Глава 1

Система Феррум-28. Шестьсот лет назад.

Еще один удар сотряс корпус корабля. Завыли сирены, воздух с шумом вырывался из пробитых отсеков.

— Всем постам: держать периметр, — голос капитана разнесся по интеркому.

— Оцифровка завершена. Носители запечатаны. Если мы проиграем сегодня — наши найдут нас потом. Мы обязательно победим!

Новое попадание, и голос капитана смолк.

Они проиграли. Их никто не нашёл.

До сегодняшнего дня.

Самая опасная работа в системе Феррум оплачивалась хуже всего. Вик знал это. И всё равно за нее взялся.

Узкое жало его плазмореза медленно, по миллиметру, вгрызалось в переборку разбитого крейсера Федерации. Расплавленный металл тут же собирался в ртутные шарики и нехотя расползался в невесомости. Газовая струя била отдачей, норовя отшвырнуть оператора к дальней стене, но юноша упрямо держал резак.

Коммуникатор вдруг забулькал, сквозь статические помехи прорезался голос босса:

— Эй! Слышь, как тебя… Дэн?

— Вик. Меня зовут Вик, — процедил юноша сквозь зубы, не отрывая взгляда от ослепительного пламени.

— Да мне похер вообще. Нашёл что-нибудь дельное?

— Пока нет, сэр.

— «Пока нет, сэр», — передразнил босс. — Так какого чёрта ты ждёшь? Дуй в центральный коридор и шпарь в корму до упора.

— Борг, я в центральном коридоре. Тут завал, я пробиваю проход. Кормовые отсеки повреждены, там может быть радиация. А мой скафандр…

Не успел парень договорить, как коммуникатор взорвался проклятьями.

— Да мне насрать! Я тебе ещё раз говорю, идиот, раз с первого не доходит: мне нужны нейроблоки! Ищи в грузовых казематах на корме. Не заставляй меня жалеть, что нанял тебя!

На секунду Вику казалось, что он сорвётся и пошлёт мародёра, куда подальше. Но перед глазами встало измождённое лицо матери за стеклом медотсека.

— Да, сэр. Уже иду, сэр! — выдавил он сквозь стиснутые зубы.

— Так-то лучше! Найди хоть пару целых коробочек. Дом Аттвудов нехило за них отвалит! Найди грузовой отсек. И подружку свою прихвати!

И Борг бросил коммуникатор, не потрудившись даже его выключить.

— … и что ты никак не запомнишь как звать этого бедолагу? — услышал Вик, как в рубке зубоскалят приближенные Борга.

— … зачем, они каждый раз разные! — ответ Борга потонул в отдаленном взрыве смеха.

Сволочь.

Вик вырубил резак и развернулся. Узкий луч нашлемного фонаря мазнул по кромешной темноте, выхватив погнутые рёбра шпангоутов, покрытые коркой серебристой изморози.

— Сай, ты где?

Напарник отозвался не сразу.

— Обыскиваю жилой отсек. Ты что, меня звал?

— Нашёл что-нибудь? Выплывай в центральный проход. Борг сказал идти на корму.

В динамике повисла пауза.

— В корму? — Сайрус явно занервничал. — А это не опасно?

— Не ссы, разберемся — оборвал его Вик, вновь включая резак. — Дуй сюда.

Плазморез наконец сделал свое дело. Огромный пласт титана лениво отвалился от переборки и поплыл в пустоте, окружённый ореолом из капель расплава. Прям как медуза, тянущая за собой щупальца.

Вик подхватил его, оттолкнул в сторону. Лист впечатался в противоположную стену, беззвучно взметнув густое облако искрящихся в луче фонаря ледяных кристаллов.

Сборщик нырнул в пролом, скользя в невесомости.

Луч мазнул по стене и замер. В переборку был вплавлен человек!

Точнее, то, что от него осталось. Шлем смялся, как консервная банка под сапогом. В прорези забрала торчал чёрный череп с остатками плоти, нижняя челюсть раскрыта в беззвучном крике.

Стараясь оставаться спокойным, Вик отвёл фонарь. Этот человек умер шестьсот лет назад. Шестьсот. Пыль и легенда. Плевать.

Юноша протиснулся дальше, цепляясь перчатками за искорёженные рёбра шпангоутов. Скафандр глухо скрежетал по металлу. Где-то впереди, в чёрной кишке коридора, в кормовых отсеках, если повезёт, можно будет отыскать несколько кибер-блоков — самой лакомой добычи мародеров. А если не повезёт, у Вика есть нехилый шанс остаться навсегда рядом с этим федералом. И через сотни лет такой же сопляк в дрянном скафандре отведёт фонарь от его черепа.

Если слушаться Борга — скорее всего, так оно и будет.

Ну нет. Только не сегодня.

Мелькнул свет чужого фонаря — это сзади в пролом неуклюже втиснулся Сай. Его взгляд скользнул по стене и упёрся прямо в мертвеца.

— Матерь божья…

В коммуникаторе раздались странные звуки, будто напарник поперхнулся. Да ё-мое!

— Не блевать в скафандр, придурок. Захлебнёшься, — бросил Вик. — Дыши глубже. Помогает!

Прождав, пока Сайрус справлялся со рвотными порывами, Вик медленно полетел по изуродованному коридору. Напарник последовал следом, цепляясь за погнутые переборки.

— Ты точно знаешь, куда идти? Если заблудимся — помрём!

Вместо ответа Вик активировал карту. Забрало шлема тускло мигнуло, и на лицевое стекло легла полуслепая схема крейсера. Проход дальше был отмечен красным маркером. В углу визора пульсировала пиктограмма дозиметра — тревожный оранжевый.

Ну так и есть. Гамма-лучи!

Идти на корму — верная смерть. Сейчас их прикрывал завал из обожжённого углепластика и металла. Стоит сделать проход — и радиация из разнесённого реактора хлынет в коридор.

— Чего мы остановились, Вик?

— Погодь, я думаю. На корме здорово фонит. Пожалуй, мы не пойдем туда, Сай.

— Но раз Борг сказал…

— Плевать на Борга. Пусть других туда посылает. Мы пошарим вот здесь!

Вик ткнул пальцем в голограмму, разворачивая боковой сектор.

— Смотри: судя по маркировке, вот в этом секторе находился ремонтный отсек для дроидов. Там могут быть мемори-блоки, может, даже нейроядра!

— Но Борг велел…

— Хочешь сдохнуть за босса? Без меня!

— Вик, я к тому, вдруг мы там ничего не найдем?

— Должны найти! Погнали!

И парень, решительно оттолкнувшись, поплыл к нужному отсеку. Сай, вздохнув, последовал за ним.

Через пару сотен метров они вновь уперлись в закрытый люк. Символически сплюнув, Вик снова взялся за плазморез.

Эта переборка оказалась композитной. Белое пламя вгрызлось в преграду, выбрасывая снопы беззвучных искр. На визоре оставались тёмные точки частиц сгоревшего пластика — следы, которые уже не сотрёшь.

Вик резал минут десять, пока дуга, замигав, не погасла.

— Всё. У меня батарея сдохла, — отпустив гашетку, он отступил, освобождая место напарнику. — Давай, твоя очередь. Режь по моему контуру.

Сайрус неуверенно перехватил свой резак и выдавил струю. Пламя заплясало по пластику, оставляя кривые рваные кратеры вместо ровного реза.

— Ты что, вообще ни разу резак в руках не держал? — Вик раздражённо схватил его за запястье и выровнял угол.

— Я просто… устал, — Сай часто захлопал глазами за мутным стеклом.

— Держи ровно, придурок. Два дюйма до переборки. Веди плавно…. Плавно, говорю!

Пока Сай уродовал резом композит, в наушниках Вика что-то хрипнуло.

Он сперва решил, что это помехи от резака. Потом различил смех.

Борг не выключил переговорник.

Сборщик тут же вывел на лицевое стекло интерфейс скафандра, приглушил свой микрофон и перевел звук рубки на отдельный канал. Всегда интересно, о чем болтает начальство! Особенно такое сволочное, как у него.

Голос босса с трудом пробивался сквозь помехи.

— Дебилоиды! — громко ругался Борг, не подозревая, что один из дебилоидов его слышит. — Вот же попалась мне пара конченых… Надо было других брать.

— Шеф. Можно вопрос?

Вик узнал голос. Это был Клемма, один из приспешников Борга.

— Давай, бомби, я сегодня добрый.

— Зачем мы вообще набираем этих доходяг с доков? Борг, ты ничего не подумай, я со всем уважением! Но, чёрт побери, от одного-единственного дроида толку больше, чем от десятка этих кретинов!

Борг хмыкнул. В наушниках Вика послышалось характерное шуршание вскрываемого картриджа нейроспайса.

— На это, парни, есть весомые причины. И самая главная — кожаные мешки, в сравнении с ценой нормального дроида, можно сказать, бесплатные!

Рубка взорвалась хохотом.

— Точно! За дроидов платить надо, а эти сами приходят и работают за смешные деньги! — поддакнул другой приспешник по кличке Жало.

Вик слушал хохот, пытаясь подавить нарастающий гнев. Уроды. Чёртовы уроды.

К мародерам идут только от полной безнадёги. Для них сборщики — просто расходник, куски мяса.

Но у Вика не было выбора. Мать лежала в хосписе. Рак. А каждая ампула регенератора стоила больше, чем он зарабатывал за год.

Поэтому Вик нанялся к мародерам, распоследним во всей Вселенной подонкам. Поэтому терпел Борга.

Накоплю на операцию матери — и ноги моей здесь не будет.

Когда гнев чуть схлынул, Вик заметил, что работа Сайруса стояла на месте. Парень старался, едва удерживаясь, чтобы не улететь от отдачи, но толку от его работы было чуть, а энергия и газ уходили.

— Отойди, — Вик отпихнул напарника и потянулся к поясу. — Подсвети нижний стык.

— Ты спятил? Взрывать переборку отсека⁈ А если повредим нейроблоки?

— К черту всё! Свети!

Удлиненный кумулятивный заряд лег точно в шов. Три секунды на таймере. Они оттолкнулись от стены, ушли за искорёженную опору.

В вакууме они не услышали взрыва. Только яркая вспышка затопила отсек, и сейсмическая волна прокатившись по мёртвому крейсеру от носа до кормы, взметая с переборок тучи искрящейся ледяной пыли. И в этом облаке кристаллизованной пыли теперь зиял пролом.

Подплыв к проходу в ремонтный каземат, Вик заглянул внутрь, и сердце его упало. Отсек был страшно изуродован! Видимо, сюда пришлось прямое попадание какого-то мощного древнего оружия: в борту зияла гигантская пробоина, в которую были видны звезды. Внутри все было исковеркано.

Застонав, Вик повел взглядом по сторонам. Слева — каша из перепутанных проводов и графеновых лент, справа… Справа же луч фонаря выхватил ряды дроидов, — ремонтных, сервисных, десантных, — намертво зафиксированных в ложементах. Прочные композитные корпуса покрывал толстый слой инея.

Но в них было то, ради чего парни лезли в радиационную могилу. Осознав это, Вик впервые за несколько месяцев улыбнулся.

— Твою мать, Сайми! Если квантовые блоки целы, считай, мы сорвали джекпот. Денег хватит на всё!

Влетев внутрь, парень в нетерпении подтянулся к ближайшей машине. Тут же послышался треск дозиметра. В этот отсек тоже попадала радиация из реактора. Меньше, много меньше, чем в кормовых блоках. Но она была.

Значит, придется действовать быстро. Очень быстро.

Не теряя времени, Вик принялся вскрывать ближайшего дроида. Сайрус, влетевший следом, тоже принялся за дело. Корпуса дроидов сохранились отвратительно — броня вспорота, сервоприводы скручены, — но коробки с «мозгами» у некоторых уцелели.

— Да ты, наконец, дойдёшь до кормы⁈ — коммуникатор вновь ожил воплем Борга. По интонации было ясно, что терпение босса на исходе.

— Мне придётся вскрывать переборку. Тут завал, — ледяным тоном солгал Вик. На самом деле он уже доставал экстрактором нейроядро.

— Ну так вскрой её, чёрт меня раздери, и не ной! — рявкнул Борг и вновь бросил коммуникатор.

Стиснув зубы, Вик вогнал металлические щупы экстрактора в сервисный разъём на шее дроида. Индикатор дозиметра в углу визора уже налился густым красным. Невидимая радиация вовсю сочилась сквозь защиту изношенного костюма, быстро достигая опасного уровня.

Шесть минут. Осталось шесть минут!

Грубый рывок — и лобовая пластина дроида отлетела в сторону.

— Вик, ты чего? — раздался испуганный голос Сая.

— Что тебе не так?

— Это же нейроядро, — тихо сказал Сай. — Носитель Спиритус Квантум, святого духа машины. С этим не шутят!

— Они стоят денег. Вот и все дела!

— Вик, я серьёзно. Вдруг в нем остался Святой Дух? А ты его дёргаешь, как грязный фильтр.

Вик подцепил блок экстрактором.

— Ничего. Подадим пару скрапов в Храме. Всех дел-то! А таким щепетильным, как ты, Сай, на такой работе не место!

Напарник хотел ответить, но дозиметр защёлкал чаще, и спорить стало некогда

Наконец, Вик справился с закисшим разъемом. Пальцы в толстых перчатках с трудом подцепили борофеновый чип и вытащили из гнезда. Дрожа от нетерпения, Вик вставил контакты в сервисный разъём на предплечье скафандра.

Интерфейс визора вспыхнул, по стеклу побежали строки зелёного кода. Сектора памяти сканировались один за другим.

Затем индикатор замер, светясь ровным изумрудным светом.

Квантовая структура стабильна.

— Живые, — хрипло выдохнул Вик, чувствуя, как внутри словно разжалась тугая пружина. — Они все живые, Сай. Мы богаты.

Сай то ли засмеялся, то ли заплакал — Вик так и не понял. Сам он остался невозмутим, но внутри словно что-то разжалось — впервые за долгие месяцы.

Но надо было поторапливаться. За каждый такой нейроблок Борг обещал пятьдесят солидов. А Вику было нужно триста девяносто. И ни скрапом меньше!

Он потянулся ко второму дроиду. Потом — к третьему. Сквозь дрянной материал скафандра проникал холод, руки парня дрожали. Лишь усилием воли он заставлял себя сосредоточиться на работе. Две минуты… Четыре блоке. Одна минута… Восемь боков… И тут космос содрогнулся.

Глубокая, выворачивающая нутро вибрация прошла по всей длине крейсера — от кормы до носа. Мелкий мусор, осколки брони, замёрзшие капли влаги сорвались с мест и закружились в невесомости.

Вик резко обернулся к пробоине в борту.

Пространство за бортом разорвалось яростной вспышкой.

В черноту вакуума хлынул пульсирующий фиолетовый свет, и из разверзшегося портала, заслоняя свет звёзд, вывалилась исполинская туша.

Это не был корабль. Никаких дюз, антенн, сварных швов. Чудовищных размеров и невообразимой формы тело заполнило все видимое в пролом корпуса пространство. Вдоль хитиновых бронеплит тянулись толстые трубопроводы-вены. Покрытая светящимися пузырями плоть, казалось, дышала, по ее изрезанной каньонами поверхности то и дело пробегала судорога.

Эта гигантская, размером с добрый астероид туша, медленно поворачиваясь, наплывала на остов крейсера. Корабль Федерации длиною в километр казался рядом с ней жалкой щепкой.

В коммуникаторе тут же взорвался гвалт испуганных голосов.

— Что это, парни? Никогда такого…

— Левиафан! — прорезался голос Борга. — Нас почуяли ксариды! Рвём когти, братва! Реакторная, полный вперед! Давай, давай…. Все равно куда!

Крик плетью хлестнул по нервам. Сайрус, услышал обрывки панических возгласов по локальной сети, шарахнулся от пробоины.

— Что? Они уходят! А как же мы⁈ — дико воскликнул напарник.

Сквозь статику пробился искажённый голос Клеммы:

— Босс, а что с мальчишками на корабле? Нет, я со всем уважением, но… может, они с хабаром?

Вик было приободрился. Хоть кто-то о них вспомнил! Но хриплый, циничный возглас Борга не оставил им надежды.

— Да чёрт с ними. Это же не дроиды!

— Но хабар…

— Хер с ним. Хабар просрем, зато жалование платить не придётся!

И связь оборвалась.

Кровь багряным туманом бросилась Вику в лицо.

— Ах ты сволочь! — заорал он. — Я найду тебя, слышишь! Найду!

Но Борг уже не мог его слышать. Дюзы потрепанной посудины мародеров вспыхнули ослепительным пламенем, и вскоре она превратилась в тускнеющую точку. Потом — в звезду среди звёзд, и, наконец, исчезла без следа.

Сайрус с воплями бросился к зияющей пробоине, будто решил лететь вслед за исчезнувшей искрой корабля Борга.

— Вик, они что, улетают без нас? Господа, прошу вас, вернитесь! — заорал он в интерком. — Так же нельзя!

Вика этот вопль просто взбесил.

— Чего орешь, идиота кусок? Всё, тебя списали. Уймись.

Левиафан ксарид тем временем степенно надвигался на крейсер, заслоняя собою звёздное небо. От пульсирующего брюха беззвучно отделились сотни тёмных каплевидных силуэтов. «Биологические абордажные споры. 'Пробы» — вспомнил Вик рассказы бывалых мародеров.

Пробы скользнули сквозь вакуум, закручивая вокруг мертвого корпуса крейсера чудовищный водоворот, и начали врезаться во внешнюю броню. Палуба под ногами содрогнулась — раз, другой, ещё. По корпусу корабля побежала вибрация — ксариды пережёвывали обшивку.

Сайруса буквально затрясло.

— Они вскрывают борт! Вик, мы покойники! Я не хочу здесь подыхать!

Отключив Сая, чтобы не мешал думать, Вик бросился судорожно прогонять все варианты решения.

Вариантов не было.

И тут внутри шлема, прямо в черепной коробке, среди треска статических разрядов, раздался ГОЛОС.

— Кто ты, рядовой?

Глава 2

Голос был резок, самоуверен, и явно принадлежал немолодому, привыкшему командовать мужчине.

— Я не рядовой! — машинально ответил Вик, оглядываясь в поисках источника звука. Тут только он заметил, что киберблок, что он нашел первым и подключил к своему скафандру для тестирования, все еще присоединен к нему. На поверхности его мигал зеленый светодиод.

Вот в чем дело! Голос исходил из древнего нейроядра.

— Так кто ты такой? Доложить по форме! Почему я не чувствую твоей сигнатуры? Отвечай, или заблокирую тебе терминал! — продолжал надрываться неизвестный, предельно самоуверенный командный голос, только теперь в нем отчетливо слышалась нарастающая паранойя.

Нихрена себе. Железке шестьсот лет, а лезет командовать. Еще и угрожает!

— Говорю тебе, я не рядовой и не какой-нибудь там гардемарин, — огрызнулся Вик, стараясь, чтобы голос не дрожал. — Остынь, дедуля. Мы с Саем — всего лишь сборщики.

В коммуникаторе повисла недоуменная пауза.

— Сборщики? Что за «сборщики»?

— Тебе не все равно? — Вик пригнулся, когда над головой, по конструкциям и обшивке снова пронеслись мерзкие вибрации. — Нас сейчас нахрен сожрут пробы ксаридов! А ты про какую-то хрень древнюю спрашиваешь!

Неизвестный из коробочки мгновенно засыпал Вика вопросами:

— Противник на борту⁈

— Поздравляю, дошло.

— Оптику на 360. Статус гермозатворов. Энергетический профиль системы. Живо!

Вик ничего не понял ни про профиль, ни про гермозатворы. Но признаваться не стал.

— Сам смотри.

Он открыл нейроядру доступ к сенсорам скафандра.

На несколько мгновений нейроблок замолчал. Сознание в кристалле за доли секунды проглотило данные — не только то, что Вик видел сейчас, но и полную запись происходящего на камерах скафандра.

Вдруг совсем близко ударила вибрация разрываемого металла.

Выглянув в коридор, Вик увидел, что впереди, в шахте лифта, показались две черные каплевидные твари. Наверное, их можно было бы сравнить с гигантскими личинками насекомых. Многочисленные шипастые лапки, крючья, и мощные жвала, бесшумно перемалывающие композитную броню. Куски обшивки отплывали в стороны, медленно вращаясь.

Вик жестом приказал Саю замереть и сам вжался в переборку.

Заметят — от них останется кровавое пятно на стене.

Несколько бесконечных секунд они ждали. Сай дрожал, то ли от страха, то ли от холода, который уже подбирался к телу. Наконец, пробы уползли вглубь шахты, вибрации ушли куда-то вниз, в нутро крейсера.

Вик первым скользнул в узкий технический лаз. Сай — следом.

— Обстановка ясна, — лязгнуло в наушниках. — Оптика подтверждает контакт с БИОСами. Именно против этой дряни мы и сражались.

— Охрененно. Молодец! Ты лучше скажи, что сейчас делать!

— Первым делом нам надо подключиться к СКД. Я хочу оценить состояние корабля.

Шестое чувство, в просторечии — «интуиция», подсказало Вику, что «скд» — это система корабельной диагностики.

— Слышь, дедуля, ты в уме? — прошипел он, проползая под перекошенной балкой. — Корабль сейчас сожрут пробы! Нахер его диагностировать!

— Отставить. На корабле должны быть секретные капсулы эвакуации комсостава. Надо найти, какие из них уцелели! — пояснил голос.

Целая буря пробежала в душе юноши. Вот в чем дело! Где-то есть офицерская заначка на крайний случай, запрятанная там, где падальщики вроде них никогда бы не догадались искать

— Так что же ты молчал! — взорвался Вик.

Сай вдруг схватил его за скафандр и тряхнул.

— Вик! С кем ты говоришь?

— С коробкой.

— Это Спирит Механикус?

— Нет! Какой-то дед из коробки.

— Рядовой! — голос неизвестного стал ещё злее. — Прекратить неуставной бред и не мешать мне оценивать обстановку!

Сай судорожно сделал короткий знак пальцами у груди.

— Не святотатствуй! Если Духи Машин совсем от нас отвернуться…

— Сай, заткнись! — грубо одёрнул напарника Вик. — Не время молиться и бить поклоны! Тут где-то есть офицерская капсула. Она ещё может быть на месте.

Сай вытаращился на него через запотевшее стекло шлема, часто и мелко дыша.

— Какая капсула? Вик, ты о чём? Откуда…

— Неважно. Главное, что она есть. Но чтобы её найти, нужно вломиться в мозги этого корыта. Прямо здесь.

Вик быстро мазнул лучом нашлемного фонаря по стенам, заваленным технологическим хламом и искореженными запчастями. Если здесь латали боевые машины, значит, где-то обязан быть узел сопряжения с диагностической сетью крейсера.

— Ищи сервисный терминал! — скомандовал Вик. — Выглядит как коробка с кучей разъёмов под оранжевой крышкой. Живо!

Секунду спустя луч наткнулся на нужный объект. Панель притаилась за грудой спёкшегося пластика, чудом уцелев после древнего взрыва. Вик подлетел к ней, одним рывком сорвал крышку, обнажил гнёзда портов. Затем торопливо зачистил контакты вырванного кабеля-переходника и с силой вбил их в разъём.

Ничего. Индикаторы не моргнули, по системе не пробежала даже слабая искра.

— Корабль обесточен, — констатировал голос — Аккумуляторы разрядились сотни лет назад. Подключи аккумулятор своего скафандра к терминалу. Это единственный способ провести диагностику.

Вик недоверчиво уставился на мигающий индикатор питания.

— Не пойдет. Если я отдам энергию — у меня отрубится жизнеобеспечение.

— Альтернатива — смерть, — безжалостно произнёс голос. — Выбирай.

Парень заколебался. Он и так сильно высадил свой заряд, потратив его на плазморез. Без энергии в скафандре он протянет минут шесть. Может, восемь. Потом — судороги, синие губы, темнота.

— Нужно подать энергию? — вдруг услышал он голос напарника. — Что ты сразу не сказал? Подключай мой скафандр, Вик.

Сайрус протянул силовой провод со штекером. Курносое веснушчатое лицо за стеклом скафандра было бледно, но решительно.

— Сай, ты замёрзнешь.

— Если надо для дела — бери. Бери, пока не передумал!

Вик мысленно присвистнул. А пацан-то показывает характер. Молодец, не ожидал!

Не долго думая, он воткнул штекер из скафандра Сая в разъем терминала.

Индикатор скафандра напарника моргнул, быстро теряя энергию.

— Всемогущий Спиритус Квантум, прости нам это святотатство! — прошептал Сай, торопливо творя молитвы. Вик хмыкнул — неодобрительно, но понимающе.

— Пошло питание, — сухо сообщил голос из нейроблока. — Сканирую топологию сети.

Вик считал мгновения, глядя как скафандр Сайруса умирает на глазах.

Внешние фонари погасли, потухла зелёная индикация на визоре, стекло шлема изнутри стремительно затягивалось коркой инея. Сай судорожно выдохнул клубы морозного пара: холод мгновенно и остро ударил под обшивку скафандра.

В кромешной тьме рубки ожил мёртвый пульт. Сквозь толстый слой изморози пробилось бледное зелёное свечение.

Сай уже глухо стонал, когда голос произнёс:

— Отключай питание. Главный командный пункт цел, капсула в нем. Двигаемся к центру. Я построил маршрут. Почти безопасный.

— Почти?

— Да. Твари могут перехватить нас в следующем секторе.

Вик торопливо вырвал кабель. Сайрус бессильно обмяк, тяжело втягивая согревающийся воздух. Вик подхватил его, перекинул окоченевшую руку через плечо.

— Ну, показывай, куда плыть?

Коридоры сливались в один давящий лабиринт. Старикан из нейроблока выдавал нужные координаты, подсвечивая путь, Вик плыл по коридорам и переходам. Искорёженный титан, торчащие кабели, темнота, вибрация работы от челюстей ксарид. Сай едва шевелился: холод вытянул из него почти всё.

Когда коридор упирался в скрученный взрывами металл, Вик пускал в ход остатки ленточных зарядов. Глухие толчки сотрясали остов крейсера, переборки лопались, открывая узкие проходы, и они лезли дальше, окруженные облаками обломков и пластиковой пыли.

На следующем повороте луч фонаря выхватил движение. Впереди, перед массивными гермодверями командного пункта, блеснули иссиня-черные хитиновые бока пробы.

Тварь тут же развернулась.

Кошмарное порождение нечеловеческого разума уставилось на парней. Фасеточные кластеры на уродливой морде вспыхнули фиолетовым, фокусируясь на Сае.

Вик отшвырнул напарника в сторону и прыгнул навстречу. Энергия плазмореза давно была на нуле. Зато в кулаке он сжимал короткий обрезок последнего кумулятивного заряда.

Тварь бросилась вперёд. Массивные жвала клацнули в полуметре от шлема юноши, выбив из титановой переборки целое облако ледяных кристаллов.

— Слушай сюда, парень! — голос в наушниках резанул слух. — Эту тварь так просто не взять! Надо прилепить ей заряд прямо на грудину, под центральный щиток. Только так перерубишь главный нервный узел. Иначе бестолку!

— Легко сказать! — прохрипел Вик. В узкой галерее со сплющенным потолком, в дурацком скафандре, шансов на такой кунштюк почти не оставалось.

Почти.

— Аааааа!!! — разозлившись до бешенства, парень, не помня себя, ринулся вперед. Изловчившись, он нырнул под клацающий хитин, проскальзывая над самой палубой и чувствуя, как над головой проносится смертоносная шипастая конечность.

Развернувшись, он увидел тошнотворные очертания брюха твари и торопливо впечатал липкую ленту точно туда, куда указал майор — в сочленение бронепластин на груди монстра. Резкий рывок назад, и палец до упора вдавил кнопку детонатора.

Блеснула вспышка, взрыв сотряс галерею. Направленный удар распорол внутренности твари, швырнул ее к стене, наполнив коридор едким дымом, ошметками черного мяса и клочками хитина. Кислотная кровь брызнула во все стороны, тут же разъедая титановый настил. Тварь забилась в предсмертных судорогах, бесполезно скребя перебитыми лапами по переборкам.

Вик отлетел к противоположной стенке. Быстро оглядел скафандр, нет ли повреждений. Затем уставился на подыхающую пробу, тяжело, с хрипом дыша.

— Живой? — раздался в шлемофоне голос Сая.

— Похоже на то!

— Бро, это… мля, это было зашибенно! Ты монстр, старик!

— Ладно, хва болтать, — выпрямился Вик. — Двигаем. Куда идти, дедуля?

— Не называй меня так! — проворчал голос. — Мы уже пришли. Вторая дверь слева!

— Пришли… Наконец-то! Аве спиритум квантум! — радостно просипел замерзающий Сай.

Наконец они ввалились в командный пункт и намертво заблокировали за собой тяжелую гермодверь.

Луч фонаря выхватил из мрака огромный зал. Ряды затянутых искристой изморозью тактических голоэкранов, мёртвые пульты и пыльные стойки вычислителей. Никаких спасательных шлюзов или эвакуационных шахт видно не было — только глухие бронированные переборки и замёрзший металл.

Вик бережно опустил стонущего Сая у стены и бросился к главному терминалу, сметая рукавом ледяную крошку.

— Ну что, мы на месте, — тяжело дыша, бросил Вик. — Где капсула?

Прямо на стекле шлема Вика вспыхнули метки. Неизвестный подсветил три едва заметные под слоем изморози кнопки.

— Видишь панель слева от гермодвери? — сказал голос. — Это аварийный доступ комсостава. Жми по меткам. Быстро.

— Мля, тут вообще нет двери!

— Потому что она скрытая. Жми.

Вик ударил по первой кнопке. Ничего.

Вторая мигнула зелёным. Где-то за стеной щёлкнул старый замок.

Третья.

Одна из бронеплит дрогнула, скребнула по направляющим и медленно ушла вбок. За ней открылся узкий, рассчитанный явно не на людей в раздолбанных скафандрах проход.

Сай уставился в щель.

— Там капсула?

— Если повезёт, — сказал Вик. — Лезь.

Они протиснулись внутрь. Проход вывел в маленькую шахту за командным блоком. Там, в глубине, под слоем инея и пыли, висела офицерская эвакуационная капсула. Слишком хорошая для этого мёртвого корыта.

Вик подлетел к пульту, смахнул ледяные кристаллы.

Экраны молчали.

— Аккумуляторы сели! — рявкнул он. — Она мёртвая!

— Тут нет аккумуляторов, — резко сказал голос. — У офицерских капсул автономный ториевый реактор. Он холодный, но живой. Сейчас подсвечу запуск.

На визоре вспыхнули новые метки.

— Левая красная — пиропатрон шахты. Жёлтая — пробуждение реактора. Синяя —двигатель. Не перепутай порядок!

— А если перепутаю?

— Вас размажет по стенке шахты.

— Отлично объяснил!

Вик нажал красную, и в глубине капсулы что-то сухо щёлкнуло.

Мигнула подсветка жёлтой кнопки. Вик вдавил её большим пальцем. Люк капсулы захлопнулся, под полом прошёл низкий гул.

— В ложементы! — приказал голос. — Сейчас же!

— Сай!

Они влетели внутрь. Вик втиснулся в первое кресло, Сай — во второе. Ремни сами рванулись из пазов, ударили по броне скафандров и прижали их к спинкам.

— Синяя, — сказал голос. — Жми.

Вик дотянулся до пульта.

Снаружи, совсем близко, задрожала броня. По корпусу прошёл сухой скрежет, будто кто-то огромный провёл ножом по крышке консервной банки.

Сай повернул голову к узкому смотровому щитку.

— Вик…

Огромная обтекаемая морда — блестящая, черная, показалась в иллюминаторе люка. Потом из неё раскрылись жвалы.

Проба протискивалась в шахту.

Медленно. Уверенно.

Она уже видела их.

Глава 3

Вик мгновенно хлопнул ладонью по последней кнопке и видимый в узкий люк коридор вместе с пробой затопило ослепительное пламя.

Капсулу ударило так, будто снаружи по ней врезали грузовым молотом. Двигатель взревел под днищем. Ремни впились Вику в грудь, голову мотнуло вперёд, губы больно ударились о край коммуникатора.

Сай заорал, но вопль тут же утонул в рёве плазмы.

Потом всё оборвалось, вибрация спала. В кабине капсулы повис ровный глухой гул систем жизнеобеспечения. Двигатели погасли, сила тяжести вновь исчезла.

Вик машинально поднес руку, стереть кровь с разбитой губы. Пальцы ткнулись в бронестекло визора. Черт! Скафандр: ни нос почесать, ни пот отереть.

Спасательная шлюпка стремительно уходила от терзаемого пробами крейсера. Но парни успели увидеть, как исполинская пасть Левиафана сошлась над корпусом.

— Приятного аппетита, ублюдок, — процедил Вик, глядя, как чудовищные, невообразимой формы челюсти смыкаются над километровым титановым остовом. — Подавись им!

Левиафан не подавился.

Он заглотал крейсер целиком. Потом вокруг чудовища вспыхнул фиолетовый свет, и оно провалилось в гиперпереход. На месте осталась только тёмная пустота и редкая пыль обломков.

Вик перевёл взгляд на монитор. Воздух в капсуле теплел. Давление росло. Кислород полз к зелёной зоне.

— Похоже, оторвались, — сказал он. — Сай, живой?

— Н-нормально.

— Всё ещё мёрзнешь?

— Немного.

— Тогда снимай скафандр. Быстрее отогреешься.

— Наилучшим решением будет пополнить энергозапас скафандра от реактора капсулы, — авторитетно заявил голос из коммуникатора. — Затем включить автономный подогрев. Ваш напарник согреется на сорок процентов быстрее.

Вик дёрнулся. Опять этот командный тон! Как будто старикан из коробки только и ждал случая начать раздавать приказы.

— Слышь, дядя, а ты кто?

— Майор Малькольм Хорнет. Двадцать третий десантный дивизион Федерации. Ветеран гражданской войны между Механицистами и БИОСами. Кавалер…

— Всё, хватит, — сказал Вик. — Уже жалею, что спросил.

По системной шине скафандра прошёл импульс. Нейроблок проводил самодиагностику и вёл себя так, будто имел на это право.

Сай смотрел на мигающий зелёный диод слишком тихо.

— Вик…

— Что?

— Ты с кем так говоришь?

— С ним.

— Это же Спиритус Квантум!

— Да нет. Какой-то дед из коробки.

— Точно?

Вик покосился на нейроядро.

— Отвечаю. Обычный человек, был таким же, как мы. Потом ксариды открутили ему башку, а жрецы засунули дух в нейроблок.

— Это не смешно.

— А я и не смеюсь.

— Прекратить неуставной бред, — сухо произнес Хорнет. — Подтверждаю, что не имею никакого отношения к потусторонним сущностям. Теперь насчёт вас, джентльмены. Вы назвали себя сборщиками. Что это? Инженерный корпус снабжения? Почему на вас вместо брони гражданская ветошь?

— Потому что мы гражданские, вот почему, — огрызнулся Вик. — Летаем по местам старых боёв. Ищем разные ништяки. Продаём. С того и живём.

Хорнет молчал.

— Мародёры мы, если так понятнее, — добавил Вик. — Выгребаем то, что осталось от вашего флота, и загоняем за бабки.

— Неидентифицируемая информация. Где ближайший форпост Федерации?

— Нигде.

Пауза стала длиннее.

— Уточните.

— Нет больше Федерации, майор. Давно нет. Твой крейсер разнесли шестьсот лет назад. И мы не солдаты. Так что свой командный голос засунь обратно в коробку.

Сай тихо зашипел:

— Вик, нельзя…

— Можно. Пусть сразу привыкает.

Хорнет ответил не сразу.

— Значит, тот бой был проигран, — произнёс он наконец. В голосе майора впервые пропала сталь. — Кто победил во второй гражданской войне?

Вик зло усмехнулся.

— Слышь, ты там вконец двинулся? Тебе говорят: шестьсот лет прошло. Какая разница, кто победил? Мы сейчас в полной жопе.

— Отставить дерзость, рядовой! — рявкнул Хорнет. — Разница есть. Я объявляю себя командиром этого судна!

— С хера ли, дедуля?

— Во-первых, я старший по званию. Во-вторых, вы не понимаете, с чем столкнулись. А я многие годы воевал против БИОСов. Они предали нас, извратили саму суть жизни, превратились в паразитов, пожирающих миры. Мы должны дать отпор…

Поморщившись, Вик выдернул чип из разъема, и голос майора захлебнулся на полуслове.

— Этот шиз мне надоел, — бросил юноша, поймав испуганный взгляд напарника.

Сай побледнел.

— Ты что сделал?

— Выключил.

— Вик, так нельзя обращаться со Спиритус Квантум!

— Это не святой дух, Сай. Просто федерал, которому не повезло умереть нормально. Его сознание записали в нейроядро, и теперь он орёт из коробочки.

Сай сжал губы и всё-таки сделал короткий религиозный знак: развел по два пальца в стороны на уровне груди, потом поднес их к горлу.

Вик хмыкнул.

— Молись, если тебе от этого легче. Только не забывай еще и думать.

— Вик. А кто реально тогда победил?

— Это ты мне скажи! Кто у нас грамотный, в школу ходил, и все такое?

Сай замялся.

— Про такую древность нам не рассказывали!

Вик недобро ухмыльнулся.

— Судя по тому, что мы ковыряемся в тушах мёртвых кораблей, а ксариды жрут крейсера — проиграли вообще все.

Парни помолчали, наблюдая, как летают по кабине капельки конденсата.

— Вик, — вновь подал голос Сай. — А Вик!

— Чего.

— Куда вообще мы летим?

— Хрен его знает.

Парень потянулся к панели управления. Символы прыгали по экрану, будто кто-то специально придумал их для людей с тремя высшими и допуском к секретным данным. Одно стало ясно сразу: маршевого двигателя не было. Заряд плазмы дал начальный импульс, выводя капсулу из опасной зоны, и всё. Теперь шлюпка просто летела в никуда по инерции.

Хорошие новости тоже были. Капсула пока не разваливалась. Воздух окончательно потеплел, давление держалось. Из растаявшей изморози собирались капли воды и плавали между креслами.

Вик стянул шлем, потрогал разбитые губы. Сай тоже снял шлем и тут же закашлялся.

— Ты умеешь управлять этим? — спросил он.

— Нет. А ты?

Сай осторожно коснулся панели пальцем и сразу убрал руку.

— Тут не так, Вик. Это не гражданская шлюпка. Не верфи Уорриора, не Кена. Это военная техника Федерации!

— Короче, не умеешь.

— Короче, надо воззвать к Спиритус Квантум.

Вик посмотрел на него.

— Воззвать?

— Ну… да.

— Может, ещё свечку поставить?

Сай не улыбнулся.

— Ты не понимаешь. Такие системы слушают не всех. Простолюдинам обычно даже входа нет. Нужен дух машины. Или благословение, даваемое Высокородным через кровь!

— У Борга, по-твоему, кровь была голубая?

— Борг работал с мусором. А это капсула командного состава. Тут всё иначе.

Вик глянул на тёмный нейроблок в ладони.

— То есть без деда из коробки мы просто пассажиры в гробу. Ну, раз так…

Поморщившись. Вик снова воткнул нейроблок в разъём и включил коммуникатор на общий канал.

Зелёный диод мигнул.

— Ну что, остыл, вояка?

Сай поморщился.

— Вик…

— Ладно. Уважаемый Спиритус Квантум, не соблаговолишь ли ты вытащить нас из задницы?

— Сарказм зафиксирован, — сухо сказал Хорнет. — Подключите меня к главному пульту.

— Ты не назвал меня «рядовой»? Уже лучше. Быстро учишься!

— Мне нужны навигационные данные! — игнорируя издевательский тон Вика, деловито сообщил майор.

— Я в душе не чаю, где они. Сейчас кину тебе все, что есть, сам разбирайся!

Вик перебросил данные с терминала на интерфейс нейроблока. Хорнет на несколько секунд замолчал.

— Мы в системе Феррум-28, между орбитами четвертой и пятой планет, — сказал он наконец. — По текущему вектору капсула уйдёт в пустой сектор. Коррекционными двигателями я могу вывести её на траекторию к планете Уорриор.

— Отлично.

— Время полёта — двести тридцать восемь лет.

Цифра впечатлила. На Сая было жалко смотреть.

— Двести…

— Тридцать восемь, — уточнил Хорнет.

— Да какая разница! — сорвался Сай. — У нас еды нет! Фильтров нет! Мы через неделю сдохнем!

— Прекратить панику, — сказал Хорнет. — Есть альтернативный вариант.

Вик напрягся.

— Говори!

— Процедура оцифровки.

— Это ещё что за хрень?

— Сколько нейроядер и мемори-блоков вы успели забрать?

Вик проверил подсумки.

— Четыре ядра. Четыре блока.

— Достаточно. Ваши личности можно записать на носители. Тела погибнут, но сознание сохранится. Я выжил именно так.

Сай побелел. Вик медленно посмотрел на мигающий диод.

— Ты предлагаешь нам умереть и стать такими же коробками?

— И сохранить дееспособное сознание!

— Мне не нужно сознание, дед. Мне нужно тело, деньги и вытащить мать из хосписа. Притом времени у меня в обрез!

— Биологическая форма нестабильна!

— Зато моя. Когда захочу цифровой стабильности — ты узнаешь об этом первый.

Хорнет помолчал.

— Отказ принят. Тогда остаётся гибернация.

— Уже лучше, — сказал Вик. — Объясняй. Только живо и без сложных слов!

— Ваши ложементы оснащены гибернационными модулями, — пояснил Хорнет. — Вы ляжете в анабиоз. Я буду вести активный поиск ближайших пилотируемых кораблей и разбужу вас, как только удастся наладить связь с теми, кто может нас спасти.

Вик еще раз потрогал губу. Растер кровь между пальцами.

— Значит, мы засыпаем, а ты один остаёшься у руля?

— Верно.

— Мне не нравится.

— Других рабочих вариантов нет.

— Сколько у нас времени?

— Семнадцать минут до потери окна коррекции.

— Сколько мы проспим?

— Если маяк примут быстро — часы или дни. Если нет — месяцы. Но вы хотя бы не помрете с голоду!

Вик резко поднял голову.

— Месяцы не катят. У меня мать в хосписе. Тридцать восемь суток до обнуления курса. Не закину бабла на счет хосписа — ее снимут со стабилизации. Так что поторопись

— Вводная зафиксирована, — сухо сказал Хорнет. — Приму меры к обеспечению спасения через семьдесят два часа!

— Вот теперь другое дело! Сай, залазь в ложемент!

Сайрус побледнел, отчего веснушки на носу стали еще темнее.

— А если он нас не разбудит?

— Разбудит. Ему мы нужны живыми. Без нас он останется в этой банке ещё на шестьсот лет. А потом его найдут и сразу сотрут нахрен. А чип воткнут в дроида — шахтера. Кому нужны древние майоры?

— Согласен. Вы — мой единственный доступ к современному миру — неожиданно признал Хорнет.

— Видишь? — сказал Вик. — Он понимает, что мы ему полезны. Значит, пока не убьёт.

— Очень успокоил.

— Как умею.

Вик лёг в свой ложемент. Сай помялся ещё секунду и полез во второй.

Ремни выскочили из пазов и прижали их к спинкам.

— Ещё одно условие, майор, — сказал Вик. — Никаких фокусов с оцифровкой. И не лезь нам в мозги!

— Медицинский мониторинг необходим.

— Мониторинг — да. Запись сознания — нет.

— Принято.

Сегменты крышки пошли сверху. Пространство сжалось до лица, диода на панели и собственного дыхания.

— Спокойно, — сказал Хорнет. — Сопротивление усилит болевой отклик.

Иглы вошли быстро. Под кожу скользнул ледяной состав.

Вик сжал зубы.

Тьма полезла с краёв зрения. Сначала ушёл страх. Потом злость.

Последней осталась мысль о матери.

Семьдесят два часа. Не больше.

Пробуждение обрушилось спазмом.

Лёгкие судорожно выталкивали остатки химического раствора. Внутри кабины надрывалась сирена, заливая пространство пульсирующим красным. Капсулу трясло. Появилась гравитация, но ощущалась она как-то неправильно — тело тянуло вбок и вниз одновременно.

— Хорнет, отчёт!

— Мы в безопасности, — невозмутимо сказал майор. — Наша капсула взята в магнитный захват!

Вик застыл от изумления.

— Кем?

— Неизвестное судно. Сообщаю, что пока вы были в гибернации, я активировал аварийный маяк и усилил сигнатуру.

— Усилилкак ?

— Для максимальной заметности я имитировал профиль терпящего бедствие федерального дредноута.

Вик медленно повернул голову к мигающему диоду.

— Майор!

— Да?

— Послушай, вояка. Мы знали, что ты пошлёшь сигнал спасения. Я даже догадывался, что на него могут слететься мародёры. Но ты не просто позвал помощь. Ты, мать твою, пообещал им дредноут!

— Это стандартный протокол для привлечения союзных сил, рядовой!

— Союзных сил нет шестьсот лет, слышишь, ты ископаемое! Тут на такой сигнал летят только стервятники-мародеры. А когда вместо дредноута они увидят спасательную банку с двумя оборванцами, тут же решат, что их кинули. И начнуть предъявлять.

Услышав, о чем речь, Сай побледнел, как мел.

— По мародёрским понятиям — это обман.

— Вот именно!

Капсулу тряхнуло, где-то снаружи лязгнул металл. Захват втянул их в грузовой отсек.

— Мы внутри судна, — сообщил Хорнет. — Искусственная гравитация. Давление снаружи стабильное.

— Значит, богатые падальщики, — сказал Вик. — Серьёзнее Борга.

Он щёлкнул фиксаторами ложемента и потянулся к скафандру.

— Сай, одевайся. Быстро!

— Они нас убьют?

— Если решат, что мы развели их на дредноут, — сам понимаешь, мало не покажется.

Сай начал натягивать шлем. Руки дрожали, но хотя бы напарник не ныл. Уже хорошо.

— Майор, реактор на горячий взвод. Подготовь аварийную перегрузку и выведи шкалу на центральный экран.

— Зачем?

— На всякий случай. И, это, на будущее: если я что говорю, ты делаешь, а не спрашиваешь «зачем». Усек, вояка?

Майор не ответил, но гул ториевого реактора стал настойчивее и громче.

Едва Сайрус успел защелкнуть шлем, как по внешней броне забарабанили частые глухие удары. Металл застонал под напором извне. Сай побледнел еще сильнее.

— Они нас вскрывают!

— Да.

— Что делаем?

— Откроем сами. Если они применят кумулятивный заряд, нас размажет по потолку. Хорнет, по моей команде открываешь крышку. Сай, молчи. Вообще молчи. Пусть думают, что ты груз.

— Спасибо.

— Не за что.

Снаружи ударили сильнее. Металл вновь застонал.

— Открывай!

Крышка шлюза с шипением ушла в сторону. В кабину ворвался белый свет прожекторов. Следом — запах жжёной изоляции, озона и старого трюма.

В проёме, тяжело дыша, стоял грузный человек с сильно оплывшим лицом. За его спиной маячили трое в засаленных комбинезонах и человекоподобный дроид в самодельной броне.

Белёсые глаза главаря обежали тесную капсулу.

— Вы кто такие, нахрен? — просипел толстяк. — Мои детекторы показывали дредноут!

Вик ответил, держа руку на консоли управления:

— Капсула с федерального крейсера, сигнатура старая. Маяк выдает такой сигнал, какой в него записали полтысячи лет назад!

Толстяк жадно осклабился.

— Ага. Маяк, значит, орёт. А я, выходит, жирный идиот, который прилетел на пустую банку.

Вик пожал плечами.

— Ну, если ты сам себя так называешь… Кто я такой чтобы спорить?

— Кидалово! — мародер сплюнул на пол капсулы. — Разберите эту жестянку на запчасти. А мясо выбросить в космос!

— Осади, жиртрест! Я вывел реактор капсулы на критический режим. Если вы только пикнете — мы взорвем и вас, и себя. От твоего корыта только облако пыли останется!

Толстяк опасливо замер. На центральном мониторе капсулы действительно угрожающе пульсировала красная шкала перегрузки реактора.

— Парни, тут и правда, разогнанный мини-реактор. Смотрите, какой деловой. Пожалуй, и взорвёт нас к херам, если напугать.

— Не напугаете, — сказал Вик. — Разозлите.

Дензел сипло засмеялся. Его люди тоже заржали, но как-то неубедительно.

— Ну, хорошо. Допустим, ты не просто мусор с дохлого корабля. Допустим, у тебя есть мозги. Что тебе нужно?

— Довезёшь нас до ближайшей обитаемой станции. Живыми. Без фокусов.

— А платить чем будешь? Дредноутом?

— Товаром с федерального крейсера.

Смех за спиной Дензела стих.

— Что за товар?

— Нейроядра. Меморики. Сняты нами с десантных машин Федерации. Рабочие!

Толстяк счастливо оскалился.

— Отдавай всё, прямо сейчас! И, может быть, я не выкину вас в космос на полпути.

Внутри шлема Вика затрещал коммуникатор.

— Рядовой, эти биологические отходы не знают слова «честь», — предупредил майор Хорнет. — Они ликвидируют вас при первой же возможности.

— Да я и сам не маленький, — сказал Вик.

Дензел прищурился.

— С кем ты там шепчешься?

— С совестью. Она говорит, что ты кинешь нас сразу, как получишь всё.

Дензел почти ласково усмехнулся.

— Умный мальчик. Смотри, какой у нас расклад: ты сейчас сидишь в моей грузовой палубе. У меня люди. Дроид. Резаки. Захват. А у тебя маленькая капсула и белобрысый приятель, уже намочивший штаны.

— И реактор.

— И реактор, — согласился Дензел. — Поэтому мы разговариваем, а не выкидываем вас в вакуум.

Вик кивнул.

— Предлагаю сделку, жирдяй. Один блок и одно ядро я даю сейчас. Проверишь товар. Остальное — когда доставишь нас до станции и откроешь шлюз.

— Два и два!

— Один и один.

— Пацан, не борзей. Ты отдашь всё!

— Нет. Остальное мне нужно.

— На что?

— Не твоё дело.

— Пацан, ты торгуешься с человеком, который держит твою банку в трюме.

— А ты торгуешься с человеком, который держит палец на спуске реактора.

Вик опустил большой палец на сенсор. Красная шкала прыгнула еще на деление.

Вдруг стало очень тихо.

Глава 4

Секунда. Другая… И Дензел медленно поднял пухлые ладони.

— Спокойно. Парни, он не шутит. Смотрите, какой нервный. Прямо как я в молодости.

— Ты и сейчас не сильно спокойный, — буркнул маячивший за спиной Дензела долговязый тип с причудливым шрамом на физиономии.

— А ты, Курц, сейчас будешь молчаливый. Понял?

Курц понял и заткнулся. Дензел снова посмотрел на Вика.

— Ладно. Один блок и одно ядро сейчас. Еще по одному по прибытии. Но если товар дохлый, я самолично сдеру с тебя кожу!

«Да ты задохнешься от одышки раньше, чем освежуешь мышь» — подумал Вик, но вслух произнес другое:

— Если товар дохлый, я очень удивлюсь!

Затем достал из подсумка один мемори-блок и одно нейроядро.

— Передай их, Сай!

Напарник взял чипы и протянул их Дензелу так, будто расставался с кусками собственной печени.

Дензел принял чипы не сразу. Покосившись на Вика, потом на Сая, он вытащил из-за пояса плоский личный терминал — толстую боевую деку в резиновом кожухе, всю в царапинах и жирных отпечатках, изукрашенную символами Духа Машины.

Вик это отметил.

Такие штуки мародёры держали при себе крепче кода от сейфа. Это пульт управления всем кораблем. Когда-то её благословили в храме Спиритус Квантум, и теперь жирный мародер мог управлять этой посудиной, как высокородный — фамильным фрегатом.

Толстяк щёлкнул крышкой слота и воткнул мемори-блок прямо в терминал.

Вспыхнул виртуальный монитор, по нему побежала зелёная строка.

— Оригинал, — жадно прошептал Курц, заглядывая через плечо капитана.

Дензел ткнул пухлым пальцем в воздушный экран, пролистал проверку, потом вставил нейроядро во второй слот.

Ещё одна зелёная строка.

— Вижу, — процедил он и спрятал добычу в нагрудный контейнер.

Повернувшись к парням, толстяк снова улыбнулся.

— Всё чудненько. Ну что, парни, сделка есть сделка. Сидите в своей банке, не высовываетесь. Мы летим к астероиду А7Д5. Там отдаёшь остаток, и я открываю дверь в шлюз.

— И не трогаешь нас.

— Конечно, — сказал Дензел. — Всё по честному, отвечаю! Мальчики и девочки, пристегните ремни. Следующая остановка — астероид А7Д5!

Сделка была заключена, но Вик не питал иллюзий. Он остался в капсуле, задраив люк и держа реактор на критическом уровне. Дензел, хоть и изобразил дружелюбие, но был мародером. А эти люди не любят, когда им диктуют условия.

Первые двое суток Вик сидел в ложементе и не спускал глаз с мониторов внешнего обзора. Трюм мародерского корабля жил своей жизнью: мимо капсулы сновали технические дроиды, иногда проходили угрюмые люди в засаленных комбинезонах. Каждый раз, когда чья-то тень задерживалась у смотрового иллюминатора, палец Вика инстинктивно ложился на сенсор перегрузки реактора. Но никто так и не попробовал атаковать.

Сразу возникла проблема с питанием. Мародеры через сервисный шлюз передали несколько брикетов пищевого концентрата и пакеты с водой. Вик с подозрением посмотрел на них.

— Не трогай это, — бросил он Саю, когда тот потянулся к еде.

— Почему? Жрать хочется так, что я готов подошву сжевать!

— Хочешь уснуть и проснуться без чипов и без почек? Подмешают нам снотворное, и ага. Вик продержался без еды два дня. На третьи сутки Сай сам попросился наружу.

— Ты спятил?

— Нам нужна еда!

— Нам нужно остаться в живых!

Мимо капсулы как раз проходил лысый мародёр с татуировкой на шее и пакетом грязного белья под мышкой.

— Ладно спроси этого типа! — смилостивился Вик.

— Эй… можно до камбуза дойти? — спросил Сай, осторожно выглядывая из люка.

Мародёр остановился, смерил его взглядом и презрительно фыркнул.

— А кто тебе запрещал, очкарик? Это корабль свободных людей, не прислуги высокородных. Не лезь в рубку, машинное и оружейку — и ходи, пока ноги есть.

— А если я…

— А если начнёшь чудить, тебя Сюзанна разорвет пополам.

И мародёр ушёл по своим делам.

— До камбуза и обратно, — разрешил Вик. — Смотри там, не геройствуй. Про майора — ни слова.

— Я понял.

Сайрус исчез на два часа. Вик весь извелся, то ругая себя за то, что позволил Саю уйти, то размышляя, не пора ли пустить реактор вразнос. Но тут Сай вернулся, волоча с собой пакеты.

— Ешь, Вик. Честное слово, чисто! Я это на камбузе стырил. Из этого пакета половину сожрал уже час назад. Если бы там что-то было, уже пускал бы слюни на пол.

Только после этого Вик решился поесть. Вкус, как всегда, был отвратительным, но силы начали возвращаться.

Вскоре Сай уже свободно вылезал из капсулы и шатался по палубам мародерского корыта. Дисциплина на корабле была так себе, на него никто не обращал внимания.

По вечерам он возвращался и пересказывал новости.

— Сегодня с мародерами болтал, -рассказывал он под вечер. — Спрашивали меня, откуда мы такие борзые взялись.

— И что ты им наплел? — напрягся Вик.

— Ну, рассказал про Борга. Как мы у него пахали, как Левиафан из портала вывалился и начал крейсер в лоскуты рвать. Сказал, что Борг сразу свалил, а нас бросил. Они ржали с нас. Говорят, Борг всегда был гнидой.

Вик промолчал. Что Борг та еще сволочь, он понял еще при найме. Только вариантов не было.

Сай, увидев что напарник не склонен к разговорам, устроился в ложемент и закрыл глаза. Через минуту его дыхание выровнялось.

Вик покосился на спящего напарника. С Сайрусом он познакомился всего несколько дней назад, на посадке в корабль мародеров.

Странный он, этот Сай. Говорит по-странному. Выглядит как-то… не от мира сего. Резаком почти не владеет. Чудно — сам с доков, а плазморез будто в первый раз в руки взял.

Зато вроде не крыса и не урод. Идиот-это да. Но свой идиот.

На восьмые сутки по корпусу прошла знакомая вибрация — заработали маневровые двигатели, сбрасывая скорость. Вик прильнул к монитору. Впереди, закручиваясь среди пылевых облаков, вырастал астероид А7Д5: уродливая глыба реголита, утыканная причальными мачтами и антеннами дальней связи. С одной стороны к астероиду через огромный мачтовый переход была пристыкована гигантская станция. Когда-то, при Федерации, здесь заправлялись и ремонтировались системные лихтеровозы и межзвездные транспорты. Теперь это было владение какого-то Высокородного.

Впрочем, как и все в обитаемой Вселенной.

— Приехали, — констатировал Вик, снова надевая скафандр. — Сейчас узнаем, чего стоит слово этого жиртреста. Майор, связь с реактором капсулы останется после выхода?

— Через твой скафандр — да. Я могу держать короткий командный канал.

— Тогда ставь дистанционный взвод. Не подрыв. Только готовность. Чтобы ты мог все взорвать, если я дам команду.

Через несколько секунд Хорнет сухо ответил:

— Канал установлен. Аварийная перегрузка реактора доступна с твоего наручного интерфейса. Подтверждение потребуется двойное.

— Отлично, — сказал Вик. — Теперь можно идти общаться с «честными людьми».

Парни быстро собрались. Вик закинул на плечо подсумок сборщика и направился к выходному шлюзу.

Дензел ждал в коридоре, в окружении четверых головорезов. Человекоподобный дроид, почему-то называемый мародерами «Сюзанна», маячил у него за спиной.

— Приехали, борзота, — просипел он. — Плати остаток!

Вик молча раскрыл подсумок. Еще два борофеновых чипа легли в подставленный одним из мародеров пластиковый контейнер.

— Ну все, расчёт окончен, — произнёс он. — Открывай гермодверь.

Но шлюз, ведущий в переход из корабля мародеров на астероид, остался закрытым.

Капитан мародеров мерзко ухмыльнулся.

— Нет. Сначала ты отдашьвсе чипы! Все четыре оставшихся. И вот этот процессор тоже вынимай, — прохрипел толстяк, тыча пухлым пальцем в руку Вика.

Там, в диагностическом порту скафандра, пульсировал зелёный диод нейроядра майора Хорнета.

Внутри у парня всё оборвалось. Отдать весь хабар — значит, потерять триста солидов, так нужных на операцию матери.

И уж тем более не собирался он терять Хорнета. Мародры не станут канителиться, сразу все отформатируют и пустят в продажу. А Вик успел проникнуться уважением к этому странному, и очень одинокому полукомпьютеру — получеловеку. Хорнет помог им сбежать с крейсера, не дал сдохнуть в спасательной капсуле. Как знать, где он еще пригодится?

— Схрена ли я должен все отдать?

Дензел ухмыльнулся, оглядываясь на своих.

— А где твой пульт с реактором?

В этот момент корабль содрогнулся: это распахнулся на корабле грузовой люк. Полыхнуло оранжевое пламя, система экстренного сброса вышвырнула капсулу, долгих восемь дней служившая Вику и Саю домом и гарантией безопасности.

— Связь разорвана! -доложил Хорнет. — Кажется, парни, нас переиграли!

Ухмыльнувшись, Дензел обернулся к Вику.

— Вот теперь поговорим по-взрослому. Значит так, сученыш: слушай меня внимательно. Все, что найдено в этой части космоса, принадлежит мне по факту. Это во-первых. Во-вторых, ты развел меня на дредноут. Это кидок, пацан. Ты мне должен.

— Не выпендривайся, и давай сюда чипы! — с усмешкой добавил другой бандит. — Отдашь по-хорошему — выпустим на астероид. Попытаешься повредить — Сюзанна вырвет тебе руки, а затем ноги.

— Не твоего ранга эти вещи! — добавил шрамомордый Курц. — Все равно отнимут у тебя нейроядро на астероиде. Простолюдинам владеть таким не позволено!

— А может, это часть моей снаряги? — насупился Вик.

Мародеры откровенно заржали.

— Хочешь провести нас, пацан? Армейское железо к интерфейсу прицепил и думаешь «всё норм»? Не выйдет.

— Это моё личное! — мрачно настаивал Вик.

— Да что ты говоришь? — Дензел обвёл глумливым взглядом своих людей. — Нейроядро ценой с половину фрегата у такого оборванца? Парни, вы только посмотрите. Скафандр в заплатах, а к нему присобачен нейроблок федерального производства.

Бешенство полыхнуло в глазах парня.

— Не отдам! — прошипел он.

Толстяк перестал смеяться

— Ну все, ты мне надоел. Хана вам, мартышки. Сюзанна! Давай, вытряси гавно из этих упырей!

Палуба дрогнула. Дроид, весь покрытый самодельными грубыми доспехами, шагнул вперёд, занося манипулятор.

Вик едва успел нырнуть в сторону. Стальной кулак пробил воздух там, где секунду назад была его голова, и с грохотом врезался в переборку.

Ситуация казалась безнадежной. Оружия у Вика не было, — плазменный резак пуст, последний кумулятивный заряд потрачен на пробу. А кулаки против титана не канают.

— Ну что, военный гений, твой выход! — лихорадочно бросил Вик, пятясь от наступающего монстра. — Есть шанс блеснуть. Что предложишь?

— Физическое устранение противника невозможно! — авторитетно заявил Хорнет.

— Да что ты говоришь! Вот новость-то! Что делать, дебил? Чтовозможно ?

— Единственный шанс — взломать систему управления дроидом.

— Как⁈

— Извлеки мою плату и воткни в разъем, подключенный к дроиду противника.

Вик едва не поперхнулся, чудом уворачиваясь от просвистевшего над ухом стального кулака.

— В дроида⁈ Ты совсем рехнулся, дедуля?

— В любой разъем, идиот! — рявкнул цифровой призрак. — Любой в их локальной сети!

В отчаянии Вик оглянулся, ища, куда бы пристроить блок. Увы. Даже в корабле мародеров разьемы не торчали из стен. Нужен был другой путь.

Парень резко вскинул свободную руку в примиряющем жесте.

— Шеф, стопэ, стопэ! Что за наезд в натуре? Погодь, останови железку!

Шрамомордый Курц за спиной Дензела презрительно фыркнул. Толстяк, гадостно улыбаясь, произнес:

— Погоди, Сюзанна. Послушаем, что нам расскажет паренек. Цвет его потрохов мы еще увидим.

— Ты это… чо заагрился-то? Эта хрень бракованная, она не пашет, — криво улыбаясь, зачастил Вик. — Она у меня в разъеме просто случайно осталась. Я тестил их, когда хрень началась с этим Левиафаном… Пересрал так, что забыл напрочь вынуть ее. А так она бесполезна. Зуб даю!

— Сюда кидай, — просипел толстяк, вытягивая ладонь. — Сейчас и проверим твои тесты.

Вик отстегнул нейро-ядро и бросил его мародеру.

Если толстяк снова полезет проверять сам, воткнет его в личную деку.— шанс есть. Если отдаст ядро Курцу или сунет в отдельный тестер — всё. Оттуда Хорнет не попадет в сеть.

Поймав чип, Дензел повертел его в пухлых пальцах. Вик почувствовал, как под скафандром взмокла спина.

— Давай я отнесу проверить, — сказал Курц за спиной толстяка. — У технарей нормальный стенд есть.

У Вика внутри всё провалилось. Вот и всё. Сай рядом перестал дышать.

Дензел покосился на Курца так, будто тот попросил долю из его личного кармана.

— Да ладно, я сам. Собачья жизнь… всё приходится делать самому.

Курц пожал плечами. Дензел щёлкнул крышкой личной деки.

Затаив дыхание, Вик смотрел на слот.

Давай, жирный! Ты же никому не доверяешь. Даже своим…

Толстяк вогнал нейроядро в терминал. Тут же перед ним вспыхнул виртуальный монитор.

— Тээкс, что тут у нас…

Паренек затаил дыхание. Соединен ли терминал с дроидом-телохранителем? Скорее всего, да. Все системы на корабле всегда сведены в сеть, управляемую Спиритус Квантум. Иначе и быть не может.

Хотя у мародеров все возможно.

Несколько секунд ничего не происходило. Дензел с умным видом пялился в монитор.

— Все здесь нормально, — наконец произнес он. — Никаких багов, все прекрасненько работае…

Вдруг по монитору буквально хлынул поток красных символов — это посыпались примитивные пиратские файерволы. Тусклая оптика дроида резко погасла и тут же вспыхнула ледяным синим светом.

Бац! Резко развернувшись, робот мертвой хваткой схватил толстяка за глотку. Долговязый Курц в ужасе отшатнулся от шефа.

— Что за… хррр! — прохрипел Дензел. Его лицо мгновенно налилось багровым цветом. Главарь засучил ногами, пухлыми пальцами тщетно пытаясь разжать стальной захват.

Неуловимо-быстрым движением майор швырнул тушу мародера о стену.

БОМММ!

Коридор содрогнулся от гулкого удара. В металле переборки отпечаталась глубокая окровавленная вмятина. Тело Дензела мешком переломанных костей сползло на палубу.

— Сюзанна, нет!!! — в ужасе заорал другой бандит, когда машина шагнула вперед и сгребла его за грудки.

Тщетно. Майор ловко крутанул его голову. Мгновение — и шея пирата с тошнотворным треском сломалась, обрывая крик.

— Атас! — истошно завопил шрамомордый, бросаясь назад, под спасительную защиту корабельных коридоров.

Не успел затихнуть грохот аварийно закрывшегося за его спиной шлюзового люка, как Вик уж ебросился к изуродованному телу Дензела. Главарь лежал в неестественной позе, обрюзгшее лицо застыло в маске предсмертного изумления.

— Вик, бежим! — Сайрус затравленно озирался, буквально вжимаясь в переборку. — Вик, они вернутся! У них здесь оружие, целый арсенал, я видел! Щас они нас из тяжелых пушек размотают!

— Заткнись и дыши глубже, — отрезал Вик.

Он быстро обшмонал сначала тело Дензела потом — второго мародера. У главаря никакого оружия не нашлось, Вик лишь вернул себе отданные только что чипы. У его подручного нашелся примитивный бластер — обшарпанная рукоять, перемотанная изолентой, едва живой энергоблок. Дерьмо, а не пушка, но все же лучше, чем ничего. Вик проверил заряд — на пару очередей должно хватить.

В этот момент люк, ведущий в отсеки корабля, вновь с грохотом распахнулся.

— Вон они! Мочи козлов! — донеслось из коридора.

В проеме показались трое. Эти были экипированы серьезнее: армейские нагрудники и полноценные импульсные винтовки. Первые выстрелы прошили воздух, выбивая снопы ослепительных искр из обшивки прямо над головой Вика.

Началась беспорядочная стрельба. Ревущие сгустки плазмы градом ударили в дроида, с шипением разбиваясь ослепительными искрами о кустарную наваренную защиту Сюзанны.

— Нам надо уходить, рядовой! — рявкнул майор, вставая посреди коридора, закрывая корпусом дроида парней от выстрелов.

Вик бросил взгляд на сервисный пульт, в который была воткнута плата майора Хорнета.-Как уходить⁈ — перекрывая грохот выстрелов, заорал он. — Ты подключен к этой штуке! Надо переткнуть блок в разъем дроида!

— Не вздумай обрывать соединение, дроид просто рухнет! Я глубоко в системном буфере, парень! — отозвался Хорнет в наушниках. — Забирай терминал целиком!

Вик рванул на себя портативную деку, к которой был подключен разъем. Подхватив тяжелый планшет под мышку, Вик вскинул бластер.

— Сай, за мной! — крикнул он. — Майор, прикрой отход!

Они сорвались на бег. Сердце Вика колотило в ребра, адреналин выжигал остатки страха. Ударив короткими очередями в сторону люка, он заставил мародеров пригнуться и на секунду прекратить огонь. Дроид, приволакивая поврежденную ногу и изрыгая снопы искр из раскуроченного корпуса, развернулся всем своим корпусом и перегородил путь преследователям, принимая град импульсных разрядов на оплавленную броню.

— Прыгай в шлюз! — Вик толкнул Сая в открытый зев перехода, ведущего на астероидную базу.

Они влетели в гофрированный рукав шлюза. За спиной гремело железо — дроид, повинуясь воле Хорнета, последним рывком вмял гермодверь корабля, буквально завязав узлом направляющие и отсекая погоню.

Вик быстро вогнал кабель терминала в сервисный порт шлюза.

— Ломай, дедуля! Живо! — прошипел он, вскидывая бластер в сторону заклинившей двери мародерского корыта.

Сай побледнел.

— Вик, это внешний шлюз базы. Такие двери слушают только Спиритус Квантум. Или домовую печать местного лендлорда.

— Не учи отца воевать, парень, — отозвался Хорнет. — У них тут протоколы безопасности времен первой экспансии. Детский лепет!

По экрану терминала стремительно поползли строки дешифратора. Через секунду замок звонко щелкнул, и внутренняя плита со скрежетом отъехала в сторону.

Они нырнули в технический коридор астероида. Вик сразу же ударил по сенсору закрытия, и герметичная заслонка с лязгом встала на место, наконец-то отсекая огонь и крики преследователей.

Они оказались в промежуточном отсеке — душном, пахнущем пережаренным озоном и старой пылью. Вик привалился к холодной стене базальта, стараясь унять дрожь в руках. В одной руке он сжимал ворованный бластер, в другой — деку с ворчащим майором. Выживание продолжалось.

Шаги поврежденного дроида отдавались глухой дрожью в переборках. Искореженный металл на наплечниках машины блестел от свежей крови. Майор Хорнет не терял времени: едва они оказались внутри, он через беспроводной мост вгрызся в локальную сеть астероида.

— Так, — раздался в наушниках холодный голос майора. — Я в системе. Схема базы у меня.

— Он вошёл без благословения, — тихо сказал Сай. — Вик, если местный Спиритус это заметит…

— Пусть сначала найдёт.

— Найдёт, — сухо сказал Хорнет. — Не сразу, но найдёт. Каждый мой вход оставляет след. Чем больше дверей я вскрою, тем быстрее управляющий контур поймёт, что в сети чужая сигнатура.

Вик выругался.

— То есть ты не просто открываешь двери, а звонишь в колокол?

— Упрощённо — да.

— Отлично. Тогда звони быстрее.

— Непременно. Особенно если меня перестанут отвлекать. Судя по нагрузке на узлы связи, мы в секторе «Гамма».

На визоре Вика вспыхнула упрощенная трехмерная карта технических туннелей. Один из коридоров подсветился ровным синим светом.

— Вот тут должен быть безопасный сектор, — доложил Хорнет. — Складская зона четыре-Б. Там заметные пробелы в схеме, предполагаю, что имеются неучтенные помещения. Идеальное место, чтобы забиться в щель и пересчитать зубы.

— Значит, туда и идем! — скомандовал Вик. — А что с хвостом? Мародеры вскроют вход в шлюз за пару минут!

— Не выйдет, — в голосе Хорнета скользнуло холодное торжество. — Я успел переписать корневой код приводов и заблокировал доступ со стороны диспетчерской. Чтобы пройти здесь, им придется либо подрывать переборку, либо резать её по периметру. Мы выиграли себе как минимум час форы. Двигаем, пока они не сообразили обойти через вентиляцию.

Дроид, припадая на поврежденную ногу, рассыпая на каждом шаге россыпи искр, двинулся вперед. Вик подхватил Сая за шиворот, заставляя того сорваться с места. Надо было затеряться во внутренностях астероида прежде, чем база окончательно проснется.

Они спускались всё глубже в недра астероида А7Д5. Дроид мародеров буквально разваливался на ходу. Оплавленная плазмой кустарная броня висела на честном слове, из пробитого плечевого сустава при каждом тяжелом шаге сыпался сноп ослепительных искр.

— Слышь, майор. Долго эта развалина еще протянет? — спросил Вик, перепрыгивая через лужу химического конденсата. — Выглядит, будто он сейчас по винтикам рассыплется!

— Достаточно, чтобы довести нас до укрытия, — сухо отозвался Хорнет из динамика терминала, который Вик тащил подмышкой. — Я перераспределил энергию в обход поврежденных контуров.

Ковыляя, они шли по пустынным внутренностям астероида. К счастью, гравитация здесь была заметно ниже, чем на Земле. Относительно новые транзитные коридоры внезапно обрывались, переходя в первобытные, вырубленные прямо в слоистом реголите выработки. В лучах нашлемных фонарей проступали колоссальные пещеры, в которых ржавели разукомплектованные остовы древних машин: просевшие на брюхо грузовые ховеры, циклопические шахтные проходчики со сточенными бурами и монструозные бульдозеры-скреперы. Былое индустриальное величие медленно гнило во мраке.

— Печальное зрелище — проскрипел майор. — Деградация технологий в этом секторе просто поразительна.

— Вообще-то, теперь везде так — подал голос Сай. — Где-то получше. Где-то похуже. Но в среднем…

— Ты так говоришь, будто везде уже бывал и все видел! — скептически оборвал его Вик, и Сай прикусил язык.

— Вы хоть знаете, чем была эта база во времена расцвета Федерации? — продолжал майор.

— Очередной дырой в камне?

— Богатейшей горнодобывающей колонией, — в металлическом голосе послышались нотки снобизма. — Тут добывали редкие минералы. Позже, когда жилы иссякли, астероид перестроили под ремонтные доки. Больно смотреть, во что эти варвары всё превратили!

Их путь преградили наглухо заблокированные шлюзовые ворота.

— Подключай интерфейс, — скомандовал Хорнет.

Вик вогнал кабель терминала в искрящие сервисные щитки, майор подобрал коды. Старые запорные механизмы сухо щелкнули, подчиняясь цифровому натиску, и тяжелые створки неохотно пропустили беглецов на следующий, еще более глубокий уровень.

Каждый раз, когда очередная створка подчинялась приказу, Сай дёргался.

— Так нельзя, — пробормотал он. — Двери же не наши! Тут управляет дух астероида. Это святотатство…

— Знаешь, мне сейчас плевать на богословие, — отрезал Вик. — Они открываются — значит, наши.

— Стража будет нас искать!

— Вот до неё и бежим.

— Сколько до обнаружения?

Хорнет ответил не сразу. Видимо, повреждения корпуса дроида отвлекали его.

— Если местный контур не деградировал окончательно — от двадцати минут до часа.

— Значит, двадцать минут. Надо найти безопасный сектор!

Самые нижние ярусы местные давно превратили в слепые склады и гигантскую помойку — сюда десятилетиями скидывали отработанный мусор со всей станции. Именно здесь, в секторе, которого официально не существовало на навигационных картах, искрящий дроид наконец остановился.

— Этого сектора нет на схеме. Значит, стража его не найдёт!

Перед ними высилась массивная гермодверь, густо покрытая многослойным кислотным граффити. Майору потребовалась пара секунд на вскрытие. Тяжелые ригели с лязгом вышли из пазов, створка с натужным воем поползла в сторону, осыпая на пол хлопья ржавчины.

Изнутри вырвался запах едкого озона и графита. Тусклые желтые лампы с трудом пробивали гнетущий полумрак. Толстые гирлянды оборванного оптоволокна свисали с подволока, напоминая лианы в искусственных джунглях.

— Похоже, парни, тут был какой-то склад! — произнес майор, первым ступая внутрь. — А теперь просто свалка разного бара…

Договорить он не успел. Громыхнуло, и из полумрака прямо у грудь ему ударило слепящее пламя.

Глава 5

Сноп искр накрыл Вика. Дроид под управлением майора пошатнулся сделал ещё шаг, будто не поняв, что уже умер. Затем раскуроченный корпус завалился на колено и застыл, дымя оранжево-красной пробоиной. Правая рука дёрнулась, сжала воздух и обмякла.

Вик не стал ждать второго выстрела.

Рванув в сторону, он перемахнул через низкий завал композитных плит и перекатом ушёл за баррикаду из прессованного мусора.

«Если их двое или трое, мне конец» — мелькнуло в голове у парня.

Тут, за выпуклым корпусом дроида-мусорщика скрючилась фигура с плазменным самопалом. Поймав ее в прицел трофейного бластера, Вик процедил:

— Спокойно, дед. Дёрнешься — проверим, кто из нас быстрее.

Стрелявший в них тип на секунду застыл, не решаясь пошевелиться.

— Бросай ствол! Сай, где ты там? Дай ему в тыкву!

Фигура выронила дымящийся плазмомет и распрямилось. Перед Виком стоял высокий сутулый старик в латаном гермокостюме. Длинные седые волосы свисали грязными паклями. В правой глазнице жужжал грубый механический имплант с красным диодом. На лице — кислородная маска.

Выглядел он совсем не боевито: обычный дед в кислородной маске. В ногах старика валялся плазменный дробовик, по всем признакам, собранный из промышленного резака. Кустарщина. Но на ближней дистанции такая штука прожгла бы дыру даже в корабельной переборке.

Сай, не жив ни мертв, застыл у входа. Повреждённый дроид дымил, обильно искря остатками заряда.

— Ты что, дядя? Что за наезд? Мы в тебя стреляли? Нет? Ну так чего ты залупаешься⁈

Старик поправил маску и сплюнул на палубу.

— Не хотите проблем, — прохрипел он, — чего тогда ко мне полезли?

— По данным сервера, здесь ничего нет, кроме мусора, — сказал Вик. — Кто ж знал, что тут ты сидишь, такой красивый и с самопалом?

Старикан ехидно ухмыльнулся.

— Где это видано, чтобы в сервере были правильные данные? Дурачьё… Вы что, с дальнего космоса?

— Почти. Сборщики мы. Из внешнего сектора.

Окуляр старика зажужжал, фокусируясь на лице Вика.

— Сборщики? Вот те раз… Коллеги, значит. Я Эгон, старьёвщик. Делаю то же, что и вы, только не в космосе, а прямо тут. Мусор, разбор, мелкий ремонт. Тем и живу!

— Вик. Это Сай. А тот, кто рулил дроидом, — Майор.

Эгон медленно перевёл взгляд на деку.

— Ага. Говорящая коробка. Отлично. Только духов войны мне не хватало!

— Мы просто искали место потише, — сказал Вик. — Пересидеть нам надо, понятно?

Эгон прищурил живой глаз, оценивая дымящиеся останки дроида.

— Не вижу на нём герба. С кем поцапались? С бучерами? С Крысами?

— С мародёрами. Дензел. Слышал о нем?

Механический глаз старика тихо щёлкнул.

— Шутишь? Как не слыхать. Жирная мразь… Под ним половина контрабанды в нижних секторах.

— Больше не услышишь, — сказал Вик. — Майор его немножко в стенку кинул.

В пещере повисла тишина, только вентиляция гудела где-то в глубине да потрескивал остывающий металл «Сюзанны». Старик был впечатлён:

— Это вы, значит, вальнули самого Дензела? Ну дела… Сколько народу на радостях вдрызг налакается — не перечесть.

— Так что насчёт пересидеть? — спросил Вик самым дружелюбным тоном. на какой был способен, но бластер не убрал

Эгон покосился на ствол.

— А у меня есть выбор? Ты держишь меня на прицеле.

— Да ладно, не кипиши. Мы ребята добрые. Свои в доску. Если надо работу какую работать — всегда пожалуйста.

— Работу, значит? — старик хмыкнул. — С резаком знакомы?

— Обижаешь.

— С сортировкой? С демонтажем? С тем, что не надо хватать руками штуку, которая ещё вчера была реакторным контуром?

— Мы учимся быстро.

Эгон помолчал. Механический глаз щёлкнул, оценивая Вика, Сая, дымящуюся «Сюзанну» и деку на груди.

— Ладно. Хватит тут стоять. Пойдёмте к моей норе, там помозгуем. Только ствол держи ниже, герой. Я старый, но нервный.

— Стойте. Меня интересует судьба носителя! — вдруг прорезался голос майора.

— Да, точно. Слышь, Эгон, а что скажешь за нашего робота? Можно залатать?

Подойдя к «Сюзанне», старик присел, ткнул щупом в пробитый грудной узел. Из-под брони бодро плюнуло искрами.

— Может, можно. Может, нет. Здесь, на полу, ничего не скажу. На месте только идиоты диагноз ставят. Надо тащить к стенду.

Вик с сомнением окинул взглядом дымящийся остов. Даже здесь, при пониженной гравитации астероида, он выглядел неподъемным. Эгон все понял без слов.

— Погодите, сейчас каталку притараню.

Прихрамывая, старик ушёл за баррикаду и через минуту выкатил низкую грузовую тележку на самых обычных колесах.

— Кладите сюда.

Втроём они взвалили все еще дымящиеся развалины дроида на тележку и, объезжая кучи мусора, двинулись за старым мусорщиком. Вик толкал сзади, Сай тянул спереди, Эгон указывал путь.

Миновав вереницу старых технических блоков, контейнеров без маркировки, обойдя завалы композитных плит и штабели титановых балок, они остановились у частично расчищенного блока.

Эгон со скрежетом распахнул створки грузовых ворот. Внутри стоял ремонтный стол, пара шкафов, древний диагностический стенд и гамак, свернутый у стены.

— Вот моя берлога, — сказал Эгон. — Не дворец, но крыша есть.

— Подойдёт, — сказал Вик. — Кто здесь хозяин?

— Великий дом Ратенау. Но для них это дальнее владение. На станции сидит их наместник, лендлорд. Там всё строго, а на астероид всем плевать. Анархия… и Крысы.

— Крысы?

Эгон недобро прищурился.

— Местная шайка. Держат нижние сектора, крышуют торгашей. Еще насмотришься на них.

— Понятно. Дышать тут можно?

— Шутишь? Воздух покупной. Перезарядка регенератора — пятнадцать скрапов.

Вик нахмурился. В доках Уорриора, где он жил до того как связался с мародерами, было дешевле — от пяти до семи. А в купольных городах, уплатив налог, можно было ходить без маски. А главное — опять носить скафандр, или хотя бы дыхательную маску, как у Эгона.

Но выбирать не из чего.

— Ладно, нам подходит.

— Погоди. Сначала — условия!

Сай напрягся. Вик нахмурился еще сильнее.

— Первое: если сюда придёт стража лендлорда, Крысы или дружки Дензела — я вас знать не знаю. Сами выкручиваетесь.

— Душевно, — пробормотал Сай.

— Второе: моё — не трогать. В мою берлогу не лезть, вещи не брать.

Вик кивнул.

— Это понятно. Ты про работу скажи.Что делать, как оплата. Доля?

Эгон прищурился.

— Всё найденное в моём секторе сначала идёт на стол. Я всё смотрю. Вы не ныкаете. Я не кидаю. Продаем сообща. Плюс мне пять солидов в неделю сверху за аренду, воздух и место под ваши тощие задницы.

— У нас сейчас нет пяти солидов, — сказал Вик.

— Знаю. Запишу в долг. После первой сделки начнёте возвращать.

— Кому сбываем лом?

— Есть тут один торгаш. Малик. Наведывается раз в три дня. Приносит еду, регенераторы воздуха, мелкий инструмент. Забирает товар. Но с ним надо осторожно.

— А майор?

Эгон покосился на деку в руках Вика.

— Говорящую коробку не светить. В открытую сеть не выпускать. Если про твоего деда узнают, сюда придут такие люди, что Дензел домашним хомяком покажется!

— Я не дед, — сказал Хорнет.

— Значит, молчи, молодой!

Вик коротко кивнул.

— Идёт.

— Тогда закатывайте свою покойницу к стенду, — сказал Эгон. — Посмотрим, что от неё осталось.

На базе Эгон загнал тележку к ремонтному стенду и включил потолочные лампы. Свет был жёлтый, больной, но для разборки хватало.

— Так, — сказал старьевщик. — Сначала броню.

Грубые титановые плиты держались на сварке, болтах разного калибра и честном слове мародёров. Пришлось пустить в дело резак.

Через десять минут внешняя броня грохнулась об пол. Под ней открылся силовой каркас: титановый костяк, усиленные шарниры, чёрные графеновые миомодули вдоль рук и ног.

Эгон ткнул щупом в грудной узел. Оттуда посыпались искры.

— Хана. Силовой блок отбыл к Великому Созидателю, управляющий процессор ускакал следом. Забудьте про ремонт. Тут только разбор на органы.

— Конечно. После того как в него в упор всадили заряд плазмы из дуры размером с гаубицу!

— Ну, извини, ошибся! Принял за бучеров. Приличные люди ходят со штандартами и гербами хозяина! Ладно, а что у нас здесь…

Старик сдёрнул внутреннюю грудную панель.

Под силовым каркасом обнаружился второй корпус — гладкий, и какой-то слишком человекоподобный. Остатки синтетической кожи, изящные изгибы, оплавленные силиконовые формы…

Сай издал странный звук.

— Это что…

Эгон хрипло заржал.

— Это Сюзанна, парни!

Вик медленно посмотрел на гладкое пластиковое лицо под сорванной маской.

— Это что получается? То есть, Дензел взял секс-куклу, посадил в силовой каркас, наварил броню, воткнул боевые приводы и сделал телохранителя?

Смех старика перешел в кашель.

— А ты что ждал? — наконец сказал он, отдуваясь.- Настоящего боевого дроида у мародеров? Слишком дорого для этих ребят!

Тут парни вспомнили про их боевой сверхразум.

— Майор? — осторожно протянул Сай.

Хорнет ответил не сразу.

— Вик.

— Чего?

— Удали все записи моего взаимодействия с данным носителем.

Сай зажал рот рукой, чтобы снова не заржать. Вик изо всех сил оставался серьезным.

— Конечно. Майор, тут нет ничего зазорного. Ты этим носителем размазал по стене пару гадов и прикрыл нас от плазмоганов.

— Да. — как-то задумчиво произнес вояка. — Но я не хочу этого помнить!

Эгон вновь закашлялся от смеха. Сай отвернулся к стене, но плечи у него предательски дрожали.

— Ладно, к делу. Что тут можно пустить в продажу? — спросил Вик, милосердно переводя разговор на другую тему.

Старик вытер глаза грязным рукавом.

— Миомодули частично живые. Можно выручить пару солидов. Костяк — на запчасти, еще пару. Может что-то из корпуса. В общем, солидов пять от силы.

— Отлично. Будем считать, что мы внесли тебе аренду за неделю. А про это что скажешь? — спросил он, протягивая Эгону один из нейроблоков с крейсера.

Старьевщик взял коробочку осторожно, будто Вик давал ему мину.

Механический глаз щёлкнул, блеснув красным.

— Федерация. Высший класс! В центральных секторах за такую вещь можно купить не самый дохлый кораблик.

— Когда сможем сбыть?

Эгон сразу вернул блок.

— Здесь — никогда!

Вик с Саем переглянулись.

— Поясни.

— Вы что, маленькие? Не слышали про Право Высокородных? Простолюдин не имеет права даже держать такое в руках. Стража найдёт — казнь сбросом в космос покажется подарком.

— Ну, ведь наверняка тут есть пронырливые контрабандисты?

Эгон тоскливо прищурился.

— Всякие тут есть. Только сдадут они тебя раньше, чем цену назовёшь.

Вик медленно убрал блок обратно.

— Ладно, об этом поговорим позже. А теперь покажи, где мы будем жить. И это… нам бы чего похавать!

Вздохнув, Эгон выдал им несколько белковых галет, затем показал свободный технический блок — узкую каморку с парой покосившихся шкафов и тремя крюками под гамаки. Оглядевшись, Вик одобрительно кивнул. Стены целые, лампочка светит, регенератор воздуха хрипит, но работает. Бывало и хуже.

Сай с облегчением завалился в гамак.

— Вик.

— Что?

— Кажется, мы тут надолго застряли. Сколько тебе надо для матери?

— Триста девяносто солидов на операцию. Двадцать пять дней. Или, накрайняк, десять солидов, чтобы её не сняли со стабилизации и дали ещё время.

Сай тихо выругался.

— А тебе сколько нужно? Зачем ты пошел к мародерам, Сай?

Напарник ответил не сразу.

— Мне… много надо. Давай спать, Вик.

— Давай.

Засыпая, Вик думал, что Сай, все-таки, странный тип.

Сон вышел коротким и злым.

Вик проснулся от холода. Вентиляция гнала в каморку сухой регенерированный воздух, но почти не давала тепла. Сай спал в гамаке, свернувшись так, будто пытался спрятать колени в живот. Дека с Хорнетом лежала у Вика под рукой.

Эгон принёс завтрак: белковую пасту в мятых тюбиках и воду с привкусом пластика.

— Ешьте, орлы. С вас двадцать скрапов с носа. Итого — сорок.

Сай выдавил пасту на палец, понюхал и поморщился.

— А она точно пищевая?

— Нет, декоративная. Давай, жри.

Попробовав пайку, Вик скривился. Даже ему, выросшему в гигантских доках Уорриора, местная еда показалась омерзительной.

Они уже заканчивали завтрак, как за переборкой вдруг что-то мерно загрохотало.

— Что там за слонопотамы? — удивился Сай.

Эгон поглядел на него, будто хотел убить на месте.

— Заткнись! Сидите тихо и вознесите молитву Святой Хильгарде, чтобы они обошли нас стороной!

Старик тут же ударил по рубильнику. Лампы погасли, в каморке остался только красный огонёк аварийного индикатора.

— Стража лендлорда, — шепнул Эгон. — Облава!

Вик медленно потянулся к бластеру. Эгон перехватил его запястье.

— Даже не думай. Этим ты только броню им пощекочешь!

За воротами прокатился низкий электронный вой. В щель под дверью легла полоска белого света. Тяжёлые шаги прогромыхали мимо. Один дроид остановился совсем рядом. За стеной щёлкнуло — то ли датчик, то ли оружейный замок.

Вик считал удары сердца.

Пять.

Десять.

Двадцать.

Потом тяжелые шаги ушли дальше.

Эгон включил свет только через минуту.

— Вот почему железо федералов не продают на рынке, пацаны. За ним приходят такие ребята.

— Они искали нас? — тихо спросил Сай.

— Может, вас. Может, шатаются здесь из-за вчерашней стрельбы. А может, просто плановый патруль. На нижних ярусах всегда кого-то ищут.

— Майор? — спросил Вик.

— Сканирование было поверхностным, — ответил Хорнет. — Но один из дроидов задержался у ворот на три целых восемь десятых секунды.

— И что это значит?

— Что в следующий раз он может в них зайти.

Парни быстро дожевали противные концентраты, и Эгон повёл их в соседний сектор.

Они увидели натуральное кладбище композитов, титана, кабелей, разбитых криокамер, обшивки и мёртвых антенн. В слабом свете ламп всё казалось серым и неживым.

— Держите.

Старик протянул им телескопические багры с титановыми крюками.

— Руками не лезть. Можно налететь на токсичную дрянь, или остаточный заряд из энергомодулей. Подцепили, вытащили, посмотрели. Что кажется полезным — в мешок. Что шипит, светится или выглядит опасно — не трогать и звать меня.

— А если тут всё выглядит опасно? — спросил Сай.

— Тогда ты выбрал не ту работу.

Старик ушел, а парни принялись честно пыхтеть с баграми.

Дело не заладилось с самого начала. В космическом мусоре они ещё что-то понимали. А вот станционный и астероидный технохлам оказался им совсем незнаком. Глаза просто разбегались среди обломков бытовых модулей, старых ремонтных систем, шахтного оборудования и непонятных коробок с таинственной полустертой маркировкой.

Сай выволок из кучи серый цилиндр с тремя утопленными кнопками.

— Вик, а Вик. Не знаешь, что за хрень?

Вик повертел цилиндр в руках.

— Клади в мешок. Вроде выглядит полезно.

Через десять минут Вик сам вытащил плоскую панель с красивой синей полосой.

— Сай.

— А?

— Не знаешь, это что?

Напарник, довольный, что Вик с ним советуется, важно со всех сторон осмотрел предмет.

— По-моему, что-то дорогое.

— Почему?

— Синяя полоска.

— Убедил. В мешок!

К обеду мешок раздулся так, будто они ограбили склад малой механизации. Парни притащили добычу к столу Эгона и вывалили на композитную плиту.

Старьевщик молча рассмотрел эту кучу хлама. Затем начал сортировать.

Взял серый цилиндр, ткнул в него отвёрткой и фыркнул.

— Запорный клапан криомагистрали. Мёртвый.

Сай помрачнел.

Эгон тем временем поднял синюю панель.

— Декоративная накладка панели управления пассажирского лифта. Очень ценная синяя полоска. На память оставь.

Старик перебирал детали, и его лицо становилось всё кислее.

— Так. Весь ваш великий улов — скрапов на пятьдесят. Это если Малик будет оооочень добр!

Вик посмотрел на гору добычи.

— Пятьдесят?

— Пятьдесят.

— Мы полдня пахали.

— И едва отработали стоимость завтрака. Добро пожаловать на А7Д5. Ищите лучше, парни.

После обеда они вернулись на свалку ещё мрачнее. Пятьдесят скрапов за полдня означали одно: до десяти солидов они будут ползти так долго, что мать Вика к тому времени успеют снять со стабилизации.

Вик зло вогнал багор в очередную кучу композитных листов и перепутанных графеновых волокон.

— Майор, — наконец, произнес он. — Эй, майор! Может, поможешь нам?

Дека Дензела молчала.

— Майор?

— Я слышал.

— Тогда скажи что-нибудь!

— Я боевой офицер Федерации. Специализация — тактическое управление десантными операциями, планетарная осада и координация боевых групп. Я не мусорщик.

Вик опёрся на багор.

— Ну конечно. Мы тут все говночисты, один ты в белом.

Майор намек проигнорировал.

— Слушай, военный гений. Если мы не справимся, ты никогда не получишь тела.

— Рядовой. Ты мне угрожаешь?

— Я не рядовой. Никакого тела. Даже от секс-куклы.

В динамике повисла ледяная пауза.

— Я же просил не напоминать.

— А я просил помочь.

Майор молчал ещё секунду. Потом мрачно буркнул:

— Мне понадобится изображение нормального качества. Надень шлем. Подключи визор к моему каналу.

Вик усмехнулся.

— Вот так бы сразу.

Он натянул шлем скафандра и вывел канал Хорнета на лобовой щиток. Стекло мигнуло, по лицевому щитку поползли зелёные строки диагностики. Потом поверх серой свалки вспыхнули тонкие контуры.

— Официально сообщаю, я — не мусорщик, — сварливым тоном напомнил Хорнет. — Но вон та штука похожа на сепаратор микрогравиполя. Правая часть раздавлена, но левый контур может быть жив.

На визоре зелёным обвело приплюснутый узел, почти полностью заваленный кабелями.

— Сай, тащи вон ту штуку!

— Почему я?

— Потому что я культурно общаюсь с нашим майором.

Сай выругался, но полез.

— Левее, — командовал Хорнет. — Не трогай чёрный жгут. Это остаточный накопитель. Вероятность неприятного хлопка — двадцать два процента.

Сай отдёрнул руку.

— А раньше сказать?

— Я сказал до хлопка. Претензия отклонена.

Вик вытянул из завала тяжёлый блок с овальной решёткой.

— Это стоит денег?

— Если контур жив — да, еще как!

Следующая метка вспыхнула чуть дальше, оконтурив небольшой непонятный предмет.

— А вот это, — сказал Хорнет, — возможно, кассета криообменника от медицинского блока. По крайней мере, в наше время они выглядели так. Только не бейте по ней багром, рядовой Сайрус. Вы уже достаточно навредили!

— Я просто стою рядом!

— Именно это меня и тревожит.

С майором работа пошла быстрее. Хорнет ворчал, унижал, издевался, язвил, но метки появлялись одна за другой. Жёлтым — сомнительное. Зелёным — брать. Красным — не трогать. Серым — мусор, даже если Саю казалось, что «выглядит богато».

Они уже хотели уходить, как вдруг на визоре вспыхнул узкий зелёный прямоугольник, едва видимый глубоко под ворохом графеновых волокон и кабелей.

— Стоп, — сказал Хорнет. — Доставай аккуратно!

Вик раздвинул старые провода, разгреб композитную крошку и вытащил на свет тяжёлый прямоугольный модуль. На вид — мёртвый кусок пластика.

— И что это?

Майор ответил не сразу. Камера замигала, метки на визире дрожали.

— Ты что? Помехи? — спросил Вик.

Хорнет молчал. Лишь зелёный диод на деке показывал, что он вполне активен.

Парень внимательно осмотрел находку. Вещь действительно выглядела необычно: цельная, гладкая, без швов, маркировки и разъёмов. Матовый сплав едва заметно переливался под тусклым светом ламп.

— Ну-ка спрячь это, — вдруг произнес Хорнет. — Немедленно!

Вик коснулся предмета ладонью.

— Что это?

Майор не сразу ответил.

— Скажу так, парни. Если хоть одна собака на этой станции узнает, что у нас есть эта вещь, вас не просто убьют. Они сожгут весь астероид дотла, лишь бы её заполучить!

Глава 6

Несколько секунд все молчали. Вик первым не выдержал:

— Слышь, майор-помидор! Хватит говорить загадками. Что это такое?

— Это блок управления репликатором, — со значением произнес Хорнет.

Парни недоуменно переглянулись.

— Что за хрень? Мне это ни о чём не говорит.

Теперь явно изумился майор:

— Какое невежество. Репликатор — универсальный производственный агрегат. Он производит всё, любой материал, любую деталь. Конечно, из подходящего сырья.

Сай медленно выдохнул, молитвенно складывая руки.

— Молекулярная кузня, — шепотом произнёс он.

Вик покосился на его руки.

— Ты что, молишься?

— Да, Вик.

— Железке?

— Нет.

— Тогда чему?

Сай не сразу ответил.

— Тебя чему в школе учили? Святому Духу Машины, конечно же! Такое оборудование не просто так включают! Перед запуском — литания на успех. Потом служба в храме, печать техножреца. Затем…

Тут он замолчал, поняв, что ляпнул лишнего. Вик подозрительно прищурился.

— Откуда ты знаешь?

— В поместье, где служила наша семья, была домовая мастерская. Маленький аппарат, ограниченный по функциям. Я видел его раз. Через оконное стекло. Издалека.

— В каком поместье?

— Лорда Гринсворда. — Сай поправил очки. — До того, как у них всё пошло прахом.

В закрытом канале Хорнет коротко фыркнул:

— Гринсволды. Проверяю… В моё время человек с такой фамилией работал в терраформировании Кены.

— Да черт бы с ним, — отрезал Вик. — Идём к Эгону. Изучим внимательно эту штуку!

Старик сидел за верстаком спиной к двери. Войдя, Вик положил блок на край стола прямо перед его носом.

— Мы тут нашли кое-что.

Эгон покосился, взял блок, покрутил, положил обратно.

— Блок управления репликатором, — сказал он. — И?

— Что «и»? Да это же мегазашибённо!!! — воскликнул Сай. — Молекулярная кузня, Эгон. Ты понимаешь? С ним можно печатать что угодно. Детали, материалы, сплавы — всё, что только…

— Где репликатор? — перебил его Эгон.

Сай запнулся.

— Что?

— Сам репликатор. Машина. Где она?

Пауза.

— Мы нашли только блок, — пояснил Вик. Эгон кивнул с видом «ну я же говорил».

— Тогда, парни, у вас кусок железа. Красивого, очень умного и очень-очень бесполезного!

Вик с Саем переглянулись, сами уже догадываясь, в чем тут дело.

— Чтобы эта штука работала, нужны исполнительные механизмы: камеры синтеза, экструдеры, лазерные сетки и энергия, которой у нас нет и не будет. Во всей нашей системе вряд ли найдётся полный комплект!.

И старик с безразличным видом отвернулся к своим деталям на верстаке.

Слава его стали холодным душем. Сай просто сел на ящик и уставился в пол, Вик с тоскою смотрел то на Эгона, то на блок.

Этот кусок матового металлизированного пластика значил слишком много. Мать в чистой палате. Операция оплачена, долги закрыты. Он так ярко нарисовал это в воображении, пока шел сюда! Теперь радостная картинка гасла.

— Слышь, майор. А что блок умеет без машины?

— Хранит рецептурные матрицы. Анализирует сырьевой состав. Сопоставляет структуру материала с базой данных.

— То есть он знает, из чего сделана вещь.

— В общем — да.

— Любая вещь?

— Любая, которую он сможет просканировать.

Вик посмотрел на Эгона. Потом на стену за его спиной — туда, где в полутьме лежали горы хлама: кабели, платы, куски техники непонятного происхождения, которые старик годами сортировал на глаз.

— Эгон. Сколько раз ты отдавал что-нибудь за бесценок, а потом узнавал, что покупатель перепродал втридорога?

Старик не ответил, но его напряженная спина ответила слишком много

— Вот именно, — сказал Вик. — Итак, у нас новый план! Показываем этому блоку всё, что тащим со свалки. Он говорит состав. Если там редкие металлы — мы знаем реальную цену еще до того, как торговец откроет рот.

Сай медленно поднял голову.

— Это… может сработать.

— Может. Эгон, то барахло, что мы притащили утром, — оно где?

— За переборкой выкинул.

— Тащи обратно. Начнём с него!

Пока Эгон кряхтел за стенкой, собирая неудачную утреннюю добычу парней, Вик с Саем принялись подсоединять блок к деке скафандра. Хорнет помогал им, хоть и без энтузиазма.

— Предупреждаю: штатным анализатором данный блок не является. Попробую совместить его с визором. Но ничего не обещаю.

Визор включился с третьей попытки. Экран зашипел, побежали серые полосы, потом зелёные строки символов — майор подгонял промышленный интерфейс под нейросхему скафандра.

Сай стоял не двигаясь. Смотрел на блок так, будто ожидал от него откровения.

— Вик, ты уверен, что так можно?

— Нет.

— Отлично. А если Святой Дух Машины решит наказать нас за святотатство?

— Заткнись!

Вернулся Эгон с охапкой барахла. Первым бросил на верстак треснутый узел размером с кулак.

— Кассета криообменника. Мёртвая. Я её в переплавку кинуть хотел.

— Не оправдывайся. Сейчас посмотрим, чего она стоит. Майор, запускай.

Экран замигал, блок репликатора чуть заметно нагрелся.

— Что с ним? — нетерпеливо спросил Сай.

— Работает. Не мешай.

Вик зачитал:

— Корпус: армированный полимер с графеновым волокном. Повреждения критические, функциональное применение исключено.

Эгон уже открыл рот высказать, что он думает об этой идее, как Вик продолжил уже другим тоном.

— Внутренний слой: тантал-керамическая матрица. Контактная группа: иридий-палладиевый сплав. В глубине узла — чип аварийного журнала. Исправный.

Эгон закрыл рот.

Вик посмотрел на него.

— Сколько?

— Не знаю, — как-то слишком быстро сказал старик.

— Врёшь!

— Ну, скажем так, не пятьдесят скрапов.

— Больше солида?

Мусорщик промолчал.

Сай уставился на обгоревший корпус.

— И ты хотел это выбросить?

— Ещё слово, очкарик, и выброшу нахрен тебя!

Вик тем временем взял с полки хромированную панель — почти целую, блестящую.

— А это?

— Вот тут точно редкоземы, — сказал Сай. — Смотри, как блестит.

Блок зажужжал.

— Гражданская облицовка, — сообщил Хорнет. — Декоративное напыление. Основа: дешёвый композит. Ценность минимальна.

Вик уже подсовывал под визор грязный серый цилиндр.

— А это?

— Запорный клапан криомагистрали, — сказал Эгон. — Я уже смотрел.

— Посмотрим ещё раз.

Хорнет молчал дольше обычного.

— Корпус: технический композит. Износ высокий. Клапанный механизм нефункционален. Фильтрующая сетка: платиновое волокно с примесью родия.

Эгон нашёл табурет и сел.

— Да чтоб меня в шлюз…

— Это хорошо? — осторожно спросил Сай.

— Это значит, — сказал Вик, — что мы весь день ходили по деньгам и пинали их ногами.

— Не по деньгам, — поправил Эгон. — По товару. Деньгами это станет, если найдём покупателя. И если он нас не сдаст.

Вик кивнул.

— Тогда сортируем находки по ценности. В разные мешки. В один — редкоземы, в другой — чипы, и так далее. Погнали!

Работа закипела. Сначала решили пересмотреть всё, что было осмотрено и отвергнуто в прошлый раз. Хорнет ворчал, но с каждым разом блок репликатора отвечал всё быстрее.

К концу на столе лежала небольшая кучка действительно перспективных вещей. Танталовая матрица, платиновая сетка, пара живых микроконтактов, силовая линза с трещиной по краю, но целым ядром, еще с дюжину деталек, где по прогнозу репликатора должны были находится ценные элементы. Отдельно шел кристалл памяти — его Хорнет велел спрятать и никому не показывать, особенно «всяким там торгашам-паразитам».

Эгон смотрел на разложенный товар так, будто боялся моргнуть.

— Я двадцать лет… — начал он и замолчал.

— Сдавал золото как мусор, — закончил Вик. — Хорошо, что ты сам это понял.

Старик мрачно кивнул.

— Малик должен заглянуть сегодня или завтра. Обычно приносит фильтры, пасту, мелочь для ремонта. Ну и забирает товар.

Вик затянул горловину закрытого мешка.

— Он даёт хорошую цену?

Эгон покосился на мешки.

— Был бы у меня выбор — был бы другой разговор. А Малик привык, что его у меня нет.

Вик поднял мешок и поставил под верстак, ближе к себе.

— Значит, сделаем вид, что выбор появился. Эгон, всё это нашли мы. Поэтому цену на товар назначу я. Не меньше десяти солидов!

Малик появился утром. Парни как раз заканчивали завтрак, когда запоры внешней двери сектора лязгнули — буднично, будто входил хозяин.

Вик отложил кружку. Эгон нервно вытер руки (чище они не стали) и поспешил навстречу.

— Сегодня он рано! — тихо сказал он.

Дверь в мастерскую открылась. Первым вошёл грузный молодой мужчина в золотистом балахоне — слишком нарядном и чистом для нижних ярусов А7Д5. Бледное лицо, аккуратная чёрная бородка. В ухе — тяжёлая серьга, на пальцах — кольца, на лице — улыбка человека, привыкшего, что в нём все нуждаются. За ним протиснулись двое здоровяков с ящиками фильтров и регенераторов.

— Эгон-ага, здравствуй, дорогой. Живой ещё? — с неискренней улыбкой бросил вошедший. — Хорошо, слушай! Когда старый клиент живой, сердце радуется. Слышал, с Дензелом что было, а? Собственный дроид разорвал, слушай!

Старьевщик согнулся перед этим золотым павлином, будто стал ниже ростом.

— Уважаемый Малик, рад тебя видеть сегодня. Проходи, проходи.

Быстрые черные глаза торгаша торопливо ощупали помещение.

— Накопал что-то, нет?

— Есть кое-что! Немного, но посмотреть можно.

В коммуникаторе вдруг ожил майор Хорнет.

— Печально. Судя по всему, деградация поразила не только низшие слои вашего общества!

— Ты о чем? — краем рта спросил Вик.

— Его балахон! Эта золотистая хрень — теплоизоляционная плёнка на графеновой основе. В моё время этим обматывали радиаторные трубы. Торгаш носит техническую обёртку и явно очень горд собой!

Стараясь не ржать, Вик прикусил губу.

Малик между тем перевел взгляд на парней.

— Это кто такие? У тебя теперь рабочие? Эгон, слушай, ты разбогател, да? А я не знаю об этом!

— Парни просто помогают — уклончиво ответил старьевщик.

Малик задержал взгляд на Вике, слегка нахмурился.

— Молодой, горячий. Взгляд злой. Зачем так смотреть, а?

Эгон торопливо разложил их находки.

— Сюда, Малик!

Всё еще хмурясь, торговец взял танталовую матрицу. Равнодушно повертел, бросил. Поднял платиновую сетку — то же самое. Только в глубине глаз загорелся маслянистый блеск.

— Ерунда, — наконец, процедил он. — Зачем такое мне даешь, а?

— Малик, — сказал Вик. — В этой сетке платина с родием. В матрице тантал-керамика. Контактная группа — иридий-палладий.

Малик поднял на него удивлённый и вместе с тем оценивающий взгляд.

— Зачем так говоришь, да? Иридий, палладий. Красивые слова, слушай. Кто видит этот иридий? Тут написано «иридий»? Покажи!

— Подтвердить можно. Анализатором.

— Вай, какой анализатор, слушай? Меня люди спросят — где тантал-мантал? Покажи платина-млатина? Мне что им сказать? Как подтвердить, скажи мне!

— Определенно, раз он крутится в этом бизнесе, у него есть хоть какой-то анализатор, — подсказал Вику майор. — Иначе как он накопил на это роскошное одеяние?

«Надо же. Дед из коробочки умеет шутить» — подумал Вик, а вслух сказал:

— Ты, Малик, раз этим торгуешь, должен иметь оборудование.

Торговца аж перекосило.

— Эгон, почему этот серв вообще смеет со мной говорить, а? Слушай, я к тебе пришел!

— Хороший товар, Малик, — осторожно вставил Эгон. — Не мусор. Тут платина, тантал. А вот тут линза почти живая…

Лицо торговца скривилось, будто Малик разом проглотил целый лимон.

— Эгон-ага, зачем такой дерзкий? Я к тебе с уважением пришел. Фильтры принёс. Пасту принёс. Всё высшего качества, как всегда. А ты мне сказки рассказываешь. Нехорошо, слушай.

— Я не…

— Два солида за всё. Только из моего расположения.

— Мало, — сказал Вик.

Малик всплеснул руками.

— Эгон, вели щенку молчать, или мои люди его сами заткнут. Давай все сделаем по хорошему, слушай.

Мусорщик смущенно переминался с ноги на ногу, переводя взгляд с торговца на парней.

— Малик, ну правда, маловато…. — наконец выдавил он. — Ты бы добавил, а?

— Все знают, на верхних ярусах совсем другие цены! — не сдержался Сайрус.

У торгаша окончательно испортилось настроение.

— Мало? Слушай, ты понимаешь, как трудно мне приходится, да? Мне везти. Мне договариваться. Мне платить, чтобы не спрашивали лишнего. Крысы, бутчеры, стража ленлорда. Везде дай. Везде плати. Я беру на себя риск, я плачу за риск. Это справедливо, да?

— Десять солидов! — отрезал Вик. Малик широко раскрыл глаза, будто ему плюнули в душу.

— Эгон-ага. Ты что слушаешь своего щенка? Мой отец двадцать лет с тобой торговал. Уважал тебя. Я уважаю тебя. Мы всегда работали хорошо, да? Зачем ты всё портишь? Зачем противишься мне? Этот парень — он завтра уйдёт. А я останусь. Как всегда.

Эгон смотрел в стол.

— Малик, дорогой…

— Три солида, — сказал Малик. — Последнее слово. Больше не могу, слушай. Это себе в убыток. Не из прибыли, честное слово. В подарок тебе, из уважения к памяти отца!

— Ну, пожалуй, можно… — начал было старик, с сомнением глядя на парней, но Вик перебил:

— Сделки не будет.

В мастерской стало очень тихо.

Малик медленно повернулся.

— Что сказал?

— Еще раз, для тугоухих: сделки не будет.

— Ты недавно из шлюза выпал, да? Тут серьёзные люди говорят — младшие слушают.

— Серьёзные люди не покупают редкоземы по цене грязной пасты.

Малик зыркнул так, будто хотел убить взглядом.

— Рэдкоземы? Слушай, откуда слово такое знаешь?

Вик пожал плечом.

— Читать умею. Советую попробовать.

Один из здоровяков сделал полшага вперёд. Эгон поднял ладони.

— Малик, не надо. Парень новый, горячий, не понимает…

— Понимает, — сказал Малик. — Просто плохо воспитан.

Помедлив, взял одну пластину, покрутил в пальцах.

— Последний раз: три солида. Потому что я добрый.

— За три солида я тебе старый башмак продам, — сказал Вик. — Один. Без пары. Если пришёл покупать — называй нормальную цену. Не хочешь — дверь там.

Сай сосредоточенно смотрел в пол. Эгон готов был провалиться сквозь реголит.

Злость в глазах торговца сменилась показным сожалением.

— Зачем так говоришь, да? Я пришёл по-доброму. Фильтры принёс, регенераторы принёс. Никого не обижал, товар смотрел честно. А ты мне дверь показываешь.

Он ткнул пальцем в мешок.

— Думаешь, товар сам себя продаст? Никто с бродягами с мусорки связываться не будет. А покупать где будешь? Регенераторы у меня. Еда у меня. Что делать будешь, слушай?

— Найдём.

— Найдёшь. — Малик презрительно ухмыльнулся. — Здесь все так говорят. Потом приходят обратно. Ко мне.

Он развернулся к выходу. Громилы, подхватив мешки, потянулись следом.

У двери малик остановился.

— Эгон-ага, ты старый человек. Я тебя уважал. Не дай этому щенку сломать тебе жизнь.

Дверь закрылась.

Мусорщик нашёл ящик, сел. Закрыл лицо трясущимися руками.

— Всё, — глухо сказал он. — Ты хоть понял, что сделал?

— Не дал нас ограбить.

— У меня регенераторов на три дня! А еды и того меньше. Ты чем дышать будешь? Танталом?

— Он давал два солида за то, что стоит десятку!

— Потому что мог! — Эгон всё-таки сорвался на крик. — Он ушел, а завтра сюда придут Крысы. Понимаешь? Малик с ними в доле. Работаешь с ним — он держит их на поводке. А теперь он обиделся. Как ты думаешь, что он им скажет?

Вик молча взял один из тюбиков пасты, оставшихся с завтрака, повертел и бросил обратно.

— Значит, найдём другого. За то дерьмо, что впаривал Малик, он еще и доплачивать должен был. А Крысы… решим с крысами.

Эгон закатил глаза.

— Парни, вы не знаете наши реалий. На А7Д5 нельзя просто найти другого продавца. А уж тем более — покупателя!

— Спокойно, старик. У меня есть идея.

Вик выразительно кивнул на планшет Дензела.

— Майор. Поднимай файлы жирного. У Дензела были каналы. Посмотрим, кому он сбывал товар, когда хотел обойти таких вот золотых труб.

Хорнет ответил почти с удовольствием:

— Наконец-то здравая мысль. От покойников часто остаются полезные адреса.

Вик положил планшет на верстак. Боевая дека в царапинах, жирные отпечатки на краях, трещина через угол экрана.

— Надеюсь, там было не только порно и долги.

Подключил кабелем. Экран дёрнулся, вспыхнул, выдал чёрный прямоугольник с запросом кода.

Хорнет помолчал.

— Пароль найден.

— И? — спросил Сай.

— Пока скажу одно: порно здесь полным-полно. Ищу контакты и адреса.

Экран мигнул. Побежали списки: сделки, угрозы, долги, координаты, имена, грубые пометки Дензела. Часть файлов битая. Хорнет вытаскивал обрывки из этой каши с таким же омерзением, как недавно сортировал детали.

— Ремонтник Брум, — прочитал Вик. — Берёт силовые линзы.

— Человек Малика, — сказал Эгон. — Сдаст с потрохами раньше, чем ты откроешь его дверь.

— Скупщик оружия. Локхард.

— Мёртв. Сам себе заряд плазмогана продал.

— Склад в зоне «Серебряный рукав».

— Это не здесь, — пояснил Эгон. — Астероид Д-114. Триста восемьдесят тысяч миль отсюда.

— Следующий?

— Пометка: «бродячие». Координаты не постоянные. Судя по меткам — внешний космос, приходят нерегулярно. Но платят щедро.

— Не годится, — сказал Эгон. — Может, они появятся через полгода. Да и где их ловить? В космосе?

Список оказался обширным: коды шлюзов, даты поставок, короткие пометки:«не верить» ,«любит нае…» ,«берёт только редкое» .

Хорнет остановился.

— Зонис.

Эгон резко поднял голову.

— Что?

— Контакт восстановлен частично. Станционный сектор.

— Это противовес А7Д5- пояснил Эгон.

— Специализация: редкие материалы, нестандартная техника, опасные компоненты. Есть пометка Дензела:«не врать по составу — проверяет» .

Вик медленно перепроверил запись.

— Вот это уже звучит перспективно!

— Опасно! — поморщился Эгон. — На станцию еще добраться надо. Через дозоры, бучеров, и прочую мразь.

Сай нервно сглотнул.

— Бучеры?

— Потом испугаешься, — сказал Вик. — Сейчас не отвлекайся.

— Кроме того, — продолжал Эгон, — неизвестно еще, как поведет себя этот Зонис. Вдруг решит, что ты принёс слишком горячий товар, да и сдаст тебя тем, кто заплатит больше?

— Не вопрос. Нейроядра и прочую запрещенку мы ему не понесем. Но раз эта гнида Дезел имел с ним дело, значит, мужик готов к рискованным сделкам.

Вик еще раз пробежал глазами карточку Зониса. Адрес: станционный сектор, блок 37-Б, торговый ряд за старой гильдейской аркой. Рядом — короткая строка кода — пароль. Знак, что человек пришёл не с улицы.

Эгон все еще смотрел скептически.

— Ты реально решил туда добраться? До станции отсюда добрых сорок миль пилить. Через нижние переходы астероида, потом через космический мост на станцию. Там обязательно наткнешься на посты стражи Сазерленда. Сканеры, сборы, досмотр. Увидят хоть что-то подозрительное — конец. Найдут твою говорящую коробку — конец на плахе!

Вик устало посмотрел на старика.

— У меня нет выбора, Эгон. Мне кровь из носу надо отправить деньги матери. Ведь на Станции есть отделение Ордо Мизерикордиа?

Старик хмыкнул.

— Уж наверно есть. Кто-то же лечит живущие на Станции богатые задницы?

— Мне надо будет перечислить им 10 солидов. Срочно! Это для матери.

Эгон открыл было рот что-то возразить, но тут раздался звук открывающихся створок. В сектор кто-то зашел.

— Что там? — удивился Сай. — малик вернулся?

— Тише! — шикнул на него старьевщик.

Щелкнув тумблером, он включил камеру наблюдения за входом в сектор. В воздухе колыхнулся зеленоватый виртуальный экран.

К берлоге вальяжно приближались несколько фигур с оружием в руках.

Из старика, казалось, вынули пружину.

— Это Крысы, — простонал Эгон. — Пришли люди Барона. Всегда являются после Малика. А у нас нет ни солида!

Глава 7

Сай метнулся к верстаку и сгрёб деку Хорнета под блестящую декоративную пластину.

— Эй, — возмутился майор в закрытом канале. — Если вы решили похоронить меня под крышкой от унитаза…

— Молчи, — прошипел Вик. — Тебя не должны увидеть!

Снаружи что-то лязгнуло.

— Эй, старик, открывай! Мы знаем, что ты здесь! — раздался за стенкой вальяжный голос крайне уверенного в себе человека.

Эгон торопливо дёрнул рычаг, и на порог вступила фигура в чёрном.

Бритые виски, крупный нос, шрам на горле. На лице темная кислородная маска, трубки от неё уходили к регенератору под курткой. Поперёк груди болтался плазмомет. Самодельный, но собранный куда лучше грубого самопала Эгона.

Чёрный поморгал, привыкая к полутьме, и дружелюбно оскалился.

— Эгон! Давно не виделись.

— Да, Гриф, — выдавил старик. — Целых пять дней.

— Пять дней, — деланно удивился тот. — Ну надо же! Мне казалось, прошла вечность! Смотрю, у тебя гости? Нас вот ты никогда не зовёшь. Обидно. Приходится самим заявляться!

Он улыбнулся шире, обнажив гнилые зубы, часть которых заменена титановыми вставками, острыми, как зубья пилы.

За ним в мастерскую скользнула девчонка с малиновыми волосами. Чёрная обтягивающая кожа, лёгкие композитные пластины, кислородная маска закрывала пол-лица. Изящная и опасная как змея, она тут же направилась к верстаку, быстро ощупывая парней взглядом. На поясе — плоская штука в потёртой кобуре. Нож? Игломёт? Вик не понял.

Плохо дело. Плохо.

Ещё двое остались в проходе. Бритый громила с переломанным носом и сутулый тип с цепью, намотанной на кулак. Цепь он носил явно не для красоты.

— У тебя был Малик, — произнес Гриф. — А он приходит не просто так. Выходит, ты сбыл ему товар. И где наш солид?

Эгон побледнел.

— Денег нет, Гриф. Мы не договорились.

— С Маликом? — глумливо скалясь острыми зубами, Гриф развернулся к своим. — Слышали? Он не договорился с Маликом. Ушам не верю.

Девчонка хмыкнула. Тим с цепью усмехнулся порванными свежим шрамом губами.

— Барон тоже не поверит, — все еще усмехаясь, процедил Гриф. — Малик человек терпеливый. Почти святой, мать его. Как вышло, что вы всегда ладили, а тут вдруг не вышло? Сдается мне, ты что-то темнишь!

Его взгляд зацепился за Сая, потом за Вика.

— А это что за щенки? Рабочих завёл? Эгон, да ты растёшь! Прямо-таки процветаешь!

— Парни помогают разобрать завал, — быстро сказал Эгон. — Ничего такого.

— Что, бесплатно? — Гриф приподнял брови. — Они что, блаженные из Ордо Мизерикордиа? Ходят по нижним ярусам и помогают старикам ни за что?

— За еду, — буркнул Вик.

Гриф медленно повернулся к нему.

— А тебя спрашивали?

— Нет. Но ты долго думал.

Девчонка прищурилась, глядя на Вика внимательно и зло. Эгон побледнел ещё сильнее.

— Гриф, он молодой. Я объясню ему…

— Объясни лучше мне, Эгон, вот такую вещь: деньги Барону ты, значит, отдать не можешь. Зато нанял каких-то ушлепков. Интересная выходит… арифметика. Барону понравится.

— Да какие деньги, Гриф? Мы с Маликом по цене не сошлись.

— Ну Барон то с тобой в цене сошелся, не так ли? Один солид. Сейчас. Не заставляй нас приходить ещё раз!

Девчонка тем временем двинулась вдоль верстака. Её пальцы с нарощенными титаном когтями скользнули по грязной панели, по куску кабеля, подобрались к блестящей пластине.

В закрытом канале Хорнет тревожно произнёс:

— Сейчас она доберётся до меня, парни.

В то же мгновенье Вик шагнул и перехватил её за запястье. Девчонка замерла.

В мастерской вдруг стало тесно.

— Ша, ржавень, — сказала она очень тихо. — Руки убрал.

— Ты первая.

Теперь Вик разглядел её глаза над маской: злые, бешеные, с крохотными острыми зрачками. Нейроспайс. Или что похуже…

Она придвинулась почти вплотную — так близко, что малиновая прядь коснулась его щеки.

— Ты хоть знаешь, с кем разговариваешь, сучара?

— С тем, кто пришёл за чужими деньгами.

— Чужих денег нет, ржавень. Они общие. Просто кто-то даёт, а кто-то берёт.

Вик окинул её ироничным взглядом. Специально задержался на брутально подчёркнутой пластиковым доспехом линии груди.

— А ты из каковских? Даёшь или берёшь? Или и то и то разом?

Громила у двери хрюкнул, давясь от смеха.

Резко оттолкнув Вика, бешеная девка схватилась за кобуру.

На мгновение все застыли. Серые глаза с острыми зрачками впились в лицо парня.

Прошла секунда, другая. Она вдруг улыбнулась одним краем рта. Только глаза остались холодными.

— А он мне нравится. Маленький и наглый. Как мой хорёк. И пахнет так же.

— Твой хорёк тоже весь в латексе?

Улыбка исчезла. Одно мгновение Вику казалось, что она сейчас выстрелит. Но тут Гриф поднял ладонь.

— Эль, не играй с мусором. Потом руки пахнут.

— Гриф, лапа. Не говори мне. Что делать! — зашипела бешеная Эль.

— Прости, милочка, но буду. Я отвечаю за тебя перед Бароном. А ты, Эгон, уйми своего щенка. Его тявканье мешает базару.

— Он не мой, Гриф. Это просто…

— Уже твой. Раз стоит у тебя под крышей. Зигнер, посмотри товар! Что они там нашли, что не сошлись в цене с Маликом?

Девчонка по имени Эль отступила, а здоровяк с переломанным носом протиснулся внутрь и двинулся к мешкам под верстаком.

Вик дернулся раньше, чем успел подумать. Рука легла на рукоять бластера под курткой. Ствол он не вынул, только дал увидеть Зигнеру край.

— Вик, — сказал Хорнет в канале. — Их четверо. Дистанция плохая. Если начнёшь, первого снимешь. Второй успеет сломать тебе шею. Возможно, не в этом порядке.

— Знаю.

Гриф посмотрел на бластер. Потом на Вика.

— Вот теперь разговор пошёл честный.

— Товар не трогать.

Здоровяк фыркнул:

— Он нам условия ставит. Слышь, герой, ты стрелять-то умеешь?

— По тебе попаду.

— А потом?

— А потом будь что будет.

— Хороший план. Короткий. Как твоя жизнь.

— Зато понятный. Даже тебе.

Бледный Эгон дрожащим голосом произнес:

— Гриф, честное слово, нет там в товаре ничего такого. Просто парни горячие, вот и повздорили с поставщиком. Бывает по молодости. Сам знаешь!

— Знаю, знаю. Слушай сюда, борзый, — процедил Гриф, обращаясь к Вику — Ты тут новенький, и потому я тебя прощаю. Пока. Скоро поймешь: Барон берёт за порядок. Чтобы старика не выпотрошили бутчеры. Чтобы мастерскую не разобрали соседи. Чтобы такие, как ты, могли иногда думать, что они сами себе хозяева.

— Очень щедро.

— Да. Мы добрые.

Гриф кивнул здоровяку. Тот перестал лезть к верстаку, но остался рядом.

— Старик, я этого борзого не знаю и знать не хочу. Тут твоя точка, и спрос с тебя. Три дня даю на то, чтобы ты принес нам солид. Не будет солида — станет три. Не будет трёх — снимем регенераторы. Будете дышать тем, что вентиляция принесёт. Недолго.

Эгон опустил голову.

— Барон не зверь, — добавил Гриф. — Барон просто не любит должников, которые много дышат.

Он развернулся к выходу.

— Эль, идём.

Девчонка задержалась. Посмотрела на руку Вика, всё ещё лежавшую у бластера.

— Не прячь далеко, ржавень. Хочу посмотреть, как ты его достанешь, когда руки будут связаны.

— Подойди ближе — проверишь сейчас.

Она коротко рассмеялась.

— Увидимся, сучара конопатый.

Крысы ушли так же по-хозяйски, как вошли. Последней, манерно виляя обтянутой латексом задницей, вышла укуренная девка. Старый мусорщик торопливо закрыл дверь.

Сай стряхнул с себя оцепенение.

— Ну, Эгон, у тебя и гости! С пилой вместо зубов… И девка эта — жуть. Как она на тебя посмотрела! Вик, я думал, сейчас она тебе яйца голыми руками вырвет.

Вик убрал бластер.

— Спайсанутая сучка. Или укуренная чем.

— Это женщина Барона, — глухо сказал Эгон. — С ней стоит быть повежливей.

— Женщина Барона? — Сай нервно поправил очки. — А кто такой этот Барон?

— Тот, кто может взять нас всех за задницы. Остальное — не твоё дело, — отрезал Эгон. — Вик, а ты что, совсем больной? Ты им бластер показал!

— Они пришли за деньгами.

— Теперь Гриф тебя запомнил.

— Хорошо. Может, теперь подумает, прежде чем лезть в мешки.

— Он, конечно, подумает, — сказал Эгон. — Сколько громил привести в следующий раз. Ты не понимаешь, куда влез!

— Понимаю. Ты лучше вот что скажи. Нам Малик давал два солида. Эти требуют один. Выходит, ты отдавал им половину заработка?

Эгон молча отвернулся. Сай тоскливо посмотрел то на одного, то на другого.

— Ладно, умник, — не оборачиваясь, мрачно произнес старик. — Что дальше делать будем? У нас ничего нет. Фильтры старые, белковая паста кончилась. Регенераторы почти сели.

Вик посмотрел на мешки. Потом на завалы хлама за перегородкой.

— Сколько мы сможем выручить, если пойдем к Зонису сейчас?

Эгон поморщился.

— Да хрен его знает. Я с ним не торговал. На десять солидов можно рассчитывать смело. Может, чуть больше, если он не решит, что мы родились вчера. Но до станции ещё дойти надо.

— Нам нужно больше чем десять солидов!

— Конечно нужно. Только деньги сами из мусора не вылезают.

Вик взял с верстака перчатки и натянул их.

— Значит, копаем дальше. Надо набрать побольше товара.

— Копаем? — Эгон уставился на него, будто Вик предложил выброситься в шлюз. — У нас времени на раз-два и обчёлся.

— Давай конкретно. Сколько у нас времени по воздуху?

— Три дня от силы.

— Сколько времени надо, чтобы добраться до Станции?

Эгон скривился так, что лицо на мгновение превратилось в гармошку из морщин.

— Тут один переход с астероида на станцию — сорок миль. А до него еще добраться надо. Вот и считай!

Вик что-то прикинул в уме.

— Еще день на поиски товара мы можем потратить!

— Шутишь?

— Нет. Смотри: день копаем, день идем до станции. Продаем, сразу покупаем регенераторы. На станции воздух свободный?

Эгон почесал в затылке.

— Вообще-то… да. Входишь через шлюз, платишь налог на воздух, и можно сразу дышать.

— Ну, вот видишь! Значит, регенераторы нам нужны только на путь до станции. И выходит день на раскопки, день идем туда, и еще день в запасе!

Эгон хотел возразить, но не нашел, что.

— Теперь давай посчитаем, сколько денег нам надо.

Старик задумчиво выдвинул из-под верстака ящик с разной мелочью, покопавшись, достал обломок угольного стержня, и начал набрасывать прямо на столешнице.

— Десять солидов, — сказал Вик. — Это моей маме на хоспис. Их не трогаем.

— Один Крысам, — мрачно добавил Эгон. — Пока один. К следующей смене.

— Регенераторы, фильтры? Считай на две недели, на троих!

— Шесть, если брать дрянь. Четырнадцать, если не хочешь к старости кашлять кровью.

— Белковый концентрат?

— Местный — от двадцати скрапов за пайку. На вкус он — сам знаешь… На Станции свои биотанки, там получше, от сорока пяти. А если по-богатому брать, хороший, привозной — от солида и до Бетельгейзе!

— Это по минимуму выходит двадцать пять солидов — подсказал майор Малькольм.

— А еще за энергию, за воду, и пошлину за доступ на Станцию.

— Ну, вот видишь! Говорю же, с товаром на десятку туда и соваться нечего.

— Надо было отдать все Малику, — мрачно пробурчал Эгон, но спорить не стал.

— Сколько придется отдать за переход?

Мусорщик что-то прикинул в уме.

— Пошлина, сбор за воздух, тележка, мелочь на посту. Три. Может, пять, если стражник голодный.

— Обратно тоже вернуться надо, — тихо сказал Сай.

Эгон, кроша грифель, торопливо карябал цифры. Подумав, добавил ещё строку.

— Не забудьте про мои пять солидов, парни!

Итог не радовал. Им нужно было выручить хотя бы пятьдесят солидов.

— У нас нет столько товара. Может загоним этому типу нейроядра? — спросил Сай. — Даже если он даст десятую часть цены, это же огромные деньжищи!

— Нет, — одновременно сказали и старьевщик, и майор. Вик не успел и рта открыть, чтобы добавить своё «нет» к их дружному хору.

— Почему?

— Шутишь? Мы его не знаем! Нейроядра нельзя нести первому встречному скупщику. Вдруг кинет, сдаст, или еще чего-нибудь приключится? Да их могут тупо отнять при досмотре!

— То есть сначала несём вещи с редкоземами, которые при досмотре выглядят, как мусор, — добавил Вик. — Проверяем покупателя. Потом думаем о большем.

Мусорщик кивнул.

— Да неужели! У тебя, парень, бывают не суицидальные идеи? Алилуйя!

— Бывают, но куда-то деваются, стоит взглянуть на твою унылую физию. Ладно, — Вик деловито хлопнул в ладоши, — хватит болтать, погнали работать. И знаешь, Эгон, было бы славно, если б ты, в этот раз нам помог.

Парни рьяно взялись за багры. С Эгоном, опытным мусорщиком, дело пошло веселее. Даже майор, казалось, проникся трудовым энтузиазмом и почти не бухтел.

За два часа до обеда они накопали разного иридие-, родие- и платиносодержащего хлама еще на десяток солидов.

— Ну, если так дело пойдет, мы тут разбогатеем! — повеселел Сай, весь вымазанный в графитовой смазке. — Главное, чтобы майор с блоком кузни не ошибся с химсоставом барахла!

В этот момент Хорнет вдруг прекратил подавать данные на визор Вика.

— Майор, ты что? Ушел в самоволку?

Тот ответил не сразу.

— Так, Сай. Сойди с этого места. Там кое-что интересное. Ну-ка, расчистите верхний слой!

Эгон нахмурился.

— Там ничего нет. Просто барахло, как и везде

— Делайте, как я говорю!

Вик упёрся плечом в помятый бак. Тот не пошёл. Сай помог. Эгон, чертыхаясь, подлез с ломом. Металл скрипнул, мусор осыпался вниз, поднял пыль и сухую чёрную крошку.

Под баком показалась огромная кисть с огромным, похожим на древний разводной ключ манипулятором. Парни начали откапывать механизм, и через полчаса работы им открылось нечто необычное.

Это был грязно-желтый, угловатый корпус, окаймленный черной штриховкой, с незапамятных времен обозначающей опасно движущиеся механизмы. Пустой разъём там, где должна была стоять батарея. Голова без глазных датчиков, как слепой шлем. Огромные ноги уходили под завал.

— Это ещё что за покойник? — спросил Вик. — Погрузчик-переросток?

Сай присмотрелся и вдруг бухнулся на колени.

— Святая Матерь Машины…

— Эй, эй, не сейчас! Что это такое, я спросил!

— Атлант, — прошептал Сай.

Эгон резко схватил Вика за рукав.

— Не трогай.

— Поздно.

— Я серьёзно. Это такое оборудование, что подчиняется только Высокородным. Он меня не примет!

— Что «не примет»? Железо?

— Дух Машины, — сказал Сай и вновь перекрестился жестом адептов Экклесии Спиритус Квантум.

Пока парни таращились на находку, Эгон бегло проинспектировал комплектацию и разочарованно развел руками.

— Хлам. Батареи нет. Датчики сняты. Управляющий блок выдран. Самое ценное давно унесли. Как лом — дрянь. Продать целиком вряд ли выйдет — мы его с места не сдвинем. Оживить — не для нас. Такие штуки не услышат молитвы простолюдина

Вик посмотрел на мёртвую махину. Потом на деку.

— Майор?

Хорнет ответил не сразу.

— Поднеси анализатор к центральному порту.

— Зачем?

— Просто поднеси. Или хочешь, чтобы я начал объяснять словами, которые вы, дикари, считаете святотатством?

Вик нашёл гнездо под грудной плитой. Майор занялся анализом. Вик в нетерпении включил виртуальный экран и стал наблюдать. По экрану пошли строки, сбились, снова пошли.

Хорнет молчал.

— Ну? — не выдержал Вик.

— Да нихрена не выйдет, зря тратим время! — упорствовал Эгон.

— Заткнитесь все! Объясняй, вояка — сказал Вик.

Когда майор наконец заговорил, Вик готов был поклясться, что слышал в его механическом голосе волнение.

— Штатного управляющего контура нет. Но сенсорные цепи и моторика сохранились. Так что, господа, никаких забот со Святым Духом Машины: им тут и не пахнет. Это просто неразумная оболочка.

— Он сможет ходить?

— Под моим управлением? Думаю, да. Определенно, сможет!

— Вот это красота! — Сайрус так воодушевился, что едва не запрыгал от восторга. — Значит, он сможет нам помогать? Да мы тут та-акое устроим!

Эгон хрипло рассмеялся.

— Конечно-конечно, любой каприз. Полсвалки зараз в труху перемелет. У него батареи нет, дурная ты башка. Знаешь, сколько такая махина жрет? Представляешь, какой мощности аккумулятор тут нужен?

Слова мусорщика вернули парней с небес на землю.

— Ммм… А нельзя найти батарею? Прямо тут, на свалке? Ну или, к примеру, купить? — неуверенно протянул Сай.

Старик сфокусировал на нем механический зрачок.

— Я смотрю, этот желтый призрак прошлого пришелся тебе по душе, а, Сай?

— Ну, он выглядит таким крепким… Если его запустить, он же сможет работать за десятерых. Да что там, он бы полсотни работников заменил. Вот я видел…

Но тут расходившийся Сайрус осекся, так и не рассказав, что именно он видел и где.

— Сообщаю всем белобрысым мечтателям: графеновая батарея такого класса стоит не меньше двадцати тысяч. Искать на свалке бесполезно — хорошие, федерального производства, давно все выгребли, что не нашли — уже деградировало.

Сай приуныл. Похоже, ему действительно понравился этот здоровенный шагоход.

— Рядовые, я знаю решение! — вдруг сказал Хорнет — Батареи нет — посадим на провода! Толстых силовых кабелей тут полно. Можно нарастить провод хоть на полмили.

Эгон посмотрел на деку так, будто хотел прихлопнуть её ломом.

— Ты сначала свою коробку на привязи удержи, — зло процедил он. — А потом уже Атланта к моей сети цепляй. Он нам тут черти что устроит. Дёрнется разок — и мастерская станет шире. Вместе со мной, верстаком и вашими дурными головами.

— Преувеличиваешь, — сказал Хорнет.

— Да ну? Эта жёлтая скотина весит как пол-лифта. Если она шагнёт не туда, я потом буду себя из-под пола выковыривать. Ложкой.

Сай осторожно поднял руку.

— Если сделать кабельную мачту… ну, чтобы провод не волочился под ногами…

Эгон повернулся к нему.

— А ты ещё подсказывай. Очень не хватало второго безумного инженера. Первый хотя бы мёртвый, ему терять нечего.

— Я не мёртвый, — отозвался Хорнет, — просто временно лишен достойного носителя антропоморфного форм-фактора. Но уверен, Атлант сможет помочь мне в этой несправедливости судьбы.

Эти слова благодаря виртуальному монитору слышали все. Эгон, осознав, что парни хотят попробовать, не на шутку всполошился.

— Как? Через скрутки? Ты с ума сошел?

— Ну, еще надо сделать энергомост и адаптер, поставить недостающие датчики.

— И кто это будет делать? Эти два сосунка?

В голосе майора зазвучало раздражение.

— Парни способны и на большее. Не меряй по себе, штатский! Кто угодно справится, способный хоть на что-то, кроме рукоблудия.

Эгон буквально побагровел.

— Да тут кто-нибудь слышит меня? Еще раз говорю — не выйдет! Сеть слабая, предохранители старые. Замкнет — обесточишь весь сектор. А замкнет обязательно, когда этот чурбан порвет кабель. Ты это понимаешь, вояка?

— Понимаю лучше тебя. Поэтому я сам всё рассчитаю. И, согласно предложения рядового Сайруса, мы добавим к конструкции кабельную мачту, чтобы я не рвал собственный провод. Бинго!

Пока мусорщик возмущенно подыскивал новые аргументы, Вик уже действовал.

— Майор, какие понадобятся материалы?

— Силовой кабель не меньше чем на двадцать пять квадратов, три камеры, инерционный блок, два аварийных размыкателя, восемь миодатчиков и контроллер топологии зэт-три.

Сай многозначительно кашлянул.

— Маркировки я сначала помечу.

— Помечай, — сказал Вик. — Только быстро.

— И прочитаю литанию!

— Бормочи сколько хочешь. Главное — найди всё что нужно!

Беглый подсчет показал, что детали для возрождения Атланта есть. Почти все. Не хватало камеры, размыкателя, и, главное, — контроллера.

Вик хмуро повернулся к Эгону.

— Слушай, похоже, нам придется использовать детали Сюзанны. Там ведь был контроллер, не так ли?

— Так ты же отдал ее останки мне, не так ли? — ехидно усмехнулся старик.

— Но ты же поможешь?

— Нет!

— Почему?

— Потому что «Сюзанна» моя, — отрезал Эгон. — Ты сам отдал. Я её честно разобрал, отсортировал и мысленно уже продал. Всё. Конец истории.

— Ты сейчас про железки говоришь так, будто я у тебя дочь замуж забираю.

— Дочь была бы бесплатная. А эта дрянь стоит денег.

Сай осторожно кашлянул.

— Вообще, если контроллер подойдёт к Атланту…

— Ты молчи, юный техножрец-недоучка. У тебя от любой большой железки слюни до пола.

— Мне не железка нравится, — обиделся Сай. — Мне нравится возможности.

— Возможность спалить мой дом? Или привлечь внимание стражи?

— Возможность выбраться из этой дыры! — резко выкрикнул Вик.

Эгон хотел огрызнуться, но Вик не дал себя перебить.

— Тебе самому-то не надоело? Ты сам посчитай! Крысам — плати. Малику — кланяйся. Регенераторы, пасту, фильтры — покупай втридорога. Любой подонок может прийти и забрать у тебя что угодно. Ты двадцать лет тут копался, и всё равно беден, как храмовая мышь. Тебе это нравится?

Старик побагровел.

— Ты рот-то прикрой, мальчишка.

— Ты рот-то мне не затыкай. Потому что это шанс. Понимаешь? Шанс вырваться из нищеты.

Хорнет сухо щёлкнул динамиком.

— Ненавижу соглашаться с несовершеннолетним хамом, но в данном случае он прав. Производительность с применением погрузочного механизма вырастет многократно.

Эгон смотрел то на Вика, то на Атланта, то на Сая. Лицо его стало усталым и злым.

— Да чтоб вас ксариды жрали! Всё нутро вымотали!

— Значит, поможешь? — спросил Сай.

— Не радуйся раньше времени, очкарик. Идем в берлогу!

Одолеваемые противоречивыми чувствами, парни и Эгон вернулись в мастерскую. Первым делом старик пнул нижний ящик верстака. Тот с визгом выехал на направляющих. Внутри лежали аккуратно разложенные детали: сенсорные элементы, контроллеры, платы, связки тонких приводных шлейфов, блоки и датчики в чёрных корпусах.

Эгон взял контроллер, повертел в пальцах и швырнул Вику.

— Лови. Только чую, втравите вы меня в неприятности.

Сай осторожно поднял один датчик.

— Спасибо, Эгон.

— Не благодари. Я ещё сам себя за это ненавижу.

Детали отнесли к Атланту. Получилась жалкая кучка для такой туши. Погрузчик на фоне всего этого выглядел так, будто его собрались лечить пластырем.

Хорнет, однако, казался довольным.

— Минимальный комплект есть. Если никто не начнёт проявлять инициативу, у нас даже есть шанс не взорваться.

— Замечательно, — съязвил Эгон. — Ради такого стоит помолиться всем предохранителям разом.

Сай смотрел на Атланта так, будто уже видел, как жёлтая громадина встаёт из мусора.

— Ну что, займемся им!

Вик поднял голову.

— Сейчас?

— Ну да. Если мы его запустим, он же сможет быстро разгрести завалы. Он один накопает товара больше, чем мы все вместе. Нам не придётся вручную таскать баки и резать балки.

— Если запустим, — буркнул Эгон. — А если не запустим, пойдем к Зонису с пустой тележкой.

— Но шанс есть!

— Шанс у тебя был, когда ты выбирал, где родиться. И то, похоже, крепко промахнулся.

Сай вспыхнул, но не отступил.

— Эгон, ну как ты не поймешь. Нам нужно больше товара. Атлант — это рабочая сила. Огромная.

— Или огромная проблема, очкарик.

Вик посмотрел на детали, что-то прикинул.

— Сай, пожалуй, Эгон прав. Нам сейчас важнее набрать товар. А с Атлантом можно повозиться потом. Как думаете, кто пойдёт к Зонису?

Эгон фыркнул.

— Я и ты.

— А Сай?

— Ни к чему он там. За него тоже придется платить на посту: там с каждого носа — плати звонкой монетой. А у меня не типография солидов, знаешь ли!

Сай открыл было рот, но тут же закрыл. Видно, понял, что спорить не о чем.

— А как мы вообще заплатим на переходе? — спросил Вик. — У нас и одного солида нет.

— Обижаешь. Есть немного!

Эгон полез под верстак, вытащил плоскую жестянку из-под старого блока питания. Внутри лежали мелкие монеты — скрапы, пластиковые банкноты и тонкая, затёртая почти до гладкости полоска электронного жетона.

Вик радостно посмотрел на коробку, потом на старика. Эгон зло ухмыльнулся.

— Я не всё отдаю Крысам, что бы ты там про меня ни думал.

Вик ответил не сразу: в горле вдруг встал комок.

— Ладно, — сказал он. — Извини.

Эгон изумленно моргнул: кажется, такого он не ждал.

— Чего?

— Извини, говорю. Я думал, ты совсем под них лёг!

— Не мы такие, жизнь такая, — буркнул Эгон, захлопывая жестянку. — Просто иногда, чтобы не сдохнуть, приходится выглядеть более жалким, чем ты есть в самом деле!

Вик кивнул.

— Отлично. Очень рад, что Крысы тебя не ограбили подчистую. Теперь давайте думать: что берём к Зонису?

Мусорщик сразу оживился.

— Нейроядра точно не трогаем, мемори-блоки — тоже. Берём лишь то, что содержит редкоземы, но выглядит как барахло: клапаны, сетки, матрицы, контакты. Сверху навалим настоящую дрянь, чтобы даже смотреть противно было.

— А если стража спросит, почему мы везем на Станцию полтележки дохлых фильтров? — спросил Сай.

— Скажем правду, — буркнул Эгон. — Мы с нижних ярусов. У нас всё дохлое.

Вик кивнул на бластер под курткой.

— Оружие берём?

Старик мрачно качнул головой.

— Бластер нельзя. На посту ленлорда Сазерленда отнимут. Ещё и докопаются: откуда, чей, почему не в реестре.

— Значит, не берём бластер.

— Без оружия вас по дороге разденут, — сказал Сай. — В лучшем случае.

Хорнет коротко щёлкнул динамиком.

— Давно хотел поговорить про оружие. Ваш арсенал прискорбно скуден. Плазменный самопал старика имеет смехотворную скорострельность и дальнобойность…

— Тебе хватило, железяка, — проворчал Эгон.

— … а бластер Вика, возможно, сможет пробить латекс на той бешеной красотке.А вот доспех стражи или приличного дроида — нет.

— Спасибо, утешил, — бросил Вик.

— Рад помочь. А еще я набросал несколько вариантов необходимого вооружения.

Виртуальный экран мигнул. На нём возникла схема чего-то длинного, угловатого, с двумя стволами, баком и предупреждающей надписью на древнем военном коде.

— Компактный рентгеновский лазер. При аккуратном применении способен очистить от противника не менее шести квадратных миль…

— Рентгеновский лазер. Это который с ядерной накачкой? Тебе не кажется, что ядерный взрыв на астероиде — это как-то чересчур?

Возникла пауза. Затем голос майора бодро произнес:

— Давайте рассмотрим второй вариант.

На экране появилась другая схема. Ещё хуже.

— Плазменная мина направленного действия. Ставится на пол, активируется по изменению геометрии пространства. Отрывает ноги в радиусе…

— Нет, — сказал Вик.

— Ты даже не дослушал.

— Я услышал «отрывает ноги». Нам надо дойти с тележкой до поста. Брать станцию штурмом будем в другой раз.

— При этом стража не должна понять, что мы несём оружие, — добавил Эгон.

Хорнет помолчал.

— То есть вам нужно что-то, что не выглядит как оружие, но при этом им можно защищаться?

— Вот. Уже ближе!

— Мне надо подумать.

— Думай. У тебя вся ночь впереди. А мы пока поищем ещё товар.

Эгон недовольно покосился на завалы, но спорить не стал. Сай взял багор. Вик подтащил лампу. Даже Хорнет, кажется, проникся: перестал язвить каждую минуту и командовал коротко, по делу.

— Левый бак не трогать. Пустой.

— Под серым кожухом контактная группа с платиной.

— Не так, Сай. Если тебе дороги глаза, сначала сними фиксатор!

К вечеру на верстаке лежала новая куча товара. Иридиевые контакты, родиевые сетки, танталовые пластины, сенсоры, простейшие чипы.

Эгон пересчитал дважды.

— Ну? — спросил Вик.

— Если Зонис не жулик и если нас не разденут по дороге… сорок. Может, пятьдесят.

Услышав это, Сай едва не бросился в пляс.

— Погоди радоваться, — оборвал его Эгон. — Пока это мусор на столе. Надо еще дойти, продать, и вернуться живыми.

Ночью Вику снилась мать. Их старая жилая ячейка — тесная, но тёплая, с постоянно запотевшей стенкой у пищевого блока. Мать, стоя босиком у плиты, снимала с панели настоящие блинчики. Не белковую лепёху из автомата, не серую дрянь из биотанка, а настоящие блинчики: тонкие, мягкие, с коричневыми краями.

— Вставай, соня, — улыбаясь, сказала она. — А то оладьи остынут!

Вик сел за стол — чистый кухонный стол, на котором не громоздились кабели, модули, фильтры… Только тарелка и кружка горячего чая.

Мать улыбнулась ему так, будто ничего плохого никогда не случалось и никогда не случится.

— Как ты себя чувствуешь?

— Хорошо, — сказал Вик. Во сне это было правдой.

Улыбаясь, мама подложила ему ещё один блинчик.

— Я так рада, Вик, это просто не передать словами. Но вот насчёт оружия…

— Что?

— Вик, насчёт оружия.

Голос стал другим. Металлическим. Нетерпеливым.

— Вик. Просыпайся. Надо поговорить насчёт оружия!

Парень дёрнулся и открыл глаза.

Над ним висел тёмный потолок мастерской. Где-то за стеной хрипела вентиляция. Сай спал, свернувшись в своем гамаке, дергал во сне ногой. На верстаке тускло мигала дека Хорнета.

— Ты совсем сдурел? — прохрипел Вик. — Я спал.

— Сон — роскошь мирного времени. У нас его нет. Слушай сейчас, а то не успеешь ничего сделать к отъезду!

Вик сел, потёр лицо ладонями. Сон ещё держался где-то глубоко в сердце. Мать. Блинчики. Чай. От этого было больнее, чем от удара под дых.

— Если это опять про какую-то ядерную хрень с ручкой…

— Нет. Я адаптировал требования под вашу печальную реальность. Сделаем не оружие.

Вик насторожился.

— А что?

— Инструмент. Которым по совместительству очень удобно убивать.

— Уже лучше бомбы с ручкой, но пока звучит как шарада.

— Знаешь, что такое арбалет?

— Нет.

— Разумеется. Я так и знал, что дети будущего ничего не будут знать, кроме своих Хай Ви-Ар игр. Начнем с самого сначала. Тебе хотя бы известно, что такое миомодули?

— Мускулы дроидов. Такие пучки, которые сокращаются от тока.

— Иногда ты меня пугаешь проблесками эрудиции. Да. Графеновые волокна, собранные в особый пучок. Подаёшь ток — они резко сокращаются. Теперь представь раму с рычагами, блоками и натянутой миопряжей. Маленький аккумулятор. Кнопка. Нажал — и кусок арматуры летит в цель.

Вик окончательно проснулся.

— Тихо?

— Почти бесшумно.

— Сильно?

— Достаточно, чтобы человек пересмотрел планы на жизнь. Если попадёшь в живот — упадёт. В горло — умрёт. В броню стражника — останется жив, но разозлится, так что туда не стреляй.

— А выглядеть это будет…

— Как кабельный натяжитель. Стража никогда не выкупит, что эта штука может убивать. Они ищут плазменную активность и крупные батареи. Механическая дрянь их не волнует.

— Что потребуется для этой штуки?

— В том то и дело: всё под рукой! Я уже помню, где у Эгона лежат нужные детали. Миомодули — в третьем ящике под сварочным столом. Блоки — в коробке с надписью «не трогать, убьёт». Малый аккумулятор — в боксе у стены.

— Хорнет, вот мне интересно. А если Эгон спросит, откуда ты знаешь его мастерскую лучше него?

— Скажу правду. Я наблюдателен, а он старый скопидом с плохой системой хранения.

Вик усмехнулся. Потом снова вспомнил сон, и улыбка погасла.

— Ладно, майор. Пойдем мастерить твою «бесшумную смерть».

Следующие три часа Вик сидел у верстака и собирал самострел под командованием Хорнета.

— Не туда, — сказал майор.

— Ты это уже говорил.

— Потому что ты снова делаешь не туда. Удивительное постоянство!

Вик стиснул зубы, переставил миомодуль, затянул скобу. Конструкция всё больше походила на кабельный натяжитель: рукоять, рама, блоки, паз под короткий анкер. Только Вик теперь знал, что этот «инструмент» может пробить человеку бедро насквозь

Проснулся Эгон. Вытащил из-под верстака тележку, пнул колесо, выругался, пнул ещё раз. Колесо нехотя провернулось.

— Живая, — мрачно сообщил он. — Хотел бы я сказать это про нас после прогулки к Станции!

Завтракали быстро. Белковая каша пахла мокрым картоном. Сай ел с таким лицом, будто совершал подвиг, Вик проглотил свою порцию почти не жуя. После сна про мать любая еда казалась оскорблением.

Потом пошла работа.

Эгон набивал тележку товаром. На дно — танталовые матрицы, родиевые сетки, иридиевые контакты, силовую линзу и прочую мелочь, ради которой их могли прирезать в первом же тёмном переходе. Сверху — настоящий мусор: треснувшие кожухи, грязные фильтры, рваные кабели, куски труб. Получалось убедительно. На тележку хотелось смотреть как можно меньше.

Сай тем временем возился у Атланта. Подтащил к жёлтой туше моток силового кабеля, пару камер, датчики от «Сюзанны».

— Вик, — смущаясь, сказал он вдруг. — Думаю, я смогу запитать Атланта от проводов.

Вик даже переспросил:

— Ты?

— А кто? — Сайрус прижал к груди связку кабелей, будто это был не мусор, а младенец. — Я уже понял схему. Ну… почти. Майор объяснил.

Из динамика над верстаком донёсся сухой щелчок.

— Я сказал: «не трогай красные жилы, если хочешь сохранить пальцы». Это не значит, что ты понял схему.

— Значит, начну с синих.

— Прекрасно. Надеюсь, у тебя только близорукость, а не дальтонизм.

Сай сразу просиял.

— Я не дальтоник. И я справлюсь. Ну а что еще делать, пока вы там ходите?

Эгон буркнул, затягивая ремни на тележке:

— Ты, главное, не спали мне мастерскую.

— Честно говоря, — сказал Вик, примеряя самострел к руке, — Сай со сварочным аппаратом — самое страшное сочетание во Вселенной. Кроме вспышки сверхновой и Левиафана ксаридов. Хотя насчёт Левиафана я не уверен.

Наконец тележка была загружена. Сверху лежал натуральный мусор: треснувшие панели, гнутые кожухи, куски труб. Под ним — мешки с деталями, чью ценность мог выявить лишь спектральный анализ. На самый верх Вик положил десяток арбалетных болтов — обычных композитных стержней, заточенных с одной стороны.

Хорнет напоследок сказал:

— Не геройствуй, рядовой. Без меня качество твоих глупых решений резко падает.

— Вот и проверим, — ответил Вик.

Дверь закрылась за ними тяжело, с долгим металлическим вздохом.

Началось путешествие через нижние ярусы астероида А7Д5. Тележка сразу показала характер: скрипела, тянула влево, цеплялась колесом за каждый стык пола. Вик толкал. Эгон шёл впереди, выбирая не главный проход, а боковые коридоры.

— Прямо нельзя? — спросил Вик.

— Прямо ходят те, у кого есть охрана.

Иногда навстречу им попадались прохожие. Люди в масках жались к стенам, провожая тележку недоуменными взглядами. В технических нишах копошились целые семьи, где-то в переходах торговали регенераторами с рук, рядом торговались за канистру воды. Двое мальчишек проводили их таким пристальным взглядом, что Вик положил ладонь на рукоять самострела.

Эгон заметил.

— Не дергайся раньше времени.

— А когда надо?

— Это ты сразу поймешь.

Прошли ещё один поворот. Эгон вдруг спросил:

— Чего ты всё время шпыняешь майора?

Парень не сразу понял.

— Что?

— Хорнета. Он вам помогает, придумывает разные хитрые шутки… А ты с ним как с дерьмом разговариваешь.

Вик толкнул тележку через порог. Колесо ударило в металл, груз глухо звякнул под мусором.

— Он сам кого хочешь достанет.

— Это не ответ.

— А тебе зачем?

Эгон пожал плечом.

— Старый я. Люблю знать, откуда может прийти новая беда.

Вик и сам не знал, почему майор так раздражал его. Хорнет говорил приказами. Коротко. Уверенно. Так, будто заранее всё на свете знал. Отец тоже так говорил. Если Вик правильно помнил.

Парень поправил маску и сильнее налёг на рукояти тележки.

— Не люблю, когда мной командуют.

— Да? — Эгон хмыкнул. — Я думал, ты просто всех не любишь.

— Честно говоря, да. Я не особо приветлив. Слушай, тебе не кажется, что все стало слишком тихо?

Эгон тревожно оглянулся. Действительно. Им больше не попадались навстречу люди. Исчезли торговцы. Впереди темнел разбитыми лампами коридор.

Старик остановился.

— Плохое место. Может нам обойти…

Договорить он не успел.

Из-за толстенной вентиляционной трубы вышел человек в грязном комбезе. Маска у него была собрана из трёх разных фильтров. На поясе висел резак, в руке — кошмарной конструкции ствол.

— Старик, — сказал он. — Дорога сегодня платная.

Глава 8

Сзади загремели шаги.

Из бокового прохода вышли ещё двое. Сгорбленный, жёлтый, будто его неделю варили в плохом белковом концентрате. В руках — цепная пила, старая, но зубья свежие.

Второй был в капюшоне. Лица почти не видно — только глаза. И титановый крюк вместо кисти. Крюк негромко чиркнул по стене.

Передний улыбнулся.

— Тележка у тебя тяжёлая, дед. Значит, и сбор тоже не легкий.

Эгон развёл руками.

— Мусор везём. Назад пойдём — занесём.

— Да ладно! Щас посмотрим.

Бутчер шагнул ближе и потянулся к верхнему кожуху.

— Руки убрал, — сказал Вик.

Тот даже не посмотрел на него, протягивая руку с ремням.

Пальцы бутчера легли на кожух.

Вик изо всех сил навалился на тележку.

Колёса взвизгнули, тяжёлая рама понеслась вперёд, и правое, западающее колесо наехало бутчеру на ногу.

— Аааа!!!

Вик заорал, из всех сил налегая на тележку. Тяжеленный кузов налетел на бутчера, прижимая к трубе.

— Сука!!! Мразь! Вали их, Крил! — заорал тот. Сквозь крик раздался тяжелый стук — в панике бандит выронил ствол.

Сзади раздался быстрый топот. Взвыла цепная пила.

Молниеносным движением Вик сорвал с тележки свое оружие. Большой палец нашёл предохранитель. Инструмент раскрылся со звонким щелчком — и вот уже это не кабельный натяжитель.

Сгорбленный уже бежал на него.

Миомодуль дёрнул так, что руку едва не вывернуло. Короткий болт ударил сгорбленного под ключицу, вылетел с другой стороны, хлестко, высекая искры, срикошетировал по стенке. Тот опрокинулся навзничь и быстро-быстро засучил ногами. Пила выпала и, подпрыгивая и ревя заскакала по полу.

Работает. Мать твою, работает.

Передний бутчер ещё орал, в панике рвал с пояса резак.

— Крил, ааа!!! Убей их, ааааа!!!

Наконец, справившись, он выдернул резак, вновь попытался выдернуть стопу — и в панике сжал гашетку. Плазма полоснула стену.

Жар лизнул Вику щёку. Верхний мусор посыпался с тележки. Один ремень вспыхнул.

— Твою мать! — рявкнул Эгон.

Старик не сробел. Ловко, как молодой, уклонился от струи плазмы, выхватил из тележки обрезок трубы и врезал орущему бутчеру по руке.

— Держи сбор, падаль! Еще! Еще!!!

Удар. Ещё. Резак лязгнул по полу, плазма с шипением погасла. Бутчер попытался подняться. Эгон ударил по голове. Тот осел.

Одетый в капюшон урод с крюком бросился без звука.

Не как человек. Слишком быстро для человека!

Вик успел взвести арбалет, но болты оставались в тележке. Крюк ударил по раме, отбросил арбалет в сторону, полоснул Вика по предплечью. Боль вспыхнула белым.

— Аарх!

Эгон со всей силы ударил бутчера трубой — прямо под нависающий край капюшона. Раздался гулкий звук удара. Но тип с круюком устоял.

Зато Вик смог развернуться и схватить второй болт. Мгновение — и он выстрелил почти в упор.

Болт полностью вошёл между глазом и виском нападавшего. Нормальный человек упал бы. Этот только дёрнул головой.

— Да что ты такое… — выдохнул Вик.

Крюк с молниеносной скоростью ударил Эгона. Вик бросился на помощь, схватив за твердую, как сталь, руку нападавшего, и тут же получил страшный, слепящий удар в лицо. Острый металл распорол куртку и кожу на боку. Ноги подломились. Пол ударил в спину.

Капюшонник вцепился в Эгона.

Вик ужом извернулся снизу, увидел дымящийся плазморез. А чуть дальше, под тележкой, здоровенный уродливый самопал. Тот самый, что выронил гад в фартуке. Рука сама потянулась.

Вик рванулся, зацепил ремень резака и подтянул ствол к себе. Развернул, и, уткнув прямо в живот твари, нажал на спуск.

— Шаррах!!!

Чудовищной силы грохот сотряс, оглушил, ошеломил. Белая магниевая вспышка хлестнула из ствола, приклад лязгнул об пол. Бутчера буквально отбросило в угол потолка и стены. Глухо врезавшись спиной в трубу, тот сполз вниз и замер.

Сквозь звон в ушах на переход опустилась тишина. После крика, пилы и плазмы она казалась поломкой слуха.

Эгон, тяжело дыша, отбросил мокрую от крови трубу. Та со звоном покатилась к телу первого, убитого Виком бутчера.

— Живой?

Вик сел, держась за бок.

— Кажись, да.

Трясущимися руками он перезарядил натяжитель, вставил новый болт, оглядываясь сквозь вонючий белый дым. Сгорбленный с пилой не шевелился. Передний тоже. Третий лежал у стены. Болт все еще торчал у него из лица, в животе чернела прожжённая дыра.

Из-под куртки текло что-то густое, тёмное, голубовато-сизого цвета.

Вик перевел взгляд на вызвавший такой грохот самопал.

— Что это за хрень такая?

Эгон оторвался от изучения своей крови на ладони.

— На нижних ярусах это зовут «хламомет». Ствол заряжают толченой пластмассой. В прикладе — баллончик с жидким кислородом и батарейка. Надо выстрелить — впрыскиваешь кислород в ствол, замыкаешь искру. Мощный. Только заряжать долго.

— Нда. Не только его.

Вик посмотрел на рану на предплечье. Из глубокого пореза проступало розоватое мясо. Крови было немного — значит, сосуды не задеты.

Самострел показал себя с лучшей стороны. Только вот ручная перезарядка едва не стоила ему жизни.

Вдруг Эгон громко и грязно выругался.

Фигура в капюшоне, покачиваясь, выросла в мареве не рассеявшегося дыма. Мгновение он стоял, затем стремглав метнулся в боковой проход.

Вик вскинул натяжитель и выстрелил вслед. Болт звякнул где-то в темноте.

Капюшонник исчез. Потрясенный парень обернулся к старику.

— Ты видел?

— Видел.

— Что это было? Откуда эта живучая тварь?

Эгон посмотрел в чёрный проход.

— Не знаю. Давай отсюда сваливать!

Они быстро закидали верхний мусор обратно на тележку. Часть барахла подпалила плазма, но всё ценное осталось цело.

Эгон ногой отпихнул чужой резак.

— Брать не будем?

— На посту спалят.

— Давай посмотрим, что у них еще есть!

Морщась от боли, Вик обшмонал обоих. Тип с пилой был мертв, а бутчер в фартуке при обыске вдруг принялся стонать. Вик вопросительно обернулся к Эгону.

— Сам решай! — мрачно сплюнул старик.

На круг у нападавших нашлось шесть солидов с мелочью. Скрапы считать не стали, просто сгребли по карманам. Вик прихватил замолкшую цепную пилу, закинул на тележку.

— Что, не отпускает мародерская привычка? –по-доброму ухмыльнулся старик.

— Ладно, пошли, — произнес Вик и, отойдя на пару шагов, вогнал в голову стонавшего бутчера еще один болт. Эгон вздрогнул от лязга.

— Надо бы кассету какую примастрячить — отстраненным голосом произнес юноша, вновь заряжая арбалет. — Хорошую штуку придумал майор, но эта суета с перезарядкой… Эгон! Ты бы помог мне с тележкой. У меня в руке дырка.

Мусорщик молча повернул его к себе.

— Руку.

— Нормально.

— Руку, герой помойки!

Осмотрели предплечье. Крюк распорол до кости, кровь стекала к пальцам. Бок тоже жёг. Там рана была мельче, но тоже ничего хорошего: каждый вдох цеплял её изнутри.

Мусорщик достал из кармана серый медпакет.

— Извиняй, но чистого нет. Есть «почти чистое».

— Разница?

— В почти чистом кто-то уже умер.

— Отлично. Обожаю такое!

Старик залил рану мутным антисептиком. Вик стиснул зубы.

— Крюк был грязный, — сказал Эгон. — Если занесёт какую дрянь, через сутки начнёшь гнить. Кстати, ты откуда родом?

— С Уорриора. Точнее сказать, с доков Уорриора.

— Тем более. У вас там бактерии другие. Если астероидные микробы за тебя возьмутся — суток через двое станешь дешевле нашего товара.

— Спасибо. Умеешь подбодрить.

— Знаешь, я один жил, и прекрасно себя чувствовал. Теперь вот, как это по умному… Проблемы с коммуникацией.

Свою рану старик обработал в последнюю очередь. Плазма лизнула кожу на лице. Ожог был красный, злой.

— Хорошо, что вскользь прошло. А то сверкал бы сейчас голым черепом.

Морщась от боли, они снова двинулась в путь.

Нижний ярус шёл мимо Вика кусками, как дурной сон. Вот у трубы сидит старуха и продает регенераторную смесь на вес, будто драгоценность. В переулке шла драка за место у вентиляционной решётки. Мальчишки бегали, слизывали капли конденсата с металла, криками подзывали друг друга, если найдут место, где капель больше.

— Это ещё спокойный сектор, — заметил Эгон.

Свернули в очередной раз, и небрезгливый Вик едва сдержал рвотный позыв. Разило так, будто где-то прорвало кислотную магистраль.

— Что за…

— Биотанки, парень. Тут нам делают еду.

Действительно, вдоль стены в два ряда тянулись пузатые баки. В мутных окошках бурлила серая масса. Рабочие в масках шуровали в баках длинными мешалками. На жёлтой табличке криво горело:БИОПЕРЕРАБОТКА. НЕ ОТКРЫВАТЬ ПРИ АКТИВНОМ БРОЖЕНИИ.

— Здесь делают концентрат, который мы покупаем за деньги? Ты шутишь, что ли?

Эгон хмыкнул, растирая горящее лицо.

— Хотелось бы. На астероиде отходы гонят в танки. Бактерии жрут всё. Иногда то, о чём лучше не спрашивать. На выходе — галеты, бульон, белковый концентрат. Если завезут пищевые добавки, он даже неплох на вкус. Конечно, со станционным не сравнить, но и цена…

— Мы это ели?

— Сам не помнишь? Ты ж ещё добавки просил.

Вика передёрнуло.

— А на станции?

— Там чище. Углерод, азот, соли, дрожжи. Тоже не сравнить с концентратами с ферм Аттенборо, но хотя бы без лишнего запаха.

Тут рабочие, привычно матерясь, начали сыпать в бак какой-то бурый мусор из одинаковых пластиковых мешков. Бак смачно булькал, а из горловины потянуло так, что Вик без понуканий налёг на тележку.

— Пошли отсюда нахрен. Мне дорог мой завтрак. Не хочу с ним расставаться.

За следующим поворотом появилась жёлтая линия досмотра. У двустворчатых желто-черных полосатых дверей толпились обитатели астероида, которых за кои-то лядом несло на Станцию. Над дверями висела хоругвь Дома Ратенау с гербом — три переплетённые шестерни — и еще один выцветший знак: хищная птица, сжавшая в когтях ключ.

«Видно, герб Лендлорда Сазерленда» — догадался юноша.

Ниже висела надпись:

ПРИГОТОВЬТЕ ОПЛАТУ ЗА ВОЗДУХ И ПОШЛИНУ ЗА ПРОЕЗД.

Еще ниже, мелким шрифтом, шли текущие расценки.

— Пойду посчитаю, во что нам обойдется интерлифт! — сообщил Эгон и протиснулся в обступившую дверь толпу.

Вик краем глаза оглядел окружавших его людей. Похоже, в основном это были рабочие и сервы, ездившие на вахту с астероида на Станцию. Почти как на Уорриоре.

Эгон медленно повернулся к Вику.

— У тебя идентификатор есть?

Вик молчал.

— Вот именно, — сказал старик. — Значит, через пост ты не пройдёшь.

— А раньше сказать?

— Раньше я надеялся, что досмотра при погрузке не будет. Зря надеялся.

— И что теперь?

Эгон поморщился так, будто ему вырвали зуб без анестезии.

— Есть один ход.

— Хороший?

— Если бы хороший, я бы и сам там пошел.

Он развернул тележку в боковой технический коридор. Там было темнее, ниже и пахло горячей пылью. На стене висела старая табличка:СЛУЖЕБНЫЙ ДОСТУП. ПОСТОРОННИМ ВХОД СТРОГО ЗАПРЕЩЕН.

Эгон опустился на колено у ржавой панели, вытащил из кармана тонкий обломок пластика и начал ковырять замок.

— Я когда-то работал на обслуге рукава, — сказал он. — Давно. До того как совсем опустился и стал мусорщиком.

— А до этого ты, типа, не «совсем»?

— Поговори у меня!

Замок щёлкнул не сразу. Старик выругался, ударил по панели кулаком. Та сдалась.

За люком открылся узкий лаз. Внутри — чёрная шахта, ребристые кабели, лестница из скоб и слабый поток холодного воздуха.

— Технический карман над клеткой лифта, — сказал Эгон. — Пойдёшь там. Я пройду пост с тележкой в кабину. Как приличный человек, не тебе чета. Когда кабина двинется, ты будешь на крыше.

Вик посмотрел в лаз.

— На крыше лифта? Звучит хреново.

— А никто и не обещал бизнес-класс.

Из шахты тянуло сухим холодом. Воздух был, но плохой: разреженный, с металлическим запахом. Регенератор Вика сразу начал захлёбываться.

Эгон снял свой и протянул Вику.

— Держи. Сменишь кассету, когда твой подойдет к концу.

— А ты?

— Ну, я же буду в лифте. Там воздух настоящий, как на Станции. А у тебя в шахте будет техническая смесь. Ей могут дышать только дроиды и идиоты. Ты, к счастью, не дроид. Дыши медленно, лишний раз не шевелись. Иначе оба картриджа сожрёшь за десять минут.

— Понятно.

— Теперь слушай внимательно. Второй раз повторять не буду.

— Уже страшно.

— Правильно. Ползёшь до верхнего люка. Вылезешь на крышу первой клетки. Там страховочная рейка. Цепляешься за нее. Не рукой — карабином. Усёк?

— Обижаешь.

— Тогда дальше: когда клетка пойдёт к нулю, вес пропадёт. Потом лифт начнет тормозить, и тебя начнёт снимать с крыши, как пыль с фильтра. Не дёргайся. Главное — карабин не отщёлкивай, пока не увидишь вторую клетку.

Вик нахмурился.

— Вторую?

— Там посредине пути перегрузочный пункт. На середине пути гравитация меняет знак, понимаешь? Поэтому кабин две. Наша идёт от астероида до середины. Вторая — с середины мачтового перехода и до станции. У неё пол уже смотрит туда, куда надо. В нулевой зоне они находятся рядом. Тебе надо перебраться с крыши первой на крышу второй.

— Прямо в шахте?

— Нет, в гостиной у лорда Сазерленда, под музыку. Конечно в шахте!

Эгон зло затянул ремень на его плече.

— Смотри. Первая клетка начнёт тормозить. Вот тогда тебя и потащит вперёд. Не упирайся ногами, сорвёшься. Скользи по крыше, держись за рейку. Когда увидишь вторую — цепляешь второй карабин за её рейку. Только после этого снимаешь первый.

— А если не успею?

— Тогда полетишь в шахту. Там двадцать миль пустоты, кабели, балки и лифтовые кабины летают на скорости двести миль в час. Прекрасный шанс стать фаршем.

Вик посмотрел в тёмный лаз. Оттуда тянуло холодным разреженным воздухом.

— А ты?

— Я пройду пост, сяду в клетку с тележкой и буду делать вид, что на крыше нет никакого незаконного пацана без документов.Так что, парень, веди себя тише мыши. На крыше тебя никто не должен услышать. Если начнёшь задыхаться — не паникуй. Два регенератора дадут тебе запас. Маленький, но дадут.

— До Станции точно хватит?

— Должно хватить. Наверное.

Они посмотрели друг на друга. Потом Вик полез в лаз.

Внутри было тесно. Плечи цепляли за обвисшие кабели. Эгон захлопнул люк за спиной Вика, и темнота стала гуще. Парень включил маленький фонарь на запястье. Луч выхватил скобы, ржавую маркировку и стрелку:ДОСТУП ОБСЛУГИ .

Регенератор зашипел у лица. Дышать было можно, но каждый вдох казался недоделанным. Стиснув зубы, Вик пополз вперед.

Впереди на полу вдруг возникло белесое пятно света. Снизу, через прозрачный пластик, доносились голоса на посту. Парень даже услышал голос Эгона!

— Куда с корытом? — спросил стражник.

— На противовес, децемвир. Оценка вторсырья. Мастерская сорок семь-бэ.

Сканер пикнул.

Вик осторожно, стараясь не дышать, проскользнул краем люка над прозрачной панелью. Если сейчас кто-то поднимет голову — всё.

— Плата за проход, за место для тележки, за воздух и грузовой сбор, — лениво перечислил стражник.

— Какой грузовой? — возмутился Эгон. — Это мусор. Если это груз, я — лорд Ратенау.

— Тогда ещё штраф за самозванство.

Стражник с Эгоном посмеялись, пикнул сканер оплаты, и тележка заскрипела в сторону лифта.

Вик пополз в ту же сторону.

Технический карман вывел к круглому люку. За ним гудело сильнее, пол под ладонями дрожал: лифт стоял прямо за ним.

Вик взялся за ручку, но старый фиксаторне поддался.

— Давай же, — прошептал парень, и, морщась от боли в руке, налег еще сильнее.

В глазах потемнело, в висках застучало: от напряжения всех силы ему стало не хватать воздуха. Регенераторы шипели всё громче, толку от них становилось все меньше.

Фиксатор наконец сорвался. Люк приоткрылся, из шахты ударил запах озона. Чертыхаясь, Вик протиснулся наружу и наконец-то оказался на крыше кабины лифта. Невольно взглянул вверх, в бесконечную высоту мачтового перехода. Сейчас мощное магнитное поле разгонит кабину вверх. Вспомнив инструкции Эгона, он нащупал страховочную рейку и защёлкнул карабин.

Внизу глухо хлопнули двери. Голос служителя прорезался через металл:

— Груз фиксировать. Живых пристёгивать. Не отстёгиваться до зелёного сигнала.

Клетка дёрнулась и пошла вверх, быстро набирая скорость.

Вик лежал на крыше, вжавшись грудью в холодный металл. Регенератор шипел у лица, но воздуха всё равно не хватало.

Сначала крыша давила в рёбра, потом перестала. Вес ушёл, кабина перестала ускоряться, и тело само полезло вверх. Карабин звякнул, принял рывок. Бок вспыхнул болью. Под ним глухо скрежетала кабина, внутри кто-то раздраженно кричал, цепи били по раме. Потом пришло торможение: клетка замедлялась, а Вик продолжал лететь вперёд. Его потащило вдоль крыши к вперед, чёрному провалу шахты. Карабин звякнул, едва удерживая тело Вика от самостоятельного полета к Станции.

Вторая клетка вышла из темноты снизу-сбоку, уже перевёрнутая к Станции своим полом. Вик ударился плечом о ребро обшивки, зацепил второй карабин, промахнулся, зацепил снова. Щелчок. Только тогда отстегнул первый. Его сразу крутануло, как мусор в вентиляции, но новый трос удержал. Первая кабина вскоре ушла обратно, в сторону астероида. Вторая подхватила его под собой и потянула к станции. Вновь его оторвало ускорением от пола. Гравитация возвращалась — сначала медленно, потом вдруг навалилась разом. Вик с ужасом понял, что сейчас шлепнется на крышу новой клетки, обнаружив себя страже!

Изо всех сил спружинив руками и ногами, он все же смог удержаться от удара о крышу кабины. Приземление выбило воздух из груди и пару секунд парень просто лежал, слушая, как внизу разговаривают люди.

Клетка остановилась. Снизу загремели замки, пассажиры посыпались наружу, служитель орал про чьи-то забытые вещи. Вик лежал на крыше и слушал, как у него в маске сипят два регенератора. Воздух стал совсем тонким. Перед глазами поплыли серые пятна. Потом под ним три раза коротко стукнули по металлу. Затем дрогнул технический люк. Не сразу — старые защёлки закисли. Эгон снаружи тихо выругался, ударил чем-то тяжёлым, и крышка наконец приподнялась. В щель показалось его красное морщинистое лицо.

— Живой?

— Не дождешься!

— Болтать можешь — значит, лишний воздух остался. Давай вылезай.

Вик отщёлкнул карабин и пролез к люку. Руки плохо слушались. Предплечье саднило, бок горел. Выбираясь, он неловко проехался боком по краю люка, едва не заорав от боли.

— Тише, идиот, — прошипел старик. — Идем быстрее, пока стража не докопалась.

Вместе они протолкнули тележку по короткому коридору и вышли из зоны Перехода.

Впереди перед ними предстала Станция.

Пространство уходило вверх так далеко, что потолок терялся во мраке. Ржавые балки пересекали темноту, как кости гиганта. Высоко полз мёртвый кран — или живой, но двигался так медленно, будто результат абсолютно никого не интересовал.

Эгон подтолкнул тележку.

— Добро пожаловать на Станцию — противовес астероида. Когда-то тут были доки, строили и ремонтировали системные лихтеры. А теперь — сам видишь!

Зрелище было захватывающим и горьким одновременно. Когда-то здесь строили корабли. Настоящие, огромные. Немыслимая ширина пространства Доков до сих пор поражала и бросалась в глаза.

Но теперь это были лишь останки былой роскоши. В пустых стапелях лепились жилые секции, лавки, склады, клетки с людьми и гидропонные лотки. Бледная зелень торчала из технических желобов, как плесень на трупе.

На старой федеральной надписи кто-то намалевал три переплетённые шестерни Ратенау.

— Кругом гербы понатыканы, — заметил Вик. — Как в храме, право слово.

— А как же? Где герб Благородного Дома, там пошлина. А пошлины — везде.

Их тележка прогромыхала мимо платной водоколонки. У неё ругались двое доходяг: тонкие руки, узкие плечи, лица будто недолепленные. На облике обитателей Станции сказывалась меньшая сила тяжести.

И тем не менее, Вик с первых шагов понял: Станция была много более комфортным местом, чем астероид. Тут можно было дышать настоящим воздухом, не пряча нос под силиконом дыхательной маски. Обитатели Станции выглядели состоятельнее оборванцев с Астероида. Многие носили униформу дома Ратенау.

— Сервы и техперсонал, — пояснил Эгон.

— Ратенау — сильный Дом? — спросил Вик.

— Да кто же их разберет, — глубокомысленно нахмурил лоб Эгон. — Их владения в основном — в космосе. Две ремонтные станции, несколько астероидов, перевалочные узлы. Они — хозяева внутрисистемной торговли.

Они прошли арку под хоругвью Сазерленда. Хищная птица с ключом. Под ней стоял патруль: иссиня-черные доспехи, старые плазменные карабины, лица за бронемасками.

Эгон замолчал и лишь на следующем повороте продолжил разговор.

— Сазерленд — их лендлорд. Наместник. Посты, сборы, шлюзы, охота за шпионами.

— Чьими?

Ответ нашёлся сам.

На стене висела листовка:СООБЩАЙ О ЛЮДЯХ ДОМА ДЖАН. ЧУЖАЯ КРОВЬ НЕ ДОЛЖНА ОСКВЕРНИТЬ СИЮ ОБИТЕЛЬ!

Вик отвернулся чуть быстрее, чем надо. Эгон это заметил.

— Говорят, Высокородные Джан терпеть не могут Ратенау. Аттвуды тоже их не любят. Первые, как ты знаешь, держат твою родную планету Уорриор. Аттвуды, если ты не в курсе, владеют межсистемными каналами. А Ратенау сидят посередине и снимают сливки с чужих грузов. Вот все и мечтают друг другу кислород перекрыть.

— Весёло у них, у благородных.

— Ты не представляешь, как.

Чем ближе они подходили к адресу Зониса, тем тише и респектабельнее становилось вокруг. Рынок остался позади, попрошайки исчезли. Лавки сменились закрытыми конторами, бронированными ставнями и дверями без вывесок. Под карнизами висели камеры. В воздухе лениво ползали похожие на жирных механических мух дроны-наблюдатели.

Наконец, Эгон остановился, еще раз сверил адрес.

— Кажись здесь… Я отдал кучу денег за эту прогулку, парень. Да еще и поссорился с Маликом и людьми Барона. Если этот Зонис не даст цену… не знаю, как мы будем выплывать!

Прежде чем позвонить в дверь, Вик несколько мгновений собирался с мыслями. Слишком многое зависело от успеха предстоящих переговоров!

И лишь почувствовав, что готов, нажал кнопку интеркома.

Глава 9

Дверь Зониса молчала. Только узкий чёрный глаз визора под карнизом равнодушно смотрел на Вика, на Эгона, на тележку.

— Может, его нет?

Эгон пожал плечами.

— Может, и нет. А может, есть. Просто не для всех.

— Офигенно.

— А ты думал. Лучше бы Малику сдали, честное слово. Зря сюда пёр…

Вдруг стена щёлкнула.

— Назовите цель визита, — раздался приятный женский голос.

Эгон тут же преобразился. Даже механический глаз его засверкал ярче обычного.

— Коммерция. Привезли на оценку партию вторсырья. Редкоземельные элементы. Пробная партия.

— Выберите категорию обращения: закупка, утилизация, претензия, доставка, долговое уведомление, принесение извинений…

Вик моргнул.

— Извинений? За что?

Эгон толкнул его локтем.

— Закупка. Оценка. Пробная партия.

— Ваш запрос содержит взаимоисключающие категории.

— Да чтоб тебя… — начал Вик.

Эгон наступил ему на ботинок.

— Закупка, — выдавил старик. — С предварительной оценкой. Пробной партии.

— Уточните статус посетителя.

— Эгон Таль. Мастерская на уровне минус двадцать семь на астероиде. Вторсырьё, ремонт, разборка.

— Статус второго посетителя.

Эгон замялся на полсекунды.

— Помощник.

— Помощник зарегистрирован?

— Временно.

— Временная регистрация предъявлена?

— Нет.

— Отсутствие временной регистрации временно подтверждено?

Вик посмотрел на стену.

— Он издевается.

— Нет, — процедил Эгон. — Если бы издевался, было бы быстрее.

Голос продолжил:

— Источник рекомендации.

— Дензел, — сказал Эгон. — Мародер.

Пауза.

— Дензел отсутствует в списке активных рекомендателей!

— Потому что он мёртв, — сказал Вик.

Эгон закрыл глаза.

— Смерть рекомендателя снижает качество рекомендации.

— Ты нас уже впустишь, или как?

— Агрессивная реакция зафиксирована.

— Это ещё не агрессивная. Я спокоен. Честно.

Эгон прошипел:

— Вик!

— Уточните происхождение товара, — сказал голос.

— Нижние ярусы А7Д5, — быстро ответил мусорщик. — Технохлам с разборки. Без активных нейроносителей.

— Подтвердите, что визит не является долговым спором, жалобой, попыткой сводничества или покушения на владельца помещения.

Вик чуть от смеха не подавился. Старый мусорщик сумел сохранить серьезную мину.

— Подтверждаю. Ничего такого. Только бизнес.

— Подтвердите биологическую чистоту?

Эгон показал временную отметку поста Сазерленда.

— Проверка пройдена. Споры ксарид не обнаружены.

Из стены выдвинулся тонкий луч. Прошёл по отметке, по тележке, по лицу Вика. Потом второй луч — снизу.

— Ожидайте решения.

И стена замолчала.

— Хренасе, сколько церемоний! — пробурчал Вик, сплевывая под ноги.

— В богатых квартала всегда так. Хорошо, нас хоть выслушали. Пусть даже всего лишь дроид-привратник.

Тут замок щёлкнул, дверь распахнулась.

Изнутри выехал маленький дроид на четырёх колёсах — старый, как все хорошие вещи, но вычищенный до матового блеска.

— Следуйте за мной, — тем же женским голосом произнес он. — Сетку с груза не снимать. Ничего не трогать. Попытки видеофиксации будут пресекаться охраной.

Внутри все было чистенько — настолько, что после созерцания тысяч сортов мусора на свалке Эгона глаза отказывались верить в такое. На полу Вик заметил тонкие линии лазерной сетки. Охраны не было видно.

Значит, охрана была везде.

Дроид, бодро жужжа, вывел их во внутренний дворик, увитый красиво цветущими растениями. В небольшой чаше тихо журчал фонтанчик. Вода здесь не продавалась по глоткам, а просто текла для красоты.

А внизу за каплю конденсата могли выбить зубы.

— Вы от Дензела, да?

Вик и Эгон резко обернулись. Перед ними стоял невысокий, хрупкого сложения мужчина заметно старше среднего возраста. Короткие седые волосы облегали голову, как шлем. Лицо сухое, породистое, будто с древней монеты. Свободная чистая одежда без золота и украшений. Здесь, на Станции многие выглядели тонкими и слабыми из-за пониженной силы тяжести. Но этот не выглядел слабым.

Он казался острым. Как игла.

Зонис посмотрел на тележку, потом перевел взгляд на визитеров.

— От Дензела, который мародёр, да? Контрабандист, да? Неприятный человек, да? И что, он мертв, да?

Хозяин говорил очень быстро, неразборчиво, глотая окончания и постоянно добавляя в конце «да».

— Мёртв, мертвее некуда, — подтвердил Вик. — Но это ничего. Теперь мы за него.

Зонис кивнул на тележку.

— И что вы принесли мне от мёртвого неприятного человека, да?

— Вторсырьё, — сказал Эгон. — Редкие элементы. Пробная партия.

Зонис молча смотрел на тележку. Потом кивнул дроиду.

— Показывайте, да?

Эгон снял сетку, расшнуровал ремни, откинул верхний мусор. Под ним лежали мешки с действительно ценным товаром. Вик развязал первый, достал детали.

Здесь, на верхних уровнях, они казались невзрачными и серыми. А ведь они с Эгоном едва не сдохли за них в схватке с бутчерами пару часов назад!

Зонис явно не впечатлился. Хозяйский дроид выпустил тонкий щуп, провёл по первой детали. Щуп мигнул. Дроид раскрыл виртуальный экран, по которому поползли данные экспресс — анализа.

— Галлий, — сказал Зонис. — Грязный, да.

Следующая деталь.

— Палладий. Родий есть. Мало.

Следующая.

— Платина — много. Осмий — следы.

Эгон с нарастающим волнением смотрел за происходящим. Холодно и профессионально дроид раскладывал их товар на кучки: это почти годится, это спорно, это — дрянь.

— Вот эта матрица, — не выдержал старик, — тантал-керамика. Повреждена, но сырьё хорошее.

— Повреждена, да, — сказал Зонис. — Поэтому не изделие. Сырьё, да.

— Но сырьё ценное.

— Сырья нужна партия. Тут мало, да!

Он отложил матрицу к остальным.

— С Камня, да?

— С нижних ярусов астероида, — подтвердил Эгон.

— Камень и есть Камень, да. Барахло. Маленькая партия. Один тележка — не партия, да.

— Тут редкие металлы.

— Тут слезы, не металл. Дензел привозил много, да. У Дензела был корабль. У вас — колёса.

Вик сжал зубы.

— Сколько заплатишь?

Зонис посмотрел на три кучки.

— Нисколько. Партия мала, да.

— Ты серьёзно?

Несколько мгновений Вик сдерживался, чтобы не ударить, не заорать, не рвануть с тележки «анкерный натяжитель». Все его надежды рушились. Маме нужны деньги, немедленно. Неизвестно еще, сколько времени их будут пересылать на Уорриор.

Нужно кровь из носу получить десять солидов. Хотя бы десять!

— Возьмешь за пятьдесят?

Зонис поднял на него удивленные глаза.

— Ты не слышал, да? Не надо. Партия мала, да.

Эгон хотел что-то сказать, но Вик его перебил.

— Послушай, — охрипшим от волнения голосом произнес он, — на Уорриоре такая тележка стоила бы сотен пять. Если правильно продать. Мы отдаем за сраных пятьдесят солидов. Ты же знаешь контрабандистов, таких как Дензел. Возьми это, и мы принесем еще. Соберем тебе партию.

Эгон побледнел. Зонис во все глаза уставился на Вика.

— Сотен пять, да?

— Не меньше.

— Откуда знаешь? Был на Уорриоре, да?

Вик понял, что наступил на край. Болтать про эту планету, принадлежащую враждебному клану, было бы непростительным безрассудством. Но отступать было поздно. Да и некуда.

— Я там родился.

Во дворике опустилась тишина. Только в фонтанчике тихо журчала вода.

Зонис сложил пальцы.

— С Уорриора, да. Дом Джан, да?

— Я не дворянин. Мне пофиг на тёрки высокородных.

— Серв дома Джан, да? У каждого есть герб. У кого-то на баннере, у кого-то в пропуске, да!

— У меня нет. Ни герба, ни пропуска.

— Ошибаешься, да.

Эгон вмешался:

— Он обычный парень. Случайно сюда занесло. Мы товар принесли, Зонис, а не списки родословной.

— Подданных Джан к нам просто так не заносит, — очень быстро произнес Зонис. — Особенно сейчас. Как сюда попал? Говори, да!

Вик молчал. Зонис ждал. Эгон сжался, будто пере ударом.

Наконец, Вик произнес:

— Через шлюз на астероиде.

Лицо Зониса дрогнуло. Глаза, как два лезвия, вонзились в лицо парня.

— Шлюз мародёров, да?

Вик промолчал.

— То, что надо, да. Рабочий шлюз, да?

— Да

— Я думал, это сказки, да… Ленлорд о нем знает, да?

— Когда мы входили, охраны не было.

— Через него можно провести груз? Или только людей?

Тут Вик отчетливо понял: этому торгашу страшно интересен этот шлюз.

— Там ворота три на три. Что угодно влезет. Я знаю, как пройти. Так ты берешь товар?

Зонис посмотрел на детали, потом снова на Вика.

— Если есть шлюз, это интересно, да. Сможешь много такого поставить, да?

— Полно. Все нижние ярусы завалены этим барахлом. За эту тележку мы просим пятьдесят. Считай, пробная партия. Затем сможем кидать тебе товар через тот шлюз.

— Сможешь открыть, да? Хорошо. Ждите здесь, да!

И Зонис быстрым шагом покинул дворик.

На Эгона было жалко смотреть.

— Вик, что ты творишь?

— А что я должен делать? Вернуться без денег? Ты видишь, он клюнул!

— Это опасная игра. Ты уверен, что сможешь хотя бы найти тот шлюз? Что у него уже не стоит патруль?

— Да хрен с ним. Нам нужны деньги здесь и сейчас.

Зонис вернулся очень быстро. В руках у него был небольшой, размером с карандаш, предмет.

— Слушай меня, да. Возьму этот груз, как задаток, да. Приготовишь большую партию, да. Отгружать будешь прямо на лихтер, через шлюз, да.

Он протянул Вику «карандаш».

— Вот это поставишь на шлюз, да. И принесешь мне коды от ворот, да. Чип есть, да?

Вик кивнул. Простейший чип для записи кода можно было найти на свалке.

— Лучше мой возьми, да, — Зонис протянул Вику крохотный кристалл памяти. — Поставишь маяк, принесешь чип с кодами — получишь двести солидов, да. Эта тележка беру, да. Могу перевести на кредитный жетон старика. Быстро, да.

Эгон напрягся.

— Нам бы лучше купюрами. Чтобы, значит, все чисто было.

Зонис кивнул.

— От цифровой денги останется след, да. Лорд Сазерленд любит расспрашивать. Куда ходили. Кто платил. Сколько. Где пошлина. Наличными лучше, да. Безопасность, да?

Торговец коснулся дроида, и из его корпуса выехала металлическая кассета. Щёлкнул замок. Внутри лежали пластиковые купюры.

Отсчитав несколько, Зонис протянул их Вику.

— Сорок пять, да. Пять вычел за чип, да!

Вик не взял деньги сразу. Пять солидов за крохотный чип — форменный грабеж. Но решил не спорить: в масштабе сделки пять монет — это ерунда.

Зонис накрыл купленные детали чёрной тканью. Дроид, деловито жужжа, убрал их со стола. Товар исчез так быстро, будто его никогда и не было.

— Один вопрос, мастер Зонис. Где здесь приорат Сестер Милости?

Нисколько не удивившись, хозяин повернулся к дроиду. Тот высветил на стене схему. Один сектор мигнул белым.

— Приорат Ордо Мизерикордиа, да. Санитарный блок семнадцать. Ранен, да? Они подлечат, да.

Вик перевел взгляд на испачканный кровью рукав. Да, видок у них с Эгоном не для Верхних секторов.

— Идите, да. Жду тебя с чипом, да. Двести солидов, да!

От Зониса они вышли молча. Сорок пять солидов. Никогда в жизни у него не было столько денег. У Эгона, кажется, тоже. По крайней мере старик выглядел довольным.

— Ну что, пойдем, закупим регенераторов и еды? Сто лет я не пробовал нормальных галет!

— Сначала — в приорат Ордена.

Приорат Ордо Мизерикордиа располагался в старом санитарном блоке. Никакого золота. хоругвей до потолка. Серо-белые стены. Мягкий свет. Чистота такая, что хотелось спрятать руки. На дверях — знак: ладонь, поддерживающая каплю.

Орден не нуждался в рекламе. Страждущие сами стекались сюда толпами.

Вик подошёл к стойке.

За ней сидела женщина в серо-белом: не старая, не молодая — просто сестра. Женщина- функция. Глаза выдавали человека, давно научившегося не обращать внимания на чужое горе.

— Имя пациента, — сказала она вместо приветствия.

Вик сглотнул.

— Рита Варден. Хоспис Ордо Мизерикордиа в доках Уорриора. Южный приорат.

— Номер стабилизационного счёта.

Он назвал. Первый раз сбился. Сестра терпеливо ждала.

Вик повторил.

Перед ней загорелся виртуальный монитор.

Пациент: Рита Варден.

Состояние: стабильно-критическое.

Задолженность текущего цикла: 10 солидов.

Снятие со стабилизации: ожидает подтверждения оплаты.

У Вика пересохло во рту.

— Десять солидов, — сказал он и выложил деньги.

Сестра посмотрела на них.

— Обычный перевод поступит в течение трёх циклов.

— У меня нет трёх циклов.

— Срочное межпланетное подтверждение стоит двадцать солидов.

Вик не сразу понял.

— Что?

— Десять солидов — стабилизационный платёж. Двадцать — срочный защищённый канал, печать приора, подтверждение приёма и уведомление хосписа.

— Вы берёте двадцать, чтобы отправить десять?

Сестра бросила на него взгляд, полный невысказанной иронии и упрека.

— Пунктуальные пациенты и их… родственники не попадают в ситуации, когда требуется срочный перевод. С остальных мы берём двадцать, чтобы десять дошли вовремя.

Эгон тихо выругался. Сестра даже не повернула головы.

— Обычный канал дешевле. Но пациент может не дождаться.

Вик почувствовал, как злость поднимается к горлу.

— Дорогое у вас милосердие.

Женщина впервые посмотрела прямо на него.

— Милосердие бесплатно. Связь, энергия, лекарства и время — нет.

— Удобная позиция!

Эгон положил руку ему на плечо.

— Ладно, плати. Выкрутимся как-нибудь.

Благодарно взглянув на него, Вик достал деньги. Мгновение — и сорок пять превратились в пятнадцать.

Сестра равнодушно приняла деньги, с таким трудом вырванные Виком у судьбы.

— Срочное перечисление принято!

Она приложила ладонь к терминалу. Под стеклом вспыхнул белый знак Ордена. Где-то внутри стены тонко звякнуло, будто закрылась маленькая дверь.

Экран мигнул.

Платёж принят.

Стабилизация продлена: один большой цикл.

Снятие со стабилизации отложено.

Состояние пациента: стабильно-критическое.

Вик с облегчением и грустью смотрел на эти строки. Один цикл. Тридцать суток. Не спасена, не вылечена — её просто не отключат.

Эгон подошел сзади, тихо спросил:

— Дошло?

Вик кивнул. Только теперь он понял, что всё это время почти не дышал.

Сестра выдала тонкую пластину-подтверждение.

— Следующий платёж лучше внести заранее.

Вик взял его. Пальцы слушались плохо.

— Конечно.

Они вышли из приората обратно в шум доков. Эгон пересчитал остаток.

— Пятнадцать.

— Знаю.

— На регенераторы, еду и обратный ход хватит. На несколько дней.

Вик сжал пластину подтверждения так, что край впился в ладонь.

В голове всплыл голос Зониса:Шлюз мародёров, да? То, что надо, да.

Двести солидов за маяк и чип. Есть о чем подумать.

Первым делом Эгон купил воздух. Он просто не смог пройти мимо лавки с регенераторами. На стене висели заводские картриджи в прозрачной плёнке. Чистые, с маркировкой, без изоленты и переклеенных ярлыков.

— Видишь? — сказал старик. — Вот это вещь!

— Эгон. Это всего лишь порошок, обогащающий кислородом дрянь, называемую на астероиде воздухом.

— Нихрена ты не понимаешь. Что у твоей матери? Рак? Он будет у всех, кто питается дрянными, неочищенными концентратами из мусора и дышит воздухом из вентиляции астероида. Видел у Грифа кислородный баллон? Воот! Лучше всего дышать покупным. Или хотя бы не жаться на хорошие регенераторы и фильтры.

Когда продавец, тощий мужик с глазами дохлой рыбы, сообщил цену, у Вика снова заболел бок.

— Берём дешевле!

Эгон с тоской согласился. Они взяли самые дешевые регенераторы в лавке. Они все равно были лучше самых дорогих, что продавались на Камне.

После воздуха пошли за едой.

Станционный концентрат продавали в аккуратных брикетах. Серые, зелёные, розовые, жёлтые упаковки громоздились до потолка. На некоторых даже была картинка — тарелка с чем-то, что никогда не лежало в этой упаковке.

Эгон взял один брикет, понюхал через плёнку и томно закрыл единственный живой глаз.

— Семь лет такого не ел.

— Вкусное?

— По сравнению с тем, что гонят у нас на Камне? Это почти праздник. Если не читать состав.

— Значит, не читаем.

Вик хотел взять самый дешёвый. Эгон молча добавил ещё пару упаковок получше.

— Сай пусть попробует, — буркнул старик. — А то этот очкарик скоро начнёт молиться белковой плесени.

— Ты добрый.

— Да. Никому не говори.

Они отошли от лавки с двумя тяжёлыми мешками. У них осталось два солида — один на проезд до астероида, второй — Крысам. Зато в тележке лежали регенераторы, фильтры, и еда, от которой не хотелось побыстрее умереть.

Вспомнив о деньгах, Вик достал маячок, врученный ему Зонисом.

— Может, ну его.

— Кого?

— Маяк. Шлюз. Зониса. Всё это.

— Ты сейчас серьёзно?

— Как-то слишком все сладко. Нутром чую: быть беде.

Эгон посмотрел на маячок так, будто тот уже был мешком денег.

— В другой раз я бы с тобой согласился. Но сейчас…

Старик тоскливо обвел глазами бывшие Доки.

— Сейчас — нет. Я хочу остаток жизни прожить человеком. Хорошая еда, вода, воздух. Всё это очень дорого стоит. Ты сам видел.

— Видел.

— Тогда не теряйся, хватай, что плывет в руки! Мы не лорды. У нас нет чистых денег. У нас вообще никаких нет.

Кивнув, Вик спрятал футляр глубже под куртку, и они, толкая тележку и болтая на ходу, отправились к Переходу.

— Как думаешь, этот Зонис — он с мародерами связан или с контрабандистами?

— Торгаши обычно имеют дело и с теми, и с другими. Мародёры раньше хорошо жили. Кладбища кораблей были жирные. Летишь, режешь, тащишь. Сейчас всё обшарено. Такие, как Борг, уже кости грызут. Но, кое у кого дела и сейчас идут неплохо…

— Это у кого это?

— Ну, у тех, у кого есть нормальный лихтер. Они могут возить из космоса вещи покрупнее и подороже. Капсулы, реакторы, старые блоки. Иногда целых дроидов. Но это уже не для бедных.

Они прошли мимо группы людей в одинаковых куртках с эмблемой частного лихтера. Вик невольно посмотрел им вслед.

— А контрабанда выгоднее?

Эгон усмехнулся.

— Самое что ни на есть выгодное дело. На разных планетах, сам знаешь, цены разняться в десятки раз. Но это непросто: нужны хорошие, вместительные транспорты, связи на разных планетах, деньги на взятки, налаженные маршруты. И чтобы патруль смотрел в другую сторону.

Перед лифтом на астероид они уложили покупки глубже в тележку и хорошо закрепили: иначе при прохождении невесомости груз разлетелся бы по всему лифту. Футляр с маяком Вик оставил при себе.

— Боишься, украдут?

— Стрёмная штука. Не нравится мне все это…

— Ладно, не драматизируй.

Затем Эгон отвёл Вика обратно к служебному лазу.

— Всё помнишь?

— Обижаешь.

— Даже не начинал!

Эгон вынул из тележки свежий регенератор и протянул ему.

— Бери, не кашляй. А то застукают.

Обратный путь прошел в том же порядке, за исключением одного — дышалось реально легче. Регенераторы со станции действительно оказались много лучше астероидных.

До ворот сектора Эгона они добралисьбез приключений. Оба так устали, что разговаривать не хотелось. Вик толкал тележку, в боку ныло, ладно хоть рука перестала болеть. Нижние переходы становились знакомыми: вот труба с облезлой красной меткой, вот ниша, где спал какой-то старик, вот сломанный светильник, мигавший так, будто подавал сигнал бедствия.

Наконец они вошли в ворота сектора и подошли к мастерской. В глаза сразу бросилась огромная облезло-желтая туша Атланта, припаркованного у стены.

— Ба, да очкарик-то разошелся! — радостно воскликнул старый мусорщик, увидев погрузчик. — Ты смотри, что наворотил!

Атлант действительно выглядел примечательно. На плече торчала криво приваренная кабельная мачта. К ней шёл толстый силовой провод, обмотанный изолентой и молитвенными ленточками Сая. На грудной плите мелом были обведены религиозные знаки.

Несмотря на дикую усталость, Вик до ушей улыбнулся.

— Ну, Сай… Кто так варит?

Эгон уставился на мачту.

— Да, кривенько. Но слава всем предохранителям, хотя бы ничего не спалил и не снес. А то с него станется.

Вик повысил голос:

— Сай!

Ответа не было.

Он подошёл ближе, толкая скрипучую тележку.

— Сай! Ты что, стыдишься дела своих рук? Ладно, с кем не бывает. У Эгона вся мастерская такая.

Вдруг за дверью мастерской раздался тихий смешок, и кто-то сказал:

— Вернулись, значит!

Дверь распахнулась, и из них вывалилась уже знакомая компания Крыс.

Гриф выглядел как у себя дома. Тип с цепью держал Сая за ворот. Очки у него съехали набок, на щеке темнела кровь. Сучка с малиновыми патлами вышла последней. В руках она вертела один из квантовых блоков.

У Вика внутри всё похолодело.

— Эгон, — приветственно разведя руки, воскликнул Гриф. — А мы уж думали, ты дорогу домой забыл. Что, разбогател и решил эмигрировать на Станцию?

Старик поднял обе руки.

— Гриф, спокойно. Мы вернулись. Вот тележка. Можешь смотреть.

— Уже посмотрели, — сказал Гриф.

Сай дёрнулся.

— Вик, я…

Один из крыс ударил его по затыку.

— Молчать, белобрысый!

Гриф кивнул на тележку.

— Малик сказал: старик пошёл на станцию. С товаром. С мальчишкой. Значит, старик вернулся не пустой.

Эгон выглядел так, будто хоронил сейчас всех родственников разом, но все же нашел в себе силы отвечать:

— Малик много говорит, и все невпопад. А мы еле ноги унесли. Всё ушло. Никаких богатство не привезли, только вот, регенераторов и концентраты. Хочешь — обыщи.

— Старик, — Гриф притворно вздохнул. — Я тебе верю. Просто Барон — нет.

— Сколько? — спросил Вик.

Гриф с удовольствием посмотрел на него.

— Вот это мне нравится. Молодой, а уже понимает, как устроен мир. Десять солидов.

— Десять? Да ты что!

Гриф вновь картинно развел руками.

— Был один. Потом вы сходили на Станцию с полной тележкой. Теперь — десять.

— Нет у нас десяти!

— Не мои проблемы.

Эль подняла квантовый блок повыше.

— А это у вас что, ржавень?

Вик молчал. Она улыбнулась.

— Вот так-то лучше. Раз ржавень заткнул язык в задницу, сразу видно: вещь стоящая.

— Положи, где взяла! — угрюмо сказал Вик.

— Слышал, Гриф? Он всё ещё думает, что может вякать.

Гриф взял у нее блок, повертел.

— Малик говорил, вы стали богатые и дерзкие. Я думал, врёт. А тут — такие игрушки.

Эгон еще пытался что-то спасти:

— Это не наше. Мы нашли. Даже не поняли, что…

— Простолюдинам такие вещи не положены, — хихикая, перебила Эль. — Барон конфискует незаконное имущество. Для вашей же, хи-хи-хи, безопасности.

— Очень заботливо, — сказал Вик.

— Ты опять зубы показываешь. А я думала, после станции ты принесёшь деньги и станешь паинькой.

Она нарочито медленно провела пальцем по блоку. У Вика темнело в глазах.

Эти блоки могли стать деньгами. Сотнями, может быть, тысячами солидов. Операция, мать без белой трубки у виска.

А теперь эта сучка держала их, как игрушку.

Вик перевёл взгляд на видневшуюся в проеме распахнутой двери мастерскую.

Ящики вывернуты. Дека Хорнета лежала на верстаке среди найденных деталей.

Диод не горел, Майор молчал. Плохо. Очень плохо.

Эгон снова попытался:

— Гриф, возьми регенераторы. Фильтры. Еду. Пасту. Это всё, что есть. Ты же видишь!

— Барон такое не ест, — глумливо оскалился Гриф, демонстрируя зубы-пилы.

— А я люблю игрушки, — сказала Эль и подняла блок к свету. — Эти заберу себе. Посмотри-ка Гриф, может у него еще есть? Обшмонайте ржавня, парни!

Вик бросил взгляд на Атланта у стены.

Жёлтая туша стояла у стены мастерской, толстый провод уходил к стене мастерской. На стене — большой рубильник с красной рукоятью. Выключен.

Гриф щёлкнул пальцами.

— Десять солидов. И мы забираем все, что хотим. А хотим мы многое!

И тут кое-что произошло. На верстаке у деки Хорнета вспыхнул зелёный диод.

Один раз. Потом ещё.

Вик почувствовал, как весь мир сжался до этих точек.

Майор жив.

Он поймал взгляд Сая. Показал одними глазами: рубильник.

Сай побледнел. Кажется, понял.

Бесноватая Эль вдруг перестала играться с блоком и подозрительно прищурилась.

— Ты что там высматриваешь, ржавень?

— Ошибку, — хрипло сказал Вик.

Гриф усмехнулся.

— Нашёл?

— Да.

— И какую?

— Зря вы пришли.

Зрачки Эль вдруг расширились. И, пока Гриф не успел ничего понять, Вик вскинул самострел.

— Сай, рубильник! Майор, давай!

Глава 10

— Сай, рубильник! Майор, давай!

Самострел дёрнул руку. Болт с сухим щелчком сорвался с тетивы и пронзил горло крысе, державшей Сая. Тот захрипел, отпустил ворот Сая, с выпученными глазами схватился за горло обеими руками. Кровь чёрной пеной хлынула между пальцев.

— Рубильник! — рявкнул Вик, судорожно нащупывая второй болт.

Сай рванул к стене, врезался плечом в рубильник, повис на красной рукояти всем весом.

Рукоять не пошла. Сай взвыл и дожал рубильник вниз.

— Да включайся же!

Эль издевательски рассмеялась.

— Не завёлся твой святой шкаф, очкарик!

И тут свет в дверном проеме мастерской просел, будто кто-то вцепился в сеть зубами и рванул на себя. На кривой мачте Атланта вспыхнула синяя искра, внутри жёлтой туши что-то щёлкнуло.

На блоке Хорнета ярко вспыхнул зелёный диод.

— Питание принято, — сказал майор.

Атлант дёрнулся, кабельная мачта заскрипела, с корпуса вихрем взметнулась пыль. Потом ожила правая рука. Манипулятор, похожий на гигантский разводной ключ, ударил в косяк и вырвал кусок металла.

Эль поняла первой и метнулась в сторону. Манипулятор со свистом рассек воздух и ударил Эль боком, так, что она буквально улетела за кучу мусора.

Здоровяк с дубиной бросился к Атланту, будто мог забить промышленную махину железкой.

Хорнет развернул корпус обратно. Атлант качнулся, одна нога соскользнула, кабель натянулся так, что мачта завизжала. Манипулятор пошёл назад обратным движением и впечатал здоровяка в стену, щедро забрызгивая ее кровью.

Вик наконец нащупал болт, но вставить не успел. Гриф поднял свой ствол — короткий, уродливый, с барабаном сбоку. Ствол смотрел Вику в грудь. Парень понял: не успеет.

— Ах ты сука!!!

Старый мусорщик вдруг взревел — именно взревел, как старый двигатель, перед смертью решивший ещё раз провернуть вал, — и врезался в Грифа сбоку, двумя руками вцепился в оружие, потянул ствол вниз.

— Эгон! — крикнул Вик. Ствол гнилозубой крысы негромко треснул очередью.

Тело старика содрогнулось — очередь вошла Эгону в живот. Но он не отпустил хватку.

Гриф оскалился, вцепился острыми как пила зубами в шею мусорщика, пытаясь одновременно поднять ствол обратно на Вика. Эгон, захлёбываясь кровью, ещё сильнее рванул оружие вниз.

Тут майор, наконец, справился с управлением. Манипулятор Атланта обрушился на бандита. На миг Вику показалось, что он раздавит обоих, и Грифа, и Эгона вместе.

Но Хорнет знал свое дело, и железная клешня схватила Грифа за голову, раздавив ее, как гнилой помидор. Титановая улыбка хрустнула первой, потом разлетелось всё остальное. Эгона отбросило в сторону. Захлебываясь он ударился спиной о тележку и сполз вниз.

Тишина пришла не сразу. Атлант ещё гудел, Сай стоял у рубильника белый, как мел. Крыса с пробитым горлом дёргался на полу, но всё реже и реже.

— Угроза подавлена, — сказал Хорнет. — У нас потери: Эгон ранен.

Вик бросился к старику.

Он лежал на боку, свернувшись калачиком и прижимая ладонь к животу. Кровь шла между пальцев, — густая, тёмная. Эгон пытался вдохнуть и не мог.

— Не двигайся, — сказал Вик. — Сейчас… сейчас мы…

— Не надо, — прохрипел Эгон.

— Что?

Старик сфокусировал на нём механический зрачок. Второй глаз уже закатился.

— Не оставайся… здесь.

Эгон попытался ещё что-то добавить, но изо рта пошла кровь.

Вик прижал ладонь к животу Эгона.

— Сай! Медпакет!

Напарник дёрнулся, и, будто очнувшись, бросился к ящику.

— Сейчас! Сейчас, я…

— Быстрее!

Но парень никак не мог найти в вещах Эгона что-либо, напоминающее аптечку.

— На… наверху, над верстаком! — прохрипел старик, зеленея буквально на глазах.

Наконец, Сай нашел нужный сверток. Подлетел с медпакетом, держа его так, будто тот мог взорваться.

— Вот! Вот, нашёл!

Вик сорвал пломбу зубами, прижал к ране гемостатическую салфетку. Та сразу потемнела.

Эгон закашлялся. Кровь выталкивалась толчками вместе со спазмами кашля.

— Тележку, — сказал Вик. — Положим его на тележку. Дотащим… есть тут какая-то помощь? До кого угодно дотащим!

Атлант стоял у входа, огромный, жёлтый, криво живой. Приводы гудели на низком тоне. Сквозь этот шум голос Хорнета прозвучал тихо и обреченно:

— Вик… Нет.

— Что «нет»?

— Он не доедет.

— Ты врач?

— Я видел достаточно ранений…

— Мне плевать, что ты видел!

— Брюшная полость пробита, давление падает. Он уже уходит, парень.

Сай замер с открытым медпакетом в руках.

— Нет, — сказал он. — Нет, можно же… можно зажать, можно…

Эгон делал короткий вдох, ещё один… Третий не вышел. Рука под пальцами Вика ослабла.

Сайрус очень тихо спросил:

— Он?..

Хорнет ответил не сразу.

— Да.

Вик сидел рядом с Эгоном и всё ещё держал салфетку на ране, хотя смысла в этом уже не было Старый, жадный, вредный мусорщик только что умер за него.

— Вик. Нам нельзя просто сидеть, — сочувственным тоном произнес Хорнет.

— Помолчи.

— Не могу. Через какое-то время Барон узнает, что его люди не вернулись. Крыс начнут искать.

Вдруг из кучи мусора донёсся стон. Сай вздрогнул.

— Там кто-то живой.

— Кто-то? Я знаю, кто, — процедил Вик, наклоняясь над безголовым трупом.

Он поднял оружие Грифа: короткий уродливый ствол, барабан сбоку, рукоять в засохшей грязи. В трущобах Доков Уорриора такие называли «риветган». Переделанный гвоздемёт, скорострельная дрянь для ближней дистанции. Но Вик сейчас хотел именно ближнюю.

Они пошли на звук стонов. Искать пришлось недолго.

Эль, вся в крови, лежала на боку. Малиновые волосы прилипли к щеке. Одно плечо вывернуло, все тело выглядело неправильно, точь-в-точь изломанная марионетка. Она почти не дышала, но находила силы стонать.

Вик поднял риветган. Сай встал перед ним.

— Не надо.

— Отойди!

— Она без сознания.

— Хочешь, чтобы очнулась?

— Вик!

— Она привела их сюда.

— Знаю!

— Она бы нас не пожалела.

Сай побледнел ещё сильнее, но не отошёл. Хорнет вмешался — холодно и деловито:

— Сайрус прав, Вик. Пленная полезнее трупа. Было бы неплохо ее допросить. Она знает Барона, других крыс, ходы, людей. Но не обольщайся: с такими повреждениями она, скорее всего, сдохнет к утру.

Вик медленно опустил ствол.

— Запереть.

Сай облегченно вздохнул.

— Надо хотя бы перевязать.

— Не надо. У нас других забот хватает.

Вместе они перетащили Эль в боковую кладовую. Вик снял с неё плоский прибор в потёртой кобуре, похожий на медицинский инъектор, только с хищной щелью вместо сопла.

Хорнет наклонил камеру Атланта.

— О. Вот это уже полезная вещь.

— Что это?

— Игольник. Переделанный медицинский аппарат. Тихий, точный. Бьёт тонкими иглами. Можно заряжать ядом, паралитиком, — чем угодно. Наконец-то у нас появилось оружие не со стройки и не из помойки.

— Рад, что ты счастлив. Жаль, не могу дать его тебе.

Быстро обыскали остальных. У Грифа забрали риветган, запасной барабан риветов, энергонож, маску, кислородный баллон, несколько банкнот и коммуникатор. У двух других крыс ничего хорошего не нашлось, кроме использованных картриджей нейроспайса. Всё это легло на верстак рядом с квантовыми блоками.

Никакой радости от трофеев не было.

— Они скоро придут, — произнес Хорнет. — Барон поймём, что его люди слишком долго возятся, и пошлет сюда всю свою банду. Любой разумный командир поступил бы также.

Вик посмотрел на Атланта.

— Сможешь держать дверь?

— Дверь — да. Но если кто-то перережет питание, я превращусь в памятник вашей самоуверенности.

Парни поняли: оставаться нельзя.

— Что будем делать? — растерянно спросил Сай.

Вик посмотрел на дверь, потом на Атланта, затем — на закрытую дверь в кладовую, где тихо стонала Эль.

— Только один вариант. Мы уходим. В космос.

Напарник недоуменно моргнул. Наверно, решил, что послышалось.

— Шутишь? В космосе не живут!

— У нас есть два скафандра. Регенераторы, концентраты. Пройдем через Шлюз мародёров…

—Куда пройдем, Вик? Где там жить⁈

— В капсуле. В той, на которой мы сюда прилетели. Дензел приказал выкинуть её из корабля, так? Значит, она болтается где-то рядом.

Сай на секунду перестал дышать.

— Точно! Там ториевый реактор…

— Вот. Энергия. Своя. Не платить за свет. Не платить за воздух. Вода регенерируется. А главное — там нас точно не найдут! Что скажешь, майор?

Хорнет оказался не в восторге.

— Ты не просчитал все риски, парень. Капсулу могло унести. Её могли вскрыть. Или реактор мог уйти в аварийную спячку. Внутри может быть вакуум, лёд, труп мародёра или уже чья-то нычка.

— Спасибо, майор, — сказал Сай. — Очень вдохновляюще.

— Моя задача — не вдохновлять, рядовой.

— Почему ты зовешь Вика по имени, а меня — «рядовой»?

— Потому что Вик — это Вик, а ты — рядовой.

Сай огорченно замолчал.

Где-то вдали, за воротами сектора, лязгнул металл. Обычный звук нижних ярусов. Но теперь все вздрогнули — любой звук мог быть нашествием Крыс.

— У нас просто нет выхода, майор — настаивал Вик. — Сейчас мастерская Эгона — адрес, куда придут убивать. Твой Атлант, конечно, славно сейчас поработал, но нас реально могут застать врасплох!

Сай тихо сказал:

— Но тут все наши вещи.

— Поэтому мы заберём их.

— Всё не унесём!

Вик кивнул на Атланта.

— Он справится.

Сай нервно рассмеялся.

— Он не сможет увести даже себя. Забыл? Погрузчик дальше кабеля не уйдёт!

Вик покровительственно положил руку ему на плечо.

— Не ссы, я уже придумал. Ты даже сам не представляешь, какую классную штуку починил!

— В смысле?

— Смотри: он идет на длину кабеля. Надо будет — нарастим подлиннее, тут полно обрезков. Потом отключим Атланта, перетащим кабель. Подключим снова. Рывками.

— Подключим куда?

— А здесь он куда включен? В энергосеть, конечно же. Вдоль коридоров идут силовые линии. Метров через двести-триста в них есть ревизионные люки с врезками. Туда и подключим. Сай будет искать панели, я — подтаскивать кабель. И Атлант пройдёт вот так вот, рывками, от точки до точки.

Хорнет помолчал

— Это тупо, медленно и опасно. К тому же, при каждом подключении сеть будет проседать. Если кто-то отслеживает нагрузку, нас заметят, вышлют охрану…

— Значит, двигаемся быстро.

— Рывками и быстро — слова из разных лексиконов.

— Ничего, майор. Я в тебя верю.

Сай окинул Атланта придирчивым взглядом.

— А в вакуум его можно?

— Внутри живых нет, — сказал Хорнет. — Вакуум мне не мешает. Но вот питание мы через шлюз не протянем.

— Значит, спрячем ближе к шлюзу, — сказал Вик. — В технический карман, например.

— Это звучит уже разумно. Ну, почти!

Сай нервно сглотнул.

— Слушай, Вик. А эта… ну, Эль?

Вик невольно оглянулся на кладовую.

— Оставим.

— Просто так?

— Если за ней придут свои — заберут. Если нет — значит, такая у неё «семья».

— Как-то это… мерзко. Она все-таки деву…

— Брось. Сам слышал, она не доживёт до утра. Но как приманка — полезна. Майор, сможешь заминировать двери мастерской?

Хорнет как будто того и ждал. Майор буквально взорвался массой проектов.

— Конечно! Вариантов уйма: перегруженный силовой контур, старые аккумуляторы, замкнутые на самовоспламенение, кислородный баллон и пластиковая пыль…

— Так, кислородный баллон у нас есть, — Вик кивнул на дыхательный аппарат, доставшийся от Грифа, — энергии после отключения Атланта тоже будет полно. Ладно. Решено! Давайте собираться.

— Вик, а с ним что?

Сай стоял над телом Эгона и не знал, куда деть руки.

— Где его хоронить?

Вик молчал.

— Я слышал, по правилам… — Сай сглотнул. — Тела с нижних сдают в биотанки.

— Нет.

— Я не предлагаю. Я просто…

— Нет.

Вмешался Хорнет:

— Это нарушение санитарных норм.

— Плевать. Он не пойдёт в концентрат.

— Тогда как?

Вик подумал, затем кивнул.

— В космос. Берем с собой.

Они очистили тележку, положили тело на раму, накрыли серой технической тканью. Ткань была старая, с пятнами масла, но другой не было.

Вик поправил край у лица Эгона. Потом взял риветган и сунул за пояс. Катафалк был готов.

Остальные сборы тоже были недолги. Все ценные вещи — их оказалось немного — распределили по ящикам и загрузили в здоровый промышленный контейнер с мятым боком. Работали молча. Хорнет диктовал, что брать, что бросать, что и как заминировать. Сай один раз перепутал фазы кабеля, и майор потребовал, чтобы минированием занялся Вик. Сделали три хорошие ловушки: металлическую пластину под напряжением при входе в мастерскую, арбалет Вика, поставленный на растяжку, и, самое мощное — баллон из-под аргона, набитый мелким пластиком. Закачали чистым кислородом из баллона Грифа. Под руководством майора Вик сделал простой инициатор: при открывании двери срабатывала растяжка, в баллоне проскакивала искра, и все взлетало на воздух. Теоретически.

Наконец, они собрались, и Атлант взгромоздил на себя контейнер. Манипулятор сжал грузовую раму так, что металл жалобно хрустнул.

— Осторожно! — взвыл Сай. — Там вещи!

— Если бы кто-то сделал мне нормальную кисть, — сказал Хорнет, — я бы излучал нежность и заботу. У меня промышленная клешня. Что вы ожидали?

Шли как и планировалось, рывками. Вик катил тележку с телом Эгона, накрытым тряпьем — из уважения его не засунули в контейнер, а везли отдельно. Атлант выбирал длину кабеля и замирал. Сай бежал к подключению, выдирал кабель, затем лез к силовой панели, Вик, опираясь на тележку, стоял с риветганом и смотрел в проход, Хорнет ругался. Сай подключал, сеть моргала, где-то далеко-далеко у кого-то пропадало питание. Кто-то включал коммуникатор, вызывая стражу лендлорда.

Но Атлант снова оживал и тащил контейнер дальше. Через триста метров всё повторялось.

Пока шли, Вик рассказал Саю подробности их вылазки на Станцию. Напарник слегка посеселел.

— Зонис правда дал сорок пять?

— Дал. Наличными. Только дохрена ушло Сестрам Милосердия. Остальное — вон, ползет в контейнере. Регенераторы. Еда.

— То есть денег нет?

— Почти нет. Но Зонис дальше обещает выкупать товары со свалки.

— Попадем ли мы теперь на свалку?

— Попадем, когда все утихнет. А нет — будем собирать мусор в космосе. Там его как бы не больше, чем на Камне!

Из ниши выглянул старик в драной маске. Увидел жёлтую махину, Вика с тележкой и риветганом, Сая в саже и контейнер на клешне, и молча исчез обратно.

— Вик, а Вик. Как думаешь, можно так заработать, ну… хорошие деньги? — вдруг спросил сосредоточено молчавший до этого Сай.

— «Хорошие» — это сколько?

— Ну… хорошие.

— Не темни. Мне вот надо триста девяносто плюс транзакция. А тебе?

Сайрус на какое-то время снова замолчал

— Так сколько тебе надо, Сай?

— Неважно.

— Важно.

— Нет.

— Сай.

Он долго молчал. Потом сказал едва слышно:

— Тринадцать тысяч.

Вик даже не сразу понял.

— Солидов?

— Имперских марок.

Тележка остановилась сама. Или Вик её остановил. Разницы не было.

— А марка — это сколько?

Сай снова помолчал. Потом ответил сдавленным голосом

— Семь солидов. Примерно.

— Девяносто одна тысяча солидов?

— Примерно. Если через нормального посредника. Там ещё пошлины, печати, подтверждения происхождения…

Вик коротко рассмеялся.

— Ты собрался купить планету? Маленькую личную станцию с рабами и ванной из золота?

Сай покраснел.

— Патент.

— Какой патент?

Он молчал.

— Сай?

— Дворянский.

Вику показалось, он ослышался.

— Ты хочешь купить дворянство?

— Ну… типа того.

— Ты же говорил, твоя семья служила у Гринсвордов? Нахрена тебе какой-то патент за кучу денег?

— Давай прекратим этот разговор. Зря я сказал…

Вик потрясенно покачал головой

— Ну, сто тыщ не обещаю, а вот двести солидов, может быть, удастся срубить.

Сай повернул к нему голову.

— Ты серьёзно?

— Зонис предложил ещё одну сделку. Поставить на шлюз маяк.

— Вот как? И сколько платит?

— Двести. За маяк на шлюз и чип взлома.

— Думаешь, ему можно доверять?

— Думаю, нет. Ладно, Атлант снова встал. Беги за кабелем!

Как и планировалось, до шлюза они Атланта не довели. В старом сервисном кармане, за обвалившейся стенкой и кучей вентиляционного хлама, нашлась глубокая, тёмная ниша. Атлант встал туда боком, рядом задвинул контейнер. Сай и Вик набросали на него панели, рваные кожухи, куски трубы. Жёлтый корпус исчез не полностью, но стал похож на очередную мёртвую машину.

В нижних ярусах мёртвых машин было больше, чем живых людей.

Дальше пошли без Атланта, попеременно толкая тележку со скорбным грузом. Майор тихо светился в деке.

Шлюз мародёров ждал в конце старого технического коридора. Потертые ручные фиксаторы, мёртвый экран аварийной панели, следы старых вскрытий вокруг замка. На полу — полосы от грузов, которые тащили сюда без разрешения, пошлин и молитв. Через этот шлюз Вик с Саем пришли на А7Д5. Теперь через него уйдёт Эгон.

Они надели шлемы скафандров, вкатили тележку в шлюзовую камеру. Пока Сай подключал Майора к разъему шлюза, Вик достал из внутреннего кармана радиомаяк Зониса. Хорнет быстро вскрыл шлюз, пользуясь введенным несколько дней назад кодом. И вот перед парнями распахнулась полная звезд бархатная чернота.

Сайрус дрожащим голосом начал читать заупокойную литанию:

— Да примет тебя пустота. Да не погаснет искра в контуре. Да сохранит Дух Машины…

Он сбился.

— Проклятье. Я не помню правильных слов!

Вик посмотрел на Эгона, собираясь с мыслями. Потом всё-таки произнес:

— Ладно, скажу от себя. Ты был вредный старый хрен. Вечно ныл из-за фильтров, тележки и своей неспособности что-то изменить.

Сай смотрел на него с ужасом, но Вик продолжал:

— Но ты нас пустил, приютил, кормил, прикрыл. И не отдал.

Горло сжалось. Дальше слова не пошли.

Сай тихо добавил:

— И умер не как мусор.

Вик кивнул. Этого хватило.

Сай взял Эгона за ноги, Вик — под плечи. Дружными усилиями они вытолкнули тело в пустоту. Сначала оно будто не хотело уходить, ткань самодельного савана зацепилась за край платформы. Потом сорвалась, и Эгон медленно поплыл наружу, повернулся боком и ушёл в темноту.

Какое-то время они стояли у края шлюза, вглядываясь в космос. Затем Сай спросил:

— Ну что, майор, подскажи, как найти капсулу?

— Надо нащупать сигнатуру. Сейчас попробую…

Вик тем временем открыл футляр, достал маяк Зониса. Открутил крышку старого аварийного блока рядом со шлюзовой панелью. Маяк встал в нишу. Магнитный зажим щёлкнул, Вик нажал активацию.

Ничего.

Потом маяк мигнул. Один зелёный импульс, второй.

На тонкой пластине футляра вспыхнула строка:

СИГНАЛ ПОДТВЕРЖДЁН.

Теперь осталось отправить Зонису код доступа, и можно получать бабки. Двести монет — это не шутка. Только надо утрясти вопрос капсулой.

— Майор! Ну как там, нашел капсулу?

Хорнет ответил не сразу.

— Мальчики и девочки, у меня плохие новости. Сигнала в эфире нет!

Вик и Сай, холодея, уставились друг на друга.

Глава 11

Капсулы не было.

Перед ними простирался бескрайний космос. Чёрный, холодный, забитый бесчисленными звездами и мегатоннами техногенного мусора. Обломки ферм, серые контейнеры, куски обшивки, ледяная пыль — всё это медленно ползло, вращалось и ни черта не обещало.

Ни одного угла, где можно спрятаться, ни одной железной банки, которая могла стать домом.

Сай стоял рядом в скафандре и дышал слишком громко. По внутренней связи каждый вдох бил Вику в уши, будто очкарик уже хоронил их обоих.

— Но где она может быть? — спросил Сай. — Это точно тот шлюз? Тот самый, где стыковалась лоханка Дензела?

— Точно, — сказал Хорнет.

— Попробуй ещё раз, — мрачно сказал Вик. — Ториевый источник должен фонить на весь сектор.

— Парень, я не электронный телескоп. Из этой деки я не ловлю радиацию. Мой максимум — поймать сигнал. А его нет.

— Значит, лови лучше.

— Вик, — голос Хорнета стал тяжелее, — я только этим и занят с тех пор, как вы встали у шлюза. Ничего.

Вик ударил кулаком по панели шлюза. Скафандр смягчил удар, но это не спасло. Боль прошила руку до плеча.

Твою мать. Рана! Он уж и забыл про неё! Идиот. Всегда так выходит, если думать не головой, а жопой.

— Где она? — процедил он. — Где эта чёртова капсула? Её просто вытолкнули из трюма. Она была рядом с астероидом. Сила тяжести астероида должна была удержать её рядом!

Хорнет помолчал.

— Майор, что скажешь? Ты должен был все просчитать!

— Я просчитал. Шанс был. Шанс. Не гарантия, а не коврик у входа и табличка «добро пожаловать, идиоты». И не забывай, я майор космодесанта, а не пилот.

Вик замысловато и грязно выругался, чувствуя, как все планы, все надежды проваливаются в бесконечную пустоту. Он все поставил на эту капсулу, и вот ее нет. Он притащил Сая к пустому шлюзу.

Это конец. Им некуда идти.

— Вик, а Вик? — Сай тронул его за плечо. — Кажется, я понял. Капсулы нет здесь не потому, что её украли. Она ушла.

— Куда ушла?

— В космос, Вик.

— Какого хрена она должна была уйти? Её просто вытолкнули.

Сай сглотнул.

— Так астероид-то крутится. Мы стоим на маховике с радиусом в двадцать миль. Пока капсула была пристыкована к кораблю Дензела, она крутилась вместе с ним. Когда её отстрелили, она перестала быть частью маховика. И пошла по инерции, как камень из пращи. Так что она теперь далеко!

Вик уставился на него. Сай явно был прав.

— Как далеко? Майор?

Хорнет ответил не сразу.

— В таком сценарии за пять дней она должна была улететь примерно на двести тысяч миль.

Вик закрыл глаза. Двести тысяч миль — для них то же самое, что и двести тысяч световых лет. Непреодолимое расстояние.

— То естьвсё ? — чужим голосом спросил он.

Сай повернулся к нему.

— Вик…

— Я спросил: всё?

— Было бы «всё», — самодовольно произнес майор, — будь это просто кусок железа. Но это спасательная капсула высшего командного состава Федерации. У неё в базе включен аварийный де-спин и протокол удержания.

— Перестань говорить загадками, — сказал Вик. — Теперь — то же самое, только не по-майорски.

— Поясняю для безграмотных глупых потомков: у неё есть управляющие контуры. Когда капсулу сорвало с вращающейся конструкции, электроника должна была понять: её несёт по касательной, и начать гасить скорость маневровыми соплами.

Вик вцепился пальцами в край шлюзовой камеры.

— Что же ты молчал? Значит, она не улетела?

— Улетела. Но не так далеко, как могла бы. Мы смотрели на точку сброса. А надо искать след после де-спина. Если она гасила скорость рывками, её могло увести по дуге.

— Тогда почему нет сигнала?

В эфире щёлкнуло помехой.

— Как я уже сказал, парни, я — не электронный телескоп. Надо искать дальше. Надеюсь, вы окажете содействие и просто помолчите.

Другого плана не было, так что начали исполнять этот. Майор прощупывал сектора космоса, а парни ждали. Минута. Две. Ничего!

Вик смотрел в чёрноту космоса, пока глаза не начали болеть. Каждый непонятный объект становился капсулой, каждый отблеск— маяком. И каждый раз оказывался мусором.

Они вышли из тени под лучи местной звезды — Феррум-28. Пришлось отступить вглубь шлюза. Майор продолжал искать. Ничего!

И вдруг экран пискнул.

— Что это? Что? сигнал?

— Кажется, да.

— И где она? Она далеко?

— Постой… постой, фиксирую… Пропал.

Сигнал оборвался.Хорнет молчал.

Вдруг Сай заговорил, тараторя, будто хотел высказать все, пока его не перебили:

— Я понял! Вик, я понял! Сигнал не пропадает. Мы его закрываем! Астероид, Станция, весь этот мусор в космосе… Всё это крутится вместе с нами и встаёт между маяком и шлюзом. Потом на несколько секунд линия открывается!

Несколько секунд Вик осмысливал слова приятеля.

— Майор?

— Сейчас проверим. Пересчитываю модель. Объект не в со-вращающемся секторе. Инерциальный дрейф. Частичный де-спин. Возможное повреждение антенны. Следующее окно приёма через четыре минуты двадцать секунд.

Сай тихо выдохнул, будто только сейчас понял, что не зря живёт.

— Значит, она есть!

— Возможно.

— Майор!

— Парни, я не волшебник и не джинн, хоть и очень похож. Если Сай прав — надо ждать следующего окна!

Они стояли, считая секунды. Затем дека пискнула три раза подряд. Потом ещё.

На дисплее всплыл идентификатор:

КСК-РШ-03. «РЕШИТЕЛЬНЫЙ». КОМАНДНЫЙ СПАСАТЕЛЬНЫЙ МОДУЛЬ. АВАРИЙНЫЙ МАЯК. СИГНАЛ СЛАБЫЙ. ДЕ-СПИН ЧАСТИЧНЫЙ.

Сай схватился за край панели.

— Она жива!

— Не очеловечивай железо, — отрезал Хорнет. — Она функционирует, хоть пока не очень ясно, полностью или частично!

— Расстояние?

Пауза.

— По пеленгу, задержке пакета и модели окна — пятьдесят семь миль.

Сай медленно застыл.

— Это далеко!

— Да ладно! — возразил Вик. — Это же рядом. Запросто можно добраться!

— Серьезно? И как?

— Возьмем плазморезы, сделаем из них джет-пак.

— Ты сейчас предложил лететь пятьдесят семь миль на плазморезе?

— А что? Помнишь, какую отдачу они дают? Часа за два можно долететь!

— Ну не знаю. Майор, что скажешь?

— Скажу, рядовой, что плазморез как двигатель — отличная идея, если хотите умереть молодыми и красивыми. Суди сам: стабилизации нет, нормального вектора тяги — тоже. А главное, если стартуешь с вращающегося тела, тебя уведёт боком, закрутит, и ты улетишь в открытый космос. Как камень из пращи, Сай.

Парень, услышав это, впал в отчаяние.

— Так что, она бесполезна? Тогда на кой-чёрт мы её нашли?

— Рядовой. Если она далеко, её надо не догонять. Её надо позвать! У неё же есть двигатели!

Услышав это, ребята вновь обрели надежду.

— Ты сможешь подогнать ее сюда? Правда? Правда, сможешь? — зачастил Сай.

— Проверяю.

Повисла долгая пауза.

— Остаток реакционной массы критический, — наконец, сообщил Хорнет. — Но топливо еще есть.

— Ты сможешь привести её?

— Теоретически- да. Теоретически.

— Так делай, чего мы ждем! — просиял Сай.

— Не командуй тем, кто держит вашу мечту за одно мёртвое сопло.

Следующие полчаса стали самыми длинными в жизни Вика. Сигнал то появлялся, то пропадал. Хорнет посылал короткие команды, капсула отвечала рывками, рыская как челн без руля и без ветрил. И когда майор уже совсем рассчитал курс, связь пропала.

Хорнет выругался так, что даже привычные ко всему парни покраснели.

— Перекручивает, — сказал Сай.

— Вижу.

— Не гаси полностью. Используй вращение. Дай боковым, когда она сама пройдёт через ось.

— Какой ты умный, очкарик! Ты понимаешь, что если связь прервется на активном маневре, ее унесет черти куда? Ведь я не смогу вовремя отменить команду и погасить двигатели! А теперь, будь добр, заткнись и не говори под руку!

— Откуда у тебя рука?

— Хорошо, поправка: просто заткнись.

Лишь на третьем окне связи майор смог уверенно взять управление капсулой, и дистанция поползла вниз. Медленно. Неприлично медленно. Пятьдесят шесть и восемь. Пятьдесят шесть и два. Пятьдесят пять и девять.

Потом связь снова захлебнулась. Пришлось ждать до следующего оборота.

Следующее окно связи. Команда. Ошибка стабилизации.

Ещё окно. Сбой, перезагрузка.

Ещё окно. Капсула двинулась, но Хорнет отменил команду на середине, потому что она вдруг начала уходить ниже расчётной плоскости.

— Остаток массы падает, — предположил Сай.

— Я заметил, — отрезал Хорнет.

— Если она потратит всё до подхода…

— Тогда у вас будет отличный объект для скорби в пяти милях от шлюза.

Прошёл ещё почти час.

Вик уже перестал точно считать окна. Остались только короткие куски жизни: пик сигнала, команда, рывок капсулы, ругань Хорнета, советы Сая, новая пауза. Дистанция ползла вниз, как старик по лестнице.

На двенадцати милях Хорнет подключил оптику. На шести — картинка перестала быть просто точкой, а на трёх — капсула, наконец вошла в визуальное поле.

Последний манёвр пошёл плохо. Капсула разогналась быстрее, чем надо, и корпус начал заваливаться к краю шлюзовой фермы.

— Она идет в сторону! — в панике выкрикнул Сай.

— Вижу.

— Если тормозить прямо, её развернёт. Дай боковым. Пусть войдёт в мёртвую зону у демпфера.

— Это очень похоже на маневр, что делал тот жирный мародер, — заметил Хорнет.

— Значит, сработает.

Хорнет дал импульс.

Капсула скользнула боком и чиркнула по старому внешнему демпферу. Удар пришелся по касательной, но шлюз всё равно содрогнулся, будто кто-то двинул по нему кувалдой. Вик вцепился в грузовую раму здоровой рукой. Рана полыхнула болью, наверное, просто за компанию.

Сай ударился плечом о панель и выругался. Фиксаторы шлюза не схватили капсулу, и теперь она медленно поползла дальше, в сторону тёмного края фермы.

— Майор! Она уходит!

— Помолчи!

Мародёрский шлюз не был штатным причальным устройством: автоматика приема работала криво. И теперь приходилось за это расплачиваться.

Хорнет с трудом смог повторно подвести капсулу к шлюзу. Металл заскрежетал через корпус, передавая вибрации через подошвы скафандра. Один фиксатор хлопнул мимо, Второй зацепил край аварийного кольца капсулы и тут же сорвался, третий — вцепился с таким энтузиазмом, будто решил сгореть на работе.

Капсулу дёрнуло. Вик едва не впечатался шлемом в стекло.

На виртуальной панели вспыхнуло:

ВНЕШНИЙ ОБЪЕКТ ЗАХВАЧЕН.

ГЕРМЕТИЗАЦИЯ НЕ ПОДТВЕРЖДЕНА.

ФИКСАТОР 2: НЕСТАБИЛЕН.

ТРЕБУЕТСЯ РУЧНАЯ ПРОВЕРКА.

Сай в восторге бросился к люку.

— Открываем!

— После проверки.

Вик уже тянулся к аварийному рычагу.

— Руки убрал, — сказал Хорнет.

Сай склонился над панелью стыковочного узла. Красные строки отражались на стекле шлема.

— Погоди, парень! Откроешь сейчас — можешь сорвать кольцо. Можно схлопотать взрывную декомпрессию и кусок обшивки в грудь.

Это немного остудило пыл парня. Хорнет добавил:

— Если в шлеме завоет перепад давления — закрывай всё, что видишь. Если не успеешь, приготовься умереть достойно!

Вик медленно убрал руку от рычага. Капсула была слишком близко, чтобы угробить её из-за нетерпения или злости.

— Ладно, — сказал он. — Проверяем.

Они вышли в аварийный стыковочный рукав.

— Сначала внешний замок, — сказал Хорнет. — Потом малый клапан. Потом датчик давления. Потом уже ваши подростковые подвиги.

— Ты бы ещё молитву прочитал, — буркнул Вик.

— Молитвы оставь очкарику, он это любит. Я отвечаю за технику.

Вик ухватился за ручной ворот. Механизм не хотел двигаться. Конечно, с какой стати титану, пять суток болтавшемуся в космосе, вдруг стать вежливым именно сейчас?

Он нажал сильнее. Больная рука сразу напомнила о себе. Вик зашипел, но ворот не отпустил. Сай молча подставил плечо и взялся рядом.

— На три, — сказал он.

— Сам знаю.

— Тогда на два?

— Сай!

— Ладно. На три.

Они провернули вместе.

Ворот сдвинулся на палец. Потом ещё. Внутри старого замка что-то хрустнуло, щёлкнуло и нехотя сдалось. На панели вспыхнуло:

ВНЕШНИЙ ЗАМОК: ПРОТЯНУТ.

ФИКСАТОР 2: НЕСТАБИЛЕН.

ПРОВЕРКА ДАВЛЕНИЯ: РУЧНОЙ РЕЖИМ.

— Ну что, майор. Уже лучше? — спросил Вик.

— Лучше, чем мгновенная смерть, но хуже, чем нормальный док. Открывайте малый клапан. Медленно.

Вик повернул малый клапан.

— Открываем внутренний. В скафандрах!

— Да понял я.

— Просто проверяю, что ты не решил сдохнуть героически.

Вик дёрнул аварийный рычаг. Люк дрогнул, застрял, потом с мерзким металлическим скрежетом отлип. В проёме открылась темнота.

Фонарь выхватил узкий проход, иней на поручнях, ремни ложементов. Пустой пакет из-под концентрата прилип к приборному блоку. Ещё две обёртки болтались у кресла: капсула всё это время трогательно хранила их свинство.

Сай полез к боковой панели. Крышка не хотела сниматься, потом сдалась и отлетела в сторону. Экран мигнул.

ТОРИЕВЫЙ ИСТОЧНИК: АКТИВЕН.

МОЩНОСТЬ: ОГРАНИЧЕНА.

ТЕПЛОВОЙ КОНТУР: ЧАСТИЧНО.

ЖИЗНЕОБЕСПЕЧЕНИЕ: АВАРИЙНЫЙ РЕЖИМ.

ФИЛЬТРЫ: ЗАСОРЕНИЕ 63%.

Парни подключили аварийный обогрев. Потом Сай запустил внутренние фильтры. Постепенно оборудование оживало, системы тестировались и запускались одна за другой.

Пока капсула оживала, парни начали перетаскивать вещи из шлюзового кармана. Принесли квантовые блоки, блок управления репликатора, регенераторы, концентраты. Оружие.

Всё не лезло. Большую часть инструмента Эгона пришлось оставить в контейнере. И все равно они забили капсулу так, что между ящиками приходилось протискиваться боком: слишком уж небольшой был внутренний объем.

Сай поставил у входа последний ящик.

— Всё. Больше не влезет!

— Влезет.

— Нет.

— Если вынуть кресло…

— Ты хочешь вынуть кресло из спасательной капсулы?

— Оно занимает место.

— Оно ещё может спасти нам позвоночники, если эта банка опять решит куда-нибудь лететь.

В канале щёлкнул Хорнет:

— Зафиксируйте исторический момент. Сай сказал разумную вещь до того, как Вик успел совершить крайне опрометчивый поступок.

— Майор, вместо болтовни занялся бы ты делом, — устало ответил Вик.

— Что?

Парень достал чип Зониса. Крохотный кристалл, способный принести двести солидов.

— Записать можешь?

— Могу. Что именно? Что будет на чипе?

— Код открытия шлюза

— Конечно, Вик.

Парень вставил чип, и дека замигала.

ЗАПИСЬ ПАКЕТА.

МАРШРУТНАЯ ПРИВЯЗКА: УРЕЗАНО. КЛЮЧ ДОСТУПА: ОДНОРАЗОВЫЙ. ПОЛНЫЙ ПРОХОД: ЗАБЛОКИРОВАН.

— Вот, — сказал Хорнет. — Теперь у тебя есть что продать, не демонстрируя неприличной щедрости.

Вик вытащил чип и спрятал во внутренний карман скафандра.

— Главное, чтобы Зонис за это заплатил.

— Какая трогательная вера в деловую этику падальщиков!

Устроившись на ящиках. Парни перекусили концентратами. Действительно, качество еды на Станции оказалось много выше. Сай аж заурчал от удовольствия.

— Наконец-то хоть что-то съедобное. Конечно, с настоящей едой не сравнить…

— Настоящей, это какой?

— Ну… настоящей. Мясо там, овощи.

Вик аж подскочил на месте.

— Ты елмясо ? Серьезно?

— Ну да, на Кене это обычное дело! — как ни в чем не бывало заявил Сай, но затем вдруг смешался и перевел разговор на другую тему:

— А когда мы пойдем к этому Зонису?

— Зачем там «мы»? Я и один могу.

— Ну, мне бы тоже хотелось побывать на Станции!

— Знаешь, если нас будет двое, мы привлечем вдвое больше внимания.

— Ты думаешь, нас ещё ищут?

— Возможно. Поэтому ты остаёшься здесь.

— Чтобы что? Сидеть здесь, как в банке, и ждать, вернёшься ты или нет?

— Чтобы не попасть вместе со мной.

— Поздно. Я уже вместе с тобой.

Вик поднял взгляд. Сай сидел перед ним, усталый, перепуганный, злой. Но теперь, после всего произошедшего, после боя с крысами, он чувствовал возникшее между ними родство. Наверное, это и называется «узы дружбы».

— Ладно, — наконец, сказал Вик. — Идём. Но если скажу бежать — бежишь, стоять — стоишь, скажу прыгать — спросишь, насколько высоко. Понял?

Сай кивнул.

Хорнет вдруг ожил в канале

— Послушайте, парни. Пока вы там ходите, мне совершенно нечего делать. Давайте, вы вставите меня в Атланта и отведете на мусорные поля. Я хотя бы нарою что-нибудь полезное, пока вы будете распивать чаи с местными негоциантами.

— Куда? Не боишься нарваться на крыс?

Майор не боялся.

— Просто надо найти отдаленные секторы, где никто не появляется. Тут мусора полным-полно!

Следующим утром Вик и Сай начали собираться на Станцию. Сначала отвели Атланта в подходящий сектор. Не без труда погрузчик протиснулся в узкий мусорный проход, потом в боковой сектор. Здесь вентиляция работала настолько скверно, а разлагающегося пластика было так много, что люди тут и не появлялись.

У нормальных людей была работа получше, чем умирать среди чужих отходов.

— Здесь, — оглядевшись, сказал Хорнет.

— Точно?

— Сектор Эгона уже засвечен. А тут я хотя бы не буду маячить у всех на глазах.

Вик проверил кабель, потом рубильник на временной развязке.

— Связь с нами удержишь?

— Вряд ли. Все-таки мы на астероиде. К тому же — набитом всяким барахлом.

Майора подключили и оставили тет-а-тет развлекаться с мусором.

Вернувшись на капсулу, Вик взял риветган. Проверил магазин. Девяносто зарядов. Аккумулятор заряжен на двести. Сай взял бластер, причем держал его так, будто тот умел кусаться.

— Нам только до поста дойти, — пояснил Вик. — Дальше с ним не пройдешь.

— А куда его денем?

— Оставим в техпомещении лифта. Мне Эгон показал.

Наконец, они пошли. Чип лежал во внутреннем кармане — маленький, но Вику он казался. тяжёлым, как целый ворох проблем.

Сначала всё было почти нормально. Тусклый свет. Старые трубы. Пятна влаги на полу. Далеко лязгал лифт. Где-то ругались двое грузчиков, и это даже успокаивало. Бутчеры их не беспокоили: то ли не обратили внимания на двух парней без груза, то ли оружие Вика оттопыривалось чересчур откровенно.

Вик сам не заметил, как они дошли до техпомещения, где можно было спрятать риветган и бластер. Панель люка показалась Вику какой-то чужой: новая накладка, свежий герб. Однако ни людей поблизости, ни каких-то датчиков обнаружить не удалось.

Но только лишь парень взялся за замок знакомого люка, как на панели вспыхнула красная строка:

ДОСТУП ЗАБЛОКИРОВАН. ПОСТОВОЙ РЕЖИМ.

Сай дёрнул его за рукав.

— Вик…

Но было поздно. Завыла сирена, послышался топот ног, а из бокового тоннеля, скрежеща манипуляторами, вышел огромный паукообразный дроид.

Восемь ног громыхали по полу. Уродливый чёрно-серый корпус, весь в подпалинах и следах сварки, перегородил всё пространство. Под корпусом висел тяжёлый армейский ствол незнакомого Вику типа.

Сзади загремели башмаки, щёлкнули предохранителей плазменных винтовок. Их окружило с десяток человек в полной броне. Лица за тёмными забралами шлемов, на доспехах — герб Сазерлендов.

Проход закрылся.

Вик схватился за риветган. Дроид повернул ствол на его грудь.

Сая ударило щитом в грудь и впечатало в стену раньше, чем он успел поднять руки.

Бластер звякнул о решётку и оказался под сапогом ближайшего стражника.

Дроид щёлкнул датчиками, и тонкий лазерный луч прошёл по Вику сверху вниз, задержавшись на груди — там, где во внутреннем кармане лежал чип.

— Обнаружен носитель данных, — произнес механический голос. — Подозрительная структура. Уровень доступа не подтверждён!

Стражники тут же бросились к Вику. Парень рванулся в сторону, но поздно. Они оказались быстрее.

Чья-то нога в окованном титаном ботинке ударила Вика под колено, шокер хлопнул в бок. Мир вспыхнул белым, риветган вылетел из руки и заскрежетал по решётке.

Вика перевернули лицом к полу, кто-то заломил больную руку. Его быстро обыскали, вынули чип.

Парень попытался поднять голову.

— Обезопасить! — отрывисто рыкнул кто-то, и второй разряд ударил в шею.

Последнее, что Вик увидел, — птицу с ключом на плече стражника.

И тьма закрыла всё.

Глава 12

Вик очнулся не сразу. Сначала пришла боль.

Бок горел после шокера. Ныла выкрученная рука, болело предплечье, во рту стоял вкус крови.

Пошевелившись, Вик понял, что не связан. Провел ладонью по шершавой поверхности композитного пола. Попытался подняться.

Голова ударилась о стену.

— Твою мать…

— Вик?

Голос был рядом. Слабый, испуганный, знакомый.

— Сай?

— Я… я здесь.

— Живой?

— Кажется.

Глаза привыкли к полутьме, проступили очертания стен. Камера оказалась такая маленькая, что двоим в ней моно было помещаться, лишь сложившись пополам. Ноги полностью не вытянуть, встать во весь рост — тоже. В углу — слив, под дверью — тонкая щель с полоской света. Гудела вентиляция, щедро вдувая бедный, насыщенный углекислотой воздух.

— Где мы? — прошептал Сай.

— Не в гостинице.

— Это участок?

Вик ощупал стены, дверь. В участке ему бывать доводилось.

— Не думаю. В участке редко бывают такие камеры. Обычно — просто выгорожен угол.

Сай зашуршал в темноте.

— Бластер забрали. Инструменты тоже. Очки… треснули, кажется.

Вик сунул руку в карман.

Пусто.

— Чип забрали, — сказал он.

Сай замолчал. Потом очень тихо произнес:

— Значит, они знали, что искать.

Вик нащупал Сая в темноте и сжал ему плечо.

— Слушай меня внимательно. Прямо не скажу: тут слушают стены. Понял?

— Да, — почти беззвучно сказал Сай.

— Наверно, будут допрашивать. Про железо — ничего. Про старика, торгаша, жёлтую тушу — ничего не знаешь. Про того, кто в голове у железа, вообще не понимаешь, о чём речь.

— А если они уже…

— Меньше слов, сказал.

Где-то далеко, за несколько перегородок от них, послышался душераздирающий крик. Потом звук оборвался так резко, будто его захлопнули крышкой.

Сай придвинулся ближе.

— Думаешь, нас сдали?

Вик не сразу ответил.

Вариантов было слишком много. Торгаш Зонис. Малик, взбешенный отказом от сделки. Крысы. Старый хрыч, видевший их с Атлантом, пока они перебирались. Или просто датчики и камеры в коридорах.

Похоже, они были слишком неосторожны.

— Возможно, кто-то очень хотел заработать, — сказал Вик.

Сай прошептал:

— Вик, что теперь будет?

Вик ответил не сразу. Масштаб катастрофы еще надо было осмыслить.

Атланта они оставили у мусорного сектора. Думали, на несколько часов. А выходит неизвестно, когда они смогут к нему вернуться.

Если стража доберётся туда, найдёт его. И для майора все кончится навсегда.

А если Сай ляпнет лишнего на допросе — доберётся точно.

— Не знаю, Сай. Не знаю.

Вдруг за дверью раздались тяжелые шаги, шум голосов. Щёлкнул замок. Яркий свет ударил в глаза.

Дверь ушла в сторону. В проёме стояли двое в серо-чёрной броне. На плечах — птица с ключом — герб Сазерленда.

— Ты. Встал!

Вик поднялся слишком медленно.

Один стражник вошёл, склонив голову, и ударил его дубинкой по рёбрам. Не сильно — просто пояснил местные порядки.

Боль полоснула по ребрам.

— На ноги, — повторил стражник.

Сай дёрнулся.

— Куда его?

Второй даже не посмотрел.

Вика вытащили в коридор, повели мимо рядов однотипных дверей. За ними кто-то шептал, кто-то кашлял, кто-то — смеялся тонким истеричным смехом.

В глаза бросались таблички:

ТРЕТИЙ КОРОНЁРСКИЙ КАБИНЕТ. КАРАНТИН. ДОЗНАНИЕ.

В один из таких кабинетов его и привели. Стол, два стула, световая панель сверху, камера визора в углу. На стене — знакомый уже баннер с гербом лендлорда Сазерленда. За столом, прямо под этой эмблемой, сидел человек в тёмной форме. Лицо такое, будто из него давным-давно вынули всю человечность и оставили должностные полномочия. На груди бейдж: «Коронёр Штайнер» Перед ним лежали планшет, тонкая папка и прозрачный контейнер.

В контейнере был чип Зониса.

Коронер начал читать, неторопливо листая страницы на планшете:

— Итак, кто тут у нас… Виктор Варден. Возраст пятнадцать лет. Место рождения — южные доки планеты Уорриор, сектор 32 зет. Подданство по происхождению — домен Высокого Дома Джан. Подтвердите!

Вик молчал. Человек поднял глаза.

— Молчание тебя не спасет. Твоё имя⁈

— Ты его уже сказал.

Стражник за спиной ударил Вика по затылку. Голова дёрнулась, на мгновение все поплыло перед глазами. Коронёр даже не моргнул.

— Имя.

— Ну, Виктор Варден.

— Отвечать без «ну». Как звать второго?

Вик посмотрел на чип. Похоже, они уже многое знают и сами.

— Сай. Сайрус.

— Полное имя?

— Не знаю.

— Ложь.

— Мне плевать.

Ещё удар, и мир на секунду стал белым.

Коронёр что-то отметил в планшете.

— Как вы с напарником оказались на А7Д5?

— Прилетел.

— На чём?

— На плохом решении.

Вик почувствовал, как стражник за спиной размахнулся для удара. Коронёр поднял на него взгляд, и тот остановился.

— Спрошу еще раз. Носитель данных, изъятый при задержании, содержит код открытия неучтённого шлюзового контура. Код закрыт, происхождение не подтверждено. Что он открывает?

Вик молчал.

— Где находится этот контур?

Молчание.

— Кто передал вам код?

Молчание.

— Для кого предназначался доступ? Кому ты его нес, Виктор Варден из доков Уорриора?

Вик поднял глаза.

— Я мусорщик.

— Неужели? Мусорщики не носят ключи от закрытых дверей!

— Просто нашёл.

— Ложь.

Штайнер взял контейнер с чипом, сунул его в лицо Вику. Другой рукой схватил его за затылок, и, грубо встряхивая, прорычал в лицо:

— Ты родился в доках Уорриора! Не зарегистрирован на территории благородного дома Ратенау! Ты шел к узлу перехода с тайным носителем данных! Носитель содержит код неучтённого доступа!!!

И, оттолкнув Вика, почти спокойно произнес:

— Версия дознания: разведывательная деятельность в пользу Дома Джан.

Вик сначала не понял. Потом до него дошло.

— Я похож на шпиона?

Штайнер слегка улыбнулся.

— Шпионы редко похожи на шпионов. Но взяли тебя по другому поводу. Возможный контакт с машиной выше разрешённого класса.

Вик почувствовал, как внутри всё рухнуло.

— Какой машиной? Я не понимаю, о чём ты.

— Понимаешь.

Коронёр открыл другой файл.

— В нижнем секторе зафиксированы аномальные просадки питания. Есть сведения о промышленном носителе жёлтого цвета. Есть свидетель, видевший перемещение тяжёлой машины без штатной бригады.

Вик молчал. Это или камеры, или старик в коридоре. Кто-то что-то видел. Или продал, либо просто спасал свою шкуру.

— Как вы запустили машину? — спросил коронёр.

Молчание.

— Кто дал вам право на управление?

Молчание.

— Какой ереси вы привержены? Малекианству? Хризолитии? Секте свободного контура? Или вы даже названия не имеете?

Вик медленно сказал:

— Я никому не служу.

Коронёр презрительно улыбнулся, закрывая планшет.

— Такая позиция редко смягчает приговор. Подведем итоги. Подозрение в шпионаже будет оформлено. Подозрение в святотатстве передаётся духовной юрисдикции.

— В чём святотатство? — спросил Вик

— В присвоении права, которого нет и не может быть у простолюдина. Поскольку тут есть признаки преступления духовного рода, скоро сюда прибудет инквизитор. Ваш сообщник тоже будет допрошен.

— Он ничего не знает.

— Это мы проверим. Увести!

Когда Вика вернули в камеру, Сай сразу набросился с вопросами:

— Что они хотят?

Вик сел у стены, собираясь с силами. Не так просто сообщать плохие вести!

— Нас обвиняют не в торговле. Святотатство, вот что они шьют!

Сай в ужасе прикрыл рот рукой.

— Они знают про…

— Не всё.

— Но…

— Не всё, — повторил Вик. — И пусть так всё и останется!

Где-то за дверью прокатили тележку. Колёса скрипели так, будто везли не вещи, а кости.

Сай шепнул:

— Это из-за кода?

— Код. Жёлтая туша. Кто-то настучал. Или камера увидела. Или датчик. Неважно. Главное — не дать им связать всё в одну верёвку.

Вновь щёлкнул замок.

— Второй. На выход!

Сай, трепеща, встал на ноги.

— Меньше слов, — напутствовал его Вик.

Бедняга кивнул, и его утащили.

Оставалось только ждать. Вик лежал на полу и слушал тюрьму. За стеной кто-то кашлял до рвоты. Дальше кричали. Ещё дальше смеялись. Один голос всё повторял чьё-то имя, пока удар не заставил его замолчать.

Вик представлял Сая за столом. И коронер, задающий коварные вопросы. Черт… к таким испытаниям жизнь его явно не готовила. Молитва тут не поможет, и никто не поможет. Но почему так долго?

Наконец дверь открылась и Сая кинули рядом.

Упав на пол, он не сразу зашевелился. Потом закашлялся — тонко, надсадно. Очки перекосило, губа разбита, один глаз заплыл. Руки тряслись так, будто он всё ещё сидел на допросе.

Вик спросил главное:

— Сказал?

— Про большую тушу — нет, — прошептал напарник.

— Остальное?

Сай хрипло вздохнул.

— Рассказал, что ты нашёл чип. Что не знаю, что он там открывает. Что ты идиот и всё тащишь в карманы, если плохо лежит. Это было легко. Говорить правду.

Вик участливо положил ему руку на плечо.

— Молодец!

Сай начал трястись сильнее.

— Они сказали… нас ждет инквизиция. Обвинение в цифровой ереси. Сказали, святотатцев не хоронят. Дух Машины отворачивается от тех, кто лжёт перед контуром!

— Сай… Ты же не поверил им? Сай?

Тот всхлипнул.

— Ты не понимаешь! Мы согрешили перед Спиритус Квантум. Утратили милость Изначального Мастера! И теперь нас будет допрашивать инквизитор!

Вик хотел велеть ему заткнуться, но тут заслонка в двери открылась, на пол шлёпнулись два серых брикета.

Поморщившись от боли в ребрах, Вик потянулся за пайкой. Снял обертку, разломил. Еда пахла дрожжами и химией.

— Ешь, — протянул он второй брикет Саю.

— Не могу.

— Ешь. А то потом не дадут.

Сай покачал головой. Пожав плечами, Вик принялся пережевывать концентрат. Он не сразу понял, что с едой не так. Сайрус, попробовавший концентрат, облизал потрескавшиеся губы.

— Зачем так солить?

Через полчаса им страшно захотелось пить. Соль жрала рот, язык прилипал к нёбу, как грязная тряпка к трубе. Вик пытался сглотнуть и каждый раз чувствовал, будто внутри горла протянули ржавую проволоку.

В отчаянии он ударил кулаком по двери.

— Воды!

Тишина.

Сай лежал рядом, свернувшись в комок.

— Они утром дадут воду?

— Не знаю, Сай.

Воды им так и не дали. Из-за жажды Вику не спалось. Он лежал и слушал, что происходит в других камерах. Кашель, чей-то сбивчивый шёпот. Вот хлопнула дальняя дверь.

— Не надо, — сказал кто-то за коридором.

Удар.

— Не надо!

Ещё удар.

Потом тупой, мясной звук — это упало тело.

Сай зажал уши.

— Это с нами тоже будет?

— Спи.

— Я не могу.

— Тогда лежи и молчи.

Из дальнего блока донёсся смех. Тонкий, сломанный, почти весёлый. Кто-то хохотал так, будто нашёл смешную сторону ада и пытался объяснить её всем остальным.

Потом другой голос закричал:

— Я подписал! Я всё подписал! Уберите свет!

Лишь под утро парням удалось заснуть.

Утром им вновь выдали еду, и, в этот раз — воду. Затем их взяли на допрос. Затем — снова концентрат, крики за стеной. Так прошел следующий день. И еще день — тоже.

Так прошло не меньше недели. Сначала Вик считал по еде. Первый брикет, второй, третий. Потом по допросам. Дверь, свет, стол, одни и те же вопросы. Чип в контейнере. Голос коронёра.

— Что открывает код?

— Не знаю.

— Где контур?

— Не видел.

— Кто дал код?

— Нашёл.

— Как вы запустили промышленную машину?

— Не запускал.

— Как ты связан с людьми из Джан?

— Я не служу никаким Джан!

Удар.

Снова камера. Снова темнота.

Сая тоже вызывали. Он возвращался всё тише. Очки держались на одной дужке. Один раз он пришел, просто сел у стены и смотрел в темноту открытыми глазами. В этот момент Вику стало страшно.

На седьмой или восьмой день — Вик уже не знал — его привели на допрос. Но в знакомом до мелочей кабинете кое-что изменилось.

Коронёр не сидел за столом. Он стоял сбоку с папкой.

За столом находился незнакомый человек в чёрном. Высокий, худой, с чисто выбритым бледным лицом. Черная форма без украшений, фанатичный блеск в глазах. И символ инквизиции — четырехлучевая звезда на груди.

— Виктор Варден, — произнес он, листая на планшете дело — Простолюдин. Незарегистрированный перемещённый. Уроженец доков Уорриора. Носитель чужого права.

Вик с трудом удержался на ногах.

— Я ничего не носил.

Инквизитор посмотрел на прозрачный контейнер с чипом.

— И лжесвидетель. Похоже, он неисправим.

Коронёр открыл дело и немного смущено произнес:

— Инквизитор Хайден, мне сообщили, что вы приняли материалы нашего дознания по подозрению в ереси. Но я должен отметить, что это лицо подозревается в шпионаже…

Хайден поднял руку, и коронёр замолчал.

— Шпионаж, — сказал Хайден, — меня не интересует. Насколько я понимаю, вы до сих пор так и не добились в вашем расследовании успеха. У вас было время, вы им не воспользовались. Теперь — мой черед.

Набычившись, инквизитор перевел взгляд на юношу.

— Простолюдин, присвоивший право открывать закрытый контур, — однозначно, еретик.

Вик усмехнулся разбитой губой.

— Это просто чип.

— Еретик всегда начинает с «просто», — заметил Хайден. — Просто чип. Просто дверь. Просто код. Просто машина послушалась не того, кого надо.

Приблизив лицо к Вику, инквизитор говорил очень тихо и внятно, словно произносил саму формулу жизни:

— Машина не вещь, Варден. В контуре каждого сложного механизма живёт отблеск Спиритус Квантум. Изначальный Мастер дал им порядок: протоколы, мантры, уровни доступа, родовые ключи. Он наделил избранных правом управлять ими. Высокородные говорят с машинами, потому что их кровь признана, их власть освящена, их право бесспорно!

Он говорил спокойно и немного устало, будто перечислял общеизвестные вещи.

— Простолюдин может чистить корпуса механизмов, — продолжил Хайден. — Менять фильтры, тянуть кабель, менять батареи. Но серв не приказывает Спиритус Квантум, не вставляет обходные мантры, не взламывает коды. И никогда, ни при каких обстоятельствах не пытается заставить машину служить себе, как вассал — сеньору.

Вик поднял глаза.

— Железо слушает того, кто умеет с ним работать. Все эти дроиды — всего лишь куски пластика и титана.

В кабинете стало тихо. Хайден ядовито улыбнулся.

— Вот теперь вы сказали правду.

Инквизитор кивнул коронёру и на стене вспыхнули данные.

Строка кода с чипа. Отметка закрытого доступа. Штамп: РАЗРЕШЕНИЕ ОТСУТСТВУЕТ. Потом — энергетические пики в нижнем секторе. Схема просадки сети. Мутная запись с коридорной камеры: жёлтый силуэт в техническом проходе. Вик и Сай — рядом. Очень короткий фрагмент, потом — пятна, шум, дрожание картинки.

Но достаточно, чтобы сердце Вика упало.

— Как вы открыли контур? — спросил Хайден.

— Не знаю.

— Кто дал вам код?

— Нашёл.

— Как вы привели машину в движение?

— Не приводил.

— Кто учил вас обходным мантрам?

— Никто.

— Вы исповедуете малекианство?

Вик молчал.

— Хризолитию? Учение свободного контура? Секту самосущей команды?

— Я мусорщик.

Хайден наклонил голову.

— Мусорщик не заставляет машину слушаться. Машина отвечала вам?

Вик молчал.

— Машина выполняла ваши команды?

Молчание.

— Вы понимали, что не имеете права даже обращаться к ней?

Вик тяжело вдохнул. Бок отозвался тупой болью.

— Мы просто хотели выжить. У меня мать в хосписе. Нужны деньги. Чип должен был принести двести солидов. Я не шпион и не еретик. Мы просто не хотели сдохнуть.

— Бедность объяснила бы кражу концентрата или галет, — сказал Хайден. — Но не присвоение священного права.

— Ваше священное право — это какая-то ерунда.

Хайден с грустной иронией посмотрел на юношу.

— Наконец-то — правда.

Он повернулся к коронёру.

— Что второй?

— Сайрус. Фамилию установить не удалось. Судя по антропометрии, родом с Кены. Данные неполные. Технически грамотен, но знания носят теоретический характер. Знаком с теологией, знает литании. Лжёт плохо, но упорствует в отрицании.

— Он молится?

— Да.

— Значит, понимает больше этого. Возможно, его душу еще можно спасти.

Инквизитор развернулся к Вику.

— Виктор Варден, вы обвиняетесь в цифровой ереси, несанкционированном обращении к закрытому машинному контуру, хранении обходных мантр, присвоении прав высокородных и действиях, угрожающих чистоте Спиритус Квантум.

Коронёр торопливо добавил:

— Светская часть дела: разведывательная деятельность в пользу чужого Благородного дома.

Хайден даже не посмотрел на него.

— Это вторично. Приговор — очищение.

Слово было тихим.

Вика будто ударили под дых.

— Я ничего не сделал!

Хайден поднял контейнер с чипом.

— Вы сделали достаточно. Мы все видели на записи. Вина считается установленной самим фактом доступа к машине, запрещенной для простонародья.

Вик посмотрел на чип.

Маленькая дрянь. Кусок кристалла. Код к двери, за которую он даже не успел получить деньги.

— Тело святотатца не возвращается семье, — продолжил Хайден. — Осквернённая плоть проходит через измельчитель ереси. Остаток утилизируется как нечистый материал. Дело его — хранится вечно. Как предупреждение и урок для остальных!

Коронёр спросил:

— Второй?

— Дополнительное дознание. Возможно, его душу еще можно очистить истовым служением. Пока держать в камере.

— А этого?

— Казнить до конца следующего цикла, — сказал Хайден. — Децемвир, уведите заключённого!

Вик рванулся, но стражник ударил его в спину. Колени подломились. На этот раз он почти упал.

Когда парня выносили из кабинета, инквизитор добавил:

— Молитесь, Виктор Варден. Не о спасении — вам оно не суждено. О том, чтобы машина, которую вы осквернили, навсегда забыла звук вашего голоса!

Вика вернули в камеру. Не отвечая на встревоженный взгляд Сая, он молча сел у стены.

— Вик?

— Измельчитель, — тихо произнес юноша.

Сай закрыл рот рукой.

Вик сидел и думал о матери. Сёстры больше не получат денег. Оплаченное время кончится, они скажут что-нибудь правильное: «Стабилизация прекращена». «Ресурс исчерпан». «Милосердие не отменяет оплаты». Мать будет лежать под лампами, бледная, лёгкая, почти прозрачная. Может, спросит о нём. Может, уже не сможет.

А ведь у него почти получилось. Капсула с действующим реактором, соглашение с серьезным торговцем. Майор — уникальный древний воин. И все это рухнуло.

Погруженный в мысли, он не заметил, как задремал.

И тут станция дрогнула.

По всему сектору пронесся далекий, мощный гул, будто где-то далеко ударили гигантским молотом. Стена за спиной Вика отдала низкой вибрацией.

Щель под дверью мигнула. Вентиляция захлебнулась, закашлялась и снова пошла.

Сай поднял голову.

— Что это?

Вик слушал.

Сначала ничего. Потом где-то в глубине тюрьмы низко завыла сирена. Звук тут же оборвался, будто кто-то перерезал ей горло.

Топот по коридору. Голоса.

— Блокировать нижний узел!

— Контур упал!

— Закрыть двери! Закрыть…

Фраза оборвалась глухим ударом.

Потом прогромыхала очередь плазмогана. Затем — еще и еще.

Сай встрепенулся, оглядываясь в темноте.

— Это бунт?

Вик медленно поднялся, держась за стену.

— Нет.

— Откуда знаешь?

Снова очередь. Дальше. Ответный хлопок. Крик стражника. Потом короткий металлический вой, будто дверь сорвали с направляющих.

— Бунт не начинается с тяжёлого оружия.

Тюрьма проснулась. Заключённые за стенами начали орать. Кто-то бил в двери, кто-то смеялся. Сквозь общий гул прорезались крики:

— Открывайте, суки!

— Конец Сазерленду!

— Внешние! Внешние в узле!

Сай прижался к стене.

— Внешние?

— Не знаю.

В двери их камеры что-то щёлкнуло. Панель рядом с дверью погасла, потом вспыхнула красным и умерла окончательно.

Не веря своим глазам, Вик вцепился в дверное полотно. Дверь тут же на ладонь отъехала вбок.

За щелью был коридор, красный аварийный свет, крики и дым. Сай прошептал:

— Вик…

— Давай, помогай!

Вместе они полностью распахнули дверь. Несколько соседних камер уже раскрылись, заключённые с криками вываливались наружу: худые, грязные, окровавленные, полуголые. Один полз на локтях и смеялся, другой молотил кулаками по закрытой двери соседей.

У стены лежал стражник без шлема. Лицо разбито в кашу. Двое заключённых били его ногами, третий — рвал с ремня плазменный карабин, но не понимал, как снять предохранитель.

По полу откатился шокер. Вик увидел его раньше остальных, наклонился. Бок взорвался болью, но пальцы сомкнулись на рукояти.

Хоть что-то.

Заключенные, наконец, бросили свою жертву и побежали по коридору. Сай в ужасе смотрел на охранника.

— Он живой?

Вик сунул шокер за пояс.

— Уже не наша проблема.

Коридор поминутно все больше наполнялся людьми. Послышались выстрелы, и толпа рванула назад, увлекая с собою парней.

Глава 13

Толпа ломанулась к главному проходу — туда, где мигал аварийный указатель. Впереди раздавались крики:

— Выход! К выходу — туда!

— Оружейная там! Дави их!

Вик вцепился Саю в ворот и дёрнул к стене. Бок сразу ответил болью, перед глазами вспыхнула красная муть.

— Не туда, — прохрипел Вик на ухо Саю, пытаясь увести его в сторону от людского потока.

— Все туда бегут!

— Вот именно.

Сай споткнулся и едва не упал. Один глаз заплыл, очки держались на одной дужке, и он придерживал их рукой.

Впереди грохнуло. Толпа дёрнулась, но всё равно перла дальше. Пригибаясь, Вик нырнул в боковой служебный карман за выступом стены, прижал Сая к переборке и сам уселся рядом. Ноги дрожали от усталости, руки- от волнения.

— Стой. Слушай!

Сначала Сай слышал только крики. Потом в общем шуме прорезался треск очередей. Это были явно не тюремные шокеры: где-то впереди стража держала проход, отстреливая бунтовщиков.

— Слушай сюда! — возбуждено заговорил Вик. — Сейчас мы попробуем пролезть через вентсистему. Только нам нужен регенератор. Иначе задохнемся от той дряни, что она тут гоняет!

— Да? И где его взять?

— Охранник.

Парни выглянули из-за угла. Тело убитого стражника лежало в углу коридора. С него содрали оружие, шлем, но остальное снаряжение осталось при нем.

Оглянувшись, Вик рванул к нему. Стащил маску, регенератор, затем нащупал на разгрузке баллончик с кислородом.

— Держи! — кинул он Саю регенератор.

— А ты?

— Вот! — Вик поднял кислородный баллончик. — У охраны и стражников всегда есть резерв для дыхания. На случай если применят слезоточивый газ, пробивающий регенератор.

Пара минут понадобилась, чтобы выломать вентиляционную решетку в коридоре. Громыхая по пластику, парни полезли вперед, двигаясь навстречу потоку воздуха. Крики и выстрелы становились все ближе. Пролезая над центральным коридором, они увидели сквозь решетку, как охрана, перегородив коридор, сдерживала заключенных. Человек шесть в серо-чёрной броне часто и яростно стреляли вглубь коридора. Декурион за спиной орал в коммуникатор:

— Узел три! Узел три, отвечайте! Прорыв в нижнем блоке! Нужна поддержка!

Поддержка не отвечала.

Зато отвечали заключённые. С воем они лезли из боковых дверей, кидали в стражников обломки решёток и куски пластика. Один совсем сорвался, побежал вперёд с дубинкой.

Его срезало очередью, и толпа отхлынула.

Парни, не останавливаясь, лезли вперед. Сай то и дело останавливался отдохнуть — сказывалась усталость. Вику было полегче — кислород из баллончика стражи придавал сил.

Завернув за очередной поворот, они наткнулись на вентилятор. Свобода была там, за ним.

— Что делать? Есть чем заклинить? — перекрывая гул, заорал Сай.

— Погоди!

Вик подполз поближе и, прикрывая глаза от напора воздуха, внимательно изучил двигатель. Так и есть — сбоку имелась коробка с контактами.

Достав шокер, парень несколькими ударами расколол защитный кожух и вскрыл контактную группу. Затем ударил шокером по контактам.

Двигатель взвыл в последний раз и замолчал, вентилятор медленно остановился.

— Высокое напряжение. Электроника сработала на перегрузку! — пояснил он Саю.

Они проползли еще несколько десятков метров. Заглянув в очередную решетку, Вик заметил обычные серые стены общего коридора. Они оказались за пределами тюрьмы.

Уже привычным движением отжав решетку, Вик повис на пальцах, затем спрыгнул вниз. Боль в ребрах на мгновение ослепила. Сай приземлился следом, тут же став на четвереньки: с него слетели очки.

— Вон там, в углу! -подсказал Вик. — Давай быстрее, надо отсюда мотать. Чувствую, попадем мы тут в переделку!

Действительно, вдоль по коридору неслись звуки выстрелов. Потом что-то прогромыхало, и выстрелы умолкли.

Парни бросились бежать, пытаясь угадать, куда было бы безопаснее податься. Не угадали. Уже за ближайшем поворотом они оказались в центре боя.

Выбежав из коридора в каменную галерею, они попали в тыл небольшому отряду. Десяток воинов лендлорда под баннером с изображением птицы с ключом укрылись за импровизированной баррикадой.

— Спокойствие. Нападающих явно немного, — инструктировал бойцов немолодой декурион в помятой, покрытой подпалинами броне. Главное, не дать им сократить дистанцию!

— Вон они! огонь! — завопил кто-то. И воины бросились лупить изо всех стволов.

Секунд десять стоял оглушительный грохот. Именно он и погубил их.

За их спинами вылетела вентиляционная решётка, бесшумно грохнулась об пол. Из темной шахты выскользнула плоская членистоногая дрянь с длинным сегментным телом. На верхнем сегменте сидел плазмоган.

Сай издал тонкий звук.

Дроид скользнул по парням равнодушным взглядом, повернулся к бойцам и ударил.

— Трах! Плазма вошла первому стражнику между лопаток. Броня вспухла облаком ослепительно-белых искр. Второго развернуло и бросило на стену. Декурион успел обернуться, вскинул карабин, но сороконожка почти в упор дала короткий импульс ему в грудь.

В течении двух секунд трое было убито, остальных просто побежали.

Дрон проводил их парой выстрелов, затем втянулся обратно в вентиляцию и исчез в темноте.

— Это была военная машина? — потрясенно прошептал Сай.

— Нет, блин. Комнатная сороконожка. У меня в детстве была такая, я ее тапком прихлопнул.

— Она зашла им в спину!

— Молодец. Заметил главное. Ну всё, пошли.

Тут из дальнего прохода выбежали двое воинов в чужих доспехах. Броня явно другой конструкции, чем у стражи Лендлорда: черная с серебром, потёртая, будто на ней лежала патина времени. Эмблема — треснувший золотой круг и что-то серебряное внутри.

Они даже не посмотрели на Вика и Сая. Один крикнул в коридор:

— Нижний узел наш! Продолжать наступление!

Где-то ответили:

— Слава Вольной Роте!

Другой голос, грубый и злой, рявкнул:

— Сначала проход возьми, потом хвались! Джан не за болтовню платят!

Сай пораженно застыл.

— Ты слышал? Джан!

— Слышал. Похоже дело серьезно.

Озираясь, они пошли по коридору, надеясь выбраться из зоны обстрела. Едва переставляя ноги, они миновали служебные линии, пищевые трубы, аварийные люки. Тут везде уже виднелись признаки войны.

Переборку впереди разворотило управляемым зарядом. Края выгнуло наружу, как лепестки консервной банки, композит еще дымился черной жирной копотью. Дальше — из пробитой очередью магистрали с шипением вырывался воздух. Новый труп охранника — брезгливо морщась, Сай стащил с него маску с регенератором и отдал Вику. Еще дальше на полу лежала женщина в рабочем комбинезоне, рядом валялся пакет с концентратами. Кто-то наступил на него, и порошок размазался по полу.

Затем навстречу попалась пара мародеров, тащивших ящик. Следующий поворот — и вот, у стены четверо били раненого стражника. Слева что-то лязгнуло, и из бокового прохода вылетел парень с охапкой пайковых брикетов. Увидел Вика с шокером и свернул так резко, будто вспомнил срочное дело.

Сай проводил его взглядом.

— Все грабят.

— Ага. А некоторые ещё мстят. Слушай, где мы?

Сай моргнул, попытался поймать взглядом маркировку на стене. Очки съехали, один глаз почти не открывался.

— Пищевой сектор… кажется. Блок концентрата. Если это он, старый сервисный коридор должен вести к грузовой линии.

— К нашей стороне?

— Если я не перепутал.

— Погнали. Нам надо в капсулу. Отсидимся, пока все не успокоится. И майора бы проведать — не случилось ли чего…

За следующим поворотом их окатило волной тошнотворного запаха. Они вышли к биотанкам.

Огромные цилиндры стояли в два ряда. Внутри медленно ворочалась серая масса, из которой делали пайковый концентрат. И целая беснующаяся толпа народа вокруг.

Толпа держала человека в чистой форме. Мелкий менеджер из тех, кто никого не грабил и не убивал, но ставил подпись под нормой и говорил: «питательность рациона достаточна».

— Я вёл учёт! — визжал он. — Только нормы считал!

Его заткнули ударом.

— Вот и считай! — заорал кто-то. — Сколько говна в тебя влезет!

И толпа потащила его к открытому люку биотанка.

Сай схватил Вика за рукав.

— Они же его туда…

— Вижу.

— Надо…

— Что?

Сай не ответил. Ответа не было.

Двое рабочих в белых халатах пытались спрятаться за тележкой. Их нашли. Одного ударили прикладом. Второй упал на колени и стал объяснять, что он сменный оператор, не начальство, не распределитель, вообще почти мебель.

Его не слушали.

— Ты варил это дерьмо!

— Нажритесь вдоволь!

Совсем рядом мародеры набивали тележки пакетами концентрата, теряя половину, дрались за рассыпавшиеся брикеты. Один мелкий пацан ползал под ногами и запихивал добычу за пазуху.

Увидев это, Вик вспомнил, как давно он не ел. Склонившись, он подхватил один пакет, потом — второй. Один пакет сунул Саю.

— Держи.

Кто-то заметил.

— Эй! Моё!

Не тратя время на слова, Вик поднял шокер. Индикатор уже мигал, но издали это было не видно. Главное — держать себя так, будто заряда хватит на пол-астероида.

Человек посмотрел на шокер, на разбитую рожу Вика, на Сая с перекошенными очками и решил, что такое знакомство ему ни к чему.

Парни начали быстро уходить из этого гиблого места. Позади снова закричали, потом что-то глухо булькнуло в биотанке. Толпа взревела.

Наконец, все эти ужасы остались позади. Они уже подходили к Шлюзу Мародеров, как вдруг случилось нечто совершенно неожиданное.

На стене возле поворота был свежий знак: не знакомая птица с ключом и не герб Ратенау. Треснувший золотой круг. Внутри — серебряный череп дроида.

Сай изумленно застыл.

— Это кто такие?

Вик поправил шокер за поясом и пошёл к повороту.

— Сейчас узнаем.

За поворотом от изумления застыли уже оба. Тайный шлюз больше не был тайным! Возле него теперь орудовала целая толпа солдат.

Шлюз стоял раскрытый, кромки почернели от кумулятивных подрывов и следов плазменной резки. Изломанные ворота прикрывали чужие, незнакомой конструкции гермоуплотнители. Через проём грузовые непрерывным потоком затаскивали ящики, баллоны, длинные контейнеры с красными метками.

Возле шлюза стояли двое в латных скафандрах. Черная броня с патиной, и те же гербы: треснувший золотой круг с серебряным черепом дроида внутри. Над ними висел штандарт -чёрное полотнище, в центре — золотой венец. Внутри венца — череп дроида. Над всем этим торчала окаймленная лентой корона с патронами вместо зубцов.

На ленте Вик разобрал надпись:

CORONA VACUA, MANUS PLENA.

Сай шепнул:

— Вик… а где капсула?

Капсулы не было.

Сначала мозг отказался это принять. Но это было именно так: через шлюз постоянно затаскивали все новые грузы, а это было невозможно, пока снаружи была пришвартована их капсула!

Парни потрясенно оглядывались по сторонам. Еще недавно это место, совсем заброшенное, теперь кипело жизнью. Рядом с проходом стоял коридорный шагоход. Низкий, злой, на четырёх многосуставных складных ногах. Такие дроиды создавались именно для таких мест: узких переходов, шлюзов, давки, коротких дистанций. Поворотная башенка, защитные боковые щиты, и тяжёлые стволы на обеих конечностях.

Дроид был явно поврежден в бою: броня на боку почернела, одну ногу разворотило. С ним уже работали ремонтные дроиды.

За ними наблюдал человек в грязном бронекомбинезоне с ремонтным обвесом. Невысокий, жилистый, с лицом, полным вечного недосыпа и злости человека, которому все во Вселенной чего-то должны.

— Не туда тянешь, ведро с болтами! — орал он на дроида. — Привод держи, не любуйся! Ещё раз уронишь — на чайники разберу!

Сай вздрогнул.

— Он же с дроидом…

— Разговаривает, — сказал Вик. — Бывает.

— Нет. Он… так нельзя.

— Ему можно. У него ключ больше. Пойдем, спросим, что с капсулой!

И шагнул из-за угла. Один из латников тут же повернул ствол.

— Назад, местный.

Шокер за поясом Вика сразу стал смешной железкой. Бойца в такой броне им можно было разве что почесать.

— Тут капсула была, — сказал Вик. — Наша.

— Теперь нет.

— Где?

Латник чуть наклонил шлем.

— Последний раз: валите пока целы.

— Чего там пищит? — не оборачиваясь, рявкнул техник,.

— Местный щенок свою капсулу ищет, — сказал латник.

Техник, наконец, посмотрел на них, будто чего-то припоминая.

— Твоя, что ли? — спросил он.

— Наша.

— Была ваша. Стала ничья.

Вик моргнул.

— Что?

Техник махнул ключом в сторону шлюза.

— Висела у шлюза, мешала нормальной стыковке. Срезали, пнули наружу. Если дорога как память — мои соболезнования. А теперь гран пардон, извините: занят. Мой бизнес — починка оружия, а не бюро потерянных вещей!

Парни переглянулись.

Потеря капсулы означала катастрофу. Там была еда, регенераторы, инструменты. А главное — их уголок, где был воздух, тепло и безопасность.

И вот его выпнули наружу, потому что мешал захвату астероида.

Однако, немного подумав, Вик снова воспрял духом. Может, она вновь улетела недалеко? Тогда с помощью майора ее снова можно вернуть. Правда, теперь у них нет скафандров… Но ничего, уж скафандры-то — дело наживное.

— Капсулу далеко выкинули? — спросил Вик.

Техник пожал плечами.

— Если повезло — болтается рядом. Если нет — красиво летит в дальние дали.

— Нам надо…

— Вам надо свалить и не мешать мне.

— Там были наши вещи.

— Поздравляю. Теперь у вас лёгкая жизнь. Без вещей

И он снова повернулся к шагоходу.

— Фиксатор держи! — рявкнул он дроиду. — И не прикидывайся мне датчиком. Или работай, или — под разборку.

Сай не выдержал:

— Вы с ними… без мантр?

Представитель технической интеллигенции медленно повернул голову.

— Чего?

— Это же сложные контуры. Спиритус Квантум…

— Сложный контур у меня в башке, очкарик. И тот глючит. А это железо. С ним все просто проводи регламентные работы и вовремя заряжать батареи.

Сай прикусил губу. Один из латников рассмеялся. Судя по всему, в этом отряде к вере относились с прохладцей.

— Кто вы вообще? — спросил Вик.

Техник ухмыльнулся.

— Вольная рота «Венец Пустоты». В просторечии — Пустой Венок. Наемники. Авангард экспедиционного корпуса Высокого Дома Джан. Командует нами капитан Верд-Галлуэй. А я — Квист. Чиню всё, что остальные ломают.

Тут шагоход дёрнулся и опасно накренился.

— Держи! — заорал Квист. — Держи, железный выкидыш, я кому сказал!

Один дроид поднырнул под корпус, второй подал домкрат. Третий задел кабель, получил от Квиста ключом по бронированной башке и отъехал в сторону, обиженно вереща.

Сай смотрел на это с лицом человека, которому показали храмовую службу в исполнении пьяных грузчиков.

— Ладно. Тут смотреть не на что. Пойдем за майором! — наконец произнес Вик и зашагал в сторону мусорных секторов.

По пути им снова на каждом шагу встречались признаки войны. В углу дымился разбитый дроид Сазерленда. На стенах и переборках тут и там виднелись свежие подпалины от зарядов плазмы.

Вскоре они были на месте. Мусорные поля, в отличие от остального астероида, нисколько не изменились Всё те же серые горы контейнеров, переломанные фермы, жёлтые лужи токсичной дряни.

Атланта они увидели сразу. Он стоял на месте. Один манипулятор застыл на полуповороте, зажав старый агрегат, будто машина собиралась выбросить его в кучу и сломалась прямо посреди движения.

Тут же стала ясна причина: отсоединенный магистральный кабель болтался сбоку.

Не помня себя, Вик бросился к Атланту. Сервисная панель была открыта. Гнездо нейроядра — пустое.

— Нет, — сказал Вик. — Нет!!!

— Украли? — ахнул Сай.

— Смотри сам.

Сай подполз ближе, щурясь через перекошенные очки. Пальцем тронул край гнезда, потом один из фиксаторов.

— Фиксаторы целые. Кабели сняты. Пломбу не ломали, её отжали. Тут нужен экстрактор. И понимание, что надо брать! Хотя… ну-ка подожди!

— Если это ещё одна плохая новость, заверни обратно.

— Да нет же! Блок! Репликаторный блок. Он здесь!

Вик посмотрел. Да, остался. Смешно: у них забрали все, оставив крайне ценную, но вот именно сейчас — совершенно бесполезную вещь.

— Значит, тот, кто забрал майора, знал не всё. Снимаем!

— Он тяжелый!

— Ну, мы как раз налегке. Снимаем!

Несмотря на отсутствие инструментов, парни, провозившись с четверть часа, сняли блок репликатора, и побрели обратно. Больше тут делать было нечего. Жёлтая туша осталась стоять среди мусора с нелепо застывшим манипулятором. Теперь это была всего лишь гора железа без батареи и управляющего контура.

— Вик, а Вик. Что будем делать?

Тот не ответил.

— Может, к Зонису? — предположил Сай. — Мы же маяк поставили. Часть задания сделали.

— Сделка была из двух частей. Он хотел чип. Чип отняли.

— Но блок…

— Зонис хотел не блок.

— Может он купит блок? Или, хотя бы, заинтересуется?

— Знаешь, я вот что думаю: сначала надо вернуться в тюрьму, — наконец, произнес Вик.

Сай остановился.

— Ты совсем?

— Там наши скафандры. Оружие. Инструменты. Может, что-то уцелело!

Сай хотел возразить. Потом посмотрел назад, на мёртвого Атланта, и не стал.

И парни пошли к тюремному сектору.

Коридоры астероида оказались необычайно оживлены. Тотальное мародерство было в самом разгаре: кто-то тащил ящики, другие — мешки, самые умные воровали тележками. Дважды к ним подходили с сакраментальным вопросом:

— Что упер, малой?

Вик показывал шокер, и все вопросы отпадали.

Еще на подходе к тюрьме их встретил запах горелого пластика. Коридор впереди стал мутным, словно кто-то налил в воздух серую жижу.

Тюремный сектор горел. Из проходов, вентканалов, пробоин в дверях пёр густой чёрный дым. Пожарная система молчала.

Несмотря на дикую вонь, вокруг еще болтались бывшие узники.

— Архив горит! Всё горит! Теперь докажи, что я вообще был! — орал один из них, радостно приплясывая на месте.

Вик посмотрел на боковой коридор, где пламя уже лизало кабельную магистраль. Там их скафандры и стволы. Неужели все достанется пламени?

Собравшись с силами, он всё равно попытался пройти. Открыл дверь, и сразу жар ударил в лицо, глаза заслезились, а лёгкие будто пытались вывернуться наружу.

Сай схватил его за плечо.

— Не надо, Вик! Всё сгорело. Не лезь!

Тут сзади кто-то заорал:

— На Станцию! Хватит тут коптиться!

Другой голос подхватил:

— К лифтам! Наверх! Пусть богатые тоже побегают!

— Слава Дому Джан! Слава Вольной Роте! Идём громить верхних!

Толпа грязной рекой потекла к переходу.

Вик смотрел на горящую тюрьму. Капсулы нет. Майора нет. Скафандров нет. Оружия — тоже. Внизу остались дым, мёртвый Атлант и чужая война.

А наверху были Зонис, медблоки, склады, регенераторы, возможность свободно дышать. И новая власть, ещё не успевшая заставить всех платить за вдыхаемый воздух.

— Пойдем и мы. Может, что-то удастся выкружить!

Оказалось, у подъёмника людей не пускали.

Проход держали бойцы Венца Пустоты. За ними стояла раскрытая кабина лифта, но пассажирским он больше не был. С кабины сняли часть облицовки. Из шахты торчали кабели. По направляющим поднимались грузовые платформы. Дроиды тащили ящики с красными метками.

Лифт работал. Только не для людей.

Для войны.

— Назад! — орал боец. — Верх закрыт! Только для военных нужд!

Кто-то полез вперёд и получил прикладом в лицо. Упал. Толпа отхлынула, но не ушла.

В кабину пытались загнать коридорный шагоход. Не тот, что у шлюза, другой — шире, с низкой башней и сложенными ногами. Машина застряла верхним корпусом в крыше кабины. Дроиды пищали предупреждениями. Латники матерились.

Над всем этим бегал уже знакомый им нервный техник. Квист — вспомнилось имя. Теперь он решал задачу впихнуть в переходный лифт невпихуемое.

— Не втискивай его как покойника в гроб! — орал Квист. — Поверни башню, железная вошь! Нет, другой стороной! Другая — это не та же самая, тупая рожа!

Оставив тяжелый блок репликатора с Саем, Вик протиснулся ближе.

— У тебя так лифт развалится, — сказал он технику.

Ближайший боец шагнул к Вику.

— Вали, местный.

Парень даже не посмотрел на него.

— Срежете верхнюю левую ферму — кабина улетит в космос. Там тормозной контур. Снимай вот эту панель! Правую вторичную тоже можно резать. Габаритную блокировку можно обойти, стволы вашего шагохода высунуть в шахту.

Квист медленно повернулся к Вику.

— Откуда знаешь?

— Я тут живу.

— Тут много кто живёт, но большинство не отличает тормоз от дырки в заднице.

— Значит, тебе повезло.

Сай закрыл глаза. Видимо, мысленно молился.

Квист подошёл к кабине, сдёрнул грязную крышку с сервисной маркировки и, щурясь, наклонился.

— Тормозная линия. И правда! Какая, говоришь, тут панель?

— Слушай, там еще перегружаться надо, в нулевой точке. Без меня не разберешься. Дай нам с Саем свежие регенераторы, и мы с вами доедем и все расскажем!

Квист усмехнулся.

— А ты наглый! Ладно…

И махнул бойцу:

— Эти двое — будем считать, что мои. Не трогать, пока не начнут дурить.

Затем Квист выдернул из подсумка два плоских регенератора. Один швырнул Вику, второй — Саю.

— Но если мои дроиды повредятся при перевозке, вас выкинут в открытый космос!

Закипела работа. Вик, прекрасно изучивший во время прошлых путешествий устройство лифта, теперь консультировал, как его можно изуродовать так. чтобы и дроиды вошли, и кабина совсем уж не развалилась. Сняли крышную панель, срезали правую ферму. Шагоход втянул корпус пониже, и едва входя в габариты, протиснулся в лифт.

Квист счастливо хлопнул по панели.

— Держит! Ну, погнали. Вы двое — наверх. Если развалится, будете крайними.

— Если развалится, мне будет всё равно.

— Правильный настрой.

Парни вошли в лифт. Впервые Вик путешествовал с астероида на Станцию внутри кабины, а не на крыше. Правда, пришлось притулиться в уголке, едва уместившись в оставшемся от шагохода пространстве, и следить, чтобы взлетевший в невесомости титановый монстр не раздавил тебя корпусом.

И все же это был прогресс. Почти праздник!

Двери закрылись не до конца. Их заклинило на перекошенной панели.

Квист пнул створку.

— И так сойдёт.

Кабина дёрнулась и пошла вверх. Через щели мелькали уровни, тёмные сервисные карманы, кабельные трассы.

Благополучно перегрузившись во второй лифт, они достигли Станции. Здесь тоже везде виделись приметы войны: разбитые рекламные панели, следы пожаров, залитые пеной полы. Где-то далеко ещё стреляли, но было понятно, что идет не бой, а зачистка.

— К доку! — раздались впереди крики. — Там объявят новый порядок!

— Нового лендлорда покажут!

— Не покажут, дубина! Нас захватили кондотьеры!

Вик и Сай пошли за потоком. Что характерно, Квист со своим шагоходом тоже двинулся к докам — на центральную площадь Станции.

Прошлый раз Вик лишь мельком видел большой доковый форум. Когда-то это был огромный ремонтный стапель, в котором до сих пор висела гигантская туша недостроенного крейсера. Теперь в этом атриуме могли собраться все жители Станции, чтобы услышать, какая им предстоит участь при новой власти.

Тут уже собралась целая толпа. Рабочие. Зеваки. Богачи с белыми лицами, под охраной дроидов. Тут же слонялись солдаты Дома Джан и подчиненные капитана Галлуэя с увенчанным черепом на броне.

Особняком стояли офицеры. Один выделялся сразу: аккуратная форма, спокойная породистая рожа, осанка человека, который даже в чужом пожаре ищет, где удобнее закурить сигарету

Судя по внушительной свите вокруг, это и был капитан Верд-Галлуэй.

А рядом с ним он увидел невысокого человека с седыми волосами.

Вик глазам своим не поверил. Это был Зонис! Он быстро говорил, показывал что-то на планшете и выглядел очень самодовольно. Самое интересное, — его слушали.

И только сейчас до Вика добежало, что именно произошло в последние несколько дней.

Глава 14

Вик поначалу своим глазам не поверил. Но это точно был Зонис! Не связанный, не избитый, он совершенно спокойно стоял среди захватчиков, непринужденно разговаривая с разряженным как павлин, чужим офицером.

Будто они давно знакомы.

Проклятье! Как он сразу не догадался!

— Вик, а Вик! — подал голос напарник.

Парень устало повернул голову.

— Даже не начинай!

— Они прошли через наш шлюз. Маяк, Вик. Мы поставили маяк. Зонис дал чип и маяк. Чип до него не дошёл, но сигнал появился в эфире. Через него они и вошли внутрь!

— Спасибо. Я и сам уже понял, что мы идиоты, — с горечью бросил Вик. — Этот торгаш явно срубил не одну тысячу за свое предательство. А мы ни за грош рисковали шкурами!

Потрясенные своим открытием, парни просто стояли и наблюдали за происходящим. Тем временем разговор в офицерском кругу накалялся. Зонис все выразительнее жестикулировал, а высокий красивый офицер слушал его с таким лицом, будто перед ним жужжит надоедливая муха.

И тут Вика накрыла злость. Сейчас он пойдет, схватит эту низкорослую сволочь за грудки и стребует свои деньги. И будь что будет!

В бешенстве парень бросился вперед, расталкивая толпу.

Остановили его у самого офицерского круга. Латник выставил руку, и Вик отлетел на три шага назад, сев прямо на пол. Бок вспыхнул болью. Пальцы сами нашли шокер, но телохранитель офицера знал свое дело: прямо в лицо парня уставился толстый ствол плазмогана.

— Осади, щенок!

Вик сжал зубы, слыша, как совсем рядом, в офицерском кругу, Зонис уже почти кричал:

— Точка была верная, да! Маяк сработал, да! Люди рисковали, да!

Красавчик недовольным тоном отвечал:

— Я уже третий раз сообщаю вам, любезный, что это неприемлемо. Код не пришёл Створки резали, потом наваривали. Из-за этого потерян темп. К тому же чья-то лохань мешала стыковке. Я покупал билет в черный ход, Зонис, а получил одни проблемы!

— Кэп Люц, — Зонис развёл руками. — Ты вошёл там, где хотел, да? Шлюз был там, да?

Капитан лишь махнул рукой и отвернулся к своим офицерам, давая понять, что разговор был закончен.

Зонис на секунду остался на месте. Потом злобно выругался и, недовольно тряся головой, пошёл к боковым терминалам.

Вик тут же двинулся за ним. Когда они достаточно отдалились от охраны, прибавил шаг и нагнал торгаша.

— Эй.

Зонис обернулся. Сначала не узнал, потом, видимо, вспомнил и поморщился.

— О. Мальчик со свалки. Живой, да? Удивительный день.

— Мы поставили маяк. Плати!

Зонис посмотрел на него ничего не выражающими глазами.

— За что, да?

— За маяк.

— Маяк поставили, да. Чип принесли?

— Чип забрал коронёр.

— Значит, не принесли, да. О чем мы договаривались, да? Только маяк, да? Или маяк и чип?

Вик молчал.

— Чип не дали, да. Капитан не заплатил Зонису денги, да. Почему Зонис должен платить тебе?

— Потому что без нас ты бы не нашёл дверь.

Торговец вдруг густо покраснел и начал орать быстро и невнятно:

— Ты идиот, да? Ты должен был принести чип. Зонису обещали заплатить за маяк и чип. Если бы ты принес его, Зонису заплатили бы денги. Ты не принес. И Зонис потерял денги. Если бы я поручил дело умным, он бы все сделал правильно, да. Зонису дали бы денги, да. А ты все сделал неправильно. И Зонису не дали денги. Это ты мне должен, а не я тебе. Понятно, да?

— Гони половину, — не сдавался Вик.

Зонис сардонически усмехнулся.

— Половину от нуля, да? Бери. Мне не жаль, да.

Сзади вдруг послышались шаги и тяжелое дыхание. Сай, отдуваясь под тяжестью репликаторного блока, наконец-то нагнал его.

— Вик, пойдём.

Несколько секунд парень стоял, борясь с собой.

Достать шокер. Полоснуть по горлу. Обшарить карманы. Бежать.

Нет.

Дохлый заряд. Пять стволов рядом. Сай с тяжеленным блоком за спиной — с таким не убежишь. И Зонис наверняка не носит деньги там, откуда их можно было достать руками.

— Ты нас использовал, сволочь!

— Конечно да. А ты меня, да? А капитан меня, да. А Дом Джан — капитана. Это жизнь, да.

Каким-то шестым чувством поняв, что опасность миновала, Зонис отвернулся, собираясь продолжить свой путь.

— Хочешь денег — ищи новую работу, да. Сейчас всё изменилось. Новый хозяин на Станция. Много кому придется искать новый работа, да.

И ушел. А парни остались стоять, слушая, как за спиной зашумела толпа:

— Капитан говорить будет!

— Про снабжение!

— Про воздух скажут!

Очнувшись от оцепенения, Вик смотрел на офицерскую платформу.

Красивый офицер, разговаривавший с Зонисом, как раз поднимался к импровизированному помосту. Встав на него, он махнул рукой кому-то из своих офицеров. Через пару мгновений вдруг раздался скрежет, и из отряда дроидов к нему подошел самый крупный — тот самый шагоход, который Вик помогал провезти через космолифт.

Толпа как-то сразу притихла. Грузно топая, шагоход неуклюже подошел к офицеру, отдал честь и склонился в поклоне. Тот, приняв это, как должное, ловко и непринужденно вскочил на услужливо протянутый манипулятор.

Заскрипели блоки, дроид быстро выпрямился во весь рост и поднял его высоко в воздух. Капитан привычным движением встал ему на голову, а манипулятор использовал как трибуну, придерживаясь за него для равновесия. Воины в экзоскелетах тут же создали вокруг помоста оцепление.

Теперь офицер на добрых пять метров возвышался над толпой. Тотчас перед ним появился пентакоптер с усилителем звука и микрофоном. Любезно и снисходительно улыбнувшись, офицер произнес:

— Господа, рабочие, сервы, и люди иного звания. Благодарю всех, кто пока не стреляет в оратора. Для начала это уже неплохой результат!

Кто-то в толпе хохотнул.

— Буду краток, — продолжил он. — Длинная речь хуже утечки воздуха. От неё, правда, не умирают, но мучаются еще сильнее!

Смех стал громче.

— Итак, я — капитан Вольной Роты Люциус Верд-Галлоуэй. Мои парни зовут меня Хард-Верд. Милые дамы, не надо краснеть. Это не то, что вы подумали. Хотя…

Тут толпа буквально потонула в хохоте. Что характерно — преимущественно мужском.

— Администрация узурпаторов Ратенау, — мигом став серьезным, продолжал Хард-Верд, — больше не контролирует ни Станцию, ни астероид А7Д5. Ключевые узлы взяты. Лифты, доки, шлюзы, нижние переходы и склады снабжения находятся под охраной передового отряда Великого Дома Джан и Вольной роты «Венец Пустоты».

Верд, балансируя на дроиде, чуть поклонился толпе, как артист дешёвого театра.

— Ваш новый лендлорд будет объявлен позже, как только Джан пришлют его. До его приезда за порядок отвечаю я и мои люди. Поэтому жечь, резать и тащить чужое больше нельзя.

Раздался разочарованный гул.

— Знаю, знаю. Многие из вас только вошли во вкус. Но новая власть любит порядок. Бывшие служащие Ратенау могут пройти проверку и вернуться к своим обязанностям. Конечно, жрецам понадобится время, чтобы восстановить работу всех систем, но обещаю вам, это будет сделано в самое ближайшее время.

Вот это толпа приняла с особым восторгом. Любое завоевание было чревато прекращением работы систем жизнеобеспечения: ведь Духи Машин не желали слушать чужих кастелянов и сенешалей. Если завоеватели подумали об этом заранее, значит, им причиталось плюс сто к предусмотрительности и карме.

Верд поднял руку, техники Вольной Роты засуетились внизу, и над мостком вспыхнула проекция: серые контейнеры, знак семьи Аттенборо, маркировки пайковых партий.

— Высокий Дом Джан, всем сердцем снисходят к нуждам вашей Станции, передаёт новому владению аварийную партию концентратов производства семьи Аттенборо. Первый груз уже разгружается. Нижние уровни получат нормы вне очереди. Детские и медицинские списки — отдельная статья.

Толпа взорвалась.

— Еда от Аттенборо⁈

— Настоящие? Когда выдача?

— Медицинские тоже⁈

Семья Аттенборо делала лучшие концентраты в системе Феррум. Это знали даже внизу, на Камне. Их пайки пахли почти настоящей едой, а вкус ни в чем не уступал настоящему гороховому пюре и пасте из криля. Одно слово — изысканный деликатес!

— Второе, — продолжал Хард-Верд, явно наслаждаясь всеобщим вниманием. — Воздух. На Станции вводится бесплатный базовый воздух. Да, вы верно все услышали. Бесплатный, с полноценным, а не техническим кислородом, воздух будет доступен бесплатно.

— А на Камне? — выкрикнул кто-то.

Верд будто того и ждал:

— На Камне начнётся развёртывание выдачи бесплатных регенераторов. И вот еще что: долги за воздух, накопившиеся при Ратенау, будут пересмотрены и аннулированы!

Гул пошёл волной.

— Врёт! — крикнул кто-то. — Не может такого быть!

— Третье, — продолжал капитан. — Работа.

На проекции сменились цифры.

— Восстановление доков, шлюзов и нижних линий начинается немедленно. Обычная смена — от пяти солидов. Аварийная — семь. Квалифицированные техники получают бонус: до двухсот. Первые сто контрактников — талоны на концентраты Аттенборо на стандартный месяц вперед!

Вокруг сразу стали обсуждать такую неслыханную щедрость.

— Вот это да! Пять за смену!

— Сначала доживи до выплаты.

— Всё равно много!

— И наконец, — улыбаясь во весь рот, провозгласил капитан, — для тех, кому мало честного труда, у нас есть труд бесчестный, но зато — намного лучше оплачиваемый.

Наёмники Венца Пустоты. все как один, гулко ударили кулаками по броне.

— Вольная рота открывает набор. Пилоты, операторы дроидов, ремонтники, штурмовики, проводники нижних уровней, специалисты по железу, — всем найдется работа. Подъёмные при принятии — пятьдесят кредов. Жалование — от ста пятидесяти за большой цикл. Доля добычи — по договору и уставу роты. Наградные за захваченные трофеи — отдельно. Медицинский пакет после испытательного срока. И да, когда рота вернётся на базу, принятые бойцы улетят вместе с ней. Возможно, особо удачливые сукины дети даже попадут на Кену!

Вот это произвело самое сильное впечатление, и толпа буквально взорвалась криками. Улететь с А7Д5 было хрустальной мечтой почти всех собравшихся. А уж Кена, терраформированная луна с отличным климатом, казалась недостижимым, волшебным раем.

— Через двое стандартных суток, — закончил Верд, — в заброшенном промышленном секторе нижних уровней вашего астероида состоится открытое испытание. Участвовать может любой местный, у кого есть машина, дрон, промышленная платформа, экзоскелет… или достаточно наглости самому выйти против других претендентов с оружием в руках!

Толпа снова зашумела, вовсю обсуждая предстоящее зрелище.

— Задача проста: победить остальных. Кто справится — получит стандартный испытательный контракт. Кто особенно впечатлит моих кондотьеров — может рассчитывать на большее. Происхождение на входе не спрашиваем!

Верд сделал многозначительную паузу и пояснил:

— Если машина тебя слушает, значит, твоя кровь лучше, чем документы. Родословную можно найти. Талант — нет.

На этих словах Сай буквально застыл.

— За такое же убивают! — прошептал он.

— Здесь за это платят — резонно возразил Вик.

Тем временем капитан наемников уже спускался с головы шагохода.

— Дом Джан принёс вам процветание и порядок. Кто хочет большего — через двое суток принесите машину, которая вас слушает. И мы посмотрим, не ошиблась ли Вселенная, записав вас в простолюдины!

Теперь толпа ревела.

— Что скажешь? — спросил Вик.

— Ты думаешь об… Атланте?

— Конечно.

— Но он же неисправен. А без майора…

— Что без майора? — вдруг вспылил Вик. — Что, мать твою, «без майора»? Сай, не надо искать причину, почему мы ничего не можем сделать. Думай над возможностями! На майоре свет клином не сошелся!

— Думаешь мы можем без него…

— Можем. Еще как можем! Смотри, погрузчик совершено исправен. Да, нужна батарея и управляющий блок. Но остальное-то рабочее!

— И что?

— Обратил внимание на того типа, Квиста? У него должно быть полным-полно разных запчастей. Уж батареи-то есть точно.

— А с какой стати он будет нам помогать?

— Договоримся. Пообещаем долю от будущего жалования. И нам хорошо, и ему- профит.

Сай задумался, нерешительно переминаясь.

— Пойдем! Найдём Квиста, — решил Вик и потащил напарника за собой.

Квист нашёлся неподалеку. На боковой площадке докового форума наёмники Венца Пустоты устроили ремонтный парк. Разбитые дроиды — и с символами Вольной Роты, и с гербами Ратенау — лежали тут рядами. С них снимали панели, батарейные кассеты, приводы, сенсоры, куски брони. Что-то варили, что-то резали, совсем безнадежные экземпляры разбирали на запчасти.

Квист стоял на колене перед раскуроченным дроидом и орал на помощника:

— Не туда ставишь, гений жопорукий! Это привод поворота, а не стабилизатора! Ещё раз накосячишь — отправлю чинить канализацию!

Дроид рядом тихо пищал. Квист врезал ему ключом по корпусу.

— А ты заткнись. Тебя, железка, не спрашивают.

Сай поморщился. Вик подошел к технику поближе и многозначительно прокашлялся.

Квист поднял голову.

— О. Лифтер и его очкарик. Что, не дышится полной грудью? Привык к регенератору?

— Нам надо бы узнать про конкурс!

— Конечно. Все местные щенки теперь хотят в герои. Хард-Верд сказал «деньги», а толпа почему-то услышала «мы бессмертные». Ладно. Чего хочешь знать про конкурс?

— Как выиграть.

Квист секунду посмотрел на него и засмеялся.

— Тебе — хотя бы не умереть до начала. Уже хорошо будет.

— Капитан Верд сказал: если машина слушает, есть шанс.

— Слушай больше! Знаешь, сколько народа туда припрется? Море!

— Можно со своей машиной?

Квист с иронией посмотрел на него.

— Можно. Что там у тебя. Тележка для мусора?

— Это же ересь. За это казнят! — тихо сказал Сайрус.

Квист повернулся к нему.

— За что?

— Если машина слушает человека без допуска. Без права.

Техник хмыкнул.

— Если ты бедный и машина тебя слушает — это ересь. А когда ты победил и нужен капитану — это талант. Потом писарь найдёт у тебя прадеда, побочную ветку знатного рода, нарисует герб с дохлой птицей и ветвистую, как рога дальнобойщика, родословную. Машина слушает — значит, кровь хорошая. А документы тебе подгонят!

— Понял? То есть им всё равно, кто ты, — перевел Вик. — Подъёмные настоящие? — снова обратился он к технику.

— Пятьдесят монет? Настоящие. Сначала, правда, вычтут за экипировку, за обучение, медстраховку и взнос в пользу инвалидов роты. Но что-то останется.

Парни переглянулись. Только что у них не было практически ничего. А тут обещали подъёмные, жалование, добычу. И корабль, который навсегда уйдет с астероида вместе с теми, кого примут.

— Вон, смотри — вдруг произнес Кавист, показывая на неторопливо приближавшегося к ним бородатого кондотьера. — Видишь того милягу? Декурион Шульц-Крендлер. У нас его зовут Крейзи Шульц. Пришел три года назад из обычной прислуги, отвечал в одном поместье за канализацию. Теперь командует инфильтраторами. Вентиляция, канализация, узкие проходы, — его специальность.

Сай побледнел.

— Кажется мы видели. Такая тварь, вылезла из трубы и прямо в спины…

— Именно! У него с полдюжины личных дронов. Набраны из чистильщиков, инспекторов труб, прочей коммунальной ерунды. Незаменимы при штурме замкнутых пространств!

— И он будет на конкурсе?

— Зачем? Он уже в Роте. Разве что из любопытства…

Вик посмотрел на Шульца, и наконец. решил спросить:

— У нас есть Атлант. Погрузчик. Стоит внизу. У него снято нейроядро. Питания нет, нужны аккумуляторы. Еще нет оружия. Но есть вариант.

Квист поднял брови.

— Атлант? Это такой жёлтый мусорный экскаватор?

— Ну да. И вот что я тебе хочу предложить. Если ты дашь нам батареи и какой-нибудь блок управления, мы могли бы…

— Нет.

Парни разочарованно переглянулись.

— Гран пардон, господа, но у меня все батареи под учётом. Про блоки я вообще молчу. Все запасные части нужны, чтобы мы ремонтировали отрядных дроидов, а не спонсировали местных доходяг. Так что, со всем уважением — нет.

— Мы можем отработать!

— Все могут. До первой поломки.

Вик хотел ответить, но Квист уже вернулся к своему дроиду.

— Конкурс через двое суток. Хочешь влезть — ищи спонсора. А мне некогда.

Парни огорченно отошли. И тут кто-то за спиной мягко рассмеялся.

— Квист, ты опять хоронишь чужие мечты до того, как они купили у нас лопату.

Совсем рядом стоял бородатый, улыбчивый здоровяк Крейзи Шульц.

— Как я понял из вашего разговора с моим другом Квистом, вы хотели вывести на арену мощного промышленного дроида? Отлично. Я в деле!

Глава 15

Квист, увидев его, скривился.

— Шульц, не начинай!

— Уже начал! — откликнулся здоровяк и добродушно рассмеялся. Техник отвернулся к своим делам, но спина его выражала недовольство.

— Ну что, рассказывайте, что там у вас за дроид? — дружелюбно продолжил бородач. — Надеюсь, не промышленный ассенизатор? А-ха-ха-хах-а!

Вик терпеливо дождался окончания раскатистого хохота. Когда надо, он мог быть терпеливым.

— Универсальный погрузочный робот серии «Атлант». Применялся на верфях. Кое-где, наверное, и сейчас при деле. Всё работает, кроме блока управления. Ну и это… батареи нет. Вот.

Крейзи Шульц понимающе поднял брови.

— Ну, батареи нет — это очень плохо, парни. Там батарея может стоить, как пол-дроида. Какие параметры нужны?

Вик поднял глаза к утопающему в высоте потолку, туда, где висел огромный корпус недостроенного крейсера, пытаясь вспомнить маркировки. Но Сайрус опередил его.

— Надо батарею уровня 5-Зет, на 1200 вольт, и не менее пяти тысяч киловатт-часов! — торопливо выпалил он.

Бородаты наемник, усе еще улыбаясь, покачал головой.

— Богато живешь, мелюзга! Такого у меня нет. Но ничего, пойдем, посмотрим, что отыщется в закромах у дядюшки Шульца! Да, и вот что. Вам потребуется тележка, чтобы допереть такой аккумулятор до места. Эй, Квист! Не снабдишь колесами будущих коллег?

Не оборачиваясь, техник ткнул ключом куда-то в стону:

— Там возьмите.

Шульц свистнул, и к нему подъехала сильно побитая жизнью электротележка.

— Спасибо, Квисси, ты настоящий боевой товарищ! Пойдемте, парни. Посмотрим, что можно вам подобрать!

И толстый наемник зашагал в сторону, где кучковались его членистоногие убийцы.

— Какие условия? — тут же, на ходу, нетерпеливо начал выяснять Вик. — Мы можем договориться на выплату доли в окладе…

Но Шульц беззаботно махнул огромной окорокообразной ладонью.

— Да брось ты! У меня хорошая новость: сегодня я в самом добром расположении духа. Считайте, что вам повезло! Так, давайте посмотрим, что у нас тут…

Покопавшись среди своих вещей, Шульц, не переставая весело балагурить, достал одну за другой шесть разнокалиберных батарейных кассет. Иные из них были обгоревшие, помятые, вздувшиеся, с разной маркировкой.

— Ну, вот, чем богат, пацаны! Добывал где как, и трофеи, и мои, запасные, для дроидов. Номинально — около трёх сотен киловатт-часов. По жизни — хрен его знает сколько. Шина даст киловольт с хвостом, если не вспухнет от обиды. Для нормального штурма мало. Но бои на арене быстротечны, вам хватит. Так что — удачи, коллеги! Да, и вот еще что…

Покопавшись в вещах, Шульц достал маленький управляющий нейроблок — узкий, маленький, в подметки не годившийся нейроядру майора.

— А это мозжечок одного моего членистоногого. Не ахти что, но умеет командовать приводами! И планшет, чтобы вам найти с ним общий язык.

— Цена? — снова спросил Вик.

Шульц улыбнулся.

— Да не нужно мне ваше жалование. Просто, когда пройдёте отбор — вспомните, кто вас выручил с батарейками. И первую приличную добычу покажете мне раньше Клегга.

Парни даже не стали выяснять, кто такой этот Клегг.

— Бой будет на шестом уровне, — напутствовал Шульц. — Приходите сразу туда! Меня всегда найдете — кого угодно спросите среди ротных, меня все знают.

Парни, повеселев, зашагали в сторону космолифта.

Отойдя в сторону, Сай сразу же посмотрел на индикаторы батарей и разъёмы.

— Хреново, Вик. Живого ресурса тут половина, а может, и меньше. Под нагрузкой — еще просядет. К тому же придется собирать все в одну батарею и как-то впихивать в корпус!

— А никто и не обещал, что будет легко. Ладно, пойдем. На месте разберемся!

— Каким образом?

— Соберём силовую шину примерно на тысячу сто вольт. Все будет тип-топ, если не поплывёт балансировка. Не густо, конечно, для нашего Атланта — как белковая паста для Левиафана. Но на несколько схваток хватит.

Сай покачал головой.

— Это, Вик, смотря что делать. Просто стоять и шевелить манипуляторами — минут на двадцать можно рассчитывать. Идти, поворачивать, поднимать грузы, работать — десять-пятнадцать. Рывки, резкие ускорения — еще меньше. Пиковые нагрузки могут съесть уйму энергии. Одна перегрузка — и батареи уйдут в просадку.

— Ну, знаешь, у нас особого выбора-то не было.

— Слушай, Вик, странно все это. Мужик дал нам ни за грош свои батареи. А ведь их запросто может повредить на поединке! Или вообще, вот возьмем их, и смоемся… А, Вик? Что думаешь?

— Думаю, ты не только очкарик, но и параноик. Ну, куда мы тут сбежим, с астероида? Крейзи Шульц всегда нас найдет. Тем более, ты видел его сороконожек? Везде пролезут!

К удивлению парней, раскуроченный космолифт оказался почти пуст: народ ехал с астероида на Станцию, а не обратно. До мусорных полей они добрались мокрые, усталые, но счастливые. Главное, что тележка с батареями доехала. В их положении даже такая мелочь казалась крупной победой.

Атлант все так же стоял среди серого хлама. Парни скинули защитную панель, и началась работа. Основную роль играл Сайрус, успевший неплохо изучить электрооборудование Атланта, пока прилаживал ему мачту и кабели.

Как и ожидалось, кассеты никак не подходили. Одна была от какого-то грузчика, вторая — от тягача. Третья, похоже, пережила пожар. Еще три предназначались для юрких канализационных дроидов Шульца. Сай ругался, подгонял переходники, собирал силовую схему на внешней раме. Вик держал кассеты, затягивал хомуты, лез на корпус, срывался, снова лез.

Через десять минут стало ясно: голыми руками они ничего не сделают. Хомуты не тянулись, клеммы не садились. Так и до замыкания недалеко.

— Нам нужен нормальный обжим, — сказал Сай. — Изолированный вороток, тестер силовой шины. И хотя бы один набор клемм.

— В капсуле все было!

— Капсула сейчас недоступна. Сам же знаешь. Чего про нее вспоминать!

Вик посмотрел на Атланта, потом — на батареи.

— В нише у шлюза что-то оставалось. Когда мы его прятали.

— Если его оттуда еще не сперли!

— Вот и проверишь.

Сай поднял голову.

— А ты?

— Я пойду в мастерскую Эгона.

Сай побледнел.

— Там же могут быть Крысы!

— Поэтому ты туда и не идёшь.

— Вик…

— Иди к нише. Тащи всё, что похоже на инструмент.

Сай хотел было поспорить, и не стал. Только поправил очки и сказал:

— Если тебя убьёт, я один не справлюсь.

— Да ладно, нет там никого. Разве что труп той девки с малиновой челкой.

Сай нахмурился и отвернулся.

До мастерской Вик добрался через четверть часа.

Дверь была приоткрыта. Это ему сразу не понравилось.

Прежде чем войти, Вик проверил свои ловушки. Сначала осмотрел пол у порога. Электропровод, подключенный к пластине у входа, лежал там же, где он его оставил, но питания не было. Взведенный арбалет у входа тоже куда-то делся, растяжки с самодельной взрывчаткой — тоже.

Осторожно оглянувшись, он боком пролез внутрь.

Мастерская выглядела здорово разорённой: ящики раскрыты, стеллажи перекошены. Но было ли это следами грабежа, или они с Саем сами оставили все в таком виде, Вик уже не помнил. Стиснув зубы, парень заглянул в подсобку, ожидая увидеть разлагающийся труп. Но там тоже было пусто.

Ладно, все загадки — потом. Сейчас нужны клещи и хорошая рама для батарей.

Он бросился торопливо рыться в ящиках. Вскоре нашёл экстрактор, силовой обжим, пачку клемм, набор ключей, тестер, пару хомутов, и моток термоленты.

Мало. Но это уже много лучше, чем просто голые руки.

Потянулся к следующему ящику — и услышал тихий свист.

Это точно не вентиляция!

Вика как кипятком ошпарило. Стремительно вскочив, он бросился к выходу.

Сзади вспыхнула ослепительно-белая вспышка.

ТРРАХ!!! Горячая волна толкнула в спину, в уши словно гвозди забили.

Упав, он прокатился по полу и врезался в стену. Несколько секунд мир был только пылью и звоном, сверху сыпались мелкие осколки. Мастерской Эгона больше не было.

Не сразу поднявшись, Вик осмотрелся по сторонам.

Ящик уцелел. Правда, клеммы рассыпались, один из ключей куда-то исчез, а тестер треснул. Но это все еще было много больше, чем две голые руки.

Когда он вернулся к Атланту, Сай уже сидел у батарей с целой кучей железа.

— Ну что, всё нашел?

Сай уставился на его обожжённые волосы.

— Ты пахнешь, как паленая дичь!

— Это не ответ на мой вопрос!

— Нашел. Всё пока на месте. Еще не заметили и не сперли. Почти все, что надо, я принес, не нашел только тестер и экстрактор…

— Хорошо. Вот, как раз, держи!

Сай посмотрел на ящик.

— Что в мастерской?

— Её больше нет с нами.

Сай на секунду закрыл глаза.

— Взорвалась… А что с той девчонкой?

— Не знаю. Возможно, ее унесли Крысы. И то, что случилось — горячий воздушный поцелуй от Барона. Ладно, не бери в голову, давай уже работать!

Кассеты легли криво, но держались. Сверху — две старые бронепластины, больше от удачи, чем от защиты. Потом Сай подключил малый нейроблок Шульца к сервисному входу.

Устройство для такой машины было до смешного мелким. Как паучий мозг, которому предложили покомандовать слоном.

— Каналов мало, — сказал Сай. — Он рассчитан на лапы, не на промышленную платформу. Будет грубое управление: шаг, поворот, стоп, манипулятор. Сенсоры почти слепые.

— Но в целом — пойдёт?

— Разве что «в целом»

Сай замкнул последний контакт.

Сначала ничего.

Потом сухо щёлкнуло реле, корпус Атланта дрогнул.

Где-то внутри проснулся привод, на панели вспыхнул один индикатор, второй…. Потом сразу пять, причем два из них — красным.

— Это плохо? — спросил Вик.

— Сейчас узнаем.

Сай ввёл первую команду. Атлант стоял.

— Ну?

Сайрус повторил команду. Атлант шагнул, но как-то слишком резко и широко. Нога с грохотом вмяла старый контейнер. Корпус повело в сторону. Машина на миг зависла, будто раздумывая, упасть, или нет.

— Стой! — заорал Сай, и Атлант остановился.

Следующие пять минут парни выясняли, насколько все плохо с энергетикой.

— Один шаг и два движения — минус ноль четыре процента доступного заряда. Перегрев нам обеспечен. Баланс плавает. В бою у него будет в лучшем случае двенадцать минут. Если очень осторожно — пятнадцать.

— Значит, надо выиграть за двенадцать. Или он красиво встанет посреди арены.

Не без труда они дошли до нужного сектора на шестом уровне астероида. Дорога к арене заняла больше времени, чем ремонт.

Надсадно шумя, Атлант передвигался дергаными рывками. Сначала он ставил ногу, потом будто вспоминал, куда и зачем он на самом деле идет. Корпус шатался из стороны в сторону, сенсоры ловили стену, пол, потолок, свои же манипуляторы. Сай шёл сбоку с планшетом Шульца и всё время командовал:

— Медленнее. Стоп. Поворот на три градуса. Не десять, жёлтая скотина. Три!

Вик держался впереди и следил, чтобы никто не попался желтому неадеквату под ноги.

На нижних переходах люди останавливались. Кто-то смеялся, кто-то молился, вознося хвалу Святому Духу Машин.

У поста Венца Пустоты наёмник поднял руку.

— Это что?

— Участник конкурса, — сказал Вик. — Идем к арене, на шестой уровень!

Наёмник с сомнением посмотрел на Атланта.

— Он до арены-то дойдёт?

Атлант в этот момент качнулся и врезался плечом в стену. Посыпалась пыль.

— Не обращайте внимание, он просто учится, — сказал Вик. Наёмник фыркнул и махнул рукой, пропуская их.

У арены их встретил деловой шум. Здесь уже собирались люди, пара бульдозеров расчищали площадку, несколько монтажных дроидов быстро собирали простенькие низкие трибуны. Какие-то запчасти тащили на тележках, люди в экзоскелетах проверяли приводы. Кто-то приваривал щит к грузчику, кто-то — ругался с судьёй-дроном. В общем, все были при деле и занятые, как черти

Первым делом они пошли к регистрационной стойке. Сай сунул дрону заявку.

— Платформа «Атлант». Команда: Виктор Варден и Сайрус… без фамилии. Промышленный класс. Нештатное питание. Ограниченное управление.

Дрон мигнул.

— Принято. Предстартовый сектор: под трибунами. Выход по вызову.

Парни вздохнули с облегчением: хотя бы, их записали.

Соревнования должны были начаться с завтрашнего утра. Теперь перед парнями встал вопрос, какое оружие они смогут себе позволить.

— Может, поищем плазменные карабины? — предложил было Сай. — Наверняка где-нибудь еще валяются трофейные или бесхозные стволы!

— Вряд ли найдем, все уже растащили!

— Значит, обойдемся без них. Смотри, я взял плазморез!

Действительно, Сай притащил один из плазменных резаков, оставленных в контейнере.

— Слабовато, но, ладно, ставим!

На правом манипуляторе криво, но надёжно закрепили ударный гидромолот. Сай ограничил амплитуду, чтобы Атлант не развернул сам себя первым же ударом. На левый манипулятор поставили резак, взятый когда-то из мастерской Эгона. Слабый, короткий, — больше инструмент, чем оружие. Но Вик всё равно смотрел на него с уважением.

— Если подойти близко, — сказал он, — сгодится.

— Если Атланта подпустят близко, — поправил Сай, — значит, у противника тоже проблемы. Если с нашим погрузчиком кто-то сойдется в рукопашную — от него пятна не останется. Главное — чтобы хватило энергии!

Ночь они провели под трибунами. Сверху гремели шаги, таскали железо, что-то орали рабочие. Снизу тянуло холодом от технических люков. Сай сидел у ноги машины и не выпускал планшет.

— Заряд после дороги — сто одиннадцать киловатт-часов доступно. Хорошо бы сто сорок.

— Хорошо бы родиться богатым. Попробуй найти свободную фазу, может и выйдет подзарядиться.

Пока Сай искал подключение, Вик проверил крепёж ударника. Потом резак. Потом батареи. Потом снова ударник. Слишком многое зависело от исправности оборудования. Уж если управление хреновое и батарея — дерьмо-дерьмом, то хотя бы со всем остальным не должно быть проблем.

Прибежал Сай, довольный, как удав, схарчивший кролика.

— Вик, я договорился! Сейчас отведем Атланта чуть в сторону, и поставим на подзарядку!

— Да? А с кем договорился-то?

— Да с Шульцем же! Он тут неподалеку держит своих каракатиц. Говорит, приводи шагоход, у меня подключение есть!

— Ну, хорошо. Отведи! — согласился Вик.

Но противный червячок сомнения точил его до утра.

Утром арена проснулась очень рано.

Сверху загрохотали фермы. Техники окружили боевую площадку прозрачными пластиковыми щитами и включили у ограждений силовые поля. Судейский дрон провёл над площадкой тусклый луч и металлическим голосом объявил проверку сектора. Сай вздрогнул и проснулся.

— Мы проспали?

— Нет, — сказал Вик. — Еще не начинали.

Сай первым делом проверил планшет.

— Заряд — сто девяносто восемь киловатт-часов доступно. Не так уж и плохо, Вик!

— Надеюсь, у остальных батареи еще слабее

Трибуны между тем уже заполнялись людьми. Одну из трибун полностью заняли наемники Вольной Роты. Уверенные в себе, хорошо одетые мужики и несколько женщин вальяжно развалились на скамейках, и, перегнувшись через спинки, нетороплив обменивались мнениями, осматривая претендентов. На арену уже выводили первых.

Не дроидов. Людей.

Под рев толпы друг против друга вышли двое рабочих в старых экзоскелетах. У одного был грузовой обвес: широкие плечи, захваты, сварной щит на левой руке. У второго — ремонтный, лёгкий, с двумя манипуляторами и плазморезом на локте.

— Почему не машины? — удивленно спросил Сай.

Вик кивнул на площадку, где собирались претенденты.

— Потому что код доступа к машине, даже к самой примитивной, есть далеко не у всех. А экзоскелет имеется у многих.

Прозвенел гонг, и грузовой сразу пошёл в атаку.

Ремонтный прыгнул вбок, резанул по щиту, получил захватом в грудь и отлетел к полю. Поле мигнуло. Толпа взвыла. Человек внутри экзоскелета поднялся не сразу, зато поднялся. Второй раз он уже не прыгал. Поднырнул под захват, ударил резаком в привод колена.

Грузовой экзоскелет тут же сел на одну ногу. Поняв, что проиграл, его пилот поднял руки.

В первой схватке победил не сильнейший, а тот, кто нашёл шарнир.

— Видишь? — кивнул Вик на арену.

— Вижу. Бить по суставам.

— Искать слабое место, дубина! И не всегда это сустав.

Следом выпустили девушку в узком монтажном костюме против мужика в тяжёлой складской раме. Девчонка дала жару: ловко уходила от ударов, цепляла карабины, дёргала тросы, заставляла здоровяка разворачиваться. Тот бесился, в бессильной злобе лупил по полу, рвал покрытие. Горячность не довела его до добра: девчонка смогла захватить его сзади графеновым тросом за ногу. Тот рухнул так, что трибуны подпрыгнули.

Вик, наблюдавший за поединком у ограждения, мрачно сказал:

— Вот, смотри, Сай: Даже перевес в массе и мощности ничего не гарантирует. Ты наблюдаешь за боями?

Сайрус удивился.

— У нас же не экзоскелет, Вик!

— А драться предстоит и с ними тоже!

Третий бой прошел на ура.

Старый грузчик в усиленном экзоскелете действовал против низкой колёсной платформы с клешнями. Вот она уже была машиной, но рядом с ней стоял оператор с пультом и двумя помощниками. Толпа сразу зашумела, предвкушая быстрый успех. Доступ к управляемой платформе был не у каждого. Тут уже пахло деньгами и дворянским происхождением.

Платформа пошла на грузчика, пытаясь придавить его колёсами к ограждению. Но кряжистый мужик в экзоскелете не стал ждать. Уперевшись одним манипулятором в пол, он взмыл в воздух, навалился на машину сверху, прижал клешни к полу и бил сверху, пока привод машины не задымил.

— Грубо, зато душевно — заметил Вик. На трибуне Вольной Роты впервые раздались одобрительные хлопки.

Судейский дрон объявил победу. Имя победителя утонуло в рёве.

После пятого боя Сай пошел проверять, когда настанет их очередь.

Вернулся он бледный, и слишком быстро.

— Нас нет в итоговом списке.

— В смысле?

— В смысле, Атлант должен быть в перечне на первый круг. А его там нет.

Не помня себя, они побежали под трибуны. Сверху гудела толпа. Кто-то победил, кто-то орал от боли, судейский дрон объявлял следующий выход.

Атлант нашёлся за боковой фермой. Он по-прежнему стоял среди машин Шульца. Вокруг ползали разнокалиберные сороконожки. Одна сидела прямо на бронепластине батарейного блока и чистила резак, как кошка лапу.

Вик остановился, чуя неладное.

— Атлант!

Машина не повернулась, даже не дёрнулась. Сай пытался вызвать шагоход мануально, набирая команды пальцами.

— Не проходит!

— Ещё раз!

— Думаешь, я не пытался? Третий раз нажимаю!

Вик бросился к Атланту. Сороконожка, шелестя крохотными, но тут же спрыгнула с батарейного блока вниз и встала перед ним, поднявшись на дыбы. Вспыхнул огонек плазменного резака, в лицо Вика уставился спаренный ствол плазмогана.

Несколько мгновений парень смотрел в жерло смерти. Затем отступил.

Потрясенный Сай смотрел, как он возвращается к трибуне.

— Ты понял, что случилось? — мертвым голосом спросил у него Вик, взглядом выискивая на трибуне Крези Шульца. Тот сидел вместе со своими, на отдельной служебной трибуне Вольной Роты, за прозрачным щитом, под охраной бойцов в тяжёлых экзоскелетах. Бородатый, широкий, свежий, он увлеченно чего-то рассказывал другому офицеру, то и дело покатываясь со смеху. Видно, травил анекдоты.

— Он нас развел, Сай. Кинул подачку — батареи, блок управления. И мы, как последние дебилы, вставили его нейроядро в нашего дроида. А блок слушает Шульца!

Сай слушал с видом, будто ему вогнали в живот кусок арматуры.

— У нас же его планшет?

— Наверное, Сай, он отдал тебе не последнюю свою деку. Главное — не планшет, он может быть любой. Самое важное — блок управления. Мы подключили к Атлантуего киберблок. И сами привязали Атланта к его поводку!

С арены донёсся удар. Пол дрогнул. Толпа взвыла. Судейский дрон объявил новую пару.

До промышленных платформ оставалось совсем немного.

— Но зачем? — вновь не понял Сай. — Он же не будет участвовать в соревнованиях?

Сузив глаза, Вик наблюдал за трибунами Роты. Там Шульц вновь что-то говорил своему соседу. Тот засмеялся.

— А ему и не надо. Мы просто привели ему нового дроида. Сами подремонтировали, сами прилепили батарею. А уж он найдет, куда его применить!

Сай сидел, медленно осознавая случившееся. Затем вновь принялся ковыряться в планшете.

— Я могу послать команду на диагностику. Но приводы недоступны.

— Можешь взломать?

— Чем? Зубами?

С арены ударил гонг.

Следующая пара вышла под вой толпы: парень в шахтерском экзоскелете против женщины в раме непонятного происхождения. У женщины вместо щита была приварена дверь от контейнера. Парень держал тяжеленный бур. Они столкнулись так, что поле на ограждении вспыхнуло.

Толпа взревела. Шульц даже не обернулся.

— Получается? — в волнении спросил Вик.

— Нет.

На арене бур вошёл в контейнерную дверь, завизжал, закусил металл. Женщина в грузовой раме не стала вырываться. Вместо этого она всей массой навалилась сверху, прижала бур к полу и ударила коленом в привод чужого экзоскелета. Парень рухнул. Толпа орала, пока он пытался подняться.

Судейский дрон объявил победу женщины. Следом зажглась новая строка на табло.

Промышленные платформы.

Сай посмотрел на строку и побелел.

— Нас скоро вызовут.

— Не нас, — с горечью произнес Вик. — Уже не нас.

И в этот момент рядом прозвучал странно — знакомый голос:

— Что, ржавень. Проблемы?

Вик обернулся.

У края предстартовой зоны стояла изящная фигура девушки с малиновыми волосами. Совершенно спокойно она опиралась на перила, изящно и кокетливо отставив ногу в латексе.

И никаких следов ранений.

Слегла улыбнувшись, Эль подняла на уровень лица небольшой предмет. Внутри лежал серый нейроблок с маркировкой, от которой Сай застонал, а у Вика пересохло во рту.

— Мальчики! Вы не это ищите?

Глава 16

Довольная произведенным эффектом, Эль покрутила нейроблок на ладони.

— Так что молчим? Вы ведь искали того, кто умеет говорить с вашим Жёлтым Дьяволом?

Сай побелел.

— Ты жива?

А Вик во все глаза смотрел на блок. Он узнал бы его из миллиона. Несомненно, это был он. Майор космодесанта Хорнет.

— Так это ты его сняла?

Прозвучало невежливо, но Эль ничуть не обиделась — наоборот, улыбнулась, будто ее похвалили.

— Ну конечно. После того как сняла твои ловушки, ржавень. И переставила одну из них. Просто вы так громко болтали о своих планах…

Сай стоял с приоткрытым ртом, Вик лихорадочно соображал. Похоже, эта девка тогда притворялась и все прекрасно слышала. Это многое объясняет.

Многое, но не все.

— Он целый? — спросил Вик. — Не стёрт?

— Проверь.

— Чем?

Брови девчонки иронично дрогнули.

— Что, растеряли все свое барахло? Так всегда бывает, когда пытаешься убить бедную, беззащитную девушку. Ну да ладно…

Скользнув рукой к поясу, Эль достала тонкий планшет.

— Проверь, ржавень.

Сай, наконец, отвис и включился в разговор.

— Он потянет нейроядро?

— Ну, поговорить-то ты с ним всяко сможешь, очкарик. Странный у вас нейроблок…

На арене вновь что-то бухнуло. Зрители дружно заорали.

Трясущимися руками Сай подключил планшет. Выскочил виртуальный монитор, мигнул зеленоватым светом, пикнул, показал рваную диагностику. Затем из динамика пошёл хрип, треск и голос.

— Снова знакомые лица. Невероятно рад вас видеть, юные джентльмены!

Вик почувствовал, как внутри что-то сорвалось и тут же встало на место. Сай проглотил подступивший к горлу комок.

— Майор…— Ты цел?

— Да. Но крайне оскорблён. Больше не сажайте меня на поводок! С самого начала это была глупейшая идея. Неудивительно, что мой носитель так быстро и легко деактивировали.

Сай вдруг улыбнулся. Криво, устало.

— Это точно он.

— Конечно, это я, мистер Сай. У вас всё ещё манера радоваться катастрофам как найденной запчасти.

На арене ударил гонг. Толпа взвыла.

Вик опомнился и быстро заговорил, вводя майора в курс дела.

— Слушай, Атлант уплыл к одному хмырю. Зовут Шульц. Мы поставили в него его блок. Теперь он слушается его. А мы заявили погрузчик на бой претендентов. Скоро наш выход на арену. Если мы не вернём управление, — всё кончено!

Пока он говорил, подвижное лицо Эль выразило весь спектр эмоций: насмешку, гнев, иронию, снова гнев, презрение, удивление и, под конец — хищную мстительность.

— Ну что сказать, парни. Крайне неосмотрительно с вашей стороны! — заявил майор. — Вот если бы вы слушались моих рекомендаций, а еще лучше — передали командование операцией в мои руки…

— Хва базлать, у тебя и рук-то нет. Срочно думаем, что делать! Скоро наш выход, а мы…

— А вы, я смотрю, облажались по полной. Похоже, я поставила не на тех! — с сожалением произнесла девушка, поворачиваясь туда, где в окружении сороконожек, возвышался желтый покоцаный корпус.

Парни угрюмо молчали. Окинув дроидов Шульца долгим взглядом, Эль демонстративно вздохнула.

— Ладно, помогу. Сегодня я такая сентиментальная…. А потом вы поможете мне.

— Поможемс чем ? — с подозрением спросил Вик.

— Кое с кем разобраться.

— С кем?

— Потом расскажу.

— Сейчас!

Эль вновь ехидно улыбнулась.

— Сейчас у тебя нет Атланта.

Вик сжал зубы.

— Если это не самоубийство и не война против Вольной Роты — считай, что мы договорились.

— Ещё бы ты стал торговаться! Есть экстрактор?

— Что?

— Экстрактор. В прошлый раз я с вашим гнездом ужас как намучилась. Даже ноготь сломала!

Сай сразу полез в сумку.

— Что ты собираешься делать? — мрачно спросил Вик.

— То, что вы в жизни не сумеете.

И, взяв узкое жало экстрактора, она развернулась и грациозно сбежала вниз.

Сайрус посмотрел ей вслед.

— Думаешь, ей можно верить?

Вик посмотрел на планшет, где ещё мигала слабая линия связи с Хорнетом.

— Нет.

Снизу донёсся новый рев арены.

— Просто уже поздно чего-то выбирать. Где она? Ты видишь ее?

Сай торопливо шарил взглядом по нижним проходам.

— Не вижу.

Вик выругался.

На арене в это время заканчивали очередной бой. Человек в тяжёлом экзоскелете стоял на одном колене, второй жег его вспышками плазменного резака. Толпа орала, что-то советовала, делала ставки.

Судейский дрон отсчитывал:

— Победа через удержание. Три. Два…

— Смотри! Смотри, Вик! Вон она! — просияв, вдруг выкрикнул Сай.

Подняв глаза, Вик не сразу увидел, как на потолочной ферме, среди кабелей и старых световых рам, мелькнула тонкая фигура. Эль уже была там. Тонкой чёрной линией вниз ушёл трос.

— Она что, совсем больная? Так же разбиться можно!

Вик не ответил. Он смотрел на крохотную хрупкую девушку, непринужденно карабкавшуюся в невообразимой высоте подземного свода, и чувствовал, как невольно сжимается сердце.

Примерившись, Эль стремительно скользнула вниз по тросу. Возле самой палубы она затормозилась и ловко запрыгнула прямо на корпус Атланта. Сороконожки Шульца не обратили на нее никакого внимания: похоже, сверху они никого не ждали.

Девчонка, быстро оглянувшись вокруг, грациозно присела и начала копаться экстрактором в разъеме управляющего отсека. Вик тревожно оглянулся на трибуну Вольной Роты. Шульц, перегнувшись через перила, оживленно болтал с жилистым стариком с манипулятором вместо руки. Он явно не догадывался ни о чем. Техник Квист стоял рядом, чуть сбоку, и смотрел на арену с лицом человека, видевшего все это уже сотни раз.

Тем временем Эль вставила экстрактор в паз. Блеснула вспышка. Сай впился в планшет.

— Диагностика дрогнула.

— Это плохо?

— Она его вытащила!

Эль действительно выдернула из гнезда маленький блок Шульца. Вик вдруг перестал слышать толпу. Нейроблок майора вошёл в гнездо.

Секунда. Вторая. Атлант стоял неподвижно…

Потом жёлтый корпус дрогнул.

Сай поднял на него сияюящие глаза:

— Пошла телеметрия! Он…

Одна сороконожка внизу подняла сенсоры. Секунду, будто не веря, вглядывалась в фигуру Эль, затем стремительно метнулась вверх по ноге Атланта, цепляясь лапами за броню.

Поздно.

Эль откатилась от гнезда, ударила её каблуком в бок. Сороконожка сорвалась, но успела вцепиться в кромку панели.

И тут манипулятор Атланта ожил, схватил шустрого дроида мощным зажимом и разорвал пополам. Обломки пластика и оторванные лапки посыпались вниз, половинки корпуса рухнули следом, бешено изгибаясь и щёлкая жвалами в пустоте.

Толпа рядом с боковой фермой взвыла от восторга, ещё не понимая, что видит.

Вторая сороконожка бросилась к ногам гиганта. Атлант просто наступил на нее, с хрустом раздавив.Третья смогла залезть по спине до середины, но манипулятор ударил сбоку и отбросил её далеко в нерасчищенные кучи мусора.

На трибуне Шульц наконец посмотрел в планшет.

Сначала на сияющем улыбкой бородатом лице проскользнуло изумление.

Потом он поднял голову. В это время Атлант уже повернул к воротам арены

На корпусе, держась за выступ, сидела Эль с растрепанными малиновыми волосами. Стоило Атланту подойти к трибунам, она соскочила вниз и исчезла в толпе.

Судейский дрон завис над площадкой, объявляя очередных участников.

— Сай! — рявкнул он. — К дрону! Регистрацию восстанови!

— Что?

— Беги!

Сай сорвался с места так резко, что едва не врезался в ограждение. Проскочил между двумя техниками, налетел плечом на чей-то ящик и едва затормозил у судейского дрона, зависшего у бокового поста.

— Наша заявка! — горячо выпалил парень. — «Атлант», промышленный класс, операторская группа Виктор Варден и Сайрус. Мы уже регистрировались. Но нас сейчас нет в списке. Подтверди регистрацию!

Дрон повернул к нему плоский сенсор.

— Участник не подтвердил физическое наличие платформы перед распределением первого раунда.

— Потому что её украли!

— Причина отсутствия платформы не входит в компетенцию судейского контура.

— Она сейчас здесь!

Дрон медленно повернулся к воротам, у которых возвышалась откровенно огромная туша Атланта. Помолчал и сварливо произнес:

— Платформа визуально подтверждена. Класс соответствует заявке. Регистрация восстановлена, участники Виктор и Сайрус возвращёны в текущую категорию.

Парень с радости чуть не сел прямо на палубу.

— Спасибо!

— Благодарность не требуется. Требуется четкое следование регламенту и своевременное предъявление платформы!

Затем дроид взлетел над трибунами, и над ареной разнеслось многократно повторяемое эхом:

— Категория: промышленные платформы. Участник «Атлант».

Ворота раскрылись и майор в теле мощного дроида вступил под тысячи взглядов толпы. Крейзи Шульц с изменившимся лицом встал на трибуне, будто до сих пор не верил происходящему.

Сай торопливо взбежал на трибуну, сел на свободное место сбоку. Вик подбежал к нему, и парни уткнулись в экран планшета, где дрожали строки диагностики.

— Видишь?

— Вижу. Управление штатное. Реакция приводов нормальная. Задержка ушла почти вся. Но батареи…

Вик не договорил. С батареями была беда.

А в противоположные ворота уже протискивался противник — нечто низкое, широкое и крайне злое.

Судейский дрон на всю арену провозгласил:

— Промышленная платформа «Скорпион». Управляемый класс. Оператор Маркус Ценн —допущен.

Вик во все глаза смотрел на из врага. Скорпион нельзя было назвать дроидом: судя по всему, это была какая-то лютая самоделка, натуральный Франкенштейн мира машин. Старый манипулятор стащили с места, приделали лапы, колеса и броню. За бронекожухом в маленькой кабине сидел оператор. Руки на джойстиках, голова — в закрытом шлеме.

— Экий перевёртыш, — сказал кто-то рядом с Виком. — Когда-то такие в доках, для строительства кораблей применяли!

— Мощная штука. Клевцом ему батареи снимет, — ответил другой. — Жёлтому конец.

Вик услышал и сразу возненавидел противника.

Гонг.

Скорпион не пошёл в лоб. Взревев, он с пробуксовкой рванул с места, по широкой дуге огибая Атланта. Затем, пустив в дело лапы, резко остановился и нанес стремительный удар в правый бок Атланта, туда, где под разномастными плитами сидели батарейные кассеты.

Удар был неотвратим, но Хорнет шагнул вперед, одновременно подставляя манипулятор. Титан звучно ударил по титану, Атлант содрогнулся, но устоял.

Скорпион тут же с пробуксовкой отъехал в сторону, раскачивая жалом хвостового манипулятора. Вик рассмотрел там мощный крюк, — видно, его-то и называли «клевец», а также газовый резак и лазер.

Скорпион вновь бросился в атаку, нанося хлесткий боковой удар. Раздался мощный вибрирующий звон; Атлант содрогнулся, с корпуса во все стороны полетела пыль. Клевец скользнул по бронепластине, сорвал край крепления и вскрыл чёрную щель под батарейным кожухом. Терморез чиркнул рядом, не достал жилу, но на металле остался глубокий шрам.

Планшет Сая мигнул красным.

— Просадка по силовой шине! Было тысяча семьдесят, стало восемьсот сорок под нагрузкой. Третья кассета ушла в защиту. Температура на четвёртой растёт. Если шина отрубит ещё одну, — он встанет!

Вик смотрел на Атланта.

— Сколько у него времени?

— Не во времени дело. Сила тока! Любой рывок выше мегаватта — и сработает термозащита.

Скорпион снова стал заходить сбоку. Оператор машины понял слабое место Атланта: высокий габарит делал его уязвимым к фланговым атакам.

Хорнет повёл Атланта назад и чуть вправо, к разбитому участку пола, где прошлый участник оставил трещину в настиле, а из пола сломанной костью торчал кусок фермы.

Зрители за спиной зашумели.

— Жёлтый пятится.

— Сейчас его вскроют!

Сай застонал:

— Ну зачем, майор! Зачем!

Но Вик увидел другое. Атлант оставлял Скорпиону слишком удобный и заманчивый путь.

Оператор купился. Скорпион ускорился, из-под визжащих колес пошел дым. Клевец бешено раскачивался туда-сюда, так что весь зад Скорпиона заносило то вправо, то влево. Он рванул вперед, жало поднялось для удара…

И тут Атлант стремительно и почти изящно, перекатом, ушел в сторону и, развернувшись, ухватился одним манипулятором за торчащую из палубы ферму, другим — зацепил лапу Скорпиона.

— БАМММС!

Над ареной пронесся звук, будто лопнул гигантский стальной канат. Скорпион, только что несшийся в атаку на всех парах, мгновенно остановился, подлетев в воздух. Трибуны ответили бешеным восторженным ревом.

— Давай, Желтый! — заорал кто-то рядом. — Оторви ему нахрен лапы!

Оператор Скорпиона был хорош. Не став паниковать, он дал задний ход, попытался выровнять корпус, рванул манипулятором. Клевец вскользь ударил Атланта по левому борту.

Жёлтый корпус качнулся.

— Температура! Пятая кассета на грани. Хорнет, ещё один такой рывок — защита снимет питание с приводов! — зашипел Сай.

— Смотри и учись, очкарик! — донесся из планшета уверенный голос Хорнета.

Не дав скорпиону съехать с темы, Атлант сгруппировался и поддел противника под днище. С жутким скрежетом гидроударник пошёл под Скорпиона, манипулятор схватил внешнюю лапу. Рывок — и Хорнет сделал, казалось бы, невозможное: он перевернул врага на спину.

Лапы Скорпиона замелькали в воздухе, колёса бешено крутанули воздух. Клевец беспорядочно наносил удары, выбивая снопы искр. Терморез полоснул собственный кожух.

Толпа взвыла.

У Скорпиона еще был шанс отыграться. Оператор, каким-то чудом уцелевший в тесной сплющенной кабинке, попытался оттолкнуться хвостом от земли, чтобы перевернуться обратно. Но Атлант не дал ему такой возможности.

Погрузчик навалился на Скорпиона, гидроударник завис у кабины оператора, плазменный резак впился в первое сочленение хвостового манипулятора. Вспыхнуло ярко-зеленое пламя, полетели искры — майор перерезал основные графеновые тяги.

Судейский дрон завис ниже.

— Оператор платформы «Скорпион». Состояние?

Пауза длилась слишком долго. Потом на бронекожухе мигнул белый сигнал сдачи.

— Победа платформы «Атлант», — объявил дрон. — Противник обездвижен. Оператору требуется помощь.

Сай в изнеможении откинулся на спинку трибуны.

— Заряд ниже аварийного резерва. Температура четвёртой и пятой батарей за пределом. Ещё минута активного боя — и он бы встал.

Вик не ответил. Он смотрел на Атланта.

Жёлтая машина стояла над поверженным Скорпионом, — тяжёлая, дымящаяся, почти пустая по энергии. Но это была победа.

— До ворот дойдёт?

— Должен.

Тут ожил динамик планшета:

— Напоминаю, я мастер-майор высокомеханизированного десантного соединения. В перечень моих навыков входит упрвление широким спектром технических средств без риска возникновения пожара!

Вик выдохнул. Только сейчас он чувствовал, как отступает напряжение.

— Ты победил. Рад вновь тебя слышать, майор!

Пауза.

— Признаться, молодой человек, взаимно. Хотя обстоятельства встречи просто безобразные! Прежде всего, я вам не гладиатор и не рестлер, чтобы выступать на потеху толпе. Во-вторых…

Сай моргнул и быстро отвернулся к планшету.

Атлант медленно, шаг за шагом, двинулся к техническим воротам. Толпа вокруг свистела — хотела продолжения зрелища.

— Эй, ржавень, — вдруг послышался тихий голос.

Вик обернулся. Эль с экстрактором в руке стояла за его спиной.

— Береги, — сказала она, протягивая инструмент. — У вас с белобрысым редкий талант терять всё, что может быть полезно.

Тут он заметил, что ее ладони обожжены и кровоточат, а кожа спадает с них пластами.

— Ты ранена?

— Какая наблюдательность.

Вик сжал экстрактор.

— Так чего ты хочешь?

— Мы договорились.

— Я помню. Не помню, о чем конкретно.

— У вас завтра финал. Не потеряйте Желтого дьявола, парни. Он вам еще пригодится. И мне тоже!

Затем она просто развернулась и ушла вдоль технического прохода, будто выигранный только что бой никак ее не касался.

Атлант вышел из арены и завяз в толпе медленно расходившихся зрителей. На поле техники уже тащили тросы к Скорпиону. Плазморез вскрывал расплющенную решетку кабины, оператор на четвереньках выбирался на волю. В толпе крутились маклеры, собирали ставки на завтрашние финальные поединки.

Сай сбегал к судейскому дроиду, проверил протокол.

— Победа засчитана. Я подал заявку на финал.

И тут кто-то начал аплодировать.

Вик обернулся.

Крейзи Шульц спускался со служебной трибуны в сопровождении двух бойцов в тяжёлых экзоскелетах. Одна сороконожка подползла к его ногам, видно, играя роль телохранителя. Толстяк посмотрел на Вика, побледневшего Сая, на громадину Атланта, и улыбнулся широко и дружелюбно.

— Прекрасно. Мой шкаф победил!

Глава 17

Услышав это, Вик взвился, как ужаленный. Нервное напряжение последних часов искало выход.

— Твой? Какого хрена, дядя? Не пори ерунды!

— Не повышай голос, мальчик!

— Какой он «твой»? Он тебя не слушается!

Крейзи Шульц глубокомысленно поднял палец.

— Управление, господа, вещь очень нежная. Мы тут все не из Высоких домов, так что дроиды иногда могут нас ослушаться. Но это поправимо.

Сай поспешил на помощь с планшетом:

— Заявка на конкурс оформлена на нас, победа засчитана нашей группе! Вашего имени в протоколе нет.

Шульц с глумливымумилением посмотрел на него.

— У меня другая версия, юноша. Посмотрим, кого послушает Совет Роты: старого соратника или двух мелких воришек, незнамо как испортивших управление моего дроида!

Победа Атланта оказалась слишком громкой, чтобы её спокойно украли. На шум скандала стали оборачиваться зрители, начали подходить офицеры, техники, рядовые наемники. Первым протиснулся невысокий жилистый человек с пышными бакенбардами и носом картошкой. Скромная форма и висящие на поясе инструменты говорили о том, что это один из технических специалистов, но явно не рядовой техник.

Первым делом он окинул взглядом батарейный блок Атланта.

— Кррасота! Кто крепил эту мерзость?

Сай осторожно поднял руку.

— Эммм… Я, сэр. Частично.

— Повесить тебя надо. Частично. Всё на соплях!

— Унтер-майор Клегг, — ухмыльнулся Крейзи Шульц, — как всегда, категоричен. Кстати, Тоби: несколько моих дроидов нуждаются в срочном ремонте. Этот громила вышел из-под контроля и немого их…

— Да пошел ты, -совершенно спокойно ответил Клегг. — Небоевые повреждения ты чинишь сам. Таковы условия контракта.

В это время со стороны трибун подошел офицер. Среднего роста, тяжёлые руки, спокойное широкое лицо со следами страшных ожогов. Осмотрев Атланта со всех сторон, одобрительно кивнул:

— Крепкая вещь! Если подвесить на каждый манипулятор по шесть плазмоганов и пару резаков… можно будет пускать лидером десантников. Я бы взял! Клегг, есть у нас лишняя дюжина плазмоганов?

— Сначала батарею ему подбери, он жрет энергию как диплодок! — отозвался унтер-майор.

Крейзи Шульц дружески приобнял вошедшего, отчего он едва заметно поморщился.

— Жаль тебя разочаровывать, Дик, но это мой пациент. Но мы может договориться!

По лицу Дика пробежала судорога, ясно показавшая, что он думает о договоренностях с Шульцем.

В это время сквозь толпу просочился маленький толстенький жилистый тип в залихватской шкиперской фуражке в жилете с карманами. Без лишних слов он подставил один из стульев, поставленных для зрителей в дополнение к скамьям арены, влез на него и, щурясь, рассмотрел маркировку Атланта.

— Двенадцать с половиной тонн? Да вы с ума сошли? Транспорт и так переполнен!

— Ой, да перестань, Боббс, — дружелюбно оскалился Крейзи Шульц. — Ты всегда так говоришь!

— Твое?

— Да!

— Даже не думай, что явозьму это на борт без прямого указания капитана! Кстати, вот и он. Легок на помине, Люц!

Толпа расступилась, и в тесный круг спорящих вступил капитан Верд-Галлуэй собственной персоной.

— Так, что за сборище без ведома высших офицеров? Какие у нас проблемы?

Шульц чуть виновато развёл руками.

— Капитан, возникло небольшое недоразумение. Мой трофей…

— Твойтрофей? — перебил Вик.

— Именно, — с предельно честным видом произнес Шульц. — Согласно Устава нашей Роты, это — трофей, честно взятый с бою. Платформа была взята мной, оборудована моим блоком и моими батареями. Мальчишки самовольно перехватили управление, повредили моих инфильтраторов и теперь пытаются присвоить результат.

— Мы нашли его раньше, — почти прорычал Вик.

Верд даже не повернул к нему голову.

— Так, давайте по порядку. Это кто?

— Похоже, претенденты на место в Роте! — заметил тип с бакенбардами по фамилии Клегг.

Вик сжал зубы. Сай поспешил зачитать с планшета:

— У нас действующая заявка. Операторская группа: Виктор и Сайрус. Платформа «Атлант». Победа в протоколе. Шульц не был заявителем и не оформлял трофей.

— Да-да, видел вас в последнем поединке. Весьма эффектная победа, мои поздравления! — рассеянно произнес Галлоуэй. — Так в чем же у нас проблема?

— Спор за право владения дроидом, сэр.

— Это наш робот, а не чей-то трофей, — повторил Сай.

— Ну, наконец-то стало хоть что-то понятно! Капитан окинул взглядом скалящегося Шульца и угрюмых парней. — И я полагаю, поскольку у нас спор претендентов в Роту и нашего декуриона, надо вынести его на Совет!

— Со всем уважением, сэр, — Крейзи Шульц укоризненно приподнял бровь, — но не много ли чести для этих оборванцев рассматривать дело на Совете роты? Это всего лишь мелкие воришки…

Договорить он не успел. Загудели приводы, мощный манипулятор Атланта дёрнулся и с чугунным звоном лязгнул прямо у лица Шульца.

Тот отшатнулся, наливаясь белым.

— Простите, парни, но это уже невыносимо! — через треск помех заявил майор из планшета.

Толпа ахнула, капитан нахмурился.

— Через час собираем Совет в главном зале временного штаба. А этого — капитан кивнул на Атланта — отключить и опечатать. На этом все!

И капитан, кивнув офицерам, тут же ушёл.

— Квист! Где старший техник Квист? — зычно заорал Клегг, судя по всему, отвечавший за всю техническую часть Вольной Роты. Не дождавшись ответа, он взялся было за коммуникатор.

Но тут желчный техник появился лично, протиснувшись через толпу.

— Хард-Верд приказал описать и опечатать вот этого дроида. До разбирательства!

Мрачно покосившись на громаду Атланта, Квист принялся растягивать вокруг маркерную ленту.

— Он будет под надежной охраной? — уточнил Вик. — У нас его уже один раз обнесли!

— Не пищи, малыш. Сейчас попрошу Страйкера, он поставит пару своих обормотов. Эй, лейтенант! На пару слов!

Невысокий офицер с обожженным лицом, разговаривавший в это время с кем-то из подчиненных, не торопясь, подошел к ним.

— Энцо, сможешь обеспечить охрану? У тебя вроде бойцы рядом, поставь пару!

— И особо присматривайте за дроидами Шульца! Эти инфильтраторы, я смотрю, в любую дырку залезут! — зло заявил Вик.

Лейтенант смерил парня неприязненным взглядом:

— Мои дроиды знают свое дело, молодой человек! — с холодоком бросил он и отвернулся к Квисту. Сай дернул Вика за рукав:

— Нельзя говорить с офицерами так развязно! — зашептал он ему на ухо. — Это командир наемников, дворянин, возможно — высокородный, а не дворник!

— Ну, Квист с ним спокойно разговаривает, и на «ты» — ответил Вик, сам понимая, что сболтнул лишнего и выглядел сейчас, как дурак.

— Одно дело однополчанин, другое — мы с тобой. Пойдем на подъемник, нам еще до Станции добраться надо!

Штаб Вольной Роты разместился в одном из отделов административного сектора Станции. Как часто бывает во время боевых действий, тут царил натуральный бардак: часть стульев перевернута и скинута в кучу у стены, остатки упаковок от пайков, пустые пакеты из-под воды, панели, ящики, и прочий мусор.

Посреди технической площадки поставили длинный стол из бронеплиты. Над ним висел дрон-фиксатор с треснутым золотым венцом на корпусе. У стены мигал экран с протоколом боя: «Атлант» — победа. Чуть правее, на другом экране, стояла жёлтая платформа под временной пломбой.

Вик стоял рядом с Саем. Он смотрел не на Совет, а на висевший над столом экран виртуального монитора. Там медленно вращалось изображение предмета спора — Атлант с помятым корпусом и глубокой отметиной на боку, возле батарейного отсека.

Верд-Галлуэй сел во главе стола. Рядом с видом школьной учительницы сидела худощавая, но крупная женщина неопределенного возраста в красивой летной форме. Шульц с видом оскорбленной добродетели устроился сбоку.

Остальные сидели по обе стороны стола. Клегг, теребя бакенбарды, листал виртуальный планшет с ведомостью повреждений. Шкипер Боббс, занявший дальнюю часть стола, поминутно вздыхал. Для него Атлант бы грузом, который как-то предстоит впихивать в трюм, и кому-то придётся крепить. Лейтенант Страйкер молчал, сложив тяжёлые руки. Еще несколько офицеров и декурионов Вольной роты тихонько переговаривались о чем-то своем, явно не касающемся темы заседания.

Строго осмотрев присутствующих, Верд многозначительно откашлялся.

— Итак, лейтенант Корморан и Берта, видимо, решили не обременять нас своим присутствием, так что давайте начинать. Разбирается спор декуриона Шульца, которого мы все так ценим и любим, и двух малолетних претендентов на вступление в наши ряды. Сайрус и… Вик, кажется? Они все заявляют права на один и тот же агрегат, — тот самый, изображение которого вы видите на экране, а массогабарит — приводит в отчаяние шкипера Боббса.

— «Атлант-2М», — масса двенадцать тысяч восемьсот сорок килограмм! — буркнул шкипер, мрачно взглянув на Шульца.

— Прекрасный выбор! Ну что же. Начнём с того, кто улыбается шире всех.

Шульц поднялся, дружелюбный, как конферансье на всегалактическом конвенте цирковых дроидов.

— Капитан, леди и джентльмены. Всё просто: платформа «Атлант» находилась в зоне боевых действий. Ее обнаружили мои дроны — инфильтраторы, обезвредили и взяли под охрану. Эти двое — Шульц презрительно кивнул в сторону Сая и Вика — были наняты мной для подсобных работ и допущены к монтажу. Им было поручено установить управляющий блок и поставить временные батареи, после чего они незаконно перехватили управление, уничтожили часть моего имущества и самовольно, без приказа вывели трофей на арену!

— Вранье! — не выдержал Вик.

— Тишина! Вам пока не давали слова! — оборвала его «учительница».

Шульц со сладчайшей улыбкой повернулся к нему.

— Да, мальчик. Трофей. Привыкай к этому слову.

— Собственно, почему бы и не выслушать другую сторону? — равнодушно бросил капитан Верд. — Ждем вашу версию, парни!

Вик пихнул локтем Сая.

— Давай, ты у нас грамотный!

Сайрус поднял планшет.

— Атлант был найден нами задолго до того, как ваш отряд высадился на астероиде. Мы отремонтировали его, использовали с кабелем. Он был зарегистрирован на конкурс нашей группой. Вашего имени в заявке нет.

— Да неужели?

Крейзи Шульц громко расхохотался. Исподлобья глядя на наемника, Вик с ненавистью представлял, как под бородой колышется его двойной подбородок.

— А расскажите-ка, откуда на «вашем» Атланте мои батареи?

— Мы договорились, — ледяным голосом ответил парень, — что ты дашь нам управляющий блок и батареи. Чтобы мы смогли участвовать в конкурсе.

Последовал новый взрыв хохота. Шульц аж присел, хлопая в ладоши, будто никогда не слышал шутки лучше этой.

— В обменна что ?

— Просто из расположения! — растерянно произнес Сай.

Присутствующие иронично переглянулись. Похоже, версия о великодушном наемнике не канала от слова «совсем».

— Значит так, фантазеры, — отсмеявшись, мягко произнес Шульц. — Я дал вам работу: прикрутить батареи к моему трофею.Мои батареи кмоему трофею. Вы прикрутили. Потом решили, что если шагоход пошёл и вас слушает, то он — ваш. Очень трогательная вера, но….

И бородач красноречиво развел руками. Вику стоило огромных усилий не вцепится ему в горло.

Тут вдруг Клегг, не поднимая головы, спросил.

— Мадам О’Тул, вы лучше всех знаете наш устав. Не соблаговолите ли напомнить, что там сказано про учет и регистрацию трофеев?

Дама-учительница в летной форме бросила на него холодный взгляд.

— Все трофеи подлежат регистрации в течение трех суток по окончании боя. Мне кажется, это всем известно, унтер-майор!

Капитан Верд вопросительно уставился на Шульца.

— Не успел! — развел руками толстяк. — Столько было дел, закрутился, и не успел!

Дама-пилот смерила его презрительным взглядом. «Все у него так» — читалось в ее серо-стальных глазах.

Верд задумчиво побарабанил пальцами по столу, и обернулся к парням.

— Ну, допустим, такое бывает сплошь и рядом. Что еще вы можете сказать в свою защиту?

Вик снова пихнул Сая. Тот, волнуясь, продолжил:

— Если платформа была трофеем, Шульц должен был оформить её до конкурса. Передать в парк техники. Поставить отметку. Ничего этого нет. В заявке — мы! В бою со Скорпионом управлял не блок Шульца. Хорнет был в штатном гнезде.

Один из командиров за дальним концом стола вздернул подбородок.

— «Хорнет» — это имя?

— Рабочее обозначение, — быстро поправился Сай. — Наш управляющий блок. Он и сейчас там!

— И чем вы докажете вашу версию? — презрительно спросил Шульц. — Да, вы подменили блок управления — кстати, интересно, куда делся мой. Но откуда ввашем дроидемои батареи?

Настала тишина. Офицер переглядывались, где-то в конце стола раздался смешок. Сай судорожно вздохнул, закрывая планшет. Вот и все. Конечно, никто из офицеров Роты не вынесет решение против своего соратника, отдав дорогой, мощный дрон двум мутным подросткам.

Но тут отворилась дверь, и в зал вошел Квист.

— О, дружище, ты как раз вовремя! — улыбаясь во все зубы, замахал руками Крейзи Шульц. — Подтверди присутствующим, что батареи в спорном дроиде принадлежат мне!

— Да, — буднично бросил техник, подходя к краю стола. — Три маркированы как принадлежность декурии инфильтраторов. Два записаны как трофеи. Полное барахло!

— Ну вот, я же…

— Квист, ты же присутствовал при разговоре с этим уродом! — перебил толстяка Вик. — Расскажи как все было на самом деле!

Техник с сомнением осмотрел на парнишку, затем пожал плечами.

— Ну, я не слышал всего разговора, — занимался своими ремонтными делами, и не особо прислушивался. Но незадолго до этого эти два парня предлагали мне отремонтировать их дроида за долю в будущем жаловании.

— Ииии? — протянула О’Тул.

— Я решил, что это не соответствует моим служебным обязанностям. Мне пришлось бы дать им для ремонта части, относящиеся к общему имуществу отряда!

— Скажи-ка, каков моралист! — с деланным изумлением протянул Клегг. — А с виду и не скажешь!

— Квисси, детка, а может тебе послышалось? — ехидно ухмыльнулся Шульц.

Клегг злобно вперился в Шульца, щипля себя за бакенбарды. Похоже. у этих двоих были давние нелады.

— Мадам О’Тул, не напомните ли снова, какие категории дроидов могут считаться трофеями? — вдруг громко спросил он.

— Военные, старого образца, военные, нового производства. И военные, переделанные из гражданских! — назидательным тоном ответила женщина. — Это всем известно.

— Квист. Тот дроид — он какой?

Техник пожал плечами.

— Базовая модель — гражданская. Тяжёлая промышленная платформа. Погрузочно-монтажный класс. Все оборудование, модули, блоки — сервисные, не военные. Дополнительно смонтирован гидромолот — инструмент. Есть навесной плазменные резак, самый обычный, рабочий. Броня кустарная.

— Он только что победил очень мощную платформу, — сказал Шульц.

— Ну, табуретом тоже можно убить человека, если хорошо размахнуться, — ответил Квист. — Табурет от этого не станет штурмовым дроидом.

О’Тул подняла глаза от планшета.

— Техник, уточните по блоку Шульца.

Квист вновь пожал плечами.

— Об этом мне ничего неизвестно. Батарея, действительно, его. На право собственности на корпус это не влияет.

— Но доказательств того, что этот, гм, агрегат, принадлежит юным джентльменам, тоже как я понимаю, нет? — уточнил капитан. — Раз они его «нашли на свалке», значит, в реестрах он за ними не числится. Возможно, тут у нас коллизия интересов!

Все повернулись к парням. Сай тоже повернулся к Вику с немым вопросом. Действительно, если нет никаких документов о собственности. Нет данных реестра — как доказать что это чертов желтый кусок титана и пластика принадлежит именно им?

И тут Вика буквально пронзило. Одно имя. Женское имя.

Сюзанна.

Глава 18

— Стойте, я дам вам все доказательства! — выпалил Вик раньше, чем додумал мысль.

— Очень на это надеюсь, молодой человек! — недовольным голосом заявила О’Тул.

— Сай, ты помнишь, когда мы его восстанавливали, ты говорил, что пометишь новые элементы? Помнишь?

— Ну, дааа… — недоуменно протянул напарник, и пригладил пятерней непослушные белокурые волосы.

— Так значит маркировка еще там! Что мы там меняли, вспоминай!

— Контроллер, — знал бы ты, как я с ним намучился. Еще три камеры, все — от разных устройств. Майор даже жаловался, что у него косоглазие. Еще размыкатель, миодатчики, инерционный блок…

— Маркировки помнишь? — победным тоном прервал его Вик. — Сможешь воспроизвести?

— Да вроде бы да, — не совсем уверенно произнес Сай. — Правда, не очень помню. Они записаны были в деке Дензе… Ну, ты знаешь. А на память я могу и ошибиться.

— Все равно! Выпиши маркировку!

И Вик без перехода обратился к Совету.

— Мы восстанавливали этого дроида из запчастей, что смогли найти на свалке. Сай их пометил. Он сейчас напишет, как именно. Если вы вскроете корпус, увидите их. Вот.

— И что это доказывает? — ухмыляясь, спросил Крейзи Шульц.

— Что мы восстановили этого дроида. Из мусора. Сами. Могли бы зарегистрировать, будь мы совершеннолетними дворянами — выпалил Вик ему в лицо.

— Так ведь это я дал вам эти камеры, контроллер и датчики! Вы что, забыли?

— Декурион Шульц, об этом вы не упоминали, — строго произнесла пилотесса О’Тул. — В вашем первом заявлении вы говорили про батареи и управляющий блок.

— Ну забыл я, что поделать! — Шульц явно пытался съехать «на дурака», но его потуги выглядели жалко. Офицеры переглядывались, шкипер Боббс презрительно ухмыльнулся, О’Тул поджала губы.

— А откуда эти детали, ты не забыл? А мы помним! Сай, запиши происхождение запчастей! — с довольным видом припечатал Вик.

Вскоре Сайрус предал Совету планшет с записями.

— Клоунада, ей-богу, клоунада — деланно потешался Крейзи Шульц.

— «Модель 'Сюзанна-21», линейка Эскорт?

— Да. От секс-куклы — произнес Сай и покраснел.

Лейтенант негодующе покачала головой, прикрывая глаза ладонью. Со стороны мужской части Совета раздались смешки.

Капитану, судя по всему, надоел этот спор. Посмотрев на часы, он произнес:

— Давайте заканчивать. У меня через полчаса ужин с представителями нанимателя. Предлагаю такое решение: если данные этих джентльменов правдивы, значит, передать им дроида, и дело с концом. Мастер-Техник Квист, вам поручается сверить данные.

— Проверим, — буркнул Квист.

Он поднялся так резко, будто собирался лично арестовать пол-астероида.

— За мной, проходимцы.

Парни переглянулись и пошли следом.

Когда они вышли из зала, техник неожиданно хмыкнул:

— Вообще на Шульца это похоже.

— Что именно «это»? — спросил Вик.

— Такое.

Квист неопределенно махнул рукой.

— Если хорошая железка плохо лежит, Крейзи считает оскорблением, что она не принадлежит ему. Его дроиды одними из первых попадают в тыл противника, поэтому наш улыбчивый сукин сын всегда получает самые свежие данные! Просто в первом случае он забирает её сразу, а во втором ждёт удобного момента.

— И ему это сходит с рук?

— Обычно да. Он достаточно умён, чтобы не попадаться.

— А зачем ему такой здоровяк, как наш Атлант? — удивился Сайрус. — Он же командует инфильтраторами?

— Ну, мало ли. Иногда он просто переуступает дронов другим офицерам — за разумное вознаграждение, разумеется. Иногда продает налево. Ну, или просто пускает на запчасти.

— Продавать дронов? — Сай был поражен до глубины души. — Разве они не служат своим высокородным господам по зову крови?

— Шутишь? Что высокородного в Крейзи Шульце? Однако его слушаются. Просто надо уметь!

Сайрус замолчал, и в глазах его обида странным образом перемешивалась с надеждой.

Атлант стоял там, где его оставили: на технической площадке за ареной. Вокруг стояли три вооруженных живых бойца в тяжелой экзо-силовой броне и боевой дроид, очертаниями напоминавший механического страуса.

Квист остановился возле Атланта.

— Все нормально, парни?

— В порядке, мастер-техник Квист — глухо прорычал из-под маски один из бойцов. — Только почему-то здесь долго вертелись пара «сороконожек» декуриона Шульца!

— Понятно. Значит так, парни — мне поручено сверить номера деталей. Сай, открывай боковую панель.

Парень полез к крепежу, и через минуту бронепластина откинулась.

Квист включил налобный фонарь.

— Где?

— Вот камера.

Сай ткнул пальцем.

— Смотрите на внутренний обод.

Квист посветил.

На металле виднелась аккуратно нацарапанная надпись.

— СМ-12. Установка. Сай.

— Следующая.

Вторая камера, потом третья, затем контроллер 3-Зет, размыкатель — на каждой детали были одинаковые метки: не заводские, но сделанные одним человеком.

Квист молча изучал их секунд десять, сверил с записями Сая.

Потом фыркнул, закрыл панель и вытащил коммуникатор.

— Ну все понятно. Наш бородач решил прихватить, что плохо лежит.

Связь установилась не сразу.

Наконец над экраном появилась недовольная физиономия «училки» О’Тул.

— Ну?

— Проверил.

— И?

— Парни не врут. Камеры, контроллер и размыкатель их установки. Маркировка подтверждается.

Лейтенант помолчала.

— Замечательно.

По её тону было ясно, что замечательным она это не считает.

— Значит, отдай им дроида.

— Так и собирался.

— Что-нибудь ещё?

Квист покосился на Вика и Сая.

— Есть.

— Говори.

— Декурион Шульц требовал вернуть ему батарею. Его аргумент: батарейная сборка принадлежит ему.

— Так сделайте это, и не отвлекайте больше командный состав по пустякам!

И О’Тул выключила коммуникатор.

— Парни, вы слышали? — обратился техник к охране. — Дроид отходит этим молокососам, а батарею я сниму для Крейзи Шульца.

Вик и Сай мрачно переглянулись. Им предстояло за несколько часов найти хот какие-то батареи. Иначе не видать им победы, как своих ушей.

Квист быстро, одну за другой, вынул батареи из рамы. Атлант едва заметно просел на опорах.

Вик выругался сквозь зубы. Сай мрачно посмотрел на корпус Атланта и снова уткнулся в планшет.

— Финал завтра. Без батареи мы не выйдем даже из технической зоны. Заявка есть. Машины — нет!

Вик хотел сказать что-то ободряющее, и не нашелся, что именно придумать. Грустный Сай тронул за плечо Квиста:

— Спасибо за ваши слова на Совете!

Квист поморщился.

— Не за что.

— Всё равно спасибо, — настаивал Сай. — Без вашего заключения Шульц забрал бы Атланта.

— Этот тип всем уже надоел. Вечно пакостит. Сороконожки в кабелях. Сороконожки в ротном складе. Сороконожки в чужих парках. Ещё немного — и он…

Его прервал звонок коммуникатора.

— А вот и он. Легок на помине! — проворчал Квист, принимая вызов.

— Квисси, друг мой, — закричал Шульц в коммуникатор, так, что парни услышали каждое слово. — Ты снял мои батареи?

— Снял. Лежат рядом с желтым болваном.

— Перевези их к моим сороконожкам!

— Отвали. Я не твой дроид.

— Грубо. А ведь я позвонил выразить восхищение. Ты говорил на Совете так уверенно. Я люблю уверенных людей. Они потом так мило удивляются, когда у них в складе всё само собой перекладывается!

Техник скривился, будто кислоты хлебнул.

— Если твои тараканы полезут к моим запасам, я начну верить в профилактическое насилие.

Шульц улыбнулся шире.

— Вот видишь, как плохо влияет на людей нежелание помощь старом другу. Сразу возникает нервная обстановка, подозрения… а там глядишь и ночами спать перестанешь. И есть от чего!

И Шульц, ухмыляясь, отключился.

Квист долго молчал, вертя в руке замолкший коммуникатор. Потом посмотрел на пустую раму Атланта.

— Ладно.

Сай поднял голову.

— Что?

— Эта жирная сволочь меня разозлила, вот что. Есть один вариант, как будто специально для вас, парни. Сейчас попробую все уладить.

Быстро набрав номер и нажав кнопку вызова, мехник подождал, когда новый его собеседрник возьмет трубку. Затем стал говорить — быстро, уверенно и очень убедительно.

— Тобиас, это я, Квист. Да, все сделал. Слушай, та батарея на МД-48 ГАММА, о которой я тебе уже говорил, совсем вышла из строя. Да. Боюсь, полыхнет при первой удобной возможности. Деградация ячеек, я уже объяснял. Да, запас есть. Да. Ну что, списываю? Все, давай.

Вик от радости чуть не заорал, Сай замер так, будто боялся, что резкое движение или слово вспугнёт удачу.

Квист повернулся к парням с видом «опять-я-всех-спасаю».

— Значит так. Есть одна банка, которую я могу вам ссудить. Сильно не радуйтесь — она старая, посаженная и любит сильно греться. Почти как я.

— Ёмкость?

— Номинально двести шестьдесят киловатт-часов. Реально после быстрой зарядки даст сто. Может, сто десять, если не будет капризничать. Сборка шахтная, тяговая, снята с рудного транспортёра. Старый формат, часть ячеек меняли. На постоянной отдаче держи не выше пятисот-шестисот киловатт. Пики за девятьсот — только если вы решили умереть громко. За мегаватт не лезть.

— Внутреннее сопротивление?

— Плохое.

— Насколько плохое?

— Лучше не спрашивай, а тихонько помолись.

Сай быстро провёл пальцами по планшету.

— Атлант тяжёлый. На резком старте он легко просит больше мегаватта.

— Значит, не стартуйте резко. Я знаю, это свежая мысль для вас, но….

Вик спросил:

— Ты дашь её нам? Какие условия?

— Отдаю, скажем так, во временное пользование. Сожжёте — будете должны. Победите — я первый смотрю всё, что вы притащите из трофеев. И если подвернется возможность, пусть жёлтый шкаф наступит Шульцу на любимую сороконожку. Я хочу знать, что моя батарея трудится на вас не зря.

— Договорились, — просиял Вик.

— Не радуйся, — повторил Квист. — Сначала посмотри, что это за добро.

Вскоре он привез на тележке батарею — тяжёлый серый ящик с облезлыми предупреждающими полосами и следами старых ремонтов.

— Сейчс зарядим, и увидите, что это за чудо.

Зарядный пост находился здесь же, у арены. Над ним висела табличка «Подключение без допуска запрещено»., но Квист даже не посмотрел на неё.

— Вик, держи кабель. Нет, не так! Хочешь зажарить руку — делай это после финала. Сай, смотри балансировку. Если третья секция поплывёт, сразу режь ток.

Кабель был горячий уже через минуту. Вик держал его двумя руками и чувствовал, как тепло лезет через перчатки. Сай сидел у планшета, бледный и злой, весь в цифрах. Квист ругался на контакторы.

Подзарядка шла медленно и нервно.

Кабели грелись, контакторы щёлкали. Квист дважды бил по зарядному шкафу ключом, и каждый раз шкаф почему-то начинал работать лучше. Но все однажды кончается, и, в конце концов, батарея была заряжена.

Монтаж занял почти всё, что оставалось от вечера. Батарея ожидаемо не подходила по креплениям. Сай спорил с Квистом из-за ограничителей.

— Если задушить пики слишком сильно, Хорнет не сможет перехватить быстрый манёвр.

— Если не задушить, батарея уйдёт в защиту и этот ваш Хорнет сможет лишь красиво стоять.

— Нам нужен рывок хотя бы на три секунды.

— Мне тоже много чего нужно. Например, армию в полсотни дронов и гарем на дюжину койко-мест, но я же не строю на этом силовую схему!

Когда прикрутили и проверили последний контакт, Сай провёл итоги:

— Заряд восемьдесят девять доступных киловатт-часов. Пиковая отдача ограничена. Температура пока терпимая. Если Хорнет будет экономить, финал возможен.

— «Возможен» — это не «выиграем», — заметил Вик.

— «Возможен» — это хоть какая-то надежда!

И Вик признал в глубине души, что это — много больше, чем было у них еще несколько часов назад.

На следующее утро парни подскочили ни свет ни заря. Вик был мрачен — ему снова приснилась мама. Счетчик тикал. И с этим ничего нельзя было поделать.

Зрителей на арене стало заметно больше. Бойцы Вольной Роты собирались на своей трибуне и спорили, стоя у ограждения. В толпе шныряли темные личности, собирали ставки на подпольный тотализатор. Дроны-фиксаторы висели над ареной, поблёскивая треснутыми венцами на корпусах.

Пришел Квист еще раз осмотрел Атланта. Новая батарея сидела криво, но крепко. Сай уже десятый раз проверял планшет.

— Доступно восемьдесят шесть киловатт-часов. Пиковый ограничитель — шестьсот киловатт. Короткий аварийный пик до девятисот. Если заряд не поплывёт, Атлант сможет драться, хоть и будет несколько медлительнее вчерашнего.

Вик подтянул последний крепёж.

— Насколько медлительнее? У нас тут финал. Здесь соберутся серьезные парни!

— Он может драться. Не получится бегать, таранить, резко разворачиваться и уклоняться.

Из динамика планшета донёсся голос Хорнета:

— То есть остаётся тактика «мольба о пощаде». Отлично, то что нужно!

Квист пожелал м удачи и отошел, а над ареной выплыл судейский дрон. Перекрывая гул раздался металлический голос:

— Финальная категория! Промышленные и трофейные платформы. Участники: «Атлант». «Мельница». «Паук». Сразу три финалиста сразятся за честь и привилегию стать рекрутом Вольной Роты «Венец Пустоты». Каждый за себя. Победитель получает все!

Толпа ответила рёвом.

— Жёлтый опять вышел!

— Батарея новая, видишь? А ты говорил «хана ему».

— Мельница ему все кишки вскроет!.

— Ставлю сто к одному, победит Паук. Паук умный.

Вик услышал последнее и сжал зубы.

Первые ворота открылись, и из них выехал аппарат, прозванный поклонниками «Мельница».

Это был здоровый старый агрегат для чистки шахтных штолен. Тяжёлая передняя рама, боковые катки, две короткие стабилизирующие лапы и огромный барабан спереди. На барабане торчали цепные зубья, сегменты абразивных колец и щётки из стального троса. Когда он раскрутился, воздух перед машиной стал серым от пыли.

Сзади, в бронированной капсуле, сидел живой оператор в глухом шлеме.

— Не дроид, — заметил Сай. — Управляемая платформа.

— Будет легче победить?

— Нет.

Открылись вторые ворота, и оттуда вышел Паук.

Он выглядел много меньше двух других претендентов. Низкий многоногий корпус, узкий венец сенсоров, тонкие лапы с магнитно-вакуумными зацепами. Он не полез вперёд — осторожно скользнул в сторону и замер недалеко от ворот.

Вик посмотрел на него и почувствовал, как внутри что-то неприятно дёрнулось.

Но гонг ударил раньше, чем он понял почему.

Мельница первой пошла на Хорнета. Паука пока все игнорировали, и его это, судя по всему, вполне устраивало.

Низко, тяжело гудя раскручивающимся барабаном, она неумолимо накатывалась на желтого дроида. Оператор явно рассчитывал на всесокрушающую мощь оружия Мельницы.

Хорнет отступил.

— Почему он не бьёт? — спросил Сай

Вик нервно смотрел на происходящее на арене.

— Потому что ударит в барабан — потеряет манипулятор. Этот его ротор — непробиваем. Он изуродует всё, что в него воткнут.

В этот момент Мельница достала Атланта краем вращающихся зубьев. Раздался мерзкий скрежет, от Атланта полетели какие-то обломки. По планшету Сая прошёл красный всплеск.

— Крепёж держится, но температура пошла вверх. Если она второй раз зайдёт в раму, потеряем защиту батареи.

Хорнет развернул Атланта ещё на полшага.

Мельница снова полезла под бок. Барабан выл, как будто внутри него мололи ржавую колючую проволоку. Оператор работал грамотно: не давал поставить гидромолот, держал полкорпуса дистанции, заставлял Атланта уклоняться, теряя энергию.

Сай быстро проговорил:

— Каждый разворот даёт просадку. Ограничитель режет привод. Температура батареи растёт быстрее расчётных значений!

Кто-то за спиной у Вика сказал:

— Мельница распилит Жёлтого. Этот монстр ему не по зубам. Тут за лапу не ухватишь!

Вик стиснул зубы. Похоже, это было правдой.

Атлант отступал к правому краю арены. Вдруг он ловко завел манипулятор с резаком за спину и полоснул плазмой по когда-то приваренной Сайрусом антенной мачте.

— Что он делает? — поразился Сай.

Хорнет сказал через динамик:

— Ничего личного, очкарик, просто эта железка мне надоела. От ваших отвратных сварных швов вся спина чешется!

— Ты не нашел другого времени?

Но Вик, посмотрев на ферму, потом на барабан Мельницы, понял замысел майора.

— Тихо. Он, кажется, придумал.

Мельница рванула вперед.

Атлант будто случайно промедлил, делая тяжёлый, слишком плавный поворот. Толпа взорвалась предвкушением развязки. И оператор Мельницы купился.

Раскрутив барабан сильнее, он повёл машину прямо в открытую раму. Зубья уже тянулись к корпусу, сенсорам,.

Атлант шагнул вбок. Левый манипулятор схватил обломок кабельной мачты и вогнал его в барабан, как палку в пасть.

КРАКК!!!

Мельница вздрогнула всем корпусом. Первую секунду казалось, что барабан перемелет металл. Зубья взвизгнули, цепные секции полезли поверх фермы, вал дёрнулся. Потом звук изменился: скрежет стал глухим.

Барабан закусило.

Всю Мельницу повело. Инерция рванула корпус в сторону, боковой каток подскочил, раздался хруст титана. Оператор попытался сбросить обороты, но поздно: тяжелая машина сама себя развернула поперёк арены.

Хорнет не дал Мельнице времени. Тяжело шагнув вперед, он

Атлант сделал один короткий шаг. Гидромолот лёг на переднюю раму, прижал её к полу. Манипулятор удержал ферму в перекошенном барабане. Резак развернулся к кабине оператора, угрожая ослепительно-голубым пламенем.

Судейский дрон опустился ниже.

— Платформа «Мельница». Ваше состояние?

Оператор дёрнул рычаги. Барабан рванулся и тут же снова закусился. Внутри корпуса что-то хлопнуло, из-под брони пошёл дым.

Вновь ожил динамик судейского дрона:

— Оператор, продолжение приведёт к разрушению защиты и вероятному воспламенению содержимого вашей капсулы. Рекомендую капитуляцию!

На капсуле Мельницы мигнул белый сигнал.

Дрон поднялся.

— Платформа «Мельница» обездвижена. Оператор сдался. Участник выведен из финала.

Толпа заорала.

Не все поняли, что произошло. Зато все увидели: страшная машина подавилась тем, что сама хотела сожрать.

Вик позволил себе вдох.

Только один.

— Дай диагностику, — сказал он.

Сай уже смотрел в планшет.

— Плохо. Батарея в жёлтой зоне. Один крепёж все-таки ослаб. Термолента порвана, доступная энергия — минус шестьдесят процентов от старта. Пиковый режим стал ещё опаснее.

— Но Мельница выбыла.

— Теперь остался этот тихушник. Он не выглядит опасным, но черт его знает….

Паук шевельнулся.

До этого он держался у щита, будто его финал не касался. Теперь он легко поднялся на прозрачную стену. Лапы щёлкнули по пластику. Корпус пошёл вверх боком, как будто гравитация была для него лишь фикцией.

Вик смотрел на него, и смутное воспоминание зашевелилось где-то на границах сознания.

И вдруг вспомнил.

Холодный пол. Приказ не двигаться. Чужой дрон над лицом. Старый страх, который не успел стать прошлым.

— Это он, — сказал Вик.

Сай нахмурился.

— Кто?

— Паук. Тот, что нас брал.

Nota bene

Книга предоставленаЦокольным этажом , где можно скачать и другие книги.

Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту, например, черезAmnezia VPN : -15% на Premium, но также есть Free.

Еще у нас есть: 1. Почта b@searchfloor.org — получите зеркало или отправьте в теме письма название книги, автора, серию или ссылку, чтобы найти ее. 2. Telegram-бот, для которого нужно: 1) создать группу, 2) добавить в нее бота по ссылке и 3) сделать его админом с правом на «Анонимность» . * * * Если вам понравилась книга, наградите автора лайком и донатом: Код доступа