Да, с кем я говорю?

— Подполковник Смирнов Вячеслав Денисович, — представился голос в ответ.

— Нам не о чем говорить. Все вопросы решайте через моего адвоката, — отрезал я.

— Подождите, Максим. Две минуты вашего времени!

— Хорошо, — я решил дать ему шанс.

— В первую очередь хотел принести вам свои извинения за произошедший вчера инцидент! — начал он. Тут я не удержался и громко хмыкнул в трубку. Ничего себе «инцидент». Мне три дня теперь ходить с разукрашенным лицом. — Понимаю ваше недовольство. Но моё указание было чётким и понятным: пригласить вас на беседу.

— Видать, вы забыли уточнить, что это следует сделать вежливо и без применения силы. Сейчас вы свалите всё на нерадивых подчинённых, которые не так вас поняли? — опередил его я. — Это предсказуемо, но я не уверен в их вине. Вы сами выбрали людей, которых отправили за мной. Не очертили рамки дозволенного. Они шли на задержание военного преступника. Вроде, так вы им сказали? И именно вы несёте ответственность. Кроме меня, пострадали девушка и мой друг. Ваши устные извинения меня не интересуют, — твёрдо заявил я. Я прямо через телефон чувствовал, что этот подполковник — очень скользкий тип. Это было слышно и по интонациям, и по построению фраз.

— Вы правы, я отправил к вам майора Малинина. В этом можно найти мою вину, но у меня ограниченное количество подчинённых, к которым я могу обратиться. И среди них нет вежливых и красивых девушек. Только военные, которые действуют согласно уставу. У нас армия, а не институт благородных девиц.

— Ну-ну, — ухмыльнулся я, — приглашать на беседу меня приехало сразу четыре человека. Прям сразу видно — вы крайне ограничены в людях!

Причём среди них было два мага и целый майор. Не верю, что в штабе нет посыльных или простых сержантов. Думаю, подполковник прекрасно знает, что я понимаю: он специально выбрал эту четвёрку для демонстрации силы.

— Это всё, что вы хотели мне сказать?

— Нам по-прежнему надо встретиться и обсудить покушение на Анну Медведеву и ваше участие в нём!

— М… — протянул я. Значит, «участие». Звучит, как будто меня в чём-то обвиняют. Такая у него позиция? — Если у вас есть ко мне претензии, действуйте официально. В любом случае, жду от вас повестку, и сразу предупреждаю, что на разговор прибуду только с адвокатом! — жёстко припечатал я его и произвёл контрольный в голову:

— Ваши две минуты вышли, всего хорошего! — После чего повесил трубку.

— Засранец! — Подполковник в сердцах хлопнул рукой по столешнице и посмотрел на сотрудника военной разведки, который присутствовал при разговоре и внимательно его слушал по второй линий. — Похоже, этот малой зазнался. Возомнил о себе невесть что!

— Он в своём праве, — безразлично пожал плечами Ярослав Хромов и бросил брезгливый взгляд на подполковника. Таких, как этот вояка, называли «штабными крысами». Одутловатое лицо, бегающие глазки, услужливые манеры. Хромов не любил подобных людей. Максим же, наоборот, вызывал у него уважение тем, что не прогнулся и не побоялся гнева подполковника, за которым стоял влиятельный княжеский род Медведевых.

Вечером за мной заехал Адик, затем мы забрали Аглаю и отправились ко мне домой. Где девушка первым делом поработала с моими синяками. Ходить с подобным лицом мне весьма не нравилось. Но даже после её воздействия следы ещё оставались. Затем я занялся обучением.

Теперь у меня снова оказалось двое учеников. Адик решил присоединиться к нашим тренировкам по работе с каналами. Ему до мастера было ещё очень далеко, но Адик не хотел отставать от девушки.

— Значит, мне надо слить энергию в этот накопитель, — он подошёл к камню, после того как Аглая закончила, — чтобы опустошить источник и каналы?

— Вообще, я бы тебе не советовал, — помотал я головой, — у тебя источник маленький, и ты можешь потратить энергию более безопасно, применив какие-нибудь заклинания.

Адик моргнул пару раз и, понизив голос, произнёс почти шёпотом:

— Я не знаю никаких заклинаний, — похоже, он стыдился своего неумения, тем более, парню неловко было говорить об этом при Аглае, — в школе учил на первом курсе, но толком так и не освоил.

— Хм… — Я задумчиво почесал затылок. Может быть, ему действительно попробовать поработать с накопителем? Пусть каналы у Адика не развиты, но они крепкие, хотя бы в силу возраста. Это не Савва или Лена, у которых каналы только проросли. — Заклинания надо учить, — назидательно произнёс я, — попроси Аглаю показать тебе хотя бы щит.

— Это как-то не по-мужски, — так же тихо произнёс Адик, скосив глаза на девушку, которая сосредоточенно выполняла моё задание по управлению каналами, — она и так во всём сильнее меня, — печально закончил он.

— Думаю, тебе не стоит переживать на эту тему, — улыбнулся я в ответ, — тем более, совместные работа и учёба сближают. Не бойся показаться слабым. Наоборот, она оценит твою смелость, если ты скажешь, что чего-то не знаешь.

— Думаешь? — Адик наморщил лоб, осмысливая мои слова. — Но я всё равно хочу попробовать справиться с накопителем!

— Давай. Клади руки и просто открой каналы. Ты же это умеешь?

Вместо ответа он кивнул и решительно положил руки на гранитный камень.

Я наблюдал, готовый вмешаться в любой момент. Адик стиснул зубы, и я ощутил, как его энергия перетекает в накопитель. Он резко отдёрнул руки.

— Уф! — выдохнул парень. — Как будто в меня из пушки выстрелили! — Адик устало опустился на стул. — Никогда не опустошал свой источник. Такое странное ощущение — будто я стал очень слабым и при этом лёгким.

— Молодец, ты справился! Теперь делай упражнения, о которых я говорил Аглае.

Я же взял накопитель в руки и забрал из него энергию, наполнив свой источник до предела. Расширяя его и вливая энергию через боль. Надо увеличивать свой уровень и боль это малая плата.

После занятий ребята позвали меня на прогулку и ужин, но я отказался. Источник полон, время не слишком позднее. Пора пообщаться с Серкхом. Проводив эту парочку, я нарисовал ритуальную печать и вызвал Серкха.

— Ты не спешил! — заявил маленький паучок, деловито осматриваясь. Энергии было достаточно, и я не стал заключать Серкха в границы призыва, так что он с большим удовольствием бегал по комнате, периодически путаясь в ногах и спотыкаясь.

— Рад тебя видеть! — улыбнулся я, когда Серкх снова покатился кубарем, запутавшись в собственных лапах. — Как ты будешь справляться, когда их у тебя станет восемь?

— Я тоже хочу стать котом, как мой отец, — заявил дух, гордо задрав голову.

— Не спеши, — покачал я головой, — ни ты, ни я пока не готовы к этому. Лучше расскажи — на сколько ты можешь видеть вперёд и влиять на вероятности?

— Раньше — на час, не больше. Теперь же я вижу вероятности длительностью до четырёх часов! И могу с ними работать!

— Неплохо, — кивнул я. Хотя его отец работал с вероятностями сроком до месяца. Но он был значительно старше и опытнее.

— Вот, скажем, через два часа сорок минут вернётся Адик. Я могу его задержать на тридцать минут одним движением лапы. Колесо спустит, когда он будет катать Аглаю на своей машине вдоль Волги. Даже есть возможность получить первый поцелуй… только тут велика вероятность испортить их отношения. У Адика энергии ещё нет, а если нет энергии, защита от дара не работает или сильно ослабла, только вот Аглая более мощная в магическом плане, энергия у неё уже восполняется, и при поцелуе Адик может… — Он покрутил лапкой подбирая слова.

— Он может сорваться, — подсказал я, — вот видишь, ещё один пример, что не стоит нарушать естественного хода вещей. Если бы ты видел только на час вперёд, то не увидел бы возможных последствий своего вмешательства. А они будут. Иногда — отложенные на день, а иногда — на месяц или год. Видишь синяки на моём лице? Это из-за твоего вмешательства. Ты должен учитывать такие вещи.

— Извини, — Серкх понурил голову, — но как же мне помогать тебе?

— Просто советуйся. Я готов принять определённые последствия, тем более, если буду знать о твоём вмешательстве. Но это должно быть моё решение.

— А давай ты оставишь открытым канал со мной? — Его глазки лукаво блеснули.

Хитрить Серкх пока совершенно не умел. Но, с другой стороны, я не видел причин не выполнить его просьбу. Канал для общения будет обходиться мне в пятьдесят единиц магии в сутки. Аглая и Адик поставляют энергию в неплохом количестве, наполняя мой накопитель. Так что в ближайшее время недостатка не предвидится.

— Ладно, — согласился я, и паучок радостно пустился в пляс.

— Ура! — Его радость можно было понять. Сейчас он просто считывал информацию о том, что со мной происходит. Что-то типа информационных пакетов — скучных, но информативных. Имея канал, он может просматривать в реальном времени все события, как на экране. И даже подсказывать что-то или просто общаться. Совсем другой уровень восприятия получается.

Серкх побегал ещё некоторое время по комнате, пока не устал. Вернувшись в круг призыва, он слегка замялся:

— А что ты решил со своими воспоминаниями? Ты всё ещё хочешь стать прежним?

— Пока ничего не решил, — моё настроение сразу испортилось, — проведённый опыт показал, что я ещё не готов. У меня не получилось остаться прежним, когда ты заливал в меня воспоминания. Боюсь, что не удержусь, и это может плохо закончиться, — я посмотрел на Серкха, который испуганно сжался, понимая, что фраза «плохо закончится» касается, в первую очередь, именно его. — Так что буду забирать понемножку. В первую очередь — информацию о магии.

Я снова задумался, погрузившись в воспоминания. Сейчас, когда прошло пара дней, и сами воспоминания слегка поблекли, я-прошлый не казался себе мерзавцем. Просто усталый человек, которого постоянно мучила боль. Человек, который идёт к своей цели.

Отношения с учениками? Не самые лучшие. Но для моего мира вполне обыденные. За то время обучение у меня полностью прошло более десятка учеников, и все они стали сильными и богатыми магами. Да, не все справились. Но это жизнь. Даже в этом мире подобные методы не являлись чем-то из ряда вон выходящим. Хочешь стать сильным — стисни зубы и выкладывайся по полной с риском для жизни.

Я озвучил свои мысли Серкху. Он задумчиво перебирал лапками, застыв на одном месте:

— Возможно, ты и прав, но я смотрю глубже. Не на поступки, а на цвет твоей нити. Она была грязной и плохо пахла. Когда отец приказал мне отправиться с тобой, я ужаснулся и, попав в этот мир, первым делом очистил твою нить. Сейчас она светится ровным ярким светом, и мне приятно к ней прикасаться. Я отмыл тебя, как грязного щенка, выходил и накормил…

— Какие смешные аналогии, — улыбнулся я и тут же сделал серьёзное выражение лица. — Спасибо! Твоя помощь пришлась очень кстати. Я действительно начал свою жизнь заново. Будто с чистого листа.

— А то! — Серкх гордо выпрямился. — Я — хороший хозяин!

— Это кто ещё чей хозяин! — улыбнулся я, глядя на этого гордеца. — Тебе уже пора, энергия заканчивается.

— Ты обещал канал создать! — напомнил он, подходя к открывшемуся порталу.

— Делаю, — кивнул я в ответ, навешивая на духа руну связи, которая теперь будет нас объединять.

Серкх исчез в портале, а я посмотрел на своё запястье. Значок с паучком приобрёл цвет и объем. Прикоснувшись к нему пальцем и подав энергию, я зафиксировал нашу связь. Теперь от моего запястья тянулась невидимая нить в астрал — наша двусторонняя связь.

Утром я не успел выйти из дома, как у меня зазвонил телефон. В последнее время я с негативом начал относиться к звонкам с незнакомых номеров.

— Максим Андер? — раздался в трубке сухой мужской голос.

— Да.

— Меня зовут Ярослав Константинович Хромов, сотрудник военной разведки. Я отправил за вами машину. Она ждёт у вашего дома.

— Не интересует, — жёстко произнёс я в ответ. Какие настойчивые ребята. Пусть общаются с моим адвокатом. У меня нет никакого желания иметь с ними дело.

— У вас пять минут, — продолжил Хромов совершенно спокойным тоном, — у водителя есть официальная повестка. Беседа не займёт много времени.

— Всё общение через моего адвоката. Могу дать его номер.

— Адвокат не имеет допусков, — равнодушно ответил Хромов, — окажите любезность и посетите меня. Это в ваших же интересах. Жду, — и он повесил трубку.

Я задумался, набирая номер адвоката. Может быть, действительно, съездить? Приглашают хоть и настойчиво, но достаточно вежливо. Прислали машину и официальную повестку.

Изложил всё адвокату.

— Надо ехать, — согласился с моими размышлениями Пётр Арнольдович, — это военная разведка. Не думаю, что тебе может что-то угрожать. Тем более, Хромов прав, — я не имею допуска. Их повестку игнорировать не стоит.

— Хорошо, — кивнул я, — будут какие-нибудь советы?

— В случае, если разговор пойдёт не туда, запомни одну фразу: «Я имею право не свидетельствовать против себя». Запомнил?

— Да, — я пожал плечами. Фраза простая, но в законах я, честно говоря, плаваю и не очень понимаю, чем она может мне помочь.

Пётр Арнольдович потратил ещё пару минут на разъяснения. Оказалось, всё достаточно просто. Есть такая вещь как презумпция невиновности. Если меня в чём-то обвиняют, я вообще могу молчать или отделываться этой фразой, и они должны доказывать мою виновность.

— Любопытно, как и почему это работает в противостоянии простолюдина и аристократа, — с сомнением произнёс я.

— Военная разведка занимается не этим. Произошло нападение на члена семьи особо важного чиновника, — так мой адвокат охарактеризовал генерала Медведева. Думаю, тому подобное сравнение точно не пришлось бы по вкусу, — следствие неизбежно. Ты в этом деле участвовал и обязан дать показания. Заметь, слово «обязан» я не случайно использовал. Ты — подданный Российской Империи, и имеешь не только права, но и обязанности.

— Понял, — тяжело вздохнув, я прервал его речь. Петру Арнольдовичу дай только повод, и он будет говорить, не умолкая, да ещё и крайне поучительным тоном.

У моего дома стоял автомобиль. Стоило мне к нему подойти, как из-за руля вышел молодой человек в тёмной форме.

— Максим Андер? — уточнил он.

— Да, — кивнул я.

— Присаживайтесь, — он открыл мне заднюю дверь.

Через десять минут неспешной езды мы остановились у серого здания. Водитель открыл мне дверь и провёл внутрь. Мы прошли проходную, где он просто сказал:

— К Хромову, — и нас пропустили, не спросив никаких документов. Остановившись у невзрачной двери, мой сопровождающий постучал и, не дожидаясь ответа, открыл дверь и пропустил меня внутрь.

— Максим, рад тебя видеть! — Навстречу мне с радушной улыбкой на суровом лице, явно не привыкшем к подобному, поднялся мужчина слегка за сорок. — Присаживайся, — он указал на стул.

Несмотря на показное добродушие, его глаза смотрели холодно и изучающе. Непростой дядька мне попался, ой, непростой.

— Благодарю, — я устроился на стуле и окинул взглядом кабинет. От казёнщины захотелось поморщиться. Или Хромов здесь проводит слишком мало времени, или это всё — показуха. Ну не верилось мне, что можно целыми днями работать в таком скучном и сером месте. Вдоль стен стояли шкафы с папками. Письменный стол, на котором расположился открытый ноутбук, пара папок и уже знакомый мне прибор с руной правды, который может подписывать официальные документы.

Никаких фотографий, картин. Не было даже графина с водой. Мебель функциональная и неудобная.

— Мне необходимо провести опрос по прошедшим событиям. Меня интересует нападение на Анну Медведеву, — сухо произнёс Хромов, прерывая мой осмотр кабинета.

— Я готов, — кивнул я.

— Разговор будет записан. Советую отвечать на мои вопросы правдиво. Детектор включён, — он подал энергию в прибор и, не мигая, уставился на меня. — Максим Андер, расскажите о дне, когда было совершено нападение на Анну Медведеву. Как можно подробнее. Меня интересует временной промежуток за час до нападения и последующий час.

Под его холодным взглядом я начал свой рассказ, погружаясь в воспоминания. Работал в мастерской, время близилось к обеду. Сел на велосипед. Планировал заехать в школу за формой и учебниками, заодно и поесть.

— Покажите на карте свой маршрут, — прервал меня Хромов и расправил на столе бумажную карту, дав мне в руки карандаш, — начертите.

Мне понадобилось некоторое время, чтобы сориентироваться. Хромов мне помог, указав начальную точку в виде мастерской и точку школы. Дальше было просто. Дорога была практически прямой.

— Вот здесь меня сбила машина, в которой, как оказалось, ехала Анна Медведева, — я нашёл нужный перекрёсток.

После этого тщательно рассказал о бое и о своём участии. Даже упомянул, что сначала собирался скрыться и не влезать ни в какие разборки, но увидев, что напали на Анну, решил вмешаться.

Я рассказывал всё очень подробно, а Ярослав Константинович дотошно уточнял каждую мелочь.

Наш разговор, казалось, длился вечность. Вымотал он меня своими вопросами и уточнениями.

— И последнее. По словам Анны, вы использовали родовое заклинание Медведевых — «Огненный рой». Это так?

— Нет, — я покачал головой и мысленно улыбнулся. Прибор показывал, что я говорю правду.

— Поясните? — Хромов приподнял одну бровь, пытаясь выразить удивление.

— Я не знаю заклинания «Огненный рой», — коротко ответил я.

— Понял. Тогда какое заклинание вы использовали? — перефразировал он свой вопрос.

— «Огненный дождь».

— Оно имеет отношение к роду Медведевых?

— Откуда я знаю? — Я пожал плечами. — Это дело рода Медведевых, — я уже устал сидеть на этом неудобном стуле и отвечать на часто повторяющиеся вопросы.

— Спрошу по-другому, — Хромов задумался, подбирая слова, — то заклинание, которое вы использовали, вы украли у Медведевых или подсмотрели? Частично или полностью.

— Нет, — твёрдо ответил я, — я даже был не в курсе, что род Медведевых использует похожее заклинание.

— Откуда вы его знаете?

— Это относится к делу? — Я посмотрел в ничего не выражающие глаза Хромова и добавил:

— Имею право не отвечать на этот вопрос.

— Вы уже участвовали в подобных переделках? — проигнорировал меня Ярослав Константинович. — Вы вели себя, как опытный боец. Не испугались, были хладнокровны, в ключевой момент начали действовать. Для шестнадцатилетнего юнца — крайне необычное поведение.

— Как там… — Я покрутил рукой в воздухе, припоминая наставления адвоката, — имею право не свидетельствовать против себя!

— Вам есть что скрывать?

— Имею право не свидетельствовать против себя, — повторил я под его немигающим взглядом, — у вас остались вопросы по существу? Или мы перейдём на мою личную жизнь? Отношения с девушками, детство, что вас ещё может заинтересовать? Может быть, что я съел на завтрак в тот день, или сколько раз посещаю туалет? — добавив иронии в голос, поинтересовался я.

— Нет, благодарю вас, — Хромов слегка кивнул и нажал на аппарате пару кнопок, после чего из того начали выскакивать отпечатанные листы с моим допросом.

— Одна из копий попадёт на стол к генералу Медведеву. Дело государственной важности, так что по должности генералу обязан ознакомиться с твоим опросом.

— То есть отдельно на беседу представители рода Медведевых меня приглашать не будут? — Вроде, я правильно понял его оговорку.

— Если у них не возникнет дополнительных вопросов, требующих твоего пояснения.

— Я так понимаю, последние вопросы были именно от рода Медведевых, — я недовольно поморщился. Хромов говорил, что опрос проводится для военной разведки, но это не помешало вставить ему вопросы о заклинании, в чём, уверен, в первую очередь заинтересован род Медведевых.

— Правильно понимаешь, — коротко ответил Хромов всем своим видом показывая, что пусть он подобного не одобряет, но работа есть работа. А Медведев все таки генерал и хоть Хромов и не является его прямым подчинённым, но проигнорировать просьбу генерала он не может.

— Разобрались уже, кто и зачем напал? — Я расслабленно откинулся на стуле и решил удовлетворить собственное любопытство.

— Вообще, это не твоё дело, — к моему удивлению, в глазах Ярослава мелькнула какая-то эмоция, — наёмников нанял посредник, говорю это потому, что именно благодаря твоему участию их захватили живыми. С посредником сейчас работают. Думаю, в течение недели разведка будет знать ответ. Плохо, что глава наёмников погиб. Уверен, он знал имя заказчика.

— Как — погиб? Там всего двое вроде не выжило, — удивился я. Глава отряда, по идее, должен быть сильным бойцом. Такие не погибают первыми.

— Он сидел за рулём машины, когда произошло столкновение. Сработал его артефакт защиты. Командир не был пристёгнут и, если бы не артефакт, влетел бы головой в стекло. В итоге артефакт просел. Он не учёл этой мелочи. Его большой опыт бойца сыграл против него. Главарь чётко понимал, сколько выстрелов может выдержать его защита, но просчитался. Пуля Геннадия вошла ему прямо в лоб. Без шансов.

— Как глупо, — кивнул я.

— И странно. Слишком много случайностей, причём сложно объяснимых. По словам наёмников, они в тот момент не собирались нападать. Но всё пошло не по плану. Ещё и ты оказался в тот момент рядом. Не сбежал. Узнал княжну. Удивительно, как из-за разных мелочей всё в итоге летит под откос, — задумчиво произнёс Хромов.

На этой ноте мы с ним и расстались. За дверью меня ждал тот же парень, что привёз сюда. Он предложил отвезти меня обратно, и я не стал возражать по пути размышляя о том, что Хромов своим чутьем уловил суть произошедшего. Точнее некую неправильность, объяснение которой он найти не мог, но я знал истинную причину. И имя этой причине Серкх.

Глава 7

Глава 7

В мастерской я проработал до вечера, пока не пришёл Колычев. Он с широкой ухмылкой разглядывал моё побитое лицо.

— Ну ты как всегда! — заявил Матвей Фёдорович, который сегодня находился в хорошем настроении. — Мы с Виктором сейчас уезжаем, у меня небольшой заказ в городе. Сегодня не вернёмся. Когда соберёшься уходить, погаси свет и захлопни дверь.

— Хорошо, — кивнул я.

Как только Колычев с Виктором покинули мастерскую, я достал из стола несколько артефактов с куполом тишины и поставил их на стол. Рядом положил браслеты с щитом.

Давно хотел провести пару экспериментов — проверить взаимодействие заклинаний друг с другом. По законам, которые я выучил ещё в своём мире, заклинание щита, основанное на воздушной магии, и заклинание тишины, имеющее также воздушную основу, вместе работать не будут.

Тут возможны два варианта развития событий. Первый: они оба схлопнутся, и руны погаснут. Второй: схлопнется только более слабое заклинание.

Итак, настало время экспериментов. Я поставил на стол пирамидку с руной тишины и активировал её. Развернулось поле тишины диаметром около трёх метров. Отойдя метров на пять от пирамидки, я запустил браслет. Передо мной появился щит. Его можно активировать самому, или он будет реагировать на быстро летящий объект, например, на пулю.

Держа в руках браслет, я начал медленно приближаться к полю тишины. Вот щит столкнулся с куполом тишины, и оба заклинания схлопнулись.

— Это было ожидаемо, — произнёс я вслух. Хотя втайне надеялся, что рунные узоры, которые в этом мире были более сложными и содержали различные степени защиты, проработают дольше.

— Тогда делаем так, — я достал из кармана часы, на механизм которых нанёс руну тишины. Активировал защиту и аккуратно поднёс часы к защитному полю. Заклинание продержалось пару секунд и схлопнулось. К моему неудовольствию, и руна тишины в часах пришла в негодность.

Идея у меня была простая: руне тишины не обязательно работать стабильно. Она вполне может делать краткие паузы. Так сказать, мерцать. В куполе не будет стопроцентной тишины, но в артефактах эту руну используют, чтобы никто не подслушал разговора. При мерцании поля тишины разобрать разговор точно не получится.

Можно, наверное, уменьшить частоту мерцания. Сделать паузы по полсекунды. Возможно, такое поле не успеет повлиять на защитный артефакт. Но есть более простой и привычный мне способ: сделать часовой механизм с двумя мерцающими рунами. Подобрать их частоту и длительность так, чтобы и защита не успевала исчезнуть, и голоса невозможно было разобрать.

Выложил на стол пяток часов, которые купил в магазине. Часы были дешёвыми и не очень качественными. Главное — для моих задач они подходили. Это уже потом, когда всё отработаю, можно будет делать артефакты с двумя рунами в дорогой и красивой обёртке.

Работал я до поздней ночи, совсем позабыв о времени, пока за мной не приехал недовольный Адик. Погасив свет и закрыв дверь, я сел к нему в машину.

— Час ночи! Ты точно чокнутый — столько работать! А ведь обещал позаниматься со мной и Аглаей!

— Вы вроде справились? — уточнил я. Они мне звонили, интересовались, когда я буду, на что я предложил им самим позаниматься.

— Да справились, — Адик махнул рукой. Вскоре мы остановились у нашего дома. Как же удобно на машине. Пять минут — и вся дорога, особенно в ночное время.

Зайдя внутрь, я сел за стол и задумался.

— Хочется свою мастерскую, — я обвёл взглядом комнату, — я же именно с такой мыслью выбирал этот дом.

— Так что тебе мешает? — удивился Адик.

— Не знаю, — я пожал плечами, — в мастерской у Колычева всё уже оборудовано, и работать удобно. А здесь надо собраться с силами и заняться. Всё купить, вынести мусор…

— У нас два дня выходных, только потом начинается учёба. Давай завтра с утра и начнём! — Адик был полон энтузиазма.

В итоге, мы всю субботу посвятили приведению в порядок будущей мастерской. Ближе к вечеру к нам присоединилась Аглая, и к ужину помещение сверкало чистотой и радовало порядком. Мы купили и оборудование, и инструменты. Адик наладил освещение и починил ящики в столах, которые я заполнил разнообразными деталями. Он вообще оказался на редкость рукастым парнем.

— Теперь идём на прогулку и на ужин! Мы заслужили! — заявила Аглая. Она слила энергию в накопитель, и мы отправились гулять.

Во время прогулки Аглая заговорила о своём источнике, который начал наконец-то расти. Влияние накопителя сказывалось. Но рос он пока не слишком быстро, давая девушке возможность подготовить свои каналы к переходу на следующий уровень.

— Такими темпами мне понадобится месяца два, — заявила она с недовольным видом.

— Это хорошо, — кивнул я, считая, что этого времени Аглае должно хватить, и переход пройдёт безболезненно.

— Что же в этом хорошего? Я хочу ускорить!

— Зачем? Ты ещё не готова. Не вижу никакого смысла спешить, — твёрдо произнёс я.

— Ты правда не понимаешь? — Девушка распахнула глаза и остановилась, сверля меня взглядом. — У меня есть шанс перестать влиять своим даром на окружающих людей. Это же совсем другая жизнь будет! Я наконец-то смогу съехать от мамы. Отправиться в путешествие. Я с пятнадцати лет не была на море и практически не покидала Нижнего Новгорода. Иногда с Матвеем Фёдоровичем выезжала на работу, но и там, в основном, проводила время в гостинице. Я хочу свободы!

— Если ты освоишь управление каналами, то сможешь контролировать свой дар. На твоём месте я бы именно на этом пункте и остановился. Переход на ранг магистра подождёт.

— Получив магистра, я получу дворянство, — Аглая продолжала настаивать на своём видении ситуации.

— И зачем тебе с ним спешить? Подожди пару месяцев, подготовься нормально. Вон, Адик не переживает совсем на эту тему.

— Вообще-то, — протянул Адик и достал из кармана кольцо, которое надел на палец, — я из дворянского рода. Просто, — он потупил глаза, — мама отобрала у меня кольцо три года назад. За дело, в общем-то. Но сейчас заявила, что я наконец-то взялся за ум, и кольцо вернула.

— Вот! — Аглая ткнула пальцем в сторону Адика. — Я тоже хочу.

— Ты не готова, — жёстко заявил я, не зная, как её отговорить, — пара месяцев ничего не изменит, но значительно снизит риск перехода на другой уровень. Да и как ты собралась так резко увеличить свой источник?

— Закажу зелье. Я уже смотрела. Дорого, правда, — она задумчиво покрутила локон волос и, понизив голос, сообщила:

— Почти сорок тысяч рублей! Но я потяну. У меня хорошие накопления. Да и мама обещала добавить.

Понимая, что переубедить её не удастся, я решил, что можно согласиться, но потянуть время.

— Где будешь заказывать?

— Да тут, в Нижнем, есть магазины…

— Сделаем так. У меня имеется знакомый зельевар. Закажу это зелье у него. В его уровне я уверен. Зелье проверит человек с талантом, что большая редкость. К тому же, его лучше делать персонально под тебя. Меньше побочных эффектов и выше результат. Готовь деньги и тренируйся. Учти, что зелье будет не раньше, чем через пару недель.

— Подожду! — Аглая победно улыбнулась.

Я всё равно собирался в ближайшие пару недель съездить в Подольск. Хотел навестить Савву с Леной и рассказать им о тренировке каналов. Когда я жил в интернате, этих знаний в моей голове не было. К тому же, и Зотову необходимо готовиться к переходу на ранг магистра. Он мужчина упёртый, и наверняка вовсю работает со своим источником.

Заодно и зелье для Аглаи заберу.

К одиннадцати вечера, проводив девушку, мы с Адиком вернулись домой…

«Жизнь несправедлива!» — ворчал я про себя, собираясь на занятия в школу. От одного этого словосочетания у меня сводило скулы. Снова в школу! Это страшный сон всех мальчишек. Но деваться было некуда. Надо закончить обучение и, желательно, оба класса, иначе в этом мире тебя никто не будет воспринимать всерьёз.

Ещё обидно было, что занятия во втором классе начинались позже на тридцать минут, чем в первом. Наверное, чтобы мы одновременно не толклись по коридорам и в столовой. Но, глядя на довольное лицо Адика, который, в отличие от меня, не спешил, я уверился, что это сделано из вредности. Чтобы старшаки могли подольше поспать.

— Тебя отвезти? — спросил Адик. Он всё ещё сидел в трусах и футболке и, наблюдая за моей суетой, не спеша завтракал.

— Нет, доеду на велосипеде, — проворчал я в ответ. Как же не хотелось идти на занятия!

— Хорошего дня! — махнул мне рукой Адик.

Я выкатил велосипед, который мы купили на днях. Это был не просто велосипед — на нём был установлен электрический двигатель. Просто поразительно, чего только не придумали люди в этом мире.

До школы я доехал всего за десять минут. Поставил велосипед под навес и, оглядевшись кругом, повесил на него многоразовую руну паралича. Теперь точно никто не сворует.

Зайдя в холл, увидел, что здесь установили большие стенды, на которых разместили расписание групп и фамилии учеников. Быстро отыскал себя. Класс 1 «Б». Первое занятие — школьный час, следующее — «основы магии».

Найти нужный класс не составило труда.

Войдя внутрь, я осмотрелся. Комната была небольшой, примерно на двадцать-двадцать пять человек. Парты сдвоенные. Учеников пока было мало, скорее всего, я рано пришёл. Лишь несколько парт были заняты, оставляя мне возможность выбора.

Стоя в дверях, я оглядывался, пытаясь выбрать для себя идеальное место. «Наверное, лучше сесть в ряду у окна, где-нибудь посередине», — решил я и только собрался сделать шаг, как меня грубо толкнули в спину.

— Подвинься, придурок, — произнёс рослый парень. Он уверенно двинулся к окну и занял именно то место, что я облюбовал для себя. Такого я позволить не мог.

— Ты кого придурком назвал? — Я подошёл к наглецу и навис над ним. — Это моё место, свалил отсюда! — произнёс я и положил ему на плечо свою руку, после чего начал медленно сжимать пальцы.

«Смешно, — крутилась в моей голове мысль, — только пришёл в школу и уже пытаюсь устанавливать свои правила и показывать, кто тут главный. Но не я первый начал. Нечего было мне грубить! Знаю я таких! Их сразу следует ставить на место».

Я спокойно смотрел, как белело лицо паренька, как он безуспешно пытался разжать мои пальцы.

— Если ты сейчас не встанешь, кость под моими пальцами треснет, и ты в любом случае покинешь это место. Только не пересядешь, а окажешься в больнице! — предупредил я, глядя в его испуганные глаза безразличным взглядом.

Похоже, этот ученик не был готов к подобному противостоянию и решил, что я — наглухо отбитый псих, что меня полностью устраивало.

— Да подавись ты этим местом! — с трудом выговорил он. Я прекратил сжимать его плечо. — Ты ещё за это ответишь! — всхлипнул парень, быстро высвободившись из моей хватки и перебираясь в дальний от меня край класса.

Вскоре начали прибывать остальные ученики. Некоторые были уже знакомы, приходили и садились вместе. Другие входили по одному. Мимо прошла девушка, но вдруг резко затормозила и с любопытством посмотрела на меня.

— Здесь не занято? Я могу присесть? — Она, не дожидаясь моего ответа, села рядом. — Полина, — представилась, по-мужски протягивая руку для рукопожатия.

— Максим, — коротко ответил я и отвернулся к окну. Девушку рассмотреть я успел. Худая, высокая, с короткой стрижкой. Здесь не приняты подобные причёски для девушек, хотя, на мой взгляд, ей она шла. Во всяком случае, Полина сильно выделялась среди остальных учениц. Некоторые снисходительно поглядывали на неё.

— Ученики! — В класс вошла молодая учительница. Лет двадцать восемь, навскидку определил я. Не красавица, но вполне симпатичная. Строгая серая юбка, светлая блузка и пиджак. Темные волосы заплетены в аккуратную косу. Она держала в руках папку с бумагами и журнал. — Встали! — Командная интонация звучала привычно. Сразу видно — мы у неё не первые.

Мы поднялись на ноги.

— Доброе утро, ученики. Меня зовут Роза Игнатьевна, и я — ваш классный руководитель, — представилась она, — садитесь.

Мы сели за парты, и Роза Игнатьевна обвела нас внимательным взглядом.

— Сначала расскажу немного о школе и общих правилах, затем мы с вами коротко познакомимся. Начну с основ. Вы поступили в школу магии, на первый курс. Наша школа — одна из лучших. Могу вас с этим поздравить, но и ответственность подобное звание накладывает. Как на учителей, так и на учеников, — она прошлась вдоль парт, вглядываясь в нас, как бы пытаясь понять, прониклись ли мы нашим положением, и заодно пытаясь предугадать, от кого стоит ожидать проблем.

— Вы — одарённые, и первый курс школы магии для вас обязателен. На нём вы получите основы работы с даром. Но не только. Не стоит забывать и об общем образовании. Некоторые предметы у вас останутся. Например: история, литература, обществоведение, иностранный язык и математика. Специальные предметы, такие как химия, физика и биология, у вас закончились, — по классу пронёсся вздох облегчения. — Надеюсь, вы получили достаточно знаний в этих областях. Что ещё вам следует знать…

Учительница остановилась в середине класса и посмотрела на переговаривающихся между собой ребят. Те, поймав её взгляд, мгновенно замолчали.

— Уроки начинаются в восемь утра. Заканчиваются в четырнадцать часов. Школа разделена на два крыла — левое и правое. Вы занимаетесь в правом крыле. Ваша специализация — прикладная магия. В левом крыле занимаются ученики, выбравшие специализацией боевую магию. Мой вам совет — не соваться в то крыло, если не уверены в своих силах. Столовые у нас тоже раздельные, так что с боевиками вы пересекаться практически не будете. Вместе с ними обучаются и будущие целители. У них тоже имеется боевой раздел, — напомнила она ученикам, — не считайте, что все целители — слабаки. Некоторые из них осваивают телекинез и менталистику. Умеют создавать иллюзии, которые могут прикрыть воинов или запутать и испугать вас.

Учительница вернулась к столу и, открыв журнал, посмотрела на нас:

— Есть вопросы?

Вопросов ни у кого не было.

— Хорошо, — она довольно кивнула, — у нас на потоке почти семьдесят учеников. Вы разделены на три группы. Классы 1 «А», 1 «Б» и 1 «В». На некоторые занятия вы будете ходить общим потоком. Уроки из общеобразовательной программы проходят по классам. Во второй половине года вы разделитесь по специализациям и будете заниматься небольшими группами по десять-пятнадцать человек. В эти группы будут входить и ученики из других классов, так что не советую портить с ними отношения.

Роза Игнатьевна раскрыла журнал:

— Иду по алфавиту. Называю имя и фамилию. Вы встаёте с места и коротко рассказываете о себе. Итак, первый по списку у нас Андер Максим.

Я встал со своего места. Вот уже о чём я не думал, когда выбирал себе фамилию, так это о том, что теперь в разных списках по алфавиту буду оказываться на первых местах.

— Максим Андер, — я слегка поклонился и обвёл взглядом учеников. Кто-то смотрел с любопытством, кто-то с полным безразличием, а вот парень, которого я согнал с места, — весьма зло, но без вызова, видимо, понимая, что одному ему со мной не справиться. Поймав его взгляд, я слегка ухмыльнулся, и парень отвёл глаза.

— Я рунолог и ученик артефактора с официальной печатью. Других интересов, кроме рунологии, пока нет, — я пожал плечами, не зная, что ещё рассказать о себе. В классе раздалось шушуканье. Мало кто ожидал встретить в первом классе школы официального ученика артефактора.

— Садись, — одобрительно кивнула учительница.

Роза Игнатьевна начала вызывать учеников по списку. Было любопытно послушать их представления. Парни, в большинстве своём, представлялись коротко, а вот девушки старались рассказать о своих увлечениях. Кто-то занимался кулинарией, кто-то танцами, кто-то музыкой или рисованием. Когда дошла очередь до моей соседки по парте, она ответила коротко:

— Полина Софрина, — уверенно вздёрнув подбородок, произнесла девушка, — изучаю ритуалистику, — и села обратно.

Я задумчиво скосил на свою соседку глаза. Ритуалистика — это очень круто. По сути, это определённая область рунологии. Благодаря ей можно связываться с астральными сущностями, и, самое интересное, — есть специальные ритуалы, что меняют суть материалов. Можно сделать железо прочнее или внедрить внутрь руну, которая будет работать на астральной энергии. Такой артефакт не будет конфликтовать с другими. Но это сложная область, требующая больших расчётов и знаний. Даже мне она знакома лишь поверхностно. Хотя печать призыва для Серкха, которую я использую, сама по себе из области ритуалистики. Но я сначала эту печать заучил по записям из найденной книги, а только потом, с годами, начал разбираться в ней — не без помощи Серкха.

— Раз мы все познакомились, — подвела итог Роза Игнатьевна, — можете собираться. Сейчас у вас будет урок основ магии. Его ведёт Софья Леонидовна. Это наш завуч. Прошу, отнеситесь к ней с должным почтением!

После этого Роза Игнатьевна закрыла журнал и сообщила нам номер аудитории, в которой пройдёт следующее занятие.

— Роза Игнатьевна, — с улыбкой на лице протянула Полина, — и красивая, и колючая. Ей очень подходит это имя.

— А твоё тебе подходит? — Я не понимал, почему именам уделялось такое внимание в этом мире.

— Не знаю, — девушка пожала плечами, — по одной версии моё имя означает «Солнечная», но эта трактовка мне не нравится. По другой — «Освобождённая», и это больше похоже на истину.

Мы вместе с Полиной и остальными учениками отправились на следующее занятие. Аудитория, куда мы перешли, оказалась большой. Наш класс пришёл первым, но мы не стали рассаживаться по всему залу, а сели достаточно компактно.

Вскоре начали приходить ученики из параллельных классов. Вот тут мне стало интереснее. Замелькали ребята и девушки с дворянскими кольцами. Они сильно отличались от окружающих своим надменным видом и уверенностью в себе. Большинство дворян посматривало на простых учеников свысока.

Когда аудитория почти заполнилась, прозвенел звонок к началу урока, и вошла пожилая дама. На её пальце было дворянское кольцо с бриллиантом. Высокая причёска, уверенный взгляд аристократки. Губы брезгливо изогнулись, когда она окинула нас взглядом.

— Первый класс, — произнесла дама сухим голосом, — когда заходит учитель, вы должны подняться и стоять, ожидая разрешения сесть. — Её голос, казалось, морозил окружающее пространство. — Можете садиться, — она снисходительно кивнула.

— Меня зовут Софья Леонидовна фон Штерн. Чтобы у вас не возникало в дальнейшем вопросов — я графиня. Мой род из Пруссии. Наша ветвь отделилась от основной около сотни лет назад, но отношения мы по-прежнему поддерживаем. Я родилась и выросла в Российской Империи. Как и мой отец, и мой дед. Так что, — она окинула взглядом перешёптывающихся ребят с кольцами на пальцах, — вы можете не щеголять тут своей родословной. Я выше вас по всем категориям, и многие из ваших родителей уже обучались у меня. Непослушания я не потерплю. Так же, как и бездарностей.

Она замолчала, ожидая, когда утихнут шепотки.

— Вы все здесь, в большинстве своём, полные бездари, которые не имеют никаких талантов и решили, что факультет прикладной магии — простое и безопасное место, — дама брезгливо поморщилась, как будто от учеников неприятно пахло, — надеюсь, хоть часть из вас тут по призванию, а не из-за страха за свою жизнь. Ведь на боевом факультете гораздо опаснее.

Она иронично улыбнулась, рассматривая притихших учеников.

— Большинство учеников из классов «В» и «Б» пойдёт работать на фабрики, получая свои пятьсот рублей за скучный и малоквалифицированный труд. Да и некоторым из «А» класса туда прямая дорога. Если вас такой путь не слишком устраивает, отнеситесь к моим занятиям со всей серьёзностью, на которую вы способны, — закончила она свой монолог.

Софья Леонидовна уселась на своё место и, как опытный педагог, дала нам время подготовиться к уроку и обсудить услышанное.

По моему мнению, она была права по всем пунктам. В зале сидело почти семьдесят учеников, и вряд ли большинство из них считало своим призванием рунологию или артефакторику.

Дворяне выбрали этот факультет, как самый лёгкий, да и знания рун могут пригодиться в жизни. Простолюдины, наверное, и вправду рассматривают эту специальность как способ зарабатывать, используя свои магические способности, на не слишком квалифицированных должностях. Всё-таки для многих заработная плата в размере пятисот рублей — предел мечтаний. Они вытащили счастливый билет.

Прислушался к аурам учеников. Большинство из них не достигло и сотни единиц и не считалось магами. Так, лишь одарёнными. В этом плане Полина выделялась — она уже была магом. Как и бо́льшая часть дворян, что вполне объяснимо. У них есть деньги на зелья и на учителей, и преодолеть первый порог для дворян не составляет особой трудности.

— Дворяне, — тихо фыркнула сидящая рядом со мной Полина, — испугались идти на боевой факультет? Если верить училке, первый «А» класс — сборище трусов? — Она повернулась ко мне с этим вопросом.

Мне почему-то захотелось встать на защиту учеников первого «А» класса.

— Не обязательно. Не все видят своё призвание в боях. Посмотри, в первом «А» классе много девушек. Целительство — не для всех. Что им остаётся? Наш факультет. Тем более, наши умения полезны в быту.

— Ага, подогреть еду для мужа, — тихо согласилась она.

— Почему бы и нет?

— Ты из тех, кто считает, что место девушки на кухне? — с холодом в голосе произнесла Полина и посмотрела мне в глаза.

— У каждого свои предпочтения. Кто-то из девушек считает, что в этом нет ничего зазорного, — мне не нравился этот бесполезный спор. Я сам пару месяцев назад под влиянием своего прошлого пытался делить людей на бойцов и слабаков.

— Пф… — фыркнула девушка, не зная, что ответить.

В это время Софья Леонидовна начала урок с подробного рассказа о магии в человеческом организме. Об источнике и каналах. Слушать было достаточно интересно, в первую очередь, сравнивая с тем, что я знал из своей прошлой жизни.

После длинного сдвоенного урока мы получили домашнее задание: ознакомиться с параграфами в учебнике, — и нас отпустили на обед.

Глава 8

Глава 8

Столовая была значительно меньше, чем в интернате, но места свободные имелись. Взяв поднос, я набрал себе еды и устроился за столиком.

Ко мне подсели два парня из моего класса. Один слегка пухловатый, с постоянной улыбкой. Я ещё в классе на него внимание обратил. Второй — ничем не примечательный парень с очень детским лицом. Выглядел он лет на двенадцать, что смотрелось, по меньшей мере, странно.

— Меня зовут Борис, — представился пухленький парень.

— Александр, — представился второй.

— Ты правда ученик артефактора? — Бориса снедало любопытство.

В этот момент к нам за стол села Полина. А я так надеялся, что хотя бы в столовой обойдусь без её присутствия. У девушки обнаружилась очень неприятная черта — комментировать всё происходящее. А мне хотелось тишины.

— Чего к нему пристали? — с ходу заявила Полина. Такое впечатление, будто она уже решила, что я — её собственность, и, чтобы пообщаться со мной, требуется спросить у неё разрешение.

— Да… вот, — замялся Борис, — поговорить, узнать, как он попал в ученики к артефактору.

— Что, тоже захотелось? — хмыкнула девушка. — Размечтались. Посмотрите на себя! Слабаки и неряхи. Кто таких в ученики возьмёт?

— Полина, — жёстко произнёс я, — не лезь в чужие разговоры. Особенно тогда, когда твоего мнения никто не спрашивал.

— Что? — Она повернулась ко мне.

— Я разговариваю с ребятами, а не с тобой. Зачем ты лезешь в наш разговор. Что здесь непонятного? — Полина не выдержала моего пристального взгляда и отвела глаза в сторону. Правда, ненадолго.

— Значит, так? — Девушка мгновенно вспыхнула. — Ну и разговаривай дальше с этими слабаками! — Она вскочила из-за стола, схватила поднос и, гордо вздёрнув голову, удалилась.

— Извини, — Борис продолжал улыбаться, но на этот раз улыбка у него была грустной, — ты из-за нас поругался со своей девушкой. Я не хотел.

— Так, — я негромко хлопнул ладонью по столу, — во-первых, Полина — не моя девушка, во-вторых — прекрати мямлить и извиняться.

— Давайте начнём заново, — Александр протянул мне руку и представился.

К моему удивлению, общение с ребятами мне понравилось. Оба оказались из Нижнего Новгорода. Учились в разных школах, но живут неподалёку друг от друга. Когда у них открылись источники, начали общаться, пытаясь освоить магию и подготовиться к школе. Ребята из небогатых семей, выбрали обучение по государственной программе.

— Права была Софья Леонидовна: мы пошли на прикладную магию, так как никаких талантов в себе не открыли, — рассказывал Борис.

— Да как талант откроешь, если ничего не знаешь о магии? — поддержал его Саня. После десяти минут беседы парень сам попросил называть его Саней. Ему так привычней. — Но к концу года я, надеюсь, пойму, какая область мне нравится.

— А я бы в науку пошёл. Магическую, — мечтательно закатил глаза Борис, — мне математика очень легко даётся. Говорят, многие заклинания создавали и рассчитывали именно математики. Вот бы создать заклинание, чтобы его назвали моим именем или фамилией.

— Размечтался, — фыркнул Саня, — все заклинания уже давно создали. Так что закатай губы.

— Софья Леонидовна на приёмной комиссии меня отчитывала, что я не на боевой пошёл. А меня наука интересует, а не сражения, — Борис недовольно поджал губы.

— Точно! — воскликнул я. — А я-то всё пытался понять, почему учитель по основам магии показалась мне знакомой. Меня она тоже соблазняла боевым факультетом.

— Говорят, она всех остальных считает слабаками и трусами. Мол, настоящий маг должен закончить только боевой курс. Без него ты ни рунологом, ни артефактором нормальным не сможешь стать.

В этом я с Софьей Леонидовной, пожалуй, соглашусь. В моём мире точно так же считали. Только в бою ты становишься сильнее. Когда твоя жизнь зависит от скорости заклинаний, магия усваивается очень быстро. Правда, в этом мире боевики не так уж часто принимали участие в сражениях. Войны здесь были, как же без них, но до сердца империи они не докатывались, и в школах ученики могли разве что тренироваться, не имея возможности принять участие в настоящих битвах. Так что не было особой разницы, на каком направлении учиться: всё сводится лишь к тренировкам и отработкам заклинаний на полигоне, без реальной угрозы для жизни.

— Кстати, — я повернулся к Борису, — у вас высокий магический уровень. Вы практически маги. Как так получилось?

— Мы в лес ходим, — шёпотом ответил Саня, — мы же местные, всё здесь знаем. Если хочешь — и тебя отведём.

— Я у бати машину беру, и мы едем, — признался Борис.

— Ага, — кивнул Саня, — Борька нормально водит.

— Так тебе же только шестнадцать, разве права выдают? — удивился я.

— Если остановят, влепят штраф, — махнул он рукой, — но меня не останавливают. Я вожу аккуратно, а когда в пальто — выгляжу старше. Так-то права с шестнадцати лет выдают, но обучение долгое и сложное. Летом планирую пойти.

— А чем вам посещение леса помогает?

— Ты что? Он же магический! — удивился Саня.

— Да это понятно, но ведь надо ещё эту энергию впитать. Вы умеете медитировать?

— Не, — махнул рукой Борис, — это развлечение для богатых. У них учителя есть, которые учат. А самим освоить тяжело.

— У меня знакомый по видео практически освоил, — возразил я, вспомнив Савву.

— Мы тоже пытались. Не вышло.

— Так как вы уровень магии в лесу поднимаете?

— Едой, — довольно улыбнулся Борис и похлопал себя по животу, — летом ягоды собираем и едим, из трав чаи делаем, а осенью — грибы. Мы их ещё и на зиму сушим. Сейчас самая пора. Хочешь, пойдём с нами.

— Любопытно, — я задумался. Такой способ может работать, но мне вряд ли подойдёт из-за большого размера моего источника. В любом случае, парни — молодцы. Не сидели без дела. Искали информацию, ходили в лес, развивались, — насчёт предложения спасибо. Но пока просто нет свободного времени.

— Если что, обращайся, мы все пути-дорожки знаем!

— Буду иметь в виду.

После обеда у нас был урок истории, на котором Полина опять села ко мне за стол с таким видом, будто ничего и не было. Всё-таки я никогда не пойму девушек. Думал, она будет строить из себя обиженную, ан нет.

Затем был урок литературы, после чего занятия закончились.

Придя домой, я достал учебники и уселся за стол. Первым делом открыл учебник по основам магии. Пролистал его за пару часов. Грусть и печаль — вот мои выводы. Похоже, первый класс магической школы мне вообще ничего не даст. В принципе, это было ожидаемо. Это же школа, а не академия или университет.

Перед учителями стоит одна задача — научить неофитов управлять магией. Чтобы у них появился хоть какой-то контроль над ней, и они не представляли опасность для окружающих. Все знания давались очень поверхностно. Буду ждать Адика, чтобы посмотреть учебники для второго класса, но, чувствую, там тоже не кладезь информации.

С другой стороны, в империи больше ста пятидесяти миллионов людей. Даже просто организовать обучение всем одарённым — сложная задача, с которой император справился, и ему стоит сказать за это спасибо.

Только вот проблема: я же сдохну со скуки в первом классе! Да и общение со сверстниками мне не слишком интересно. Пусть Борис и Саня оказались нормальными парнями, но это так, поболтать за обедом. На что-то большее тут точно не стоит рассчитывать.

Бросив эти размышления, я набрал Савве. Поинтересовался, как у него идут дела, заодно предупредил, что через выходные приеду в Подольск. После него позвонил Лене. Она как раз была на работе.

Сказал, что есть заказ на зелье. Объяснил, что требуется. Девушка сразу передала трубку Лунёву.

— Какой объём источника сейчас? — деловым тоном поинтересовался Аркадий Михайлович.

— Где-то четыреста тридцать единиц, — припомнил я последние данные по Аглае.

— Угум, возраст? Магическая направленность? Пол?

— Двадцать шесть лет, целитель, женщина.

— Н-да… задачка. У меня нет ингредиентов на такое зелье. Придётся обращаться к учителю. Но он сделает идеально!

— Сколько это будет стоить? — Вроде Лена говорила, что его учитель имеет дар зельевара и делает весьма дорогие зелья.

— Для своих… тридцать пять тысяч тебя устроит?

— Отличная цена, — обрадовался я, — можно тогда ещё пару зелий заказать? Уровнем попроще. Для источников в триста единиц и в сто пятьдесят.

— Такие у меня есть, — хмыкнул Аркадий Михайлович. — Лена тебе отберёт получше.

— Договорились.

— Ты это… предоплату скинь. Сейчас пришлю реквизиты. Не меньше двадцати тысяч.

— Сделаю.

На этом мы с ним беседу закончили. Раз такое дело, я решил позвонить и Зотову.

Вот с ним разговор затянулся. Зотов почему-то решил, что мне будет интересно выслушать подробную информацию о его успехах. О том, что источник растёт, и что ему удалось самостоятельно сделать первый накопитель. Кое-как удалось остановить говорливого мастера, пообещав, что скоро приеду.

Захотелось лечь на диван и просто полежать в полной тишине. Не привык я к такому количеству общения.

Естественно, именно в этот момент вернулся Адик.

Чем мне нравилось дружить с Адиком — он как-то сразу уловил, что мне требуется побыть в тишине, и не стал лезть с разговорами, а отправился в магазин. Я же занялся артефактом, совмещающим в себе купол тишины и щит. Непонятно, будет это востребовано или нет, но, в любом случае, мне интересно.

К ужину пришла Аглая. Я передал ей реквизиты для оплаты зелья. Она и Адик позанимались, и мы проводили девушку домой.

Следующий день прошёл скучно, как и ожидалось. С утра — двойной урок по основам магии, потом общеобразовательные предметы, с которыми у меня не было никаких проблем. После обеда у нас последним уроком стояло занятие по медитации.

Зал для медитации был просторным. Посреди располагался накопитель, насыщая пространство магической энергией. Преподавателем оказался молодой парень со странной причёской.

— Это дреды, — заявила Полина, заметив, что я с удивлением смотрю на учителя, — не во всех школах есть накопители и залы для медитаций, — добавила она с гордостью в голосе.

Когда все расселись, учитель представился:

— Меня зовут Абби, и я буду обучать вас медитации.

Когда шепоток в комнате стих, он сел на высокую подушку, сложив под себя ноги. Мы же разместились на тонких матах, которым был устелен пол.

— Медитация является основой для развития мага, — начал Абби, поджигая палочки. Комнату стал заполнять непривычный запах благовоний, — благодаря ей вы не только усиливаете свой источник, но и улучшаете контроль над собственным сознанием и магией, — его голос действовал расслабляюще. — Этот зал открыт для всех страждущих. После занятий вы можете самостоятельно приходить и медитировать, — он запустил на телефоне, подключенном к колонке, музыку, в которой звучали струнные инструменты, пианино и колокольчики.

— Закройте глаза и просто расслабьтесь. Не думайте ни о чём. Ваше тело, ваш разум и магия внутри вас справятся сами. Не мешайте им.

Он ещё что-то говорил своим убаюкивающим голосом, но, скорее, для фона.

Мне удивительно быстро удалось расслабиться, и энергия начала вливаться в меня. Это было поразительно, поскольку энергии в комнате было не так уж много, но, следуя словам учителя, я впитывал её каждой частичкой тела.

В моём мире такого не было. У нас медитация — не расслабление, а переход в иное состояние. Я бы сказал — отрешение от мира и возможность сосредоточиться на внутреннем.

Два часа урока пролетели как один миг.

Я поднялся на ноги, с трудом разгибая затёкшие члены, и с уважением взглянул на Абби. Парень со смешным именем и странной причёской в ответ окинул меня внимательным взглядом своих прозрачных глаз и кивнул с понимающей улыбкой. Не знаю, что это означало, но на всякий случай я кивнул ему в ответ.

Когда я вернулся домой, позвонил адвокат и спросил, удобно ли будет, если он подъедет. Через двадцать минут Пётр Арнольдович был у меня.

— Как я и предполагал, — начал он, не тратя времени на приветствие и светскую беседу, — военные пошли на мировую, — адвокат выложил передо мной несколько листов бумаги на подпись, — и готовы заплатить пятьсот рублей. Правда, с извинениями сложно. Никто не признаёт своей вины, и, по сути, извиняться некому. Подполковник Смирнов сейчас в командировке.

— Да ладно, — я махнул рукой. Время уже прошло, и всё сгладилось, — можно и без извинений. Ты прав, — кивнул я, подписывая документы, в которых говорилось, что претензий я никаких не имею, — пятьсот рублей — отличная компенсация! Хорошая работа, — я на прощание пожал руку Петру Арнольдовичу.

— Обращайтесь, с вами приятно работать! — Он дежурно улыбнулся в ответ и уехал.

Где-то через час мне пришло уведомление о зачислении трёхсот пятидесяти рублей. Сразу перевёл Адику и Аглае по сотне. Они тоже участвовали и пострадали. Это было честно и правильно.

Первая неделя в школе пролетела незаметно и совершенно спокойно. А вот суббота началась с неожиданного визита.

Я как раз завтракал, когда в дверь позвонили. Посмотрев на экраны, увидел двух странно одетых мужчин. Запусти их внутрь.

— Что вы хотели? — окинув их внимательным взглядом, поинтересовался я. Оба выглядели странно, будто из бандитского сериала, что иногда попадались по телевизору, который стоял в холле в интернате. Периодически я сидел перед ним, отдыхая и пытаясь впитать местную культуру.

Чёрные кожаные куртки, которые были мужикам явно велики. Спортивные штаны — то ли излишне широкие, то ли растянутые на коленках. На головах — кепки.

— Ты это… — начал старший, которому на вид было около тридцати, — ты же у писаря трёшься всё время. Тебя давно срисовали. Значит, тоже могёшь чего-то. Дело есть. Тут фраер один свинтил. Надо хазу посетить. Башли нормальные, он хорошо упакован. Всё по-бырому сделаем. Не обидим! Глаза возьмёшь, прошвырнёшься с нами, — заявил он.

— Не обидим, — подтвердил второй писклявым голосом и важно качнул головой, поглядывая на меня свысока.

— Ты не ссы, — снова продолжил первый. Похоже, он мой ступор принял за испуг, — мы своих не обижаем. Всё на мази.

— Адик! — крикнул я. — Подойди.

Наверху раздались шаркающие шаги, и на лестнице появился Адик в спортивном костюме, который заменял ему домашнюю одежду и, похоже, даже пижаму.

— Да, брат! Чего хотел? — Он коротко глянул на меня и перевёл взгляд на мужиков.

— Будь другом, переведи! — Я кивнул на ребят.

— Это запросто, — Адик спустился и встал рядом со мной.

— Чего хотели, братки? — нежно поинтересовался он с затаенной угрозой в голосе.

Те повторили свою речь, добавив в неё ещё пару непонятных мне оборотов.

— Короче, — ко мне со счастливой улыбкой на лице повернулся Адик, — они срисовали тебя у Колычева. Решили, что ты в рунах разбираешься. Тут один богатей уехал на отдых, и ребята хотят его хату обнести. Тебе только надо очки рунолога взять и помочь им обойти опасные места. Ученикам всегда нужны деньги, а квартира хорошо упакована. Ребята не обидят, поделятся по-братски.

— Ага… — услышав их речь во второй раз, я что-то начал понимать, — «писарь» — это Колычев? — уточнил я у Адика.

— Точняк, — кивнул он.

— А «глаза» — это очки рунолога?

— Ты шаришь! — Адик уже откровенно ржал.

— Нет, ребят, извините, с криминалом не связываюсь, — просто ответил я парням, стараясь не рассмеяться, — у вас свой мир, у меня — свой.

— Эх! — махнул рукой старший. — Я сразу говорил, что ты не наш. Больно чистенький, да и дом у тебя… — Он огляделся.

— Даже не думай! — грозно навис над ним Адик. — Валите уже, нечего здесь шариться.

— Ты это, извиняй, если чё, — не обращая внимания на грозного Адика, обратился ко мне старший, — попутали маленько, с кем не бывает, — он, расправив плечи, вышел за дверь. Следом потянулся и писклявый. Адик тоже вышел. Я видел на экране камеры, как он стоит с ними на улице и о чём-то разговаривает.

Пожав плечами, я отправился на кухню — готовить Адику яичницу и кофе. Так-то обычно завтраком занимается он, но я и сам могу. Тем более выходной и не надо спешить в школу.

— Садись, рассказывай, — я поставил перед Адиком тарелку, — что это было и чем мне это грозит?

— Да так, мелкая шпана. Увидели, что ты рунолог, решили позвать на ограбление, — Адик говорил об этом, как о чём-то обыденном. Может быть, в его мире каждый день зовут на ограбление, но для меня подобное предложение было непривычным. — Ничем не грозит. Попробовали — вдруг прокатит? Не прокатило.

— А зачем при ограблении рунолог? — заинтересовался я технологией. — Чем он может помочь? Ведь руну не так просто снять.

— Это ты зря! — со знанием дела произнёс Адик. — Во-первых, рунолог может подсказать, где руны нет. Вариантов войти в помещение много. Не только дверь. Есть ещё окна, чёрный вход, подвал, чердак. Бывает, что руна уже слабая или совсем ушла. Да и внутри ставят сигналки. Рунолог помогает обойти их.

— С этим же может любой маг справиться, если возьмёт с собой очки.

— Не так всё просто. Во-первых, у таких мелких шаек даже простые маги — большая редкость. Во-вторых, ну увидит маг руну. А что это, как активируется? На каком расстоянии? Нет, брат. Тут рунолог нужен!

Только мы позавтракали, как заявился хозяин дома.

— Максим, — произнёс он трагическим голосом, — прошу прощения за беспокойство. Случилось так, что этот дом с участком у меня выкупили. Даже без торга… Я не мог отказаться.

— Да что за утро такое! — Я раздражённо огляделся. Только мы очистили и обустроили мастерскую.

— Но у вас есть месяц. Живите пока спокойно, — утешил он, — я даже оплату за него брать не буду!

— Документы уже оформили? — нахмурившись, спросил я. Мелькнула мысль самому выкупить дом.

— Да, вчера. Ещё раз приношу свои извинения, — хозяин развёл руками, всем своим видом показывая, что ужасно опечален, но ничего не может поделать.

— Ладно, — махнул я рукой, — спасибо, что предупредили!

— Ну как можно иначе? — Он поклонился и покинул дом.

— Только начал обживаться, — вздохнул я, обращаясь к Адику.

— Всё к лучшему, — тот огляделся вокруг, — маленький слишком этот дом. Нам нужен раза в два больше!

— В два раза больше будет стоить в пять раз дороже, я смотрел, — помотал я в ответ головой. Нормальные дома стоили от двухсот до пятисот рублей в месяц, — пока для нас это дорого, да и смысла нет.

— Мне мама присылает сто рублей в месяц, — внезапно сознался Адик, — ну и в лес можно начать ходить. Шкуры зверей и прочее… хорошо оплачивается. Ещё рублей двести будем поднимать.

— Нет. Дороже ста рублей в месяц не стоит снимать. Тем более, я не аристократ, мне приличный дом даже не сдадут.

— Так я — дворянин! — Адик гордо расправил плечи.

— Подумаем неделю, посмотрим варианты. Мне здесь нравилось. А что тесно, так во дворе есть флигель. Думал его привести в порядок. Туда можно было бы мастерскую перетащить.

— Я тоже поищу варианты. Поговорю в школе с местными и в университете, — заявил Адик, — а насчёт посещения леса подумай. Что-то мне скучно становится в этом городе.

Несмотря на все проблемы, возникшие утром в субботу, выходные я провёл весьма плодотворно. Закончил наконец артефакт, над которым работал. Теперь у меня были часы, которые могли ставить щит и одновременно держать купол тишины.

Глава 9

Глава 9

Следующие пара дней прошли обыденно. После учёбы я отправлялся в мастерскую Колычева, где делал артефакты защиты. Во вторник мне удалось пообщаться с мастером и показать ему свой новый артефакт.

— Так говоришь, две руны работают одновременно? — заинтересовался Матвей Фёдорович. — И не конфликтуют?

— Да, — кивнул я. Мастер в это время, надев очки артефактора, внимательно разглядывал моё изобретение.

— Любопытно, — сделал он заключение, — я бы даже сказал, очень оригинальное решение. Но с практической точки зрения — совершенно бесполезное.

— Почему? — Не то чтобы я удивился, но хотелось услышать мнение опытного человека.

— Купол тишины, который мы делаем, относится к первому и второму классу заклинаний. А защитные браслеты, чаще всего, — к третьему. Поэтому в случае опасности купол схлопывается, а защита начинает работать.

— Хм… — задумался я, понимая свою ошибку. Когда я экспериментировал, то использовал артефакты одного класса, и они оба схлопывались. В общем, всё в этом мире продуманно и придумано ещё до меня. — То есть смысла в этом нет, — я кивнул на дешёвые часы, в которых разместил две руны сразу.

— Не знаю, — Колычев по-доброму улыбнулся, — думаю, если взять дорогие часы и сделать пару экземпляров, кого-то они и заинтересуют. Как говорится, рынок покажет! Но это будут единичные продажи, я же продаю артефакты мастерской сотнями в месяц, — он задумчиво почесал подбородок и снова осмотрел часы, — к тому же, руну слишком мелкие, и действие заклинания будет недолгим и слабым. Такой щит спасёт, максимум, от пары пуль.

— Ладно, — я махнул рукой. Мне было не жалко потраченного времени и усилий. Разбираться с местными рунами было интересно и полезно в любом случае, — придумаю что-нибудь ещё!

Домой я отправлялся в восемь вечера. Иногда за мной заезжал Адик, но сегодня он отправился с Аглаей в театр, предварительно заехав с ней к нам домой и слив всю энергию в накопитель. Вообще, с тех пор, как у девушки появилась возможность спокойно посещать людные места, не опасаясь собственного дара, она как с цепи сорвалась. Таскала Адика почти каждый вечер то в кино, то на концерт, то на выставки. Мне было немного обидно, что они ведут такую активную жизнь, а я занимаюсь артефактами и думаю, как бы заработать побольше денег.

Но с ними ходить — не лучший вариант. Пару раз посетил с Адиком и Аглаей выставки и понял, что в их компании я лишний. Они строят отношения, пытаются получше узнать друг друга, а я только мешаюсь.

Когда подошёл к дому, с удивлением увидел Геннадия, который при моём приближении вылез из машины.

— Добрый день, Максим, — он как-то очень официально обратился ко мне, — я здесь по поручению главы рода Медведевых. Позволишь зайти?

— Заходи, — махнул я рукой, открывая дверь.

— Я являюсь заместителем главы безопасности рода, — начал Геннадий, устроившись за столом и с любопытством осматривая мою мастерскую, — к тому же считаю, что ты оказал неоценимую помощь, вмешавшись во время нападения на княжну.

Понятно, — кивнул я. Значит, он не просто охранник, а целый заместитель службы безопасности рода, который считает себя обязанным мне.

— Так что вы хотели?

— Держи, — Геннадий протянул мне тонкую папку. Открыв её, я увидел несколько листов. Судя по документам, на меня оформили дарственную на дом, в котором я проживаю. Неплохо.

— Благодарю, — закрыв папку, сказал я, — неожиданно. И… как-то неофициально. Отказываться не буду, но мне казалось, что благодарность выражают обычно несколько иначе. Не объясните?

Если князь Медведев решил, что я спас его дочь, меня, скорее всего, должны были пригласить к нему. Он лично произнёс бы слова благодарности и вручил подарок. А так… отправить охранника, пусть даже и заместителя службы безопасности? Что-то тут не вяжется.

— Ты прав, — качнул головой Геннадий, — Виктор Аркадьевич Медведев очень недоволен тобой, но и без награды оставить не мог.

— Хм… — задумался я. Наградить меня надо, так принято у аристократов. Люди не поймут, если узнают, что мальчишка помог отбиться при нападении и ничего взамен не получил. Пойдут разговоры, что Медведевы — жадные и неблагодарные. Нехорошо.

— И чем же, позвольте спросить, недоволен князь Виктор Аркадьевич? Скорее, это мне стоит выражать недовольство произошедшими событиями и отношением ко мне.

— Тут наложилось одно на другое, — задумчиво произнёс Геннадий. Он явно был ко мне благосклонно настроен, — Виктор Аркадьевич любит Анну и переживает за неё. Само нападение выбило его из колеи. Он — настоящий военный, и не боится смерти, но мысль, что чуть было не потерял дочь… Это тяжело. Мы живём ради страны и ради семьи, — судя по всему, Кирилл имел в виду всех военных. Эти слова я понимал. Семья придаёт смысл всему, и даже если ты идёшь на верную смерть, ты знаешь, что погибнешь не просто так. За твоей спиной — родина и родные.

— Понимаю, — кивнул я в ответ.

— Анна была очень эмоциональна, — Геннадий слегка ухмыльнулся, — нехорошо так говорить, но я сожалею, что она не успела осознать всю угрозу. Боюсь, попади княжна снова в подобную ситуацию, опять будет лезть на рожон.

— Что можно было наговорить на меня? — Я непонимающе посмотрел на Геннадий. — Как вообще получилось прийти к выводу, что я заодно с нападающими? — Бред какой-то.

— Я при разговоре не присутствовал. Знаю лишь результат. Меня вывели из сопровождения княжны. Тебя планировали арестовать. Потом мне удалось убедить князя, что твоей вины нет, и это приказание отменили.

— Значит, разобрались, успокоились. Приняли правильное решение, — кивнул я, — но за что меня планировали арестовать, я так и не понял.

— Использование родового заклинания Медведевых, — Геннадий нахмурился. Было непонятно — он осуждает подобную формулировку или же недоволен тем, что я использовал это заклинание.

— Насколько я знаю, все заклинания записаны в гильдии магов, и любой талантливый маг может получить бесплатный доступ к этой базе и разучить заклинание самостоятельно. Так что обвинять меня в воровстве секретов рода просто смешно, — серьёзно ответил я.

— С одной стороны, так и есть, но я никогда не слышал, что бы кто-то смог самостоятельно изучить заклинание лишь по записям и формулам, — Геннадийв упор уставился на меня. Всё-таки подозревает в чём-то, — для этого нужен учитель. У нас в роду около двадцати лет назад пропал маг, который знал это заклинание на очень серьёзном уровне.

— У рода Медведевых пропал маг? И вы не смогли его найти? — Как я понял, в современном мире скрыться было очень непросто, хотя при желании и возможно. Да и вряд ли он просто пропал. Иначе не было бы подозрений. Возможно, сбежал, прихватив либо знания, либо ценности. Тут гадать можно долго. Ясно одно, что история грязная.

— Прошу об этом не распространяться. Мне тоже не следовало выдавать эту информацию, но иначе сложно объяснить происходящее.

— Хорошо, — я озадаченно почесал в затылке и, поднявшись, прошёл на кухню, чтобы поставить чайник, — значит, глава рода решил, что этот маг мог научить меня? Это многое объясняет. Хотя звучит весьма сомнительно. Будь так на самом деле, надо быть совсем безумным чтобы спасать княжну и демонстрировать свои умения. Почему же он переменил своё мнение?

— Нам удалось снять запись с регистратора, установленного в автомобиле. Твоё заклинание отличается от родового. Вроде бы основа та же, и с первого взгляда они очень похожи. Но отличия есть.

— Тогда с меня все обвинения сняты. Я даже прошёл допрос в военном ведомстве с использованием аппарата, фиксирующего ложь. Уверен, Виктор Аркадьевич получил официальные документы с моего допроса. Так в чём же дело?

— М… — Он помотал головой с недовольным видом, — в твоём вызывающем поведении. К тебе приехали подчинённые генерала. Ты им нагрубил, вступил в драку. Вызвал полицию. Так дела не делаются. Тебя вежливо пригласили, ты же проявил неуважение не только лично к генералу, а ко всем военным. Да еще и вмешал в это дело полицию.

— Что? — Я не выдержал и рассмеялся. — Вежливо пригласили! — Я продолжал смеяться. — Ну надо же. А я вместо этого взял и побил бравых военных. Шестнадцатилетний парень завалил четырёх мужиков. Да мне же медаль за это надо дать, а не обижаться!

Геннадий сдвинул брови к переносице и раздражённо дёрнул щекой.

— Прекрати! — командным голосом произнёс он.

— Сейчас, — я плюхнулся на стул. И чего меня так распёрло? — Просто представил картину: ко мне вежливо подходят четверо военных, а я на них набрасываюсь, а потом ещё и полицию вызываю.

— По отчёту подполковника примерно так всё и было. Только ты был не один, а с двумя сообщниками. Генерал благородно решил не давать ход делу. Ты всё-таки прошёл опрос. Но на большее не рассчитывай, — он кивнул головой на папку с дарственной на дом.

После этого Геннадий резко поднялся, считая разговор оконченным. Похоже, в его лице я приобрёл пусть не врага, но недруга точно. Уж очень он злобно поглядывал на меня. Сам себя распалил. Да и моя реакция на его слова вывела мужчину из себя. Возможно, Кирилл ожидал, что я буду извиняться или оправдываться, а я лишь рассмеялся.

— Сиди, — теперь уже я скомандовал, твёрдо глядя Геннадию в глаза, — мы не закончили. Раз ты тут, будь добр выслушать и меня.

Мужчина рухнул на стул. Похоже, не ожидал такого.

— Жди!

Я достал телефон и набрал номер адвоката. Тот сразу взял трубку.

— Добрый вечер, Пётр Арнольдович. У вас есть пакет документов по происшествию?

— Конечно, — добродушно ответил он, — переслать?

— Будьте добры. Запись с камеры дома, отчёт полиции, заодно и бумагу, которую я подписал, — об отсутствии претензий и получении компенсации.

— Две минуты, — не задавая вопросов, ответил адвокат.

Я достал свой ноутбук. Вскоре пришло письмо с файлами, которые переслал мне Пётр Арнольдович.

— Ознакомьтесь, — я подвинул ноутбук Геннадию, сам же отправился на кухню в поисках еды.

Пока он внимательно читал бумаги и смотрел видео, я соорудил несколько бутербродов, не забыв и о госте. Налил чаю и вернулся со всем этим делом за стол.

— Приношу свои извинения, — Геннадий поднялся из-за стола и слегка поклонился мне.

— За что?

— Я был предвзятым, и моё мнение в отношении вас было негативным. Мне следовало мыслить шире.

— Давай вернёмся к общению на «ты», как начинали, — этот официоз начал меня раздражать, — лично к тебе у меня никаких претензий не имеется. Чего не могу сказать о роде Медведевых.

— Давай, — он с облегчением сел обратно за стол и взял с тарелки бутерброд, — я служу роду Медведевых, но официально приносить извинения от имени рода не имею права. Ты мне передашь эти бумаги?

— Отправь себе на почту, — кивнул я. Ноутбук по-прежнему стоял перед Геннадием.

— Я доложу начальнику службы безопасности, он известит князя. Какие будут предприняты действия, я не знаю.

— Слушай, Геннадий, — я поставил чашку на стол и задумчиво посмотрел на мужчину, который замер, ожидая продолжения, — честно говоря, меня никакие действия от рода Медведевых не интересуют. Мне не нужны ваши извинения или подачки. Просто оставьте меня в покое. Дело закрыто. У меня своих забот хватает, чтобы ещё и помнить о роде Медведевых.

— Мой тебе совет, Максим, — расслабленно произнёс мужчина, — никогда прилюдно так не говори об аристократическом роде. Подобное отношение можно принять за оскорбление. Ни один род этого не потерпит.

— Смешно, — я снова не удержался и рассмеялся, — слова шестнадцатилетнего паренька могут обидеть древний род?

После чего совершенно серьёзно посмотрел на него:

— Запомни: если род имеет достоинство и крепко стоит на ногах, ему абсолютно плевать на то, что там говорят всякие люди, — во мне, похоже, снова прорезалась королевская кровь, — веру в собственное величие и безупречность невозможно поколебать простыми словами.

Геннадий уехал от меня явно озадаченным новой информацией и моими словами.

Вскоре после его отъезда вернулся Адик с Аглаей, и я огорошил их новостью, что этот дом теперь мой.

— Круто! — выдохнул Адик, пролистав бумаги. — Я знал, что с тобой будет интересно, и ты найдёшь способ заработать.

— Вот! Насчёт способа, — я уселся за стол и посмотрел на Аглаю и Адика, — пока с этим делом всё очень плохо. Давайте завтра вечером соберёмся и подумаем, как увеличить наше благосостояние. Мне нужны ваши советы.

— Советы… — Адик озадаченно уставился на меня, — думать — это не моё!

— Ну что ты, — к его плечу прислонилась Аглая, — ты зря себя так принижаешь!

В ответ я закатил глаза. Смотреть, как они тут воркуют, было выше моих сил.

— Я верю в вас. До завтра! — Поднявшись, я отправился к себе в комнату.

В школе всё шло неплохо. Единственное — со мной случилось странное происшествие.

После обеда я в коридоре практически столкнулся с преподавателем по медитации. Он шёл мимо по коридору, но внезапно шагнул ко мне и положил свою руку на моё плечо.

Его светло-голубые глаза смотрели на меня очень внимательно, при этом как бы и не видя. Пауза затянулась. Мы стояли в коридоре. Абби держал меня за плечо. Его странная причёска шевелилась, как будто дул сильный ветер, но в коридоре ветра не было.

— Ты же из класса 1 «Б»? — тихо уточнил он.

— Да, — так же тихо ответил я, разглядывая учителя вблизи. Лицо у него было загорелым и обветренным.

— Как зовут?

— Максим Андер, — представился я в ответ.

— Открой свои каналы, — обратился он ко мне со странной просьбой.

Я на мгновение задумался, но не нашёл никаких аргументов против этого действия. Абби — первый учитель, который понял, что я хожу по школе с закрытыми каналами.

— Пожалуйста, — кивнул я, открывая каналы. Моё тело окутала аура магической энергии.

— Ты ещё не магистр? — В его голосе прозвучали удивление и одновременно уважение. — Но ты мастер по управлению ци, — констатировал Абби и внезапно поклонился мне. — Я рад нашему знакомству.

После чего просто развернулся и ушёл, ничего не объяснив.

— Это что сейчас было? — ко мне подошла Полина, которая задержалась в столовой и застала только поклон Абби.

— Сам не знаю, — я озадаченно посмотрел на девушку, — странный он какой-то.

— Я узнаю всё о нём! — заявила Полина, с превосходством глянув на меня. У неё имелось немало знакомых, да и сама девушка из этого города, так что с информацией у неё проблем не было, в отличие от меня. Всё что мне было доступно, порыться в интернете. Еще был вариант расспросить Колычева, но это лучше оставить на крайний случай.

— Узнай, — кивнул я в ответ.

Вечером мы с Адиком и Аглаей сидели у нас в мастерской. Передо мной на столе лежали артефакты. Часть моих, часть я взял из мастерской Колычева с его разрешения.

— Вот это всё я могу делать, — закончил я, перечисляя руны, которые привык использовать.

— Так и в чём проблема? — Адик покрутил в руках мои часы. — Ты очень крут! — сделал он неожиданный вывод.

— Спасибо, — кивнул я, — но проблема в том, что эти артефакты много кто может делать, и стоят они немного. Чтобы заработать на жизнь, мне их надо по пять штук в день делать. Это долго и скучно. Я бы предпочёл делать один дорогой артефакт в неделю, — признался я.

Сложилась такая ситуация, что я — мастер, который знает кучу рун, — делаю работу, с которой справится любой ученик. А все мои идеи, столкнувшись с реальностью этого мира, рассыпались в прах не принося никакой прибыли. Если бы я с детства жил в этом мире, вырос здесь, то знал бы, что нужно и ценится, но жизнь сложилась так, как сложилась, и мне не было стыдно признаться себе в том, что я чего-то не знаю.

— А ты можешь просто сделать тот же щит, но гораздо мощнее? Так он будет стоить дороже, — предложил Адик

— Могу, — я задумчиво покрутил в руках пирамидку, — сильно мощнее даже.

— Не подойдёт, — мотнула головой Аглая, — мало кто будет покупать такой дорогой артефакт от никому не известного даже не мастера, а ученика. Если делать что-то дорогое — это должна быть уникальная вещь.

— Вот! Я тоже так думаю, — согласился я с девушкой. Она молодец, сразу поняла вставшую передо мной проблему, — ещё когда в интернате был, сделал пару целительских артефактов. Почему-то в интернете не нашёл о подобных вещах информации.

— Целительские артефакты? — Девушка задорно рассмеялась. — Это же ерунда полная.

— Почему? — обиженно поинтересовался я. Меня задел её смех.

— Ну как же, — она посмотрела на меня и на Адика. Тот тоже был удивлён её реакцией, — вы что, правда, не знаете?

— Объясни, — я открыл ноутбук и нашёл картинку сложной целительской руны из учебника этого мира, — вот это заклинание я использовал. Слегка переработал, упростил, но основа та же.

— Хм… — Девушка долго изучала изображение на экране, — это очень сильное и сложное заклинание. Оно относится к пятому классу.

— Я его слегка упростил и даже научил своего друга-целителя использовать.

— В это я ещё могу поверить, но запихнуть целительскую руну в артефакт? Как вы вообще учились в школе?

— Я там пока две неделю учусь. Ты лучше расскажи, что с ним не так.

— Все знают, что целительских артефактов не бывает. У целителей особая магия, которая лечит. Ты же знаешь об этом? — Она обратилась к Адику, тот усердно начал кивать. — Ну вот. Мы — как зелёнка или йод. Наша энергия действует на тело. А другие маги… это всё равно, что помазать рану водой. Может быть, толк какой-то и будет — рану промыть полезно. Но залечить такая энергия не поможет.

— Ты не права, — возразил я, — во-первых, любой маг может залить рану энергией, и это подстегнёт регенерацию.

— Подстегнёт, — не стала спорить девушка, — но из ста процентов энергии воздействие окажет процентов пять.

— Для этого есть заклинание, которое энергию любого… — Я сделал акцент на последнем слове, — любого мага заставит работать на излечение. Так же, как ты можешь сделать щит благодаря заклинанию или запустить огненный шар. Эффективность будет невысокой, но это работает.

— Да? — Девушка озадаченно посмотрела на меня, размышляя об услышанном. — Но почему тогда маги не учат подобные заклинания?

— Думаю, дело в том, что оно очень сложное, а целителей и так хватает. Зачем тратить силы и время, если есть целители? — привел я на мой взгляд вполне разумный довод, — к тому же, слабые заклинания действительно плохо работают. Но кровь остановить я смогу без особых усилий.

— Интересно, — Аглая задумалась.

— Есть ещё одна тонкость, которая позволяет обойти ограничение на использование обычным магом целительской магии, — Аглая и Адик очень внимательно слушали меня, — я создаю руну, но напитывает её целитель. В этом случае эффективность будет очень высокой.

— Но я тоже тогда должна понимать эту руну, — сразу схватила суть девушка.

— Хотя бы на минимальном уровне. А ещё лучше — сначала выучить это заклинание.

Мы немного помолчали. Я дал время осмыслить услышанное.

— Это же какие перспективы открываются! — сделала правильный вывод Аглая. Я в ответ лишь победно усмехнулся.

Глава 10

Глава 10

Погода вконец испортилась. На улице было около нуля. Небо затянули свинцовые тучи, дул пронизывающий ветер. Сев на велосипед, невзирая на непогоду, я отправился в школу, активировав руны на велосипеде.

Не так давно я установил на свой транспорт руну щита. Она сделана на воздушной основе, и, по сути, создаёт воздушный пузырь, внутри которого достаточно тепло, и не дует ветер. Да и дождь не проходит через щит, так что можно передвигаться вполне комфортно. Но я понимал, что это временное решение. Уже сейчас некоторые лужи подморозило, и совсем скоро будет опасно по утрам передвигаться на велосипеде. Да и снег не за горами.

Правда, что-то придумать с транспортом не получалось, а тратить тридцать минут на дорогу пешком до школы мне не хотелось. Одно дело — вечером в хорошую погоду прогуляться, но по утрам, особенно в непогоду, такой путь сродни подвигу.

Наверное, придётся каждое утро вызывать такси, тем более, по городу оно недорогое и приезжает очень быстро.

Первым уроком, как обычно, были «Основы магии». Заняв своё место, я приготовился подремать, спрятавшись за спины других студентов. Ничего нового на данный момент не преподавали. Софья Леонидовна сосредоточилась на вдалбливании в головы учеников основ по работе с источником и магической энергией. Вот и сегодня урок начался с этой же темы.

— Итак, давайте подведём итоги, — начала завуч, грозно обведя взглядом притихших учеников, — каким минимальным объёмом за раз может оперировать маг?

Многие вскинули руки.

— Миронов, — кивнула она одному из ребят, — слушаю тебя.

Поднялся ученик из 1 «А» класса — этакий заучка с дворянским кольцом на пальце.

— Минимальным объёмом энергии считается пять единиц!

— Почему не одна единица? — задала учительница каверзный вопрос.

— Для использования единицы требуется очень хороший контроль и развитые каналы. Такое возможно на уровне магистров, — не растерялся парень.

— Хорошо, садись, — кивнула ему Софья Леонидовна, — было время, когда систему пытались переделать, взять за единицу пять единиц энергии, но такой вариант оказался неудобным. В заклинаниях появились дробные числа, так что система осталась прежней, — женщина достала из-под стола большой артефакт, — мы с вами вместе провели уже шестнадцать часов, — она внимательно посмотрела на собравшихся, — пора перейти от теории к практике. Сейчас я буду вызвать вас по одному, и мы посмотрим, какую пользу вы извлекли из моих уроков. По итогам данного теста я распределю вас в группы на практические занятия.

Учитель достала журнал и, как я и ожидал, вызвала меня первым.

— Андер Максим, прошу вас, — она указала на прибор, который я с любопытством разглядывал. Железная коробка с двумя датчиками, стрелки на них. Деления от одного до десяти. Под датчиками нарисованы круги. Жалко, не разобрать, что внутри этого прибора. Через корпус разглядеть не удалось.

— Что надо делать? — спросил я, когда в классе установилась тишина.

— На артефакте нарисованы круги, — Софья Леонидовна продолжила громким голосом, чтобы все слышали:

— Ваша задача — подать минимум энергии на каждый из них. Одной рукой, двумя по очереди или одновременно, — насколько хватает ваших умений.

— Нет проблем, — я пожал плечами и поднял руки, но в последний момент задумался. Подать пять единиц или одну? Хотя… чего я сомневаюсь? Я — сильнейший маг, мне скромность не к лицу.

— М… — только и смогла произнести Софья Леонидовна, когда обе стрелки одновременно сдвинулись на одно деление.

— Что-то не так? — Я натянул на лицо вежливую улыбку.

— Возможно, прибор не откалиброван? — задумчиво протянула она, после чего решила проверить и подала энергию. Стрелки остановились на пяти единицах и застыли. Спустя десяток секунд они вернулись к нулю. — Попробуй ещё раз.

— Нет проблем, — я подал энергию, и стрелки замерли на единице, — у меня хороший контроль, — поделился я своим видением.

— Я бы сказала — удивительный, — женщина окинула меня задумчивым взглядом, — очень интересно. Можешь садиться!

Пока я шёл обратно, Софья Леонидовна вызвала сразу пять человек. Вокруг прибора образовалась живая очередь. Снимая показания с каждого ученика, Софья Леонидовна аккуратно записывала данные в большую тетрадь.

Сев обратно, я задумался. Не понравился мне взгляд графини фон Штерн. Он был слишком заинтересованным, как у человека, который нашёл сокровище и теперь думает, как его использовать, чтобы извлечь наибольшую выгоду.

Н-да… похоже, я немного погорячился, показывая свои истинные способности. Но у меня есть оправдание: слишком скучно жилось в последние дни, вот и сорвался.

— Сколько у тебя? — Ко мне подбежала Полина, которая тоже сдала тест. — Смог хотя бы одной рукой показать пятёрку? — весьма высокомерно поинтересовалась девушка.

— Смог, — не стал я раскрывать свой результат, в связи с чем заработал внимательный взгляд.

— А у тебя вообще какой источник? — Полина произнесла это с такой интонацией, будто спросила походя, и результат ей совершенно не интересен. Но я-то видел, что глаза у девушки блестят от любопытства.

— Большой, — признался я, слегка улыбнувшись, — а у тебя?

— У меня очень большой! Раза в два больше, чем у тебя! — Полина гордо вздёрнула подбородок и замолчала, ожидая, что я начну с ней спорить и что-то доказывать. Я лишь покачал головой. Эти детские игры забавляли, но не более того.

Тестирование учеников заняло почти час. Я даже успел почитать учебник математики, готовясь к следующему уроку, и заскучать. Телефоны использовать нельзя, учебник по основам магии не интересен. В общем, тоска.

— Итак, некоторые результаты я могу озвучить, — хлопнув ладонью по столу, привлекая к себе внимание, произнесла Софья Леонидовна. — В 1 «А» классе к практике допускаются одиннадцать человек, в 1 «Б» классе к практике переходят целых семь, а из «В» класса только двое показали достойные результаты. Список в понедельник будет висеть в холле, как и номер аудитории, где вас будут ждать, — она замолчала и сурово глянула на шепчущихся между собой учеников 1 «А» класса.

— Дворяне меня разочаровали, — обратилась графиня к ним, — вас двадцать три человека, а тестирование прошло меньше половины. Это позор! Зато меня порадовал «Б» класс. Не ожидала таких результатов. Особенно хочу выделить Максима Андера, — она взглядом пригвоздила меня к месту, — он проявил удивительное мастерство владения энергией. Будет интересно взглянуть на его результаты во время практики. Мне всё же кажется, Максим, — обратилась она лично ко мне, — что ваше место — в правом крыле школы, среди боевиков.

В ответ я пожал плечами. Что за вредная тётка, всё не оставляет попыток затащить меня в класс боевиков. Мне там делать нечего. Здесь гораздо спокойнее, и есть время заниматься собственным развитием.

— Напоминаю, — не дождавшись от меня ответа, продолжила Софья Леонидовна, — класс медитации работает до семнадцати часов, и после уроков разрешено свободное посещение, — она смотрела на учеников «А» класса, выбрав их мишенью, — на вашем месте я бы каждый день его посещала. Стыдно учиться в школе магии и при этом иметь настолько мизерный источник и полное отсутствие контроля. Вы меня услышали? — грозно произнесла она, обводя взглядом собравшихся.

— Да, — ответили те вразнобой.

Когда мы выходили из класса, один из дворян нарочно толкнул меня плечом. Я не стал уворачиваться, — кулаки со скуки чесались, так что от драки я бы не отказался. Хотя вряд ли тут найдётся достойный противник.

— Решил выпендриться, а? — обратился ко мне достаточно крупный парень.

— Завидно? — остановился я.

— Мне? Да ты и ногтя моего не стоишь! — надменно пробасил он.

Я даже слегка оторопел от такого сравнения. Ногтями меня ещё не мерили.

— Ногтя? А что, они у тебя какие-то особенные? Из алмазов? Потому что если нет, то я с тобой не соглашусь.

— Чего? — Похоже, умом мой оппонент не отличался.

— Скучно, — я развернулся и отправился на следующий урок, а этот задира так и остался стоять на месте, подбирая достойный ответ.

Следующая пара уроков прошла спокойно. Мы отправились на обед. Я шёл в компании Бориса и Александра. Полина отстала и болтала о чём-то со своими подружками.

— Мы тоже сдали тест, — с улыбкой заявил Борис, — предлагаю это дело после уроков отпраздновать. Тут есть хорошее кафе, там много учеников зависает. Кормят вкусно и недорого. Называется «У Марьи».

— Можно, — не стал возражать я.

— Отлично! — обрадовался Борис и кивнул на дверь столовой, возле которой стоял парень из 1 «А» класса, что толкнул меня раньше. Стоял не один, а в компании ещё одного дворянина и девушки, — похоже, тебя поджидают.

Борис был свидетелем нашей прошлой беседы.

— Ну наконец-то, — радостно улыбнулся я, — мне казалось, что школьная жизнь без стычек невозможна, а тут прошло две недели — и ко мне никто не лезет. Даже стал переживать: вдруг со мной что-то не так! — признался я.

— Ну ты даёшь! — рассмеялся Саня.

Мы подошли к дверям. Троица учеников преградила мне путь.

— Мы не закончили, — надменно произнёс рослый.

— Тебя как звать, убогий? — поинтересовался я.

— Роман, — представился он, — Роман Грачёв, боярин, — он приосанился.

— Так чего ты хотел, Роман?

— Ты как разговариваешь с дворянином? — влез второй. Я решил его окрестить «мелким крысёнышем». Данный тип людей любит влезать в разговоры и подначивать, при этом оставаясь в тени, готовый быстро сбежать, если запахнет жареным.

— Ты вообще не тявкай, — не обращая на него внимания, отмахнулся я, — не с тобой разговаривают. Так, Роман, чего ты хотел?

— Ты наглый, — вынес тот свой вердикт и замолчал.

— Короче, я хочу есть. Давай после уроков во дворе смахнёмся один на один? — предложил я. — Ты ведь к этому ведёшь разговор?

Парень выпучил глаза и задумался.

— Нет, мы можем, конечно, сначала поругаться. Ты наедешь на меня, я в ответ. Но результат же будет один — драка! — Я начал демонстративно разминать кулаки, щелкая костяшками. — Настоящим мужик не бежит от драки!

— Давай! — Роман радостно улыбнулся, приняв решение.

— Два идиота нашли друг друга, — стоявшая рядом девушка демонстративно закатила глаза, — я его двоюродная сестра, — она окинула меня внимательным взглядом и представилась:

— Ольга.

— Рад познакомиться, Максим Андер! — В ответ она снова закатила глаза.

— Идёмте есть, всё остывает, — Ольга решительно направилась внутрь столовой.

— Встречаемся после уроков у входа, — напомнил мне Роман и засеменил за своей сестрой.

— А как же кафе? — задумчиво протянул Саня. — Мы же хотели отметить.

— Нормально. Драка вряд ли займёт много времени. После неё и пойдём.

— Но он же здоровенный, — оценивающе посмотрел Борис вслед Роману.

— Большой шкаф громче падает, — выдал я фразу, на которую недавно наткнулся в интернете.

Сев за столик, мы приступили к еде. Я периодически поглядывал в сторону дворян, которые заняли места у окна. К Роману Грачёву присоединилась ещё группа ребят. Они что-то весело обсуждали и иногда кидали на меня взгляды. Похоже, наша ссора привлекла немало внимания, и ожидается большое количество зрителей. Это меня не пугало.

Когда закончился последний урок, меня задержал преподаватель по литературе. Выдал персональное задание, недовольный тем, что я мало читаю и не знаю современных российских авторов. Не знаю, чего он прицепился именно ко мне, но тратить время на чтение о красоте природы или о мелодраматических отношениях в семьях ужасно не хотелось.

На крыльце меня ждал Роман Грачёв. Рядом стояла его сестра с весьма недовольным видом. Погода по-прежнему не радовала. Дул пронизывающий ветер. Хорошо хоть дождь прекратился.

— Ну наконец-то! — обрадовался мне Роман. — Я думал — ты струсил!

— С чего это? Я вроде сам предложил. Никогда не бежал от хорошей драки. Надеюсь, я не зря трачу своё время, и ты окажешься достойным противником, — парень снова завис от моих слов.

Роман Грачёв был весьма крупным и выглядел взрослым. Думаю, он не привык, чтобы кто-то сознательно нарывался на драку, и моё поведение рвало его шаблоны. Так-то парень наверняка не был глупым, просто ему требовалось время, чтобы найти достойный ответ.

Но в этот раз Роман не успел. Мы свернули за угол здания и оказались на небольшой спортивной площадке. Тут уже собралась пара десятков зрителей.

Особое внимание обращал на себя один из дворян. Похоже, он был по статусу выше остальных, так как ребята обращались к нему весьма почтительно. Да и держался парень уверенно. Рядом с ним стояла очень красивая девушка, при этом её поведение было не свойственным дворянкам. Абсолютно не стесняясь, она разглядывала собравшихся, и меня в том числе. На лице красавицы читался живой интерес ко всему происходящему.

«Похоже, её держали дома, но магическая школа обязательна для людей с даром, и сейчас девушке всё в новинку и всё интересно» — промелькнуло у меня в голове.

— Меня зовут княжич Виктор, — поймав мой взгляд, к нам подошёл тот парень, которого я сразу заприметил.

— Максим, — я протянул руку для рукопожатия. Виктор лишь на мгновение замешкался, после чего пожал мою руку.

— У вас дуэль? Какова причина? — с пафосом поинтересовался он.

— Роман, — обратился я к своему будущему противнику. Мне нравилось наблюдать, как он зависает, — какова причина? Чего ты меня позвал драться?

— Я? — Грачёв снова завис. — Ты наглый!

— Вот, — я повернулся к Виктору, — нормальная причина?

Виктор снисходительно кивнул, но в его глазах я заметил тщательно скрываемую смешинку. Похоже, парень не такой уж и сноб.

— Братан! — раздался со спины крик. Обернувшись, я увидел спешащего ко мне Адика в компании двух взрослых ребят. Им было около тридцати.

— А мне тут сказали, что драка у первого класса будет, — он окинул собравшихся взглядом и радостно улыбнулся, — разве я мог пропустить такое зрелище? Сразу понял, что это ты будешь драться, — мой друг развёл руками, — с кем хоть?

— Вот, Роман, — кивнул я на притихшего здоровяка.

— Красавец! — Адик подошёл к Роману и, схватив его руку, начал её трясти. — Ты занимался? Справишься? Ты уж покажи класс! Может, и со мной кто смахнётся? — Он покрутил головой, но желающих не наблюдалось.

— Кх… Кх… — откашлялся Виктор, который, похоже, решил сам себя назначить главным судьёй, — погода не слишком благоволит, — вежливо произнёс он, с опаской поглядывая на Адика, — может быть, начнём?

— Я готов, — улыбнулся я кровожадно, — драка на кулаках до первой крови?

— Согласен, — произнёс в ответ Роман.

Зрители образовали небольшой круг. Мы с Романом разошлись. Парень поднял кулаки на уровень подбородка. Он весь собрался, стал сосредоточенным и внимательным. Меня это порадовало. Роман явно занимался чем-то, и бой будет не таким простым, как я опасался.

Роман осторожно приближался ко мне. Хороший шаг. Отлично ставит ноги. Правильно двигает корпусом. Он резко ударил, я легко ушёл от кулака, — достаточно было просто следить за ногами. Эту науку я хорошо изучил. Практики мало, но глаз опытный и намётанный.

Роман провёл «двоечку», целясь мне в подбородок, потом в живот. Я уклонился, но поморщился, понимая, что, если соперник ускорится, я не буду поспевать за ним. У парня рефлексы, вбитые тренировками, я же полагаюсь только на видение и разум. В бою этого недостаточно. Особенно против опытного бойца, а Роман оказался неплох.

Сделав резкий подшаг вперёд, я ударил Романа кулаком в живот и, к своему удивлению, попал. Парень согнулся и рухнул на землю. Я замер, обескураженный. Как-то всё слишком быстро произошло.

Роман лежал на земле, пытаясь вдохнуть. Это удалось ему с трудом. О продолжении боя не могло идти и речи. Радовало только то, что я не со всей силы ударил. Планировал просто отвлечь внимание и левой рукой провести удар в челюсть.

К парню бросилась сестра и стала приводить его в порядок.

— Дай я, — отодвинул её в сторону Адик и начал вливать целительскую энергию.

Роман задышал легче.

— Думаю, бой окончен, — заявил княжич Виктор, до конца играя свою роль.

— Думаю, да, — кивнул я.

— Тогда свидимся ещё, — Виктор пожал мне руку и удалился с места боя со своей свитой.

— Ну это… Ну и удар у тебя! — заявил Роман, поднимаясь с помощью Адика на ноги. — Всю душу вытряс.

— Извини, не ожидал, что ты пропустишь такой простой удар.

— Да у меня пресс, как камень! — заявил парень. — Что мне такие удары!

— Мы заметили, — Адик похлопал его по плечу, — ты хорошо двигаешься, но мало внимания уделяешь защите. Частая ошибка здоровяков типа тебя. Да и противника недооценил, — поучительно добавил он.

— Кто бы говорил, — рассмеялся я в ответ, — ты же сам такой же!

— Да уж, — озадаченно почесал затылок Адик, — Валерьяныча на меня нет!

В итоге мы большой компанией отправились в кафе «У Марьи», где поели отличных блинов.

Просидели очень хорошо. Перезнакомились друг с другом. Со мной были Борис и Саня. С Адиком пришли те два приятеля. Один с факультета целителей, спокойный парень по имени Олег, а второй — с факультета боевиков, по имени Андрей. Точнее, и целители были с факультета боевиков, но у ребят разные классы и разные предметы.

Ещё с нами были Роман с парой приятелей, его сестра и Полина с подружкой. Куда уж без неё. Она молча поглядывала на меня, о чём-то сосредоточенно раздумывая.

— Можно вопрос? — обратился я к Андрею, сокурснику Адика, тот благосклонно кивнул в ответ. — У тебя же небольшой источник, да и возраст уже за двадцать пять. Зачем ты пошёл на боевой факультет?

— А куда ещё? Я не целитель. Источник только недавно преодолел сотню единиц. Вроде теперь считаюсь магом, а ничего не умею. Так хоть смогу постоять за себя, — похоже, второй класс для старших весь из таких учеников. У Адика те же проблемы: маленький источник, которым он даже толком и не занимался.

— Мог пойти на факультет прикладной магии, — предположил я.

— Не. Этих слабаков не уважают, — он помотал головой и поймал наши взгляды.

— Это кто тут слабак? — набычился Роман.

— Вы все с прикладного? — удивился Андрей.

— Сообразил! — рассмеялся Адик. — Расслабьтесь! Прикладники нормальные, могут и щит создать, и огнём запулить. Просто не любят драться, — он поймал мой взгляд и пожал плечами, — ну, в большинстве своём.

— А ты почему в боевики не пошёл? — спросил я у Романа.

— Да, — тот обиженно махнул рукой, — у меня источник слабый. Вот, как Андрей, к двадцати пяти годам разовью — и второй класс закончу среди боевиков.

— Понятно, — кивнул я. Похоже, это разумное решение. Прикладники больше внимания уделяют своему развитию, и на нашем курсе легче стать магом, а потом можно перевестись на боевой.

Адик посмотрел на часы и, наклонившись ко мне, предложил сходить на медитацию.

— Да что-то неохота в школу возвращаться, — признался я, — ты сильно хочешь?

— Вообще, я так и не был там. Ты хорошо объясняешь всё. Я бы с тобой сходил.

— Ладно, идём! — Я поднялся из-за стола.

Мы попрощались со всеми и отправились обратно в школу. На медитацию у нас оставалось больше часа времени — вполне достаточно для начала.

— Медитация не для меня, — заявил Адик, когда мы уже подходили к кабинету, — я почти не умею. Но в этой школе работает Абби. Он очень крут!

— Ты знаешь о нём что-нибудь?

— Конечно! Он — местная знаменитость. Служил роду фон Штернов, но лет двадцать назад контракт закончился. Однако Абби по-прежнему сотрудничает с ними. Говорят, составляет уникальные смеси из трав, благодаря чему медитация проходит гораздо легче. Вообще, он большой специалист. Иногда читает лекции в столичных городах. Абби нарасхват. В этой школе будет примерно ещё месяц. Любит зимовать в тёплых странах. Индия, Китай…

— Ничего себе у тебя познания!

— У нас в классе много ребят, которые знают здесь всё и обо всех.

— Это сколько лет, получается, Абби? — зацепился я за его рассказ.

— Говорят, больше пятидесяти, — Адик и сам задумался, — я-то думал, он мой ровесник.

— Удивительно хорошо сохранился, — мы зашли в класс медитации. Абби не было, но пара учеников сидела по углам с закрытыми глазами.

Разувшись, мы устроились на матах. Я сел поближе к накопителю, установленному в центре класса. Краем глаза заметил, как вслед за нами вошла Полина, которая устроилась у стеночки.

Тихо играла музыка, густой воздух пах благовониями. Было очень легко, но я старался не погружаться в медитацию, а следил за Адиком. У него всё было хорошо. Лицо моего друга расслабилось, как и мышцы спины. Голова опустилась, дыхание сильно замедлилось.

«Готов!» — улыбнулся я про себя. Теперь моя очередь.

Прикрыв глаза, я начал погружаться в медитацию, но меня прервало жжение кожи в районе запястья. Приложив пальцы к татуировке с паучком, я услышал в своей голове голос Серхка:

— Выпусти меня! Здесь энергия, сейчас же! — скомандовал тот тоном капризного ребёнка.

— Цыц! Не разговаривай со мной так, — обрезал я его, — побольше уважения!

— Извини! Столько энергии! Я хочу туда!

— Тебя могут заметить.

— Никто не увидит. Дай мне просто посидеть рядом с накопителем. Мне нужна энергия для эволюции.

Я задумался. Ведь не уймётся и не даст спокойно помедитировать. Риск, что его заметят, минимальный. Во-первых, в комнате полутемно, во-вторых, — все находятся в состоянии медитации, а паучок совсем мелкий.

— Ладно, — решился я. Теперь, когда у нас имелась прямая связь, мне не обязательно было проводить ритуал, чтобы призвать Серкха. Надо было только влить кучу энергии, практически опустошив весь свой источник, — и Серкх появится в реальном мире.

— Готовься, — скомандовал я и медленно влил энергию в татуировку, которая с каждой каплей приобретала всё больший объём, пока Серкх не проявился.

Соскользнув с моей руки, он засеменил к накопителю. На руке остался только бледный след от татуировки.

«Пусть подзарядится», — решил я и, прикрыв глаза, нырнул в медитацию.

Глава 11

Глава 11

Голова была абсолютно пуста, как и сознание. Я пребывал в полном ничто, при этом продолжая осознавать собственное «я» и ощущая, как в моё тело вливается энергия. В отличие от привычной мне медитации, я не мог ею управлять, так как вообще не имел никакого контроля. Похоже, это всё благодаря «волшебным» травам Абби.

Энергия сама заполняет пустые места, даже те, куда бы я не смог дотянуться сознанием. Каждая клетка тела впитывает её — медленно и неотвратимо.

Время текло не спеша и как-то, тягуче. Однако в какой-то момент я заметил изменения. Что-то произошло. Как будто музыкант, играя, взял фальшивую ноту. Сначала одну, затем вторую, третью. Сбился и остановился.

Я вывалился из гармоничного состояния медитации и открыл глаза, пытаясь понять, что произошло. В зале по-прежнему играла тихая мелодия, было полутемно, благовония насыщали окружающее пространство. Но энергия… энергия из накопителя больше не вытекала.

Зябко передёрнув плечами, я попытался мысленно позвать Серкха. Он не откликался.

«Что не так с этим маленьким чудиком?» — промелькнула мысль в моей голове. Вряд ли он мог сожрать всю энергию накопителя. Его бы просто разорвало!

Посмотрел на татуировку на своей руке. Она по-прежнему там была. Значит, Серкх жив, но в комнате я его не ощущал.

Один за другим сидящие рядом ученики стали выходить из состояния медитации. Они недоумённо переглядывались, понимая, что что-то не так.

Оглядевшись, я поймал внимательный и очень пристальный взгляд Полины. Повернулся к Адику, который сидел, хлопая глазами.

Поднявшись на ноги, постарался нащупать нить, связывающую меня с Серкхом. Она была очень тонкой и тянулась в коридор, за приоткрытую дверь.

— Что случилось? — Ко мне подошёл Адик.

— Всё в порядке, — я двинулся к двери быстрым шагом. Адик шёл вслед за мной. Обувшись и накинув куртки, мы вышли в коридор, где я начал крутить головой пытаясь отыскать своего питомца или хотя бы его следы.

— Я ощущаю, что ты говоришь неправду и взволнован, — проявил свой дар Адик, — я могу чем-то помочь?

— Не знаю. Мне надо кое-кого найти, — связующая нить практически истаяла, но я хотя бы представлял направление, куда следует двигаться. — Идём, — я шагнул направо, в сторону тёмной лестницы. Мы ею обычно не пользовались, а ходили по парадной.

Открыв дверь на лестницу, я остановился в задумчивости. Здесь уже не было следа Серкха. Совершенно непонятно, куда идти, — вверх или вниз.

— Иди вниз, — раздался голос Полины за моим плечом.

— Что ты здесь делаешь? — В моём голосе слышалось раздражение. Не хотелось, чтобы кто-то в этом мире узнал о Серкхе. Даже Адику я пока не собирался о нём рассказывать.

— Я вижу твою связь с астральным духом, — заявила Полина, внимательно разглядывая меня, — а ещё странные печати на твоём теле. Ты ничего не хочешь мне рассказать? В обмен я могу помочь с поиском духа. Ему явно требуется помощь! Ваша связь совсем ослабла.

Я недовольно поморщился. Ещё и Адик стоит рядом, весь превратившись в слух, и ждёт моего ответа. Мысли в голове летали со страшной скоростью. Получается, в этом мире знают про астральных духов. Что, в принципе, неудивительно. Тут, скорее, вопрос: насколько глубоки эти знания, и насколько редки специалисты, умеющие обращаться с астралом. Судя по отсутствию в интернете даже упоминаний о нём, подобная информация держится в тайне и недоступна простым людям. Да и никто из магов не замечал астральных печатей на моём теле. Значит, подобный дар, большая редкость.

Но Серкху требуется моя помощь. Один я, скорее всего, смогу его найти, но потребуется время. Полина действительно может помочь. Но…

— Дайте клятву сохранить мою тайну, — я жёстко посмотрел в глаза Полине и Адику.

— Брат! — прогудел Адик. — Я не выдам твои тайны! Клянусь!

— Не так, — покачал я головой, — направь энергию в свою руку и произнеси клятву. Я приму её. Это ничем не грозит. Просто, если ты нарушишь слово, я об этом узнаю и буду готов к последствиям.

— Клянусь не раскрывать тайн Максима Андера, — торжественно произнёс Адик и пожал мою руку, добавив в слова и рукопожатие энергию.

— Клятва принята, — согласился я, сжимая комочек энергии клятвы и пряча его в своём теле. Теперь, если Адик нарушит слово, комочек рассеется, и я об этом узнаю. — Полина? Извини, что требую подобного, но это совершенно безопасно.

— Хорошо! — приняла решение девушка и протянула мне руку.

Приняв клятву от Полины, я коротко рассказал о Серкхе. О том, что у меня есть астральный друг. Он имеет вид маленького паучка, и я в зале медитаций выпустил его на свободу, после чего тот исчез.

— А он дух чего? — Глаза Полины заинтересованно блестели.

— Сложно сказать. Кто-то может назвать его духом везения, но правильнее будет называть его духом вероятностей. Только Серкх очень слаб и молод.

— Круто! — выдохнула Полина. — Я тоже хочу, — в ее взгляде смешалась зависть и уважение, но к моей радости, уважения явно было больше.

— Он такой один, — покачал я головой, — ты говорила, что можешь помочь его найти.

— Тогда идём, — девушка решительно зашагала вниз по лестнице.

Мы спустились на первый этаж и пошли по коридору. Школьники здесь не ходили. Коридоры, как и лестница, были, скорее, техническими или пожарными. Точно не знаю. Похоже, и руководство школы ими не слишком интересовалось. Повсюду лежала пыль. Свет почти нигде не горел, и мы светили фонариками своих телефонов.

Вскоре мы подошли к двери на улицу.

— Здесь! — Полина показала в тёмный угол, но сама не решилась подойти.

Присев на корточки, я увидел маленького котёнка. Он был весь в пыли и, похоже, сильно устал от проделанного пути. Серкх спал, смешно подёргивая лапками. Я взял его на руки.

— Какой милый! — Девушка аккуратно погладила котёнка. — Как настоящий! Разве духи могут обрести плоть?

— Могут. Если высосут целый накопитель, — мрачно ответил я.

Непонятно, что с Серкхом теперь делать, и сколько он пробудет в таком состоянии. Его отец превращался в кота, но возвращался ко мне, когда заканчивалась энергия. Сейчас у меня на руках мелкий котёнок, который просто полон магии. В ближайшие пару дней он точно не вернётся в астрал.

— Он смог переварить столько энергии? Разве так бывает? — продолжала допытываться Полина.

— Сам не ожидал, — пожал я плечами, — почему ты видишь астральные нити? Я думал, этому надо очень долго учиться.

— У меня особый дар, — гордо задрала нос девушка, — когда закончу школу, меня заберут в Москву. Уже есть договорённость. Буду работать на императора.

— Понятно, — я просто кивнул в ответ, чем, похоже, крайне разочаровал Полину. Она ожидала от меня восторгов? — Какие ещё духи бывают?

— Я мало знаю, — Полина сразу поникла, — когда в Москву перееду, тогда и буду учиться. Но зато я вижу астральные нити и духов, если они попадают в наш мир! Вот и тебя заметила — ещё в первый день. Поэтому и села к тебе, пытаясь разобраться.

— Теперь ясно, почему ты постоянно меня так внимательно разглядываешь, — ухмыльнулся я, — а то думал, что ты влюбилась по уши и глаз отвести от меня, прекрасного, не можешь!

— Что? — Лицо девушки покраснело. — Как ты мог такое подумать⁈

— Всегда считал, что астрал — это сказки, — подал голос Адик, — а оно вот как, оказывается. А как узнали, что ты можешь с астралом работать? Вдруг и я могу?

— У меня бабушка такая же была. Часто дар передаётся через поколение. Так что мне с детства показывали артефакты с астральными знаками. Когда у меня проснулся источник, оказалось, что я их вижу.

— Поэтому ты пошла на специализацию ритуалистики, — сделал я умозаключение. В принципе, это на поверхности. Если есть дар работать с астралом — прямая дорога в ритуалисты.

— Ага. Школа, по идее, даст самые азы. Мне обещали хорошего преподавателя. Звали учиться в Москве, но мама не отпустила. К тому же, наша школа на очень хорошем счету. Одна из лучших, — девушка произнесла это так, будто лично приложила руку к становлению школы.

— Странно, что вы с таким даром не дворяне, — задумчиво протянул я, разглядывая девушку.

— Это же просто дар, — пожала плечами Полина, — пусть и очень редкий.

— А как вообще можно использовать духов? — полюбопытствовал Адик. — И кто они такие? Умершие люди?

— Нет, — рассмеялась девушка, — просто существа, живущие в астрале. Использовать их можно по-разному. Отправить шпионить, например, или поставить что-то охранять.

— Ты сейчас не выболтаешь государственную тайну? — остановил её я.

— Нет, наверное. Тут любой может додуматься. Но вот такого, чтобы духи могли обрести плоть, я не слышала, — она снова погладила котёнка, — у него стучит сердце, он как настоящий!

— Ты обещала молчать, — на всякий случай напомнил я о клятве.

— Я всегда держу своё слово, — с обидой произнесла Полина.

Я убрал котёнка за пазуху и посмотрел на Адика:

— Отвезёшь меня на машине? Ты успеваешь в университет?

— Поехали, а университет можно и прогулять. Ничего страшного, — махнул тот рукой.

Мы вышли на улицу через дверь, рядом с которой стояли. Похоже, это был служебный выход, и, на удивление, не запертый. Точнее она была закрыта на замок изнутри, открыть который было не сложно.

Запрыгнули в машину. Я предложил сначала подвести Полину домой.

— Я хочу пообщаться с твоим духом, — заявила она, — ну пожалуйста!

— Не стоит, просто забудь о том, что видела, — попытался я урезонить девушку, — тем более, я сам не уверен, что он в таком виде способен общаться.

— Пожалуйста! У меня дома есть домашние животные, и я знаю, как с ними обращаться. Какой корм лучше купить, какой горшок. Ты же не подумал об этом?

Мы с Адиком переглянулись.

— Ладно, езжай к магазину. У нас на руках маленький котёнок, которому, наверняка, надо что-то есть и где-то спать, а потом к нам домой, — и как я сам до этого не додумался? Слишком привык, что Серкх бесплотный, и ему ничего не надо. А его отец самостоятельно справлялся с этим делом. В одном Полина права — я вообще не представляю, что купить для Серкха. Так что её помощь будет кстати.

Остановившись у большого супермаркета, Полина и Адик отправились за покупками, оставив меня в машине с Серкхом. Вернулись они с кучей пакетов, заодно набрав и продуктов. После чего мы заехали за Аглаей и всей толпой приехали ко мне домой.

Я только и делал, что офигевал от происходящего. Другого слова и не подобрать. Всё как-то само по себе закрутилось, и вот мы вчетвером сидим над лежанкой для кота, в которой дрыхнет Серкх.

— Никакой приватности, — проворчал я, выражая недовольство.

— А ты как хотел? — улыбнулась Аглая. — Ты живёшь в социуме, а не отшельничаешь в горах. Здесь по-другому никак.

— Мне требуется личное пространство, и я имею право на свои тайны, — сев за стол, устало заявил я. Правда не слишком уверенно. Мне было приятно, что у меня есть друзья, пусть и не привычно.

— Мы с Адиком — твой ближний круг. Я вообще собираюсь принести тебе клятву на крови и стать твоим человеком, если ты сделаешь из меня магистра! — непосредственно заявила целительница. — А то начнутся вопросы: как мне это удалось, почему я выжила? Я прекрасно понимаю, сколько такая тайна может стоить, а твои родственники тебя прикроют.

— Да что ты говоришь? — Я утомлённо закатил глаза и посмотрел на Адика. — Хоть ты ей объясни, что никаких родственников нет, и никто меня не прикроет. Так что лучше просто держать язык за зубами и особо не афишировать моё участие.

— Да я пытался ей объяснить, — тот развёл руками, — я же иногда чувствую, когда ты говоришь правду, — Адик повернулся к Аглае. — Максим из интерната. У него нет никаких родственников.

— Ты из интерната? — Полина удивлённо посмотрела на меня. — А ты умеешь чувствовать правду? — перевела она взгляд на Адика.

— Максим верит, что он из интерната. Но он потерял память, — возразила Адику Аглая, не обращая внимания на Полину.

— Ты потерял память? — повернулась ко мне Полина.

— Да, — выдохнул я, глядя на весь этот дурдом.

— Круто! — Она с завистью посмотрела на меня.

— Да чего в этом крутого? — я махнул рукой.

— И что? — Адик ждал продолжения от Аглаи. Похоже, она с ним до сих пор не поделилась своей теорией.

— Может быть, Максим из очень знатного рода, и его просто спрятали таким образом.

— Лишив памяти?

— Заблокировав часть, — кивнула девушка.

— Ты не в курсе всего, что происходило в Подольске, — попробовал возразить я, — если бы за мной стояли родственники, моя жизнь была бы гораздо легче и безопасней.

— Но ведь тебе не грозила смерть?

— Не грозила.

— А остальное неважно!

Похоже, переубедить Аглаю не выйдет. Но припоминая дни в Подольске, могу сказать, что было опасно. Стоит только вспомнить посещение леса и наше пленение.

— Так что клятву я дам, — закончила разговор девушка.

— Смешно, — кивнул я в ответ, — твой магический уровень выше моего в два раза. Тем более, если ты станешь магистром, клятва не будет держать. Это всего лишь фикция. А если о ней станет известно, возникнет ещё больше вопросов. Магистр, дворянка приносит клятву верности простому пареньку… Слишком подозрительно.

— Понимаю: не хочешь привлекать к себе внимание, — похоже, мои слова хорошо согласовывались с её теорией.

Я зажмурился, пытаясь остановить весь этот бред. Хотелось начать биться головой об стол. Я — человек с королевской кровью, бывший архимагистр. Я должен быть выше всего этого. Мне нужны собственный кабинет, молчаливые слуги, тишина и покой!

— Мяу! — раздался жалобный голос Серкха, больше похожий на писк.

— Очнулся! — обрадовалась Полина.

Я присел на корточки, нависнув над Серкхом.

— О чём ты только думал! Совсем нет мозгов? — обращаясь к нему вслух, произнёс я.

— Мяу, — ответил он мне, — есть хочу! — Его голос раздавался в моей голове.

— Разговор не переводи! — не дал я себя сбить. — Ты рехнулся? Сожрал весь накопитель. Как тебя не разорвало на месте? Ты о чём вообще думал?

— Но ведь всё получилось? — продолжал пищать в моей голове Серкх. — Я просто направил энергию на создание тела — и это получилось! Я умный.

— Он тебе отвечает? — Полина с интересом смотрела на меня и котёнка. — Что он говорит?

— Что есть хочет! Мелкое безмозглое существо. Вот ты кто! — Я сел обратно за стол. Сейчас я слишком зол на Срекха, чтобы с ним разговаривать. Лучше помолчу.

Полина сбегала и принесла миски. В одну налила воду, во вторую выдавила мягкий корм. Поставила всё это перед котёнком.

— Кушай, кушай, — она гладила малыша по голове, пока тот жадно насыщался.

Только Серкх закончил, как под ним расплылась лужа. Котёнок брезгливо отошёл в сторону.

— Сейчас я тебе горшок поставлю, — умильным голосом произнесла Полина, — всё хорошо, малыш!

— Какой кошмар! — раздался в моей голове голос Серкха. — Тело — ужасно сложная штука.

— А ты как думал? — вслух ответил я. — Хотел попробовать — вот и страдай теперь!

— Что он говорит?

— Что тело очень неудобное.

— То хочется есть, то спать, то писать… хочу обратно в астрал! Быть паучком так здорово. И почему отцу нравилось быть в материальном мире? Это кошмар какой-то.

— Не нравится ему, — проворчал я, обращаясь ко всем собравшимся, — а всё потому, что ты не готов. У тебя мозги ещё не доросли. Рано тебе в тело!

— Я умный! — возразил Серкх мне и, свернувшись клубком на лежанке, опять засопел.

— Мы завтра в Подольск собирались, — напомнил Адик, — что теперь делать?

— Ехать надо, — твёрдо заявил я, — пусть дома остаётся. Нечего было совершать необдуманные поступки. Положим ему еды, нальём воды — и нормально.

— Я могу зайти проведать котёнка! — заявила Полина. — Вдруг у меня получится поговорить с ним?

— Да, и я тоже, — кивнула ей Аглая.

— Хорошо. А сейчас давайте пойдём куда-нибудь поужинать, — предложил я.

Аглая слила энергию в накопитель, и мы отправились ужинать на машине Адика.

По дороге Полина без умолку трещала, да так, что у меня реально разболелась голова. Слишком любопытная девушка.

— А вы с Адиком вдвоём живете? А почему? Вы родственники? А зачем у тебя такая мастерская? Ты артефакты делаешь? А что ещё дух сказал?

— Как ты такая болтливая, будешь работать на императора? Ты же все секреты выболтаешь! — попытался прервать её я.

— Так, и что такого? Любопытство — не порок! — важно заявила девушка.

Я поймал весёлый взгляд Аглаи, которая наслаждалась всем происходящим.

— Не будь таким букой, — улыбнулась мне целительница, — Полина права: от любопытства ещё никто не умирал.

— Из любопытствующих? А что насчёт жертв этого любопытства? — уточнил я.

— Тебе что, жалко рассказать? — продолжила Полина. — А зачем вы едете в Подольск? Может быть, и я с вами?

— А! Всё! — Я не знал, что с этим делать. Я мог биться с сильными магами, создавать уникальные артефакты, но как справиться с молодой и болтливой девушкой — даже не представлял. Какой позор. Хоть уши затыкай. Хм… это идея.

Я создал магический барьер вокруг девушки. Мощный настолько, что не пропускал звуки. Полина, поняв, что её окружает тишина, уставилась на меня с осуждением.

— Хитро, — кивнула мне Аглая, — только такой барьер лишает её воздуха. Ты об этом подумал?

— Да что ж такое! — Я выругался, видя, как лицо Полины начинает краснеть, и убрал барьер.

— Ты — плохой! — обиженно произнесла девушка. — Больше никогда так не делай!

— Он просто никогда не общался долго с противоположным полом, — заступилась за меня Аглая, — лучше расскажи, как в школе? Кто у вас основы магии преподаёт? Я же тоже училась в ней.

Я с благодарностью посмотрел на целительницу, которая вызвала огонь на себя.

Абби неспешно шёл по пустынным коридорам школы. Время уже близилось к семи вечера. Пятница. Ученики и учителя давно покинули здание. Но он знал, что фон Штерн всё ещё на месте. Она привыкла уходить последней.

Постучав в дверь, учитель медитации переступил порог кабинета.

— Добрый вечер, госпожа, — слегка поклонившись, поприветствовал Софью Леонидовну Абби.

— Абби! — Женщина приветливо улыбнулась, отвлекаясь от бумаг, которые разбирала. — Я же просила не называть меня госпожой. Ты уже два десятка лет не служишь моему роду.

— Привычка, — с лёгкой улыбкой пожал плечами Абби, — к тому же, я использую это обращение только наедине.

— Так чего ты хотел в столь поздний час? Какие-то проблемы? — Фон Штерн сложила бумаги в папку и отодвинула её в сторону, всем своим видом показывая, что готова внимательно выслушать.

— Можно сказать и так, — прошелестел Абби в ответ, встряхнув волосами, — в комнате медитации умер накопитель.

— Как? — Софья Леонидовна удивлённо вскинула брови. — Мы его привезли три недели назад. Он же совсем новый!

— Не знаю, что послужило тому причиной, — Абби прошёлся по кабинету, пребывая в задумчивости, — накопитель не был бракованным. Я бы заметил. Я сам его выбирал. Хороший, ровный фон давал. Идеальный для моего класса. Но… просто иссяк. Я не сталкивался ни с чем подобным.

— Не понимаю, — помотала головой женщина, озадаченно глядя на Абби, — диверсия?

— Прежде чем искать виноватых, надо понять, как такое могло вообще произойти. Хотя бы в теории, — Абби остановился и слегка прикрыл глаза, — почти три тысячи единиц. И ни следа. Ни в одного человека столько разом не влезет. Даже в архимагистра.

— Откуда здесь взяться архимагистру? — нервно хмыкнула Софья Леонидовна. — Какие есть мысли?

— Накопитель я заменю. Завтра съезжу на склад Старицкого и подберу вариант, а этот вернём. Но мне очень интересно понять, что произошло.

Софья Леонидовна открыла ноутбук, стоявший у неё на столе.

— Когда это случилось? Кто был в комнате? — деловым тоном поинтересовалась она, залезая в архивы видеокамер. Доступ у завуча имелся.

— Когда я пришёл, там уже никого не было. Когда перед этим заходил, была пара учеников из старшего класса. Но вряд ли они могли что-то с ним сделать.

— Так, — Софья Леонидовна развернула экран, чтобы и Абби мог видеть происходящее, — это коридор. Жалко, дверь кабинета не видна. Камера установлена на парадной лестнице.

Женщина начала перематывать.

— Время — пятнадцать часов сорок минут, это Скобелев и Журавлев из старшего класса, идут, скорее всего, к тебе, — она подмотала ещё, — вот Зимин, тоже из старшего. Потом ещё троица, тоже к тебе. Это Адик Картасов, Максим Андер и Полина Бурцева.

— Стоп! — Абби вгляделся в замершую на экране картинку. — Этого я знаю, — его палец упирался в Максима, — он мастер ци. Я ещё не встречал никого с подобными способностями в его возрасте.

— Хм… — Софья Леонидовна задумчиво посмотрела на изображение Максима, — он на промежуточном экзамене проявил удивительные способности, отделив одновременно с двух рук по единице энергии. Не представляла, что такое вообще возможно. Тем более, на его уровне.

— Мастер ци, — благоговейно произнёс Абби.

— Думаешь, он мог что-то сделать с накопителем? У него источник размером в двести единиц. Очень сомневаюсь.

Женщина начала мотать видео дальше.

— Шестнадцать пятьдесят. Все прошли по лестнице вниз, кроме этой троицы. Не знала, что Картасов знаком с Андером. У них слишком большая разница в возрасте. Куда же они делись? — Женщина озадаченно посмотрела на Абби. — Семнадцать сорок. Ты идёшь в зал для медитаций. Там уже никого не было? — Она подняла взгляд на Абби.

— Да. Зал был пуст. Как и накопитель. — Добавил он после небольшой паузы.

— И что ты там целый час делал? Почему сразу не отправился ко мне? — раздражённо уточнила завуч.

— Медитировал, — пожал плечами Абби, — пытался услышать остатки энергии. Не могла же она растаять без следа, — всё так же безразлично произнёс учитель.

— Куда могли деться Картасов, Андер и Бурцева?

— Дальше по коридору — служебная лестница. Могли пойти по ней.

— Думаешь? Зачем им это надо было?

— Кто знает… спроси их об этом в понедельник.

— Спрошу! — В голосе фон Штерн прозвучала угроза. — Ох уж я их спрошу! Если это их рук дело, то они получат сполна!

Глава 12

Глава 12

Серкх проснулся поздно ночью. Первым делом он потянулся, наслаждаясь настоящим живым телом, после чего отправился изучать дом.

«Четыре лапы — это очень удобно», — радовался Серкх, бегая по комнате. Однако вскоре желудок опять потребовал еды. Миска была пуста. Серкх жалобно мяукнул. Как ни крути, быть маленьким котёнком всё-таки ужасно неудобно. Он подошёл к миске с водой и начал жадно пить, после чего, не дойдя до туалета, сделал на полу лужу.

«Кошмар! Как же меня так угораздило?» — Брезгливо отряхивая лапы, котёнок лёг обратно на лежанку.

«А ведь всё так хорошо начиналось!» — Серкх прикрыл глаза, проваливаясь в собственные воспоминания…

В зале медитации было очень здорово. Всё пространство наполнено такой сладкой и желанной энергией. И дёрнуло же его подойти поближе к накопителю! Первые десять минут Серкх впитывал энергию, после чего решил, что этого мало, и, отыскав свободный канал на камне, уселся прямо на него.

Сначала ничего не происходило. Энергия текла медленно и мягко. Излишки Серкх перенаправлял по связи Максиму. Канал был небольшой, но прочный. Часть энергии оставалась у Максима, но бо́льшая отправлялась в астрал, где должна была ожидать Серкха. Он уже давно сплёл из своей паутины накопитель именно на такой случай и, вернувшись в астрал, собирался полностью поглотить накопленную энергию и перейти к очередной эволюции.

«Слишком медленно» — решил Серкх и потянул энергию из накопителя на себя. Правда, «потянул» — слишком мягко сказано: дёрнул со всей силы, ожидая, что накопитель будет сопротивляться. Только вот этого не случилось.

Энергия резко потекла бурным потоком, и канал, что связывал Серкха с Максимом, просто не мог переправить такой поток в астрал. В теле маленького паучка с пугающей скоростью стала накапливаться энергия.

«Ещё чуть-чуть — и меня разорвёт», — с грустью подумал Серкх, но не в его характере было смиряться.

«Есть выход. Рискованно, но это шанс», — решил он, вспомнив заклинание, что использовал для материализации отец. Быстро перебирая маленькими лапками, Серкх начал плести заклинание, чувствуя, что до гибели остаются считанные мгновения. Лапы мелькали с удивительной скоростью, мозг работал на пределе и… он успел.

Направив всю энергию в заклинание, Серкх активировал его и потерял сознание.

Очнулся он очень быстро, с удивлением обнаружив, что теперь у него четыре лапы. Есть сердце, шёрстка и маленький хвостик, живущий собственной жизнью.

Всё тело Серкха переполняло энергия. А ещё дикая радость и возбуждение. Он наконец-то живой! Внутри него бьётся сердце, он ощущает запахи и может видеть своими глазами окружающий мир.

Вскочив на лапы, Серкх выбежал из комнаты для медитаций. С телом управляться оказалось удивительно просто. Оно будто само знало, как действовать. Несколько раз подпрыгнув, Серкх стрелой пронёсся по коридору — сначала в одну сторону, потом в другую. Глаза видели всё даже в темноте. Добежав до двери на лестницу, он остановился. Дверь была закрыта, но снизу имелась приличная щель, в которую котёнок смог проползти.

«Какое удивительное тело!» — радостно подумал он.

Выбравшись на лестницу, Серкх столкнулся с первыми сложностями. Вверх по ступенькам прыгать было очень тяжело, да и вниз оказалось не сильно проще. Лапы были слабыми, а ступеньки — высокими. Силы быстро покидали Серкха. Очень хотелось есть и пить. Но он уже спустился на один пролёт и понимал, что подняться обратно нет никаких шансов. Кое-как, из последних сил, котёнок продолжил путь до нижней площадки, где, вконец обессилев, забился в тёмный угол. Оставалось только ждать Максима и надеяться, что тот его найдёт.

В следующий раз Серкх проснулся уже в доме Максима, в тепле и уюте. Был накормлен и обласкан. Вот она — счастливая жизнь! Серкх понимал, что вчера ему дважды повезло. Первый раз — когда он сумел сплести заклинание и банально не лопнул от мощного потока энергии. Второй раз — когда его нашёл Максим, и Серкх не умер от усталости и голода в тёмном школьном коридоре. Вроде бы этому поспособствовала девушка, что часто находилась рядом с Максимом в школе. Полина. Она имела дар работать с астралом и даже пыталась научиться говорить с Серкхом. Ещё немного, и у неё бы это получилось, но было уже поздно, и Полина уехала…

«Хочется есть», — снова пронеслось в голове Серкха. Ужасно неприятное и болезненное чувство, с которым он до этого ни разу не сталкивался. Живот крутило, в глазах двоилось. Как мог Максим его бросить, обрекая на голодную смерть?

Серкх не выдержал и громко, в полный голос, заскулил. Раздалось жалобное мяуканье. Одновременно он попытался мысленно докричаться до Максима.

— Что такое, малыш? — В дверях появился заспанный Максим. На его лице расплывалась ехидная улыбка.

— Дай мне еды! — мысленно выкрикнул Серкх, а из горла опять раздалось тоскливое «мяу»!

— Проголодался? — Максим по-прежнему стоял на месте, а не бежал кормить Серкха. Что за наглость!

— Ты никогда не испытывал чувства голода? — Серкх решил надавить на жалость. — Я же совсем маленький. У меня живот сводит. Ещё немного, и начну переваривать сам себя. А там недалеко и до голодной смерти. Нельзя так издеваться над живым существом, — не выдержав жалобного тона, Серкх сорвался, — быстро дай мне еды, человек!

— Ишь, как ты заговорил, — Максим присел на корточки, — о чём ты вообще думал? Я тебе что, прислуга, бегать за едой по первому требованию? Твой отец чётко соблюдал границы, — строго произнёс Максим и, взяв миску, ушёл на кухню.

— Я тебя, конечно, покормлю. Спасу от голодной смерти. Запомни этот момент, — Максим поставил полную миску перед носом Серкха.

Пахло до одури аппетитно. Серкх накинулся на еду, урча и разбрызгивая мягкий корм во все стороны.

— Ну что, я спас тебя от гибели? — поинтересовался Максим и с укором добавил:

— Ты ведь снова не посоветовался со мной. Обещал тихо сидеть в зале медитации и ничего не делать.

— Я умный, — проворчал в ответ сытый и довольный Серкх, — зачем мне твои советы?

— Такие умники долго не живут, — продолжил Максим, — конечно, это твой выбор — умереть в детстве, так и не познав жизни. Мне будет тебя не хватать, — закончил он трагичным тоном.

— Вот! Я полезный и умный! — У Серкха после еды снова появились силы и желание бегать. Он начал носиться по комнате.

Максим некоторое время с улыбкой наблюдал за котёнком, затем отошёл на пару минут и вернулся с длинной ниткой, на конце которой была привязана бумажка. Он начал водить ей по полу, и у Серкха проснулись охотничьи инстинкты. Забыв обо всём, малыш принялся охотиться за бумажкой.

Проиграли они таким образом минут пятнадцать, пока Серкх внезапно не остановился и не облегчил кишечник.

— Как противно, — Серкх боком отошёл от кучки, которую навалил, — ужасное тело! А ещё эти инстинкты. Мне с трудом удалось побороть желание закопать эту кучку. И ты со своей бумажкой тоже. Это унизительно — мне, великому Серкху, носиться за бумажкой.

— Мы тебе горшок купили, — Максим явно был недоволен, — будь добр, как разумное существо, делать туда все свои дела!

— Оно само, — обиженно пропищал Серкх, — и вообще, я — создание астрала, эволюционная вершина. А ты всего лишь человек.

— Да? — Максим задержал свой внимательный взгляд на Серкхе, потом перевёл его на маленькую, но сильно пахнущую кучку, развалившуюся посередине комнаты. — Тогда добывай пропитание сам и убирай за собой сам. Ты же вершина эволюции.

— Убери за мной, человек! — попытался зарычать Серкх, но вышло какое-то мяуканье. — Я просто пока мал. Но вскоре вырасту и покажу тебе, кто здесь хозяин!

— Угрозы? — Максим наклонил голову, продолжая спокойно глядеть на котёнка. — И это после того, как я несколько раз тебя спас. Духам не свойственна благодарность?

— Какая благодарность по отношению к низшему существу? — Серкх понимал, что пытается походить на своего отца, но, с другой стороны, тот хорошо и с уважением относился к Максиму. При этом Серкх был уверен, что действительно является вершиной эволюции. Он мог жить бесконечно долго, управлять судьбами людей, видеть многое. Только вот сейчас… что-то не сходилось.

— Эх, малыш, — с теплотой в голосе произнёс Максим, — если ты хочешь и дальше со мной общаться, у нас должно быть взаимное уважение, как минимум. Как максимум — дружба и взаимовыручка. Подумай об этом. Я могу тебя отвязать от себя. Мне не нужен невоспитанный дух-соратник. Общаться только из-за выгоды мне тоже не интересно. Тем более, в данный момент я могу дать тебе гораздо больше, чем ты мне. Это и энергия, и возможность попадать в материальный мир. А что ты можешь дать мне?

— Я уже много чего сделал, — насупился Серкх.

— Ага, — Максим взял салфетки и стал убирать кучу на полу, — несколько раз чуть не убил. Причём делал это не для меня, а для себя, — в надежде, что я стану сильнее и буду твоим проводником в материальный мир. Ты своего добился, но мы не в расчёте. Ты по-прежнему должен мне! — твёрдо закончил Максим.

— Я тоже рисковал собой, когда открывал тебе твоё истинное Я! — припомнил в ответ Серкх.

— Было такое. Но ты изначально вмешался в мой разум, заблокировав воспоминания без моего на то согласия. Кстати, за это время я переоценил происходившее со мной в прошлой жизни и не считаю, что был настоящим гадом и мерзавцем. Да, сложились определённые обстоятельства, и я озлобился. Но даже с моими властью и влиянием не стал настоящим злодеем или маньяком. Я был чёрствым, безразличным к людям и к их чувствам. Полностью потерял эмпатию. Но у меня были на то причины.

— Чего ты от меня хочешь? — Серкху не нравилось, куда свернул разговор. Во многом Максим был прав, и это раздражало.

— Давай дружить, — просто сказал Максим, — попробуй. Это не так сложно. Быть открытыми, помогать друг другу не ради выгоды, а по дружбе.

— Так не бывает, — помотал головой Серкх, — всегда есть какая-то выгода. Ты, вот, Савве помогал. Наверное, думаешь, что он вырастет и пойдёт к тебе в услужение. Будет молиться на тебя и даст клятву на крови. Ты — хитрый властелин!

— Нет, — голос Максима был мягок, — если можешь помочь или научить, действуй. Вот мой принцип. Ничего не требуя взамен. Но это легко принять и понять, если ты уверен в себе, в своих силах, и знаешь, что сам сможешь справиться со всеми невзгодами. А если ты не уверен в себе, слаб, труслив, то пытаешься во всём поиметь свою выгоду. Заполучить должников, власть и прочее. Зачастую подобные желания диктуются страхом за свою жизнь и боязнью не справиться собственными силами.

— Тщеславие, — обдумав слова Максима, произнёс Серкх, — это твой мотив? Вместо благодарности и служения тебе Саввы и Лены ты хвалишь себя сам.

— Любопытно, — Максим поудобнее устроился на стуле. Беседа его увлекла. Серкх, хоть и был очень молод, обладал колоссальными знаниями и соображал удивительно быстро.

— Возможно, в этом есть доля истины. Это как долг. Ты идёшь по своему пути и веришь в себя. Это тебя поддерживает. Можно назвать это тщеславием. Но я не вижу здесь отрицательного контекста. Мы уходим в философские дебри, в которых я не силён, — встряхнулся Максим, — речь шла о другом. О наших с тобой взаимоотношениях, которые я предлагаю построить на дружбе.

— Ты — мой слуга, какая может быть между нами дружба? — Что за ерунду несёт его питомец? Максим правда считает, что между ними возможна дружба?

— Человечество с самого начала жило в общинах. Мы по одиночке были слабы перед хищниками, поэтому собирались в группы. Это был вопрос выживания. Сейчас всё это трансформировалось в семьи, рода, кланы и государства. Хищники больше нас не пугают, нынче человек — самый опасный из них. Жители астрала изначально одиночки. Вы не сбиваетесь в стаи. Ваш способ выжить — быть незаметными. Я прав?

— Да. И что это меняет?

— Но жизнь в астрале скучна, и там слишком мало энергии. Многие духи готовы пойти на сотрудничество с людьми ради энергии.

— При чём тут дружба?

— Наверное, ты прав, — кивнул Максим, — я рано заговорил о дружбе. Ты ещё слаб, и не видел другой жизни. Пожалуй, я готов отпустить тебя в одиночное плавание и разорвать нашу связь — лет на пятнадцать. Всё равно от тебя толку пока нет, а проблем ты создаёшь очень много, да ещё и рискуешь моей жизнью, ради своих целей. За это время ты повзрослеешь, и мы вернёмся к этому разговору.

— Мы же уже начали дружить? — пошёл на попятную Серкх. Мысль, что он останется в астрале совсем один, пугала. Где он будет брать энергию? А общение? Серкху нравилось разговаривать с питомцем, следить за ним, помогать. Это было любопытно, да и энергией он делился, не жадничая.

— Когда это?

— Ну… после прошлого разговора. Ты меня привязал к себе. Всё же хорошо, зачем что-то менять?

— Этого разговора не было бы, если бы ты придерживался правил и думал не только о себе. Ещё раз повторю твои косяки. Ты обещал просто посидеть в комнате медитации и набрать энергии для эволюции. Я пошёл на это, хотя и понимал, что рискую. Ты нарушил своё слово. Подверг себя смертельному риску. Твоя гибель отразилась бы и на моей жизни. Ближайшие нити моей судьбы были бы разорваны. Согласен?

— Да, — Серкх стыдливо опустил глаза. Максим прав: если бы Серкх погиб, нити судьбы, что окружали Максима и Серкха, порвались бы, и неизвестно, к чему бы это привело. Можно сказать с уверенностью — последствия были бы очень плохими.

— Следующий пункт: ты выкачал до дна накопитель, установленный в школе. Ты подумал о последствиях для меня? Уверен, подобное не прошло незамеченным. И ещё одно — мне пришлось рассказать о твоём существовании другим людям. Теперь о тебе знают Аглая, Адик и Полина. Лишь вопрос времени — когда власть предержащие узнают о наличии у меня астрального духа. К каким последствиям это приведёт?

— Ты должен просто стать сильнее! — возразил Серкх. — А я поработаю с нитями вероятностей.

— Ты ещё дня два будешь сидеть в теле котёнка без доступа в астрал. Да и толку от твоей работы? Как бы хуже не сделал, — Максим махнул рукой, показывая, что он думает о такой помощи.

Серкх молчал, размышляя над словами Максима. Неприятно. Во многом он прав. Серкх создал своему питомцу проблемы на пустом месте. Он пока ещё слишком слаб. Но и вслух признавать свою вину не хотелось.

— Давай дружить! — тихо произнёс в ответ Серкх.

— А сказать «извини» ты не в состоянии? — Максим придавил его своим строгим взглядом.

— И-извини, — котёнок прикрыл свою мордочку лапками. Ему вдруг стало стыдно за своё поведение и свою слабость, — давай дружить?

— Давай, — Максим с облегчением выдохнул, — только постарайся больше не косячить!

После этих слов Максим ушёл обратно спать, оставив Серкха одного.

«Дружба с человеком…» — размышлял Серкх. Это необычно и странно. Он прочёл немало книг и посмотрел достаточно фильмов и сериалов, созданных в этом мире, чтобы понимать, о чём идёт речь. Дружба — это когда ты готов помочь, ничего не требуя взамен. Это честность, взаимное уважение и постоянство. Когда, несмотря на поступки и обстоятельства, вы продолжаете доверять друг другу. Дружба — это сложно, но интересно.

«Надо попробовать», — решил Серкх и провалился в сон. Усталость взяла своё.

Утром Адик не дал мне поспать, поднял в семь утра. Из-за этого я совершенно не выспался, хотя и чувствовал себя не плохо. А всё из-за Серкха. Он своими воплями разбудил меня посреди ночи, а после разговора с ним я долго не мог уснуть.

Сев в машину, мы отправились в Подольск. Ехать неблизко. Часа четыре, как минимум.

Первое время мы ехали в тишине. Адик пил кофе и управлял машиной, я же смотрел в окно и думал о том, насколько велика Российская Империя. Наше королевство на машине можно было бы проехать часов за пять. А здесь, чтобы доехать от одного края до другого, нужно никак не меньше недели. А если скакать на лошадях? Ужас и кошмар.

— Может быть, в доме отдыха останемся? Переночуем. Хороший ужин, банька, девочки! — неожиданно предложил Адик.

— Стоп, — я мотнул головой, — у тебя же Аглая, и вроде у вас всё серьёзно.

— Ну… у нас ещё не дошло дело до постели, а я же мужчина! — Он гордо задрал подбородок.

— На тебя твой собственный дар, похоже, действительно не действует, — сделал я заключение, — иначе ты бы подобных слов не говорил.

— Нет, ну а что такого? Мне нужна разрядка. Да и с Аглаей ещё ничего не понятно. Она сейчас думает только о том, как бы стать магистром. А я — совсем слабый маг. К тому же, она денег много зарабатывает, и вообще крутая.

— Так ты переживаешь на эту тему, считая себя недостойным? — догадался я. — Кому скажи, что уверенный в себе Адик может так себя вести, — засмеют!

— Ну так и не говори никому, — насупился парень, — это минутка сомнений. На меня иногда накатывает, — после некоторого молчания сознался он и состроил смешную рожицу.

— Ну если минутка, то ладно, — рассмеялся я в ответ, — иногда можно позволить себе. Но мой тебе совет — не упускай Аглаю. Ты ей явно нравишься. Иначе бы она не проводила с тобой столько времени, да и не таскала бы на всякие выставки и в театры. Девушки в такие места не ходят с теми, кого не хотели бы показывать.

— Наверное, ты прав, — довольно улыбнулся Адик, — предложение с домом отдыха снимается с повестки! Но нужен какой-нибудь движ. Да и тебе тоже. Сам же на драку нарвался вчера со словами, что скучно.

— Есть такое, — кивнул я, — тело молодое, крепкое. Требует движения и развлечений. А у меня школа да работа с артефактами. И даже драк никаких нет! Скучно.

— Я вижу, — хмыкнул Адик, — на неделе поищу место для тренировок. Зал какой-нибудь с тренером.

— Только давай что-нибудь попроще. А то, чувствую, ты уже мечтаешь записаться в самое дорогое место.

Адик вообще был апологетом пафоса. Будь его воля, ходил бы по самым дорогим ресторанам и ездил на самых крутых машинах. Непрактично. Я таких трат не одобрял, а кошелёк Адика подобного не позволял. Но он каждый раз пытался меня убедить, что очень дорого — значит, очень хорошо.

— Эх, — тяжко вздохнул Адик, — а я уже выбрал зал «Золотая корона». Говорят, там лучшие тренеры. Правда, двести рублей в месяц…

— Нет! — жёстко ответил я, обрубая все его мечты. — Какие двести рублей? Найди за десять — и нормально. Мы же идём лишнюю энергию сбросить.

— Да ладно тебе, — рассмеялся Адик, — завёлся уже. Лучше расскажи про духов астрала. Что ты о них знаешь, и где ты своего взял?

— Я знаю только один ритуал, настроенный на моего духа. Он в этом мире один такой, другого призвать не получится, — признался я, — да и дурной он у меня.

— Так, а что они вообще могут, эти духи, и как это работает?

— Для призыва духа проводится специальный ритуал. Они бывают разные. Как духи, так и ритуалы. Ты им — энергию или кровь, они тебе в ответ — служение.

— А твой может следить за кем-нибудь?

— Наверное, — я пожал плечами. По идее, Серкха можно вызвать в бестелесном виде и отправить на слежку. Только это как микроскопом гвозди забивать. Он у меня обладает уникальными способностями, и тратить его время на слежку просто глупо.

— Только мне и следить-то не за кем, — закончил я свою мысль.

— А я слышал о духах-защитниках. Вроде у старых родов такие есть. Правда, думал, что это сказки.

— Не сказки. Мощные духи могут жить веками. Сильный род заключает с ним договор. Он может предупреждать о вторжении и влиять на тех, кто ступит внутрь дома. Может даже убить, если дух сильный.

— Удивительно! — Адик бросил на меня задумчивый взгляд. — Ещё более удивительно — как много ты знаешь. Может быть, в теории Аглаи есть зерно истины?

— Нет там никакого зерна! Надоело уже доказывать!

— Мне иногда кажется, что ты — старый архимаг, который провёл какой-то обряд и стал молодым, потеряв магию и память, — Адик продолжал сверлить меня внимательным взглядом.

— На дорогу смотри, — прикрикнул я, — мне шестнадцать лет, и родственников в этом мире у меня нет. Это я знаю точно!

— Когда ты злишься, раздражён или сильно волнуешься, твой контроль над каналами падает, и в такие моменты мне удаётся ощутить, говоришь ты правду или нет.

— И что ты видишь? — Я постарался взять себя в руки, понимая, что Адик специально выводил меня из равновесия.

— Ты — как фонарик, у которого села батарейка. Иногда его удаётся включить, и несколько секунд он очень тускло светит. Вот как сейчас произошло. И оттенок был ближе к зелёному.

— Вот и ладно, закроем эту тему. Тем более, мы почти приехали.

Адик высадил меня у магазина магических товаров Зотова. Первая встреча у меня была назначена с Всеволодом Дмитриевичем.

Войдя, я сразу наткнулся на взгляд Агаты и широко улыбнулся девушке, уверенным шагом подойдя к прилавку. Сейчас я выглядел совсем не так, как пару месяцев назад. На мне были дорогое и весьма качественное пальто, тёмный кашемировый шарф. Молодой, красивый и модный. Уверен, мнение девушки обо мне должно измениться. Тем более, в прошлую нашу встречу я общался с Русланом — не последним человеком в этом городе. И она об этом знает.

Я поймал себя на этих мыслях и мысленно ухмыльнулся. Прав Серкх: тщеславие мне не чуждо. Ну и ладно. Приятно смотреть: Аглая окидывает меня растерянным взглядом, пытаясь решить, как теперь ко мне относиться.

— Добрый день, Агата! — слегка кивнув, сказал я.

— И чего припёрся? — недовольно произнесла в ответ девушка, но не очень грубо, а, скорее, как старому знакомому.

— Соскучился, — улыбнулся я своей самой лучшей улыбкой, — думаю: как там Агата поживает?

— Ловелас из тебя, конечно, так себе, — она впервые на моей памяти улыбнулась, — так чего хотел?

— Всеволод Дмитриевич на месте?

— Босс! — крикнула девушка, повернувшись в сторону подсобки. — Тут этот ваш сиротка припёрся!

— Не очень-то вежливо, — попытался укорить её я, но наткнулся на насмешливый взгляд и замолчал.

— Максимушка! — выскочил Всеволод Дмитриевич.

Я закатил глаза. Ну вот что за фамильярность? Да ещё при Агате, на лице которой расплылась счастливая улыбка. Похоже, вместо «сиротки» она теперь будет звать меня «Максимушкой».

— Идём скорее, — Зотов меня чуть ли не в спину подталкивал, — нам надо о многом поговорить!

Мы устроились в его мастерской — и началась презентация умений великого мастера Зотова. Стоит отметить — ему действительно было чем гордиться. Меньше чем за два месяца мастер освоил изготовление артефакта и показал даже пару действующих моделей, которые вполне исправно работали.

— Я хочу зарегистрировать руну, указав тебя в соавторах и поставив пятьдесят процентов отчислений. Ты же не против?

— Устраивает, — согласился я. Тем более, у Зотова есть имя, да и всё изготовление он будет брать на себя. Так что условия более чем выгодные. Ничего не делая, получать половину.

Однако, наученный горьким опытом, я решил уточнить очень важный момент:

— А их будут покупать? Какое применение для них планируется?

— Надо составить брошюру. Ты же справишься? Будем делать артефакты для развития источников — по твоему варианту. Сливать энергию и заливать обратно, расширяя таким образом каналы и увеличивая источник.

Я положил руку на его накопитель и попробовал забрать энергию. Он был без защиты и проблем не возникло. Энергия потекла непривычно тонким и слабым ручейком.

— Н-да… — задумался я. Будет ли толк от таких накопителей для развития источника? Уж слишком слабый напор. А делать его сильнее опасно. Ещё сгорит кто-нибудь из клиентов по своей дурости, а мне отвечать, — слабо идёт. Но безопасно, — поделился я своими размышлениями.

— Это да. Но можно сделать два вида. Мощность одинаковая, только ширина каналов разная. Для слабых магов и для тех, кто помощнее.

— А если слабый переоценит свои силы и купит более мощный? Каналы порвутся, или источник покорёжится?

— Это уже будут не наши проблемы. Каждого покупателя я буду предупреждать о рисках.

— Ладно, — согласился я, — делайте.

Зотов мне показал разные заготовки. Он даже успел провести исследование и выбрать наиболее оптимальный материал. Это был не гранит, а кварц, что, на мой взгляд, необычно. Ведь этот камень не отличается прочностью. Однако, по словам Всеволода Дмитриевича, он отлично удерживает энергию.

Далее я прочёл ему лекцию о работе с каналами и их подготовке к следующему рангу.

— На сколько вы увеличили свой источник? — поинтересовался я в конце, пытаясь понять, когда ждать Зотова в гости. Я взял на себя обязательства помочь ему подняться на следующий ранг и не собирался отказываться от своих слов.

— Мало, — он виновато улыбнулся, — меня так увлекла работа, что я совсем не занимался.

— Очень зря, — произнёс я менторским тоном, — вы — лучшая реклама наших накопителей. Если станете магистром благодаря накопителю, это сильно повысит доверие к нашей методике. Я знаю, что она работает. Но мы же никаких исследований не приводили и ничем не можем подкрепить свои слова. А вы забросили это дело и не развиваетесь.

— Да, да, Максим, ты абсолютно прав. С этой точки зрения я не рассматривал данный вопрос. Если нет результата, трудно будет продать накопитель. Придумать бы для него ещё какой-нибудь вариант использования, — он вопросительно посмотрел на меня, будто ожидая, что я сейчас предложу десяток вариантов.

Я мог предложить и больше, но этот мир пошёл по технологическому пути. Электричество, газ, бензин… Всё это отлично заменяло накопители. Даже сигнализации тут часто стояли не магические.

— Я подумаю, — кивнул я, — но вы займитесь повышением своего уровня и обязательно работайте с каналами. Когда приблизитесь к новому рангу, приезжайте. Лучше с зельем.

— Договорились!

Зотов лично вышел проводить меня и под насмешливым взглядом Агаты долго жал мне руку на прощание.

Глава 13

Глава 13

С Саввой я встретился в кафе рядом с вокзалом. Мы не виделись около двух месяцев, и за это время парень изменился в лучшую сторону. Подрос, оделся прилично, в его движениях и во взгляде появилась уверенность.

— Привет! — Мы обнялись. — Отлично выглядишь, — я улыбнулся, глядя на него, понимая, что действительно рад нашей встрече.

— Ты тоже! Какое у тебя пальто крутое, — Савва помял рукав моего пальто пальцами, — дорогое?

— Не знаю, мы в магазин ездили и накупили много всего. Так что цену и не помню, — признался я.

Да уж, поездка у нас выдалась знатная. Аглая, посоветовавшись с Адиком, решила, что надо меня приодеть, и мы посетили большой торговый центр, где закупили мне просто тучу одежды — дорогой и качественной. Даже на зиму сразу взяли, чтобы больше не возвращаться к этому вопросу. Помню, вымотался я ужасно, и если сначала следил за ценами, с тоской глядя, как тает мой счёт, то в итоге просто плюнул на это дело. Теперь главное — не расти так быстро, и одежды мне хватит надолго.

Мы уселись за столик, и Савва начал рассказывать о своей жизни.

Утром ходит в школу для магов. Занимается. Говорит, что скучно там, почти всё он уже знает. После обеда идёт в больницу — работать. Савву там весьма ценят всего лишь за одно заклинание, которое он уже очень хорошо освоил. Правда в день он его может применить максимум два раза, но этого достаточно для создания репутации одного из лучших целителей среди практикантов. Вызывают его обычно на экстренные случаи.

— Борис Борисович настаивает, чтобы я разучил исходное заклинание, как в учебнике, но у меня оно не получается, к тому же, и источник пока слишком мал, — пожаловался Савва на главного целителя больницы.

— Не стоит переучиваться. Та версия, которую ты используешь, ведь работает? — Савва согласно кивнул. — Этого достаточно. Как он вообще аргументирует своё пожелание?

— Ну… он говорит, что то заклинание апробировано и давно существует, а в медицине отклонения и самодеятельность не приветствуются.

— Бред, — твёрдо ответил я, — оно работает, побочных эффектов не имеет. Да и твой уровень для оригинального заклинания никак не подходит. Оно слишком требовательно к размеру источника. Рано тебе ещё. Через пару лет, может быть и будет в этом смысл, но я всё равно сомневаюсь. Лучше уж пять упрощенных версий применить, чем одно из учебника.

— Просто на каждого пациента заполняются бумаги, где указывается метод лечения, включая используемые заклинания… — начал оправдывать своего начальника Савва.

— Не о чем говорить. Ты лечишь, помогаешь людям. Не твоё дело — заниматься бумагами. Если кому-то что-то не нравится, ты всегда можешь уйти из больницы. Думаю, найти работу теперь для тебя не составит труда.

— Это да, — вздохнул Савва, — но больница — это такая бюрократия, как оказалось.

— Как поживает твой отец? — решил перевести я тему, видя, что Савва начинает грустить.

— Отлично! — На лице парня расплылась улыбка. — Мы его полностью вылечили. Он сейчас на курсах медфельшера. Будет помогать в больнице, — Савва понизил голос и наклонился ко мне:

— Только он себе женщину завёл на этих курсах. Он же старый! Какая, на фиг, женщина! — В его голосе было не только осуждение, но и горечь. Похоже, парень надеялся, что всё свободное время отец будет проводить с ним, а тут, понимаешь, женщина.

— Старый? — Я удивлённо поднял брови. Так и хотелось сказать, что когда мне исполнилось тридцать, я понял, что это только начало молодости. Некоторых своих знакомых и в возрасте пятидесяти я бы не назвал взрослыми, не то что старыми, — ему же и сорока нет!

— Тридцать восемь, — кивнул Савва, — но всё равно, как он может!

— Так, что-то, какой темы мы ни касаемся, ты всегда находишь минусы и поводы погрустить. Это неправильно. Ты должен радоваться жизни и наслаждаться ею, а не переживать по пустякам, — возможно, мало кто из моих ровесников разделяет эту точку зрения. Но вот для меня жизнь в шестнадцатилетнем теле — это просто праздник!

— Да как-то, — Савва виновато развёл руками, — само получается. Но ты прав. В целом, у меня всё очень хорошо. Знаешь, сколько мне платят? Триста рублей в месяц, а с нового года могут поднять зарплату. А работаю я всего по пять-шесть часов в день! — Он гордо вскинул голову, глядя на меня взглядом победителя.

— Молодец, — я похлопал его по руке, — вот такой настрой мне нравится. А как дела у тебя с Леной?

— Да так, — Савва снова погрустнел, — мы редко видимся. Она учится в интернате, а потом едет в лавку Лунёва. Но я стараюсь каждый вечер её встречать у электрички и провожать в интернат.

— И в чём проблема? Получается, вы видитесь почти каждый день.

— В девять вечера мы оба усталые. Такое впечатление, что мы давно женаты. Даже поговорить о чём-нибудь иногда сил нет.

— Надо что-то менять, — тут Савва прав. Такое общение только ухудшит их отношения. Они оба устают за день. А ведь ещё надо домой спешить и делать уроки на завтрашний день. У Лены вообще это будет тяжёлый год. Подготовка к выпускным экзаменам даже у отличников занимает много времени, — в воскресенье же вы отдыхаете?

— Да. Отсыпаюсь за всю неделю.

— Ты приглашал её на свидание? В ресторан, на выставки, в кино. Новые впечатления в вашем возрасте сильнее, чем усталость.

— Да как-то, — Савва озадаченно потёр затылок, — раньше денег не было и возможностей.

— Ну и дурак, — просто ответил я, — деньги у тебя теперь есть. Устрой нормальное свидание. Заезжай за Леной на такси, отвези её в Москву. В парк какой-нибудь красивый или в торговый центр погулять. В кино сходи с ней. Не такие и большие траты.

— Не знаю, — Савва задумался. Я понимал, что он привык считать каждую копейку, и мысли о бесполезной трате денег его пугали.

— Уведут у тебя Лену, — улыбнулся я, видя, что мои слова его задевают, — кто же хочет общаться со жмотом, да ещё и со скучным. Выдели пятьдесят рублей. Ты от этой суммы не обеднеешь. Устрой вам с Леной выходной — такой, чтобы обоим запомнился.

— Пятьдесят рублей, — протянул Савва, — а вдруг меня уволят?

— Больше уверенности в себе, мой друг, больше уверенности. Ты имеешь хороший магический источник, уже маг в шестнадцать лет. Знаешь уникальное заклинание. Без денег не останешься. А вот без девушки — вполне можешь.

— Спасибо. Думаю, ты прав. Надо будет попробовать.

— У меня есть вопрос по делу, — вывел я Савву из задумчивости, — ты же помнишь, я делал артефакт с руной исцеления. Что ты думаешь по этому поводу?

— Ага. Часы такие странные. Помню. И ребятам делал тоже. Что думаю? — Он задумчиво почесал переносицу. — Не знаю. А что надо думать?

— Мне сказали, что руны лечения не работают, — подтолкнул его я, — ты слышал об этом?

— Конечно, — кивнул в ответ Савва, — не работают, — он пожал плечами, как бы говоря, что все об этом знают, и чему я здесь удивляюсь.

— Так что же ты мне не сказал об этом, когда я делал исцеляющий артефакт?

— Ну… я думал, ты знаешь и решил просто побаловаться. Да и вдруг у тебя оно сработает? Ты вообще странный. Столько знаешь, а таких простых вещей — нет, — он замолчал и, видя, что я его внимательно разглядываю, решил уточнить:

— А оно работает? Вообще, наверно, должно, — Савва снова задумался и удивлённо покачал головой, — особенно часы для ребят. Я в них заливал свою энергию. Правда, работает?

— Конечно, работает. С чего ему не работать? Почти такая же руна, как ты используешь во время лечения, — ворчливо ответил я. Было досадно, что Савва ничего мне не рассказал. Решил, что я всё знаю? Это, конечно, правильно, что он до такой степени верит в меня. Но мог бы и сказать!

— Ух ты! Это какие перспективы открываются! Но ведь нужно подтверждение. Ты же переворачиваешь всё с ног на голову. Считается, что обычный маг не может работать с целительской энергией.

Я устало вздохнул и начал в который раз объяснять, что руна будет работать, и неважно, какой направленности маг. У неё есть задача — излечить! И какая для этого будет использоваться энергия, не имеет особого значения. Лучше, конечно, целительская, но и простая подойдёт.

Савва внимательно выслушал мою лекцию.

— Очень перспективно. Если всё будет работать так, как ты говоришь…

— Давай договоримся так: я сделаю пять амулетов. Три штуки — для активации магом. Кладём на рану или как можно ближе к участку, который надо излечить, и вливаем пять единиц магии. Артефакт заработает. А ещё два — с активацией кровью. Их может использовать человек без дара. Борис Борисович сможет проверить их действие?

Я понимал, что целительский артефакт — это вам не щит. Здесь важно заключение врача, что он работает и безвреден. Не имея на руках бумаги, продавать подобные изделия слишком рискованно. При этом отправлять свой артефакт на исследование людям, которые меня не знают, — тоже не лучший вариант. А Назаренко, как я понимаю, не последний человек среди целителей, и, главное, он меня уже знает, так что, как минимум, согласится испробовать артефакт моего создания — хотя бы из любопытства.

— Ну, не знаю… — замялся Савва, — я не слишком большая фигура, чтобы подходить с такой просьбой к Борису Борисовичу. Не уверен, что он меня выслушает и поверит. Я бы и сам не поверил, если бы не знал тебя.

— Можешь не переживать, — улыбнулся я в ответ, — достаточно того, что он меня знает, и я уверен, что Назаренко согласится проверить моё изделие.

— Тогда ладно, — согласился Савва, — а когда?

— Постараюсь к следующим выходным сделать. Если не смогу сам приехать, отправлю к тебе Адика. Помнишь его?

— Да уж, такого забудешь! — Савва поёжился. Он несколько раз пересекался с Адиком, когда тот меня завозил в интернат. — Он же бандюган!

— Но, но! — Я погрозил парню пальцем. — Между прочим, он — твой коллега, тоже целитель. Будущий психолог. Будет излечивать души…

— Ага, как же. Сначала калечит, потом лечит. Удобно. Без работы никогда не останется!

В этот момент к нам присоединилась Лена. Она была в тонкой куртке и шапке. Укутана так, что я её сразу не узнал.

— Привет! — Девушка сразу достала из своей сумочки бутылёк с зельем. — Держи. В целости и сохранности. Всю дорогу нервничала — вдруг что случится. Оно же стоит бешеных денег!

— Спасибо! — Я убрал зелье во внутренний карман. Лена, в общем-то, права. Цена в тридцать пять тысяч просто поражает. Особенно, учитывая, что мой дом стоит в пять раз дешевле. Огромные деньги.

В отличие от Саввы, девушка выглядела сильно усталой. Лицо осунулось, под глазами — тёмные круги. А ведь ей всего пятнадцать лет, совсем ещё ребёнок.

— Тебе бы выспаться, — сочувственно произнёс я, на что Лена лишь грустно вздохнула, — может быть, к Лунёву будешь не каждый день ездить? Нужно же отдыхать. Думаю, он пойдёт тебе навстречу. Хотя бы через день.

— Я за день работы получаю десять рублей. И ты предлагаешь мне отказаться от этих денег? — В её голосе не было возмущения, лишь безразличие и усталость.

— Да, предлагаю, — твёрдо произнёс я, — всех денег не заработаешь, а здоровье угробить можно запросто. А также — хорошее настроение и интерес к жизни, — видя, что Лена особо не реагирует на мои слова, я решил зайти с другой стороны:

— Ты посмотри на себя. Девушка должна быть красивой. А ничто так не красит, как улыбка. Ты когда улыбалась в последний раз?

— Хм… — Замечание о красоте пробило её равнодушие и заставило задуматься. — Я, правда, очень устала. И дорога выматывает. Обратно еду в толпе народа. Сесть не удаётся. Душно, тесно и шумно…

— Савва, — обернулся я к приятелю, — а ты куда смотришь?

— Да, Лен, отдохнуть бы тебе…

— А ещё приезжайте ко мне на Новый год! На всю неделю, — внезапно предложил я, осознав, что соскучился по Савве и Лене и искренне рад их видеть.

— Ну, не знаю… — попытался снова включить режим зануды Савва, но я его прервал:

— Думайте, время есть. А пока расскажу вам о каналах, и как с ними надо работать.

Собственно, ради этого, в первую очередь, я и приехал сегодня в Подольск. Пусть ребята развиваются сейчас, пока находятся в самом начале пути мага. Это очень пригодится им в будущем.

Савва внимательно меня выслушал, даже записал основные тезисы в блокнот, Лена же почти всё время лекции проклевала носом. А ведь ещё только обед. Ей однозначно требуется выспаться и отдохнуть.

Вопросов ни у кого не было, ребята обещали заниматься, так что я с чистой совестью позвонил Адику, и он заехал за мной.

По дороге в Нижний Новгород я строил планы на будущее. Вроде наконец-то появились перспективы.

Первое — сотрудничество с Зотовым. Деньги, конечно, будут не слишком большие. Матвей Фёдорович прикинул, что в месяц сможет штук двадцать накопителей изготавливать. Предлагать мы их будем не только для развития источника, но и для хранения энергии. Думаю, этот вариант использования может заинтересовать магов с большим расходом. Да, накопители получаются крупными и тяжёлыми. В кармане их не поносишь, но, например, можно такой положить в доме и, потратив энергию на руну или заклинание, тут же её восполнить. Никому не нравится ходить с пустым источником.

Второе направление — лечебный артефакт. Однако подозреваю, что выпуск его в продажу — процесс небыстрый. Сначала нужно получить бумагу из больницы, что использование моих изделий безопасно. Надеюсь, этот процесс не затянется слишком надолго. Ещё надо понять, сколько артефактов в месяц я смогу изготавливать. Не такое это простое дело. Например, те же защитные артефакты, что выпускает Колычев, требуют понимания и небольшого магического усилия.

Сначала вливается пять единиц энергии для стабилизации и прописки руны, затем ещё десять-пятнадцать единиц — для насыщения артефакта. Такие изделия можно штамповать по десятку в день. Ничего сложного, главное, чтобы хватило энергии в источнике.

Только вот с целительским артефактом подобное не пройдёт. Как и для руны тишины, которую Колычев устанавливал в доме княжны Медведевой, здесь придётся вливать сразу большое количество энергии. Изначальное заклинание, которое я нашёл в книге, требовало под двести единиц. Это значит, что источник мага должен, в идеальном случае, в полтора раза превышать потребный расход. Я упростил руну, как и заклинание. Савве достаточно влить тридцать-пятьдесят единиц. Да, заклинание намного слабее по сравнению с оригиналом, но всё равно на голову превосходит по эффективности другие методы лечения.

Только вот руна — штука куда более капризная, чем заклинание. Даже упрощённый вариант требует влить, как минимум, сто пятьдесят единиц энергии. При этом надо вливать резко и мощно, чтобы руна наполнилась сразу. Это идеальный вариант.

Есть ещё вполне рабочий способ: влить примерно двадцать единиц магии, чтобы зафиксировать руну, и затем постепенно наполнять её. Именно так я и делал часы для ребят. Но тут есть риск, что руна разрушится или будет некачественной. Да и долговечность падает. Это как стена — построена она из тонких кирпичей или из монолита. Вроде, и то, и другое защищает от ветра. Но прочность и долговечность в разы отличается.

За этими мыслями, я сам не заметил, как задремал.

Московская область. Город Домодедово. Военный завод рода Ворошиловых.

Павел шёл за своим отцом по цеху огромного завода, территория которого занимала более десятка гектар. В цехе было шумно. Визжали пилы, сверла, скрипели механизмы, гудели станки. Отец уверенной походкой с довольной улыбкой на лице проводил экскурсию, периодически сверяясь с бумагами в своей папке и что-то в них отмечая.

Правильнее было сказать — Афанасий Николаевич проводил ревизию предприятия.

— Понимаешь, сын, — говорил он громким голосом, перекрикивая шум цеха, — сейчас планируется размещение крупного заказа на ручное стрелковое оружие, и я должен быть уверен, что завод с заказом справится. Мы получили четыре заявки на тендер, объявленный Империей. Как ты думаешь, каков главный критерий для выбора победителя?

— Цена? — Павел безразлично пожал плечами. Ему не нравилось находиться в цеху. Шум мешал думать и давил на уши. Воздух, насыщенный запахами горелого масла и жжённого металла, вызывал удушье. Да ещё и каска, которую ему выдали, постоянно сползала на глаза. Отец же, судя по всему, чувствовал себя здесь, как рыба в воде. Он довольно оглядывался, здоровался за руку с начальниками, и было видно, что в вопросе разбирается не хуже заводских.

— Цена? — рассмеялся Афанасий Николаевич. — Так считает большинство. Но сколько стоит жизнь военного? Можно ли на этом экономить? Представь — выиграл поставщик с наименьшей ценой. Но качество его продукции оставляет желать лучшего. По нормам, допускается один процент брака. Это немало. При заказе в сто тысяч ружей можно выпустить тысячу бракованных изделий. А ведь брак в ружье — это смертельная опасность. Ружьё может не выстрелить в то время, когда оружие врага направлено на тебя. Хуже того — дуло может разорвать во время выстрела и покалечить как стрелявшего, так и тех, кто находится рядом, — Афанасий Николаевич продолжал уверенно шагать вперёд, не обращая внимания на шум, — а есть ещё обязательство по соблюдению сроков. Если завтра война, а сроки сорваны? Делай выводы…

— Не понимаю, зачем лично ходить на завод, — проворчал Павел, но отец его услышал.

— Завод в заявке на тендер указывает количество рабочих и их квалификацию, количество станков и прочее. Именно для этого мы сегодня здесь. Необходимо сверить, хотя бы поверхностно, полученную информацию.

— Зачем? Мы платим деньги, они выполняют заказ. Можно просто ужесточить приёмку, — предложил Павел.

— У нас нет приёмки, как таковой. Мы — военное министерство, а не фабрика. Наша приёмка — боевые действия, — Афанасий Николаевич остановился и с неодобрением посмотрел на сына, — в военных частях выборочно проверяют поставки, но без специального оборудования это сложно сделать. Ты же на глаз не определишь, правильно ли сделана нарезка в стволе, и тот ли сорт стали использован?

— Можно на завод приёмщика выслать — следить за производством.

— Так и делаем. Но за всем не уследить. Да и часто производство раскидано по разным местам, — Афанасий Николаевич помолчал, пережидая особо громкий шум, — ты готовься. На следующей неделе у тебя командировка в Челябинск. На сталелитейный завод Ворошиловых. Сверишь там всё.

— Может, не надо? — тихо произнёс себе под нос Павел.

Когда он решил принять предложение отца и устроиться в военное министерство, то совсем не так представлял себе свою работу. Думал, будет перебирать где-нибудь бумажки, а не ездить в командировки в разные медвежьи углы Империи.

— Что я там могу увидеть? Лучше отправь специалиста, — попробовал достучаться до отца Павел.

— Специалист с тобой поедет, не переживай. И, возможно, не один. Но тебе тоже надо быть. Перенимай потихоньку опыт. Посчитать количество доменных печей, думаю, ты вполне в состоянии.

— А если их больше или меньше, чем заявлено?

— Такое бывает. Это значит, что часть заказа будет размещаться на другом заводе. Тогда тебе придётся поехать и туда, и взять образцы стали, которую они выпускают, — жёстко заявил Афанасий Николаевич, — вот здесь, — он обвёл рукой цех, — пока всё сходится. На этом заводе производят нарезку дула, а в другом цехе — финальную сборку. Я могу быть уверен, что этот завод может справиться своими силами с заказом, не привлекая артели, которые вряд-ли обладают должной квалификацией.

— И стоило тащиться сюда лично в субботу, если можно было просто отправить несколько человек, которые бы всё проверили? Сделали бы фотографии и составили отчёт. Ты знаком со словом «делегирование»?

— О, показываешь зубки, — улыбнулся отец. Они сейчас стояли вдвоём и вполне могли позволить себе неформальное общение, — фотографии на военном заводе делать запрещено, — продолжил Афанасий Николаевич поучительным тоном, — наша проверка, в общем-то, внезапная. О ней никто заранее не знал. А если людей отправлять, то тут уже будет целый комитет по встрече. Да и деньги в этом бизнесе немалые крутятся.

— Понятно, — кивнул Павел. То, что деньги здесь большие, было видно по количеству рабочих и станков. А где большие деньги, там и взятки, угрозы, шантаж и прочее, — а что они сейчас производят?

— Устаревшие модели. Идут, в основном, на экспорт. Наша Империя занимает первое место в мире по экспорту оружия, — с гордостью в голосе заявил Афанасий Николаевич, — к тому же, государственный заказ — это возможность не только заработать, но и повысить свой престиж на международном рынке. Все знают, какой у нас строгий отбор поставщиков.

— Всё равно не понимаю, зачем лично ходить по заводам, — Павел наклонился, отряхивая штанину, когда они вышли из цеха на улицу.

— Во-первых, качество поставляемого вооружения в войска — моя личная ответственность, ну и, во-вторых, мне это нравится, — немного помолчав, отец добавил:

— Всё лучше, чем сидеть целыми днями в душном кабинете!

Застегнув молнию на папке, Афанасий Николаевич посмотрел на небо. Тёмные тучи нависали над ними, грозя разразиться снегом.

Из здания вышел сопровождавший их сотрудник завода, который старался держаться на расстоянии, но при этом достаточно близко, чтобы мгновенно ответить, если у Афанасия Николаевича возникнут вопросы.

Павел наконец-то избавился от каски и вдохнул прохладный воздух полной грудью выпустив из рта облачко пара.

Наконец-то чистый воздух, хотя и здесь пахло не так чтобы приятно. Высокие трубы над соседним зданием выбрасывали в небо клубы тёмного дыма, а снег был присыпан мелкими черными точками и потерял свою белизну.

— Афанасий Николаевич! — раздался громкий учтивый голос. Обернувшись, Павел увидел мужчину, спешащего к ним.

Тот был в расстёгнутом полушубке, в сапогах с цветными вставками. Его полное лицо раскраснелось от быстрой ходьбы.

— Средний сын Ворошилова, Пётр, — негромко, обращаясь к Павлу, произнёс отец, — управляет этой фабрикой.

— Уф, успел! — Остановившись рядом с проверяющими, Пётр платком вытер свой запотевший лоб. — Как же вы так, Афанасий Николаевич, в выходной, без предупреждения! Мы бы вам и стол накрыли, и сопровождение обеспечили. Показали бы всё в лучшем виде!

— Пётр, позволь представить моего сына, — пожав руку, произнёс Афанасий Николаевич, — Павел Афанасьевич Матвеев, виконт.

— Очень рад нашему знакомству, — рука Павла утонула в широкой ладони Ворошилова.

— Как вы здесь так быстро оказались? Неужели у меня в ведомстве что-то течёт, или есть ваши люди? — поинтересовался Афанасий Николаевич.

— Ну что вы, как можно! — угодливо пробасил в ответ Пётр. — Просто мы ожидали вашего визита. Да и слухи ходят, что любите вы вот так, неожиданно, нагрянуть. Застать, так сказать, без штанов! — Он громко расхохотался над своей же шуткой и тут же продолжил:

— Вот я и наготове последнюю неделю. Но ведь всё равно не успел. Пока оделся, пока вышел, — вы уже всё осмотрели!

— Ладно, — снисходительно улыбнулся Афанасий Николаевич, — что-то действительно я на старости лет стал предсказуем.

— Ну что вы, — продолжал лебезить Пётр, — вам ещё жить и жить, и трудиться на благо Империи. Мало кто радеет за своё дело так, как вы! — Он поклонился.

Афанасий Николаевич, к удивлению Павла, принимал слова Петра с довольным видом. Мол, да, я такой. Ночей не сплю, всё тружусь. Да и на сына кидал периодически взгляды, мол, видишь, как меня ценят. Для Павла это было странно. Он всё-таки человек нового поколения, и подобное льстивое поведение партнёра его, скорее, отталкивает, чем радует.

— Надеюсь, вы остались довольны увиденным, — продолжал Пётр, — завод большой, притомились? Так давайте, я велю баньку затопить, на стол накрыть? У меня тут рядом домик. Посидим, отдохнёте! Работа у вас непростая. Нельзя же без отдыха и выходных трудиться? А я всё в лучшем виде сделаю!

— Да полноте тебе Пётр, не соблазняй меня своими кушаньями, — рассмеялся Афанасий Николаевич, — дела у нас служебные, некогда мне!

— Понимаю, понимаю, — как болванчик, закивал головой Пётр Ворошилов, — но, ежели что, мы завсегда рады принять вас в гостях. Батюшка мой о вас очень уважительно отзывается, говорит, трудитесь, не жалея себя, навестили бы вы старика!

— Подумаю, Пётр, может, и изыщу время. Давно мы с ним не виделись. На балы в Москве я и не хожу уже. Возраст не тот. Пусть молодёжь развлекается. Но и в гости ехать — тоже целая история. Время не так просто отыскать, служба… — он извиняясь развел руками.

— Вы обещайте подумать, — поклонился Пётр. Все не спеша пошли к парковке, на которой ждали автомобили, — а я батюшке передам, что виделся с вами.

— Всенепременно, — с достоинством ответил Афанасий Николаевич, — буду рад нашем встрече.

До машин оставалось метров тридцать, когда раздались первые глухие выстрелы:

— Будум, будум!

Стреляли издалека, явно снайперы. Высокий забор не позволял подобраться ближе.

Пули отлетели от Афанасия Николаевича, отражённые защитным полем личного артефакта.

— Будум, будум! — снова раздались сдвоенные выстрелы. Явно работает, как минимум, пара снайперов.

— Будум-будум-будум, — Три выстрела подряд. Но защитное поле ещё держится.

Все эти выстрелы уложились в пару секунд. Время как будто замедлилось. Павел привычно рухнул на землю — служба в армии и пара боевых столкновений, в которых ему довелось принять участие, выработали нужные рефлексы.

— А-а-а! — громко завыл Пётр рухнув на попу, скорее, от испуга, как быстро оценил происходящее Павел, не заметив на нём ни капли крови.

— Отец! — крикнул Павел, привлекая внимание отца, который не растерялся. Тот ускорился, пытаясь перейти на бег и двигаясь в сторону автомобилей. Хоть какая то защита, да и телохранители там, в случае чего прикроют и артефактами и своими телами.

«Лучше бы упал, труднее было бы попасть!» — промелькнуло в голове Павла.

— Будум! — Раздался один-единственный выстрел, и Афанасий Николаевич рухнул на землю, как подкошенный.

Павел вскочил на ноги. Со стороны автомобилей к ним бежала охрана.

Снова загремели выстрелы. Теперь целились в Павла. Защитное поле артефакта проседало. Ещё пара выстрелов — и он будет беззащитен. Либо бежать к машинам, либо рискнуть и попытаться вытащить отца. Это выбор без выбора.

Павел, пригнувшись, подбежал к отцу и попытался его поднять. Но это оказалось не так просто сделать. Веса в том было немало. Несколько телохранителей подбежало на помощь, они прикрыли Павла и Афанасия Николаевича своими телами и активированными артефактами защиты. Снова зазвучали выстрелы.

Закинув одну руку отца на шею себе, а вторую — охраннику, Павлу удалось поднять Афанасия Николаевича. Быстро перебирая ногами, в окружении ещё двух телохранителей они двинулись к машинам.

— Ему нужен целитель! — выкрикнул Павел, видя кровавое пятно на груди отца. — Срочно!

— Надо ехать в город, у нас в группе нет. В машину! — Телохранитель потянул Павла к отцовскому лимузину.

— Нет! — резко затормозил молодой виконт. — В мою. На переднее сиденье! — Он вспомнил об артефактной начинке своего автомобиля. Если в целительский артефакт виконт особо не верил, то в щитах, установленных Максимом, не сомневался.

— Машина господина бронирована! — попытался возразить телохранитель.

— Без разговоров, — процедил Павел, открывая пассажирскую дверь машины и устраивая отца на сиденье. Заодно осмотрел рану. Пуля прошла насквозь и кровь сочилась как на груди, так и на спине.

Затем прыгнул за руль, а на заднее сиденье сели двое телохранителей.

Отец хрипло дышал. На губах пузырилась кровавая пена. Похоже, лёгкое пробито. Надо действовать. Что там было в инструкции? Павел напряг память, уставившись на прикрученные на торпеду часы. В них целительская руна, направленная на передних пассажиров, и руна щита, направленная наружу. Как активировать? Максим писал, что активация проводится кровью. Павел посмотрел на свои руки, испачканные в крови отца, и положил ладонь на часы.

— Давай! Работай! — крикнул он и резко отдёрнул руку, услышав, как по защитному полю машины застучали пули.

Адреналин в теле зашкаливал. Машина завелась, стоило виконту коснуться кнопки. Сжав окровавленными руками руль, Павел вдавил педаль газа, направив автомобиль в сторону ворот.

Только в этот момент он понял, что руна лечения работает. Усталость и напряжение начали уходить из тела. Дыхание отца выровнялось.

— Сноси ворота и гони! — раздался над ухом голос телохранителя.

Парень направил автомобиль на ворота и снёс их одним ударом.

«Похоже, сработала ещё одна руна, установленная Максимом», — мельком подумал он, выезжая на дорогу. Пронёсся ещё пару сотен метров до поворота, на котором пришлось притормозить, чтобы не слететь с дороги.

За поворотом, перегородив дорогу, стоял автомобиль. Из него не спеша вылезли двое мужчин. Всем своим видом показывая уверенность в собственных силах.

«Маги!» — мгновенно сообразил Павел. Сквозь лобовое стекло с руной «ясного взора» он чётко видел манипуляции с энергией. Вот один из магов слепил и напитал заклинание. Резко вытянул руку. В этот момент Павел слегка затормозил, вильнул рулём и вдавил в пол педаль газа. Если бы не возможность видеть магию, он такой финт не смог бы провернуть. Разряд молнии, выпущенной магом, ударил по асфальту, машина тем временем быстро набирала ход. Второй маг поставил щит, который был отчётливо виден через стекло, опасаясь столкновения.

— Я вижу их магию? — удивлённо прохрипел Афанасий Николаевич. — Я умер и стал бесплотным духом, обретя новые способности?

— Отец! — радостно крикнул Павел и объехал обоих магов, решив не проверять прочность их щита, после чего снёс легковой автомобиль с дороги.

— Шутите, значит, жить будете, — заявил с облегчением телохранитель, — похоже, вырвались, — констатировал он, когда машина выехала на шоссе.

Навстречу двигались военные и полицейские машины с включенными мигалками. Пара машин, завидев их, развернулась и пристроилась в сопровождение…

— Павел Афанасьевич? — Из операционной выглянул целитель и нашёл взглядом нервно прохаживающегося по коридору парня. — С вашим отцом в порядке. Графу очень повезло, что рядом оказался целитель. Пуля прошла насквозь и задела крупные сосуды. Ваш отец чудом выжил. Ещё бы пара минут — и его было бы не спасти. Не уверен, что я бы справился, если бы в тот момент находился рядом.

— Как он? — Павел промолчал о том, что никакого целителя рядом не было, да и не до того сейчас было.

— Мы подлечили Афанасия Николаевича, но он потерял много крови. Да и организм истощён. Как минимум, дня три ему следует оставаться в больнице, а потом на неделю — постельный режим, но это уже можно дома, если обещаете соблюдать все рекомендации.

— У нас имеется семейный целитель, — кивнул Павел, — я могу увидеть своего отца?

— Да, но только тихо. Афанасий Николаевич сейчас спит, и не стоит его беспокоить.

Отец лежал бледный и осунувшийся. Вид он имел болезненный, но дышал спокойно и ровно, как человек, который сильно устал и теперь просто спит.

Облегчённо выдохнув, Павел сел на стул рядом с отцом. Доктор и медсестра вышли, оставив их наедине. Павел прикрыл глаза, чувствуя, как усталость наваливается на его плечи, и взял руку отца в свою.

Чудо, что им удалось выжить. Сейчас военная полиция землю роет носом в поисках заказчика. Покушение на высокопоставленного чиновника, да не просто чиновника, а из министерства обороны! Наверняка, уже и императору доложили. Будет следствие, допросы, придётся заполнить кучу бумаг и ответить на множество вопросов. Но это было не важно, главное — что отец жив, и ему теперь ничего не угрожает.

«Удивительно! — усмехнулся про себя Павел. — А ведь я не верил, что эти чёртовы часы могут работать. И не просто работать, а спасти жизнь. Я снова должен Максиму. Да ещё как!»

Когда врач заглянул в палату, он увидел, что Павел спит, откинувшись на спинку кресла с благодушной улыбкой на лице.

Глава 14

Глава 14

— В город въезжаем, — разбудил меня Адик, — просыпайся.

— Спасибо! — кивнул я, глядя на невысокие дома за окном.

Красиво. На улице шёл лёгкий снег, укутывая окружающий пейзаж белой пеленой. Вдали виднелась тёмная лента Волги, которая пока ещё не покрылась льдом.

Вскоре мы подъехали к моему дому. В окнах горел свет.

— Привет! — радостно поздоровалась со мной Полина, стоило мне перешагнуть порог. — А мы с Аглаей вам праздничный ужин готовим. И ещё я с твоим котёнком нашла общий язык!

На руках у неё был Серкх, которого девушка нещадно мяла. Похоже, малыш уже устал сопротивляться и просто сдался.

— И что он тебе говорит? — поинтересовался я, с улыбкой наблюдая за Серкхом, который в очередной раз попытался вырваться из жарких объятий Полины.

— О! Он обещает страшные кары и ещё называет меня глупой самкой и всячески обзывается. Я пригрозила, что помою ему рот с мылом, и он решил замолчать.

— Спаси меня! — раздался в моей голове голос Серкха. — Эта глупая самка меня утомила.

— Хватит мучить животное, — я взял котёнка на руки, — он же ещё маленький!

— Да я просто обнимала его. Он такой милый, — слегка потупив глазки, сообщила Полина, — и вообще, я его и кормлю, и убираю за ним, а он только обзывается!

После ужина обсудили важную тему: что говорить, если нас будут спрашивать по поводу накопителя в зале медитации. Серкх его вычерпал до самого дна. Хорошо хоть, руна осталась, так что чинить не придётся, достаточно просто зарядить.

Сошлись на том, что ничего не знаем и ничего не видели.

— Там на лестнице камеры установлены, — напомнил Адик, — а мы вышли через какой-то служебный вход. Да ещё и не закрыли его за собой. Нехорошо.

— Думаешь, они будут смотреть камеры? — удивилась Полина.

— Конечно, — ответил он с видом знатока, — зарядка накопителя может обойтись в несколько тысяч рублей. Это большая сумма. Уверен, руководство школы постарается найти виновных.

— Скажем, увидели котёнка и побежали за ним, — предложил я, глядя на сытого и довольного Серкха, который внимательно следил за ходом разговора, — ты мог попасть в поле зрение камер?

— Ага, — он потянулся, вспоминая, — я сначала побежал к центральной лестнице. Но решил, что меня на ней заметят, и развернулся. Может, и видел меня кто. Я тогда не слишком следил за своими действиями.

— Что говорит? — Адик ждал, когда я закончу беседу.

— Говорит, что, возможно, камеры его видели.

— Отлично! Тогда придерживаемся этого плана. Увидели котёнка и побежали за ним. Пусть ищут чёрную кошку в тёмной комнате! — Мой друг радостно улыбнулся.

В благодушном настроении мы всей толпой отправились прогуляться по городу. Заодно проводили Полину до дома.

Утром с Адиком поехали по магазинам. Мне не терпелось заняться изготовлением лечебных артефактов, а для этого надо было подобрать подходящий материал.

Сначала заехали в магазин, который торгует заготовками для амулетов. Именно там закупается Колычев. Но ничего выбрать не удалось. Заготовки не устраивали меня размерами и формой. Какие-то они были громоздкими и не слишком красивыми.

— А что ты ищешь? — спросил Адик, видя, что я недоволен.

— Сам не знаю, — признался в ответ, — мне надо сделать пять артефактов для тестирования в больнице. Наверное, нет смысла их делать красивыми, главное, функциональность. Требуется опробовать руну в деле. Но, кроме этого, было бы неплохо подобрать и нормальные заготовки на будущее. Чтобы не стыдно было продавать аристократам за хорошие деньги.

— Может быть, кольцо или браслет?

— Кольцо маленькое. Мощную руну в нём не разместить. Браслет неудобно. Артефакт действует на рану. Надо будет браслет снять и приложить к ране. Это лишние секунды времени. К тому же, форма неподходящая.

— Значит, тебе надо что-то плоское. Такой амулет лучше носить на шее, чтобы быстро сдёрнуть его, или… может быть, держать в кармане? — Адик извлёк из кармана горстку мелочи и протянул мне пятирублёвую монету. Она была достаточно крупной и содержала в своём составе немного серебра.

— Интересное решение! — Я покрутил монету в руке. Очень неплохо. Правда, подобные монеты были редкостью, слишком высокий номинал для простых людей.

— У меня ещё есть, — заявил Адик, — мне нравится их носить. Вроде монета, ерунда, а в то же время целых пять рублей.

— Хм… — Я закрыл глаза и попробовал влить немного энергии в монету. Она отлично её принимала. Кажется, я нашёл заготовки под амулеты для больницы. — Если мы ничего лучше и дешевле не найдём, остановимся на этом, — кивнул я, — но лучше поискать. Неохота разбазаривать деньги. Правда, как руна закончит своё действие, артефакт превратится обратно в обычную пятирублёвую монету, — улыбнулся я.

Мы заехали в несколько ювелирных магазинов. В принципе, там были неплохие изделия. Но использование золота и серебра меня не очень устраивало. Металлы мягкие, тонкие. Чуть погнёшь, и структура руны нарушится.

Затем отправились на рынок, и Адик привёл меня в магазин, где продавались различные обереги и талисманы, которые надо было вешать на шею. Как заявил Адик, сейчас старославянские талисманы снова в моде.

Купил парочку, на всякий случай, под заготовки. Правда, сплав у них был непонятный, но лучше, чем просто золото или серебро. Хотелось бы только размер немного побольше.

Проходя по рынку, я увидел мебель для дома и сада от кузнеца. Перевитые железные прутья со стеклянной столешницей, мангалы и стулья.

— А давай в кузню съездим, — предложил я, глядя на эти изделия, и уточнил адрес у продавца.

Посещение кузни оказалось успешным. Мы уехали оттуда с десятком полированных металлических кругляшей. Кузнец при нас ещё просверлил в них отверстия.

— Тяжёлые очень, — Адик взвесил в руке один из кругляшей, — но это придаёт им солидности. Не знаю даже. На шее такую штуку носить не стоит. Только в кармане.

— Пока пойдёт, — успокоил его я, — это для тестов. Но на продажу надо будет поискать что-то другое. Я ещё с Колычевым посоветуюсь. Уж кто-кто, а он в этом деле должен хорошо разбираться.

Вернувшись домой, я уселся за расчёты. Такие артефакты я лично в прошлой жизни не делал. Были у нас специалисты с более глубокими знаниями в этой области. Но, тем не менее, я достаточно глубоко погрузился в эту тему, пытаясь вернуть себе здоровье.

В продаже целительские артефакты встречались редко. Стоили они очень дорого. Проще и дешевле было посетить целителя. Но у моего отца был орден. Один из тех, что лично вручает король за особые заслуги. Каждый орден — это не только честь и признание, но и обязательно уникальный артефакт. Отец передал орден мне, и мы попробовали использовать его для моего излечения, но, как и ожидалось, артефакт не помог, лишь добавил мне боли, пробудив нервные окончания.

Та руна возникла в моей голове, и я, боясь упустить это видение, начал быстро черкать карандашом на бумаге. Затем взял ещё пару листов, где были руны этого мира. Один рисунок — оригинальное целительское заклинание, второй — руна, в которую я его переделал. Теперь рядом лежал третий лист бумаги с высшей лечебной руной из моего мира.

Глядя на изображения, я находил между ними много общего. Ядро было практически идентичным. В моём мире линии были толще и мощнее, в этом тоньше и элегантней. В принципе, с этим я уже разобрался. Мощное ядро в этом мире было тяжело стабилизировать из-за насыщенного магического фона.

Эх! Мне бы год-другой. Провести различные исследования ограничительных кругов, вывести их идеальный размер и расстояние от ядра. Разобраться с зависимостью толщины линий и прочим. Ну, или хотя бы пару учебников по рунологии прочитать. Удивительно, но я не встречал в открытом доступе эту информацию. Не верю, что подобные исследования не проводились. Чем-то же занимаются в магическом университете?

У меня в голове есть варианты нескольких целительских артефактов, которые я делал. Например, два совсем слабых, которые я установил в часах. Их воздействия достаточно, чтобы рана закрылась. Но излечить нормально они не способны. Есть ещё расчёты, что я делал для артефакта, который установлен в машине виконта Павла. Но они мне тоже не подойдут. Там заклинание очень мощное, но оно берёт энергию не из руны, а из накопителя, на котором установлены часы.

Хм… Моя мысль зацепилась за данную идею. А ведь для больницы это идеальный вариант. Не одноразовые руны, что я планирую делать, а объединение руны исцеления с накопителем Зотова. Поступил острый больной — включили артефакт.

Решил отложить эту мысль на будущее. Сначала надо доказать Борису Борисовичу, что руна исцеления действительно работает, а то в этом мире упоминание подобной руны у всех вызывает улыбку.

Пока размышлял, рука машинально рисовала вариант. Мозг уже всё подсчитал и разложил по полочкам, и даже посторонние мысли мне не мешали.

Я посмотрел на итог своих раздумий. Вроде получилось хорошо. При первом взгляде на эту руну несведущий человек может схватиться за голову. Столько линий здесь перемешано! Узор сложный, с переплетениями и линиями разной толщины. Но, на самом деле, я понимал, что ничего сложного в нём нет. Ядро, активатор, стабилизатор, ограничитель. Ещё узел, отвечающий за фокусировку энергии и её мощность.

Рассмотрев получившийся узор ещё раз, я улыбнулся про себя. Изображение руны можно смело заливать в общую базу гильдии. Теперь мне понятно, почему изображение сложных рун не является тщательно скрываемым секретом. Надо быть трижды гением, чтобы повторить её без учителя. Другое дело, если на моих глазах будут рисовать подобную руну, а заодно выдадут подробное описание. Если следить за написанием последовательно, воссоздать её вполне реально. Сначала один круг узоров, потом второй, третий, и так далее. Они накладываются друг на друга, линии пересекаются и в итоге, практически не возможно разобраться в рисунке.

Вообще в этом мире я бы назвал большинство рунологов неучами. Они просто заучивают руны, не имея полного и глубокого понимания. Тупо заливают её большим количеством магии, и это работает. У меня за плечами многолетнее обучение, что даёт мне огромное преимущество. Взять ту же руну холода, которую я ставил на автомобили. Мой источник, когда я начинал, был до смешного мал. Но это не имело никакого значения. Пять-десять единиц магии, и руна работала. Не столько за счёт силы воли, сколько благодаря моему пониманию каждой линии.

— Ты всё ещё сидишь? — В дом вошли Адик с Аглаей. — Я уходил — он что-то чертил, пришёл — он всё ещё за столом, — пояснил своё удивление Адик девушке.

— Сколько времени? — Я устало моргнул и с трудом разогнулся. Похоже, я потерял счёт времени. Это было для меня нормально. Когда процесс увлекает, ты полностью отключаешься от всего мира.

— Восемь вечера! — Аглая подошла, с любопытством глядя на бумаги на столе. — Ты ещё и голодный, наверно?

— Никакой еды, пока не закончу, — я помотал головой. Надо доделать, а потом уже можно будет себе позволить расслабиться. Но не раньше!

Я взял со стола один из кругляшей, на который уже нанёс маркером руну исцеления. Осталось не так много: заполнить её энергией и заодно проверить стабильность руны.

— Можно посмотреть? — Аглая протянула руку, в которую я вложил будущий артефакт. — Такой тяжёлый! — Она поднесла его поближе, разглядывая узор. — Обалдеть просто! И ты говоришь, что это на основе заклинания из учебника?

— Ну… — Я задумчиво почесал подбородок, глядя на получившийся узор, который уже не очень-то и напоминал исходное заклинание. — В общем, да. Я его, конечно, довёл до ума. Кое-где упростил, кое-где, наоборот, добавил стабилизаторы и ограничители. Но суть осталась неизменной.

— Руна тишины гораздо проще, — поделилась Аглая своим мнение, передавая мне обратно заготовку, — я не раз ездила на установку. Ты сейчас будешь его напитывать?

— Буду, — вздохнул я, внутренне собираясь с силами.

— Мне нравится наблюдать за этим процессом, жаль, очков нет, — вздохнула девушка.

— Я бы тоже посмотрел, — Адик сел напротив.

— Да ты ничего и не увидишь, — расстроила его девушка.

— У тебя же есть солнечные очки? — обратился я к Адику.

— Конечно. Нужны?

— Если хотите увидеть, как я запитываю руну, то да.

Моя голова была занята мыслями об артефакте, но слегка отвлечься не помешает. Адик сбегал к себе в комнату и вернулся с очками. Я быстро нанёс маркером на каждое стекло руну «ясного взгляда», после чего активировал её. Для меня это не составило никакого труда. Руна давно знакомая, требует минимум энергии. Разломил очки посередине и отдал Адику и Аглае по половинке. У каждого оказалось по одной дужке со стёклышком.

— Какое варварское обращение с дорогими очками! — Аглая нацепила на ухо дужку и подняла руку с браслетом защиты. — Работает!

— Дай посмотреть! — Адик схватил девушку за руку с браслетом и поднёс его ближе к себе. — И ты вот так просто сделал артефакт?

— Не отвлекайте, — прервал его я.

Мне следовало разом запитать руну. Это только кажется, что в данном процессе нет ничего сложного. Маги для заклинания используют поступательный метод. Формируют заклинание, вливают пять единиц энергии, чем его стабилизируют, затем продолжают вливать энергию малыми порциями. Рунологи действуют примерно так же с рунами первого-третьего ранга.

А вот четвёртый и пятый ранг требуют другого подхода. Например, накопитель, что изготавливает Зотов, это четвёртый ранг. Мне для пробуждения ядра потребовалось влить разом почти сто пятьдесят единиц магии. Зато боевое заклинание «огненный дождь» относится к третьему рангу. Активация, двадцать единиц, затем просто наполняю её энергией. Совершенно просто и безболезненно. Так что, жить боевикам гораздо проще, чем рунологам. Не зря говорят, что разрушать проще, чем строить.

Сейчас передо мной четвёртый ранг. Усилия и болевые ощущения, которые потребны для активации в данном случае, растут по экспоненте, а не линейно.

Собравшись с силами, я охватил разумом всю руну, прогрел слегка каналы и, жёстко надавив на источник силой воли, вытолкнул энергию к рукам и направил её на руну, которая мгновенно засветилась.

— Получилось, — я откинулся на стуле. За моими плечами сразу появилась Аглая и, положив руки на них, начала вливать энергию, исправляя мелкие повреждения каналов и снимая болевые ощущения. Что удивительно, я пребывал в таком состоянии, что её дар на меня совершенно не воздействовал. Скорее всего, сказался болевой шок, который является непосредственным спутником использования энергии подобным образом.

Я слегка прикрыл глаза, наслаждаясь теплом целительской энергии, что вливала в меня Аглая. Я был горд собой. Да, было больно, но я даже зубами не скрипнул. Тем более, подобный опыт дорогого стоит. Он закаляет силу воли, заодно помогая росту источника и укрепляя каналы.

— Охренеть просто, — не стесняясь выражений, высказался Адик, — никогда не видел такого количества энергии разом. Сколько ты влил?

— Наверное, порядка ста семидесяти единиц. Можно было и меньше, наверно, следующие буду делать по сто пятьдесят.

— А перед этим ты сделал очки-артефакты. Ты точно крутой архимаг в теле подростка. Сколько тебе на самом деле лет? Семьдесят, девяносто, сто двадцать?

— Мне даже тридцати пяти не исполнилось, — отмахнулся я от него.

— Мяу… — раздался осуждающий голос Серкха, о котором я совершенно забыл. Он устроился прямо на столе и тоже наблюдал за процессом создания артефакта.

— Прости меня, о великий и могучий, — продолжил с улыбкой в голосе Адик, — прошу, оставь мне мою никчёмную жизнь. Я готов служить тебе верой и правдой!

Аглая села рядом с Адиком и с любопытством смотрела на меня, пытаясь понять: я пошутил, или мне на самом деле за тридцать?

— У тебя каналы открыты, и я ощущаю, что ты сказал правду.

— О чём речь? — не выдержала Аглая. — Он сказал, что ему тридцать пять не исполнилось. Что в этом такого? Я это итак знаю. Тебе же шестнадцать?

— Ага, — кивнул я с улыбкой. Я не соврал, но Адик точно понял, что я старше шестнадцати. Правда, уличить меня в этом не удастся. С другой стороны, я не прочь рассказать о себе и больше. Тем более, вряд ли мне это может чем-то грозить. Но клятву на крови я бы на всякий случай взял.

— Он был архимагистром! — ткнул в меня пальцем Адик, повернувшись к Аглае. — Точно говорю, — он важно кивнул и снова повернулся ко мне. — Твои умения поражают, но недоверие расстраивает. Прими мою клятву и откройся! — пафосно закончил он. Мы дружно рассмеялись.

— Возможно… я так и сделаю. Но не сейчас. Слишком устал, — я повернулся к Аглае, — кто-то что-то говорил насчёт ужина? Сил на ресторан у меня тоже нет.

— Сейчас всё сделаю. У нас тут полный холодильник! — Девушка довольно улыбнулась. Я заметил, что ей нравится готовить и подкармливать нас Адиком. Из-за своеобразного дара она была лишена такой возможности, а тут, вдруг распробовала и начала вести хозяйство.

— И спасибо, что поделилась со мной энергией, — не забыл я поблагодарить. Аглая молодец, мгновенно среагировала.

Стоит признать, что я пока ещё слаб для изготовления подобных артефактов. А ведь обещал Савве сделать пять штук. Думаю, следующие будет легче изготавливать, да и не буду туда много энергии вливать. Я же делаю артефакт не для воскрешения, а для лечения. По расчётам, достаточно минимума в сто двадцать единиц. Такая норма не должна сильно бить по моему организму.

— Да не за что, я с Колычевым уже не первый год работаю и знаю, что с организмом происходит при выплеске подобного объёма энергии, — она сделала строгое лицо, — и вообще! Ты слишком рискуешь. Не стоит настолько перетруждаться. Есть правило, которое проходят во втором классе школы. Источник должен быть в полтора раза больше максимального количества энергии, которое маг использует в одном заклинании.

Мы поужинали, и Аглая с Адиком ушли гулять, оставив меня наедине с Серкхом, энергия которого уже практически закончилась.

— Ну как ты? — обратился я к малышу, поглаживая его мягкую шёрстку. — Мечтаешь вернуться обратно?

— Да, — уверенно ответил он, — но, в то же время, мне здесь понравилось. Часть энергии я всё-таки переправил. Может, получится набрать на новый этап эволюции. Тогда в следующий раз я уже не буду таким мелким!

— Посмотрим, а сейчас давай я сделаю ритуальный круг, ты сольёшь остатки энергии и отправишься домой.

— Давай, — без возражений согласился Серкх. Видно, действительно устал.

Утром я вызвал такси и отправился в школу. Первым уроком должен был быть «Основы магии», но так как я досрочно сдал зачёт, как и часть ребят из моего класса, у нас теперь был урок «Практическая магия».

Занятие проходило в спортивном зале в крыле боевиков. Найдя свою фамилию в списке, я направился туда.

Со мной рядом шли мои одноклассники Боря и Саня. Полины видно не было, хотя её фамилия тоже значилась в списке.

— Прикладники? — обратился к нам взрослый мужчина в спортивном костюме.

— Да, — кивнул я. Он остановил нас, стоило зайти в зал. За спиной мужчины разминались другие ученики.

Спросив наши фамилии, он отметил нас в журнале.

— Меня зовут Лукин Юрий Михайлович, — представился, — веду практические занятия.

В это время подошли ещё ребята с нашего факультета. Бо́льшая часть из 1 «А» класса. Он их тоже записал. Эти зазнайки остановились в стороне от нас. Дворяне, всячески подчёркивают свой статус. Только один из них кивнул мне. Виктор. Он присутствовал на моей дуэли и даже взял на себя роль арбитра.

— Все собрались! — прикрикнул Юрий Михайлович на учеников, которые разбрелись по большому залу.

Те резво выстроились группами по классам.

— У нас новички с прикладного факультета, — учитель кивнул на нашу группу, — поставлю их против целителей, — он перевёл взгляд на достаточно большую группу учеников, — подойдите к нам. Остальные тренируются, как на прошлом занятии. Разбились на пары, и вперёд!

К нам подошла группа учеников, судя по всему, с факультета целителей.

— Итак, прикладники, — Юрий Михайлович окинул нас взглядом, — Софья Леонидовна сказала, что с источником работать умеете. Это так?

Мы дружно покивали.

— Хорошо. Поднимите руки, кто умеет делать щит?

К моему удивлению, почти все подняли руки. Даже Боря и Саня.

— Вот сейчас и проверим. Кто не умеет делать щит, отойдите в сторону, займусь вами позже, — к стене отошли всего три человека, — итак, разбились на пары, — скомандовал учитель, — целители используют боевую магию, прикладники ставят щит.

— А это не опасно? — подняв руку, спросил один из наших.

— На вашем уровне нет. Огненный шар в исполнении неумелого целителя, максимум, оставит небольшой ожог.

— Приступили!

— Леонид, — представился целитель, который достался мне. Обычный, ничем не примечательный парень, который сильно тужился, пытаясь выдать огненный шар. В конце концов он у него получился, но погас, даже не долетев до меня.

У остальных целителей дела обстояли примерно так же. Выпустить огненный шар смогли единицы. При этом ни один из них не выглядел опасно и вряд ли был способен оставить ожог. На всё это ушло почти тридцать минут. Учитель в это время занимался с боевиками. Там явно было повеселей.

Мы с ребятами стояли и общались, забив даже на щиты, понимая, что целители нам ничем не в состоянии угрожать. Рядом со мной стоял Роман Грачёв и хвастался своим огненным шаром, который у него неплохо получался. Жаль, правда, что дерётся он хуже, чем магичит. Ещё к нам присоединился княжич Виктор. Ему тоже наскучило стоять без дела. Хоть и поглядывал на нас свысока, но всё же снизошёл до общения.

— Как дела? — вспомнил о нас Юрий Михайлович.

— Зачем вы против нас таких слабаков поставили? — высокомерно произнёс княжич Виктор. Я так и не удосужился спросить у него фамилию и узнать, к какому роду он принадлежит. Судя по всему, тот считал, что все и так его знают.

— Вот как? — недобро ухмыльнулся учитель. — Так идёмте, поставлю вас против боевиков!

Боря и Саня тут же подняли руки.

— Что хотели?

— Нас против боевиков не надо, — сказал Боря с неизменной улыбкой на лице.

— Мы лучше тут щиты потренируем, — добавил Саня.

— Кто ещё останется? — Лукин обвёл взглядом нашу небольшую компанию, но не дождался ответа. — Тогда остальные за мной! — Он резко развернулся на месте и направился в другой конец зала.

Я махнул ребятам и пошёл за учителем.

Мы подошли к большой группе учеников, среди которых я увидел Анну Медведеву. Она тоже заметила меня. Перехватив её взгляд, я улыбнулся и кивнул девушке, здороваясь. Она же в ответ нахмурилась и задрала подбородок, после чего отвернулась.

«Ну и ладно!» — подумал я про себя.

— Начнём, — Лукин хлопнул в ладоши, привлекая к себе всеобщее внимание, — сначала я сам проверю ваши щиты. Встали в шеренгу.

Мы выстроились в шеренгу, и Юрий Михайлович, не сходя с места, стал закидывать нас простенькими огненными шарами. Щиты держались. Я видел, как по лицу княжича Виктора расплылась самодовольная улыбка. Да и Грачёв расправил плечи.

Лукин начал выпускать более мощные заряды, и щиты стали лопаться один за другим. Контроль у учителя был великолепным, и шар исчезал, не коснувшись ни одного ученика из тех, кто не смог удержать щит.

В итоге остались только мы с княжичем Виктором. Но у княжича по вискам уже тёк пот, и было видно, что щит он держит из последних сил.

Для меня же нагрузка щита была настолько незначительной, что я не прикладывал практически никаких усилий для его удержания. Всё дело тут в силе воли и понимании. Да-да. В заклинаниях понимание тоже работает, делая использование магии более эффективным.

— Я всё, — выдохнул Виктор, щит которого лопнул. Он отступил на шаг назад, оставив меня на острие атаки.

— Ты не устал? — обратился ко мне Лукин.

— Даже напрягаться не начал, — признался я в ответ с лёгкой улыбкой, — давайте что-нибудь помощнее.

— А выдержишь? — Учитель был явно удивлён, но старался не показывать вида.

— Без проблем, — я пожал плечами, — только сильные заклинания могут быть опасны для окружающих. Вам бы что-то другое придумать.

Мои слова заставили Юрия Михайловича задуматься. Да, он может ударить по мне более мощным заклинанием, но есть шанс, что оно отрикошетит от щита или взорвётся. Да и погасить такое куда как тяжелей. Если мой щит не выдержит, я могу получить серьёзную рану.

— Это ученик Колычева, — неожиданно проявил свою осведомлённость княжич Виктор, — думаю, с его щитом бесполезно соревноваться.

— Хм… — Лукин задумчиво окинул меня взглядом, как бы решая, на что я годен. — Огненный шар умеешь?

— Без проблем, — кивнул я, — только я не в полную силу, — я обвёл взглядом зал. Вокруг нас собралась куча любопытных учеников. Среди них была и Анна, которая сверлила меня недобрым взглядом. Ну вот что я такого сделал, чтобы она так смотрела на меня?

— Давай. Я ставлю щит. Ты запускаешь шар. Максимум пятнадцать единиц энергии.

— Почему не пять? — удивился я.

— Ты удержишь шар на пяти единицах? — Настало время учителю удивляться.

В принципе, ничего сложного. Просто нужны очень чёткий контроль и сила воли. Маленький шар на пяти единицах я смогу удержать, при этом он будет весьма опасным.

— Давайте с пяти начнём, — предложил я.

— Договорились, — кивнул он и крикнул:

— Щит!

— Шар! — крикнул я в ответ и практически мгновенно запустил шар.

Огненный заряд на большой скорости полетел в Юрия Михайловича, и тот лёгким движение руки отбил его в сторону потолка. На расстоянии десяти метров шар погас.

— Давай ещё!

— Шар! — крикнул я в ответ, но решил схитрить. Сделал самонаводящийся шар. Вот захотелось мне выпендриться, тем более, под внимательным взглядом Анны Медведевой.

Лукин отмахнулся от шара, тот отлетел на метр и снова полетел в сторону учителя. Тот опять отмахнулся, только сильнее. Шар ушёл в сторону и снова сменил направление, атакуя.

— Могу ещё парочку добавить, — с лёгкой усмешкой произнёс я, видя, что Лукин по-прежнему пытается безуспешно отбиться от шара. Похоже, он не знал простого способа противодействия подобным шарам. Их нельзя отталкивать в сторону или в воздух. Только в препятствие. Например, в стену, в землю или, в данном случае, в пол. Тогда шар уничтожится. А так моё понимание и сила воли позволяли заряду существовать несколько минут. И всё это время шар будет атаковать. За пару минут я могу выпустить десяток таких шаров, и они просадят любой щит. Правда на этом и у меня энергия закончится, так что нельзя сказать, что этот способ эффективен. Но для разнообразия вполне подойдет.

— Не надо! — Учитель начал нервничать. Ему никак не удавалось избавиться от одного шара, а тут ещё я предложил добавить.

Щёлкнув пальцами, я развеял огненный шар. Не хотелось ставить Лукина в неудобное положение.

— Н-да… — задумчиво протянул Юрий Михайлович. — Думаю, в этой группе тебе делать нечего. Завтра едешь со старшими на полигон. Встречаемся у входа в девять утра. Взять тактическую форму. Сейчас можешь идти!

Он развернулся, показывая, что полностью потерял ко мне интерес.

Глава 15

Глава 15

До окончания урока было ещё полчаса, так что я отправился в столовую попить чай и посидеть в телефоне. Редкая возможность в школе побездельничать.

Стоило мне сесть за столик, как в столовую зашёл княжич Виктор. Он взял себе чай и подсел ко мне.

— Мне тоже завтра на полигон, — заявил княжич, отпивая из чашки. В его голосе звучала гордость.

— А где это вообще? Как туда добраться?

— Минут двадцать на машине. Школьный полигон для занятия магией. Там обычно с утра тренируются ученики, а вечером его сдают всем желающим потренироваться. Такие места надо знать!

— Я рунолог, зачем мне?

— Я тоже с прикладного, — кивнул он, — но тренирую и боевую магию. Настоящий дворянин должен уметь постоять за себя.

— Хм… я вроде не дворянин, — улыбнулся я княжичу, — так где полигон, как туда добраться?

— На сайте школы адрес есть, — в ответ улыбнулся он.

— Вот ты где! — В столовой нарисовалась Полина. Вид у неё был несколько необычный. Волосы растрепались, вместо школьной формы строгая юбка, блузка и пиджак.

— Ты занятие пропустила, — кивнул я ей в ответ.

— Сейчас чай возьму и вернусь, — девушка отошла от стола.

— С тобой учится? — Виктор окинул фигуру девушки заинтересованным взглядом. — Что за причёска? — Он покачал головой. — Может, у неё блохи были? Я слышал, что у вас, простолюдинов, такое бывает!

— Ты считаешь, что у аристократов другая кровь, и блохи на запах отличают? Брезгуют дворянами? — Не то чтобы я хотел встать на защиту всех простолюдинов, но и спускать подобные слова в отношении Полины считал неправильным.

— Чего? — вылупился на меня Виктор. — Ты вообще соображаешь, что и кому говоришь?

— Не я это начал, — я спокойно встретил его гневный взгляд, — ты сам за словами не следишь. Оскорбил мою одноклассницу. Да и меня. Я же тоже простолюдин. Не слишком достойное поведение, не находишь?

— Завтра на полигоне я покажу, где твоё место! — Княжич резко поднялся из-за стола, разгневанно раздувая ноздри.

В этот момент к нам подходила Полина с подносом, на котором стояли заварочный чайник и чашка. Виктор развернулся и врезался в Полину. Как и следовало ожидать, чайник не просто слетел с подноса, а точнёхонько попал в княжича, обдав того кипятком.

— А! — закричал Виктор. — Убери эту идиотку!

— Следи за словами, — я поднялся из-за стола.

У Полины на глаза навернулись слёзы. Девушка отступила в сторону.

— Простите, — пролепетала она, — я не хотела.

— Он сам налетел на тебя, — попытался утешить я девушку, грозно глядя на княжича.

— Да идите вы! — выкрикнул тот и быстрым шагом покинул столовую.

— Вот так у меня всё утро, — со слезами в голосе сообщила Полина, осторожно садясь за стол, — по дороге в школу умудрилась поскользнуться. Не просто упала, а в грязную лужу. Вся промокла и испачкалась. Потом не могла войти в дом. Замок заклинило. Пришлось через соседей перелезать с балкона на балкон. Ждать родителей не было времени. Я ужасно замёрзла. Переоделась, пошла на автобус, а он уехал прямо перед моим носом. Доехала сюда на такси. Когда в школу входила, рюкзак прищемила дверцей и порвала лямку. А теперь ещё и чайник с кипятком опрокинула на дворянина. И всё это за одно утро!

— Какая-то полоса невезения, — задумчиво протянул я, — помнишь духа, который грозил тебе разными карами?

— Котёнок? — Её лицо расплылось в улыбке. — Конечно! Как он там?

— Отправился на небеса, — мрачно произнёс я, постукивая пальцами по столу.

— Как? — Полина удивлённо уставилась на меня.

— Обратно к себе в астрал, — успокоил я девушку.

— Хорошо, — выдохнула она, — а то я подумала…

— Ничего хорошего, — остановил её я, — ты помнишь, чего он дух?

— Ну да… вроде везения? Правда, непонятно, что это такое. Он такой милый и смешной!

— Уф… у всех девушек мозги отключаются при виде милых котят? — задал я риторический вопрос. — Он дух везения. Точнее, вероятностей. Если он может обеспечить везение, то и невезение тоже, — начал объяснять я, видя, как лицо Полины меняется. Похоже, до девушки начинает доходить, что все беды, что с ней приключились этим утром, неспроста.

— Ах он мелкий засранец! — Полина вскочила из-за стола и сжала кулачки. — Ну я ему покажу! Затискаю до смерти и по жопе надаю!

На мой взгляд, её угрозы прозвучали несколько нелогично, но что уж тут поделать.

— Когда это ещё будет, — философски заметил я, — а день у тебя только начался. На твоём месте я бы попросил прощения у Серкха.

— Прощения? Я? Да ни за что! — Девушка развернулась, схватила свой рюкзак и попыталась отступить с высоко поднятой головой. Но рюкзак зацепился лямкой за ножку стола. Полина, не замечая этого, дёрнула его со всей силы. Зазвенела посуда, остатки моего чая разлились по столу, а лямка окончательно оторвалась.

Я вскочил из-за стола. Шум, который наделала Полина, привлёк внимание персонала столовой. Повариха выглянула и недовольно покачала головой.

— Мой тебе совет, — сказал я в спину удаляющейся Полины, — помирись с ним!

— Никогда! — воскликнула она и захлопнула дверь.

Убирал за Полиной я с улыбкой на лице. Никогда не считал себя специалистом по женской психологии. Но тут и не надо быть слишком умным, чтобы понять, что для девушки признать свою вину или попросить прощения — всё равно что проиграть, и сдаваться она в ближайшее время не собирается.

Прижав пальцы к татуировке с паучком, я обратился к Серкху:

— Это ты над Полиной издеваешься?

— Ну а чего она! — мгновенно отозвался Серкх.

— Нехорошо. Не надо так делать. Лучше дружить, чем враждовать.

— Она меня не слушала и вообще считает маленьким.

— Ты маленький и есть, — твёрдо произнёс я, — остановись. Девушка просто испытывает слабость к котикам и подобным образом проявляет свою любовь. Ничего плохого она тебе не сделала, а вот твоё поведение выходит за рамки.

— Я подумаю, — он не сказал ни да, ни нет, но я чувствовал, что Серкх колеблется. Тут тоже важно не передавить.

После уроков меня и Полину вызвали к завучу. Первой в кабинет зашла Полина, я же остался сидеть под дверью.

— Серкх, — обратился я к духу, — ты можешь подслушать?

— Я могу стать твоими ушами! — гордо заявил он.

Подобное использование мне обошлось в пятьдесят единиц энергии. Серкх бесплотным духом покинул моё запястье и проник в кабинет Софьи Леонидовны. Не то, чтобы мне было важно узнать, о чём идёт разговор. Скорее, представился случай протестировать возможности Серкха. Его отца о подобном я никогда не просил. Слишком разные уровни. А вот маленького Серкха вполне можно использовать. Да и ему полезно, а то я смотрю времени у него свободного много.

Сидя на стуле в коридоре, я слышал беседу завуча и Полины, как будто они находились в двух шагах от меня. Как я и предполагал, ничего у завуча на нас не было. После упоминания о котёнке Софья Леонидовна полезла в компьютер и, похоже, начала смотреть запись с камер.

— Этот? — Видимо, развернула монитор к Полине.

— Точно! Такой миленький!

— Понятно, — мрачно ответила женщина, — можешь идти. И позови Максима.

Со мной тоже разговор надолго не затянулся. Я рассказал нашу версию, мол, ничего не видели, не слышали. Побежали за котёнком. Вышли через дверь. Котенка не нашли.

— Со мной Лукин говорил о тебе, — задумчиво произнесла Софья Леонидовна, когда я уже надеялся, что разговор закончен, — ты сумел произвести на него впечатление.

Женщина замолчала, выжидательно глядя на меня. Я не стал упрощать ей задачу и безразлично пожал плечами.

— Моё предложение о твоём переводе к боевикам всё ещё в силе, — напомнила она.

— Не интересует, — я покачал головой, — прикладные науки мне более интересны.

— Умения боевиков хорошо оплачиваются, и на них всегда есть спрос. Задумайся о будущем, — нашла аргумент завуч. Только меня этим не впечатлить.

— Хм… думаю, мастер Колычев зарабатывает в месяц столько, сколько и десяток боевиков за год не заработают, — парировал я.

— Ты не Колычев! — с раздражением произнесла фон Штерн. Я удивлённо приподнял бровь. Не ожидал от неё подобных эмоций.

— Конечно, я Максим Андер. Но это ничего не меняет. Мне интересно мастерство рунологов, и я найду возможности не только заработать денег, но и получить известность.

— Я поняла тебя, — женщина поджала губы, что свидетельствовало о её крайнем недовольстве, — можешь идти.

«Любопытно, — размышлял я, идя в кафе, где мы договорились встретиться с Адиком, — её роду так нужны боевики? У Штернов война, или это для престижа?»

В кафе уже сидели ребята из моего класса. Я подсел к ним. Вскоре пришёл Адик, и я пересел к нему за стол.

— Ты же большой и опытный, — начал я с лёгкой улыбкой на губах, — нужен твой совет.

— Всегда готов, — радостно улыбнулся он и подмигнул, — потом буду рассказывать, что давал советы архимагистру! — Видя, что я не реагирую на его подколку, Адик стал серьёзным. — Давай, рассказывай.

— Я не силён в отношениях с девушками. Но, думаю, мне она нравится. Но в то же время и бесит жутко. Как разобраться? Ты же будущий психолог… — немного сумбурно начал я.

— Насколько я понимаю, речь идёт не о Полине? — Дождавшись моего утвердительного кивка, он окинул меня взглядом и ехидно улыбнулся. — Кажется, я догадываюсь…

— Неважно, — твёрдо произнёс я. Почему-то мне было неприятно, — не имеет значения. Она меня раздражает. Но в то же время меня к ней тянет. Хочется смотреть на неё, чтобы она мне улыбнулась. А она кидает на меня такие взгляды, будто хочет испепелить на месте.

— О! Похоже на классический случай, — Адик приосанился, — зачастую нам нравятся неприступные девушки. Покорить их — это вызов. Возможно, тебе просто нравится образ этакой надменной княжны, которая смотрит на тебя сверху вниз, сияя, будто звезда на небе? Это запретный плод для простолюдина, который сладок.

— Поэт, блин! — махнул я рукой. Кто бы сомневался, что Адик догадается, о ком идёт речь. — Ну да, нравится мне Анна. Сам не пойму, почему. Она же и бесит своим поведением и отношением ко мне. Я её спас, но вместо благодарности у меня на пороге дома объявились агрессивные военные. В итоге род Медведевых, по сути, откупился, но втихую. А теперь Анна ещё и нос воротит, когда видит меня, — произнеся эту речь, я понял, что успокоился, — а вообще, ты прав, ну её. И я не из тех, кто бьётся за запретный плод, чтобы доказать, кто здесь настоящий альфа. Скорее всего, это просто детская обида, с последствиями которой я в состоянии справиться.

— Неплохо, — Адик похлопал в ладоши, отдавая должное моей речи, — но мне так и хочется сказать: «Не верю!» В одном ты прав. Обида есть. Как же, тебя, такого уникального, не оценили в должной мере! Но если бы тебе Анна не нравилась, ты бы даже и не подумал переживать на эту тему.

— Ты меня совсем запутал! — Да, не силён я в психологии и размышлениях на подобные темы. Вот рассчитать руну, это моё. А отношения с людьми — нет. — Нравится, не нравится… Что-то у меня пропало всякое желание это обсуждать.

— Вот очень зря, — продолжил Адик, — мой тебе совет: прими то, что она тебе нравится. Ты, похоже, влюбился и именно поэтому так нервно реагируешь на неё. Прими, и тебе станет легче. Это твоё преимущество. Оценивай свои дальнейшие поступки и желания с пониманием: а не делаешь ли ты это, чтобы привлечь внимание девушки? Тогда сотворишь значительно меньше глупостей.

Он замолчал, давая время мне подумать. По всему получается, Адик прав, и так будет действительно легче. Ну вот зачем я на занятии выпендривался, показывая самонаводящиеся огненные шары? Явно, чтобы впечатлить Анну. Мог же обойтись и без этого.

— Спасибо, — кивнул я Адику, — из тебя действительно может получиться хороший психолог. Мне стало легче!

— Обращайся, — махнул он рукой, — кстати, завтра после кафе идём в спортивный клуб. Нашёл неподалёку. Думаю, после тренировок у тебя будет гораздо меньше сил и желаний совершать разные глупости, что так свойственны влюблённым людям.

Адик убежал в университет. У меня ещё было свободное время. Обычно я после школы иду в мастерскую Колычева, но ближайшие дни решил пропустить. Надо доделать артефакты для больницы. А после мастерской у меня не будет энергии на них. Так что, расплатившись, я вызвал такси и сначала заехал в магазин спортивной одежды, где приобрёл тактический костюм, специально предназначенный для тренировок на полигоне. Локти и колени этой полувоенной формы были усилены и защищены. Много карманов. Ткань непромокаемая. Отличная вещь! Мне бы такой в моём прошлом мире очень пригодился.

К приходу Адика с Аглаей я подготовил все оставшиеся заготовки. Решил дождаться Аглаи и попробовать наполнить сразу два амулета. Один своими силами, второй после того, как девушка поделится со мной энергией.

Всё прошло, как я и запланировал, только ещё раз в ближайшее время я подобный подвиг повторять не буду. Слишком болезненно получилось два раза подряд выдавать такие энергетические заряды. Аглая подлечила меня, но каналы всю ночь ныли, мешая спать.

Утром, убрав костюм в сумку, я вызвал такси и отправился на школьный полигон.

Он оказался достаточно близко от меня, минут двадцать езды. Мы остановились у длинного одноэтажного здания. Рядом тянулся не менее длинный забор. Зайдя внутрь, я увидел Лунёва, который стоял в холле в военной форме. Вокруг сновали ребята в тактической.

— Максим? — обратился ко мне Юрий Михайлович. — Что же ты сразу не переоделся? Иди в раздевалку. До начала занятий пять минут!

Я зашёл в раздевалку и обнаружил внутри княжича Виктора. Тот мне приветливо кивнул.

— О, ещё один зелёный салабон пожаловал! — В углу на скамейках сидела компания ребят. Вот вроде бы они ученики второго класса. Им по семнадцать-восемнадцать лет. Старше нас всего на год, но смотрятся гораздо взрослее и серьёзнее. То ли это потрёпанная форма, которая сидит, как влитая, создаёт такое впечатление, то ли их уверенность в собственных силах. Все такие парни с боевого факультета.

Теперь было понятно, почему моему приходу так обрадовался Виктор. Несмотря на всю свою внешнюю броню и чувство превосходства, он явно ощущал себя не в своей тарелке. «Как овечка в стае волков, — подумал я, — только вот я не овечка, скорее, волк в овечьей шкуре!»

Быстро переодевшись и не обращая внимания на насмешки парней, я вышел обратно в холл.

— Всем построиться! — скомандовал Лунёв.

Ученики тут явно были не первый раз и быстро встали в одну линию. Мы с Виктором остались стоять в стороне, не зная, где наше место.

Так получилось, что стояли мы рядом с тренером, а ученики выстроились напротив нас, так что я беззастенчиво разглядывал будущих бойцов Империи. Среди них хватало ребят не слишком спортивного вида, и даже полувоенная форма им не помогала. Были и девушки. Некоторые игриво посматривали на Виктора, на что тот расправил плечи и гордо задрал подбородок.

— Это наши новенькие, Виктор и Максим, — представил нас Лунёв, — вы мне тут их не обижайте! Они прикладники.

— У… — разнеслось презрительное.

— Разговоры! — рявкнул Юрий Михайлович и повернулся к нам. — Встаньте в конец строя.

После этого вывел всех на улицу, где располагался небольшой пустырь, испещрённый дорожками. Первым делом нас направили на пробежку.

Пять кругов меня не сильно утомили.

— Размяли каналы! — продолжил командовать Лунёв. — Начнём с атакующих. Разбились по пятёркам и вышли к мишеням.

Мы переместились на другой край полигона. Здесь в землю были вкопаны мощные столбы.

— Ваша мишень, — указал нам с Виктором Лунёв, — по очереди показываем, на что вы способны.

Остальные ребята знали, что делать, и уже начали обстреливать мишени.

Первым вперёд шагнул княжич Виктор. Ну что же. Похоже, в княжеском роду обучение поставлено на совесть. Его огненный шар пролетел десять метров, что отделяли нас от мишени, и врезался точно в центр.

— Неплохо, — одобрительно кивнул Юрий Михайлович, — ещё один, и отдыхаешь. Каналам надо дать время на восстановление после нагрузки.

Виктор выпустил второй шар, который был явно слабее прошлого. Но, тем не менее, он сумел достигнуть мишени, где и распался, оставив едва заметный след.

— Теперь ты, — Лунёв повернулся ко мне и слегка прищурился, — давай, покажи, что умеешь!

— Без проблем, — я пожал плечами и выпустил один за другим три огненных шара, напитав их по десять единиц энергии. В этом деле важны сила воли и твёрдость желания. Оно должно быть простым и понятным. Уничтожить мишень!

— Вот чёрт! — Я услышал чей-то вскрик.

— Ну и ну, — согласились с ним ребята.

— Н-да… — прокомментировал Лунёв, глядя на обломки мощного столба. Все три моих огненных шара попали в одну точку и переломили столб ровно в середине.

— Что ты за монстр? — выдохнул княжич Виктор, глядя на меня округлившимися глазами.

— Это было просто, — признался я.

Дальше мы тренировали щиты. Одна половина стреляет магией, вторая держит щит. Потом меняются. По словам Лунёва, это упражнение одно из самых полезных. Учит смотреть в глаза опасности. На мой взгляд, полезнее не принимать огонь на щит, а укрываться от него. Никогда не знаешь, какой монстр тебе противостоит. Но своё мнение я решил держать при себе. Затем Лунев решил испытать качество моего щита собственноручно. Мы отошли в сторону и мастер начал обстреливать меня огненными шарами постепенно увеличивая их мощность.

Он был неплохим магом и явно умелым бойцом. Мой щит изгибался и трещал, но держал. Юрий Михайлович очень чётко чувствовал его пределы и явно щадил меня.

— Только вот в бою не стоят спокойно друг напротив друга, — проворчал я, плохо следя за своими словами от усталости, — дать попасть в свой щит — первый шаг к поражению! — Для меня это были основы.

Постоянное перемещение. Использование рельефа местности. Даже на инвалидной коляске я не стоял на месте, удивляя противников. Не зря она у меня была вся исписана рунами. Чего только на ней не было. И руна облегчения, и защитный контур, и ускорение. Движением руки я практически мгновенно мог переместиться на пару метров, сбивая прицел и заставляя врага изумлённо озираться.

«Растерянный враг — это хорошо. Всегда используй внезапность, постарайся удивить противника. Напади с неожиданной стороны, когда он меньше всего ждёт», — так меня учил Ильдар, и это работало.

— Ты прав, — согласился со мной Лунёв, — но это правда опытных бойцов, а этому сброду надо сначала научиться хотя бы не падать от испуга, когда в них летит огненный шар.

К моему удивлению, Юрий Михайлович отнёсся ко мне и к моим словам весьма благосклонно. В его тоне даже ощущалось уважение. Видно, не зря я потратил энергию, разламывая столб. Но, как говорится, инициатива всегда имеет инициатора.

— Тренируйся. Физика у тебя так себе. Перед новым годом сразимся с тобой полноценно. Проведём показательное выступление, — ухмыльнулся Лунёв, — а пока назначаю тебя своим помощником. Во вторник и четверг у меня занятия со вторым классом. Будешь мне помогать.

— Мне бы самому потренироваться, — попытался возразить я, напомнив его же слова сказанные чуть раньше.

— Вот и потренируешься заодно, когда будешь следить за этими оболтусами, чтобы не поубивали друг друга. Научишься мгновенно ставить щит. Ведь если кто покалечится, это будет твоя ответственность.

— Вообще-то, я оплачивал школу и должен учиться, а не выполнять чужую работу.

— Неправильный ответ! Ты должен сказать: «Так точно»! И вытянуться по струнке, — он посмотрел на меня суровым взглядом, обещая в случае моего непослушания все возможные кары.

Некоторое время я молчал, раздумывая, стоит ли идти на конфликт. Правда была на моей стороне, но, с другой стороны, это будет интересный опыт.

— Так точно! — рявкнул я в итоге, выпучив глаза.

— Хм… — Лунёв подошёл ко мне совсем близко, — что заставило тебя переменить решение? Я видел, что у тебя не было желания… — сказал он спокойным и даже доверительным тоном. Чувствую, Юрий Михайлович хороший командир. Опытный. Отлично понимающий людей.

— Решил, что это может быть интересным, и в чём-то полезным, — честно сознался я в ответ.

— Достойно, — кивнул он и рявкнул:

— Все разошлись!

Мы недружной толпой отправились в раздевалку, в которой тут же стало тесно. Большинство учеников сильно устало. Здесь были не только чистые боевики, но и целители. К некоторым из них выстроилась настоящая очередь из учеников. Кто-то подвернул ногу, кто-то потянул мышцу.

— Тяжело, — плюхнулся рядом со мной на скамейку княжич Виктор, — да и ты странный. Хорошо, что я не вызвал тебя на дуэль, — заявил он.

— Были такие суицидальные мысли? — усмехнулся я в ответ.

— Конечно. Думал, на кулаках ты силён, но вот магическую дуэль настоящему княжичу точно проиграешь! Откуда у простолюдина нормальный дар и учитель…

— Жаль, что не вызвал, — с сожалением вздохнул я, чем вызвал у княжича улыбку.

Глава 16

Глава 16

Автобус привёз нас в школу, и мы разошлись по своим классам. Разговоров по пути практически не было. Ученики приходили в себя. Многие пили чай из термосов, заедая бутербродами. Опытные.

Я слышал, как во время тренировки Лунёв не раз кричал: «Вы отсюда будете уползать!» Его слова не разошлись с делом.

Уверен, что подобный метод обучения бойцов весьма действенен. И физическая, и магическая нагрузка до изнеможения. Только вот подобные занятия хороши для учеников второго класса. У них других уроков почти нет, так что, вернувшись на занятия, им не придётся ворочать мозгами, а вот у меня опять математика.

— Ничего себе ты замученный, — поприветствовал меня Саня, когда я зашёл в класс.

— Хорошо, что мы не прошли отбор, — согласился с ним Борис.

— Как ты? — Рядом со мной приземлилась Полина.

— Нормально, пообедаю и приду в себя.

Девушка по-прежнему на меня обижалась. Точнее, обижалась она на Серкха, который подстраивал ей мелкие неприятности одну за другой. Правда, после моей просьбы он пообещал придержать коней, но Полина ещё не отошла от пережитого и старалась со мной не разговаривать, считая почему-то именно меня главным виновником её бед.

Как я и думал, к концу уроков я уже был полностью в норме. Меня не так просто утомить, особенно с учётом руны регенерации, нанесённой на моё тело.

Дождался Адика в кафе, и мы с ним отправились пешком в спортивный клуб.

Место оказалось совсем рядом. Минут пять от школы.

Спортивный клуб расположился в ничем не примечательном административном здании. Зайдя внутрь через отдельную дверь, над которой висела весьма скромная вывеска, мы оказались в небольшой комнате.

— На тренировку? Первый раз у нас? — поинтересовался молодой парень, ровесник Адика.

— Да, вчера звонил, записывался.

Парень сверился с записями и кивнул на одну из дверей:

— Переодевайтесь. Выход в зал из раздевалки. Оплата после первой тренировки, — выдав информацию, он уткнулся в телефон.

Быстро переодевшись, мы вышли в зал.

— Неплохо, — прокомментировал я увиденное. Зал был достаточно большим. В одном углу расположились спортивные тренажёры. Другой конец зала был отведён под боевые тренировки. Здесь висело несколько груш, и был очерчен круг с мягким на вид покрытием. Скорее всего, для борьбы.

Людей в зале практически не было. Несколько человек тягали железо. Мы с Адиком начали разминаться.

Вскоре к нам подошёл мужчина в кимоно.

— Евгений Михайлович, — представился он, оценивающе осматривая нас, — главный тренер.

Он был в возрасте, но крепок. Полностью лысая голова поблёскивала в свете ламп. Судя по выправке, из бывших военных. Ростом особо не выделялся, но я всем своим нутром ощущал исходящую от него опасность. Не ту опасность, что идёт от уличного бойца, а настоящую, смертельную, исходящую от человека, не только не раз самолично стоявшего на грани, но и отправившего за эту саму грань немало людей.

— Вы понимаете, куда пришли? — Взгляд тренера просвечивал меня, словно рентген.

— Да, — Адик уверенно кивнул, а вот у меня уверенности явно поубавилось, — мне посоветовали ваш клуб. Говорят, бойцов готовите отличных.

— Так и сказали? — удивлённо протянул тренер, с ироничной улыбкой поглядывая на Адика.

— Да, и я отзывы глянул. Все отличные! — Тот явно гордился собой.

— Попробовали бы плохие оставить, — хищно улыбнулся тренер, — значит, понимаете, что клуб у нас бойцовый, и готовы не только бить, но и получать?

— Куда же без этого! — добродушно улыбнулся Адик.

— Тогда выходим в круг. По одному. Начнём с тебя, — кивнул моему другу Евгений Михайлович.

Что тут сказать… В кругу происходило избиение младенца. И этим младенцем был Адик. Бой, точнее, избиение, длилось недолго. Максимум, пару минут. Адик с трудом отполз за границу круга, с уважением и некоторым страхом поглядывая на Евгения Михайловича.

— Ты следующий! — ткнул в меня пальцем тренер.

Ну что же. Мой черёд отхватить люлей. Иначе тут и не скажешь.

Я старался держать Евгения Михайловича на расстоянии. У меня руки длинней, да и сила удара внушает уважение. Однако тренер каждый раз каким-то неуловимым движением уходил от моих кулаков. Первый раз я оказался на канвасе через тридцать секунд, даже не успев понять, как это произошло. Потом это случилось во второй раз, и в третий. Каждое моё падение тренер завершал имитацией смертельного удара. То его локоть останавливался в миллиметре от моей гортани, то он демонстративно крутил мою голову, показывая, что ещё секунда, и моя шея будет сломана.

В итоге у меня не было сил встать на ноги, и я выполз за границу круга, тяжело дыша.

— Слабо, — покачал головой тренер, — но работать с вами можно. У одного силы немерено, но никакой техники, — его взгляд остановился на мне. Я пожал плечами. И так знаю.

— А у тебя, — он ткнул пальцем в Адика, — техника есть, но защиты ноль.

Мы поднялись на ноги.

— Вы берёте нас? — поклонился Адик, признавая авторитет тренера.

— Ладно, — махнул тот рукой. — Три раза в неделю. Днём. Вечером у меня и так хватает оболтусов.

— Кого вы здесь готовите? — подозрительно спросил я.

— У нас бойцы из ГБР, в основном, тренируются, — тренер довольно улыбнулся, видя, как вытянулось лицо Адика, — проблемы?

— Нет, — Адик помотал головой, — а нам точно можно у вас?

— Можно, можно. Я же вам ничего запретного показывать не буду. Как убить без следа одним пальцем…

— А вы умеете? — не выдержал я.

— Во многих знаниях многие печали… — ответил Евгений Михайлович, после чего задержал взгляд на моих шортах и футболке, — купите нормальную форму. В этом до занятий не допущу!

— Тоже кимоно? — уточнил я.

— Это не кимоно, — он сурово сдвинул брови. — Дзюдоги!

— А в чём разница?

— У нас не только ударная техника. Будут захваты, броски. Стандартное кимоно не выдержит. Дзюдоги из более плотного материала. Оно крепче, — тренер кивнул в сторону выхода, — всё, утомили. Скажете дежурному, что я вас беру. Он вам расписание составит, и форму у него можете заказать. Вопросы?

— Вопросов нет, спасибо, учитель! — Адик поклонился, проявляя уважение.

Переодевшись, мы вышли обратно в холл.

— Ну, что сказал дядя Женя? — обратился к нам парень.

— К тебе послал. Расписание составить и дзюдоги заказать.

— Ого! Вы прошли его отбор? — Он с уважением оглядел нас. — Поздравляю!

После тренировки Адик отправился на занятия в университет, я же — домой, делать артефакты.

Утром вспомнил, что мне только к третьему уроку. Теперь я могу не посещать основы магии, так что три дня в неделю буду высыпаться. Правда, организм уже привык рано вставать, и менять привычки было бы неправильно. Так что я засел за учебники, разбирая те предметы, которые мне давались особенно тяжело.

История и литература. В моём мире мы тоже изучали историю, но там история королевства умещалась в одном учебнике. Здесь же история одной только Российской империи занимала, как минимум, пять томов. Хорошо, что бо́льшая часть у меня уже была в голове благодаря Серкху. А кроме истории родной империи требовалось знать хотя бы основные исторические вехи других крупных государств. Так что я корпел над учебником, вместо того чтобы наслаждаться заслуженным отдыхом или заниматься магией.

К третьему уроку я был уже в школе и продолжил своё обучение. Образование необходимо в любом обществе.

— Может, мне действительно извиниться? — задумчиво протянула Полина, сидя на уроке рядом со мной. Учитель что-то бубнил у доски, навевая сон.

— Мне без разницы, — откликнулся я, искоса глядя на девушку. Вроде Серкх обещал оставить её в покое, но, зная его, могу предположить, что дух просто снизил активность. Наверняка изредка пакостит. Но уже по мелочи. Главное, чтобы такие забавы не вошли у него в привычку.

— Ты же настаивал на этом? — Полина с удивлением посмотрела на меня. Ну да, настаивал. Но убеждать не вижу смысла. Или она сама придёт к этому решению, или пусть живёт так дальше. Взрослая девушка, уже пора принимать самостоятельные решения, а не надеяться на других.

— И ты на меня обиделась, — напомнил я ей.

— Конечно! Ты должен быть на моей стороне!

— Почему? — Нет, ну правда? Серкх мне друг и товарищ, с которым я связан. А Полина мне кто? Своей девушкой я её точно не считаю. Не мой типаж. Да и говорит она слишком много. Ну, было у нас одно совместное приключение. Вряд ли будет продолжение. У неё своя жизнь, о которой я ничего не знаю, у меня своя. Но всего этого говорить, наверно, не стоит.

— Я считала, что мы друзья! — заявила Полина, с вызовом глядя на меня.

— И… — Я удивлённо вскинул брови.

— Друзья должны помогать друг другу!

— Я и помог. Поговорил с Серкхом. Если он и будет вредничать, то, скорее, по мелочи.

— Ты просил меня извиниться! — Полина не собиралась успокаиваться. В ответ я закатил глаза. Что сейчас происходит? Мне предстоит семейная ссора с выяснением, кто виноват? Нет. Жизнь меня к этому не готовила.

— Ты была не права. Лучший вариант, это признать свои ошибки и попросить прощения.

Конечно, что бы я ни сказал, это будет использовано против меня. Весьма неприятные ощущения, с которыми мне редко доводилось сталкиваться в жизни. Как же легко было жить в мастерской или в военных походах! Всё просто и понятно. Можно не следить за своими словами и быть самим собой. Сейчас же я как будто по минному полю хожу. А ведь, на мой взгляд, ничего не произошло.

— Ты считаешь, что я была не права? — прошипела девушка, пытаясь испепелить меня взглядом.

— Серкх тебя просил не мучить его. Много раз. Он гордый дух, а ты обращалась с ним, как с котёнком, игнорируя его просьбы. Он ведь не один раз тебя просил. Уверен, попади ты в такую ситуацию, тоже была бы недовольна.

— Ты продолжаешь его оправдывать! Не смей больше подходить ко мне! — намного громче, чем следовало, произнесла Полина.

На нас стали оглядываться. Я лишь пожал плечами. Что бы я ни сделал в этой ситуации, результат был бы один и тот же. Как ей объяснить, что Серкх он как лев. Может показаться милым и дать себя потискать если сыт, но это не меняет его сути. И то, как Полина отнеслась к Серкху неправильно и попросту опасно.

Остальные уроки я провёл в раздумьях и в одиночестве. Полина пересела за другую парту, чему я не противился.

Неприятно было признавать, что я, взрослый человек, не в состоянии ни с кем из девушек построить отношения. На Полину у меня и не было таких планов, но мы вполне могли бы продолжать дружить.

Может быть, с этим миром что-то не так? Вспомнилась Агата из Подольска, которая фыркала при одном моём появлении. Затем мысли перескочили на Анну. С ней вообще непонятно. Чего она так на меня взъелась?

Но есть и хорошие примеры. Та же Аглая. Здесь я мог собой гордиться. В первый же вечер уложил девушку в кровать. Правда, тут, конечно, вопрос, кто кого на самом деле уложил. Но буду считать это своей заслугой. Да и с Леной я дружу. Хотя там разговор, скорее, не о дружбе. Она признаёт меня своим учителем, как и Савва. Отношение между учителем и учеником, совсем другие и с этой разновидностью я хорошо знаком и имею практику.

После последнего урока я отправился в кафе. Адик уже сидел за столом.

— Всё тело болит, — вместо приветствия пожаловался он. У меня, конечно, мышцы тоже побаливали, но не так чтобы сильно.

— Ты чего так рано?

— С последнего урока ушёл. Сейчас бы поспать. Думал домой поехать на часик, но потом сонным идти в университет… — Адик весьма ответственно относился к своей учёбе.

Он ещё что-то говорил, но я уже не слушал. В услужливо распахнутую дверь кафе вошла Анна Медведева. Остановившись неподалёку от входа, она внимательным взглядом обвела зал. На княжне было элегантное светло-бежевое пальто. В руках девушка держала перчатки того же цвета. Ноги обтягивали тёмно-коричневые сапоги с высоким каблуком. От школы до кафе идти было, максимум, три минуты, но щёки девушки раскраснелись, будто она пришла с мороза. Её взгляд был холоден, в нём сквозила надменность. Она смотрела так, будто все посетители кафе являются её слугами. Интересно, в прошлом мире я так же себя вёл? Скорее всего, нет. Я просто не обращал внимания на людей. Неважно, простолюдин или аристократ находился передо мной. Люди делились на полезных и… всё. Остальных для меня не существовало.

— Кхм… — Адик обернулся посмотреть, куда я уставился.

В этот момент наши с Анной взгляды встретились и зацепились друг за друга. Возможно, девушка ожидала, что я опущу глаза, но с чего бы это? Во мне течёт королевская кровь, и по знатности я превосхожу княжну на порядок. Мои умения, мой опыт, мой магический дар позволяли ощущать уверенность, с которой я глядел в холодные глаза девушки.

Поняв, что не победит в этой игре в гляделки, девушка повернулась к молодому человеку, который стоял за её спиной, и, кивнув на меня, что-то сказала. Тот уверенно двинулся в нашу сторону.

Крепкий парень, одет в военную форму. По возрасту я дал бы ему лет двадцать пять. Он шёл широкими шагами. Анна с трудом поспевала за ним.

— Максим? — произнёс парень, обращаясь ко мне с таким видом, будто я мерзкое насекомое, говорить с которым ниже его достоинства.

— А ты ещё кто такой? — начал я свою игру, понимая, что Анна умудрилась задурить тому голову. Отыскала себе защитника. Так и хотелось покачать головой и сказать: «Ох уж эти дети!»

— Как ты смеешь так ко мне обращаться? — мгновенно взвился молодой военный.

— А как ещё? Воспитанные люди сначала представляются, а уж потом начинают разговор, — ответил я.

— Тимофей Медведев, — представился тот, понимая, что сам поставил себя в глупое положение.

— Очень рад знакомству, — кивнул я и представился в ответ, а затем спокойно и уверенно поинтересовался:

— Так чего вы хотели, Тимофей?

— Кхм… — Парень продолжал сверлить меня взглядом, — ты посмел оскорбить мою сестру и мой род. Я вызываю тебя на дуэль!

Сказано всё это было с большим пафосом. На последних словах он значительно прибавил громкость, так что большая часть посетителей кафе заинтересованно повернулись к нам. Среди них было немало моих одноклассников.

— Как интересно! — с лёгкой улыбкой произнёс я. — У вас точные сведения?

— Вы сомневаетесь в моих словах?

— Может быть, вы просто неправильно информированы? — пожал я плечами. — Знаете же, как бывает. Один что-то сказал, другой слегка исказил, третий недопонял… А в итоге всё с ног на голову перевернули.

— Да как ты смеешь, мальчишка, сомневаться и говорить со мной в подобном тоне? Дуэль! — Парень начал заводиться. Хотя нет, он уже изначально пришёл на взводе. Сейчас ему всё труднее и труднее сдерживаться. Но в то, что Тимофей устроит драку в кафе, я не верил. Мало того, что он аристократ, так ещё и в военной форме. Значит, на службе. Драка в кафе, тем более, при свидетелях, которые подтвердят, что именно он был зачинщиком… Подобное развитие событий точно не входит в его планы.

— Позвольте уточнить, — я развёл руками, — значит, я оскорбил Анну. Я так понимаю, она ваша сестра?

— Да. Как ты посмел⁈ — Тимофея, кажется, заклинило.

— Анна, я готов принести свои извинения, — я поднялся из-за стола и вежливо поклонился стоявшей рядом с братом княжне, — но позвольте мне понять причину. Чем я обидел вас? Поделитесь, не сочтите за труд.

Щёки Анны заалели. Она явно пыталась подобрать слова для достойного ответа. Пауза затянулась.

— Может быть, вы мне поясните? — Я перевёл взгляд на Тимофея. — С вашей сестрой я виделся всего два раза. Первый раз в компании Колычева, и мы лишь перекинулись несколькими фразами. Вряд ли это могло её как-то обидеть. Да и Матвей Фёдорович был рядом. Он бы непременно попенял мне за неподобающее поведение. Второй раз меня сбила машина, принадлежащая вашему роду. На вашу сестру было совершено нападение, и я помог отбиться. Вроде и тогда я никак не оскорбил её. Скорее, наоборот, принял непосредственное участие в спасении княжны. Лично я в тот вечер пострадал гораздо сильнее, чем она.

— Ты хам! — не выдержала Анна, с вызовом глядя на меня. — Ты должен был проявить должное уважение ко мне! Ты так и не сказал, откуда у тебя знание нашего родового заклинания! И не приписывай себе чужих заслуг! Мы бы прекрасно справились и без твоей помощи.

Мы с Адиком переглянулись. Хорошо, что Анна высказалась. Мне хотя бы стало понятно, из-за чего она на меня взъелась. Не проявил должного уважения. Какая любопытная формулировка! Я ей в ножки не кланялся?

Выдохнув, я закатил глаза и покачал головой. Какой-то фарс.

— Уважение… — протянул я, — как и за что я должен его проявлять? А насчёт заклинания… сотрудники твоего отца просмотрели запись и пришли к выводу, что заклинание, которое я использовал, только отчасти похоже на ваше. Претензий ко мне у князя Медведева нет.

Я сел обратно за стол. Пусть это не слишком вежливо. Но это не мои проблемы. Вежливого обращения ни Анна, ни её брат пока не заслужили.

— Это всё отговорки труса! — Тимофей фыркнул сквозь зубы. — Прими мой вызов!

— А если нет? — С некоторой ленцой я посмотрел на него, как на надоедливую букашку. Я умею так смотреть. У меня была очень хорошая школа в прошлой жизни.

— Ты пожалеешь! — слегка наклонившись и понизив голос, прошипел взбешённый Тимофей.

— Оу! Угрозы! Как недостойно! Хорошо. Ты меня вызвал. Я выбираю шахматы, — заявил я.

— Ты идиот? — Тимофей округлил глаза от удивления. — Дуэль боевая! В восемь вечера на полигоне, — закончил он.

— Не интересно, — видя, что парень так просто от меня не отстанет, я продолжил, — ехать сражаться вечером. Завтра мне рано вставать. В прошлый раз военные извинились передо мной тысячей рублей. Предлагаю такие же условия.

— Почему не пять? — Глаза Тимофея загорелись азартом. Похоже, он почувствовал лёгкую наживу.

— Не хочу вводить в расходы твоего отца, — уколол его я, — твоя зарплата вряд ли больше двухсот рублей. Откуда у тебя пять тысяч? С зарплаты военного не накопишь такую сумму. Так что, скорее всего, это будут деньги твоего отца.

— Я вырву твой длинный язык! — Лицо Тимофея пошло красными пятнами.

— Тысяча, и полигон ты оплачиваешь. Я же беру на себя расходы на целителя. По рукам? — не обращая внимания на очередные угрозы, закончил я.

— В восемь на полигоне! — припечатал парень, оставив за собой последнее слово, после чего резко развернулся и широким шагом двинулся на выход вместе с Анной.

Некоторое время мы с Адиком сидели молча.

— Вот скажи мне, — обратился я к своему другу, — я пытаюсь стать хорошим человеком. Ты для меня моральный компас. Но сейчас я в смятении. У меня была возможность избежать дуэли. Просто извиниться, посыпать голову пеплом. Я простолюдин, у меня нет чести, и я мог бы принести извинения аристократу. Но я так не поступил. Скорее, даже усугубил ситуацию, сделав дуэль неизбежной. Какая-то часть внутри меня говорит, что я, как более взрослый и опытный, не должен был издеваться над Тимофеем. И… вспоминая наш прошлый разговор, когда ты просил оценивать свои действия с точки зрения влияния влюблённости в Анну, я понимаю, что вот сейчас это влияние имело место быть…

— Ты в душе воин и боец. Ты не мог поступить иначе, — успокоил меня друг, — даже если ты и ощущаешь себя старше и опытней, — улыбнулся мне Адик, — отнесись к этому, как к способу проучить зарвавшуюся молодёжь!

Что тут сказать… успокоил меня Адик. Чтобы я ни говорил Серкху насчёт себя прошлого, мне не хотелось походить на него. Хотя… некоторые черты характера мне нравились. Как же всё сложно!

Глава 17

Глава 17

Забрав Аглаю, мы поехали на машине на полигон. По дороге я раздумывал над тактикой предстоящего боя.

Отец научил меня идеально владеть всеми пятью каналами. Это большое преимущество над местными бойцами. Как я понял, в этом мире в первую очередь развивали каналы на руках, не уделяя внимание ногам. А ведь в бою каналы на ногах тоже можно использовать. Правда, последний раз я это делал, когда мне было шестнадцать лет. После травмы, сколько бы я ни прикладывал усилий, каналы ног нормально не работали. Это было одно из самых сложных последствий травмы и лечения предателем-целителем. У меня отмерли нервные окончания, была раздроблена нижняя часть позвоночника, а каналы, ведущие от источника к ногам, оказались покорёжены.

Именно эта проблема не позволила мне восстановиться. Вся энергия, что вливали целители, пытаясь починить позвоночник и нервные окончания, уходила в изувеченные каналы. Организм именно их считал главной проблемой моего тела, пытаясь выправить и тратя на это все ресурсы. Но узлы, что навязал «целитель», не позволяли мне встать на ноги. Как сказал отец, человек, который это сделал, явно имел немалый опыт. Но мне от этого было не легче.

Я вынырнул из воспоминаний, когда мы уже подъехали к полигону. На улице было темно, шёл мягкий, пушистый снег. Машина, тихо шурша колёсами, остановилась у входа.

К моему удивлению, стоянка была заполнена автомобилями. Похоже, полигон пользовался успехом. Сомневаюсь, что все эти машины принадлежат зрителям, которые решили посетить мою дуэль.

Мы приехали немного раньше времени. В принципе, так и рассчитывали. Я дома уже переоделся в тактическую форму, так что мы зашли внутрь и сели на удобные диванчики, приготовившись ждать Тимофея и его сопровождающих.

— Максим? — В холл вошёл Лунёв. — Ты, может быть, день спутал? — Он улыбнулся мне. — Тебе завтра к девяти, а не сегодня…

— Мы на восемь записаны, — улыбнулся я в ответ. Юрий Михайлович явно был в хорошем настроении.

— На восемь? — Он удивлённо приподнял брови. — У меня на это время всё занято. На малом полигоне команда готовится к соревнованиям, а большой полигон княжич Медведев под дуэль…

Произнеся последнее слово, Лунёв замер и окинул меня оценивающим взглядом.

— Ты же не на малый полигон, — сделал он разумный вывод, — значит, на дуэль? И, наверняка, не в качестве секунданта?

Я с улыбкой помотал головой.

— Понятно, — мужчина прошёлся по холлу, после чего сел на диван напротив нас. — Медведевы огневики, ты же знаешь?

Дождавшись моего утвердительного кивка, Лунёв продолжил делиться сведениями:

— Тимофей военный. Не знаю размера его источника…

— Где-то двести пятьдесят единиц, — поделился я. В нашу первую встречу я смог достаточно точно оценить своего будущего соперника. Здесь каналы никто не закрывал, а по плотности ауры понять размер источника для опытного мага не составляло никакого труда.

— Неплохо, очень неплохо. Парень он, как и все огневики, горячий. Скорее всего, попробует решить дело первым же ударом. Очень мощным. Огневики мудрить не любят. Хитрые заклинания в дуэлях, как правило, не их путь. Скорее всего, использует огненный шар. Если ума и умения хватит, то шар будет взрывной.

— Я тоже так думаю.

— Постарайся побольше двигаться. Убежать от выстрела вряд ли получится, но, если ты примешь его не в центр щита, а вскользь, будет лучше. Твой щит я оцениваю очень высоко. Есть хороший шанс пережить первый удар. Затем сразу же атакуй. Раздёргивай его внимание. Пусти пяток шаров с разных направлений или же самонаводящиеся. Они у тебя удивительно хорошо получаются. И не подходи близко. Чем ты ближе, тем мощнее удар может нанести княжич. Лучше не рисковать.

— Спасибо, — кивнул я. Лунёв не обязан был давать мне советы. Это вообще не его дело.

В этот момент дверь распахнулась, и в холл завалилась шумная кампания. Из пришедших я узнал Тимофея Медведева и Анну. С ними были два человека в военной форме, ещё несколько молодых ребят и три девушки.

— Кто в этой шарашке главный? — брезгливо оглядев холл, поинтересовался Тимофей.

— Лунёв, Юрий Михайлович, — вежливо представился наш учитель, подходя к компании.

В этот момент его помощник принёс нам чай, поставив на маленький столик три чашки. От них шёл пар. Адик вынул пакетик с чаем и положил на блюдечко, наблюдая за Тимофеем. Тот в ответ бросил на нас презрительный взгляд. Даже не поздоровался. Анна тоже делала вид, что меня здесь нет.

— У меня дуэль, — бросил Тимофей Лунёву, — оформи бумаги, я пока переоденусь, — он качнул сумкой, которую держал в руке.

— Пожалуйста, — Юрий Михайлович проглотил фамильярное обращение и показал рукой на раздевалку, — можете пройти.

Лунёв отошёл к стойке. К нему подошёл один из сопровождающих Медведева, мужчина в военной форме, лет за тридцать. Они стали заполнять бумаги.

— Это что? — раздался недовольный голос Тимофея. — Общая раздевалка? Я у вас снял главный полигон!

— У нас нет персональных раздевалок, — спокойно ответил Лунёв, не поднимая взгляда от бумаг.

— Провинция, — выплюнул в ответ недовольный Тимофей и вернулся в раздевалку.

— Максим, подойди, — позвал меня Юрий Михайлович, — нужны твоя подпись и подпись твоего секунданта.

Мы с Адиком заполнили бумаги. Я первый раз заполнял такие, но, судя по всему, форма была стандартной. Что я отдаю себе отчёт в своих действиях, что в случае причинения ущерба моему здоровью или жизни лечение за мой счёт. И вообще, никто не несёт никакой ответственности. Удобно.

— У нас есть дежурный целитель от школы, могу его вам предоставить, — предложил Лунёв.

— Не надо. У нас свой, — я кивнул на Аглаю.

— Хорошо.

Пока я заполнял бумаги, компания Тимофея шумно обсуждала полигон. Как здесь всё убого, не то что в столице. И вообще, Нижний не город, а дыра какая-то.

— Мальчик, сделай мне чаю! — раздался командный голос Анны Медведевой. Обернувшись, я увидел, что она подобным образом обратилась к помощнику Лунёва, мужчине, которому было явно за пятьдесят. При ходьбе он слегка приволакивал левую ногу.

— Только не вот это вот, — Анна ткнула пальцем в чашки, что стояли перед Аглаей, — я подобную бурду пить не буду, — в голосе звучали капризные нотки.

— У нас другого нет, — вступился за своего помощника Лунёв.

— Идёмте, осмотрим полигон, разогреемся, подготовимся! — Из раздевалки вышел довольный жизнью Тимофей. Он был одет в похожую на мою форму.

— Подпишите сначала, — обратился к нему Юрий Михайлович.

Тимофей подошёл к нам и небрежно расписался, после чего наконец обратил внимание на меня.

— Деньги принёс?

И, повернувшись к Лунёву:

— Вы принимаете ставки на исход боя?

— Безусловно. Готов и поучаствовать, — Юрий Михайлович расплылся в улыбке. Тимофей удивлённо посмотрел на него и покачал головой.

— Я не против, — он расправил плечи, — вы сделали правильный выбор! — После чего кинул на стол тысячу рублей, посчитав, что Лунёв решил воспользоваться беспроигрышным шансом и поставить на княжича.

Я последовал его примеру, аккуратно достав десять банкнот номиналом по сто рублей. Большие деньги требуют уважительного обращения. Положив всю сумму на стол, кивнул Лунёву.

— Может быть, кто-то ещё хочет поставить? — громко поинтересовался Юрий Михайлович. — Я ставлю на Максима пятьсот рублей!

— И я! — Глаза Адика радостно заблестели. — Готов поставит три тысячи!

Он понизил голос и обратился ко мне:

— Одолжишь? Я знаю, у тебя есть!

Тут он был прав. На всякий случай я взял деньги, рассчитывая, что тот же Тимофей может решить поднять ставки. Если деньги сами идут в руки, стыдно отказываться. Так что я приехал на дуэль, имея в кармане пять тысяч рублей наличными. Практически все деньги, что у меня были.

— Я планировал их сам поставить, — я покачал головой и громко произнёс:

— Ставлю ещё четыре тысячи.

Всё это происходило под недовольным взглядом Тимофея. Княжича покоробило, что мы активно ставим против него.

В этот момент к нам подошла компания Медведева. Ребята явно непростые и с деньгами. Они наперебой начали ставить на Тимофея, и его лицо разгладилось. Вернулась надменная улыбка.

В итоге, я поставил все свои деньги, а Адик под неодобрительным взглядом Аглаи написал расписку на десять тысяч рублей, отдав в залог своё родовое кольцо дворянина. Похоже, девушка была не знакома с этой стороной личности Адика. Его руки дрожали, как у настоящего наркомана, а глаза блестели азартом. Я уже понял, что друга прёт от самого процесса. Сумма вообще не имеет значения, будь то десять рублей или десять тысяч, как в данном случае. Главное, риск и сопровождающий его азарт.

Со ставками закончили, и Тимофей со своими ушёл на полигон разминаться.

— У тебя пять минут, — кивнул он мне, выходя.

Я присел на стул в опустевшем холле, наслаждаясь внезапной тишиной. С полигона вышла группа ребят. Все мокрые и измазанные. Весело болтая, они скрылись в раздевалке.

— Подкачаешь мне энергию? — обратился я к Аглае. Мы с ней заранее обговорили этот момент. Мой источник к вечеру был заполнен наполовину, так что помощь целительницы требовалась уже сейчас.

— Конечно! — Девушка положила руки на мои плечи и, открыв свои каналы, начала вливать в меня энергию. Пока она меня наполняла, я размышлял, что Аглая очень неплохо научилась скрывать свою ауру и теперь может находиться среди людей, не подвергаясь опасности.

— Хватит, — остановил я её. Обернувшись, увидел остекленевший взгляд Юрия Михайловича. Похоже, пока Аглая вливала в меня энергию, открыв свои каналы, он попал под действие её дара.

— Ахм… — неразборчиво проговорил Лунёв, сделав шаг в сторону Аглаи.

Адик вскочил, как настоящий рыцарь, готовый в любой момент прикрыть собой девушку.

— Гхм… — продолжил Юрий Михайлович, — вас, случайно, не Аглая Анатольевна зовут? — произнёс он с лёгкой улыбкой, глядя на нашу реакцию.

— Да, — Аглая слегка поклонилась.

— У меня ученики часто вас посещают. Потом рассказывают разные небылицы. Я же не имел до сих пор чести лично засвидетельствовать вам своё почтение. А ведь многие ученики после посещения вашего кабинета стали более внимательно относиться к своему здоровью и избегать травм, с которыми не мог бы справиться наш целитель. Рад нашему знакомству. Я вижу, что мои ученики в надёжных руках, — иронично закончил он. Меня удивило умение Лунёва настолько высокопарно выражаться.

— Очень приятно, — щёки девушки заалели.

— Думаю, зря я не обращал внимания на их разговоры, считая всё это выдумками. Ваш дар удивителен! Пробить мою толстую скорлупу… — Он задумчиво покивал, как бы прислушиваясь к самому себе, — это было неожиданно и очень приятно. Надеюсь, вас не расстроят мои слова, но сегодня я, без сомнения, очень порадую жену своим вниманием!

— Буду только рада за вас и вашу супругу, — ответила Аглая с широкой улыбкой.

— Нам не пора? — недовольно пробухтел Адик, ревниво поглядывая на Аглаю и Лунёва.

— Идёмте, я прослежу за соблюдением правил, — кивнул Юрий Михайлович и, набросив куртку, направился к выходу.

Мы вышли вслед за ним.

Площадка была достаточно большой и находилась немного в стороне от той, где мы занимались. По периметру были установлены фонари, которые ярко освещали место будущей дуэли. Утоптанный снег был ещё недостаточно глубоким, во многих местах проступали пятна грязи.

Мы вышли в центр площадки, где нас уже ожидал Тимофей. При виде меня он картинно скинул куртку в руки одному из своих сопровождающих.

— Думал, ты струсил, — под смех ребят выкрикнул княжич.

— Я готов, — не поддаваясь на провокацию, я встал напротив него. Каналы разминать мне не требовалось. Достаточно того, что Аглая наполнила меня энергией.

— Правила дуэли просты, — встал между нами Лунёв, — бой магией до сдачи соперника. Постарайтесь избежать смертельного исхода. Расходитесь!

Мы разошлись в разные стороны, так, чтобы расстояние между нами составило примерно двадцать пять шагов, и подождали, пока Юрий Михайлович выгонял всех в безопасную зону.

— Бой! — крикнул он.

Тимофей широко улыбнулся. Я ожидал, что он сразу ринется в бой, но парню не терпелось сначала выговориться. Не считал он меня серьёзным противником.

— Сейчас ты ответишь за своё поведение, — начал княжич, делая шаг в мою сторону. Я же в ответ отступил на один шаг назад, — если тебе не привили правила обращения к аристократам, то это сделаю я!

Я молчал, следя за энергией, которую Тимофей, как он считал, незаметно начал концентрировать сразу на обеих руках. Неплохо! Многие маги не умеют этого делать одновременно. В принципе, от Медведева другого ожидать и не приходилось. Правда, он, похоже, забыл о щите, и у меня была возможность воспользоваться оплошностью княжича, но я решил этого не делать.

— Держи! — крикнул Тимофей и запустил в меня с правой руки огненный шар.

Я мгновенно поставил перед собой щит и сместился в сторону, чтобы противнику было не так удобно действовать левой рукой.

Пока к моей защите нёсся огненный болид, Тимофей постарался как можно незаметней запустить второй шар левой рукой. Хороший приём. Соперник следит за первым шаром, прикидывает, хватит ли энергии, а в это время второй шар, не менее мощный, летит следом. Думаю, этот приём позволил Тимофею выиграть не одну дуэль. Но меня подобным не проймёшь.

Я спокойно отбил первый огненный шар в сторону, а второй принял на щит. Со стороны зрителей раздались удивлённые вскрики. Отбить шар защитой очень сложно. Щит должен быть очень плотным и превосходить уровень атакующего заклинания. Но тут большое значение имеет сила воли. С ней у меня проблем нет.

— Теперь моя очередь, — я усмехнулся, глядя на растерянное лицо Тимофея. Он вложил в атаку больше половины энергии своего источника. И, судя по бледному лицу, сильно больше половины.

Тем не менее, княжича окутал щит. На это его сил хватило. Можно просто подождать, сколько Тимофей его продержит, но мне было любопытно попробовать придуманный мной вариант атаки.

Я легко топнул ногой, посылая заклинание через канал на ноге, и одновременно с двух рук запустил пяток небольших самонаводящихся огненных шаров.

Земля под Тимофеем задрожала и задвигалась, формируя невысокие колья. Сработало моё первое заклинание. Щит задрожал. Лицо Медведева побледнело ещё сильнее, а в глазах появился страх. Щит затрещал, и в это время в него врезались мои огненные шары. Щит лопнул. Шары впились в тело Тимофея, прожигая одежду. Я их специально сильно не напитывал. Парень закричал и, рухнув на снег, начал кататься по нему.

— Сдаёшься? — спросил я, подойдя к Тимофею. Шары продолжали жечь тело княжича, как угольки.

— Сдаюсь! Сдаюсь! — закричал он.

— Бой окончен! — Рядом со мной появился Лунёв, и я тут же развеял своё заклинание.

Тимофей лежал на снегу, тихо поскуливая от боли.

— Победитель — Максим Андер! — провозгласил Юрий Михайлович.

Рядом с Тимофеем присела на корточки Аглая и твёрдой рукой прижала его к снегу.

Первым делом девушка воздействовала на парня заклинанием сна, после чего приступила к лечению. Я поднялся на ноги и огляделся. Ребята, что были вместе с Тимофеем, ушли в помещение. Осталась одна Анна, которая, прикусив нижнюю губу, смотрела на меня и на Тимофея у моих ног. Сложно было что-то прочитать в её холодном и безразличном взгляде. Девушка сделал несмелый шаг вперёд, затем второй. Подошла к нам.

— Как он? — тихо поинтересовалась Анна.

— Я подлечу, но советую обратиться к целителю. Ожоги достаточно глубокие, — отозвалась Аглая, приводя Тимофея в чувство.

Тот с помощью Лунёва поднялся на ноги и, не глядя на меня, побрёл в здание, опираясь на руку учителя.

Мы постояли некоторое время втроём, наблюдая, как в свете фонарей падает снег, скрывая следы прошедшего сражения.

— Боюсь, твои отношения с родом Медведевых никогда не наладятся, — заключил Адик.

— Да уж… — Я пожал плечами. — Сплошной фарс. И ведь я ничего не делаю, а оно вот никак не складывается. Только решу, что всё нормально, как опять что-то происходит.

— От твоих рук пострадал наследник. И неважно, что это была дуэль, — продолжил подливать масло в огонь Адик.

— Мне плевать, — просто ответил я, ощущая какую-то внутреннюю опустошённость, — я был в своём праве. Наследник жив и через пару дней будет в полном порядке, а прогибаться перед каждым княжичем… Это не мой путь.

— Идёмте, мальчики, — Аглая потянула нас за руки.

Домой мы приехали часам к десяти вечера. Лунёв на завтра меня отпустил, заявив, что я должен отдохнуть после дуэли. Посоветовал хорошенько отпраздновать свою победу. При этом у него был очень довольный вид, что вполне понятно. Мало того, что учитель выиграл, сделав ставку на меня, так ещё и без зазрения совести забрал пять процентов со всех денег, что выиграли мы с Адиком. Тут никто не возражал, всё по правилам.

— Это была не дуэль, а избиение младенца, — усмехался Лунёв, отсчитывая свою долю, — но, если что, я всегда рад тебя видеть и готов организовать приём ставок на следующий бой, — заявил Юрий Михайлович на прощание.

Дома Адик похвастался моими амулетами с целебной руной. Он купил себе специальный аппарат для гравировки и провёл прошлую ночь, рисуя узоры на отполированной поверхности. На артефактах с активацией кровью изобразил с обеих сторон каплю, а на остальных нарисовал волну, заявив, что именно так видит энергию.

Спать не хотелось от слова «совсем». Несмотря на то, что я не считал Тимофея достойным соперником, всегда оставался элемент неожиданности. Так что мой организм впрыснул в кровь изрядную долю адреналина, и я до сих бор был бодр и полон сил.

Выпив немного вина с Аглаей и Адиком, я засел за ноутбук. У меня уже готово пять артефактов, в субботу Адик отвезёт их Савве, чтобы протестировали в реальных условиях. Но до этого надо заполнить бумаги, зарегистрировать руну и описать свойства. Именно этим я и занялся, краем уха прислушиваясь, как Аглая разносит Адика и заодно строит планы на его деньги. Всё-таки он выиграл почти десять тысяч рублей, у них отношения, и Аглая вполне справедливо решила, что деньги имеет смысл потратить сообща. Например, на отдых.

Как я и ожидал, регистрация и описание артефакта подействовали на меня, как хорошее снотворное.

На следующий день после школы и тренировки я наконец-то добрался до мастерской Колычева.

Увидев меня, мастер сразу позвал к себе в кабинет. Лицо у него было недовольным. Он сидел за столом, барабаня пальцами по столешнице. Перед Колычевым стоял открытый ноутбук.

— Значит, я должен одобрить, как твой учитель, артефакт лечения? — Он перевёл взгляд с экрана на меня.

— Да, — я достал из кармана артефакт и подвинул его по столешнице в сторону Матвея Фёдоровича.

— Когда утром пришло уведомление, и я решил посмотреть, что там придумал мой ученик, готов был взорваться. Подать заявку на регистрацию целительского артефакта! Какая глупость! Чем я тебе насолил, что ты решил меня подставить подобным образом? Да надо мной всё сообщество будет смеяться, одобри я подобную заявку.

Я тяжело вздохнул. Именно такой реакции, зная Колычева, я и ожидал. Он действует на эмоциях и всюду ищет подвох.

— Но у меня было время остыть и подумать, — продолжил мастер, — ты хорошо себя показал. Твои знания удивляют. Скажу честно, ты заслужил моё уважение и, главное, доверие, — он замолчал, уставившись на меня.

— Благодарю, — с достоинством ответил я, — мне приятно это слышать.

— Так вот. Я почитал книги, поговорил с людьми. Многие из опытных мастеров не считают такие артефакты сказкой. Подобные имеются в родовых сокровищницах высшей аристократии. Им несколько сотен лет, но говорят, что среди них до сих пор можно встретить рабочий образец.

— Это вряд ли, — удивился я в ответ, — такой срок… нужна очень сильная защита руны и очень глубокое понимание вкупе с силой воли. А ещё желательно такой артефакт хранить в месте, насыщенном энергией, — задумался я и принялся размышлять вслух, — хорошо бы увидеть образец. Сравнить руну…

— Мал ты ещё, чтобы тебе доверили артефакт из сокровищниц, — рявкнул на меня Колычев, после чего взял артефактные очки и начал разглядывать мою руну.

— Интересно, — он отложил в сторону артефакт, — только ничего не понятно. Это, знаешь ли, раздражает. Особенно осознание того, что шестнадцатилетний юнец может превзойти меня!

— Понимаю, — кивнул я. Честь мастера задета. Он с детства изучал рунологию. Хоть и специализировался всего на нескольких рунах, кроме них, думаю, немало всего знает. А тут прихожу я, на вид совсем пацан, и делаю то, чего Колычев даже разобрать не может, чтобы понять, как оно работает.

— В общем, я уже успокоился. Но у меня остались вопросы. Первый, как это продавать? Кто поверит в такой артефакт? Ну и второе, мне самому надо сначала поверить в него.

— Начнём со второго вопроса, — я, глядя Колычеву в глаза, взял со стола острый нож, который мастер использовал для вскрытия писем, и резко полоснул себя им по руке.

Кровь полилась мгновенно. Было больно, но я даже не поморщился. Что такое боль от пореза, когда ты десятилетиями живёшь с жуткой болью в ногах, которую практически невозможно унять.

— Ты что творишь! — Колычев вскочил из-за стола. Руки у него тряслись, как и нижняя губа. Лицо мгновенно побледнело. Этого я не учёл. Если мастер сейчас грохнется в обморок, все мои старания коту под хвост.

— Оденьте очки и просто приложите артефакт к моей ране, — резко скомандовал я, и Колычев подчинился. Быстро спустил очки со лба на глаза и приложил артефакт к моей ране.

Мы вместе наблюдали, как руна активируется, ощутив кровь. Артефакт засветился, делясь энергией, которая проходила через руну, активируя заклинание лечения. Кровь практически сразу остановилась. Края раны начали сходиться и зарастать. Энергии хватило для практически полного излечения. У меня на руке осталась тонкая полоска шрама.

— Ты ненормальный! — Колычев подошёл к бару и налил себе виски, после чего, не садясь за стол, выпил залпом. — Идиот! А если бы не сработал твой артефакт?

— Он же сработал, — ответил я, — не мог не сработать.

Колычев подошёл к столу и недовольно уставился на лужу крови на столешнице.

— Не выношу вида крови, — выдал он, — будь добр, вытри, а то я за себя не ручаюсь, — мастер снова побледнел.

Пришлось сходить за тряпкой и бумажными полотенцами. После уборки мы пересели в кресла друг напротив друга.

— На один вопрос я ответил. Теперь у вас нет сомнений, что артефакт рабочий.

— Ответил… — проворчал он, — так ответил, что я чуть сознание не потерял! Ты же не будешь каждого покупателя подобным образом убеждать?

— Завтра пять артефактов, точнее, уже четыре, — я вспомнил, что один только что истратил, — в общем, завтра они будут в больнице Подольска. Мой приятель там работает. Я знаком с Назаренко Борисом Борисовичем. Савва передаст их ему.

— Хорошая мысль, — согласился со мной Матвей Фёдорович, — Назаренко известный целитель. К его мнению прислушиваются. Вообще, — Колычев отпил из бокала, — если у тебя всё получится, это будет бомба. И я не шучу. В прямом смысле этого слова. Ты мгновенно обретёшь известность. Для твоего возраста это и хорошо, и плохо. На тебя обратят внимание и попробуют забрать к себе в род. Правда, и условия будут на порядок лучше, чем обычно. Но могут найтись и такие, кто попробует привязать тебя силой.

— Буду решать проблемы по мере их появления, — не люблю заранее пугаться. Планирование вообще не моя сильная сторона. К гипотетическим угрозам я всегда относился несерьёзно. Нужно просто стать сильным и известным, таким, чтобы связываться со мной желающих не находилось. Это пока сложно сделать, но есть другой путь — стать нужным слишком многим. Лучше работать с разными людьми. Высшими аристократами, правительством, выйти на зарубежных клиентов. Тогда за меня заступятся, чтобы я продолжал работать для всех. Ведь если меня заберёт один род, мои артефакты не попадут на рынок. Или ценник будет очень высок. Да и вряд ли их будут продавать только за деньги. Тут уже пойдут в ход и услуги, включая политические уступки, и прочее.

Но у меня ещё есть время всё обдумать. Не думаю, что удастся быстро изменить мнение, сложившееся об артефактах лечения.

Глава 18

Глава 18

Домой я приехал с ощущением, что меня выжали, как лимон. Не было никаких сил и желания что-то делать или с кем-то общаться. Хорошо, что дома никого не было, и я завалился на небольшой диванчик, чтобы перевести дух.

Неделя выдалась нелёгкой. Тут и учёба, и полноценные тренировки в спортивном зале. Дядя Женя спуску не давал. По вечерам я делал артефакты. Затем эта дуэль и, как вишенка на торте, сегодняшняя беседа с Колычевым.

Я вспомнил Серкха, который как-то объяснял, что на самом деле не только моему телу шестнадцать лет. Ментально я тоже соответствую этому возрасту. Пусть я прожил больше, это в данном случае не имеет никакого значения, так как нынешний я, всё-таки, не совсем прошлый я…

Моя нервная система более возбудима, чем я привык. В моей крови целые коктейли гормонов. В подтверждение его слов могу сказать, что очень часто смеюсь. Да, кому-то это кажется пустяком, но, будь я прежним, меня многие вещи просто не рассмешили бы. Всё это влияет на мой разум и мои решения. Вот, к примеру, сегодня я мог бы устроить менее кровавую демонстрацию работы моего артефакта. Зачем я так поступил? Неустойчивая подростковая психика? Да вроде у моих ровесников с этим делом всё в порядке. Не замечал за ними спонтанных действий. Или тут имеет место конфликт между моим сознанием и телом? Не знаю.

Прикоснувшись рукой к татуировке паучка, вызвал Серкха на разговор и изложил ему свои проблемы.

— Нет, проблема не в конфликте. Ты просто сильно устал. Твоё тело молодо, как и разум. В прошлой жизни ты мог сутками работать и привык к этому, хотя подобные перегрузки сказывались на твоём характере. В быту ты был злым и раздражительным, но, когда брался за дело, моментально успокаивался. Вот и здесь то же самое. Тебе просто надо выспаться и отдохнуть.

— Пожалуй, ты прав, — согласился я с его доводами. Стало легче.

— Не хочется быть психом, — поделился я с Серкхом, чувствуя, как проваливаюсь в сон.

Проснулся часов около восьми утра и сперва не понял, где нахожусь. Тело затекло от неудобного дивана. Быстро вскочив, не сразу сообразил, что сегодня суббота, и мне не надо никуда спешить.

Раз уж встал, приготовил себе и Адику завтрак, после чего проводил друга. Они с Аглаей отправились в Подольск. Точнее, ребята поехали в Москву на все выходные, чтобы погулять, пройтись по магазинам. Но сначала решили заскочить в Подольск, чтобы передать артефакты Савве.

Планов у меня никаких не было, и это было удивительно. Я решил воспользоваться советом Серхка и просто отдохнуть, не думая ни о чём. Погулял по городу, пообедал в хорошем ресторане, снова погулял. Сходил в одиночестве в кино. Выходные пролетели незаметно.

Во вторник я приехал на школьный полигон уже в качестве помощника Лунёва. Задачи, которые он мне нарезал, были понятны, и я вполне с ними справлялся.

Юрий Михайлович поставил меня работать с группой целителей, которые по-прежнему отрабатывали огненные шары и защиту. И то, и другое оставляло желать лучшего. Их попытки выглядели откровенно жалкими. Но Лунёв объяснял, что, в первую очередь, надо выработать умение, доведя его до рефлекса, а мощность и понимание со временем наслоятся.

Вообще он считал, что каждый маг, будь то целитель или зельевар, должен уметь хотя бы ставить щит. Тут я был абсолютно согласен. Более того, по моему мнению, любой маг должен быть воином в душе. Умение сражаться закаляет силу воли и учит без страха смотреть на жизнь в любой ситуации. Правда, в последнее время я слегка пересмотрел свои взгляды, но хотя бы поставить щит каждый маг должен уметь!

В группе у меня было двенадцать человек. Семь девушек и пять парней. Девушки были симпатичные, что вполне объяснимо. Всё-таки целители.

Занятие длилось час. Вроде бы недолго, но я слегка притомился.

— Куда ты пуляешь! — кричал я на робкого парня, у которого получался достаточно мощный огненный шар, но вот направление он задать толком не мог. — Не надо махать рукой, когда у тебя в ладони заклинание! — Я успел поставить щит перед девушкой, что стояла неподалёку напротив своего противника.

— И ты не отвлекайся, — другая девушка забыла поставить щит, глядя на нас, и мне пришлось остановить огненный шар, который в этот момент в неё выпустили, — работайте друг против друга и не глазейте по сторонам!

В общем, я понимаю, почему Лунёв практически полностью седой. Тут за целителями глаз да глаз, а у него два десятка боевиков сейчас, и тоже не без приключений. То один сам себе в ногу попадёт, то другой слишком сильно накачает шар, так, что щит противника вот-вот лопнет.

Когда занятие закончилось, я с облегчением выдохнул, но, стоит признаться, мне понравилось.

— Пойдём ко мне в кабинет, — позвал меня Юрий Михайлович.

— У меня автобус в школу через пятнадцать минут! — напомнил я.

— Если не успеешь, Сергей Степанович тебя отвезёт, — Лунёв кивнул на своего хромого помощника.

Мы прошли в небольшой кабинет, и Юрий Михайлович сел за стол, заваленный бумагами.

— В день дуэли мне было не до этого. Тут и деньги привалили, шутка ли, почти трёхмесячную зарплату за вечер поднял, — произнёс он доверительно, — а у меня четверо детей, трое внуков… — задумчиво протянул Лунёв и замолчал.

— Рад за вас, но, боюсь, это была разовая акция, — я многозначительно посмотрел на часы, которые висели над столом. Зачем мне эта информация? Хотя любопытно. Не ожидал, что Лунёв настолько плодовит. Да и с возрастом я, похоже, ошибся, решив, что ему слегка за сорок. Тут, скорее, за шестьдесят.

С магами вообще сложно. Поди, угадай, сколько кому лет, если магия держит организм в тонусе. Кроме того, есть целители. Но встречаются и обратные примеры. Тот же Колычев выглядит значительно старше своего реального возраста.

— Извини, задумался, — Юрий Михайлович включил экран монитора. — Все выходные мне что-то не давало покоя в твоей дуэли. Вчера я сохранил запись и несколько раз её посмотрел. Обратил внимание на одну деталь. Пояснишь? — Он кинул на меня внимательный взгляд. — Подойди.

Я подошёл и встал у учителя за плечом, глядя на экран. Лунёв включил запись дуэли. В принципе, ничего нового я не увидел.

— В чём вопрос? — решил уточнить я, когда запись закончилась моей безоговорочной победой. Правда, имелись у меня мысли, что именно зацепило Лунёва.

— Вот здесь! — Он остановил запись в самом начале, где я слегка притопнул ногой. — Что ты сделал?

— Запустил земляные копья, чтобы разрушить щит Медведева. Слабые, но их хватило.

— Руки ты демонстративно держишь за спиной, — начал вслух размышлять Лунёв. — Медведев, видя это, расслаблен. Ты начинаешь поднимать руки, он напружинивает ноги, чтобы вовремя отскочить в сторону и не тратить всю энергию на щит. Его явно хорошо учили. Он следит за твоими руками и понимает, что ты по-прежнему не готов. Но в этот момент щит начинает трещать по швам. Смотри, на его лице удивление. Я бы даже сказал, что он ошеломлён.

— Так и задумывалось, — согласился я. Лунёв хорошо всё видел и понял больше чем мне хотелось бы. С другой стороны, это было ожидаемо. Он опытный боец, да ещё под рукой видеозапись прошедшей дуэли.

— Значит, заклинание ты выпустил в тот момент, когда топал ногой. Сначала я думал, что это отвлекающий манёвр. Ты топаешь, Медведев переводит взгляд на твои ноги, в этот момент ты запускаешь заклинание. Но видеозапись… Получается, ты послал земляные колья именно через ногу? — Юрий Михайлович слегка повернул голову и уставился на меня.

— Получается, что так, — я не стал спорить с очевидными вещами.

— Ты знаешь, что это уровень владения каналами, который встречается только у магистров и архимагистров? Правда, больше в теории. Мало кто его использует. Обычно достаточно рук.

— Возможно. Частично вы правы. Чтобы стать магистром, необходимо освоить управление всеми крупными каналами тела. Но вы упускаете тот факт, что освоить их надо до того, как станешь магистром, иначе не перейдёшь порог.

— Есть такая теория, — Лунёв слегка качнул головой, в задумчивости глядя сквозь меня, — но часть магов считает, что, наоборот, только став магистром, ты сможешь научиться полноценно работать со своими каналами.

— Бред! — фыркнул я. Как можно путать причину со следствием? — Если ты не научился управлять каналами, то не перейдёшь на следующий уровень. Не знаю, кто распространяет подобные сведения, но это явно вредители.

— Ты говоришь так, будто знаешь, как действовать, — в его голосе звучало недоверие вперемешку с подозрением.

— Спросите любого магистра, и он вам подтвердит, что для перехода нужно уметь управлять каналами. Вообще, это какой-то идиотизм!

Я прям завёлся. Ладно, скрывают информацию о заклинаниях. Это я ещё могу как-то понять. Но тут же не просто умалчивают, а целенаправленно дезинформируют других магов. Кроме как вредительством, я это назвать никак не могу.

— Те, кто так говорят, вредители и враги. Можно сказать даже, убийцы. Сколько магов погибло при переходе на уровень магистра, наслушавшись глупых советов?

— А ты, значит, знаешь, как правильно? — скептически поинтересовался Лунёв. Его недоверие было легко объяснимо. Кого он видел перед собой? Шестнадцатилетнего юнца. Откуда я могу знать подобные вещи?

— Прошу прощения за эту вспышку, — я успокоился, понимая, что ничего ему не докажу, — вы правы, мне неоткуда знать такие вещи. Пусть каждый живёт своей жизнью и верит в то, во что хочет верить.

— Кое-кто говорит, — не обращая внимания на мои слова, продолжил Юрий Михайлович, — что информацию специально утаивают, чтобы магистрами становились только подконтрольные аристократам маги.

— Возможно, эти «кое-кто» действительно правы, — кивнул я, — но противостоять сложившейся системе я не собираюсь. Хоть и считаю, что подобная информация должна быть общедоступной, и каждый новый магистр усиливает империю, а каждая гибель кандидата её ослабляет. Это если смотреть с точки зрения императора. А если смотреть с общечеловеческой точки зрения, то каждый погибший маг чей-то сын, чей-то муж…

— Я принял твою точку зрения, — по-военному чётко кивнул мне Лунёв, как равному. Что-то в моих словах его зацепило.

— Мой хороший друг погиб, пытаясь перейти на уровень магистра, — неожиданно поделился он со мной.

На мой взгляд, мы с Юрием Михайловичем недостаточно близко знакомы, чтобы он рассказывал о подобных личных вещах и делился своими переживаниями. Видимо, ему что-то от меня нужно. Что? На заговорщика Лунёв не похож, и вряд ли будет ратовать за свержение нынешней власти.

— Соболезную, — коротко ответил я. Тут главное — не сказать ничего лишнего, пусть сам расскажет.

— Я говорил, что у меня четверо детей?

— Упоминали.

— Старшему тридцать четыре года. Он на грани. На грани магистра, и я не уверен, что ему удастся перейти эту грань и остаться в живых. Я готов цепляться за любой шанс, — Лунёв посмотрел на меня пронзительным взглядом, в котором читались боль и надежда.

Я не мог отказать.

— Мне надо его увидеть и поговорить с ним, — нет смысла отнекиваться. Надо действовать решительно. Возможно, мне действительно удастся помочь, — только есть одно очень важное условие. Прошу соблюдать тайну и не винить меня, если не получится помочь вашему сыну. Обещаю, что сделаю всё, что в моих силах.

— Дальше меня эта информация не уйдёт, — тихо произнёс Лунев.

— Расскажите, как так произошло, что ваш сын дорос до магистра. Насколько я понимаю, большинство магов останавливается на трёхстах единицах и не лезет выше. И даже если ты поднялся до четырёхсот, просто год не используй магию, и источник начинает потихоньку деградировать.

Об этом мне Колычев рассказывал. Он внимательно следит за своим источником, не позволяя тому увеличиваться. К тому же, среди магов ходит слишком много страшилок, и только единицы решаются попробовать достигнуть уровня магистра. Да и не нужно это обычному магу. Тех же трёхсот единиц вполне хватает для безбедной жизни.

— Сядь, — обратился ко мне Юрий Михайлович, явно не зная, как начать свой рассказ, — моего сына зовут Павел. Как я говорил, ему тридцать четыре года. И профессия у него совершенно мирная. Пашка у меня геолог, — в его голосе звучали теплота и гордость.

— Геолог? — удивлённо отреагировал я.

— Да. Он отлично работает с землёй. Занимается поиском месторождений полезных ископаемых, включая нефть, которая в последние годы ценится всё выше и выше. Ищет места, где стоит бурить. Где выход породы ближе к земле. Оценивает объемы. Его способности хорошо оплачиваются, ведь он помогает нефтяным кампаниям экономить огромные деньги.

— Понимаю, — кивнул я, — только для такого уровня нужен сильный источник.

— Так и есть. Нефть залегает глубоко, и, чтобы выбрать идеальное место для бурения, требуются не только умение и знание специфических заклинаний, но и мощный источник. Он у Павла держался в районе четырёхсот единиц. Сын внимательно следил, чтобы источник не рос дальше.

— И что произошло? — Вообще, при таком объёме очень трудно развивать источник. Тем более, в этом мире.

— Он уехал на вахту. Шесть месяцев для исследования и картографирования новых месторождений. Глушь. Тайга. Пришлось наводить мосты с местными жителями. Без их содействия в тех местах никуда. Там было два шамана. Старик и его ученик. Мой Пашка им чем-то приглянулся. Они провели с ним три месяца. Поили каким-то особенным чаем, учили общаться с духами. Жили на окраине магического леса, иногда посещали его в поисках трав. Все эти месяцы Павел не забывал о своей работе и закончил её в срок.

Лунев замолчал, но ненадолго:

— Пашка вернулся в Москву и сдал работу. Но понял, что с ним что-то не так. У него началась ломка. Не знаю, что там этот чёртов шаман намешивал в чай, но моего сына упекли в больницу. Целитель неделю выводил из его организма токсины. В общем… не знаю, в чём причина. То ли из-за шамана, то ли из-за близости магического леса, а может быть, вообще целитель виноват, что вливал бесконтрольно энергию для чистки организма. Но результат налицо. Размер источника у моего сына почти пятьсот единиц. Он совсем не пользуется магией, но это делу не помогает. Источник, по словам свежующих людей уже «разогнался».

— Почему никто не взялся ему помочь? Профессия нужная, полезная. Наверняка в Москве есть магистры, да даже среди целителей. Неужели они не могут рассказать, как преодолеть этот порог?

— Да приходили к нему, — грустно усмехнулся Юрий Михайлович, — прямо очередь выстроилась из аристократов. «Мы тебе поможем!» — говорили они. Правда, никакой гарантии не даём, и не забудь сначала контракт с нами заключить. На тридцать лет. А Пашка у меня привык быть независимым. Или, правильнее сказать, самостоятельным. В итоге он сбежал из Москвы со словами: «Лучше помру, чем продамся в рабство».

— Ну… на мой взгляд, слишком радикальная точка зрения. Можно же выбрать достойный род.

— Возможно, я слегка утрирую, — Лунёв кивнул, соглашаясь с моими доводами, — но… ты вот сам на его месте как поступил бы? И учти, никто особых гарантий не даёт. Да и договор там действительно кабальный. Первые десять лет зарплата фиксированная, в размере пятисот рублей. Да у меня Пашка за вахту привозит, минимум, пять тысяч!

— Мёртвым деньги не нужны… — философски заметил я.

— Не нужны. Но семье нужны. В некоторых контрактах даже прописано было, что в случае неудачи при переходе на уровень магистра семья должна будет полностью оплатить издержки. Суммы разные, от десяти до ста тысяч рублей. Будь он боевым магом, условия наверняка были бы лучше, — развёл руками Лунев.

Рассказывая о сыне, он весь сгорбился и поник. В голосе звучали горечь и боль. Иногда проскальзывало негодование. Юрия Михайловича можно понять. Представители родов могут помочь преодолеть границу Павлу, но требуют за это служение. С точки зрения рода это приемлемо. Никто не будет заниматься благотворительностью. Но с общечеловеческой точки зрения неправильно. Возможно, когда я стану главой рода, тоже буду пользоваться подобной возможностью усилить свой род магистрами. Только вот условия должны быть более человечными, и перекладывать риск на семью неправильно.

— Значит, он сейчас дома? — уточнил я.

— Да. У него жена на седьмом месяце. Ждут дочку. Он очень хочет её увидеть.

— Сколько времени осталось? Какое у него состояние источника?

— Целитель осматривал недавно. Сказал, от недели до месяца, — Лунёв печально вздохнул.

— А других аристократов вы поискать не пробовали? С более нормальными условиями? На Москве свет клином не сошёлся.

— Пробовали. Но никто не даёт гарантий. Мы общались с одним родом из Владимира. Они предлагают хорошие условия. Контракт всего на пять лет. И статистика у них не самая худшая, — Юрий Михайлович задумчиво потёр подбородок и саркастически усмехнулся, — один выживший из трёх.

— Хм… — Теперь уже я озадаченно потёр затылок. Для моего мира считалось плохим результатом, когда погибал один из десяти. — А у других родов какая статистика?

— Примерно такая же. Один из трёх, у других из четырёх или пяти. От двадцати до тридцати процентов.

— Пипец, — высказался я, — и они ещё за это деньги требуют?

В ответ Лунёв лишь кивнул. Да уж. Вообще непонятно, какую помощь они оказывают, если смертность настолько высока.

— А без аристократического рода каков шанс на выживание? — решил уточнить я. Хотя и Аглая, и Зотов мне говорили, что хорошо, если выживает один из десяти. Но такие эксперименты очень редки. Уже почти сотню лет желающих самостоятельно преодолеть рубеж практически нет.

— Один из десяти, — подтвердил мои сведения Лунёв.

— Дикость. Вредительство. Страна лишается лучших людей, и никто ничего не делает! — в сердцах высказался я.

— Ты не прав. Делает. Старается, чтобы подобны случаев было как можно меньше. Объясняет, как следить за ростом источника, как его притормозить.

— Ладно, — махнул я рукой, — не будем лезть в политику, тем более, изменить мы ничего не в силах. Но у меня есть очень важный вопрос, — твёрдо произнёс я, поймав взгляд Лунёва, — почему вы вдруг решили обратиться ко мне? Со стороны это кажется безумием. Доверить жизнь своего сына шестнадцатилетнему пацану.

— Как я и говорил, в данный момент я готов ухватиться за любую соломинку. Но, кроме этого, у меня есть глаза и голова на плечах. Ты показал себя в школе, как весьма умелый маг. Да и на моих занятиях очевидно, что ты на голову выше остальных. Источник в размере двухсот единиц среди твоих ровесников встречается, пусть и очень редко. Но подобное владение энергией… Требуется либо талант на грани гениальности, либо многолетний опыт. После твоей дуэли я взглянул на тебя с другой стороны. Ты не боевик. Ты маг. Умный и расчётливый, с большим опытом.

Вчера я ездил в школу. Пообщался с Софьей Леонидовной. Она рассказала о твоём удивительном умении работать с энергией. После этого мне попался Абби. Тот назвал тебя мастером ци и предположил, что ты являешься воплощением Бодхисаттвы, что бы это ни значило. Если уж он о тебе такого мнения, сомневаться в твоих умениях глупо и недальновидно. Сегодня я посмотрел, как ты занимаешься с ребятами. Это была последняя проверка. Ты справился на «отлично».

Складываем все детали. Сильный и опытный маг с удивительным уровнем владения энергией. Общеизвестно, что для прорыва на магистра нужно в первую очередь умение работать с энергией. Среди моего окружения нет ни одного человека с твоим уровнем. Даже Абби говорит, что ты по мастерству превзошёл его. Вывод прост. Ты — единственный шанс помочь выжить моему сыну при прорыве.

Юрий Михайлович закончил говорить и встал из-за стола. Прошёлся по комнате, подошёл к окну, потом повернулся ко мне и внезапно опустился на одно колено, преклонив голову.

— Мастер, прошу, примите моё служение и окажите помощь моему сыну.

Я вскочил со стула и схватил Лунёва за руку, пытаясь поднять.

— Не надо, — я тянул его вверх, но тот всё не желал подниматься. — Я попробую помочь вашему сыну. Но служение мне ни к чему.

— Мне больше нечего дать вам, — продолжил он гнуть свою линию.

— Давайте так, — твёрдо произнёс я, — сначала помощь, а потом решим. Договорились?

Лунев наконец-то поднялся на ноги и пожал протянутую мной руку.

Глава 19

Глава 19

В школу я в итоге не поехал, а отправился в мастерскую к Колычеву. Простая монотонная работа меня всегда успокаивала. Сидел, делал не спеша защитные артефакты, размышляя над словами Лунёва. Он, оказывается, ещё не ставил сына в известность обо мне. Ему только предстоял этот разговор, и реакцию Павла и его семьи Юрий Михайлович не брался предсказать. Есть немаленький шанс, что сын, уже давно живущий самостоятельной жизнью, может не принять точку зрения отца. Но на это я повлиять уже был не в силах. Решение принимать ему.

В тот же день вечером побеседовал с Аглаей. У неё были обратные проблемы. Из-за использования накопителя в первые недели источник целительницы хорошо подрастал, но сейчас застопорился. За последнюю неделю ей удалось добавить только одну единицу.

— Это нормально. Я бы сказал, отлично, — успокаивал я девушку, которой не терпелось стать магистром. — Сейчас твои каналы укрепляются. Они пока слабы для нового ранга. В руках уже вполне достойные, но в ногах, например, совершенно не развитые. И хорошо, что у тебя есть это время. Упражняйся с каналами, учись ими управлять. Было бы хуже, если бы нам пришлось уже завтра пытаться выйти на новый уровень, когда ты не до конца готова.

— Но, может быть, я просто выпью зелье и стану наконец магистром? — В это слово она вкладывала не только повышение ранга, но и получение дворянства, о чём Аглая так давно мечтала.

— Нет, — жёстко оборвал я девушку и посмотрел на Адика, мол, хоть ты ей объясни, что ещё рано. К тому же, зелье я хранил у себя, не рискуя отдавать его Аглае.

— Ну ладно, — она вздохнула и неожиданно заявила:

— А мне понравилась Анна Медведева. Столько о ней слышала, а только на дуэли увидела. Симпатичная девушка, и держится, как истинная аристократка. Вот даже не знаю, получится ли у меня так. А ведь я скоро стану дворянкой.

— Анна Медведева, — я закатил глаза. Вот не нужны мне эти разговоры, особенно в тот момент, когда я окончательно решил держаться от неё подальше, — меня её поведение как раз задело, и я не считаю его достойным. Как-то вдруг ореол вокруг неё развеялся, — я развёл руками. Действительно, что-то в поведении княжны меня покоробило. Возможно, напомнило меня прошлого. Но очарование прошло и, как говорится, слава богу. У нас с ней всё равно не было никакого будущего. А страдать по недоступному точно не для меня.

— Вообще, хорошо, что на твоём пути попались Медведевы, — ухмыльнулся Адик, — ты уже с них немало поимел. И деньги, и дом. И силы свои попробовал против серьёзного мага. Репутацию приобрёл. Да и я денег поднял! — Он расплылся в довольной улыбке.

— Главное, чтобы это в будущем не аукнулось, — не разделял я его радостного отношения к Медведевым.

Следующие дни прошли спокойно. Даже занятие с учениками на полигоне как-то очень просто мне далось. Думаю, через пару месяцев из меня получится хороший учитель. Лунёв в шутку заметил, что я так незаметно и его подсижу! Пришлось пообещать, что на место учителя не претендую.

Насчёт Павла Юрий Михайлович лишь печально покачал головой. Обо мне он рассказал. Но ни сын, ни его жена пока не приняли никакого решения. Лунёв явно был недоволен этим фактом, но излишне давить не собирался.

Вообще, неделя прошла достаточно хорошо. Работалось и училось легко. Вот что значит как следует отдохнул в выходные. Выспался, перегрузился, и вперёд, к новым достижениям. Нашлось даже время на бумажную работу. Я написал инструкцию по накопителям для Зотова и ещё одну, по работе с лечебными артефактами. Её отправил Савве на почту. Тот сообщил, что передал артефакты Борису Борисовичу, но главный целитель городской больницы весьма скептически к ним отнёсся. Пришлось звонить Зотову. Я знал, что они часто видятся, так что покапал ему на мозги. Пусть поторопит Бориса Борисовича.

В пятницу в спортивном клубе Евгений Михайлович устроил для нас что-то типа экзамена. Поставил меня и Адика друг против друга. На мой взгляд, рановато. Две недели занятий меня слегка подтянули в физическом плане, но приёмы, показанные тренером, требовали отработки. Так что мы с Адиком весьма медленно и коряво боролись друг с другом, пытаясь использовать броски и захваты, которым нас обучили. Но так, без азарта. Бить друг другу морды у нас никакого желания не имелось.

— Н-да… — задумчиво протянул тренер, глядя на нашу возню, — как я и думал, — заключил он с весьма хмурым и задумчивым видом.

— Нам бы пару месяцев позаниматься, — обиженно засопел Адик. Он прекрасно понимал, как мы выглядим.

— Да хоть год, — тренер прошёлся перед нами, — толк, конечно, будет, но…

— Но? — не выдержал я медленного хода беседы.

— Смотрите, — Евгений Михайлович встрепенулся, выйдя из задумчивости, — вы оба только осваиваете единоборства. Лучше и быстрее это делать с сильным партнёром. Когда вы на себе чувствуете правильно проведённые приёмы. Так что, если вам нужен прогресс, приходите завтра к одиннадцати утра, — он слегка усмехнулся, — побудете грушами для битья, зато опыта наберётесь.

— Мы будем, тренер, — поклонился Адик.

Я лишь вздохнул и кивнул. Грушей для битья мне работать не хотелось. Но мысль тренера я понимал и признавал рациональность его предложения. Вообще, мне нравилось ходить сюда в рабочие дни. Зал был практически пуст, и дядя Женя занимался с нами, можно сказать, индивидуально. Но оттачивать приёмы лучше с опытным партнёром в схватках. Тут он был прав.

— Хорошо, так и решим, — он окинул нас внимательным взглядом, — посмотрел я на вас за это время. Ребята вы вроде хорошие, целеустремлённые. Не подведите меня!

Закончив, дядя Женя ушёл к себе в тренерскую, а мы отправились переодеваться.

Адик отправился на учёбу. Я же, закинув спортивную сумку домой и переодевшись, встретился с Борисом и Саней. Ребята решили показать мне город, а то я здесь уже больше трёх месяцев, а толком нигде не был.

Мы прошлись по разным заведениям, где, на мой взгляд, собиралась маргинальная публика. Какие-то клубы, кафе. Было любопытно окунуться в необычную атмосферу этого города. Кто-то читал стихи, кто-то пел. В третьем заведении проходил рэп-баттл. Правда, я был далёк от этой субкультуры.

Борис и Саня ощущали себя в этой среде, как рыбы в воде. У них было много знакомых и приятелей. А ещё, к моему удивлению, ребята пользовались повышенным вниманием девушек.

В итоге вечер у нас закончился в одном из ресторанов. Нам составила компанию группа девушек, примерно наших ровесниц. Мы немного выпили, хорошо поели. Много смеялись. Ребята делились историями из своей жизни, я тоже что-то рассказывал. Впервые себя ощутил настоящим подростком. Человеком, который не загружен проблемами, а просто живёт и наслаждается обществом друзей. Удивительно непривычное и очень приятное чувство.

На часах было одиннадцать вечера, когда я вернулся домой. Адика ещё не было, так что, умывшись, я завалился спать.

Мария Ильинична стояла у окна в своём кабинете. Офис гильдии прикладной магии находился на тридцатом этаже, и из окна открывался изумительный вид на вечернюю Москву. Ей нравилось провожать вечер пятницы именно таким образом. Стать руководителем гильдии магов — огромное достижение, которым она по праву гордилась.

Обведя взглядом кабинет, женщина удовлетворённо опустилась в кресло. Когда Мария Ильинична только вступила в должность, она немало сил потратила на обстановку. Сейчас здесь был сплошной хай-тек. Модный, современный. Прозрачные столы, прозрачные стулья. Большой экран телевизора на стене. Минимум предметов. Но, проработав достаточно долго в этой обстановке, глава гильдии должна была признать, что подобный интерьер не слишком удобен и функционален. К тому же, не позволяет расслабиться. Взгляду на за что зацепиться. Большое пространство и никакой индивидуальности. Слишком холодно и… одиноко. Но на посетителей производит впечатление, так что что-то менять в ближайшее время женщина не планировала.

Тем более, у Марии Ильиничны было место для отдыха. Небольшая квартира в соседнем здании, обставленная по её вкусу, куда она никого не пускала. Женщине было стыдно показывать знакомым, что в ней спит мещанка и любительница «бабушкиных» интерьеров. На полу пушистые тёплые ковры, старая мебель, репродукции и картины известных художников. Вазы, салфетки… Уютно, тепло и очень мило.

— Мария Ильинична, — в дверь без стука вошёл секретарь, тридцатилетний Егор. Он был хорош собой. Широкие плечи, белозубая улыбка, крепкие руки, — вы просили известить, если появятся новости о Колычеве.

— Да, Егор, — женщина слегка улыбнулась. Сегодня пятница, и их ждёт номер в дорогом отеле. А перед этим ужин в ресторане. — Рассказывай!

Секретарь активировал планшет:

— Тут, правда, информация, скорее, об ученике Матвея Фёдоровича, поэтому наш аналитический отдел сразу не обратил внимания, но новости занимательные.

— Давай к делу, не мучай меня!

— Ученик Колычева зарегистрировал два новых артефакта. Один в соавторстве с Зотовым, Всеволодом Дмитриевичем, второй артефакт полностью его.

— Любопытно, и что за артефакты?

— С Зотовым накопитель, — Егор протянул планшет с открытым описанием.

Мария Ильинична углубилась в чтение. Любопытно. Накопитель, который не фонит магической энергией, а сохраняет её. Можно использовать для раскачки источника или для хранения энергии. Женщина внимательно прочитала короткое пособие авторства Максима Андера и отдала планшет Егору.

— Максим Андер… это же тот мальчишка, на аттестацию которого я ездила?

— У вас отличная память! — льстиво улыбнулся Егор. — Это было около четырёх месяцев назад. Вы ездили в Подольск. Кстати, Зотов именно там и живёт.

— Севу я помню. Он постоянно пишет заявки на организацию собственной лаборатории. Наша гильдия их каждый год отклоняет. Ещё он одно время пытался стать учеником Колычева. А Максим Андер мне не понравился. Такой же самодовольный и напыщенный, как его учитель. Никакого уважения. А ведь я глава гильдии, да и старше его!

— Молодость часто идёт рука об руку с глупостью, — поддержал её праведное возмущение Егор.

— Ладно, — она покивала, — продолжай. Что там за второй артефакт?

— Второй артефакт. По нему бумаги заполнил Максим Андер, но так как он ученик Колычева, то мастер дал одобрение. Думаю, вам понравится, — Егор улыбнулся и, открыв нужную вкладку, снова протянул планшет Марии Ильиничне.

— Это что, шутка какая-то? — Женщина удивлённо подняла взгляд на Егора, стоило ей прочитать описание. — Целительский артефакт?

Тот с улыбкой превосходства на лице кивнул. Егор не был магом, так, слабым одарённым, но магическую школу окончил и знал, что целительских артефактов не бывает.

Мария Ильинична внимательно перечитала описание и принялась за изучение руны.

— Ты, наверное, знаешь, что целительские артефакты не изготавливают?

— Конечно!

— Но не потому, что этого нельзя в принципе сделать. Тут, скорее, вопрос рациональности. Слабых целителей в стране много, их услуги стоят недорого. Это довольно большой рынок. Есть ещё сильные целители. Они стоят особняком. На них большой спрос, и их время высоко ценится. Так вот, сильный целитель уровня около магистра вполне способен изучить рунологию и начать делать артефакты. Только зачем? Ладно пару сотен лет назад. Тогда такие артефакты ещё были в ходу. Стоили, правда, баснословно дорого. Но это можно объяснить. Целителей было значительно меньше, да и логистика страдала. Иногда, чтобы добраться до мастера чтобы излечиться, надо было потратить пять-десять дней! Тогда подобные артефакты могли спасти жизнь. Сейчас времена другие.

— Да и медицина не стоит на месте, — Егор знал, что зачастую проще пройти лечение в современной клинике, чем обращаться к мощному целителю, у которого время может быть расписано и на полгода вперёд.

— Так и есть… — Женщина задумчиво побарабанила наманикюренными ногтями по стеклянной поверхности стола, — у Максима дар рунолога. Это значит, что любая руна ему даётся гораздо менее энергозатратно. Дар очень редкий. С таким даром можно делать артефакты с целительской руной. Только вот ему всего шестнадцать лет, а целительские заклинания очень сложны в изучении. Бо́льшая часть целителей ими даже не пользуется.

— Уверен, что Колычев просто прикрывается его именем, — Егор чутко улавливал настроение своей начальницы и был отлично осведомлён о её вражде с Матвеем.

— Я тоже так думаю. Он всегда мечтал создать что-то своё. Не просто быть мастером, которому повезло получить и не профукать наследство, а оставить свой личный след в магии. Но лечебный артефакт… Сколько он таких может сделать? Один-два за год?

— Наверняка работает с группой…

— Да, у него есть одна девушка. Какое-то у неё исконно русское имя, — Мария Ильинична задумалась, вспоминая, — вроде Аглая зовут. Он её берет периодически с собой, при этом бережёт, как зеницу ока. Никого к ней не подпускает. Вполне возможно, что что-то у них получилось, и ему удалось повторить работу старых мастеров. Ради славы Колычев пойдёт на что угодно. Пусть производство обойдётся в десятки тысяч рублей, а продавать артефакт он будет за тысячу. Неважно! Старый тщеславный пердун! — выругалась женщина.

— Гильдия как-нибудь отреагирует? — спросил Егор.

— И ведь хитрый какой, прикрылся именем ученика. Типа, не его разработка. Но если всё получится, наверняка все лавры себе заберёт, — Мария Ильинична отложила планшет в сторону и подняла на Егора задумчивый взгляд. — Обеспечь разгромные статьи в журналах. Выживший из ума старик попытался повторить работы древних мастеров. В общем, пусть в нашем пиар-отделе сами придумают, что написать. Передай, чтобы камня на камне от него не оставили! Ещё затребуйте экземпляр для проведения проверки. Уверена, она покажет, что этот артефакт приносит больше вреда, чем пользы, — на лице директора гильдии магов появилось злорадное выражение. Уж это она обеспечит лично.

— Сделаем, — Егор довольно улыбнулся. Ему нравилось, когда Мария Ильинична злилась. В этот момент с неё слетала холодность, и он видел в ней обычную женщину, — а что с накопителем Зотова? Там же тоже ученик Колычева замешан.

— Думаю, Зотов зачем-то решил задобрить Колычева. Возможно, он не оставляет надежду стать его учеником. Хороший вариант подобраться к нему с помощью Максима, — ей нравилось рассуждать в присутствии Егора. Тот всегда внимательно слушал, и женщина видела в его глазах уважение к её уму.

— Может быть, вам встретиться со Старицкими, — предложил Егор дельную мысль, — накопители — их вотчина…

— Нет, — помотала головой женщина, — там не дураки сидят. Они прекрасно понимают, что пять слабых накопителей в месяц никак не изменят рынок. Это экзотика. Пусть продаётся. А вот репутация может пострадать. Не будут они связываться с Зотовым. Тем более, Сева — весьма известная в артефакторике личность. Да, репутация у него неоднозначная. Идеи иногда кажутся сумасшедшими, но он безобидный и увлечённый. Его любят в сообществе.

— Понял, — кивнул Егор, — значит, не чиним никаких преград.

— Да… и назначь мне с ним встречу, скажем, на конец января. Думаю, к этому времени будет понятно со спросом на его накопители.

— Сделаю, — Егор пометил в своём блокноте.

— Сева — учёный с кучей идей. Но не бизнесмен, — решила объяснить свою мысль Мария Ильинична, — если продажи пойдут, он не справится с масштабированием. Наладить производство и выпускать сто накопителей в месяц он не сможет. Его предел — пара штук в месяц, и то, думаю, Зотов быстро охладеет, как это уже не раз бывало, и увлечётся чем-то другим, совсем забросив свои накопители. Но я считаю это направление весьма перспективным.

— И сможете наладить такое производство! — тут же уловил мысль Егор.

— Да, — женщина гордо вскинулась. Ей нравилось слышать лесть и восхищение в голосе Егора. — Зотов будет в моих руках. Либо гильдия признает его накопители негодными, либо я запускаю производство, держа в руках контрольный пакет. Кнут и пряник, — поучительно произнесла она.

— Будет сделано! — важно кивнул Егор с серьёзным видом, после чего лукаво улыбнулся. — Вообще-то… рабочее время закончилось тридцать минут назад. Маша…

Он зашёл за спину женщины и начал массировать ей плечи.

Мария Ильинична позволила себе слегка расслабиться. Егор заработал сегодняшний вечер, принеся отличные новости. Возможность унизить Колычева дорогого стоила. И не просто унизить, а разрушить его репутацию, втоптать его имя в грязь! На лице Марии появилась довольная улыбка. Ещё и Зотов с накопителями. Хорошая возможность создать предприятие, которое будет кормить её десятилетиями. Надо только бумаги на себя переоформить. Сева — простой артефактор, которого легко будет прижать к стенке, пообещав золотые горы и личную лабораторию под крылом гильдии. Как не крути, он больше ученый, чем предприниматель. Нет в нем нужной жилки. Вот пусть и занимается наукой, а производство она возьмет в свои руки.

Можно еще провести хитрый ход, дать Максиму звание мастера за особые заслуги. Сделать это не сложно. Достаточно гильдии оставить хороший отзыв на накопитель и внести соответствующее предложение. Такой ход убивает одним выстрелом двух зайцев. Выводит Максима из под влияния Колычева. Наверняка Матвей сильно обидится. Уверена, что у мастера имеются далекоидущие планы на ученика и в ближайшее время он не собирается того отпускать. И, заодно за вручение звания «мастера» с Максима можно стребовать его долю в авторстве по накопителю. Оставить ему пять процентов и пусть радуется. Молодые люди такие не дальновидные. Предпочитают получить всё сразу и сейчас, пусть это и немного, чем получить много, но когда-то в будущем.

План готов и теперь можно по настоящему расслабиться. Мария Ильинична улыбнулась Егору. Эти выходные он запомнит надолго.

От автора:

Вот и закончилась третья книга. Ружья развешаны по стенам и заряжены.

Жду вас в четвертой книге! https://author.today/work/587817

Ну и дежурное: проверьте, горит ли красным сердечко под книгой? Это важно! для автора. Спасибо!

Nota bene

Книга предоставленаЦокольным этажом , где можно скачать и другие книги.

Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту, например, черезAmnezia VPN : -15% на Premium, но также есть Free.

Еще у нас есть: 1. Почта b@searchfloor.org — получите зеркало или отправьте в теме письма название книги, автора, серию или ссылку, чтобы найти ее. 2. Telegram-бот, для которого нужно: 1) создать группу, 2) добавить в нее бота по ссылке и 3) сделать его админом с правом на «Анонимность» . * * * Если вам понравилась книга, наградите автора лайком и донатом: Часовщик – 3