Лейтенант империи. Часть четвертая
Александр Четвертнов

Тур и Гвоздь выходят в открытый космос, чтобы перекрыть единственный путь бритам — шахты на поверхности астероидов. Но враг оказывается не пиратами в ржавых скафандрах, а отрядом в современных доспехах со своим невидимкой. В вакууме привычные правила боя не работают: защитные щиты бессильны без атмосферы, а каждый выстрел отбрасывает стрелка в противоположную сторону. Двое против целого отделения, без реактивных ранцев, с теплоизоляцией на три часа. Тур понимает, что единственный шанс — не убить врага, а выбить его в бездну, где индекс развития не спасёт от инерции. Но когда невидимка всё-таки выходит на схватку, Тур оказывается привязан к противнику страховочным тросом и увлечён в космос, пока база исчезает за горизонтом.

====================

Пролог

Пролог
— У нас всё готово, командир, — доложил Гвоздь, стоило нам с Гусаром добраться до его позиции. — Пиратов мы выдавили, они бежали в жилые астероиды, а Фея с командой закончил минирование обоих перемычек, чтобы они не подошли без потерь.
— Отличная работа, Анджей, — кивнул я, и осмотрел труды своих бойцов. Вернее части из них.
Наш астероид был соединён с остальными двумя стальными спицами-переходами, и отделение разделилось на два отряда, чтобы перекрыть каждый из них.
В данный момент бойцы нагромоздили поперёк прохода какое-то битое оборудование. Притащили откуда-то выломанные створки гермодверей, и, соорудив из всего этого баррикаду, устраивали на ней пулемётные гнёзда и огневые точки.
— На втором проходе всё также, — проследил за моим взглядом Гвоздь и указал на стальные ящики. — Боеприпасы и пороховое оружие тоже подтащили, так что, к бою готовы.
— Скорее к бойне, — подошёл к нам Татарин, — мы ж полторы сотни выдавили отсюда вообще без проблем. Никакого сопротивления. Зачем остановились, не понимаю, можно было продолжать и дальше брать остальные районы базы.
— Азарт — страшная штука, Гадел, — поморщился я, откидывая крышку одного из оружейных ящиков, где лежали снаряженные рожки для древних автоматов. — Мы же не знаем, кто там, и какое у них оружие. Вдруг, есть что-то сопоставимое с нашим.
— Откуда? Это же пираты.
— Но базу-то они как-то построили, — сказал я и по глазам остальных понял, никто кроме меня с Лизой и Алисой об этом так и не задумался.
— Эм, — почесал голову Гадел.
— А это хороший вопрос, Тур, — задумчиво кивнул Гвоздь, — думаешь, мы столкнёмся с ответом на него?
— Возможно, — ответил я, доставая древнюю винтовку и накидывая на доспех такую же древнюю разгрузку. — Главное, сейчас у нас преимущество. Удобные позиции и современное оружие, и главное, сохранить его до нужного момента.
— Это мы помним, — Гусар тоже взялся за древний автомат. — Работаем пока с этим….
— Командир, Тур, — внезапно вышла на связь Алиса. — У меня две плохих новости и одна хорошая.
Ох уж эти женщины, даже на войне говорят загадками.
— Давай с плохих.
— Они отключили камеры видеонаблюдения на остальных базах, и я теперь не могу за ними наблюдать. А вторая, судя по тому, что до этого они двинулись к переходам, то атака начнётся совсем скоро, и их много. Очень много.
— Принял, готовимся, фею срочно назад, — махнул я Гвоздю и он, кивнув, стал отдавать команды на другом канале. — Алиса, а хорошая новость какая?
— Кажется, я нашла ответ на вопрос, как пираты построили базу, — сообщила девушка, — за минуту до отключения камер я засекла вот это. Пересылаю.
Я достал инфопланшет, и мы с ребятами увидели на экране отряд бойцов в современных пехотных доспехах, а не в устаревших скафандрах.
— Торпеду им в грызло, — проворчал Гусар, — Бриты!
— Дюжина, а сколько в кадр не попало? — протянул Гвоздь и посмотрел на меня.
— Надеюсь нисколько, нам и этого за глаза, но это не самое главное, — я встретился с ним взглядом и, подняв коммутатор повыше, увеличил изображение и указал пальцем на отражение на визоре одного из бритов, — никого не напоминает?
— Да твою ж дивизию, — выругался всегда сдержанный Гадел, и мы все были с ним согласны. Пусть и смутно, не чётко, но в отражении угадывался боец в среднем доспехе. Доспехе, который мы однажды окрестили, как невидимка.

----------

Глава 1

Глава 1
В древних разгрузках на современных доспехах бойцы морской пехоты были похожи на помесь Рембо и Робокопа. Этакие Роборембо. Автоматический камуфляж из проявившихся зелёных полосок только усиливал сходство.
— Камуфляж на «космостанцию» поменяйте, — приказал я, рассматривая схемы базы пиратов. В свете новой информации о невидимке наша оборона, в моих мыслях, сыпалась ещё до атаки противника.
— Она не такая крутая, — возмутился Фея, разглядывая сменивших окрас сослуживцев. — Нас же от переборок не отличить. — Он подошёл к стене и замер, — вот так, разгрузку, будто на гвоздик повесили, как фоторамку.
Звук удара ладони о забрало был ему ответом. Гусар просто хлопнул пятернёй себя по визору и медленно провёл ей вниз.
— Ты удивишься, но в этом вся суть маскировки, — покачал головой Гвоздь.
— Но разгрузка нас демаскирует, — взмахнул руками Фея.
— Это да, надо перекраситься, — кивнул Анджей и, не дожидаясь меня, скомандовал: — покрасить вручную.
Защёлкали автоматические карманы и в руках бойцов оказались баллончики из штатного набора маскировки. Пиликнули системы калибровки цвета. Зашипели распылители, и разгрузки стали приобретать цвет камуфляжа доспеха.
Отличная приспособа, кстати. Одного такого баллончика хватает на дюжину покрасок. А у нас их у каждого два.
Сам я не выполнял команду. Занят был. Так что меня красил Анджей.
— Ты там всё заминировал, точно? — спросил он у Феи, когда закончил с моей разгрузкой.
— Я ж доложился, — пожал тот плечами и продолжил распихивать по карманам взрывчатку и гранаты из ящиков.
— Я проверить не могу, потому переспрашиваю.
— Да-да, всё заминировал, — отмахнулся Хирш ручной гранатой, — там и муха не пролетит, всё в растяжках и датчиках движения, что уж о невидимке говорить.
— Оба туннеля?
— Оба, — кивнул Феймахер, — мне Арфа и Терпение помогали, и Бобёр.
— А Бобёр то чем помогал?
— Тащил на себе взрывчатку и ныл, что мы слишком много её расходуем, — буркнул Фея. — Давайте позывной ему сменим на Прапор?
— Совсем окаптёрился Бобрина, — покачал головой Анджей и посмотрел на меня, — что думаешь, Тур, назначим его на должность?
Я пожал плечами.
— Мангуст как-то обмолвился, что мы теперь проходим не как отделение, а взвод, так что не вижу никаких препятствий. Тем более давно пора распределить штатку в подразделении.
— Чур меня на продовольствие, — оторвался от ящика с боеприпасами Гусар.
— Э, не, ты у нас по медицине уже проходишь.
— Досадно, но ладно, — ни капли не расстроившись, Гусар снова склонился над ящиком и стал набивать пороховыми патронами рожки для автомата. — Кстати, а мы перекусить успеем до атаки?
— Да вы нормальные⁈ Одна жратва и должности на уме! Вас же сейчас убьют всех!
— Это Лиза, да? Точно Лиза! — раздался голос Алисы по связи, а к нам, из-за угла, выскочила Елизавета в простом скафандре пиратов.
— А ты здесь, что делаешь? — воскликнул я.
— Я помогать пришла, — гордо подбоченилась Лиза, — а вы тут ерундой….
— Да не ты, — отмахнулся я от девушки, которую уже минут как пять засек поисковой техникой, — Алиса, ты откуда на этой частоте?
— А что? — пришёл ответ по связи, — мне скучно, а у вас такие беседы интересные. Ты бы слышал, как на другом канале радовался этот ваш Бобёр, что его каптёром назначат. И вообще, а, что я? Вот вы, что? Лиза права, бой вот-вот начнётся, а вы чушь какую-то несёте, будто на пикник выбрались.
— Чушь? — хмыкнул я, — а, что, по-твоему, мы должны делать? Метаться из стороны в сторону и кричать, что все умрём?
— Ну не так, конечно….
— Именно! — воскликнула Лиза — хотя бы подготовиться к бою, а не это вот всё….
Она обвела вокруг рукой и замолчала. Сквозь стекло шлема было видно, как ее глаза хлопают от удивления. Не удивительно, ведь, это за углом стоять — ничего не видно. А тут она разглядела, что позиции готовы, а бойцы добивают последние магазины и готовят гранаты под руку.
— Что там, что? — жадно спросила Алиса, — что она там увидела?
— Так, женщина, — не выдержал я, — от чего тебе скучно? Что там у Марисы с Полом?
— Всё в полном порядке, — бодро ответила Алиса, — Добивают движки кораблей, и сбили пару истребителей. Больше не взлетали пока.
— Женщина, у тебя других дел нет? — пока Алиса рассказывала мне про Марису, Гусар поднялся от ящика и подошёл к Лизе. — А ну пошла отсюда в медотсек и приготовься к работе.
— Я здесь больше пригожусь….
— Ты здесь будешь только мешаться!
— Я….
— А ну вернись назад, я сказал, — надавил Гусар голосом, — быстро!
Лиза поморщилась, будто одним махом слопала целый лимон. Нахмурилась, а Гусар положил руки ей на плечи, развернул и продолжил:
— Иди, иди, я сказал.
— Я….
— Вот и славно, иди, женщина. Быстро, — он подтолкнул её в спину и девушка, понурив плечи (даже в скафандре заметно было), просеменила за угол, но потом тут же вернулась.
— Я боюсь за тебя и за Тима, — прошептала она, хотя скафандр этот шепот усилил, и вышло, будто обычным голосом сказала. — Даже за Турова переживаю, за Фею, за всех! — сорвалась она на крик.
— Так, отставить истерику, — вмешался я, подшагивая между ними. — Лиза, у нас в каждом переходе мины, есть датчики движения и камеры наблюдения. Внезапно на нас никто не нападёт. А когда нападут, то у нас оборудованы рубежи обороны, сама видишь.
— Но я медик….
— Здесь медиков достаточно, а там, буде что серьёзное, без тебя никак. Ты наш тыл, понимаешь? Не дай Бог, кто серьёзно пострадает, то сразу к тебе, причём с каждой позиции. Так что ты должна быть в своём новом медотсеке. Понимаешь? А то Арфа пришлёт кого, а тебя нет.
— Хорошо, — кивнула Девушка и осторожно, как-то робко, словно сомневалась, сделала шаг назад. Посмотрела на всех нас, задержала взгляд на Мише Гусарове. Что-то ему прошептала одними губами и, развернувшись, вновь исчезла за углом коридора и пошла дальше, в обитаемую часть базы.
Проводил её поисковой техникой и посмотрел на Гусара.
— Совсем от рук отбилась, — раздражённо хмыкнул тот, — воспитывать надо.
Ничего ему не ответил. Отношения в их любовном треугольнике всё ещё оставались для меня загадкой. Потому я лишь покачал головой и посмотрел на Анджея.
— Узнаю этот взгляд, — посерьёзнел он, — мы что-то упустили?
— Угу, — буркнул я и вывел на планшете планы базы, — мы перекрыли переходы, но внутри, а снаружи у нас только несколько ремонтных роботов и всё.
— Фею мне в шурины! — удивился Анджей, а вскинувший голову Хирш, решил никак не комментировать его слова и снова закопался в ящики со взрывчаткой. — Думаешь, бриты по обшивке к нам пойдут?
— Вполне, — поморщился я, — мы же думали только о пиратах, вот и заложили на оборону в открытом космосе только роботов.
— А тут невидимка, — понимающе кивнул Анджей.
— А тут невидимка, — кивнул я.
Повисло напряжённое молчание.
А каким ему еще быть, этому молчанию? Я и так уже находился в изменённом состоянии сознания. Распараллелил сознание на несколько потоков. Один отслеживал данные с камер наблюдения в коридорах соединительных спиц, которые установил Фея. Другой изучал схемы базы и перепроверял наш план. Третий ориентировался на месте, готовил к бою оружие, а четвёртый, до недавнего времени, следил за Лизой через поисковую технику. Тяжко это всё, если честно. Мне ещё и внутреннюю силу приходилось поддерживать в боевом состоянии, чтобы татухи светились, как надо.
— Что делать будем? — не выдержал Гвоздь.
Остальные бойцы не спешили лезть в наш разговор. Гадел хотел было что-то сказать, но Пруха толкнул его в бок — мол, командиры сами разберутся, — и они увлекли всех остальных к прежнему занятию с боекомплектами.
— Разместим в космосе двух снайперов, — поделился я пришедшим в голову решением. Видимо, четвёртый поток сознания отвлёкся от Лизы, и совместно со вторым родил идею. Иначе не могу объяснить, почему раньше об этом не подумал.
— Двух? — переспросил Гвоздь.
— Ага, готовь свою винтовку, — кивнул я, и стал сбрасывать с себя древнее оружие и разгрузку. Затем начала переоборудовать свою «Метелицу» под работу снайпера. Накрутил удлинитель ствола, проверил прицел, сменил газоотводный резервуар.
Анджей не отставал от меня. У него была такая же «Метелица», ведь он, как и я, проходил снайперскую подготовку. Ещё до нашей первой практики. А ещё Анджей, как и я, имел за плечами курсы инженерно-сапёрного дела. Потому я кивнул ему на ящик с взрывчаткой и приказал:
— Бери всё, что нужно, заминируем шахты для спуска.
Анджей ничего не ответил, только кивнул. На флоте не принято было говорить вслух о возможной гибели. Но он прекрасно понял, что я хотел сказать. Если кто-то из нас погибнет, то удар по остальным не должен стать незамеченным. В худшем случае, просто обрушим шахты для выхода в открытый космос. В лучшем — заберём с собой кого-то из бритов. А то, что мы вернёмся назад — это превосходный случай.
Сборы заняли секунд пятнадцать. Гвоздь побежал ко второй спице, а я, убедившись, что бойцы на местах и в полной боевой готовности, предупредил, чтобы за мной не ходили (сначала пустили Фею, если всё же соберутся) и открыл неприметный шлюз в скальной толще метеорита.
Шахта встретила меня каменной пылью и блестевшими в лучах нашлемных фонарей стальными перекладинами лестницы, которые уходили куда-то вверх, в кромешную тьму.
Связь исчезла, стоило створкам шлюза захлопнуться. Сразу под ними, на узкой, крохотной площадке я установил несколько мин и полез вверх. Тьма постепенно отступала. Она как будто перемещалась через скальную породу. Уходила сверху и появлялась внизу. Через каждые пятнадцать метров я делал остановку и ставил мины. Ставил по разному. Не только на движение, или с лазерной наводкой, но и протягивал тонкие тросики от детонаторов к стене.
Всего вышло десять закладок, затем я упёрся головой в очередной шлюз. В этот раз не автоматический, а с круглым запорным вентилем по центру. Вентиль поддался легко, даже не пришлось подключать дополнительные усилия в доспехе, и я оказался на поверхности метеорита. Сразу же появилась связь.
Первым делом увидел на визоре, что у ребят уже всё началось. Пираты пошли на прорыв по коридорам спиц. Враги пустили вперёд несколько странного вида машин с бурами, и умудрились собрать на них первую партию взрывчатки от Феймахера. Естественно машины подорвались и, перекрывая дорогу, намертво встали посреди коридоров. Пираты укрывались за ними и стреляли по нашим позициям.
— Татрин, Арфа, доклад, приём, — выдал я в эфир и полностью вылез из люка.
Здесь не было ни притяжения, ни стальных листов (как на полу базы внутри метеорита), к которым можно было бы примагнититься ботинками. Потому я достал из кармана доспеха пистолетик со специальной стрелой. Прикрепил его себе на пояс и отстрелил стрелу в метеорит.
Стальной снаряд пробил камень, разошёлся, закрепляясь внутри него, в разные стороны, а между нами натянулся тонкий, но очень прочный тросик.
— Они атаковали пару минут назад, — пришёл ответ от Гадела с Арфой. Машины мы остановили, их пули до нас с трудом долетают. Бритов не видели.
Хорошо, что пираты застряли где-то по центру спиц. В идеале, дальше они не должны двинуться. Но буровые установки… о них я не знал. Как танки они, конечно же, никакие, но у противника теперь есть хорошее укрытие. Даже, если подбить машины из РПГ, они сгорят, но остовы-то никуда не денутся.
Я захлопнул люк и посмотрел на спицы, которые скрепляли астероиды. «Тысяча пятьдесят два метра», — услужливо сообщила система доспеха, а я смог оценить довольно хорошую видимость. Не как днём на планете, конечно, но света от местной звезды хватало, чтобы не бродить в потёмках. Лишь кое-где падали тени от других далёких астероидов. Такие места были похожи на чернильницы, которые забыли закрыть. Идеальные места для засады.
— На месте, ай, напугал! — пришёл по связи возглас Гвоздя. Он вылез из своей шахты, на обратной от меня стороне астероида, и столкнулся с роботом-пауком, которого я подогнал к люку. Рядом со мной тоже уже стояло две боевых машины.
— Выбери несколько позиций, с которых видно люки на обеих спицах, — дал я команду своему заму, — обозначь их мне, а робот углубит их, чтобы закрепиться. Только осторожно, вдруг Бриты уже здесь.
— Есть, — произнёс Анджей, как и я ранее, закрепился тросиком к поверхности астероида и стал осторожно осматриваться. Я последовал его примеру.
Четыре лёжки нужны, чтобы менять позиции. На таком расстоянии бой не будет долгим. У нас, конечно же, нет полного комплекта модулей для доспеха, они остались на борту Злого. Потому, без реактивных ранцев мы не сможем за пять прыжков домчаться до врага или стремительно маневрировать. А вот у врага они могут быть.
Только на расстоянии в километр это роли не играет. Метелица в режиме снайперки пробьет доспех противника раньше, чем тот приземлится и прыгнет второй раз. Если у врага индекс не под пятьдесят пунктов, конечно же. В таком случае нам проще самим застрелиться.
Но отметём пораженческие мысли. Будем надеяться, что невидимка окажется не больше сорока-сорока пяти единиц по силе. Тогда мы сможем продержаться здесь долго. Очень долго. И главную скрипку в таком удержании позиций играет незаметность и наличие новых укрытий, если старые обнаружат. А учитывая, что мы в космосе, то заметить нас можно только в трёх случаях.
Первый связан с оружием. Здесь нет атмосферы, потому выстрел из метелицы окажется невидимым, без следов от пули (сила трения отсутствует напрочь). Значит выдать нас может только плазменная вспышка, если газоотводный резервуар выйдет из строя.
Второй случай связан с доспехом и его теплоизоляцией. Её хватит на три часа, потом внешняя броня нагреется, и мы превратимся в новогодний фонарик. Но даже так у нас есть все шансы затихариться. Раскидать тепловые обманки, а самим использовать накидки для дополнительной теплоизоляции.
Ну и третий случай — банальный и самый реальный — тактическая система врага заметит наши резкие движения.
Вот на такие случаи и нужны запасные лёжки-окопы, чтобы сменить позицию и затаиться.
Хех, а иронично получается — мы здесь тоже почти невидимки, подумал я, когда разместился плашмя в первом ложементе, а один из роботов уже углублял второй. Управление машинами проходило на параллельном потоке сознания, и я мог спокойно не только осматривать окрестности, в поисках Бритов, но и думать о всяком разном.
Например о том, что открытый космос красив. Бездонная чернота, уходящего в бесконечность покрывала пугала, а миллиарды рассыпанных на нём звёзд завораживали. И всё это одновременно! Ужас и восхищение вперемешку — коктейль, который просто срывает крышу. Заставляет задуматься о жизни.
Вот мы всё думаем, кто и как создал наш мир. Планету, животных, деревья, горы, океаны. Верующие говорят о величии Бога, атеисты возводят хвалу эволюции и силам природы. Но, что они подразумевают под природой? Нашу планету? А космос, вселенная? В них нет природы. Природа, это что-то связанное с конкретным местом, с планетой. Как и эволюция — процесс развития в определённом месте. А кто создал вселенную? Как она появилась?
Большой взрыв? Но, разве, это не процесс? Не событие? А для него, разве, не нужна какая-то основа? Среда протекания там, подходящие условия? Катализаторы, детонаторы и прочие составляющие? Откуда всему этому взяться в пустоте? Значит, что-то было и до большого взрыва. Как минимум законы физики. А физика — это наука о материальном мире, о его законах, закономерностях и так далее. Значит, материя была и до большого взрыва. Следовательно, был и тот, кто её создал. Тот, кто сотворил большой взрыв, а через него и нашу вселенную.
Эх, сколько же мы ещё не знаем. Вроде, уже среди звёзд путешествуем, а так мало знаний. А тайн, чем дальше, тем больше. Эх.
— Машины двигаются, Тур! — раздался голос Гадела по связи. — Они двигаются.
Мысли в третьем потоке сознания исчезли, и я прикипел взглядом к изображению на визоре тактической системы. Буровые установки, застрявшие в коридорах спиц, двигались. Медленно, дёргано, но двигались. Будто их толкали рывками.
— Жгите из РПГ, — принял решение я, — гранат двадцать закидывайте до них, устройте там пекло.
— Есть, — отозвались Татарин и Арфа одновременно, а затем я увидел на экране множество вспышек от взрывов.
Обе буровых машины содрогались от прямых попаданий. Сталь на их обшивке плавилась. Да их, даже, отбросило-протащило назад. И тут меня осенило.
— Вот же я идиот, совсем забыл, чему учили! — воскликнул я в голос.
— Что такое? — всполошился Анджей и тут же добавил: — у меня чисто, люк врага закрыт, никто не лез.
— Алиса, — вместо ответа своему заму я обратился к помощнице Клима, — ты всё ещё можешь закрыть и заблокировать гермодвери во второй спице?
— Могу, — отозвалась девушка, — но ты же сам в плане указал так не делать, чтобы пираты разделились и шли по двум разным направлениям.
— Я передумал, надо сделать, — хмыкнул я.
— Но пираты с бритами смогут подобраться ближе и вскрыть створки, — не соглашалась девушка, — тогда мы потеряем преимущество….
— Сейчас это не важно, — улыбаясь во все тридцать два зуба, произнёс я, — мне надо выкурить невидимку на поверхность астероида.
— Неви… кого?
— Не важно, закрывай и блокируй, давай! Арфа, приём!
— На связи.
— Как только створки закроются, подрывай всё по левой стороне туннеля. Всё по плану «Б», Арфа, чтобы к чертям снесло перекрытия, и появилась дырень в открытый космос.
— Понял, сделаю.
— А потом останься там на дежурстве вместе с Щукой и Терпением, а остальных гони к Татарину.
— Есть.
— Татарин, приём, — перенёс я внимание на коридор Гадела, где медленно догорала буровая машина. — Продолжайте отстрел из РПГ, создайте там стену из пекла, чтобы они и помыслить не могли об атаке.
— У нас не так много осталось….
— Сейчас ребята подойдут, ещё принесут, и кого-нибудь на склад отправьте, просто бейте каждые секунд десять-пятнадцать, чтобы никто не полез.
— Закрываю створки, пять секунд, — сообщила Алиса, когда по коридору первой спицы вновь полетели снаряды из РПГ, а я начал медленный отсчёт до пяти.
Только досчитал, как обшивка второй спицы содрогнулась, резко выгнулась и разлетелась в стороны. В проёме мелькнуло пламя от взрывов и моментально погасло. От коридора осталась лишь одна переборка метров тридцать в длину, которая соединяла два огрызка бывшего прохода между астероидами.
— Там же сейчас разгерметизация, — протянул Анджей по связи.
— Ага, — согласился я, — сейчас у них тоже захлопнутся гермодвери и всех, кто не успел сбежать, вынесет наружу.
Только я договорил, как из обрубка коридора со стороны пиратов посыпались люди в скафандрах. Они летели хаотично. Кувыркались в пространстве. Бились всем, чем только можно о покорёженный стальной корпус спицы и отлетали от него в открытый космос.
Многие из них ещё были живы. Махали руками и ногами, раскинув их в стороны, словно морские звёзды. У кого-то из них всё ещё было оружие, но угрозы для нас они не представляли.
Старые комбезы без средств для маневра в открытом космосе стали их гробами. Совсем скоро у них закончится воздух, и они превратятся в космический мусор. Собственно, пираты и при жизни были мусором, так что для них ничего не изменится.
Несколько пиратов отбросило в сторону нашего астероида. Роботы пауки навелись, и открыли огонь. Этим повезло. Они погибли быстро.
— Блин, жутко, — протянул Гвоздь. — Умом понимаю, что сами виноваты, зслужили вроде бы, но, жутко….
— Угу, — меня тоже пробрало. Страшная участь. Я выделил тех, до кого мог дотянуться системой доспеха и дал роботам-паукам команду «огонь».
Уверен, поменяйся мы местами, и пираты смотрели бы, как мы задыхаемся. Но я не они. Не могу вот так обрекать их на страшную, мучительную смерть. Пусть они и мерзавцевы, всё равно не могу.
— Тур, а всё же, зачем нам выкуривать сюда бритов? — спросил Анджей по связи и тут же добавил: — ты не подумай, я не очкую, просто у меня люк открылся, и они наружу лезут.
— У меня тоже, не стреляй пока, — я убрал фокус сознания от управления роботами и приник к прицелу винтовки, — ждём невидимку, видишь его?
— Нет, — ответил Гвоздь, как и я наблюдая, за бритами. Они вылезали наружу и падали плашмя рядом с люком. — У меня уже пятеро, вижу реактивные ранцы на двоих.
— У меня тоже, — сообщил я, и тут в голове зажужжала пчела, да не просто зажужжала, а укусила меня в висок. Кольнуло так больно, что я выругался, дёрнул головой и замер. Замер потому, что увидел невидимку.
Средний доспех, больше нашего раза в полтора и мощнее раз в пять, он не стал идти вместе со своими людьми. А медленно, осторожно, вылез из коридора-обрубка, и, прячась за обрывками обшивки, пополз к нашему астероиду по остаткам спицы. Прямо туда, где за гермодверью дежурили Арфа и Щукин с Терпением.
Я, было, прицелился в него, и приготовился стрелять, как краем глаза увидел в остатках коридора второго невидимку.
Сердце замедлило бег, а в горле пересохло, и образовался ком.
— Во втором переходе двое, — сообщил я, справляясь с эмоциями и проглатывая ком в горле, но вышло тихо, словно шепотом. — Приготовься, будем атаковать, прикроешь меня от остальных
— Принял, Тур, — почему-то также шёпотом ответил Гвоздь и добавил: — у меня тоже невидимка вылез.

----------

Глава 2

Глава 2
Трое невидимок — чёрт! Торпеду в, да нафиг торпеду, фотонную бомбу или что там. Трое! Это….
— Спокойствие, только спокойствие, всё правильно сделали, никого брать сюда не надо было, сами справимся.
— Да я не возражаю, — тихо ответил Гвоздь, и я понял, что говорю мысли вслух. — Только, как будем работать? Нас тут всего двое, а их почти целое отделение.
— Мы не одни, у нас четыре робота, — поправил я Анджея, удобнее перехватывая винтовку, — и ещё, вспомни, что нам говорили про защиту индексом, локальные щиты и сферу?
— Много чего….
— Тур, у нас снова попытка атаки, они прут вперёд, выставили стальные щиты и идут, — прервал Гвоздя Татарин.
— Отбивайтесь, они отвлекают от атаки сверху, — я мгновенно переключился на новую проблему, глянул краем глаза на видео, понял, что враг завязнет на заминированном участке, и парни отобьются. — Если мины их не остановят, переходите на наше оружие, щиты пробьете, и они откатятся.
— Принял, — ответил Татарин под звуки начавшихся выстрелов, а я вернулся к нашей с Гвоздём ситуации.
— Все защитные техники взаимодействуют с окружающим миром и подвержены законам физики, аура цепляется даже за атмосферу и гасит энергию ударов, распыляя её в ту самую атмосферу.
— А у нас тут вакуум, — голос Анджея, кажется, слегка повеселел от моих слов. Говорю же, умный у меня зам, быстро схватывает, на лету. — Это твой план? Отбросить их в открытый космос с поверхности астероида?
— Именно, — я тоже не сдержался от улыбки, — потому нам не обязательно поразить врага пулей, пусть защищается, ставит щиты, мы его просто собьём с астероида, как бильярдный шар, или мячик для пинг-понга.
— Тогда и роботы помогут, — Анджей воспарил духом, понимая, что древнее оружие роботов-пауков тоже может сыграть роль бильярдного кия или теннисной ракетки.
— Так точно, — поддержал я его восторг, и дал команду, — приготовься, начинай выбивать с невидимки, а потом сразу на остальных. Не больше двух выстрелов на противника, один в страховочный трос, второй в корпус, потом новый заход.
— Есть, — отозвался Анджей и замолчал, я же стал выжидать, когда один из моих невидимок подставится под выстрел.
Их всё также было двое. Один выглядывал из огрызка коридора, раздвигая рукой заросли обвисших кабелей и проводов, а второй осторожно, рваными рывками лез по остаткам правой стены спицы.
Я приник к прицелу винтовки. Вывел приближение на максимум и пытался увидеть страховочный трос, которым он пристегнулся. Ведь, если я попаду в невидимку, и он соскользнёт со стены, то просто повиснет на нём и быстро заберётся обратно, а мне этого точно было не нужно.
Взрыв в спице произошёл чудовищный по силе, но на остатках переборки всё ещё работали светодиодные светильники. Не все уцелели, но их света хватало, чтобы попытаться найти тонкую, спасительную ниточку. Только ниточки не было.
Я не мог поверить своим глазам — неужели брит решил работать без страховки? Возможно мне не хватает приближения, чтобы рассмотреть страховочный тросик? Или внимания и сосредоточенности? Ведь, одновременно с прицелом, я ещё и слежу по видео за тем, как дела у ребят в левой спице, а также управляю каждым роботом, и через их оптические системы смотрю за бритами на соседних астероидах.
Так, отключиться от камер бойцов, сами справятся, не маленькие. Прекратить контролировать каждого робота по отдельности, оставить контроль только за двумя главными пауками, и на их системы управления замкнуть остальных. Сознание ужалось до трёх потоков и сразу стало как-то легче. Движения невидимки на переборке не выглядели больше дёрганными. Они стали плавными, неторопливыми, а я понял, что не привык ещё к этой технике внутренней силы. Шесть параллельных потоков сознания — это сложно для меня. Три пока что максимум для комфортной работы.
Пока я ковырялся у себя в голове, невидимка на стене пересёк её большую часть и приготовился прыгать вперёд. Страховочный тросик я так и не увидел, потому решил стрелять. Очевидно же, противник по любому вставил вокруг себя защиту. Мне надо лишь попасть в него во время прыжка, и его просто отбросит назад по инерции. Пуля 15 мм передаст столько энергии при столкновении, что его впечатает в переборку. Но мне нужно не это. Мне надо, чтобы он улетел в открытый космос, и пусть там себе кувыркается, пока есть воздух. Реактивного ранца на нём нет, значит, сюда он не вернётся, какой бы индекс у него не был.
Невидимка подтянул ноги, сгруппировался. Сердце у меня в груди пропустило удар, во рту резко пересохло. Даже в пальцах на спусковом крючке неприятно закололо, а время, неожиданно, растянулось на целую вечность.
Враг прыгнул.
— Огонь, — выплюнул я команду, и винтовка харкнула смертельным снарядом.
Тут же отстрелялся и Гвоздь. Роботы пауки вскочили из своих ям и со всех стволов начали палить в сторону бритов на астероидах. А я резко перевёл винтовку на огрызок коридора. Моментально поймал в прицел второго невидимку и снова нажал на спусковой крючок.
Второй невидимка, словно почувствовал неладное. Дёрнулся в сторону, вскинул руку, и пуля завязла в его щите. Но, как я и говорил, это не планета, мы тут играем на бильярде. Его снесло инерцией в остатки туннеля, и он исчез из виду. Я тут же снова навёлся на первого и ещё раз выстрелил.
Можно было и не стрелять. Страховочный тросик, как оказалось, был, а я промахнулся первым выстрелом. Попал не в корпус, а в голову. Потому теперь невидимка, обвиснув, словно кукла марионетка на верёвочках, болтался на тросике с остатками шлема на плечах. Видимо, он не поставил никаких силовых щитов, и мой выстрел оказался смертельным.
— Минус один, — сообщил я Гвоздю и резко навёлся на соседний астероид, где роботы прижали бритов плотным огнём.
Как раз один враг высунулся из-за неровности камня и прицелился в нашу сторону. Выстрелить я ему не дал. Не знаю, какой у него был индекс, но его шлем тоже сорвало и тело улетело в открытый космос.
— Минус два, — добавил я.
— Минус два, — ответил Гвоздь, и тут же добавил: — в невидимку попал, но он щит выставил срулил в тёмное пятно. Я подбил двоих с реактивными ранцами. Они взлетели, и я их, как курапаток.
— Принято, — я отменил команду огонь у роботов, и на астероидах установилась тишина.
Это я утрирую, конечно же. Какой шум в космосе? Звуку негде распространяться, тут же вакуум. Но мозг играет странную шутку с нами. Знаю, что роботы стреляли из пяти пулемётов, каждый из которых похож на шестиствольный миниган. И это знание заставило слышать резкий гул от этого оружия, словно мы на обычном полигоне, на обычной планете.
— Ты тоже слышал, как работали пулемёты? — спросил я на всякий случай.
— Ага, — подтвердил Гвоздь, — но это самообман, тут же нет звуков, тут….
— Да знаю, — не дал я ему договорить, — просто уточнил, не один ли я такой впечатлительный.
— Хах, не один, — в голосе Анджея слышались облегчение и радость. — Блин, Тур, а классно мы их прижали.
— Ещё ничего не кончилось, — приспустил я его на землю, — смотри в оба, они затаились. Ты же не видел, чтобы они уходили обратно через люки?
— Нет, — голос Анджея стал серьёзным, — что делать, если к люку сунутся? Бить или дать уйти?
— Нам главное срубить невидимок, — ответил я после секундного молчания. — Так что работай в первую очередь по нему, лёгкие доспехи отпускай, даже проще, — я снова задумался на пару секунд, — да, лучше их заставить уйти с поверхности. Бей по сторонам, заставляй отступить. У нас пока охота на крупного зверя.
— Понял, принял, — сообщил Гвоздь.
В эфире наступила тишина, а у меня в груди разгоралось доселе неведанное мной чувство — азарт охоты. Подумать только, мы вдвоём диктуем условия боя целому отряду бритов. Уму непостижимо. Так, главное не заиграться. Внимание и осторожность. Внимание и осторожность.
Я приглушил восторг. Успокоился и стал водить винтовкой из стороны в сторону. Я смотрел через максимальное приближение на визоре и в прицел. Высматривал бритов на астероидах и контролировал, не появится ли невидимка. Но пока было чисто.
Хах, пытаться заметить невидимку — это тот ещё каламбур, как на словах, так и на практике. Потому я старался обращать внимание на мелочи, на детали.
Из обломков коридора во все стороны торчали обрывки кабелей и проводов, похожих на густые заросли мха и лиан в джунглях. Где-то на них висели остатки светодиодных светильников, а где-то и целые, которые всё ещё работали. Я пытался заметить, не пошевелится ли какой-нибудь из них.
Для большего толка я направил на коридор одного из роботов. Поставил отслеживание шевеления этой паутины из кабелей и немного успокоился. А бриты меж тем конкретно так залегли на дно. Даже не выглядывал никто, не пытался осмотреться.
— Как пить дать, они сменили позиции, — поделился мыслями Гвоздь. — Отползли назад, не поднимая головы, и готовятся атаковать нас с флангов или из тени.
— Возможно, — я даже плечами пожал, хоть он и не мог этого видеть, — продолжаем работать.
Пока в нашем бою наступило затишье, я воспользовался моментом и переключился на камеры Татарина, чтобы посмотреть, как у него с бойцами дела.
— РПГ мне, РПГ, — кричал Осокин, отваливаясь от самодельной баррикады из гермодверей, от верхушки которой отскакивали редкие пули. — Там снайпер засел за щитами.
— Не дам, — отвечал ему Феймахер, размахивая руками, — у меня всего два осталось на крайний случай.
— Парни ещё принесут со склада….
— На складах тоже всего два десятка осталось, — сообщил Гадел, — там не так много оружия оказалось, как думали, работаем с тем, что есть.
— Могу со своего АКР разнести их? — поинтересовался Осока, намекая на мой приказ, если пираты с щитами придвинутся близко, то вскрыть их из нашего штатного оружия.
— Рано его светить, — сказал, как отрезал Татарин, — это наше преимущество, последний шанс, так сказать.
— Могу дать гранату, если докинешь, — Фея протянул Осоке ручную гранату.
— На четыреста метров? — удивился Осока, — Хотя-а….
— Не докинешь, — покачал головой Пруха, — место для разбега есть, но зазор между потолком и баррикадой маленький. Просто не сможешь метнуть….
— Да надоели вы со своим снайпером, — психанул Гусар, — сейчас я его сниму.
Миша удобнее перехватил древний автомат и подскочил к баррикаде. Вскинул оружие. Выглянул наружу. И его шлем дёрнулся. Гусар тут же скатился обратно вместе с пулей, которую сплющило о броню. Вторая пуля повисла в воздухе, в его локальном щите.
— Ууу, злой, зараза. Меткий, — выплюнул Гусар сквозь зубы.
— Ты мне сейчас Агашкова напомнил, — задумчиво произнёс Феймахер. — Сделай доброе дело, в следующий раз ещё и забрало подними, чтобы наверняка тебя сняли.
— Отставить хрень в эфире, — рявкнул Татарин и посмотрел на Хирша: — Фея, сколько им ещё до второй минной полосы?
— Метров пять, — задумчиво протянул Феймахер и тут же вздрогнул: — а не, дошли, рвануло.
— Все на баррикаду, — резко скомандовал Татарин и первым кинулся ну кучу хлама, за которым прятались бойцы.
Изображение камеры дёрнулось, и я увидел, как догорают скафандры подорвавшихся пиратов. Рядом с ними валялись пехотные щиты, как у специальных подразделений древности.
Преград в туннеле не оказалось аж до самой буровой машины, покорёженный остов которой виднелся на сотню метров дальше. И на всём этом пространстве были пираты. Кто-то бежал назад. Кто-то размахивал руками, а кто-то просто пятился, вскинув оружие и стреляя в сторону баррикады.
— Огонь, — скомандовал Татарин, и парни ударили со всех стволов, выкашивая оставшихся без прикрытия пиратов, словно косарь траву на поле.
Четыреста метров, да по прямой — это мелочь. Мгновение и пираты умылись кровью. Попытка отступления превратилась в бегство.
— Смена, контроль, — снова скомандовал Гадел, — там кто-то мог притвориться мёртвым.
— Можно я поем? — полез вниз Гусар.
— Пруха, Фея, Осока, Мелкий, контроль на вас, остальным отдыхать и снарядить магазины, — согласился с Гусаром Татарин, и бойцы спустились обратно.
Так, отлично, у парней всё хорошо, думал я, переключаясь на камеру Ариафина. У Фадея с Щукиным и Терпением тоже всё было хорошо. Они, около второй спицы, засели в двадцати метрах от гермодвери в остатки коридора и несли дежурство. Сейчас им тоже ничего не угрожало, ведь я уничтожил невидимку, который лез к ним.
— Странно, как-то тихо до сих пор, — вышел на связь Гвоздь, — они явно что-то задумали.
Тихо, это у нас тихо, у парней в туннеле только что было жарко, подумал я, а вслух же сказал:
— Не исключено, отведу-ка я роботов в тень, вдруг контратаковать будут.
— Ага, хоть какое-то преимущество, — согласился Анджей.
Беспокойство в его голосе мне не понравилось и я проверил показания его доспеха. Всё в норме, лишь пульс слегка превышен. Просто волнуется.
— Тур, со мной всё в порядке, — заметил моё подключения Гвоздь, — просто предчувствие плохое.
— Угу, — я дал команду роботам и они стали отползать со своих позиций к ближайшим теням от соседних астероидов. Надо было раньше их спрятать, вдруг бриты засекли их позиции, и сейчас, как выскочат.
Вообще, тревогу Гвоздя я понимал. Как бы легко не получилось в самом начале, но за нас сыграла внезапность. Сейчас же противник о нас знал. Более того, превосходил в количестве.
— Алиса, как дела у Марисы с Полом? — решил я уточнить информацию по нашей авиации у помощницы Клима, вдруг ребята смогут прикрыть нас.
— В целом всё хорошо, — незамедлительно отозвалась девушка, — только БК заканчивается и остался всего один корабль, который оказывает сопротивление.
— Серьёзное сопротивление? — уточнил я, поморщившись. По моим расчётам ребята давно уже были должны справиться со своей задачей.
— Как сказать, — протянула Алиса неуверенно, — они ему большую часть двигателей выбили, но он ощетинился ПВО и отпугивает торпедами. Кружат вокруг него, как брукалыбисы, но добить не могут.
— Брукул… кто?
— Аналог акул из моего родного мира, — ответила девушка. — У них огромные буркала и пасть такая, что кажется, будто лыбятся.
— Понятно, если что-то изменится, сообщи, — содрогнулся я, представив странную акулу с буркалами и зубастой лыбой, — и передай, пусть излишне не рискуют, не сейчас, так потом добъют.
— Принято, передаю.
Алиса отключилась, а я заметил в огрызке коридора движение и приник к прицелу. Голова невидимки дёрнулась назад и исчезла из видимости.
Хм, странно, почему он не включил маскировку?
Не успел я подумать над этим, как Бриты на астероидах зашевелились. Вскочили на ноги, и, открыв на ходу огонь, кинулись вприпрыжку к люкам шахт, через которые вылезли на поверхность базы пиратов.
Чёрт! Чёрт! Я не успел довести до тени одного робота, и его разворотило первыми же попаданиями. Остальные наоборот оказались в темноте и не видели, что происходит, а я не успел перенастроить их систему наведения на себя и Гвоздя.
Мозги в параллельных потоках зашевелились. Я стал отдавать команды в систему доспеха голосом, а сам перевёл Метелицу на бритов и открыл ответный огонь.
Два выстрела и один из врагов, взмахнув руками, улетел с астероида в открытый космос. Остальные двое успели добежать до крышки люка, открыли её и запрыгнули внутрь.
— Торпеду вам в дюзы, — закричал Анджей, — Тур, они уходят!
Навёлся на остатки коридора и доделал переключение системы наведения роботов. Пауки тут же открыли огонь в то место, в которое смотрел Анджей. Мой робот паук, который остался один, тоже стал стрелять по коридору, откуда выглядывал невидимка. Огонь со всех его стволов проредил паутину проводов, и я, чертыхнувшись, отменил приказ. Он таким образом всю сигналку мне испортит, а как я без этих обрывков пойму, лезет невидимка в маскировке наружу или нет?
— Всё ушли, — зло выплюнул по связи Гвоздь, — даже невидимка свалил.
— Ну….
— Представляешь, он поднял стену из камней, и они под её прикрытием рванули в шахты.
— А вот это плохо, — оценил я его рассказ. Значит офицер бритов обладает высоким уровнем индекса.
— Как думаешь, сколько у него? — спросил я, заканчивая просмотр видеозаписи с визора Гвоздя. На ней брит в среднем доспехе выскочил из чёрного пятна и взмахом руки поднял каменную стену перед позицией своих бойцов. Затем стена упала, а рядом выросла другая. После неё появилась ещё одна, а предыдущая тоже исчезла.
Таким образом, словно ставя шторки, бриты, выглядывая из-за стен, и открывая огонь в сторону Анджея, добрались до люка в шахты, и исчезли в нём. Последним запрыгнул невидимка, напоследок чуть не попав по Гвоздю. Пуля взрыла поверхность метеорита буквально в метре от Анджея.
— Сорок пунктов точно есть, — задумчиво протянул Гвоздь.
— Сорок два максимум, — согласился я с его мнением, слишком уж маленькие секции стены он поднимал.
— Либо специально вводит нас в заблуждение, — развивал мысль Анджей, — чтобы мы думали, будто он слабее.
— Возможно, но меня мучает другой вопрос, — я медленно водил стволом винтовки с люков на огрызок коридора, и пытался понять….
— Почему мы их видели? — вместо меня озвучил вопрос Гвоздь. — Ни один из невидимок не ушёл в невидимость, хотя бой это позволял.
— Ты, словно мысли мои читаешь, — хмыкнул я.
— У дураков мысли сходятся, — хмыкнул в ответ Анджей, и тут же спросил: — так, как думаешь?
— Без понятия, но, надеюсь, ответ мы найдём вон у того товарища, который нам не товарищ, — я отправил на визор Гвоздю отметку места, где до сих пор болтался на страховочном тросе брит в среднем доспехе. Тот, которого я подстрелил первым.
— Хочешь забрать его к нам на базу?
— Да, но сначала удостоверимся, что противник точно отступил.
* * *
Полтора часа, столько времени мы с Анджеем провели на поверхности астероида, прежде чем я решил, что хватит ждать. За это время мы не увидели ни одного брита. Пираты в оставшейся целой спице тоже ни разу больше не атаковали позицию Татарина. Так что я решил, что на сегодня война окончена.
— Думаешь, всё? — спросил Гвоздь, когда я полез в шахту через которую поднялся на поверхность астероида.
— Да, — ответил я, снимая мины и растяжки. Набрал с десяток самых первых и полез обратно. — Анджей, смещайся так, чтобы видеть меня, прикроешь.
— Будешь снимать брита со страховки?
— Нет, сначала пройду по оставшейся спице и заминирую люки, через которые они ушли.
Ответить Анджей не успел, я отсоединил свой страховочный тросик, толкнулся ногами и полетел в сторону стальной конструкции спицы. Реактивного ранца у меня не было, он, как и многое из снаряжения для ЛПДМ, остался на борту Злого. Но в каждый доспех морского пехотинца были встроены системы с запасом сжатого воздуха. Вот через них я и мог придавать себе нужное направление, и, немного, увеличивать скорость.
Пара минут полёта, и я приземлился на полукруглую переборку спицы. Снаружи не разобрать, потолок это или пол, да и неважно. Только ноги коснулись поверхности, как я толкнулся вновь.
Вот так, помогая себе потоками сжатого воздуха, я и помчался большими скачками к соседнему астероиду. На подлёте к камню я выкинул вперёд руку с пистолетиком и выстрелил в камень. Новая стрела, разматывая страховочный тросик, полетела вперёд.
Блин, чувствую себя каким-то супергероем. Будто по крышам прыгаю и паутиной или ещё чем себя подстраховываю.
— Ага, прям ужас на крыльях космоса, — хмыкнул Гвоздь, видимо я сказал это вслух.
Оказавшись рядом с выходом из шахты около спицы, я осмотрелся, не оставили ли бриты сюрпризов. Затем заминировал люк, и полез на другую сторону астероида. Там тоже разместил взрывчатку, и посмотрел на другой астероид.
— Блин, я забыл, что эти два тоже спица соединяет, — протянул я, глядя на третью спицу, которая соединяла оставшиеся части базы пиратов.
— И там тоже есть шахты наружу?
— И ты не сможешь меня там прикрыть, — сказал я Гвоздю, прикидывая, идти туда или нет.
— Да заминируй оставшиеся, которые я вижу, и всё….
— Не, работу надо выполнить до конца, — не согласился я, решив рискнуть, и двинулся на ту сторону астероида, где Гвоздь меня не увидит, и помочь не сможет.
Чтобы облегчить себе работу, всё же страшно вот так соваться в неизвестность. Я заранее готовил мину, и прыгал к нужной шахте. Сразу же ставил взрывчатку на место и отпрыгивал прочь.
Сердце колотилось, как бешеное. В голове крутились мысли, что это глупо и безрассудно. Глаза вращались чуть ли не на триста шестьдесят градусов, а система доспеха пыталась заметить хоть что-нибудь. Но я всё равно действовал. Действовал положившись на интуицию.
Пчёлы молчали и я, глубоко внутри своих мыслей, был уверен, что противник отступил. Нет его на поверхности астероида. Здесь остались только следы от схватки, и то малозаметные. Никаких тебе кровавых пятен или осколков. Всё давно улетело в черноту космоса.
Где-то час заняло минирование выходов из шахт на обоих астероидах. После, обливаясь потом облегчения, я вернулся на изначальную позицию.
— Ты псих, Тур, — как-то восторженно произнёс Анджей, встречая меня лично. — Просто псих, это же какой риск.
— Что наша жизнь, как не риск? — выдавил я слабую улыбку. Усталость накатила такая, будто я разгрузил несколько вагонов без помощи доспеха и внутренней силы.
— Что дальше? Пойдём на базу? — спросил Анджей, — свою шахту я уже разминировал, так что дорога свободна.
— Алиса, ты сможешь открыть гермодверь из правого коридора? — уточнил я у девушки по связи, и когда она ответила утвердительно, посмотрел на Анджея: — сначала заберём невидимку.
— Ты уверен? Может, не надо?
— Люки заминированы, незаметно бриты теперь не появятся, — не согласился я, — так что прикрой меня, я заберу тело и вернусь через остатки коридора к Арфе, а ты через свою шахту.
— Всё же ты псих, — пробормотал Гвоздь и отправился на прежнюю позицию.
Я дождался, когда он будет на месте. Передал ему управление роботами и, освободившись от утомляющей техники параллельного сознания, вздохнул свободно.
Затем добрался до взорванной спицы, подошёл к обрыву и посмотрел вниз. С нашей стороны тоже висели мотки проводов. А ещё, с моего места обзора было видно противоположную часть коридора.
Там всё также горел свет, и царила пустота. На стенах чернели кляксы копоти. А на полу краснели тонкие, словно от кисточки безумного художника, кровавые мазки. Они, мазки, вели к телам погибших пиратов в скафандрах. Видимо, те за что-то зацепились, и их не вынесло в открытый космос. Так и лежали вповалку около покорёженной буровой машины.
Попытался запустить туда поисковую технику, но она, почему-то не работала. Просто не получалось дотянуться туда щупальцем. Метров на пять от меня отходило и потом требовалось столько усилий, что ну его нафиг. Ощущение, будто не на пять метров, а на все пятьсот дотянуться пытаюсь.
Вспомнил, что в открытом космосе радиус силовых техник резко падает (всё из-за вакуума). Потому укрыл себя защитной сферой и, осторожно, чуть ли не на карачках прошёл десять метров по остаткам от боковой переборки. Остановился прямо над висящим невидимкой. Закрепил свой страховочный трос и стал спускаться по стене.
Стена кончилась. Одной рукой я схватился за тросик на котором болтался брит, и тут меня посетила довольно жуткая мысль. А что, если в огрызке коридора кто-то остался? Спрятался за буровой машиной и телами пиратов? Я же для него, как на ладони. Повис тут, как ёлочная игрушка, и дразню кота.
Внутри всё обдало холодом и я, резко вскидывая винтовку и оборачиваясь, оттолкнулся от стены.
Выстрелил я скорее по наитию, чем специально. Так, на всякий случай. Но это и спасло мою жизнь. В стене, там, где я только что был, образовалась дыра, а моя пуля угодила точно в винтовку брита.
Невидимка. Тот второй брит! Он не ушёл, а затаился. Всё это время он ждал и вот, дождался, когда я совершу глупость.
Винтовку в руках брита разворотило от моего выстрела. Меня же из-за выстрела отнесло далеко от переборки. Страховочный тросик размотался полностью. Я достиг его максимальной длины, замер на мгновение и, как маятник, стал возвращаться обратно. Полетел на полном ускорении.
В полёте я стал прицеливаться, собираясь подстрелить невидимку и, заодно, затормозить самому. Но враг не стал дожидаться, когда у меня всё получится. Он присел и, толкнувшись ногами, с места прыгнул вперёд, но не на меня, а на мой страховочный тросик на уровне коридора.
Время замедлилось. Замедлилось так, как никогда до этого.
Брит, словно на самой медленной скорости, меньше чем покадровой, растопырил пальцы на левой руке, а в правой зажал здоровенный тесак. В полёте он стал замахиваться им, и я понял его замысел. Понял, словно молнией поразило. Одной рукой он ухватится за тросик, а тесаком отрежет ту часть, что ниже. Ту, на которой болтаюсь я.
Я полечу в космос, а он поднимется на обшивку и Гвоздю не поздоровится, а потом и остальным. Точно, Гвоздь! Мелькнуло в голове, и я, даже, увидел, как мимо брита проносятся две пули. Как они бьют в переборку. Пробивают её.
Анджей промахнулся и я понял, что выстрелить в третий раз он не успеет. Более того, я сам наводил оружие очень медленно, и тоже не успевал выстрелить в брита. Зато винтовка как раз смотрела на место, где крепится мой страховочный тросик.
Решение пришло мгновенно. Всё равно я полечу в открытый космос, так, лучше, не один, а заберу с собой врага.
Пальцы невидимки (хотя, какой он невидимка, очень уж видимка) сомкнулись на моём тросике и в этот момент я выстрелил.
Система доспеха зафиксировала прицел точно на узле крепления. Отметила прямое попадание, и тросик, оборвавшись, обмяк и полетел вниз. Брит не смог повиснуть на нём. Вместо удара тесаком, лишь неловко взмахнул рукой, и я, ускорившись из-за отдачи от выстрела, увлёк его за собой в открытый космос.
Но этого оказалось мало. Противник мгновенно сориентировался. Тросик меж нами натянулся и он пополз по нему ко мне. Даже не так. Он стал рывками подтягивать меня к себе.
Здесь уже не растерялся я. Навёлся чётко на грудь его среднего доспеха и выстрелил. Промахнуться невозможно, он раза в полтора крупнее меня, а меж нами лишь метров пятнадцать.
Брит выставил локальный щит, и нас захватила сила инерции. Захватила, закружила, замотала.
Меня тащила в сторону отдача от винтовки, его же отбрасывал импульс от попадания в щит. Тонкая нить страховки, что нас связывала, то натягивалась, то проседала. Враг не отпускал её, а я стрелял ещё раз, и ещё раз, и ещё раз….
Мы, закрутились. Закувыркались словно камни в лавине с горы. Завращались, словно мы стали часть экзотического оружия бола. За пару мгновений нас вынесло далеко от базы пиратов. А через две минуты система доспеха отсчитывала уже несколько километров, и цифры в счётчике всё увеличивали расстояние.
В какой-то момент я заметил, что брит подтянул меня совсем близко к себе. Между нами осталось всего ничего, каких-то семь метров. Я уже его лицо могу рассмотреть сквозь визор. Эту злобную, перекошенную гневом рожу. Ещё чуть, и окажусь в досягаемости его внутренней силы. Да я уже её чувствую. Ощущаю, как мощные щупальца чужой ауры обвиваются вокруг меня, давят тисками со всех сторон. Пытаются пробиться сквозь мою защиту.
Дыхание стало тяжёлым. Появились хрипы. На плечи будто накинули пару мешков с цементом. Двигаться стало труднее, а всё тело покрылось холодным, липким потом, но я всё ещё держался. Вкладывал все свои силы, все тридцать пять пунктов индекса развития в защитную сферу, и держался. Но долго это не могло продлиться.
Вакуум сыграл в мою пользу, и на расстоянии в семь метров я почти на равных сопротивлялся могучему противнику с силой явно выше пятидесяти пунктов. Но почти не считается. С каждым мгновением я ощущал, как мои силы тают, как защитная сфера прогибается, сжимается вокруг моего доспеха. Ещё немного и меня парализует, а потом раздавит, как консервную банку.
— Пора, — прошептал я сам себе и с огромным трудом потянулся левой рукой к поясу, где находилось крепление страховочного тросика.
Пальцы нащупали застёжку, и в этот момент брит дёрнул меня на себя. Давление его силы скакнуло вверх. У меня весь воздух вышел из лёгких. Из глаз брызнули слёзы, а спина выгнулась дугой. Сдавило так, будто лимон выжимали в кувшин для лимонада.
Брит дёрнул ещё раз, и злость на его роже сменилась удивлением. Огромными глазами, наверняка такими же, как у рыбы буркалыбис, он смотрел, как страховочный тросик летит к нему. Летит один. Без меня. Потому что я успел отстегнуться.
Брит перевёл взгляд на меня. В его буркалах плескались злость и ужас вперемешку. Рот растянулся в жутком оскале. Он вытянул руку в мою сторону, попытался усилить силовой нажим, но я, собрав в кулак всю свою волю, дёрнул правой рукой, наводя на него винтовку, и выстрелил.
Брит снова поставил локальный щит, но теперь это играло против него. Энергия выстрела сразу же отбросила его далеко-далеко, а мне моментально стало легче. Его сила вокруг меня исчезла, и я уже спокойно прицелился и выстрелил снова. А затем ещё раз, и ещё раз. Потом сменил магазин и стал стрелять вновь и вновь, пока были пули.
Каждая из них попадала по врагу, по его щиту. Каждая из них толкала его далеко-далеко от меня и от базы пиратов. Так далеко, что никакие запасы сжатого воздуха не помогут ему вернуться назад. Но и я с каждым выстрелом оказывался всё дальше. В какой-то момент я просто не смог прицелится в брита, он затерялся в космосе, и тактическая система не смогла его обнаружить. Потому я прекратил стрелять и переключился на себя.
Вдохнул несколько раз. Выдохнул. Успокоился и привёл мысли в порядок. Взгляд тут же зацепился за счётчик на визоре.
— Шесть километров, — отметил я расстояние до базы пиратов. Проговорил вслух, так мне было… как-то спокойней что ли.
Боевая система доспеха, как оказалось, уже давно трубила об опасности. На визоре мигала красная рамка, а сбоку выскакивали тревожные сообщения о том, что запасов кислорода хватит часа на три. О том, что доспех подвергся сдавливанию, но всё ещё герметичен. О том, что сигнал бедствия отправлен заму отряда, который, как оказалось, всё время боя вопил по связи, как оглашённый, пытаясь докричаться до меня, но я в пылу схватки его не слышал, а теперь связи не было.
Я убедился, что запасы сжатого воздуха у меня уже давно закончились, сказался променад по астероиду, чтобы заминировать люки. Прочитал отчёт медицинского модуля, что перегрузки превысили нормы, но в целом я в порядке. Понял, что моих боеприпасов не хватит, чтобы вернуться обратно при помощи отдачи винтовки. Удостоверился, что брита унесло от астероида ещё дальше, чем меня, и он тоже ни при каких усилиях не вернётся на астероид. Затем огляделся вокруг. Посмотрел на прекрасную, чарующую темноту и глубину бесконечного космоса и ощутил, что смертельно устал.
Руки и ноги буквально налились тяжестью. По телу распространилась ломота, а веки стали неподъёмными. Я с трудом пошевелил всеми сорока пальцами. С усилием моргнул и ещё раз посмотрел вглубь космоса и, будто наяву услышал тихий, журчащий голос:
— Расслабься, — прошептала мне чёрная бездна, словно пыталась убаюкать, — тут лишь тишь, да покой. Всё закончилось. Расслабься.
Я не мог стабилизировать свой полёт, ни замедлиться, ни выровняться. Меня кружило и вертело. Закручивало. Я падал в бездну, и звёзды в её темноте водили хороводы. Гипнотизировали меня. Кружили голову. А в ушах стоял тихий шёпот:
— Расслабься, закрой глаза, — уговаривал он, — расслабься.
К горлу подкатила тошнота. Мысли стали путаться. Я раскинул руки и ноги в стороны. Звёздочкой раскинул, как делают люди на воде, чтобы держаться на плаву, и на мгновение закрыл глаза. Закрыл и не смог открыть. Мне очень сильно захотелось спать.

----------

Глава 3

Глава 3
Мохнатый БТР Брусника тарахтел всеми своими дизелями, если у кошки именно они установлены, конечно же. Громкий и мерный звук на мгновение становился тише, когда Брусника таранила мой бок, врезаясь лбом и поворачивая голову так, будто гладилась об меня.
От этого было щекотно. Я пытался отпихнуть кошку, но она возвращалась обратно и настойчиво просила ласки. У меня же не было на неё времени. Я смотрел на Лиру и тонул в её глазах.
Мы лежали на кровати, в нашей комнате на семейной ферме. Всё цивильно и прилично. Домашняя одежда, открытая дверь и спящая на груди Лиры дочка, не оставляли и шанса для чего-то такого… ну, Вы поняли. Так что мы просто лежали и смотрели друг на друга. Молча. Тихо. Переговариваясь взглядами.
Взгляд любимой — он громче тысячи слов. Громче и доходчивей. В нём смешалось всё: и тревога, и забота, и нежность с любовью. Просто безумный коктейль. Озёрный омут, затягивающий в свою бирюзовую, изумрудную глубину, да так, что не оторваться, ни глаз не отвести. И я не отводил. Тонул в её глазах, и пытался мысленно нашептать, что всё будет хорошо.
Иногда, прилагая неимоверные усилия, получалось глянуть чуть в сторону. Посмотреть на Вареньку. Как она спит, покусывая краешек воротника рубашки. Как посапывает и морщится во сне. Как ровно и спокойно дышит.
Но затем омут зелёных глаз Иллирики снова притягивал моё внимание. Снова начинал затягивать. И никакая Брусника не могла добиться от меня внимания и нежности, потому что все они уходили к любимой. К любимой и к маленькому человечку, сопевшему на её груди.
Хотелось протянуть к ним руку. Хотелось прошептать, что люблю. Хотелось прижаться к ним, обнять, а не лежать вот так, хоть и рядом, но чуть в стороне. Но не получалось. Меня, будто спеленали в смирительную рубашку. Будто придавило стотонной плитой и закатало в бетон, а губы склеили наноклеем.
Я пытался бороться. Пытался преодолеть эти ощущения, но сил не хватало. В какой-то момент стало накатывать беспокойство. Да как так-то? Вот же они, рядом. Почему я не могу?
Видимо эмоции отразились в моём взгляде. Губы Лиры дрогнули в лёгкой улыбке, и она прошептала:
— Просыпайся.
— Просыпайся.
— Просыпайся!
От крика я вздрогнул и распахнул глаза. Вокруг меня царила кромешная темнота космоса. Бледно светились интерфейсы на визоре доспеха, а любимая с Варенькой исчезли. Даже Брусника не мурлыкала.
— Просыпайся! — повторился крик в ушах.
Я снова вздрогнул, и от неожиданности выкрикнул в ответ:
— Чего так орать!
— Да потому что ты молчишь! — прокричал женский голос, и я узнал Марису. Потом я услышал, как она громко и часто задышала и, успокоившись, добавила: — ну ты и спать, а храпел-то как, храпел, — она нервно хохотнула. — Я по храпу в эфире тебя нашла быстрее, чем по маячку.
— Да? — я пожал плечами, меня новости о храпе не задели, — это ж хорошо.
— Очень хорошо, очень, — скорее для себя стала повторять Мариса, — кстати, ты меня видишь?
Пока мы говорили визор доспеха ожил, вышел из спящего режима. Перед глазами у меня проносилась информация о состоянии системы, а в нижнем левом углу моргало сообщение, что в двадцати метрах, находится истребитель. Так что я повернул голову и вгляделся в ещё более темное пятно на фоне чёрного космоса.
— Вижу, — сообщил я, — ты висишь слева от меня.
— Прикольно, да? — неожиданно весело сказала Мариса, — мы двигаемся со скоростью двести метров в секунду, но кажется, будто стоим на месте.
От её слов у меня ёкнуло в груди, а во рту пересохло.
— Как двести в секунду? — просипел я, а в голове уже пошёл подсчёт. Спал я чуть больше часа, значит, от базы отлетел больше чем на… почти миллион километров….
Семьсот тысяч с лишним, если быть точнее…
Зарядить меня в торпеду и выстрелить! Это ж я спал на такой скорости! А если бы врезался во что-нибудь! Да меня б размазало по этому что-нибудь, как муху по стеклу автомобиля.
— А я откуда знаю, как ты ускорялся? Ладно, пора валить отсюда, пока ты в астероид за спиной не врезался.
— Что? — я аж руками и ногами взмахнул, как пловец в бассейне.
Развернуться в космосе без точки опоры сложно, но не невозможно, нас учили как. Так что я сместил центр тяжести, взмахнул ещё раз и перевернулся. За спиной всё также простирался безграничный космос. Никакого астероида не было.
Да и не могло быть, мелькнуло у меня в голове. Тут же не кино, где астероидов, как гальки на черноморском пляже. В космосе расстояние между ними в миллионы, а то и сотни миллионов километров.
— Купился, — воскликнула Мариса и залилась весёлым смехом, — надо же, поверил, а многие ребята ставили, что ты не поверишь и сразу догадаешься.
— Всегда приятно, когда о тебе хорошо думают, — буркнул я, пытаясь избавиться от нервозности, — полетели уже на базу.
— Да, сейчас, — всё ещё сквозь смех произнесла Мариса, — я сейчас медленно подлечу к тебе, а ты цепляйся за фюзеляж.
— Только аккуратней. Смотри, сама не размаж меня по корпусу, как масло по бутерброду.
— Брр, — смех Марисы оборвался, — ну у тебя и аналогии.
— А ты не представляй.
Чёрное пятно истребителя сместилось ко мне ближе. Системы доспеха наконец настроились, сфокусировались, и я смог различить треугольный корпус со множеством выступов и углублений.
Мариса филигранно выполнила манёвр. Затормозила в полуметре. Мне осталось только протянуть руку и, схватившись за неровности, полезть по фюзеляжу в более удобное место.
В космосе нет ни низа, ни верха. Всё относительно. Потому я искал такое место, где смогу упереться ногами и схватиться руками, и где было бы хоть какое-то крепление для страховочного тросика.
Нужного крепления я не нашёл. Зато увидел ствол пушки и, сделав петлю, обмотал тросик вокруг него.
— Готов, — сообщил я, надёжно закрепившись, — у меня кислорода чуть меньше, чем на час, так что поторопимся.
— Тогда держись, прокачу с ветерком. Уху! — закричала по связи Мариса, от чего я снова дёрнулся. Шальная девчонка, с каким ветерком? В открытом космосе нет атмосферы.
— Поехалииииииии! — выпалила девушка. По корпусу пробежала вибрация. Сзади истребителя сверкнула вспышка плазмы, и…. ничего не изменилось.
Казалось, что мы стоим на месте. Столь не значительной была наша скорость на фоне гигантских расстояний — далёкие астероиды и звёзды совсем не двигались.
Глаза говорили одно, но я знал, что мы несёмся очень быстро. Мне не было видно базу пиратов, мешал выступ от какого-то локатора, но я представлял, как она приближается. От этого чувство облегчения смешивалось с ужасом, порождая странное, доселе неведомое мне ощущение.
Даже не знаю, как его описать. Просто представьте себе, что вы осознали себя мелкой песчинкой в пространстве, где всё страдает гигантоманией. Причём это пространство не агрессивное, нет, оно просто безжизненное, равнодушное. Ему плевать на вас. Вы для него, что микропылинка, которая живёт всего миллисекунду по его меркам.
И вот вы мчитесь в этом пространстве, да ещё и спите. Скорость огромная. Ничто вас не тормозит, пространству плевать. А, если, вы столкнётесь с чем-то, то всё, нет пылинки.
Но, скажете вы, так бывает и на земле. Да, пусть там есть ветер, сопротивление воздуха, сила трения и прочие законы физики. Но и там мы можем мчаться, как микрочастица на встречу чему-то огромному. Например, лыжник со склона горы летит в сторону ущелья или отвесной скалы. Или водитель на авто несётся в стену на огромной скорости, или… да много можно придумать примеров, и все они будут справедливы. Скале и стене на нас также плевать, но! Есть одно но.
Там мы всё это понимаем, ощущаем, чувствуем и осознаём. Мы понимаем опасность, можем искать пути решения. Отвернуть, затормозить, пойти юзом и перевернуться, не садиться за руль в конце-концов. Но тут, в космосе, даже, когда проснулся, я совсем не ощущал скорости. Не осознавал, что нависла опасность разбиться о любой встречный объект. Да я, даже перегрузки не чувствовал. Триста метров в секунду — это не шутки!
Вот это меня и ужасало. Равнодушие космоса и подстерегающая опасность, которую ты не ощущаешь. В бою с невидимкой, что на Тау Метам, что здесь, я знал, на что иду. Понимал последствия и принимал возможную гибель в бою на Гусь-Налимске и на Святогоре, когда уходил через подземку от гвардии Раксы. Во всех случаях я знал, чувствовал, ощущал, мог повлиять. А здесь, будто каменщик на стройке, привыкший ходить под стрелой подъёмного крана.
А что такого? Ну, поднимает груз, что теперь, всё время мониторить небо? Да у меня работы полно. Вот и сидит такой человек на стене, вяжет арматуру и кладёт кирпич. Он прицепил себя страховкой, чтобы не упасть с верхотуры. Думает, что в безопасности, и совсем не видит, как над головой ежеминутно проплывает бесшумная смерть.
Вот и я также расслабился. Увлёкся работой, очаровался космосом, и совсем забыл, что он безмолвный, равнодушный, и опасный. Что погибнуть здесь можно не только от рук человека или потому, что кислород закончился.
Вот от чего внутри меня поселился страх, на фоне которого любая схватка кажется лёгкой прогулкой. Я расслабился, забыл, и оказался в ситуации, где ни на что не могу повлиять. Что может быть ужасней этого? что может быть ужасней беспомощности? Как по мне, так ничего.
— Мариса, а кто на меня ставил? — спросил я по связи, чтобы отвлечься, и поёжился. Блин, как же жаль, что у неё в рубке места хватает только на одного человека. С радостью бы сменил дислокацию. Пусть и вместо какой-нибудь тумбочки, скрючившись в уголке — везде лучше, чем на обшивке истребителя.
— Что ставил? Кто? Ты о чём? — быстро ответила девушка.
— Не притворяйся, — от её тона я невольно улыбнулся. — Ты говорила, что на меня ставили, а кто?
— Так я тебе и сказала, это букмекерская тайна, вот.
— Да ладно тебе, я ж не про тех, кто против, а о тех, кто за.
— Угу, узнаешь, кто за, и легко поймёшь, кто против, — не повелась на мою хитрость Мариса.
— Так есть же и те, кто не участвовал, и они смогут так сказать….
— Угу, — буркнула Мариса, и что-то в её голосе заставило меня напрячься.
— То есть, ставили все? Воздержавшихся не было? Да вы совсем охренели⁈ Это вам, что, развлечение какое-то⁈ — взорвался я, аж руку оторвал от выступа за который держался, и стукнул кулаком по фюзеляжу. — Совсем уже с дуба рухнули, и крыша отлетела? Мариса!
— А что я? Я ничего. И вообще, так всегда и все делали, ты чего? — стала тараторить девушка. — Стандартное действие в армии, чтобы снять мандраж….
Она говорила что-то ещё, а я услышал «мандраж» и внезапно успокоился. Точно, ребята просто трансформировали страх и переживания в азарт. Они надеялись на лучшее. Вывели аксиому, что я выживу, и заключили пари, как поведу себя при встрече с Марисой. Да и я тоже хорош, превратил страх в злость и сорвался.
А, ведь, бояться-то уже и нечего, я в безопасности и лечу на базу. Да и вообще, те же строители, работают же они каждый день на стройке? Ну, подумаешь стрела проходит над головами. Есть же техника безопасности. Если её соблюдать, то ничего не произойдёт.
В космосе тоже есть эта техника. И главное в ней — не забывать об опасности космоса. Я забыл, мне дали предупреждение. Всё. Надо просто намотать на ус, и всегда помнить.
И чего я испугался? Я же переживал уже похожее, когда великий князь Михаил сминал в комок фрегат Сладкобаева. Только тогда бездна спросила у меня, не готов ли я поделиться с ней силой, и я себя осознавал…. Но ощущения всё равно те же. Так что, нечего бояться. Надо просто помнить. Помнить, что нахожусь в космосе и перестраховываться. Вот!
А, и не спать. Лучше понимать, что происходит.
— Мы же из лучших побуждений, знаешь, как испугались….
— Мариса, слушай, всё нормально, — оказалось, девушка всё это время говорила, а я не слышал. — Ты извини, что я сорвался. Нервы.
— Да я понимаю, — тут же ответила она, — ты как вообще?
— Нормально, — улыбнулся я заботе, проскользнувшей в голосе. — Кислорода только на двадцать минут.
— Поняла, успеем, — уверенно обнадёжила меня Мариса, и я решил переключиться на рабочие задачи.
— Как вы с Полом, справились? — задал я главный вопрос.
— Это было нечто, — голос девушки слегка сорвался на высокий тон. — Это так не похоже на тренировки, вернее, — она запнулась на мгновение, подбирая слова, и продолжила с жаром, да с таким, что истребитель ощутимо дёрнулся: — сам бой, как в симуляторе, но ощущения! Ощущения, совсем другие….
— Адреналин зашкаливает не только от самого боя, но и от осознания, что всё взаправду?
— Именно, — согласилась Мариса. — Только не совсем. Сначала был восторг, а когда появились дежурные истребители пиратов, и мы сбивали их, пришло понимание неправильности.
— Что ты имеешь в виду? — уточнил я, уже зная ответ.
— Неправильно это, так радоваться войне, — сбавила тон девушка, голос её стал каким-то глубоким и рассудительным. — Это не аттракцион, как тот же симулятор, здесь всё по-настоящему. Пусть они и пираты и заслужили возмездие за свои кровавые поступки, но радоваться этому — неправильно. Понимаешь?
— Да. Понимаю.
— Я очень собой недовольна, что неправильно отнеслась к этому в начале, — ровно произнесла Мариса, — немного стыдно даже, но потом я стала относиться к этому, как к грязной, но необходимой работе. Знаешь, — она немного помолчала, — я поняла, что за моей спиной находятся друзья и родные, и это просто необходимо, потому что мы защищаемся. Либо они нас, либо мы их, другого не дано. И стало как-то спокойно. Не знаю, как ещё сказать.
— Это у всех так, не переживай, — подбодрил её я, — мир в голове меняется, взгляд меняется, начинаешь мыслить другими категориями.
— В точку, — согласилась девушка, — просто переосмысливаешь всё, и теперь я по-другому буду относиться к симулятору и виртуальным играм. Теперь точно не будет радости, как раньше, когда считала всё аттракционом.
— Ты справишься, поговорю с Джеком, найдут тебе психолога….
— Знаю, — спокойно сказал она, как будто мы коснулись в разговоре не её будущего и ощущений. — Справлюсь, и поэтому я буду проситься в боевой флот.
Я помолчал, осмысливая сказанное. Она тоже ничего больше не говорила. Думаю, ей повезло, что она ещё молода, психика гибче, легче подстраивается под ситуации в жизни.
— Видел, что авиацию пиратов вы подавили и добивали последний корабль, — перевёл я разговор на конкретику, чтобы как-то избавиться от возникшей неловкости. — Вывели движки из строя?
— Почти, — спокойно и ровно ответила Мариса. — Мы совсем немного не успели, они смогли прийти в себя, опомниться, и запустить ПВО. Даже Пола чуть не сбили, но мы выбили большую часть турбин. Осталось два сопла из шести.
— Сопла или групп сопел? — уточнил я, потому что у современных кораблей сопла для вывода реактивной струи через турбину шли не отдельно, а группами по несколько.
— Группы.
— Значит корабль всё же на ходу, хоть и не полном, — протянул я задумчиво.
— Да, — подтвердила мои мысли Мариса. — Когда мы ушли, к ним потянулись остатки пиратской авиации, и наладился радиоэфир. Теперь у нас не выйдет также легко наскочить на них.
— Надеюсь, нам и не понадобится, — вздохнул я, прикидывая дальнейшие варианты развития событий, но в голову так ничего и не пришло, меня отвлек индикатор кислорода в доспехе. — Мариса, у меня воздуха на десять минут.
— Мы уже на месте, две минуты и стыкуюсь, — ответила девушка.
Я слегка приподнялся и увидел громаду астероида, в котором открывались ворота стыковочного отсека. Створки расходились в стороны, выпускали яркий, разгоняющий темноту космоса свет, а я вдруг понял, что служба в армии изменила меня. Сильно изменила. И понял я это потому, что вижу похожие изменения в других. Та же Мариса после боя ведёт себя совсем по-другому. Она уже не та скромная девушка, которую я спас на Тау Метам и снова встретил на станции ГРДСП, а вполне уверенный в себе пилот истребитель.
— Береги голову, захожу на посадку, — подтверждая мои мысли, спокойно произнесла Мариса.
— Хорошо, спасибо, — ответил я, и до меня, вдруг, дошло, что кроме нас в радиоэфире никого нет, а должны быть, ведь мы уже, считай на базе. Но вместо голосов и шума на любом из каналов связи царила тишина.
* * *
База пиратов встретила нас ярким светом и суетой команды. Общинники Роджерса носились по стыковочному отсеку, что-то нажимали, дёргали какие-то рычаги и смотрели, как Мариса уверенно паркует истребитель. Сам Роджерс стоял здесь же, на небольшом помосте. Я увидел его широкую улыбку сразу, как только ворота ангара закрылись и он откинул шлем скафандра.
— Я знал, что ты вернёшься, — радостно сообщил он, стоило мне спрыгнуть с обшивки истребителя, и, раскинув руки в стороны, полез обниматься.
Его ладони захлопали по моей спине, а сам он приговаривал:
— Всё хорошо, я знал, теперь все наладится.
— Джек, ты чего? — нахмурился я, хотя вначале улыбался от такого тёплого приёма, — что наладится? Случилось что? Где мои бойцы?
Так-то двоих морпехов я приметил. Система опознала их, как Щукина и Цнаймера. Ребята стояли по одному в разных углах отсека и в мою сторону даже не дернулись. Зато головы их крутились по сторонам, подмечая любое движение общинников.
На посту стоят, понял я, но почему так пристально контролируют людей Роджерса? Этого я не понимал, потому повторил вопрос:
— Что случилось, Джек?
Ответить он не успел, в отсек, сломя голову, влетели Гвоздь с Гаделом и еле поспевавшие за ними Гусар и Феймахер с Лизой.
— Командир! — заверещал Фея, — я так рад, так рад, я знал!
— Тур, — шумно выдохнув, Гадел хлопнул меня по плечу, — как ты?
— Командир, докладываю, — останавливаясь передо мной, начал Гвоздь.
— Да замолчите вы, не волнуйте его, — перебила Анджея Лиза, которую Гусар пытался оттащить в сторону. — Да отстань ты, мне надо его проверить, у него может быть пустотный синдром. Ты сам знаешь, это важно!
— Лиза, это же Тур, какой синдром? — удивлялся Фея.
— Так-то она права, — сдавал позиции перед девушкой Гусар, но его руки всё ещё удерживали её плечи, не позволяя приблизиться ко мне.
— Так, отставить, — гаркнул я, уже начав волноваться. — Почему, каждый раз у нас какой-то цирк с лошадьми и клоунами?
— Это кто тут лошадь? — тут же насупилась Лиза и грозно на меня посмотрела?
— Хорошо, что про клоунов вопроса не возникло, — хмыкнул Гусар, на что Фея улыбнулся и отвесил шутливый поклон.
— Это присказка такая, — успокоил Гвоздь Лизу, — нет тут лошадей….
— Только клоун, — кивнул Гусар задумчиво, от чего я поморщился, а Фея снова поклонился. Он, будто решил реагировать на любую шутку сослуживца.
— Всё, хватит, — бросил я и глянул на Анджея, — бойцы все целы? Раненных, погибших нет?
— Никак нет, — мотнул он головой, — все целы….
— Всё там нормально, — прервала его Лиза, вырвалась из объятий Гусара и подлетела ко мне. — Мне срочнее надо с тобой поговорить, это важно, — выпалила она и, не давая мне вставить хоть слово, начала опрос: — как у тебя ощущение? Ты спал в открытом космосе или бодрствовал? Чувствовал депрессию? Космос тебя очаровал? Напугал? Если ты спал, то видел сны? Что снилось? Как ты себя ощущал и осознавал в космосе?
— Эм….
— Что эм? Это важно, это признаки пустотного синдрома, отвечай давай!
— Пустотного синдрома? — растерялся я под её напором.
— Так называют психофизическое расстройство после нахождения в открытом космосе в условиях изоляции от сил реагирования, — кивнула Лиза. Это, когда люди по долгу находятся в космическом пространстве в одиночестве и без связи. Очень опасное заболевание, — добавила она и стала с тревогой вглядываться в моё лицо.
— А это не заразно? — вырвалось у Феймахера и он отшагнул от меня в сторону.
— Не более чем ПТСР, — отмахнулась от него Лиза, — в каком-то смысле это его более тяжёлая форма и лечится ещё труднее. Одной лишь социализацией, психо и физиотерапией не обойтись.
— Не хотел бы я попасть к психиатру, — прошептал Феймахер.
— А зря, тебе давно пора, — хмыкнул Гусар и вновь положил руки на плечи Елизаветы, — Лиз, этот синдром в девяноста процентах случаев возникает у людей с индексом развития ниже пятнадцати пунктов. От пятнадцати до двадцати пунктов в тридцати процентах, после же двадцати пяти его почти никогда не бывает. У Тура же индекс за тридцать….
— Да, но он у него не правильный, — сбрасывая его руки, повела плечами девушка, — надо проверить.
— Всё в полном порядке, — улыбнулся я Лизе, — было всё, что ты говорила. Спал, видел сон о доме, потом всякие мысли, но я с ними разобрался и снова готов к службе. Страха перед космосом и ощущения собственной ничтожности у меня нет.
— Вот видишь, — рассмеялся Гусар и резко хлопнул в ладоши, заставив Лизу вздрогнуть, — это же Тур, справился, как и все с таким же индексом, а ты волновалась.
— Значит, система доспеха сработала правильно, заставила тебя спать, — Елизавета недовольно покосилась на Гусара и вновь посмотрела на меня: — хорошо, но мне надо будет провести анализы.
— Позже, — кивнул я, хоть и понимал её озабоченность (здровье — это серьезно), но хмурое лицо Анджея и слова Джека при встрече меня напрягали. Потому я обратился к Анджею: — ты хотел доложить?
— Так точно, — он вытянулся по стойке смирно и стал говорить сухим, официальным тоном, нагнав на меня тревогу и заставив слушать внимательно: — командир, во вверенном мне подразделении проведена проверка. Потерь нет. Боеспособность подразделения стопроцентная. Дежурные охранные и дозорные посты расставлены. Во время Вашего отсутствия проведены мероприятия по доставке на базу бритского доспеха «Невидимка», начато его изучение. Произошёл теракт на складах. Имеются….
— Погоди, погоди, — я аж дёрнулся от его слов. — какой ещё теракт на складах?
Гвоздь, да и все остальные от моего вопроса резко поникли. Анджей глубоко вздохнул, выдохнул и посмотрел на меня по-свойски:
— Пока мы невидимку тащили сюда, кто-то взорвал наше складское помещение, — произнёс он уже совсем обычным голосом. — На склад с боеприпасами мы успели, — он кивнул на Хирша, — Фея разминировал заряды, а вот еды и воды у нас больше нет.
— Кто? Как? — вырвалось у меня, а мысли начали свой бег для прокачки ситуации. — Воды совсем нет? Прям совсем?
Анджей ещё раз глубоко вздохнул и ответил:
— Только то, что не успели занести в отсек, дня на три можно растянуть. А вот, как и кто, — Гвоздь посмотрел на Роджерса, и тот отвёл взгляд в сторону, — тут ответов пока нет, возможно, раненые расскажут, когда очнутся.
Видимо, в моём взгляде всё было понятно и без слов, потому Анджей поспешил добавить:
— Охрана из общинников пострадала, наши ведь все были на эвакуации доспеха.
— Ясно, — протянул я сухо, понимая, что ничего пока не ясно, но, когда было иначе?
Стоило выпасть из обоймы и условия игры поменялись. Ничего, главное, все живы, а раненые очнутся, раз он так сказал. Зато я понял, почему не все бойцы прибежали меня встречать. Стоят, охраняют. Это не общинники, мимо них просто так не пройдут.
— Тур, командир, — Анджей опустил плечи и стушевался, — я всё осмотрел на складе и около, но ничего не понял. Разумовский со своими людьми тоже смотрел, теперь ходят с умными лицами и не спешат ничего говорить….
— И это ясно, — теперь уже вздохнул я, понимая, что весь мой променад по открытому космосу был отдыхом, и только сейчас начнётся работа. Потому подошёл к Гвоздю и легонько толкнул его в плечо. — Не переживай, разберёмся, главное, что никто не погиб.
— Это да, — неуверенно улыбнулся Анджей.
— Тогда чего стоим? — хмыкнул я на показ, а у самого кошки скребли на душе, — пойдём смотреть на место преступления. Версии какие-нибудь есть? Подозреваемые?
— Только две, — шагнул за мной Гвоздь. — Халатность или предательство. Подозреваем людей Джека.
Вот тебе бабушка и юрьев день. Как же так а? Как же так? Я обернулся и молча посмотрел на Роджерса, но он лишь развел руками. Ничего кроме злости на его лице я не увидел.

----------

Глава 4

Глава 4
— Не может среди моих парней быть предателя, — не то прошипел, не то просипел Джек. На его лицо было страшно смотреть. Гнев исказил его, губы кривились, а глаза… в глазах поселилась вселенская обида на всех окружающих.
— Джек, ты….
— Пойми, Ростислав, я же всех проверял, у нас вообще жёсткие проверки в общине. Мы собираем историю человека из разных источников. Покупаем базы личностей у других государств, общин, контрабандистов в конце концов. Собираем слухи.
— Джек….
— Через ваши имперские спецслужбы они тоже проходят, — не останавливался Роджерс, всё больше распаляясь, и я не стал ему мешать, прекратил пытаться вставить хоть слово. Решил дождаться, когда источник его красноречия иссякнет. — Те, кто у нас новенькие, вызывают сомнение, или проходят испытательный период, направляются на планеты. Там и пригляда больше, и возможности навредить меньше. Потом, через десять лет, самые надёжные переводятся на станции, если хотят, конечно же.
— Ничего себе у вас правила, — присвистнул Гусар, — десять лет….
— Именно, — резко кивнул Джек, — за это время мы составим психологический портрет, проверим всю подноготную, да и человек себя зарекомендует. Мало какой шпион будет играть настолько вдолгую, особенно в условиях изоляции от внешнего мира. У нас на планетах просто нет условий для контакта с кем-то из космоса. Всё через станцию происходит.
— Но, несмотря на это, на Тау Метам среди вас оказался предатель, — задумчиво протянул Гвоздь, — причём в твоей же деревне, Джек.
— Целое семейство, — поддержал моего зама Гадел, — отец с сыновьями.
— Да, было такое, — не стал отрицать очевидное Роджерс, — но они среди нас жили чуть больше двух лет, и предали не по внедрению, а по ситуации. Испугались пыток….
— Да и людьми оказались так себе, — хмыкнул Анджей, — сами были склонны к пыткам, я помню, как мы их брали с Туром у калитки вашего загона.
— Как оказалось да, — Джек закусил губу, видимо чувствуя, что разговор уходит в другую сторону. — Но это не отменяет главного, они и до этого проявляли себя жестоко, не по отношению к соплеменникам, а вообще, по образу жизни. Такие, вольные охотники из джунглей, — он прервался, чтобы набрать воздуха и продолжил: — Не просто же так девушки сторонились их, семью они так и не создали. Да и никто из них не прошёл бы на станцию, они бы так и остались в деревне. Вот о чём я говорю.
— Хорошо, у вас проверки, — кивнул я, пристально всматриваясь в лицо Роджерса, — но, что дальше?
— А дальше, — Джек горько усмехнулся, — а дальше мы имеем то, что все мои люди здесь — это жители космической станции. Они прошли все возможные проверки, абсолютно все в своё время пострадали от рук пиратов и бритов.
Роджерс сделал паузу и твёрдо на меня посмотрел, будто готовился к финальному броску. Он горячился весь разговор, но тут успокоился, и уверенно произнёс:
— Все мои люди идейные. Глубина их ненависти к врагам общины настолько велика, что нет никакого шанса на предательство. Они скорее умрут, отгрызут себе руку или ногу, чем предадут.
После его слов повисла тишина, которую прерывали лишь слабые звуки от работы общинников в стыковочном отсеке.
— Ничего себе, — присвистнул Фея.
— Сильно, — уважительно протянул Гусар.
— Да, Джек, красноречия тебе не занимать, — даже по Гвоздю было видно, что он под впечатлением от слов Роджерса.
— Ты будто всю жизнь учился так баять, — покачал головой Гадел, — аж до печёнки проняло. Мураши по коже пробежали.
— Я старший администратор станции, — горько улыбнулся Джек, — мне приходится уметь говорить красиво, но сейчас в моих словах нет ни грамма иносказательности. Я уверен в своих людях. Абсолютно уверен.
— Хорошо, — кивнул я, тоже ощущая, что по спине пробежали мурашки, — понимаю тебя, и не подвергаю сомнению твои слова….
— Разумовский подвергает, — поморщился Джек, — он настаивает, что предатель среди моих парней, которые пострадали от взрыва на посту. Ждёт, когда они придут в себя, чтобы допросить их. Он же не сомневается в их виновности, — взмахнув руками, сорвался на возмущенный тон Джек, но я его прекрасно понимал.
Я представил себя на его месте. Если бы кто-то так говорил о моих бойцах, я бы этому кому-то всю морду разбил бы.
— Не кипятись, Джек, — я подошёл к Роджерсу и положил руку ему на плечо, чтобы успокоить, — разберёмся с этой ситуацией, сейчас же отправимся на склад и ещё раз осмотрим его. Я лично осмотрю.
— Эм, Тур, — вдруг встрепенулся Гвоздь, — нас Разумовский как раз сейчас ожидает, просил тебе передать, чтобы совещание по этому вопросу собрали.
— Подождёт, — отмахнулся я, — лучше проведи меня на место взрыва.
* * *
Склад продовольствия мы разместили рядом со стыковочным отсеком. Довольно большое помещение в теле астероида оказалось оборудовано холодильными установками, чем идеально подходило на роль продуктового хранилища. Этот факт облегчил нам выбор, перевесив отдалённость от жилого отсека. Ничего, можно и походить подальше, зато все запасы будут в сохранности. Так мы думали. Так я думал.
Сейчас же, вместо ровных рядов холодильных камер и стеллажей для сублиматов с консервами в отсеке образовалась натуральная свалка. Стены и пол покрывали сажа и копоть. Всюду валялись раскуроченные обрывки железа и обгоревшей упаковки, а в нос забивался кислющий запах гари.
Гермодвери в отсек оказались раскурочены и вывернуты наружу, в коридор. По характеру повреждений я сразу понял, что перед взрывом они были закрыты. Именно это и спасло стоявших на посту общинников.
Выгнутые створки оградили их, заслонили от взрывной волны. Она прошла прямо, задев часовых по касательной, но и этого хватило, чтобы парни оказались в медотсеке. Их попросту отбросило на стены не так сильно, но они всё равно получили серьёзные травмы и потеряли сознание. У одного Лиза диагностировала закрытую черепно-мозговую травму. Второй же получил многочисленные ожоги и впал в кому.
— Мне бы капсулу регенерации, — как-то жалостливо протянула Елизавета, — я бы их на ноги поставила за пару часов. А так, я сделала всё, что могла через известные мне силовые техники. Осталось только ждать, когда придут в себя сами.
— Они обязательно придут в себя, — поджал губы Джек, тон его не терпел возражения.
— Конечно, — кивнула Лиза, но от меня не смогло ускользнуть сомнение в её глазах. — Пятьдесят на пятьдесят, — прошептала она, приблизившись ко мне вплотную, — я не всесильна.
— Всё будет хорошо, верю в тебя, — приободрил я девушку и, оставив у входа всех, кроме Гвоздя, стал обследовать сам склад.
Здесь уже побывала толпа людей. Десятки ног оставили следы в чёрной копоти. Кто-то трогал стены, соскребал сажу. Кто-то переворачивал остатки холодильных камер, двигая их с места на место. А кто-то даже расставил самодельные маячки, которые отражали направление взрывной волны и места закладки взрывчатки. Якобы отражали.
Я не видел склад сразу после взрыва, но даже сейчас понимал, что всю работу, которую тут провели другие, ничем иным, как суетой назвать нельзя.
— Ненавижу приходить на место последним, — пробурчал я, осматриваясь в центре помещения. — Такое ощущение, что тут армия вандалов прошла.
— Да, взрыв сильный был, — пробубнил Гвоздь за моей спиной.
— Да причём тут взрыв? — хмыкнул я, но дальше пояснять не стал, вдруг обидится. Он же тоже здесь работал.
Несмотря на изменения после «специалистов», мне было чётко видно, что общинники не закладывали взрывчатку. Они бы тогда отошли чуть дальше от того места, где стояли. Буквально пара метров и они бы пострадали, но не так сильно. Оказались бы в сознании и без ожогов. Этого с лихвой хватило бы, чтобы они выглядели жертвами и не вызвали подозрений.
Конечно, существовал вариант, что их ввели в заблуждение, но в это с трудом верилось, потому что по характеру разрушения взрывное устройство обладало огромной мощью. А, значит, кто-то да заметил бы, как охранники несли очень много взрывчатки. Да и заложили её далеко от двери, по периметру стен.
— Я понял, что устройство было здесь, здесь и здесь, — Гвоздь указал на несколько подмеченных мною мест. — Но не пойму, что за вещество и сколько. Как-то слишком мощно, и при этом….
— Мало повреждений на месте закладки, — кивнул я и, присев на корточки, стал осматривать пол около стены. Характер повреждений здесь отличался от остальных. В камне астероида образовалась воронка, а вдоль стен валялось слишком много крупных камней, как будто рухнула часть стены.
Я встал и прошёлся из стороны в сторону, останавливаясь возле других таких же воронок. Широкие, с большим радиусом, они так и просились на звание мест, где заложили взрывчатку. Только глубина у них оказалась маленькая, что нехарактерно даже для направленного взрыва. Любое известное мне взрывчатое устройство оставляло после себя более глубокую яму, и этот момент у меня в голове не сходился. А ещё вызывали сомнения крупные камни.
Направленный взрыв не бьёт позади себя, стена не должна была пострадать. По крайней мере не так сильно подкоптиться и развалиться. Возникло ощущение, что я упускаю что-то важное.
— Ты Хирша просил посмотреть? — отвлекаясь от осмотра, спросил я Анджея.
— Неа, он же раздолбай и блаженный. Думал, сам справлюсь.
— А вот это ты зря, — я посмотрел на зама. Я уже говорил, что он умный? Говорил, и это хорошо, но плохо, что ещё и гордый.
Когда-то Гвоздь считался самым опытным инжер-сапёром в отряде, даже устраивал нам факультативы. Только это было давно, и дальше третьего класса на этом поприще он так и не продвинулся. Фея же наоборот, когда мы вернулись на Владивосток, стал усиленно заниматься и сдал кучу экзаменов.
В это трудно поверить, особенно зная его так хорошо, как мы все, но сейчас наш крылатый подрывник имел квалификацию инженера-сапёра первого класса и писал научную работу, чтобы стать мастером-экспертом. В общем, он теперь не то, чтобы самый опытный, он теперь непререкаемый авторитет сапёрного дела в нашем отряде. Потому я и решил подозвать его по связи для консультации.
— Может он и раздолбай, но своё-то дело знает крепко, — попенял я Гвоздю, на что он развёл руками, мол, виноват, прошу простить.
— Чего тут у вас? — спросил Феймахер, подойдя к нам. Он крутил головой по сторонам, а в глазах у него горел восторг. — Вы видели, как тут всё разнесло, круто, да?
— Не круто, Хирш, — покачал я головой, а Гвоздь поджал губы и одним только взглядом выразил: «Я же говорил». Но я не стал обращать на него внимания. — Фея, мне надо знать, что здесь взорвалось, как, и где заложили. Справишься?
— Да раз плюнуть, — ощерился в счастливой улыбке Феймахер. — Один момент.
Явно испытывая воодушевление и радость, Хирш упал на пол и стал тщательно изучать воронки. Он ползал вокруг них, бросал взгляд на стены, даже соскребал сажу и облизывал её. В общем, целых пять минут Фея вёл себя, как чудак.
— Готово, — сообщил он, внезапно поднимаясь на ноги. — Заряды петроглинтосимацила, промышленная взрывчатка с карьеров. Их зазакачали в стены через тонкие шурфы для направления и получения радиосигнала.
— Ты уверен? Петроглинтро… тьфу, как правильно? — спросил я.
— Петроглинтосимацил, — ни разу не сбившись, повторил Хирш, — Бриты используют на астероидах при добыче минералов. И да, уверен.
Он подошёл к одной из воронок, а потом к стене.
— Бурят шурф где-то на полтора –два метра. Под давлением закачивают Петроглинтосимацил. Он жидкий, забивает не только канал шурфа, но и просачивается через малейшие поры в породе.
Феймахер обрисовал руками неровный круг по стене и продолжил:
— Затем дают ему затвердеть и вгоняют детонатор с передатчиком. После получения сигнала одним из направлений взрыва, вернее, самым первым, становится сам шурф, — он указал на воронку, — отвод слабый, поэтому глубина маленькая, но широкая. Такая схема применяется, чтобы обрушить стену и ударить по большой площади. — Он снова обвёл рукой стену склада, — видишь, она обгорела сильнее, а сажа отличается на вкус от той, что на полу?
— Вроде вижу, — кивнул я, даже не пытаясь лизнуть стену.
— Это значит, что взрывчатка была там, и часть стены словно срезало, ну а дальше всё тут покрошило, и выбило двери. Кстати, — Фея что-то заметил и подошёл к оплывшему куску металла на полу, затем нагнулся, ковырнул его, оторвал от пола и показал мне. — Видишь тут полоса отличается по цвету? Это вплавилась антенна передатчика.
— Угу, понял, — закивал я, — а сигнал активатора добьёт с другого астероида?
— Шутишь? — удивлённо встрепенулся Фея, — тут же толщина нереальная. Сигнал должен был передаваться где-то поблизости.
— спасибо, Хирш.
— Да не за что, — весело отмахнулся наш подрывник, — ты зови меня почаще на такие дела, напоминает телевикторины. Мне такое нравится.
— Надеюсь, больше не придётся звать, — протянул я и снова окинул взглядом стены склада.
Общинники здесь точно ни при чём. Замуровать взрывчатку в стену они бы никак не успели. Да и нет её у нас. Значит, это сделали пираты, причём давно, когда только строили базу. Вот же предусмотрительные гады, торпеду им в грызло. Подготовились к захвату, а на планах Лафита ничего подобного отмечено не было.
Ладно, откуда взялись бомбы я разобрался. Осталось понять, где транслятор сигнала и кто его подал. А может же быть так, что случайно передали сообщение на нужной частоте и закладка сработала? Да легко. Тогда общинники, сами того не понимая, могут быть причастны. Нда….
— Рос, а что ты понял, — спросил Гвоздь, отвлекая меня от размышлений, когда Фея ушел ко входу.
— Что здесь не обошлось без наших врагов, — пожал я плечами и тоже направился ко входу, — пойдём, надо поговорить с Лизой.
— Ничего не понимаю, — пробормотал Гвоздь, стараясь не отставать от меня ни на шаг.
— Я тоже, я тоже, — пробормотал я, наблюдая, как Фея издал вопль восторга и ринулся в кучу обугленного хлама.
— Ты куда? — крикнул я ему, когда он закопался в обломках так, что торчали только ноги.
— Гляди, что нашёл, командир, — Хирш подёргал ногами, но не смог сам вылезти и закричал: — я застрял, помогите!
Вместе с Анджеем мы ухватили его за ноги и, слегка дёрнув, вытащили наружу.
— Ты совсем обалдел? — нахмурился Гвоздь, разглядывая чумазую, но довольную моську Феймахера, — когда ты уже себя начнёшь вести, как взрослый? Что за ребячество?
— Никогда, это не интересно, — ещё шире улыбнулся Хирш и протянул нам какой-то серебристый коробочек, — смотрите, чего нашёл. Правда, здорово сохранился?
— Что это? — я взял находку в руки и покрутил её. Цельный корпус, слегка оплывший порт для штекера. Имеется резьба для вкрутки, только её сорвали…. — Это детонатор?
— Приёмник сигнала, — довольно кивнул Хирш, — знал, что ты догадаешься, командир.
— Я таких даже на парах не видел…. Слушай, — я зацепился за его слова, — а на какой частоте он работает? Есть вероятность случайного срабатывания?
— Исключено, — Фея забрал у меня находку, подул на неё, потёр, и положил в карман доспеха. — Это же в шахтах применяется, а там надёжность нужна. Работает на зашифрованном канале, чтобы избежать самоподрыва.
— Получается, никто не мог активировать его случайно, только специально, — задумчиво пробормотал Гвоздь, вторя моим мыслям.
— А ты сечёшь фишку, — усмехнулся Хирш и, не дожидаясь реакции насупившегося Гвоздя, выскочил в коридор.
— Вот же гадёныш, — прошипел Анджей.
— Да ладно тебе, — улыбнулся я, подходя к раскуроченной двери, — зато он умный и талантливый в своём деле.
— Только в нём, к сожалению, — буркнул Анджей, но я его уже не слушал. Шагнул в коридор и поманил к себе Лизу.
* * *
— Что-то случилось? — спросила девушка, буквально подлетая ко мне, — тебе плохо стало? Гари надышался? Надо было шлем одевать….
— Всё хорошо, Лиз, — улыбнулся я ей и тёплому чувству в груди, которое возникает, когда о тебе беспокоятся и проявляют заботу. — Чувствую себя на все сто, не волнуйся.
— Тогда зачем позвал? — резко погрубевшим тоном спросила она и нахмурилась, напоминая ёжика, в которого потыкали палкой. Взгляд у неё стал колючим-колючим. — У меня дел по горло, и так с вами тут задержалась.
— Нда, — тепло от ощущения заботы словно ветром сдуло, я посмотрел мимо Лизы на Джека, покачал головой, чтобы он не подходил ко мне, и тихо спросил девушку: — Мы капитанов Лафита и Леснара оставляли под твоим присмотром. К ним кто-нибудь приходил? Они выходили в туалет?
Вопрос важный на самом деле. После нашей зачистки на базе (нашей половине, вернее трети) осталось только два пирата. И оба могли знать о взрывчатке.
— Никто не входил и не выходил, — нахмурилась Лиза, — я закрыла их в кубрике, оставила им две утки. Вечером Гусар с Тимом проводят их, чтобы вынесли за собой.
— А блокираторы внутренней силы ты им обновила?
— Ещё на корабле, действие закончится через час, — пожала плечами девушка и буквально прожгла меня взглядом: — к чему эти вопросы? Ты на что намекаешь? Думаешь, я пропустила их, и они взорвали склад?
— Да тише ты, — я аж отпрянул от неё и выставил открытые ладони, — ничего такого я не говорил, лишь проверяю версии следствия.
— Версии-хреверсии, — выругалась Лиза, да так громко, что все её услышали и с интересом на нас уставились. Хорошо ещё, что дальше девушка продолжила говорить тише: — я ни на минуту от них не отходила, понял? Даже, когда к вам прибежала, оставила за себя Джека с охранниками. А потом и вовсе, как бабка на лавочке, сидела в медблоке и ждала. Понял?
— Понял, понял, — я даже не спрашивал, кто сейчас охраняет пиратов. Видел по системе доспеха, что там Пруха на часах стоит. Потому попытался задобрить её миролюбивым тоном, но не вышло.
— Сидела и тревожилась за вас идиотов, за тебя, за Гусара, за Тима, — дикой кошкой продолжала шипеть Лиза. — Всех развлечений — слушать этого Лафита через панель связи, да сходить к общиннику, который отравился орелланином гифоломы.
— Чем? — не понял я. Ещё одна умница на мою голову, тоже блещет знаниями.
— Чего не понятно? Орелланин — токсин, содержится в грибах гифоломах. Ложные опята.
— Грибы? — протянул я задумчиво, моментально забив на её тон и поведение, — опята?
— Ложные опята, — буркнула она, — ты чем слушаешь?
— Ухами, — отговорился я, перебирая в голове все наши припасы. Не справился и под удивлённым взглядом Лизы полез в инфопланшет. Как я и думал, грибов среди наших запасов не было.
Поиск информации занял от силы пару минут, но Лиза уже отвернулась от меня и собиралась отойти к Гусару.
— Постой, — взял её под руку и развернул к себе, — эти грибы растут на астероиде?
— Грибы, на астероиде? — раздражённо переспросила Лиза и посмотрела на меня, как на клинического идиота. — Ты в своём уме?
— В своём, у пиратов не было никаких лабораторий тут или парников?
— Не слышала о таком, — нахмурилась Лиза.
— И у нас среди запасов грибов не было.
— И что? — Девушка уже начинала закипать.
Да что с ней такое? Вообще не пойму. Бесится, что я в порядке? Или что?
— А то, откуда общинник грибы взял, чтобы отравиться?
— А я не говорила, что он грибами отравился. Токсином, — она проговорила это прямо по слогам. — Слышишь? Токсином. Дала ему суспензию, и всё прошло. Дел на пять минут.
— А Токсин он где взял? — нахмурился я, в голове ничего не сходилось.
— Я откуда знаю? — пожала плечами Лиза, — сказал, что обедал, вскрыл выданный сухпай, потом живот скрутило и тошнить стало.
— В сухпаях тоже ни грибов, ни токсинов не бывает, — протянул я, пытаясь мысленно ухватиться за ускользающую мысль, но всё никак не получалось. Она смутно крутилась у меня в голове, дразнила, как кота ниточка с кисточкой, но поймать не получалось. — Откуда он там мог взяться.
— Без понятия, — Лиза, видимо, устала злиться без причины, и устало посмотрела на меня: — Ростислав, долго мы ещё? Мне надо в медблок к пострадавшим.
— Слушай, это важно, — я убрал инфопланшет и вновь примирительно поднял перед собой ладони. — Подумай, попытайся вспомнить, что-нибудь ещё, что-нибудь странное. Кто позвал тебя, сколько времени ты была занята.
— Позвал напарник того общинника, — нахмурившись, недовольным тоном проговорила девушка. — Он не отравился, только его друг. Дел, как я говорила, на пять минут. Проверка сканером на отравление, выдача суспензии. Потом произошёл взрыв, все засуетились, и я вернулась в медблок.
— Взрыв? — я, наконец, ухватил мысль за хвост и стал её подтягивать. — Взрыв произошёл, когда ты была у больного?
— Да, — буркнула Лиза, и по её изменившемуся виду я понял, что мысль, которую я так тщательно ловил, преследовала её уже давно.
— Мог ли Лафит за пять минут выбраться из кубрика, активировать взрывчатку и вернуться обратно? — озвучил я вопрос, который так и просился на язык.
— Когда я вернулась, он был в кубрике, — неуверенно произнесла Лиза. Плечи её поникли, а во взгляде читалась растерянность и какая-то детская обида. — Он сразу спросил через панель управления, что случилось, но я тогда и сама не знала, а потом и объяснять некогда было, Джек с Гусаром приволокли раненых.
— То есть, он слышал?
— Да, я связь не отключала, — кивнула Лиза, и тут же встрепенулась, — но управление дверью с их стороны заблокировано, это точно. Они не могли её открыть.
— Если там не предусмотрен мастер-код, — сказал я, а в голове уже всё складывалось.
Лафит услышал, что Елизавету позвали к больному. Выскочил из кубрика, активировал взрыватель и вернулся обратно. Зачем вернулся? А куда ему идти? Обнаружат рано или поздно, а так, сохранит свой статус и сможет гадить исподтишка.
Тогда получается, что пульт активации взрывчатки должен быть рядом с отсеком, который мы выбрали под медблок. Возможно, даже в самом отсеке. Всё же пять минут не так много времени, чтобы метнуться туда и обратно.
Хм, версия сомнительная, но лучше у меня пока нет. Надо проверить. Осмотреть медблок. Проверить пульт управления кубриком, там могут сохраниться логи, и необходимо допросить Лафита с Леснаром. А после буду делать выводы.
— Пойдём, навестим Лафита, — я приобнял поникшую Лизу за плечи и постарался её приободрить, — да не переживай ты, ещё ничего не понятно, а он хитрый, как лис. С ним надо быть крайне осторожным.
— Но он же под блокираторами, — чуть слышно всхлипнула Лиза, — он должен был просто лежать.
— Но-но, не надо разводить мокроту, Лизонька, солнышко наше, — я слегка сжал её плечи и поморщился от своего же голоса. Ну, не знаю я, как реагировать на женские слёзы. — Ещё рано делать выводы, Гвоздь, — повысил я голос, — пойдёмте в медблок, побеседуем с Лафитом.
Ребята и Джек прекратили бесцельно топтаться на месте и заглядывать в разрушенный отсек. Гусар подошёл и приобнял Лизу. Девушка тут же прижалась к его доспеху, спрятала лицо и её плечи задрожали.
— Ничего, бывает, — Гусар нежно погладил её по волосам, и сказал мне: — я пригляжу за ней. Всё будет хорошо.
Кому он адресовал про хорошо, я не понял, и переспросить не успел. Гвоздь подлетел к нам и выпалил:
— Командир, Пруха не отвечает на запрос. Он у кубрика Лафита дежурил.

----------

Глава 5

Глава 5
Прохор был среди нас самым слабым по внутренней силе. Даже Тим Пивоваров, несмотря на то, что новобранец, превосходил его по индексу развития. Так что, если и можно было найти среди нас слабое звено, то это именно Пруха.
Блин! Как же не кстати! Нет, пусть Прохор и слабее остальных, но он самый опытный, а Лафит под блокираторами. Пруха должен справиться, если тот на него напал. А в том, что напал, у меня сомнений не было. В версию, что Лафит выбрался из кубрика и взорвал склад, я в тот момент поверил безоговорочно и моментально сорвался на бег. Ребята побежали за мной.
Скорость мы развили приличную. Даже больше, чем во время штурма. Остались позади Гусар с рыдающей Лизой. Отстал от нас и Джек. Гвоздь пару раз вырвался вперёд, но чуть не врезался в группу общинников тащивших какие-то ящики, потому я оказался в мед блоке первым.
Проскочил в закрывавшиеся за кем-то гермодвери. Резко повернулся, схватившись за поручень лестницы, и мощным прыжком метнулся к кубрику, где держали Лафита.
— Привет командир, — тихо пробурчал Пруха и, не сдержавшись, протяжно рыгнул. — Прощения просим, — утёр он усы тыльной стороной ладони, и как-то вымучено улыбнулся. — Ты чего это сигаешь, как сайгак?
— А ты чего на связь не выходишь? — спросил я, переводя дыхание (даже в доспехе запыхался), и откинул шлем: — с тобой всё в порядке?
Пруха сидел напротив гермодвери в кубрик Лафита и выглядел каким-то… сосредоточенным. Обычно румяный, он несколько побледнел, а в глазах, вместо вечного задора, поселилась некая печаль. Да и сам взгляд у него бегал из стороны в сторону, словно он пытался что-то скрыть
— Вроде, да, — смущённо пробубнил Прохор и слегка напрягся. — Прости, командир.
— За что? — я обернулся к двери в кубрик Лафита, убедился, что она закрыта, и снова посмотрел на Прохора, — Лафит не пытался выбраться? Ты напугал нас, когда не отвечал.
— Да ел я, — смущённо махнул рукой Пруха, указывая на поднос с пустыми контейнерами и целой булокой хлеба. — Горячего тут принесли.
— О, живой, — проговорил подскочивший к нам Гвоздь, а за ним подтянулись и Гадел с Феймахером.
— Так и знал, что ты обжорствуешь, — с заметным облегчением в голосе улыбнулся Хирш, — о ты булку не доел, чур моя.
Фея шагнул к подносу, но я вытянул руку и остановил его.
— Стоп, назад, — я посмотрел на Прохора, а в голове всплыл разговор с Лизой, — после еды тебе плохо стало? Тошнит, живот крутит?
— Угу, — поморщился Пруха, — но уже лучше.
— Открой канал связи, — приказал я и подключился к его доспеху.
Системные логи тут же хлынули на мой визор. Глаза зацепились за знакомые названия: орелланин, гифоломы; всё, как и говорила Елизавета. Умный доспех определил, что бойцу плохо, провёл анализ и вколол антидот из штатной аптечки. По времени, уже минут пять прошло, и сейчас Пруха в полном порядке, если не считать остаточных последствий.
Просмотрел на всякий случай остальные показатели и отметил, что система фильтрации доспеха заполнена больше чем наполовину. Кхм…
— Так, боец, сейчас к Гусару, он симптомы увидит, добавит лечение к штатному, — решил я не держать Прохора здесь. — А затем почисти систему фильтрации, на всё про всё у тебя полчаса.
— Есть, — вымучено улыбнулся Пруха.
— Систему фильтрации? — удивился Феймахер, помогая другу встать, — ты….
— Да прихватило конкретно, — смутился Прохор, — проводишь до Гусара? А то искать его.
— Нет, тебя проводит Гадел, — вмешался я в их разговор и посмотрел на Татарина: — скажи Лизе с Мишей, чтобы молчали обо всей этой истории.
— Понял, — кивнул друг и, махнув Прухе, зашагал в сторону складов.
— А ты, — я повернулся к Феймахеру, — сейчас идёшь на склад боеприпасов и проверяешь там всё на предмет взрывчатки.
— Так я уже снял там два устройства, — удивлённо моргнул Хирш, — простые поделки….
— А стены проверял? Вдруг там, как на продуктовом складе.
— Стены не смотрел, — протянул Хирш и просиял, — пойду, развлекусь.
— Иди, Гвоздь, проконтролируй, доклад по готовности, но сильно не затягивай и, — я серьёзно глянул на своего зама, — будьте осторожней.
— Думаешь, Пруху тоже траванули, чтобы расчистить Лафиту путь для второго взрыва?
— Да, — кивнул я, — так что питаться только нашими сухпаями, и не терять их из вида.
— Получается у нас тут….
— А об этом не стоит говорить вслух, — прервал я Анджея, заметив, как в медблок зашёл Джек, — оставим это пока между нами.
— Понял, разрешите выполнять? — Гвоздь вытянулся по стойке смирно.
— Разрешаю, — махнул рукой я и, вызвав по связи Чуватова, подключился к панели управления гермодверью кубрика.
Когда Роджерс дошёл до меня, я уже знал, что Лафит выходил из своей камеры за пять минут до взрыва. Как раз в тот момент, когда Лиза лечила общинника от отравления. А ещё через пять минут он вернулся. Так что сомнений быть не могло. Взрыв на складе устроил именно Лафит и чтобы открыть кубрик, он воспользовался секретным кодом.
Подтверждение моих догадок заставило меня крепко задуматься.
Пока программный модуль доспеха чистил логи и ставил новые коды для открытия двери, я мысленно прикинул состояние пирата и представил, как и куда он идёт. Явно недалеко и не влево, где есть люди. А вот, если повернуть вправо, и пройти по коридору, то там никого нет, только выход в другой отсек. И чтобы доковылять до него, нужно как раз две минуты.
Я быстро прошёл по предполагаемому пути Лафита. Сапоги доспеха выбили гулкую дробь из стальных листов на полу. Взгляд зацепился за отсутствие нескольких лампочек на потолке, а руки сами полезли проверять панель управления гермодвери. Ни до, ни после взрыва она не открывалась, значит сигнал Лафит подал где-то здесь. Глаза тут же забегали по сторонам.
Джек увязался за мной. Стоял рядом и молча ждал, когда я закончу осматривать стены. Он ничего не говорил, а весь вид его выражал глубокую задумчивость. О чём он думает, меня не особо интересовало, главное, что не лезет с расспросами, и не мешает работать. Но, несмотря на это, его присутствие напрягало, и не давало сосредоточиться.
Я всё никак не мог понять, где в этой толще камня можно спрятать дистанционную систему управления взрывчаткой. Слишком уж естественно выглядели стены. Их явно не обрабатывали, а коридор стали использовать сразу, как прошла буровая установка. Нда, отлично замаскировали. Видимо, придётся долбить стены….
— Командир, вызывал? — хоть я и приглядывал краем глаза за кубриком, авось кто придёт навестить Лафита, но появления Рифката не заметил.
— Да, — кивнул я, прекращая в незнамо какой раз ощупывать взглядом стены, — представь, что где-то здесь спрятан пункт связи, который может подать сигнал для взрыва на базе. Где бы ты его спрятал?
— Пункт связи? — задумался Рифкат.
— Угу, замаскированный, незаметный, но чтобы к нему получилось быстро получить доступ….
— Можешь не продолжать, — прервал меня Чуватов и его глаза блеснули озорством, — этот день войдёт в историю, командир.
— Ты о чём? — не понял я. — Какую ещё историю?
— Не важно, — махнул рукой Рифкат, и его некрасивое лицо озарила широкая улыбка: — ты на нём стоишь, командир.
— Стою? На… — Рифкат стукнул каблуком по полу и тот издал металлическое дребезжание, а я всё моментально понял.
Вдвоём мы осмотрели пол. Нашли на стыке со стеной щель, и я просунул туда видеокамеру на гибком кабеле из штатного набора сапёра. Убедившись, что под стальным листом пустота, и нет никаких взрывоопасных сюрпризов, мы ухватились за край и дёрнули на себя.
Раздался скрежет, и лист слегка выгнулся. Сразу стали заметны петли — люк открывался с другой стороны. Мы переместились, и под серьёзным взглядом Джека нашли замок. Взломать его труда не составило, хватило удара ногой.
Пульт управления размещался в небольшом углублении. В разные стороны от него отходили разноцветные провода. Они вились по дну ниши и скрывались в шурфах в толще камня.
— Далеко не должны уйти, — задумчиво пробормотал Рифкат, — сейчас прозвоню.
Он снял со спины боевой рюкзак. Достал небольшой сканер, подключил к нему щуп и стал тыкать им в пол.
— Металл экранирует сигнал, — пробормотал наш связист и стал что-то подкручивать, — усилим частоту, ага, а вот и ты.
Он бурчал что-то себе под нос и уверенно шёл к гермодвери, которая вела из отсека. Остановился около неё, провёл щупом по стене и, отложив сканер в сторону, вскрыл панель управления дверью.
— Бинго, — весело заявил он, оборачиваясь ко мне, — хитрая схема, они подключились к системам управления доступом, любая панель управления выступает, как источник сигнала.
— Ты хочешь сказать, что у нас тут сотни потенциальных передатчиков?
— Нас могли через них подслушивать? — неожиданно спросил Джек.
— Да, — кивнул Рифкат мне, затем ответил Роджерсу: — работают только на передачу сигнала, не на приём.
— Так, Риф, — потёр я подбородок, разрываясь между желанием обезопасить базу или получить дополнительный козырь в рукаве. Козырь победил. — Проверь, нет ли дублирующих схронов, и уничтожь их, а управление сигналами переделай на себя, — распорядился я.
— С радостью, — улыбнулся Рифкат и вернулся к вскрытому нами люку, а я отправил Гвоздю приказ, найти все закладки взрывчатки.
Ему вместе с Феей надлежало не уничтожать их, а нанести на наш план базы. Всё-таки негоже ломать плоды чужого труда, надо ими пользоваться. Пираты создали ловушку для тех, кто захватит астероид, хотели устроить противнику весёлую жизнь. Теперь эта ловушка будет за нас. Главное понимать её масштабы.
— Мы тебе нужны? — уточнил я, наблюдая, как Риф колдует над секретным пультом управления.
— Нет, на ближайший час мне никто не нужен, — ответил Рифкат голосом увлечённого работой человека, и я не стал ему мешать, коснулся плеча Роджерса и отвёл его к кубрику Лафита.
— Получается, что мои люди не виноваты? — спросил Джек, когда мы остановились.
— Получается, что да, — ответил я, присаживаясь на стул Прухи и с наслаждением вытягивая ноги. — Можешь выдохнуть и порадоваться.
— Чему радоваться? — нахмурился Джек и переступил с ноги на ногу, — получается, ты за малое время раскрутил это дело, а Разумовский ни хрена не сделал, лишь обвинил моих парней.
— Всё позади, Джек.
— Ты не выглядишь уверенным в этом, как будто раздумываешь ещё.
— Это потому, — я поднял на него взгляд и тяжело вздохнул.
Только сейчас, когда решил, казалось бы, важный вопрос, я понял, как сильно устал и вопрос на самом деле не такой уж и важный. Вернее, он открыл кучу ещё более сложных и неотложных вопросов, а сил на них уже нет.
— Это потому, что попрошу тебя не рассказывать об этом. — И пока Джек не начал возмущаться, добавил: — в начале собрания мне нужна будет твоя помощь. Надо устроить небольшое представление.
* * *
— С другой стороны, Лафита же мы в вашей системе поймали, — пожал плечами Разумовский, когда мы, где-то час спустя, наконец-то собрались на общее собрание в кубрике Роджерса.
— Но он был торговцем, — возмутился Микки Джексон.
— И все документы у него были в полном порядке, — оглаживая густую бороду, буркнул в поддержку товарища Джим Ингерсон.
Они с Микки, один специалист-механник общинников, а другой инженер бортовых систем, пришли на совещание вместе с Роджерсом. Джек представил их, как своих замов и ближайших соратников.
— Документы, кстати, имели штампы и печати, в том числе и вашей Империи, — почуяв дружеское плечо, выпалил Микки и, уставив на Разумовского палец с чёрной грязью под ногтями, пошёл в контратаку: — и они были настоящими, голограммы, со всеми видами защиты.
— Значит крот у вас, а не у нас, — подхватывая наступление товарища, одобрительно загудел Джим. — Кто-то же подтверждает документы с вашей стороны, а наших парней не трожьте, они и так пострадали.
Его посыл был ясен. Общинники дружно защищали раненых охранников, отрицая их причастность к взрыву на складе с припасами продовольствия. И это при том, что Джек ещё никому, ничего не говорил.
— И у нас, несомненно, — Клим, словно отталкивая претензии, выставил перед собой ладони, — но он там, в Империи, и работа по нему ведётся, возможно его уже схватили, а здесь, — Клим опустил одну руку на столешницу, а на другой выставил палец и указал на Микки, — здесь слабое звено только в ваших рядах.
— Это ещё почему⁈ — Микки вскочил на ноги, а его стул с громким скрипом грянулся на пол. — Потому что мы недоразвитые, да? Типа у нас индекс развития маленький? Не супермены?
— Эй, Микки, ты чего, — даже Джим удивился и уставился на своего приятеля, — не об этом же речь.
— Действительно, господин Джексон, — взял слово Марк Игнатьевич, коллега и помощник Разумовского. Он сидел по правую руку от Клима, как раз напротив Джима Ингерсона. — В наших рядах не может быть предателя. У нас всего два подразделения. Бойцы ОМОНа и агенты тайной канцелярии.
— Ага, ага, и ваши бойцы как раз оказались в открытом космосе, доставали ту жестянку, — оскалился Микки, — удобно вышло, да?
— Что вы такое говорите⁈ — Теперь на ноги вскочил Клим, также уронив стул на пол. Он сжал кулаки, а лицо его раскраснелось. — На что вы намекаете? Да, как вы можете так говорить⁈
Клима трясло. Прям конкретно так потряхивало, а изо рта, при каждом слове, брызгали слюни.
— Лейтенант Туров, мой друг, чуть не пожертвовал собой, защищая ваши жизни, — горячился Клим, то указывая на меня, то на Гвоздя, который пришёл вместе со мной. — Ростислав болтался больше часа в открытом космосе. Его бойцы организовали охранение, добывали секретную технологию врага. Тоже с риском для жизни между прочим. А вы говорите, что удобно получилось? На что вы намекаете, я вас спрашиваю?
— На что я намекаю⁈ — Микки Джексон не испугался напора Разумовского, наклонился вперёд и опёрся руками о столешницу. Плечи его напряглись, лицо налилось кровью и он, тоже брызжа слюной, продолжил: — на вас троих намекаю!
— Совсем ополоумел, хрыч старый? — взлетел со стула и Марк Игнатьевич, — какие твои доказательства?
— Ваши доказательства где? — поддакнул Клим, — нет их? Значит это поклёп и провокация!
— А почему ваша дама сидит спокойно и не возмущается, что её обвинили в предательстве? — неожиданно громко, перекрывая голоса орущих, спросил Джим Ингерсон.
Все трое спорщиков тут же проглотили готовые сорваться с губ слова и уставились на третьего коллегу Клима — Алису Сергеевну.
Девушка сидела слева от Клима, залипала в своём инфопланшете и, казалось, вообще не слышала, что происходит. По крайней мере, она никак не реагировала на крики, вскакивание на ноги и падение стульев.
— Да ну бред, — пробормотал Клим.
— Это полная чушь, — согласился с ним Марк Игнатьевич.
— А может она просто надеется, что пронесёт, — парировал Микки Джексон.
— Алиса Сергеевна, скажите этому старику, что он ошибается, — велел девушке Клим, но она его проигнорировала. Даже не посмотрела на него.
— Алиса Сергеевна? — Клим наклонился к ней и тронул за плечо.
— А? Что? — внезапно громко воскликнула девушка и подскочила на стуле. Клим отпрянул от неё назад. Планшет из её рук вывалился на стол, а сама Алиса посмотрела испуганными глазами на Разумовского.
— Алиса Сергеевна, — повторил Клим тихо, — вы чего?
— А? Что? Секунду, — девушка хлопнула себя по лбу и вытащила из ушей микронаушники, — простите, Ваше высокоблагородие, ничего не слышала, увлеклась взломом доспеха бритов.
— Вот и ответ на ваш вопрос, — взмахнул руками Марк Игнатьевич, обращаясь к Микки.
— Какой вопрос? — девушка обвела всех взглядом.
— Уже не важно, — пробормотал Клим, — возвращайтесь к работе, Алиса Сергеевна.
Девушка пожала плечами. Вернула наушники обратно и снова погрузилась в происходящее на экране инфопланшета.
— Вот и выходит, что предатель среди вас, общинников, — подытожил Марк Игнатьевич, поднимая с пола стул и усаживаясь за стол.
— Что за бред вы несёте? — спокойно проговорил Микки Джексон, запал его гнева прошёл, в голосе даже появилась неуверенность. — Это же ничего не доказывает.
— Ещё как доказывает, — победно вскинул голову Клим, вашей системе безопасности надо лучше работать.
Микки Джексон аж поперхнулся от такой наглости со стороны Разумовского. Он закашлялся, хотел было что-то сказать, но Роджерс, по моему сигналу, придержал его и заговорил сам:
— Кому надо лучше работать, так это вам. Ростислав вернулся на базу и сразу же провёл расследование, — говорил Джек тихо, но слова срывались тяжело, я буквально кожей ощущал, что он еле сдерживается, чтобы не накричать на Разумовского. — Взрыв организовал Лафит, вот файлы по этому делу.
Джек положил перед собой инфопланшет и толкнул его к Разумовскому. Тот недоумённо посмотрел на меня, на Роджерса, и взял гаджет в руки.
— Взрывчатка в стене, тайная панель управления, ключ-код от гермодвери кубрика, — быстро прочитал Клим и посмотрел на меня, — так вот почему ты так задержался, проводил расследование. Но почему не сказал? К чему эти секреты?
— У меня такой же вопрос, — напрягся Микки и обратился к Джеку, — почему вы не сказали об этом сразу? Что за секреты, Джек?
— Так надо было, Мик, — проронил Роджерс и посмотрел на меня, — Ростислав просил так сделать, а зачем, он сейчас объяснит.
Эх, ну всё, закончилось моё участие в собрании, как зрителя. Пора брать нить беседы в свои руки…
— Почему, Рос? — не дождавшись ответа, пвторился Клим.
Потому что хотел столкнуть вас лбами. Послушать, как вы будете кричать, вдруг кто-то выдаст себя. Потому что среди нас и правда есть предатель. Кто-то же отравил общинника, отвлекая Лизу, а потом покушался на Пруху. Вот, что я мог ответить.
Да-да, среди нас точно затесался агент пиратов. К такому выводу я пришёл, когда осознал всю глубину проблемы, в которой мы оказались. Так точечно ударить можно было только при тщательном планировании.
Сами посудите, мы окопались на базе пиратов. Успешно выбили пиратов и двух невидимок. Дали им прикурить так, что они вряд ли сунутся снова. Припасы у нас есть, выживший корабль пиратов ещё неизвестно когда приковыляет. Да мы в дамках! Готовы ждать «Злого» неделю, две, месяц, если потребуется. Но кому-то это не подходит. Кому-то не хочется ждать наш корабль, а хочется нового столкновения с пиратами.
Кто этот кто-то я, естественно, не знал. Это точно не проделки Клима, хоть он и готов пойти на многое ради поимки своего таинственного агента. Тут уж, скорее всего, в наши ряды сам «Тень» и затесался.
Мне эта мысль пришла в голову, когда открывал люк в полу вместе с Чуватовым. Это же идеально. Всё логично укладывается. Сначала Клим чудил в своём желании схватить резидента, а потом, когда мы оказались на ГДРСП, сам агент стал вставлять палки в колеса.
В эту версию укладывалось и то, что оба агента Разумовского, и Алиса, и Марк Игнатьевич, были, вроде бы и на виду, да не совсем. Они постоянно куда-то пропадали и занимались чем-то неизвестным. Плюс ко всему этому Алиса отличный хакер, и была задействована Климом для взлома базы данных пиратского корабля.
Правда, тут был и минус. Проверку агенты Тайной канцелярии проходят серьёзную. Да и Разумовский, хоть и раздолбай, но выбирал самых надёжных….
Но существовала и вторая версия. «Тень» мог быть здесь и не замешан. Клим прав, Лафита мы взяли в системе ГДРСП, он торговал с общинниками. Значит, на их станции мог окопаться человек пиратов. Пусть Джек и рассказал про серьёзные проверки, но они, всё же, не исключали такой возможности.
Если это так, то именно этот человек мог внедриться в команду Джека и строить нам козни. В пользу этого говорил тот факт, что Роджерс брал с собой только добровольцев. Тогда получалось, что во всех предыдущих странных событиях вина висела на Климе, собственно он в этом и признался мне ранее, а взрыв на складе — это происки Лафита и его человека, который отвлёк Лизу.
Блин, аж голова кругом от этих теорий. Но делать нечего, я уверен, что предатель есть. Более того, мне кажется, что он ещё и сталкивает нас всех лбами, чтобы внести разлад в наши ряды. Чтобы мы подозревали друг друга, кучковались по сторонникам и ставили друг другу палки в колёса. Такая атмосфера идеальна для работы лазутчика. Как по учебнику действует, гад.
Но доказательств у меня не было, даже наличие предателя я мог обосновать лишь косвенно. А потому не хотел, чтобы предатель знал, будто мне о нём известно. Пусть расслабит булки, выждет нужное ему время и рискнёт снова нанести удар. Вот тут-то мы его и поймаем.
Вот что я мог ответить на вопрос почему, но вместо этого обвёл всех взглядом и легонько стукнул по столу кулаком.
— Почему сразу не сказал? — повторил я вопрос Клима, — да, чтобы вы тут наорались спокойно, вылили всё раздражение, и мы смогли поговорить конструктивно. Такой ответ тебя устроит?
— Эм, я….
— Вот и отлично, а теперь подними стул и садись, — сказал я твёрдо, мне было необходимо закрутить гайки в нашем обществе. — Ты тут единственный на ногах, не прилично как-то.
Клим поджал губы. Послушно поднял стул, уселся, и, ожидая продолжения, молча уставился на меня. Я убедился, что все поняли, кто тут старший, что внимание всех, кроме Алисы приковано ко мне, и, откашлявшись, сказал:
— Господа, меня крайне удручает, что в моё отсутствие у вас творится бедлам. Каждый из вас тянет одеяло на себя и пытается показать, кто тут главный.
Снова обвёл всех взглядом и заметил, как усмехнулся Микки, глядя на Разумовского, как поморщился Марк Игнатьевич, а Джек согласно кивнул.
— Вместо того, чтобы работать сообща, вы страдаете не пойми чем, — продолжил я, — бросаетесь обвинениями и вносите разлад в наш коллектив.
— Но это разумные….
— Сейчас я говорю, Клим, — оборвал я оправдания Разумовского. — У нас тут военное положение, а, значит, первое: в моё отсутствие вы слушаетесь Гвоздя. Он мой зам, и я оставлю ему все нужные инструкции. Второе: вопрос со взрывом закрыт, виновный установлен, и это Лафит. Если надо, можем его допросить, но это потеря времени. Вопросы?
Тон я подобрал жёсткий и командный, попытался скопировать Мангуста на плацу. И, судя по реакции Разумовского, у меня получилось.
— Нет вопросов, — обиженно буркнул Клим.
— У нас тоже нет, — мотнул головой Микки Джексон, и в голосе у него проскользнула нотка веселья.
— У меня есть, — неожиданно сказал Гвоздь, — как понимать, что я главный в твоё отсутствие? Какие ещё инструкции?
Нда, неудобно вышло, надо было ему перед собранием сказать, да времени не нашлось. Весь час до собрания Гвоздь с Феймахером искали взрывчатку, а я умудрился перекусить и принять очень важное решение.
— А это третье, — вздохнул я, — самый важный вопрос нашей повестки — отсутствие провизии.
— На пару дней хватит, — тут же отчитался Джек, — если уменьшить норму, то и на все пять растянем.
— Это не вариант, — взмахом руки отмёл я его предложение, — моим бойцам необходимо усиленное питание, вдруг бой, так что и на день не хватит.
Это, если не говорить о том, что предатель мог отравить оставшиеся запасы.
— А какие варианты? — развёл руками Джек, — мы в открытом космосе, штурмовать пиратские корабли? Так это распыление сил, да и далеко они.
— Нет, штурмовать корабли мы не можем, эффекта неожиданности больше нет, а у них развёрнуты системы ПВО, — я достал инфопланшет и вывел галлограмму базы пиратов. — Но мы можем проникнуть на два связанных с нами астероида и устроить налёт на пиратские склады с провизией.
— Кхм, как вы себе это представляете? — спросил меня Марк Игнатьевич, — там осталось отделение бритов, и в таком случае вы поменяетесь с ними местами. Они просто уничтожат вас, пока вы будете идти в коридоре спицы.
— Это если атаковать в лоб, — согласился я с ним, — но есть план лучше, я переоденусь в скафандр пиратов, проберусь через одну из шахт к ним на астероид и устрою диверсию….
— Но это самоубийство! — не удержался Клим, — ты совсем сбрендил? Да тебя засекут и убьют. Там же этот, ваш невидимка.
— Я согласен с болтуном, — Гвоздь неожиданно встал на сторону Клима. — Это безумие, Тур.
— Полнейшее безумие, — поддержал его Джек.
— Я это понимаю, — я постарался улыбнуться как можно беспечнее, но получилось слабо. — У нас нет иного выхода, господа. Либо так, либо медленная смерть от голода.

----------

Глава 6

Глава 6
После моих слов над столом повисло напряжённое молчание. Я буквально по глазам видел, как до всех доходит полный масштаб задницы, в которой мы оказались. Удивительно, но, видимо, все так увлеклись обвинениями друг друга во взрыве, что о провизии не задумывались. Это в очередной раз подтвердило мою правоту о наличии шпиона и его коварстве.
Подтвердило мне самому, конечно же, и я не собирался пока никому говорить о своих догадках. Разве, что, Гвоздю, потому как оставлю его здесь за старшего. Ох и сложно ему будет, против нас явно работает профессионал своего дела….
— Неужели нет иного выхода? — прерывая тишину и мои мысли, внезапно протянул Клим. Жалобно так протянул, с затаённой надеждой в голосе.
Не знаю, на что он надеялся. Может, что я сейчас рассмеюсь, скажу, что всё это шутка, и никаких проблем нет. Но я его надежд оправдывать не собирался. Покачал головой и развёл руками:
— Сам же видишь, но можешь предложить иное решение.
— Я не знаю, — выдохнул он, — я бы с радостью, но не знаю.
— Куда же делась ваша нахрапистость и уверенность, господин Разумовский? — осклабился Микки Джексон.
— Мик, хватит, — тут же одёрнул подчинённого Джек, и серьёзно посмотрел на меня, — ты уверен, что нет другого выхода, Ростислав?
— Повторюсь, — я вновь развёл руками, — принимаю любые другие действенные варианты.
— Можно атаковать….
— Марк Игнатьевич правильно заметил, — прервал я Гвоздя, — Бриты положат нас в узком коридоре спицы так же, как мы совсем недавно пиратов.
— Можно зайти через шахты, — не унимался Гвоздь. — Зайдём с двух сторон. Сначала одна группа отвлечёт, затем вторая ударит в спину, или… — он на миг прервался и тут же доработал идею: — третья группа имитирует атаку в спице, отвлечёт бритов, а две другие ударят через шахты.
Я в ответ на его слова лишь улыбнулся.
— Не выйдет, Анджей, это дробление и так невеликих сил. Там остался как минимум один невидимка, и больше половины отделения морпехов. Они перебьют нас по частям, а если справимся мы, то без потерь не обойдёмся.
— Как говорил Меньшов, войны без потерь не бывает, — возразил Гвоздь.
— И мой план в это укладывается, — снова улыбнулся я, — если погибну, то реализуешь свой план, но пока что у меня есть шансы затеряться среди пиратов, всё разведать, подготовить диверсию и почву для более успешной атаки.
— Но….
— Должен признать, но смысла в ваших словах больше, чем в простой атаке, — вмешался в наш разговор Марк Игнатьевич. — Особенно, если вас, лейтенант, примут за своего, и вы сможете спокойно перемещаться по базе пиратов.
— Вот видишь, — приободрил я Анджея, — даже Марк Игнатьевич согласен.
— Но самое сложное — это попасть на базу пиратов, — продолжил помощник Клима, — они наверняка стерегут все шахты, входы и выходы, людей у них хватает.
— И здесь вы правы, Марк Игнатьевич, — кивнул я, но, кто не рискует, тот не ест горячего, вообще ничего не ест. Справлюсь.
— Звучит самонадеянно, — поморщился канцелярист, — хотелось бы больше конкретики.
— Пойду через эту шахту, — я указал на плане искомый туннель на поверхность, — там выход, как и у нас, углублён в камень, так что смогу незаметно выбраться и снять охрану.
— Не вижу никаких углублений.
— А на плане их нет, — пожал я плечами, — зато в реальности там такой же закуток, как с нашей стороны. Прелесть в том, что в этом закутке пост никто ставить не будет, слишком узко. Потому смогу выбраться и снять пару охранников, — говорил я очень убедительно, — думаю, что там будут пираты, а не бриты, так что справлюсь.
— Очень много допущений, — нахмурился Марк Игнатьевич, если, да кабы.
— По-другому сейчас никак, — я увеличил изображение и стал указывать на помещения и переходы, — вот здесь у них должны быть склады, если аналогия с нашей базой верна, то тут провизия, а тут боеприпасы. — Увеличил ещё немного и стал водить пальцем по голограмме, — вот тут, я заложу взрывчатку, устрою взрыв, и пока они будут разбираться, что к чему, возьму под контроль вот этот перекрёсток.
— Он недалеко от спицы, — оживился Гвоздь, — мы сможем выдвинуться к тебе, и окопаться там.
— Именно, — кивнул я, улыбаясь его догадливости, — а потом вот по этому коридору вывести провизию и отступить.
— Надо будет проверить коридор спицы на мины с их стороны, — задумался Анджей, — дадим перед собой залп из гранатомётов, и прочешем всё телекинезом на ходу.
Мы обсуждали детали ещё полчаса. Условились, что сигналом к атаке станет взрыв на поверхности астероида. Я собирался взорвать шахту, через которую полезу внутрь. Джеку надлежало организовать своих людей, подготовить транспортные тележки, а Климу… а Климу ничего не надлежало. Для него с коллегами работы не нашлось.
* * *
Когда задвигались стулья и все начали подниматься, чтобы начать подготовку к вылазке, моё внимание привлекла Алиса. Девушка одной из первых вспорхнула со своего места и оказалась около меня.
— Ростислав, ты будешь смотреть на невидимку и подбирать себе пиратский скафандр? — спросила она, вытаскивая из уха один наушник.
— Да, конечно, — оживился я, как-то вылетело из головы, что ребята его затащили. — Удалось что-то вытащить из системы доспеха?
— Крайне мало, — поморщилась Алиса, — там мощное шифрование, но я справлюсь, рано или поздно.
— Лучше рано, — хмыкнул Гвоздь, — а то Туру скоро в рейд идти.
— Если бы флот делился с нами информацией, и данные о невидимках поступили сразу после встречи на Тау Метам, то я бы сделала больше, — нахмурившись, отрезала Алиса, а затем пошла к двери, — прошу за мной, всё покажу и расскажу.
Гермодвери кубрика разошлись в стороны. Коридор встретил нас тусклым светом на неровном камне стен. Чуть поодаль от нас мелькнули и скрылись за поворотом спины Джека и его замов, а мы пошли совсем в другую сторону.
— Удалось вытащить временной лог тактических сообщений, — говорила на ходу Алиса. — Тот, кого ты подстрелил оказался коммандером.
— Ого, уже второй на счету, — рассмеялся Анджей, явно вспомнив наш бой на Тау Метам. — Радует, что в этот раз без жертв и все сохранили свои руки целыми.
— Да, Торп задал нам жару, — протянул я, вспоминая тот бой. Тогда я лежал в засаде под техникой мертвеца, а парни из отделения играли роль наживки. В тот день я потерял несколько бойцов и до сих пор считал ту победу пирровой…
— А тот с кем ты улетел в открытый космос ходил в звании коммодора, — как ни в чём ни бывало добавила Алиса, но её спокойный голос оглушил меня почище взрыва над ухом.
— Что ты сказала? — ошарашенно переспросил Гвоздь. — Какое звание?
— Коммодор, — ответила Алиса так же спокойно, словно сообщала, что кончилась соль или сахар.
— Обалдеть, — Анджей остановился и посмотрел на меня огромными, как теннисные мячики глазами. — Тур, ты вынес офицера по силе, блин, да ты британский аналог Ерастова вынес.
— Смотри глаза выскочат, — буркнул я. Упоминание дяди Саши скребнуло по душе. Вспомнился дом, и захотелось к Лире с Варенькой, а не вот это вот всё.
— Да и пусть, — отмахнулся Анджей, — этот тип бы всех нас тут вынес в одного, а ты его….
— Это всё из-за свойства вакуума, он ограничивает внутреннюю силу….
— Ты говорил, — восторженно закивал Анджей, — но грамотно распорядиться знаниями, это переиграть в тактике….
— Так, заканчивай, — оборвал я его, — или ты хочешь записаться в клуб моих поклонников? Сразу говорю, в отряде оставлю, но зама другого назначу.
— Ладно, ладно, не буду, — проворчал Гвоздь, но по его лицу я видел, что он мне не поверил. — Будто и порадоваться нельзя.
— Алиса, — я развернулся к девушке и мы вновь зашагали вперёд, — ещё какая-то информация была?
— Конечно, — хмыкнула она, — весь состав отряда.
— Не томи уже, — выпалил я, — сколько их, сколько невидимок?
— Всего было трое, остался один, лейтенант.
— По их табели — это от тридцати до сорока пунктов индекса, — протянул Анджей задумчиво, — Тур, а ты можешь с ним справиться.
— Угу, — мне пришли в голову те же мысли. По факту мы сравнялись с их офицерским составом. — Алиса, а унтеров и рядовых там сколько?
— После вашего боя осталось шестнадцать человек, — сообщила девушка и, опережая наши ответы, добавила: — рядовых нет, одиннадцать мичманов и пять старших мичманов.
— Что за странное отделение? — удивился Анджей, ускоряя шаг и ровняясь с девушкой. — Такого не может быть, должны быть рядовые.
— Может, — я ответил быстрее Алисы, — если это спецназ, как и мы.
— Отряд «Звёздные псы», — подтвердила мои слова девушка, — не сказать, что элита элит, но находится близко к середине рейтинга королевских спец сил.
— Ну, неудивительно, — задумчиво протянул Анджей, — не пошлют же элиту к пиратам, на них и снизу списка хватит.
— Не важно, — поморщился я, меня напрягал восторг в голосе Гвоздя, надо было срочно приземлить его самооценку, а то дров наломает. — Пусть их и меньше, чем нас, но по совокупности званий они сильнее, значит и в единицах индекса превосходят нас.
— Ну да, — нахмурился Анджей, — у нас разброс от восемнадцати Прухи, до моей тридцатки. — Он быстро глянул на меня: — не считая твоего, конечно же.
— Угу, а у них он у всех от двадцати пяти до тридцати, если не больше.
— Да, ты прав, в лоб мы их не возьмём, — быстро сообразил Анджей, — только диверсии, ну или от обороны.
Его слова вторили не только моим мыслям, но и разработанному плану. Плану, который мне не нравился. Плану, на который я решился от отчаяния. Ведь не только голод меня волновал, но и предатель. Когда мы спорили и решали, как лучше проникнуть к пиратам, и какие сигналы подавать, я смотрел на всех участников собрания, и гадал, кто из них предатель. Но никто и виду не подал.
Хотя, на что я рассчитывал? Сам же понял, что работает профессионал. Но и совать голову в пасть льву я просто так не собирался. Нет, никого вместо себя я не отправлю. Это не по командирски. Такой груз ответственности я имел право взвалить только на себя. Но вот подготовиться к возможным внештатным ситуациям я мог.
Хотя, почему возможным? Они обязательно будут. Не знаю как, но предатель по-любому сообщит пиратам, что к ним пошёл лазутчик-диверсант. И, если, он был на собрании, то сообщит весь план. Именно поэтому я не собирался ему следовать.
Моя задумка была проста, как дважды два. Подсунуть липу на собрании, а самому сработать по другому плану. По своему, личному. Осталось только предупредить Гвоздя, чтобы он тут в оба смотрел, и сделал всё правильно.
— Мы пришли, — сообщила Алиса и шагнула в грузовой отсек.
Шагнул за ней следом и тут же споткнулся на ровном месте. Нога ударилась о воздух и я чуть не полетел кубарем. Еле-еле удержал равновесие, пробежав несколько метров.
— Так, что за шутки? — возмутилась Алиса, поворачиваясь к моим бойцам, — кто перевернул доспех?
— Да ладно, смешно же, — отделился от стены Бобёр и, указывая рукой на пол, подскочил ко мне: — Тур, рад тебя видеть, прикинь, он в вакууме видимый, а при кислороде невидимый.
Проследил, куда он указывал, и увидел бронеплиту от среднего доспеха. Моя нога ударилась о неё и перевернула, явив взгляду внутреннюю обшивку.
— Смотри, — Бобёр юркнул к бронеплите и перевернул её. Она немедленно растворилась в воздухе.
— Рад тебя видеть, Тур, — подошёл ко мне Ариафин, второй боец, дежуривший в отсеке. В отличии от Серёги он не стал устраивать шоу и показывать чудеса науки и техники, а раскинул руки, и обнял меня, похлопав по сине. — Ну и напугал ты нас всех.
— А теперь видно, — довольный Бобёр снова перевернул бронеплиту, — ты бы видел, как мы обалдели, когда затащили его на базу. Вот он был, а стоило перейти через порог, и его нет. Руки ощущают тяжесть, но глаза не видят.
— Вижу, — хмыкнул я, обращаясь к Арфе, но кивая на Бобра, — вижу, как напугал, аж ставки на меня делали.
— Не, ну это святое, — Бобёр прекратил валять дурака с доспехом бритов и подошёл к нам, — главное, что все ставили на возвращение, уверены мы в тебе, командир.
— Не подлизывайся, — нахмурился я, но сразу же улыбнулся, — ладно, извинения принимаются, а сейчас, можешь помочь Алисе? Надо подобрать для меня пиратский скафандр.
— Зачем это? — в унисон спросили парни, а голоса выдали их удивление.
— Всё расскажу позже, — успокоил я их, и посмотрел на Бобра: — помоги Алисе, нужен целый скафандр и все данные на пирата, который в нём ходил. Имя, звание, с какого корабля. Желательно, чтобы вся его команда погибла здесь, а по возрасту и внешности он походил на меня.
— У тебя странные запросы, командир, — протянул Бобёр, а потом заспешил к уже работавшей со списками пиратов Алисе. — Алиса Сергеевна, я вам сейчас помогу.
— Алиса Сергеевна? — улыбка сама наползла на мои губы, — я ослышался, или у Клима появился конкурент? А как же сестра Мелконяна?
— Не, — качнул головой Ариафин, — скорее у нас жёсткая иерархия. Это для тебя и Гвоздя она Алиса, а для нас Алиса Сергеевна.
— Вон оно как, — протянул я, поглядывая, как Серёга работает с помощницей Разумовского.
— Ага, так что за сестру Левона не переживай, Серёга будет хранить ей верность, Левон это проконтролирует, — ухмыльнулся Арфа, и тут же посерьёзнел: — зачем скафандр-то? На вылазку собрался?
Если Гвоздь был моим замом, и я считал его очень умным и догадливым, то Арфа находился на втором месте. Хотя, место это было условным. В аналитику они оба умели очень хорошо.
— Собрался, вот, план разработали, — буркнул стоявший рядом с нами Гвоздь и протянул инфопланшет, — вот, ознакомься.
— Погоди, — я перехватил его руку и слегка придержал. — Отойдём немного.
Озадаченный Гвоздь прошёл вслед за мной в угол отсека. Я убедился, что рядом никого нет, но всё равно одел шлем и опустил забрало, а на визоре вышел в защищённый чат внутренней связи.
Объяснить, что среди нас предатель труда не составило. Анджей уже и сам догадался о нём, сопоставив два отравления. Одно — это случайность, а два, как он написал — система. Тут я рассказывал скорее для Арфы, ему я тоже отводил важную роль в своём плане.
— После сигнала вы нападёте не по оставшейся спице, — написал я, когда обрисовал ситуацию, — а по взорванной. Я открою гермодвери с той стороны, подготовьте тросы для передвижения и транспортировки груза.
— А смысл? — спросил Гвоздь, — склады же на другом астероиде.
— И нас там могут ждать, — ответил я, — а вот в таверне, вернее, в её подсобных помещениях, мы окажемся неожиданно для всех.
— Неожиданно для бритов, и для предателя, а мне нравится, — написал Арфа. — Кто пойдёт в атаку?
— Анджей, а ты будешь контролировать целую спицу, и сделаешь вид, что атакуешь по ней. Только лишь вид.
— Понял, принял.
Расписал им составы групп. Выдал новые маршруты и выдохнул. Всё, самое лёгкое сделал. План доведён до личного состава, осталось только ему следовать, а тут ещё и Бобёр притащил почти новый пиратский скафандр с шевронами клыкастой кошки на плечах.
— Вот, ходил на шхуне «Звёздный саблезуб». Весь экипаж, что сошёл на базе, погиб. Остались только на шхуне, но Мариса с Полом выбили ей все движки. Так что никого, кто знает этого парня, ты не встретишь, — сообщил довольный Серёга, а потом добавил: — наверное.
— Это обнадёживает.
— Возраст и рост, совпадают с твоими, — он протянул скафандр мне, — биографию, всю, какую нашли в базах пиратов, я тебе сейчас скину.
— Спасибо, — кивнул я, и стал снимать свой доспех.
Через час выходить. Надо было переодеться и привыкнуть к пиратскому скафандру. Заучить на всякий случай имена пиратов из экипажа, и составить легенду. А ещё написать Гвоздю инструкцию по наблюдению за подозреваемыми. То есть вообще за всеми. Эх, тяжело ему будет, но не тяжелее чем мне.

----------

Глава 7

Глава 7
Пиратский скафандр оказался не только непривычным, но и крайне неудобным. Представьте себе самый обычный строительный комбинезон, который окунули в бетон и забыли почистить.
Свободы движения нет. Ноги и руки гнутся с трудом. Отсутствует тактическая система на визоре, а сам визор — это тупо прочный стеклопластик. Хорошо еще прозрачный, но царапины на щитке сильно ограничивают видимость.
Вишенкой на торте шла дырка от пули на спине. Я ее запенил, заклеил гермоскотчем, но так и не смог забыть о её наличии. Мысль о разгерметизации в открытом космосе из-за неудачного движения страшила меня больше, чем встреча с бритами.
— Неужели не нашлось чего лучше? — бурчал я, когда пытался влезть в этот саркофаг.
— Остальные вообще в лоскуты, — виновато отвечал Бобёр, крутившийся рядом. — Там был ещё один молодой, юнга, на «Чёрном моллюске» ходил. Но там и скафандром нельзя назвать то, что от него осталось, да и один человек из экипажа выжил, ушёл к пиратам.
— «Чёрный моллюск»? — уточнил Анджей, помогая мне поправить плечи у скафандра, и проверяя спину, — это у них нашивка похожа….
— На собачью кучу, да, — кивнул Бобёр, — это стало ещё одним минусом, почему не выбрали того юнгу.
— Да хоть на говно мамонта, — не выдержал я, когда внутренний замок рукавиц прищемил мне кожу на руке, — Главное, чтобы скаф был боевым, этот же вообще деревянный. В нём не повернуться.
— Так боевые мы уничтожили, да и юнга, кто ж ему даст норма….
— Ой всё, хватит, — не выдержал я. Миссия по внедрению, ещё не начавшись, оказалась под угрозой провала. Ну, скажите мне, пожалуйста, как я в этом гробу буду по шахте лезть, а потом незаметно пробегать мимо часовых? Да я их, пиратов, даже обезвредить не смогу.
— Может, отменим операцию? — спросил Анджей, обходя меня спереди. Его хмурое лицо слишком уж явно выражало сомнение насчет всего нашего мероприятия. Крайне явно.
— Сам знаешь, что нет, — буркнул я, подпрыгивая и пытаясь совершить наклоны в скафандре. — Иного выхода нет.
— Да ты в нём, как манекен со сломанным шарниром, — покачал головой Анджей, — даже вылезти из люка не успеешь, как тебя прихлопнут.
— Значит, сделаем так, чтобы не прихлопнули, — я оставил гимнастику и посмотрел на своего зама по отделению. — Операцию не отменим, но план внедрения поменяем.
— Как его поменяешь? — покачал головой Гвоздь, — путь входа-то один, через наружные люки.
— Зато способов входа несколько, — я закончил приготовления и посмотрел по сторонам, — нам понадобится ещё шесть человек.
* * *
На самом деле люков для выхода на поверхность астероида было больше шести штук. Если точнее, то шестнадцать. По восемь на каждом из двух астероидов, по четыре с каждой стороны от соединительных спиц. Сверху и снизу, если говорить грубо. Но использовать их все для моей задумки было слишком избыточно. Да и людей не хватит.
Шестеро бойцов: Фея, Гусар, Щука, Татарин, Труд и Осока; добровольно согласились участвовать в операции внедрения. Заставлять я никого не хотел, так что спросил парней прямо. Желали, если что, абсолютно все, и нам с Анджеем пришлось выбирать. Каких-то особых критериев для отбора у нас не имелось, так что ткнули пальцем наобум.
Остальные пытались возмутиться, но я успокоил их тем, что и у них будет важное задание — имитировать атаку по коридору оставшейся спицы.
Бойцы заняли позиции, и мы полезли наружу. О новых нюансах плана я никого не предупреждал. Сказал Климу и Джеку, что пошёл, всё, как обсуждали, а затем юркнул в люк.
— Всё чисто, наблюдателей не видно, — сообщил Анджей, стоило мне вылезти на поверхность астероида.
— Отправляй ребят на позиции, — сказал я, цепляясь руками за камень, чтобы не улететь в открытый космос.
Гребаный саркофаг. Тут не было не только страховочного тросика, но и экзоскелета с усилителями. Толстые, как сардельки, пальцы соскальзывали даже с неровной поверхности. Приходилось прилагать все силы, чтобы удержаться на месте. Встроенная связь, к слову, тоже отсутствовала, так что с гвоздём я говорил по внешней гарнитуре.
— Помочь? — спросил Анджей спустя пару минут наблюдений за тем, как я корячился около люка.
— Угу.
Его хватку я даже не ощутил, но моментально взлетел вверх и повис, едва касаясь ногами поверхности астероида.
— Теперь я знаю, как ощущает себя котёнок в зубах матери, — буркнул я, наблюдая, как шестеро моих бойцов стремительно превращались в маленькие точки, пока не исчезли совсем. Гребаный скафандр, ощущаю себя инвалидом. Верните мой доспех!
— Полезай на спину и хватайся за меня, — встряхнул меня за шкирку Анджей, — донесу тебя до точки, только не вздумай шутить про смену позывного на ослика.
— Ага, — улыбнулся я, — но если ты попросишь не давить на шею, то предложу сменить на Карлсона.
— Это кто? — ровно спросил Гвоздь, закидывая меня себе за спину.
— Мужик с пропеллером на спине, — сбив дыхание, пропыхтел я, когда, наконец, обхватил руками шею Анджея.
— С пропеллером? Как вертолёт?
— Угу.
— Интересно, — протянул Анджей, начав короткий разбег. Затем он прыгнул вперёд и выстрелил страховочным тросиком. — Расскажи потом подробнее, я Разумовского троллить буду. У него какой-то бзик на эти твои вертолёты, а тут целый человек с пропеллером.
— Лучше не надо, — сквозь сжатые зубы выговорил я, приходилось напрягаться, чтобы не соскользнуть со спины Гвоздя. — вдруг он в психушку загремит.
— Ему же лучше будет, подлечится, а ты картинку сможешь нарисовать?
— И когда Клим успел заработать к себе такое отношение? — Качая головой, спросил я вслух, когда Анджей очередной раз подпрыгнул, и мне не грозило сверзнуться. — Нормальным же парнем был.
— Был, — в голосе Гвоздя слышалось сожаление, — да всплыл, лучше бы сидел и дальше в столице под бочком у отца.
— Думаешь, служба его сломала?
— Или молока мало пил, — ответил Анджей, а я задумался, насколько Климу тяжело пришлось, когда он переехал на Владивосток.
Он ведь и правд, а работал себе спокойно в столице, набирал репутацию. Всегда был под крылом и в тени отца. Никто и посметь не мог перечить ему. А тут могущественного родителя нет рядом. Не с кем посоветоваться, всё приходится делать самому. И ответственность за решения нести тоже.
Казалось бы фамилия та же. Разумовский старший в столице, но когда ещё до туда дойдут новости? А когда придет ответ? Хотел Клим самостоятельности? Что ж, мечта исполнилась, но изменила его до неузнаваемости.
— Надо ему что-то от нервов пропить, — размышлял я вслух.
— Угу, и от приобретённой противности, — поддержал мои мысли Гвоздь, а затем добавил: — мы на месте.
* * *
Благодаря разговорам путь к гермолюку на астероиде пиратов прошёл незаметно. Я аккуратно слез со спины Анджея. Упал на карачки и, ухватившись за стальной поручень недалеко от лаза в шахту, зафиксировал себя на камнях. Стальная крышка с гермозамком оказалась на одном уровне с моей головой, и я с сомнением посмотрел на толстые пальцы скафандра.
— Поможешь разминировать заряды? — спросил я Анджея, — Тут стандартная растяжка стоит, но этими сардельками я и её не смогу снять.
— Ага, держи, — Гвоздь открепил с держателей на бедре пороховой автомат и передал мне.
— Взрывчатку тоже давай, — напомнил я о новом элементе изменённого плана.
— Я тебе и крышку открою, — в голосе Анджея снова слышалось сомнение.
— Всё будет нормально, не переживай, — сказал я, чтобы его успокоить.
— А я не переживаю, — ответил он, снимая растяжку и проворачивая вентиль гермозамка, — меня, знаешь ли, успокаивает твоя пометка в плане, что через двадцать четыре часа надо считать тебя погибшим и идти на штурм. — Он помолчал и добавил: — очень обнадёживает.
— Это на всякий случай, я справлюсь.
— Я знаю.
— Тогда чего стоишь и ждёшь?
— Звёздами любуюсь.
— Иди уже к своему люку, дальше я сам.
— Хорошо про… до встречи.
Вот, что за человек? Сам ушёл, а настроение оставил. Стоило ему исчезнуть, как на меня накатили сомнения. А вдруг и правда не получится. Вдруг я сую голову в петлю. В пасть к крокодилу, льву, и вообще белой акуле? Спущусь сейчас такой, а мне ствол к затылку и бац… или в плен и пытать.
Нет, пытать не будут, не дамся, скорее просто убьют. Гвоздь ведь прав, мы не знаем, как там и что. Тем более в наших рядах предатель. А вдруг у него связь с пиратами и он их предупредил? Подумаешь, дезу мы выдали, и будем делать всё по-другому. Ну, сделаем, и что? А если предатель моё описание передаст?
Мысли роились в голове, как рой мошкары на берегу реки в начале лета. Сплошной хаос потоком захватил моё сознание.
— Все на месте, Тур, готовы начинать, — прорвался в уши голос Анджея, и меня, как холодным душем окатило.
Так, стоп. Связи у предателя с пиратами нет. Рифкат всё проверил, я просил. Он, даже стены и полы долбил там, где можно было сделать резервные пункты связи. Ничего не нашёл. Затем расставил где только можно глушилки, а сам дежурит в командном пункте с Алисой и контролирует буквально всё на базе.
Что же насчёт остального. Ну, убьют, а так с голоду помру, или в атаке погибну. Зато, если всё выгорит, то мы продержимся ещё несколько недель, а то и месяц.
— Тур? — повторился в ушах голос Анджея.
Всё, я подавил сомнения, всё решено. Заднюю давать уже поздно и абсолютно бессмысленно.
— Начинаем, — хрипло сказал я и, закинув автомат за спину, ухватился за гермолюк.
Сначала пальцы соскользнули, грёбаный саркофаг, а не скафандр, но я приноровился. Ухватился вновь. Приподнял крышку люка, активировал оставленную Гвоздём взрывчатку, и закинул её в шахту. Крышка упал на место, а я схватился за стальной поручень рядом и стал считать про себя.
Раз.
Изменения в план внедрения вошли простые. Поскольку в этом скафандре я не смогу пробраться незаметно и не смогу провести быстрый бой, то надо всё сделать шумно.
Два.
Восемь люков, через один спускаюсь я, но перед этим в каждый летит мощная взрывчатка. Тем самым «убиваем» сразу кучу зайцев. Первое — разминирование взрывом. Если есть закладки противника, их снимет сразу.
Три.
Второе — запорные люки на базе вынесет, не надо будет их вскрывать. Третье — охрану тоже заденет, мне будет легче прорваться.
Четыре.
Ну и четвёртое — внимание бритов окажется сфокусировано на множественных прорывах периметра. Куда надо бежать они не поймут и сунутся везде. Значит, им придётся разделиться, а мне от этого только легче.
Пять.
Даже на поверхности я ощутил, как метеорит содрогнулся. Крышку гермолюка оторвало, и она улетела в открытый космос. Следом за ней устремился столб пыли.
Фух, ничего себе рвануло. Сколько же бриты тут взрывчатки оставили? Теперь уже и не скажешь. Надеюсь шахту не завалило, а люк внизу тоже выбило. Он то, в отличии от моего закрытый был.
Заглянул в шахту спуска, но что-то увидеть сквозь пыль не получилось, только неизвестность, словно чёрная дыра, смотрела на меня. Смотрела и манила, обещая поглотить целиком.
Сердце застучало громко и часто. Отдалось в уши. По спине пробежал мороз. Сомнения вернулись в голову, и я завис.
Мне, что, лезть туда? Да ну на фиг эти сомнения. Конечно лезть.
— Тур, мы ушли, — сообщил голос Анджея по связи. — Все целы, ждём сигнала. Удачи.
— Я вернусь, — ответил ему, как можно более бодрым голосом. Затем вздохнул. Взялся за край шахты и перевернулся ногами вперёд. Покачался чуть на руках, затем сунулся вниз, пытаясь нащупать ногой хоть какой-нибудь поручень. У нас в шахте такие были, а тут, видимо, всё взрывом смело. А вдруг торчит какой-нибудь штырём? Напорюсь ещё….
Долго размышлять не стал. Промедление смерти подобно. Ещё раз вдохнул. Укутал себя техникой защитной сферы и толкнулся руками вниз. Видимость тут же исчезла.
Блин! Вот же дыра! А на скафе и фонарика нет!
Только додумал, как появился слабый красный отсвет, а щит и ноги коснулись пола.
Нижний гермолюк тоже выбило. Более того, его вынесло в коридор и вогнало в стену на приличную глубину. Выглядело так, словно черепаху закатали в свежеположенный асфальт. Похожесть на черепаху придавали и руки с ногами, которые торчали из-под люка.
Долго смотреть не стал. Скинул из-за спины автомат и выглянул в коридор. Пусто, только пыль кружится в красном свете тревоги.
Так, охраны нет, мутировали в черепаху, а мне налево! Ноги толкнулись от пола вверх и вперёд. Щит не дал удариться о потолок, а стены с пылью в коридоре превратились в какой-то фантастический туннель с завихрениями частиц.
Я, как корабль в гипер прыжке, пролетел по этому тоннелю. Зацепился за угол поворота. Повернул и, врезавшись в гермодвери отсека, приземлился на пол.
Только я выпрямился, и ухватился за стену, как огни на пульте управления мигнули зеленым, и дверь стала открываться.
Времени на раздумье не было. Вжался в стену, там, где пыль сильней клубилась, и приготовился ставить локальный щит, но пронесло. Боя не случилось.
Дверь открылась, и мимо меня пронеслось человек двадцать. Они выпрыгивали из предбанника отсека и плыли туда, где произошёл взрыв. Десяток секунд и в коридоре снова пусто, а гермодверь стала закрываться.
Недолго думая, я сбросил автомат на пол. Толкнулся ногами и поплыл за толпой пиратов. Если сейчас появлюсь в отсеке, точно вызову кучу вопросов и подозрений. Как так, народ побежал своих выручать, а ты тут нарисовался, да ещё такой красивый, весь в пыли. Так что нет, прятаться лучше в толпе. Ещё бы гарнитуру скинуть, да она под шлемом, а его сейчас не снять.
Последнего пирата я нагнал почти у места взрыва. Мужик будто почувствовал что-то. Обернулся, увидел меня и махнул рукой на люк-черепаху, а сам полез в шахту.
Я притормозил, хватаясь за стены, и подгреб к люку. Здесь уже столпилось больше десятка пиратов. Они дружно ухватились за стальные поручни и, упираясь ногами в стены, пытались тянуть стальную крышку на себя. Прям как репку в сказке.
Присоединился к ним и тоже стал тянуть, изо всех сил пихаясь в разные стороны. Цель у меня была простая, не люк достать, а попасться на глаза всем, кто рядом. Примелькаться, что я свой, помогаю, общее дело делаю.
Мы копошились и пихались в полной тишине. Кто-то размахивал руками, явно что-то крича, но никто ничего не слышал. Связи в скафах не было, как и воздуха в коридоре. Через какое-то время вернулись пираты из шахты, присоединились к нам, но нас стало так много, что новые люди только мешались.
Ещё через какое-то время кто-то приволок переносную лебёдку и лазерный резак. Сразу же дело пошло веселей. Луч лазера сверкнул пару раз. Прорезал камень, и люк дёрнулся к нам. Коридор тут же наполнился красными шариками — кровью погибших часовых.
Пираты зашевелились. Активней замахали руками. Подключили лебёдку, и люк вырвался из плена камня, а меня чуть не стошнило. Вид погибших охранников напоминал кашу.
Я отвернулся, согнулся, стараясь сдержать рвотные позывы, и смотрел по сторонам. Пыль почти улеглась. Некоторые пираты, в основном в таких же, как и у меня скафах, тоже сгибались в три погибели. Визоры у них заляпало изнутри.
Юнги, сразу понял я. Не видели ещё таких картин. Повезло мне, что и я также среагировал, ведь остальные корсары были в других скафах. Более технологичных, тонких и удобных. Хоть и старых, но явно боевых, и я не дал бы сто процентной гарантии, что смогу одолеть их всех.
Блин, надо было тесак себе оставить….
Долго сгибаться нам не позволили. Я не заметил, когда пираты извлекли тела часовых. Почувствовал, как меня похлопали по плечам и шлему. Увидел, как также хлопаю остальных юнг, а затем нас погнали назад ко входу в отсек.
Толпой мы проплыли обратно. Набились в предбанник. Дождались, когда он станет гермитичным, и в него закачают воздух, и только потом перешли в огромный жилой отсек.
Здесь нас уже ждали. Сотни полторы пиратов без скафандров, в обычной одежде, но с оружием в руках толпились в центре отсека и смотрели в нашу сторону. Кто-то что-то кричал, кто-то кинулся к нам, к мешкам, в которых принесли погибших часовых. На лицах многих появилось скорбное выражение.
Всё происходило так быстро, что я не успевал рассмотреть детали. Да я и не выглядывал их. Подмечал только необходимый минимум.
Хорошо, что под скаф я надел обычный комбез со склада. Сойду за своего, когда скину этот саркофаг. Плохо, что у меня на голове гарнитура. Она штатная, от общинников, и точно выдаст меня с головой. Хах, каламбур, однако.
В суматохе я пристроился в конец группы пиратов, с которыми пришёл. Аккуратно отстегнул перчатку скафандра и, отщелкнув одно из креплений шлема, просунул под него ладонь.
Всё вокруг наполнилось шумом и криками, а я двумя пальцами ухватился за гарнитуру на ушах, и потянул её с себя. Оцарапал лицо, но вытащил её и незаметно откинул в сторону.
— А ты молодец, — заставив вздрогнуть, обернулся ко мне один из пиратов в боевом скафе. — Обзорный щиток не заблевал, как эти сосунки, — он махнул рукой в сторону других юнг.
— Стараюсь, — как и он, говорил я на английском языке. Как же хорошо, что на курсы в своё время записался.
— Чего? — не расслышал он, — да сними ты шлем, тут воздух есть.
Но я его не слышал. Пальцы дрожали и соскальзывали с оставшихся креплений шлема, а глаза смотрели на приближавшегося к нам «невидимку».
Средний доспех в полтора раза выше и мощнее моего, шёл сквозь расступающуюся толпу, как ледокол сквозь льды арктики. Всё в нём, и броне листы, и щитки, да абсолютно весь дизайн, буквально кричало о мощи и агрессии.
В этот момент я резко пожалел, что отказался от своего доспеха и полез сюда в этом недоразумении, ошибочно названным скафандром. Как⁈ Скажите, как мне справляться с этим без моего доспеха⁈
— А ну тихо! — гаркнул через усилитель «невидимка», и пираты замолчали. Наступила тишина. — Те кто покидал отсек, а затем вернулся, построиться в линию, — продолжил брит.
— Задолбали эти бриташки, — прошипел пират передо мной, — пойдём, малой не дрейфь, он только с виду страшный.
Все с кем я был в коридоре выстроились в шеренгу. Я постарался встать в серёдку строя, но меня вытеснили к остальным юнгам.
— Сейчас будем проверять, не прорвался ли к нам лазутчик.
«Невидимка» прошёл через всю толпу и остановился напротив меня.
— Снять шлемы скафандров!

----------

Глава 8

Глава 8
Слова «невидимки» пронзили током. Меня тряхнуло, взбодрило. Сердце застучало часто-часто, отдалось в висках, накачало руки и ноги силой, а из груди, захватывая тело и прочищая разум, волнами разошлась какая-то исступлённая решимость.
— Меня раскрыли? Так быстро? Как так? — мелькнули и тут же исчезли в голове несущественные вопросы. Они были не важны. Совсем. Вместо ответов на них правая рука стала медленно подниматься к шлему, будто кто-то поставил покадровый показ видео. Ноги слегка подогнулись, приготовились к выходу в боевую стойку, а глаза, подмечая малейшие детали, забегали по бриту в среднем доспехе.
Огромный, в два раза выше меня в моём «гардамарине», «невидимка» стоял буквально в паре метров. Никогда раньше я ещё не видел его так близко живым и в готовом к бою состоянии. Хотя, вру, вот же, несколько часов назад дрался с таким в открытом космосе. Но тогда просто некогда было приглядываться, а тут, как на выставочном стенде стоит и красуется.
Цельный шлем обтекаемо вытягивается вперёд и походит на морду хищной твари. Щёлки визора на оба глаза горят красным. Шею и плечи прикрывают огромные наплечники. Опускаются почти до самых локтей, прикрывая более слабую броню над переплетением сервоприводов. Тех самых, которые дарят доспеху небывалую силу.
А нагрудные бронеплиты! Огромные, обещая надёжную защиту от прямого попадания среднего калибра, они выдаются вперёд. Закругляясь по краям, плавно переходят в мешанину нанокомпозитных наслоений, прикрывающих живот и бока. Эти наслоения дают доспеху подвижность. Позволяют крутиться и нагибаться, и кажутся менее прочными. Кажутся слабым местом.
Так оно и есть на самом деле. Каждая из маленьких, чуть шире ладони пластин, легко пробивается выстрелом из современной винтовки. Именно поэтому их ставят внахлёст, как на древнейших пластинчатых доспехах. От такого подхода слабое место становится чуть ли не крепче нагрудной брони. Правда, и менять пластины приходится чаще. Расходник, одним словом….
На ногах у доспеха брита снова начинаются огромные бронеплиты. Они выпирают в стороны, словно перекаченные бёдра стероидного атлета, и, сужаясь книзу, заканчиваются мощными наголенниками плавно переходящими в стопы с толстенной подошвой.
Вот каким я увидел «невидимку». Сказать, что он впечатлял — ничего не сказать. Всё вместе, каждая деталь, каждый элемент доспеха в совокупности, создавали образ мощного и неудержимого существа, от которого разило опасностью. Одним ударом это существо могло пробить стену из бетонных блоков. Разорвать пополам антиграв. Оторвать руку или ногу у морпеха в лёгком доспехе….
Супер хищник, от вида которого невольно застываешь на месте, и думаешь о неотвратимой смерти….
Короче, «невидимка» внушал уважение и заставлял подойти к вопросам его уничтожения крайне осмысленно и осторожно. В общем, всё, как всегда, как перед каждым боем с таким противником. А их, боёв с «невидимками», у меня уже было три.
За размышлениями я внимательно разглядывал каждую деталь на доспехе брита. От моего взгляда не укрылось, что, как и у наших доспехов, винтовка у него крепилась на спине, а вспомогательная часть вооружения пряталась в бронепластинах на бёдрах. Именно там я заметил рукоять пехотного тесака. Она торчала прямо из брони и размерами походила на рукоять двуручного меча.
По сути, это и был двуручник. Мы изучали оружие возможного противника, и я знал, что лезвие таких тесаков у средних доспехов бритов складное. Нажатием кнопки на рукояти оно увеличивалось втрое и превращалось в двухметровый дрын.
Только вот толку от этого знания не было. Ну и что, что им можно ствол танка срубить? Мне такой не поднять без доспеха, а, если и поднять, то замахнуться и ударить точно сил не хватит. Если не использовать индекс, конечно же. Но к такому способу боя я не приучен. Отдельные приёмы и защита — это да, но не фехтовать мечом при помощи телекинеза. Мой конёк — взрывной удар, а постоянно воздействовать на объект — у меня просто не хватит концентрации.
Эх, мне бы засапожный нож или наш штатный тесак. Прорваться в ближний. Прикрыться локальным щитом. Поднырнуть под удар и дотянуться до сервоприводов под правым наплечником. Тогда, усилив лезвие огненной техникой, я смогу прорезать щель сочленения доспеха и повредить движители. Тут, даже, не обязательно, чтобы лезвие было острым…. Стоп, а, что, если не раскладывать двуручник?
Стоило в голове мелькнуть интересной мысли, как «невидимка» сместился в сторону. Я чуть не сорвался в атаку. Уже почти коснулся рукояти бритского тесака телекинезом, как нога запнулась, словно о бордюр, и я, резко дёрнувшись всем телом, чуть не полетел вперёд.
Чёртов пиратский скафандр! Дубовый макинтош! Да как в таком воевать? Меня будто в кандалы заковали. Брит меня, даже за блоху не посчитает, та, хотя бы, прыгать может….
Так, стоп. Я сам надел скафандр, так что нечего злиться. Лучше приберечь гнев для боя, он сил придаёт. А сейчас спокойствие, только спокойствие. Раз уж я не могу биться с «невидимкой» в таких условиях, значит, надо поменять условия. Так, мне нужен новый план. Причём быстро. Хотя-а, куда быстрее? Вон до чего додумался буквально за несколько мгновений.
Меня аж гордость взяла. Брит только закончил говорить, а я уже продумал вариант действий, пусть и не удачный, но — это мелочи. Москва не сразу строилась.
У меня словно сил прибавилось. Тело стало невесомым, и по нему прошлась волна эйфории. В голове и так было ясно и чисто, а тут ещё и мысли понеслись быстрее скорости света. Главное, ни одной лишней, все конструктивные. Брит только шёл в конец нашей шеренги, а я уже рассматривал толпу пиратов перед собой.
В этот раз я не забывал об ограничении в виде пиратского скафандра. Учитывал его наличие и свои возможности. Планировал действия чётко, как хирург в операционной, и ни в чём не сомневался. Откуда-то свыше на меня сошла уверенность. Я просто знал, что смогу, что у меня получится. Получится ворваться в толпу пиратов и дать бой. Мой последний бой.
* * *
Нам всегда вбивали в голову, что морпех с развитым индексом в бою стоит не то, что десятка обычных людей, а сотни. И уменьшалось это соотношение пропорционально увеличению индекса у противника. Благодаря тренировкам Мангуста, со своими тридцать пятью пунктами я мог потянуть десяток двадцать пятых, или пяток тридцатых. Я знал это наверняка, а вот чего не знал, так это какие точно силы у пиратов. В этом вопросе у меня имелся только приблизительный ответ из лекций в академии:
— Обычно в пираты идут люди с индексом развития до двадцати пунктов. У капитанов обычно около двадцати пяти. Крайне редко встречаются главари с индексом около тридцати единиц, — ох, аж с интонациями преподавателя вспомнилось, но это ладно, главное, что ещё я знал, как можно увеличить потери врага.
Надо атаковать неожиданно. Использовать местность, моделировать бой так, чтобы на меня не нападало больше двух или трёх человек. Например, рвануть сквозь толпу, затем уйти вправо, втиснуться меж вон теми двумя контейнерами, которые стоят у стены, и дать бой. Там я не буду переживать о тылах, а уйти, если понадобится, смогу через верх. Запрыгну на крышу контейнера и атакую толпу оттуда.
Тогда я бы мог забрать с собой больше врагов. Но, именно, что забрать, а не выжить. Слишком много пиратов набилось в отсек.
Даже, если учитывать, что максимальный индекс у них двадцать пунктов, и я смогу провернуть и применить весь арсенал своих умений и хитростей (а я смогу!), у меня не выйдет победить всех. Их тут больше пары сотен. А ещё есть «невидимка». Равный по индексу, и превосходящий меня в техническом оснащении противник. Именно поэтому я совсем не думал о выживании. Все мысли сосредоточились на максимальном уроне.
Взгляд скользил по пиратам, подмечал каждую деталь. В голове сами собой обозначались направление и векторы атаки, но чего-то не хватало. Чего?..
В какой-то момент в толпе мелькнуло знакомое лицо. Присмотрелся, а там, среди врагов стоял Гвоздь. Стоял и пристально глядел на меня, а в его глазах читался немой укор: «говорил же — это верная смерть. Вот и всё, Тур, прощай».
Не понял! Это, что такое? Я мотнул головой, и лицо Гвоздя исчезло, сменилось похожей пиратской рожей. Вот, так лучше. Тесак, мне нужен тесак.
Если толкнуть силой «невидимку», то с тесаком я смогу не только ворваться в толпу, но и пробиться не к контейнерам, а на пятачок у выхода из отсека. Там я смогу работать более свободно и массовыми силовыми техниками. Значит, смогу забрать больше врагов.
Точно, это лучший вариант. Там и пространство для манёвра против брита, а пираты просто не потянут обойти меня. Я же всегда смогу отступить в «предбанник» у выхода и, чем чёрт не шутит, пробиться в другой отсек. Но для этого нужно снять скафандр сейчас и заполучить тесак, например, вон тот, у пирата в толпе.
Взгляд остановился на обычном мужике в обычном комбезе и лётной куртке. Он стоял в гуще толпы, метрах в десяти от меня, а из-за его спины выглядывала рукоять желанного оружия.
Отметил его красную бандану, как ориентир. Мысленно изменил направление атаки, прикинул свои действия и приготовился к бою. Рука достигла края шлема. Коснулась кнопки застёжки. Пальцы надавили на неё, чтобы сбросить шлем и скафандр, как со стороны раздался громкий голос брита:
— Снимай, давай, — «невидимка» наконец дошёл до края нашей шеренги и остановился перед последним пиратом. — Представься, к какому кораблю приписан?
— Джон Стоун, «Старый краб», — отвечал пират, а я придержал руку, надо было дождаться брита, чтобы начать атаку с него.
Вот он удивится, когда я скину не только шлем, а весь скафандр. А потом, потом у него не будет времени на удивление. Надеюсь, он на расслабоне опрашивает пиратов и не держит локальных щитов. Тогда я оттолкну его телекинезом довольно далеко, как бетонный блок на последней тренировке. Запулю в толпу метров на пять, а сам рвану за тесаком.
Хотя, пять метров это мало. Бетонный блок весил тонну, а сколько весит средний доспех «невидимки»? Полтонны? Без четверти? Кажется, что-то около того. Так что есть все шансы толкнуть дальше.
— Знает его кто? — «невидимка» обернулся к толпе пиратов, и та загудела пуще прежнего. Послышались недовольные возгласы и проклятия в сторону брита и его командования.
— Да, знаем — крикнул кто-то из толпы, — это Джон.
«Невидимка» кивнул Стоуну и шагнул к следующему человеку:
— Имя, к какому кораблю приписан?
— Парис Лагро, «Большой свин», капитан, — ответил пират и с вызовом продолжил: — Сколько можно, где уважение? Надоело уже такое обращение с нами, как с собаками!
— Да, хватит уже! — поддержали его из толпы. — Идите, воюйте, а не нас проверяйте. Закошмарили совсем.
— Молчать! — рявкнул невидимка, вновь оборачиваясь к пиратам, а его руку по локоть окутало красное сияние. Он дождался, когда все замолчат, и перешёл к следующему в шеренге: — имя, к какому кораблю приписан?
— Да это Карл….
— Карл я, — сказал бородатый пират с густой вязью татуировок на лице. — Боцман с чёрной посудины.
— Это мой человек, — подтверждая его слова, из толпы выступил высокий пират, его лицо хмурилось и выражало недовольство. — Двадцать лет со мной ходит.
Пираты недовольно бурчали и возмущались. «Невидимка» переходил от одного пирата в шеренге к другому, продвигался всё ближе ко мне, а я быстро соображал.
Не пойму, меня, не раскрыли что ли? Просто этот брит шибко умным оказался? Перестраховщик? Или же, всё это постановка? Спектакль, чтобы сбить меня с панталыку? Чтобы я расслабился, и меня взяли тёпленьким?
Так, стоп! Допустим, это не играется. Пусть меня не раскрыли, и брит действительно проверяет пиратов на наличие лазутчика. Что это меняет?
Да ничего не меняет. Пусть я и готовился, создавал легенду, да заучивал имена членов экипажа со звёздного саблезуба, но это всё не имеет значения. Ну, представлюсь я Георгом, юнгой с корабля, и, что дальше? Кто впишется, что знает меня? Да никто. Отсутствие знакомых у Георга, которое казалось плюсом при подготовке легенды, стало минусом. Хотя присутствие тоже было бы минусом, меня бы просто не опознали….
Блин! Чёрную дыру мне вместо мозга! О чём я вообще думал с этими легендами…. И как только шпионы и разведчики пользуются такими ходами не в фильмах, а в реальности? Почему нам не преподавали таких нюансов, а только штурм, тактику, взрывное дело….
Аа, хватит, чего теперь возмущаться? Не преподавали, значит, будем, как в кино. Там герой прямо говорит имя из легенды и стоит на своём, а злодеи суетятся, пыжатся его раскрыть контраргументами. Но мне это не важно. Важно подпустить «невидимку» поближе. Так что представлюсь Георгом, пусть отвлечётся, заговорит, а потом я сниму скафандр и вдарю. Главное, не выдать себя свечением татуировок. Надо расслабиться….
Стоило так подумать, как вспомнились слова Елизаветы:
— Если будешь использовать индекс без подготовки, это, когда татуировки светиться начинают, то твоя аура схлопнется. Тогда, о дальнейшем развитии индекса можешь забыть.
Хех, знала бы она в то время, что дальнейшего развития просто не будет. Всё, последний бой, никаких ограничений, никаких «если». Это будет эпично! Будет достойно песен и поэм. Нужно только выждать. Дождаться подходящего момента и нанести удар.
* * *
— Представься, к какому кораблю приписан? — вновь звучал голос «невидимки» уже совсем рядом со мной, а я стоял и готовился к бою, к своей лебединой песне. Успокаивал дыхание. Цепко наблюдал за врагами и гонял по телу волны внутренней силы, ощущая, как за спиной буквально распрямляются крылья. Те самые, лебединые.
— Жульен Вивьё, «Лучезарный».
— Знает его кто?
— У них там все погибли, он один остался, — крикнул кто-то из толпы, а я обратился в один сплошной слух — ситуация один в один, как у меня.
— Да свой он, — раздался ещё один крик, — в таверне пиво пили до тревоги.
Ну, вот, как я и говорил, кто-то его видел, и подтвердил его личность. А меня никто видеть не мог, никто не поручится за меня. Так что не прокатит.
— Кто капитаном был? — брит повернулся к Жульену.
— Лысый Билл, — отвечал тот, съёживаясь от страха перед нависшим над ним средним доспехом. — Толстый такой, ещё любил жаловаться на жизнь.
— Да, это Билл, он такой был, — крикнули из толпы, — у него всегда кто-то виноват кроме него.
— Теперь, видимо, виноваты русские моряки, — засмеялся ещё один пират, и его поддержали остальные.
— Так они ж взяли штурмом базу, значит они и виноваты в его смерти.
— Главное, что не он сам, хоть и выбрал по жизни грабить и убивать.
— Подумаешь, пират — такая же профессия, как и остальные.
— А я давно предлагаю создать профсоюз, мы бы могли….
— Молчать! — рявкнул «невидимка», переходя к следующему за Жульеном пирату. Брит, видимо, вообще не испытывал сомнений, что сильнее всей этой толпы. Хех, понимаю его, мне бы тоже родной доспех….
— Имя, к какому кораблю приписан?
Так, до меня осталось два человека. Вдохнуть, выдохнуть. Ещё раз. Приготовиться.
Я физически ощущал, что моя внутренняя сила готова вырваться наружу. Ещё никогда я не был настолько заряжен на бой. Но, вместо того, чтобы отдаться этому чувству и ворваться в ряды врагов, я сдерживал себя. Сдерживал, чтобы татуировки не разгорелись раньше времени.
— Имя, к какому кораблю приписан? — спросил «невидимка» пирата прямо передо мной. Именно с ним я разговаривал до начала досмотра.
— Джим Сильвер я, по прозвищу Черепаха, — снял шлем мой недавний собеседник и щербато улыбнулся. — Ну, сколько можно, командир? Третий раз за день меня тормошите. Только не говорите, что денег занять надо, а вы стесняетесь и ждёте, что я сам предложу.
Толпа пиратов за спиной «невидимки» залилась смехом, а я всмотрелся в лицо Сильвера. Сначала подумал, что он измазался сажей, но, приглядевшись, понял, что это очередная, странная татуировка. Похожая то ли на шахматную доску, то ли на рисунок черепашьего панциря. Из-за нее лицо пирата казалось сделанным из чёрно-белых пикселей. Да он, даже зубы покрасил в чёрно-белую шашечку.
— Шахматная доска ты, а не черепаха, — буркнул «невидимка», вторя моим мыслям.
— У доски не бывает такого пуза, как у меня, — не стал отмалчиваться Сильвер и, похлопав себя по скафандру, продолжил с ноткой ехидства в голосе: — а хожу я на «Зорком Кроте» боцманом. Вернее ходил. Нет больше Крота, но ты это знаешь, командир. Ещё вопросы?
Спрашивать, знают ли Черепаху остальные пираты, брит не стал. Его бы просто не расслышали за громкими насмешками из толпы. Вместо этого он раздражённо дёрнулся всем корпусом и резко шагнул ко мне
Сердце оглушительно ухнуло и замерло. Я вошёл в изменённое состояние сознания. Восприятие тут же обострилось ещё сильнее, а все мысли и сомнения исчезли из моей головы. Как ветром сдуло. Остался лишь чёткий план действий.
— Снять шлем, имя, к какому кораблю приписан? — раздражённо гаркнул Брит.
Вот он, момент истины. Всё получится. Тем более Сильвер вывел его из себя, он забыл об осторожности и встал прямо напротив меня, когда до этого стоял фронтально.
Моя рука снова коснулась скафандра. Пальцы отщёлкнули крепление шлема, и он оказался в моих руках.
— Георг, юнга на шхуне «Звёздный саблезуб», — произнёс я на английском, перекладывая шлем в левую руку и выставляя его перед собой на уровне груди, чтобы выглядеть менее опасным. Правая рука тем временем стала расстёгивать крепления скафандра.
— Да, что с тобой не так? — неожиданно рявкнул брит, когда я отжал последнюю кнопку, и скаф стал сползать с меня вниз. Слишком медленно сползать.
— Неужели он догадался⁈ — молнией пронеслось у меня в голове, и я приготовился отражать атаку из неудобного положения.
Но мои опасения оказались напрасными. Брит не напал, а заорал благим матом:
— Тебе-то на кой-чёрт понадобилось делать эти татухи, молодой? Всё лицо изуродовал этими линиями! Какой в них смысл?
— Как же вы достали с этими татухами, — буркнул я. Напряжение и готовность к бою, а также раздражение из-за медленно сползающего скафа потребовали выхода и я не стал им препятствовать. — Захотелось. Красиво. Моё тело, что хочу, то и делаю.
— А ну тон сбавь, — рявкнул Брит и резко обернулся к толпе, — знает его кто?
— С Саблезубом связи нет, а все, кто здесь оказались, погибли, — крикнули из толпы.
— Выживший, значит, — «невидимка» повернулся и шагнул ближе. — И как же мы тебя проверять будем? — спросил он, нависая надо мной.
Лучшего момента для атаки было сложно представить. Только скафандр подвёл. В этот момент он сполз с меня по пояс и остановился. Экстренное снятие из-за «деревянности» и устаревших технологий превратило его в вериги на моих ногах. Я не успевал вынуть даже одну, из-за чего лишился вообще любой мобильности.
Мысли метнулись в попытках придумать ответ, чтобы потянуть время, но тщетно. В голову ничего не пришло. Потому я приготовился вдарить телекинезом из текущего положения, но тут в разговор вмешался Джим Сильвер:
— А чего проверять? — возмутился пират. — Вон на нем наш лётный комбез, да и парень с нами был, помогал раненых доставать. Свой он, а если не веришь, то в команде Саблезуба Джап отирался, Ахихиро Доро. — Сильвер повернулся ко мне и, прищурившись, добавил: — фудзакэруна бака Георг.
— Сам такой, — вырвалось у меня, прежде, чем я сообразил, что происходит.
— Чего? — глаза Сильвера полезли на лоб, — я что-то не понял, молодой, мы тебе проверку устраиваем. Если ты с Ахихиро разговаривал, то знаешь, что он так здоровался.
— Не Ахихиро, а Акихиро, — ответил я, припоминая легенду и список команды «Звёздного саблезуба», а также соображая, что заминка мне только на пользу, как раз ноги вытащу из скафа. — Не Доро, а Горо, и «фудзакэруна бака» по-японски значит «отвали дурак». А здоровался он «оссу». Привет братан то бишь, — сообщил я, вытаскивая правую ногу из скафандра.
— Эм, дела, — задумчиво почесал щёку Сильвер, а «невидимка» неожиданно дёрнулся всем доспехом и заржал.
— Прекрасно, просто великолепно, — сквозь смех проговаривал брит. — Почему я не знаю японского? Надо выучить эту фразу. Ох и молодец этот ваш Хихиро Моро.
— Акихиро Горо, — поправил я брита, полностью покинув скафандр. В этот момент я мысленно благодарил Хасидзи Тэкео, знакомого студента, с которым подтягивал японский на Владивостоке.
— Да без разницы, — всё ещё смеясь махнул рукой «невидимка» и резко шагнул в сторону от меня. — Снять шлем, имя, к какому кораблю приписан.
Брит уже проверял других, а я стоял на месте, словно прирос к полу и пытался принять окружающую реальность. Враг отошёл за мгновение до моей атаки, и теперь я стоял, как вкопанный. Мне просто не верилось, что, сам того не желая, я прошёл проверку. Это выбило меня из колеи и сбило с рельс плана. Я просто не знал, что теперь делать.
— Слушай, Георг, — прошептал Сильвер, возвращая меня в реальность — а ты не ошибся в переводе?
— Нет, — встрепенувшись, я покачал головой, — всё точно.
— Это, что получается, он меня дураком при встрече обзывал?
— Выходит так, — кивнул я, приходя в себя окончательно и краем глаза всё же отслеживая движения «невидимки». Мало ли, вдруг он хитрит и сейчас кинется на меня. Но нет, он двигался дальше, опрашивая оставшихся в шеренге пиратов.
— Ты куда сейчас Георг? — снова заговорил со мной Сильвер, когда брит дошёл до последнего пирата в строю.
— Эм, — протянул я, не зная, что ответить.
А действительно, куда я дальше? Как-то не думал об этом. Я погибнуть в бою собирался вообще-то, но не сложилось. Нет, так-то основной план есть. Надо осмотреться, найти продуктовый склад местной таверны, наметить путь отхода, подготовить всё для диверсии. Вот он план, но вот конкретные действия какие?
— Понятно, тогда со мной пойдёшь в таверну, — не дождавшись ответа, и по-своему истолковав мою задумчивость, сказал Сильвер. — выпьем рому, успокоимся, а то у тебя вон, руки дрожат до сих пор.
Я глубоко вздохнул, унимая адреналиновый выброс при помощи внутренней силы. Потом ещё раз вздохнул и подумал, что идея не такая уж и плохая. Надо успокоиться и жить дальше. Тем более «невидимка» закончил проверку и направился на выход из отсека, да и пираты, оставив нас с Сильвером вдвоём, стали расходиться кто куда. Только ром я пить не буду, а вот от чая или кофе не отказался бы.
— Пойдём, — неожиданно хрипло ответил я.
— Нам туда, — махнул рукой Сильвер в сторону двух контейнеров, подмеченных мною раньше, и шагнув вперёд, обернулся. — Только скафандр забери. Кстати, а на кой-чёрт ты его снял?
— Ну, — протянул я, прикидывая, как ответить, но Сильвер не стал дожидаться моих слов.
— Ладно забей, я всё понимаю, — ощерился он в улыбке, выставляя напоказ чёрно-белые зубы. — Кстати, для русского ты отлично говоришь на английском. Бегло и без акцента. На японском также можешь? Или только пару фраз знаешь?

----------

Глава 9

Глава 9
Он закончил фразу, когда я только-только наклонился за скафандром, и протянул к нему руку. В этой нелепой позе я и замер. Молча. Только хрустнул обод воротника, когда на нём сжался мой кулак.
Отзвук этого хруста ещё отдавался в ушах, а я уже прокачивал ситуацию. Взгляд мигом охватил всё пространство отсека и подметил самые важные детали: спина «невидимки» исчезла за створками гермодвери в другое помещение базы, а пираты разошлись кто куда, и на глаза попадались только отставшие или замешкавшиеся — от силы человек двадцать.
Моя же готовность к бою никуда не делась. Пусть я и выдохнул после проверки, и, даже, немного растерялся, но расслабиться не успел. Адреналин вновь скакнул, затопив меня по самую макушку. На голову упало забрало холодной рассудительности и равнодушия к своей судьбе, а внутренняя сила забурлила в готовности давить и разрушать, дотянулась до горла Сильвера под его скафандром, и сжала его тисками телекинеза.
— Эй, Георг, или как там тебя, — прохрипел Сильвер, хватаясь за скаф в районе горла, но тут же отдёрнул руки и, растопырив их в стороны, показал открытые ладони, и отрывисто зачастил: — успокойся…. Не атакуй…. Я всего лишь хочу поговорить…. Хочу… заключить договор.
— Слушаю, — ответил я, разгибаясь и удерживая свой скафандр в одной руке. За неимением другого оружия, его можно было швырнуть в противника, вызвав замешательство. Поэтому я решил не бросать полезную вещь. — Ты говори, я слушаю.
Ноги сами сделали два шага, и я встал прямо перед пиратом. Я не нависал над ним, не бил его, а всего лишь не хотел вызвать подозрение у тех, кто бросит на нас мимолётный взгляд.
Разум подсказывал, что не стоит срываться в атаку. Проверку я прошёл, и помехой между мной и первоначальным заданием остался только Сильвер. Так что до его смерти оставались считанные мгновения. Сверну ему шею, затем подхвачу телекинезом и, притворившись, будто помогаю дойти, отволоку его тело в тёмный угол. Даже по камерам не поймут, что произошло, если будут всматриваться. Кстати, а здесь есть камеры? Помнится, Алиса к ним подключилась, но потом нам отрубили связь.
Окинул отсек ещё одним взглядом и обнаружил искомые устройства наблюдения. Они, как и всё на базе, тоже оказались из древних веков. Я насчитал около пятнадцати пластиковых коробов с окулярами, которые замерли, вывернув те самые окуляры к потолку. Убедился, что других нет, и никто не снимает мой разговор с Сильвером, и, вновь посмотрев на пирата, буркнул:
— Ну?
Кричать Сильвер уже не мог, да и говорить тоже. Его лицо побледнело, на лбу выступили капли пота, а рот и ноздри заходились в попытках вдохнуть больше воздуха. Только глаза, хоть и потускнели в ожидании смерти, но продолжали отражать ясность ума и жесткий характер.
— Пять секунд, — еле слышно, одними губами прошептал Сильвер, — не пожалеешь. Выгодно. Ослабь хрррватку….
— Хорошо, — прошептал я, чуть ослабляя давление телекинеза на его горло, — у тебя пять секунд.
Сильвер ощутил послабление. Жадно втянул воздух через рот и тихо-тихо затараторил, стараясь сказать, как можно больше:
— Ну, ты и силён, не ожидал, — он повёл головой в сторону, — у меня есть для тебя важное предложение, ты не пожалеешь….
На последних словах он снова захрипел и замахал руками, показывая, что не закончил, а я заметил, что около контейнеров, там, где прятался невидимый для меня вход в таверну, появились четверо пиратов и стали пялиться в нашу сторону.
— Пять секунд вышли, — прошептал я, снова ослабляя телекинез, чтобы потянуть время и дождаться, когда пираты уйдут обратно. — Ближе к делу, иначе я закончу разговор и пойду по своим делам.
— Договор, — схватив ртом воздух, продолжил Сильвер. — Я знаю здесь каждый закоулок. Ты гарантируешь мне жизнь, а я помогу тебе в твоих делах, какими бы они ни были, а после наши пути разойдутся навсегда….
На самом деле меня не особо волновало, что он хочет сказать. Я всего лишь хотел создать впечатление у пиратов, что мы мило беседуем. Но его слова меня заинтересовали.
— Знаешь каждый закоулок?
— Угу, — глаза Сильвера довольно заблестели, он, словно почуял мой, пусть и слабый, но интерес, — и каждую шавку на этой проклятой базе тоже знаю….
— А если моё дело — убить здесь всех? — спросил я, искоса наблюдая за пиратами у контейнера. Они стояли, дымили сигаретами и, о чём-то разговаривая, всё также поглядывали на нас.
Вот же любопытные черти, и не дотянуться до них. Они вне досягаемости моих аурных техник. Только огнём их атаковать. Но это крайний случай, когда решу забыть о скрытности.
Хотя, можно вырубить Сильвера и, скрытно придерживая его, дойти до пиратов. А там… а там минздрав предупреждал, что курение убивает. Пусть пеняют на себя….
— Да хоть разнести эту чёртову базу по камешку, — с усилием хмыкнул Сильвер, — всё, что угодно, лишь бы свалить отсюда….
В его голосе чувствовалась такая ненависть, такая желчь, что я невольно посмотрел на него.
— Не пойму, в чём твой интерес?
— Исправить ошибку, — сверкнул глазами Сильвер, — она мне покоя не даёт, свербит, как пуля в заду….
От его слов у меня перед глазами мелькнуло лицо Клима, а губы сами собой растянулись в улыбку. Я представил Разумовского младшего с татухами на всё лицо и, не сдержавшись, аж хрюкнул от смеха.
— Хватит меня душить каждый раз, — прохрипел Сильвер, — ничего смешного.
— Извини, — сдерживая рвущийся наружу смех, сказал я и вновь ослабил телекинез, — но ты явно перепутал меня с кем-то, например, с дедом морозом или феей. Исправить то, что ты пират уже не выйдет.
— А я не говорил, что мне надоело быть пиратом, — буркнул Сильвер, — меня бесит работать с Бритами. Напыщенные засранцы, мнят себя выше других, а сами ничего не могут.
— Ты хочешь всего лишь свалить с этой базы? — уточнил я удивлённо. — И что тебе мешает сделать это без моей помощи?
— Ты же и мешаешь, — недовольно буркнул Сильвер, — вернее вы, русские. Вы уничтожили почти все корабли и захватили часть базы. И вообще, может, хватит отсвечивать посреди отсека и лясы точить? Пойдём в таверну, поедим, выпьем рому и всё обсудим.
— Эй, Черепаха, — вдруг весело, с насмешкой в голосе закричал один из пиратов у контейнеров, — ты чего там застрял и в кабак не идёшь? Пытаешься раскрутить сопляка на оплату счёта?
Приятели пирата побросали бычки на пол, и все вместе они пошли в нашу сторону.
— Или ты нас боишься и не хочешь долги отдавать? — продолжали они кричать на ходу.
Я только просчитал, на какой дистанции начну атаковать и подобрался для боя, как Сильвер нахмурился и резко обернулся. Я не успел придушить его телекинезом, потому он смог рассмеяться и выкрикнуть:
— Боюсь? Тебя что ли, Стоун? Или твоих дружков? А не много ли вы на себя взяли? — Сильвер приглашающе махнул рукой, в которой, как по волшебству, оказался древний пистолет, и продолжил: — я должен не вам, а Билли Стару, и, как джентельмен, я готов отдать долг ему, но он погиб. А это всё меняет, и списывает все мои долги перед ним. Но, если вы не согласны, то подходите ближе, и мы все узнаем, какого цвета у вас мозги, прежде, чем мой юный друг крикнет «полундра».
Сильвер закончил говорить и картинно приосанился. Пираты же, не дойдя всего пары шагов до намеченной мной точки атаки, встали, как вкопанные. Один из них, кого Сильвер назвал Стоуном, открыл было рот, но ничего не сказал. Лишь зло скривился, плюнул на пол и, утягивая за собой остальных, повернул в сторону.
Я проводил их взглядом до выхода из отсека, и, как только створки гермодвери захлопнулись за их спинами, Сильвер повернулся ко мне. Пистолета в его руках уже не было, но я заметил, как он убрал его в нагрудный карман.
— Видишь, с какими дураками и трусами приходится иметь дело? А тут все такие, других бриты и не набирали. Настоящих пиратов они просто не смогли бы контролировать.
— Ты тоже здесь, — улыбнулся я одним лишь уголком губ.
— Мой капитан, космос ему пухом, повёлся на сладкие речи, — пожал плечами Сильвер, — я его предупреждал, но он не послушал.
— У нас в списках погибших не значится капитан Зоркого крота, — припомнил я данные, которые собрали Алиса с Бобром из местной базы данных. — Он погиб, когда в спице толпой атаковали?
— И да, и нет, — повертел запястьем Сильвер, — Он погиб во время атаки, это верно. Только его убили не вы, а я.
Его слова оказались неожиданными. Пока я соображал, что сказать, он продолжил:
— Говорю же, не терплю дураков над собой, потому давай заключим договор. Как джентльмен с джентльменом. И поверь, я тебя не сдам, — Сильвер криво ухмыльнулся. — Я мог бы это сделать уже несколько раз. У тебя на спине скафандра дырка от пули. Заклеена, вроде, хорошо, но вблизи видна. Так что, я раскусил тебя ещё до проверки бритов. Правда, потом меня смутила твоя молодость, но ты прошёл и мою проверку. Вижу, по глазам вижу, что ты убийца, как и я. Со стальной хваткой, безжалостный — одной рукой он коснулся своего скафандра в районе горла, а другую протянул мне для рукопожатия. — Вижу, что с тобой можно иметь дело.
— Отличная реклама верности, — хмыкнул я в ответ на его лесть, — логичная. Но, почему ты уверен, что я тебя пощажу? Сам же говоришь, что я безжалостный.
— Потому что ты русский морпех, — улыбнулся в ответ Сильвер, — Честь для вас не пустые слова. Вы всегда соблюдаете договор, а ты ещё и извинился пару минут назад.
В логике ему не откажешь. Всё звучало очень, очень стройно и правдиво, но я решил возразить:
— Это да, но….
— Знаю, что ты скажешь, — хмыкнул Сильвер, — отпустить меня не сможешь. Потому я и говорю, гарантируй мне жизнь, а после сдай своим властям, уж с ними я договорюсь.
Его слова прозвучали знакомо. Помнится, Лафит говорил практически тоже самое по смыслу. В это не хотелось верить. Совсем не хотелось.
Неожиданно засосало под ложечкой, а на плечи, заставив ссутулится, опустился груз печали и недоумения. Неужели наше командование тоже договаривается с пиратами? Выдает им каперские патенты, как бриты и прочие страны в галактике? Неужели они прощают тех, кто совсем недавно нападал на наших же граждан. Грабил и убивал их….
Нет, такого не может быть, но почему уже второй пират намекает на это? Даже не так, почти прямым текстом говорит….
Нет, всё же это неправда. Никто из моих знакомых не слышал о таком. Пощадить, и вместо казни отправить на рудники — возможно, но никак не давать патенты и не отпускать. Это же само по себе преступление. Точно…
А могу ли я использовать пирата? Лафит — это одно, он у нас в плену, а тут другое. Сильвер предлагает сделку, обещает помощь. При чём не требует отпустить его, а всего лишь сохранить жизнь и передать командованию….
….
….
Ааааа, не могу понять его выгоды. Сомнения так и гложут, разъедают изнутри. Не хочу даже думать об этом….
— Слушай, со мной у тебя больше шансов выполнить свою задачу, я помогу во всём, — недовольно буркнул Сильвер, словно я задерживал его, а затем, удивительным образом угадав моё настроение, продолжил: — давай сделаем дело, а предаться самоедству и угрызениям совести ты сможешь потом. Сейчас же, хватит раздумывать, время поджимает. Тем более у меня в горле пересохло, и желудок на хребет намотался. Пойдём, я плачу.
Его тон и слова, словно ушат холодной воды, привели меня в чувство. Вырвали из ямы размышлений. Он прав. Я не о том беспокоюсь. А раз так, то упростим задачу.
Я проник на базу пиратов и готов погибнуть в бою. Уже несколько раз собирался, но не случилось. Даже, если это ловушка, и Сильвер меня заманивает, то обо мне уже знают. Избавлюсь от него — это ничего не изменит. Если же он говорит серьёзно, и готов помочь, то, почему бы и нет?
Если меня раскрыли и ведут мутную игру, то так и так погибать. Если же нет, то шансы на добычу провизии и подготовку диверсий на базе пиратов возрастают. А уж там, если да кабы, когда всё получится, тогда и буду думать, что делать с ним дальше. Хотя, что тут думать. Сдам начальству и постараюсь проследить, чтобы и его и Лафита осудили. Можно, даже, выпросить вести их дела самому, начальство точно пойдёт мне на встречу….
— Ну? — нахмурившись, переступил с ноги на ногу Сильвер, — времени вагон, но наше стояние здесь скоро вызовет вопросы. А они нам не нужны.
— Хорошо, — резко выдохнул я, принимая решение, — пойдём в таверну.
— Вот так правильно, вот так по-нашему, — осклабился Сильвер и вновь протянул руку, — договор?
— Договор, — я хмуро ответил на рукопожатие, отметив, что его скафандр не такой жёсткий, как мой. — Только отдай пистолет и не отходи от меня дальше, чем на пять шагов.
— Накидываешь поводок?
— Уже накинул, — я сжал телекинез сильнее и ухмылка на лице пирата поблекла. Затем забрал оружие и кивком указал ему идти первым.
* * *
Вход в таверну оказался скрыт не только контейнерами. За узким проходом меж стальных громадин начинался извилистый коридор в толще астероида. Всего два поворота. Всего пять метров в конце которых ждали массивные гермодвери. Казалось бы, бывает и такая планировка, но я остановился перед ними в нерешительности и сжал шею Сильвера, когда он потянулся к пульту управления.
— Пх-полегче, — прохрипел пират, останавливаясь, и ощутив ослабление поводка, добавил: — ты не шути так, голова чуть не отвалилась. Я ж кони двину.
— Эту потерю мир переживёт, — буркнул я, прислушиваясь к поисковой технике. Гулять, так гулять, как только мы направились в кабак, я раскинул поисковые нити, чтобы контролировать тылы и знать, что происходит впереди.
Сейчас сзади никого не было, а за дверью ощущалось множество людей. Причём они, эти самые люди, практически не перемещались. Основная масса, определяемая поиском, не двигалась с места. Очень на засаду похоже.
Всё это я тихо высказал Сильверу в спину и дёрнул «поводок» на себя, заставив пирата попятится от пульта управления.
— Эй, я тебе не собака какая, — возмутился Сильвер, шагая ко мне спиной.
— Не собака, — согласился я, — ты морской волк.
— Космический, — вздохнул пират и, просунув руку под скафандр, стал растирать шею. Затем вздохнул ещё раз, глубоко, как взрослый пытающийся успокоиться, и, так и не повернувшись, заговорил со мной, словно с капризным ребёнком: — слушай, Георг, или как там тебя, осторожность осторожностью, но не стоит превращать её в паранойю. Мы заключили договор, так доверься мне. Я джентльмен, а джентльмен всегда держит слово.
— Угу, — протянул я, поиском обследуя помещение впереди более детально. Количество людей зашкаливало и не поддавалось счёту, как и объектов похожих на укрытия. Люди как раз вокруг них стояли.
— Это просто кабак. Популярный кабак именно на этом астероиде, — переминаясь с ноги на ногу и размахивая руками перед собой, стал объяснять Сильвер. — Второй кабак на другом камне расположен, потому здесь собираются все, кто застрял тут. Поэтому и народа много. Там нет ничего, кроме столов с табуретами и барной стойки.
— Угу, — буркнул я ему в затылок и, вытянув поисковую нить на максимальное расстояние, пошарил ей по сторонам, но так и не достиг стены отсека.
— Слушай, Георг, — Сильвер наконец повернулся ко мне и тут же отшатнулся: — кость мне в горло, у тебя лицо светится…!
От звуков своего возгласа он вздрогнул и сам себе закрыл рот ладонью. Поморгал глазами и только через пару секунд смог заговорить тише:
— Георг, что за чертовщина? Я думал, мне тогда показалось, что ты еле-еле светишься, но сейчас ты полыхаешь, как топливный склад после прямого попадания….
— Успокойся, — поморщился я, понимая, что переборщил с силой, и не удержал реакцию татуировок. — Это татухи реагируют на индекс.
— Да я уж понял, что не вены. Ты на пришельца из фильмов похож, — по взгляду Сильвера я видел, что он ошарашен, но быстро приходит в себя. — Ты можешь их контролировать? Мы ж так моментально спалимся. Ну, или, снова в скафандр лезь, — он кивнул на скаф, который я так и тащил в левой руке.
— Ну уж нет, — хмыкнул я, убирая силовые техники и оставляя только поводок телекинеза на шее пирата и поисковую нить в тылу. — Так лучше?
— Намного, — Сильвер отошёл от первоначального шока и стал говорить спокойно. — Если всматриваться, то заметно еле-еле различимое свечение, но ты сразу бей в бубен тем, кто будет глазеть и всё.
— Обязательно, — буркнул я и кивнул на гермодверь: — там через каждые пять метров стоят сплошные тумбы укрытий. Есть малые тумбы, для стрельбы сидя или лёжа. Сам отсек больше чем главный зал, пара сотен метров точно есть во все стороны, — я пристально посмотрел на пирата, стараясь пронзить его взглядом и вызвать страх. — Так ты говоришь, что это кабак? Обычный кабак, а не полигон для засады?
Мысль о том, что Сильвер ведёт меня в засаду, закрепилась в сознании, как основная. Я принимал решения, отталкиваясь от неё, и сейчас готовился почувствовать, как сзади за нами выдвигается отряд, чтобы захлопнуть ловушку. Но никого пока не было, и это единственное, что мешало мне избавиться от Сильвера прямо сейчас. Вдруг он всё же не врёт.
— Уф, ух, — восхищённо мотнул головой Сильвер, а его глаза заблестели восторгом. — Силён, Георг, ну ты и силён. Я даже не ожидал. Хах. Поздравляю, Сильвер, — он приложил руку к груди и слегка поклонился, — сердечно поздравляю.
— С чем поздравляешь? — спросил я, потуже затягивая поводок телекинеза, так, на всякий случай, потому что его поведение напрягало.
— Сам себя я поздравляю, — натужно улыбнулся пират, но руками к горлу не полез, просто развёл их в стороны, и постарался сделать радостное лицо. Но у него ничего не вышло. Рожа похожая на панцирь черепахи так и просила кирпича. — Я и не думал, что ты способен поиском на пару сотен метров дотянуться. Ты даже не представляешь, насколько я рад. Вытащить такого джокера на ровном месте. — Выдал он на одном дыхании и прервался, чтобы отдышаться, а затем, всё ещё улыбаясь, спросил: — если не секрет, Георг, в каком ты звании? Капитан? Старлей?
— Лейтенант, — буркнул я, прежде чем сообразил не выдавать информацию.
— Тоже неплохо, как и оставшийся в живых главбрит, — довольно кивнул Сильвер. — Мы с тобой таких дел тут натворим, закачаешься. Чувствую, что всё у нас получится, — он мечтательно закатил глаза, — начну новую жизнь подальше от этой базы, но ближе к бритам. Пойду в их сектора злодействовать. Пусть теперь они от меня страдают.
Всё же надежда сильное чувство. Непостижимое. Несмотря на всё, что происходило, несмотря на все сомнения, где-то глубоко внутри моего разума сверкал её огонёк. Сверкал слабо, но от слов Сильвера он разгорался сильнее, с каждым мгновением заставляя, всё больше и больше верить, что пират всё же не врёт, и я смогу выполнить задание.
Огонёк надежды и подозрения вступали в моей голове в поразительную реакцию. Эта реакция вызывала жуткий диссонанс, и от попыток разобраться в нём моя голова шла кругом. Поэтому я просто вздохнул и решил плыть по течению. Всё же фаталисты знают толк в своём деле. Мне сразу же полегчало. Плевать на будущее, я на задании. Делаю, что могу, и будет, что будет.
Я достал отобранный у Сильвера пистолет и кивнул пирату:
— Открывай дверь, посмотрим на твой кабак.
— Добро пожаловать в логово, — оскалился Сильвер и шагнул к пульту управления гермодверью.

----------

Глава 10

Глава 10
Кабак или таверна, как называл его Сильвер и, как он именовался на планах базы Лафита, был чем угодно, только не «просто» кабаком. Огромный зал тянулся во все стороны и не заканчивался. Противоположная от входа стена еле угадывалась. Она казалась тонкой линией между полом и высоченным потолком.
— Как так-то? — вырвалось у меня при виде сотен, а, может, и тысяч тумб-столов и таких же тумб-табуретов, занимавших всё пространство кабака. — На плане базы таверна обозначена, как небольшой отсек, а тут целый полигон.
За столами-тумбами сидели пираты. Небольшие группы, по два-четыре человека в пёстрых нарядах. Никакой стандартизации цветов или униформы, казалось, каждый здесь стремился выделиться в одежде хоть как-то. Кричащие, яркие банданы, рубашки всевозможных расцветок, какие-то обрывки и полосы ткани, обвязанные вокруг торсов, рук и ног. Всё это создавало неповторимый колорит какого-то восточного базара. В моём понимании, конечно же. На самом базаре я ни разу не был, но представлял его как-то так.
— На каком таком плане? — удивился Сильвер, но тут же всё понял: — а, вы поймали кого-то и обнаружили у него планы базы. Теперь понятно, как вы здесь оказались. Хотел бы я знать, кто этот бедняга, — хохотнул пират и, оборвав смех на полуслове, серьёзно сказал: — ни у кого нет точного плана базы, мы тут постоянно перестройку организовываем. Вот и здесь пару месяцев назад снесли перекрытия и расширили таверну.
— Понятно, — ответил я и попытался мысленно, если не сосчитать, то прикинуть, сколько пиратов собралось в помещении, но сбился. Помешали снующие между столами одиночки, которых оказалось ещё больше, чем сидящих людей. От их мельтешения и от всеобщей пестроты у меня зарябило в глазах. Да так сильно, что я в очередной раз пожалел об отсутствии своего «Гардемарина» и его тактической системы. Как бы всё просто было с доспехом. Особенно в подсчёте врагов.
А ещё, я не припомню, чтобы толпа в прошлом отсеке так ярко и разнообразно одевалась. Нет, там, конечно же, тоже все были одеты по-разному, и банданы имелись, и кожаные куртки, но не так, как тут. Тут прямо оригиналы в нарядах от мировых кутюрье. Словно попал на показ мод, где все платья — плод воспалённого сознания безумного мастера, который тщетно пыжится доказать свою гениальность.
— Ну, нравится? Вижу, что нравится, — довольным тоном произнёс Сильвер, изучая моё лицо, — а, раз нравится, то, чего стоим? Пойдём. Нам туда.
Он махнул рукой почему-то вправо, а не в центр кабака, и шустро вошёл в отсек. Поводок телекинеза натянулся, и я, успев спрятать пистолет в кармане комбеза, потащился вслед за пиратом, словно хозяин крупного, безбашенного пса.
Стоило войти в отсек, и я сразу понял, куда идёт Сильвер. Справа, по центру далёкой боковой стены, в глаза бросилась огромная барная стойка. Над ней полукругом тянулись десятки больших экранов, по которым шли трансляции каких-то клипов и фильмов. За ней же, навевая мысли о ярмарке и лесных походах, вдоль стены тянулись ряды разноцветных палаток и брезентовых шатров.
— Около стойки всегда много свободных мест, — бросил пират через плечо, и я, в два шага догнав его, пошёл рядом.
— Около двери казалось, что тут полно народа, — оглядывая окружающее пространство, протянул я. Занятых столов на самом деле оказалось не так уж и много, как и пиратов за ними. А мельтешили между столами служанки. В основном молодые девушки. Именно их наряды состояли из мало что скрывавших полос и отрезов ткани.
— Это потому, что там далеко от барной стойки, и там собирается всякий сброд, — презрительно сплюнув на пол, ответил Сильвер. — Они даже не пошли узнать, что рвануло. Отребье! Даже по нашим меркам, отщепенцы!
Лицо Сильвера скривилось в презрительной гримасе, и он на целую минуту разразился потоком грязной брани. Никогда не думал, что пират может так ненавидеть своих же собратьев.
— Нормальные корсары и офицеры садятся ближе, но сейчас на базе не так много экипажей, как обычно. Основные силы ушли в рейд незадолго до вашего появления.
Его слова подтверждали пустые столы на второй половине таверны, которая не просматривалась из дверей в отсек. Можно сказать, что это своеобразный оптический обман. Я увидел пару сотен матросов, и на фоне понимания гигантских размеров отсека, подумал, что здесь их тысячи.
Сейчас же я смог оценить весь отсек целиком и понял, что он пуст больше, чем наполовину. Он буквально олицетворял масштаб проблем, которые поджидали нас на этой базе.
— Джим, — обратился я к Сильверу, проверяя свою догадку, — ты сказал «обычно», это значит сколько человек?
— Человек? — на ходу рассмеялся Сильвер, — Это ты громко сказал. — Он отсмеялся и добавил: — больше полсотни тысяч пиратских отродий. Грязных, жестоких головорезов.
— Сколько? — у меня перехватило дыхание от этой цифры, а в горле моментально пересохло.
— Полсотни тысяч, — пожал плечами Сильвер, — не всех сразу, конечно, приходится посменно мотаться на корабли, но именно столько может прокормить база за полгода.
Вот же Лафит! Коварный мерзавец вёл нас в ловушку. Слова Черепахи буквально подтвердили мои мысли. А я-то думал, чему Лафит так радуется…. Да, будь все пираты на месте, нам бы банально не хватило пуль и патронов. Нас бы задавили числом, если б мы каким-то чудом смогли проникнуть на астероиды. Да мы б и не долетели, это же полторы, а то и две сотни кораблей в системе.
— Хе-хе, у тебя вид, как у моряка из похода, заставшего жену в кровати с соседом, — довольно оскалился Сильвер, похлопав себя по животу, — Кто же тот гений, что завёл вас в ловушку? Вам очень, очень крупно повезло, что местный народец ушёл в рейд, иначе бы у того умника вышла отличная хитрость, — Сильвер причмокнул и мечтательно закатил глаза к потолку, — да он бы озолотился на вашей продаже. Рабы из вас, конечно, дерьмо полное, но информация….
— Почему полгода? — игнорируя его спич, справившись с возмущением, уцепился я за интересную деталь.
— Потому что раз в полгода приходят транспорты снабжения, — ответил Сильвер, кинув на меня ехидный взгляд. — А ты думал, мы тут сами себя обеспечиваем? И, как говорите вы, военные, ротацию состава сами организовали?
— Что еще за ротация? — удивлённо спросил я, хотя уже и сам догадался.
— Это когда все, кто чалил на базе, отбывают в рейд, — усмехнулся Сильвер, — а им на смену приходят из рейдов.
— И как часто она происходит? — спросил я, и, поймав мутный взгляд пирата из-за столика, мимо которого мы проходили, выпалил: — чё пялишься?
Пират ничего не ответил. Пьяно мотнул головой и уставился в свой замызганный стакан.
— Да ты уже совсем обвыкся, молодец, — оскалился Сильвер, — так с этими огрызками космическими и надо, а ротация, она происходит раз в месяц.
— Раз в месяц, — повторил я за ним, прикидывая и подсчитывая. — Это что же выходит, вас тут триста тысяч?
— Это за полгода столько проходит, — кивнул Сильвер, обходя очередной столик с пьяной компанией матросов. Один из них наглотался до такого скотского состояния, что сполз на пол и пускал слюни. Остальные же смотрели на него с лицами, будто впервые видели. — Вот же свиньи, с кем только дело приходится иметь, — бросил в их сторону Сильвер и продолжил уже для меня: — ты упускаешь дальность рейсов. Бриты всех заставили планировать походы дальностью в четыре месяца.
— Четыре месяца? — слегка опешил я, — это же выходит восемь в плавании. И всего месяц отдыха?
— Ага, прям рабочий график восемь один, — расхохотался Сильвер, только смех его был не весёлым, а, скорее, ироничным, с примесью душевной горечи. Если у него есть душа, конечно же.
— Получается, вас здесь, — я на миг задумался, — четыреста пятьдесят тысяч….
Цифра не сильно отличалась от начального расчёта, всего в полтора раза, но от этого не становилось легче. Меня удивляло само наличие такого количества пиратов в такой близи от границ нашей Империи.
— Подвоз продовольствия, ротация, график походов, — протянул я задумчиво, — да у вас здесь не вольница, не Тортуга, а самая настоящая военная база.
— Так оно и есть, — я уловил грусть в голосе Сильвера, — даже добычу заставляют сбывать исключительно здесь. Угадай, кто её покупает, и по каким ценам?
— Ясно кто, — буркнул я, — по заниженным?
— В яблочко. Всё, дальше не пойдём, — Сильвер остановился не доходя десятка метров до бара и указал рукой на ближайший стол: — приземляйся.
— Мы здесь будем, как два солнца в системе, — сказал я, кивая на пустоту вокруг нас. — Нам стоит выбрать место, где нас не увидят. Либо в толпе затеряться, либо где-то в углу.
— Хорошая идея, если бы ты был один, Георг, — пожал плечами Сильвер, усаживаясь на тумбу-табурет. — Но ты со мной, а я привлеку больше внимания шарясь по углам, чем вот так. Садись.
Упал на табурет напротив Сильвера, бросил на пол скафандр и задумался. Четыреста пятьдесят тысяч пиратов…. Конечно же тут будет погрешность на плюс минус десяток тысяч, но в таких количествах это не существенно, зато кардинально меняло всё.
Теперь мне стал ясен не только замысел Лафита, и покладистость капитана Лесснара. Почему они так легко восприняли своё пленение и сотрудничали. Но и всеобщая картина происходящего на наших границах. Интересно, а куда наша разведка смотрит? Как получилось, что они проморгали эту базу? Деятельность пиратов заметна же…. Погодите, а….
— Ты во мне сейчас дырку прожжёшь, — буркнул Сильвер, взмахом руки подзывая официантку, — чего напрягся? Лучше выбери, что заказывать будешь. Рекомендую натуральную курицу, хоть и дорого, но гулять, так гулять. Хотя бы язву от неё не заработаешь.
За мыслями я не совсем понял, о чём он и хмуро посмотрел на его лицо. Он же оскалился и добавил:
— А если ты сыт, то выбери любую девку и нырни с ней в палатку, — он махнул рукой на стену за барной стойкой и, неожиданно, хохотнул. — По цене, как та же курица.
Сила отозвалась легко, будто только и ждала, когда я начну действовать. Телекинез не подвёл, да и хруста я не услышал. Он сам собой прозвучал у меня в голове, когда палец Сильвера неестественно задрался вверх.
— Ах ты ж, — заскулил Черепаха. Его лицо скривилось от боли, он схватился за руку и, засунув её под стол, тонко выдал: — я ж шучу, ты чего? Тем более девки тут все рабыни, от них не убудет, даже рады услу….
Голос пирата опустился до шёпота и исчез совсем. Глаза полезли из орбит, а лицо стало синеть. Я же молча смотрел на него. Смотрел, как он задыхается. В моей груди, казалось, поселился бесконечный холод вселенной. Холод, который требовал выхода через жестокость.
— Сильвер, кажется, ты забываешь, с кем разговариваешь, — еле слышно процедил я чуть ли не по слогам, когда зрачки пирата стали закатываться. Только в этот момент слегка отпустил телекинез на его горле и позволил вздохнуть. — Надеюсь, сейчас ты вспомнил? Не надо больше проверять пределы допустимого.
— Вспомнил, вспомнил, — просипел Черепаха, навалившись грудью на стол-тумбу. — И чего ты завёлся, изверг? — отдышавшись, спросил он. — Это же рабыни.
— Всё просто, для меня они люди, а ты нет, — пожал я плечами и, дав выход съедавшему меня холоду, пристально посмотрел на пирата: — а теперь отвечай, быстро и чётко. В прошлом году был налёт на Тау Метам. Ваших рук дело?
— Наших? — выпучил глаза Сильвер, — да на кой-мундштук он нам сдался? Это всё Бриты, пришли также, как в этот раз, и забрали с собой всех, кто отдыхал.
— Значит, ваших, — я сжал челюсть так, что заскрипели зубы.
— Эй, не кипятись, ты чего, — вздрогнул Сильвер и яростно зашептал, — ты думаешь, нам нужна была эта планета? Мы сами решили её захватить? Ага, как же. Держи карман шире, — морщась от боли, махнул рукой Сильвер. — Нам бы налететь по-быстрому, взять добычу, и ноги унести, а не планеты захватывать. Да мы, даже не знали, куда нас собирают. Ребят в неизвестность отправляют всегда. Никому это не нравится. Только, поди откажись, когда приходит бритский флот, и припудренный парик, как сервелат, нарезает задачи. Думаешь, в этот раз кто-то хотел идти в неизвестность? Да тут чуть бунта не было, но их два соединения пришло. Линкоры, фрегаты, авианосцы. Они бы разнесли тут всё, не подчинись мы….
Шёпот пирата усиливался, учащался. Слова становились неразборчивыми, если не вслушиваться, а я, как раз и не вслушивался. Мысли мои были далеки от желаний пиратов и жалоб Сильвера. Внезапно на меня снизошло озарение. Как будто много-много кусочков паззла начали, наконец, вставать на свои места, складываясь в картину происходящего. Мрачную картину, если честно.
Нападение на Тау Метам наша разведка прошляпила. Ситуацию спас «Оракул», ИИ для анализа и предупреждения, о котором я узнал в столице. Именно от него к нам на учениях пришёл сигнал об атаке.
Из разговоров с учёными я понял, как работает «Оракул». Что он сделал правильные выводы исходя из слухов и обрывков информации. Именно поэтому предупреждение вышло запоздалым, и не было сведений, откуда идёт атака.
Нападение мы отбили. Отправили на Тау Метам почти всех безопасников Владивостока для ведения расследования, но результата это не принесло. Никто из пиратов не раскололся, или, что более очевидно, они просто не знали координаты базы. А те, кто был в курсе, например капитаны и первые помощники, либо не сдавались в плен, либо их уничтожили бриты.
Почему я так думаю? Да это же очевидно. Вот он я, здесь, но не наблюдаю в системе наш флот.
— Георг, — привлёк моё внимание Сильвер, а почему ты за Тау Метам спрашиваешь? Ты там был? Или потерял кого из друзей?
— Угу, друг там погиб, — буркнул я, отгоняя от себя мысли о Сарае. Только его в моей голове сейчас не хватало.
Так, вот, готов поспорить, о самой базе на Владивостоке знают, просто не афишируют информацию младшему составу. Наверное, ведут поиски. Тщетные поиски….
Дальше кусочки мозаики закончились, и в картине происходящего осталась огромная дыра. Понятно, что игра идёт давно. Наверное, планировали не один год, а уж реализовывали десятки лет. Масштабность происходящего просто зашкаливает, и, именно поэтому, я не могу понять, куда будет нанесён удар. Ждут ли его наши силы?
Мысли метались в голове со скоростью света. Я, словно рудокоп в шахте, забурился в глубины памяти. Перед глазами, как наяву, мелькали звёздные карты с важнейшими объектами. Военными, гражданскими, промышленными. Со всеми, которые могли стать достойной целью для пиратской армады в несколько сотен тысяч бойцов.
Снова нападут на Тау Метам? Исключено. По сообщениям штаба там до сих пор дежурят несколько наших соединений. Атаку отобьют.
ГРДСП? Система заправка? Маловероятно. Там активный транзит и патрули. Система укреплена и находится в пределах наших границ. Значит, сработает оповещение, и внезапной атаки не выйдет. Тоже самое касается и всех остальных систем по нашу сторону границы.
Что тогда? Станция Джека? Снова Община искателей? Тоже маловероятно. Иначе мы бы встретили эту армаду, пока летели сюда.
Я вспоминал систему за системой. Искал причины для атаки. Разбирал, почему нападения не будет. Отметал одни варианты, рассматривал другие и не находил подходящей цели для бритов.
Нет, подходящих оказалось достаточно, но не для таких сил. Слишком большие потери, а выгоды мало. Нужно найти такую цель, чтобы превосходство пиратов было значительным. Чтобы они могли с ходу и быстро захватить, закрепиться…
А, если….
Нет, не то….
Хм, вот….
Нет.
А….
Нет, точно нет.
В какой-то момент я понял, что Сильвер всё ещё бормочет себе под нос, плачется на свою судьбу, а у меня кончились варианты для пиратской атаки. Мне совершенно не ясно, куда их увели бриты.
В груди стала закипать и подниматься злоба на себя, и пиратов. От гнева задрожали руки. Неопределённость бесила, дико, сильно бесила. Я стал ощущать отчаяние от собственного бессилия, как, вдруг, мелькнула мысль, что Сильвер обманывает меня. Пытается придать себе значимости рассказами о рейде.
Не думаю, что это так. По-моему, он говорит правду. Я бы тоже не стал сообщать пиратам, куда идём. А вот сам факт похода, к счастью, легко проверить. Надо просто задать вопросы другим обитателям базы. А потом, когда рейд подтвердится, надо пошарить в местных компах и спросить бритов насчёт цели рейда. Раз Сильвер говорит, что все карты базы фиктивные, значит, здесь тоже должен быть командный пункт.
Эта идея оказалась спасательным кругом. Зацепился за неё и вынырнул из потока догадок. Мир тут же обрёл чёткость и ясность, а мои планы в очередной раз изменились. Теперь, кроме захвата провизии, у меня появилось ещё несколько важных дел, и, чтобы выполнить все задачи, мне нужно было только одно. Я собирался разнести тут всё, устроить последний бой? Теперь я должен был выжить. Выжить, чтобы всё узнать и как-то передать информацию флоту.
— Ну, наконец-то ты очнулся, — произнёс Сильвер, поймав мой взгляд. — С заказом определился? Официантка уже пришла.
— Что будете заказывать? — тут же прозвенел справа звонкий, женский голосок.
Повернул голову. Куцые полоски ткани на девушке ровным счётом ничего не скрывали, только подчёркивали. Глаза сами собой прикипели к красивой, упругой груди.
Она дрогнула. Полосы колыхнулись. Мелькнули и спрятались алые вершины.
Воображение взорвалось. В голове зашумело, а во рту пересохло. Я ощутил, что заливаюсь краской.
— Сегодня у нас… ой! — она дёрнулась, и полоски сильнее разлетелись в стороны. — У вас лицо светится!

----------

Глава 11

Глава 11
— Чего орёшь, дура! — подскочил на тумбе-табурете Сильвер. Голос его сорвался и ничем не уступил тонкому визгу девушки. — А ну заткнись, пока не всёк.
Служанка дёрнулась от его слов, как от удара. Замолчала, надув щёки, и выпучила глаза. Её симпатичное личико превратилось в морду рыбы, которую достали из речки и начали с ней диалог. Какое такое желание? Ни о чём не знаю.
— Татуировки это, как их там… — голос Сильвера пришёл в норму, и пират продолжил на ходу подбирать нужные слова: — Люминесцентные, вот, — произнёс он по слогам. — Светятся, когда свет на них попадает под нужным углом.
Сильвер поднял палец кверху, указывая на лампы на подволоке, и, поморщившись, тут же схватился за него.
— Поняла, дура? — прошипел пират, баюкая палец, оказавшийся тем самым, который я выломал. Девушка молча похлопала ресницами, будто собиралась взлететь и кивнула.
— Вот и не ори тогда, — бросил Сильвер и тут же добавил: — нам три порции курицы с картошкой, два салата из овощей, бутылку рома и чего-нибудь на закусь. Да смотри, чтобы всё натуральное было, а не сублимат. Мы сегодня гуляем.
Официантка ещё раз кивнула. Достала откуда-то блокнот с ручкой и быстро-быстро всё записала. Затем помялась немного. Мазнула по мне взглядом. Вздохнула. Сделала нерешительный шаг в сторону и, резко подавшись вперёд, наклонилась к уху Сильвера.
— Угу, ага, — бросая на меня хитрый взгляд, промычал пират в ответ на еле слышный шёпот, — ага, не думаю, спрошу, угу.
Обзор на девичьи телеса в это время открылся просто панорамный, но я уже справился с первым ударом гормонов по организму и смотрел мимо девушки. Не фокусироваться на её формах оказалось трудной, но выполнимой задачей, да и злость помогла. Меня просто всё бесило. И эти татушки, которые пришлось успокаивать, вернее внутреннюю силу. И реакция организма на откровенный наряд. А, самое главное, меня бесил Сильвер, который о чём-то шушукался с официанткой. Мне откровенно не нравились его ехидное выражение лица и взгляды, которые он бросал на меня. Я по-тихому призвал силу и взял в захват телекинезом его многострадальный палец.
— Ну всё, всё, — заторопился Сильвер, когда почуял, что палец снова загибается вверх. — Иди уже, да жрать неси, мы голодные.
— Будет исполнено, господин, — как-то весело ответила девушка, отстранилась от пирата и, бросив на меня томный, игривый взгляд, бодро затопала в сторону барной стойки.
Сильвер было уставился ей пониже спины и собрался проводить взглядом, даже причмокнул, громко и сочно, но я не дал ему насладиться зрелищем.
— Что это было? — обуздав злость, тихо спросил я, привлекая внимание пирата. В голове снова роились мысли присущие любому параноику, а внутренний голос выносил приговор Сильверу за предательство. От немедленных действий меня сдерживало только недавно принятое решение выжить. — О чём вы там шептались?
— Это я тебя должен спросить, — повернувшись ко мне, пират накрыл второй рукой выкручиваемый палец. — Тебе повезло, что она тупа, как пробка, и мне удалось отболтаться. Был бы на её месте кто из наших, пришлось бы кончать его, а потом идти на прорыв. — Сильвер оторвал руку от пальца и указал им на меня: — хватит меня мучить. Объясни, почему они светились? Что это было? Твои чёртовы татухи нас чуть не спалили.
Удивительно, но его напор остудил мою злость. Он прав, я чуть не провалился. Мне стало как-то неловко и неудобно, и я, к своему удивлению, начал оправдываться:
— Это индикатор внутренней силы. Он горит ярче, когда индекс выходит на полную мощность.
— Надо же, не слышал о таком, — задумчиво протянул Сильвер и тут же ехидно добавил: — получается, ты сорвался при виде голой бабы.
— Гормоны при активном использовании силы зашкаливают, — мне стало неуютно от признания собственной несдержанности, и я повторял то, что обычно говорили медики на курсах в академии.
— Это я знаю, у самого индекс двадцать две единицы, — махнул рукой Сильвер. — Но надо что-то делать с твоей возбудимостью, иначе ты нас точно выдашь. — Он указал рукой на зал таверны: — тут полно девиц в откровенных нарядах.
— Я попытаюсь сдержаться, — сказал я, но мой тон даже мне показался неубедительным. Откашлялся, чтобы сказать уверенней, но взглядом насчитал штук пять официанток, что крутились не так уж и далеко от нас, и решил промолчать.
— Уже не сдержался, — проследив за моим взглядом, хмыкнул Сильвер, — но есть одно действенное средство. — Я внимательно посмотрел на него, и он качнул головой в сторону палаток: — бери эту дурочку и выпусти пар. Деньги не проблема, я оплачу.
— Исключено, — резко ответил я, а возмущение от его предложения заставило сжать кулаки и заскрипеть зубами. — Она не вещь, чтобы вот так распоряжаться ей за деньги, не правильно это….
— Да она сама не против, — ухмыльнулся Сильвер, — знаешь, что она спрашивала? Заметила, что татухи уходят под комбез, и спросила, а есть ли они там, — он похлопал себя по животу, указывая ниже, — и, если светятся, то не вредно ли, а то она не против с тобой. Понравился ты ей.
В очередной раз за вечер я почувствовал, как краска заливает лицо.
— Что, серьезно? — глядя на меня, удивлённо выпалил Сильвер. — Боец тоже светится?
Я кивнул, и Сильвер расхохотался. Он хлопал ладонью по столу, раскачивался на тумбе-табурете и ржал, как конь. Минут пять ржал, без остановки.
— Воин света, — приговаривал он, хохоча, — рыцарь светового меча… ой не могу… светокопьеносец — он утёр выступившие от смеха слёзы и насмешливо добавил: — ты теперь просто обязан спасти эту деву по заветам чести. Она, кстати, может и бесплатно….
— Хватит, — захотелось двинуть ему в морду, но я стукнул кулаком по столешнице, — то о чём ты говоришь мерзко. И что ты знаешь о чести?
— Достаточно, чтобы понимать таких дураков, как ты, — вдруг хищно оскалился Сильвер. — Ты начни мне ещё затирать, что женат, и хранишь верность той самой, единственной, и плевать, что эта твоя верность ставит под удар всё наше дело, да?
Он пристально посмотрел в мои глаза, и я выдержал его взгляд.
— Как же вы задолбали, — Сильвер всё понял и зло сплюнул себе под ноги, — принципы, убеждения, стержень характера, — он будто передразнивал кого-то, — это тупо отсутствие гибкости, понял? Выживает не сильнейший, а тот, кто умеет адаптироваться, кто гибок и пластичен во всём. Тем более в мыслях и принципах. Только такой человек хозяин своей головы.
Он резко замолк. Ещё раз посмотрел на меня и покачал головой.
— Да кому я рассказываю. Тебе надо сбросить пар, даже баба есть, которую можно оприходовать, а ты не можешь. Не хватает у тебя пороху на это. Каблук ты. Жена хозяйка твоей головы, понял?
— Понял, — спокойно кивнул я.
Его тирада не только не вызвала у меня злость, а, наоборот, заставила успокоиться и пожалеть пирата. Он же бесится потому, что я не такой, как он. Он же пытается оправдать свой образ жизни. Доказать, что иначе нельзя. Не выживают по-другому.
Для него это важно. Ведь, в глубине души он понимает, что свернул не туда. По глупости, или под гнётом обстоятельств, но свернул, и теперь хочет быть уверенным, что только так можно было, что всё он правильно сделал….
— Да ничего ты не понял, — в голосе Сильвера появились покровительственные нотки, — иначе бы уже мчался за девкой, и готовил свою шутиху к празднику, но ничего, дядя Черепаха тебе сейчас всё объяснит. Расскажет, как надо жить.
— Как надо? — удивлённо переспросил я.
— А то ж, — ощерился пират, — знаю я вашего брата из империи. Ты сейчас будешь затирать мне о свободе и вседозволенности, что это не одно и тоже, есть рамки и ограничения, мораль, нравственность, — он хлопнул ладонью по столу и подался вперёд, — так вот, всё это чушь.
— Чушь?
— Конечно, — кивнул Сильвер, — у вас же, несмотря на закрытость общества, проскальзывает популярное в других странах мнение: «Никто никому ничего не должен», так? — спросил он и продолжил, не дожидаясь ответа: — конечно так, проскальзывает. Даже популярность набирает. Так вот, это правильное мнение, но как оно согласуется со всеми этими верностями, приверженностями и прочим бредом? Да никак. Вы действуете, забывая о себе, для других. Простейший пример, вот есть у тебя жена, а как она узнает, что ты в палатке переспал с официанткой? Да никак. Ты за сотни световых лет от неё, может, не увидишься с ней больше, а печёшься о её мнении.
— Но…
— Никаких но, Георг, можешь — делай, хочешь — бери. Всем хорошо. Жена твоя не знает, и это её не расстроит, а тебе хорошо. Ты должен единственному человеку во вселенной — себе, — Сильвер понизил голос до вкрадчивого, убедительного шёпота, — так сделай для себя хорошо, особенно, если это полезно для общего дела. Живи полной жизнью. Живи для себя. Не думай о других, думай о своих желаниях. Иди в палатку, выпусти пар, расслабься. Получи удовольствие. Будь свободен у себя в голове от всей той мишуры, которой тебя обвешали в обществе.
Так, кажется, я ошибся. Нет, точно ошибся. Он не свой образ жизни оправдывает. Он из тех мерзавцев, которых своя жизнь устраивает, и нет о ней сожалений. Он не с совестью борется, которой у него нет, он входит ко мне в доверие, проводит вербовку.
Нам в академии на курсе безопасников приводили примеры таких приёмов. Чего там только не было: и подмена смыслов, и медовые ловушки…. Вот и здесь, он решил подцепить меня на крючок в виде девушки, но перед этим обрабатывает морально. Расшатывает мои убеждения. Причём действует с позиции так называемого «отца». Рассказывает, что такое хорошо, а что такое плохо.
Таким манёвром он хочет прибавить себе авторитета в моих глазах. Убедить поддаться низменной страсти, а потом ловушка захлопнется. Это, как в дрессировке, действие подкрепится приятными ощущениями. Эти ощущения закрепят его авторитет, его значимость в моём сознании, и ему станет легче мной манипулировать.
Сначала он подведёт меня к чему-то полезному нам обоим, например устранение пары неугодных пиратов. Затем что-то посложнее, а потом всё, поступит предложение, от которого нельзя отказаться.
Отличный заход, надо сказать. Я оценил. Не так прост этот боцман Сильвер по прозвищу Черепаха. Действительно, тихо едет, да далеко метит. Уверенно действует, основательно, без спешки. Не удивлюсь, если таверна и полуголая официантка изначально брались им в расчёт. Он же видел, что я молод, и смекнул, как меня можно раскрутить. Мгновенно смекнул…. Только он забыл одно, в эти игры можно играть вдвоём, и я даже знаю, как можно победить.
— Понимаешь, Георг, это там, дома действуют правила и законы империи, — ввинчивался мне в уши вкрадчивый шёпот Сильвера, — это там ты гражданин, живёшь в безопасности, и страна решает твои проблемы, защищает тебя. Это там ты живёшь по законам, катаешься, как сыр в масле. Не знаешь опасностей, видишь жену каждый день, милуешься с ней….
Что он несёт? Да тут бы любой с моей биографией рассмеялся ему в лицо! Я с трудом подавил желание расхохотаться. Сделал морду кирпичом, напустил на себя глупую улыбку и стал слушать дальше.
— Вот там ты можешь разменивать своё «должен» на равноценные смыслы, а здесь ты один. Здесь свободный мир, здесь не работают те правила. Империя далеко, жена далеко, и при этом у тебя есть задание, — шёпот Сильвера стал яростным, уже и не шёпот, а тихая, убедительная речь. Он играл интонациями, словно бывалый ментор. — Чтобы вернуться домой, тебе надо выполнить это задание, но его нельзя выполнить, если действовать по правилам и законам той жизни. Забудь обо всём, чему тебя учили, что вбивали в голову с детства. Здесь всё другое, и тебе надо работать по местным правилам, — Сильвер широко улыбнулся и развёл руки в стороны, — надо приспосабливаться, надо быть гибким, и понимать, что это всё не считается. Здесь нет верности жене, здесь есть нужда для дела. Надо переспать с официанткой, значит надо. Нет в этом ничего плохого. Ты же не принуждаешь её, она сама согласна. Тут одни только плюсы. Поэтому гони сомнения прочь, решайся и иди в палатку. Выпусти пар. От этого будет лучше и тебе и твоему делу. В свободном мире будь свободен в своих решениях.
Сильвер закончил говорить и смотрел на меня с добродушной, покровительственной улыбкой. Даже его лицо, покрытое татуировками, стало каким-то приятным, домашним что ли. Он сидел напротив меня будто добрый дядюшка, который открыл тайны жизни неразумному племяннику.
Если честно, я аж заслушался. Он так мастерски играл смыслами, так здорово лицедействовал, что хотелось захлопать в ладоши, засвистеть и попросить ещё, на бис. В нём точно пропал великий актёр. Хотя, возможно, в его мире иначе не выжить.
Я вздохнул, словно собирался с силами, кивнул и сказал:
— Ну и кашу ты замесил, Сильвер. Всё в одну кучу собрал. Перемешал тёплое с мягким, твёрдое с горячим, и подал это, как истину жизни, — я усмехнулся ему в лицо. — Свобода и вседозволенность разные понятия и местный мир он не про свободу, а про второе, — я качнул головой в сторону двоих бритов в доспехах, что усаживались через несколько столов от нас, — пойди и надавай им лещей, или пошли их куда подальше, скажи, что таверна эта не для них, не место им здесь.
Сильвер бросил на бритов тяжёлый взгляд, но даже не пошевелился с места.
— Не можешь, да? — усмехнулся я, — потому что здесь так не принято, потому что ответку получишь такую, что унести не сможешь. Так о какой свободе ты говоришь? Ты даже свалить отсюда не можешь, и твоих дружков бриты забрали куда-то. Да у вас здесь правила хуже, чем в тюрьме. Балом правит тот, кто сильнее, а вам, как дворнягам, бросает кость вседозволенности над слабыми, — я качнул головой в сторону официантки, спешившей к бритам. — Что же касательно «никому не должен», это путь в никуда, и ты это знаешь, ты как раз в конце этого пути. Я же брал на себя обязательства, давал присягу, давал слово жене, друзьям, родным, клялся самому себе.
— Сам дал, так сам и забери, — пожал плечами Сильвер. Он уже всё понял, и потерял интерес к разговору, но я хотел договорить, расставить точки над «и».
— Нельзя уехать от этих клятв и творить, что захочется, они всегда со мной, это мои клятвы, — продолжил я, удерживая его взглядом, не давая отвернуться. — Мои обязательства и мои слова. Империя и её законы всегда находятся там, где нахожусь я, мой мир, мои убеждения находятся вокруг меня, где бы я ни был. Так что заканчивай нести чушь, и давай займёмся делом. Ты обещал помощь, так давай, излагай, чем готов помочь.
— Какой ты принципиальный и твердолобый, аж тошно…. — протянул Сильвер и, слегка встрепенувшись, пристально вгляделся в моё лицо, — слушай, а мы с тобой раньше не встречались? Прям дежавю…
— Приверженность принципам и их стойкость не означает твердолобость и отсутствие гибкости, — перебил я его и спокойным тоном добавил: — и мы точно не встречались, а твоё дежавю от того, что все нормальные люди знают и считают, что гибкость выражается в поиске и нахождении альтернативного варианта действий. Пусть из-за этого дорога станет длиннее и труднее, но смысл именно в пути, а не в цели.
— О, у самурая нет цели, есть лишь путь? — ехидно хмыкнул Сильвер, — это ты почерпнул, когда язык джапов учил?
— Да, — кивнул я, по доброму вспоминая разговоры с моим другом Хасидзи Тэкео. Именно из них я почерпнул много интересного.
— Хорошо, — Сильвер хлопнул ладонью по столу, — я тебя услышал. Нет, так нет, но, прежде чем говорить о деле, я должен быть уверен, что ты нас не сдашь. Так что реши вопрос со своими татухами. Хочешь не хочешь, но пар тебе выпустить надо.
Вот же клещ. Вцепился и никак не отвалит. Ладно, пусть будет по правилам его мира, раз по-хорошему не понимает.
— А что пар? — оскалился я, — пар можно выпустить и по-другому….
— Гы гыыы, — вдруг взоржал Сильвер и застучал кулаком по столу, — тебе для этого всё равно в палатку идти….
— Холодный душ, сила воли и контроль организма, сломать второй палец Сильверу, — не дал я ему сбить себя с мысли, и он заткнулся, — или просто дать ему по морде. Хороший мордобой, он, знаешь ли, способствует внутреннему спокойствию.
Я замолчал. Мы побуравили друг друга тяжёлыми взглядами, и я добавил:
— А ещё он избавляет от забывчивости, и лишний раз напоминает — не надо проверять пределы допустимого. Это последнее предупреждение. Либо ты запоминаешь, кто здесь главный, либо я буду действовать один.
— Угу, — промычал Сильвер, — только без меня ты не справишься.
— Уверен? — ухмыльнулся я и дал ему ощутить ауру моей внутренней силы. Всего на миг, чтобы татуировки не засветились, но этого хватило.
Взгляд Сильвера забегал, а на лицо наползла задумчивость. Он явно искал подходящий ответ. В этот момент к нам вернулась официантка. Выгнула спину, наклонилась, бросая на меня томные взгляды. Поставила на стол поднос и снимать с него жестяную посуду с едой.
В нос тут же шибанул аппетитный запах жаркого. Не какая-то кислятина сублиматов, а мощный аромат жареного с картохой мяса. Рот наполнился слюной, а живот скрутило спазмом. Только сейчас я осознал, как сильно голоден. Казалось бы, недавно ел, а вот же. Так что в этот раз прелести официантки никак на меня не повлияли. Тягу к прекрасному полу перебил другой, куда более мощный инстинкт.
Я дождался, когда бутылка рома звякнула о столешницу, а девушка выпрямилась, и сказал:
— Повторите заказ ещё раз, пожалуйста. И ром заберите. Принесите вместо него чай.
— Э нет, — Сильвер схватил бутылку и спрятал её за спиной, — ром не трожь.
— Хорошо, — немного растерянно, даже испуганно, ответила девушка, потупила глазки и спросила: — так ещё одну бутылку принести или нет?
— Нет, — ответил я и, улыбнувшись, поторопил её: — не пугайтесь, всё хорошо. Несите заказ по мере готовности, очень хочется есть.
— Поняла, — приободрилась девушка и тут же, слегка смутившись, неожиданно добавила: — меня Клариса зовут.
— Очень приятно, Клариса, Георг, — кивнул я, — пожалуйста, поспешите, очень уж кушать хочется.
Девушка упорхнула, а я, притянув к себе одну из тарелок с курицей, взялся за вилку.
— Ты совсем… обалдел, Георг? — возмутился Сильвер, крайне тщательно подбирая выражения. Я, было, подумал, что он из-за еды, но ошибся. — Ты зачем хотел ром вернуть?
— Потому что знаю я вас, пиратов. Нажрётесь рому — и на виселицу.
— Ты читал? — выпучил глаза Сильвер.
— Одни боялись Лафита, другие Сильвера, а меня боялся сам Сильвер.*
— Но я не боюсь те….
— Ты уверен? Это ты зря, — ответил я, закидывая в рот очередной кусочек курицы. Живот урчал, как кот перед свежей рыбой, но я не спешил, жаркое и в самом деле оказалось вкусным, но очень, очень горячим, и я не хотел обжечь нёбо. — Хочешь обсудить это?
— Нет, — стушевался Сильвер, и уже нормальным голосом, без претензий, добавил: — ром нам нужен, чтобы угостить приятелей.
— Каких ещё приятелей? — теперь удивился я.
— Которые вот-вот подойдут и согласятся стать частью нашего с тобой заговора, — с видом победителя ухмыльнулся Сильвер. — Неужели ты думал, что мы в одиночку выполним твоё задание?
— Я тебе ещё ничего не говорил о задании….
— Не говорил, но тут и догадаться не сложно, — отмахнулся Сильвер, — диверсия, разведка, возможно захват базы. Кстати, рассмотрел девицу получше? Не передумал?
— Нет, — мотнул я головой, и протянул: — хотя, знаешь, я принял решение.
— Какое же? — губы Сильвера растянулись в ухмылке.
— У нас дополнительная задача появилась, освободить из рабства всех пленников и эвакуировать их на нашу часть базы.
— Ты рехнулся⁈ — не удержался от вскрика Сильвер и, тут же оглянувшись на бритов, перешёл на яростный шёпот: — их тут не меньше пары тысяч. Как ты себе это представляешь?
— Так это ты собираешь команду, — улыбнулся я в ответ, — вот и продумай, как это провернуть. И да, у нас на всё чуть больше двадцати часов.
Сильвер нахмурился и зло засопел. Я же улыбнулся ему ещё раз и сосредоточился на еде.
Ничего страшного, пусть подумает. Иначе, какая цена его словам, что я без него не справлюсь? Правильно, грош, а мне действительно нужны идеи, как освободить местных пленников. Ведь с этим я без него точно не справлюсь.
Казалось бы, если не справлюсь сам, то зачем об этом думать? Отменить, забыть, и выполнять первоочерёдные задачи. Но нет. Не могу я так. Освободить местных пленников надо и это не обсуждается. Этого требуют не только честь и кодекс русского офицера, но и мораль обычного человека. Нельзя, нельзя держать людей в неволе, это противно всем принципам человечности. Это противно всему, во что я верю.
* * *
* Сильвер и Ростислав вспоминают роман «Остров Сокровищ» Роберта Льюиса Стивенсона

----------

Глава 12

Глава 12
Пузатый стальной чайник красовался натёртыми до блеска боками. На них играло отражение зала таверны, а от его носика исходил ароматный пар с нотками трав и фруктов. Эти нотки подстёгивали аппетит. Заставляли опустошать тарелки с невиданной скоростью. Навевали воспоминания о доме.
В какой-то момент я понял, что в меня больше не влезет. Отодвинул ещё полную тарелку и, поймав когнитивный диссонанс, замер с протянутой к чайнику рукой.
Меня конкретно так разморило. Тело расслабилось и клонило в сон. Мысли, воспоминания о доме дополняли картину. Дарили ощущение покоя и безопасности. Я в самом деле раздумывал прикорнуть, пока глаза не вернули меня к реальности. Вернее то, что они увидели.
Таверна уже наполовину заполнилась пиратами и медленно, но верно заполнялась дальше. Многие из них проходили мимо нас. Кто-то кивком здоровался с Сильвером и шёл дальше, занимал свободный столик. Кто-то смотрел на нас равнодушно. Кто-то бросал завистливые взгляды на чайник и тарелки с остатками обеда.
Всё проходило спокойно, можно, даже сказать, чинно, но звероватый, а порой и крайне бандитский вид пиратов никак не бился с домашним уютом.
Этот диссонанс встряхнул меня. Помог очнуться от странной сонливости и рассеянности. Заставил сконцентрироваться на происходящем. Я всё ещё на базе пиратов. Вокруг опасность и надо выполнить задание.
Что это было, откуда взялось и почему так вышло, я так и не понял. Возможно, какой-то срыв из-за постоянного напряжения. Или что-то гормональное, или из-за внутренней силы. Не знаю, да и гадать не хочу. Лучше потом спрошу у кого знающего. У Лизы, например. Если это потом будет, конечно же.
Взбодрившись, я кинул взгляд на Сильвера. Он практически полностью сосредоточился на еде. Редкие приветствия пиратам были единственными звуками, которые Черепаха издавал за нашим столом, если не считать чавканья и сытой отрыжки. Я тоже не стал нарушать тишину и отвлекать его от обеда. Налил себе в кружку чая и принялся поглядывать по сторонам. В основном на бритов.
Я не видел, как и когда они зашли в таверну и хотел быть готовым к их нападению. Но они не подавали виду, что задумали мой захват. Откинули шлема доспехов, закинули винтовки за спину и, довольные жизнью, неспешно беседуя, ждали заказ.
К сожалению, я не слышал, о чём они говорили. Прочитать по губам тоже не получалось — я банально не понимал и половины слов. Всё же английский не родной для меня язык, на русском было бы легче. Зато я смог подробно их рассмотреть.
Бриты оказались намного старше меня. Усатые, с бакенбардами, они были одного возраста с Прухой. Значит, предел сил у них давно достигнут и соответствует младшим офицерским званиям — лычки я даже отсюда видел. Энсин и полковой старший сержант, аналоги нашего унтер-лейтенанта и старшего мичмана.
Казалось бы ничего страшного. У бритов, как и у нас действует система соответствия званий с индексом развития. И, пусть в морской пехоте она завышена, но унтер-лейтенант не должен быть сильнее двадцати пяти — тридцати пунктов. Даже в подразделении спецназа типа «Звездные псы», о котором говорила Алиса.
Середина рейтинга элитных отрядов — такое себе достижение. О них вообще кто-нибудь слышал? Они даже в сотню лучших не входят. Так, просто бойцы классом повыше обычных моряков. Так что они не должны сильно отличаться от рядовых морпехов. Потому, в теории, я справлюсь не только с этими конкретными бритами, а с пятью такими. Но это в теории…. Да….
На практике же сразу возникли трудности. Алиса говорила, что псов осталось шестнадцать человек в званиях от мичмана до старшего мичмана. То есть нам противостояло целое отделение унтеров, если не считать лейтенанта «невидимку». Тогда откуда взялся энсин⁈ Мичман и старший мичман у нас — это сержант и старший полковой сержант у бритов. Они унтер, а не обер-офицер, как энсин!
Возможно Алиса не разбирается в званиях…. Да ну, бред. Она в тайной канцелярии служит, обязана знать и уметь сопоставлять….
Мой взгляд скользнул по доспехам бритов ниже лычек. Зацепился за странные неровности похожие на царапины и замер. У обоих офицеров на доспехах красовались «нашивки». Вернее их аналог нанесённый гравировкой на грудную бронепластину и наплечник. В академии нам говорили, что такие изыски делают вручную и только элитным из элитных подразделениям морпехов. А это, как я уже сказал, точно не относится к звёздным псам. Не по рангу. Не заслужили ещё.
Я напряг зрение, пытаясь рассмотреть детали «нашивки». Это оказалось сложно. Приходилось смотреть украдкой, чтобы не пялиться. Делать вид, что осматриваю таверну в поисках знакомых.
Чувствовал я себя в этот момент недоделанным шпионом, которого вот-вот раскусят. Даже кружку один раз мимо рта пронёс и чуть чаем не подавился, но у меня получилось. Я смог разглядеть изображение, и сердце тут же ёкнуло где-то в пятках — на плече брита скалил пасть череп льва с серебряной гривой.
Ноги ещё потряхивало от внезапной слабости, а память услужливо доставала из глубин информацию с пар в академии. Никакие это не «Звёздные псы». Это «Серебряные львы» — легендарное подразделение морского спецназа. Входит в двадцатку лучших у бритов, где-то на пятнадцатом месте. Личный состав засекречен, но, по сообщениям агентуры, численность доходит до батальона. Имеет в своём составе ударный эсминец и несколько фрегатов поддержки….
На счету львов больше сотни успешных молниеносных операций. Взятие космических баз, штурмы объектов на планетах, как в свободном космосе, во фронтире подковы, так и у наших союзников во времена прошлых воин. Все эти операции заканчивались их победой и полным уничтожением противника.
Российская Империя же с ними не сталкивалась. Это, если, официально. Если же не официально, то наша разведка приписывала им с дюжину операций против нас за последнее десятилетие. Самое громкое произошло пять лет назад. Они захватили имперский сторожевой корабль и уничтожили гуманитарный караван, который тот сопровождал.
Никаких доказательств у нашей страны не было. Только косвенные улики: спустя два года мы захватили пиратский корабль, и один из разбойников божился, что участвовал в рейде вместе со львами. Он рассказал, что два взвода бритов взяли на абордаж сторожевик, и забрали корабль, а пиратам оставили торговые суда.
Это я узнал уже не на прах, а на работе в службе безопасности флота. Помню ещё, как удивился, почему мы никак не реагируем на такое нападение, но Растеряшев быстро мне объяснил, что слов какого-то пирата недостаточно для ноты претензий. А, если, разгорится межгалактический скандал, то мы окажемся в меньшинстве, как не правые. Даже союзники могут отвернуться.
Но сейчас я находился на базе пиратов. Видел двух Львов в окружении пиратов и понимал, что вот оно — доказательство. Хотя, снова скажут, что косвенное. Значит, надо выяснить….
Ого, а ноги то прекратили дрожать. Сердце успокоилось и вернулось на место. А внутри решимость и злость, как у дурного супергероя.
— Окстись, Ростик, — сказал я сам себе мысленно, — успокойся, сохраняй осторожность, никаких шапкозакидательных настроев. Это тебе не пираты, космические отбросы, это топ двадцать спецназа бритов. Они в два взвода, в сотню человек, взяли сторожевик с ротой бойцов. Нашим морпехам не помогло даже двукратное превосходство. Всех уничтожили. «Звёздные псы» по сравнению с ними щенки. Так что спокойствие, только спокойствие. Постарайся разойтись с ними бортами. Никаких лобовых столкновений.
Хех, забавно выходит. Я собирался сюда к псам и думал, что сую голову в пасть льву. А теперь выходит, что тут на самом деле натуральный лев, но пасть у него больше акульей.
Я ещё раз посмотрел на бритов. Постарался просто скользнуть взглядом, но злость сделала его тяжёлым, и он зацепился за лицо энсина. Впился репеем в его усы. Медленно, запоминая, отпечатывая в памяти, все его черты, пошёл вверх, до самой макушки.
Энсин словно почувствовал, что его разглядывают, и резко повернул голову в мою сторону. Я еле успел отвести взгляд….
— Глаза сломаешь, урод! -перекрывая гул голосов, докатился до ушей раздражённый возглас брита.
Посторонние разговоры в таверне тут же притихли. Воцарилась полнейшая тишина. Мне показалось, что все смотрят на меня.
По спине пробежали мурашки.
На мгновение я ощутил себя маленьким и беспомощным, как в детстве, когда впервые столкнулся с гопниками старшаками в школе. Захотелось вжать голову в плечи и не отсвечивать. Юркнуть в ближайший класс и спрятаться. Но я резко подавил это желание.
Это ещё, что за выверты сознания? Никаких сомнений и страхов. Только уверенность в себе. Я уже давно не школьник. Я морпех!
Пусть этот брит и «Серебряный лев», но и я не лыком шит. Я прошёл через джунгли Тау Метам. Прошёл через трущобы Гусь-Налимска. Выжил в столице и справился с родом Сараев. И здесь я справлюсь.
Да, это у «Звёздных псов» старший полковой сержант и энсин не превысят в индексе двадцать пять — тридцать пунктов. В элитных же «Серебряных львах» это их минимум. Если допустить худшее, то они равны мне по внутренней силе, но это ещё не главное. Катастрофа в другом — они опытнее, за их плечами куда больше схваток и заданий. Страшный противник. Так что, чтобы победить придётся импровизировать, подобраться поближе и напасть внезапно….
Чёрт! Сверхновую мне за пазуху. И дёрнуло же меня так на него смотреть. Снова всю миссию под удар поставил из-за несдержанности. И это за несколько часов…. Придётся забыть о планах на Сильвера. Надо импровизировать.
Все эти мысли пронеслись в голове за долю секунды. Время послушно замедлилось и позволило всё обдумать. Я осознал, что сам виноват. Что не шпион и многому надо учиться. А сейчас надо действовать. Я ссутулился, поджал плечи, напряг индекс и начал привставать с табурета.
Подойду к ним с видом, что ноги от страха трясутся. Начну извиняться и оправдываться. Внушу им чувство превосходства, а затем атакую. Быстро и наверняка. А потом, а потом война план покажет….
— Прикинься ветошью и сиди, — неожиданно шикнул на меня Сильвер. — Это не тебе сказали.
— А? — не понял я, но команду выполнил, уронил себя обратно на табурет и посмотрел на Сильвера.
— Не отсвечивай, — буркнул Черепаха, глядя в сторону от меня.
— А ну встал и свалил отсюда, обмылок! — снова раздался голос брита, и я осторожно повернул голову в его сторону.
Пираты, абсолютно все пираты в зале, молчали и напряжённо смотрели на бритов. Ловили каждое их слово. Даже официантки замерли истуканами и боялись пошевелиться, а оба «льва» сидели на своих местах и глядели на пирата за два столика от нас.
Смуглый бугай в грязном комбезе поднимался на ноги, цепляясь за пустую бутыль и опираясь о столешницу. Его руки подрагивали, ладонь съезжала со стола, но в неожиданно твёрдом взгляде читалась неприкрытая ненависть.
— Чт…б т… ох… — пробормотал бугай.
— Что сказал? Рот закрыл, — привстал со своего места энсин, — Чтоб я тебя больше не видел. Увижу, по астероиду размажу, понял?
— Ии… ту.а, — пьяно кивнул пират, махнул рукой и, пошатываясь, задевая соседей, заковылял к выходу.
— Уррод, виселица по нему плачет, — прорычал энсин и снова сел на табурет.
Его напарник тут же стал ему что-то говорить. Наверное, успокаивал, но Энсин снова взрыкнул:
— Че замерли все? А ну глаза опустили и продолжили жрать, свиньи!
Я кожей ощутил, как витавшее вокруг напряжение застыло в готовности взорваться. Но минуло мгновение, пробежали секунды, и оно стало отступать. Официантки синхронно дёрнулись. Поспешили исчезнуть. Пираты отвернулись и опустили глаза. За столами осторожно, словно пробуя слова на вкус, зазвучали голоса. Местный бомонд подчинился и дал заднюю.
— Странно, я думал, они взбунтуются, — прошептал я одними губами, но Сильвер услышал.
— Местная братия уважает силу, — ответил он, — только силу и ничего больше. Спорить с двумя львами психов нет.
— Понимаю, — кивнул я, дрожащей рукой подтягивая кружку. Меня накрывал отходняк.
— Ещё бы не понимал, — хмыкнул Сильвер, твёрдой рукой доливая себе чай из чайника, — ты конкретно струхнул. — Он поставил чайник на стол и добавил: — а нечего было пялится на льва.
— Я не пялился….
— Ну да, а я королева бритов в таком случае, — оскалился Черепаха, — скажи мне лучше, ты бы справился с ними?
— Не знаю, — ответил я быстрее, чем подумал.
— Ну да, ну да, — протянул Сильвер, прихлебнув чаю, — это же «Серебряные львы», у них опыта на десятерых таких, как ты.
Его слова неприятно резанули по моему самолюбию. Захотелось опровергнуть их, но я промолчал. Он прав, и мы оба это знаем.
— Ты снова чуть не выдал нас, — начал тихо отчитывать меня Сильвер. — Зачем пялился на них? Хотя, пялился и пялился, но зачем откликаться, когда уродом назвали? — тихо рассмеялся он, и тут же продолжил насмешливо: — что, на воре и шапка горит? Я начинаю думать, что связаться с тобой было дурной идеей. Не похож ты на профи. Шпион из тебя, как пуля из….
— Уверен? — я аж зубами заскрипел от злости и сжал петлю телекинеза вокруг его шеи.
— Всё-всё, — приподнял ладони Черепаха, а насмешка из его тона пропала. — Пошутил я, пошутил. — Он помолчал, дожидаясь, когда я ослаблю поводок, и добавил: — но ты всё равно, прекращай вести себя безрассудно. Слишком много поставлено на кон. Если не хватает выдержки, то слушай, что я говорю. Мы справимся, только если будем действовать заодно.
— Заодно? Мы даже план ещё не обсуждали, — горько усмехнулся я, понимая справедливость его упрёков. Он действительно прав, веду себя, как студент на променаде, а единственный способ контроля ситуации — это превосходство над ним в индексе. Держу его, как собачонку на привязи
Всё, хватит списывать всё на отсутствие подготовки. Раз назвался груздем, то надо лезть в кузовок, надо учиться на ходу.
— А с этим погоди, — словно выискивая кого, посмотрел по сторонам Сильвер, — я ещё не всё продумал, ты слишком сложную задачу поставил. Сам же захочешь, чтобы всё без проволочек прошло. Да и львы тут под ногами путаются. Сам же видишь.
— Времени всё меньше остаётся, — поторопил я его.
— Не понукай, не запряг, — усмехнулся Сильвер и тут же напрягся.
Он, видимо, ожидал от меня усиление захвата на горле. Привык, что я, чуть что, сразу хватаюсь за его шею. Мне самому уже смешно до тошноты. Ощущаю себя каким-то киношным злодеем. Так что в этот раз я не стал прибегать к телекинезу, а вместо этого спросил:
— Расскажи, сколько здесь львов? Откуда они взялись? Тут же должны быть «Звёздные псы».
Вопрос на самом деле важный. Мне надо было понимать, Алиса ошиблась с названием отряда? Информации о них не было в системе «невидимки», или она специально дала дезу? Неужели она крот? Тогда надо срочно закругляться здесь и предупредить моих бойцов.
— О, ты и о псах знаешь? — удивился Сильвер, наваливаясь на стол всем телом, — они щенки по сравнению со львами….
— Ближе к делу, Черепаха, — поморщился я, отходняк закончился, и я окончательно пришёл в себя. — Львы здесь откуда?
— Да всегда они тут были, — пожав плечами, ответил Сильвер. — На базе всегда, как они её основали, находился гарнизон из взвода львов и роты морской пехоты бритов.
— Взвода? Роты? Это ж… очень много, — спохватился я, подавляя вновь поднявшее голову волнение. Это же почти четыре сотни бойцов! — А сейчас? Сколько всего бритов сейчас на базе?
— А сейчас тоже очень много, — хмыкнул Сильвер. — Отделение львов, полроты морпехов и два отделения псов. Кстати, вы неплохо потрепали этих щенков.
Я быстро перевёл подразделения в цифры. Выходило около двух сотен человек. Уже лучше, но нам с ребятами и этого за глаза хватит. Как, вот как мы не нашли о них никакой информации в базе пиратов? И что теперь делать?
— Ничего не понимаю, — помотал я головой, — если «Серебряные львы» здесь, почему тогда они в атаку не пошли? Мы их не видели.
— А тут вот какое дело, — хмыкнул Сильвер и с крайне довольным видом стал рассказывать: — раньше нашу базу курировали львы, они же её и основали, но пару лет назад базу передали под управление какого-то графа из адмиралтейства, и львов отсюда вытурили. Вместо них пришли «Звёздные псы».
Он прервался и стал прихлёбывать чай. Я же покачал головой:
— Теперь вообще не понятно. Если львов заменили, то откуда они здесь?
— Просто я ещё не всё сказал, — Сильвер скрежетнул кружкой по столу и кинул взгляд на бритов. Те сидели спокойно и о чём-то беседовали. — Тот граф с псами всё изменили, превратили нас в расходный материал, в мясо, — голос Сильвера тяжелел с каждым словом. Наливался злостью и желчью. Становился едким. Транслировал нестерпимую ненависть, разъедавшую его нутро. — Если львы сами ходили с нами в рейды и вместе с нами шли на абордаж, как, например, против вашего сторожевого корабля, — тут Сильвер криво ухмыльнулся, — то псы пускают нас на убой. Тау Метам их операция. Как ты думаешь, сколько там было псов?
— Где-то рота, а то и две, — пожал я плечами, вспоминая интенсивные бои и «невидимок».
— Не, — покачал головой Сильвер, — то не псы были, а охрана лабораторий. Псы же ни одного человека туда не послали. Они вообще боятся рисковых действий.
— А говорил, что не знаешь о Тау Метам, — попытался я подловить Черепаху. Поймать его на словах.
— Я говорил, что мы не хотели там участвовать, а не то, что не знаю, — отбил нападение Сильвер. — В общих чертах мне многое известно. И вообще, ты про львов слушать будешь, или обсудим джунгли той гадской планеты?
— Про львов, — кивнул я и, хлебнув чай из кружки, принялся внимательно слушать.
— Псы, шавки драные, взяли здесь всё под контроль, закрутили гайки и после Тау Метам стали готовиться к новой операции, — Сильвер уже не говорил, а буквально выплёвывал слова. — Они стали нас здесь собирать сразу, как узнали о провале в джунглях, а за неделю до отправки на новую операцию прибыл эсминец серебряных львов. Не знаю, откуда они пришли, знаю только, что ушли вместе со всем собранным здесь флотом, но перед этим что-то оставили в доках. Вот это что-то и охраняет отделение под командой того энсина. Они не подчиняются псам, у них свои задачи. Потому и не шли в атаку. — Он отхлебнул чаю и закончил: — слышал бы ты, какая ругань между ними стояла. Здоровенный коммодор пытался заставить львов идти в атаку без разведки, да остался ни с чем. Хорошо, что вы его в пустоту уронили, туда ему, сыну собачьему, и дорога.
— Что конкретно охраняет? — протянул я задумчиво, картина вырисовывалась крайне опасная и занимательная одновременно. Мне очень хотелось узнать, что именно может охранять аж целое отделение элитного спецназа. Это должно быть что-то крайне важное и ценное, но не в денежном смысле — точно. Возможно какие-то носители данных….
— Говорю же, не знаю, — пожал плечами Сильвер, — да и знать не хочу. Нам к ним соваться без надобности. Сделаем дело, соберём их всех на том астероиде, и пусть там маринуются.
— Не темни, Черепаха, — попытался надавить я, но не вышло.
— Да я образец светлости, — глухо рассмеялся Сильвер и посмотрел прямо на меня: — говорю же, не знаю.
Я ответил ему таким же пристальным взглядом, но он выдержал, не раскололся. Лишь пожал плечами и развёл руками:
— Как-то так, Георг, как-то так.
— Ладно, тогда давай по существу, — поморщился я, — тут слишком много бритов, мне нужно понимать, где они находятся. Есть план с указанными постами и местами дислокации? И вообще, нужен актуальный план базы.
Эта тема была для меня больной. С того самого момента, как Сильвер сказал, что у нас устаревшие после перестройки данные, я частенько возвращался в мыслях к этому вопросу.
Если планы действительно другие, то почему Алиса ничего не сказала? Она должна была увидеть несоответствие планов с корабля лафита и в центре управления базой.
Это, конечно, не такая подстава, как с отрядами спецуры, но тоже интересный вопрос. Неужели она и тут не заметила ничего? Хм, или снова какие-то игры тайной канцелярии? Снова Клим колобродит, или что?
Нет, конечно, Алиса могла не заметить разницу. Или вообще не проверять. Не буду сбрасывать со счетов и эту версию, но выяснить, когда вернусь, надо. Мне уже бесконечно надоели все эти недомолвки и игры в тёмную. Только, как узнать, что в этот раз Клим или его канцеляристы говорят правду? Нда, с такими союзниками и врагов не надо….
Ох, как же мне надоело подозревать своих в предательстве. Кто бы знал…. Ощущение, что кругом одни Сильверы, и то, он более откровенен, чем наши канцеляристы.
— План есть, — кивнул Сильвер, — но сейчас он не при мне. Я его тебе обязательно отдам, но позже. Что же насчёт понимания, то все бриты постоянно сидят на третьем астероиде. Там основные склады базы и служебные доки.
— Ещё одни доки? — я чуть не дёрнулся от удивления. — Я думал, что они только на первом астероиде, который мы захватили.
— Говорю же, у вас старые схемы базы, — усмехнулся Сильвер. — Доки у нас есть на каждом астероиде, только размеры разные. Вы взяли основной док, у бритов служебный на пару катеров, а здесь мы пока строимся. Будет резервный с ремонтной базой.
— Понятно, — протянул я, осмысливая сказанное, и качнул головой на двоих львов, — если бриты на том астероиде, то, что они тут забыли?
— Заходят иногда, пропустить по стаканчику, — равнодушно пожал плечами Сильвер, — с девками пошалить ещё. Не беспокойся, кроме них мы тут больше никого не встретим сегодня.
— Это почему? — удивился я такой определённости.
— Потому что остальные львы охраняют неведомый объект, а остальные бриты заняты планом по атаке на ваш астероид, — бросил Сильвер, что-то высматривая в зале сбоку от нас. — Вы успешно взяли узел связи, дубликата которого у нас нет, не успели построить. Потому они пытаются наладить оборудование и связаться с кораблями на рейде, чтобы согласовать действия с ними.
— Боюсь, корабли им не помогут. Они заняты выживанием, — вырвалось у меня и я тут же прикусил язык, но было поздно.
— Да? — вид у Сильвера стал какой-то странный, не то обрадованный, не то удивлённый. — Это отличная новость, Георг. А скажи, сколько вас всего? Вы на эсминце к нам залетели? Он сейчас гоняется за нашими по системе?
— Боюсь, не могу тебе сказать, — развёл я руками. — Секретная информация.
— Да? Ну и ладно, — Сильвер словно пропустил мимо ушей мои слова и снова стал что-то высматривать в зале таверны.
Проследил за его взглядом, но ничего интересного не увидел. Пьяные пираты и официантки, вот и все, кто там был.
Наша беседа увяла сама собой. Сильвер замолчал и, потягивая чай, продолжал смотреть по сторонам, а я задумался. С одной стороны надо заканчивать здесь и возвращаться назад. Готовиться к возможной атаке бритов и «Серебряных львов». С другой стороны, а будет ли она? Если между отрядами нет единства и согласия, то надо воспользоваться этим. Да и диверсии в тылу врага нам не помешают. Бритов же почти две сотни, это не шутка. Любая помощь будет нам на руку…
Что же выбрать? Мысли роились в голове, как мошкара в начале лета, но ни одной дельной так и не появлялось. Только понимание, что я совершенно не контролирую ситуацию и, даже не понимаю, как этот контроль заполучить. Остаётся только ждать предложений по плану от Сильвера.
* * *
— Здорова, Черепаха, — неожиданно для меня за наш стол приземлился невзрачного вида пират. Окатил меня внимательным взглядом и, словно признав, что я не опасен, посмотрел на Сильвера: — нового друга себе нашёл? Полезный?
— Полезный для нашего дела, — улыбаясь, кивнул Сильвер, и промокнув губы салфеткой, достал из-под стола бутыль рома, а я напрягся и чуть затянул петлю телекинеза на его шее. — И тебе привет, Джон.
— Выглядит, как юнга с дурным вкусом, татуировки эти, — покрутил рукой пират и принял от Сильвера стопку с ромом.
— Вкус работе не помеха, — растянул губы в улыбке Сильвер, спрятал бутылку и взялся за кружку с чаем.
— Ну, тебе видней, — Джон опрокинул в себя ром и поморщился, — ох, уж эти традиции. Я всё сделал, как ты просил. Поросёнок нашёл грязь. Не прощаемся, — он встал с табурета-тумбы и пошёл в глубину зала.
Я потерял его из вида буквально за минуту, слишком уж неприметным он был. Одежда тусклая, без пёстрых деталей. Лицо не то, что обычное, а вообще незапоминающееся. Вроде и рассмотрел его хорошо, но уже забыл, как он выглядит. Идеальный шпион.
Помотал головой и посмотрел на Сильвера:
— Это кто был? Что за традиции?
— Один из моих приятелей, которых мы ждём, — усмехнулся Сильвер и снова достал из-под стола бутыль.
— Черепаха, — к нам подсел ещё один пират.
— Кардинал, — протянул ему стопку Сильвер, а я поразился сходству с прозвищем.
Наверное, это какая-то болезнь, не знаю, но кожа на его лице и руках походила на кусок меди, который бесконтрольно и бессмысленно травили кислотой, от чего на ней остались сотни подживших язвочек.
— Чего уставился, молодой? — буркнул Кардинал, ставя стопку на стол, — лучше на себя в зеркало посмотри. Ну и рожа.
— Э, не злись на него, — примирительно похлопал пирата по руке Сильвер, — парень тебя впервые видит.
— Так пусть не пялится, а то больше ничего не увидит, — буркнул Кардинал и встал из-за стола, — как договаривались, мы готовы.
Он ушёл, а я пристально посмотрел на Сильвера. Он хотел что-то сказать, но тут за стол присел ещё один пират и, как и предыдущие, получил стопку с ромом. Да откуда они берутся? То ни одного не было, то уже третий за пять минут.
— Как договаривались, Черепаха, — немногословно попрощался очередной посетитель перед уходом.
— Добро, Слизень, — кивнул ему вдогонку Сильвер и стал снова наполнять стопку.
Я проследил за его взглядом и увидел нового посетителя заранее — бородач с огромным шрамом через весь лоб отвесил пинка какому-то забулдыге за соседним столом и рухнул на табурет-тумбу за нашим.
— Все готовы, Джим, — бросил он, перед тем, как осушить протянутую стопку.
— Отличная новость, — улыбчиво закивал Сильвер.
Пират ушёл, и я снова пристально посмотрел на Черепаху.
— Это был Борода, — сообщил он, — старпом Чёрной медузы. У них, знаешь ли, тоже капитана не стало, вот он и принял на себя командование.
— Бесконечно рад за него, — буркнул я, — но немного ясности всё же не помешает.
— Не будь букой Георг, — улыбнулся Сильвер и замолчал: к нашему столику подошла официантка.
Девушка собрала пустые тарелки, снова кинула на меня игривый взгляд и, вихляя бёдрами, будто в них вшито колесо выписывающее восьмёрки, заспешила прочь. Сильвер подождал, когда она отойдёт подальше, долил чай по кружкам и, громко отхлебнув из своей, обратился ко мне:
— Я придумал план, Георг, и, хочу сказать, что он не из лёгких, но, чёрт возьми, других вариантов я не вижу.
— Рассказывай, — я хотел было откинуться на грядушку, но вовремя вспомнил, что сижу на стальном кубе. Потому облокотился о стол и пристально посмотрел на Черепаху: — подробно рассказывай.
— Ты так и не сказал мне о своих задачах, кроме освобождения рабов, но это и не важно, — махнул рукой Сильвер, — то, что я предложу тебе, впишется в любую картину. Мы проведем атаку на третий астероид, а этот захватим.
— Прости, что? — сказать, что я удивился, значит, ничего не сказать. Да у меня чай чуть носом не пошёл. Его заявление было крайне неожиданным и вообще не стыковалось с моими мыслями. — Я понимаю устроить диверсии, заминировать склады и подходы, но атаковать?
— Что, что, захватим, говорю, этот астероид, а бритов запрём на третьем, — терпеливо повторил Сильвер, — чего тут не понятного?
— Знаешь, что, Черепаха, — протянул я, сжимая телекинез на горле Сильвера и краем глаза отслеживая движения бритов, — до меня только что дошло, почему Джон говорил о традициях. Помнится, в академии нам рассказывали, что офицеры пиратов присягают на верность капитану, принимая из его рук стакан рома. Ещё разговоры эти, немногословные, будто заранее всё обсудили, — я покрутил ладонью в воздухе и пристально посмотрел Черепахе в глаза: — так что, сдается мне, ты меня обманываешь. Этот план ты придумал ещё до встречи со мной.
Вот откуда у меня ощущение, что ситуацию я не контролирую. Сильвер действительно темнил. Все нестыковки в его поведении сложились в очевидную картину. Но ничего. Зато я контролирую Сильвера.
— А я и не говорил, что придумал план только что, — поведя головой, словно его мучил узкий ворот, спокойно ответил Сильвер. — План я придумал после вашего нападения. Против трёх «невидимок» я бы никогда не пошёл, но вы помножили на ноль коммодора с коммандером, а потом и ты мне под руку подвернулся. Удачно подвернулся, надо сказать. Так что мы друг другу пригодимся, Георг. Не сомневайся.
— Легче сказать, чем сделать, — поморщился я. — Особенно теперь. Ты же меня обманывал.
— Понимаю, но я не обманывал, а не договаривал, и напомню, я джентльмен, и мы заключили джентльменское соглашение. Так что будь спокоен, ты помогаешь мне, а я помогаю тебе, бриты прекратят представлять опасность, а под боком у тебя будет дружелюбное пиратское формирование.
— Дружелюбное пиратское… эти слова с трудом сочетаются по смыслам, — покачал я головой. — И твои фразы о соглашении как-то не совсем убедительны с точки зрения доверия, — я добавил в голос сарказма: — Возможно, тебе не хватает цилиндра, для большего сходства с джентльменом?
— У меня был котелок, да весь прохудился, — усмехнулся Сильвер, покрутив пальцем у виска, и, тут же нахмурившись, разразился громким шипением: — Нет, а что ты хотел? Что я проведу тебя по тылам, заведу на склады и пункты управления. Ты сделаешь то, что задумал, оставишь меня здесь, а сам свалишь в туман? Или я с тобой уйду? Ждать милости от твоих командиров?
— Ну… да.
— Нет, так не пойдёт. Слово тебе даю, — посмотрел на меня Сильвер, — вы будете там, мы здесь, остатки бритов закроются у себя и делай с ними, что хочешь. Хоть выкуривай, хоть стереги.
— А пленники? — уточнил я, задумчиво двигая по столу кружку с чаем. Я понимал, что Сильвер наконец-то говорит серьезно. Потому собрался с мыслями, сосредоточился, и у нас с ним пошли торг и конкретика. А ещё я понимал, что он предлагал единственно верный вариант. Никак по-другому пленников не спасти и не освободить. Только, мне бы ещё узнать, что охраняют львы и попытаться хоть краем глаза заглянуть в местную базу данных. Хоть чуточку. Там же должно быть море информации, исходя из рассказа Сильвера о истории базы.
— Захочешь, переправим к вам, или пусть остаются здесь, мы их не тронем.
— Заберу, — протянул я, вспоминая самую главную, изначальную задачу своего внедрения сюда. Всё же, новые задачи, хоть и лакомые, но нельзя терять связь с реальностью. Надо сосредоточиться на том, что реально выполнить. Остальное по возможности. — А ещё заберу большую часть припасов со складов. Вам останется, — я отхлебнул чаю, — скажем, одна пятая часть.
— Это ещё почему? — Сильвер чуть воздухом не подавился, выпучив на меня глаза.
— Потому что ты сам сказал, что я удобно тебе подвернулся, и не сомневаюсь, с бритами разбираться ты отправишь меня. Так что и большая часть добычи моя.
— Да Бог с тобой, Георг, — замахал руками Сильвер, — мы, может, и в бой-то с ними не вступим. У меня здесь, — он указал пальцем себе на голову, — имеется план базы, где отмечены места для закладки взрывчатки. Мы банально уничтожим им всю инфраструктуру и заминируем подходы. Им даже этот невидимый доспех не поможет. Они забудут о любых атаках в вашу сторону. Будут охранять свой тайный объект, и носа не покажут.
Ага, всё же диверсии планируются. Хорошо, что я сам не стал на них настаивать. Но, тогда появляется другой важный вопрос.
Я думал, что займу ключевую роль в его плане, и, исходя из этого, пытался провести переговоры. Договориться о свободе пленников, не раскрывая нашу нужду в провизии, и, как вишенка на торте, получить доступ к точным планам базы пиратов. Но теперь выходит, что мой главный аргумент пролетел мимо, а без продовольствия нам крышка.
— Тогда зачем тебе я? — спросил я. — Какова моя роль?
— Ну, как зачем, — улыбнулся Сильвер, а в его глазах я увидел удовольствие, что он меня заинтриговал, — сейчас расскажу, но у меня есть одно условие. Отнесись к нему серьезно, без него ничего не будет.
— Слушаю, — кивнул я, мысленно готовясь к новому раунду торговли. — Только сильно не наглей.
— Да не, там всё просто…
Сильвер вдруг преобразился. Напустил на себя торжественности, набрал воздуха в грудь и собрался выдвинуть условие, когда, казалось, на всю таверну раздался громогласный окрик:
— Джимми, дружище, так и знал, что найду тебя здесь! — Просто огромных размеров пират двигался к нам, лавируя между столами-тумбами. Ростом он походил на великана, а необхватный живот его колыхался под просторной рубахой и свисал чуть ли не до колен. Голову его украшала тёмно-синяя бандана, а лицо и тройной подбородок носили следы недельной небритости. — Что ты здесь делаешь, пёсий сын?
Взгляды буквально всех в таверне прикипели к гиганту. Даже бриты отвлеклись от тарелок и обернулись на него. Надеюсь, их внимание обойдёт нас стороной. Не нужно оно нам сейчас. Вот совсем.
— Пью, — отсалютовав кружкой, крикнул Сильвер и тут же прошипел мне еле слышно: — никакой самодеятельности. Чтобы не происходило, молчи. Слушай только меня и ничего не делай. Заклинаю тебя, Георг. Ничего. Иначе всё рухнет.
Тон Сильвера был полон такой тревоги и надежды, что я его услышу, что всё нутро проняло. Аж жилы отозвались и задрожали где-то внутри, будто струны задетой гитары.
— Хорошо, — одними губами прошептал я, но он на меня уже не смотрел.
— Это ты сейчас поздоровался, или ответил на вопрос? — хохотнул пират, дойдя до нашего столика и усаживаясь за него. Зрелище, будто огромный слизень растёкся на камне.
— Пью, Пью, — ухмыльнулся Сильвер, — сначала первое, а теперь и второе.
— Ты не заболел? — пират, которого, как я понял, звали Пью, жалостливо посмотрел на моего спутника. — Почему чай, где ром?
— Я в завязке, а ром, — ощерился Сильвер, доставая из-под тумбы бутылку пойла, — я приготовил для тебя, дружище.
— В завязке? — нахмурился великан и помотал головой, — плохой знак, тогда я тоже завязал.
— Ну как посмотреть, — рассмеялся Сильвер, — плохой или хороший, мы узнаем по результатам.
— Всё-таки, правду говорят, ты решился? — понизив голос и продолжая игнорировать моё присутствие, верзила потянулся к чайнику. Взял его двумя пальцами, скинул крышку и опрокинул содержимое себе в глотку. — Уф, хорошо, — фыркнул он, зажмурившись, и, затем, вновь уставился на Сильвера: — есть план?
— Есть план, есть, — растягивая губы в улыбке, закивал Сильвер, — хороший, отличный план, знакомься — Георг, Георг, это Пью, капитан без корабля. Застрял на станции уже очень давно. Так давно, что стал здесь комендантом. Правой рукой бритов.
— Ничего я не застрял, просто не каждый корабль меня выдержит, — хлопнул себя по пузу великан и уставился на меня: — и зачем тебе этот салага? Ты, чей будешь, сосунок?
Слова Сильвера о коменданте заставили насторожиться и собраться сильнее, чем наш предыдущий разговор, потому вопрос великана не застал меня врасплох. Лишь вызвал сожаление, что он не принял ром от Черепахи. Как я понимаю, он отказался признать Сильвера старшим.
— Чего? — не придумав, как лучше ответить на вопрос верзилы, я перевёл взгляд на Сильвера. Между прочим, он сам говорил слушаться его и ничего не делать. Так что притворюсь шлангом.
— Так, не кипятись, — Черепаха успел ввернуть слово до того, как Пью повторил вопрос, и поспешил объяснить: — Пью, дружище, не нагнетай, все мы были молоды, блуждали по жизни без ориентиров. Вот я и решил приютить мальца, помочь ему. Он же всю команду потерял, если ты не в курсе, совсем один остался. Слепой, как котёнок, надо его поддержать.
— Да? — голос великана так и сочился сомнением, — парня я сегодня видел, но не знал, что ты занимаешься благотворительностью.
— Что за скепсис и недоверие в голосе? — с улыбкой развёл руками Сильвер, — я тебя хоть раз обманывал?
— Да.
— Ну, всё течёт, все меняются, — пожал плечами Сильвер и, налив ром в стопку, подвинул её к великану, — пей, старина, и я расскажу тебе о планах, а ты поведаешь мне, кто распускает слухи.
— Я же сказал, что в завязке, — ухмыльнулся Пью, ловко подхватил стопку и выплеснул содержимое на пол.
— Зачем ты так, старина? — в голосе Сильвера прорезалась тревога, и я подобрался для атаки, но он одним лишь взглядом дал мне понять, чтобы я не вмешивался.
— Затем, что не ко времени ты воду баламутишь, Черепаха, — прогудел толстяк, достал что-то из кармана на груди и, не показывая это что-то, грохнул ладонью по столу. — Не сидится тебе спокойно, Джимми, так страдал бы один, а ты всё норовишь бунт устроить. Ты сам виноват, Джим.
Сильвер смотрел на ладонь великана, словно загипнотизированный, и не мог отвести взгляда. В глазах его, как и на лице, несмотря на татуировки, читалась тревога и безмерное удивление.
— Ты правильно переживаешь, Джимми, — прогудел великан и убрал ладонь. На столе остался лежать чёрный кругляш.
— Чёрная метка? — просипел Сильвер и, сглотнув, ошарашенно посмотрел на Пью. — Мне?
— Тебе, — колыхнул всеми тремя подбородками великан. — Не советую сопротивляться, Джимми, те парни сюда не просто так зашли.
Мы с Сильвером одновременно посмотрели на бритов. Они только что расслабленно сидели за своим столиком, а теперь шли к нам и пристально глядели на Черепаху.
— Ты закончил, Пью? — спросил брит в звании полкового старшего сержанта, поведя плечом. Винтовка из-за его спины тут же переместилась ему в руки, улеглась на сгиб локтя. Вроде не опасно, но настолько это действие выглядело отточенным и чётким, что я моментально осознал — чтобы ни произошло, выстрелить он успеет.
— Слишком долго мусолите, — сообщил второй брит, в звании энсина. В отличие от сержанта он не хватался за оружие, а скорчил угрюмую рожу и встал перед нами, как на параде, уперев руки в бока.
— Простите, господин, да господин, — вскакивая с тумбы, заюлил перед энсином. Пью.
В другой ситуации я бы засмеялся от вида такого бегемота, который пытается казаться маленькой, карманной собачкой. Но сейчас мне было не до смеха. Я приготовился к взрыву на полную силу и кинул взгляд на Сильвера. Руки его дрожали, держа чёрную метку, а губы беззвучно шевелились, будто он не мог осознать, что только что произошло. Всё, сдулся боцман.
Я уже было решил, что атакую из-за спины Пью. Прикроюсь жирдяем от стрелка сержанта. Пробью щиты энсина и вцеплюсь ему в глотку, но тут потерянный взгляд Сильвера на мгновение стал твёрдым и ясным. Черепаха чуть заметно качнул головой и снова превратился в убитого горем пирата.
— Раз да, то пойдём, закончим твоё дело, а то мы здесь слишком долго задержались, — сплюнул на пол энсин и, утерев усы тыльной стороной перчатки доспеха, шагнул в сторону.
— Слушаюсь, господин, — закивал головой Пью и, гигантским волчком развернувшись к нам, грубо бросил: — всё кончено, Джимми, вставай и пошли.
— Куда? — голос Сильвера дал петуха, руки задрожали ещё сильнее, а глаза забегали по сторонам. Он явно запаниковал. Даже на меня посмотрел несколько раз, и я, даже зная, что это игра, поверил ему. Ужас в его исполнении выглядел крайне натуральным.
— Как куда? — фальшиво удивился Пью, — в доки, там ты и твои сообщники отправитесь на прогулку по доске. Да, Джимми, мы видели всех, кто пил ром из твоих рук, так что их уже схватили и приговорили. Один ты остался.
— Без суда? Капитанского суда не будет? — понурив голову, спросил Сильвер. — Капитаны не придут? Не выскажут свою волю?
— Будет, — тяжело вздохнул Пью, — придут, не просто же так тебе метку выписали, но не надейся выкрутиться. Даю слово, прогулка состоится.
— Никогда не сомневался в тебе и твоей любви к пафосу, — грустно ухмыльнулся Сильвер, а затем, вдруг, приободрился, глянул на меня, подмигнул и встал с табурета. — Раз придут, то не будем заставлять их ждать.
— Юнгу своего не забудь, — хмыкнул Пью, грузно переминаясь с ноги на ногу, — ему будет полезно увидеть, что бывает с теми, кто плюёт на законы братства.
— Даже и не думал, — поморщился Сильвер, — Георг, мальчик мой, ты только не волнуйся, пойдём спокойно, сегодня ты увидишь редчайшее явление — казнь в пиратском обществе.
— Не только увидит, но и поучаствует, — Пью дождался, когда я подхвачу с пола скафандр и встану с табурета, затем указал рукой на выход. Стоило нам сделать шаг, как он пристроился за нашими спинами, а бриты пошли чуть поодаль, с боков.
Официантки старались не попадаться на нашем пути. Обходили нас стороной. Посетители таверны проводили нас заинтересованными взглядами. Захлопнулись за спиной створки гермодвери. По сторонам потянулись грубые стены из астероидного камня.
Я шёл, спокойно. Спина прямая. Руки чуть перед собой и в них скафандр. Шаг мой был пружинист. Ноги готовились к любому манёвру, который понадобится, а индекс раскручивался, чтобы атаковать. Сбить телекинезом оружие бритов в сторону.
Нет, я не переживал и не волновался, наоборот, на меня снизошло удивительное хладнокровие. Да, хоть я и не знал плана Сильвера и не понимал свою роль в нём, но я доверился ему, и ждал от него отмашки к действию. Но и к отсутствию сигнала я был готов. Сосредоточился на бритах и ждал момента, когда они допустят ошибку. Как только это случится, я нападу сам.
Но момент не наступал — враги оказались бдительными, прикрывали друг друга и держали дистанцию. А сильвер, будто чувствуя моё состояние и готовность к бою, приобнял меня за плечи и стал рассказывать, куда мы идём.
— Пройти по доске — старинное развлечение пиратов, Георг, — говорил он, — только сейчас нет моря и древних парусников, потому название осталось прошлым, а вот суть слегка изменилась. Вместо синевы океана, отчаянных смельчаков поглотит чёрная бездна космоса. Романтика.
— Скафандр дадут? — спросил я, пытаясь ему подыграть, но голос вышел каким-то безжизненным.
— Ты ещё спасбот попроси, — хмыкнул за спиной Пью, — его просто пристрелят и выкинут за борт. В одних портках и рубахе.
— Хорошо хоть не живого, — помотал я головой, чтобы прогнать оторопь от такой романтики.
— Ну, мы ж не звери, — ответил Пью, — что-то человеческое в нас ещё осталось.
— Скорее отстрелят за борт, — поправил его Сильвер, — в устройстве сброса довольно сильное давление, так что человека выбрасывает в открытый космос с огромной скоростью. Кстати, в прошлом отправляли и живого. Смерть наступала довольно быстро, но к её приходу жертва находилась уже в десятках километров от станции.
— «Весёлые» у вас развлечения были, — буркнул я. Совсем недавно, каких-то несколько часов назад, я побывал в похожей ситуации. Правда, меня доспех выручил, но, даже в нём это не было похоже на приятную поездку. Я отчётливо помнил всё, что пережил.
— А то, — хмыкнул за спиной Пью, — обхохочешься, зато все помнят, что бывает с бунтарями.
— Или с теми, кого бунтари сместили, — ехидно добавил Сильвер.
— Или с ними, Черепаха, или с ними, — согласился с Великан, — но сегодня ты на стороне проигравших.
— Неудивительно, — на ходу пожал плечами Сильвер. — Ты внезапно решил сменить хозяев. Вместо ненавистных псов переметнулся ко львам? Надеешься, что тебя заберут отсюда?
— Как же ты жалок, Джимми, — рассмеялся Пью, но тут же умолк, испуганно оглянувшись на бритов, а затем, понизив голос, добавил: — времена меняются. Господин Джером сказал, что они хотят забрать нашу базу обратно. Я всего лишь помогаю им вернуть старые, добрые времена.
— Показать своё раболепство и сохранить место коменданта, вот, что ты хочешь, — сплюнул под ноги Сильвер. — Как всегда, метишь к тем, кто сильнее.
— Как и ты, Джимми. Как и все мы, — с удивительным спокойствием сказал Пью. — А знаешь, что самое забавное? Именно твой бунт станет тем камушком, который запустит лавину изменений. Благодаря тебе мы докажем, что псы не справляются с пиратами, и надо вернуть всё, как было. Ну, не смешно ли?
— Обхохочешься.
— Ну, не злись. Тут только ты виноват. Я же тебя давно предупреждал.
— Лучше бы поддержал.
— Лучше бы предупреждали всех новичков, как у вас тут всё устроено, — не сдержался я, мне надоела их болтовня, и надоело отсутствие сигнала от Сильвера. — Знал бы, как пираты тут развлекаются, ни за что бы, ни записался к вам. Выстрелить человеком в открытый космос. Это ж упасть не встать. Психи.
— Все так говорят, — рассмеялся Пью, но сразу же умолк: коридор вильнул в сторону и мы упёрлись в массивные гермодвери.
— Стойте, — Пью толкнул нас к стене. Мои кости чуть не хрустнули, когда великан протиснулся к пульту управления. Пискнули нажатые им кнопки и створки двери разъехались в стороны.
* * *
Манёвр великана прошёл настолько быстро и неожиданно при его габаритах, что я не успел воспользоваться ситуацией и атаковать. Как вжался в стену, так и стоял, смотрел внутрь отсека доков.
— Мы пришли, благодарю за помощь, господин, — елейно прогудел великан, кланяясь бритам, и рукой указал нам на вход.
— Надо же, все собрались, — расслышал я шёпот Сильвера, отлипая от стены, а затем и сам увидел толпу.
Со стен довольно просторного отсека свисали мотки и обрывки проводов. На полу валялись какие-то инструменты и оборудование, а по углам ютились кучи строительного хлама. Но весь этот бардак никого не смущал. Толпа пиратов (сотни две, не меньше) воспринимала окружающее пространство спокойно. Более того, им, казалось, было дело только до нас. По крайней мере смотрели они в нашу сторону.
Четверых приятелей Сильвера я узнал сразу, даже того, неприметного типа, который вылетел из памяти сразу, как ушёл. Хотя, теперь у него появились приметы: свёрнутый на бок нос и заплывший глаз — его хорошо обработали. Да о чём говорить, всех четверых отделали под орех. С разбитыми лицами и в окровавленной одежде они стояли на коленях по центру отсека, а группа из шести пиратов наставила на них древние винтовки.
— Точно сам справишься? — из коридора до меня донёсся голос энсина.
— Конечно, господин, конечно, — раболепно заверил его Пью, — тут же несколько капитанов с командой, вместе мы сильнее Сильвера.
— Не нравится мне это, — расслышал я ворчание брита.
— Господин, мы же договаривались, мой авторитет….
— Помню, помню, — раздражённо бросил энсин, — доложись потом, как прошло.
— Обязательно, господин, благодарю вас, господин, — заюлил Пью, а потом, когда за спиной лязгнули створки гермодвери, грубо толкнул нас в спину. — Шевелитесь, чего встали.
От его толчка я просеменил несколько шагов и замер чуть позади Сильвера.
— Сюда вставайте, а ты здесь, — снова толкнул нас Пью, и, когда мы оказались на середине отсека рядом с избитыми пиратами, остановил меня в двух шагах от Сильвера.
Оглядев расстановку, великан отошёл от нас на несколько шагов. Пираты с оружием встали рядом с ним, а остальные замерли полукругом за их спинами. Лица всех душегубов выражали только одно, предвкушение предстоящей расправы.
— Черепаха, ты обвиняешься в попытке устроить бунт против наших союзников, — громко и торжественно заговорил Пью. — Обвиняешься в заговоре ради убийства капитанов, — он обвёл рукой, указывая на шестерых вооружённых пиратов, — чтобы самому стать капитаном.
На этих словах неприметный приятель Сильвера легко поднялся на ноги и встал рядом с Пью. Рожа его скривилась в кровавой ухмылке.
— Предатель, — бросил ему вслед Борода и тут же упал: к нему подскочил один из капитанов и заехал прикладом по голове.
— Наоборот, — расслышав обвинение, засмеялся Пью, — он сохранил верность мне и сдал нашего друга со всеми его гнилыми потрохами. — Борода лежал без сознания и не мог ответить, потому Пью грузно повернулся, обвёл взглядом пиратов в первых рядах и добавил: — если у капитанов нет возражений, то можно начинать.
Его слова поддержали одобрительным гулом и он продолжил:
— Ко многим из нас подходили люди Черепахи, — он указал на избитых, — многих из нас они склоняли занять его сторону, присягнуть ему. Так что доказательств особых и не требуется. Тут и так полно свидетелей.
— Да!
— Я видел!
— Подтверждаю!
— Он виновен!
Раздалось со всех сторон почти от всех пиратов. Только капитаны молчали и тяжело кивали.
— Я объявляю тебя виновным в заговоре, Сильвер, — повернулся к нам Пью и, придерживая заколыхавшийся живот, прокричал: — в назидание всем, чтобы никто не вздумал повторить подобное, твоя казнь станет примером! Ты пойдёшь по доске живым!
По рядам пиратов пронёсся гул и ропот. Капитаны дёрнулись и, опустив оружие, ошарашенно посмотрели на Пью. Только избитый неприметный, зло оскалился, глядя на Сильвера.
— Я всё сказал! Кто-то хочет оспорить? — Великан обвёл всех взглядом и, даже капитаны дали заднюю. Отступили на шаг и покачали головами.
Я видел, как они недовольны, но и они видели, что Пью разговаривает с бритами. Теперь я понял, слова Сильвера, что пираты уважают только силу. Сейчас она была на стороне Пью, а я, кажется, начал догадываться, в чём состоял план Черепахи.
— Ну, что стоишь? — оскалился жирдяй, глядя на Сильвера, — давай, снимай скафандр и, лезь в аппарат сброса. Или тебе помочь?
Стоило ему закончить, как несколько капитанов снова подняли винтовки и взяли Черепаху на мушку, но он не дрогнул.
— Сначала я хочу взять слово, — неожиданно твёрдо сказал Сильвер.
— Нет смысла, Джим, — покачал головой Пью, — тебе не жить при любых раскладах….
— Ой, да заткнись ты, порося, — отмахнулся от его слов Сильвер и, теперь уже все капитаны вскинули и навели на него оружие, а в толпе пиратов кто-то присвистнул. — Я признаю подготовку бунта, но ты конкретно не прав. В своём желании всех запугать и избавиться от меня, ты не учёл одного. Я не могу стать капитаном и не собирался им становиться. Больно оно мне надо.
— Ложь! — воскликнул Пью, указывая на неприметного, — Джон всё рассказал….
— Джон не знал, что я всего лишь иду на место старпома, а капитаном будет он, — Сильвер неожиданно скаканул мне за спину и опустил руки на мои плечи.
Стволы пиратских винтовок тут же навелись на меня.
— Твой выход, Георг, — шепнул в затылок Черепаха, — твоя роль.

----------

Глава 13

Глава 13
— Моя роль! — грянуло набатом у меня в голове.
— Моя роль! — вторило эхо, когда взгляд смотрел в дуло наведённых на меня винтовок.
— Мой выход! — пришло понимание, когда первый ствол озарился вспышкой.
Я не слышал выстрела. Не слышал вообще никакого шума. Накопившееся недовольство и усталость этого дня, а также абсурд и сюрреализм происходящего настолько перегрузили меня, что мозг банально отключился. Остались только рефлексы. В подкорку, в жилы, в мышцы вбитые рефлексы.
Локальный щит остановил пулю. Затем вторую. Затем еще десяток. Капитаны пиратов палили, словно сумасшедшие. Их лица кривились от злобы. В глазах читалась жажда крови…. Это по началу. Но, стоило замереть последней пуле, как остервенелость на лицах сменилась удивлением. Кто-то даже закусил губу от изумления.
Перевел взгляд на пули. Десятки свинцовых комочков замерли передо мной. Подтянул одну из них телекинезом и взял в руку. Поднёс к глазам и, разглядывая бороздки на мягком металле, покрутил между пальцев. Затем взял ещё одну. Даже не верится, что только что они были способны разнести меня в клочья….
Разнести… меня⁈ Волна гнева поднялась и накрыла с головой. На глаза упала кровавая пелена. Сила! Пираты уважают только силу! Ну, держитесь, огрызки космические. Будет вам сила! Всё вам будет! Как батя с Дедом завещали! Гуляй рванина!
Локальный щит исчез. Пули рухнули, беззвучно запрыгали по полу, а я рванул вперёд, в толпу капитанов.
Индекс забурлил. Сила замкнула вокруг меня сферу родовой техники. Моментальное ускорение придало скорость болида на гонках. Пять метров расстояния исчезли моментально и я, как тур, влетел в пиратов.
Капитанов разметало словно кегли. Подтянул одного телекинезом. Выхватил его саблю. Взмах и разлетелись в стороны алые брызги. Взмах и я прыгнул дальше, уже в толпу обычных пиратов.
Круговой толчок и вокруг меня свободное пространство. Первые ряды просто повалило на пол. Тут же метнул саблю. Закрутил её телекинезом, и следующий ряд бандитов развалился надвое. Сабля вернулась в руку, и я прыгнул дальше.
— Уважаете силу? Так вот вам сила, — стучала у меня в голове единственная мысль.
Я прыгал и крутился. Рубил и резал. Таранил врагов родовой техникой. Толкал их телекинезом. Хлестал кровавой плетью. Кто-то выстрелил, и я успел подхватить индексом вспышку залпа. Огненные шары разлетелись в разные стороны. Они прожигали защиту противников, плавили их скафанадры.
— С белой повязкой свои! — донёсся до меня в пылу схватки чей-то еле слышимый крик, кажется, Сильвера…. Точно, его. Перекошенная рожа Черепахи возникла перед глазами, и он закричал ещё раз. Я понял, что не слышу его, а только угадываю по губам.
Остановить удар я не успел. Кулак влетел прямо в скулу Сильвера, и его снесло в сторону, а я увидел, что в отсек, словно плотину прорвало, хлынула волна пиратов с белыми повязками на рукавах.
Моментально принял поправку и стал рубиться дальше, только более осознанно. Изначально в схватку я вступил на условии, что кругом одни враги и отдался ей полностью. Сейчас же, понимал, что это не так. Помощь пришла.
Сознание прояснилось. Кровавая пелена спала. Я стал не только драться, но и анализировать происходящее. В голову тут же полезли кадры от начала моей атаки.
Стоило мне рвануть на капитанов, как неприметный Джон выхватил нож и всадил его в бочину жирдяя Пью, а прочие друзья Сильвера вскочили с колен и рванули за мной. Они так и держались весь бой за моей спиной. Добили капитанов, когда я их разметал. Подхватили их оружие и стали стрелять, пока толпа пиратов не захлестнула их. Тогда они перешли в рукопашную, но всё равно старались держаться меня. Они буквально шли по моим пятам и только поэтому до сих пор были живы.
Что же касательно Сильвера, то за моей спиной он развернул плазменный щит. Подстраховался от пуль, козлина, на случай, если я не справлюсь. Где только достал его?
Я попытался разозлиться на Черепаху, но не получилось. После моей атаки он выскочил из-за щита и тоже ввязался в драку. Пробился к своей команде и вместе с ними отбивался от врагов.
Интересно, на что он рассчитывал без меня? Подумал я, припоминая пару моментов, когда в бою выручал Сильвера и его команду. Собственно, это было последнее, что я подумал. Бой кончился, и я замер на месте. На глаза попадались только пираты с белыми повязками. Они потрясали винтовками и саблями в руках, вскидывали их вверх и что-то кричали.
Я успокоил индекс, помотал головой, прогоняя боевое безумие и, сначала тихо, а потом громче и громче услышал многоголосый крик:
— Светляк! Светляк! Светляк! — скандировали пираты.
— Это наш капитан! — размахивая руками рядом со мной, надрывал глотку Сильвер.
— Капитан Светляк! Капитан! — вторила ему толпа белоповязочных, а вокруг, по всему отсеку валялись трупы собравшихся на казнь пиратов.
— Он даже не запыхался, — прокричал кто-то рядом с восхищением в голосе, и я заметил неприметного Джона. Метнул в его сторону захват телекинеза. Схватил за горло и подтянул к себе. В моей руке сам по себе возник нож.
— Стой Георг, стой! — прокричал Сильвер, когда лезвие ножа замерло у лица Джона, — капитан, он свой, просто играл роль!
— Роль? — прорычал я, снова ощущая, как в груди поднимается волна злости.
— Да-да, роль, — запричитал Сильвер и попытался оттащить от меня хрипящего Джона. У него ничего не вышло, и он вцепился в мою руку с ножом. — Только так мы могли собрать в одном отсеке всех, кто мешает нашему плану.
— Хорошо, — кивнул я, отбросил от себя Джона и схватил за горло самого Сильвера. — Значит, это был твой план? — прорычал я, приставляя нож к его уху. — Тот самый, хороший план?
— Да, Георг, да, — с трудом просипел Сильвер, и в этот раз я увидел в его глазах неподдельный страх, — всё же получилось, оглянись, ты теперь капитан….
Этот страх в глазах слегка отрезвил меня. Я оглянулся, ничего нового не увидел, но, вдруг осознал, что стою посреди отсека, как тур среди диких собак…. Как медведь среди шакалов, и эти самые шакалы не собираются нападать.
— Вот это силища, — услышал я слова из толпы шакалов.
— Интересно, а того брита в огромном доспехе он заломает?
— Нас всех точно порешит, если захочет.
— А начнет с Черепахи, — добавил кто-то ехидно.
— Так тот сам нарвался.
— Идеальный капитан.
— Делаем ставки на Светляка против брита….
— На капитана Светляка.
Услышанное и увиденное заставило меня ослабить хватку. Пираты с белыми повязками, а их тут набилось не меньше пары сотен, смотрели на меня преданными взглядами и ждали команды. Вдруг, выступив из-за спины, в поле зрения оказался краснолицый Кардинал.
— Капитан, мы ждём Ваших распоряжений, — сказал он с почтением в голосе.
— Капитан, — повторил я за ним. — Капитан, — повторил ещё раз, словно пробуя на вкус это слово.
— Капитан, капитан, — попытался закивать головой Сильвер. — Поздравляю, ты сделал головокружительную карьеру, Георг. Всего за пару часов стал капитаном. Вожаком отчаянных, лучших головорезов этой галактики. Они пойдут за тобой куда угодно, даже в ад.
От его слов мне захотелось рассмеяться. Заржать, затрубить, как мамонт. Карьера? Головорезы? Лучшие? В ад? Да тут везде неопровержимое доказательство правоты учителей из академии. Один морпех стоит десятков, а то и сотен обычных вояк. Так, как они могут быть лучшими? Да никак….
А его слова о карьере? Горькая истина. Никогда я так быстро не рос в звании. Приятно? Ха, как бы не так. Лучший среди худших всегда быстро взлетит….
Видимо, мои мысли отразились на лице. Скрыть иронию и презрение к словам Сильвера было не в моих силах. Черепаха увидел это, и закашлял, как перегретый движок:
— Ты теперь капитан. Все по плану. Ты же сам хотел и захвата и свободы пленников….
Придушил его, чтобы не мешал думать. Ещё раз окинул взглядом пиратов, замерших в ожидании приказов офицеров, и понял — я ни черта не понимаю, что дальше. Что им приказывать? У меня ни плана базы, ни знаний местного распорядка и правил. Есть только желания и задачи.
Сильвер прав. Без него я не справлюсь, ведь план его….
— Что дальше? — отпуская горло Черепахи, спросил я тихо, но твёрдо.
— Дальше, а дальше самое интересное Георг, — покрутил шеей Сильвер и, вдруг, расхохотался. Затем вскинул руки вверх, выдал ногами какое-то танцевальное па, и заявил: — у нас получилось сейчас и получится снова! Светляк поведёт нас к победе!
— Светляк! — заорали в едином порыве пираты.
— Капитан Светляк!
— А теперь, быстро навели здесь порядок! — гаркнул Сильвер, взмахом руки обрывая всеобщий гвалт. — Мистер Смит, формируйте команду заслона, на вас защита базы, когда мы отступим.
— Слушаюсь, старпом, — кивнул приятель Черепахи по прозвищу Слизень.
— Мистер Джонс, на вас команда для минирования, мистер Браун, команда прикрытия, — продолжал Сильвер, а Борода и Кардинал принялись раздавать команды и делить белоповязочников. — Мистер Эванс, на вас разведка, как и всегда.
— Принял, — кивнул неприметный Джон и, по его кивку, из-за контейнеров в отсеке вынырнул десяток пиратов, которых я раньше не замечал.
— Бодрее господа, веселее, — закричал Сильвер, — джентльмены, мы полным ходом идём к намеченной цели. — Затем он повернулся ко мне и доложил: — капитан, ваши распоряжения розданы, если у вас нет ещё каких команд, то….
— Пусть принесут поесть, — буркнул я, ощущая, что после боя уже нет той прежней сытости. Я не проголодался, нет, но хорошо потратил энергию. Так что лучше снова заправиться.
— Крылышко, — гаркнул Сильвер, — пожрать капитану принеси из таверны, только натурального….
— И переодеться надо, — я заметил, что мой комбез заляпан кровью.
— Какой размер, — прищурился Сильвер, и тут же хмыкнул, — а, на глаз вижу. Все будет. Крылышко!
Коренастый пират, совсем не похожий на крыло или птицу, понятливо кивнул и выбежал из отсека. Остальные белоповязочники уже занимались своими делами. Кто-то таскал тела погибших к шахте сброса в открытый космос, кто-то сортировал оружие павших противников. Неприметный Джон со своими людьми растворился, будто их и не было в отсеке, а Кардинал, Борода и Слизень кричали, отбирая людей в команды.
— И всё же я не ошибся в тебе, Светляк, — довольно оглядывая происходящую суету, произнёс Сильвер, — ты прямо машина войны. Одно загляденье было смотреть, как ты воюешь.
— Капитан Светляк, — поправил я Сильвера.
— Да, капитан, — хмыкнув, согласился он.
— Я что-то смешное сказал? — не понял я.
— Нет, что ты, — покачал головой Сильвер, веселье слетело с его лица, и это мне понравилось.
— Вот и славно, — пожал я плечами и, приглядывая на полу саблю для себя, добавил: — удивительно, ты даже не попытался убить меня вовремя боя. Тыкнул бы в спину и всё.
— Что ты такое говоришь, Георг? — возмутился Сильвер. — Мы же заключили джентельменское соглашение, ты нужен мне, я тебе. — Он помолчал и добавил: — да и попробуй тебя пырнуть, ты же натуральная мясорубка. Не понять, где у тебя спина, а где перед.
— Значит, пытался? — ухмыльнулся я.
— Нет, — вновь покачал головой Черепаха, и лицо его стало серьёзным, — мне с русскими дружить надо, и это возможно только через тебя. — Он замолчал на пару секунд, подумал и продолжил: — а вот ты меня чуть не укокошил.
В памяти всплыл момент, когда он кричал, что пираты с белыми повязками свои, а я дал ему по морде. Присмотрелся, и разглядел здоровенный бланш у него на скуле. Он только начинал темнеть, но уже был хорошо различим.
— Сливается с татуировками, — хмыкнул я, — так даже лучше. Картина более завершённая.
— Знаешь, Георг, наши отношения так зайдут в тупик, — вздохнул Сильвер, — я не знаю, что ещё сделать, чтобы ты начал доверять мне, и твоя настороженность, граничащая с агрессией, ушла из нашего общения. Ты же готов убить меня при первой возможности.
— Вот это ты завернул, — от удивления я даже повертел головой.
— А как ещё прикажешь реагировать? — пожал плечами Сильвер, — без доверия у нас ничего не выйдет.
— Хочешь доверия? — меня осенила одна мысль, — так изложи план, доставай карту базы, и давай разберём все детально, чтобы я был в курсе. А то, знаешь ли, с такими сюрпризами, как этот, — я обвёл рукой отсек, — ни о каком доверии речи не идет.
— Это само собой разумеется, — вздохнул Сильвер, — я так и собирался поступить. Больше никаких сюрпризов.
— Ну, так не медли, наладь доверие между нами, Джим, — ухмыльнулся я, — или называть тебя мистер Сильвер?
— Не обязательно, можешь и просто Сильвер, — поморщился Черепаха, — мистер, это у нас так к офицерам обращаются.
— Ну, ты же мой старпом, верно? Значит, будешь мистер Сильвер.
— Как пожелаешь, капитан, — безразлично кивнул Черепаха и достал из кармана скафандра маленькую коробочку, которая тут же выдала перед нами голограмму плана базы пиратов.
— Ещё один момент, пока не начали, — опередил я Сильвера, — почему Светляк?
— А ты видел, как полыхали твои татухи? — усмехнулся мой старпом. — То синие, то зеленые, то желтые, то красные. Да ты переливался, как новогодняя ёлка. А когда огнём стал пуляться, так я думал, что ослепну.
Что ж, я так и думал. Просто уточнить хотел.
— Понятно, — протянул я и вздохнул. — Ладно, давай разберём твой план.
* * *
Крылышко принёс новый комбез и обед где-то через пять минут. Не забыл он и о моём старпоме. Так что я переоделся в чистое, и мы с Сильвером, усевшись на какие-то ящики и активно работая ложками, стали изучать план базы.
— На том астероиде несколько оружейных складов, три ангара с продовольствием и комната отдыха бритов, — Сильвер указал на нужные помещения пальцем, и они подсветились красным. — Больше никаких важных для нас помещений нет.
— А вторая харчевня? — уточнил я, глядя на большой отсек на плане, — там же должны быть свои склады.
— Нет, это только тут, тот трактирщик берёт все с общих складов.
— Понятно, — протянул я, краем глаза наблюдая за суетящимися вокруг пиратами с белыми повязками. Некоторых из них я узнавал, видел недавно в таверне.
Доверие доверием, капитан капитаном, но я все еже оставался настороже. Окружил себя поисковой техникой, и реагировал на каждого, кто приблизится к нам ближе, чем на десять метров. Каждое мгновение я был готов повторить недавний бой.
— На нашем астероиде мы уже взяли все под контроль, Джон доложил, что бриты ушли к себе, а оставшиеся пираты либо перейдут на нашу сторону, либо мы от них избавимся.
— Угу, — кивнул я и посмотрел на три кубрика на плане, — а здесь что?
— Да так, комнаты офицеров львов и псов, а эта является центром координации. Ничего важного.
— Постой, что за центр координации? — встрепенулся я, — командный пункт бритов?
— Он самый, — поморщился Сильвер, там несколько компов стоят и станция связи, но её ещё не вывели на поверхность астероида и она не работает.
— Так на этих компах может быть информация о походе, — я хлопнул себя по лбу, — и это ты называешь не важным?
— А как ты планируешь туда пробраться? — удивлённо воззрился на меня Сильвер, — все отсеки на том астероиде, кроме служебного порта, этих трёх кубриков и двух казарм, охраняют пираты. Я так подгадал, что мои парни сегодня в карауле там будут стоять, значит Борода с командой сможет притвориться рабочей партией, проникнуть туда и заминировать там всё. А сюда мы никак не попадём, там на часах бриты стоят.
— В смысле Борода сможет заминировать? — теперь удивлённо смотрел я. — А мы, что будем делать?
— А мы будем сидеть здесь и ждать, когда всё сделают, а после начнём представление, — с довольным видом произнёс Сильвер. — Наша с тобой работа закончена. Останется только выйти на связь с твоими сослуживцами, когда мы отделимся от бритов и провозгласим независимость.
— Вон оно как, — протянул я, почёсывая затылок, — неожиданно.
— А то. Если варит котелок, — Сильвер постучал себя пальцем по голове, — значит, ноги могут отдохнуть.
— Но ты говорил ещё про какое-то условие, когда мы сидели в таверне.
— А, забудь, — отмахнулся Сильвер, — я хотел предупредить тебя о предстоящей драке и попросить выступить в роли капитана. Но, как видишь, всё получилось само собой.
— Нда, — протянул я задумчиво. Попасть в командный пункт бритов хотелось, но эта возможность, кажется, уже уплыла куда-то далеко. Интересно, если я скажу, что мне туда надо, Сильвер согласится?
— О, нет-нет, — замахал руками Черепаха, когда я посмотрел на него, — мы туда не пойдём. Всё, сидим тут и не шевелимся, Георг.
— Капитан, старпом, — появление Бороды я срисовал заранее, потому был готов, а вот Сильвер от неожиданности вздрогнул. — Кажется, у нас проблемы.
— Что случилось, мистер Джонс? — недовольно поморщившись, посмотрел на пирата Черепаха.
— Наши подрывники, Зим и Кларк, погибли во время боя, — развёл руками бородач, — так что моя команда не сможет осуществить задуманное.
— Чёрт, чёрт, чёрт, — вскочил на ноги Сильвер, — как же так, как не уследили? Кто пустил их сюда?
— Все пошли, и они пошли, — развёл руками Борода. — Я предупреждал, чтобы они отсиживались в таверне, но не послушали.
— Чёрт, чёрт, — повторял, как заведённый Сильвер и топал ногой по полу.
Я видел, что сообщение Бороды выбило его из равновесия. Да что уж там говорить, это сообщение поставило весь план на грань срыва. Потому я спокойно скрестил руки на груди, улыбнулся и стал наслаждаться зрелищем.
— Что же делать, что же делать, — бормотал Сильвер, крутясь волчком на месте. — Бороду бы тебе оборвать, дурень ты космический, — плевался он ругательствами на Джонса, а тот стоял со скорбным видом и молчал.
Сильвер покрутился ещё немного на одном месте. Похватался за голову, попричитал и, наконец, заметил мой довольный вид.
— А ты чего улыбаешься? — не сдержался он, — весело тебе? А то, что у нас ничего не выйдет ты понял? Всё, нет подрывников, нет и диверсий. Дернул же чёрт меня связаться с вами идиотами, — взмахнул руками Сильвер.
— Отставить панику, — еле сдерживая смех, широко улыбаясь, произнёс я.
— Да ты хоть понимаешь?
— Молчать! — надавил я голосом, — сидеть!
Как только Сильвер заткнулся и рухнул обратно на ящик, я продолжил:
— Ничего страшного не произошло, — произнёс я спокойно, — погибли и погибли….
— Да нет у нас минёров больше, ты не понимаешь….
— Как минимум один есть, — прервал я Сильвера в очередной раз и, улыбнувшись ещё шире, хлопнул себя ладонь по груди, — ты на него смотришь.
— О нет, — глаза Сильвера округлились, он сразу понял, куда я клоню и почему такой довольный. — Ты же полезешь в командный пункт.
— А то, — кивнул я, продолжая улыбаться, — это ж по пути.
— По пути на тот свет, — вздохнул Сильвер, но его глаза тут же заблестели, будто его посетила какая-то идея, и он моментально успокоился, — но другого выхода у нас нет. Так что, капитан, веди нас.

----------

Глава 14

Глава 14
Астероид пиратов мы проскочили без помех. Как и говорил Сильвер, он уже был наш. Буквально на каждом углу стояли вооружённые пираты с белыми повязками и кивали при виде нас. Сильвер обещал, что такая же картина будет и на астероиде бритов. Только без белых повязок. Их пришлось снять для конспирации.
Если всё пойдёт по плану Сильвера, то мы спокойно заминируем склады, а затем….
— Георг, бандану повяжи на голову, — прервал мои мысли Черепаха, когда мы подошли к переходу в спицу-коридор на астероид бритов.
— Эм, это не бандана, а целый шарф или чалма, — оценил я красную ткань в руке Черепахи.
— Ну, ты сам отказался от скафаднра, а лицо у тебя приметное, — поморщился Сильвер, — тебя многие видели и мы можем их встретить. Вдруг узнают, тогда вопросы возникнут.
От скафандра я действительно отказался. Даже боевые оказались такими же деревянными, как прежний. Нет, конечно, они гибче гнулись и давали больше свободы движения, но до моего доспеха им далеко. Так что в бою лучше без них. Только мешать будут. Потому я ограничился рюкзаком с запасом кислорода и трубкой с полумаской. Своеобразный аварийный комплект. Тут многие так ходили на случай разгерметизации отсеков. Но Сильвер прав, татуировки на лице всё равно видно, а если они ещё и засветятся, то вообще труба. Конец всей операции.
Забрал бандану. Повязал на голову и закрепил на кислородной полумаске так, что видны остались только глаза.
— Стой смирно, — сказал я Сильверу, когда закончил, и посмотрел в забрало его шлема.
— Да нормально, сойдёт, — махнул тот рукой, но я всё же вгляделся в своё отражение. Поправил бандану ещё раз. Затем, привыкая к новому оружию, проверил, как держится сабля на бедре, боевой нож и древний пистолет за поясом, и только потом зашагал в коридор-спицу. Сильвер и скованная скафандрами шестёрка пиратов сопровождения заспешили за мной.
Борода с основной командой ушли раньше, чтобы не создавать столпотворение. Когда мы придём на место, к первому складу, они уже должны все разведать и подготовить взрывчатку. Где они её возьмут? Да здесь же, с местного склада. Сильвер сказал, что всё схвачено, значит так и есть. Особого доверия у меня к нему не появилось, но план же его? Его. Значит и хитрить ему смысла нет. Сейчас мы действительно играем за одну команду. А вот около центра координации он может что-нибудь да выкинуть. Например, слить меня бритам.
С одной стороны ему это не выгодно. Как он потом будет договариваться с моими бойцами на третьем астероиде? С другой же стороны, а кто его знает? Вдруг переобуется, и начнёт играть в надежде на статус главного пирата при бритах? Не просто же так у него глаза заблестели, когда он согласился заглянуть в этот самый центр координации.
Казалось бы, если такие сложности, то зачем я лезу в этот центр координации бритов…. Тьфу, ну и название придумали для пары компов и неработающей связи…. Точно, связь!
— Мистер Сильвер, — остановился я посреди спицы-коридора и поднял забрало на шлеме Черепахи, — а что у нас со связью?
— Нормально всё у нас со связью, — буркнул Сильвер, нехотя указывая на слабозаметный кусок пластика у себя в ухе, — Борода докладывает, что уже на месте.
— А мне ты гарнитуру дать не хочешь? — нахмурил я брови, чтобы он увидел моё недовольство за банданой на лице. — Мне тоже надо быть в курсе происходящего.
— А я, что, разве не дал? — наигранно округлив глаза, удивился Сильвер, и, тут же покачав головой, зацокал: — совсем память дырявая стала. Забыл, как есть забыл. Вот, — он достал из кармана скафа гарнитуру и зацокал сильнее: — ой, сломалась.
— Вот, капитан, возьми мою, — шагнул к нам один из пиратов сопровождения, откидывая щиток забрала и снимая с головы незаметный гаджет.
— Спасибо, боец, — кивнул я неожиданно молодому пирату, принимая устройство, — как тебя кличут?
— Тэд, капитан, Носатый Тэд, — ответил пират, и я обратил внимание, что нос его, действительно, имеет странную форму, навис над губами, словно слива-мутант.
Я бы так и пялился, позабыв о приличиях, но Тэд, спасибо ему, отвлёк вопросом:
— Капитан Светляк, — сказал он одновременно торжественно и со страхом в голосе, — а Вы… Вы научите меня тем приёмам, которыми… ну… — он опустил взгляд и посмотрел слегка в сторону, будто что-то выискивал на полу, — которыми так круто… дрались… когда….
— Понял вопрос Тэд, — прервал я его, когда разобрал, о чём он просит.
Удивительно, это его смущение вызвало во мне симпатию. Кажется, неплохой малый, надо его науч…. Что я несу? Он же пират.
— Эм, поговорим, когда закончим дела на астероиде, ладно, Тэд? Напомни потом.
— Круто, капитан, обязательно, — сверкнул глазами Тэд, а лицо его засветилось в предвкушении.
— Круто, — процедил Сильвер с ехидством, от чего Тэд вздрогнул, — так и вижу, как бравый носатый становится капитаном, режет торговцев и грабит караваны. Да?
— Так да, — растерянно протянул Тэд, затем мотнул головой и неуверенно добавил: — или нет….
— Благодарю за гарнитуру Тэд, — ещё раз кивнул я, и отвесил Сильверу подзатыльник: — нечего зыркать так злобно, сам виноват, старпом.
Черепаха лишь поморщился и, бросив ещё одни взгляд исподлобья на Тэда, пошёл вперёд.
— Не обращайте внимания, он просто дуется, — хмыкнул я пиратам из сопровождения и за пару шагов догнал Сильвера.
На ходу перемотал бандану, чтобы она скрыла ещё и гарнитуру. Проверил связь и толкнул Черепаху в плечо.
— Хватит дуться, старпом.
— Никогда, никогда больше так не делай, — вдруг прошипел Сильвер. — Ты роняешь мой авторитет перед командой. Понял, Светляк?
— Капитан Светляк, — поправил я его.
— Да, как скажешь, но….
— Захлопнись земноводное, и слушай сюда, — резко прервал его я, пробивая слабенький щит и хватая телекинезом за шею. — Ты мне сам втирал про доверие, а теперь, якобы, забыл про связь для меня. Ещё один такой залёт, и не то, что при команде, я тебе просто голову откручу. Понял?
— Ты не….
— Посмею, ещё как посмею, Черепаха. Ты сам меня назначил капитаном и рассказал о плане, так что теперь мы ролями поменялись. Это ты теперь не сможешь ничего без меня.
На лице Сильвера отразился мысленный процесс, и я увидел, что к нему пришло понимание.
— Дошло, старпом?
— Дошло, — недовольно буркнул он.
— Ну, дальше сам думай, где просчитался, — хмыкнул я, а у самого перед мысленным взором стоял тот его хитрый блеск в глазах. Ох, не зря он забыл о гарнитуре для меня, не зря. Явно что-то задумал черепах татуированный. — Заодно заруби на носу, я теперь знаю побольше твоего.
— Это, что же такое ты знаешь? — недоверчиво, с ехидцей в голосе спросил он. — Наверняка наводишь тень на плетень, лишь бы цену себе набить.
— Хорошая попытка, буржуин, но не выйдет, — хмыкнул я, вспоминая один древнейший анекдот.
— Что? — выпучив глаза, отвёл голову назад Сильвер. — Какой ещё буржуин?
— Шучу, — улыбнулся я, хоть под кислородной маской и тканью банданы он не мог этого увидеть. Да и шутка так себе вышла.
Просто Сильвер, сам того не зная, подал отличную идею. Как я могу разрушить его хитрющие задумки меня слить? Только поднять свою ценность в его глазах. А как это сделать? Вот для этого и нужно было время. Шутка, хоть и глупая, сыграла свою роль. Пусть я выиграл всего пару мгновений, но успел вытащить из памяти то, что станет джокером в моей руке для игры с Черепахой. То, что кровно его заинтересует.
— Видишь ли, какое дело, — пошёл я в атаку, раскрывая карты, — мы на своём астероиде, на складах и в других местах, обнаружили секреты с взрывчаткой и скрытой системой подрыва. Учитывая, что ты ни словом об этом не обмолвился, и мы идём минировать склады у бритов, то о таких вещах тебе неизвестно.
— Неизвестно, — задумчиво покивал Сильвер, — но это многое объясняет, например спокойствие бритов, что мы не поднимем восстание против них.
— Именно, — покрутил я ладонью перед собой, как бы поддерживая и развивая его мысль, — они могут гнуть вас, как угодно, а если что-то пойдёт не так, то просто взорвут.
— Угу, — продолжил кивать Сильвер и, вдруг, спросил: — как обнаружить эти секреты? Расскажи, и парни их обезвредят, да и на астероиде бритов можем ими воспользоваться.
— Хах, — не удержался я от смешка, — если бы всё было так просто, Черепаха.
— Неужели сложно?
— Зришь в корень, — ответил я, поправляя рюкзак на спине, он слегка сполз и мешал движению. — Обнаружить их довольно сложно, особенно, если не знаешь, куда смотреть. Так что я сам разберусь, как только вернёмся. Тем более у тебя больше нет саперов. Так что и обезвредить смогу лишь я.
— Договорились, — кивнул Сильвер и переспросил, — а использовать на астероиде Бритов такие секреты сможешь?
— Тоже не вариант, — пожал я плечами, — привлечём слишком много внимания, когда будем искать и, когда будем вскрывать люки, чтобы влезть в эту сеть. Там всё достаточно на виду расположено.
— Согласен, лишнее внимание нам ни к чему, — протянул Сильвер и о чём-то задумался.
— Не веришь? — легонечко толкая его в плечо, спросил я, специально выделяя слова насмешкой, чтобы у него сложилось мнение, будто я над ним подзуживаю.
— Пятьдесят на пятьдесят, — поморщился Черепаха. — Вроде и бред, но и на правду похоже.
— Добро пожаловать в клуб, старпом, — негромко засмеялся я, — всё наше общение у меня с такими же ощущениями ассоциируется.
— Я уже говорил тебе, что зря ты мне не доверяешь, — протянул Сильвер, всё ещё над чем-то раздумывая.
— Ты мне тоже, — пожал я плечами. — Вот, рассказал тебе о секрете с взрывчаткой, а ты не веришь.
— Да, может ты выдум….
— Капитан, старпом, — не дали ему договорить два пирата, дежурившие у гермодвери на входе в астероид бритов.
За беседой мы прошли всю спицу-коридор и оказались прямо перед створками. Сильвер этого не заметил, а я часовых засёк поисковой иехникой ещё на подходе.
— Всё спокойно? — зыркнул на них Сильвер.
— Тише только в открытом космосе, Черепаха, — оскалился один из охранников, рослый пират, на голову выше меня.
— Что ж, пусть так и остаётся, пока мы будем внутри, — кивнул Сильвер и направился к панели управления гермодверью. — Так вот, Георг, — продолжил он, — я тебе, конечно, верю, но….
— Техникой поиска владеешь? — не дал я ему договорить.
— Только простейшей.
— Этого хватит, — я остановился около него и указал на дверь: — Открывай и смотри под ноги.
— Чего я там не видел? Камень? — буркнул Сильвер, набирая команду на панели управления.
Кнопки под его пальцами пропищали, створки разъехались в стороны, и нас встретил пустой коридор в толще астероида.
— Вот здесь, — я шагнул вперёд и указал на несколько метров пола у самого входа. Чуватов на нашем астероиде нашел секрет в таком же месте. — Прощупай, что под ногами, где-то метр глубины.
Сильвер встал рядом со мной. Сосредоточился. Закусил от натуги губу, и лицо его покраснело. Он использовал простейшую технику поиска, ту, которая выдавала положение бойца всем, кого коснётся его аура. Но она же была и самой точной. Почти как зрение.
— Там полость и какие-то механизмы, — посмотрел на меня Сильвер округлившимися глазами. — Ты, что, правду сказал?
— Угу, — кивнул я, — это один из узлов управления, заряды где-то здесь, в стенах. Если я правильно понимаю, то они спицу-коридор отстреливают.
— Как же до этого узла добраться? — протянул Сильвер и потёр подбородок, — тут резак нужен промышленный… у нас есть такой….
— И пока ты будешь ковыряться, тебя даже не спросят, что ты здесь делаешь, а сразу пристрелят, — оборвал я его мечты. — Соберись, старпом, коней на переправе не меняют, вот и ты планы не меняй. Тем более тут таких узлов несколько, и я не знаю точно, какой и за какую взрывчатку отвечает.
— Твоя правда, — приободрился Сильвер и посмотрел на меня как-то иначе, с доверием, что ли. — Но на нашем астероиде ты мне все эти узлы покажешь.
— Иначе я бы о них не рассказал.
— Ну да, ну да, — усмехнулся Сильвер и неожиданно добавил: — ох и хитрец же ты, Георг, переживал, что я тебя солью у командного пункта, и решил подстраховаться? А, главное, как проделал, я теперь без тебя буду крайне неуверенно себя чувствовать.
— Я? — деланно изумился я, даже пальцем себе в грудь показал, — да никогда в жизни. А ты, что, и правда, хотел меня слить?
— Даже не думал, — ощерился Сильвер и, остановившись, громко расхохотался.
Смеялся он долго и сильно. Хватался за живот. Сгибался и разгибался. Пытался что-то сказать и не мог. Мы, с шестёркой пиратов из сопровождения, терпеливо стояли рядом и смотрели на него, как на дурачка. А что, смех без причины — признак дурачины. А почему ржал Сильвер, никто из нас не знал.
— Ох, уморил, — успокоившись, выговорил Сильвер. Вытер рукой выступившие слезы, вздохнул и, срываясь на мелкие смешки, выпалил: — мы с тобой два сапога пара, недомолвки, оговорки… ты достойный про… собеседник, Георг. Достойный.
— Это признание моей победы? — улыбнулся я в ответ на его откровенность.
— Скорее, признание, как равного, — успокаиваясь, глубоко вдохнул Сильвер, — всё, больше никаких хитростей, все карты на стол.
— Так начинай, — мои руки разошлись в стороны, а плечи поднялись вверх, — я только поддерживаю такое предложение.
— Это касается пункта координации бритов, — посерьёзнел Сильвер, — там же охрана, да и внутри кто-нибудь есть, но я знаю, как мы туда попадём.
— Весь во внимании.
— У меня теперь имеются электронные допуски Пью. Он был вхож в этот командный центр. Так что отвлечём охрану шумом в коридоре, и, когда бриты пойдут проверить, что там происходит, мы с тобой пройдём внутрь. А там по ситуации, если будет кто-то — ты их вырубишь, а затем вытащим компы.
— Зачем вытаскивать компьютеры? — не понял я.
— А сколько ты их собираешься взламывать? У нас будет минут пять, — удивлённо взмахнул руками Сильвер. — Если нас обнаружат и завяжется драка, то мы пропали. Сам же говоришь про секреты бритов с зарядами на нашей базе.
— Хм, ты прав, — протянул я, понимая, что мне не только некогда будет взламывать системы бритов, но и нечем. Я не взял с собой оборудование для таких дел.
— Вот, видишь, — Сильвер указал пальцем в потолок, — я ради тебя очень сильно рискую.
— И я это оценил, — многозначительно кивнул я.
— Но сначала заминируем склады, а компы оставим на закуску, — подытожил нашу беседу Сильвер и связался по рации со своими (моими их назвать язык не поворачивался) людьми: — мистер Эванс, мистер Джонс как обстановка?
— Мы на месте, — ответил Борода, — ждём вас и готовы к работе.
— Всё спокойно, старпом, — отчитался и неприметный Джон, — народ в таверне зависает, бриты суетятся, бегают, но путь свободен. Мы готовы провести вас через патрули.
— Тогда не будем тянуть, — оскалился Сильвер и, посмотрев на меня, приглашающе махнул рукой вглубь астероида: — прошу, капитан.
* * *
Первый патруль пиратов не принёс нам никаких сложностей.
— Это наши люди, — произнёс Сильвер на входе в небольшой отсек и уверенно пошёл вперёд.
На ходу он еле заметно кивнул пятёрке патрульных. Те ответили тем же и стали неприлично пялиться на меня.
— Уважают тебя, Светляк, — хмыкнул Сильвер, когда я нахмурился. Такое пристальное внимание мне не нравилось. — Умеешь ты расположить к себе людей.
— В этом нет ничего приятного, — буркнул я. — Ладно бы за доброту и честность ценили, или за другие качества, а тут лишь голая сила. Скажи им, пусть отвернутся.
Настроение и так плохое, упало ниже плинтуса. Мы уже минут двадцать шли по астероиду бритов, и каждый шаг мне давался всё труднее и труднее.
Казалось бы, такие же стены и потолки, как на двух других астероидах. Также по ним тянулись провода, а пол, местами, устилали стальные листы. Глаз не цеплялся ни за что лишнее или новое. Ничто не намекало на какие-либо отличия, кроме одного. Знание, что это база бритов, заставляло постоянно быть настороже. Именно из-за него, из-за понимания, казалось, что атмосфера на астероиде сгустилась, а краски, и так тусклые, померкли сильнее.
Вдобавок, у меня в голове проснулись старые знакомые. Тревожные пчелы органично вплели жужжание в мрачную картину реальности. Смешались с ней и всё это гигантским прессом нехороших предчувствий давило, даже сдавливало меня со всех сторон.
В результате мои нервы натянулись, как гитарные струны. Поисковая техника работала на пределе возможного. Слух ловил каждый шорох, каждый вдох пиратов из сопровождения. Глаз дёргался от любого камешка, что вылетал из-под наших сапог. А боевые техники готовились сорваться в любой момент, если что-то пойдёт не так.
В таких условиях не приходилось говорить о позитиве. Даже монотонность движения не помогала снизить напряжение. Наоборот, с каждым новым шагом мы заходили всё глубже и глубже на вражескую территорию, а тревога становился сильнее, как и чёртово жужжание пчёл.
Торпеду им в улей, этим пчёлам. Они ж не с проста жужжат!
Что-то будет.
Что⁈
— Не будь букой, — хмыкнув, пожал плечами Сильвер. — Всё зависит от общества, люди живут либо в мире иллюзий, как у вас, либо видят всё без прикрас и знают, что на самом деле важно.
— Не понял, это почему в мире иллюзий? — спросил я, лишь бы отвлечься от тревожных мыслей. В голове уже выстраивались различные варианты развития событий. От патруля бритов, до засады с невидимкой.
— Ну, сам смотри, — стал объяснять Сильвер, — ты живёшь в мире социальных гарантий и жёстких законов, где каждый имеет право на защиту от государства и самовыражение. Вот и цените вы кучу всякой социальной шелухи, но это лишь иллюзия. По факту защищают людей такие, как ты, те, кто сильнее, и уважают тебя за силу. Понимаешь? Не за красивые глазки, не за то, что ты пишешь стихи, а только за то, что ты сильнее. Только всё это прячется за ширмой человеческих качеств.
Сильвер открыл гермодверь из отсека, и мы пошли дальше по узкому коридору.
— А по факту, в твоём мире так же, как и у нас правит бал тот, кто сильнее. Только у нас каждый понимает это и ценит именно силу. Она выстраивает иерархию. Ничто не может быть ценнее силы. Будет сила, будут и власть, и богатство.
— А как же справедливость и…?
— О, все вы говорите о справедливости, — хмыкнул Сильвер, — но каждый пират знает, что справедливость тоже зависит от силы. Кто сильнее, тот и прав, понимаешь?
— Э, нет, — мотнул я головой, убедившись, что путь впереди чист, и за углом не притаились враги. — Ты путаешь правду и справедливость. Правда у каждого своя….
— Да не важно, путаю я, или нет, — не дал мне договорить Сильвер, — Только сила решает, где правда, а где чужие, сопливые мечты.
— Тебя послушать, так главный всегда самый сильный, — я добавил в голос сарказма.
— Так и есть, — кивнул Сильвер.
— Но возьми нашего императора, у него индекс развития средний. Есть множество аристократов, кто сильнее, но подчиняются ему.
— Зато у его дяди индекс такой, что космос от одного чиха содрогнётся, — оскалился Сильвер, — вот так, Георг, ты сам подтвердил мои слова.
— Да нет, — оскалился в ответ я, — это ты подтверждаешь мои.
— Это какие? — слегка удивился Сильвер, — ты же ничего не сказал.
— А ты и так знаешь, что я скажу, — хмыкнул я, — ты же сам с собой спор ведёшь.
— Как ты ловко соскакиваешь с темы, — усмехнулся Сильвер и тыкнул в меня пальцем: — нет уж, ты скажи, мне интересно.
— В моём обществе законы едины для всех, — пожал я плечами, с удовольствием отмечая, что жужжание стало несколько слабее. Толи беседа так действовала, толи проблемы отодвигались от нас подальше. — Да, тем, кто защищает общество, гарантированы слава и почёт, но так же они будут и у тех, кто двигает науку или просто работает на благо общества. Ключевое здесь — на благо общества.
Я остановился около очередного поворота. Снова сверился с поисковой техникой. Она показала, что путь свободен, и я, завернув за угол, продолжил:
— Да, без силы нельзя гарантировать безопасность и исполнение законов, но она лишь инструмент на службе у справедливости и ума. Именно они ценятся у нас выше прочих. Что толку быть сильным, но тупым? Гнуть всех, кто слабее? Найдется тот, кто сильнее, и конец твоей власти.
— Если найдётся….
— Ты не хуже меня знаешь, что всегда находится, — хмыкнул я, — вот, ты же нашёл управу на Пью, при чём, ты всем скажешь, что именно ты его победил. Но, как ты это сделал? Умом и хитростью. Поставил себе на службу силу.
— Капитан….
— И беседу нашу ты ведешь потому, что тебе интересно, а интерес — это представитель именно ума.
— Георг, — Сильвер остановился, — это всё, конечно, хорошо, но мистер Эванс пытается выйти на связь.
Я замолчал и услышал, голос неприметного Джона в гарнитуре:
— Капитан, впереди патруль из людей Пью. Вам надо затаиться.
— Ты же говорил, что тут твои люди, — я тоже остановился и, посмотрев на Сильвера, потянулся вперёд поисковыми щупальцами. До этого я держал под контролем сотню метров спереди и сзади, теперь же увеличил дистанцию до двухсот. Техника показала, что там начинался очередной отсек, и в нём шастала целая толпа людей. Пчёлы в голове слегка усилили свой концерт.
— На ключевых постах около складов, — поморщился Сильвер, — всех заменить у меня не вышло.
— Сразу почему не сказал? — нахмурился я.
— А толку? Ничего бы не изменилось, — ответил Сильвер, подходя к гермодвери отсека. — Мистер Эванс, как там дела? — спросил он по связи.
— Патруль ушёл в противоположную сторону, — моментально доложил неприметный Джон, — народу в отсеке много, но все заняты своими делами, бритов нет. Если вы пойдёте сейчас по северной стенке, то не привлечёте внимания.
— Понял, идём, — отрубил Сильвер и открыл дверь.
Отсек оказался довольно большим. Я моментально срисовал патруль из людей Пью. С винтовками наперевес, они шли в противоположную от нас сторону. Ещё человек двадцать суетились около неизвестного мне назначения стенда. В нашу сторону никто не смотрел. Пчёлы жужжали ровно.
Сильвер не стал долго ждать. Сразу же юркнул влево и заспешил вдоль стенки. Я от него не отставал. Шестерка сопровождающих закрыла нас от чужих взглядов.
— Ровнее идите, — бурчал на ходу Сильвер, — чтобы меня не увидели. Мой скафандр могут узнать.
Его слова заставили меня скрипнуть зубами.
— Может, стоило его снять? — процедил я, на ходу поглядывая на чужих пиратов. Пока никто в нашу сторону не смотрел.
— Сам знаешь, — прошипел Сильвер, — это, как с кожей расстаться.
Ответить на это мне было нечего. Я его очень хорошо понимал.
Мы почти дошли до выхода из отсека, когда Сильвер неожиданно взмахнул руками. Его ладони гулко ударили в стену, скользнули по ней, и он стал заваливаться на бок.
Адреналин у меня подскочил мгновенно. Сердце зашумело в голове, и я, подхватив Черепаху подмышки, тихо рыкнул:
— Сомкнуть строй, космос вас побери.
Сопровождающие среагировали, как надо. Я успел отметить, что несколько пиратов у стенда обернулись на звук, но обзор тут же исчез. Я понадеялся на старое детское правило — я не вижу, значит, и нас не видят, да и пчёлы не зашлись в агонии, а продолжали жужжать, как раньше, — и вытянул Сильвера из падения.
— Благодарю, Георг, — пропыхтел Черепаха, оказавшись на ногах.
— Валим, валим, — бросил я, пригибаясь и утягивая его за собой к гермодвери. — Открывай скорее.
Мы скользнули в коридор, и, прежде чем створки закрылись, я успел оглянуться. На нас никто не смотрел.
— Фух, — выдохнул Сильвер, упираясь руками в коленки, — ну и перепугался же я.
— Что это было, Черепаха? — я обхватил его телекинезом и сдавил. — Ты решил сорвать операцию?
— Просто споткнулся, — бледнея, пролепетал Сильвер, — чёртов неровный пол. Я не специально.
— Не делай так больше, — прорычал я, слегка остывая.
— Будто я специально, — повёл плечами Сильвер, — да ладно тебе, путь свободен, всё нормально. Давай лучше беседу продолжим.
— Нечего продолжать, — буркнул я, — ты топишь за силу, я с тобой не согласен. Учитывая, что я сильнее, давно мог бы открутить тебе голову и идти молча, как сделал бы ты с любым слабым оппонентом. Уже это доказывает, что ты не прав.
— Ну, тут крыть нечем, — поджав губы, ответил Сильвер.
— Вот и поговорили, — подвёл итог я и пошёл вперёд по коридору.
Молчание пришлось кстати. Я привёл мысли в порядок и сосредоточился на жужжании пчёл.
Оно то усиливалось, то становилось еле заметным. Перед мысленным взором почему-то предстал Невидимка. Он кружил по отсекам. То приближался, то отдалялся. Искал меня, и не мог найти.
Бред, конечно. Откуда ему обо мне знать? Но смысл, я думаю, верный. По всему выходило, что проблема есть и бродит где-то рядом, но не знает точно, где я нахожусь.
Припомнил все случаи появления пчёл у меня в голове. Прикинул на опыте, что именно сейчас ничего не случится. Что предупреждают они о чём-то пока далёком, и совсем худо станет тогда, когда они умолкнут. Потому слегка успокоился, и снова сократил дистанцию поисковой техники до ста метров.
Мы двигались ещё минут тридцать. Позади остались переходы и отсеки, где бродили патрули и стояли часовые. Несколько из них так же оказались не наши. Более того, в них даже бриты встречались. Но неприметный Джон помог их обойти. Перед каждым постом он выходил на связь и давал обходной маршрут.
Его контроль за врагами оказался так удобен, что я успел к нему привыкнуть. Настолько, что не сразу сообразил остановиться, когда поисковая техника обнаружила людей, а неприметный Джон ничего не сказал. Ноги чуть не вынесли меня за угол к врагам на обозрение.
— Что такое, Георг? — спросил Сильвер, когда я резко затормозил. До поворота оставался буквально один шаг.
— Там люди, — сообщил я, прислушиваясь к поисковым щупальцам и тихому жужжанию пчёл. — Около гермодвери трое и чуть дальше, в засаде, ещё человек двадцать. Странно….
Хотел сказать, что пчёлы жужжат также, и опасности я не ощущаю, но вовремя спохватился и замолчал. Сильверу не нужно знать о моих способностях к предчувствию.
— Ничего странного, — улыбнулся Сильвер, — там наш первый склад, а люди — это Борода с бойцами. — Он приложил руку к гарнитуре в ухе, — Мистер Джонс, у вас все готово?
— Да, Черепаха, — ответил Борода по связи, — ждём только вас.
— Вот видишь, всё нормально, — произнёс Сильвер радостно и пошёл вперед.
Я прошёл следом и увидел, как у гермодвери засуетился Борода. Как его оживление передалось часовым. Как с другой стороны коридора показалась группа пиратов с сумками и ящиками в руках. В коридоре как-то сразу стало шумно и тесно.
— Отлично, просто отлично, все на месте, — прокомментировал эту картину Сильвер и, достав голографическую карту доступа, полез к пульту управления.
Система считала данные и створки разошлись в стороны.
— Всегда знал, что, когда-нибудь старина Пью принесёт пользу, — хмыкнул Сильвер и широким взмахом пригласил нас внутрь: — прошу, капитан.
Щупальцы поиска промчались по отсеку. Не обнаружили никого живого, и я переступил порог. Взгляду тут же предстали сотни стеллажей до самого потолка. Ровными рядами на полках стояли упаковки консервов. Кричали яркими маркировками пачки сублиматов и канистры с питьевыми концентратами.
— Продуктовый склад, — отметил я очевидное, присматриваясь к бочке с апельсиновым соком. Надо было лишь добавить литр воды на сто грамм концентрата, как гласила этикетка.
— Один из трёх, как я и говорил, — довольно улыбнулся Сильвер и вкрадчиво добавил: — доверие, Георг, доверие. Но, хватит болтать, у нас мало времени, давай работать.
* * *
По моей указке пираты вытащили взрывчатку. Сложили её в нужных местах, и ушли набивать освободившиеся сумки провиантом. Я же, мысленно закатав рукава, принялся устанавливать детонаторы и настраивать взрыватели.
Работа спорилась. Курсы в академии и уроки Феймахера не прошли даром. Древняя взрывчатка, которой уже никто и не пользуется (как оказалось, кроме пиратов), не вызвала у меня никаких трудностей.
Мне оставалось обойти ещё два места, когда наблюдавший за моей работой Сильвер нарушил молчание:
— А ты действительно разбираешься в этом, Георг.
— Работа мастера, — уважительно прогудел стоявший рядом с ним Борода.
— А ты думал, — усмехнулся я и повернул голову к Черепахе: — доверие, Сильвер, доверие. Надо доверять людям.
— Вот уел, так уел, — крякнул он от удивления и, усмехнувшись, пошёл к пиратам, — ладно, не отвлекаю, посмотрю, что они там награбили.
— Угу, — промычал я, а сам подумал о доверии. Что-то много я о нём слышу за последние несколько часов, но не вижу. Более того, не ощущаю.
Доверие. Вообще, что это такое в наше время? Существует ли? Оно миф или реальность?
Думаю, оно существует. Вот, говорят, что счастье любит тишину… или так про деньги говорят? А, не важно. Думаю, что эти же слова относятся и к доверию. Оно возникает тихо. Порой, даже без слов. Подкрепляется делом и никак иначе, а слова, слова лишь пыль для глаз и услада для ушей.
На словах всё прекрасно. Словами сулят выгоду. Навязывают чужие интересы. На словах не доверие выходит, а заключается своеобразный контракт, который действует, пока одна из сторон приносит пользу.
Так что нет у нас с Сильвером доверия. Есть лишь игра слов и смыслов. Собственно, как и у большинства людей…. Эх, как же мне это надоело. Я лазутчик всего несколько часов, а уже устал от притворства и недомолвок. От попыток разглядеть чужие души. Разгадать чужие мысли. И как только шпионы так живут? Десятилетиями живут, между прочим. Невидимые герои незримых фронтов. Эх, хочу обратно к друзьям, к моим бойцам. Вот им я доверяю. Безоговорочно.
За такими странными мыслями я закончил с подготовкой последних зарядов и поднялся на ноги.
— Пятнадцать минут! — восхищённо воскликнул Борода. Он всё ещё внимательно за мной наблюдал. — Одно удовольствие наблюдать за работой профи. Так быстро.
— Истинный капитан, — подхватил его хвалебные речи Сильвер, появляясь из-за стеллажей. — Вместе мы столько всего совершим!
— Не перехвали, — хмыкнул я, — и насчёт времени, мистер Джонс прав, мы сюда шли больше часа, а дел на пару минут. Непорядок.
— Всё, — Сильвер выставил вперёд ладони, — дальше будет быстрее. Отвечаю.
И он ответил. Вернее, оказался прав. Мы укрыли заряды какими-то тряпками и завалили ящиками с консервами, чтобы её случайно не нашли, и до каждого из следующих двух складов добирались минут за десять.
Никаких проволочек и заминок. Всё проходило гладко, как по маслу. Неприметный Джон предупреждал о патрулях. Люди Бороды заранее оказывались на месте, а их сумки были полны взрывчатки. Мне оставалось только всё заложить и подключить. Даже пчёлы особо меня не тревожили. Жужжали себе тихонечко и не отвлекали.
В общем, всё проходило настолько просто, что я уже мысленно выдохнул и немного расслабился. Даже постоянный контроль за Сильвером и активная поисковая техника прекратили бодрить. Как-то неожиданно я понял, что борюсь со скукой и решил, что всё пройдёт легче, чем казалось.
На этой волне я помог Бороде замаскировать взрывчатку на последнем продуктовом складе. Оглядел стеллажи, в последний раз проверяя всё ли в порядке. И только готовился выйти в коридор, чтобы пойти к оружейному ангару, как на склад влетел неприметный Джон.
— Мистер Эванс, что вы здесь делаете? — удивился Сильвер, когда тот выскочил из-за угла. — Вы должны наблюдать….
— Бриты… — выдохнул неприметный Джон, схватившись за правый бок. — Бриты… — он несколько раз судорожно схватил ртом воздух и всё же смог закончить предложение: — там Псы, у них какая-то движуха началась. Ищут Пью и не могут найти. Переходы перекрыты, а в отсеках полно пехоты. Все в доспехах.

----------

Глава 15

Глава 15
— Ищут Пью? — переспросил Борода, повернув голову к Сильверу, а я прислушался к пчёлам в голове. Неужели оно?
Тихое, ровное жужжание было ответом. Не оно. Ну, или пока не оно. В любом случае, скука и расслабленность с меня слетели. Я снова собрался и приготовился к любой неожиданности.
— Да, — отдышавшись, кивнул неприметный Джон, — тот главный гигант по отсеку ходит и ругается, а остальные носятся по его указке. Чуть ли не под каждый камень заглядывают.
— Дерьмо, — выругался Борода, — вдруг они его найдут?
— Мы его в открытый космос скинули, — почесал подбородок Сильвер, — так что, пусть ищут, но я другого не понимаю, мистер Эванс, какого чёрта ты сам прибежал, а не по связи сообщил?
— Так они все частоты под контроль взяли, — развёл руками неприметный Джон. — А ещё бриты засекли, что Пью, якобы, побывал на продуктовых складах, и отправили на них отряды. Так что, может его и не найдут, но нас точно увидят.
— Что ж ты сразу об этом не сказал? — выдохнул Сильвер и, обернувшись, окинул взглядом всю нашу компанию. — Чтоб корабль-призрак меня на абордаж взял. Как нам спрятаться-то?
Его беспокойство было оправдано. Люди Бороды ещё не успели уйти к оружейным складам, плюс мы забирали с собой часовых от складов (не оставлять же их на погибель от взрывов). Так что нас набралось тридцать шесть человек. Тридцать семь, если считать неприметного Джона.
— Я знаю их маршруты, — тут же поспешил сообщить неприметный Джон, — я проведу, но надо спешить. И ещё идти придётся мимо центра координации.
— Плевать, веди, — сказал, как отрезал Сильвер, и нервно махнул рукой остальным: — чего стоите, отрыжка тёмной материи? Шевелите огузками.
Черепаха ещё говорил, а неприметный Джон уже резко развернулся и уверенно пошёл вправо по коридору. Туда, откуда мы пришли ранее. Нам же не осталось ничего иного, как последовать за ним.
— С чего они вообще ищут Пью? — спросил Сильвер, когда мы с ним поравнялись с Джоном. — Зачем этот боров им понадобился?
— Не знаю, Черепаха, я не всевидящий, — даже не посмотрев на нас, пожал плечами неприметный Джон. Весь его вид выражал, что сейчас он сосредоточен не на разговоре, а на чем-то другом.
— Ты же всегда в курсе, — не отставал Сильвер, — ты же мастер разведки.
— Это не означает, что я знаю всё, — отстранённо отвечал Джон, выводя нас на перекрёсток, где сходились пять туннелей. — К бритам лучше не подходить близко.
Сильвера ответ не устроил. Он нахмурился и тяжело посмотрел, на замершего посреди перекрёстка Эванса.
— Что в этот раз тебя остановило? — вкрадчиво спросил Сильвер, — у нас крайне важное дело, ты понимаешь? Сейчас надо рисковать и узнавать всё. От информации зависит успех.
Слова Черепахи падали молотком, что вгонял гвозди по самую шляпку в доску, но неприметный Джон молчал. Он стоял в центре перекрёстка и совсем не слушал Черепаху. Вид его стал ещё более отстранённым. Казалось, он прислушивался к чему-то другому. К чему-то, что происходило в выходящих к нам туннелях. Причём только в трёх из пяти. Он попеременно поворачивал к ним голову и подслеповато щурился.
Я увеличил радиус поисковой техники до максимума. Дождался, когда поисковые щупальца удлинятся и ощутил, что по трём коридорам к нам движутся люди. Три отряда по пять человек. Бриты.
— Это не допустимо, мистер Эванс, — не выдержал молчания Сильвер, — за проколы ты будешь отвеча….
— Сюда, — вдруг прервал его Джон и резко юркнул в один из двух оставшихся коридоров. — Быстро сюда и замерли. Ни звука.
Вся наша пёстрая компания забежала в один из туннелей и затаилась. Тут же образовалась давка, а воздух стал тяжелым от чужого дыхания.
— Если кто-то хоть слово скажет, хоть пёрднет, я лично ему кишки выпущу, — прошипел Сильвер, и на нас опустилась тишина.
Я включил подачу кислорода в маску, чтобы не отравиться ароматами из пиратских глоток. Сосредоточился и отметил, что неприметный Джон среагировал, когда бриты приблизились на полторы сотни метров. Затем прислушался к пчёлам в голове. Понял, что гудят они, хоть и сильнее, но всё ещё тихо, и принялся ждать.
Мы стояли минут пять. Пираты заметно нервничали. Дёргали руками, кривили рожи, но никто не издал ни звука. Даже с ноги на ногу не переступили.
— Идём, — скомандовал Джон и начал выводить нас обратно на перекрёсток, когда бриты отдалились. В этот момент я кончательно уверился, что он владеет поисковой техникой. Сто пятьдесят метров. Именно такой предел у его щупалец. Что ж, силён, ничего не скажешь.
— Какой у тебя индекс развития? — спросил я шёпотом, когда мы проскочили в один из коридоров, где недавно прошли бриты.
— Двадцать четыре пункта, — пожал он плечами.
— Неплохо, — сказал я для проформы.
— Ещё бы уметь ими пользоваться, — усмехнулся Джон, — всего пару техник и знаю.
— Не прибедняйся, — буркнул Сильвер, ловивший каждое наше слово. — Ты лучший разведчик среди всех, кого я знаю.
— Кроме него, — ухмыльнувшись, показал на меня пальцем Джон, и добавил: — ты же раньше меня их ощутил, да, капитан?
— Что меня выдало? — от неожиданности, вместо отрицания спросил я.
— Да почти ничего, — улыбнулся Джон, — так, микродвижения и мимика. Ты слегка встрепенулся, дёрнул пальцем, и дыхание изменилось, будто к бою приготовился.
— Ты слишком внимателен для пирата с индексом двадцать четыре пункта, — протянул я, мысленно костеря себя на все лады. Надо же было так спалиться. Нужно больше контроля над собой, больше.
— Знаю, и эта внимательность, когда-то будет стоить мне головы, — улыбнулся он.
— Ты не выглядишь расстроенным или испуганным, — я почесал подбородок, и поправил саблю на бедре. — Видимо, не опасаешься меня?
— Тебя? Нет. Ты меня не убьешь, по тебе видно, что ты добряк, — улыбка Джона на мгновение стала шире, но тут же померкла. — А вот он, — Джон кивнул на Сильвера, — он может.
— Поклёп и провокация, — тут же тихо возмутился Сильвер. — Где ещё я возьму такого полезного мастера разведки?
— Только это тебя и останавливает, — оскалился неприметный Джон, — впрочем, как и меня, где ещё я найду такого толкового старпома.
— Видишь, Георг, какие люди меня окружают, — криво усмехнулся Сильвер, — равные во всем, и в уме и в кровожадности.
— Угу.
— Да не будь ты букой, — похлопал меня по плечу Сильвер, — и не расстраивайся из-за добряка. Мистер Эванс просто плохо тебя знает, — Сильвер потёр шею, — знал бы, как я, опасался бы.
Неприметный Джон в ответ на это лишь хмыкнул, и дальше мы разговор не поддерживали. Меня это устраивало. Рассказывать о своих возможностях я не хотел. Он и так слишком внимательный, слишком много видит. Лучше пусть гадает, какая дистанция поиска у меня, чем я нечаянно проговорюсь.
Моя скрытность не означала, что я прекратил пользоваться поиском. Я всё также продолжал смотреть на опережение. Ещё два раза мы встречали отряды бритов. Неприметный Джон сообщал о них и менял наш маршрут, а потом кривил губы в ухмылке и бросал на меня смешливые взгляды. Но на третий раз, когда мы снова свернули, чтобы избежать врагов, в его глазах мелькнуло одобрение.
— Быстро учишься, капитан. Молодец, — произнёс он, а Сильвер глянул на нас с немым вопросом.
— Благодарю, — кивнул я.
Что ж, у меня вышло усилить контроль над собой. Теперь можно играть в покер, блефовать смогу точно.
— Да о чём вы? — не сдержался Сильвер.
— Не важно, — хмыкнул Джон и остановился по центру небольшой пещеры посреди коридора. — Всё, сейчас мы выйдем к отсеку с центром координации. Предлагаю дальше идти втроём, — он ухмыльнулся ещё сильнее, — чтобы кто-то сам убедился в невозможности подойти ближе и подслушать разговоры, а остальные подождут здесь.
— Нет, — качнул головой Сильвер, — пойдём вчетвером. Борода с нами.
— Постой, — я положил руку на плечо Джону, пока он не пошёл дальше, — разве Бриты не засекут нас? Они не используют поисковые техники?
— Они? — изумился Джон и презрительно сплюнул себе под ноги, — они считают себя королями, а утруждать себя лишними движениями — это не королевское дело. Тем более они не смотрят вверх.
* * *
Последнюю фразу неприметного Джона я понял, когда мы оказались на месте. Туннель, по которому мы шли, проходил выше основных коридоров и был, если так можно выразиться, слепым. Тупиковым. Он заканчивался широкой расщелиной под самым потолком довольно большого отсека. При желании через неё можно было протиснуться и слезть вниз, но такая идея никого не посетила. Мы лишь замерли на местах. Пригнулись и стали смотреть на бритов.
Обзор у нас оказался превосходный. Невидимка вышагивал по отсеку, размахивал руками и что-то кричал. До нас долетали лишь отдельные слова вроде: убью, боров, скотина, да чтоб он провалился, найдите и что-то подобное. В ответ на его крики суетилась толпа бритов в разных доспехах. Одни принадлежали псам, другие обычным морпехам. Солдаты то выбегали из отсека, то вбегали в него и мчались на доклад.
— Как сквозь землю провалился! — донесся до нас очередной рык Невидимки, он как раз подошёл к стене, на которой мы засели, и оказался прямо под нами. — Кто-то же его должен был видеть!
— Его видели пару часов назад с двумя львами, — говорил какой-то брит морпех.
— Драные кошки! — воскликнул Невидимка, — мало нам русских, так и они что-то задумали.
— Ничего удивительного, — рядом с невидимкой возник ещё один брит. Я не смог разглядеть звание, но, судя по уверенному тону, кто-то из офицеров. — Мы понесли ощутимые потери, весь старший комсостав выбит. Идеальный момент, чтобы забрать базу обратно под себя.
— Пусть попробуют, — чуть ли не взревел Невидимка. — Им это аукнется, когда граф Пульер вернется.
— Боюсь, граф Пульер уступит им базу после этого похода. А нас не ждёт ничего хорошего.
— Тони, ты никогда не упустишь момента напомнить, что пару лет ходил у коммандера в адъютантах, но сейчас не время!
— Джонни, это ты постоянно припоминаешь мне, что не ты, а я стал адъютантом, но дело не в этом, нам просто не простят нападения русских и потери целого астероида.
— Значит, мы не допустим, чтобы они взяли базу под контроль!
— Русские?
— Львы! — зарычал Невидимка. — Быстро, собрали всех! Отзывайте часовых и патрули! Мы идём в доки ко Львам!
— Джонни, не стоит этого делать. Лучше договориться, у нас есть более важные проблемы….
— Молчать! Я здесь главный, Тонни!
— Сэр, идти всем или мы оставим кого-то в центре координации, — один из бритов указал рукой на гермодверь в отсеке.
— Я сказал всем! Быстро!
— Джонни, это опрометчиво….
— Ещё одно слово, — Невидимка сцапал говорливого брита Тонни за плечо, — и я не посмотрю, что мы были приятелями в академии. Ты пойдёшь под трибунал за бунт в военное время. Понял⁈
— Дда, — Тонни, кажется, кивнул, и Невидимка отбросил его в сторону.
— Быстро, псы хромые, взяли оружие и за мной! Остальные догоняют. Я покажу им, как крутить интриги за нашей спиной….
Он кричал что-то ещё, но мы уже не могли разобрать, так быстро он отдалялся от нас. «Звёздные псы» и обычные бриты морпехи выполнили его приказ, поспешили за ним. Отсек опустел буквально за полминуты.
— Обалдеть, — протянул Борода, слегка присвистывая. — Я знал, что эти отряды, как кошка с собакой, но чтобы настолько. Они же готовы подраться.
— Да пусть, хоть поубивают друг друга, — проворчал Сильвер, — нам же лучше…. Эй, Георг, ты куда?
— В центр координации, — пропыхтел я, протискиваясь сквозь расщелину. — Сам же видел, оттуда все бриты ушли. Она пустая, даже двери открыты.
Створки гермодвери действительно стояли распахнутыми настежь. Сначала, когда последние бриты выбежали оттуда, я не поверил своему счастью. Но, как только понял, что пчёлы жужжат хоть и сильнее, но всё так же ровно, а поисковые щупальца показали, что враги убежали далеко и это вовсе не ловушка, решил воспользоваться моментом.
Как же хорошо, что Невидимка оказался настолько недалёким, и решил ввязаться в межведомственные разборки. Одна трудность, обходного пути я не знал, а расщелина, всё же, оказалась тесноватой.
— Но нам надо на оружейные склады, — начал было Сильвер, но я махнул ногой, в попытке протиснуться сквозь каменные зубцы, и Черепаха замолчал.
— Такой шанс выпадает раз в жизни, Сильвер, — выдохнул я и, наконец, провалился вниз. Только и успел, что зацепиться руками за уступ, чтобы не упасть на пол.
Ноги нащупали выемку в стене. Пальцы перехватились за очередную неровность. Свеситься. Прыжок и я на ногах, а гермодвери в командный пункт прямо напротив меня.
— Подожди, Георг, — пропыхтел Сильвер, — толкайте, толкайте, чёрт вас побери, а затем идите в обход. Мистер Эванс, ты на стрёме стоишь.
Я поднял голову и увидел, как Черепаха пытается повторить мой манёвр. Больше всего, со стороны, это напоминало гамбургер. Из Сильвера получилась отличная котлета меж двумя каменными булками.
— Толкните ещё, да сильнее, — извивался он, размахивая руками и напоминая уже не котлету, а змеиный язык. Вон и две выемки над расщелиной имеются. Очень на глаза гадючьи похожи.
— Ещё немного, — Сильвер упёрся руками в стену. Лицо его покраснело от натуги, и он, издав сдавленный писк, вдруг вылетел из расщелины и шмякнулся на пол, как мешок с картошкой.
— Ты в порядке? — наклонился я над ним.
— Будь проклят тот день, когда я тебя встретил, — прошептал он, не отрывая головы от пола.
— Ну, это всё объясняет, — хмыкнул я, — день ещё не кончился, значит и проклятье всё ещё действует. Пойдём.
Сильвер ещё только стонал и поднимался на ноги, а я уже вбежал в центр координации. Надо было действовать очень быстро. Вдруг бриты решат вернуться также неожиданно, как ушли.
Огляделся. Заметил серверную стойку и пять компов, и….
Бинго!
Они забыли выключить два из пяти. Да, компьютеров тут оказалось больше, чем говорил Черепаха.
Я подскочил к одному из компов. Уселся на стул и осторожно ткнул «пробел».
Бинго!
Никогда не думал, что может повезти так крупно, но факт остаётся фактом, они даже из учётки не вышли. Я припомнил весь опыт работы с вражескими ОС — у нас несколько занятий было в академии, — и мои пальцы уверенно застучали по клавишам.
Сознание буквально растроилось. Одна часть держала под контролем поисковую технику, отслеживала появление бритов и контролировала пиратов. Вторая прислушивалась к жужжанию пчёл, а третья погрузилась в работу с операционкой.
ОС* оказалась не секретной. Обычная переделка международного пингвина. Потому работа оказалось лёгкой. Белые строчки команд так и скользили по чёрному полю консоли. Открывались модальные окна. В них отображались десятки, сотни файлов.
Взгляд зацепился за один из документов под названием «Тень». Открыл его. Это оказался отчёт о проделанной работе и контактах с агентом. Глаза заскользи по тексту.
«Тень» сообщает, что, бла, бла, имеет подход к сыну главы тайной канцелярии. Она постарается наладить с ним более тесные связи….
Она! Сверх новую мне за пазуху. Она! Тень — это она! Трижды бинго!
Мой мозг чуть ли не в экстаз выпал, а по телу пробежали мурашки. Не бывает, чтобы так везло, просто не бывает! Вдруг всё, как обрубило. Гул счастья в голове сменился тревожным жужжанием. Громким.
Тут же спохватился. Проверил поисковые щупальца. Прислушался к тому, что происходит снаружи. Но всё было в порядке. Да и жужжание, хоть и усилилось, но звучало стабильно и не собиралось исчезать.
Так, значит, проблема приблизилась, но время ещё есть…. Я выдохнул и стал читать дальше.
Он сообщает, что первая встреча прошла ровно. Цель ничего не заподозрила. Он планирует организовать игру в долгую….
Так, откуда «Он», была же «она»? Задумался я и тут же понял. Агент — он, тень — она. Нда, а всё не так просто, как хотелось, но, ладно, попробуем поискать про операцию пиратов. Блин! Зашифровано.
Я отвалился от клавиатуры. Опёрся на грядушку кресла и уставился на монитор. Информация на компе имелась, но хранилась не в отдельных файлах, а в зашифрованной базе данных. Для доступа к ней требовался пароль.
Огляделся в поисках очередного «Бинго». А что, вдруг кто-то на бумажке записал нужную инфу.
Не нашёл. Хотел пробовать простейшие пароли вроде «12345» и подобных, но передумал. Вдруг всё заблокируется и сотрется после очередной попытки. Вместо этого стал смотреть, что ещё есть в системе.
Данных оказалось много. От очередных зашифрованных БД* с неизвестным содержимым, до открытых отчётов пиратских рейдов и контактов в системах.
Так, может, всё же, где-нибудь есть пароль? Надежда на это меня не отпускала. Наоборот, меня охватил азарт, и я, оглядевшись, стал искать тщательней.
— Георг, что ты делаешь? — прокряхтел Сильвер, заходя в командный пункт. Он застал меня за досмотром ящиков в столах и выглядел крайне удивлённым.
— Ищу, — ответил я коротко, копаясь в бесполезных бумагах и пустых папках.
— Я думал, ты компы снимаешь, тебе же они нужны, — Сильвер картинно прихрамывая доковылял до ближайшего стула и с облегчённым вздохом уселся на него. — Забирай жестянки, и валим отсюда. Бриты могут вернуться в любой момент.
— Нельзя, — отмахнулся я от него. — Если они вернутся, и увидят, что компов нет, то весь твой план насмарку. Оружейные склады же мы ещё не заминировали. Да и компы эти, простые терминалы доступа к серверу. Так что забирать все смысла нет.
— Да чтоб их всех, — возмутился Сильвер, — я об этом не подумал. Что делать?
— Копировать, — ответил я, вскидывая руку от последнего ящика. Пароли я не нашёл, но нашёл кое-что получше: микронакопители.
— Это долго? — уточнил Сильвер, наблюдая, как я подключаю к компьютеру нанофлешку.
— Нет, — мотнул я головой, открывая стандартные программы операционной системы, — обычное копирование. Это займёт, — я убедился, что, хоть файлов и БД много, но весят они жалкие гигабайты, и продолжил: — пять минут.
— Думаю, минут пять, а то и десять, — Сильвер с удовольствием откинулся на грядушку и стул под ним жалобно заскрипел, — у нас есть. Можешь не спешить.
— Спасибо за разрешение, — хмыкнул я, пряча первый накопитель во внутренний карман комбеза и подключая второй. — Но десять минут слишком много, я почти готов.
— А зачем тебе две штуки? — заметил мои действия Сильвер.
— Первое правило сисадмина, — улыбнулся я, — надо всегда делать резервные копии. И их три.
Ну, не говорить же ему, что я подозреваю коллег Клима в том, что один из них «Тень». И я собираюсь отдать один или два накопителя им, чтобы посмотреть на их дальнейшие действия. Только, сначала, я подделаю отчеты, и добавлю туда намёки на них самих.
План ещё сырой, но я продумаю его позже, когда вернусь к бойцам. Сейчас же, просто заготовлю материал.
Третий накопитель заполнился данными, и я посмотрел на Сильвера:
— Всё, Черепаха, валим.
— Ты уверен? — будто нехотя спросил Сильвер, — может, тебе четвёртая копия нужна?
— Уверен, пойдём, — я закрыл все лишние окна, отправил терминал в спящий режим и прошёл мимо Черепахи. — Давай, шевели огузком.
— Ох, доля моя тяжёлая, — по-бабски простонал Сильвер, поднимаясь на ноги. — И зачем я с тобой связался.
— Ну, ты сам навязался, я тебя не заставлял, — хмыкнул я.
— Это да, — протянул Сильвер, — только кажется мне, что ты поимел с этого больше, чем я.
— Брось, Черепаха, — я серьёзно посмотрел на него и добавил в голос металла. — Не надо снова начинать торговлю. Ты что-то говорил о джентельменском соглашении, так придерживайся его.
— Будто ты не собираешься теперь слиться, — скривился Сильвер, — получил, что хотел, и удерёшь к себе.
— Нет, Джим, — я покачал головой, — свою часть соглашения я выполню. Сейчас мы пойдём и заминируем оружейные склады.
— Хорошо, Георг, я тебе верю, — кивнул Сильвер и указал рукой на дверной проём, — не будем тянуть, пойдём.
Стоило выйти в отсек, как до нас донёсся голос неприметного Джона:
— Туда, капитан, только вас ждём.
Джон стоял у входа в туннель, через который ушли бриты, и махал рукой в противоположную сторону. Он убедился, что мы его заметили. Дождался, когда пойдём, куда он указал, и быстро догнал нас.
— Быстрее. Они, вроде бы, сцепились словесно в доках, но кто знает, как долго продлится их перепалка.
— Там всё так серьёзно? — спросил я.
— Ну, пёс гигант словно с катушек съехал, а тот адъютант, Тонни, подговаривает остальных пойти против него, и всё это на фоне разборок со Львами.
— Ты туда сбегал что ли? — удивился я, — говоришь так, будто лично видел.
— Не, — качнул головой Джон, — ребята сообщили, четверо с той стороны вернулись.
Мы как раз прошли в коридор из отсека и я увидел, что наша пиратская команда увеличилась. Теперь нас стало больше сорока.
— Сейчас ещё десяток подойдёт, — заметил мой взгляд Джон. — куда теперь идём, капитан?
— К оружейным складам, — пожал я плечами, — доделаем всё до конца и домой.
— Скорее бы, — улыбнулся Джон, — что-то мне не по себе, предчувствие плохое. За мной.
Он направился вперёд, а я шёл следом и удивлялся. Кажется, у него тоже есть дар интуиции, как у меня с пчёлами. Они, кстати, как раз усилили свой хор, и теперь жужжали ещё громче, а ощущение, что на нас надвигалась какая-то угроза, надёжно поселилось у меня в голове и разливалось по всему телу. Я не мог понять только одного, что это за угроза.
А ещё, мне стало интересно. Если у меня пчёлы, то, что у Джона? Может, комары пищат или змеи шипят? Но спросить я не решился.
* * *
Как бы там ни было, но до оружейных складов мы добрались без происшествий. Бритов на нашем пути не попалось, а встречные пираты смотрели пьяными глазами, и им было плевать, куда мы идём.
Взрывчатку для минирования взяли на самих складах. Так что и здесь не было никаких трудностей. Даже по времени я уложился быстрее, чем в продовольственных ангарах.
— Неужели всё? — с недоверием в голосе выдохнул Борода, когда мы замаскировали заряды на последнем складе и вышли в небольшой отсек.
— Осталось только найти и обезвредить секреты бритов у нас на базе, — согласно кивнул Сильвер и посмотрел на меня: — ты обещал, Георг.
— Сделаю, — сказал я ровно, хотя в глубине души, да, что в глубине, даже на поверхности, не разделял той уверенности, что прозвучала в моём голосе.
Жужжание пчёл в голове усилилось до предела. Они явно вопили, что всё, совсем скоро. Но я никак не мог понять, что именно произойдёт. Просчитывал разные варианты. Думал о засаде, прикидывал за Невидимку и Львов. Даже о предательстве Сильвера размышлял, но пчёлы не меняли своей тональности и никоим образом не указывали на конкретный вариант.
Единственный намек, как я понял, то, что угроза огромна. Именно в момент таких мыслей жужжание стало интенсивней.
Что ж, раз так, то надо спешить. Дело сделано, необходимо вернуться на базу пиратов и возвращаться к своим. Глядишь, успеем эвакуировать пленников и подготовиться к тому, что на нас движется.
Я собрался дать команду на возвращение, окинул взглядом пиратов и замер. Пчёлы в голове грянули в трубы и застучали в барабаны.
— Где Джон? — с тревогой в голосе спросил я, оглядевшись и не заметив разведчика среди собравшейся в отсеке полусотни пиратов.
— Взял напарника и ушёл, чтобы подстраховать тылы, — пожал плечами Сильвер.
Я тут же прислушался к поисковым щупальцам и обнаружил двоих человек. Джон с напарником возвращались к нам по одному из тоннелей.
— Эх, вот бы и к ним так пробраться и всё заминировать, — мечтательно и совсем не к месту протянул Борода.
— Ты это о чём? — не понял я, и он указал на дальний от нас туннель.
— Там через два перехода спица на астероид к русским, — пояснил он.
— Там к русским, а нам в другую сторону, — недовольно сверкнув глазами, пробурчал Сильвер. — Хватит стоять, чего замерли. Мистер Эванс нас догонит. Идём домой.
— Туда точно к русским, а не назад? — нахмурился я.
— Точно, Георг, точ….
Закончить он не успел. Из туннеля, который мы обсуждали, появились два брита в доспехах. Более того, грудные пластины у них так и переливались индивидуальной чеканкой.
«Серебряные львы», а это были именно они, сразу же заметили нашу огромную компанию и двинулись в нашу сторону.
— Ты же владеешь поиском, Георг, — выдохнул Сильвер.
— Я думал, что это возвращается Джон, — ответил я, морщась от боли. Пчёлы в голове устроили настоящий ад.
— Не ссыте, сейчас отбрехаемся, — бросил Сильвер сурками замершим пиратам и шагнул навстречу львам. — Господа, здравствуйте, я….
Но не тут-то было.
— Тебя же расстреляли, — удивлённо произнёс один из бритов, не поднимая забрала шлема, но я всё равно, по голосу, узнал полкового старшего сержанта из таверны. Да и второй оказался со знакомыми лычками энсина. Именно они помогали Пью довести нас с Сильвером на суд капитанов.
— Сдаётся мне, что расстреляли как раз таки жирдяя Пью, — произнёс энсин, плавно выхватывая из-за спины винтовку. — Расстреляли и нам не сказали, а мы его ищем.
— Ни капли его не жаль, — сержант выхватил из ножен морской тесак и спросил: — развлечёмся, дружище? А то я засиделся без дела.
Что ответил Энсин, я не услышал. Именно в этот момент пчёлы в голове взвыли сиреной и оглушительно лопнули. Голову на миг словно шилом пронзило, а астероид вокруг нас содрогнулся. Да так, что все мы, даже бриты, полетели на пол. А потом нас накрыло пылью и грохотом от взрывов.
* * *
ОС — операционная система
БД — база данных

----------

Глава 16

Глава 16
Падение, хоть и неожиданное, прошло нормально. Я успел сгруппироваться, и ушёл в кувырок. Выступ камня на стене прошёл в сантиметрах от моей головы. Толкнулся от него рукой. Спружинил и встал на одно колено. Пыль в этот момент, как раз начала рассеиваться.
Терять время не стал. Левой рукой снял бандану, чтобы не мешалась. Правой нашарил рукоять сабли у бедра. Ноги подобрались. Толкнулись. Я уже почти вскочил и выхватил клинок, как астероид снова тряхнуло.
На секунду в отсеке словно образовалась невесомость. Нас подкинуло вверх, и все будто зависли в воздухе. Зависли, чтобы тут же рухнуть на пол.
Я умудрился снова скрутиться в падении и уйти в перекат. Вышел из него в каком-то метре от энсина. Взмахнул саблей. Хлёстко. С оттягом. Приложив внутреннюю силу для пробития щита.
Клинок полыхнул. В воздухе остался синеватый росчерк. Но брита на месте не оказалось.
В доспехе он превосходил меня в скорости. Потому успел отскочить и схватить с пола винтовку. Его напарник, сержант, тоже оказался на ногах рядом с ним. Оба вскинули оружие. Прицелились и дали залп.
Защититься я не успевал. Да и не мог — это ж не древние винтовки, у меня тупо сил не хватит на такое. Но защита мне не требовалась. Картина боя, как танец, развивалась по своим правилам. По правилам ведущего. А вёл именно я.
От инерции пустого удара саблей меня потащило в сторону. Не стал противиться. Снова ушел в перекат. Ещё один. Ещё.
Я крутился, как колобок, на форсаже уходящий от волка и лисы. Отбил плечо. Зубы клацнули, когда ударился коленом. Прикусил щёку. А пол за спиной буквально взрывался от пуль бритов.
События развивались стремительно. Я всё крутился и крутился и понимал, что долго везение не продлится. Что попадание в меня — это вопрос времени и моих ошибок. А ошибки будут. Потому в очередной перекат толкнулся ногами сильнее, ушёл ещё дальше.
Получилось! Бриты чуть дольше и дальше повели винтовками. Всего секунду выиграл, но этого хватило. Даже не думая, на одних инстинктах, я сместился с линии огня, метнул телекинезом саблю и ушёл в последний перекат.
Бриты просекли атаку. Поставили щиты. Прикрыли себя, но сабля метила не в них. Стальной росчерк и винтовка одного вылетела из рук. Лезвие ударило по второй, и… сил оказалось недостаточно. Энсин удержал оружие, лишь слегка отвёл в сторону, но мне этого хватило.
Вышел из переката. Ушёл в родовую технику и туром, тараном метнулся к энсину. Плечо врезалось в локальный щит напротив грудной пластины доспеха. Руки схватили его винтовку, довернули, и энсин, уже без оружия, отлетел прочь. Я же, послушно рисунку боя, крутанулся и врезал прикладом по шлему сержанта.
Удар, толчок силы и брит отброшен к энсину, лишь осколки от приклада зависли в воздухе, там, где была его голова.
Осколки упали на пол. Огрызок от винтовки жалобно звякнул о камень. Бриты встали напротив меня и на нас, на миг, опустилось затишье.
— Ну, что, засранцы, — криво оскалился я, снимая с пояса нож, — игры закончились. Потанцуем?
Не знаю, зачем я это сказал. Для дешёвого понта, наверное. Оскал, морда светится — таким только пугать. Хотя вряд ли получилось. Весь мой успех строился на везении. Повезло, что бриты относятся к пиратам, как к мусору, и не ожидали от одного из них такой прыти. Потому и стояли на месте, как в тире нажимая спусковые крючки винтовок.
Я не видел их лиц за опущенными забралами. Не знал, о чём они думают. Понимал лишь одно. Сейчас они соберутся. Возьмут в руки тесаки и зададут мне жару. У нас должны быть похожие индексы развития, значит они будут гонять меня по отсеку, как футболисты мячик на тренировке. Но и другого выхода у меня не было.
Хотя, в рукопашке мои шансы на победу тоже возрастали. Всё же школа Мангуста уникальна. Создана специально для таких сшибок. Надо лишь подловить врагов на ошибке. Навязать им мои условия.
Нельзя позволить атаковать с двух сторон. Нельзя, чтобы один из них зашёл со спины. Много чего нельзя, а можно только одно….
Сместился чуть в сторону, чтобы легче зайти с боку. Шагнул вперёд. Ещё раз. Нож описал кривую восьмёрку. Рот скривился в оскале. Атаковать, постоянно атаковать и двигаться. Так, чтобы они мешались друг другу. Вот, что мне можно и нужно делать.
Шаг.
Подшаг.
Нож в руке живёт своей жизнью, а бриты замерли с пустыми руками и смотрят на меня.
— Ну же, вы хотели развлечений, — смещаясь в сторону, прохрипел я насмешливо. — Смелее….
Сержант выхватил тесак. Шагнул ко мне, оставляя энсина за спиной. Я оскалился ещё шире. Приготовился к рывку и, вдруг, энсин схватил сержанта за плечо и, развернув к себе, отправил его в туннель.
— Идиот, — бросил Энсин, сам разворачиваясь и отступая, — у нас общий враг есть, лучше готовьтесь к бою.
Он скрылся в туннеле за два прыжка, а я так и остался стоять с ножом в руке.
— Куда это они? — развернулся к пиратам, когда поисковая техника показала пустоту, а я окончательно понял, что драки не будет — почему отступили?
— Бред какой-то, — вторил мне Сильвер с пола. Он и вся его команда всё ещё отдыхали на камнях отсека. Только некоторые начали подниматься.
— Это ты взорвал склады? — я подошёл и ткнул его саблей. — Взрыватели же у тебя.
— Не я, — развёл руками в стороны Сильвер, как щенок переворачиваясь на спину и подставляя под клинок живот, — они у мистера Джонса.
— А что сразу я? — икнул от испуга Борода, валяясь в двух шагах от Черепахи. — Да и не взрывали мы, тогда бы этот склад тоже рванул.
— А раз не он, — кряхтя от натуги, Сильвер упёрся руками в пол и выпрямился, — значит, кто-то другой взорвал. Думаю, на базу напали.
Неужели «Злой»? Мелькнуло у меня в голове. Неужели Мангуст пришёл нам на помощь?
— Наверное, это ваши, — вторил моим мыслям Сильвер. — Надоело им ждать твоего возвращения, вот и ударили, — он запнулся, — ты это, Георг, не забывай о договоре. Хорошо?
— Угу, — кивнул я, ощущая, как на лице появляется глупая улыбка, а тело охватывают радость и лёгкость.
Мне казалось, что с плеч упала не гора, не космостанция, а целая планета, которую я, как слон держал на своём горбу. Неожиданно стало так хорошо, так спокойно, что перестали болеть плечо и колено. Откуда-то в теле появилось столько силы, что захотелось кричать. Нет. Вопить от счастья.
Наши! Ура! Наконец-то!
— Полундра! Викинги!!! — как сквозь вату донёсся до меня крик неприметного Джона.
Он выскочил из коридора, куда убежали бриты и кинулся к нам.
— Викинги!!! — ревел он на ходу, а сопровождающий его пират упал и покатился по полу. — Это Торбен!
— Торбен⁈ — вскричал Сильвер, заставив меня поморщиться, прямо в ухо крикнул, мерзавец, — За мной! Бежим!
Черепаха, будто только что не вставал с пола, как старый дед, резво кинулся к одному из туннелей. Остальные пираты подхватывали с пола древние винтовки и мчались за ним.
— Быстрее, сучьи отродья! — кричал Сильвер на бегу, — отрыжка бездны вас побери, быстрее шевелите огузками.
Признаться, я растерялся. Радость исчезла, счастье пропало, и я, словно ото сна очнулся, обнаружил себя в отсеке вместе с неприметным Джоном и его напарником.
— Быстрее, капитан, — прокричал Джон, пробегая мимо меня, — беги быстрее, полундра!
И я побежал.
— Какие ещё викинги? — спросил я, поравнявшись с Джоном.
— Ублюдки Торбена, — пропыхтел он на бегу, — хуже них во всей галактике никого нет.
Понятно, что ничего не понятно. Какой ещё Торбен? Какие ещё викинги? Белены он объелся, что ли? Я порылся в памяти, но нет. Капитанов норвежских, шведских или датских княжеств мы не проходили в академии.
Ускорился. Легко оторвался от неприметного Джона и догнал толпу пиратов. Обошёл последних, пробился сквозь спины средних и вырвался вперёд, к Сильверу.
— Черепаха, — спросил я, легко поддерживая темп, — что происходит, куда мы бежим?
— Я тоже не пойму, почему бежим мы в сторону русских, — пробурчал на бегу Борода.
— Заткнись, идиот, — бросил Сильвер. — Бриты не сдержат Торбена.
— Но там же наши парни, — попытался спорить Борода. — Там Слизень и Кардинал….
— Были, — выплюнул Сильвер на бегу, — были Слизень и Кардинал. Они ещё не знают, но они уже трупы.
— Так боишься викингов, что бросаешь своих? — удивился я, — что ж там за звери….
— Не звери, монстры. Такие, что через час все, кто выживет, будут завидовать мёртвым, — ответил Сильвер, останавливаясь около гермодвери в коридор-спицу на наш астероид.
— Ты не сгущаешь краски, — хмыкнул я. — Что вообще надо викингам здесь?
— Ни капли не сгущает, — прохрипел Борода, опираясь рукой о стену туннеля. Его лицо покраснело от бега, и, казалось, что он сейчас рухнет. — Это всё проклятый Лафит. Торбен поклялся ему отомстить.
— Лафит? — удивился я, — он тут при чём?
— Мистер Эванс, — вместо ответа Сильвер поймал глазами неприметного Джона, который, наконец-то, догнал нас. — Открывайте дверь.
Неприметный Джон кинулся к пульту управления, а Сильвер добавил:
— Георг, Торбен ненавидит не только Лафита, но и всех нас. Даже я его боюсь. Так что, поверь, самое безопасное место сейчас именно на вашем астероиде.
— На «вашем»? — переспросил Борода.
— Ах ты хитрец, — восхищённо цокнул языком неприметный Джон и, пока створки гермодвери ползли в стороны, посмотрел на меня: — так и знал, капитан, что ты русский.
— Русский? — Борода дёрнул себя за бороду. — Что происходит, Черепаха.
— Русский он, русский, — кивнул Сильвер, — у нас с ним договор. Несколько иной был, но, раз пошёл такой замес….
— Главное, чтобы Торбен сразу на все астероиды не напал, — перебил его неприметный Джон, и у меня, вдруг, кольнуло в сердце. Я, вдруг, вспомнил, как Лафит боялся некоего Торбена. Как несколько недель назад корабль викингов атаковал пиратов, когда мы застряли без движков.
Если до этого момента весь разговор походил на бред, где смешались люди, кони, какие-то викинги с пиратами и бритами. И я вообще не воспринимал его всерьёз. Бежал лишь потому, что все бегут. То сейчас пасьянс сложился, а внутри меня поселилась тревога. Всепоглощающая тревога за моих бойцов и людей Джека.
В один прыжок я оказался около гермодвери. Ввинтился между расходящимися створками и побежал вперёд.
Идиот. Придурок! Костерил я сам себя. Как же я не подумал, что напасть могли и на моих людей. Лишь бы успеть. Лишь бы успеть.
— Георг!
— Светляк!
— Капитан! — донеслось мне в спину.
— Георг подожди, куда ты….
— Вдруг они напали, моим нужна помощь! — крикнул я назад, не сбавляя темп.
— Да вы коммадора с коммандером угрохали, — долетело до меня уже ближе. Сильвер бежал за мной и, даже, догонял, — раз у вас там такие офицеры, то….
— Нет офицеров. Я их убил. Я! — прокричал я и ускорился.
— Как ты….
Он ещё что-то вопил, но я уже не слышал. Свет от ламп превратился в сплошные линии. Звук от берцев по стальному полу даже не долетал до моих ушей. Я сам себе казался скоростным поездом метро. Соколом, несущимся быстрее стрелы.
Остались позади остовы подбитой техники. Начались и закончились минные поля Феймахера, и я, наконец-то разглядел наши баррикады из всякого хлама.
— Командир! Командир! Это Командир! — донеслось до меня радостное восклицание Прухи. — Вон как светится! Это Командир!
— Тур! Ты⁈ — над баррикадой появилась голова Арфы. — Не стрелять!
— Не стрелять! — прокричал я, указывая себе за спину, — это я и это со мной! Не стрелять!
— Не стрелять! — вторил мне крик Арфы, и от него становилось легче на душе. Не напали, точно не напали. Ариафин бы тогда не был здесь. Он бы бился в самой гуще.
Думать о том, что всех могли убить я даже не хотел. Даже мысли такой не возникало.
— Командир!
— Тур! ты светишься.
— Доспех, где мой доспех⁈ — прокричал я, врываясь за баррикаду. Бойцы кинулись ко мне, попытались похлопать по плечам. Обнять. Но я уворачивался и продолжал кричать: — доспех, мой гардемарин!
По глазам Сильвера и неприметного Джона я видел, они и правда боятся викингов неизвестного Торбена. Уход бритов вместо драки косвенно подтвердил нападение. Ещё и те взрывы…. Да никаких сомнений не могло и быть. Нападение произошло. Нельзя терять ни минуты. Надо готовиться. Только, а что мы можем?
— Вон доспех, — Арфа указал на закуток недалеко от люка на поверхность. Там, в темноте, я смог различить силуэт своего ЛПДМ. — Тур, у нас тут форсмажор. Что-то непонятное….
— Не стрелять, пираты со мной, — крикнул я и кинулся к нише. — Пропустите и присмотрите за ними. Активируйте минные поля!
Кислородная маска и баллон полетели на пол. Звякнули о стену сабля и нож с пистолетом. Пиратский комбез отправился следом.
На миг я ощутил прохладный ветерок. Он охватил всё тело. Прошёлся по мокрой спине и тут же перестал ощущаться, когда вжикнула молния компенсирующего костюма. Когда же клацнули последние замки на бронепластинах Гардемарина, я о ветерке забыл окончательно.
Господи, как же хорошо в моём доспехе! Как же я соскучился по индикаторам батареи на визоре. По рукояти штатного тесака. По сообщениям тактической системы. По свободе и силе, которые дарят сервоприводы и наноусилители.
Я встал и повёл плечами. Наконец-то ушло ощущение, что я голый и беззащитный. Скинул из-за спины Метелицу и вернул её обратно. Обнажил тесак и вернул его в ножны. Запустил проверку систем и включил связь.
— Алиса, доложить общую обстановку в системе и вокруг астероидов. Гвоздь, снимай бойцов с той спицы, и пулей сюда. Риф, сообщи Джеку о боевой тревоге, всех в ружьё и собрать в главном отсеке, — выпалил я на одном дыхании и шагнул обратно к баррикаде. Там как раз проскочил последний пират, и образовалась свалка.
— Гусар, бери Пруху и ещё пару бойцов. Отведите пиратов в главный отсек, готовьтесь к обороне, — подняв забрало, я начал раздаватькоманды голосом. — Арфа, минные поля активировали? Доклад о готовности позиции. Всем боевая тревога. Код чёрный! Отделение, к бою. Занять оборону около баррикады.
— Отделение? — рядом со мной оказался Сильвер. — Отделение? — его рот перекосило, а глаза, казалось, вот-вот выпрыгнут из орбит.
— Да, нас тут всего отделение, — отмахнулся я, замечая, как оставшиеся бойцы занимают позиции у баррикады, а из туннеля, расталкивая пиратов, вылетает Гвоздь и его отряд.
— Ты же говорил, что вы захватили… — Сильвер буквально захлебнулся словами. Стоял и беззвучно открывал рот, не в силах закончить предложение.
— Да, мы захватили астероид, а я выбил коммадора и коммандера, — кивнул я, — и ни слова о том, что нас тут рота, батальон или полк.
— Но корабль, корабль-то у вас есть? — просипел Сильвер, хватаясь за грудь, напротив сердца.
— Какой корабль, ты о чём, — толкнул Сильвера плечом, подскочивший вместе с Гвоздём Феймахер, — у нас только абордажный катер есть…. Ох, ничего себе ты размалёван, а татухи светятся?
— Абордажный катер, — глаза Сильвера почти закатились и он пошатнулся.
— Ага, и два истребителя, но на них торпеды кончились, довольным тоном сообщил Фея. — Так, что с татухами? Не светятся? Тогда зачем ты их намалевал? — Феймахер уставился на Черепаху, но тот доковылял до стены и молча по ней сполз.
— Капитан, забери взрыватели — не обращая внимания на Сильвера, кинулся ко мне Борода.
— Тур, там, в системе викинги, — одновременно с Бородой начал Гвоздь и тут же замолчал. Его брови приподнялись, и он спросил: — капитан?
— Тур? — брови бороды тоже изогнулись.
— Потом объясню, — кивнул я Гвоздю, и посмотрел на Бороду: — это мой позывной на службе. Отдай взрыватели Фее и иди в главный отсек, присмотри за командой, чтобы не чудили. Щука, проводи его.
— Фея это я, — толкнул Бороду Хирш, улыбаясь во все тридцать два зуба, словно ребёнок увидевший ведро мороженного. Он аж пританцовывал от нетерпения. — Давай скорее, что там у тебя.
— Понял тебя, Светляк, — мотнул головой Борода и, отойдя вместе с Феймахером в сторону, стал объяснять тому, что и где мы заложили.
— Мистер Эванс, останьтесь, у меня есть вопросы, — придержал я неприметного Джона, когда заметил, как он собирался уйти вместе с остальными пиратами.
— Тур, викинги, — напомнил о себе Гвоздь.
— Знаю, — кивнул я и спросил по связи: — Алиса, где доклад об обстановке в системе?
— Мины активированы, — доложил Арфа.
— Да сейчас, секунду, — раздался по связи голос девушки, — я ж не в армии, не могу так быстро….
— Так учись, — начал закипать я от её медлительности, но сдержался и добавил спокойно: — предупреди Клима, что я вернулся, и оставайся в командном пункте. Следи через камеры пауков на поверхности астероида. Увидишь врага, сразу же докладывай о любых изменениях.
— Принято, — ответила Алиса. — Оперативная обстановка отправлена.
Тактическая система сообщила о принятом послании. Я вывел его на визор, а, затем, на инфопланшет. Включил проекцию, чтобы Гвоздь с Арфой тоже видели, и стал изучать, полученные данные.
Суета вокруг улеглась, как только последний пират исчез в туннеле. На всякий случай я тоже вывел видео с камер роботов пауков на визор и стал думать.
Нападение викингов подтвердилось. Корабль, по сигнатурам, тот же самый, что мы видели раньше (я сверился с видео в памяти доспеха), завис над астероидами и контролировал ближайшее пространство. Сомнений не оставалось, это действительно был тот самый Торбен Гром, сын Ансгара, о котором говорил Лафит.
— Мне кажется, или это тот самый драккар, что помог нам тогда с пиратами? — протянул Гвоздь, правильно определив класс корабля. — Джек тогда смог убедить их, что мы мирняк.
— Угу, — кивнул я, — только не думаю, что сейчас они ему поверят. Всё же база пиратская, и захват одного из астероидов общинниками выглядит, как фантастика.
— Так у нас же мир со скандинавским объединением, — вмешался Ариафин, — скажем о нас, что мы, русские морпехи, захватили базу и….
— Гыыы, — ехидно протянул с пола Сильвер, — русские морпехи, сообщите это им и прощайтесь с жизнью. Ради вас Торбен пройдёт мимо любого пирата, даже мимо Лафита.
— Точно, Лафит! — Воскликнул Гвоздь, глядя на меня — он же, как Алиса сообщила о викингах, истерику устроил в камере. Требовал тебя, говорил, что расскажет всё, что знает о Тени, лишь бы его не выдали им….
— Подожди, — прервал я Анджея и посмотрел на Сильвера, — Что ты сказал о Торбене и русских морпехах? Почему он пройдёт даже мимо Лафита?
— У вас ещё и Лафит в камере томится? — вместо ответа, протянул Сильвер. — Ну, Георг, ты не перестаёшь меня удивлять, — он ухмыльнулся и развёл руками, — хотя, теперь понятно, откуда у тебя устаревшие планы базы. Видимо вы поймали этого проклятого лягушатника, и он наплёл вам с три короба. Пообещал что-то, но заманил сюда. Я прав?
— Не Георг, — покачал я головой, — меня зовут Ростислав. Ростислав Туров, лейтенант морской пехоты Российской Империи. Насчёт же остального, можно и так сказать, но, что ты имел ввиду….
— То, что сказал, то и имел, Ростислав Туров, лейтенант, — насмешливо ответил Сильвер. — Понимаешь ли, Торбен на своих кораблях появился тут больше двадцати лет назад. Он годами рыскал по соседним системам. Искал кого-то из русских систем, перехватывал корабли, выспрашивал, сжигал, но нас особо не трогал, а мы его. Пока сын Торбена не поймал Лафита. Случайно.
— Этот лягушатник позарился на корабль викингов, — подхватил слова Сильвера неприметный Джон. — Сказал, что знает, где тот человек, которого они ищут. Обещал привести к нему.
— А привел сюда? — догадался я.
— Не прямо сюда, — поморщился Сильвер, — на другую базу, которая раньше была. Заманил в ловушку. Мы с Джоном тогда только присоединились к местной братии, до этого в других местах ходили.
— Да, помню ту заварушку, — кивнул неприметный Джон. — Торбенсон младший оказался не из теста, а из стали.
— Ушёл в Вальгаллу и забрал с собой десятка два наших кораблей, — выдавил из себя Сильвер, с трудом поднимаясь на ноги. — С тех пор Торбен поклялся отомстить пиратам этих секторов, и Лафиту в частности.
— Пять баз сжёг, — покачал головой неприметный Джон, — Бриты к нему даже послов засылали. Не от себя, конечно, от нас. Но он всем кровавого орла устроил.
— На него покушались, заманивали в ловушки, — Сильвер выпрямился и ехидно развёл руками, — но Торбен Гром оказался живучим и гораздо сильнее, чем думали бриты.
— Послали бы за ним эскадру, — пожал плечами Арфа.
— Да не могли они, — отмёл версию Фадея неприметный Джон, — это же международный скандал. Так что терпели и маскировались, но пару раз эсминцы подсылали.
— В общем, ничего у них не вышло, — усмехнулся Сильвер, Торбен так и продолжил жечь наши базы. И никому, слышишь, Ростислав Туров, никому он пощады не давал. Ни пиратам, ни их пленникам, ни случайным торговцам, если те имели несчастье оказаться в одной системе вовремя боя.
— Лучшая маскировка, — кивнул Джон, — если никого из свидетелей нет в живых, то о тебе не знают.
— Бриты могли бы нам сообщить, мы бы его поймали, — Гвоздь почесал подбородок и посмотрел на пиратов, — самый простой же вариант.
— Угу, и выдали бы свой интерес на ваших границах, — хмыкнул Сильвер. — Нет, эта незримая война продолжалась без вашего ведома прямо у вас под носом.
— Куда только разведка смотрит, — прошептал Арфа.
— А кого он искал-то? — протянул я, глядя на довольного собой Сильвера. — Нашёл?
— Да кто его знает, — Сильвер сплюнул себе под ноги и посмотрел на неприметного Джона, — мистер Эванс, слышал об этом что-нибудь?
— Не нашёл, — помотал головой неприметный Джон. — В прошлом году он ещё ловил торговые суда из Империи и потрошил их.
— Ерунда какая-то, — Анджей отошёл в сторону и стал расхаживать из стороны в сторону. — Зачем двадцать лет искать кого-то из Империи, когда можно прилететь к нам на территорию и всё разузнать.
— Ага, в стол справок обратиться, — хмыкнул Сильвер.
— Скорее всего поиск наложился на месть Лафиту, — предположил Арфа, не оценив юмор Черепахи. — Основная цель поменялась, а поиск стал не столь важным, — он посмотрел на меня, — Тур, помнишь, мы изучали в академии сводки пиратских нападений.
— Они уменьшились лет пятнадцать назад, — кивнул я, — прослеживались всплески активности на год, полтора, а потом снова затухание.
— О, прям точный график походов Торбена, — оскалился Сильвер. — Покошмарит нас годик и к себе на базу, а мы можем свободно поохотиться.
— Всё равно, многое не сходится, — нахмурился Гвоздь, — почему он нас так не любит? Кого ищет?
— В целом, это не важно, — пожал плечами Сильвер, — вы и так это скоро узнаете. Встреча с Торбеном неизбежна и тогда, как я сказал….
— Да, помню, — отмахнулся я от него, — мы позавидуем мёртвым.
— Да.
— А если отдать ему Лафита? — повернулся ко мне Арфа, — не говорить, что мы здесь, а пусть Джек выйдет на связь. Предложит сделку.
— Как ты себе это представляешь? — уставился на него Гвоздь, — Тур обещал Лафиту справедливый суд, а ты предлагаешь не только нарушить слово, но и законы Империи.
— Это мысли вслух, — выставил ладони Арфа, — накидываю идеи….
— Справедливый суд для пирата, хах, — рассмеялся Сильвер, — ну вы и чудаки. Перед кем вы слово держать собрались….
— Перед собой, — оборвал я его, — или ты уже забыл, что у нас с тобой тоже соглашение есть. Джентельменское.
Сильвер поперхнулся, и все посмотрели на меня. Я буквально доспехом ощутил, что ребята ждут от меня продолжения. Ждут чёткого плана действий. Ждут указаний, что им сделать, и что будет. А я….
А я был не готов что-то говорить. Я просто не знал, как поступить. Анджей прав. Если отдать Лафита, я нарушу не только слово, но и законы Империи. И кем я тогда стану? Преступником? Даже, если командование не сочтёт это преступлением, то я о себе буду так думать.
Это бесчестье. Останется только уволиться в запас и пустить пулю в висок.
С другой стороны, сохраню личный состав и людей Джека. Разве жизнь всех моих друзей не достаточная цена за поруганную честь? Лира, думаю, поймёт. Отец с Дедом не оставят её одну. Помогут во всём. Воспитают Вареньку….
— Тур, — в голосе Арфы сквозило беспокойство, — ты уже минуту молчишь.
— Я думаю.
— Да, но….
— Не отвлекай его, — буркнул Гвоздь, — уверен, решение есть, и Тур его найдёт. Как и всегда.
Вера Анджея подстегнула мысли в другом направлении. Я ещё раз посмотрел на данные от Алисы. Сверился с камерами роботов-пауков и попытался поймать ускользающую мысль.
— Смотри, смотри, — прошептал Гвоздь, — вот оно, он почти придумал.
— Да что тут думать, — начал было Сильвер, но короткое сообщение от Алисы отвлекло меня от его слов.
— Прости, я не смогла, он мой начальник, — гласили строчки на инфопланшете.
Только мы прочитали, как по связи раздался напряженный, слегка подрагивающий голос Клима Разумовского:
— Драккар «Гром», драккар «Гром», говорит княжич Клим Евгеньевич Разумовский, наследник князя Разумовского, главы тайной канцелярии Российской Империи, — было слышно, как у Клима закончился воздух, и он судорожно вдохнул. — Мной, вместе с моими людьми, был захвачен один из астероидов базы, а также пират Лафит. Мы здесь вместе с гражданскими. Предлагаю Вам соглашение, мы отдаём вам Лафита, а вы не трогаете нас. Наши жизни в обмен на жизнь Лафита, — Клим снова громко схватил воздуха и торопливо продолжил: — также предлагаю устойчивые дипломатические связи с Российской Империей через моё личное посредничество и при участии моего отца, князя Евгения Аскольдовича Разумовского. Мы решим любые вопросы. Даю вам слово аристократа. Как слышно?
— Во чешет, — покачал головой Гвоздь.
— Волнуется, — кивнул Арфа.
— У вас тут, что, реально сын главы Тайной Канцелярии? — удивился Сильвер.
— Как вас вообще сюда занесло в таком составе, что за задание вы получили? — протянул неприметный Джон, — даже в цирке не так пёстро от артистов.
— У нас вообще практика на втором курсе, — буркнул Арфа.
— Так вы ещё и студенты?.. — поперхнулся Сильвер и судорожно закашлял.
— Драккар «Гром», Драккар «Гром», — не дождавшись ответа, Клим пошёл на второй заход. — Говорит княжич Клим Евгеньевич Разумовский, наследник князя….
— Да хоть наследница, — прервал его резкий, каркающий голос. — Говорит Торбен сын Ансгара, конунг систем Йарнстейнн и Эльдведр. И говорит он следующее: слушай сюда, сын князя. Лафита я так и так получу, а тебе рекомендую погибнуть в бою, потому что пощады не будет. Никому.
Стоило ему замолчать, как драккар на проекции инфопланшета дёрнулся и медленно поплыл к нашему астероиду.
— Ой, кретин, — Сильвер смачно хлопнул себя по лбу, да так и оставил там ладонь. — Какой-то особо одарённый сын у главы Тайной Канцелярии. Нам же теперь точно конец. Они теперь о нас знают, и времени на подготовку меньше. Лучше застрелиться….
— Не нагнетай, а, — буркнул Арфа, — и без тебя тош….
— Смотри, смотри, — толкнул его в плечо Гвоздь, — я знаю этот взгляд, знаю. Тур, ты придумал?
Все снова посмотрели на меня. Даже бойцы у баррикады обернулись. Они всё слышали и понимали. Они ждали ответа, и я не рискнул подвести их ожидания:
— Да, — кивнул я и широко улыбнулся, — придумал.

----------

Глава 17

Глава 17
— Ты решил захватить, что? — Сильвер схватился за сердце и, не наигранно, совершенно натурально стал сползать по стене на пол. — Да ты в своём уме? — прошипел он.
— Нет, ну, а, что, — пожал плечами Гвоздь, переглядываясь с Арфой, — решение нормальное, в нашем стиле.
— Я бы сказал, что очевидное, — кивнул в поддержку Анджею Ариафин. — На поверхности лежало. Мы просто сами не догадались.
— Но через минуту мы бы тоже самое предложили, — Кивнул Гвоздь. Его словам вторило согласное бурчание бойцов у баррикады, и Анджей развёл руками: — вон и парни согласны.
— Психи, — пискнул с пола Сильвер, хватаясь второй рукой за голову.
— Да, парни, — я впервые увидел, как неприметный Джон улыбается, — удивили, так удивили. Захватить драккар викингов, да ещё в походе….
— Ой, обычное дело, — слегка наигранно отмахнулся Гвоздь, — мы уже проделывали что-то подобное.
— Расскажешь? — неприметный Джон с интересом посмотрел на моего зама, и тот слегка смутился, не зная, что ответить.
— Захватили один из ваших астероидов, — пришёл я на помощь Гвоздю, который имел ввиду совсем другое. Уверен, он хотел сказать о базе бритов на Тау Метам, но осёкся, боясь выдать секретные данные. — И вообще, хватит лясы точить, — отрезал я, — если никто не против, то пора браться за дело.
— Абсолютно за, — ещё шире улыбнулся неприметный Джон, отчего стал крайне приметным. Такую белозубую улыбку у пирата забыть невозможно. Он словно преобразился и стал внушать доверие, и всяческое к себе расположение.
— Психи, — ещё раз прокряхтел с пола Сильвер, прогоняя впечатление от неожиданной метаморфозы неприметного Джона.
— Хватит ныть, Черепаха, — оскалился я, — ты всё же пират. Куда только дел свою склонность к авантюрам?
— Она на месте, только авантюра и самоубийство разные вещи, — пробурчал Сильвер, но я его уже не слушал.
Вывел на визор проекцию базы пиратов. Соединился с камерами в нашей части туннеля и вышел на связь:
— Джек, все на абордажный катер. Алиса, забирай из командного центра накопители данных и тоже на катер. Мара, Пол, на истребителях ещё остались торпеды?
— Никак нет, — пришёл моментальный ответ от Марисы. — Но Микки что-то тут…
— Тогда занимайте места пилотов в катере, — скомандовал я и добавил: — Джек, твои люди должны быть во все оружии, берите Лизу для контроля Лафита и Леснара. Они тоже должны быть на катере. И вообще, — я говорил быстро и воздух вышел, потому пришлось вдохнуть, — берите малый запас провизии и боеприпасов, нас ждёт тяжёлый бой.
— У вас ещё и Леснар в плену? — как-то буднично, без удивления в голосе спросил Сильвер, поднимаясь с пола.
— Интересная у вас служба, — хмыкнул неприметный Джон.
— Ага, как у пиратов, — кивнул я, — захватываем корабли и капитанов. Так, Гвоздь, на тебе контроль пиратов, их тоже на катер, только не перемешивай с людьми Джека, пусть сидят в дальнем конце.
— Дискриминация….
— Арфа, на тебе помощь Лизе в контроле Лафита и Леснара, — не обратил я внимания на слова Сильвера, и повернулся к бойцам на баррикаде: — остальные за мной.
Суета после моих команд поднялась знатная. Когда я с бойцами вбежал в доки, то мне показалось, что мы в муравейнике.
Роджерс стоял на одной из лестниц и активно размахивал руками. Его помощник Микки Джексон стоял чуть ниже и кричал на группу общинников, которые занимались погрузкой пяти здоровенных стальных чушек. Остальные просто носились по отсеку без особой цели, и на всё это с недоумением смотрели полсотни пиратов с Бородой во главе.
Хотя нет, цель была. Я пригляделся и понял, что каждый тащил небольшие свертки и ящики.
— Быстрее, быстрее, остолопы, — разорялся Микки, — не так быстро, аккуратнее, идиоты!
— Что происходит? — уточнил я у них, когда расставил бойцов по периметру. — Что они тащат?
— Самодельные торпеды, — буркнул Микки, продолжая цепко наблюдать за подчинёнными. — Собрали, пока ты был на том астероиде.
— О как, так, может, их лучше в пусковое устройство?
— Не, — махнул рукой Микки, — их только в ручную завести и выкинуть за борт, — он грустно вздохнул. — Я не такой рукастый мастер, чтобы сделать на коленке полноценную торпеду.
— Ну, это тоже сгодится, — произнёс я, а в голове зародился червячок сомнения, перерастающий в тревогу. — Они сами по себе не сдетонируют?
— Исключено, — на этот раз он ко мне повернулся и с серьёзным видом покачал головой. — Собирали вместе с твоим чародеем или, как его там.
— Феей? — уточнил я.
— Ага, с ним. Он там всё по науке сделал.
Ну, раз Феймахер принял участие в разработке торпед, то беспокоиться стоило. Он, хоть и лучший из нас в обращении со взрывчаткой, но за ним нужен глаз да глаз.
Проверка торпед не заняла много времени. Тормознул процесс погрузки и, подскочивший Фея, буквально за пять минут, показал, что всё в полном порядке. Он предусмотрел и обезопасил всё…
— Ой, — Хирш отпрянул от последней торпеды. — А тут я….
— Предохранитель забыл, — кивнул я, разглядывая открытый блок управления.
— Сейчас всё исправлю, — вспыхнул пуще свёклы Феймахер, — пара минут….
— Отставить, — взял его за плечи и развернул в сторону туннеля, — времени нет, оставим её здесь.
— Но это вопрос профессиональной чести, — промямлил Хирш, пытаясь развернуться.
— Раньше надо было думать, — выдохнул я, мысленно радуясь своей перестраховке. Стоило кому-то из грузчиков оступиться, а этой торпеде просто упасть и всё. Прощай катер, прощай мы. — Лучше наблюдай по камерам за коридором-спицей. Как появятся викинги, взрывай там всё.
— А, это ладно, — оживился Фея, а глаза его заблестели. — Кстати, командир, те взрыватели от пиратов, они бесполезные.
— Не понял, — я аж головой помотал и метнул взгляд в сторону Бороды, стоявшего у дальней стены.
— У них сигнал не дойдёт до соседнего астероида, — быстро объяснил Хирш. — В спице нет передатчиков, мы все уничтожили.
— Плохо, — буркнул я, задумавшись.
Если нет возможности рвануть наши заряды на астероиде бритов, то мой замысел надо корректировать. Я надеялся выиграть время благодаря тем зарядам. Заставить викингов отступить от спицы-коридора, когда они в неё ворвутся. Теперь же, придётся поторапливаться ещё сильнее. Прямого боя здесь нам не выдержать.
— Хорошо, что сказал, тогда контролируй спицу, — хлопнул я Фею по плечу, а сам обернулся к Роджерсу и крикнул на весь отсек: — надо ускориться, у нас меньше времени, чем я думал!
— Быстрее! Быстрее! — тут же повторили меня Джек и Микки, а люди в отсеке ускорились.
— Поздно, — как-то равнодушно сказал Фея. — Вон, пираты уже побежали.
Снова включил трансляцию из спицы и увидел, как по коридору мчится целая толпа. Пираты ломились на наш астероид сплошным потоком. На лицах многих отражался просто животный ужас. Они спотыкались, падали. Пытались подняться, но по ним шагали те, кто бежал следом.
Паника захлестнула недавних королей астероидов. Паника и животный ужас. Из пары сотен человек хладнокровие сохранили всего несколько десятков. Я видел, как они оборачивались на ходу и древние винтовки в их руках озарялись вспышками. Как пули летели к синему мареву плазменных щитов. Как попадали и растворялись в нём абсолютно без следа. Даже свинцовой капельки не оставалось.
— Хорошо идут, плотно, даже доспехов не видно за щитами, — подскочил к нам Гвоздь, и тут же обратился ко мне: — что будем делать, командир? Встречать?
— Нет, — я решительно мотнул головой, — все в катер, быстро. Быстро! — закричал я, дублируя команду бойцам по тактической связи- бросайте всё и в катер. Фея, взрывай.
Дважды просить не пришлось. В следующий миг все, кто был в отсеке, кинулись к абордажному катеру, спица-коридор озарилась ослепительной вспышкой, а трансляция с видеокамер пропала.
Мимо меня промчались общинники Джека и наши с Сильвером пираты. Пронеслись мои бойцы. И у входа в абордажник тут же образовалась каша мала.
Гвоздь кинулся руководить пиратами. Роджерс, скатившись с лестницы, попытался организовать своих людей, а я, осознав, что только усилил панику, пошёл к выходу из отсека.
— У вас несколько минут на погрузку, — бросил я Анджею, проверяя, как выходит из ножен тесак и приводя винтовку в боевой режим. — Я прикрываю.
— Есть! — отбился Гвоздь, и я, замерев прямо перед туннелем с открытой гермодверью, прекратил обращать внимания на толкучку за спиной.
Время тут же потянулось, как нуга. Секунды превратились в недели и месяцы. Тяжелые, надо сказать, недели и месяцы. Мне показалось, что с меня скатилось ведро пота, а в груди оборвались все надежды, пока я стоял вслушиваясь в неизвестность.
Все системы доспеха включились на полную мощность. Пытались уловить хоть малейший звук и проанализировать его. Щупальца поисковой техники удлинились до предела. Пытались найти и засечь хоть кого-то. Но ответом на всё была тишина и пустота.
Нет, я ощущал стены и потолок. Слышал, как где-то шипит пробитая труба, но всё это звуки и ощущения базы….
Казалось бы, чего переживать. Хорошо же. Раз нет людей, значит, у нас есть время. Но время тянулось медленно, а я знал, что викинги в том взрыве должны были выжить. Значит, должны были вот-вот появиться….
Но они не появлялись. Туннель оставался пустым и безмолвным, как квартира холостяка, когда он приходит с работы.
Неизвестность убивала. Выедала душу. Мне казалось, что я превратился в бетонное изваяние. Каждая секунда на часах кувалдой вбивала меня в пол, а в голове стучала только одна мысль. Успеем мы или нет?
— Готово! Готово! Все на борту! — голос Анджея заставил вздрогнуть. Я обернулся и увидел, что отсек пуст, а Гвоздь машет из катера: — Тур, мы готовы, давай сюда!
Снова повернулся к туннелю из отсека. Глянул на часы. Они показали, что я простоял на месте каких-то десять минут, а не пару лет, и я сделал медленный шаг назад. Потом ещё один. Ещё. Ещё. Затем развернулся и помчался к абордажнику.
Я уже подлетал к катеру, когда сзади раздался дикий вопль. Он вылетел из туннеля и, отражаясь от стен, пронёсся, по отсеку.
— Человек так не может кричать, — я не видел за забралом, но ощутил по голосу, как ужаснулся Анджей. — Это, это не человек.
— Открывайте шлюзы, взлетаем, — я вскочил на пандус погрузочного отсека абордажника, пристегнул себя к страховочной системе и вскинул винтовку. — Пристегнись, они сейчас будут.
Не знаю, как я мог проморгать целый отряд викингов, но поиск секунду назад не выдавал ровным счётом ничего. Либо я так устал, что силовые техники уже не работали, либо враги шли под техникой мертвеца. Крайне прокаченной техникой….
Да о чём говорить, я труп пирата ощутил только после его крика. Ощущение, будто его спрятали, а потом показали нам, чтобы напугать. Вообще не понимаю, что происходит. Только что ощущал пустоту, а в следующий момент появился труп пирата, а около него целый отряд.
Это даже хуже невидимки! Они, словно под куполом пустоты перемещаются.
— Готов, — доложил Гвоздь, занимая позицию рядом со мной. — Где они?
— Стоят на месте, — ответил я, «вслушиваясь» в поисковые щупальца, — кажется.
— В смысле, кажется?
— Не знаю, — прошептал я, ощущая, что кто-то, будто взял мою технику, натянул щупальца, как струны, и играет на них перебором.
— Тур….
— Там кто-то гораздо сильнее нас, — произнёс я очевидное, и тяжесть неизвестности снова навалилась на мои плечи, а по телу пробежал холодок.
Будто вторя моим словам в отсек ворвался оглушительный, каркающий смех. Забрался нам под доспех и заставил поёжиться.
— Не думал, что повторю Фею, но я чуть не обосрался, — прошептал Анджей, вжимаясь в переборку катера и перехватывая винтовку.
— Я тоже, — слабо кивнул я, — я тоже не думал, что ты повторишь Фею.
— Вот же ж, — хмыкнул Анджей, а его голос зазвучал уверенней, — умеешь ты подбодрить, наваждение как рукой сняло.
— Повезло тебе, — подумал я, ощущая странное давление в голове. Словно кто-то пытался сжать мой череп скользкими щупальцами.
Щупальца! Я отдёрнул поисковую технику и ощущение исчезло.
Обалдеть! Он через мою технику пробрался в голову….
— Выходим в космос! — разнёсся по связи голос Марисы, и я ощутил, что катер давно дрожит, а огромный люк погрузочного отсека уже закрылся.
— Тур, Рос, ты в порядке? — пробился в голову голос Анджея, — Тур?
— Кажется, да, — прошептал я, с трудом отлепляя пересохший язык от нёба.
— Ты выпал минут на пять из реальности, не отвечал и не шевелился, — в голосе Гвоздя звучало волнение, — что случилось?
— Кажется, мы убежали от самого Торбена, — делая глоток воды через трубочку из резервной системы доспеха, протянул я, пытаясь собрать мысли в кучу.
Взгляд зацепился за монитор внешней трансляции, и я понял, что мы отдаляемся от астероида. Обалдеть, он выбил меня из реальности на пять минут через мою же поисковую технику. Спасло лишь то, что мы в космос вышли.
— Придём домой, напишу научную работу «Космос, как изоляция от внутренней силы».
— Чего? — Гвоздь толкнул меня в плечо, — ты о чём?
— Я вслух сказал? — удивился я и помотал головой, — жесть, как бьёт по мозгам-то.
— Тур, ты….
— Всё в порядке, — я убрал забрало и улыбнулся, — противник у нас слишком сильный, не как великий князь, конечно, но на Могуту точно потянет.
— Эм.
— Мариса, — не глядя на Анджея я пошёл в пассажирский отсек, — делай разворот, и иди курсом к драккару. Сделай вид, что собираемся проскочить под ними.
— Тур, ты уверен, что нам надо с ними связываться? — Анджей догнал меня на входе в отсек, и мы стали протискиваться мимо пиратов. — Если там такая сила, то справимся ли мы?
— Вспомни, чему нас учили, — я прошёл мимо Бороды и неприметного Джона. Мест на всех не хватало, и они, как и многие пираты, сидели на одном кресле вдвоём. — На драккаре класса Слейпнир три стыковочных отсека. Они вмещают либо по пять истребителей каждый, либо по два абордажника. Если ты не заметил, то как раз шесть абордажных катеров зашли на базу к бритам. Значит, на драккаре осталась только команда флотских и малый отряд охраны, а это чуть больше полусотни человек и мы застанем их врасплох.
— Но, как мы к ним подойдём? — не сдавался Анджей, — им легче нас торпедами взорвать.
— О, наконец-то дельный вопрос, — вклинился в наш разговор Сильвер, — разум возобладал над глупостью и бравадой.
Мы как раз проходили мимо него, и он смог услышать нашу беседу.
— А в этом нам поможет наш княжич, — игнорируя Черепаху, я остановился около Клима Разумовского, который притулился по центру отсека, на стыке общинников и пиратов. — Твой выход Клим. Нужен ещё один слезливый сеанс связи.
* * *
— Драккар «Гром», Драккар «Гром», говорит княжич Клим Разумовский, — Клим стоял почти в самом конце отсека, а я держал перед ним камеру для видеосвязи. — мы предлагаем обмен. Мы отдаём вам капитанов Лафита, Леснара, известного пирата Сильвера и целую команду головрезов, — в этот момент я навёл объектив на Черепаху и остальных пиратов, которые сидели со связанными руками.
Сильвера и всю полусотню пиратов на этот спектакль не пришлось долго уговаривать. Они сразу согласились, и теперь корчили злобные гримасы. А вот Лафиту и Леснару пришлось заткнуть рты кляпом. Они совсем не соглашались сыграть свои роли. Сопротивлялись и кричали, что мы действительно хотим их отдать викингам.
— В обмен на них вы отпускаете нас и позволяете уйти на абордажном катере, — продолжил Клим, а я снова взял общий план, чтобы Торбен увидел общинников с оружием. — Мы согласны пристыковаться к драккару и передать пленников, но только после вашего обещания оставить нас в живых. Конец связи, — Клим закончил говорить и посмотрел на меня, пока я выключал камеру, — Доволен, Туров, что дальше?
— А дальше, — я убрал гаджет в сторону, — мы….
Не успел я договорить, как из динамиков катера раздался каркающий голос:
— Говорит Торбен, согласен на твои условия, стыкуйтесь.
— Эм, — растерялся Клим, — он, что, согласился?
— А почему нет? — улыбнулся я и обернулся к своим бойцам: — готовимся к бою. Вывести схемы драккара проекта Слейпнир в тактической системе. Векторы, а направления атаки будут через минуту. Мариса, сколько нам до их корабля?
— Десять минут, — ответила девушка, и я улыбнулся. План сработал.
Признаться честно, не думал, что всё получится так легко. Надеялся — это да, но готовился, что придётся поторговаться с Торбеном, а он сразу согласился. Получается, я даже недооценил, насколько сильно Лафит насолил викингам. Хотя, из-за него погиб сын Торбена, как сказал Сильвер, так что всё логично. Просто, получается, конунг блефовал во время первого разговора с Климом. Лафит всё же нужен ему живым.
Что ж, как бы там ни было, мне это на руку. Нам это на руку. Сильвер прав, на базе нам не выстоять против викингов. А, если всё равно умирать, то можно это сделать по своим правилам. Даже нужно. Вдруг получится выжить.
Как? Ну, лично я решил, что нужно дать Торбену соответствующую цену за наши жизни. А чем расплатиться, если отдать Лафита и Леснара я не могу? Что ещё ценного есть для викинга? Очевидно же, что корабль. Боевой драккар «Гром». Священный объект в жизни любого северянина, если верить нашим преподавателям из академии.
План прост, как пять копеек. Притворяемся слабыми — видеотрансляция Клима и общинников с древним оружием, — и предлагаем Лафита и пиратов, как оплату.
Никаких подозрений быть не должно. Бравой команде Разумовского, как раз по силам захватить полсотни злодеев. Торбен это увидит и поймёт, что к нему в руки идёт лёгкая добыча. При чём, кроме Лафита там ещё и абордажный катер в качестве трофея.
И тут я надеялся, что у конунга взыграет жадность. Ну и что, что на драккаре остались флотские и малый отряд охраны. Им под силу заломать общинников с древним оружием. Они вообще не противники для пиратов, а катер лишним не бывает. Даже, если он окажется брандером, что вряд ли, там же княжич, то много урона не нанесёт. Да и княжич Разумовский, кстати, тоже пригодится. Используют его для переговоров, ну, или, убьют, как и всех нас…. Не знаю, что там делает конкретно этот викинг с пленными, но мой замысел удался. Торбен заглотил наживку.
Дальше дело осталось за малым. Захватить корабль.
Причём не просто захватить, но и заминировать силовую установку. Я прекрасно отдавал себе отчёт, что ни Мариса, ни пилот Пол, никто-либо из нас не сможет пилотировать драккар. У северян слишком специфическая система управления. Возможно, Елена Земная, девушка Гадела, и смогла бы, или Арина Морозова, но их здесь нет. Но нам это и не нужно.
У нас другая задача. Намного проще. Я хочу просто поставить вопрос ребром или мы, или корабль Торбена разлетается на куски по пустоте космоса. И никакое превосходство в индексе не поможет Торбену не то, что сохранить корабль, но и самому выжить, если он лично пойдет в атаку на нас.
Да, возможно, план так себе. Возможно, Торбен окажется принципиальным и придётся взрывать драккар. Но, если есть хоть шанс, что мы останемся живы, то надо его использовать. Умереть-то мы в любом случае успеем.
— С базы бритов стартовал абордажник, — доложила по связи Мариса.
— А вот и гости, — улыбнулся я и обернулся к своим бойцам, которые жались к стене, чтобы не попасть в кадр. — Гвоздь, берешь десяток бойцов, обязательно Фею, и прорываетесь к машинному отделению. Ваша задача взять его. — Я обернулся к пиратам, — Сильвер, мы не успели погрузить на катер роботов пауков, поэтому ты с командой хватаешь все четыре торпеды и тащите их за Гвоздём.
— Зачем нам торпеды на корабле? — оживился Фея, — давай сейчас сбросим, командир.
— Нет, ты используешь их для минирования силовой установки, отмахнулся я от Хирша, — Арфа, берешь второй десяток, и прорываетесь к мостику. Джек, забираете Лафита и Леснара, вместе с Климом и его людьми идёте за Арфой и пытаетесь разобраться с управлением кораблём, — я посмотрел на Роджерса, и он кивнул.
Знаю, что только что думал, о невозможности управления драккаром, но, чем космос не шутит? Вдруг получится. Вдруг там стоит международная версия ПО для пилотирования.
— Пруха, Пивко остаётесь со мной и половиной пиратов, — продолжил я раздавать команды, — будем встречать абордажник викингов и отступать к машинному отделению. Ребята, — я оглядел всех в отсеке, — у нас будет минут десять на атаку, не больше, затем в стыковочном отсеке начнётся ад.
— Справимся, — кивнул Анджей. — Как возьмём машинное, оставлю Фею там и вернусь к тебе.
— Мы тоже самое на мостике провернём, — кивнул Арфа.
— А брать стыковочный отсек кто будет? — протянул Сильвер и я заметил, что он смотрит на обзорный монитор. Там, совсем рядом с нами чернел корпус драккара «Гром». И в его борту раскрывался светящийся зёв шлюза.
— Мы и возьмём, — ответил я, — а потом разделимся.
— Две минуты до стыковки, — прозвучал голос Марисы.
— К бою, — бросил я, и направился к десантному отсеку катера.
— Капитан, капитан, — ко мне, вдруг, пробился один из пиратов, и я узнал Носатого Тэда. — Капитан, можно я останусь с тобой для прикрытия?
— Можно, — кивнул я и шагнул в отсек.
— Капитан? — сердитой кошкой прошипел, оказавшийся рядом Гусар, — капитан? Это как понимать?
— Потом Миша, не до этого….
— Да ты совсем….
— Десять секунд, — крикнула Мариса из динамиков, — восемь, пять, две….
— В бой! — гаркнул я и выскочил в десантный люк.
* * *
С момента задумки плана до его реализации прошло слишком мало времени, и я не успел продумать детали, и различные варианты развития событий.
Именно эта мысль посетила меня, когда я первым выскочил на палубу драккра и не обнаружил противника.
Холодный свет заливал огромное пространство стыковочного отсека. Играли блики на стальных боках ящиков и ремонтных механизмов, аккуратно сложенных у стен. Помигивали разными цветами кнопки пультов управления.
Всё, больше, ничего в стыковочном отсеке я не обнаружил. Но это не позволило застыть на месте и задуматься. Я проскочил всё помещение и остановился у гермодвери. Она была открыта.
— Ты уже и дверь вскрыл? — догнал меня Гвоздь, — быстро.
— Не я, — я аккуратно выглянул в коридор и обнаружил там такую же стерильную пустоту. — Ощущение, что нас заманивают в ловушку.
— Или ты прав, и тут только флотские, — пожал плечами Гвоздь, — увидели нас и отступили.
— Меняем планы? — рядом оказался Арфа.
— Нет, — мотнул я головой после секундного раздумья. Пусть команда «Грома» отступила, но их все также мало. Им придётся разделиться, чтобы защищать множество ключевых отсеков. Так что преимущество, как ни странно, всё ещё на нашей стороне. — Анджей прав, да и пчёл не слышно.
— Каких ещё пчёл? — удивился Гвоздь.
— Забей, теряем время.
— Принял, за мной! — скомандовал Гвоздь и юркнул по коридору вправо.
— За мной, — повторил его команду Арфа и побежал налево.
Мои бойцы разделились на два отряда и поспешили за своими командирами. За ними, кряхтя от натуги под весом самодельных торпед, поспешили пираты и люди Джека.
— Ростислав, у тебя правда татуировки теперь постоянно светятся? — оказалась рядом Лиза, — покажи.
— Тьфу ты, женщина, — чертыхнулся я, — нашла время. Что ты здесь делаешь?
— Так ты не сказал с кем мне идт….
— Иди за Арфой на мостик.
— А можно за Гусаром в машинное? — потупив глазки и шаркнув ножкой, быстро спросила Лиза.
— Иди, — почти проревел я, лишь бы она исчезла с глаз, а затем обернулся на стыковочный отсек.
Слишком чисто. Слишком пусто. Слишком организованно. К горлу подступил ком. Только образцовые бойцы содержат свой корабль в таком порядке.
Что ж, у нас на флоте так же, так что, ничего страшного. Просто равный по силе противник. Лишь бы Гвоздь успел взять машинное отделение, а Фея заминировать силовую установку. Тогда Торбен, каким бы сильным ни был, будет вынужден принять нас всерьёз.
— Капитан, мы тут по периметру встанем? — обратился ко мне Носатый Тэд, о котором я совсем забыл. О нём и ещё о двух десятках пиратов вместе с неприметным Джоном.
— Лучше в коридоре, — покачал я головой и повернулся к Прухе с Тимом Пивоваровым, — вы тоже в коридоре, а я пока встану в проходе. Как только викинги войдут в отсек, мы отступим с боем. Взрывчатку все взяли?
Согласный гомон стал ответом и я махнул рукой, чтобы они занимали позиции.
— Контакт, засада! — раздался голос Арфы, и я вывел видео с его доспеха. — Нас ждали, они заблокировали мостик и резервный узел управления. Мы прорваться сможем, но нужно время, их полтора десятка где-то.
— Контакт! — отметился Гвоздь, и я вывел видео теперь уже с его доспеха, — они закрылись в арсенале, попытались ударить с фланга, но мы отбились, несколько пиратов убито.
— Что с машинным отделением?
— Там малый отряд, человек пять, а в арсенале около двух десятков флотских.
— Забей на арсенал, берите машинку! — скомандовал я, пытаясь понять, нас раскрыли и ждали, или лишь отступили согласно инструкциям? — Арфа, отступайте и к Гвоздю, надо его прикрыть от атаки из арсенала.
— Есть! — ответили парни синхронно и, одновременно с их словами в стыковочном отсеке прозвучала сирена. Всё пространство окрасилось в красный цвет, а створки внешнего шлюза стали открываться.
Я шагнул в коридор, зацепился за страховочную петлю у гермодвери и увидел, как в отсек вплывает абордажный катер. Он ещё не выключил движки, и не приземлился, как с него на палубу спрыгнуло два десятка массивных фигур в доспехах.
Окрашенные в красный и чёрный цвет, с мощными плитами брони на плечах и груди, они внушали уважение с первого взгляда. А размалёванные под морды драконов шлема, по задумке автора, видимо, должны были ещё и напугать слабонервных врагов до ужаса или икоты. Собственно, с этим они справились замечательно. Особенно, когда моментально развернули перед собой плазменные щиты и завыли, словно стая волков.
— Ик, викинги, ик — выдал Носатый Тэд за моей спиной.
— Ик, — вторил ему Тим пивоваров.
— Отставить, назад, — скомандовал я, чтобы любопытные морды спрятались в коридоре, а сам вскинул винтовку и приготовился стрелять, но не успел.
Створки стыковочного шлюза захлопнулись, и один из викингов, отодвинув плазменный щит, шагнул вперёд:
— Наконец-то наша встреча состоялась, Туров! Больше мы на твои уловки не попадёмся. Я, Сигурд, сын Торбена, вызываю тебя на бой!

----------

Nota bene

Nota bene
Книга предоставленаЦокольным этажом , где можно скачать и другие книги.
Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту, например, черезAmnezia VPN : -15% на Premium, но также есть Free.
Еще у нас есть: 1. Почта b@searchfloor.org — получите зеркало или отправьте в теме письма название книги, автора, серию или ссылку, чтобы найти ее. 2. Telegram-бот, для которого нужно: 1) создать группу, 2) добавить в нее бота по ссылке и 3) сделать его админом с правом на «Анонимность» . * * * Если вам понравилась книга, наградите автора лайком и донатом: Лейтенант империи. Часть четвертая

----------