Экзобарон. Том II
Виктор Глебов

Белогор Коршунов, экзобарон Авроры, обнаружил в древнем рифте технологии исчезнувшей цивилизации — силовые щиты и энергетическое оружие, способное перевернуть баланс сил в Империи. Но ресурсов для их внедрения нет, а единственный поставщик — Дом Ремизовых, который уже пытался его убить. Теперь барону предстоит выйти на опасную сделку, имея в руках лишь компромат на чужого советника и понимание: одна ошибка — и Ремизовы превратят его в козла отпущения, а нежеланные гости снова придут за его жизнью. Между тем в Империи умирает император, трон пустеет, и тот, кто контролирует хронид, станет решающей фигурой в грядущей войне за престол.

====================

Глава 1

Глава 1
Мои энергетические каналы и узлы были почти на пределе. Я чувствовал это. После поглощения генома последнего кайдзю наследный Дар разблокировался практически полностью, а значит, я должен суметь нанести хоть какой-то дистанционный удар. Конечно, он будет не таким мощным, как в случае снятия всех ограничений, но я должен был проверить, способен ли на него, в принципе.
— Садко, выведи глайдер прямо перед кайдзю, — скомандовал я, сжав рукоять полуторного клинка, покрытого фамильным узором Коршуновых. Выполненный специально для меня, он ещё носил следы Дома, с которым я разорвал связь. — Зависни напротив его головы.
— Вы никогда не пробовали технику Незримого клинка, — заметил Садко. — Быть может, предварительно нанес-сти кайдзю хотя бы час-стичный урон с-стрелковым оружием, а уже потом…
— Нет! Выполняй приказ.
— С-слушаюс-сь, мой барон.
Глайдер пришёл в движение и устремился через рифт. Заложив широкий разворот, он замер напротив шагавшего в сторону насосных станций чудовища.
Ящер немедленно заметил его. По сравнению с ним, глайдер, должно быть, казался всего лишь птицей, преградившей путь слону. Кайдзю издал протяжный рёв, из раскрывшейся подобно капкану пасти вылетели вязкие сгустки жёлтой слизи. Гребень на спине монстра заскрежетал от пришедших в движение пластин, длинный хвост резко распрямился, а в следующую секунду понёсся вперёд.
Перенаправив магическую энергию в правую руку, я принял стойку вроде той, которую использовали некогда самураи, занёс клинок и впился глазами в уродливую голову с горящими глазами. Она начала медленно сдвигаться вправо, ибо чудище принялось разворачиваться, готовясь нанести удар хвостом.
Сейчас или никогда!
Я резко выбросил клинок вперёд, словно нанося рубящий удар сверху вниз.
Когда лезвие находилось в конце траектории, с него сорвался сверкающий синий полумесяц!
Промчавшись над болотом, он вонзился в голову кайдзю и прошёл её насквозь, мгновенно развалив на две части! После этого полумесяц пролетел ещё метров двадцать и исчез.
Огромное чудовище эпично завалилось на бок. По уродливому телу прошла судорога, хвост, извиваясь, обмяк и скрылся в кипящем болоте. Над рифтом осталась только треть поверженного кайдзю.
— Поздравляю, повелитель! — немедленно завопил Иолай. — Это было изящно и эффективно! Почему вы прежде не использовали эту технику?
— Потому что всему своё время, — ответил я, протягивая арсеналу клинок. Сталь ещё вибрировала от прошедшей сквозь неё мощи. — Забирай. Садко, неси меня на берег. Я дождусь, пока роботы извлекут тушу кайдзю, там.
В этот момент наросты на теле кайдзю начали звонко лопаться один за другим. И из каждого вылезало крылатое существо, отдалённо напоминавшее птеродактиля. Очень отдалённо.
— Это ещё что такое, Иолай⁈ — спросил я, глядя на то, как твари расправляют крылья и взлетают с трупа поверженного гиганта. — Ты не предупреждал, что эти чудища имеют… свиту!
— О, это не свита, мой несравненный повелитель, — отозвался ИскИн. — Полагаю, мы видим паразитов. Вы легко разберётесь с ними. Рекомендую воспользоваться стрелковым оружием.
— Гони сюда пулемёт, мать твою!
Проплыв по воздуху, миниган оказался в моих руках.
Летучих тварей было ровно четырнадцать. Я привык считать противников, так что цифра точная, не сомневайтесь.
— Разнесите их, пока не добрались до станций, хозяин! — азартно воскликнул Иолай.
— Тебе с-следовало уведомить его благородие о подобной возможнос-сти, — с упрёком заметил Садко.
— Тебя забыл спросить! — запальчиво парировал арсенал. — Паразиты встречаются редко, откуда мне было знать, что они окажутся на этом кайдзю?
— А что, это не показалос-сь тебе любопытным фактом, дос-стойным упоминания? — язвительно осведомился Садко.
Вслушиваться в перепалку ИскИнов я не стал. Вместо этого втопил спусковой крючок пулемёта, и магические заряды врезались в первую летучую тварь, мгновенно разнеся её в клочья. Ого! Это мне нравится.
Переместив оружие, я уничтожил вторую, а затем поймал в прицел третью.
На то, чтобы завалить всех паразитов, ушло минуты три. Они оказались лёгкими мишенями, что не могло не радовать. Когда последний монстр превратился в органические останки, я выпустил миниган из рук, и силовое поле Иолая вернуло оружие в контейнер.
— Садко, посади глайдер на берегу, — велел я.
— Будет ис-сполнено, повелитель.
Спустя некоторое время боты выволокли труп чудовища на берег. Первым делом я разделал его, чтобы открыть роботам доступ к Зерну и железам, а затем прикоснулся к телу убитого монстра.
Последний геном — по моим расчётам.
Когда я закончил встраивать его в свой ДНК, моя силовая структура увеличилась в очередной раз. Так же, как это было до этого. Ничего особенного не произошло.
Что, и всё⁈ Я застыл в недоумении. Весь набор генома кайдзю был собран: в этом я не ошибся. Паззл сложился полностью. Теперь я мог в любой момент выдать себя за чудовище. Нет, не превратиться в огромного монстра, ясное дело, но сойти за своего. Однако по какой-то причине мой наследный Дар…
И вдруг энергетические каналы задрожали, словно струны, по которым резко ударили медиатором! Я ощутил это даже на клеточном уровне. А затем силовые узлы вспыхнули, соединяясь новыми, упруго пульсирующими каналами. А в следующее мгновение на них появились причудливые светящиеся узоры, которые можно было принять за сложные руны, однако на самом деле они были свидетельством перестраивающихся магических контуров.
Мой Дар, наконец, полностью высвободился, приобретя новое качество!
— Что с-с вами, барон? — раздался тревожный голос Садко. Он словно выплывал из толщи воды. Но этот эффект длился всего пару секунд. А затем нормальное восприятие звуков вернулось. — Вы побледнели, — продолжил ИскИн. — Не требуетс-ся ли вам медицинс-ская помощь? Я могу с-связатьс-ся с-с доктором Герцем и предупредить, чтобы был готов ос-смотреть вас-с.
Я убрал руки с туши кайдзю, подвигал пальцами, словно примеряясь к новым перчаткам. Обновлённая магическая система была на несколько порядков выше, чем даже последний вариант. Так вот, какой силы я был лишён всё это время…
— Чувствую себя превосходно, — ответил я. — Доставь сюда геологический скафандр с полной экипировкой.
— Прос-стите, мой барон, но могу я узнать, для чего?
— Пришло время войти в рифт.
— Мой повелитель, это безумие! — воскликнул Садко, впервые потеряв самообладание. Если такое понятие применимо к ИскИнам. — Никто не возвращалс-ся оттуда! И ничто — тоже!
— Мне это известно. Неси скафандр.
— Я в отчаянии, мой барон! Ес-сть ли с-спос-соб отговорить вас-с?
— Ни малейшего. И обеспечь полное экранирование этой части берега. Я не хочу, чтобы у кого-то оставался хоть малейший шанс увидеть то, что будет здесь происходить.
— Повелитель, я отправлюсь с вами! — воскликнул Иолай. — Что бы ни ждало вас в этом болоте, мой долг — разделить вашу участь! Кстати, любопытный факт: граф Оливье, соратник знаменитого Роланда, погиб во время схватки с сарацинами, не пожелав спастись и разделив печальную участь своего…
— Это исключено! — поспешно перебил я. — Ты останешься здесь. Возьму только штурмовую винтовку. И боеприпас. И нет, даже не думай спорить.
Спустя полчаса я был в скафандре, предназначенном для исследования геологических объектов в экстремальных условиях. В ранце и подсумках находилось всё необходимое. Имелся также резервуар с кислородом. В скафандр был даже встроен полевой автолазарет. Но я надеялся, что он не понадобится. Впрочем, кто знает. Я ведь понятия не имел, чем кончится для меня моё путешествие. Мог, и правда, не вернуться. Но это вряд ли. Если кайдзю проходят сквозь рифт, то и я должен.
— Экраны активированы? — спросил я.
— С-с того момента, как вы велели дос-ставить с-скафандр, барон, — отозвался Садко.
Закинув винтовку на плечо, я направился к краю кипящего жидкого газа.
— Что мне делать, ес-сли вы не вернётес-сь, повелитель? — спросил вдогонку ИскИн.
— Ждать, — ответил я, не оборачиваясь. — И надеяться.
Через минуту мои ноги в специальных ботинках, бывших частью скафандра, коснулись зелёного газа, и я начал постепенно погружаться в рифт.
Поначалу было мелковато. Идти пришлось метров десять прежде, чем болото скрыло меня до пояса. Дальше дело пошло быстрее.
Когда я погрузился с головой, за стеклом шлема поначалу не было видно ничего, кроме бурлящего жидкого газа. Вокруг царила тишина. Температура снаружи не менялась. Я будто двигался в густом тумане.
Не знаю, сколько именно я шёл прежде, чем понял, что вижу, как завихрения хронида складываются в определённые узоры. Чем дальше я продвигался, тем более определённый вид они приобретали. И вот, наконец, стало ясно, что передо мной находится нечто вроде воронки. Внутри неё мелькали короткие зелёные молнии, вокруг которых мерцали вкрапления крошечных звёзд.
Через десяток шагов я почувствовал лёгкое покалывание — будто к моей коже под скафандром прикасались тысячи крошечных иголок. Ощущение не было болезненным и очень быстро прошло. Однако я успел почувствовать некое влияние, которое испытали при этом встроенные в мой ДНК паттерны, составлявшие геном кайдзю. Меня как будто просканировали.
И пропустили.
Едва я это подумал, как зелёный туман передо мной рассеялся. Резко, буквально в один миг.
Повертев головой, я понял, что нахожусь посреди подобия каменного бассейна, вырубленного в полу гигантской пещеры. Он был заполнен зелёным газом, из которого я «вынырнул» и в котором теперь стоял примерно по пояс.
Неимоверно высокий потолок был покрыт шевелящимся люминесцентным слоем, который и освещал то, что предстало моему взору.
А посмотреть было, на что!
Бассейн, в который из гигантских потрескавшихся резервуаров стекал хронид, был окружён… городом!
Я двинулся через бассейн и вскоре почувствовал, что дно поднимается. А через минуту уже вышел на каменный бордюр.
Город казался заброшенным. Трудно было представить, чтобы кто-то обитал в этом царстве тишины.
— Садко! — позвал я. — Ты меня слышишь?
Ответом была лишь гнетущая тишина. Значит, сюда сигнал не проходит. Скорее всего, и отсюда — тоже.
Я двинулся по городу, разглядывая всё, что попадалось на глаза.
Своды, похожие на перевёрнутые купола хрустальных озёр, колонны из полупрозрачного минерала, широкие проспекты, выложенные плитами из мерцающего камня, уходили в холодный сумрак, теряясь среди исполинских строений с изогнутыми фасадами. Здания напоминали то гигантские раковины морских чудовищ, то сплетения кристаллических деревьев. Их окна — овальные проёмы без стёкол — смотрели в никуда, будто пустые глазницы.
Через некоторое время я увидел башню, похожую на спиральный кристалл. Её грани отражали тусклый свет, струившийся с потолка циклопической пещеры, создавая иллюзию движения — казалось, будто она медленно вращается. Я понял, что это обман зрения, когда приблизился к ней.
У подножия лежали обломки скульптур: высокие изящные фигуры с тонкими конечностями, жуткими лицами и глазами, похожими на многогранные алмазы, были разбиты и покрыты слоем пыли.
Всё говорило о том, что я нахожусь в очень древнем городе, покинутом существами, чьи следы давным-давно стёрло время.
Попадались причудливые машины, похожие на аппараты для прокладки тоннелей, но их формы были стёрты временем и коррозией. Когда я прикоснулся к одной из них, часть её немедленно превратилась в труху и осыпалась мне под ноги.
Вблизи было заметно, что здания и мостовые покрыты трещинами, сквозь которые проглядывал только шевелящийся светящийся мох, из-за чего казалось, будто город светится изнутри. Ещё одна иллюзия.
Всё, что я видел, молчаливо свидетельствовало о былом величии. И не менее великом забвении.
Не было похоже, чтобы здесь произошла какая-то катастрофа. Ни тел, ни особых разрушений я не заметил. Должно быть, город покинули. Очень и очень давно.
Интересно, почему. И где он находится — тоже было бы недурно понять.
Словно в ответ на мой невысказанный вопрос, из-за здания в двадцати метрах справа показалась бледная голова мирминоида. Насекомое шевелило длинными усиками, ощупывая пространство вокруг себя. А затем застыло, уставившись на меня множеством чёрных глаз, отражавших бледный свет пещеры. Спустя пару секунд из-за мирминоида появился ещё один, а следом — третий.
Город и пещера находились на Авроре! Судя по всему, пройдя через рифт, я оказался в подземельях, где, как считалось, обитали только мирминоиды. Что ж, теперь, наверное, так и было. Но прежде здесь явно жили и другие существа. Во всяком случае, город и машины построили точно не муравьи. Нет, они просто пришли сюда, когда здешние обитатели покинули город.
Почему?
Кто знает…
Возможно, это случилось ещё в то время, когда Артемида перерождалась, увеличиваясь в размерах и поглощая ближайшие планеты. Куда делись обитатели Авроры? Возможно, улетели в другие миры.
Одно было ясно: они обладали технологией перемещения в пространстве, и именно отсюда просачивался хронид на поверхность планеты. А значит, и на других планетах системы Артемида, где открываются рифты, есть такие города! Я, чёрт возьми, открыл нечеловеческую цивилизацию!
По крайней мере, несомненные доказательства того, что некогда она существовала. И, возможно, есть где-то до сих пор. Хотя не факт, конечно. Если здешние обитатели покинули систему Артемиды миллионы лет назад, то уже могли исчезнуть. Как рано или поздно исчезает всё.
Тысячелетиями люди задавались вопросом, одни ли они во вселенной. И вот я, человек из иного мира, нашёл ответ.
От этого дух захватывало. Ну, то есть, непременно захватило бы, не умей я себя контролировать. И, наверное, найди я что-то, кроме древних руин.
Мирминоиды величием исторического момента, конечно, не прониклись. Они двинулись ко мне, постепенно набирая скорость.
Стянув с плеча винтовку, я переключил её на режим одиночной стрельбы, прицелился и выстрелил. Магический заряд прошёл сквозь первого муравья и поразил бегущего за ним. Вторая пуля сразила третьего. Вот так. Если появятся ещё — разберусь. И всё же, уходить слишком далеко от бассейна не следовало. Да и не нужно было. Судя по всему, технология на основе использования хронида располагалась рядом с бассейном. И резервуарами, из которых он вытекал. Да, время не щадит ничего.
Осмотревшись, я решил вернуться к башне. Она выделялась среди остальной архитектуры. Возможно, это что-нибудь да значило.
Протопав назад, я обошёл её основание и увидел ведущие ко входу широкие ступеньки. Вырубали их явно не на человеческий рост. Похоже, здешние обитатели были повыше меня минимум на метр.
Поднявшись, я заглянул в тёмный проём. Внутри ничего не было видно. Даже мох здесь не рос. Пришлось включить фонарь. Мощный луч белого света выхватил из древнего мрака огромный зал, в центре которого возвышался монолит. Материал отражал свет фонаря, искрясь и переливаясь. Словно молния застыла в камне. Или металле. А может, этот материал не был ни тем, ни другим.
Я двинулся к монолиту, шаря фонарём по сторонам. Подойдя ближе, понял, что искры складываются в перевивающиеся линии, перетекающие друг в друга — будто в конструкцию был вплавлен ещё какой-то материал. Стоило сделать шаг в сторону, и рисунок немедленно менялся.
Монолит представлял собой поставленный вертикально огромный обруч, и в его техногенной природе сомневаться не приходилось: передо мной совершенно точно было некое титаническое устройство, состоявшее из множества деталей. Внутри кольца располагалась только неподвижная пустота.
По периметру конструкции вились кристаллические нити, похожие на замёрзшие молнии. Легко было представить, как некогда они пульсировали энергией, но теперь не испускали даже призрачного сияния. Всё это казалось застывшим сном о былом могуществе.
У основания монолита я разглядел полустёртые временем барельефы, изображавшие высоких, стройных существ, входящих в кольцо. Их было много, они шли ровным строем, словно покидали город. Возможно, так и было. Если я верно понял смысл барельефа, то передо мной — бран-портал.
А значит, не было никаких космических перелётов. Наши предшественники просто ушли, переместившись через пространство, найдя себе новый дом и оставив после себя… Нет, не могли они оставить здесь только руины! Должно быть что-то ещё.
Я пошарил лучом фонаря вокруг себя и заметил справа небольшое прямоугольное возвышение. Оно стояло отдельно, не составляя единое целое с конструкцией портала.
Направившись к нему, я увидел то, что вначале принял за камень. Может быть, древний алтарь. Но вблизи стало ясно, что это нечто иное.
Предмет был выточен из полупрозрачного искрящегося камня, словно пронизанного жилами светящегося минерала, проявлявшимися, когда по ним скользил луч фонаря. Похожая на огромное дынное семя поверхность была покрыта переплетением рельефных символов, складывавшихся в бесконечный узор.
На верхней грани имелась овальная впадина, заполненная чёрной субстанцией. Она отражала свет, словно лужица мазута.
Протянув руку, я слегка прикоснулся к ней перчаткой. Жидкость немедленно пошла кругами — как поверхность пруда от брошенного в него камня.
А затем внутри что-то натужно заскрежетало, несколько раз щёлкнуло, и по бокам конструкции одна за другой начали открываться маленькие ниши!
В каждой находился красный кристалл с множеством граней. И все они мерцали, словно застывшие в рубиновых каплях крови далёкие галактики.
Обойдя возвышение, я насчитал тридцать восемь кристаллов. Остановившись, взял один и вытащил из ниши.
Он немедленно запульсировал, словно оживая от прикосновения, а затем в воздухе возникла, подобно распустившемуся на моих глазах цветку, голограмма — схема какого-то сложного устройства.
Есть!
Я отыскал не просто руины или портал, через который некогда прошли представители иной цивилизации. Я обнаружил саркофаг, в котором они оставили свои знания! Едва ли все, но, вероятно, основные принципы своих технологий. Передо мной была настоящая сокровищница — последний архив исчезнувшей расы, капсула времени, оставленная в вечности тем, кто однажды придёт на смену. Записанная на носители молитва о том, чтобы когда‑нибудь кто‑то понял: здесь была жизнь.
Словно сны о былом величии, в кристаллах хранилось самое ценное, что есть в мире, — информация. Древний саркофаг молчал, но его молчание было полно голосов.
Естественно, оставлять такие сокровища здесь я не собирался. Выложив из подсумков всё, что казалось лишним, набил их кристаллами и поспешил обратно к бассейну: пришло время возвращаться.
* * *
Алехандро Суарес спешил по крытой галерее, заставленной старыми экзодоспехами, которые носили когда-то далёкие предки его господина. Между ними свисали знамёна, захваченные в бесчисленных сражениях, которые в конце концов и привели Дом Алонсо к нынешнему могуществу. Под потолком парили на антигравитационных модулях маленькие пузатые роботы, почти бесшумно чистившие старые полотна, принадлежавшие некогда врагам рода.
Советник не обращал ни на них, ни на доспехи, ни даже на шедших навстречу служанок, приветствовавших его книксенами и поклонами, никакого внимания. Мысли Алехандро Суареса были целиком заняты делами и тревогами. Как текущими, так и грядущими.
Во-первых, план, который он предложил хозяину, провалился. Дважды! Сначала потерпело фиаско покушение с помощью машины Шварценбергов. Казалось просто немыслимым, что её удалось обнаружить, но факт оставался фактом: Белогор Коршунов был жив и здравствовал.
Во-вторых, Алехандро Суарес настоял на том, чтобы к Авроре был отправлен небольшой отряд «наёмников». По всем проведённым расчётам, его должно было хватить для устранения экзобарона, однако и здесь советника ждал провал: войска Коршунова не только разгромили врага, но и захватили три самых больших корабля. Которые теперь стали частью флота владельца Авроры.
Эти два события поставили под удар репутацию Алехандро Суареса как советника. Его нынешнее положение было весьма шатким. Ещё одна ошибка, и его непременно отправят в отставку. А учитывая, сколько ему известно о делах Дома Алонсо, это будет означать изоляцию до конца жизни. В лучшем случае. Могут и устранить от греха подальше.
Проклятый мальчишка! Всё из-за него. Но как он, Алехандро Суарес, мог так ошибиться⁈ И с кем? Жалким юнцом, которого уже и в живых-то быть не должно! Может, у парня хороший советник? Нет, ерунда! Старый князь не дал бы ему никого приличного. Скорее всего, дело в счастливых для сопляка случайностях.
Остановившись, Алехандро Суарес нервно порылся в карманах, извлёк золотой ингалятор и жадно вдохнул лекарство, чтобы успокоить нервы и справиться с подбиравшейся одышкой. Рука слегка дрожала.
Спрятав прибор, советник продолжил путь.
Ничего, везение Белогора Коршунова не может длиться вечно. На третий раз он непременно отправится к праотцам. Уж он, Алехандро Суарес, постарается!
Увы, было ещё кое-что, беспокоившее советника в последнее время не меньше, чем грозящая отставка.
Император Александр находился при смерти. Его наследник слишком мал, чтобы взойти на трон (часть старших царевичей истребила друг друга, чтобы претендовать на престол, а смерти оставшихся выглядели естественно, однако ходили слухи, что всё не так просто, и ситуация, в которой власть придётся принять на себя регенту, была подстроена), а значит, скоро начнётся война за престол. Претендентов на него несколько, и все они принадлежат к Старшим Домам, так что нет сомнений, что уже сейчас в Империи заключаются союзы и строятся тайные коалиции.
Алонсо — древний и могущественный род, однако они враждуют с Коршуновыми, а те, обладая Даром охотника, являются единственным источником хронида. И в грядущей смуте именно они выиграют больше всех, ибо их ресурс понадобится каждой группировке претендующих на трон регентов. И чем дольше продлится война за власть, тем больше заработают Коршуновы. А это сделает их намного, намного сильнее Дома Алонсо.
Но что гораздо хуже, продавая хронид или отказывая в нём, Коршуновы смогут поддерживать одних регентов и мешать другим.
И совершенно очевидно, что таким образом их политическое влияние на то, кто станет правителем Империи, окажется беспрецедентным.
Чем это грозит Дому Алонсо?
Падением!
И весьма скорым.
Алехандро Суарес очень старался быть хорошим и полезным советником. Он делал прекрасную карьеру (до последнего времени), однако собственная судьба и безопасность волновали его куда больше.
И, кажется, пришло время подумать о себе. И подстелить соломку, чтобы падать было не так больно.
Иначе говоря — прикинуть, как выжить, когда Дом Алонсо отправится в Лету. Связывать свою участь с нынешними хозяевами Алехандро Суарес считал бесперспективным и опасным.
Вот только как бы устроить всё так, чтобы остаться на плаву? У советника была пара идей на этот счёт, однако он пока не решил, какой отдать предпочтение. А может, отработать сразу несколько направлений? Для подстраховки.
Размышления пришлось прервать, ибо Алехандро Суарес, наконец, добрался до цели своего путешествия. Мысленно вознеся молитвы Господу, он толкнул дверь и вошёл в кабинет дона Алонсо для еженедельного доклада.
* * *
Великий Магистр был разочарован. Василиса чувствовала это, хоть и старалась не подавать виду, стоя перед диваном, на котором сидел верховный жрец.
— Наш посредник уверен, что точно произнёс кодовую фразу? — наконец, спросил Великий Магистр, не глядя на женщину. — Он не мог ошибиться и вызвать тем самым подозрения у Орфея?
— Нет, Великий Магистр, я заставила его повторить пароль.
— Значит, эксперимент по трансмиграции провалился. Что ж… этого следовало ожидать. Слишком много нюансов, слишком сложная технология. В тому же, совсем новая.
— Быть может, агент Орфей просто решил переметнуться? — робко вставила Василиса.
Великий Магистр покачал головой.
— Не думаю. Понимаю, тебе хочется, чтобы эксперимент удался, но, похоже, придётся признать: пока что мы не можем переносить сознание из одного тела в другое. Агент Орфей был выбран путём тщательного отбора, он преданный адепт нашего культа и мой сын. Нет, он не предал бы Орден.
— А если ему стёрло память, и он не помнит, кем был и…
Великий Магистр остановил женщину коротким жестом.
— Так или иначе, экзобарон не желает продавать хронид неизвестным покупателям, — сказал он. — Его осторожность понятна. В уме парню не откажешь. Однако именно он — наш шанс получить необходимое количество ресурса. И у нас есть, что ему предложить.
— Что, Великий Магистр? — спросила Василиса.
— Сама как думаешь?
— Полагаю, речь о том, чем на данный момент обладаем только мы. Бессмертие.
Крив Вадимович кивнул.
— Нужно сделать экзобарону деловое предложение. Вечная жизнь уже сегодня в обмен на хронид. Вернее — за согласие его продавать, не задавая вопросов.
— Полагаю, он догадается, от кого исходит подобное предложение, Великий Магистр, — заметила женщина.
— Безусловно. Но сможет ли он отказаться от бессмертия, даже понимая, с кем имеет дело?
— Я немедленно займусь разработкой операции. Мы подготовим и отправим на Аврору агента, который проведёт с бароном переговоры.
— В случае неудачи он не должен попасть в плен и оказаться в лапах Синода.
— Я позабочусь об этом, Великий Магистр.
— Тогда ступай, — Крив Вадимович слегка пошевелил бионическими пальцами. — Время не ждёт. Надеюсь, в следующую нашу встречу ты доложишь о том, что барон согласился на наше предложение. Иначе я буду весьма разочарован, Василиса. Весьма!

----------

Глава 2

Глава 2
Первым делом я уселся в позу лотоса и провёл тщательную медитацию. Не потому что стал свидетелем существования иной цивилизации — хотя это и не то, что ты встречаешь в жизни каждый день, как вы понимаете, — а потому что использование генома кайдзю требовало возврата к прежнему состоянию и упаковки паттернов обратно в ДНК-катушки. Волю давать чужим сущностям нельзя. Я уже объяснял, почему.
Медитация заняла почти час. Закончив и убедившись, что геном кайдзю надёжно помещён в запас и полностью подконтролен, я вызвал Садко.
Аватар появился передо мной. Прямо Сивка-Бурка.
— Чем могу с-служить, барон? — с поклоном осведомился ИскИн.
— В замке есть лаборатория?
— Конечно, мой барон. И она ос-снащена по пос-следнему с-слову техники. Вы желаете поручить мне провес-сти какой-то анализ?
— Подойди сюда и взгляни, — я прошёл к столу, на котором лежал набитый красными кристаллами подсумок. Открыв его, вытащил свою добычу и разложил в три ряда. — Насколько я понимаю, это носители информации, содержащие инструкции неких разработок. Высоких технологий. Сможешь в них разобраться?
— С-смогу с-сказать пос-сле того, как попробую, мой барон, — склонившись над кристаллами, ответил аватар. — Мне прис-слать бота, чтобы дос-ставил это в лабораторию?
— Нет. Я сам отнесу. Покажи дорогу.
— Как прикажете, барон. Прошу, с-следуйте за мной.
Через несколько минут мы вошли в просторное помещение, заставленное множеством приборов. Похоже, в замке, и впрямь, было собрано всё необходимое для анализов оборудование.
Пока шли, к нам присоединился маленький бот с тонкими суставчатыми манипуляторами. Садко объяснил, что он понадобится ему, чтобы управляться с кристаллами и некоторыми приборами, требующими физического контакта.
— Он с-станет моими руками, барон, — добавил он.
Когда дверь за нами закрылась, я выложил кристаллы на один из металлических столов.
Бот немедленно подкатил к нему и взял один из накопителей. Повертел в манипуляторах.
— Могу я узнать, где вы это взяли, барон? — спросил Садко. — В рифте?
— Да. Всё, что касается этих исследований, должно быть максимально засекречено. Доступ только у меня и тебя.
— Принято, мой барон. Позвольте я проведу ис-следования и с-сообщу вам результаты, как только они появятс-ся. Полагаю, анализ займёт время.
— Никуда не выноси кристаллы отсюда. И обеспечь лаборатории надёжную охрану.
— Будет с-сделано, барон. Не извольте бес-спокоиться.
Маленький бот покатил к одному из сканеров, держа металлическими лапками накопитель.
Оставив Садко заниматься моими находками, я отправился в тренировочный зал. Теперь, когда ко мне вернулся Дар Коршуновых, нужно было регулярно упражняться в фехтовании.
Переодевшись в свободный спортивный костюм и сменив ботинки на кроссовки, я взял со стойки один из клинков, прямой с лезвием фукура-карэру, взвесил его в руке, проверяя баланс. Он оказался идеальным. Что ж, подойдёт.
Выйдя на середину зала, я вызвал Садко. Благо, ИскИну не обязательно находиться в одном месте и выполнять лишь одну задачу. На самом деле, он перманентно занимался целой кучей вещей.
— Да, мой барон, — проговорил аватар, возникнув в углу справа. — Вам угодно потренироватьс-ся?
— Именно так. Высокая степень сложности.
За то время, что я жил на Зевсе, успел привыкнуть к интенсивным тренировкам, и снижать уровень не собирался. Напротив — нужно было его повысить.
— Как вам угодно, — отозвался Садко, и в то же мгновение в потолке открылись два десятка маленьких круглых люков, из которых вылетели пластиковые шары, переливающиеся разными огоньками.
Они окружили меня и зависли в полутора метрах над полом.
Симбионт живо откликнулся на сигнал опасности и снабдил меня силовым полем. Я крутанул клинок, разогревая запястье и мышцы предплечья. Принял боевую стойку.
— Три, — обронил Садко. — Два. Один.
Шары тут же пришли в хаотичное движение. Они то приближались, то отдалялись, меняя высоту.
Я взмахнул мечом, метя в один из них. С клинка сорвался маленький синий полумесяц и рассёк мишень. Две половинки со стуком упали на пол.
Разумеется, маг способен контролировать силу атаки. Иначе я уже разнёс бы стену тренировочного зала и кто знает, что ещё за ней.
Полумесяц растворился в полутора метрах за тем местом, где секунду назад находился шар.
Я атаковал следующий. И промахнулся: в последний миг цель сдвинулась вправо и полетела вокруг меня. Чёрт! Нужно быть внимательней. Далеко не всегда крупные враги самые смертоносные. Охотник обязан уметь поражать объекты любого размера. И по мелким попадать куда сложнее.
Взмахнув клинком ещё раз, я уничтожил вторую мишень.
— Я могу с-снизить с-скорос-сть шаров, — предложил наблюдавший за мной из угла аватар.
— Не смей.
Далее последовали два промаха подряд, но затем я рассёк летевший на меня шар и немедленно перешёл в следующую атаку, уничтожив другой.
Потом снова ошибся.
Тренировка продолжалась, пока я не уничтожил все мишени.
Результат оказался так себе. Значит, нужно практиковаться каждый день. Добиться, чтобы цели поражались с первого раза.
Вернув меч на стойку, я отправился в душ. Выбрал ионный режим, переоделся в обычный костюм и отправился в столовую.
— Не угодно ли вам отужинать в компании? — осведомился вдруг плывший рядом ИскИн. — Вы проводите много времени в одиночес-стве. Это может дурно с-сказатьс-ся на вашем нас-строении.
— С настроением у меня полный порядок, — ответил я, слегка удивившись. — С кем ты предлагаешь мне разделить трапезу?
— С-с одной из наложниц, разумеетс-ся. Вы ведь ещё не с-со вс-семи познакомилис-сь.
Я усмехнулся.
— Последнее знакомство закончилось не слишком романтично. Но ты прав: это не повод вести жизнь затворника. Пригласи одну из девушек к столу.
— Катерину или Цао Фэн?
— На твой вкус.
— Боюс-сь, у меня его нет.
— Тогда любую. С этим ты справишься?
— Да, барон. Девушка с-скоро явитс-ся в с-столовую.
Дожидаться наложницу я не стал. В конце концов, это не совсем свидание. Так что начал с лёгкого салата. Почти успел его прикончить, когда дверь отворилась, и в комнату вошла изящная азиатка в платье из благородного зелёного шёлка с переливающимся узором — словно лунная дорожка дрожала на поверхности ночного пруда, потревоженного лёгким дуновением ветерка.
Облегающий силуэт подчёркивал стройность фигуры и в то же время сдержанную пышность женских форм. В боковом разрезе при каждом шаге мелькала фарфоровая бледность округлого бедра.
Туфли из золотой парчи издавали звонкое цоканье, будто тонкие высокие каблуки были снабжены металлическими набойками.
Черты лица выглядели аристократично: чистый овальный контур, высокие скулы, миндалевидные тёмные глаза с пушистыми ресницами слегка блестели. Брови вразлёт напоминали взмах крыльев чёрной птицы. Полные губы, покрытые коричневой помадой, были чуть приоткрыты, демонстрируя ровные белые зубы.
Волосы были убраны в низкий элегантный пучок, из которого выбивалось лишь несколько прямых чёрных прядей, обрамлявших лицо. Никаких заколок не было. Только не в обществе аристократа, ведь в умелых руках даже изящное украшение способно превратиться в смертельное оружие. А вот серьги девушка надела — серебряные капли, внутри которых переливались пленённые тонкой металлической сеткой бриллианты. Правое запястье украшал лаконичный браслет. Ожерелья не было. Оно и понятно: его ведь так легко превратить в удавку.
Уж не знаю, кто позаботился обо всех этих мерах предосторожности, но, вроде бы, наложниц учат одеваться и подбирать аксессуары так, чтобы к ним не возникало вопросов у службы безопасности. Впрочем, возможно, за этим проследила женщина, которую Мурина назначила матроной в мой гарем.
В любом случае, требования были соблюдены.
— Добрый вечер, господин, — проговорила наложница тихим мелодичным голосом и поклонилась.
Каждое её движение было одновременно сдержанным и элегантным, выверенным с ювелирной точностью.
— Садись, — сказал я, указав вилкой на стул. — Ты голодна?
А вот острые столовые приборы очень даже можно использовать в качестве оружия. Поэтому и положено садиться от хозяина на противоположном конце стола. Но поскольку я показал наложнице на стул слева от меня, она не посмела ослушаться.
— Я мало ем, господин, — ответила она. — Моё имя Цао Фэн.
Стюард-бот галантно отодвинул для неё стул.
— Белогор, — сказал я.
Наложница выглядела спокойной, как лес в тихую ночь, но я чувствовал исходившие от неё молекулы запаха, и в них ясно читался страх.
— Почему ты меня боишься?
— Я вовсе не… — растерялась девушка.
Пришлось погрозить ей пальцем.
— Не лги. Просто ответь.
Цао Фэн потупилась. Она явно не была готова к такому повороту беседы.
— Ну, так в чём дело?
— В Веронике, — тихо отозвалась наложница. — Она не вернулась после того, как…
Девушка запнулась.
— И ты решила, что я сделал с ней что-то плохое?
— Я бы не посмела, господин!
— Опять врёшь.
— Простите, умоляю!
Запах страха значительно усилился. На фоне тонкого аромата духов, который выбрала наложница, он казался особенно контрастным.
— Вероника оказалась шпионкой, — сказал я и отправил в рот последний крошечный помидор. Отодвинув тарелку, которую немедленно убрал со стола стюард-бот, добавил: — Она пыталась меня убить. И не пожелала сдаться. Если ты не мой враг, тебе её участь не грозит.
— Я? — опешила Цао Фэн. — Нет! Ни в коем случае, господин!
— Верю, — кивнул я. Молекулы запаха выдавали только смятение, но оно было совсем иного рода, нежели у застигнутого врасплох шпиона. Уж я-то знаю, как пахнут те, кто замыслил недоброе. Читать эту тонкую палитру — искусство, которое изучают годами. — Так что можешь успокоиться. Я не больной извращенец, который душит женщин ради удовольствия. Арина тоже боится?
Цао Фэн робко кивнула.
— Передай ей мои слова.
— Да, господин. Конечно.
— Ну, раз мы всё выяснили, почему бы тебе не попробовать блюда? Всё-таки я тебя на ужин пригласил.
Наложница послушно взяла вилку и пошерудила ею в тарелке.
— Знаешь, что это? — спросил я.
— Нет, господин.
— Называется «ризотто». Чтобы его приготовить, нужно разогреть сковороду и растопить на ней немного сливочного масла. А затем припустить на нём лук-шалот — пока не станет мягким. Добавить рис, обжарить полминуты, а потом постепенно добавлять кипящий бульон, не забывая его помешивать. Через четверть часа блюдо станет напоминать густой крем. Тогда в него следует положить сыр горгонзолу и дождаться, пока он расплавится.
— Откуда вы знаете, как готовить, господин? — удивилась Цао Фэн.
— Это моё хобби. Я часто занимался этим в замке, хотя нехватки в изысканных блюдах там и не было. Попробуй.
Наложница осторожно отравила в рот немного ризотто.
— Очень вкусно, — сказала она, улыбнувшись. — Просто потрясающе!
Я кивнул.
— Да, что есть, того не отнять. С автоповаром мне повезло. Вы посещали церковь для Причастия? Я распорядился, чтобы вам не препятствовали и сопровождали.
— Да, господин. Вы очень великодушны.
— Или просто хочу, чтобы вы выглядели молодо как можно дольше, — улыбнулся я. — Ты веришь в Бога?
— Приходится, господин.
— В каком смысле? Из-за Эликсира? Ну, так ведь его можно получать и без веры. Достаточно платить десятину. А в твоём случае даже и этого не нужно. Её плачу за тебя я.
Это правда: наложницы — единственные кабальные, которые не получают жалованье. Иначе это походило бы на проституцию. Так что ответственным за их веру считается владелец.
— Я вовсе не об этом, — сказала девушка. — Выбор убеждений — это иллюзия. Если выбирать приходится из того, что есть, то в любом случае выбираешь то, что придумали до нас. И за нас.
— Интересная мысль. Звучит, как будто у тебя есть свои собственные. Только твои.
Цао Фэн отрицательно покачала головой.
— Увы, я не так умна, чтобы создать нечто своё. Поэтому, как большинство, вынуждена довольствоваться тем, что есть. А вы? Веруете? Если, конечно, мне позволено спросить, — тут же спохватилась девушка.
— А как же, — ответил я. — Все мы надеемся на вечную жизнь. А дать её может только Создатель. Или его церковь.
Всегда нужно знать, как отвечать на подобные вопросы. Даже если ты у себя дома и говоришь с тем, кто от тебя целиком зависит. История знает тысячи примеров, когда одно сказанное неосторожное слово губило целые семьи. А уж сколько людей погибло из-за расхождения в вопросах веры, вообще не сосчитать.
— Разве это не одно и то же? — нахмурилась девушка. — Бог и его церковь?
— Един ли мастер и его инструмент?
Моя собеседница задумчиво пожевала ризотто.
— Я не смею давать вам советы, господин, но разве говорить такое… не ересь?
— Вовсе нет. Эта тема не раз поднималась на дебатах в Святейшем Синоде и прочих церковных собраниях. Дискуссии о вере одобряются. А вот искать бессмертия на стороне — нет.
— О, вы про еретиков! Да, они просто ужасны!
— Совершенно ужасны, — согласился я. — Но мы чересчур увлеклись теологической беседой. Давай лучше перейдём к следующему блюду. Это террин из салацийской птерсии с беконом и горошком.
— Я сейчас подумала, что никогда не видела птерсию, — сказала вдруг Цао Фэн. — Живую, я имею в виду. И других птиц. Да и животных тоже. Вообще никаких.
— Ну, можешь полюбоваться на пантер, — сказал я, указав на лежавших возле дальней стены хищников. — Их далёкие предки с Земли, резиденции Великого Императорского Дома.
— Они ведь смирные? — спросил девушка, глядя на хищников.
— Абсолютно. Можешь погладить, если хочешь.
— Нет… Если вы не возражаете.
— Как угодно. Ну, поехали. Оценим террин. Надеюсь, он не разочарует.
Когда мы приступили ко второму блюду, я заметил, как Цао Фэн искоса поглядывает на меня, словно прикидывает, сказать что-то или нет.
— В чём дело? — спросил я. — Выкладывай. Вижу, у тебя что-то на уме.
— Вы очень проницательны, господин, — смутилась девушка.
— Значит, я прав?
Она кивнула.
— Я хотела спросить: не одиноко ли вам в таком большом замке? Вы редко ищете нашего общества, а мы могли бы скрасить ваш досуг. Мы умеем многое. Услаждать не только тело, но и душу. Наше искусство основано на древней традиции воспитания гейш, которая зародилась в ныне не существующей стране Ниппон. Но смею заметить, мы идём в ногу со временем и значительно превзошли прежние каноны.
— Не сомневаюсь. Однако дело в том, что пребывание в чьём-то обществе никак не связано с отсутствием одиночества.
— Я понимаю, господин, — кивнула Цао Фэн. — Но кто знает, не найдёте ли вы в одной из нас душевной или сердечной привязанности? А может, даже в нас чет… троих, — поспешно исправилась девушка.
— Боюсь, одиночество — неизбежная участь человека, облачённого властью. И тому есть несколько причин. Во-первых, такой человек находится по отношению к большинству окружения выше, а среди тех, кто с ним в одной плоскости, редко бывают те, кому можно доверять. Кроме того, власть имущему приходится регулярно принимать решения, от которых зависят судьбы других, и нести за них ответственность. По крайней мере, за часть из них. Никто не разделит с тобой ни вину, ни славу. Ну, и перед своей совестью отвечать нужно. От неё-то никуда не денешься. Вдобавок большая часть жизни владыки организована в соответствии с протоколами и церемониями, превращающими общение в формальный ритуал. Меня это, правда, ещё только ждёт, но от этого никуда не деться.
— Полагаю, дело и в недоверии, — вставила моя собеседница, улучив момент, когда я прервался, чтобы отправить в рот кусок мясного фарша, запечённого с орехами, сухофруктами и маслинами.
Я кивнул.
— Безусловно. Особенно когда ты знаешь, что тебя попытаются либо задавить финансово, либо попросту убить. Приходится подозревать каждого.
— Наверное, дело ещё и в привычке повелевать, — оживилась девушка от того, что я поддержал её реплику. — Я имею в виду, что это
постепенно отучает от умения слушать, и диалог в конце концов превращается в монолог.
— Вижу, тебя, и правда, многому научили, — заметил я. — Отдаю должное, поддержать беседу ты умеешь.
— Благодарю, повелитель, — Цао Фэн вдруг покраснела. — Нам говорили, что женщины, с которыми мужчине нечего обсудить, быстро надоедают.
— Как и те, которые болтают слишком много, — улыбнулся я. — Как тебе террин?
Моя собеседница сразу смекнула, что пора сменить тему.
— Прекрасно, господин! Вкус просто изумительный. Никогда не ела ничего подобного.
— Вас что, почти не кормили прежде? — спросил я.
— Нет, что вы! Мы питались очень хорошо, и никогда не были голодны. Просто… это всегда была здоровая пища. Полезная. И безвредная. Мы ведь должны держать себя в форме, — Цао Фэн с тоской поглядела в тарелку. — Наверное, я и так уже…
— Считай, что сегодня у тебя исключительный день, — перебил я. — Наслаждайся.
— Как прикажете, господин, — и девушка охотно снова вооружилась вилкой.
После ужина, выпив зелёного чая, мы отправились в мои покои. Не было никакого смысла откладывать ту часть знакомства, ради которой мы встретились.
Надо отдать Цао Фэн должное — она оказалась на высоте. Современные достижения любовной науки ничем не уступали в её исполнении старым добрым традициям. Лишь через три часа я отпустил её к остальным девушкам, принял ионный душ и завалился спать.
Утром встал после одиннадцати. Сделал зарядку и, накинув халат, уселся завтракать. Стюард-бот притащил в спальню поднос с едой и дымящимся кофейником. Проверив всё на наличие ядов, я принялся жадно поглощать пищу.
Когда закончил и налил себе вторую чашку кофе, в комнате появился Садко.
— Мой барон, у меня для вас-с новос-сти.
— Хорошие, надеюсь, — спросил я, глядя на него поверх чашки.
— Полагаю, вас-с они обрадуют. Мне удалос-сь разобрать час-сть данных с-с накопителей, которые вы мне дали.
— Только часть?
— Технологии, которые они опис-сывают, с-сущес-ственно отличаютс-ся от извес-стных. Приходитс-ся проводить много с-сложных рас-счётов, чтобы понять принципы их дейс-ствия.
— Ладно, я понял. Жди меня в лаборатории. Я сейчас туда приду, и ты мне покажешь всё, что выяснил.

----------

Глава 3

Глава 3
Сказать, что я многого ожидал от исследования Садко, значит не сказать ничего. Технологии иной расы должны были стать краеугольным камнем нового витка развития человеческой науки. Если конкретнее — моих собственных апгрейдов, в которых я так нуждался. Так что я трепетал от предвкушения.
Стоит отдать должное ИскИну, он не подвёл.
— Мой барон, — начал Садко, когда я уселся в кресло, чтобы послушать, какие сведения ему удалось извлечь из накопителей иной разумной расы. — Прежде вс-сего позвольте отметить бес-спрецедентнос-сть с-сведений, которые мне удалос-сь почерпнуть из добытых вами накопителей.
— Ты не сдерживайся, выкладывай всё, что есть, — подбодрил я ИскИна.
— Во-первых, мне удалос-сь рас-сшифровать технологии ус-силения защитных полей. Во-вторых, обнаружилис-сь нес-сколько новых принципов с-создания энергетичес-ского оружия. Ес-сли внедрить их в то, что мы имеем с-сейчас-с, то при незначительных модификациях мы с-сможем кардинально увеличить как защитные функции, так и атакующую мощь.
— Звучит, как музыка. Что ещё?
— В плане технологий это пока вс-сё. И для них потребуютс-ся кое-какие металлы и другие химичес-ские элементы, довольно редкие и дорогие. Ес-сли, конечно, вы решите вложитьс-ся в апгрейды.
— Ещё как решусь, даже не сомневайся.
— Тогда, боюс-сь, мы будем вынуждены прибегнуть к закупкам. Я позволил с-себе проанализировать рынок, и получаетс-ся, что необходимыми материалами из ближайших к нам добытчиков обладают Ремизовы.
— Новости так себе. Они только и ждут, когда меня не станет. Но продолжай.
— Ещё мне удалос-сь обнаружить информацию о рас-сположении на Авроре некоторых рес-сурс-сов и инновационных с-спос-собах их ис-спользования. Например, в виде с-сплавов.
— Отлично! Значит, нам нужно как можно быстрее начать их добычу, верно я понимаю?
— Было бы вес-сьма целес-сообразно.
— Но нужны деньги, да?
— Увы, мой барон. Без них никуда.
— Чёрт! Ладно, а что там с апгрейдами? Если мы закупимся у Ремизовых, то в какие сроки сможем провести модификации нынешнего оборудования?
— Я бы рекомендовал пока с-сос-средоточитьс-ся на с-силовых щитах. Это мы вполне с-спос-собны с-себе позволить. Но не думаю, что Ремизовы с-соглас-сятся на пос-ставки. Полагаю, у них уже рас-спис-саны заказы.
— Меня это не устраивает. Усилить обороноспособность необходимо уже сейчас. Мы тут, вообще-то, пиратов ожидаем.
— С-совершенно с-с вами с-соглас-сен, барон, однако для этого потребуютс-ся рычаги давления на Дом Ремизовых. У вас-с они имеютс-ся?
— Дай подумать. Я тут всё размышлял о том, кто притащил в замок машину Шварценбергов, и пришёл к выводу, что главный подозреваемый — представитель как раз Ремизовых. Больше, как будто, некому.
— Но мой барон, подозрения нам не помогут. Ведь доказательс-ств нет. Я проанализировал запис-си пос-сещения гос-сподина Полес-сова и не обнаружил никаких признаков того, что именно он…
— Погоди, — прервал я ИскИна поднятием руки. — Возможно, ты не то искал. Давай-ка посмотрим записи вместе.
— Вы полагаете, мои алгоритмы недос-статочно с-совершенны?
— Я полагаю, что могу заметить то, на что ты, мой друг, не обратил внимания. Вдруг повезёт.
— Что ж… ес-сли вам так угодно, — судя по тону, Садко был малость уязвлён, однако я уже решил, что именно нужно искать, и хотел проверить своё предположение.
Тем более, как раз и повод представился.
В воздухе возникла трёхмерная голограмма посещения Полесова.
Хотел бы сказать, что сразу увидел то, что нужно, но пришлось просмотреть запись его визита восемь раз, прежде чем я велел Садко остановить её и промотать ещё раз.
— Вот, видишь? — спросил я, внутренне торжествуя.
— Прошу прощения, барон, но…
— Складки на одежде. Посмотри вот сюда, — подойдя к стереоизображению, я указал на пиджак Полесова. — Они едва заметны, но они есть. Как будто нечто невидимое держится за ткань с этой стороны. А спустя несколько секунд они исчезают. Материал расправляется. Видишь?
— Хм… Должен признать, вы правы, барон, — тон ИскИна казался озадаченным. — Но что это может значить?
— А ты не понимаешь? Робот держался за ткань пиджака, а затем соскочил на пол! Машина Шварценбергов может обмануть сканеры давления, но не в состоянии изменить запись.
— Возможно, вы правы, — помолчав, признал Садко. — Не знаю, как я мог это пропус-стить. Зато это с-свидетельс-ствует о том, что ис-скус-ственным интеллектам никогда не заменить человека, что бы ни говорили фундаменталис-сты.
— Плевать мне на фундаменталистов! Мы только что получили доказательство того, что Полесов пронёс на себе машину Щварценбергов!
— Не уверен, что этого хватит для с-суда, мой барон.
— А я в суд и не собираюсь. Мне лишь нужен рычаг давления на Ремизовых.
— Что ж, возможно, этого и дос-статочно. Как вы планируете ис-спользовать полученное знание?
— Свяжись с Полесовым и назначь ему встречу. В Николаевске-12. Скажи, я собираюсь осмотреть город и заодно был бы рад увидеться с ним. Он решит, что это насчёт передачи аренды Брусиловых и непременно согласится.
— С-сию минуту, барон.
Через четверть часа у меня было приглашение присоединиться к Андрею Николаевичу Полесову во Дворце Спорта, где представитель Дома Ремизовых рассчитывал быть в половине третьего.
— Полагаю, это означает обед, мой барон, — заметил Садко, докладывая о результатах переговоров.
— Очень хорошо. Я как раз успею проголодаться. А что за Дворец такой?
— По с-сути, это ипподром. Только вмес-сто лошадей в с-соревнованиях учас-ствуют животные с-с Кибелы — так называемые квазирапторы. Очень быс-стрые и вынос-сливые ящеры.
— И на них делают ставки?
— С-совершенно верно, барон. Правила гонки довольно с-сложные, так что, ес-сли с-собираетес-сь поучас-ствовать…
— Нет, я не азартен. Предпочитаю полагаться на планирование, а не случай.
— Вес-сьма разумно, ес-сли позволите заметить. В общем, гос-сподин Полес-сов будет ждать вас-с в два-тридцать в вип-ложе.
— Очень хорошо. Сделай мне запись вот этого уличающего его момента на каком-нибудь небольшом носителе, чтобы я мог показать ему. Желательно в стерео формате.
В Николаевск я прибыл ровно в четверть третьего. По имперским меркам, город был совсем крошечным — всего шестнадцать миллионов жителей. Захолустье, короче. Провинциальные города Земли, колыбели человечества, насчитывали больше. Тем не менее, Николаевск оставался самым большим поселением планеты, и именно в нём проживали представители аристократических Домов. Так что его можно было считать деловым и культурным центром Авроры. Во всяком случае, на данный момент.
Дворец Спорта был построен, как и большинство зданий Николаевска, Ремизовыми и походил на крытый стеклянным куполом огромный Колизей.
Мой кортеж припарковался на нижнем ярусе циклопического здания. Отсюда до вип-лож было рукой подать, так что я добрался до забронированной Полесовым всего за несколько минут.
Поверенный местного представительства Дома Ремизовых был на месте — сидел за столом, держа на руках сине-оранжевого представителя фауны Поллукса, похожего на маленького толстого медвежонка с острыми ушками, заканчивавшимися пушистыми кисточками, и коротким, но вполне выраженным хвостом. Вместо шести глаз у питомца сверкали в лучах наполненного секретом кайдзю светильника искусно огранённые крупные бриллианты. Слепой зверёк цеплялся за своего хозяина, вынужденно воспринимая его как единственную гарантию защиты и источник пищи.
Когда я вошёл в ложу, Полесов встал, держа питомца на руках, и поклонился.
— Рад вас видеть, господин экзобарон, — проговорил он с елейной улыбкой. — Надеюсь, вы не откажетесь разделить со мной трапезу?
— С чего бы? — отозвался я, занимая место напротив. — Любите скачки?
— Только эти. Моя слабость, — виновато отозвался Полесов. — Хотите сделать ставку? У меня есть буклет, где я отметил фаворитов.
— Нет, спасибо. Я не полагаюсь на удачу.
— И правильно. Обманчивая дамочка. Но ничего не могу с собой поделать — так и тянет проверить, насколько она ко мне благосклонна. Обед подадут через пару минут. Я взял на себя смелость заказать и вам. Лобстеры в сливочном масле. Надеюсь, вы едите морепродукты?
— Блестящий выбор, — искренне одобрил я.
— Благодарю. Сам их обожаю. О, смотрите: рапторов готовят к забегу! Я поставил на тринадцатый номер.
— Почему именно на него?
— Никаких суеверий, барон, только анализ, — Полесов взял со стола бинокль, приложил его к глазам и полминуты разглядывал существо в загоне. — Хорош! — удовлетворённо произнёс он, наконец. Положив бинокль на место, он погладил сине-оранжевого питомца и сказал: — Я так понимаю, вы решили пересмотреть условия аренды, предоставленные Брусиловым?
— Не совсем так. И даже вообще не так.
На лице моего собеседника отразилось недоумение. Он явно рассчитывал заключить выгодную для Ремизовых сделку и был уверен, что я прибыл для передачи аренды Брусиловых.
— Прошу прощения, барон… — кашлянув, смущённо проговорил Полесов. — Я решил, что… Впрочем, неважно. Готов выслушать вас.
— Рад слышать. Потому что мне есть, что сказать. Это касается химических элементов, которые Дом Ремизовых добывает на Авроре.
— Вы желаете их приобрести?
— Именно. Вот список, — вытащив сложенный пополам листок из внутреннего кармана пиджака, я положил его перед собеседником.
Полесов к нему не прикоснулся.
— Ваше благородие, к сожалению, всё, что добывается компаниями Дома Ремизовых на Авроре, отправляется покупателям в соответствии с действующими контрактами. Излишков просто нет.
— Уверен, что-нибудь да остаётся, — отозвался я. — На всякий случай.
Полесов пожал плечами.
— Может, и так. Мне нужно уточнить. О, прошу прощения! — он взял бинокль и приложил его к глазам. — Забег начался, а я поставил кругленькую сумму.
— На тринадцатый номер, я помню. Не объясните правила соревнования?
— Охотно. Это гонка на выживание, очень популярный вид спорта. Каждый квазираптор оснащён улучшениями, которые можно активировать дистанционно. Мышечные стимуляторы, энергетический щит и оружие, конечно.
— Так животные могут погибнуть во время соревнования?
— Уверяю, что большая часть до финиша не доберётся. Вы ни разу не смотрели такие гонки, господин барон?
— Я не любитель телевидения.
— Понимаю. Так вот, на дистанции имеются препятствия. Например, лава, кислота, гравитационные ловушки, выбросы газа и автоматические орудия, которые могут включиться в любой момент. Пройти их или попасть под огонь — настоящая лотерея.
— Не многовато?
— Их можно преодолеть с помощью прыжковых платформ, но это требует точного расчёта. К тому же, они находятся в постоянном движении. Вот сейчас как раз рапторы приближаются к кислотному бассейну. Поглядим, сколько из них сумеют его перепрыгнуть.
— И что, нет никаких ограничений? Соперников можно атаковать, сколько угодно?
— Вовсе нет… Прошу прощения, тринадцатый номер запрыгнул на платформу. Перескочил на следующую и атаковал соперника. Не желаете взглянуть? Я попрошу принести ещё один бинокль.
— В этом нет необходимости. Меня интересуют ресурсы, а не результат гонки.
— Да, прошу прощения, — спохватился Полесов. Опустив бинокль, виновато улыбнулся. — Это всё моя азартность. Ничего не могу с собой поделать.
— Должно быть, обходится такое увлечение недёшево.
— Это да. Но мне чаще всего везёт.
В это верилось с трудом.
— Так насчёт ресурсов, — Полесов задумчиво погладил сине-оранжевый мех своего питомца. — Полагаю, Дом мог бы изыскать возможность продать часть остатков, если они найдутся, или увеличить добычу в случае… как бы это сказать…
— Позвольте вам помочь, Андрей Николаевич. Вы, наверное, имеете в виду, что передача контрактов Брусиловых поспособствовала бы сделке по ресурсам?
Мой собеседник сдержанно улыбнулся.
— Уверен, это здорово помогло бы, ваше благородие.
— Понятно. Признаться, я ожидал чего-то подобного.
— Значит, всё-таки подумали над предложением? — оживился Полесов.
— Нет. Но у меня есть встречное.
— Правда? И какое?
— Секунду. Хочу попробовать лобстера.
— О, разумеется! Они великолепны.
Пока я повязывал на шею салфетку, чтобы не закапать маслом грудь, Полесов снова взял бинокль и уставился на арену. Лишь звук треснувшего панциря, который я расколол специальными щипцами, отвлёк его от созерцания гонки.
— Ваш вердикт, господин барон? — осведомился он, когда я подцепил вилкой кусок белого мяса, вытащил его из панциря, обмакнул в чесночное масло и отправил в рот.
— Великолепно.
— Очень рад. Так что насчёт встречного предложения?
— Уверен, оно придётся вам по душе. Видите ли, на меня было совершено покушение. С помощью машины Шварценбергов.
— Неужели? Какой ужас!
В лице мой собеседник не изменился, но молекулы запаха, которые он источал, говорили красноречивее всего. Полесов сразу сообразил, что я не случайно завёл речь о покушении именно с ним. Собственно, если бы у меня оставались сомнения в виновности советника, его запах только что выдал его с головой. Увы, это к делу не пришьёшь, как говорится.
— Да, — кивнул я. — Очень прискорбный случай.
— Вам удалось найти преступника?
— Разумеется. Ничто тайное не остаётся таковым надолго.
Полесов неуютно поёрзал на стуле.
— Что ж… — проговорил он. — Это радует.
— Собственно, поэтому я здесь.
— Вот как? — советник приподнял брови.
Он нервничал, но паникой пока не пахло. В прямом и переносном смыслах. Мужик понимал, что обвинить его с помощью доказательств будет трудно, однако осознавал и то, что я не стал бы заводить речь о виновнике покушения просто, чтобы поддержать разговор.
— Хочу вам кое-что показать, Андрей Николаевич. Если это не слишком отвлечёт вас от забега.
— Я весь внимание, господин барон.
Сполоснув руки в специальной чаше, я тщательно вытер их салфеткой и достал из кармана портативный голопроектор. Положив его на стол, нажал на кнопку и откинулся на спинку стула.
Полесов подался вперёд, чтобы лучше рассмотреть трёхмерную картинку, появившуюся в воздухе.
— Это запись вашего посещения замка, — пояснил я, хоть в этом и не было нужды. — Не вся, конечно, а только самая интересная её часть.
— Что я должен увидеть? — спросил советник.
Он старался, чтобы голос звучал спокойно, однако в нём всё-таки слышалось напряжение.
— Обратите внимание на складки вот здесь, — я показал на картинку. — Они едва заметны. В этом месте машина Шварценбергов цеплялась за ваш пиджак. А вот сейчас она уже соскочила на пол. Как вам известно, подобные гаджеты не способны использовать антигравы, потому что это единственное, что они не могут заглушить. Колебания притяжения ИскИн определил бы мгновенно.
— Да, я слышал об этом, — помолчав, проговорил Полесов. — Но я не думаю, что это доказательство моего участия в покушении. Уверен, вы и сами это понимаете, барон. К тому же, не забывайте: обвиняя меня, вы автоматически выдвигаете обвинение Дому Ремизовых. Уверены, что готовы к этому, имея на руках лишь эту карту?
Судя по запаху, советник расслабился. Очевидно, он опасался, что у меня есть более убедительные подтверждения подозрений, и теперь решил, что пронесло.
— О, я вовсе не собираюсь обвинять Дом Ремизовых, — улыбнулся я, потянувшись к новому куску лобстера. — Вероятно, вы действовали самостоятельно. Взяли деньги и машину Шварценбергов у агентов Дома Алонсо, решив, что это сойдёт вам с рук. Скорее всего, из-за частых проигрышей, ведь вы любитель ставок. Всем известно, что до добра такие увлечения не доводят.
— Но… — попытался вставить Полесов.
Конечно, я не дал ему такой возможности.
— Мы с вами оба понимаем, что вы действовали по приказу Ремизовых. Которые пошли навстречу Дому Алонсо, желая, чтобы меня на Авроре не было, и всё вернулось на круги своя. И машину Шварценбергов они получили от них. Но я вас уверяю: Ремизовы мгновенно открестятся от вас и будут настаивать именно на версии, будто вы действовали самостоятельно, желая отдать игровые долги.
Полесов застыл, глядя на меня. Было видно, как он пытается сообразить, что ответить.
Я его опередил:
— Но вы правы: выдвигать обвинения, имея лишь эту запись, было бы опрометчиво. К сожалению, для вас, Андрей Николаевич, есть ещё кое-что. Крошечный синий ворс, оставшийся на конечностях машины Шварценбергов. Этого вы не учли, — звук расколотого щипцами панциря заставил моего собеседника вздрогнуть. Питомец у него на руках, почувствовав эмоциональный фон хозяина, издал жалобный звук. — Как вы понимаете, господин Полесов, этого вполне довольно, чтобы вас обвинить, ведь на записи вы как раз в синем костюме. Даже сличать нитки не потребуется — все поверят, что машину принесли в замок именно вы. А тот, кто попытается вас оправдать, будет выглядеть соучастником. Так что, как я и сказал, Дом Ремизовых немедленно от вас отвернётся и сделает козлом отпущения. Хотите отдуваться за своих хозяев? Вы настолько преданы им, что готовы пожертвовать своей жизнью ради их интриг? — подцепив кусок нежного мяса, я опустил его на пару секунд в чесночное масло, а затем отправил в рот. — Не думаю. Кстати, кажется, номер тринадцатый только что поджарился в ловушке. Жаль, до финиша оставалось всего ничего. Вы проиграли, Андрей Николаевич.
Лицо моего визави исказила жалкая гримаса. Рука, которой он машинально гладил зверька, дрожала.
— Увы, везёт мне не так часто, как хотелось бы, — проговорил он. Вот теперь запах советника свидетельствовал об охватившей его отчаянной панике. Благодаря ДНК мирминоидов, для меня молекулы феромонов складывались во вполне конкретные узоры, не оставлявшие сомнений в информации, которую несли. — Вы… говорили о встречном предложении, господин барон. Могу я узнать, в чём его суть?
— Думаю, вы и сами догадались. Мне всё ещё нужны ресурсы из списка. Особенно тербий и диспрозий. Я пометил их восклицательными знаками.
Полесов сгрёб со стола листок и, не разворачивая, сунул его в карман.
— Я постараюсь объяснить Дому Ремизовых, что сделка с вами, господин барон, выгодна и совершенно необходима, — проговорил он.
— Буду весьма признателен. И не затягивайте, Андрей Николаевич. Это в наших общих интересах.
— Конечно-конечно! — закивал советник. — Немедленно этим займусь. Сегодня же.
Сполоснув руки, я вытер их салфеткой и встал.
— Спасибо за лобстеров. Они выше всяких похвал. А теперь вынужден откланяться. У меня ещё дела.
— Да-да, — Полесов поспешно вскочил, едва не выронив слепого питомца. — Всего доброго, господин барон! Рад был… В общем, премного благодарен.
Прихватив голопроектор, я вышел из ложи.
Переговоры прошли даже лучше, чем можно было ожидать. Полесов оказался достаточно умён, чтобы сразу понять, что его дело проиграно, и не упираться. Теперь он объяснит своим хозяевам, почему не стоит со мной бодаться, рискуя оглаской причастности к покушению, ведь, даже если я обвиню только его, Дом Ремизовых всё равно будет фигурировать в деле, и все поймут: советник действовал по их указанию. А репутация порой куда важнее того, что можно доказать.
В общем, своего я добился. Очень скоро мне поступят необходимые материалы, и можно будет начать внедрение технологий, которые мне удалось заполучить в рифте. А это означает существенное преимущество в грядущей схватке с пиратами. И не только с ними. В том, что врагов у меня будет становиться всё больше, сомневаться не приходилось.
И главным из них очень скоро станет Дом Коршуновых. Пока что отец меня недооценивает, но это пройдёт. И к этому моменту нужно быть готовым. Потому что Коршуновы это не наёмники и не пираты. Это сила, справиться с которой придётся очень и очень постараться.

----------

Глава 4

Глава 4
Путь до парковки занял всего несколько минут. Других дел у меня в городе не было, но хотелось осмотреть его. Всё-таки, именно здесь обитали представители большинства аристократических Домов и независимых компаний, да и формально город теперь принадлежал мне. Хотя застройкой занимались, в основном, Ремизовы.
Над Николаевском распростёрся пронзительно-голубой, похожий на огромную перевёрнутую хрустальную чашу купол неба — разумеется, искусственного. Как и над моим замком, атмосфера создавалась с помощью биомассы, а удерживалась силовым полем. Однако выглядел пейзаж более, чем естественно. Если не знать, в чем дело, никогда не подумаешь, что небо не настоящее. Только птиц в нём не было. Зато повсюду летали глайдеры различных конфигураций и моделей — от грузовых до пассажирских. Были и военные. Каждый Дом имел свою маленькую армию для обеспечения безопасности.
Справа от Дворца спорта возвышался храм Эклектической церкви, выстроенный в современном стиле и оттого похожий на причудливое нагромождение геометрических форм. Слева же виднелось здание, предназначение которого угадать по внешнему виду было невозможно.
— Садко, что это такое? — спросил я, указав на него.
Аватар немедленно появился возле меня, тощий, высокий, красный и безликий.
— Оперный театр, мой барон, — отозвался он. — Угодно пос-сетить? Я могу проверить рас-спис-сание с-сегодняшних предс-ставлений. Днём, конечно, вряд ли что-то ес-сть, но…
— Не нужно. Хотя при случае я бы сходил в оперу. Есть несколько, которые мне нравятся.
— Ес-сли назовёте их, я с-смогу запланировать пос-сещение театра.
— «Князь Игорь» Бородина, например. Но это позже. Сейчас не до этого. Я вообще не думал, что в городе есть подобные развлечения. Это же, по сути, рабочее поселение. Неужели Ремизовы раскошелились на постройку такой махины только ради искусства?
— С-секунду, мой барон. С-сейчас-с с-справлюс-сь в С-сети. Нет, театр возведён на с-средс-ства С-саввы Третьякова. Он извес-стный меценат. Возможно, вы о нём с-слышали.
— Конкретно о нём — нет.
— Гос-сподин Третьяков вес-сьма щедр. Он с-строит не только театры, но и музеи, а также с-спонс-сирует подвижные выс-ставки, академии ис-скус-ств и так далее. Имеет награды от Императорс-ского Дома.
— Кто бы сомневался. Что ж, спасибо ему. Культура — это хорошо. А какие в городе есть…
Закончить вопрос я не успел: в этот самый момент раздался оглушительный грохот, земля под ногами содрогнулась, и великолепный храм начал разваливаться прямо на глазах, изрыгая из трещин огонь и дым!
Находившиеся на улице люди с воплем бросились врассыпную.
А затем сверху посыпался настоящий град из обломков!
— Назад, ваше благородие! — крикнула Мурина, хватая меня за руку. На удивление крепко для женщины. Хотя, наверное, в самый раз для супера. — Нужно укрыться!
Я не двинулся с места. Обломки падали метрах в двадцати от нас, превращая в металлолом часть машин на парковке, но было ясно, что до меня они не долетят.
— Господин барон! — в отчаянии воскликнула Мурина. — Магическое поле не защитит вас от удара!
— Мы в безопасности, — ответил я. — Не нужно паниковать, капитан. Возьмите себя в руки. И отпустите меня.
В этот момент один особенно большой кусок здания начал отваливаться от разрушенной стены, угрожая раздавить находившихся под ним людей, которых сбило с ног ударной волной.
Выхватив пистолет, я выстрелил в него. Синий заряд вонзился в медленно кренящийся обломок и разнёс его на множество мелких.
— Нужно помочь пострадавшим, — сказал я, опустив оружие. — Уверен, некоторым требуется медицинская помощь.
К этому моменту всё, что могло упасть, лежало на земле. Храм пострадал чудовищно, пожар быстро распространялся, и над улицей стелился густой чёрный дым. Пахло гарью и химикатами.
— Уверена, медики и пожарные уже выехали, — сказала Мурина. — Но есть вероятность, что будут ещё взрывы. Ваше благородие, благоразумнее покинуть город. Мы проводим вас…
— Капитан, вы меня слышали. Вас же не оглушило взрывом?
— Никак нет, барон.
— Тогда извольте следовать за мной. У вас же есть при себе медпакеты? Полагаю, помощь оказывать ваши люди умеют?
— Так точно, ваше благородие. Ты и ты, — она ткнула пальцем в двух рослых гвардейцев, — держитесь возле его благородия. Остальные — за мной. Приказ вы слышали.
Разумеется, я в стороне тоже не остался.
Часть обломков угодила в транспортные средства, так что движение перед Дворцом спорта оказалось парализовано. Люди метались, словно ужаленные. Лишь некоторым хватило мужества не бежать, стараясь скрыться, а оказать помощь пострадавшим. Коих было немало. Впрочем, большинство лишь сбило с ног. Но в некоторых угодили обломки, так что отовсюду доносились стоны и крики.
Вдалеке раздавались сирены приближавшихся спецслужб.
Окинув взглядом пространство, я заметил рухнувший на землю пассажирский глайдер, сбитый в полёте обломками. До него было метров пятьдесят. Если кто-то внутри него выжил, ему точно требовалась срочная помощь.
— Туда, — показал я гвардейцам, и мы побежали между припаркованными машинами к глайдеру.
Когда мы приблизились, я увидел на исцарапанном боку дворянский герб. Похоже, транспорт принадлежал одному из Домов. Что ж, аристократы тоже люди.
— Люк! — бросил я гвардейцам.
Один из них немедленно снял панель возле двери и опустил рычаг аварийного отключения. Из щели вырвалась белая струя газа, гидравлика натужно заскрежетала, но больше ничего не произошло.
— Заело, ваше благородие!
— Это я вижу. Отойдите!
Одного выстрела из пистолета хватило, чтобы магический заряд разнёс люк, проделав в боку глайдера нехилую дыру. Пришлось точно отмерить силу заряда, чтобы он не попал внутрь, где могли находиться люди.
Гвардейцы тут же нырнули в машину. Я тоже заглянул.
Сразу стало ясно, что внутри находятся четверо, и двое из них без сознания. Впрочем, никаких ран видно не было. Скорее всего, просто долбанулись во время падения головами.
— Не трогать! — велел я, остановив своих парней. — Мы не знаем, какие у них повреждения. Нужно дождаться медиков.
— Слава Богу! — воскликнул немолодой мужчина с разбитым лицом. — Помогите госпоже Брусиловой, умоляю!
Он указал на женщину в облегающем серебристом платье до колен, которая смотрела на меня совершенно ошалелым взглядом. Её права рука была неестественно вывернута — почти наверняка сломана. Ну, хоть кость не торчала.
Кажется, никто особо не истекал кровью, а значит, можно не торопиться. В таких случаях лучше дождаться врачей, конечно.
Я как раз собирался сказать об этом мужчине, но один из гвардейцев, выглянув наружу, заявил:
— Ваше благородие, началось возгорание! Надо их вытаскивать! Может рвануть.
Бросив взгляд на заднюю часть глайдера, я понял, что он прав: из моторного отсека вырывались язычки пламени.
— Сначала госпожу Брусилову! — воскликнул мужчина и бросился отстёгивать дрожащими руками женщину от роскошного кожаного сиденья.
— Хватайте остальных, — велел я дружинникам. — Сударыня, постарайтесь обхватить меня левой рукой за шею.
Мне удалось приподнять женщину и вытащить её из машины. Мужчина вылез вслед за мной. У него была странная причёска: справа чёрные волосы полностью сбриты, и кожа украшена причудливой орнаментальной татуировкой.
Тех, кто был без сознания, взяли дружинники. Для суперов такой вес ерунда, они вынесли двоих дюжих парней практически без усилий.
Оставаться возле глайдера было нельзя: огонь разрастался быстро, и судя по запаху, топливо могло рвануть в любой момент.
Мы отнесли пассажиров на десяток метров, когда раздался громкий хлопок, а затем машину охватило пламя.
В этот момент появились машины скорой помощи, а вслед за ними — пожарные.
Мужчина с залитым кровью лицом и татуировкой над правым ухом схватил меня за руку.
— У вас есть транспорт⁈ — спросил он, с надеждой глядя мне в глаза.
— Есть, но нужно показать вас всех медикам.
— Нет-нет, слишком много пострадавших! Госпожу надо отвезти домой! Ей требуется немедленная помощь.
Я окинул улицу взглядом. По ней уже бежали бригады медиков, пожарные машины и глайдеры заливали пылающий храм специальной пеной. Появился и броневик Особого отделения, чёрный, ощерившийся орудиями, похожий на припавшего к земле огромного гризли.
— Умоляю! — мужчина нетерпеливо дёрнул меня за рукав. — Её нужно доставить к врачу! И здесь оставаться нельзя! Это же скандал! — добавил он с дрожью в голосе.
Что ж, судя по всему, больше тут моя помощь уже никому не требовалась. Медики и спасатели быстро заполняли улицу.
— Хорошо, — сказал я. — Идёмте.
Мы поспешили к моему глайдеру. Мужчина с татуировкой прихрамывал, но, вроде, держался молодцом. Двое в отключке — ясно, что водитель и телохранитель. А кто этот? Едва ли из Брусиловых: о женщине он говорил как о госпоже, а не родственнице.
Впрочем, сейчас выяснять это было совершенно некогда.
Добравшись до глайдера, мы погрузили в него пострадавших. Пока занимались этим, подоспели Мурина с остальными гвардейцами.
— Что вы делаете, ваше благородие? — спросила она, глядя на спасённых нами пассажиров.
— Это госпожа Брусилова, — ответил я. — Доставим её домой. Там ей окажут помощь.
В этот момент мужчина из свиты Брусиловой обратил внимание на герб, красовавшийся на борту моего глайдера. На пару секунд застыл, а затем повернул ко мне бледное, покрытое кровью лицо.
— Вы господин барон⁈ — пролепетал он сдавленно. — Коршунов⁈
— К вашим услугам, — ответил я. — Садитесь в глайдер. Пока будем добираться, постараемся обработать вашу рану, — я указал на его голову.
Мужчина провёл по лбу ладонью, уставился на кровь. Было ясно, что до этого момента он даже не осознавал, что ранен. Видимо, шок.
Пришлось подтолкнуть его, чтобы забирался в машину быстрее.
Как только все оказались внутри, глайдер поднялся над землёй, развернулся и взмыл в воздух.
— Куда лететь? — осведомился я у мужчины, не сводившего с меня глаз, в которых читалась смесь тревоги и удивления. — Нужен адрес.
— Да-да, — кивнул тот. — Конечно.
Он быстро продиктовал название улицы и номер дома.
— Садко, бери управление на себя, — велел я. — Мы в городе впервые, без тебя не справимся.
— Принято, мой барон, — раздался в салоне голос ИскИна.
Глайдер устремился над затянутой дымом улицей, проскользнул мимо пожарных машин и нырнул в просвет между домами.
— Ваше благородие, прошу извинить мою бесцеремонность! — проговорил сидевший напротив меня мужчина. — Я не мог знать, кто вы.
— Не берите в голову. Лучше покажите свою рану. Капитан, займитесь.
Пока мы летели, гвардейцы ловко обработали пациента. Теперь татуировка была не видна: её скрыли бинты.
— Череп, вроде, не задет, — сказал один из гвардейцев. — Кожа содрана. Но я не врач так-то.
— Благодарю, — кивнул ему мужчина. — Я чувствую себя сносно. Как вы, моя госпожа? — обратился он к Брусиловой.
За это время я успел рассмотреть её получше. Высокие скулы, серые глаза, полные губы, волнистые рыжие волосы благородного тёмного отлива. Поначалу я решил, что ей лет тридцать, но теперь видел, что рядом со мной сидит совсем молодая девушка.
— Хорошо, Парамон, — слабо улыбнулась она. — Руку почти не чувствую. Наверное, шок. Кажется, перелом, но это ерунда. Семён Ильич мигом всё поправит, — она повернулась ко мне. — Спасибо, вы наш спаситель! — проговорила Брусилова с чувством. — Мария Петровна. Ваша должница.
— Помилуйте, сударыня, — отозвался я. — Вы ничего мне не должны. Помогать — долг каждого порядочного человека.
— Как вас зовут, мой рыцарь? — улыбнулась девушка.
— Госпожа, — с тревогой проговорил её спутник с перевязанной головой. — На наше счастье поблизости оказался барон Коршунов. Экзобарон, — добавил он со значением.
В серых глазах мелькнуло удивление.
— Вы барон Коршунов⁈ — спросила Брусилова.
— Он самый. Был в городе по делам.
Девушка смотрела на меня в растерянности, явно не зная, что сказать.
— Благодарю ещё раз, — пролепетала она, наконец.
— Не стоит. Я рад, что успел вовремя. Как ваша рука? Уверены, что не нужно вколоть обезболивающее?
— Нет-нет! Это лишнее. Думаю, мы скоро будем дома. Господин барон…
В этот момент глайдер ощутимо пошёл на снижение.
— Мы прибыли на мес-сто, мой барон, — доложил Садко.
Машина застыла на пару секунд в воздухе и начала опускаться. За окном я увидел огромный дом, похожий на крепость. Ни ограды, ни ворот не было, так что мы приземлились прямо перед широким каменным крыльцом, с которого к нам бежали вооружённые люди.
— Позвольте мне выйти первым, — сказал Парамон. — Я объясню ситуацию охране.
Жестом я дал ему добро, и мужик выбрался из глайдера.
Спустя минуту раненых вытащили из машины и понесли в дом. Брусилову тоже подхватили.
— Подождите! — воскликнула она. — Господин барон, если у вас есть немного времени, будьте наши гостем! Отец непременно захочет с вами встретиться.
— Почту за честь, сударыня, — отозвался я, отвесив лёгкий вежливый поклон.
— Парамон, проведи! — напоследок сказала девушка, а затем её быстро унесли.
— Прошу сюда, ваше благородие, — проговорил Парамон. — Я покажу дорогу.
— Вам бы самому врачу показаться, — заметил я.
— Сначала долг, — отозвался тот. — Вы желаете войти с охраной?
Вопрос щепетильный. Вообще, тащить с собой гвардейцев в дом, куда тебя пригласили, невежливо. Оскорблять Брусиловых не хотелось. Да и не с чего им что-то против меня иметь. К тому же, просто взять и убить аристократа нельзя. Мы же не варвары, в конце концов.
— Нет, — ответил я. — Думаю, в этом нет необходимости. Капитан, ждите меня здесь.
— Слушаюсь, господин барон, — отозвалась Мурина.
Я двинулся за устремившимся к парадному входу Парамоном.
Сразу стало ясно, что в доме царит суета. Понятно, из-за чего. Повсюду метались слуги, на меня едва обращали внимание. Мой провожатый ловко лавировал между попадавшимися по пути людьми, на некоторых прикрикивал, но, в целом, перед нами старались расступаться.
— Сюда, ваше благородие, — то и дело повторял, оборачиваясь, Парамон. — Прошу прощения.
Наконец, мы добрались до большой гостиной, обставленной антикварной мебелью. Мраморный пол из синих и белых плит был натёрт до зеркального блеска, а потолок отчаянно переливался всеми оттенками фиолетового, сиреневого и лилового.
— Три миллиона панцирей жуков с Полидевка пошло на эту отделку, — с гордостью сообщил Парамон, заметив, что я разглядываю потолок. — Не правда ли, великолепно?
— Впечатляет, — согласился я уклончиво.
— Прошу, господин, располагайтесь. Хотите перекусить или…
— Я только что отобедал, не беспокойтесь.
— Как угодно, ваше благородие, — низко поклонился мой провожатый. — Если передумаете, за дверью будет лакей. Распоряжайтесь им по своему усмотрению. Я доложу о вашем визите господину Брусилову.
С этими словами он спешно ретировался, оставив меня в гостиной одного. Я уселся на диван, положив ногу на ногу. Было бы странно ожидать, что отец пострадавшей девушки прискачет знакомиться со мной, едва услышит, что я здесь. Ясное дело, что сначала он займётся дочерью. Так что я приготовился ждать, а чтобы не скучать, занялся медитацией. В моём положении это никогда не лишнее.
Когда дверь гостиной открылась, и в неё вошёл невысокий, плотный мужчина с круглым лицом, аккуратными усиками и безупречно причёсанными на прямой пробор рыжеватыми волосами, я как раз достиг третьей стадии умиротворения. Даже стало немного жаль, что Брусилов явился так быстро.
— Ваше благородие, господин экзобарон! — воскликнул он, поспешно шагая ко мне. На отполированном полу его подошвы слегка скользили, делая походку одновременно и скованной, и расхлябанной. — Пётр Андреевич Брусилов! Такая честь принимать вас в своём доме! — он схватил мою руку обеими ладонями, стиснул и горячо потряс, глядя мне в глаза. — Мария сказала, вы её из горящего глайдера вытащили.
— Не будем об этом, — ответил я. — Так поступил бы любой нормальный человек на моём месте.
— Вы даже не представляете, как я вам благодарен! И не только я, но и супруга моя. Она тоже хотела прийти, но осталась с Марией.
— Надеюсь, госпоже Брусиловой уже лучше.
— Лучше-лучше! — закивал мой собеседник. — А как же? Кость ей лейб-медик вправил, фиксацию сделал, стимуляторы регенерации вколол. Всё, как полагается, — Брусилов вдруг выхватил из нагрудного кармана пиджака шёлковый платок и быстро вытер им лицо. — Это ерунда, мелочи. Главное, что жива! Проклятые террористы! — вдруг резко сменил тон мой собеседник. В его голосе послышалась неподдельная ненависть. — Ведь что творят, сволочи поганые, а! Ничего человеческого в них нет!
— Кто-нибудь уже взял на себя ответственность за взрыв? — спросил я.
— Не знаю, ваше благородие, — махнул рукой с зажатым в ней платком Брусилов. — Не до того было. С Машенькой возился. Да и какая разница, кто взорвал? Не одни, так другие. Мало разве выродков этих? Все они мрази безбожные! Простите, барон. Что-то нашло на меня…
— Не извиняйтесь. Я прекрасно понимаю: вы едва не лишились дочери.
— Это да, верно, — кивнул Брусилов. — Машенька моя любимица. Ничего не могу с собой поделать. Как увидел её с рукой сломанной, как понял, что она там, при взрыве, была, так и обмер весь. Сердце стучит, будто сумасшедшее, в глазах потемнело, и руки… Ну, да это вам не интересно, — спохватился Брусилов. — Ваше благородие, не знаю, как вас и благодарить. Могу я сделать что-то, дабы выразить свою признательность? Только не отказывайтесь, умоляю!
— Пётр Андреевич, как я могу требовать что-то за помощь даме? Это просто неприлично.
— Понимаю, — озадаченно сник Брусилов. — Что ж, я буду ждать возможности вас отблагодарить. А сейчас… если у вас есть несколько минут, Мария очень просила зайти — она хотела бы сказать вам пару слов.
— Конечно. Как я могу отказать? Ведите, Пётр Андреевич.
— Ах, она будет в восторге! — всплеснув руками, воскликнул Брусилов. — Там и с супругой вас познакомлю.
И мы отправились навестить болезную.

----------

Глава 5

Глава 5
Размеры дома, который занимали Брусиловы, непременно впечатлили бы и даже ошеломили меня в прошлой жизни, однако сейчас я понимал, что, по имперским меркам, жилище было вполне скромным. Оно и неудивительно, ведь его обитатели являлись всего лишь членами одной из многочисленных ветвей рода, причём далеко не самым влиятельным.
Тем не менее, поход в покои Марии Брусиловой занял несколько минут.
Девушка лежала в просторной комнате, очень просто обставленной. Я бы даже не подумал, что в ней обитает женщина.
Я ожидал увидеть Марию в постели, однако она сидела в кресле. Правда, одета была в другое платье, и на руке виднелся фиксатор из застывшей пены.
Когда я вошёл, девушка порывисто встала.
— Прошу, не беспокойтесь, — сказал я. — К чему эти церемонии. Вы ранены, вам нужен покой.
В комнате была и другая женщина, лет тридцати на вид. Обворожительная блондинка с озабоченным лицом и покрасневшими от недавних слёз глазами. Она тоже поднялась при моём появлении и сцепила руки в замок на уровне живота.
— Мне уже оказали помощь, спасибо, — Мария сделал лёгкий книксен, на её лице мелькнула едва различимая смущённая улыбка. — Я прекрасно себя чувствую.
Это было явным преувеличением: красивое лицо девушки выглядело бледным, под серыми глазами залегли тени.
— Дорогая, его благородие прав: тебе лучше присесть, — с заботой проговорил Брусилов, подходя к дочери и беря её под руку. — Господин барон, позвольте представить вас моей супруге. Анна Фёдоровна.
— Моё почтение, господин барон, — проговорила блондинка. — Спасибо, что спасли Машу. Она успела рассказать, как вы её вытащили из горящего глайдера.
— Мне повезло оказаться поблизости, — ответил я. — Рад знакомству, Анна Фёдоровна. Белогор Казимирович.
— Я не стану тратить ваше время, господин барон, — глядя на меня, сказала Мария. — Полагаю, из-за меня вам и так пришлось задержаться в городе дольше, чем вы планировали. Мне лишь хотелось выразить вам свою признательность. За всё.
Я отвесил любезный поклон, не сводя с собеседницы глаз. Даже сейчас она выглядела впечатляюще. Настоящая красавица, что тут говорить. И, кажется, совсем молоденькая. Такие вещи всегда чувствуются.
— Мне только в радость, Мария Петровна. Надеюсь, вы выздоровеете в ближайшее время.
Повисла пауза. Девушка явно не знала, что ещё сказать. Закусив нижнюю губу, она поглядела на отца, словно рассчитывая на его помощь.
— Отдыхай, дорогая, — сказал тот, помогая дочери сесть. — Вот так. Тебе нужен покой.
— Всего доброго, сударыни, — сказал я Марии и её матери прежде, чем выйти из комнаты.
— Моя единственная дочь, — словно извиняясь, проговорил Брусилов.
— Понимаю.
— Не согласитесь ли вы остаться на ужин?
— Увы, не имею возможности. Дела.
— Да-да, конечно, — кивнул Брусилов. — Я остаюсь вашим должником, господин барон. Всё, что в моих скромных силах.
— Буду иметь в виду, Пётр Андреевич. Но, как я уже сказал, помочь вашей дочери было всего лишь моим долгом.
Но том мы и расстались. Брусилов проводил меня до глайдера и стоял на улице, наблюдая за тем, как я взлетал.
— Садко, курс домой, — сказал я, пристёгиваясь. — Предупреди Младу Георгиевну, что мне нужно с ней поговорить. Пусть через два часа явится в лабораторию. Твоё присутствие тоже необходимо.
— С-слушаюс-сь, мой барон.
От знакомства с Брусиловыми у меня остались приятные впечатления. Они казались провинциальными, но милыми людьми. Я нисколько не пожалел, что отказал Ремизовым в передаче аренды. Не говоря уж о том, что последние сговорились с Алонсо против меня. Пусть сейчас они мне нужны в качестве поставщиков и плательщиков ренты, но этого я не забуду и однажды им непременно припомню.
По прибытии в замок я сразу отправился в лабораторию. Нужно было поручить главному технику и её команде инженеров технологии для первоочередного внедрения.
Когда Млада явилась в лабораторию, всё уже было готово. Садко переформатировал расшифрованную информацию и записал её на привычные СНК-репликаторы.
— Млада Георгиевна, — сказал я, как только девушка произнесла приветствие. — Должен предупредить, что проект, который я намерен вам поручить, совершенно секретный. Вы и техники, которых вы отберёте для участия в нём, будете отвечать головами за то, чтобы он оставался в тайне. Вы меня поняли?
— Да, ваше благородие, — взволнованно проговорила Велесова. — Конечно, как прикажете.
— Отлично. Тогда взгляните вот сюда. Садко, твой выход.
Следующие полтора часа ИскИн показывал девушке и объяснял суть технологий, создающих более мощные силовые щиты. Она слушала внимательно и ни разу не перебила. Когда Садко замолчал, я ожидал, что она спросит, откуда у меня подобная разработка, но Млада лишь кивнула, принимая полученные сведения и задачу к исполнению.
— Господин барон, для соблюдения секретности и большей эффективности нам понадобится отдельный цех, где мы соберём специальные производственные линии. Полагаю, начать стоит с создания апгрейдов для кораблей и орбитальных станций, а затем — для глайдеров и индивидуальной брони.
— Вы рассуждаете совершенно верно, Млада Георгиевна, — ответил я. — Именно так. Работайте с Садко. Он позаботится о том, чтобы вы получили все необходимые производственные мощности. У нас же хватит строй-ботов, Садко?
— Так точно, мой барон. Ес-сли будет не хватать, с-соберу новых. Это не проблема.
— Вот и отлично.
— А как насчёт материалов? — спросила Велесова. — Я так понимаю, нужны редкие металлы и…
— Они у вас будут в ближайшее время. Не беспокойтесь. Занимайтесь сборкой производственных линий. Садко, выдели в помещениях замка цех и обеспечь охрану. Думаю, гвардейцы для этого отлично подойдут.
На этом я Младу отпустил. Дел ей предстояло невпроворот. Сам же собирался отправиться в библиотеку — почитать перед ужином, но меня тормознул Садко.
— Ещё кое-что, мой барон. Одна из ваших наложниц прос-сила передать приглашение.
— К чему? — удивился я. — Вроде, ещё не ночь на дворе. И которая, кстати?
— Катерина. Вы с-с ней пока не знакомы.
— Это да, есть такое упущение. И чего же она хочет?
— Отужинать с-с вами. Она вс-сё организовала с-сама.
— Что именно?
— Мне пос-ступила прос-сьба проводить вас-с в бас-сейн.
— У нас и бассейн имеется?
— Конечно. Как же иначе?
— Действительно, что это я. Ладно, книжка подождёт. Сегодня я уже помог одной даме, негоже отказывать другой. Веди, что ли.
— Прошу за мной.
Как я уже говорил, боевой базовый крейсер слишком велик, чтобы обойти его целиком. Тем более, у меня никогда и не было такой цели. Так что слова Садко о бассейне не то, чтобы меня прямо поразили.
Спустя несколько минут я вошёл в сопровождении аватара в отсек, который напоминал римские бани: в центре располагался большой бассейн с прозрачной водой, казавшейся из-за кафеля голубым, вокруг были колонны, поддерживавшие каменную террасу. Стилизация выглядела безупречно — я словно оказался в Древнем Риме.
— Не слишком ли большой расход воды? — спросил я Садко. — Мне казалось, мы ещё экономим.
— Не извольте бес-спокоитьс-ся, барон. Она будет очищена и пойдёт на другие нужды почти без потерь.
— Тогда ладно. И где моя наложница?
— Она прос-сила вас-с забратьс-ся в бас-сейн и ждать её.
— Инициативная девушка, да?
— Нас-сколько я могу с-судить, мой барон.
— Ладно, сыграю по её правилам. В конце концов, надо же иногда и уступать женщинам. Особенно когда они стараются ради нас.
— Не знаю, барон. Мне это неведомо.
Скинув одежду, я сложил её на каменном постаменте одной из дорических колонн и погрузился в воду. Она была слегка подогрета. Чистое удовольствие, конечно.
Прошло около минуты, и в помещение вошла стройная девушка со струящимися рыжими волосами, очень красивая, с пышными формами, которые прозрачная «греческая» тога больше подчёркивала, чем скрывала. Покачивая бёдрами, она прошла босиком вдоль бассейна, остановилась напротив меня и двумя лёгкими движениями расстегнула серебряные заколки на плечах. Тога соскользнула с неё, оставив полностью обнажённой. Застенчиво, но при этом весьма недвусмысленно улыбнувшись, наложница спустилась в бассейн, подплыла ко мне и обвила руками и ногами, разом прижавшись всем телом.
— Рад знакомству, сударыня, — улыбнулся я, беря её за тонкую талию.
— Тс-с-с! — указательный палец прижался к моим губам, запечатывая их. — Молчите, ваше благородие!
А затем Катерина жадно прильнула ко мне жарким поцелуем.
Ужин был подан спустя минут сорок прямо к бассейну. Мы сидели за круглым столом в плетёных ротанговых креслах, набросив шёлковые халаты и жадно уплетали суши с копчёной рыбой (не знаю, с какой планеты), крабовые котлетки и запивали всё это чиоппино — томатным бульоном с моллюсками, мидиями, креветками, треской и гребешками. Даже не разговаривали, что, кстати, меня весьма радовало, потому что слова казались на этом пиршестве плотских утех просто лишними.
Когда тарелки опустели, Катерина грациозно встала с кресла, обошла столик и наклонилась, чтобы крепко поцеловать меня.
— Спокойной ночи, господин! — жарко прошептала она, распрямляясь.
После чего быстро вышла, исчезнув в одной из арок.
Проводив её взглядом, я сыто откинулся на спинку ротангового кресла. Чёрт побери, если меня не убьют, то я нисколько не жалею, что оказался в этой реальности!
* * *
На следующий день прилетел поверенный Ремизовых — заключать контракты на поставки запрошенных мною ресурсов. Я подключил Котова, и бумаги были оформлены уже через пару часов. А спустя сутки прибыли грузовые глайдеры Ремизовых — привезли всё, что мне было нужно. Контейнеры сразу отправились в цех, где строй-боты собирали производственные линии для создания новых защитных технологий.
Будь я персонажем книги или фильма, все недруги отступали бы перед моим грозным взглядом лишь потому, что я главный герой. Увы, в жизни коса находит на камень куда чаще, чем может показаться. И если бездумно лупить сталью о гранит, она непременно или сломается, или затупится. Другими словами, если всё время выделываться, в реальности тебе рано или поздно непременно разобьют хлебало. Например, не заметив, по тупости, какой ты волевой, уверенный в себе и сильный. Но камень можно одолеть, положив его в реку. Быстрое течение со временем или придаст ему нужную тебе форму, или разрушит, превратив в гальку. Иначе говоря, главное — уметь выбирать инструмент.
По этой самой причине я стараюсь не убивать врагов, а использовать их. Как по мне, это гораздо продуктивней. При верном подходе даже те, кто против тебя, могут стать твоими союзниками. Нравится им это или нет.
В течение нескольких последовавших за этим дней был достроен храм, проведён водопровод от ближайшей реки, а также заработали первые нефтяные скважины. Что стало важной вехой на пути независимости моего флота от сторонних поставщиков.
Кроме того, я убил двух кайдзю первого уровня. Интегрировать их ДНК в свой геном смысла не было. От этого ранга чудовищ я уже взял всё, что было можно.
Велесова с командой, работая посменно круглые сутки, построила линии сборки апгрейда силовых полей и запустила производство первых образцов. На пятый день я присутствовал при испытаниях, и новая технология показала себя блестяще: теперь энергетические щиты выдерживали в три раза больше попаданий, не требуя дополнительных энергозатрат. Я немедленно распорядился начать монтаж апгрейдов на орбитальных станциях и космических кораблях. Только отряд наёмников не подвергся улучшениям, ибо я не собирался раскидываться новой технологией направо и налево.
А в конце недели Садко сообщил, что некий корабль без опознавательных кодов запрашивает разрешение сесть в поселении.
— И что, ты не можешь даже предположить, откуда он? Например, по внешним признакам, — спросил я.
— Увы, мой барон, это корабль третьего ранга базовой конфигурации. По крайней мере, нас-сколько я могу с-судить.
— Кто-то не боится путешествовать без сопровождения. Что ж, пусть садится. Проводи того, кто на нём прибыл, в… западную галерею. И убедись, что у него нет при себе оружия или вредоносных имплантов, а также вирусов.
— Разумеетс-ся, мой барон. Визитёр пройдёт полное обс-следование. Это займёт некоторое время. Я с-сообщу, когда гос-сть будет готов с-с вами вс-стретитьс-ся.
Спустя полчаса Садко появился снова.
— Мой барон, ваш гос-сть проверен. Оружия при нём не было, импланты обычные, вирус-сы и болезнетворные микробы отс-сутс-ствуют. Доктор Герц заверил меня, что с-с медицинс-ской точки зрения контакт с ним с-совершенно безопас-сен. Я рас-спорядилс-ся проводить визитёра в галерею, как вы и велели. С-сейчас-с он находитс-ся там.
— Отлично. Тогда пойду побеседую с ним, — кивнул я, вставая с дивана, на котором сидел, занимаясь медитацией.
— Ещё кое-что, барон…
— Да неужели? Ну выкладывай. Что с этим парнем не так?
— Он отказалс-ся с-снять мас-ску и показать лицо. У него нет никаких документов, и ус-становить его личнос-сть не удалос-сь.
— Как интересно. Он смог меня заинтриговать. Даже любопытно, зачем явился.
Войдя в галерею, я сразу увидел высокую худую фигуру, слегка ссутулившуюся, одетую в коричневый костюм свободного покроя из тонкой переливающейся ткани. В руке человек держал шляпу с маленькими полями и атласной лентой.
Когда он обернулся, стала видна белая маска, полностью скрывающая лицо.
— Господин барон, — негромко проговорил визитёр и учтиво поклонился. — Спасибо, что согласились принять.
Маска была сделана из эластичного материала и плотно облегала лицо, так что двигалась вместе с мимическими мышцами, отчего создавалось ощущение, будто у моего собеседника толстый слой грима.
— Вы не слишком-то вежливы, — заметил я, остановившись в полутора метрах от гостя. — Личность скрываете, лицо прячете. Полагаю, я даже вашего имени не узнаю?
— Прошу меня извинить, барон, — так же тихо отозвался человек в маске. — Я всего лишь посредник, и моё инкогнито — требование моих нанимателей. Надеюсь, оно не оскорбит вас.
Он окинул внимательным взглядом двух белых пантер, шагавших чуть позади меня, но, кажется, они не произвели на него впечатления. Страха, по крайней мере, судя по выделяемым человеком в маске феромонам, он не испытывал. Напряжение — да. Но оно не имело к присутствию хищников отношения. Скорее всего, причинами его были сам визит и предстоящий разговор.
— А почему ваши наниматели не хотят, чтобы я знал, кто они? — спросил я.
— Полагаю, потому что их предложение не совсем законно, барон.
— Вы весьма откровенны. Давайте пройдёмся.
Я двинулся по галерее, и моему гостю не оставалось ничего, кроме как последовать за мной. Пантеры замыкали шествие.
— Что вам поручили передать? — спросил я.
— Моим нанимателям нужен хронид. Много хронида. Чем больше, тем лучше. И Зёрна. Все, какие у вас есть. Они готовы заплатить хорошую цену.
— Мне уже делали подобное предложение. И я от него отказался. Не желаю рисковать с тёмными сделками. Так недолго вляпаться в неприятности.
— Я знаю, господин барон. Меня проинформировали, что первое предложение вами было отвергнуто.
— О, так вы от тех же людей?
— Да, но на этот раз мне поручено предложить вам кое-что более привлекательное, чем деньги.
— Неужели? Вам уже второй раз удалось завладеть моим вниманием.
— Благодарю. Так мне продолжать?
— Уж будьте любезны.
— Скажите, господин барон, вас интересует бессмертие?
— Ого! Неожиданно. Конечно, интересует. Как и всех. Кто не хочет жить вечно? А вы что, из Синода? Имеете предложить новый Эликсир?
— Понимаю ваш сарказм, господин барон. Но нет, я могу предложить кое-что получше сказок, которыми кормят священники паству. Бессмертие прямо сейчас!
Он замолчал, так что в разговоре образовалась пауза. Мой собеседник ждал реакции.
— И откуда же оно у вас? — спросил я.
— Наука, господин барон. Только наука. Ну, и немного магии, конечно.
Я остановился. Теперь мы стояли напротив друг друга, лицом к лицу. В прорезях маски виднелись чёрные, похожие на стеклянные шарики, глаза моего странного гостя.
— Насколько мне известно, бессмертие может быть только даровано Создателем, — сказал я, глядя прямо в них. — Но вы на него совсем не похожи.
Мой собеседник усмехнулся.
— Думаю, вы понимаете, что я имею в виду, — проговорил он. — Речь о настоящем бессмертии. Которое уже достигнуто. И я предлагаю его вам.
— Так ваши наниматели — еретики.
Визитёр пожал плечами.
— Можно сказать и так. А можно и не говорить, ваше благородие. Решать только вам. Но бессмертие реально, уверяю.
— Ну, в этом я не сомневаюсь. Как и в том, что под ним вы понимаете не совсем то же, что я.
— Это всё пропаганда Эклектической церкви, уверяю, барон.
На этот раз усмехнулся я.
— Откуда вам знать? Вы ведь бессмертие еретиков не имеете.
В этом я был уверен: иначе сразу учуял бы запах неживой-немёртвой плоти. Да и обследование доктора Герца выявило бы специфичного пациента. А главное — еретики не прислали бы одного из них. Это слишком рискованно.
— Не имею, но надеюсь заслужить, — спокойно ответил мой собеседник. — Барон, если вам нужно подумать, я подожду.
— Хорошо. Остановитесь в Николаевске. Когда приму решение, свяжусь с вами.
Отступив на шаг, человек в маске поклонился.
— Благодарю, ваше благородие. Это всё, о чём я прошу.
Когда он удалился в сопровождении стюард-бота, подле меня возник Садко.
— Ты всё слышал? — спросил я.
— Да, мой барон. Очевидно, что этот человек работает на еретиков.
— Которым очень нужен хронид. Похоже, они готовятся к серьёзной переброске флота.
— Что это может означать?
— Например, военную кампанию.
— И вы дейс-ствительно решили обдумать предложение еретиков?
— Обдумывать тут нечего. Разумеется, я не соглашусь. Товар у них с душком. Причем как в переносном смысле, так и в прямом. Но нужно потянуть время. Чем позже еретики узнают, что их предложение отвергнуто, тем лучше.
— Вы не с-собираетес-сь с-сообщить об этом человеке в Охранное отделение?
— Если я так поступлю, еретики поймут, что я их предложение отверг.
— Но зачем вам тянуть время, барон?
— Ну, во-первых, я не знаю, что они предпримут, получив отказ во второй раз. Может, попытаются меня убить. Это же явные фанатики. Кроме того, было бы неплохо узнать, где они находятся. Допустим, я скажу посреднику, что согласен, но желаю получить оплату вперёд. Если еретикам действительно позарез нужен хронид, им придётся согласиться. И тогда сюда прибудет один из них. Тот, кто может дать мне то, что они считают бессмертием. И уж он-то должен знать, где база еретиков.
— Очень рис-скованно, барон, — проговорил Садко. — Ес-сли об этом с-станет извес-стно, никто не поверит, что вы пыталис-сь узнать, где прячутс-ся еретики. Вас-с с-самого обвинят в ерес-си.
— Тут ты прав. Поэтому я и собираюсь приберечь этого клоуна в маске, пока не решу, как действовать. Возможно, придётся привлечь Святейший Синод. Чтобы операция проходила под его контролем.
— Это было бы лучше вс-сего, барон. Только зачем вам это?
— Шутишь? Разве не очевидно? Тот, кто найдёт логово еретиков, да ещё и предотвратит их вторжение, станет героем Империи. Покровительство церкви ему будет обеспечено. И его уже нельзя будет просто взять и убить.
— Понимаю, барон. Это хороший план.
— Но торопиться нельзя. Если привлечь Синод, церковники вполне могут использовать меня на первом этапе, а потом задвинуть в тень и все лавры за победу над еретиками приписать себе. А меня это, как ты понимаешь, не устраивает. Не ради этого я собираюсь напрячься. В общем, надо всё тщательно обдумать.
— Конечно, барон. Я ус-становлю с-слежку за пос-средником. Мы будем знать о каждом его шаге в Николаевс-ске. Ещё кое-что. Думаю, вас-с заинтерес-сует, что я только что закончил рас-сшифровку дос-ставленных вами в лабораторию с-сведений о мес-стоположении на Авроре того, что, как я понял, являетс-ся бран-порталами. Угодно взглянуть?

----------

Глава 6

Глава 6
Слушал я доклад Садко в кабинете. В воздухе плавали трёхмерные голограммы, показывающие трёхмерную карту Авроры. ИскИн то и дело ставил маркеры, отмечая места, где, судя по сведениями, оставленным древней расой в саркофаге, находились остальные порталы, через которые гуманоиды покинули планету, чтобы избежать смерти при расширении Артемиды.
На Авроре их было, помимо того, возле которого я побывал, ещё четыре. Что это означало для меня? Новые рифты! Которые я наверняка смогу рано или поздно открыть, ускорив утечку хронида из резервуаров подземных городов.
Но будет это ещё нескоро, ведь для защиты рифтов нужны охотники, а у меня нет не то, что детей, а даже жены. Так что пока придётся сконцентрироваться на расширении того источника хронида, который у меня уже имеется.
Как ни крути, а это мой основной стратегический ресурс, ведь Империя, по сути, — огромное количество разбросанных в бескрайней пустоте планет, лишь некоторые из которых пригодны для освоения и добычи полезных ископаемых. Без перелётов на дальние расстояния и возможности быстрой переброски войск удержание в подчинении аристократов и границ попросту невозможно. Иначе говоря, существование самой Империи невозможно без хронида.
Всё это я обдумывал, слушая Садко. Когда он закончил, я уже имел примерный план дальнейших действий.
— Это всё под гриф «Совершенно секретно», — сказал я. — Никто, кроме меня, не должен узнать об этом. Ты меня понимаешь?
— С-следует ли мне активировать для данных с-сведений протокол «Пандора», мой барон? — осведомился Садко.
— Что это такое?
— При любой с-сторонней попытке получить дос-ступ к этой информации она будет немедленно с-стёрта, целиком и полнос-стью, без возможнос-сти вос-становления. В крайнем с-случае я с-сам буду уничтожен, дабы избежать необходимос-сти давать с-свидетельс-ские показания.
— Да, активируй. Надеюсь, последнего сценария удастся избежать, но информация слишком важна, чтобы рисковать.
— Понимаю, барон. Принято к ис-сполнению. Протокол «Пандора» активирован.
— Хорошо. А теперь подготовь геологический скафандр.
— Вы с-снова с-собираетес-сь отправитьс-ся в рифт?
— Да. Нужно проверить кое-какую идею.
— Ес-сть ли у меня шанс-с вас-с отговорить?
— Ни малейшего. Так что не трать время и силы. Передай Иолаю, что мне понадобится автомат.
Памятуя о встрече в подземном городе с мирминоидами, я решил, что подобное оружие будет наиболее подходящим.
Спустя полчаса я, облачённый в скафандр, уже шагал от берега заполненного жидким зелёным газом болота, постепенно погружаясь в него.
В этот раз я уже знал, чего ожидать, так что действовал более уверенно. Спустя некоторое время меня выбросило в том же бассейне подземного города иной цивилизации. Видимо, рифт создавал бран-разлом, который переносил кайдзю из какого-то параллельного мира, а может, просто с планеты, о которой человечеству ещё не было известно. Даже не факт, что жители этого мегаполиса ушли именно туда, ведь подобные непроизвольные аномалии способны открывать проходы куда угодно — дело случая.
Так или иначе, в этот раз я пришёл не для того, чтобы продолжить исследование города — логика подсказывала, что всё ценное его обитатели оставили в саркофаге, который я уже опустошил. Остальное же представляло собой лишь древние руины. Безусловно, способные заинтересовать учёных, но для меня бесполезные. Я же собирался увеличить рифт. Теперь, когда у меня разблокировался Дар охотника, можно было позволить себе источник хронида побольше.
Было очевидно, что бассейн напрямую связан с болотом на поверхности Авроры. Они являлись сторонами одной медали. Создавался же проход в результате утечки хранившегося в огромных резервуарах хронида. Что представлял собой сам ресурс, было пока не понятно, но я предполагал, что это — результат технологии обитателей города.
В общем, логично было предположить, что для расширения рифта, нужно увеличить поступление хронида в бассейн.
Выбравшись на берег, я осмотрелся, чтобы убедиться в отсутствии поблизости мирминоидов. Но подземный мегаполис выглядел совершенно пустым. Если где-то в нём и были бледные твари, то далеко от места, где я находился.
Развернувшись лицом к возвышавшимся над бассейном резервуарам, я окинул циклопические сооружения взглядом. В полумраке подземелья они казались настоящими громадами, покрытыми змеящимися трещинами, из которых сочился зелёный жидкий газ.
Эх, только бы не перестараться…
Вскинув автомат, я переключил его на одиночную стрельбу и тщательно прицелился в один из резервуаров, повреждённый больше остальных. Ну, дай то, как говорится!
Указательный палец плавно нажал на спусковой крючок. Приклад ткнулся мне в плечо, магический заряд сверкающей синей искрой пронёсся сквозь сумрак и вонзился в чёрную поверхность резервуара.
Мощность я вложил в выстрел небольшую. Из осторожности. Надо же было приноровиться.
Стена резервуара брызнула осколками, и в ней образовалась дыра диаметром примерно в четыре метра, из которой хлынул поток хронида.
Впрочем, «хлынул» — слово не совсем верное. Тёк жидкий газ медленно, как мазут.
Так, пожалуй, можно ещё добавить. Сместив немного прицел, я выстрелил ещё раз. Магический заряд выбил из стены резервуара ещё несколько квадратных метров. Теперь отверстие даже издалека выглядело внушительно. Пожалуй, хватит для начала. Надо посмотреть, с какой скоростью будет увеличиваться рифт на поверхности планеты. А там уже решать, что делать дальше. Опустив автомат, я немного понаблюдал за тем, как хронид стекает по стене резервуара, а затем вошёл в бассейн.
Управляемый Садко глайдер ждал меня, паря над поверхностью рифта. Он подобрал меня, как только я появился над клубящимися облаками зелёного газа.
— Вс-сё прошло удачно, барон? — осведомился ИскИн, как только я снял шлем скафандра.
— Очень на это надеюсь. Возможно постепенное увеличение рифта, так что следи за этим. И докладывай об изменениях.
— Понял, мой барон.
— Возвращаемся в замок. Подготовь доклад о ходе строительных работ в поселении.
В течение следующего часа я слушал о том, как идут дела на расположенных за силовым полем рудниках, как продвигается строительство водопровода, сколько нефтяных вышек удалось установить, какие здания возведены за прошедшее время. Всё это сопровождалось бесконечными цифрами, в которые нужно было вдумываться. Приходилось то и дело задавать вопросы — в основном, относительно того, хватит ли на всё это средств. Ответы Садко были довольно обнадёживающими. Очередная партия хронида как раз отправилась покупателям, так что мой банковский счёт значительно подрос. Увы, средства очень быстро расходовались, ведь строительство постоянно расширялось и требовало всё новых и новых вливаний. А главное — приходилось закладывать бабки под каждый новый проект, так что большую часть того, что находилось на счёте, трогать было нельзя. Получалось, деньги у меня были, но как бы фантомные. Ибо уже существовало то, на что они будут постепенно потрачены.
Зато я вовремя и в полной мере выплатил первый кредитный взнос.
Порадовало также и то, что военный лагерь был построен и готов принять рекрутов. Садко объявил набор, и на Авроре уже появились первые желающие вступить в ряды моей армии. Было их пока немного, но главное — начало.
— Предлагаю начать с-строительс-ство военной академии, мой барон, — добавил Садко, ответив на несколько уточняющих вопросов. — Нам ведь понадобятс-ся не только с-солдаты, но и офицеры для командования новыми отрядами. К тому же, не помешает начать обучение пилотов мехарыцарей.
— Кстати о них. Как там насчёт постройки своего завода по производству «фурий»? Только с учётом внесённых усовершенствований. Я ещё не могу себе это позволить?
— Начать можно, барон, однако запус-стить его в ближайшее время не получитс-ся. Потребуютс-ся оборудование и материалы, а главное — с-сейчас-с техников просто не хватит, чтобы им заниматьс-ся. Большая час-сть из них занята в с-секретном цеху — работает над апгрейдами по новым технологиям защитных полей. И контролирует монтаж уже готовых ус-становок на орбитальных с-станциях и кораблях.
— Да-да, я знаю. Ладно, тогда хотя бы начни строительство. Остальное — позже.
— Принято, мой барон.
— Ещё что-нибудь?
— Вы приказали мониторить с-сос-стояние рифта.
Слова ИскИна заставил меня слегка податься вперёд.
— И что?
— Я отмечаю увеличение размера ис-сточника на три процента.
— И это только за час?
— Приблизительно. Могу дать точное время, ес-сли…
— Не надо. Продолжай информировать меня каждый час об изменениях. Если они будут, конечно.
В течение остатка дня рифт вырос на двадцать семь процентов. Утром оказалось, что на сорок шесть. К полудню — на пятьдесят два. На этом рост остановился.
— Правильно ли я понимаю, что с этого момента рифт является источником второго уровня? — спросил я Садко, наблюдая за болотом из прозрачной галереи замка.
Количество насосных станций за последнюю неделю увеличилось вдвое. А значит, вырос и мой доход. Перерабатывающий цех справлялся с нагрузкой, превращая жидкий газ в компактные брекеты, ибо был выстроен с запасом, но, если рифт будет увеличиваться и дальше (а это в моих планах), придётся построить ещё несколько.
— С-совершено верно, барон, — ответил Садко. — Как удачно, что вы вернули с-свой Дар в полной мере и можете защищать рифт от более с-сильных чудовищ.
— Это точно. Свезло так свезло.
— Полагаю, ваши бывшие родс-ственники не придут в вос-сторг ни от первого, ни от второго факта.
— Можешь даже не сомневаться. Так что кайдзю — далеко не главная угроза для меня. Собственно, поэтому мы и должны как можно быстрее усовершенствовать наши корабли и оружие.
— Я как раз завершил рас-сшифровку новой технологии вооружения. Энергетичес-ские пушки на ос-снове очень с-сложного процес-са дезинтеграции материи. Было непрос-сто разобратьс-ся в этом, ибо мне не удалос-сь найти опис-сания ничего подобного в опубликованных научных материалах. Пришлос-сь пользоватьс-ся лишь извес-стными теориями и рас-счётами, что с-сущес-ственно замедляло дело.
— И мы готовы начать производство?
— Как только будет закончен апгрейд с-силовых полей, барон, можно будет прис-ступить к с-созданию необходимого для производс-ства оборудования.
— Значит, так и поступим.
— Ещё кое-что. Я только что зас-сёк появление кайдзю. С-судя по параметрам, второго уровня.
Я прислушался к ощущениям. Ничего. Странно, что я не почувствовал приближения чудовища. Объяснение напрашивалось только одно: у второго уровня принципиально иной генотип. Или же он достаточно отличается от ДНК первого. Любопытно…
— Уверен? — спросил я на всякий случай.
— Да, барон. В этом нет ни малейших с-сомнений.
— В таком случае я отправляюсь на шестой причал. Арсенал на месте?
— Он ждёт вас-с, барон.
Моё появление вызвало у Иолая ожидаемую бурю восторгов. Хотя виделись мы не так давно — во время появления последнего кайдзю.
— Вас ждёт новая битва, мой несравненный повелитель! — вопил он, вплывая вслед за мной в боевой глайдер. — И я счастлив принять в ней участие! Нет никакого сомнения, что вы одержите очередную славную победу!
— Мои братья такие победы одерживают годами, — отозвался я. — Так что нет повода для экзальтации.
— Но это нисколько не умаляет вашей доблести.
И ведь не поспоришь даже с засранцем.
Покинув ангар, глайдер направился к кипящему зелёным газом болоту. Уже на подлёте я заметил возвышающуюся над рифтом косматую спину чудовища. Оно шагало в сторону насосных станций, но находилось ещё довольно далеко от них.
— Садко, возьми управление на себя и зависни справа от твари, — велел я. — Не хочу ждать, пока она приблизится к берегу.
— С-слушаюс-сь, мой барон.
Пока ИскИн совершал маневр, я открыл люк и пристегнулся страховочными ремнями.
— Иолай, что скажешь об этом кайдзю? Ты же у нас эксперт.
— Благодарю за лестное мнение, повелитель! Я бы сказал, что перед нами чудище второго уровня класса звероящер. Ничего особенного, если не считать удвоения некоторых органов и способности к регенерации. К счастью, не слишком быстрой. Уверен, вы успеете уничтожить выродка прежде, чем он восстановится.
— И какие органы у него удвоены? — поинтересовался я.
В этот момент над кипящей поверхностью рифта показалась огромная голова с горящими глазами: два располагались там, где и ожидалось, а третий был на лбу. Чем-то кайдзю напоминал крайне уродливого медведя, только с более вытянутой мордой.
— Сердце, печень и желудок, повелитель, — ответил Иолай. — Кроме того, у этого вида тварей есть нервные узлы в позвоночнике, что позволяет им двигаться, даже будучи обезглавленными. Думаю, вам стоит учесть эту особенность.
— Уж постараюсь. Дай-ка мне винтовку.
Как только оружие оказалось в моих руках, я прицелился в гигантскую косматую башку. Кайдзю как раз начал подниматься на задние лапы, и теперь были также видны широченная грудь, покрытая бугристыми костяными пластинами, и толстые лапы с тремя пальцами, оканчивавшимися кривыми когтями. Чудище открыло усаженную несколькими рядами зубов пасть и издало пронзительный вопль.
Дождавшись, пока оно захлопнет варежку, я задержал дыхание и плавно нажал на спусковой крючок.
Увы, в последний момент кайдзю сдвинулся влево, и магический заряд попал ему в острое, как у рыси, ухо, напрочь снеся его и часть плоти с черепа.
— Мне так жаль, повелитель! — воскликнул Иолай в отчаянии. — Попробуйте ещё раз!
— Без тебя бы не догадался! — пробормотал я, смещая прицел вслед за головой монстра.
Второй выстрел угодил чудовищу возле глаза, легко пробив шкуру и череп. Было удивительно видеть, как заряженная магией пуля вонзается в гигантскую голову, ибо казалось, что она не способна причинить зверю никакого вреда. Тем не менее, вложенная в неё сила была так огромна, что башка кайдзю буквально разлетелась на куски! Воздух окрасился фонтаном алых брызг. Осколки черепа посыпались в болото.
Чудовище покачнулось, замолотило в пустоте перед собой передними лапами, но не рухнуло, а шагнуло вперёд. Как и предупреждал Иолай, уничтожение основного мозга тварь не прикончило.
Я нашёл в прицел грудь кайдзю. Так, два сердца. Хм… Скорее всего, из-за этого анатомия у монстра не совсем привычная. Пожалуй, изберу иную тактику.
— Иолай, забери винтовку и дай мне клинок. Садко, облети чудище и зависни за его спиной.
Пока глайдер выполнял озвученный маневр, арсенал заменил винтовку на меч. Видеть моё перемещение кайдзю не мог по причине отсутствия глаз, канувших в болото вместе со всей остальной головой, так что его туша тупа пёрла вперёд, повинуясь заданному основным мозгом инстинкту.
— Опасайтесь хвоста, повелитель! — воскликнул Иолай. — Не приближайтесь слишком близко.
— Садко, ты его слышал, — проговорил я, окидывая взглядом колоссальную спину чудовища, покрытую длинной чёрной шерстью.
Кое-где из неё торчали кривые шипы, на фоне тела кайдзю казавшиеся небольшими, но при этом каждый из них был размером с приличное такое дерево. По ним пробегали зелёные искры, собиравшиеся на остриях в мерцающие сферы. Шерсть вокруг них приподнималась и слегка шевелилась, как от статического электричества.
Примерившись, я взмахнул клинком.
С него тотчас сорвался ослепительный синий полумесяц, который вертикально врезался в спину кайдзю, мгновенно вспоров шкуру и разрубив верхнюю часть хребта вместе с нервными узлами!
— Блестящее попадание! — воскликнул Иолай. — Жаль, вы не развалили этого урода пополам! Это было бы поистине эпично!
На самом деле, я мог сделать это. Но не видел смысла. Запас магической энергии не бесконечен, нужно её экономить. Никогда ведь не знаешь, когда понадобится вложиться в атаку по полной. Сейчас такой необходимости не было, так что я ограничил выброс заряда. Получилось весьма точно. Я был собой доволен.
Кайдзю сделал по инерции ещё один шаг, споткнулся и медленно завалился вперёд. Из болота взметнулся толстый хвост, оканчивавшийся кривыми шипами, но тут же опал, снова исчезнув в кипящем хрониде.
— Иолай, меч.
Я выпустил клинок из руки, и он, подхваченный силовым полем, поплыл к арсеналу.
— Мой барон, вам угодно, чтобы в ваши покои дос-ставили какую-нибудь час-сть кайдзю? — осведомился Садко.
— Да, позаботься об этом. А теперь неси меня домой.
Через полчаса передо мной уже лежал аккуратно вырезанный ботами кусочек сердца чудовища. Крошечная его часть, но полная генов.
Меня, правда, интересовали только те, что отвечали за способность монстра к регенерации. Это я бы с удовольствием перенял от него. Так что, положив ладонь на часть кайдзю, я начал вычленять тот паттерн, который был мне нужен. На это ушло несколько минут, но в конце концом мне удалось собрать паззл из генов и свернуть его в катушку. После чего я принялся встраивать её в собственный ДНК. Увы, даже такие полезные мутации могут без полного контроля оказаться опасны, так что пришлось установить ограничения, чтобы запускать регенерацию тканей лишь по собственному желанию. Иначе говоря, в случае потери сознания от ранения эта способность меня не спасёт. Такая вот палка о двух концах.
Ну, и, конечно, о том, чтобы получить регенерацию сразу, речь не шла. Были бы кайдзю обычными, немагическими существами, тогда да, без проблем — как это получилось с вомероназальным органом мирминоидов. Но эти твари слишком отличались от моего генома, так что способность к восстановлению тканей придётся собирать постепенно. Не знаю, сколько именно тварей для этого понадобится убить, но, вероятно, не меньше пяти. Может, даже больше. Зато это сроднит меня с ними, и я начну ощущать приближение монстров и второго класса.
Закончив с интеграцией, я велел Садко утилизировать останки, а сам занялся медитацией. Не только чтобы убедиться, что новые гены будут вести себя, как скромные гости, а не обнаглевшие дальние родственники, нагрянувшие к тебе на постой, но и потому что нужно было принять несколько важных решений о дальнейших действиях. А это требовало спокойствия и сосредоточенности.

----------

Глава 7

Глава 7
Город вокруг замка неуклонно рос. Часть временных построек постепенно заменялась каменными, включая жилые комплексы, которые должны были вместить новых жителей. Первые наёмные рабочие уже вселялись в квартиры, некоторые с семьями. Подобные места быстро привлекают колонистов, ищущих лучшей жизни там, где можно найти себе применение. Учебных заведений в Империи множество, и в квалифицированных специалистах дефицита нет, поэтому большинство из них отправляются на окраины, где жизнь совсем не сахар. По сравнению с галактическим Фронтиром, Аврора была почти что раем, так что нехватки персонала не наблюдалось.
Ряды солдат тоже быстро пополнялись. С тех пор, как был объявлен набор в армию барона Коршунова, казармы заполнились почти наполовину, и желающие вступить в ряды гарнизона всё прибывали.
Садко инициировал постройку добывающих шахт и рудников на месте полезных ископаемых, которые были обозначены на картах, записанных в красных кристаллах, что оставили в саркофаге обитатели подземного города. Параллельно с этим вовсю шло извлечение из недр планеты нефти, которая тут же перегонялась в топливо для космических кораблей и глайдеров. Запасы пока были невелики, но, как говорится, лиха беда начало. Главное — было положено начало моей независимости от топливных компаний, что имеет решающее стратегическое значение.
Я предавался завтраку, состоявшему из омлета с жареным беконом и тостов с малиновым джемом, когда в столовой возник аватар Садко.
— Прошу прощения, барон, ес-сть с-сведения, которые, как мне кажетс-ся, могут вас-с заинтерес-совать.
— Ну, так выкладывай, приятель — кивнул я, отправляя в рот очередной сочный кусок поджаренного бекона. — Не томи уж. Мы ведь не в театре.
— Прос-стите, барон, я не понимаю, что вы имеете в виду.
— Не страшно. Давай к делу.
— Поблизос-сти от Авроры обнаружены корабли без опознавательных знаков и с-сигналов. Предполагаю, что это авангард пиратов, прис-сланный провес-сти разведку. Три из них пыталис-сь получить под разными предлогами разрешение на пос-садку, однако я им отказал.
— Молодец. Так их. Нечего тут разнюхивать. Но звоночек тревожный, хорошо, что сказал. Похоже, скоро к нам заявятся непрошенные гости. Как там с установкой апгрейдов на сторожевые орбитальные станции и корабли?
— Практичес-ски завершено, мой барон. Я также увеличил количес-ство оборонных башен по периметру пос-селения на с-случай выс-садки дес-санта.
— Ну, это лишнее. Пираты не станут атаковать замок. Им это ни к чему. Их целью станут рабочие посёлки подальше от нас. Скорее всего, на другой стороне планеты. Так что нам нужны мобильные группы.
— Полагаю, с-с новыми защитными полями мы получим с-сущес-ственное преимущес-ство, барон. Ещё кое-что: я завершил рас-сшифровку чертежей для пос-стройки нового ис-сточника энергии. Нас-сколько я понимаю, он ос-снован на с-создании микрос-скопичес-ской чёрной дыры. Увы, для её с-синтеза и удержания в с-стабильном с-сос-стоянии потребуетс-ся пос-строить что-то вроде андронного коллайдера. Зато мы с-сможем с-снабжать подобными ис-сточниками энергии наши корабли и даже мехарыцарей, что дас-ст им огромный и неограниченный запас-с мощнос-стей.
Вилка с наколотым на неё куском омлета застыла на полпути к моему рту.
— То есть, никакой зависимости от ядерных реакторов и так далее?
— С-совершенно верно, мой барон. В с-случае ус-спеха это с-станет нас-стоящим прорывом в с-сфере энергетики!
— И сколько времени понадобится на постройку этого коллайдера?
— Боюсь, немало. Технология новая, так что прогнозировать непрос-сто. Но полагаю, не меньше мес-сяца. Это ес-сли начать с-сейчас-с.
— Но мы не можем, потому что инженеры ещё заняты с апгрейдом силовых полей, а потом им предстоит построить новое энергетическое оружие?
— Увы, мой барон. Вы предельно точно опис-сали перс-спективы.
— Ясно. Вот умеешь ты поманить и обломать, конечно.
— Мне жаль, мой барон. У меня и в мыс-слях не было ничего подобного.
— Верю. Ладно, сейчас нужно сосредоточиться на текущих проблемах. Когда прогнозируешь нападение пиратов?
— Ес-сли ос-сновыватьс-ся на с-статис-стике, между появлением их разведки и ос-сновных с-сил обычно проходит от четырёх до с-семи дней.
— То есть, времени осталось совсем мало.
— Боюс-сь, что да, мой барон.
— Понятно. Сосредоточиться на обороне, выплатить техникам премиальные, выделить столько монтажных ботов, сколько потребуется, но апгрейды защитных систем закончить в течение трёх дней максимум. К моменту появления пиратов мы должны быть во всеоружии. Знаю, что в их бандах обычно крупных кораблей не бывает, но зато их много, и они любят сбрасывать десант. А у меня обязательства перед арендаторами. Они рассчитывают, что хозяин планеты обеспечит безопасность их вложений. Плюс Синод следит за тем, смогу ли я защитить храмы. А у церковников в Империи большое влияние. Это сила, которой нельзя пренебрегать.
— С-совершенно с-с вами с-соглас-сен, барон. Но нашего гарнизона не хватит, чтобы защитить вс-се пос-селения на планете. Нужно с-сделать акцент на перехвате дес-сантных кораблей. К с-сожалению, нам не извес-стно, какой именно пиратс-ский отряд планирует нападние, и какова его чис-сленнос-сть.
— Да, это проблема. Но будем надеяться на лучшее. Есть ещё что-нибудь?
— Царс-ские дни, мой барон.
— А что с ними?
— Через две недели тезоименитс-ство Его Величес-ства. Как владельцу Авроры, вам нужно дать бал. Полагаю, это обязательное мероприятие.
— Чёрт! Ты прав. Отвертеться не удастся. И что, мы готовы?
— Ни в коем с-случае, мой барон. Я заложил бюджет, однако подготовку нужно начинать уже с-сейчас-с. Как минимум, разос-слать приглашения. Полагаю, предс-ставители С-старших и Младших Домов уже ждут их.
— Ты только что испортил мне аппетит. Нет, не надо извиняться! — махнул я вилкой на аватара. — Это ничего не изменит, да и ты тут ни при чём. Значит, бал… Что ж, ладно. Надо так надо. В конце концов, дворянин обязан исполнять свой верноподданический долг. Разошли приглашения и найми кого-нибудь для организации праздника. Пусть всё будет по высшему разряду. Если до этого пираты не сотрут нас в порошок, попляшем от души.
— Разумеетс-ся, мой барон. Немедленно займус-сь этим вопрос-сом.
— Что бы я без тебя делал? — улыбнулся я.
— Полагаю, пропали бы, — серьёзно ответил Садко и растворился в воздухе.
* * *
Боевой корабль второго ранга шёл во главе эскадры из двадцати семи единиц, на каждой из которых бы нанесён красный квадрат — символ принадлежности к флоту капитана Хана Чжоу, одного из самых успешных предводителей космических пиратов в Империи и за её пределами.
Двадцать семь кораблей, шедших сейчас в направлении звёздной системы Артемиды, были лишь одним из отрядов, собранных Ханом Чжоу под своим началом. Остальные занимались грабежами на Фронтире, и отрывать их от этого занятия капитан, во-первых, не хотел, а, во-вторых, считал рискованным: никогда не следует уводить пирата от добычи. Так можно очень быстро растерять сподвижников, ведь, как известно, капитан остаётся капитаном, лишь пока его флибустьеры довольны.
Сам Хан Чжоу тоже до недавнего времени промышлял дерзкими набегами на планеты колонистов, расположенные слишком далеко от центра Империи, чтобы всерьёз опасаться парулей, однако вот уже несколько дней как до него дошли слухи о появлении в системе Артемиды экзобарона. И не абы кого, а самого настоящего охотника — с собственным рифтом! Мимо такой новости Хан Чжоу пройти не мог. Ведь это означало возможность поживиться самым ценным, что было в Империи, — хронидом.
Поэтому Хан Чжоу быстренько отправил разведотряд осмотреться и навести справки. И вот теперь, когда его люди вернулись и подтвердили, что Аврора пока ещё является лёгкой добычей, ибо экзобарон вынужден оборонять её собственными силами, отряд самых преданных капитану флибустьеров выдвинулся к системе Артемиды. Хан Чжоу предвкушал добычу, и особенно его радовал тот факт, что ею не придётся делиться, ведь сообщать о том, куда и зачем он отправился, остальным отрядам он не собирался. Операция должна была пройти быстро и скрытно: прилетели, атаковали, высадили десант, забрали столько переработанных брекетов хронида, сколько смогли, и свалили.
Реализовать награбленное будет легко. Те же еретики с радостью купят всё за любую цену. С руками оторвут. Хан Чжоу понятия не имел, откуда у изгоев столько денег, но партнёрами они были надёжными и щедрыми. Знать бы, где их база, так стоило бы нагрянуть и облегчить этих полуживых выродков на бабки, но еретики были крайне осторожны. Да и довольно опасны, если уж на то пошло. Нет, лучше уже и дальше нападать на рабочие колонии. Или на таких вот болванов, как экзобарон, которые не понимают, какими лакомыми кусочками становятся, отказываясь от защиты рода.
Хан Чжоу аж улыбнулся от предвкушения. Разведка донесла, что планету обороняют только орбитальные станции да несколько кораблей. Ерунда, конечно. Единственную опасность представляет базовый крейсер, но капитан и не собирался соваться на ту сторону Авроры, где он находится. Нет, такой глупости он не совершит. Эскадра зайдёт с другой половины планеты и спустит десант. Пока он будет грабить рабочие посёлки, корабли разделаются со звездолётами барона, которые тот будет вынужден отправить в бой, но поддержку базового крейсера они не получат, ведь сражение будет происходить вне зоны его досягаемости. А вот затем, когда флот барона окажется уничтожен (в чём Хан Чжоу нисколько не сомневался), они и нагрянут к замку. Даже крейсер первого ранга не устоит против массированной атаки. Конечно, потери будут существенные. Но такова судьба пирата: рисковать жизнью ради наживы. На совете капитанов, когда решалось, идти ли на Аврору, ни один не высказался против. Так что очень скоро выжившие станут намного, намного богаче.
Хан Чжоу повёл рукой, заставляя объёмное изображение Авроры повернуться, чтобы ещё раз взглянуть на отмеченные световыми маркерами цели.
Планета выглядела беззащитным лакомым кусочком. Всё должно пройти по плану, никаких непредвиденных осложнений капитан пиратов не ожидал.
А ведь, кроме ресурсов, наверняка удастся захватить и рабов. За пределами Империи это тоже ценный товар. Рабочая сила нужна всегда и везде.
И женщины!
При мысли о них на лице Хана Чжоу расплылась мечтательная улыбка.
Да, женщины! Самых красивых он оставит себе, как делал всегда. А значит, впереди ждут весёлые, приятные деньки. Пожалуй, он даже устроит себе небольшой отпуск, когда сбагрит награбленное. Вместе с тем, что уже находится в трюмах (из-за постоянной нехватки хронида пираты вынуждены экономить его и не делают регулярные рейсы на свои базы, чтобы оставить там добычу, а вместо этого набивают корабли под завязку и лишь тогда отправляются к схронам), захваченное на Авроре позволит выручить сумму, которой капитан, пожалуй, ещё и в руках не держал.
Свернув голограмму планеты, Хан Чжоу порывисто встал с кресла и быстрым шагом отправился в свою каюту. Мысли о будущих наложницах настроили его на определённый лад, а те, что у него уже были, ещё не успели надоесть. Хотя от некоторых уже можно будет избавиться. Бордели за пределами Империи заплатят за них приличную цену. А он обзаведётся новыми.
Уже совсем скоро…
* * *
Матео де Алонсо наблюдал за игрой света на воде маленького пруда, окружённого ярко-зелёными тропическими растениями, усыпанными крупными, сочными цветами.
Устроенный в теплице садик был его отрадой и отдушиной. Сюда он приходил хотя бы раз в два-три дня, чтобы просто посидеть в плетёном кресле и расслабиться. А иногда — чтобы обдумать что-то в спокойной обстановке.
— Отец! — плавное течение его мыслей прервал голос Энрике. — Прости, что беспокою. Мне нужно с тобой поговорить!
Судя по тону, сын был возбуждён и рассержен. Он никогда не умел скрывать свои эмоции, что расстраивало главу Дома, ведь государственный муж должен уметь держать чувства при себе и скрывать истинные мысли под маской.
Вздохнув, Матео де Алонсо повернул голову и увидел приближавшегося сына. Даже по лицу юноши было заметно, что он не владеет собой.
— В чём дело? — недовольно спросил глава Дома. — Ты же знаешь, что я прихожу сюда, чтобы отдохнуть.
— Да, отец, прости! — Энрике остановился напротив отца. — Но я больше не могу молчать! Этот Коршунов, которого Суарес обещал уничтожить в ближайшее время, до сих пор жив, и дело нисколько не движется! Он уже дважды выкрутился, и это выставляет нас в дурном свете. Я спать не могу, отец, зная, что он до сих пор жив!
— И что же ты хочешь? — спокойно поинтересовался Матео де Алонсо, глядя на сына.
— У меня есть план!
— Неужели?
— Да, отец! — Энрике ударил кулаком в ладонь. — Умоляю, выслушай меня! Уверен, ты его одобришь!
«Ох, горяч, — подумал Матео де Алонсо. — С таким нравом слишком легко угодить в ловушку».
— Хорошо, выкладывай, — сказал он. — Только сядь. У меня шея болит из-за того, что приходится голову задирать.
Энрике быстро опустился в кресло, но сел на самый краешек и весь подался вперёд. Чёрные глаза его сверкали.
— Скоро будет тезоименитство Его Величества, — заговорил он. — Коршунову придётся устроить приём. Я узнал, что приглашения уже рассылаются.
— И что? — насторожился Матео де Алонсо.
— Я прибуду на Аврору и заявлюсь на праздник! Не выставят же меня!
— А дальше? — уже понимая, к чему клонит сын, сухо осведомился глава Дома.
— Найду повод поссориться с бароном, спровоцирую дуэль и прикончу его! Мой Дар сильнее его, ты же сам знаешь, на что я способен.
Матео де Алонсо тяжело вздохнул. Да, Энрике был могущественным магом. Наверное, барон действительно был бы убит в поединке с ним. Вот только…
— Если бы мы могли позволить себе открыто прикончить этого отпрыска Коршуновых, — проговорил он, глядя сыну в глаза, — то уже сделали бы это. Отправили бы на Аврору большой флот и сравняли бы с землёй и поселение барона, и его самого. Но мы не можем давать нашим врагам повод объявить нам войну.
— Но это ведь будет не убийство, а честная дуэль! — воскликнул Энрике.
Матео де Алонсо отрицательно покачал головой.
— Казимир Коршунов непременно представит всё как убийство. Особенно если ты спровоцируешь его сына. А этому будут свидетели, ясное дело. Так что нет, Энрике, я не позволяю тебе лететь на Аврору.
Юноша закусил нижнюю губу так, что она побелела. Кулаки его сжались.
— Кроме того, сынок, — сказал Матео де Алонсо, — мы не можем рисковать тобой. Да-да, ты наверняка сильнее, но даже малого шанса, что экзобарон тебя убьёт, допускать нельзя. У меня на тебя совсем иные планы, знаешь ли. Ты нужен роду. Это куда важнее, чем прикончить мелкого выродка. Знаешь, почему аристократы больше не сражаются в космосе?
Энрике бросил на отца хмурый взгляд. Спорить дальше он не смел, однако это не значило, что его не переполняли злость и разочарование.
— Почему? — нехотя спросил он.
— Потому что при этом гибло слишком много одарённых. Дома слабели и становились лёгкой добычей для остальных аристократов. Поэтому теперь мы отправляем сражаться за нас обычных людей и суперов. Так род может сохранить своё ядро даже во время войны. И ты — важная часть нашего ядра. Понимаешь?
Чуть помедлив, юноша кивнул. Мышцы его лица немного расслабились.
— Но как же экзобарон? — спросил он мрачно. — Мы просто смиримся с неудачами и забудем о нём?
— Алехандро обещал придумать способ его уничтожить. И, надо сказать, твоя идея подобраться к нему на балу в честь тезоименитства, совсем неплоха. Я обсужу её с Алехандро.
Энрике просиял.
— Правда, отец?
Глава Дома кивнул.
— Ну, разумеется. А теперь ступай. Я хочу немного побыть в одиночестве.
Когда юноша удалился, Матео де Алонсо несколько минут сидел неподвижно, следя за игрой бликов на воде пруда.
Мальчик, может, и горяч, однако соображает отлично. Эта идея с балом… действительно хороша.
Матео де Алонсо протянул руку и нажал кнопку вызова слуги. Тот явился спустя секунд двадцать и склонился справа от кресла в ожидании распоряжений.
— Вызови ко мне дона Суареса, — велел глава Дома.

----------

Глава 8

Глава 8
Я тренировался в зале, дистанционно поражая с помощью клинка летающие вокруг меня шарики, когда появился аватар Садко.
— Мой барон, я вынужден прервать ваше занятие, — проговорил он. — В с-ста километрах от Авроры вышли из бран-прос-странс-ства двадцать с-семь кораблей второго и третьего рангов. Они не подают опознавательных с-сигналов и направляютс-ся к противоположной от нас-с с-стороне планеты. Полагаю, это пираты.
— Они ещё не атаковали? — спросил я, останавливаясь.
— Нет, барон. Наверное, хотят подойти поближе.
— Завершить тренировку, — я направился к стойке и вложил меч в пазы. — Объявляй общую тревогу. Все силы — на перехват. Я отправляюсь к мехарыцарю.
Чёрт, даже душ принять не успел.
Прямо в спортивном костюме я спустя десять минут был в ангаре, где уже собрались пилоты мехарыцарей. Я оказался последним. Выключив гравиконтроллер, взмыл вдоль корпуса «Пересвета Апекса», ухватился за скобу, подтянулся и влез в кабину.
На всё про всё, включая установку сопряжения, ушло минуты три.
— Барон, — раздался голос Садко. — Наши орбитальные с-станции атакованы.
— И как показали себя новые силовые поля? — осведомился я, шагая в мехарыцаре к выходу из замка.
— Намного эффективней обычных. Ус-стойчивос-сть к попаданию энергетичес-ского оружия выше на с-сто шес-стьдес-сят три процента, к попаданию ракет — на с-сто вос-семьдес-сят шес-сть.
— На мехарыцарей успели установить новые поля?
— Так точно мой барон. Вам предс-стоит лично ис-спытать с-сис-стему в боевых ус-словиях.
— Отлично. Веди нас к целям.
Когда отряд мехарыцарей подлетел к месту сражения, и стал виден пиратский флот, мои корабли и отряд наёмников уже вступил в бой. Из-за огромных расстояний между враждующими сторонами видны были только далёкие крошечные вспышки взрывов и рассекающие тёмное пространство космоса лучи, так что оценить визуально, на чьей стороне перевес, было невозможно.
— Садко, ты определил флагманский корабль пиратской эскадры? — спросил я.
— Так точно, барон. Выс-ставлю на вашем интерфейс-се метку, чтобы вы могли до него добратьс-ся.
— Наметь также цели для остальных пилотов. Господа, вы знаете, что делать, — добавил я, переключившись в режим связи с другими мехарыцарями. — Стараемся захватить столько кораблей, сколько возможно. Это наша миссия.
Сам я устремился к флагманскому звездолёту. Видно его пока не было, но поставленная ИскИном метка уверенно вела меня сквозь пространство.
Спустя некоторое время мне попался небольшой корабль третьего класса. На поверхности его защитного поля ежесекундно расцветали взрывы, но система пока держала удар. Можно было промчаться мимо, но зачем?
В этот раз «Пересвет Апекс» был экипирован клинком и цепью, так что мне выпал случай опробовать и то, и другое в боевых условиях прежде, чем я доберусь до флагманского звездолёта. А опыт — это всегда опыт.
Так что я завёл руку за спину, взялся за рукоять меча, мысленно отключил крепления и выставил оружие перед собой. До пиратского корабля оставалось чуть меньше километра. Лучше бы, конечно, поближе подлететь.
В этот момент меня заметили: навстречу устремились ловушки разного типа, а вслед за ними звездолёт выпустил рой маленьких, юрких истребителей.
Пришлось усиленно маневрировать, при этом скорость я снижать не хотел, так что мой дальнейший полёт походил на бешеную гонку с препятствиями.
— Забава, наводись на истребители и открывай огонь, — велел я.
Сам же взял на прицел один из ближайших кораблей и выстрелил. Магический заряд ткнулся в защитное поле, прошёл его насквозь, вонзился в обшивку истребителя и буквально разнёс его на обломки!
Шикарно! И хватило даже меньшего расхода энергии, чем с головой кайдзю второго уровня. Что, впрочем, неудивительно, ведь корабль-то не был иномирной магической тварью, которую, кроме Дара охотника, ничто не берёт.
Следующий корабль я тоже разнёс, уклонившись от выпущённых им ракет. А затем размахнулся и прямо на лету послал синий серп, слетевший с клинка, во флагманский звездолёт.
Заряд врезался в силовое поле, рассёк его и впился в бронированную обшивку.
В ней мгновенно образовалась дыра, от которой побежали змеящиеся трещины. Они стремительно росли, покрывая борт корабля чёрной паутиной. А затем из щелей полыхнул огонь.
Я влетел в пробитое отверстие и оказался внутри разрушающегося звездолёта.
— Садко, план этого типа кораблей! Найди бран-конвертор и веди меня к нему.
— С-слушаюс-сь, барон.
Вокруг меня всё рушилось, взрывалось и горело, но силовые поля надёжно защищали от любых эксцессов.
— С-следуйте моим указаниям, барон, — раздался голос Садко. — Вывожу на интерфейс-с план корабля с-с отметками для оптимального прохождения к цели.
Нырнув вниз, я помчался мимо перегородок и переборок, рвущихся стен и искрящего кабеля. Нанесённый мною удар был мощным, но для звездолёта второго ранга не критическим. Бил-то я не по двигателям и не по топливным отсекам. Так что вскоре оказался в той части корабля, где разрушений уже не было. Время от времени приходилось разносить возникавшие на пути преграды, но это меня не задерживало.
Когда до отсека с бран-конвертором оставалось метров сто, передо мной вынырнули откуда-то три мехарыцаря и тут же открыли огонь.
Первые выстрелы пришлись в силовое поле и особого урона не нанесли. Новая технология отлично себя показывала.
Я пальнул в того, что был слева и разнёс его на куски. Второго атаковал клинком, снизив расход энергии. Рыцарь развалился пополам, хотя меч его даже не коснулся.
Третий дал залп, от которого я увернулся. А затем врезал по нему цепью. Надо же и её опробовать.
Разработанное Велесовой с командой оружие стремительно вылетело из руки и обвилось вокруг мехарыцаря, дробя его на части! Чёрт, а неплохо! Надо будет выразить Младе Георгиевне своё полное удовлетворение.
Втянув цепь обратно, я продолжил путь.
В следующем отсеке мне встретились сторожевые модули, попытавшиеся меня обстрелять, но я разнёс их с помощью орудий, которыми управляла Забава.
Осталось уничтожить последние ворота, и я доберусь до бран-конвертора.
Выстрел ракетами вынес преграду. Передо мной возникло самое главное изобретение человечества, позволившее ему расселиться на бескрайних пространствах галактики.
Судя по бешеному вращению составляющих частей конвертора и мелькающих между ними вспышек, на корабле, наконец, сообразили, на что рассчитан мой демарш по внутренностям звездолёта, и запустили устройство в расчёте на то, что успеют переместиться.
Было чертовски жаль уничтожать бран-конвертор, тем более, что стоят они до хрена, но иного выхода не оставалось. Уже и так повезло, что я успел вовремя.
Взмахнув мечом, я рассёк преобразователь пространственно-временного континуума на две части.
Всё, теперь вы от меня, голубчики, никуда не денетесь!
Теперь следовало заняться бортовым ИскИном, но я почти не сомневался, что капитан корабля его не покинул (бежать-то особо некуда), а значит, я смогу заставить его капитулировать.
— Садко, отметь план прохода к рубке и мостику, — велел я.
— Вам придётс-ся пробиватьс-ся с-сквозь с-стены, барон. Отс-секи и проходы в той час-сти корабля с-слишком малы для мехарыцаря.
— Ничего. Тем эффектней будет моё появление.
Перед глазами возникла новая схема, и я отправился на поиски капитана.
Это заняло около семи минут, учитывая, что приходилось то и дело разносить преграды на своём пути. Да, ремонт этого судна влетит в копеечку. Но меня, если честно, больше интересовал его груз, чем оно само. Практически всегда звездолёты пиратов полны награбленного добра, ибо они экономят хронид, достающийся им с большим трудом, и потому не делают рейсы на базы после каждого удачного налёта, чтобы оставить там захваченное.
Наконец, я вынес ещё одну переборку и увидел сгрудившихся возле пульта управления людей. Их было трое, одетых кто во что горазд, но очень роскошно.
— Кто из вас капитан этого судна? — поинтересовался я, рассматривая их через камеры мехарыцаря. — Даю три секунды, чтобы признаться или выдать капитана. Три… Два…
Один из пиратов шагнул вперёд. Выпрямил спину, выпятил грудь и задрал квадратный подбородок. Был он широкоплеч, приземист и коренаст — явно уроженец одной из планет с большим притяжением, проведший на ней минимум детство и юность. Одетый в зелёную куртку из бахата и кожи какой-то экзотической твари, он выглядел в какой-то мере даже импозантно.
— Меня зовут Хан Чжоу! — выкрикнул он, ударив себя кулаком в грудь. — Это мой корабль!
Ого, так мне достался сам капитан красного флага! О нём в Империи ходили легенды. Человек, сумевший объединить множество пиратских эскадр в единый флот. Интересно, почему сюда он припёрся всего лишь с одним отрядом. Хотя… кажется, я знаю ответ. Жадность.
— Белогор Коршунов, экзобарон Авроры. Предлагаю немедленно капитулировать. Прикажите бортовому ИскИну немедленно прекратить огонь, отзовите остальные корабли и сдавайтесь сами.
Пират криво усмехнулся.
— Серьёзно, сам господин экзобарон⁈ Впрочем, пусть так, — он пожал плечами. — Думаете, я могу приказать другим парням остановиться, ваше благородие⁈ Они сами себе хозяева. На мои приказы им сейчас плевать! Мы ведь не армия.
Это походило на правду. Я бы удивился, если бы пираты безоговорочно слушались своего лидера, особенно призывающего отступать или захваченного в плен. О последнем, впрочем, они знать не могли.
— Тогда сдавайтесь сами.
— И вы меня отпустите, господин барон?
— Я сохраню вам жизнь. И вашей команде, если она последует вашему примеру.
Не зверь же я, в конце концов. Нет никакого смысла убивать ради убийства.
И снова мой собеседник усмехнулся. Для человека, которого держал на прицеле мехарыцарь, он вёл себя крайне храбро.
— Чтобы вы сдали нас властям⁈ — крикнул он. — И нас казнили? Нет уж! Гарантируйте нам свободу или почётный плен.
— Пиратов вешают, капитан. Разве вы не знали, когда решили заняться этим сомнительным промыслом?
— Пиратов⁈ О, нет, господин барон! Я решительно отрицаю подобное определение!
— Кем же вы себя считаете?
— Ну-у… Пусть будет свободный экспроприатор. Как по мне, это гораздо точнее характеризует род моей деятельности.
— То есть, вы отбираете у богатых неправедно нажитое? Мните себя Робином Гудом?
— Ни в коем случае! — воскликнул мой собеседник. — Упаси Боже! Это, ваше благородие, уже крамола и политическая статья, а укрывать таких вольнодумцев закон не позволяет. Если бы я был социалистом, вам пришлось бы выдать меня Охранке, а у меня и в мыслях нет лишать вас шанса гарантировать мне пребывание у вас в качестве пленника.
Какой умный человек. Не удивительно, что другие пираты признали в нём лидера.
— Вы не в том положении, чтобы торговаться, капитан Чжоу, — тем не менее, решил напомнить я.
— Как сказать, ваше благородие! В корабле активирован протокол самоликвидации, — не моргнув, отозвался пират. — Мне достаточно сказать кодовое слово, и ИскИн немедленно его запустит! Вам это, может, и не повредит, однако корабль будет уничтожен. А вы ведь не прочь заполучить его? Он, конечно, вашими стараниями нуждается в ремонте, но было бы неплохо пополнить им ваш флот, а?
Чёрт, мне нравился этот мужик. В таком незавидном положении мало кто смог бы вести себя таким образом. Был протокол самоликвидации или нет, но он точно заслужил хотя бы отсрочку от смерти.
Но главное — его корабль мне был нужен куда больше, чем выдать его властям. Если уж на то пошло, судьба пирата меня вообще не волновала.
— Хорошо, на правах экзобарона я гарантирую, что вы не будете переданы властям и останетесь моим пленником, пока я не решу иначе. Это последнее предложение, капитан. Советую согласиться.
— И предложение весьма щедрое, барон. Всего один вопрос. Даже, скорее, маленькое уточнение. Моя команда капитулирует на тех же условиях?
— Мне нет никакой выгоды сдавать их властям. Как вы сами подметили, если преступление не политическое, я в праве распоряжаться своими пленниками.
— Продано! — воскликнул Хан Чжоу, хлопнув в ладоши и оскалившись. — Слова не мальчика, но мужа, ваше благородие! Йон, прекрати огонь и запусти протокол капитуляции. Теперь мы в вашей власти, барон. Сдаёмся на милость победителя.
И капитан отвесил мне неуклюжий поклон. Не похоже, чтобы ему часто приходилось проделывать этот жест.
— Направьте корабль к орбите планеты и ждите там, — велел я. — Мой ИскИн примет коды доступа для перехвата контроля над судном и перепрошивки вашего бортового компьютера. В случае неповиновения или попытки бегства вы будете немедленно уничтожены.
— О, не сомневаюсь, господин экзобарон, — мрачно ухмыльнулся Хан Чжоу. — Если честно, я вообще удивлён, что вы предложили нам капитуляцию. Не знал, что Коршуновы щадят врагов.
Отвечать на это я не стал. Не касается пирата, какие у меня отношения с родственниками.
Все переговоры заняли минуты две. Неплохо за боевой корабль второго ранга да ещё и с ИскИном.
Покинув частично разрушенный звездолёт, я выбрался в космос.
И тут же стал свидетелем того, как один из вражеских кораблей, потеряв силовые щиты, становится добычей моего флота.
Трёхкилометровая громада ещё мгновение назад казалась неприступной крепостью, но вот пространство разорвали сотни огненных стрел — ракеты, словно рой разъярённых ос, вонзились в обшивку, покрыв её краткими вспышками взрывов. А затем в борт звездолёта уткнулись лучи энергетического оружия.
Металл вспучился, словно тонкая фольга под ударом молота. А затем разлетелся на осколки, которые, подхваченные инерцией взрывов, стремительно унеслись в чёрную бесконечность.
Второй залп был дан с другой стороны, откуда зашёл на атаку другой корабль. Ракеты вонзились в двигательный отсек. Из пробоины вырвался сноп ослепительно‑белого пламени. Оно не пылало, как на планете с кислородом, а сияло подобно миниатюрному солнцу, рождённому в недрах гибнущей машины.
Зрелище было одновременно жутким и величественным.
Корабль начал разваливаться. Его продолжали атаковать, и куски обшивки отлетали, будто сухие листья на ураганном ветру, обнажая переплетение труб, кабелей и механизмов. В пробоинах мелькали белые и голубые вспышки вторичных взрывов: детонировали топливные баки и энергетические ячейки.
Прямо на глазах громадный звездолёт превращался в хаотичное облако обломков.
Третий залп пробил командный модуль. Вакуум ворвался внутрь, высасывая жизнь из тех, кто находился в отсеке.
Дальше я не стал смотреть. Нужно было лететь дальше — попытаться захватить ещё один корабль. Минимум. А лучше — парочку. Вот только люди, в отличие от ИскИнов редко бьются до смерти, лишь бы исполнить приказ. Скорее всего, осознав неизбежность поражения, пираты начнут отступать. Так что надо по полной использовать шанс, пока до них не дошло, что противник защищён куда лучше, чем ожидалось.
— Садко, есть ещё звездолёты второго ранга?
— Ближайший находитс-ся от вас-с в двенадцати километрах.
Совсем рядом!
— Веди меня к нему.
Я устремился сквозь пустоту, следуя метке ИскИна, однако не успел преодолеть и половину дистанции, когда обнаружил летящих наперез вражеских мехарыцарей. Все они были разных моделей, захваченные в различных сражениях и на разных кораблях. И эта пёстрая компания явно намеревалась меня прикончить.
Два увеличили скорость, чтобы зайти справа, трое решили преградить мне путь, а ещё двое откровенно намеревались атаковать слева. Так себе тактика, если ты в пустоте, где нет направлений. Лучше бы рассредоточились на семь позиций и били одновременно, но не давать же врагу советы.
Первым делом я выпустил ловушки, чтобы поймать первые выпущенные по мне ракеты, а затем выстрелил в одного из мехов прямо по курсу. Раз уж там сразу трое.
Магический заряд ударил в силовое поле, прошёл сквозь него и вонзился в корпус рыцаря. Миг — и тот превратился в кучу разлетающихся в разные стороны обломков.
Вторым выстрелом я вынес его товарища. Третий метнулся вверх, явно намереваясь сбежать. Сообразительный попался. Я не стал его атаковать: в меня как раз палили остальные мехи, а я не собирался испытывать прочность новых щитов настолько, чтобы остаться без них.
Так что, нырнув вниз, я разнёс ещё одного пирата, а затем пару раз взмахнул клинком.
Путь был свободен. Последний рыцарь улепётывал на полной скорости, отчаянно маневрируя, чтобы не стать лёгкой мишенью.
Что ж, пускай. Бежать-то особо некуда.
Я продолжил свой путь, и вот передо мной, затмевая звёзды, начала расти громада ещё одного корабля второго ранга. Его силовые щиты ещё держались, хоть и были атакованы градом ракет и энергетических лучей моих звездолётов и орбитальных станций.
Обогнув пару бран-ловушек, я расстрелял три истребителя, хлестнул цепью зазевавшегося возле корабля мехарыцаря и выпустил собственные ловушки, чтобы обойти снаряды, которыми меня щедро осыпали бортовые оружия.
— Справа приближается противник, — предупредила Забава.
Повернув голову, я увидел стремительно летящего ко мне меха. Он всё время метался из стороны в сторону, словно ожидал от меня атаки и старался избежать попадания.
— Выпусти сателлиты, — приказал я. — Полагаю, это займёт его на пару минут.
Тотчас навстречу вражескому мехарыцарю устремились десятки мелких, но довольно зловредных боевых роботов. Сбивать такие одиночными выстрелами крайне трудно, и, хотя критический урон они такой машине, как мех, нанесут едва ли, но повредить могут, так что игнорировать их не получится. Это как отбиваться от роя разъярённых пчёл. Враг, вроде, и мелкий, а жалит больно.
До пиратского звездолёта оставалось не больше двухсот метров.
Взмахнув мечом, я рассёк силовое поле и устремился к растущей в корпусе пробоине.

----------

Глава 9

Глава 9
Спустя минут двадцать я добрался до капитанского мостика корабля, уже лишённого бран-конвертора. Переговоры с командой заняли ещё меньше времени, чем диалог с Ханом Чжоу. Пираты буквально дрожали от страха, слушая мехарыцаря, наставившего на них свои орудия. Они согласились на капитуляцию, даже не выдвигая условий — лишь бы сохранить свои жизни хоть на время.
Велев направить звездолёт к орбите и ждать, пока Садко примет протокол капитуляции, я выбрался наружу и уже собирался направиться к следующему кораблю противника, когда ИскИн нарушил мои планы.
— Мой барон, двум дес-сантным кораблям пиратов удалос-сь прорватьс-ся с-сквозь зас-слон орбитальных с-станций и выс-садить дес-сант. По моим оценкам, мес-стным с-силам обороны атака может оказатьс-ся не по зубам.
О, как мне хотелось оставить арендаторов самих защищать свои рудники! Но долг экзобарона — заботиться о вложениях тех, кто пополняет его казну. Кроме того, никак не могу забить на людские жизни. Всё-таки, я посвятил прошлую жизнь защите простых обывателей, а это просто так из души не вытравишь. Жизненная философия — штука сложная. Но если ты выработал для себя определённые принципы, отказываться от них ещё труднее. Да и надо ли?
— Веди меня к цели! — велел я, беря курс на планету.
— С-ставлю метки, — отозвался Садко. — Теперь вы видите, куда лететь, мой барон.
Видеть-то я видел. Только пока что выглядели маркеры ИскИна всего лишь как светящиеся точки на фоне изображения планеты.
Лишь спустя некоторое время я смог различить пару пиратских звездолётов третьего ранга, прорвавшихся сквозь периметр и застывших над одним из рабочих посёлков Авроры.
Недолго думая, я махнул клинком, и синий полумесяц врезался в обшивку первого, пробив как силовые поля, так и иридиевую броню. Корабль корсаров начал разваливаться на куски. Не тратя время, я переместился ко второму и атаковал его. Звездолёт пошёл трещинами, из которых полыхнул огонь. Зрелище было эпичное, но я не стал им любоваться, а поспешил вниз, к поверхности планеты, где сброшенные пиратами десантные модули уже выпустили сотни штурмовиков и боевых роботов.
И эта лавина пёрла на рабочий посёлок, который пытался отбиться с помощью нескольких сторожевых башен. Его силовое поле, переведённое в защитный режим «Эгида», ещё держалось, но длиться вечно это не могло. Так-то оно рассчитано на удержание атмосферы, а не на множественные попадания ракет и энергетических зарядов.
Промчавшись над ордой пиратов, я развернулся и отдал Забаве приказ косить всё, что движется. Сам же для начала навёлся пулемётами на отряды разношёрстных штурмовиков и открыл беспощадный огонь.
Расход магической энергии, ясное дело, поставил на минимум, но даже этого хватало, чтобы косить корсаров рядами. Одно попадание — минус один любитель халявы. Наступавшие на посёлок штурмовики падали десятками, так же как поддерживавшие их боевые роботы. Скалистая поверхность планеты быстро покрывалась грудами убитых пиратов и уничтоженных машин. Не прошло и четверти часа, как уцелевшие десантники обратились в бегство. Вот только деваться им было некуда. Я преследовал их, поливая смертоносными боеприпасами, пока последний корсар не превратился в груду перемолотой с бронёй плоти.
Считайте меня жестоким, если хотите, но что моё, то моё. Я их не звал, они сами припёрлись в расчёте на лёгкую наживу. И получили сполна. Как по мне, всё справедливо. Гласит же, в конце концов, Кодекс Веры, что пришедший с мечом от меча и погибнет.
Оставалось ещё несколько боевых роботов, шагавших в последней линии. Они походили на бронированных жуков, утыканных пушками. Я окатил их шквалом магических зарядов, выставив чуть больших расход энергии, чем требовалось для пехоты. Машины лопались, как переспелые фрукты, разлетаясь на искорёженные куски металла.
Покончив с ними, я взмыл вверх и устремился обратно в космос — туда, где ещё шло сражение с пиратскими кораблями.
* * *
Доклад об исходе сражения я слушал в кабинете, попивая гранатовый сок, который на вкус казался свежевыжатым, хотя на самом деле, как и остальная пища, доставляемая на планеты вроде Авроры, был восстановленным сублиматом.
— Вс-сего удалос-сь захватить с-семь кораблей, мой барон, — говорил Садко, создавая в воздухе объёмные голограммы огромных боевых машин, которые теперь стали частью моего медленно, но верно растущего флота. — Три с-судна второго ранга и четыре — третьего. Вс-се Ис-скИны с-сохранены и перепрошиты, но бран-конверторы придётс-ся закупать и с-ставить новые. Ну, или подержанные. Вс-сё равно влетит в копеечку. Угодно выс-слушать подробный отчёт о с-суммах, которые потребуютс-ся для возвращения кораблей в экс-сплуатацию?
Я махнул рукой.
— Нет. Главное, что ты в курсе. Распланируй траты, чтобы все звездолёты можно было восстановить побыстрее.
— Разумеетс-ся, барон. Я так и с-собирался с-сделать. Позвольте продолжить?
— Валяй. Что там мне ещё досталось?
— Пос-скольку большая часть уцелевших в битве кораблей с-сбежала через бран-пространс-ство, трофеи пос-ступили только с-с тех, которые были захвачены, а также с-с обломков уничтоженных с-судов. Мы ещё с-собираем добычу в кос-смосе, но большая час-сть уже пос-ступила на учёт.
— Вот про них и расскажи, — кивнул я.
— Тридцать два ис-стребителя, шес-стьдесят вос-семь дес-сантных модулей, с-сорок один танк, с-семьдесят шес-сть наземных боевых роботов, — трёхмерные картинки сменяли друг друга в воздухе, иллюстрируя то, о чём говорил ИскИн. — Двенадцать мехарыцарей, двес-сти пятьдес-сят девять штурмовых бронедос-спехов, а также почти тыс-сяча единиц с-стрелкового оружия. Вс-сё это разных моделей чуть ли не вс-сех поколений и в разном с-сос-стоянии, но, в ос-сновном, рабочее. По крайней мере, так утверждает майор Шарапов, чьи люди проводили ревизию. У меня нет ос-снований ему не верить.
— Неплохо, — я сделал глоток сока. — Конечно, откровенный хлам нужно сбагрить и вместо него купить новое оружие и технику. У меня профессиональная армия, а не сброд.
— Как прикажете, мой барон. Внес-су это в план на ближайшее время.
— Поручи Котову. Пусть человек будет при деле. Каждый должен чувствовать себя нужным.
— С-слушаюс-сь, барон. Ещё кое-что.
— О, неужели? Я уж думал, в этот раз не скажешь.
— Это нас-счёт техников.
— Дай угадаю: не хватает?
— Увы, мой барон. Зданий с-строитс-ся вс-сё больше, флот рас-стёт, да и работа над новыми технологиями отбирает человечес-ские рес-сурс-сы. Нам необходим ещё перс-сонал. Предлагаю нанять хотя бы четыре дес-сятка с-специалис-стов.
Я отрицательно покачал головой.
— Никаких наёмных работников. Придётся купить кабальных.
— Но, мой барон, это невыгодно! С-специалист необходимой квалификации обойдётс-ся минимум в двадцать тыс-сяч империалов, а ведь ему ещё и зарплату платить придётс-ся. Пус-сть по минимальному тарифу, ус-становленному профс-союзом, но это вс-сё равно черес-счур мно…
Я остановил ИскИна жестом.
— То, чем мы тут занимаемся, должно оставаться в строгом секрете. Я не хочу, чтобы наёмный инженер сегодня нанялся, а завтра уволился, и на следующий день уже все были в курсе, откуда у меня такие силовые поля или новые мощные пушки. И начали производить такие же по украденным или составленным ушлым промышленным шпионом чертежам. Так что, хотя ты и прав насчёт денег, техников всё-таки придётся купить.
— Я вас-с понял, барон, — смирился Садко. — Как прикажете.
— Вот и славно. А теперь расскажи о наших потерях.
Они оказались не так уж и велики. Новые силовые поля сделали своё дело, да и прибавление в количестве кораблей сыграло роль. Так что, несмотря на численное превосходство противника, отбились мы славно. Даже ни один мехарыцарь не был уничтожен, что особо радовало. И всё же, надо строить свой завод. А ещё лучше — получить благословение Святейшего Синода на создание собственного ордена. Покровительство церкви в Империи имеет огромную роль. А вот её неудовольствие может стать роковым. Бывали примеры. Далеко и ходить не нужно — стоит вспомнить одну из родовых линий самих Мещерских, объявленных еретиками и изгнанных за пределы Империи.
Анафема — дело такое. Как только тебя ей предадут, больше руки никто не подаст. И это в лучшем случае.
— Теперь что насчёт сокровищ? — спросил я после того, как мы с Садко обсудили потери и варианты их восполнения. — Надеюсь, пиратские трюмы были полны?
— Да, мой барон. Пос-скольку корс-сары не имеют возможнос-сти пользоватьс-ся ус-слугами навигаторов, им приходитс-ся на любое перемещение тратить хронид, так что они вынуждены его экономить и набивать трюмы под завязку прежде, чем отправлятьс-ся на с-свои тайные базы.
— Ну, и что же у них нашлось?
Весь следующий час я выслушивал перечисление добычи с пояснениями ИскИна и его рассуждениями на тему, что лучше продать, а что оставить себе.
— Таким образом, барон, мы можем заработать от с-ста с-семидес-сяти до двухс-сот дес-сяти миллионов, — подытожил он, наконец. — В завис-симости от с-срочнос-сти продажи и так далее.
— Ого! Я бы присвистнул, да примета плохая. Хорошо, что, по законам Империи, пиратские грузы достаются тому, кто их захватил.
— Так гос-сударс-ство с-стимулирует ис-стребление корс-саров, мой барон.
— Да, знаю. Ещё что-нибудь?
— При ос-смотре кораблей были обнаружены технологии, не извес-стные в Империи. Вероятно, они разработаны обитателями внешнего космоса, вс-сякими отщепенцами и изгоями. Полагаю, пиратам они дос-стались в ходе налётов. Я рас-спорядилс-ся дос-ставить их в лабораторию для изучения.
— Молодец. И…?
— Пленники, мой барон. Захваченные пиратами. Тридцать шес-сть женщин, двадцать пять мужчин и пятеро детей. Девочка и мальчики. Они дос-ставлены в лазарет, доктор Герц ос-смотрел их и нашёл с-сос-стояние удовлетворительным.
— Это хорошо. Впрочем, неудивительно: раненые, больные и слабые рабы стоят недорого, так что пираты были вынуждены о них заботиться. Что ж… выясни, откуда они. Установи личности. Свободных отпустим, жителей внешнего космоса, если таковые обнаружатся, заберёт Третье отделение для выяснения, а кабальных переоформи на меня. Только они являются моей законной добычей. Посмотрим, какое им удастся найти применение.
— С-слушаюс-сь. Мой барон.
— Это всё?
— Ес-сть ещё кое-что.
Я едва удержался, чтобы не закатить глаза.
— Нес-сколько пленниц проявляют с-сильное бес-спокойство относ-сительно с-судьбы капитана Хана Чжоу. Как я понял, они были его наложницами.
— Ну-у… Передай им, что больше им не придётся удовлетворять его прихоти. Полагаю, это должно их успокоить.
— Хм… Боюс-сь, вы меня неверно поняли, барон. Они желают убедитьс-ся, что с-с ним вс-сё в порядке.
— Что, прости? — у меня аж стакан застыл на полпути ко рту.
— Возможно, вам с-стоит с-самому с-с ними поговорить?
Спустя четверть часа я вошёл в отведённую наложницам капитана Чжоу отдельную комнату.
Шесть девушек в весьма откровенных нарядах сидели кто на диване, кто в креслах. Все они были писаными красавицами — это бросалось в глаза. Во вкусе капитану не откажешь. Подобрал он себе знатную коллекцию.
При моём появлении девушки застыли, как застигнутые врасплох зверьки. А затем одна из них, стройная брюнетка с на удивление большой грудью порывисто вскочила. Вслед за ней поднялась и другая, с рыжими локонами и россыпью очаровательных веснушек на точёном лице.
— Это вы нас захватили⁈ — дрожащим от волнения и тревоги голосом спросила брюнетка.
Глаза её сверкали и были на мокром месте.
— Освободил, сударыни, — поправил я. — Насколько мне известно, вы находились в плену.
При этих словах девушки переглянулись.
— С капитаном Чжоу всё в порядке? — робко спросила рыжая. — Он жив? Умоляю, скажите, что не причинили ему вреда!
Так-так… Кажется, я не совсем верно оценил положение этих прекрасных созданий при пирате. Они не жаждали мести, а беспокоились о его судьбе.
— Разве вы не были захвачены им? — спросил я, переводя взгляд с одной наложницы на другую.
Пара девушек смущённо потупилась.
— Эм-м, — произнесла брюнетка. — Да, были, но… Он очень хороший! Честно!
— Прекрасно с нами обращался! — подхватила рыжая. — Скажите же, он жив⁈
Судя по лицам остальных наложниц, их мучил тот же вопрос. Надо же, а я ведь думал, что вызволил их из лап насильника! Женская душа, конечно, потёмки…
— Не волнуйтесь, сударыни, — сказал я. — С вашим капитаном всё в порядке, он жив и даже не ранен. Может, вы в скором времени увидитесь.
Ответом были нестройные возгласы, полные радости и надежды.
Отвесив дамам вежливый поклон, я быстро вышел из комнаты.
— Садко, устрой мне встречу с господином Чжоу. Кажется, он более любопытная личность, чем я думал. Тем более, мне нужно с ним кое-что обсудить.
— Капитан с-содержитс-ся в каземате номер…
— Нет, это не подойдёт. Вопрос деликатный, и я предпочёл бы увидеться с господином Чжоу в более располагающей обстановке. В которой он почувствовал бы себя, скорее, моим гостем, чем пленником.
— Тогда могу предложить зелёную гос-стиную, барон.
— Вот туда пусть его и доставят.
Когда в комнату ввели Хана Чжоу, я был уже там — сидел в кресле, закинув ногу на ногу и попивая гранатовый сок. Мимику следует держать себя постоянно под полным контролем, так что никаких напитков, кроме как на основе старой добой водички я себе не позволяю.
— Ваше благородие! — осклабился при виде меня капитан. — Моё почтение, — он отвесил неловкий поклон. — Как мило, что вы решили со мной поболтать. О чём пойдёт речь?
— Садитесь, капитан, — я указал на кресло, стоявшее через столик от меня. — Видел только что ваших наложниц. Милейшие создание и, кажется, очень за вас беспокоятся.
— Они просто чудо, — Хан Чжоу плюхнулся в кресло, погладил подлокотники, а затем сцепил руки в замок на животе. — Хотите взять их себе?
— Не думаю, что получится. Они от вас без ума. Признаться, я удивлён.
— А! Вы, небось, полагали, что я держу их в клетках и вытаскиваю лишь для того, чтобы изнасиловать?
— Вроде того.
— Я вас умоляю! Это для убогих и извращенцев! Я ведь не животное. Меня такие вещи не возбуждают. Я вообще не сторонник насилия. Да и куда интереснее завоевать душу и сердце женщины, чем её тело, разве не так?
Я кивнул.
— Вполне разделяю вашу точку зрения. Но позвал вас не для того, чтобы обсуждать вашу личную жизнь.
— Да? А я уж, было, решил, что вы решили поболтать о бабах. Посидеть мужиками, так сказать.
— Нет, капитан. Насколько я понимаю, у вас есть база, где хранятся сокровища. Как в старых добрых книжках о пиратах. Это так?
Мой собеседник хитро прищурился.
— И что? Вы хотите и их прибрать к рукам? Тогда вам стоило хоть стол накрыть! — он коротко хохотнул. — Глядишь, я бы и растаял. Жизнь в заточении-то нелегка.
— Вы находитесь в нём всего ничего.
— Для свободного искателя приключений вроде меня это уже слишком много! Так вы хотите, чтобы я указал вам путь к сокровищам, господин барон? Должен сразу предупредить: если не планируете меня пытать, я бы поторговался.
— Пытать всегда успеется, — сказал я, глядя капитану в глаза. — Но я, как и вы, против насилия. Так что для начала предлагаю сделку. Не думаю, что вам по душе роль пленника.
— Вообще не по душе, — охотно согласился мой собеседник. — А свободу свою я ценю очень высоко.
— Думаете, я вас отпущу на все четыре стороны в обмен на координаты базы?
— А что, нет?
Я отрицательно покачал головой.
— Не забывайте про пытки, капитан. Не вам ставить условия.
— О, это я отлично понимаю, — чуть серьёзнее сказал Хан Чжоу. — Что ж… Хорошо, давайте по вашим правилам. Позвольте сделать вам предложение, от которого, я надеюсь, вы хоть и сможете, но не захотите отказываться.

----------

Глава 10

Глава 10
— Удивите меня, капитан.
— Постараюсь. Я вижу, вы человек деловой, прагматичный и умеете держать себя в руках. А ещё — целеустремлённый. Уверен, у вас полно планов, и уже продумана стратегия по их достижению. Амбиции — двигатель прогресса, да? Мне такие люди очень нравятся. Поэтому я бы хотел просить вас позволить мне в обмен на сокровища занять промежуточное место между пленником и свободным человеком.
— Это какое же?
— Возьмите меня на службу. Я серьёзно! Не торопитесь отказываться. Человек вроде меня вам непременно пригодится. У меня куча связей, даже в уголках вселенной, о которых вы не слышали.
Я усмехнулся.
— Вы хотите получить корабль и снова стать капитаном? И сразу сбежать, воспользовавшись бран-конвертором?
Хан Чжоу развёл руками.
— А куда мне бежать? Если я выдам вам базу, меня будут жаждать убить свои же бывшие товарищи. С вами безопасней. И потом, господин барон, думается мне, вы далеко пойдёте. Так что я хочу быть с вами. Что скажете? Получите и сокровища, и верного вассала. По-моему, шикарная сделка!
И мой собеседник откинулся на спинку кресла, как будто, и правда, предложил невесть что.
Я отпил глоток из стакана и поставил его на стол.
— Вы напрасно утруждаетесь лестью, господин Чжоу. Я ваши попытки манипуляции вижу за версту. Тем не менее, рациональное зерно в ваших словах имеется. Разумеется, ни о каком корабле речи идти не может. Но могу предложить должность, скажем так, консультанта. Учитывая ваши связи с внешним космосом. Если они, конечно, действительно есть.
Хан Чжоу тяжело вздохнул.
— Маловато за сокровища-то, ваше благородие.
— Вы всегда можете выбрать пытки. Доводилось бывать в Железной деве?
Пират смотрел на меня пристально секунд десять, а затем вдруг ударил кулаком по подлокотнику кресла.
— Чёрт побери! Хватка у вас, конечно, железная, ваше благородие! Вокруг пальца не обведёшь! Ладно, ваша взяла! Консультант так консультант. Всё лучше, чем в клетке сидеть. Рождённый летать не станет ползать, — и он резко подался вперёд, протягивая мне широкую ладонь. — Продано, как говорится!
* * *
Можно было, конечно, послать за пиратскими сокровищами корабль под управлением ИскИна и отряд солдат. Вот только не доверял я капитану Чжоу и ни за что не рискнул бы оставить его со своими людьми без присмотра. Что конкретно он способен выкинуть, я не представлял, но проверять не собирался. Так что план был в том, чтобы лететь на базу корсаров самому. Капитан уверял, что спасшиеся бегством корабли туда не полетят, ибо у каждой команды свой схрон, и он один знает, где находятся его сокровища. Также он клялся, что они охраняются лишь автоматическими орудиями и боевыми роботами, которых он обезвредит с помощью личного кода и биометрики. Что ж, звучало убедительно. На его месте я тоже не оставил бы людей сторожить свои богатства: соблазн мог оказаться слишком велик.
Пожалуй, у предстоящего предприятия могли возникнуть лишь две проблемы. Перелёт мог спровоцировать нападение Алонсо или Коршуновых. Наверняка и те, и другие постараются воспользоваться шансом атаковать корабль, на котором я буду находиться. И уложиться следовало в четыре дня, ибо именно столько обычно проходило между появлениями из рифта кайдзю второго уровня. В идеале, даже за три надо было сгонять до базы — на случай, если тварь вылезет раньше.
— Знаю, вы мне не доверяете, — сказал Хан Чжоу под конец разговора. — И не должны. Однако у меня нет ни палки за спиной, ни камня за пазухой. Мы с вами договорились, и я верю, что вы не удавите меня и не сдадите властям после того, как получите мои сокровища. Уверен, вы, как и я, человек чести. Позвольте в качестве жеста доброй воли с моей стороны как вашего будущего консультанта довести до вашего сведения, что среди моих пленниц есть одна очень интересная и важная особа. Для меня она представляла ценность материальную, ибо я собирался потребовать за неё немалый выкуп, но для вас она может оказаться неплохим козырем в игре, на кону в которой репутация и связи. Я ведь понимаю, что для аристократа это не меньший капитал, чем деньги.
— О ком именно идёт речь?
Мой собеседник вдруг хитро улыбнулся.
— Авдотья Семёновна Долгорукая. Княжна. Третья дочка Его Сиятельства. Самого! — тут капитан многозначительно ткнул пальцем в потолок. — Случайно наткнулись на них во время перехода через бран. Я и знать не знал, кого мы атаковали. Потом как выяснилось, решил выкуп запросить.
— Садко, можно тебя на минуту, — проговорил я.
Аватар немедленно возник справа от меня.
— Ох, ты ж! — выдохнул Хан Чжоу. — Напугал, стервец!
— Кем является князь Семён Долгорукий, о котором сейчас говорил капитан? — спросил я ИскИна.
— Как, вы не знаете⁈ — вполне искренне поразился Хан Чжоу. — Это ж Председатель Сената!
Жестом я велел капитану помолчать.
— Господин Чжоу прав, — сказал Садко. — Его С-сиятельс-ство князь С-семён Долгорукий занимает должнос-сть предс-седателя С-сената вот уже двадцать с-семь лет и с-считаетс-ся правой рукой Его Величес-ства. Ходят с-слухи, что он может с-стать одним из регентов при нас-следнике, ес-сли Император с-скончается.
— Вот-вот! — радостно закивал Хан Чжоу. — Понимаете, кому можете услугу оказать благодаря мне? Это, пожалуй, даже подороже соровищ-то будет!
— Почему ты не доложил, что среди пленников находится княжна Долгорукова? — строго спросил я Садко. — Тебе же было велено установить их личности. Знаю, времени прошло немного, но неужели княжна не объявила сразу, кто она?
— Видите ли, мой барон, две женщины находятс-ся без с-сознания. Доктор Герц с-считает, что это вызвано шоком. Может быть, княжна одна из них. Или она не захотела называть с-себя, не вполне понимая, к кому попала и чем чревато…
— Я тебя понял. Капитан, вы помните в лицо, как выглядит княжна?
Хан Чжоу расплылся в сальной улыбке.
— Я помню в лицо всех женщин, барон, особенно хорошеньких. А княжна именно из их числа.
— Садко, покажи капитану снимки всех пленниц.
В воздухе немедленно появились стереограммы с женскими лицами.
— Вот эта, — уверенно проговорил Хан Чжоу, ткнув в них пальцем. — Третья слева. Да, она.
ИскИн убрал все снимки, кроме одного. Действительно хорошенькая. Тонкие черты лица, вьющиеся каштановые волосы, брови вразлёт, полные губы, высокие скулы и большие карие глаза. Даже несмотря на то, что пленница была запечатлена только что, то бишь, далеко не в самый лучший период жизни, было видно, что она вполне может претендовать на звание красавицы.
— Спасибо, капитан, — проговорил я, вставая. — Мы с вами ещё увидимся.
— Пожалуйста, ваше благородие, — Хан Чжоу быстро поднялся и отвесил кособокий поклон. — Всегда рад услужить. Кстати, вашего ИскИна поднастроить не мешало бы. А то он свистит, как спущенная шина.
— Это придаёт ему шарма.
— Правда? Ну, не знаю. Я бы долго не выдержал такое слушать. Впрочем, хозяин — барин.
Оставив пирата на попечение гвардейцев, я отправился в часть замка, которую отвели освобождённым пленникам.
Садко плыл рядом, как мятежный безликий дух. Показывал дорогу. Перед одной из дверей он остановился.
— С-сюда, мой барон.
— Надеюсь, княжна в приличном виде? Я бы не хотел начинать наше знакомство с неловкой ситуации.
— Она читает новос-стные с-сводки, барон.
Ну, и славно.
Протянув руку, я нажал кнопку звонка. Через три секунды дверь отъехала в сторону.
Девушку я увидел сразу. Она стояла в центре комнаты, обхватив себя за плечи.
— Ваше Сиятельство, — проговорил я, входя. — Позвольте представиться. Белогор Казимирович Коршунов. Вы находитесь в моих скромных владениях на Авроре в системе Артемиды.
Девушка молча смотрела на меня, в её взгляде сквозило смятение.
— Мне известно, кто вы, — сказал я. — Нет никакой причины скрывать личность, вы в полной безопасности.
— Авдотья Семёновна, — наконец, представилась девушка. На вид ей было лет двадцать. По Имперским меркам, самое время для замужства. Даже многовато, если честно. Ещё год, и будет считаться старой девой. Как по мне — бред, но такие нравы. Благо, касаются они только дворян. Приданное, связи, браки по расчёту — все дела.
— Княжна, я пришёл, чтобы заверить вас, что в ближашее время намерен связаться с вашей семьёй и передать вас в любящие руки родственников. Если вам что-то нужно, только скажите, и это будет вам предоставлено.
— Благодарю, господин… Коршунов?
Я коротко кивнул. Хоть мне и не доставляло ни малейшего удовольствия носить эту фамилию, она всё ещё была моей.
— Мне ничего не нужно, — девушка опустила руки вдоль тела и выпрямила спину. — Я признательна за спасение и гостеприимство. Мой отец не забудет этого, уверяю.
О том, что именно на это я и рассчитываю, говорить я, само собой, не стал.
— Одна просьба, — сказала Долгорукова. — Если можно, я бы хотела, чтобы мои служанки были со мной.
— Разумеется, княжна. Вы, как и они, больше не пленницы. Я немедленно распоряжусь, чтобы их отправили к вам.
— Очень признательна.
Диалог, конечно, получился так себе. Суховат, как по мне. Но было заметно, что девушка ещё в стрессе, так что я решил больше её не тревожить. Тем более, главное я выяснил: она действительно являлась дочерью председателя Сената, а значит, у меня появилась возможность оказать влиятельному сановнику нехилую услугу. Как тонко подметил капитан Чжоу, репутация и связи для аристократа — такой же ценный капитал, как деньги. Если не важнее.
— Не смею вас больше беспокоить, — сказал я. — Как только ваш отец будет готов вас забрать, вы об этом узнаете. За сим позвольте откланяться.
Я уже сделал шаг назад, когда возглас княжны меня остановил:
— Господин Коршунов!
Пришлось притормозить.
— Да, Ваше Сиятельство?
Девушка вдруг быстро подошла ко мне совсем близко.
— Спасибо!
И она порывисто обняла меня за шею, прильнув всем телом. Затем медленно отстранилась и застыла, глядя в глаза.
— Даже не знаю, как вас благодарить! — с чувством прошептала она.
— В этом нет необходимости, — ответил я.
Руки соскользнули с моей шеи как бы нехотя. Княжна отступила на шаг.
— Мой отец будет вам очень благодарен, — сказала Долгорукова, потупившись.
Ну, на это я и рассчитывал.
— Простите за этот порыв, — проговорила княжна, глядя мне в глаза. — Я не хотела ставить вас в… ну, вы понимаете.
На её щеках появился лёгкий румянец.
— Всего доброго, Ваше Сиятельство, — проговорил я учтиво. — Надесь, скоро вы воссоединитесь со своей семьёй.
Бывают ситуации, когда ничего другого говорить не нужно. Эта была как раз из таких. Поэтому я лишь коротко поклонился и вышел.
Как только дверь за мной закрылась, сказал:
— Садко, немедленно свяжись с князем Долгоруким и сообщи ему, что его дочь находится у меня. Пусть скажет, когда сможет её забрать.
— Да, мой барон.
* * *
Предложение Хана Чжоу навело меня на мысль, что и другие захваченные капитаны могут согласиться отдать сокровища в обмен на более комфортное положение. Я поручил Котову провести с ними на этот счёт переговоры, и поверенный отлично справился: все пираты решили, что лучше отдельные покои и хорошая еда, пусть и под охраной, чем камера, баланда и пустая надежда когда-нибудь добраться до награбленного. Увы, базы корсаров располагались за пределами Империи, и карт этих частей Галактики не существовало. Пираты их не составляли из воображений безопасности, предпочитая держать координаты и пути прохода к базам в голове. Впрочем, даже если бы они и отметили месторасположения сокровищ, всё равно требовались личные кода и биометрика, чтобы отключить охранные системы. Иначе говоря, в любом случае капитанов придётся тащить с собой.
Загрузка купленного мною через Уварова корабля началась практически сразу, как мы с капитаном всё обговорили. Захваченные истребители и мехарыцари должны были составить главную силу поддержки на случай нападения.
Чтобы дезинформировать моих врагов, я придумал простое и элегантное решение. Было совершенно ясно, что убедить Коршуновых и Алонсо, будто боевой корабль отправился с планеты по каким-то делам, не удастся. Любой предлог выглядел бы попыткой замаскировать мой отлёт. Так что я решил поступить иначе.
Связался с Зевсом, запросил разговор с отцом и договорился о встрече. Намекнул на то, что обдумал переданное через мать предложение вернуться в род и готов его обсудить. Старик не возражал, чтобы я прибыл для этого к нему.
Таким образом, Коршуновы нападать не станут, а Алонсо, если и проведают о моём отлёте, ждать меня будут совсем в другом месте.
Плохо только, что этот трюк можно провернуть лишь раз. А значит, за сокровищами остальных пиратов придётся сгонять позже. Навестить все схроны за один рейд я просто не успею. Ну, главное, что они никуда не денутся и будут ждать меня.
За княжной Долгорукой корабль прибыл на следующей день. Я лично проводил ей до трапа. Пока она в сопровождении двух служанок поднималась на борт, ко мне подошёл один из офицеров Долгоруких.
— Ваше благородие, Его Сиятельство приносит вам глубочайшую признательность, — проговорил он. — Он хотел бы, чтобы вы знали: если вам потребуется его поддержка в любом вопросе, вы можете рассчитывать на неё.
— Передайте Его Сиятельству, что мне только в радость вернуть ему любимую дочь. Я не жду никакой награды.
* * *
В день, когда должен был появиться очередной кайдзю, я после завтрака отправился в библиотеку, чтобы спокойно поработать над Сводом, ибо чувствовал вдохновение, а в такие моменты следует отдаваться порыву.
В общем, я покрывал уже вторую шёлковую страницу золотой каллиграфической вязью под мерное посыпывание дремавших перед электрокамином пантер, когда в комнате возник аватар Садко. Он замер перед столом, ожидая позволения заговорить.
Я окинул его взглядом и отложил кисточку. Из-за всякой ерунды, не требовавшей моего вмешательства, ИскИн не имел привычки заявляться, так что следовало выяснить, в чём дело.
— Что случилось? — спросил я. — Кайдзю?
— Прос-стите, что прерываю, мой барон. Нет, чудовище ещё не появилос-сь. Пришёл запрос-с от с-следс-ственного комитета Департамента Имперс-ской Юс-стиции. Интерес-суютс-ся, что вы намерены делать с пленным пиратами.
— Хороший вопрос. Так-то они капитулировали, а значит, являются моими пленниками. И я имею право ими распоряжаться. С другой стороны, что именно с ними делать, я пока не представляю. Просто содержать такую ораву нет ни малейшего желания, у меня есть расходы поважнее, отправить бандитов на работы вместе с кабальными нельзя, ибо они там чёрт знает что устроят, а взять в армию — так это придётся оружие выдать. Тоже не вариант. Хм… Даже и не знаю, что ответить комитету. Проще всего, конечно, было бы сдать всех властям. У нас же не все капитулировали на условиях Хана Чжоу?
— Большинс-ство капитанов с-сдались с-с ус-словием с-сохранить жизнь только им и офицерам, а двое так вообще ус-словий не с-ставили. Так что вы можете избавитьс-ся от большей час-сти пиратов.
— Получается, да, но ведь их просто казнят. С корасарами у Империи разговор короткий. А я лишусь немалого количества людей, обладающих боевым опытом, и которыми, пока они у меня, могу распоряжаться по своему усмотрению.
— Но, барон, мы возвращаемс-ся к тому, с-с чего начали: куда их прис-строить?
— А знаешь… Пусть их пока посмотрит майор Шарапов. Отберёт самых перспективных и вменяемых. Отправим их в тренировочный лагерь, обучим, привьём дисциплину. Вполне вероятно, что некоторые из них были в прошлом военными, так что вернём людей на правильный путь. А остальным предложим выбор: либо в рабочие на стройку, либо в руки правосудия. И чтобы понимали, что любая оплошность, и отправятся на казнь. Само собой, распределить их придётся так, чтобы даже по двое в одной бригаде не оказались.
— Принято, барон. Я немедленно с-сос-ставлю и отправлю ответ Департаменту Имперс-ской Юс-стиции и займус-сь пленными.
— Ещё что-нибудь?
— Да, мой барон. Камеры только что зафикс-сировали появление кайдзю.

----------

Глава 11

Глава 11
Наконец-то!
Во-первых, это означало, что я смогу отправиться за пиратскими сокровищами. Во-вторых, что интегрирую в свой геном ещё один ДНК-паттерн со способностью к регенерации и, тем самым, приближусь к её получению. Экспроприации, как сказал бы Хан Чжоу.
Так спустя десять минут я уже глядел на гигантское чудовище, покрытое жёлтой с красными пятнами кожей (как будто кто-то взял и набрызгал на кайдзю чернил огромной кисточкой), возвышавшееся над кипящим рифтом. Толстые задние лапы держали титаническое тело, оканчивавшееся мощным хвостом, из спины торчал гребень костяных пластин, похожих на кривые сабли, четыре «руки» были расставлены, как будто монстр намеревался поиграть в салочки.
Вокруг огромной пасти, утыканной тремя рядами тонких изогнутых зубов, извивались щупальца, соединённые розовыми перепонками.
Чего я не видел, так это глаз. Кайдзю казался слепым, хоть и пёр на насосные станции весьма уверенно.
— Будьте осторожны, светозарный! — проговорил Иолай, висевший позади меня, пристёгнутого страховочными ремнями в проёме люка глайдера. — Этот вид кайдзю имеет неприятную привычку плеваться сгустками едкой слизи.
Словно услышав его, монстр содрогнулся, щупальца вокруг его пасти затрепетали, и он изрыгнул целое облако вязкого жёлтого дерьма!
Глайдер под управлением Садко уклонился вправо, отчего желудок у меня резко взмыл к горлу.
— Очень своевременно, — проговорил я, как только машина выровнялась в нескольких метрах от места, где находилась только что. — А что с глазами? Они, вообще есть? И если нет, то как эта тварюга ориентируется?
— Этот вид обладает от четырёх до шести десятков глаз, — отозвался Иолай. — Но все они скрыты под тонким слоем кожи, которая их защищает. Насколько хорошо видит этот монстр, не известно, однако ориентируется он прекрасно. Возможно, даже в разных спектрах. Кстати, любопытный факт: у обитающей на Земле рептилии под названием «гаттерия» тоже имеется скрытый под кожей глаз, расположенный на затылке. Благодаря ему она вовремя замечает врага, нападающего с неба: глаз улавливает тень, которую создаёт хищник, и посылает в мозг гаттерии сигнал, что пора искать укрытие.
— Ясно. Спасибо за справку. Но меня больше интересует, как прикончить этого пятнистого урода. У него тоже есть запасные органы?
— Да, повелитель. Как и у большинства кайдзю второго уровня. И регенерация имеется. Правда, не такая быстрая, как у монстров более высоких уро…
— Ладно, дай-ка мне для начала клинок. Посмотрим, как эта гора развалится на две части.
— Должен предупредить, отважный и несравненный витязь, что железы, которые используются для производства Эликсира Причастия и выделения светящегося секрета, расположены у этого вида кайдзю по всему телу. Они буквально раскиданы в хаотически порядке.
— Намекаешь, что я поврежу часть из них, если просто рубану наотмашь?
— Есть такая вероятность, повелитель.
Я окинул взглядом надвигавшуюся тушу. Уничтожать железы — это всё равно что стрелять белке не в глаз, а шарахнуть по ней из дробовика.
— И мозг у этой твари, конечно, тоже продублирован?
— Да, но все нервные центры расположены вдоль позвоночника. Вы можете попробовать ударить по нему. Как в тот раз, когда…
— Я помню. Садко, зайди этому уроду со спины.
Глайдер немедленно пришёл в движение и начал огибать гигантскую жёлтую с красными пятнами тушу.
Поначалу казалось, что кайдзю не заметил маневра, но вот он начал разворачиваться вслед за летящей машиной. Довольно шустро для его впечатляющих габаритов. Левая пара рук резко вытянулась к глайдеру, так что Садко пришлось увести его вниз, дабы избежать столкновения. А затем чудище содрогнулось и харкнуло здоровенным сгустком слизи. ИскИн снова увернулся, но уже было ясно, что зайти сзади не получится: монстр продолжал разворот, явно прекрасно «видя», где я нахожусь. Как бы глайдер ни перемещался, кайдзю всё время оставался к нему боком.
— Я так понимаю, глаза у него не только спереди, да? — проговорил я.
— По всему телу, повелитель! — охотно подтвердил арсенал. — Поэтому он и видит вас, куда бы вы ни переместились.
— Давай винтовку, — велел я. — Где у этого выродка сердца? Тоже раскиданы по телу?
— Нет, о, мудрейший из воинов! Сердца у него в груди по обе стороны. Лёгкие мишени.
В этот момент по телу гиганта прошла судорога, свидетельствующая о готовящейся атаке, так что я вскинул винтовку и выстрелил кайдзю в голову.
Магический заряд вонзился возле открывающейся пасти и снёс монстру сразу треть черепа. Прошёл по касательной, так сказать.
Чудище оглушительно заорало, сделало пару шагов назад и замотало изуродованной башкой, разбрасывая вокруг себя кровь.
Огромные руки с толстыми пальцами, соединёнными кожистыми перепонками, замолотили воздух. Оставшиеся на голове щупальца трепетали, словно по ним пустили ток.
Я выстрелил ещё раз, и башка кайдзю лопнула, как упавший на асфальт арбуз!
Толстая шея продолжала извиваться, но теперь больше напоминала второй хвост, только с обрубленным концом.
— Садко, зависни перед чудищем, — велел я.
Глайдер пошёл влево, огибая монстра. Тот шагнул к нему раз, другой и попытался достать машины руками. Но ИкИн сдал назад, так что кайдзю лишь рассёк когтями пустоту.
Я нашёл в прицел левую сторону его груди. Выстрел.
Заряд вошёл в плоть, пробил кости и исчез внутри чудовища. Из отверстия хлынула кровь, тварь закачалась, но не упала. Вместо этого она пошла на меня, вытянув лапы, словно киношный зомби.
Садко пришлось отводить глайдер, а мне стрелять на ходу.
Вторая пуля попала в правую сторону широченной груди.
Однако тварь продолжала идти! А до насосных станций оставалось уже не так уж много.
— В чём дело? — резко спросил я. — Иолай, ты сказал, что у этого вида два сердца, и оба в груди.
— Так и есть, отважный воин! Но они не слишком велики. Боюсь, вы просто не попали. Мне очень жаль! Попробуйте ещё раз.
Проклятье!
Я навёлся на грудь чудовища и нажал на спусковой крючок. Синий заряд вонзился в жёлтую кожу, исчез, проделав здоровенную дыру, и из раны ударил настоящий фонтан крови!
Так, кажется, одно есть.
Кайдзю споткнулся, зашатался, и несколько секунд даже казалось, что он вот-вот упадёт, однако монстр удержал равновесие.
Хуже того — из обрубка шеи уже появились сплетающиеся в подобие новое головы отростки плоти!
Я выстрелил снова. Пуля пробила грудину с другой стороны, и ещё один мощный фонтан оросил воздух.
По гигантскому телу прошли конвульсии, чудище начало крениться и эпично рухнуло на бок.
Наконец-то!
— Иолай, забирай винтовку, — проговорил я, выпуская оружие из рук.
Подхваченное силовым полем, оно поплыло в сторону мобильного арсенала.
— Садко, мне нужна часть этого монстра.
— Она будет дос-ставлена вам в ближайшее время, мой барон, — раздался голос ИскИна.
Спустя час я завершил интеграцию ДНК-паттерна в свой геном, ещё немного приблизившись к обретению регенерации. Когда стюард-бот забрал останки кайдзю и удалился из кабинета, передо мной возник Садко.
— Барон, капитан Назир Ага прос-сит об аудиенции.
— Он сказал, что ему нужно?
— Могу с-прос-сить.
— Не надо. Приму его здесь. Пусть приходит.
Спустя несколько минут наёмник был уже у меня. Сесть я ему не предложил, чтоб было ясно, что говорить надо кратко и по сути. Я собирался немедленно отправиться в рейд за сокровищами, так что рассусоливать не было ни малейшего желания.
— Что вам угодно, капитан? — спросил я.
— Ваше благородие, я заметил во время сражения с пиратами, что силовые щиты на ваших кораблях гораздо мощнее наших.
— И что? Я не могу дать вам такие же, ведь вы не часть моего флота.
— Но вы могли бы снабдить ими наши корабли временно. Пока мы находимся у вас на службе. Это сделало бы нас гораздо эффективнее. И снизило бы потери.
Я побарабанил пальцами по столу. Так-то Назир Ага, конечно, было прав. Но мне не улыбалось, чтобы наёмники скопировали конструкцию новых модулей, а потом такие же появились у боевых машин других аристократов. Промышленный шпионаж никто не отменял. Я бы даже сказал, что в Империи он процветал.
— С одним условием, капитан. На ваших генераторах силовых полей будет установлены системы антивзлома. Любая попытка вскрыть корпус приведёт к детонации.
— Не вопрос, господин барон! — просиял Назир Ага. — Оно того стоит. Да и красть ваши секреты мы не собираемся.
— В таком случае я распоряжусь заняться апгрейдом ваших судов.
Мой собеседник отвесил низкий поклон.
— Не смею вас задерживать, барон. Моё почтение.
Как только он вышел, я вызвал Садко.
— Ты слышал? Корабли наёмников нужно прокачать. И, кстати, пусть и на наших генераторах полей установят блоки от взлома. На всякий случай.
— Принято, мой барон.
Я встал из-за стола.
— Мы готовы к вылету?
— Так точно, мой барон. Вы уверены, что хотите взять корабли с-сопровождения? Вам ведь предс-стоит отправитьс-ся в с-сектор внешнего кос-смос-са. Никто не знает, какие опас-сности вас-с там ждут.
— Хватит мехарыцарей и автоматических истребителей.
— Меня рас-страивает, что я не могу отправитьс-ся с-с вами.
— У тебя и здесь дел полно. Держи оборону, так сказать.
— С-само с-собой, мой барон.
— Хан Чжоу предупреждён, что нам пора отправлятьс-ся?
— Я немедленно его уведомлю.
— Хорошо. Вылет через час, не позднее. И арсенал я прихвачу. Так что пусть загружается.
* * *
Корабль, который я купил через Уварова, назывался «Иерихон». Аватар его ИскИна встречал нас у трапа — стройный мужчина лет тридцати с аккуратной стрижкой, весь в искрящемся белом двубортном костюме, шёлковом галстуке и ботинках из экзотической кожи с серебряными пряжками. Его движения были максимально скупыми и плавными. Он словно опасался сделать лишнее, но в то же время не хотел, чтобы его приняли за манекен.
— Приветствую на борту, господин экзобарон, — проговорил он с поклоном, когда я приблизился. — Меня зовут Иерихон, и я весь к вашим услугам.
— Спасибо, — кивнул я. — Капитан Чжоу уже на борту?
— Да, господин экзобарон. Он поднялся шесть с половиной минут назад и сейчас находится в своей каюте. Пригласить его на мостик?
— Сделай одолжение. И меня туда же отведи.
Вещей я с собой почти не брал. Так, походный минимум для недолгих путешествий. Всё поместилось в кожаную дорожную сумку, которую нёс один из гвардейцев.
Всего я взял с собой два десятка солдат во главе с Муриной — на всякий случай. Всё-таки, как верно заметил Садко, никто не знает, что ждёт меня во внешнем космосе. Известно лишь, что там встречаются всякие отщепенцы, изгои и беглецы, покинувшие по разным причинам пределы Империи. Насколько они опасны? Еретики вот, например, наверняка. Но их мы едва ли встретим. Они стараются лишний раз не высовываться, если не считать рейдов Сборщиков костей. Которые, кстати, недавно снова объявлялись недалеко от Авроры — вскоре после того, как мы закончили сбор разлетевшихся по космосу пиратских трофеев. Вели себя тихо и быстро ретировались.
Если бы я не знал, что еретики готовятся к военным действиям, закупая хронид, то считал бы их безобидными религиозными фанатиками. Но тот факт, что они упорно пытались установить со мной отношения, говорил, что еретики куда опасней, чем думает большинство. А вот Синод, кажется, это понимал, ибо то и дело устраивал поисковые рейды по внешний космос, дабы обнаружить их базу. Увы — пока безуспешно.
На мостике я занял капитанское кресло. От остальных оно отличалось лишь тем, что располагалось в центре.
Гвардейцы рассредоточились по отсеку, образовав «периметр», как назвала это Мурина.
Через пару минут вошёл Хан Чжоу.
— Моё почтение, господин барон! — широко улыбнулся он, отвешивая поклон. — Разрешите сесть?
Я указал ему на кресло слева от себя.
— Благодарствую! — капитан упал в него и тут же расслабился, как будто пришёл с работы и собирался включить телевизор. — Когда стартуем?
— Садко, все в сборе? — спросил я.
— Так точно, мой барон, — раздался голос из скрытого динамика.
— Мы отчаливаем.
— Удачи, мой барон.
Я кивнул стоявшему возле экранов Иерихону.
— Пора.
— О, да! — пробормотал слева от меня Хан Чжоу. — Не думал, что так скоро снова отправлюсь в космос!
— Включаю антигравитационные модули, — объявил Иерихон. Огромный корабль слегка вздрогнул. — Запуск двигателей.
На экранах было видно, как строящийся вокруг рифта город приходит в движение, а затем исчезает.
За счёт компенсаторных систем перегрузку мы не ощущали. Взлёт был максимально комфортным. Мы бы даже не поняли, что стремительно удаляемся от поверхности планеты, если бы не мониторы.
— Выход на орбиту, — проговорил Иерихон.
На экранах мелькнули боевые орбитальные станции и звездолёты.
— Покидаем орбиту. Мы в открытом космосе. Запрашиваю координаты для построения моста Эйнштейна-Розена и выхода в бран-пространство.
Я повернулся к Хану Чжоу.
— Ваш черёд, капитан.
Пират осклабился.
— Конечно, барон. Проведу вас прямо в святая святых. Внешний космос, сектор Хольдера, система Лорелея. Это последний рубеж, имеющий названия. Дальше буду прокладывать путь вручную.
— Принято, — сказал Иерихон. — Запускаю бран-конвертор. Построение моста началось.
На экранах стало видно, как вместо усыпанного звёздами чёрного космоса возникает сияние, состоящее из переплетающихся воронок и завихрений. Пространство вокруг корабля стремительно искажалось, превращаясь в червоточину. Зрелище было потрясающее. Я видел его второй раз в жизни, и оно впечатляло не меньше.
— Мост готов, — объявил ИскИн. — Входим в бран-пространство.
* * *
Сектор Хольдера располагался далеко от Авроры. Это была окраина почти на другом конце Империи, так что даже с помощью бран-конвертора добираться туда предстояло не один час.
Я решил потратить это время на сон. Поэтому отправился в свою каюту и завалился в постель. Пришлось проделать короткое и просто дыхательное упражнение, чтобы отключиться.
Когда меня разбудил голос аватара Иерихона, я открыл глаза мгновенно. Пробуждаться за долю секунды я научился ещё в прошлой жизни, и этот навык не раз спасал мне жизнь.
— Мы добрались до системы Лорелея, — сказал ИскИн, глядя на меня. — Я подумал, что вы захотите присутствовать при вводе новых координат.
— Правильно подумал, — ответил я, вставая. — Пошли на мостик.
Хан Чжоу был уже на месте. Развлекался тем, что раскручивал кресло, в котором сидел, отталкиваясь ногами от пола.
— Ваше благородие! — воскликнул он, увидев меня. — А мы только вас и поджидаем.
— Вводите координаты, капитан, — сказал я, садясь.
— Конечно. Последний рывок. Часа через два будем на месте.
Поднявшись, он направился к месту навигатора и склонился над пультом. Хрустнул костяшками, простёр руки над сенсорной панелью, замер на пару секунд, словно дирижёр перед началом концерта, и вот его пальцы запорхали над экраном с удивительной лёгкостью и быстротой.
— Готово! — объявил он спустя пару минут. — Можем отправляться туда, где ещё не ступала нога жителя Империи!
Я подал ИскИну знак.
— Запускаю конвертор и начинаю построение моста, — сказал Иерихон. — Расчётное время прибытия — один час и сорок восемь минут.
— Я почти так и сказал, — кивнул Хан Чжоу, возвращаясь на своё место. — Как вы, барон? Предвкушаете?
— Надеюсь, ваши сокровища стоят больше, чем потраченный на это путешествие хронид, — ответил я.
— О, не сомневайтесь, ваше благородие. Намного больше! Я собирал их не один год. Обещаю, разочарованы вы не будете.
И пират с натянутой улыбкой погладил зелёный бархат на своём одеянии.

----------

Глава 12

Глава 12
Когда «Иерихон» вышел из брана, я сразу увидел на экране капитанского мостика маленькую жёлтую звезду, висящую посреди чёрного космоса в окружении миллионов крошечных далёких звёзд.
Хан Чжоу подался вперёд, как будто пытаясь что-то разглядеть.
— Ну, вот мы и на месте, — сказал он. — Почти. У этой системы нет названия, но я зову планету, возле которой мы сейчас находимся, Флинтом.
— В честь героя «Острова сокровищ», что ли? — спросил я.
Пират широко улыбнулся.
— Обожал её в детстве. Тогда я ещё понятия не имел, кем стану. Нам туда, — он указал в левую часть монитора, где виднелась подсвеченная гало небольшая планета.
— Иерихон, бери курс, — велел я. — Что вам известно про… Флинта, капитан?
— То, что это отличное место, чтобы спрятать всё, что захочешь. Притяжение чуть меньше восьми метров в секунду, есть атмосфера, пригодная для дыхания. Видите цвет гало?
— Вижу. Планета обитаема?
— Насчёт разумных видов ничего не могу сказать. Если они и есть, то цивилизация у них не слишком развита. Нас, во всяком случае, кроме животных, никто не встречал. Но мы не занимались тут исследованиями, ваше благородие. Сами понимаете.
— Ладно, капитан, руководите — куда именно высаживать паромы.
— Мне нужно ввести координаты.
— Прошу. Пульт в вашем распоряжении.
Спустя полчаса мы уже спускались на поверхность Флинта. Хан Чжоу заверил, что шести грузовых паромов хватит, чтобы вывезти сокровища.
Поначалу были видны только густые облака. Под нами — молочно-белые, а на северо-востоке почти чёрные, с то и дело проскакивавшими молниями. Похоже, оттуда надвигался мощный грозовой фронт.
Затем на мониторе появилась поверхность планеты — совершенно жёлтая, лишь местами рассечённая извилистыми линиями рек и пятнами озёр. Бескрайний океан, застывший в вечном прибое золотых крон.
— Почему такой цвет? — спросил я Хана Чжоу.
— Это листва, — ответил он. — Осень. Очень красивое время года.
Паром продолжал снижаться, и вскоре стало ясно, что под нами простираются невысокие, покрытые густой растительностью горы.
ИскИн посадил нас на берегу окружённого причудливыми деревьями озерца. Над ним летали стайки мелких чёрных птиц. Иногда они садились на воду, а затем снова взмывали, изо всех сил работая крыльями.
Прямо перед нами возвышалась покатая, как спина спящего великана, гора.
— Я так понимаю, никто не заразился, пока вы здесь были? — обратился я к Хану Чжоу.
— Нет, анализ воздуха показал, что опасаться нечего.
— Иерихон, ты что скажешь?
— Как раз провожу проверку, барон. Да, ничего патогенного не обнаружено. Однако я бы всё же рекомендовал воспользоваться назальными фильтрами. Вы найдёте их в стенном шкафу.
Как только мы были экипированы, люк открылся, и ИскИн спустил трап.
Сразу стало ясно, что кислорода на планете много. Дышалось легко и свободно. Даже голова слегка закружилась.
Почва под ногами проминалась и чавкала. Пахло прелой листвой, древесной корой, сухой травой и перегноем. Со стороны озера тянуло илом и тиной.
Вокруг шелестели кроны причудливо изогнутых деревьев с белыми, очень сильно разветвлёнными стволами, кусты были высокими и практически полностью занимали лесные просветы. Похожая на многогранные пластинки тончайшего золота листья переливались в лучах местного солнца и поминутно вспыхивали изнутри, создавая иллюзию того, что весь лес пронизан мерцающим сиянием.
В общем, хоть нога человека тут и ступала, догадаться об этом было бы невозможно, если бы не отчётливые следы паромов, которые бывали здесь прежде. И явно не раз. Так что, как минимум, Хан Чжоу не солгал насчёт то, что грузы сюда доставлялись.
— Куда теперь, капитан? — спросил я его.
— Да мы, считайте, на месте, — пират указал на гору. — Тут пещера есть. В ней всё и лежит. Велите грузовикам выбираться из паромов, и поедем забирать.
— Что насчёт охранной системы? Вы говорили, вам придётся вводить код и биометрику, чтобы её отключить.
— Так и есть. Сделаю по дороге.
Спустя несколько минут, после того, как грузовики были выведены из паромов и вытянулись в колонну, мы тронулись в путь.
Оказалось, что через рощу пролегает дорога, которую можно увидеть, только зная, где она начинается.
Мы ехали на первой машине. Деревья возвышались по сторонам от колонны сплошной стеной, смыкая над нами густые, наполненные шёпотом кроны. Мы словно продвигались через тоннель. Чтобы рассеять царивший в нём сумрак, пришлось включить фары. То и дело впереди начинали метаться потревоженные нами птицы, а один раз из чащи высунулось большое косматое животное, окинуло нас взглядом выпученных глаз и поспешно скрылось.
— Опасаться нечего, — сказал Хан Чжоу. — Хищники тут хоть и попадаются крупные, не полезут. Осторожные твари.
— Все хищники осторожны, — отозвался я. — Если получат травму, не смогут охотиться и помрут с голода.
Пират кивнул.
— Это верно. Иным людям у них не мешало бы поучиться.
Будь мы героями какого-нибудь фильма или приключенческой книги, уже непременно столкнулись бы с разъярённым гигантским зверем, пытающимся нас прикончить. Впрочем, справедливости ради, нужно заметить, что вероятность встретить нечто подобное на чужой планете не так уж и мала. Например, до того, как животных Африки принялись массово истреблять, чтобы не мешали строить железную дорогу, они водились там тысячами, и в любой момент можно было увидеть целые стада.
Мои размышления на этот счёт прервал Хан Чжоу:
— Всё, приехали! Глуши мотор, начальник!
Как только колонна встала, Хан Чжоу спрыгнул на землю и направился в сторону кустов, ничем, на вид, не примечательных. Лишь когда мы подошли ближе, я заметил на белом стволе дерева пару небольших зарубок.
— Вот здесь у меня пульт охранной системы и припрятан, — прокомментировал Хан Чжоу, раздвигая кусты и садясь на корточки.
Я увидел, как он поднимает присыпанную землёй и жёлтой листвой крышку металлического люка. Под ним находилась сенсорная панель, которую пират включил, нажав на кнопку справа.
— Капитан, — сказал я, привлекая его внимание.
— Да, ваше благородие? — обернулся он через плечо.
— Надеюсь, вы понимаете, что, если введёте вместо кода, отключающего охранную систему, код сигнала другим пиратским кораблям, или что-то ещё, то будете казнены. Без вариантов. Сейчас на кону не только ваши сокровища, но и ваша жизнь.
Рука Хана Чжоу застыла над сенсорной панелью. Похоже, у него, и правда, было в мыслях отколоть нечто подобное.
— Стоит оно того? — спросил я.
Пират осклабился. Получилось не слишком натурально.
— Не извольте беспокоиться, господин барон, — проговорил он. — Я играю честно. Надеюсь, и вы тоже.
С этими словами он быстро набрал на панели несколько цифр, а затем приложил к ней большой палец левой руки.
— Последний штрих, — пробормотал он и склонился над экраном.
— Сканирование сетчатки успешно завершено, — раздался роботизированный женский голос. — Биометрические данные приняты. Система безопасности отключена.
— Видите? — проговорил Хан Чжоу, поднимаясь с корточек. — Всё честно. Путь свободен.
— Повезло нам, что вы не лишились за последнее время руки или глаза, — заметил я.
— Система настроена на несколько пальцев и оба глаза, — улыбнулся пират. — Я же не дурак.
Мы проехали ещё метров пятьдесят и, наконец, увидели скрытые со всех сторон деревьями металлические ворота. Они были окружены бойницами, из которых торчали пулемёты и тяжёлые орудия. Даже ракетные установки имелись.
Хан Чжоу открыл маленькую дверцу справа он ворот, нажал на несколько кнопок, и тяжёлые створки начали разъезжаться с натужным скрипом.
За ними было темно. В лицо потянуло сыростью и прохладой подземелья.
— Прошу! — сделав театральный пригласительный жест, сказал Хан Чжоу. — Вот вы и в пещере дракона. Только без дракона.
Как только я вошёл вслед за капитаном в хранилище, то увидел расставленные вдоль стен аккуратные ряды контейнеров и ящиков. Справа стояли погрузчики.
Чего тут только не было!
Прямо глаза разбегались. Настоящий музей ценностей, собранных со всех пределов Империи и не только.
— Почему вы всё это не продали? — спросил я, скользя взглядом по тоннам неправедно нажитого добра.
— Что-то не успел, что-то не смог, а кое-что и на чёрный день приберёг, — ответил Хан Чжоу.
— На старость?
Пират усмехнулся. На этот раз — вполне искренне.
— Нет, ваше благородие. На такой вот, как тот, в который я к вам в плен попал. Не откладывал бы я, разве было бы мне, что вам предложить?
— Дальновидно.
— А то! При моей профессии иначе нельзя. До старости я, может, и не доживу, так хоть сейчас на какой-никакой свободе побыть. А это, — он махнул рукой в сторону контейнеров и ящиков, — дело наживное. С собой на тот свет не утащишь.
— Весьма здравое рассуждение. Надеюсь, здесь нет никаких ловушек?
Хан Чжоу отрицательно покачал головой.
— Грузите спокойно, господин барон. Это всё теперь ваше.
На то, чтобы выгрести пещеру дочиста, ушло часа два.
— Ну, вот и конец, — с сожалением проговорил Хан Чжоу, окидывая взглядом опустевшее хранилище. — Столько лет собирал, а чтобы вытащить, потребовалось всего ничего, — он вздохнул.
— Теперь покажите, где остальное, капитан, — спокойно сказал я.
Хан Чжоу резко обернулся ко мне. Его брови удивлённо приподнялись.
— Простите, господин барон, что вы имеете в виду?
— На вашем месте я бы непременно спрятал самое ценное в отдельном помещении. И замаскировал вход. Давайте, капитан, показывайте, где тут тайник. Вы обещали играть честно.
Лицо у Хана Чжоу стало жёстким. Я наблюдал короткую внутреннюю борьбу пирата.
Благоразумие победило.
— Вам палец в рот не клади, ваше благородие! — воскликнул он. — Ладно, смотрите.
Выйдя на середину помещения, он присел, поводил ладонью по полу, словно что-то нащупывая. Затем замер на пару секунд и не без усилия сдвинул потайную панель.
Подойдя, я увидел ещё одну панель для ввода. Хан Чжоу быстро набрал пятизначный код.
Тотчас небольшая часть пола, на которой мы стояли, пришла в движение. Мы с капитаном оказались на квадратной платформе, которая плавно начала опускаться.
— Ваше благородие, вы в порядке⁈ — над краем люка появилось встревоженное лицо Муриной. — Вам нужна помощь?
— Всё в порядке, — отозвался я, осматриваясь.
Помещение было совсем небольшое. Помимо нескольких поставленных друг на друга ящиков, в нём ничего не было.
— И что у вас здесь, капитан? — спросил я, как только подъёмник достиг дна и остановился.
Хан Чжоу сошёл с него на пол и направился к ящикам.
— Вам понравится, господин барон, — проговорил он, не оборачиваясь. — Смотрите сами.
Когда я подошёл, он открыл защёлки на верхнем контейнере и откинул крышку.
Внутри лежало переливающееся и мерцающее вспыхивающими искрами Зерно! Я присвистнул.
— Ага, — кивнул пират. — Это то, что вы подумали. Самое ценное, что можно вытащить из чёртовых кайдзю. Ну, вы-то в курсе.
— И много у вас таких?
Хан Чжоу поочерёдно показал на четыре ящика.
— В остальных драгоценные металлы. По большей части — радиоактивные, так что поаккуратней с ними.
Наконец, колонна машин пустилась в обратный путь.
Улов оказался очень даже приличным. Помимо ценных ресурсов, различных устройств, оружия и драгоценностей, были какие-то штуковины, предназначение которых сам Хан Чжоу не сумел объяснить. Похоже, это были какие-то не известные в Империи технологии. Ничего, Садко разберётся.
Ну, и, конечно, четыре Зерна не могли не радовать. Казалось бы — подумаешь, я ведь с каждым убитым кайдзю получаю по такому. Но это нисколько не снижало цену данного артефакта, ведь в Империи тысячи кораблей, и каждому для мгновенной переброски на любое расстояние требуется Зерно.
Едва машины оказались внутри паромов, мы взлетели с планеты и направились к дожидавшемуся нас на орбите Флинта «Иерихону». Пока всё шло, как по маслу, и вы должны были вернуться домой даже раньше, чем я рассчитывал. Так сказать, одна нога здесь — другая там.
— Это единственный ваш схрон, капитан? — как бы невзначай поинтересовался я, когда ИскИн уже начал строить мост между звёздными системами.
На этот раз никаких транзитов делать было не нужно, и мы могли перемещаться через бран-пространство без остановок.
Хан Чжоу усмехнулся.
— Если бы даже и были, я не сказал бы.
— Ну, да: вдруг ещё когда-нибудь придётся выторговывать свободу.
Капитан кивнул.
— Всякое может случиться.
Про то, что остаётся вариант с пытками, ни он, ни я упоминать не стали. Договор со своей стороны Хан Чжоу выполнил, а я своё слово держу. Иначе какой в нём смысл?
— Ваше благородие, — сказал вдруг аватар Иерихона. — Мы готовы к входу в бран, но я только что засёк сигнал о помощи, идущий из этой системы. Какие будут приказания?
Чёрт! Как не вовремя.
Законы Империи предписывают приходить на помощь потерпевшим крушение или испытывающим трудности судам. Мы, конечно, сейчас во внешнем космосе, и всё же… Не по-людски это — игнорировать такой призыв. Другое дело, что это вполне может оказаться ловушкой.
— Откуда конкретно поступает сигнал? — спросил я.
На экране появилось изображение большой бледно-розовой планеты с кольцами. Справа от неё загорелся поставленный ИскИном маркер.
— Сто двадцать три километра от орбиты этой планеты, барон, — сказал он. — Источник скрыт от нас планетой, поэтому я не могу визуально его определить.
— А что в самом сообщении?
— Никакой информации о корабле. Только «СОС». Полагаю, это не Имперский транспорт.
— Да, вряд ли. Что ему тут делать? Хм… Сейчас бы сюда навигатора. А так придётся использовать бран-конвертор.
— Предлагаю переместиться в паре сотен километрах от источника сигнала и под прикрытием планеты, а затем отправить на разведку истребители, барон, — сказал Иерихон.
— Так и сделаем. Перестраивай мост Эйнштейна-Розена и отправляй нас туда. Попробуй использовать кольца как прикрытие.
— Слушаюсь, барон.
— Зря вы это затеяли, ваше благородие, — проговорил Хан Чжоу. — Не мне давать вам советы, но здесь внешний космос, а значит, нужно держать ухо востро и никому не доверять.
— Мы будем осторожны, капитан. Но если там люди в опасности, нужно им помочь.
На это Хан Чжоу ничего не ответил — лишь покачал головой.
* * *
Расстояние до планеты с кольцами мы преодолели всего за несколько минут. С навигатором получилось бы гораздо дольше, зато не пришлось бы расходовать хронид.
«Иерихон» вышел из брана недалеко от метеоритных поясов — как я и приказал ИскИну.
— Выпускай истребители. И построй мост до Авроры, чтобы в случае чего мы могли сразу уйти в бран.
В боках звездолёта открылись десятки ворот, из которых вылетали управляемые Иерихоном истребители. Разделившись на четыре роя, они устремились сквозь метеоритные пояса, чтобы обогнуть планету и оказаться с той её стороны, где находился испускающий сигнал СОС неизвестный корабль.
Через некоторое время мы увидели его на мониторе. Камеры окруживших его истребителей передавали изображение, которое ИскИн переводил в трёхмерную картинку.
— Артиллерийский корабль второго класса, — проговорил Иерихон. — На борту опознавательные знаки Святейшего Синода. Орден «Вифлеем».
При этих словах на экране возникло приближенное изображение: нанесённая на борт корабля алой краской восьмиконечная звезда.
— Тогда почему в сигнале о помощи нет никакой информации о судне? — спросил я.
— Полагаю, это один из разведчиков Синода, — ответил Иерихон. — Возможно, сигнал был сокращён в целях конспирации.
— Тогда и символа ордена не было бы.
— Есть ещё вариант, — вмешался Хан Чжоу. — И думается мне, он всё объясняет. Кто-то намалевал звезду и послал сигнал, превратив этот корабль в приманку.
— Звучит вполне разумно, — согласился я. — Но мы не можем оставить корабль Синода без помощи. Придётся выяснить, что с ним случилось.
— Я пытаюсь установить связь с командой, но пока безуспешно, — сказал Иерихон.
— Значит, постучимся в дверь, — сказал я, вставая. — И сами спросим, в чём дело.
— Что это вы задумали, барон? — прищурился, глядя на меня, Хан Чжоу.
— Иерихон, подготовь мехарыцарей. И сообщи пилотам, что мы вылетаем на разведку.

----------

Глава 13

Глава 13
Предприятие всё ещё оставалось опасным. Возможность ловушки никто не отменял. Но я не собирался ни нарушать закон Империи, ни, тем более, бросать в беде экипаж корабля. Особенно, входящий во флот Святейшего Синода. Если такое вскроется, мне несдобровать. На подобные вещи Церковь сквозь пальцы не смотрит.
Так что я отправился к подающему сигнал СОС судну в сопровождении трёх мехарыцарей. Никто не открыл по нам огонь, а когда мы приблизились, стало ясно, что силовые щиты корабля либо отключены, либо обесточены. Так или иначе, никакой защиты, кроме брони, не было. Внешних повреждений, впрочем, я не заметил. И это казалось самым странным. Если корабль атаковали, следы должны были остаться.
Открыть шлюзы или люки звездолёта снаружи невозможно. Поэтому, когда мы приблизились вплотную, я достал из-за спины клинок и проделал в обшивке звездолёта дыру достаточного размера, чтобы в неё мог пролезть мехарыцарь.
Внутрь я проник первым.
— Иерихон, у тебя есть чертежи кораблей этого типа?
— Так точно, барон. Вам они нужны?
— Загрузи в интерфейс, будь любезен.
Спустя несколько секунд передо мной появилась подробная схема устройства звездолёта. Изучив её, я понял, где должна находиться команда. Вернее, определил, в какой стороне мостик и рубка.
Как ни странно, отсек, в котором мы находились, был разблокирован. Складывалось ощущение, что с кораблём случилась какая-то неполадка, отключившая часть систем. Интересно, что с бортовым ИскИном.
— Иерихон, попытайся ещё раз выйти на связь, — сказал я.
— Постоянно пытаюсь, барон, — отозвался тот. — Пока безрезультатно. Вам требуется помощь?
— Нет. Будем на связи.
Мы двинулись через звездолёт. Часть дверей была распахнута, другую можно было легко открыть нажатием кнопки. В одном из трюмов мы обнаружили автоматические истребители. Если был бой, часть из них должны была быть уничтожена. Не могло быть, чтобы команда их не задействовала. Прямо летучий голландец какой-то.
Через несколько минут мы добрались до жилых отсеков. И вот тут мехарыцари оказались великоваты. Но я не собирался рисковать и покидать машину. Тем более — приказывать это сделать своим спутникам. У них-то нет симбионта, который может защитить их с помощью магического силового поля.
Так что пришлось выпустить сателлиты, чтобы осмотрели жилые помещения за нас.
Не прошло и пары минут, как на передаваемых камерами изображениях появились трупы.
Мёртвые тела парили в невесомости — так же, как и разные предметы. Из чего несложно было сделать вывод, что система контроля гравитации на судне дезактивирована.
Я видел пару фильмов, в которых показывали что-то подобное. Космические ужастики. Не мой жанр, но сейчас картинка была прямо очень похожа. Даже оторванные конечности попадались.
— Вероятно, на них напали, — робко предположил по интеркому один из пилотов сопровождавших меня мехов. — Вряд ли из команды кто-то выжил. Иначе уже вышел бы на связь, раз передатчик работает.
— А как нападавшие попали внутрь? — отозвался другой. — И почему оставили корабль? Такой трофей обычно не бросают. Да ещё и с кучей истребителей в трюме. Слишком лакомый кусок.
— Нужно осмотреть все жилые отсеки, — сказал я. — Один из вас пусть проверит состояние ИскИна.
— Я сгоняю, — вызвался один из пилотов.
Ещё несколько минут мы исследовали корабль с помощью сателлитов. Благо, они были такого размера, что могли попасть куда угодно. Однако повсюду встречались только мёртвые тела. Большинство было вооружено. Некоторые даже продолжали сжимать бластеры окоченевшими пальцами.
Постепенно сателлиты добрались до рубки и капитанского мостика. Офицерский состав тоже был мёртв. Похоже, в отсеке произошла настоящая резня.
— Не понимаю… — раздался в моей кабине голос одного из пилотов. — Почему нет ни одного тела нападавших? Они забрали своих, но оставили корабль? Кто вообще так делает?
У меня на это ответа не было. На мой взгляд, ситуация была крайне странной.
— Господин барон, я добрался до отсека с ИскИном, — проговорил пилот, отправившийся проверить бортовой компьютер. — Он уничтожен. Выведен из строя несколькими выстрелами.
— А как тот, кто это сделал, попал в отсек? — спросил я.
— Не уверен, но похоже, что просто открыл его.
— Для этого ведь нужен код доступа.
— Да, ваше благородие. Видимо… Чёрт, это бред какой-то! Всё указывает на то, что ИскИна разрушил кто-то из членов команды.
Не просто член команды. Тот, у кого был код доступа. То есть, один из офицеров. Может быть, даже капитан, чьё тело сейчас плавало на мостике с дырой в груди.
— Возвращайся, — сказал я. — Нужно осмотреть медицинский отсек.
С помощью чертежа мы отыскали его довольно быстро. От находился недалеко от жилой части. Здесь картина мало отличалась: четыре человека в белых халатах плавали в невесомости, покрытые колотыми ранами. Орудия убийства парили здесь же — вместе с каплями свернувшейся крови. Больше всего меня удивило, что и священник, служивший на судне капелланом, находился тут же — в не менее печальном состоянии. Казалось невероятным, чтобы одарённого, способного продуцировать магическое силовое поле, могли просто заколоть. Тем не менее, характер ран указывал именно на это.
— Такое ощущение, будто они сами друг друга перебили, — заметил один из пилотов.
У меня сложилось такое же впечатление. Однако озвучивать я его не стал. Вместо этого сказал:
— Полагаю, осталось проверить последний отсек. Камеры криостазиса.
В кораблях обычно есть такие на случай, если членам экипажа придётся дожидаться помощи слишком долго или условия жизни будут критически нарушены.
Отсек с камерами криостазиса обнаружился по соседству с медицинским. И дверь в него была заблокирована. Не заперта, а именно заблокирована изнутри. Сателлиты открыть её не смогли. Оставался вариант вынести преграду залпом, но что, если за ней выжившие?
— Господа, ждите меня здесь, — сказал я. — Пойду выясню, что там.
Пилоты, конечно, вызвались меня сопровождать, но я им запретил.
Уровень кислорода здесь был на приемлемом уровне, так что я выбрался из мехарыцаря и пустился в долгое путешествие через отсеки, пока не добрался до двери, за которой располагались камеры криостазиса.
Накинув силовое поле, вытащил десантный нож, напитал его Даром и принялся резать металл по кругу. Он поддавался легко, так что уже через пару минут я втолкнул получившийся неровный круг внутрь и заглянул в отсек.
Здесь мёртвых тел не было.
Большая часть криокамер оказалась пуста, но в трёх находились люди. Они были отлично видны через прозрачные крышки капсул. Приблизившись к ним, я убедился, что системы стазиса работают. Судя по показателям, лежавшие в капсулах были живы. И никакими вирусами или бактериями не заражены. Что, конечно, не могло не радовать. Потому что тащить к себе на корабль заразу я не собирался.
— Иерихон, требуется эвакуация трёх человек, — сказал я. ИскИн меня отлично слышал благодаря интерактивному кольцу, которое временно занял в отсутствие Садко. — Вместе с криогенными капсулами.
— Вижу, барон, — отозвался Иерихон. — Немедленно начинаю эвакуацию. Роботы скоро будут у вас.
Спустя час все трое выживших были доставлены на борт моего звездолёта и размещены в отдельном отсеке. Выводить их из стазиса я не стал. Как бы ни хотелось выяснить, что случилось на корабле Синода, бережёного Бог бережёт. Может, эти везунчики всех и перебили. Так что разбираться будем не сейчас и не здесь.
О том, чтобы доставить судно церковников на орбиту Авроры, не могло быть и речи. Одно дело — отбуксировать захваченный звездолёт на несколько десятков километров, и совсем другое — перебросить корабль из одной системы в другую без ИскИна. Увы, построить мост Эйнштейна-Розена без компьютера на такое расстояние невозможно, а Иерихон не мог подключиться к судну, так как бортовой компьютер звездолёта Синода был уничтожен.
В общем, пришлось корабль бросить.
Казалось бы: вот и причина, по которой его не забрали напавшие. Но нет. Они уволокли бы его на буксире, спрятали и починили. Целые звездолёты, да ещё и в приличном состоянии, просто так не оставляют.
Словом, как только выжившие оказались на борту «Иерихона», мы вошли в бран и отправились домой.
Предстояло не только «разбудить» уцелевшую троицу и выяснить, что случилось на корабле-разведчике, но и сообщить о нём Синоду. А это надолго.
* * *
Прибыли мы на Аврору уже на рассвете. И всё равно, даже с непредвиденной задержкой, обернулись куда быстрее, чем я рассчитывал.
Садко немедленно вернулся в кольцо, бесцеремонно выставив из него ИскИн «Иерихона».
— Барон, ваша мать пыталас-сь с-с вами с-связаться нес-сколько раз, пока вы отс-сутс-ствовали, — заявил он чуть ли не с порога. — Кажетс-ся, она поняла, что вы обманули…
— Не беспокойся об этом, — отмахнулся я. — Отправь сообщение, что у меня возникли непредвиденные обстоятельства, и встречу придётся перенести. На неопределённый срок.
Отец будет в ярости. Уверен, такой наглости он не ожидал. Ничего, переживёт. К сожалению.
У меня имелись дела поважнее, чем думать о его чувствах.
Первым делом следовало разгрузить корабль. Сокровища пиратов описать и поставить на баланс, четыре Зерна поместить в особое хранилище про запас, а технологии передать Садко на изучение. ИскИну предстояло разобраться, что из добытого пойдёт в производство и на вооружение армии, а что выгодней продать.
Поспать удалось только на корабле на обратном пути, так что чувствовал я себя не слишком бодро. Учитывая, что мне предстоял весьма насыщенный и хлопотный день, пришлось сделать лёгкую зарядку с растяжкой и дыхательные упражнения, дабы выгнать из мышц молочную кислоту, а также пренебречь экономией и принять контрастный душ.
Растёршись полотенцем, я принялся одеваться. Стюард-боты обеспечивали меня чистым и свежим, так что нужно было лишь доставать всё необходимое из шкафа и комода.
Убедившись напоследок, что галстук завязан и затянут безупречно (если ты выглядишь, как разгильдяй, то и подчинённые будут воспринимать тебя соответственно; поэтому во всём должен быть порядок), я вызвал Садко.
— Чем могу с-служить, мой барон? — осведомился ИскИн, появившись в комнате. — Ес-сли вы нас-счёт пиратс-ских с-сокровищ, то опис-сь ещё не закончена.
— Ничего, это не горит. Доктор Герц успел осмотреть спасённых? Я поручил их его заботам часа полтора назад.
— Да, барон. Медицинс-ский ос-смотр был произведён.
— Отлично. Передай доктору, что я приглашаю его позавтракать со мной. Хочу выслушать отчёт за едой: сегодня намечается куча дел, и другого времени у меня может не найтись.
Да и затягивать с уведомлением Синода о том, что у меня находятся разведчики Церкви не хотелось.
Доктор явился в небольшую столовую, которую я использовал для личных трапез, через пару минут после меня. То, что он не успел выспаться, было заметно лишь по частому морганию. А так Герц держался молодцом. Даже побриться успел каким-то чудом.
— Доброе утро, Леопольд Демидович, — сказал я, жестом приглашая его к столу. — Мне жаль, что пришлось вас разбудить. Внештатная ситуация, сами понимаете.
— Моё почтение, ваше благородие, — ответил доктор, садясь. — К экстренности нам, медикам, не привыкать.
Он расстелил на коленях салфетку и взял вилку. Но начинать есть не торопился. Ждал вопросов.
— Насколько мне известно, вы осмотрели пациентов. Они в порядке?
— Физически да. Чего не могу сказать об их душевном здоровье.
— А что с ними?
— Боюсь, все трое совершенно не в себе. Либо стресс, либо помешательство. Хотя даже не представляю, чем оно могло быть вызвано. Я, во всяком случае, ни с чем подобным не сталкивался.
— Буйные, что ли?
— Нет, этого я не сказал бы. Перевозбуждены. Не понимают, где находятся. Лепечут бред. Пришлось вколоть им успокоительное.
— Я собирался задать им ряд вопросов о том, что случилось на корабле.
Герц понимающе кивнул.
— Знаю. Поэтому попытался их расспросить. Бесполезно.
— Вы сделали запись осмотра?
— Само собой. Но уверяю — понять хоть что-то из их бреда нереально. И вообще, там, в основном, крики. Кажется, они были сильно напуганы. При этом никаких веществ, которые могли бы вызвать что-то подобное, я в крови пациентов не обнаружил.
Так-так… Информация была довольно важной. Хотя врач, вероятно, этого и не понимал.
— Ешьте, Леопольд Демидович, — сказал я. — А то остынет.
— Благодарю, ваше благородие.
Пару минут я обдумывал услышанное, поглощая нежное диетическое мясо с ежевикой.
По всему выходило, что команда звездолёта дружно сошла с ума и принялась истреблять друг друга. И лишь троим удалось скрыться от резни в криокамерах. Но и они были не в себе.
И при этом — никаких очевидных причин случившегося. Странно. Очень.
— Как вам дичь? — спросил я Герца, когда тот покончил с мясом и потянулся за кофейником.
— Неплохо, ваше благородие, — ответил он сдержанно. — Как по мне, слишком много ягод можжевельника, если позволите заметить. У них сладкий и терпкий хвойный вкус, так что, если переложить, он забивает мясо.
— По-вашему, здесь перебор?
Врач пожал плечами.
— Я не повар, но мне кажется, две или три были лишними.
— Пожалуй, соглашусь.
Нет, на кухне справлялись достойно. Особенно учитывая, что готовить приходилось из сублиматов. Но было бы удивительно, если б мне в наследство дали по-настоящему хорошего повара. В лучшем случае достался су-шеф.
— Скажите, Леопольд Демидович, правда, что вас поймали на том, что вы рисовали карикатуры на пациентов? — спросил я, наливая себе кофе.
Сегодня я обходился без десерта, так что решил побаловать себя и положил в напиток три кусочка сахара. В чай я добавляю только два. И никогда себе в этом не изменяю. Как говорится, привычка — вторая натура.
— Правда, — нехотя признал Герц. — Я этим не горжусь. Ребячество.
— Почему вы хранили свои произведения? Понимали же, что это опасно?
Доктор кивнул.
— Конечно, понимал. Не знаю, что ответить, ваше благородие. Иногда мне кажется, что я хотел, чтобы их увидели. Подсознательно.
— Вот как? И зачем?
— Может, пытался таким образом выразить свой протест. Только не спрашивайте, против чего, — он невесело усмехнулся.
— Не стану. На меня вы тоже успели нарисовать карикатуру?
Герц бросил через стол быстрый опасливый взгляд.
— Нет, господин барон. Тогда это был жалкий бунт маленького человека. Бессмысленный. Мне стыдно за него. Больше я таких глупостей не делаю.
— Жаль. Иногда маленькие глупости украшают жизнь.
— Ну, это был точно не тот случай! — мрачно ухмыльнулся доктор. — Нет, я не хочу сказать, будто попасть на службу к вам — это неудача, — спохватился он. — Не подумайте, господин барон!
— Успокойтесь, доктор. Я, собственно, хотел поговорить не об этом, — размешав ложечкой сахар, я положил её на блюдце и сделал глоток. — На ваши плечи легло слишком много работы, а вы ведь вовсе не обязаны заниматься лечением всех в замке. Вы лейб-медик. Поэтому я прошу вас организовать работу больницы и впоследствии только курировать её. Сотрудников мы наймём.
— Благодарю, ваше благородие. Это было бы хорошо. Народу много, а будет ещё больше. Нынешнему штату уже сейчас непросто справляться. Даже учитывая тех, кто уже поступил на службу. Мне, конечно, следовало лучше прикинуть, сколько персонала понадобится, когда вы спрашивали. Просто мне прежде не приходилось отвечать за других медиков.
— Я поручу кому-нибудь решить проблему нехватки людей. И последняя просьба. Не затруднит ли вас составить несколько рецептов блюд для грядущего торжества в честь тезоименитства?
Мои слова заметно удивила доктора.
— Меня? — переспросил он.
— Именно вас.
— Что ж… Если вам угодно… — было видно, что Герц растерян. — Почту за честь, конечно.
— Вот и отлично. Спасибо, что зашли.
Доктор понял, что аудиенция окончена. Встал, поклонился и быстро вышел.
— Садко.
— Да, мой барон, — ИскИн возник передо мной.
— Пусть господин Котов найдёт медицинский персонал. Столько, сколько нужно. И убедится, что у нас достаточно оборудования для больницы. Солдат с больным зубом это уже не солдат, а работник не работник. Если чего-то не хватает, пускай купит.
— Принято, барон.
— И пригласи в кабинет отца Иоанна. Скажи, у меня к нему срочный разговор.
Пора сообщить Синоду о своей находке.

----------

Глава 14

Глава 14
Священник вошёл в кабинет, и я сразу ощутил его настороженность.
— Ваше благородие, — поклонился он. — Мне передали, что вы желаете меня видеть.
Несмотря на то что все служители Церкви, имеющие сан, происходят из рода Мещерских и, стало быть, являются благородными, они отказываются от мирских титулов и прочего, так что ведут себя, словно простолюдины.
— Да, отец Иоанн, — ответил я. — Прошу, садитесь. Видите ли, мне нужна ваша помощь. Дело в том, что я должен сообщить его высокопреосвященству важную новость, но мне не хотелось связываться с ним напрямую, в обход вас. Ведь именно вы являетесь старшим в нашем приходе. Я подумал, что будет правильно попросить вас передать отцу Тихону мою просьбу.
Пока я говорил, священник сел в кресло напротив меня.
— Весьма признателен за щепетильность, барон, — ответил он. — Что я должен передать его высокопреосвященству?
— Не саму новость, отец Иоанн. Лишь моё желание встретиться. Здесь, в замке. И прошу заверить господина архиерея, что я не просил бы об этом, если бы не видел таковой необходимости.
— Не сомневаюсь, барон, — чуть помолчав, проговорил священник. — Разумеется, я немедленно передам вашу просьбу его высокопреосвященству.
— Премного благодарен, отец Иоанн. Если господин архиерей сможет прибыть сегодня, будет просто чудесно.
Когда священник ушёл, я уже собрался было посвятить немного времени Своду, однако мои планы нарушило появление Садко. Аватар возник в кабинете спустя полминуты после того, как за отцом Иоанном затворилась дверь.
— Мой барон, — поклонился он. — Могу я отнять у вас-с немного времени?
— Что случилось?
— Это нас-счёт наложниц гос-сподина Чжоу.
— А что с ними? Когда я видел их в последний раз, они проявляли беспокойство о судьбе капитана.
— С-совершенно верно, мой барон. Это кас-сается и его. Видите ли, вы приказали отправить пленников гос-сподина Чжоу, не с-связанных кабалой, по домам, так с-сказать, однако девушки противятс-ся. Они не желают покидать капитана.
Я откинулся на спинку кресла. Только вот этих разборок мне и не хватает!
— Какая драма. Что ж… полагаю, мы не вправе из заставлять. Видимо, их свобода в том, чтобы остаться с господином Чжоу.
— Вероятно, да, мой барон. У каждого с-свобода с-своя.
— Лучше и не скажешь. Если таков выбор девушек, пусть остаются. Если капитан не против. Содержать их ему придётся на собственное жалованье.
— Я поговорю с-с ним.
— Поговори. А затем пригласи сюда. Хорошо, что напомнил о нём. Мне есть, о чём с ним поболтать.
Уж точно не о наложницах. Хан Чжоу теперь числился у меня вроде советника по связям. Без уточнений. Но подразумевалось, что он будет консультировать меня относительно, скажем так, сомнительных контактов. Недаром же он хвастался, что знает кое-кого во внешнем космосе. Вот и пусть напряжётся.
Пират явился спустя четверть часа. За это время я как раз успел выпить кофе. Работу над Сводом решил отложить на потом: для неё требуется определённая собранность, ведь переделать плохо выведенную букву не получится. Ну, то есть, можно, конечно, однако это не то, что покрывать красные шёлковые страницы золотой вязью, обретая гармонию с собой. Совсем не то.
На этот раз Хан Чжоу был одет поприличнее. Зелёный бархат и кожа исчезли. Вместо них пират нарядился в довольно приличный коричневый костюм и светло-сиреневую рубашку. Галстуком, правда, пренебрёг. И подчеркнул это парой расстёгнутых верхних пуговиц.
— Садитесь, господин Чжоу, — сказал я, указав на кресло.
Обращаться к нему «капитан» нарочно не стал: пусть привыкает к тому, что корабля у него больше нет. Пока, во всяком случае.
— Спасибо, ваше благородие, — ответил Хан Чжоу и рухнул в кресло. — Ваш дрищ передал насчёт наложниц. Придётся ужаться, конечно, но думаю, как-нибудь потяну. Может, и жалованье мне однажды поднимете.
Он сопроводил последнюю реплику белозубой улыбкой.
— Это зависит от вашей полезности, господин Чжоу, — ответил я.
— Ну, да, ясно. Само собой. Надо понимать, я тут как раз, чтобы её доказать? Не о бабах же вы меня позвали побалакать.
Ещё одна улыбка.
Несмотря на развязную манеру общения, в бывшем капитане чувствовалась напряжённость. Даже не требовалось включать особое обоняние, чтобы её заметить.
— Думаю, вы и сами догадались, о чём пойдёт речь, — сказал я.
— Могу предположить, что о корабле церковников. Хотите выслушать мои соображения насчёт того, кто на него напал?
Судя по тому, как менялась речь Хана Чжоу, делая скачки от просторечий к вполне литературным выражениям, он был куда образованней, чем старался показать. Несмотря на то, что личность бывшего капитана была проверена Садко, когда он оказался у меня, с помощью биометрии, сведений о нём оказалось, на удивление, немного. Похоже, Хан Чжоу очень быстро ушёл в тень, так сказать, и с тех пор информация о нём практически перестала поступать. Если не считать сводок о бесчинствах пиратских кораблей под красным флагом.
— А у вас имеются такие соображения? — спросил я.
Мой собеседник пожал плечами.
— Боюсь, не те, на которые вы рассчитываете, барон. Точно сказать ничего не могу. Но я слышал о кораблях с мёртвыми командами. Насколько мне известно, на них не попадалось выживших. Некоторые считают это легендами — этакими страшилками. Я и сам так думал до недавнего времени, если честно. Мне, во всяком случае, такие суда прежде не попадались. Но во внешнем космосе всякое бывает. Это опасное место.
— И вы даже предположить не возьмётесь, что могло случиться?
— Хм… Могу сказать лишь одно, ваше благородие. Это точно не еретики. Те забрали бы все тела, да и корабль угнали б. Они даже рухлядь покупают.
Тут я с Ханом Чжоу был согласен. Еретики явно ни при чём. Не их почерк. Но тогда кто?
— Хорошо, господин Чжоу. Спасибо, что зашли. Если появятся ещё соображения — поделитесь.
— Непременно, барон, — сказал пират, вставая. — Жаль, что не был вам так полезен, как хотелось бы. Ну, пойду обустраивать любовное гнёздышко! — хохотнув, он направился к двери.
Архиерей прибыл в замок спустя полтора часа. Я велел Садко проводить его в гостиную. Там мы и расположились.
— О чём вы хотели мне сообщить, господин экзобарон? — осведомился отец Тихон, беря блюдце со стоявшей на ней чашкой чая.
Обмен любезностями уже был к тому моменту закончен, так что можно было переходить к делу.
— Я недавно вернулся из небольшого путешествия, ваше высокопреосвященство. Пришлось наведаться во внешний космос. И там я обнаружил корабль Святейшего Синода.
— В этом нет ничего удивительного, барон, — отозвался священник, бросив на меня внимательный взгляд. — Наши разведчики постоянно там находятся — ищут еретиков.
— Полагаю, этот корабль как раз из их числа. Вот только с его командой приключилась беда.
И я поведал архиерею историю о том, как нашёл летучего голландца. С некоторыми купюрами, но, в целом, довольно подробно.
В какой-то момент мой собеседник позабыл о том, что держит чашку. Мне удалось полностью завладеть его вниманием.
Когда я закончил, архиерей секунд десять сидел молча, глядя на меня. Затем проговорил:
— И у вас сейчас находятся выжившие члены команды. Я бы хотел их забрать. Уверен, мы сможем о них позаботиться.
— Разумеется, ваше преосвященство. Пациенты будут переданы на ваше попечение. Также у меня есть координаты судна. Полагаю, Синод захочет его забрать.
Священник кивнул.
— Само собой, — он, наконец, поставил блюдце с чашкой на стол. — Если корабль ещё на месте, мы его отбуксируем. Должен принести вашему благородию искренние благодарности. Вы показали себя истинным сыном Империи и Церкви.
— Я лишь исполнил свой долг, ваше преосвященство. Не знаете, что могло случиться с командой?
— Полагаю, нам предстоит с этим разобраться. Возможно, выжившие придут в себя и что-то расскажут, — священник немного помолчал, словно размышляя. — Господин экзобарон, если Синод в силах выразить признательность за ваши действия более существенным образом, нежели слова, то я готов вас выслушать.
— Лично мне ничего не нужно, отец Тихон. Однако мне хотелось бы создать орден. Дабы лучше служить Церкви и защищать веру.
Архиерей чуть приподнял брови. Этого он явно не ожидал.
— Целиком одобряю ваше рвение, барон, однако должен заметить, что в таком случае придётся выделить капеллана, а для этого в ордене должно состоять не менее полусотни рыцарей. Ведь им придётся сражаться с врагами веры, если они объявятся. Таковы правила. Ошибусь ли я, предположив, что в вашем распоряжении имеется несколько меньше мехарыцарей, чем нужно?
— Не ошибётесь, ваше высокопреосвященство. Машин не будет и десяти.
Отец Тихон вздохнул.
— Боюсь, правило не предполагает исключений, барон. Однако я уверен, что, когда у вас будет необходимое количество рыцарей, Синод не будет возражать против создания ордена. Во всяком случае, я, как архиерей епархии Авроры, подпишу ходатайство.
— О большем пока и не прошу, ваше высокопреосвященство, — ответил я.
Разумеется, у меня и в мыслях не было, что мне выкатят благословение на орден сейчас. Но на будущее удочку закинул. Тем более, в планах у меня и заводик по производству мехарыцарей построить, и местоположение еретиков выявить. Если получится — тут уж никто в Синоде не посмеет возражать против ордена.
Ну, а терпения мне не занимать.
После того как выжившие были переданы архиерею вместе с координатами корабля, а также записями, сделанными доктором Герцем во время осмотра пациентов, у меня, наконец, появилось свободное время. Так что до обеда я занимался каллиграфией, затем почитал в библиотеке, потренировался с майором Шараповым в зале, и вот как раз после этого, стоя в душе, я понял, что нужно проверить, не было ли в истории Империи рода, обладающего Даром воздействия на психику. Насколько мне было известно, сейчас такого не существовало, но ведь аристократы за столетия участвовали в стольких клановых войнах, часть которых велась на уничтожение, что вполне вероятно, что когда-то были и такие одарённые.
Растёршись полотенцем и одевшись, я поспешил в свои покои, по пути вызвав Садко. Аватар возник справа от меня и двинулся рядом, имитируя шаги. Хоть мог бы просто плыть над полом подобно призраку.
— Чем могу с-служить, барон? — осведомился он.
— Подними архивы и узнай, не было ли в Империи рода псиомантов, способных воздействовать на сознание. Гипноз, подчинение и так далее. Любые проявления Дара.
— Вы полагаете, команда корабля С-синода подверглас-сь подобному воздейс-ствию?
— Думаю, это возможно. Как вариант.
— Дайте мне минутку, чтобы с-собрать и проанализировать данные, барон.
Некоторое время мы шли молча. Недолго. ИскИн работал быстро.
— Мне удалос-сь найти с-сведения о роде Мортимеров, барон, — объявил он. — Он с-считается ныне не с-сущес-ствующим. С-сто тридцать шесть лет назад его предс-ставители были обвинены в заговоре против короны. Час-сть казнили, час-сть погибла, оказав с-сопротивление влас-стям. Некоторым удалос-сь с-скрыться. Вероятно, они удалилис-сь в изгнание.
— То есть, отправились во внешний космос.
— С-скорее вс-сего, барон. Однако о Мортимерах с-с тех пор ничего не было с-слышно.
— Это вовсе не значит, что они исчезли. Как именно проявлялся их Дар?
— По-разному. Но вс-сё это было с-связано с-с влиянием на с-сознание и пс-сихику. Полагаю, они вполне могли бы зас-ставить членов команды корабля С-синода перебить друг друга. Однако дейс-ствие Дара не рас-спрос-странялос-сь больше, чем на трёх человек одновременно. Получаетс-ся, понадобилос-сь бы нес-сколько пс-сиомантов, чтобы подчинить вес-сь экипаж.
— Может, так и было. А может, родился тот, кто получил способность, которой не было у его предков. Впрочем, это только версия.
— Вы желаете с-сообщить о ней его выс-сокопреос-священс-ству?
— Нет. Пусть церковники сами разбираются. Но думаю, они придут к такому же выводу. Если только выжившие не расскажут, что случилось нечто иное.
Может, конечно, в корабль был закачен какой-то отравляющий газ. Это было бы самое простое объяснение. Но мехарыцарь проанализировал состав воздуха прежде, чем я из него вышел. Всё было в порядке. К тому же, как можно было проделать подобное с неповреждённым кораблём, не представляю.
Разумеется, в любом случае оставался вопрос, почему судно оставили, а не забрали с собой. И вот на него ответить, пожалуй, было труднее всего.
На ужин подали гречотто со свёклой и посейдонскими квазикреветками, а также галантин из аквилонской птеродомы. Он выглядел, как рулет, который следовало резать тонкими ломтиками.
Такое роскошество было бы преступлением поглощать в одиночестве, так что я пригласил разделить со мной трапезу Катерину. Тем более, что в нашу первую встречу девушка была немногословна.
Катерина вошла в столовую, одетая в лёгкое голубое платье до пола с глубоким вырезом, выгодно подчёркивающим её великолепную грудь. На шее блестела тонкая нитка самоцветов, похожих на бриллианты. Других украшений на девушке не было.
В этот раз она не стала сразу раздеваться. Сделала книксен и сказала:
— Добрый вечер, господин барон. Благодарю вас за приглашение.
— Не за что. Присаживайся.
Стюард-бот галантно отодвинул для Катерины стул. Когда она заняла своё место, я спросил:
— Есть ли надежда, что сегодня мы обменяемся большим количеством слов, чем в прошлый раз?
Наложница смущённо потупилась. По её точёному лицу скользнула мимолётная улыбка.
— Мне лишь хотелось начать наше знакомство с самой выгодной позиции, господин барон.
— Тебе это удалось. Я оценил по достоинству всё позиции, в которых состоялось наше знакомство.
— Рада слышать, господин барон. Мне ещё есть, что вам показать.
— Не сомневаюсь. Но это позже, ближе к ночи. А сейчас давай ужинать.
Когда мы приступили к еде, то некоторое время воздавали должное гречотто. Вкус был изысканным и нежным. Квазикреветки особенно удались. Что просто удивительно, учитывая, что они были выловлены на Посейдоне далеко не сегодня. Всё-таки умеют в Империи сохранять продукты. Впрочем, как без этого? Не на всех же планетах, где живут люди, есть живность. Продукты иногда приходится доставлять чёрт знает куда.
— Вердикт? — спросил я, когда с первым блюдом было покончено.
Катерина одобрительно кивнула.
— Превосходно, насколько я могу судить.
И девушка бросила жадный, полный предвкушения взгляд на галантин.
— Позволь мне, — сказал я, беря нож. Пока нарезал спрессованное в рулет птичье мясо, спросил: — Как настроение среди девушек? Ладите?
Мой вопрос, который я задал исключительно для поддержания беседы, почему-то заставил мою прекрасную собеседницу слегка нахмуриться.
— Что-то не так?
— Нет, господин барон, мы чудесно ладим, — ответила Катерина. — Вернее, ладили. До недавнего времени.
— И что же вдруг случилось?
Казалось бы: ну какое мне дело до женских разборок? Будто нет других проблем, посерьёзней. Но истинный хозяин вникает во всё. Ибо если у тебя неспокойно дома, то какой смысл опасаться врагов, стоящих у твоих ворот? Очень глупо одолеть армию и затем умереть от руки ревнивой любовницы.
— Не уверена, что стоит об этом говорить, — смутилась Катерина. — Вряд ли вам это интересно.
— Ну, ты уже начала, так что я настаиваю. Выкладывай.
— Как прикажете, — с облегчением произнесла девушка. — В общем, когда стало известно, что вы, господин барон, устраиваете бал в честь тезоименитства, у нас возник спор, кто отправится с вами на этот праздник. В качестве сопровождающей. Не можете же вы появиться там один.
— Хм… Как-то я об этом не думал.
— Так вы ещё не решили, кого возьмёте? — удивилась Катерина.
— Нет. Но знаешь… кажется, у меня есть идея, как сделать этот нелёгкий выбор.
— Какая? — жадно спросила девушка.
— Устроим конкурс.
— Конкурс? — удивилась наложница.
— Именно. У вас будет возможность себя показать с лучших сторон. Уверен, они ещё не все раскрыты. Организуем оргию. В бассейне, с едой и катанием на пантерах.
Я как раз положил собеседнице три ломтика галантина на тарелку, и Катерина намеревалась его попробовать, но при этих словах вилка застыла у неё в руке на полпути к яству.
— Вы ведь не шутите, господин барон? — осторожно спросила она.
— Насчёт пантер? Нет, но бояться нечего. Они совсем ручные. Пока я не прикажу им… Ну, да неважно.
— Нет, я насчёт оргии.
— А есть возражения?
— Эм-м… Нет, господин барон. С какой стати? Прекрасная идея.
— Я так и думал, что тебе понравится. Конкурсы ведь не обязаны быть скучными.
— Совершенно с вами согласна, — девушка, наконец, наколола ломтик птеродомы на вилку. — И когда вы намерены это устроить?
— Думаю, в ближайшие дни. Вы ведь ничем не заняты?
Наложница отрицательно покачала головой.
— Вот и славно.
— Я передам Арине и Цао Фэн вашу идею. Уверена, они обрадуются.
— Конечно, передай. Не думаю, что вам нужно готовиться, но пусть будут в курсе. Как тебе второе блюдо?
— Выше всяких похвал, господин барон.
Я полагал, что мысль о грядущей оргии отвлечёт девушек от ссор и настроит на соревновательный лад. В конце концов, что увлекает женщин сильнее, чем конкуренция и борьба за сердце мужчины?

----------

Глава 15

Глава 15
Катерина покинула мою опочивальню около полуночи, так что я отлично выспался и прямо с утречка, едва приняв ионный душ и позавтракав, занялся делами.
Прежде всего — документами, которые подготовил на рассмотрение и подпись Котов. В основном, они касались различных выплат и доходов. Прибыль постепенно увеличивалась, но и траты росли. Впрочем, главное не накопительство, а целесообразные вложения, идущие на пользу развития инфраструктуры.
Затем явился Садко и отчитался о строительстве новых зданий. По большей части, заводов. Особенно меня интересовали сроки возведения сталелитейного. Ну, и оборудование требовалось, конечно.
Помимо этого, я выслушал рассказ о том, сколько новых специалистов было куплено, нанято и принято на военную службу. Приятно удивляло, что поток желающих связать судьбу с бароном Коршуновым не иссякал. Не то чтобы был прямо ажиотаж, но на пока ещё скромные нужды претендентов хватало.
— Это всё здорово, — проговорил я, когда ИскИн закончил доклад по персоналу. — И я рад, что у нас прибавилось техников, однако как обстоят дела с освоением технологий нападения? Мы ведь должны не только защищаться. При большом численном превосходстве противника преимущество в силовых полях сойдёт на нет.
— Боюс-сь, Млада Георгиевна и её с-сотрудники пока на начальном этапе ис-следований. Мне поторопить их?
— А это имеет смысл?
— С-сомневаюс-сь, мой барон. Нас-сколько я могу с-судить, техники работают в лаборатории на пределе возможнос-стей.
— Тогда не нужно. Но как только первые образцы нового вооружения будут готовы к серьёзным испытаниям, сообщи.
— Непременно, барон.
Таким образом, до половины третьего я не покидал кабинет. Даже на перекус не прерывался — прямо за письменным столом выпил зелёного чаю с бутербродом.
После обеда за пиратскими сокровищами должен был отправиться один из моих кораблей. Всего шесть капитанов, не считая Хана Чжоу, согласились обменять награбленное на комфорт и безопасность, так что именно столько схронов, раскиданных по разным секторам внешнего космоса, предстояло обчистить.
Хорошенько всё обдумав, я решил, что нельзя посылать сразу за всеми — это лишит планету большей части флота. Да, прямо сейчас опасаться, вроде бы, нечего. Но кто знает? Я ведь не могу предугадать шаги всех своих врагов. Лучше оставаться настороже и подстраховаться.
Так что в путешествие за золотым руном пока предстояло отравиться только одному кораблю.
Я лично проследил по переданному с камер изображению, как судно вошло в бран-пространство и исчезло из системы Артемиды.
Вернулся корабль поздним вечером следующего дня. Не с таким знатным уловом, какой мы забрали с планеты, где находился тайник Хана Чжоу, но тоже весьма приличным. К моему приятному удивлению, среди сокровищ обнаружились сосуды с концентратом Эликсира Причастия. Очевидно, пираты либо напали на судно Синода, либо на другое, перевозившее его вместе с другими товарами. Именно в виде концентрата Эликсир доставляют на различные хабитаты Империи, где священники разводят его и дают пастве.
Что ж, будет, чем отдать Церкви десятину. Такие вот сосуды ничем не хуже самих желёз кайдзю.
Я поручил Садко рассортировать сокровища и немедленно выставить на продажу те, которые не могли пригодиться мне.
На следующий день корабль снова отправился в путь. Да, такие путешествия расходовали хронид, но эти траты с лихвой окупались тем, что припрятали пираты. Кроме того, среди сокровищ попадались любопытные вещицы, которые ИскИну предстояло исследовать на предмет выявления новых технологий.
Ближе к вечеру я отправил Садко уведомить наложниц, что жду их в бассейне. Пришло время выбрать ту, которая отправится со мной на бал.
* * *
— Господин, вы уже приняли решение, кто победил? — спросила меня Арина, когда мы лежали на одной из огромных кроватей, застеленной чёрным шёлком.
Два такие специально принесли в зал с бассейном. Так же, как диван, плетёные стулья, стол и несколько изысканных блюд, а также прохладительные напитки.
Катерина плавала на спине, плавно загребая то одной рукой, то другой. Её великолепное тело в свете искрящихся хрустальных люстр выглядело слепленным из чистого мёда.
Цао Фэн каталась на одной из пантер. Будучи невысокого роста, она выглядела на мускулистом животном настоящей наездницей, хоть и крепко держалась за белую шерсть. Поначалу девушки опасались оседлать хищников, но постепенно осмелели, и теперь с прелестного личика Цао Фэн не сходила по-детски восторженная улыбка. Поскольку она была полностью обнажена, как и две другие наложницы, то практически полностью иллюстрировала картину «Вакханка на пантере» Адольфа Уильяма Бугро. Только была куда стройнее дамы, изображённой на том полотне, и её прелести не скрывала никакая ткань, целомудренно наброшенная на бёдра автором картины.
— Принял, — ответил я. Наши эротические игры длились не один час, и мы малость притомились. К тому же, были несколько отягощены едой и питьём. — Думаю, вам понравится моё решение.
— Ну, одной из нас точно, — сказала Арина.
— Вы все пойдёте со мной.
— Все, господин⁈ — поразилась девушка.
— Почему нет?
— Но… так не принято.
— Знаю. Но к чёрту условности. Это моя планета, мой замок и мой бал.
— О, Боже! Господин, я… даже не знаю, что сказать!
— А я не могу отдать предпочтение ни одной из вас.
Вскочив с постели, Арина замахала руками, привлекая внимание подруг.
— Девчонки, господин сказал, что мы все пойдём на бал!
Когда возгласы, удивление и хлопки в ладоши малость стихли, я сказал:
— Вам понадобятся платья. Завтра отправитесь в город, пройдётесь по магазинам и купите то, что подойдёт для бала. В этом я полагаюсь на ваш вкус.
После этого, само собой, пришлось выдержать ещё один шквал восторга. А потом — последний раунд плотских утех. Уже не знаю, придала ли девушкам сил новость о том, что их ожидает шопинг, или то, что они все отправятся бал — а может, и то, и другое — но они были в ударе. Прямо словно второе дыхание открылось. Словом, если в зале и были истинные пантеры, то звали их Арина, Цао Фэн и Катерина.
Начало следующего дня я провёл, занимаясь каллиграфией. Пока Садко не нарушил моё уединение сообщением о появлении кайдзю.
— Второй уровень, мой барон, — добавил он. — Будет возле нас-сос-сных с-станцией через девять минут.
— Не будет, — ответил я, споласкивая кисточку.
Чудовище я заметил практически сразу, как вылетел из замка.
Огромная туша двигалась к краю рифта, покачиваясь на двенадцати непропорционально тонких, длинных ногах. С его головы свисали и медленно извивались шесть отростков, напоминавших слоновьи хоботы. Из хребта торчали острые кривые шипы, а на выпуклых боках виднелись бледные разводы, испускавшие призрачное сияние, заметное даже среди бела дня. Издалека кайдзю напоминал слонов с картин Сальвадора Дали.
— Иолай, есть советы, как разделаться с этой тварью поскорее? — спросил я.
— Ждал, что вы спросите, о, великолепный витязь! — немедленно откликнулся арсенал. — И счастлив поделиться имеющейся информацией. Этот тип кайдзю называется «ходульник» и кажется не слишком опасным, однако его хоботы представляют немалую угрозу. Каждый из них способен выбрасывать едкую слизь, быстро разъедающую даже металл. Органика же разрушается практически мгновенно. Рекомендую не попадать под выстрелы этого чудовища.
— Садко, ты слышал?
— Так точно, мой барон, — раздался в салоне глайдера голос ИскИна.
— А как его прикончить? — поинтересовался я, вставая, чтобы пристегнуться в проёме бокового люка. — Желательно побыстрее.
— Полагаю, это не составит труда, мой отважный повелитель, — ответил Иолай. — В теле ходульника органы способны перемещаться, так что попасть в них непросто. К тому же, они почти все продублированы.
— Это меня не удивляет.
— Я бы рекомендовал, прежде всего, обездвижить монстра. У него много ног, однако с вашим Даром перебить их не проблема, не правда ли?
— Сейчас и узнаем, — ответил я. — Давай клинок.
Палить по каждой конечности в отдельности — слишком долго. Этак тварь успеет добрести до станций. Лучше попробую лишить её всех ног разом.
— Когда чудище будет обездвижено, вы сможете его спокойно хоть нашинковать, о, воин всех времён, — закончил Иолай, передавая мне по воздуху клинок.
— Чуть пониже, Садко, — сказал я. — Мне нужно выйти на линию атаки. Зависни на уровне коленей этого урода.
Как только глайдер выполнил озвученный маневр, я взмахнул мечом, хорошенько напитав его магией. Синий сверкающий полумесяц сорвался с него, стремительно пронёсся по воздуху, рассекая пространство, и прошёл сквозь все двенадцать конечностей чудовища. Обрубки начали падать в разные стороны, словно разом поваленные деревья. Массивная туша рухнула в кипящий зелёный газ. Кайдзю издал трубный вопль и заворочался, пытаясь подняться. Его культи были достаточно длинны, чтобы оторвать тело от поверхности рифта, но тварь могла лишь копошиться и почти не продвигалась вперёд.
— Отличный совет, Иолай! — сказал я и провёл следующую атаку.
На этот раз синяя дуга рассекла тушу монстра вдоль хребта, развалив её на две огромные части.
— Рад служить, светозарный рыцарь! — отозвался арсенал. — Но не забывайте о регенерации, умоляю!
И правда: на местах рассечений быстро появлялись тугие и толстые жгуты растущей плоти, которые тянулись друг к другу, чтобы соединить изувеченное тело воедино.
Допускать этого было нельзя. Так что я вовсю заработал клинком, разделяя монстра на куски, которые падали в рифт.
— Садко, проведи глайдер ближе, чтобы я видел внутренние органы этого урода.
Машина плавно двинулась вперёд, увернулась от выброшенного одним из хоботов сгустка вязкой чёрной слизи и промчалась над телом кайдзю, пока не зависла примерно посередине его останков. С этой позиции отлично были видны цели, которые предстояло поразить.
— Иолай, винтовку!
Как только оружие оказалось в моих руках, я принялся поражать органы кайдзю один за другим.
Это заняло несколько минут. Наконец, Садко остановил меня:
— Мой барон, я наблюдаю прекращение попыток регенерации чудовища. С-смею предположить, что оно мертво.
Опустив винтовку, я секунд десять внимательно смотрел на останки колоссальной туши, пытаясь уловить хотя бы малейшее движение.
Но его не было. ИскИн был прав: кайдзю отдал концы.
Что ж, это оказалось проще, чем я ожидал. Но, возможно, другие чудовища будут опаснее, чем это.
Как ни крути, а я потратил почти двадцать минут, чтобы разделаться с этим кайдзю. И это имея разблокированный Дар. Что же будет со следующим уровнем чудовищ? Наверняка убивать из окажется ещё труднее. Право, с космическими кораблями было, в каком-то смысле проще.
Так что рифт нужно увеличивать постепенно и не торопиться. Не замахиваться на кусок, который не можешь проглотить. Рассечь гиганта — полдела. Нужно ещё поразить его жизненно важные органы, да успеть до того, как он регенерируется. А насколько мне известно, у более высокоуровневых чудовищ этот процесс происходит куда быстрее.
— Иолай, забери оружие, — распорядился я. — Садко, вызывай бригаду ботов.
— Она уже в пути, мой барон. Вам угодно получить часть этого с-существа?
— Да, как обычно.
Наблюдать за тем, как роботы вырезают из тела монстра железы, Зерно и светящуюся секрецию, я не стал. В этом можно было целиком положиться на Садко. Тварь я порубил на такое количество частей, что с доступом внутрь тела никаких проблем у ботов возникнуть не могло. Так что я отправился в замок, стараясь не вслушиваться в дифирамбы, которые арсенал пел мне с неутомимостью и энтузиазмом, достойными куда лучшего применения.
Спустя полчаса в мои покои был доставлен кусок кайдзю, из которого я извлёк ДНК и встроил в свой геном. Ещё несколько таких тварей, и у меня будет регенерация. Убивать чудовищ она мне не поможет, но в жизни пригодится. То есть, конечно, лучше бы нет. В смысле — надеюсь избежать ранений. Но иметь такую способность никогда не лишне.
Вечером вернулся корабль, посланный забрать пиратские сокровища.
Я лично просмотрел составленную ИскИном опись, выслушал его соображения насчёт их распределения и внёс пару небольших корректив. Некоторые ресурсы могли пригодиться в будущем, так что их я велел оставить.
Особенно же меня заинтересовала одна позиция в списке.
— Это действительно то, что ты указал? — спросил я, ткнув в неё пальцем. — Уверен?
— Так точно, мой барон. С-сомнений быть не может. Полагаю, вы захотите ос-ставить её с-себе.
— Даже не сомневайся!
— Я так и думал. С-считаю с-своим долгом напомнить, что владение машиной Шварценбергов противозаконно.
— Да-да, знаю. Надеюсь, ты не размахивал этим списком перед носом у всех подряд?
— Нет, мой барон. Его с-содержание с-сохранено в с-секрете.
— Отлично. Я хочу взглянуть на эту машину.
В конце концов, одна такая была использована при попытке убить меня. Было любопытно разобраться, как она работает и настраивается.
— Бот с-сейчас-с дос-ставит её, мой барон, — произнёс Садко. — Я был уверен, что вы заинтерес-суетес-сь этим предметом.
— Сообразительности тебе не занимать.
— Благодарю, мой барон.
Через несколько минут явился маленький робот из числа обслуги замка и приволок жёлтый пластиковый ящичек, который положил на стол.
Отстегнув защёлки, я поднял крышку и уставился на маленькое устройство, больше всего напоминавшее механического паука.
— Я так понимаю, инструкции к этой штуке нет?
— Нет, мой барон. Но я позволил с-себе разобратьс-ся в принципах её экс-сплуатации.
— Это радует. Просвети же меня, как натравить её на цель.
— Вы планируете ус-странение кого-то конкретного, мой барон?
— Нет. Просто хочу знать, как машина работает. На всякий случай.
— Понимаю. Прежде вс-сего, её необходимо включить. Для этого нажмите вот на эту кнопку, — аватар указал на едва различимую деталь устройства, расположенную у него на спине.
В течение следующего часа я разбирался с новой игрушкой, следуя советам Садко. В принципе, оказалось, что в настройке машины нет ничего сложного. Явно она создавалась в расчёте на то, что любой сможет ею пользоваться.
— Храни её и береги, — велел я, когда закончил. — Не думаю, что пригодится, но мало ли. Жизнь — штука непредсказуемая.
— Мудрые с-слова, мой барон.
— Ну, это не я придумал. Ладно, пусть бот это унесёт.
Жаль, конечно, что «паук» самоликвидируется при попытке его вскрыть и изучить. С другой стороны, иначе Империю уже наводнили бы такие вот устройства, и никто не чувствовал бы себя в безопасности.
— Ещё кое-что, мой барон, — проговорил Садко. — Ес-сли позволите.
— В чём дело?
— Вы велели с-сообщить, когда будет обус-строена больница. Могу уведомить, что доктор Герц, с-следуя вашему приказу, рас-спределил назначения между нанятым медперс-соналом. Также гос-сподин Котов заказал недос-стающую час-сть оборудования. Его должны дос-ставить в течение трёх-пяти дней.
— Прекрасно. И чем сейчас занят доктор?
— В данный момент он на кухне.
— Неужели? Готовит?
— Да, мой барон. Они с-с вашим поваром проверяют рецепты, которые доктор с-сос-ставил для бала в чес-сть тезоименитс-ства.
— И как их успехи?
— Затрудняюс-сь с-судить. Мне кажетс-ся, они не с-совс-сем нашли общий язык.
— Ну, это меня не удивляет. Повар бунтует?
— Полагаю, он недоволен, что на его кухне обос-сновалс-ся не профес-сионал.
— Понимаю его. Мне бы такое тоже не понравилось. Схожу-ка посмотрю, что они делают. Заодно познакомлюсь, наконец, с тем, кто меня кормит, — я двинулся к двери, но тут же остановился. — Думаю, тебе придётся меня проводить. Я понятия не имею, где в замке кухня.
— Разумеетс-ся, мой барон. Прошу, с-следуйте за мной.
Добираться пришлось недолго. Правда, оказалось, что кухня расположена парой этажей ниже, так что я воспользовался лифтом. Кабина поднималась и опускалась безо всяких тросов — исключительно с помощью контроля гравитации.
Когда я вошёл в большое, чистое и светлое помещение, облицованное белым кафелем и сверкающее сталью, то сразу увидел доктора Герца и невысокого, плотного человечка с пышными чёрными усами. Оба были в фартуках и поварских колпаках.
Склонившись над столом, где были разложены продукты в разной степени разделки, они увлечённо спорили.
— А я вам говорю, Леопольд Демидович, что нельзя класть чёрный перец горошком! — возмущённо говорил усатый, потрясая бумажным кульком. — Это совершенно неприемлемо! Только молотый! Жан-Поль знает, что делать! Он учился в лучших заведениях Империи! А что знаете вы, господин доктор⁈ Я вас спрашиваю! Вы любитель. Таланта мало — тут нужно знать!
— Господин Арно, — не менее эмоционально ответил Герц, — я ни в коем случае не умаляю ваших знаний, но это мой рецепт, и мы должны опробовать его! Если я окажусь не прав, сделаем по-вашему!
— Если! — всплеснул руками повар. — Жан-Поль и так вам скажет прямо в глаза, что получится плохо! Я отказываюсь переводить продукты! Эксперименты — это, конечно, хорошо, но очевидно, что вы совершенно не понимаете принципы аристологии!
— А вы, господин Арно, относитесь к аристологии всего лишь как к науке!
— Это и есть наука, Леопольд Демидович!
— Нет, это искусство!
— Так вы, значит, творец⁈ — в голосе повара появились откровенно саркастические нотки.
— Именно, господин Арно! А вы… вы просто…
Пришлось кашлянуть, чтобы привлечь внимание и остановить растущее противостояние. Ещё не хватало, чтобы кулинары устроили драку прямо среди птичьих окорочков и баклажанов.
Доктор и повар резко обернулись и застыли, словно истуканы, оторопело глядя на меня.
— Прошу прощения, господа, — проговорил я. — Могу я прервать ваш спор и узнать, как продвигается подготовка к грядущему празднику? Если это не слишком нарушит ваши планы вцепиться друг другу в глотки, конечно.

----------

Глава 16

Глава 16
Первым отреагировал доктор Герц. Вероятно, потому что уже знал, кто я такой. Он быстро поклонился и сказал:
— Ваше благородие, мы не ожидали увидеть вас здесь!
Повар взглянул на него, потом — на меня и тоже поклонился.
— Господин экзобарон! — проговорил он. — Прошу простить за эту сцену!
— Ничего. Главное не поубивайте друг друга. Мне бы не хотелось лишиться ваших прекрасных блюд, господин Арно.
Повар немедленно просиял.
— Ваша оценка слишком лестна для скромного Жана-Поля!
— Вы чудесно справляетесь со своими обязанностями. Надеюсь, вас не оскорбляет, что я попросил господина доктора внести свой вклад в меню бала?
— О, нисколько! Леопольд Демидович обладает… весьма любопытными идеями. Полагаю, это будет полезный эксперимент.
— Рад слышать. Расскажите, над какими рецептами вы сейчас работаете, и что в планах. Я не собираюсь вас контролировать — просто интересуюсь.
— Господин барон большой ценитель хорошей пищи, — сказал Герц.
— Разумеется! — кивнул Арно. — Прошу, ваше благородие, подходите ближе. Сейчас мы обсуждаем жаркое из мяса с картофелем.
Некоторое время повар и доктор наперебой объясняли мне, что они собираются делать и как. Рецептов Герц составил штук двенадцать. Почти все они вызывали у Арно нарекания.
В конце концов я понял, что нельзя оставлять их вдвоём. Переругаются и ничего толком не сделают. Поэтому я сказал:
— Что ж, господа, вам удалось меня заинтересовать. Пожалуй, я покулинарю вместе с вами. Очень уж хочется опробовать рецепты доктора. Если, конечно, вы, господин Арно, не возражаете.
— О, Жан-Поль почтёт за великую честь, ваше благородие! — волнуясь, воскликнул повар.
— Найдётся у вас лишний фартук?
На эксперименты ушёл весь остаток дня. Надо отдать доктору должное, его рецепты, по большей части, себя оправдали. Разумеется, мы не могли принять все. Выбрали только те, которые получили одобрение каждого участника.
— Господин барон, — сказал Арно, когда я начал снимать фартук. — Мне нужно вам кое-что сказать насчёт бала.
— Попробую угадать. Вам потребуется персонал?
— Да, ваше благородие. Предстоит много работы, но, когда речь идёт о том, чтобы отстоять честь своего господина, Арно забывает о себе! Тем не менее, приготовить нужное количество еды одному к такому событию, как бал, просто невозможно.
— Я передам советнику, чтобы он озаботился этим вопросом, господин Арно.
— Это будет просто замечательно, ваше благородие!
Собственно, я поручил Садко запрячь Котова, как только покинул кухню. Праздник не за горами, и откладывать такое дело было нельзя. В том, что поверенный справится, я не сомневался. В городах Авроры, конечно, часто устраиваются балы, а значит, должны быть и агентства по подбору персонала.
Была у меня также мысль нанять официантов, но я от неё отказался. Хватит и стюард-ботов. В конце концов, лишних денег нет, а выпендриваться незачем. Пусть местные аристократы видят, что барон Коршунов не из тех, кто пускает пыль в глаза. Они тут сами деловые — на планетах-губках других не бывает — так что должны оценить экономию куда больше транжирства.
Третий посланный за пиратскими сокровищами корабль на следующий день не вернулся. Пришли только координаты его последнего местопребывания (ИскИн должен был передавать их после каждого прохода через мост Эйнштейна-Розена).
Само по себе это не вызывало бы тревогу — путь до схрона и обратно мог занять и не одни сутки. Однако Садко не смог выйти с кораблём на связь. И это было странно.
Я решил, что, если судно не прибудет и на следующий день, а связь не восстановится, то отправлюсь его искать.
* * *
Кайдзю был покрыт косматым грязно-белым мехом, из которого на непропорционально большой голове торчали чёрные блестящие шипы — словно она представляла собой гигантскую средневековую палицу. Короткие толстые лапы двигались медленно, передвигая по рифту могучее тело.
— Что любопытного расскажешь про этого красавца? — поинтересовался я у арсенала, наблюдая за величественным шествием колоссального чудовища, рассекавшего зелёный газ подобно айсбергу. — Желательно сразу по делу: чем опасен, и как побыстрее убить.
— Понимаю, храбрейший из храбрейших, — отозвался Иолай. — Данный вид кайдзю называется «змеязык». Дело в том, что он умеет выбрасывать из пасти нечто вроде щупалец, которые…
Именно в этот момент чудовище раскрыло широченный рот (при этом башка словно распалась на нижнюю и верхнюю половины), и из него вылетели четыре ярко-красных «каната» плоти, которые совсем не походили ни на щупальца, ни на языки — это были толстые, перевитые мускулами жгуты плоти. Монстра и крайние насосные станции разделяли метров двести, но длины этих жутких отростков хватило, чтобы достать до них! Раздался грохот, и постройки, в которые вонзились «щупальца», начали разрушаться прямо на моих глазах. Атака заняла всего несколько секунд: жгуты втянулись в пасть кайдзю так же быстро, как вылетели. Невольно вспомнилась лягушка, ловящая языком насекомое.
— Вот об этом я и собирался сказать, — заявил Иолай. — Полагаю, это максимальное расстояние атаки кайдзю. Обычно они тонко чувствуют такие вещи.
— Да неужели? — отозвался я, глядя на то, как две станции превращаются в руины. — Давай сюда клинок.
Мне в ладонь легла покрытая чёрным эластомером рукоятка.
— В целом, змеязыки ничем особенным не отличаются, — сказал арсенал. — Как у большинства тварей второго уровня, у них есть не слишком быстрая регенерация и удвоение органов. Полагаю, вам стоит…
В это миг кайдзю раззявило гигантскую пасть, в которой легко уместилась бы пара автобусов, и выбросил красные щупы.
Я резко взмахнул клинком, посылая им наперерез синий полумесяц магической энергии. Он летел вертикально и прошёл сразу сквозь все отростки чудовища.
Обрубки рухнули в кипящий хронид, а то, что осталось в пасти кайдзю, затрепетало, разбрызгивая кровь и слизь. Монстр издал протяжный вопль, запрокинул голову и присел на задние лапы. Можно было подумать, что он пытается заглотить гигантского осьминога.
Я ударил горизонтально, срезав верхнюю часть покрытой шипами головы. Месте с ней в рифт рухнули несколько «языков».
Кайдзю забилось в конвульсиях, белая шерсть встопорщилась, будто по ней пустили ток. Тварь подскочила и рванула вперёд, мотая обрубком башки.
Я рассёк её вертикально, развалив на две огромные части.
Садко подвёл глайдер ближе — так, чтобы стали видны внутренности монстра. Я сразу заметил пару здоровенных сердец, продолжавших сокращаться, перегоняя кровь.
— Винтовку!
Иолай заменил клинок на пушку. Уперев покрытый искусной резьбой приклад в плечо, я навёлся на правое сердце и выстрелил. Синий заряд вонзился в него, разнеся на ошмётки.
Садко развернул глайдер, чтобы я мог поразить второе сердце.
И в этот момент один из обрубков щупалец метнулся к нам. ИскИн едва успел накренить машину, чтобы избежать попадания. Меня мотнуло так, что, не будь я предусмотрительно пристёгнут, переломал бы половину костей. А так пришлось только покрепче сжать пальцы, чтобы не выпустить винтовку.
— Выше! — велел я.
Глайдер взмыл над останками кайдзю. Щупальце потянулось следом, но то, что от него осталось, было коротковато.
Взяв второе сердце на прицел, я нажал на спусковой крючок.
Спустя полчаса мне доставили в пробирке кусочек кайдзю. Как только я интегрировал его гены в свою ДНК, стало ясно, что скоро паззл катушки тварей второго уровня будет собран.
Конечно, скорость восстановления у кайдзю второго ранга невысокая. Но я полагал, что её можно будет увеличить, поглощая ДНК тварей более высоких уровней.
Кроме того, я рассчитывал завладеть геномами чудищ, обладающих особой атакой, которую обычно называют «выброс». Кайдзю третьего ранга и выше продуцируют что-то вроде фиолетовой молнии огромной разрушительной силы. Конечно, чем выше уровень твари, тем мощнее её атака, но даже действие монстров третьего ранга впечатляло.
Вот такая способность мне бы пригодилась. Правда, её появление будет трудно объяснить. Но ведь свидетели не всегда есть. А иметь козырь про запас — иногда залог твоей жизни.
В общем, овладеть «выбросом» было бы очень недурно. Так сказать, про запас. Не мне упускать возможности-то.
Правда, учёные-ксенобиологи установили, что для подобной атаки кайдзю требуются особые кристаллы, которые производятся самим чудовищем. Примерно как устрицы растят внутри себя жемчужины. На каждый «выброс» расходуется один кристалл. Поэтому количество атак ограничено и зависит от уровня кайдзю.
Если мне удастся заполучить данную способность, то, видимо, придётся собирать кристаллы и учиться их использовать. Пока не представляю, как.
Ну, да буду решать проблемы по мере их поступления.
Ещё меня весьма интересовали кайдзю седьмого и восьмого уровней, которые обладали различными магическими способностями. Увы, чтобы собрать паззл такого генома, нужно истреблять тварей конкретного типа.
Кроме того, интегрировать слишком много чужих ДНК опасно. Знавал я случаи, когда генокрады жадничали. Ничем хорошим для них это не кончилось. Теряли контроль над телом и превращались в монстров. Большинство при этом сходило с ума, и их приходилось ликвидировать. Так что быть метаморфом — та ещё задачка. Лучше иногда избавиться от лишних моделей, чем рисковать. Ну, и постоянный самоконтроль, конечно. Без этого никак. Недаром в Кодексе Веры говорится, что владеющий собой сильнее завоевателя города. Ведь, и правда, для победы над врагами внутренними почти всегда требуется больше сил, терпения, усердия и мудрости, чем над внешними.
Тем не менее, этих последних сбрасывать со счетов тоже нельзя.
Посланный за пиратскими сокровищами корабль так и не вернулся, связи с ним по-прежнему не было. В моём распоряжении имелись только координаты его последнего выхода из бран-пространства. Негусто, если честно. Отыскать судно по таким скудным данным будет не так-то легко. Но я не собирался бросать корабль и команду. Что бы с ними ни случилось, нужно приложить все усилия, чтобы их отыскать.
Пришло даже в голову, что судно могла постичь та же участь, что фрегат-разведчик Синода. Но я усомнился, что такие совпадения вероятны. Тем более, что корабль отправился совсем в другой сектор внешнего космоса. Впрочем, исключать ничего нельзя.
Я лишь наделся, что не попаду под воздействие психической атаки. С другой стороны, едва ли мне удастся ей противостоять.
Если бы вопрос был только в сокровищах, никуда бы я не попёрся. Соваться в воду, не зная броду — так себе решение. Но на корабле были люди. Которых я отправил забрать награбленное пиратами. И бросить их было бы неправильно. Ни один правитель, пренебрегающий подчинёнными, не может рассчитывать на преданность.
Так что через час после интеграции генома змеязыка, я уже поднимался на борт присланного за мной парома «Иерихона».
Корабль был загружен автоматическими истребителями, боеприпасами, сателлитами, ловушками и мехарыцарями. Если на первое судно напали, нужно быть готовым к стычке. Кто знает — быть может, оно встретилось с пиратским отрядом. Или еретиками. Да мало ли во внешнем космосе всякой шушары.
«Иерихон» покинул систему Артемиды в половине четвёртого по времени Авроры. Поскольку у нас имелись данные обо всех перемещениях «Сирина» (так назывался пропавший корабль), ИскИн построил мост Эйнштейна-Розена сразу к конечной точке, минуя промежуточные.
Путешествие заняло почти одиннадцать часов, и, наконец, «Иерихон» вышел из брана в секторе, на официальные астрокарты не нанесённом, а потому названия не имеющем.
Я всматривался в усыпанную звёздами холодную тьму, застывшую на экране капитанского мостика. Вдалеке виднелось жёлтое светило, вокруг которого вращались планеты этой системы. Просто каменные глыбы и газовые гиганты, лишённые имён. Даже у звезды его не было.
И где тут может быть «Сирин»? Насколько далеко он удалился от точки выхода из брана? А что, если его угнали?
Следовало признать, что в таком случае обнаружить корабль не удастся.
— Господин экзобарон, — раздался голос ИскИна. — Сканирование ближайшего пространства обнаружило сигнал чёрного ящика. Он исходит с третьей планеты. Будут ли какие-то распоряжения?
— Прямо с планеты? — спросил я.
— Не могу ответить точно, барон. Возможно, с орбиты. Нужно подойти ближе, чтобы это понять. Но визуально определить присутствие возле планеты корабля мне не удалось.
— Хорошо, — сказал я, чуть подумав. — Полная боевая готовность. Предупредить мехарыцарей. Курс на сигнал.
«Иерихон» двинулся сквозь чёрную пустоту на выручку своему собрату.
* * *
Николаевск-12 Максу фон Крамму не понравился. Как и почти все небольшие города на планетах, где, в основном, добывали ресурсы. Даже пребывание в роскошном отеле знаменитой на всю Империю сети «Любава» не скрашивало посланнику пребывания на Авроре. Его раздражала духота, царившая под куполом, раздражало отсутствие даже слабого ветерка. Раздражал даже портье, который слишком много болтал, прежде чем убраться из номера, в надежде получить чаевые побольше.
Только ночью фон Крамму удалось немного отвлечься. Обнажённая девушка ещё спала, сладко посапывая, наполовину укрытая сползшим с роскошной молочно-белой груди одеялом. Золотистые волосы скрывали припухшее после бессонной ночи личико.
Теперь фон Крамм и на неё смотрел почти с отвращением. Протянув руку, он резко потряс её за плечо.
— А⁈ Что такое⁈ — как ужаленная, подскочила девушка.
— Утро, — хмуро буркнул фон Крамм. — Тебе пора. Одевайся.
Счёт за постельные услуги был оплачен ещё вчера вечером, так что проститутку ничто не держало в номере. Зевая, она оделась и, не глядя на фон Крамма, вышла за дверь.
Посредник вздохнул с облегчением. Затем взглянул на часы и отправился в ванную принимать душ.
У него было много дел. Появились они по милости белобрысого засранца, который решил поразмыслить над тем, принимать ли предложение Ордена Воскрешения. Как будто ему каждый день предлагают бессмертие!
Сам фон Крамм мечтал получить сей дар из рук Великого Магистра или другого жреца уже не первый год. Он верно служил Ордену, и на этот раз ему твёрдо обещали: если уговорит экзобарона начать поставки хронида (а в идеале — ещё и Зёрен), получит желаемое.
Но беловолосый отказался! У фон Крамма в голове не укладывалось, как можно было отринуть так легко то, что ему никак не удавалось заполучить. Причём всего лишь за хронид — причём, за него барону ещё и заплатят!
Злость против Коршунова так и терзала фон Крамма с самой их встречи. Иногда перерастала в ненависть, и тогда ему приходилось дышать глубже, чтобы взять себя в руки.
Да, он не мог похвастать успехом. Первый этап переговоров прошёл так себе. Не было похоже, чтобы экзобарон набивал цену. Тем более, ему и так предложили больше, чем кто-либо мог бы рассчитывать. Неужели мальчишка, и правда, так боится рискнуть, участвуя в нелегальной сделке? Да такое в Империи происходит сплошь и рядом! А может, Коршунов просто верит в учение Эклектической Церкви и боится согрешить?
Стоя под упругими струями воды, фон Крамм медленно намыливал своё мускулистое, но больше, чем наполовину, кибернетическое тело.
Да, он побывал в множестве переделок. Столько раз смотрел смерти в лицо, что и не сосчитать. Даже статистически удача должна была вот-вот отвернуться от него.
Ему нужно бессмертие! Сейчас!
Фон Крамм скрипнул зубами.
Проклятый пацан! Он ведь явно не собирается передумывать. Ждать, что барон согласится поставлять хронид Ордену, — только время терять.
Если, конечно, ничего не предпринимать.
У фон Крамма всегда имелся запасной план.
В данном случае он состоял в том, чтобы показать Коршунову: нельзя просто так взять и отказать Ордену. Будут последствия.
И приступать к подготовке второго этапа переговоров следовало уже сейчас, заранее. Тем более, на это потребуется какое-то время. Может, барон даже переменит мнение. Хотя вряд ли… Чёртов беловолосый пацан явно не из тех, у кого семь пятниц на неделе.
Глубоко вздохнув, чтобы унять поднимающуюся из живота горячую злобу, фон Крамм принялся тщательно смывать с себя пену.
Его род владел большим и крайне прибыльным бизнесом: производил, закупал и забивал скотину. Самого разного вида. Со всех концов Империи на Лорелею свозились животные, которых можно употреблять в пищу. А с планеты, превращённой в гигантский завод-мясокомбинат, разлеталась по разным уголкам галактики убоина.
О, если бы только можно было сделать с упёртым Коршуновым всё, что заблагорассудится! Макс фон Крамм скормил бы его теллусским квазисвиньям. В детстве он обожал наблюдать за ними. Мог часами не уходить из загонов. Даже царившая там вонь его смущала.
Однажды управляющий показал ему, как проверять толщину жира квазихрюшки и, таким образом, определять, готова ли она к забою. Для этого всего лишь нужно было вонзить в загривок животного специальный ножик с делениями на лезвии — так, чтобы острие уткнулось в позвонок.
Толстели квазисвиньи, на удивление, быстро.
О, да! Фон Крамм познакомил бы Коршунова с ними.
Эти ненасытные твари сначала обглодали бы ему ступни, затем — голени и икры, а потом…
Воображение долгой и мучительной казни экзобарона дало наконец, фон Крамму желаемое успокоение. Так что из ванной он вышел, вполне владея собой.
Плюхнувшись в глубокое кресло, закинул ногу на ногу и взял с журнального столика телефон. Пришло время связаться с теми, без кого второй этап переговоров с Коршуновым не состоится. По крайней мере, не в том формате, который предпочитал фон Крамм. Он был бы даже рад, если бы мальчишка продолжил упираться и дал ему, тем самым, повод принять меры покруче разговоров. Больно уже фон Крамма вывел из себя и возмутил его отказ от бессмертия. Если бы ему посулили нечто подобное, он даже не стал бы спрашивать, чем это чревато. Просто не знал бы себя от счастья.
Спустя двадцать минут, которые потребовались, чтобы сделать несколько звонков, Макс фон Крамм надел белую рубашку, однотонный жаккардовый галстук, коричневый костюм, пригладил ладонью волосы и водрузил на них шляпу с атласной лентой. Его слегка сутулая, худая фигура выглядела вполне элегантно, но при этом непримечательно. Эффект, которого фон Крамм всегда старался добиваться.
Подмигнув себе в зеркало, он поднял руку и осторожно коснулся указательным пальцем старого кривого шрама, изуродовавшего левую щёку — последствие одной из множества студенческих дуэлей. Большинство на месте фон Крамма избавилось бы от него, но среди родов, ведущих начало от германцев, считалось обязательным иметь хотя бы одно такое доказательство храбрости. Глупость и пережиток прошлого, но есть дома, куда тебя не пригласят, если ты не носишь подобное «украшение».
Мрачно усмехнувшись, Макс фон Крамм вышел из номера и поспешил в лобби отеля, где должен был встретиться с первым из своих «эльфов», как он мысленно называл тех, кто доставлял ему необходимое. Чаще всего — в обход закона.
После аудиенции у барона фон Крамм легко затерялся в городе (на случай, если Коршунов поручил кому-то за ним следить), снял маску и под своим именем зарегистрировался в отеле. Принадлежность к роду скотопромышленников, известному по всей Империи, открывало перед ним большинство дверей. И он не стеснялся этим пользоваться.
Отец понятия не имел об истинном роде его деятельности, считая повесой, прожигателем жизни и путешественником. Они не виделись уже несколько лет, но на банковский счёт Макса исправно и регулярно приходило выделенное непутёвому сыну денежное содержание.
Оказавшись в облицованном полифемианским и гадесским мрамором лобби, фон Крамм быстро обвёл цепким взглядом пространство и сразу понял, кто из сидевших в разных местах просторного помещения пришёл к нему на встречу.
Коротко стриженная брюнетка, похожая на армейского супера, сидела в противоположном конце лобби на кожаном диване, держа большой стакан прозрачной газировки, и спокойно мониторила взглядом появляющихся в помещении. Увидев Макса, она на пару секунд остановилась на нём, а затем сделала глоток и отвернулась.
Значит, увидела того, кого ждала.
Фон Крамм легко считал этот сигнал и, не торопясь, направился через лобби к дивану.
Их разговор не привлечёт ничьё внимание. Ведь попытаться познакомиться с симпатичной женщиной — что может быть естественней?
Остановившись в двух шагах от брюнетки, Макс фон Крамм прижал шляпу к груди и чуть подался корпусом вперёд, имитируя робкий поклон. Спектакль для присутствующих в лобби, который должен убедить их в том, что мужчина всего лишь решил попытать счастья.
— Прошу прощения, сударыня, — проговорил он, натянув на лицо улыбку. — Могу я поинтересоваться, давно ли вы в городе и успели ли уже разобраться в его географии?
Девушка повернула к нему лицо, окинула взглядом с ног до головы и вежливо улыбнулась.
— Думаю, смогу вам помочь, — сказала она. — Прошу, садитесь, господин…
— Крамм, — поспешно ответил Макс, занимая место в плетёном кресле справа от дивана. — Макс фон Крамм. К вашим услугам, сударыня. Могу я вас чем-нибудь угостить?
Брюнетка пожала могучими плечами атлета.
— Почему бы и нет? Позовите официанта, а я пока подумаю, что заказать.
Фон Крамм поднял руку, привлекая внимание одетого в форму отеля парня.
Итак, первый контакт установлен. Как только он встретится с остальными «эльфами» и получит от них все части механизма, доставленные на Аврору всякими правдами и неправдами, можно будет начать сборку. И когда машина будет готова… О, тогда лучше бы чёртову экзобарону передумать насчёт поставок Ордену хронида!
При этой мысли на худом лице фон Крамма расплылась кривая, но очень искренняя ухмылка.

----------

Глава 17

Глава 17
То, что Иерихон не сумел визуально обнаружить присутствие на орбите планеты «Сирина», ещё не означало, что корабля там нет. Он вполне мог находиться с другой стороны небесного тела, ибо сигналы бедствия распространяются радиально по все стороны и легко огибают препятствия — даже такие огромные, как планеты.
Так что, как только мы приблизились к окутанному голубой атмосферой каменному шару, сразу изменили курс и двинулись вокруг него, держась в ста сорока километрах от планетарной орбиты. Такое расстояние позволяло сканировать пространство от полюса до полюса, так что охват получался максимальный.
Когда «Иерихон» добрался до обратной стороны, ярко освещённой солнцем, аватар бортового ИскИна резко повернулся ко мне.
— Ваше благородие, я только что уловил чёткий сигнал чёрного ящика, идущий с поверхности планеты! До него примерно четыреста километров.
— Ты уверен? — спросил я. — С планеты?
— Да, мой господин. В этом нет ни малейших сомнений.
— Но как это возможно? Неужели корабль совершил аварийную посадку?
— Этого я пока определить не могу. Но надеюсь, что так и есть. В противном случае придётся допустить вариант крушения.
Я побарабанил пальцами по подлокотнику кресла.
— Из-за чего «Сирин» мог рухнуть на планету?
— Не представляю, ваше благородие. Никакой информации, кроме сигнала чёрного ящика, с него не поступает.
Это было странно. Корабли такого размера, как «Сирин», строятся в космосе и никогда не садятся на планеты. В этом просто нет смысла. Если это то место, которое указал команде звездолёта пиратский капитан, спрятавший свои сокровища, то могли ли сработать автоматические наземные системы обороны, приставленные к схрону? Хм… Если даже и так, то какой же они должны быть мощности… Нет, что-то не сходилось. Тем не менее, мысль, что «Сирин» угодил в ловушку, меня не покидала.
— Какие буду указания, ваше благородие? — выдержав паузу, осведомился Иерихон.
— Полагаю, нам придётся спуститься и выяснить, что произошло, на месте, — ответил я.
— Позволю себе заметить, господин, что это крайне рискованно. Мы не представляем, что случилось, и нас может постигнуть та же участь, что и «Сирина».
— Тут ты прав. Но нельзя же просто развернуться и улететь. Кто-то из команды мог выжить. Сделаем вот, что: приблизимся к орбите, выставив щиты на полную мощность, но не здесь, а с другой стороны планеты. Высадим десант на пароме и подлетим на нём к месту, откуда идёт сигнал.
— Это всё равно рискованно, ваше благородие.
— Ну, выбор я тебе озвучил. Выполняй приказ. Я лично возглавлю высадку.
Спустя полчаса на паром были загружены четыре мехарыцаря, включая «Пересвета», а также шагоходы-амфибии высокой проходимости. С собой я брал Мурину и два десятка гвардейцев. Все были облачены в броню и вооружены до зубов.
«Иерихон» лёг в дрейф на околопланетной орбите и открыл шлюз, через который паром вылетел наружу, окунувшись в чёрную пустоту космоса.
Паром управлялся ИскИном корабля и проводил сканирование атмосферы, пока мы снижались, а затем летели над планетой, держась на высоте восьми километров.
Прошло минут сорок, прежде чем показалась голубая кромка пронизанной солнечными лучами атмосферы. А через некоторое время мы достигли освещённой стороны планеты и увидели сквозь облака очертания материков и окружавшего их зеленоватого океана.
Зрелище было потрясающее. Большая часть суши была зелёной, но попадались и участки пустынь, а также длинные цепи гор.
Снизившись, мы смогли разглядеть огромные вулканы с титаническими дымящимися кратерами.
— Иерихон, какие на этой планете условия? — спросил я, глядя на проплывающие на экранах изображения. — Есть жизнь?
— Воздух данной планеты пригоден для дыхания, ваше благородие, — отозвался ИскИн. — Уровень кислорода составляет десять-пятнадцать процентов атмосферы. Это ниже оптимального для человека на двадцать процентов, но ничего критичного нет. Вероятно, дело в вулканической активности, из-за которой происходит усиленный выброс углекислого газа, создающего парниковый эффект. Соответственно, на планете преобладает тёплый климат. Он поддерживает активный фотосинтез растений. Как можно заметить, они занимают большую часть площади суши. По крайней мере, в пределах видимости. Вероятно, из-за жары леса часто горят, что также способствует повышению концентрации углекислого газа. Его уровень позволяет предположить, что высота растений здесь выше, чем на планетах с оптимальной для человека атмосферой, примерно в два раза.
— Что насчёт живности? — спросил я.
— В воздухе пока не обнаружены микроорганизмы, однако так высоко их и не должно быть. Хотите, чтобы я снизился для взятия проб?
— Давай. Если нет опасных для нас бактерий и вирусов, сможем выйти без скафандров.
— Я бы не рекомендовал, господин. Ближе к почве и в ней самой могут быть зловредные микроорганизмы.
— Тем не менее, снизься и проведи анализ воздуха. Если найдём выживших членов экипажа «Сирина», по крайней мере, будем примерно понимать, стоит ли бить тревогу из-за вероятности заражения.
— Слушаюсь, ваше благородие. Но считаю своим долгом заметить, что индивидуальное обследование потенциальных заражённых всё равно будет необходимо.
— Это само собой.
Паром пошёл вниз, так что вскоре уже можно было различить кроны деревьев, образующих плотный бескрайний ковёр, рассечённый лишь иногда попадающимися реками.
— Не вижу птиц, — сказал я спустя некоторое время.
— Мне пока не удалось обнаружить подобных представителей фауны, господин, — отозвался Иерихон. — А вот бактерии и микроорганизмы присутствуют. Большая часть из них участвует в круговоротах углерода и азота. Патогенов среди них не выявлено.
Мы продолжали лететь над материком. Под нами, покуда хватало взгляда, простиралось волнующееся на ветру зелёное море бескрайнего леса. Если в его тени и обитали животные, разглядеть их не было ни малейшей возможности.
Наконец, ИскИн сообщил, что мы приближаемся к месту, откуда исходит сигнал бедствия.
— Провожу сканирование пространства, — доложил ИскИн.
Прошло около минуты, прежде чем он заговорил снова:
— Ваше благородие, цель обнаружена. До неё примерно шесть километров.
Я всмотрелся в экраны. На них, покуда хватало глаз, по-прежнему колыхалось зелёное море леса. Странно… Такая махина, как боевой корабль, просто не мог упасть на планету, не оставив следа! Деревья на несколько километров вокруг места его крушения должны быть уничтожены.
— Почему мы не видим его? — спросил я.
— Не могу знать, господин. Сканеры чётко показывают присутствие корабля.
— Может ли быть применена какая-то маскировка?
— Я допускаю такую возможность.
— Тогда давай подлетим поближе и выясним всё на месте.
— Слушаюсь.
Вскоре паром завис над кронами деревьев.
— Мы прибыли, — сообщил Иерихон. — Сигнал «Сирина» идёт отсюда. Источник прямо под нами. Сканеры определяют большую массу обломков. Ну, либо корабль сел на планету. В принципе, конструкция кажется довольно цельной, так что, возможно, судно и не сильно пострадало.
— Покажи на мониторах результат сканирования, — велел я.
Передо мной появилось изображение «Сирина». Судя по картинке, ИскИн был прав: очертания совсем не походили на обломки.
— Спускаемся, — сказал я. — Расчисти нам место для посадки.
— Принято, господин.
Паром развернул пушки вниз и открыл огонь. Энергетические орудия должны были косить деревья с такой же лёгкостью, с какой палка в руке мальчишки «срубает» заросли крапивы.
Однако ничего не происходило!
В прямом смысле. Лучи проходили сквозь деревья, как сквозь пустоту, не причиняя им никакого вреда.
— Что происходит? — спросил я, не отрывая взгляд от экранов.
— Похоже, вы были правы, господин, — спустя пару секунд отозвался Иерихон. — Под нами иллюзия. Или какое-то не известное науке явление. Прикажете снижаться?
— Да. Попробуем пройти сквозь лес.
Стрельба прекратилась, и паром начал опускаться. Вот уже его днище должно было коснуться верхушек деревьев, однако этого не случилось: машина не встретила ни малейшего препятствия.
Мы прошли сквозь кроны. Я ожидал увидеть на экранах стволы древних могучих деревьев, но их не было!
Как только паром опустился ниже, стало ясно, что иллюзия подобна призрачному одеялу, растянутому над огромной территорией, занятой «Сирином».
Корабль не выглядел сильно повреждённым. Следов попадания орудий на нём не бросались в глаза, если даже и были. Больше походило на то, что он потерпел крушение при попытке совершить аварийную посадку.
Пространство вокруг него было выжжено и перепахано, в воздухе висели тучи пепла. Огня при этом нигде не было.
Паром выпустил опоры и мягко сел на землю.
— Проверка атмосферы, — проговорил Иерихон. — Дыхание будет затруднено из-за низкого содержания кислорода и наличия пепла. Рекомендую воспользоваться осмотическими масками и кислородными баллонами.
Я кивнул Муриной. Она отлично поняла меня и тут же отдала приказание своим людям облачиться в шлемы.
Спустя десять минут люк парома открылся и начал плавно опускаться, превращаясь в сходни, по которым мы и спустились на землю. Пешком идти было по груде поваленных тлеющих деревьев было нереально, поэтому все гвардейцы были загружены в чрева боевых мехов.
Мы направились в сторону гигантского корабля, заслонившего горизонт.
Задрав голову, я увидел голубое небо с клубящимися облаками. С этой стороны, «изнутри», никакой иллюзии видно не было.
В голову приходило лишь одно объяснение присутствия маскировки: она раскинута над пиратским схроном. Это казалось логичным, но лишь до того момента, как взгляд падал на рухнувший звездолёт. Ибо какова вероятность, что «Сирин» упал именно туда, где корсары спрятали награбленное? Объективно — шанс ничтожен. Куда больше похоже, что маскировку накинули на уже потерпевший аварию корабль. Но кто? И зачем? И, если его пытались скрыть, то почему не вырубили сигнал бедствия?
Короче, сплошные загадки. И нам предстояло их разгадать.
Машины бодро двигались к «Сирину», хрустя легко ломавшимися под металлическими конечностями деревьями и взметая ещё больше пепла, так что вскоре нашу процессию окутало настоящее серое облако, сквозь которое едва виднелись очертания упавшей на планету громадины. Но бронеходы ориентировались не только по визорам, но и сканерам, так что сбиться с направления можно было не опасаться.
Путь занял около десяти минут, и вот мы оказались перед первыми обломками корабля. Они возвышались подобно бесформенным скалам, которые приходилось огибать, чтобы продолжить путь и подобраться к корпусу звездолёта. «Сирин» был покрыт множеством титанических трещин и пробоин, зиявших на его поверхности подобно тёмным, бездонным ущельям. Глядя на корабль, трудно было представить, что кто-то внутри него мог выжить. Если только экипаж успел забраться в камеры стазиса, и они не были повреждены. Ну, или воспользовался спасательными капсулами. Но в таком случае люди должны быть разбросаны по поверхности планеты. А Иерихон не доложил ни об одном сигнале, исходящем от спасательной капсулы. Значит, они либо уничтожены, либо так и не были выпущены.
Прошло ещё минут пятнадцать, прежде чем мы добрались, наконец, до борта. Разрыв обшивки был так велик, что весь отряд легко мог бы войти внутрь. Чудовищная трещина уходила вверх, где виднелся между краями разлома кусочек голубого неба.
— Заходим внутрь и там высаживаемся, — распорядился я.
Как только отряд оказался в огромном грузовом отсеке, куда и вела трещина, я и ещё несколько пилотов забрались в рыцарей и вышли из бронеходов. Именно нам предстояло отныне обеспечивать прикрытие поисковой экспедиции.
— Иерихон, загрузи чертёж звездолёта с учётом внешнего анализа повреждений.
— Чертёж загружен, ваше благородие, — через две секунды сообщил ИскИн. — Увы, у меня нет данных по внутреннему состоянию большей части отсеков. Прикажете проложить гипотетически оптимальную траекторию движения для отряда?
— Давай, — отозвался я.
Конечно, «гипотетическая» означает, что на нашем пути в любой момент может встретиться какое угодно препятствие. И тогда придётся искать способ его обойти. Но нам всё равно нужно заданное направление.
— Прокладываю траекторию движения к командной рубке, господин, — доложил Иерихон. — Готово. Вывожу на ваш экран.
Теперь я видел, как нам нужно двигаться сквозь обломки корабля, чтобы добраться до командной рубки.
— Хорошо. Молодец. Ты пытался связаться с бортовым ИскИном «Сирина»?
— Неоднократно, господин. Не отвечает. Полагаю, он уничтожен при крушении.
— А бран-конвертор?
— Если верить сканерам, он не пострадал.
Отлично. Если никого не спасём, то хоть прихватим ценный прибор. Оставлять такое добро среди обломков я не собирался.
— В таком случае отправь ремонтных ботов, чтобы его демонтировать и доставить к тебе на борт, — велел я.
— Слушаюсь, господин. По моим расчётам, это займёт не меньше двух часов. И это самый оптимистичный вариант.
— Ничего, работай. Есть у меня ощущение, что мы здесь надолго.
Далее я обратился по интеркому к Муриной.
— Капитан, выдвигаемся по проложенному маршруту. Мы пойдём первыми.
— Принято, господин барон.
Махнув рукой остальным мехарыцарям, я пошёл сквозь тонны искорёженного металла.
Снаружи проникало через трещины и пробоины достаточно света, чтобы видеть, куда мы идём. Но, помимо этого, рыцари обладали собственными прожекторами и сканерами, так что мы не блуждали, как слепые котята, а двигались вполне осознанно.
Другое дело, что Иерихон лишь задал направление, исходя из конструкции звездолёта и полученных им повреждений, которые ИскИн определил с помощью визуального осмотра через камеры парома, пока мы спускались на поверхность. Иначе говоря, данных у него было крайне мало. Это означало, что нам приходилось пробираться через отсеки, ориентируясь на месте и решая, как обойти то или иное препятствие. А они возникали то и дело. Из-за этого продвижение отряда шло медленно. Учитывая размеры корабля, мы могли провести внутри него Бог знает сколько времени. И ещё повезёт, если в командной рубке, медицинском отсеке или капсулах аварийного стазиса удастся обнаружить тела — живые или мёртвые. Тогда хоть станет ясно, что случилось с командой. Если же нет — придётся искать дальше. То есть — обшаривать весь гигантский корабль.
Дело осложнялось ещё и тем, что находились мы не в космосе, в условиях невесомости, где нет ни верха, ни низа, а на планете с притяжением, а части звездолёта валялись на земле под разными углами, так что внутри вообще не было ни одной ровной поверхности. Мы шагали по наклонённым и перекошенным «полам», используя магнитные подошвы, но нас самих при этом кренило и мотало из стороны в сторону. Не знаю, сколько вообще раз мне удалось побыть в вертикальном положении.
Тем не менее, мы продвигались всё дальше. Бронеходы преодолевали один десяток метров за другим, пока не стало ясно, что дальше придётся карабкаться вверх под уклоном, чтобы достичь командной рубки. Это оказалось самым трудным. Пилоты мехов использовали антигравы, чтобы совершать прыжки, но чем выше, тем отсеки становились меньше, и в условиях ограниченного пространства управление громоздкими боевыми машинами, наполненными людьми, требовало огромного искусства.
Мне и пилотам других мехарыцарей в этом отношении было проще. Наши машины ощущались как собственные тела, и ни за кого, кроме себя, мы не отвечали.
Тем не менее, нам удалось преодолеть ещё несколько преград, пока мы не добрались до той части корабля, которая была смята мощным ударом об землю. Здесь стало ясно, что дальше двигаться по заданной ИскИном траектории не получится и придётся самим искать обходной путь, чтобы попасть в командную рубку.

----------

Глава 18

Глава 18
По моему приказу пилоты мехарыцарей выпустили сателлиты. Маленькие разведчики могли не только транслировать видео, но и сканировать пространство вокруг себя, а также отправлять данные на бортовые компьютеры мехарыцарей. Которые уже анализировали «увиденное» и делали выводы, где можно пройти нашему отряду, а где нет.
Через некоторое время новый маршрут был выстроен, и мы двинулись по нему. Крюк получался довольно большой. Нам приходилось карабкаться вверх, спускаться, переправляться через разломы, а иногда пробивать себе дорогу с помощью небольших ракет. Время шло, а мы всё ещё болтались далеко от рубки и расположенных вокруг неё жилых отсеков, где могли остаться члены команды.
В какой-то момент я вдруг заметил на мониторе движение: словно дрожащая фиолетовая фигура промелькнула впереди и тут же исчезла за одной из искорёженных перегородок.
— Забава, что это было?
— Простите, пилот, я не понимаю, что вы имеете в виду.
— Только что. Перед нами что-то показалось. Движущееся.
— Мои сканеры никакого движения не зафиксировали. Я доложила бы о нём. Возможно, вам показалось.
В эту секунду в темноте снова промелькнуло нечто светящееся. Не человек — это точно. Я даже не мог описать, какой формы было это явление, но то, что оно существовало, не подлежало сомнению.
— Вот опять! — сказал я. — Фиолетовое.
— Простите, я ничего не вижу. Может, быть, какие-то помехи аппаратуры. Сейчас проведу диагностику.
Ожил динамик интеркома:
— Ваше благородие, вы видели? — раздался голос одного из пилотов мехарыцаря. — Впереди, что-то светящееся.
— Я тоже видел, — отозвался другой. — Фиолетовая каракатица.
— Полная боевая готовность, — объявил я. — Стрелять, как только объект снова покажется.
— Я по-прежнему не фиксирую никакого присутствия, — проговорила Забава. — Возможно, вы видите галлюцинацию.
— Что, все сразу?
— Я не могу объяснить происходящее.
— Это я уже понял.
Впереди снова показался «призрак». На этот раз он не промчался в проходе, а застыл, словно позволяя себя рассмотреть.
Постоянно меняющая форму субстанция походила на попавшую в невесомость огромную каплю светящейся фиолетовой жидкости, из которой тянулись во все стороны извивающиеся щупальца. Хотя нет — скорее, ветви, ибо от каждого основного отростка отходило множество мелких.
Я нажал на гашетку, и в сторону «призрака» устремились ракеты. Ко мне присоединились другие мехарыцари. Всё заволокло огнём и дымом.
— Ждём! — приказал я. — Быть наготове.
Спустя пару минут напряжённого ожидания из последних клубов дыма выплыла совершенно целая фиолетовая хрень! Она приближалась, ощупывая отростками изуродованные стены, пол и потолок.
— Забава, ты это видишь? — быстро спросил я.
— Нет пилот.
Если явление на отображалось на камерах, значит, оно существовало только в наших мозгах. Но почему тогда я вижу его на мониторе? Нестыковка.
— Забава, открой на несколько секунд кабину.
— Вы уверены?
— Выполняй.
— Как прикажете.
Грудная часть мехарыцаря пришла в движение, створки разошлись, как лепестки огромного металлического цветка, и я уставился в полумрак простиравшегося впереди «коридора».
Никакого призрака не было!
— Ваше благородие, вы его видите? — раздался голос одного из пилотов.
— Нет, — ответил я. — Эта штука существует только на экранах.
— Значит, помехи? Какой-то глюк?
— Не думаю. Сбой мог произойти с одним монитором, но мы ведь все видим эту каракатицу. Закрывай, Забава.
Части кабины вернулись на место. На экране по-прежнему было фиолетовое нечто. Оно висело в воздухе в пяти метрах от меня, медленно вращаясь вокруг собственной оси. Отростки при этом вытянулись, обросли новыми «ветками» и теперь распространялись по стенам, полу и потолку прохода.
— Выглядит, словно оно преграждает нам путь, — высказался один из пилотов мехарыцарей.
Я ничего не ответил. Был лишь один способ проверить, что можно с этим сделать. Я двинулся вперёд.
— Осторожно, господин барон! Мы не знаем, что это за штука!
И не узнаем, если так и будем стоять и пялиться на неё.
«Пересвет Апекс» сделал три шага, и светящаяся каракатица медленно сдвинулась назад. Я пошёл на неё. Она отплыла ещё на несколько метров.
— За мной, — скомандовал я.
Я затем «призрак» вдруг заискрился! Вокруг него появились мерцающие точки, которые походили на фиолетовых светлячков. А затем существо внезапно исчезло!
— Оно пропало! — раздалось в динамике.
— Куда оно делось⁈
— Идём вперёд, — проговорил я.
Отряд двинулся через изуродованный крушением и взрывами наших ракет тоннель. Каракатица больше не появлялась. Что бы это ни было, оно пропало. Хотя, если верить Забаве, не существовало вовсе. Тем не менее, я внимательно всматривался в мониторы, надеясь уловить даже мимолётное появление «призрака». Если он вдруг снова объявится.
Таким образом мы преодолели метров триста и вышли в отсек, из которого можно было вернуться на прежний маршрут и продолжить движение к командной рубке. Здесь лежала техника, так и не высадившаяся из корабля. В основном, роботы-погрузчики. Все валялось вперемешку, большая часть машин была повреждена. Чтобы пробраться сквозь них, потребовалось почти полчаса. Наконец, вы вышли в отсек, откуда до рубки было уже рукой подать. Относительно, конечно.
Через сто метров мы вырезали плазмой дыру в стене и вошли в рубку.
— Здесь никого нет, — после короткой паузы проговорил один из пилотов. — Ваше благородие, пусто.
— Это я вижу, спасибо, — отозвался я. — Разбиваемся по двое и обыскиваем остальные отсеки. Я беру на себя медицинский.
Через час стало ясно, что наши поиски бесплодны. Ни одного члена экипажа, ни живого, ни мёртвого, на борту не оказалось.
— Возможно, они где-то в другой части корабля, — высказал предположение один из пилотов. — Мы будем продолжать поиски?
— Либо они воспользовались спасательными капсулами. Тогда они могут быть где угодно на поверхности планеты, — сказал другой.
— Иерихон не зафиксировал ни одного сигнала от спасательной капсулы, — ответил я. — Без этого поиски бессмысленны. И мы до сих пор не знаем, почему корабль рухнул.
— Вы думаете, та штука имеет к этому отношение? — спросил пилот.
— Не знаю. И не представляю, чем она может быть. Я не вижу следов атаки на корабль. Такое ощущение, что он просто упал на поверхность планеты. Иерихон, как там с бран-конвертором?
— Боты почти закончили демонтаж. Я отправил грузовой паром, чтобы забрать преобразователь на борт.
— Я думал, два часа уже прошли.
— Работы заняли чуть больше времени. Доступ к конвертору оказался затруднён. Мне жаль, что мой прогноз оказался недостаточно точен.
— Ладно, это неважно. Мы не нашли экипаж. Как только ремонт-боты закончат с преобразователем, отправь их на поиски. Пусть обшарят весь корабль сверху донизу. Нужно убедиться, что на нём не осталось людей.
— Принято, барон. Должен сообщить, что зафиксировал движение вокруг обломков. Полагаю, это представители местной фауны.
— Животные?
— Скорее, насекомые. Они приближаются к кораблю.
— И много их?
— На данный момент я прогнозирую около двухсот.
— Двухсот⁈ И что это за твари?
— Не могу сказать. Этот вид мне не известен. Полагаю, он не занесён в базы данных.
— Слушай, я, конечно, не раз мечтал открыть какую-нибудь многоножку и назвать её своим именем, но я из тебя клещами должен всё вытаскивать? Что это за твари и насколько они могут быть опасны?
— Я бы сказал, что они напоминают жуков, мой барон. Примерно полтора метра длиной. Есть особи и крупнее, но их гораздо меньше. Рекомендую эвакуацию.
— Может, они и сожрали экипаж? — предположил один из пилотов. — Это объяснило бы отсутствие тел.
— Вполне вероятно, — изрёк ИскИн. — Многие насекомые являются плотоядными.
— Хорошо, как нам выйти, чтобы не столкнуться с ними? — спросил я.
— Боюсь, это невозможно, барон. Они уже достигли обломков и начали проникать внутрь. Кажется, ваше присутствие привлекло их. Хотя не представляю, как они могли вас заметить. Кстати, их уже больше двухсот. Я насчитываю три… нет, почти четыре сотни. И они не кончаются.
— Полная боевая готовность! — объявил я. — Экономить боезапас. Если эти твари не смогут повредить броню, будем их просто давить. Стрелять только в крайнем случае. Возвращаемся тем же путём. Иерихон, в приоритете демонтаж конвертора и его погрузка на паром.
— Боюсь, с этим могут возникнуть проблемы, мой барон. Прямо сейчас часть жуков направляется в отсек с преобразователем.
— Чёрт! — не удержался я. — Тогда прокладывай нам маршрут прямо туда!
— Слушаюсь. Как и прежде, могут возникнуть трудности при продвижении. Я руководствуюсь лишь доступными данными.
— Да-да! Покажи уже, куда нам двигаться!
На мониторе появилась красная линия, указывающая направление.
— Маршрут проложен, — доложил ИскИн.
— Отставить возвращение тем же путём, — объявил я по интеркому. — Идём защищать конвертор.
Наш отряд двинулся в новом направлении. Путь до отсека с бран-конвертором предстоял неблизкий. Всё-таки, звездолёт был огромной машиной длиной больше полутора километров. Конечно, нам не нужно было преодолевать всё расстояние, но было ясно, что рано или поздно из-за повреждений придётся искать обходные пути.
— Мой барон, насекомые заполняют корабль, — доложил Иерихон. — Полагаю, скоро вы с ними встретитесь.
— Они там вообще собираются кончаться? — спросил я.
— Не могу сказать, ваше благородие. Они буквально кишат вокруг обломков.
Спустя несколько минут мы вышли в один из грузовых отсеков и сразу увидели тех, о ком говорил ИскИн: примерно половина пространства была заполнена копошащимися здоровенными тварями с длинными усиками, мощными жвалами и суставчатыми мохнатыми лапами. Они двигались в разные стороны, выискивая пути, но нас заметили почти сразу. Пространство заполнилось нарастающим стрёкотом, и часть насекомых немедленно устремилась нам навстречу.
— Как у нас с боеприпасами? — быстро спросил я Забаву.
— Рекомендую использовать энергетическое оружие. Полагаю, в данном случае оно будет эффективнее, и расход окажется меньше.
— Ну, тогда огонь.
— Принято, пилот.
— Вы слышали его благородие, — раздался голос в динамиках. — Лупим по тварям энергопушками.
Отсек наполнился яркими вспышками. Смертоносные лучи и сгустки энергии вонзались в насекомых, выкашивая их десятками, и простирались дальше, уничтожая новых особей. Всё заполнилось дымящимися останками, которые больше напоминали органическую массу, чем части тел. Забава казалась совершенно права: энергетическое оружие выносило насекомых, практически не встречая сопротивления. Не прошло и двух минут, как отсек оказался чист. Правда, наша пальба существенно повредила и его, но это не имело значения. Беречь было уже нечего. Всё, что мы могли забрать с рухнувшего звездолёта, — преобразователь, к которому направлялись.
— Вперёд, вперёд! — скомандовал я, шагая по сожжённым останкам чудовищ. — Постараемся преодолеть эту часть корабля, пока новые монстры не объявились.
Мы выбрались в соседний отсек. Он был пуст. Преодолев его, наш отряд проник в широкий коридор. В дальнем его конце виднелись ползущие навстречу насекомые. Над ними плыл фиолетовый светящийся «призрак». Его извивающиеся щупальца-ветки касались хитиновых спин чудовищ.
— Все его видят? — спросил я.
— Да, ваше благородие.
— Так точно!
Все пилоты мехарыцарей и бронеходов сообщили о том, что видят странное явление.
— Забава, ты использовала все сканеры? — спросил я.
— Все, имеющиеся в наличии, — ответил ИскИн. — По-прежнему, ничего не вижу. Возможно, это какая-то не известная науке форма жизни.
— Но почему она видна только на мониторах? А ты её при этом не замечаешь.
— Не могу знать, пилот.
— Отряд, огонь! — скомандовал я, стараясь подавить раздражение.
Существование призрака было несомненным фактом. Не галлюцинацией и не сбоем оборудования. Но что это такое? Связано ли с нахлынувшими насекомыми? Враждебно нам или просто наблюдает?
Куча вопросов, и ни одного ответа.
Смертоносные лучи вонзились в ползущих на нас насекомых, превращая их в бесформенное месиво. Мы шли вперёд, уничтожая местную фауну и расчищая тем самым себе дорогу. Когда добрались до очередной переборки, ударили по ней ракетами, проделав отверстие, и вошли в ещё один отсек.
Здесь всё пространство было в прямом смысле заполнено насекомыми! Они ползали друг по другу слоями. Призрак переместился вместе с нами и теперь ощупывал своими отростками тварей в этом отсеке.
— Мне кажется, или эта штука стала больше? — подал голос один из пилотов. — Она же растёт, нет?
Приглядевшись в фиолетовой каракатице, я понял, что он имеет в виду. Существо действительно увеличилось в размерах, щупалец стало больше, как и ветвящихся от них отростков.
— Ваше благородие, может, попробовать ударить по нему ещё раз? — предложила Мурина. — Нанести массовый удар всем, что есть.
— Не надо, — отозвался я. — Мы не знаем, что это. Не будем тратить боеприпасы, пока эта хрень не проявит явную агрессию. — Начинаем зачистку отсека.
Снова ударили энергетические пушки. Масса насекомых закипела, превращаясь в тонны спёкшейся органики. Мы шли по отсеку, сея смерть. Насекомых было слишком много, так что рыцарям и бронеходам приходилось шагать прямо по убитым чудовищам.
Мы преодолели примерно половину расстояния, когда фиолетовая субстанция вдруг запульсировала. Внутри неё вспыхивали яркие искры, похожие на миниатюрные взрывы. А затем стены отсека начали со стоном и скрежетом сминаться! Они сворачивались внутрь, и казалось, будто светящиеся щупальца тянут их. Последние насекомые устремились прочь. Казалось, что они спасаются бегством.
— Господин барон, что происходит⁈ — раздалось в динамиках.
Что б я знал!
— Огонь по призраку! — скомандовал я, понимая, что рано или поздно стены отсека доберутся до нас и раздавят. — Палить из всего, что есть!
Все машины дружно ударили по фиолетовой штуковине. Ракеты, снаряды, гранаты, энергопушки — всё лупило по ней. Отсек заволокло дымом, видимость стала практически нулевая.
— Стоп! — гаркнул я. — Прекратить огонь!
Мой мехарыцарь двинулся вперёд. Я шагал осторожно, под металлическими ногами хрустели останки хитиновых панцирей, чавкала органическая жижа.
Дым выходил сквозь пробитые в стенах отсека отверстия. Светящаяся субстанция пропала!
— Мы её уничтожили⁈ — прозвучало в динамиках. — Господин барон, её больше нет!
Увы, она и прежде исчезала. Это вовсе не значило, что нам удалось её уничтожить.
Тем не менее, путь был свободен. Мы вышли в коридор, ведущий к отсеку с бран-конвертором.
— Последний рывок, народ! — проговорил я. — Ещё немного, и мы на месте. Глядите в оба и открывайте огонь по насекомым, если увидите.
Через триста метров тоннель кончился. Мы вошли в машинное отделение. Здесь насекомых не было. Ещё сотня метров, и перед нами возник проход, ведущий в отсек с преобразователем.
Я вошёл первым. И тут же увидел ремботов. Они и сами напоминали насекомых. Только металлических и куда большего размера, чем те, что заполонили обломки звездолёта. Судя по всему, преобразователь был отделён он систем корабля и готов к погрузке.
— Иерихон, где находится паром?
— Прямо над вами, мой барон. Готов забрать конвертор. Нужен только доступ.
— Отряд, пробить отверстие в обшивке, — скомандовал я.
Мехарыцари и бронеходы дружно ударили в потолок, разрывая перекрытия и обшивку звездолёта. Наши пушки уничтожали металл, пробивая путь для выгрузки бран-конвертора.
— Ваше благородие, — раздался голос Иерихона. — Поток насекомых закончился. Но я вижу существ, похожих на ящеров. Они обступают обломки корабля. Насчитываю двадцать семь особей.
— Спускай тросы, — велел я. — Сначала заберём преобразователь.

----------

Глава 19

Глава 19
Сквозь проделанную машинами дыру проникли спускаемые паромом тросы. Толстые, сплетённые из синтетических волокон, они извивались, словно живые. Как только тросы коснулись поверхности конвертора, к ним устремились рем-боты. Карабкаясь по поверхности преобразователя, они достигли его верхней части и принялись закреплять тросы. Через пару минут всё было готово, и роботы посыпались вниз, словно распуганные насекомые.
— Иерихон, поднимай, — проговорил я.
— Слушаюсь, ваше благородие, — раздался в ответ голос ИскИна.
Тросы натянулись, завибрировали, точно струны, а затем бран-конвертор приподнялся, слегка накренился, выровнялся и плавно поплыл вверх. Мне пришло в голову, что диаметра пробитого в потолке отверстия может не хватить, но я тут же убедился, что опасения были напрасными: массивное устройство прошло сквозь дыру и устремилось к парому, который втягивал его в своё металлического брюхо.
— Груз принят, — доложил Иерихон. — Отправляю его на борт звездолёта.
— Народ, мы возвращаемся, — проговорил я в интерком. — Боевое построение. Снаружи нас ждут ящеры, так что прорываться придётся с боем.
Мы двинулись через разрушенный корабль.
Путь был относительно долгим. Наконец, отряд вышел к большой пробоине в корпусе, через которую уже открывался путь наружу.
Ящеров мы увидели сразу. Огромные твари, лишь отдалённо напоминавшие динозавров, расхаживали перед обломками звездолёта, нервно размахивая длинными и толстыми хвостами, нетерпеливо дёргая вытянутыми головами.
Нечего были и думать о том, чтобы пройти мимо них незамеченными.
— Странно, что мы привлекли такое внимание местной фауны, — заметил один из пилотов мехарыцарей. — Сначала насекомые, теперь эти.
— Мне кажется, дело в призраке, — отозвался я. — Похоже, он приманивает к нам существ.
— Пытается помешать?
— Возможно. Или это какой-то вид симбиоза. Призрак обнаруживает потенциальную добычу и вызывает хищников.
— То есть, они общаются телепатически?
— Не обязательно. Возможно, с помощью ультразвука. Или как-то ещё. Для нас это значения не имеет. Нам нужно добраться до точки эвакуации.
То есть, туда, где остался высадивший нас паром.
В этот момент мы как раз начали выходить из разбитого корабля, и чудища нас заметили.
Три монстра дружно развернулись к нам, задрали головы и издали пронзительное верещание. Звук стал сигналом для остальных ящеров. Один за другим они разворачивались к нам. Не прошло и минуты, как к нашему отряду уже начали стекаться огромные твари. Некоторые были покрыты костяными шипами, другие — шипами. Зубы, когти, мышцы — всё готовилось атаковать нас.
— Огонь! — скомандовал я, нажимая на гашетку.
Ракеты, снаряды, гранаты и энергетические лучи ударили по «динозаврам», разрывая броню, кожу и плоть, перебивая кости и сжигая внутренние органы!
Над полем битвы возник фиолетовый призрак. Теперь он стал больше, его извивающиеся конечности касались тварей, которые пёрли на нас, невзирая на атаку.
— Похоже, эта штуковина ими управляет! — воскликнул один из пилотов.
Действительно, складывалось именно такое впечатление. Трудно было вообразить, чтобы животные лезли на нас, игнорируя инстинкт самосохранения. Судя по всему, они были всего лишь марионетками, которых призрак безжалостно бросал на смерть.
Тем не менее, выбора у нас не было. Нужно было проложить себе путь сквозь прущих на нас со всех сторон огромных тварей.
Ящеры карабкались по останкам своих собратьев, умирали, но не сдавались. О том, чтобы монстры отступили и обратились в бегство, не шло и речи.
Несмотря на активное действие артиллерии, круг сужался. Ещё немного, и последние чудища обрушатся на нас.
— Рыцари, за мной! — скомандовал я, отключая гравитацию.
«Пересвет Апекс» взмыл над землёй, поднялся над ящерами, пролетел метров двадцать и, развернувшись, приземлился за спинами тварей.
Другие мехарыцари последовали моему примеру один за другим. Часть чудищ развернулось, встречая опасность с тыла. Теперь толпа ящеров оказалась рассредоточена.
Мы уводили их от бронеходов, параллельно уничтожая. Маневренные рыцари были для монстров недосягаемой добычей. Да и в любом случае их броня им была не по зубам.
Минуты через пять с тварями было покончено. Среди высокой сочной травы лежали груды блестящего от крови мяса. Зрелище было жутковатое, но любоваться им мы не собирались.
— Рыцари впереди, прокладываем дорогу, — скомандовал я. — Смотреть в оба.
Отряд двинулся в сторону высадившего нас парома.
— Иерихон, можешь нас встретить? — спросил я ИскИна.
— Никак нет, ваше благородие, — тут же ответил тот. — Вам наперерез движутся какие-то животные. Около сотни. Идут через лес. Быстро. Они доберутся до вас прежде, чем я подведу паром.
Проклятье!
— Тем не менее, тащи его сюда, — проговорил я. — Будем пытаться загрузиться одновременно с отражением атаки.
— Это существенно снизит вашу огневую мощь, господин. Но если вы… Прошу прощения, у нас непредвиденные обстоятельства. Дроны, с которых я веду наблюдение за окружающей местностью, только что были атакованы каким-то летающими существами. Боюсь, скоро я потеряю возможность фиксировать перемещения фауны и…
— Веди сюда паром! — перебил я. — Живо!
— Слушаюсь, ваше благородие.
В динамике что-то хрустнуло — то ли помехи, то ли первый из дронов рассыпался в крошево, став жертвой острых птичьих когтей.
— Ваше благородие, бронеходы построены в каре, — доложил один из пилотов. У меня на интерфейсе кабины его голос подсвечивался как «Верещагин». — Готовим шрапнельные и бронебойные.
— Шрапнель в режим картечи, — велел я. — Ждать, когда приблизятся, и валить.
Лес перед нами взорвался лавиной вырвавшихся из него хищников!
Они не выли и не рычали. Просто неслись на нас, словно стараясь обогнать друг друга. Серые, с металлическим отливом тела, похожие на гиен, вытянутых до неправильных пропорций. Глаза без зрачков горели янтарем. Пасти раскрывались тремя челюстями сразу — как чудовищные лепестки плотоядных растений.
Я почувствовал в ушах низкое гудение. Он давил на барабанные перепонки.
Призрак поднялся чуть выше и «отрастил» новые щупальца. Он мерцал и переливался, из внешних динамиков донеслось легкое потрескивание.
— Вот, почему я ненавижу высаживаться на неисследованных планетах! — пробормотал один из пилотов рыцарей.
— Огонь! — рявкнул Верещагин.
Вылетевшая из волнового ускорителя картечь размельчила нескольких передних тварей в клочья, но на их месте из-за деревьев вывалило ещё два десятка. Справа от меня другой бронеход выстрелил шрапнелью вверх, навесом — над поваленными рухнувшим звездолётом деревьями разорвался белый куст смертоносных кассетных боеприпасов, и дюжина прошитых насквозь хищников рухнула. Остальные перепрыгивали через них, сильные, гибкие и здоровенные, как племенные быки.
Десяток чудищ метнулся влево, обходя нас по дуге. Я развернулся и вдавил обе гашетки. Шквал энергетических лучей прошёлся по монстрам, разнося их в клочья, сжигая плоть и превращая кости в пепел.
Несколько тварей успели подпрыгнуть, и я поймал их в прицелы уже в воздухе. Два тела разметало в фарш, третье, подбитое на лету, волчком завертелось, разбрасывая алую пыль и рухнуло в траву.
— С тыла! — закричал кто-то из мехарыцарей.
Я обернулся. Семь тварей запрыгнули на спину крайнему бронеходу. Их когти скрежетали по броне, но причинить её вреда не могли. Одно чудище просунуло челюсти в смотровую щель.
— Уберите их! — завопил пилот бронехода.
К нему направился один из рыцарей. Тремя залпами картечи он снёс с корпуса машины хищников.
Справа от меня другой мехарыцарь с трех шагов снёс картечью сразу семерых тварей — в воздух взметнулись серые лоскуты и кровь.
— Паром над вами, господин барон! — оповестил Иерихон. — Спускаю в центр занятой вами площади.
Я бросил взгляд на камеры. Да, паром завис над нами, готовый забрать нас в своё чрево.
— Эвакуация! — гаркнул я. — Первыми грузятся бронеходы. Рыцари прикрывают. — Дать место для посадки.
Мы двинулись вперёд, навстречу хищникам.
Твари продолжали атаковать. Они перепрыгивали через груды дымящегося мяса, в которое превращались их предшественники, но всё равно пёрли вперёд. По моим прикидкам, сотню мы уже положили, но поток монстров не иссякал.
— Иерихон, какого чёрта⁈ — спросил я. — Ты сказал, их около ста!
— Виноват, барон. Вероятно, вторая волна была скрыта кронами деревьев. Сейчас я не могу отслеживать количество животных, так как птицы…
— Уничтожили дроны, — закончил я за него. — Ты готов к погрузке?
— Приступаю, мой барон.
Я бросил взгляд на задние камеры.
Трап парома с шипением опустился, образовав наклонную поверхность в тридцать градусов. Над ним виднелось разверзшееся бронированное брюхо.
— Первая смена! — скомандовал я по общей связи. На приборной панели все бронеходы были обозначены фамилиями пилотов. — Зубров и Ланцетов, пошли!
Названные бронеходы направились к трапу. Вот первый ступил на наклонную поверхность и двинулся по ней в чрево парома. Второй топал следом, не отставал.
— Вторая смена! — проговорил я, продолжая палить по несущимся от леса чудовищам.
— Пилот, запас картечи подходит к концу, — предупредила Забава. — У вас всего четырнадцать процентов.
— И насколько этого хватит? — спросил я.
— Приблизительно на полторы минуты беспрерывной стрельбы.
Неплохо.
Перед нами тела убитых монстров уже образовали подобие валы, из-за которого вылезали новые и новые.
У меня кончилась картечь. И не только у меня. Мехарыцари перешли на оставшиеся снаряды и ракеты. Сателлиты тоже были выпущены. Они висели над побоищем плюющимся лазерами роем.
Последние бронеходы поднимались по трапу.
— Я пустой! — объявил один из мехарыцарей. — Перехожу на энергетическое оружие!
— Я тоже, — через полминуты доложил другой. — Да сколько же их тут!
Ещё с минуту мы косили всё лезущих и лезущих тварей, а затем я скомандовал:
— Все на паром! Живо! По одному.
Рыцари начали грузиться. С отходом каждого из них тварей становилось всё больше.
Пора применить Дар.
Подняв правую руку, я достал из-за спины огромный клинок.
Меч засветился синим, быстро наливаясь мощью.
— Все назад! — гаркнул я.
Последние мехарыцари отпрянули от линии фронта и устремились к трапу.
— Барон, паром атакован птицами, — доложил Иерихон. — Я пытаюсь сбить их турелями, но существ слишком много. Они мешают видимости.
Я ничего не ответил. Сделав замах, я слегка присел, чтобы оказаться на уровне поверхности, по которой на меня неслись твари.
Клинок стремительно описал широкую горизонтальную дугу, с него сорвался заряд и устремился навстречу чудовищам!
Сияющий полумесяц рассекал хищников одного за другим и нёсся дальше, к лесу. Вот он вонзился в деревья и полетел дальше, скашивая на своём пути абсолютно всё!
Я поспешил к трапу. Поднявшись по нему, открыл кабину «Пересвета» и спрыгнул на антигравах на пол.
— Закрывай и взлетай. Набери высоту, на которой птицы не могут находиться.
— Есть, ваше благородие, — отозвался Иерихон.
Зашипела гидравлика, трап начал втягиваться, а створки люка — закрываться. Как только они сомкнулись, паром оторвался от земли и взмыл в воздух.
К этому времени я уже добрался до рубки и наблюдал за тем, как над покрытом трупами полем битвы парит «призрак». Он висел ещё секунд десять, а затем исчез.
— Иерихон, конвертор на борту? — спросил я.
— Так точно, барон.
— Разошли вокруг обломков звездолёта все дроны, какие есть. Пусть прочешут местность. Я хочу знать, что тут происходит, куда делся экипаж, и есть ли поблизости пиратский схрон.
— Слушаюсь, мой барон. Куда прикажете доставить вас и десантный отряд?
— Птицы отстали?
— Да, мы слишком высоко.
— Тогда выбери место неподалёку и сажай нас. Будем ждать данных разведки.

----------

Nota bene

Nota bene
Книга предоставленаЦокольным этажом , где можно скачать и другие книги.
Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту, например, черезAmnezia VPN : -15% на Premium, но также есть Free.
Еще у нас есть: 1. Почта b@searchfloor.org — получите зеркало или отправьте в теме письма название книги, автора, серию или ссылку, чтобы найти ее. 2. Telegram-бот, для которого нужно: 1) создать группу, 2) добавить в нее бота по ссылке и 3) сделать его админом с правом на «Анонимность» . * * * Если вам понравилась книга, наградите автора лайком и донатом: Экзобарон. Том II

----------