Глава 1

— Энкрид! — позвал меня по имени знакомый голос. Оторвав взгляд от древнего фолианта, я заметил, как в мою сторону идёт библиотекарь. Эхо его шагов раздавалось по всей библиотеке, несмотря на то, что сам он придерживался принципов тишины в этой обители знаний. — И почему я не удивлён, что ты снова последним остаёшься в библиотеке? Из-за чего на этот раз ты пропустил закрытие моей вотчины? — сложив руки на груди, с напускной строгостью спросил Люций.

Правда, за этой маской всё равно скрывалась забота, хоть он и не старался этого показывать. Всё же далеко не каждый студент согласен проводить здесь столько времени, и тем более с трепетом относиться к гримуарам, придерживаясь всех техник безопасности. Магические книги они такие — могут и на другой план бытия забросить или проклясть так, что квакать будешь неделю.

— Сами посмотрите, — с лёгкой улыбкой ответил я, закрыв книгу, и протянул её Люцию.

Тот бережно взял книгу и посмотрел на название. В один миг его левая бровь приподнялась, после чего мужчина недоверчиво наклонил вбок голову и провёл пальцами по своим пышным, но уже слегка седым усам. Он ими тайно гордился, но настолько тайно, что об этом знали все.

— Первородная магия, да ещё и написанная на языке древнего Синклита, — тяжело вздохнул библиотекарь. — Её даже в институте не на всех факультетах преподают в рамках ознакомления, не говоря уж об углубленном изучении. Можешь даже не объяснять, зачем тебе оно интересно, и без этого знаю ответ. Но себя изматывать-то зачем? Я ж по глазам вижу, что ты опять ночью не спал.

— Статьи в «Магическом Вестнике» сами себя не напишут, — едва заметно пожал я плечами. — Да и когда натыкаешься на интересную тему, перестаёшь обращать внимание на время. Вы же это прекрасно знаете.

— Всем бы твою усидчивость, — в воздух бросил Люций, вновь подкрутив усы. — Даже в день рождения сидишь в библиотеке, учишься чему-то новому. Не то что другие бездари, только и знающие, как кичиться статусом, — недовольно проворчал он и посмотрел на меня, стараясь показать строгость, но кончики губ его подрагивали в улыбке. — Но всё равно, не задерживайся допоздна. Сон очень важен для организма. Потом будет только сложнее усваивать информацию.

— Знаю. Только у статьи есть сроки, — едва заметно пожал я плечами. — Хочешь не хочешь, а договор соблюдать надо. Иначе вот так свободно разгуливать по всем секциям библиотеки мне не дадут. Тем более что другие преподаватели не очень-то довольны, что я обучаюсь в классе для магов.

Насчет этого я уже давно перестал спорить, если им так хочется ставить мне палки в колеса, то пожалуйста. Испытания сделают меня только сильнее, да и так забавно смотреть на их злые рожи, которые не всегда могут понять тезис из моих работ.

— У этих старых маразматиков вместо мозгов одни опилки. Впрочем, не бери в голову, — поморщился Люций, нахмурив брови, после чего резко перевёл тему разговора. — Кстати, о чём будет твоя новая статья? А то ты вечно меняешь псевдонимы, и попробуй угадай, какая работа твоя.

— В этот раз я решил взяться за базовое плетение огненного шара, — снова едва заметно пожал я плечами. Можно было бы взять и что-то посложнее, но главный интерес был именно в том, чтобы найти что-то новое в базовой вещи, которую никто и не подумает улучшать. — Ничего такого. Изменил контур в одном месте и снизил расход энергии на десять-двадцать процентов. Тут результат от таланта мага зависит и его контроля маны.

— Ну не надо принижать свои заслуги, — отложив книгу в сторону, сложил руки на груди Люций. — Огненный шар пусть и слабое, но самое распространённое заклинание среди магов огня. Эти десять-двадцать процентов могут кому-то жизнь спасти, особенно в Подземельях. За прошлую статью, надеюсь, тебе хоть достойную награду дали?

— В награду дали ту книгу, что вы только что держали в руках, — пальцем указал я на неё. Заметив очередной недовольный взгляд Люция, я добавил: — Справедливости ради, достойный обмен. Даже в родовых хранилищах попробуй отыщи что-то о зарождении магии.

— Пожалуй, ты прав, Энкрид, — согласился со мной библиотекарь, проведя пальцами по усам. — Книги тысячелетней давности дорогого стоят. Да и как погляжу, тебе доступ к закрытой секции дали опять в обход меня, будто я и не библиотекарь! — вновь проворчал мужчина, но я, как и всегда, это проигнорировал. Все же сложности его работы с начальством меня никоим образом не касались и влезать в это я не имел никакого желания. — Жаль, там большинство книг никак не переведены и находятся в плачевном состоянии. Надо бы по-хорошему заняться расшифровкой и реставрацией, но некому. Таких специалистов ещё попробуй отыщи, а уж сколько будут стоить их услуги, я вообще молчу, — досадливо покачал он головой. — Бюджет вечно не хотят расширять, хотя я из года в год требую уделить этому внимание!

Иногда людям просто надо выговориться, а я всегда был хорошим слушателем. Возможно, отчасти поэтому мы со стариком Люцием так быстро достигли взаимопонимания. Он закрывал глаза на то, что я засиживался здесь, нарушая тем самым часть правил академии, ну а я не говорил ничего о том, что тут происходит, и о делах, которые проворачивал библиотекарь ради сохранности некоторых знаний.

— Ничего страшного, у меня глаз намётан, — сказал я, вставая из-за стола. — Давайте отнесу книгу обратно. Пусть будет небольшим извинением, что задержался, — на моём лице появилась вежливая улыбка.

— Пустое, — отмахнулся Люций, протянул книгу и сразу же подмигнул мне. — Двери оставлю открытыми. Считай это подарком на день рождения. Только долго не задерживайся, а то того и гляди, здесь же уснёшь. А мне потом объясняться, чего это студент не в общежитие находится.

— Благодарю, — коротко кивнул я, взяв старый фолиант в руки.

Старик Люций направился в сторону выхода из библиотеки, ну а я двинулся в противоположном направлении. В голову при этом лезли самые разные мысли, практически не касающиеся магии.

Например, как я вообще очутился в этом мире и чего добился за пятнадцать лет проживания здесь. И да, я был самым настоящим попаданцем. Ну или не очень, сам до сих пор не определился.

Вот лежал я на смертном одре в свои восемьдесят четыре года, прокручивая в голове счастливые моменты из жизни, а потом закрыл глаза и сразу погрузился во тьму. Правда, по ощущениям долго она не продлилась. Яркий свет озарил мои глаза, прежде чем я увидел держащую меня незнакомую женщину.

Она прерывисто дышала, на лице читалась слабость, но при этом незнакомка улыбалась и что-то напевала на неизвестном мне языке. Уже чуть позже я увидел свои пухлые ручки и стал понимать, что происходит.

На изучение языка ушло два года. Я к этому моменту, ко всеобщему удивлению, научился сносно разговаривать на местном языке. Тогда же мама и няньки принялись обучать меня чтению.

Хотелось, конечно, на тот момент ещё и научиться писать, да только мои маленькие ручки никак не хотели удержать перо в руках. А уж сколько трудов пришлось потом потратить, чтобы научиться писать эти закорючки, даже вспоминать не хочется.

Примерно в тот же момент я узнал, что родился третьим сыном графа Маркуса Эйзенхорна, в Империи Амратель.

Будущие перспективы оказались очень даже неплохими. Отец был известным воином и фигурой, приближённой к императору. Да и сама страна считалась одной из самых крупных и мощных держав на континенте.

Но что куда важнее — здесь была магия.

В прошлой жизни у меня всегда была тяга к знаниям и всему неизвестному. Поэтому я ударился в научную отрасль, и под конец жизни даже стал известным и уважаемым учёным, выдвинув парочку теорий, касающихся тёмной материи. Только этого всё равно было мало, чтобы утолить моё любопытство.

А тут мне в руки упал шанс прикоснуться к тому, о чём другие даже мечтать не могли.

Никто даже не сомневался, что в девять лет я пробужу магию. Отец был магическим мечником, а мать искусной заклинательницей. Уж какой-то из их талантов я должен был унаследовать, как это сделали мои старшие братья. Однако судьба решила сыграть со мной злую шутку. Дар-то я пробудил, но с жирным таким нюансом.

Как сейчас помню диагноз одного из лучших целителей в империи.

— У меня для вас плохие новости, — сказал он, обращаясь к моим родителям. — Энкрид обладает невероятным потенциалом. С его духовной силой и резервом маны он мог бы стать одним из сильнейших магов на континенте. Однако его чувствительность к мане практически нулевая. Она полностью не функционирует. Пусть и очень редко, но такое случается с одаренными. Боюсь, ни один целитель в мире и никакая алхимия не смогут ему помочь. Мне очень жаль.

Тут надо отдать должное семье. Ни отец, ни мать, ни даже братья не изменили отношения ко мне. Наоборот, принялись тепло поддерживать.

— Неважно, владеешь ты магией или нет. Семья никогда от тебя не отвернётся, — сказал отец сразу после того, как целитель ушёл.

— Уверена, с твоим умом ты точно найдёшь своё место в мире, — добавила мать, хоть на её лице и читалась сочувствие.

Впрочем, то, что звучало как приговор, для меня лишь стало преградой. Пусть я не мог сам творить заклинания, но зато мог их изучать, и впоследствии улучшать!

Размышляя об этом, я сам того не заметил, как пришёл в нужное место. Библиотечная лесенка на колёсиках находилась на том же месте, где я её и оставил. Только рядом с ней почему-то лежала ещё одна упавшая книга. Причем книга мне незнакомая по внешнему виду, что уже было довольно интересно. Я ведь как минимум пробежался взглядом по всем книгам, что здесь были.

Подняв взгляд вверх, я заметил, что одна из полок пустующего шкафа от ветхости сломалась и обвалилась — да, кто-то хорошо так экономит на бюджете библиотеке. Что ж, надо будет сообщить об этом Люцию. Это всё-таки его работа.

Недолго думая, я поднялся по лесенке, положил книгу по первородной магии на место. Затем спустился и из любопытства взял упавший гримуар в руки. Повертев в его руках, я не заметил названия. Если оно и было, то, скорее всего, давно стёрлось — увы, были в библиотеке и весьма потрепанные экземпляры бесценных знаний.

Я попытался аккуратно открыть первую страницу, но тут же каким-то образом умудрился порезать палец о бумагу. Из чего она вообще, чёрт возьми, сделана?

Не успел я нормально подумать о произошедшем, как гримуар сам по себе вырвался у меня из рук и взмыл в воздух. Его пустые страницы перелистывались одна за другой, пока вдруг через секунду я не почувствовал накатившую слабость, которой совсем не удавалось сопротивляться. Я рухнул вниз и почувствовал, что теряю сознание.

Только странный мужской голос пронёсся в голове.

[Инициализация пользователя.

Обнаружена неактивная родословная наследника Эйзенхорна.

Активация Системы наследия.]

Очнулся я из-за того, что кто-то тряс меня за плечо, пытаясь привести в чувства.

— Энкрид! Всё в порядке? — услышал я обеспокоенный голос Люция. — Говорил же, будь аккуратней на лестницах. Сейчас же провожу тебя в медпункт. Будешь как новенький!

— Всё хорошо, — рефлекторно отмахнулся я рукой, после чего не без труда поднялся на ноги. Голова по-прежнему гудела. — Сотрясения нет, да и я в порядке. Отлежусь и все будет хорошо. Да и у вас проблемы будут, если задержусь. Сами знаете, что все происшествия заставляют целителей фиксировать…

— Я-то ладно, справлюсь с этой бюрократией… — покачал головой библиотекарь, но всё же нежелание писать отчеты явно читалось на его лице. — Так и быть, поверю разочек. Но до общежития всё равно проведу, а то вдруг ты ещё головой стукнешься.

— Знаете… не буду возражать, — сказал я, держась рукой за затылок.

Заодно оглядевшись, никакой книги я не нашёл. Привиделось, что ли, из-за недосыпа? А может, и впрямь просто с лестницы упал, а потом странный сон увидел. Чёрт его знает, всё может быть. В любом случае, проспаться не помешает.

Поблагодарив Люция, что присмотрел за мной и довёл до входа в общежитие, я неспешно потопал в свои, так сказать, апартаменты. Там, даже не разуваясь, я лёг спиной на кровать и прикрыл глаза. Сил заниматься чем-то ещё не было.

Стоило закрыть глаза, как в голове снова раздался мужской голос.

[Желаете активировать Систему?]

Сонливость как рукой сняло. Я распахнул веки и увидел перед глазами… голограмму? На ум никаких других сравнений не приходило. Для жителя этого мира это и вовсе не понятной магией должно быть.

Синяя полупрозрачная плашка с надписью никуда не торопилась исчезать. На галлюцинацию это было не похоже. Умом я вроде тоже не тронулся… Значит, это всё из-за гримуара? Непонятно.

Я сел на кровать и стал тереть переносицу. От осознания происходящего легче не стало. Можно, конечно, проигнорировать эту «Систему», но перспектива — жить с этой фиговиной перед глазами — совсем не радовала.

С другой стороны, а что может произойти? Не закинет же меня, в самом деле, в какое-нибудь Подземелье с монстрами, как героя одной из историй, про которого я читал в прошлой жизни. Да и что я в принципе теряю? Тем более что Система активировалась после пролитой крови на гримуар и упомянула некое наследие Эйзенхорна. Неспроста всё это.

Правда, теперь даже интересно: как она попала в Академию? Чувствую, это будет та ещё загадка. И я не буду собой, если хотя бы не попытаюсь в этом разобраться.

Вздохнув, я набрал воздух в лёгкие и вслух проговорил:

— Активировать Систему.

[Запрос принят. Пользователь инициализирован.

Потенциал пользователя: высокий процент соответствия исходным данным.

Получен доступ к обучению.

Вам доступно создание пера начинающего рунного мага.

Необходимые материалы для создания пера: масло сердцееда, свежая кровь кобольда, печень…]

Стоило мне дочитать текст, как окно Системы исчезло. Что ж, теперь не придётся беспокоиться, что она мне будет каждую секунду мерещиться. Остаётся научиться, как призвать и отозвать её при помощи мыслей, но этот вопрос можно отложить до завтра.

Список оказался, мягко говоря, длинным. Больше двадцати материалов, причём некоторые из них ещё найди. Придётся идти на аукцион и тратить личные средства. Хотя отец всё равно прознает о сделке. Связей, чтобы тайно купить все нужные ингредиенты, у меня попросту нет. Как-то не требовалось подобного раньше.

Ладно, что-нибудь придумаю. Скажу, например, что оно мне нужно для личных опытов. Не думаю, что он будет настаивать на подробностях. Тем более я такие покупки и раньше делал.

Перо рунного мага, значит. Вот только как наследие моего рода вообще соотносится с рунными магами, если в моей семье в основном были магические мечники?

А вот зачем рунному магу перо, я ума не приложу. Ни в одной книге ничего подобного не упоминалось. Все маги пользовались исключительно руками и различными резцами, даже при гравировке рунных вязей. Что это за перо такое, вопрос, конечно, хороший…

Ладно, разберусь по ходу дела. Пока его у меня нет, так что смысл об этом думать? Тем более уверен, что Система даст мне пояснения. Кто-то же её, в конце концов, придумал.

Что ж, поддаваться панике нет никакого смысла и, значит, планы на ближайшее будущее довольно простые.

Во-первых, углубиться в историю своего рода. Возможно, там найдутся хоть какие-то подсказки касаемо Системы и рунной магии. Как и того, почему в моей семье вообще о рунной магии никто не упоминал хотя бы немного.

Во-вторых, пройтись по алхимическим магазинам, а затем посетить аукцион. Если уж там не найдётся недостающих материалов, то обращусь напрямую к охотникам и сделаю заказ. Придётся подождать недельку-другую, но в этом случае ничего не поделаешь.

В-третьих, придётся брать отгулы в Академии, сославшись на дела рода. Не очень хочется пропускать занятия, особенно учитывая мою безупречную посещаемость, но появившиеся перспективы важнее.

Традиционный аукцион у Вальтеросов откроется как раз через несколько дней, а до этого мне нужно изучить историю рода Эйзенхорн. Лучше уж прийти туда во всеоружии. Вдруг мне, помимо перечисленных материалов, понадобится что-нибудь ещё?

С планами всё более-менее ясно. Значит, теперь точно спать. Чувствую, силы мне понадобятся.

И все же рунная магия, да?

Утро, конечно, выдалось тяжёлым.

Пробуждение всегда было моим нелюбимым моментом начала дня. Особенно, когда нужно вставать и куда-то идти. Всегда хотелось побольше поваляться в постели, но иди я на поводу своего желания, то на всё попросту не хватало бы времени.

Зато голова практически перестала болеть. Я чувствовал небольшую слабость, но она ничуть не мешала заниматься повседневными делами. Встать, умыться, одеться и начать экспериментировать с Системой.

В первую очередь я попытался её хоть как-то запустить. На голосовые команды она никак не реагировала. Призвать её мысленно — тоже не получилось. Только когда я догадался прищуриться, она всплыла перед глазами.

Выдавать новую информацию эта так называемая Система наотрез отказалась. Я мог мысленно развернуть текст, касающийся материалов для создания рунного пера, и на этом всё. Похоже, пока не создам эту странную вещицу, прогресса никакого мне не будет.

Неприятно, конечно, но жить можно. Всё равно теперь это Система никуда не убежит, да и до аукциона ещё несколько дней. Если уж я шесть лет искал способ использовать магию, то пара дней погоды не сделают. Можно и подождать.

Разобравшись с Системой, я отправился в столовую. Коридоры в основном были пусты, поскольку студенты предпочитали отдыхать в постели, особенно после практических тренировок, которые начинались вечером и порой сильно затягивались, если мастера-наставники особо усердствовали.

Я же всегда предпочитал приходить первым, чтоб урвать самые вкусные блюда и десерты. Иначе уже к середине завтрака не оставалось никаких вкусняшек, да и я терпеть не мог есть впопыхах.

Правда, заприметив впереди четырёх студентов, преграждающих мне путь, я понял, что десертиков и вкусняшек мне не достанется. И чего только этим детишкам высокородным всё неймётся?

Из всей четвёрки студентов я узнал только одного. Арн Торн, первокурсник из параллельной группы. Высокий и рослый паренёк, выглядящий на все двадцать лет. В остальном, ничего примечательного в его внешности не было. Ученик как ученик, что тут ещё сказать.

Что сразу бросилось в глаза — он стоял впереди остальной троицы, тем самым сразу обозначая, кто в этой кучке за главаря.

— Я так понимаю, в столовую пропускать вы меня не собираетесь, — сказал я, глядя Арну в глаза. Тот в ответ ухмыльнулся, под тихие смешки своих шестёрок.

— А что, есть какие-то проблемы, Нулёвка? — намеренно провоцировал меня парень, да только неудачно. Я всё-таки уже далеко не юнец, чтоб его слова могли хоть сколько-то меня задеть. Хотя да, по внешнему виду и не скажешь.

— Проблемы? — хмыкнул я и сложил руки на груди. — Да нет, с чего бы вдруг. Я в любом случае пройду, хотите вы того или нет.

— А ты не до фига наглый для того, кто даже магией пользоваться не умеет, и при этом по какому-то недоразумению учится с нами? — сказал Торн и приблизился ко мне. — Думаешь, раз дружишь с Винсентом, то он тебя от всего сможет защитить?

Из-за разницы в росте казалось, будто он навис надо мной. Уверен, многих малолетних аристократов он запугивал таким образом и вполне успешно.

— Кто говорил, что мне нужна его защита? Тем более от таких бездарностей, которые могут только полагаться на магию, — снисходительно улыбнулся я.

Торн даже не стал что-то отвечать. Тут я отдал ему должное — на лице не дрогнул ни один мускул, но сам парень быстро сжал кулак и замахнулся в мою сторону, целясь в корпус. Явно хотел проучить за дерзость, но не оставлять видимых следов.

Если бы не тренировки с отцом, вряд ли бы я успел вовремя отреагировать.

А так я, действуя на опережение, сделал шаг вперед и со всей силы первым врезал ничего не подозревающему Торну коленом в солнечное сплетение. Тот сразу же скривился в букву «зю» от боли и что-то неразборчиво промычал. Не собираясь его жалеть, правым кулаком я зарядил ему в подбородок, выбив совершенно случайно парочку зубов. Двух ударов более чем хватило, чтоб опрокинуть наглого аристократа в нокаут.

Вот что означает недооценить своего противника. И стоило все это начинать, чтобы оказаться на полу?

— Кто следующий? — сказал я, глядя на оставшуюся троицу.

Те пару секунд недоуменно сверлили меня взглядом, после чего парочка ближайших подпевал Торна рванула ко мне.

Первый тучный, явно любил вкусно покушать. Его завалить будет тяжеловато. Второй низкорослый, но судя по движениям, пронырливый. Проныра быстрее вырубится, но по такому ещё попробуй попади.

Пухляш побежал направо, проныра — налево. Оба явно пытались навязать свой стиль боя. Если отвлекусь на одного и вырублю с первого удара, второй стукнет мне по затылку или еще что и на этом всё закончится. Нет уж, так дело не пойдёт.

Вместо того чтобы идти к кому-то наперехват, я наоборот, отошёл поближе к стене. Со стороны наверняка выглядело так, будто меня только что загнали в тупик. Оба паренька от увиденного аж воспряли духом и напрочь забыли о первоначальной тактике, побежав вдвоём в одну сторону. Наивные, действительно посчитали, что я их испугался?

Я выдерживал давление жажды крови отца, не падая на землю. После такого уже мало что может вообще испугать.

Командной работой здесь даже не пахло. Не сообразив напасть одновременно, первым добежал проныра. Что ж, очевидно, пухляшу ведь бежать тяжелее.

Низкорослик вместо того, чтобы бить кулаками, попытался взять меня в захват и уронить на пол. Разумное решение, учитывая, что их главаря я вырубил за пару секунд. Так размахивать конечностями я не смогу.

Правда, он не учёл моей подготовки. Такие задиры почему-то вечно забывают, что помимо изучения книг, я еще и физической подготовкой занимаюсь.

Я ловко шагнул вперёд, после чего, до того как мой противник успел среагировать на изменившиеся условия, схватил парня за левую руку. Проныра даже не успел понять, что происходит. Мне же было достаточно отойти на шаг в сторону, чтобы парень по инерции врезался головой в стену. Что ж, минус один, остались двое.

Пухляша не смутила судьба друга. Он продолжил бежать на меня, как медведь на таран. Несмотря на вес, в чистой физической силе я ему уступал. Кулак у него явно был тяжелым, как у кузнеца. Тут если разок прилетит, дальше не встанешь. А вот в скорости он мне уступал, чем я и воспользовался.

Противник замахнулся рукой, целясь мне в голову. Я без особых проблем нырнул под удар, после чего ударил тыльной стороной ладони точно в «яблочко». Пухлячок схватился обеими руками за горло, упав на колени и начав жадно глотать воздух.

Я лишний раз церемониться не стал и вырубил его ударом в шею, как учил отец, который очень настаивал на моей физической подготовке. Как показала практика моей учёбы, совсем не зря. Идиотов всегда хватало на мою голову.

Тут-то краем глаза я заметил, что Торн поднялся на ноги. Нижняя половина лица вся в крови, что создавало жуткую картину, а уж как он скрежетал оставшимися зубами в этот момент. Впрочем, это не мешало ему рычать как зверь. Его глаза обливались кровью, вены набухли на лбу. Сам он при этом встал в боевую стойку, и тут я едва не обомлел.

Я своими глазами увидел и даже почувствовал, как вокруг него собирается мана, ощущая колебания в воздухе. На миг меня охватила радость, ведь до сегодняшнего дня так ярко я это еще не чувствовал, но её тут же пришлось отбросить в сторону.

Проигрывать противнику, даже нарушившему негласные правила и использующему магию, я не собирался.

Глава 2

Прямо говоря, такого развития событий я не ожидал.

Использовать магию вне дуэли на территории Академии было запрещено. Поэтому если уж ученикам очень хотелось быстренько решить спор или обиды между собой, то в ход шли обычные кулаки и никакого оружия.

Мастера-наставники всё выходящее за рамки рукопашного боя очень сильно наказывали. Ну а если кто-то получал много травм, то потом ему доставалось ещё сверху от целителей. Впрочем, пережить подобное куда проще, чем очередной марафон адских тренировок.

Кто ж мог подумать, что мой однокурсник настолько разозлится и решит нарушить правило Академии? Его же не то, что отстранить, исключить могут. Должно быть, кровь в голову ударила, не иначе. Тем более что сейчас Арон напоминает самого настоящего берсерка.

Ладно, сейчас это неважно. Факт остаётся фактом. Он собирается ускорить себя и разобраться со мной одним ударом. Увернуться полностью я физически не успею. Значит, нужно вырвать победу хитростью.

Пока я об этом рассуждал, Торн рванул с места. Он в этот момент двигался раза в два-три быстрее проныры. Это притом, что я так-то ему челюсть сломал. Живучий, прям как таракан.

Шаг, шаг, ещё шаг. Я дожидаюсь, чтоб Торн подошёл поближе, и тут же отпрыгиваю назад, словно пытаюсь заранее увернуться от удара. Сам парень даже не подумал что-то изменить в своей тактике, и продолжил двигаться вперёд, не видя перед собой ничего, кроме цели.

Ещё мгновение, и он хватает меня левой рукой за ворот рубашки. Правой он замахивается, чтоб ударить прямо в лицо. Никакой боевой техникой тут даже не пахло. Кто-то явно пренебрегал тренировками, полагаясь только на ману и хорошее телосложение. Противник даже не заметил вовремя сделанной подсечки и того, что я согнул спину назад.

Мне хватило секунды, чтобы парень лишился опоры под ногами. По инерции он продолжил двигаться вперёд, чем я и воспользовался, со всей силы перебросив парня через себя и уронив его тело на спину. Настоящие воины от такого не потеряли бы сознание, но Арн Торн в их число не входил.

Убедившись, что противник ничего больше не предпримет, я вздохнул и неожиданно почувствовал, словно в спину вонзилась холодная сталь. Так моё внутреннее предчувствие всегда кричало о скрытой опасности.

Практически инстинктивно я схватил подкравшегося сзади противника за руку, что он положил на мое плечо и опрокинул его через себя. Только в ответ он ловко приземлился на ноги и громко рассмеялся. Тут я и понял, что это не очередной противник, а мой друг.

— Вот это я понимаю реакция! Не то, что у бездарей из моего класса, — громко загоготал Винсент, держась обеими руками за живот.

— С такой скрытностью тебе в разведку идти надо, — отшутился я в ответ. — Как случилось, что ты встал ни свет ни заря⁈

Вот уж кого-кого, а встретить своего друга в коридоре я не ожидал. Особенно сразу после драки. Не караулил же он меня, в самом деле. Особенно с его ленивым характером и любовью до последнего дрыхнуть в кровати.

Причём из-за своих вечных опозданий, Винсент больше всех остальных получал отработки от мастеров-наставников. Только адские тренировки, как мне казалось, его лишь радовали и мотивировали продолжать опаздывать на каждое занятие.

— Попрошу, эклеры с фисташковым кремом — это святое! — важно заявил парень, приподняв палец вверх. — Так что не будем терять ни минуты. Пошли быстрее, а то нам ничего не останется. Я так-то намерен съесть минимум десять штук!

— Куда в тебя столько лезет, — покачал я головой, после чего неспешно поравнялся с другом и побрёл вперёд. Один чёрт, даже если останусь на месте, меня вызовут к директору и заставят писать объяснительную… очередную. А так хотя бы поем. — Как только ты ещё в медпункт не попал с пищевым отравлением, ума не приложу.

— Тут самое главное — газировкой не запивать, чтоб в желудке побольше места оставалось! — воскликнул Винсент, после чего добавил: — Тут, кстати, один ученик пробегал. Драпал так, что пятки сверкали. Случайно, не твоих рук дело?

— А ведь точно, их же четверо было, — задумчиво проговорил я. — Видимо, испугался, когда увидел, что я его товарищей уложил на пол, — хмыкнул я в ответ. — И что им всем спокойно не живётся⁈

— Я и ты для них белые вороны, — развёл руками Винсент, после чего хлопнул меня по плечу. — Ты так-то молодец. Арна нокаутировал, когда тот магией воспользовался. Я помочь хотел, да чутка не успел. Думал, уже в медпункт тебя придётся тащить, а ты вон как выкрутился. Будет мне ещё одним напоминанием, что одной магии для победы маловато.

Правда, вопреки своим словам, Винсент стал демонстрировать свои мышцы. Стоит признать, своей физической форме он посвящал очень много времени, так что и выглядел соответствующе. Вон, даже пара студенток с курса постарше забавно покраснели от такой демонстрации. Впрочем, мой друг, как и всегда, совсем этого не заметил.

— Вот только давай без намёков на спарринг, — нахмурив брови, бросил я на парня многозначительный взгляд.

— Да ты меня читаешь как открытую книгу, — весело рассмеялся Винсент и снова хлопнул меня по плечу, нисколько не думая сдерживаться и вообще заботиться о манерах. С этой его привычкой я давно свыкся.

За неспешными разговорами мы пришли в столовую. Из-за всей этой ситуации с хулиганами и, естественно, задержки, вызванной разборками с ними, часть десертов успели разобрать. Винсент аж вознегодовал, что эклеров осталось не десять, а всего девять.

В остальном же мы набрали себе вкусняшек, как и хотел мой друг, и сели за свои места.

Тому, что Винсент слопал всю свою порцию за десять минут, я не удивился. Готов поспорить, этот обжора даже молодого телёнка в одно лицо съел бы и не подавился. Тем более что воины-маги расходуют много энергии, из-за чего у них отменный аппетит. Впрочем, это не отменяет того, что желудок его был бездонным, и ведь не толстел, зараза.

— Как же ты долго ешь, — укорил меня друг за то, что я неспешно и размеренно уничтожал свою порцию. Сам-то он явно нацелился за добавкой. — Ну ничего. Тебя на втором семестре так запрягут физическими тренировками, что мало не покажется. Будешь ходить голодным как медведь. Вот тогда-то аппетит проснётся.

— Охотно верю, — коротко кивнул я и улыбнулся.

Он-то второй год учится на этом курсе, так что ему в этом вопросе точно можно верить. А как мой друг стал второгодкой? Так у него поведение больно буйное, вот и решили проучить, но что-то пошло не так.

— Какой-то ты сегодня задумчивый. Случилось чего? — неожиданно спросил Винсент. Странно, я этот момент никак не показывал, постоянно поддерживая разговор. — Или, может, ты влюбился? — подмигнул и в тот же момент резко загоготал парень, привлекая внимание к нашему столу.

Да, этикет этому парню был неведом. Точнее, не так — Винсент мог себя вести как прирожденный аристократ, просто не хотел, и всё тут.

— Любовь — штука сложная, — уклончиво пожал я плечами. — А насчёт задумчивости ты прав. Можно сказать, мне пришла в голову идея провернуть эксперимент. Только для него понадобится много материалов. В алхимических магазинах всё необходимое купить вряд ли получится. Значит, придётся ехать в аукционный дом Вальтеросов.

— Они же специализируются по большей части на продаже частей монстров, — удивлённо ответил мой друг, положив большой и указательный палец под подбородок. — Хотя, зная тебя, это наверняка что-то интересное. А я уж думал, что ты в этой своей библиотеке скоро пылью покроешься и забудешь, как выглядит белый свет. Как насчёт вместе сходить?

— Только не говори, что собираешься купить части монстров ради своих кулинарных экспериментов… — сказал я, вспомнив, как он пытался угостить меня своим фирменным рагу из лютоволка.

То блюдо я не осмелился попробовать. Даже несмотря на слова Винсента о том, что оно лишь «слегка острое». То, что лишь от одного запаха я стал судорожно кашлять и тереть глаза, его ничуть не смутило.

— Пока что я решил воздержаться от кулинарных излишеств. Чисто технически правила Академии я ими не нарушаю, но директор почему-то стал косо на меня смотреть, — почесал затылок Винсент, после чего добавил: — Я так и так собирался туда поехать. Оружие новое охота себе прикупить. Конец семестра близок как-никак, скоро в Подземелье идти, баллы зарабатывать. Вот и обновить снаряжение лишним не будет, верно я говорю, а?

— Пожалуй, ты прав, — вновь согласно кивнул я, неспешно продолжая трапезу. — Посмотрим, вдруг и для меня там меч интересный найдётся. Главное — Алису с собой позвать, а то она обидится, если мы без неё пойдём. Сам же знаешь, что потом будет.

За весёлыми разговорами с другом я сам того не заметил, как пролетел завтрак. Неохотно вставая, мы с Винсентом пошли в сторону выхода, где нас двоих встретил незнакомый преподаватель. Уж их чёрные мантии сложно было с чем-то перепутать. Студенты одевались более ярко, что ли.

Сам мужчина никак особо не выделялся. В глаза бросались только его широкие плечи и длинная, густая и опрятная борода. Наверняка он за ней хорошо ухаживает.

— Энкрид Эйзерхон и Винсент Кренч? — обратился он к нам.

— Верно, — первым ответил я.

— Предлагаю не терять времени и сразу идти писать объяснительную, — тут же вставил свою монету Винсент. — К чему эти пустые разговоры.

— Будем считать, что вы облегчили мне работу, — едва заметно улыбнулся мужчина. — Но я всё равно должен получить у вас показания о произошедшем. Драки между аристократами — не та вещь, которую можно замять. Особенно, когда этот кто-то использует магию.

— То есть даже объяснительную писать не придётся? — у Винсента загорелись глаза.

— Вашему другу нет, — улыбка спала с лица мужчины. — Нападать на учеников средь бела дня — явное нарушение правил Академии.

— Я не нападал на него. Он сам налетел на мой кулак, — попытался отмазаться я, но такой аргумент бородатому мужчине не очень понравился.

— Это уже не мне решать, — покачал головой преподаватель, после чего он развернулся к нам спиной. — Прошу идти за мной, господа. Вам ведь ещё нужно успеть попасть на занятия.

Дача показаний заняла куда больше времени, чем я предполагал. Уж не знаю, кто и как выяснил, что Торн использовал магию, но это обернулось для него серьёзными проблемами. Одно дело — драки, на которые можно закрыть глаза, и совсем другое — покушение на жизнь аристократа. Тем более что всё происходило не на тренировочной площадке, под контролем мастеров-наставников.

Академия очень не хотела поднимать шумиху вокруг этого дела, заботясь о своей репутации. При этом обвинить меня в провокации конфликта они тоже не могли — хулиганы напали первыми. Я мог подтвердить свои слова с помощью зелья истины.

Желания тратить время на разборки с Арном и его родом у меня не было. Оно того не стоило. Поэтому мы сошлись на том, что я не выставляю никаких претензий Академии, а Торн в свою очередь в конце семестра по собственному желанию покинет Академию и переведётся в другое учебное заведение, пусть и не такое престижное.

Правда, занятия я всё-таки пропустил, как и обед. Неприятно, конечно, учитывая мою посещаемость, но ничего страшного. На общий балл в теоретической магии оно не повлияет, учитывая, что я изучил весь учебный материал на год вперёд и мог вполне обоснованно дискутировать с преподавателями на сложные вопросы.

Так что недолго думая, я направился в библиотеку. Недаром там, в том числе хранились летописи всех существовавших и существующих влиятельных родов, в число которых входили и Эйзенхорны.

По дороге в библиотеку я принялся размышлять о том, что смог почувствовать ману. Значит, эта загадочная Система каким-то образом изменила моё тело, пока я лежал без сознания.

Наверняка есть и другие изменения, о которых я ничего не знаю, так что придётся экспериментировать. Правда, придётся ими заниматься подальше от чужих глаз, иначе уже у окружения появятся неудобные вопросы.

Также я не понимал, почему я почувствовал чужую ману, но при этом никак не ощущал свою? Обычно происходит ровно наоборот. Маги учатся чувствовать окружающую их ману, чтобы вычислять монстров и других магов, особенно если те хотят напасть на них из укрытия.

Пока что у меня куча вопросов, и все без ответов. Значит, надо заняться исследованиями, чтобы получить хотя бы часть из них.

— Кто бы сомневался, — завидев меня, улыбнулся Люций, поглаживая свои усы. — Травма головы и разборки с хулиганами — не повод не грызть гранит науки, ведь так?

— Я сегодня не за теоретическими знаниями, — сказал я. Библиотекарь от удивления вскинул брови, словно услышал что-то невозможное. — Мне бы историю рода Эйзенхорн. Чем больше записей найдёте, тем лучше.

— Неожиданный запрос. Особенно учитывая, что это ваш род… — задумчиво сказал Люций.

— У меня на каникулы есть свои планы. Не очень хочется ехать в родовое поместье, чтобы получить ту информацию, которая имеется здесь, — развёл я руками. — Тем более я не сомневаюсь в вашем профессионализме в этом вопросе.

— Знали бы вы, сколько я в вашем возрасте заучивал все эти рода, — рассмеялся в ответ Люций, после чего встал со стула. — Пойдёмте за мной, молодой человек. Выберем то, что вам нужно.

На то, чтобы собрать все записи, в которых встречалось упоминание моего рода, ушло около пятнадцати минут. Книжки оказались не такими уж большими, как я думал. Так что, недолго думая, я принёс их к столу и принялся изучать содержимое до оставшегося вечера.

Чтение собранных записей, новых ответов, к сожалению, не дало. Скорее, наоборот, добавило новые вопросы и цепочки рассуждений. К моей неожиданности, ни один из предков никогда не пользовался рунной магией.

Род Эйзенхорн, какой он есть сейчас, был основан около пятисот лет назад, Гедеоном Эйзенхорном. Мой предок на тот момент входил в число сильнейших магических воинов империи, за что был удостоен статусом аристократа и обширной землёй.

О самой рунной магии даже слова упомянуто не было. Все предки до единого рождались магическими воинами. Единственным исключением можно назвать моего второго старшего брата Лоркана. Вот он как раз родился с даром заклинателя, но это в данной ситуации роли никакой не играет.

Если в моём роду не было рунных магов, то откуда, собственно говоря, возникло наследие? Выходит, что мой род гораздо старше, чем упоминается в летописях. Причём в то время существовал некий маг, который создал гримуар и запечатал в нём настолько мощное заклинание. И это просто один из самых разумных вариантов.

Значит, остаётся один вопрос: зачем он так поступил? Что им двигало? С какой целью он вообще оставил наследие, и почему оно затерялось среди обычных книг, да ещё и в академии? Почему не хранить такую ценность в родовой библиотеке? Всё ли так просто…

Дальше обдумать мысль я не смог, поскольку почувствовал, как кто-то пытается подкрасться ко мне со спины. Правда, очень неудачно.

— Алиса, на меня твои трюки не сработают, — не оборачиваясь, сказал я.

— Да как так-то⁈ — воскликнула девушка, после чего в несколько прыжков оказалась напротив меня и села за стол. — Я ведь даже звука не издала.

— Твой сладкий клубничный аромат духов сложно не заметить, — сказал я, не отрываясь от книги.

— А тебе он нравится? — спросила она, поправляя свои каштановые волосы.

Я молча улыбнулся и увидел, как зарумянились щёчки девушки. Она отвела взгляд вниз и между нами повисла неловкая пауза.

— Не думал, что ты вернёшься раньше времени, — решил перевести я разговор в другое русло. — Неужто все вопросы решила?

— Всё в порядке, — коротко ответила девушка. Я не мог не заметить, как у неё дёрнулся палец. Явно что-то скрывает, но лезть не в своё дело я не собираюсь. Сама расскажет, если захочет, а то моя подруга — девушка гордая. Даже чересчур. — Как тебя только угораздило на хулиганов наткнуться? Меня всего неделю не было! Если увижу, я их в бараний рог скручу.

— Главное — не говори так громко, а то Люций злиться будет, — усмехнулся я, вновь увидев, как она покраснела. — А что до хулиганов, с ними вопрос решён. Больше они меня не побеспокоят.

— Ну, раз ты так говоришь… — удручённым голосом ответила она. Видимо, не очень верила, что другие ученики от меня отстанут. Впрочем, ничего не мешало ей тут же воспрянуть духом. — Как насчёт прогуляться? Я тут бутербродики приготовила, а то, зная тебя, ты опять поесть забыл. Не всё же время за книжками сидеть. Того и гляди, забудешь, как солнце выглядит.

— Что это такое? Оно вкусное? — пошутил я, после чего серьёзно добавил: — От прогулки по парку не откажусь, как и от небольшого пикника. Заодно обсудим одно дело.

— Какое? — с интересом посмотрела на меня девушка.

— По дороге расскажу, — сказал я и подмигнул Алисе.

Несколько дней пролетели незаметно. Если не учитывать прогулку по ночному парку и написание статьи, ничего необычного в моей жизни не происходило. Можно сказать, я проводил обычную школьную жизнь, которую проживают сотни студентов моего возраста. Даже хулиганы не приставали.

Хотя вот последнему я вообще не удивился. По Академии бродил слух, что это именно я отправил Торна и остальных в медпункт. Да и на носу висели контрольные работы, из-за которых можно было остаться на второй год, а то и вовсе вылететь с учёбы. Разумеется, никто этого себе не желал, так что и библиотека вновь стала довольно популярным местом.

Ну, собственно говоря, я тоже эти дни не сидел на месте. В первую очередь я запряг слуг, чтобы они прошлись по алхимическим лавкам и купили самые распространённые ингредиенты. Такие на аукцион не стали бы выкладывать. На товаре, который и так можно достать на любой витрине магазина, много денег не заработаешь.

Слугам я отдал должное: меньше чем за неделю они нашли и купили всё перечисленное из списка. Я всё ещё не бросал идеи попробовать что-то сделать и без магии, так что-то, что среди списка было кое-что нужно для создания пера, никто бы не понял. Подумаешь, если наследник Эйзенхорнов опять проводит свои чудные эксперименты. Я ещё и не так эпатировал публику своими запросами.

Разве что траты ожидались немалые. Для моего рода это не проблема, но вот отец точно что-то заподозрит, и у него возникнут вопросы. Впрочем, буду решать проблемы по мере их поступления.

На аукцион я приехал в приподнятом настроении. Аукционный дом, чем-то напоминавший поместье, находился за пределами города, и высился на небольшом холме. Окружающие деревья создавали своеобразную атмосферу одинокого поместья посреди леса. Уж не знаю зачем, но тут даже маги земли постарались, чтобы создать нужное окружение.

Сам аукционный дом выглядел довольно интересно и привлекал внимание. Эдакий особняк, возле главного входа которого стоял изысканный фонтан, с громадной статуей волка, блестящего в бликах света. Символ рода Вальтеросов. На этом достопримечательности аукционного дома закончились.

Впрочем, здесь хватало и других архитектурных изысков, которые сразу говорили о том, что Вальтероссы, которые, собственно, являлись владельцами этого дома, на славу постарались, чтобы гости себя чувствовали особенными.

— Люблю «простоту», — саркастично произнес Винсент после того, как мы собрались все вместе у ворот у аукционного дома. Благо мой друг подумал о том, как добираться нам заранее и заказ машины с шофером, чтобы все было по статусу. Всё же сюда приходят, в том числе, чтобы налаживать деловые связи, и то, что мы всего лишь студенты местной академии, еще ничего не значит. Необходимо соответствовать правилам поведения. — Не люблю я эти бесконечные сады, нескончаемые статуи вокруг поместья, разрисованные золотые колонны, фрески и всё в этом духе. Настоящий воин не будет хвастаться столь низменными вещами, — важно заявил парень.

Вот только как раз всего перечисленного здесь было в достатке, так что его речь выглядела весьма забавно.

— Главное — вслух об этом не говори, — тихо и коротко рассмеялась Алиса, поправив растрепавшиеся от ветра волосы. — Любой может затаить обиду на твои слова.

— Пусть что хотят, то и делают, мне без разницы, — пожал плечами Винсент. — Их обиды — это их проблемы. Если что не нравится, то могут вызвать меня на бой, — постучал он кулаком по груди.

— Опять вы за своё, — коротко бросил я, после чего наконец-то дошла очередь до нас, и один из слуг рода Вальтерос провёл нас внутрь.

Ну что… стоит сказать, и внутри было на что посмотреть.

На деревянном полу был расстелена шёлковая красная дорожка. На стенах висели замысловатые картины, среди которых я признал парочку шедевров от известных художников как прошлого, так и современности.

На потолке висели хрустальные люстры, вдобавок украшенные магическими камнями. Красиво, и я бы даже сказал величественно. Не поскупились, конечно, Вальтеросы на роскошь. С другой стороны, эта же роскошь приносила им деньги.

Через пять минут слуги довели нас до самой ложи. Для нас подготовили три кресла и столик, на котором лежали фрукты, ягоды и лёгкие закуски. Глаз сразу зацепился за сыры, копчёные колбасы, буженину и тарталетки. Что ж, теперь будет чем скрасить время до начала аукциона.

Я подошёл к балкону и опёрся о перила, оглядывая зал. Чем-то он мне напоминал огромный театр. Снизу сидели аристократы разного уровня влияния и статуса, о чем-то шепчущиеся между собой. Позади них расположились другие балконы для таких же анонимных участников аукциона. Впереди стояла пустующая трибуна, на которую скоро должен был взойти ведущий.

Но что меня лично обрадовало — нас окружал иллюзорный массив, скрывающий наши личности. Для всех остальных мы выглядели как безликие чёрные силуэты. Также он выполнял роль динамиков и бинокля. При желании можно было «увеличить картинку», чтобы с каждой стороны внимательно рассмотреть лот. Собственно, каждая комната, подобная нашей, обладала таким удобством.

В самом массиве ничего особенного не было, однако я прекрасно видел и ощущал исходящую от него ману, каждый поток, по которому проходила мана. Особенно с учётом того, что раньше я не чувствовал ничего даже близкого к этому. Такая картина завораживала взгляд, что не ушло от внимания моих друзей.

— Так и знал, что тебе поход пойдёт на пользу, — весело заулыбался Винсент. — Аж глазки загорелись. Говорил тебе, отдыхать надо от учёбы. Мозги же расплавятся! Надо наслаждаться порой и свободой, пока она есть, а не сидеть целыми днями за книжками. А то ты временами похож на древнего старца.

— Винсент, мне тоже не нравится, что Энкрида силой не вытащишь из библиотеки, но он вполне разумный человек, — возразила Алиса, вставая на мою защиту. — Не надо его поучать.

— Я не поучаю, а просто говорю мысли вслух, — ответил Винсент, сверля Алису недовольным взглядом.

«Ну началось…» — мысленно подумал я.

В такие моменты я понимал, что лучше не вмешиваться в разговор. Этим двоим нравилось спорить обо всём подряд и ни о чём одновременно. Да и чего говорить, за их дружескими перепалками порой было весело следить.

Глава 3

Следующий час пролетел, можно сказать, совсем незаметно. Мои друзья без остановки дискутировали между собой на всевозможные темы, пока я неспешно наслаждался едой на столе. Голод, правда, они не утолили. Всё-таки закуски предназначены для того, чтобы дразнить аппетит.

Наверное, всё же зря мы приехали сюда заранее и сразу отправились в выделенную нам комнату. Интересно, а как Винсент вообще достал проход сюда? Ведь не скажет и будет придумывать отмазки до конца, не сознаваясь, хоть пытай.

Алиса и Винсент продолжали спорить между собой до момента, пока не появился ведущий. Ну, или точнее говоря, ведущая. Милая голубоглазая блондинка с короткой прической до плеч, лет так двадцати пяти-тридцати. Она вальяжно поднялась на трибуну, обвела взглядом собравшихся аристократов, после чего начала свою речь.

— Меня зовут Ревейн Вальтерос. Я приветствую всех собравшихся здесь людей и благодарю, что вы посетили наше мероприятие, — чётко поставленным голосом произнесла девушка. — Уверена, сегодняшние лоты вам обязательно придутся по вкусу. Аукцион официально объявляется открытым, и первым лотом выступит D-ранговое ядро детёныша огненного песца.

Одновременно с этими словами слуги занесли ядро. Оно лежало на бархатной подушке и красиво переливалось красно-оранжевым цветом.

— Огненный песец — очень редкий зверь, обитающий только на четвёртом этаже инфернального Подземелья на юге империи. Несмотря на то, что ядро принадлежит детёнышу, по качеству оно превосходит обычные ядра того же класса. Для любого мага, использующего пламя, данная покупка станет ценным приобретением. Итак, начальная ставка — десять тысяч велусов.

Как нетрудно догадаться, велусы — основная валюта в империи Амратель. Обычный горожанин зарабатывает в среднем тысячу велусов. На эти деньги он спокойно может содержать всю семью, откладывать деньги и раз в год летать в отпуск.

Так что десять тысяч велусов — это довольно внушительная сумма. Не огромная, но для D-рангового ядра большая. Тем более что его размеры оставляли желать лучшего. Много энергии оттуда не вычерпаешь.

С другой стороны, ведущая неплохо так показала товар в лучшем свете, напирая в первую очередь на его плюсы и умолчав обо всех минусах. Не удивлюсь, если ядро купят по завышенной цене.

Тем временем со всех сторон стали раздаваться крики людей, поднимающих свои номерки.

— Десять тысяч пятьсот, — послышался первый голос из зала. Молодой мужчина поднял свой номерок, первым подняв ставку.

— Одиннадцать тысяч.

— Одиннадцать тысяч восемьсот.

— Тринадцать тысяч.

— Сорок тысяч, — холодно произнесла Алиса, подняв свой номерок.

Зал тут же умолк. Перебивать такую ставку уже никто не пожелал.

— Сорок тысяч раз. Сорок тысяч два… — произнёс ведущий, глядя в нашу сторону. — Сорок тысяч три. Лот уходит номеру тридцать четыре. Поздравляем его с новым приобретением.

— Такое ядро ты могла бы купить в алхимическом магазине максимум за двадцать тысяч, — сказал я, внимательно посмотрев на девушку. — D-ранговые ядра, конечно, недешёвые, но это совсем уж маленькое. К чему лишние затраты?

— Про то, что в нём мало энергии, ты прав. Только есть одна деталь, о которой многие не знают. У ядер с таким характерным оранжево-красным переливом энергия очень податлива, — с готовностью объяснила подруга, откидывая волосы назад. — С такой особенностью, ядро с лёгкостью может стоить все сто тысяч, особенно для мага моего уровня. Выгодная сделка, согласись?

— Вот оно что, — кивнул я и облокотился об спинку кресла. — Спасибо за пояснение. Буду знать.

Следующие несколько лотов прошли незаметно. Среди них были лоты с необходимыми для пера компонентами, которые я безо всяких проблем выкупил. Слишком уж кусалась цена за узкоспециализированный товар, так что за них никто не боролся. Хоть в этом повезло, если можно назвать такие большие траты везением.

Даже Ревейн Вальтерос, как мне показалось, удивилась таким покупкам. Она то и дело поглядывала в мою сторону. От меня же не скрылась одна деталь — с каждой такой покупкой она едва заметно облегчённо вздыхала, словно у неё камень падал с плеч.

Не удивлюсь, если это кто‑то из родственников пытался её подставить, намеренно выставив на продажу не самые ходовые товары. Всё же было бы не очень хорошо, если большую часть лотов никто бы не купил, будто их аукционный дом не понимает, что необходимо их «дорогим» клиентам.

Надо будет это запомнить. Чувствую, с этой Системой я стану здесь постоянным клиентом. Значит, и с представителями рода Вальтеросов буду встречаться. Лучше уж к тому моменту знать, какие у них друг с другом отношения. Всё-таки, наращивая связи с одним представителем рода, я могу сделать врагом другого.

К таким делам нужно подходить тщательно и с большой осторожностью. Всё же это такая морока — крутиться в среде аристократов.

Пока я об этом размышлял, на аукцион принесли алебарду. Ничего особенного я в ней не видел. На вид обычное древко и чёрное лезвие, явно выполненное из какого‑то магического металла. Явно проходной лот, служащий разогревом перед чем‑то интересным.

— Начальная ставка — сорок тысяч велусов, — прослушал я речь ведущей. Хотя сомневаюсь, что многое от этого потерял.

— Сорок пять тысяч.

Другое дело, что Винсент зачем‑то сделал ставку на это оружие. Я такого хода с его стороны не понял, потому что он пользовался исключительно копьём с длинным лезвием.

Да, алебарда имеет схожести с копьём, но для неё необходим совершенно другой стиль боя. Что мой друг, чёрт возьми, задумал?

— Пятьдесят тысяч! — звук донёсся со стороны зала.

Я заметил, что ставку сделал тучный мужчина, хмуро косясь в нашу сторону. Что-то мне в его взгляде не понравилось, но вот что именно, я сказать не мог. Впрочем, видеть нас он не мог, а сам находился в общем зале. Возможно, представитель какого-то мелкого рода?

— Шестьдесят тысяч, — спокойным голосом поднял ставку Винсент.

— Восемьдесят тысяч!

— Сто тысяч.

— Сто тридцать!

Услышав заветную цифру, Винсент замолк и довольно ухмыльнулся, наблюдая за реакцией тучного мужчины. Тот явно занервничал. На его лице проступил пот, который он поспешно вытер платком.

— Сто тридцать тысяч раз, сто тридцать тысяч два… — произнесла ведущая, после чего добавила: — Ваше благородие, вы хорошо себя чувствуете? Вам необходима помощь целителей?

— Нет-нет, всё в порядке. Просто здесь немного жарковато, — сказал толстячок, пальцем одергивая ворот рубашки. — Пожалуйста, продолжайте.

— Раз никто не перебивает ставку, данный лот переходит в ваше распоряжение. После окончания аукциона вы сможете забрать его лично или нанять нашу службу доставки, — уверенно проговорила ведущая. Правда, от услышанного толстячку легче не стало.

— Благодарю, однако сейчас я вынужден покинуть аукцион. Надеюсь, род Вальтеросов не станет держать на меня обиду, — сказал мужчина, даже не поднимая взгляда на девушку.

— Само собой, нет. Что касается оплаты, мы можем обговорить это позже, — спокойно произнесла ведущая. — Слуги сопроводят вас к выходу. А теперь не будем терять времени. Следующий лот представляет собой…

Речь девушки я снова прослушал, но в этот раз из‑за Винсента.

— Так ему и надо, — весело загоготал мой друг. — Элверины всегда лезут поперёк горла моему роду. Чуть что, хватаются за возможность напакостить нам. Даже не удивлюсь, если они подкупили кого‑то из слуг, чтобы вычислить моё местоположение. Хитрые зас… — тут он посмотрел на Алису, закашлялся и сразу же исправился: — Нехорошие, в общем, люди.

— А кем был этот толстячок? — поинтересовался я.

— Если мне не изменяет память, его зовут Жан, — задумчивым голосом ответил парень. — Он из побочной ветви собственного рода. Не сказать, что блещет умом или обладает незаурядным талантом к магии. Обычный, ничего собой не представляющий ленивый аристократ. Как пить дать, целыми днями сидит в своём поместье и с жиру бесится. В общем, не обращай на него внимания. О, смотри, что несут! Энкрид, будь я проклят, но ты должен купить этот меч!

Мой взгляд упал на клинок, который несли слуги. По своей форме он напоминал гладиус. Синяя сталь красиво переливалась на свету. Если не вглядываться в узоры на рукояти, клинок ничем особым не отличался. Меч как меч, я и получше этого видел.

— Какой смысл мне его покупать? — повернул я голову в сторону парня. — Там дальше по списку и другие мечи будут.

— Этот из небесной стали! — привёл аргумент мой друг. — Он лёгкий, как перо, а режет монстров как масло. Рубить кости, конечно, тяжело, зато с плотью он справляется отлично. Для тебя, не использующего магию, он в самый раз, поверь на слово.

— Если не куплю, ты мне потом плешь проешь, что я такую возможность упустил, — усмехнулся я, наблюдая за реакцией парня. — Ладно, от одной такой покупки точно не обеднею.

Дальше начались мои торги. Как и ожидалось, торговаться за сам лот никто не торопился. Меч изготовил неизвестный мастер. На самом мече не было зачарований, так что его ценность оправдывалась только за счёт необычного металла. Так что я его спокойно урвал за тридцать тысяч велусов и был весьма доволен этим. Неплохая покупка за такие деньги.

Следующие несколько лотов мы пропустили, пока не появилось копьё. Глядя на то, как загорелись глазки Винсента, я понял, ради чего он пришёл.

— Копьё Багровой луны, — начала свою речь ведущая, ладонью указывая на оружие. Выглядело оно простовато, за исключением зелёного древка и красного наконечника с длинным лезвием. Никаких зачарований или украшений я не заметил. — Древко выполнено из «плачущего изумруда». Из-за особенности дерева, при вливании маны древко становится гибким, что, в свою очередь, добавляет вариативности в бою. Лезвие также изготовлено с небольшой примесью адамантита и способно без всякой жалости разрезать и разрубать монстров вплоть до B-ранга. Оно подойдёт любому опытному авантюристу, что пользуется данным видом оружия. Итак, начальная ставка — сто тысяч велусов.

— Сто пятьдесят тысяч!

— Двести тысяч!

— Двести тридцать!

Таких жарких торгов за копьё я никак не ожидал. Хотя чему тут удивляться? Хорошее оружие у мастера-кузнеца ещё попробуй достань, у него очередь на годы вперёд. Да и не каждый согласится работать просто за деньги. Непростое это дело.

По итогу оружие всё равно досталось Винсенту. За него он отдал без малого полмиллиона велусов. Нет, я, конечно, знал, что у моего друга с финансами проблем не было, но покупка даже в моих глазах выглядела чересчур дорогой.

— Да не смотрите вы на меня так, — усмехнулся Винсент, переводя взгляд то на Алису, то на меня. — Использовать родовые сокровища мне рановато. А с этим я планирую проходить как минимум до совершеннолетия. Тем более что на экипировку скупиться нельзя, иначе из Подземелья вынесут вперёд ногами. Ну или не вынесут, тут уж как повезёт.

— Ну и шутки у тебя, — покачала головой девушка. — Но всё равно поздравляю с приобретением.

— Мои поздравления, — так же добавил я.

— Да бросьте, — неловко отмахнулся парень, но сразу же заулыбался.

Где-то к середине мы покинули аукцион. Мы купили всё, что хотели, а торговаться за ненужные вещи попросту не имело смысла. Тем более что каждый новый лот стоил дороже предыдущего.

— От всех этих торгов у меня проснулся аппетит, — весело проговорил Винсент после того, как слуги проводили нас к выходу. Мы как раз неспешно двигались к стоянке с автомобилями. — Как насчёт вместе перекусить? Сто лет так не делали.

— Все приличные рестораны должны быть битком набиты народом, — задумчиво произнесла Алиса. — Надо бы подумать, куда пойти.

— Да сдались тебе эти рестораны, — недовольно фыркнул парень. — Всё то же самое можешь отведать ты в столовой нашей. Пойдём лучше фастфуд поедим. Нет ничего лучше, чем умять пару-тройку бургеров, заесть это дело картошкой-фри под сырным соусом и запить газировкой. М-м-м, — протянул Винсент.

— Будем честны — не пару-тройку бургеров, а двадцать-тридцать, — посмотрел я своему другу в глаза. — Я твои аппетиты хорошо знаю. Да и ты уверен, что это хорошая идея?

— Согласна с Энкридом, — поддержала меня Алиса. — Я не против вредной еды, но если ты опять закажешь себе разом всё меню… Может, всё-таки в ресторан?

— Это было один раз, да и то неправда, — отмахнулся Винсент, покачав головой. — От одного раза ничего плохого не будет. Тем более, я знаю такую бургерную — пальчики оближешь.

— Но ты ведь не станешь заказывать всё меню, да? — с небольшой надеждой в голосе спросила Алиса.

— Да-а-а… — неуверенно протянул парень, после чего добавил: — Возможно.

На моём лице невольно появилась улыбка. Чувствую, с такими друзьями я никогда не заскучаю. Особенно с Винсентом. Он себе приключения на пятую точку на ровном месте найдёт…

Поход в бургерную выдался приятным.

Я не был большим фанатом вредной пищи, тем более что приходилось следить за здоровьем и физической формой. Однако когда что-то ешь в компании друзей, любая еда становится в несколько раз вкуснее.

В общежитие мы приехали ближе к вечеру. К тому моменту все купленные ингредиенты в лавках и в аукционном доме доставили ко мне в комнату. Оперативно, что ни говори. Вот это я понимаю, сервис.

Места у меня, как у представителя высшего сословия, в апартаментах было много, поэтому проблем с хранением я не видел. Главное, чтобы у преподавателей потом не возникли вопросы, с чего вдруг я все эти ингредиенты принёс в Академию? Не собрался же я ещё и на алхимика учиться.

Сев на кровать, я принялся раздумывать о дальнейшем плане действий.

Говоря прямо, единственным необходимым ингредиентом для создания пера осталась кровь кобольда. Она не использовалась ни в одном алхимическом рецепте, так что, по сути, имела нулевую ценность.

Значит, у меня оставалось два варианта, как её достать. Первый — сделать прямой заказ у авантюристов. Второй — самому сходить в Подземелье вместе с Винсентом и Алисой.

Само собой, я выбрал второй вариант.

Магией пока что я пользоваться не умею, но у меня в запасе есть артефакты, подаренные отцом. Что уж говорить о навыках мечника. Против монстров первых этажей этого будет более чем достаточно, а глубже нас пока что не пустят.

Так что я смогу совместить приятное с полезным: раздобыть себе кровь кобольда и накопить баллов на практике. Заодно я смогу узнать, отреагирует ли Система на мой поход в Подземелье или нет. Грех упускать такую возможность.

Мне, само собой, откажут, а вот Винсенту и Алисе нет. В их компании я спокойно смогу пройти внутрь и добыть кровь кобольда в нужном количестве.

Только опять придётся ждать как минимум неделю, прежде чем нашу анкету одобрят наставники. Опять это ненавистное ожидание, когда я нахожусь практически в шаге от своей мечты.

Ладно, чего уж тут ворчать. Ману я всё-таки научился чувствовать, а значит, я могу развивать это умение и дальше. Как раз будет чем заняться и отточить эти ощущения.

Вздохнув, я решил перед сном осмотреть ингредиенты. Так, на всякий случай. Вдруг что-то забыли привезти. Подобные инциденты случались даже в моём родовом поместье, что уж говорить об Академии, где каждый предмет проходит таможню и тщательно проверяется. Никому не хочется, чтобы ученики пронесли что-то запрещённое на территорию учебного заведения.

Стоило мне приблизиться к контейнерам, как перед глазами снова всплыла Система, уведомив меня уже привычным сообщением:

[Обнаружены ингредиенты, необходимые для создания рунного пера.

Желаете переместить их в пространственное хранилище?]

Вот те раз… И чего она только до этого молчала? Это же открывает столько возможностей… Хотя уверен, пространственное хранилище у Системы не бесконечное. Да и класть туда, что попало, она мне не даст. Может, после создания пера что-то изменится? Что ж, поживём — увидим.

«Да», — мысленно ответил я Системе, после чего все контейнеры с ингредиентами будто растворились в воздухе.

Удобненько. Так и ритуалы в Подземелье можно проводить. Принёс разом всё необходимое, и никто ничего не заподозрит.

Чувствую, эта Система ещё не раз меня удивит.

Следующее утро прошло спокойно. Я позавтракал, сходил на лекцию, затрагивающую тему магических конструктов, посетил практические занятия, после чего снова пришёл в столовую на обед. Казалось, что наконец‑то настали спокойные времена, но не тут‑то было.

Видимо, слухи о том, что я отправил Арна в медпункт, за выходные забылись. Именно поэтому, пока я ел в одиночестве (Винсент и Алиса были заняты тренировками), ко мне решили пристать группа парней. Причём аж не четверо, а в этот раз десятеро. Прямо‑таки небольшая толпа.

Неужели думают, что меньшим количеством с «нулевкой» не справятся? Смешно.

Главного из них я сразу узнал. Маркиз Шевард Балтер, первокурсник, учится в одном классе с Винсентом. Смазливый зеленоглазый блондин, будто только что сошедший с обложки модного журнала. Мерзкий тип, если верить моему другу. Однако из‑за своей харизмы и влиятельной семьи многие аристократы к нему так и липнут, надеясь сдружиться.

— Эйнкрид Эйзенхорн, верно? — сказал молодой парень, бесцеремонно садясь за стол напротив меня.

— Верно, — как ни в чём не бывало, кивнул я. — Шевард Балтер, не так ли?

— Значит, вы обо мне наслышаны, — довольным голосом ответил паренёк.

— Наслышан. Только не сказать, что в лучшем свете, — сказал я, и заметил, как тот едва заметно прикусил губу. Похоже, он ещё и тщеславием страдает. — Чувствую, спокойно доесть свой обед вы мне не дадите. Так чем я заслужил внимание такого количества благородных особ?

Мой укол сработал как надо. Не все это показали, но другим ученикам подобная саркастическая издёвка совсем не понравилась. Кто‑то дёрнул бровью, кто‑то шевельнул рукой, а один так даже покраснел. Что тут сказать — подросткам тяжеловато контролировать эмоции. Даже мне приходится подавлять гормоны, чтобы вести себя спокойно и безмятежно.

— Слухи тоже могут врать, — самодовольно улыбнулся маркиз, увернувшись от неудобного вопроса. — Мне вот другое интересно. Как человек, не умеющий использовать магию, продолжает учиться в спецклассе? Разве это не странно, что человек без дара учится в одном классе с магами?

— Встречный вопрос. А вам какое до этого дело? — демонстративно отложил я поднос с едой в сторону. — Или же вы сомневаетесь в решении наших преподавателей и лично директора, которые, собственно, разрешили мне продолжать учебу именно в таком направлении?

Шевард на пару секунд растерялся от такой прямоты вопроса. Я прямо видел, как работают его шестерни мозга в поисках грамотного ответа.

Интересно, о чём он вообще думал, подойдя ко мне? Или, может, просто хотел покрасоваться перед своим окружением? Чёрт его знает.

— Как прилежный ученик Академии, я хочу, чтобы в ней учились только достойные люди, — чуть погодя с ответом, надменным тоном произнёс Маркиз. — Преподаватели закрывают глаза на ваше отсутствие дара лишь из‑за баллов за теоретическую магию. В младших и средних классах вы едва набирали балл, чтобы не остаться на второй год или вовсе быть исключённым из Академии. Во время проверки магической силы, при вливании в артефакт, ваш результат всегда равен нулю. Вам самим не стыдно с такими показателями учиться здесь?

М-да уж. Более банальный выпад услышать сложно. Мне ведь за шесть лет учёбы точно никто «не говорил» подобного, вот совсем.

— С чего вдруг мне должно быть стыдно? — хмыкнул я в ответ. — Тот факт, что даже не имея возможности управлять магией, я всё равно набираю нужное количество баллов и продолжаю учиться, говорит об обратном. Мало кто может похвастаться таким достижением. Или вы хотите сказать, что я неправ?

— Мир магии не полнится на одной лишь теории, — возразил маркиз, поглядывая на своих подлиз, которые с готовностью его поддержали.

— Тем не менее, без теории и понимания всех процессов вы не сможете создавать заклинания, — выдержав небольшую паузу, я добавил: — По крайней мере так, чтобы это было мощно и эффективно.

— Вот, значит, как, — усмехнулся Маркиз, после чего его взгляд зацепился за проходившую мимо девушку. Она, поймав его взгляд, нервно поправила свои очки и ускорила шаг, не желая ненароком встревать в конфликт, но не получилось. — Виолетта, можешь подойти сюда на секунду?

Девушка резко остановилась, после чего, едва заметно вздохнув, послушно направилась в сторону маркиза. Интересно, откуда такая реакция у знатной особы? Сомневаюсь, что Маркиз стал бы намеренно её запугивать. Такое поведение, наоборот, пошло бы во вред его репутации. Он ведь строил из себя добряка и борца за справедливость.

— Здравствуйте, Виолетта, — тепло улыбнулся я, после чего неспешно поднялся из-за стола. — Рад знакомству с такой прекрасной молодой леди.

Маркиз и его люди явно ожидали другой реакции. Наверняка думали, что я растеряюсь или что-то в этом духе. Моё спокойствие же, наоборот, действовало им на нервы. Шевард так вообще покраснел, хотя в остальном недовольства не проявлял.

— И я… рада… — смущённо ответила девушка, отводя взгляд в сторону.

— Тут вот какое дело, уважаемый Энкрид, — он сделал ударение на слово уважаемый. — Виолетта учится со мной в одном классе, и мы оба являемся магами льда. Недавно наш наставник принялся обучать нас ледяным иглам, но вот беда — моя однокурсница уже больше месяца не может сдвинуться с места. Её прогресс застыл на месте. Сколько бы она ни старалась, у неё не получается сделать так, чтобы лёд принял форму иглы. Раз уж ваши теоретические знания настолько обширны, как насчёт поднатаскать соученицу? Уверен, через неделю вы добьётесь невероятного прогресса, — от его последних слов так и сквозило сарказмом.

— Рад слышать, что вы во мне даже не сомневаетесь, — хмыкнул я в ответ, намеренно игнорируя сарказм. Ещё чего не хватало, чтобы играть под его дудку. Всегда же можно переиграть правила этой игры. — А так мне затея даже нравится. Готов поспорить, что уже через неделю она превзойдёт вас в навыке использования ледяных игл.

— Вы хотите заключить пари? — с вызовом спросил маркиз, его глаза победно блеснули. Глупец думает, что я попался в его ловушку.

— Почему нет? — сложил я руки на груди. — Если только сама Виолетта не против.

— Я… я не возражаю, — кивнула девушка, увидев взгляд маркиза, который просто не давал ей иного варианта.

— Значит, увидимся через неделю, уважаемый Энкрид, — сказал маркиз, после чего неспешно направился к выходу из столовой.

Я же молча посмотрел на девушку и понял, чем буду занят ближайшую неделю. Что ж, давненько мне не бросали таких вызовов.

На моём лице расцвела довольная улыбка. Приятно будет поймать тщеславного ублюдка в его же ловушку. Будет знать, как использовать ни в чём не повинных людей в своих целях. Да и девушке помочь лишним не будет.

Осталось только понять, как это сделать и с чего начать… И почему это моя соученица при взгляде на меня так побледнела?

Читатель, а ты лайк поставил? В библиотеку добавил? Если нет, то поспеши)

Глава 4

— Простите, пожалуйста, что так получилось, — извиняющимся тоном проговорила Виолетта и склонила голову, после чего подняла взгляд и поправила очки. — Мне, правда, неудобно, что так получилось… Мне совсем не хотелось ввязывать вас в неприятности. Честно…

— Вам не за что извиняться, Виолетта, — улыбнулся я в ответ. — Я сам дал согласие, да и чувствую, это будет интересный опыт. Предлагаю вечером, во время свободных часов, встретиться на тренировочной площадке и узнать друг друга получше.

— Х‑хорошо, — заикнулась девушка и добавила: — Прошу меня простить, мне надо бежать на занятия.

— Само собой, — снова улыбнулся я, наблюдая, как девушка спешно покидает столовую.

Надо будет захватить с собой всяких бутербродов. Чувствую, на ужин в столовой я сегодня не попаду. Да и чистые листы бумаги тоже лишними не будут.

К моменту своего прихода на тренировочную площадку я кое‑что успел разузнать о девушке, которую буду обучать.

Баронесса Виолетта Эгремонт родилась, говоря прямо, в далеко не богатом роде. Её отец владел небольшим клочком земли на окраине Амрателя и управлял несколькими маленькими предприятиями. Никакой серьёзной силой, с которой нужно считаться, род не представлял.

Поэтому Балтеры, будучи соседями, уже больше тридцати лет предлагают роду Эгремонтов принять вассалитет взамен на защиту и открытие новых связей в аристократическом обществе. Ну или заставляют — тут уж как посмотреть.

За последние тридцать лет у рода Эгремонтов постоянно случались неприятности. То неизвестные устраивают саботаж на предприятиях, полностью стопоря работу, то на членов рода устраивают покушения, то внезапно объявляются монстры из Подземелья, по каким‑то причинам не обнаруженного.

Это всё, конечно, можно списать на совпадения, но как показывает практика, за всеми этими действиями всегда кто‑то стоит. Ведь чем сильнее ослабнет род Эгремонтов, тем больше вероятность, что они примут вассалитет. А это минус конкурент и приобретение новых территорий. Даже если это небольшой клочок земли, стоить он будет очень и очень дорого. Рыночная цена земли, которая находилась в управлении рода, была весьма высока.

Так что послушной реакции Виолетты на Шеварда Балтера я не удивился. Наверняка девушка не хотела прогневать его, чтобы тот не пожаловался своему отцу.

Нынешняя ситуация для неё и вовсе патовая. На наше с Шевардом пари придёт поглазеть немало народу. Провал равнозначен тому, что она потеряет репутацию среди других учеников. Шансы с кем‑то подружиться и выбиться в высший свет резко упадут, если даже не опустятся до нуля.

Кому будет интересно общаться с аристократкой, которая мало того, что обделена сильным даром, так ещё и влиятельного рода за спиной не имеет?

Победа тоже ничем хорошим не светит. Да, о ней сразу могут поползти слухи как о скрытом алмазе, который не заметили учителя. Однако при этом сам Шевард Балтер будет унижен и очень недоволен сложившейся ситуацией. Отсюда простой вывод — парень захочет как минимум подгадить, а как максимум отомстить.

Мне он ничего не сможет сделать. Эйзенхорны сами кого хочешь на место поставят. А вот о роде Виолетты я такого не могу сказать.

Сложная, конечно, ситуация получается, однако есть из неё один выход. Впрочем, тут уже всё будет зависеть от самой девушки и ее стремлений.

— Извините, что заставила ждать, — услышав знакомый голос, я поднял голову и бросил взгляд в сторону говорившей.

— Ничего страшного. Я пришёл сюда пораньше, чтобы самому потренироваться, — подмигнул я девушке, после чего развернулся на сто восемьдесят градусов. — Лучше обращайтесь ко мне на «ты». Мы всё-таки не на светском мероприятии, чтобы общаться исключительно формальной речью. А теперь пойдём к чучелам.

— Хорошо, — кивнула Виолетта и молча последовала за мной.

Сама тренировочная площадка выглядела вполне обычно. Мы проходили мимо импровизированных арен, где обычно проходили спарринги у воинов. За ними дальше начиналось стрельбище. Так ученики называли места, где стояли стойки. Оттуда заклинатели прицельным огнём должны были поражать мишени. В данном случае мишенями выступали соломенные чучела.

Подойдя к стойке, я повернулся и обратился к Виолетте:

— Виолетта, покажи, как ты кастуешь ледяную иглу, — попросил я девушку.

— У меня она не получается… — девушка виновато перевела взгляд на стойку и нервно стала стучать ногой о землю.

— Это неважно. Мне надо посмотреть на сам процесс создания, чтоб найти проблему, — сложил я руки на груди и многозначительно посмотрел на соученицу. — Я ведь здесь для того, чтобы помочь.

— Хорошо… — всё так же неуверенно проговорила она, после чего подошла к стойке и протянула руку.

Раньше я мог оперировать только результатом работы заклинания и то, как оно вело себя в процессе создания, но сейчас моя чувствительность стала выше, и я наконец-то мог ощущать магию. Поэтому эта тренировка была не только для Виолетты, но и для меня.

Я почувствовал, как мана стала течь по её телу, от ядра к энергетическим каналам, а от них уже к рукам. Из рук девушки одна за другой стали появляться тонкие магические нити, формируя конструкт. Следом в созданный магический круг девушка вплела отдельные части плетения. Ровно три штуки.

Первое отвечало за наполнение магическим атрибутом. В самой формуле заклинания оно было необязательно, но тогда вместо ледяной иглы вылетела бы обычная, нейтральная — по сути, консистенция чистой магической силы.

Второе плетение отвечало за форму заклинания. С этим, к моему удивлению, у девушки никаких проблем я не заметил. Скорее, уж наоборот — контроль у неё был на высшем уровне, если судить только по этому плетению.

Проблема как раз возникла с третьим плетением, отвечающим за уровень силы заклинания. Уж не знаю почему, но она влила в него столько маны, что конструкт попросту не выдержал и треснул, как стекло, разбившись на множество осколков.

— Вот так всегда. Я начинаю кастовать заклинание, и вроде получается, а потом вот… — грустным голосом сказала она, поправив очки.

От меня также не ускользнуло, как дрожали её губы. Похоже, кто-то очень боится критики в свой адрес.

— Ничего страшного, — вновь повторил я с теплой улыбкой на лице, чтобы девчушка так не робела. — Проблему я обнаружил, и это главное. Ты вливаешь слишком много маны в конструкт. Если быть точным, то в плетение, отвечающее за силу магии. Неужели твой наставник этого не заметил? — приподнял я левую бровь.

— Мне об этом говорили, — покачала головой Виолетта, после чего прямо посмотрела на меня, не отрывая взгляда. — Я просто не могу ничего с собой поделать. Я пыталась уменьшить количество маны, но у меня не получается. Я не понимаю, почему могу придать форму, но не могу контролировать само количество вливаемой маны. Неужели я такая бездарность⁈ — в сердцах произнесла она и осеклась, поняв, что потеряла контроль над эмоциями и кому говорит эти слова.

Похоже, она давно хотела кому‑то выговориться, но не представлялось подходящего случая. А тут я, который благосклонно отнёсся к её проблеме. Правда, из‑за этого Виолетта сама себя загнала в неловкую ситуацию. Придётся теперь самому её развеивать.

Прежде, чем девушка успела что‑то сказать в своё оправдание или надумать лишнее, я мягко улыбнулся.

— Ты не бездарность, — успокаивающим голосом ответил я. — Каждый маг по‑своему уникален. Не бывает такого, чтобы маг был силён во всех направлениях. В твоей ситуации, вместо того, чтобы пытаться подстроиться под заклинание, я бы подстроил заклинание под себя.

Девушка некоторое время молчала, переваривая информацию, прежде чем сказать:

— То есть ты предлагаешь изменить заклинание? — спрятав руки за спину, осторожно спросила она.

— Магический конструкт, — поправил я её. — Я знаком с формулой этого заклинания. Она несложная из‑за того, что и само заклинание из разряда базовых. Добавить корректировки много времени не займёт, — с этими словами я бросил рюкзак на землю и достал бумагу.

— Это… — она удивлённо посмотрела на меня, пытаясь подобрать нужные слова. Учитывая, что пауза длилась уже секунд десять, получалось у неё, откровенно говоря, не очень.

— Я же не просто так провожу кучу времени в библиотеке, — подмигнул я ей, после чего положил листок на стойку и принялся вручную чертить новую формулу.

На всё про всё ушло около двух часов. Как я и говорил, ничего сложного в изменении формулы не было. Мне всего-то требовалось укрепить сам конструкт, чтобы девушка его не ломала своей силой.

А теперь от теории к практике.

— Держи, — сказал я ей, протянув наброски. — Можешь их изучить во время перекуса. Или, если хочешь, отложим тренировку до завтра. Всё-таки уже вечереет, — с этими словами я посмотрел на небо.

— Если честно, мне бы хотелось как можно быстрее попробовать… — сказала Виолетта, снова начав сверлить взглядом землю.

— Хорошо, но только после перекуса, — сказал я, и, открыв рюкзак, сначала расстелил скатерть, а затем достал захваченные из столовой бутерброды с сыром и бужениной. Ну а почему бы и нет? Она так сейчас напряжена, что все равно ничего путного не выйдет. — Тебе надо немного отвлечься, чтобы потом допускать меньше ошибок. Главное — не стесняйся, ешь.

— Спасибо, — сказала она, одновременно со мной сев на скатерть, после чего осторожно взяла один из бутербродов в руку. — Я… — на этом моменте девушка снова осеклась и нервно поправила очки.

— Да? — внимательно посмотрел я на неё.

— Извините. Просто хотела пожелать приятного аппетита, — ответила Виолетта, но я даже не сомневался, что она хотела сказать о чём‑то другом.

— В таком случае благодарю, — с этими словами я принялся есть бутерброды.

Перекус занял у нас от силы двадцать минут.

Проходившие мимо охранники странно поглядывали на нас. Догадываюсь, о чём они думали в этот момент. Да и Виолетта, видимо, тоже, учитывая, что каждый раз краснела, когда на нас кто‑то пристально смотрел.

Закончив с перекусом, девушка ещё раз прошлась взглядом по всем моим наброскам, после чего заявила:

— Я готова. Надеюсь, получится.

Виолетта снова протянула руку и принялась создавать магический конструкт. В этот раз он выглядел плотнее и правильнее, чем раньше.

Я молча наблюдал за происходящим.

Первое и второе плетение девушка соткала без проблем. Настал момент с третьим и… у неё получилось с первого раза. Конструкт не сломался, выдержал, после чего из магического круга вырвался десяток магических игл. Причём все прилетели точно в чучело, оставив в нём сквозные дыры.

— У меня… у меня получилось! — обрадованно подпрыгнула девушка, аж начав светиться от счастья. — Я смогла! Получилось!

— Браво, — поаплодировал я девушке и довольным голосом произнёс: — С первого раза сотворить изменённое заклинание — это очень недурно. Так держать.

— Я… как я могу вас отблагодарить? — девушка немного успокоилась, но радость никуда не исчезла.

Мне вообще казалось, что она сдерживала её только в рамках этикета. Мы ведь аристократы как-никак. Сдержанность — важная черта характера, если нужно поддерживать свой статус. Хотя ей всего пятнадцать. Такое поведение простительно.

Это я, скорее, выбиваюсь своим поведением, но опыт прошлой жизни сказывается. Впрочем, это мне совсем не мешает дурачиться и выглядеть на свой возраст, беря от второй жизни все, что можно. Да и просто мне нравилось жить в этом мире, наполненном магией.

— Не «вас», а «тебя». Нечего к друзьям на «вы» обращаться в неформальной обстановке, — подмигнул я смутившейся девушке и мягко улыбнулся. — Превзойдёшь Шеварда Балтера во всём, и это станет лучшим подарком для меня. Представляю его рожу, когда он увидит твои успехи!

— Да, — уверенно кивнула она, однако чуть погодя настороженно добавила: — Но если я его выиграю, то он…

— Если он захочет отомстить тебе или твоему роду, то будет иметь дело со мной и моим родом, — намеренно отбросив всю дурашливость, холодно произнёс я эти слова.

Девушка некоторое время молчала, прежде чем ответить.

— Мне, правда, тяжело найти слова, чтобы тебя отблагодарить. Если вдруг понадобится моя помощь, я сделаю всё, что в моих силах.

— Приму к сведению, — коротко кивнул я. — А теперь, как насчёт того, чтобы продолжить завтра вместе со мной тренировку? Уверен, я найду способ доработать новое заклинание. Да и практика не помешает, а то в самый ответственный момент что-то может пойти не так.

— Я согласна, — не раздумывая ни секунды, проговорила Виолетта.

— В таком случае, давай я провожу тебя до общежития.

Уж не знаю, была ли тому виной стычка в столовой, но всю следующую неделю никто ко мне не лез и не приставал. Единственное, Шевард Балтер и его дружки бросали на меня ехидные взгляды и улыбки. Особенно, когда рядом со мной подсаживалась Виолетта, чтобы обсудить прогресс и дальнейшие планы на тренировки.

Само собой, наш с Шевардом конфликт не остался незамеченным двумя моими друзьями.

— Вот мерзавец, — гуляя вместе со мной по коридору, сказал Винсент, сжав кулак возле груди. Из‑за этого, правда, парочка других учеников вздрогнула и поспешила скрыться из виду, но парень этого даже не заметил. — Надо бы ему преподать урок. Маркиз совсем берега попутал. Надо дать ему в рыло, чтоб неповадно было.

— Ты иногда так выражаешься… — протянул я, сделав небольшую паузу. — Не подобает аристократу так разговаривать.

— Говоришь как мой наставник, — фыркнул в ответ Винсент, даже не думая прислушаться к моим словам. — Я всегда говорю правду такой, какая она есть. А уж в какой форме я её подаю — это дело десятое.

— Иногда нужно проявлять чувство такта, — покачал я головой. — Иначе врагов не оберёшься.

— А, так вот ты о чём, — изменился в лице Винсент. Парень перестал хмуриться и, наоборот, весело заулыбался. — Не переживай, это я с тобой позволяю вести себя открыто. С другими людьми хочешь не хочешь, а приходится соблюдать этикет, чтоб его… От моих действий зависит репутация рода. Но если речь идёт о врагах, то на правила приличия можно закрыть глаза!

— Твои слова почему-то совсем не обнадёживают, — едва заметно улыбнулся я, после чего сменил тему разговора.

Чувствую: если Винсента разозлить, он сразу же забудет про манеры, этикет и вежливое поведение. С другой стороны, такой уж у него характер. Его не изменишь. Тем более что я сам принял решение дружить с этим человеком.

Алиса, в отличие от Винсента, отреагировала весьма спокойно. Вместо того, чтобы идти прямо против Шеварда, она предложила помочь потренировать Виолетту, причём предложила, несмотря на то, что свободного времени у моей подруги практически не было.

Девушка хотела получить высший балл в теоретической магии, а для этого приходилось очень много зубрить в библиотеке и даже у себя в комнате. Ну и, разумеется, я в этом деле ей помогал, так как на нашем потоке я больше всех был подкован в этом вопросе.

От помощи в тренировках Виолетты я, впрочем, отказался, сославшись на то, что всё идёт по плану. Увидев огонёк в моих глазах и хитрую улыбку, девушка сразу всё поняла.

— Узнаю этот взгляд, — её глазки заблестели, а в голосе послышался азарт. — Неужели нас ждёт новое шоу?

— Пожалуй, так, — кивнул я и подмигнул девушке.

— Буду ждать, когда его втопчут в грязь свои же дружки, — в предвкушении потёрла ладошки Алиса. — Кстати, а у тебя, случайно, нет ещё свободного времени? У меня тут проблемы с формулами многоконтурных заклинаний. Можешь объяснить их работу, а то эти наставники так объясняют, что мозг плавится. С меня молочный коктейль! — весело подмигнула она.

Хитрит ведь. Молочные коктейли появляются только в обед, и их расхватывают в первые минуты. Даже если буду бежать со всех ног, всё равно к моему приходу ничего не останется. А вот у Алисы класс ближе всех находится к столовой. Вот и пользуется этим преимуществом.

— С козырей зашла, — весело усмехнулся я и сложил руки на груди. — Молочный коктейль, две кремовые булочки и мы… договорились.

— Так кремовые булочки ведь сразу в столовой расхватывают, — таким тоном произнесла девушка, будто на неё только что свалилась целая гора.

— Зато кое‑кто будет рано вставать, — хитро прищурился я.

— Злой ты, — фыркнула Алиса.

— Какой есть, — ответил я и добавил: — Ладно, я не монстр всё-таки. Кремовые булочки можешь не приносить.

— Не получится, — покачала головой девушка.

— Почему же? — удивлённо спросил я.

— Теперь мне захотелось свежих кремовых булочек поесть. Таких, чтоб с пылу с жару, — недовольно буркнула она. — Вот зачем ты их упомянул? Теперь хочешь не хочешь, а придётся рано вставать…

Что тут ещё сказать. С такими друзьями и разговорами мне скучать не приходилось. Поэтому неделя пролетела весело и незаметно, пока перед глазами не предстал сам маркиз. Меня сразу накрыло чувство дежавю, потому что он подошёл на то же самое место, где мы с ним в первый раз встретились в столовой.

— Приветствую. Надеюсь, вы ведь не забыли про наше небольшое пари? — сразу же перешёл к делу парень, даже не подумав нормально поприветствовать меня.

— Я смотрю, вам доставляет удовольствие отрывать меня от обеда, — спокойно ответил я, но парень на провокацию не поддался. Только продолжил ехидно улыбаться, думая, что загнал меня в ловушку. Такой самоуверенности многие бы позавидовали. — Нет, не забыл. Хотя вам в первую очередь стоило бы спросить об этом Виолетту. Вам же с ней состязаться, а не со мной.

— Мы обо всём договорились, — гордо, подняв подбородок, важным тоном произнёс парень. Я лишь слегка приподнял левую бровь на подобное бахвальство. — Приходите после обеда на тренировочную площадку. Уверен, Виолетта будет рада такой «поддержке», — поставил он акцент на последнем слове.

— Сомневаюсь, что этой девушке нужна моя поддержка, — сказал я, после чего встал и отодвинул поднос в сторону. — Она довольно талантливая. На вашем месте я бы не стал её недооценивать.

У маркиза аж дёрнулся глаз на мои слова. Похоже, его оскорбил сам факт того, что его сравнивают с какой‑то там «недоучкой». Ну или он, в целом, с презрением относился к тем, кто не «соответствовал» его статусу.

— Скоро увидимся, граф, — коротко и безэмоционально сказал Шевард.

— Непременно, маркиз, — таким же тоном ответил я.

Маркиз неспешно направился к выходу, а у меня после этого разговора пропал всякий аппетит. Поэтому, недолго думая, я сразу направился на тренировочную площадку.

Практических занятий сегодня ни у кого не было, но на площадке собралось немало народу. Я насчитал как минимум полсотни человек, среди которых даже присутствовали второгодки и третьегодки, которых заинтересовали дела «малышей». Вот уж не думал, что вся эта ситуация раздуется до таких масштабов.

— Энкрид, — услышав тихий, но знакомый голос, я повернул голову и приметил Виолетту. Другие ученики практически не обращали на неё внимания, предпочитая общаться между собой и обзаводиться новыми связями. — Спасибо, что пришёл.

— А были сомнения? — тепло улыбнулся я ей в ответ.

— Нет, но… должна же я была поблагодарить! — засмущалась девушка.

— Не стоит. Мне ведь самому хочется насладиться шоу, — на моём лице появилась мягкая улыбка.

— Я выложусь на полную, — уверенно заявила Виолетта, сжав кулачки, после чего мы неспешно подошли к «стойкам», возле которых стоял маркиз.

Рядом с Шевардом также стоял незнакомый мне студент — рослый кудрявый парень с чёрными волосами и едва заметной щетиной на лице.

— Меня зовут Кирт Пемброк, третьегодка, — завидев нас, сразу же представился незнакомец. Хотя, как мне показалось, он больше делал это для столпившихся позади нас учеников. — Маркиз Шевард Балтер попросил меня побыть независимым лицом и судьёй, который даст честную оценку участникам, скажем так, небольшого состязания.

— О как, — произнёс я, глядя Шеварду в глаза. — Смотрю, Ваше Благородие, вы подготовились как следует.

— Я всегда за то, чтобы соблюдалась честность, — деловито‑нарочитым тоном произнёс зазнавшийся маркиз.

— Предусмотрительно с вашей стороны, — как ни в чём не бывало, ответил я, после чего перевёл взгляд на «судью». — Какие будут критерии оценки?

— Скорость создания заклинания, контроль и убойность, — по одному согнул пальцы Кирт. — Всего три раунда. Если кто‑то из участников будет не согласен с моим решением, его всегда можно оспорить. Также оба участника будут одновременно создавать заклинания, чтобы избежать психологического давления со стороны оппонента. На этом всё. Можете начинать.

Маркиз, не скрывая самодовольной улыбки, встал на левую сторону. Виолетта, едва заметно нервничая, заняла правую. Впереди каждого стояло обычное соломенное чучело.

— По моей команде приготовьтесь кастовать заклинание, — произнёс «судья». — Три. Два. Один. Вперёд!

Несмотря на волнение, Виолетта не растерялась и в тот же миг стала создавать заклинание. Магическими нитями она создала плетения, ничуть не отставая от своего противника. Обоим понадобилась всего пара секунд, чтобы скастовать заклинание и выпустить по небольшой ледяной игле в чучело.

— Ничья! — практически мгновенно огласил свой вердикт третьекурсник.

У половины собравшихся учеников, фигурально выражаясь, отвисла челюсть. Другая половина, наоборот, заголосила и стала аплодировать увиденному зрелищу. Что тут сказать — они пришли на шоу и получили шоу.

Сам Шевард пучил глаза, бросая взгляд то на меня, то на Виолетту. А ведь он даже не подозревает, что это только начало.

Глава 5

— Вы хотите что-то сказать? — глянул на Шеварда, и на моём лице появилась улыбка. — Я думал, у вас будет больше радости от того, что ваша одноклассница преодолела свой барьер.

Вопрос застал парня врасплох. Он несколько секунд молча моргал, прежде чем взял себя в руки и вернул самообладание.

— Должен признать, я впечатлён, — нарочито-саркастичным тоном произнёс он. — Приятно видеть, что Виолетта Эгремонт добилась такого прогресса за два месяца с момента, как я видел ее результаты в прошлый раз. Однако спор заключался в другом. Пожалуй, стоит показать всю разницу между нами.

— В таком случае пусть победит сильнейший, — к моей неожиданности встряла в разговор Виолетта.

Молодец, растёт. Вот даже не постеснялась прямо противостоять своему «обидчику».

У Шеварда дёрнулась бровь, но в остальном он остался безэмоционален. Что ж, надо отдать ему должное за выдержку. Для его возраста она очень даже неплохая, пусть и далека от идеала.

— Давайте продолжим, — голос судьи первым нарушил молчаливую тишину. — Прошу оппонентов занять новую стойку и продолжить.

Маркиз едва заметно хмыкнул, а Виолетта спокойно вздохнула, переводя дух. В этот раз оба вытянули руки вперёд, приготовившись по команде создавать заклинание. Скорость создания заклинания теперь роли не имела, но нужно было произвести впечатление на толпу.

— Правила второго раунда всё те же. Можете потратить на создание заклинания столько времени, сколько вам необходимо. Ключевая задача — показать контроль. Как именно его демонстрировать — решать участникам.

— А что вообще подходит под критерии контроля? — спросил смуглый парень из толпы. — Условия звучат слишком расплывчато.

— Хорошо. Поясню, — кивнул третьекурсник, после чего обвёл взглядом собравшихся учеников. — Проявлением хорошего контроля в данном случае считается число создаваемых игл, их форма и скорость полёта. Каждый из перечисленных пунктов приносит один балл. Также засчитывается изменение траектории выстрела. Другими словами, прямой выстрел в мишень не засчитывается — только по дуге.

— Значит, максимум можно заработать четыре балла? — спросил всё тот же смуглый парень.

— Да. Это значит, что может быть ничья, и всё решит финальный раунд, — раздражённо ответил третьекурсник. — Надеюсь, вопросов больше не осталось. Если нет — можете начинать.

Стоило нашему «судье» договорить, как Шевард с Виолеттой принялись кастовать заклинание. На образование магического конструкта каждый потратил не больше секунды. Следом в ход пошло создание плетений, и тут началось…

— Что происходит? — недоумённо выпалил коротко стриженный ученик в толпе.

— А так разве можно? — задалась вопросом ученица рядом с ним, теребя пальцами воротник блузки.

— Надо же, — едва слышно пробубнил себе под нос «судья».

Не стой я рядом с ним, то никак бы не разобрал слов.

Шевард не обращал внимания на возгласы и был полностью сфокусирован на заклинании. Прошло ещё три секунды, прежде чем в воздухе образовались пять ледяных игл. Поочерёдно они полетели в мишень. Первая попала точно в голову, две — в каждую руку, а остальные — в корпус.

Что ж, для пятнадцати лет — неплохой результат. Сформировать пять игл зараз и удерживать их в таком состоянии требует немалой концентрации и контроля. Убойность вместе со скоростью тоже оказались на высоте. Сквозные дыры на чучеле говорили сами за себя.

На лице парня заиграла самодовольная победная улыбка.

Радость продлилась недолго. Стоило ему повернуть голову в сторону Виолетты, как он скорчил кривую гримасу и весь побелел.

Виолетта продолжала кастовать заклинание. Её магический круг был в полтора раза больше, чем у Шеварда. Точки плетений так же находились не на своих привычных местах. Со стороны это и впрямь выглядело как другое заклинание. Закончив с наполнением маны, Виолетта вздохнула, после чего из магического конструкта одновременно вылетело восемь ледяных игл. Первая половина полетела вверх, вторая — вниз.

Из первых четырёх игл в голову попало две: одна в лоб, одна в шею. Остальные, как нетрудно догадаться, пролетели мимо и попали в землю. Зато в корпус попали все, оставив глубокие дыры на чучеле.

Сомнений, кто взял этот раунд, ни у кого не осталось. Смотревшие зааплодировали Виолетте, из-за чего та смутилась и быстро перевела взгляд на меня.

— Два балла за точность и форму Шеварду, четыре балла за показанное заклинание Виолетте, — сказал своё слово «судья», глядя при этом Балтеру в глаза. — Можем организовать третий раунд, но лично я не вижу в этом смысла. Соломенные чучела вы пробьёте без проблем, а других критериев оценки я дать не могу. Тут надо звать кого-то из наставников.

Шевард, как мне показалось, вообще не слушал то, что говорит третьекурсник Кирт. Всё это время он сверлил взглядом Виолетту, да так, будто хотел её задушить собственными руками.

— Что это было за заклинание⁈ — стоило «судье» договорить, как парень зашагал вперёд и стал тыкать в воздух указательным пальцем в сторону Виолетты. — Я не припоминаю, чтобы кто-то создавал ледяные иглы таким образом. Это жульничество!

— Но я… — замялась девушка от такого напора с его стороны и отступила в мою сторону, подальше от приближающегося парня.

— Думаешь, род Балтеров простит тех, кто жульничеством пытается отобрать у них победу, а? — продолжал свою тираду парень, пока остальные юные аристократы молча наблюдали за происходящим, даже не думая вмешиваться.

Что ж, я их прекрасно понимал. Балтеры — весьма влиятельный род, обладающий обширными землями и военной силой. Зачем портить отношения с родом только ради одной безымянной аристократки? Да и это не их дело — лезть в межродовые разборки. Тем более многие пришли сюда ради развлечения и сейчас его получали.

От меня также не ускользнуло то, как Кирт нахмурил брови. Он ведь выступал в роли «судьи», а тут Шевард у всех на глазах ставил под сомнение его компетентность. Это удар по репутации, который очень сложно проигнорировать.

Кирт уже было открыл рот, чтобы осадить зарвавшегося маркиза, но я его опередил.

— Сколько же от вас шума, — сложил я руки на груди и как ни в чём не бывало вышел вперёд, закрыв собой Виолетту. — Ваше благородие, вы, случайно, не забыли условия пари? Речь шла не о заклинании, а о создании ледяных игл. Какая разница, каким способом она их создаёт, если форма остаётся всё той же? Не слишком ли громко вот так, на глазах такого количества аристократов, заявлять, что мой друг жульничает? — я намеренно сделал акцент на «друге», давая Шеварду и остальным понять, в каких мы отношениях.

— Неужто род Эйзенхорнов отважится выступить против Балтеров только ради вас и баронессы? — высокомерно‑насмешливым тоном произнёс маркиз.

Сдержанностью и ясным умом здесь даже не пахло. Печально, а ведь я ему давал шанс.

— Можете рискнуть проверить, — спокойным тоном ответил я, после чего продолжил: — Уверен, глава вашего рода будет в восторге, когда узнает, что его сын проиграл в споре, который сам же спровоцировал.

— Вы нарываетесь, — уже злым взглядом смотрел на меня Шевард.

Он сжал кулаки так сильно, что костяшки побелели.

— Умейте достойно принимать поражение, — продолжил поддевать я его, провоцируя на реакцию. — Надеюсь, в следующий раз я не буду вынужден впустую тратить на вас своё время.

— Так, достаточно! — смутно знакомый голос резко оборвал наш разговор. — Свободное время не предназначено для показных шоу! Расходитесь.

Я повернул голову и увидел преподавателя, идущего в нашу сторону. Чуть приглядевшись, я даже его узнал. Этот широкоплечий бородач сопровождал меня и Винсента, когда мы давали показания. Надо будет как‑то узнать его имя, а то чувствую, мне с ним придётся ещё очень часто видеться…

— Мы ещё не закончили, — сквозь зубы процедил Шевард, глядя мне в глаза.

Я в ответ лишь ухмыльнулся, наблюдая, как он идёт к выходу. К таким идиотам мне не привыкать. Интересно, что он дальше предпримет? После такого часть его дружков уж точно отсеется. Значит…

— Энкрид, я… это… спасибо, что заступился, — голос Виолетты вырвал меня из мыслей.

— Не стоит. Друзья ведь так поступают, — подмигнул я в ответ девушке.

— Друзья тоже должны уметь быть благодарными, — важно ответила ученица, указательным пальцем поправляя свои очки. Как удивительно быстро она собралась от робости к решительности. — Ты ведь не против, если я тебя чем‑нибудь угощу?

— На этой неделе никак. Завтра мне предстоит отправиться в Подземелье, — покачал я головой. — А вот потом я буду полностью свободен. Если что, я тот ещё сладкоежка, — договорив, снова подмигнул я.

— В таком случае желаю удачного рейда и вашего скорейшего возвращения, — мягко улыбнулась она, несмотря на некоторой степени официоз произнесенного.

Мы ещё некоторое время говорили, прежде чем разбрелись по своим комнатам. По возвращении я принял душ, после чего сразу лёг спать. Хотелось как можно побольше поспать, поскольку в Подземелье такая возможность может нескоро появиться.

Наутро я стоял за воротами Академии. Рядом со мной лежал огромный походный рюкзак со всеми запасами, а на поясе висел меч. Аристократам почти везде разрешалось носить с собой оружие, учитывая, как часто на них совершаются покушения. Главное, иметь на это соответствующее разрешение, а оно у меня, разумеется, было.

Алиса тоже выглядела во всеоружии. В левой руке она держала короткий магический лук, а за спиной виднелся колчан со стрелами. Правда, пользоваться ими она совсем не горела желанием.

Лук моей подруги служил удобным катализатором для магии. В него она вкладывала ману заранее и благодаря этому могла быстро кастовать дальнобойные заклинания. Правда, ценой этому была ограниченность арсенала атак, которые закладывались при создании этого артефактного оружия.

Поэтому она возместила свой недостаток стрелами с разного рода наконечниками. Тем более, лук подобное позволял использовать.

Одна стрела, например, при попадании взрывалась огнём, вторая создавала корку льда на теле противника, а третья лучше всех пробивала толстую шкуру монстров. Как выражалась сама Алиса, у меня есть стрелы на каждый случай жизни.

Другое дело, что стоили такие стрелы очень и очень дорого. Поэтому любое их применение било по кошельку, чему сама Алиса вовсе не радовалась. Да и попробуй ещё такой редкий товар найти на рынке. В нашей стране магических лучников, так сказать, не было столь много, чтобы это удешевило расходники.

К слову, я с собой тоже взял парочку артефактов. Первый создавал магический барьер вокруг носителя, а второй выпускал вперёд полумесяц, структурированный из стихии ветра, около трёх-четырёх метров в ширину. Что забавно, большинство магов предпочитало называть заклинание «серпом».

У обоих было по пять зарядов, так что должно хватить. Особенно учитывая, что вступать в бой я собирался только в случае крайней необходимости.

Хотелось бы, конечно, взять с собой побольше артефактов, да и охрана бы не пропустила. Все артефакты «фонят». Говоря другими словами — вызывают постоянные волновые колебания в магическом фоне. Для человека оно почти незаметно, но не для монстров. При сильных колебаниях они будут стягиваться на артефакты, как мотыльки на свет.

Так что в целях безопасности, империи пришлось наложить ограничения на пронос артефактов для тех, кто не соответствует уровню возможной опасности. В общем, не заковать себя в артефактные доспехи и не пойти мне крушить всяких тварей, а по мере роста сил и нужда в артефактах отпадает в той мере, как мне они пригодились бы сейчас.

— Да где его черти носят, — недовольно фыркнула Алиса, поправляя свободной рукой растрепавшиеся от ветра волосы. — Мы же договорились быть к девяти. А сейчас половина десятого!

— Вообще-то, ровно к десяти, — поправил я девушку. — Это мы с тобой рановато пришли.

— Но ему-то я сказала прийти к девяти! — недовольно буркнула Алиса. — Вот как знала, что опоздает.

— Умно, — хмыкнул я на это заявление и заметил, как Винсент со всех ног бежит к нам.

— Извиняюсь, проспал, — сказал он, держa обе руки за лямки рюкзака. Причём последний был раза в полтора больше моего. Боюсь представить, что он в него вообще напихал, потому что мой весил килограмм двадцать так точно. — А где транспорт?

— Скоро подъедет. Это тебе месть за то, что в прошлый раз опоздал, — косо глянула Алиса на друга.

— Да это было месяц назад, — закатил глаза Винсент. — Вот правду говорят, что женщины злопамятнее мужчин.

— Это ты сейчас меня женщиной назвал? — зацепилась за слово Алиса, сверля взглядом парня.

Я с трудом сдержал смех от увиденной картины. Что тут сказать — Винсенту ещё учиться и учиться, как разговаривать с девушками… делать нечего, надо спасать друга.

— Не принимай близко к сердцу, он это сказал без задней мысли, — спокойным голосом сказал я и, подойдя ближе к Алисе, улыбнулся. — Тем более что ты всегда великолепно выглядишь.

Девушка на мгновение растерялась и отвела взгляд, прежде чем обошла меня и вышла вперёд.

— Закроем тему. К тому же сейчас подъедут машины, — сказала она, стоя ко мне спиной, с гордым видом.

Винсент в это время подошёл сзади и положил руку мне на плечо, показывая большой палец вверх. Я коротко кивнул и заметил, как чёрные внедорожники показались на горизонте. Если быть точным — кортеж из семи машин. Многовато, конечно, Алиса взяла с собой телохранителей.

Или же тут её отец подсуетился. Все же он беспокоился о сохранности дочери, правда, временами перегибая. Собственно, из-за этого у них часто возникали конфликты.

Дальше дело осталось за малым. Мы сложили всё своё добро в багаж, после чего расселись по пассажирским местам. Алиса и Винсент принялись медитировать, чтобы скоротать время, а я погрузился в свои мысли. В основном раздумывал, как быть с Виолеттой. Весточку отцу я отправил, но прямого согласия от самой девушки ещё не получил.

Конечно, всё это можно было обговорить до победы, но тогда получилось бы, что я на неё давлю. Теперь же, после помощи в победе и заступничестве, сам глава рода Эгремонтов будет иначе смотреть на предложенный мной союз.

За размышлениями я сам не заметил, как пролетели несколько часов. Мы выехали за город и остановились в небольшом сосновом лесу, где располагался заповедник. Даже аристократов туда без надобности не пускали, чтобы не разрушать местную экосистему, но появление Подземелья было, увы, особым случаем.

— Ну наконец-то, — довольным голосом произнёс Винсент по приезде, моментально выйдя из медитации. — Вот сейчас вы поймёте, что такое Подземелье, — добавил он и довольно усмехнулся.

— Я летом охотилась с отцом на монстров, — недовольно зыркнула на парня Алиса. — Нашёл, чем удивить.

— Нет-нет, монстры — это одно, а Подземелье — другое, — важно заявил Винсент и неспешно вышел из машины.

Я тоже последовал его примеру, заодно осмотрев местность.

Запах хвои сразу ударил в ноздри. Кроны деревьев закрывали солнце, из‑за чего казалось, что ночь настала раньше времени. Где‑то вдалеке я услышал щебетание птичек. Однако в первую очередь бросались в глаза каменные ворота, рядом с которыми стояли двое имперских гвардейцев.

Красная шинель, на которой сверкали мифриловые нити, чёрные брюки и длинные сапоги. В целом — скромный наряд для того, кто несёт службу под руководством Его Императорского Величества. Только вот у этой самой скромности были свои корни.

— Винсент Кренч, Алиса Лейвин и Энкрид Эйзенхорн? — голос стоявшего справа от ворот гвардейца прервал мой ход мыслей.

— Верно, — коротко кивнул Винсент, краем глаза глянув в сторону телохранителей.

Я насчитал больше двадцати человек. Многовато, конечно, защитников…

— Хорошо. Ваши удостоверения личности и разрешение на вход, — попросил нас гвардеец. Мы один за другим показали ему все необходимые документы, после чего он довольно кивнул. — Всё в порядке. Можете проходить. Подземелье вчера изменилось, так что по старым тропам не пройти. Советую делать разметки, чтоб не заблудиться на обратном пути. Если задержитесь больше недели, вызовем спасательную экспедицию. Дальше третьего этажа лезть запрещено, да и вы вряд ли пройдёте сквозь барьер.

— Благодарим за предостережение, — с уважением в голосе ответила Алиса.

— Это наша работа, — ответил гвардеец, бросив взгляд на своего боевого товарища. — Желаем удачного рейда, господа.

Мы втроём синхронно кивнули, после чего подошли к машинам, чтобы взять снаряжение. Следом подошли к воротам. Оба гвардейца коснулись камня, влив в него ману. Каменные створки с треском затрещали, открывая проход в непроглядную тьму. Не зря захватили с собой светильники.

Попав в Подземелье, первое, что я ощутил — затхлый запах. Вот будто в старый погреб зашёл, где стены плесенью покрылись. Алиса даже прикрыла нос рукой, после чего поспешно завязала платок на лицо, лишь бы меньше чувствовать этот смрад.

— Потерпи немного, все Подземелья вначале такие, — проговорил Винсент. Его запах вообще не смущал. — Сейчас до барьера дойдём, пересечём его и сразу легче станет. Наверное. Тут уж как повезёт. Так сказать, элемент неожиданности никто не отменял.

— Умеешь ты утешать, — саркастично ответил я, но парень этого даже не заметил. Ну или сделал вид, что не понял, самодовольно улыбнувшись на мои слова.

Идти впрямь оказалось недолго. Каких‑то двести шагов и мы увидели светящийся барьер.

— Я о подобном только в книжках читала, — завороженно проговорила Алиса.

Тут я всецело разделял её мнение.

В Академии нам показывали множество разновидностей барьеров: «покров», служащий естественной защитой мага; «щит‑сота», «стена», «купол» и ещё множество форм и вариаций. Однако барьер Подземелья был ни на что из этого не похож.

Например, обычно барьер имеет твёрдую структуру, чтобы принимать на себя физические атаки. От этого зависела прочность самой защиты. А тут барьер напоминал текущую реку, пройти сквозь которую не составило бы никакого труда. Единственное — вместо самой воды текла мана.

Причём я не сомневался, что в самом барьере скрыто множество магических конструктов, которые я не мог заметить или почувствовать. Сомневаюсь, что Система дала мне возможность видеть и чувствовать любое заклинание в его первозданном виде. Для этого нужно нечто большее.

По такой логике на меня бы не срабатывали иллюзорные заклинания, а на аукционе я не мог видеть всех его участников. Значит, мои способности далеки от идеала. Пока что далеки.

— Ладно уж вам, ещё насмотритесь на барьеры. Они все как один, только плотность разная, — проговорил Винсент, сделав пять шагов вперёд. — Первый раз будет неприятно, потом свыкнетесь. Пошли побыстрее, а то с такими темпами до третьего этажа через месяц доберёмся. На первых двух здесь, считай, делать нечего. Так, размяться.

С этими словами он вплотную подошёл к барьеру, после чего без особых усилий вошёл внутрь и потерялся из виду. Недолго думая, следом подбежала Алиса и сначала осторожно положила руку на барьер. Вздохнув и выдохнув, она резко подняла подбородок и вошла следом за Винсентом.

Я неспешно подошёл к барьеру и тоже приложил руку. Ничего не произошло. Я словно трогал воздух. Однако стоило надавить рукой вперёд, как я почувствовал сопротивление. Небольшое, словно я пытался порвать тонкую плёнку, которая всё никак не хотела рваться и продолжала растягиваться.

Недолго думая, я втянул в лёгкие воздух и рванул вперёд. «Плёнка» порвалась на следующем шаге, и на мгновение у меня закружилась голова. В глазах потемнело, ноги подкосились, но в тот же момент меня подхватила чья‑то рука.

— Я предупреждал, — сказал Винсент, подставляя мне своё плечо. — Первый раз он такой. Запоминающийся.

— Верю, — коротко бросил я, после чего пальцами протёр глаза.

Вернув баланс, я выпрямился и оглядел местность.

В голове с трудом складывалась картина. Вот ещё минуту назад мы были у ворот, а теперь стояли в лесу, на поляне. Разве что вместо сосен здесь росли невысокие дубы или похожие на них растения. Уж в чём, в чём, а в ботанике я практически не разбирался.

— Так, это у нас лес гоблинов, — с важным видом заявил Винсент. — Твари слабые, зато их много. Есть желание оставшийся день поохотиться на слабую добычу?

— Предлагаю идти вперёд. До комнаты отдыха как минимум будет полдня пути. К тому моменту на нас минимум несколько раз нападут, — подметила Алиса. — Тем более что один из их разведчиков нас уже заметил.

— В смысле? — недоумённо спросил Винсент. — Я никого не почувствовал.

— Зато у меня хорошее чутьё, — ответила Алиса, поудобнее перехватив лук в руке.

— Предлагаю не терять время и дойти до безопасного укрытия, — сказал я.

— Значит, пошли вперёд. За мной, — произнёс Винсент, в то время как я и Алиса изучали окружение.

С одной стороны, казалось, что местность ничем не отличается от внешнего мира. Солнце светило в небе, чистый воздух втягивался в лёгкие, высокая трава щекотала ноги.

Только внутри не покидало странное ощущение, что всё это ненастоящее, искусственное. Может, мозг обманывал сам себя, а может, и впрямь так и есть. Тут остаётся только строить догадки.

За час мы прошли около двух километров. Алиса постоянно останавливалась, отслеживая следы гоблинов. В общем‑то, это было не так уж трудно. Смятая трава и сломанные ветки говорили сами за себя.

В один момент Алиса резко остановилась перед ручьём и подняла руку. Если быть точнее, до ручья мы не дошли каких‑то двадцать шагов.

— Впереди засада, — уверенным тоном прошептала она.

— С чего взяла? — тихо спросил Винсент.

— Впереди открытая зона. Можно спрятаться на деревьях и окружить с двух сторон, — объяснила девушка, после чего положила руку на тетиву. — К тому же мы весь час шли по их следу.

— Удивлён, что ты с такой лёгкостью всё поняла, — похвалил я свою подругу. — Как думаешь, сколько их там?

— Сложно сказать наверняка. Следы разнятся. Пять минимум, не меньше, — немного подумав, ответила она.

— Значит, бери в два‑три раза больше, — отметил я. — гоблины ходят группами. Те, за кем мы шли, наверняка разведчики.

— Пять или двадцать — разницы никакой нет, — перехватив копьё в обе руки, уже громче проговорил Винсент. — Вперёд. Действуем по оговорённой тактике.

С этими словами, не дожидаясь нас, он зарычал как зверь и рванул вперёд. Вот вообще не удивлён, что его оставили на второй год после «некоего» инцидента в Подземелье. Подробностей никто из преподавателей не разглашал, но подозреваю, Винсент вёл себя примерно так же…

Однако со своей задачей он справился на ура. Стоило ему подойти к реке, как со всех сторон полтора десятка дротиков полетели в его сторону. Он лишь ухмыльнулся, полностью закрыв себя купольным барьером, созданным с помощью артефакта в виде кулона на его шее.

Алиса тоже не заставила себя ждать. Вокруг её пальцев стала скапливаться мана, после чего рядом с тетивой образовалась синяя магическая стрела. Секунда — и она полетела в ту сторону, откуда прилетел один из дротиков. Визг твари тут же неприятно ударил по ушам, но, по крайней мере, это доказывало, что она не промахнулась.

— Давайте, вылезайте, твари! — закричал Винсент, привлекая внимание гоблинов к себе.

Те не заставили себя долго ждать, выйдя из теней деревьев.

Глава 6

Гоблинов в своём мире я представлял себе как тощих, серокожих карликов, орудующих первобытным оружием. Местные же сильно отличались от воображаемой картины.

Около метра ростом, серокожие, с дротиками и копьями в руках. Причём на последних были металлические наконечники.

Также в глаза бросалось их телосложение. Язык не поворачивался назвать их худыми. Скорее уж, каждый второй обладал рельефной фигурой. Мышцы выглядели так, будто они большую часть своего времени проводили в спортзале.

Винсент говорил, что они слабые противники? Что-то мне не очень в это верится. Один на один — может быть, но вот если окружат и набросятся кучей, даже у моего друга появятся серьёзные проблемы.

Правда, мой друг, судя по всему, об этом даже не задумывался. Увидев противников, он стремглав побежал на ближайшего гоблина. Последний тоже не стоял столбом и, заметив приближающегося противника, стал отступать к остальным.

Только скорости и резвости ему, увы, не хватило. Винсент за пару секунд оказался возле серокожего, после чего одним ударом виртуозно перерезал тому глотку. Монстр схватился руками за рану, после чего его бездыханное тело упало на землю.

— Ну давай, подходи по одному! — радостно воскликнул Винсент, продолжив свою «охоту» на гоблинов.

— Опять он за своё, — недовольно фыркнула Алиса, но даже ни на мгновение не прекратила кастовать магические стрелы.

Конечно, можно было воспользоваться огненными, но перспектива поджечь лес ничуть не радовала.

Моё участие в сражении даже не требовалось. Местные гоблины оказались теми ещё трусами. Никому не взбрело в голову разом навалиться на Винсента или хотя бы попытаться подобраться к Алисе. Весь бой не продлился даже полминуты. Самому мне по итогу не пришлось вступать в бой.

Теперь понятно, чего мой друг говорил, что они не представляют угрозы. Когда вернусь в Академию, надо будет ещё заняться изучением поведения монстров, а не только их анатомией.

— А теперь моё самое нелюбимое дело, — сказал Винсент, вытаскивая копьё из поверженного гоблина. — Разделка монстров. Достать ядро — это целая наука. Особенно, когда не знаешь, где оно находится.

— Органы тоже стоят денег, — подметил я, доставая разделочный нож из рюкзака. — Да и другие части тела тоже. Например, за зубы платят очень хорошо. Из них делают порошок, который используется в алхимических рецептах в качестве катализатора. Та же печень тоже хорошо ценится. Из неё делают антидоты, потому что гоблины очень устойчивы к ядам.

— Про зубы я знал, а про печень слышу впервые, — задумчиво произнёс Винсент. — Вот ты голова конечно, Энкрид.

— Ядра и зубы меньше места занимают, а печень попробуй ещё доставь в сохранности, — пояснил я. — Тут желательно брать заказ прямо у алхимиков, а не через посредников, чтобы выйти в плюс. У других монстров части тел ценнее будут.

— Значит, ты и про других монстров можешь рассказать, у кого какие части тел ценнее? — с интересом спросила Алиса.

— Только тех, про кого читал в бестиарии, — посмотрел я на нож в руке.

— Небось, ещё разделывать монстров умеешь? — хитро прищурился Винсент.

— Да. Отец обучал меня этому не самому приятному, но необходимому ремеслу, — согласно кивнул я и усмехнулся. — Он не хотел, чтобы я вырос белоручкой, который только занят чтением книг. Так что выбора мне не оставили. Зато, когда я экспериментировал с алхимией, этот навык мне очень пригодился.

— Ты монстров прямо на столе препарировал, что ли? — недоумённо посмотрела на меня Алиса.

— В алхимии, в том числе нужно знать, как обращаться с органами, — пожал я плечами. — Одной ошибкой можно сгубить ценный ингредиент. Впрочем, это уже детали. Не вижу смысла ими вас нагружать.

— С каждым днём ты всё больше напоминаешь мне ходячую энциклопедию, — сказала Алиса, повторив за мной, и достала разделочный нож. — Как у тебя только вся эта информация в голове помещается?

— Кто его знает, — я улыбнулся и пожал плечами, после чего принялся разделывать монстров.

Наша добыча оказалась достаточно скромной: шесть ядер монстров и пару десятков целых зубов. Винсент не очень церемонился с тем, как убивать монстров, да и Алиса тоже. Другие органы мы решили не брать с собой, чтобы сэкономить место.

Дальше нас ждали ещё две засады. В целом, они практически ничем не отличались от предыдущих, за одним исключением: на воинах гоблинов появились шкуры волков или кого-то в этом духе. Также вместо дротиков они стали использовать полноценные метательные копья.

Даже с ними они не могли причинить нам никакого вреда. Правда, меня почему-то всё равно не покидало странное предчувствие опасности. Обычно такое происходило в моменты, когда я сражался с отцом.

Он никогда не использовал против меня ману, однако за всё время я ни разу не смог его победить. Когда казалось, что я в шаге от победы, каждый раз меня сначала накрывала тревога, а затем следовало закономерное поражение.

Сейчас я чувствовал примерно то же самое. Ничего не предвещало беды, но я ощущал, словно что-то не так. Будто мы прямо сейчас целенаправленно идём в пасть тигра.

— О чём задумался? — моё состояние не ускользнуло от глаз Винсента.

— Не нравится мне то, что враги становятся сильнее, — как есть ответил я. — У меня нехорошее предчувствие на этот счёт.

— Забей. Это со всеми происходит, — Винсент показал мне большой палец. — Когда идёшь в рейд, всегда кажется, что вокруг царит опасность. В целом так оно и есть, но лучше на это чувство не реагировать. Ты такими темпами паранойю себе заработаешь. Просто расслабься и держи ухо востро. Тем более у нас есть Алиса.

— Приму за комплимент, — поправив волосы, довольным голосом ответила на это девушка.

Несмотря на слова Винсента, я остался непреклонен в своих выводах. Нехорошее предчувствие не возникает на ровном месте, если только это не паранойя. Значит, осталось понять, почему внутреннее предчувствие подавало сигналы опасности.

Я внимательно следил за окружающей обстановкой, но безуспешно. Если враг и следил за нами, то не торопился показываться на глаза — за исключением встреченных нами гоблинов.

— Опять засада, — недовольно фыркнула Алиса и положила пальцы на тетиву. В этот раз гоблины выбрали небольшую поляну, где мы планировали отдохнуть. До безопасной зоны мы бы не успели дойти, а бродить в сумерках, ещё и в лесу, было себе дороже. — Их тут не меньше двадцати. Может, все тридцать наберутся. Точнее сказать не могу.

— Это же гоблины. Они всегда… — Винсент неожиданно прервал речь и нахмурил брови, всматриваясь вперёд. Чуть погодя я услышал леденящий до костей волчий вой. — Вот только этого не хватало. Алиса, пёсики на тебе.

— Ни минуты покоя, — буркнула она, после чего принялась кастовать стрелу.

Я в свою очередь держал в руке меч и, как в предыдущие разы, внимательно наблюдал за происходящим.

Алиса не ошиблась. Впереди из деревьев выскочило полтора десятка гоблинов, а рядом с ними бежала стая серых волков. От обычных они ничем не отличались, однако добавляли много возни моим друзьям.

Ещё десяток гоблинов решил обойти нас с двух сторон. Пятеро слева, пятеро справа. Что ещё неприятнее — на каждом висела латная кираса и стальной шлем. И где только такое достали?

Выглядело это, конечно, забавно, потому что другие части тела даже одеждой не были прикрыты. Только своим мечом их броню я никак не пробью.

Ещё и чувство тревоги отчего-то с каждой секундой всё быстрее росло…

— Я возьму на себя правый фланг, ты левый, — коротко сообщил я, повернувшись в сторону к бежавшим гоблинам. Причём вместо копий у каждого был или короткий меч, или кинжал.

— Помощь? — поинтересовалась подруга.

— Обойдусь, — закончив говорить, я побежал вперёд. До гоблинов оставалось метров двадцать от силы.

Не сбавляя шага, я встретился взглядом с первым противником. Гоблин с длинными ушами весело гыгыкал и, показав язык, бежал на меня с кинжалом в руке.

Умом эта тварь, разумеется, не блистала. Обе руки он заранее поднял на уровень предплечья, согнув их чуть назад. Этим он заранее показал, как собирается атаковать.

Сблизившись, я безо всяких проблем сделал шаг влево и увернулся от прямого и предсказуемого выпада вперёд. Серокожий задел лишь воздух и полностью открылся под мою атаку.

Доспехи противнику никак не помогли. Мне хватило одного мгновения, чтобы одним ударом пронзить горло твари и вытащить меч обратно. На все действия у меня ушло не больше пары секунд. Пора браться за следующих.

Пока я разбирался с первым, двое других успели обойти меня. В отличие от предыдущих, эти даже не думали нападать в одиночку. Впрочем, до отца им всё равно далеко. Как по силе и по скорости, так и по уму.

Я хорошо понимал, что если нападу на одного, то подставлю спину другому, поэтому действовал на опережение. Левый находился на метр ближе ко мне, так что с выбором цели вопросов не возникло.

Как и предыдущий гоблин, этот тоже держал в руке кинжал. Заметив, что я приближаюсь к нему, он побежал прямо на меня. В считаные мгновения мы оба сократили дистанцию.

Противник атаковал первым, прыгнув прямо на меня. Такой прыти я не ожидал, особенно учитывая вес доспехов. Причём эта тварь явно собиралась левой рукой вцепиться мне в плечо, а правой всадить лезвие в голову.

Тут меня снова спасла реакция и разница в телосложении. Ручки у гоблинов были коротковаты, так что я действовал на опережение. Поднял меч, после чего сделал выпад вперёд, пронзив шею противника. Минус два.

Быстро вернуть себе меч не получилось. Пока я опускал тушку на землю, третий гоблин успел забежать мне за спину. Пришлось отказаться от своего оружия и действовать грязно.

Правой рукой я зачерпнул горсть земли, после чего развернулся и бросил её в глаза гоблину. Тот такой подлости не ожидал, сразу заверещал от боли.

Следом я в два шага сократил между нами дистанцию и со всей силы кулаком врезал противнику в челюсть. Этого более чем хватило, чтобы мелкая тварь выронила меч и ушла в нокаут.

Про оставшихся двух я не забыл. Вместо того чтобы бежать за своим оружием, я позаимствовал его у гоблина. Меч удобно лёг в руки, после чего я быстро проанализировал ситуацию.

Эти двое застыли в метрах десяти передо мной, боясь приблизиться. Они скалили зубы, утробно рычали, делая шаги из стороны в сторону, но даже не думали атаковать первыми.

В голове появилось сразу три варианта дальнейших действий.

Первый — дождаться помощи Алисы. Если она убьёт одного, со вторым я справлюсь без труда. Проблема в том, что к тому моменту они наверняка сами захотят меня атаковать, а значит, я окажусь в невыгодном положении.

Второй — использовать артефакт. Одного талисмана с атакующим заклинанием будет более чем достаточно. Только заряды в артефакте не бесконечные. Потрачу один сейчас и не смогу восполнить заряд. А нам ещё с кобольдами воевать. Эти твари поопаснее будут. Лучше их экономить.

Значит, остаётся третий вариант — спровоцировать их пойти в атаку и дальше импровизировать. Не самый надёжный план, конечно, но другого выхода я не вижу.

Недолго думая, я направился к телу мёртвого гоблина, из горла которого торчал мой меч. Стоило мне сделать шаг в его сторону, как для трусливой парочки это стало сигналом к действию.

Они бежали бок о бок, даже не думая пытаться обойти или хоть как-то схитрить. Неприятно. Я уж понадеялся, что мне дадут спокойно вытащить оружие. Значит, нужно быстро покончить с ними.

Шаг, шаг, ещё шаг — и вот оба гоблина на расстоянии удара. Мне на руку опять играет разница в телосложении. Я первым нанёс горизонтальный удар, нацелившись в ноги левому гоблину.

В шею было слишком рискованно. Если бы промахнулся, то меч мог попасть по кирасе, полностью открыв меня под ответную атаку. А так, даже в случае промаха, второй не сможет моментально подойти ко мне, не рискуя получить удар.

Противник в последний момент отпрыгнул назад. Длины меча не хватило, чтоб отрубить ногу. Зато я оставил на ней глубокий порез. С такой раной особо не побегаешь.

Второй также увернулся от удара, но, в отличие от первого, не отпрыгнул назад, а ушёл вбок. Пользуясь шансом, он рванул вперёд и, подняв меч, попытался разрубить меня пополам. Это же стало его роковой ошибкой.

Такой замах очень долгий и ситуативный. Впрочем, какие навыки фехтования я ожидал увидеть от обычного гоблина?

Прежде, чем гоблин успел нанести удар, я согнулся и сделал подсечку. Противник вместе с мечом упал на землю и попытался встать, но не успел. Мой клинок вонзился ему в голову.

Остался последний.

Я поднял взгляд и увидел, что пятый гоблин, хромая, побежал назад, в сторону леса. Гнаться за ним я не видел никакого смысла, особенно, когда моя помощь могла пригодиться друзьям.

Стоило мне об этом подумать, как в ту же секунду в убегающую тварь прилетела магическая стрела. Обернувшись, я увидел довольно улыбающуюся Алису. Чуть спереди от неё валялись тела мёртвых гоблинов.

— Поберегла бы ману, — сказал я, неспешно подойдя к девушке.

Торопиться было некуда. Бой практически закончился. Только Винсент сражался с остатками гоблинов, и помощь Алисы ему явно не требовалась. Скорее, наоборот: он стал бы ворчать, что ему не дали в полной мере развлечься и проверить свои силы.

Тогда почему внутреннее предчувствие продолжало кричать об опасности?

— Не люблю оставлять монстров в живых, — едва заметно пожала она плечами. — Кстати, ты не говорил, что так хорошо умеешь орудовать меч… Энкрид?

Вместо ответа я показал указательный палец в жесте молчания. Девушка недоверчиво кивнула, а сам я прислушался к собственным ощущениям, пытаясь найти угрозу.

Секунды начали тянуться как часы. Я закрыл глаза и вздохнул, ещё сильнее сконцентрировавшись на происходящем, как вдруг почувствовал едва заметную дрожь земли. Тело на рефлексах отреагировало само собой.

Я схватил Алису за одежду и дёрнул назад в тот момент, когда из-под земли вылетела колючая лоза. Промахнувшись, словно живая, она атаковала меня, собравшись обвить шею и задушить. Благо несколько взмахов мечом поумерили её пыл.

В тот же момент из земли стали появляться новые лозы. В этот момент Алиса перестала мешкаться и вместо того, чтобы использовать лук, выпустила вперёд стену огня, освободив от ловушки пространство перед собой.

— Оставляю их на тебя, — сказал я и прежде, чем девушка успела что-то ответить, побежал вперёд.

Я почувствовал изменения в магическом фоне. Именно в той стороне, куда убегал раненый гоблин. У меня не осталось сомнений, что именно там до последнего прятался враг.

Не прошло пары секунд, как земля вновь задрожала перед моими ногами. В этот раз я увернулся от лозы, даже не став её рубить. Тогда неизвестный противник изменил тактику и, спустя несколько секунд, метнул в меня колья из-за темноты деревьев.

Увернуться или отбить их мечом я бы полностью не мог, и поэтому вынужденно использовал артефакт. Вокруг меня замерцал купол, после чего колья безуспешно сломались о преграду.

Не останавливаясь, я продолжил бежать вперёд и спустя пару мгновений заприметил гоблина. В отличие от остальных, этот держал посох и приделал себе перья на голову. Явно местный вождь-шаман или что-то вроде того.

Завидев меня, он направил посох в мою сторону и стал что-то улюлюкать на своём, на гоблинском. Вокруг его посоха начала собираться мана, но я не имел желания давать ему закончить заклинание. Вместо этого достал второй артефакт и выпустил вперёд магический полумесяц из стихии ветра.

Вылетевший серп полетел вперёд и, прежде чем шаман успел отреагировать, снёс ему голову. Можно было, конечно, рискнуть и увернуться от следующего плетения, но я до такой степени рисковать не собирался. Особенно, когда не знал, что мог выкинуть этот монстр.

Вот теперь, когда внутренняя тревога прошла, я смог вздохнуть с облегчением. Единственное, что у меня остался вопрос: а почему этот гоблин до последнего скрывал своё присутствие, не помогая своим сородичам? И почему в самый последний момент напал исподтишка?

Как пишут в бестиариях, разум монстров — порой сплошная загадка. Никогда не знаешь, чего можно от них ожидать.

— Энкрид, ты как? — обеспокоенный голос Винсента вырвал меня из мыслей.

— Бывало получше, — сказал я, почувствовав накатившую усталость.

Оно и неудивительно: мы так-то весь день на ногах и практически не делали передышек.

— Главное, что жив, — бодро заявил Винсент, дойдя до меня и похлопав по плечу. — Ничего, сейчас ядра вытащим, в мешочек положим и отдохнём. Правда, идти придётся ещё пару часов. Я так думаю, с нашей удачей спать под открытым небом будет куда опаснее. Зато в безопасности будем.

— Мне бы твой оптимизм… — усмехнулся я.

— Да ладно тебе. Вот за посох, кстати, мы много очков получим, — самодовольно улыбнулся Винсент и снова похлопал меня по плечу. — Ты красавчик, что в одиночку вождя убил. Вот чего не ожидал, того не ожидал.

— Бывает, — развёл я руками, после чего добавил: — Давай уж доставать ядра. После случившегося у меня одно желание — поскорее завалиться спать.

К счастью, процесс разделки монстров много времени не занял. Разве что Алиса была совсем уж молчаливой. Расспрашивать подробности в такой ситуации я не стал. Захочет — сама расскажет.

Одно радовало: нам не пришлось идти за тридевять земель к безопасной зоне. Более того, за это время на нас никто не напал. Видимо, убийство вождя гоблинов переполошило весь первый этаж. Глядишь, гоблины не станут в ближайшую неделю нападать на новоприбывших авантюристов. Хотя кто сказал, что подобных шаманов на весь этаж всего один?

Что касается безопасной зоны… когда мы добрались до неё, то её было сложно не заметить. Всё-таки врата в открытом поле выглядели довольно странно.

Затем нам вновь пришлось проходить через «плёнку». В глазах на секунду потемнело, прежде чем мы оказались в странной комнате.

Любопытствующий взгляд сразу концентрировал внимание на мраморном полу и стенах. Так же нельзя было не восхититься, глядя на потолки, украшенные разноцветными фресками с изображением людей и монстров. Затем взгляд упал на десятки портретов, изображающих аристократов в самых разных позах. Но сильнее всего из этой картины выбивались ящики с консервами, сухпайками, флягами с водой и даже зельями.

— Что это? — недоумённо спросила Алиса. В общем-то, я задавался тем же вопросом.

— Провиант, — пожал плечами Винсент. — Среди авантюристов принято оставлять часть оставшегося провианта, особенно, когда они возвращаются с рейда. Запасы могут закончиться в самый неподходящий момент. Это своего рода негласное правило для тех, кто зачищает Подземелья. Безопасные зоны ведь никак не меняются, в отличие от остального Подземелья.

— А не многовато ли запасов для первого этажа? — с прищуром посмотрела девушка на моего друга. — Сомневаюсь, что студенты тащили целые ящики с провиантом.

— Скорее всего, работа гвардейцев, — всё с таким же безмятежным тоном ответил парень. — Чего не знаю, того не знаю. Но как факт — нам теперь есть где восполнить припасы. Даже одна консерва или фляга с водой могут очень сильно спасти жизнь. Особенно вода. Не на каждом этаже найдёшь ручей с пресной водой. Кстати, вот был у меня случай…

— Давайте отдыхать, — сказал я, заметив, что Алиса после каждого слова Винсента всё чаще и напряжённее дёргала пальцем на руке.

— Значит, в другой раз, — как ни в чём не бывало, ответил Винсент и бросил рюкзак на пол. — Сухпаёк — это вам не наша столовая, но вы привыкнете.

— Отец вынуждал меня есть каши и питательную пасту, чтоб организм крепким рос и быстро восстанавливался, — посмотрел я Винсенту в глаза. — Лучше бы тебе не знать, какая она на вкус.

— Всё то же самое, через что я прошла, — понурым голосом добавила Алиса.

— Был неправ. Понял, принял, осознал, — не теряя оптимистичного тона, ответил Винсент, после чего каждый из нас достал сухпайки. — Приятного аппетита.

Сухпаёк, в целом, оказался очень даже ничего. Каша, рис, паштет и галеты мы съели в один присест. Этого нам не хватило, так что в ход пошли мясные консервы. Очень, кстати, неплохие, надо отметить.

После еды нас троих сразу потянуло в сон. Чтоб было поудобнее, я положил голову на рюкзак и закрыл глаза. Наконец-то можно как следует отдохнуть.

Несмотря на усталость, Алисе плохо спалось. Девушка сидела, прислонившись к стене, и раз за разом прокручивала в голове её последний бой с гоблинами.

Её взгляд невольно упал на Энкрида. Если бы не помощь друга, она могла не уйти из того боя живой. С одной лозой она бы ещё разобралась, не дав себя задушить, а вот с остальными… нет, ей бы попросту не дали воспользоваться магией.

С какой стороны ни посмотри, Энкрид спас ей жизнь, но сам даже словом не обмолвился об этом. Да, они друзья, но разве это не слишком легкомысленно? Он даже не стал попрекать за ошибку и вёл себя так, будто ничего не случилось.

Такое поведение не укладывалось в голове Алисы. Тем не менее она чувствовала благодарность к Энкриду и ещё больше прониклась к нему уважением. Даже не обладая даром чувствовать ману, он, опираясь только на внутренние ощущения, первее неё заметил атаку.

Ещё и вождя в темноте обнаружил с больше сотни метров, так точно. Это притом, что отец самолично обучал её как следопыта. Уж вот чего-чего, а выслеживать монстров и определять их местонахождение она умела.

Всё произошедшее значит одно. Энкрид неустанно тренировался, чтобы добиться таких результатов. Значит, самой Алисе пора перестать пинать мешки и уделить больше времени обучению. Так, чтобы больше никому не пришлось её спасать и рисковать жизнью.

Чтобы в случае чего она сама могла кого угодно защитить…

Глава 7

Утро, если его можно так назвать, выдалось тяжёлым. Я, благодаря отцу, привык к тяжёлым нагрузкам, но, видимо, жизнь в Академии оставила свой след — ведь я много времени проводил в библиотеке, а не на тренировках. Все мышцы ныли от боли.

Правда, глядя на Винсента, не казалось, что мы вчера четыре раза сражались с местными тварями и прошли несколько десятков километров по лесу.

— Завтрак, завтрак, завтрак, — напевал он себе под нос, смешивая рис с тушёнкой. — С него начинается день, с него же приходит бодрость. Алис, ты не стесняйся, подогрей кашу. Некуда нам торопиться.

— Она тёплая, Винсент. Я при тебе её грела, — усталым голосом проговорила девушка.

— Вот именно. А должна быть горячей, чтобы дымок шел. В этом вся философия походной еды… так вкуснее, — с важным видом заявил парень. — А ещё советую заедать галетами с паштетом, иначе она быстро приестся.

— Ты же знаешь, что я люблю, когда еда тёплая, а не обжигающая, — вздохнула Алиса, прекрасно понимая, к чему идёт дело.

— Мне этого никогда не понять. Вот что может быть вкуснее горячей еды? Она тебя согревает, и…

Дальнейший разговор своих друзей я даже не стал слушать. Когда дело касалось еды, эти двое могли спорить чуть ли не до бесконечности, отстаивая свою правоту. Всё усугублялось тем, что вкусовые предпочтения у них были сильно разные, порой, прямо до противоположных.

Так что я сосредоточился на своих мыслях. Если быть точным, я снова задумался о пределах ощущения маны.

Благодаря сражению с шаманом гоблинов всплыли новые детали. Я не смог в упор почувствовать атаку врага. Только воинское чутьё помогло мне и Алисе выбраться из той ситуации.

Сомневаюсь, что противник пытался сокрыть плетение. Гоблины, если верить бестиарию, на такое даже близко не способны. Значит, есть ограничения по расстоянию, на котором я могу отчётливо заметить изменения в магическом фоне.

В Академии я на этот момент совсем не обратил внимания. Как выяснилось, зря. Хотя сомневаюсь, что смогу вычислить точные границы новообретённой способности. Чем мощнее заклинание и ниже мастерство создателя, тем легче его почувствовать, и наоборот. Так что придётся полагаться только на личные ощущения…

Пока я рассуждал о своей силе, мои друзья закончили со спорами и завтраком. Приготовления не заняли много времени, так что мы продолжили свой спуск.

Второй этаж внешне напоминал темницу, вырванную из реальности какой-нибудь крепости. Холодный серый камень, горящие на стенах лампы (за счёт чего поддерживался огонь, я мог только догадываться), чёрные пятна на полу и сломанные цепи, разбросанные повсюду человеческие кости.

— На всякий случай напомню, что здесь водятся не только скелеты, — сказал Винсент, как только мы пришли в себя после врат. — Ловушек тоже хватает с головой. Так что идём аккуратно, в бой вступаем по минимуму. Главная добыча ждёт на третьем этаже.

— Главное, шагайте вслед за мной, — спокойным голосом сказала Алиса, встав впереди нашей группы. — Не хотелось бы, чтобы из-за неосторожности кто-то из вас активировал ловушку и нам бы потом пришлось бегать по всему этажу.

— Без проблем, — бодро ответил Винсент и пошёл вперёд. Я, в свою очередь, замыкал наш отряд.

Из-за запутанности планировки комнат и коридоров этот этаж можно было даже назвать гигантским лабиринтом. Каждое новое помещение почти не отличалось от предыдущего. Разве что количество проходов в другие комнаты менялось. Приходилось делать пометки, чтобы не заблудиться.

За час мы не наткнулись ни на монстров, ни на ловушки, зато четыре раза оказались в тупике. Даже с пометками было очень тяжело не запутаться во всём этом однообразии.

— Даже не знаю, радоваться мне или нет, — всю дорогу недовольным голосом ворчал Винсент. — Скелеты, конечно, не самый интересный противник, но чтобы за всю дорогу не наткнуться даже на одного… Это уже издевательство какое-то! Вот за это я ненавижу, когда Подземелье перестраивается. Каждый раз иди гадай, кто где прячется. Хотя, казалось бы, монстров должно быть пруд пруди. Никто же до нас его ещё не зачищал. Бред какой-то.

— Не каркай, Винсент… — Алиса остановилась и косо посмотрела на парня. — Радуйся, что в комнатах ловушек нет, иначе мы бы здесь застряли на пару дней. Не каждую из них можно обойти, знаешь ли, а обезвреживать — та ещё морока.

— Просто тебе не хватает задорства и духа авантюризма! — приподнял голову Винсент. — Мы здесь в том числе, чтобы набираться опыта. А какой опыт можно получить без трудностей?

— Лучше бы ты брал пример с Энкрида, а не ворчал всю дорогу, как старый дед, — закатила глаза девушка, после чего двинулась вперёд.

В такой атмосфере мы бродили ещё несколько часов. Винсент с Алисой без остановки спорили друг с другом, а я молча их слушал, витая в собственных мыслях. Благо мне всегда было о чём подумать.

За весь путь мы только один раз наткнулись на скелетов. Они впятером разрозненно бродили по помещению и даже не думали нападать, пока мы не вошли в комнату.

Никакой угрозы они собой не представляли. Даже гоблины оказались более грозным противником. Умом эти твари не блистали, да и в скорости даже мне сильно уступали.

Использовать магию противник не умел. Единственным его преимуществом оказалась живучесть. Даже ломая череп, эти твари спокойно могли продолжить бой. Приходилось ломать им конечности, чтобы обездвижить. Так что Винсенту не понадобилась наша помощь, чтобы разобраться с такими слабыми монстрами.

Куда более серьёзную угрозу представляли ловушки.

— Стоять, — спокойным голосом сказала Алиса, подняв левую руку и посмотрев вниз. — Здесь несколько нажимных плит. Обезвреживать каждую — слишком долго. Сейчас будьте максимально внимательны.

— Хорошо, — практически синхронно ответили мы с Винсентом.

Благодаря Алисе за всю оставшуюся дорогу мы не угодили ни в одну ловушку. Так что к раннему вечеру мы преодолели весь второй этаж.

Безопасная зона практически ничем не отличалась от первой, разве что провианта здесь было сильно поменьше.

Как только мы поужинали и немного отдохнули, Винсент поглядел на нас с таким видом, что сразу было понятно, что он что-то задумал.

— Время у нас ещё есть. Как насчёт глянуть, что там на третьем этаже? — с вызовом в голосе спросил парень.

— Не сказать, чтобы я устала, — немного задумавшись, ответила моя подруга. — Можно разведать местность недалеко от безопасной зоны. Лишним точно не будет.

— Вот и я об этом. Времени у нас не так много на самом деле. Учтите, что дорога назад тоже займёт время, а если опоздаем на занятия без веского повода, строгим выговором не обойдёмся, — зацепившись за слова Алисы, сказал Винсент.

— Не возражаю, — сложив руки на груди, коротко ответил я.

— Значит, всё решили. Десять минут на приготовления — и пошли.

Нам троим хватило пяти. Мы встали возле врат, после чего по очереди протиснулись внутрь. В этот раз переход дался ощутимо сложнее. «Плёнка» словно напрочь отказывалась меня пускать, и только в последний момент порвалась.

Стоило мне прийти в себя, как я сразу же огляделся и понял, что мы оказались в пещере. Хотя нет, правильнее будет сказать — в Системе пещер. Впереди от входа в безопасную зону было несколько туннелей, которые ещё неизвестно куда вели.

Благо с источником света проблем не возникло. На стенах росли светящиеся кристаллы, что здорово облегчает нам задачу по изучению местности. Не хотелось бы привлекать внимание монстров магией, создавая световые источники. Да даже обычный фонарик привлёк бы к себе много лишнего внимания.

— Опять затхлый воздух, — принюхиваясь, сказала Алиса. — Я уже скучаю по поверхности.

— Поверь, о затхлом воздухе ты будешь думать в последнюю очередь, — усмехнулся Винсент и показал пальцами кавычки. — Знала бы ты, как «благоухают» кобольды. Они от природы не сказать, что приятно пахнут, а если добавить к этому запах сажи и пыли, который оседает на их чешуе… Поверь, там такие ароматы, что даже разделка гоблинов покажется приятным времяпровождением.

— Постой. Откуда в пещере взяться саже? — недоумённо спросила Алиса. — Кобольды ведь не умеют пользоваться магией. Каким образом они могут раздобыть огонь? У них даже деревьев тут нет.

— Они прокладывают новые шахты с помощью подрыва, — положив пальцы под подбородок, объяснил я. — Грубо говоря, используют местную руду в качестве главного компонента для аналога динамита. Хотя чаще на их чешуе оседает не сажа, а угольная пыль. Уголь в Подземельях, особенно на верхних этажах, очень часто встречается.

— Похоже, у профессора Кромвеля наконец-то появился достойный соперник, — неожиданно весело рассмеялся Винсент.

— Это кто? — приподнял я брови, бросив взгляд на друга.

— Во втором семестре сам узнаешь, — улыбнулся парень, после чего бодро сказал: — Не будем терять время. Ещё в безопасной зоне наговоримся. Идём сразу направо. Алиса, с тебя пометки.

— Помню я, не надо напоминать, — спокойным голосом ответила девушка.

— Лучше перестраховаться, — сказал Винсент. — Мало ли.

В такие моменты мне казалось, что мы не в Подземелье с монстрами сражаться пришли, а на весёлую прогулку. Как минимум, никто из нас не выглядел хоть сколько-то напряжённым.

Весь задор исчез в тот момент, когда мы дошли до конца пещеры. Увиденная картина, мягко говоря, не радовала.

Выйдя из туннеля, мы оказались возле отвесной скалы. На первый взгляд здесь ничего не было, кроме узкой тропы вниз. Однако где-то в полукилометре от нас, если не больше, мы заметили движущиеся огоньки. Это не могло не привлечь наше внимание.

Достав бинокль и поочерёдно посмотрев в него, мы увидели целое поселение кобольдов. Причём поселение совсем немалых размеров. Я лично насчитал пару десятков импровизированных домов и в несколько раз больше снующих туда-сюда тварей.

Внешне они напоминали гуманоидных ящериц, на которых надели очень сильно поношенные холщовые рубахи и широкие штаны.

Те, что помельче, держали в руках кирки. Те, что покрупнее, ходили с дубинами, топорами и мечами.

Ясное дело, что оружием их снарядило само Подземелье. Вопрос в том, насколько хорошо они им орудуют. Точной информации в бестиарии на этот счёт я не нашёл, кроме той, что нужно остерегаться их когтей и челюстей. Про навыки владения холодным оружием — ни слова. Что уж тут поделаешь, придётся изучать этот момент в бое.

Отдельно в глаза бросилась сверкающая красная чешуя. У кого-то она была светлее, у кого-то темнее. В бестиарии описывалось, что чем темнее чешуя, тем сложнее её пробить. Даже интересно, получится ли у меня это сделать исключительно своими силами?

— Может, будет не самой плохой идеей отступить? — не сводя взгляда с кобольдов, произнесла Алиса. Благо с такого расстояния они не могли нас увидеть, услышать или учуять. Иначе бы они все уже всполошились и бежали в эту сторону. — Сами видите, сколько их тут. С одним-двумя сражаться — ещё ладно, мы справимся, а с пятью-шестью? Не говоря уже обо всей этой ораве? Да нас задавят числом. Оно нам надо?

— Волков бояться — в лес не ходить, — проговорил Винсент. — Признаю, многовато их тут, конечно, в одном месте собралось. Только ни тебя, ни меня, ни Энкрида же никто не заставляет атаковать их поселение. Пойдём другим путём, поищем одиночек. Если они каким-то образом смогут подать знак сородичам — отступим к безопасной зоне. Того глядишь, за пару дней вообще весь этаж зачистим.

— Лучше себя не переоценивать, — покачал я головой. — Даже если будем выманивать сразу троих или четверых, сколько времени это займёт? За несколько дней физически всех не перебьём.

— Да не надо воспринимать мои слова настолько буквально, — закатил глаза Винсент. — Я, вообще-то, подбодрить вас пытался, а вы… Злые вы. Уйду я от вас.

— Боюсь, тогда на этом мои полномочия заканчиваются, — сложил я руки на груди и, покачав головой, опустил взгляд вниз. — Тебе придётся каждое утро просыпаться ни свет ни заря, чтобы отведать своих любимых десертиков, ведь больше некому будет ими с тобой делиться.

— Ну вот что ты сразу с козырей заходишь, а! — как маленький ребёнок надулся Винсент. — Даже пошутить нельзя.

— Такой вот у меня характер, — хмыкнул я и развёл руками. — Так какой план? Что делать будем?

— Как что? Охотиться, — показал кулак Винсент. — Солнце ещё высоко, даже если его не видно. За мной. Только найдём другую дорогу. Я узким тропинкам не доверяю. Ещё сорваться и сломать себе шею не хватало.

На то, чтобы оказаться внизу, у нас ушло больше часа. Пришлось долго рыскать по туннелям, прежде чем мы нашли безопасный спуск. По нему, в случае чего, можно было быстро отступить назад, если вдруг кобольдов окажется больше, чем мы осилим.

Сам пейзаж пещер никак не менялся. Всё такой же серый камень, светящиеся кристаллы и, в общем-то, всё. Многообразием этаж похвастаться не мог. Хотя это всё равно лучше, чем пробираться сквозь густой лес, отбиваясь от жуков и комаров.

К слову, двигались мы довольно быстро, даже не пытаясь спрятаться. У кобольдов слабое зрение и слух, но очень хорошее обоняние. Замаскировать запах даже с помощью алхимических зелий не получится. Они прекрасно чуют людей, из-за чего даже опытные авантюристы относятся к ним с опаской.

Поэтому мы ничуть не удивились, что когда вышли на более-менее открытое пространство, на нас сразу обратил внимание одинокий кобольд. Где-то полтора метра в длину, в руках он держал кирку и с опаской посматривал на нас. Ну или точнее, пытался вглядеться, чтобы оценить опасность для себя.

— Сможешь с такого расстояния одним выстрелом уложить? — тихо спросил Винсент, глянув одним глазом на Алису.

— Смогу, — коротко ответила Алиса, после чего потянулась рукой за стрелой из колчана.

Через секунду она натянула тетиву и стала вливать в неё ману. Почувствовав колебания в магическом фоне, монстр сразу дал дёру, попытавшись сбежать, но припозднился. Стрела со свистом вылетела вперёд, насквозь пробив череп кобольда.

— На тренировках ты такое не вытворяла… — с удивлением глянул я на девушку.

— Дал бы мне кто ещё такими стрелами пользоваться, — едва заметно улыбнулась Алиса, свободной рукой поправив волосы. — Главное, чтоб древко и оперение не сломалось. Больше пробивных стрел я с собой не взяла, а простым заклинанием я с первого выстрела их не убью.

— Не переживай. Один хороший удар по голове и каждый кобольд больше не встанет, — в свойственной ему манере ответил Винсент. — Главное, чтоб не убегали, а то гнаться за ними — сплошная морока.

— Главное — не наткнуться на группу, — покачал я головой, доставая разделочный нож. — Если один раз повезло, не значит, что повезёт во второй.

— Тебя впору называть королём пессимизма, — усмехнулся Винсент, подойдя к мёртвому монстру и положив копьё на камень.

— Просто холодный расчёт и не более того, — хмыкнул я, начав разделывать монстра.

— Давайте без меня, пожалуйста, — сказала Алиса, прижимая пальцами нос. К кобольду она даже на десять метров не смогла приблизиться. — Меня сейчас наизнанку вывернет. Нет, чтобы нормальную добычу разделывать…

— Я же предупреждал, — радостно захихикал Винсент, подтрунивая над подругой. — Вот, учись у нас. Даже запаха не замечаем.

— Отец учил разделывать болотных слизней. Мне не привыкать, — спокойным голосом ответил я, после чего сосредоточился на разделке.

На разделку одной туши ушло около сорока минут. Мы бы справились быстрее, но из-за чешуи рептилии пришлось повозиться. Хорошо хоть отец научил меня, как быстро её снимать у подобного типа существ, иначе мы бы провозились с одним монстром часа три-четыре, так точно.

Да и сама кожа, к слову, стоила неплохих денег. Из неё модельные дома делали сумочки и кошельки для богатых людей. Её перед этим, правда, приходилось долго обрабатывать, чтобы избавиться от неприятного запаха, но то уже детали и точно не наши проблемы.

Избавившись от чешуи, ядро и самые ценные органы мы достали без проблем, разложив их по контейнерам. С одной стороны, охота закончилась как нельзя лучше, а с другой…

— Энкрид, что-то случилось? — поинтересовалась Алиса, заметив, как невольно нахмурился я, выдав тем самым собственные размышления.

— Ничего такого, — я быстро вернул прежнее самообладание. — Можно сказать, понял, что недостаточно собрал крови для своих алхимических экспериментов.

— Ой, да ладно тебе. Не первый убитый кобольд, ещё насобираем. Нашёл, за что переживать. И вообще, где ты только время находишь на все свои увлечения? — с небольшими нотками зависти в голосе проговорил Винсент.

— Секрет, — пошутил я, а сам задумался.

С кобольда я собрал где-то литр крови, поместив её в специальную защитную ёмкость. Однако, вопреки ожиданиям, не пометила её как собранный ингредиент. Увы.

Я видел две возможные причины, почему Система не приняла кровь.

Первая — её было слишком мало. Точный объём в списке не уточнялся, так что приходилось гадать на кофейной гуще.

Вторая — из-за того, что рядом находились мои друзья. В этом варианте я больше всего сомневался. Система в любом случае должна была прислать сообщение, но почему-то этого не сделала.

Других вариантов я пока что не видел. Значит, остаётся только дальше собирать кровь. Если всех принесённых ёмкостей не хватит, то будет очень неприятно. Всё-таки я находился в одном шаге от создания пера, а тут такой облом на ровном месте.

Впрочем, кто говорил, что будет легко? Любая сила требует усердия и труда. Одна неудача ничего не значит. Я всё равно сделаю всё, чтобы уйти отсюда со всеми нужными мне ингредиентами. Да и даже вот это: то, что Система никак не реагирует, не спеша давать подсказки насчет её функционала — инструкцию-то никто не выдал.

— Что ни говори, хороший урожай, — сказал Винсент, как только мы закончили разделывать монстра Подземелья. От самого тела, к слову, мало что осталось, за исключением костей и плоти. — Время ещё есть, но не вижу смысла продолжать охоту. Вернёмся назад, отоспимся, разгрузимся и завтра продолжим охоту. Заполним оставшиеся контейнеры органами, а потом сконцентрируемся на сборе ядер, на тренировке и оттачивании командной работы.

— А если нашу добычу украдут? — недоверчиво посмотрела на парня Алиса. — Сомневаюсь, что кроме нас сюда никого не пустят.

— Только если украдут другие ученики Академии, — покачал головой парень. — А это очень рискованное занятие.

— Рискованно, но ты ещё попробуй докажи, что не разбрасываешься пустыми обвинениями. Будто в Академии мало людей, кто будет только рад подгадить тебе и Энкриду, — фыркнула Алиса, после чего немного помолчала и добавила: — Ладно, доверюсь твоему опыту.

— Вот так бы всегда, — широко улыбнулся Винсент, после чего подхватил копьё в руки и повёл наш отряд в сторону безопасной зоны.

Следующие три дня проходили довольно однотипно: завтрак, охота на кобольдов-одиночек, обед в безопасной зоне, снова охота, ужин, сон. Время от времени, конечно, попадались по двое-трое кобольдов, но, вопреки ожиданиям, Алиса и Винсент справлялись с ними без моей помощи.

Тут надо подметить, что я недооценил силу своих друзей. Огненная магия Алисы безо всяких проблем прожигала чешую рептилий, хотя она устойчива к высоким температурам.

Винсент тоже показал все чудеса своей акробатики. Каждый раз, когда казалось, что вот-вот кобольды заденут парня, он ловко уворачивался от атаки. Причём неважно, размахивали кобольды топором, киркой, когтями, хвостом или просто пытались челюстями оторвать ему кусок плоти — ни один из них так ни разу не попал по Винсенту.

Разве что огненная стрела Алисы разок пролетела рядом с головой Винсента и немного обожгла ему щёку. Парень не стал таить обиды за такую оплошность, да и зелье исцеления не оставило от раны ни следа.

Как ни посмотри, охота проходила более чем удачно. В день мы убивали не меньше десяти кобольдов. Сражения с ними длились недолго, разделка тоже не занимала много времени. Я показал друзьям, как можно быстро вырезать ядра из тел монстров, и дело пошло вперёд.

К слову, даже Алиса за эти несколько дней привыкла к их запаху и перестала воротить нос. Нет, отвращение на лице во время разделки никуда не исчезло, но теперь она не хотела стоять в стороне.

Единственное, что кровь кобольдов все ещё не засчитывалась в списке. В каких бы объёмах я её ни клал в ёмкости, этого всё равно было мало. Вопросов от этого становилось только больше.

Невольно закралась мысль, что, возможно, Система имела в виду каких-то других монстров. Хотя, опять же, это очень странно выглядит и звучит. Со всеми остальными ингредиентами, включая минералы и руду, проблем не возникло, а ведь их названия нередко менялись в амрательском языке.

Причём древний амрательский и современный амрательский — это два совершенно разных языка. Значит, Система или считывала мои воспоминания, или каким-то иным образом добыла информацию. Тут я мог только гадать, как оно на самом деле работает.

Впрочем, факт оставался фактом. Вряд ли Система ошиблась с именованием монстра. Значит, я что-то делал не так. Теперь главное — узнать, что именно, пока мы не покинули Подземелье. Что-то я сомневаюсь, что даже если закажу кровь, Система захочет её засчитать, а следующий поход в Подземелье ещё не скоро выдастся. Преподаватели не просто так ставят ограничения на посещаемость.

Да, мне в целом торопиться было некуда. Я пять лет искал возможность научиться использовать магию. Один-два месяца на этом фоне не выглядят как длинный срок, но ждать ещё у меня желания нет.

— О чём задумался? — слова Алисы вырвали меня из собственных размышлений.

Мы как раз закончили охоту, отдохнули (благо пространства вокруг хватало, чтобы в случае чего кобольды не смогли зажать нас в углу), восстановили запас маны и теперь возвращались в безопасную зону. Завтра был наш последний день пребывания на этом этаже, так что я выглядел ещё более погружённым в свои мысли, чем обычно.

— Да так, в целом ничего особенного, — спокойно ответил я.

— Энкрид, я тебя хорошо знаю, — многозначительно посмотрела прямо мне в глаза Алиса. — Вижу же, что это что-то тебя гложет. Скажи честно, это из-за того, что ты в боях с нами не участвуешь, да? — подруга по-своему восприняла ситуацию.

— Нет, с этим всё в порядке, — покачал я головой. — Мне сражения с гоблинами хватило. Я наоборот рад, что мы за последнее время ни разу не встряли в западню. Мало приятного в том, когда жизнь висит на волоске. Только адреналин и азарт, но это мимолётные ощущения.

— Ясно… — коротко проговорила девушка и сразу добавила: — Я только об одном хочу попросить. Если тебя что-то гложет, лучше расскажи нам. Не надо держать всё в себе. Для этого ведь и нужны друзья.

— Хорошо, — кивнул я и мысленно усмехнулся.

Я понимал, что Алиса поддерживает меня, но сами её слова звучали двояко. После битвы с гоблинами она явно о чём-то задумалась, но делиться мыслями со мной или Винсентом девушка не торопилась. Забавно. С другой стороны, ей всего пятнадцать. Глупо ожидать…

У меня вновь появилось ощущение, словно острая сталь вонзилась в позвоночник. По всему телу пробежали мурашки по коже. Я резко остановился, поскольку всё нутро кричало об опасности. Причём в разы сильнее, чем в лесу гоблинов.

Винсент с Алисой тоже остановились, после чего мы услышали утробный рёв, следом за которым раздался взрыв, а по одной из восточных стен пещеры, в полсотни метрах от нас, пошли трещины. Ещё через секунду она рухнула, подняв за собой облака пыли, сквозь которые виднелись очертания кобольдов.

Глава 8

Время для меня словно замерло. Привычное чувство, когда мозг в критический момент начинал очень быстро обрабатывать информацию.

Один, два, три, четыре… семь кобольдов против нас троих. Что ж, преимущество не на нашей стороне.

Проблема не только в численности. У кобольдов очень крепкая чешуя, особенно для ударов обычного человека. Мой клинок либо соскользнёт по коже, либо увязнет в теле, не оставив глубокой раны. Что в первом, что во втором случае монстр меня сразу же убьёт.

В теории можно нацелиться на сухожилия, но ты попробуй ещё по ним попади, твари-то юркие. То же самое касается глаз. Кобольды посильнее и половчее гоблинов будут. Сражаются они примитивно, но без усиления тела, знания и техника мне не помогут. Только если кто-то сможет отвлечь их внимание на себя, что сейчас практически нереально сделать.

Какие остаются ещё варианты?

Можно попробовать отступить к безопасной зоне, но мы слишком далеко от неё. Полсотни метров — слишком мало, даже чтобы занять удобную позицию, а не принимать бой на полностью открытой местности.

Значит, придётся сражаться. Винсент в лучшем случае сможет отвлечь на себя троих. Останутся четверо.

В теории двух Алиса расстреляет на подходе. Затем придётся вступить в ближний бой. Мне придётся выиграть время, чтобы девушка успела отступить. Ветряной полумесяц ранит тварей, но точно не убьёт, даже если попаду точно в шею или голову.

Впрочем, не всё так плохо. Всемером кобольдам никак нас не окружить, особенно если мы разделимся. Значит, никто не помешает нам прибегнуть к хитростям и уловкам.

Закончив составлять в голове план, я скомандовал:

— Винсент, левый фланг, на тебе трое. Алиса, прикрой, — сказал я, после чего первым бросился в правую сторону.

— Энкрид! — воскликнула за спиной Алиса, но я не повернул головы.

Её беспокойство мне понятно, но выбора нет. Придётся сильно рискнуть, если хотим выжить.

Винсент быстро сообразил, что от него требуется. Краем глаза я заметил, как он опередил меня, перетянув внимание кобольдов на себя. Даже больше, чем следовало.

— Давайте, твари, я вас на Амрательский флаг порву! — как лев, во всё горло заорал он.

Из-за эха его голос только сильнее ударил по ушам. Рептилиям это совсем не понравилось. Настолько, что они напрочь проигнорировали и меня, и Алису.

В голове промелькнула мысль, что эта группа тварей странно себя ведёт. Даже те же гоблины действовали куда сплочённее, а ведь у рептилий ума побольше наберётся. Однако времени как следует обдумать эту мысль у меня не было.

Ладно, моему плану это играет только на руку. Главное, чтобы он не вступал в бой со всеми одновременно, а до последнего отвлекал внимание, чтобы мы с Алисой разобрались с врагом.

Я тем временем взял в левую руку атакующий артефакт, а правой подхватил с пола камушек. Рисковать — так рисковать. Ничего лучше всё равно пока не придумалось.

— Сюда, тварь, — крикнул я, метнув камень в ближайшего кобольда. Тот сразу потерял интерес к Винсенту, переключившись на меня.

Нас разделял десяток метров. Кобольд держал в руках массивный топор. Таким оружием ему хватило бы одного удара, чтобы разрубить меня пополам сверху вниз. Опасненько.

Несмотря на тяжесть оружия, тварь оказалась очень быстрой. Врагу понадобилось всего два шага, чтобы сблизиться со мной на расстоянии удара.

Тем временем я внимательно следил за движением плеч врага. Руки могут «обмануть», а вот по плечам почти всегда можно понять, какой последует удар. Однако с гуманоидными монстрами всё работало несколько иначе.

Я сразу заметил, что противник собрался атаковать с разворота, стремясь задеть как можно больше пространства. Поэтому я заранее отпрыгнул назад, увернувшись от атаки. Казалось бы, после такого замаха тварь потеряет баланс и откроется под удар, но не тут-то было.

Следом за топором кобольд замахнулся хвостом. За все наши столкновения с этими монстрами этот — первый, кто атаковал подобным образом. Такой смекалки я никак не ожидал от твари.

Тут так же сыграла нехватка боевого опыта в сражениях с подобными существами. С людьми-то я привык сражаться, но монстры ведут себя совсем иначе.

Благо я успел активировать защитный артефакт. Барьер вовремя сработал. Хвост кобольда словно столкнулся с железной стеной. Тварь зарычала от боли, а я воспользовался моментом и выпустил вперёд ветряной полумесяц.

Заклинание удачно прилетело в ногу кобольда, повреждая сухожилие. Тварь ещё сильнее заорала и, выбросив топор из рук, попыталась одним прыжком наброситься на меня. Не получилось.

Несколько магических стрел пробили череп монстра. Не с первого выстрела, конечно, но в конечном итоге тварь испустила дух.

Не успев передохнуть, я заметил, что на меня побежал второй. Только не добежал. Его череп моментально пронзила знакомая мне стрела. Ею Алиса убила своего первого кобольда.

Переведя взгляд на Алису, я побежал вперёд и показал ей большой палец вверх. Она коротко кивнула, после чего продолжила помогать Винсенту, на которого наседали его противники.

Минус один — это хорошо. Остались пятеро… а нет, трое. Похоже, я снова недооценил своих друзей…

У первого отсутствовала голова, а второго пронзили точно в сердце.

Бросив взгляд на Винсента, я понял, в чём дело. Он двигался раза в полтора быстрее, чем обычно. Мана так и сочилась из всего его тела. Похоже, какая-то родовая техника его рода, которую он не торопился использовать ранее, вот и удивлял сейчас.

Кобольды попросту не могли его нагнать и хоть как-то серьезно попасть. Алиса тоже без остановки им мешала, целясь в ближайших к парню тварей. Хороший у них тандем сложился, ничего не скажешь.

Как итог, с оставшейся троицей разобрались меньше чем за полминуты. Мне даже не пришлось помогать отвлекать на себя внимание.

Только чувство опасности продолжало навязчиво колоть холодной сталью спину.

— Фух! Справились! — довольным голосом воскликнул Винсент, спрятав копьё за спину и начав разминать плечи. — Не думал, что они застанут нас врасплох. Хорошо хоть места было много. Не представляю, как иначе бы от них убегал. Быстрые твари. Радует, что взрывчатку против нас не использовали. Видать, всю израсходовали, чтобы организовать проход. И как только нас учуяли? Подземелья не перестают удивлять.

— Это была родовая техника молниеносного копья? — сразу же поинтересовалась Алиса.

Я тем временем прислушивался к собственным ощущениям, пытаясь понять, откуда ждать нападения и что именно меня беспокоит.

— Нет-нет-нет, — отмахнулся парень. — Настоящая техника гораздо круче. Это так, её имитация. Только месяц назад начал её осваивать. Сил жрёт — мама не горюй. Я после неё дохлым хожу. Хорошо хоть бой быстро закончили, а то пришлось бы вам нести меня на руках…

— Ещё не всё, — сказал я, почувствовав угрозу со стороны сломанной стены.

Ещё через мгновение я заметил, как напряглись Алиса и Винсент. Значит, тоже почувствовали.

В подтверждение нашим ощущениям земля под ногами задрожала. Мы снова могли попытаться сбежать, но разум подсказывал, что это очень плохая идея. Именно поэтому никто из нас не отступил, готовясь принять новый бой.

Не прошло пяти секунд, как в дыре стены показался новый враг. Тоже кобольд, только ростом почти в три метра и где-то метр в ширину. Про таких гигантов даже в бестиарии ничего написано не было. Может, это и не кобольд вовсе?

Отдельно выделялась его тёмная, как смола, чешуя. Если бы не мерцание кристаллов, освещавших пещеру, он с лёгкостью мог бы слиться с тенями. Максимум, что его присутствие могли выдать — глаза и запах, от которого слезились глаза. Причём даже с такого расстояния, тут он явно что-то не рассчитал.

Гигант отчего-то не торопился нападать на нас. Вместо этого он стоял на месте и оглядывал пещеру, выпуская дым из ноздрей. Не удивлюсь, если он ещё вдобавок умеет дышать огнём.

— Энкрид, читал что-то про таких громил? — спросил Винсент, не отрывая взгляда от противника.

— Нет, — спокойно ответил я, держа артефакты наготове. — Знаю одно наверняка: чем темнее чешуя кобольда, тем она крепче. Сомневаюсь, что её можно пробить только голой силой.

— Что ж за день такой, — шутливым голосом проговорил Винсент, перехватывая удобнее свое оружие. — Есть план? А то я без идей, что делать. Да и сомневаюсь, что громила даст нам сбежать. У него от злости аж пар из ноздрей идёт.

— Нашёл время шутить, — с укором в голосе сказала Алиса.

— План есть, — немного подумав, ответил я. — Винсент, тебе придётся снова отвлекать внимание. Алиса, по моему сигналу стреляй взрывным снарядом. Главное — не переживай, что меня заденет. На счёт три действуем. Один. Два. Три.

Не успел я закончить, как Винсент рванул с места. Как обычно, слишком торопится из-за своего горячего темперамента. Как бы ему это сейчас не аукнулось…

Я вздохнул и, откинув лишние мысли, сосредоточился на происходящем. Гигант перестал стоять на месте и тоже побежал вперёд в сторону Винсента. За считаные секунды оба сократили дистанцию.

Несмотря на размеры, кобольд двигался даже быстрее своих сородичей. Вместо оружия он использовал острые, как лезвие бритвы, когти.

Первый удар был за монстром. Он неторопливо замахнулся левой рукой сверху вниз в сторону моего друга, открываясь под удар.

Парень не клюнул на столь очевидную уловку, и не зря. Сразу же за первым замахом последовал второй, уже правой рукой, снизу вверх.

Воспользовавшись шансом, Винсент ускорился и нацелился копьём в шею, но просчитался. Кобольд, не сдвигаясь с места, со всей дури врезал ногой в Винсента. Сработала защита артефакта, активировался барьер, но самого парня откинуло на десятки метров назад.

Оборачиваться и проверять, как там мой друг, времени не было. Я протянул руку и метнул вперёд ветряной полумесяц. Заклинание лишь слегка поцарапало чешую, после чего развеялось, исчерпав себя.

Монстру моя выходка сильно не понравилась. Он резко перевёл взгляд в мою сторону и собирался напасть. Для него это стало ошибкой, на которую я так рассчитывал.

Я одновременно бросил вперёд оба артефакта.

В данной ситуации они были бесполезны. Серпы не могли причинить ему хоть сколько-то существенного вреда из-за крепкой кожи. Барьер, в свою очередь, не спас бы от прямого попадания. Зато мог послужить моему плану.

Словно почувствовав подвох и увидев, как в него летят странные снаряды, кобольд остановился и попытался увернуться в сторону. Только слишком поздно. Алиса не промахнулась взрывной стрелой.

Обычно у любого артефакта есть защитная оболочка, чтобы в случае чего мана, хранящаяся внутри, не вырвалась наружу. Своим прямым попаданием в атакующий артефакт Алиса пробила защиту, и вся накопленная энергия вырвалась наружу, смешавшись с огненной магией и усилив её.

Громыхнуло даже сильнее, чем я себе представлял. Находясь в метрах тридцати-сорока от эпицентра взрыва, моё тело обдало ощутимым жаром, что даже пришлось прикрываться. Хорошо хоть ударная волна не дошла до меня.

Я понадеялся, что этого хватит, чтобы завалить громилу, но тревога внутри груди говорила об обратном. Стоило пыли развеяться, как мы втроём увидели очень недовольного монстра. Оно и неудивительно: вместо чешуи местами выпирала плоть, да и дыхание твари участилось, словно ей не хватало воздуха.

Винсент к этому моменту встал и приготовился снова вступить в бой. Со стороны казалось, что теперь, когда монстр ранен, преимущество наконец на нашей стороне. Только я думал иначе.

Взрыв ослабил кобольда, но вряд ли от этого он сильно замедлится. У Алисы закончились подходящие стрелы, которые могли бы гарантированно нанести серьёзный урон противнику. Винсент тоже ранен, пусть даже старается этого не показывать. Сомневаюсь, что его барьер смог впитать в себя весь урон от удара.

При этом я остался совершенно без козырей. Да, теперь большая часть его тела стала уязвимой для моих атак, однако разницу в скорости никто не отменял. В прямом столкновении один на один я физически не поспею за монстром. Не сейчас по крайней мере.

— Энкрид, красавчик! — неожиданно воскликнул Винсент, однако в этот раз не привлёк внимание кобольда на себя. Эта тварь продолжала молча глядеть на меня, словно раздумывала, как же со мной поступить. — Остальное оставь на нас!

В подтверждение своих слов он сорвался с места, а Алиса стала выпускать в кобольда одну огненную стрелу за другой. Последние практически не причиняли вреда монстру, но очень его злили. Тот даже передумал меня атаковать.

В голове вновь мелькнула мысль, что этот кобольд очень странно себя ведёт. Ему ничего не мешало напасть на меня. Возможно, из-за взрыва его контузило, но мне в это слабо верилось. Твари и до этого вели себя нетипично их поведению по отношению к нам.

Пришлось вновь откинуть лишние мысли в сторону. Рано расслабляться. О поведении тварей можно подумать попозже. Даже если у меня больше нет возможности использовать магию, это не значит, что я буду стоять в стороне. Надо воспользоваться шансом, пока он снова отвлёкся.

Алиса с Винсентом тем временем не дремали. Девушка достала стрелу из колчана и выстрелила твари прямо в ногу. Образовавшаяся корка льда на секунду обездвижила тварь, чем воспользовался мой друг. Ускорив тело, он ушёл вбок, после чего со всей силы проткнул копьём глотку твари, поставив всё на один удар.

Правильный ход. Оба потратили немало маны за весь день. Битва на истощение закончилась бы не в их пользу. Бой требовалось закончить как можно быстрее.

Копьё прошло сквозь горло, но тварь оказалась куда живучей, чем хотелось бы. Сломав корку льда под ногой, она рывком бросилась вперёд на Винсента. Последний, лишившись оружия, был вынужден уворачиваться, пока Алиса стреляла в монстра. Только, как и до этого, стрелы почти не причиняли вреда, а только сильнее злили эту особь.

Винсента хватило на шесть ударов. На седьмой парень выдохся и не успел увернуться от когтей. Они попали в левый бок, разорвав одежду и оставив несколько кровоточащих ран. Из-за этого и, собственно, силы самого удара Винсент потерял равновесие и упал.

Помочь другу я никак не успевал. Меня с тварью разделяли пять шагов. Даже метни я в него какой-нибудь предмет, ничего бы не изменилось. Благо Алиса не растерялась. В последний момент, когда кобольд остановился, она выпустила стрелу и попала тому точно в глаз.

От боли тварь заверещала как никогда и схватилась рукой за рану. Я воспользовался шансом и подпрыгнул вверх, левой рукой схватил тварь за шею. Правую руку я вытянул вперёд, после чего что было мощи вонзил меч в оставшийся целым глаз.

«Теперь тебе точно конец», — промелькнула мысль в голове.

Я до последнего держался за меч и шею твари, не давая ей себя сбросить. На помощь мне присоединился Винсент, схватившись за древко копья и потянув оружие на себя, расширяя рану и причиняя нашему противнику море болевых ощущений.

Монстр даже на последнем издыхании отказывался просто так умирать. Кобольд резко развернулся на триста шестьдесят градусов, сначала врезав хвостом по Винсенту, а затем схватив правой лапой меня за тело и силой отдёрнул от себя, бросив на землю.

Я услышал характерный хруст костей в районе ребер. Боль сразу накатила по всему телу, но её быстро заглушил адреналин. Оскалив зубы, я заставил себя подняться и побежать на монстра. То же самое сделал Винсент.

— Он ваш! — услышали мы голос Алисы, после чего череп твари пронзила знакомая «бронебойная» стрела.

И когда она только успела вытащить её из мёртвой твари?

После стрелы гигант зашатался, но не упал. Повалил его с ног Винсент, когда тараном врезался кобольду в грудь. Последний же шаг остался за мной.

Я в считаные мгновения оказался возле противника, вытащил меч из глазницы, после чего схватил его в обе руки и окончательно пробил им череп монстра, дойдя до мозга. Лишь после этого тварь захрипела и наконец-то умерла.

Улыбнувшись, я выпустил меч из рук, и в тот же момент обессиленно упал на пол. Даже не верится, что мы справились.

[Все ингредиенты собраны.

Для создания пера будет использована мана пользователя.

Расчётное время: неизвестно.

Сбор и анализ данных…

Начато создание рунного пера.

Расчётное время: 78 часов и 40 минут.]

[Внимание: мана будет принудительно изъята из тела пользователя .]

Последнееуведомление от Системы всплыло перед глазами, но сил как-то на него отреагировать не осталось. Адреналин закончился, и боль по новой накатила по всему телу.

Сам того не желая, я почувствовал, как сознание погружается во тьму.

Сознание медленно возвращалось ко мне. Правда, легче от этого не становилось.

— Голова… — протянул я, положив ладонь на лоб.

Мало того, что голова гудела, так вдобавок раскалывалась, словно кто-то зарядил по ней кувалдой. Про слабость в теле я вообще молчал — у меня не хватало сил даже пошевелиться.

— Алиса, соня наш проснулся, — услышал я радостный голос Винсента.

— Не так громко, — вновь тяжело протянул я. — У меня сейчас перепонки лопнут.

— Уже порадоваться за друга не дают, — тихим голосом ответил парень. — Я, вообще-то, тебя до безопасной зоны на своих плечах дотащил. И твой рюкзак с мечом и всей добычей тоже.

— Спасибо, — коротко ответил я и попытался встать, но сразу не получилось.

— Я в тебя три флакона влила, — услышал я спокойный голос Алисы. — Даже если очень захочешь, не встанешь, пока кости до конца не срастутся. По-хорошему, тебе бы к целителю показаться, когда вернёмся в Академию. Сам понимаешь, зелья — не панацея от всего.

— Ой, да ладно тебе, — весело гикнул Винсент. — Всего-то пара ушибов. Это всё из-за зелий он целые сутки без сознания валялся. Да на нас всё как на собаке зажило бы. Тоже мне повод к целителю из-за каждой царапины идти.

— Ты сам пять флаконов выпил, чтобы добраться до безопасной зоны, — Алиса бросила многозначительный взгляд на Винсента.

— И как видишь, чувствую себя просто прекрасно, — с важным видом добавил он. — Тушу громилы разделал, Энкрида дотащил, тебя от кобольдов прикрывал. Красота же.

— Ты неисправим, — вздохнула девушка, после чего села и облокотилась о стену. — С тобой разговаривать всё равно, что бросать горох в скалу.

— Не преувеличивай, — Винсент сложил руки на груди, после чего посмотрел на меня. — Чуть с мысли не сбился. Я вот что хотел сказать. Во-первых, я считаю, что мы молодцы. Такого монстра убить — это настоящее достижение. Все в Академии нам обзавидуются!

— Именно поэтому ты взял с собой руку того кобольда, — в голосе Алисы ещё сильнее чувствовалась усталость.

— Так от головы ничего не осталось. Без трофея мне уходить было, что ли⁈ — недоумённо спросил Винсент. — Нет уж, без трофея никак нельзя. Вот никак! Так, не сбивай с мысли. Я вот что ещё хотел сказать. Помнишь, мы изначально договорились, что добычу плюс-минус делим поровну?

— Помню, — коротко ответил я. — Только не понимаю, к чему ты клонишь.

— От того кобольда чешуи немного осталось. Как немного — как раз на броню одному из нас хватит, и ещё сверху останется. На вырост, так сказать. Поэтому…

— Если кратко, эту чёрную чешую мы решили оставить тебе, — подытожила Алиса, почувствовав, что ещё немного и Винсента унесёт не туда.

— Это… — не успел я договорить, как Алиса продолжила мысль.

— Не пойми неправильно. Если бы не взрыв от твоих артефактов, мы бы сейчас здесь не разговаривали, — я заметил, как нервно дергает края одежды Алиса. Опять нервничает или о чём-то переживает. — К тому же ты внёс наибольший вклад в победу. Мы оба решили, что так будет справедливее. И не вздумай отказываться, а то обидимся. Я не шучу!

— Верю на слово, — на моём лице невольно появилась улыбка. Что ни говори, приятно иметь таких друзей. — Раз так, то от добычи не откажусь.

— У меня на примете есть хороший кожевник, — вставил своё слово Винсент. — Он друг моего отца и мастер своего дела. Сам заказал бы у него броню, да терпеть не могу, когда что-то хоть сколько-то сковывает движения. Не подходит оно под мою технику боя. А вот для тебя, думаю, в самый раз будет. Не всё же на заклинания полагаться.

— В таком случае, когда выберемся из Подземелья, обсудим эту тему, — довольным голосом ответил я.

— Обязательно обсудим, — кивнул Винсент. — Только главное — не тяни с этим делом. Заказов у старика много. Чем раньше отнесёшь кожу, тем быстрее получишь броню. Мне теперь интересно, как ты будешь в ней выглядеть.

— Как обычно, — сказал я и попытался присесть. Со второй попытки у меня всё-таки получилось. — Всё равно буду скрывать её под одеждой.

— И то верно, — немного подумав, ответил Винсент, после чего резко сменил тему разговора. — Зато теперь никто не посмеет сказать, что ты «нулёвка», или кричать о твоей слабости.

— Сомневаюсь, что они поверят, будто я участвовал хоть в одном сражении, — усмехнулся я, после чего потянулся за флягой с водой. Открыв крышку, я сделал несколько глотков, после чего спрятал её обратно. — Людям удобно думать так, как им хочется.

— Ничего страшного. От моего Кулака Разящего Грома ещё никто не ушёл целым и невредимым, — самодовольно улыбнулся Винсент, вскинув правую руку вверх.

— Это ведь даже не техника… — сказала Алиса, бросив очередной усталый взгляд на Винсента.

Я её прекрасно понимал. Юмор у Винсента был, мягко говоря, очень странный и редко когда понятный.

— Рано или поздно она ею станет, — возразил на это парень, нисколько не смутившись.

— Пусть так, — кивнула Алиса. — Кулак Разящего Грома звучит всяко лучше, чем просто «Кулак бить». Это даже звучит несуразно.

— Эх, ничего ты не понимаешь, — громко рассмеялся Винсент, после чего продолжил объяснять, почему важно давать названия своему стилю боя.

Я же молча слушал всё это и думал, что весёлым получилось приключение. Но что ещё приятнее — я практически вплотную приблизился к своей цели.

[Расчётное время создания рунного пера: 52 часа 10 минут.]

Глава 9

Весь остаток пути я пребывал в глубоких раздумьях.

Мне не давало покоя поведение монстров. Алиса и Винсент согласились с тем, что те вели себя необычно. Например, вождь-шаман гоблинов до последнего не вступал в бой, хотя мог очень сильно помочь своим сородичам. Почему он так поступил или почему его никто не защищал — вопрос хороший.

С кобольдами сложилась схожая ситуация. Их, судя по всему, предводитель почему-то тоже вступил в бой последним. А ведь мог помочь сородичам одержать чуть ли не гарантированную победу. Чем обусловлено такое поведение, оставалось только гадать.

В бестиарии на этот счёт ничего не говорилось, хотя я перечитывал все сведения о монстрах несколько раз и не видел ничего схожего. Там в целом поведению монстров уделялось не так много внимания.

Основной акцент ставился на их способностях и слабых местах. Тут, видимо, придётся ждать второго семестра, когда мы начнём всерьёз изучать виды противников в Подземельях и получим доступ к соответствующим секциям в библиотеке. Хотя тут проще будет напрямую с наставником обсудить эти моменты.

С рунным пером тоже было не всё так просто.

Заглянув в рюкзак, я внезапно обнаружил, что половина запасов крови кобольдов таинственным образом исчезла. В том, что Система без моего согласия перенесла их в пространственное хранилище, я не сомневался. Но вот что ей мешало сделать это раньше?

Немного подумав, я пришёл к выводу, что для начала ритуала требовалось самолично достать один из ингредиентов. Убийство кобольда Система засчитала за то, что я добыл необходимый материал для ритуала.

Отдельно стоял вопрос, почему Система принудительно переместила кровь в хранилище и почему начала ритуал без моего ведома. В будущем этот момент нужно учесть. Не хватало ещё снова отключиться на сутки из-за истощения, когда я этого совсем не ожидаю.

Впрочем, моя отключка не прошла даром. Придя в себя, я заметил, что стал лучше ощущать ману вокруг себя. Не сказать, чтобы намного, но мои чувства точно обострились.

Чувствую, такими темпами, когда у меня появится перо, я смогу наконец-то взаимодействовать с маной хотя бы как совсем начинающий маг. Благо ждать осталось недолго — всего-то ещё сутки.

И вот как отчёт закончится, я всё узнаю.

По прибытии на поверхность мы первым делом показали всю добычу гвардейцам. Это требовалось для того, чтобы никто, в том числе студенты, не выносил запрещённые ресурсы из Подземелий. Например, те же травы, из-за эффекта которых мог помутнеть разум. Всё же с учетом изменчивости этажей пусть и редко на уже изученных уровнях может появиться что-то совсем нетипичное для них.

Впрочем, как я слышал, не самые законопослушные авантюристы всё равно находили способ проносить с собой такого рода предметы. Ведь если есть спрос, то найдутся и средства.

Когда наш осмотр закончился, мы сели в тот же автомобиль, на котором приехали, и двинулись прямиком в Академию.

На дворе стоял день, но вернулись в Академию мы только ближе к вечеру.

— Уф… хороший рейд был, — потянув руки, сказал Винсент. — Не знаю, как вы, а я в первую очередь переоденусь, приму душ и сразу в столовую. Эти сухпайки уже в печёнках сидят. Хочется поесть чего-то по-настоящему вкусненького.

— У тебя одна еда на уме, — закатила глаза Алиса.

— Так у тебя тоже, — возразил Винсент. — Сама говорила, что хочется чего-то эдакого поесть, а не просто рис с тушёнкой.

— Мне лично спать охота, — зевнул я, после чего добавил: — Алиса, не забудь, что после выходных нужно будет подтягивать пропущенный материал. Дополнительные баллы за монстров — это хорошо, но теоретическая магия никуда не делась.

— Вот надо было тебе это напоминать… — устало вздохнула девушка, которая на самом деле несильно любила учиться, и только усердие не давало ей получать средние баллы или ниже.

— Если хочешь получить высший балл в семестре, придётся постараться, — усмехнулся я.

Попрощавшись с друзьями и сдав на сохранение добычу с рейда, я неспешно побрёл в свою комнату.

Оказавшись дома, я сразу же принял душ и лёг спать. Всё это приключение отняло у меня немало сил, так что мне просто хотелось выспаться и отдохнуть. Всё-таки на кровати спать куда приятнее, нежели на матрасе. Да и из походного рюкзака такая себе подушка получается.

Радовало то, что следующие два дня никаких занятий в Академии не будет. Так что я мог как следует отоспаться.

Даже если вдруг пропущу утренний приём пищи, ничего страшного не случится. Всё равно завтра я планирую встретиться с Виолеттой, чтобы вместе прогуляться, а там можно будет и перекусить. Тем более что нарушать обещание я не собирался.

Перед тем как уснуть, я написал Виолетте с предложением встретиться завтра в парке в два часа дня, около статуи первого императора Амрателя. На удивление, она почти сразу же ответила, согласившись на встречу.

Интересно, как она отреагирует на предложение, которое я собираюсь ей сделать.

Утро для меня выдалось непростым. Наш рейд снова дал о себе знать болью в мышцах, как после тренировок с отцом. За время обучения в Академии я чуть было не позабыл это чувство. Благо зарядка и холодный душ быстро привели меня в себя.

Также на всякий случай я заглянул в медпункт. Целитель меня быстро осмотрел и сказал, что никакой угрозы моему здоровью нет. Переломы срослись хорошо, разве что организм был немного истощён после зелий, но это дело привычное.

Мне посоветовали побольше отдыхать и соблюдать постельный режим. Впрочем, целители Академии вообще всегда говорили одно и то же, если видели малейший намёк на усталость. Им приходилось соблюдать регламент учебного заведения, так что к этому совету я отнёсся с прохладой.

Убедившись, что со мной всё в порядке, я переоделся и направился к выходу из Академии.

Стоило мне оказаться снаружи, как ко мне тут же подбежал один из слуг моего рода — мужчина лет тридцати, с короткой щетиной.

Если быть совсем точным, он служил непосредственно отцу, так что я не удивился, когда заметил в его руках конверт с письмом. И, похоже, мужчина был тут уже продолжительное время.

— Его Сиятельство приказал передать письмо лично, — коротко сказал он, протянув конверт в мою сторону.

— Хорошо, — так же коротко ответил я, приняв конверт в руки.

Не дожидаясь, пока я его разорву, слуга молча развернулся и ушёл. Что ж, видимо, помимо роли посланца, у него были и другие дела.

Я быстро нашёл уединённое место, где не было лишних глаз, разорвал конверт и, взяв лист в руки, принялся читать содержимое.

'До меня дошла твоя весточка, Энкрид. Должен отметить, что ты выбрал изящный способ объявить вражду с родом Балтеров.

На этот счёт можешь не переживать. Эйзенхорны испокон веков чтят благородство, и мне приятно видеть, что ты не забыл об этом.

В ближайшее время я поговорю с главой рода Эгремонтов. Нам двоим теперь есть что обсудить.

Береги себя.

П. С. Твоя мама очень по тебе скучает. Не забудь навестить нас на каникулах. Будем ждать'.

От последних слов на сердце сразу потеплело. Приятно знать, что есть место, где тебя ждут и всегда примут с распростёртыми объятиями.

Я сложил письмо и спрятал его в карман. Можно сказать, я сделал всё, что от меня зависело. Дальше выбор только за Эгремонтами — захотят они принять нашу помощь, встав под наше крыло, или нет.

В любом случае, моих планов по отношению к Виолетте это не сильно меняло. Как-никак девушка сама захотела так изменить свою жизнь и уже решение ее семьи на самом деле не столь существенно, если, конечно, они не хотят портить отношения с моим родом.

Закончив с этим, я вызвал такси и поехал в сторону парка. Можно было, конечно, использовать свое положение и вызвать личных слуг, но я не стал этого делать. Зачем привлекать к себе лишнее внимание?

Тем более что они наверняка будут защищать меня издалека от возможной угрозы. У рода Эйзенхорнов хватает тех, кому будет выгодна смерть одного из наследников, даже если этот наследник не обладает магической силой и вовсе не первый в очереди наследования.

Пока я раздумывал над этим, таксист тем временем привёз меня в парк. Благо от нашего учебного заведения он располагался не так уж далеко. Должны же были ученики где-то развлекаться на выходных. Это касалось как простолюдинов, так и аристократов. Всем хочется веселиться, особенно, когда ты молод и полон энергии.

Я неспешно брёл по парку, никуда не торопясь. Будучи пунктуальным человеком, я специально прибыл на встречу раньше назначенного срока, беря в расчёт возможные пробки. Впрочем, несмотря на это, Виолетта умудрилась прийти раньше меня.

Девушка пришла на встречу в ни чем не примечательной одежде: розовая сорочка, джинсы, кроссовки. Ничто не могло выдать в ней аристократку, кроме разве что алого браслета на правой руке. От него я чувствовал лёгкие колебания маны.

Это в очередной раз удивляло меня. Всё же раньше я не обладал такой чувствительностью, но теперь с принятием наследия моего предка многое изменилось.

Ну а сам браслет, по всей видимости, являлся, защитным артефактом на случай непредвиденной угрозы. Удобно: если не стоять рядом, ничего не заметишь. Если, конечно, ты не высокоранговый маг — но такой, скорее всего, пробьёт защитное плетение без особых проблем.

В моём же случае просто играло то, что я остро обращаю внимание на такие мелочи просто из-за того что раньше ничего такого не чувствовал — со временем ощущения притупятся и в глаза такие моменты бросаться не будут.

Что меня отдельно позабавило — в руках девушка держала две палочки с сахарной ватой. Не думал, что она запомнит мои слова о моей любви к сладкому. Сразу видно аристократку — подмечает даже мелкие детали.

— Смотрю, не один я ценю пунктуальность, — на моём лице появилась доброжелательная улыбка. — Прекрасно выглядишь.

— Благодарю, — на секунду смутилась Виолетта, опустив взгляд. Затем она снова посмотрела мне в глаза и протянула палочку с сахарной ватой. — Это тебе.

— Спасибо, — принял я угощение, после чего посмотрел в левую сторону, где простиралась аллея с кипарисами. — Пойдём прогуляемся. Я знаю тут одно чудное местечко. Думаю, тебе понравится.

— Хорошо, — вновь опустив взгляд, неловко ответила девушка, после чего поправила очки.

Реакции ее я не удивился. Со стороны наверняка казалось, будто мы гуляем на свидании. Сомневаюсь, что Виолетте доводилось переживать такой опыт.

Мы вдвоём зашагали в сторону аллеи. Где-то минуту между нами висела тишина. Я не торопился ничего говорить, давая девушке время привыкнуть к обстановке и немного расслабиться.

— Как идут дела в Академии? — спросил я, после чего непринуждённо надкусил сахарную вату.

Очень мягкую и сладкую, надо отметить. Она буквально таяла во рту.

— Отлично, — поправив очки, тут же приободрилась Виолетта. — После того состязания с Шевардом ко мне начали подходить другие ученики, чтобы познакомиться. Наставники тоже изменили своё поведение. Раньше они почти не уделяли мне времени на практике, а теперь, наоборот, внимательно следят за мной. Дают советы, наставления, подсказывают, какие свитки с заклинаниями стоит изучать в первую очередь. Это очень непривычно. Не думаю, что в ближайшее время смогу свыкнуться с таким количеством внимания.

— Придётся привыкать, — усмехнулся я и подмигнул девушке. — К одарённым магам всегда будет повышенное внимание, хотят они того или нет.

— Видимо, придётся, — понуро ответила Виолетта, вздохнула, после чего надкусила сахарную вату и добавила: — Но я всё же рада тому, как всё сложилось. Если бы не ты, то сомневаюсь, что кто-нибудь стал бы обращать на меня внимание.

— Не переоценивай мою помощь, — остановился я и посмотрел на неё. — В первую очередь это была твоя победа. Всё, что я сделал, помог раскрыть твой талант. Только и всего. Если бы ты не прикладывала усилия, то ничего бы и не вышло.

— Тем не менее ты согласился помочь, хотя мог отказаться, — настаивала девушка. — Такие вещи нельзя забывать.

— Друзья на то и друзья, чтобы подставить плечо в трудную минуту, — подняв взгляд в небо, задумчиво произнёс я, после чего снова надкусил сахарную вату. — Как, кстати, проходят успехи в магии?

— Мой контроль вырос, и я научилась ещё больше вливать маны в плетения. Те же ледяные иглы я отточила до такой степени, что после нескольких прямых попаданий они спокойно пробивают барьер моих однокурсников. Обычно хватает двух-трёх штук, но некоторые выдерживают куда больше. Я также принялась изучать новое плетение — морозный туман. Правда, всем нам оно даётся с большим трудом. Тяжело накрыть всю поляну магическим кругом. Каждый раз такое ощущение, будто тело сгорает изнутри.

— Звучит как новая тема для моих исследований, — улыбнулся я и снова надкусил сахарную вату.

— Я это рассказала не для того, чтобы навязаться, — щёки девушки покрылись румянцем, когда она попыталась поспешно оправдаться. — Ты и так очень помог, чтобы я о чём-то тебя просила.

— Так-то эта помощь работает в обе стороны, — объяснил я спокойным голосом. — Я помогаю тебе менять структуру плетений и благодаря этому быстрее нахожу ошибки в формулах. Теория не всегда работает без практики. Как я говорил, думаю, это выгодно нам обоим. Что скажешь?

Между нами возникла пауза. Я не торопил девушку с ответом.

— Если только я не буду тебя обременять этим, — подумав около полуминуты, ответила Виолетта. — Не хочу быть той, кто только берёт, но ничего не даёт взамен.

— Будь ты бременем, я бы даже не стал предлагать, — подмигнул я ей. — А теперь предлагаю насладиться отдыхом.

Виолетта улыбнулась, после чего мы продолжили нашу неспешную прогулку. Торопиться было некуда, тем более что впереди ждал целый свободный день.

Что ни говори, а с Виолеттой я приятно провёл время.

Например, помимо сахарной ваты, мы попробовали местный амрательский фастфуд. Ничего особенного он собой не представлял: тонкая лепёшка, тушёное мясо, огурчики, помидоры, немного салатных листьев и фирменный соус.

Последний на вкус мало на что был похож. Ближайшее сравнение, которое приходило на ум, — многослойный: пряный, слегка острый, в меру кислый, с копчёным послевкусием. Странное сочетание, но, на удивление, оно работало.

За едой мы обсуждали магию, наставников, соучеников, планы на будущее, учёбу и многое другое. За всеми этими разговорами я сам того не заметил, как день сменился сумерками. Хотелось нам того или нет, но пришлось возвращаться в Академию, иначе обратно могли не пустить из-за комендантского часа.

Домой я вернулся в приподнятом настроении. Оставалось только лечь спать и дождаться утра, чтобы наконец-то получить заветное перо. Так что этой ночью я очень крепко спал и наслаждался спокойными снами.

Проснувшись, я сразу же умылся, сделал зарядку, переоделся и, сев на кровать, вызвал Систему, чтобы все проверить.

[Идёт создание пера начинающего рунного мага.

Оставшееся время: 2 минуты и 28 секунд.]

Что ж, наверное, это были самые длинные минуты в моей жизни. Я с предвкушением ждал, что случится дальше — ведь если я уже стал чувствовать магию, то что будет дальше?

Пять секунд, четыре, три, два, одна…

Стоило таймеру истечь, как в груди что-то больно кольнуло, так, что на мгновение перехватило дыхание. Затем всё тело обдало жаром, после чего появился пучок света на коленях. Комнату тут же заполнило светом от этого магического источника. Я невольно прищурился, а когда открыл глаза, то увидел на полу… перо-резец? Да, пожалуй, это было ближайшее сравнение.

Эдакая узорчатая ручка лазурно-зелёного цвета, где-то сантиметров тридцать в длину, с ромбовидным наконечником. Именно наконечником — таким можно было без проблем что-то вырезать по дереву или другому материалу.

Чем больше я разглядывал «перо», тем сильнее мне казалось, словно между нами появилась невидимая связь. Взяв его в пальцы, я неожиданно почувствовал, будто резец стал продолжением руки. Будто я его всегда держал именно так и был привычен к нему, просто забыл это.

Словно в подтверждение моим мыслям, перед глазами всплыло уведомление Системы.

[Пользователь установил связь с пером.

Получен доступ к изучению рунных знаков и печатей.

Внимание: в теле пользователя обнаружены дефекты, мешающие изучению магии.]

[К пользователю будут применены меры. Приготовьтесь…]

Стоило мне закончить читать, как вдруг меня потянуло в сон. Чёрт возьми, такими темпами я начну привыкать к этим внезапным потерям сознания…

Открыв глаза и посмотрев на время, я заметил, что пролежал около четырёх часов. По ощущениям при этом ничего не изменилось. Разве что перед глазами продолжала висеть сообщение от Системы.

[Дефекты устранены.

В разум пользователя загружены необходимые данные.]

Как обычно — никакой точной информации. Что за данные, каким образом их загрузили, как вообще понять, что я узнал? Какие рунные знаки, какие печати? Никакой конкретики. Можно подумать, нельзя было дать хоть какие-то подробности.

[Запрос пользователя принят.

Открыт список навыков:

Пространственное хранилище (F).

Описание: вы можете переносить и хранить предметы в пространственном хранилище. Предметы не должны превышать размер, в который способна вместить себя слот-ячейка.

По мере развития навыка вы сможете вмещать больше предметов.

Занятых слотов: 21 из 30.]

[Чувство маны (F).

Описание: вы способны ощущать ману вокруг и внутри себя. По мере развития навыка, вы сможете всё лучше повелевать магией.]

[Призыв пера начинающего рунного мага (F).

Описание: призывает перо рунного мага.

Обычное перо мага, который только начал свой путь развития. Позволяет чертить односложные рунные знаки и печати. Для призыва необходима мана.

Перо имеет привязку к душе мага. Пока жив хозяин, оно не может быть утеряно или уничтожено. Если пользователь отойдёт от пера более чем на сто метров, перо исчезнет.

По мере улучшения контроля, увеличения духовной силы, расширения энергетических каналов и резерва маны вы сможете улучшать перо.

Способ использования: позволяет составлять односложные рунные знаки и печати.

Желаете узнать подробнее о рунных знаках и печатях?]

Дочитав сообщение, на моём лице расплылась широкая улыбка. Вот это повезло так повезло. Наконец-то я получил конкретику и увидел множество возможностей для своего развития.

Правда, читая сообщение от Системы, у меня в голове крутилась одна мысль — а что, так можно было? Впрочем, я вспомнил, что до этого на мои команды она не реагировала. Видимо, требовалось сначала создать перо, чтобы расширить возможности самой Системы.

Жаль, предок не оставил конкретную инструкцию по использованию Системы. Вряд ли это недоработка. Скорее всего, он хотел, чтобы его потомки своим умом добивались ответов, а не шли на всё готовое. По крайней мере, хотелось в это верить.

Отдельно глаза зацепились за фрагмент 'ощущать ману вокруг и внутри себя. По такой логике, если я пойму, как чувствовать ману внутри себя, то смогу использовать обычные заклинания. Я наконец-то смогу делать то, о чём мечтал с детства.

Правда, немного подумав, я пришёл к выводу, что это не самый лучший путь.

В этом мире дети начинают обучаться магии с девяти лет. Сейчас мне пятнадцать. Как ни посмотри, разница между нами будет ощутимой. Даже имея все необходимые знания, я не смогу так просто догнать своих ровесников. Мне попросту пока не хватает практики.

Также отсутствующий фундамент, закладываемый в детстве, с каждым годом будет всё сильнее давать о себе знать. Тут может помочь лишь скрытый потенциал, о котором говорили приходившие к нам в дом имперские целители. Однако это не панацея. Слишком много лет я упустил, чтобы с лёгкостью догнать остальных.

Да, в теории я могу стать сильным магом, но только в теории. На это уйдёт много лет, и не факт, что результат оправдает себя. Тем более что благодаря Системе я только что получил возможность изучать нечто, недоступное другим.

Не припоминаю, чтобы кто-то в этом мире вообще пользуется боевой рунной магией. Не знаю, почему от неё во всём мире по итогу отказались, но вряд ли предок был глупцом. Раз он создал настолько сложное и мощное заклинание, что оно хранилось более полутысячи лет, то это многое говорит о его таланте и умениях. Значит, и знания внутри Системы стоят очень дорого.

Недолго думая, я сказал:

— Открой подробности о знаках и печатях.

[Вывожу информацию о знаках и рунах.]

[Знаки — одноразовые боевые плетения, рисуемые в воздухе с помощью пера. Эффект меняется в зависимости от используемой комбинации знаков. Могут складываться в печати.

Печати — комбинации рунных знаков, позволяющие создавать одноразовые талисманы или артефакты. Если используемый материал окажется недостаточно крепок, есть риск разрушения заготовки.

Все эффекты знаков и печатей временны. Продолжительность зависит от умений рунного мага.

На данный момент пользователю доступны односложные рунные знаки и печати.]

Дочитав сообщение Системы, я положил пальцы на подбородок. На главный вопрос она так и не ответила.

— Открой инструкцию по созданию рунных знаков и печатей, — проговорил вслух я, но как я и ожидал, ничего не произошло.

Хочется мне того или нет, придётся постигать магию самому.

— Как говорится, попытка не пытка, — улыбнулся я и, поудобнее взяв перо в правую руку, принялся за свою первую попытку начертить рунный знак.

Глава 10

Вздохнув, я закрыл глаза и попытался почувствовать внутри себя нити маны. По моему плану, эти нити должны были соприкоснуться с пером, после чего я смог бы взяться за плетения и превратить их в рунный знак. Однако я просчитался. Почувствовать ту самую ману оказалось ой как непросто.

Я словно стоял на берегу моря и пытался зачерпнуть едва холодную воду, но та каждый раз просачивалась сквозь пальцы. Причём сама вода так же казалась неподъёмной.

Недолго думая, я пришёл к выводу, что рисовать рунные знаки в воздухе мне сейчас не по зубам. Схожие ощущения описывала мне Виолетта, когда рассказывала, как пыталась создать многослойное заклинание. Ей попросту не хватало духовной силы и контроля, чтобы зачерпнуть эту самую «воду».

Что ж, когда только начинаешь тренироваться, нужно начинать с малого. Магия тут не исключение. Раз так, то попробую побыть артефактором, пусть и своеобразным.

Мой взгляд упал на портфель на столе, в котором я постоянно держал учебники и собственные записи. Из-за этого он, мягко говоря, весил немало.

Тут-то меня осенило. Рунная магия — это не только про магические заклинания. Система мне прямо намекнула про эффекты. Значит, в теории я могу, например, сделать свой меч острее и крепче, чтобы он не сломался в бою.

Или уменьшить… вес.

Меча или какого-то острого предмета в комнате у меня не было. Что уж поделать, в целях безопасности Академия запрещала ученикам хранить дома острые предметы. Наверняка на то были свои причины. В любом случае, мне ничего не мешает проверить теорию.

По идее, я мог выйти на улицу и набрать себе камешков разных размеров. Им всяко хватит «прочности», о которой упоминала Система. Только есть маленькая проблема. Если другие ученики или преподаватели застанут меня за сбором камней и увидят, как я несу их в общежитие, то у них как минимум появятся ко мне вопросы. Как максимум, по Академии начнут ползать новые слухи.

Тренировочные площадки сейчас тоже как назло закрыты, чтобы потренироваться в уединении и без лишних глаз.

Да и в целом, зачем привлекать к себе лишнее внимание из-за такой мелочи, когда можно с лёгкостью найти альтернативу? Да взять хоть мой портфель.

Отец подарил мне его, когда я поступил в старшие классы. Он сделан из редких материалов, добытых в Подземельях, а они по прочности дадут фору даже обычному железу.

Я быстро поднялся с кровати, взял портфель в руки, после чего положил его на пол рядом с собой. Несколько секунд я молча глядел на него, пока снова не закрыл глаза и не прислушался к своим ощущениям.

Вздохнув, я представил, как рисую пером рунную вязь, но ничего не произошло.

Тогда я изменил подход и вообразил, как тяжёлый портфель становится лёгким, как пушинка. И вот этот подход неожиданно сработал.

По венам словно потекла магма. Не успел я привыкнуть к новому чувству, как рука сама собой принялась быстро чертить в воздухе руну. Нити складывались в воздухе в магический узор, после чего последний сверкнул золотом и лёг прямо на портфель.

Не до конца соображая, что произошло, я непроизвольно поднял портфель в руки и едва не закричал от радости. Портфель где-то в два раза уменьшился в весе.

Моё сердце забилось сильнее. Глядя на руну, мне даже до конца не верилось, что это свершилось. Что я смог. Я справился. Все мои старания не прошли напрасно.

Спустя столько лет… Моё первое плетение! Наконец-то!

Теперь я стал полноценным магом!

Не успел я нарадоваться, как вдруг печать исчезла, а перед глазами всплыло сообщение.

[Вы научились плести рунные знаки и печати.

Получен новый навык.]

[Мастерство плетения рун (F)

Описание: вы получили знания об односложных рунных знаках и печатях.

В зависимости от желания пользователь может сотворять руны.

Навык будет расти по мере улучшения «Пера рунного мага», «Чувства маны».]

Чуть успокоившись, я с облегчением выдохнул и внимательно перечитал сообщение Системы.

— Предоставь мне список доступных рун, — сказал я вслух, но Система никак не отреагировала.

Понятненько. Значит, Система хочет, чтобы я сам исследовал список своих возможностей. Если так подумать, умный ход со стороны предка. Приятно, когда тебе всё преподносят на блюдечке, но тогда пропадёт изобретательность и сам момент понимания собственных возможностей.

Это ведь сейчас мне доступны только односложные руны, а по мере роста я смогу их складывать, как мне только вздумается. По крайней мере, предпосылки к этому были.

Ладно, на данный момент я никак не могу на это повлиять. Значит, дело остаётся за малым — пробовать и исследовать новую силу разными способами, пока не нащупаю верные варианты. Впрочем, я и так кучу лет занимался исследованиями магии, так что подобный вызов для меня не нов.

— Энкрид, прошу прощения, но ты выглядишь как-то… — сказала Виолетта, покачав рукой, когда мы с ней неспешно гуляли по коридору.

— Не выспавшимся и помятым? — улыбнулся я и, прикрыв ладонью рот, тихо зевнул.

— Наверное, можно сказать и так… — неуверенно пробормотала девушка. — С тобой точно всё хорошо? Ты ведь ничем не заболел? Может, сходим в лазарет? Вдруг что-то случилось?

— Ничего страшного, не стоит так беспокоиться, — мягко улыбнулся я, посмотрев Виолетте в глаза. — Я всего-то стал больше времени уделять тренировкам и изучению магии. На носу скоро экзамены, а я намерен по всем получить высший балл. Также я выполняю, скажем так, дополнительное домашнее задание. Вот приходится жертвовать сном, чтобы всё успеть.

— Энкрид… Такой подход точно не приведёт ни к чему хорошему, — вновь попыталась достучаться до меня Виолетта.

— Не переживай. Скоро я смогу отоспаться как следует, — показав большой палец вверх, ответил я.

В целом, я даже нигде не соврал. Максимум что местами завуалировал правду.

Под домашним заданием я подразумевал статью, которую подготовил для «Магического Вестника». Стараниями Виолетты я написал её в кратчайшие сроки, описав разные вариации использования тех же магических игл.

Другую часть своего времени я тратил на учёбу. Подтягивал Алису, чтобы она тоже получила высший балл, и заодно помогал Виолетте с освоением новых плетений.

Также между делом мы с Винсентом поехали к его знакомому кожевнику и сдали чешую кобольда. Старик, к моему удивлению, очень обрадовался принесённому материалу, пообещав, что сделает очень качественную броню.

Ждать её, конечно, придётся больше месяца, а то и двух, но мне не к спеху. В ближайшее время ходить в Подземелья я не собирался, а для других нужд она мне не требовалась.

Из-за всех этих дел времени на изучение новых рун оставалось всего ничего. Впрочем, даже так прогресс был виден налицо.

Начать, пожалуй, стоит с пера.

Призыв моего, скажем так, инструмента проходил мгновенно. Стоило мне захотеть, как оно тут же появлялось в руке. Но каждый призыв сопровождался усталостью и лёгким жаром в области живота.

Было очевидно, что каждый призыв сопровождается тратой маны. Хотел я того или нет, она сама уходила неведомо куда. Для меня же это стало подсказкой, в каком направлении двигаться.

Наловчившись быстро призывать перо, я занялся сотворением одной и той же руны, пытаясь уловить, как движется мана внутри моего тела. Или, если говорить точнее, пытался почувствовать эту самую ману.

Я доводил тело до полного истощения, после чего ждал восстановления и повторял процесс. С каждым разом я всё лучше ощущал, как мана, словно река, от живота до руки стекается к перу.

Спустя несколько десятков попыток, даже без сотворения рун, закрывая глаза, я стал чувствовать, как мана, словно кровь по венам, циркулирует по всему телу. Система никак не отобразила это в качестве навыка, но я был абсолютно собой доволен. Для того, кто раньше был пустышкой, подобное было настоящим прогрессом.

Дальше я стал пробовать самостоятельно взаимодействовать с маной, без помощи Системы. Это оказалось куда сложнее, чем я ожидал.

Как и в первый раз, мана, словно вода, просачивалась сквозь пальцы. Как бы я ни пробовал, у меня не получалось ухватиться за эти нити маны, пока я не понял свою ошибку.

Я пытался зачерпнуть больше, чем мог физически унести на текущий момент. Поэтому, изменив подход, я стал помаленьку, по капельке черпать ману из «моря». Вот тогда мне впервые удалось протянуть нить маны от тела к перу.

Конечно, за такой короткий срок я ещё не научился самостоятельно сотворять руны, поскольку мне не хватало сил, но Амратель не за один день строился. Главное, что я уловил нужное направление, и теперь дело оставалось за малым — двигаться вперёд.

Что касается того, зачем я это делал, — мне не хотелось быть зависимым от Системы. К тому же самостоятельно изучать процессы, происходящие внутри тела, было невероятно интересно. И что уж там отрицать — захватывающе.

Всё-таки, когда что-то делают за тебя и когда ты делаешь это сам — это две разные вещи. Тут уж не сравнить разницу получаемых эмоций.

Также что-то мне подсказывало, что Система будет только поощрять такой метод обучения. Сомневаюсь, что «Контроль маны» будет расти сам по себе, если Система будет сотворять все за меня. Как минимум на поднятие ранга навыка точно уйдёт гораздо больше времени.

Помимо всего перечисленного я также экспериментировал и учился кастовать другие рунные связки. Не ограничиваться же мне было одним только облегчением веса.

Тренироваться в уединении на камушках оказалось сложнее, чем я думал. Особой вариативности, чтобы не вызвать подозрений, я для них не смог придумать.

Например, в теории я мог сделать их крепче, нанеся нужную руну. Только что толку, если я не могу оценить, насколько крепче они стали. Обо что мне их ломать?

Увеличение дальности полёта тоже не принесло никаких результатов. Я попросту не мог должным образом представить, как камень начинает быстрее и дальше лететь после моего броска. Система пока же никак не реагировала на мои попытки.

Зато с тупой деревянной палкой эксперимент прошёл просто на ура. Взяв её в руки, я представил, как одна из сторон становится острой, как меч. Вот тогда рука сама начертила нужную руну, после чего она засверкала и легла на палку.

Эффект получился лучше, чем я ожидал. Взмахнув новоиспечённым «клинком», я ударил им прямо по деревянному чучелу и оставил на нём разрез. Правда, сразу после этого палка сломалась, но другого исхода я не ожидал. Всё-таки обычное дерево, мягко говоря, не самый прочный материал.

Затем я принялся изучать рисование рунных знаков в воздухе. Эта задачка оказалась посложнее. Одно дело, накладывать руну на что-то, а другое — пытаться удержать её в воздухе.

Я потратил целый вечер на размышления, с чего бы начать, пока комната не погрузилась в кромешную тьму. Вот тогда меня осенило, и, призвав перо, я стал представлять, как с помощью него рисую, используя образ пучка света.

К моей неожиданности, всё сработало с первого раза. Рука в мгновение ока сотворила нужную руну, после чего комнату озарил пучок света. Его более чем хватало, чтобы осветить всю комнату.

В тот же момент я обнаружил, что от меня к этому пучку света тянется тонкая магическая нить. По ней, словно ручьём, стекала мана. Стоило же мне оборвать нить, как созданный магией источник света резко потух, вновь погрузив комнату в темноту.

Таким образом я выяснил, что рунные знаки могут быть связаны с магом. При желании я даже мог двигать их по воздуху. Правда, это тоже мне давалось с трудом, но оно и неудивительно — я только начал практиковать подобную магию.

Что ни говори, эти четыре дня прошли очень насыщенно. Всё это время я практически не спал и сейчас больше напоминал панду из-за мешков под глазами. Моё состояние ведь не только Виолетта, но и Алиса заметила, подметив, что мне стоит больше отдыхать.

Один только Винсент никак не отреагировал на внешние изменения. Хотя, говоря по правде, он сам выглядел очень усталым. Видать, тренировался до упаду после нашего похода в Подземелье.

— Энкрид Эйзенхорн, — чей-то незнакомый голос выбил меня из размышлений, заодно возвращая к настоящему. Оторвавшись от мыслей, я поднял взгляд и заметил незнакомого мне преподавателя. — И Виолетта Эгремонт, я так понимаю?

Преподаватель выглядел молодо, максимум лет на тридцать. Худощавое подтянутое тело, русые волосы, голубые глаза и очень угрюмое лицо. Это читалось по его сжатым губам и хмурым бровям.

— Верно, — коротко бросил я, посмотрев на свою спутницу, после чего с намёком протянул: — А вы?

— Профессор Сайлас Дорсет, с недавних пор ваш новый переведённый преподаватель. Обучаю теоретической магии и рассказываю о её основах, — на слове «переведённый» он сморщил лоб и потёр переносицу будто от головной боли. — Раз уж вы безмятежно гуляете по коридорам, думаю, у вас найдётся минутка, чтобы мы обсудили вашу успеваемость.

— Вот оно значит что, — вслух сказал я, почувствовав, что что-то здесь не так. — Виолетта, ты не против отложить нашу тренировку?

— Не возражаю, — посмотрев на меня, коротко кивнула девушка.

— Вот и славно. Пройдёмте со мной в кабинет, — сказал молодой мужчина, после чего мы проследовали прямо за ним.

Почему-то весь наш недолгий путь Сайлас Дорсет неразборчиво ворчал. Я пытался вслушаться в его речь, но не смог ни слова разобрать. Должно быть, такая у него привычка.

Через несколько минут мы пришли к нему в кабинет. Что забавно, до этого момента я не знал, что каким-то преподавателям их вообще выделяют. Впрочем, это меня никак не касается.

Сам кабинет отличался особым убранством. В глаза сразу бросался шкаф, где аккуратно, друг рядом с другом, стояли пронумерованные папочки. Вещи на столе тоже лежали симметрично, на одинаковом расстоянии друг от друга. Не удивлюсь, если новоиспечённый преподаватель окажется ярым перфекционистом.

Закрыв за нами дверь и сев за стол, молодой мужчина сначала провёл по нам взглядом, после чего выдвинул ящик и достал оттуда небольшую стопку листов. Так, страниц десять-пятнадцать от силы.

— Буду с вами откровенен, — мужчина, морща лоб, затарабанил пальцами по столу. — Возможно, ваш предыдущий учитель был мягок с вами и многое спускал с рук. Со мной такое не получится провернуть. Филонить на моих занятиях ни у кого не получится, если только он не собирается остаться на второй год. В моих интересах, чтобы вы получили высокий балл на итоговых экзаменах.

— Прошу прощения, если вам не понравилась моя работа, — сказала Виолетта. Профессор тут же перестал барабанить по столу и недоумённо приподнял брови. — Если укажете на ошибки в докладе, я его исправлю, и…

— Ваше Благородие, — перебив девушку, протянул ладонь Сайлас Дорсет. — К вашему докладу у меня претензий нет. Вы отлично раскрыли тему наследственности магии. У вас очень хорошие показатели в учёбе, что не может не радовать.

— Тогда зачем вы меня пригласили в кабинет? — чуть погодя спросила Виолетта.

— Люций Рейси подсказал, что Энкрид Эйзенхорн помогал вам в написании доклада, — с этими словами профессор повернул голову и посмотрел мне прямо в глаза. — Только самого доклада от Его Сиятельства я не нашёл. Сложившаяся ситуация, знаете ли, вызывает вопросы.

Вот, значит, где свинья зарыта.

Я всё думал, с чего вдруг новоиспечённому преподавателю взбрело в голову звать нас обоих, причём лично, а не посылать своего ассистента.

— Быть такого не может! — воскликнула Виолетта, также посмотрев в мою сторону. — Зачем Энкриду портить себе оценку на ровном месте?

— Я вот тоже задаюсь этим вопросом, — продолжил сверлить меня взглядом профессор. — С одной стороны, мотива я не вижу. У Его Сиятельства довольно высокие оценки. С другой стороны, он мог не сдавать его из-за похода в Подземелье. Если причина в последнем, я готов дать отсрочку, ровно до окончания первого семестра. Вам есть что добавить?

— Хмх… — я положил большой и указательный пальцы на подбородок. — Могу заверить, что работу я сдавал, и в случае надобности отвечу на любой заданный вопрос в качестве доказательства. Возможно, работа где-то затерялась, но есть у меня подозрение, что всё это неспроста.

— Собственно говоря, поэтому я вас сюда позвал, — тяжело вздохнул он и вновь стал барабанить пальцами по столу. — Будем считать, что Виолетта Эгремонт поручилась за вас. Значит, остаётся два варианта. Либо я спускаю ситуацию на тормозах и ставлю вам автомат, либо мы копаем дальше. Есть желание узнать, чьих рук это дело?

— Пожалуй, что да, — чуть подумав, сказал я. — В Академии полно людей, кто бы обрадовался моему исключению. Даже не представляю, кто конкретно мог хотеть меня подставить.

— Не факт, что именно подставить, — дёрнул губой профессор, которому, похоже, эта ситуация не сильно-то и нравилась. — В моей учебной практике хватало прецедентов, когда ученики попросту воровали чужие работы. Я склонен предполагать, что это второй случай, когда просто не успели подменить одну работу другой.

— Откуда такая уверенность? — приподнял я брови. — Не сочтите за грубость, но мотив ученика я не понимаю. Кража работы — это риск исключения из Академии, а низкий балл максимум что означает — пересдачу. Зачем кому-то воровать работу ради оценки?

— Ваше Сиятельство, вы очень и очень сильно недооцениваете человеческую глупость, — внезапно ухмыльнулся профессор. — В целом, этому ученику всё легко могло сойти с рук. Сами посудите. Любой новоиспечённый преподаватель на моём месте не стал бы заострять внимание на отсутствии одной работы. Ему ведь нужно проверять несколько классов, а это сотни учеников. Объём работ очень и очень велик.

— Я мог подать жалобу, — возразил я на его слова.

— Само собой. Её бы рассмотрели работники Академии, после чего я бы проверил ваши знания, поставил автомат и сослался на случайную потерю вашего доклада, — сложив руки домиком, сказал мужчина. — Именно такой сценарий развернулся бы, попади на моё место другой учитель. Однако кое-кому не повезло. Я по натуре своей очень дотошный человек и люблю докапываться до правды. Но ещё сильнее я люблю свою работу и подобное поведение терпеть не собираюсь. Там, где один умник решил схитрить, найдутся ещё десяток таких же.

— Поэтому нужна публичная порка, — смекнул я, к чему ведёт профессор.

— Я смотрю, вы всё схватываете на лету, — как хитрый лис улыбнулся Сайлас Дорсет. — Это хорошо. Однако я ещё не слышал вашего ответа.

— Почему бы не сыграть в эту игру, — усмехнулся я и сложил руки на груди. — Мне самому интересно узнать, совпадение ли это или же чей-то злой умысел.

— В таком случае надеюсь, что этот разговор не уйдёт за пределы этого кабинета, — преподаватель внимательно посмотрел на всё это время молчавшую, но внимательно слушающую Виолетту.

— Само собой, — коротко кивнула она.

— Прекрасно. Значит, дело за малым. Осталось из сотен работ найти конкретно вашу. Затем узнать, кто именно её скопировал и вызвать вас двоих в кабинет, для разбирательства.

— Меня такой вариант не устраивает, — сказал я, намеренно заставив мужчину удивиться.

— Почему же, — бросил он на меня многозначительный взгляд и вновь стал барабанить пальцами по столу.

— Не мог же ученик просто так подменить работу, — высказал я своё мнение. — Ему кто-то помог. Скорее всего, кто-то из работников или даже преподавателей Академии. Такой вариант меня не устраивает. Этот человек пошёл против Эйзенхорнов, а следовательно, должен получить по заслугам.

— Слишком долго искать, и не факт, что найдём, — покачал головой профессор. — Тем более это меня не касается.

— Я разберусь, — спокойным голосом ответил я.

— И как же, если не секрет?

— Директор, — коротко, но многозначительно ответил я.

— Директор очень занятой человек. Даже у меня нет возможности просто так встретиться с ним без веской на то причины. Потеря работы одного ученика явно к этой категории не относится.

— Это уже мои проблемы, — отрезал я, не отрывая взгляда от преподавателя. — От вас будет нужно только пригласить меня и воришку в класс, чтобы задать нам парочку вопросов.

Виолетта с профессором секунд десять удивлённо смотрели на меня, пока последний не произнёс:

— Интересный вы, конечно, человек, — то ли радостно, то ли заинтригованно сказал мужчина, сложив домиком руки. — Что ж, посмотрим, что из этого получится. А теперь прошу покинуть мой кабинет. Мне предстоит разобрать очень много бумажной волокиты.

— До скорой встречи, — практически синхронно произнесли мы с Виолеттой, после чего покинули кабинет.

Что ж, теперь дело за малым — идти в гости к директору. Даже не представляю, как он отреагирует на то, что я собираюсь ему рассказать… Уж больно у старика странный характер. Никогда не угадаешь, что у него вообще на уме.

— Не знала, что у тебя есть связь с директором, — как только мы отошли метров на двадцать, сказала Виолетта.

— Не видел смысла рассказывать, — пожал я плечами. — У меня с ним, скажем так, своеобразные деловые отношения. Сама понимаешь, столичной Академии не очень выгодно держать ученика, который не умеет пользоваться магией. Её выпускники ведь должны быть лучшими из лучших.

— Поняла… — тихо проговорила она себе под нос. Наверное, подумала, что зря в целом подняла эту тему.

— Похоже, тренировку придётся перенести на следующий день, — чуть выдержав паузу в нашем разговоре, ответил я. — Чувствую, разговор с директором продлится до вечера, а там комендантский час близко.

— Хорошо, — уже пободрее кивнула девушка, после чего попрощалась со мной и зашагала по своим делам.

Я же двинулся в сторону лестницы, напрямик на последний этаж, где располагался нужный мне кабинет.

p.s. Читатель, а ты лайк поставил? Это же совсем не сложно и нам будет приятно)

Глава 11

Через десять минут блужданий по бесконечным коридорам я наконец-то прибыл в нужное место.

Меня встретили огромные двустворчатые резные двери, рядом с которыми стоял лысый мужчина. Всё его лицо было испещрено уродливыми шрамами, от которых он, по неведомой мне причине, не торопился избавляться у целителя, что было не таким уж и сложным делом. Впрочем, его дело.

— Директор на месте? — коротко поинтересовался я, подойдя вплотную к дверям.

— Смотря кто спрашивает, — хрипло пробасил охранник и окинул меня тяжёлым, давящим взглядом. Казалось, что таким образом он пытается меня запугать. — Есть письменное приглашение?

— Энкрид Эйзенхорн, — спокойно ответил я, несмотря на то, что лысый сверлил меня взглядом. — Я по внеочередному делу. Часом ранее всплыло одно очень неприятное недоразумение. Согласно нашему уговору, я обязан уведомить об этом Тобиаса Альтенбурга. Так что буду благодарен, если вы меня пропустите, — сложив руки на груди, с нажимом добавил я.

— С чего вдруг директору встречаться с каким-то учеником? — ухмыльнулся охранник.

— Пропусти его, Гораций, — неожиданно раздался мужской голос из-за двери.

— В следующий раз советую следить за языком, — спокойно ответил я, глядя лысому в глаза. — Иначе рискуете оскорбить чей-то род.

Гораций фыркнул, но впустил меня внутрь. Двери открылись, и я зашёл в роскошный кабинет. В глаза сразу бросались серый диван, явно с дорогой обивкой, кресла, декоративные напольные лампы и много чего ещё.

Сам директор с нашей последней встречи никак не изменился. Седые волосы, доходящие аж до бёдер — и как только они ему не мешаются — густая борода, морщинистое лицо, но атлетичное тело. Несмотря на свой старческий возраст, он ровно держал спину и всегда ходил с расправленными плечами. Хотя из-за фиолетовой мантии это не всегда было так заметно.

Сейчас он почему-то стоял спиной ко мне, уперев руки о подоконник и безмятежно глядя в окно.

— Зима близко, — проговорил старик, даже не повернув голову в мою сторону.

— Время циклично и незаметно пролетает мимо наших глаз, — как ни в чём не бывало сказал я, неспешно зашагав в сторону дивана. — Весь мир меняется, но против природы не пойдёшь.

— Технологии в самом деле меняют его облик, — кивнул старик, поглаживая свою бороду. — Ещё каких-то семьдесят лет назад никто не думал о резком скачке индустриализации. Мир в то время погряз в бесконечных войнах империй. Большинство людей тогда мечтали о наступлении перемирия. Этот мир наступил. Люди быстро позабыли запах крови и ту цену, что заплатили за этот мир. Сам-то ты что думаешь об этом, Энкрид?

Ну хоть по имени обратился, а не каким-нибудь: мальчик мой. А то я бы точно скривился от подобного обращения.

— Неспокойные времена были, есть и будут всегда, — спокойным голосом ответил я, облокотившись о спинку дивана. Подобные разговоры давно перестали меня хоть сколько-то удивлять. — Люди будут проливать кровь в угоду своим желаниям или чтобы получить то, что им по их мнению причитается.

— В этом главная проблема человека, — старик едва заметно повернул голову в мою сторону. — Люди непостоянны. От времени к времени их желания меняются, при этом сами они жадны, ненасытны и полны эгоизма. Ни к чему хорошему это не приведёт.

— Вы хотите услышать от меня что-то конкретное? — приподнял я бровь.

— Нет. Просто мысли вслух скучающего старика, — повернулся директор и доброжелательно улыбнулся. — С возрастом всё чаще начинаешь задумываться о пройденном пути и том, что творится вокруг себя.

Тобиас Альтенбург явно на что-то мне намекал, но вот на что — оставалось под вопросом. Сомневаюсь, что соседние империи внезапно захотят напасть на Амратель. Поодиночке они не справятся, придётся создавать альянс и вести затяжную войну. Мало кому будет выгоден такой расклад, тем более, когда на тебя в любой момент могут напасть соседи. Впрочем, всё может быть.

— У меня к вам просьба, — решил я наконец перейти к делу.

— Снова библиотека? — сразу же предположил директор. — Если так, то точно нет. Доступ к запрещённой магии не выдам, даже только в рамках исследования.

— Первый раз слышу, что у нас вообще есть такая секция… — удивлённо проговорил я, недоумённо глядя на директора.

С чего вдруг он вообще решил, что это меня должно заинтересовать? У меня и так огромный пласт материала для изучения — библиотека-то у нас огромная. В мире и так существует столько аспектов магии, что попробуй успей их за одну жизнь всё исследовать.

— Я уж, стало быть, думал, что Люций проболтался, — погладил бороду директор, после чего принялся разгуливать по кабинету. — Видимо, просьба и впрямь странная. Сколько я тебя знаю, ты всегда интересовался лишь знаниями.

— В Академии где-то «потерялась» моя докладная по теории наследственной магии, — на слове «потерялась» я показал кавычки. — Смею предположить, что к этому приложил руку один из работников Академии.

— А вот это звучит интереснее, — безэмоционально ответил старик. Затем он остановился, поднял голову, пару секунд смотрел в потолок, после чего перевёл на меня взгляд. — Тогда зачем ты здесь?

— Во-первых, я не горю желанием, чтобы у меня на протяжении всего обучения пропадали мои работы, — сложил я руки на груди и покачал головой. — Во-вторых, ваш сотрудник пошёл против рода Эйзенхорнов. Поэтому либо вы разберётесь в этой ситуации, либо этим займусь я.

— Даже так, — задумчиво пробормотал директор и сложил руки за спиной. Затем он хитро улыбнулся. — Хорошо, допустим. Значит, ты хочешь, чтобы я поймал крысу, которая завелась у нас в Академии.

— Верно, — как ни в чём не бывало, кивнул я. — Всё-таки это ваша работа — следить за порядком в Академии.

— Кажется, я начинаю понимать, почему в Академии тебя так недолюбливают ученики, мальчик мой, — весело усмехнулся старик.

Моё лицо невольно скривилось от услышанного. Вот что называется накаркал на свою голову.

— Главное, чтобы не мешали учиться, — сухо бросил я, закрывая тему разговора.

— У тебя остались ко мне ещё какие-то вопросы? Или перейдём к следующему этапу нашей беседы? — хитро улыбнулся старик и, сунув руку в рукав мантии, достал небольшой чайничек.

Причём я даже не почувствовал хоть какие-то колебания в магическом фоне. А значит, его пространственное хранилище, в каком бы виде оно ни было, неплохо так экранировано. Впрочем, я только в начале пути постижения магии и могу просто этого не чувствовать.

— В целом только один. Могу я взять себе парочку выходных, чтобы не приходить на занятия? — попытал я удачу.

Глава академии тем временем положил чайничек на стол и, прищурившись, посмотрел на меня.

— За просто так? — весело рассмеялся директор, после чего сунул руку в другой рукав и достал две фарфоровые чашки. — Можно. Глядя на твои мешки под глазами, отдых тебе явно не помешает. Тем более мне ли не знать, что ты изучил весь материал на семестр вперёд, даже без помощи преподавателей.

— От вас ничего не утаишь, — улыбнулся я и тихо засмеялся.

— На то я и директор. Директор должен заботиться о своих учениках, — добродушно посмотрел на меня глава академии, после чего глянул на стену, где висели часы. — До комендантского часа ещё есть время. Хочешь составить старику компанию и попить чаю с конфетами?

— Не откажусь, — довольным голосом проговорил я. — Правда, удивлён, что вы решили уделить мне столько времени. В Академии все кому не лень говорят, что вы очень занятой человек.

— Так и есть, — согласно кивнул старик, после чего провёл рукой по своей бороде. — Но у любого человека должно быть время на отдых. Вопрос лишь в том, проводить его в одиночестве или в приятной компании, — договорив, подмигнул он мне.

— Взаимно, — как есть ответил я. — Я люблю шоколадные, с молочной начинкой.

— Хо-хо, — весело рассмеялся директор. — А тебе палец в рот не клади, всю руку оттяпаешь.

— Всегда беру из ситуации максимум возможностей, — развёл я руками и улыбнулся.

— Повеселил ты, конечно, старика, — снова рассмеялся он, после чего подмигнул и вытащил из-за стола несколько конфет в золотистой обёртке. — Угощайся. Это из личных запасов. Таких в Амрателе не найдёшь.

— Значит, в следующую нашу встречу ждите от меня гостинцев, — хитро улыбнулся я и встал с дивана.

— Ловлю на слове, юноша.

Весь следующий час я с директором неспешно распивал чай, лакомился конфетами и вёл непринуждённый разговор на самые разные темы. Причём настолько разные, что в один момент мы обсуждали устройство империи, а в следующий выясняли, какое печенье в Академии вкуснее.

Наши предыдущие встречи обычно заканчивались куда быстрее. Не знаю, что внезапно нашло на Тобиаса Альтенбурга, но мы, в целом, к общему удовольствию провели время.

Сразу после разговора я направился домой, размышляя о том, как обзавестись боевыми рунными знаками. Создание печатей — это хорошо, но на них далеко не уедешь. Мне нужно что-то, что будет помогать в бою.

С этим как раз возникли проблемы. Я мог хорошо представить тот же огненный шар и то, как он летит прямо в цель, но ничего не происходило. Перо не двигалось и никак не реагировало на мои действия. Следовательно, я что-то делал не так.

Скорее всего, на создание того же огненного шара требовалось более одной руны.

Для заклинания тоже требовалось как минимум три плетения: добавление стихийного атрибута, формы и мощности заклинания.

По такой логике мне потребуется сложить три рунных знака одновременно. В целом, звучало логично, если бы не одно но: созданный мной пучок света требовал бы больше одного рунного знака.

Что-то тут не сходилось.

Размышляя обо всём этом, я сам того не заметил, как наткнулся на Винсента в коридоре.

— Как всегда погружён в свои мысли и никого не замечаешь, — весело усмехнулся он, заметив меня, после чего подошёл и похлопал меня по плечу. — Небось о Виолетте думаешь, да?

— А? — его вопрос на секунду ввёл меня в ступор. Вот уж от кого-кого, а от Винсента услышать подобный вопрос я ожидал в последнюю очередь. — С чего вдруг такие выводы?

— Хорошая же девушка, — показал он большой палец, широко улыбаясь. — Встретился вот недавно с ней, поговорили. Она тебя расхваливала и беспокоилась, что ты совсем не заботишься о себе и своём сне. К тому же вы постоянно ходите вместе, как сладкая парочка. Выводы напрашиваются сами собой.

— Я просто обучаю её магии, Винсент… — тяжело вздохнул я, прекрасно понимая, что не смогу переубедить своего друга в обратном.

— Да-да, разумеется. Я тебе, конечно, верю, разве могут быть сомненья, — весело протянул друг, после чего еще сильнее улыбнулся. — Знаю я, с чего всё начинается. Тем более ты молодой, бабочки в животе небось играют.

— Винсент, ты старше меня всего на год… — глянул я парню в глаза.

— Год — это много! За год человек так может измениться, что не узнаешь! — резко возразил он, подняв указательный палец вверх. — Вот когда будешь в моём возрасте, поймёшь.

Интересно, как бы он заговорил, узнай мой настоящий возраст.

— Лучше скажи, чего ты такой радостный ходишь, — решил сменить я тему для разговора. Смысл спорить, если ему всё равно ничего не докажешь. Скорее, наоборот, только заставишь сильнее убедиться в сказанном. — Выглядишь так, будто технику своего рода наконец до конца изучил.

— Энкрид, а в твоём роду случайно не рождались пророки? — округлил глаза Винсент. — Хотя доволен я не этим. Меня, между прочим, за день аж пять человек вызвали на дуэль.

— Сколько, прости? — переспросил я, поскольку подумал, что мне послышалось.

— Пять. Новый рекорд, между прочим. Раньше было три, — как ни в чём не бывало, пожал он плечами.

— Ох, Винсент… — у меня невольно разболелась голова, из-за чего я потёр пальцами переносицу. — Как тебе только удаётся влипать во всевозможные неприятности.

— Так я сам их ищу, чтоб жизнь интересней была, — весело рассмеялся он. — Ладно, шучу. Просто рассказал, какого монстра мы с тобой и Алисой завалили, а они не верят. Клеветать на меня начали, что вру я, и всё тут. Показал я им, значит, трофей, руку этого несчастного кобольда, так часть всё равно не поверили. Стали обвинять меня, якобы эту руку я купил в алхимической лавке. И плевать, что нас два раза гвардейцы обыскивали. Как видишь, тупых людей в Академии хватает.

— И ты решил отстоять свою честь? — догадался я, что произошло.

— Не свою, а нашу! — гордо заявил друг. — Не, ну а что они? Совсем оборзели, демоны поганые. Им пока по голове не настучишь, не поймут, что словами разбрасываться нельзя. Пойдёшь, кстати, смотреть на поединок?

— Отчего бы не пойти? — хмыкнул я, сложив руки на груди. — Когда дуэль?

— Да вот сейчас, — легкомысленно махнул он рукой.

— На ужин, я чувствую, мы не успеем.

— Пустяки. Я с одним поваром договорился, он через работников еду в контейнере передаст, — Винсент от собственной гордости аж выпятил грудь вперёд. — Главное, с людьми уметь договариваться, и тогда у тебя в жизни будут все дороги открыты.

— А ещё лучше лишний раз избегать конфликтов, — усмехнулся я в ответ.

— Ну слушай, кто из нас не без недостатков, а? И вообще, пошли быстрее на арену, а то на дуэль опоздаем! — воскликнул Винсент и махнул рукой, приглашая меня следовать за ним.

До арены мы добрались минут за десять. Ничего особенного в ней не было. Площадка с песком, где проводили дуэли аристократы, ограждающая её стена и пустые трибуны с длинными скамьями. Ничего такого, что бросалось бы в глаза, кроме разве что одной высокой платформы.

Она возвышалась метров на семь и служила своего рода смотровой башней для судьи. Оттуда он мог наблюдать за всем ходом боя и в случае чего подмечать нарушения. Например, использование запрещённых приёмов.

— Где твой противник? — спросил я, глядя на пустую арену. — Зная твоё умение опаздывать везде и всюду, он, похоже, не пришёл.

— Да нет, мы просто пришли раньше оговорённого срока, — с чувством победы улыбнулся мой друг.

— Ты точно Винсент? — приподнял я левую бровь и недоверчиво глянул на парня. — С каких пор человек, который вечно везде опаздывает, приходит раньше времени?

— Да что ты как Алиса заладил, — насупился парень и принялся размахивать руками. — Умею я вовремя приходить. Умею. Вот, видишь, пришёл же вовремя!

— При этом говорил поспешить, чтоб не опоздали, — недоверчиво глянул я на друга.

— Это чтоб сильнее удивить, — показал большой палец Винсент и похлопал меня по плечу. — Ну согласись, удивился же.

— Соглашусь. Только перестань стучать меня по плечу, как по барабану, у меня уже вся рука болит, — невозмутимо ответил я, глядя парню в глаза.

— Прости, старая привычка, — быстро вернул себе самообладание Винсент. — Так на чём мы остановились?

Не успел я что-либо ответить, как двери позади нас открылись и в помещение зашли ещё двое парней.

Первого я мельком иногда видел в коридорах. То ли сын виконта, то ли графа… Никакой больше информацией о нём я не располагал. А вот второго человека я быстро узнал.

Им оказался парень, который выступал независимым судьёй в пари между мной и Шевардом Балтером. Как тесен мир, оказывается.

С другой стороны, дуэли в учебном заведении не поощрялись ни Академией, ни дисциплинарным комитетом. Если добавить к этому момент, что такой вот «независимый судья» должен пользоваться уважением в кругу аристократов, то ничего удивительного в нашей повторной встрече нет.

— Кирт Пемброк, — первым поприветствовал я парня, как того требовал этикет. Он ведь учится на третьем курсе.

— Энкрид Эйзенхорн, — едва заметно кивнул кудрявый парень в ответ. — Не ожидал встретить вас здесь.

— Пришёл поддержать друга, — как есть ответил я, игнорируя сверлящий взгляд оппонента Винсента. — Теперь я уверен, что поединок пройдёт честно.

— Сочту за комплимент, — сразу заулыбался парень. Видно, не ожидал сходу услышать похвалу.

— Может, потом между собой поговорите? — осклабив зубы, зло рыкнул противник Винсента. — Я здесь, чтобы поставить этого зазнайку на место, а не ваши разговорчики слушать.

— Во-первых, следили бы вы за своим языком, Ваше Благородие. За это я вам на дуэли ещё больше тумаков отвешу, — сказал Винсент, шагнув вперёд. — Во-вторых, думаю, пора перестать тянуть кота за хвост. Быстрее сразимся, быстрее закончим. Мне ещё после с другими кандидатами драться.

С последним мой друг, конечно, преувеличил. Прозвучало так, будто он со своими противниками должен сражаться подряд, одним за другим.

— Ваше Сиятельство, займите любое место у трибун, — коротко попросил меня Кирт. — Что касается остальных, можете занять свои места на арене.

— Удачи тебе, — коротко поддержал я друга, после чего направился в сторону трибун. Там я выбрал удобное себе местечко, поближе к арене, после чего приготовился наблюдать за представлением.

Винсент и его противник, чьего имени я так до сих пор не узнал, также зашли на арену. Оба держали в руках деревянные копья. Само собой, боевое оружие использовать запрещалось. Хотя, если таким хорошенько ударить по голове, можно и пришибить ненароком человека.

«Судья» тем временем поднялся на смотровую вышку и принялся оглашать правила дуэли. Оппоненты их, само собой, знали, но того требовали формальности дуэли.

— Правило один. Поединок длится ровно пять минут. По истечении срока будет объявлена ничья. Правило два. Поединок можно досрочно закончить, признав поражение. Правило три. Если участник окажется не способен продолжить поединок, ему автоматически будет объявлено поражение. Правило четыре. Целиться в голову, лицо, глаза, шею или пах запрещено. Правило пять. Использование грязных приёмов запрещено. Правило шесть. Если оппонент сдался или не может оказывать сопротивление, второму воспрещается его атаковать, с целью нанести дополнительные увечья. Дуэлянты согласны с данными правилами?

— Да, — первым же ответил Винсент.

— Да, — повторил за ним его оппонент.

— В таком случае по моей команде можете начинать бой, — сказал Кирт, после чего вокруг арены поднялся магический барьер. — Пять. Четыре. Три. Два. Один. Начали.

Винсент и его противник одновременно стартовали вперёд, причём ничуть не сдерживаясь. Если обычно следовал обмен ударами с целью понять, на что способен противник и как двигается, эти действовали ровно наоборот. Первый даже сходу родовую технику применил, решив не скрывать до последнего свой туз в рукаве.

Мой друг не дурак, чтобы слепо бежать в атаку. Значит, он наверняка раньше сталкивался в бою со своим оппонентом и знает его повадки.

В считаные мгновения, поднимая клубы песчаной пыли за собой, они приблизились на расстояние удара.

Они принялись без остановки обмениваться новыми ударами, а я пытался уследить за всеми движениями. Взмах, выпад, отскок назад, удар сверху, подскок, нырок…

Сколько бы я ни концентрировал внимание на бое, уследить за всеми движениями у меня не получалось.

Сами выпады, подсечки, обманные удары и все остальные приёмы я хорошо различал. А вот как именно их делали, уже нет. Например, как Винсент двигал руками во время удара или куда ставил ногу, чтобы уйти вбок и увернуться. Тут мне не хватало восприятия, особенно из-за того, что оба использовали «усиление тела».

Я свою ману до такой степени не контролировал. Усилению тела воины учатся с детства, постепенно привыкая к физическим нагрузкам.

Жаль, я не могу использовать рунную магию на себе, чтобы расширить то же восприятие, например.

«Почему не могу?» — внезапно пронеслась мысль в голове.

Стоило мне об этом подумать, как в ладони появилось перо, после чего в считаное мгновение рука сама нарисовала знак в воздухе. Он сверкнул мягким, почти незаметным синим цветом, после чего лёг прямо мне на грудь.

Всё произошло настолько быстро, что никто из присутствующих в помещении не обратил на происходящее внимания. Хотя вот этому я ничуть не удивился — что судья, что дуэлянты были сконцентрированы на сражении. Кто стал бы обращать внимание на лёгкое изменение магического фона с моей стороны, особенно зная, что я не умею применять магию.

На мгновение мне показалось, что ничего не произошло, пока я не стал ощущать расходящееся тепло и лёгкость по всему телу.

Ещё через пару секунд, привыкнув к новым ощущениям, я заметил, что стал видеть вещи чётче, ярче, а сами атаки Винсента и его противника замедлились. Ну или, точнее, я начал поспевать за их движениями.

Тут мой взгляд невольно зацепился за противника моего друга. Даже несмотря на поднятую пыль, я заметил, как двигаются уголки его губ. Не знаю, что он сказал Винсенту, но последний после услышанного аж взревел. Его рык было слышно даже с трибун.

Одним рывком он сорвался с места, целясь прямым выпадом в корпус противника. Последний только этого и ждал, поскольку Винсент полностью открылся для ответного удара.

Так и случилось. Вражеское копьё попало ему в правое плечо. Учитывая, с какой скоростью Винсент летел вперёд, там дело не обошлось бы синяком. Минимум перелом. Правда, аристократ не учёл одного.

Винсента лучше не злить.

Получив удар, Винсент остановился, бросил своё оружие на землю, после чего схватил вражеское копьё и толкнул его на себя. Наглый аристократ никак не ожидал такого хода и растерялся, не догадавшись отпустить деревяшку вовремя.

Как следствие, он и его лицо встретились с кулаком Винсента. Потом ещё раз, ещё и ещё — до момента, пока не раздался голос судьи.

— Достаточно. Победа Винсента Кренча.

Услышав заветные слова, мой друг бросил обмякшее тело аристократа на песок. Учитывая его состояние, последнему точно требовался целитель. Всё-таки с таким разукрашенным кровью и синяками лицом в Академии появляться не стоило.

— Урод. Сволочь. В следующий раз вырву твой язык и… — продолжал ругаться Винсент, пока судья его не остановил.

— Ваше Благородие, — спокойным голосом, спустившись со смотровой вышки, сказал Кирт, после чего зашагал в сторону арены.

— Прошу прощения. Вырвалось, — поняв, о чём идёт речь, пробормотал Винсент.

— Всё в порядке. Я уже вызвал целителя. В следующий раз прошу не избивать до такой степени своих противников, — потрепал свои кудрявые волосы Кирт. — Если у кого-то будут вопросы по поводу использования грязных приёмов, посылайте этих людей сразу ко мне.

— Благодарю за вашу работу.

Обменявшись кивками, Винсент помахал мне рукой, после чего мы неспешно вышли из помещения.

— Видал, как я его? — довольным голосом спросил парень, когда мы отошли подальше от арены. — Копьё — это хорошо, но Кулак Яростного Грома ещё лучше!

— Ты же говорил, что используешь технику Кулака Разящего Грома. С каких пор он стал яростным? — усмехнулся я, наблюдая за тем, как в голове у Винсента работают шестерёнки.

— Ой, что было, то было. Какая разница, суть-то ты уловил! — воскликнул он и ловко увильнул от темы.

— Что тот аристократ тебе сказал, что так выбесил? — спросил я и заметил, как на лице Винсента сначала заиграли желваки, а затем приподнялись брови.

— Постой, а как ты заметил? Там же из-за пыли попробуй ещё что разглядеть.

— Я вообще-то такой же воин, как и ты, — парировал я вопрос.

— Резонно… — задумчиво ответил Винсент и посмотрел в верх. — Извини, я не могу сказать. Это… это больная тема, Энкрид. Дело не в том, что я не считаю тебя другом. Просто мне тяжело об этом говорить. Правда, без обид.

— Всё в порядке, — спокойно кивнул я. — У всех должны быть свои секреты.

— Значит, они у тебя тоже есть? — заметно повеселел Винсент, почувствовав смену темы разговора.

— Знал бы ты сколько, — рассмеялся я в ответ.

Глава 12

Оставшийся вечер, к моему превеликому счастью, я провёл в кровати. Идти сегодня на занятия не требовалось, так что я мог отдохнуть, собраться с мыслями и всё хорошенько обдумать.

Сейчас больше всего меня волновало само использование боевых рун. То, как я вчера усилил восприятие, могло стать хорошим подспорьем в бою, но и его надо тестировать, чтобы понимать пределы этой возможности, и нет ли у этого метода последствий. А то ведь так по идее легко получить сенсорный шок.

Если так посудить, наложение печатей на собственное тело пока что ничуть мне не навредило. Значит, следуя логике, при желании я могу стать сильнее, ловчее, быстрее или живучее, если нарисую нужный знак. Очень удобно, учитывая, что руну я могу нарисовать в считаные мгновения.

Только есть один нюанс. Отдача.

От простого усиления тела мои мышцы и кости крепче не станут. А ведь именно они в первую очередь подвергнутся нагрузке, к которой явно не будут готовы. Проблему можно решить созданием большего количества рунных знаков за раз, но мне пока рановато об этом задумываться. Контроля на всё не хватит, да и подход нужен комплексный.

То же самое касается увеличения ловкости и скорости. Самым подходящим навыком будет укрепление тела. Повышенная живучесть никогда лишней не бывает. Правда, рисовать и проверять этот знак тоже будет непросто. Не буду же я сам себя колотить, чтобы сравнить эффект до и после.

Придётся, похоже, предложить Винсенту тренироваться со мной в кулачных боях. Зная моего друга, последнему это будет только в радость. Впрочем, есть ещё другие рунные знаки, над которыми стоило бы поработать.

Ну что ж… Раз уж я выбил себе выходные, надо пользоваться возможностями. Правда, сначала схожу в столовую. Тренировки тренировками, а обед по расписанию. Заодно выпью пару чашек кофе, чтобы в себя до конца прийти.

Приняв душ и переодевшись, я открыл дверь и направился в столовую. Уже на выходе меня накрыло нехорошее предчувствие, но, к моему удивлению, ничего не произошло. По дороге мне не встретилось ни одного ученика. Всю дорогу я шёл в абсолютном одиночестве, что даже в некоторой степени удивляло.

Лишь войдя в столовую, я заприметил за одним из столов Шеварда Балтера с его шайкой друзей. Последних после инцидента с Виолеттой поубавилось на пару человек. Можно сказать, после такой истерики он ещё легко отделался.

Мне сразу показалось странным, что он пришёл в столовую в такую рань. Особенно ещё со всей своей группой. Ещё больше подозрений вызывала его кривая ухмылка в мой адрес. Про шепотки и хихиканье его «друзей» я тоже молчу. Неужто кража моей работы — их рук дело? Как-то непродуманно с их стороны, впрочем, нельзя забывать, что они все еще дети и им свойственны такие поступки.

Стоило мне подойти к подносам с едой, как всё встало на свои места.

— Доброе утро, — обратился я к одной из работниц столовой. Дородная женщина лет сорока, с румяными щёками, завидев меня, улыбнулась и подошла к стойке. — Позвольте поинтересоваться, куда исчезли все кондитерские изделия?

— Прошу прощения, Ваше Благородие. Вы, должно быть, не читали объявление на сайте Академии, — сочувствующим тоном ответила женщина. — Группа террористов напала на завод, поставляющий нам все кондитерские изделия. Скорее всего, до начала следующего семестра ситуация не изменится, если не найдут нового поставщика.

Тут я снова повернул взгляд в сторону Шеварда Балтера и заметил, как они за обе щеки уплетают эклеры и трубочки с ванильным кремом.

— А всё, что было, уже растащили, — сложив руки на груди, понимающе кивнул я.

— К сожалению, — раздосадованно покачала головой женщина.

— Ничего страшного, — улыбнулся я в ответ и подмигнул. — Самое главное, что вы продолжаете радовать нас своими блюдами. А десерты — это так, приятный бонус.

— Спасибо, Ваше Благородие, — ещё шире улыбнулась она, в то время как я принялся класть себе еду на поднос.

Не сказать, чтобы отсутствие десертов сильно разочаровало меня. Да, они приятно скрашивали день, но их отсутствие явно не стало таким уж концом света.

Если Шевард Балтер таким образом пытался мне отомстить, то я мог ему только посочувствовать. Это Винсент мог себе позволить за раз съесть десять, а то и двадцать тех же эклеров, запить всё это газировкой, чтобы потом заесть половиной торта. Он, можно сказать, ходячее исключение из правил.

Для других же подобная обжираловка как минимум закончится несварением желудка. Стоило ли из-за желания меня позлить стрелять себе в колено?

С другой стороны, Балтеру всего-то от силы пятнадцать, ну край шестнадцать лет. Да, он аристократ, к которым с раннего возраста начинают относиться как к взрослым, но сути это не меняет. Он юнец, а значит, скорее всего, будет идти на поводу мимолётных эмоций, а не здравой логики. Так что…

— Энкрид, если много думать, голова станет совсем большой и перестанет помещаться в дверной проём, — голос Алисы за спиной вырвал меня из раздумий.

— Смотрю, новым шутеечкам ты научилась у Винсента, — хмыкнул я в ответ и, повернувшись, вместо подноса с едой увидел у неё в руках коробку. — Это что?

— Секрет, — хитро улыбнулась она. При этом я заметил, что палец на её руке стал нервно стучать по картонной коробке. — Пойдём, сядем за стол. Заодно положу коробку. Устала её тащить с самого входа. Ещё бы ты знал, как я проголодалась!

— Винсента не ждём. Понял, — усмехнулся я на это заявление.

— Этот соня мне написал, что ему сон важнее завтрака, так что он его в этот раз пропустит, — тяжело вздохнула Алиса. — В общем, всё как обычно. Если нет десертов, то зачем же ему вставать? Он, кажется, вообще только ради них и идёт сюда завтракать.

— А ещё обедать и ужинать, — подчеркнул я, после чего неспешно зашагал вперёд. — Его, как мне кажется, кроме тортиков, только фастфуд и шашлык интересуют. Как вообще можно жить на такой диете, не представляю.

— Должно быть, мы с тобой чего-то не понимаем, — задумчиво проговорила Алиса.

— Кто знает, кто знает… — так же задумчиво ответил я.

Мы несколько минут разговаривали с Алисой, пока не сели завтракать за стол. К слову, конкретно это место всегда было свободным из-за нашей репутации. Помнится, Винсент чуть ли не устроил драку в столовой, когда кто-то попытался нас отсюда согнать. После того случая у дисциплинарного комитета к нам возникло очень много вопросов… Впрочем, это дело прошлого.

Ещё пятнадцать минут мы неспешно трапезничали. Всё это время я наблюдал, как у Алисы нервно дёргается палец, и задавался вопросом, что случилось. Зная её характер, раз она не сразу раскрыла все карты, значит, дело серьёзное. И эта странная коробка явно с этим как-то связана.

— Ладно уж, раз с едой закончили, может, расскажешь, что случилось? — перестал я ходить вокруг да около. — К чему вся эта загадочность?

— Ничего не случилось, — как ни в чём не бывало, ответила она. Только дёрнувшийся уголок губы говорил об обратном.

— Алиса, — настойчивее посмотрел я и сложил руки домиком на столе. — Я всегда люблю прямоту. Так что случилось?

— Я… — неловко ответила девушка, уронив взгляд на стол. — В общем, мой старший брат должен был поехать на благотворительный вечер. Однако внезапно на нашей территории открылось новое Подземелье, и брат оказался вынужден уйти в рейд. Поэтому вместо него теперь я должна туда поехать. Тем более что мероприятие проходит в столице.

— Допустим, — кивнул я, положив пальцы на подбородок. — Значит, не всё так просто?

— Мне нужен партнёр, — подняла она взгляд и посмотрела мне в глаза. — Там будет бал. А я… только не смейся, хорошо?

— Не буду, — максимально спокойным тоном ответил я, после чего снова положил руки на стол. — Тем более уже догадываюсь, в чём дело. Ты не умеешь танцевать?

— Как ты… — удивлённо спросила Алиса, чуть ли не просверлив меня взглядом, после чего быстро пришла в себя. — Да… хореография — не моя сильная сторона. Выискивать монстров по следам, карабкаться по деревьям, скалам — это мне с лёгкостью даётся, а вот танцы… Не моё это. Вот просто не моё. Не могу я, и всё тут. Отца это ничуть не смущает. Вот теперь не знаю, что делать.

— Так пойдём, — пожал я плечами и в очередной раз увидел, как у Алисы от удивления приподнялись брови. — Ну чего ты так на меня смотришь. Можно подумать, я бы отказался.

— Ну так… это же репутация, — озвучила она факт, с которым сложно спорить. — Если плохо потанцуешь, другие это заметят и будут сплетничать. А это может сказаться на будущих деловых отношениях.

— Алиса, как думаешь, мне что важнее — репутация или друзья? — серьёзным тоном спросил я, нахмурив брови и посмотрев на девушку.

Последняя резко опешила от вопроса, явно думая, что ответить. Помолчав секунд десять, она тихо выдавила:

— Извини… я не хотела…

Я не дал ей договорить.

— Всё в порядке, я обиды не держу и прекрасно понимаю ход твоих мыслей, — вновь вернул я себе спокойный тон. — Просто ты слишком серьёзно относишься к ситуации. Ну скажет парочка человек, что мы плохие танцоры, и что дальше? Земля уйдёт у нас из-под ног? Пустяки это всё, Алиса. И благотворительный вечер пройдёт как по маслу. К слову, когда он?

— Сегодня вечером, — немного смущённо ответила Алиса. Также я заметил, что у неё покраснели уши. — Я сама получила письмо от отца только вчера вечером. Пришлось даже отпрашиваться от занятий, чтобы всё успеть.

— Ничего страшного. Вечер так вечер, — пожал я плечами и решил побольше разрядить обстановку, а то Алиса по-прежнему сидела вся на нервах. — Всё равно у меня выходной. Как раз развеюсь на свежем воздухе, выйду в люди. А то сижу всё в библиотеке, книги читаю. С такими темпами я скоро стану её частью.

— Порой мне кажется, что оно так и есть, — наконец-то легко улыбнулась Алиса, после чего пододвинула коробку в мою сторону. — Можешь считать это компенсацией за то, что украла твой выходной.

— Не преувеличивай, — рассмеялся я в ответ. — Подумаешь, изменил немного планы. Я всё равно приятно и с пользой проведу с тобой время. Это не объясняться несколько часов дисциплинарному комитету, почему несколько парней валяются на полу и почему у каждого сломан нос. И ведь ещё попробуй докажи, что действовал в рамках самообороны.

— Мне бы твой оптимизм, — протянула девушка, в то время как я открыл коробку и увидел…

— Так ты всерьёз решила выполнить это шутливое обещание? — сказал я, увидев два десятка свежеиспечённых кремовых булочек.

— А почему не должна была? — недоумённо посмотрела на меня Алиса. — Ты так-то меня подтягиваешь в теоретической магии. Должна же я хоть как-то тебя отблагодарить. Что я за друг такой, если буду только брать и ничего не отдавать взамен?

— Я совсем недавно уже слышал эту фразу… — многозначительно сказал я, чувствуя дежавю. — Впрочем, такой благодарностью грех не воспользоваться. Ты тоже кушай, я это всё в одиночку не осилю. Я же не Винсент.

— Боюсь, мы тут вдвоём всё не осилим. Я-то порцию заказывала с расчётом на Винсента, а без этого обжоры мы всё не…

— Звали? — неожиданно за нашей спиной раздался знакомый голос. — Смотрю, я вовремя.

— Ты же говорил, что будешь спать! — дёрнула головой Алиса и косо посмотрела на Винсента.

— Говорил. Только будильник отключить забыл. А что толку спать, когда проснулся. Фиг заснёшь обратно, — как ни в чём не бывало, проговорил он, после чего сел за стол рядом с Алисой и сразу же взял из коробки булочку. — Как говорится, утро начинается с десерта, ведь если утро сладкое, то и сон будет таким же!

— Ты же это только что на ходу выдумал, — усмехнулся я, наблюдая, как Винсент за секунд пять полностью умял булку в руке.

— Не вижу никаких минусов, — с набитым ртом проговорил он, после чего проглотил остатки булки и продолжил: — Я так-то в душе поэт!

— Боюсь, амрательские поэты после такого заявления раз десять в гробу перевернулись, — озорно засмеялась Алиса, прикрыв рот ладошкой.

— Эй, я, вообще-то, в детстве стихи писал! Нечего тут смеяться! — воскликнул парень, взяв из коробки ещё одну булку.

— Алиса, нам бы лучше поторопиться, иначе через пару минут от десерта ничего не останется, — подметил я и тоже принялся уплетать десерт.

— Так и знала, что нужно было заказать две коробки, — задумчиво проговорила Алиса.

Пока девушка говорила, я краем глаза заметил Виолетту с подносом еды. Она некоторое время смотрела на нас, видимо, решая, стоит ей подойти к нам или нет. Так что я помахал ей рукой первым и предложил сесть рядом.

Девушка на секунду замялась, потупив взгляд в пол, после чего кивнула и уже куда увереннее двинулась вперёд.

— О! Виолетта, не стесняйся, садись к нам! — увидев знакомое лицо, заголосил Винсент.

Причём сделал это так громко, что остальные в столовой обернулись в нашу сторону. Зная моего друга, он ведь специально так сделал.

— Винсент, — тут Алиса не выдержала и ущипнула парня за руку. — Я чуть не оглохла!

— Прости, прости, — тут же, поняв свою ошибку, извинился друг. — Я не специально, оно само так получилось.

— Оправдания — не твоя сильная сторона, — устало вздохнула Алиса, после чего повернула голову. — Привет, Виолетта. Как сдала практику?

— Привет, — поставив поднос на стол и сев рядом со мной, в ответ помахала рукой Виолетта. — Кое-как сдала. Наставники в последнее время требуют от меня больше, чем от остальных.

— Та же проблема, — бросив взгляд на девушку, покачала головой Алиса. — Наставники как узнали, что я в Подземелье была и на монстров охотилась, так сразу устроили мне бег с препятствиями, с нормативами на скорость. Вообще продыху давать не хотят.

— О, так вы знакомы? — удивлённо спросил Винсент. У меня, в общем-то, была точно такая же реакция.

— Во время совместной практики познакомились, — развела руками Алиса. — Нашёл чему удивляться. Мы же все здесь учимся и хоть немного да знаем друг друга.

— Значит, теперь у нас не трио, а квартет! — важно заявил Винсент и тут же получил укоризненный взгляд от Алисы. — Понял, понял, не буду кричать. Только не надо меня опять щипать.

— Они всегда так себя ведут? — тихо прошептала мне на ухо Виолетта.

— Постоянно, — кивнув, так же тихо ответил я. — Ты привыкнешь. Наверное…

Наш завтрак прошёл в размеренной обстановке, если её можно так назвать. Винсент постоянно шутил, Алиса его время от времени подначивала, Виолетта делала свои вставки в разговоре, ну а я по большей части молчал и неспешно ел булочки, размышляя о жизни.

Я не планировал сегодня идти на занятия, но тут мне внезапно пришло на телефон сообщение от профессора Дорсета. Откуда он только ещё мой номер узнал, загадка.

«Всё готово. Приходи сегодня в 404 аудиторию, в 12 часов дня».

Такое вот короткое, но в то же время информативное сообщение. Потренироваться в рунной магии за оставшийся промежуток времени я бы не смог, поэтому потратил время на подготовку к благотворительному вечеру. Расспросил у Алисы, где будет проходить мероприятие, кто там будет, и всё в этом духе. Всё же мне нельзя ударить в грязь лицом, я же представитель своей семьи на этом мероприятии.

В четыреста четвёртую аудиторию я пришёл точно в срок и самым первым. Самого профессора я нигде не видел, зато помещение потихоньку наполнялось людьми. Некоторые, завидев меня, недоумённо смотрели, видимо гадая, что я здесь делаю. Большинство же никак не придало этому значения. Кроме, пожалуй, одного ученика, который при виде меня аж отшатнулся, словно испугался.

Обычный парень, с веснушками и рыжими волосами. Помнится, он пришёл поддержать Шеварда Балтера, когда тот соревновался с Виолеттой. Правда, ни его имени, ни рода я по-прежнему не знал. Да и, в общем-то, плевать.

Спустя где-то полчаса, когда аудитория заполнилась учениками, появился сам профессор Сайлас Дорсет. Вот и зачем меня позвал так рано, если сам припозднился?

Он неспешно подошёл к трибуне, быстро пройдясь взглядом по ученикам, после чего усилил голос с помощью магии.

— Вижу, среди вас появились новые лица, — спокойным тоном сказал он, подняв чуть вверх голову. — Представлюсь ещё раз. Профессор Сайлас Дорсет, ваш новый преподаватель истории, анатомии монстров и магического искусства. Время от времени мы будем совмещать эти три направления. Также скажу сразу: бездельников в своей аудитории я не потерплю. Если не готовы грызть гранит науки, можете даже не пытаться начинать. Нянчиться с вами я не собираюсь.

— Пришёл ещё один на нашу голову, — услышал я чей-то тихий шёпот за спиной.

— У меня хороший слух, — профессор тут же посмотрел в сторону говорившего. — Как я и говорил, можете в любой момент покинуть аудиторию. Я вам слова не скажу. Однако если останетесь, придётся очень сильно постараться, чтобы выйти хотя бы на средний балл. К слову об оценках. Большинство ваших сданных работ — это, конечно, что-то с чем-то.

— В каком смысле⁈ — в сердцах воскликнул один из учеников.

Такое поведение, само собой, не красило аристократа, но за годы учёбы в Академии каких только людей я не встречал. И ведь большинство так просто не исключишь, чтобы не обидеть их род. Нужна серьёзная причина, которую ещё попробуй найди.

— В прямом, молодой человек, — как ни в чём не бывало, ответил Дорсет. — Я, пока читал вашу работу, чуть не захлебнулся в воде. Три четверти текста — это расплывчатые формулировки и рассуждения ни о чём. Кол ставить не буду, через неделю принесёте новый доклад.

— Предыдущий преподаватель даже похвалил мою работу! — не унимался незнакомый мне ученик. — Какой кол! Это несправедливо!

— Ещё раз. Можете пожаловаться директору, а можете вызвать меня на дуэль, если решитесь, — стал потирать кулаки профессор, не отрывая взгляда от наглеца. — Ещё вопросы будут?

— Нет… — теперь уже понурым голосом ответил ученик, даже не думая повышать голос на мужчину.

— Прекрасно. А теперь ближе к делу, — сказал профессор и посмотрел в сторону другого ученика. Того самого рыжеволосого парня с веснушками, который постоянно тусовался в компании Балтера. — Среди всех прочих должен выделить работу Осмунда Лайспира. Должен признать, меня впечатлил ваш двадцатистраничный доклад, со всеми подробностями написанного. Хвалю.

— Благодарю, профессор, — нехотя проговорил рыжий парень, косо посмотрев на меня. Что ж, парень явно не дурак, раз заподозрил что-то неладное.

— Однако видите ли, тут какое дело. Точно такую же работу я получил от другого ученика, — слегка слукавил Дорсет. Хотя, справедливости ради, у меня были копии своих работ, которые я как раз хранил на случай утери. — Его зовут Энкрид Эйзенхорн, и он сейчас присутствует в этой аудитории. Поскольку даты сдачи работы совпадают, я не могу подтвердить, кому из вас двоих принадлежит доклад. Так что у меня нет другого выбора, кроме как лично проверить ваши знания.

— Каким образом? — к моему лёгкому удивлению, рыжий совсем успокоился.

Странно. Если уж считает, что контролирует ситуацию, то чего изначально выглядел таким нервным? Непонятно.

— Вы вместе с Энкридом выйдете вперёд и будете отвечать на вопросы, пока остальные ученики будут слушать, — по-доброму улыбнулся Сайлас Дорсет, после чего рукой позвал нас к себе. — Прошу выйти вперёд. Чего будем попусту терять время.

— Раз уж на то пошло, я не против, — самоуверенно ответил Осмунд Лайспир. Правда, это имя и род мне говорили примерно ровным счётом ничего.

— Хорошо, — так же коротко ответил я, встав из-за своего места и выйдя вперёд, не обращая внимания на шепотки других учеников.

«И всё же, что же ты задумал?» — промелькнула мысль в голове.

Осмунд Лайспир, несмотря на сложившуюся ситуацию, чувствовал себя абсолютно спокойно. Несмотря на произошедшее, никто не стал его обвинять в подмене доклада, а это главное.

Да, к сожалению, «нулёвке» насолить не удалось. Кто ж мог подумать, что он пойдёт жаловаться преподавателю, а тому будет не всё равно. По-хорошему, максимум чего бы он добился, это автомата, просто за заслуги. В идеале ему пришлось бы по-новому сдавать доклад, что можно было бы считать полноценной победой.

И на доклад не пришлось бы тратить время, и заодно он мог укрепить дружбу с Шевардом. В конце концов, это ему принадлежала идея с кражей доклада. Тем более что вся афера выглядела до боли простой. Всего-то требовалось использовать связи и подкупить продажного работника-архивариуса. Благо с деньгами у Осмунда никогда проблем не было.

Только скоропостижный перевод нового преподавателя порушил все планы. Предыдущий старик пальцем бы не пошевелил, чтобы хоть как-то вмешаться в ситуацию, а этот оказался тем ещё «образцовым профессором».

Хотя даже в этой ситуации есть свои преимущества.

«Не повезло тебе, нулёвка. Я очень хорошо знаю тему наследственности магии. Даже если ты принёс копию профессору, это ни на что не повлияет. Я первым сдал работу, а значит, если смогу правильно ответить на вопросы, тебя обвинят в клевете», — мелькали мысли в голове Осмунда, пока он глазел на своего оппонента.

С какой стороны ни посмотри, сплошные плюсы. Да, «нулёвка» по слухам силён в теоретической магии, но что с того? Максимум они оба правильно ответят на один и тот же вопрос.

«Видимо, небо сегодня благоволит мне», — продолжал витать в облаках парень, пока не услышал голос профессора.

— Вижу, вы оба готовы, — сказав это, он посмотрел прямо на Осмунда. — Начнём с вас. Для честности вопросы буду задавать поочерёдно.

— Как скажете, профессор, — коротко кивнул Осмунд.

— Начнём с чего попроще. Представим ситуацию, где воин, использующий арсенал воздушных техник, женился на заклинательнице, использующей ледяные искусства. У этих двух людей родились четыре ребёнка. С каким шансом дети переймут способности своих родителей?

«Ничего себе, с чего попроще. Эта тема так-то вообще вскользь упоминалась в учебнике», — подумал Осмунд.

Ему с трудом удалось сдержаться, чтобы не скривить лицо, глядя на ухмылку профессора. Ну ничего, она сейчас быстро пропадёт.

— Согласен, простой вопрос, — фальшиво улыбнулся в ответ Осмунд. — Тут всё очень просто. Всё зависит от того, чей дар сильнее. В большинстве своём это дар воинов. Соотношение идёт примерно три к одному.

— Есть что добавить к ответу? — с вызовом спросил профессор, сложив руки домиком на столе.

Подловить его хочет? Как бы не так.

— Из этого следует, что трое детей, скорее всего, переймут дар воина и атрибут воздуха, а оставшийся будет заклинателем с магией льда. В более редких случаях один из детей может родиться особо одарённым магом и будет хорош во всех четырёх направлениях, либо же станет воином с морозными искусствами или заклинателем, чьим главным оружием будет ветер.

«То-то ведь! Ты ж не думал, что так просто сможешь меня подловить⁈» — едва сдержал торжествующий смешок Осмунд, заметив, как профессор закрыл глаза.

— Хорошо, — помедлив с ответом, сказал преподаватель, после чего обратился к «нулёвке»: — Энкрид, вам есть что добавить?

«Да что тут добавлять? Я же чуть ли не всю статью наизусть пересказал!» — от услышанного у парня чуть глаза на лоб не полезли.

— Ответ Осмунда Лайспира в корне неверен. С имеющимися данными невозможно сделать даже примерные расчёты, — спокойным голосом проговорил «нулёвка».

— Всё верно, — как ни в чём не бывало, ответил Сайлас Дорсет.

— В смысле верно⁈ — в сердцах выпалил Осмунд и сжал кулак.

В этот момент ему стоило огромных трудов, чтобы сдержаться и не наговорить лишнего.

— Молодой человек, держите себя в руках, — раздражённо сказал профессор, стукнув пальцем по столу. — Не заставляйте меня повышать голос. Мы с вами находимся в аудитории, а не на базаре, чтобы перекрикивать друг друга.

— Прошу прощения, профессор. Этого больше не повторится, — сквозь зубы произнёс Осмунд. — Но не могли бы вы объяснить, в чём я неправ?

— Позволите? — безэмоционально спросил «нулёвка», сложив руки на груди.

— Прошу вперёд, — таким же тоном ответил ему преподаватель.

Услышав эти слова, «нулёвка» сразу же повернулся в сторону других учеников.

Да что этот «нулёвка» вообще себе позволяет⁈

Глава 13

Давненько меня так не сверлили взглядом. Даже тот же Шевард, когда проиграл, и то, по ощущениям, чувствовал меньше злости, чем Осмунд. Со вспыльчивостью, конечно, у парня явные проблемы…

— Описанная Его Благородием схема работает только в том случае, если в обоих родах на протяжении хотя бы десяти поколений рождались только воины с предрасположенностью к стихии ветра и заклинатели с предрасположенностью к морозной магии, — я взял небольшую паузу, переведя взгляд на своего оппонента. — Неизвестно, кем были отец и мать со стороны мужчины и женщины. Следовательно, не хватает данных, чтобы строить модель.

— Хорошо, — прежде, чем Осмунд успел мне что-то сказать, произнёс профессор. — Вам есть что добавить к своим словам?

— Да, поскольку ваш вопрос звучал иначе, — повернул я голову в сторону профессора и спокойно добавил: — Вы спросили, с каким шансом дети переймут способности своих родителей. Маг может не обладать талантом, например, к изучению тех же морозных техник, однако при должном усердии сможет их изучить и использовать. Просто это будет менее эффективно.

— Вот теперь всё верно, — довольно улыбнулся Сайлас Дорсет. Затем он с нарочито снисходительным тоном обратился к Осмунду: — Этот вопрос поднимался в сданном вами докладе. Странно, что Энкрид сразу понял, о чём я говорю, в отличие от вас. Впрочем, вполне возможно, всему виной стресс и усталость. Поэтому задам другой вопрос. В этот раз первым будет отвечать Его Сиятельство, чтобы всё по-честному.

— Слушаю вас, — внимательно посмотрел я на профессора.

— Назовите пример из доклада, когда из-за изменений в энергетической структуре меняется наследственность магии, — задал довольно интересный вопрос профессор.

— Род Альва и их чёрное пламя, — практически моментально ответил я.

— Отличный пример, — удовлетворённо кивнул Сайлас Дорсет, после чего глянул на Осмунда. — Вам есть что рассказать об этом роде, молодой человек?

— Род Альва был известен своими огненными техниками, благодаря которым они сжигали замки, крепости и даже города, — немного задумавшись, ответил парень, после чего нагло ухмыльнулся мне. — Так было до момента, пока будущий наследник рода не стал изучать тёмные искусства. Тогда их пламя преобразилось, став чем-то иным, нежели просто огнём.

Хороший и в целом правильный ответ. Не думал, что он окажется настолько осведомлён в теме. С такими знаниями он мог сам спокойно написать доклад за пару часов, а не воровать его у меня. Видимо, тут играла личная месть или желание подмазаться к Шеварду.

В любом случае, прежде чем выдавать мой доклад за свой, ему стоило хотя бы его прочитать.

— Энкрид? — снова обратился ко мне профессор.

— На тот момент будущий глава рода не стал изучать тёмные искусства, — покачал я головой и бросил мимолетный взгляд на слушающих нас учеников. — Он получил проклятие во время рейда в Подземелье. Ложные слухи об изучении тёмных искусств распространял род Харден, кровный враг Альвов. Об этом можно узнать из книги «Проклятия родов», где подробно расписаны свойства тёмного пламени и то, каким образом род Альвов оказался проклят.

— Ровно то, что и было написано в докладе. Даже источник верно указан, — с этими словами профессор встал и посмотрел на как-то неестественно побледневшего Осмунда. — Вижу, молодой человек, что материал вы знаете выше среднего, но доклад явно принадлежал не вам. Лжецов в своей аудитории я терпеть не могу, поэтому прошу вас покинуть аудиторию.

Ученики тут же стали шептаться между собой. В аудитории поднялся такой гул, что было сложно что-то разобрать.

— Я буду!.. — поднял указательный палец паренёк, но не успел ничего толком сказать.

— Жалуйтесь, сколько хотите. Окончательное решение за мной, — спокойно ответил мужчина. — Максимум, что могу посоветовать, — это вернуться в свою комнату и дождаться прибытия членов дисциплинарного комитета. Теперь они будут решать данный вопрос. Вы, Энкрид, тоже можете быть свободны.

— Раз уж я здесь, то предпочту остаться и послушать лекцию, — чуть подумав, ответил я, намеренно не отрывая взгляда от Осмунда. Последний покраснел так, будто собирался взорваться, как вулкан. Даже костяшки на руках побелели от злобы.

— Выбор за вами, — сказал профессор и сел обратно за стол. — Можете выбрать любое свободное место. А вас, Осмунд Лайспир, прошу ещё раз покинуть аудиторию. Не заставляйте меня прямо сюда вызывать охрану.

— Не думай, что это конец, — тихо, сквозь зубы, прошептал он мне, чтобы никто его не мог услышать. Правда, видимо, забыл, что у профессора Дорсет очень хороший слух.

— До скорых встреч, — в ответ на словесный выпад я добродушно улыбнулся и помахал ему рукой, наблюдая за тем, как он уходит под тяжёлый взгляд профессора.

Правда, чувствую, после случившегося я с ним не встречусь. За подделывание работы выговором он не обойдётся. Скорее всего, его временно отстранят от учёбы и оставят на второй год. Или же вовсе исключат из Академии, поскольку он скрывал этот факт и ко всему прочему подкупил работника Академии.

Что ж, не думал до конца, что Сайлас Дорсет будет прав, но всё прошло как нельзя лучше. Одним обидчиком стало меньше, плюс я заработал себе неплохую репутацию среди других учеников.

Кто-то, конечно, будет разносить сплетни, якобы мы с профессором подставили несчастного Осмунда, но это уже мелочи. Всегда найдутся те, кто будет готов поверить в любой бред, если им это будет выгодно.

Ладно, теперь дело за малым. Дослушать лекцию, а затем готовиться к походу на благотворительный вечер. Развеяться всяко не помешает. Того глядишь, новые идеи в голову придут. Заодно узнаю, какой же из Алисы на самом деле танцор.

На благотворительный вечер я ехал в гордом одиночестве, на пассажирском сиденье. Хотелось, конечно, поехать сразу вместе с Алисой, чтобы поездка прошла веселее, но тогда нас точно поняли бы не так.

На подобного рода мероприятие принято было ехать одному. Если мужчина вдруг приехал вместе с девушкой, то это означало, что они встречаются и готовятся скоро объявить помолвку, ну или у них в целом более близкие отношения, чем дружеские.

Так что выбора мне практически не оставили. Зато я мог подумать о рунах и Системе. Тоже, как ни посмотри, плюс.

Оделся я тоже под стать мероприятию. Синий пиджак под такого же цвета брюки, чёрные туфли, галстук, рубашка. В общем, как любят шутить в Амрателе, — стандартный набор джентльмена.

Отдельно ещё пришлось запариться с парфюмом. Я что в прошлой жизни, что в этой практически ими не пользовался, о чём и сообщил Алисе. Последняя этому факту очень возмутилась и в срочном порядке помогла подобрать аромат из своей коллекции духов.

Причём про неё она ни мне, ни Винсенту ничего не рассказывала… Уж не знаю, стеснялась ли или, наоборот, считала своё увлечение чем-то не столь важным. Но как факт: дома у неё лежало несколько десятков мужских и женских флаконов.

Я выбрал себе лёгкий фруктово-ореховый, терпкий аромат. Странное сочетание, на мой взгляд, но весьма интересное. Алиса ещё почему-то сказала, что этот парфюм мне очень подходит, но причины такого выбора для меня остались загадкой.

В остальном подготовка прошла без сучка и задоринки. Разве что автомобиль рода пришлось ждать больше часа. Можно было, конечно, поехать в обычном автомобиле, на которых ездят слуги, но подобные действия не подобают аристократу. Поэтому я ехал в своеобразном подобии лимузина.

Зато внутри по моей просьбе всегда находились коробки с соками. Всегда приятно смотреть в окно, пить апельсиновый сок из соломинки, смотреть в окно на ночные огни города и размышлять о своём. Есть в этом что-то завораживающее и душетрепещущее, что невозможно описать обычными словами. Скорее, уж только прочувствовать.

— Почти приехали, молодой господин, — голос водителя вырвал меня из размышлений.

— Хорошо, — ответил я и заприметил здание, куда мы приехали.

Со стороны чем-то оно напоминало небольшой дворец посреди города. Впереди красовались резные колонны с затейливыми узорами на входе у ворот. За ними шла брусчатая дорога, с левой и правой стороны которой росли небольшие деревья и цветы.

Но больше всего выделялось само здание. На его фоне аукционный дом Вальтеросов выглядел как маленькое, ничем не примечательное поместье. С трудом представляю, сколько стоила аренда бального зала в таком месте. Хозяин благотворительного вечера явно решил раскошелиться.

Подъехав к парковке, ко мне вновь обратился водитель.

— Желаю приятно провести вечер, молодой господин, — сказал он, посмотрев на меня через зеркало заднего вида.

— Благодарю, — коротко кивнул я в ответ, после чего дождался, пока слуга откроет мне дверь.

Выйдя из автомобиля, я прямиком направился в сторону входа. Помимо двух крупных охранников, возле дверей стоял старик в смокинге. В глаза также бросались уложенные назад седые волосы — такую причёску обычно носили дворецкие. Не удивлюсь, если он когда-то им и был.

— Ваше приглашение, — обратился ко мне дворецкий, как только я подошёл к дверям.

— Я с Алисой Лэйвин, — спокойно ответил я, смотря дворецкому в глаза.

— Энкрид Эйзенхорн? — сразу же уточнил старик, так же окидывая меня взглядом.

— Он самый, — не меняя тона, ответил я.

— Хорошо. Проходите, — с этими словами он подошёл к дверям, дёрнул за ручку и открыл их назад, после чего жестом пригласил меня пройти вперёд.

— Благодарю, — с этими словами я прошёл внутрь коридора.

Не сказать, чтобы внутреннее убранство коридора меня как-то удивило. Обычная красная ковровая дорожка, пустые стены, окрашенные в блёкло-зелёный цвет, белый потолок. В целом, не за что было зацепиться глазу. Правда, это всё играло для контраста.

Стоило мне попасть в бальный зал, как картина в корне преобразилась и наполнилась яркими красками.

Огромный зал, множество столов с закусками, вокруг которых безостановочно кружили слуги. Повсюду парами или группами сновали аристократы, о чём-то мирно беседуя с бокалами в руках. Громадные люстры освещали зал золотистым цветом, который затейливо отражался в мраморной плитке на полу. Потолок украшали бесконечные фрески, а саму картину дополнял живой оркестр в конце зала.

Если бы мне сказали описать увиденное одним словом, я бы сказал: роскошно.

Теперь я не удивлён, почему Алиса так боялась ударить в грязь лицом из-за танцев. Здесь собралось несколько сотен представителей аристократических родов, причём большинство, скорее всего, из столицы, а не просто с окраин.

С одной стороны, это огромные возможности засветиться и нарастить связи с множеством влиятельных родов. С другой — есть риск заработать дурную репутацию на ровном месте, если хоть где-то ошибёшься. Тем более в случае Алисы.

То, что род Лэйвин послал в качестве представителя наследницу, которая даже не достигла совершеннолетия, можно трактовать по-разному. Сомневаюсь, что хозяин того же благотворительного вечера будет разбираться в причинах такого выбора.

Впрочем, сделанного не воротишь назад. Значит, нужно расслабиться и просто получать удовольствие от происходящего. Как правило, это лучший способ сделать так, чтобы всё прошло без сучка и задоринки.

— Энкрид, — услышав голос за спиной, я обернулся и увидел Алису.

Надо сказать, в этот момент я на пару секунд опешил.

Ещё со средних классов я видел Алису только в академической форме, если не считать наш поход в Подземелье. Она в ней выходила даже на улицу, когда я приглашал её погулять. А тут…

Девушка стояла передо мной в длинном, огненно-красном платье с закрытыми рукавами. Последние украшали узоры в виде синих цветов, распускающихся на ветвях. Сами волосы у неё были заплетены в пучок и держались на нефритовой заколке.

Такой я её видел впервые и, надо сказать, выглядела она симпатично. Даже более чем.

— Сегодня ты особенно потрясающе выглядишь, — улыбнулся я и подмигнул девушке.

— Нашёл время издеваться, Энкрид, — тихо сквозь зубы и, сохраняя улыбку, чтобы никто не услышал, сказала Алиса. — Думаешь, я сама в восторге носить такое?

— Так я серьёзно, — я шагнул и наклонился вперёд. — Тебе очень идёт.

— Я… — аж растерялась девушка. Видимо, не привыкла получать комплименты от мужчин. — Энкрид, тоже нашёл время! Хватит вгонять меня в краску.

— В такие моменты ты выглядишь ещё милее, — ещё шире заулыбался я.

От услышанного у неё покраснели и щёчки, и ушки. Причём, в целом, я нигде не соврал.

— Пожалуйста, давай просто немного вместе прогуляемся, — переведя дыхание, попросила девушка. — Танцы начнутся через несколько часов, так что сможем заодно пообщаться с другими гостями. Новые знакомства никогда не бывают лишними, особенно когда не знаешь, где они могут пригодиться.

— Ловко ты соскочила с темы разговора. Я даже сразу не понял, — тихо рассмеялся я в ответ.

— Там есть твои любимые пирожные с фисташковым кремом, — зашла с козырей Алиса.

— Так чего мы ждём? Пошли скорее, пока всё не съели, — сказал я, сразу решительно зашагав к столу с десертами.

Минут двадцать мы с Алисой расхаживали к разным столам. Время от времени к нам подходили аристократы с целью познакомиться поближе. Первыми на контакт мы не шли в силу возраста.

Подойди мы первыми к кому-то из старшего поколения, и наши действия могли легко счесть за неуважение из-за этикета. Такое поведение с натяжкой дозволялось лишь тем, чей статус намного превосходил собеседника.

Например, если бы к какому-нибудь главе рода первым подошёл бы член императорской семьи. Там никто бы не стал обращать внимания на возраст. Скорее уж, наоборот, сочли бы за честь такое обращение.

— Не скучай, — перед тем, как расстаться, озорно прошептала мне на ушко Алиса.

Видимо, так решила отомстить за то, что я заставил её смущаться.

— Это будет непросто, но я постараюсь, — шутливым тоном ответил я, помахав девушке на прощание.

Теперь, в общем-то, дело оставалось за малым — наблюдать за аристократами, прислушиваться, о чём они говорят, и ждать, пока кто-нибудь ко мне подойдёт.

Стоило Алисе отойти, как у меня сразу закралась мысль призвать рунное перо и использовать на себе усиление восприятия. В целом, в такой толпе вряд ли бы хоть кто-то заметил лёгкое магическое колебание. Саму руну я же рисовал так быстро, что, если не знать, куда смотреть, вряд ли бы кто-то увидел сам знак.

Правда, как обычно, от этой мысли меня отвлёк вальяжный женский голос. Причём отдалённо знакомый. Словно я где-то его уже слышал.

— Вы, должно быть, Энкрид Эйзенхорн, — обернувшись на звук, я увидел, пусть и не лично, но знакомую мне аристократку.

На меня смотрела голубоглазая блондинка с распущенными до плеч волосами. Она была в зелёном, облегающем платье, с частично открытыми рукавами. Правда, взгляд всё равно в первую очередь падал на изгибы и формы тела, которые платье очень хорошо подчёркивало. Впрочем, для этого такие наряды и берут в свой арсенал.

— А вы, так понимаю, Ревейн Вальтерос, — сказал я, вспомнив имя ведущей аукционного дома. — Удивлён, что вы знаете мою внешность. Как мне помнится, лично мы с вами не встречались.

— Я не меньше удивлена вашей памяти, — в ответ улыбнулась Ревейн. При этом взгляд у неё был такой… пронзительный, я бы сказал. Словно она пыталась заглянуть мне прямо в душу, чтобы понять, о чём я думаю. Похоже на профдеформацию, учитывая её ремесло. — Вы правы, лично мы с вами не встречались. Однако ваш визит я запомнила. Должна же я как представительница своего дома знать клиентов в лицо. Особенно тех, кто готов покупать даже самые необычные товары.

Неплохо она, конечно, намекнула на то, почему завела со мной разговор. Что ж, это даже хорошо нам обоим. Чувствую, мне со своей Системой придётся постоянно затариваться самыми разными материалами. Для неё же это выгода как по деньгам, так и по репутации.

— Очень удобно покупать вещи там, где их пришлось бы выискивать неделями, а то и месяцами, — улыбнулся я, после чего подобрал со стола бокал с каким-то безалкогольным напитком. Пригубив его, я добавил: — Впредь, если мне понадобится что-то редкое и ценное, я буду не прочь посетить дом Вальтеросов.

— Род Вальтеросов всегда будет рад видеть Эйзенхорнов в своих стенах, — сказала она, точно так же взяв бокал в руки со стола.

— Приму к сведению, — чуть кивнув, снова вежливо улыбнулся.

Мы ещё пару минут разговаривали на обобщённые темы, в основном касающиеся самого благотворительного вечера, после чего попрощались друг с другом.

С одной стороны, могло показаться, что наша встреча и разговор закончились ничем, но это не совсем так. Ревейн обозначила тот факт, что помнит клиентов и своих клиентов, чем себя и зарекомендовала.

Вдобавок этим она прибавила шанс того, что я снова приду к ним на аукцион, а не стану покупать вещи в алхимических лавках, кузницах и тому подобных местах.

Кроме того, она показала, что дом Вальтеросов торгует, в том числе и с Эйзенхорнами. Учитывая, что мой отец дружит с Его Императорским Величеством, это довольно хорошая самореклама. Впрочем, данное внимание играло в обе стороны, особенно для меня.

Также наше личное знакомство может в дальнейшем сыграть свою роль. А вот какую именно — тут уже зависит от того, как сложатся наши отношения.

Не успел я отойти от стола, как мой взгляд неожиданно упёрся в Шеварда Балтера. Наши взгляды встретились, и я мог определённо сказать, что он удивился не меньше моего. В голове даже невольно пронеслась мысль о том, как тесен мир. Хотя казалось бы, м-да…

Что-то этот парень зачастил появляться в моей жизни. С другой стороны, почему-то я нашей встрече совсем не удивлён.

На мгновение мне показалось, что он решит проигнорировать меня, но, видимо, чувство гордости не позволило оставить всё как есть. Он тут же, не медля ни секунды, подошёл ко мне.

— Вот уж не думал встретить вас здесь, Энкрид Эйзенхорн, — фальшиво улыбнулся он, обойдя стол и встав напротив меня. — Не могу никак припомнить, чтобы видел ваше имя в списке гостей. Если не секрет, что вы здесь делаете?

М-да уж. Так открыто язвить в присутствии других аристократов — это надо уметь. Видать, гордость ему совсем затуманила разум. Других причин такому поведению я найти не могу.

Я мог, конечно, ответить Шеварду в духе: «А твоё какое дело, дружочек». Но это было бы слишком фривольно. Так что я решил надавить на больное.

— Никакого секрета нет. Меня пригласили, я пришёл, — как ни в чём не бывало, ответил я и сразу же добавил: — Хотя должен отметить, что тоже не ожидал вас здесь увидеть.

— Это почему же? — зацепился за слова сын маркиза. — Род Балтеров, между прочим, пожертвовал немаленькую сумму на благотворительность.

— Речь конкретно про вас, уважаемый Шевард, — наигранно вежливым тоном ответил я, водя рукой бокал по воздуху. — Наблюдая утром, с каким остервенением вы поедали вчерашние десерты, мне казалось, что вы заработаете себе несварение желудка и отправитесь в лазарет. Однако должен признать, у вас крепкое здоровье, раз вы стоите здесь, передо мной. Даже удивительно.

Лицо Шеварда аж перекосилось от услышанного. Левое веко его глаза стало без остановки дёргаться. Сам он сжимал и разжимал кулак, явно пытаясь взять себя в руки. Правда, достойный ответ ему в голову всё не приходил и не приходил.

— Был рад с вами повидаться. Увидимся в Академии, — сказал я и, не дожидаясь ответа, развернулся и ушёл в сторону, подальше от парня.

За спиной я услышал неразборчивую ругань, в которую даже не пытался вслушиваться.

В этот момент мне даже стало жаль Винсента. Не повезло ему, конечно, с одноклассником. И как только мой друг его ещё на дуэль не вызвал? Вопрос хороший.

Надо сказать Алисе спасибо. Уже одна эта встреча с Шевардом и возможность его поставить на место стоила того, чтобы я сюда пришёл. Приятно было увидеть такую его реакцию. Такой укол он запомнит надолго, сомневаться не приходится.

Ладно, разборки с неприятелями — это одно, а ужин — другое. Я, пока шёл с Алисой, даже ничего толком не поел. Не танцевать же мне с Алисой на голодный желудок. На голодный желудок что-то делать вообще большая глупость как по мне.

Глава 14

Следующие несколько часов прошли размеренно и спокойно. Я гулял по залу, наслаждаясь музыкой, и примерно раз в десять-пятнадцать минут ко мне подходили знакомиться аристократы. Никаких новых стычек не происходило, так что я был этому очень рад.

А вот Алиса с каждым новым часом выглядела всё более нервной. Каждый раз, когда я видел её в зале, она всё быстрее дёргала своим мизинцем, пусть и пыталась это скрыть. Это проявлялось даже во время того, как она с кем-то разговаривала.

Причина этому явно была уже не в танцах. За девушкой чуть ли не по пятам шёл и пялился молодой аристократ, лет так шестнадцати-семнадцати.

Своей внешностью он выделялся на фоне остальных. Белые, как снег, волосы, голубые глаза с длинными ресницами, мягкие черты лица. Также в глаза бросались широкие плечи, острый взгляд. Как минимум стоило мне на него посмотреть, как он тут же обратил на меня внимание. Такое ощущение пространства вокруг себя свойственно воинам, которые как раз такое не упускают.

Причём, судя по всему, парень даже не использовал усиление тела для этого. По крайней мере, никаких колебаний маны вокруг него я не почувствовал. Как минимум это знак того, что-либо незнакомец родился гением, либо с детства тренировался не покладая рук. Либо сразу и то, и другое.

Любопытно, чем же его тогда так зацепила Алиса? Такое настойчивое внимание и интерес со стороны выглядят странно, даже если учесть, что они знакомы. Как-то оно всё подозрительно…

К тому же моё сердце вновь посетило нехорошее предчувствие. Как пить дать чувствую, что найду сегодня приключений на свою пятую точку… С другой стороны, какая же это жизнь, если в ней всё сплошь тишь да гладь?

Размышляя об этом, я неспешно подошёл к Алисе, держа бокал в руках, после чего встал сбоку от неё.

— Кто он? — спокойно спросил я и пригубил содержимое бокала.

Мята с вишнёвыми нотками. Необычно.

— О чём ты? — сделала вид, что ничего не поняла Алиса. Встретившись же со мной взглядом, она быстро перестала валять дурака. — Извини. Я не думала, что он здесь появится. Мне, правда, не хочется втягивать тебя в свои проблемы. Пожалуйста, не вмешивайся. Я справлюсь.

— Боюсь, что вынужден отказать, — на моём лице появилась озорная улыбка. — Не надо взваливать всё на одни плечи. Тем более, когда я согласился помочь.

— Это другое, Энкрид, — продолжила упираться девушка, но не сказать, чтобы сильно. — Ты не понимаешь…

— Как раз понимаю, что ты из-за него ходишь вся на иголках, — вновь отпил я из бокала, после чего посмотрел в сторону живого оркестра. — Не думаешь же ты, что я позволю кому-то обидеть своего друга?

Взгляд Алисы на секунду оцепенел. Она открыла рот, чтобы что-то сказать, но тут оркестр резко перестал играть. Гул в зале затих, и по всему помещению раздался мужской голос, принадлежавший хозяину благотворительного вечера. Для этого он точно использовал специальный артефакт, чтобы каждый мог услышать его речь.

— Уважаемые дамы и господа. Я ещё раз хочу выразить благодарность всем тем, кто пришёл на мероприятие и пожертвовал деньги на гуманитарную помощь пострадавшим от нападения монстров, — хозяин вечера взял небольшую паузу, прежде чем добавить: — Ваша помощь не будет забыта.

По всему залу раздались аплодисменты, после чего оркестр тут же заиграл медленную, монотонную музыку, символизирующую начало танцев. Ну, или, точнее, они таким образом давали время, чтобы мужчины и женщины могли выбрать себе партнёров, прежде чем начнутся сами танцы.

Беловолосый паренёк будто только и ждал этого момента. Размеренной походкой он уверенно направился в нашу сторону, демонстративно игнорируя меня и бросая взгляд только на Алису. Надо же какой гордец. Хотя, может быть, таким образом молодой аристократ пытался меня взбесить и спровоцировать на глупость. Кто ж знает, что у таких может быть в голове.

— Алиса Лейвин, какая встреча, — с фальшивой улыбкой и тоном проговорил парень. — Вы прекрасны, как всегда. Надеюсь, вам нравится проводимый вечер.

— Приветствую вас, Ваша Светлость, — кивнула она, едва слышно скребя зубами. — Да, вечер проходит в весьма приятной атмосфере.

— Я так смотрю, в этот раз вы со спутником, — не меняясь в тоне, незнакомец слегка повернул голову в мою сторону. — Как насчёт познакомить меня с ним?

Показная вежливость, граничащая с оскорблением. А опыт у паренька имеется. Будь на моём месте Винсент, боюсь представить, как он отреагировал бы на такие высказывания.

— Отчего бы не познакомиться, — небрежно играясь с бокалом, сказал я и сделал шаг в сторону незнакомца. — Раз уж вы первым подошли, как насчёт представиться?

— Ох, прошу прощения, моя оплошность, — вальяжным тоном проговорил парень. Только, в отличие от Ревейны, его слова так и сквозили желчью. — Княжич Роланд Хартвуд.

— Энкрид Эйзенхорн, — коротко представился я, не озвучивая титула. Небольшой укол с моей стороны, поскольку получалось, что этот Роланд Хартвуд кичится своим статусом.

— О, наслышан о вас, наслышан, — в голосе княжича сразу появились весёлые нотки. — Если не изменяет память, вы родились без дара, но при этом учитесь в Столичной Академии.

— Правильнее будет сказать, что я не могу ощущать ману и, следственно, воздействовать на неё, — не меняя спокойного тона, ответил я, продолжая поигрывать бокалом в руке. — Впрочем, этот недуг совершенно не мешает мне осваивать теоретическую магию.

— Так значит, вы учитесь в Академии только за счёт хороших оценок? — с наигранным удивлением спросил княжич.

Тут он, конечно, стал совсем переигрывать с мимикой, хотя сам словесный выпад неплох. Для окружающих это ведь буквально звучит так, будто меня держат в Академии только из-за связей.

— Как и любой другой ученик, — кивнул я, после чего, выдержав небольшую паузу и отпив напитка, добавил: — Столичная Академия — достаточно престижное место, чтобы не держать тех, кто не готов грызть гранит науки. Или вы намекаете, что это не так?

— Ну что вы, — рассмеялся княжич, бросив короткий взгляд на Алису. Та от него аж дёрнулась и отступила назад. Странно. Она даже при встрече с гигантским кобольдом так себя не вела. — Я, наоборот, поражён, что такой человек, даже не имея возможности творить магию, добился таких успехов.

— Приятно знать, что я имею такую популярность за пределами Академии, — ухмыльнулся я в ответ.

Три-четыре секунды мы молча стояли друг перед другом. Видимо, княжич переваривал информацию, прежде чем сделать ответный шаг. Я же просто с интересом ждал, когда Роланд начнёт действовать. Благо ждать долго не пришлось.

— Я бы с удовольствием с вами побольше поболтал, уважаемый Энкрид, однако, боюсь, близится время танцев, — вернув себе фальшивую улыбку, парень сделал ещё один шаг вперёд. — Вы не против уступить мне Алису, чтобы мы вдвоём могли насладиться танцем?

— Против, — спокойно ответил я, смерив его холодным взглядом.

— П-против? — теперь уже искренне удивлённо переспросил княжич. На миг я заметил, как у него дёрнулась бровь от услышанного. — И всё же я хочу настоять на своей просьбе!

В этот момент мы впервые встретились взглядом за весь разговор, и я наконец понял, почему Алиса так странно себя вела.

Меня сразу обдало леденящим душу морозом. Организм и все чувства буквально кричали об опасности, требуя немедленно бежать назад.

Правда, такие чувства для меня были не в новинку. Во время сражений с отцом на мечах я испытывал куда более яркие эмоции. Особенно, когда случайно пропускал удар.

Только если отец давил аурой и силой, то здесь словно крылось что-то другое. Возможно, это часть его родовой техники или своего рода проклятие? Любопытно, конечно. Надо будет потом поспрашивать Алису про род Хартвудов или почитать о них самому. Впрочем, ладно, эти мысли можно отложить на потом.

— И всё же вынужден отказать, — как ни в чём не бывало, улыбнулся я, после чего развернулся и подошёл к Алисе. — Мы уже договорились, что весь вечер будем танцевать друг с другом. Так что, боюсь, вам придётся поискать другую избранницу.

— Вот оно что… — на секунду застыл парень, молча переваривая отказ. Судя по дёрнувшейся брови, не такого поворота он ожидал. — Что ж, в таком случае мне остаётся пожелать вам приятного танца.

— Премного благодарен, — вежливо улыбнулся я, после чего взял Алису за руку. — Пойдём вперёд. Если уж сиять, то у всех на виду.

— А? — ёкнула она, не сразу поняв, что произошло. Похоже, кое-кто очень вслушался в наш разговор.

— Не переживай и полностью доверься мне, — показал я самую широкую улыбку, которую только мог, после чего подмигнул девушке. — Главное в танце — это наслаждение.

— Да… — кивнула она и, двигаясь за мной вперёд, крепче сжала мою ладонь. — Извини, если выгляжу немного растерянной. Просто оно разом всё на меня навалилось, а я к такому не была готова… Спасибо ещё раз. Если бы не ты, не знаю, что бы я делала.

— Всё в порядке, — ответил я и, положив пустой бокал на один из столов, добавил: — Не знаю, какие у вас отношения с княжичем, но я тебя в обиду этому лощенному мерзавцу не дам.

— Первый раз слышу, чтобы ты так выражался, — девушка от удивления аж приподняла брови.

— Так мне настолько скользкие аристократы не попадались, — весело усмехнулся я. — На фоне этого Роланда Шевард Балтер просто душка. Ещё и взглядом пытался меня запугать. Разве можно лестно отзываться о таком человеке?

— Видимо, я никогда не привыкну к твоей с Винсентом прямолинейности… — тихо сказала девушка, после чего не сдержалась и рассмеялась, прикрыв рот ладошкой.

Что ж, вот теперь можно точно уверенно сказать, что танец пройдёт отлично. А если уж княжич что-то захочет эдакое выкинуть во время танцев, то пусть пеняет на себя. И чего только таким людям на месте не сидится?

Стоило нам с Алисой подойти ближе к центру зала, как оркестр потихоньку стал наращивать темп.

В моей прошлой жизни бальные танцы начинались с полонеза. Так сказать, со вступительного танца. Бальные танцы в Амрателе, конечно, отличались. Как-никак иная история и другая культура — все это накладывает свои особенности.

Главной культурной особенностью империи было наращивание темпа. Каждый новый танец во время бала становился всё быстрее и сложнее. Издревле таким образом традиционно показывали своё мастерство. Ну и заодно позволяли оставаться танцевать под конец самым умелым, когда большинство хватало лишь на несколько первых кругов танцев.

Правда, изначально такими танцами занимались исключительно воины. Усиливая тело, они демонстрировали свою ловкость, скорость и реакцию принятия решений. Сама музыка и музыканты тогда тоже отличались, не говоря уже о том, что в процессе все практически всегда импровизировали. Впрочем, это уже детали.

— Думаю, пора и нам блистать на сцене, — весело улыбнулся я, после чего повернулся лицом к Алисе.

Левой рукой я взял её за талию, а правой аккуратно взял ладонь. Оказавшись на таком близком расстоянии, я уловил приятный клубничный аромат её духов.

— Да… — неуверенно ответила она, опустив взгляд мне на грудь. Видимо, таким образом пыталась сконцентрироваться на происходящем и не смотреть мне в глаза.

Шаг влево, шаг вперёд, шаг вправо, шаг назад… Мы, как и все остальные, неспешно двигались в такт музыке.

Алиса практически идеально выполняла движения, но её шаги всё так же были неуверенными, да и сама девушка дрожала, как осенний лист. Так что я решил её приободрить.

— У тебя хорошо получается, — ничуть не привирая, сказал я. — Не нервничай ты так. С тобой ведь танцевать одно удовольствие.

— Энкрид, вот ты… — уже в который раз за вечер у девушки покраснели щёчки и ушки. — Хватит меня смущать комплиментами. Я будто не танцую, а… в общем, ты понял.

Несмотря на возмущение, шаги девушки стали твёрже, а взгляд увереннее. Она стала меньше дрожать и теперь смотрела мне в глаза.

— Так я всегда говорю правду и только правду, — сказал я, подняв правую ладонь девушки, и в тот же момент сблизился с ней, знаменуя конец танца.

Мы замерли, и наши взгляды встретились. Несколько секунд мы молча смотрели друг на друга, пока я не отпустил ладонь девушки. Спустя ещё мгновение Алиса встрепенулась и сделала шаг назад, видимо, решив, что мы стоим слишком близко друг к другу.

— Хорошее начало танцев, — понимая, что Алиса первой не заговорит, я перехватил инициативу на себя. К тому же мне не хотелось настолько сильно вгонять её в краску. — Зря ты, конечно, себя накручивала, что не умеешь танцевать. Скорее уж, тебе попадались неудачные партнёры.

— Ты, правда, так думаешь? — немного погодя спросила Алиса, к этому моменту взяв себя в руки. Она перестала краснеть и спокойно стояла, не отводя взгляда.

— Сама ведь знаешь ответ, — сказал я и, повернув голову, бросил взгляд на Роланда. Последний, не сказать, чтобы находился сильно далеко от нас. Явно ведь следил за нами и тем, как мы танцуем. — Я же сама прямолинейность. Тем более, мне танец очень понравился.

— Точно, — тихо прыснула в ладошку девушка в ответ на мою шутку, после чего бодрым, полным энтузиазма голосом добавила: — Мне тоже понравился танец. Надеюсь, что остальные пройдут так же, как этот.

— Не соглашусь, — на секунду на лице моей подруги промелькнуло удивление. Она приподняла руку, желая что-то сказать, но я первым добавил: — Уверен, следующий танец и остальные пройдут в разы лучше, чем этот, ведь теперь я могу видеть твою улыбку.

— В таком случае ради тебя я буду чаще улыбаться, — неожиданно ловко завернула Алиса.

Вот чего-чего, а такого я от неё не ожидал. Похоже, хотела в ответ заставить меня смущаться. Что ж, будь на моём месте другой пятнадцатилетний подросток, он бы, скорее всего, точно растерялся.

— Раз так, то с радостью приму это предложение, — ответил я и, услышав вновь заигравший оркестр, взял Алису за талию и ладонь.

Девушка в этот раз не растерялась и тоже стала двигаться ровно в такт моим движениям, да так, что мы невольно стали приковывать к себе чужое внимание со стороны аристократов.

Ну, или из-за того, что они с интересом подслушивали наш разговор. Последнему я бы ничуть не удивился.

Следующие два часа, на удивление, прошли весьма спокойно. Я ожидал, что Роланд сделает свой ход, но он только почти незаметно наблюдал за нами со стороны, танцуя со своей молодой избранницей.

Последняя, к слову, лично мне совсем не понравилась. Не в плане внешности, а именно характером. Она была из графского рода, но вела себя как амрательская принцесса, не меньше.

Например, девушка ругала слуг за то, что они недостаточно быстро приносили ей то, что она просила, хотя быстрее там физически было бы не управиться из-за количества людей в помещении. Да и о других аристократах она отзывалась слишком уж высокомерно.

Так, во время пятнадцатиминутного перерыва между танцами, я краем уха услышал, как она обсуждала Алису с другими аристократками, чуть постарше неё.

— Некоторые люди мнят о себе невесть что, — пренебрежительным тоном сказала она и отмахнулась рукой, словно просила вынести какой-то мусор. — Вот взять хотя бы эту особу из рода Кренч. Где такое видано, чтобы вот так просто отказывали в танце княжичу? Она должна уже быть благодарна за то, что на неё обратили внимание, а не воротить носом. Причём, ладно бы просто отказала, но она предпочла Его Сиятельству этого недомага. Куда только катится этот мир.

В общем-то, из-за своего длинного языка она ходила по очень тонкому льду. Впрочем, я подозревал, что она таким образом намеренно провоцировала конфликт, чтобы привлечь побольше внимания княжича, ведь как только благотворительный вечер закончится, он о ней, скорее всего, забудет. Сам танец ведь ни к чему не обязывает, а тут такая возможность подмазаться к княжескому роду.

Впрочем, ни меня, ни Алису её слова и поведение не волновали. Мы просто наслаждались вечером, пробовали закуски, пили прохладительные напитки, разговаривали, танцевали и в целом весело проводили время. Под конец моя подруга настолько расслабилась, что от былого волнения не осталось и следа.

Казалось, Роланд Хартвуд только и ждал этого момента, когда мы вдвоём потеряем бдительность. Дождавшись очередного перерыва и оставив свою партнёршу на время одну, он неспешной, вальяжной походкой подошёл к нам.

— Должен признать, Алиса, в этот раз вы танцуете гораздо лучше, чем в прошлом году, — сказал он, попытавшись посмотреть девушке в глаза.

Явно ведь хотел таким нехитрым образом запугать, чтобы она впоследствии ошиблась. Тем более что впереди предстоял самый быстрый и сложный танец. Благо я такой ход просчитал и намеренно встал перед девушкой, не дав ему довести начатое до конца.

Само собой, это был неэтичный поступок, который другие могли трактовать по-разному, но мне на их мнение было наплевать.

Впрочем, я немного поторопился. Судя по всему, моя защита девушке больше не требовалась.

— Наверное, в прошлый раз мне попался неудачный партнёр, — я повернул голову и заметил на лице моей подруги вежливую и в то же время насмешливую улыбку.

Княжич на мгновение застыл, дёрнув бровью, однако в остальном вида не подал, что его зацепили слова. К этому моменту у меня, в общем-то, начала складываться картина того, что произошло между ним и Алисой.

— Всё может быть, — чуть погодя произнёс парень, бросив взгляд теперь на меня. Во второй раз такого же эффекта он на мне не вызвал, хотя ощущать мороз на коже было неприятно. — Возможно, дело в партнёре. А может быть, это просто удачное стечение обстоятельств.

— Полностью согласен, Ваша Светлость, — теперь уже я нагло ухмыльнулся и, не отрывая взгляда от глаз княжича, подошёл вперёд. — Недаром говорят, что всё в жизни является случайным стечением обстоятельств, которые мы не можем контролировать.

— Даже великие авантюристы, покорившие сотню подземелий, могут потерпеть крах в сто первый раз, — с намёком сказал он, и я почувствовал ещё большее давление на свои плечи. Ну-ну, пусть старается больше.

— И такое бывает, Ваша Светлость, — спокойно ответил я, ни капельки не показывая дискомфорта. — К слову, думаю, вам пора идти. Скоро ведь начало танцев, а ваш партнёр, наверняка, вас совсем заждался.

— Пожалуй, соглашусь, — не стал медлить с ответом княжич. — Желаю вам хорошо потанцевать.

— Взаимно, — коротко ответил я, понимая, что последние слова Роланда прозвучали как прямая угроза.

Не знаю, что точно задумал княжич, но так просто испортить вечер у него не получится.

— Как же он мне надоел… — как только княжич ушёл, Алиса тяжело выдохнула. — Глаза мои его бы не видели, честное слово.

— Готова к импровизации? — сходу я сменил тему разговора, чтобы девушка не отвлекалась на плохие мысли.

— Думаешь, стоит попробовать? — с лёгким любопытством спросила она.

— Будем считать это согласием, — улыбнулся я, беря девушку за руку. — Танец ведь чем-то похож на магию. Если всегда будешь придерживаться одного шаблона, то не сможешь научиться чему-то новому.

— Пожалуй, ты прав, — кивнув, согласилась она со мной. — Мой учитель хореографии всегда говорил, что, когда танцуешь «Вальс Пламенной Ночи», нужно руководствоваться сердцем и эмоциями, а не разумом.

— Меткие слова, однако, — позабавило меня такое сравнение. — К слову, это мой первый раз, когда я буду его танцевать.

— Значит, тем танец будет веселее.

Моё высказывание ничуть не напугало Алису. Скорее, наоборот, только раззадорило. Вот что желание уделать нос своему давнему обидчику творит. Что ж, думаю, после этого вечера она поймёт весь энтузиазм Винсента бить лица своим обидчикам.

От мыслей меня отвлекла одиноко играющая скрипка. Она как раз предзнаменовала начало вальса.

Обменявшись взглядами, мы снова зашагали в центр зала и принялись неспешно кружить, внимательно следя за окружением. Тут как раз самая большая опасность была в том, чтобы никого случайно не задеть во время танца.

Шаг за шагом, плавными движениями мы наращивали темп. Уже через пару минут половина пар прекратила танец, освобождая больше пространства тем, кто остался. Ещё через минуту осталась всего треть.

Вот на этом моменте как раз началась вся сложность. Скрипач взял длинную ноту. На мгновение наступило затишье перед бурей, после чего скрипач с новыми силами, быстрее прежнего, заиграл на скрипке. Правда, на нас самих это никак не повлияло. Ну, почти.

Я заметил, что с каждой новой секундой в нашу сторону приближается Роланд. Так, совсем незаметно со стороны, будто это чистого рода случайность.

Эта деталь тоже не ускользнула от взгляда Алисы. Её взгляд нахмурился, а движения стали чуть менее резкими, чем раньше.

— Мы прямо с тобой в пылу сражения, — сказал я, пока кружил девушку вокруг себя.

— О чём ты? — недоумённо спросила она, не прерывая дыхания и не сбиваясь с ритма.

— Каждое наше движение — это как шаг в бою, — раскрыл я свою мысль. — Одно неверное движение может стоить жизни, но мы не чувствуем страха и продолжаем сражаться до конца…

— Движения как в бою, говоришь, — Алиса сразу поняла, к чему я клоню. — А ведь ты прав. Как я только сразу об этом не догадалась.

— Ускоряемся? — улыбнулся я.

— Контратакуем, — уверенно ответила она.

— Даже так, — оценил я инициативность девушки. — Чего ж мы тогда медлим.

Я на мгновение закрыл глаза, после чего полностью отдался рефлексам тела и ритму мелодии. Алиса поступила ровно так же. Мы стали кружить по залу и проноситься мимо парочек с такой скоростью, что наблюдавшие за нами аристократы застыли в изумлённом шоке. Их удивление, в целом, было понятно — немногие подростки, даже среди одарённых, смогут повторить подобное.

— А разве она умела так танцевать?

— Я думал, наследница рода Кренч ничего не смыслит в танцах.

— Вот это скорость!

— Надо же, как всё обернулось…

Обрывки разговоров доносились до наших ушей, но мы в них не вслушивались. Почти всё наше внимание было приковано к танцу и к княжичу с его избранницей. С последней ему не очень повезло — пока что она держала темп, но, судя по испарине на лбу, уже приближалась к своему пределу.

Видимо, Роланд тоже это понимал и поэтому наконец-то начал действовать. Как сапсан во время пикирования, он, кружась, стремглав пронёсся мимо нас, едва-едва не задев собой Алису. Или, точнее сказать, это сама Алиса чуть не споткнулась о его ноги.

Вот же хитрый ублюдок. Ну ладно. Как верно подметила Алиса, в эту игру можно играть вдвоём.

Не дожидаясь второго такого ответного выпада, теперь уже мы стремглав пронеслись рядом с этой парочкой. Ни я, ни Алиса не пытались им как-то физически навредить. Зачем, если можно было сбить концентрацию, что, собственно, и произошло.

Княжич отвлёкся и не уследил за движениями своей партнёрши, которая, в отличие от него, не успела синхронно поставить ногу на пол, еле поспевая за столь быстрыми движениями. Роланд попытался сделать следующий шаг и чуть было не упал вместе с ней, но тут явно сработали его навыки воина. Он буквально отпустил девушку, после чего подхватил её за талию и поднял вверх, словно это было фигурное катание.

Тут я отдал ему должное. Даже без усиления тела сил у паренька было немало. Танцевать два часа, не запыхаться, быстро среагировать и как ни в чём не бывало поднять девушку в воздух, чтобы через секунду снова продолжить с ней танец… Это надо уметь.

Желая отомстить, княжич вновь повторил старый трюк, только в этот раз нацелился на меня. Мы пересеклись взглядом, и я вновь почувствовал, как неприятный холодок пробежался по коже, причём сильнее прежнего. Казалось, словно всё тело хочет оцепенеть от холода.

Мои движения замедлились, но всего на секунду. К своему удивлению, я почувствовал, как тепло стало растекаться по всему телу, согревая его. Прямо как когда я впервые использовал ману и призвал рунное перо.

Я не сразу понял, что это ладонь Алисы, которую я держал, стала в разы горячее. Это тепло быстро отрезвило меня и привело в чувство. Вот это она молодец, ловко придумала, как обойти эту неприятную способность Хартвуда.

— Я считаю, пора двигаться к финалу, — сказал я, быстро переставляя ноги в такт со своей подругой.

— Согласна, — уверенно кивнула Алиса. — Давай сделаем это красиво.

— Разумеется, — ответив, я бросил взгляд на княжича. — Но перед этим закончим начатое.

Несмотря на все старания княжича, его партнёрша достигла своего предела. Как бы он ни старался двигаться быстрее, девушка уже физически не поспевала за его движениями. Её дыхание стало прерывистым, и было видно, что она вот-вот совершит ошибку.

Только Роланд, словно специально это игнорировал и вновь попытался сблизиться с нами. Зря. Его партнёрша не успела поставить ногу и тут же споткнулась, потянув за собой княжича. У того вновь сработали рефлексы воина.

Он не дал девушке упасть и быстро помог вернуть равновесие, однако темп танца был нарушен. Продолжи он танец, то ничего бы этим не добился. Максимум, что ему оставалось, это сверлить нас двоих взглядом, но такого удовольствия просто так мы ему давать не собирались.

Ещё около десяти секунд мы кружились в вальсе, пока наконец скрипка не начала снижать темп. Для нас двоих это стало сигналом к действию.

Я отпустил талию Алисы, закружил её вокруг себя, после чего снова положил руку ей на спину и опустил вниз. Девушка повисла у меня на руках, довольно смотря мне в глаза и широко улыбаясь, стараясь дышать потише. В такой позе она пробыла буквально пару секунд, после чего я помог ей встать прямо.

Ровно в тот же момент скрипка закончила играть, а наблюдавшие за происходящим аристократы громко зааплодировали. Так громко, что я, по ощущениям, чуть не оглох. Впрочем, это не помешало мне быстро найти взглядом Роланда, подойти к нему вместе с Алисой и небрежно бросить:

— Внимательней надо быть к партнёру, Ваша Светлость, — с лёгкой, слегка ехидной ухмылкой на лице сказал я, наблюдая за тем, как княжич играет желваками.

Рядом с ним так же стояла его запыхавшаяся «избранница». Она молчала, пытаясь отдышаться, но при этом выглядела так, будто не могла найти себе места. А уж какие злобные взгляды она кидала на меня и Алису… Это, пожалуй, даже словами не описать.

— Это был хороший вечер, Ваше Сиятельство. Пожалуй, мне стоит принять ваш совет к сведению, чтобы впредь не допустить подобной ошибки, — немногим погодя, взяв себя полностью в руки, ответил княжич. — Я вас запомню.

Бросив в последний раз на меня взгляд, княжич не стал дожидаться ответа. Полностью проигнорировав стоявшую рядом с ним девушку, Роланд молча развернулся и направился в сторону выхода. Последняя фраза прозвучала как угроза, но, если говорить в целом, он достойно принял поражение.

Вот уж не думал, что кто-то сможет вызвать у меня такой интерес к своей персоне. Для своего возраста он ведёт себя очень спокойно и разумно, если не брать в расчёт горделивость и высокомерие с желанием всеми силами добиться своей цели. Чувствую, в отличие от Шеварда Балтера, этот будет готов пойти на более радикальные меры ради мести.

Что ж, пускай попробует. Я ни себя, ни своих друзей в обиду давать не собираюсь.

Размышляя об этом, я не сразу заметил, что перед глазами вылетело полупрозрачное сообщение от Системы.

[Получен новый навык: Ментальное Сопротивление (F)]

О как… А что, навыки можно получать и таким образом⁈ Как интересно!

Глава 15

— Спасибо тебе ещё раз, Энкрид, — не успел я толком подумать о полученном навыке, как меня прервал голос Алисы. — Я честно не хотела, чтобы ты заработал себе врага в лице Хартвудов. Это пусть не самый известный, но очень влиятельный княжеский род. У тебя ведь и так своих проблем хватает…

— Брось, — отмахнулся я рукой, будто это что-то совсем несущественное, даже не требующее какого-то внимания. — Будь на его месте хоть принц, я бы поступил так же. Род Эйзенхорнов в первую очередь чтит честь и благородство. Разве можно просто так смотреть на то, как кто-то проявляет злые намерения в сторону ни в чём не повинного человека?

— Тоже верно, но всё-таки… — Алиса опустила взгляд, прежде чем добавить: — Но я всё равно этого не забуду. С меня должок.

— Если будешь приносить мне пирожные до конца этого семестра, то я стану самым счастливым человеком на свете, — тут же улыбнулся я, подловив девушку на слове.

— А ещё Винсента сладкоежкой называешь, — весело усмехнулась она, ну а я на это развёл руками.

Остаток вечера мы с Алисой провели в основном за разговорами. По её взгляду читалось, что она очень хотела рассказать что-то о Роланде, но для этого точно были не подходящие момент и время. Тем более что сюда мы приехали отдыхать.

Само помещение мы покинули одними из первых. Ни я, ни Алиса не горели желанием заснуть глубокой ночью и встать затем ранним утром. Правда, если в случае девушки это оправдывалось учёбой, то что касается меня…

Я просто привык к своему распорядку дня. Проснуться позже обычного я мог только в том случае, если сильно измотался, а все эти танцы не сказать, чтобы сильно нагрузили меня. С рейдом в Подземелье они не сравнятся.

Зато, если высплюсь, то наконец-то смогу спокойно заняться изучением рун, не отвлекаясь ни на что. Удобненько. Заодно проверю, что за навык получил.

Встав с кровати утром, я в первую очередь принял душ, затем размялся, сделал зарядку, после чего сел на кровать и поднял голову вверх.

— Открой описание навыка «Ментальное Сопротивление».

Сразу же за командой всплыло окно Системы.

[Запрос пользователя принят.

Ментальное Сопротивление (F)

Описание: Вы неоднократно подвергались ментальному воздействию. Ваше тело привыкло к давлению на разум. По мере подвергания ментальному воздействию ваше сопротивление будет расти.]

Вот значит как. Выходит, если сражаться с магами, использующими ментальные техники, можно быстро развить навык до новых рангов. Правда, придётся каждый раз искать более сильного соперника или хотя бы артефакт. Логично же, что чем выше сопротивление, тем меньший эффект будет оказан, а значит, сопротивление попросту не будет расти.

Интересно, а по такой логике у меня будет расти сопротивление к ядам? Насколько я знаю, для этого нужно есть разные токсичные травы или употреблять эликсиры из частей монстров. Отец в детстве меня ими поил, на случай, если кто-то из врагов рода попытается меня отравить, но что-то такого навыка я пока не вижу.

Тогда что насчёт сопротивления урону? Чем чаще я буду получать удары, тем выше будет моё сопротивление? Например, получив ожог, я стану устойчивее к пламени? Нет, вряд ли. Иначе было бы слишком просто.

По такой логике у меня должно было появиться физическое сопротивление, особенно после сражения с кобольдом. Там я столько ран получил, что «холодок» Роланда ни в какое сравнение не идёт. А я ведь из-за него приобрёл сопротивление.

Что-то тут непонятно.

Есть, правда, у меня одна занятная теория. По идее, если буду блокировать рунной магией чужие заклинания, например тот же огонь, то смогу получить нужный навык. Только он будет работать на барьере, а не на моём теле. Звучит, по крайней мере, логично. Но надо проводить тесты.

Ладно, для этого мне придётся сходить в Подземелье. Одному туда идти опасно, так что надо будет позвать Винсента и Алису. То, что первый согласится, я даже не сомневаюсь. Мой друг вообще за любой движ, а вот Алиса…

Нет, вряд ли она откажется от возможности не учиться в Академии. Подземелье — это возможность получить баллы, за которые можно получить автомат даже в теоретической магии, если до этого оценки были плохими. Не в каждом направлении, правда, такое возможно и зависит от преподавателя, но как факт.

Да и она себя ещё лучше зарекомендует как способную ученицу, поднявшись, так сказать, в рейтинге среди учеников. Тем более боевые заслуги у нас ценятся больше, чем все остальное. Все же угроза Подземелий волнует все страны нашего мира и сильные маги нужны всегда.

Правда, перед тем как идти в Подземелье, мне нужно выучить две рунные связки: усиление тела и щит. Это позволит обеспечить мне большую выживаемость в Подземелье.

С первым, чувствую, будут проблемы. Для усиления тела понадобятся укрепление, ловкость, скорость и сила. От ловкости ещё можно отказаться, с ней у меня проблем нет. От силы, в целом, тоже. За счёт скорости удара можно компенсировать многое. Но это всё равно цепь из двух знаков.

По идее, я могу это компенсировать удержанием. То есть создать один рунный знак, наложить его на себя и следом создать ещё один. Так сказать, чтобы забафиться на полную, если говорить игровыми терминами. Другое дело, что для этого придётся сильнее концентрировать внимание во время боя.

С другой стороны, не попробуешь — не узнаешь. Для начала попробую как можно дольше удерживать расширенное восприятие, чтобы оно не тратило много маны, а дальше…

Тут ко мне пришла мысль. Чтобы лучше понять, как работают рунные знаки, мне в первую очередь нужно их без остановки создавать и развеивать, чтобы наблюдать за самим процессом создания руны и ощущать, как на эту магию реагирует мое тело и как себя ведет мана во время создания.

Если углублюсь в этот процесс и смогу понять сам механизм работы каждой руны по отдельности, то явно быстрее добьюсь нужного эффекта.

Чувствую, впереди меня ждёт немало работы и тренировок…

Следующие несколько дней я провёл в уединении на тренировочной площадке. Никто меня не беспокоил, так что я спокойно учился рисовать и использовать руны по новой методике.

В этот раз я тренировался на человекоподобных боевых марионетках. Правда, назвать их боевыми у меня язык не поворачивался.

Они, если не вдаваться в детали, не так уж и сильно отличались от обычных соломенных чучел и деревянных манекенов. Сдвинуться с места они не могли, ввиду полного отсутствия ног, зато все остальные части тела находились в постоянном движении, из-за чего марионетки как ужаленные размахивали дубинками. Никакого летального урона от них нельзя было получить даже на максимальной сложности. Ну почти.

Всё же если подставиться под марионетку так, чтобы она тебе со всей силы зарядила ударом по голове, то мало не покажется. Ощущения будут такими, будто кто-то уронил кирпич на голову с девятого этажа.

Правда, включать такую сложность допускают лишь отличившимся воинам или же под присмотром преподавателей. Академии совсем было не интересно, чтобы её ученики отправлялись в лазарет из-за своей глупости.

К слову, сам механизм марионеток работал довольно интересным способом. Кристалл внутри подавал энергию в специальный, сложный артефакт, который заставлял шарниры случайным образом двигаться. То есть предугадать, какое действие совершит марионетка, было практически нереально.

В один момент она могла заносить удар сверху вниз, а в следующий — остановиться и переключиться на прямой выпад. Такая неожиданность очень помогала развивать рефлексы. Мало кому хотелось раз за разом терпеть боль.

С другой стороны, в Академии есть и тренировочные площадки с более автономными и сложными марионетками, которые могут устроить и полноценный спарринг, но разрешение на их использование уже надо выбивать отдельно. А это в свою очередь может привлечь ненужное внимание.

Впрочем, ладно. Передышка закончена. Новый раунд.

Взяв тренировочный меч в правую руку, левой я призвал перо и начертил два знака. Первый — жизнь. Второй — скорость. Один за другим они замерцали, после чего слились с моим телом.

При этом в оба символа я вкладывал строго определенные смыслы. Как-никак слова, тем более в их рунном исполнении, могут иметь очень много смыслов и слоев. Ведь та же скорость может означать как ускорение себя относительно мира, так и замедление себя в собственном восприятии. А то и вовсе касаться лишь грани создания заклинания, а не физического состояния в целом.

От всех этих философских рассуждений у меня неизбежно болела голова, но я сознательно себя сдерживал. Все же пока я в самом начале пути познания рунных знаков и надо идти шаг за шагом, если я не хочу спалить себе мозги. Но… как же это увлекательно, кто бы знал!

Внутри я почувствовал разгорающееся пламя и, бросив взгляд на стоящую рядом друг с другом парочку марионеток, довольно улыбнулся. Теперь я должен нанести как минимум пять ударов и не попасть под атаку.

Вдох, выдох, после чего я ринулся вперёд.

Отреагировав на моё приближение, марионетки активировались, начав размахивать дубинками в разные стороны. Будь там всего одна, я с лёгкостью увернулся бы от всех ударов и без усиления тела, но уворачиваться сразу от двух куда сложнее.

Шаг, шаг, ещё шаг и вот я на расстоянии удара. Левая марионетка атакует меня вертикальным ударом. Правая — тоже. Слишком медленно и слишком большое окно для удара.

Я безо всяких проблем проскальзываю мимо марионеток, параллельно нанеся удар по «затылку» правого противника. Последнему это явно не понравилось.

Марионетка стала медленно разворачиваться в правую сторону, после чего резко изменила направление и в несколько раз сильнее замахнулась с левой стороны, целясь сразу обеими дубинками мне в корпус. Только снова медленно.

Рефлексы сработали быстрее. Я отскочил назад, после чего рванул вперёд и снова стукнул мечом правого противника по «локтю». Через мгновение мне пришлось поднырнуть под удар левой марионетки, не забыв при этом развернуться и ударить её в «торс».

Снова отскок назад, чтобы марионетки не попали мне всеми четырьмя дубинками по плечам, после чего я вновь рванул вперёд, за спины марионеткам. Удар в левую сторону, укол в правую, после чего…

Тут моей скорости всё же не хватило. Левая и правая марионетки снова мгновенно без какой-либо системы увеличили скорость и одновременно наклонились в мою сторону, не дав достаточно далеко отскочить. Как итог, одна из дубинок больно попала мне по правой кисти. Благодаря живучести меч я не выронил, но вот синяк точно останется.

Впрочем, чего мне жаловаться? В другом случае дело могло обойтись трещиной в кости. Её бы в лазарете исцелили бы за день, но тратить время на поход туда мне совершенно не хотелось.

Пока что пять ударов — это мой предел. После пятого обе марионетки ускоряются настолько, что я не успеваю физически увернуться. Можно, конечно, усилить рунный знак скорости за счёт вложения большего количества энергии, но вот тогда пострадают другие части моего тела, в том числе сухожилия. Платить такую цену я не собирался.

В целом, новая методика быстро оправдала себя. Прогресс пошёл в разы быстрее, нежели в прошлые дни. Я стал чётче ощущать, каким образом течёт мана, и манипулировать ею в процессе создания рунных знаков, уменьшая при этом расход маны на эти действия. Например, уменьшать или увеличивать поток маны в зависимости от того, хотел я усилить рунный знак или ослабить.

Ослабление, к слову, оказалось интересным решением проблемы с созданием одновременно двух рунных знаков. Чем меньше маны я расходовал на создание знака, тем проще было удерживать контроль и в целом ощущать сами изменения в процессе.

Так что за два дня я разработал и адаптировал методику усиления тела. Мог бы научиться и быстрее, если бы до этого ещё изучил рунные знаки ускорения, силы, ловкости и живучести. Последним я назвал укрепление тела, поскольку оно проще запоминалось.

Итогом этих тренировок стало то, что я научился контролировать три рунных знака. Правда, их эффективность в таком случае оставляла желать лучшего. Заметного усиления я не получал, хотя тело определённо чувствовало себя лучше.

Поэтому я начал комбинировать комбинации из двух рун. Ведь эта связка показала себя перспективнее всего.

Скорость плюс сила показали себя не с лучшей стороны. Мечом я, конечно, стал размахивать быстрее и мощнее, только при этом рисковал в любой момент порвать сухожилия. Слишком большая цена за такой результат.

Да и в таком случае не всегда удавалось вовремя среагировать на действия марионетки, когда сила перевешивала скорость. Все же на действие рун, в том числе отражался тот смысл, что я в них вкладывал во время создания. Поэтому мне еще предстояло поработать над дисциплиной разума, чтобы образы выходили более четкие.

Ловкость как знак себя не особо проявила. Да, тело становилось гибче, но с моим стилем боя это не играло большой роли. Я и без этого знака безо всяких проблем уворачивался от вражеских атак, так что польза от него была сомнительна даже в связке.

Такой навык больше пригодился бы Алисе. Это она из-за того, что использует лук, часто вынуждена взбираться на деревья или другие труднодоступные места, чтобы занять позицию получше. Там без ловкости рук и ног не обойтись.

Пожалуй, лучше всего зарекомендовали себя скорость плюс жизнь. Я мог заносить меч быстрее, из-за чего, следственно, росла сила удара. Никакие сухожилия при этом я не рвал, ведь это компенсировалось вторым рунным знаком.

Что ещё оказалось приятнее — такое состояние я мог поддерживать очень долго за счёт внушительного резерва маны и духовной силы, которые у меня до этого можно сказать были не задействованы все это время. О них ещё говорили целители, приходившие вылечить мой недуг. Раньше я не брал это в расчёт, а теперь, когда научился хоть немного контролировать ману, понял, насколько мне в этом плане повезло.

Хотя, возможно, это произошло из-за того, что выросла духовная сила. Сам этот процесс обычно проходил незаметно для мага, если он неустанно тренировался использовать ману. Или же во всё это каким-то образом вмешалась Система, как наследие моего предка…

Ладно, я могу много гадать на эту тему, но ответа как такового не получу. Главное, что своеобразное «усиление тела» работало на ура. Я мог один раз наложить незаметно бафф, а затем поддерживать его и наполнять маной при необходимости. Тем более что в пассивном состоянии они практически не тратили ману.

Проблема, скорее, заключалась в том, что сами знаки не могли долго существовать. В среднем оба знака держались максимум несколько десятков минут в пассивном состоянии. В активном — не более пары минут, а затем приходилось их создавать снова. Для боя этого в целом более чем хватало. Ну а время, думаю, можно будет увеличить по мере отработки навыков.

— Ладно, с усилением тела закончили. Пора бы и рунным щитом заняться, — сказал я, поскольку разговоры вслух помогали мне лучше сконцентрироваться на цели.

Призвав перо в правую руку, я начертил два знака. Первый — форма. Второй — защита. Тут-то и начинались, собственно, сложности.

В первую очередь я активировал знак формы. Он замерцал ярким светом, после чего превратился в подобие кристаллической соты.

Знак защиты оказался заперт в соте, но связь с ним никуда не исчезла. Я направил внутрь ману, после чего сота вновь замерцала, наполняясь изнутри приятным глазу лазурно-синим цветом.

Получился такой вот своеобразный барьер где-то диаметром в полметра. К небольшому разочарованию, его защитные способности, мягко говоря, оставляли желать лучшего.

Что требовалось для создания барьера? Полноценная связка двух рунных знаков: защита и форма. Если бы я просто пытался создать защиту, то получился бы второй магический источник света. Как бы технически его можно было бы назвать барьером, а вот фактическая польза при этом равнялась нулю.

Поэтому я придумал такой костыль, используя знаки по отдельности. Из-за этого форма практически не имела прочности. Само собой, это можно было исправить знаком «укрепление», но тогда он бы потерял всякую стабильность. Даже в таком состоянии мне приходилось очень стараться, чтобы его поддерживать.

Рунного щита хватало ровно на один удар. Его прочность я проверял на тех же марионетках, позволяя им атаковать щит самыми разными ударами. Сота спокойно принимала и сдерживала любой удар, но только один раз, после чего разбивалась и превращалась в пыль.

Можно сказать, я научился создавать крепкий одноразовый барьер. Правда, пределы его возможностей я физически проверить не мог. Для этого бы потребовалась посторонняя помощь, а с этим как раз возникали проблемы.

Максимум, с кем бы я сейчас мог поделиться своей тайной, — это с семьёй и с моими друзьями. Алиса, Винсент и Виолетта. Эти трое не стали бы распространять информацию ни посторонним, ни членам своего рода. С другой стороны, последнюю я пока знаю не так хорошо, чтобы утверждать наверняка.

Впрочем, пусть пока всё остаётся в секрете. Если они узнают о том, что случилось, у них неминуемо возникнут вопросы, на которые я не смогу ответить. Лучше уж дождаться более подходящего момента. Тем более что у меня появился ещё один повод сходить в Подземелье. Заодно смогу совместить полезное с приятным.

До конца семестра осталось всего ничего. Через неделю начнутся семестровые экзамены. Теорию я сдам безо всяких проблем, а вот с практикой, как обычно, возникнут нюансы. Если, конечно, поступлю как обычно.

Практику можно закрывать не только сдачей нормативов, но ещё и исследовательскими материалами. Главное, чтобы они касались непосредственно монстров. Только этого слишком мало. Даже если принести безупречный доклад, общий балл по практике будет ниже среднего.

Зато можно сходить в Подземелье в качестве экзамена или получить хорошую оценку за начисленные баллы. Поскольку мы с Винсентом и Алисой уже ходили в этом семестре в рейд, я мог спокойно выбить себе хорошую оценку, но…

Зачем тратить баллы, которые в будущем могут ещё пригодиться? Учёба-то станет сложнее, а с этими рунами времени будет всё сильнее не хватать. Баллы, в случае чего, как раз его выиграют. К тому же, как можно упустить возможность стать сильнее?

Значит, буду искать то, где твари ведут себя необычным образом. Такой опыт поможет в дальнейшем лучше адаптироваться к любым ситуациям. Ну и вдобавок мне жуть как интересно, что их сподвигает на такие действия.

— Бестиарий? — удивлённо спросил Люций, узнав о моей просьбе. — Запрос у тебя, конечно, необычный…

— Почему? — удивлённо приподнял я брови. — У нас в Академии ведь преподают науку о магических тварях и местах их обитания.

— Её толком никто не изучает, — покачал головой библиотекарь, поглаживая свои пышные усы. — Существует множество разновидностей монстров. Если ты не собираешься стать жнецом, который как раз занимается правильной разделкой монстров, то смысла изучать их всех нет. На это не хватит ни сил, ни времени. Достаточно узнать, какие в Подземелье обитают монстры, учесть их слабости — и всё. Да и то, сам знаешь, большинству все эти рейды в принципе не сдались.

— Тоже верно, — согласно кивнул я, почёсывая подбородок. — Зачем выживать и рисковать жизнью, когда можно наслаждаться спокойной жизнью в Академии? Желающих стать авантюристами всегда не так много, а должность имперского гвардейца, несмотря на почётный статус, сильно сковывает и редко когда даёт перспективы роста.

— Видишь, сам всё понимаешь, — довольным голосом ответил старик, после чего поднял голову вверх, словно о чём-то задумался. — Я так понимаю, ты собираешься отправиться в очередной рейд, и тебе нужна книга под стать находящимся внутри монстрам?

— В целом, почти, — выждав небольшую паузу, ответил я и шагнул вперёд. — В рейд я собираюсь, но пока с Подземельем не решил. Меня интересует странное, можно сказать, аномальное поведение монстров. В моём последнем рейде порождения Подземелья вели себя очень странно. Например, вождь пожертвовал своими сородичами, скрываясь до последнего ради скрытной атаки, хотя мог им помочь. Также попался гигантский кобольд, который молча смотрел на нас, не спеша атаковать, в отличие от других своих сородичей.

— Так вот откуда такой внезапный интерес к монстрам, — то ли с радостью, то ли с уважением проговорил старик. По тону я его реакцию определить не смог. — Что могу сказать. Есть у меня старые дневники авантюристов на примете, которые поведение монстров описывают. Только там никакой толковой информации ты не найдёшь. Да и в свободном доступе тоже ничего такого не припомню.

— Почему? — вновь недоумённо приподнял я брови. — Это же не засекреченная информация.

— Тут другая проблема, Энкрид, — погладил свои пышные усы библиотекарь. — Я не авантюрист, но тоже немного разбираюсь в монстрах. Они все как один ведут себя по шаблону, следуя заложенным инстинктам. Аномальное поведение — настолько редкое явление, что его не принято записывать в бестиарии. Оно попросту не имеет смысла. Да и попробуй ещё определи, когда монстр выходит за рамки шаблонов, а когда нет. Попадаются же в Подземельях мутировавшие монстры, как, видимо, твой гигантский кобольд. В общем, тут всё сложно и неоднозначно.

— Тогда есть идеи, к кому я могу обратиться за помощью? — немного подумав, спросил я и сложил руки на груди.

— Есть тут в Академии один противный старый хрыч, по-другому о нём говорить язык не поворачивается, — поморщился Люций. — Терпеть его не могу. Поговоришь с ним — и чувствуешь себя выжатым как лимон.

— Речь идёт о профессоре Кромвеле? — уточнил я, невольно вспомнив разговор с Винсентом. Помнится, он упоминал о нём, когда мы разговаривали о монстрах.

— Небось старшие рассказали уже о нём? — задумчиво произнёс Люций, после чего сложил руки за спину и, не дожидаясь ответа, добавил: — Да, он один преподаёт лекции по магическим тварям и местам их обитания на всю Академию. Его лекции, мягко говоря, не самые популярные, пусть и обязательные. Большинство предпочитает раз в месяц сходить на лекцию и забыть её как страшный сон. Тут я, к слову, ничуть не преувеличиваю. Уж очень он как профессор дотошный и любит свой предмет.

— Да не может быть всё так плохо… — проведя ладонью по щеке, с недоверием посмотрел я на старика. — Такого преподавателя давно бы вышвырнули из Академии. Можно подумать, других профессоров, изучающих монстров, в Амрателе не существует.

— Существуют, — повторил за мной Люций. — Только этот считается лучшим в своей сфере. Его не просто так называют ходячей энциклопедией. Ещё бы у него не был такой… как бы это простыми словами описать… нет, занудный характер не подойдёт. Скорее, очень тяжёлый и придирчивый. Брюзга, одним словом. До каждой мелочи готов докопаться. Особенно, если кто-то ему сильно не нравится.

— Если не секрет, откуда вы о нём так много знаете? — с лёгким любопытством спросил я, вновь сложив руки на груди.

— Так ещё бы я не знал своего старого друга, — весело усмехнулся Люций, проводя пальцами по усам.

— О как… — искренне удивился я, не представляя, как реагировать на эту информацию. — Как-то вы не очень лестно о нём отзываетесь… о друге.

— Старые обиды, которые невозможно забыть, — перестав смеяться, Люций нахмурил брови и сморщил лоб, после чего потёр переносицу и с небольшой тоской в голосе добавил: — Знаешь, как оно бывает. Тебя винят в том, на что ты никак не мог повлиять. Тут никакое время не залечит эту рану. Иногда проще отпустить, чем пытаться восстановить то, что восстановить нельзя.

В ответ я молча кивнул, понимая, что старик не столько читал мне нравоучения, сколько просто хотел выговориться о наболевшем. Мне же было нетрудно его выслушать, тем более после всей той помощи, которую он мне оказывал.

— Не бери лишнего в голову, — видимо, решив, что пауза затянулась, Люций первым нарушил тишину. — Я могу дать рекомендацию Кромвелю, но, боюсь, это мало чем поможет. Старый хрыч очень избирателен. Сомневаюсь, что он из-за этого сделает исключение.

— Это не проблема, — улыбнувшись, ответил я. — У меня за счёт рейда накопились пара лишних баллов. Вот их и использую для личного урока с профессором. Он ведь, я так понимаю, не слишком занятой преподаватель. Значит, и в очереди ждать не придётся.

— Тратить драгоценные баллы на профессора Кромвеля… Чего только в жизни не услышишь… Что ж, выбор за тобой. Только потом не говори, что я не предупреждал. Только учти одну деталь…

Глава 16

День у профессора Арктуруса Кромвеля сразу не задался. Мало того что утром ему пришлось преподавать идиотам, не способным ответить на элементарный вопрос, чем отличаются магмовые слизни от лавовых, так теперь ещё кто-то через секретариат Академии купил индивидуальный урок.

Когда в Академии вообще кто-то покупал у него индивидуальный урок? Вроде пять лет назад, да и тот ученик потом требовал вернуть баллы. Видите ли, ему не понравились наставления.

Будто этого мало, ещё его левая нога всё ныла и не давала покоя. Это значило, что-либо скоро пойдёт дождь, либо, того хуже, снег. Вот только плохой погоды для полного «счастья» не хватало. Поэтому настроение было ни к черту.

— Вот почему только мне так везёт на старости лет… — вслух проговорил профессор, сидя в кресле и глядя в окно. В нём отражались хмурые брови, серые глаза, морщины на лице и залысина возле лба.

Правда, практически сразу же от любования погодой его прервал стук в дверь.

— Войдите.

Дверь в кабинет для индивидуальных занятий открылась, и Кромвель увидел перед собой юнца. Голубые глаза, тёмные короткие волосы — ничего примечательного для одного из самых известных учеников в Академии. Хотя, чему тут удивляться? Человек везде человек, и неважно, обладает тот магией или нет.

В любом случае, главное — его быстрее отшить и дальше наслаждаться своим одиночеством.

— Добрый день, профессор, — сразу же зайдя в кабинет, поздоровался ученик. Ну хоть манеры у него есть, не то что у некоторых. Думают, раз они аристократы, то весь мир лежит у них под ногами. — Могу я присесть?

— Садитесь, — холодно ответил Кромвель, глядя на Энкрида.

И чего тому только понадобилось от него? Он же теоретическую магию изучает, а не монстров.

— Благодарю, профессор, — без единой эмоции на лице произнёс ученик, после чего сел на стул и стал… молча смотреть на Кромвеля.

Все следующие десять минут Энкрид не проронил ни слова, молча глядя профессору в глаза, будто испытывая его терпение. И у него это, демоны его побери, очень хорошо получалось.

В последний раз его так бесили только Винсент Кренч с его почившим в Подземелье другом. Оба постоянно, будто назло, спали на его уроках и вечно лезли в споры с Кромвелем. Благо хоть материал учили от корки до корки.

Только, несмотря на рассуждения, давящая тишина с каждой новой секундой всё сильнее раздражала профессора.

«Нет, это просто невозможно терпеть. Это просто ни в какие рамки не лезет», — крутилась мысль в голове старика.

— Молодой человек, вы купили индивидуальное занятие со мной, чтобы учиться или играть в гляделки? — безэмоциональный взгляд Кромвеля тут же потяжелел. — Или вы ждёте, что я первым подниму тему разговора?

— Нет, не жду, — как ни в чём не бывало, ответил ученик.

— Тогда почему молчите? — едва сдерживая раздражение и играя желваками, спросил профессор. — Считаете, что это смешно? Что это какая-то шутка?

— Потому что это не имеет смысла, — с этими словами Энкрид приподнял подбородок. — Если я задам вопрос, вы на него честно ответите, да. Ответ будет даже правдивым, но абсолютно бесполезным.

— И как, по-вашему, это должно произойти? — пристально посмотрел на Энкрида профессор.

— Буду прямолинеен. Если я спрошу, почему некоторые монстры в Подземельях странно себя ведут, вы ответите в духе: потому что они странно себя ведут, — ученик взял небольшую паузу и добавил: — Ответ будет абсолютно верен, но полностью для меня бесполезен. Тем более, я вижу по выражению вашего лица, что вы отнюдь не горите желанием делиться со мной знаниями и вас интересует только как быстрее избавиться от меня. Разве я не прав?

Теперь Кромвелю стало интересно, кто подсказал юнцу о такой скрытой черте характера. Явно ведь не ученики. Против них он такой приём не использовал. По крайней мере, последние года три — так точно.

Наверняка это дело рук Люция. Вечно он что ни попадя треплет своим языком, лишь бы ему похуже сделать.

— Допустим, что так, — едва слышно вздохнув, сказал Кромвель. Нога в этот момент, как назло, сильнее разнылась. — Если вы так уверены в своих словах, то зачем купили занятие? Могли же потратить баллы на что-то более полезное.

— Мог, но кое-кто подсказал, что вы в первую очередь цените способных учеников, — не меняясь в лице, ответил Энкрид. — Да и мне интересно узнать, так ли велики знания профессора Кромвеля, как о них говорят.

— Какая дешёвая провокация, — ухмыльнулся старик.

— Зато рабочая, — ухмыльнулся в ответ мальчишка из семьи Эйзенхорн.

— Таких наглых и самоуверенных учеников я давно не встречал, — голос профессора прозвучал ниже и сердитее. — Особенно, когда наглость и самоуверенность ничем не подкреплены.

— Уверены? — приподнял бровь Энкрид. — Можете проверить.

Что ж, ладно. Похоже, это тот случай, когда наглецам нужно указывать их место. Тем более что в эту игру можно играть вдвоём.

— Хорошо, молодой человек. Раз уж вы купили занятие и так хотите проверки, то давайте её проведём, — как хитрый лис, улыбнулся профессор. — Начнём с чего попроще. Чем отличаются магмовые слизни от лавовых?

— Вам краткий ответ или подробный? — спокойно поинтересовался Эйзенхорн, скрестив руки на груди.

— Начнём с краткого, — с лёгким интересом предложил профессор.

— Лавовые слизни отличаются от магмовых тем, что первые являются лавовыми слизнями, а вторые — магмовыми, — ни капли не проявляя эмоций, ответил ученик.

— Я смотрю, кое-кто использует моё оружие против меня же, — спокойно ответил на этот выпад профессор. — Принимаю ответ. А теперь давайте подробнее.

— Много чем, — вскинув взгляд к потолку, ответил Энкрид. — Начнём с примечательного. Магмовые слизни могут атаковать как огненной магией, так и земляной. У них есть множество подвидов. В зависимости от оболочки имеют разную температуру вокруг и внутри себя. Само собой, оболочка также влияет на их защиту. Очень опасный противник как для воинов, так и для заклинателей, поскольку не даёт так просто поразить ядро. Что касается лавовых — они могут атаковать исключительно огнём. Температура внутри и снаружи их тел, как правило, поменьше, чем у магмовых. Тяжёлый противник для простых воинов и очень лёгкий для магов льда. Ядро скрывать не умеют, поэтому достаточно одного точного попадания для полного уничтожения. Мне рассказать про добычу материалов с них или этого достаточно?

Несколько секунд профессор Кромвель молча смотрел на сидящего перед ним ученика. Он гадал, было ли это совпадением или ему в кои-то веки попался ученик, который хоть что-то изучал про монстров.

— Этого достаточно, — погодя с ответом, произнёс старик. — На такой простой вопрос любой бы ответил. Давайте перейдём к чему-то посложнее. Чем отличается чешуя синекрылой виверны от огнекрылой?

— Много чем, — в этот раз юнец начал один за другим загибать пальцы. — Чешуйки у обоих имеют разную форму. У огнекрылой они больше, у синекрылой — меньше. Сопротивления к видам магии у них разные. Чешуя огнекрылой отлично защищает от огня и льда. Синекрылая устойчива к физическим атакам за счёт того, что оружие соскальзывает в сторону при рубящем или даже колющем ударе. Эффективнее всего будет использовать дробящее оружие. Броня из таких чешуек так же будет обрабатываться и производиться разным способом…

Профессор Кромвель внимательно слушал ответ ученика и сам того не заметил, как начал улыбаться.

Неужто ему в кои-то веки повезло и нашёлся нормальный ученик, который будет готов перенять все его знания? Нет, надо позадавать ему еще вопросов!

Из кабинета Кромвеля я вышел выжатым как лимон. Люций ничуть не преуменьшил свои рассказы об этом профессоре. Более дотошного профессора я, пожалуй, ещё не встречал.

Сама проверка ещё оказалась относительно лёгкой. Он задавал вопросы, а я подробно отвечал на них, мысленно благодаря отца за подаренные знания — всё же наша домашняя библиотека не скупилась на различную литературу, а в Академии я только расширял свои познания. Сложность началась в момент, когда старик подобрел и мы перешли к делу.

Профессору я задал ровно один вопрос: почему некоторые монстры ведут себя странно в Подземельях? Я ожидал, что эту тему мы будем обсуждать от силы тридцать-сорок минут, учитывая время индивидуального занятия, но никак не шесть часов.

Нет, в целом я с пользой провёл это время. Мы обсуждали примеры аномального поведения, причины, всевозможные теории, записи, вместе анализировали характер монстров и то, в чём именно заключаются странности, и так далее.

Ответ на деле же оказался довольно простым. Всё заключалось в частоте зачистки самих Подземелий.

В среднем где-то раз в неделю, но как правило этот период больше от двух недель и до трех месяцев, Подземелья полностью перестраиваются. В этот момент люди, находящиеся внутри этажа, переносятся прямиком в комнату отдыха. Что в этот момент происходит с монстрами, точно неизвестно. Одни считают, что они исчезают, а другие, как, например, профессор Кромвель, придерживаются иного мнения.

Есть гипотеза, согласно которой монстры во время изменения Подземелья никуда не исчезают. Они переносятся в некое пространство, где покорно ждут своего часа, чтобы Подземелье вернуло их в привычный ареал обитания.

Из-за этого возникала проблема. Во время пребывания в некоем пространстве монстры таким же неведомым образом становились сильнее в духовном плане: быстрее, ловчее, мощнее. В конечном итоге они набирали такую силу, что Подземелье выпускало их наружу, словно пыталось избавиться от излишка могущественных тварей.

Вот тут как раз начинается интересное. Чем дольше монстр живёт, тем сильнее ломается его алгоритм поведения. Особенно сильно это проявляется, если монстр пережил несколько схваток с авантюристами. Он учится, набирается опыта и по итогу может принимать самые необычные решения.

Монстр, само собой, становится более опасным существом, однако вместе с этим приобретает новую, нехарактерную для этих существ черту: страх за свою жизнь.

Взять в пример тех же гоблинов. Если они увидят, что противник им не по плечу, они отступят, но не из-за страха быть убитыми. Их целью станет объединение с другими сородичами для убийства людишек.

Но вот вождь-шаман не горел желанием рисковать своей жизнью. Он до последнего скрывался, чтобы нанести удар исподтишка. Если бы я не почувствовал ману со стороны направления удара, всё могло закончиться не в нашу пользу. В лучшем случае этот шаман сбежал бы со своей свитой.

То же самое, видимо, касалось гигантского кобольда. Монстр наверняка рассчитывал, что добыча ослабла и он легко с нами разберётся, однако почувствовал подвох и побоялся атаковать первым.

Интересное явление, если так подумать. Чем монстр сильнее, тем он осторожнее себя ведёт, и эта осторожность играет против него. Но все это пока в рамках теоретических выкладок, а не практических изысканий.

Ну, теперь хотя бы понятно, почему в бестиариях об этом ничего не пишут. Большинство существующих Подземелий регулярно зачищают, а появление новых внимательно отслеживают. Монстры попросту не успевают становиться сильнее, если речь не идёт о последних этажах высокоранговых Подземелий. Там даже сильнейшим авантюристам тяжко приходится.

Что ж, в любом случае одним вопросом меньше. Теперь понятно, что, если хочу сражаться с опытными противниками, нужно ходить в Подземелья, которые долгое время не зачищают.

Если мне не изменяет память, у Академии даже есть парочка непопулярных и не очень сложных Подземелий. Можно будет сходить туда и внимательно понаблюдать за поведением монстров. Заодно отработаем командную работу с Виолеттой, благо последняя согласилась с нами пойти. Популярность и опыт лишними не бывают.

Вдобавок ко всему, это также станет фундаментом перед походом в более сложные Подземелья. У меня так-то в планах сравниться в силе со своими товарищами не только за счёт артефактов.

Правда, догнать их будет непросто, учитывая их стремительный рост. Вон, Винсент за несколько дней умудрился освоить технику своего рода. Да и, уверен, Алиса тоже не сидела на месте. Про Виолетту вообще говорить не имеет смысла — я прекрасно знаю, насколько далеко она продвинулась в ледяной магии.

Благо на моей стороне будет универсальность, ведь рунная магия позволяет в равной степени использовать практически любые виды магии. Главное — знать, как их применять.

Из-за этого, правда, мне всё больше не даёт покоя вопрос: а почему люди полностью отказались от рунной магии в том виде, в котором я её использую? Ведь, если так посмотреть, она весьма эффективна и позволяет тратить куда меньше маны. Создать магический конструкт всё-таки значительно сложнее, нежели просто начертить небольшой знак в воздухе.

Похоже, это тот вопрос, на который я нескоро смогу получить ответ. По крайней мере, пока не стану сильнее.

Мы с Алисой, идя бок о бок, неспешно гуляли по парку на территории Академии. Несмотря на сезон, на небе светило яркое солнце, поднимая окружающим настроение. Да и нам двоим, в том числе.

— Знаешь, у меня такие ощущения, будто мы с тобой прогуливаемся на свидании, — непринуждённо сказала Алиса, не отрывая взгляда от дорожки.

— Так ты же меня пригласила поговорить, — улыбнулся я в ответ, наклонив голову в сторону девушки. — Значит, тебе решать, свидание это или нет.

— Опять эти твои шуточки, — буркнула она, подняв голову в мою сторону. В этот раз хотя бы обошлось без смущения. — Я так-то пыталась разрядить обстановку, а то мы десять минут просто ходим и молчим.

— Я привык слушать, — пожал я плечами на это заявление. — Если человеку нужно о чём-то рассказать, я готов дать ему время на подготовку. Для меня это в первую очередь вежливость и уважение к собеседнику.

— Какой ты вечно серьёзный… — на лице Алисы пробежался такой спектр эмоций, что я попросту не понял ни её реакции, ни того, что она хотела этим сказать. — В общем, я хотела поговорить про княжича. Да и про весь род Хартвудов в целом. Ты же не против?

— А должен? — усмехнулся я в ответ. — Рассказывай, не стесняйся. Я даже про род Хартвудов ничего не слышал до благотворительного вечера.

— Что ж, раз так… — девушка взяла небольшую паузу, после чего повернула голову в мою сторону. — Наш род, помимо охоты на монстров и добычи материалов в Подземельях, практически ничем не промышляет. Большинство рыночных ниш уже заняты. Создать свой бизнес с нуля, не имея за собой огромного капитала и связей, практически нереально. Сам понимаешь, из-за этого добиться более высокого положения в обществе — тоже практически нереально. Тут только или в вассалы идти к более могущественному роду, потеряв свободу и независимость, либо…

— Брачный союз, — констатировал я, заметив лёгкое раздражение на лице девушки.

— Да. Он самый… — нахмурив брови, ответила она. — Хартвуды — дипломаты. Они довольно близки к имперскому роду и имеют множество связей за рубежом. Поэтому мой отец, пару лет назад услышав предложение о помолвке, очень им заинтересовался.

— А его ничуть не насторожило само предложение? — приподнял я брови.

Как-то не очень дальновидно со стороны отца Алисы, если так посмотреть на первый взгляд.

— Глава рода Хартвудов был очень убедителен, — покачала головой девушка, чуть сбавив шаг. — В их роду все поголовно рождаются менталистами. С одной стороны, это сильное преимущество, ведь в Амрателе их не так много. С другой стороны, их представителям не хватает чистой боевой мощи. Поэтому около сотни лет назад они стали заключать союзы с воинами.

— Примером результатов этого союза стал Роланд, не так ли? — догадался я, к чему клонит моя подруга.

— Да. Он менталист и чистый магический мечник, — кивнула девушка в ответ. — Сами же Хартвуды хотели, чтобы у них в роду появились стихийные мечники или хотя бы заклинатели. Они в целом, как я позже заметила, очень избирательны, когда дело касается таланта. Не удивлюсь, если они втайне мечтают вырастить мага, который в одиночку сможет перевернуть всю империю с ног на голову.

— С трудом представляю, какой силой должен обладать маг, чтобы свергнуть императора и всю его семью, — сложил я руки на груди и поднял голову к небу. — Сила — не самая главная черта, необходимая правителю даже в качестве инструмента власти. Власть, основанная лишь на ней, долго не продержится. Такой себе план на самом деле. Вряд ли они хотят добиться именно этого.

— Энкрид, честно, не знаю, что у них творится в голове, да и знать не хочу, — немного поморщившись, Алиса потёрла пальцами виски. — Да и не суть. Главное, что они пришли к моему отцу с предложением о помолвке, а тот в целом был не против согласиться. Он поставил Хартвудам только одно условие — чтобы Роланд сам добился моего расположения.

— Дай угадаю: Хартвудам это очень не понравилось? — с лёгким любопытством в голосе спросил я.

— Сильно не понравилось… — весело усмехнулась в ответ девушка. — Где Лейвины, а где Хартвуды? Мы, конечно, не безызвестны в Амрателе, да и боевой мощи у нас немало, но куда нам тягаться с княжеским родом, ещё и настолько приближённым к имперской семье? Поэтому главе рода Хартвудов очень не понравилось данное условие. Они-то рассчитывали сразу получить согласие, тем более что другие помолвки проходили именно так.

— С тех пор между вашими родами появилась вражда? — приподнял я бровь и с куда большим интересом посмотрел на девушку.

— Нет. Во время разговора о помолвке там присутствовали я и Роланд, — тут на лице девушки вновь появилось отвращение. Она недовольно сморщила личико, словно съела кислый лимон. — Последний объявил, что не возражает против такого условия. В конце концов, оба партнёра должны любить друг друга, иначе это нельзя будет назвать брачным союзом. В первый раз мне его слова показались искренними. Только интуиция без остановки говорила о том, что здесь что-то не так.

— Думаешь, влияние ментальной техники? — коротко уточнил я.

— Возможно, — не стала отрицать этого варианта девушка. — Но, как по мне, он ещё тогда показал свою гнилую натуру. С виду такой добрый, вежливый, обаятельный, харизматичный, красноречивый, а внутри — тот ещё высокомерный нарцисс и собственник с манией величия. Он хорошо это скрывает, но, если долгое время лично с ним общаешься, начинаешь замечать эти изъяны.

— Не сказал бы, что прям хорошо, — на моём лице проступила улыбка. — Мне он сразу показался не тем, за кого пытается себя выдавать. Обычный скользкий змей, с которым лучше не иметь никаких дел.

— Значит, у тебя острый глаз на людей, — точно так же улыбнулась Алиса и спустя пару секунд тяжело вздохнула и задёргала пальцем. — Целый год Роланд пытался добиться моего расположения, используя всё своё очарование. Но, как ты выразился, он мне казался слишком ненастоящим, что ли. Словно за весь год я видела и разговаривала с его маской. Поэтому, предварительно поговорив с отцом, я отказалась от помолвки. Он не стал возражать, сославшись так же на то, что сам Роланд слишком мутный и его род слишком темнит.

— Роланду это должно было ой как не понравиться. Столько времени и стараний впустую, — покачал я головой. — Уверен, внутри он в тот момент весь кипел от злости.

— Внутри так точно, я уверена, — теперь веселее усмехнулась Алиса. — Внешне он не выглядел хоть сколько-то недовольным. Улыбнулся, сказал, что ему очень жаль, что мы не сошлись характерами. Следующие пару месяцев он даже вёл себя вполне прилично на тех мероприятиях, на которых мы пересекались, пока вдруг не пригласил меня на танец. Я чувствовала подвох, но отказаться не могла. Меня попросту бы не поняли окружающие. Да и ещё сильнее портить отношения с родом Хартвудов не хотелось.

— Прекрасно понимаю, — с сочувствием в голосе ответил я и кивнул. — Тебе дали выбор без выбора.

— Да. Пожалуй, можно сказать и так, — согласилась со мной Алиса. — Дальше, думаю, ты ещё на благотворительном вечере понял, что случилось. Мы танцевали, разговаривали, пока он неожиданно не бросил на меня свой взгляд. Этот мерзкий холод пробрал меня до самых костей. Я споткнулась и упала на пол вместе с ним. Роланд тут же демонстративно помог мне подняться, громко сказав, что ничего страшного, со всеми бывает, но вот репутационный урон был нанесён. Для всех всё выглядело так, будто я не умею танцевать. Я и так не особо умела, а тут ещё такое случилось…

— Тем не менее ты прекрасно танцуешь. О лучшем напарнике я даже мечтать не мог, — улыбнувшись, подмигнул я, посмотрев прямо на Алису. — Что касается Роланда и Хартвудов, я лишь подтвердил свои подозрения. Что он, что его род — не такие уж добрые и хорошие люди, какими пытаются казаться. А ещё они умеют выжидать момент, чтобы ударить тогда, когда ты этого ждёшь меньше всего. Впрочем, разве это повод его бояться?

— Я всё равно не хотела тебя втягивать в этот конфликт, — покачала головой девушка. — Но теперь понимаю, что узнай ты о действиях Роланда, всё равно пошёл бы с ним на конфликт.

— Можно подумать, ты не шла мне на помощь тогда, когда меня пытались принизить за мой недуг, — усмехнулся я в ответ, погрузившись в старые воспоминания. — Чуть что при тебе говорили за моей спиной, как ты тут же шла осаждать их речи. Вспомни, сколько раз тебя наказывали за грубое поведение?

— Так это в обе стороны работало, — девушка бросила в мою сторону многозначительный взгляд. — Мы так-то оба привлекали к себе внимание дисциплинарного комитета.

— Вот именно поэтому я воспринимаю тебя как близкого человека, — мягко улыбнулся я, глядя на девушку.

— Я тоже, — улыбнулась она в ответ и добавила: — Кстати, у меня для тебя есть сюрприз. Остановись, закрой глаза, протяни ладонь и открой её. Обещаю, что обойдусь без фокусов.

— Ты не Винсент, к кому могут прийти самые безумные идеи для шуток, — усмехнулся я в ответ, глядя на пустые руки девушки. После этого я выполнил её просьбу. — Ладно, к сюрпризу готов.

— Точно готов? — игриво спросила она.

— Точно, точно, — тихо засмеялся я. — Ну так что за сюрприз?

В одно мгновение я почувствовал на щеках прикосновение тёплых губ, после чего Алиса что-то положила в мою ладонь и тут же закрыла её.

Я неспешно открыл глаза и увидел довольное лицо Алисы. Она кокетливо улыбнулась мне, после чего одним движением развернулась на сто восемьдесят градусов и сказала:

— Спасибо тебе, Энкрид.

Не дожидаясь моего ответа, она неспешно зашагала в сторону Академии, изрядно меня удивив. Вот уж чего-чего, а такой смелости и открытости я от неё не ожидал. Всё-таки обычно она ведёт себя весьма сдержанно.

Открыв же ладонь, я увидел на ней шоколадную конфету со вкусом клубники. Прямо как запах её любимых духов. Миленько, ничего не скажешь.

Глава 17

Вот и начались наконец-то семестровые экзамены. Данное мероприятие началось тихо, практически незаметно для меня, в отличие от других учеников… Те ходили все как на иголках. Некоторых я даже замечал с учебниками в руках прямо в коридоре, а ведь до этого они к ним вообще не притрагивались — вот что страх экзаменов с людьми делает.

Саму теорию я сдал безо всяких проблем как в устной, так и в письменной форме. В последней разве что пришлось намеренно допустить пару незначительных огрехов, чтобы работа не выглядела совсем уж безупречной и не вышла на первые позиции. Всё же сказывалось, что большинство думают лишь о боевой части своего развития, так что на фоне других было не так сложно преуспевать в теоретической части.

Ещё бы подумали, что за меня её писали какие-нибудь преподаватели или профессора магии, и стали бы тратить в разы больше моего времени на всякие проверки.

Алиса, к слову, таки получила свой высший балл, как того хотела. В этом году она вознамерилась закончить Академию отличницей, поэтому прилагала немало усилий, обращаясь, в том числе ко мне за помощью. Ну а мне несложно было объяснить сложные для неё моменты — так и я сам лучше погружался в тему.

Что до Винсента… Он сдал теорию чуть выше среднего. Она никогда не была его сильной стороной, да и мой друг сам говорил, что ему гораздо больше интересна практика, нежели заучивание книжек. К тому же Винсент придерживался мысли, что магию надо изучать не через формулы и закорючки, а чувствовать сердцем. Как говорится, у каждого свой путь. Не осуждать же его за сделанный выбор, тем более что он был вполне неплох.

Виолетта тоже сдала теорию на высокий балл. Как сама девушка призналась, ей помогли приобретённые в ходе нашего совместного обучения знания. Правда, складывалось ощущение, что она пытается занизить свои заслуги. Как-никак, ещё до нашего знакомства она получала хорошие оценки.

Оставалось сдать практические занятия, и вот тут как раз возникли вопросы. Причём до такой степени, что пришлось идти к директору. А ещё говорят, что он очень занятой и у него мало свободного времени… Кажется, это он сам выдумал, чтобы побольше ничего не делать. Хорошо хоть лысый охранник в этот раз не стал задерживать.

Я снова сидел на диване и смотрел на задумчивое лицо Тимиона Альтенбурга, стоявшего возле окна.

— Буду честен с тобой, Энкрид. Мне непонятен твой ход мыслей, — начал свою речь старик. — Академия не запрещает сдавать практику исследовательскими материалами. Да, высший балл по практике ты не получишь, но с твоими оценками ты точно не будешь исключён из Академии. Да и на второй год тебя оставлять никто не собирается даже из-за поведения. Зачем тебе идти в Подземелье?

— Если вы клоните к тому, что во мне проснулось бунтарство и пропал инстинкт самосохранения, то нет, — ухмыльнулся я в ответ. — Скорее, появилось желание своими глазами изучить поведение монстров. Благодаря друзьям и артефактам рода я могу постоять за себя. Рисковать своей жизнью просто так не намерен, уж поверьте. Правда, вот ваше чрезмерное беспокойство мне непонятно. В первый раз меня без проблем отпустили в Подземелье.

— Я не вижу смысла запрещать подобные вещи ученикам, — покачал старик головой, поглаживая рукой свою бороду. — Если у человека появится желание, он в любом случае найдёт лазейку. Однако чрезмерное увлечение Подземельями — тоже не есть хорошо. Я знал немало магов, которые жили только ради сражений. Ставя на кон свою жизнь, ты чувствуешь те эмоции, которые невозможно испытать в спокойное для человека время.

— Сомневаюсь, что у меня появится пристрастие к сражениям, и уж тем более я не собираюсь становиться адреналиновым маньяком, на что вы намекаете, — сложил я руки на груди. — Сами ведь знаете, какой у меня характер. Я не люблю конфликты и предпочитаю спокойную, размеренную жизнь. Подземелья, в моих глазах — не более чем исследовательский материал. Тем не менее, если придётся сражаться с монстрами, я не отступлю, если на кону будут стоять жизни дорогих мне людей.

— По крайней мере, твои слова похожи на правду, — заулыбался профессор, вновь погладив свою длинную седую бороду. — Я вижу в тебе большой потенциал, Энкрид. Уверен, лет через десять-двадцать ты станешь одним из главных светил науки в Амрателе. Не хотелось бы, чтобы такой человек погиб из-за собственной гордыни или ошибки.

— Жизнь непредсказуема, — на это заявление я развёл руками. — Никто не может сказать, что случится завтра, спустя неделю, месяц или год. Максимум — предположить. Так что не вижу смысла гадать об этом.

— Правда за тобой, мальчик мой, — от последней фразы я скривился. Знает же, что она мне не нравится, а всё равно повторяет, будто дразнится. — Хорошо. Заявку твоего друга на рейд в Подземелье Академия одобрит. Главное — будь осторожен. Его больше трёх месяцев никто не зачищал. Монстры не торопятся рваться наружу, но за это время они определённо должны были стать сильнее.

— Само собой, — коротко кивнул я директору.

Подготовка к рейду в этот раз заняла меньше времени, поскольку в Подземелье было всего два этажа. Спускаться на второй мы не планировали, поскольку нам в первую очередь требовалось отработать командную работу.

Прямо говоря, сложное Подземелье нам точно бы не подошло. Так что я предложил команде вариант попроще. Там обитали обычные скелеты, как те, которых мы практически миновали в предыдущем рейде.

Всё-таки тогда нашей целью были кобольды, и задерживаться на скелетах никому не хотелось. Тем более, когда помещения по большей части представляли собой ловушки, а значит, мы бы не смогли быстро зачистить этаж.

Новое Подземелье как раз отличалось тем, что внутри скелетов было побольше, а ловушек поменьше. Самое то для команды из трёх человек. Заодно я мог отточить свои навыки ближнего боя. Главное — находить момент, чтобы активировать рунные знаки, пока никто не видит. Надо же мне их как-то тестировать в боевой обстановке.

Алиса точно так же согласилась подвезти меня с Винсентом до Подземелья. Ну, точнее, чтобы нас подвезли её слуги, как в прошлый раз.

Вот только, нам всё равно пришлось ждать приезда её слуг, поскольку мы по привычке пришли сильно раньше обозначенного времени. Даже Винсент.

И тут выяснилось, что наша подруга опять обманула парня со временем, поскольку знала, что он опоздает. Ровно так и произошло. Надо было видеть его лицо, когда мы наконец-то увидели улыбающуюся девушку, которая неспешно подходила к нашей точки сбора.

— Алиса, да сколько можно-то! — недовольно воскликнул Винсент, нахмурив брови и начав скрежетать зубами. — Ведь не первый раз так делаешь. Зачем назначать встречу в такую рань? Да если бы я побольше поспал, то не опоздал бы. Ещё и был бы полон сил.

— Хорошо, Винсент, — как ни в чём не бывало, улыбнулась Алиса. — Я больше не буду так делать.

— А? — растерявшись и застыв на месте, недоумённо поднял брови Винсент. Затем он неловко почесал затылок. — Эм… ладно. Спасибо за понимание.

Винсент бросил на меня вопрошающий взгляд, словно пытался им сказать: «Энкрид, что происходит? Это точно Алиса? Помоги, я не знаю, что делать. Может она того… сломалась?».

— Радуйся. Тебя поняли с первого раза, — улыбнулся я в ответ, с трудом сдержавшись, чтобы не засмеяться.

— Так-то оно да, но… слушай, можно тебя на пару слов? Чисто мужской разговор, Алиса, без обид, — повернул мой друг голову в сторону девушки.

— Разговаривайте, мне-то зачем слушать ваши секретики? — пожала плечами Алиса, после чего оглянувшись по сторонам добавила: — Пойду в магазинчик заскочу, газировки нам куплю. Всё равно ещё час машину ждать — пока оформят все сопроводительные документы, но вы это и сами знаете.

Винсент показал большой палец вверх. Я же дождался, когда наша подруга уйдёт на приличное расстояние, после чего спросил:

— Что-то случилось? — спросил я, не понимая причины странного поведения парня.

Не припоминаю, чтобы он вообще когда-то стеснялся или считал нетактичным что-то открыто при всех говорить.

— Да как сказать… — замялся друг. — Я понять не могу, что с Алисой последние пару дней происходит.

— О чём ты? — теперь, видимо, пришёл мой черёд удивляться.

— Как бы это объяснить… ведёт она себя в последнее время странно, — немного подумав, ответил Винсент, после чего бросил взгляд в сторону Алисы. — Я как-то привык, что она ходит как хмурая туча, спорит со мной постоянно по делу и без. С другими ведёт себя сдержанно, не показывая эмоций, если только это не касается меня, тебя или Виолетты, которую ты сам к нам привел познакомиться. А теперь…

— Если ты про сегодняшний инцидент, то, полагаю, она таким образом подшутила, — пожал я плечами. — Как по мне, зря ты так раздуваешь из мухи слона.

— Да это не первый день происходит, Энкрид, — тут же возразил мне Винсент. — Она в последнее время совсем перестала спорить. Улыбается постоянно, шутит, в хорошем настроении пребывает. Даже когда теоретическую магию в библиотеке изучала, сидела довольная, как удав. Что за пчела её ужалила, я не пойму. Не бывает же такого, чтобы человек по щелчку пальца так менялся. Это ведь небось из-за того, что ты княжичу нос утёр, да? Говори уже давай, а то я весь изведусь без подробностей!

— Слухи быстро расползаются, — усмехнулся я, догадавшись о причине такого поведения Алисы. Что ж, в какой-то степени это и впрямь касалось Роланда.

— Так ещё бы. Можно подумать, каждый день кто-то вступает в открытую конфронтацию с представителями княжеского рода, — усмехнулся Винсент, хлопнув меня по плечу, и тут же добавил: — Спасибо, что прояснил догадки. Если этот ублюдок решит полезть на тебя или Алису, только дай знать. Я его так в бараний рог скручу, что мало не покажется. И заметь, все в рамках правил спаррингов, так что претензий у него быть просто не может. Главное — знать как бить, чтобы было обидно, но при этом и жуть как больно.

— Само собой, — улыбнулся я в ответ, после чего мы продолжили ждать наш транспорт. Только уже с газировкой в руках и шоколадными батончиками, которые так любезно предоставила нам Алиса.

Хорошо, конечно, быть магом с крепким желудком, а то, чувствую, в прошлой жизни за такую диету мой желудок спасибо бы не сказал.

Поездка и вход в Подземелье мне ничем примечательным не запомнились. Ехали мы несколько часов, потом нас проверили и пустили внутрь. Стандартная процедура, не стоящая большого внимания.

Разве что Алису, по ощущениям, переполнял энтузиазм. Она постоянно потирала ладони и нервно била ногой по земле, пока нас досматривали, словно не могла дождаться, когда нас наконец-то пустят внутрь.

— Эх, скелеты. Старые добрые скелеты, — сказал Винсент, как только мы зашли в Подземелье, и сразу же показал кавычки. — Мои «любимые» неубиваемые твари. Будь моя воля, вообще бы к ним не совался, но тренироваться с копьём надо против тех, кто оружием машет. Иначе что это за тренировка такая, верно говорю?

— Чем тебе обычные монстры не угодили? — хмыкнул я на столь «громкое» заявление. — Там тоже надо проявить силу, ловкость, ум, сноровку.

— Энкрид, ну ты же сам мечник, — закатил глаза парень и нахмурил брови. — Одно дело, когда сталь бьётся об сталь. Там ты сравниваешь, чей стиль, чья техника боя лучше. А с монстрами оно так не работает.

— У Эйзенхорнов никогда не было своего строго выраженного боевого стиля, — пожал я на это заявление плечами. — Мы попросту адаптируемся во время боя. Поэтому мне тебя сложно понять.

— Всё время об этом забываю, — стукнул себя по лбу Винсент. — Надо нам проводить больше спаррингов, вот что!

— Да ничего, бывает, — отмахнулся я рукой, проигнорировав его последние слова. — Давай лучше сосредоточимся на рейде, а то ещё стрела в спину прилетит и будет совсем неприятно.

— Дело говоришь.

Первые несколько помещений оказались совершенно пустыми. Ни ловушек, ни скелетов, только голые кости. Как-то оно всё выглядело подозрительно, особенно для Подземелья, которое не зачищали несколько месяцев. Я нутром чуял подвох, да и остальные в отряде тоже.

На всякий случай, пока никто не видел, я наложил на себя «ускорение» и «жизнь».

Так длилось минут пятнадцать, пока, зайдя в следующее помещение, мы не наткнулись на груду странно валяющегося холодного оружия, костей и черепов посреди комнаты.

— Они тут валяются не просто так, — сказал я команде, нутром чувствуя ловушку. — Как только будем в середине комнаты, все эти скелеты очнутся и атакуют нас. Нужно их разбудить и сразу вернуться в предыдущую комнату, чтобы они не могли нас окружить. А потом побить по одному или малыми группами.

— А почему они должны встать? — тут же поинтересовалась Алиса, держа лук наготове. — У них всех кости рук, ног и даже головы лежат в нескольких метрах друг от друга. С такого расстояния они заново быстро не соберутся.

— Потому что это необычные скелеты, — не меняя тона, объяснил я. — Подземелье долгое время не зачищали. Следовательно, за это время монстры должны были стать сильнее и гораздо умнее. Надо учитывать это.

— Элитной нежити здесь водиться не должно, — с сомнением в голосе проговорил Винсент, ещё раз окинув скелетов взглядом. — Какой-нибудь лич мог бы их поднять, но подобных тварей здесь отродясь не водилось. Я сам чувствую какой-то подвох, но не могу понять почему.

— Обрати внимание, — спокойно ответил я, после чего вытащил меч из ножен и ткнул его наконечником в сторону костей. — Это место выглядит так, словно здесь недавно прошло сражение. Часть костей раздроблена, оружие валяется рядом или прямо в руках скелетов. Сами черепа при этом никак не повреждены. Значит, у них вполне себе в головах могут храниться магические ядра. Пока не сломаешь им полностью череп или не доберешься до ядра, они даже в таком состоянии будут восстанавливаться.

— Хочешь сказать, что местная нежить за эти несколько месяцев умудрилась эволюционировать? — удивлённо проговорил Винсент, после чего сам взялся за копьё. — Вот только скелетов-заклинателей нам не хватало. Будем надеяться, что эти твари будут просто усиливать себя магией. Одно радует, что этим хотя бы достаточно сломать череп.

— Зато добыча будет богаче, — весело улыбнулась Алиса, натянув тетиву. — Баллы лишними не бывают.

— Не пойму, когда только мы с тобой успели поменяться местами? — с таким же задором ответил Винсент, после чего встал в боевую стойку. — Ладно, другого пути у нас всё равно нет. Можно их, конечно, заманить в прошлую комнату и убивать по одному, но так мы ничему не научимся. Да и скучно это будет, не по мне это. Так что приготовились! Вперёд! — воскликнул он, после чего, не дожидаясь ответа, побежал в центр помещения.

Алиса принялась кастовать огненную стрелу, ну а я усилил поток маны, направленный в сторону рунных знаков. Тело тут же стало лёгким как пёрышко.

Скелеты тоже не заставили себя ждать. Стоило Винсенту приблизиться, как кости один за другим вместе с оружием стали собираться в человеческие скелеты. Всего я насчитал девять противников.

Правда, стараниями моего друга их число сразу уменьшилось на два. Он попросту одним ударом копья перерубил позвоночники, прежде чем они успели полностью «воскреснуть». Дальше просто добрался до черепов и разрушил их.

Следом атаковала Алиса, выпустив одновременно сразу пять огненных стрел. Этого заклинания я у неё не видел. Видать, тоже тренировалась, не покладая рук.

Что ж, моя очередь.

Шаг, шаг, ещё шаг, рывок — и вот я наконец-то оказался возле ближайшего противника. В руке у скелета я сразу заметил саблю, но он даже не успел ею воспользоваться. Я поднял меч вверх, после чего рубанул противника сверху вниз, по диагонали, разломав череп в крошки. О сохранении ядра я в этот момент не беспокоился — безопасность друзей на первом месте.

Второй скелет не заставил себя ждать, атаковав со спины. Причём по скорости он явно превосходил тех же гоблинов. Мне пришлось резко развернуться на сто восемьдесят градусов и выгнуть спину, чтобы его ятаган наконечником не пронзил мне горло.

Пользуясь тем, что враг открылся, я в одно мгновение вернул себе равновесие, после чего последующим ударом меча снёс скелету голову, а вторым врезал ему ногой в грудь, отбросив в сторону. Облегчать ему задачу по сборке себя в целое я не собирался.

Само собой, этого бы не хватило, чтобы умертвить его полностью, но стрела Алисы довольно точно пробила упавший на землю череп. Да ещё так, что и ядро осталось целым, и скелет не думал восстанавливаться. Прямо не лучник, а снайпер.

Дальше разгуляться у меня не получилось, поскольку противники закончились. Винсент стянул большую часть внимания на себя, в то время как девушка, как ни в чём не бывало, расстреляла их стрелами. А мне ведь ещё казалось, что для нашего отряда многовато скелетов разом поднялось.

Хотя нам в какой-то степени повезло.

Да, эти твари явно двигались проворнее гоблинов. Без бафов от рун я так точно получил бы рану. Однако никакой тактики они не использовали и сразу бросились в лобовую атаку.

— М-да уж… — недовольно буркнул Винсент. — Это даже разминкой не назовёшь. Надо было Подземелье посложнее брать. Я ж помру от скуки с такими врагами. Они, конечно, быстрые, но тупые. Гоблины и то умнее будут.

— Зря жалуешься, Винсент, — сказал я, чувствуя, что тревога в сердце никуда не исчезла. — Чутье мне подсказывает, что это только начало. Можешь поверить, оно меня ещё ни разу не подводило.

— Мне бы так, — хохотнул Винсент, спрятав копьё за спину. — Моя интуиция мне только твердит, что надо бы чем-нибудь эдаким перекусить, пока есть время. Может, вяленого мяса?

— Что ж, теперь ты официально можешь претендовать на титул главного обжоры в Академии, — ухмыльнулся я, после чего добавил: — Ладно, разговоры разговорами, а добычу собрать надо.

Собирать добычу со скелетов было проще, чем с гоблинов или кобольдов, учитывая, что мы забирали только уцелевшие ядра. Кости, само собой, тоже чего-то стоили, но они занимали слишком много места. Даже их оружие и то дороже стоило.

Всё оружие, к слову, мы собрали и сразу отнесли в комнату отдыха. Раз уж в Подземелье никто не заходил, то его, само собой, никто не украдёт. Вдобавок, если вдруг Подземелье захочет перестроиться, добыча никуда не денется и останется там же лежать. Удобно, как ни посмотри. Главное, потом всё это добро дотащить до транспорта, а то будет немного обидно.

Чуть передохнув и быстро перекусив, мы двинулись дальше по проложенному маршруту. Дойти до места последнего боя заняло каких-то пять минут. Только в тот же момент в сердце сильнее забилась тревога, словно я до последнего не замечал подвоха.

До этого несколько помещений ничем не запомнились. Обычные пустые комнаты, где помимо чёрных пятен на стенах ничего не было. Казалось, словно Подземелье пытается усыпить нашу бдительность.

— Ловушка, — как только мы вошли в новую комнату, сказала Алиса. Эта, в отличие от прочих, была раза в два-три больше. — Напольная нажимная плита. Подождите, сейчас обезврежу, — с этими словами она полезла в рюкзак за инструментами.

На всякий случай мы с Винсентом взяли оружие в руки. Шанс того, что ловушка сработает с учетом навыков нашей подруги, был низок, но лучше перестраховаться.

— Всё, готово, — не прошло и пяти минут, как девушка закончила разбираться с ловушкой. — Она по всей ширине шла, да так, что хоть полкомнаты перепрыгивай. Пойдёмте.

— Удобно иметь ходячий детектор ловушек, — пошутил Винсент, показывая Алисе палец вверх.

— Всё равно будьте начеку, — добавил я, перехватив поудобнее меч и двинувшись вслед за Алисой. — Не нравится мне эта комната.

— Да что может случить… — недоговорил Винсент, услышав скрежет сразу с двух сторон.

Едва мы дошли до середины комнаты, как на потолке заработали два скрытых механизма. В считаные мгновения плиты сверху куда-то отодвинулись, после чего стальные ворота с грохотом опустились вниз, перекрыв нам путь.

— Опять накаркал! Я же просила не делать так, — недовольно буркнула Алиса, анализируя ситуацию.

Видимо, она недоумевала, каким образом мы активировали ловушку. В общем-то, для меня это тоже оставалось загадкой.

— Да подумаешь, ворота. Сейчас мы их сломаем, и всё будет в порядке. Вот что ещё может произой… — снова не успел договорить Винсент, как сработали ещё два настенных механизма.

Часть стены слева и справа отодвинулась назад, открывая новые проходы. Только вот в этих проходах нас поджидала новая порция скелетов.

Судя по горящим алым огонькам в их пустых глазницах, эти порождения Подземелья куда опаснее предыдущих. Будто этого мало, у некоторых в руках я заметил луки, арбалеты и магические посохи с кристаллами внутри.

— Винсент, клянусь, если мы выживем, я тебя… — сказала Алиса, доставая из колчана свои особые боевые стрелы.

— Знаю, знаю! Виноват! — перебил он её, после чего первым побежал в правую сторону. — На вас левая сторона! Я справлюсь!

Количество скелетов в помещении росло всё быстрее. Я насчитал больше двух десятков, и что-то они не торопились заканчиваться. С таким количеством даже прихваченные на всякий случай мною артефакты не помогут. Ни атакующие, ни защитные.

— На тебе лучники с заклинателями, — спокойно сказал я, бросив короткий взгляд на Алису, после чего побежал вперёд, на «воинов».

Глава 18

Один, два, три… пять воинов, три лучника, три арбалетчика и два заклинателя с нашей с Алисой стороны. Многовато, конечно, для меня противников. Впервые придётся сражаться с таким количеством. Впрочем, мне не привыкать к трудностям. Тем более что непохоже, будто у врага есть хоть какая-то тактика.

В правой руке у меня уже был меч, в левую взял защитный артефакт. Теперь дело за малым — не умереть.

Скелеты не стояли на месте и бежали в мою сторону плотной толпой, кроме арбалетчиков и заклинателей. Те, наоборот, стояли сзади и выцеливали меня. Я сразу сообразил, что это можно использовать в свою пользу.

Часть из них отвлечётся на Алису, но часть точно будет выцеливать меня. Значит, нужно сделать так, чтобы они стреляли по мне, но попадали в своих же. Всё просто, правда, только на словах…

Лишние мысли пришлось отбросить прочь. Внутреннее чутье забило тревогу, и верхняя часть тела рефлекторно согнулась вниз, увернувшись от летящего болта. Повезло. Ещё бы чуть-чуть и задело макушку.

Следом полетела стрела, от которой я ловко ушёл в левую сторону. В меня выстрелили ещё парочкой болтов, но те попали в спины двух скелетов, не причинив мне никакого вреда.

Причём оба снаряда попали очень удачно для меня. Одному точно в череп, а второму раздробили позвоночник. Без последнего монстр бы никак не встал, максимум мог бы ползти, но в таком состоянии он ничего не смог бы мне сделать.

Выходит, сработала тактика. Правда, заклинатели с их стороны что-то совсем бездействуют.

Времени разобраться с последними мне не дали. Первый скелет уже чуть ли не вплотную подобрался ко мне. У этого в руках было сразу два ятагана, которые ему никак не помогли. Прежде чем он сделал замах, я сделал прямой выпад вперёд, пробив череп вместе с ядром. Последнее, конечно, жалкое терять, но лучше так, чем подставляться под удар.

Не медля ни секунды, левой рукой я тут же активировал барьер. Очень вовремя, поскольку ещё двое скелетов одновременно ударили слева и справа. Из-за отдачи их оружие отскочило назад, а сами противники открылись под удар, чем я, собственно говоря, воспользовался.

Первым замахом, развернувшись на девяносто градусов, я убил правого. Ему хватило ровно одного удара, чтобы умереть. Со вторым пришлось повозиться и снова развернуться, но уже на сто восемьдесят градусов, подножкой сбить его с ног, после чего добить клинком, пока он не поднялся. Грязный приём для мечника, но с монстрами я не собирался церемониться.

Барьер вовремя перезарядился. Стоило разобраться с этими скелетами, как в меня полетела синяя магическая сфера. В то же мгновение, как маленький шарик коснулся барьера, раздался взрыв, и меня отбросило ударной волной, из-за которой я выронил артефакт.

К счастью, моя защита поглотила большую часть удара, да и руна «Жизнь» тоже помогла. Я даже не чувствовал сильной боли в груди. Можно сказать, обошёлся небольшими ушибами и синяками.

Я быстро оклемался и огляделся, чтобы проанализировать ситуацию. Винсент тяжело дышал, выглядел весь израненным, но двигался очень бодро, не давая тварям себя окружить. Лучники с заклинателями тоже закончились.

Молодец Алиса — вот уж чего-чего, а заклинания она кастует быстро. Даже не пришлось долго стягивать на себя внимание, чтобы она разобралась с тварями.

Ладно, теперь надо помочь Винсенту разобраться с…

Неожиданно я почувствовал всплеск маны со стороны передних ворот. Я не видел противника, но быстро догадался, что он использовал иллюзию, чтобы скрыть своё присутствие.

В отличие от вождя-шамана гоблинов, сделал это куда искуснее. Моё внутреннее предчувствие до последнего молчало, пока скрывающееся до этого порождение подземелья не начало создавать свое заклинание, чем, собственно, и затронуло магические потоки. Правда, из-за этого иллюзия развеялась. В этот же миг время для меня словно остановилось.

Я сразу же увидел скелета в красной мантии и несуразно большой серой шляпе, больше похожей на колпак. В руках он держал вытянутый вперёд посох, вокруг кристалла которого в магическом зрении собиралось множество нитей. Уж в чём, в чём, но я не сомневался, что он собирается атаковать чем-то посильнее магической сферы.

Взгляд алых огоньков глаз заклинателя был направлен на Алису. Монстр ловко выгадал момент, когда девушка доставала из колчана новую стрелу и не могла быстро среагировать на угрозу, чтобы хотя бы попытаться увернуться.

У моей подруги также имелся в запасе защитный артефакт, но последний точно не рассчитан на такой калибр магии.

Дрянь. Я слишком далеко, чтобы перехватить магическую технику скелета-заклинателя. Доставать атакующий артефакт слишком долго, мечом ничего не сделать. Винсент тоже никак не поможет. Ситуация — хуже не придумаешь…

Значит, у меня остаётся один вариант. Рисковый, с последствиями, но всё одно лучше, чем бездействовать и рискнуть потерять друга. Не хотел я так рано подобное демонстрировать, но…

Словно находясь в замедленной съёмке, я сначала развеял баффы, после чего призвал в левую руку перо, принявшись чертить в воздухе рунные знаки.

Первой замерцала «защита», а следом за ней «форма». Я вливал столько маны в эти два «слова», как никогда в жизни. Я чувствовал, как опустошается мой резерв из-за чрезмерно нерациональной траты маны, но не думал останавливаться.

Завидев странное, заклинатель ускорил каст и первым выстрелил спиралевидным магическим лучом. Только он опоздал, ведь я лишь мгновением позже дорисовал щит-соту.

Вражеское плетение встретилось ровно посередине между магом-скелетом и Алисой. Вместо того чтобы взорваться, как это было с магической сферой, луч всеми силами пытался пробить поставленный мной барьер.

Моя защита продержалась недолго, от силы секунду или две.

Этого времени с лихвой хватило, чтобы Алиса резко отскочила в сторону, после чего, вложив стрелу, выстрелила ею прямо в голову своему обидчику. Лишь тогда внутренняя тревога перестала вопить об опасности, и я позволил себе немного выдохнуть.

Слабость тут же накатила по всему телу. По нему словно проходил огонь. Лёгкие горели, руки дрожали, а сам я с трудом дышал. Отдача не заставила себя долго ждать.

Похоже, я перенапрягся с вливанием сил. Как минимум моё тело было не готово к такой нагрузке, учитывая, сколько духовной силы я проводил по энергетическим каналам.

— Энкрид! — услышал я чей-то голос, но из-за помутнения в голове не мог понять, кому именно он принадлежал.

— Я в порядке, — поднял я руку, после чего потянулся свободной рукой в подсумок.

Достав флакон с зельем исцеления и зубами вытащив пробку, я залпом выпил содержимое и вытер рот рукавом. От истощения оно, конечно, не поможет, но хоть голова кружиться перестанет. А там как-нибудь восстановлюсь.

Через секунд пять в глазах перестало рябить, и я заметил, что в целом моя помощь друзьям не то чтобы нужна. Оставшихся скелетов было слишком мало, чтобы они могли причинить хоть сколько-то вреда. В конечном итоге не прошло и минуты, как бой полностью закончился.

Правда, сил двигаться у меня практически не осталось. Всё, что я смог, это спрятать меч в ножны и доковылять до стены, чтобы прислониться к ней и сесть на землю. Чувствую, в ближайшие пару часов я никуда не встану.

— Энкрид, ты в порядке? — практически синхронно спросили меня Алиса и Винсент.

Только если на лице Алисы играло беспокойство, особенно это подчёркивало то, как она дёргала пальцами тетиву своего лука, то у Винсента на лице как всегда играла ухмылка.

Он, скорее, не спрашивал, а говорил: да что с тобой будет? У нас с тобой здоровье как у быка. Сейчас я хлопну тебя по плечу и быстро оклемаешься.

— В порядке, сказал же, — отмахнулся я рукой и посмотрел Алисе в глаза. — Немного перенапрягся, а так ничего страшного. Главное, что вы целы.

— Энкрид… — проговорила девушка и тут же, покраснев, опустила взгляд.

— Я знаю, что ты думаешь. Всё в порядке. Ты у нас в команде самая опасная боевая единица, вот тебя монстры и выцеливают, — попытался широко улыбнуться я, но мышцы лица не особо хотели слушаться. — Не забывай, моя задача в отряде — тебя защищать. Незачем корить себя на ровном месте. И да, Винсент, можешь задавать вопросы. Я же вижу, что у тебя уже глаз дёргается от любопытства.

— Энкрид, может, сначала отдохнёшь? — обеспокоенно спросила Алиса, только, в отличие от моего друга, села справа рядышком со мной. — Вид у тебя совсем неважный.

— Обычное магическое истощение. Пройдёт через пару часов, — протянул я, вновь отмахнувшись рукой. — Тебе ведь тоже интересно, что это было.

Девушка не стала ничего отвечать, но я краем глаза заметил, как от смущения покраснели её ушки. Какой же она иногда бывает милашкой.

— Уж прости, но парочкой вопросов тут не обойдётся, — весело рассмеялся парень, после чего сел прямо напротив меня. — Ты не смотри, что я со скелетами сражался. Я всё видел. Тем более ты и сам говоришь про магическое истощение. Так что… это же была рунная магия, да? Ты поэтому ею в последнее время так интересовался? И только не говори, что это защитный артефакт сработал, не поверю. К тому же я заметил, что ты сегодня сражался сильно иначе. Думал, что эликсир какой необычный выпил, но, похоже, что нет. Выходит, ты научился чувствовать ману и использовать магию, я прав?

От такого потока слов у меня чуть не закружилась голова. Да уж, моему другу надо бы научиться короче формулировать свои мысли. Хотя, учитывая ситуацию, его понять можно. На его месте у меня бы тоже появилось огромное желание расспросить обо всём и сразу.

— Даже не знаю, с чего начать… — задумчиво произнёс я, посмотрев в потолок. — Если коротко, то ты прав, я стал своего рода рунным магом. Как это получилось, я сам до конца не понимаю и вам рассказать не могу, поскольку это секрет рода. Так что извините.

— Но ты же не мог чувствовать ману, — практически повторил последний вопрос парень. — Сам ведь рассказывал, что даже лучшие целители Амрателя разводили руками.

— Можно сказать, один ритуал изменил всю мою жизнь, — хмыкнул я на это заявление. — Больше уже сложнее объяснить.

— Так вот зачем тебе все эти материалы понадобились, включая кровь кобольдов! — сразу же догадался Винсент. Вот это я понимаю проницательность и быстрый анализ ситуации. — А почему рунная магия тогда?

— Скажем так, с ней у меня гораздо больше перспектив стать сильнейшим магом в Амрателе, — как ни в чём не бывало, ответил я, широко улыбнувшись, и добавил: — Предвосхищая новые вопросы. Эту силу я обрёл совсем недавно. Я научился усиливать своё тело за счёт ускорения и укрепления. Также при желании я могу наделять вещи некими свойствами. Например, превращать тупую палку в острый клинок. Создание барьера или любых других плетений мне пока что даётся с трудом. В общем-то, мне больше нечего добавить. Я всё еще только прощупываю дорогу в тумане.

— Что ж, прими мои искренние поздравления, дружище!!! — радостно хлопнул Винсент меня по плечу. Причём не один раз, а несколько, да так, что у меня чуть глаза из орбит не вылезли. Да откуда у этого медведя столько сил⁈ — Наконец-то никто не посмеет тебя называть нулёвкой. Не переживай, я уверен, ты нас спокойно догонишь и перегонишь в магических искусствах.

— Поздравляю, Энкрид, — куда более спокойным тоном проговорила Алиса, тепло улыбнувшись мне. — Я тоже рада, что ты исполнил свою мечту стать магом.

— Спасибо, — кивнул я, поблагодарив обоих друзей. — Только должен попросить держать это всё в секрете ото всех. Я не хочу, чтобы кто-то узнал о моих способностях, пока не стану достаточно сильным. Думаю, сами понимаете, какую заинтересованность может привлечь мой случай.

— Само собой, — практически синхронно ответили Алиса с Винсентом.

— Кстати, а как ты узнал, что я использовал рунные знаки? — посмотрел я на парня. — Мне казалось, ты никогда не интересовался древней магией и понятия не имел, что она собой представляет.

— Ну знаешь, когда в воздухе появляются странные символы, то это явно не обычное магическое плетение. К тому же в прошлом году я был круглым отличником в Академии, — рассмеялся парень и, увидев наши полные удивления взгляды, добавил: — Вас так послушать, так меня, кроме еды, монстров и сражений ничего не интересует.

— А разве не так? — в один голос спросили мы.

— Да какое плохое зло я вам сделал, что вы так обо мне думаете? — демонстративно, как маленький ребёнок, надул щёки парень и сложил руки на груди. — Обидеть Винсента может каждый, но…

— Я буду спарринговаться с тобой по выходным, используя новые способности, — перебил я парня, быстро смекнув, куда он пытается свести тему разговора. — Мне все равно надо развивать навыки.

— Энкрид, ну что ты за человек. Всё удовольствие обламываешь. Я такую красивую речь заготовил, а ты сразу к делу, — с небольшим разочарованием в голосе ответил Винсент. — Не надо так. И да, я согласен.

— Сам говорил, что ценишь прямолинейность, — не мог не подколоть я друга.

— Ты не понимаешь, это другое…

Если не брать в расчёт случившиеся непредвиденные обстоятельства, то наш рейд в Подземелье прошёл быстро и спокойно. Особенно сильно порадовала добыча.

Магические посохи скелетов стоили весьма дорого, а значит, Академия за найденную добычу наградила бы нас не только высокими оценками за практику, но и дополнительными баллами тоже. А они, как известно, лишними не бывают, особенно когда хочется получить личный урок от одного вредного профессора.

У «иллюзиониста» мы, помимо посоха, также нашли артефакт. Это им он скрывал своё присутствие. В общем-то, для Подземелья — не самая полезная штука, особенно когда монстры могут унюхать твой запах даже под магией, но в целом штука весьма ценная.

Ядер суммарно мы насобирали несколько десятков штук. Холодного оружия, конечно, мы взяли поменьше, поскольку тащить его обратно к комнате отдыха было проблематично, да и не сказать чтобы сильно выгодно. Поэтому отбирали только лучшее, но в этом больше помогал Винсент.

К сожалению или счастью, новых скелетов-заклинателей мы не встретили. С одной стороны, мы не получили ещё больше ценной добычи, но с другой мне хотя бы не пришлось перенапрягать энергетическую структуру. Тут уж, как говорится, есть свои минусы и плюсы.

Само Подземелье оказалось не таким уж большим, как мы предполагали. Нам хватило трёх дней, чтобы обойти его вдоль и поперёк, уничтожив всех монстров и собрав с них самую ценную добычу. Ждать следующей перестройки Подземелья мы смысла никакого не видели, так что решили на этом закончить рейд, разделив добычу и сдав её Академии. Тем более что пришли каникулы, и что Винсенту, что Алисе хотелось повидать своих родных, да и просто развеяться.

Мне тоже хотелось повидать отца, мать и старших братьев. Всё-таки давненько мы не виделись друг с другом.

Так что, вернувшись в Академию, я первым же делом сдал материалы и отчитался по проделанной практической работе. С последним, благо, проблем не возникло, и меня заверили, что я также получу высшую оценку по практике, как и мои друзья. Приятно.

Перед поездкой я так же подготовился. Сообщил слугам о планируемом отъезде, собрал личные вещи, заглянул в библиотеку к Люцию и попросил его позволить взять с собой несколько фолиантов по рунной магии.

В этом он мне не отказывал, ещё со средних классов зная, что книги я всегда возвращал вовремя и в идеальном состоянии. Ну или, по крайней мере, в том, в котором они были. Всё-таки когда фолианту исполняется больше пары сотен лет, хочешь не хочешь, а качество никак не останется прежним. Даже если его делали из материалов, добытых в Подземелье. Да и брал я в основном те, что уже имеют копии — оригиналы-то точно никто не отдаст.

Из Академии я вышел в приподнятом настроении, чувствуя радость от того, что скоро вернусь домой. Однако чего я никак не ждал, так того, что вместе с моими слугами сопровождать меня приедет, в том числе отец.

За время нашей последней встречи он никак не изменился. Всё такой же высокий, статный мужчина, с такими же голубыми глазами и тёмными волосами, как у меня. Правда, последние были куда длиннее, чем у меня, из-за чего отец постоянно заплетал их в небрежный на первый взгляд хвост. Вот только в Академии я видел довольно много подражателей, предпочитающих такой же стиль причёски.

Длинные волосы мечнику обычно приносят множество неудобств, но мой отец ими страшно гордился. Хотя, видимо, для одного из сильнейших мечников в Амрателе и того, кого называют столпом Империи, это никакая не проблема.

Правда, сейчас отец свою силу и могущество никак не демонстрировал. Если бы не дорогой костюм и окружающие его слуги, прохожие вполне могли бы счесть его за обычного улыбчивого человека. Пусть и с мечом.

— Отец, — подойдя поближе, я с уважением кивнул своему родителю.

— Опять формальничаешь, — на лице отца дрогнула едва заметная улыбка. — Что ж ты так, Энкрид? Будто постороннего человека на светском вечере встречаешь, а не папу. Хоть бы подошёл, обнял старика.

— Не при посторонних же, — мягко улыбнулся я, окончательно встав напротив отца. — Нам по статусу не положено так себя вести. Так что объятия ждут разве что дома.

— Смотрю, за время нашей последней встречи ты прибавил не только знаний, но и юмора, — снова едва заметно улыбнулся глава семейства, после чего посмотрел в сторону своего автомобиля. — Дорога до аэропорта предстоит долгой, особенно с местными пробками. Пойдём. Заодно расскажешь про своих новых друзей, как шороху в Академии наводишь, в рейды ходишь и на благотворительном вечере развлекаешься. После того дня мне даже пришло несколько предложений о помолвке, — на последнем слове он демонстративно подмигнул мне.

— Жениться мне пока что точно рановато, — вежливо ответил я, после чего вместе с отцом направился в сторону автомобиля. — Ещё столько всего не изучено, чтобы еще и семейными делами заниматься. А вот разговор у нас получится длинный. За последний месяц я пережил, пожалуй, больше, чем за последние три года.

— Что ж, тем интереснее будет поездка.

Глава 19

Мой рассказ затянулся до самого аэропорта, и это с учётом того, что я опускал много деталей и своих личных секретов, включая мой новоприобретённый дар и саму Систему.

Пока что рановато об этом говорить, тем более что я уверен: отец и мать из-за этого начнут только сильнее беспокоиться. Нужно стать сильнее и только затем раскрыть свои карты. Впрочем, это дело будущего, да и на месте посмотрю как лучше подать эту информацию и говорить ли вообще. Я конечно понимаю, что у меня любящая семья, но в первую очередь мне самому хотелось разобраться с этой частью истории моего рода.

В остальном я рассказывал об учёбе, стычках с аристократами, друзьях, рейдах и всё в этом духе. Отец всё это время меня внимательно слушал и не перебивал, при этом никак не реагируя и сохраняя каменное выражение лица.

Лишь когда мы расположились в первом классе чартерного самолёта и взмыли в воздух, отец провёл пальцами по щекам, после чего облокотился о спинку сиденья.

— Сразу видно, что в тебе течёт моя кровь, — его голос звучал так, будто он констатировал факт. — За месяц поссорился с Торнами, Балтерами, Лайспирами и Хартвудами. Прямо как я по молодости, когда тоже учился в Академии.

— Некоторые аристократы попросту не оставляют другого выбора, — развёл я на это заявление руками. — Арн Торн напал на меня в коридоре со своими подельниками, за что получил тумаков. Шевард Балтер сам подошёл ко мне в столовой, решив прилюдно унизить, о чём вскоре пожалел. Осмунду Лайспиру приспичило украсть мой доклад, а оставлять такое без внимания я не мог. Роланд Хартвуд захотел обидеть мою подругу, так что пришлось показать ему его место.

— Я всё это прекрасно знаю, Энкрид, — сказал отец, непринуждённо положив ногу на ногу и сложив пальцы на колене. — У меня везде есть свои глаза и уши. Да и сложно не замечать слона в комнате.

— Слона в комнате? — приподнял я бровь.

— Глава рода Торнов несколько раз присылал мне письма, требуя, чтобы его сына вернули в Академию, — заметно повеселел отец. — Он ещё когда был моим одноклассником, не отличался большим складом ума. Я уж ненароком подумал, что время прибавит ему мозгов, но вместо этого они превратились у него в кисель, по-другому и не скажешь.

— Сложно спорить на этот счёт, — задумчиво сказал я, осознав истинный мотив Торина. Не удивлюсь, если это его отец приказал сыночку напасть на меня, чтобы отомстить таким образом моему отцу. Хотя, возможно, это просто совпадение и не более того. — Тем более, когда руководство Академии само принимает решения, кого принимать, а кого исключать из своего учреждения.

— Вот тебе урок. Некоторые люди в упор будут отказываться принимать правду в лицо, — нравоучительно ответил отец. Впрочем, он всегда так делал. — Насчёт Лайспиров — схожая ситуация получилась. Снова недовольство, но хотя бы в меньшей степени. Глава их рода высказал претензию, что ты раздул из мухи слона, из-за чего его наследник рискует вылететь из Академии, а это пятно на репутации.

— Это исключительно проблемы Лайспиров, — пожал я плечами. — К тому же, насколько я знаю, их род слишком слабый, чтобы устроить нам хоть какие-то проблемы.

— Про род Торнов можно сказать то же самое, — согласно кивнул отец. — У обоих даже вместе силёнок не хватит с нами бодаться. Другое дело Балтеры. Серьёзно ты их, конечно, обидеть решил, особенно, когда предложил мне заключить союз с Эгремонтами.

— Я посчитал, что для нашего рода это будет выгодная сделка, — всё так же, как ни в чём не бывало, ответил я. — С Балтерами при любых обстоятельствах был бы конфликт, а так мы приобрели выгодного союзника. Как минимум у них есть резон противостоять тому, кто решил пойти против Эйзенхорнов.

— Верный подход, сын, — едва заметно улыбнулся отец, кивнув мне в ответ. — К слову, именно из-за Эгремонтов я прилетел в столицу, чтобы заключить официальный союз. Придётся, конечно, подождать пару месяцев, пока наши юристы проверят все документы, но можно сказать, что теперь они на нашей стороне.

— Рад, что всё удачно закончилось, — сложил я руки на груди.

— Я тоже. Особенно учитывая, что Виолетта Эгремонт — весьма талантливая заклинательница, — увидев мой слегка озадаченный взгляд, отец добавил: — Личная сила решает очень многое. Если станет сильнее, то сможет добиться немалых успехов и пробиться в высшие слои общества. Возможно, даже выбьет для рода новый титул. Тут всё зависит исключительно от неё. Ну и мы, конечно, окажем поддержку, если она проявит себя. Такие вассалы всегда пригодятся.

— Из всего списка остались только Хартвуды. Я так понимаю, они уже отреагировали на нашу с Роландом перепалку? — не мог не поинтересоваться я, высказав догадку.

— Всё верно. Отреагировали. Только очень странно, — отец тяжело вздохнул. — Никаких угроз или претензий с их стороны не последовало. Наоборот, в качестве подарка они прислали нам заграничные шелка самого высокого качества. Такие не зазорно даже членам императорской семьи преподнести, в качестве дара.

— Какой… странный и неожиданный ход, — несколько секунд думал я, чтобы найти подходящее слово. — Выглядит всё очень и очень подозрительно. Я бы предположил, что они таким образом хотят сделать вид, будто ничего не произошло, но что-то мне подсказывает, что это не так.

— Хартвуды — это те ещё пауки, — с этими словами отец сложил руки домиком и положил их на подбородок. — Они говорят одно, а на уме у них совсем другое. Даже я с трудом представляю, какие цели они преследуют. Вполне вероятно, вся эта история с твоей подругой — их давно спланированная операция, чтобы добраться до нас. Такой вариант событий исключать нельзя.

— Наш род чем-то им насолил? — во мне тут же разыгралось любопытство.

— Мы враждовали с ними где-то пять сотен лет тому назад, — задумчиво произнёс отец, после чего повернул взгляд в сторону иллюминатора. — Ситуация сложилась весьма неоднозначная. Официально полтысячи лет тому назад мы заключили временное перемирие из-за войны. Это перемирие длится несколько сотен лет, и за этот срок между нами не было ни одного серьёзного конфликта. Максимум небольшие конфронтации, не стоящие внимания. Однако, как ты понимаешь, официальное перемирие мы так и не заключили. К тому же Хартвуды очень злопамятны и старые обиды так просто не прощают.

— Вот оно что, — обдумав и проанализировав всё как следует, я добавил: — Несмотря на сказанное, мне слабо верится, что они настолько далеко смогли всё спланировать. Слишком много переменных, из-за которых весь план мог пойти коту под хвост. Поэтому я не понимаю, почему ты пришёл к такому выводу, отец.

— Ты недооцениваешь их навыки, Энкрид, — не согласился со мной отец. — Хартвуды — один из древнейших родов Амрателя. Я не просто так называю их пауками. Все семьи, которые враждовали с Хартвудами, со временем попадали в опалу или оказывались уничтожены другими силами. Они очень тонкие манипуляторы, которые готовы использовать самые гнусные методы для достижения своих целей.

— По такой логике, для Его Императорского Величества они как обоюдоострый меч, учитывая их положение, — напрягся я, начав осознавать, что враг куда сильнее, чем я предполагал. — Иначе бы он не стал держать таких «пауков» рядом с собой.

— Несмотря ни на что, они отлично выполняют свою работу, — слегка натянуто улыбнулся отец. — Такие люди тоже необходимы императору. Политические игры — очень грязная штука. К тому же любая попытка отгородиться от них практически наверняка приведёт к гражданской войне, что, в свою очередь, обернётся огромными потерями со стороны всего народа. Так что императорской семье приходится закрывать глаза на слона в комнате.

— Значит, мы всё-таки займём выжидательную позицию, — не спросил, а практически констатировал я факт.

Других решений вопроса в данной ситуации я попросту не видел, да и отец наверняка тоже.

— Если захотим напасть на них первыми, это будет выглядеть странно, особенно после подарка. Тем более что для окружающих между нами нет прямого конфликта. Пять сотен лет временного перемирия позволяют забыть даже кровные обиды. Что, сам понимаешь, очень удобно, когда строишь планы и действуешь в тенях.

— Вдобавок Его Императорское Величество будет не в восторге, если мы нападём на его подчинённых, — согласно кивнул я, задумчиво посмотрев в потолок самолёта.

— Как минимум таким ходом я усложню своему другу жизнь, — снова едва заметно улыбнулся отец, после чего посмотрел на меня. — Пока что оставим Хартвудов в покое. Главное — дай сразу знать, если Роланд или кто-то из его окружения решит вставлять тебе палки в колёса. Да и другие тоже, а то, я смотрю, ты все свои проблемы норовишь решить сам.

— Я помню, отец, — на моём лице появилась широкая улыбка. — Однако беспокоить тебя или мать по пустякам я не собираюсь. Если постоянно будешь полагаться на чужую помощь, сам никогда не станешь сильным. Ты ведь сам меня этому учил.

— Какая у тебя всё-таки хорошая память, — чуть повеселев, произнёс отец, после чего вернул прямое положение ног, поставив их на пол. — И всё равно я должен попросить тебя не брать на себя слишком многое. Как отец, я всё равно буду беспокоиться за своего сына.

Я никак не стал отвечать на этот вопрос, поскольку это не имело смысла. Даже ответь я «да», то всё равно продолжил бы поступать так, как считаю нужным. Уверен, отец тоже это понимал, но таким образом показывал свою заботу и беспокойство.

Оставшийся полёт мы в основном обсуждали дела рода и то, как поживает наша семья.

Мама улетела на север, к своим родственникам. Со слов отца, она не очень горела желанием куда-то уезжать, учитывая моё скорое возвращение домой, но того требовали некие обстоятельства. Какие именно, я расспрашивать не стал.

Мой старший брат как обычно отправился в очередной рейд. Его в целом не особо интересовало будущее главенство над родом, так что неудивительно, что всё свободное время он посвящал личным тренировкам и сражениям.

Думаю, он и Винсент быстро нашли бы общий язык.

Средний брат также отсутствовал в поместье, но уже по делам рода. Отец заключил крупную сделку с одной военной корпорацией, занимающейся производством передовой боевой техники, брони и огнестрельного оружия. Конечно, можно было доверить это дело личным слугам, но брату ведь тоже требовалось наращивать личный опыт, как и связи.

Чувствую, когда закончу Академию, глава нашего семейства тоже захочет запрячь меня делами. Или, может, даже во время каникул… Впрочем, ладно, на это я никак повлиять не могу, так что смысла думать об этом здесь и сейчас нет.

В родной город мы прилетели ближе к вечеру, а в само поместье прибыли только поздней ночью. Отца и меня эта долгая поездка сильно измотала, поэтому по возвращении мы сразу отправились спать. Ничего другого в ближайшее время нам не хотелось делать.

Отец, к слову, свою усталость старался не показывать, но мешки под глазами и сонный взгляд говорили сами за себя. Тем более что до встречи со мной он тоже был занят своими делами.

Как обычно, я по привычке проснулся ранним утром, с первыми лучами солнца. Встав с кровати, я снова для себя отметил, что комната в Академии очень уж мала по сравнению с моей спальней. Как минимум здесь помещались три стола, семь книжных шкафов, огромная двухместная кровать, четыре сундука с моими личными вещами, гардероб, телевизор, да и много чего ещё.

Не сказать, чтобы мне требовалось столько свободного пространства, но как минимум такой интерьер был для меня очень удобен. Например, за одним столом я мог читать книги, храня в нём же свои заметки, за другим — искать информацию в сети, благо рабочий терминал был встроен в поверхность, а за третьим — трапезничать, когда особенно сильно углублялся в изучение материала и не хотел спускаться в столовую.

Приняв душ и переодевшись, я сразу же спустился вниз, попросив слуг приготовить мне круассан или еще какую подходящую выпечку и сделать крепкий кофе. Те сразу же стали предлагать приготовить каши, бутерброды, омлет, оладьи, тосты, овощной салат и многое другое, но я сразу отказался.

Само собой, я делал это не просто так. Отец всегда отдавал предпочтение лёгким завтракам, но вот когда дело доходило до обеда… пожалуй, даже Винсент позавидовал бы такому аппетиту.

Глава нашей семьи мог за раз съесть трёхкилограммовый стейк, молочного поросёнка, мясной пирог, овощное рагу, рыбу, обжаренную целиком в духовке курицу и при этом всё съеденное назвать лёгким перекусом…

Тут, правда, стоило понимать, что магические воины потребляют куда больше энергии, чем обычные люди. Особенно высокоранговые титулованные воины, коим являлся мой отец. Восполнение калорий также помогало быстрее восстанавливать ману, так что у поваров всегда была работа. Можно сказать, у магического воина вместо живота была целая топка, которая и занималась тем, что распределяла и запасала энергию.

Как же всё вышеперечисленное касалось меня? Да очень просто. Если отец видел, что я ем «слишком мало», то начинал переживать и предлагать попробовать всевозможные блюда. По итогу из-за стола я с трудом уходил на своих двоих, чувствуя себя каким-то колобком.

Так что каждый обед становился для меня тем ещё испытанием, на которое следовало идти с пустым желудком.

Надо сказать, наш завтрак прошёл довольно быстро и в то же время размеренно. Я выпил кофе и закусил круассаном, отец перекусил своей любимой овсяной кашей, после чего уже обратил внимание на меня.

— Чем планируешь заняться на каникулах? — спросил он, хотя догадывался, каким будет ответ.

— Пока что хочу посидеть в нашей библиотеке, — улыбнулся я и сложил руки на груди. — В Академии новые знания приобрёл, хочу свериться с нашими записями и поискать кое-что из семейных архивов.

— Весь в маму пошёл, — подмигнул мне отец, после чего, как ни в чём не бывало, сменил тему разговора: — В ближайшие пару недель меня не будет дома. Утром пришёл приказ Его Императорского Величества. Хотелось мне проверить, на что ты теперь стал способен, но видно не судьба мне провести время с сыном. Главное — не натвори глупостей, пока меня не будет.

— Я всего-то один раз устроил пожар в алхимической лаборатории, — закатил я глаза, быстро поняв, на что намекает отец.

— Что, в общем-то, не мешает мне тебе это припоминать.

— Отец, я же тоже могу вспомнить, как ты одним ударом снёс всю тренировочную площадку вместе с защитными артефактами, — многозначительно посмотрел я отцу в глаза. — И какая у мамы на это была реакция.

— Я всё равно ни о чём не жалею, — невозмутимо ответил отец. — Оно того стоило.

Мы ещё некоторое время разговаривали с отцом на повседневные темы, пока не пришло время прощаться. Я проводил его до автомобиля, после чего неспешно направился в нашу библиотеку. По совместительству она также служила архивом, так что я намеревался найти информацию о Гедеоне Эйзенхорне — основателе нашего рода.

Благо с проходом в библиотеку у меня не возникло никаких проблем. Слуги проводили меня туда и по моей просьбе оставили одного.

В отличие от академической библиотеки, в этой в глаза сразу бросались зелёный мрамор на полу и потолке с однообразными узорами и длинные белые колонны. Из-за того, что шкафы тоже практически никак не отличались друг от друга, всё помещение вполне можно было назвать одним большим лабиринтом. Благо я ориентировался в нём, пожалуй, даже лучше, чем любой слуга, находящийся сейчас в поместье.

Ну а где должен проводить время молодой аристократ, который так жаждал магии, как не в месте, где лежала целая куча уникальных книг, посвященных этой теме?

Недолго думая, я сразу направился к центру помещения, где как раз хранилось наше генеалогическое древо. Там содержались знания вообще обо всех известных предках, так что я надеялся найти там новые зацепки, касающиеся Системы.

Однако не успел я дойти до нужного места, как внезапно в моей руке появилось рунное перо. Я сразу же заметил, как от его кончика стал исходить луч света, который, словно подсказка в игре или магический компас, предложил проследовать за ним.

Всё произошло настолько неожиданно, что мне понадобилось несколько секунд, чтобы прийти в себя.

— Интересно… — вслух проговорил я, после чего двинулся по маршруту, которым перо вело меня.

Не прошло и пяти минут, как я уткнулся в пустую стену. Здесь не было нарисовано никаких изображений, не виднелось скрытых механизмов или каких-то колебаний в магическом фоне.

Абсолютно ничего. Но вот сообщение Системы считало совсем иначе.

[Найдено пространственное хранилище рода Эйзенхорнов.

Доступно первое испытание наследия.

Желаете начать испытание?]

Понравилась история? Жми Лайк!

Продолжение: https://author.today/reader/598982

Nota bene

Книга предоставленаЦокольным этажом , где можно скачать и другие книги.

Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту, например, черезAmnezia VPN : -15% на Premium, но также есть Free.

Еще у нас есть: 1. Почта b@searchfloor.org — получите зеркало или отправьте в теме письма название книги, автора, серию или ссылку, чтобы найти ее. 2. Telegram-бот, для которого нужно: 1) создать группу, 2) добавить в нее бота по ссылке и 3) сделать его админом с правом на «Анонимность» . * * * Если вам понравилась книга, наградите автора лайком и донатом: Рунный маг империи. Том 1