Демоноборец. Том 3 Максим Петров, Максим Злобин Алексей Светлов вернулся в лицей не просто учеником, а магом уровня мастера — редкость для семнадцати лет. Но за этим статусом скрывается опасная тайна: душа в его теле принадлежит демоноборцу из другого мира, вырванному Жизнью для новой войны. Древний браслет рода Светловых подсказывает путь к родовой крипте, где веками хранились пленённые ядра демонов — и знания о том, как однажды уже остановили вторжение. Пока Алексей раскапывает секреты предков и налаживает союз с имперской опричникой, демон Ингис получил весть о демоноборце и вышел на охоту. Старые методы борьбы могут не сработать: в этом мире демоны прячутся за человеческими лицами, а их сеть пронизывает империю глубже, чем кажется. Алексей должен успеть восстановить родовое наследие и подготовить союзников, пока твари не сбросили маски. ==================== Глава 1 Глава 1 Сидя на полу я пытался понять, что всё это было. Обман? Нет, для обмана как-то слишком замудренно. Вообще складывалось такое ощущение, что браслет не просто так показал мне эту битву. Та парочка точно была демонами, причем демонами не слабыми. Однако же одного тогдашний глава рода развалил напополам, а второго спеленали, опять-таки непонятно для каких целей. Какие из этого можно делать выводы? А вывод пока у меня один: демоны уже были в этом мире и по какой-то причине не смогли взять его под контроль. И вот это напрягает больше всего, потому что эти твари что саранча, для них не существует преград. Тут же всё выглядело ровно да наоборот: люди были охотниками, а демоны являлись дичью. Такая картина для меня была настоящим открытием, по-другому не сказать. А еще я не понимал, какое отношение имел браслет к предкам этого тела, как они его потом потеряли, и почему внутри пусть и не самого простого, но артефакта хранилище памяти. Потому что то, что я видел, нельзя назвать по-другому. Кто-то целенаправленно записывал с помощью сложнейшего конструкта эту всю информацию, потом спрятал ее в артефакт и завязал всё это не просто на силу, но еще и на знание. Уровень мага, способного на такое, это что-то запредельное, даже по меркам моего прошлого мира. Я почти подобрался к нему, но так и не достиг, а тут, видимо, кто-то смог-таки перейти за ранг гранд-магистра и взять последнюю вершину перед тем, как перестать быть человеком. Потому что дальше уже начинались божественные материи, и те, кто до них добирался, обратно не возвращался. Взяв браслет я нацепил его на левую руку и понял, что он великоват пока для меня. Всё-таки кисть этого тела не чета рукам боевика, что всю жизнь махал клинком или топором. Стоило мне только подумать об этом, как браслет начал уменьшаться, и через несколько секунд он был как раз под мой размер, а мягкая волна прошлась по моему телу, словно чье-то поглаживание. Зашибись, так артефакт еще и с зачатками разума. Интересно, Добрынин знал, что за вещь мне отдает, или выбрал браслет по принципу родства стихии? — Ладно, значит, будем с тобой дружить, — погладив шероховатый металл, я усмехнулся, — ты главное больше не своевольничай, желательно предупреждать о своих действиях. Один из камней на браслете мигнул. — Будем считать, ты всё понял, — глянув на часы, я понял, что на полу я просидел чуть дольше, чем мне бы хотелось, так что, покинув кабинет, я закрыл дверь на ключ и пошел спать. Завтра нужно ехать в лицей, пора заняться возвращением на учебу. Всё-таки сегодня я стал защитником аж целой княжны и по хорошему большую часть времени должен находиться рядом с ней. Спальня не в счет, и без меня желающие найдутся. Добравшись до спальни, я переоделся и, рухнув на кровать, почти мгновенно заснул…  * * * Обитель Жизни. Белокурая девушка стояла на берегу небольшого озерца и смотрела на то, как несколько рыбок серебряного цвета с азартом охотились. Никто бы сейчас не признал в этом милом создании одну из самых могущественных сущностей вселенной, а тем временем Жизнь была именно такой. Правда, действовать так, как остальные, ей претило, именно поэтому первостихия старалась не лезть в чужие дела. И только один раз она дрогнула, когда в одном из миров, где ей долгое время поклонялись, появились демоны. В прошлый раз ее сил хватило, чтобы наделить несколько родов достаточной мощью для того, чтобы выгнать тварей, но вселенная любит равновесие, и за прошедшее время все эти рода почти исчезли. Именно поэтому ей пришлось вытащить душу опытного демоноборца и отправить его в этот мир, твари уже изрядно подточили мировую защиту и успели внедриться в мир. Шорох за спиной заставил Жизнь вздрогнуть и резко обернуться. Недалеко, где-то в десяти шагах, замер мужчина. На нем был серый необъятный балахон, на ногах самые простые сандалии, а в руках посох, такой же серый, как и одежда мужчины. — Здравствуй, Жизнь, — тихо произнес он, улыбнувшись, — давненько мы не виделись. — Здравствуй, Привратник, — Жизнь махнула рукой, и озеро исчезло, а вокруг появились стены тронного зала, — я рада, что ты ответил на мой зов. — Ну, было бы глупо с моей стороны отказываться, — мужчина пожал плечами, — какая боль у тебя на этот раз? Вместо ответа первостихия хлопнула в ладони, и вокруг них возникла иллюзия. Объемная, настолько детальная, что обычный человек принял бы это все за реальность. Но Привратник не был человеком, он был одним из созданий Творца, как и сама Жизнь, как и все первостихии. Только в отличие от них Привратник имел конкретную специальность. Он умел открывать порталы, открывать порталы туда, куда нельзя было попасть без желания хозяев. Только ему одному были подвластны все пласты реальности, все рукава вселенной, и не было бы места, куда бы Привратник не мог бы проникнуть. — Мне нужна встреча с ангелами, — тихо, но веско произнесла Жизнь, — их извечные противники нацелились на новый мир. — Впервые слышу о том, что ты решила вмешаться, — Привратник удивленно глянул на женщину, — чего ради? Как же твой вечный нейтралитет? — Просто устрой мне встречу с ангелами, — Жизнь сжала кулаки, — о большем я не прошу. — Ты знаешь, что своей просьбой развязываешь руки ему? — Привратник многозначительно улыбнулся, — что ж, будь по-твоему, я выполню эту просьбу. Жди, когда придет время, портал появится прямо в твоей обители. Жизнь кивнула, а через мгновение она вновь осталась в полном одиночестве. Выбор сделан, пути назад теперь нет…  * * * Торжок. Особняк Светловых. Утро. — Всем доброго утра! — спустившись на первый этаж, я застал Степаниду и Олю, накрывающих стол. За этим наблюдали Федя с Мишей, при этом они явно были не прочь полакомится выпечкой нашей кухарки. — Ой, доброго утречка, господин! — Степанида неловко поклонилась, — а мы думали, Вы сегодня подольше спать будете. — Некогда спать, служба зовет, — усмехнувшись, я цапнул один круассан и закинул его целиком в рот. Шоколад внутри был еще теплым, а значит, выпечку недавно достали. Ммм, восхитительно, в плане выпечки Степанида точно дает фору нашему ресторанному шеф-повару. Правда, никому об этом говорить я не буду, незачем тревожить людей. Тем более что каждый находится на своем месте. — Какая служба, Вы ж еще учиться должны? — Степанида уставилась на меня удивленным взглядом. — Вот про нее, родимую, речь и идет, — я сел за стол, — сегодня еду в лицей. С теорией вроде все в порядке, магия тоже при мне, а значит, хватит сидеть дома, пора припасть к источнику мудрости. В этот момент на меня все разом посмотрели, словно я сказал что-то не так. Но круассаны были важней, так что я просто продолжил завтракать. — Господин, выходит, вам теперь каждый день в шесть утра просыпаться придется, — подал голос Федя, — учеба в лицее начинается с восьми, как раз успеете привести себя в порядок, позавтракать быстро да доехать. — Ничего не поделаешь, — я пожал плечами, подтягивая к себе еще и тарелку с блинами, — значит, буду просыпаться. Кухарки глянули на меня с жалостью, видимо, представляя, как я буду мучиться, вставая по утрам. Я же наоборот радовался этому, ведь пора переводить тело в боевой режим, появилась нужда в ускоренной прокачке. Позавтракав, я кивнул Мише на выход. Федя проводил нас тяжелым взглядом, он никак не мог смириться с тем, что сейчас его роль выполняет другой человек. Ничего, снимут гипс, вернется обратно за руль. А пока пусть отдыхает.  * * * Тверь. Лицей. Два часа спустя. Оказавшись вновь на территории лицея, я вдохнул морозный воздух и улыбнулся. Зима в этом году хороша, снега море, при этом погода солнечная, ни одного облачка на небе. Направившись в главный корпус, я мысленно приготовился к нудным лекциям, где преподаватели будут вытягивать из меня знания. Впрочем, я не против, в конце концов именно для этого я материал и изучал. Однако, подойдя к входу, я увидел директора, стоявшего на ступенях в компании четырех мужчин. Высокие, стройные, от них прямо веяло аристократическим духом и силой. Перейдя на магический взор, я увидел, что все они на уровне магистров. Интересная картина, для чего эти ребята тут? При этом в памяти настоящего Алексея их не было, а значит, это не преподаватели. — Геннадий Сергеевич, господа, — я остановился у нижней ступени и коротко склонил голову, — по какому поводу собрание? — В честь тебя, Алексей Николаевич, — директор усмехнулся, — надеюсь, ты простишь меня за своеволие, но я решил немного поменять регламент и проверить твои силы для начала. Надеюсь, ты не против этого? Никаких магических манипуляций вчера не проводил? — Мой источник полон, — уклончиво ответил я, — так что не против. Я так понимаю, эти господа будут моими экзаменаторами? — Все верно, — Зарубин кивнул, — будем проверять сразу четыре аспекта. Атаку и защиту, уровень вашего источника, а также проводимость каналов. — Как скажете, Геннадий Сергеевич, — я склонил голову, — куда направляемся? — На преподавательский полигон, — директор хмыкнул, — прошу за мной, юноша. После этих слов директор спустился и направился куда-то вглубь территории. Преподавательский полигон я ни разу не видел, так что пошел следом. Четверо моих экзаменаторов так же последовали за Зарубиным, а через пять минут мы остановились у небольшого здания. Директор своим ключом открыл стальную дверь и отошел в сторону, пропуская нас вперед. Первыми внутрь вошли четверо магистров, потом уже я. Яркий свет ударил по глазам, а когда удалось проморгаться, я с удивлением понял, что нахожусь под огромным куполом. Хм, магия пространства? Снаружи это небольшое одноэтажное здание, тут же совсем другая картина. Перейдя на магический взгляд, я немного потерялся в буйстве линий, рун и печатей. Тут явно работал не один маг, а целое сообщество. Мало того, что пространственной магии вылили целое море, так еще и в защиту вложились так, что мне кажется, только маг вне категорий сможет что-либо сделать тут. Хотя, возможно, и гранд-магистра хватит. — Впечатляет? — голос директора вырвал меня из размышлений, — это место — наша гордость. Тут сдают последний экзамен те, кто дошел до самого конца обучения. А таких всего двадцать процентов на весь лицей. — Впечатляет, — я кивнул, — когда начинаем? — Прямо сейчас, — директор хлопнул в ладони, и из песка арены выросли двенадцать столбов, которые сформировали достаточно просторный круг. — Я так понимаю, мне туда? — Верно понимаете, Алексей Николаевич, — Зарубин кивнул, — первым делом мы хотим посмотреть, на что вы способны в атаке. Олег, займись, — последние слова предназначались уже не мне, а одному из четверки. Кстати, помимо стати, они еще и на лицо почему-то были похожи, неужели братья? Впрочем, свои вопросы я оставил при себе и вышел на песок. Тот, кого Зарубин назвал Олегом, встал передо мной и поднял стену из воды. — Ваша задача, Алексей Николаевич, попытаться пробить этот щит, — пояснил мне Зарубин, — по уровню силы он подходит новичку. Начинайте. Я кивнул и отправил в полет простую световую стрелу. Силы вложил немного, где-то процент от источника, но этого хватило с лихвой. — Уровень подмастерья, — скомандовал Зарубин, и магистр поднял следующий щит. По хорошему мне стоило скрывать свою силу, да вот только я буду делать ровно наоборот. В местном социуме чем сильнее маг, тем ценнее он для империи, а мастеров в семнадцать очень, очень мало, и все они так или иначе относятся к самым влиятельным и древним родам. Правда, если верить тому, что мне показал браслет, мой род как бы не древнее многих, поэтому будем показывать всё, на что способны. Копье Света пробило второй щит, и тут уже пришлось вложить где-то процентов пять. Конечно, все эти проценты не имеют никакого отношения к работе магии, но так удобнее считать. — Гм, неплохо, очень даже неплохо, — Зарубин глянул на меня странным взглядом, — замахнетесь на уровень мастера? — Рискну, — я улыбнулся, и магистр поднял следующий щит. На этот раз это была не просто вода, это был уже структурированный конструкт. Что ж, пришло время для хлыста. Конструкт мастерского уровня возник в моих руках легко и просто, а чтобы точно пробить щит, я влил в него половину своего резерва. Удар, и водное полотно щита идет волнами, после чего просто превращается в пар. — На этом всё, — я шумно вдохнул и вытер пот со лба, — господин директор, это пока что мой максимум. — Поздравляю, Алексей Николаевич, — торжественным голосом произнес Зарубин, — вы твердый мастер, и к магистерскому уровню вы находитесь даже ближе, чем к уровню подмастерья. Но это еще не всё. Мы пока проверили только ваши атакующие способности. Сделаем небольшой перерыв в полчаса, надеюсь, вы потратили не всю силу? — Нет, но от отдыха не откажусь, — покинув круг, я сел на краю трибун, которые тут были достаточно большие. Навскидку тысяча мест, не меньше, а возможно даже больше. Непонятно откуда взявшийся работник протянул мне запечатанную бутылку с водой, а также несколько пилюль. — Энергетики, — пояснил Зарубин на мой вопросительный взгляд, — чтобы ускорить поглощение силы вашим телом. Привыкать не советую, но иногда вещь незаменимая. Я молча кивнул и выпил. Эффект пошел сразу же, через несколько мгновений мой источник вздрогнул и заработал словно насос. Я же вдруг понял, что во время этого испытания не снимал с себя браслет. Глянув на свою левую кисть, я чуть не выругался, потому что артефакта не было. Только после этого мне пришло в голову глянуть с помощью магического взора, и оппа, всё на месте. Н-да, интересная мне досталась вещица, ничего не скажешь. А ведь если подумать, я бы при желании мог бы пробить и магистерский щит. С трудом, не с первого удара, но смог бы. Впрочем, пусть это будет моим козырем. Маг имеет право показывать не все свои возможности, тем более что по уровню источника я всё равно пока еще мастер. Полчаса прошли быстро, и я вернулся обратно на арену. Вместо Олега вышел другой маг, и на этот раз мне пришлось стоять под его ударами. Впрочем, световая броня отработала на все сто, и из восьми атак огненной магии я выдержал все восемь. На этот раз Зарубин ничего не сказал, просто глянул на меня странным взглядом и что-то пробормотал себе под нос. Когда всё это закончилось, директор попросил меня выдать самый простой конструкт на скорость, а дальше минут двадцать я метал световые стрелы, пока он что-то записывал в блокноте, сверяясь с секундомером. Но наконец-то всё подошло к концу, и я вышел с арены, выжатый как лимон. — Мои поздравления, Алексей Николаевич, по всем параметрам вы твердый мастер, — Зарубин расплылся в довольной улыбке, — уровень источника, скорость подачи энергии, защита и атака, да вы прямо готовый боевой маг, хоть сейчас на фронт. Удивительный талант, особенно в вашем возрасте. При этом, если мне не изменяет память, у вас нет личного учителя, так? — Так, — я кивнул, — учусь исключительно по записям отца. Благодарю за такую лестную оценку моих возможностей. — О, никакой лести, Алексей Николаевич, только факты, — Зарубин покачал головой, — если вы не против, мы посоветуемся с коллегами, а вы можете быть свободны. Завтра вас ждет теоретическая часть, и если у вас там всё так же хорошо, послезавтра вы уже будете учится. Я кивнул, попрощался с директором и с его помощниками и направился на выход. Надо заглянуть еще к Резнову, поблагодарить за помощь, заодно можно будет немного поработать с Кругловым. Дел море, а там где-то еще и Добрынин ждет, когда я встану в один ряд с ним на защиту империи. Ничего, в скором времени опричник поймет, куда ввязался, вот тогда и начнется настоящее веселье.  * * * Полигон. — Что скажете, господа? — Зарубин глянул на четверку магистров, — как по мне, результат восхитителен и даже в каком-то смысле невозможен. — Это еще не всё, Гена, — подал голос маг, что проверял защиту Светлова, — может, по атаке парень всего лишь мастер, но мой последний удар был на уровне магистра. И он выдержал его так же легко, как и предпоследний. — Твою мать, — Зарубин тяжело вздохнул. А ведь день был почти хорошим… ---------- Глава 2 Глава 2 Что ж! Не могу утверждать, чтобы при этом не выглядеть слишком самодовольно, но… есть у меня стойкое ощущение, что после такой практики Зарубин может проставить мне всю теорию автоматом. Хотя бы для того, чтобы среди лицеистов у него имелся кто-то моего уровня магической подготовки. Хочешь не хочешь, а учебные заведения тоже соревнуются между собой, и качество студентов играет в этом соревновании чуть ли не решающую роль. С другой стороны, директор у нас большой оригинал, так что завтра меня, возможно, будет ждать испытание как бы не серьезнее, чем сегодняшняя проверка. Ладно. Мысли мои сейчас вертелись вокруг энергетика, которым от щедрот лицея опоил меня Зарубин. Штука хорошая. О вреде и побочках ничего не знаю и уверен, что без них не обойтись, но в качестве плана «Б» держать её при себе определённо стоит. Надо бы теперь только узнать, где этот энергетик можно найти, и первым делом спросить стоит у Резнова. Не удивлюсь, если такие штуки делаются в его лаборатории, насколько я успел узнать барона, он не дурак заработать. В задумчивости шуруя по корпусам лицея в сторону выхода, я как-то даже не обратил внимание на звонок. И очухался только тогда, когда услышал крик Комбарова: — Лёха! Как всегда, Саша с Дитмаром были неразлучны и вместе вышли из аудитории. — А ты какими судьбами здесь? — первым руку мне пожал Игорь. — Наконец-то восстанавливаешься? — Есть такое. — Ну и как успехи? В ответ я коротко рассказал о том, что только что сдавал Зарубину практику. И о том, что есть все предпосылки к тому, что к очной учёбе я приступлю уже на днях. — Я-то ладно, — признаться, эту тему мне сейчас не хотелось обсуждать. — Сан Саныч, уважаемый господин скотопромышленник, лучше расскажите, как вы там на новом месте обживаетесь. — Да нормально, — Саша слабо улыбнулся, однако глаза у парня явно зажглись. — За пару дней кое-как сумели переехать, расставить мебель и прийти в себя. Быт хромает, но стараниями матушки налаживается. Теперь вот план Намечаем. Решили так: пока зима, подготовимся хорошенько, а с первой оттепелью начнём великую стройку. — А что там с кредитом? — А что там с кредитом? — сперва не понял Саша, а потом протянул. — А-а-а-а… ну так всё. Одобрено. Всё, как ты и говорил, под минимальный процент и с каникулами. — Рад за вас, — сказал я и ни капельки не соврал. Успех Комбаровых отныне и мой успех тоже, а мой успех… это мой успех. Вот такая глубокая мысль. Из аудитории тем временем продолжали выходить мои одногруппники. Кто-то останавливался на секунду с тем, чтобы пожать руку, кто-то просто кивал, проходя мимо, и тут появилась Ева Юсупова. — Алексей, здравствуйте, — живо улыбнулась девушка, встала рядышком и замолчала, не зная, как продолжить разговор. Возникла эдакая неловкость, как будто между нами была тысяча тайн, и Юсуповой свербило обсудить каждую из них, вот только не здесь, не сейчас и не при всех. — Э-э-э, — протянул Саша, переводя взгляд с меня на Еву, почесал в затылке и сказал: — Ну ладно. Тут-то Ева и нашлась. — Алексей Николаевич, позвольте представить, Марина Комарова. — Здравствуйте. Сперва я даже не заметил девушку, которая явно была вместе с Юсуповой — стояла рядышком и чего-то ждала. Черноволосая, высокая, с ярко-красными губами. Ей бы кожу на несколько тонов потемнее, пышный цветок в волосы, и была бы вылитая Кармен. — Марина, это Алексей Светлов, — это уже меня представили. — Тот самый, — добавила Ева и заговорщицки улыбнулась. — Очень приятно, — Марина протянула мне руку. Голос приятный, улыбка вежливая и очень даже радушная, но вот глаза… как будто бы она здесь, но не здесь. И как будто бы всё это дружелюбие напускное. Казалось бы, какое мне дело? Однако после того, как я пообещал Ирине Николаевне Волковой стать защитником её дочери, фильтровать окружение прекрасной Евы — дело как раз-таки моё. И как защитник, я очень напрягся по поводу того, что у Юсуповой так быстро появились друзья, которым она что-то там такое рассказывала про «того самого» Светлова. Проверка. Обязательно нужна проверка. Поэтому, пожав ладошку Комаровой, я тут же перещёлкнул свой внутренний сканер в рабочий режим и вгляделся в суть девушки. Ничего. То есть вот вообще ничего. Ни демонического, ни человеческого, как будто передо мной пустое место. И вот ведь, а? Богата земля тверская на уникальные таланты всё-таки! Сперва Зарубин, а теперь ещё и эта черноокая красотка. Вот только если Геннадий Сергеевич грубо гасит всю магию вокруг себя, буквально запрещая ей пользоваться, то Комарова — эдакая глушилка, которая делает магию невидимой. Она не боевик, она идеальный маг поддержки. Будь у того гада… как его? Вавилова, во! Будь у Вавилова в команде головорезов такая вот мадам, чёрта с два мы завершили бы марш-бросок по его дому за неполные три минуты. Вслепую, мне пришлось бы побегать за его магами по этажам. А там, глядишь, и получить внезапный удар из-за угла. Однако есть нюанс. Насколько мне известно, такие вот «глушилки» начинают худо-бедно раскрываться к двадцати годам. Откуда же у Комаровой в таком случае настолько мощный источник, чтобы всасывать энергию? Или это я разрядился? — Что-то не так? — улыбнулась девушка, заметив, что я как-то слишком уж надолго задержал рукопожатие. — Нет-нет, прошу прощения, — ответил я. — Всё нормально. Просто задумался. Глаза у вас красивые. — Есть такое, — игриво кивнула девушка. Я же себе пометку сделал. По ОЧЕНЬ многим причинам мне бы пообщаться с этой Комаровой поплотнее. Такой дар просто нельзя оставлять без присмотра. Ведь прямо сейчас передо мной стоит либо мой будущий враг, либо же очень ценный союзник. — Лёша! — наконец, чуть ли не самой последней из аудитории вышла молодая блондинка. Лиза Шереметьева — та самая, у которой Намечалась и не сложилась любовь с прежним Алексеем Николаевичем. А рядом с ней парнишка с квадратной челюстью и заранее набыченным взглядом. Костя Лосев. — Алексей! — Лиза чуть ли не бегом подбежала ко мне, при этом грубо оттолкнув в сторону Дитмара. — Эй… — Как же ты хорошо выглядишь! Скажи, Кость? — Угу… — Поправился, похорошел. Слушай, а это правда? — И тебе добрый день, Елизавета, что правда? — не понял я. — Ну как? Что ты теперь глава рода, и что с Резновым работаешь, и что трактир заново открыл, и что в целом дела в гору пошли? Ну молодец же, Лёш, ну правда! Я всегда знала, что ты далеко пойдёшь! — Привет, — буркнул Лосев, как только дама его сердца перестала вылизывать мне эго, и показательно не предложил пожать руку. — Привет-привет, — кивнул я. — Лёш! — снова начала Лиза. — А правда, что у тебя в трактире на открытии… — Трактир, — хмыкнул Лосев. — Трактир «Трактир». Гениальное название, Светлов. Сам придумал или подсказал кто? А хотя стой! Не отвечай. Ну конечно же сам. Я широко улыбнулся, прямо сейчас я смотрел на самую банальную сцену ревности, не иначе. — Константин, а ты чего сейчас добиваешься? — спросил я. — Давай начистоту. — Ничего. — А мне кажется, что добиваешься. Дуэль хочешь? Не совсем улавливаю причину, цель и смысл, но… мне сделать милость и оскорбить тебя в ответ? Или ты сам справишься? — Да пошёл ты к чёрту! — Лосев шагнул ближе. — Не нужны мне никакие причины, чтобы поставить тебя на место! Дуэль! Прямо сейчас! — Тише-тише-тише, — попросил я оглядываясь. — Давай без лишних свидетелей, ладно? Тебе же потом оправдываться придётся… — Так ты согласен⁈ — Да согласен я, согласен. — Кость, — я было подумал, что Дитмар решил за меня вступиться, но… видимо, сын немецкого барона просто испытал приступ человеколюбия. — Ты бы успокоился, а? — Игорь улыбнулся и похлопал Лосева по плечу. — Поверь, оно тебе не нужно. — Нужно! Ну… нужно, так нужно. Комбаров начал улыбаться, предвкушая зрелище. Лиза Шереметьева, так та вообще засияла будто самовар — по всей видимости, решила, что стала предметом дуэли и очень гордилась собой по этому поводу. Нарциссизм, так сказать, в чистом виде. Ева тем временем отреагировала на всё это дело спокойно и смотрела на нас с лёгкой усмешкой. Молодой княжне было интересно, но не более. А вот Марина Комарова заметно оживилась. Чёрт, от неё как будто бы фонило нетерпением. Клянусь, девушка сейчас хотела заорать: «Ну давайте уже, начинайте!» Интересная реакция, конечно. И у меня всё больше и больше вопросов к ней. Более не усугубляя, мы всей толпой молча двинулись к учебной арене — крытому залу при лицее, который находился, к счастью, в этом корпусе. Там же и деревянные ученические мечи хранятся, так что не придётся лишний раз бегать. Внутрь мы ввалились всей компанией, надеясь на пустой зал, но нет. У дальней стены сидела молодая барышня в белом халате и листала журнал. И как бы… чёрт бы с ней, как говорится, если бы не одно «но». Женщина оказалась Еленой Викторовной, женой Резнова. Тут же я вспомнил, как Антон Иванович хвастался лекарским даром своей благоверной, и тут же всё встало на свои места. — Здравствуйте, — поздоровалась Елена Викторовна и улыбнулась. — Алексей Николаевич, не ожидала. Опять драка, надо полагать? Молодёжь-молодёжь, вечно у вас энергия через край прёт. Я хотел было поспорить насчёт «молодёжи», поскольку Резновой самой не дашь больше двадцати пяти, но… дар сам собой подразумевает, что женщина выглядит далеко не на свой возраст. — Подождите, я схожу за преподавателем, — сказала Елена Викторовна и на каблучках уцокала прочь из зала. При этом Комбаров чуть голову себе не свернул, провожая её взглядом, и мне пришлось напомнить другу, кто это вообще такая. — Не признал, — хохотнул Сан Саныч, затем чуть подумал и добавил: — А жаль… По регламенту, чтобы избежать дисциплинарных взысканий и прочих неприятностей, нам с Лосевым нужен был свидетель из преподавательского состава. Пока Резнова искала его, я молился, чтобы это был кто угодно, лишь бы не Зарубин, и с облегчением выдохнул, когда… — Игнатий Степанович! — расплылся в улыбке Саша Комбаров. — Здравствуйте! — Здрасьте-здрасьте, — пробубнил физрук. Широкоплечий мужик в белоснежном спортивном костюме и со свистком на шее. Игнатий Степанович подошёл к нам с Лосевым вплотную, посмотрел сверху вниз с раздражением и явной усталостью, а потом зачитал основные условия дуэли. — И без глупостей мне, понятно⁈ Либо дерётесь до первой крови или явного преимущества, либо я пошёл отсюда к чёртовой матери и ищите себе другого судью. — Мы всё поняли, Игнатий Степанович, — перебил я. — Обещаем, всё будет чинно и благородно. Физрук дал нам минуту на подготовку, после чего мы с Костей встали друг напротив друга. Деревянные мечи — вообще не показатель. Если влить в них магию, эти потешные штуковины могут стать опаснее настоящих, древесина-то у них особого сорта. Однако хорошо, что Елена Викторовна здесь! Можно не церемониться и не терять время, если что, подлатает беднягу Лосева. Лосев ждать не стал и первый кинулся в атаку, очень даже резво, скажу я вам. Правда, ударить он собирался простым приемом, никакой хитрости, никакой фантазии. Ну нельзя же так, это все-таки дуэль, а не драка. Лосев тем временем подлетел ко мне и попытался опустить меч мне прямо на голову. Недостаточно быстро, парень, недостаточно. Улыбнувшись, я просто отбил клинок в сторону и разрешил Лосеву по инерции пробежать мимо. — Слабенько, — развернувшись, я подмигнул ему, — может тебе записаться на курсы по фехтованию? — Заткнись! — голос Лосева сочился ненавистью, а в глазах была пелена. Так, понятно, кажется, у кого-то перемкнуло. Бывает, теперь главное, чтобы этот дурак себе не навредил в первую очередь, только разборок с чьим-то родом мне сейчас для полного счастья не хватает. Ох! А парень-то отчаянный! Видимо, сам в курсе своей фехтовальной несостоятельности, а потому решил не ждать и сразу же применил магию. Топнул ногой, после чего песок прямо под ним начал вращаться. Боюсь соврать, но под ногами Лосева собралось не меньше кубометра «живого» песка, после чего он с довольно приятным хрустом начал спрессовываться и обретать форму здоровенного кирпича. — Эй-эй-эй! — заорал Игнатий Степанович и шагнул вперёд, но было уже поздно. Кирпич с человеческий рост с невероятной скоростью рванул в мою сторону, будто таран. Я же выставил световой щит, зажмурился на всякий случай — чтобы песок в глаза не попал, — и принял его с распростёртыми, так сказать, объятиями. Каменюка расшиблась на две части, а я с удивлением обнаружил, что всё, источник пуст. Совсем. Последние крошки ушли на этот щит, хотя не такие уж это были и крошки. Побочка энергетика прилетела? Хм-м-м… надо бы разузнать. Но не сейчас, а в более подходящей обстановке, этот цирк же пора кончать. Открыв глаза, я понял, что мы с Лосевым находимся прямо в эпицентре локальной песчаной бури. Причём парень настолько хреново управлялся с собственной стихией, что закашлялся. Ну я и рванул вперёд. За неимением магии придётся использовать старые добрые кулаки. Пара шагов вперёд, размах, удар… ох как сочно получилось! Нос Лосева провалился внутрь, и фонтан крови чуть не попал мне на рубашку, благо в последний момент я успел уйти в сторону. — М-м-ммм!!! — широко распахнув глаза, Лосев упал в песок. Попытался тут же подняться, но проблемы с координацией не дали ему это сделать, да ещё и кровь из разбитого носа продолжала литься. — Всё-всё-всё! — заорал физрук. — Закончили! — а затем по привычке свистнул в свисток. — Елена Викторовна, подлатайте бедолагу! — Вот это да! — внезапно закричала Лиза Шереметьева. — Лёша, вот это удар! Вот это техника! Не могу поверить, что… — Ну ты и дрянь, — прошептал я. Подошёл к Лосеву, который до сих пор не понимал, где он, кто он и что вообще происходит. Затем присел рядом с ним на корточки и как можно тише сказал: — Ну вот оно тебе нужно было, а? Ты посмотри, она же тебя провоцирует. Нам с тобой что делить-то, дуралей? — протянув руку, я даже не надеялся, что Костя её примет, но… видать, от удара в мозгах что-то на место встало. Тогда я помог парню подняться на ноги, добавил: — Я бы на твоём месте задумался, кто тут кому настоящий враг, — и зашагал прочь. Мои — со мной. И Дитмар, и Комбаров, и Ева с Мариной. — Алексей, подожди! — подбежала к нашей кучке радостная Шереметьева. — А вы куда сейчас? — Лиза, — вздохнул я. — У тебя молодой человек в крови весь. Помоги ему, что ли? — а потом снова повернулся к ребятам. — Пойдёмте уже, тут мы закончили. Пока Шереметьева стояла с широко распахнутыми глазами, пытаясь понять, почему я вдруг не бросился к ней на шею, у меня в голове крутились воспоминания прошлого учебного года, когда эта дрянь сюда перевелась. А ведь если так посмотреть, то выходит, что пользовала она настоящего Алексея так, что аж тошно. И парень велся, веря в какие-то чувства с ее стороны. Только нет там никаких чувств, разве что себя она любит, остальные же люди рассматриваются этой змеёй исключительно как инструменты. Видел таких достаточно в своей прошлой жизни, отчасти именно они и открыли путь демонам в мир. — Леха, с тобой всё в порядке? — голос Сани отвлек меня от размышлений, — ты как-то быстро ушёл в себя, дружище, — Комбаров смотрел на меня с настороженностью. — Всё хорошо, просто дел много, — я улыбнулся, — вот думаю, за что взяться в первую очередь. — Поздравляю с победой, Алексей, — подала голос Ева, напоминая о себе. — Благодарю, княжна. Если вы не против, я наберу вас через несколько часов, ну и могу проводить до дома. — Не откажусь, — Юсупова мило покраснела, — мама будет рада тебя видеть. — Ну тогда поехали, — я кивнул в сторону ворот, — всем пока, встретимся через несколько дней! ---------- Глава 3 Глава 3 То ли мне показалось, а то ли световой день становился всё меньше и меньше. К моменту, когда мы вышли с территории лицея, уже почти стемнело. Ну… хотя бы этих безумных снегопадов не было уже несколько дней, и то хорошо. Машина мягко покатилась по вечерним тверским улицам. Чтобы не смущать Еву Евгеньевну, сам я сел на переднее пассажирское кресло рядом с Мишей Саватеевым, а княжну усадил назад. Марину я, конечно же, тоже предложил подвезти, но девушка отказалась и сослалась на то, что уже с кем-то договорилась. А вот с кем — это уже не моё дело. Глядя на фонарики и витрины, я принялся думать обо всём и ни о чём одновременно. Провалился в какое-то медитативное состояние, из которого меня вырвал лишь голос Евы. — Алексей? Ты меня слышишь? — Извини, — обернулся я. — Задумался. День был тяжёлый, и впереди ещё… Ладно. Что ты говорила? — Я говорила, что мы почти приехали, и спрашивала, не хочешь ли ты зайти, — тут Юсупова на секунду задумалась, поняла, как звучит её предложение со стороны, испугалась и поспешила пояснить контекст: — Я имею в виду к матушке моей зайти, поздороваться. — Ирина Николаевна осталась в городе? — На пару дней, — кивнула Ева. — Планировала уехать завтра вечером после ужина. Думаю, она будет рада ещё раз с тобой встретиться. — Да я только с удовольствием, — ответил я. А сам подумал, что не лишним будет проверить жилище юной княжны на предмет странностей и одержимых соседей. Поэтому, как только машина остановилась возле указанного адреса, врубил магическое зрение на полную. Обосновалась Юсупова в историческом центре, в многоквартирной трёхэтажке — то ли это был старинный доходный дом, оставшийся с тех времён, когда их ещё было принято строить красиво и на совесть, а то ли бывшее жилище какого-нибудь купца. Однако, как бы там ни было, дом внушал доверие. Дорогой, что называется, и богатый. А что самое главное — фасад его выходил на людную улицу, где человеческий трафик прекращался лишь глухой ночью. Вроде бы мелочь, но мне от этого стало поспокойней. С другой стороны, Еву похитили прямо тут, так что прям расслабляться не стоит. Зайдя в подъезд и поднимаясь по широченной лестнице, я непременно оглядывался по сторонам и… ничего. Чисто. Ни намёка на ту гнусь, которую я за многие годы научился чувствовать кожей. В соседних квартирах — обычные люди. Пяток одарённых на весь подъезд, но иначе и быть не могло, всё же недвижимость элитная. В остальном же — тишь и благодать. — Мам, я не одна! — крикнула Ева с порога. Ирина Николаевна появилась из зала с бокалом вина в руках, а я кое-как удержался от улыбки. М-м-м… Как бы так объяснить? Я очень проникся к матери Евы и был рад по тому поводу, что она живёт свою лучшую жизнь. Но поскольку Волкова ко мне в голову залезть не может и мысли эти не прочтёт, то улыбку могли бы расценить неправильно. — Алексей Николаевич, здравствуйте! Проходите, не стойте в дверях! Чай, кофе, быть может вина? — Благодарю, — стянув пальто, я чуть поклонился. — Не хотел бы вас утруждать и… — Нисколько вы меня утруждаете! — Тогда чаю… Ни о каких слугах в этой квартире, конечно же, речи не шло, и потому я оказался удостоен эксклюзивного предложения. Бывшая жена самого князя заварила мне чай, а после шастала по кухне как самая обычная домохозяйка, хлопала дверцами шкафов и ругалась на дочь за то, что у неё нет ничего, что можно было бы предложить гостю. В конце концов среди цельнозерновых хлебцев, пачек с овсяными хлопьями разных вкусов, баночек со всевозможными семенами и орехами Ирина Николаевна нашла мармелад. — Без сахара, — вздохнула княжна и повернулась ко мне. — Будете? Отказываться неловко. А вслух говорить, что на вкус чудо-мармелад оказался похож на пенопласт, ещё хуже, так что мне пришлось есть и улыбаться. Поскольку точек соприкосновения у нас с Ириной Николаевной было не так уж и много, разговор ожидаемо пошёл о ресторане. — Уже подыскали место? — Простите, Ирина Николаевна, — пожал я плечами. — Недосуг было. Сейчас все силы и всё время брошены на возвращение к учёбе… Дальше Волкова начала расспрашивать меня, что я придумал насчёт концепции, а я импровизировал. Ну… отчасти. Формат стейк-хауса я уже для себя определил, а вот всё остальное придумал на ходу. Итого я просидел на кухне у Евы полчаса, не дольше. Во-первых, не хотелось докучать хозяевам. Ну а во-вторых… во-вторых, я что-то как-то вдруг резко собрался с силами. Пожурил себя за минутную слабость и решил, что пора ехать в мастерские Резнова. Потому что кто же за меня мои дела сделает? Правильно, никто. Самого Антона Ивановича на месте не оказалось, а вот Круглов ждал. — Пойдёмте скорее! — глаза у артефактора горели. — Покажу вам вашу лабораторию, Алексей Николаевич! Всё сделали, как вы и просили! И действительно — пустая комнатка превратилась в полноценное рабочее место. А на одном из верстаков уже лежали заготовки. Пластины из на удивление лёгкой и прочной… штуки. — Кевлар, — объяснил Круглов, и тут я понял, что впервые вижу этот материал вне бронежилета. — Я взял на себя смелость предложить вам сегодня изготовить парочку защитных артефактов. Так, чисто для пробы. — Я смогу забрать образцы себе? — Конечно-конечно! — М-м-м, — я подошёл к верстаку. — Так… Я смотрю на кевлар. Кевлар смотрит на меня. Вот только ни искры, ни бури, ни безумия не происходит. Честно говоря, я даже близко не знаю, с какой стороны к нему подступиться. — Захар Борисович, — повернулся я к маэстро. — Я не прошу ваших секретов, но не могли бы вы показать базу? А дальше я сам. — Без проблем, Алексей Николаевич… Внутренним взором наблюдая за конструктами, что буквально из ничего начал выстраивать внутри пластины Круглов, я довольно быстро понял принцип. И по сути, если бы не специальные зачарованные инструменты и верстак с магическим фоном, то такие вот игрушки можно было бы делать на коленке. Причём не обязательно из кевлара, а из… да из чего угодно. Думаю, сгодилась бы даже картонка. Но суть не в этом. Суть в том, что я здесь для обмена опытом. И потому вместо того, чтобы тупо повторять за Борисом Захаровичем, свою пластину я начал обрабатывать по-своему. С учётом собственных предпочтений, так сказать. — Алексей Николаевич, а что вы… что вы делаете? — Работаю. — Но вы же… Я же… Гхм, — Круглов замешкался. — Вы уверены, что это хорошая идея? Делать защитный конструкт из стихии Света? При всём уважении к вашему дару, но как же он сможет защитить от прямого попадания той же пули? Надо было просто встроить руны в материал, за наполнение у нас обычно отвечают другие люди. — Захар Борисович, — улыбнулся я. — Вы просто поверьте, а поймёте потом. Круглов кивнул. Вздохнул. Затем, видимо, вспомнил, что я здесь неспроста и уже успел отличиться, а потому начал помогать советами. — Не отклоняйтесь, Алексей Николаевич, не отклоняйтесь. Вы уводите в сторону… — Знаю. — Ладно-ладно. Наконец, когда последний виток был завершён, я утёр пот со лба, выдохнул и отошёл к кулеру попить. Захару Борисовичу же сказал, что он может попробовать испытать пластину. Например, не мудрствуя лукаво, шарахнуть по ней молотком. — Вот только, — начал я, набирая воду в стаканчик, — очень рекомендую вам… «…закрыть глаза». Увы и ах, мысль закончить я не успел. За спиной раздался удар, следом тут же яркая вспышка света и мычание Круглова. А обернувшись, я увидел, как мужчина стоит с оплавленным молотком в руках и хлопает глазами, пытаясь проморгаться. — А это… интересно, — заключил Захар Борисович, когда перед глазами перестали плавать тёмные круги. — Не знал, что Свет так может. Думаю, можно взять это на вооружение… «Вам НУЖНО взять это на вооружение», — подумал я про себя. И даже несмотря на то, что мне придётся попотеть, я сделаю всё, что в моих силах, чтобы компания Резнова наладила массовое производство таких вот игрушек. Ведь когда всё завертится и демоны сбросят маски, гвардия Резнова в световых бронежилетах может стать чуть ли не главным моим союзником. И бронежилеты — это всего лишь начало, всё-таки побеждать, воюя от защиты, не так уж и легко. Благо моих знаний хватит, чтобы предложить не только защиту, но и оружие. — Сможете повторить? — уточнил я у Круглова. — Пока что только с вашей непосредственной помощью, Алексей Николаевич, — всё ещё моргая, произнёс артефактор и задумался. — Но на досуге обязательно подумаю над тем, как исключить вас из процесса производства. Ну… если вы не против, само собой. — Я только за, — улыбнулся я и тут вспомнил, что помимо прочего хотел добыть у Захара Борисовича кое-какую информацию. — Вы не против, если я задам вам парочку вопросов? — Холодный, — пропустив мой вопрос мимо ушей, Круглов щупал пальцем молоток. — Как так-то? — Захар Борисович? — Да-да, ваше благородие, прошу прощения. Спрашивайте, конечно же. Буду рад помочь. А я не стал ходить вокруг да около: — Сегодня в лицее во время экзамена, — сказал я, — директор дал мне какую-то таблетку и назвал её энергетиком. Не знаю, как именно она работает и за счёт чего, но восстановление источника после приёма таблетки ускорилось в разы. Вы, случайно, не знаете, что это такое? — Хм-м-м… скорее всего, это «Заря», — ответил Круглов. — Алхимический стимулятор. Довольно вредный, если принимать его часто. Это как… простите за возможно некорректное сравнение, но это как с приёмом гормональных препаратов для человека, у которого с гормональным фоном всё и без того в порядке. Источник может понять, что ему помогают извне, и облениться. — Понял, — кивнул я и подумал, что это не план «Б», а план… «Ц» или «Ф». Однако когда ставки высоки, даже от такого зарекаться не стоит. А потом: — Скажите, а вы здесь подобные препараты не производите? — Нет-нет, Алексей Николаевич, — развёл руками Круглов. — Это дело алхимиков. — Понял. Тогда ещё один вопрос, если вы не против. — Конечно-конечно. — Там же, в лицее, сегодня я имел одно очень интересное знакомство. Оказалось, что со мной в группе учится одна очень интересная барышня с одним очень интересным даром. Честно говоря, я не знаю, как правильно он называется, но она умеет скрывать ауру. Таких вроде бы называют глушилками, если я не ошибаюсь, хотя, наверное, у дара должно быть и научное название. — Глушилка, — Круглов улыбнулся, — это как раз тот случай, когда решили не придумывать заново велосипед. — Кхм, — неловко кашлянул я. — Что, вот прямо так и называется? — Ну да. — Допустим, — кивнул я. — Но проблема в том, что девушка моя ровесница, и я не могу взять в толк, откуда у неё такая сила в столь нежном возрасте. Клянусь вам, сегодня я как будто в пустоту попал. Ничего не чувствую от её присутствия, вот прямо ничего. — Хм-м-м-м, — Захар Борисович задумчиво почесал в затылке. — Быть может, родовой дар? И кто-то из более старших и сильных родственников сделал для неё артефакт? Точно так же, как вы сегодня сделали световую броню? — То есть вы утверждаете, что сама она пользоваться своим даром не может? — Природа мудра, Алексей Николаевич, — улыбнулся Круглов. — А магическая природа ещё… э-э-э… мудрее. Иногда мне кажется, что некие высшие силы как будто бы предусмотрели этот момент и сделали так, чтобы слишком сильные способности не приходили к человеку слишком рано, когда он ещё глуп и не понимает, что именно ему досталось. Так что, отвечая на ваш вопрос, могу смело заявить: да. Почти со стопроцентной вероятностью у той девушки был с собой артефакт. Информацию я на ус, что называется, намотал, дальше же мы перешли к работе. Несколько часов Круглов выжимал из меня всё, при этом сам старик тоже не стоял в стороне. Итогом этой работы стал небольшой ящичек, полный кевларовых пластин, причем в улучшенной версии. Теперь они срабатывают исключительно на магию, а уж за механические повреждения отвечает сам материал. — Поезжайте домой, Алексей Николаевич, вы и так еле держитесь на ногах, — артефактор глянул на меня строгим взглядом, — с вас на сегодня хватит магии. Я кивнул, так как источник сегодня и правда выдал даже больше, чем он был способен. И это хорошо, потому что таким образом быстро можно раскачаться до следующего уровня, вот только метод не зря считается опасным. Один раз пережмешь, и останешься без энергетических каналов. А дальше и до отторжения источника недалеко, поэтому применять такое нужно аккуратно и не слишком часто. Покинув лабораторию, я дошел до внедорожника. Завидев меня, Миша тут же завел нашего стального коня, и мы сразу же рванули в сторону дома. На улице была ночь, хотя на часах было чуть больше семи. — Господин, это, конечно, не мое дело, но вам не стоит так себя нагружать, — проронил Саватеев, косясь одним взглядом на дорогу, а вторым на меня. — Всё понимаю, Миша, но есть слово надо, — я откинул спинку кресла, — тем более что так будет не каждый день. Да и вообще, чем больше работы, тем быстрее мое тело достигнет нужных кондиций. Я слишком долго валялся без сознания, нужно восполнять пробелы. Миша ничего не ответил, но почему-то мне кажется, что он не согласен со мной. Впрочем, с субординацией у нас в роду всё в порядке, так что свое несогласие он будет держать при себе, а мнением поделится, только когда я спрошу. Другое дело, что спрашивать я планирую часто. Полулежа на сидении, я сам не заметил, как провалился во что-то, отдаленно напоминающее сон. Вот только почему-то снилось мне место, которое я точно ни разу в своей жизни не видел. Небольшая деревня, в самом центре которой располагался странный, слепленный из глины дом. Крыша была застелена соломой, то тут, то там виднелись прорехи, но самое главное было не место, нет, куда важнее было, что перед этим простым на вид домом сидел демон. Чешуйчатое тело, мощный хвост, когти, и только лицо пока еще было человеческим. Он сидел прямо на земле и, что-то насвистывая себе под нос, точил старый меч. Сталь потемнела от времени, но демона это, судя по всему, нисколько не заботило. Вдруг тварь резко подняла голову, и я был готов поклясться, что она смотрит прямо на меня. Причем взгляд у этого ублюдка был совсем не доброжелательный, а ровно наоборот. Он еще и облизнулся, видимо, чтобы у меня исчезли все сомнения. А потом демон что-то сказал. Вот только слова этого языка были мне неизвестны, так что прозвучало это просто как набор звуков. Мгновение, и вот я вновь в своем теле, в теплом внедорожнике, который движется в сторону дома. Пробуждение получилось резким, словно на меня вылили ведро ледяной воды. — Господин, с вами всё хорошо? — обеспокоенный голос Саватеева заставил меня вспомнить, что я вообще-то тут не один. — Всё в норме, — я натянуто улыбнулся, — просто приснился кошмар…  * * * Африка. Центральная часть. Барнус был главным ищейкой господина, и именно поэтому ему выпала честь попасть в этот мир вместе с высшим. Вселившись в слабого человека, он не стал обустраиваться, как делали остальные, а стал искать вместилище, достойное его дара, и нашел. Старик, умеющий говорить с духами умерших, умеющий ходить там, где обычные люди не ходят. Барнусу повезло, этот человечишка был при смерти, но даже так пришлось биться с его душой для того, чтобы завладеть телом. Бой был тяжелым, но в итоге демон стал обладателем тела с даром, сильным, а главное нужным даром. И сегодня демон понял, что это было не зря. Вытягивая из мирового поля всё, что местные знали о демонах, он притянул к себе чье-то внимание. И пусть контакт был коротким, однако этого хватило, чтобы понять, что душа, попавшая в сети, не просто не испугалась, а узнала в нем демона. — Демоноборец, — тихо, с рычащими нотками в голосе прохрипел демон и легко поднялся на ноги, — нужно доложить господину, срочно! Он должен знать! ---------- Глава 4 Глава 4 Интересно, конечно… Машина плыла вдоль заснеженных улиц, а Миша за рулём молчал. Видимо, понимал, что я сейчас не в настроении для разговоров, и понимал очень правильно. После того, что мне… приснилось? Причудилось? Как ни назови, суть остаётся прежней. После того, что я увидел, говорить абсолютно не хотелось. Хотелось сделать кое-какие выводы. Демон с человеческим лицом — это всё понятно, гадать, верховный это или кто помельче, просто с амбициями, смысла нет. Хуже всего то, что он меня, кажется, видел. И вот здесь главный вопрос: получается, что демоны теперь в курсе моего присутствия? А если так, налажена ли между ними в этом мире адекватная коммуникация? Ведь тварь из видения была где-то… где не Тверь. Песок, солнце, жара. В то время как у нас здесь ничем таким даже близко не пахнет, кругом мороз и снег, снег и мороз. С одной стороны, хорошо, что демон далеко. А с другой, очень плохо, что он далеко… Как бы это всё сейчас ни прозвучало. Короче говоря, чувства у меня по этому поводу смешанные, и во всём предстоит разбираться. После прибытия к особняку я выбрался из машины и направился к дому. Попросил Степаниду подать ужин и тут, на исходе дня, смог наконец-то хоть немного расслабиться. Накормили меня по-королевски. Сперва на столе появилась тарелка наваристых щавелевых щей со сметаной, и тут мне пришлось пытать мою кухарку на предмет того, где она раздобыла щавель. Степанида же с гордостью заявила о том, что «учится у лучших». — Это шпинат, ваше благородие, — заявила она. — А кисло из-за лимонного сока и сметаны. — Восхитительно, — сказал я, чем окончательно вогнал Степаниду в краску. Но одними щами, да после такого дня, сыт не будешь. И тут появились они. ОНИ! Пельмени! Свои, домашние, но при этом такие маленькие и аккуратные, что диву даёшься. — А ты не думала насчёт практики в трактире? — Ой, да бросьте Вы, Алексей Николаевич. — Смотри-смотри. Могу устроить… От пельменей я остался, мягко говоря, под впечатлением. Сидел в гостиной, переваривал, пил чай, и в этот момент в моей жизни снова возник старший из братьев Саватеевых. Миша, видимо, тоже как раз успел отужинать, — во всяком случае, выглядел мужчина сытым и довольным, — и вернулся к несению службы. — Ваше благородие, к вам Павел Андреевич. Звать? — Зови, конечно. Первая мысль — что-то случилось. Однако мельком глянув на часы, я понял, что время ещё детское и вполне себе адекватное для таких вот визитов. Это просто у меня сегодняшний день растянулся, а световой день меж тем окончательно схлопнулся. Темнота. Как же она меня убивает… — Алексей Николаевич, вечер добрый. — Здравствуйте, — я встретил Добрынина в дверях и сразу же предложил пройти к растопленному камину. Внезапно сегодня тайник не отказался от кофе. Я уже привык к тому, что я из вежливости предлагаю ему напитки, а он завсегда отказывается, бурчит, что по делу, и к этому самому делу мы и переходим. Однако конкретно сегодня система дала сбой. Прихлёбывая из дымящейся кружки, Добрынин устроился в кресле напротив меня и начал с досужих разговоров. — Как артефакт? — спросил опричник. — Работает, — коротко ответил я и замолчал. В подробности вдаваться не хотелось. Дальше Павел Андреевич расспросил меня о лицее, Еве Юсуповой, трактире и, что уж совсем ни в какие ворота, обсудил погоду. — Но давайте уже, наверное, к делу? — Да-да, — кивнул я, поглядывая на часы. — Очень хотелось бы. — Вот, — Добрынин достал из портфеля худенькую папку и протянул мне. — Списки граждан, у которых за последние несколько месяцев пробудился магический дар. Сами понимаете, что здесь только Тверь и область. — Ага, — кивнул я и открыл папку. Три страницы мелким шрифтом. Фамилия, имя, дата пробуждения и тип дара, если таковой удалось зафиксировать. Интересно, очень интересно. И как бы мне попросить этот списочек на изучение? Пройтись бы по нему. Думаю, много чудных открытий совершил бы. — И что Вы хотите, чтобы я с этим делал? — уточнил я. — Здесь есть несколько фамилий учащихся лицея, — ответил Добрынин. — Моё появление на территории учебного заведения ничем хорошим не закончится. Разве что в преподаватели записываться. Для прикрытия, так сказать. Вы же, Алексей Николаевич, можете невозбранно перемещаться по территории, заводить нужные знакомства и следить за всеми этими людьми. Следить и обращать внимания на… странности. Резкая перемена характера или необъяснимые поступки. Мало ли? — Вы думаете, что среди них могут быть… как правильно их назвать-то? — тут я решил прикинуться дурачком. — Одержимые? — Одержимые, — Добрынин просмаковал слово. — Пойдёт. А насчёт того, что я думаю… Я ничего не думаю, Алексей Николаевич. Я прорабатываю список. И вы можете стать моими глазами в студенческой среде. — Так я ведь только за, — искренне сказал я. — Согласен. На все сто с вами согласен, затея здравая. Цель у нас с вами одна. — Как здорово, что вы это понимаете… Так! Словесные танцы и любезности — это прекрасно, но хотелось бы уже добраться до имён. — Лосев⁈ — я аж вскрикнул. — Знакомый? — тут же прищурился Павел Андреевич. — Н-н-нет, — выдавил я и ни капельки не соврал. — Это Артём. А со мной учится Константин Лосев. Брат, должно быть. Но я в любом случае проверю… Младший Лосев или старший? Или вообще однофамилец? Хорошо оно или плохо, но мы с Костей не настолько близки, чтобы я знал о его семье. Но едем дальше — этого не знаю, этого не знаю, вот эта фамилия звучит очень знакомо и… Марина Комарова. Неужели чутьё не подвело? — Забавно, — вслух сказал я. — Что именно забавно, ваше благородие? — Да так. Есть пара знакомых фамилий. — И всё? — И всё, — пожал я плечами. — А что Вы хотели услышать? Пока что ничего конкретного, люди как люди. Но отныне я буду наблюдать за ними особенно тщательно. Добрынин несколько секунд сверлил меня взглядом, но затем кивнул. Видимо, вспомнил, что мы с ним в одной лодке. — Хорошо, — сказал он. — Я верю вам, Алексей Николаевич. Не подведите. — Не подведу, — заверил я. После мы минут десять обсуждали детали. Точнее… это Павел Андреевич обсуждал детали и делился со мной своим опытом в оперативно-розыскных делах. В конце концов опричник встал, пожал мне руку и отправился восвояси. Я же понял, что больше не могу выносить этот день, поднялся к себе и почти сразу же рухнул на кровать. Моментально начал проваливаться в сон и тут… Тут снова отозвался браслет. Моё сознание опять попало куда-то в стародавние времена, но на сей раз к другим родственникам Алексея. То ли чуть подальше меня во времени занесло, а то ли чуть поближе… Не суть. Я наблюдал за двумя широкоплечими мужчинами, за спиной у каждого из которых был щит с изображением родового герба. Оба молчали и шли по какой-то то ли пещере, то ли гробнице. Один подсвечивал путь факелом, а второй тем временем тащил в руках здоровенный кувшин, расписанный рунами. Поворот, лестница, ещё поворот, и мужчины оказались в длинной подземной галерее, где таких вот кувшинов было великое множество. Что это такое? Зачем? Почему? Ещё и руны эти… Совершенно непонятно. Однако раз браслет решил заострить на этом внимание, значит, дело важное. Видимо, где-то в Торжке существует родовая крипта Светловых. Мужчины молча поставили кувшин в ряд с остальными и так же молча двинулись на выход. Я же пытался запомнить каждую мелочь, но что толку запоминать, что внутри хранилища, если я не знаю, где хранилище? Ответ был дан лишь отчасти. Видение продолжалось до тех пор, пока мужчины не вышли на поверхность. Ожидаемо — холм. Вокруг вековой лес без тропинок и дорог. Никаких домов, никакого города, но внизу… внизу протекала Тверца. Причём не просто так, а в интересной излучине, которая чуть ли не полную петлю делала. И внутри этого крохотного «полуострова», если можно так выразиться, росло три раскидистых дуба. И под одним из этих самых дубов виднелась каменная плита с рунами. Почему-то я точно знал, это запасной вход. — Фух! — я аж подскочил на постели. Не знаю, как именно работают видения браслета, но на случай, если они так же зыбки, как сны, я записал всё, что запомнил. Ну и зарисовал ещё. Для надёжности. Затем бесцельно пошатался по комнате, прикидывая, как бы мне теперь использовать новые знания, и с какой вообще стороны подступиться к поискам, но решил, что утро вечера мудренее. Вернулся в кровать и на сей раз провалился в самый обычный, здоровый, человеческий сон. А в новый день я ворвался, что называется, с двух ног. Да-да-да, впервые с момента моего перерождения я проспал. Видимо, вчерашние нагрузки не прошли бесследно. Бегом вниз, мимо Степаниды, кричащей мне вслед о необходимости завтрака, на улицу, в машину и в лицей. Да, всем вокруг уже давно понятно, что преподаватели пойдут мне навстречу в любом случае, но это не повод борзеть и опаздывать. Уважение быть должно. — Алексей Николаевич, — Зарубин поднял бровь, глядя на наручные часы. — Минута до начала. — Прошу прощения, Геннадий Сергеевич! Я здесь! Я тут! Я всегда! — Проходите, садитесь, — директор хмыкнул, — не опоздали, и это уже хорошо. Готовы? Я кивнул, а дальше началось. Первый час я еще держался, хотя вопросы сыпались на меня со всех сторон. Пятерка экзаменаторов, среди которых был в том числе и Зарубин, задавали вопросы вразнобой, словно пытаясь поймать меня на незнании. Несмотря на это память работала как надо, так что я отвечал, и отвечал, и отвечал. В какой-то момент в горле запершило, но директор заметил это, и позволил мне сделать минутную паузу. Выпив воды, я глянул на часы и понял, что вот уже полтора часа без остановки отвечаю на вопросы. Н-да, а ведь вчера я думал, что сегодня меня ждет послабление. Ну Зарубин, ну жук! Выходит, не зря я тратил вечера на учебу, ой не зря. Посмотрим, насколько меня еще хватит, однако я намерен выдержать и этот бой. Не сломался вчера, не сломаюсь и сегодня! * * * Два часа спустя. — Что ж, Алексей Николаевич, поздравляю вас с возвращением в лицей, — на губах директора появилась радостная улыбка, — три с половиной часа без единой ошибки, вы подготовились на славу. Брали уроки у репетиторов? — Исключительно домашнее обучение, — я хмыкнул, — видимо болезнь пошла мне на пользу. — Однозначно, — директор кивнул и протянул мне руку, которую я с удовольствием пожал. Мужик он нормальный, а в будущем его сила мне пригодится в борьбе с тварями. Дальше мы попрощались, я отдельно пожелал хорошего дня каждому из преподавателей и покинул класс. Уроки для остальных еще шли, так что я спокойно вышел из корпуса и направился на выход. Из головы не выходило видение от браслета, оно явно было не просто так. Сначала мне показали, что род Светловых в прошлом воевал с демонами, а вчера мне открыли место, где, судя по всему, покоились останки моего рода. И прямо сейчас в моей голове один вид накладывался на другой, а разум искал хоть какие-то зацепки, да так, что я сам не заметил, как остановился, не дойдя до ворот буквально несколько шагов. Открыв навигатор в телефоне, я увеличил карту Торжка, внимательно изучая русло реки, и буквально через минуту поисков я наткнулся на то, что мне было нужно. Да, с тех пор, судя по снимкам, все сильно изменилось, однако дубы были на месте, а значит, нужно ехать туда. Сунув телефон в карман, я направился к внедорожникам, и почти дошел, но нет, надо же было вляпаться в Елизавету. Бывшая пассия настоящего Алексея возникла словно из ниоткуда, как будто бы все это время только и ждала, чтобы я вышел из корпуса. — Алексей, — на крашеных губах возникла улыбка, — рада тебя видеть. Неужели ты все-таки вернулся к нам? — Елизавета, у меня сейчас нет никакого желания тратить время на пустые разговоры, — я покачал головой, — если ты не против, я продолжу свой путь. Пока эта взбалмошная девка пыталась понять, что только что произошло, я прошел мимо и, дойдя до внедорожника, сел на переднее сидение. — Домой, господин? — Саватеев глянул на меня вопросительным взглядом, на что я отрицательно покачал головой и показал ему точку на карте. — Нам нужно сюда. — Гм, господин, там ничего такого нет, какие-то трущобы, — гвардеец глянул на меня с удивлением, — нам точно туда надо? — Точно-точно, — я кивнул, — жми на педаль, Миша, чем быстрее доедем, тем лучше. Кстати, с завтрашнего дня я возвращаюсь на учебу, так что готовьтесь, веселье начинается. — А вот это хорошая новость, господин, — Саватеев улыбнулся, — как единственный представитель рода вам нужно наводить мосты с другими, а там, может, и невесту себе присмотрите. Я тут благоразумно промолчал. Делать детей в ближайшей перспективе я не планировал. И не потому, что я их не любил, нет, к детям у меня как раз таки наоборот, очень хорошее отношение. Но я никому не пожелаю жить в мире, где демоны взяли верх. И пусть я постараюсь сделать все, чтобы не допустить такого, но наличие ребенка станет для меня якорем. А этого нельзя допустить, потому что нельзя. Наш внедорожник рванул с места, разбрасывая снег, а я погрузился в легкую медитацию и направил небольшую нить энергии к браслету. Ну же, дружок, быть может ты мне еще что-нибудь покажешь? Энергию браслет принял с удовольствием, а вот новые образы так и не показал. Видимо, это работает только тогда, когда сам псевдоинтеллект браслета решает, что надо. А то, что этот интеллект есть, я не сомневаюсь. От нечего делать я продолжил медитацию, прокачивая энергию по каналам. До магистра мне еще было далеко, но некоторые конструкты этого уровня я могу использовать уже сейчас, просто за счет опыта. И кажется, Зарубин это тоже понял, по крайней мере сегодня он смотрел на меня пусть и не как на равного, но уже и не как на подростка. Все-таки в этом плане этот мир выигрывает у моего. Тут, если ты достаточно сильный маг, на твой возраст могут смотреть сквозь пальцы. А как только маг получает уровень архимага, он фактически становится ходячим оружием, и все, кто ходят рядом с ним, стараются его не беспокоить. Потому что маг такого уровня легко может превратить небольшой городок в пустошь. Например, в Твери сейчас из магов такого уровня только Зарубин, ну и Добрынин. Но опричник не местный, так что его можно не считать. В Торжке же у нас настолько сильных магов нет, даже магистров, кажется, нет, по крайней мере я не чувствовал такой ауры. Размышляя об этом и параллельно прогоняя энергию по телу, я сам не понял, как мы оказались в Торжке. Саватеев мягко притормозил, а меня выкинуло в реальный мир, и передо мной показались скошенные ангары и какие-то деревянные бараки, уже темные от времени. — Вот, мы на месте, — Миша покачал головой, — пойдем туда? — Ага, — я кивнул и покинул теплый салон. Несколько снежинок тут же попали за воротник, но я просто активировал покров и пошел вниз, к тем самым деревьям. Матерясь сквозь зубы, Миша пошел следом, видимо решил, что мне тут может грозить опасность. Минут пять я пробирался сквозь снежные завалы, иногда проваливаясь чуть ли не по пояс в снег, но в конце концов я добрался до того самого места. Правда, в видении тут все было немного иначе, впрочем, ничего удивительного, за столько лет ландшафт, конечно же, изменился. — Господин, а что мы тут ищем? — спросил Миша, разгребая снег вокруг, — тут же ничего нет, вы сами видите. — Есть, просто, видимо, глубоко, — усмехнувшись, я выпустил силу и с помощью своей ауры начал топить снег. Минут пять хватило для того, чтобы добраться до земли, вот только это было только начало. Вход в родовую крипту Светловых за столько лет превратился просто в небольшой холм, и мне пришлось использовать конструкты, чтобы добраться до той самой каменной плиты. Стоило мне прикоснуться к ней, как руны тут же начали светится, а потом плита вдруг неожиданно провалилась внутрь холма, и ну я, конечно же, полетел следом за ней. Гадство… ---------- Глава 5 Глава 5 Падение вышло запоминающимся. Сперва я летел, потом на чём-то скользил, под конец перекувырнулся через себя и смачно так приложился о стену, выбив весь дух. Благо не головой ударился. Остальное — мелочи. — Алексей Николаевич! — тут же донёсся сверху голос Михаила. — Вы живы⁈ Гвардеец смотрел на меня сверху вниз через дырень, что разверзлась прямо у меня под ногами. — Жив-жив! — ответил я, поднимаясь на ноги. — Цел и практически невредим! — Мне спуститься к вам⁈ — Не надо! — отрезал я, уже примерно прикинув высоту потолка в этом древнем зале. Метров, не соврать, пять. — Если ты спустишься, мы оба будем внизу! — И⁈ — И кто нас вытягивать в таком случае будет⁈ Миш, не тупи! Лучше придумай пока что какую-нибудь верёвку, а я пока осмотрюсь! — Сделаю, Алексей Николаевич! Лицо Саватеева исчезло, а я наконец смог оглядеться. Вокруг стены из грубо обработанного гранита, сыро, холодно, темно, воняет затхлостью, да и всё в целом. Ах да! Снежок через дыру очень красиво падает. Но к делу! — Посмотрим, что тут у нас, — щёлкнув пальцами, я соорудил «новичковый» конструкт магии Света и призвал небольшой светящийся шарик. Как бы не просел мой источник, такие фокусы я могу творить в любом состоянии. Освещение тут же выхватило из темноты узкий проход куда-то вглубь. А ещё паутину. Много-много паутины. По первой у меня возникло сомнение насчёт надёжности хода, но всё-таки… люди строили на века. Неизвестно сколько эта крипта простояла, и столько же ещё простоит. — Что ж… Я шагнул вперёд. Коридор вился, то сужаясь по самое не балуй, а то расширяясь до размера небольших залов-комнат. И в первом же более-менее большом зале я нашёл саркофаги. И даже если прежние Светловы хоронили своих мёртвых вместе с артефактами, вскрывать их у меня не возникло ни малейшего желания. Во всяком случае, не прямо сейчас, а там посмотрим. Сейчас меня больше интересовал зал из видения. Мне показывали вазы, а значит, именно на вазах и стоит сосредоточиться. А обнаружились они уже за поворотом. Наяву зал показался мне ещё более внушительным. Высоченный сводчатый потолок, каменные стеллажи и вазы, вазы, вазы — значительно больше, чем мне «показал» браслет. Видимо, предки Алексея продолжали стаскивать их сюда всё это время, вплоть до запустения крипты. А вот и сами предки — в ровных рядах каменных гробов. Саркофаги, что я видел раньше, были какими-то грубыми и кустарными, здесь же над фигурной резьбой явно потрудились каменщики. Предки Алексея. Гроб за гробом, столетие за столетием. Я машинально поклонился — не знаю, как именно, но эти люди сумели остановить демонов, и потому заслужили моё уважение и хотя бы вот такие скупые почести. Что ж… — Посмотрим. Я взял ближайший кувшин и понял, что его крышка запломбирована какой-то… штукой. Не сургуч, не воск, но что-то очень похожее, да ещё плюс ко всему расписанное рунами. И стоило мне лишь провести пальцем по этим рунам, как они тут же вспыхнули. Отозвались на дар? Хм-м-м… действуя сугубо интуитивно, я выпустил тонкую нить Света, и это сработало. Магический вроде-как-сургуч расступился в стороны, и внутри вазы я обнаружил… — Охренеть… Как? Это как вообще возможно? Внутри вазы в полной неподвижности висело демоническое ядро. Самое настоящее. Спрессованное, нейтрализованное, но до конца не утилизированное, и… ядро — это же суть демона! Его душа, его «я». И вот эту дрянь просто-напросто закатали в банки, как солёные огурцы, да ещё и в таких промышленных масштабах. И сколько же вопросов, а? В моём родном мире мы бились с демонами семьдесят лет. Семьдесят лет крови, потерь и отчаяния, а здесь всего лишь один род взял да и завернул демоническую экспансию, причём как будто бы мимоходом. Как так-то? В прошлой жизни мне пришлось методично уничтожать одного Верховного за другим, но… глядя на все эти вазы, невольно думаешь: а может есть способ попроще? Очень много вопросов. Ответы на них я собирался искать прямо здесь, а потому пошёл дальше. За этим залом, который вполне можно назвать «главным», обнаружился ещё один коридор, заканчивающийся винтовой лестницей. Ещё глубже! Этаж? Два? Три? Чёрт его знает, но спускался я полную минуту, и в конце концов вышел в зал поменьше. А как вышел сразу же понял, что попал в лабораторию. Такую же, как у Резнова, только с поправкой на несколько веков технологической разницы и запустения. Остатки алхимической посуды, засохшие чернильницы, прогнившие насквозь столы со стульями и ни одного — да-да! — ни одного светильника или хотя бы огрызка свечи. Что как бы намекает — тут работали только свои. Только те из Светловых, кто обладал родовым даром. — Интер-р-ресно… Вдоль стен на деревянных тёмных стеллажах стояли книги. Сотни, а может и тысячи. Фолианты в кожаных потрёпанных переплётах, рукописи на пергаменте, свитки какие-то… и всё это покрыто слоем пыли в палец толщиной. Как только сохранилось? Аккуратно, будто сапёр, я выдернул с первой попавшейся полки первую попавшуюся книгу. Переплёт хрустнул, не выдержал, и старая бумага посыпалась мне под ноги. Некоторые листы ломались, едва касаясь земли, но в целом бумага выдержала. Присев на корточки, я прочитал пару страниц. Дневник. Самый обычный дневник самого обычного Светлова, который жил несколько столетий назад. Описание погоды, похвальба покупкой нового коня, короткий очерк о том, что дети нынче пошли избалованные, а потом… встреча с демоном. И буднично так, причём. И так… обычно? Так, мол, и так, убил тварь рогатую там-то и там-то. Кое-как собрав книжку воедино, я оставил её лежать на полу и взялся за следующий фолиант. И тут была сухая летопись рода — рождение, браки, смерти. Эдакий личный светловский ЗАГС. — Хм-м-м… Оглядывая полки, я был уверен на сто процентов, что где-то здесь есть такой же учёт побеждённых демонов. А ещё — обязательно! — информация о том, как вообще началась та древняя война, и что более важно — как именно она закончилась. Архив! Бесценные знания и секреты, которые копились веками, но… есть один момент. Книги действительно были очень-очень старыми. И кажется мне, что если попытаться вытащить их на поверхность, то ничем хорошим это не закончится. Солнце? Влажность? Перепад температур? Да чёрт его знает, почему стареет бумага, но факт есть факт — она стареет. Не просто так ведь существует профессия реставратора. И может статься так, что если я перевезу книги в особняк, то через неделю от них останется одна труха. — Оцифровать, — решил я. — Хотя бы просто перефотографировать каждую страницу. И всё это предстоит делать непосредственно мне, потому что никого другого я к тайнам рода Светловых теперь точно не подпущу. Прикидывая масштаб бедствия, я сделал несколько шагов назад и осмотрелся. Десять стеллажей. На каждом по шесть полок, в среднем по двадцать книжек на полке, и получаем мы… — О-хо-хо-хо… Тысяча двести томиков. И к слову о перевозках. Это ведь не вариант. Совсем не вариант, это сколько ходок делать придётся? И сколько информации погибнет по дороге? Нет! Проблему нужно решать радикально. Если книги не идут к Алексею Николаевичу, значит Алексей Николаевич сам придёт к книгам. Нужно сделать так, чтобы эта земля снова принадлежала Светловым. Замаскировать вход, поставить людей и спокойно разбираться с книгами. И вот вопрос: — А кто сейчас этой землёй владеет? — спросил я у пустоты, и пустота, вполне ожидаемо, не ответила. Судя по тому, что я увидел наверху, место заброшено. А старый владелец мог… умереть, уехать, потерять документы, забыть о том, что у него вообще есть эта земля в собственности. Нужное, как говорится, подчеркнуть. — Разберёмся, — сказал я сам себе и зашагал на выход. То ли обратный путь занял гораздо меньше времени, то ли мне так показалось. А когда я вышел в самый первый зал, увидел, как с потолка свисает автомобильный трос. — Алексей Николаевич, это вы⁈ — А кого ты ожидал увидеть кроме меня⁈ — хохотнул я, хватаясь за верёвку. — Тяни! На поверхность я вылез злой, уставший, с ног до головы перепачканный в пыли и паутине, но весьма довольный собой. — Значит так, Миша, слушай сюда. Там внизу вход в родовую крипту и старые вещи, которые мне очень-очень нужны. Вызывай сюда звезду гвардейцев, пускай стоят здесь круглосуточно и смотрят, чтобы никто рядом не шастал. Саватеев кивнул, сказал: — Сделаю, — и направился звонить. Я же залез в прогретую машину и тоже сделал звонок. Так или иначе, эта земля находится в Торжке, и сведения о её владельце просто обязаны быть в городской администрации. А у меня там, между прочим, свой человечек имеется. Впрочем, говорить, о чём именно пойдёт разговор по телефону, я Громову-старшему не стал. Просто договорился о встрече. Уточнил, будет ли он дома через час, и готов ли меня принять. Сергей Витальевич напрягся, но отказывать не стал. — Уже выехали, — прыгнул за руль Саватеев. — Инструкции получили, сделают всё в лучшем виде. Едем или ждём? — Ждём, — ответил я, решив не рисковать ни на йоту. — А потом едем. Только не домой, а к Громовым… Гвардейцы прибыли уже через двадцать минут. — Вниз ни ногой, — сказал я ребятам на всякий случай. — И чтобы никто близко не подходил. Если кто полезет, сперва предупредить, потом вязать и сразу же звонить мне. Всем всё понятно? — Да, Алексей Николаевич! Громов-старший встретил меня в своём кабинете — до сих пор какой-то бледный и осунувшийся, но зато живой. Н-да… демоническая скверна всё-таки оставила на мужике шрамы. Постарел. Буквально за неделю лет на десять постарел. — Чем обязан, Алексей Николаевич? — спросил градоначальник, отослав прислугу и притворив за мной дверь. — Дело к вам, Сергей Витальевич, — я решил не ходить вокруг да около. — Хочу купить участок земли в Торжке. Причём определённый участок, — я достал телефон и показал на карте заранее размеченный кусок города. — Только я не знаю, кому он сейчас принадлежит и с кем нужно связываться. Думал, вы сможете помочь. — Так, — Громов нацепил очки, рассмотрел карту и повторил: — Так…это же пустырь, если мне память не изменяет. — Именно. — По документам, если память не изменяет, эта земля на балансе у города. — Ну вот и отлично! — обрадовался я. — Вот Вы-то мне её и продадите. После того, как речь зашла о недвижимости, а не о его злополучном сыночке, Сергей Витальевич явно расслабился. А вот теперь напрягся вновь. — А зачем тебе эта земля, Светлов? — Нужна, — ответил я. — Давайте без долгих объяснений и оправданий, Сергей Витальевич. Я вас ни разу не подведу, и земля не пропадёт. Громов чуть помолчал, вглядываясь в меня с эдакой смесью любопытства и подозрительности. Однако в конце концов кивнул сам себе, — видимо, вспомнил, кто именно вытащил его с того света, — и взялся за телефонную трубку. — Соедините с земельным отделом. Алло? Толоконников? Это Громов. Слушай, у нас по идее участочек есть неподалёку от излучины Тверцы… да-да, пустырь. А в чьём он ведении? Понял. Спасибо. Громов положил трубку и снова обратился ко мне. — Как я и говорил, земля городская. — И у вас нет ни единой причины мне её не продать, верно? — Верно. — Отлично! Где и что мне подписать, куда и сколько заплатить? — Да ты погоди, — улыбнулся Сергей Витальевич. — Не спеши, Светлов, а то успеешь. Программа есть одна. Для дворян, восстанавливающих родовые гнёзда или развивающих городскую инфраструктуру. По ней можно землю практически даром получить, если ты обязуешься в течение пяти лет возвести на ней капитальное строение. — Капитальное…это как? — Жилой дом, гостевой комплекс или предприятие. — Так ведь я… могу… Я пожал плечами, уже прикидывая, что «гостевой комплекс» на костях предков Светлова точно стоять не будет, и уже тем более там не будет стоять предприятие. Но вот домик соорудить чисто для прикрытия — почему бы и нет? — Определённо смогу. — Ни разу в тебе не сомневался, Алексей Николаевич. Что ж. По срокам бумаги оформляются за неделю. По стоимости плата символическая. Тысяча рублей за гектар. Я аж присвистнул. — И много там гектаров? — Один, — ответил Громов. — Неполный. Вместе с лесом и береговой линией. Итого выйдет примерно девятьсот рублей. — Так это же…даром, — сказал я. — Почти, — согласился Громов. — Но ты, Алексей Николаевич, не обольщайся. Сегодня градоначальник я, а завтра придёт другая метла и с тебя спросит. Так что сделка не коррупционная, ясно? Ты обязуешься использовать участок по предназначению. Чтобы через пять лет постройка была! Не выполнишь условия договора — изымут. И неустойку платить заставят. — Идёт, — не раздумывая, ответил я. Я вышел от Громова с явным ощущением того, что этот мир не так уж и плох, покуда есть такие вот программы. И ещё не добравшись толком до дома, начал соображать насчёт того, что мне нужно сделать первым делом. А именно — забор по периметру, небольшая сторожка, чтобы гвардейцы не мёрзли, и человеческая дорога. В целом… всё… и можно будет приступать к изучению секретов Светловых! * * * Павел Андреевич Добрынин шагал по коридорам лицея с чувством лёгкого раздражения. Настроение с самого утра было паршивым, но это не главное. Главное, что опричник в кои-то веки не был уверен в том, что поступает правильно. Сюда он явился с тем, чтобы передать Зарубину списки «подозрительных» учеников и за спиной у Светлова попросить его также взять ребят под контроль. И вот… надо ли? Не делает ли он прямо сейчас ошибку? — Павел Андреевич! — Зарубин поднял голову от бумаг. — А я как раз искал с вами встречи! Проходите, присаживайтесь… Внезапно именно директор лицея оседлал беседу. «Сам искал встречи, значит?» — подумал Добрынин и решил слушать вместо того, чтобы говорить. — Светлов, — ни с того ни с сего заявил Геннадий Сергеевич. — Простите… что, «Светлов»? — У него ранг мастера, — сказал Зарубин. — Я сам принимал экзамен. Твёрдый мастер, близок к магистру, и всё это в семнадцать лет. Добрынин подозревал что-то такое, но официальное подтверждение получил только сейчас. — И что с того? — аккуратно спросил опричник. — И то, что ваши отчёты врут, — Зарубин встал и подошёл к карте. — Во-первых, Светлов тоже попадает в статистику. А во-вторых, я провёл собственную проверку и узнал, что новообращённых магов гораздо больше. Просто не все они бегут, высоко подбрасывая колени, становиться на учёт. И да! Если бы не экзамен Алексея Николаевича, мы бы до сих пор не подозревали, что рядом с нами находится настолько… опасный человек. То есть он не опасен, само собой, но технически, — директор развёл руками, — имеем что имеем. — Я понял, о чём вы говорите, Геннадий Сергеевич, — кивнул Добрынин. — Я всё понял. Вот только Алексей Светлов не может быть опасным элементом, так как имеет отношение к моей службе. Что до остальных магов, прошу предоставить мне полный список. Зарубин кивнул, а Добрынин мысленно поставил напротив фамилии Светлова жирный плюс. Почти магистр в семнадцать — это хорошо, очень хорошо, тем более учитывая, на что парень способен. Именно такой союзник сейчас и нужен на первых порах.  * * * Африка. Где-то в центре континента. Высший демон Ингис стоял напротив ростового зеркала и рассматривал своё новое обличье. Буквально вчера ему доставили эту тушку, а уже сегодня человеческая душа была загнана как можно глубже. Но все мысли демона раз за разом скатывались к словам ищейки. Демоноборец в этом мире, очень, очень интересно. Что ж, тогда придётся его поискать. Оставлять за спиной таких противников Ингис не планировал… ---------- Глава 6 Глава 6 — Доброе утро, — прошептал я сам себе, поднимаясь с постели. Время — рань. На улице ещё темно, а мне уже пора делать дела. И сперва было бы неплохо провести ревизию организма и понять, достаточно ли восстановился источник, чтобы провести один интересный ритуал. Восстановился. Отлично. Вот и занятие на вечер нарисовалось, получается. Ну а пока — зарядка, контрастный душ и плотный завтрак. Пока ел, размышлял о событиях дня вчерашнего и об участке, который надо осваивать как можно скорее. — Ну что ж… приступим. Налистав в списке контактов номер Шапкина, я нажал кнопку вызова. — Авраам Аронович, извините, что так рано. — Да ничего страшного, Алексей Николаевич, — ответил законник. — Я уже несколько часов на ногах. Старость. Уже и не помню, когда последний раз заставал полночь. Но вы, должно быть, по делу? — Именно. — Что на сей раз? — мне показалось, что Шапкин улыбнулся. — Очередной особняк у недоброжелателей отжимаем? Или заводик какой? — Чуть скромнее, — хохотнул я. — Хочу купить участок земли у города, по программе для дворян. — Простите? — Гектар ничейной земли близ Торжка. Градоначальник уже в курсе и дал добро, так что теперь мне нужно заняться документальным оформлением. — Алексей Николаевич, — Шапкин хмыкнул, и по характерному щелчку зажигалки я понял, что мужчина прикуривает. — Знаете, я за свою практику много чего повидал. Списание долгов, дележка имущества при разводе, схватки за наследство… Но у всех этих вполне себе замотивированных людей не было даже доли вашей хватки. Не понимаю. Молодой человек семнадцати лет от роду оправляется от болезни, тут же разворачивает бурную деятельность и за неполный месяц обрастает недвижимостью по всему городу. Что же вам такое привиделось в больничном бреду, Алексей Николаевич? Обычно люди, побывавшие на волосок от смерти, находят себя в религии или духовных практиках, а вы… признаться, я тоже так хочу. — Это просто бизнес, — парировал я, ибо развивать тему не хотелось совершенно. — Бизнес? — Шапкин хохотнул. — Ладно, я понял. В любом случае, примите мои комплименты. Вы явно из тех ушлых людей, которые в каждом деле ищут выгоду, и я это уважаю. Уважаю и помогаю им осуществить задуманное. Итак, что за участок? Я продиктовал Аврааму Ароновичу кадастровый номер, объяснил, где примерно находится земля, и под конец рассказал, за сколько город готов мне её уступить. — Алексей Николаевич, я умоляю вас провести для меня мастер-класс. По финансовой грамотности в условиях кризисной ситуации. — Идёт. А вы в таком случае научите меня вытягивать безнадёжные сделки. — Лесть, Алексей Николаевич, чистая лесть! — сегодня по утру Шапкин почему-то был особенно словоохотлив. — Ладно, я понял задачу. Сегодня же подготовлю все бумаги. Разговор подошёл к концу, и Шапкин отключился, оставив меня в расчудесном расположении духа. Хороший юрист — половина успеха в любом деле, а мой юрист, судя по всему, вообще лучший. Настоящий профи, так ещё и приятный человек. Редкое, надо сказать, сочетание. Ладно. Не бумажками едиными. Нужно срочно поставить вокруг родовой крипты забор, вот только время ещё нерабочее — приёмные строительных компаний пусты, и на звонок вряд ли кто-то ответит. А значит, этим я займусь по дороге в лицей. Накинув пальто, я собрался на выход. И стоило мне лишь открыть дверь, как… — Алексей Николаевич! — На крыльце стоял Федя. — Ах-ха-ха! — мужик отбил ладошками о колено незамысловатую мелодию, потом неуклюже станцевал и застыл, явно ожидая от меня какой-то реакции. — Молодец, — неловко сказал я, а потом вдруг как понял. — Что, уже гипс сняли? — Ага! Так что я могу приступить к исполнению своих обязательств, ваше бродие! Куда едем? Признаться, я уже крепко привык к тому, что по городу меня возит начальник гвардии, но всё-таки так оно будет лучше. Нет! Миша по-прежнему будет сопровождать меня везде и всюду, но теперь у него будут руки свободны. На всякий, так сказать, случай. Сели. Поехали. И как только часы пробили девять, я без зазрения совести начал обзванивать местные строительные конторы. По первому же номеру сразу получил отказ и пожелание выздоравливать, дескать, у меня не всё в порядке с головой. — Ограду? — Федя нахмурился, подслушав разговор. — Сейчас? Мёрзлую землю копать? Ваше бродие, а вам это зачем? — Так надо, — ответил я. — Нужно огородить участок, причём не временным забором, а сразу же чем-то основательным. Чтобы люди понимали — территория занята, и лазать по ней не стоит. — Бр-р-р-р, — Федя аж плечами передёрнул. — Та ещё работёнка. Кто ж возьмётся-то? — Тот, кому нужны деньги, — улыбнулся я и продолжил обзвон. «СтройИнвест» мимо, «ТверьМонтаж» заломили совершенно бесстыдный ценник, а вот с «Монолитом» мы сошлись. Смешно, конечно, но стоимость работ вместе с материалами ребята оценили в двадцать тысяч, то есть почти в двадцать раз дороже той суммы, в которую мне обошлась земля. Забор из бетонных блоков, подведение электричества, бытовка и… и всё. Бурить скважину на этой земле категорически нельзя, ведь неизвестно, до чего рабочие добурятся. Благо, мир технологичный, и какое-то решение с водой обязательно придумается. На край будем подвозить. Не собираются же у меня гвардейцы на своём рабочем посту в ванне плескаться или баню топить. Да и река рядом, так что просто поставим мощный насос с фильтром, да и дело с концом.  * * * Мужчина сидел на коленях, раскинув руки в сторону, и беззвучно шевелил губами. Вокруг него на полу была нарисована пентаграмма, на каждом луче которой стояла зажжённая чёрная свеча. Тьма сгущалась. Пламя дрожало. На стенах играли тени. Ритуал связи с Высшим требовал предельной концентрации, и мужчина уже понимал — до конца сегодняшнего дня он будет разбит, обессилен, а возможно, даже болен. Демоническое ядро разрядится до предела, но ничего не поделаешь. Таков порядок. Если Высший взывает к тебе, значит нужно отвечать. Точнее… «Нужно» — не то слово, просто в случае отказа тебе же самому будет хуже. — Игнис, — в очередной раз повторил мужчина и закрыл глаза. — Игнис, услышь. Темнота сомкнутых век сменилась фиолетовым свечением, и душа потихоньку начала выбираться из тела. Исчезло ощущение времени и пространства, а суть мужчины начала подниматься куда-то вверх, вдоль по метафизическому коридору. Одна часть мужчины оставалась в снежной Твери, а вторая теперь неслась куда-то далеко-далеко. Туда, где жара, выжженная земля и львы невозбранно кушают зебр. Африка. Мужчина почувствовал континент. Сухой, древний и беспощадный. Затем перед его мысленным взором возник силуэт. Человеческий, но… То лишь внешне. — Ты звал меня, — если бы мужчине было чем кланяться, он бы обязательно поклонился. — Я рад твоему появлению в этом мире и тому, что ты удостоил меня… — Врёшь, — перебил Игнис и рассмеялся. — Ты рад мне так же, как овца рада появлению пастушьей собаки. К чёрту это. — Владыка, я… — Заткнись! — рявкнул Игнис. — И слушай. У меня вопрос. Моя ищейка засекла демоноборца где-то неподалёку от тебя, и мне нужно знать, что тебе известно на этот счёт. — Демоноборца? — мужчина почувствовал, как внутри нарастает паника. — В этом мире? Но ведь…их не должно быть здесь! — Не должно, — согласился Игнис. — Но они, видимо, об этом не знают. А теперь отвечай на вопрос. Что ты знаешь об этом? Да, мужчина подозревал Светлова в чём-то… таком. Причём подозревал небезосновательно, но даже подумать не мог, что всё настолько плохо. Демоноборец? — В Торжке есть странный паренёк. Некто Алексей Николаевич, маг Света. Причём сильный. Мои люди уже следят за ним, и со дня на день мы готовим операцию по захвату. Планировали… — Стоп, — перебил Игнис. — Отставить самодеятельность. — В каком смысле? — В прямом. — Но Владыка… — Никаких «но». Если это действительно демоноборец, то он не по зубам ни тебе, ни твоим шавкам. Так что сиди на заднице ровно, жди, и даже не думай что-либо предпринимать. Твоя задача — держать цель в поле зрения и подготовить радушный приём моим людям. Через пару дней они будут у тебя, и сами во всём разберутся. Ты понял? — Да, Владыка. — Отлично, — фигура Игниса начала расплываться. — И только попробуй что-нибудь испортить… * * * Что ж. Мой первый учебный день после длительного перерыва… А хотя, учитывая попадание в тело Светлова, просто мой первый учебный день давался тяжелее, чем я того ожидал. Но только не потому, что материал был сложным, а потому что я вдруг оказался очень жадным до времени. Так уж вышло, что я постоянно держал в уме то, что каждую потраченную на учёбу минуту можно было бы использовать во имя моей главной цели. Перерывы — другое дело. Во время первого я уже узнал, кто из списка Добрынина и в какой группе учится. Во время второго собирался начать пробивать людей, но не сложилось — Юсупова предложила вместе пообедать, а отказывать княжне, учитывая мой новый статус, было неловко. Третий промелькнул, четвёртый тоже, и в итоге я не сделал ровным счётом ничего. Поэтому решил компенсировать своё бездействие вечером. Вернувшись домой, я быстро поужинал, ещё раз созвонился с Шапкиным, затем с Ильёй из трактира, затем переговорил с гвардейцами и узнал, как идёт караул вокруг родовой крипты… Короче говоря, ничего особенного. А вот потом, спрятавшись от посторонних глаз в кабинете, я обратился к браслету. Невидимый обычным глазом, Светоносный принялся пульсировать в такт моему источнику. Сил было полно, а потому я решил вместить в артефакт несколько новых конструктов. — Ну что ж, — пробубнил я себе под нос. — Давай-ка расширим твою функциональность… Я закрыл глаза и погрузился в медитацию. После последних дней — уже привычное состояние. Отстранённость от тела, сосредоточение на внутренних ощущениях, энергиях, токах каналов и пульсации источника. Перед внутренним взором появилась суть браслета. Выглядела она как сложная вязь рун, переплетённая воедино световыми нитями. Сложно. Очень сложно и очень хрупко. Ведь нельзя сказать, что каждая руна отвечала за что-то конкретное, однако была необходима в неразрывной связке с другими. И эти связки категорически нельзя было нарушить. Дополнить — да. Но только с большой осторожностью. Мысленно я коснулся браслета и начал тщательней изучать его структуру. Артефакт был гибким и адаптивным, но при этом, повторюсь, любое вмешательство могло разрушить действующие рунные связки. Тупо накачать энергией не прокатит, тут нужна именно филигранная работа с магическими формулами. «Не чини то, что и так работает» — слышал, знаю, одобряю. Хорошая мысль, однако я всё равно готов был рискнуть. Что ж… Первым делом я решил добавить простейший щит. Не тот, что целенаправленно используется в бою и требует постоянной подпитки энергией, а… м-м-м… резервный? На случай внезапного нападения. Со спины или во сне — не суть важно. Если я по какой-то причине упущу момент, в который меня атаковали, то щит примет удар на себя, а у меня будет второй шанс и время для того, чтобы среагировать. Сосредоточившись, я начал формировать конструкт. Энергия норовила сорваться в сторону, но я не позволял. Процесс был похож на вышивание крестиком, сидя верхом на кенгуру во время землетрясения, но опыт давал о себе знать. Всё-таки столько лет практики! Через пару часов я сделал половину, выдохнул и открыл глаза. Чуть передохнул, вернулся обратно в медитацию и добил конструкт лишь к полуночи. Всё. Закрепилось. Прямо передо мной, примерно в тридцати сантиметрах от тела, возникло бледное, невидимое обычным глазом сияние. Плотная, надёжная полусфера, которая не пропустит внутрь то, что может мне навредить. — Работает… Сам я взмок и собственноручно навлёк на себя страшнейшую мигрень, которая теперь вряд ли успокоится до завтрашнего утра. Источник опустел до дна, и даже резервов не осталось, однако дело сделано. Хорошее, правильное дело. И теперь я волей-неволей буду чувствовать себя спокойней. — Денёк… Кое-как добравшись из кабинета до спальни, я рухнул лицом в подушку и отключился до самого утра. Ни снов, ни бреда, ни навязчивых мыслей — одна лишь блаженная пустота. — Алексей Николаевич! В лицей опоздаете! Видимо, Степанида смекнула, что я не просто так игнорирую визжащий на всю комнату будильник, решила вмешаться и героически спасти. За что ей большое спасибо, на самом деле. New day. Опять душ, опять завтрак, опять сборы, опять путь до лицея. Кажется, моя жизнь постепенно становится размеренной и предсказуемой. И радоваться бы, да только всем вокруг прекрасно известно, что бывает после затишья… Ладно. Федя припарковался на стоянке возле лицея и пожелал мне хорошего дня. Затем переключил радио на свою любимую волну, достал из бардачка свёрнутый в трубочку сборник сканвордов и собрался замечательно провести время. Я же побрёл по заснеженным тропинкам к основному корпусу с явным намерением уж сегодня-то наверняка пройтись по списку Добрынина. Начать планировал вот прямо сейчас, однако на крыльце наткнулся на Лизу и Костю Лосева. Складывалось впечатление, что ребята меня специально поджидали. Шереметьева кротко кивнула мне и сказала: — Привет, Лёш. А вот Лосев меня, признаться, удивил. Шагнув мне навстречу, парень протянул руку. — Алексей, здравствуй, — сказал он. — Я хочу извиниться за своё поведение. Я вёл себя глупо и недостойно. Прости. И никакой фальши в голосе. Никакой вымученности или высокомерных ноток, мол, я извиняюсь, но не извиняюсь и по-прежнему считаю тебя дерьмом. Нет! Парень говорил и выглядел искренним. Взгляд прямой, глаза в глаза, и голос уверенный. — Принимаю, — я пожал руку. — Спасибо, — Лосев облегчённо выдохнул. — Я много думал над твоими словами, — тут парень мельком глянул на Лизу, которая выглядела максимально пристыженной. — Кажется, ты был прав. — Ну, — улыбнулся я. — Это уж тебе решать. А что до наших разногласий… забыли, получается? — Забыли, — кивнул Костя. — Но не совсем. Я хотел бы закрепить извинения. В друзья не напрашиваюсь, но приглашаю тебя завтра на турбазу отца. Мы с братом каждые выходные катаемся на снегоходах и, если решишь присоединиться, можем показать тебе хорошую раскатанную трассу прямо в лесу. Проживание, питание, всё за наш счёт, само собой. Приезжай. — С удовольствием, — кивнул я. — Спасибо. И да, я понимаю, что извинение далось нелегко. Ты молодец, Костя. Лосев кивнул, развернулся и вместе с Лизой двинулся ко входу в корпус. Я же смотрел им вслед и тут… Тут у меня заворочалась чуйка, и я решил присмотреться внимательнее, подключив магическое зрение. Сердце пропустило удар. Костя Лосев, которому я только что жал руку, был… не сказать, чтобы одержим, но уже в контакте с демонической сущностью. Вокруг парня висело едва заметное фиолетовое марево. Тонкое, прозрачное и ни на что особо не влияющее, но… — Чёрт, — я аж вслух выругался. Процесс пошёл. Видимо, после поражения на дуэли Лосев был настолько зол, обижен и уязвим, что поддался на уговоры твари. Какие уговоры? Да понятно какие. Я сделаю тебя сильнее, и ты отомстишь, ну давай же, давай. Обычная практика. Или же нет? Ведь у него уже есть магия, своя магия. Ведь если подумать, есть и другой вариант, куда вероятнее одержимости, и имя ему Лосев младший. Брат Кости фигурировал в списках Добрынина, и мне надлежало его проверить, хотя теперь… теперь никакая проверка и не требовалась. Демоническая энергия в ауре — самое прямое доказательство тому, что младший брат Кости никто иной как одержимый. И что теперь? Теперь меня зовут покататься на снегоходах, и я, пожалуй, приму это приглашение. Не удивлюсь, если инициатором выступил младший Лосев, точнее тварь внутри него. Впрочем, у меня тоже есть козырь, и даже не один. Отойдя в сторону, я написал короткое сообщение Добрынину и мысленно усмехнулся. Демоны решили открыть на меня охоту, что ж, значит игра по-крупному начинается! ---------- Глава 7 Глава 7 Добрынин ответил на мое сообщение сразу же и пригласил к себе в гостиницу. Благо я уже знал, где он остановился, а если бы даже и не знал, у нас в городе хороших гостиниц не так чтобы много. Добрались мы быстро, правда, к тому моменту, как мы подъехали, на улице уже успело потемнеть. Покинув салон автомобиля, я в очередной раз удивился тому, насколько рядом с гостиницей было шумно по сравнению с остальным городом. Народу вокруг было прилично, пятница всё-таки. Заселение на выходных шло полным ходом, и к окошкам администрации выстроилась целая очередь людей с чемоданами. Кто-то приехал по делам, кто-то в командировку, а кто-то решил причаститься к Твери в качестве туриста, однако решил, что гостиница тут будет дешевле. Насчёт мотивов последних я сперва сомневался, но потом вдруг понял… Москвичи. У них в городе зима — это серая каша под ногами, простуда, сквозняк и одно сплошное неудобство. Здесь же настоящее раздолье. Все зимние удовольствия в одном месте. Снежки, горки, лыжи, санки, покатушки на тройке с бубенцами и базовая, казалось бы, возможность выбежать из парилки и прыгнуть прямо в сугроб. Да взять хотя бы тех же Лосевых с их турбазой и снегоходами — уверен, отец братьев делает на москвичах приличные деньги. Ну да ладно, не о том сейчас речь. Добрынин сидел в самом углу холла на диванчике, нервно качал ногой и делал вид, что читает журнал. Завидев меня, он тут же откинул его на столик и поднялся с места. — Не опаздываете, Алексей Николаевич, — сказал он, пожимая мне руку. — Ценю. — Да как же можно тратить ваше время? — улыбнулся я, а потом жестом подозвал официантку и попросил кофе. — Без молока, без сахара и без воды. — Сделаю, — кивнула та и испарилась. — Итак? — уставился на меня Павел Андреевич, а я начал без предисловий: — У меня несколько новостей, и все они паршивые. Я начал отрабатывать ваш список, как и договаривались, и буквально сразу же налетел на… М-м-м… Как мы условились их называть, Павел Андреевич? — Я в очередной раз прикинулся дурачком. — «Заражённые»? «Одержимые»? — Твари, — отмахнулся Добрынин, вполне обоснованно считая момент с названием демонов самым последним делом. — Кто? — спросил он, явно напрягшись. — Лосев, — ответил я. — Кирилл Андреевич, младший брат моего одногруппника. Заражён, причём основательно. — Ты уверен, Светлов? — Добрынин пробуравил меня взглядом. — Это серьёзные обвинения. Суда не будет. Следствия тоже. — Уверен, — взгляд я выдержал. — И хуже того, Павел Андреевич. У меня есть все основания полагать, что эта зараза распространилась на старшего брата. Он учится со мной в группе, и с ним… Как мне кажется, с ним всё посложнее. Спасибо, — это мне принесли кофе. Я сделал глоток, давая Добрынину время переварить информацию, а затем продолжил. Продолжил, максимально тщательно подбирая слова. В конце концов, я ведь не могу пользоваться привычной мне терминологией и вдаваться в детали демонической иерархии. Нужно играть роль. Нужно вести себя так, будто для меня всё впервые, как и для Павла Андреевича. — Не знаю даже, как объяснить… Но мне кажется, что у заражения есть различные стадии. Это видно по интенсивности… М-м-м… воздействия? Короче говоря, чёрт его знает, Павел Андреевич, но я уверен, что Костю ещё можно спасти. Как Анатолия Анатольевича. Помните, тогда, в трактире, нам удалось выковырять из него эту гадость? Добрынин молчал. Смотрел на чашку с остывшим чаем, и в этой тишине было слышно, как скрежещут его мозги. Думает мужик. Сопоставляет, взвешивает и решает, что делать. — И что теперь? Нам теперь к каждому индивидуальный подход искать? Как со временем быть? Оно у нас не резиновое. Проще по-быстрому устранять препятствия, чем с каждым отдельным индивидом играться. — Мир изменился, Павел Андреевич, — сказал я. — И либо мы меняемся вместе с ним, либо нас с вами сожрут. Иллюзий на этот счёт питать не стоит. Что до вашего предложения, лично я не готов пачкать руки в невинной крови. Тем более если есть возможность этого избежать. Я залпом добил свой эспрессо и решил, что пора переходить к главному. — Третья паршивая новость, — улыбнулся я. — Кажется, братья Лосевы поняли, что их пасут. Костя пригласил меня на отцовскую турбазу покататься на снегоходах. Завтра. Обещал показать какую-то интересную трассу в лесу. Ну… Вы понимаете, да? Добрынин поднял бровь и тяжко вздохнул, но ничего не ответил. — Убивать меня решили, по всей видимости. Подальше от посторонних глаз. — А может не убить? — предположил Павел Андреевич. — Может они тебя заразить хотят? Чтобы ты таким же стал? Признаться, я кое-как сдержался от смеха. «Заразить», говорит. Меня. Перерождённого истребителя демонов, который единожды победил Высших. Да я ведь сам для них похлеще любой чумы буду, если разобраться. Так что для демонов я не интересен ни как союзник, ни как заложник, со мной даже разговаривать никто не будет. Сразу пустят в расход, и всё на этом. Однако вот он, опять тот же самый вопрос: откуда Алексей Николаевич Светлов может знать такие тонкости? Так что свои мысли я придержал при себе, а озвучил совсем другое. — Не знаю, — ответил я. — Но что-то делать надо, раз уж мы с вами взялись за это дело. Какие у вас мысли, Павел Андреевич? — Надо ехать, — коротко ответил Добрынин. — Причём вместе. Ты делай вид, что развлекаешься в компании одногруппника, а я тебя подстрахую. — Это как, простите? — улыбнулся я. — На каком основании вы там появитесь? — Появлюсь, не переживай, — Добрынин достал телефон, быстро забил что-то в поисковике, а затем набрал номер и поставил на громкую связь. — «Лесная Сказка», слушаю вас. — Здравствуйте, девушка! — Павел Андреевич преобразился в какого-то неуёмного весельчака, что прямо-таки бурлит жизнью. — Скажите, пожалуйста, а у вас ещё остались свободные номера на завтра? Жуть как хочу к вам приехать отдохнуть! — Вы будете один? — Да, девушка. По работе остановился в «Тверской» в Торжке, но тут вдруг пара дней свободных выдалась. Вот и подумал, а почему бы не отдохнуть. Пауза. Стрекотание клавиатуры, а потом: — Есть, — ответила администратор. — Двухместный люкс. В стоимость входит проживание, завтрак, час посещения банного комплекса и час проката снегохода. Всё остальное вы можете оплатить отдельно. — Пре-крас-но! — по слогам крикнул Павел Андреевич и расхохотался. — Беру! Затем уточнил у девушки, когда именно будет заселение и очень уверенно продиктовал палёное ФИО. Представился Иваном Ивановичем Шумакарисом. Хм-м-м… Должно быть, у опричника документов на разные имена, как у дурака фантиков. И более того! Вполне может статься так, что «Павел Андреевич Добрынин» — это одно из его альтер эго. Наконец опричник сбросил вызов и убрал телефон в карман. — Значит так, — сказал он. — Я случайный постоялец, ты гость хозяев. Действуем по обстановке. И да, внешность у меня будет другой, так что ничему не удивляйся, понял? Н-да… План надёжный, как швейцарские часы. Но другого у нас нет и вряд ли будет. — Что насчёт связи? — уточнил я. — В лесу может не ловить. — Не переживай, Светлов, я тебя везде найду. Если что, не паникуй и держи в уме, что я всегда рядом. — Договорились… * * * Зимний лес за окном одного из отдельных домиков турбазы напоминал иллюстрацию к старой русской сказке. Раскидистые ели, снег, яркая луна и раскатанная дорожка, что уходит прямиком в чащу. В камине потрескивали дрова, и уютно было до невозможности. Точнее… Было бы уютно, если бы не младший брат. Кирилл молча стоял и пялился в окно. А когда изредка поворачивался к Косте, то в полумраке его лицо почему-то казалось злой звериной мордой. Костя же сидел в глубоком кресле, сжимая в руках бокал с коньяком и понимал, что коньяк вообще не идёт. Почему? Непонятно. Но если бы парень чуть глубже попытался копнуть в собственные ощущения, то понял бы — находиться рядом с Кириллом и без того опасно, а алкоголь лишь усугубит потерю контроля и бдительность. Мысль вроде бы понятная, но противоречивая. Ведь это же не чужак! Это родной младший брат! Тот самый, которому он пихал снег за шиворот, подкидывал в постель жабу и завязывал шнурки. А теперь… вот. — Я сделал всё, как ты сказал, — тихо произнёс Костя. — Сказал, что извиняюсь, а потом пригласил сюда. Светлов ответил, что очень рад и обязательно приедет. Но… Слушай… Ты уверен, что мы правильно поступаем? Кирилл ухмыльнулся. — Правильно ли мы поступаем? — повторил он вопрос, заложив руки за спину и принялся медленно расхаживать по комнате. — Костя, ты уже большой мальчик, и пора бы отрастить яйца. Этот выскочка прилюдно унизил тебя. Причём… при Лизе. — Но ведь дуэль вышла честной и… — Заткнись, — добродушно попросил Кирилл, улыбаясь. — Я тебя умоляю, просто заткнись. Кому разбили нос при его девушке? Кому всю рожу в крови измазали? Тебе, Костенька. И теперь наша фамилия вызывает не уважение, а насмешки. Я этого не допущу. И ты… Поверь мне, теперь и ты этого не допустишь. Костя вздрогнул так, что чуть было не выронил бокал. Что-то внутри него от этих слов Кирилла согласно заурчало… Что-то, что он принял в себя несколько дней назад по совету младшего брата. И сейчас оно вело себя точно как акула, почуявшая кровь. Но это лишь полбеды. Костя чувствовал, как оно медленно, но верно подчиняет его волю. — Я тебя не узнаю, — от испуга и невпопад выпалил Костя. — Ты изменился. — Я поумнел, — пожал плечами брат. — Повзрослел. И тебе желаю того же. Ты… Ты… Слушай! Кирилл Андреевич поморщился так, будто бы брат ляпнул что-то максимально раздражающее. — Я не знаю, как ещё тебе объяснить. Тебе выпала огромная честь, брат. Сила! Ты ведь чувствуешь её, верно? Ты ведь понимаешь, что я прав и ни разу не солгал тебе. Ты только представь, что мы теперь можем сделать, а? Что можешь сделать ТЫ? Прекрати уже ныть и стань мужиком. В конце концов, ты же не хочешь, чтобы отец считал тебя тряпкой? Костя молчал. Затем залпом выпил весь бокал и чуть было не раскашлялся, когда коньяк обжёг горло. — Во, — ухмыльнулся брат. — Даже пьёшь как баба… И вот эта последняя издёвка стала точкой невозврата. Костя почувствовал, как под слоем страха и сомнений просыпается уверенность. Кирилл прав. Во всём прав. Светлову действительно нужно отомстить любой ценой. — Я сделаю это, — наконец сказал он. — Заманю в лес. — Заманишь, — согласно кивнул Кирилл и улыбнулся в предвкушении. — А дальше я сам… * * * После встречи с Добрыниным я вернулся в особняк. Настроение было боевым, разум уже прокручивал возможные варианты, а источник работал, гоняя энергию по каналам. Степанида попыталась накормить меня картофельной запеканкой, но я отказался — забивать желудок сейчас было ни к чему. Может, перед сном. А хотя это ещё хуже… Ладно! Завтра будет бой. Лосевы что-то задумали. Вот только я до сих пор не понимаю, с кем именно мне придётся воевать. Кирилла я не сканировал и не видел, а потому даже близко не подозреваю, что за тварь может сидеть у него внутри. Может личинка, а может и Высший. А может быть и так, что Лосевы просто пешки, которые заманивают меня на встречу с настоящим злом. — Полной ясности не будет никогда, — пробормотал я цитату, всплывшую в памяти Алексея. — Не жди её и учись действовать в условиях частичной неопределённости… Н-да. Ладно, чем чёрт не шутит? Недооценивать противника нельзя, и потому на всякий случай я подготовлюсь так, как если бы выходил на охоту за Высшим. Время до утра, и я намереваюсь использовать каждую секунду с максимальной выгодой. Сперва артефакты. Заперевшись в кабинете, я провёл полную ревизию. Меч-вампир — есть. Остёр и полон энергии. Осталось лишь придумать, как взять его с собой на покатушки, поскольку это… Ну… Максимально странно и подозрительно. Как вариант — замаскировать под лыжные палки. Хотя это, пожалуй, даже ещё бредовее, чем потащить его в ножнах. Хм-м-м… Может, заранее передать его Добрынину? Ладно. Будем действовать по обстоятельствам. Едем дальше: куб-накопитель есть, охлаждающие шары есть, хотя в этом вопросе они никак не могут мне помочь, револьверы отзываются по первому зову, ну и куда же без комплекта демоноборца, эти артефакты я точно дома не оставлю. Браслет работает исправно, и вокруг меня в случае чего появится защитный барьер, который поможет выдержать первый удар. На всякий случай я настроил его так, чтобы он срабатывал на любое резкое движение в радиусе полуметра. Лосевы наверняка заподозрят что-то такое при рукопожатии, но без этой подстраховки никуда. Что ж. Всякими побрякушками я вооружён по полной, и теперь надо бы взяться за основу основ, то есть за источник. Два с лишним часа я просидел в лотосе, вхолостую гоняя энергию по каналам, так чтобы забегала максимально быстро, а затем перешёл к зарядке. Растяжка, дыхательные практики, а следом отжимания до полного отказа. Мышцы одеревенели, тело начало молить о пощаде, и только тогда я позволил себе остановиться. Быстренько принял душ и рухнул на кровать, а через пять минут я уже благополучно заснул, проваливаясь в мягкую и уютную темноту…  * * * Следующее утро. — Всем доброго утра! — войдя в гостинную я увидел Степаниду в компании Феди. Эти двое ворковали о чем-то о своем, но стоило только войти мне, как они тут же сделали вид, что заняты делами. Хм, неужели мой водитель-лихач решил наконец-то припарковать свое сердце? Ну а что, Степанида у нас дама видная, как говорится, все при ней. — Доброе утро, господин, завтракать будете? — немного покраснев, спросила повариха, и получив в ответ мой кивок чуть ли не бегом пошла на кухню. — Что, Федя, неужели жениться задумал? — я решил немного подколоть его. — Ну а почему бы и нет, Алексей Николаевич, — Федя подбоченился, — Степанида дама привлекательная, я чертовски привлекателен, отчего бы не попробовать. Я не выдержал и расхохотался, настолько комично он выглядел прямо сейчас. Так что когда в гостинную вошел Миша то нашел меня согнувшегося пополам от хохота, и Федю, что стоял с обиженным выражением лица. — Доброе утро, господин, — гвардеец удивленно глянул на нашу компанию, — У вас все хорошо? — Все отлично, не переживай, Миш, — я отмахнулся, — просто Федя смог меня развеселить с утра. Что-то случилось? — Так вы же сами вчера говорили, что сегодня едем куда-то за город, вот я и зашел уточнить, — Саватеев пожал плечами, — мало ли, вдруг у вас планы изменились. — Ничего не поменялось, едем, — я кивнул, — но для начала завтрак, а то, боюсь, тогда у нас Степанида осерчает. А злить того, кто меня кормит, я не хочу, сам понимаешь почему. Как раз в этот момент вернулась сама Степанида, вместе с тележкой с едой, так что все наши разговоры тут же стихли, а взгляды оказались прикованы к еде. Эхх, когда-то я все же добьюсь идеальной формы шара, когда-нибудь, но только не сегодня…  * * * Полтора часа спустя. Покидая особняк я чувствовал легкое чувство тревоги, впрочем, то же самое я испытывал в прошлом мире каждый раз перед тем, как идти на миссию. Можно сказать, испытал дежавю. За рулем сидел Федя, а вот Миша с тремя бойцами двигался за нами. Саватеев наотрез отказался отпускать меня одного, и кажется, сегодня наконец-то придет время посвятить его в мою тайну. Ну а что, он уже доказал, что является верным воином, а учитывая те самые картины, что мне показывал браслет, мне стоит обзавестись дружиной, которая будет заточена именно под демонов. Книг в крипте много, под это дело я легко смогу подогнать любые свои знания. Пока автомобиль мчал вперед, разрезая снег, выпавший за ночь, я накачивал свою ауру энергией. Раз уж Лосевы хотят устроить мне веселье, то почему бы и самому к этому самому веселью не присоединиться. В конце концов я маг Света. А у магов в моем возрасте очень, очень часто бывают спонтанные выбросы силы… ---------- Глава 8 Глава 8 — Какая же красотища! — как только врата турбазы остались позади, мой водитель начал вертеть головой по сторонам. — Умеют же, когда захотят, а⁈ — Федя, следи за дорогой. — Как в кино! — Федя, сбрось скорость. — Я такого никогда не видал, ваше благородие! — ФЕДЯ, ОСТОРОЖНО!!! Водитель в последний момент ударил по тормозам и остановился в паре метров от проезжавшего мимо снегохода. Усатый мужичок в чёрном комбинезоне, шлеме и жёлтых горнолыжных очках тоже остановился. Посмотрел на нас, покрутил пальцем у виска и двинулся дальше, показательно громко взревев движком. — Простите, ваше благородие, — зачем-то извинился передо мной Федя. — Просто будь аккуратней. Что ж. Не знаю, в каком таком кино Федя видел нечто подобное, но насчёт «красотищи» я с ним целиком и полностью согласен. «Лесная Сказка» оправдывала своё название на все сто. Где-то впереди центральная улица, — если, конечно, можно так выразиться, — заканчивалась главным корпусом. Это была здоровенная такая бревенчатая махина, стилизованная под барский терем. Вся в фигурной резьбе, вот прямо от и до. Чуть не доезжая до неё на перекрёстке стоял указатель со стрелочками: направо ресторан, а налево банный комплекс и «прокат инвентаря». А вокруг нас, посреди невырубленных деревьев рассыпались десятка два маленьких аккуратных гостевых домиков. А может и три десятка. А может и четыре. Из-за деревьев мы сейчас действительно были как будто в лесу, и территория едва просматривалась. Летом тут, должно быть, ещё красивее должно быть. Со скоростью километров эдак десять в час Федя аккуратно добрался до центрального корпуса и припарковал машину. — Жди Саватеевых, — сказал я. — Заселишься с ними, — и вылез из машины. И тут же оценил, сколько же вокруг народу. Шумные компании с детьми, молодые парочки и пузатые мужички с крайне довольными красными рожами. Довольными по той простой причине, что их против их воли вытащили на активный отдых, но они сумели выйти из положения — нашли на территории «Лесной Сказки» бар формата «всё включено» и уже с утреца начали накатывать по маленькой. Да-да-да, вряд ли у них в стаканчиках чай налит. Ведь, во-первых, чаем не чокаются, а во-вторых, так сильно не морщатся после глотка. Праздник жизни какой-то! Особенно для детей. Вон пацаны лет десяти-двенадцати лепят снежную крепость, а девчонки тем временем с визгами мешают им и кидаются снежками. А вон высоченная деревянная горка стоит. Правда… пока что закрытая. На самом её вверху стоит сумрачный мужик в телогрейке и поливает горку из садового шланга. — Вот ведь, а? — горько вздохнулось мне. — А я на задании… Жаль, очень жаль. Я бы с удовольствием отдохнул в таком месте пару дней, вот только чтобы безо всяких демонов. А тут ещё и ветер принёс вкуснеший запах растопки, так что я сразу же понял, где именно находится баня, и сразу же в неё захотел. — Ладно, — чутка подышав морозным воздухом, я вошёл в центральный корпус. И там народу было ничуть не меньше. Очередь на ресепшн человек плюс-минус в десять заставляла администраторов зашиваться, а растерянные носильщики вообще не понимали, что им делать и что куда тащить. Я встал в хвост очереди и огляделся. Вокруг был добротный интерьер с уклоном на охоту — охотничьи трофеи, рога и даже забальзамированный мишка в полный рост. Или не забальзамированный? Чучело, короче говоря. Тем временем первым в очереди стоял мужчина в тёмно-синем пуховике и шапке с легкомысленным помпоном. И признаюсь честно — мне потребовалось некоторое время, чтобы опознать за накладными усами господина опричника. — Иван Иванович Шумакарис, — спокойно сказал Добрынин, передавая девушке за стойкой ресепшн палёный паспорт. — Вчера звонил вам, бронировал двухместный люкс. — Одну минуту, Иван Иванович… Я отвернулся, чтобы лишний раз не глазеть на Павла Андреевича. Тот же получил ключи, поблагодарил администратора и двинулся на выход. Очередь чуть сдвинулась, и тут же, разминувшись в дверях с Добрыниным, в холл вошли мои бойцы. Саватеев с гвардейцами и Федя. Миша невозмутимо встал за моей спиной. Лицо каменное, взгляд отсутствующий. — Чудесный денёк, не правда ли? — спросил у меня Саватеев, на что я шепнул: — Переигрываешь, — и отвернулся. И очень вовремя, потому что уже в следующую секунду раздался радостный крик: — Алексей! — и я увидел, как к ресепшн бодрым шагом направляется Костя Лосев. Весь из себя улыбчивый и радушный, а следом за ним максимально похожий на него внешне парнишка на пару лет помладше. Вроде бы ещё подросток, но тем временем пошире самого Кости в плечах. — Костя, привет, — я расплылся в ответной улыбке. — А ты чего в очереди стоишь? Почему не позвонил? — Решил не напрягать, — пожал я плечами. — Мало ли какие у вас тут порядки. — Да брось! — старший Лосев хлопнул меня по плечу, а затем повернулся к администратору. — Катя, дай, пожалуйста, ключи от семнадцатого домика. — Секундочку, Константин Андреевич… Девушка Катя проявила служебное рвение, и уже через пару секунд ключи были у меня. — Кстати, познакомься, это мой младший брат, Кирилл. — Очень приятно… Я пожал младшему руку, а сам уже подключил магическое зрение. И вот он — демон. Настоящий и, что называется, полноценный. Вокруг Кирилла клубилось густое и насыщенное фиолетовое марево. То, что сидело в нём, было не просто личинкой — с демонами такого порядка в этом мире я ещё не сталкивался. Громов-младший и сестра Алексея не в счёт. Что первый, что вторая оказались просто амбициозными слабачками от мира демонов, что пытались успеть застолбить себе место под солнцем, пока в игру не вступили серьёзные ребята. Здесь же картина несколько иная. Тварь уже давно вытеснила своего носителя и начала качаться, а вот насколько она в этом преуспела — совершенно непонятно. И вот вопрос: насколько силён Кирюша Лосев? Чего мне от него вообще ждать? — Костя о тебе много рассказывал, — улыбнулся демон. — Но чего же мы тут стоим? Пойдём, посмотришь свой домик. Братья повели меня прочь из центрального корпуса, попутно изображая из себя радушных хозяев. Дежурные шутки, какие-то истории невпопад, притянутый за уши смех. Вели они себя так, как будто… м-м-м… как будто знали, что я знаю. И более того! Как будто они знали, что я знаю о том, что они знают, что я знаю. Либо мне просто кажется? — … на самом деле нам очень повезло с погодой, — Костя посмотрел на солнце и прищурился. — Сегодня кататься будет одно удовольствие… Мы с братьями шагали вдоль по пешеходной дорожке. По обочине основной трассы, так сказать, по которой мимо нас с рёвом проносились снегоходы. И тут меня осенило… — Ох ты ж! — изобразил я из себя человека, который удивляется всему на свете. — Вот это да! — остановился, запрокинул голову и уставился на высоченную раскидистую ёлку. Действительно огромная и пушистая, она стояла в аккурат между двумя гостевыми домиками. Решение не вырубать деревья на территории турбазы интересное, конечно, но я не уверен насчёт того, как оно трактуется с точки зрения техники безопасности. Ведь если представить, что ёлка начнёт заваливаться, — а рано или поздно она начнёт заваливаться, — то ствол абсолютно точно прошьёт домик аж до пола первого этажа. Ну да ладно… к плану. — Красавица какая, — выдохнул я. — А вы её на Новый год наряжаете? — Конечно, — ответил Костя. — У нас вся территория по-праздничному украшается. Шарики, гирлянды… — Класс, — восхищённо сказал я и сделал шаг назад. — Просто сказка, — а за ним ещё один. Шаг за шагом отходя назад, чтобы полюбоваться елью с другого ракурса, я «случайно» вышел на проезжую часть. — Берегись! — Ах ты ж! И первому же снегоходу, выскочившему из-за поворота, пришлось вильнуть в сторону, чтобы меня не задавить. Я же сделал вид, что испугался и дёрнулся. Ну… якобы в панике. Прыгнул вперёд, завалился на пешеходную дорожку и в этот же момент активировал подготовленный заранее конструкт. Из меня выплеснулся Свет. Удар по площади, так сказать, вот только без удара. Просто волна чистой стихии, которая не лечит и не калечит, а просто существует. Визуально это выглядело так, будто бы я резко мигнул и на секунду залил всё вокруг ярким слепящим светом. На миг всего лишь, а потом отпустил конструкт, имитируя потерю контроля над даром от испуга. — Простите, — сказал я, вскочив на ноги. А сам принялся наблюдать. Костю Лосева скрючило так, будто парня одновременно разбила почечная колика, флюс и мигрень. Парень побледнел, схватился за грудь и начал медленно оседать, опираясь на плечо брата. Беззащитный зародыш, что поселился в нём, ещё толком не умел обороняться — должным образом не взял под контроль источник Кости. А вот Кирилл… Тут реакция была совершенно другая. На то мгновение, в которое из меня лупила стихия, у демона сработал рефлекс «бей или беги». Ну а точнее — «бей». Тварь приняла свою истинную форму. Черты лица заострились, глаза полыхнули алым, а кожа приобрела пепельный оттенок. Фантомные рога и языки фиолетового пламя прилагались к полному комплекту. Тварь внутри Лосева-младшего оскалилась и приготовилась к ответной атаке, а потом исчезла так же стремительно, как и появилась. Передо мной снова стоял самый обычный подросток. — Извините, — повторил я, изображая смущение. — Честное слово, я не нарочно. Никого не ослепил, надеюсь? — Ничего-ничего, — кое-как выпрямился Костя и принялся улыбаться через силу, делая вид, что ему нисколечко не больно. — Бывает. А вот Кирюша хмыкнул. — Тебе бы получше научиться контролировать свой дар, Алексей, — спокойным голосом заявил он. — Обязательно, — согласился я. — Работаю над этим. Что-о-о-ож… Всё, что хотел увидеть, я уже увидел. В оболочке Кирилла Лосева скрывалась тварь рангом не ниже офицера высших, и простым грядущий бой явно не будет. С другой стороны, теперь хотя бы понятно, с кем я имею дело. Такие, как он, обычно находятся в свите высшего демона, а тот кого попало к себе не приближает. — Пойдёмте уже… С тем мы двинулись дальше. Отошедший от приступа Костя открыл дверь и пропустил меня в домик. — А вот и твои апартаменты на сегодня и завтра, — улыбнулся он. Маленький шедевр народного деревянного зодчества с хай-тек начинкой. Ну прямо сказка. Одна большая комната была разделена аркой из цельных стволов дерева, склонившихся друг к другу. Ближе к выходу у нас, получается, гостиная, а за аркой спальня. В гостиной расположилась деревянная лакированная барная стойка, напротив камин, а по центру диванчик верхом на шкурах неведомых мне зверей. — Шикарно, — сказал я и вот тут ни разу не соврал. — Ребят, вы не обязаны были… — Всё лучшее для нашего дорого гостя, — улыбнулся Кирилл. — Давай, располагайся. У тебя минут сорок на сборы. — Сборы? — не понял я. — Ну да, — ответил за брата Костя. — Мы ведь покататься собирались. Или уже передумал? — Нет-нет, — сказал я. — С большим удовольствием к вам присоединюсь. За тем, собственно говоря, и ехал. Просто думал, что мы поедем чуть позже. — До обеда самое оно. А тем более тому, кто в первый раз, не стоит садиться на снегоход на полный желудок. Растрясёшь, потом и сам рад не будешь. — Заодно и аппетит нагуляем, — добавил младший. — Короче говоря, через сорок минут мы зайдём, а пока настоятельно рекомендую обзавестись одеждой. Тут неподалёку, сразу за банным комплексом, есть лавка. Возьми себе нормальный горнолыжный комбинезон, чтобы не замёрзнуть. — И ещё обязательно перчатки возьми. — И перчатки, — кивнул Кирилл. — Понял. Сделаю. Лосевы ушли. Я проследил в окно за тем, как они о чём-то живо переговариваются, направляясь обратно к главному корпусу, а затем и сам вышел на улицу. Насчёт одежды — это они верно подметили, а то сам я как-то не подумал. В брюках и зимнем пальто на скорости отморожу себе всё, что можно отморозить, ещё до боя. И вот ведь, а? Заботливые нынче демоны пошли. Либо! Помимо того, чтобы убить, они на мне ещё и заработать напоследок решили. Всё в дом, как говорится. Лавка с одеждой и впрямь оказалась близко от моего домика. Внутри — стеллажи с пуховиками, комбинезонами и прочими зимними вещами, а также стенды со шлемами, очками, лыжами и прочим-прочим-прочим. Прямо передо мной стайка пацанов, — тех самых, что недавно пытались слепить крепость под обстрелом девчонок, — купила себе несколько пластмассовых приблуд для скоростной лепки снежков и с хохотом выбежала на улицу. Видать, ребята уже представляли себе, как героически дадут отпор слабому полу. До пубертата и осознания того, что уступать девочкам бывает выгодно, им навскидку оставалось ещё три-четыре года… — День добрый, — поздоровался я с продавцом и с ходу попросил мне помочь. Улыбчивый дядечка лет пятидесяти подобрал для меня тёмно-зелёный комбез — если это и был камуфляж, то прятаться в нём можно было лишь на фоне застоявшегося болота. Впрочем, какая разница? Главное, чтобы грело. Ценник, конечно, кусался, но что не сделаешь ради высшей цели? Итак. В означенное время я сидел и ждал Лосевых. Все артефакты к этому моменту я уже распихал по комбинезону, и лишь меч-вампир сегодня, по всей видимости, так и не хлебнёт кровушки. Ну… потому что я откровенно не знаю, куда мне его запихать. Братья-демоны оказались пунктуальны. Стук в дверь раздался ровно сорок минут спустя после того, как мы с ними разошлись. — Готов? — Готов. Дальше мы вместе отправились к крытой стоянке снегоходов. Огроменный ангар, внутри которого пахло бензином, находился прямо на краю турбазы, непосредственно рядом с полем для покатушек. Машины стояли рядами — от маломощных прогулочных табуреток до здоровенных монстров с объёмными движками, которые в теории могли бы разогнаться до двухсот километров в час. Мне, понятное дело, такое чудо в первый раз было ни к чему, и Лосевы посоветовали взять усреднённый вариант. — Константин Андреевич, Кирилл Андреевич! — администратор, плюгавый мужичонка с козьей бородкой, заискивающе скакал перед сыновьями хозяина. — Вам как всегда? — Нам как всегда, — кивнул Костя. — А вот Алексею Николаевичу подбери что-то попроще. Он совсем новичок. М-м-м… а знаешь, что? — старший-Лосев что-то шепнул на ухо админу, и тот крикнул: — Сделаем! В итоге мне достался чёрно-жёлтый снегоходик, своими хищными формами чем-то напоминающий осу. Начался инструктаж. В попытке выслужиться, администратор разжевал мне основы управления машиной так, что не понять не оставалось ни единого шанса. Как заводить, как глушить, как переключать скорость, какая рукоятка за что отвечает и что делать, если я всё-таки заглох, потому что. — … пару раз вы заглохните обязательно. — Ага… — И главное — не паниковать! — Понял. — Не гоняйте по первой, Алексей Николаевич, — слёзно умолял меня админ. — И смотрите по сторонам, сейчас на трассе куча народу. Долго ли, коротко ли, а я освоился и вслед за братьями Лосевыми выехал на поле. Огромное, ослепительно-белое и раскатанное до идеального состояния. Сначала медленно и неуверенно, но затем всё быстрее и быстрее, я поехал по трассе. Спустя первый круг поймал баланс, привык к вибрациям под задницей и тут уже навалил газ. Снег из-под гусениц впереди идущих летел в лицо и обжигал щёки, ветер свистел в ушах и задувал в горло, но… мне понравилось, чёрт его дери! Это было весело! Наслаждаясь моментом, я даже чуть было не забыл обо всех демонах и опасностях. Впрочем, демоны довольно скоро напомнили мне о своём присутствии… — Лёх! — после того, как мы сделали несколько кругов по полю, Костя остановился на обочине и рукой подманил меня. — Ну как⁈ — Здорово! — честно ответил я. — И даже очень! — Освоился⁈ — Вполне! — Ну тогда время показать тебе настоящую езду! — Костя завёл мотор. — Давай за нами и не отставай! С тем Лосев резко газанул и понёсся по бездорожью к опушке, где начиналась укатанная колея, уходящая в лес. Кирилл за ним, и я, соответственно, следом. Доехали. Въехали. И тут-то я повторно пришёл в восторг. Тверской лес — это что-то такое, что нет смысла описывать. Это надо видеть, осязать, обонять и… и нету у меня слов, короче говоря! Хвойный морозный рай, если постараться коротко. Мы неслись по лесу со скоростью, — не соврать бы, — километров сорока. Периодически ветки хлестали по лицу, снег из-под собственных гусениц летел в спину, а на особенно глубоких оврагах дыхание у меня перехватывало от восторга. Лес мелькал, а я наслаждался видами и скоростью. В какой-то я заметил, что братья начали отрываться. Сперва. Потом вообще скрылись за поворотом, и именно в этот момент мой снегоход резко дёрнулся, чихнул и заглох. Причём мастер-класс бородатого гада из проката не помог оживить машину. — Понятно, — вздохнул я, слез со снегохода и огляделся. — Так, значит? Вокруг меня был лес. Густой, молчаливый и можно даже сказать «дремучий». Ни шороха, ни треска, ни даже шума ветра в вышине — тишина такая, что аж на уши давит. А ситуация, мягко говоря, предсказуемая, и, судя по всему, именно здесь мне предстоит принять бой. Встав спиной к снегоходу, я активировал магическое зрение и принялся ждать, а через несколько минут послышались тяжелые шаги, после чего я увидел огромный силуэт демона. Так-так, кажется, начинается веселье! ---------- Глава 9 Глава 9 Тварь медленно двигалась в мою сторону, ломая своей тушей еловые ветви. Н-да, кажется, я все же немного недооценил его размеры. Демон-офицер был ростом под два с половиной метра, и это не считая рогов. С ними так и вовсе все три выходило. — Знаешь, мне кажется, тебе очень много изменяет твоя суженная, — произнес я, глядя на тварь. — Не думал о том, чтобы проверить ее на верность? Демон явно не понял юмора и ускорился. Твою ж, а ведь когда я его грохну, то тело вернется в человеческий облик, и когда нас найдут, выйдет так, что я убил аристократа. Ладно, Добрынин тут, так что разберемся, а пока нужно завалить тварь. Сформировав несколько световых шаров, я метнул их в демона. Тварь отмахнулась, видимо намереваясь смахнуть мои конструкты, но не тут-то было. Световой шар, конечно, штука простая, но это не значит, что безобидная. При соприкосновении с шкурой демона все три шарика взорвались, и демон даже замер, видимо пытаясь понять, что это только что было. Каждая его заминка играла мне на руку, так что я вытянул из ауры конструкт молота и ударил. Целился в голову, но в последнюю секунду тварь, видимо, почувствовала приближающуюся опасность и сделала шаг, поэтому удар попал в плечо. Но даже так я услышал, как хрустнула кость, а правая лапа повисла вдоль тела. Вот только у этих тварей бешеная регенерация, так что расслабляться не стоит. Отойдя назад, я призвал одновременно три конструкта: броню, хлыст и ауру Света. Энергия уходила из источника с огромной скоростью, но в таких боях это нормально. Но зато аура тут же ударила по твари, снизив ее скорость примерно процентов на двадцать, а то и все двадцать пять, так что удар хлыста демон не успел заблокировать, и у меня получилось зацепить уже левую руку. Широкая рана тут же начала дымиться, и по поляне распространился запах жженого мяса. — Так ты демоноборец, — демон замер и уставился на меня сразу всеми тремя парами глаз. — Я думал, в этом мире вас нет. — О, так ты еще и разговаривать умеешь? — я усмехнулся и начал закручивать хлыст для нового удара. — Что ж вам в вашем измерении не сидится-то, а? Нет, лезете и лезете, словно медом намазано. Но ничего, тебе точно больше ничего не светит. Сказав последние слова, я вновь ударил, на этот раз целясь в правую ногу. Хлыст обвел ее чуть выше колена, и я дернул на себя, одновременно с этим используя шаг Агроса. Этот конструкт позволял перемещаться мгновенно в пределах своей ауры, соответственно, чем больше аура, тем больше у мага возможностей. Оказавшись вплотную к демону, я ударил тараном, и тварь отбросило на ближайшую ель, отчего он провалился к стволу, ломая ветки. Вот только это лишь разозлило демона, и он рванул вперед, намереваясь снести меня, раздавить, как надоедливую мошку. Пришлось опять использовать шаг, но на этот раз я уже ушел в сторону, а хлыст зацепился аккурат за роскошные рога. Резкий рывок, и вот двухсоткилограммовая туша под воздействием гравитации падает на спину. Световое копье сформировалось мгновенно, а дальше мне осталось только нанести удар, и я нанес его. Конструкт словно масло разрезал мышцы на лице твари и, разрубив относительно тонкие кости, достиг мозга, выжигая все вокруг. И пока тварь дергалась в агонии, я вытащил из кармана нужный артефакт и активировал его, вырывая демоническое ядро из тела. Как только это случилось, тварь начала меняться, и меньше чем через минуту передо мной на снегу лежал младший брат Кости с развороченной грудной клеткой. Н-да, неаккуратно как-то все получилось, грязно. Но по-другому никак, счастье, что эта тварь недооценила меня и не ударила, например, демоническим пламенем. Одного шарика хватило бы поджечь тут все, так что в каком-то смысле мне, да и не только мне, очень повезло. Хруст ветки заставил меня дернуться, и, развернувшись, я увидел Костю. Лосев стоял и смотрел на тело брата пустыми глазами, внутри которых уже разгорался такой знакомый мне огонь. — Не надо, Костя, не делай этого, — я покачал головой, направляя дополнительную силу в броню. Вот только достучаться до него мне было не суждено, и Лосев рванул вперед, видимо планируя отомстить за брата. В этом самом рывке его и поймал удар Добрынина. Черные жгуты оплели его руки и ноги, и Лосев рухнул в снег, прямо лицом. Ну хоть охладится немного. Проследив за траекторией удара, я увидел опричника, что стоял за одним из деревьев и довольно щурился, как кот, что сожрал банку сметаны. — Павел Андреевич, может выйдешь? — я махнул ему рукой. — У нас тут небольшая проблема: труп с развороченной грудью и старший брат этого трупа, который прямо-таки жаждет меня убить. — Для кого-нибудь другого это бы звучало страшно, но только не для Тайной Канцелярии, — Добрынин наконец-то соизволил ступить на поляну и, подойдя, бросил взгляд на труп младшего Лосева. — А ты куда сильнее, чем кажешься, Алексей Николаевич, — опричник покачал головой. — Я успел как раз когда ты нанес последний удар, думал уже всё, хана, но нет, на тебе ни царапины, а тварь, я так понимаю, мертва. — Оболочка мертва, ядро тут, — я кивнул на куб, — так что с ним нам еще предстоит разобраться. Но для начала предлагаю разобраться с этим вот, — я глянул на Костю, что пытался освободиться от жгутов Добрынина. — Мне кажется, тварь, что засела внутри Лосева, хочет с нами поговорить…  * * * Костя лежал лицом в снег и пытался сдержать слезы. Началось все странно: младший брат вдруг потерял человеческий облик, а вместо него появилась какая-то непонятная тварь с рогами. Сам Костя почувствовал, как его словно отодвинули в сторону, а тело попало под управление кого-то другого. Однако возможность наблюдать ему оставили, и он видел, как та тварь, что сидела в его младшем брате, рванула на Светлова. Вот только его одноклассник не испугался, вместо этого он начал драться и победил! Победил Кирилла, или того, кто все это время прикидывался младшим братом. Костя хотел было выйти, объясниться, сказать, что он не виноват в этом, но тут тело начало двигаться само, а сам парень понял, что испытывает такую ярость, которую никогда до этого не испытывал, а потом ноги понесли его вперед, в сторону Светлова. Вот только добежать до него Косте было не суждено, что-то сбило его с ног, и с тех пор он и лежит на снегу, слушая помимо воли разговор Светлова непонятно с кем. А ярость внутри становилась все больше и больше, словно кто-то открыл непонятный кран. Костя начал мычать, надеясь, что Светлов обратит внимание, потому что он хотел от всего этого избавиться, он не хотел стать тварью, не хотел!  * * * Добрынин кивнул и щелкнул пальцами, после чего Лосева рывком подняло на ноги. Опричник убрал жгут, что закрывал Косте глаза, и я увидел в его глазах страх. Это был именно Лосев, а не демон, что был внутри него, и уже это хорошо. — Костя, ты меня понимаешь? — я вопросительно глянул на парня, и он медленно, насколько это было возможно, кивнул. — Алексей Николаевич, думаешь, это он? — Добрынин уставился на меня с иронией. — Может, закончим с ним, да и всё? Один брат уже показал свою настоящую суть, почему ты решил, что с этим всё будет по-другому? — Потому что я вижу, — отмахнувшись, я подошел к Лосеву вплотную и вгляделся в его ауру. Да, тварь, что сейчас сидит где-то там глубоко, слабая, намного слабее, чем демон-офицер, но, судя по всему, добровольно покидать тело парня она не хочет. Но ничего, не можешь — поможем, не хочешь — заставим, это правило одинаково хорошо работает что тут, в этом мире, что в любом другом. Вытянув руку вперед, я выпустил силу и сформировал небольшой шар. — Ты выйдешь из него, или же сгоришь, — спокойно произнес я, обращаясь к демону. Лосев дернулся, но понял, что лично к нему у меня вопросов не было, после чего закрыл глаза. Я же поднес шар вплотную к его коже, и та начала шипеть. И в этот момент демон показался. Жгуты Добрынина тварь порвала без особого труда, вот только не учла одного, а именно меня. Одного удара в нужную точку хватило, чтобы порвать связь между псевдоканалами и ядром, а второго — чтобы схватить само ядро, а дальше я уже действовал по технологии, просто сжимая его в руках, пока мой Свет делал остальное. В итоге меньше чем за минуту Костя Лосев освободился от заразы, но, судя по тяжелому взгляду Добрынина, не освободился от проблем. — Павел Андреевич, вижу, Вы что-то затеяли, так может не надо? — Надо, Алексей, надо, — Добрынин покачал головой, после чего его жгуты вновь скрутили Лосева, а сам опричник подошел к нему вплотную, и начался допрос. Лично меня все это не то чтобы сильно интересовало, но пришлось смотреть и впитывать все, что выдавал Костя. А выдал он достаточно информации, чтобы сделать несколько выводов, самый главный из которых был предельно прост. Демон, что занял тело его младшего брата, был сам по себе, потому что Кирилл почти всегда был на виду, никуда не исчезал, да и вообще вел себя максимально открыто. А самое главное, сам Костя почти постоянно был рядом с братом, и странных личностей не видел, из чего мы делаем вывод, что та тварь была сама по себе. — Так, а теперь скажи мне, когда ты почувствовал, что тебе становится хуже? — я решил вмешаться в допрос. Где-то рядом есть тонкое место, ведь как-то же демоны проникли сюда, и нужно узнать где. На нынешнем уровне, возможно, у меня хватит сил закрыть прореху, если она не очень большая. — Где-то две недели назад, — немного подумав, ответил Лосев. — Что со мной будет дальше, вы меня убьете, так же, как эту тварь? — его начало трясти, и было видно, что еще немного, и парень заплачет. Н-да, а ведь если вдуматься, он не такой уж и плохой, просто ему вот реально не повезло. — И где это место, где тебе впервые поплохело? Дай угадаю, ты там был вместе с братом, так? — Так, — Костя кивнул и уставился на меня взглядом, полным удивления, а через мгновение мы узнали, что место не то чтобы сильно далеко, и я предложил Добрынину глянуть. Взвесив все за и против, Павел Андреевич согласился, и наша веселая троица направилась вглубь тверского зимнего леса. Пробираясь через снег и ветки, я думал о том, что в каком-то смысле мне повезло, и уже не раз. А еще у меня в голове крутились картины из крипты, а исследовательский зуд становился все сильнее и сильнее. Даже интересно, сколько смогли узнать представители рода о демонах? А самое главное, как они научились их распознавать, ведь даже я пользуюсь, по сути, подсказками высших сил, точнее конструктами, полученными от них. Правда, с тех пор я сам их раз десять менял в угоду обстановке, но тем не менее, скелет нам фактически подарили. Размышляя об этом, я сам не понял, как мы оказались у небольшого оврага, куда пришлось спуститься. Оказавшись на дне, я достал свой компас и влил немного силы, а через минуту нашлась и щель. Она и правда была небольшой, тем удивительнее, что через нее смог пробраться демон такого уровня. Теперь надо попробовать ее закрыть. — Павел Андреевич, не знаю, поверите ли Вы мне, но прямо тут, перед нами пространство треснуло, и, видимо, на той стороне как раз и находится то место, откуда эти твари приходят, — я вернул компас в карман. — Хочу попробовать его закрыть. Ничего подобного до этого не делал, так что вам лучше отойти, а то мало ли. — Нет, — Добрынин отрицательно покачал головой, а через мгновение он покрылся черной броней, из-за чего сразу же стал выше на голову. — Действуй, Светлов, — голос опричника стал глухим. — Не переживай, я способен выдержать многое. Я молча кивнул и приступил к работе. Пожалуй, закрытие таких вот прорех можно поставить на второе место по сложности, убийство высших все же намного тяжелее. Однако местная прореха и впрямь была небольшой, так что, по идее, я должен справиться относительно быстро. Погрузившись в легкий транс, я приступил к действию. Первым делом насытил свою ауру силой до предела, и только после этого создал конструкт, который мы между нами называли «волшебная швея». Достаточно сложный, да к тому же энергозатратный, но зато наполнив его силой, мне оставалось только наблюдать за тем, как энергетические нити на живую сшивают пространство, убирая эту гадость. Энергия, что была на той стороне, явно не обрадовалась такому и совершила легкую попытку сопротивления, вот только, касаясь световых нитей, дрянь сгорала, а конструкт тем временем делал свое дело, все больше и больше уменьшая размер дыры. Еще в прошлом мире я любил смотреть на работу швеи, так что когда все закончилось, я даже немного расстроился. — Все, — я повернулся к Добрынину. — Тут мы закончили. Больше никто не сможет в этом месте пробиться в наш мир. — Отлично, — опричник убрал броню. — Алексей Николаевич, прими мою благодарность за работу. Остальные вопросы позволь решить мне, — Павел Андреевич бросил на Лосева такой взгляд, что я понял, простым этот день для семейства Лосевых точно не будет, вытрясет из них Добрынин всю душу, как есть вытрясет. — Без проблем, Павел Андреевич, — я пожал плечами. — Нам теперь выбраться бы отсюда. Костя, ты ведь покажешь, где находятся ваши снегоходы? Лосев молча кивнул, а во взгляде у него была такая тоска, что на мгновение я даже его пожалел. Вот только он принял в себя тварь, позволил ей взять управление телом, а значит, не просто оказался слаб, нет, он сказал «да». Что ж, теперь ему и его семье придется расхлебывать, и как они это будут делать, знают только боги и Павел Андреевич. Покинув овраг, мы направились в сторону поляны, но не дошли, свернули в небольшой закуток, где стояли два снегохода. Добрынин выбрал себе тот, что побольше, усадил Лосева, крепко связал жгутами и рванул в сторону базы, а я последовал за ним. Добравшись до того самого домика, припарковал снегоход рядом, потом позвонил администратору и поделился тем, что мой снегоход застрял где-то там. Вместо возмущений получил сиплое «решим», и на этом наш разговор закончился, а ко мне постучались. Открыв, я увидел Саватеева в компании бойцов, ну и куда же без Феди. — Господин, с вами все хорошо? — Миша просканировал меня взглядом и, убедившись, что я цел, позволил себе немного расслабится. — Жив, цел, орел, — я усмехнулся. — Проходите, на улице мороз щиплет. Закажем что-нибудь поесть, а потом мы с вами кое-что обсудим. Бойцы переглянулись, и только Федя без каких-либо вопросов вошел и устроился на одном из диванов. В итоге, прежде чем поговорить с бойцами по душам, я для начала сделал еще один звонок, только теперь в ресторан, и заказал еды на всех. Положив телефон на место, я еще раз взвесил все за и против. Как ни крути, в одиночку драться с демонами сложно, а вот если получить небольшую группу поддержки, хотя бы из пяти бойцов, то все станет интереснее. Глянув на сосредоточенные лица, я понял, что все-таки стоит, и присел напротив бойцов. — Итак, мне нужно поделиться с вами кое-какой информацией, — медленно начал я. — В нашем мире есть люди, которые не совсем люди. С виду они обычные, однако внутри скрываются твари, от вида которых кровь стынет в жилах. Так получилось, что я благодаря своему дару умею видеть таких вот тварей, более того, умею их убивать. Но в одиночку это все делать сложно, и мне нужна помощь. — Господин, мы всегда готовы встать рядом с вами плечом к плечу, — Миша пожал плечами, а остальные бойцы закивали. — Вы только намекните, и мы сделаем. — Не сомневаюсь, — я улыбнулся. — Ни капли не сомневаюсь в вашей верности, ребята. Вот только не все так просто. Твари в человеческом обличии сильны, намного сильнее обычных людей, но самое поганое, что заметить их почти нереально. К счастью, род Светловых в прошлом уже чистил мир от такой гадости, и нам придется лишь немного обновить знания да подготовиться. Вы ведь со мной? Получив в ответ молчаливые кивки, я мысленно усмехнулся. Что ж, начало положено… ---------- Глава 10 Глава 10 Кабинет Андрея Викторовича Лосева был обставлен безо всякой претензии на роскошь, поскольку мужчина в нём бывал нечасто. Работал он в одном из гостевых домиков, а это помещение использовал разве что для собраний персонала. Так что все чучела, охотничьи трофеи, техника и дорогая мебель достались гостям турбазы, а здесь же царил дух уездной администрации. Самые простенькие столы, стулья, картотечные шкафы и, конечно же, портрет Императора на стене. Сам хозяин кабинета сейчас сидел во главе стола и был совершенно сбит с толку. Красная корочка с гербом, которую ему протянул нежданный гость, не оставляла никаких сомнений. Перед ним действительно сотрудник Тайной Канцелярии Его Величества, вот только… зачем? Почему? — Павел Андреевич, — Лосев прочитал имя опричника с документа и резко выпрямился. — При всём уважении к вам и вашей конторе, но я даже близко не понимаю, о чём пойдёт речь. Я веду свои дела кристально чисто. Налоги платятся исправно, проверки проходятся на раз-два, все нужные сертификаты соответствия у меня имеются. И с законом, насколько помню, я не спорил никогда. Добрынин тем временем присел напротив и сложил руки на столе. Какое-то время собирался с духом, потому что… да потому что! Помимо обсуждения дел государственной важности, ему предстояло сообщить отцу о смерти собственного сына. — Андрей Викторович, — вздохнул он. — Ваши предпринимательские дела меня интересуют меньше всего на свете. И смею вас обнадежить, конкретно к вам у Канцелярии никаких претензий не имеется. Речь пойдёт о вашем младшем сыне, Кирилле… — Та-а-а-ак, — сурово протянул Лосев. — И что он натворил? — а затем глянул на старшего Костю, который стоял у двери, виновато опустив голову. Сын до сих пор не проронил и слова. — Прежде чем мы продолжим, я вынужден потребовать от вас клятву на крови, — сказал Павел Андреевич. — Всё, что я скажу, должно остаться строго между нами. Вы даже не представляете, насколько это важно. — Да что за секреты такие⁈ — Андрей Викторович, — вздохнул опричник. — Вы меня слышите? Я не сказал «попросить». Я сказал, что вынужден «требовать». У вас нет выбора. Ритуал происходил в полнейшей тишине. Сперва клятву принёс глава рода, потом его сын, и только потом Добрынин, удостоверившись, что дверь в кабинет плотно закрыта, а внутри нет никаких записывающих устройств, принялся выкладывать суть. Он говорил спокойно и ровно. Начал издалека и сперва рассказал о том, что в мире начали появляться странные сущности. О том, как они вселяются в людей, как постепенно замещают душу и оставляют от своего носителя лишь оболочку. И наконец закончил тем, что Кирилл Лосев стал жертвой одной из этих сущностей. — Где он? — сперва не понял отец. И Добрынину пришлось рассказать. — Тот, кого вы считали сыном, — закончил он, — был уже не человеком. Это была тварь, занявшая его место. И сегодня эта тварь была уничтожена… Какое-то время Андрей Викторович сидел, уставившись в одну точку. От лица медленно отливала краска, а рука, которой он попытался снять очки, дрожала будто с похмелья. Лосев старший открыл рот. Закрыл. Снова открыл, снова закрыл, и вот тут его прорвало. Сперва из горла вырвался сдавленный хрип, а следом по щекам потекли слёзы. — Кирилл, — прошептал он. — Мой мальчик… Но как… Как же? Как я скажу его матери? — Андрей Викторович безумно улыбнулся, тут же понял, что именно волнует его в такой момент, наругал сам себя за это, а после вскочил и швырнул стулом в стену. — ААА-ААА!!! Добрынин прокашлялся, опустил взгляд и принялся молча пережидать истерику. Пока Лосев старший громил собственный кабинет и орал на манер раненого зверя, опричник думал о том, чем может ему помочь. — Андрей Викторович, я понимаю ваше горе, — сказал Павел Андреевич, когда обессиленный отец вместо того, чтобы сесть обратно за стол, просто сполз спиной по стенке на пол. — Поверьте, это искренне. И я бы хотел уверить вас, что Канцелярия возьмёт на себя все формальности. Смерть вашего сына будет обставлена и документально оформлена как несчастный случай. Мы постараемся сделать так, чтобы к вам было минимум вопросов. Похороны, поминки и всё необходимое мы тоже организуем своими силами. Лосев отмахнулся. Спрятал лицо в ладонях, а затем вдруг резко подскочил: — А тело? Где тело Кирилла? — В лесу, неподалёку. Сейчас мои люди как раз направляются к месту инцидента, чтобы забрать его… * * * Демон склонился над телом Кирилла Лосева. Лицо паренька было… м-м-м… спокойным. Слишком уж спокойным для человека, с которым сотворили такое. Ни боли на нём не было, ни ужаса. — Так… Демон воткнул лыжные палки в сугроб, присел на корточки и провёл рукой над грудью убитого. Там, где должно было быть демоническое ядро, зияла пустота. — Офицер, — пробормотал Демон себе под нос. — Целый офицер, а на ублюдке Светлове тем временем ни царапины… Он выпрямился и огляделся по сторонам. Снег вокруг тела частично стаял и, смешавшись с пеплом, покрылся серой ледяной коркой. Кое-где виднелись следы воздействия Светом, и Демон прикрыл глаза, смакуя остаточные эманации. Демоноборец. Всё. Точка. Никаких сомнений больше не осталось. Значит, всё это правда, и всё-таки не зря, что Высший связался с ним именно сейчас. Один на один со Светловым Демону пришлось бы несладко, и как же хорошо, что люди Высшего прибывают в город уже сегодня вечером. Запрет трогать демоноборца до разбирательств уже не казался такой глупостью. И ещё… мысли Демона вдруг резко переключились на другую проблему. Раз маски частично сброшены, надо что-то делать с Лисом. Обычный наёмник, который ради денег согласен на всё — это да. Однако Лис не идиот. И постепенно он станет догадываться, что вокруг него происходит что-то лихое и необъяснимое. И если среди свиты Высшего окажется параноик или кто-то, кто воспротивится такому сотрудничеству, то Лиса придётся убирать. А жаль. Хороший специалист, таких ещё поискать. И возможно… пока есть время… — Да, — кивнул сам себе Демон. Человеческие навыки Лиса, да приправленные мощью демонического ядра — это будет ультимативная мощь. — Так и сделаем… И тут далёким лесным эхом до Демона донёсся нарастающий гул моторов. Три… нет! Четыре машины приближались к телу молодого Лосева. И потому самое время отчаливать. Взявшись за палки, Демон легонько оттолкнулся и скользнул в лесную чащу, а через минуту его силуэт окончательно скрылся за пушистой тверской хвоей… * * * — Денёк, — выдохнул я, поднимаясь на крыльцо особняка. А впрочем… случилось ровно то, чего я и ожидал. Штатная, так сказать, вылазка. И как бы мне ни хотелось остаться на турбазе и воспользоваться услугами банного комплекса Лосевых, ситуация сложилась, мягко говоря, неподходящая. Ну… ничего. Потом как-нибудь. Зато сегодня произошёл поистине переломный момент. Я больше не один. Саватеев в курсе обстановки, и его люди теперь тоже. К завтрашнему утру все гвардейцы узнают о том, что мир не ограничивается видимым и осязаемым. А ещё о том, что началась война, в которой им всем предстоит встать в авангарде. Скрывать правду от людей, которые идут за тобой в бой — последнее дело. Ребятам просто необходимо знать, против кого, а главное зачем они сражаются. К слову, Миша Саватеев после того разговора довольно сильно оживился. Как будто ему сказали, что именно от него зависит судьба мира. А хотя… отчасти ведь именно так оно и есть, верно? И да, теперь можно без лишних объяснений поменять подход к тренировкам гвардии. Стрельба, рукопашка, тактические упражнения — это всё просто замечательно, но этого мало. У нас есть профиль. Не берусь называть его «узким», но всё-таки. Против демонов обычные пули и кулаки работают либо хреново, либо никак. В голове я уже прикинул несколько простых конструктов, которые можно прикрутить к обычным армейским жетонам. К часам, ну или… к пуговицам? Не суть. Суть в одноразовой вспышке Света, достаточной, чтобы выжечь Личинку или сделать больно кому-нибудь, кто покрупнее. Плюс броники, на которые мы уже договорились с Кругловым. Для начала — самое оно. Достаточно, пока твари недостаточно окрепли и оборзели, чтобы переть толпой. Увы и ах, на сегодня мой источник разрядился для массового производства артефактов, так что именно это дело придётся отложить. Но так ведь у меня и других хватает. Сполоснувшись под горячим душем, я переоделся в чистое и выскочил обратно на улицу. — Вашбродие, — кивнул Федя, уже прогревший машину заново. — Куда на этот раз? — Осматривать новые владения, — ответил я, а после попросил Мишу забить в навигатор координаты родовой крипты… * * * Полчаса спустя. Когда наш автомобиль остановился у того самого закутка, я покинул салон и уставился на облагороженную территорию. Надо сказать, что ребята из «Монолита» сделали все хорошо, я бы даже сказал очень хорошо, а значит нужно держать их контакты в голове, мало ли, вдруг еще понадобится. Снег тоже убрали, так что до тех самых дубов мы прошли по нормальной тропинке, а вот вокруг того самого провала никто ничего не сделал, как я и просил. Так что, вооружившись веревкой, я спустился вниз, настрого при этом запретив Мише с Федей лезть за мной. Саватеев хотел было заикнуться о безопасности, но поймав мой красноречивый взгляд, просто кивнул, видимо понял, что здесь и сейчас спорить не имеет смысла. Спустившись вниз, я направился прямиком в лабораторию. Остальные части крипты мне тоже были интересны, но сейчас я хотел понять, как предки справлялись со своими тварями, какие конструкты использовали, а там чем демоны не шутят, вдруг найдется еще и арсенал. Ведь он просто обязан быть, а артефактное оружие, заточенное под борьбу с демонами, было бы сейчас как раз к месту. Дойдя до лаборатории, я подвесил под потолок четыре световых шарика и приступил к работе. Все нужное у меня было с собой, так что следующие полтора часа я потратил на то, чтобы выбрать самые свежие дневники и свитки, осмотреть их на предмет повреждений, а также найти небольшой схрон с золотыми монетами. Продуктивно, я бы даже сказал очень, вот только золото сейчас для меня не самое важное. Я чувствовал, как время утекает сквозь пальцы, ведь то, что я сделал с тварью, сидевшей внутри Лосева младшего, это уже не случайность. И когда демоны узнают об этом, а они узнают, то выводы будут сделаны. И начнется война, настоящая война, наподобие той, что была в моем прошлом мире, а тут я к этому, увы, еще не готов. И времени все меньше и меньше. Отогнав подальше все эти вредные мысли, я взял в руки первый дневник. Возраст его перевалил явно за пару сотен лет, однако текст, к моему удивлению, оказался понятным, и я погрузился в чтение. Минут десять пришлось потратить на то, чтобы продраться сквозь вступление, видимо конкретно этот член рода Светловых любил поразмышлять о вечном. Но когда лишний текст остался позади, я наконец-то получил то, что искал, а именно первые строки касаемо демонов. И вот тут мне пришлось замедлится, так как Юрий Иванович, а именно так звали владельца дневника, использовал явно какую-то внутреннюю терминологию. Но чем больше я вникал в текст, тем быстрее начинал понимать суть непонятных слов, и через десять минут я уже вовсю ориентировался в материале. И надо сказать, что чтиво было интересным, я бы даже сказал очень, а главное у меня с каждой минутой росло количество вопросов к Жизни. Первостихия сунула меня сюда, однако почему-то забыла сказать о том, что демоны тут не просто были, а на протяжении минимум тысячи лет пытаются взять мир под контроль. Из текста я понял, что таких вот родов, что знают о существовании демонов, как минимум два десятка по всему миру, и еще один точно есть в империи. Конкретных фамилий этот предок не оставил, но что-то мне подсказывало, что если покопаться в других дневниках, и я найду искомое. Все это настолько меня поглотило, что я не заметил, как прошел еще час. В итоге я снял на телефон самые интересные куски текста, их я собирался изучить куда подробнее, так как они касались методов борьбы с демонами, а именно описывали некоторые незнакомые мне конструкты. Лишним такое точно не будет, с учетом сегодняшних вводных. Уже собравшись было покинуть лабораторию, я вдруг зацепился взглядом за какую-то странность в дальнем углу. Камни в кладке там немного, но отличались от остальных, ну или же это игра света. Впрочем, сейчас увидим. Подойдя вплотную, я создал еще один световой шарик и убедился в правоте своих предположений. Камень тут отличался, а именно был искусственным. Постучав, я получил в ответ такой звук, что бывает, когда бьешь по доске. А присмотревшись, нашел небольшую щель, куда смог сунуть лезвие ножа, который я прихватил с собой. Муляж не сразу, но поддался, и через несколько секунд я открыл еще один тоннель, ведущий куда-то вниз. Любопытство взяло вверх, и я шагнул в темноту тоннеля. Впрочем, развеять ее было делом двух секунд, что я и сделал. Где-то минуту я шел по прямой кишке тоннеля, но потом он совершил резкий поворот направо, и я оказался в комнате где-то пять на пять. Свет от шаров упал на стойки с холодным оружием, и мои губы растянулись в довольной улыбке. Так-так, а вот это уже совсем другое дело, оружие мне пригодится в самом скором времени! Первым делом я осмотрел мечи. Их тут было штук сорок, и каждый клинок имел на лезвии руны, внутри металла угадывались линии конструкта, а в навершии клинка были вставлены драгоценные, мать его, камни, а значит это не просто клинки, это полноценные артефакты! Не удержавшись, я взял один из мечей, взмахнул им пару раз и направил немного энергии в накопитель. Стоило мне это сделать, как камень вспыхнул на мгновение, а потом свет распространился на руны, и от меча пошла ощутимая аура. Да, таким клинком если приголубить демона, ему точно плохо станет, я бы даже сказал, очень. Убить не убьет, но на какое-то время выведет из строя, это точно. Дальше за мечами шли топоры, в основном секиры, но были и бердыши, а значит арсенал постоянно пополняли. Про копья я вообще молчу, их тут было больше ста, но это было пусть добротное, но обычное оружие. Разве что им можно было удержать демона на расстоянии и тем самым дать время воинам с артефактным оружием обезвредить тварь. Исследовав арсенал вдоль и поперек, я нашел несколько крепких сундуков с крупными амбарными замками, а вот ключей для них не было, так что осмотреть содержимое прямо сейчас не вышло, а потом мой взгляд упал на один из топоров в общей связке. Он был больше, с темным от времени древком и почти зеркальным лезвием, покрытым все теми же рунами. Не знаю почему, но руки сами потянулись к этому оружию, и я взял его. Как только мои пальцы сжались на древке, меня словно током ударило, и последнее, что я успел увидеть перед тем как потерять сознание, это расплывчатый силуэт надо мной.  * * * Тверской вокзал сегодня выглядел как место проведения какой-то спецоперации. Несколько десятков мужчин в однотипных черных костюмах стояли в зале ожидания, держа под контролем не только перрон, но и все остальное. И это было настолько показательно, что немногочисленные посетители вокзала предпочли уйти, дабы не мешать. Тем временем аристократ в компании Лиса вышел на перрон, как раз в тот момент, когда из-за поворота показался поезд. — Учти, наши сегодняшние гости могут показаться тебе странными, — подал голос дворянин, косясь на наемника, — помни, тебе не нужно показывать, что тебя что-либо удивляет, понял? — Понял, — Лис спокойно кивнул, вот только это спокойствие далось ему непросто. И все потому, что он впервые за все время работы на господина смог увидеть, увидеть его настоящую суть… ---------- Глава 11 Глава 11 Поезд остановился, двери вагонов с шипением открылись, и пассажиры сразу же учинили суету. Кто-то экстренно покидал вагон, кто-то, наоборот, пытался прорваться внутрь, летали чемоданы, орали дети, а проводники наспех и практически не глядя проверяли билеты. Ну, оно и понятно — стоянка всего лишь шесть минут, а маршрут, мягко говоря, популярный. Москва — Петербург. Да ещё и Тверь в качестве остановки — тоже не мелочь какая-то. Но вся эта суматоха никак не затрагивала последний вагон. Демон вместе с Лисом стояли в самом конце перрона, где царило удивительное спокойствие. Стояли и ждали. Наконец в тамбуре показался первый гость Демона. Высокий и тощий чернокожий господин с желтоватыми белками глаз и слишком длинными даже для его роста пальцами. За ним второй — плечистый и мускулистый бычара с короткими кудряшками. Третий — толстячок с нервно бегающим взглядом и, наконец, четвёртый. Пожалуй, самый чудной. Ростом плюс-минус метр пятьдесят, весь из себя маленький, плюгавенький, но что самое интересное — нарочно изуродованный. Оттянутые чуть ли не до плеч уши, дополнительные дырки в носу, где предположительно могла бы красоваться кость, и сплошь покрытое шрамами лицо. Ровные линии, завитушки, орнаменты, ни единого живого места. И от одного взгляда на него невольно складывалось ощущение, что конкретно эту оболочку африканские коллеги Демона нашли в каком-то диком племени, которое до сих пор молится на самолёты. Все четверо были одеты в одинаковые куртки, одинаковые шапки и одинаковые же дутые зимние штаны. Видимо, наспех одевались в аэропорту и брали первое попавшееся. Наконец все четверо спустились на перрон. Чтобы соблюсти формальности, Демон почтительно склонил голову. Высокий и тощий кивнул в ответ, после чего весьма грубо толкнул вперёд толстяка. Тот от неожиданности едва не упал, испуганно оглянулся, а затем затараторил: — Здравствуйте! Позвольте представить вам великого господина Хамизи, лидера нашей миссии по культурному обмену опытом! — и указал на желтоглазого, после чего тот кивнул ещё раз. Демон не совсем понял, что происходит, и потому решил свериться. Активировал своё особое зрение и оглядел всех четверых. Как он и предполагал заранее, бычара, шрамированный коротышка и господин Хамизи были демонами-офицерами. А вот толстяк… Внутри него едва теплился зародыш демонического ядра. Человек. Всё ещё человек, при этом до смерти перепуганный. Любопытно… «Здравствуйте, господин Хамизи», — Демон установил ментальный канал с явным главой демонической экспедиции: «Рад приветствовать в Твери. Позвольте поинтересоваться, зачем вам эта личинка?» Мысленный ответ пришёл почти мгновенно. «Это переводчик», — ответил Хамизи. — «Пришлось на скорую руку завербовать его в посольстве Российской Империи ещё там, на материке. Но человек слабый. Человек трусливый и очень порочный. Так что скоро мы либо обратим его полностью, либо же уберём за ненадобностью». Тут взгляд жёлтых глаз перескочил с Демона на Лиса. «А вот твой человек вообще без ядра», — сказал Хамизи. — «Как прикажешь это понимать?» «Не переживайте на его счёт, господин. Он большой профессионал в делах слежки, добычи информации и физического устранения неугодных. За деньги согласен на что угодно и держит язык за зубами». «Мне нравятся такие люди», — ответил Хамизи. — «Обрати». «Постараюсь, господин». В этот момент от толпы пассажиров отделился весьма колоритный персонаж. Наглухо заросший мужичок в прохудившемся тулупе, который катил за собой здоровенную клетчатую сумку на колёсиках, чуть ли не доверху забитую смятыми банками. Едва заметив толпу демонов, мужик остановился. С театральной наигранностью протёр глаза, а затем крикнул: — Ядрёна кочерыжка, негры! — и хрипло рассмеялся. Затем шмыгнул носом, смачно харкнул в сторону и побрёл потрошить очередную мусорку. — Что он сказал? — спросил Хамизи у переводчика на своём языке. — Э-э-э, — толстяк занервничал. Причём не столько из-за того, что не понимал, как перевести изысканный фразеологизм про «ядрёну кочерыжку», сколько из-за самого смысла фразы. Он уже изучил нрав своих новых хозяев и понимал, на что они способны. — Он просто пошутил, — сказал переводчик. — Как пошутил? — невозмутимо спросил Хамизи. — Он… назвал нас неграми. — Смешно… Хамизи перевёл взгляд на бродягу и прошептал что-то, что фонетически скорее было похоже на треск сухой ветки, нежели на речь. Бродяга тут же застыл. Выпрямился. Выронил из рук банку, которую только что смял и поднял, а затем уставился в никуда. Простоял так несколько секунд, потом каким-то неестественно угловатым движением развернулся, сделал несколько шагов и спрыгнул с перрона прямо на рельсы. — Эй! — крикнул кто-то из толпы. — Мужик, ты куда⁈ Бродяга не ответил. Вместо этого он ещё раз развернулся и побежал навстречу приближающемуся поезду. — Мужик, стой! Раздался гудок тепловоза. Машинист явно заметил этого странного человека на путях и потребовал уйти. Сперва. Через пару секунд гудки приобрели истеричный характер, и наконец раздался скрежет тормозов. — Ты что творишь, придурок⁈ Хамизи равнодушно отвернулся. — Пойдиомьтье, — произнёс он на ломанном русском, и в тот же момент бродяга встретился с поездом. Женщины визжали, закрывая ладошкой глаза детям, мужики хватались за голову, а громкоговоритель уже призывал толпу к спокойствию. Демон же улыбнулся, кивнул и жестом пригласил гостей проследовать за ним. Две чёрные машины уже ждали на привокзальной площади. Демон сел в одну машину с Хамизи и шрамированным коротышкой, а Лису выпала честь развлекать в пути переводчика и чернокожего культуриста. «Не будем терять драгоценного времени», — сказал Хамизи по мысленной связи, едва машина тронулась. — «Выкладывай всё, что есть». И Демон выложил. Что, где и когда. Про чудесное исцеление Алексея Николаевича, про его внезапные организаторские способности, про непонятные заигрывания с Антоном Ивановичем Резновым и про местных одержимых, что дохнут и исчезают с каким-то сверхъестественным настырством. Ах да! Про стратегически важную Еву Юсупову, которая тоже попала под влияние Светлова, Демон тоже не забыл. «Итак?» — под конец спросил он. — «Что будем делать?» «Действовать», — просто ответил Хамизи и взглянул в окошко на проносящиеся мимо снежные пейзажи. До Торжка оставалось ехать всего-навсего несколько минут… * * * Сознание вернулось одним резким рывком, как будто кто-то у меня в голове тумблер перещёлкнул. Внезапно я был уже дома, в особняке. Сидел за рабочим столом в собственном кабинете. Причём все бумаги, канцелярские принадлежности и даже закрытый ноутбук валялись рядом на полу. Как будто бы их смели со стола одним движением, а впрочем… впрочем, так оно, по всей видимости, и было. А на столе передо мной тем временем лежал топор. Тот самый, за который я схватился, прежде чем пропасть в несознанке. И выводы на его счёт складывались сами собой. Хорошие выводы. Я бы даже сказал «восхитительные». Ведь если присмотреться магическим зрением, то обычное с виду лезвие буквально пульсировало Светом. Причём не моим. Я в него никакие конструкты не встраивал, и более того — конкретно сейчас даже не прикасаюсь к нему. Так что это не просто оружие. В нём, судя по всему, содержится дух первого главы рода Светловых… — Алексей Николаевич! — раздался обеспокоенный голос Степаниды. — Алексей Николаевич, ответьте! Почему Вы не отзываетесь⁈ — а следом остервенелый стук в дверь. — Алексей Николаевич⁈ Видать, давно я тут заперся. — Федя! — истерично крикнула служанка. — Федя, ты где⁈ Помоги мне дверь выломать! Алексею Николаевичу, кажется, плохо! — Отставить ломать дверь! — крикнул я. — Всё хорошо! — Слава богам! — крикнула Степанида, а потом отругала Федю за… честно говоря, я так и не понял за что. — У вас точно всё в порядке, Алексей Николаевич⁈ — Точно! — Почему не идёте ужинать⁈ — Спущусь через пять минут! — Но… — Дай мне пять минут! — настойчиво повторил я. Шаги удалились, а я выдохнул, растёр лицо руками и снова уставился на топор. Так. Как бы мне теперь с ним связаться? На ум приходит разве что медитация. Опустив ладонь на лезвие, я закрыл глаза и провалился в себя. Представил, как нити Света тянутся от моих пальцев к рунам на холодной стали, и прислушался к собственным ощущениям. Есть отклик или нет? Внезапно темнота закрытых глаз начала меняться на… что-то. Прямо вокруг меня медленно проступало метафизическое пространство, похожее на огромный каменный зал без окон и дверей. А прямо посередь этого зала стояла мужская фигура. Лица не разобрать. — Здравствуй, — сказал я первым, склонив голову в знак уважения. — Позволь представиться, я… — Я знаю, кто ты, — перебил меня дух. — Ты не мой потомок. В тебе течёт моя кровь, но ты… другой. И потому не имеешь права взывать ко мне. И не поспоришь ведь. А хотя… — Да, я не твой потомок, — согласился я. — Но в таком случае предлагаю поговорить, как деловые партнёры. У нас одно общее дело. — Вот как? — Да. Демоны. Фигура чуть дёрнулась. — Что ты знаешь о демонах? — спросил дух с лёгким интересом. — Достаточно, чтобы понимать одну очень важную вещь. Вы знаете о них гораздо больше меня. Дух удовлетворённо хмыкнул, а затем сказал: — Продолжай. — Я остановил экспансию тварей в своём родном мире, но мир заплатил за это огромную цену. В свою очередь ваш род не просто предотвратил нашествие, но и смог оставить его в секрете. Одно лишь это говорит о том, что у вас есть знания и умения, которые гораздо эффективней моих собственных. Со всем уважением, я прошу вас обучить меня. Возможно, подсказать. — Зачем тебе это? — Так ведь, — запнулся я и понял, что самое главное до сих так и не сказал. — Демоны вернулись. Внезапно воздух в зале стал осязаем, как будто местная реальность пытается меня сплющить. Какое-то время дух молчал. — Ты уверен? — Абсолютно. Новая волна уже здесь. И снова тишина. Напряжённая, как само напряжение. — Как я могу обращаться к тебе? — спросил я, на что силуэт отмахнулся и сказал: — Всему своё время, — а затем, к моей превеликой радости, спросил: — И что же ты хочешь узнать? — Для начала мне нужны союзники, — ответил я. — Судя по записям в родовой крипте, демонов во время их первого пришествия уничтожали не только вы, но и ещё несколько семей. Поэтому первым делом я хотел бы найти их. Как-то связаться, и в случае, если они утратили знания, помочь восстановить дар. А дух как будто бы слушал меня вполуха. Я чувствовал, как он изучает меня и сканирует… не тело и даже не душу. Что-то, что ещё глубже. — Ты и правда не из этого мира, — невпопад сказал он. — Чужак. Я чувствую это. — Не отрицаю. — А ещё я чувствую, что ты действительно убивал Верховных. Тринадцать лучей. Тринадцать битв. Тринадцать ядер, обращённых в ничто. Что ж, — дух прекратил рассматривать мою суть. — Хорошо. Испокон веков соратниками Светловых на этих землях были Горчаковы. Правда, их род сильно моложе нашего, но в своё время на них снизошло озарение. А большего я тебе не скажу, — буркнул дух, а меня выбросило в реальный мир. Н-да, кажется, с этим духовным оружием всё будет далеко не так просто, как с моим мечом. Но ничего, один раз я смог найти общий язык с таким вот духом, смогу и второй раз. Положив топор в угол, я вернул всё, что смахнул, обратно на стол, и направился вниз, туда, где меня ждёт горячий ужин. День сегодня максимально насыщенный, нужно немного отдохнуть, дабы вернуть остроту внимания. Закрыв дверь, я спустился на первый этаж, а дальше на сорок минут я просто выпал из реального мира, полностью наслаждаясь вкусной едой Степаниды. Всё же повезло мне с этой женщиной, очень повезло. Так что я ел и нахваливал, ел и нахваливал, а за окном медленно сгущалась темнота…  * * * Два внедорожника притормозили недалеко от нужного адреса, и демон вышел в холод, держа дверь, чтобы гостю было проще. — Там его дом, — аристократ кивнул в сторону нужного особняка, — действовать будем прямо сейчас, или же возьмём время на подготовку? «Эту проблему мы решим сами, без вашего вмешательства» — немного надменно ответил Хамизи, не обращая внимание на падающий снег, после чего развернулся и сел обратно в автомобиль. Всё, что было нужно, он увидел, а значит осталось придумать план и воплотить его в жизнь. Там, внутри этого особняка и правда скрывался демоноборец, ауры этих людишек ни с чем не перепутать. Не важно, какой стихией они обладают, не важно, сколько им лет и скольких демонов они отправили обратно, каждый демоноборец опасен, а значит должен быть уничтожен! Лис, сидя на заднем сидении внедорожника, старался улыбаться, вот только с каждой секундой броня невозмутимости наёмника становилась всё тоньше и тоньше. Что это за твари? Почему их облик накладывается поверх человеческого, почему от них так сильно веет опасностью? Будучи наёмником и убийцей он давно забыл, что такое страх, однако сейчас начал вспоминать. Но даже несмотря на давно забытое чувство разум его работал на полную мощность, ища пути отхода. Почему-то Лис был уверен, с появлением этих чернокожих существ всё изменится, и он либо погибнет, либо станет такой же тварью. Ни первый, ни тем более второй вариант не устраивали наёмника, так что нужно придумать что-то третье. Неожиданная догадка заставила Лиса улыбнуться. Светлов, тот самый, чью голову он чуть не взял. Не зря ведь они приехали сюда, не зря его господин жаждет смерти этого пацана. Если рассуждать логически, что-то в Светлове есть, что-то, что пугает господина, да и, судя по всему, не только его. А значит вариант на самом деле всего лишь один. Когда автомобили тронулись в сторону Твери Лис откинулся на спинку сидения и, прикрыв глаза, начал думать, как улизнуть, причём так, чтобы господин ничего не понял. На то, чтобы найти приемлемый вариант у него ушло чуть меньше десяти минут, а всю остальную дорогу до Твери он просто ждал, ждал и внутренне готовился к рывку. И как только внедорожники заехали на территорию Лис направился в сторону гостевого дома, демонстративно держась за живот. — Прихватило, — глухим голосом сказал он, поймав на себе вопросительный взгляд господина, и тут же ускорился, а за спиной раздались смешки гостей. Ничего, хорошо смеётся тот, кто смеётся последний. Уж в этом Лис был уверен так, как никто другой…  * * * Торжок. Особняк Светловых. Где-то час спустя. После плотного ужина я решил немного прогуляться, и сам не заметил, как задержался на улице на целых два часа, наблюдая за вечерней тренировкой бойцов. Теперь, когда у меня есть понимание, что гвардейцы готовы идти со мной до конца, я поделился с Саватеевыми парочкой заметок относительно тварей, с которыми придётся воевать, и братья, выслушав меня, пообещали изменить подход к тренировкам. А ещё они прихватили из крипты с десяток мечей и копий, и теперь учились работать с этим оружием. Всё же ни мечом, ни копьём они воевать не умели, а работа ножами — это не то же самое. Получалось пока что не очень, но ничего, если у меня выйдет найти общий язык с духом топора, то всё изменится. Дух этот явно не молод, а значит способен научить моих ребят, как правильно работать такими вот инструментами. Но для начала надо будет разузнать про Горчаковых и про то, что они из себя представляют сейчас, на данный момент. А то Светловы почти все вышли, кто знает, может и на той стороне я увижу такого же подростка без поддержки за спиной, а может и нет. Как говорится, не проверишь — не узнаешь. — Господин, — голос одного из гвардейцев заставил меня вынырнуть из своих размышлений, и, развернувшись, я увидел бойца в компании неизвестного мне мужчины с разными глазами. Причём если один был человеческим, то второй больше бы подошёл какому-нибудь кошаку. — Господин, этот человек хочет с вами поговорить, — гвардеец склонил голову, — я его проверил, оружия при нём нет. — Оно мне и не надо, — незнакомец фыркнул, — Алексей Светлов, так? У меня есть информация касаемо тварей под людским обличьем, но ею я поделюсь только в том случае, если ты скажешь, что способен обеспечить мою безопасность. От таких слов я натурально выпал в осадок. Так-так, а ночка-то перестаёт быть томной! ---------- Глава 12 Глава 12 — Для начала было бы неплохо представиться, — спрятав эмоции поглубже, я усмехнулся, а гвардейцы тем временем по знаку Саватеева-старшего начали окружать незнакомца. Я же перешел на магический взор и отметил странную ауру гостя. Он вроде бы и не маг, явного источника нет, но при этом какой-то силой он точно обладает. Сконцентрировавшись, я увидел тонкие нити, ведущие к тому самому глазу, что больше подошел бы коту. Хм, интересная система, очень даже интересная. — Я Лис, — незнакомец склонил голову, — просто Лис. Не нужно спрашивать мое имя, я так давно пользуюсь кличкой, что уже и сам не помню, как меня зовут. — Можем напомнить, — Миша демонстративно потянулся к кобуре на поясе, — господин задал тебе вопрос, так что будь добр ответить как надо. — Не стоит, — я отмахнулся, — Лис так Лис. Ну и с чего ты решил, что я смогу обеспечить тебя защитой, Лис? — Потому что мой господин и его гости хотят тебя убить, — он пожал плечами, — в моей профессии превентивно убивают только тех, кто представляет из себя опасность. А значит, вы опасны. — Твоей профессии? — почему-то именно эти его слова меня зацепили. — Я наемный убийца, — как нечто само собой ответил он, — и мой господин хотел, чтобы я принес вашу голову. Стоило ему только сказать это, как атмосфера вокруг тут же сгустилась до состояния киселя. Гвардейцы выхватили оружие, и только моя команда останавливала их от того, чтобы открыть огонь. — И почему же не убил? — мне почему-то стало смешно. Даже в прошлом мире, несмотря на все веселье, с наемными убийцами меня как-то судьба не сталкивала. А тут прошло меньше полугода, и уже столько интересных моментов. — Потому что господин отменил заказ, — спокойно ответил наемник, — а еще я увидел вокруг тебя сильную ауру, у обычных подростков такой быть не должно. — Н-да, даже не знаю, что сказать. Убивать тебя повода нет, но, с другой стороны, гарантий, что ты не врешь, я пока не вижу. Что ж, значит, придется прибегнуть к немножко другим методам. Лис напрягся, видимо решил, что сейчас мы его тут пытать начнем. Вот только пытки не всегда равны правде, под пыткой человек зачастую говорит не то, что нужно, а то, что палач хочет услышать. Тут такой вариант не прокатит, так что я достал телефон и, набрав Добрынина, коротко обрисовал ему ситуацию. Павел Андреевич выслушал, не перебивая, а потом попросил меня открыть через десять минут ворота. — Не переживай, наемник, — я усмехнулся, — убивать тебя никто не будет, как и пытать. Сейчас приедет человек, который точно способен понять, врешь ты или же говоришь правду. Лис кивнул, хотя недоверие в его глазах никуда не исчезло. Ну да ладно, меня это не то чтобы сильно волнует, главное теперь успеть. Видимо, та самая тварь на африканском континенте смогла меня тогда заметить, ну и с Лосевым тоже вышло так себе, вот кое-кто умный все и сложил воедино. И даже этого самого Лиса, возможно, сыграли втемную, так что кидаться непонятно куда прямо сейчас я не собираюсь. Нет, для начала допрос, а потом уже план, и только после этого мы решим, стоит ли куда-то ехать, или же проще встретить врага на уже готовых рубежах обороны…  В дом господина Лиса я отводить не стал. Во-первых, слишком много чести для наёмного убийцы. А во-вторых, мало ли что на самом деле у него на уме. Может, ему только того и надо? Так что вместо этого гвардейцы проводили нашего незваного гостя в казармы. Миша Саватеев лично обыскал Лиса и не обнаружил ничего такого, с чем могли бы возникнуть проблемы. Ни оружия, ни артефактов, ни записывающих устройств. В итоге усадил его в комнате отдыха для «своих». Связывать не стал, но и на просьбу насчёт кофе порекомендовал Лису закатать губу. — Сиди, — рявкнул Миша. — Жди. И без глупостей! — а после подошёл ко мне и спросил: — Вам не кажется, что мы зря его пустили? Вдруг это отвлекающий манёвр? — Твои люди прямо сейчас на позициях? — уточнил я. — Конечно. Подняли всех, усилили защиту периметра. — Ну тогда это очень глупый отвлекающий манёвр, тебе не кажется? Он какой-то… привлекающий. — А вдруг он что-то магическое сделает? — Не сделает, — отрезал я. — Я уже проверил. Пустышка. Так что пускай пока что просто сидит… Благо, что долго ждать Добрынина не пришлось. Время перевалило за полночь, позади остался крайне насыщенный событиями день, а эмоции у меня по-прежнему зашкаливали. Встретить опричника к воротам я вышел лично. Внезапно, Павел Андреевич пребывал в прекрасном расположении духа. Едва увидел меня, как начал смеяться — громко так, прямо-таки взахлёб. — Простите, Алексей Николаевич, — Добрынин вытер проступившие слёзы и пожал мне руку. — В очередной раз задумался над тем, что Вы настоящий уникум. — Это с чего же? — Лис этот твой. Он уже сказал, что именно хочет от сотрудничества? — Пока что нет. — Ну вот же! — Добрынин развёл руками и по хрустящему снежку двинулся к казармам. — По долгу службы я часто имел дело с наёмниками. С разными. Бывали и те, кто приходил к заказанной жертве с предложением — мол, так и так, заплатите чуть больше, а я сохраню вашу жизнь и сдам вам нанимателя. Либо вообще предлагали убить нанимателя. Гнилая тактика, Алексей Николаевич, и не сказать, чтобы популярная. Долго такие беспринципные сволочи не живут. Да и репутацию зарабатывают едва ли. — Прошу, — это я открыл перед опричником дверь в казармы, а тот задержался на пороге, улыбнулся и продолжил: — А вот такое я вижу впервые. Человек пришёл к вам сказать о том, что вас хотят убить, и ничего не просит взамен. Ни денег, ни гарантий. Просто пришёл и всё. Вы понимаете, насколько это странно, Алексей Николаевич? Я в ответ лишь пожал плечами, хотя на самом деле всё понимал. Понимал, но вслух предпочитал не говорить. Лис отнюдь не дурак, а скорее даже наоборот. Вовремя понял, на кого работает, куда его эта работа может привести, а главное — где именно от всего этого спасаться. — Он там, Павел Андреевич, — я кивнул в сторону комнаты отдыха. — Можете приступать. А Павел Андреевич в свою очередь зашёл и внимательно осмотрел Лиса. Присел напротив. Поздоровался. А после достал из кармана небольшой серебристый шарик. — Знаете, что это такое? — спросил Павел Андреевич. — Не имею ни малейшего понятия, — признался Лис. — Это артефакт правды. Очень дорогая штука, и при этом одноразовая. Поэтому я не люблю использовать его почём зря, но сегодня особый случай. Лис молчал. — Принцип работы простейший. Только вы, по своей собственной воле, можете активировать этот артефакт, после чего на короткое время вы не сможете говорить неправду, и не сможете умолчать, какой бы вопрос я вам ни задал. — Хм, — наёмник поднял бровь. — Понимаю, — кивнул Добрынин и улыбнулся. — Именно поэтому Канцелярия и не использует эти артефакты повсеместно. Что этика, что законодательство разрешают человеку отказаться от такого… м-м-м… испытания. Особенно противятся аристократы. Дескать, в состоянии изменённого сознания они могут выболтать драгоценные секреты рода. Но вам-то, насколько я понимаю, скрывать нечего, верно? * * * Особняк на окраине Твери. Иноземные гости в компании хозяина стояли посреди большого подвала и смотрели на то, как слуги с демоническим ядром выводили будущих жертв. Посреди подвала на каменном полу была вырезана пентаграмма. Не начерчена, а именно что вырезана, причём весьма глубоко. Для чего — понять нетрудно. То был фигурный кровосток для особо могущественных заклинаний. Тем временем десяток дрожащих, мычащих и всхлипывающих фигур сбились в углу подвала. Растрёпанные, грязные, связанные по рукам и ногам, они ждали своей участи. В основном бомжи и пьяницы, которых «добрые люди» подобрали на улице и пообещали им тёплый ночлег и горячую еду. Обещание, как это зачастую водится, оказалось ложным. Собрали всех этих людей довольно быстро, потому как аристократ вёл свою собственную базу на такой случай. Базу, так сказать, кормовую. В ней очень скрупулёзно были собраны имена и адреса тех людей, которые технически могут пропасть так, чтобы их не искали. То есть их будет либо некому искать, либо же родня лишь обрадуется внезапной пропаже. — Стой, — рявкнул Хамизи. — И смотри. Аристократ и так никуда особо не собирался. В уютном домашнем халате и с бокалом красного вина в руках он наблюдал с лестницы. На губах его блуждала грустная улыбка. Грустная — отнюдь не потому, что жалко людей. Жалко расходники, которые пришлось безропотно отдать в пользу слуги Высшего. Тем временем все его темнокожие гости уже стояли вокруг пентаграммы. Сам Хамизи был максимально собран, шрамированный коротышка и бугай улыбались в предвкушении, а вот толстяк-переводчик явно паниковал. Ну ничего. Через пару минут зародыш демона, что поселился в нём, окончательно наберёт силу и избавит собравшихся от нежелательного человеческого присутствия. — Начали. Хамизи шагнул в центр пентаграммы, поднял левую руку вверх, и практически сразу же с кончиков его пальцев сорвались фиолетовые нити, что на манер щупалец потянулись к жертвам. Те же замерли, не в силах пошевелиться. — Первый. Щупальца оплели голову седого старичка в рваном пальто. В глазах его тут же зажёгся демонический фиолет, после чего он не по-старчески сильно рванул свои путы. Что на ногах, что на руках старика появились глубокие кровавые ссадины, но верёвки оказались разорваны. Будто марионетка, он двинулся к Хамизи. Подошёл, поклонился, а затем принял из рук демона ритуальный нож и полоснул себя по горлу. Люди в углу замычали и задёргались пуще прежнего. — Благодарю, — хмыкнул Хамизи, когда хрипящий и истекающий кровью старик, прежде чем упасть замертво, аккуратно протянул нож обратно в его руки. — Второй! Настала пора относительно молодой женщины со спутанными волосами и следами алкогольной деградации на лице. Та же самая процедура — нити Химизи, фиолет, рваные путы, нож. — Третий! Так повторялось десять раз. Один за другим люди превращались в мясо, складываясь перед Хамизи. И с каждой новой жертвой демоны крепли — их аура становилась плотнее, ярче и опасней. Примерно к седьмой жертве в толстяке-переводчике не осталось ничего человеческого, ну а энергия последнего павшего замертво человечка оказалась уже излишком. Вырвавшись из пентаграммы, будто стравленный пар, она досталась хозяину дома. От щедрот. С барского, так сказать, плеча. — Благодарю, господин Хамизи, — кивнул аристократ. Когда всё кончилось, на полу осталась гора из десяти потемневших и скрюченных комков, больше похожих на чернослив, нежели на людей. Кровосток, понятное дело, пёр через край. — Готово, — выдохнул Хамизи… * * * — Едем-едем-едем… Без ложной скромности скажу, что два и два я складываю просто превосходно, и потому очевидные выводы сделать могу. Оно несложно. Итак! Что мы имеем? После моих африканских видений в Твери появляются темнокожие ребята, которые плюс ко всему с порога начинают близко коммуницировать с работодателем Лиса. Который, — и это тоже несложная задачка, — судя по всему, демон. Честно говоря, всё это меня малость огорошило. Настолько, что после новости об африканских визитёрах, дальнейший расспрос Лиса я не слушал. Добрынин человек опытный, справится. Я же тем временем начал готовить гвардию к выезду. Увы и ах, подготовиться в плане амуниции мы не успели… зато бойцы готовы психологически. Гораздо хуже было бы, если бы про демонов я рассказал им за несколько минут до первого столкновения. Ладно, что уж теперь… Подготовка шла слажено. Саватеевы руководили очень уверенно: оружие проверено, бойцы разбиты на звёзды, инструктаж проведён всем и каждому. А особенно мне понравилось, как была решена задачка с логистикой и переброской сил. Транспорта на то, чтобы разом выехать со всей гвардией у меня до сих пор не было, и можно было бы фиксировать провал, если бы не одно «но». Ребята у меня оказались идейные. Ребята начали импровизировать. Сами! Клянусь, я никому даже слова не сказал. Всерьёз раздумывал над тем, чтобы в ночи разбудить Саню Комбарова и попросить у него семейные каблучки-рефрижераторы или какие-нибудь скотовозки, но: — Ваше благородие, сейчас всё будет, — заверил Миша. А дальше мне оставалось лишь наблюдать за тем, как стремительно растёт наш автопарк. Кто-то сгонял в город за личным транспортом, у кого-то нашёлся дядька-маршрутчик, который согласился одолжить свою рабочую лошадку до утра, а кто-то уже обзвонил номера контор, которые занимались арендой автомобилей. Благо, не додумались снять лимузин! Ничего против лимузинов не имею, но всё же есть та черта, за которой пафос становится абсурдом. — Лис, ты с нами, — бросил я и запрыгнул в машину на пассажирское место. Саватеев за рулём, а Добрынин с наёмником позади. Колонна отъехала от особняка, и в тот же самый момент я вдруг понял одну вещь… глупо до странности, честное слово. Лис сказал Саватеевым куда мы едем, но сам я до сих пор не знаю человеческое имя демона, к которому мы едем. — Лис! — Да? — Как, говоришь, зовут твоего хозяина? — Он мне не хозяин. — Ну значит, как зовут твоего… работодателя? — Так я ведь уже говорил. — Скажи ещё раз! — Бабичев, — ответил наёмник. Бабичев… какая знакомая фамилия. Стоп! Бабичев? — Герман Михайлович? — Ну да… И нет печатного слова, чтобы описать моё удивление. Главная тварь всё это время ходила рядышком и не вызывала ровно никаких подозрений. Бабичев. Тихий, скромный, отыгрывающий роль потешного алкаша руководитель моей лицейской группы. «Будь я демоном, я бы первым делом внедрился в лицей» — чьи это мысли? Уж не мои ли собственные? И почему я в таком случае первым же делом не прочесал на предмет одержимости именно преподавателей? Ай, ладно! К чему теперь все эти мысли? Хотя стоп, я ведь видел гада, видел, когда вернулся обратно в лицей, и у него не было никаких признаков демонической заразы внутри. Эта мысль настолько меня захватила, что я тут же ушел в себя, пытаясь понять, как вообще такое возможно. Параллельно с этим я рефлекторно сливал энергию в топор, что прихватил с собой, готовя тем самым оружие к бою. «Не ломай себе голову, чужак, не имеет смысла» — голос духа прозвучал в моей голове настолько неожиданно, что я чуть не дёрнулся, но в последний момент не дал телу совершить движение. «Поделишься мыслями на этот счёт?» — я задал вопрос так же мысленно, — «как тварь может скрываться внутри человека так, чтобы её не заметили. Я ведь видел носителя, видел с близкого расстояния, и ни капли демонической энергии в нём не было!» «Бывало сталкивались с такими тварями, они опаснее всех остальных вместе взятых» — дух хмыкнул, — «но опасны только своей непредсказуемостью и отчасти невидимостью. Теперь же, когда ты знаешь, что человек имеет демона, убей его и забудь! Об остальном потолкуем позже, для начала докажи, что ты достоин наших знаний. Топор тебе поможет, но лишь единожды. Если в этом бою я не увижу нужного, то ты вернёшь оружие на место, откуда взял». Н-да, и ведь если этот вздорный дух не сделает выбор в мою пользу, оружие и правда придётся вернуть. Среди всех артефактов духовные самые сильные, но и самые сложные, так как духи, обитающие в таких вот топорах и мечах, редко когда имеют покладистый характер. Но зато если с ними договорится, то можно получить такой прирост к силе, что мало не покажется. Так что придётся мне сегодня постараться. Впрочем, я что так, что эдак планирую это сделать, ведь у меня на пути встали аж целых два демона-офицера, по крайней мере, если верить словам Лиса о том, что его хозяин и один из негров, приехавших к нему в гости, не сильно друг от друга отличаются. — Алексей Николаевич, ты ещё с нами? — голос Добрынина заставил меня вынырнуть из своих размышлений и повернуться к опричнику. — Почти приехали, — Павел Андреевич недобро ухмыльнулся, — надеюсь, ты готов? — Ещё как готов, — я ответил ему примерно такой же улыбкой, — сегодняшняя ночь однозначно запомнится нам всем надолго… ---------- Глава 13 Глава 13 * * * Особняк на окраине Твери. Какое-то время спустя. Благодаря Лису мы точно знали, где обитает нужный нам человек, хотя теперь уже и не человек вовсе, а неизвестная мне тварь. Впрочем, все это лирика, демонов нужно уничтожить, и мы их уничтожим, даже если ради этого придется перевернуть всю Тверь. Хотя желательно обойтись без этого, все же как ни крути, но пока еще слишком мало людей знают о том, что демоны существуют. Размышляя об этом, я покинул теплый салон автомобиля, и морозный ветер тут же напомнил мне о том, что погода сейчас совсем не летняя, так что лучше запахнуть пальто. Наверняка я со стороны смотрелся комично, в классической одежде и при этом с тяжелым двуручным топором. Но внешний вид сейчас было последнее, что меня беспокоило, есть вопросы куда важнее. — Ну что, Алексей, готов? — Добрынин подошел ко мне вплотную, дабы не кричать, — действуем по плану? — Ага, — я кивнул и поманил к себе Саватеева старшего. На него с братом мы с опричником решили взвалить достаточно сложную часть задачи, а именно окружение особняка Бабичева и уничтожение охраны. По словам Лиса, там обычные люди, правда, замазанные в грехах своего хозяина, так что таких не сильно жалко. — Миша, помни, вы начинаете действовать только после того, как мы проникаем на территорию особняка, понял? — Понял, господин, — Саватеев кивнул и улыбнулся, — можете не сомневаться, мы сделаем свою работу. — Я могу пойти с ними, — подал голос Лис, — местные хорошо меня знают, все же в этом особняке я частый гость. — Помочь нам? — Я прищурился, — чего ради? — Ну, насколько я понял, эти твари мало что имеют схожего с человеческим родом, так что это будет правильно, — наемник пожал плечами, — в конце концов, я сторонник того, что люди сами прекрасно справляются с убийством друг друга, а все остальные лишние в этом уравнении. Мы с Добрыниным переглянулись. С одной стороны, помощь знающего человека нам не помешает, с другой же, без клятвы я не готов пускать в такое дело чужака. — Клятву дашь? — Я уставился на Лиса вопросительным взглядом. Наемник на секунду задумался, после чего кивнул. — Дам. — Тогда приступим, — усмехнувшись, я протянул ему топор лезвием вперед, — легкого пореза будет достаточно, как и стандартной клятвы. Лис кивнул и спокойно выполнил мои требования, как ни крути, он далеко не в первый раз дает клятву и явно не в последний. Закончив с этим, мы направились в сторону особняка Бабичева. Территория у данного объекта была немаленькой, я и не знал, что наш преподаватель настолько хорошо живет. Интересно, откуда у него столько денег? Впрочем, сегодня на часть вопросов ответы будут получены, пусть и не совсем мирным путем. — Идем к воротам, — Добрынин покачал головой, — и постарайся держать себя в руках, раньше времени не стоит идти на конфликт. — Хорошо, — я кивнул, а дальше мы спокойно подошли к парадному въезду на территорию особняка. Наша задача проста: проникнуть на территорию особняка, а дальше устроить веселье. А пока мы будем это делать, мои гвардейцы займутся людьми Бабичева, точнее той частью, что к тому моменту будет жива. Все же как ни крути, но мы с Павлом Андреевичем являемся главной ударной силой, а значит, главными ублюдками заниматься будем тоже мы. Пока я думал о будущей драке, опричник нашел звонок и нажал на него несколько раз. Звука мы не услышали, а значит, он звучит сейчас где-то внутри особняка. Мы приготовились к ожиданию, однако не прошло и минуты, как появилась парочка бойцов в бушлатах с оружием наперевес. — Кто такие? — бойцы уставились на нас недовольными взглядами, видимо, не нравилось им, что пришлось покинуть теплые помещения. — Павел Андреевич Добрынин, Тайная Стража, — в голосе опричника появились стальные нотки, — проводите нас к вашему хозяину. — Хозяин сегодня не принимает, — ответил тот же гвардеец, а второй потянулся к рации и что-то пробубнил. — Ты, видимо, не расслышал меня, боец, — Добрынин широко улыбнулся, — я представляю здесь Тайную Стражу. И если ты сейчас же не откроешь эти ворота и не проведешь нас к твоему хозяину, тебе и твоему дружку придется искать новую работу, скажем, где-нибудь на севере. Правда, с этим делом там туго, хотя, так и быть, парочку вариантов я способен вам обеспечить. Гвардейцы Бабичева переглянулись между собой, сделали несколько шагов назад, а потом старший из них вновь потянулся к рации. На этот раз разговор продлился чуть дольше, но зато нас в итоге таки пустили на территорию, и мы пошли в сторону дома. Чем дольше я двигался по этой земле, тем больше замечал интересных моментов. Например то, что вся территория была напичкана артефактами, причем явно не слабенькими. Боится учитель смерти, ой как боится, раз на такую защиту раскошелился. Дом, кстати, был защищен не хуже, а даже лучше. А самое интересное, что под домом что-то было, но вот разглядеть что не вышло, эта область была закрыта пеленой, такой мощной, что у меня аж в глазах зарябило. Н-да, кажется, сегодня будет куда веселее, чем я изначально думал. С другой стороны, главное — сделать дело, ведь так? Добрынин толкнул меня в бок, и я вывалился из своих размышлений в реальный мир и понял, что мы уже у двери. Гвардейцы постучали, а через мгновение дверь открылась, и пожилой слуга впустил нас внутрь. Только сейчас я понял, насколько же мне повезло, что в этом мире мало кто видит ауры, а то заметили бы мой топор, как пить дать заметили. Ну и повезло мне еще больше с тем, что духовное оружие согласилось спрятаться в моей ауре, но тут уже спасибо духу, не подвел. Теперь осталось и мне его не подвести. — Можете снять верхнюю одежду, я проведу вас к господину, — слуга кивнул на вешалку, и мы с Добрыниным сняли пальто, после чего направились на второй этаж. Слуга подвел нас к массивной двери, постучал, и, когда послышалось глухое «входите», потянул за резную ручку, открывая дверь. По ту сторону нас встретил большой кабинет, в котором был мой дражайший, мать его, учитель. И ведь даже пьяным не выглядел, вот какой номер. — Добрый день, Герман Михайлович, — я решил проявить учтивость, если можно так выразиться, — узнаете? — Ты хоть и давно не был на уроках, Алексей, но внешне не сильно изменился, — гад расплылся в улыбке, но тут же убрал ее, переведя взгляд на Добрынина, — Павел Андреевич, чем могу услужить? Прошу прощения за домашний вид, я уже готовился ко сну, — Бабичев состроил виноватую мину. И все бы ничего, да вот только если принюхаться, то можно было почувствовать запах, очень специфический запах, который обычно можно учуять там, где проливалась кровь. Да и хоть был он в халате и домашних тапочках, мелочи его выдавали, например пульсирующая жилка на шее и покрасневшее лицо. Спешил Герман Михайлович, спешил. Не из того ли подвала, что закрыт пеленой? — Герман Михайлович, верно? — Добрынин уставился на моего теперь уже точно бывшего учителя суровым взглядом, — не хотите ли пригласить сюда ваших гостей? — Каких гостей? — удивление Бабичева было почти натуральным, но, как известно, почти не считается. А еще я увидел первые проблески демонической энергии в его ауре. Еле заметные, слабые, но они были, и я успел их заметить. — Тех самых, что прибыли сегодня в Тверь, — Павел Андреевич сделал шаг вперед, — не стоит играть со мной, господин Бабичев, не стоит. Лучше выполните мое пожелание, и, возможно, вас эти проблемы не коснутся. Ваши гости умудрились нарушить сразу несколько законов империи, и только из-за неповоротливости бюрократической машины у них получилось добраться до Твери, прежде чем их взяли за горло. Пока опричник это говорил, я смотрел на Германа, точнее на того, кто все это время прикидывался преподавателем. Демон явно растерялся, так как не понимал, что ему делать дальше. С одной стороны, есть я, человек, что способен уничтожать таких вот, как он, с другой стороны, со мной еще и Добрынин, который имеет отношение к самой серьезной структуре империи. Впрочем, растерянность эта недолго продлилась, и учитель расплылся в улыбке. — Конечно-конечно, если дело обстоит так, я с удовольствием посодействую вам, господин опричник, — голос у гада тут же стал медовым, — мои гости сейчас находятся внизу, там у меня есть небольшой винный погреб, вот они и дегустируют. Если вы не против, я могу позвать их сюда, или же можем туда спуститься. — Спустимся, — Добрынин нахмурился, — а то не ровен час потеряются гости по дороге наверх, а мне это совсем не нужно. — Как скажете, — глаза Бабичева блеснули, и на мгновение в них появилась суть того, кто скрывался в этой шкуре. Н-да, а ведь мощная тварь, старая, я бы даже сказал, древняя. Что-то с этим миром не так, все то, что я считал истиной там, у себя, тут вообще не работает. И чем быстрее я разберусь с этим всем, тем лучше будет. Чувствовать себя дураком не очень приятно, особенно когда от этого еще и жизнь зависит. Отогнав мысли куда подальше, я потихоньку начал гонять энергию по каналам. Бабичев же первым покинул свой кабинет, и нам лишь осталось последовать за ним куда-то вниз, в темноту. Поймав взгляд Добрынина, я улыбнулся, кажется, еще немного, и начнется драка. До подвала мы, кстати, дошли достаточно быстро, и когда впереди показалась деревянная дверь, сколоченная из толстых досок с металлическими полосами, я с трудом удержался от того, чтобы не вытащить топор. По ту сторону были демоны, и демоны сильные. Более того, судя по тому, что я видел, буквально недавно они провели тут какой-то грязный ритуал с убийствами, все как эти твари любят. Ничем иным я такое количество энергии в воздухе я объяснить не могу. — Мы почти дошли, — голос Бабичева дрогнул, в нем послышалось предвкушение, — еще немного… — Да мы не спешим, — Павел Андреевич усмехнулся, — показывайте, Герман Михайлович, показывайте. Тот кивнул и потянул дверь на себя, после чего отошел в сторону, пропуская нас первыми. Н-да, какой, однако, вежливый демон, хоть не убивай его. Хотя нет, убивать все же придется. Войдя, мы оказались в небольшом коридоре, который через несколько метров сворачивал направо, и вот там нас уже ждал тот самый винный погреб. Что ж, бочки тут и правда были, как и стенды с бутылками, а вот в остальном, в остальном все было не так радушно. В самом центре зала на полу я увидел огромную фигуру явно ритуального характера, посреди которой валялись высушенные тела. Это было первым, на что я обратил внимание, и только через секунду до меня дошел шум голосов, а после я заметил их обладателей. Негры, каждый с демоном внутри. Прелестно, просто восхитительно. Хоть я и знал, что мне предстоит с ними столкнутся, но одно дело — знать, и совсем другое — встреча лицом к лицу. — Господа, у нас неожиданное веселье! — за спиной послышался голос Бабичева, — цель сама пришла к нам в руки! — Начинаем! — рявкнул Добрынин, а дальше понеслось. Топор чуть ли не сам прыгнул мне в руки, а дальше я рванул в сторону самого крупного негра, внутри которого был такой же крупный демон. Но тварь успела трансформироваться и встретила мой удар бронированной шкурой. И ведь даже Свет не смог пробить эту защиту с первого удара, гадство, натуральное гадство! Подвал тут же превратился в поле боя, и резко стало тесно. Впрочем, когда сразу пять демонов принимают истинный облик, иначе не бывает. Краем глаза я успел заметить, как Добрынин покрывается броней из Мрака, а дальше мне резко стало не до него, так как отряд бывших негров накинулся на меня со всех сторон. Пришлось вспомнить кое-какие забытые навыки, а именно работу одновременно магией и сталью. Топор в моих руках натурально запел, вот только песня выходила исключительно кровавой. Первого демона я достал, когда гад сунулся ко мне со спины. Не поворачиваясь, я махнул топором и лишил его левой руки, тут же добавив сверху конструктом. Но дальше пришлось сконцентрироваться на защите, так как демоны, кажется, разозлились еще сильнее, хотя казалось бы, куда больше-то? На несколько минут я выпал из реальности, точнее вся моя реальность сузилась до этого боя. Бил, резал, выжигал магией, постепенно понимая, что твари подготовились куда лучше, чем мы могли предположить. Ритуал, проклятый, мать его, ритуал, вот в чем дело! — Светлов, сзади! — крик Добрынина совпал с сильнейшим ударом, что отправил меня в полет. Был бы без брони, стал бы трупом, без вариантов. А так, кажется, обошелся хрустом в позвоночнике, правда, почему-то ноги не ощущаются. — Гадство! — Павел Андреевич попытался было рвануть в мою сторону, но Бабичев не дал ему этого. Впрочем, даже доберись он до меня, чем бы помог? — И это твой демоноборец? — один из демонов обратился к Герману, — я передам высшему, что тут собрались одни слабаки, раз не смогли сами справиться с каким-то сопляком. — А вот сейчас было обидно, — я усмехнулся и, потянув энергию из источника, направил ее в топор. С трудом, но у меня вышло подняться на ноги, а демоны почему-то не спешили на меня нападать, рассматривая как какую-то диковинку. И вот это они зря, давать демоноборцу время для того, чтобы собраться с силами, — самая большая глупость, что может совершить демон. Сейчас им за эту глупость придется заплатить, ха-ха. Заготовка для конструкта развернулась мгновенно, а дальше я ухнул всю энергию, что была в источнике, от чего конструкт тут же развернулся, а дальше мне осталось его только активировать и улыбнутся, глядя на то, как Белый Пламень расходится от меня во все стороны. Добрынин же, почуяв жареное, успел уйти из-под удара, буквально в последнюю секунду прошмыгнув за дверь. Я же еле стоял на ногах, глядя на то, как демоны в буквальном смысле сгорают, как выжигается вся демоническая энергия в воздухе, и продолжал улыбаться. Козырь — это то, что любой демоноборец должен иметь, особенно если в планах сунуться в логово демонов, и у меня он тоже был. Правда, я рассчитывал, что все выйдет проще, но не свезло, бывает. — Демоноборец, слишком рано ты расслабился, — многоголосый шепот со стороны той самой двери заставил меня вздрогнуть. Герман Михайлович, гад эдакий, все же умудрился выжить, правда, обгорел знатно, превратившись в ходячую рекламу какого-нибудь ресторана. — Зря ты, Герман Михайлович, не сдох, ой зря, — я покачал головой, — впрочем, зовут тебя не так, я прав? Вместо ответа демон рванул вперед. Одного рывка ему хватило, чтобы оказаться рядом со мной, а дальше последовал удар, который я успел парировать. А вот второй не успел, и моя левая рука хрустнула с неприятным звуком. — Ты сдохнешь! — прошипел он и опять начал меняться, да быстро еще как. Вот только как ни крути, но Пламень свое дело сделал, и в броне демона появились прорехи, одну из которых я заметил. Взмах, и лезвие топора без какой-либо сложности разрезает тело демона, обнажив его ядро. Темно-фиолетового цвета, пульсирующее, оно было прямо передо мной. Дернувшись корпусом, я смог закинуть сломанную руку в рану, и как только пальцы коснулись ядра, я выпустил те самые остатки энергии, выжимая источник досуха. Демон взревел так, что у меня кровь пошла из ушей, впрочем, я и так был весь в этой самой крови. — Кто там сдохнет, а? — уверен, моя улыбка сейчас больше бы подошла какому-нибудь безумцу, но ситуация ничем не лучше. Демоническое ядро превращалось в пыль вместе с самой личностью этой твари, отдавая мне свои воспоминания, среди которых было очень, очень много интересного. Вот только зря я отвлекся, ведь когда ядро окончательно превратилось в ничто, дом вспыхнул в магическом плане, а после раздался чудовищной силы взрыв, и меня швырнуло на землю. Последнее, что я увидел перед тем, как потерять сознание, был кусок кирпичной стены… ---------- Глава 14 Глава 14 Павел Андреевич огляделся. Особняк Бабичева теперь больше напоминал руины — стены в копоти, под ногами останки мебели, а вместо окон зияющие дыры, из-за чего холодный ночной воздух гуляет по помещению. А посреди всего этого хаоса, под обломками, лежал Алексей. — Светлов! — Добрынин тут же рванул к нему, спотыкаясь об обломки. — Светлов, твою же мать… Опричник опустился рядом с парнем на колени, сбросил с него кусок стены, схватил за грудки и хорошенечко тряхнул. Ноль эмоций. Светлов не двигался. Лицо в крови, — причём непонятно, чьей крови тут больше, его или демонической, — глаза закрыты, дышит прерывисто и кое-как. Левая рука вывернута под неестественным углом, зато правая… — Вот ведь, — горько ухмыльнулся Добрынин. …правая по-прежнему сжимает древко топора так сильно, что аж костяшки побелели. Но главное, что он живой. Приложив пальцы к шее Алексея Николаевича, Добрынин с удивлением обнаружил, что пульс очень даже уверенный. — Так, — обернувшись вокруг и не обнаружив никого, Павел Андреевич принялся вспоминать, как зовут начальника светловской гвардии, а потом заорал: — Саватеев! Миша! Сюда! Из разбитого в клочья дверного проёма в сторону опричника ломанулись гвардейцы. Среди них и Миша Саватеев с рассечённой бровью, и его младший брат Ваня, как-то странно подволакивающий ногу. — Что с ним⁈ — крикнул Миша, заприметив хозяина. — Спокойно! — Добрынин поднялся на ноги. — Без паники! Алексей Николаевич жив! Правда, не здоров. Переломы точно есть, пульс в норме, но может быть внутреннее кровотечение. Надо его в больницу, и как можно скорее. — Взяли! — скомандовал Саватеев гвардейцам, а сам рванул обратно на выход. — Я подгоню машину поближе! С удивительной для состояния шока и постбоевой адреналиновой лихорадки осторожностью двое мужчин подхватили Светлова. При этом парень даже не простонал. Голова свесилась в сторону, как у безвольной тряпичной куклы, и изо рта пролилась густая струйка крови. — Алексей Николаевич, — выдохнул один из гвардейцев. — Да как же так? — Заткнись и двигай! — рявкнул Ваня и вслед за своими подчинёнными захромал к выходу. В машину Светлова грузили под вой полицейских сирен. Видимо, кто-то из соседей всё-таки вызвал наряд, ну а оно и не мудрено. Однако сейчас разбираться с этим было откровенно некогда, и Добрынин выбежал с участка полицейским навстречу. Сразу же ткнул в лицо старшему своей корочкой, велел разворачиваться и забыть обо всём, что они успели здесь увидеть. Сели. Поехали. — Гони-гони-гони! — Да гоню я! — то ли обижался, то ли огрызался Саватеев. — Гоню! А уже через пятьдесят минут ночь в приёмном отделении городской больницы Торжка перестала быть тихой. Бледный мужчина, которого в ночи разбил приступ почечных колик, уснувший в сугробе алкаш с пальцами под ампутацию и девушка с закрытым переломом пальца негласно решили, что могут подождать своей очереди ещё немного. Открыв дверь с ноги, Добрынин заорал: — Врача! — следом гвардейцы внесли Светлова, и завертелось. Санитары перегрузили Алексея Николаевича на каталку и повезли спасать куда-то в недра больницы. Оба Саватеевых ломанулись вслед, но грузная и очень суровая женщина в белом халате перегородила им дорогу. И опять Добрынину пришлось воспользоваться положением: — Пропустите! — рявкнул он, показывая удостоверение. — Ох, — резко побледнела медсестра. — Извиняюсь. Может, полицию вызвать? — Не вздумай! А дальше была суета. Дежурные хирурги, конечно, были дежурными, но не настолько. Что седой мужчина с фамилией Орловский и неимоверно пушистыми руками, что его юная протеже не ожидали, что им вот прямо сейчас придётся оперировать столь тяжёлый случай. Так что несколько драгоценных минут были потрачены на подготовку. Впрочем, пока хирурги облачались в костюмы, санитары без дела не скучали. Кто-то срезал с Алексея Николаевича превратившуюся в бесформенное тряпьё одежду, кто-то готовил операционную, кто-то бегал по мелким поручениям хирургов за препаратами и аппаратурой. — Давление… о боги, — медсестра выпучила глаза. — Двести двадцать на сто сорок… с таким вообще живут? — Он одарённый! — крикнул Добрынин, стоя на пороге операционной. — Пульс сто пятьдесят. — Зрачки реагируют. — Сколько же тут переломов? — покачал головой Орловский. — Готовьте КТ и рентген! А дальше Павлу Андреевичу не оставалось ничего иного, кроме как стоять, смотреть и молиться. Отмытый от крови Светлов выглядел неимоверно бледным. И кто знает — ограничилось ли дело физическими повреждениями или к делу примешана магия? Ведь… кто знает, на что способны эти твари? — Не вижу чёткого ритма! — крикнул хирург. — Дефибриллятор готовим! Сейчас! Светлов выгнулся так, будто это из него самого сейчас изгоняли демона. — Нормально-нормально! Продолжаем! Не в силах больше на это смотреть, Добрынин вышел в коридор. Там же, кто на стуле, а кто на корточках и привалившись спиной к стене, сидели гвардейцы. — Вытащат, — невпопад сказал Миша Саватеев и кивнул сам себе. — Его благородие живучий. — Надеюсь… Время тянулось, как резина. И чем волноваться попусту, Добрынин решил взять на себя командование. Половину гвардейцев отослал обратно в особняк Светлова, а парочку выставил рядом с больницей. Никого без спроса не впускать, никого не выпускать. Час. Два. Три. В реанимацию то и дело подтаскивали какие-то лекарства, а в обратную сторону выносили окровавленные бинты. И наконец напряжённое ожидание закончилось. Выжатый досуха Орловский вышел из палаты, стянул с себя перчатки и утёр пот со лба. — Ну? — Стабилизировали… * * * Глядя на утлую глиняную хижину, что стояла не просто на отшибе, а в часе ходьбы от ближайшего городка, который и городком-то можно назвать лишь с большой натяжкой, так сразу и не скажешь, что именно здесь базировалось мировое Зло. За последнюю пару месяцев Высший по имени Тенебрус обжился здесь так, словно чёртова саванна была ему родимым домом. Внутри хижины воняло так, что обычного человека вывернуло бы наизнанку ещё на подходе. Запах гнили, прогоркшей крови и разлагающейся плоти, которую Тенебрус вовсе не спешил выбрасывать. Три трупа. Три бывших жителя окрестных деревень лежали друг на дружке в углу, накрытые сверху грязной тряпкой. Ничего, как говорится, личного. Просто запас на случай, если срочно потребуется провести какой-нибудь ритуал. Все стены были расписаны пентаграммами и символами призыва. На полу валялось костяное крошево, а ещё… мухи. Целые орды мух, рождённых, выросших и окрепших прямо в этой хижине. Пожалуй, единственное неудобство Тенебруса. Поскольку демон прибывал в человеческом обличье, мухи ему страшно докучали — лезли в глаза и в рот, мешали свободно дышать. И всё же! Почему именно здесь? Что ж… в этом месте люди не щадили сами себя. Нищета, голод, эпидемии, развесёлая резня между племенами по поводу и без. Можно было бы сказать, что статистика смертности зашкаливала, вот только не было тут никакой статистики. Совсем. Так что несколько десятков бесследно исчезнувших никто не заметит. И более того! Никто не заметит исчезновение целой деревни! Именно этим и руководствовался Тенебрис, проникая в этот мир. Стремительным марш-броском он подмял под себя целый район. Начал вот с этого домика отшельника, потом взялся за соседнюю деревню, где была всего дюжина хижин, и пошёл, пошёл, пошёл… Сейчас в его подчинении была уже сотня одержимых. В большинстве своём пушечное мясо, а в меньшинстве офицеры. Трое. Ещё пару дней назад было шестеро, но теперь всего трое. Потому как те из офицеров, что Тенебрис отправил в Российскую Империю, сейчас были мертвы. Произошёл разрыв ментальной связи, причём практически со всеми одновременно. Его шавки не могли осмелеть настолько, чтобы попытаться кинуть Высшего, а потому всё вполне понятно. Тенебрис заревел от ярости. Да так громко, что всем одержимым на улице стало не по себе. Высший изволил яриться, и как бы это теперь не вышло боком им самим. Демон вскочил на ноги, ногой ударил горящий костёр, и угли разметались по хижине. Здесь, в своей обители, Высший не сдерживался и не носил маску. Некогда человечье лицо прямо сейчас шло трещинами, сквозь которые пробивалось пламя. Рога, горящие алым глаза, хвост и скрюченные руки, в которых было явно больше локтей, чем то задумывалось человеческой физиологией — демон практически полностью принял свой настоящий облик. — Тварь, — прошипел он, сжимая кулаки. — Мелкая ничтожная тварь… Что ж. Демоноборец, за которым были посланы офицеры, всё ещё жив, и он вполне себе силён, раз справился с его разведкой. И что-то нужно срочно предпринимать. Переборов ярость, Тенебрис оставил себе лишь холодную, расчётливую злость и начал соображать. Один он не справится, нет. Это признание было обидным и жгло демона изнутри, однако принять факт было НУЖНО. Не смириться с очевидным — значит умереть. И как бы Тенебрису не хотелось быть единственным Высшим в этом мире и ни с кем его не делить, выхода не оставалось. Ему нужна была помощь. Высший кивнул рогатой башкой и вышел из хижины в жаркую лунную ночь. — Приготовьте жертву, — приказал Высший. Тогда двое демонов приволокли к нему связанного мычащего мужчину, который брыкался и, что называется, боролся до последнего. Тенебрис даже не взглянул на него. Ударил демоническими когтями наотмашь. Кровь брызнула на сухую землю, и Высший получил энергию для того, чтобы обратиться к родной реальности. — Услышьте, — проговорил он, закрывая глаза. — Услышьте те, кто правит мирами. Услышьте меня, братья по сути… — Тенебрис? — откликнулся басом другой демон. Визуальными спецэффектами встреча Высших обставлена не была, и описать её можно скорее как беседу нескольких светящихся фиолетовым сгустков посреди кромешной темноты. — Ты редко беспокоишь. — Значит, дело серьёзное, — подключился ещё один шипящий голос. — Говори! — рявкнул третий, женский и тоненький, с эдакими истеричными нотками. — В моём мире… — Твоём? — пробасил Первый и раскатисто рассмеялся. — Тенебрис, дружочек, поверь мне на слово. Очень скоро я найду то, что ты так старательно прячешь, и вот тогда мы посмотрим, чей это мир. — Милости прошу, — ухмыльнулся Высший. — Только дослушай сперва. В моём мире появился демоноборец. Мальчишка уничтожил уже трёх моих офицеров, и при этом он убивает Светом. — Мальчишка⁈ — переспросила демонесса. — Ребёнок⁈ — Не совсем. Взрослый, опытный демоноборец в теле подростка. Я чувствую его суть, и он гораздо старше, чем кажется. И да, — вздохнул Тенебрис. — Он опасен. — Предлагаешь нам присоединиться? — с насмешкой спросил шипящий голос. — С чего бы? — Я предлагаю не упускать этот мир… Ну а следующую фразу Тенебрис произнёс, будто отрывал кусок от самого себя: — Семь миллиардов душ. — Сколько⁈ — в один голос ахнули все трое. — Семь миллиардов, — повторил он. — Думаю, если мы заключим договор и разграничим сферы влияния, то хватит на всех. Ну так что? * * * Сознание возвращалось медленно. Сперва я услышал звуки — монотонный писк кардиомонитора, приглушённые голоса и шаги где-то за стеной. Следом прорезалось обоняние, и в нос ударил аптечный запах, ну а после я наконец-то сумел разлепить глаза. Ах да, ещё боль. Стоило мне пошевелиться, как всё тело очень неприятно отозвалось. Боль, пульсация, чувство стягивания. — Ну и куда мы собрались? — раздался строгий женский голос. — Лежите, молодой человек, лежите. Рядом с моей кроватью стояла медсестра. Глубоко в описательство уходить не буду, но одну её черту упомянуть просто не могу. Притом, что назвать женщину толстухой было не только невежливо, но ещё и нечестно, тем не менее у неё был десятый… нет! Пятнадцатый размер груди! — Где я? — Вы, молодой человек, в больнице, — сказала медсестра, а затем подошла к капельнице и начала крутить какое-то колёсико. — Вас привезли вчера ночью в очень интересном состоянии. И вам очень повезло, что на смене был именно Валерий Николаевич. — Ага, — согласился я, вспоминая вчерашнюю бойню. — Отлично. А кто со мной был? — Куча народищу. Вы лежите, молодой человек, лежите. Сейчас доктор подойдёт. И доктор действительно подошёл. Посмотрел на меня, поцокал языком, бросил немного завистливую ремарку о том-де, что на мне заживает как на собаке, а затем принялся проверять меня на всё подряд. Посмотрите на мой палец, поднимите правую руку, а теперь левую, а теперь высуньте язык, а как хорошо вы меня видите, а как вас зовут, а какой сейчас год… — Вменяем, — вынес вердикт доктор с фамилией «Орловский» на бейдже, и медсестра тут же начала записывать его слова в историю. — В пространстве ориентируется, память сохранена. Честно говоря, Алексей Николаевич, я поражён, что вы отделались так легко. И… Орловский хотел было сказать что-то ещё, но тут ко мне в палату ворвался Добрынин. — Алексей Николаевич! Опричник выглядел лихо. Взъерошенный и помятый, как будто бы ночевал в коридоре. А впрочем, именно так оно, скорей всего, и было. — Живой, — констатировал Добрынин и улыбнулся, а после попросил медперсонал покинуть палату. И что удивительно, его послушались. Должно быть, корочкой своей вчера тыкал направо и налево. Нехорошо. Как бы слухи не пошли о том, что Светлов работает на Канцелярию. Какое-то время опричник молча изучал меня, а потом заговорил: — Не думаю, Алексей Николаевич, что сейчас вас это волнует больше всего, но знайте: с лицеем я уладил. Позвонил Зарубину и сказал, что сегодня и завтра студент Светлов не студент. Объяснять ничего не объяснял. Геннадий Сергеевич не в восторге, конечно, но от занятий вы освобождены. — Прекрасно. А что насчёт отсутствия Бабичева? — Тут сложнее, но всё равно переживать не о чем. Я кивнул. — Вы молодец, Светлов, — вдруг невпопад сказал Добрынин. — Тяжело вам это говорить, поскольку по долгу службы я не должен поощрять самоуправство. Однако вы справились там, где я бы точно не справился. И… Даже не знаю, как сказать. — Говорите как есть, Павел Андреевич. — У меня к вам серьёзный разговор. Разговаривать его сейчас я вас не заставляю, но! Пока вы тут под капельницей отдыхаете, у вас будет время хорошенько подумать, — опричник заложил руки за спину и принялся бродить туда-сюда по палате. — Дело становится масштабным. У нас есть прямые доказательства того, что мы столкнулись с чем-то необъяснимым, и что это необъяснимое носит очень тревожный характер. — Так, — кивнул я. — И что вы предлагаете? — Пока что ничего, Алексей Николаевич. Пока что я просто рассуждаю вслух. По-хорошему, мне стоило бы донести наверх всё в мельчайших подробностях и подключить к делу всю структуру. Однако после того, как я увидел, извините за неполиткорректность, одержимых негров с другого континента, я склоняюсь к тому, что нужно помалкивать. И кажется, я уже понял, в чём именно заключается опасения Добрынина. — Поддержка государства — это замечательно, — продолжил он. — Но я не уверен, что твари не проникли в Канцелярию. Стыдно признавать, но я совершенно потерян и не понимаю — кому можно верить, а кому нет. — Я вас понял, Павел Андреевич, — кивнул я. — Разговор действительно серьёзный. И я понимаю, о чём именно вы говорите. Война вроде бы началась в открытую, а вроде бы и нет. — Я бы сформулировал чуть иначе, но… да. Примерно так, — кивнул опричник. — Мы до конца не понимаем масштаб заражения. Сколько их уже в Империи? Сколько их в Твери? В Москве? Где они, кто они, на что они способны? И поэтому… — Поэтому нам действительно нужно взять паузу на подумать, — согласился я. — От пары дней ничего не изменится. А паника может оказаться фатальна. — Слова не мальчика, но мужа, — улыбнулся Добрынин, а после спросил: — Вам завезти чего-нибудь? Апельсины? Сушки? Быть может, кроссворды? Я сказал, что подумаю, и на том посещение закончилось. Добрынин уехал, а я остался один. Через пару часов сел, ещё через час встал и к вечеру уже порядочно расходился. Тогда же спросил у врачей, где хранятся мои вещи, и уже после отбоя вышел на дело. — Мне нужно кое-что взять с собой в палату, — сказал я той же самой внушительной медсестре, которая сегодня днём встретила меня из небытия. — Берите, — устало вздохнула она, а затем. — Стоп-стоп-стоп! Куда⁈ В больнице нельзя расхаживать с оружием! — Это не оружие, — я погладил топор. — Это семейная реликвия. Пожалуйста, пропустите. Женщина посмотрела на меня широкими, как у страдающей насморком совы, глазами, а затем покачала головой. После поигралась в доктора Орловского, спрашивая какой сейчас и проверяя меня на вменяемость, и в итоге сказала: — Если кто спросит, я ничего не видела. — Благодарю! Накинув на топор больничный халат, я по пустым коридорам добрался до своей палаты. Положил артефакт рядом и вышел на связь с духом, который на удивление ответил почти сразу же. — Не знаю кем ты был в прошлой жизни, чужак, но давненько меня так не радовали, — пророкотал дух, — считай, что ты прошел посвящение, и отныне являешься частью рода Светловых! ---------- Глава 15 Глава 15 Ночной разговор затянулся. Тенебрис стоял у входа в хижину и наблюдал рассвет над саванной. Солнце только-только начинало подниматься, окрашивая небо в кроваво-красные тона. Красиво. Очень красиво, но плевать. «Коллеги» Тенебриса загорелись перспективой поглощения такого густонаселённого мира, но толком ни о чём так и не договорились. Насмешки, попытки манипуляций, обещание прислать подкрепление «когда это действительно понадобится» и прочая чушь. Человек человеку — волк, а демон демону — демон. Никто не озвучил своих истинных мыслей вслух, и каждый теперь будет действовать по-своему, исподтишка. Спустя паузу, само собой, когда всё тщательно обдумает. И вместо того, чтобы общими силами прихлопнуть демоноборца, начнётся весёлая игра в перетягивание одеяла. Или — что ещё страшнее для Тенебриса — не начнётся. Ведь может статься так, что остальные просто отпустят ситуацию. Им ничего не грозит, они ничего не проигрывают и ничем не рискуют. Так… почему бы просто не лезть? Итого: консолидации вокруг Тенебриса не получилось. — Пока что, — прошипел Высший. Он прекрасно понимал, что слово «армия» в отношении его шайки можно использовать лишь в качестве иронии. Несколько десятков одержимых аборигенов и парочка офицеров. Всё. С ними он мог захватить следующую деревню, но не более. Однако выстоять против демоноборца, который с такой лёгкостью уничтожил Хамизи? Против того, кто живёт уже не первую свою жизнь и неизвестно что успел совершить в прошлой? Смешно. Просто смешно. А главное — момент упущен. Чтобы завоевать мир, оставаясь в тени, нужно время, но теперь мальчишка этого времени Тенебрису не даст. Только не теперь. Опасный ублюдок, который понимает правила игры и знает, как именно уничтожать сородичей-демонов. Не будь полным идиотом, он наверняка уже взял след. Какова вероятность того, что он действует один? Явно невелика. Наверняка у него уже есть влиятельные союзники, и как минимум он сможет пробить, откуда именно прибыл отряд разведчиков Тенебриса. Достаточно прошвырнуться по аэропортам, показать нужную корочку и задать вопрос. И надо быть полным идиотом, чтобы не восстановить маршрут. И значит визит демоноборца сюда, в логово Тенебриса, — это всего лишь вопрос времени. День? Неделя? Месяц? И если уж говорить начистоту, Высший не был уверен в своей победе. Впервые за многие столетия он испытывал нечто, похожее на страх, и это бесило. Однако сидеть сложа руки и ждать, пока к нему нагрянут — самое худшее, что только можно сделать. Нужно действовать. Нужно готовиться. — Нужен ритуал, — сказал Тенебрис сам себе. — Нужны жертвы. Много-много жертв. Высший знал, как насильно вытащить в этот мир своих «союзников». Да, ритуал не подразумевал, что остальные Высшие станут подчиняться его воле или быстренько признают в нём лидера, однако они будут ЗДЕСЬ. Во плоти. В одной, что называется, лодке с Тенебрисом. И когда их жизнь тоже окажется в опасности, им придётся помогать, а не лениво наблюдать за происходящим из своего измерения. Вот только для воплощения ритуала нужен город. Нужен реальный масштаб. И затягивать больше нечего. — По машинам, — рявкнул Тенебрис, обернувшись на застывших в ожидании приказа миньонов. — Да, господин. И уже через пять минут перед хижиной стоял кортеж из стареньких, заляпанных грязью джипов. Ржавые, старые, некоторые с треснутым лобовым стеклом, однако на ходу. А большего и не надо. Главное — добраться и наконец-таки начать что-то делать… * * * За окном стояла глухая ночь, а я лежал на больничной койке и всё так же общался с топором. Надеюсь только, что в момент этого транса я веду себя прилично — не шевелю губами и не дёргаюсь в припадках. Иначе моё пребывание здесь может затянуться. Ну… если врачи что-то такое подозрительное заметят. — Благодарю, — сказал я духу в ответ на официальное «посвящение» в род Светловых. — Теперь я могу узнать, как тебя зовут? — Можешь. Называй меня Всеволодом. — И к тому же теперь я могу рассчитывать на твою помощь, верно? — Само собой, — призрачная фигура кивнула. — О какой именно помощи идёт речь? — Сперва я хочу узнать… всё, — честно сказал я. — Я даже приблизительно не знаю, с чего именно начать этот разговор, но я хочу узнать всё. — Я не архив, — хмыкнул дух. — Если ты думаешь, что я обладаю всеми знаниями и тайнами рода, то ты глубоко заблуждаешься. Я просто воин, который в какой-то момент был заточён в куске металла. История Светловых продолжалась без меня долгие годы, и потому я не знаю, что было после того, как мой дух отлетел, а топор заперли в крипте. Логично, согласись? — Зато ты знаешь, что было до. — Я не архив, — повторил Всеволод. — Я не могу знать всё. Что-то я забыл, чего-то попросту не знал, в чём-то ошибался. Повторяюсь, не жди от меня какого-то волшебного всеведения. — И всё же ты знаешь гораздо больше меня. — Это точно. — И ты можешь помочь мне расшифровать бумаги, что хранятся в крипте? — А вот это хорошая мысль, — согласился дух. — Однако это будет не быстро. Жаль, что цикл уже начался, и каждая секунда на счету. — Цикл? — не понял я. — Цикл, — ответил Всеволод. Пришлось переспросить ещё раз. И тут я узнал, мягко говоря, шокирующие подробности. Да, я демоноборец, однако мои знания о демонах были ограничены… моими знаниями о демонах, как бы глупо это ни прозвучало. И на чужой мир, в который меня занесло, я смотрел именно через призму личного опыта. Так вот оказалось, что не везде всё работает одинаково. И попытки демонов прорваться в эту реальность — не судьбоносный момент, а старая-добрая традиция. По словам Всеволода, зловредные сущности предпринимают очередную попытку экспансии примерно раз в тридцать лет. И всякий раз терпят неудачу. — Терпели до сих пор, — хмыкнул дух. — Сейчас же, насколько я понимаю, что Светловы, что наши ближайшие союзники в упадке. Так что как знать? — Подожди, — я всё никак не мог переварить новую информацию. — Но как же так? Как вам удавалось отбиваться на протяжении стольких сотен лет? — Наверное, потому, что война велась только на поле боя, — пожал плечами Всеволод. — Честная, прямая схватка. Без игрищ на уровне государств и одержимых правителей. Дело в том, Алексей, что в своё время демоноборцы позаботились о том, чтобы поставить защиту во дворцах правящих семей по всему миру. Да, это было долго и очень непросто. Иногда ради этой непонятной для несведущего человека цели велись настоящие войны, но в итоге всё срослось. — Ага, — кивнул я. И что же получается? Получается, что демоны не могут завладеть монархами, и это действительно очень крепкое подспорье к миру. Настоящий козырь для Светловых и всех причастных. — И эта защита работает до сих пор? — Не могу знать, — ответил Всеволод. — Остаётся лишь надеяться, что да. На этом моменте я решил взять паузу в разговоре, чтобы хорошенечко всё обдумать. — Спасибо, — искренне сказал я. — Ты дал мне много пищи для размышлений. — Это только начало, — ответил дух. — Не затягивай с архивом. И береги себя. Вполне может статься так, что ты последний, кто может это остановить… Связь прервалась, и чуть ли не до рассвета я лежал, глядя в потолок и размышляя над словами Всеволода. А что, если так? А что, если сяк? Сеть артефактов во дворцах правящих семей — как по мне, звучит не очень надёжно. Монарх ведь может… да тупо перебраться в другое место. Монарха могут свергнуть, монарха могут подменить, монарх может стать декорацией. В конце концов, монарх может перестать быть монархом — в этом мире уже есть прецеденты становления другой формы правления. Светловы и их союзники нашли отличное решение для седой древности, когда мир менялся по чайной ложке в столетие, а традиции чтили с суеверным трепетом. Но теперь… теперь нужно придумать что-то другое. Что ж… пытаясь собрать все эти мысли в кучу, я провалился в сон. А уже в семь часов утра, ещё до рассвета, ко мне в палату ворвалась медсестра. — Утро доброе! Просыпаемся, Алексей Николаевич, просыпаемся. Сейчас будем брать кровь из вены. Натощак чтобы. — Зачем? — немного шальной с недосыпа, но я сразу же начал противиться экзекуциям. — Мне уже значительно лучше. — Врач сказал анализы, значит анализы… Пришлось сдаться. Но только насчёт крови! Сполоснув лицо и почистив зубы, я сразу же отправился в кабинет господина Орловского требовать, чтобы меня отпустили домой. А господин Орловский… как бы так сказать? Господин Орловский малость охренел от того, что я заявился к нему на своих двоих, одна из которых ещё совсем недавно была сломана. И начались прения. Понятное дело, что Валерий Николаевич не желал меня отпускать. Причём не столько из-за страха ответственности за то, что моё состояние может резко ухудшиться, сколько из интереса. Врач гонял меня по рентгенам, выпучив глаза смотрел на снимки сросшихся костей и спрашивал, не лекарь ли я часом. — Нет, не лекарь, — улыбался я. — В таком случае как у вас это получилось? — Секреты рода, Валерий Николаевич. Секреты рода… Волшебные слова, после которых даже лечащему врачу запрещено лезть к дворянину с дальнейшими расспросами. Что ж… таким вот нехитрым манером уже к полудню выяснилось, что у Орловского нет ни единой причины и дальше задерживать меня в больнице. А потому выписка, свобода и ожидание Саватеевых. Нет! Братья караулили у больницы всю ночь и были готовы забрать меня в любой момент, но… Но господа гвардейцы не додумались привезти мне из дома одежду или купить новую взамен разодранных во время боя с демонами лохмотьев. А ехать домой в больничном халате не особенно-то хотелось. Холодно всё-таки. Да и люди подумают, что Алексей Николаевич умишком захворал. В итоге пришлось задержаться в больнице ещё на час. — Поехали, — наконец прыгнул я в джип. А добравшись до дома, был несколько удивлён приёмом. Стоило нам заехать за ворота, как я увидел гвардейцев, что выстроились в две шеренги. При полном параде причём. Сапоги начищены до блеска, у всех при себе оружие, и лица такие суровые, что аж не по себе становится. — По какому случаю приём? — уточнил я у Миши. — Ребята сами вызвались, — улыбнулся Саватеев. — Захотели встретить вас. Зафиксировать победу, так сказать. — Тогда мне, наверное, стоит выйти? — Как сами пожелаете, ваше благородие. И только я вышел из машины, как все тридцать человек как один вскинули правую руку к виску. При этом не издали ни звука. Так что проходя через строй я слышал лишь скрип снега под собственными ногами, да мерное дыхание бойцов. В конце строя я, конечно же, остановился. Конечно же, обернулся на ребят и, конечно же, решил коротко высказаться: — Благодарю за службу! Прошлой ночью мы отлично справились! — Слава роду Светловых! — рявкнули гвардейцы в ответ. — Вольно, — улыбнулся я. И только после этой команды бойцы начали разбредаться кто куда. Притом разбредались они, как мне показалось, немного неуклюже. Видимо, на плечи давила торжественность момента. Что ж… это не только приятно, но и хорошо для дела. Хорошо иметь крепкий тыл из людей, которые в тебя верят. И кстати! Они ведь до сих пор не вооружены соответствующим образом. — Алексей Николаевич! — кинулась ко мне Степанида уже дома. — Живой! — Живой, — кивнул я. — Здоровый и очень голодный. Что у нас на обед? — Всё, что пожелаете, ваше благородие! — Блины пожелаю, — ответил я, улыбаясь. — И подай в кабинет, пожалуйста. Дел невпроворот… И я ведь ни разу не врал! Едва поднявшись наверх и устроившись за столом, я сразу же начал прикидывать что да как. Сперва дал Саватеевым добро на то, чтобы они взяли парочку ребят и спустились в крипту. Во-первых, нужно было вынести оружие. Во-вторых, хотя бы часть документов. И да, насчёт бумаг я Мишу предупредил трижды — так, мол, и так. Старые, ветхие, могут рассыпаться. И ему же поручил придумать, как именно он доставит их до особняка, потому что… да потому что не могу же я сам вечно продумывать каждую мелочь, верно? Ну а дальше — самое интересное. — Павел Андреевич, добрый день, — набрал я опричнику. — Я готов к мозговому штурму. Жду вас в любое удобное время. — Через час буду, — тут же ответил опричник, — готовь стол, Светлов, с тебя сытный завтрак. — Договорились, — я усмехнулся, — вам все понравится…  * * * Час спустя. Павел Андреевич оказался пунктуальным человеком, и ровно через час уже сидел у меня в гостинной. — Не слишком рано покинул лазарет, Алексей? — Со мной все в порядке, — я отмахнулся, — сейчас терять время впустую нельзя, особенно после того, что мы видели. — Это точно, — Добрынин тяжело вздохнул, — знал бы ты, парень, каких усилий мне стоило замять все это. Все же разрушенный дворянский особняк слишком заметен, даже если он находится в отдалении от других таких же особняков. Да и шумно было ночью, я бы даже сказал слишком шумно. — Павел Андреевич, ты даже не представляешь, что было бы, проиграй мы, — я потянулся к кружке с чаем, — так что шум это меньшее из бед, уж поверь мне. — Да все я понимаю, только вот сложно осознавать, что столько тварей ходят посреди обычных людей, — опричник поморщился, — и самое поганое, что непонятно, в чьих телах демоны могли поселиться. Вдруг государь тоже такой? — Будем надеятся, что нет. Павел Андреевич, нам пока нужно понять здесь и сейчас, что мы будем делать дальше. Бабичев вряд ли был одним таким. Нужно проверить всех людей по списку, всех тех, кто получил дар странным образом. — Легко сказать, Алексей, там не меньше трех сотен, — Добрынин закинул в рот еще один блин, и зажмурился, — но кое-какие мысли на этот счет у меня есть. Однако нужно дать хотя бы несколько дней покоя, дабы твари выдохнули. Нам ведь не нужны жертвы среди мирных? — Не нужны, — я отрицательно покачал головой, — да и пауза тоже будет не лишней. У меня тут появились кое-какие источники, из которых я надеюсь почерпнуть полезные нам знания. Мои предки, как оказалось, уже сталкивались с такими вот тварями, и у них были свои методы борьбы. Так что за эти несколько дней я надеюсь узнать много полезного для нашей борьбы. — Дай угадаю, источник твоих знаний находится на окраине города, там, где ты недавно получил землю? — Добрынин хмыкнул, — не буду задавать уточняющих вопросов, пока по крайней мере. Однако будь осторожен, Алексей, такие места обычно легко отслеживаются, а уж устроить засаду дело плевое. Так что без охраны по городу не стоит передвигаться. — Буду иметь в виду, — я кивнул, и хотел было добавить кое-что, но тут вошел один из гвардейцев, и сказал, что у ворот два автомобиля, Комбаровых и Дитмаров. Н-да, а вот друзья приехали посмотреть, почему я вдруг решил пропустить лицей, даже толком не вернувшись. Хорошо хоть Юсупова пока не звонит, но и она скоро вспомнит о моем существовании. Добрынин быстренько допил чай, так как сталкиваться с моими друзьями у опричника не было никакого желания. А вот я с удовольствием пожал руки парням, и пригласил их в дом. — Леха, ты чего вдруг решил дома посидеть? — Саня уставился на меня с удивлением, — ты же вроде сам горел желанием вернуться на учебу? — Неудачно поскользнулся, и всю ночь провел в больнице, вот такие вот дела, — я развел руками, и виновато улыбнулся, — уже завтра ждите меня в лицее, и спасибо за то, что приехали. — Ты наш друг, разве можно было иначе? — с достоинством ответил Дитмар, — кстати, Бабичев больше не наш куратор. — Да ладно? — я состроил удивленную мину, ну насколько у меня это вышло, — а что случилось? — Никто не знает, но Зарубин сегодня ходил мрачнее тучи, — со смехом ответил Саня, — да и ладно, назначат нового, свободных преподавателей у нас достаточно. — Ну да, так и будет, — я улыбнулся, а в голове пронеслись сцены ночного боя. Главное, чтобы следующий куратор не был таким же, но на этот раз я буду проверять всех вокруг себя куда тщательнее… ---------- Глава 16 Глава 16 Я приоткрыл один глаз. Приоткрыл второй. Сел на постели и тут же понял, что что-то изменилось… а вот что именно? — Хм-м… Тогда я глянул на стоящие рядом с кроватью часы, будильник которых должен был прозвенеть через пять минут, затем на шторы и тут-то до меня наконец дошло. Итак! Экватор чёртовой зимы пересечён, ночь пошла на убыль, день на прибыль и светлеет теперь чуть раньше. Буквально на те самые пять минут, что остались до будильника, но всё равно приятно. По воспоминаниям Алексея я прекрасно знаю, каково оно — тверское лето, и уже жду не дождусь с ним повстречаться. Снегоходы Лосевых — это, конечно, очень здорово, но летние забавы мне ближе и милей. Рыбалка, грибы, прогулки. Выезд на Селигер в конце-то концов, да и баню в летнюю пору никто не отменял. — Всё это будет ещё нескоро, — пробормотал я, топая в ванну. — Но перспектива радует… Тут же я осознал тот факт, что в теле юного Светлова я провёл вот уже месяц. Много? Мало? Да какая, в принципе, разница? Главное, что я не сидел на месте ровно и уже успел сделать много полезного, будучи Алексеем Николаевичем. А сколько ещё предстоит сделать? — Благодарю, — сказал я Степаниде, которая установила передо тарелку с завтраком. Основную часть композиции занимала образцовая яичница глазунья, эдаким небрежным движением посыпанная перцем крупного помола. Рядом лежали три ровные полоски бекона, две крохотулечные копчёные колбаски и горочка зелёного… чего-то. — Это что? — Бобы эдамаме, — с гордостью сказала моя кухарка. — Понятно. А я смотрю, вы с Надеждой Игоревной плотно общаетесь, да? — Есть такое, Алексей Николаевич. Делимся опытом. Что ж. Завтрак, быстрые сборы и вперёд, в лицей. Пока Федя за рулём подпевал радио, я не мог не обратить внимание на то, как мирно выглядит Торжок. На контрасте с событиями минувших дней это было странно и чудно — люди спешат по своим делам, ведут детей в школу, тащат пакеты из магазинов и даже близко не подозревают о том, что по их души недавно приезжали африканские демоны. — Хорошего дня, вашбродие! — крикнул мне Федя, и после того как я отошёл от машины, уже по традиции выкрутил музыку на максимум. Хорошая у нас система в джипе всё-таки стоит. Басы пробирают так, что аж лёгкие дрожат. Итак! В аудитории я оказался за пять минут до звонка. Кто-то залипал в телефон, кто-то листал конспекты, но в большинстве своём наша группа активно обсуждала последние новости. А именно — Бабичева, который вчера взял, да и не вышел на работу. И, судя по тому, что его до сих пор нет в аудитории, не выйдет и сегодня. — Забухал, — вердикт был вынесен единогласно и обжалованию не подлежал. Причём тут же нашлись знакомые знакомых и друзья друзей, которые вроде бы говорили, что вроде бы видели Германа Михайловича либо рядом с круглосуточным магазином, либо с разливайкой на краю города, либо вообще кверху задницей в сугробе. Причём слово «вроде бы» старательно пропускалось мимо ушей, и никаких сомнений ни у кого не возникало. Информация принималась, что называется, на веру, особенно учитывая что Бабичев был аристократом, который вряд ли станет водится в таких местах. Ева Юсупова тем временем сидела по соседству со мной, и выглядела на редкость мрачной. Погружённая в собственные мысли, девушка по диагонали читала учебник. До сих пор мы с ней разве что коротко поздоровались и всё. Сидели. Жали начала занятий. Причём я-то знал… — Минуточку внимания! — крикнул мужчина в круглых очках, заглянув в аудиторию. — Уважаемые студенты, после звонка прошу вас сидеть тихо и не мешать людям в соседних аудиториях! Преподавательскому совету нужно кое-что обсудить! Имени его я не знал, но это явно кто-то из преподавателей. Мужчина пропал, а аудитория, которую попросили сидеть молча, конечно же, загалдела с новой силой. Теории заговора касательно Бабичева становились всё смелее и нелепей, рискуя в скором времени затронуть инопланетян, ну а я… а что я? Не обсуждать же мне всё это, учитывая, что я знаю всё наверняка. Не придёт Бабичев ни сегодня, ни завтра, ни послезавтра. Вообще не придёт. Прошло примерно пятнадцать минут от урока, но ничего не изменилось. Видимо, совещание у Зарубина затягивалось. Тем временем юная княжна Юсупова устала от книги, и слово за слово завела со мной ни к чему необязывающий разговор. Как дела, как погода, как там с поиском места под ресторан… ничего особенного, короче говоря. Вплоть до одного момента: — Алексей, а ты с Мариной вчера не разговаривал? — Боюсь, что вчера я вообще в лицее не был, — напомнил я. — Ну мало ли? Может, созванивались? Или виделись где? — Ева Евгеньевна, — улыбнулся я. — Уж не знаю, с чего вы сделали выводы о нашей нежной дружбе, но мы с Комаровой всего лишь пару раз в жизни пересекались, — а затем задал фундаментальный вопрос: — А что такое? — Мне кажется, что она пропала, — ответила девушка, понизив голос. И следом поведала мне о том, что её подруга уже сутки не выходит на связь. В лицее не появлялась, телефон не берет, в сети не отвечает. Совпадение? Не думаю. Особенно учитывая то, что Комарова у меня и без того была на карандаше. И у меня, и у Добрынина — девушка ведь изначально фигурировала в списках подозрительных магов, источник которых пробудился в последнее время. — Алексей? — спросила Ева, заметив, что я слишком уж глубоко задумался. — Можешь помочь найти её? Поузнавать, поспрашивать. Ты же в городе свой человек, а я новенькая, и я… я беспокоюсь за неё. И есть с чего беспокоиться! — Без проблем, — улыбнулся я. — Обещаю, сделаю всё что смогу… В этот же момент дверь в аудиторию распахнулась и внутрь вошёл сумрачный и явно что злой до чёртиков Зарубин. А сразу же следом за ним… вот даже не знаю, как его обозначить. Парень? Мужчина? Молодой мужчина? Не-очень-молодой-парень? Чёрт знает! На вид ему было лет двадцать пять, но глубокие мимические морщины вокруг глаз недвусмысленно намекали, что человек уже успел разменять свой четвёртый десяток. Видимо, просто хорошо сохранился. Широкоплечий, статный, ростом под два метра, с ослепительной киношной улыбкой. Одет мужчина был в строгий чёрный костюм, который выгодно подчёркивал раздутую накачанную грудь. Я напрягся и тут же принялся сканировать этого персонажа, по личному опыту ожидая подвох. Однако чисто. Ни демонов, ни глушилок как у Комаровой, ничего. Кроме какой-то сверхчеловеческой харизмы — стоило мужчине оглядеть аудиторию, как женская её часть сразу же принялась шушукаться и яростно что-то обсуждать. Хотя… как сказать «что-то»? Понятно что… — Тихо! — рявкнул Зарубин, затем прокашлялся в кулак и продолжил: — Уважаемые студенты, у меня к вам объявление! Герман Михайлович уехал из города по срочным семейным обстоятельствам и на неопределённый срок! Поэтому его обязанности будет временно исполнять другой преподаватель! Прошу любить и жаловать, Серё… простите, Сергей Владимирович Белозоров! — Рад познакомиться, — Белозоров ещё раз оглядел аудиторию. — Надеюсь, мы с вами сработаемся, потому как работы впереди предстоит много и… И дальше понеслась вполне себе обычная самопрезентация. Наш новый руководитель группы рассказывал о себе, своём опыте, образовании и прочем-прочем-прочем вплоть до звонка на перемену. — Что ж, давайте немного передохнём и наконец-таки приступим к занятиям! Ну да, ну да. Покой нам только снится, Сергей Владимирович. Перепрыгивая через две ступеньки, я рванул вверх, прочь из аудитории. Выбежал, нашёл укромный уголок и тут же набрал Мише Саватееву. — Есть срочное дело, — сказал я. — Нужно найти человека. Девушка, Марина Комарова, отчества не знаю. Училась со мной в одной группе. — Кхм, — прокашлялся Миша. — Ваше благородие, в целом всё понятно, но разрешите уточнить. Мы её спасаем или… — Или, — подтвердил я опасения Саватеева. — Если вдруг что, вы знаете, что делать. И да! — тут я вспомнил, что гвардейцы Светловых это всё-таки гвардейцы Светловых, а не профессиональные сыщики, и уж тем более не представители властных структур, которым все двери должны быть открыты по долгу службы. — Позвони, пожалуйста, Добрынину. Объясни ситуацию и попроси помочь. — Понял, вашбродие. — Как что узнаешь, отзвонись… * * * Уже после третьего посещённого адреса, Павел Андреевич понял, что дело действительно плохо. Пытаясь узнать, где живёт Марина Марковна Комарова, он вместе с гвардейцами Светлова объехал уже половину города. А начал, само собой, с адреса родителей. Там же узнал, что Марина решила покинуть отчий дом несколько месяцев назад. И там же, после резонного вопроса: — А куда именно она переехала? — и откровенно неадекватного со стороны родителей ответа: — Мы не знаем, — выяснил пугающие подробности. Комаровы никак не походили на маргинальную ячейку общества, которой плевать на собственную дочь. Обычные, вполне себе вменяемые люди, опрятная квартира, да и потом… они ведь оплачивали её обучение в лицее, а это никак не похоже на равнодушие. Однако несколько месяцев назад их чадо вдруг начало вести себя странно. Девушка отдалилась от них, стала грубой, агрессивной, и в итоге решила съехать. Собрала вещи, а куда собирается не объяснила. Дальше были скандалы, поиски, снова скандалы, и снова поиски — Марина меняла съёмные квартиры с какой-то невероятной быстротой. Старший Комаров грешил на переходный возраст и дурную компанию, но Павел Андреевич уже сделал свои собственные выводы. Эту историю он слышал не раз — сперва от градоначальника Торжка, а потом от главы семейства Лосевых. «Я тебя не узнаю, ты изменился». И в обоих случаях в деле были замешаны демоны. — Она что-то натворила? — с неподдельным ужасом в глазах спросила у опричника матушка Комаровой. И вот тут ему пришлось врать. Павел Андреевич наспех придумал историю с арендованной машиной и парковкой в неположенном месте, а безутешные родители изо всех сил постарались поверить и не спрашивать — неужели сотрудник Канцелярии ради такого пустяка вообще вышел из дома? — Приехали… По друзьям и знакомым, номера которых дали Комаровы, Павел Андреевич кое-как прознал о последнем месте обитания Марины. То есть… наверное, о последнем. Ведь про предыдущие две квартиры он думал точно так же. — Идём. Дом на окраине, свежая многоэтажка, квартира на четвёртом этаже. С братьями Саватеевыми, что любезно согласились сопровождать Добрынина везде и всюду, ему было поспокойней, однако он всё равно держал руку на расстёгнутой кобуре. — Не открывают, — констатировал Павел Андреевич после нескольких минут безуспешных звонков в дверь. Затем недолго думая взялся за ручку и: — Оп-па… открыто. Ребята, за мной! Квартира встретила Добрынина полумраком, в нос тут же ударил отвратительный сладковатый запах гниения, и памятуя о жертвоприношениях в поместье Бабичева, опричник уже ожидал увидеть кровавое месиво с кучей свечей и пентаграмм, но… — Не понял. Предположительная демонесса Комарова, — а судя по имевшимся у Добрынина фотографиям это была именно она, — сама оказалась хладным трупом. Причём вот как интересно! Ни следов борьбы в комнате, ни следов насилия на теле Марины. Девушка просто сидела в кресле. Ни крови, ни ран, лицо спокойное, на колени накинут цветастый вязаный плед, а глаза открыты и смотрят в потолок. — Миша, — окликнул Добрынин одного из гвардейцев. — Найди, где свет включается… Не помогло. Вокруг кресла никаких оккультных символов так и не обнаружилось. Впрочем, с момента знакомства со Светловым и демонами, Павел Андреевич уже привык ничему не удивляться. — Алексей Николаевич, — позвонил он своему юному напарнику. — Кажется, нужна твоя помощь… * * * Итак! Интересно девки пляшут. Я стоял в центре комнаты и смотрел на тело Марины Комаровой, а попутно сканировал помещение и пытался понять, что же тут, чёрт его возьми, происходит. То, что девушка была одержима — это уже понятно. Два и два мы с Добрыниным всё-таки сложить умеем. Но вот что именно с ней произошло? Вариант, что у демона вдруг взыграла совесть и он решил самоустраниться — сразу отбрасываем. Такого быть не может. Значит, это убийство. И значит, есть убийца. Но вот вопрос: что же это за таинственный коллега у нас Павлом Андреевичем появился? Да притом такой умелый! Вырубить демона без следов борьбы, как будто бы по щелчку пальцев? Я о таких техниках не слышал, хотя причастен к охоте на тварей как никто другой. — Хм-м-м… Присев на корточки перед креслом, я ещё раз внимательно осмотрел тело. И зрение тут, мягко говоря, не помогало. Дар молчал, в тщательно обысканной комнате тоже никаких зацепок, и остаётся мне теперь работать головой. Думаем! Марина училась со мной в группе, то есть ежедневно контактировала с Бабичевым. Так? Так. Значит она из его, так сказать, помёта. И можно было бы подумать, что всё ровно наоборот, и это именно Комарова старшая в их связке, но… нет. Наши африканские друзья приезжали именно к Бабичеву, да и Лис ни про какую девушку-помощницу Германа Михайловича не говорил. Значит, она обычный миньон, ну или в самом крайнем случае офицерик. А теперь попробуем поставить себя на место Марины. Предположим, что я демон из уездного городка, который служит своему старшему. Старшего убивают. Страшно ли мне? О-о-о, ещё как. Учитывая, что слухи про демоноборца ещё толком не разошлись, мне просто охренеть как страшно. И что же мне теперь делать? Переть на того, кто сладил со старшим? Ой ли. Тем временем личность главного демона рассекречена, значит до меня рано или поздно тоже скоро доберутся, и остаётся мне лишь бежать. Но! Марина Марковна восемнадцати годиков отроду из самой обыкновенной семьи, без обычных человеческих связей, влияния и средств не сможет провернуть собственное исчезновение. Точнее… сможет. Но это будет связано с кучей трудностей. Начиная с поиска денег на билет в далёкие края и последующего трудоустройства в этих самых далёких краях без опыта работы, образования и профильных навыков. Для юной девушки такой расклад может прозвучать романтично. Молодость, свобода, манящая неизвестность впереди. Но демону-то на кой такое счастье? — Ага, — кивнул я, чувствуя, как что-то такое нащупал. — А что, если? Ещё раз тщательно оглядев кресло, в котором упокоилась Марина Марковна, я обратил внимание на плед на коленях. Спросил у Добрынина, не против ли он, получил согласие и взял его. Перевернул. Осмотрел. — Ну понятно… Тварь, что засела в Комаровой, оказалась настоящей выдумщицей. Вместо того, чтобы чертить кровью звёзды и жечь свечи, она связала себе плед с оккультными символами «перехода». Да-да, эти перечёркнутые кружочки я не раз видел в прошлой жизни. Демон сменил оболочку! Потому и драки не было, и жертв. Новый носитель сам пришёл в гости к Комаровой, и сам подставился. Плохая новость — провернуть такое может только реально сильный демон, с претензией на развитие. Новость хуже — прямо сейчас по городу мечется отчаянная, загнанная в угол тварь, которая знает, что на неё объявлена охота. Новость ещё хуже — она обязательно попытается ударить исподтишка, а мы даже приблизительно не знаем, как она может выглядеть, и кем может оказаться. Хороших новостей… нет. — Павел Андреевич, настоятельно рекомендую на какое-то время переехать в моё поместье. С удовольствием выделю вам лучшую гостевую комнату. — Всё так плохо? — Боюсь, что да, — ответил я, а сам подумал, что при таких раскладах мне нужно срочно ускориться с усилением гвардии. С тем я взял телефон и набрал уже знакомый номер. — Антон Иванович? Это Светлов. Мне срочно нужны мощности ваших лабораторий. Если это возможно, то все что есть. В долгу не останусь. — И вам здравствуйте, Алексей Николаевич, — ответил Резнов. — Дайте-ка угадаю: дело срочное и не терпит отлагательств? — Именно. — М-м-м, — Антон Иванович чуть поколебался, но затем ответил: — Посмотрим, что можно сделать. Буду ждать вас в чайной через два часа. Не опаздывайте… ---------- Глава 17 Глава 17 Мне кажется, что для персонала чайной лавки Резнова я уже стал своим в доску. Постоянный посетитель, который никогда ничего не покупает, зато очень часто и плотно общается с владельцем заведения. — Добрый день, — поздоровался со мной паренёк за прилавком. — Добрый. А в углу за столиком меня уже ждал личный секретарь Антона Ивановича — щуплый парнишка в очках, насколько мне известно, его двоюродный племянник. Парень молча кивнул мне, а затем повёл вглубь и вниз. Сам Резнов в ожидании меня занимался своими собственными делами — перебирал стопку бумаг, неуловимо похожих на накладные, и практически не глядя проставлял на них свою подпись. — Алексей Николаевич, присаживайся, — он оторвался лишь затем, чтобы пожать мне руку. — Если ты не против, мне нужна ещё пара минут. — Никаких проблем. Пока Резнов заканчивал с бумагами, я осматривал его кабинет. Раньше мы встречались либо в рабочих помещениях, либо в обители артефактора Круглова, ну а здесь я, получается, побывал впервые. И что хочется сказать? Никакой вычурности, никакой лишней роскоши, всё строго и по-деловому. Вдоль одной стены стеллажи, в которых под стеклом лежали образцы продукции, а другая чуть ли не полностью обклеена всевозможными чертежами. Рабочий стол, кулер, система вентиляции, да и всё, в общем-то. — Благодарю, — сказал Резнов, постучал стопкой бумаг о столешницу и отложил их подальше. — Итак! Рад видеть, Алексей Николаевич. И наслышан о том, что у вас выдались необычайно насыщенные деньки. — Откуда наслышаны? — чуть напрягся я. — Люди говорят, — улыбнулся Антон Иванович. — Но сейчас, я полагаю, не об этом? — Вы правильно полагаете. Итак, — буквально секунду я помолчал, собираясь с мыслями. — Антон Иванович, мне нужно срочно создать партию артефактов для своей гвардии, — сказал я настолько прямо, насколько вообще мог. — Закупку всех материалов и расходников, конечно же, беру на себя. И предлагаю обсудить плату за то, что Вы разрешите мне воспользоваться своими производственными мощностями. Амортизация, зарплаты сотрудников и прочее-прочее. — Не спешите, Алексей Николаевич, — попросил Резнов. — О деньгах договориться мы всегда успеем. Но сперва я хотел бы задать несколько вопросов. Например, что именно за артефакты собираетесь производить? — Ну… в этом никакого секрета нет. Наверняка Захар Борисович уже рассказал вам о наших изысканиях с бронепластинами. — Да-да, кевлар с конструктом Света. Это всё? — Если честно, то нет. Помимо прочего мне нужны атакующие артефакты. Что-то типа световых гранат, ловушки, партия патронов с конструктом Света и холодное оружие… Да, я прекрасно помнил про схрон в крипте, но всё равно хотел бы обзавестись оружием посовременней, раз уж выдался такой случай. Копья — это прекрасно и аутентично, но в условиях штурма той же квартиры, да с нашими планировками, они превратятся из оружия в обузу. Ножи нам нужны. Короткие мечи и, как вариант, телескопические дубины. Плюс всё это было бы неплохо выполнить из облегчённых сплавов, чтобы гвардейцы не таскали на себе несколько лишних килограмм стали. Все эти мысли — кроме упоминания родовой крипты, само собой — я озвучил Резнову вслух. Резнов же молча выслушал, побарабанил пальцами по столу, а когда я закончил, откинулся на спинку кресла и подозрительно прищурился. — Алексей Николаевич, давайте начистоту? — начал он. — Я понимаю, что дворянин должен укреплять свой род и всё такое, но… что вообще происходит? — Не понимаю. — Вы срочно упаковываете свою гвардию в амуницию с конструктами Света. Причём ТОЛЬКО с конструктами Света. А ещё срочность. Со стороны всё выглядит так, будто вы срочно к чему-то готовитесь. Что ж… — Так и есть, — ответил я. — В таком случае позвольте узнать — к чему же? — А вот этого я вам сказать не могу, Антон Иванович. — Не можете или не хотите? — Не могу, — повторил я. — Есть вещи, о которых я не имею права распространяться. Резнов усмехнулся. Помолчал, подумал, а затем продолжил: — А вы, я смотрю, успели обзавестись влиятельными друзьями в очень интересных и серьёзных структурах, — сказал он как будто бы невзначай. — Как там фамилия вашего куратора? Кажется, Добрынин, не так ли? Наверное, по задумке Антона Ивановича я должен был начать паниковать и отпираться. Однако: — Раз уж Вы сумели установить личность Добрынина, — спокойно сказал я, — и профиль «интересной структуры», к которой он относится, значит Вы понимаете, что я действительно не могу вывалить вам всё, что знаю. Не из вредности. Из уважения к вам и к договорённостям с Канцелярией. Резнов замолчал. Долго-долго смотрел на меня, решая, что делать дальше, а затем нажал кнопку на столе и вызвал в кабинет Захара Борисовича. Когда артефактор явился, обрисовал ему ситуацию, спросил, возможно ли сделать задуманное, и каковы будут сроки. — Неделя, не больше. Плюс нужно будет, чтобы Алексей Николаевич лично зарядил партию артефактов своим даром. Создать конструкты по его лекалам несложно, но без силы носителя Света всё, что мы сделаем, будет кастрированной версией. — С этим никаких проблем, — кивнул я. — Приеду когда нужно и сделаю всё, что нужно. — Ну вот и здорово! — Захар Борисович, — сказал Резнов. — Будьте добры, оставьте нас на минутку. А когда артефактор ушёл, объявил мне, что у него будет условие. — Какое же, Антон Иванович? — Я хочу такую же партию такого оружия для моих людей, — сказал он. — Те же бронепластины, те же гранаты, те же ножи. В таком случае я лично оплачу материалы и работу мастеров, а от вас потребуется лишь дар. И ещё! Ваши гвардейцы проведут инструктаж моим людям по обращению со всем этим добром. — Хорошо, — улыбнулся я. — В этом проблемы нет. Но есть вопрос: вам-то это зачем? — Не знаю, — пожал плечами Резнов. — Вы же не объясняете. Но раз человек с вашей сверхъестественной хваткой к чему-то готовится, то я тоже хочу быть готов. На всякий, так сказать, случай. Вдруг это и меня затронет? Звучит логично. И да, Резнов прав. — Вы даже не представляете себе, насколько это правильное решение, — улыбнулся я. — Жаль, не могу рассказать больше. — Значит, по рукам? — По рукам, Антон Иванович… * * * Вместо привычного молодого тела с острым зрением и слухом — дряблая плоть, одышка по поводу и без, и ноющая боль в пояснице. Вместо уютной съёмной квартиры — захламлённая нора с ободранными обоями и запахом «бабушкиной однушки». Демон, что ещё вчера называл себя Мариной Комаровой, сегодня проснулся в теле толстого лысеющего мужичка с пивным пузом по имени Гена. Каноничный одинокий неудачник чуть за сорок, каких по миру если и не миллионы, то уж точно сотни тысяч. — Н-да… Всё вышло слишком поспешно. Как только демон понял, что Марину вот-вот раскроют, нужно было срочно менять оболочку. И сервис онлайн-знакомств был ему в помощь. Он вспомнил, как Гена зашёл в квартиру Марины, как глупо улыбался, как робко мялся в дверях и всё крутил в руках бутылку дешёвого вина. Думал — свезло. А уже через полчаса его тело уже принадлежало демону, в то время как сознание растворялось в пустоте. Сейчас же демон Гена сидел в кафе на первом этаже соседнего дома, пил кофе, смотрел в окно и думал, что же ему теперь делать дальше. Основная проблема заключалась в том, что он был совсем один. А у нового тела нет ни связей, ни денег, ни влияния. Бабичева больше нет. Офицеры из Африки, по всей видимости, тоже мертвы. С другой стороны, это никчёмное тельце — самое то для временного убежища. С третьей, только на это оно и способно. Стать старшим, набрать себе своих собственных миньонов и попробовать раскрутиться — можно. Но сложно. А главное — непозволительно долго. Совсем не вариант заниматься неспешным развитием, когда по городу лазает чёртов демоноборец. И оставался у Гены теперь один-единственный выход. — Счёт, пожалуйста. Допив свой кофе, Геннадий вышел на улицу. Для самого себя он уже твёрдо решил, что ему нужно связаться с Высшим из Африки. Рассказать, что именно случилось в Твери, а дальше будь что будет. Другой вопрос: как это сделать? Нужна жертва, нужно место, нужно время. Благо, что на руках у Геннадия имелся козырь — эффект неожиданности. Его-то он и собирался разыграть по полной… * * * Нджара — маленькая точка на карте, затерянная в саванне. Преимущественно трущобы, свёрстанные из профнастила и красной глины, несколько «настоящих» основательных построек, три улицы, рынок, колодец и мэрия, оставшаяся ещё со времён активного колониализма. Население — чуть больше семисот человек. Пока что… Сейчас на улицах городка не осталось ни единой живой души. Игра в прятки на выживание была в самом разгаре. Тенебрис стоял на крыше захваченной мэрии и смотрел вниз, на то, как часть его миньонов прочёсывает трущобы. Демоны выбивали хлипкие двери, врывались внутрь, а затем вытаскивали людей из домов и волокли на центральную площадь. Туда, где их будто пастушьи собаки окружил другой отряд демонов. Насчёт связи с внешним миром можно было не переживать — никто не придёт на помощь, потому что никто об этой самой помощи не попросит. Прежде чем устроить мясорубку, Тенебрис хорошенечко озаботился о конфиденциальности. «Почта, телефон, телеграф» — всё по учебнику, с поправкой на современные реалии. — Господин, — на крыше появился помощник, окровавленный чернокожий парень с бешеным взглядом. — Осталось всего несколько домов, всех остальных согнали. — Хорошо, — голос Тенебриса звучал спокойно, почти ласково. — Начинайте готовить ритуальный круг. Связанные, грязные, обезумевшие от страха люди сбились в кучу на центральной площади. Отлично. Массовое жертвоприношение — самое то, чтобы выдернуть в этот мир ещё парочку Высших. И пока что у Тенебриса всё получалось… * * * Какое-то время спустя. Почти две тысячи жертв, расположенных на линиях гекатомбы приводили Тенебриса в восторг и одновременное уныние. Всю эту жизненную энергию можно было использовать для себя любимого, а вместо этого придется отдать всю эту силу на прорыв барьера. — Мы готовы, господин, — подал голос один из офицеров, — начинаем? — Начинаем, — Тенебрис кивнул, и полилась кровь. Каждый новый литр алой жидкости заставлял линии огромной печати гореть всё ярче и ярче. В какой-то момент десятки лучей выстрелили в небо, соединяясь в поток ревущей силы. Тенебрис замер, сейчас всё решится, либо удар пробьет барьер, и тогда всё это не зря, либо же придется начинать всё с начала. И второй вариант совсем не устраивал высшего. Стоило ему только об этом подумать, как послышался треск. Тихий, почти незаметный, но слух высшего демона был в разы лучше, чем у обычного человека, и Тенебрис всё услышал. Прищурившись, он наконец-то увидел то, что искал, а именно небольшую трещину в пространстве. — Сосуды! — голос высшего разнёсся над площадью, и десять тел тут же оказались в самом центре печати. Сам Тенебрис надеялся на приход двух, возможно трёх высших собратьев, однако сосуды подобрал с запасом. Лучше перестраховаться, чем потерять высшего. Тем временем из трещины вылезли первые щупальцы, а дальше показалось и само ядро. В своём измерении демоны не нуждались в физических телах, но стоило оказаться в новом мире, как всё резко менялось. Вот и сейчас ядро дёрнулось несколько раз из стороны в сторону, а потом рвануло вниз, к одному из тел, врезалось в грудь. Несколько секунд ничего не происходило, а потом тело стало подавать признаки жизни. Отвлекшись на это зрелище, Тенебрис пропустил тот момент, когда из трещины выскользнули ещё два ядра, а потом пространство схлопнулось, убирая то, чего не должно было быть. Однако главная цель ритуала выполнена, тройка высших выдернута из демонического измерения, и теперь им придётся встать с ним плечом к плечу, ведь у них тут одна большая и общая проблема. Дождавшись, когда высшие освоятся с новыми телами, два из которых были мужскими, Тенебрис подошёл и расплылся в довольной улыбке. — Я рад видеть собратьев в новом мире, — произнёс высший с пафосом, — ради вашего пришествия я умертвил целый город! — Лучше бы ты себя убил, идиот, — подал голос высший, что занял женское тело, — зачем ты нас сюда выдернул? Хочешь нашими руками убрать демоноборца? — О чём ты? — Тенебрис состроил удивлённое лицо, — Я призвал вас в мир, где столько людей, и вместо благодарности слышу упрёки? — Не юли, Тенебрис, тебе это не к лицу, — подал голос ещё один высший, в теле широкоплечего мужика, — мы знаем, зачем ты нас выдернул, отрицать не имеет смысла. Ты испугался демоноборца, так? — Он убил моих офицеров, — нехотя ответил Тенебрис, — а вы сами знаете, моё призвание не бой, а захват территорий с помощью хитрости и ментальной магии. А вот ваша троица всегда любила добрые драки, так почему бы и нет? — Мы всегда знали, когда стоит лезть в драку, а когда лучше отступить, и поэтому до сих пор живы, а наши ядра растут, — женщина фыркнула, — но ты, болван, решил нас подставить. — У нас есть всего несколько вариантов, один из которых — это уничтожение демоноборца, — Тенебрис покачал головой, — пока он не дошёл до пика своей силы, это возможно сделать, пусть и сложно. А пропустим этот момент, и мы все сгинем. Я предлагаю вам целый мир взамен на убийство тех, кто о нас знает. Разве я многого прошу? Высшие промолчали, после отошли в сторону и начали тихо переговариваться. Тенебрис не сомневался, они в итоге сделают то, что надо. Ведь выбора-то у них всё равно нет…  * * * Торжок. Ближе к вечеру. Домой я возвращался в приподнятом настроении, и всё благодаря Резнову. А уже с завтрашнего дня после лицея я начну заниматься артефактами вместе с остальными мастерами, и получу ещё один инструмент в этой борьбе. — Алексей Николаевич, ужинать будете? — голос Степаниды вернул меня в реальность, и я увидел служанку, что замерла в дверях. — Чтобы я, да отказался от твоей еды? Не бывать этому, — я не удержался и подмигнул Степаниде, — через пять минут буду в гостинной, накрывай на стол. На лице женщины тут же расцвела радостная улыбка, Степанида поклонилась и направилась на первый этаж, а я решил переодеться для начала. Сегодняшний день был достаточно насыщенным на события, и что-то мне подсказывает, что впереди всё будет только ускоряться. Стоило мне только подумать об этом, как зазвонил телефон, а на экране высветилось имя Добрынина. Ответив, я тут же поставил звонок на громкую. — Слушаю, Павел Андреевич, что-то случилось? — Доброго вечера, Алексей, не против, если я заеду в гости, — голос опричника был полон усталости, — нужно кое-что обсудить относительно наших совместных дел. — Без проблем, заезжайте, у меня как раз ужин, заодно оцените стряпню Степаниды, она будет счастлива покормить такого важного господина, как вы. — Тогда через пятнадцать минут буду, — голос Добрынина потеплел, и на этом наш разговор закончился. Закончив с переодеванием, я спустился на первый этаж и предупредил Саватеева о будущем визите. К этому моменту Степанида в компании Оли уже накрыли на стол, и скажу так, запах еды был просто восхитителен, настолько восхитителен, что я чуть не забыл о том, что скоро приедет Добрынин. В итоге пятнадцать минут до приезда опричника я мучился, глядя на такое количество вкусностей, и считал секунды. В конце концов моё ожидание было вознаграждено, и в дверях появился Павел Андреевич собственной персоной. — Прошу прощения за поздний визит, Алексей, сам должен понимать, служба, — говоря это, опричник смотрел на накрытый стол. — Забудем об этом, — я отмахнулся, — Павел Андреевич, не знаю, как вы, но лично мне не терпится как можно быстрее попробовать вот это вот всё, — я показал на стол, — так что садитесь. Для начала ужин, а все разговоры потом. Опричник молча кивнул, а через несколько минут мы уже вовсю погрузились в изучение блюд. И лишь когда первый голод был утолен, я вопросительно глянул на Добрынина. Вместо слов, тот достал из кармана сложенный лист и протянул его мне. Развернув бумагу, я погрузился в чтение, и по мере того как смысл написанного доходил до меня, моё настроение портилось всё быстрее и быстрее… ---------- Глава 18 Глава 18 Я отложил бумагу в сторону и поднял взгляд на Добрынина. — Вот так, — слабо улыбнувшись, сказал Павел Андреевич. А дело вот в чём: только что я прочитал постановление Его Величества о том, что Тайной Канцелярии поручили разобраться с феноменом резко увеличившегося количества магов. И по этому поводу в Твери, как в эпицентре «феномена», открывают полноценный филиал Канцелярии. Со всеми вытекающими. — Кхм, — прокашлялся я. — А как они вообще это решили? Вы давали им какую-то информацию? Опричник сидел напротив, в кресле у камина. Задумчиво размешивал кубик сахара в чашке чая и выглядел, мягко говоря, устало. Да, последние дни были насыщенными и никого не щадили. — Никому я никакую информацию не давал, — наконец ответил Добрынин. — Решение было принято без меня. Но что самое интересное, Алексей Николаевич, мои коллеги мыслят в позитивном ключе. Видят, так сказать, возможности. Хотят разобраться в природе этой статистической погрешности, понять, что именно пробуждает в людях магию и использовать это. — Усилить Империю одарёнными? — уточнил я. — Именно. — О-хо-хо, — вздохнул я. Нет! Я оптимистов люблю. И даже хорошо, когда люди смотрят на мир через розовые очки. Плохо, что эти самые очки разбиваются в самый неподходящий момент. — Понятно, — я потянулся к своей чашке и сделал глоток. — И что, никто даже не подозревает, насколько всё плохо? — Насколько мне известно, нет, Алексей Николаевич, — улыбнулся опричник. — А как они будут подозревать? И, главное, что? Кхм. Вы прочитали бумагу до конца? — Нет, простите, отвлёкся… Я взял гербовую бумагу и дочитал последний абзац. А там чёрным по белому было написано о том, что руководителем тверского филиала Канцелярии назначен Добрынин Павел Андреевич. Что, как по мне, хоть немножечко нивелирует возможные неприятности в будущем. — Поздравляю, — сказал я. — Благодарю, — кивнул Добрынин. — Знаете ли, пришлось потрудиться, чтобы нам сюда не прислали кого-то другого. Желающие были. — Согласен. Новая метла нам тут ни к чему… И говорил я совершенно искренне. Ведь на самом деле я прекрасно понимал, что скрывается за этой бравадой. Добрынин — человек подневольный. Служба есть служба, и ему нужно выполнять приказы вышестоящего начальства, даже если те идут вразрез с его собственными убеждениями. Так что повезло нам, что этого самого «вышестоящего начальства» нет. Реально повезло. Не хватало ещё нарваться на какого-нибудь самодура, который устроит мне весёлую жизнь и столкнёт лбами ни много ни мало с самой Империей. — Но есть и плохая новость, как Вы наверняка понимаете, — сахар в чашке Добрынина уже давным-давно растворился, но он на автомате всё продолжал мешать и мешать. — Теперь у меня будет гораздо меньше возможностей помогать вам, Алексей Николаевич. Нельзя, чтобы это было слишком откровенно в глазах моих подчинённых. По крайней мере в первое время. — Понимаю, — кивнул я. — Вы теперь на виду. — Именно. Вот так… ничто не предвещало, как говорится, а тут вдруг раз — и минус один крепкий союзник. Я бы даже сказал «ключевой»… * * * Геннадий стоял, прислонившись спиной к облупленной стене заброшки, которую сносили вот уже несколько лет подряд, но всё никак не снесли. Сам себе приманка. Да, новое тело было просто отвратительным, и к этому было практически невозможно привыкнуть. Мешковатое, дряблое, с этой вечной одышкой. Однако! Оно имело два неоспоримых преимущества. Во-первых, никто не боялся Гену. Во-вторых, магический источник уже начал пробуждаться. — Эй, дядя! — раздалось откуда-то сбоку. — Отлично, — прошептал себе под нос демон и криво ухмыльнулся. — Есть поклёвка… Затем Геннадий повернул голову в сторону крика и постарался изобразить на лице если уж не страх, то хотя бы растерянность. Из мрака в его сторону выползла тощая фигура в грязном пуховике. Мужик лет тридцати, но явно что очень плохо сохранившийся — лицо опухшее, небритое, мутные глаза и глубокие морщины. — Закурить не найдётся? — мужик подошёл ближе. — Найдётся, — демон улыбнулся, полез в карман, изображая поиски сигарет, а сам шагнул ещё ближе. Можно было бы развернуть какой-нибудь каноничный диалог и нарваться на бычку со стороны господина маргинала, но… зачем? Вместо этого Гена резко выбросил вперёд правую руку, схватил свою жертву за горло, а затем одним рывком разбил его голову о кирпич заброшки. Мужик даже не успел удивиться. Ну да и чёрт с ним. Страх для демона, без сомнений, субстанция вкусная, но сейчас не время лакомиться. Жалкие крохи энергии хлынули в Геннадия, он ухватил умирающее сознание жертвы, дождался момента, когда душа отделяется от тела, и использовал эту вспышку. Настроил, так сказать, антенну и подал запрос. Благо, он знал, к кому обращаться. — Кто ты? — голос Высшего звучал в голове как скрежет камня о камень. А дальше случился диалог. Тенебрис сперва очень удивился тому, что с ним вышла на связь какая-то шестёрка, но тем не менее не отмахнулся от Гены. Потому что информация, что он предоставил, была, мягко говоря, интересная. Младший демон выложил всё, что знал о произошедшем в Твери. Что произошло с африканской делегацией Тенебриса, что было до, что было после, ну а самое главное… Гена назвал имя демоноборца. — Светлов очень силён! У него есть союзники, гвардия, артефакты. — Догадываюсь. — Владыка, позвольте служить вам! — Как? — хмыкнул Тенебрис. — Ты слишком слаб, чтобы быть полезным. — Но я могу следить за Светловым! Могу сообщать о том, что происходит в городе прямо сейчас! — затараторил Геннадий. — Он не знает, кто я теперь. Не знает моего имени и моего лица. — Хм-м-м… Тенебрис крепко задумался. — Я свяжусь с тобой позже, — сказал Высший. — Если придумаю, как тебя использовать, — и резко разорвал мысленную связь. Гена открыл глаза. — Буду ждать, — прошептал демон, перешагнул через труп и растворился в ночи… * * * Добрынин уехал. Мы договорились, что по-прежнему будем оставаться на связи, но теперь — только по самым неотложным делам. Его люди не должны знать о том, что знаем мы с ним. По крайней мере до тех пор, пока Павел Андреевич не соберёт вокруг себя команду, которой можно было бы доверять. Ну а я теперь остался без своего… м-м-м… без своего личного опричника, если так можно выразиться. И как раньше, увы и ах, больше не будет. А значит мне срочно нужны новые союзники. Благо, я знаю, где их искать… Попросив Степаниду не беспокоить меня до утра, я поднялся к себе в кабинет, заперся и положил на колени родовой топор. — Всеволод, — позвал я, закрывая глаза и погружаясь в медитацию. — Мне нужен совет… Пространство вокруг смазалось, и я снова оказался в этом странном месте… не там и не здесь, не во сне и не наяву. А передо мной снова стоял размытый силуэт духа, заточённого в топор. — Говори. Ну а я и рассказал. Про Павла Андреевича, про наше с ним сотрудничество и про то, что оно вынуждено завершилось. Про то, что теперь я остался практически один на один с демонической угрозой, и про то, что мне нужны союзники. Надёжные. Сильные. — Ищи Горчаковых, — сказал мне на это Всеволод. — Я ведь уже говорил. Если они сохранили традиции и если помнят о том, кем были их предки, они должны помочь тебе без лишних вопросов. — Боюсь, я даже не знаю, с чего начать поиски. — Горчаковы — старый род. Они всегда были сильны, наверняка сильны и сейчас, — Всеволод помолчал, а затем спросил: — У тебя есть знакомые в кругах высшей аристократии? Я задумался. Где уездный дворянин Светлов с макаронной фабрикой, и где реально высший свет? А потом вдруг понял: — Вообще-то есть. Спасибо за подсказку, Всеволод… * * * Следующий день прошёл в штатном режиме. Даже если в планах спасение мира от демонов, пары никто не отменял. Поэтому сперва я поехал в лицей. Там же понял, что после того как Добрынин уладил вопрос с Бабичевым и его «отсутствием по семейным обстоятельствам», господин директор как-то косо на меня посматривает. Как будто очень хочет что-то спросить, но никак не решается. Причём я даже приблизительно не догадываюсь, что у него теперь на уме! И да, при случае надо бы обсудить с Павлом Андреевичем этот момент. Зарубин ведь тоже нужен мне в союзниках, причём чем быстрей, тем лучше. Однако сперва Горчаковы. После лицея я сразу же отправился в мастерскую Резнова, где Круглов уже начал работу над моими артефактами. Пока что все цеха работали на производство лишённых магии заготовок, и моё присутствие было не так уж обязательно. Однако я всё равно решил проконтролировать процесс. Ну… чтобы быть уверенным — всё идёт по плану. Ну а на вечер… на вечер я договорился о встрече с Евой Юсуповой. Пригласил девушку в трактир и, по сути, убил одним выстрелом двух зайцев. Приехал на часик пораньше и проверил, как тут всё работает. Пообщался с персоналом, оценил рост выручки, проглядел бумаги и всё такое прочее. А в означенный час вышел в зал, сел за самый лучший столик и стал ждать. Ева Евгеньевна появилась без опозданий. И тут я, признаться, потерял дар речи. Княжна и так была очень хороша собой, но сегодня… сегодня она особенно расстаралась. Тёмно-синее платье с открытыми плечами и длинным, струящимся подолом. Уложенные хитрым образом волосы, лёгкий макияж, маленькая сумочка в цвет платья. Короче говоря, выглядела она так, будто бы собралась на приём к Его Величеству, а не на обычный дружеский ужин в ресторане. Дружеский! Я аж по лбу себя шлёпнул. — Добрый вечер, Алексей Николаевич, — улыбнулась Ева, и в этой улыбке явно было что-то кокетливое. — Великолепно выглядишь, — я поухаживал за княжной, помогая ей сесть, и после сам устроился напротив. Да! Неловко получилось. Бегая по городу туда-сюда с высунутым языком и решая разом тысячу проблем, я даже не подумал о том, что предложение встретиться вечером девушка может воспринять двусмысленно. Она же явно на свидание собралась. Нарядилась, накрасилась, причёску сделала и ожидала романтического вечера, а я… Я и не против. Но сперва: — Сперва хотелось бы поговорить о деле, — улыбнулся я, пока княжна листала меню. — Нашёл место для ресторана? — Не совсем. Я помню про предложение твоей матери, но не рестораном единым, как говорится. Скажи, у тебя случайно нет контакта Горчаковых? — Есть, — пожала плечами Ева. — Мы частенько пересекались с княжичем Андреем… Княжичем? Ну хорошо же! И плохо одновременно — Горчаковы действительно сильный род, раз сумели дослужиться до князей, но в таком случае с чего бы им вообще со мной общаться? Ладно, разберёмся. — А зачем тебе? — спросила Ева, оторвавшись от меню. — Бизнес, — ответил я. — У меня есть некоторые проекты, которые могут быть интересны его семье. Вроде бы звучит правдоподобно. Гораздо лучше, нежели позвонить и первым же делом начать вещать о демонах, героических предках и борьбе за выживание человечества. — Да без проблем, — Ева пожала плечами и полезла в сумочку. — Не пойми неправильно, но сперва я сброшу ему твой контакт и попрошу связаться. Пойдёт? — Конечно же пойдёт, — улыбнулся я и как мог экстренно перестроился на досужий лад. — Ну а теперь предлагаю заказать горячее. Ты уже что-нибудь выбрала? — Удиви меня, — Ева откинулась на спинку стула и посмотрела на меня с игривым вызовом. — Твой шеф, насколько я знаю, умеет творить чудеса…  * * * Несколько часов спустя. Когда автомобиль с княжной наконец-таки отъехал от трактира, я смог выдохнуть. Ева девушка хорошая, вот только болтать любит так, что за время ужина я узнал огромное количество новых и абсолютно не нужных лично мне вещей. — Господин, домой? — Саватеев старший уставился на меня вопросительным взглядом, и получив кивок, направился к нашему автомобилю. Я же напомнил себе по возвращению домой пробить в сети информацию относительно Горчаковых. А то как-то непорядок, контакт есть, а сведений нет, нехорошо, совсем нехорошо. Пока я размышлял об этом, Миша подогнал машину к крыльцу, и через минуту мы уже двигались в сторону дома. Через двадцать минут я уже сидел у себя в кабинете, напротив ноутбука, и ждал, пока умная машина выдаст мне результат. Посмотрим, что сеть расскажет мне про славный род Горчаковых. Наконец-то искусственные мозги обработали мой запрос, и на экране появились ссылки на разные ресурсы. Начав с первой, я погрузился в чтение, и полтора часа прошли словно один миг. Лишь усилием воли я прервался, и, откинувшись на спинку кресла, задумался. С Горчановыми всё было не так просто, как я думал. Да, они были князьями, но от былой мощи осталось не так уж и много. Причём падение случилось лет шестьдесят назад, очень странное падение. Никакой конкретики на этот счёт в сети не было, кроме пары общих фраз, но даже этого было достаточно, чтобы понять, что в прошлом веке род лишился кучи сильных магов и больше половины своих активов. А это, как ни крути, очень много, непозволительно много. С тех пор Горчаковы превратились в затворников, минимум общения с миром, да и то ограничивалось узким кругом людей. За шестьдесят лет про род почти забыли, но недавно княжич Горчаков умудрился вляпаться в дуэль, вот сеть и вспомнила про существование их рода. Так что, думаю, он не должен отказаться от общения со мной, ведь если мои догадки верны, а скорее всего они верны, то шестьдесят лет назад Горчаковы столкнулись с демонами и выиграли в этой битве, но получили слишком большой урон. Сейчас же, когда на земле точно есть один Высший, нам точно стоит объединить силы, и я очень надеюсь, что сейчас их родом правит нормальный человек, с которым получится договорится. Закрыв ноутбук, я направился в спальню, однако сразу не стал ложится. Вместо этого я потратил два часа на глубокую медитацию, дабы разогнать источник. Чем дальше я двигаюсь по магической стезе, тем больше энергии мне нужно. Драка с Высшим — это не то, что может пройти с лёгкостью, даже в моём прошлом мире для убийства такой твари мы собирали полноценные армии, и лишь последних четырёх я убил в одиночку, просто потому что к тому моменту все мои соратники пали, а я остался одним из последних демоноборцев. В этом мире пока что всё иначе, людей достаточно, сильных магов тоже, но даже так я привык полагаться исключительно на себя и свою силу, и пока не верну себе ранг архимагистра не успокоюсь. Надеюсь, это произойдёт до столкновения с сильнейшими тварями, очень, очень надеюсь…  * * * Африканский континент. Следующее утро. Четвёрка Высших стояла на пологом холме, у подножья которого располагался достаточно крупный город. Даже на таком расстоянии был слышен шум и гам, производимый смертными, а жизненной энергии в воздухе было так много, что даже высшим демонам было сложно сдерживаться. — Тенебрис, этот мир поистине прекрасен, — подала голос женщина-высший, — ты понимаешь, сколько сил мы можем тут получить? Мы имеем все шансы стать самыми сильными среди собратьев! — А я говорил, — Тенебрис расплылся в улыбке, — однако у меня есть другое предложение. Этот город велик, а ещё он находится достаточно близко к другим населённым пунктам. Смертных тут много, несколько миллионов, их хватит на всех. Однако же нам с вами нужна крепость, место, где мы будем в безопасности, куда даже демоноборцу будет не пройти. — Ты хочешь создать домен? — три пары глаз тут же скрестились на Тенебрисе. — Именно, — он медленно кивнул, — я понимаю, чем это грозит, и что ангелы могут прийти в этот мир, однако у нас есть фора. Используем её с умом, и к тому моменту, как крылатые придут в этот мир, будет уже поздно. — В этом определённо что-то есть, — пробормотал один из мужчин, — но хватит ли у нас сил? — У нас? — Тенебрис улыбнулся, — хватит, ещё как хватит… ---------- Глава 19 Глава 19 Новый день и очередное утро, что начиналось в максимальной степени спокойно. Никак не могу отделаться от мысли, что всё это затишье перед бурей, однако лишняя тревожность до добра не доведёт. А потому работаем. Ночью случилась снежная буря, и намело приличные сугробы, однако сейчас на небе не было ни облачка. И да, с каждым днём становилось всё светлее и светлее. По чуть-чуть, буквально по пять минуточек, но всё равно приятно. Завтрак, водные процедуры, и вперёд, на учёбу. Когда я выскочил на крыльцо, Фёдор уже прогрел двигатель. Выглядел мой водитель бодро и весело, и уже ничто в его внешности не напоминало о недавней аварии. Прихрамывает разве что, но так это в его возрасте выглядит вполне себе органично. По дороге я листал новости в телефоне и пытался найти хоть что-то, связанное с тверским филиалом Тайной Канцелярии, но, понятное дело, не находил. Ведь она же, во-первых, «тайная», и уж только потом «канцелярия». Секретность превыше всего. Кабы не Добрынин, я бы и не узнал, что происходит прямо у меня под носом. Лицей встретил меня привычной суетой. Из интересного — рассказ Комбарова о том, что они с матушкой уже нашли и договорились насчёт покупки поголовья каких-то супер-коров из Италии. Кианская порода, кажется… если я правильно запомнил. Дескать, эти коровки буквально созданы для получения сверхприбылей. Одна-единственная скотина в день приносит семь-восемь литров молока удоя, а взрослый бычара может вымахать до полутора тонн, из которых тонна будет чистым мясом. Ну и ещё Белозоров, конечно. Тоже интересный персонаж. Высокий, широкоплечий, молодой. Все девушки нашей группы млели от нового руководителя группы настолько, что не всегда отзывались на собственное имя, когда он к ним обращался. Я же… внезапно, очень радовался. Радовался тому, что никакой демонической сути в Сергее Владимировиче нет, поскольку человек такой харизмы устроил бы мне кучу проблем, будь он одержим. Ладно. После учёбы я сразу же направился в мастерскую Резнова с явным намерением форсировать события, но… артефакторы и без меня спешили. Первым же делом Захар Борисович провёл меня на склад и похвастался целой стопкой уже готовых бронежилетов. — Двадцать штук, — сказал Круглов. — Все с вашим конструктом. Все проверены на полигоне и держат стихийный удар мастера. Правда… одного из испытателей пришлось отправить во внеплановый отпуск по состоянию здоровья. Производственная травма, так сказать. — Ох, — вырвалось у меня. — Неужто ослеп? — Обгорел, — улыбнулся Резнов. — Солнцезащитные очки мы персоналу выдали, а вот о защите открытых частей тела сразу не подумали. Так что вскорости у него будет очень странный загар. На половину лица. — Ну… главное, что все живы. — Истинно так, Алексей Николаевич. Итого: партия для моей гвардии была практически готова, и весь сегодняшний день мне предстояло потратить на броники для людей Резнова. Договорённость есть договорённость. Саватееву я уже отзвонился и попросил быть готовым принимать артефакты, но до моего возвращения даже не думать их тестировать. И даже примерять! А то будут у меня потом гвардейцы тоже… альтернативно загорелые. — Завтра с утра возьмёмся за ножи, — сказал Круглов. — Заготовки уже есть, осталось нанести конструкты. Думаю, за пару дней управимся, а следом и за световые гранаты возьмёмся. — Красота. Пока что всё идёт так хорошо, что даже не верится. Но! Такова уж моя природа, всегда быть чуточку недовольным своими результатами. И потому в процессе работы меня посетила мысль: ножи с встроенной магией Света — это прекрасно. Но не каждый демон будет стоять и ждать, пока к нему подойдут на расстояние вытянутой руки, и потому надо бы придумать ещё и что-нибудь дальнобойное. — Захар Борисович, скажите… а у вас в мастерской есть огнестрел? — Конечно, — Круглов не совсем понял мой заговорщицкий тон. — Пистолеты, автоматы, снайперские винтовки. Антон Иванович предусмотрительный человек, да и для продажи старается держать широкий ассортимент. — Прекрасно. Не могли бы Вы выдать мне что-нибудь для экспериментов? Желательно попроще. — Без проблем… Круглов кивнул, вышел из мастерской и уже через пять минут вернулся с самым обычным пистолетом. Никаких, так сказать, изысков. Я в ответ поблагодарил лысого мастера и попросил оставить меня одного. Мои револьверы — штука магическая от и до, бесплотная, редкая и очень сильная. На то, чтобы повторить их в точности, мне не хватит ни мастерства, ни энергии. Но попытаться всё равно стоит, вот я и пытался. Сперва пытался внедрить в пистолет конструкт таким образом, чтобы все пули, вылетающие из ствола, попутно набирали в себя магию Света. И пусть затея утопическая, её нужно попытаться воплотить в жизнь. Ведь в противном случае мне придётся колдовать над каждым патроном, а дело это долгое и муторное. Плюс я стану зависим от мастерской Резнова ещё больше. — Так… Ладно, — выдохнул я и направился в сторону полигона… * * * Примерно в это же самое время Павел Андреевич Добрынин осматривал свои новые владения. Трёхэтажный домик с высокими потолками и широченными лестничными пролётами в самом центре города. Въезд во двор через арку, система охраны и камеры с датчиками движения на каждый закуток, так что любопытный прохожий просто-напросто не проберётся на территорию филиала. Разве что через окно первого этажа, но это уж совсем сюр. Империя явно не поскупилась. Выделила Добрынину лучшее из того, что было свободно. Прямо сейчас Павел Андреевич бродил по пустым комнатам, заложив руки за спину, и мысленно распределял, где что будет. — Кабинет здесь, — бормотал он себе под нос. — Оперативный отдел рядом. Архив в подвал… Остановившись у окна, Добрынин выглянул на улицу. Люди спешили по делам, машины по случаю ночного снегопада опять встали в пробку, и где-то вдалеке слышалась сирена. Неспокойно было Павлу Андреевичу, очень неспокойно. А внизу тем временем уже собирались люди. Кто в штатском, кто в форме, но все как один сумрачные, с сосредоточенными лицами и тяжёлыми взглядами. Большинство сотрудников Тайной Канцелярии в помощь Добрынину отщипнули от Москвы, и люди были явно недовольны такому переезду. Многие так вообще отнеслись к нему, как к понижению. Но что самое хреновое, так это то, что Добрынин не совсем понимал, о чём с ними говорить. Так что первое совещание, проведённое в большом зале на первом этаже, имело ознакомительный характер. Павел Андреевич представился, расспросил своих новых подчинённых об опыте работы, а затем просто тянул время общими словами и ни к чему не обязывающими фразами. Никаких указаний, кроме расплывчатого: — Собирайте информацию, — Добрынин своим людям не дал, и на том совещание закончилось. Следом до филиала наконец-таки добрались машины с заказанной мебелью. Ещё на несколько часов Павел Андреевич занял себе благоустройством кабинета, а после едва успел сесть за свой новый стол, как ему сразу же позвонили: — Слушаю, — Добрынин взял трубку. Голос на том конце говорил сухо и официально. И чем дольше слушал Павел Андреевич, тем мрачнее становилось его лицо. — Научные сотрудники? — переспросил он. — Из Академии? Прошу прощения, но зачем? Ответ ни разу не обнадёжил. — Понял, — вздохнул Добрынин. — Ждём. И вот только этого не хватало Павлу Андреевичу для полного счастья. Помимо целой кучи опричников, в Тверь собиралась делегация учёных, экспертов по магическому дару. Эти люди на полном серьёзе решили проработать список магов, которые получили дар с запозданием, и попытаться понять, что стало тому причиной. Причём если своих людей Добрынин имел право держать в узде, то товарищи из Академии будут ему подконтрольны лишь отчасти. Приедут, начнут копаться, мешать, задавать неудобные вопросы… Павел Андреевич прекрасно понимал, к каким последствиям это может привести. Точнее… наоборот. Последствия будут непредсказуемы. И надо бы крепко подумать над тем, что же теперь делать… * * * Домой я вернулся уже затемно. Выжатый как лимон и уставший до такой степени, что даже шевелиться лишний раз не хотелось. Единственная радость — ужин авторства дражайшей моей Степанидушки, которая прогрессировала в плане кулинарного таланта не по дням, а по часам. Клянусь, это были уже не просто домашние харчи. Это был ресторанный уровень, начиная от вкуса и заканчивая подачей. Сегодня вот, например, моя кухарка порадовала меня стейком особуко с гарниром из кукурузной каши. — Это не кукурузная каша, Ваше Благородие, а полента, — поправила меня Степанида. — А в чём разница? — Помол гораздо меньше, — женщина явно подготовилась к каверзным вопросам. — Плюс я вмешала в неё оливки, пармезан и вяленные томаты, так что это теперь, по сути, самостоятельное блюдо. — Во как, — кивнул я. — Благодарю… После сытного ужина я поднялся в кабинет, запер за собой дверь и рухнул в кресло. Тело ныло, источник пульсировал на пределе, и как бы не хотелось прямо сейчас провалиться в сон — рано. Слишком рано. Собью себе режим, потом же сам рад не буду. И чем бы заняться? Горчаков до сих пор не вышел на связь, так что в этом направлении у меня руки связаны. Зато у меня есть другой очень интересный собеседник. Вот с ним-то я и решил пообщаться на сон грядущий. Опять положил топор на колени, опять устроился поудобней, опять вошёл в медитацию и опять потянулся своей силой к топору. Дух откликнулся моментально, да и… да и вообще — с каждым разом пробиваться к Всеволоду становилось всё проще и проще. Я как будто бы не в метафизические дали улетал, а заходил в соседнюю комнату. — Здравствуй, потомок. Ну вот! Отлично! Я уже официально «потомок». Пускай и начиналось наше общение, что называется, в штыки, теперь дух относится ко мне более чем благосклонно. — Здравствуй, Всеволод, — я мысленно улыбнулся. — Есть разговор. — Слушаю тебя. Настала пора задать вопрос, который мучил меня с самого начала, когда я впервые увидел крипту с кувшинами. — Почему Вы уничтожали демонические ядра? Прессованные, нейтрализованные, но тем не менее целые. Зачем они вам были нужны? Тишина затянулась. Я уже думал, что дух не ответит, но тут он заговорил: — Очень правильный вопрос, Алексей. Мы прятали их не просто так. Это было сделано для того, чтобы выжать из ядер наших противников силу. Видишь ли, в каждый кувшин, прямо в глину, замурован драгоценный камень. Сделано это было тайком, чтобы ни у кого даже мысли не возникло его похитить. — Понимаю, — кивнул я. — Соседство с демоническим ядром превращает камень, который был огранён правильным образом, в магический накопитель. Чем дольше он лежит рядом с ядром, тем больше силы впитывает до тех пор, пока не выпьет всё. Новость шокировала. И… признаться, давненько я не получал столь приятных вестей. Два и два уже сложились в моей голове, а вот облечь мысль в слова с наскока не получилось, и потому я просто выдохнул: — Погоди-погоди… это же получается, что… — Да, — пускай лица Всеволода не было видно, но я могу поклясться, что сейчас он улыбался. — Ты всё правильно понял… — Каждый кувшин имеет в себе магический накопитель, — почему-то я был уверен, что в реальном мире на моих губах сейчас была улыбка. — Причем довольно сильный, — Всеволод покачал головой, — однако имей в виду, доставать камни нужно из старых кувшинов, а свежие трогать нельзя. У каждого сосуда двойное дно, которое можно снять, и спокойно достать камень. Ломать их лучше не надо, вдруг пригодится. — Согласен, — в моей голове потихоньку уже формировался план. Артефакты, с помощью этих камней я могу создать артефакты совсем иного уровня. А если внедрить их в нормальные автоматы? Да я получу такой козырь в руках, что демонам мало не покажется! — Вижу, ты понял, насколько это хороший козырь, — Всеволод хмыкнул, — кстати, у каждого рода была своя технология уничтожения тварей, и насколько я помню, Горчаковы использовали что-то похожее. Так что когда встретишься с ними, обязательно обсуди этот вопрос. — Для начала было бы неплохо встретиться, а то что-то представители их рода не спешат выходить на контакт, — я пожал плечами, — благодарю за информацию, теперь нужно ею правильно воспользоваться. — Вот-вот, так что возвращайся-ка ты в реальный мир, — проворчал Всеволод, — не пренебрегай отдыхом, для мага это один из самых важных элементов правильного развития. Сожжешь себе источник, и что тогда? Я хотел было ответить, что этого не будет, но не успел, так как пришел в себя уже в реальном мире. Н-да, разговор определённо был полезен, но отдых мне тоже нужен, так что пора на боковую. Тем более что, судя по всему, завтра меня ждет сложный, но очень интересный день…  * * * Москва. Особняк Горчаковых. Андрей еще раз внимательно прочел сообщение княжны Юсуповой и задумался. Чего ради какой-то провинциальный дворянин просит встречи? Парень прекрасно знал, какие слухи ходят про их род в обществе, и тем удивительнее было желание этого Светлова встретиться. — Отец, ты что-нибудь понимаешь? — Андрей повернулся к мужчине, что сидел в кресле, — ты что-нибудь слышал о Светловых? — Слышал, — мужчина медленно кивнул и с трудом повернулся к сыну. Князь Горчаков последние десять лет двигался по дворцу лишь с помощью слуг, последствия попадания под магический удар. — Мне стоит с ним встретиться? — Андрей надеялся, что отец ответит «нет», однако его ожидания не оправдались. — Да, тебе нужно с ним встретиться, — отец медленно приподнялся, — подойди, Андрей, мне нужно тебе кое-что рассказать, кое-что очень важное…  * * * Африканский континент. Тенебрис шагал по улицам еще недавно очень шумного города и улыбался. Нападение прошло как по нотам, несмотря на то, что в этом городе было много одаренных, это не помогло местным. Все же четыре Высших — это огромная мощь. Теперь дело за простыми демонами, они приготовят все для ритуала создания домена, и тогда мощь Высших кратно возрастет. — Тенебрис, а ты не думаешь, что в этом мире есть боги? — голос одного из Высших заставил мужчину отвлечься от размышлений. — Их тут нет, — он отрицательно покачал головой и усмехнулся, — учитывая население этого мира, будь тут боги, они бы уже нашли нас. Ты представляешь себе мощь, что может получить бог, который сидит на таком источнике веры? Да и никаких храмов мои слуги не видели, а они уже успели разойтись по миру. — Хм, в этом есть логика, — женщина Высший подключилась к разговору, — после создания домена я хочу получить для себя север. Мне понравилось то, что я видела в этом маленьком устройстве, места там идеальные. — Для начала создадим домен и призовем армии, — проворчал Тенебрис, — не стоит делить шкуру неубитого медведя, так как раз и говорят на том самом севере. Идемте, хочу посмотреть на то, как живет местный правитель. Высшие переглянулись и ускорили шаг, а впереди показался огромный дворец из белого камня. Вот только стоило им оказаться на территории, как из небольшого строения выбежали двое смертных. Миг, и их тела вспыхнули белым светом, а яростный крик на мгновение перекрыл все звуки. Вот только им было не суждено добежать до Высших, та самая женщина сделала шаг в их сторону и, выбросив левую руку вперед, выпустила два небольших шарика красного цвета. Каждый снаряд нашел свою цель, и на землю упали уже белые скелеты. — А тут весело, я бы сказала, очень, — Высшая расхохоталась, — Тенебрис, мне кажется, твои слуги не до конца вычистили город. — Я все исправлю, — сжав кулаки ответил Тенебрис и, поймав взглядом одного из офицеров, поманил его к себе. Позор, настоящий позор, это срочно нужно исправить. Выдав тому задание, Высший повернулся к длинной лестнице и пошел вперед. Домен будет создан, здесь, сегодня! ---------- Глава 20 Глава 20 Резко открыв глаза, я сел на кровати и попытался продышаться. Сердце колотилось как бешеное и явно пыталось выбраться через горло, хотя никаких… никаких предпосылок тому не было! Всё в порядке, всё нормально, опасности нет. Однако ощущение чужого присутствия никуда не уходило. Я прикрыл глаза и попытался прислушаться. Сперва к себе — источник пульсировал ровно, токи проходили по каналам, и никаких сбоев я не обнаружил, — а потом и к пространству вокруг. Ни скверной, ни демонами тут даже близко не пахло, но на меня всё равно что-то воздействовало. Что-то очень мощное — что-то такое, с чем я никогда не сталкивался. — Ладно, — вздохнул я. — Посмотрим… А затем поддался. В следующее мгновение реальность вокруг меня смазалась, и я полетел… куда-то. Ни вверх, ни вниз, а как будто бы вглубь. Мое сознание провалилось в какую-то бесконечную пустоту, которая уже через секунду превратилась в уже знакомый мне зал. Белый мрамор с золотыми прожилками. Обитель Жизни. — Здравствуй, Алкенис… Однако! Давненько меня никто не называл по прежнему имени, я даже отвыкать стал. Голос Жизни раздался со всех сторон одновременно, а затем золотое сияние оформилось в женскую фигуру на троне. — Рада, что ты пришёл. — Кажется, у меня не было выбора, — усмехнулся я. — Можно сказать и так. Садись, разговор будет долгим. Садись? Осмотревшись вокруг, никаких стульев или диванов я не заметил, но… У меня и тела-то сейчас нет. Поэтому я просто завис в воздухе, сделав своё пребывание здесь чуточку комфортней. Чудеса, однако. — Слушаю. — Ты хорошо поработал в новом мире, — начала Жизнь. — Даже лучше, чем я ожидала. Однако тебе нужно поторопиться. — Поторопиться? — вырвалось у меня. — Смею напомнить, что я пробыл в новом теле чуть больше месяца. Месяц! И за это время я… — Я знаю, — перебила Жизнь. — И ни в коем случае не умаляю твоих заслуг, Алкенис. Ты не сидел без дела, но что с того? — Прошу прощения. — Демоны не станут ждать, пока ты приведёшь себя в идеальную форму. Они уже действуют. Ты уничтожил авангард в одном-единственном регионе, но это было даже не начало вторжения. Если бы не цепочка случайностей, Высшие даже не заметили бы твоего присутствия. — И лучше бы они его не заметили, — прокомментировал я. — Само собой, — кивнула Жизнь. — Но уж как есть. А теперь вернёмся к главному: тебе необходимо ускориться. — Почему? — решил уточнить я. — Что за спешка? Жизнь на мгновение замолчала, а потом зашла с козырей: — Ты слышал о домене? Признаюсь честно, у меня внутри всё оборвалось. — Можешь не отвечать. Вижу, что слышал. Тогда ты знаешь, что начнёт происходить, когда Высшие откроют его в этом мире. Если они успеют, процесс одержимости пойдёт в геометрической прогрессии, и остановить их станет куда сложнее. Но что самое главное, пока что у тебя всё ещё сохраняется шанс закончить свою миссию малой кровью. Не успеешь, и счёт жертв пойдёт на миллионы. Да чего уж там? Миллиарды. Потенциальная еда, потенциальные носители, потенциальные жертвы. Всё! Людей в каком-то ином амплуа демоны в принципе не рассматривают. И вся серьёзность грядущей эскалации мне предельно понятна. Действительно, мне стоит поспешить. — Домен будет открыт там, где я думаю? — Да, — кивнула Жизнь. — Ты собрал уже почти всю необходимую информацию. Никаких секретов. Никаких тайн. Впереди лобовое столкновение. Ну… в том случае, если ты готов к нему. — Буду, — сказал я. — Я обязательно буду готов. Это всё? Жизнь ничего не ответила. Лишь улыбнулась, взмахнула рукой, и моё сознание понеслось обратно в тело. — … ааа-а-аа, — очнувшись, я поймал себя на том, что тихонечко тяну гласную «А». Не ору, а… как будто бы пытаюсь самого себя разбудить. Как во время сонного паралича примерно. Странное чувство, прямо вот максимально странное. Но всё, что со мной только происходило, вряд ли мне привиделось. Жизнь чётко и прямо сказала, что мне теперь нужно делать. Я растёр лицо ладонями и посмотрел в окно. На улице пока что не было даже намёка на рассвет, но спать теперь категорически не хотелось. Не хотелось и не моглось. Поэтому я чуть раньше обычного принял душ, чуть раньше обычного позавтракал и устроился в гостиной. Ждать… м-м-м-м-м… «приличного» времени для звонка. От получаса ничего не изменится, а будить Павла Андреевича и сбивать опричнику режим не хотелось. — Ладно, — сказал я сам себе, когда часы пробили семь, и взялся за телефон. Трубку сняли уже после первого гудка. — Светлов? — на удивление, голос Добрынина звучал бодро, словно он уже давным-давно бодрствовал. — Ты чего так рано? — Павел Андреевич, нужно поговорить, — я постарался произнести это как можно спокойней. — Я могу разговаривать с вами по телефону на любые темы? Добрынин хмыкнул. — Понял тебя. Минуту, — а затем сбросил звонок. Перезвонил через несколько секунд с незнакомого номера и чуть тише обычного сказал: — Говори. — Мне нужно кое-что проверить, — я не стал ходить вокруг да около. — Африка. — Африка? — Узнайте, пожалуйста, что там сейчас происходит. Только не спрашивайте, почему я интересуюсь, зачем и откуда у меня информация… просто поверьте. Я знаю, что там прямо сейчас происходит нечто из ряда вон, но наверняка не знаю где. Континент большой, дикий, а у меня… не такие возможности, как у вас. Добрынин молчал несколько секунд. — Африка, значит, — сказал он. — Хорошо. Узнаю всё, что смогу. — Спасибо, — искренне ответил я. — Поверьте, это в наших общих интересах… На том наш разговор и закончился. Одевшись потеплее, я вышел к машине. Фёдор уже ждал за рулём. — В лицей, ваше благородие? — В лицей, — кивнул я, устроился поудобней и, пока суть да дело, решил лично проверить новости с далёкого жаркого континента. Вдруг что-то просочилось в мировые СМИ? Однако не успел я задать вопрос, как был приятно удивлён. Сообщение. С незнакомого, однако не скрытого номера. «Доброе утро, Алексей Николаевич. Меня зовут Андрей Анатольевич Горчаков. Ваш контакт передала мне княжна Юсупова. Не могли бы мы встретиться? По возможности сегодня. Жду ответа». Всё. Никаких тебе удивлений, расспросов или расспросов. Коротко и по делу, что… скажу прямо — обнадёживало. Я решил ответить княжичу тем же самым и в ответ просто попросил скинуть мне адрес. Просьба моя была выполнена незамедлительно. И потому уже спустя минуту после окончания занятий я сломя голову нёсся обратно к машине. — Федя, едем в Москву… Особняк Горчаковых находился в старинном районе, где издревле селилась знать. Что ни участок, то образец культурно-исторического наследия. Широкие чищенные улицы, высокие заборы, выставленная на мороз вооружённая охрана тут и там. Но! Мимо жилища Горчаковых мы чуть было не проехали, решив, что тут какая-то ошибка. Мне показалось вполне себе логичным, что не может фасад особняка — на минуточку! — княжеского рода быть настолько запущенным. Как минимум — скрипящие ворота, которые когда-то были красивыми и коваными, но теперь из-за ржавчины и перекоса в петлях напоминали двери какого-нибудь уездного гаражного кооператива. — Да уж, — даже Федя прокомментировал. Но, стоит отдать ему должное, от дальнейшей полемики сдержался. За воротами нас встретил один-единственный охранник. Мужчина чуть за пятьдесят с усталым лицом, пышными усами и армейской выправкой. Неужто это всё, что осталось от гвардии Горчаковых? Невольно на ум пришла мысль, что даже я, всего-навсего дворянин из Торжка, окопался у себя в имении гораздо лучше. Князья? Они… они точно князья? Поднявшись на крыльцо дома, я понял, что никто мне не откроет, и потому взялся за ручку сам. Вошёл и обнаружил за ней молодого человека лет двадцати пяти. Чёрные, зачёсанные назад волосы, серые холодные глаза и… да, определённая аристократическая утончённость в чертах его лица несомненно присутствовала. — Алексей Николаевич, рад приветствовать вас у себя в гостях. Одет княжич был просто, но со вкусом: чёрные брюки, светлая рубашка, клетчатый жилет. Никаких вычурных украшений. Ничего такого, что выдавало бы в нём наследника княжеского рода. — Благодарю, — кивнул я и прошёл в дом. И следом за Андреем Анатольевичем отправился… куда-то. Попутно разглядывал внутреннее убранство особняка и креп в своих первых выводах. Лепнина на потолках и стенах, массивная мебель, достойная дворца, ковры, паркет, богатые тяжёлые шторы, но… всё какое-то запущенное. Видно было, что в доме мало слуг и по этому поводу закрыты не то, что некоторые комнаты, а даже некоторые крылья особняка. В конце концов мы зашли в кабинет — небольшую комнатку, заставленную книжными стеллажами. По центру стоял письменный стол и два кресла друг напротив друга. В одно из них мне и было предложено присесть. — Чай? Кофе? — Благодарю, Ваше Сиятельство, не нужно. Повисла пауза. Честно говоря, я продумал в грядущем диалоге всё, кроме того, как именно его начать. Как к такому вообще подобраться? Привет, Андрей, давай вместе убивать демонов? Сюр. Тем временем княжич тоже думал о своём. Думал-думал, а потом усмехнулся и сказал: — Не стесняйтесь, спрашивайте. Я вижу, вы же заметили особенности нашего положения. — Заметил, — кивнул я. — И заранее прошу прощения за возможную бестактность, но что случилось с родом Горчаковых? Не буду врать, что копал глубоко, но знаю, что когда-то Вы были одним из сильнейших родов Империи. — Были, — кивнул Андрей. — Увы и ах, лично я этого не застал, но от отца слышал многое. — Так что же случилось? — Случилась неприятность. Разрешите мне не вдаваться в подробности, Алексей Николаевич. Скажу лишь то, что по нам ударили исподтишка и за одну ночь погибли практически все одарённые нашего семейства. А без одарённых… сами понимаете. — Понимаю. — Наверное, мы успели бы восстановиться, если бы не богатство. Враги, конкуренты, недоброжелатели. Всем захотелось отщипнуть кусочек, пока мы слабы. И все вокруг разом решили, что делиться — это очень весело. Эта долька для ежа, эта долька для чижа. Смотрели мультик? Я не ответил. Андрей пробарабанил пальцами по столу незатейливую мелодию и уставился в пустоту над моим левым плечом. И вновь повисла неловкая пауза. Я продолжал размышлять о том, как бы так аккуратно перевести разговор на тему демонов, чтобы меня при этом не приняли за психа. Однако Горчаков меня опередил. — Алексей Николаевич, — он устало откинулся в кресле. — Может быть, уже перейдём к тому, зачем мы на самом деле встретились? — А зачем мы встретились? — полюбопытствовал я. — Демоны, — ответил Андрей Анатольевич. Просто и буднично, как будто речь зашла про утренний Удой. — Так вы знаете? — Знаю, — усмехнулся парень. — Далеко не всё, конечно, но достаточно. Мой род долгие годы платил за это знание очень высокую цену. Так же, как и ваш, к слову говоря. И я не намерен делать вид, что ничего не происходит. Клянусь, у меня как будто камень с души свалился. Наконец-то! Человек, с которым можно говорить обо всём. Прямо, не играясь и не притворяясь. — Отлично, — сказал я. — Тогда слушайте. А следом вывалил на Горчакова вообще всё, что знал. С самого начала — про одержимую сестру, трещину в реальности на месте трактира, тверскую сеть демонов, их визитёров из Африки, родовую крипту. Короче говоря, вывалил действительно ВСЁ. Умолчал лишь о своём перерождении, но никаких неудобств по этому поводу нет и не будет. Я Алексей Светлов из рода Светловых, и вот отсюда у меня все эти знания. — … итого я уничтожил порядка двух десятков демонов, — закончил я. — В том числе трёх офицеров весьма высокого ранга. Но это капля в море, поскольку Высшие уже готовятся к открытию домена. — И поэтому вы искали меня, — тихо сказал Андрей. — Вам нужны союзники. — Смею напомнить, что вам тоже. Потому что из информации, которая у меня имеется, я знаю, что наши семьи… — Знаю-знаю, — перебил Горчаков и нараспев повторил: — Зна-а-а-аю. Что, давайте сотрудничать. Вот только я не совсем понимаю, чем именно могу быть полезен. — У вас должны быть семейные архивы и наработки, — ответил я. — Должны были остаться записи и чертежи артефактов. Всё это может пригодиться. — Я посмотрю, — сказал Андрей. — Но прямо сейчас не могу ничего обещать. — И не надо. Давайте поступим так… во-первых, признаемся друг другу, что мы оба не готовы к этому разговору. — Принято, — хохотнул княжич. — Признаюсь. — А во-вторых, подготовимся к новому. Вы займётесь поиском семейных документов, я улажу некоторые дела в Твери, составлю хотя бы некое подобие плана действий, и через несколько дней мы встретимся снова. Обсудим всё обстоятельно и без спешки. — Хорошо, — Андрей встал и протянул мне руку. — Я сразу же дам знать, если найду что-нибудь интересное. Не стану затягивать до встречи. — Буду вам очень признателен, — я ответил на рукопожатие. Мы обменялись ещё парой ни к чему не обязывающих фраз, и с тем я покинул особняк Горчаковых. — Едем домой, — я сел на заднее сидение автомобиля, — до ночи успеем? — Конечно, господин, — Федя кивнул, — как все прошло? — Лучше, чем я думал, — улыбнувшись, я достал из кармана телефон, — правда, живут они, конечно, беднее, чем я думал, да и с сильными одарёнными все хреново, но это лучше, чем ничего. — Господин, лучше бы вы не связывались с москвичами, — Федя покачал головой, — вы уж меня простите, но не любят они таких, как мы, провинциалов, еще ваш батюшка не раз с этим сталкивался. Тут они все ближе к трону, вот и считают себя вправе вести себя вот так. — Не тот случай, — я отрицательно покачал головой, — но за совет спасибо. Вот только пока что выбор у меня не то чтобы велик. — А как же ваши друзья? — водитель улыбнулся, — хорошие же ребята, что Комбаров, что Дитмар. Род последнего так и вовсе крепкий, не лучше ли к нему обратиться в случае нужды? Я промолчал. По сути Федя был прав, вот только почему-то я не готов пока посвящать своих друзей в это все. Ну вот не хочется мне, чтобы они теряли близких, видели то, что видел я в прошлом мире, принимали тяжелые решения. Нет, попытаюсь обойтись без их участия, по крайней мере пока это возможно. А дальше уже жизнь покажет, ведь судя по всему Высшие близки к созданию домена. Одно радует, быстро это не сделать, по крайней мере в нашем мире такое у них получилось лишь раз, и то из-за глупости людей. Сунулись к тварям небольшой армией магов, а те именно этого и ждали. В результате мы потеряли целый континент, а демоническое вторжение ускорилось раза в два. Нет, тут мы такого не допустим ни при каких обстоятельствах…  * * * Дворец Горчаковых. — Отец, я сделал все, как ты велел, — Андрей вошел в спальню к отцу, — ты все слышал, что мы будем делать дальше? Наш род сейчас не способен участвовать в этой войне, тех магов, что осталось, еле-еле хватает для того, чтобы защищать наши активы. — Это далеко не все наши активы, — мужчина, сидевший в кресле, слабо улыбнулся, — сын, пришла пора распечатывать родовую кубышку. В прошлый раз, когда демоны пришли в этот мир, мы справились собственными силами, что не удивительно. Но наши предки не были дураками, они прекрасно понимали, что рано или поздно что-то может пойти не так, и на этот случай создали множество тайников по всей империи. — И ты все это время молчал? — Андрей уставился на отца удивленным взглядом, — но почему? — Потому что нам хватает того, что есть сейчас, — спокойно ответил князь, — сын, я воспитывал тебя воином, и разве у меня не получилось? — Получилось, отец, — Андрей медленно кивнул, — и все же, почему ты не использовал эти ресурсы, чтобы восстановить наше былое могущество? — А кто тебе сказал, что я этого не делал? — мужчина улыбнулся, — просто все это делалось вдалеке от Москвы. Тут рядом с троном слишком сложно делать что-то незаметно. Так что попроси Григория подготовить на завтрашнее утро автомобиль, пора пришла поехать в гости… ---------- Глава 21 Глава 21 Тенебрис стоял на крыше недостроенной многоэтажки и смотрел на то, во что превратилась Нджара за последние сутки. И… городом её теперь можно было назвать лишь с большой натяжкой. Когда здесь проживала целая куча людей, работали рынки и школы, а выхлопные газы перемешивались с запахом жареного мяса уличных лотков. Теперь же это были просто пылающие руины. — Да сколько же можно? — прошептал Тенебрис после того, как буквально в квартале от него раздался взрыв и очередное здание сложилось внутрь себя, а следом на улице начали мерцать магические сполохи. Демоны не рассчитали… Слишком много смертных погибло одновременно, и их души просто-напросто рассыпались, не успев насытить ритуал. Результат понятен — домен не сформировался. А после того, как Высшим стало очевидно, что жертв для их целей теперь слишком мало, они в порыве голода наперегонки пожрали остаток душ. В целом такое бывает — столь масштабные ритуалы редко проходят как надо с первого раза. Однако это значило, что Высшим нужно начинать всё заново. В другом городе. В то самое время, как слушок про ужасы, которые творятся в Нджаре, уже пополз по окрестностям. И снова взрыв! На сей раз ещё ближе. На почве неудачи демоны начали искать виноватых и переругались. Парочка союзников Тенебриса начала выяснять отношения на площади перед зданием администрации, и весь путь их «прений» можно было проследить по снесённым к чёртовой матери домам. — Идиоты, — вздохнул Тенебрис. — Ты слишком много вздыхаешь для существа твоего ранга, — раздался женский голос позади. Тенебрис почувствовал приближение другой Высшей ещё в тот момент, как она начала подниматься на крышу, но всё равно обернулся. Лерье. Пускай это было и необязательно, демонесса всегда предпочитала для вселения женские тела. Вот и сейчас она выглядела как молодая африканка: тощая, длинноногая, с копной чёрных кудрявых волос. — Я не вздыхаю, — ответил Тенебрис. — Я просто констатирую факты. Вы идиоты. Высшая засмеялась. Звук был чем-то неуловимо похож на звон битого стекла. — Ты заговорил, как человек, Тенебрис. — Я просто смотрю на вещи здра… Высший не договорил, потому что в спину ему прилетел кусок стены. Обломок бетона метра два в поперечнике с торчащей в разные стороны арматурой, да ещё и разогнанный до скорости гоночного болида. И конечно же, Тенебрис принял удар на магический щит. Каменное крошево разлетелось в разные стороны, а он даже не шелохнулся. Однако вместо того, чтобы ударить в ответ, Тенебрис дождался, пока осядет пыль, и спокойно обернулся к Лерье. Высшая улыбалась. — Может быть, хватит? — М-м-м-м… ты прав. Мне наскучило. — Да неужели⁈ В таком случае, я надеюсь, что ты поможешь мне разнять и успокоить остальных? Напоминаю, что времени у нас всё меньше и меньше. Нужно работать, а не грызться друг с другом. — Мы бы не грызлись, — улыбнулась Лерье, — если бы ты не дёрнул нас в этот мир помимо нашей воли… Демоница сделала несколько шагов вперёд, встала рядом с Тенебрисом и посмотрела вниз, где двое Высших по-прежнему выясняли отношения, швыряясь друг в друга автомобилями. — Но в целом ты прав, — добавила Высшая. — Повеселились и хватит. Пора искать другой город… * * * Младшие сотрудники сказали мне, что Круглов прямо сейчас находился на полигоне. И стоило мне открыть дверь, как: — Алексей Николаевич, как я рад, что Вы пришли! — артефактор бросился ко мне жать руку, и при этом сиял как начищенный самовар. — Ох, что я вам покажу! Что покажу-у-у-у! Признаюсь честно, такой настрой Захара Борисовича радовал, заражал и одновременно с тем обнадёживал. — Вот! Смотрите! Круглов протянул мне патрон мелкого калибра. Свинцовый кусочек опасности, ничем не отличный от миллионов таких же. Порох, металл и ни капли магии. Никаких видимых изменений, никаких нанесённых рун или напылений. — И что здесь необычного, Захар Борисович? — спросил я. На что артефактор загадочно улыбнулся, спросил: — Вы позволите? — и забрал у меня патрон обратно. С тем Круглов зашагал к небольшому столику из нержавейки, на котором лежал пистолет и рядом с ним отдельно обойма. Будто фокусник, который нарочно показывает каждое своё движение залу так, чтобы всё было видно в мельчайших подробностях, он на моих глазах зарядил патрон в обойму, обойму в пистолет, а затем передёрнул затвор и обернулся в сторону тренировочного манекена. Болванчик без рук и без ног, сделанный из непонятного материала и наряженный в бронежилет. — А теперь смотрите внимательно! — улыбнулся Круглов и выстрелил. На долю секунды, — ту самую, что пуля провела в воздухе, — она превратилась в маленькую, нестерпимо яркую звезду. Белую, режущую глаз и пульсирующую энергией, которую я узнал бы из тысячи. Свет. Манекен, к слову, разлетелся к чёртовой матери, а мне осталось лишь присвистнуть. — Да ладно? — улыбнулся я. — У вас всё-таки получилось? — Ага, — гордо кивнул Захар Борисович. — Не только Вы у нас учитесь, Алексей Николаевич, но и мы у вас. Делали, подглядывая на ваши конструкты. Свет, конечно, очень специфическая стихия, но когда есть образец, с которым можно работать… Тут он кивнул на стенд, где под стеклом лежала одна из наших первых бронепластин. Что ж? Кажется, работники Антона Ивановича Резнова поняли сам принцип — как именно конструкт Света взаимодействует с материей, и как именно впечатать его в металл, при этом не разрушая структуру. Ну молодцы же! — Замечательно, — только и осталось сказать мне. — Делаем партию? — Позвольте я вас поправлю, Алексей Николаевич, — Круглов заулыбался ещё сильнее, и, клянусь, кабы у лысого артефактора был хвост, прямо сейчас он бы вилял им с бешеной скоростью. — Не «делаем», а «сделали». И вы уже сегодня можете забрать свою долю… Сказать, что я был рад — всё равно что ничего не сказать. Это не просто шаг к победе над демонами, это буквально гигантский прыжок. — Благодарю вас, Захар Борисович, — сказал я, а уже через полчаса вместе с Федей грузил в багажник нашего джипа ящики с оружием. Водитель кряхтел, пыхтел, никак не мог схватиться поудобней и тихонечко матерился. — Алексей Николаевич, — Фёдор вытер пот со лба рукавом. — А если не секрет, что там такое в коробках, а? Тяжёлые, заразы. Я задумался. Федя ведь для меня уже не просто водитель. Это человек, который не боится вступиться за род, к которому принадлежит всего лишь в качестве работника. Он верен. Он исполнителен. А ещё он тупо приятен мне как человек, и из-за этого становится моей уязвимостью. — А ты стрельбе обучался? — Дык… конечно, Ваше благородие! У меня и разряд есть. Третий, правда, но… — Но есть, — закончил я за Федю. — Как минимум человек с третьим разрядом умеет попадать туда, куда целился. Отлично. В таком случае вечером с тобой поговорим обстоятельней, и я тебе подробно расскажу, что в этих коробках. Идёт? — Идёт, — кивнул Фёдор, и в глазах мужичка разгорелся азарт. — А теперь поехали домой… И мы поехали. Глядя в окно на зимний пейзаж, я одновременно радовался партии светового оружия и переживал насчёт всего остального. С момента, как я попросил Добрынина узнать насчёт Африки, прошло уже… сколько? Сутки? Двое? Жизнь выразилась недвусмысленно — домен скоро будет открыт, и счёт жертв пойдёт на миллионы, а то и миллиарды. А Павел Андреевич молчит. Может быть, сам ещё не получил информацию, а может шифруется. Звонить самостоятельно и требовать отчёта… вообще-то нужно, но это может стать ошибкой. Слишком заметна наша с Добрыниным связь. И слишком уж часто мы контактируем. Но и сидеть сложа руки не вариант. И как бы теперь к нему подобраться, не вызывая лишних вопросов у окружающих? * * * Деревня называлась Гришино, и расположилась она буквально в десяти минутах езды от Твери. Примерно полсотни домов, стоящих прямо на обочине вечно гудящей трассы, соединяющей Москву и Петербург. Из инфраструктуры — стоянка для дальнобойщиков при шашлычке, круглосуточный магазин «ПИВО-СОКИ-ВОДЫ» и сбитая из старых досок витрина, на которой сидели завёрнутые в целлофан гигантские плюшевые медведи. А прямо сейчас в одном из крайних домов Гришино дед Сергей Валентинович подбросил в печь пару полешек и принялся копошиться на кухне. Сутулый, морщинистый, седой. Даже дома Сергей Валентинович носил фуфайку и ватные штаны — мёрз. Дед кряхтел, шоркал ногами и гремел посудой. В конце концов поставил чайник на плиту, поправил заслонку печи, чтобы не подтравливало, и, держась за поясницу, поковылял в соседнюю комнату. А в комнате той, напротив трюмо с облезлой рамой, на табуретке стояла девочка лет восьми. Прикусив язык от сосредоточенности, девочка старательно заплетала русые волосы в тугие косички. В зеркале отражалось серьёзное лицо с большими-пребольшими голубыми глазами. — Ай, моя ж ты красота, — умилился Сергей Валентинович. — Моделью вырастешь. — Дедуль, — улыбнулась девочка. — Ты меня смущаешь. — Ой, да брось, — отмахнулся дед. — Смущается она. Анют! Ты мне лучше скажи, чего на завтрак хочешь? Кашу? Блинчиков? Может, яишенку пожарить? Тут внучка наконец затянула бантик на косе, отвернулась от зеркала и спрыгнула с табурета. Поджала губы, будто бы решала какой-то сложнейший философский вопрос, а затем спросила у Сергея Валентиновича: — А человеческих душ у нас в холодильнике не завалялось? Дед рассмеялся — гулко, раскатисто, совсем не по-стариковски. Девчушка подхватила, однако и в её смехе явно проскальзывало нечто опасное, страшное, жуткое. — Эдак ты у дедули в деревне на человечине щёки наешь шире плеч, — Сергей Валентинович шутливо погрозил Анютке пальцем. — Меня потом родители твои заругают. Особенно когда ты вернёшься и их самих сожрёшь. — Так сами виноваты, — пожала плечами внучка. — Нехер было спихивать малолетку на немощного старика. — Ладно, — Сергей Валентинович выпрямил спину. — Посмеялись и хватит… Всё. И не было больше ни сутулости, ни шаркающих ног, ни кряхтенья. Перед девочкой теперь стоял не ветхий дед, а просто мужчина в возрасте. Крепкий, с твёрдым холодным взглядом и руками, пальцы которых преобразовались в демонические когти. — Теперь давай о делах, — сказал он. — Что будем делать с повестками? Повестки… они пришли вчера, причём одновременно деду и его внучке. «Тверской филиал научно-исследовательского отдела феноменологии дара при Императорской академии магии имени графа Сперанского просит явиться вас для дачи пояснений касательно…» И так дальше. — Ну ты же понимаешь, что это не совпадение? — спросила Анютка и мимо дедушки прошла на кухню. — Кажется, господа учёные что-то пронюхали. Начнут копать дальше и докопаются до демонического источника. Что это такое сразу не поймут, но возьмут под наблюдение и… не нужно этого допускать, — девочка устроилась за столом. — Предложения? — Предлагаю не выдумывать лишнего, — Сергей Валентинович устроился напротив. — Разузнаем, кто именно этим занимается и где находится этот их филиал. Потом нагрянем в гости и всё. Нет человека — нет проблем. — Разузнаем? — внучка подняла бровь. — Это ты, конечно, здорово придумал. Только я напоминаю на всякий случай: мы с тобой старик на пенсии и младшеклассница. У нас не сказать, чтобы сильно много возможностей есть. К тому же там явно Канцелярия замешана и… И тут входная дверь в избу скрипнула. Демоны начали действовать сразу же. Сергей Валентинович схватил со стола кухонный нож, а на левой ладошке вырастил сгусток фиолетового пламени. Его внучка в свою очередь метнулась к печи. В одну руку взяла колун, а в другую чугунную кочергу, что весила примерно как половина самой девочки. Демоны затаились. Прислушались. Судя по шагам, к ним в дом зашёл один человек. И шёл он при этом вполне себе уверено — не крался. — Тук-тук! — раздался мужской голос. — Свои! — и на пороге появился лысый мужичок по имени Гена, что ещё совсем недавно был более известен как Марина Комарова. — Ох и задолбался же я вас искать. Неаккуратно трупы прячете, господа! Очень неаккуратно! Деревней вашей уже полиция вовсю интересуется… — Зачем пришёл⁈ — рявкнула Анечка, однако расслабилась настолько, что вернула кочергу на место. Дед Сергей Валентинович тоже отложил нож и потушил магическое пламя, а внезапный пришелец сказал: — У нас с вами одно общее дело, насколько я могу судить. Вот только вы не знаете, где обитают люди, которые собрались исследовать «статистическую погрешность», а я знаю. На кухне повисла тишина. Дед улыбнулся и перевёл взгляд на внучку, а та ему в ответ медленно кивнула. — Ну что ж⁈ — Сергей Валентинович снова сгорбился и указал на свободный стул. — В таком случае проходи за стол, мил человек, гостем будешь. Чайку плеснуть? — Не откажусь…  * * * Торжок. Особняк Светловых. — Алексей Николаевич, к вам господин опричник, — голос Саватеева старшего отвлек меня от размышлений. — Павел Андреевич? — я вопросительно глянул на бойца, и Саватеев кивнул. Н-да, вот и не верь в то, что мысль материальна, а ведь я только хотел пригласить его на ужин, обсудить, так сказать, накопившиеся проблемы. — Тогда пусть Степанида накроет нам на стол, — я закрыл ноутбук, — что-то мне подсказывает, что Павел Андреевич голоден. Миша улыбнулся и, кивнув, направился вниз, к кухне. Я же для начала закрыл дверь на ключ и только после этого пошел в гостинную. Павел Андреевич уже был там, и, судя по лицу, что-то произошло. — Алексей Николаевич, нам нужно поговорить с глазу на глаз, — сразу же после приветствия произнес опричник, красноречиво глядя на открытую дверь, — надеюсь, у вас тут никто не посмеет подслушать своего господина? — Не посмеет, — я кивнул и закрыл дверь, — слушаю, Павел Андреевич, что случилось? Добрынин тяжело вздохнул, а дальше я получил увлекательную историю, из которой узнал, что опричник, оказывается, не терял времени зря. Нет, Павел Андреевич устроил целую спецоперацию, раскидывая ловушки, и теперь одна из них сработала. Так что теперь опричник приглашал меня поучаствовать в охоте, что должна закончиться уничтожением как минимум трех демонов. — Вы уверены, что там демоны? — я покачал головой, — не поймите меня неправильно, но эти твари очень хитры, как показала практика, просто не будет. — Не стоит недооценивать навыки опричников, Алексей Николаевич, — Добрынин улыбнулся, — поверьте, всех нас учат на совесть. Конечно, мои ребята не знают о том, кто скрывается под личинами тех, за кем я им приказал следить, но все нестыковки в поведении, а также пропажи людей, которые якобы потерялись в лесах, указывают на то, что в этой деревне засели демоны. Самое поганое, что одна из тварей вселилась в девочку, маленькую девочку. — А вот это плохо, — я нахмурился, вспоминая, сколько проблем нам принесли такие демоны в прошлом мире. Дети для этих тварей были лакомым кусочком, а все потому, что они зачастую принимали предложения демонов просто из интереса, словно бы это игра. Вполне возможно, что тут именно такой случай. — И не говорите, — Добрынин тяжело вздохнул, — ну так что, я могу рассчитывать на вас в этой охоте? Тем более что в прошлый раз ваши люди показали себя выше всяких похвал. Даже жаль, что ваша гвардия недостаточно большая, — опричник улыбнулся. — Безусловно, можете рассчитывать на нас, — я кивнул, — я правильно понимаю, что выезжать нужно сегодня? — Да, — Добрынин кивнул, — чем быстрее, тем лучше. — Что ж, значит, ужин оставим на потом, — я усмехнулся, — дайте мне десять минут, и все будет готово. Получив еще один кивок от Павла Андреевича, я позвал к себе Саватеевых и быстренько проинструктировал. Они очень обрадовались тому, что у нас появилось дальнобойное оружие, а вот себе я такое брать не стал. Во-первых, у меня есть топор, а во-вторых, у меня есть топор. Этого аргумента точно будет достаточно, ха-ха. ---------- Глава 22 Глава 22 В сторону деревни Гришино мы выехали тремя машинами. Феде сегодня пришлось остаться дома, он хоть и хороший водитель, но сталкиваться с демонами лицом к лицу ему еще рановато. Из гвардии со мной ехали десять бойцов, как раз столько у меня было дальнобойного оружия. Мечи они с собой тоже взяли на всякий случай, хотя работать с клинками до сих пор толком не умели. Меч — оружие сложное, это не нож и не копье, с ним еще нужно уметь работать. Ребята учились, да я и сам показывал им многое, но, чувствую, мне придется нанимать учителей, так мы каши не сварим. — Алексей, пока у нас есть время, хочу понять одно: в чем твой интерес? — Добрынин уставился на меня вопросительным взглядом. Мы были с ним вдвоем в машине, так что могли себе позволить говорить откровенно. — Мой интерес в том, чтобы вокруг меня было безопасно, только и всего, — я пожал плечами, — согласитесь, Павел Андреевич, когда рядом с тобой ходят непонятные твари в человеческом обличии, сложно быть спокойным. — Это да, — Добрынин поёжился, — и ведь их почти нельзя обнаружить. Здесь и сейчас нам по большей степени играет на руку чистое везение, по-другому не скажешь. А будь эти твари умнее, хрен бы мы их обнаружили. Тут я промолчал, так как опричник был не совсем прав. Главный плюс стихии Света в том, что даже Высшие не могут от меня скрыться полностью. Так что рано или поздно я бы в любом случае обнаружил бы демонов, правда, эти твари долго не скрываются. У них есть общий сценарий, и как только появляются первые результаты, они тут же перестают скрываться. Правда, обычно к этому моменту в их руках сконцентрировано всё, что нужно для того, чтобы люди чуть ли не сами шли на убой. — Рано или поздно, скорее всего, тебе придется стать частью нашей структуры, — тихо произнёс Добрынин, смотря на дорогу, — я ни к чему не призываю, но так тебе будет намного проще. — До этого еще нужно дожить, Павел Андреевич, — я усмехнулся, — так что давайте не будем ничего загадывать, хорошо? — Как скажешь, Алексей, как скажешь, — Добрынин покачал головой, а дальше мы уже ехали в тишине, каждый погружённый в собственные мысли…  * * * Полтора часа спустя. Наши автомобили тихонько съехали с трассы и остановились. Пока гвардия разбирала оружие, я достал топор и, подойдя к бойцам, провёл им короткий инструктаж, всё же это оружие немного отличалось от того, чем они привыкли пользоваться. Благо бойцы у меня уже были в курсе того, с кем нам нужно драться, так что спокойно выслушали меня, как, впрочем, и Добрынин. Опричник явно был удивлён, но старался не подавать виду. — Так, раз все готовы, то идём, — я усмехнулся, — Павел Андреевич, мы с вами будем главной ударной силой, надеюсь, Вы не против? — Не против, — опричник отрицательно покачал головой, и мы пошли в сторону деревни, дома которой виднелись метрах в двухстах от нас. И чем ближе мы подходили к одному из крайних домов, тем отчётливее я видел эманации демонической энергии. Так-так, кажется, твари не просто тут, но ещё и бодрствуют. Что ж, так будет даже интереснее. Знаками показав бойцам, что дом нужно будет окружить, я ускорил шаг, и когда между мной и домом было метров десять, создал небольшой световой шар. Размахнувшись, я метнул его в одно из окон, и когда конструкт коснулся стекла, тут же вспыхнула фиолетовая плёнка щита. — Готовьтесь, Павел Андреевич, сейчас они выйдут, — я накрыл себя покровом, а через мгновение часть бревенчатой стены разлетелась на маленькие щепки, и показался первый демон. Он был в облике старика, правда, сильно изменился. Не бывает у стариков длинных когтей, как и таких чёрных глаз. — Иди сюда, мой хороший, — я расплылся в широкой улыбке и тут же обрушил на его голову световой молот. Однако демон выстоял, и даже больше, рванув вперёд явно намереваясь снести меня с ног. Да вот только бойцы за моей спиной в количестве трёх штук не спали и тут же разрядили оружие. Почти тридцать пуль, заряженных светом, это много, но даже это не остановило, а всего лишь замедлило тварь. Но этого мне хватило, и я обрушил лезвие топора на голову демона. Удар вышел что надо, топор с лёгкостью разделил туловище напополам, и на меня брызнула чёрная кровь. Но даже так я не стал останавливаться и, вытянув руку, схватил демоническое ядро. Теперь, когда мой уровень выше, я с лёгкостью сжёг демоническую суть. Вот только пока я дрался с этим здоровяком, две твари насели на Добрынина. С демоном, что был в облике маленькой девочки, опричник справился, он почти добил его, когда второй запрыгнул ему на спину и вцепился в шею, да так, что даже броня из Мрака начала трещать. Расстояние между нами было метров пять, не больше, так что я просто ударил световым копьём, целясь прямо в грудь демона. Тот в последнее мгновение успел уйти от удара, да только сразу за первым копьём прилетело ещё два снаряда, и от них он увернуться не смог. Добрынин тоже не растерялся и, схватив тварь жгутами, начал сжимать. В итоге бой закончился так быстро, что мы даже ничего толком не успели понять. — Алексей, благодарю, — Павел Андреевич убрал броню и улыбнулся, — эта тварь чуть горло мне не перерезала, я уже чувствовал, как когти пробивают броню. — Всегда держите в голове, что магия этих тварей сильнее почти любого дара, — я усмехнулся, — сегодня вам повезло, этот был слабенький, но окажись на его месте кто-то другой, и Вы бы уже лежали на снегу, теряя кровь. — Ладно, идём осматривать дом, — опричник поёжился и вошёл внутрь через проём. Мои бойцы уже были там, но, увы, обыск нам ничего не дал. Кажется, мы всё же приехали сюда слишком рано, надо было дать тварям хотя бы ещё сутки. Причём, судя по выражению лица Добрынина, он и сам это прекрасно понял. — Ладно, тут нам делать больше нечего, — я кивнул ребятам на выход, — убираем за собой, тела сжечь. Хорошо, что поднялась вьюга, никто нас не видел. По крайней мере, я на это очень сильно надеюсь. — Едем, — Добрынин кивнул, и через десять минут мы уже были у автомобилей. Обратно ехали молча. Павел Андреевич смотрел в окно и о чём-то очень напряжённо думал. Понимаю его. Одно дело — узнать про демонов, совершенно другое — получить неопровержимые доказательства, ну а когда тварь, сидящая в теле восьмилетней девочки, пытается разодрать тебе глотку когтями… Короче, непросто это. — Светлов, — наконец подал голос Добрынин, когда мы уже подъезжали к воротам особняка. — Скажу честно. До сих пор не могу прийти в себя. Но что хочется сказать… твоя гвардия, — сказал он и замолчал. А я так и не смог понять, что за эмоция кроется за последними словами. — «Моя гвардия»… Что? — уточнил я. — Они сражались слаженно и без паники, как будто для них всё происходящее не в новинку. Плюс артефакты. Кажется, за пару недель ты сделал то, на что у Канцелярии ушли бы годы. И ты на полном серьёзе продолжаешь утверждать, что это только начало? Я невольно усмехнулся. Хорошо, когда тебя ценят. Особенно те люди, которые в зависимости от настроения могут либо здорово выручить тебя, либо создать целую кучу проблем. — Уже не начало, Павел Андреевич, — сказал я. — Но и не середина. Расслабляться ни в коем случае нельзя. — Да, — кивнул Добрынин. — Об этом и хотел поговорить. Мне кажется, что Канцелярии понадобятся твои наработки в плане артефакторики. Не хочу тебя торопить, но если такие твари полезут толпами, нам всем вскорости потребуются такие штуки. М-м-м… Говорит-то он, вроде бы, правильно. Но у меня и своя позиция на этот счёт имеется. — При всём уважении, — сказал я. — Что к вам, что к вашей структуре. Но пока что я имею полное моральное право отказать. Как только Канцелярия в полной мере присоединится к борьбе и между нами не останется секретов, то я сам в первую же очередь принесу вам все свои чертежи. Прямо вот бегом прибегу и всё на блюдечке преподнесу. Но пока у меня нет гарантии, что мои артефакты не попадут в лапы какого-нибудь очередного урода, я себе такой роскоши позволить не могу. На каждую большую дубину найдётся дубина побольше, если её вовремя изобрести. Добрынин нахмурился, но спорить не стал. А затем коротко кивнул, сказал: — Наверное, ты прав, — и снова замолчал. — Но лично вам, Павел Андреевич, наверняка полагается световой пистолет и броня, как у моих ребят. И вот это как раз не обсуждается. Не думайте, что я оставлю вас без защиты. Завтра же утром курьером отправлю всё, что нужно… Когда мы зашли в дом, в гостиной уже горел камин, а на столе ждал чайник и тарелка с пирожками. Степанида как всегда на высоте — предугадывает желания барина. Мы с Добрыниным уселись в кресла, практически в полном молчании выпили горячего чая и окончательно согрелись. Жизнь потихонечку налаживалась. — Так, — я поставил чашку обратно на стол. — А что насчёт Африки, Павел Андреевич? Вы обещали узнать. Понимаю, времени прошло не так много, но… — Узнал, — кивнул Добрынин. — Узнал всё, что только мог узнать. И должен признать: я до сих пор не понимаю, откуда у тебя все эти знания, но ты оказался прав. Я молча кивнул, давая опричнику возможность продолжить. — Локальный ужас, — Добрынин понизил голос, будто побоялся, что нас подслушают. — Вырезан целый город. Пара тысяч жителей мертвы. При этом никаких следов, никаких зацепок и никакой логики. Местные бандиты и группировки на себя ответственность, как ты уже, наверное, догадался, не берут. — Потому что это не бандиты, — улыбнулся я. — Именно. Насколько мне известно, там нет идейных группировок, которые были бы способны на такое. Да и в целом идейных группировок, — поправил сам себя Добрынин. — Местные бандиты сплошь маргиналы, а маргиналам что нужно? Деньги, ресурсы, рабы, контроль над торговыми путями. А тут… просто бессмысленная резня. Зачем? Почему? И тут я испытал… странное чувство. Очень и очень противоречивое. Я порадовался. Затем понял, что радуюсь человеческим смертям, и тут же пристыдил сам себя. Однако после порадовался ещё раз, потому что реально есть чему радоваться. Видимо, что-то пошло не так и домен не открылся. И время ещё есть. — Это сделали не банды и вообще не люди, Павел Андреевич, — сказал я. — А твари, которые во сто крат опасней всех тех, с кем мы сталкивались в городе. В Гришино мы имели дело с рядовыми одержимыми. Чуть раньше с офицерами. Но то, что произошло в Африке… Я чуть помолчал, подбирая слова, но после решил говорить прямо: — Это работа Высших Демонов. Причём нескольких. И если они действительно объединились и действуют скоординировано, то это уже не «локальный ужас», как Вы выразились. Это начало полномасштабного вторжения. Добрынин побледнел. — И что ты предлагаешь, Светлов? — Всю дорогу об этом и думал. Павел Андреевич, мне нужна помощь. Нужно каким-то образом устроить командировку в Африку для меня и моих ребят. — Нет-нет-нет, — сразу же ответил Добрынин. — Ты понимаешь вообще, что говоришь? Ты же не в соседнюю деревню на дискотеку собираешься ехать, местным рожи бить. Это другой континент, другая страна, другая юрисдикция. Полноценный переброс войск дворянского рода Российской Империи заграницу попахивает международной политикой. — Я понимаю, — кивнул я. — Вот только другого выхода нет. Если мы будем ждать, пока они доберутся до нас, то дождёмся армаду, которая уничтожает всё на своём пути. Сейчас же всё ещё сохраняется шанс придушить гадину в зародыше. — То есть ты хочешь, чтобы я официально запросил разрешение на ввод войск на территорию другого государства? — Ну… да. — Так ведь меня пошлют куда подальше, — сказал Добрынин. — И будут правы. А потом ещё и разбираться начнут в том, зачем я вообще об этом заикнулся. — Павел Андреевич. Повторяю: другого выхода нет. Добрынин покачал головой, а после растёкся в кресле. Сумрачный, усталый, замученный. — Дай мне немного времени, — наконец сказал он. — Я постараюсь, что можно придумать… * * * Поезд прибыл на станцию «Горнозаводск» ровно в семь утра. Андрей Горчаков вышел на перрон и глубоко-глубоко вдохнул морозный уральский воздух. Отец же его, опираясь на трость одной рукой и на проводника другой, кое-как выбрался из вагона, а затем… — Да-а-а… Затем князь оглянулся по сторонам с таким видом, будто вернулся домовой после долгого-долгого путешествия. А впрочем, отчасти так оно и было. — Что ж, сын, — сказал князь, не скрывая улыбки. — Добро пожаловать в наши истинные владения. Андрей нахмурился. Всю дорогу отец говорил загадками, и это уже давно начало утомлять. Но что бесило больше всего, так это причина самой поездки, которую княжичу так никто и не озвучил. И вот теперь снова невнятный пассаж про «истинные владения». Отец тем временем взял Андрея под руку и повёл к выходу со станции, где их уже встречал автомобиль. И снова тишина, и снова загадочность. Машина проехала через весь город и свернула в лесной массив. Поначалу дорога была ужасна, но минут через десять они выехали на расчищенную площадку, по центру которой стоял высокий двухэтажный особняк из тёмного камня и дерева. Нечто среднее между барским теремом и настоящим замком. — И всё это теперь твоё, — улыбнулся отец. — Собственность рода Горчаковых. — Ты не шутишь? Дальше — больше. Тут Андрей увидел, что рядом с особняком на некоем подобии плаца выстроились люди. Много людей. Крепкие мужчины в форме и с оружием приветствовали его отца. — А это… — Это наша гвардия, — улыбнулся отец. — Я всегда знал, что настанет день, когда нам понадобится сила. И всё это время готовился. — Быть может, ты уже объяснишь мне, что происходит⁈ — Не спеши, сын, не спеши. Пойдём внутрь… В особняке было тепло и уютно. Картины на стенах, мебель из дорогих пород дерева, и чисто всё вокруг, и явно что обжито. Отец проводил Андрея в кабинет, сел в кресло и указал сыну на место напротив. — Итак, — сказал он. — Слушай меня внимательно. У нас есть производство, напрямую связанное с золотодобычей, а это… думаю, сам понимаешь, насколько это прибыльно. Небольшой прииск на севере области. Всё это время деньги с него шли на содержание особняка и гвардии. Мы оформляли всё через подставных лиц, чтобы наши враги и конкуренты не прознали о существовании прииска. Люди, которые вознамерились обанкротить наш род, добрались бы и досюда, уж поверь. Именно поэтому я молчал. Именно поэтому мы вынуждены были притвориться нищими и беспомощными. Это была игра на выживание, сын, и эту игру мы выиграли. Андрей молчал. Андрей думал. И пока что в голове у него все эти новости не укладывались. С самого рождения он жил в Москве и думал, что их род угас настолько, что они даже не могут позволить себе приличный ремонт в особняке. А оказалось… что оказалось, то и оказалось. Однако тут мысли княжича потекли в правильное русло. — Сколько у нас людей? — спросил Андрей. — Три сотни тут, — ответил отец. — Плюс ещё пятьсот разбросаны по разным точкам Империи. Тайные склады, оружейные арсеналы, деньги на счетах в нескольких банках. Так что не сомневайся, мы готовы к войне. К той самой войне, которую собирается начать твой новый друг. — Светлов? — Светлов, — кивнул князь и снова улыбнулся. — Так что теперь ты можешь присоединиться к охоте на равных. Ну что? Ты рад? — Я… я не знаю, что сказать, отец, — сказал Андрей. — Хотя! — А уже в следующее мгновение полез в карман за телефоном. — Знаю! Мне нужно срочно предупредить Алексея. Он должен знать, что у него есть реальная поддержка. Я должен ему написать. — Пиши, — кивнул отец, буквально люминесцируя от гордости за собственного наследника. — Пиши. А потом сразу же готовься к возвращению. Только не в Москву, а в Тверь. Пришло время показать, что род Горчаковых снова способен на великие дела. Андрей тем временем торопливо набирал сообщение Светлову: «Алексей, привет. Смог помочь тебе в том, что ты задумал. Буду в Твери через пару дней, нужно будет срочно встретиться…» ---------- Глава 23 Глава 23 Утро встретило меня первой в этом году оттепелью. За окном серо-серо, новый мокрый снег липнет на окно, а старый просел под собственной тяжестью и превратился в каменные сугробы. Причём понял я это ещё до того, как встал с постели. За окном кто-то из гвардейцев скреб лопатой и методично матерился, пытаясь расчистить дорожку. — Алексей Николаевич, вам бы вставать пора! — прозвучал голос Степаниды за дверью. — Не проспите в лицей! — Иду-иду… Тело после вчерашнего опять ломило. Я потянулся, хрустнул всем, чем только можно хрустеть, и поднялся. Контрастный душ, лёгкий завтрак, и через полчаса я уже сидел на заднем сиденье джипа. За рулём цветущий Фёдор — свежий, бритый и настолько улыбчивый, что аж противно. — Как чувствуете себя, ваше благородие? — Сойдёт, — коротко ответил я и, прежде чем мы выехали с территории особняка, задержался взглядом на гвардейцах. Ни свет ни заря мужики уже вовсю тренировались на плацу. Причём… вот как интересно: Миша Саватеев спецом заставлял своих ребят заниматься в шапках, тулупах и тяжёлых зимних сапогах. Не догадываясь при этом, что наш главный бой пройдёт в условиях, когда жарко будет даже в набедренной повязке, а любой тенёк покажется высшим благом. Лицей встретил меня так же, как и всегда. Студенты шастали по коридорам, ржали, спорили, пили кофе. Едва я вошёл в корпус, как сразу же наткнулся на Дитмара и Комбарова, которые живо обсуждали… итальяночек. Сперва тема показалась мне интригующей, но вскоре выяснилось, что речь идёт об итальянских коровах. И да, обсуждал их в основном Саня, а Игорь Генрихович изо всех сил старался делать вид, что ему интересно. — … С одной тонны можно добыть только пятьдесят килограмм этого чудо-отруба, — с горящими глазами вещал Комбаров. — Само мясо в десять раз менее жирное, чем курятина. И всё это, Лёха, будет твоим. Для твоего трактира. — Ты не представляешь, как я счастлив. — Ды-а-а-а, — довольно протянул Саша. Занятия прошли ровно. Разве что «Теория заклинаний» была наискучнейшим предметом — пожилой профессор в круглых очках полтора часа бубнил про базовые конструкты, которые я знал наизусть ещё по прошлой жизни. Да и все остальные уже успели их освоить. Плюс сама формулировка. Слово «заклинание» откровенно попахивало нафталином и больше подошло бы какому-нибудь дремучему миру, где магов по пальцам перечесть. А вот практика на учебном полигоне была куда веселей. Сегодня отрабатывали защиту от стихийных атак, и мне даже удалось притвориться, что я учусь. На самом деле я лишь имитировал усилие, расходуя крохи энергии, но… спецэффекты же! Экшн! Когда в тебя летит то огонь, то лёд, то кусок скальной породы — время летит куда быстрей, нежели в душных аудиториях. Занятия закончились около двух часов дня, и дальше я сразу же направился в мастерскую Резнова. Зачем — не совсем понятно, поскольку каких-то договорённостей или планов на сегодня у нас не было. Свой чек-лист я уже отработал, и теперь просто ждал, пока артефакторно-промышленный комплекс Антона Ивановича произведёт амуницию для моих людей. Однако договорённость есть договорённость, и идти надо. Так вот… внутри меня ждал сюрприз. — Алексей Николаевич! Я придумал! Я сделал! — схватил меня за руку Круглов. Мужчина выглядел так, будто сегодня толком не спал и переживал какую-то маниакальную стадию. Лысина блестит, глаза блестят, а ещё… — Захар Борисович, вы пьяный, что ли? Артефактор чуть поколебался, а потом радостно крикнул: — Да! — а затем расхохотался на манер злодея из ТЮЗа. — Но это всё неважно! Главное, что я придумал! Главное, что я сделал! Пойдёмте скорее! После Захар Борисович привёл меня на полигон и продемонстрировал: — Вот! — щит. Штурмовой. Длинный такой прямоугольник почти в человечий рост с окошечком из бронированного стекла для обзора. Штука, на самом деле, универсальная — с такой что угодно можно сотворить. Хоть в комнату, набитую неприятелем, прорываться, хоть недовольную толпу разгонять. Вот только при чём тут я? — Смотрите, Алексей Николаевич, — весёлый аж до одержимости Круглов взял щит за рукоять и дополнительно зафиксировал руку кожаной тесёмкой. — Смоделируем ситуацию! Предположим, что вороги проклятые окружили меня, а весь боезапас я уже истратил. Так? — Ну… наверное, так, — кивнул я. — И что ж мне теперь⁈ — воскликнул Захар Борисович. — Ложиться и помирать⁈ — Вам виднее и… — Не-е-е-ет, Ваше Благородие! Так просто меня не возьмёшь! Смотрите! — тут артефактор указал на три силиконовые мишени, изображающие «проклятых ворогов». — Вот эти молодчики меня зажали. Так? Так. Ну а теперь… Круглов чуть согнул ноги, полностью закрылся щитом, а после свободной рукой указал на рукоять. И только тут я понял, что на ней есть три кнопки — под указательный, средний и безымянный палец. — Поехали, — сказал Захар Борисович. — Тыц, — и нажал на первую кнопку. И тут же щит выдал колоссальный разряд Света по площади. Можно сказать, что шарахнуло по всему полигону разом, и только мы с артефактором остались в безопасности, потому как находились с тыльной стороны щита. — Тыц, — повторил Захар Борисович и нажал вторую кнопку, и: — Тыц, — третью. И когда третья вспышка погасла, от манекенов осталась лишь горстка догорающего пепла. — Впечатляет, — сказал я. — А то! — счастливо улыбнулся Круглов и начал выбираться из тесёмок. — Вот только в производстве штука очень затратная получается, и на поток не пустишь. Так что, Ваше Благородие, это штучный продукт. Специально для вас сделал… И всё-таки Захар Борисович талант. Безумец в хорошем смысле этого слова. Не задавал никаких вопросов, ничего не спрашивал, а просто придумал, взял и смастерил. А штука эта реально мощная — я уже вижу, как принимаю на неё первую волну слабеньких одержимых, которых Высшие наверняка пошлют на Убой вперёд себя. И чем тратить время и силы, лучше будет разобраться с ними таким вот способом. — Благодарю, Захар Борисович… Тут я понял, что в кармане у меня вибрирует телефон. Причём, судя по пропущенным, не в первый раз. Пять звонков от Ильи из трактира и один от Ирины Николаевны Волковой. И как бы… мать Евы Юсуповой не станет звонить мне просто так, чтобы узнать, как у меня дела и настроение. От такого я невольно нахмурился. Спросил у Круглова, какие у него на меня планы, узнал, что никаких, а потому извинился и сразу же откланялся. Выбрался из подземелий Резнова и первым же делом перезвонил Волковой. — Алексей Николаевич, добрый день, — голос у женщины был спокойный и я бы даже сказал «будничный». — Получила предложение от вашего управляющего. Очень неожиданное, но весьма своевременное. Я согласна… Чёрт! Действительно! Совсем из головы вылетело. Погрузившись в охоту на демонов, я решил, что всё остальное в данный момент будет меня отвлекать, и потому даровал Илюхе полную свободу действий. Учитывая то, как парень управлял трактиром, сомнений у меня в нём не было никаких. Вот я и попросил его найти помещение для будущего ресторана. Вот он и нашёл. Попытался дозвониться до меня, не смог, и окрылённый моментом сразу же пульнул предложение Волковой. И наругать бы его за то, что через голову прыгает, но… он ведь специально прыгает. Я ведь сам его об этом просил. Старательно втирал Илье мысли о самостоятельности и о том, что для меня главное — прибыль, и что необязательно посвящать меня во все детали, и что чем меньше я задействован в процессе, тем более ценна и высокооплачиваема его работа. Во-о-о-от… — Замечательно, Ирина Николаевна, — сказал я, стараясь изобразить осведомлённость. — Я очень рад, что вам понравилось. — Понравилось — не то слово! Хочу встретиться и подробно обсудить все детали. Я в городе, гощу у дочери. Вы сможете прямо сейчас подъехать в кафе «Вена»? — Конечно, — согласился я. — Буду как можно скорее. Не думал, что после физического устранения одного из официантов меня снова пустят в это кафе, но… клиентоориентированность у ребят была на уровне. Ирина Николаевна сидела за столиком у окна, одетая в строгий, но элегантный костюм, и вовсю перебирала какие-то бумаги. — Алексей, — она улыбнулась, заприметив меня. — Прошу, садитесь. Вы не представляете, как я рада, что вы не забыли о нашем разговоре. — Да-а-а-а, — протянул я. — Не забыл. — И как же я рада, что дело зашло дальше слов. — Илья молодец, — кивнул я, после попросил у официанта чёрный кофе, и дальше понеслось обсуждение… Итак! Мой управляющий нашёл разорившийся банкетный зал в двух шагах от набережной. Два этажа, не требующая ремонта кухня, здоровенный подвал под хранение продуктов, ну а самое главное… прежние владельцы уже пробили у города разрешение на то, чтобы выставлять летнюю веранду, а значит у нас есть все шансы сделать место действительно культовым. Место проходное — рядом несколько гостиниц и офисных зданий. Что до формата, то здесь Надежда Игоревна уже давно всё решила. Стейк-хаус. Но! Покуда «итальяночки» Комбарова не прибыли из далёкой солнечной Флоренции и не созрели для Убоя, нам нужно будет выкручиваться как-то иначе. А потому по первой акцент будет смещён на авторскую кухню Натановой. — Может быть, готовить из местных фермерских продуктов? Это сейчас модно и обязательно привлечёт публику. — Я обязательно передам ваше предложение шефу, — сказал я. — Но давайте всё-таки оставим меню на откуп профессионалам? В том, что получится сказочно, я вообще не сомневаюсь. А сейчас меня больше интересует финансовая сторона вопроса. — Я свои слова помню, — ответила Волкова. — За свой счёт я готова оплатить ремонт и закупку оборудования. Вы же берёте на себя маркетинг и административные вопросы. Доли пятьдесят на пятьдесят. — Договорились, — улыбнулся я. — Это очень щедро с вашей стороны, Ирина Николаевна. — Я трачу всего лишь деньги, — пожала плечиками бывшая княгиня. — Вы же вкладываете своё время, нервы и здоровье. Так что ещё непонятно, кто из нас в выигрыше… Так! Алексей Николаевич, если вас всё устраивает, то давайте завтра же подпишем предварительный договор. И уже через неделю хотелось бы начать ремонт, чтобы к лету всё было готово. У меня есть один знакомый дизайнер, который работает в основном в стиле лофт, но, думаю, сдюжит и стейк-хаус. Ещё около двадцати минут мы обсуждали детали, которые обсуждать… откровенно рано. Выбор мебели, меню, график работы. Но Ирина Николаевна, судя по всему, загорелась не на шутку, и её было не остановить. В итоге к концу разговора я чувствовал себя таким же выжатым, как и после боя с незабвенным господином Хамизи. Из «Вены» я вышел уже в сумерках. Федя ждал у входа, и сев в машину я сразу же дал команду отправляться домой. День вышел насыщенным и в максимальной степени продуктивным, а значит я заслужил отдых. Вот только не тут-то было… Примерно на выезде из города у меня вновь завибрировал телефон. «Алексей, я в Твери. Прибыл пару часов назад. Надо встретиться как можно скорее. Андрей». Я перечитал сообщение трижды. Горчаков обещал прибыть через несколько дней, а по факту явился уже сейчас, и значит, что дело действительно серьёзное. Может, княжич нашёл архивы? В любом случае откладывать ни к чему. Поэтому я набрал короткий ответ: «Дай адрес, приеду». Долго ждать ответа не пришлось, уже через тридцать секунд в ответном сообщении я получил адрес, который назвал Феде, и внедорожник, взревев, как рассерженный зверь, рванул вперед. — Тише, Федя, тише, еще убьешь нас тут, — я усмехнулся, — мы, конечно, спешим, но не на тот свет. — Не переживайте, господин, я тут с закрытыми глазами двигаться могу, — Федя рассмеялся, — но так и быть, не буду, — после этих слов он немного сбросил скорость, но даже так мы двигались быстрее основного потока. Впрочем, должны же у меня быть хоть какие-то преференции как у дворянина, хотя бы такие. Пока наш автомобиль лавировал между остальными, я размышлял о будущем. Здесь и сейчас я не могу поехать в Африку, точнее не так, поехать-то я могу, но без оружия, без нормальных артефактов я там просто сдохну, это факт. Так что остается один вариант, а именно Добрынин. Опричник уже не раз видел, на что способны демоны, и я очень надеюсь, что ему хватит ума найти возможность переправить меня и мою небольшую армию на другой континент, ведь пока что у нас есть время, но это может очень, очень быстро закончиться… * * * Тверь. Отделение Тайной Канцелярии. Павел Андреевич сидел в своем новом кабинете в ожидании ответа от одного старого знакомого. Когда-то они начинали свой путь вместе, но дальше судьба распорядилась по-своему, и Филатов пошел по своему пути, построив неплохую военную карьеру. Шутка ли, стать генералом в сорок — это нужно иметь талант, ну и, конечно же, связи. Так что, пожалуй, именно он мог помочь решить вопрос с переброской Светлова в Африку. Головой Добрынин прекрасно понимал резоны парня, однако внутри все равно словно кошки скреблись. Другой континент, другие условия, очень сложная политика, а посреди всего этого дерьма еще и твари, что режут людей, словно скот. Размышляя об этом, опричник чуть не пропустил звонок старого друга, но вовремя опомнился. — Паша, какие люди! — на экране ноутбука появилось довольное круглое лицо Филатова, — как же давно мы не виделись с тобой! Как дела, как служба? Еще не стал главным опричником империи? — И я тебя рад видеть, Василий, — Добрынин улыбнулся, — служба идет, но пока не в столице. Сижу в Твери, занимаюсь делами. — О как, Тверь? Ну, все могло быть и хуже, — Филатов хмыкнул, — ладно, я ведь понимаю, что ты не просто так решил со мной поговорить поздно вечером, выкладывай, какая у тебя проблема? Павел Андреевич тяжело вздохнул и принялся рассказывать. При этом он мастерски избегал упоминаний демонов, и в итоге подал все таким образом, что Светлов решил послужить на благо родины, но почему-то обязательно в Африке. — Паш, оно тебе надо? — Василий уставился на Добрынина с сомнением во взгляде, — или пацан настолько хорош? — В восемнадцать он уже магистр, — опричник улыбнулся, — как по мне, это более чем достаточно. — Хм, согласен, магический уровень у него приличный, — генерал покачал головой, — и все же, почему именно Африка? — Потому что сейчас там происходит непонятно что, ну и еще потому что любому дворянину проще всего сделать там имя, — Добрынин пожал плечами, — помог парочке туземных князьков, и вот ты уже национальный герой. Конечно, для империи этого мало, но как старт карьеры очень даже неплохо. — Если посмотреть с этой стороны, то да, — Филатов кивнул, — что ж, так и быть, узнаю по своим каналам что да как. В принципе ничего сложного не вижу, ничейных территорий там море, главное не лезть в колонии других империй, но думаю, твоему парню хватит на это ума. — Хватит, — Добрынин кивнул, — еще как хватит…  * * * Тверь. Одна из главных гостиниц города. — Здравствуй, княжич, — я протянул руку Горчакову, и получил в ответ крепкое рукопожатие. — Алексей, рад, что ты смог так быстро приехать, — Андрей выглядел уставшим, но при этом довольным, — садись, сейчас нам принесут поесть, а мы пока поговорим. Ты голоден? — Есть немного, — я кивнул и усмехнулся, — весь день на ногах. — Тогда для начала ужин, — Горчаков знаком позвал молоденькую официантку, и мы сделали заказ. Посетителей в ресторане было немного, время-то уже позднее, так что мы спокойно поужинали в тишине, и когда тарелки опустели, княжич уставился на меня. — Итак, Алексей, после прошлой встречи я поговорил с отцом еще раз, и теперь хочу сказать одно, я готов поучаствовать в драке, — Андрей хмыкнул, — оказалось, что у нашего рода кое-что в загашнике осталось, так что я смогу тебя поддержать не только морально. — Отличная новость, — я кивнул, — тем более что мне есть что тебе еще рассказать. Скажи мне, Андрей, как ты смотришь на то, чтобы посетить африканский континент? ---------- Глава 24 Глава 24 * * * Полчаса спустя. В ресторане я не стал делиться с Горчаковым всеми подробностями, все-таки это не дом, хотя, согласен, можно было бы переговорить все разговоры в гостинице, но дом все-таки лучше. Хотелось чем-то подкрепить свои слова и продемонстрировать Андрею то, чем я занимался всё последнее время. А именно — артефакты. Ехали молча. Фёдор у меня, что называется, «в теме», но не настолько глубоко, чтобы слышать некоторые вещи. Горчаков же, судя по всему, начал сомневаться. Напряжённо смотрел в окно, явно думы разные думал, а потом спросил напрямик: — Алексей… Ты уверен, что мне стоит ввязываться в эту авантюру? — Честно? — хохотнул я. — Никому не стоит ввязываться в эту авантюру. И вместе с тем в неё надо бы ввязаться всему разумному человечеству. Тут ведь вопрос выживания стоит. Андрей коротко кивнул, и дальше мы ехали в тишине. Мы проехали через главные ворота на территорию особняка, и я попросил Фелю подвезти нас сразу же к казармам. Тренировка шла полным ходом. Что Миша Саватеев, что его брат, что остальные гвардейцы никак не могли наиграться с новой световой амуницией. И визуально это смотрелось забавно. Во-первых, метров на двадцать вокруг плаца совсем не осталось снега — где-то рядом по-прежнему лежали сугробы в половину человеческого роста, а здесь магия растопила всё и вся, оголила землю и к нашему приезду даже немножечко её подсушила. Ну и во-вторых, всю округу заволокло… э-э-э… зимним туманом? Испарения пёрли от земли и как будто бы сами не понимали — что вообще происходит, как они здесь оказались, и как им теперь себя вести? Горчаков, впрочем, был в таком же замешательстве. — Приехали, Ваше Сиятельство. Сейчас я тебе всё расскажу и покажу. Мы вышли из машины, и я жестом подозвал Мишу. Тот подбежал, козырнул и поздоровался. А после я попросил его продемонстрировать княжичу работу наших новых артефактов. — Боевыми, Алексей Николаевич? — Боевыми. Тогда Миша распорядился, чтобы гвардейцы нарядили один из тренировочных манекенов в бронежилет, заряженный конструктом Света. Затем вытащил пистолет, азартно улыбнулся и сделал выстрел. Манекен, который должно было как минимум повалить, а как максимум отшвырнуть на несколько метров назад, нестерпимо ярко моргнул, переплавил пулю во что-то невразумительное и остался стоять невредимым. Следом Саватеев сменил оружие и на уже «голом» манекене продемонстрировал, как работает световой пистолет. Этот бедолага тоже остался стоять на месте, вот только в груди у него теперь зияла здоровенная дыра, в которую можно было сунуть и высунуть кулак. — Гранату будете демонстрировать? — спросил Саватеев и этим своим рвением напомнил мне огромного добродушного пса. Кабы был у Миши хвост, он бы этим хвостом сейчас вилял как сумасшедший. — Андрей Анатольевич? — уточнил я. — Нет-нет, не надо, — ответил княжич. — Я всё понял. — В таком случае спасибо, Михаил. Продолжайте тренировку… А у Горчакова от увиденного развеялись последние сомнения. В глазах решимость, в позе уверенность. Тут-то я и пригласил его прогуляться вокруг дома с тем, чтобы обсудить всё до конца. Начал с того, что пообещал снарядить его бойцов всем тем же самым, что и своих. — За мой счёт, разумеется. — Отлично, — кивнул Андрей. — Я согласен. Моя гвардия, как совсем недавно выяснилось, насчитывает больше трёхсот человек. Мне осталось лишь присвистнуть и задуматься о том, как же мы будем перекидывать такую ораву с континента на континент. И, к слову, пора бы уже о главном. Мы отошли от плаца и по расчищенным дорожкам направились бесцельно бродить. А по пути я начал довольно подробно обрисовывать ситуацию: Высшие, попытка открыть домен, куча жертв и перспектива гибели мира. И всё это начинается… — В Африке, — вздохнул Горчаков. — Нет, ну понятно. Государственной армии как таковой нет, полиция на местах коррумпирована, бардак, разруха и так далее. Я бы и сам там начал, будь я на месте Высших. Но… это ведь проблема. Я имею в виду расстояние. — Проблема, — кивнул я. — Которую я прямо сейчас пытаюсь решить… А дальше я, не раскрывая имён и чинов, рассказал о том, что шанс у нас есть. И что готовиться нужно начинать прямо сейчас. — Я ведь правильно понимаю, что ты составишь мне компанию в этом мировом турне? — Да, — ответил Горчаков без лишних эмоций. — Всё. Решено. Если ты не против, то я пришлю своих лучших людей на ускоренное обучение с твоими инструкторами. Артефакты с тебя, разрешение на вылет тоже с тебя. В таком случае я возьму на себя всё остальное. — Что именно? — Логистику. Транспорт, перелёт, размещение, местные контакты, — начал перечислять Андрей. — Да и в целом мало ли что ещё? Род Горчаковых возьмёт на себя все издержки. — Тогда по рукам. Готовимся и выжидаем неделю. И если мой человек ничего не сможет сделать на своём уровне, выезжаем сами. В качестве туристов, — улыбнулся я. — Полетим разными рейсами и в разные города, соберёмся на месте, а оружие отправим контрабандой. Я не собираюсь сидеть и ждать, пока Высшие откроют домен. — К слову, — Горчаков задумчиво улыбнулся. — Если получишь отказ, можно попытаться устроить через МИД какую-нибудь «научно-исследовательскую экспедицию» по изучению… чего-нибудь очень научного и исследовательского. Думаю, всем глубоко наплевать на то, что мы ищем. Главное, чтобы бумажки были в порядке. Я невольно улыбнулся. Андрей мыслил быстро, чётко и уже начал импровизировать на ходу — именно такой союзник мне и нужен. После мы снова обменялись рукопожатием, на сей раз более крепким и уверенным. Далее я попросил Федю вернуть княжича в город. Тот напоследок сказал, что на неделю уедет в Москву и будет ждать весточку. Вечер в кои-то веки прошёл спокойно. Я отужинал, проверил отчёты Саватеевых по тренировкам, — ребята настолько увлеклись, что решили облачить испытания светового оружия в цифры, — затем полистал чертежи, которые набросал для Круглова, и лёг спать с чувством, что всё идёт по плану. Всё идёт слишком хорошо, чтобы быть правдой… * * * Шумный и оживлённый ещё буквально пару дней назад, сейчас Нджара напоминал давным-давно заброшенные развалины. Пожары утихли, но пепелища кое-где по-прежнему дымили. Ветер разносил по раздолбанным улицам запах гари, прогоркшей крови и смерти. Почти две тысячи человек были принесены на демонический алтарь, что называется, вхолостую. Но это ли повод останавливаться? Конечно же нет. Этой ночью кучка одержимых во главе с Высшими уже покинула Нджару и отправилась в соседний город. Правда, в этот раз они решили быть чуточку осторожней. Сперва армия, и только лишь потом домен. Следующий город так же падёт. Люди этого города так же будут согнаны в кучу на центральной площади. Вот только на сей раз Тенебрис даст им выбор… * * * Выходной. В лицей сегодня ехать было не нужно, а потому я наскоро закинул в себя яичницу с беконом, запил её горячим сладким чаем и уже через час был в мастерской Резнова. И сегодня мне предстоял довольно серьёзный разговор с её владельцем. — Антон Иванович, у меня поменялись планы. — Вот как? — Мне нужно больше оружия. Значительно больше, и при этом уже вчера. Скажите, я могу воспользоваться всеми вашими мощностями? Или же забрать то, что Вы изготовили по моим чертежам для себя. Резнов ответил не сразу. Думал, анализировал, а затем аккуратно начал: — Я не против, Алексей Николаевич. Мощности имеются. Но… при всём уважении, любые моральные долги рано или поздно гасятся, и любая доброта имеет свои границы. Я и так уже вложил в партию артефактов для вас… скажем так — немало. — Я всё понимаю, — кивнул я. — Можете не продолжать. Сколько? Благо, сумма оказалась подъёмной. Я пообещал, что уже к вечеру кто-нибудь из моих людей привезёт деньги наличными, а затем откланялся и поехал дальше по делам. Сегодня на вылазку в Тверь я взял с собой Илью, менеджера из трактира, и Надежду Игоревну Натанову. С ними-то я и отправился смотреть на старый банкетный зал. Здание оказалось одноэтажным, с высоченным потолком и массивным фасадом. Когда-то здесь проводили свадьбы и корпоративы, но владельцу бизнес наскучил. Шапкин уже пробил и подтвердил этот момент — никаких мутных историй за залом не числилось. Никто не разорялся и не банкротился. Просто богатый дворянин решил поиграться в рестораторов, и в какой-то момент игра ему надоела. — Триста квадратов, — сказал Илья, прогуливаясь по пустому помещению. — Ничего себе, Алексей Николаевич, — а после начал размышлять вслух: — Главный вопрос вот в чём: либо мы оставляем один большой зал и делаем во-о-он там сцену, либо же играемся с зонированием. — Илья, — улыбнулся я. — Давай-ка ты сам решишь? Ведь именно за этим ты сюда и приехал. Сам к чему склоняешься? — К одному залу, — не колеблясь ни секунды ответил менеджер. — Есть мысль о том, как это можно обыграть. Можно сделать не просто едальню, уж извините за прямоту, а настоящий культурный центр. Шоу-программы, концерты, стенд-ап фестивали… Мне ход мыслей Ильи понравился. А вот Надежда Игоревна в разговоре не участвовала — шефу было откровенно наплевать на всё, что касается зала, кроме количества посадочных мест. Причём именно так она с порога и заявила, не особенно стесняя себя в выражениях. Поэтому вместо фантазий о том, что будет, женщина занялась расчётами. С планшеткой в руках облазала всю кухню и составила список оборудования. Что есть, что нужно докупить, что починить, куда и что провести. — Хорошо, Алексей Николаевич, — Илья тоже принялся что-то записывать в блокнот. — Тогда через пару дней я пришлю своё видение планировки. И если одобрите, передам дальше, непосредственно дизайнерам… И тут меня вновь кольнуло какое-то беспокойство. И вновь я напомнил себе о том, что всё идёт слишком хорошо. Впервые за долгое-долгое время я почувствовал себя в полной безопасности, а это не к добру. Так и расслабиться можно. Благо, реальность быстренько поставила меня на место. Телефон в кармане завибрировал, а на экране высветилось имя Добрынина. Сегодня опричник звонил со своего прежнего номера, что уже был у меня записан. То есть… не со скрытого. — Светлов, — голос Павла Андреевича был как никогда деловым. — Приезжай ко мне в ведомство в любое удобное время. Есть разговор. — По поводу Африки? — Приезжай, — в трубке послышался лёгкий смешок. — Не пожалеешь… * * * Отделение Тайной Канцелярии в Твери. Федя остановил внедорожник у железных ворот, а дальше я пошел в одиночку. Пройдя через небольшую калитку я был вынужден остановиться, парочка опричников проверили меня с помощью каких-то артефактов, и убедившись, что ничего такого у меня нет, кивнули в сторону здания. Н-да, а ведь те самые пистолеты все еще со мной, спрятанные в моей ауре, так что чисто технически эти ребята сейчас сделали ошибку, и пропустили меня внутрь с оружием. Применять его я, конечно же, не буду, Добрынин сейчас мой союзник, один из самых важных, пожалуй. Пройдя внутрь здания я поднялся на второй этаж, где меня встретил Павел Андреевич. — Проходи, Алексей, рад, что ты смог приехать так быстро, — опричник отпер свой кабинет, и мы вошли. Неплохой, кстати, кабинет, большой, светлый, с хорошей мебелью, сделан так, чтобы всем было понятно, что тут сидит большой начальник. Добрынин кивнул мне на роскошный диван, а сам взял со стола толстую папку и протянул ее мне. — Вот, это способ проникновения на черный континент, — опричник был немногословен, видимо, все, что нужно, я найду в самой папке. Открыв ее, я погрузился в чтение, и чем больше читал, тем шире становилась моя улыбка. — Я знал, что ты оценишь, — Добрынин хохотнул, — только есть одна проблема, твоей гвардии не хватит для этой операции. Нужен отряд хотя бы из двух, а лучше трех сотен бойцов. — А вот это как раз не проблема, — я покачал головой, — как оказалось, в империи есть еще один род, который знает о том, что творится в закулисье, князья Горчаковы. — Неужели они решили наконец-то выйти из тени? — опричник с удивлением глянул на меня, а я вдруг понял, что, как оказалось, серьезные структуры в империи прекрасно знали о том, что Горчаковы не так уж и слабы. Впрочем, нельзя забывать о том, что Добрынин функционер высокого ранга, ему по чину знать то, что не знают другие. — В таком случае все складывается как нельзя лучше, — задумчиво произнес он, и начал ходить из стороны в сторону, — Алексей, ты ведь понимаешь, что тебе нельзя там погибать? Мне бы хотелось сказать, что у нас есть шанс и без тебя справиться, но я последние дни усиленно копался в архивах империи, и не нашел ничего относительно демонов. А допуск у меня высокий, можешь не сомневаться. Так что я прошу тебя, если поймешь, что не вытягиваешь, брось все и беги. — Павел Андреевич, все будет хорошо, — я усмехнулся, — в конце концов что мои предки, что предки Горчаковых не одну сотню лет истребляли этих тварей, мы всего лишь продолжим славную традицию наших семей. Добрынин тяжело вздохнул, судя по всему, опричник не разделял моей уверенности. — Сколько времени тебе нужно, чтобы подготовится? — Думаю, неделю, не меньше, — прикинув все за и против ответил я, — нужно озаботится достаточным количеством артефактов, прикинуть маршруты, да много чего надо сделать. — Тогда я предупрежу кого надо, — опричник покачал головой, — постарайся вписаться в эту неделю, мне пришлось обратиться к людям, не имеющим отношения к моей структуре, а значит, я никак не могу контролировать их. — Хорошо, — я кивнул и коротко поклонился, — благодарю, Павел Андреевич, вы даже не представляете, как много сделали для будущего не только империи, но и всего мира. — Это моя работа, — опричник пожал плечами, — и чем лучше я ее сделаю, тем больше получу удовлетворения. Я усмехнулся. Фанатик от работы, как же мне это близко. Попрощавшись с Добрыниным, я покинул здание и, сев в машину, сказал Феде ехать домой. Пока водитель крутил баранку, я успел написать Горчакову сообщение и порадовать его тем, что все уже решено. Княжич ответил сразу же, а дальше мы приступили к обсуждению того, как все лучше сделать. Тут у Горчакова опыта оказалось побольше, впрочем, ничего удивительного, все-таки отпрыск князя. Доехав до дома, я собрал свою маленькую гвардию и объявил им о том, что через неделю нам всем придется резко менять климатическую зону. Никто из ребят не был против, споры возникли лишь раз, когда они решали, кому оставаться на хозяйстве, а кому ехать, вот тут конечно было жарко, пришлось мне лично вмешаться, дабы обойтись без драк. Горчаков, конечно, обещал мне три сотни бойцов, но рядом с собой я предпочту увидеть тех, кто уже показал себя в деле. И пока что таких людей не то чтобы много. — Так, раз с этим все решили, остается дальше заняться склепом, — я отозвал в сторону Саватеевых, — придется вскрыть часть кувшинов и достать оттуда драгоценные камни. Накопители нам понадобятся, да и кое-что мы продадим, а то с наличностью не сказать что напряг, но и не то чтобы хорошо. — Как прикажете, господин, — Миша кивнул, — едем сейчас? — Пожалуй что да, — я кивнул, — времени у нас в обрез, чем быстрее все сделаем, тем лучше…  * * * Африканский континент. Поздняя ночь. Высшие смотрели на ровные ряды туземцев и с трудом скрывали возбуждение. Оказалось, что после устроенной резни следующий город не захотел такое же, и они самовольно пошли под их руку, видимо решив, что это всего лишь очередная войнушка. На этом континенте такое было сплошь и рядом, все в принципе привыкли, разве что таких жестоких владык давно не было, но давно — это не значит никогда. — Мне нравится, — первой заговорила Высшая, — если все эти люди получат ядро, мы сметем любую защиту, любую оборону! Когда начнем? — Начинаем сейчас, — остальные Высшие улыбнулись, — чем быстрее мы получим армию, тем лучше. А дальше перед нами будет стоять весь мир! ---------- Глава 25 Глава 25 Неделя пролетела как один миг. Словно кто-то взял и ускорил время, чтобы проверить меня на прочность. И на организаторские способности заодно, да. В старые — правда, отнюдь не добрые — времена мне нужно было следить лишь за собой, да за тем, чтобы Пьющий Демонов был заточен должным образом. Сейчас же проблемы сыпались со всех сторон: гвардия, производство артефактов, рестораны, кооперация с Горчаковым, то и сё, пятое и десятое. Утро начиналось с того, что я просыпался в пять утра и тренировал источник. Потом быстрый завтрак, а за ним бесконечные встречи. Я буквально рвался между особняком, мастерской и трактиром. Благо хоть, Добрынин через свои связи освободил меня от учёбы, иначе быть нервному и физическому истощению. Потом стало ещё веселее — Андрей Горчаков прислал в Торжок бригаду врачей, которая проставила мне и моим людям вакцины от всякой тропической заразы. Да, согласен, была ненулевая вероятность заразиться чем-нибудь в день прилёта и тем самым похерить всю операцию, так что княжич в этом плане молодец. Но… Сам-то я отделался мутной головой и приступами необоснованного озноба, а вот моя гвардия на два дня превратилась в сборище стонущих великовозрастных детей, которых Степаниде чуть ли не с ложечки кормить приходилось. Настолько мужикам было хреново, что я даже подумывал переносить вылет. Однако хворь отступила так же быстро, как и наступила. — Думал сдохну, ваше благородие, — жаловался старший Саватеев. — Главное, чтобы не зря оно всё было. Дальше: всё, что было связано с трактиром и будущим рестораном, я перепоручил Илье. Парень себя зарекомендовал, так что почему бы и нет? Не обошлось без трогательной сцены, во время которой мой управляющий растрогался и чуть ли не через слёзы прогонял спич о том, что не подведёт, и что благодарен за доверие, и что ждал этого шанса всю жизнь. Я же не стал спорить и говорить ему, что жизнь его только-только начинается, и таких шансов впереди целая куча. Просто сказал, что верю в него, и попросил не дёргать по мелочам. — Да и вряд ли у тебя это получится, — хохотнул я. — Не знаю, будем ли мы вообще на связи. — А когда Вы вернётесь, Алексей Николаевич? — Понятия не имею, — честно ответил я. — Может, через месяц. Может, через год. Тут вопрос стоит скорее в том, вернёмся ли мы вообще. — Алексей Николаевич? — Не бери в голову, — я похлопал парня по плечу. — Просто делай свою работу, и всё. Долго ли, коротко ли, день икс настал. Стоя на закрытом армейском аэродроме, я смотрел на два транспортных самолёта и думал о том, что не особенно им доверяю. Машины, судя по виду, знавали лучшие времена. Если бы мне предложили угадать, чем они занимались последние несколько лет, я бы предположил, что перевозкой крупного рогатого скота. И вот теперь в их чреве должны были уместиться почти четыре сотни человек с полным боекомплектом. — Ну а что Вы хотели, ваше благородие? — Добрынин вызвался лично проводить нас и помахать вслед платочком. — Вы же не думали, что полетите бизнес-джетами с икрой и шампанским? — Да нет-нет, — отмахнулся я. — Хорошо, что хоть на чём-то летим. — И то правда. Погрузка заняла не менее трёх часов. Что бойцы Горчакова, что моя гвардия — матёрые профессионалы, бравые вояки и всё такое прочее. Но когда перед ними встала задача впихнуть невпихуемое, без мата и ругани не обошлось. И это только на земле. Стоило самолётам оторваться от земли, как выяснилось, что среди нас есть аэрофоб. — Василий Васильевич, что с тобой? Лом вцепился в скамью так сильно, что аж костяшки побелели. Впрочем, он ведь и лицом взбледнул. Крепко-крепко зажмурился, шептал себе под нос проклятья и неистово потел. — Почему оно так трясётся? — дрожащим голосом спросил человек, который месяц назад держал в страхе почти половину города. — Это нормально? — Это нормально, — ответил я. — Это турбулентность. — Ага, — ответил Вася и задышал как-то уж особенно быстро. Потом вдруг резко распахнул глаза, вскочил на ноги и заорал о том, что мы все умрём! А следом начал метаться по самолёту в поисках выхода. Чуть было грузовой люк не распахнул, зараза. Пришлось его ловить. Пришлось крутить, да причём весьма грубо. Итого Василий Васильевич угомонился лишь к пятому часу полёта. К шестому заслужил свободу, и Саватеевы наконец-то пересели с его спины обратно в кресла. К седьмому вроде бы окончательно пообвыкся, но всё равно постоянно пил воду мелкими глотками, шептал что-то тревожное себе под нос и строил такое лицо, будто бы самолёт удерживается в воздухе исключительно благодаря его силе воли. Ну а весь путь составлял четырнадцать часов. Где-то на середине я уснул и проснулся лишь тогда, когда нас начало трясти на раздолбанной взлётной полосе далёкого жаркого континента. Признаться честно, тут уж я и сам немного запаниковал. Как-то не укладывалось в голове, что многотонная железная махина справится с посадкой на… вот-это-вот. Однако обошлось. — Ох ты ж, — зажмурился я, лишь выйдя из самолёта. Солнце в Африке оказалось не просто ярким и не просто жарким. Оно как будто бы убить меня пыталось, злилось на то, что не получается, и оттого пыталось ещё сильнее. Плюс сразу же накатила духота, словно я дышал через горячее влажное полотенце. Сам аэропорт представлял собой несколько километров латаного-перелатанного асфальта прямо посередь саванны. А рядом с полосой пристроилось двухэтажное зданьице, больше похожее на железнодорожный вокзал где-то за двести километров от ближайшего крупного города. На крыше ржавый металл, бледно-розовая краска растрескалась от жары, а по бокам от входа стоят кадки с чахлыми пальмами. — Алексей Николаевич? — Щурясь от солнца, я не заметил, как к нам подошёл загорелый мужчина метра под два ростом. Белобрысый, — я бы даже сказал «пшеничный», — в лёгкой белой рубашке с коротким рукавом и в белых же брюках. — Позвольте представиться, меня зовут Константин Сергеевич Старостин, я от Павла Андреевича, — мужчина протянул мне руку. — Приятно познакомиться. Самолёт княжича тем временем всё ещё кружил в небе, ожидая, пока наш борт свалит с единственной полосы куда подальше. — Очень приятно, — я ответил на рукопожатие и почему-то решил спросить: — Вы местный? — Практически, — улыбнулся Старостин. — Двенадцать лет здесь живу, уже практически язык начал забывать. Но давайте лучше переговорим под крышей? Пойдёмте, в здании аэропорта есть кондиционер. Кондиционер! Как много в этом слове… Да, действительно, после тверских морозов оказаться в этой душегубке было как минимум странно. Итак, пока бойцы выгружали ящики с припасами, африканский агент опричнины провёл меня в небольшую комнатку на втором этаже здания. Предложил мне присесть. Затем предложил напитки. — Кофе? Чай? Воды? — Воды! — не раздумывая ни секунды попросил я. Старостин вежливо подождал, пока я освежусь с дороги. Затем мы вместе подождали, пока приземлится Горчаков. Всё это время агент Добрынина пытался уверить меня в том, что сейчас вовсе не жарко, и попутно рассказывал местные байки, ну а затем, когда к нам присоединился Андрей Анатольевич, начал серьёзный разговор: — Рад приветствовать, — сказал он. — Но сразу же перейду к делу. Ваше благородие, ваше сиятельство, вы не на Родине. Здесь действуют совершенно другие правила и законы. И от того, насколько вы будете их соблюдать, зависит не только ваша безопасность, но и некоторые международные взаимоотношения. — Прекрасно понимаю, — кивнул я. — Хорошо. Первое и самое важное, о чём я вас попрошу: никаких контактов с местными. Ни-ка-ких. Не разговаривайте ни с кем, ничего не покупайте, и уж тем более ничего не продавайте, — тут Старостин глянул в окно на разгрузку боевых артефактов. — Понимаю, звучит жёстко, но уж как есть. — Белые, богатые, вооружённые, — хмыкнул я. — Если я всё правильно понимаю, то мы ходячая проблема. — Именно, — согласился Старостин. — Однако здесь вы надолго не задержитесь. Павел Андреевич предельно ясно рассказал мне о вашей миссии. И те… кхм… «беспорядки», которые вы решили урегулировать, происходят гораздо южнее… — Южнее? — простонал Горчаков, взявшись уже за третью бутылку воды. — Куда ещё южнее-то? — Поверьте, есть куда. Так вот. В пятистах километрах отсюда, на спорной территории соседних государств в последнее время творится неладное. И насколько я понимаю, вы собираетесь двигаться туда. — Именно. — Тогда смею предостеречь. Вы покинете страну, которая была так любезна дать вам право сесть на своей территории, и дальше действуете на свой страх и риск. Хочу на всякий случай уточнить: вы понимаете это? — Предельно ясно. — Отлично. Ну и наконец… Тут Старостин замолчал, покачал головой и улыбнулся так, будто вспомнил какой-то пошлый анекдот. Некоторое время он подбирал слова, а затем продолжил: — Предупреждаю. То, что я сейчас скажу, прозвучит как бред. — Ничего страшного, мы привыкли, — вставил своё слово княжич. — Что Павлу Андреевичу, что мне, что всей Империи пришлось договариваться с принимающей стороной. И местный… м-м-м… — Диктатор? — Давайте лучше называть его «королём»? — лукаво улыбнулся Константин Сергеевич. — Местный король взамен на услугу со своей стороны попросил услугу со стороны нашей. Видите ли, сейчас он находится в очень шатком положении. Его власть оспаривается со всех сторон, люди недовольны, и оппозиция крепнет с каждым днём. И вот, чтобы немного утихомирить протестные настроения, он хочет продемонстрировать недоброжелателям своих… э-э-э… «русских друзей». — Не понял, — честно сказал я. — Продемонстрировать? Это как? — Бабатунда Третий хочет, чтобы вы прошли вооружённым парадом по центру города, — сказал Старостин и сразу же поспешил заверить нас в том, что: — Это совершенно безопасно, уверяю вас! Никто не дерзнёт. — Чушь какая, — прокомментировал Горчаков. — Увы, эта чушь была условием сделки. Бабатунда хочет показать силу. Чтобы все вокруг видели: у короля есть могущественные союзники, которые в случае чего придут на помощь. — Интересно у вас тут, — хохотнул я. — Слушайте! А не хочет ли господин диктатор в таком случае присоединиться к нашему походу против Злого Зла? — Нет, — отрезал Старостин. — Не хочет. Он, наоборот, очень рад беспорядкам по соседству. Африканская дипломатия, — опричник пожал плечами. — Человек человеку волк. — Ну что ж? — риторически вопросил я и глянул на Андрея. — Я так понимаю, выбора у нас нет. — Мы согласны, — кивнул княжич. — Отлично! Тогда у вас есть день, чтобы привести себя в порядок. Затем парад, и вы можете смело отправляться на свою миссию… На том серьёзный разговор закончился, и Старостин опять вернулся к жизнеописанию африканской глубинки. Тем временем к аэропорту начал подъезжать целый конвой жёлто-ржавых автобусов, на которых нас увезли из аэропорта в… скажем так: неожиданное место. Проезжая по городу, название которого я до сих пор не знал, более всего меня поразил контраст. Только что мы видели целые кварталы, свёрстанные из жести и картона, и вот мы прибываем во дворец… — Бабатунда, — вслух повторил я. — Бабатунда, Бабатунда, Бабатунда… Василий Васильевич опять отличился — взял и исковеркал имя короля. Разок назвал его «Бабатумбой» и… прилипло. Намертво причём. Теперь с лёгкой руки Лома вся моя гвардия называла господина диктатора именно так, что не есть хорошо. Но к сути! Дворец оказался огромным и пышным аж до пошлого. Белый мрамор, золотые купола, статуи львов тут и там, а ещё фонтаны, фонтаны, фонтаны. Король как будто пытался доказать всем вокруг, что у него очень… очень много воды. Что характерно, дворец оказался практическим пустым, — если не брать в расчёт слуг. Так что всю нашу объединённую гвардию сумели разместить в одном крыле. Ребята были в восторге. После уютных, но всё же казарм они оказались в каких-то невероятных условиях. Ковры, хрустальные люстры, шёлк, золотые статуи и картины обязательно наличествовали в каждой комнате, что выделили нам для ночлега. Да, плюс слуги. Десятки людей из обслуживающего персонала суетились вокруг нас, предлагая выпивку, закуски и всяческие экзотические фрукты. Бухать мы с Горчаковым бойцам, конечно же, запретили. А вот на всё остальное дали отмашку, дескать, берите от жизни всё, ребята. Как итог: к вечеру наши бойцы оккупировали здоровенный открытый бассейн рядом с восточным крылом дворца. Часть плескалась, часть валялась на шезлонгах, а часть устроилась в теньке, на тахтах. Гвардейцы курили кальяны, пили соки и пробовали местные деликатесы. Выглядело оно, с одной стороны, странно и комично, а с другой… правильно, что ли? Во всяком случае, я был очень рад, что перед длительным переходом и столкновением с демонами мои люди получили возможность отдохнуть вот так. Конечно, не обошлось без конфликтов. Ваню Саватеева клюнул павлин. Парень решил сфотографировать с диковинкой на память, а диковинка приняла его благие намерения за угрозу и вот… Во избежание дальнейшей эскалации, слуги Бабатунды предложили казнить дерзкую птицу, но мой гвардеец проявил великодушие. Чем закончилась история не знаю, но надеюсь, что в итоге у всех всё было хорошо. Вечерело. Африканское солнце медленно опускалось за горизонт, окрашивая небо в такие цвета, которых я, кажись, и не видел никогда. Тени от пальм становились длинней, воздух потихонечку начал остывать, а где-то невдалеке по-прежнему слышались голоса и смех гвардейцев. Короче говоря — красота. Атмосфера, в которой хочется раствориться без остатка. Но увы. Мы с Андреем Анатольевичем устроились на открытой веранде и приступили к планированию. — Что ж, — сказал я, расстелив перед собой карту центральной Африки, которую нам предоставил Старостин. И ничего знакомого на ней. И ничего понятного. — Если я не ошибаюсь, демоны начали отсюда… — Нджада? — Так сказал Добрынин, — пожал я плечами. — Даже если теперь там пусто, всё равно нужно проверить. Может быть, сможем понять тактику тварей. — И что потом? — Потом будем смотреть по ситуации. Если они уже укрепились, придётся действовать быстро. Никаких затяжных войн, ваше сиятельство, время играет против нас. — А если их слишком много? — А что нам остаётся? — ответил я вопросом на вопрос и усмехнулся. — Андрей, мы сделали всё, что могли. У нас есть люди. У нас есть артефакты. Прозвучит немного самоуверенно, но у нас есть я. И, в конце-то концов, мы знали, на что шли. Княжич вздохнул и уставился на закатное солнце. — Ты не боишься? — Боюсь, — признался я. — Но это правильный страх. Побудительный. Гораздо хуже было бы забиться в угол и трястись, ожидая своей участи. А мы… мы уже здесь, Андрей… * * * Небольшой городок на юге. Высшие лежали у бассейна, полного холодной водой. После пополнения армии они решили немного остепениться, позволить солдатам свыкнуться с телами, получить свои ядра. В качестве оплота выбрали маленький городок в пять тысяч душ, жители которого без проблем выполняли все приказы высших. Ну еще бы, когда к ним подошла армия в десять тысяч рыл местные царьки быстро поняли, что играть в игры не получится, забрали самое ценное, по их мнению, и тут же свинтили, оставив город на разграбление демонам. Правда Высшие решили иначе, и теперь жители работали слугами, стараясь предугадать желания легионов. — Как думаете, демоноборец скоро придет к нам в гости? — Высшая вопросительно глянула на своих товарищей, — лично мне кажется, что мы уже достаточно наследили, чтобы выманить эту тварь сюда. — Будем надеятся, — подал голос один из высших, — сейчас у нас достаточно сил, есть армия, есть место, где мы можем творить арканы без оглядки. Однако сами знаете, мир не терпит перекоса, чем сильнее будем мы, тем сильнее станет сам демоноборец. А еще не стоит забывать про то, что мы не одни, ангелы тоже не дремлют. — В любом случае мы готовы, — Высшая усмехнулась, — так что предлагаю превратить это место в настоящую крепость, а после пусть приходят! ---------- Nota bene Nota bene Книга предоставленаЦокольным этажом , где можно скачать и другие книги. Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту, например, черезAmnezia VPN : -15% на Premium, но также есть Free. Еще у нас есть: 1. Почта b@searchfloor.org — получите зеркало или отправьте в теме письма название книги, автора, серию или ссылку, чтобы найти ее. 2. Telegram-бот, для которого нужно: 1) создать группу, 2) добавить в нее бота по ссылке и 3) сделать его админом с правом на «Анонимность» . * * * Если вам понравилась книга, наградите автора лайком и донатом: Демоноборец. Том 3 ----------