Роман — пляжный спасатель, который умирает от скуки на летней смене. Но всё меняется, когда к его вышке подходит Лена — вожатая из соседнего лагеря, пышногрудная блондинка с застенчивой улыбкой и недетскими планами. Она уводит его в столовую, знакомит со своей подругой Светой — дерзкой медсестричкой с зелёными глазами и медицинским халатом, который скрывает слишком многое. Между тремя взрослыми завязывается игра без правил: стетоскопы, связанные руки, слепые повязки, сравнения с резиновыми игрушками. Лена хочет, чтобы Роман выбрал её. Света — чтобы он доказал, что она лучше любой подделки. А Роман лишь понимает, что этот последний день смены может стать единственным — девушки отказываются давать номера, боясь ссориться из-за него. Он между ними, без права на продолжение, и не знает, чья победа его разрушит.
01. Пляжный спасатель (часть 1)
— Привет! Не скучно тебе там? — встав под моей вышкой, спросила привлекательная светловолосая девушка.
Я уже несколько часов подряд находился на своём посту спасателя, наблюдая за вверенным мне участком пляжа и прилегающим к нему морем. Совсем скоро меня сменит напарник. Ну а пока придётся посидеть в тени с биноклем в руках, изнывая от июльской жары.
— И тебе привет! — бодро прокричал я. Искренне улыбнулся от заданного мне вопроса и добавил: — Ну, есть немного.
Не выпуская бинокля из рук, облокотился на ограждение и стал разглядывать мою визави.
Эта девушка, — кажется, её зовут Лена, — вожатая из детского лагеря, что расположился неподалёку. Отдыхающие в нём дети каждый день купаются на нашем пляже и играют в подвижные игры.
Вот и сегодня вымотанные мальчишки и девчонки закончили перекидывать через сетку волейбольный мяч и под руководством другого вожатого только что покинули старательно охраняемую мной территорию.
Время приближалось к обеду. А Лена почему-то не спешила уходить.
— Не задолбали ещё дети? — шутя, спросил я, и она вновь подняла взгляд на вышку.
— А сам как думаешь? Жду не дождусь конца смены!
— Понимаю. И долго ещё тебе ждать?
Устав от скуки, я был совсем не прочь поболтать с очаровательной пышногрудой блондинкой.
— Завтра разъедутся по домам! — радостно ответила Лена, а потом заправила за ухо выпавшую прядь волос и добавила: — И мы тоже.
— Мы… это вожатые?
— Да! Мы же здесь тоже не на всё лето… — ответила девушка, опустила глаза и с нескрываемой грустью в голосе сообщила: — А через месяц снова отсиживать зад на скучных парах…
Студентка. Так я и думал! Интересно, где Лена учится? На физвос не похоже, слишком женственна. Педагогический? Возможно…
— Ну ясно. А мне нравилось смотреть, как вы играете! Жаль, что смена закончится.
— Правда? — изобразив удивление, спросила меня Ленка. Но я лишь кивнул и уставился на пузатого мужика, шаткой походкой заходящего в воду. — Тяжёлая, наверное, у тебя работа… А у спасателей бывает обед? — заигрывающе поинтересовалась девушка.
— А как же! Сейчас придёт мой напарник, сменит меня… Пойду в кубрик, заварю себе дошика…
— Эй! Ты что⁈ Так питаться нельзя! — с укором посмотрела на меня Лена и загадочно улыбнулась. — Если хочешь, приходи в нашу столовую! Сегодня там праздничный обед по поводу окончания смены.
— А так разве можно?
На самом деле, я частенько питался в столовой детского лагеря. Но по понятным соображениям старался не появляться там слишком часто. И если и делал это, то всегда ближе к концу смен. Так что вопрос мой был задан больше для конспирации.
— Мы тебя проведём, если хочешь. Приходи! Поешь нормально! Обед начнётся через полчаса! — уговаривала меня блондинка. — Меня, кстати, Леной зовут! — назвала она своё имя и выжидательно уставилась на меня.
— Роман. Приятно познакомиться, Лена!
— Ромка, значит! Ладно, Ром… Мне пора бежать! Надеюсь, ещё увидимся!
Девушка радостно помахала ладошкой и убежала в сторону лагеря. Но перед тем, как окончательно скрыться из вида, обернулась и поймала мой восхищённый взгляд.
Да, попка у неё тоже что надо!
❖ ❖ ❖
Чуть меньше, чем через час, я уже сидел в столовой за столиком с двумя симпатичными вожатыми. Обе девушки выглядели так, словно сошли со страниц яркого летнего романа. Их компания наполняла пространство вокруг слабой, едва осязаемой энергией. А я не мог отделаться от мысли, что эти милые создания — не просто случайные знакомые, а героини какой-то загадочной истории, в которую я оказался невольно вовлечён.
— Знакомься, это Света, моя лучшая подруга! — представила Лена вторую вожатую.
Её голос прозвучал так, будто она открывала занавес перед началом спектакля.
Света опустилась рядом с блондинкой. Движения её были плавными, уверенными, словно она привыкла быть в центре внимания. Девушка поставила на стол свой поднос, и я взглянул на её ухоженные руки. На пальцах колечки, на ногтях красивый маникюр.
Короткая стрижка Светланы подчёркивала изящные черты её лица: прямую линию носа, немного приподнятые уголки губ, будто готовые в любой момент расплыться в улыбке, и зелёные глаза, которые, казалось, видели всё насквозь. Чёлка, слегка прикрывающая лоб, добавляла девушке загадочности, а золотые серёжки в виде тонких колечек мягко поблёскивали при каждом движении головы.
— Роман. Приятно познакомиться! Я видел тебя на пляже. Шикарно подаёшь! — выпалил я, стараясь скрыть своё непонятно откуда взявшееся смущение.
— Да? Спасибо! А ты тот самый спасатель? — внимательно посмотрев на меня, спросила Светлана и лёгким движением руки поправила свои каштановые с медным отливом волосы.
Её вопрос прозвучал игриво. В нём чувствовались нотки искреннего любопытства.
— Угу, — промычал я, уплетая за обе щеки картофельное пюре с тефтелями, и бросил взгляд на Елену.
Та сидела, склонившись над тарелкой, и явно старалась избегать моего взгляда. Светлые, цвета спелой пшеницы волосы Лены были собраны в небрежный пучок, из которого выбивались несколько прядей. Они покачивались при каждом движении головы, эффектно оттеняя нежную линию шеи. Девушка не поднимала глаз, но я заметил, как чуть-чуть порозовели её щёки.
После пляжа Ленка переоделась: теперь на ней был бежевый топ на тонких бретельках, который подчёркивал её хрупкие плечи, и белые шортики, добавлявшие образу лёгкости и свежести. В облике девушки ощущалось что-то невероятно уютное, словно она сама излучала тепло летнего солнца.
Света, напротив, выглядела ярко и дерзко. Она сидела в белом медицинском халате, явно накинутом наспех, потому что под ним угадывались очертания короткого, спортивного ярко-красного топа. Этот цвет говорил об уверенности и энергичности. Взгляд девушки оставался прямым и чуть насмешливым, как если бы она знала что-то, чего не знал я, и это её забавляло. Неспроста же Светлана назвала меня «тем самым» спасателем.
— Так ты, Свет, учишься в меде? — полюбопытствовал я, пытаясь разрядить атмосферу.
— Угу. Как доктор Айболит, лечу от всех болезней! — ответила девушка и звонко рассмеялась.
— Терапевт? — предположил я.
— В яблочко! — Света подмигнула, и в её глазах мелькнула искорка азарта.
— А ты? Начфак? — встретившись взглядом с Леной, спросил я вторую девушку.
— У-у, — отрицательно промычала она, помотав головой в стороны. — Не угадал! Оператор магистральных газопроводов! — гордо заявила Елена.
— Ничего себе! Не ожидал… А ты умеешь удивить!
— Да я и сама… Просто так вот сложилось, — ответила девушка и бросила взгляд на подругу. — Ром, а ты не мог бы помочь нам после обеда?
Помочь? Я как-то раз смотрел один старый немецкий фильм, который начинался прям точь-в-точь как сейчас! Мне уже интересно…
— Да без проблем! Разве можно отказать таким очаровательным девушкам! Работу я на сегодня закончил, так что до вечера дел особых у меня нет. Я в вашем полном распоряжении!
Девчата смущённо захихикали, продолжая обед. Елена с аппетитом жевала своего «Цезаря», а Света наворачивала ароматный борщ со сметаной.
Я же не мог избавиться от ощущения, что эти две девушки — полные противоположности, но именно это и делало их дуэт таким гармоничным. Лена, с её мягкостью и застенчивостью, и Света, с её яркостью и уверенностью, казалось, дополняли друг друга, как две части одного целого. И, глядя на них, я понимал, что они что-то задумали.
Их взгляды, их улыбки, их лёгкие перешёптывания — всё это наводило на мысль, что у девчонок есть план, и я, сам того не ведая, уже стал его частью.
❖ ❖ ❖
Разобравшись с обедом, я закинул в рот два ломтика жевательной резинки и откинулся на спинку стула, любуясь тем, как Света, не торопясь, доедает свой десерт. Она чайной ложкой отсекала от пирожного кусочек за кусочком и эротично направляла в свой рот.
— Мы тогда с Ромой пойдём, — сказала Елена и поднялась из-за стола.
Покинув столовую, мы с ней направились к медпункту. Там она взяла ключи от подсобки. А через минуту вручила мне стремянку, молоток и показала, где лежат гвозди.
— Лен, а что мы собираемся ими прибивать?
— Информационный стенд. К стене медпункта.
— И большой он, этот ваш стенд?
— Ну, где-то вот такой… — Широко разведя руки в стороны, девушка показала примерный размер.
Разглядывая пышную грудь Лены, я прикинул вес объекта и, наконец, определился с выбором гвоздей. Взял их штук десять и потопал на выход. У стены медпункта разложил стремянку и услышал голос девушки:
— Ром, помоги! Тяжёлый. Я одна не подниму!
— Красавица, что ж ты творишь⁈ Давай я сам! — сказал я, когда вошёл в тамбур и увидел согнувшуюся пополам Ленку, силящуюся поднять массивную доску объявлений. — Ну-ка! Оп-па!
Не без труда я поднял стенд и аккуратно, чтобы ничего не снести им по пути, понёс на выход. Осторожно забрался по ступеням стремянки и прислонил стенд к деревянной стене. Быстро справившись с удивлением, Лена выбежала следом за мной.
— Посмотри, ровно? Нет? — спросил я.
— Ровно. Только давай немного повыше…
Выполнив просьбу девушки, я протянул раскрытую ладонь вниз, жестом показывая, что мне нужен гвоздь и молоток. Лена тут же всё поняла. Она протянула мне в одной руке инструмент, а в другой три гвоздя.
Я вставил один гвоздь в прорезь гвоздодёра и взял молоток из руки девушки. А потом одним прицельным ударом вогнал гвоздь в угол стенда и, повернув в руке молоток, двумя ударами забил гвоздь до упора.
— Ещё один, — скомандовал я и опустил молоток. Лена сама вставила гвоздь, удивлённо повторяя за мной те же самые действия. — Там магнит! Удобно, скажи?
— Да, очень! Откуда ты всё это знаешь? — изумлённо спросила девушка и с восхищением взглянула на меня.
— Я много чего знаю. И умею тоже. Если что, и ремонт сам могу, и в электрике шарю… — не смог удержаться я.
Слез со стремянки и оценил проделанную работу. Видимо, этот информационно-агитационный стенд готовила Света. Ну или обе девушки вместе. Плакаты призывали мыть перед едой руки, чистить по утрам и вечерам зубы, сообщая о том, что ждёт тех, кто этого делать не будет. Ну и, конечно, не осталась без внимания польза зарядки.
Я увлечённо разглядывал забавные физические упражнения, предлагаемые стендом, и погружался в уютную атмосферу летнего лагеря. Может, мне тоже стоит поработать вожатым?
— Спасибо тебе огромное, Ром! — поблагодарила Елена и выдернула меня из размышлений. — Можешь отнести стремянку?
— Пожалуйста! Да, конечно, — любезно согласился я, подхватил инструмент и понёс обратно в подсобку.
И пока девушка что-то искала в тёмном пыльном помещении, а затем, будто специально растягивая время, боролась с навесным замком, я отошёл к умывальникам, скинул с себя пропитанную по́том футболку. И без стеснения быстро ополоснулся в холодной воде.
— Что? — спросил я, когда заметил уставившуюся на меня Ленку. Ладонью стряхнул с лица капли и сам себе же ответил: — Ох, тут, наверное, нельзя… Дети же!
— Да все уже спят. Ничего страшного! Если хочешь… можешь даже принять душ… — покусывая нижнюю губу, робко предложила мне Лена. — Здесь недалеко. И это… У нас там лампочка перегорела. Может, зайдёшь потом, поменяешь?
Да, в этом лагере был летний душ. И я давно знал об этом. Но здесь был и электрик, который обязательно откликнулся бы на просьбу столь обаятельной девушки.
Чувствуя, что дело вовсе не в лампочке, я решил, что душ мне сейчас не помешает. Особенно с такой красоткой, как Лена.
Продолжение следует…
02. Пляжный спасатель (часть 2)
— Ну… Тогда ты иди, а я сбе́гаю за полотенцем, — робко предложила мне Лена.
Она легонько прикусила краешек нижней губы и, ещё немного постояв напротив меня, поспешила в свой домик где-то в глубине лагеря.
Разглаживая мокрые после «купания» в умывальнике волосы, я проводил стройную девушку взглядом. А затем, так и не надев свою влажную футболку, не спеша пошёл в сторону летнего душа. Но когда оказался в его тамбуре, увидел объявление, гласящее, что мужская половина закрыта на ремонт до конца следующей недели. Там же были указаны «мужские» и «женские» часы работы единственной оставшейся душевой комнаты.
Недолго думая, я заглянул в женскую половину и, убедившись, что там никого нет, вошёл внутрь. Повесил футболку на крючок. Снял шорты. Обернулся, чтобы посмотреть на оставшуюся не запертой дверь. Не закрою, и кто-нибудь может меня здесь увидеть. Может, запереться? А если придёт Лена? А она придёт! Иначе зачем ей понадобилось полотенце?
В итоге я решил ничего не предпринимать. Стащил с себя плавки и прямо в сандалиях подошёл к лейке душа, крепившейся на стене. Открыл воду. Дождался, когда пойдёт тёплая, и залез под щекочущие тело струи. Закрыв кран, быстро намылил всё тело куском душистого мыла. И в этот момент скрипнула дверь. Я прогнулся назад, осторожно высовывая голову из-за перегородки.
— О! Ты уже начал⁈ — удивлённо посмотрев на меня, спросила Елена. Развернулась к двери и защёлкнула её на шпингалет. — Я тоже ополоснусь. Только ты не смотри! — стеснительно попросила меня девушка.
Я отвернулся, продолжая размазывать мыльную пену по своему телу. А через полминуты рядом зашумела вода. Я снова открыл кран, влез под струи и хорошенько смыл всё с себя.
Когда я закончил, мне даже не пришлось ждать. Шум воды прекратился, и я услышал шаги девушки. Постоял, стряхивая с себя капли.
А чем буду вытираться я? Хм… И только собрался спросить об этом, как за моей спиной появилась Елена. Она держала полотенце перед собой, прикрывая им от меня свою наготу, и продолжала вытираться.
— Подсматриваешь? Я же просила⁈ — недовольно проворчала девушка. А потом поняла, что нас могут услышать. Улыбнулась, опустила взгляд на мои ягодицы и, покраснев, хихикнула. — Давай я тебя оботру. Только не поворачивайся!
А Лена у нас, похоже, стесняшка. И обаяшка. Люблю таких девушек! Потому что они самые способные. Ну или как минимум быстро учатся и всегда стараются в постели.
Абсолютно голый, я стоял и смотрел на розоватую кафельную плитку на стене перед собой. Лена сделала шаг вперёд и принялась промакивать своим полотенцем мои плечи. Руки. Поясницу. Затем с силой прижала махровую ткань к моим ягодицам.
От попытки устоять на одном месте мышцы на моей заднице напряглись, и Ленка это почувствовала. Она тихо хмыкнула и опять стала промакивать полотенцем мои лопатки и шею. Тогда я развернулся, схватился за полотенце и начал помогать себе сам.
— Я же… п-просила… Не об-борачиваться… — робко произнесла Лена, отвела глаза в сторону и, продолжая держаться за полотенце одной рукой, второй прикрыла свою пышную грудь, а если точнее, лишь её серединку с призывно торчащим соском.
— О! Смотри! Ты здесь капельки пропустила! — сказал я и тут же накинул края полотенца на плечи девушки. Медленно обошёл её, оказался сзади и продолжил вытирать. — Почему ты стесняешься? У тебя шикарное тело! Красивая грудь. А какая у тебя аппетитная попка! Мм…
Я не сдержался и легонько шлёпнул Ленку по всё ещё влажной ягодице. Девушка ойкнула и попыталась отойти от меня, но я быстро накинул полотенце на её плечи, обернул им по кругу и приобнял обеими руками.
Лена пахла гелем для душа и своим сладковатым парфюмом, аромат которого я бы не спутал ни с чем другим.
— Знаешь? Тебе очень идёт эта причёска! Эти прядки так мило покачиваются, когда ты говоришь… — прошептал я у самого уха девушки. Притянул её к себе ещё ближе и коснулся губами тонкой шеи. — Твой запах… — снова прошептал я и, втягивая воздух через ноздри, провёл по коже кончиком носа до самой мочки уха. — Он путает мои мысли… Но лишь одну никак не может заглушить. Знаешь какую?
— И какую же? — тихо спросила Елена, покрываясь мелкими мурашками.
— Ты мне нравишься. Очень!
— Хи-хи… Давно ли? — саркастично спросила она, но довольные интонации её приятного голоса выражали настроение лучше любых слов.
— Почти с того самого дня, как увидел тебя в первый раз!
— А чего тогда сразу не познакомился?
— Я просто не мог оставить свой пост! Я ведь спасатель. Вдруг кому-то понадобилась бы моя помощь⁈ А каждый раз, когда я освобождался, тебя на пляже уже не было… И я не знал, где искать тебя.
— Хитрец! Ладно. Будем считать, что я поверила, — сдалась, наконец, девушка.
Я опустил ладони ещё ниже, прижимая их к упругим полушариям через ткань полотенца. А Лена подалась назад и уткнулась попкой в мой пах. Я уже был готов перейти к более решительным действиям. Но кто-то снаружи внезапно толкнул закрытую дверь и, сообразив, что здесь занято, постучался.
— Ленка! Ты здесь, что ли? — раздался высокий мужской голос.
— Семён, отвали! Если хочешь принять душ, имей совесть подождать! — гневно ответила Лена и отошла от меня вместе со своим полотенцем.
А я опять остался стоять совсем голый.
— Ты там одна?
— Да, одна! — без колебаний соврала девушка.
Видимо, это был ещё один вожатый из их лагеря. В тот же миг я вознамерился надеть свои плавки. А этот Семён зашёл в ремонтируемую часть комнаты, и Ленка испуганно посмотрела на пространство между потолком и верхним краем стены, разделяющей мужскую и женскую половины.
— Прячься! — одними только губами беспомощно произнесла девушка.
Замахала рукой, жестами давая понять, что меня ни в коем случае не должны здесь увидеть. А когда опустила глаза и разглядела меня спереди, прикусила нижнюю губу, а потом прикрыла ладошкой рот. Едва не охнув в голос, Елена отняла руку от лица и, втягивая в себя губы, снова замахала ладошкой.
За стеной послышались звуки влезающего на что-то незваного гостя. Я рванул к противоположному краю разделяющей нас стены, встал к ней спиной и выжидающе поднял голову.
— Ну? И что ты здесь делаешь? — с ехидством праздно поинтересовался Семён.
Судя по голосу, голова парня торчала уже над стеной, но из-за перегородки мне она была не видна.
— А ты не видишь⁈ Моюсь я! — кутаясь в полотенце, возмущалась Елена. — Уходи! Маньяк хренов! Не то я расскажу Валентине Константиновне, что ты за нами подглядывал!
— Ути-пути, какие мы злые. Лен, ну нельзя же так!
— Как так⁈ — продолжала она разговаривать с назойливым парнем, но её терпение постепенно кончалось.
— Ну, так!.. Я же тебе и цветы подарил! И в кафе приглашал! Чего ты ломаешься?
— Ты про тот веник? Иди уже отсюда! Ловелас недоделанный! Или я всё про тебя расскажу директрисе!
— А может, ты… это? Ну… со своей Светкой. Шпилите друг друга? Или как это у вас называется⁈
— Что-о⁈ — начала закипать Лена. — Знаешь что⁈
— Семён! — раздался ещё чей-то грубоватый голос из-за двери. — Я тебя сама отстрапоню, если ты не прекратишь подглядывать за девчонками! А ну, пошёл вон оттуда! — Незадачливый ухажёр тут же спрыгнул на пол, выбежал из помещения и, судя по звукам, получил смачного подзатыльника. А мы с Ленкой едва сдержались, чтобы не заржать в голос. — Ленка, ты чего там заперлась? Открывай давай! — сказал тот же хрипловатый женский бас.
— Так это… Семён же! Видите? — растерянно крикнула Лена и вся побледнела.
Она на носочках подбежала ко мне и, поглядывая туда, где только что торчала голова с позором изгнанного бедолаги, тихо заговорила:
— Мне конец! Это Тамара Ивановна из столовой! Что теперь делать⁈
Понимая, что времени в обрез, я прикинул высоту стены. Подошёл, подпрыгнул, подтянулся на руках. Но, как назло, в последний момент зацепился прибором за неудобно торчащий из стены кронштейн и чуть не спалился.
— Береги инструмент! — болезненно прошипела девушка мне в спину, а потом захихикала.
— Так ты откроешь мне или как? — совсем не шутя, сердилась женщина.
— Иду уже! Иду! Просто одевалась… — крикнула Лена.
Щёлкнул шпингалет. Женщина вошла внутрь. Но перед этим ко мне прилетели по очереди плавки, футболка и шорты. Подобрав их с пыльного пола, я поспешил одеться. А когда за стеной зашумела вода, осторожно выбрался на свежий воздух.
Фух! Пронесло. Вот что бывает, когда приходишь в душ не в своё время!
Через минуту из здания вышла растрёпанная и раскрасневшаяся Ленка со скомканным полотенцем в руках. На ней снова красовались её белые шортики и бежевый топ. Девушка озорно взглянула на меня. А затем мотнула головой, призывая пойти вместе с ней.
❖ ❖ ❖
— Заходи! — сказала Елена.
Вынула ключ из замочной скважины и широко открыла двери медпункта, пропуская меня вперёд.
Небольшая комната метра три на четыре встретила нас полумраком и прохладой кондиционера. Щёлкнув по выключателю, девушка зажгла свет. И пока старый потолочный светильник гудел и моргал, пытаясь зажечься, Лена протиснулась между мной, шкафом и стоящей напротив него кушеткой. Подошла к узкому окну и открыла его жалюзи. В комнате стало немножко светлее, а потом, наконец, заработали лампы над нашими головами.
— Это тот самый? — спросил я, глядя на две трубки люминесцентных ламп под потолком. — Надо попробовать поменять стартер.
— Кого поменять? — усмехнувшись, переспросила Елена и бросила взгляд на белоснежный потолок. Взяла со столика электрический чайник и подошла к раковине.
— Такая маленькая беленькая штучка. Видишь? Вон в том углу! — сказал, перебивая шум текущей из крана воды, и показал рукой на светильник.
— А-а! В кладовке где-то были такие…
Лена закрыла крышку наполненного свежей водой чайника. Поставила его на подставку и включила. Девушка делала всё так, словно знала здесь каждую вещь. Хотя этот кабинет, полагаю, находился в ведении её лучшей подруги Светланы. Которой здесь пока не было.
Я присел на кушетку и стал разглядывать владения местного доктора Айболита. Бегло изучил шкаф, полки с вертикально стоящими на них тетрадками. И ещё одну полку повыше, на которой стояли разные книги.
— Здесь мы проводим свободное время, — нарушила тишину Лена.
— Уютно у вас здесь. Снаружи и не подумаешь, что внутри такой современный кабинет!
— Да! Нам повезло. Обновили как раз перед началом сезона.
Ленка взяла пульт от кондиционера, нажала на нём кнопку. Тот жалобно пикнул, и секунд пятнадцать спустя потоки холодного воздуха перестали шелестеть листами настенного календаря. Но вместо них зашипел нагревающийся электрочайник.
А я переключился на стол. Увидел на нём стетоскоп. С трудом до него дотянулся. Снова сел ровно и вставил в уши оливы. Задрал низ своей футболки и начал прикладывать головку медицинского прибора к груди.
Увидев это, Елена подлетела ко мне и попыталась отобрать стетоскоп:
— Положи на место! Света не любит, когда трогают её вещи! Тем более без спроса!
— Да перестань! Я ничего не сломаю! Обещаю тебе! — ответил я и, без труда отбившись от рук девушки, продолжил с улыбкой слушать звуки своего сердца. — Хм… Странный звук! Не слышал такого раньше… — сделав озадаченное лицо, произнёс я и посмотрел на чайник. — В детстве у меня нашли патологию сердца…
Когда Лена услышала эти слова, она тут же подскочила к чайнику, щёлкнула по его кнопке, и через десять секунд в комнате стало опять тихо. А девушка сразу же вернулась и села рядом со мной на кушетку:
— Что с тобой? Тебе плохо?
— Нет. Просто не понимаю… Неужели?..
— Ну? Что? Что-то серьёзное? — заволновалась Елена, когда я ничего не ответил. — Сейчас придёт Света. Она может тебя посмотреть!
Нет. Конечно же, у меня ничего не болело. Но трюк сработал, и эта милейшая девушка искренне начала переживать за моё самочувствие. А насчёт патологии я, кстати, не врал. Было дело. Но очень давно.
— Со мной всё в порядке. А как дела у тебя? — спросил я. Оторвал прохладную головку стетоскопа от своей груди и тут же приложил её к груди девушки ниже ключицы, неглубоко просунув пальцы под бежевую ткань топика. — Ш-ш-ш… Тут явная аритмия. Замри! — сказал я и стал прикладывать головку к другим местам, с каждым разом погружая её глубже в широкое декольте.
Прослушав всё сверху, опустил руки и попытался просунуть прибор под топик снизу. Но одежда девушки мне сильно мешала. И тогда Ленка сама взялась пальцами за край своего топа и оттянула его немного повыше.
Я просунул стетоскоп под эластичную ткань. Поприжимал его головку к основанию левой груди, будто бы слушая сердце. Коснулся нежного полушария другой рукой, приподнял его и прижал головку прибора к коже точно под грудью.
А затем резко выдернул оливы из ушей, и стетоскоп повис на моей шее.
— Что со мной, доктор⁈ — игриво ответила девушка, догадавшись, что я просто дурачусь.
— Надо срочно… провести массаж грудной мышцы! Я знаю как.
— Ох! Ну если надо… — ответила Лена и прогнулась сильнее, выпячивая вперёд свою грудь.
Я не спеша задрал её топик, обнажив шикарную грудь с большими светло-коричневыми ареолами. Прямо на моих глазах крупные розоватые сосочки начали сжиматься, выдвигаясь наружу. Положив всю пятерню на левую грудь, я принялся активно её массировать. При этом второй рукой нежно придерживал спину девушки.
— Кажется, помогает! — прикрыв глаза, прошептала Елена. — Мне уже лучше! — Шумно дыша, она медленно качала головой. Но потом вновь заговорила: — А вторую массировать разве не надо?
— Конечно, надо!
Я переместил руку на вторую грудь. Наклонился и обхватил губами твёрдый сосок первой груди.
— Ах! — простонала Елена. — Если бы все доктора лечили вот так…
Внезапно двери медпункта распахнулись, и на пороге нарисовалась его очаровательная хозяйка в белом халате. Она ехидно улыбнулась, глядя на смущённую своим появлением подругу. И та поспешила спрятать под топ великолепную грудь.
Дверь, наконец, закрылась. Светлана перевела взгляд на меня. Увидела стетоскоп и мгновенно нахмурилась.
— Кто тебе разрешил его брать⁈ — угрожающим тоном спросила она.
— Извини. Я был с ним предельно аккуратен, — спокойно ответил я, осторожно снял прибор с шеи и бережно положил его обратно на стол.
— Значит, тебе нравятся мои медицинские приборы? — приподняв одну бровь, с необъяснимым азартом спросила Светка. — Есть у меня один, который тоже должен тебе понравиться. Новый. Недавно получила. Поможешь мне его проверить?
— Да, конечно! — с лёгкостью согласился я, всё ещё чувствуя себя немного виноватым.
Но совершенно не имел понятия, о каком именно приборе идёт речь!
— Тогда никуда не уходи. Я скоро вернусь и займусь тобой!
Света открыла дверцу своего шкафа, что-то из него выудила и, подмигнув мне напоследок, опять скрылась за дверью.
— Ты ей понравился! — облегчённо сказала вдруг Лена. — Хм… И кажется, я знаю, о каком приборе она говорила! — загадочно улыбаясь, добавила девушка и хитро прищурилась. — Готовься получить удовольствие, спасатель!
Продолжение следует…
03. Пляжный спасатель (часть 3)
Как только Света вышла за дверь, Лена сказала, что я понравился её подруге. Это, наверное, потому, что та не стала слишком на меня злиться из-за своего стетоскопа. А ещё медсестричка попросила протестировать с ней какой-то новый прибор. Интересно, какой?
— Так ты говоришь, надо готовиться? — спросил я Елену.
— Не беспокойся, я всё сделаю сама! — кокетливо ответила девушка.
Поднялась с кушетки, сняла с вешалки второй халат и быстро накинула его на себя. Обошла вокруг стол, вытащила из стеклянного стакана ртутный градусник, несколько раз стряхнула, а затем сунула его мне в рот.
— Зачем? — невнятно промычал я.
— Ложись и не задавай лишних вопросов!
Елена надавила на мои плечи, пытаясь уложить меня на кушетку. Я недолго сопротивлялся для вида и, в конце концов, сдался. Девушка победно выдохнула, помогла мне водрузить ноги на кушетку, словно я и в самом деле был чем-то болен.
А потом Лена принялась стягивать с меня шорты. Я позволил ей сделать и это. А от предвкушения предстоящей игры мой член оттопыривал плавки всё больше и больше.
— Кстати, как там твой друг? Не поранился? Кхм… Лежите, больной, я должна вас осмотреть! — серьёзным тоном заявила Елена и, одним движением оттянув резинку плавок, освободила мой о́рган. — Так, так, так… Ах! Ну надо же⁈ Впредь будьте аккуратнее!
Лена развернулась, достала из шкафа небольшой бутылёк и несколько раз пшикнула чем-то из него на мой член. Судя по появившимся ощущениям, это был местный анестетик. Вряд ли это было так необходимо. Но тот кронштейн в душевой я ещё долго не забуду.
Взяв из коробочки на столе спиртовую салфетку, девушка развернула её и начала протирать ей мой член. Однако несмотря на действие анестетика, от спирта в ту же секунду защипало головку. Продолжая держать градусник во рту, я замычал, пытаясь сказать, что совсем не понимаю этих манипуляций.
А Ленка бросила салфетку в урну, склонилась над моим членом и, зажав кулачки между своих бёдер, облизнула головку. Я одобрительно промычал. Девушка лизнула её ещё раз. А потом ещё раз. А затем раскрыла свой ротик, глубоко опустилась им на мой член и сомкнула горячие губы почти на середине. Потёрлась о ствол язычком и медленно подняла голову, будто что-то высасывая из меня. При этом на щеках Лены даже появились аккуратные ямки! Ротик громко чмокнул, а из меня вырвался тихий стон.
И хотя член в какой-то мере онемел, то, что сделала Лена, показалось приятным. Но я решительно не понимал, зачем она это сделала. Что за прибор такой нужно тестировать, если для этого мой половой орган пришлось обработать анестетиком?
Девушка ещё раз наклонилась, чмокнула головку и повернулась ко мне.
— Вот теперь всё готово! — сказала Елена и попыталась залезть на кушетку.
Но в последний момент передумала. Расстегнула пуговки на своих шортиках и скинула их с себя, оставшись в топе и белых трусиках. Забралась на кушетку, села сверху и, откинув полы своего халата, принялась тереться обтянутой тканью промежностью о мой член.
Затем наклонилась и вынула изо рта градусник.
— Я так и думала! Придётся назначить вам процедуру лечебного слюнообмена для восстановления микрофлоры в полости рта! — сумничала девушка и хихикнула от своих собственных слов.
Она медленно потянулась к столу, прижимаясь грудью к моему лицу. Положила на стол градусник. А я, не теряя времени, задрал топик девушки и прильнул губами к груди.
— Ох! Так тоже нормально… — отреагировала Лена, забыв о назначенной мне процедуре. — Мне кажется, ваша болезнь не дообследована. Видимо, придётся оставить вас в стационаре до утра, — томно говорила она и подставляла по очереди каждую грудь.
А я уже вовсю мял сочную жопку девушки. Чувствуя нарастающее возбуждение Лены, я переместил руки на её грудь, и тогда девушка вспомнила о сделанном назначении. Прижалась к губам и настойчиво протолкнула в мой рот свой язычок.
Наконец, вернулась Светлана. Дверь хлопнула, и последовал звук поворачивающегося в замке ключа.
— Почему здесь пахнет спиртом? Ленка! Я же просила тебя ничего у меня без разрешения не трогать! — возмутилась хозяйка кабинета и, проходя мимо кушетки, шлёпнула подругу ладошкой по попе.
Не отрываясь от моих губ, Лена протяжно застонала и чуть не укусила меня. Но вовремя одумалась и приподнялась.
— Думаю, этого будет достаточно. Пора переходить к более действенным методам исследования вашего недуга.
— Я тебе говорила, что её не приняли в мед? — усмехнувшись, сказала Светлана и достала с полки шкафа цветную прямоугольную коробку. — И я, кажется, догадываюсь, почему…
— Она врёт! Я сама передумала туда поступать, — тихо проговорила мне в губы Елена и уставилась на меня своими карими глазами. — А спасатели все так вкусно целуются? Или мне повезло? — изнывая от возбуждения и покусывая губы, шептала Елена и опять тёрлась влажной промежностью о мой член.
Несмотря на, похоже, полное отсутствие медицинских знаний, Лене определённо нравилось играть роль врача. И этот халатик не даст мне соврать.
Света, наконец, закончила распаковывать её новый прибор, сполоснула что-то в раковине. И натягивая на руки синие медицинские перчатки, подошла ближе.
— Так, девушка. Освободите, пожалуйста, моего пациента! Ваши методы лечения слегка преждевременны, — сказал будущий терапевт, пытаясь оторвать от меня Ленку. — О-о! Что это тут у нас? Мм… — увидев мой член, удивлённо промычала Светлана. — Ассистент, снимите-ка с больного всё лишнее!
Лена тут же бросилась исполнять поручение. Ухватилась за низ моей футболки и стянула её через мою голову. Потом сползла ниже, увлекая за собой моё нижнее бельё. И через пятнадцать секунд я лежал на кушетке абсолютно нагой. А рядом со мной стояли две миловидных девушки в белых халатах. И у одной из них под ним уже ничего не было.
В руках Света держала резиновую вагину. На одном её конце располагался рот, а на другом — имитация половых губ и колечко ануса. Так вот о какой игрушке шла речь!
Девушка выдавила на два пальца прозрачный лубрикант, размазала его по половым губам реалистичной вагины, а затем медленно погрузила в неё синие скользкие пальчики.
— Ух… Жаль, я не могу сравнить ощущения… Но, по-моему, она весьма анатомична! Ром, ты когда-нибудь пробовал такую штучку? — спросила Светлана, глядя в мои глаза и продолжая ласкать пальцами свой мастурбатор.
— Хех… Нет, как-то не доводилось, — честно признался я.
— А хочешь попробовать? Хотя бы для сравнения? — задала вопрос девушка, вынула пальцы из искусственного влагалища и вставила их в рот игрушке. — Знаешь, я ведь купила её для своего парня… Хотела ему подарить. Думала, он будет доволен, пока меня не будет с ним рядом…
— У тебя есть парень⁈ — удивлённо спросил я, вообще не предполагая такого расклада.
— Хм… Был! — хмыкнув, разочарованно ответила Света. — Но он предпочёл другую. Поэтому я так и не успела попробовать эту игрушку. Как думаешь, кто лучше? Я или она?
Речь шла не про сравнение Светы с Леной. И даже не про сравнение Светланы с новой девушкой её бывшего. А про сравнение Светки с этой игрушкой! Я, конечно, не пробовал ни то, ни другое. Но разве может искусственная вагина быть лучше живой⁈ Бред какой-то!
Наигравшись с мастурбатором, Света расстегнула нижние пуговки своего халата. Закинула на кушетку колено и через мгновение уже сидела на мне.
— Предлагаешь мне сравнить это с тобой? — уточнил я намерения соблазнительной докторши.
— А ты не хочешь? — спросила она и прикусила губу. — На, попробуй! — добавила девушка и протянула мне свою игрушку. Я взял вагину из её рук и стал изучать мягкое на ощупь изделие с разных сторон. А Света начала ласкать мой член сразу двумя скользкими от лубриканта ладошками. — Хочу, чтобы ты сравнил каждую из этих дырочек! — постанывая, сказала она и, убрав со ствола одну ладонь, просунула её между своих ног.
Ничего себе! Каждую? Ну это точно меняет дело.
Проверив все три отверстия игрушки, я вернул её Свете. Она довольно улыбнулась. Снова взяла бутылочку с лубрикантом и двумя нажатиями выдавила немного прямо мне на головку. А затем повернула мастурбатор ртом вниз и медленно насадила его на мой член.
Света двигала игрушку вверх и вниз, крутила её в разные стороны. Наклоняла. Насаживала то до самого основания, то погружала в мягкий рот одну лишь головку. Иногда её рука ныряла ненадолго под халатик, а когда она возвращалась, я видел, как блестят кончики пальцев в синих перчатках.
Пока Лена наблюдала за всем этим представлением, она успела скинуть халат, избавиться от топа и трусиков и накинуть халат обратно. А мои пальцы гладили её девочку, заставляя Ленку тихо постанывать.
— Нравится? Тогда почему ты не кончаешь? — недоумевая, спросила меня Света.
— Наверное, это всё тот анестетик…
— Что⁈ — удивилась Светлана, сняла с моего члена мастурбатор и посмотрела на подругу.
— Он зацепился им в душевой комнате за штуковину на стене. И я подумала, что ему больно! — оправдала свои действия Лена.
— Боже, Ленка! Анестетик снижает чувствительность! — объяснила подруге Светлана и перевела взволнованный взгляд на меня. — А что там у вас произошло? Ты правда поранился?
Елена вкратце пересказала подруге историю про Семёна и начальницу столовой, отметив то, как ловко я перебрался через ту стену, избежав суровой участи быть пойманным.
— А-ха-ха! Ну вы даёте… Ты хоть что-нибудь чувствуешь? — спросила меня Света, внимательно разглядывая мой продолжающий стоять колом член.
— Конечно! И это было приятно. Но…
— Не то? — не дала мне закончить девушка. — Тогда пора сравнить с моим ротиком…
Светлана отползла дальше, поудобнее улеглась в моих ногах и принялась демонстрировать свои оральные навыки. Но перед этим она сняла с себя обе перчатки. Мягкой салфеткой удалила с моего полового органа весь лубрикант. И стала играть язычком с его головкой.
— Ох! Такого не сделает ни одна игрушка! Да! Продолжай, — прохрипел я от наслаждения.
Света лизала головку, крутила вокруг неё своим язычком, иногда пытаясь просунуть его кончик внутрь моего члена. Чередовала приятные ощущения с лёгким дискомфортом. Стягивала ладошкой кожицу к самой головке, собирая толстой гармошкой, и, наоборот, оттягивала от неё, заставляя набухать ве́нки на члене. Прижимала головку к губам, давая ей погрузиться только наполовину, а потом вновь жадно ласкала её мокрым язычком.
Я уже не мог сдерживаться и, когда Светка в очередной раз обхватила головку горячими губами, начал бурно кончать прямо ей в рот. Девушка принялась шумно сглатывать и насадилась ещё глубже, даря мне невероятно приятные ощущения. При этом она сама всё время постанывала, словно испытывала ничуть не меньшее удовольствие.
— Ну что? Кого бы ты выбрал? — выпустив ствол изо рта, спросила меня Света и облизнулась.
— Я бы не променял твой волшебный ротик даже на сотню таких вагин!
— Хи-хи… А ты умеешь делать комплименты! — ответила Света. — Отдохни, и мы приступим к следующей дырочке.
Докторша слезла с меня и отошла к своему рабочему столу. Ленка всё так же стояла рядом, а её соки уже текли по внутренней стороне бёдер.
— Держи! Можешь поиграться сама. Или попросить сделать это Романа, — сказала Светлана и вручила подруге резиновый член с пупырышками. — Лубрикант вам, очевидно, ни к чему. Наслаждайтесь! Ха-ха!
Я поднялся с кушетки, подхватил Ленку под попу и усадил на своё место. Развернул её вдоль и уселся в ногах. Лена подняла колени и мне открылся изумительный вид на её возбуждённую, идеально гладкую киску.
Ничего не говоря, девушка вставила в себя резиновый член и шумно выдохнула.
Лаская свой клитор пальцами одной руки, она держала игрушку второй рукой и яростно пихала её в себя. При этом Ленка эротично стонала и крутила головой в стороны. Я же с тихим восторгом созерцал яркое шоу прямо из первых рядов.
Всё это продлилось буквально минуту. Девушка вздрогнула, замерла и только лишь пальчик на бугорке клитора продолжал быстро двигаться.
— Да-а! Ах! Ах! О-о-о-о! — прокричала она, затем стихла, немного помолчала и, продолжая раз за разом вздрагивать, снова заговорила: — Я просто хотела, чтобы меня трахнули! А ты опять со своими дурацкими экспериментами! Медицинский тебя явно испортил…
— Потерпи, милая. Думаешь, мне не хочется? Я, между прочим, всё ещё терплю! — ответила Света и подошла к нам. — Ну что, Ром? Готов ко второму раунду? Выбирай! Сладкая писечка или тесная попка? — спросила меня девушка, расстегнула последние пуговки на халате и, стоя передо мной, распахнула его.
Я, наконец, смог как следует разглядеть стройное тело Светланы. Небольшую, но аккуратную грудь. Плоский животик. Овальную впадинку пупка. Лобок с крохотным треугольником тёмных волос и широкие округлые бёдра. В этом теле было идеально буквально всё!
— Ты выглядишь как модель с обложки! — сказал я, опираясь на кушетку пятой точкой. Протянул руки к Свете. Положил ладони на талию и притянул девушку ближе к себе. — Всего за одну ночь с такой красоткой многие продали бы душу самому дьяволу! Скажи, я что, умер? Попал в рай?
— Дурачок!.. Как ещё дьявол? Какой рай? Мы обе просто хотим, чтобы ты нас как следует трахнул! Ну? Решил, что выбираешь?
— Оставим твою попку на десерт! — решил я.
Продолжение следует…
04. Пляжный спасатель (часть 4)
Держа одной рукой резиновую вагину, а другой симпатичный тюбик с прозрачным лубрикантом, Света медленно опустилась передо мной на колени. Выдавила на мой ствол дорожку густой смазки, размазала её пальчиком. Обхватила игрушку обеими ладонями и, приставив её к моему члену мягкими губками, насадила сразу до самого основания. А потом начала совершать ей поступательные движения.
Лежавшая на кушетке Елена, поднялась, села позади меня и, перекинув руки через мои плечи, стала гладить грудные мышцы. Её массивные полушария мягко прижимались к моей спине.
— Нравится? — прошептала Елена мне в ухо и провела за ним кончиком языка. Она смотрела, как её подруга работает руками, и от этого возбуждалась всё сильнее. Натиск её ладоней становился агрессивнее. — Давай скорее! Мм… Мне нужна твоя волшебная палочка… — шептала она, снова и снова целуя моё ухо и шею.
Я гладил бёдра сидящей за моей спиной девушки. А она то и дело требовательно поворачивала мою голову и дарила жаркие, влажные поцелуи. Когда же она привстала на коленях, я просунул руку за поясницу, нащупал горячее междуножие Лены и принялся ласкать её пальцами.
— Ах! Что же ты со мной делаешь? Мм… Я хотела не этого! — стонала Елена, а сама помогала мне, двигая тазом взад и вперёд.
— Ну как? Приятные ощущения? — работая игрушкой, томно спросила Света и подняла взгляд.
Она то двигала её быстро и размашисто, то замедлялась, сжимая резиновую вагину обеими ладошками и усиливая этим мои ощущения. Может, просто закончилось действие анестетика, а, может, эта дырочка у игрушки была и в самом деле лучше. Одно было точно понятно, Светлана очень старалась доставить мне максимум удовольствия.
Продолжая двигать вагину одной рукой, Света просунула два пальца в рот игрушке и с выражением любопытства на лице раздвинула шире её податливые резиновые губки.
— Я его вижу! О-ох! — возбуждённо воскликнула она.
И в этот момент меня мощно накрыло. Веки сами опустились. Член стал выбрасывать горячие струи семени. И вагина прекратила движение, а Лена, висящая на моих плечах, затряслась от смеха.
Когда я открыл глаза, увидел улыбающуюся Свету с полосками моей спермы на лице.
— Прости! Я тебя испачкал… — ласково сказал я.
Стянул с члена игрушку и сунул её в руки Ленке. Подошёл к столу, выдернул из коробочки пару бумажных салфеток. Затем вернулся к кушетке, поднял с колен растерявшуюся Свету и стал очень бережно вытирать её лицо. А закончив, встретился с пристальным взглядом красивой девушки. Смял грязные салфетки в кулаке, не глядя бросил их в урну. Прижал к себе Светку и впился в её губы.
Не в силах разорвать этот сладкий поцелуй, я нежно гладил пальцами щёчки и шею дрожащей от возбуждения девушки. Убирал от лица прядки волос другой рукой и заправлял их за ухо. Света целовалась страстно, полностью отдавая себя. Так, словно это было в последний раз!
От такого пылкого поцелуя и объятий девушки, пахнущей спелым персиком, мой член вновь начал подниматься. Коснувшись губами Светиной шеи, я вдохнул глубже и узнал в едва уловимом запахе духов нотки сандалового дерева. Его мягкий древесный аромат, словно древнее обещание чего-то запретного, пока недоступного, но такого близкого, кружил мне голову.
Я опустил ладони ниже и сжал упругую ягодицу девушки. Прижал её к себе, чувствуя, как мой член свободно проходит между бёдер и трётся о мокрые половые губы. Но Света резко прижала ладонь к моей груди, будто останавливая меня. Впилась в мышцы пальцами, оставляя на коже следы, как если бы она хотела оттолкнуть и притянуть одновременно.
Я нехотя ослабил объятия. Мне казалось, что, если я отпущу девушку, приятный аромат растворится как сон. А вместе с ним — исчезнет этот кабинет и эти две сводящие меня с ума красотки.
— Нет, ещё рано! Ты должен остыть, чтобы сравнить ощущения со мной в полной мере! Моя девочка устала ждать. Но я могу потерпеть ещё! — объяснила план Света и с силой прикусила свою нижнюю губу, сморщившись от лёгкой боли. — Давай лучше пока немного поиграем? — Я услышал разочарованный вздох Елены, и она опять завертела в руках резиновый член. — Ты же знаешь, как врачи любят… обследовать пациентов? — задала вопрос девушка, опустила голову и, вздёрнув одну бровь, заглянула в мои глаза.
— Поиграем? Я люблю игры. А с тобой готов играть во что угодно!
Света довольно улыбнулась, и в её зелёных глазах забегали искорки уже знакомого мне азарта. Она провела по моему соску пальцем, а потом сексуально лизнула его подушечку, словно пробуя меня на вкус.
Лена спрыгнула с кушетки, застегнула халатик на одну пуговку и встала рядом с подругой. Девушки загадочно переглянулись, и Света добавила:
— Если будешь послушным мальчиком, обещаю, что мы даже не сделаем тебе больно! А теперь развернись! Руки за спину! Лена, подай жгут…
Девчата зафиксировали мои руки, завязали глаза плотной повязкой и оставили стоять в середине комнаты. А затем началась игра. Они по очереди кусали меня за соски, раковины ушей. Шлёпали ладошками и другими предметами по ягодицам, прикладывали к прессу и груди кубики льда. И просили сказать, кто из них это сделал. Когда я угадывал, названная девушка целовала меня. А когда ошибался, наказывала, причиняя мне боль.
Потом Света и Лена роняли на пол шариковую ручку, пакет со льдом, скрипели перчатками, разрывали у самого уха квадратики спиртовых салфеток и придумывали десятки других звуков. А ещё позже просили угадать, что они делают друг с другом. При этом они издавали такие звуки, что мои мозги плавились от возникающих в них образов и картинок.
— А у тебя богатая фантазия! — развязывая руки, похвалила меня Лена. — Хочешь сделать со мной то же самое?
Я сорвал с головы повязку. Ничего не ответив, схватил Ленку обеими руками, крепко сжал в объятиях, заставив девушку запищать. Приподнял её и усадил на край кушетки. Она обхватила мои бёдра ногами, притягивая меня к себе, и впилась в губы. А через несколько секунд я почувствовал, как чья-то рука направляет мой член, и тот мягко входит в девушку.
Не отрываясь от моих губ, Лена замычала. А на мою грудь легли ладони Светланы и стали оттаскивать меня от кушетки:
— Правда же, писечка Лены лучше, чем та игрушка? — прошептала на ухо мне Светка.
Опустила руки на пресс, а затем провела пальцами от живота до ягодицы и крепко сжала её. Света толкала меня вперёд, а потом тянула назад, заставляя член совершать фрикции внутри Лены, и те опьяняли мой разум.
— Да-а! — произнёс я на выдохе, лаская рукой Ленкину грудь.
— Но ты обещал сравнить сначала меня! — недовольно сказала Светлана.
Она вернула вторую ладошку на пресс, потянула сильнее и, наконец, оторвала меня от изнемогающей Ленки. А затем, не выпуская из своих цепких лап, повернулась к кушетке, ловко запрыгнула на неё и повторила всё то же самое, что только что сделала её подруга.
Света была в одном лишь белом халате нараспашку, а на её шее зачем-то висел стетоскоп. Широко разведя ноги в стороны, девушка впустила меня в свою киску и, кусая мои губы, простонала.
— Презерватив! — сказал я, когда член уже целиком окутала влажная, горячая теснота.
— Я на таблетках, он нам не нужен! — ответила Светка и, заведя руки за спину, опёрлась ими на другой край кушетки, а я подхватил её ноги. — Ах! Не останавливайся! Да-а! А-а-а! — выгибаясь, стонала девушка.
И пока Ленка жадно наблюдала за нашим страстным соитием, изредка поглаживая свою промежность ладошкой, Света стонала всё громче, закрывала глаза, облизывала губы. А я смотрел, как мой член входит в неё, и двигался всё быстрее.
Светка положила ладошку на живот, дотянулась пальцами до своего клитора и сразу же задрожала от накрывшего её оргазма. Она согнулась и упала головой на колени подруги. Но я держал её сведённые вместе ноги и не спешил останавливаться.
Придя в себя после первого оргазма, Света легла животом на кушетку, опустила ноги на пол и раздвинула их шире. Я положил руки на талию девушки и продолжил энергично брать её сзади.
— Боже! Я сейчас снова кончу! Да-а! Ах! — стараясь не кричать, прерывисто выдавливала она слова.
Я уже тоже был на пределе. Схватил обе кисти Светы, завёл их за спину и крепко прижал одной рукой к крестцу. А второй продолжил прижимать к своему паху задницу Светки.
Сделав ещё несколько быстрых и резких толчков, я погрузил член в девушку до самого упора и уткнулся головкой в её матку. Издал в экстазе животный рык и начал заполнять Свету своим семенем.
— Я тоже кончила! Ох… Ничего себе! Вот это меня накрыло… — тяжело дыша, сказала она. — Ты всё?
— Да… — устало ответил я, стараясь отдышаться. — Ты такая горячая!
Помяв ещё немного руками ягодицы девушки, я медленно вынул из неё член. Раздвинул аппетитные полупопия и принялся гладить подушечкой большого пальца мокрые от любовных соков и моей спермы губки Светланы.
— Сладкая у меня дырочка? — утомлённо спросила она.
— Не то слово! Очень сладкая!
Я опустился перед девушкой на колени, а затем лизнул несколько раз между губ и поиграл язычком с клитором, заставляя Свету снова стонать. И когда отстранился, из влагалища начали вытекать капли моего семени.
Я раздвинул губы пошире, и из входа вышел сгусток. Он медленно спустился к лобку, а потом упал на кафельный пол. Вдоволь насладившись видом на прелестную Светкину попку, я поднялся на ноги и смачно шлёпнул по ней ладонью.
— Ну так что? Кто из нас лучше? Я или этот чёртов писькозаменитель? — с нескрываемым раздражением в голосе спросила меня девушка.
— Свет, ты бесподобна! Никакая игрушка и близко не сравнится с тобой и твоей узкой девочкой!
— Мхм… — довольно промычала Светлана и заёрзала попкой в стороны. — То-то же! — тихо добавила она.
От непроходящего возбуждения мой член продолжал стоять колом. И тогда я взглянул на томящуюся в ожидании Ленку с влажной салфеткой наготове. Она протянула ко мне руки и тщательно вытерла мой прибор от спермы и соков своей подруги.
— Я хочу сверху, — сказала она и спрыгнула с кушетки. — Ложись!
— Ты тоже на таблетках?
— Нет, завтра должны прийти праздники… Я не люблю, когда в презервативе.
Праздники. Я понял. Безопасные дни. А мой праздник уже в самом разгаре!
❖ ❖ ❖
Ленка оказалась весьма ненасытной. Мы занимались с ней сексом уже минут тридцать. Сперва она была сверху. Затем мы делали это, сидя на кушетке, как в самом начале. Потом сзади, лёжа на животе. А ещё позже я стоял за спиной Лены, а она опиралась на кушетку только руками. А после мы опять улеглись на неё, и девушка взяла инициативу.
Испытав оргазм с игрушкой, а затем и с самой Светой, я даже не думал, что смогу так быстро дойти снова!
— Я больше не могу! Ах! — простонал я, крепко прижимая к себе за ягодицы нависающую надо мной девушку.
— Давай! Я сейчас тоже! Умх… — ответила Лена и закрыла глаза.
Я сделал ещё несколько мощных движений тазом и вновь почувствовал, как Ленка начала сильно сжимать меня мышцами своего влагалища. Подступающий оргазм захлестнул меня горячей волной, и я стал кончать прямо в стонущую над моим ухом девушку.
Через полминуты я уже опять двигался медленно, а Лена посасывала мочку моего уха, покусывала её и тяжело дышала. Её расслабленное, скользкое от пота тело лежало на мне.
— Ты восхитительна! У меня давно не было такой страстно любящей секс девушки!
— Хи-хи… Да, я такая. Я очень люблю секс. Особенно с красивыми и сильными мальчиками, — шептала на ухо мне Лена.
— Моя же ты прелесть! Почему мы не могли познакомиться раньше? Вы здесь уже столько дней!
— Думаешь, мне легко было решиться подойти к тебе? У таких, как ты, наверное, от девушек нет отбоя, — с грустинкой в голосе сказала Елена и приподнялась на локтях.
Её осоловевшие карие глаза смотрели на меня с таким теплом, что мне хотелось прижать эту девушку к себе и никуда больше её не отпускать!
— Эй! Таких, как ты, одна на миллион! — прошептал я в губы девушки, и мы снова начали нежно с ней целоваться.
— Мне тебя мало. Хочу ещё! Только не сейчас… Останешься у нас на ночь?
— С удовольствием! — ответил я и опять прильнул к губам Лены.
— Голубки, поднимайтесь! А то пропустим наш ужин! — с усмешкой сказала Светлана.
Она уже надела свои трусики, красный спортивный топ, под которым угадывались сексуально торчащие сосочки. И сейчас натягивала на пояс короткую юбку в крупную складочку.
— Красавица! Ты обалденно выглядишь! — повернув голову, оценил я наряд Светы.
— Прибереги комплименты! У нас впереди целый вечер! — дерзко ответила девушка.
Узнаю́ прежнюю Светку!
— И ночь. Хи-хи… — шёпотом добавила Ленка. — Я тебя сегодня затрахаю!
— Я с тобой тоже ещё не закончила, спасатель! — напомнила мне о третьей дырочке Света и игриво поправила только что появившуюся золотую цепочку на своей шее.
Продолжение следует…
05. Пляжный спасатель (часть 5)
Когда я оделся и Лена привела себя в порядок, мы втроём отправились на ужин в столовую. Дети уже поели и разбрелись по территории кто-то куда, но в основном сидели парочками на лавках или на зелёной траве под деревьями. Похоже, этот последний вечер в летнем лагере для многих станет воспоминанием на долгие годы.
Полупустая столовая встретила нас ароматами горячей еды и запахом пригоревшей картошки. Выбор в меню оказался не особо велик, так что мы взяли, что предлагалось, и уже собрались сесть за стол. Но в последний момент я положил себе на поднос румяную булочку и потянулся за стаканом остывшего чая.
— Настоятельно не рекомендую! — остановила меня Света. Гримаса непередаваемого отвращения на её лице мгновенно убедила меня отказаться от напитка. — Да и ужин должен быть лёгким и низкокалорийным. А мучное на ночь вредно для потенции.
Прислушавшись к словам будущего терапевта, я убрал с подноса и аппетитную булочку. Но когда сел за стол следом за девушками, увидел точно такую же на подносе у Светки. Вот зараза!
Пожелав девчатам приятного аппетита, я набросился на свой скромный ужин, состоящий сегодня из картофельного пюре и тушёных баклажанов. Аппетит у меня всегда был хорошим, а сегодня особенно. После всего того, что мы вытворяли в медицинском кабинете.
— Фу! Как вы едите эту дрянь⁈ — спросил девчонок внезапно откуда-то возникший Семён.
Его руки потянулись к четвёртому стулу, стоявшему рядом со мной. Но я прижал его ножку ногой, и парень лишь без результата подёргал стул за его спинку.
— Не садись, он поломан! — сдерживаясь от смеха, сказал я.
— Я уберу его и сяду! — не сдавался упрямый Семён.
— Не сядешь! — ответила Лена и засмеялась.
— Боже, Семён! Тебе нужно больше кушать! Я тебе как врач говорю! Совсем сил не осталось, — добавила Света, глядя на отчаянные попытки парня вытащить стул из-за стола.
Семён рассердился и, как настоящий мужик, решил во что бы ни стало добиться желаемого. Он приготовился, ухватился за спинку стула обеими руками и дёрнул со всей силы. Само собой, я больше его не держал.
Спокойствие столовой нарушил оглушительный грохот упавшего на пол стула и бранная ругань несчастного Семёна, растянувшегося рядом. Я подвинул свой стул так, чтобы около меня не осталось места. И когда парень поднялся, он со злостью поставил стул рядом с нашим столом. Пыхтя от гнева, Сеня собирался уже что-то сказать, но я взял себя в руки и, с трудом сдерживая смех, заговорил первым.
— Слушайте, а ведь у Тамары Ивановны и в самом деле есть страпон! Я видел её на выходных в БДСМ-гей-клубе, — тихо сообщил я девчонкам, но так, чтобы парень мог это слышать. А затем повернулся к нему. — И кстати, Семён, есть лишний билетик в тот клуб от приятеля. Но мне он не нужен. Хочешь, отдам тебе?
Конечно, никакого билета у меня не было. Да и не хожу я в такие клубы! Но давящиеся от смеха Света и Лена не выдержали. Ленка нечаянно выплюнула недожёванный баклажан, и он прилип к светлым клетчатым шортам Семёна. А Светка стукнула по столу кулаком так, что стоящий в его центре стакан с цветком оригами подпрыгнул, и розочка вывалилась на скатерть.
— Прости, пожалуйста! Я сейчас всё уберу! — Лена торопливо протянула свою ладонь к шортам Семёна, пытаясь убрать с них прилипшую еду, но лишь ещё больше размазала пятно.
Это стало для парня последней каплей. Фыркнув, он вырвал из держателя бумажную салфетку, сам потёр ей пятно и с позором удалился прочь, не проронив больше ни единого слова.
— Как можно быть таким неудачником⁈ — ехидно сказала Светлана и бросила на меня дразнящий взгляд.
Моя тарелка опустела, и теперь я заинтересованно косился на аппетитную Светину булочку. А девушка элегантно поставила локоток на край стола, взяла другой рукой выпечку. И стала медленно отрывать от неё полоски румяного теста, щедро посыпанные сахаром, а затем засовывать их себе в рот. Смотреть, как она это делает, было одно удовольствие!
Оторвав очередную полоску, Света привстала и протянула её через весь стол к моему рту. Не мешкая, я наклонился и схватил зубами предложенное мне угощение. Светка села и, не сводя с меня глаз, по очереди облизала оставшийся на её пальчиках сахар.
В этот момент Лена, наверное, пожалела, что не взяла себе булочку. Но Света даже не думала делиться с подругой! Подождав ещё немного, Ленка вылезла из-за стола и отправилась быстрым шагом к сладкому уголку в конце линии раздачи. Но, развернувшись на половине пути, вернулась обратно за стол.
— Кончились! — расстроенно бросила Лена и хныкнула от досады.
Светлана на мгновение отвлеклась, и я воспользовался моментом. Вырвал из её рук булочку. Отделил небольшой кусок, а остальное протянул Ленке.
— Ах ты, воришка! Будешь мне теперь должен! Я его угощала, значит, а он решил меня обокрасть⁈
— На! — попыталась вернуть Лена украденную булочку подруге.
— Нет, я наелась! — ответила Света и принялась внимательно наблюдать за тем, что будет дальше.
А дальше произошло очевидное. Ленка пересела на мою сторону и принялась с удовольствием поглощать булочку, угощая меня.
— Выпечка здесь отличная! А вот чай — те ещё помои, особенно вечером, — объяснила Светлана.
— Но у нас есть кофе, — намекнула на что-то Елена.
— Я быстро… — произнесла Света, поднялась из-за стола и скрылась за дверью, ведущей на кухню.
А когда мы окончательно разобрались с булочкой, Светлана, вышла оттуда с противнем, на котором лежал кусок слоёного пирога. Она быстро двигалась к нам, озираясь по сторонам.
— Пирог! — воскликнула Ленка.
— Да! Только давай спрячем! Я обещала Тамаре Ивановне, что никто о нём не узнает, — прошипела Светлана, второпях разворачивая бумажные салфетки и накрывая ими аппетитный пирог. — Сказала ей, что это для моих ребят.
— Твоих ребят? Ты пойдёшь их угощать? — наивно поинтересовалась Елена.
— Пха! Вот ещё! Да и так себе будет закуска…
Мы убрали всё со стола, Лена взяла в руки противень. Но выйти незамеченными нам не удалось. Увидев свою вожатую, девчонки стали призывать её на помощь. Елена всучила противень подруге, взяла меня под локоть и потащила к спортивной площадке.
— Елена Николаевна, мальчишки нас обыгрывают! А у нас в команде не хватает двух человек! — жалилась одна из старшеклассниц. — Может, сыграете с нами? А? Ну пожалуйста! — Девушка с двумя милыми косичками оценивающе осмотрела меня с головы до пояса и добавила: — А ещё лучше сыграйте вместе с вашим парнем!
— Ром, ты не против? — усмехнувшись, обратилась ко мне Ленка.
— Нет, мы не согласны! Мальчики против девочек. Таков был уговор! — крикнул кто-то из пацанов.
— Да, Лен. Уговор есть уговор. Но я подожду. Играйте! — сказал я и, положив ладонь на попу Елены, подтолкнул вожатую к игровой площадке.
Но едва ребята начали снова перекидывать мяч через сетку, вернулась Светлана в своей короткой чёрной юбчонке.
— О, Светлана Денисовна! Выручайте! Мальчики нас обыгрывают!
— Ради вас, милые, что угодно! — с лёгкостью согласилась вожатая.
Скинула свои босоножки и через мгновение уже стояла под сеткой.
— Двое вожатых — это уже слишком! У вас преимущество! — крикнул кто-то из парней.
— Я так не думаю. Шесть на шесть, — сказал я и зашёл на поле. Подошёл к парню и тихо спросил: — На что играем?
— Если мы выиграем, они покажут нам стриптиз. А если они, то…
— Ясно. Ну, удачи тогда нам! Поехали!!!
❖ ❖ ❖
Почти час мы яростно бились за право насладиться стриптизом. И конечно же, победила мужская половина поля.
— Это было нечестно! — поправляя свою юбку, обиженно произнесла Света, когда матч завершился.
Играть с ней на одном поле было приятно. При каждом прыжке её юбочка задиралась, обнажая белые трусики. Однако парней это безумно отвлекало. Лишь поэтому мы закончили со счётом шестнадцать — семнадцать в нашу пользу.
— Почему это нечестно? — возразил я, готовый привести убедительнейшие аргументы.
Во время игры внимание парней отвлекали и другие девчонки. Они оттягивали вороты футболок, поправляли постоянно спадающие бретельки их топиков и бюстгальтеров. Глубоко наклонялись, демонстрируя попки. Одним словом, делали всё, чтобы усыпить бдительность мальчиков. Но те лишь ещё больше распалялись.
— Ты не говорил, что отлично играешь в пионербол! КМС? — не унималась Светка.
— Нет. Я просто люблю подвижные игры!
— Вот как? Я тоже! — подключилась Елена и прижалась грудью к моей руке. — Ладно. Вечереет. Идём скорей в душ, пока его не закрыли!
— Мальчики, обещайте не хулиганить! Увижу спиртное — и вместо дома завтра поедете в детскую комнату! Вы меня поняли⁈ — угрожающе произнесла вожатая.
— Да мы не собирались, Светлана Денисовна! Честно!
Света пригрозила ребятам пальчиком, и мы не спеша пошли прочь. Детская комната милиции, похоже, убедительный аргумент.
— Денисовна? — тщетно пытаясь скрыть ехидство, повторил я.
— Ой, всё! Сама знаю, дурацкое отчество. Такое уж досталось! Вот выйду замуж и поменяю! Вместе с фамилией. Кстати, твоей маме не нужна невестка?
Мне хотелось ответить, что ничего у Светы не выйдет. Потому что при вступлении в брак поменять можно только фамилию. Ну, по крайней мере, насколько мне было известно. Но вместо этого я просто сказал правду.
— Нет, мама умерла шесть лет назад.
— Прости. Я не знала… — Светлана затормозила и принялась теребить меня за руку.
— Да ничего… — ответил я, думая, что мама точно не одобрила бы такой выбор, и приобнял обеих девушек за талию.
❖ ❖ ❖
В этот раз купание прошло без приключений, и я бы даже сказал, скучно. Девчата сперва запустили меня, охраняя вход. А потом заняли душ сами, отправив меня погулять и проветриться. Отчего-то они не захотели, чтобы я ждал их у летнего душа, и просто сказали прийти в медпункт, когда увижу в его окне свет.
И когда он, наконец, загорелся, меня на подступах встретила Лена, уже облачившаяся в лёгкий сарафан. От её распущенных волос волнами исходил освежающий аромат зелёного яблока.
Девушка напомнила мне про неисправный светильник, и мы с ней отправились в ту самую кладовку искать для него «беленькие штучки». Ведь я обещал посмотреть!
— Зачем ты закрыла дверь? Я ничего здесь не вижу!
— А я тебе посвечу! — игриво ответила Ленка и включила фонарик на телефоне.
Тёмная кладовка пахла застарелой пылью и немного прохладной сыростью. Лена показывала мне коробку за коробкой, в которых, по её мнению, лежали стартеры для древних дроссельных ламп. Но всё было не то. Мы тревожили лежащие на полках старые вещи, а от них в воздух поднимались искрящиеся в свете фонарика пылинки.
— Пчхи! — тихонько чихнула в нос Ленка. — Ой… Ну и пылища! Хи-хи…
— Будь здорова!
— Спасибо!
Мы продолжали перебирать полку за полкой. И когда девушка уже почти отчаялась, мы всё-таки нашли, что искали.
— О! Стой! Вот они! — воскликнул я и сдул пыль с небольшой картонной коробки.
— Я же говорила, что видела здесь такие! — обрадовалась Лена.
Но только я протянул руки к долгожданной находке, как девушка тут же погасила фонарик. Втиснулась между полкой и мной, перегородив мне путь к запчастям, и оказалась в моих объятиях.
В нос ударил тёплый запах всё ещё влажных волос и лёгкий, чуть слышный сладковатый аромат цитруса.
— Ты приятно пахнешь, — тихо сказал я, чем ненадолго вызвал замешательство Лены. — Очень вкусные духи.
— Кхм… Эти, как их…
— Стартеры, — подсказал я.
— Да! Я не могу их так просто тебе отдать! Это подотчётные материалы! — нарочито строго сказала Елена.
— Вот как⁈ Понимаю… — изображая серьёзность, ответил я и мягко опустил руки на её талию. — Но я думаю, мы сможем договориться. Ведь просто не может такая красивая, обаятельная, милая девушка в чудесном сарафанчике не придумать способ обойти досадные бюрократические проволочки.
— Хи-хи… Кажется, я знаю, что можно сделать… — смягчилась Елена и развернулась ко мне спиной.
Она прижалась попой к моему паху и оттолкнула меня от стеллажа. А затем прогнула спину, дотянулась руками до нужной коробки, взяла её и собралась поставить на поясницу.
— Я так понимаю, вам не нужны все. Тогда выбирайте! — перешла на «вы» Лена.
— Оу! Коробка, наверное, пыльная! Сарафан так запачкаем! — на полном серьёзе предупредил я и перехватил коробку в воздухе.
И тогда девушка принялась обеими руками задирать юбку:
— Нет, не запачкаем…
Медленно оголяя бёдра сантиметр за сантиметром, край лёгкой ткани проскользил по ягодицам. И я понял, что Елена стоит передо мной без нижнего белья!
— Угу. Хорошо. Мы выберем. Обязательно выберем. Ох, как сейчас выберем!
Коробка отправилась на другую полку, а мои руки принялись избавляться от мешающей мне одежды.
— Возьми меня! — простонала Елена. — А то Светка опять заберёт тебя для своих экспериментов…
Быстро закончив с одеждой, я приставил твёрдый член к уже мокрым губам девушки, поводил головкой между ними и протолкнул внутрь.
— Ах! Хорошо! Да! Умх… — держась за вертикальную стойку, тихо стонала девушка и подмахивала мне попкой. — Как же хорошо!
Полумрак пыльной кладовки наполнился мокрыми шлепками, тяжёлым, частым дыханием и сдавленными женскими стонами. Мои руки сжимали бёдра Елены, задавая темп. И когда стеллаж перед девушкой начал раскачиваться, и на его полках что-то стало позвякивать, она распрямилась. Руки Лены опустились и легли на мои бёдра. Я впился губами в её шею. А губы Елены стали искать поцелуя.
— А-ах! Я сейчас кончу! — громко прошептала она и замычала.
Я приложил свою ладонь к промежности девушки, начав массировать пальцами клитор. И она сильнее сжала мой член внутри себя. От усилившихся ощущений я захрипел. Вырывающиеся струи горячего семени толчками отдавались в моём паху, даря мне ощущение лёгкости, пока податливое тело Елены обмякало в моих руках.
Она запрокинула голову и прижалась затылком к моему плечу, а я в это время продолжал медленно двигаться внутри Лены.
— Знаешь… У меня давно не было такого безумного секса, — прошептала она.
— У меня тоже! — ответил я, не торопясь отстраняться от девушки.
Отпустил юбку её сарафана и стал гладить упругую грудь. И вдруг с улицы донёсся голос:
— Елена Николаевна! Вы здесь?
— Да!!! — крикнула Лена так, что я чуть не оглох, и тихо добавила: — Это Светка!
Привстав на носочки, девушка снялась с моего члена, быстро расправила юбку сарафана, убрала с лица выбившиеся прядки волос и рванула к стоящей у стены стремянке.
Скрипнула дверь. Я еле успел кое-как натянуть на место спущенные до колен шорты. Схватил коробку со стартерами и, тихо смеясь, пошагал вдоль стеллажа к выходу с торчащим на шортах бугром.
Продолжение следует…
06. Пляжный спасатель (часть 6)
— Ром, стремянка вот здесь! — подзывая меня к себе, крикнула Лена громче, чем следовало.
Держа в одной руке коробку со стартерами, я подхватил алюминиевую лестницу и, прикрываясь ей, словно щитом, вышел из подсобного помещения.
— А-а! Решили-таки заняться лампой? Одобряю, — прокомментировала наши с Леной действия Светка.
— Ну да! А то Света сидит в кабинете, а света в нём нет, — скаламбурил, наконец, я.
Всё ждал подходящего момента. Но, видимо, шутка не зашла. Светлана подозрительно посмотрела в область моего паха, тут же перевела взгляд на покрасневшую Ленку и зацокала языком:
— Ц-ц-ц-ц!.. Вас даже на пять минут нельзя оставить одних! Идёмте уже! Кролики…
Мы с Леной виновато переглянулись, и она прыснула в кулачок. Кажется, мы оба почувствовали облегчение. А Светка, похоже, обо всём догадалась. Ну или как минимум подозревает, чем именно мы занимались в пыльной кладовке.
Елена повесила на двери замок, отдала ключ подруге, и мы все направились в медпункт. Тот снова встретил нас прохладой. И едва мы вошли, Светлана выключила кондиционер:
— Закрывайте дверь! А то весь холод так выпустите!
Пока я раскладывал стремянку и поднимался по ступеням, обе лампы светильника проморгались и, наконец, зажглись. Я выкрутил старые стартеры и вкрутил два новых из принесённой со склада коробки.
— Щёлкни выключателем! — попросил я Елену, которая с восхищением наблюдала за моей работой.
Выключатель щёлкнул, и комната погрузилась во мрак.
— Эй! Я же на лестнице стою! Перестань! — смеясь, сказал я, когда пальцы девушки пробрались в штанины моих шорт и принялись щекотать меня. — Включай уже давай!
Ленка хихикнула. Отошла. Затем щёлкнул выключатель, и лампы, коротко моргнув, сразу же зажглись.
— Ух ты! Ты её починил! — воскликнула Света и с издёвкой в голосе похвалила: — Спасибо, мистер очумелые ручки!
— Эй! Нормальные у него руки! Видела, как он твой стенд прибил? — начала защищать меня Лена.
— Смотри не влюбись! Такое добро пропадает! — саркастично ответила Светка.
Ленка опять залилась краской, но не стала ничего отвечать подруге. По какой-то причине та выглядела сейчас слегка раздражённой.
— А я не обижаюсь! Меня попросили — я сделал, — спокойно произнёс я, спускаясь со ступеней.
— Ладно, извини… — спохватилась Светлана. — Пойдём ты отнесёшь стремянку обратно. Леночка, а ты включи, пожалуйста, пока чайник.
Я складывал лестницу, а Света уже подхватила коробку и встала у двери, готовая в любой момент выйти. Мы отнесли стремянку на место. Девушка дождалась, когда я положу коробку туда же, откуда её взял, и молча защёлкнула дужку навесного замка на двери. Подёргала его для верности и повернулась ко мне.
— Терпеть не могу проигрывать! Но раз так случилось, я устрою тебе шоу. Идём!
Я уже тоже заметил, что не любит. Однако не думаю, что дело в пионерболе. Мальчишки играли весьма достойно. И если б не Света, справились бы и без меня. А вот в том, что Светлана меня не ревнует, я уверен теперь не был.
❖ ❖ ❖
Через пять минут мы дружно пили крепкий кофе, заедая его праздничным пирогом, а точнее, тем самым десертом, который Света так аппетитно поедала за обедом в столовой.
— Очень вкусно, Свет! Как тебе удалось его выпросить? — спросил я с набитым ртом.
— Просто я умею находить подход к людям. Вот и всё! — довольно ответила девушка.
— Эх… Повезёт же кому-то! Не жена, а чистое золото! — сделал я ей комплимент.
— Ну-ну… — скривилась Светлана.
— Эй! Я же искренне!
— Ой!.. Ну, ты ешь, ешь! Надо доесть всё сегодня! Нельзя оставлять его здесь! — сменила она тему, но её улыбка не осталась без моего внимания, как и ревнивые взгляды Елены.
— А вы? Тоже помогайте! — сказал я, глядя на ещё приличный кусок.
— Мм… Это же лишние калории, — неуверенно отозвалась Лена. — Но, если ты обещаешь, что мы их сегодня потратим, я съем ещё один, вот такусенький кусочек, — мило показывала она пальцами его размер.
— Давай, давай, не стесняйся! — продолжал уговаривать я.
Ел сам, а девчата по очереди кормили меня со своих ложек и послушно принимали из моих рук заранее нарезанные ложкой аккуратные ломтики.
Когда кружки с кофе опустели, и с угощением было покончено, Лена взялась мыть противень, а Света накинула свой медицинский халат и подошла к окну.
— Ах! Чёрт! Директриса! Она идёт сюда!!! — воскликнула Светка и с ужасом посмотрела на меня. — Ой, что сейчас будет!..
Ленка быстро закрыла воду, отряхнула противень и спрятала его за тумбу. Я же отодвинул от стола деревянный стул и ловко влез под столешницу. Не теряя времени, Лена подвинула стул ближе, уселась за стол, и я оказался зажат в весьма неудобной позе между её колен.
Валентина Константиновна пришла не одна, а с какой-то девочкой, разодравшей колено при падении. И пока Света оказывала ей первую помощь, директриса оставалась в кабинете. Унюхав запах кофе и пирога, она поспешила прочитать лекцию.
— Светлана Денисовна, я, конечно, понимаю, последний день и всё такое. Но впредь попрошу вас не хлебать кофе на рабочем месте! Это медкабинет, а не комната отдыха! И что здесь делают посторонние?
Женщина простучала каблучками по кафельному полу кабинета и подошла ближе к столу.
— Лена мне помогает! Вы же сами знаете, сколько у нас отчётов! Не хотелось бы с ними возиться ещё и завтра, — выкрутилась хозяйка медпункта.
— А чем это у вас пахнет? Я, кажется, настоятельно просила не таскать сюда еду! Это стерильное помещение, и тараканам здесь не место!
— Да мы же только из столовой! С собой, наверное, принесли запахи. Знаете, как быстро ими пропитывается одежда⁈ — раздражённо ответила Ленка, защипнула пальцами ворот своего сарафана, подтянула к носу и принюхалась. — Ну да, так и есть! Пахнет пирогом!
Сидя под столом, я уже гладил ладонями бёдра Елены, а мои пальцы скользили под лёгкой тканью и опасно приближались к промежности. Сарафан Лены, к слову, пирогом совершенно не пах! Он источал приятную свежесть кондиционера для белья, которую я с наслаждением вдыхал.
Директриса, видимо, пыталась отыскать взглядом источник аппетитного запаха. Походила по кабинету, но так и не смогла найти ничего подозрительного.
— Чайник, вообще-то, здесь испокон веков был! Или вы предлагаете мне каждый раз бегать в столовую?
— А где этот ваш… приятель? — проигнорировав выпад Светланы, продолжила наседать женщина. — Говорят, вас сегодня видели с каким-то молодым человеком.
— Да! Мой одногруппник. Он работает спасателем на пляже. Мы поиграли с моими ребятами в пионербол, а потом он ушёл, — словно девчонка, отчиталась перед начальницей Света, а затем обратилась к своей пациентке: — Ну вот и всё! Будь аккуратнее. Ладно? Не падай!
— Как всё закончишь, не забудь сдать ключи Жене! И кабинет… Утром он должен быть в идеальной чистоте! — сердито вздохнув, бросила напоследок директриса и, не попрощавшись, хлопнула дверью.
— Капец! Вот что она за человек⁈ Мымра! Ой… Ты этого не слышала! — произнесла Ленка и откинулась на спинку стула.
— Если честно, мы её тоже недолюбливаем! — отозвалась девчонка. — Светлана Денисовна, а можно у вас ещё попросить что-нибудь от аллергии?
— Аллергии? Ты про раздражение на твоём подбородке?
— Угу, — утвердительно промычала девочка.
А в это время я вовсю ласкал рукой писечку Лены. Она тихонько ёрзала на стуле, но даже не думала подниматься!
— Ха-ха… Это не аллергия! — усмехнувшись, объяснила девочке Света. — Скажи честно, тот мальчик не брился?
— Вы о чём, Светлана Денисовна⁈ — В кабинете повисла немая пауза, а чуть позже девочка что-то заметила: — Елена Николаевна! Вам плохо? Вы выглядите странно!
— А-ха-ха!.. Она просто немного устала! — весело ответила Светка. — Ну? Так ты мне расскажешь? Я смогу помочь, только если буду знать правду…
— А вы никому об этом не скажете? — умоляюще спросила девчонка и глубоко вздохнула. — Мы часа два целовались. Он был такой колючий! Но я не хотела его обидеть…
— Не забывайте о презервативах, ладно? А это пройдёт само. И попроси Кирилла побриться.
— Светлана Денисовна!!! — возмущённо прикрикнула девочка.
— Иди уже! И смотрите не попадайтесь! — Дверь хлопнула ещё раз. Светка встала с кушетки, повернула в замке ключ. Затем подошла к окну и плотно закрыла жалюзи. — Ром, вылезай оттуда! — засмеявшись, скомандовала она и принялась оттаскивать от стола стул вместе с подругой.
— Я не… Блин! Ну сколько можно⁈ Почему ты постоянно так делаешь? — завозмущалась Елена.
Она свела широко раздвинутые ноги и, наконец, поднялась со стула. А когда вылез из-под стола я, Света придвинула стул вплотную к стене и усадила меня на него.
— Наслаждайся! — сказала она мне и бросила взгляд на Елену. — А ты, если хочешь, можешь присоединиться.
Покачивая бёдрами, Светлана начала не спеша расстёгивать пуговицы на своём белом халатике.
— Извини, подруга, но мне нечего снимать. Хи-хи… — ответила Ленка и задрала юбку сарафана, демонстрируя отсутствие на себе нижнего белья.
А Светка, эротично пританцовывая, приспустила халат с плеч, крутанулась и, эффектно отведя вниз прямые руки, избавилась от первой вещи. Подцепила носком упавший к ногам халат и бросила его в меня.
Следом со стройного тела исчез топ, юбка и, наконец, основательно промокшие трусики. И через пару минут Света была уже совсем голой. Она не стала снимать лишь золотую цепочку и короткие розовые носочки, чтобы ноги не мёрзли на гладком кафельном полу.
Взяв в руки искусственную вагину, Света выдавила на колечко её ануса лубрикант. Просунула игрушку между своих бёдер, а потом легла животом на рабочий стол, придавив ту своим весом.
— Сначала игрушка. Давай! Приступай! — простонала она и завиляла попкой в стороны.
Мой член уже давно оттопыривал шорты. И я вполне мог дотянуться руками до призывно обнажённых ягодиц в полуметре от меня. Но недолго полюбовавшись ими, я поднялся со стула, быстро избавился от шорт и своих плавок. Приставил головку к дырочке, размазывая лубрикант, и вставил член в прохладную игрушку. Сделав пару десятков фрикций, я вынул член из мастурбатора и провёл им по горячей промежности девушки.
— Умх… Если готов, то давай! Бери меня! Только прошу, будь со мной нежен.
Я взял в руки бутылёк с лубрикантом и выдавил несколько капель между ягодиц Светы. Распределил смазку подушечкой большого пальца, а затем, массируя тугое колечко, осторожно погрузил палец в него. И когда попка девушки была готова, приставил к мокрому колечку головку своего до предела возбуждённого члена. Надавил и медленно погрузил её в задний проход.
Светка застонала, а я стал двигаться вперёд и назад, проникая в девушку с каждой фрикцией всё глубже и глубже. Я не спешил, двигался осторожно. Но даже так ощущения сводили с ума.
Я гладил попку ладонями, сжимал и раздвигал ягодицы в стороны. Потом мои пальцы скользили на талию, касались тонких рёбер девушки и снова сползали на бёдра. Я стонал и хрипел от удовольствия, погружая свой член в попку Светы, и, наконец, финишировал.
— Всё! Ох… Какая же ты там, Светик, узкая и горячая!
— Хи-хи… Светик! — мило хихикнув, повторила за мной она и тихо призналась: — До тебя я там была девочкой!
— Что? Это был твой первый раз⁈ — искренне удивился я.
— Да! Ты первый, кто побывал в моей попке! Тебе понравилось?
— О да! Это было нечто! Иди ко мне!
Я поднял со стола Свету, развернул её лицом к себе и крепко прижал, изумляясь тому, как каждый раз, оказываясь в моих объятиях, дерзкая девушка превращается в милого кроткого ангела, готового абсолютно на всё.
❖ ❖ ❖
Следующие несколько часов я почти без перерыва занимался сексом с двумя обалденными девушками. Мы делали это, сидя на стуле, лёжа на кушетке, стоя. В разных позах и даже на рабочем столе! Пока отдыхала Светка, я делал это с Леной. А когда отходила она, свою порцию любви получала Светлана.
Когда же я уставал сам, мы играли в разные игры, вроде конкурса на лучшую медсестру. Девчата делали массаж мне, а я мял спинку, плечи и грудь им. Они рисовали вымазанной в зелёнке ватной палочкой сердечки на моей груди и ягодицах. Оставляли на теле засосы от яркой помады, после чего наперегонки их оттирали.
В третьем часу ночи, вымотанные до предела, мы отправились спать в домик девушек. В комнате на четверых крепко спали ещё две вожатые. Тихо, чтобы не разбудить их, мы придвинули друг к другу кровати Светы и Лены и, наконец, улеглись.
— Спокойной ночи, девчата!
— И тебе! — ответили в унисон девушки, удобно устраиваясь с разных сторон.
Мои глаза уже сами закрывались от усталости. Отвечая на поцелуи Светы и Лены, я медленно засыпал и отказывался верить в то, что наступающий новый день завтра разлучит нас. Девушки уедут домой, а я останусь один до самого конца лета, торча каждый день на своей дурацкой вышке.
Ленка гладила меня ладошкой, раз за разом касаясь чем-то холодным.
— Что это у тебя? — наконец, спросил я и коснулся руки Лены.
— Магнитный браслет. С ним мне лучше спится. Друзья подарили на днюху, — шёпотом ответила девушка, показывая мне в тусклом свете уличных фонарей блестящий браслет на своём запястье.
— Интересная вещь…
❖ ❖ ❖
Утром я проснулся от нежного минета, который мне на пару делали Света и Лена. Накрывшись с головой одеялом, они хихикали и ласкали меня, пока не довели своими чудесными язычками и ротиками до оргазма.
— С добрым утром, спасатель! — Вылезшая первой Светлана прильнула к моим губам.
— Доброго утречка, Ром! — произнесла Лена и горячо поцеловала меня следом.
— И вас с добрым! Какое же счастье просыпаться вот так!
Поцеловав меня ещё раз, Света нехотя слезла с кровати. Стоя передо мной в одних только трусиках, подняла руки и принялась торопливо расчёсывать свои каштановые волосы.
— Ты должен уходить! Скоро проснутся остальные, — шёпотом предупредила она.
Лена погладила ладошкой мою грудь, прижимаясь к ней прохладным металлом всё ещё висящего на её запястье браслета, и тоже покинула тёплую постель. Пока я одевался, она быстро натянула на ноги шортики. Надела футболку. А затем собрала распущенные волосы в хвост и накинула на плечи вязаный кардиган.
— Мы тебя проводим…
Я думал, что мы попрощаемся у порога. Но девчата шли со мной до самых ворот. Шли и молчали.
— Может, всё-таки дадите свои номера? — попытался я обменяться контактами в очередной раз.
— Нет! Это исключено! — холодно ответила Света и отвернулась, но не спешила уходить.
— Жаль. Мне понравилось! Это был самый лучший день и самая лучшая ночь в моей жизни!
Светлана нервно покусывала губы, а Ленка, смотрела то на меня, то на подругу и будто не решалась о чём-то сказать. Тогда я сгрёб обеих девушек в охапку и крепко обнял.
— Я вас не забуду! — прошептал я и сделал последнюю попытку: — Но всё же… Почему⁈
— Потому что мы не хотим из-за тебя ссориться! Идиот! Ты нравишься нам обеим! А теперь проваливай! — сердито ответила Света, а в уголках её глаз заблестели слезинки. — Терпеть не могу прощаться!
Светлана оттолкнула меня ладошкой, развернулась и быстрым шагом пошла прочь. А Лена отстранилась, теребя пальцами браслет на своём запястье. А потом стянула его с руки, положила на мою ладонь и сжала её пальцы в кулак.
— Храни его, как память о нас. И обо мне! — сказала она напоследок.
Привстав на носочки, коснулась моих губ, развернулась и бегом бросилась догонять Светку.
❖ ❖ ❖
Через час я уже, как всегда, торчал на своей вышке. И грустил.
На моём запястье висел магнитный браслет светловолосой девушки. А в голове непрерывно крутились мысли об одних только Свете и Лене. В какой-то момент, изнывая от скуки, я решил внимательнее изучить подаренное мне украшение. Снял его с запястья. И вскоре разглядел на внутренней стороне одного из сегментов браслета крохотную гравировку.
— Что? Мото, Ленчик и компания? — вслух прочитал я выполненную лазером надпись.
На металле были отчётливо видны символы «MotoLen4ik Co». Я тут же достал свой смартфон, открыл одну из популярных социальных сетей и вбил в поиск увиденный мной никнейм. Но, увы, ничего не нашлось.
Тогда я убрал последние три знака, повторил запрос, и на экране открылась страничка с фотографией улыбающейся Ленки на фоне спортбайка. Вот это да! Байки? А эта девушка и в самом деле умеет удивлять!
07. Моя безумная девушка Рита
Щёлкнул замо́к двери и запер два возбуждённых тела в комнате с большим овальным столом и множеством стульев, расставленных вокруг него. Но пока я этого не видел. Стоя лицом к стене из матового стекла, что отгораживала помещение переговорной от остального офиса, я отнял руку от только что запертой мной двери.
Рита уже открыла окно, из которого доносился монотонный шелест дождя и редкие отдалённые раскаты грома, разбавляемые шумом проезжающих по улице автомобилей. Свет мы не зажигали. И сейчас переговорную наполнял полумрак, скрывая детали. А я представлял, насколько притягательнее станет от этого силуэт девушки, затаившейся где-то позади меня.
На мою грудь легли две ладони, а к спине прижались упругие холмы. Пальцы Риты ловко расстёгивали пуговицу за пуговицей на моей рубахе. Я чувствовал затылком её разгорячённое дыхание. Закончив с рубашкой, руки скользнули на пояс и играючи справились с пряжкой ремня, а затем ладошка пробралась сквозь расстёгнутую ширинку и крепко сжала мой набухающий член.
— Ты тоже по мне скучал? — прошептала Маргарита.
— Ещё как! — ответил я и развернулся лицом к девушке.
Мои губы впились в сладкие губы Риты. Руки торопливо расстегнули кнопки на её блузке, и та полетела на стол. Настойчивый язык девушки грубо проник в мой рот.
Прогремел гром, и под окнами завыла сигнализация припаркованной машины.
Прервав поцелуй, я опустился на колени и одним движением стянул с Риты юбку. Она приподняла ногу, и тыльная сторона её бедра оказалась во власти моих губ. От самой коленки и до тёмного треугольника, прикрытого белой ажурной тканью нижнего белья, нежную кожу стали покрывать мои поцелуи. Я знал, как это заводит Риту.
Она простонала и запустила пальцы в мои волосы. Прижала к себе мою голову. Мягко начала массировать мне затылок кончиками своих пальцев, отчего по моей шее и плечам прокатилась приятная волна мурашек.
— К чёрту эти прелюдии! — сдавленно произнесла Маргарита и, обхватив мои скулы, потянула вверх, заставляя меня вновь подняться. И как только я встал, она окончательно освободилась от надоевшей за день узкой юбки, а затем присела и стянула с меня брюки вместе с трусами. — Рубашку оставь.
Оттолкнув от себя ногой упавшие к щиколоткам брюки, я подхватил Риту под зад. Сжал пальцами её упругие ягодицы, поднял и усадил на край стола.
— Давай уже. Я хочу тебя! — шептала она, часто дыша мне в лицо.
От поцелуев её губы стали мокрыми и очень горячими. Рита снова пыталась куснуть меня, а её тонкие пальцы царапали длинными ухоженными ногтями спину под свободно висящей на мне рубахой. Заведённая девушка вела себя словно капризная кошка, которую долго не гладили, и теперь настойчиво требовала ласки.
Запустив пальцы под резинку её ажурных трусиков, я слегка потянул вниз. Упираясь отведёнными за спину ладонями, Маргарита поёрзала попой на столе, помогая мне не испортить красивое нижнее бельё. И через пару секунд её белые трусики повисли на моём указательном пальце. А стоящий колом член упёрся во влажный бутон её губ.
— Надевай! — требовательно прошептала Рита и протянула мне уже распакованный презерватив.
Она жадно смотрела на мой о́рган. Пальцы её освободившейся руки легли на живот, спустились к промежности, нежно коснулись входа и, заблестев от смазки, круговыми движениями принялись ласкать чувствительный бугорок. Из приоткрытых губ девушки вырвался сладостный стон.
Легко раскатав кольцо по стволу, я приподнял ногу Риты и коснулся головкой её влажных губ. Провёл вверх, затем вниз, размазывая скользкую влагу между горячих складок. И подхватив под коленку вторую ногу, плавно вошёл. Рита довольно простонала. Сдвинулась назад, немного выпуская из себя член, а потом насадилась ещё глубже, и из неё вырвался новый, более громкий стон.
В едва освещённой комнате, наполненной шумом дождя, стали различимы звуки ритмично выдыхаемого через рот воздуха. Наши движения становились размашистее и быстрее. Всё чаще раздавались негромкие шлепки.
— Да, оттрахай меня! Как… как… — Рита не смогла договорить.
Её дыхание сбилось, тело задрожало, а колени крепко сжали мои рёбра. Она плотно стиснула губы, стараясь не закричать. А я лишь стал двигаться плавнее, продлевая её удовольствие. Я ощущал, как Рита, пульсируя, сжимает меня изнутри, с каждым разом всё слабее и слабее, пока волны первого оргазма не отпустили её.
— Чёрт! Как же это охренительно! — улёгшись спиной на стол, произнесла она, громко сглотнула и шумно выдохнула. За окном раздался треск, а следом громыхнуло так, что, казалось, завибрировал даже стол. — Ого! Ещё! Прошу, не останавливайся! — умоляла меня Рита, наминая ладонью свою грудь через тонкую ткань белого лифа.
Но я резко вышел из неё. Медленно опустил ноги девушки. Затем энергично перевернул её на живот, смачно шлёпнул ладонью по голой попе и, снова задрав одну ногу, уложил коленом на стол.
— М-м… — удивлённо простонала девушка. — Возьмёшь меня сзади?
Я пристроился и резко вошёл на всю глубину. От неожиданности Рита вскрикнула и приподнялась на локтях, чтобы ей было удобнее двигаться в такт со мной.
Крепко сжимая обеими руками женскую талию, я продолжал наращивать темп, чувствуя, как раз за разом упираюсь головкой и растягиваю жаркую узкую киску. Рита была сильно возбуждена, и теперь это доставляло ей ещё большее удовольствие.
Переговорная окончательно утонула в мокрых звуках страстного секса и липких шлепках друг о друга наших вспотевших тел.
— Вместе! Сделаем это вместе! — стараясь не говорить громко, шумно выдыхала по слогам Рита в такт нашим движениям. — Я хочу чувствовать, как ты кончаешь!
Через несколько секунд её накрыл сильнейший оргазм. Сдвинув ладонь ниже, я с силой сжал ягодицу девушки, продолжая входить на всю глубину. А немного позже достиг пика и сам.
Всё ещё находясь головкой в Рите, я заставлял член вздрагивать. А она, распластавшись на столе, каждый раз вздрагивала в ответ и шумно втягивала в себя воздух.
— Хватит… Всё… Прекрати уже! — просила она, но я знал, что ей это нравится. — Я же потом не остановлюсь! А ты не доделаешь свою работу.
Я замер, а затем медленно вынул свой член. Пошире раздвинул пальцами упругие полушария ягодиц и несколько раз провёл головкой между широко раскрытых лепестков, наблюдая, как между ними и моим членом натягивается ниточка густой смазки.
— С ума сойти… — произнесла Рита.
Наклонившись к девушке, я прижался пахом к её влажным ягодицам. Поцеловал лопатки, сверху вниз осы́пал поцелуями ложбинку над позвонками. Потом прошёлся по ней обратно наверх мокрым кончиком языка, вызвав волну мурашек по всему телу Риты.
— Артём, — прошептала она, лёжа на твёрдом, неудобном столе с закрытыми глазами. — Я тебя обожаю…
Мы так и не сняли её бюстгальтер. Но теперь это было неважно. Мысли о сексе на протяжении второй половины дня так возбудили девушку, что никакие другие ласки и не понадобились. Но Рита любила, когда я целую её грудь, даже больше, чем шею. Кажется, она любила вообще всё, что я с ней делал. И мне это тоже нравилось.
Подобрав с пола свои брюки, я начал не спеша одеваться. Рита лениво слезла со стола, схватила кружевные трусики и, глядя на меня, медленно наклонилась, по очереди просунула в них обе стопы и ловко натянула на бёдра. Она выдернула большие пальцы из-под резинки трусов, и полоска ткани издала едва слышный шлепок по влажной от пота коже.
Рита подошла ближе к открытому окну, через которое с улицы задували порывы ветра. Они приносили с собой мелкие капли дождя, блестящими точками ложащиеся на белый подоконник. А я любовался фигурой моей девушки: в меру широкими бёдрами, сочной округлой попкой, изящной талией и узкими, хрупкими плечами.
Подняв руки, Маргарита вынула из пучка на голове тонкие палочки, распустила волосы, и они широкими волнами легли на её плечи.
— Скажи, я тебе нравлюсь? — вдруг спросила она.
— Очень нравишься, — сказал я и подумал о причине такого вопроса.
— Говори мне это почаще.
Глядя на меня, Рита втянула нижнюю губу и сжала её зубами.
— А это точно неопасно? — сделав долгую паузу, шутливо спросил я.
— Нет, конечно! Глупый… — усмехнувшись, ответила Ритка.
Что именно она имела в виду, я не понял. То, что происходило между нами, вряд ли можно было назвать любовью. Мы не ходили на свидания и вообще почти не проводили время вместе, не считая работы. Но Рита мне нравилась. Однако переводить отношения на другой уровень я совсем не спешил, как, впрочем, и она.
Я подошёл ближе к окну, застёгивая последние пуговицы на рубахе. Гроза, похоже, закончилась, но дождь вовсе не думал прекращаться. Всё ещё лил как из ведра. А небо всё так же застилали тёмно-синие тучи. Это надолго.
— Тебя не продует? — спросил я, кивнув на приоткрытое окно.
Улыбаясь, девушка лишь отрицательно помотала головой.
Остатки дневного света, пробивающиеся сквозь плотные тучи, бликами играли на её щеке. Природа наградила Риту крупными чертами, но аккуратным овалом лица и узким, немного заострённым подбородком. Очаровательные складки по бокам рта, становящиеся тем отчётливее, чем шире улыбается Ритка, сейчас были особенно заметны из-за игры теней. Вздёрнутый кончик носа и широкие ноздри. Широкие брови, плавно изгибающиеся над холодными серо-голубыми глазами. В слегка оттопыренных ушах висят золотые серёжки в виде соединённых между собой вытянутых капель, которые мелко покачиваются при каждом движении головы.
За стеклом переговорной зажёгся свет, и послышался шум.
— Чёрт! Уборщица! — испуганно произнесла Маргарита и тут же звонко рассмеялась, прикрывая ладошкой рот. — Как вовремя.
Она вернулась к столу, накинула блузку, затем натянула и юбку. Быстро застегнув на ходу все кнопки, кроме самой верхней, заправила белую ткань. А потом тихонько повернула вертушку замка и приоткрыла дверь. Осторожно выглянула в щель. Убедилась, что в коридоре никого нет, и обернулась, подарив мне улыбку. Мотнула головой и мышью выскользнула из комнаты.
Спустя мгновение я плотно закрыл окно и уверенной походкой вышел следом за обаятельной коллегой.
08. 138 ударов в минуту (часть 1)
— Динь-дон… — Сквозь звук пульсирующих басов и бит ударных до меня донёсся мелодичный перезвон дверного звонка.
Кто это? Украдкой бросив взгляд на приоткрытую дверь моей комнаты, я посмотрел на часы в углу монитора. Для гостей рановато. Какого чёрта Катюха опять бросила мою дверь открытой? И где она сама?
Не дождавшись ни грохота шагов, ни иных признаков движения в коридоре, я клацнул по пробелу, останавливая трек, и прислушался.
— Динь-дон, динь-дон… — повторился нетерпеливый перезвон с первого этажа.
— Лекс! Сходи открой! Это, наверное, доставка! — прокричала сестра и перед тем, как зашуметь феном, сообщила: — Я не могу, у меня голова мокрая!
— Катя, чтоб тебя! Это твоя вечеринка, а не моя! — не сдержался я и выругался вслух.
Но, как человек ответственный, выбрался из своего удобного кресла и пошёл открывать.
В эту обычную декабрьскую субботу моя сестра Катерина решила устроить вечеринку для друзей по поводу её именин. Но я, наверное, никогда не пойму этого прикола. Зачем праздновать именины? Есть же нормальные дни рождения.
И хоть мы с Катюхой родились в один день, мы всегда праздновали днюху дважды. Один год — Катину, день в день, а мою — в ближайшую субботу. На следующий год, наоборот. Так и чередовали.
Хотя я был совершенно не против честно делить этот праздник с сестрой. Но, как и у многих девчонок, в её голове жили тараканы, свято верящие в силу трендов. И если глава студсовета празднует именины, выпуская в ночное небо залпы салютов прямо со двора своего шикарного особняка, и постит всё это в сториз, то почему моя сестра Кэтрин — а именно так она себя величала — должна быть хоть чем-то хуже?
Наши вечно занятые родители щедро снабжали меня и сестру деньгами на карманные расходы, так что почему бы не посходить немного с ума? Тем более что весь особняк наш до вечера понедельника. Кэт даже убедила маман отпустить на все выходные кухарку, пообещав, что будет готовить сама.
Ага, как же,будет она!
Быстро спустившись в холл, я открыл входную дверь и впустил в дом морозную свежесть зимнего вечера.
— Здравствуйте! Ваш заказ, — поприветствовал меня стоящий на пороге усталый курьер.
В руках он держал два увесистых пакета.
— Добрый вечер! — вежливо ответил я.
Забрал пакеты с едой и занёс их, оставив на полу недалеко от дверей. Не распрямляясь, тут же вдохнул аромат копчёных мясных закусок, запах спелого ананаса и разглядел в одном из пакетов аккуратно уложенные контейнеры с салатами. Это будет вкусно.
Я, не мешкая, вернулся к двери. В это время от ворот отъехало такси, оставив за собой клубы белого пара. А к нам направлялись два человека. Курьер же не спешил уходить. Катя вроде всё оплатила, но, видимо, остался какой-то вопрос.
— Ты мне не поможешь? Просто там ещё много, а я не успеваю на следующую точку, — суетливо попросил паренёк и мотнул головой в сторону машины, тарахтящей мотором у ограды в сорока метрах от нас.
— А! Не вопрос, — согласился я. Уже собрался прикрыть входную дверь, но первые гости успели добраться до крыльца, и я переключился на них: — Привет! Вы к нам на слипо́вер пати? — уточнил я, намеренно использовав модный сленг Кати, и шутливо спросил: — Пижамы, надеюсь, взяли? Без них не пущу. — Перевёл взгляд на ожидающего курьера, кивнул ему и добавил: — Сейчас иду. Только куртку накину, и вместе затащим.
Симпатичная девушка в приталенном пальто и шапке с пушистыми ушками повернулась полубоком, показывая мне рюкзачок на спине.
— Всё здесь! Привет! — мило улыбнулась она и задержала на мне взгляд немного дольше, чем позволяли правила светского этикета.
— Кхем… Платон Романов, — поднявшись по ступенькам следом за очаровательной гостьей, высокомерно представился парень. Но ладонь не протянул. — А это Алиса, моя девушка. Хозяева дома?
— Эй! — возмутилась она и оттолкнула руку Платона, приобнявшего её за талию. — Руки убери! Я не твоя девушка! Мы просто пришли на вечеринку вдвоём, — осадила Алиса слегка зарвавшегося наглеца.
— Нет, моя дорогая! Я тебя пригласил, ты согласилась. А в приглашении Кэтрин было чётко сказано: вход только парами, — с налётом аристократической холодности парировал Платон.
Отчаянно смело. И очень глупо.
Алиса обернулась на окончательно скрывшееся в сумерках такси и на секунду задумалась. А я не сдержал сарказма:
— Да неужели⁈
Ведь мне моё воспитание такого не запрещало.
Приглашения действительно раздавала сама Катерина, но печатал их я. И про «только» там точно ничего не было. Но было про то, что парам полагается бонус в виде одного на двоих одеяла для лежачего кинотеатра, а после, конечно же, и отдельная спальня на обе ночи. Благо количество гостевых комнат в доме без проблем позволяло разместить всех приглашённых.
Алиса не осталась в стороне и, едва не перебив меня, язвительно произнесла:
— Я не встречаюсь с теми, кто просит оплатить такси пополам.
У-ух, как жёстко. Но справедливо. Он её вывел. Да, эта девчонка знает себе цену.
Невольно прыснув смехом, я даже решил пропустить мимо ушей колкость нагловатого Платона про хозяев, адресованную лично мне.
— Не стойте на пороге, проходите скорее в дом! — пригласил я гостей внутрь, прерывая эту унизительную для бедного парня перепалку. — Я Лекс, Александр, брат Кати. Приятно познакомиться.
— Взаимно, — почтительно качнув головой, ответила девушка и переступила порог первой.
Закрыв дверь, я уже приготовился помочь Алисе снять верхнюю одежду, но Платон нарочно встал между нами.
— А что, прислугу не всю распустили? — уставившись на меня, продолжил с улыбкой хамить он.
Что за идиот? Первый раз его вижу, а уже столько неприязни к моей скромной персоне. И с чего бы это? Из-за девчонки?
— Вообще-то, всю. Поэтому и надо помочь курьеру, — сухо объяснил я и, сняв с вешалки свою куртку, уточнил: — Ты со мной?
Уверен, Платон прекрасно слышал мой разговор с доставщиком. Тот как раз вернулся с ещё одной парой пакетов, и я поставил их рядом с двумя первыми.
— Давай я помогу? — внезапно откликнулась девушка, пока её спутник делал вид, что не слышал моего вопроса.
— Не сто́ит, Алис. Мы же мужчины. Справимся сами, — с достоинством ответил я, сделал шаг и галантно избавил девушку от пальто.
Мой нос уловил слабый аромат её парфюма. Не приторно-пудровый, как у Катюхи, а простой и вместе с тем нежный, ненавязчивый, идеально подходящий к её лёгкому, слегка дерзкому характеру.
Я дождался, когда она снимет шапку. Пару секунд полюбовался тем, как Алиса поправляет ладошкой свои каштановые локоны, и аккуратно разместил одежду девушки на отдельном напольном вешале.
В последний раз кинул взгляд на неторопливо раздевающегося Платона и, наконец, вышел на улицу, чтобы помочь опаздывающему курьеру.
— Ого! Это всё наше? — удивился я, когда подошёл ближе к машине и заглянул внутрь.
— Всё, что на заднем ряду, да. Безумный день! Даже поесть некогда! — посетовал парень.
Схватил очередных два пакета, но я его остановил. Забрал один, опустил на снег. Затем второй. И присмотрелся к обилию готовой еды.
— Тебя как зовут? — спросил я и достал одну из коробок с пиццей. — С ананасом? Хм…
— Григорий. А что?
— Гриш, ты любишь пиццу с грибами? — задал я второй вопрос, разглядывая уже другую коробку.
— Да…
— Тогда садись и перекуси. А я пока отнесу всё это. Давай, давай! Залезай в салон и поешь. Не благодари. И не торопись! Ладно?
Я всучил коробку с грибной пиццей недоумевающему Григорию. Дождался его неуверенного кивка. Подхватил со снега пакеты и поспешил отнести в дом.
Через минут десять Григорий поехал дальше. Я же вернулся, снял свою куртку, чувствуя, что взмок словно конь. И уже подумывал принять душ.
Но тут с лестницы при полном параде, в красивом вечернем платье с глубоким декольте спустилась Катерина и первым делом начала тепло приветствовать своего званого гостя.
— Платон! — воскликнула она и протянула руки, чтобы обняться. — Ты уже здесь⁈ А где твой старший брат? Муа, муа, — изобразила она поцелуй, даже не касаясь губами щёк парня.
Брат? Так вот кто он такой! Платон — младший брат парня моей Катюхи! Понятно, откуда эти замашки.
— Он прибудет немного позже. Дела, — учтиво сообщил гость.
— Конечно, конечно, — удовлетворившись ответом, закивала сестра. Обратила, наконец, внимание на нашу гостью и напомнила о ней этому «аристократу»: — Познакомишь?
— Это моя… — украдкой взглянув на меня, замялся Платон, — одногруппница Алиса. Мы учимся вместе.
— Ах! Какая прелесть! Значит, Алиса. Красивое и очень редкое в наши дни имя. Что ж… Приятно познакомиться, — проявляла чудеса гостеприимства моя сестра. — Я Кэтрин, для друзей просто Кэт.
— Очень приятно, Кэт. Красивое платье, — сделала Алиса комплимент.
— Благодарю. Полагаю, Лекса представлять уже не нужно. Хи-хи… Тогда проходите и будьте как дома! Эм… Платон, будь так любезен, помоги Лексу занести пакеты на кухню, пока остальные мужчины в пути.
О как! Мужчины. А просить меня не надо?
— Конечно, Кэт. Сию минуту, — охотно откликнулся гость.
Боже! Кого они из себя строят? Прямо лев и светская львица. Меня сейчас стошнит.
— Ты забыла волшебное слово! — стоя как вкопанный на одном месте, обратился я к Катерине.
— Ну, Лекс! Ну пожалуйста! Ради любимой сестрёнки. — Она скорчила милую мордочку.
— Эх… Ладно. Но остальное всё сами, — предупредил я о том, что не намерен слепо поткать дурацким прихотям сестры. Однако позже добавил: — Хотя, если нужно, могу показать дом нашей гостье. Она здесь впервые. Платон, ты ведь самсможешь найти уборную? Или тебя туда отвести?
Алиса прыснула смехом, прикрывая ладошкой рот. А её неудавшийся ухажёр едва не позеленел от злости.
— Кхм… Кэт, что он себе позволяет⁈ — с гневом и дрожью в голосе потребовал он отчёта у сестры.
— Лекс! — прошипела она. — Прояви, пожалуйста, уважение. Платон — мой гость, и я не намерена терпеть подобное.
— Ох, прости! Хорошо. Раз ты просишь, я постараюсь. Кэт, — не скрывая сарказма, пообещал я.
И решив, что на этом наш разговор окончен, принялся таскать доставленную еду.
Свою сестру я искренне любил. Но вот эти её приколы при гостях каждый раз были мне будто кость в горле.
Разумеется, меня Катя тоже пригласила на свою вечеринку, и отказывать сестре будет невежливо. Но если что, я знаю занятие поинтереснее.
За следующие несколько минут мы на пару с Платоном перетаскали все пакеты на кухню. Шурша ими, Катерина с Алисой помогли всё выложить и разложить. А затем первая сама увела своего гостя вглубь дома под предлогом важной беседы о брате.
Оставшись на кухне вдвоём с Алисой, мы какое-то время просто молчали. Я украдкой разглядывал её. Она делала то же самое.
Для вечеринки девушка оделась неброско, но со вкусом: модные свободные брючки из струящейся ткани белого цвета, тонкий нежно-розовый кашемировый джемпер, заправленный в пояс так, чтобы подчёркивать идеальную талию, и молочный кардиган крупной вязки. Стильно, дорого, но не вычурно. И, чёрт возьми, очень притягательно. Этого мягкого кашемира так и хотелось коснуться.
Но потом я вспомнил, что видел в одном из пакетов сосиски на шпажках, точнее, корн-доги. Отыскал на столе нужный контейнер, вынул из него две сосиски на палочках и протянул одну девушке.
— Жуть как хочется есть. Пробовала такие? Если нет, то попробуй! Нереальная вкуснотища!
Алиса улыбнулась, немного подумала и всё же взяла угощение. Откусила, подставляя к губам ладошку, чтобы не обронить крошки на пол, и рассмеялась.
— Мм… Да, вкусно! — согласилась она. Прожевала и напомнила: — Так ты устроишь мне экскурсию по вашему дому?
— Покажу все его самые тайные уголки! Ты в курсе, что здесь есть подвал? Целых два этажа, между прочим. А ещё чердак, там пыльно и, возможно, живут летучие мыши, но я не проверял, — юморил я, дожёвывая вторую сосиску. — Идём! А это прихватим с собой. Будешь ещё?
Я взял в руки контейнер с корн-догами, один из нескольких, и, легонько подталкивая Алису локтем, повёл за собой в сторону лестницы.
Продолжение следует…
09. 138 ударов в минуту (часть 2)
— Итак. Мы начинаем нашу экскурсию по этому дому, — вновь бодро заговорил я, когда мы с Алисой дошли до лестницы, ведущей наверх. Поднёс надкушенную сосиску на палочке к своему рту и продолжил: — На втором этаже у нас спальни, бо́льшая часть гостевых комнат, пара душевых, выход на лоджию. Ничего особо интересного…
— Тогда оставим второй этаж на потом, — решила Алиса и хихикнула, когда я съел свой «микрофон».
Посмотрела на убегающие вверх широкие гранитные ступени и поймала мой взгляд.
— Хороший выбор. Тогда этаж первый. Кухню ты уже видела. Вон там гостиная, в которой пройдёт вечеринка. Кстати, идём туда! — Держа раскрытый контейнер с сосисками в одной руке, второй ладонью я едва ощутимо коснулся талии девушки, подталкивая её в направлении играющей музыки. И продолжил знакомить с домом: — Здесь же находится кабинет отца, он на замке́, гардеробная, кладовка, прачечная, помещение для персонала и комната отдыха. Но всё это неинтересно. А! И, конечно, библиотека.
— Большая? — заинтересовалась Алиса.
— Э… Шесть тысяч двести тридцать книг, кажется. Но могу слегка ошибаться.
— Ого! И твой отец их все прочитал?
— Не думаю. Но он очень любит показывать библиотеку гостям. Знаешь, обычно их впечатляет. Там есть настоящие раритеты. Бо́льшая часть этих книг досталась нам от покойного дедушки, отца моей матери. Вот тот читать очень любил. До сих пор помню его сказки.
— Понятно. Фамильная коллекция. Это сильно, — понимающе откликнулась Алиса.
Мы вошли в просторную гостиную с огромной ЖК панелью шириной в половину стены. Но девушку почему-то заинтересовала совсем не она и даже не крутая акустика, а огромный камин, облицованный камнем.
— Скажу по секрету, — понизил я голос почти до шёпота. И так как из стоящей в центре блютус-колонки играла Катина музыка, наклонился ближе к уху Алисы. — Вечеринка предполагает две ночёвки. Это, само собой, по желанию. И сегодня после салютов во дворе мы планировали до глубокой ночи наслаждаться просмотром на вот этой панели заранее выбранным Катей ужастиком. Скажу больше, не просто ужастиком, а жутким, атмосферным шоу с искусственной кровью и очень реалистичными манекенами. Кэт хочет, чтобы эти именины надолго запомнились. Я предупредил. Кхм…
— Она у тебя… несколько эксцентричная. Да? — ничуть не удивилась моя гостья и взяла ещё один корн-дог.
— Ну… есть немного. А вообще она милая. Просто очень впечатлительная, любит пустить пыль в глаза. А ещё немного контрол-фрик.
— Пользуетесь? — внезапно поинтересовалась моя собеседница, указав рукой на камин.
Сейчас он не горел, но Катюха просила его растопить перед вечеринкой. Ладно, займусь этим, как только закончу экскурсию.
— Да. Скоро разожгу… Идём дальше? — предложил я, и Алиса развернулась. — Уверен, следующее место тебе понравится!
Я опустил контейнер с корн-догами на столик и вышел из гостиной.
— Куда мы идём? В библиотеку? — заволновалась девушка, когда музыка стала тише, а мы оказались в тёмном коридоре.
— Нет, лучше! Дай руку! И осторожнее, скоро будут ступеньки, — предупредил я и легонько сжал в своей руке тёплую ладошку Алисы.
Я бы мог включить свет, но решил этого не делать. Эффект будет не тот.
Двигаясь по памяти практически на ощупь, я, наконец, открыл дверь в оранжерею, и нас окутало влажным, прохладным воздухом, наполненным ароматами зелёных, цветущих растений. В тишине спящего сада слышался тихий шелест текущей воды и мерное гудение насоса.
— Где мы? И чем здесь так приятно пахнет? — спросила Алиса, крепко держа меня за руку.
— Готова? Включаю свет. Не закрывай глаза! — предупредил я и щёлкнул по выключателю.
Электроника плавно зажгла лампы нижней подсветки одновременно по всей оранжерее, и нашему взору открылись десятки растений. Одни росли прямо из земли на уровне пола. Другие стояли в горшках. Третьи свисали с потолка. А в центре остеклённой со всех сторон комнаты друг напротив друга располагались два широких дивана и чайный столик.
— Ва-а-у! Зимний сад? Ничего себе! — воскликнула Алиса.
Отпустила мою руку и принялась, как девчонка, прыгать с места на место и разглядывать зелёные растения.
— Да. Мамина гордость, — ровным голосом уточнил я. — Завтра нужно будет полить вот эти цветы.
— С ума сойти! Когда у меня будет свой дом, я хочу себе такую же комнату! — поделилась Алиса желанием.
Крутанулась. Задрав голову, посмотрела сквозь прозрачную крышу на звёздное небо и в два прыжка очутилась у мини-водопада в углу. Там, падая каскадами и омывая каменные уступы, негромко журчала вода.
Я не знал, из какой Алиса семьи, богатой или не очень. Я вообще пока ничего не знал об этой девушке. Но с каждой секундой она всё больше мне нравилась.
Побыв ещё немного в оранжерее, мы мимоходом заглянули в библиотеку. Там я прокатил гостью на передвижной лестнице вдоль ряда стеллажей.
— Тормози! Я разобьюсь! — смеясь, прокричала она, и я плавно остановил лестницу у самой стены.
Алиса переместилась на ступень ниже, и я не спеша откатил её обратно к проходу, пока девушка внимательно разглядывала корешки старых книг на верхних полках.
Затем мы спустились в подвал, где Алиса сказала, что их бассейн больше, но такой тренажёрки, как у нас, в её доме нет. А через минут пять мы уже заканчивали обход второго этажа.
— А что тут? Комната четыреста четыре. Не найдена? Как страница в интернете? — прочитала Алиса надпись на двери моей спальни.
Там действительно было написано «Room 404», и ниже — «Not found». Но это не номер, а мой творческий псевдоним. Под ним я публикую свои треки на стриминговых платформах.
— Да… Тут… моя комната.
— Я хочу посмотреть! — загорелась Алиса, но я успел перегородить вход, надёжно перекрыв собой дверь.
Отчего-то я вдруг разволновался. Всегда стараюсь поддерживать в комнате порядок, но мало ли. Вдруг там носки разбросаны? А кровать я заправлял? Чёрт! Я не планировал, что кто-то нагрянет вот так внезапно в мою обитель.
Девушка подошла почти вплотную, и наши глаза встретились. Её были очень красивыми: карими, но с яркими, резко очерченными оранжевыми прожилками, отчего взгляд и казался мне таким выразительным. Я мог рассмотреть каждую ресничку, аккуратно подкрашенную тушью, и мельчайшие движения её зрачков, пока Алиса изучала моё лицо.
Между нами оставалось всего несколько сантиметров. Я кожей ощущал тепло её тела, вдыхал уже знакомый нежный парфюм. Казалось, ещё немного — и мы коснёмся друг друга. Но никто из нас не спешил делать этот шаг первым.
— Сюда… нельзя. Потому что сюда ещё никто не входил из… девушек, — медленно выговаривая слова, объяснил я и, наконец, смог справиться с внезапным волнением, ведь всё когда-то бывает впервые. Я ещё немного поиграл с Алисой в гляделки и перевёл отказ в шутку: — Ты будешь первая. И я понятия не имею, чем это может закончиться. Вдруг это опасно⁈
Мне захотелось провести большим пальцем по её скуле, ощутить под его подушечкой тепло гладкой кожи, просто чтобы убедиться, что Алиса настоящая. Мои руки слегка дрогнули, но я сдержался, продолжая тонуть в этом до невозможности тёплом карем взгляде.
— А я не боюсь! — выдохнула мне в лицо девушка и хитро улыбнулась.
— Вот как? — успел сказать я. Пальцы Алисы дотянулись до ручки. Резко повернули её, и девушка, вцепившись в меня руками, будто в каменный столб, ловко просочилась внутрь между мной и дверным косяком. — Только прошу, ничего там не трогай! — тут же зайдя следом, смешливо произнёс я и застыл.
Четверть минуты Алиса крутила головой, с интересом изучая мою берлогу. И когда её взгляд добрался до рабочего стола, всё остальное совершенно перестало её волновать.
— Ух ты! У тебя студийные мониторы? Кей-эр-кей рокит? Да ладно⁈ — искренне удивилась Алиса, узнав бренд полупрофессионального класса, и на миг обернулась, чтобы посмотреть на меня. Её взгляд быстро прошёлся по оборудованию на столе. — Микшер? И клавиши⁈ Ты пишешь музыку⁈ — восхищённо воскликнула она и обернулась ещё раз.
— А… Ну я… Это моё… — растерянно выдавил я набор бессвязных слов, хотя хотел сказать «хобби».
Хорошо, что монитор уже погас, перейдя в энергосберегающий режим, и Алиса не видела окно моей рабочей станции с недописанным треком. Для меня было чрезвычайно волнительно раскрыть своё увлечение. Ведь по личному опыту, далеко не все девушки способны оценить мои предпочтения в музыке.
Не дождавшись ответа, Алиса заметила отключённый микрофон. Подошла ближе к столу. Наклонилась и, придерживая рукой рассыпающиеся по плечам каштановые локоны, выдала на чистейшем английском:
— Good night, party people! Here’s a little something we cooked up last night. So, open your ears and listen!
— Офигеть!!! Откуда у тебя такое произношение⁈ — настала моя очередь изумляться.
Пальцы девушки, будто случайно, коснулись клавиш, и из мониторов раздалось мощное, парящее звучание синтезатора. — Оу! Так… Сейчас… — проговорила Алиса, пробежалась по другим клавишам и легко сыграла довольно простой, но мелодичный набор мажорных аккордов.
— Лекс! Вот ты где! — отвлёк меня голос Катюхи, раздавшийся словно гром за спиной, и она раздражённо напомнила мне о своей просьбе: — Почему камин ещё не готов? Идём вниз! Надо помочь Платону собрать столы!
— Хорошо. Уже иду, — неохотно откликнулся я.
Обещания надо выполнять, как бы не вовремя это ни было.
Алиса поняла, что я не хотел бы оставлять её одну в своей комнате, и поспешила тактично её покинуть. Но в горящем взгляде девушки остался миллион невысказанных вопросов.
— А туалет… здесь? — выскочив с моей комнаты, спросила она и указала на дверь дальше по коридору.
— Следующая, — помотав головой, подсказал я и закрыл свою комнату.
А от широченной улыбки на моём лице даже мышцы заныли.
— Гости скоро придут, Лекс! Шевелись! Ну⁈ — нетерпеливо подтолкнула меня ладошкой Катюха. А когда мы дошли до лестницы, резко потянула за руку. Остановила и угрожающе прошипела: — Я не поняла! Ты что творишь, Лекс⁈ Это девушка Платона!
— Ничего подобного! — твёрдо ответил я. — Можешь сама спросить об этом Алису.
— Лекс! Ты не будешь этого делать, — попыталась надавить на меня Катя.
— Да? И почему? Какие-то убедительные доводы для этого у тебя есть?
Будучи контрол-фриком, моя сестра частенько проявляла параноидальное желание контролировать всех. А точнее, хотела, чтобы все вели себя так, как ей нужно. Но когда она сталкивалась с объективной реальностью, не подчиняющейся законам её извращённой логики, то быстро теряла пыл и переключалась на кого-то, кем манипулировать проще.
— Алису пригласил Платон. А у тебя пары нет. Но я, предвидя это, добавила в список гостей парочку свободных подруг. Займись лучше ими, если тебетак хочется сегодня кого-нибудь трахнуть.
От этих слов я даже скривился. Это случается крайне редко, но иногда сестра ведёт себя, как настоящая сука.
— Послушай меня, Катя! — процедил я сквозь зубы. — Я не похотливое животное. Не проецируй на меня свои пошлые фантазии. А Алиса — не кусок мяса, чтобы её делить. Предоставь выбор ей. Хорошо? — с нажимом произнёс я и отдёрнул свою руку.
— Лекс, ну, прости! Стой!
— Что ещё? — зло фыркнул я и, спустившись на пару ступеней, остановился.
— Ладно. Я… Извини меня за слова про подруг. Но прошу… не мешай Платону.
Сменила тактику? Не сработает!
Моё кипение достигло предела, и я испугался, что наговорю сестре лишнего. Ничего не ответив, развернулся и пошёл на улицу за дровами для растопки камина.
Там морозный воздух помог мне прийти в нормальное состояние. Я набрал в руки побольше поленьев и вернулся в дом.
Но в гостиной путь мне перегородил уже Платон. Я сделал шаг в сторону, желая обойти его, но он снова перекрыл мне дорогу.
— Алиса будет моей, — холодно отчеканил он, глядя на меня исподлобья.
— Хочешь поспорить? — саркастично усмехнулся я ему в лицо и поудобнее перехватил вязанку дров, что держал в руках у груди. — Не позорься. Она тебе не по зубам.
— Это тебя не касается. Не смей к ней приближаться. Не то…
— Не то что⁈ — резко понизив голос, перебил я Платона и, подавшись вперёд, не сильно толкнул его.
Я почувствовал, что опять начинаю закипать.
— Не то мы… — восстановив равновесие, продолжил он, но я уже расслабил руки, и дрова с грохотом полетели на пол. — Ай! Моя нога! Ты совсем, что ли? Псих… — зашипел Платон и, ковыляя, отошёл в сторону.
— Лекс⁈ Что здесь происходит? — явилась как всегда вовремя Катя. Причём не одна, а в компании Алисы.
— Всё в порядке, Кэт! Запнулся за ножку стола и рассыпал дрова, — с улыбкой объяснил я, словно это была чистейшая случайность.
Присел и как ни в чём не бывало начал собирать с пола поленья.
— Ты пожалеешь об этом, — тихо, чтобы услышал только один я, проскрипел Платон.
Ага, жду не дождусь. Трепло! И в качестве ответа на пустую угрозу, едва не хрюкнул от смеха.
— Пожалуйста, будь аккуратнее! — смягчилась сестра и переключилась на Алису: — Мой брат иногда такой неуклюжий! Идём на кухню, — не почуяв подвоха или попросту не подав вида, произнесла она и повела гостью за собой.
Продолжение следует…
38. 138 ударов в минуту (часть 3)
Двумя днями ранее. Загородный дом Мельниковых
— Пап, ты просил меня зайти? — приоткрыв дверь кабинета, задала вопрос миловидная девушка.
— Да, Алиса, входи! — Статный, но уже немолодой мужчина, сидящий за рабочим столом, сдержанно улыбнулся и поманил свою дочь жестом. Убрал в сторону документы, а затем неторопливо сложил пальцы в замок. — Присядь. — Мельников старший вздохнул, потому что ему предстоял не самый простой разговор. — Как дела в вузе?
— Всё хорошо, пап. Но ты ведь не об этом хотел поговорить. Да? Давай уже к сути.
— Хорошо. Я всегда высоко ценил твоё отношение к делам, — охотно согласился он, попутно делая дочери комплимент. — Алиса, окажи мне услугу. Как ты знаешь, Романовы предложили нам помощь. Они готовы вложиться в несколько наших проектов, включая убыточный стартап, что мы приобрели полгода назад.
— Пока убыточный, пап! — с негодованием перебила отца девушка.
— Не перебивай! Я дам тебе слово, — сделал он замечание, помолчал и продолжил: — Я тоже надеюсь, что так. Но в данный момент у нас нет средств на его поддержку. Романовы готовы войти в долю с условием не вмешиваться в управление компанией, как ты и хотела. Однако есть одна маленькая загвоздка.
— Пап, не начинай. Ты знаешь, что я об этом думаю, — насупилась девушка, догадавшись, о чём пойдёт речь.
— Алиса. Я не шучу. Мы на грани банкротства. И этотвой проект! — слегка повысил он голос. — Я и так делаю всё, что могу. Выслушай! — Мужчина перевёл дух, посмотрел в окно своего кабинета и, тяжело вздохнув, снова заговорил спокойно: — Платон. Ты его знаешь, он твой одногруппник. Так вот. Романов старший сообщил мне, что его младший сын Платон пригласил тебя на вечеринку в поместье Громовых.
— И что? Я отказала ему. Я не знаю этих Громовых. Никого из них! — взволнованно произнесла девушка.
— Ну так это прекрасный повод познакомиться. Ты не находишь? — задал вопрос девушке её отец, но не дал ответить сразу: — Насколько я осведомлён, старший сын Романова в отношениях с Катериной Громовой, и он тоже приглашён на эту вечеринку.
— Платон мне противен!
— Алиса, я не заставляю тебя с ним встречаться. Ты умная девушка, поговори с ним. По-хорошему. Вежливо объясни, почему ты не можешь ответить ему взаимностью. От этого зависит судьба твоего проекта. Если Романовы не согласятся помочь, мне придётся продать твой стартап. И даже так он не покроет убытков.
— Но пап! Дай мне ещё хотя бы месяц!
— Извини, дочь. Но нет. Это всё.
Зашмыгав носом, девушка поняла, что беседа окончена. Резко поднялась на ноги, бросила на отца презрительный взгляд и быстро вышла из его кабинета.
❖ ❖ ❖
Сходив в подсобку за ведром и железным совком, я почистил топку камина от старой золы. Вынес её на улицу. А когда вернулся в гостиную, Алиса уже подметала с пола щепки, оставшиеся после моей стычки с Платоном. И делала это абсолютно естественно и, к слову, очень умело.
Девушка надела великоватый ей чёрный фартук нашей домработницы. Но постаралась завязать его так, чтобы он не висел на ней мешком. Смотрелось это весьма необычно и даже мило.
— Боже! Алиса! Зачем ты это взяла⁈ — воскликнула Катерина, вернувшаяся из кухни.
Вместе с Платоном они раскладывали еду на столиках, составленных в ряд вдоль одной из стен гостиной, и создавали подобие шведского стола для предстоящей вечеринки.
Увидев перекошенное лицо парня и довольную улыбку Алисы, я сразу понял, зачем она это сделала. Он ведь подбивает к ней клинья? А она, похоже, испытывает к нему неприязнь. Отличный способ убедить Платона без слов, что она ему не пара. Непонятно другое. Зачем Алиса вообще с ним приехала?
Открыв потайную нишу у камина, я достал оттуда лист обычной, не вощёной бумаги, скомкал его. Затем повернул рычаг, выдвигающий шибер. И ещё один, с характерным металлическим щелчком, чтобы приоткрыть воздуховод. Через пару секунд по ногам потянуло уличным холодом.
Подпалив зажигалкой комок, я глубоко просунул руку с горящей бумагой под основание дымохода, и по комнате поплыл белый дымок.
— Чёрт! Тяга совсем никакая, — сказал я так, чтобы Катя меня услышала.
Сегодня на улице стояла тёплая погода, а последний раз камин растапливался позавчера, поэтому успел хорошо остыть. Если просто пытаться его разжечь как обычно, то весь дом непременно окажется в дыму.
— И что? Мы будем без камина, Лекс? — расстроенно спросила Катюха.
Я знал, что без горящего пламени в углу гостиной сорвётся её ночное шоу ужастиков. А это была вишенка на торте сегодняшней вечеринки. Изображая задумчивость, я бросил догорающий комок бумаги на дно топки. Почесал пятернёй затылок, втянул носом запах горелой бумаги, и Катя заговорила опять:
— Но ты же знаешь, как это делать? Да? Скажи, что, знаешь, Лекс!
— Я всё сделаю, — поймав взгляд Алисы, спокойно пообещал я. — Только мне нужен помощник, чтобы залезть в дымоход. Платон, ты поможешь? Я дам перчатки.
— Ты за кого меня принимаешь? — запоздало откликнулся он и предсказуемо оскорбился: — За прислугу? Это возмутительно!
— А мой дед в таких случаях брал старую тряпку. Обливал её керосином и давал мне, чтобы я засунула её в специальный лючок у пола. А потом чирк спичкой, и… — С детской непосредственностью Алиса резко взмахнула рукой, описывая не то вспышку огня, не то облако дыма, и смешливо добавила: — Пух-х!
Её звонкий смех разлетелся по гостиной, заставляя меня вновь улыбаться.
Ха! В принципе, так тоже можно, если в дымоходе нет слоя сажи. Но лучше не сто́ит, а то можно и дом спалить к чёрту. Да и вонючий керосин. Есть же специальная жидкость почти без запаха!
— Лекс, а по-другому н-нельзя? Валерий Константинович, кажется, совал туда зажжённый факел, — вспомнила Катерина, как это делал наш мажордом.
— Точно! Но… так мы провоняем здесь всё, — предупредил я, намеренно раздувая масштабы проблемы.
— Ничего, потом проветрим! Пожалуйста, Лекс, растопи его! — Сестра умоляюще сложила ладошки перед грудью. Немного подумала, оглядела гостью в фартуке и осторожно добавила: — Если нужно, возьми лучше в помощь Алису.
— Кхм… Ну, хорошо. Пойду переоденусь в грязное, — проявил я солидарность и отправился мастерить «факел».
— Алиса, постой! — подал голос Платон. Я замедлился и обернулся, а он продолжил: — Ты… Не должна! И сейчас же сними это! Девушке твоего статуса не следует опускаться до работы прислугой!
— Да? А мне нравится! — не задумываясь, выдала гостья. Сделала несколько движений метлой. Подняла взгляд на Катерину и без всякой иронии поинтересовалась: — Могу ещё пол протереть. Надо?
— Кхе-кхем… — поднеся кулачок к губам, прочистила горло сестра. — Пол достаточно чистый. Заканчивайте с камином и лучше помогите нам со шведским столом.
Выходя из гостиной под стук каблучков догоняющей меня Алисы, я подхватил со столика наш полупустой контейнер с корн-догами и улыбнулся ещё шире.
❖ ❖ ❖
— Уже можно? — спросила меня сидящая на корточках у камина Алиса. В руке она держала зажигалку, готовясь, наконец, растопить его. А изнутри доносился нарастающий гул появившейся тяги.
Перед тем как зажечь «факел» и сунуть его в дымоход, я настругал ножом щепок с сухих поленьев. Скомкал лист вощёной бумаги и сложил всё это домиком на дне камина. Влажные дрова, что я принёс с улицы, не годились для растопки, а сухих в специальной нише дровницы было недостаточно. Поэтому я уложил сухие сверху, а свежие оставил по краям пода, чтобы сперва подсушить.
— Давай! — скомандовал я.
Алиса подожгла бумагу и поднялась на ноги, с неподдельным интересом наблюдая, как занимается пламя.
Я не спеша вынул из дымохода догорающий факел, срезал ножом остатки ветоши, и они упали на сложенные в камине дрова. Через минуту пламя под ними разгорелось и потянуло воздух из комнаты.
— А теперь поворачивай вот этот рычаг, — указал я внутрь ниши ладонью в перчатке.
Протянув руку, Алиса полностью открыла воздушную заслонку, и, ярко вспыхнув, горячие языки пламени моментально обхватили поленья.
— Вау! Как быстро разгорелось! — воскликнула она, и мы на секунду встретились взглядами. — Тепло… Обожаю смотреть на горящий огонь.
С тихим щелчком я закрыл потайную нишу. Собрал с пола оставшиеся сырые поленья и принялся складывать их в дровницу.
Алиса выставила ладошки вперёд, вглядываясь в растущее пламя. Его отблески искрились в её карих глазах, окрашивая каштановые локоны в алые и рыжие тона.
— Я тоже… Огонь такой манящий. Но надо быть осторожным, ведь он коварен, — медленно выговаривая слова, я не мог оторвать взгляда от красивого лица девушки. И лишь спустя полминуты, указав рукой на дверцы из толстого стекла, задал вопрос: — Закроешь топку?
Алиса молча наклонилась вперёд, сдвинула стёкла в центр, закрывая уже начавший потрескивать дровами камин. Опять встала ровно и ладонью грациозно откинула назад свои локоны.
— Коварен. У моего отца пирофобия. В детстве он пережил страшный пожар. Поэтому у нас дома камина нет, — сказала она и веселее добавила: — Даже искусственного!
— Представляю… — ответил я, стягивая с руки перчатку. В воздухе запахло сосновой смолой, и мы с Алисой, не сговариваясь, вместе сделали глубокий вдох. — А-ха-ха! — не сдержал я весёлого смеха. — Люблю этот запах. — Протянул руку и аккуратно убрал с плеча девушки опалённый кусочек ветоши, случайно упавшей с факела. И в этот момент раздался звук дверного звонка. — Кажется, подъехали Катины гости.
Я обернулся на дверь. Посмотрел на фартук Алисы, а она — на мои руки, одна из которых по-прежнему оставалась в перчатке, и закопчённый с одного края шест, что я держал. После чего мы оба перевели взгляд на незаконченный шведский стол.
Бросив всё, Катюха рванула к двери. Платон с важным видом уселся на диван. А на ЖК-панели уже крутились музыкальные клипы, заполняя гостиную танцевальными ритмами.
Только мы с Алисой пока немного не вписывались своим внешним видом в намечающуюся тусовку. Но главное, что нам обоим такое положение вещей даже нравилось.
❖ ❖ ❖
Через час гостиная нашего дома утопала в отблесках вспышек от яркого экрана и глубоких басах танцевальных ритмов, вырывающихся из мощных динамиков премиальной аудиосистемы.
Тут и там мелькали улыбающиеся лица. Сверкали бликами бокалы с напитками. Ослепляли светодиодные стики всевозможных цветов. А над головами в такт музыке двигались руки танцующих гостей, которых набралось целых шестнадцать человек.
Я даже не успел толком познакомиться с некоторыми из них. Кирилла Романова, парня Катюхи и старшего брата Платона, я уже знал. Юлиану, Софию и Дарью, бывавших у нас в гостях, — тоже. Все они приехали со своими парнями, и с ними мы быстро нашли общий язык. Жека и Макс, Катины сокурсники, тоже явились на вечеринку со своими подругами. А вот Тимоха, ещё один приятель сестры, и те самые её подружки пришли поодиночке.
— Привет! Ты чего такой кислый? Я Аня. — Перекрикивая музыку, ко мне подошла одна из гостий, и я одновременно почувствовал чьи-то ладошки на своих плечах.
— А я Тома. Помнишь меня?
Обернувшись, я мельком оглядел высокую темноволосую девушку в узкой юбке.
— Ты была на дне рождения сестры. Помню, конечно! — откликнулся я и заметил в руке Тамары два пустых бокала. — Ищете, чего бы выпить?
— Угу. Поможешь выбрать? А то глаза разбегаются! Ха-ха! — Аня подошла ещё ближе.
Её ладошка коснулась моей груди, скользнула ниже, и пальчики вонзились между рубахой и поясом брюк. Лучше налью-ка им чего-нибудь, да побыстрее.
Отыскав на столе бутылку мохито, я наполнил бокалы девушек. Плеснул немного себе, и мы разговорились.
А когда наши бокалы опустели, девчонки вдруг заскучали.
— Не хочешь потанцевать? Давай! — спросила меня Аня, переключая внимание с подруги на себя.
Она вырвала из моих рук стеклянный бокал. Не дожидаясь ответа, схватила мою ладонь и, виляя бёдрами, потянула в сторону большого экрана. А Тома, заливисто смеясь, принялась подталкивать меня сзади под поясницу и даже не постеснялась пощупать мою задницу.
Не знаю, к счастью или нет, но обе девушки оказались весьма симпатичными, в меру раскованными. Только уж слишком активными. И, полагаю, не совсем по своей воле.
Спустя мгновение мы влились в толпу и начали танцевать.
Появившийся по соседству чуть позже Тимоха сумел привлечь Аню и увёл её в сторону. А Тома плотно занялась мной. Эротично двигаясь рядом, она прижималась ко мне ягодицами, тёрлась упругой грудью, обдавая меня резким запахом дорогих духов. И раз за разом возвращала мои руки на свою талию, но я тут же убирал их, ища глазами Алису.
— Лекс! Ты не проводишь меня попудрить носик? — Устав танцевать, она прильнула ко мне спиной и опустила голову на плечо. — Катя не успела мне показать, куда идти.
— Хорошо. Давай за мной, — согласился помочь я.
Тома взяла меня за руку, и я потянул её к выходу из шумной комнаты. Мои глаза бегали по мелькающим лицам, но нигде я не видел Алисы. И что самое гадкое, не видел Платона.
Я довёл девушку до санузла на первом этаже, включил внутри свет. Но когда протянул руку, чтобы открыть дверь, Тома толкнула меня, заставляя прижаться спиной к прохладной стене. Прильнула всем телом, и её горячие губы впились в мои. А я… Я не сразу нашёл в себе силы остановиться.
Разорвал поцелуй и деликатно отстранил от себя соблазнительную девушку.
— Что ты делаешь? — задал я глупый вопрос и вытер свои губы тыльной стороной ладони.
— Что делаю я⁈ Пытаюсь поднять тебе настроение, — мило ответила Тома и снова прижалась ко мне грудью. В нос ударил резкий, дурманящий аромат её элитного парфюма. — Ты такой классный, но такой грустный… Я просто хочу, чтобы тебе было хорошо. — Она вновь потянулась за поцелуем, однако в этот раз я не позволил ей этого сделать. — Лекс, в чём дело? Я тебе больше не нравлюсь? — ласково спросила она, но в голосе прозвучала обида и непонимание.
Грохот музыки внезапно стих, а через мгновение в гостиной зажёгся свет, осветив полумрак коридора.
— Дело не в тебе, Том. Ты офигенная. Но… Я не могу. Прости, — проговорил я, освободился из плена девушки и пошёл назад в сторону гостиной.
— Итак, дамы и господа. Мы начинаем нашу первую игру! Прошу всех собраться у стола! — громко произнесла Катерина в микрофон и взялась пересчитывать гостей. — Евгений, Максим, отлично. Лекс. У тебя на щеке помада… Выше, ага, вот тут, — подсказала сестра и оглядела присутствующих. — Все здесь? Аня, Тимофей. А где Тома? Лекс, где ты потерял свою девушку⁈ — вновь обратила на меня внимание сестра.
Ну вот зачем она это делает, а? Зачемтак ? Специально, да?
Я заметил, как из другого входа в гостиную вернулась Алиса в сопровождении Кирилла. Её поникший взгляд отыскал в толпе меня, но тут же убежал в сторону. Конечно, она всё слышала.
И они что, выходили поговорить? О чём? Какие у Алисы могут быть дела со вторым Романовым?
— Тома сейчас придёт, — негромко ответил я, чтобы не привлекать к себе лишнее внимание, не уточнив, где именно застряла Тамара.
— Ладно. Тогда слушайте правила…
За следующую минуту Катерина объяснила нам суть игры: каждая пара вытягивает жетон с номером одной из гостевых комнат. Там сразу за дверью лежит письмо, внутри которого находится текст задания. Та пара, что выполнит своё задание быстрее всех, получит приз, а также право провести ночь в лучшей спальне нашего особняка. Была у нас таковая для особых гостей.
И когда все пары вытянули из тканевого мешочка свои случайные номерки, Катя занялась оставшимися гостями без пары:
— Лекс, Тимофей, Аня и Тома. Подойдите!
Первыми номерки вытянули девушки, а затем уже я с Тимохой.
— Ну-ка?.. — Катя поглядела на наши жетоны. — Прекрасно! У нас есть две последние пары! Аня и Лекс, Тимофей и Тамара! Так будет ещё веселее. Игра начнётся через пять минут. А сейчас для всех прозвучит замечательная песня от талантливой Леди Гага! — воодушевлённо договорила сестра.
Перед тем как в гостиной погас свет, мы с Тимофеем недоумённо переглянулись. Зачем Кате понадобилось перетасовывать наши пары? Случайность? Я пожал плечами, и тогда Тимоха приобнял Аню, но та вывернулась и направилась ко мне.
Заиграл знакомый атмосферный мотив саундтрека из фильма «Топ Ган: Мэверик». Парни стали разбирать девушек. А Тимофей, не теряя времени зря, рванул к Томе. И пока она думала, соглашаться ей или нет на его приглашение, я ускользнул от Аньки и отыскал Алису.
Оттолкнул Платона, вцепившегося в неё обеими руками, словно голодный клещ, и на ухо спросил девушку:
— Ты потанцуешь со мной?
Она подняла взгляд и замерла в нерешительности. Время будто застыло, превратившись в тягучий кисель.
Мы смотрели друг другу в глаза.
Мелодия становилась отчётливей.
Звучали слова куплета, но я всё ещё ждал.
А потом Алиса перестала жевать губы, улыбнулась и шагнула ко мне. Я обнял её, и, не говоря ни слова, мы начали неторопливо кружить в медленном танце.
Весь мир сжался до небольшого клочка комнаты, где мы с Алисой, обнявшись, делились теплом друг с другом.
Немного погодя я убрал свою руку с талии девушки, сжал её ладонь. И в этот момент Леди Гага запела припев (вольный перевод песни Hold My Hand):
So, cry tonight, (Пусть
плач
омрачит
эту
ночь
,) But don’t you let go of my hand! (Но не отпускай моей руки!)
Я крепче прижал к себе Алису. Её рука обвила мою шею. Нежный, словно хрустальный, аромат ландыша, а, может, фрезии, исходящий от девушки, стал ярче. А позже я ощутил, как моего плеча коснулась её влажная щека.
— Ты плачешь? — взволнованно спросил я.
Но Алиса ничего не ответила. Я не видел её лица и не понимал, что происходит. Возможно, мелодия заставила её о чём-то таком вспомнить. Это случается. Хотя… То, как я держал руку Алисы, очень резонировало со словами самой песни, в которой пелось о том, что нельзя отпускать, что бы ни случилось. О том, что ночь может быть полна слёз, но кому-то очень нужно чувствовать твоё тепло и знать, что он не один.
Рядом с нами танцевали Тимоха и Тома. Аня и Платон в одиночестве стояли у стены по разные стороны стола.
Мы кружили под сентиментальную лирику Леди Гага, когда мои глаза наткнулись на разгневанный взгляд Катерины, танцующей с Кириллом около нас. Она укоризненно покачала головой и прошипела что-то про мои извинения.
Я никак не отреагировал, и тогда Катя отправила своего кавалера освежиться. Песня ещё не закончилась, но сестра положила ладонь на моё плечо и решительно заявила:
— Алиса, мне нужно поговорить с моим братом. Немедленно!
Я не хотел отпускать девушку, но она шумно вдохнула через нос, вырвалась из моих объятий, и Катерина тут же оттащила меня в сторону.
— Ты охренел⁈ — начала с наезда она. — Какого чёрта, Лекс⁈ Я же просила, не лезь! Ты не понимаешь! Алиса… — шипела она от негодования.
Но я не слушал. Смотрел, как в полумраке гостиной Алиса обходит стороной Платона с выставленной вперёд ладошкой и поворачивает к столу. Как наливает в пустой стакан сок из графина.
Рядом с ней внезапно появился силуэт Ани. Та о чём-то спросила, заставляя Алису обернуться, и у стола снова мелькнуло лицо Платона.
Блики от вспышек экрана и яркие полосы светодиодных стиков искажали картинку. Но мне показалось, будто жидкость в стакане Алисы качнулась, и что-то белое стало погружаться на дно, оставляя за собой шлейф из мелких пузырьков.
— Ты меня слушаешь⁈ Лекс! — словно в тумане продолжала о чём-то вещать сестра.
Её пальцы коснулись моей щеки, заставляя меня повернуть голову, и я уже почти перевёл взгляд на Катерину. Но в последний момент заметил, как Анна кивнула и развернулась, а Алиса медленно подняла свой стакан и собралась утолить жажду.
Меня вдруг накрыло осознание: Платон что-то подбросил в её напиток!
Вот же, мать его, сукин сын!
Продолжение следует…
10. Почеши мне спинку
— Смотреть всю ночь аниме? — переспросил я и обернулся на Сашу. — Да вы же уснёте! Вас хватит максимум на пару серий, — говорил я, а сам думал, что я-то точно усну, едва досмотрев первую.
— Нет, нет! Мы не уснём! Обещаем! — настаивала Катя.
Она умоляюще прижала друг к другу ладони на уровне груди и смотрела таким щенячьим взглядом, что отказать было почти невозможно.
Стрелки часов приближались к полуночи. На завтра мы запланировали поездку на озеро. Но перед сном решили посмотреть аниме, выбранное Катюхой. Сделали все дела, почистили зубы и забрались втроём на уже расстеленный диван в гостиной, на котором, кстати, сегодня собирался спать я.
— А что завтра? — смягчился я и начал приводить аргументы. — Ехать на озеро и спать, стоя в автобусе? А потом плавать с закрытыми глазами? Или уснуть от утомления под палящим солнцем?
Азарт старшей сестры немного угас. Но она всё ещё не думала отказываться от своей безумной идеи.
— Ну почему ты такой скучный? — опустив руки, разочарованно произнесла Катя.
— Да он же вчера не выспался! Ты что, забыла? — встала на мою защиту Сашка. — Тёма, наверное, просто хочет лечь спать пораньше.
— И кто, интересно, в этом виноват? — упрекнула младшую сестру Катерина, намекая на прошлую ночь.
— Девочки, стоп! Давайте просто начнём смотреть, а там и решим. Но если вы хотите завтра на озеро, сидеть всю ночь — точно хреновая идея.
На том и порешали. Я сполз ниже, поплотнее сбил свою подушку и подложил ладони под голову. А девчонки засунули ноги под покрывало, оставшись в полулежащих позах по разные стороны от меня.
Давненько я ничего не смотрел. Но, кажется, аниме было выбрано не самым удачным образом. Или это был очередной коварный план сестёр, задумавших ещё одну спецоперацию по развращению старшего брата.
— Так это что, ужастик? Или хоррор? Как там правильно? — задал я вопрос.
— А ты уже испугался? — ехидно спросила Катюха. — Всего-то мультик о приведениях!
Ну да, мультик. О привидениях и о том, как на них охотились. На ночь глядя. Теперь я уверен: это точно какой-то план. И, видимо, сёстры его придерживаются.
Катя довольно улыбалась. А Саша уже смотрела на экран слегка исподлобья.
Ещё через пять минут она сползла с подушки, не сумев натянуть на себя покрывало повыше из-за того, что я придавил его своим весом. И как-то незаметно она оказалась совсем рядом. Посмотрев на сестру, Катька тоже решила устроиться поудобнее. Не спрашивая у меня разрешения, она обхватила мою руку ладонями и прижалась горячей щекой к плечу.
Прошло ещё немного времени. На экране стали то и дело появляться скримеры, от которых герои истошно кричали, разбегаясь по тёмным коридорам и нарушая ночную тишину нашей гостиной. Но почему-то никому из нас это не казалось пугающим.
— Может, уже хватит? — шёпотом спросил я, но Катя лишь отрицательно помотала головой. Сашка же уткнулась носом мне в рёбра и лежала с закрытыми глазами. — Кажется, она спит, — добавил я в сторону Кати.
— Мм… Я слушаю, — сонно отозвалась младшая сестра, вызвав на наших лицах ухмылку.
Одна почти готова. Думаю, вторая продержится ненамного дольше.
Так всё и вышло. Через минут десять я аккуратно отобрал пульт у мирно посапывающей Катьки, убавил громкость до минимума, когда речь ещё можно будет разобрать, но резкие звуки уже не нарушат сладкий сон девушек. И какое-то время продолжал смотреть «страшное» аниме один.
Оказалось, что это не сериал, а полноформатный фильм. Проникшись его сюжетом, я переживал за героев и хотел узнать, чем же закончатся их приключения. Но если буду досматривать аниме в одиночку, девчонки могут обидеться. Почему бы тогда просто не сделать это завтра?
Я мог бы просто выключить телевизор и уснуть. Но сёстры… Они лежат рядом, прижимаясь ко мне с обеих сторон! А мы так не договаривались. Конечно, я могу сказать утром, что уснул. И пусть только попробуют меня в чём-либо обвинить!
Ещё несколько минут я боролся с собственными желаниями. Уснуть? Или тихо уйти в свою комнату? В конце концов, победил здравый смысл. Ведь оставлять заразную Катю рядом с сестрой, притом что у той уже першит в горле, как минимум, безответственно.
Я попытался вынуть правую руку из-под лежащей на ней Кати. Но стоило мне только пошевелиться, как она начала ворочаться и лишь сильнее прижалась ко мне бедром. А затем и вовсе повернулась набок и закинула на меня одну ногу!
Покрывало сползло с Катюхи, верх её пижамы задрался, оголив живот до пупка. Сестра лежала, плотно прижимаясь ко мне. Её голова удобно устроилась на моём плече, а на своём бедре я ощущал твёрдость Катиной лобковой кости.
— Кать? Катя! — шёпотом позвал я сестру.
Но то ли она и правда крепко спала, то ли делала вид, что не слышит.
Пока я думал, продолжая смотреть на сверкающий спецэффектами экран телевизора, Катино дыхание сделалось прерывистым. Она ненадолго переставала дышать, а потом шумно выдыхала, изредка издавая тихий отрывистый стон.
Позвав Катю ещё раз, я понял, что она спит. Её глаза хаотично двигались под закрытыми веками. Фаза быстрого сна. Та самая, в которой нас посещают сновидения.
И что же такое ей снится?
От горячего дыхания Кати и её томных стонов под ухом я и сам стал заводиться. Вот только этого мне ещё не хватало!
Согнув в локте правую руку, я опустил ладонь на Катину спину и принялся легонько тормошить сестру за плечо второй рукой. Не сразу проснувшись, Катя открыла глаза. Удивлённо посмотрев на меня, а затем на всё ещё включённый телевизор, она смущённо убрала с меня свою ногу и отодвинулась в сторону.
— Ты мне только что такой сон обломал! — обиженно пробурчала сестра и, поджав губы, расправила задравшуюся пижамку. — Иди теперь и укладывай меня спать! Чёртов ты злодей!
Я хотел было пошутить насчёт сюжета её увлекательного сновидения. В нём Катя явно не единорога гладила, сидя на цветочной полянке. Но сдержался.
Катька нехотя сползла с дивана. Обернувшись на меня, призывно мотнула головой и, шаркая по полу босыми ногами, поплелась в свою комнату.
— Я всё ещё на тебя злюсь, — сказала Катюха, когда я подошёл к её кровати. — Причём сильно!
Она лежала на спине, выпрямив ноги и сложив руки в замок на животе. Я присел на край кровати и аккуратно расправил низ Катиной пижамной рубашки, едва задевая пальцами её нежную кожу. Потом натянул на девушку покрывало почти до самой шеи. Только не стал подтыкать его с боков. Просто опустил край и отнял свои руки.
— Прости, что испортил твой сон.
— Прощу, если ты… — Катя взяла паузу, словно о чём-то раздумывая.
— Если я что?
— Помоги мне уснуть! Почеши спинку! — попросила она и тут же завошкалась, переворачиваясь на живот.
Сестра сдвинула вниз покрывало, подтянула повыше край своей пижамы, собрав его гармошкой. И я увидел, как расплющилась грудь, придавленная к белой простыне весом Катиного тела. Только сейчас я подумал о том, почему на ней нет штанов. Обычно она надевает и рубашку, и штаны. Но сегодня штанов нет. Странно. И Саша была в одной лишь футболке…
— Почесать? — спросил я. — Вот так?
И начал беспорядочно водить по спине кончиками пальцев, то касаясь кожи их мягкими подушками, то меняя угол наклона и немного царапая ногтями.
— Да, вот так! — довольно прошептала Катя, закрывая глаза.
Она ещё немного повошкалась и замерла. Одна её ладонь осталась лежать у головы, а вторая спряталась где-то под покрывалом. Я завернул мешающий мне край пижамы и подтянул его ещё выше, доставая теперь аж до шейных позвонков.
— Да! И ниже тоже! Про серединку не забывай! — ворчала Катюха. — Можешь ещё помять, но не сильно.
Помять что? Ну не рёбра же! Неужели, она говорит про свою попку?
— Так это уже будет массаж тогда, — рассуждал я вслух, продолжая водить обеими пятернями по девичьей спине.
— А тебе что, жалко, что ли?
— Да нет, конечно. Не жалко.
В голове пронеслась досадная мысль, что лично мне уже давно никто не делал массаж. Думая об этом, я сосредоточился на своих ощущениях, стараясь делать всё так, чтобы Кате было приятно. И судя по её неровному дыханию, у меня даже неплохо получалось.
Я то опускал ладони на спину, массируя её круговыми движениями, то снова поднимал их, касаясь лишь кончиками пальцев.
— Ниже, — выдохнула Катерина, когда мои пальцы коснулись её крестца.
Продолжая легонько царапать спину, я понемногу сдвигал покрывало на ягодицы. И вновь возвращался наверх. А когда мои руки опять спускались ниже талии, Катя будто оттопыривала попку, придвигая её мне навстречу.
— Ниже! — раздражённо прошипела она, когда мои пальцы в очередной раз собрались двинуться вверх. — Не останавливайся!
Из-под покрывала уже виднелась ложбинка между ягодицами. И сдвинься я ещё ниже, укрытыми махровой тканью останутся только ноги!
Я развернул ладони, положил большие пальцы на крестец. Касаясь внешней стороны бедра кончиками пальцев, стал легонько надавливать и делать круговые движения. И почти сразу кожа сестры покрылась крупными мурашками.
— Жарко! — простонала она.
И принялась дёргать попкой, заставляя покрывало сползать ещё ниже. А когда оно таки опустилось, девушка раздвинула ноги немного шире, и я увидел между ними её пальцы! Один из них касался чувствительного бугорка и осторожно массировал его круговыми движениями.
Я посмотрел на лицо Кати. Глаза закрыты. На губах напряжённая улыбка. А потом невольно вернул взгляд обратно на манящую промежность.
Так! Ну ладно, штаны не надела! А трусики-то куда пропали⁈
Пальчик девушки распрямился, погрузился между двух влажных губ, быстро прошёлся вверх, вниз. А затем погрузился на две фаланги и, заблестев от смазки, начал быстро двигаться внутрь и обратно.
Я молча смотрел, как Катя ласкает себя и, заворожённый этим зрелищем, не мог сказать даже слова!
Выпрыгивая из дырочки, палец опускался к горошине клитора, теребил её. А после уже два пальчика ныряли между губ и, широко раздвигая их в стороны, медленно поднимались и опускались, сжимая в конце между собой бугорок.
Средний палец девушки снова нырнул внутрь. Он будто нажал там какую-то кнопку, и Катя резко дёрнулась. Её ягодицы затвердели, бёдра плотно прижались друг другу. И она перестала дышать. А лежавшая перед лицом ладонь, сжалась в кулачок, вбирая в себя и натягивая простыню.
Я продолжал «чесать» спинку, иногда проходясь по тонким рёбрам. А Катька постепенно расслаблялась. К ней вернулось прерывистое дыхание, которое теперь становилось всё реже. Облизав, наконец, свои пересохшие губы, она проглотила слюну, нехотя открыла глаза и зашевелилась.
Я расправил край пижамы, насколько позволяла зажатая под грудью ткань, отнял свои руки и принялся ждать. Сестра лениво перевернулась обратно на спину, сама закончила с пижамкой и натянула на себя покрывало.
— Хи-хи, — не открывая рта, довольно хихикнула Катька. — Это было очень приятно.
Конечно, я понял, что сейчас произошло. И вроде бы смущаться должна Катя. Но почему-то неудобно стало именно мне. Всё выходило так, словно я за ней подглядывал. Но разве не она сама скинула с себя покрывало?
В голове крутились разные мысли, хаотично сменяя друг друга. Только что я стал свидетелем оргазма Катюхи, которая довела себя! Причём не без моей помощи!
— Спокойной ночи! — произнёс я и собрался подняться с кровати, чтобы уйти.
Но Катя схватила меня за руку.
— Поцелуешь? — спросила она и, повернув голову набок, открыла мне щёчку.
Я молча пересел чуть выше и наклонился, чтобы чмокнуть сестру перед сном. Но в самый последний момент она резко повернула голову и обхватила влажными губами мою нижнюю губу. Втягивая её в себя, Катя провела кончиком языка по моей губе, ещё немного с ней поиграла, а затем отпустила, обдав меня горячим дыханием, приятно пахнущим мятой.
— Ты ещё болеешь! Я же так тоже могу заболеть! — отстранившись от Кати, возмутился я.
— А то, что я целую тебя в губы, тебя не смущает?
— Теперь я тоже могу заболеть! — как дурак повторил я, потому что не смог найти, что ответить.
— Тогда я буду о тебе заботиться… — смотря на меня влюблённым взглядом, с нежностью прошептала Катюха. — Как ты обо мне.
Пальцы её руки погрузились в мои волосы и прошлись от макушки к затылку. За долю секунды перед глазами пронёсся наш обед и то, как мы угощали друг друга онигири. Катя делала это своими палочками. Их кончики много раз кочевали изо рта в рот, разнося Катины бактерии. Но почему-то тогда я об этом не думал. Как, впрочем, и Сашка.
Я не злился, но был растерян. И если честно, мне понравился поцелуй. Он оказался таким нежным, чувственным, смелым. Но кое-чего понять я не мог.
— Кать, зачем ты это сделала? — наконец, собрав мысли в кучу, спросил я.
— Потому что хотела, — ответила мне она и, немного помолчав, спросила: — Ты помнишь наш уговор?
Я старался понять, что именно имеет в виду Катя, перебирая всё странное, что происходило между нами вчера и сегодня.
— Помню, — ответил я, потому что действительно помнил всё.
— Завтра я сама скажу Сашке, что ты меня поцеловал, — с нотками сожаления произнесла Катерина. — Ты ещё можешь сделать так, чтобы она не обиделась.
Мне понадобилось совсем немного времени, чтобы догадаться. Теперь я должен сделать то же самое с её сестрой! Мы так договаривались! И я тут же вспомнил о желании, которое обещал исполнить. Неужели Саша хотела именно этого?
Утром Катя всё ей расскажет. И неважно даже, скажет она, что это я поцеловал её, или расскажет правду о том, как всё случилось на самом деле. Сашка в любом случае обидится. Но либо только на меня, если Катюха соврёт. Либо на нас обоих, если она скажет правду. А потом…
— Так ты это сделала ради Сашки?
— Ну ты и дурак! — ответила Катя и отвернулась к стене, сделав вид, что обиделась на мой вопрос.
И как мне это понимать? Почему они делятся секретами друг с другом, а меня заставляют лишь догадываться? Эти намёки! Это слишком сложно! Я не понимаю! Если Саша хотела поцелуя, почему ничего не сказала? А если бы она сказала, то как бы я отреагировал? М-да…
Продолжая думать об этом, я начал гладить Катю по голове, пальцами передвигая лежащие на подушке волосы и легко касаясь ладонью плеч девушки.
— Прости. Я не хотел тебя обидеть.
— Иди уже!
Встав на ноги, я склонился над Катей и поцеловал её за ухом.
— Спокойной ночи! — прошептал я.
— И тебе.
Бросив последний взгляд на отвернувшуюся лицом к стене Катю, я направился к дивану гостиной, на котором свернулась калачиком уснувшая Сашка.
11. Мятно-фруктовое признание (часть 1)
Этот длинный, насыщенный событиями день подходил к своему концу. Сегодня мы с Сашей успели побывать в ресторане на деловом ужине с моим начальством. Девчонки умудрились поругаться друг с другом и помириться. Днём, наконец-то приехал заказанный мной новый анатомический матрац. А завтра рано утром мне предстоит отправиться в командировку почти на неделю!
Утром рано вставать. Так что я уже собирался лечь спать. Дождался, когда девушки доделают все свои дела, и отправился в душ. А выйдя из ванной комнаты в одних лишь трусах-боксёрах, услышал странные звуки, которые доносились из моей спальни.
Они что там, прыгают на новом матраце?
Не мешкая, я сразу же направился в свою комнату. Катя и Саша и в самом деле прыгали на моей кровати, подбрасывая руки вверх, словно на батуте. И если бы потолки были немного ниже, то девчата точно бы доставали до них руками.
— Смотри! Мы как феечки! — кричала Катюха. — Давай к нам!
— Эй! А ну, слезайте! На матраце нельзя прыгать! — прокричал я. — Слезайте, кому говорю!
Но девушки даже не повели ухом. Тогда я подошёл к кровати, схватил Сашку в охапку, стянул с матраца и усадил на коврик.
— Слезай! Слышишь⁈ — повторил я Кате, но та лишь завертела головой в стороны.
Тогда я влез на кровать, схватил вторую сестру и потащил прочь. Но стоило мне спуститься самому, как на матрац снова запрыгнула Сашка и опять начала прыгать. Всё ещё держа вырывающуюся из рук Катьку, я попытался достучаться до разума её младшей сестры.
— Сашка! Ну серьёзно! Нельзя на нём прыгать! Он же пружинный! Сломаешь! — Видя, что мои слова не имеют эффекта, я провёл подсечку и усадил Катю на голый пол. — Сиди здесь!
И снова схватив Сашу, стащил с кровати во второй раз.
Ослушавшись, Катя опять забралась на кровать, но в этот раз встала на четвереньки лицом ко мне:
— Так тоже получается! Смотри!
Она радовалась тому, что ей, даже стоя на четырёх точках, удавалось отрываться от поверхности. Последняя пуговица на её уже ничего не скрывающем топе грозила вот-вот расстегнуться.
Поднимая переднюю лапу, этот недоделанный квадробер в лице Кати недовольно прошипел и, махая скрюченными пальцами, изобразил выпущенные в мою сторону когти.
— Ах, так? Ты ещё и шипеть на меня вздумала⁈ Тебе показать, где лоток⁈ — крикнул я в запале.
А Катя лишь плюхнулась на задницу и уже собралась опять встать в полный рост. Но только я шагнул к кровати, как сзади на меня напрыгнула Сашка. Я потерял равновесие и полетел вперёд головой прямо по направлению к Катьке.
Моя макушка толкнулась во что-то тёплое, а лицо погрузилось в верхний мягкий слой матраца. Придавленный Сашиным весом, я упёрся ладонями и поднял голову. Носом проехался по нежной ткани, под которой ощущалось что-то мягкое и тёплое. И моя голова оказалась между раскинутых в стороны Катиных ног.
Вот чёрт! Я понял, что именно сейчас пропахал своим носом! Я вовсе не специально! Но Катя, кажется, совсем не против…
Она расслабленно лежала на спине, приподнимаясь на локтях, и смотрела на меня. Пуговицы на её топе расстегнулись и обе его половинки повисли на плечах, оголив аккуратную грудь с призывно торчащими вверх бусинками сосков.
— Ой! — воскликнула Катя.
Она опустила голову, схватилась за края незамысловатой одежды и обеими руками стала снова застёгивать пуговки на своём сексуальном топе.
В это время Саша, наконец, сползла с моей спины и пристроилась слева от сестры. Лёжа лицом вверх на кровати, она согнула в колене правую ногу, схватилась ладонью за место чуть выше щиколотки и, шипя, принялась его поглаживать.
— Больно-то как! Ты меня ударил!
— Я? Ударил? — переспросил я, поднялся и сел на пятую точку. — Где? Покажи!
— Вот здесь! Синяк теперь будет… — пожаловалась мне Сашка.
Не отрывая спины от матраца, она повернула ногу коленом в сторону и показала пальцем на ушибленное место.
— Прости, я не специально! — Взяв одной рукой Сашину ногу за стопу, а второй за икру, я приподнял ногу, распрямил в колене и несколько раз поцеловал место предполагаемого ушиба, стараясь таким образом загладить свою вину. — Так лучше? Или всё ещё болит?
— Бол-лит… — удивлённо и в то же время смущённо произнесла Саша.
В её голосе прозвучало не только удивление, но и, как мне показалось, желание продолжить приятное «лечение». Из-за того, что нога была в таком положении, эластичная ткань Сашиных трусиков натянулась, превратив прикрываемую ими часть тела в «верблюжью лапку».
Не смея отказать себе в удовольствии разглядывать открывшуюся мне красоту, я вновь поднёс ногу девушки к своим губам и ещё медленнее покрыл гладкую кожу поцелуями ниже и выше того же самого места.
— Болит ещё где-нибудь? — спросил я, плавно опуская Сашину ногу на кровать.
— У меня болит! Вот здесь! — подключилась Катюха, задирая нижний край и без того короткого топа и показывая пальцем на свои рёбра.
Саша и Катя лежали по центру кровати. Желая добраться до ушибленного бока второй сестры, я переполз через ноги девчонок и медленно подполз к Кате с другой стороны. Потом, опираясь одной рукой на матрац между сёстрами, навис над Катюхой. Моя вторая рука опустилась на ладонь девушки, лежавшую на её груди.
Наклонив голову, я прижался губами к тонким рёбрам и начал осыпать их поцелуями. Катя попыталась убрать свою руку с груди, но вместе с этим задрала топик, оголив одно полушарие. Аппетитный сосок был так близко, что я не смог удержаться, и, лизнув ареолу, сжал крохотный бугорок между губами.
Из Кати вырвался хриплый стон. В этот момент кто-то задел мой локоть, и рука, которой я опирался, сложилась. Потеряв равновесие, я повалился на Катьку, но тут же постарался слезть, чтобы не раздавить хрупкую девушку своим весом. А затем, сам не понимая как, уже оказался лежащим между сестёр.
— Ай! Ф-ф-ф… — зашипела вдруг Сашка.
— Прости! Я опять тебя ударил?
— Нет, — ответила она и, сев по-турецки, вывернула стопу пяткой вверх. — Мозоль задел.
— Ого! Это ты сегодня натёрла? — спросил я, и без того понимая, что виной всему стали новые туфли на высоком каблуке. — Кать, найди мне иглу! Нужна самая тонкая, — скомандовал я, поднялся с кровати и ушёл за аптечкой на кухню.
Вернулся оттуда с бутыльком муравьиного спирта, комком ваты, пластырем и парой бумажных салфеток. Сел на кровать, сложив под себя ноги. Открыл бутылёк, смочил спиртом ватку. Потом взял одной рукой стопу Саши и, стараясь не давить на больное место, основательно протёр пятку.
Овальная мозоль шириной в пару сантиметров злобно надулась, будто готова была вот-вот взорваться!
— Это будет больно, да? — заволновалась Саша.
— Если расслабишься, то не будет! — ответила ей Катя и села рядом со мной.
Она с любопытством наблюдала за моими манипуляциями, пока её рука заботливо лежала на Сашкином животе.
Намочив спиртом второй комок ватки, я взял из рук Кати швейную иглу и тщательно её протёр.
— Не бойся, я сделаю всё аккуратно, — успокоил я Сашу, держа в одной руке её ногу, а во второй острую иглу. — Главное, не шевелись. Угу?
Я с улыбкой посмотрел на Сашино испуганное лицо. Лёжа на спине, она приподнялась на локтях. Тонкая майка рельефно обтянула налитую грудь. А сама Сашка смешно зажмурилась от страха.
Подложив под пятку салфетки, я осторожно сделал прокол. Отдав иглу Кате, медленно выдавил из мозоли всю жидкость и промокнул Сашину пятку второй салфеткой.
— Ну вот, почти закончил, — сказал я, разрывая зубами бумажную упаковку пластыря в виде узкой полоски. Ловко оторвал от него защитный слой, прилепил пластырь на пятку и напоследок чмокнул Сашкину ступню. — Вот и всё! Видишь? И совсем не больно, да?
Сашка смотрела на меня широко раскрытыми глазами. Её щёки порозовели, а из-под белого топа торчали крупные набухшие соски́.
— Ага. Даже ничего не почувствовала. В смысле… да, было не больно!
Саша так смешно ответила, будто хотела сказать, что она что-то почувствовала. Но точно не боль. Значит, я всё правильно сделал. Это ведь был момент доверия. Почти как в японском мимикаки, когда тот, кому ты доверяешь, чистит твоё ухо специальной палочкой, пока твоя голова смиренно лежит на его коленях. Одно неверное движение — и здравствуй, боль в ухе! Или того хуже.
— Оу, сестрёнка. Да ты возбудилась! Тебе что, так понравилось? — заметила Катя.
— Может, ей просто холодно! — предположил я, понимая, что несу какую-то чушь.
— Ну да… Щёки и шея порозовели тоже от холода? — ехидно сказала Катюха. — Она возбудилась! Говорю тебе!
— Ну, допустим! — насупившись, подала голос Сашка. — И что с того?
— Да ничего, ничего… — радостно произнесла Катя. — Это даже хорошо!
Пока девчонки обсуждали щекотливую тему, я забрал у Катерины иглу и отнёс спирт обратно в холодильник. Выключил в гостиной свет и, зайдя в спальню, погасил свет и здесь тоже. А перед тем, как комната погрузилась во тьму, мой взгляд остановился на лежащих в моей постели сестрёнках.
Завтра, конечно, рано вставать. И лучше бы мне как следует выспаться. Но разве можно это сделать, если рядом будут они?
Взяв со стола смартфон, я завёл будильник на без пятнадцати пять. Положил его обратно на стол экраном вверх. И пока тот едва освещал комнату, подошёл к кровати.
Когда я был в ду́ше, кто-то из сестёр заботливо постелил на матрац свежую простыню и сменил наволочку на подушке. Одним словом, приготовил всё для моего комфортного сна. Наверное, это сделала Саша. А, впрочем, неважно.
— Вы как хотите, а я ложусь. Если кого-нибудь раздавлю, чур я не виноват! — сказал я и в полной темноте влез на матрац, словно медведь. — Это моя кровать, моя территория, и здесь действуют мои правила!
Нащупав чьи-то руки, я растолкал девушек, освобождая для себя место, и увалился на живот.
— И что это за правила? — спросил игривый голос Кати, и, погрузившись в мои волосы, на затылок легли её пальцы.
— Ну, во-первых, здесь сплю я. Только я! И никто, кроме меня, если не оговорено иное, — мне вдруг отчего-то захотелось поумничать. — Во-вторых, за нарушение первого правила неизбежно и неотвратимо последует наказание…
Продолжение следует…
12. Мятно-фруктовое признание (часть 2)
Продолжая лежать на животе между сестёр, я думал лишь о том, что хочу спать. Но девушки не спешили уходить в свою комнату. Слово за слово, наш вялотекущий разговор свернул куда-то не туда. Я на ходу выдумал какие-то нелепые правила и только что их озвучил.
— Но это эгоистично! — возмутилась вдруг Сашка. — Не делиться комфортом с близкими!
— Этот матрац… Он такой удобный. Хочется просто свернуться клубком и никуда не уходить… — задумчиво проговорила Катюха, продолжая массировать пальцами мой затылок.
— Ничего не знаю. Правила вступают в действие немедленно! — пробубнил я и глубоко вдохнул.
То ли мне показалось, то ли Саша недавно купила новый кондиционер. Именно она отвечала в нашем доме за уборку и стирку. Постельное бельё почему-то пахло леденцами, точнее, такими маленькими конфетами со вкусом яблока и запахом мяты. Странно.
— Кать? — позвала Александра сестру. — Уже поздно. Тёме ещё надо выспаться. Ты идёшь спать?
— Угу, — лениво промычала Катюха, а затем снова спросила: — А это твоё наказание… Какое оно будет?
— Какое-какое… По жопе надаю! Вот какое… — сонно сказал я и лишь потом подумал о своих словах.
Зачем я это сказал? Блин! Меня же не так поймут! Но уже нет смысла добавлять что-либо. Пусть лучше думают, что это была моя неудачная шутка.
Я перевернулся на спину. И только сейчас понял, что пахнет совсем не постельное бельё! Откуда тогда в комнате этот запах? Спирт уже выветрился, а больше здесь ничем пахнуть и не должно! Ну, кроме запаха краски, что источает новый матрац.
— А чем это пахнет? — спросил я и начал принюхиваться.
Повернулся сначала к Сашке и обнюхал её, словно кот, почуявший мышь. Поводил кончиком носа по топику, нарочно задевая мягкие соски. Спустился к ямке пупка. Затем вернулся и стал обнюхивать шею девушки. Саша приятно пахла парфюмом. Но никак не мятой или яблоком. Испугавшись щекотки, она хихикнула и легко оттолкнула меня ладошками.
Тогда я повернулся к Катюхе. Каким-то неведомым образом она смогла незаметно сменить положение. И вместо головы я нащупал её ноги! Но они пахли душистым мылом.
— Холодно. Очень холодно! — не сумев сдержать смешок, произнесла Катя.
А успевший разыграться во мне животный азарт сам прогнал мою недавнюю сонливость.
Потеревшись щеками о Катины ступни, я двинулся выше в поисках источника запаха. Мои ладони скользнули к сведённым вместе коленкам, поднялись выше по бёдрам, коснулись ткани нижнего белья. Катюха медленно приподняла ноги и развела их в стороны, позволяя мне удобнее устроиться рядом.
Она пахла желанием. Её податливое тело не только не сопротивлялось, а наоборот, охотно отзывалось на каждое моё прикосновение. Вспомнив о том, куда я недавно уткнулся носом, я позволил себе прижаться губами к тому же месту и почувствовал влагу, пропитавшую нежную ткань трусиков. Катя жадно запустила обе руки в мои волосы, едва сдержавшись от того, чтобы прижать к себе мою голову.
Я просунул с боков большие пальцы под ткань нижнего белья. Щекоча сжимающуюся девушку, нащупал полоску коротких волосков и отправился дальше. Продолжая искать источник необычного запаха, миновал пупок, солнечное сплетение, захватил нижние рёбра и с удивлением обнаружил, что Катиного топа на ней больше нет!
— Теплее… — прошептала она.
Задержавшись на груди, я ласкал язычком ареолы, сжимал губами соски и тёрся щеками о Катину упругую грудь. Подарив аппетитным холмам по долгому прощальному поцелую, направился ещё выше.
Ключицы, шея, мочка уха. Здесь запах стал намного отчётливее.
— Ещё теплее… — дыша ртом, произнесла девушка.
И когда, наконец, мои губы нависли над Катиными, она прошептала слово «горячо», обдав меня мятно-фруктовым ароматом, и страстно прижалась к моим губам.
Чьи-то ладони коснулись моей спины. Я разорвал поцелуй и чуть не выронил конфету, переданную мне Катей. Она оттолкнула меня, заставив плечом коснуться сидящей рядом со мной Саши.
Кромешная темнота развязала руки не только мне одному. Что Саша, что Катя совсем не стеснялись. И я уже стал путаться, где чьи руки. Прикоснувшись к Сашиной груди, с удивлением обнаружил на ней чью-то ладонь. Подтянул её к своим губам, поцеловал с обеих сторон, а затем мои пальцы поползли выше, к локтю, и рука тут же спряталась.
Мой слух уловил чей-то весёлый смешок. Я повернулся и, пытаясь найти ускользнувшую от меня руку, натолкнулся на Сашку. Мягко уронил её на постель и с поцелуем передал ей Катин леденец. А потом, накрывая губами изгибы Сашиного тела, начал медленно по нему спускаться.
Словно пугливая лань, Сашка вздрагивала от каждого прикосновения. Её прерывистое дыхание выдавало неопытность и животную тягу к новым для неё ощущениям.
Но когда мои пальцы коснулись резинки трусов и потянули за ткань, стягивая их вниз, Саша напряглась. Её ладони накрыли мои руки, не позволяя мне завершить начатое. И я понял, что тороплюсь.
Катины ладошки легли на мои плечи, настойчиво потянули меня назад, заставляя оставить её сестру в покое и лечь на спину. А следом надо мной оказалась и сама Катерина. В кромешной темноте я не видел даже силуэтов и ориентировался сейчас лишь на звуки и тактильные ощущения.
Мои руки легли на Катины бёдра и заскользили по ним вверх. Я сразу понял, что девушка успела избавиться от белья и теперь была совершенно нагой! Она постоянно двигалась, а её руки рассекали воздух над моим лицом. Опускаясь и ненадолго касаясь моих губ, её манящая грудь в тот же миг опять ускользала.
В какой-то момент влажные пальцы Катюхи нащупали мою ладонь, потянули её к промежности и прижали к мокрым губам. Девушка стояла надо мной на коленках с широко разведёнными в стороны бёдрами. А мой оттопыривающий трусы член то и дело толкался между ягодиц Кати.
Мои пальцы заскользили взад и вперёд между мокрых губ девушки, а затем я погрузил средний в её горячее, скользкое от смазки лоно. Из Кати вырвался тихий стон, и её ладонь прижалась к моей, заставляя погрузить палец ещё глубже. Он легко входил внутрь, не ощущая никакой преграды. И так же легко скользил обратно наружу.
Катя дышала всё громче. Её встречные движения всё лучше и лучше угадывали нежные ласки моих пальцев, которые то скользили между губок, то кружили вокруг набухшего бугорка клитора и вновь погружались в жаркую тесноту.
Схватив мою свободную ладонь, неторопливо поглаживающую бедро, Катюха жадно прижала её к своей груди. Её бёдра задрожали, а потом она придавила мою ладонь промежностью, и я почувствовал, как мышцы Катиной киски отрывисто сжимают мой всё ещё глубоко находящийся в ней палец.
Но в полной мере насладиться оргазмом девушке не дал внезапно осветивший комнату свет от экрана смартфона.
— Половина первого! Кать! — раздался голос Саши. — Артём же не выспится!
Катя быстро слезла с меня и упала на кровать. Всё ещё держа свою руку между ног, она свела бёдра вместе. И пока её сестра что-то разглядывала в моём телефоне, Катюха мелко-мелко дрожала с дурацкой улыбкой на лице и закрытыми глазами. А через несколько секунд, торопясь и путаясь в своём нижнем белье, стала с трудом натягивать его назад.
Я привстал, помог ей это сделать, аккуратно расправил резинку трусиков и лёг обратно на спину. И в этот момент свет повернулся к кровати. Катька медленно поднялась и приняла сидячее положение. Выставив ладошку вперёд против яркого света, отыскала на белой постели потерянный топик и сгребла его кулачок.
— Спокойной ночи! — сказала Катюха, наклонилась и, опираясь на дрожащие руки, чмокнула меня в щёку.
Саша дождалась, когда Катя покинет мою комнату, выключила фонарик, положила смартфон обратно на стол и следом за сестрой вышла из спальни.
Кажется, я перегнул палку. Заигрался с Катюхой и ненароком опять вызвал чувство ревности в Сашке! А ещё раньше настойчиво приставал к ней.
С Катей всё понятно. А Саша, видимо, была не готова. Чёрт! С ней надо поговорить! До того, как я уеду рано утром! Она ведь наверняка восприняла мой напор как агрессию. И даже спокойной ночи не пожелала!
Пока я лежал и размышлял о случившемся, в гостиной забрезжил свет, и кто-то зашёл в ванную комнату. Почти сразу же на мою кровать забралась одна из сестёр. Раздался негромкий хруст, похожий на то, когда раскусываешь зубами твёрдую карамельку.
В слабом свете, доходящим сюда из ванной, я узнал Сашину маечку. Сидя передо мной, девушка снова крутила кольцо на своём пальце.
— Тём? Я не против заняться с тобой… этим… Просто у меня ещё… ну, эти дни… — сбивчиво объясняла мне Саша. — Ты не сердишься на меня?
Эти дни? Точно! Я вспомнил, как утром в субботу девчонки оттирали мой старый диван. В тот день у Сашки начались месячные. Но когда полчаса назад я держал в руках её ногу, я не заметил прокладки под её тонкими трусиками! Хм… Или я чего-то не понимаю?
— Нет, — спокойно ответил я девушке. — Слушай… Я не настаиваю. Если ты не готова, не надо!
— Замолчи!.. Дурачок, — перебила меня Сашка. Медленно наклонилась ко мне, поцеловала и поделилась кусочком того самого леденца. — Я люблю тебя! — отчётливо прошептала она и прижалась к груди.
Из туалета донёсся шум сливающейся воды. Саша тут же поднялась, сверкнула глазками и, пожелав мне спокойной ночи, выпорхнула из моей спальни, пока её не застукала старшая сестра.
Погасив свет, из ванной комнаты вышла Катюха. Прислушиваясь к звуку шагов, я гадал, куда она пойдёт. Звякнул стакан на кухне. Это Катя решила выпить воды перед сном.
— Тём? Не спишь? — едва слышно прошептала она, и я ощутил движение на матраце.
Осторожно подобравшись на четвереньках поближе, словно кошка, Катя легла рядом и прижалась грудью ко мне.
— Нет, — так же тихо ответил ей я.
— Сашка просто испугалась. Она ещё девочка. И пока это так, никакого секса у нас с тобой не будет. Но я очень хочу тебя. Просто, понимаешь… Ты должен быть первым у Сашки… — объяснила Катюха и замолчала, давая мне время обдумать её слова. — Ладно, пойду спать… И думать о твоих пальчиках… Спокойной ночи!
Чмокнув меня в щёку, Катя спрыгнула с кровати и тихо-тихо ушла в свою спальню. А я ещё долго не мог уснуть.
Вот это денёк! Несмотря на облом с сексом и непроходящий каменный стояк, я чувствовал необыкновенный душевный подъём! Это признание Саши и слова Кати о том, что я должен стать у неё первым. Вот чего она испугалась! Просто не решилась признаться в этом сама. Но благодаря Кате, всё стало кристально ясно!
Медленно рассасывая остатки мятно-фруктового леденца, я вспоминал поцелуи моих девушек и последние слова Саши, теплом разливающиеся по моей груди. Этот день я навсегда запомню не только сыгранной нами ролью супругов на ужине в ресторане, но и первым Сашиным настоящим признанием в любви!
13. Наказать, пожалеть, повторить (часть 1)
Почистив перед сном зубы, я вышел в гостиную в удобных «семейниках» и погасил в ванной свет. Как же всё-таки хорошо дома! И комфортно! Совсем не то, что в тесном гостиничном номере. Вернувшись из почти недельной командировки, я испытывал непередаваемое, удивительное ощущение домашнего уюта!
В квартире уже было темно, и лишь бледная широкая полоса света падала на пол из моей спальни. Там остались включёнными софиты, но кто-то выкрутил диммер на минимум. И теперь мою комнату наполнял мягкий, тёплый свет.
— Мы тебя ждём! — негромко сказала одна из сестёр.
Этот игривый голос донёсся из спальни. Моей спальни!
Замерев на секунду, я двинулся к свету и вскоре увидел лежащих на моей кровати девушек. Саша и Катя валялись на животе, сверкая поднятыми вверх ступнями.
— Ты должен наказать нас! Ты обещал! — выдала Катька, как только я переступил порог комнаты.
— Наказать⁈ — переспросил я и вспомнил наш последний разговор на этой самой кровати. — Слушайте, уже поздно. Может, лучше завтра?
— Нет! Завтра у нас день рождения! — ответила Саша. — Ну кто же наказывает именинниц в их праздник⁈
И то верно. А может, ну его, это наказание? Я же тогда не всерьёз это сказал!
— Ты должен сделать это сегодня! Пока ещё есть время! — с напускным драматизмом в голосе добавила Катя. — Нельзя больше откладывать! Мы и так ждали в страхе все эти дни! Умоляю, положи конец нашим мукам! — издевательски продолжала причитать Катька под еле сдерживаемый смех своей сестры.
— Хорошо, так и быть! — включившись в игру, согласился я. — Вы провинились. Очень провинились! И теперь будете жестоко наказаны!
Не ожидав услышать от меня таких слов, Катя подняла голову. Но, оглядев меня, мгновенно нахмурила брови. Она встала на четвереньки, затем спрыгнула с кровати. Быстро подошла, опустилась передо мной на колени и двумя руками стянула с меня трусы.
— Надевший запрещённое бельё, — начала говорить Катя, но с каждым словом её голос делался тише и робче, а речь замедлялась, — лиш-шается… он-ного…
Единственный предмет моей одежды беспомощно упал к щиколоткам. Катя почти в упор уставилась на мой член. Быстро заморгала, проглотила слюну. Потом отвела взгляд и, не выпуская из рук мои трусы, оттолкнула меня в сторону. Поднялась на ноги и, сжимая в кулаке мои «семейники», отошла к шкафу.
— Зачем ты их надел? У тебя же есть нормальные… — краснея от стыда, сказала Катюха и принялась выбирать мне новое нижнее бельё.
— Какое-то новое правило? — всё ещё злясь, спросил я.
Но оставшись без одежды, совершенно не выражал закипевших во мне эмоций.
Конечно, я не забыл, что не так давно девчата помогли мне купить целую дюжину новых трусов! С тех пор они внимательно следили за тем, что надевают на себя сами, стараясь каждый день выглядеть привлекательно. Но я не думал, что их «правило» распространяется и на меня тоже! Да и не такие уж страшные были эти «семейники»!
— Старое… Вот, возьми эти, — дрожащим голосом произнесла Катя и осторожно, не глядя на меня, протянула мне другие трусы.
Молча вырвав их из её рук, я просунул обе стопы и натянул бельё на себя. Сашка лежала на кровати, стараясь не шевелиться. А её покрасневшее лицо выдавало смущение. Никогда ещё я не стоял голым перед моими девушками. И хоть свет в комнате и был слабым, он вполне дал рассмотреть всё, что нужно.
— Ну ты и дура, Катя! — сказала Саша и повернула голову в другую сторону.
— Прости… Не знаю, что на меня нашло, — начала Катя вдруг извиняться.
Не придумав ничего лучше, я подошёл к ней и повторил тот же приём. Трусики Кати упали к её ногам. А на лице девушки появилась улыбка. И тогда до меня дошло, что это я сделал напрасно. Симметричный ответ вовсе не стал для неё отражением моего гнева!
Катя игриво подцепила ногой упавшие на пол трусики и, поправляя нижний край своей футболки, откинула их в угол комнаты. А потом бросила туда же мои. Хихикнув, она обошла кровать, схватила Сашку за щиколотки и стащила на край матраца так, что её коленки опустились на коврик.
Под смущённые возгласы сестры Катя спустила Сашкины трусики до середины бёдер. А затем улеглась рядом с ней, свесив ноги с кровати, и вытянула руки вперёд.
— Мы готовы принять наказание! Отшлёпай нас!
Сашка отвернулась от сестры и уткнулась носом в матрац. Придвинула локти к голове, будто бы закрывая уши, и опустила скрещённые ладони на шею.
Медленно повернувшись, я сделал несколько шагов. Остановился в полуметре от края кровати. И не спеша опустил колени на мягкий прикроватный коврик, внимательно разглядывая две сочные жопки.
Сашка свела ноги вместе, но благодаря форме её бёдер мне были отлично видны её аккуратные плотно сжатые губки. Катька, напротив, развела колени в стороны, отчего большие складки разошлись, слегка приоткрыв вход.
Я протянул руки и медленно закатал нижний край Сашиной синей маечки, коснулся пальцами попы и слегка помассировал её. Затем переключился на её сестру. Сдвинул белую футболку вверх и полностью оголил ягодицы.
В ожидании экзекуции Катя едва заметно ёрзала на одном месте. И я легонько шлёпнул её ладонью, продолжая играть роль сурового мучителя:
— Не дёргайся, несносная девчонка!
— Да! Несносная! — подыгрывала мне Катюха.
— Вы были плохими девочками. И сейчас понесёте за это наказание!
— Да, очень плохими! Просто ужасными! Бей давай!
Я стал шлёпать по очереди ягодицы девчонок. Левую Сашину, правую Катину. Правую Сашину, левую Катину. И при этом раз за разом приговаривал короткие фразы и повторял отдельные слова:
— Так тебе! Будешь знать, как нарушать правила! Думала, сойдёт с рук? На! Получай! Вот тебе! Дрянная девчонка!..
Сашка то и дело попискивала. Шлёпал я их несильно, стараясь никому не делать больно. Ведь это была игра. У меня не было цели причинить девушкам дискомфорт. Однако такого наказания Кате показалось маловато.
— Мне кажется, ты не бьёшь, а гладишь! — возмущённо сказала она. — Я понимаю, что тебе нравится трогать наши попки. Но ты же обещал наказать нас! Бей сильнее!
Послушав Катюху, я начал бить резче. Шлепки стали громче. А от ладошки на попе начали оставаться следы, которые, впрочем, почти сразу же исчезали. Но и этого Кате показалось недостаточно.
— Ты её жалеешь! — произнесла вдруг она. — Если бы ты только знал, что она вытворяла, пока тебя не было!
— Заткнись, идиотка! — ответила Сашка и захихикала.
Это прозвучало несколько грубо. Но по интонации и смеху сестёр я понял, что это тоже часть игры. Кому-то здесь, похоже, нравится грубость.
— О да, она знает много плохих слов! Разве за одно только это она не заслуживает сурового наказания?
— Безусловно, заслуживает! — ответил я Кате. — Значит, она нарушала правила снова и снова? Так? — спрашивал я, продолжая наносить удары ладонью. — Пользуясь тем, что меня нет? Ай-яй-яй! Как нехорошо!
Глядя на трясущиеся ягодицы девчонок, я рассматривал всё, что было доступно моему взгляду. Игра приняла очень откровенную форму, которая не на шутку возбуждала меня. Но ещё больше она возбуждала Катю. Между выглядывающих наружу малых губ появилась прозрачная капелька смазки.
Желая коснуться её, я изменил тактику наказания. Сначала перестал убирать руку после шлепка. А потом и вовсе стал поглаживать ягодицу после удара. И уже через некоторое время я водил большим пальцем по скользким складкам, размазывая обильно выделяющийся вагинальный секрет, который иногда тонкой нитью тянулся за моим пальцем.
Интересно, позволит ли мне Катя его туда погрузить?
Какое-то время я продолжал наносить шлепки и думал об этом. Ведь в тот раз, до командировки, Катя сама требовательно потянула меня за ладонь и прижала её к своей промежности.
Сделав ещё несколько шлепков, я решил дать жопкам перерыв.
— Ну что? Раскаиваетесь ли вы в содеянном? — приговаривал я, медленно погружая большой палец в Катину киску.
— Ещё нет, — стонала Катюха, будто выдавливая из себя слова. — Но если продолжишь, то я точно раскаюсь.
Вынимая палец из Катиной щёлки, я гладил им её чувствительный бугорок, а потом опять погружал палец в жаркую тесноту. Не забывая при этом по очереди шлёпать второй рукой жопки девчонок. Я ощущал, как Катя сжимает мой палец внутри себя, и это заводило меня ещё больше!
Через минуту или полторы таких измывательств Катя не выдержала и свела ноги вместе. Я отнял от неё свою руку, чем вызвал искреннее возмущение перевозбуждённой девушки.
— Да бли-ин! — простонала она и шумно выдохнула. — Это не наказание! Это сущая пытка! Мы не об этом просили! — Катя начала подниматься с постели. — Лежи, я на тебе покажу ему, как надо! — добавила Катя и придавила ладонью собирающуюся подняться сестру.
Катя полностью забралась на матрац и, «шагая» по нему на коленках, расположилась над Сашиной жопкой и широко расставила бёдра в стороны. А затем взялась неистово наносить удары обеими ладонями по ягодицам младшей сестры. Удары были такой силы, что от них оставались малиновые отпечатки!
Саша завозмущалась и попыталась скинуть с себя Катю, но та плотно прижала её к кровати, напрочь лишив возможности спастись. Катя так увлеклась, что пропустила момент, когда Сашка всерьёз закричала от боли.
— Катя, остановись! Ей уже больно! — одёрнул я разыгравшуюся девушку.
Схватил Катю за руку, не позволив ей снова ударить Сашку по заднице. Малиновые пятна на коже больше не проходили. А Саша отчаянно пыталась скинуть с себя ошалевшую сестру. И когда ей, наконец, удалось это сделать, она повалила Катюху на живот и начала не менее свирепо лупить ту ладошками по её пятой точке.
— Получай! Думаешь, это не больно? Вот тебе! Ну как? Нравится? Чего ты не стонешь, а⁈
Поняв, что игры закончились, я обхватил Сашку руками и оттянул от сестры.
— Хватит уже, всё. Смотри, что ты наделала! — сказал я.
— А она? Мне тоже было больно! — возмутилась Саша и привстала на коленях.
Безуспешно попытавшись расправить скрутившиеся в верёвку на бёдрах трусы, она психанула, окончательно сдёрнула их с себя и уселась попкой на белую простыню.
— Ф-ф-ф, — зашипела Сашка от боли. — Аж всё печёт теперь!
— Покажи, — попросил я и положил ладони на её талию.
Саша недоверчиво посмотрела на меня, но потом улеглась на живот рядом с распластанной Катей и вытянула сведённые вместе ноги. Я задрал край её майки и внимательно осмотрел обе половинки Сашиной зоны бедствия. Катина жопка, к слову, пострадала ничуть не меньше.
Нормально так поиграли. Даже всё возбуждение куда-то пропало! Вот что бывает, когда не получается удовлетворить девушку! Видимо, я ненароком не дал Кате кончить, и это её разозлило.
— Да уж… Это натуральные синяки! Схожу-ка я за льдом, — сказал я и, взяв по пути из шкафа небольшое полотенце для рук, отправился к холодильнику.
Разумеется, никаких синяков там не было. Хоть девчонки и старались лупить друг друга, всё же это была не та сила, чтобы оставить настоящие синяки. Однако дискомфорт от таких шлепков наверняка ощутимый. И холод точно поможет быстрей от него избавиться.
Накидав в полотенце кубиков льда, я вернулся на кровать. Придвинул девушек ближе друг к другу, чтобы мне было удобнее. И просунув колени между их ног, аккуратно сел сверху. По-хорошему, лёд надо завернуть в полотенце и в таком виде приложить к ушибленным местам. Но разве так будет интересно?
Поэтому я решил поступить иначе.
Продолжение следует…
14. Наказать, пожалеть, повторить (часть 2)
Положив полотенце со льдом на Сашину попку, я расправил его, равномерно разложил кубики, не забыв завернуть край полотенца, чтобы они не скатывались с него вниз. А затем взял двумя пальцами один кубик льда и стал короткими мазками водить им по ещё заметным пятнам на ягодицах Кати.
— Ф-ф… Ау!.. Хи-хи… — отреагировала она. — Холодно!
— Терпи!
Я водил льдом по Катиной попе. И лёд таял в моих руках, оставляя мокрые следы на её упругих ягодицах. А с особенно мокрых дорожек, если я не успевал вытереть их рукой, капельки скатывались вниз, туда, где ещё недавно блестела обильная смазка.
— Хи-хи. Приятно, — оценила уход Катя. — А можешь почаще касаться рукой? Она у тебя такая тёплая…
И я начал чередовать касания кубиком льда с прикладыванием другой ладони к ягодице, чередуя холод с теплом.
— Всё, тебе хватит, — через пару минут сказал я и переложил полотенце со льдом на Катину попку.
Она недовольно промычала, но не стала сопротивляться, помня о том, что сестре тоже требуется внимание.
Сашка реагировала иначе. Прикасающийся к её ягодицам лёд вызывал у неё мурашки, забавно разбегающиеся по всей попе. Я старался больше мять и «греть» Сашу, чем мучить её холодом, тем более что пятна уже почти прошли сами.
Когда от растаявшего льда полотенце промокло, мне пришлось закончить процедуру и отнести остатки льда в раковину. А пока я ходил, Катька достала тюбик с кремом и начала упрашивать сестру намазать её.
— Не буду я тебя мазать! Ты вредная! — бурчала на сестру Сашка.
— Но мне же самой не видно! А я не хочу, чтобы вся попа была в креме! Тебе что, трудно?
— А если это сделаю я, вы помиритесь? — предложил я девчонкам. Обе сестры повернули свои головы и молча посмотрели на меня. — Миритесь уже. И я намажу вас обеих.
Переглянувшись, Сашка с Катей сцепились мизинцами и трижды повторили слово «мирись». Я выдавил прямо на их ягодицы немного крема. А потом стал старательно втирать его двумя ладонями по очереди каждой из сестёр.
В итоге такого массажа крем оказался размазанным по большой площади, но ни Саша, ни Катя даже не обмолвилась об этом! Да и крем успел полностью впитаться, пока я наминал сочные жопки девчонок.
— Всё, хватит на сегодня наказаний, — сказал я и принялся расталкивать девушек в стороны. — Что-то я подустал. Вчера спал всего четыре часа, чтобы быстрее закончить работу, — рассказал я и широко зевнул. — Так что надо бы выспаться. Вы согласны? — Я потянулся к Кате и чмокнул её в щёку. Затем сделал то же самое с Сашкой. — Спокойной ночи, мои сладкие!
От накопившейся за командировку усталости я и в самом деле едва держался, чтобы не уснуть. На продолжение игр просто не оставалось уже сил. Лёжа на спине, я прикрыл глаза, медленно погружаясь в желанную дрёму. От возбуждения мой прибор оттопыривал трусы, но после всего, чтобы случилось, меня это уже совершенно не парило.
— Идём, не будем ему мешать, — тихо сказала сестре Саша и прошептала мне на ухо: — Спокойной ночи!
Через пятнадцать секунд шевеления на постели я остался один. Свет в спальне погас. А сёстры ушли в свою комнату. Почему-то я надеялся, что они останутся. Но они решили уйти. Боятся снова нарушить правило? Ну, после такого избиения я бы, наверное, тоже не стал повторять эксперимент. Но лично я и наказывать бы не стал. А если бы и стал, то точно не так…
❖ ❖ ❖
Я проснулся среди ночи. Причём оттого, что рядом со мной кто-то лежал, укрываясь моим же покрывалом! И не просто лежал, а без всякого стеснения прикасался ко мне ладошкой, бесстыдно прижимаясь другими частями тела.
Мне стало интересно. Кто из девчонок набрался смелости и решил-таки снова нарушить главное правило моей постели? Оно звучало очень просто: здесь сплю я, только я и никто, кроме меня, если не оговорено иное. А так как иное не оговаривалось, факт нарушения налицо!
Засыпая, я как раз размышлял о том, как бы я наказал нарушителя. Хотя нет. Я же решил, что не стал бы этого делать! А если бы даже и стал, то точно не с помощью шлепков ладошкой по жопке. Хм…
Но сначала надо понять, кто находится рядом! Саша или Катя?
Я продолжал неподвижно лежать, делая вид, что всё ещё сплю, и внимательно прислушивался к неровному дыханию девушки. Она, к слову, не пахла так, как должна пахнуть Саша. Значит, это Катюха!
Её ладошка гладила грудные мышцы, спускалась к прессу, потом ложилась на ткань моих трусов, а пальчики очерчивали контуры оттопыривающего ткань члена. Затем ладошка вновь поднималась наверх, цикл замыкался, и всё повторялось сначала.
В конце концов я заскучал и «проснулся». Втянул в себя воздух, подвинул одну ногу и принялся елозить по простыне руками.
— Она уснула, — почувствовав моё движение, заговорщицки прошептала моя ночная гостья. — А вот я не могу! Ты вообще понимаешь, что так делать нельзя?
Отличное начало беседы! Узнаю́ недовольную Катю. Разумеется, я сразу догадался, о чём она говорит. Шлёпая перед сном девчонок по жопкам, я заигрался с её дырочкой, почти довёл девушку до оргазма, а потом резко, но не нарочно прекратил ласки.
— Прости… я не специально, — тихо ответил я и нежно погладил Катино плечо.
— Если бы ты сделал это специально, я бы тебя убила! — злобно прошептала она.
Жёстко. Какой, однако, у моей девушки горячий темперамент!
Я повернулся набок, лицом к Кате, и она сразу закинула колено на моё бедро. Моя рука сжала Катину грудь, игриво потеребила набухший сосок, скользнула ниже, погладила мягкий живот и направилась туда, где уже пульсировал жар.
Но, проведя пальцем между скользких половых губ, я не торопился переходить к главному блюду, а решил немного подразнить девушку.
Я гладил низ её живота, опускал пальцы почти до самого капюшона её клитора, а затем опять возвращался к пупку. Иногда я массировал чувствительный бугорок, но лишь чуть-чуть. Но и этого было достаточно, чтобы в такие моменты дыхание Кати на пару секунд прерывалось.
— Между прочим, уже двадцать восьмое, — прошептала Катюха, — формально, я уже именинница и, значит, мне всё можно.
— А раньше что? Было нельзя? — едва сдерживая вырывающийся смешок, спросил я. — И кто же тебе не давал?
Ничего не ответив, Катя закрыла мне рот поцелуем. А её рука залезла ко мне в трусы. Кулачок заелозил вокруг головки. Из-за выделившейся от моего возбуждения смазки он с лёгкостью скользил по стволу и возвращался обратно к навершию.
Мы неотрывно целовались. А по движениям Катиной ладошки я чувствовал, как нарастает напряжение девушки. Пожалуй, на этот раз достаточно с неё мучений!
Мои пальцы легко погрузились внутрь Кати, и её дыхание стало совсем беспорядочным.
— Ах! Да! Как приятненько! Тёмочка… Мм… — стонала мне в губы Катюха, а потом снова предавалась развязным поцелуям.
Она раз и разом шептала моё имя, стонала и всеми способами давала понять, как приятно ей то, что я делаю. Её кулачок продолжал работать в моих трусах, и я всерьёз начал переживать, что дойду до финиша первым. Я даже подумал, что Катя «работает» со знанием дела. Хотя с трудом мог вспомнить, когда кто-либо вот так мне надрачивал. Да и откуда у Катюхи такой опыт? Но делала она это весьма недурно!
Я продолжал ласкать Катину девочку. Нежно надавливал на бугорок её клитора, массируя его большим пальцем, а другими поглаживал между складочек. Потом опять погружал в киску два пальца и прижимал ладошку к мокрым от соков губам.
Катя дышала всё шумнее, постанывала. Она уже не выговаривала слова, только отдельные слоги. И совсем скоро её накрыло оргазмом. Девушка задрожала всем телом, дыхание остановилось. Внизу всё стало сокращаться от накативших сладостных спазмов. Катя уткнулась лицом в простыню, но всё равно старалась не прекращать работать ладошкой.
Я очень нежно поглаживал промежность то и дело вздрагивающей девушки, пока она медленно приходила в себя. Наконец, Катя облизнула свои губки, сглотнула и постаралась сосредоточиться на мне. Её вторая рука оттянула резинку моих трусов, а первая заработала с удвоенной силой. И через считаные секунды взорвался уже я и спустил семя в Катин кулачок.
Убрав руку с моего члена, она вернула трусы на место, поднесла ладошку к лицу и принялась её облизывать. Затем по очереди погрузила в рот каждый палец, тщательно собирая язычком всё до последней капли.
— Что ты делаешь?
— Вкусная! А ещё говорят, что полезная, — прерываясь на шёпот, объяснила мне Катя.
Эти звуки, издаваемые её язычком, нереально возбуждали сами по себе. А вместе с шёпотом просто срывали мне крышу! Закончив вылизывать ладошку, Катюха замерла.
— Спокойной ночи, проказник! — сказала она.
Чмокнула меня в губы и начала сползать с кровати, но вдруг снова остановилась.
Её пальцы резко оттянули резинку моих трусов, и головку обволокло теплом. Я чувствовал, как Катин язычок трётся то сверху, то снизу, а влажные губы нежно скользят по стволу.
Как же приятно!
Выпустив мой член изо рта с чпокающим звуком, девушка опять облизнулась, тихонько хихикнула и, наконец, спрыгнула с кровати, внезапно прервав моё наслаждение.
— Спокойной ночи! — ответил я вслед и облегчённо повернулся на спину.
А член стоял и даже не думал расслабляться! И это не смотря испытанный мной оргазм. Ну, Катюха! Возбудила так возбудила. Не удивительно, что после такого я никак не мог успокоиться. Лежал и всё думал.
Интересно. Сексом, значит, нам пока заниматься нельзя. А минет, получается, можно? Или это не считается?
Этот спонтанный акт петтинга напрочь лишил меня сна. Я лежал и продолжал думать о разных вещах, пока вдруг не почувствовал шевеление на матраце, выдавшее вернувшуюся ко мне гостью…
16. Парень твоей сестры (часть 1)
— Кирилл, задержись! — махнув рукой, остановил меня наш преподаватель физкультуры.
А если быть совсем точным, спортивный тренер школьной команды по баскетболу, фигуристая женщина лет двадцати пяти с тёмными волосами, всегда собранными в аккуратный хвост на затылке. Наш настоящий учитель ушёл на больничный, и поэтому сегодня его заменяла она.
Замерев на полпути к раздевалке, я развернулся и подошёл к тренеру:
— Вы что-то хотели, Оксана Петровна? Я плохо играл?
— Постой, я сейчас, — ответила она, продолжая убеждать завхоза, что свет в зале — это важно. — Если вы до завтра не замените здесь все перегоревшие лампы, я напишу на вас докладную! Как, по-вашему, мне тренировать команду в таких условиях? Вы, вообще, понимаете, что мы готовимся к региональному первенству⁈
Оксана Петровна умела убеждать. Бедный Геннадий Олегович вжал голову в плечи и только и делал, что согласно кивал и робко оправдывался. От скуки я разглядывал яркие лампы под потолком, но мне это быстро надоело. И тогда мой взор упал на ягодицы тренера, туго обтянутые чёрной тканью. Какие же они офигенные! Прямо орех! Вот бы хоть раз за них подержаться!
От мыслей о сочной Ксюхиной попе, — так мы называли эту сексапильную тренершу между собой, — я ощутил, как кровь стала приливать ниже пояса. С трудом оторвал взгляд от её эффектно выпирающих прелестей и уставился на собравшихся кучкой одноклассниц.
Три весьма привлекательных чирлидерши — Катя, Мира и Геля — бурно обсуждали какую-то важную проблему и, похоже, смотрели на меня. Вот чёрт! Они видели, как я пялюсь на задницу Оксаны Петровны! Кровь моментально отхлынула от моего члена, прилила к лицу, и оно запылало от смущения.
Рядом с этой троицей стояла вечно хохочущая Маринка, правая рука Катерины, и Оля, тихая, застенчивая девочка в очочках, вечно что-то записывающая в свой огромный блокнот. Не знаю, какую роль в этой компании она играла, но она всегда была рядом с Катериной, отличницей и первой красавицей нашей школы, да ещё и по совместительству главой школьного совета.
Катю всегда окружало мужское внимание. Ходил даже слух, что ей признаются в любви по несколько раз в день самые красивые парни нашего учебного заведения, но она их всех отшивает. А недавно случилось такое, о чём неделю гудела вся старшая школа: Катерина бросила своего МЧ!
— Я ничего не хочу знать о проблемах с лестницей! Это ваша работа, а не моя! Всё. У меня дела! — закончила тренер один разговор, повернулась ко мне и на той же скорости начала следующий: — Кирилл, ты отлично играешь! Но мне кажется, у тебя есть проблемы с налаживанием социальных связей. Сколько ты уже в нашей школе?
— Почти три недели.
Недавно мой отец получил серьёзное повышение по работе, поэтому родители внезапно переехали в этот город. Ну а я был вынужден сменить школу в выпускном классе. И Ксюха права. Мне всегда с трудом удавалось заводить новые знакомства.
— И до сих пор играешь так, словно один на поле! — чуть мягче продолжала наставления она. — А должен работать в команде! Слажено! Чётко! Слушай… Я хотела предложить тебе вступить в нашу команду. Не ту, где балбесы целыми днями пинают буи, а мою, которую лично тренирую для соревнований.
— Что⁈ Меня в вашу команду? — немного растерялся я от такой неожиданности.
Все знали, насколько престижно играть за честь школы в элитном составе! Но туда попадали только лучшие из лучших! Оксана Петровна начала наступать, тыча своим пальцем в мою грудь, и я машинально попятился.
— Начни общаться с ребятами! Сделай это! Сегодня же! Ты мне нужен! — отчеканила она.
— Но я…
— Никаких отговорок, Кир! Не обманывай меня, я видела, на что ты способен! — загадочно сказала тренерша, прожигая меня пристальным взглядом.
Отрезвляюще похлопала по моей щеке, развернулась и, эротично виляя бёдрами, быстро покинула спортзал. А я так и остался, шокированный, стоять у стены, провожая её глазами.
Никто, кроме самых близких друзей, не называет меня так! Это что, попытка меня расположить? Или предложение дружбы? Ничего себе поворот! В любом случае я ощущал, что мне только что выдали нереально огромный кредит доверия.
Девчонки разразились смехом, я сглотнул застрявший в горле комок и снова поймал на себе их надменные, ехидные взгляды. Только на этот раз в них угадывалось что-то ещё. Любопытство? Желание устроить шоу и выставить меня посмешищем, как они любят делать обычно с другими?
Собрав свою волю в кулак, я выпрямился и твёрдым шагом направился к раздевалке. В этот момент Маринка разбила сцепленные руки Кати и Оли, словно фиксируя факт заключения между ними пари. И в ту же секунду Ольга устремилась ко мне, прижимая к груди блокнот и поправляя на ходу свои очочки.
— Кирилл, подожди!.. Есть важный разговор! — громко сообщила она. Подошла ближе, обвила мой локоть рукой и потянула меня в сторону ниши в стене: — Только давай отойдём.
Оля кокетливо заправила прядку светлых волос за ухо и стеснительно посмотрела в мои глаза. Украдкой бросила взгляд на внимательно наблюдающих за нами девчат и встала вплотную ко мне, едва не упираясь в мою грудь своими острыми холмиками, призывно торчащими из-под белого топа.
— Так что ты хотела? Я очень спешу, — занервничав от неожиданной близости, поторопил я её.
— Ты такой… мужественный. Хочешь, я тебе отсосу?
— Шп… Кхэм… Кхе… Что-о⁈ — чуть не закашлялся я, не веря своим ушам.
— Отсосу тебе член, дурачок! Чего непонятного⁈ Ты что, ещё девственник⁈ Ни разу не давал в рот девчонке? — Она усмехнулась, и на её милом лице появилась довольная улыбка. Но слова, срывающиеся с её нежных губ, никак не шли к образу стеснительной девушки.
— С чего ты это взяла⁈ — вступил я на скользкий путь лжи. Не было у меня ни с кем ещё секса! Да я и целовался-то всего пару раз. Но никак не мог сейчас в этом признаться: — Небось сама решилана мне потренироваться?
— Может, и решила. От тебя не убудет! Опыт, он, знаешь, лишним не бывает… Ну так что, ты согласен? — спросила меня Ольга и ненадолго замолчала. Её самоуверенность стремительно таяла вместе с надеждой выиграть пари. А то, что это было пари, я уже нисколько не сомневался. Мой мозг отчаянно скрипел извилинами, пытаясь понять, в чём здесь подвох. — Не тупи, блин! Да или нет? Дважды не предлагаю! — начала злиться она, а девчонки опять захихикали.
Впервые в жизни девушка сама предлагает мне сделать минет. Причём девушка симпатичная! Дураком буду, если откажусь! Да ещё и заработаю репутацию инцела. Оно мне надо? Но что, если это развод?
Слегка толкнув Олю грудью, я набрался смелости и опустил одну руку на её зад. Сжал свои пальцы и несильно вдавил девушку в стену.
— Хочу! — решительно сказал я и как можно жёстче спросил: — Но сперва ты мне расскажешь, в чём тут прикол.
— Я просто хочу проучить сучку сестру! Поверь, мы оба окажемся в плюсе! — прошептала в ответ Оля.
Так вот оно что! Катерина её сестра! Я ухмыльнулся и посмотрел на заволновавшихся девчонок.
— Ладно, убедила.
— Тогда встречаемся здесь. После восьмого звонка. А это аванс. — Ольга сжала через трико ладонью мой член, поймала губами мои губы и, прихватив зубками нижнюю, слегка её оттянула. — Не опаздывай! — игриво добавила она. Вырвалась из моих объятий и направилась обратно к подругам. — Ты продула, сученция! — радостно воскликнула Оля и звонко рассмеялась на пару с Маринкой.
Пока остальные приходили в себя и не верили, что это случится, я скрылся за дверью раздевалки, скинул с себя влажную одежду и поспешил в душ.
❖ ❖ ❖
Сидя на последних уроках, я никак не мог сосредоточиться. Из головы не выходила мысль о том, что будет после восьмого звонка. Что, если всё это просто предлог, чтобы меня разыграть? Я никогда не ощущал себя параноиком. Но немного узнав об этой троице за последние две недели, нутром чувствовал готовящуюся подставу.
— Пст… Эй, Кирилл! — сидящая позади меня Маринка ткнула ручкой мне в спину. — Так ты пойдёшь? Или сдуешься? Хи-хи… Знаешь, я вот не понимаю. Ты такой… классный. Но что с тобой не так?
— В каком смысле, не так? — обернувшись, задал я вопрос.
— Новиков! Кузнецова! Не успели наговориться на перемене? — строго окликнула нас англичанка. — Ещё слово — и обоих оставлю после занятий!
Урок продолжился, и я задумался ещё крепче. А через минуту на мой стол прилетела скомканная бумажка. Развернув её, я прочитал всего два слова: «Ты гей?»
Вот же сука! Теперь я точно схожу! Не хватало ещё, чтобы кто-нибудь из них распускал обо мне подобные слухи!
Увидев, с какой злостью я разорвал бумажку на мелкие клочки, Маринка вновь принялась тыкать ручкой мне в спину. И в ответ на игнор бросила мне ещё одну записку: «Прости. Не хотела обидеть. Готова извиниться после уроков».
Что? Извиниться?
Я опять обернулся и поймал её взгляд. Без надменности, без ехидства. Замечательная актриса!
С трудом досидев до последнего звонка, собрал вещи и, первым выйдя из класса, отнёс их в свой шкафчик на втором этаже. Зашёл в туалет, навис над раковиной и плеснул на лицо прохладной водой. Ещё немного постоял. Потом расстегнул ширинку, достал свой прибор и ополоснул его. Вдруг всё это не шутка?
Через три минуты я уже стоял у входа в спортзал. Уроки закончились, и теперь здесь было безлюдно и тихо. Зайдя внутрь, я сначала никого не увидел. Но стоило сделать ещё несколько шагов вперёд, как в той самой нише обнаружилась Оля. Скучая, она беззаботно крутила в руках свой смартфон.
— О! А вот и ты! — негромко произнесла она и вынула из кармана ключ на кольце. — Иди за мной!
Я молча пошёл за девушкой, и вскоре мы оказались у подсобки со спортинвентарём. Ольга вставила ключ в замочную скважину, повернула его и открыла дверь.
— Откуда у тебя ключ⁈ — удивлённо прошипел я.
— Ты меня явно недооцениваешь! — Она зашла первой в небольшую пыльную коморку, освещённую тусклым светом крохотного окна. Затащила меня за собой. Смеясь, протянула мне ключ и взглядом указала на дверь. — Если не передумал, закрывай, и начнём!
Взяв блестящий ключ из её рук, я запер нас изнутри и развернулся к девчонке, которая уже пристраивала телефон с включённой камерой на краю матов.
— А это ещё зачем⁈ — пряча ключ в карман брюк, спросил я.
— Ты же не думаешь, что они поверят нам на слово? Встань сюда! — Оля опустилась коленями на мягкий мат и шире расставила обтянутые чёрными чулочками ноги. — Это доказательство. Покажу видео и удалю. Обещаю! Твоего лица даже не будет видно!
Я встал на нужное место и посмотрел в камеру, пока Ольга снимала с себя тёмно-серый жакет. Она не врала: я вмещался в объектив лишь только до плеч.
Оставшись в юбке и белой блузе, она ткнула пальчиком в экран своего смартфона, чтобы включить запись. Ловко расстегнула ширинку моих брюк, дёрнула за пояс, и штаны упали, обнажив волосатые ноги до щиколоток. Оттянула резинку трусов и выпустила на свободу мой наливающийся мужской крепостью член.
— Ого! Да ты и впрямь красавчик! Пора знакомиться ближе, — проворковала она, нежно поглаживая пальцами твердеющий на её глазах ствол.
Аккуратно сняла с носа очки, отложила их в сторону. Обеими руками заправила за уши прядки волос, убирая их от лица. Крепко обхватила тёплой ладошкой основание моего члена и, высунув изо рта розовый язычок, нежно, с эротичным мычанием лизнула головку.
— А-ах! — выдохнул я от удовольствия и машинально погладил девушку по волосам.
Это происходит со мной наяву! Безумие! Но я в полном восторге от такого знакомства!
— Тебе нравится⁈ — подняв глаза, ласково спросила она.
— Очень!
Продолжение следует…
17. Парень твоей сестры (часть 2)
Олин юркий язычок покружил на головке моего члена. Затем она оттянула его вверх. Плотно прижимая мокрый язык, прошлась им от основания ствола до венчика и уделила особое внимание чувствительному месту под уздечкой.
— Он у тебя такой красивый! Мхм… Хочешь трахнуть меня в рот? — игриво спросила она.
— Хочу! И трахну прямо сейчас! — заявил я, заставляя себя поверить, что это не сон.
Сгорая от желания поскорее это сделать, притянул девушку к себе лежащей на её голове рукой.
Она едва успела разомкнуть губы, и головку моего члена окутало влажным теплом. Оля выпустила изо рта слюнки, открыла его шире и приняла мой ствол так глубоко, как только могла.
Губы сжали его и заскользили взад и вперёд по тонкой, обвитой венками коже.
— Боже! Как хорошо! — прошипел я и, придерживая низ рубахи, убрал свои руки за спину.
Эта девчонка напрочь сломала мои шаблоны! Разве мог я подумать, что под маской тихони скрывается совсем не скромная и весьма развращённая особа? Она явно знала толк в оральных ласках. Делала это с умением и, что интересно, большим удовольствием!
Оля прикрывала глаза, наклоняла голову в стороны и эротично стонала. Её пальцы нагло ощупывали, сжимали и гладили мои напряжённые ягодицы.
Подсобку наполнили сексуальные чавкающие звуки, нежные стоны Оли и моё тяжёлое, прерывистое дыхание.
Делая несколько мощных движений головой, она ускорялась. А потом всасывала мой член в себя и с громким чпоком вырывала из своего рта. Давала себе отдышаться, пока я наблюдал, как между головкой и её губками растягиваются и рвутся тонкие ниточки густой слюны. А после Оля жадно набрасывалась на меня снова и продолжала потрясно отсасывать.
Стараясь отдышаться в очередной раз, она взялась пальцами за мою мошонку и стала её массировать. Другая рука обхватила ствол у головки, и её большой палец, дразня, начал наглаживать под уздечкой.
— Сколько же у тебя не было секса? — как бы между делом, спросила меня девушка.
— Не помню… Где-то месяц, наверное, — соврал я, надеясь, что переезд в другой город и новая школа могли бы всё объяснить.
— Предупреди, как соберёшься кончать, — попросила она.
Снова схватилась одной рукой за мой зад и, помогая себе другой рукой, опять взяла в рот головку. Я почувствовал, как старательно работает язычок Оли, и понял, что скоро взорвусь. Моя ладонь легла на её голову, и я сам стал грубо трахать её в рот.
Девушка глыкала, давилась, мило пускала слёзки и пузыри из слюней, но позволяла мне делать с ней это.
Через четверть минуты я резко вынул член из её рта. Обхватил его ладонью, продолжая надрачивать. Оля всё поняла, сглотнула. Прикрыла глаза, приподняла голову и высунула свой розовый язычок.
Я утробно зарычал и принялся украшать её красивое личико белыми выстрелами. Один, второй, третий, четвёртый! Я беспорядочно выплёскивал всё, что успело накопиться за последние дни, и сгустки спермы медленно стекали по лбу, щекам и губам Оли. Что-то даже попало на её блузку и волосы.
— А-ах! Ах! — громко дышал я, приходя в чувства. — Это был высший пилотаж! Боже! Я чуть с ума не сошёл!
Ольга лишь звонко рассмеялась в ответ. Осторожно приоткрыла один незаляпанный глаз. Приподнялась на ноги и поднесла лицо ближе к камере. Собрала с него пальцем подтёки, сунула его в рот и, с аппетитом облизав, замычала от наслаждения.
— Мм… А он вкусный! Ну что, сучка, не ожидала? А-ха-ха! — опять рассмеялась она и остановила запись на телефоне.
Выдернула из крохотной пачки влажную салфетку, протянула её мне и, достав вторую, начала вытирать ей своё лицо. Я быстро закончил с гигиеной, натянул брюки обратно и стал наблюдать, как Оля не спеша приводит себя в порядок, стараясь не испортить свой макияж.
— Вот тут ещё капля, — сказал я и, протянув руки, сам помог ей убрать остатки.
— Ты такой милый! — ответила девушка. — Но, если честно, так жёстко меня ещё не трахали.
— Прости, если получилось грубо. И за то, что на лицо… Я себя не контролировал!
— Да перестань, всё нормально! — Ольга тихо рассмеялась, явно довольная тем, как всё случилось. Накинула свой жакет, надела очки и поправила их привычным, чарующим жестом. — Может, как-нибудь повторим… — добавила она, но в её голосе не прозвучало вопросительной интонации.
— Готова? — решил я не развивать эту тему и вынул ключ из кармана.
❖ ❖ ❖
Поднявшись на второй этаж, взял свой рюкзак, закрыл шкафчик и, вышагивая по пустому коридору, направился к лестнице. Третья пятница в новой школе закончилась неожиданно приятно, подарив мне массу эмоций и незабываемых впечатлений.
Чёрт! Да это же был мой первый секс! Ну и пусть, что оральный! Я больше не девственник!
Испуганно обернувшись, я прислушался к эху, какое-то время сомневаясь, что не сказал это вслух. Тряхнул головой и с улыбкой до ушей радостно пошёл дальше.
Но на выходе из школы меня уже караулили. Из-за зелёной изгороди, преграждая мне путь, выпрыгнула рыжеволосая Маринка и весело прокричала:
— А-а! Испугался⁈
— Нет. Я видел, как ты пряталась в кустах, — спокойно парировал я.
— Фи! А я видела, как ты дал в рот Ольчику, — беззаботно выдала она. — Не думала, что наш колокольчик на такое способна… Но ты хорош! Ой… Я же извиниться хотела! Глупая была шутка…
— Угу… — промычал я, так и не услышав от Марины извинений.
— Ты это… Прости меня. Ладно? Не злись! Ну? Чего ты такой кислый? Тебе же вроде понравилось.
— Да не кислый я! Вот так лучше? — произнёс я и натянул на лицо фальшивую улыбку.
— Не-а! Хи… Хи-хи… — замотав головой, озорно рассмеялась она. — Я хочу видеть твою настоящую улыбку! Как на том видео! — кокетливо объяснила Маринка, подошла ближе и закинула руку на мою шею. Не дав мне ответить, прижалась к губам и попыталась засунуть мне в рот свой язык. Но я отреагировал на поцелуй слишком поздно, и она отстранилась. — Не понимаю… Ты не умеешь целоваться⁈
Пойманный с поличным, я не стал врать и отрицать очевидного:
— И что⁈ Всем теперь расскажешь об этом?
— Ты так мило злишься! А знаешь, на что спорили Оля с Катюхой? — Я отрицательно помотал головой, продолжая смотреть в глаза рыжей бестии, пока та вычерчивала пальчиком узор на моей груди. Ей очень хотелось обо всём мне рассказать, но я не понимал почему. — Ладно, скажу. Ведь это касается тебя!
— Меня?
— Божечки! Ты такой наивный! Да! — едва не прокричала она. — Катерина пообещала сестре, что даст себя трахнуть, если Оля тебе отсосёт. Смекаешь? Но ты должен понимать, она староста класса и глава школьного совета. Она не будет спать с тобой просто так!
— В каком смысле? — недоумевал я.
— Послушай… Она всегда выполняет свои обещания. И если сказала, что даст, значит, даст. Но тебе придётся хотя бы притвориться её парнем. Потом она, конечно же, тебя «бросит». Растреплет, какой ты стрёмный любовник и окончательно заруинит твою репутацию…
— Ну пи***ц!
— Ага.
— Что «ага»⁈ Зачем ты мне это сказала? — разозлился я и нервно оттолкнул от себя руку Маринки.
— Ну… Допустим, за тем, что ты мне понравился! И поэтому я хочу тебе помочь. — Она пыталась выглядеть очень убедительно.
— Вот как⁈ — искренне удивился я.
— Ты просто не знаешь, какая она сука! — серьёзно добавила Марина, будто у неё были свои счёты с главой школьного совета. — Ты же реально можешь пострадать!
— А если я просто пошлю её куда подальше?
— Не выйдет! Ты уже на крючке. Раздавит, как таракана, и опозорит на глазах у всей школы. Поверь мне, оно того не стоит.
— Странно слышать такое от её лучшей подруги и правой руки… — расстроенно произнёс я. — Так что? По-твоему, выходит, у меня нет выбора? Бред какой-то!
Я приобнял девушку, но только чтобы освободить проход. Повернулся вместе с ней и, отпустив, пошёл дальше.
— Эй! Ты куда⁈ — не ожидав такого, взволнованно спросила она и устремилась за мной.
— Домой! — устало сказал я.
— Нет, погоди!.. Да стой же ты! У меня есть план! Я могу тебе помочь!
— И почему я должен тебе верить? — обернувшись, поинтересовался я, но всё же остановился.
Цокая каблучками, Маринка догнала меня и коснулась ладонью моего плеча:
— Здесь недалеко есть кафе. Выслушай, что я скажу, а потом решишь, верить мне или нет…
❖ ❖ ❖
Вечерело. Мы с Маринкой сидели на скамейке городского парка. Точнее, это я сидел на скамейке, а она — у меня на коленях.
— Ты быстро учишься. Очень быстро! — нехотя оторвавшись от моих губ, томно прошептала она.
Да, Маринка божественно целовалась. Так, что у меня от неё сносило крышу! Вчера и сегодня мы только и делали, что учились с ней целоваться. Хотя нет, это она учила меня, а я прилежно у неё учился. Старался изо всех сил, семимильными шагами тренируя новые навыки и получая приятнейший опыт. А она награждала меня всем, чем могла.
— Марин, а ты точно уверена, что идея с тем видео сработает?
— Уверена! Это единственный шанс! Когда все поймут, что это был ты, ты превратишься в объект всеобщего внимания. Красавчик, горячий в постели, ты резко станешь интересен всем девушкам старшей школы! Катерина не сможет ничего сделать, если все будут знать тебя, как искусного любовника.
— Но разве я не должен буду соответствовать этим слухам?
— А вот это оставь нам, красавчик! — тихо сказала она и вновь потянулась к моим губам.
Моя рука огладила её мягкий животик. Пальцы, прикрытые свободной футболкой, протиснулись под юбку, оттянули резинку трусиков и нырнули ниже, где уже пульсировал жар.
— Ах! Я опять потекла… Да! Мхм… — застонала она мне на ухо и заёрзала. — Может, лучше пойдём, и ты меня трахнешь?
— Трахну, обязательно трахну! И не один раз. Но позже… — отвечал я, настойчиво лаская пальцами её клитор.
Мне понадобилась всего пара минут, чтобы Маринка затряслась от оргазма.
— Ах! Божечки! Ты такой классный! — призналась она, скользя носом по моей щеке.
— Развлекаетесь⁈ — раздался громкий голос Оли, застукавшей нас за актом спонтанного петтинга. — Ну так что? Нам точно надо это делать? — неуверенно спросила она и, крутя в руках телефон, взволнованно прикусила нижнюю губу.
— Давай сюда! — Маринка протянула к ней руку. Оля разблокировала гаджет и отдала его подруге. Та с полминуты потыкала пальцем в экран и вернула смартфон. — Держи! Готово! Ваше горячее видео уже в школьном чате! Сейчас начнётся, — добавила она и усмехнулась.
— Надеюсь, отправила анонимно? — уточнила Ольга.
— Разумеется! А теперь идём! Нам ещё много всего надо успеть!
Маринка спрыгнула с моих ног, поправила короткую юбку. Вложила в мою руку ладонь Оли, а сама взяла меня за другую. И мы втроём направились ко мне домой с целью продолжить моё «обучение».
❖ ❖ ❖
Утро понедельника, как и предсказывала Маринка, началось с обсуждения воскресного видео, закинутого анонимом в наш общешкольный чат. Гудела вся школа. Оля основательно отредактировала видос, закрыв на нём смайликом свою физиономию. Но нас вычислили уже ко второму уроку.
На следующей перемене я стоял у своего шкафчика, когда ко мне подошла Катерина. Как обычно, Геля, Мира и Марина стояли с ней рядом. И последняя старательно делала вид, что ещё ничего не знает.
— Кирилл? Есть планы на вечер? — мягким голосом произнесла Катерина. Едва я развернулся, как она прильнула ко мне и засосала на глазах у половины моего класса. Мы демонстративно изображали влюблённую пару. Точнее, изображала одна Катерина, а я лишь ей подыгрывал. Но не смог себе отказать и как следует её облапал.
— Эй! Это же он был на том видео? — крикнул кто-то из парней.
— Да! Это он! Тогда кто делал ему?.. — усомнился другой голос.
Катерина напряглась. Не спеша от меня отстранилась. Маринка тут же достала смартфон и включила ей то самое видео.
— Удали это! Немедленно! — злобно прошипела глава школьного совета в сторону своей верной помощницы.
— Ещё вчера! Сразу, как только оно появилось. Просто решила не говорить, чтобы тебя не расстраивать… — оправдалась Маринка и театрально состроила сочувствующую мордашку.
Естественно, это была наглая ложь. Владея правами администратора чата, она снесла видос только минут через двадцать. Но этого вполне хватило.
— Где эта мелкая очкастая сука⁈ Убью гадину! — взвизгнула Катерина, одарила меня недобрым взглядом, развернулась и, громко стуча каблуками, потопала прочь.
— Доброе утро, Кир! — поздоровалась проходившая мимо Оксана Петровна и как ни в чём не бывало приветливо улыбнулась. — Тренировка сборной в полтретьего! Не опаздывай! — добавила она, и её ладонь скользнула по моей пояснице.
Весь оставшийся день я ощущал на себе заинтересованные взгляды девчонок и ловил завистливые взгляды парней.
С этого дня моя популярность резко пошла в гору. И даже на тренировках команды теперь собиралось неожиданно много зрительниц.
— Ха! Милые девочки. Это ведьтвоя команда поддержки? — спросила меня в перерыве тренерша. — Кир, нам нужно больше чирлидеров! Займись этим на досуге!
Без проблем, Оксана Петровна! Уже занимаюсь!
18. Сделай мне тоже приятно
Вглядываясь в потолок, я лежал на своей новой кровати. Глубокая ночь. Тишина. Но я никак не мог уснуть после спонтанного акта петтинга с Катериной. Она сказала, что секса у нас не будет, пока Сашка остаётся девочкой. Однако минет тоже стоило бы отнести к сексу, правда, оральному. И хоть он и продлился всего пару секунд, но всё же был. А значит, с этим запретом всё не так однозначно.
Я давно перестал сдерживаться в своих фантазиях по поводу моих девушек. А сегодняшние развратные игры окончательно похоронили остатки моей сдержанности. Так что сейчас я созерцал темноту и во всех красках представлял, как мы с Сашей и Катей предаёмся жарким оральным утехам.
Но вдруг я почувствовал шевеление на матраце, выдавшее вернувшуюся ко мне гостью.
— Тоже не спится? — спросил я крадущуюся обратно ко мне девушку.
Услышав мой голос, она замерла, но потом решила не осторожничать и бухнулась мне под бок, обдав цветочным ароматом.
Вот так сюрприз. Это не Катя!
— Знаешь? — заговорила шёпотом Сашка. — То наказание было совершенно несоизмеримо содеянному. И я считаю, что раз так, то будет справедливо, если оно будет как следует заслужено.
Да уж. Этим вечером они от души отшлёпали друг друга по сочным попкам. А я ещё затем и добавил.
Некоторое время я молча обдумывал слова Саши. Видимо, она хочет сказать, что должна теперь поспать на моей кровати, чтобы в полной мере заслужить уже исполненное наказание. Хм… Справедливо. Да я, собственно, и не против.
— Без проблем. Оставайся, — прошептал я в ответ.
Сашка заёрзала, забралась под моё покрывало и прижалась спиной к моей груди. Я коснулся её бедра пальцами и провёл ими вверх почти до самой подмышки, заставив девушку испугаться щекотки. Спустившись, ладонь легла на упругую грудь, и я прижал Сашу к себе. Она так и не надела нижнее бельё, хотя и была в своей маечке.
Ночная гостья приятно пахла цветочным парфюмом, который смешивался с запахом её волос. Поцеловав плечо Саши, я глубоко вдохнул приятный аромат. Если бы моя девушка была фруктом, я бы точно его съел. И ни с кем бы не стал им делиться! Даже если бы это была последняя еда на планете.
— Тём? А чем вы здесь только что занимались? — неожиданно спросила меня Саша.
Она что, подглядывала? Да не… Наверное, Катька просто разбудила её своим возвращением от меня. Но как тогда Сашка поняла, что мы здесь чем-то «занимались»? В любом случае врать ей нельзя. Да и надо ли?
— Эм… Ну… Мы с Катей делали друг другу приятно. Целовались.
— Приятно? Хм… — умилённо прошептала Саша. — Мне понравился тот твой массаж, — добавила она и поёрзала попкой.
Именно её я и массировал после того, как сёстры отшлёпали друг друга. Правда, с Катюхой не ограничился поглаживаниями ягодиц и заигрался пальцами с её киской, что и послужило причиной продолжения петтинга после отбоя.
— А ты не ревнуешь меня к сестре?
— Нет.
— А если скажу, что делал с ней что-то такое, чего не делал с тобой?
Этим вопросом я вовсе не желал вызвать у Саши ревность. Сёстры сами настояли на том, чтобы я делал с ними обеими одно и то же. Но, по правде говоря, мне просто нужен был повод и причина для приставаний к Сашке. Она повернула голову, словно стараясь лучше меня расслышать, и лишь через некоторое время ответила:
— Разве что немножко… Но, если это что-то приятное, почему ты не делаешь это со мной?
От такого вопроса я даже немного растерялся. Саша приподняла голову и сдвинула её ближе ко мне. И теперь я ощущал, как моё дыхание, отражаясь от её уха, тёплой волной возвращается обратно к моему лицу. Потянувшись вперёд, я провёл кончиком носа за ухом девушки.
В тот же момент сосок, лежавший под моей ладонью, потвердел. И кончиками своих пальцев я почувствовал мурашки, появившиеся на нежной Сашиной коже. Прижался губами к тонкой шее и понял, что мурашки покрыли всё — от головы до кончиков лопаток.
У Саши чувствительные уши. И, возможно, это одна из её эрогенных зон. Надо будет проверить эту догадку. Но сейчас девушка ждёт от меня ответ.
— Ну, почему не делаю… Просто… Скажи, а у тебя и правда ещё никого не было?
— Ммм… Был ли у меня с кем-нибудь секс? Нет, не было. И… — тихо шептала Сашка, — первый раз — это ведь важно. Я не должна допустить ошибки. Поэтому я ещё ни с кем…
Она не закончила фразу, хотя полностью передала вложенный в неё смысл.
Первый секс, как и первый поцелуй, запомнится навсегда. И будет нехорошо, если в воспоминаниях об этом окажется неправильный человек или тот, кто затем причинит девушке боль.
— Понял, — коротко ответил я и тоже замолчал.
— Тём? А это очень больно?
— Что именно?
— Ну… Первый раз. Девчонки мне таких ужасов понарассказывали. Я что, правда потом неделю буду ходить в раскоряку?
— В раскоряку? — повторил я и тихонько рассмеялся. — Какая глупость… А насчёт больно ли это, да сложно сказать. От многого зависит… Мне тут Катька говорила, что пока меня не было, ты ласкала себя. Именно так она и сказала, слово в слово. — Я зашёл очень издалека, а Саша молча слушала и не торопилась что-либо мне отвечать. — Ты уже доводила себя до оргазма?
— Думаю, да.
Думает? Этим ответом Саша дала мне всё ясно понять. Больно будет в любом случае. Но от того, успела ли девушка познакомиться с приятной стороной интимных игр, зависит многое. И в том числе, отношение к первому сексу. Говоря об оргазме, Сашка явно сомневалась. А это значит, что она, возможно, никогда ещё не испытывала его по-настоящему.
— Тём, со мной что-то не так, да? — прервала мои размышления Александра.
— Почему не так?
— Ну, с Катей ты делаешь всё. А со мной нет. Почему?
— Кхм… Во-первых, секса с ней у меня не было. Это я просто уточняю. А с тобой… Нет, с тобой всё в порядке! Просто… Как бы тебе сказать… — пытался подобрать я правильные слова. — Я боюсь, что напугаю тебя. Боюсь, что ты не готова. Вдруг я сделаю что-то, что причинит тебе боль?
Саша задумалась. Затем медленно повернулась на спину, а потом — на другой бок, и оказалась ко мне лицом.
— А во-вторых? — призывно прошептала она мне в лицо.
— Во-вторых… — повторил я, уже забыв, о чём говорил. — Ты мне очень нравишься. Ты такая хорошая. И если честно, ты сводишь меня с ума. Твоё тело, твои движения, твой запах…
— Тогда переспи со мной! — оборвала меня Сашка.
Её рука потянулась к моим трусам и начала неумело стягивать их с меня.
Осознав, что она дала мне зелёный свет, я уложил её на спину, навис над ней, и мы стали целоваться.
Отрываясь от Сашиных губ, я покрывал поцелуями её шею, посасывал мочку уха, шептал в него нежные слова, заставляя девушку млеть от удовольствия и раз за разом покрываться мурашками.
Медленно спустившись по шее, прошёлся губами по тонким ключицам. Задрал Сашкину маечку, по очереди потеребил большими пальцами набухшие соски. И окончательно стянув с девушки остатки одежды, принялся ласкать языком упругую Сашину грудь, пока моя рука наминала вторую. Затем наоборот, а потом ещё раз. И ещё раз.
Я уже решил, что секса сегодня у нас не будет. Но оргазм Сашка обязана испытать. После этой ночи у неё должны остаться лишь приятные эмоции. Чтобы в следующий раз, когда случится то, чего она ждёт и страшится, всё прошло как можно легче.
Продолжая ласкать Сашино тело, я медленно спускался. Не оставил без внимания аккуратную ямку пупка. И оказавшись у полоски ровно подстриженных волос, начал целовать внутреннюю сторону обоих бёдер девушки. Сегодня она не боялась и уже не вздрагивала от моих прикосновений, с удовольствием и трепетом принимая от меня любые ласки.
Подошёл черёд основного блюда. Но когда я коснулся губами лобка Саши, желая медленно двинуться ниже, её руки стали отталкивать мою голову.
— Щекотно! Хи-хи… Прости.
Сашка оказалась пока не готова. Сидя перед ней, я распрямил спину, подхватил обеими руками её ноги под икры и поднял их выше, чтобы ступни оказались на уровне моей груди. Уперев одну Сашину пятку в свою грудь, я принялся разминать пальцами вторую ступню.
— А так тебе нравится? — шёпотом спросил я.
Ступни Александры аппетитно пахли душистым мылом. В его аромате различались нотки винограда и ещё чего-то сладкого. Работая пальцами рук, я то и дело касался ступни кончиком носа и, обдавая её теплом выдыхаемого воздуха, легонько щекотал.
— Очень, — шумно втянув в себя воздух, ответила Сашка.
Проделав то же самое со второй ступнёй, я снова опустил ноги девушки, прошёлся ладонями по внешней, а потом и внутренней стороне её бёдер. Наклонился и нежно лизнул между раскрытых губ. От неожиданности Саша издала тихий стон и коснулась моей головы ладошкой. Но не оттолкнула.
Через минуту мой язык ловко кружил вокруг набухшего клитора, спускался и поднимался по складочкам между губами, подбирая терпкую влагу и распаляя девушку всё сильнее. Иногда он нежно толкался в сочащуюся влагой тугую дырочку. Где нужно он проявлял напор и давление, а на чувствительных местах расслаблялся, стараясь не давить, а больше поглаживать.
Вскоре Сашка начала двигать тазом навстречу движениям моего языка, как бы показывая, где ей нравится больше. Обе её ладошки уже лежали на моей голове, вжимаясь пальцами в затылок. Мокрый от слюны и любовных соков большой палец гладил тугое колечко внизу и помогал языку.
Когда я почувствовал, что девушка сильнее прижала к себе мою голову, я увеличил напор и принялся понемногу надавливать языком на её чувствительный бугорок.
Через три шумных выдоха Сашка захрипела. Её живот начал сокращаться, а под моим языком стало ещё мокрее! Я резко ослабил давление и нежно поглаживал пальцами её киску, пока спазмы удовольствия окончательно не затихли. А затем продолжил оральные ласки. И уже через минуту Саша опять заёрзала в моих крепких руках.
— Нет, не останавливайся! — прошептала она, держа мою голову обеими руками. — А-ах! Это так…
Снова усилив ласки языком, я погрузил большой палец во вход, легонько массируя его и слегка растягивая преграду, не дающую пальцу скользнуть глубже. Сашка сжалась, выгнула спину, крепко прижала к себе мою голову и, не договорив, громко, протяжно застонала. Её накрыло сильнейшим оргазмом. А бёдра стиснули мою голову, будто тиски!
Отпустило Сашу только через полминуты. Она медленно развела колени в стороны, давая мне гладить её разбухшие, скользкие половые губы. Моя вторая рука в это время гладила ставший вновь мягким живот.
— Иди ко мне, — прошептала Саша и потянула меня наверх. — Это было очень, очень приятно! Я никогда ещё не испытывала ничего…
Я не дал ей закончить и запечатал Сашин рот жарким поцелуем. Мне было невероятно хорошо от осознания того, что я стал первым, с кем она испытала силу настоящего оргазма.
Опираясь на локти, я вжимал своим весом хрупкое тело девушки в мягкую постель. Гладил волосы. Целовал шею, губы, глаза, щёчки. Шептал на ухо приятные слова и опять возвращался к влажным губам.
— Простите меня, что подсматривала, — раздался Катин голос. Настолько неожиданно, что я и Саша едва ощутимо вздрогнули. Катерина продолжила: — Но я уже дважды кончила от ваших… нежностей!
— Катя? — почти в унисон произнесли мы с Александрой.
Слабый свет уличных фонарей, проникавший в мою комнату через закрытые шторы, вряд ли позволил Катюхе подсматривать за нами. Но вот подслушивать точно не мешал. И если бы в спальне было хоть немного светлее, мы бы не проморгали Катино проникновение. Наверное.
— Простите, пожалуйста! Но вы так увлечённо это делали… — говорила сидящая на краю кровати Катерина. — Я просто не смогла удержаться! Артём, накажи меня, если хочешь! Делай со мной что угодно! Наругай! Но я не могла не прийти.
— Ага, накажи! — саркастично сказала Сашка. — С тобой что ни делай, ты от всего кайфуешь!
От слов сестры Катюха засмеялась и подползла ближе.
— Ну а ты, дурёха, поняла, наконец, как это классно? — спросила Катя сестру.
— Угу, — тихо промычала Саша, и её ладошка легла на моё бедро. — Артём такой нежный, ласковый.
Вспомнив о своём обещании делать с обеими сёстрами одно и то же, я решил, что Катерина тоже захочет, чтобы я сделал ей куни. Но одна её ладошка нежно сжала головку моего члена прямо через ткань трусов, а вторая коснулась моей груди.
— Тогда пришло время ответить ему тем же! — произнесла Катя и надавила сильнее на мою грудь. — Ты напряжён. Ложись. Только одно условие. Никаких рук. Понял?
В почти полной темноте сёстры завошкались на кровати. Сейчас я мог лишь различить их силуэты. И когда лёг на спину, уже перестал понимать, кто есть кто. Чьи-то пальцы подцепили резинку моих трусов и медленно стянули с меня бельё. Мокрая ладошка обхватила мой ствол и принялась медленно двигаться по нему вверх и вниз.
Я был так возбуждён, что казалось, ещё одно движение — и я кончу! Но тот, кто ласкал мой член, совсем не торопился и словно желал продлить эту сладкую пытку двойным удовольствием.
Положив ладони под затылок, я расслабленно кайфовал. И зачем это условие про «никаких рук»? Чтобы я не отвлекался? Или чтобы не отвлекал? Неужели мне нельзя даже коснуться их ног? А с другой стороны, так я буду сосредоточен на единственном источнике ощущений. Ну и ладно!
Прикрыв глаза, я попытался представить Сашу и Катю, стоящих на четвереньках по обе стороны от меня, и угадать, кто что делает.
Вот чья-то мокрая ладошка уверенно сжала мой ствол. Похоже, это Катерина. Покручиваясь вокруг члена, кулачок поднялся и сразу же опустился к животу. Движение повторилось, но пальчики так и не коснулись чувствительного места под уздечкой.
Чей-то язычок осторожно лизнул головку. Всего на секунду нежные губы плотно обхватили её, обслюнявили и тут же отпустили на свободу. А затем кто-то подул на член, и меня пробрало мурашками. Вот это ощущения!
Ладошка робко обхватила ствол снова. Вроде бы Сашкина. Она оттянула кожицу вверх и крепко сжала свои пальчики.
— Тише, тише… Хи-хи. Будь с ним нежнее… — прошептал секс-инструктор в лице Кати, и Сашина рука задвигалась вверх и вниз свободнее.
К ней подключилась вторая, начавшая кружить на головке. В это время третья ладошка уже активно массировала мою мошонку.
Пытка, грозящая довести меня до экстаза, внезапно оборвалась. Матрац задрожал оттого, что девчонки меняли положение. И через мгновение их язычки с влажными, причмокивающими звуками стали поочерёдно елозить по моему члену снизу вверх. С каждым разом они всё дольше задерживались на головке. А ещё позже её начали касаться горячие губы.
Раз за разом они надавливали всё сильнее, будто стараясь протолкнуть головку сквозь себя. И уже через несколько повторов я по очереди погружался то в рот Катерины, то в рот Саши.
Первая делала это аккуратно, обильно смачивая ствол слюной и плотно сжимая его губами. Другая то и дело неосторожно задевала его зубками, но очень старательно училась, с каждой попыткой делая это всё лучше и лучше.
Я уже не чувствовал на члене ладошек. Он выпрыгивал из одного ротика, и его сразу же ловил другой. Потом они менялись. В какой-то момент к ласкам подключились язычки, и я понял, что больше не выдержу.
Я застонал, и тогда чей-то рот вобрал ствол настолько глубоко, насколько он мог. Головка коснулась упругого нёба, а после язычок закружил под уздечкой, и я стал бурно кончать, давая один мощный залп за другим.
Продолжая держать мой член во рту, кто-то из девушек шумно глотал извергаемое мной семя. И когда стихли последние волны оргазма, губы снова задвигались по стволу, а затем выпустили его из своего сладкого плена. Но тут же насадились вновь!
Я опять почувствовал чьи-то зубки и любознательный язычок. Этот ротик словно старался высосать то, что осталось от первого. Двигаясь туда и обратно, он издавал чмокающие звуки, будто от удовольствия. А получив из меня всё, что мог, наконец, выпустил. И потом два язычка снова заработали вместе, издавая приятные моему слуху звуки.
— В следующий раз я буду первой! — послышался Сашин шёпот.
— Да как скажешь! — довольно ответила ей сестра.
Саша с Катюхой улеглись по обе стороны от меня и принялись искать мои губы. По очереди целуя их, я обнял сестёр руками, и кто-то из девчонок натянул на нас покрывало.
— Спокойной ночи, девчата. Оставайтесь, если хотите.
Сёстры поудобнее устроились рядом. Катька закинула на меня ногу, а Сашка обняла меня одной рукой и ещё долго тёрлась горячим носом о мою шею.
19. Твой самый первый раз
Я разлёгся по центру кровати в ожидании Кати и Саши. Через несколько минут стих шум льющейся в ду́ше воды. Но девчонок всё не было. Уже одна только мысль, что они там явно что-то готовят, сильно меня возбуждала. Предвкушая окончание этого необычного и очень насыщенного дня, я сгорал от нетерпения увидеть обеих моих девушек в своей постели.
Открывшись, дверь ванной комнаты на несколько секунд осветила мою спальню, а затем квартира погрузилась во мрак. Тихо перешёптываясь, девчонки шлёпали босыми ногами по ламинату гостиной, но, войдя в спальню, замерли перед моей кроватью. Потом кто-то обошёл её.
Раздался тихий щелчок, и под мерное жужжание спальню наполнили цветные огоньки, бегающие по стенам и потолку. Александра стояла возле тумбы, на которой громоздился забавный старенький светильник с цветными окошками причудливой формы на вращающемся абажуре.
Вопреки своим же словам, Саша надела не только чокер, но и светло-серые свободные шортики из хлопка. Настолько короткие, что они едва прикрывали её ягодицы.
Катя же предпочла чёрную плиссированную мини-юбку. Она неторопливо подошла к краю кровати и положила на неё одно колено. А затем медленно поползла на четвереньках, пока с другой стороны Саша делала то же самое. Встретившись в середине, по разные стороны от меня, девушки поднялись на коленях и замерли друг напротив друга, пряча что-то в руках.
— Ты когда-нибудь спал с двумя девушками? — спросила меня Катя.
— Нет, — тихо ответил я.
— Врёшь! Ты спал. Буквально вчера, — поправила меня она. — А сексом сразу с двумя занимался?
— Нет. — Теперь я точно не врал.
— Но мечтал об этом, ведь так? — задала вопрос Саша.
— Да, мечтал!
А кто о таком не мечтал? Но разве мог я подумать, что моя мечта исполнится с такими милашками⁈
— Два правильных ответа из трёх. Неплохо, — изображая холодность в голосе, оценила мою работу Катерина. — Но за твою ошибку мы поцелуем сперва не тебя, а его, — произнесла она и показала банан в кожуре, который старательно прятала.
Покачиваясь на мягком матраце, обе девушки принялись очищать свои фрукты от кожуры, а затем началось шоу. Саша высунула язычок и стала облизывать сладкий кончик своего банана, изредка проводя языком по гладкому фрукту снизу вверх. А Катя его сосала, заталкивала в рот сквозь плотно сжатые губы, а потом вынимала обратно и при каждом движении постанывала.
Груди девушек тёрлись друг о друга стоячими сосками, а тихое жужжание винтажного светильника дополняли мокрые хлюпы и звуки усердно работающих язычков.
Я протянул руки и коснулся ладонями бёдер девушек. Пальцы левой руки не спеша проникли под ткань Сашиных шортиков, а правой — под Катину юбку. И теперь Саша тоже тихо постанывала.
Кроме этих клочков одежды, на сёстрах не было ничего больше. Я уже представлял, как буду стягивать с Саши её тонкие шортики. А Катину юбочку можно просто натянуть повыше, и тогда станет видно вообще всё!
Играясь с бананами, сёстры смотрели друг другу в глаза, а длинные фрукты мало-помалу становились короче. В какой-то момент Саша полностью сняла кожуру со своего банана и кинула её на пол. Угостила вязкой мякотью Катюху. И та, аппетитно жуя спелый фрукт, избавилась от кожуры на своём и дала сестре в ответ откусить от него кусочек.
Девушки посмотрели на меня, а потом опустились на локотки, задирая вверх попки и позволяя мне и дальше ласкать их руками. Переглянувшись друг с другом, сёстры принялись по очереди скармливать мне бананы, перемежая мою трапезу горячими поцелуями.
Пока я целовал Сашу, Катя дышала мне в ухо, иногда проводя языком по щеке и виску. Когда же я начинал целовать Катю, Саша повторяла за сестрой. А от её шершавого язычка я сам каждый раз покрывался мурашками.
— Я уже достаточно мокренькая, — прошептала Катюха. — Но сперва Саша.
Это я хорошо чувствовал и без её слов. Мокренькими уже были обе их киски. Подтянув к себе Сашку, я повалил её на спину и оказался над девушкой.
— Я готова, любимый, — прошептала она. — Давай!
И тогда я начал целовать её шею, ключицы. Ласкать грудь губами, медленно спускаясь всё ниже. Ухватившись двумя руками за Сашины шортики, неторопливо стянул их с неё, заставив высоко поднять сведённые вместе ноги. По очереди поцеловал обе ступни, а затем плавно опустил их на белую простыню, широко разведя колени в стороны.
— Расслабься, — поглаживая Сашины бёдра, сказал я.
Помогая себе рукой, поводил головкой между скользких губ Саши, а потом слегка надавил. Глядя в мои глаза, она испуганно втянула губки. Тогда я раз за разом стал надавливать сильнее. И в какой-то момент преграда сдалась, пустив меня глубже. Сашка резко выдохнула и облегчённо простонала. Внутри неё было так узко и так горячо, что любое моё движение отдавалось приятной волной во всём теле.
Член продолжал медленно скользить вперёд и назад, с каждым разом погружаясь всё глубже. Но по напряжённой улыбке на Сашином лице я понял, что она терпит боль.
Замерев на секунду, я наклонился, нежно поцеловал девушку в губы и прошептал ей на ухо:
— Я люблю тебя, Саш! И не хочу делать тебе больно. Мы попробуем снова, но позже.
После этих слов я осторожно вышел. А Саша обхватила меня обеими руками и крепко прижала к себе, заставив всем весом лечь на неё сверху и вдавить в мягкий матрац.
Когда же я поднялся, то увидел на члене свежие капельки Сашиной крови. Катя заботливо протянула мне влажную салфетку. Пока я вытирался, Сашка сползла с кровати и, оставив на ней свои мятые шортики, ушла в ванную.
Дотянувшись до тумбы, я достал презерватив. И только улёгся на спину, как сверху на мои ноги опустилась Катюха. Она внимательно проследила за тем, как я разрываю блестящую упаковку и раскатываю презерватив по стволу. А затем, еле сдерживаясь от нетерпения, взяла член рукой и поводила его головкой по своей мокрой киске. Нашла нужный угол и положение и, шумно выдыхая, плавно насадилась сразу на всю длину.
Плотно прижавшись лобком, девушка простонала и выгнулась, давая мне ощутить глубину её узкого лона. Потом выпрямила спину, наклонилась и, поцеловав мои губы, прошептала:
— Ты мой!
— Да, твой! А ты моя! — прошептал я в ответ.
Прижался к губам Кати и начал толкать её попку вверх так, чтобы член вышел почти полностью. А затем убрал руки с ягодиц и сжал пальцами обе груди. Катя медленно сдвинулась назад, позволяя члену вновь погрузиться в неё, а потом опять выгнулась.
— Я его чувствую! Какой он большой! А-ах! — закрыв глаза, прошептала она на выдохе.
И я тоже её чувствовал! В этой позе мой твёрдый член растягивал Катину киску, упираясь в шейку её матки каждый раз, когда девушка прижималась лобком. У Кати до меня имелся кое-какой опыт, но сейчас — это наш первый раз. Поэтому я действовал осторожно, не спешил, позволяя моей девушке делать всё так, как хочет она.
Упираясь ладонями в мою грудь, Катя двигалась всё быстрее. Прижималась сильнее. Выгибалась и тёрлась лобком. Наклоняясь, она давала мне ласкать языком и губами свою упругую грудь. Мои руки гладили её ноги, спину, сжимали округлые ягодицы.
Я уже едва сдерживался, когда Катины бёдра прижались плотнее, а её движения стали мельче. Положив обе ладони на её попу, я начал двигаться активнее, резче. Упираясь в простыню обеими руками, девушка нависла надо мной. Не отрываясь от моих губ, она горячо дышала мне в лицо и постанывала. А двигался теперь только я.
Точнее, я заставлял двигаться нас обоих. Крепко сжимая руками влажные от пота полупопия Кати, я насаживал девушку на свой член, ускоряясь всё больше и больше. И когда она замычала, обессиленно прижавшись горячей щекой к моему лицу, её дыхание остановилось. А я почувствовал, как пульсирует киска девушки, раз за разом крепко сжимая мой член у самого основания.
Меня, как и Катю, накрыло мощным оргазмом. Мы финишировали вместе!
Ещё какое-то время я продолжал двигаться, но всё медленнее и плавнее. Обмякнув, Катюха улеглась на мою грудь. Она тяжело дышала, изредка сокращаясь от всё ещё накатывающих на неё волн удовольствия. А Саша опять сидела на кровати и с улыбкой наблюдала за нами.
— Это намного приятнее, чем пальчики, — прошептала Катюха и принялась тереться носом о моё ухо. — Я люблю тебя и всегда любила! С того самого дня, когда ты появился в нашей жизни! Прости, что не сберегла твой алый бант…
Катя сползла с меня и улеглась рядом. А следом за ней под боком устроилась и Сашка.
— Я тоже люблю вас, — сказал я и крепко обнял обеих девушек. — Но не как раньше. А иначе, совсем по-другому!
Через несколько минут Катя засопела. Она повернулась голой попкой ко мне и быстро уснула. А нам с Сашей почему-то спать не хотелось.
Сашка прижималась ко мне спиной. Я гладил ладонями её грудь и живот, снова и снова целуя шею, затылок. Вдыхал волнующий аромат Сашиных волос, которые приятно пахли фруктовым шампунем.
Постепенно мои ласки становились настойчивей, и я всё чаще опускал руку ниже.
— Саш, а давай сыграем в игру? — шёпотом предложил я.
— Игру? А какие в ней правила?
Я помнил о своей догадке насчёт чувствительности Сашиных ушек. И сейчас был очень подходящий момент, чтобы это проверить. Лёжа, я искал и находил эрогенные зоны девушки. Чувствительными оказались не только её уши, но и место на затылке под выпирающей косточкой, а ещё боковая сторона её рёбер, ареолы вокруг сосков.
Эта игра не на шутку возбудила нас обоих. Мы лежали в обнимку, лицом друг к другу и уже очень долго целовались. То и дело отрываясь от нежных губ Саши, я целовал кончик её носа, щёчки, глаза. Хихикая, девушка млела и пыталась увернуться от моих ласк, и тогда я целовал её висок или шептал что-нибудь милое ей на ушко.
— Мне так хорошо! Почему мы делали этого раньше? — спросила меня Саша.
— Я не знаю… Но хочу делать это с тобой бесконечно!
— И я хочу… Хочу тебя!
Сашка выпуталась из моих объятий и повернулась на спину. Но когда я опять потянулся к ней, она резко повернулась на другой бок и прижалась попкой ко мне. Давно твёрдый член скользнул между ягодиц и прижался к влажной промежности.
Я обнял рукой девушку, притянул вплотную к себе. Она подогнула одну ногу, коснулась ладошкой головки моего члена и направила его в себя. Он с лёгкостью вошёл в Сашину киску, и я почувствовал, как его окутывает горячая теснота.
Не спеша двигаясь взад и вперёд, я погружался с каждой фрикцией всё глубже.
— Тебе не больно? — спрашивал я, смелее проникая в возбуждённую игрой девушку.
— Наоборот. Очень приятно! — отвечала она мне, стараясь двигаться со мной в такт. — Люби меня!
— Люблю! — прошептал я и сжал губами мочку её уха.
Избалованная моими ласками Саша застонала и сильнее прижалась попкой ко мне. Бёдра девушки слегка задрожали, а член внутри заскользил легче. И я понял, что Сашу накрыл первый оргазм.
— Я что, уже кончила? Хи-хи… — удивилась сама себе Саша. Отодвинулась от меня. Легла на спину и приподнялась на локтях, выпячивая вверх красивую грудь. Я тут же стал нежно поглаживать её рукой, касаясь сосков пальцами. — А можно мне сверху?
— Конечно. Иди ко мне!
Я опустил руку и потянул Сашу на себя. Она перекинула колено через мои ноги и уселась верхом. Положила обе ладошки на мой член и принялась ласкать его. Потом убрала одну руку и сжала пальчиками мою мошонку.
— Мой антистресс… Мм… Можно так делать? — осторожно работая пальцами, спросила она.
— Можно.
Я положил ладони на Сашину попу и подтолкнул её вверх. Девушка приподнялась, помогла себе направить рукой член и насадилась. Он вошёл примерно наполовину, и Сашка начала двигаться. Она увлечённо изучала новую для себя позу и ощущения, которые та ей дарила.
Постепенно амплитуда движений Саши становилась всё больше. Опускаясь до самого низа, она прогибалась так, что её клитор начинал тереться о мой лобок.
Саша снова и снова меняла характер движений. Она то размашисто двигалась вверх и вниз, то неистово прижималась лобком и ёрзала взад и вперёд, распалясь всё больше. Её ладошки мяли мою грудь, гладили плечи. А когда она наклонялась, скользили по моим волосам и щекам.
В какой-то момент Сашку накрыло вновь, она наклонилась и замерла. Я тут же обхватил губами её сосок. И держа одну руку на попе, другой рукой стал ласкать вторую грудь девушки. Её тело начало содрогаться в экстазе, а из неё едва не вырвался громкий стон, который наверняка разбудил бы спящую рядом Катюху.
Я еле сдержался, чтобы не кончить самому!
Тяжело дыша мне в лицо, Саша уставилась на меня осоловевшими глазами.
— Кажется, я всё… — утомлённо прошептала она и прикоснулась к моим губам. — А ты? Нет?
Хотя Сашины месячные и закончились буквально на днях, я не был уверен, что делать это внутрь моей девушки — хорошая идея. Но не скрою, мне этого очень хотелось.
Саша привстала, выпустила из себя член и медленно отползла ниже. Её губы коснулись головки. А затем язычок принялся кружить вокруг неё.
Я уже был на пределе. И когда Саша сомкнула влажные губы на моём члене и дала ему погрузиться в её сладкий рот, я не сдержался и, кончая, стал бурно изливаться в него горячим семенем. Девушка старательно глотала, ни на секунду не переставая ласкать меня. А потом выпустила член изо рта, ещё несколько раз его облизала, собирая последние капельки. Подползла ближе и бухнулась под бочок.
— Ты такой вкусненький… Катька была права!
Я крепко обнял Сашу обеими руками и осыпал её горячими поцелуями. А за окном уже начинало медленно светать.
— Знаешь, — заговорила вдруг она, — я и не думала, что секс настолько приятен! Я ведь даже не дрочила, как Катька. Вот же я дурочка! — Сашка тихонько засмеялась. — Но теперь я столько всего хочу с тобой попробовать! Ты же не против?
Не открывая глаз, я лишь довольно улыбнулся в ответ, отрицательно промычал и ещё крепче прижал к себе эту милую девушку.
20. Кофе с промокашкой (часть 1)
Я стоял за барной стойкой и привычно натирал питчер. Мой рабочий день медленно подходил к концу. Ещё час — и я вывешу табличку «закрыто», дождусь, когда последний клиент покинет заведение, и закрою на замок эту маленькую, уютную кофейню до завтрашнего утра.
А пока, глядя сквозь панорамные окна на изредка проходящих мимо витрины прохожих, я ждал её, мою постоянную посетительницу. Девушку с тёмными волосами, удивительно милым взглядом и смешными ямочками на щеках, пленившую моё сердце. Она всегда забегала сюда по пути на работу и обратно, когда шла домой. Но этим весенним утром она впервые не пришла.
После обеда неожиданно разыгралась непогода, ливанул дождь, и поднявшийся ветер разогнал почти всех моих клиентов. Остались лишь двое парней, сидящих за разными столиками, что уже часа два не отрывались от экранов своих ноутбуков. Один из них только что рассчитался, сейчас допьёт свой латте и скоро тоже уйдёт.
На улице зажглись фонари. Их жёлтый свет всё ярче разбавлял сгущающиеся над городом сумерки. По стёклам продолжали стекать капли дождя. Вместе они превращали мир снаружи в одно размытое полотно художника-импрессиониста.
Всматриваясь в безлюдную улицу сквозь пелену непогоды, я всё ещё ждал, что она придёт. Но надежда таяла с каждой минутой. Всё это так странно, ведь я даже не знаю её имени! Мы с ней не знакомы, но в то же время, мне кажется, что я знаю её наизусть. Я помню, что она любит пить утром, и что предпочитает после работы. Без труда назову, какие она выбирает десерты. Смогу узнать аромат её духов среди запахов сотен клиентов.
Думаю, она архитектор или, может, дизайнер, потому что всегда носит с собой ноутбук и папку, а ещё чаще тубус. Она садится за один и тот же столик у окна. Сосредоточена, постоянно погружена в свои мысли и слегка отстранена. Эта девушка забегает сюда дважды в день за дозой кофеина, кольцом из песочного теста и минуткой покоя.
Каждый раз я ловлю её взгляд, который задерживается на мне слегка дольше, чем нужно. Она тепло улыбается и кокетливо поправляет свои волосы, когда я ставлю чашку с кофе на её столик. Иногда я шучу, и она отвечает мне звонким смехом, от которого мир вокруг становится чуточку светлее.
Между нами лёгкий, едва уловимый флирт, какой бывает, когда люди уже заметили друг друга, но ещё не предпринимали никаких шагов. Но что, если у неё уже есть парень? А может, она была здесь в командировке и сегодня уехала?
Из размышлений меня неожиданно вырвал резкий звук.
Звякнул колокольчик, входная дверь распахнулась, и в кофейню вошла она. Словно кошка, тряхнула свободной рукой, сбрасывая на пол капли воды с рукава куртки. С папки, что была в другой руке, струйкой сбежала вода. Насквозь мокрые волосы облепили красивое лицо и шею.
— Чёрт! Ну и погодка! Добрый вечер! — сказала она и быстрым шагом направилась к стойке.
— И вам добрый! — с теплотой в голосе ответил я, не отрывая от девушки глаз.
Радостно улыбнулся и собрался готовить её любимый капучино, но на секунду подвис.
Она раскрыла на ходу папку, вытащила из неё пачку листов и резко опустила их на столешницу барной стойки. Ловко забралась на высокий стульчик и, торопливо убрав пальцами от лица волосы, достала из стакана салфетку. Вытерла ей руки и тут же обеспокоенно принялась проверять свои чертежи.
Засмотревшись на мою очаровательную посетительницу, я с трудом отвёл взгляд от её такого привлекательного, немного расстроенного лица и начал готовить эспрессо. Затем взбил молоко.
— Чёрт. Чёрт! Чёрт! Мои чертежи! Они все промокли! — воскликнула девушка.
— Сильно? — спросил я и заметил разводы краски на краях листов. — Да уж… Могу предложить фен, но вряд ли он здесь сильно поможет.
— Спасибо! Но вы правы… Только распечатывать заново… — горько произнесла она и, собрав листы в аккуратную стопку, отодвинула их в сторону. Перевернула папку и вытряхнула из неё белую флешку. — Я работала над ними неделю! Завтра утром, они должны быть готовы! А мой ноутбук, как назло, поломался! Придётся вернуться в офис… — чуть ли не плача, поделилась она горем. Шмыгнула носом и, взбодрившись, добавила: — Но сперва кофе!
Взяв в руки маркер и чистый бумажный стаканчик, я очень быстро нарисовал на нём шарж, изображающий промокшую девушку и её документы. В последний момент дорисовал ей миленькие кошачьи уши. Перелил горячий кофе в стаканчик, добавил молока и, переложив пену, украсил её шоколадной крошкой.
— Держите! Ваш капучино! — сказал я и поставил стакан на барную стойку. Сходил за сухим полотенцем и сразу протянул его девушке. — Возьмите, вы сильно промокли.
Не успев протянуть свою руку, она тихо чихнула, будто бы подтверждая мои слова.
— Простите. Спасибо! — Она скинула лёгкую курточку и, оставшись в чёрной блузе с глубоким вырезом, принялась промакивать свои волосы.
— Плохо дело… Но я знаю, что может помочь! — Подхватив бутылку виски, я посмотрел на мою посетительницу. Она улыбнулась и одобрительно кивнула. Тогда я аккуратно влил немного виски в её кофе и снова протянул напиток девушке. — Вышли из дома без зонтика? Бывает…
— Без… Скажу даже больше! Хм! О дожде я узнала, только когда вышла после работы из офиса! — Она застенчиво рассмеялась и, не поднимая, покрутила бумажный стаканчик. — Ох, как мило! Это что, я⁈ — удивилась девушка, разглядывая рисунок на нём. Она догадалась, что он сделан только что. — Не знала, что… вы ещё и рисуете! В смысле, я думала это у вас такие фирменные стаканчики!
Подбросив маркер, я дал ему сделать несколько оборотов и ловко поймал. Улыбнулся. Взглянул на часы, снял фирменный фартук. Вышел из-за стойки и, подойдя к входной двери, перевернул табличку на стекле. Закрыто. Последние два посетителя на сегодня.
— Они и правда фирменные! — вернувшись за стойку, уверил я девушку.
Показал пустой стакан и, поймав её взгляд, подмигнул. Она смутилась. Обхватила свой стаканчик с кофе обеими руками и осторожно отпила горячий напиток.
— Мне у вас нравится. Очень уютно. Меня, кстати, Вероникой зовут. Работаю здесь, недалеко, через квартал.
— Очень приятно, Ника. Красивое имя. А я Андрей. Давай на ты?
— Угу. — Шире улыбнувшись, она согласно кивнула.
— Значит, ты архитектор? — предположил я, поддерживая беседу.
— Да, проектирую открытые пространства. Скверы, набережные. Как раз мой текущий проект. — Вероника печально посмотрела на стопку белых листов, лежащих рядом на барной стойке. Несколько из них, по всей видимости, самых важных, оказались безнадёжно испорчены дождевой водой. — Надо было брать тубус. И зонтик… Хотя в такой ветер…
Ника обернулась, чтобы посмотреть в окно, за которым, не прекращаясь ни на минуту, хлестал ливень. Порывы ветра злобно бросали холодные капли на стекло. Последний посетитель собирал свои вещи. Он подошёл к кассе, расплатился и, раскрыв зонт у дверей, наконец, покинул кофейню, оставив за собой на полу свежую лужицу дождевой воды.
— Я, наверное, тоже пойду. Спасибо за кофе. И полотенце… И этот трогательный шарж! — отставив недопитый кофе, произнесла Вероника и нехотя взяла листы в руку, чтобы затолкать их обратно в папку. — Сколько с меня?
— Погоди! Дай-ка сюда! — сказал я и, протянув руку, забрал у девушки папку. Выдернул из коробки бумажное полотенце и насухо протёр им папку изнутри. Аккуратно уложил листы внутрь, закрыл и протянул её Нике. — Значит, опять пойдёшь в офис? Наверное, все уже ушли домой…
— Наверное… — пожала плечами она.
— Побудь здесь, я сейчас! — резко добавил я. Оставив её стоять у барной стойки, сбегал в жилую комнату и вынес оттуда свой зонт. — Вот! Возьми… Не хочу, чтобы ты промокла.
— Спасибо, — скромно ответила Ника и нерешительно взяла зонтик из моих рук.
Сейчас он был ей нужен. Мне же и в самом деле не хотелось, чтобы она попала под дождь второй раз. А если ещё точнее, то я просто не хотел, чтобы она уходила. Но сказанные мной слова прозвучали слишком заботливо. Девушке стало неловко, и тогда я поспешил свести их в шутку.
— Ну… Если ты вдруг заболеешь, а мне бы этого не хотелось, завтра у меня станет на одного клиента меньше! У меня очень маленькая кофейня, и я дорожу своими клиентами. Особенно такими…
— Какими?.. — смутившись, тихо спросила она.
— Такими… обаятельными и милыми… — Пришла моя очередь смущаться.
— Спасибо за комплимент! Хи-хи… — не сразу ответила Вероника. — Так сколько с меня? За всё. — Её щёчки порозовели. Она не спеша надела промокшую куртку и зябко вздрогнула.
— Эм… Секунду… — Я повернулся к кассе, пытаясь вспомнить, что взяла девушка. Потыкал пальцем в сенсорный экран, а потом отменил заказ. — Стоп! Ты ведь, получается, сегодня последний клиент. Так? Смотри туда! — Я указал пальцем на висящую на стене табличку.
— Последний клиент обслуживается бесплатно, — прочитала девушка то, что было написано крупным шрифтом, а затем и то, что находилось ниже под звёздочкой: — Если сумма заказа не превышает пятисот рублей. Надо же! Не замечала её раньше. Ну… Спасибо тогда ещё раз!
— На здоровье! Не болей!
Постояв ещё немного, Ника повернулась и, не прощаясь, пошагала на выход. Остановилась у двери и уставилась в окно. Улица освещалась лишь светом фонарей, а промозглый дождь всё лил и лил.
— Сегодня погода не радует! Может, ну её, эту работу? — усмехнувшись, спросил я.
— Нет. Это очень важный проект! Завтра утром у меня презентация в офисе заказчика. Мне нужно распечатать чертежи снова. Всё должно быть безупречно.
— Так тебе нужно их только распечатать? За этим ты идёшь в офис?
— Ну да… У меня всё на флешке. — Ника похлопала по своей папке.
— О! А что, если… Ты распечатаешь их намоём принтере? — не мешкая, предложил я.
— Ну… не знаю. Там у нас специальный… — сомневаясь, ответила Вероника, очерчивая руками габариты устройства из офиса. Улыбнулась уголками губ и вновь посмотрела в окно. В этот момент желание задержаться в кофейне боролось в ней со страхом остаться наедине хоть и с симпатичным, но малознакомым мужчиной.
— Мой подойдёт! Точно. Распечатаешь и сразу поедешь домой. Я вызову тебе такси. Смотри, какой дождь! — уговаривал я.
Немного подумав, Ника перевела взгляд на меня:
— Хорошо. Давай попробуем.
Попробуем! В этих словах я услышал надежду! Всё, что сейчас мне было нужно!
— Вот и правильно! Я только двери закрою. Ладно? — оживлённо предупредил я.
Щёлкнув замком, забрал у девушки зонт. Повесил его на крючок, давая понять, что вовсе не собираюсь брать её в плен. Выключил в зале верхний свет и повёл Веронику в свою комнату. Первым делом помог ей снять куртку и увидел, что её блузка тоже промокла. Подошёл к шкафу, собираясь подобрать для девушки что-нибудь сухое из своей одежды, пока она рассматривала моё скромное жилище и особенно висящие на стене картины.
— Ух ты! Так ты здесь живёшь? — удивилась она, оглядев мою просторную холостяцкую комнату.
— Да, это моя кофейня. И мой дом, — рассмеялся я. — Можно сказать, реализованная мечта всей жизни.
— Круто! А это всё тоже твоё? — задала она вопрос про картины, на которых были углём нарисованы по большей части обнажённые девушки.
— Да, мои старые работы. Когда-то я увлекался. Но это в прошлом. Вот, надень это. — Вернувшись к Нике, я протянул ей своё тёплое худи. — Оно чистое. Переодеться можешь в ванной. А я пока начну распечатывать. Давай покажу тебе, где фен…
— Да не надо… Я просто подожду…
Не обращая внимания на возражения скромной девушки, я всё же открыл дверь в ванную комнату. Молча показал сушилку для одежды и достал из шкафчика фен.
— У меня прохладно, а твоя блузка намокла. Хотя бы надень худи сверху, а то замёрзнешь! — сказал я напоследок и, оставив сухую одежду на комоде, покинул ванную комнату, прикрывая за собой дверь.
Сел за компьютер, воткнул в него флешку и начал изучать файлы. Отыскал нужные документы, открыл их и включил принтер. В этот момент из-за двери ванной зашумел фен. Всё-таки Ника решила подсушить волосы! Улыбнувшись, я нажал клавишу и отправил первый документ на печать.
Минуты через три замок щёлкнул, и моя гостья вышла.
— А тебе идёт! — воскликнул я, любуясь обворожительной девушкой.
И хоть моё худи было ей великовато, на ней оно смотрелось весьма мило и по-домашнему. Всё ещё слегка розовые щёчки делали её образ более трогательным и говорили о том, что она испытывает неловкость.
— Ты всегда так заботишься о промокших посетителях? — иронично спросила она, украдкой поглядывая на картины.
— Вообще-то, ты первая. Правда! У меня нечасто бывают гости. Особенно такие… — Принтер распечатал последний лист и затих. Достав из лотка кипу бумаг, я бережно передал её Нике. — Это всё или нужно что-то ещё?
— Ты… Ты уже всё распечатал? — изумлённо перебирая листок за листком, сказала она.
— Ну, я посмотрел твою папку. И распечатал всё то же по новой. Ничего сложного!
— Спасибо! Ты меня очень выручил! — переминаясь с ноги на ногу, ответила Ника.
Всё закончилось слишком скоро. Она наверняка хотела отблагодарить меня не только словами, но явно не понимала, как это сделать. Тогда я поднялся со своего кресла и предложил:
— Кстати, я ещё не ел, но ужин готов. Ты, наверное, тоже. И раз мы быстро решили проблему, то, может, составишь мне компанию? Сядем за столиком у окна. Посидим… Я хорошо готовлю! А там и дождь как раз успокоится…
Вероника мило засмущалась, её взгляд забегал по комнате, а губы медленно растянулись в очаровательной улыбке. Она уже у меня дома, ходит в моей одежде. Я понимаю, что события развиваются слишком стремительно. Но почему бы просто не поесть вместе? Отличный повод познакомиться ближе!
Продолжение следует…
21. Кофе с промокашкой (часть 2)
— Приватный ужин в кофейне? Хм… — Ника кокетливо приподняла бровь. Сделала паузу, будто взвешивая все за и против. В глазах девушки мелькнула озорная искорка, и она, наконец, согласилась: — Ладно. Но только если ты и вправду хорошо готовишь. Мой внутренний критик очень суров!
— Вызов принят! — Я улыбнулся. Аккуратно забрал у Вероники её клатч и опустил его на стол. — Обожаю суровых критиков. Особенно с ямочками на щеках!
— Ах! Ну, держись! Только… Я тоже должна что-нибудь приготовить! Так будет честно, — игриво добавила она.
Ничего не имею против. Это ещё лучше! Заодно проверим, насколько Ника хороша в готовке.
— Что-нибудь? Например, салат? — предложил я.
— Мм… Да! — Она весело закивала.
Тогда я подошёл к кухонной зоне и открыл дверцу холодильной камеры.
— Прошу, выбирай! Из чего будет твой салат?
— А что здесь у тебя есть? — Девушка по-хозяйски начала изучать содержимое моего холодильника. — Так, перцы, морковка, помидоры, цветная капуста. Крабовое мясо?
— Нет, мяса крабов у меня нет. Креветок тоже. Но есть крабовые палочки и копчёные куриные окорока. — Я открыл морозилку и достал оттуда упаковку замороженных палочек.
— Да, это сойдёт! — ответила Ника и смущённо улыбнулась. Вынула из ящика один огурец, взяла с полки пару яиц и продолжила комментировать свои действия: — Так, это есть. Ещё нужна кукуруза и майонез.
Выхватив с дверцы холодильника ускользнувший от взгляда Вероники майонез, я открыл шкафчик стола и достал с полки банку кукурузы. Снял с крючка на стене фартук и, подойдя к девушке сзади, надел его на неё. А после, едва касаясь пальцами тонкой шеи, заботливо убрал из-под широкой лямки тёмные волосы.
— Вот так. Красота! — произнёс я. Не скрывая удовольствия, оглядел девушку и стал показывать, где у меня что. — Кухня в твоём полном распоряжении. Микроволновка вот здесь. Посуда тут. А я пока накрою стол в зале.
Взял тарелки, бокалы, столовые приборы и ушёл в кофейню.
❖ ❖ ❖
Минут через десять всё было готово для начала чудесного ужина. Горячее стояло на столе. Ника всучила мне в руки наполненную с горкой салатницу и сняла с себя фартук.
— Ну? Идём? — спросила она, наблюдая за тем, как я заинтересованно разглядываю приготовленное ей блюдо.
— После тебя…
Выйдя в зал, мы прошли мимо пустых столиков и остановились у самого окна. Я поставил салат на накрытый стол, усадил за него Веронику, придвинул её стул и сел сам напротив. Ухаживая за девушкой, положил в её тарелку картофельное пюре, котлету, немного салата. Потом наполнил свою. Откупорил бутылку красного вина и разлил его по бокалам.
В центре нашего стола стояла большая свеча, а в тёмном стекле витрины отражалось её пламя и наши силуэты. Из висящих под потолком колонок доносилась негромкая музыка. Нас окутывал полумрак вечерней кофейни, внезапно превратившейся в самый приватный и романтичный ресторан для двоих.
Я взял бокал с вином и передал его Нике, затем поднял свой.
— Полагаю, сегодня для этого есть повод, — негромко сказала она. — За что пьём?
— За наше знакомство!
Мы ели, не спеша пили вино и говорили. Говорили обо всём на свете. О глупых заказчиках и капризных клиентах, о домашних животных и несбывшихся мечтах. Она грезила спроектировать городской парк, я — выставиться в галерее Лондона. Мы болтали о самых простых вещах, о любимых фильмах и книгах. С каждым глотком вина и каждой общей темой стена между «посетителем» и «бариста» рушилась, открывая двух людей, которым внезапно и очень сильно повезло найти друг друга в дождливый вечер.
Она шутила и смеялась, откидывая голову назад. Моё великоватое худи то и дело сползало с её плеча, обнажая ключицу и заставляя Веронику раз за разом поправлять одежду. А я наслаждался приятным голосом этой девушки, смотрел на неё, очарованный женской красотой, и не мог отвести глаз.
В какой-то момент разговор затих. Мы просто сидели и наблюдали, как дождь рисует причудливые узоры на стекле. Он всё ещё шёл. Но теперь его звук был не угрожающим, а убаюкивающим, отделяющим нас от всего остального мира.
Я глядел на мерцающий огонёк свечи и наши отражения в его тёплом свете. Казалось, сейчас есть только мы и ничего кроме нас двоих.
Неожиданно зазвонил телефон Ники. Испуганно подхватив его, она прочла на экране имя звонившего и взглянула на меня.
— Прости, это важно, — негромко произнесла девушка и с теплотой в голосе ответила абоненту: — Алло… Привет! Я? Э-э… Да, задерживаюсь на работе… Угу. Да, скоро пойду… И я скучаю!.. Уже приехал? Когда⁈ — удивлённо переспросила кого-то Ника и, поёрзав на стуле, украдкой бросила на меня неловкий взгляд, а после продолжила внимательно слушать собеседника.
— Всё в порядке? — тихо задал я вопрос, наблюдая за реакцией Ники, но девушка не ответила.
— Жень, нет! Никаких друзей, мы же с тобой договаривались! — Дальше она опять долго слушала и нервничала всё заметнее. — Нет, я понимаю… Так к тебе придёт Макс?.. Ладно, только не допоздна… И никакого кальяна! Знаю я вас… Нет, не жди, ешь без меня… Угу, чмоки!
Мне не были слышны слова её собеседника, но я понял, что это тот, с кем живёт Вероника. Сердце сдавило неприятное чувство, словно кто-то собрался отобрать у меня то, что стало мне очень дорого. Мне с огромным трудом удалось взять себя в руки, чтобы не выдать моих эмоций. В конце концов, с моей стороны было наивным полагать, что такая девушка будет одна.
Закончив разговор, она переключила телефон в тихий режим и положила его на стол экраном вниз.
— Спасибо за вкусный ужин! Очень по-домашнему. Ты и в самом деле отлично готовишь! — похвалила меня Ника, стараясь вернуться к нашей беседе, но в её голосе больше не было той радости, что согревала меня пять минут назад.
— Спасибо! Мне тоже понравился твой салат, — только и смог сказать я. — Тебе пора?
Между нами повисла напряжённая тишина. Я не хотел, чтобы Ника уходила, но и заставлять её оставаться тоже не мог. Она молчала.
Я помнил, что обещал ей вызвать такси. Но перед этим просто обязан рассказать о своих чувствах!
Взяв бутылку вина, молча наполнил наши бокалы на треть. Вероника тут же подхватила свой и поднесла его к губам.
— Знаешь, сегодня утром я думал, что ты больше не придёшь, — тихо проговорил я, ловя её взгляд поверх бокала. — Ты появлялась здесь каждый день утром и перед закрытием. И я настолько привык к этому, что до самого вечера не находил себе места!
— Утром я опаздывала на работу, потому что примеряла платье для завтрашней презентации, — торопливо призналась она, будто оправдываясь. Опустила глаза и робко добавила: — Я весь день потом думала, заметил ли ты, что меня не было… У тебя ведь бывает столько клиентов.
— Я заметил, — снова улыбнувшись, так же тихо ответил я. — Всегда замечаю. Ты редко опаздываешь.
Мы с Никой опять смотрели на наши отражения в стекле. Не чокаясь, я выпил своё вино, а она следом своё. Опустил бокал и медленно, давая ей время отстраниться, протянул руку через стол. Я не стал касаться её лица, хотя мне очень хотелось. Просто дотронулся кончиками пальцев до манжеты своего же худи на её запястье. Это был нежный, почти невесомый жест.
Она замерла. Не отвела руку. Её пальцы чуть дрогнули под моим прикосновением, и в этот момент я почувствовал, как между нами прошёл незримый разряд электричества.
— Андрей… — она произнесла моё имя как-то по-новому, не как имя бариста, а как что-то своё, близкое.
Из колонок неожиданно заиграла лирическая композиция, а проще говоря, старый, хорошо всем знакомый медляк. Я вылез из-за стола, подошёл к Нике и протянул ей ладонь:
— Потанцуем?
Тепло улыбнувшись, девушка подняла на меня глаза, коснулась моей руки, и я помог ей встать. Положив ладони на талию Вероники, притянул её ближе. Её ладошки легли на мою грудь, и мы начали неторопливо кружиться в медленном танце.
Я вдыхал нежный аромат духов Ники и запах её всё ещё слегка влажных волос. Мы молчали. Мне безумно хотелось крепко сжать её в своих объятиях, но я не решался, боясь, что спугну девушку. Однако и она по какой-то причине не спешила уходить.
Её ладошки плавно добрались до моей шеи, затем руки осторожно обвили её, и Ника сама прижалась ко мне.
— Андрей… — повторила она моё имя у самого уха, и я почувствовал, как её пробирает лёгкая дрожь. — Ты мне нравишься.
От такого неожиданного признания я замер. Мои руки сжали хрупкое тело, и с губ сорвались слова.
— И ты мне тоже! Очень! — прошептал я и сразу же немного отстранился, пытаясь поймать взгляд Вероники. — А как же Евгений?
— Кто? — удивлённо переспросила она.
— Ну, тот парень, с кем ты говорила по телефону.
Из Ники вырвался смешок. Потом ещё один, и она задрожала в моих руках, но на этот раз уже от смеха.
— Женя — это моя бывшая одногруппница! Мы учились с ней вместе, а сейчас снимаем одну квартиру на двоих. Макс — её парень. Терпеть его не могу, а она каждый раз пытается затащить его к нам… Ты что, подумал, что у меня кто-то есть⁈ — задала вопрос Ника, и её глаза мгновенно намокли.
— Ну да! А у тебя никого?
Она радостно замотала головой в стороны. И это было всем, что мне нужно для счастья!
Я коснулся ладонью щеки девушки. Её нежная кожа показалась горячей. Рука скользнула со щеки на её шею, пальцы запутались в прядях волос у затылка. Она закрыла глаза, и её тело само подалось мне навстречу. Это была капитуляция. Тихая и абсолютная.
Я прижал её к себе второй рукой и прошептал на ухо:
— Мне кажется, что я влюблён в тебя. С того самого дня, как ты вошла в эту кофейню!
Влажные губы Вероники коснулись моей щеки, настойчиво ища мои губы. Первый поцелуй был не жадным и страстным, а вопрошающим, нежным, почти несмелым. Её губы, мягкие и сладковатые от вина, лишь едва коснулись моих и тут же отпрянули. Я вновь поймал их, и Ника ответила на мой поцелуй сразу, без колебаний.
Её руки снова обвили мою шею, а мои принялись блуждать по её спине, пояснице и ягодицам. Медляк давно кончился, а мы всё так и стояли в обнимку между столиков посреди полутёмной кофейни.
Когда мы, наконец, оторвались друг от друга, чтобы перевести дыхание, Вероника прошептала:
— Я, наверное, должна сказать… Происходит что-то безумное… Моё сердце готово выпрыгнуть из груди! Со мной раньше никогда не случалось ничего похожего!
— Да! И со мной тоже! Но я хочу, чтобы это безумие не кончалось! — прошептал я в ответ, целуя её шею и чувствуя под губами учащённый стук её сердца. — Не кончалось как можно дольше!
— Да! — коротко произнесла она и потянулась ко мне для нового, жаркого поцелуя, на этот раз лишённого всякой нерешительности.
С этого момента инициатива перестала быть односторонней. Пальцы Ники быстро расстегнули пуговицы моей рубашки и стянули её с меня. Мои руки скользнули под объёмное худи, нащупав тёплую, гладкую кожу спины и изящную застёжку её бра.
Мир за стеклом окончательно перестал существовать. Остался лишь мой и её шёпот, одно на двоих прерывистое дыхание и тихий стук продолжающегося дождя, который теперь отбивал ритм нашего падения друг в друга.
Мы незаметно переместились в мою комнату и плюхнулись на постель.
— Мне нужно в душ… — нехотя оторвавшись от моих губ, прошептала Вероника.
Я отпустил её. Она медленно сползла с кровати и, подобрав с пола юбку, бросила её на кресло.
Волосы растрёпаны. Тёмно-серое худи, едва прикрывающее белые трусики, забавно перекосилось на хрупких плечах. Но при этом девушка выглядела настолько милой и привлекательной, что я никак не мог ей налюбоваться.
— Да, конечно. Мне тоже, — сказал я.
— Тогда иди лучше ты первый!
Продолжение следует…
22. Кофе с промокашкой (часть 3)
Быстро ополоснувшись под струями тёплой воды, я почистил зубы, обернулся полотенцем и вышел из ванной. Достал из шкафа чистое полотенце для Ники, пока она накручивала на палец тёмную прядку волос и внимательно разглядывала мою мокрую спину.
— Погоди… — немного подумав, сказал я. — Вот, держи ещё! — Протянул девушке плечики со своей белой футболкой и широко улыбнулся, представляя, как она в ней будет выглядеть, когда выйдет из душа.
Дверь ванной комнаты закрылась за Никой, и я принялся быстро перестилать постель. Скинул с кровати покрывало, стянул простыню с матраца, снял наволочки. В темпе заново застелил всё чистое. Аккуратно уложил подушки обратно. Приглушил верхний свет, надел чистое нижнее бельё и улёгся в ожидании Вероники.
Шум воды уже стих. Но девушка не спешила выходить. Я слышал, как она достаёт что-то из своей сумочки, как шелестит складываемая ей одежда. Ника не закрывалась, и я даже мог в любой момент войти внутрь. Но решил, что лучше не торопить гостью, дать ей расслабиться и привыкнуть к обстановке моего дома.
Через минуты три двери открылись. Вероника щёлкнула выключателем. Медленно, беззвучно ступая босыми ногами по мягкому ковру и на ходу собирая резинкой волосы в хвост, подошла к кровати. Закинула на неё одно колено, наклонилась. Грациозно, словно огромная кошка, забралась на матрац и не спеша поползла по моим ногам на четвереньках.
Уселась упругой, влажной попкой на низ моего живота и неторопливо потянулась к губам. Её язык проник в мой рот и закружился в страстном танце с моим. Мои руки ласкали налитые груди Ники, пальцы сжимали через тонкую футболку затвердевшие соски. А пульсирующий член уже упирался в ложбинку между аппетитных ягодиц девушки. И единственным, что ещё разделяло наши разгорячённые тела, были мои боксёры.
— Я его чувствую, он такой горячий! Умх… А я… такая мокрая… А-ах! Мхм… — жарко дышала мне в губы она и целовала лицо. — Хочу тебя! Хочу. Хочу. Хочу!
Я взялся за низ её футболки и потянул его вверх. Оголив одну грудь, надавил на спину. И как только твёрдый сосок оказался в плену моих губ, ноготки Ники впились в мои руки, вызывая лёгкую, обостряющую чувства боль.
— Ф-ф-ф… А-ах! Да! — шумно втянув воздух, эротично простонала она и прогнулась сильнее. — Укуси его, прошу! Аумм…
Пока ладонь наминала одну упругую грудь, мой язык кружил по нежной коже ареолы вокруг возбуждённого соска другой груди Ники. То и дело я жадно втягивал его в себя, а потом слегка прикусывал зубами. Выталкивал языком и снова дразнил сосок его кончиком. А затем припадал ртом ко второй груди, нежно массируя первую другой ладонью.
— У тебя шикарная грудь! Твой сладкий запах, он сводит меня с ума!.. Ты… мой наркотик!
— Осторожней! Чрезмерное употребление грозит привыканием, хи-хи… — тихо засмеялась Вероника, ощупывая мои крепкие грудные мышцы.
Она распрямилась, ловко избавилась от футболки и начала ёрзать на мне, прижимаясь к члену влажной промежностью через ткань моих трусов. Приподнялась, поддела их резинку, освободила ствол и, обхватив ладошкой, прижала его к своим скользким от смазки губам.
За пять секунд, что я наблюдал за её рукой, мои глаза успели разглядеть в тусклом свете интимную причёску в виде аккуратного тёмного сердечка на лобке. Бёдра Вероники казались идеально гладкими и невероятно приятными на ощупь.
— Вот это размер! Хочу уже ощутить его в себе! — с нетерпением произнесла девушка, и её кулачок, сжимаясь, закружился на головке.
Тогда я повалил Нику на спину, вжимая её всем своим весом в белоснежную простыню. Осыпал поцелуями её тонкую шею, плечи, ключицы. Дотянулся рукой до тумбочки и достал оттуда презерватив. Разорвал упаковку и, стоя на коленях перед изумительно красивой обнажённой девушкой, раскатал колечко по стволу.
Рука Ники направила член, и он мягко вошёл в неё на треть длины.
— А-ах! — простонала она, выгибаясь и приподнимая бёдра навстречу мне, но я не спешил, давая ей привыкнуть к размеру. Её узкая, истекающая соками киска, плотно обхватила мой ствол. — Нет, нет, я хочу глубже! — сказала она на выдохе, и её пятки прижались к моим ягодицам. — Как же приятно! А-ах!
Я начал двигаться, наращивая темп, и с каждой фрикцией проникал всё глубже, а Вероника извивалась подо мной и тихонько постанывала от наслаждения.
— Ника! Ты так эротично стонешь! Меня заводит, как ты теряешь контроль. Да… — обрывисто говорил я, погружаясь в неё и ощущая, как мой размер раз за разом растягивает её всё сильнее.
— Не останавливайся! Ах! Ах! А-ах! А-а-ах! — застонала она ещё громче и вдруг сжалась.
Из её горла вырвался милый писк. Она смешно зажмурилась. Пальцы Вероники впились в мои бёдра, заставляя забыть об осторожности и войти в неё на всю глубину. Толчок. Ещё один, а потом ещё. И я почувствовал, как мощные пульсирующие волны прокатились по её животу, отдаваясь приятной истомой в моём члене.
— Ника! Ты…
— Вот это оргазм!.. У-ух… — чуть позже заговорила она. — Это было что-то невероятное!.. — Какое-то время она глупо улыбалась и смотрела на меня осоловевшими глазами, а я вновь наращивал темп, с хлюпающими звуками вгоняя свой член в её горячую киску. — Ой… Кажется, я…
Она недоговорила, принялась подмахивать мне в такт и совсем скоро с протяжным стоном взорвалась новым ярким оргазмом. Её тело напряглось, затем обмякло, дыхание стало частым, поверхностным. И каждая новая моя фрикция заставляла её вздрагивать от невероятного наслаждения.
— Мне ещё ни с кем не было так хорошо! — призналась она и начала отталкивать меня. — Пусти меня сверху! Тебя понравится!
Я вышел из Ники и покорно улёгся на спину. Придя в себя, девушка поднялась, перекинула колено через меня и, глядя в мои глаза, медленно опустилась на член. А потом стала двигаться вверх и вниз, покручивая своим тазом и не переставая стонать с нарастающей громкостью. На какое-то время пальцы наших рук переплелись.
— Ника! Я так долго не выдержу! — предупредил я, чувствуя, как стремительно приближаюсь к финалу. — Ты просто бомба!
— Я тоже!!! — сдавленно прохрипела она, не останавливаясь ни на секунду.
Мои руки сжимали её грудь, попку. Гладили бархатистую кожу живота и аккуратную ямку пупка. Большой палец снова и снова касался её клитора, заставляя девушку замедляться и выгибаться в такие моменты сильнее.
Она вцепилась руками в мои плечи и, забыв обо всём, начала исступлённо скакать на мне, пока её не накрыл очередной пик экстаза. Губы прижались к моей шее, а тело мелко задрожало в моих руках. Сжимая пальцами сочные ягодицы Вероники, я совершил ещё несколько мощных толчков. Наши стоны смешались в один бурный поток звуков, и мы кончили вместе.
Через минуту дыхание Ники, наконец, пришло в норму. Лёжа на мне, она сглотнула, лениво приподнялась на локтях и захихикала. Осыпала мою щеку и висок поцелуями. Добралась до губ, жадно впилась в них и не отпускала, пока в лёгких опять не закончился воздух.
— Что это было? — устало спросила она и прижалась влажным от пота лбом к моей переносице. — Я давно так классно не трахалась. Нет… Я вообще никогда так классно не трахалась! Ты секс-машина! Боже! Не верю, что я это говорю! — сказала она и ненадолго задумалась. — Андрей! Почему мы не встретились с тобой раньше?
— Я не знаю. Наверное, так было нужно! Но я счастлив, что нашёл тебя! Ты самая лучшая в мире девушка! Будь моей, Ника!
От накативших эмоций из глаз Вероники брызнули горячие слёзы. Она много раз повторила слово «да», изо всех сил прижалась ко мне и не отпускала ещё пару минут. Потом мы оба слезли с кровати и, держась за руки, вместе отправились в душ смывать с себя следы нашей страстной любви.
❖ ❖ ❖
Выйдя из душа, я быстро вытерся полотенцем сам и помог вытереться Нике. Не дожидаясь, когда она начнёт одеваться, подхватил её на руки и под весёлый писк, сменившийся звонким смехом, голышом отнёс на кровать.
— Я хочу тебя нарисовать! Запечатлеть на бумаге твою красоту! Просто посиди здесь… — сказал я.
— Мне нужно сесть как-то по-особенному? — охотно согласившись позировать, уточнила она.
— Нет. Просто расслабься и будь собой! Ты безупречна!
Я быстро отыскал чистый лист бумаги. Нашёл в ящике стола карандаши и планшет. Уселся в кресло и принялся увлечённо рисовать. А Ника согнула правую ногу в колене, положила на него сверху обе ладони и прижалась к ним правой щекой. Её ласковый взгляд переполняло тепло искренней любви, с лица не сходила счастливая улыбка, а поза удачно подчёркивала округлость налитой груди.
Когда я добавлял финальные штрихи, неожиданно зазвонил её телефон. В тот же момент Вероника вопросительно вскинула брови.
— Ответь. Я уже почти закончил, — произнёс я, не отрываясь от работы над рисунком.
Девушка спустилась с кровати, взяла со стола телефон и, присев на край матраца, ответила на звонок Жени. Та взволнованно интересовалась, почему её подруга до сих пор не дома, и где она вообще пропадает. Ника не стала скрывать и рассказала, что она в гостях у меня.
— О-о! И долго ты собиралась прятать от меня этого своего Андрея?.. — услышал я удивлённый голос Евгении. — Кстати, Ник, ты не забыла? Завтра последний день! Мы либо платим, либо съезжаем. Я… Мм… Не знаю, как тебе это сказать… В общем, Макс предложил мне переехать к нему. Прости, но я больше не буду оплачивать половину квартиры… — ошарашила Веронику подруга. — Так ты сегодня вернёшься домой? Или Макс может остаться у нас?
— Эй, Женёк! Придержи-ка коней! — на автомате воспротивилась Ника, всё ещё переваривая новость.
Я же не стал упускать возможность и сделал встречное предложение.
— Оставайся! — прошептал я и показал Нике рисунок. — А если хочешь, перебирайся ко мне жить!
На белом листе я изобразил мою девушку сидящей на краю простыни в той же позе. Её мокрые волосы изящно ложились на плечи. Взгляд был направлен на зрителя. Я постарался передать его как можно точнее, чтобы никогда не забыть. А ниже поставил сегодняшнее число и написал: «моя очаровательная промокашка».
— Ах! Жень, я тебе перезвоню… — словно в замедленной съёмке отрывая смартфон от своего уха, ответила Вероника.
— А что насчёт Макса? Ник⁈ Эй, ты ещё тут⁈ — кричала в трубку подруга.
— Делай что хочешь. До утра квартира твоя…
23. Здравствуй, море! (часть 1)
Вернувшись к сумкам, оставленным у кухонного стола, я обнаружил полуголых сестёр. Саша уже надела трусики от купальника и сейчас возилась с завязками на его лифе. А Катя только натягивала низ своего розового бикини.
— Саш, давай помогу! — сказал я и забрал из её рук яркий синий лиф.
Полностью развязал сделанные ей узелки. Встал за её спиной, приложил чашечки к Сашиной груди и аккуратным бантиком завязал верхние лямки купальника на шее. Ещё раз поправив чашечки, натянул боковые лямки и начал завязывать их на спине.
— Удобно? Не перетянул? — спросил я.
Вместо ответа Сашка развернулась и поцеловала меня. А затем принялась стягивать с меня футболку обеими руками. Катя протянула мне мои купальные плавки. И пока я раздевался и натягивал бельё, девчонки, звонко смеясь, выскочили из домика. Бросив открытой входную дверь, они помчались по мощёной камнем дорожке в сторону пляжа.
— Если догонишь, тебя ждёт сюрприз! — весело крикнула Сашка и скрылась из вида.
За долгих шесть часов в поезде и ещё полчаса в пыльном, душном автобусе девчата так заждались, что, едва заселившись в домик, бросили вещи и тут же помчались купаться! Закончив переодеваться, я тоже вышел из домика, быстро закрыл дверь ключом и погнался за сёстрами.
От нашего домика к пляжу вела дорожка, вымощенная крупными гладкими камнями. Наперегонки мчась навстречу морю, Саша с Катей сверкали пятками. Но я быстро сокращал расстояние. Ещё немножко — и догоню, а потом меня ждёт сюрприз! Интересно, какой⁈
Не обращая внимания на удивлённые взгляды отдыхающих, я бежал вслед за удирающими от меня девчонками и широко улыбался, радуясь тому, что начался мой полноценный отпуск. Никаких больше проектов! Никаких созвонов с клиентами, начальников и коллег! Только море, солнце, песок и мои девушки!
Я нагнал Сашку уже у самой воды. Она не слишком-то и старалась от меня оторваться. А вот Катя, ногами разбрызгивая воду далеко в стороны от себя, забралась почти по пояс и сразу нырнула.
Саша продолжала медленно идти вперёд, заходя всё глубже. Как и её старшая сестра, она собрала волосы в хвост, но, в отличие от Кати, забавно закрепила его кольцом на голове, видимо, не желая мочить волосы.
Оказавшись от Саши на расстоянии вытянутой руки, я сделал последний рывок, схватил девушку обеими руками и прижал к себе.
— Вот ты и попалась!
— Которая кусалась… — продолжила за мной Сашка. — Ты всё-таки догнал меня! Ай-яй-яй… — наигранно изобразила она расстройство по этому поводу. — Что ж, ты заслужил свой сюрприз. Идём! Только заберёмся поглубже.
Саша взяла меня за руку и потащила на глубину. Она сжималась и поднимала плечи каждый раз, когда на её ноги накатывала холодная встречная волна. Нет, вода была тёплой. Просто заходить первый раз всегда непривычно.
Когда мы оказались по грудь в воде, Сашка остановилась и развернулась ко мне лицом. Жестом она подозвала меня ближе. Я положил руки на её талию и прижал девушку к себе. А она засунула два пальца в лиф и выудила оттуда леденец в белой обёртке, такой прямоугольник с иероглифами. Помимо них, на этом необычном фантике были нарисованы цветные сердечки.
— Конфетки для влюблённых? Где ты взяла их?
— Ты не будешь ругаться? — виновато спросила Саша. — В общем, пока ты спал…
— Ты что-то купила у этой цыганки? — догадался я.
Уверен, это была проводница поезда. Наверняка ходила и предлагала купить у неё разные товары! Сашка кивнула, надорвала край упаковки, вынула из неё круглый леденец красного цвета и затолкала его мне в рот. Затем спрятала пустой фантик обратно под чашечку лифа и достала из-под второй такую же конфету.
Пока я разглядывал непонятные надписи на японском, леденец, что медленно таял у меня во рту, стал пощёлкивать. Так-так-так… Эти конфетки явно с секретом!
Сашин леденец оказался синего цвета. Она положила его в рот, спрятала второй фантик и закинула руки на мою шею.
— Да, для влюблённых! — запоздало ответила на мой вопрос Саша, вкусно причмокивая своей конфеткой. — Но ты не понял главного!
— Чего именно? — произнёс я в губы стоящей вплотную ко мне девушки.
Ничего не ответив, она прижалась к моим губам. Её язык проник в мой рот, переплетаясь с моим. Сашка целовалась жадно, закрывая глаза и прерывисто дыша мне в лицо. Вкус моего леденца смешивался со вкусом её, создавая причудливый фруктовый букет. Где-то во время глубокого поцелуя она затолкала языком свою конфету мне в рот. И тогда я понял!
Встретившись, красный и синий леденцы вступили в бурную реакцию. Они и сами по себе трещали так, что их звук отдавался в зубах и даже костях черепа! А тут во рту всё зашипело, из сладкого вкус конфет превратился в кислый, и треск усилился настолько, что казалось, у меня во рту началось шоу микрофейерверков! Я по очереди вытолкнул обе конфеты назад Саше и услышал, как теперь они шипят у неё во рту.
Не отрываясь от моих губ, Сашка застонала, а потом вернула мне один леденец. Свой.
— Ну? Как тебе ощущения? — наконец, спросила меня она.
— А эти японцы — ещё те затейники!
Я даже не знал, что бывают такие конфеты! Держа их во рту, можно играть с силой эффекта. Он будет тем сильнее, чем глубже поцелуй. А ещё можно раскусить конфету! И тогда реакция окажется особенно мощной!
Я смотрел в полные счастья глаза Саши, пока она хрустела остатками своего леденца. И в это время боковым зрением заметил Катюху. Она, словно акула, кружила вокруг нас, то погружаясь под воду, то выныривая обратно на поверхность. А её попка, обтянутая розовым низом купальника, торчала из воды, будто плавник.
— Хочешь попробовать зелёную?
— У них что, разные эффекты? — удивился я.
— Угу, — довольно промычала в ответ Сашка.
— Эй! Вы купаться сюда приехали или сосаться? — возмущённо произнесла Катя, остановилась и начала брызгаться солёной водой!
— Одно другому не мешает, — дерзко отозвалась Саша, пытаясь уворачиваться от брызг. — Катя, перестань! Я не хочу мочить волосы!
— Ничего не знаю! — ответила ей сестра и продолжила бить ладошками по воде, брызгая водой в разные стороны.
— Сашка, хватай хулиганку! Давай-ка её проучим! — сказал я и, окунувшись в воду, вознамерился поймать Катю.
Минут через пять и добрую сотню метров от берега нам кое-как удалось поймать дерзкую проказницу. Но сил дурачиться уже не осталось.
— А ты неплохо плаваешь! — обратил я внимание на физподготовку Катюхи.
— Ну… да. После того раза… — всё ещё пытаясь отдышаться, объяснила она. — Теперь хорошо плаваю. Знаешь, сколько тогда я отревела?
Вряд ли Катя всё ещё держала на меня обиду за тот случай на речке, что положил конец нашим отношениям лет пять назад. Но помнить она это будет ещё очень долго.
— Представляю. Но ты сама…
— Я благодарна тебе, — перебила меня Катерина. — Если бы не ты, я бы тогда утонула!
— Ты тоже меня прости. Я в тот раз погорячился.
Она ударила по воде ладошкой и окатила меня волной брызг. Но едва я вытер лицо и проморгался, как она сделала это снова. Сашка не спеша погребла к берегу, а Катя продолжала брызгаться опять и опять. Тогда я схватил её обеими руками и с головой окунул под воду.
Катька игриво оттолкнула меня и ухитрилась стянуть мои плавки до колен. Вынырнув из воды, она звонко рассмеялась и, пока я натягивал нижнее бельё, рванула на берег.
— Кто последний, тот вечером моет посуду! — продолжая смеяться, прокричала она.
Посмотрев вслед девчонкам, я перевернулся на спину и медленно поплыл в сторону берега. Сашка, она такая нежная, тактильная. Её хочется обнимать, целовать, гладить. А Катя, будто её полная противоположность. Дерзкая, напористая и в чём-то даже грубоватая, но в ней чувствуется страсть, готовая вырваться наружу, найдись только повод.
И если Катя, словно спичечная головка, быстро загораясь, обжигает пальцы и тут же гаснет, то Саша — это тихое пламя, которое потом тепло греет до самого конца, пока в руках не останется один лишь хрупкий уголёк.
Сашка выбралась из воды первой и села на мокрый песок, позволяя набегающим волнам омывать её стопы. Метрах в десяти от неё строил свой за́мок мальчишка в панамке. Положив голову на колено, Саша с умилением наблюдала за тем, как он поливает из маленькой лейки мелкий песок и складывает из него горку.
Оказавшись на берегу, Катя обернулась на меня. Довольная своей победой, она улыбнулась и распласталась на горячем песке. А я подошёл к мальчонке и сел рядом с ним:
— Эй! Приятель! Как дела? Что строишь?
— Это мой за́мок! Смотри! У меня есть ров! Настоящий! — хвалился паренёк.
Вокруг его за́мка и правда был вырыт ров. Мальчишка то и дело подливал в него воду, но она быстро утекала, просачиваясь сквозь песок, отчего ему приходилось всё время бегать с лейкой и набирать воду из моря. Рядом с песчаной постройкой лежали несколько разнокалиберных пластмассовых ведёрок, перевёрнутый грузовик и даже грабельки.
— Эм… Я могу попросить у тебя одно ведёрко? Видишь вон ту девушку? — Я показал на внимательно наблюдающую за нами Сашу. — Мы с ней друзья. И она тоже очень хочет что-нибудь полепить. Но у неё нет ведёрка!
— А у меня нет здесь друзей. Есть только сестра! Но она ещё совсем маленькая и не хочет со мной играть!
— Она быстро подрастёт, вот увидишь! — подбодрил я мальчишку. — Так я возьму твоё ведро? Мы будем рядом, — снова спросил я и дотянулся до одного из ведёрок.
— Ну ладно. Бери! — согласился малыш.
Вернувшись к Саше, я сел на песок, вырыл перед собой яму, чтобы в ней скапливалась вода от то и дело добирающихся до меня волн. И стал лепить из песка первую стену.
— Тём? — удивлённо позвала меня Александра, оглядываясь по сторонам. — Ты будешь лепить за́мок? Серьёзно? Как маленький?
— Да, как маленький. У меня отпуск, и я буду делать то, что хочу! А ты сиди и строй из себя взрослую дальше! — сказал я и показал Сашке высунутый язык.
Она сгребла ладошкой песок и мстительно кинула им в меня. Немного посидела, а затем всё-таки подползла ближе. Сначала просто смотрела. А уже через несколько минут мы вместе увлечённо строили башни из песка, лепили стены и возводили свой собственный за́мок.
В это время Катя старательно закапывала себя в песок. Сперва она зарыла ноги. Но этого ей показалось недостаточно. Поэтому она выгребла под попой ямку и закопала себя наполовину. А чуть позже и вовсе, расчистив песок под спиной, целиком оказалась под ним.
Когда минут через двадцать ей, наконец, надоело сидеть без внимания, Катюха поднялась, стряхнула с себя песок и, своровав у нас ведёрко, стала опять брызгаться в меня и Сашу водой.
— Ну Кать, не ломай! Красиво же получилось! — недовольно заголосила её младшая сестра.
Но Катю это не остановило. Я знал, что Саше очень хотелось слепить этот за́мок. Её останавливало то, что она уже вроде была немаленькой для таких игр. Но увидев, как я, несмотря ни на чьё мнение, принялся лепить из песка стену, Сашка тоже решила присоединиться. Однако сейчас Катька грозила испортить результат получаса нашего кропотливого труда! И эта проблема требовала немедленного решения.
— Прекрати! Или я тебя сейчас накажу! — крикнул я, заставив отдыхающих рядом людей обернуться на нас.
Едва смутившись, Катя хихикнула, набрала полное ведёрко воды и уже собралась плеснуть на наш за́мок. Но я вовремя поднялся, и меня окатило прохладной водой.
— Упс… — не ожидав от меня такой прыти, испуганно произнесла Катерина.
Глядя, как я направляюсь к ней, она бросила ведёрко на песок и рванула в воду.
— Тём, проучи её как следует! — крикнула мне вслед Сашка.
Догнав Катюху на глубине, где ей было почти по самую шею, я грубо скрутил девушку и завёл её руки за спину. Удерживая их одной рукой, крепко сжал грудь второй ладонью. Катя пыталась вырваться, но делала это не то что вполсилы, а так, больше для вида.
— Хочешь быть наказанной, да?
— Очень хочу! — ответила она и закивала. — Ты такой сильный!
— Тебе что, правда нравится, когда грубо? — тактично поинтересовался я. — А если я сделаю тебе больно?
— Лёгкая боль меня даже заводит! — томно прошептала Катюха.
И тогда я схватил её хвост. Намотал его на ладонь. Потянув за него вниз, заставил Катю откинуть назад голову и слегка опуститься в воду. А сам навис сверху и впился в губы девушки. Она обвила ногами мои бёдра и стала тихо постанывать. Похоже, ей нравилось то, как я позволяю ей испытывать некую скованность и беспомощность перед моей грубой силой.
Я по-прежнему удерживал Катины руки за её спиной. А она то и дело пыталась меня укусить. Неужели её и в самом деле возбуждают подобные игры?
— Не боишься, что нас видят другие? — спросил я.
— А кого мне здесь бояться? — вопросом ответила Катя и снова попыталась укусить меня за скулу. — Ты хочешь есть?
— Немного. А вот ты, кажется, проголодалась, — шутливо ответил я. — Может, хватит уже кусаться⁈
— А я хочу тебя съесть! И знаешь, с чего бы я начала? — Рука Кати неожиданно вырвалась из моего захвата, и я почувствовал ладошку девушки в своих плавках. — Мм… Да тебя это тоже заводит⁈ — Хохотнув, Катя оттолкнулась от меня и легла спиной на воду.
Дразнит меня, чертовка!
— Куда это ты, а? Я с тобой не закончил! — проговорил я, пытаясь подплыть ближе к девушке.
— Как же здесь хорошо! Но, думаю, нам с Сашей пора подкрепиться! — сказала она, ловко увернулась от моих рук и быстро поплыла к берегу.
Эй! Это что за эгоизм? Я, быть может, тоже хочу перекусить! Но не успев ничего ответить, просто погреб к берегу вслед за Катюхой.
Мы с ней вылезли из воды, оторвали Сашку от казавшегося бесконечным процесса улучшения за́мка и отправились назад к домику. Пробыв у воды около часа, девчонки немного проголодались. Да и оставаться надолго под ярким солнцем нам тоже не стоило. По крайней мере, не в первый день!
Зайдя в домик, мы почувствовали по-настоящему летнее тепло. Палящее солнце хорошо прогревало не только воздух на улице, но и внутри.
— Наверное, стоит включить кондиционер, — отреагировал я на поднявшуюся температуру и направился к лестнице.
А Саша с Катей встали у входа в ванную комнату и начали о чём-то тихонько говорить друг с другом, подозрительно поглядывая на меня.
Я быстро поднялся на второй этаж. Увидев висящий на стене кондиционер, отыскал его пульт и сразу же включил агрегат на охлаждение. Убедился, что он дует холодным воздухом, и поспешил вниз.
— Тём? — остановила меня Катя, когда я спустился на первый этаж. — Мы не можем позволить тебе оставаться в напряжении… — загадочно произнесла она и протянула мне белый меховой пояс от халата.
Я взял его в руки, и Катерина потянула меня в ванную комнату, где нас уже ждала Сашка. Катя прижала меня к стеклу душевой кабины, рядом с которой на полу лежал мягкий ворсистый коврик. Развернулась и завела обе своих руки за спину.
— Свяжи меня! — попросила Катюха.
Кажется, теперь я догадываюсь, о чём они шептались, когда мы только вошли в дом. И от разбушевавшейся фантазии почувствовал, как начинаю возбуждаться!
Используя мягкий пояс от халата, я связал Катины руки. И тогда она снова повернулась ко мне лицом. Привстала на цыпочки, дотянулась до моих губ, а потом опустилась передо мной на колени и бросила взгляд на сидящую рядом Сашу.
Та приподнялась и, стоя в той же позе вплотную к сестре, с игривой улыбкой посмотрела на меня снизу вверх. А затем протянула руки к резинке моих плавок.
Продолжение следует…
24. Здравствуй, море! (часть 2)
Опираясь спиной на полупрозрачное стекло душевой кабины, я стоял босыми ногами на мягком ворсистом коврике. А из одежды на мне были только плавки, которые даже не успели обсохнуть после купания в море. Передо мной стояли Катя и Саша. И обе на коленях! Причём Катины руки были связаны за её спиной поясом от белого мехового халата. И это с ней сделал я по её же собственной просьбе!
Игриво улыбнувшись, Сашка посмотрела на меня снизу вверх. Она протянула руки к резинке моих купальных плавок и начала медленно стягивать их вниз. Оттянув двумя пальцами резинку спереди, аккуратно освободила возбуждённый член. А затем окончательно стянула с меня бельё.
Катя подалась вперёд и высунула свой язычок на всю длину. Она встретилась со мной взглядом, а потом лизнула головку. Член дёрнулся и легонько ударил Катюху по носу, заставив её засмеяться.
— Без рук будет сложнее, — сказала она. — Но я хочу, чтобы ты управлял мной руками.
Катя сама просит меня об этом⁈ Ну надо же!
Не касаясь члена губами, она продолжала ласкать его языком и смотреть на меня. Катя то играла кончиком языка с головкой, то проводила им от самого основания до уздечки. А после, смешно крутя головой, щекотала меня быстрыми движениями и заставляла шипеть от наслаждения.
С высоты своего роста я любовался стройными телами этих двух девушек. Сейчас их украшали только купальники. Сашин был ярко-синим: едва прикрывающие попу трусики и лиф с круглыми чашечками, полностью охватывающими грудь. Причём трусики не цельные: передняя и задняя их половинки соединялись игриво свисающими по бокам лямками, завязанными бантиком. И такие же бантики были у лифа: один на спине и ещё один на шее.
А вот у купальника Кати никаких бантиков не было. Её лиф держался на обычной застёжке. Его чашечки имели треугольную форму и прикрывали округлую грудь лишь частично, привлекая на пляже любопытные взоры парней.
Катерина ещё несколько раз лизнула меня язычком и, аппетитно облизывая губы, уступила очередь сестре. Саше ничто не мешало использовать руки, поэтому она взялась ладошкой за основание члена и, недолго думая, обхватила головку губами, целиком погрузив её в рот. Я сразу же почувствовал Сашин шершавый язычок, кончик которого стал быстро щекотать меня под уздечкой.
— Ах, Саша! Не так быстро! — негромко произнёс я, чуть не закрыв глаза от удовольствия.
Она втянула щёчки и медленно вынула член изо рта, издав звонкий чмокающий звук, словно от поцелуя. Оттянула рукой ствол вниз, выпустила скопившиеся слюнки на головку и начала тереться о неё щекой, размазывая по своему лицу скользкую влагу.
— Тебе нравится так? — спросила она и прислонилась к члену другой щекой.
— Очень нравится!
Высунув язычок, Саша обильно смочила свои губки, вытянула их вперёд. Поводила ими по головке моего члена и, наконец, нехотя отстранилась.
— Свяжи ей чем-нибудь руки! Уравняй наши шансы! — предложила Катюха и заняла место сестры.
Она стала издавать такие звуки, будто сама наслаждалась процессом. Я смотрел на всё происходящее сверху вниз. И пока Катя работала ртом, Сашка расстегнула её ярко-розовый лиф и стянула его на живот. Катерина возмущённо промычала, но решила не прерываться.
— Это тебе за равные шансы! — сказала сестре Сашка и ущипнула её за сосок. — Первое правило БДСМ. Никакого принуждения!
Катя выпустила член изо рта с громким чпоком и облизнулась.
— Но это было больно! — возмутилась она и посмотрела на Сашку, которая уже приготовилась занять её место.
Но Саша ничего ей не ответила, потому что уже не могла. Подражая старшей сестре, она завела руки за спину и теперь работала только одним ртом. Желая отомстить Сашке, Катя наклонилась, схватила зубами кончики завязок Сашиного лифа на шее и потянула их в сторону. А затем повторила то же самое с завязками на спине. И Сашкин лиф свалился на коврик, обнажив красивую грудь.
Вернувшись на своё место, Катя оттолкнула плечом слегка увлёкшуюся сестру. А член, оттягивая щёку, упруго выскользнул из Сашиного рта.
— Руки, — напомнила Катерина и, едва коснувшись головки мокрыми губами, замерла в ожидании.
Не знаю, насколько глубоко может взять Катя. В любом случае мне стоит быть с ней помягче. И хотя всё происходит именно по инициативе девушек, я понимал, что пробовать такие вещи нужно аккуратно.
Я опустил ладони на голову Кати, положив пальцы на её затылок. И медленно притянул голову к себе. Катя довольно промычала. Не сводя глаз с её красивого лица, я двигал руками и слушал издаваемые ей звуки. Это удивительный, бесподобный опыт! Такого я не делал ещё ни с кем!
Катерина нарочно надувала щёки. И когда мой член нырял в её рот, излишки воздуха вырывались сквозь плотно сомкнутые на стволе губы, наполняя ванную комнату пошлыми хлюпающими звуками. При этом Катя ни на секунду не прекращала работать своим язычком. Гладила им по головке, прижимала его то снизу к уздечке, то с боков.
Чувствуя, что дохожу, я вспомнил, как в прошлый раз Саша с Катей шептались. Кому-то тогда совсем ничего не досталось. Поэтому я вынул член из Катиного рта и повернулся к Саше.
Она сразу сообразила и, без промедления открыв ротик, приняла в него член. Ощутив движения её язычка, я понял, что уже на пределе.
Саша не давала мне разрешения управлять своей головой, а её руки всё так же находились за спиной по её собственной воле. Из-за этого член нечаянно выскочил изо рта и начал выбрасывать горячее семя прямо на Сашкино лицо. Она вовремя открыла свой рот и высунула язычок, поймав бо́льшую часть семени. Но её правая щека и верхняя губа всё равно оказались испачканными.
Перехватив инициативу, Катя поймала ртом мой всё ещё пульсирующий член, а я снова положил ладони на её голову и стал раз за разом притягивать к себе, заставив в какой-то момент насадиться глубже обычного. Катька издала глыкающий звук, и я тут же отпустил её.
— Прости! Ты в порядке?
Сглотнув, Катя проморгалась и улыбнулась.
— Да, всё хорошо! Необычные ощущения… Тебе понравилось?
— Очень понравилось, Кать! — довольно ответил я, гладя девушку по голове, пока она ловко слизывала с головки последние капли.
В это время Саша продолжала с интересом изучать вкус моего семени и уже собралась убрать пальцем остатки с лица. Но Катюха не дала ей этого сделать:
— Оставь это мне!
Она придвинулась ближе к сестре и, высунув язычок, принялась тщательно вылизывать Сашину щеку, причмокивая от удовольствия. А Сашка при этом смешно жмурилась, еле сдерживаясь, чтобы не засмеяться.
Вот это минет! Просто крышесносный! Целое шоу!
— Ты не против, если мы будем делать это почаще? — спросила меня Саша. — Мне так нравится делать тебе приятно. А ещё это вкусно!
И эта туда же⁈ С ума сойти! Нет, я до сих пор не могу в это поверить!
— Да нет, конечно! Не против! Тем более если вам это так нравится! — не в силах скрыть своего изумления, ответил я.
— А тебе нравится делать нам куни? — следом задала вопрос Катя.
И тут я сообразил, в чём подвох! Я ведь ещё не ласкал её таким способом! Да и с Сашей делал это всего один раз. Вот о чём тогда в темноте ванной комнаты хотела поговорить со мной Сашка! Теперь ясно! Ну… Я, собственно, и не против!
— Да, мне нравится! — громко сказал я, по очереди глядя на довольные лица сестёр.
Саша уже поднялась с пола, а я помог подняться Катерине. Она повернулась ко мне спиной, я развязал её руки и перекинул через голову освободившийся пояс от халата. В то же мгновение с его помощью притянул девушку к себе, положил ладони на её упругую грудь и обрушился поцелуями на тонкую шею.
— Только давайте сначала чего-нибудь поедим! — предложила Катюха, развернулась ко мне лицом и прильнула к губам. — И смоем с себя эту соль! В смысле, соль от морской воды, — тихим голосом уточнила она и потёрлась кончиком своего носа о мой.
— Тогда залезайте! Вода уже нагрелась! — посмотрев на индикатор водонагревателя, сказал я.
Катя с Сашей заметили мой взгляд и обернулись. Только сейчас до них дошло, что до нашего приезда домик пустовал какое-то время. И поэтому водонагреватель, как и кондиционер, были отключены. Но пока мы купались, вода успела нагреться, и теперь девушки могут принять тёплый, а не холодный душ.
— Артём! Ты такой внимательный и заботливый! — не сдержалась Катюха и тут же полезла целоваться.
— Нам с тобой так повезло! — добавила Сашка и тоже прильнула ко мне.
А уж как повезло мне! Я просто не находил слов! Молча обнимал Сашу и Катю, не переставая удивляться тому, как сильно изменилась моя жизнь с появлением в ней этих двух необыкновенных милашек!
25. Идем купаться голышом
После ужина девушки отправились наверх, чтобы закончить монтаж нового музыкального видеоролика для Катиного канала. А я остался мыть посуду, ведь днём я проиграл в заплыве до берега. Хотя как проиграл? Просто принял поражение, отказавшись от пари. Пусть Катя думает, что победила.
Сашка предлагала вымыть тарелки вместо меня. Но я был решительно против. Пользы от меня девчонкам сейчас никакой. Ноутбук-то у нас всего один! Так что я всё равно не смогу помочь им закончить монтаж быстрее.
Домыв посуду, я поднялся к девчатам и решил испытать собранный преобразователь для синтезатора.
Катя лежала с ноутом на кровати, свесив с неё свои ноги, и заканчивала монтаж нового видеоролика. Тихо подпевая под то и дело прерывающуюся музыку, она виляла попкой и не замечала наших с Сашей улыбок.
— Это ты как сделал? Он что, теперь без розетки работает? — удивилась Сашка, когда я забренчал на отключённом от сети синтезаторе.
— Как видишь! Переделал наш старый пауэрбанк. Теперь можно пилить ролики где угодно! Аккума должно хватить часа на два.
Подойдя ближе, Саша отогнала меня от клавиатуры и избавила уши Кати от моей мучительной музыки.
— Ты слышала, Кать?
— Тём, я тебе уже говорила, что у тебя золотые руки? Так вот! Я повторяю это ещё раз! У тебя золотые руки!
Катя сделала мне комплимент. Но он прозвучал так, будто она констатировала некий само собой разумеющийся факт. Сашка прекратила играть и выключила синтезатор.
— Тёма, ты лучший! — нежно прошептала она мне на ухо, и её слова бальзамом согрели мне душу.
— Я закончила, идите смотреть! — крикнула Катя и повернула лежащий на кровати ноутбук экраном к нам.
Подойдя к ней, я опустился на колени и пристроился сзади. Не отрывая взгляда от видео, положил руки на Катины плечи и стал легонько их массировать.
Девчонки очень старались, а ролик получился безумно атмосферным! Для съёмок они задёрнули в комнате шторы. Саша в элегантном вечернем платье играла на фоне горящего камина, а вокруг в приглушённом свете мерцали огни расставленных повсюду свечей. Жаль, что я этого не видел вживую!
— Катя, твоё мастерство растёт не по дням, а по часам! — непроизвольно сделал я комплимент снова. — Ещё один шикарный ролик! Зрители будут в восторге!
— Это всё камин! Я так рада, что ты смог его починить, — млея от моего массажа, ответила Катя. — Да, и… твои руки… Они бесподобны! — перешла на шёпот она.
Саша тоже улеглась рядом и свесила ноги с кровати. И тогда я отнял свои руки от Кати, пристроился к Сашиной попе и начал массировать уже её плечи, пока она смотрела концовку их ролика.
— Завтра утром пойдём в кафе и зальём это видео, — решил я.
Ревниво посмотрев на сестру, Катя приподнялась на локтях:
— Мы все сегодня большие молодцы! А значит, заслужили награду! Гоу купаться голышом⁈
— Голышом? — удивилась Сашка и тоже упёрлась локтями в матрац. — Мы что, пойдём по базе без одежды? А если нас…
— В одежде, конечно! — перебила сестру Катя. — До берега дойдём, а потом снимем купальники — и в воду! Что-то мне хочется похулиганить!
— Можно спеть матерные частушки с балкона, — саркастично предложил я.
— Нет, это ни фига не весело! Если не хочешь, мы пойдём одни, — настаивала Катя.
— Вот ещё! Чтобы я вас отпустил одних? Ночью? Купаться? Даже не мечтай!
Катя бухнулась лицом на матрац, сложила руки в замок за спиной и сексуально потянулась, издав при этом тихий стон. Глядя на её короткие шортики, я представил, как стою сзади и беру её в этой позе. Ей бы наверняка понравилось!
Но Катя прервала мои фантазии. Она резко поднялась с кровати и начала снимать с себя одежду:
— Сашка, надевай свой купальник!
❖ ❖ ❖
Придя на пустой пляж, мы решили оставить нашу одежду и взятое из дома полотенце под зонтиком, чтобы потом не потерять это место. Девчонки быстро поскидывали с себя лифы и плавки и, смеясь, наперегонки запрыгнули в воду. Поддавшись безумию, я тоже стянул своё бельё и побежал вслед за Сашей и Катей.
После жаркого дня море казалось очень тёплым. Ветра уже не было, а на воде стоял полный штиль. И лишь немного поплескавшись на мелководье, мы зашли примерно по грудь и стали обниматься.
Я стоял спиной к берегу. Мои руки скользили по изгибам тел девушек, жадно сжимали их упругие выпуклости. А ладони Саши и Кати гладили меня. В свете почти полной луны морская вода играла бликами на лицах девчонок, и по их коже струились яркие серебристые искорки.
Одни губы сменялись другими. Кто-то легонько кусался, кто-то заигрывал с язычком.
— Есть такая рыба. Называется сом, — заговорила вдруг Катерина. — Знаешь, как она делает?
— Что ты задумала, Катя? — предвкушая очередную пошлость, спросил я.
Но вместо ответа она с головой погрузилась под воду. И мой твёрдый член окутало приятным теплом. Сжимая одной рукой мою ягодицу, Катюха обхватила мой ствол второй ладонью и старательно работала ртом.
Чем она там дышит? Она же так задохнётся!
Я попытался вытащить девушку обратно на поверхность. Но она так крепко вцепилась, что мои руки просто скользили по её телу! А Сашка, поглядев на эту игру, залилась звонким смехом, обошла меня и прижалась к спине.
Секунд через тридцать Катя всё-таки вынырнула и отряхнула с лица воду.
— Сейчас отдышусь и…
— Не надо никаких «и», Катя! — перебил её я. — Это опасно!
— Тогда, может, вот так? — загадочно прошептала на ухо Александра. Она сжала губами его мочку и легонько куснула, а затем начала водить ладошкой по твёрдому члену. — Тебе приятно? Не молчи…
— Да. Но зачем вы это делаете?
— Мы не хотим по очереди. Мы хотим вместе! И сейчас прокачаем твою выносливость. Какой будет толк, если ты быстро кончишь? Кончи сейчас и сможешь держаться дольше потом, — вновь взяв член в свою руку, объяснила Катюха. Она погрузилась под воду, и теперь из неё торчали только нос и глаза, безотрывно смотрящие на меня. Но когда я уже был на пределе, Катя внезапно остановилась. — Саш, помогай!
Передав эстафету сестре, Катерина заняла её место, опустила руки на мою грудь и принялась лизать моё ухо. И почти сразу по водной глади вокруг нас забегал луч света.
— Эй, кто там в воде⁈ Ночью купаться строго запрещено! Немедленно выходите! — скомандовал грозный мужской голос.
Сёстры синхронно погрузились под воду. Высунув головы через пару секунд, они обе спрятались за моим корпусом и, давясь со смеху, стали осторожно поглядывать в сторону берега.
— Хорошо! Я вас понял! Сейчас выйду! — начал выкрикивать я. — Я просто стою здесь! Я не пьян! Со мной всё в порядке!
Девушки же вовсю работали четырьмя ладошками.
— Повторяю! Немедленно выйдите из воды! — настойчиво требовал работник охраны. — Даю вам минуту! Или я буду вынужден доложить о нарушении!
Точно! Нарушение. Надя, администратор «Лазурной», меня предупреждала! За купание ночью нас вообще могут отправить домой!
— Я говорил вам, что это хреновая идея! — дрожа от наслаждения, прохрипел я, чем заставил сестёр ещё громче засмеяться.
При этом они ни на секунду не прекращали двигать ладошками, тёрлись о меня своими затвердевшими сосками и целовали всё, до чего могли дотянуться. От такой настойчивости я не выдержал и, застонав, разрядился прямо в морскую воду!
— Кажется, они ушли! — прошептала Саша и поднялась из воды, продолжая прижиматься и прятаться за моим корпусом. Загадочно посмотрев в мои глаза, она коснулась моих губ и хихикнула. — Ты так быстро сдался…
— Ну ещё бы! Вы ведь очень старались!
— Скорее идёмте домой! — сказала Катюха и принялась подталкивать меня к берегу.
Сашка прижалась ко мне всем телом и обвила ногами. Положив руки на её попку, я сильнее прижал девушку, развернулся и не спеша пошёл в сторону берега.
— Саш, мне же ничего не видно! — разорвав поцелуй, произнёс я.
— Дно ровное. Просто шагай, — томно ответила она и опять прижалась к моим губам.
Сашка продолжала висеть на моей груди. Я делал шаг за шагом и ощущал, как её тёплая промежность прижимается к моему всё ещё стоящему члену.
Мы уже вышли на берег, а Саша всё никак не хотела слезать. Выбежав из воды первой, Катя надела свои плавки и, видя, что сестра не спешит одеваться, подбежала к нам и натянула низ Сашиного купальника на её голову. Пискнув, Сашка тут же опустила ноги на землю, стащила с лица плавки и рванула за убегающей от нас с громким смехом Катюхой.
В отличие от пляжа, базу освещали яркие фонари. И далеко не все отдыхающие уже спали. Поэтому метров через пятнадцать Сашка всё же одумалась и решила одеться. Прокричала несколько смешных ругательств в сторону сестры. Облачилась в купальник и дождалась меня.
Я накинул на Сашины плечи полотенце, приобнял, и мы посеменили вверх по дорожке. А через полторы минуты, избежав участи быть пойманными охраной, благополучно вернулись в наш домик.
— Катя, ты чокнутая! — едва сдерживая смех, сказал я.
— Но ведь тебе же понравилось? Признайся! — воскликнула Катька.
Она быстро переводила взгляд с меня на сестру и обратно. Я же не мог найти что ответить на этот аргумент. Происходящее весьма походило на безумие. Но мне действительно нравилось!
30. Зайка, я и медсестра (часть 1)
— Катя, ты чокнутая! — едва сдерживая смех, произнёс я.
Закрыв за собой входную дверь, прислонился к ней голой спиной, всё ещё мокрой от морской воды.
Время давно перевалило за полночь. А мы только что вернулись с пляжа, избежав участи быть пойманными охраной. На радостях решили искупаться ночью в первый же день отдыха. Причём не как-нибудь, а непременно голышом!
И хорошо, что девчонки передумали бежать в чём мать родила до пляжа через всю базу отдыха! Ведь мысли такие у них были.
Пока Сашка отжимала волосы над раковиной и будто специально двигала в стороны попкой, обтянутой купальными трусиками, её сестра стояла передо мной и кокетливо поправляла лямки лифа своего открытого купальника.
— Но тебе же понравилось? Признайся! — не унималась Катюха.
На этот аргумент мне нечего было ответить. Происходящее весьма походило на безумие. Но мне действительно нравилось! Правила «Лазурной» запрещали купаться в тёмное время суток. И поймай нас охрана голыми в воде, боюсь, пришлось бы собирать вещи.
— Ладно, пора готовиться ко сну! — сказал я, отлип от двери и не спеша двинулся по узкому коридорчику в сторону санузла и расположенной чуть дальше лестницы на второй этаж нашего уютного домика.
— Давай, иди уже в душ! А мы — сразу после тебя, — быстро догнав меня, мягко приказала Александра.
Она на ходу стянула с меня мокрые плавки и начала заталкивать в ванную комнату.
Оставшись абсолютно голым наедине с самим собой, я не придумал ничего другого, как просто залезть в душевую кабинку. Быстро закончил водные процедуры, почистил зубы и прямо на выходе из ванной комнаты столкнулся с девушками.
— Поднимайся и жди нас! — игриво прошептала Катюха и скользнула мимо меня.
— Хочешь, я надену тот чокер? — тихо спросила меня Сашка.
Чокер, который ей подарила на день рождения Лера, её лучшая подруга. Конечно, хочу!
Представляя, как он будет смотреться на её стройном обнажённом теле, я согласно закивал. Мы поменялись местами, Саша чмокнула меня в губы и, легонько оттолкнув, прикрыла за собой дверь.
Я поднялся на второй этаж и обнаружил, что две дальние кровати уже расстелены. Верхний свет выключен, а у стола горит торшер, мягко освещая спальню у самой лестницы. Шторы задёрнуты. В комнате успокаивающе потрескивает камин на фоне расслабляющей музыки, негромко звучащей из блютус-колонки. И, конечно, моргают яркие лампочки гирлянды, висящей вокруг рамки декоративного камина.
Сев на кровать, я стал ждать девчонок. Минут через десять снизу послышалась возня, а затем я увидел вошедшую в комнату Сашку.
На ней было чёрное боди. Оно едва доходило до груди и заканчивалось белым пушком, который эффектно огибал оба упругих полушария снизу, словно новогодняя мишура. Ничем не прикрытые аккуратные розовые сосочки стояли торчком.
Над головой Саши возвышались длинные заячьи ушки такого же белого цвета, как и пух на груди. Двигаясь вниз, мой взгляд немного завис на красивой груди, колыхающейся в такт неторопливым шагам девушки, и устремился к бёдрам, где в просвете между её стройных ножек сужалась чёрная ткань необычного боди.
Александра держала в руке поднос со стоящим на нём коктейльным бокалом, а из него поднимались две жёлтых трубочки. Зайдя в самую освещённую зону комнаты, она крутанулась, и я увидел пушистый хвостик на её попе.
Отличный костюм зайки! Это и есть то, что не так давно обещала мне показать Саша?
Она медленно подошла ближе, а потом села мне на колени. Я положил ладонь на её грудь и принялся играть пальцами с набухшим соском. Теперь мне было видно, что зона декольте украшена блёстками. Они весело переливались в свете моргающих огоньков гирлянды, обещая если не праздник, то как минимум зрелищное шоу.
Александра взяла в руки бокал и бросила поднос на пол.
— Угощайся! Это для тебя! — сказала она и поднесла бокал ближе к моему лицу.
Верхний край одной трубочки уткнулся в мои губы, и я погрузил его в рот. А затем начал понемногу всасывать напиток в себя.
— Мартини Фиеро? — Я узнал знакомый мне вкус.
Сжимая конец второй трубочки своими губами и не прекращая потягивать через неё коктейль, Саша ещё шире улыбнулась. А когда наш бокал опустел, она слезла с меня, аккуратно поставила его на пол и, встав на колени, расположилась между моих ног.
— Зайка хочет морковку! Ня-а! — артистично протянула Сашка, наклоняя голову набок, а потом игриво спросила: — Угостишь зайку?
Значит, ролевые игры? Хорошо! У меня лишь два вопроса. Где Катя? И кем будет она? Насчёт морковки, которой нужно угостить милую зайку, вопросов не возникло.
Но только я собрался спросить про сестру, как Саша потянулась к моим трусам. Видимо, как раз за моей морковкой.
— Эй-эй! Погоди, зайка! А где твой чокер? — Я перехватил Сашины ладошки, не дав им добраться до моего нижнего белья.
— Маленькая зайка такая глупенькая! Ня-а! А ещё у неё лапки! — сложив бровки домиком, говорила стоящая передо мной на коленях Александра. Да ещё и таким соблазнительным голосом, от которого из головы выветривались последние мысли.
— Лапки? — глядя на её забавно согнутые кисти рук, повторил я.
Саша приятно пахла уже полюбившимся мне парфюмом. И этот аромат был настолько тонким, что едва улавливался.
— Да. Чокер нашла, а надеть не сумела! Лапки! — чуть быстрее повторила она и приподняла обе ладошки, пальцы которых были сложены в фалангах и крепко прижаты друг к другу. — Мистер волк ведь поможет маленькой зайке? Ня?
— Мистер волк? — стараясь не рассмеяться, переспросил я.
Сашка и впрямь очень натурально изображала лапки. Вот только они, кажется, напоминали кошачьи. Впрочем, как и её «ня». Ведь японское «ня» — это просто аналог нашего «мяу»!
— Да! Волк! Ау-у-уф! — изобразила вой зайка и, дотянувшись рукой до подушки, выудила из-под неё чёрные уши, какую-то накидку и свой тоненький чокер. — Но сначала реквизит, — шёпотом пояснила мне Саша, всего на секунду выйдя из роли.
Она надела мне на голову ободок с пушистыми волчьими ушами. Расправила мои волосы, слегка потрепав их пальцами. Накинула на мои плечи такую же чёрную меховую накидку и ловко завязала под шеей узелок.
— А ничего, что твои зайки говорят так же, как кошки? — намекнул я на то, что настоящие зайки говорят по-другому.
— Ня! — недовольно отозвалась зайка. — С чего это волку знать, как говорят зайки? Скажи лучше ауф!
— Ау-у-у-уф! — изобразил я матёрого волка и чуть не заставил рассмеяться саму наивную зайку.
— Ну точно волк! — довольно сказала она, и на моей ладони появился чокер. — Волк помогать зайка!
Саша подняла руки и, собрав ладонями свои распущенные волосы, отвела их назад, чтобы я смог надеть на неё украшение. Взглянув на устройство магнитной застёжки, я протянул руки к Сашиной шее и надел на неё тонкий чокер с висящим на нём спереди крохотным сердечком из серебра.
В это время глаза девушки бегали в разные стороны, губы расплывались в широкой улыбке, выдавая волнующее предвкушение предстоящей игры.
Насколько я помнил девочек-заек из аниме, у них на шее обычно было что-то вроде воротничка. Но чокер тоже хорошо смотрится! Особенно в сочетании с обнажённой верхней половиной тела.
Притянув к себе зайку, я снова усадил её к себе на колени, положил пятерню на её грудь. Погладил лицо милашки, а затем поцеловал. И в это время из колонки заиграла танцевальная музыка, будто кто-то нарочно переключил плейлист.
— Зайки хотят танцевать! — произнесла Сашка, заёрзала на моих коленях и вырвалась из объятий.
Она поднялась на ноги и, держа перед собой согнутые в локтях руки, стала двигаться, активно работая тазом и волнами прогибаясь в пояснице. Иногда зайка делала шаг в сторону и снова приставляла вторую ногу, стараясь держать колени прижатыми друг к другу. Подпрыгивая, ушастая поворачивалась и продолжала дальше исполнять тот же танец.
Раздвигая ножки и приседая, наивный зверёк старался крутить передо мной своей попкой с торчащим на ней круглым пушистым хвостиком. В какой-то момент эта попа едва не упёрлась в мою грудь, и мне пришлось взяться за сочные ягодицы обеими руками.
— Волку нравится хвостик зайки? — задала вопрос Сашка и, не распрямляясь, лукаво посмотрела на меня через правое плечо. Её щёчки порозовели, а кончик языка всё чаще облизывал блестящие от влаги губы.
— Он смешной! И такой пушистый!
— Поиграй с ним! Зайкам нравится, когда играют с их хвостиком! — соблазнительно двигая попкой вверх и вниз, предложила мне милая зайка, и тогда я потеребил пальцами мягкий пух. — Ну же, не бойся! Потрогай его! — настаивал юркий зверёк.
Хвостик — это, конечно, интересно. Но я бы лучше потрогал что-нибудь под ним. Тонкое чёрное боди обтягивало упругие ягодицы, маняще очерчивая рельеф Сашиных губок. Я провёл по ним пальцами и слегка надавил, ощущая под тканью выделяющуюся влагу. А потом погладил обе половинки её попы.
Но только я взялся за хвостик всей пятернёй, как Сашка дёрнулась, и тот оторвался от чёрного боди, оставшись в моих руках!
— Ах! А-ах! Мой хвостик! О, нет! — закричала зайка, наигранно изображая нестерпимую боль.
Она положила ладошки на свои ягодицы и, растянув их в стороны, повиляла попой перед моим лицом. Затем зайка, ковыляя, сделала небольшой круг и упала животом на кровать. Подобрала под себя коленки и, прогнувшись, оттопырила попку вверх.
— Вижу, кому-то здесь очень нужна помощь лисички-медсестрички! — послышался голос Катюхи со стороны лестницы. — А я как раз вот мимо проходила. Услышала чей-то крик и дай, думаю, загляну!
Оторвав взгляд от манящей заячьей попки, я увидел игриво вышагивающую к нам на цыпочках Катю. Эффектное появление! Я всё ждал, когда же она придёт! А оказалось, девчата разыгрывают целый спектакль!
Изящные изгибы Катиного тела облегал короткий белый халат с красными полосками на карманах, воротничке и манжетах рукавов. Однако низ этого приталенного халатика больше напоминал до неприличия короткую юбку.
На голове медсестры красовался белый полуколпак с красным крестом, а на стройных ножках — чёрные чулки с ажурными резинками. Губы Кати были ярко накрашены красной помадой, а волосы заплетены в игриво болтающуюся в стороны косичку. Но главным, что бросалось в глаза, стал ярко-рыжий, пушистый хвост, свисающий из-под халата со стороны попы.
— Что ты наделал⁈ — строго спросила лисица, глядя на оторванный заячий хвостик в моей руке.
— Я всего лишь хотела морковки! А он… — подыграла сестре Саша, — взял и оторвал его! Нахал! Лисичка, помоги! — жалобно простонала несчастная зайка.
— Что ж… Я могу помочь. Но взамен ты отдашь мне свою красивую шубку. Идёт?
— Я согласна! Забирай! Только верни мне мой хвостик! — с надеждой в голосе ответила наивная зайка и ещё сильнее завиляла своей попкой рядом со мной. Я едва сдержался, чтобы как следует не шлёпнуть по ней ладонью.
Тем временем медсестра подкралась ближе и остановилась на расстоянии вытянутой руки. Мой взгляд облизывал её бёдра, выглядывающие из-под белого халатика, а в голове кружили две единственные мысли: как крепится этот рыжий хвост, и есть на лисичке нижнее бельё?
— Он такой классный! Могу я его потрогать?
Катя вильнула попкой, заставляя хвостик покачиваться в стороны, и сделала ещё один крохотный шаг мне навстречу. Моя рука потянулась к подолу халата, но медсестричка не позволила мне его задрать.
— Он, кажется, ещё и любитель заглядывать девочкам под юбки! Фу! Какой же бесстыдник! — возмущённо проговорила она, но таким голосом, словно сама призывала меня совершить с ней какой-нибудь бесстыжий поступок.
Огладив Катино бедро, моя ладонь устремилась выше. Вскоре пальцы нащупали мокрые половые губки лисички и принялись двигаться вдоль них взад и вперёд.
— Ох! Ах! Этот волк… Нет сил ему сопротивляться! — простонала она, когда мой палец раздвинул складочки и погрузился в её жаркое лоно. Катя шире расставила ножки, и тогда другой мой палец нащупал основание хвостика, торчащее между полупопий прямо из тела горячей медсестры.
Медленно моргая, она сунула руку в карман своего халата и с улыбкой вынула оттуда блестящую анальную пробку с пушистым белым хвостиком на конце. Точь-в-точь как хвостик, который я всё ещё держал во второй руке, но без пробки!
Из другого кармана лисичка достала тюбик со смазкой. Млея от моих ласк, она отщёлкнула большим пальцем его крышку и начала торопливо намазывать пробку. Я с изумлением смотрел, как Катя, постанывая, размазывает пальчиком лубрикант по гладкой, блестящей поверхности.
— Волк! Шкурку с зайки снимай! Или ты уже передумал её спасать? — спросила Катюха, держа в вытянутой руке готовый плаг с круглым пушистым хвостиком на конце.
Продолжение следует…
31. Зайка, я и медсестра (часть 2)
Лисичка в униформе медсестры стояла передо мной с подготовленной анальной пробкой в руке и с нетерпением ждала моих действий. Я нехотя вынул палец из её возбуждённой киски и вытер его о край её неприлично короткого белого халатика.
Быстро собравшись с духом, поднялся с кровати и протянул руку к язычку молнии на спине Сашиного боди. А она принялась нетерпеливо ёрзать. И пока я, наклонившись, расстёгивал молнию, зайка развратно тёрлась своей жопкой о мой пах. Это мне немного мешало, но я был совершенно не против. Ведь это тоже доставляло мне удовольствие.
Не спеша закончив с замко́м, я начал стягивать с Саши её наряд. Сперва медленно обнажились лопатки, поясница, затем крестец, а потом и аппетитная попка. Помогая руками, Сашка приподнялась на коленях, и сама закончила стягивать с себя костюм зайки.
Всё это время я смотрел на манящие складки её аккуратной киски, что уже была мокрой от обильно выделяющейся естественной смазки.
— Давай мне! Это теперь моё! — ехидно сказала Катюха и взглядом указала на скомканное боди, упавшее на белую простыню.
Взяв его в руки, я отдал лисе боди вместе с оторванным хвостиком, а она всучила мне пробку.
— Девчат, вы уверены? — на всякий случай спросил я.
— Ты оторвал — ты и исправишь! — безапелляционно заявила медсестричка.
Переложив блестящую анальную пробку в левую руку, я поудобнее подошёл к Сашиной попе. Погладил большим пальцем её киску, призывно выглядывающую между бёдер. Несколькими плавными движениями размазал смазку по половым губам. И не удержавшись от соблазна, погрузил палец внутрь.
Сантиметр за сантиметром, его приятно окутала влажная теснота, и я стал двигать им взад и вперёд. Сперва очень медленно, но с каждой фрикцией я делал это быстрее, пока не начали раздаваться негромкие чавкающие звуки.
Сашка была невероятно возбуждена!
— Ах… Мистер Волк… Это… Как же приятно… — тихонечко простонала она и мелко задрожала всем телом.
Наигравшись с её киской, я вынул свой палец, мокрый от вязкого секрета. И тут же принялся массировать идеальное колечко ануса. Но стоило мне лишь коснуться его, как оно рефлекторно сжалось.
— Не бойся, зайка! Волк знает, что делает. А если что, лисичка подскажет, — успокоил я милую зайку. — Расслабь свою попочку и не волнуйся. Я буду с ней предельно нежен.
Я приложил пробку округлым концом к дырочке Саши, получше размазал смазку и стал раз за разом медленно надавливать, а пробка, отчаянно сопротивляясь, начала входить в задний проход. В какой-то момент она погрузилась достаточно глубоко и разом проникла дальше.
— Оу! — воскликнула зайка и вздрогнула. — Уже всё? Мой хвостик снова на месте⁈ — радостно спросила она.
— Да, всё готово! — подтвердил я и потискал аппетитные ягодицы.
А едва выпустил пятую точку зайки из своих рук, как она спрыгнула с кровати и, совершенно нагая, с ушами на голове и хвостиком в попе, стала прыгать по полу и крутится, изображая неистовый восторг.
— Морковка! Морковка! Морковка!!! — затараторила Сашка.
Замерла. Потом подошла ко мне и уже собралась опуститься на колени. Но лисичка её остановила и с видом эксперта задала Александре вопрос:
— Постой! А знаешь ли ты, деточка, как правильно питаться морковкой?
— Нет! Но ты ведь покажешь⁈ — Зайке уже не терпелось поскорее перейти к сексу, но она не выходила из роли.
И тогда лисица положила ладони на мою талию и принялась толкать меня в сторону кровати.
Повинуясь медсестре, я улёгся на спину. И в то же мгновение она стянула с меня трусы. Затем они обе — и медсестра, и зайка — залезли на кровать и, подобрав под себя ноги, расположились так, что мои руки свободно могли дотянуться до их попок. При этом лица зверодевушек озабоченно нависли над моей «морковкой».
— Смотри, зайка, и учись! Сначала делаешь вот так, — произнесла лисичка и насадилась ртом на морковку, издав при этом эротичный стон.
Обе мои руки уже вовсю ласкали милых зверят. Гладили их сладкие попки, раздвигали влажные складочки половых губ. А пальцы массировали чувствительные места, заставляя девушек постанывать и томиться в ожидании завершения этой странной игры.
Лисичка и зайка по очереди пробовали морковку, не забывая работать язычками, чем доставляли мне неимоверное удовольствие! И похоже, что зайка даже успела испытать от моих ласк своей первый оргазм!
— Ну? Ничего сложного, правда? Сама справишься? — вдоволь наигравшись с моим членом, спросила зайку лисичка и приподнялась на коленках.
— Угу, — промычала в ответ зайка.
— Но сперва я должна как следует проверить эту морковку! Вдруг с ней не так что-то ещё, — объяснила медсестра и начала снизу вверх расстёгивать пуговки на своём халате.
Пока она это делала, я смотрел, как капелька густой смазки, свисая между широко расставленных бёдер, растягивается перед падением на простыню, как подрагивает в ожидании секса плоский животик, и как лисичка сжимает пальчиками свою упругую грудь в ожидании моей ласки.
Она повернулась ко мне бочком, перекинула через меня колено и, направляя мой ствол рукой, села на меня сверху. Член с лёгкостью вошёл в горячую и мокрую киску медсестры.
— Ах! Я чуть-чуть, — постанывая от удовольствия, сказала она, пошире распахнула халатик и принялась активно двигаться вверх и вниз. — Мм… Как же хороша эта морковка!
От возбуждения Сашка уже текла в прямом смысле слова. Прозрачная смазка капельками скользила вниз по её бёдрам. А мой большой палец гладил чувствительный бугорок, погружался внутрь и опять скользил между губ.
Моя вторая рука сжимала грудь медсестрички. Я понимал, что Катя уже на пределе. Её дыхание стало рваным, движения резкими. Но она вдруг поднялась и вопросительно посмотрела на меня. Опустив ладони на Катины ягодицы, я потянул их к своему лицу, и тогда Катюха довольно прикусила нижнюю губу.
Она дотянулась до подушки, достала оттуда презерватив и отдала его Саше. И пока Катя, передвигаясь на коленках, подползала повыше, Сашка не без труда, но раскатала по члену колечко из тончайшего латекса. А следом заняла позу наездницы.
Лаская Катю язычком, я мял её грудь, сжимал ягодицы в ладонях. Она стонала, а её бёдра едва заметно дрожали. Трогая её лисий хвост, я иногда оттягивал пробку и вновь отпускал её, заставляя этим Катерину стонать сильнее и громче. Но я не спешил, желая растянуть наше общее удовольствие.
— Я сейчас кончу! — не в силах больше терпеть, прохрипела она, когда я надавил языком на её клитор.
Опираясь на руки, Катя активно двигала тазом, пока вдруг я не почувствовал, как она стала ритмично сокращаться. Бёдра задрожали сильнее. Ослабшие руки больше не могли удерживать тело, и Катька рухнула лицом на подушку.
Саша двигалась всё быстрее. А ещё через мгновение она сжала меня изнутри и, плотно прижимаясь лобком, начала ёрзать вперёд и назад, отчего головка моего члена проникала в самую глубину, доставляя Сашке особое удовольствие.
От такой стимуляции я тоже подошёл к самому финишу и не сдержал вырывающийся из меня хриплый стон. Первой кончила Катя, залив моё лицо соками. Дальше сорвался я сам. А чуть погодя мощный оргазм накрыл и Александру.
Через минуту мы втроём, устало растянувшись, лежали на спаренной кровати, громко дышали и постепенно приводили себя в чувства.
— Саш, ты успела? — спросил я для уверенности, что сладкое получили сполна все.
— Я? Да, целых три раза! Хи-хи… Мне уже хватит, — ответила она, а Катя тихо засмеялась.
— Везёт же тебе! А я вот так не могу. Один раз — и всё.
— Зато какой! — прошептал я. — Ты после своего оргазма минуту в себя приходишь!
— Я не виновата! — прошептала Катюха в ответ и опять засмеялась. — Оно само так получается…
Лёжа на спине, я смотрел сквозь окно в потолке на далёкие холодные звёзды. А рядом со мной лежали мои любимые девушки. Такие близкие и такие горячие!
— Так, значит, это и есть то, что подарила тебе Лера. Да, Саш? — нарушив тишину, поинтересовался я.
В виду я имел костюм зайки, наряд медсестры и две пробки, что до сих пор торчали в попках обеих девчат. Как раз дотянулся рукой до одной из них, взялся пальцами за белый пушистый хвостик и медленно вынул его из Саши.
— О-о, чёрт! — схватив меня за руку, прошипела она, а потом снова расслабилась. — Кто бы мог подумать, что я когда-нибудь вставлю это в себя?.. Ну Лерка! Зараза… — злобно прошипела она, и мы все рассмеялись.
Это был весьма необычный и увлекательный опыт. И хоть Сашка делала вид, что недовольна, её сверкающие глаза говорили мне о совершенно обратном. И когда я тихо спросил её на ушко, хотела бы она, чтобы я ещё раз поигрался с её второй дырочкой, Саша недолго поразмыслила, смешно зажмурилась и коротко прошептала:
— Да…
— Моя же ты ласковая! — воскликнул я и крепко обнял трясущуюся от смеха «зайку» обеими руками.
Увидев это, Катя тоже начала плотнее прижиматься ко мне, пытаясь втиснуться в мои объятья. Тогда я сгрёб обеих девчонок в охапку и сжал до истошного писка.
Несколько минут мы просто дурачились. В конце концов я устал, отпустил Катю и Сашу. Поднялся. Погасил торшер у стола и вернулся обратно в постель. А затем ещё долго лежал в обнимку с девушками, глядя на звёзды сквозь окно в потолке нашей спальни.
Катерина, как обычно, почти сразу крепко уснула. А вот Сашка продолжала ластиться и поглаживать меня ладошкой. Я же водил пальцами по нежной Сашиной коже, ощущая приятное тепло её тела.
— Красивые, правда? — шёпотом сказала она, любуясь вместе со мной яркими звёздами. — Мечтаешь о чём-то?
— Да. Когда-нибудь люди научатся летать на огромные расстояния. И тогда я стану пилотом, куплю себе старый корабль. Починю его и буду летать между звёздами, добывая ценные минералы на продажу, — мечтательно шептал я.
— И тебе не будет скучно? Одному в далёком космосе.
— С тобой и Катей никогда! — прошептал я и поцеловал Сашку в губы.
Она довольно втянула в себя воздух и крепко прижалась ко мне:
— Мы бы стали отличной командой!
— Не сомневаюсь!
15. Лучшая неделя моей жизни (часть 1)
— Так… Я ничего не забыла? — задумчиво спросила саму себя Кира и упёрла кулачки в бока.
Стоя у входной двери в верхней одежде, она смотрела будто бы на меня, но взгляд её был расфокусирован. Наверное, сейчас она мысленно перетряхивала свой дорожный чемодан, собранный ещё со вчерашнего вечера. При этом Кира, как обычно, делала вид, что совершенно не замечает того, как пристально я смотрю на неё.
Я слегка наклонил голову набок, стараясь поймать взгляд обаятельной девушки, и таки ответил на её вопрос:
— Э-э… Обняться? На прощание…
Кира моментально вышла из ступора и тут же ударила меня кулачком. Однако я успел заметить, как дрогнули уголки её губ в подобии лёгкой ухмылки.
— Не дождёшься! Маленький извращенец! — наигранно возмутилась она и чуть не прыснула смехом.
— Эй! Да ты старше меня всего на один год! — не смог промолчать я и недовольно сложил на груди свои руки.
— Полтора, — нарочно растягивая слово, поправила меня Кира.
— Год и два месяца, если уж точно, — не удержался я и, напирая, наклонился вперёд.
Ростом я был выше сантиметров на пять, даже когда Кира стояла в обуви, а уж в плечах был шире неё и подавно. Так что сейчас я почти навис над девушкой, будто коршун над желанной добычей.
— Зануда… — не шелохнувшись, игриво ответила она и прищурилась, предвкушая продолжение пикировки.
— Пусть так… — Стараясь унять гнев, я неохотно согласился и шумно выдохнул. Ведь занудой быть не так страшно, как тем, кем она назвала меня десять секунд назад. — Но с чего это я вдруг извращенец? Ты саманичего не путаешь?
Здесь я должен сделать небольшое отступление.
Природа не поскупилась на красоту, щедро одарив ей мою сводную сестру. Помимо изящных черт лица, длинных ресниц, выразительных карих глаз и шикарных волос цвета спелой пшеницы, ей досталось безумно сексуальное тело. Кира прекрасно знала об этом и, уверен, втайне радовалась моим восхищённым взглядам, которых я, разумеется, старался ей особо не показывать. Хотя бы из соображений о приличиях — как-никак она моя сестра, пусть и неродная.
Однако Кира намеренно дразнила меня. С утра пораньше расхаживала по дому в трусиках-шортах и тонком топе. Постоянно забывала надеть лиф. Не стеснялась носить короткие юбки, едва прикрывающие её сочные ягодицы, а также выходить из душа в одном лишь полотенце и раз за разом, словно не нарочно, принимать эротичные позы.
Зачем она это делала, я не понимал, хоть и пытался несколько раз объяснить ей, как это на меня действует. В ответ же получал фразы вроде «твои проблемы, это мой дом» и «отстань, оно само так получается». Само, блин? Хотя, возможно, последнее и было правдой. Отчасти.
В общем, так или иначе, но за два месяца, что я живу у сестры, я начал понемногу сходить с ума на почве переизбытка нерастраченной сексуальной энергии. И единственное, что меня спасало, — это, кхем, усердная учёба и сопромат. Да. Хотя чего там стесняться, одноглазого змея я душил с завидным постоянством. А иначе бы точно двинулся рассудком от острого спермотоксикоза.
— Я не обнимаюсь с любителями хентая, — с издёвкой сказала Кира после недолгого молчания, продолжая свою игру.
— Это был не хентай, а обычное аниме! — с негодованием парировал я. — Сто раз уже тебе говорил!
Стоило ей один раз увидеть с месяц назад безобидную сцену панцушота на экране моего ноутбука, как сестричка принялась обзывать меня извращенцем и постоянно подкалывать. Но я же не виноват, что создатели аниме добавляют подобное в свои творения ради бо́льшего охвата аудитории!
— А-а!.. Как ты там говорил? Мм, фан-сервис, да? Ну-ну…
Она вновь издевательски захихикала. Протянула ко мне руку и ладошкой стряхнула невидимые пылинки с моего плеча.
— Ну и ладно. Думай что хочешь! Я устал уже объяснять.
— Макс, тебе просто нужна девушка, — снисходительно заявила сестрица и провела ладонью по моему трицепсу.
— Спасибо за совет, капитан очевидность! — съязвил в ответ я, сверля Киру весьма злобным взглядом.
— Ага… — кивнула она и, медленно подняв руку, украдкой полюбовалась своим свежим маникюром. — И не какая-нибудь два-дэ тян, а живая и самая что ни есть настоящая три-дэ! — восторженно объяснила эта заноза и скромненько так добавила: — Такая, как я.
Последние три слова вогнали меня в краску, но я пропустил их мимо ушей. А вот в очередной раз озвученный и уже набивший оскомину анимешный мем заставил меня инстинктивно скривиться.
Нет, правда! Ну сколько можно⁈
Началось это пару недель назад, когда я смотрел один подкаст. Мои наушники разрядились, и мне пришлось сделать звук на ноуте громче. Кира всего на секунду вышла из кухни и краем уха услышала любимую фразу ярых ота́ку о том, что мультяшные два-дэ тян лучше три-дэшных, ну то есть живых девушек, для тех, кто не в теме.
Вот сестра и решила, что я один из таких замороченных хикки, сознательно избегающих противоположного пола.
Я же никогда таким не был: девушек не избегал, не идеализировал полюбившихся мне персонажей. И вообще, просто предпочитал аниме фильмам и сериалам.
— Обожаю, когда ты вот так злишься, Макс, — чуть серьёзнее отозвалась Кира, с придыханием повторив моё имя. Тихо вздохнула и добавила: — Я буду скучать. Честно! Поэтому, так уж и быть…
— Угу. Я тоже, — не скрывая сарказма, сказал я, не дав ей договорить, и не сразу сообразил, зачем она тянется ко мне, широко расставив в стороны руки. Успел лишь выдать вдогонку короткое: — Что?..
И в этот миг мою речь прервал неожиданный поцелуй в щеку. Такой крепкий, долгий и удивительно нежный. Я даже растерялся! После того как машинально сжал девушку в своих объятиях на несколько секунд. Ещё бы! Это был наш первый с Кирой поцелуй за всё время, что мы знакомы! Тогда как я рассчитывал просто обняться.
Я почувствовал сладковатый запах духов Киры и невольно сделал глубокий вдох, наслаждаясь ароматом парфюма. А как только отпустил её, она отшагнула назад. Ловко достала из висящего на плече клатча зеркальце, помадку и как ни в чём не бывало принялась подкрашивать свои алые губки, то и дело опуская взгляд куда-то в область моего паха, к которому уже начала стремительно приливать горячая кровь.
Ну вот опять! Неловкая ситуация.
Эта девчонка однозначно сведёт меня с ума, если я срочно кого-нибудь себе не найду.
— Эх… Неужели нельзя было отложить командировку до понедельника⁈ — досадливо произнесла Кира. Опустила глаза и обречённо помотала головой в стороны. — Любимый братик пригласил бы меня в кино на последний ряд, а потом мы бы гуляли с ним по городу и ели мороженое… — мечтательно продолжила она размышлять вслух так, словно намекала на свидание.
Договорив, споро убрала зеркальце в сумочку и эротично облизнула свои губы. У меня же от изумления едва не отвисла челюсть, а в горле прочно застрял большой ком.
Она это серьёзно? Да ну нет же! Это шутка такая, да? Опять забавляется и дразнит меня.
Какой ещё последний ряд? Кира, у тебя же есть парень! Ну, вроде как две недели назад ещё был. И я видел, как вы целовались!
Нет, я совсем не ханжа. Хотя инцест не одобряю. Но ведь и мы с Кирой не родные брат и сестра. Так что…
От мысли о том, что она могла бы стать моей девушкой, меня на мгновение бросило в жар. Я уже собрался уточнить, что Кира имела в виду, только сестрёнка меня перебила:
— Ладно, моё такси уже, должно быть, подъехало. Макс, ты поможешь спустить мой багаж?
Она заискивающе похлопала ресничками и, мило улыбнувшись, до щелчка вытянула вверх ручку своего чемодана. Затем развернулась к двери, открыла её и начала тараторить о грядущем двухчасовом перелёте в экономклассе, неудобствах дешёвых гостиниц и прочих неприятных мелочах предстоящей рабочей поездки.
Прочистив, наконец, горло, я быстро накинул на себя куртку, снял с крючка связку ключей. А спустя полминуты мы с Кирой уже ехали вниз на лифте.
Я продолжал молча разглядывать свою сестрёнку, пока она неустанно причитала, одновременно смотрелась в большое зеркало мерно поскрипывающей кабины и поправляла на шее бежевый шарфик из кашемира, купленный ей самой накануне.
— Я буду по тебе скучать, — внезапно сказала она. А точнее, повторила. Мельком взглянула на меня, но тут же отвела взгляд и, не дав ничего ответить, принялась наставлять: — И не вздумай никого водить в мою квартиру, пока меня не будет! Ты меня понял⁈
— Да, понял я, понял, — беззлобно отреагировал я, а позже проворчал: — Да уж… с тобой заведёшь себе девушку…
— Эй! Ты заставляешь меня ревновать! — грозно произнесла Кира, чем вынудила меня на секунду напрячься.
Спустя мгновение она прыснула смехом и шутливо толкнула меня в плечо. Но щёчки девушки всё-таки предательски покраснели. Или мне опять показалось?
Двери лифта с тихим гулом разъехались в стороны, лишив меня шанса проверить эту догадку, и мы потопали к выходу. На улице нас уже ожидало такси. Водитель открыл багажник, я погрузил в него чемодан, и Кира поспешила распрощаться.
Подошла ко мне почти вплотную, снова обдав знакомым ароматом, и стала взволнованно теребить пальцами ворот моей незастёгнутой куртки.
— Макс… Будешь дома на выходных, передавай от меня привет отцу. Ты ведь завтра поедешь?
— Угу, — в подтверждение промычал я и уточнил: — Завтра. На вечернем автобусе.
— Ладно, братишка. Мне пора, скоро вылет. Не хочу опоздать на регистрацию, — негромко посетовала Кира, словно не хотела никуда улетать. Хотя, очевидно, так всё и было. Эта командировка длиной в десять дней оказалась для сестры совершенно внезапной. — Не скучай без меня! И… веди себя хорошо! Ха-ха! Ну всё, чмоки-чмоки! — торопливо бросила Кира и в этот раз звонко поцеловала меня в другую щеку.
Вновь весело рассмеялась. Суетливо стёрла с моего лица тонкими пальчиками прохладный след от поцелуя и, пока я медленно приходил в себя, спешно уселась в машину. Та выпустила облако пара и вскоре исчезла за ближайшим поворотом.
Какая-то Кира сегодня необычная, что ли, будто сама не своя. Наверное, волнуется из-за командировки.
Я мысленно хмыкнул, пожал плечами и зашёл обратно в подъезд. Вернувшись в квартиру, сразу засел за учебники и конспекты. Да так увлёкся, что не заметил, как стемнело за окнами. В реальный мир меня вернул звонок Киры, на который я, не задумываясь, тут же ответил.
Сестра сообщила, что благополучно добралась до гостиницы, и что завтра рано утром с бригадой поедет на взятие проб, так что весь день будет без связи. Я пожелал Кире удачи, после чего мы с ней тепло попрощались.
❖ ❖ ❖
Следующий день начался как обычно, не считая лёгкого чувства одиночества. Позавтракав остатками борща, заранее приготовленного заботливой сестрой, я оделся и отправился в универ. Отсидел там четыре пары, сдал долги по лабораторным. А когда всё закончил, часы показали половину пятого.
Одолеваемый голодом, я решил сэкономить на обеде в столовой. Да и вряд ли там что-то могло остаться к этому времени. Поэтому я прямиком поспешил на вокзал за билетами, понадеявшись на перекус у ларька перед посадкой в автобус.
Лёгкий снежок неторопливо покрывал ровным слоем асфальт, знаменуя скорое приближение зимы. А там и до Нового года рукой подать. Я с нетерпением ждал января и первой сессии, после которой стану получать повышенную стипендию. А значит, смогу снять отдельную квартиру и съехать, наконец, от моей сестры Киры. Но всё это будет потом, а сейчас надо поднапрячься, чтобы сдать все экзамены на «отлично».
— Добрый вечер! Один билет, пожалуйста, на ближайший рейс… — произнёс я и назвал город, в котором вырос, и в котором жили наши с Кирой родители.
— Извините, но все дальние рейсы отменены, — сообщила женщина за стеклом кассы автовокзала и поспешила объяснить: — В связи с непогодой. Сегодня обещают обильные осадки.
— А когда будет ближайший рейс? — с надеждой в голосе поинтересовался я.
Собираясь домой на выходные, я надеялся уехать сегодня. Но рейс завтра утром меня тоже устроит.
— Ближайший? Сейчас посмотрю… — Женщина уставилась в свой монитор и через четверть минуты сообщила: — В воскресенье после обеда. Будете брать?
— Нет, спасибо.
— Вам срочно, — догадалась она и предложила: — Тогда лучше поездом, им снег не страшен…
Я улыбнулся и попрощался с работницей вокзала. Поезда я не люблю, а воскресенье — слишком поздно. Мама, конечно, расстроится, но ничего страшного, съезжу домой через неделю.
Подняв воротник куртки, я снова вышел на улицу и направился в сторону квартиры. Пешком. И кажется, зря.
Под ногами скрипел свежий снег. Вдоль тротуара по дороге шумно проносились машины. И пока я шёл, лёгкий снежок превратился в настоящий снегопад, а поднявшийся ветер окончательно испортил мне настроение. Хотелось лишь поскорее куда-нибудь спрятаться от норовящего забиться за шиворот снега и пробирающего до костей холода.
Оказавшись в квартире, я первым же делом разделся и залез в душ, чтобы скорее согреться.
Через несколько минут, расслабленно стоя под тёплыми струями воды, я внезапно услышал, как хлопнула входная дверь. Или мне это показалось?
Может, Кира вернулась? Но она бы предупредила.
Хм… А я точно закрылся, когда пришёл?
Не успев толком всё это обдумать, я выключил воду. Осторожно вылез из душевой кабины и прислушался.
Со стороны коридора и в самом деле доносились негромкие звуки какой-то возни. И только я потянулся за банным полотенцем, как дверь ванной комнаты распахнулась и меня чуть не сшибла темноволосая незнакомка.
На ходу стягивая с себя верх, она не видела, куда идёт, и поэтому налетела на меня. Мне оставалось лишь приобнять её, чтобы она случайно не упала.
— А-а-а! Ты кто такой⁈ — взвизгнув от испуга, прокричала девушка. Оттолкнулась от меня ледяными ладошками. Попятилась и сразу же упёрлась спиной в дверной косяк. Её растерянный взгляд на мгновение задержался на моём лице, затем переместился на член, и я услышал новый вопрос: — И п-почему ты стоишь голый⁈
Я же, пребывая в состоянии лёгкого шока, не мог выдавить из себя ни единого слова. Стоял, будто статуя, вдыхая принесённую незнакомкой прохладу и свежесть улицы, и неотрывно смотрел на аппетитную грудь девушки, упруго обтянутую чёрным кружевом лифа. Выше него бледную кожу до самых плеч покрывали крупные мурашки. От озноба незнакомку била крупная дрожь, зубы тихонько стучали друг о друга, а её губы казались мне почти синими.
Блин, да она же замёрзла! Но кто она⁈ И как, чёрт возьми, попала в квартиру моей сестры?
Продолжение следует…
26. Лучшая неделя моей жизни (часть 2)
— П-почему ты стоишь голый⁈ — заикаясь от испуга, прокричала незнакомка и тяжело задышала.
Её дрожащие от озноба руки и ладони пытались прикрыть то аппетитные холмы пышной груди в кружевном лифе, то аккуратный треугольник приспущенных трусиков такого же чёрного цвета. Из одежды на девушке сейчас оставались одни лишь розовые носочки в белую полоску. Само собой, не считая довольно красивого нижнего белья.
Упираясь спиной в дверной косяк, она прижимала стройные бёдра друг к другу. Сама же без стеснения пялилась на меня, словно стараясь разглядеть во мне знакомые черты. Но, увы, та часть моего тела, на которую девушка так внимательно смотрела, точно не была с ней знакома. Никак. Совсем. Без вариантов. Если только мы с ней не ходили вдвоём на горшок в детском саду. Остальное я бы точно запомнил.
— Кхм… Потому что я только что вышел из душа, — справившись с оцепенением, как можно спокойнее ответил я на вопрос незнакомки и встретился с её ошарашенным взглядом, наконец-то поднявшимся на моё лицо.
Резко шагнул в сторону, сдёрнул с крючка полотенце. Тотчас обмотал его вокруг пояса, скрыв свою наготу, и опять замер.
С четверть минуты мы так и стояли на расстоянии метра, молча глядя друг другу в глаза и пытаясь не шевелиться. Что-то во внешности этой девушки казалось мне до боли знакомым. И когда я разглядел на её правой щеке небольшой шрам, то сразу же вспомнил, кто она.
Это Яна, подруга Киры. Она была на дне рождения сестры, где мы и пересеклись с ней при не самых приятных обстоятельствах. А ещё раньше Кира и Яна вместе учились в одном колледже.
Но что она делает здесь, в квартире моей сестры? Да ещё и в таком… соблазнительном виде⁈
Я тут же вспомнил, как промёрз сам, добираясь до дома пешком. Наверняка на дорогах уже начался такой жуткий коллапс, что даже такси встали в пробках. Поэтому я вполне смог представить самочувствие несчастной девушки, желавшей поскорее забраться в горячую ванну после промозглой улицы. А тут ещё я со своим…
В общем, не самое лучшее время для откровенных бесед. Так что я сразу отбросил лишние мысли и направился к душевой кабине. Посильнее включил тёплую воду и вернулся к испуганно жмущейся к дверному косяку Яне.
— Сильно замёрзла? Давай-ка ты сначала согреешься, а потом мы с тобой обо всём поговорим. Ладно? — сказал я и, осторожно оторвав холодную кисть девушки от её упругой груди, настойчиво потянул Яну в сторону душевой кабинки, где уже шумела вода, а из раскрытых дверок клубами валил белый пар. — Я сейчас выйду. Приготовлю тебе горячего чая с лимоном. А ты раздевайся и залезай греться. Угу? — повторил я, стараясь смотреть Яне только в глаза, и кивнул для убедительности.
— Угу, — согласно промычала в ответ девушка и тоже кивнула.
Хорошо, что на моём лице, раскрасневшемся после жарких водных процедур, нельзя было разглядеть признаков одолевшей меня дикой неловкости. А вот признаки кое-чего другого Яна заметить вполне даже могла, поэтому я решил поторопиться.
— Вот и замечательно! Рад был снова увидеться… Меня зовут Макс, если вдруг…
Едва договорив это, я как ошпаренный выскочил из ванной комнаты и плотно закрыл за собой дверь.
Боже, что я несу⁈ Какое на фиг «рад снова увидеться»? Какое ещё «вдруг»⁈ Бли-и-ин…
Нет, ну не мог же я сказать «приятно было с тобой познакомиться»? Хотя Яна скорее всего меня не узнала! Но должен заметить, что в этой непростой, скажем так, ситуации, во мне непонятно откуда взялась необычайная, абсолютно несвойственная мне смелость. Я даже говорить смог членораздельно в присутствии полуголой и к тому же весьма привлекательной девушки! Ведь смог же, да? Ну, если отбросить последние слова.
Наверное, это на мне сказывается благотворное влияние Киры.
Киры. Ага.
Я негромко усмехнулся. Выдернул из-под груди узел полотенца и начал им тщательно вытираться.
Погоди-ка… А не её ли это рук дело? В смысле, сестрёнки. Что она там говорила насчёт девушки, которая мне нужна?
Закинув мокрое полотенце на плечо, я оглядел одежду Яны, небрежно разбросанную на полу коридора. Затем увидел сапожки, на которых ещё не успел растаять налипший снег, и её доверху набитый вещами рюкзак с яркой кошачьей мордашкой. Сзади на нём висела пара прицепленных брелоков в виде фигурок из аниме. А сверху лежала точно такая же связка ключей, как у меня.
Так-так. Значит, у Яны есть ключи от квартиры сестры. Ясно понятно. А что в рюкзаке?
Тут же заглянув внутрь, я обнаружил ворох домашней одежды, пузатую косметичку и прозрачный пакет с чистым нижним бельём, который исключительно по велению случая лежал прямо под клапаном рюкзака, и созерцание которого мгновенно заставило мою кровь прилить с новой силой совсем не туда, куда следует.
Ну-ка отставить похотливые мысли!
Тряхнув головой, я даже похлопал себя по щекам, желая избавиться от нарастающего возбуждения. Но мимолётная мысль о Яне, что в этот момент голышом стояла под ласкающими её тело струями воды, словно порыв ветра, с лёгкостью разрушила карточный домик моего самообладания.
И ведь пар сейчас уже никак не спустить. Ванная-то занята!
Я поспешил вновь обмотаться полотенцем. Косо взглянул на оттопыренную в районе паха махровую ткань и, ожидаемо сдавшись, вернулся к изучению вещей моей неожиданной гостьи.
Зачем ей столько одежды? Да эта девушка явно приехала сюда на несколько дней! Неужели Кира решила вот так нас свести? Ну… это было бы в её духе. Теоретически. Мне ведь и правда нужна девушка. Но не таким же способом, Кира!
Хотя нет, стоп. Вот же я идиот!
Сестра никак не могла знать, что я не уеду сегодня домой! И если бы не внезапно испортившаяся погода, я бы уже мчался себе на автобусе в сторону соседнего города и ни о чём таком даже не думал. Хм…
Я опять взглянул на остроконечную выпуклость на моём полотенце и горько вздохнул. Это теперь так просто не спрятать.
Ладно. Надо бы что-то надеть и сделать чая. С лимоном. Для Яны. Как обещал.
И всё же. Яна, рюкзак, эта неловкая встреча. Мы виделись почти год назад. Первый и единственный раз.
Моя рука сама потянулась к затылку, чтобы его почесать. Однако яснее мне ничего вдруг не стало. Хмыкнув ещё раз, я собрал с пола одежду девушки, отнёс её в комнату и принялся одеваться.
❖ ❖ ❖
Через десять минут на столе кухни стояли две чашки ароматного чёрного чая. Рядом на блюдце лежал нарезанный ломтиками лимон, а по центру стола стоял клубничный рулет.
На мне появились домашние штаны и безразмерное худи, под которое я надел ещё и футболку. Жарковато ли мне теперь? Ну, конечно! Но не напяливать же худи на голое тело! Зато так ничего не выпирает и не торчит. Сейчас это гораздо важнее.
Вскоре из ванной перестал доноситься шум льющейся воды. И в следующее мгновение я услышал, как Яна зовёт меня. Её озноб благополучно прошёл, и знакомый мне голос вернулся. А то я уже и забыл, насколько он приятен у этой девушки.
— Макс. Максим! Ты не мог бы сюда заглянуть?
Через секунду, когда до меня дошёл смысл её просьбы, я шумно сглотнул.
Заглянуть? Это несложно. А «сюда» — это куда?
Я подошёл к двери. Собрался с духом, постучал и, взявшись за ручку, громко предупредил:
— Я вхожу!
Осторожно открыл дверь, и меня окутало фруктовым ароматом геля для душа. Он напомнил о Кире, и я ненароком представил, как подобно сестре Яна выходит из ванной в одном лишь полотенце. Улыбнувшись, я осмотрелся и увидел, как девушка что-то рисует на запотевшем стекле изнутри душевой кабинки.
При этом Яна тихо напевала незнакомый мотив, от которого я ненадолго подвис.
— У тебявсё в порядке? — наконец, поинтересовался я и замер в шаге от двери.
— Да. А у тебя? — немного виновато спросила меня гостья.
Мой взгляд упал на ворсистый коврик перед душевой кабиной, на котором лежали чёрные трусики, носки и бюстгальтер. Но я тут же поднял глаза и уставился на матовое стекло. Сквозь него я не смог ничего рассмотреть, кроме того, как девушка прикрывает рукой свою грудь.
Вспомнив о вещах, она сдвинула дверцу, присела и, прыснув смехом, вытянула руку наружу. Ловко подобрала с коврика своё нижнее бельё, оставив только носочки. Поднялась на ноги, и в узкой вертикальной щели показалось её смущённое лицо.
— Эм… Макс. А есть чем мне вытереться? Мхи-хи…
— Оу, тебе, наверное, нужно полотенце! Минутку. Э… Жди там!
Под звонкий смех Яны я вышел из санузла, с трудом вписавшись в дверной проём.
Чёрт! Да что с моей координацией? И почему я несу какую-то чушь? Жди там? Ага. Будто Яна может куда-то уйти! Нет, она, конечно, может выбраться из кабинки. Но тогда я увижу её без одежды.
Стоп. Нет! Я запрещаю себе думать об этом!
М-да… Надеть худи было определённо очень верным решением…
— Погоди, Макс. Можешь ещё принести сюда мой рюкзак? Он там, у дверей… Пожалуйста, — снова выглянув в щёлку, попросила меня Яна, когда я вернулся к ней с чистым полотенцем в руках.
В этот раз она раздвинула дверцы чуть шире, и мой взгляд успел зацепить мокрую шею и половинку ключицы. Этого оказалось достаточно, чтобы моя фантазия моментально дорисовала всё остальное.
— Кхм… Конечно. Сейчас принесу, — прочистив пересохшее горло, ответил я.
Вытер со лба выступившую испарину и немедленно пошёл выполнять просьбу девушки.
Отчего же я так волнуюсь? Видимо, права была Кира. Только вот познакомлюсь я с красивой девчонкой и… буду вести себя с ней как идиот. Засада? Ещё какая! И что мне тогда делать?
За этими размышлениями я не заметил, как оказался стоящим перед душевой кабинкой с рюкзаком Яны в руке. Сквозь капельки на тёмном стекле отчётливо угадывался её силуэт, аппетитные округлости бёдер и восхитительно стройные ножки.
— Спасибо! Оставь его здесь, — обернувшись, произнесла девушка и прервала мой процесс созерцания.
— А… Да, конечно. Чай уже готов, — пристыженно сообщил я.
— О-о! Как мило! Дай мне минутку.
От этих слов я невольно расплылся в улыбке. Мысленно отругал себя за бестактность и, резко развернувшись, оставил Яну одну в ванной комнате.
❖ ❖ ❖
Моя гостья вышла намного позже, чем через минуту. Я даже начал переживать, что чай, который я так спешил нам приготовить, уже сильно остыл.
Поднял свою кружку, отхлебнул напиток. И именно в этот момент открылась дверь санузла, и из неё выплыла Яна. В своих розовых носочках в полоску, домашних хлопковых шортиках слегка длиннее тех, в которых любила щеголять Кира, и белой футболке.
— Как же ты сек… — осёкся я, едва не сказав «сексуальна». С грохотом опустил на стол кружку и закончил свою нехитрую мысль: — х-хорошо выглядишь!
Кожа девушки из мертвенно-бледной, как мне сперва показалось, стала вполне даже загорелой. Особенно на её длинных ножках. Яна чуть-чуть приподнялась на носках, изобразила книксен, словно какая-нибудь аниме-тян, и кокетливо поправила рукой волосы, аккуратно собранные в хвост яркой заколкой. После чего неторопливо двинулась в мою сторону.
— Спасибо! — подойдя к столу, ещё раз поблагодарила она меня за комплимент.
Я вновь ощутил аромат геля для душа. Вместе с чайными нотками и запахом свежего лимона, он создавал атмосферу некоего праздника. Заметив, как я вдыхаю её аромат, Яна шире улыбнулась. Ещё секунду помолчала и заговорила опять:
— Прости. Единственный бюстик отправился в стирку.
Зачем-то извинившись, она застенчиво оттянула двумя руками низ своей узкой футболки, отчего набухшие горошины её сосков ещё сильнее впились в белую ткань. А я попросту не смог отвести от них глаз, настолько восхитительным оказалось это спонтанное зрелище.
— Да, ничего… Я привык, — сдуру выпалил я и махнул ладонью. Ведь с Кирой именно так всё и было. Однако передо мной сейчас стояла совсем не она. Решив тут же замять эту тему, я лаконично добавил: — Садись! Чай остывает. Кхм-кхм…
Я старался вести себя максимально спокойно, но сердце бешено билось в груди, и почему-то мне постоянно хотелось смотреть на мою визави. Я понимал, что нагло пялиться на девушку как бы нельзя, но и суетливо отводить взгляд тоже! Тогда я решил, что буду смотреть, считая до трёх, и потом переводить взгляд. Кажется, вполне годный план.
Увы, на этом запас нейронных связей в моей черепной коробке иссяк, и я будто напрочь лишился способности говорить. Как бы я ни старался, в голову не приходило ничего, что могло поддержать диалог.
— Так значит, ты, Макс, и есть тот самый брат Киры? — отпив чая, спросила Яна о главном и прервала напряжённую тишину, повисшую над столом.
— Да, он самый… Прости, что напугал тебя. Я не ждал сегодня гостей.
— Хи-хи! Да уж… — мило прыснула смехом девушка, пряча лицо за большой кружкой чая. — Я тоже не ожидала встретить тебя здесь. Меня, кстати, Яной зовут.
— Я тебя сразу узнал… Ну почти…
— А вот я тебя нет. Тытак изменился! — заявила она вдруг и, втянув губки, уставилась на меня.
Наверное, такой взгляд означал, что я изменился в лучшую сторону. Однако спрашивать об этом я, конечно, не стану. И чёрт! Она меня помнит! Блин, это приятно. Мне аж захотелось сесть поровнее. Но я сдержал этот порыв и, чтобы не выдать себя, споро сунул в рот дольку лимона.
— Бр-р-р… — скривился я и вот тогда уже сел ровнее. — Ну и кислятина!
— А ты что, ешь прямо так⁈ — Хихикнув, Яна сорвалась с места. Через мгновение на столе появилась круглая фарфоровая ёмкость. Девушка подхватила новую дольку лимона, хорошенько обмакнула её в сахар и протянула к моим губам. — На, попробуй вот так!
Я послушно разомкнул губы. И как только долька коснулась моего языка, Яна принялась аппетитно облизывать свои пальчики, испачканные в сахаре и лимонном соке. Ещё какое-то время постояла, склонившись над столом, и медленно опустилась обратно на свой стул.
— Мм… Так намного лучше! — радостно промычав, признал я и закивал.
— А то! — довольно откликнулась Янка и пригубила напиток. — Вкусный чай! Кира его очень любит.
Опустив кружку, гостья обмакнула в сахар ещё одну дольку лимона и отправила её себе в рот. На секунду мило зажмурилась и снова уставилась на меня.
Судя по тому, что взгляд Яны совершенно не интересовался кухонным интерьером, я решил, что девушка частенько бывала здесь раньше. Да она, похоже, вообще чувствовала себя тут как дома. Даже странно, что мы с ней ни разу не встретились за последние два месяца.
— Кхем… Ян, такчто привело тебя к нам? — тщательно подобрав слова, наконец, спросил я о том, что волновало меня сильнее всего.
— А! Да… Просто мне некуда больше идти, — сказала она так, словно это был сущий пустяк. Я же чуть не поперхнулся. Быстро откашлялся, поставил кружку на стол, и тогда Яна принялась объяснять: — В общаге, где я живу, началась дезинфекция. Так что нас выгнали. Я позвонила вчера Кире, и она разрешила приехать. Я только на выходные. В понедельник утром вернусь обратно к себе, — будто оправдываясь, закончила Янка, сделала паузу и задала вопрос: — Аты здесь надолго?
Я не успел сделать новый глоток чая и вновь закашлялся… В смысле, надолго? Это я-то? Ну, как минимум до конца января.
Видимо, Яна подумала, что я, как и она, приехал к сестре в гости.
— Вообще-то, я здесь живу. То есть мы с Кирой живём, — сразу расставил я все точки над «i».
— Ой… — в тот же миг растерялась девушка и приуныла. — Давно живёте?
— Уже два месяца, с начала учёбы, — уточнил я и задумался, почему она спросила. — Нет, слушай! Я так-то собирался сегодня поехать домой к родителям. Так что ты не волнуйся, я тебе здесь не помешаю, — на одном дыхании выпалил я и сам удивился тому, насколько досадливо прозвучал мой хриплый голос.
— Ты серьёзно⁈ — удивилась чему-то моя собеседница. Но я не смог распознать, радовалась она этой новости или, наоборот, о чём-то грустила и переживала.
Пальцы Яны нервно вцепились в кружку и принялись быстро крутить её вокруг собственной оси.
— Ну да! Автобусы не ходят. Но я ещё успеваю на поезд. Надо только добраться как-нибудь до вокзала.
Я замолчал, не зная, что ещё к этому можно добавить, и просто решил допить чай.
Яна тоже не спешила говорить. Прекратила вертеть в руках кружку, но теперь покусывала нижнюю губу, отрешённо глядя куда-то в сторону угла кухни. Это пугало. Так что я не стал тянуть время и вылез из-за стола.
— Что ж… Мне пора собираться.
— Нет, стой! — Яна резко вскочила на ноги, отчего её пышная грудь упруго качнулась под футболкой. — Там на улице жуть, что творится! Ты можешь простудиться и заболеть! — предупредила меня она. Но, осознав, что ей придётся все выходные провести со мной в одной комнате, ненадолго задумалась. Отвела взгляд и продолжила: — Если хочешь, мы… можем лечь спать валетом. Ну, чтобы… Если у тебя есть… Как бы сказать… А то на полу…
— Вообще-то, в комнате два дивана, — прервал я невнятную тираду разволновавшейся гостьи. — Купили, когда я переехал. Нам необязательно спать вместе. И нет, у меня нет никакой девушки.
А про себя я подумал: «Ой дура-а-ак!» Ну какой нормальный, здоровый, гетеросексуальный мужчина откажется разделить одну постель с такой милой, обворожительной девушкой⁈ Как есть дурак.
Ну хоть про отсутствие у меня кого-либо не забыл упомянуть. И то хлеб.
— Мхи-хи… — спустя пару секунд смущённо прыснула Яна и густо покраснела до кончиков ушей, словно спелая помидорка. — Значит, ты никуда не поедешь?
Сейчас я услышал в её голосе искреннюю радость. И мне это не показалось.
— Не-а, — помотал я головой, непроизвольно расплываясь в самой дурацкой улыбке, на которую был способен.
Продолжение следует…
27. Лучшая неделя моей жизни (часть 3)
— Спасибо за чай, Макс, — тихо поблагодарила меня Яна, всё ещё пытаясь справиться со своим внезапным смущением из-за разговора о выборе спального места.
Краска медленно сползала с её лица, но девушка продолжала нервничать, то и дело мило теребя пальчиками нижний край своей футболки. Я слышал неровное дыхание Яны и частое биение своего сердца.
Она стояла прямо в проходе, не давая мне выйти из кухни. Чего я, впрочем, делать и не спешил. Находясь на расстоянии вытянутой руки от девушки, я отчётливо ощущал приятный цветочный аромат её духов, смешанный с запахом геля для душа. И как всегда, от такой близости красивой особи женского пола, я жутко нервничал.
Недавно я твёрдо решил, что если ещё раз окажусь в подобной ситуации, то буду бороться со своей стеснительностью. Ведь, как говаривал мой тренер, от страха невозможно избавиться, его нужно преодолеть. Вот и буду героически преодолевать.
— Какой у тебя приятный парфюм, — собравшись с духом, ровным тоном произнёс я. Слегка подался вперёд и внаглую вдохнул полную грудь. — Мне очень нравится!
Да, блин! Зачем же так прямолинейно⁈
Я никогда не откровенничал с Кирой и не делал ей комплиментов, хотя она, безусловно, заслуживала их, как никто другой. Не делал я их не потому, что не хотелось, а потому, что не желал стеснять этим сестру. Мало ли что она могла обо мне подумать. Яна же — совсем другое дело! Хотя признаться, делать комплименты я толком не умел. Попросту не было удобных случаев попрактиковаться.
Сдержав смешок, девушка улыбнулась ещё шире. Поделилась со мной названием своей туалетной воды, и в этот момент из моего живота донеслось тоскливое урчание. Я тут же вспомнил, что так и не поел. Ломтик рулета с чаем не в счёт.
— Хи-хи… Ты голодный? — смешливо спросила меня Яна, разрядив обстановку, и заставила шире улыбнуться следом за ней.
— Ну… Последний раз я ел этим утром. Видишь, до чего доводит учёба⁈
— Эй! Так нельзя! — укоризненно откликнулась она и ринулась к холодильнику. Едва не задев меня, прошла мимо в опасной близости. Открыла дверцу, с четверть минуты изучала содержимое, потом достала из морозилки один из пакетов и решительно заявила: — Вот! Сейчас приготовлю нам ужин. Заодно и на утро останется.
— Ладно. Тогда я пойду заниматься… — сказал я.
Взглянул на соблазнительно виляющую у плиты попку Яны в коротких шортиках и нехотя вышел из кухни.
Опять засел за конспекты, но из головы никак не выходила моя гостья, а член болезненно пульсировал от непроходящего возбуждения. Да, с Кирой наедине было как-то попроще. В Яне же я видел объект прямого сексуального интереса и поэтому реагировал на неё совершенно иначе.
Только как к ней правильно подкатить, я не знал. Мы здесь вдвоём на все выходные, так что я уже перебирал в уме варианты. Придумать ничего не выходило, но я отчаянно продолжал. А пока, видимо, придётся спускать пар каждый час, если не чаще.
Поняв, что больше не выдержу, я незаметно пробрался в ванную комнату, закрылся и по-быстрому разобрался с этой проблемой. Фух! Кайф. И такое облегчение! Вот теперь можно и конспекты почитать. Хотя, какое там…
Сперва меня на минуту охватил стыд за то, что я во время процесса представлял себе Яну в развратных позах. Но затем стыд сменился досадой оттого, что девушка, которую я так желал, находилась буквально в нескольких метрах от меня, а я не знал, как сделать так, чтобы фантазии воплотились в реальность. Поэтому я твёрдо решил, что не буду мастурбировать, пока Яна здесь. Челлендж? Почему бы и нет? Мне же нужна мотивация.
❖ ❖ ❖
Через полчаса мы с Яной снова сидели за обеденным столом. За это время моя гостья успела приготовить простенький салат из свежих овощей, поджарить наггетсы до аппетитно хрустящей корочки и отварить рис. Последний она смешала с зелёным горошком, украсив рассыпчатый гарнир веточками укропа. Получилось не только красиво и вкусно, но и, по утверждению самой Яны, даже полезно.
— И… как тебе с Кирой живётся? — как бы между делом спросила она. Мы уже успели обсудить мою учёбу, погоду, последние новости. Привыкли к обществу друг друга. Даже вскользь вспомнили днюху сестры и ту перепалку с бойфрендом Яны, едва не закончившуюся дракой. Мало-помалу наш разговор становился всё более откровенным, но вопрос о Кире всё равно оказался для меня неожиданным. Пока я думал, что именно ответить, Янка уточнила: — Кира так и ходит по дому в нижнем белье? Или уже без?
— Хах! Ну… — замялся я. Хотя к чему отпираться? Яна наверняка хорошо знает свою подругу. Поэтому, что бы ни сказал, я вряд ли сумею её удивить. — Без? Ну это уже слишком! — отшутился я и вновь вернул себе серьёзный настрой. — Ходит. Особенно по утрам. А ещё… — ляпнул я и, запоздало опомнившись, увидел в глазах собеседницы неподдельное любопытство. — Ещё она всё время будто бы забывает надеть лиф. Ха! Остановится посреди комнаты, прогнётся, да так, что сквозь ткань всё торчит, и стоит себе, о чём-то мечтая.
В этот момент мой взгляд невольно упал на футболку Яны, под которой пряталась пышная грудь. Не знаю, может, это и показалось, но прямо на глазах сосочки моей гостьи напряглись, сильнее впиваясь в белую ткань.
— Да, у неё это бывает. — Девушка словно заметила мой взгляд и даже слегка выпятила свою грудь: — Тебе нравится?
— Что именно? — смутился я и лишь усилием воли не подал вида.
— Хи-хи… Когда они так торчат. — Яна опустила руку под стол и на мгновение слегка натянула футболку. — Просто ты так на них смотришь…
Вот же! Заметила, блин.
— Прости… — поспешил я извиниться за проявленную бестактность, но вовремя вспомнив о своём решении, тут же себя одёрнул. — Да, мне нравится! Но если тебе неприятно, я не буду смотреть.
— Нет, нет. Смотри, если хочешь! Я вовсе не против, — не слишком уверенно заявила в ответ Яна.
От этих слов я чуть не поперхнулся. Не против? Ага. Кира вроде как тоже не против. Иначе зачем она постоянно так делает? Я кивнул, будто бы говоря, что намёк понят. Хотя был ли это намёк? И если да, то на что? Да блин! Почему с девчонками всегда всё так сложно?
Мы продолжили есть молча. От горячего риса струился едва видимый пар. Он смешивался с ароматом жареных наггетсов. А вкус так и вовсе сводил с ума. Или это я просто был голоден? В любом случае я не мог оставить это без внимания.
— Ян, ты офигенно готовишь! Настоящее объедение! Мм…
— Спасибо! — довольно ответила девушка. Немного помолчала. Вздохнула, словно решалась на что-то, и задала неожиданный вопрос: — Макс, а мы можем поговорить откровенно? — Не поднимая глаз, Яна наколола на вилку несколько горошин и, согнув руку в локте, слегка прикусила краешек нижней губы. Меня бросило в жар, а на лбу, кажется, даже испарина выступила. О чём она хочет поговорить? О том самом? Я уже было напрягся, но девушка поспешила всё объяснить: — Ну, о Кире. Ведь ты живёшь с ней целых два месяца! Не знаю, в курсе ты или нет, но раньше она не жила ни с кем из парней.
— Кхм… — прочистил я горло и с облегчением выдохнул. Если Яна сейчас скажет, что Кира ещё и девственница, я сильно офигею. — Можем, конечно. Почему нет?
Хотел напомнить, что я так-то Кире не парень, а сводный брат, но не стал повторять очевидное. Моя мать вышла замуж за её отца меньше года назад, в аккурат перед днём рождения моей новообретённой сестры. Так стоит ли говорить, что я до сих пор с трудом воспринимаю Киру не как обычную девушку?
— Супер! — В мгновение ока Яна повеселела. Её глазки опять загорелись озорным блеском. — Тогда скажи, Макс. Тебе не кажется, что Кира в последние пару недель стала какой-то злой и чересчур раздражительной? Я за неё переживаю.
— Ну… Да, есть такое. Я бы даже сказал, она стала наглее. — Заметив, что Яна доела свой салат, я поднял салатницу и подложил в её тарелку немного ещё. — Провоцирует меня и взрывается по малейшему поводу. А пару дней назад вообще заявила, что у неё овуляция, и что я должен её понять и помочь.
— Ха! Так я и думала! И что? Ты ей помог? — выгнув бровь, загадочно спросила меня Яна и кокетливо наклонила голову набок.
На её лице вновь проступил смущённый румянец. Глазки засверкали сильнее, и на этот раз в них появился какой-то нездоровый азарт.
— Э-э… Ну я пытался с ней поговорить…
— Поговорить? — удивилась Янка моему ответу. — Макс, у неё же хронический недотрах! Разговоры тут не помогут.
— Кхе-кхем…
Я чуть не поперхнулся непрожёванным листом салата. Она что, намекает на секс? В смысле на то, что это я должен был устранить образовавшийся недотрах? То есть, заняться с Кирой любовью. Но как⁈ Она же моя сводная сестра!
— Да ладно тебе, Макс! Если бы у меня был такой сводный брат, я бы с него не слезала. Вы же не родные! Ты сам сказал, что девушки у тебя нет. Тогда в чём проблема? — будто прочитав мои мысли, выдала Янка.
Не, ну вааще!
Я густо покраснел, стараясь во что бы ни стало продолжить свой ужин. Но еда больше не лезла мне в горло.
Яна сказала, что если бы у неё был такой брат… М-да… Не знаю, норма это или нет. Но на мгновение я пожалел о том, что я не брат этой девушки.
— Кхм… В чём проблема, говоришь? — повторил я, чувствуя, как в штанах становится тесно. Снимая напряжение, я иногда представлял, как мы делаем это с Кирой. Не часто, конечно, но каюсь, бывало. Разумеется, как девушка, она мне очень нравилась. Но разве такое нормально? — Ян, вообще-то, Кира моя сестра! Так нельзя!
— Хм… Глупости! — отмахнулась моя визави. Опустила свою вилку. Положила локти на край стола и нависла над ним, едва не «уложив» грудь в тарелку. — Это детей заводить нельзя! А секс… Он очень нужен девочкам, Максим. Хотя бы для здоровья… Она бросила своего парня. Недели две назад. Хотя, знаешь, трахался он так себе.
Значит, Кира рассталась со своим молодым человеком. А я и не в курсе. Ну теперь ясно. Из-за плохого секса. Хм… Ну а Янка-то откуда знает, каков он в постели?
— Ты что, с ним тоже спала? — опешил я, но додумался не добавлять к вопросу эмоций.
— Я⁈ Нет, конечно! — как спичка вспыхнула девушка, словно я обвинил её в измене. Откинулась на спинку стула, сложила руки на груди, но быстро успокоилась и снова взяла в руку вилку. — Ну, мне просто Кира рассказывала. У подруг ведь мало секретов.
— А-а… — промычал я, не понимая, как ещё реагировать на подобные откровения.
У сестры недотрах. Я подозревал. Но слова Яны никак не хотели укладываться в моей голове. Кира, конечно, офигенная девушка. И секс с ней, наверное, был бы безумно приятен. От всех этих мыслей мой член готов был разорвать трусы, и я постарался отвлечься, вернувшись к моему ужину.
— Макс, ну пойми правильно! — не хотела успокаиваться Яна. — Кира много работает. Отношения ей строить пока некогда, а спать с кем попало вообще не вариант. Понимаешь? ЗППП там всякие и вообще. Ей нужно что-то вроде секса по дружбе.
— А разве такое бывает? Ну, чтобы по дружбе… — усомнился я в самой идее таких отношений.
С другой стороны, почему бы и нет? Если всё делается по обоюдному желанию, то оба в плюсе!
Но кроме меня, что, других парней, готовых «дружить», не нашлось? Однако поняв, отчего отказываюсь, я быстро сдался. Тем более, если Кира действительно будет не против…
Яна увидела, как задумчивое выражение моего лица сменилось на понимающее, о чём-то догадалась и улыбнулась.
— Бывает, конечно! Вот если бы я, например, встретила парня и влюбилась… Мы бы с ним сначала встречались, ходили на свидания, в кино. И никакого секса! Ну, первые два месяца точно.
— Даже так⁈ — удивился я ещё больше. — Погоди! То есть, как это, никакого секса? Ты же сама только что говорила…
— Блин, Макс! Не тупи! Если я дам ему на первом или втором свидании, он решит, что я шлюха, и что даю всем подряд. Оно мне надо? А вот если мне просто хотелось бы секса, а парень красивый, умеет ухаживать, я бы ему сразу дала. А если он ещё и трахается классно, мм… — Яна мечтательно прикусила губу и закатила глаза.
— То есть вот так сразу? Только познакомилась бы и дала? — уточнил я, желая убедиться, что всё правильно понял.
— Ну… да! — воскликнула она, будто речь шла о чём-то совершенно обыденном и очевидном. — Потрахались и разбежались. Понимаешь? Никаких чувств — никаких обязательств, — не переставала изумлять меня Яна. — Но по сути, конечно, ты прав. Перепихон на один раз, это если всё совсем плохо. А так, если эм-че нет, то для хорошего секса всегда лучше иметь кого-нибудь постоянного.
— Ага, секс по дружбе, я помню. Главное, чтобы друг в тебя не влюбился, иначе конец сексу.
— В точку! — Яна согласно тряхнула кулачком с выставленным в мою сторону указательным пальцем.
М-да, и в самом деле… Откровенный у нас получается разговор!
Выходит, у девчонок всё куда проще, чем я себе представлял. По крайней мере, у некоторых. Даже как-то обидно стало, что я в свои девятнадцать до сих пор девственник. Но, поразмышляв ещё какое-то время, я понял, что так и не понял, как же мне подкатить к теоретической девушке. На ум пришёл анекдот про поручика Ржевского, его «разрешите вам вдуть», и я невольно задумался, что в этом определённо есть доля правды.
— Понимаешь теперь, почему ты лучший кандидат? — жуя и жестикулируя вилкой, спросила меня Яна, чем вырвала из раздумий.
— А? — запоздало откликнулся я и почувствовал, как от жарких фантазий о сводной сестре по виску стекла капелька пота.
Я бы сам на такое никогда не решился. Но если бы она вдруг предложила мне заняться с ней сексом, то я бы не устоял. Это факт.
— Ну, для Киры! Ты идеальный вариант! — повторила мысль Яна. — Вы хорошо ладите, вместе живёте. Говорю же, идеально! А то, что ваши родители решили пожениться… Ну, это мелочь! Бывает… — Яна пожала плечиками, продолжая с аппетитом рубать ужин. От недавнего смущения на её лице не осталось даже следа. — Пойми, Макс. Ты поможешь всем нам, если вплотную займёшься своей Кирой. Моя начальница сразу станет ласковой и пушистой, как раньше. И дела в отделе непременно пойдут в гору!
— Стоп. Кира твоя начальница? — с удивлением уточнил я.
— Да. А я разве не говорила? Неважно. Главное, чтобы в её жизни появился качественный секс! Ну так что, договорились?
— Попридержи коней, Ян! Во-первых, я не уверен, что Кира этого хочет. А во-вторых, даже если она этого хочет… — Я с трудом проглотил застрявший в горле кусочек наггетса и спросил: — Как сделать её секс качественным?
Яну немного смутил мой вопрос. Она отложила вилку, подумала, легонько покивала и, сложив ладони домиком, вновь заговорила:
— Ну, давай по порядку. Ты красавчик. Это уже плюс десять баллов. Высокий, с кубиками пресса на животе. Твой… прибор… В общем, я же видела. Там у тебя всё в полном порядке. Хи-хи… — Яна стеснительно отвела взгляд в сторону и продолжила: — Так что остальное — дело техники. Но на самом деле, важнее другое. Ты должен быть уверен в себе и местами нагловат. Не стесняйся делать ей комплименты, хвали её, будь внимателен. Обращай внимание на разные мелочи, девочки это любят. Ну и всё! — выдала мне базу Яна, а затем вспомнила что-то ещё. — А! И самое главное. Ты должен ей искренне восхищаться! Девочки чувствуют, как на них смотрят. И мы любим, когда нами восхищаются. А ещё, скажу по секрету, — Яна понизила голос до шёпота, — нас возбуждает, когда нас хотят. Угу?
— Угу, — машинально промычал я и кивнул.
Мне даже захотелось сбе́гать за листочком бумаги и попросить Яну повторить всё, что она сейчас рассказала. Но я и так запомнил каждый из названных пунктов: восхищаться, показывать желание, быть внимательным и уверенным в себе. Вроде ничего сложного. Хотя…
— Ладно. Если всё не так уж и сложно, то почему девушки постоянно отшивают ребят?
Янка захихикала. Уставилась на меня и спустя секунд десять всё же решила ответить:
— Ты правда не понимаешь?
— Не-а, — помотал я головой.
— Ладно, тогда слушай. Мы, девочки, ну… так устроены. Мы тоже хотим секса и часто даже сильнее вас, мальчиков. Но мы не будем прямо об этом вам говорить. И даже будем делать вид, что нам это не интересно.
— Вот щас вообще ничего не понял. И как же тогда вас понять? — спросил я без раздражения, но терпение подходило к концу.
— Боже, Макс! Ну я же сказала! Уверенность и настойчивость, — повторила Яна опять то же самое, что говорила минуту назад. — А ещё инициатива!
За этой увлекательной беседой я совсем не заметил, как опустела моя тарелка. А я всё так и сидел с вилкой в руках.
Отложив, наконец, столовый прибор, я вылез из-за стола.
— Спасибо за ужин! Это было божественно, — искренне произнёс я, с улыбкой взглянул на свою пустую тарелку и добавил: — Я сам помою посуду. И… жаль, что ты здесь всего на два дня.
— Молодец! Схватываешь на лету! Кхм… — притворно кашлянув в кулачок, Яна отвела глаза в сторону.
Поднялась со стула и, поправив футболку, поймала мой откровенный взгляд, направленный на её грудь. Подхватила со стола вторую тарелку, и я тут же забрал её из рук девушки. А когда наши пальцы коснулись, губы Яны растянулись в загадочной полуулыбке.
Продолжение следует…
32. Лучшая неделя моей жизни (часть 4)
— Молодец! Схватываешь на лету! Кхм… — притворно кашлянув в кулачок, Яна отвела глаза в сторону, и на её губах застыла полуулыбка.
Это она сейчас про слова о вкусном ужине? Или о моей инициативе помыть посуду? Хоть что-то в этот раз я сделал правильно.
Молча кивнув, я закатал рукава худи, развернулся к раковине, открыл воду и приступил к выполнению обещания.
— Кхм… Ну так что? — вновь кашлянув за моей спиной, спросила Янка. Подошла ближе. Упёрлась ладошками в край столешницы и, эротично прогнувшись, прислонилась к нему пятой точкой. — Насчёт Киры… Ты ей займёшься?
Опять она о своём. Не забыла. Чёрт!
«Я бы тобой сейчас плотно занялся», — вертелось на языке. Но как бы я ни хотел не отвечать на вопрос девушки, что-то сказать было надо. Только вот что?
И что это за странное желание подбить меня на секс с моей сводной сестрой? Яна говорит, что беспокоится о подруге, переживает, что у той недотрах. И почему-то видит решение во мне. Но должен ли я ей доверять? Не проверка ли это?
У меня самого в организме лютая нехватка самого обычного секса. Наверное, именно поэтому мне так хочется принимать всё это за чистую монету.
— Я подумаю, — не отвлекаясь от мытья тарелок, произнёс я.
Однако Янка не ушла и на этот раз. То и дело она бросала на меня косые взгляды, пока, наконец, не решилась спросить.
— Ты сказал, что тебе жаль, что я здесь всего на два дня… — не договорила она и выжидательно уставилась на меня.
Хитрый ход.
От волнения моё сердце и так готово было вырваться из груди, а тут ещё такие вопросы! Я понял, что если дам слабину, испугаюсь, изображая из себя скромника, то второго шанса может уже и не быть. Так что либо я прямо сейчас возьму себя в руки, либо снова упущу возможность стать смелее в общении с девушками.
Как там Яна говорила? Быть уверенным и немного наглым? Да запросто!
И всё же я постарался успокоиться, не торопиться с ответом. Вспомнил, о чём мы болтали за ужином, чего хотел сам. Главное — не врать и не строить из себя того, кем я не являюсь. Терять мне, в принципе, нечего — если что, уеду домой до понедельника, а там и дезинфекция в общежитии кончится. Так что я набрался решимости и заговорил.
— Во-первых, ты классно готовишь. Во-вторых, мне приятна твоя компания, — заявил я без всякой лести. Ещё немного подумал и многозначительно добавил: — А ещё ты могла бы меня многому научить…
После ужина такой вывод напрашивался сам.
Приподняв голову, Янка негромко хмыкнула. Удовлетворившись ответом, эффектно оттолкнулась руками от стола и, ничего больше не сказав, вышла из кухни.
Я домыл посуду дрожащими от волнения руками. Убрал остатки салата в холодильник. Позвонил Кире, чтобы сообщить, что не смог уехать домой. Но, как сестра и предупреждала, её телефон находился вне зоны действия сети.
Спать ещё было рано, поэтому я решил немного поштудировать лекции. Однако текст перед глазами упорно не хотел складываться во что-либо осмысленное. Что, впрочем, ничуть не мешало мне думать о состоявшемся за ужином разговоре.
Неужели это всё правда? Я вертел заученные наизусть тезисы Яны и так и этак. И не находил в них никакого подвоха. Да, мне предстоит большая работа над собой. Но что, если это и в самом деле работает? Увы, проверить это я мог лишь одним способом. И не обязательно на самой Кире.
Янка беззаботно валялась на диване, расположившись полубоком ко мне. С этого ракурса мне были отлично видны её ножки, эффектно торчащая вверх попка, обтянутая серыми, словно невзначай задравшимися шортиками, и даже очертания налитой груди, оттягивающей футболку.
Девушка болтала поднятыми ногами в ярких носочках и листала ленту на экране смартфона. Я старался не отвлекаться, но видел, как она изредка поглядывает на меня. Пока в один момент она не задержала свой взгляд.
— Что? — улыбнувшись, вкрадчиво спросил я. — Скучаешь?
Стрельнув глазками, Яна кивнула и подобралась. Довольная тем, что я обратил на неё внимание, она лениво, с кошачьей грацией слезла с дивана. Подошла ближе к журнальному столику, перед которым сидел я в мягком кресле, и медленно опустилась на колени.
— Есть немного. А ты? Ещё не устал учиться? — Стянув заколку с тёмных волос, она принялась вновь собирать их в хвост на затылке.
Я не отводил от девушки взгляд, искренне ей любуясь. И она, похоже, была совершенно не против.
— Я? Устал. Но… конспекты мне помогают отвлечься…
— Отвлечься? — удивлённо повторила за мной Яна. Опёрлась ладонями на журнальный столик и сильнее наклонилась вперёд. — Отвлечься от чего? — Её голос стал игривым, а с губ не сползала улыбка.
— Мне обязательно отвечать? — не решился я сказать правду и каким-то внутренним чувством ощутил, что сворачиваю не туда, куда стоило.
— А давай так. Правда или действие? — не растерялась девушка. Опустила свой взгляд, но не дала мне ответить: — Только сперва… — Ладошки Яны оторвались от журнального столика, и пальцы впились в нижний край белой футболки. — Я ведь видела тебя ванной голым… Так что… Вот, — договорила она и резким движением задрала футболку до самой шеи.
Моему взору открылись две идеально округлые груди с розовыми ареолами и набухшими сосками. Я даже моргать перестал! Они были очень, очень близко. Я мог бы даже к ним прикоснуться, если бы захотел.
Прикусив краешек нижней губы, Яна с хищным удовольствием наблюдала за моей реакцией.
— У тебя офигенная грудь, — тихо сказал я и сглотнул. Моя рука сама залезла в карман худи на животе, чтобы поправить болезненно твёрдый от возбуждения член. — Самая лучшая грудь, которую я когда-либо видел! — добавил я и вспомнил, что, вообще-то, Янка ждёт моего выбора. — Правда. Я выбираю правду!
Через мгновение девушка медленно спрятала свои соблазнительные прелести и расправила ладонью футболку.
Дурак! Наверное, надо было выбирать действие. Вдруг она бы попросила меня, например, о массаже?
— Тогда вот мой вопрос. Но помни, что ты должен сказать чистую правду, — с хитрой улыбкой напомнила Яна правила игры. — Что ты делал в ванной, когда я готовила ужин? Отвечай!
— Я?.. Ну… ходил в туалет. А что? — растерявшись, выпалил я и, видимо, сдал себя с потрохами.
— Да так, ничего… Выходит, ты за собой не смываешь? — брезгливо спросила девушка и демонстративно отряхнула ладошки, будто могла их в чём-то испачкать.
Я осознал, что очень глупо спалился. Ведь я и в самом деле не спускал воду в унитазе. Хотел всё сделать по-тихому и попросту выбросил в урну замаранную туалетную бумагу.
— В смысле⁈ — От осознания прокола я ещё сильнее стушевался. — Я всегда за собой смываю! Что за дурацкий вопрос?
— Забудь! — обиженно фыркнула Янка.
В ту же секунду встала с колен и вернулась на диван. Только в этот раз легла ногами ко мне.
И что это сейчас было? Всё же шло хорошо! Она уличила меня во лжи? Твою мать! А что я должен был ей сказать? «Да, я ходил в туалет, чтобы передёрнуть на тебя»? Треш какой-то! Но я сам виноват.
— Теперь моя очередь спрашивать, — спустя четверть минуты опомнился я.
— Поздно! Игра окончена. Читай свои конспекты.
Да что за херня⁈
Моё сердце вновь заколотилось как бешеное, а кровь закипела от концентрации в ней адреналина. Ситуация явно вышла из-под контроля. И я, кажется, лишился доверия. Упал в глазах Яны на самое дно.
Чёрт. Я мечтал совсем не об этом!
С минуту я напряжённо думал о том, что сейчас произошло. А затем решился на отчаянный шаг. Либо я во всём признаюсь и верну утраченное доверие, либо всё закончится здесь и сейчас.
— Ян, послушай! — отчётливо сказал я, и девушка повернула ко мне голову. — Ты меня дико возбуждаешь. Ничего не могу с собой сделать. А в туалет я ходил, чтобы спустить пар. Да, я там дрочил. И отвлечься я хотел от тебя, от мыслей о тебе! — объяснил я на одном дыхании и густо покраснел.
— Вот как⁈ — хмыкнула Янка и отвернулась, словно ей это было неинтересно.
— Да. Это какой-то кринж, Ян! Мне очень неловко, но я обещал быть с тобой откровенным. Мне жаль, что я соврал.
— Угу, — промычала она и, не оборачиваясь, продолжила: — Но это было смело. И… Что ты будешь делать? В смысле, как будешь с этим справляться? Опять пойдёшь мастурбировать?
— Нет. Я дал себе обещание больше этого не делать, — твёрдо заявил я.
Интересно, она вообще знает, каково это? Страдать от возбуждения и не иметь возможности сбросить это чёртово напряжение? Да это натуральная пытка! У меня через час яйца отвалятся, а потом всё будет болеть так, что даже двигаться не захочется.
— О-о! Ладно. Хи-хи. Твой ход, — беззаботно хихикнув, смилостивилась Янка и вернулась к игре. Приподнялась на коленях, выпячивая попку. Развернулась лицом ко мне, села по-турецки на своём диване, опустила ладошки между ног и поторопила: — Ну? Давай уже!
— Правда или действие? — не заставил я себя ждать.
— Действие, — загадочно ответила девушка и с предвкушением облизнулась.
Из нас двоих она всё ещё ведёт! Играет со мной, провоцирует. Вторая Кира, блин! Но как с сестрой, я с ней церемонится не намерен.
— Раздевайся! Я хочу увидеть тебя так, как ты видела меня в ванной, — обнаглел я.
Инициатива и настойчивость? Да пожалуйста! Ешьте, не обляпайтесь!
— М-макс! Это уже слишком. Ты… не находишь?
Моя гостья не ожидала такого поворота и начала нервно одёргивать край своей белой футболки.
— Ян, я тебя не принуждаю. Это просто игра! Если не хочешь, не делай, — спокойно заявил я, отлично зная, как это ударит по её уверенности в себе. По какой-то причине мне вдруг стало так легко, будто с плеч упала каменная глыба! Задолбавшись потеть в жарком худи, я стянул его через голову и с облегчением откинул в сторону. — Это теперь лишнее.
Несколько секунд Яна с испугом ждала, что я продолжу раздеваться. Но когда я вернулся к конспекту, она заёрзала на диване. А спустя ещё пару минут подобралась ближе и увидела «палатку» на моих штанах. Которая, к слову, меня больше ничуть не стесняла.
Девушка присела рядом с моим креслом, сложив ноги под себя, а затем осторожно опустила руки на подлокотник. Какое-то время Яна молчала. И мне стоило поистине большого труда не заговорить первым.
— А это правда, что у парней… Ну, если не… снять напряжение, потом всё там очень болит? — робко поинтересовалась она.
— Да, это так, — подтвердил я и увидел, как Яна застенчиво втягивает свои губки. — И на здоровье наше влияет.
— Слушай. Я не… Пока не… То есть, я не отказываюсь от своих слов! Ну, действие… Я сделаю. Только… Может, мы?.. Ну, чтобы ты не… — совсем заробела девушка, так и не высказав нормально свою мысль.
Хотя минут десять назад едва не казалась надменной. Она снова залилась краской, а её взгляд заметался между моим лицом и оттягивающим штаны членом. И в этом взгляде ощущалось какое-то странное, нездоровое любопытство.
— Ян, это необязательно. Это всего лишь игра. Я в норме, — неторопливо повторил я ещё раз.
Хотя какой там! От возбуждения чуть ли не пар из ушей валит.
— Не в норме! — словно прочитав мои мысли, эмоционально отреагировала Янка. — Мне бывший рассказывал, каково это. Тебе нельзя столько терпеть!
— О-о! Ладно, — не удержался я от сарказма, спародировав её недавнюю реакцию. Но всё же приятно удивился такой неожиданной заботе о моём самочувствии.
— Ну ладно тебе! Не злись, Макс! Давай я это… Приспусти штаны!
От этих слов меня опять бросило в жар. Красивая девушка просит меня раздеться! И в этот раз я не стану отказываться, что бы она ни задумала. Я уже дважды сказал, что не настаиваю. Так что не буду повторять.
Отложив конспект в сторону, я стянул с себя домашние штаны и кинул их на худи. Яна отодвинула журнальный столик. Уложила перед креслом мягкую подушку и уселась между моих ног. Её пальчики потянулись к моим трусам. Приподнявшись, я позволил ей приспустить их, и мой член вырвался на свободу.
— Оу… Так он… ещё больше! — воскликнула Яна и обхватила ладошкой ствол у самого основания. Восхищённый взгляд девушки на мгновение встретился с моим, и её губы тронула лёгкая улыбка. — Расслабься! Сейчас тебе станет легче.
Яна протянула к члену вторую руку и размазала большим пальчиком по головке каплю выступившей смазки. Вновь прикусила краешек нижней губы и принялась не спеша мастурбировать.
— Так хорошо? — неумело пытаясь доставить мне удовольствие, спросила она и опять подняла робкий взгляд.
— Хочешь мне сделать приятно? — без лишней скромности задал я вопрос, и Яна кивнула. — А ты раньше делала так своему парню?
В ответ она лишь отрицательно помотала головой. Ну ясно. Если не показать как надо, Янка замучит меня раньше, чем доведёт до оргазма… Хотя в этом уверен я не был. Из-за сильного возбуждения я был готов кончить от малейшей стимуляции.
Мне очень захотелось спросить Яну про минет, но я решил, что она может расценить это как намёк, и поэтому оставил вопрос на потом.
— Давай покажу как, — произнёс я и аккуратно коснулся ладошки Яны. — Большой палец — вот сюда. Здесь самая чувствительная зона. Не дави, просто гладь. Вот так, да, молодец.
— Он у тебя всегда такой твёрдый? — поинтересовалась девушка между делом, всё больше смелея.
— Всегда, — ответил я и продолжил обучение: — Не части. Больше разнообразия. Пальчики в кулачок и да… вращай. О… Кайф… — не сдержал я стона, когда Яна сама сжала кулачок на скользкой от смазки головке, покрутила им и принялась имитировать тугое проникновение.
Её глазки заблестели, губки разомкнулись. Она работала обеими руками с таким рвением, что даже дышать стала через рот, то и дело шумно глотая слюну.
— Ян, я сейчас кончу. Боже… Сбавь темп. Нежнее. Да-а! — застонал я и начал давать мощные залпы.
— Ох! У-ух! Я… Стой! — привстав на коленях, захихикала девушка и попыталась сперва ловить, а затем направлять мои «выстрелы». — Как много спермы… — не замолкала она, пока я не отстрелялся. — Всё? Ты закончил?
— Да, всё… Блин, я тебя всю испачкал! Извини.
— Ничего, постираю! — смешливо откликнулась девушка, оттягивая липкими пальцами низ своей футболки. На её вороте и в районе груди красовались мокрые пятна. Яна поднесла руку к лицу, принюхалась. Ещё раз взглянула в мои глаза. Лизнула ладонь и, довольно промычав, узнала: — Тебе понравилось?
— Ну… Без обид. Где-то на троечку, — оценил я работу девушки.
— Что⁈ На троечку⁈ — возмутилась она и нахмурилась от негодования. — Эй! Я ведь старалась!
— Понимаю. И даже ценю. Для первого раза очень неплохо! Но ты ведь не считаешь, что за один раз можешь научиться делать это… хорошо?
Пожевав губки, Яна о чём-то задумалась, и, глядя на мой всё ещё стоящий член, наконец, отстранилась. Оглядела кресло, ковёр вокруг него.
— Хм… Ничего не заляпал. Кроме меня. Хи-хи… Ладно, я в ванную! — сообщила она.
Ловко поднялась на ноги и, довольная, ускакала в санузел приводить себя в порядок. Я тоже встал с кресла и пошёл за ней следом.
Яна стояла над раковиной до пояса голой и по-быстрому застирывала свою футболку. Поборов желание подойти к девушке сзади и потискать упругую на вид грудь, я пристроился рядом. Дождался, когда она закончит, и без лишнего стеснения принялся мыть свой член.
— А ничего, что я ещё здесь? — стреляя глазками, намекнула на что-то Яна.
— Я не заставляю тебя смотреть!
— Нахал! — фыркнула она, но даже не подумала отвернуться.
Следила за моими манипуляциями от начала до самого конца, пока я не вытер прибор полотенцем и не спрятал обратно в трусы.
❖ ❖ ❖
Оставшаяся часть вечера прошла на удивление скучно. Я, наконец, смог дочитать свой конспект. Яна переписывалась с кем-то в телефоне. Позже сказала, что займёт ванную. Быстро переложила свою одежду из рюкзака в комод и ушла.
Устав ждать девушку, я разобрал оба дивана. Застелил Янин чистым постельным. Приготовил спальное место для себя. И решил, что перед сном вполне неплохо будет что-нибудь посмотреть.
Достал ноут, выбрал аниме, которое давно откладывал. И уже начал просмотр, как в комнату вернулась моя гостья, завёрнутая в одно лишь полотенце, и с влажными волосами. Она принесла с собой приятный запах шампуня, не похожий на тот, которым пользовалась Кира, а ещё запах пены для бритья.
Интересно.
— Мм… Ты очень приятно пахнешь, — отреагировал я и поставил аниме на паузу.
— Нравится, да? — Янка принялась еле заметно покручиваться на одном месте. Всё её тело буквально кричало о том, насколько ей нравится моя реакция.
— Ян, по-моему, это очевидно!
— В смысле? — наигранно усмехнулась она. И когда её внимательный взгляд снова наткнулся на мою «палатку», девушка прикрыла рот ладошкой. — Ах! Ты что, опять⁈ Серьёзно?
— А чего ты ожидала? Рядом со мной в одном полотенце расхаживает безумно красивая девушка. С фигуркой как у модели. Волосы мокрые. Ты вообще представляешь, насколько это сексуально? А я, по-твоему, не должен обращать на тебя внимания? Нет, можешь делать что угодно, но я буду возбуждаться.
— Хм… И как ты до сих пор не трахнул Киру? Не понимаю… Удивительная выдержка! — отойдя к комоду, негромко произнесла она.
— Я уже могу идти в душ? — задал я вопрос, нехотя прерывая неловкое молчание.
Мне казалось, что этот разговор прямиком вёл нас к сексу. Но как его продолжить, я не понимал.
— Иди, — с лёгкостью ответила Яна, ничего не сказав о том, собирается ли она сушить волосы, и если да, то где.
А когда через несколько минут я стоял в душе, за стеклом душевой кабины загудел фен. Янка словно нарочно ждала этого момента.
Я уже помылся, но она всё ещё была здесь. Тогда я приоткрыл дверцу и позвал девушку раз, другой. Однако Яна меня будто не слышала. Или делала вид, что не слышит.
Ладно. Она ведь уже видела меня голым? Значит, её не шокирует, если я вылезу в чём мать родила, чтобы взять полотенце, оставшееся висеть на крючке.
Так я и поступил. Выбрался из душевой кабины, встал спиной к девушке и начал вытираться.
— Макс, ты это специально делаешь? — выключив, наконец, фен, спросила она обвиняющим тоном.
— Что именно? — Я повернулся на четверть оборота, заметив любопытный взгляд Яны, украдкой скользнувший вниз.
— Что именно⁈ Светишь передо мной своей… задницей!
— А! Я звал тебя, чтобы попросить подать полотенце. Но ты, кажется, не слышала.
В ответ Яна только ещё шире улыбнулась. Всё она слышала!
Включила фен и, стоя перед зеркалом в одних трусиках и короткой футболке, едва прикрывающей плоский животик, продолжила сушить свои тёмные, падающие на плечи волосы.
В воздухе, помимо аромата шампуня, витало густое сексуальное напряжение, грозящее закончиться этой ночью интимом или чем-то ещё, но непременно с разрядкой для нас обоих. Неожиданно для себя я вдруг открыл истину: чтобы случился секс, не нужно никаких особых слов.
Натянул чистое бельё, повесил влажное полотенце сушиться. Почистил зубы и оставил Яну одну в ванной комнате. Спустя минут пять она погасила там свет, тихо вышла и улеглась на свой диван.
Я уже четверть часа смотрел аниме в наушниках, когда почувствовал шевеление на кровати. Остановил видео и увидел рядом с экраном смущённое лицо Яны.
— О! Я знаю это аниме! А… можно мне тоже посмотреть?
Я стянул наушники с головы и кивнул, стараясь не слишком сильно выражать свою радость широкой улыбкой. Мне захотелось как-нибудь пошутить, но Яна меня опередила:
— Только не вздумай ко мне приставать! То, что было, ничего не значит. Понял?
— Как скажешь, — ответил я и приглашающе откинул край своего одеяла.
Продолжение следует…
33. Лучшая неделя моей жизни (часть 5)
Руки Яны скрестились под пышной грудью, отчего набухшие соски девушки ещё сильнее впились в тонкую ткань футболки, будоража моё и без того воспалённое сознание.
— Я с тобой под одно одеяло не лягу! — сидя на моей кровати, продолжала Янка упираться после не слишком убедительной просьбы не приставать к ней.
Ну нет так нет! Подожду ещё. Это ведь не я буду мёрзнуть. Тем более что в отличие от моих волосатых, ножки девушки были идеально гладкими.
Решив, что если бы её слова были правдой, то она наверняка прихватила бы с собой собственное одеяло. Ну или попросила включить кино на большом телевизоре, что висит на стене комнаты. Хотя оставалась ещё маленькая вероятность, что Яна об этом просто не знает. Но я ничего ей не скажу, побуду немного плохишом.
Подобрав край одеяла, я освободил место рядом с собой и переложил свою и Янину подушки повыше к изголовью. Оставаясь в полулежачем положении, слегка повернул ноутбук экраном к девушке и отмотал видео на самое начало. Дождался, когда Янка поудобнее устроится рядом, и снова включил аниме.
Однако чуть позже всё же подумал, что это слишком жестоко. Не останавливая видео, переложил тёплый ноут на ножки Яны, частично прикрыв им её белые трусики, и быстро спрыгнул с кровати. Если она сейчас заберёт моё одеяло, я укроюсь её. Но девушка даже не шелохнулась.
Вернувшись со своими тёплыми носками, я уселся у ног Яны и принялся надевать на неё носочки.
— Эй! Что ты делаешь⁈ — возмутилась она и уже почти отдёрнула ногу, но вовремя сообразила, что так ей действительно будет комфортнее. Оценила мой жест и даже позволила слегка помассировать свои нежные ступни. — Благодарю. Давай уже смотреть!
Я опять улёгся спиной на подушку, накрылся до пояса одеялом, и мы уставились на экран ноутбука. Пока Янка смотрела аниме, я любовался её профилем, изгибом шеи, выглядывающей из-под ворота футболки ключицей. Вдыхал аромат её нежной кожи и чистых волос.
Никогда ещё я не лежал так близко к полуголой девушке! Это немного нервировало, потому что, если у нас случится секс, я не знаю, что делать. Ведь у меня его ещё ни с кем не было! Вряд ли Янка об этом догадывается, а я боюсь сделать что-то не так. Хотя какой там боюсь? Я вообще не представляю, что делать дальше!
Другими словами, вместо просмотра аниме, я думал о сексе. И мысли эти невероятно меня возбуждали. Я должен проявить инициативу и настойчивость. Но как? Яна же просила меня не приставать к ней. Мозгодробительная какая-то головоломка!
Через минут десять я устал лежать в одном положении. Не спрашивая разрешения, переложил ноутбук с ножек Яны на простыню. Опустил свою подушку и повернулся на бок.
— Повернись и ты тоже! Мне так не видно, — негромко произнёс я и улёгся поудобнее.
Недовольно фыркнув, Яна всё же послушалась и тоже легла на бочок спиной ко мне, оставив между нами довольно большой промежуток, который я тотчас поспешил ликвидировать.
— Даже не думай! — вновь предупредила она. Словно нарочно вильнула попкой и успокоилась.
Так мы пролежали ещё несколько минут. Я трижды пробовал коснуться девушки, но каждый раз она говорила «сейчас уйду!» и всё же оставалась на месте. Мне только удалось погладить её шелковистые волосы. И то, наверное, лишь потому, что Яна этого не заметила.
Немного позже в отблесках яркого экрана я увидел, как от прохлады сперва покрылось мурашками бедро Яны. Затем плечо. И тогда я не выдержал.
Легонько провёл рукой по внешней стороне бедра девушки и сразу стал натягивать на неё край своего одеяла.
— Я только укрою! Тебе ведь холодно, Ян. А так будет тепло. Ну? Ведь лучше же, да? — заботливо приговаривал я. — Зачем мёрзнуть без всякой причины? Вот так.
С полминуты, пока я старался получше её закутать, Янка недовольно сопела и ёрзала, нарочно пытаясь скинуть с себя моё одеяло. Но немного согревшись, сдалась под моим напором и притихла. Теперь мы с ней лежали, накрытые одним одеялом, и я ощутил тепло и близость её тела, сводящую с ума. В голове не осталось совершенно никаких мыслей, кроме тех, что были о Яне и сексе. Сексе, Яне и снова о сексе.
Как же я её хочу! Неужели она не хочет того же? Сама же говорила, что всем девушкам нужен секс. Может, у Яны уже есть для этого постоянный «друг»? Но не спрашивать же об этом сейчас? Так что я принялся думать, как бы мне заполучить расположение этой девушки.
Вот чего бы хотел я, окажись на её месте? Может, чтобы меня хорошенько оттрахали? Хорошенько? А что это значит? Что вообще девушки ценят в сексе? Ну, её надо довести до оргазма. Это понятно. Возможно, она даже сможет испытать его несколько раз. Хотя такое бывает не у всех.
Но нельзя же просто так взять и начать? Вдруг она не готова? Девушкам вроде как нужна долгая прелюдия, ласки там разные. Хм…
Как настоящий девственник, я за последние года три перелопатил столько всякой информации, что, казалось, знаю всё на свете о том, как сделать девушке приятно. Вот только всё это теория. А практики у меня полный ноль. Если не считать сотни детально изученных порнороликов.
В общем, в теории я был подкован. И уж клитор на ощупь найти смогу. Хех! Однако, вспомнив, как неумело сегодня пыталась доставить мне удовольствие Янка, я приуныл. Без её помощи я вряд ли смогу ей сделать приятно. А я должен! Потому что только тогда она сама захочет повторить. Ей должно это понравиться.
Как же, сука, страшно и непонятно!
Я то радовался тому, что мой первый секс уже так близко, то вновь расстраивался из-за незнания, что делать. И за всеми этими переживаниями как-то упустил момент, когда Яна уснула.
Твою мать! И что мне теперь, будить её? Она спросит, зачем я это сделал. И что я скажу? Блин!
Полежав немного ещё, я, наконец, остановил видео. Аккуратно, чтобы не разбудить сладко спящую девушку, убрал с постели ноутбук. Закрыл глаза, вслушиваясь в ровное, тихое дыхание Яны. Но никак не мог уснуть. Лежал, стараясь не шевелиться, и думал.
Вот же я идиот! Опять профакапил такую возможность. С минуту я взвешивал за и против, чтобы разбудить Яну. Несколько раз отметал идею хотя бы полапать её, пока она спит. Но я же не изврат! Что бы там Кира обо мне ни говорила.
И когда уже отчаялся и собрался во что бы ни стало уснуть, я почувствовал нечто странное.
Матрац, на котором мы с Яной лежали, ритмично покачивался. Легонько так. Прислушавшись, я заметил, что дыхание Яны уже не такое ровное. Пошевелился — и всё прекратилось. Неужели, это то, о чём я подумал?
Спустя секунд тридцать, «качка» возобновилась. И тогда я накрыл ладошку Яны своей. Девушка резко выдернула её из приспущенных трусиков, и освободившееся место заняли мои пальцы.
— Тише! Не бойся. Я думал, ты спишь… — ласково прошептал я и прижался губами к шее девушки. Пальцы нащупали аккуратный треугольник волос на лобке, спустились ниже, где уже было очень мокро, и осторожно раздвинули горячие губки. — Какая ты возбуждённая! Давай я тебе помогу!
Я всё ждал, когда Яна оттолкнёт меня и убежит на свою кровать, но, к моему удивлению, она лишь не спеша повернулась на спину и чуть шире раздвинула ножки. А ещё немного позже зашипела от явно приятных ей ощущений.
— Яночка, как же ты сладкая! — само вырвалось из меня, и моих губ коснулись горячие губы девушки.
Они требовательно взяли меня в плен, и в мой рот проник её язычок. Не прерывая поцелуя, я продолжил работать пальцами и удвоил усилия. Осторожно ласкал набухший клитор, раздвигал и гладил нежные губки, погружал кончик пальца во влажное, пульсирующее влагалище Яны, заставляя её стонать и прогибаться. Пока в один момент девушка не прижала мою руку к своему лобку и, сведя бёдра, не задрожала от накрывшего её оргазма.
— Ах! Это было хорошо. Но… Макс, ты сегодня собираешься меня трахнуть или как⁈ — раздражённо спросила Янка, когда её дыхание выровнялось, и сжала мою ладонь, неторопливо поглаживающую её бёдра.
Волны наслаждения окончательно схлынули, и я понял, что девушка ждёт продолжения.
Значит, всё это время она не спала⁈ Притворялась? Ну я и дурак!!!
Сжав пятернёй упругую ягодицу Яны, я одним движением повернул девушку к себе, приспустил её трусики до середины бедра. Потом освободил свой давно твёрдый член и подтянул податливое тело Яны ближе.
Мы с ней вновь начали целоваться, а моя рука сама нырнула под футболку и оказалась на груди девушки. Я ощутил, как в мою ладонь упирается твёрдый сосок. Меня накрыли настолько волнительные ощущения, что я даже не сразу расслышал, как Яна пытается мне что-то сказать.
— Резинка! У тебя есть резинка? Макс!
— Презерватив? А… Да, есть, конечно! — быстро ответил я.
Топоча, как слоняра, сполз с кровати и принялся искать в темноте защиту под тихий смех девушки. Через пару мгновений стянул с себя путающееся в ногах нижнее бельё. Запрыгнул на кровать. Ловко разорвал упаковку и споро раскатал колечко из тонкого латекса по стволу.
— Иди ко мне! Давай уже! Мхм… — простонала от нетерпения Янка. — Хочу тебя!
Приподняв колени, она шире раздвинула бёдра, и я склонился над девушкой на выпрямленных руках. Чмокнул её в губы, щеку.
— Яна, ты восхитительна! — прошептал я ей на ушко и сжал губами его мочку, не переставая удивляться тому, как просто становится всё, когда ты отключаешь бесполезную думалку и предаёшься инстинктам и чувствам.
Провёл кончиком носа за ухом, заставляя мило уворачиваться Янку от щекотки. Затем мои губы оставили мокрые следы от поцелуев на тонкой шее, изящных ключицах девушки и, наконец, добрались до налитой груди. Я взял в рот набухший сосок и слегка оттянул его.
— А-ах! Макс! Войди уже! Я вся теку… — Одной рукой Яна потянула меня выше, другой сама направила головку моего члена куда надо, и я плавно вошёл в девушку. — А-ах! — застонала она снова, только громче. — Глубже! Я готова!
Услышав эти слова, я подался немного назад и тут же погрузился в Яну опять. Мой член по всей длине окутало нереально приятное бархатистое тепло её лона.
— Как хорошо! — не смог не сказать я, глядя на красивую грудь, покачивающуюся передо мной в тусклом ночном свете.
— Продолжай! — требовательно попросила меня Яна. Я почувствовал, как она прижимает меня к себе своими пяточками в тёплых носочках, и стал двигаться быстрее. — Да. Да. Да! Не молчи!
Не зная, что говорить, я нёс всякую приятную чушь, которая отдалённо походила на комплименты. От резких движений кровать начала ритмично поскрипывать, а комната наполнилась нашим сбитым дыханием, нежными стонами Яны и тихим хлюпаньем её мокрой киски.
— Боже, Макс! Да! Не останавливайся! — простонала Яна в голос, и её ноготочки до боли впились в мои плечи.
А спустя всего несколько секунд, мышцы её влагалища сдавили мой член с такой силой, что даже двигаться стало труднее. Янка замерла, сжалась вся, будто тугая пружина. После чего выгнулась, подставляя под мои губы свою изумительную грудь, и протяжно застонала, раз за разом сокращаясь внизу в такт моим слабеющим толчкам.
Внезапно мы оказались лежащими на боку. Она медленно приходила в себя, всё ещё вздрагивая и резко втягивая воздух ртом, пока я продолжал находиться в ней и ласкать её грудь. Мой язык кружил по ареолам, дразнил соски, пальцы нежно сжимали упругую грудь, гладили бёдра и ягодицы.
— Как же мне нравится твоё тело! Твоя грудь, твоя попка, — шептал я. — Ты сводишь меня с ума.
— Охренеть… Вот это я кончила! — прохрипела девушка и тяжело сглотнула.
Я даже засомневался, слышала ли она меня до этого момента, и зачем-то спросил:
— Тебе понравилось?
Дежавю? Ну да, знакомый вопрос. Улыбка на моих губах сама сделалась шире.
Яна, наконец, открыла глаза и сразу же потянулась за поцелуем. Её бёдра снова пришли в движение, а потом она несильно куснула меня за губу и выдохнула мне в ухо:
— Ещё! Хочу ещё!
— Ах ты, моя ненасытная! — шутливо откликнулся я.
Вышел из Яны. Повернул уставшую девушку на живот, согнул одну её ногу в колене и поудобнее пристроился сзади. Не смог отказать себе в удовольствии шлёпнуть ладонью по ягодице и погладить большим пальцем её скользкие складочки.
Пристроил головку к входу. Надавил и вновь вошёл.
— Да-а! — простонала в ответ Яна, дрожа от возбуждения. Сжала простыню в кулачках и повернула голову, чтобы видеть меня. — Давай, Макс! Хочу, чтобы мы сделали это вместе!
Я уже не мог сдерживаться. Крепко держа одной рукой на весу бедро девушки и сжимая другой рукой её ягодицу, я брал Яну жадно, забыв о всякой нежности. Внизу живота, скручиваясь в плотный узел, нарастало знакомое ощущение скорой разрядки.
— Я сейчас кончу! — предупредил я, глядя, как Яна активно подмахивает мне своей попкой.
— Кончаю!!! — донеслось до меня сквозь шум в ушах.
И меня накрыло таким мощным оргазмом, что я ненадолго выпал из реальности. А когда очнулся, обнаружил себя лежащим на хрупкой Яне. Наши тела стали мокрыми и скользкими от пота. Мы оба выбились из сил и тяжело дышали.
— Обалденно! Обожаю тебя! — с горяча выдал я и принялся целовать лицо и шею девушки. На вкус её кожа казалась солоноватой от пота. Но отчего-то пахла очень приятно и даже волнующе.
— Могу сказать то же самое. Это был классный секс. Нет… Макс, ты… Хи-хи… — тихонько рассмеялась вдруг Янка.
— Что я? Говори уже!
Яна выползла из-под меня и лениво перевернулась на спину. Пока я стоял перед ней на коленях, стягивая презерватив, она развела бёдра в стороны и накрыла обеими ладошками свою киску.
— Нет, не буду… — мило отказалась говорить девушка и, сведя бёдра вместе, выпрямила ноги. — Ох, такая слабость. Надо бы сходить в душ…
— Не-е, это всё утром! — сказал я за себя и бросил проверенную и связанную в узелок резинку на пол. Повалился на кровать, сгрёб девушку в охапку и крепко прижал к себе. — Не отпущу, пока не скажешь…
— Ах ты! — заёрзала Янка, притворно пытаясь вырваться из моих объятий.
— Буду гладить и целовать тебя, пока не замучаю до потери сознания, — пригрозил я, желая выбить невысказанное признание. — А ещё дышать тобой… Мм… Почему ты так… вкусно пахнешь? — не мог надышаться я её ароматом, пропитанным феромонами.
Не знаю, что Яна такого нашла в моих словах, но она вдруг перестала ёрзать и позволила мне себя приласкать. А я понял, что, видимо, выбрал не ту стратегию, но мне уже было всё равно.
— Нет, ну точно… Хи-хи… — опять захихикала девушка и натянула на нас одеяло. — Я согласна! Делай со мной что хочешь…
❖ ❖ ❖
Уснули мы лишь через час. После бурного секса я ещё долго гладил и целовал Яну, изучал её прекрасное тело на ощупь. Она отвечала мне тем же.
Меня распирало от счастья и мысли, что я, наконец-то, больше не девственник! А ещё оттого, что мой первый секс, несмотря на все мои страхи, получился столь офигенным, что я не мог и представить! И реакция Яны была тому убедительнейшим доказательством.
Первым, что я почувствовал утром, когда проснулся и сделал глубокий вдох, стал аппетитный аромат приготовленного завтрака. А затем я ощутил на себе вес.
Открыл глаза и увидел сидящую на мне Янку в одном только лифе и трусиках. На этот раз чёрных.
— С добрым утром! — ласково проворковала она.
Поднесла ладошку к своим губам, выпустила на неё немного слюны и сжала пальцами мой твёрдый от ночной эрекции член. Кулачок девушки заскользил вокруг головки.
— С добрым, Ян! А что это ты делаешь? Чёрт, это очень приятно…
Кажется, Яна хорошо усвоила вчерашний урок. Она давила ровно с той силой, с какой было нужно, чтобы доставить мне максимальное удовольствие. Но когда я почувствовал приближающийся финал, девушка внезапно остановилась. Отползла немного назад и наклонилась.
Посмотрела в мои глаза, высунула язычок и провела им вдоль всего ствола.
— Яна! Ах! — застонал я. — Солнышко, я хочу тебя!
В ответ она лишь хихикнула. Как только я вчера её не называл. Но это ласковое прозвище показалось мне одним из самых подходящих.
Яна поиграла язычком с моей головкой. Плотно обхватила её губами и, постанывая, начала страстно делать минет.
Я не продержался даже минуты! Доведя меня до самого пика, Янка выпустила член изо рта, вдохнула, и её язычок быстро закружил под уздечкой. Вскоре струи горячего семени одна за одной полетели на губы девушки, в её рот и даже попали на щёчки.
— Хи-хи… Я сегодня всё правильно сделала? — мило поинтересовалась она, пальчиком собирая сперму с лица, отправляя её себе в рот и аппетитно причмокивая. — Мм… Интересный у тебя вкус…
— Да, всё правильно! Но я что, попал в рай? — шутливо произнёс я и вызывал на лице Яны лёгкое недоумение. — За что такой милый ангел будит меня потрясным минетом?
— Мхи-хи… Ангел? — искренне засмущалась девушка от моего откровенного комплимента.
— Да, ангел! При том удивительной красоты!
— Ну всё! Перестань уже, Макс! Я нам завтрак приготовила. Вставай! Мне скоро на работу, — продолжая мило посмеиваться, сообщила девушка и слезла с моих ног. Воспользовавшись этим, я уселся на кровати, положил руки на талию девушки и принялся целовать её сочную попку. — Макс, что ты делаешь? — игривым тоном спросила Яна об очевидном.
— А на что это похоже? — всё так же дурачился я.
— Максим, перестань! У нас мало времени.
— Ладно. Если мой ангел меня просит…
Янка обернулась, чтобы встретиться со мной взглядом. Кокетливо прикусила краешек нижней губы и заправила за ухо прядку волос.
— Боже! Я не узнаю́ себя! И тебя тоже! — смущённо заявила она, помотала головой в стороны и потрогала свои раскрасневшиеся от смущения щёчки. — Одевайся и давай к столу! — добавила Яна и нехотя сделала шаг в сторону, выскальзывая из моих рук.
Поправила свои кружевные трусики и, эффектно покачивая бёдрами, вышла из комнаты.
Продолжение рассказа здесь: https://author.today/reader/433820/4080275
──── Конец первого тома ────
Дорогой читатель! Спасибо за время, проведённое с героями моих историй. Надеюсь, тебе понравилось. Поэтому не забудь, пожалуйста, поставить лайк ❤️ книге и добавить её в прочитанное. Это поможет другим читателям найти эту книгу среди тысяч других, и сделает мне приятно. А ещё будет мотивировать меня писа́ть больше. Спасибо!
39. 138 ударов в минуту (часть 4)
Действуя на рефлексах и адреналине, через мгновение я уже стоял рядом с Алисой.
— Алиса, не пей!!! — крикнул я, стараясь перекричать голос певицы. Накрыл стакан ладонью левой руки, обхватил его пальцами правой вместе с кистью девушки и мягко отвёл вниз. — Не пей! — повторил я чуть спокойнее и обернулся на спину быстро удаляющегося от стола Платона. — Просто подержи! Я мигом!
Дёрнулся в его сторону. Догнал. Схватил за шкирку и резко, рывком, потянул на себя. Уложил спиной на пол прямо под ноги ничего не понимающих и не подозревающих пар, что танцевали с нами рядом.
Достал из кармана смартфон, открыл камеру. Включил запись видео и сразу же протянул Алисе гаджет с ярким фонариком.
— Снимай! Снимай всё! — крикнул я и забрал у девушки стакан сока.
Надавил туфлей на грудь Платона, заставляя его лечь обратно на пол. А затем перешагнул через него, опустился на колени и надёжно прижал ногами обе его руки.
Наклонился. Зажал пальцами одной руки его нос, запрокидывая голову, и стал без всякой жалости вливать сок в раскрывшийся рот Платона.
— Пей, сучёныш!!! — злобно приказал я.
Он захлёбывался, плевался и дёргался, пытаясь скинуть меня с себя. Жидкость булькала в его раскрытом рту, стекала по щекам и шее, заливая рубашку, но медленно и неотвратимо наполняла его желудок.
— Не нравится, да⁈ Пей, сука! До дна пей! До последней капли! — продолжал рычать я.
За моей спиной кто-то уже кричал, звал на помощь.
Но я не остановился, пока стакан не опустел.
В гостиной зажёгся яркий свет, музыка внезапно оборвалась, и на смену ей пришёл громкий гомон гостей. Кто-то уже объяснял остальным, что «этот псих», то есть я, ни с того ни с сего накинулся на бедного парнишку, несколько раз ударил его кулаком, а потом заставил что-то пить. Хотя я его не бил.
Платон кашлял, пытаясь отдышаться. Его голова лежала в луже бледно-розового сока, что источал приторный вишнёвый аромат.
Я оценил размер лужи. Ну, хотя бы половина точно попала ему внутрь. Эффект будет.
Мой взгляд поднялся на перепуганную Алису, которая продолжала дрожащими руками снимать всё происходящее.
— Ты снимаешь? Алиса, он что-то подбросил в твой сок! — громко сказал я, чтобы камера зафиксировала мои слова. — Именно поэтому я заставил Платона его выпить. — Я снова уставился на мудака и схватил его за грудки. — Что ты ей подкинул? Отвечай!
Но вместо слов Платон извергал только невнятное мычание и хрипы. И тогда я решил обыскать его карманы.
Через четверть минуты перед камерой появился прозрачный пакетик с зип-застёжкой, внутри которого лежали несколько белых таблеток. Сжимая его двумя пальцами, я покрутил улику перед камерой.
— Вотэто ты ей подкинул? Говори!Что это? Сукин ты сын! Говори!!! — требовал я, потряхивая подонка второй рукой.
Пока внезапно подкравшийся Кирилл не выхватил пакет из моих рук.
Алиса, заснявшая это, приподняла камеру и предусмотрительно отошла на шаг назад.
А Кирилл, завладев уликой, тут же её спрятал. Поднял руки в примирительном жесте и принялся успокаивать гостей Катерины.
— Придурок! Это просто мятные конфеты… — прохрипел Платон, изображая из себя невинную жертву. — Мой отец тебя засудит.
— Это мы ещё посмотрим, кто кого здесь засудит, — уверенно парировал я.
— В задницу! Я сваливаю с этой вечеринки! — расстроенно крикнул кто-то из гостей.
Кажется, это была Тамара.
И в то же мгновение в гостиную с визгом ворвалась хозяйка вечеринки. Видимо, Катерина готовила игру и поэтому не сразу узнала о случившемся. Сперва она тоже начала призывать всех успокоиться, но потом заметила причину переполоха и смолкла.
И пока она быстро к нам шла, Кирилл наклонился к Платону.
— Сейчас лучше заткнись, идиот! — сквозь зубы выплюнул он и легонько пнул брата по ноге.
— Лекс! Ты что натворил⁈ — разоралась Катюха. — Ты решил испортить мне вечеринку⁈ Немедленно отпусти его! Отпусти, я сказала!!! — принялась она истерично дёргать меня за локоть.
— Кхм… Лекс, давай отойдём на пару слов, — требовательно произнёс следом Кирилл и потянул меня за другую руку. Платон дёрнулся, освободил свою конечность и оттолкнул меня, вынуждая подняться. — Алиса, прошу тебя, выключи камеру! Это обычное недоразумение, — изображая спокойствие и уверенность, обратился старший сын Романовых к девушке, но та лишь помотала головой.
— Алиса, он врёт! В том стакане точно была та таблетка. И это была вовсе не мята! — сказал я.
— Так! Давайте-ка все успокоимся! — вклинилась Катерина. — О чём вы вообще? Лекс, ты что, пьян⁈
За нашими спинами вновь погас свет, и заиграла музыка. А сестра, похоже, вообще не пыталась ни в чём разобраться.
Мне стало кристально ясно. Романовы явно попытаются замять конфликт. Но какого чёрта Катя заодно с ними?
Я увидел, как она протягивает руки к Алисе, собираясь отобрать у неё мой смартфон. Кулаком ударил Кирилла. Вырвался из его цепкой хватки, опередил сестру, и гаджет нырнул в карман моих брюк.
— Катя, одумайся! — успел крикнуть я перед тем, как сестра подхватила Алису под локоть и спешно увела в неизвестном направлении.
В ответ на мой удар Кирилл грубо толкнул меня в плечо, заставляя развернуться к нему лицом. А перед моими глазами стояла картинка, на которой Алиса, не спускает с меня тревожного взгляда.
Романов пнул ногой дверь. Щёлкнула собачка замка, и мы начали вынужденный разговор.
Сперва он сравнительно вежливо просил удалить видео. Потом убеждал. А после пытался давить и даже угрожать.
— Кирилл, запись всё ещё идёт. Ты ведь это понимаешь? Да, телефон в кармане, картинки не будет. Но он пишет всё, что ты говоришь, — объяснил я, использовав последний аргумент.
На пару секунд Романов старший притих. Быстро прикинул, что музыка слишком громкая, и вряд ли на записи можно будет что-либо разобрать. Оскалился, но сделал шаг назад.
Дальше он говорил тише и был предельно осторожен. Однако продавить меня ему, естественно, не удалось. Тогда он сменил тактику и стал вдруг извиняться за поведение брата. А ещё позже — апеллировать к тому, что, мол, Алиса сама попросила об этом Платона. Но я не питал иллюзий по поводу лживости этого заявления.
— Нет! — категорически отрезал я. — Эта запись останется у меня. Обещаю, если твой брат извинится перед Алисой и перестанет её преследовать, то видео никто и никогда не увидит. Я своё слово держу. Так что в твоих интересах образумить Платона. — Я дал ему время на размышления. Но, не видя его желания идти на мировую, добавил: — Или прямо сейчас я звоню нашему адвокату, полиция берёт остатки сока на экспертизу, свидетели дают показания, и дело предаётся огласке. Что? Не хочется?
Молча поиграв желваками, Кирилл сдался. Едва заметно кивнул и, наконец, оставил меня в покое.
Я тут же вынул телефон из кармана. Остановил запись и отправил её Алексею Владимировичу, нашему адвокату. Следом добавил лаконичный комментарий, объясняющий произошедшее и то, что предшествовало сцене расправы с Платоном. А затем позвонил.
Неприятно, что пришлось испортить вечер хорошему человеку. Но сейчас это важно.
Я был абсолютно уверен, что Алексею Владимировичу можно доверять, и эта запись никуда не уйдёт, поэтому подстраховался. Мало ли как теперь себя поведут Романовы. Слова словами, но верить им я не намерен.
Вернувшись в гостиную, я первым делом начал искать Алису. И не нашёл.
Зато встретил Катю и сразу же вывел её в коридор. Сестра затаила на меня смертельную обиду за то, что я чуть не сорвал её вечеринку. Вообще не хотела со мной разговаривать. Но потом призналась, что ей с огромным трудом удалось уговорить гостей остаться и продолжить веселиться. Даже игру пришлось отложить.
— Да мне плевать! Я здесь ни при чём. И ты прекрасно это знаешь, — перебил я Катюху и ещё раз потребовал ответа на главный вопрос: — Где Алиса?
— Я отправила её домой на такси. Вместе с Томой. Она, кстати, очень расстроилась! Придурок… Чего ты вцепился в эту Алису? У неё с Романовыми свои… — осеклась Катя, едва сказав лишнего.
— Договаривай! Свои…
— Нет. Иди ты в задницу, Лекс! И не смей больше появляться мне на глаза! — фыркнула она и развернулась, чтобы уйти.
— Да не очень-то надо! Вертел я твою тухлую вечеринку! — в сердцах крикнул я и направился к лестнице на второй этаж.
Я был зол. Сегодня Катя себя превзошла. Да что с ней такое⁈ Она же всё видела. Или нет? Чёрт, в этой суматохе я слегка запутался.
Кажется, она пришла уже после того, как Кирилл спрятал пакетик с таблетками. Ну и ладно. Пусть веселится, раз для неё это важнее. Утром поговорим ещё раз на трезвую голову.
Главное, что Алисе больше ничего не угрожает.
❖ ❖ ❖
Вернувшись в свою комнату, я умылся, снял испачканную рубаху и брюки. Переоделся.
Сел за рабочий стол, чтобы продолжить работу над недописанным треком. Но через пару минут окончательно понял, что для этого у меня совершенно нет настроения.
Блин, я даже номер телефона у Алисы не взял! Гений! Защитил, называется. И потерял. Не надо было её отпускать с Катей!
Хотя сестра не стала бы обманывать. Ну, насчёт такси. Однако невозможность убедиться в том, что Алиса благополучно добралась до своего дома, заставляла меня нервничать. И тогда я решил спуститься в оранжерею. Туда, где нам вдвоём было уютно в последний раз.
Не включая свет, я плюхнулся на диван и уставился в ночное небо сквозь прозрачный потолок.
Буквально через минуту Алексей Владимирович отписался, что посмотрел моё видео. Пожурил меня за горячность и учинённую расправу, но тут же успокоил, сказав, что у Романовых будут очень серьёзные проблемы, если они попытаются как-то на нас надавить. Я поблагодарил адвоката, с облегчением выдохнул и спрятал свой телефон.
Сюда почти не доносились звуки музыки из гостиной. В углу умиротворяюще журчала вода. И я начал постепенно забывать о плохом. Мысли опять вернулись к Алисе. Я вспомнил, как она весело прыгала здесь по бетонным плиткам. Как мы вместе разжигали камин. Как мы танцевали. Да уж… Зацепила так зацепила.
Нет, ну а что? Красивая? Очень. Умная? Однозначно. И при этом простая, может и пол помыть, если надо. Одно непонятно. Что её связывает с этим Платоном? Он сказал, что они учатся вместе. Но этого мало.
Я сидел, смотрел на ночное небо, любуясь звёздами и жёлтой луной. Но думал только об Алисе. Глаза уже привыкли к темноте, и я даже мог разглядеть сугробы за толстыми стёклами оранжереи.
В какой-то момент краем глаза я заметил движение. Пригляделся.
А это ещё кто⁈
По заднему двору, пробираясь сквозь сугробы, двигался силуэт. И двигался он к задней двери дома.
Сперва я даже подумал, что это вор, решивший поживиться. Но затем вскочил с дивана и принялся судорожно открывать летние двери. Они не сразу поддались, но, в конце концов, всё же открылись.
В оранжерею, закручиваясь белыми клубами, хлынул поток ледяного воздуха вперемешку со снегом.
— Алиса! Это ты? — крикнул я.
— Лекс? — сказала она единственное слово и обернулась.
Я затащил девушку внутрь, закрыл дверь. Отряхнул ноги Алисы от снега и тут же её крепко обнял.
Вот так, молча, мы простояли, наверное, целую минуту. Или две. Не знаю. Время будто остановилось.
— Ты же уехала на такси… — заговорил я первым, но девушка лишь пожала плечами. — Хотела зайти через заднюю дверь? Чтобы ни с кем не столкнуться?
— Угу, — тихо промычала Алиса. — Я видела, как ты выходил через неё за дровами.
— Блин, Алиска! Она ведь уже давно на замке! А ты могла так и замёрзнуть! — растрогался я, едва не пустив скупую мужскую слезу.
Как хорошо, что я сюда пришёл. Словно чувствовал.
— Аты бы мог попросить у меня номер! — с лёгким возмущением ответила девушка и дёрнулась в моих руках.
— Прости. Да, мне следовало сразу взять его у тебя…
И неважно под каким предлогом, главное — чтобы он прозвучал из моих уст. Я не сомневался, что смогу получить её номер. Хотя наверняка Алиса бы сперва меня помучила. Ведь ритуал должен быть соблюдён.
Мы помолчали ещё немного, и она начала что-то тихо рассказывать.
— В машине… Я спросила у Томы… И когда поняла, что она не твоя девушка, и что ты с ней не… я решила вернуться, — призналась Алиса и посмотрела в мои глаза.
Не что? Не спал? Ага, и сломал этим все планы Катюхе.
Я вытер пальцами влажную щеку Алисы. Стянул с головы забавную шапку с ушками. Поправил рукой рассыпавшиеся по плечам шелковистые локоны. И тогда девушка задала мне вопрос.
— Это из-за меня?
— Из-за тебя, Алис. Я не знаю почему, но ты мне сразу очень понравилась, — честно сознался во всём я.
Она улыбнулась, но тут же смешно надула губки.
— А ещё… ты мне так и не сказал! — Она выждала театральную паузу и неподдельным любопытством поинтересовалась: — Зачем тебе микшер и клавиши?
— То есть, ты пришла, только чтобы спросить меня об этом⁈ — ляпнул я и не смог сдержать смеха.
Алиса тоже тихонько захихикала и потом отрицательно замотала головой. Конечно, не только!
Мы успокоились, продолжая стоять в обнимку и неустанно смотреть друг другу в глаза.
— Хорошо, я расскажу… — прошептал я. Мой взгляд опустился на маняще приоткрытые губы девушки.
Я сделал вдох, наслаждаясь смесью приятных ароматов. И мне безумно захотелось её поцеловать. Я замер всего на секунду, ощущая её волнительное, сбитое дыхание на своём лице, и тут же поддался порыву.
Алиса ответила без промедлений. Закрыла глаза, и мир взорвался новыми, яркими ощущениями.
Мои пальцы скользнули по её шее, зарываясь в шелковистые волосы на затылке. Её ладони легли на мою грудь, сминая футболку. Её губы, тёплые и нежные, пахли зимой и фруктовым блеском. Я наслаждался их вкусом, сминая мягкую плоть в нетерпеливом и голодном поцелуе. Дыхание Алисы смешалось с моим. А через несколько мгновений наши языки уже переплетались в страстном, сладком танце без всякой музыки. И пожалуй, это было лучшее, что могло сегодня случиться.
Пьянея всё больше, я сбавил темп и, наконец, почти замер. Страстный поцелуй превратился в тягучий и очень нежный. Мои губы легонько касались Алисиных, ощущая их теплоту и невероятную нежность.
Не открывая глаз, она улыбнулась. Провела кончиком носа по моей щеке. И я сжал её крепче в объятиях, заставляя издать лёгкий стон.
— Значит, идём в комнату, которой не существует? — тихо спросил я, и, всё поняв, Алиса кивнула. — Тогда вперёд!
Я неторопливо выпустил её из объятий, расстегнул пуговицы пальто и вложил в ладонь шапку, что держал всё это время. Затем взял за руку и повёл сквозь темноту коридоров к двери на пожарную лестницу, где нас никто не заметит. А отпустил лишь тогда, когда за спиной закрылась дверь моей комнаты.
— Добро пожаловать в комнату четыреста четыре! Ещё раз. Если нужно, вон та дверь — это туалет, — указал я рукой вглубь своей спальни, одновременно избавляя Алису от рюкзачка и пальто. — Располагайся! А я сейчас принесу нам поесть.
Постоял у двери ещё немного, любуясь тёплой, искренней улыбкой девушки, и вышел в коридор.
Продолжение следует…
Nota bene
Книга предоставленаЦокольным этажом , где можно скачать и другие книги.
Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту, например, черезAmnezia VPN : -15% на Premium, но также есть Free.
Еще у нас есть: 1. Почта b@searchfloor.org — получите зеркало или отправьте в теме письма название книги, автора, серию или ссылку, чтобы найти ее. 2. Telegram-бот, для которого нужно: 1) создать группу, 2) добавить в нее бота по ссылке и 3) сделать его админом с правом на «Анонимность» . * * * Если вам понравилась книга, наградите автора лайком и донатом: Рассказы 18+. Искры желания