Радиус 227 книга шестая Артем Матюшенко Дмитрий Ковалев убил некроманта и спас похищенных детей, но победа обернулась новыми проблемами. Радиус застрял во временном сдвиге, отрезанный от внешнего мира, и только Дмитрий может открывать порталы благодаря связи с кристаллом силы. Маг из кристалла подсказал ему о рунном камне на островке в бухте — редком артефакте, способном дать новый уровень или уникальный навык. Но до острова нужно добраться через воды, кишащие морскими тварями, а затем разобраться с бандой Чечена, которая захватила заправку и угрожает Зырянскому. Дмитрий договаривается с главой города о совместной операции, готовит засаду и понимает: в новом мире без закона каждый бой — не за жизнь, а за будущее. Он инициирует лучшего друга в стражи алтаря, но даже это не решает главной дилеммы — как вывести отсюда тех, кого обещал спасти, если путь открыт лишь для него одного. ==================== Глава 1 Глава 1 Радиус — 227 книга шестая Даже легкое движенье видел чей-то глаз, Чьи-то уши самый тайный слышали рассказ И когда настанет время платы по счетам Покаянье не поможет вам. Группа Ария «Волонтёр» Глава 1 Дмитрий видел, как над обезглавленным телом колдуна вился «парок» выходящей из него магической силы. Шагнул вперед, чуть наклонившись и впитывая в себя уже бесхозную энергию. Едва не застонал в экстазе от вливающейся в его тело силы. Он был снова бодр, все его тело просто лучилось, накачанное энергией, будто не было многочасового перехода и кровавой схватки с мертвыми тварями. Стрельба снаружи стихла и Дмитрий на минуту сам поверил, что со смертью Ишкаева все поднятые им мертвецы упокоились окончательно. Вернее, хотел в такое верить, но не тут-то было! Смерть своего хозяина они, конечно, почувствовали, но вот отреагировали на нее совершенно не так. Едва парни выбежали за придающими силы зельями, снова зазвучали выстрелы и загрохотали они совсем рядом с домом. Дверь распахнулась, и в дом, используемый колдуном для ритуала, влетел Башка, а за ним японец. — Атас, Димыч, там мертвяки всем скопом сюда прут! — Ну и что ты предлагаешь? — рыкнул Карате, — Куда нам валить, если дети в себя еще не пришли? — Двери закрывайте, будем оборону держать. — поддержал Николая Ковалев и спросил, — Коста где? — Прикрывает! — ответил Башкатов, но тут же зашипела карманная рация. — Дима, нас с Лотаром в бане зажали. — доложил андроид, но не успел Дмитрий выругаться, продолжил, — Да норм все, дверь крепкая, окна маленькие, как в доте сидим и ваш главный вход держим. Едва стихла рация снова загрохотали короткие автоматные очереди и одиночные выстрелы из карабина оруженосца. — Нас четверо, надо все тут осмотреть, вдруг где-то еще вход есть. Леха и Горо возле входа, а мы осмотрим. — махнул он рукой Николаю. — Если дверь ломать начнут, то из пулемета саданешь! — протянул Горо свой РПК Фирсов. Выбежали из большого зала и выругались, пораженные увиденным. Хотя первым это заметил Димка с его постоянным ночным зрением, следом зачертыхался Карате, активировав свой амулет. На стене вниз головой висел распятый мужчина с выпотрошенным животом и вырезанными органами. Его рот был приоткрыт и виднелся черный обрубок языка, а веки были зашиты грубыми нитками. Димка выругался, но на всякий случай ткнул мертвого в висок серпом, чтобы точно не ожил. Потом, вспомнив про Ишкаева, утащили в этот темный закуток и его обезглавленный труп. Поразило, что крови с колдуна почти не вытекло, лишь немного какой-то черной густой субстанции, словно некромант сам со временем обращался в мертвяка и, судя по его горящим глазам, заострившимся зубам и изменившимся чертам лица, которые Димка разглядел ранее, это было совсем недалеко от истины. За коридором располагалась большая кухня с русской печью посередине. Тут окна, как и в зале, были закрыты крепкими ставнями, железные штыри которых фиксировались изнутри. Чтобы открыть такие, мертвякам следовало сильно постараться. Заглядывать в кастрюли и горшки не стали, реально побоявшись обнаружить там куски человечины. Наверх, в мезонин или, как его называли на Руси, в светелку вела массивная деревянная лестница. Там и находилась комната некроманта, служившая ему и спальней, и рабочим кабинетом. Два окна были не затворены ставнями и в них пробивался лунный свет. Едва вбежали в комнату, как по металлической крыше загремели шаги и в проеме окна показался лысый череп шустрика, обтянутый серой мертвой кожей. Тварь оскалилась, увидев людей и, игнорируя застекленную раму, ломанулась внутрь. Звон разбитого стекла — и пистолетный выстрел ударил по ушам. Но не успел мертвец с простреленным черепом скатиться вниз и рухнуть на землю, как снова загремело кровельное железо. — На мой тоже, — протянул Димка другу и свой ПММ, — я пока комнату осмотрю. Через пару минут снова грохнул выстрел и осыпалось стекло уже во втором окне. Но Дмитрий, не отвлекаясь, осматривал комнату некроманта, пока Карате держал оборону. На широком столе лежали листки с рисунками уродливых голов и рук, заканчивающихся когтями, на окрашенной стене мелом был нарисован скелет с демоническими перепончатыми крыльями за спиной. В большой банке плавали вырезанные глаза и сердце, возможно, того самого бедолаги, распятого внизу. В другой банке в мутном зеленоватом растворе плавала какая-то крупная личинка, время от времени пускавшая пузыри и смотревшая из-за стекла большим желтым глазом. В кабинете некроманта почти физически давили эманации темной энергии, липкого черного колдовства, которое, казалось, хочет проникнуть в тебя через каждый вдох, поэтому Дмитрий старался действовать быстро, обыскивая вещи Ишкаева. В шкафу, на вешалке, одежда, дождевик, расшитый рунами на груди и руках, который некромант, видно, использовал, как колдовской плащ. В прикроватной тумбочке Димка нашел кобуру с Макаром, патроны и черный каменный нож, скорее всего предназначенный не для войны, а для колдовских ритуалов. В небольшом сундучке, что стоял под кроватью, обнаружил похожий на инкассаторский мешок из плотного брезента, в котором позвякивали и отливали жирным блеском царские червонцы. Прикинул вес, навскидку в мешке было полкилограмма, то есть не меньше полусотни червонцев. Еще примерно две дюжины советских серебряных рублей лежало россыпью в ящике стола. «Повезло! Вроде много золота, но на самом деле этой суммы только на пару-тройку месяцев хватит, чтобы боевой отряд содержать. -подумал Дмитрий, — Плохо без навыка трансмутации, теперь головой нужно думать, как и чем парням зарплату платить. Знал бы заранее, что система самый полезный навык на ноль помножит, так по возможности заранее максимум серебра в золото перевел. Но кто же знал, что так получится? Задним-то умом все крепки. Накопления, конечно, есть, но теперь их тратить можно, семь раз подумав и только один раз заплатив. Хотя, если выберемся живыми из этой жопы, то по червонцу премиальных бойцам Скифа выдам — заслужили парни за такую бойню.» В столе нашел и толстую тетрадь — дневник колдуна, пролистал, не читая, глянул на зарисовки, схемы, руны, знаки колдовских заклинаний и отбросил в сторону. Честно говоря, побоялся, вчитавшись, изучить какой-нибудь ритуал некромантии. Ну да, не все магические знания полезны в Радиусе. Пока копался в вещах некроманта, Карате упокоил, прострелив головы, еще троих зубастых шустриков. Прикрыл друга, пока тот перезаряжался, походя снеся голову серпом мертвяку, сунувшемуся в окно. Потом они вышли из комнаты, подперев дверь вынесенной тумбочкой и парой толстых брусков. Вроде крепко — сразу не разломают. Спустились вниз, где время от времени раздавались выстрелы дробовика. Это мертвяки отломали угол от ставня и разбили окно, пытаясь проникнуть внутрь, и теперь Башкатов стрелял из Моссберга, стараясь попасть в головы осаждавших дом мертвецов. Горо нашел сваленные в углу вещи девочек и просто накрывал ими находящиеся в беспамятстве тела. Снаружи, помимо автомата Косты и карабина Лотара, дружно загрохотали автоматные очереди, к которым подключилось и пара ПД разведчиков Суховея, а через десяток минут стрельба стихла и он сам забарабанил в дверь. — Что тут у вас, убили колдуна или ушел? — разведчик увидел лежащие детские тела и присвистнул, — Мертвые? — Нет, живы все. — мотнул головой Димка, а потом кивнул, — Колдуна убили. — Зашибись! — выдохнул пограничник, — Значит, поставленную руководством задачу выполнили. А с девочками что? — Истощены сильно, Ишкаев из них энергию для ритуала тянул. Но ничего, думаю, в течение получаса, если на ноги не поставим, то хотя бы в себя приведем. — пообещал Димка. — Зашибись! — повторил Суховей и кивнул, — Постарайся быстрее, уходить из этого гиблого места нужно. — Так вы же всех перебили, или нет? — Да какое там! — скривился командир разведчиков, — Эти сволочи отошли, как поняли что косим их, как траву на покосе. Но осталось мертвяков не больше трети — точно! — Выходит, не совсем безмозглые остались. — покачал головой Димка, — А ведь они к жилью вернутся. Я имею ввиду, что живые им для пропитания нужны. — Мы свою задачу выполнили… ну почти выполнили, -покосился Суховей на лежащих детей, — Пусть теперь тегульдетские охотников из дружины организовывают и отстреливают оставшихся тварей. Им тут жить. Подтянулись остальные бойцы его отряда и Дмитрий, собрав все восстанавливающие зелья, начал вливать их в рты лежащим, попутно применяя к особо истощенным заклинания исцеления. Через десяток минут первые девочки стали приходить в себя. Несколько самых мелких разрыдались, но остальные держались молодцом. Димка объяснил, что все закончено, их похититель мертв и скоро их отвезут домой. Суховей дал команду радисту связаться с Тегульдетом и вызвать грузовики для транспортировки детей. Через двадцать минут машины подъехали к дому, бойцы стали выводить и грузить девочек в кузова. — Ну что у вас, какие дальнейшие действия? — спросил разведчика Димка. — Да, наверное, сопроводим машины до Тегульдета, а потом в Берегаево вернемся, нам первоначальную задачу никто не отменял. Там и так день назад эти уроды пару домов вырезали и магазин продуктовый вынесли. Теперь не просто брюхо в казарме чесать, но вместе с местными дозором ходить станем, улицы ночью патрулировать. — Уроды… это ты про людей Чечена? — уточнил Димка. — Про них, родимых! — цыкнул Суховей, недобро оскалившись, — Не знаю, чего полковник медлит, не может с местными договориться? Подогнали бы новый бэтэр и подняли всех погранцов, вы бы тоже помогли. Так раскатали бы эту шоблу в тонкий блин за пару часов! — потом махнул рукой, — Ладно, не обращай внимания- нервы! Как говорится — начальству виднее! — Не против, если мы сразу к реке выдвинемся и, не дожидаясь вас, в Асино отчалим? — уточнил Димка. — Не против. Что вам тут еще делать? — пожал плечами Суховей, — Скажу радисту, чтобы водоплавающих предупредил. — потом, словно вспомнив что-то, спросил, — А с этим домом что делать? — Лучше сжечь. Он на отшибе стоит, пожар не перекинется на другие дома. — Да я бы всю деревушку сжег, кто тут теперь жить станет? — скривился разведчик. Димка подумал несколько секунд и сказал: — Трупы всех мертвяков тоже сжечь нужно. Мы вам их в дома стаскать поможем, потом уже уйдем. — Добро! — повеселел Суховей,- Несколько бойцов с машинами отправлю, и займемся санацией. Местных тоже привлеку, пока не свалили. Уходили из Куяновской Гари на рассвете. На пригорке Димка обернулся и долго смотрел на малиновое зарево и догорающие дома на том месте, где когда-то была мирная деревушка. Теперь точно — Гарь,какое-то пророческое название было. Часа через два были на берегу, еще с час ждали идущий из Берегаево катер береговой охраны, но все было спокойно — никто не напал на отряд скифовцев. Когда плотной кучкой уселись на палубе катера, небо затянуло и начался мелкий дождь. Не беда, просто укрылись брезентом и плащ-палатками. — Зато пал дальше не пойдет. — озвучил его мысли Карате, а потом, наклонившись к уху, шепнул, — Димыч, я деньги пересчитал — шестьдесят семь золотых монет и двадцать восемь серебряных рублей. Уж не знаю, где Ишкаев взял эти деньги, но затрофеили мы знатно. — Ага, хорошо! Как в Асино прибудем, ты сам парням по червонцу премиальных выдай. — так же шепотом ответил ему Ковалев. — Уверен? — удивленно покосился на него Фирсов, — Не жирно? Я бы по паре серебряных рублей дал и рады бы были. — Брось, братан, не жлоби, повезло, что все из наших живы остались. Золотая монета новеньким вместо подъемных будет, остальным типа призовых. — качнул головой Дмитрий, — Пусть знают, что за риск всегда доплата будет, этим парням потом нам же спины прикрывать. «Неплохо себя показали, и парней все одно за такую операцию поощрить нужно. Двенадцать червонцев на премию уйдет, так еще пятьдесят пять трофейных плюсом в общак пойдут. Ну и серебро, лишним не будет! — довольный таким раскладом прикинул Дмитрий, — И лишних глаз, в числе приданного отряду особиста, нет. Раненого Маркова в Тегульдет отправили, поэтому сам с оказией добираться будет, ну или пока с разведчиками в Берегаево останется. Но, вообще-то, Колян прав, как бы не избаловать парней такими премиями. Если здраво рассудить, то сейчас золотой червонец на уровне двух их месячных зарплат — и правда, много. В следующий раз пары серебряных рублей для поощрения хватит.» Вернувшись в Асино, Дмитрий не пошел сразу на доклад к Смирнову, а решил прыгнуть переходом к алтарю маяка, попросив Карате прикрыть перед начальством. — Скажи, что свой магический потенциал очищаю от битвы с колдуном… ну или еще что, придумай. После обеда к полковнику подойдем, или один сходи, может, плюшку какую выдаст на радостях. — Нее! — немного подумав, покачал головой Николай, — Вопросами замучает, лучше вдвоем отбиваться будем. Тебя дождусь и вместе на доклад к главе сходим. — Ну добро. Ты не в курсе, в оружейном еще вертикалки продают? — Есть вроде с прошлого завоза, — кивнул Коля, — цены неимоверно задрали, потому и не разобрали еще. — В рублях цены или в монетах? — поинтересовался Димка. — В рублях, но говорю — дорого ломят! — скривился Фирсов. — Фигня война, главное маневр! — усмехнулся Ковалев, протягивая другу пачку пятидесятитысячных, — Возьмут такие, видели уже? — Были вроде уже такие в обращении. — ответил здоровяк, разглядывая красно-розовую купюру, — В администрации своим выдавали. — Тогда бери Башку и еще пару человек и дуйте на рынок. Забирай сколько есть у них ружей, патронов… да все бери, и порох, и гильзы, и патроны все, какие есть. Деньги останутся, так продукты тоже — сахар, гречку, кофе, чай, все что из-за ленточки сюда поступало покупайте, там разберемся. — Уверен? — с сомнением посмотрел Карате на расщедрившегося друга. — Колян, фиг знает зайдет сюда когда-нибудь новый состав с товаром, или мы навсегда от «большой земли» отрезаны? Поэтому, покупай все, что сочтешь нужным, пока эти фантики еще берет кто-то! По стеклам фонаря и окнам в комнате смотрителя стучали капли холодного ноябрьского дождя. Хотя за пределами Радиуса давно лег снег, это тут климат был намного мягче и, самое главное, он не изменился после исчезновения дымчатого купола. Видно, временной сдвиг в тринадцать секунд также служил своеобразным прикрытием Радиуса от остального мира. Первым делом Дмитрий активировал свой интерфейс, видимый теперь только на месте силы в эпицентре Радиуса и здесь. Очень уж хотелось знать, получил ли он следующий уровень, убивая направо и налево поднятых Ишкаевым тварей. Сообщение от системы не заставило себя ждать: Раса: Человек. Класс: Высший (видящий). Титул: Барон. Ранг: Подмастерье (ранг повысится при достижении 50 уровня). Путь развития: Страж малого алтаря. Ступень развития: Послушник. Уровень: 48 (3400/49000). «Неплохо! Даже замечательно! Система отсыпала опыта сразу на два уровня, видно записав, как в прошлый раз, на мой счет не только собственные заслуги, но и всех убитых андроидом тварей. Да и с убитого колдуна опыта немало хапнул, хоть и не сам его убил.» — подумал Дмитрий. Кристалл силы переливался изумрудными сполохами, сияя изнутри. Дмитрий уселся в центр печати малого алтаря и постепенно ввел себя в транс, стараясь соединить свой разум с душой, заключенной в этот кристалл. Через некоторое время пришел слабый и недовольный отклик. — Ну, что еще⁈ Кто беспокоит меня? — Ты еще жив? — не нашел что спросить более Дмитрий и получил сварливый ответ. — Дурак, это ты еще жив! А я слился с великим эфиром и теперь буду жить вечно. Что ты хотел, говори? — Хотел задать несколько вопросов, но немного растерялся. — признался парень. — Спрашивай. Но я думаю, это последнее наше общение и далее ты не станешь отвлекать меня по всяким пустякам. — Случился временной сдвиг и теперь нет границ Радиуса? — спросил первое, что пришло Димке в голову. — Границы вашего Радиуса остались неизменны, но он завис как бы во вневременье и междумирье, где за границами идет серая зона. Простые люди, не обладающие магическим даром, не смогут находиться там долго- слишком много сил из их тел вытянет межмирье. Маги смогут путешествовать там немного дольше. Но будь осторожен, там не так безопасно, как кажется на первый взгляд. В серой зоне обитают разные существа или, скорее, энергетические сущности, которым не нашлось места ни в одном из миров. Впрочем, если охотиться на них, то можно получить немного энергии или опыта. У тебя все, или есть еще вопросы которыми ты собрался мучить меня? — Но выйти через эту серую зону в мир…тот, от которого мы отделились временным сдвигом, нельзя? — уточнил Димка. — Нет. -сухо ответил маг и, помолчав, добавил, — В результате эксперимента со временем вы оказались как бы в тупике. Можно сказать, пробив отнорок одного из миров. — Скажи, а другие инициированные смогут, воспользовавшись магическим переходом, выходить за пределы Радиуса? — задал Димка волнующий его вопрос, так как планировал рассказать все Карате, да и вывести Илью с женой, чтобы Эрвин мог отправить их домой. — Нет, для того, чтобы пробить временной сдвиг и воспользоваться печатью перехода нужно воспользоваться энергией этого кристалла. А это можешь делать только ты. — Но почему только я? — удивился Ковалев. — Потому что ты первым взял семя родившегося кристалла с места проведения ритуала, ты принес его сюда, в место силы, и дал возможность питаться энергией алтаря. В конце концов, ты сумел настроиться на его вибрации в эфириуме и услышать мой голос. — ответил ему маг. — А… — начал спрашивать Димка, но маг прервал. — Все, я устал отвечать на твои глупые вопросы! — Еще только один! — возразил Дмитрий, судорожно соображая, что бы еще спросить, пока это возможно, и выпалил, — Что еще в магическом мире есть такого, о чем я не знаю? — Ха-ха-ха! — раздался в его ушах хохот мага, — Ты рассмешил меня своим самым дурацким вопросом, мальчик! Есть в мирах, объединенных системой, еще тысячи вещей, о которых ты не имеешь и малейшего представления! Маг снова засмеялся, но отсмеявшись, сказал: — Ладно, просто сделаю тебе небольшой подарок своим ответом. Есть камни рун, они редки, намного реже магических кристаллов, выпадающих с убитых магических существ. — Что за камни и где их брать? — спросил Димка, вспомнив такие камни в цифровой реальности полигонов созданных искином, — Они выпадают из убитых монстров? — Нет. Не всегда. По разному. — ответил маг, — Они ценны тем, что каждый такой камень может добавить уровень, или улучшить магическую броню, оружие, или дать изучить новое заклинание или овладеть новым уникальным навыком. Но не в этом дело. Один такой камень есть совсем недалеко отсюда. На каменистом островке в этой бухте. Все… ухожу… прощай парень, прибудет с тобой сила и сопутствует тебе удача! -прозвучали последние тихие слова мага. — Рунный камень в бухте, на острове? — сам себя спросил Димка и, поднявшись по винтовой лестнице, вышел на балкончик маяка. Слова мага о том, что кроме него, никто не сможет выйти из Радиуса, расстроили Ковалева. Ну да, он же надеялся вывести отсюда Илью с женой и андроидов Эрвина. Хотя, скорее всего, с андроидами проблем не будет, Коста же прошел вместе с Дмитрием назад? Система воспринимает андроидов при переходе порталом, как неодушевленные предметы. Впрочем, души или астрального тела у них как раз нет. А вот с людьми не так! «Выходит, Карате или даже другой сильный маг не сможет открыть проход из Радиуса, воспользовавшись энергией кристалла? Только я?» — вздохнул, обдумывая слова мага, Дмитрий. Дождь стих и свежий ветерок с моря нес запах водорослей. Ковалев всматривался вдаль. Теперь дымной завесы не было, и море казалось бескрайним, серым вдали, уходящим за линию горизонта. Каменистый островок все так же стоял в бухте, всего метрах в ста — ста пятидесяти от левого каменистого берега и мачта разбитого корабля все так же черной иглой виднелась над скалистым утесом. — Значит, там есть рунный камень? — размышляя, сам с собой разговаривал Дмитрий, — Значит, нужно достать его, а потом уже изучить, для чего он годится. Дмитрий, спустившись с маяка, решил прогуляться по берегу, чтобы глянуть на этот островок вблизи. Монстры или чудовища? Он был готов к встрече. Хоть длинноствольное оружие, прыгнув переходом, он не взял, но крупнокалиберный револьвер был с ним, да и Фирнивар — его меч полуторник, которого так не хватало в схватке с нежитью, теперь висел за плечами. Свинцовое осеннее море, словно ртутное озеро перекатывалось внизу, да чайки пронзительно кричали в сером небе. Изредка раздавались всплески, и хищные русалки скалились, высовывая из воды свои уродливые головы, но скалистый берег был пустынен. Ни монстров тебе, ни магических животных, из которых можно извлечь кристалл. Дмитрий не спеша, почти прогуливаясь, и наслаждаясь морским воздухом, дошел до берега напротив острова. Отсюда открывался другой вид — старый парусник потемневшим брюхом лежал на отмели возле острова. В бортах виднелись пробоины, одна его мачта была сломана, вторая черной ветвью сухого дерева торчала вверх. Еще Дмитрий заметил жерла небольших пушек, выглядывающих из незакрытых орудийных портов. Корабль был небольшим, однопалубным, всего с тремя портами для стрельбы по борту. Одно из них было пусто, а вот из двух других выглядывали позеленевшие от патины бронзовые орудия. Он не разбирался в калибрах, но ядро или что там еще заряжалось в эту пушку, было явно не больше среднего по величине яблока. Людей или каких других существ на острове он не увидел, зато разглядел небольшую пещеру или грот в скале, к нему вела вырубленная из камня лестница. — Ладно, вначале нужно подумать, как туда добраться. — сказал он вслух, — А после думать, где искать этот рунный камень. Ну да, вплавь опасно,воды кишели морскими тварями, а лодки или плота не было. Дмитрий развернулся и потопал назад к маяку. Прежде чем активировать переход и прыгнуть на верхний уровень почти достроенной башни заставы, он вынул из поклажи каменный нож некроманта и, вынув пластину торгового терминала, оценил его. Каменный коготь — ритуальный нож темного мага. Цена: 56 кредитов системы. Хотите выставить на торги или принять предложенную системой цену? да/нет «Пятьдесят шесть кредитов системы, это восемь полновесных солидов или двадцать восемь тысяч к опыту, то есть половина уровня? Неплохо, но пока продавать не стану.» Решил так Дмитрий и не потому, что ему не нужно было золото или очки опыта, просто если сейчас он инициирует сделку, то снова придется ждать две недели до новой сессии. Это не разумно, так как число сессий ограничено, хотелось бы поискать в каталоге нужные предметы и прикупить магических чернил для создания свитков. Если уж система лишила его основного вида заработка, то придется изготавливать свитки на продажу. Но тратить за покупку вырученное за нож некроманта он не хотел, так как можно было взять опытом который давали за магические вещи, и который нельзя было купить за золото. Очень уж Дмитрию хотелось достичь уровня мастера. Не стал совершать сделку, просто отдал полдюжины серебряных монет — все что было с собой и «отремонтировал» на алтаре свои кожаные доспехи — шлем и куртку, да подновил разодранный в нескольких местах когтями нежити усиленный магией камуфляж. Выполнив все действия, еще раз полюбовался мерцающим кристаллом силы, не забыв зачерпнуть энергии, восполняя потраченную ману, и после этого активировал печать перехода. ---------- Глава 2 Глава 2 Теперь, отклик с донжоном заставы Дмитрию давался без всяких усилий, ведь печать перехода стояла на последнем — пятом уровне башни. Группа мастеровых уже занималась крышей донжона, другая группа ломала развалины ради камней и возводила стену по периметру прямоугольного двора. — Господин, простите за дерзость, но я взял на себя смелость немного расширить двор замка. — с поклоном обратился к нему старшина артели строителей, — Подумал,негоже конюшни располагать в нижнем ярусе башни. Закончим стены, пристроим добрую конюшню. — Хорошо, мне нравится! — похвалил его Дмитрий. Четверть часа осматривал уже возведенное. Остался доволен, и донжоном, и надвратной башней, и возведенной наполовину стеной. Решил не совершать сейчас переход в поместье Филиппа, а сразу вернуться в Асино. Дел было много, там его Карате ждал, а пятью минутами он бы не отделался — с Филом пообщаться пришлось бы и с Логуновым. А еще закралась мысль привести в порядок спаленный наемниками магистра замок и расположить в нем небольшой дозор. Почему нет? Если восстановить верхний ярус башни, то там тоже можно расположить печать перехода и в случае опасности отправить туда подкрепление или эвакуировать самих дозорных. Только для этого нужно с десяток свитков перехода, чтобы иметь возможность пользоваться печатью перехода без его помощи. Но кому он в этом мире доверял больше всего? Конечно Карате — лучшему своему другу. Ковалев был намерен провести инициацию друга, допустив того не просто к печати перехода, но ввести в ранг стража малого алтаря. «Мало ли что может случиться со мной? Если периодически не активировать алтарь и не запускать механизм маяка, Радиус будут сотрясать магические бури, сжигающие автомобили и электрические приборы, переносящие сюда огромные куски территорий и плохо влияющие на людей. Особенно трудно переносят такие бури люди, обладающие любым магическим даром. Да, решено, как можно скорее нужно инициировать Коляна на алтаре маяка.» — решил Дмитрий. Его возвращения ждали и Карате, и Илья с Иваном, причем последние были возмущены. — Ты представляешь, Дмитрий, явился сюда новый директор… ну который Валофф, и начал требовать твой алтарь! — хмыкнул Илья Сергеевич, — А еще очень возмущался, почему нашу антенну и все преобразующие приборы перенесли с крыши института! Нет, ты видал наглеца? — А с чего он взял, что алтарь должен быть у него? — удивился Димка, — Да и антенна — ваше изобретение, куда хотите, туда и ставите! — Это да, — кивнул Иван, — но пальцы реально тут гнул! Видно, наш шеф немало обещал ему. — Ну вот пусть с шефа и спрашивает! — усмехнулся Дмитрий, зная, что Эрвин более не оказывает влияния не только на Радиус, но и на этот внешний мир, — Так чем встреча закончилась, послали его? — Мы эту возможность тебе предоставим. Он, вообще-то, с тобой хотел побеседовать. Вот, телефон оставил. — с кривой усмешкой протянул бывший начальник отдела Ковалеву листок с телефоном, — Велел звонить немедля, как появишься. — Вот еще, велел он! — возмутился Димка, но бумажку с номером сунул в карман куртки, — Разберемся! «Новый директор-маг, конечно, надеялся получить в наследство алтарь, но я ему ничего не обещал. Пусть с Эрвина спрашивает. К тому же, насколько знаю, половину сгенерированного антенной магического порошка ему обещали за открытие ворот для захода сюда железнодорожных составов, — размышлял Димка о визите нового директора, — но теперь это у него вряд ли получится, имей он хоть гору магического порошка.» Вместе с Карате поехали в администрацию в надежде, что Смирнов примет их сразу. Ждать и вправду не пришлось, глава города принял их, прибывая в хорошем расположении духа. — А-а, герои-рейнджеры, проходите! — с улыбкой поприветствовал их полковник, — Звонили и из администрации Тегульдета и Суховей доложился, вас поминал добрым словом. Молодцы, хорошо сработали, и детей нашли пропавших,и так понимаю,некроманта ликвидировали? — Ишкаева ликвидировали, Иван Васильевич. — кивнул Димка, — Но часть его мертвяков разбежалась. — Ничего, это уже проблема местных властей. Пусть тоже подсуетятся, а то совсем мышей не ловят, то у них дети пропадают, то мертвецов целый выводок под носом, то бандиты власть на карьере захватили! — Не решилось еще с бандой Чечена? — Налет, местные власти отбили, но эта шушара не только карьер держит, но весь пригород и трассу контролирует. Пока контролирует! — раздраженно добавил Смирнов, — С угольным карьером что-то срочно решать нужно, зима на носу. Мало того, они еще совершили налет на магазин и на склад в Берегаево. Сторожа убили. — Слышал краем уха про налет. — кивнул Димка и удивленно переспросил, — Неужели запаса угля в Асино нет? — Запас угля есть. — посмотрев на него, серьезно ответил Смирнов, — Но мы мини-гидроэлектростанцию только следующим летом запускать планировали, а пока вся электроэнергия, и в Асино с пригородом, и в Ягодное тепло с электростанции поступает. А работает она на угле. Если не сокращать потребление электричества жилым сектором и промзоной, то нам угля только на месяц хватит. — А что за гидростанция? -заинтересовался Николай. — Фирсов, ну ты же видел возле железнодорожного моста насыпь делают? Две турбины успели завезти, планируем сделать дамбу и установить их. Тогда, как минимум, половина электроэнергии оттуда пойдет. — пояснил полковник, — Мы еще и несколько поселков на той стороне реки запитать сможем. — Да? -хмыкнул Карате, — А я думал, это планируют дамбу для переправы делать. — Ну так и будет дорога по насыпи, а внизу турбины. — А не снесет ее по весне? — с сомнением спросил Ковалев. — С чего бы? Реки тут не замерзают, ледохода нет и снег выпадает несколько раз за зиму, да тает тут же. — пожал плечами полковник, — Если эта зима такая же будет, как и пять минувших до нее, то смело можно дамбу возводить. Да и не будем всю реку перегораживать, один пролет все равно мостовой положим для прохода барж и лодок. — Значит, в следующем году паром ликвидируют и блокпост не нужен станет? — С чего это решили? Останется паром, как запасная дорога. Тем более, что планируем не только грузовое сообщение с Берегаево и Серебряным плесом, но и пассажирский пароход запустим. Дебаркадер пристроим рядом с паромной переправой и будете пристань охранять. Ладно, хватит о планах грядущих! — махнул полковник рукой, — Говорите, что за помощь в боевой операции хотите? — А что предложить можете? — усмехнулся Карате, а Димка спросил: — Еще оружия подкинете? ПД штуки три и ППШ еще дюжину? Ну и патронов конечно! — Мда, хлопцы, вам пальчик, а вы руку по локоть! — хмыкнул Смирнов, — Не жирно три пулемета? Куда вам столько? -и тут же покачал головой, — Нет, три не дам. Максимум еще один Дегтярь выделю и пять автоматов с бэ-ка. — Ну хоть так. -напоказ тяжело вздохнул Ковалев, — Но нам бы рации еще? — Вам же выделили? Целых три переносных! — возмутился Смирнов, а на дальний блокпост стационарную дал. — Иван Васильевич, она же до сорока километров всего берет, маломощная! А переносные, вовсе армейские Эр — сто пятьдесят девять ротные, до восемнадцати кэ-мэ! -возмутился в ответ Дмитрий, — Мне мощная нужна. Вы же выделили в Берегаево такую. В Комсомольске на блокпосту тоже мощная стоит. — Тебе-то такую куда? -удивленно посмотрел на него Смирнов. — Ну сами же меня по нескольку дней ищете, когда я у вардов на той стороне Кети. А так мы там небольшое укрепление с башней поставили туда бы и установили. Полковник присвистнул и задумчиво потеребил подбородок. — Это же какое до туда расстояние? — По прямой километров двести пятьдесят, не больше. — пожал плечами Дмитрий, — Да вы поймите, тащ полковник, что это в наших общих интересах. Случись там что, так сразу знать будем, а в наше время информация это главное. Можем выкупить у города, если так выделить не можете. — Да не в деньгах дело! — возмутился глава, и снова задумчиво потеребил подбородок, — Есть в загашнике… но смотрите у меня! — погрозил он пальцем парням, — Стратегический запас выделяю. Есть радиотехник, кто установит и настроит? И тогда выбирайте — радиостанция мощная или оружие? — Ну, Василич, так не честно, обещал же уже. — заканючил Николай. — Четыре ППШ с двойным боекомплектом и радиостанция. Все, харе со мной спорить, а то вообще шиш с маслом получите! — прекратил глава все споры. — Ну хоть так. — все же довольный собой кивнул Димка и добавил, — Спасибо за радиосвязь, отработаем! — А куда вы, гаврики, с подводной лодки денетесь! — не полез в карман за словом Смирнов, а потом, вспомнив, спросил, — Ковалев, тебя новый директор института… или колледж сейчас называется… нашел? — А что, он и вам звонил? — удивился Димка. — Утром, Сергей Валентинович заезжал познакомиться. — неопределенно пожал плечами полковник, — Про перспективы взаимовыгодного сотрудничества, да и про алхимию свою что-то талдычил. Но я в магии не разбираюсь… в общем, непонятно пока в чем это сотрудничество заключаться будет. Про железнодорожное сообщение с внешним миром так ничего дельного не ответил, считай, познакомились просто. Посмотрим, что за человек. — и добавил через пару секунд, — Так тобой, Ковалев, очень он интересовался. — Что он в тебя словно клещ вцепился? — шепотом спросил его Николай, когда вышли из здания администрации. — Магический порошок хочет и алтарь. — Уверен? -внимательно глянул на него Фирсов, — А если, выяснили… ну с помощью магии как-то, кто их группу в эпицентре обстрелял? — Поживем — увидим, чего гадать? -не стал спорить или дальше развивать эту тему Ковалев, но вопрос друга не выходил из головы. «Ссориться и воевать с Валоффым… Валоффом… тьфу ты! В общем, с новым директором и сильным магом не хочется. — Дмитрий даже задумался, а не уступить ли ему часть магического порошка ради сохранения статус-кво? — Все же худой мир лучше доброй войны. Но ведь если выяснят, кто убил их человека, тогда точно назад кристалл силы потребуют? Плакала тогда дармовая энергия, и самое главное — вылазки за Радиус накроются! Нет, как там Буратино говорил — не отдам, хоть он дерись!» — Чего задумался, Димон? — ткнул его локтем Карате, — Да неплохо все! Считай, расщедрился Василич, радиостанцию дальнего действия выторговали и четыре ППШ. — по-своему понял Коля задумчивость друга. Проезжая к Башне мимо института, Димка окинул строение и стоявшего у ворот охранника внимательным взглядом — звонить самому и назначать встречу, или пока забить и заняться другими делами? Едва вернулись в Башню, получили от дежурного сообщение про два поступивших звонка. Димка думал, что это снова Валофф его ищет, но оказалось что первый звонок был от Бату, которому наконец-то протянули телефонную связь и, скорее всего, за его деньги. А второй звонок был с дальнего блокпоста — туда приехал Паша Краснов, смотрящий из Зырянского, и тоже жаждал переговорить с Дмитрием. Монгол пообещал перезвонить через полчаса сам, а Паша был на блокпосту и ждал ответа, потому Димка сразу перезвонил. Из разговора понял, что Паша хочет срочно встретиться и переговорить о чем-то важном. Объяснил ему, как проехать к высотке, впрочем, ее издалека видно, не заблудится. Успели с Карате перекусить и попутно принять отчет Черепа по работе недавно запущенного большого склада — того, что из ангара переделали. Краснов удивил, приехал с двумя своими братками на не новом, но вполне презентабельном трехдвером Мицубиси Паджеро. — Ого, откуда такой пепелац? -спросил его Карате, обойдя автомобиль, — Неплохой джипик! — Э… да это… нашли парни. — немного растерялся Красный. Он побаивался и Димку, и Карате после былых разборок, но Карате, ввиду его роста и телосложения, наверное, опасался больше. — Как дела в родных пенатах? — спросил Ковалев, — Казино работает? — Казино — громко сказано, скорее клуб любителей карточных игр, с которого мы свой процент имеем. Но так о том и переговорить хотели. — с некоторой тоской в глазах вздохнул смотрящий. Повернулся, кивнул белобрысому парню, которого Димка уже видел, и тот открыл багажник, доставая из него упаковки с пивом, минералкой и коробки с сухариками, чипсами и кофе. — Бродяжий подгон, что ли? — снова хохотнул Карате, — Откуда столько натырили? — Да не натырили мы! — вроде как огрызнулся Красный, — Два дня назад рядом с Богословкой заправка появилась и магазинчик при ней, ну типа закусочная. — Запра-авка-а? — протянул Карате, — С бензином? А чего ты нам сухарики, а не с пяток бочек топлива привез? — Ну это то, что сразу взять успели. — засопел Красный и махнул рукой, — Извини, Дмитрий, что сразу не поехали. Хотели сами бензин продавать, но тут тегульдетская братва появилась. Перестрелка была, наших двоих убили. — Так кто на вас наехал, Кирпича люди или Чечена? — Чечена! — кивнул Краснов, немного повеселев оттого, что Дмитрий был в курсе тамошних босяцких раскладов. — Ладно, пойдем в дом поговорим, чай попьем, да как быть, порешаем. — кивнул Димка на вход в подъезд высотки, — Там все по порядку расскажешь. Из рассказа Красного понял, что на въезде в Богословку, что всего в пяти километрах от Зырянского, два дня назад появилась заправка. Пустая, но не в смысле топлива, а без народа. Топлива как раз там много. И даже Паджерик, на котором приехали братки — там стоял. «А ведь тогда Карате как в воду глядел — вот и заправка с топливом появилась. Жалко, что не рядом с высоткой нашей, но все равно, как минимум половину всего заберем! — думал Дмитрий, — И появилась она, скорее всего, после того, как, вернувшись в Радиус, я маяк активировал! Стычка с людьми Чечена была сегодня, значит, вопрос нужно решать быстро, а то останемся с пустыми топливными танками. А ведь на разборки может и сам Чечен пожаловать — почему нет? Даже заправка с бензином кусок очень лакомый, тем более если все Зырянское подмять решил.Будет возможность не только заправку под себя забрать, но и Чечена ликвидировать! Смирнов за такое только спасибо скажет… так стоп! А почему мы это все своими руками должны делать? Это в прямых интересах города, вот и будет еще одна совместная операция!» Димка даже ладошки потер от пришедшего в голову решения. — Так, Павлик, слушай сюда! — хлопнул он урку по плечу, — Сейчас двигаете к себе, там дозор выделяешь, чтобы за заправкой издалека следили. Когда, говоришь, вам братва стрелку забила? — Да это Калина все, Русик узнал его. Помнишь такого? Я слыхал, что Киргиз сторчался и кони двинул, а этот значит, к Чечену прибился. Это он, сука, людей его на наш поселок навел. Ехали-то они точно в Зырянское, а заправка просто по дороге подвернулась. — зачастил Краснов. — А на чем приехали, и как много их было? — На грузовике. Человек десять, но все хорошо вооруженные. А как наши отстреливаться стали… хотя куда с ружьями против автоматов! Те заправку заняли, но оставили там несколько человек, а сами назад повернули. Еще кричали, что завтра хана нам всем. Сам Чечен с братвой приедет нас раком ставить! — Значит, ехали они как бы на разведку, да на заправку наткнулись? — сам для себя пытался построить логическую цепочку Дмитрий, — А когда вы отпор попытались дать, то вроде как стрелу забили. — А где стрела-то? — уточнил Колян. — Да ничего конкретного, — пожал плечами Красный, — думаю, к нам в Зырянское всей бандой пожалуют! Если Калина их навел, то точно весь поселок под себя подмять решили. — Что там у вас, кстати? Казино работает, денежка капает? — спросил Карате. — Да у нас не только катран. Катран это так, развлечение больше. У нас там пара денежных дельцов обосновалась. Один магазин новый большой отстроил, другой типа фермера — свиней да овец выращивает. И людей в поселке за эти месяцы больше стало. — А вы крышуете, значит? — подмигнул ему Карате. — Не без этого. — спокойно кивнул Краснов, — Да, берем десять процентов от прибыли, но порядок без дураков поддерживаем. В поселке никакого беспредела — любого спроси! Люди сами к нам жить приезжают, не боятся за свою жизнь, ни за свое добро. Если с Чеченом разрулите, то половина топлива ваше. Даже машину отдам, хотя самим позарез. — ответил Красный. — Поможем. — обнадежил его Дмитрий, — Но заправку под себя заберем. Не кисни, если снова большая вооруженная банда пожалует, вы ее не удержите. — разъяснил свое решение Дмитрий, — А мы там новый блокпост поставим. Если Смирнов свою долю не затребует, то половина топлива ваша, если с городом придется делиться, то каждому треть выйдет! И машину себе оставишь. У вас, кстати, почему телефонной связи в поселке нет? Идет же линия возле трассы. — Да есть телефоны, и у нас, и у торгашей всех, но только номерами с вами не обменялись. — признался Краснов, — До этого все же хорошо было — не созванивались. — Ну да, пока жаренный петух не клюнул! — криво усмехнулся Коля и спросил, — Павлик, вот честно скажи, не жалко половину отдавать, а то и треть только себе оставить, если город долю возьмет? — Лучше треть топлива на халяву поиметь, чем вообще всего лишиться. — ответил Краснов, — Так когда вас ждать? — Думаю, к вечеру приедем. Нужно своими глазами на заправку глянуть и разведку провести. Только я тебе так, Павел, скажу, — посмотрел на него Димка, — взялся за гуж — назад ходу нет! Ты же понимаешь, что решать с бандитами Чечена жестко придется, иначе пришлые все ваше под себя возьмут! Готов ты и твои люди к такому раскладу? — А чего нам остается? Они стрелять сами по беспределу начали, без всяких терок и предъяв наших положили! Народ у нас есть и братва отпор дать готова, только с оружием туго. — Ладно, решим. — кивнул Ковалев и повернулся к Карате, — Ну что, снова к Смирнову едем? Когда распрощались с Красновым, Дмитрий дал команду в срочном порядке собрать весь первый боевой отряд. Мало ли как там полковник решит, а заправками разбрасываться негоже. Да и Чечен со своими бандитами под боком не нужен, лучше уж пусть Краснов за Зырянским приглядывает. Не успели выйти из караулки, как позвонил Бату. Но с ним разговор не затянулся. Монгол оставил свой номер для связи и сказал, что лошади для Дмитрия готовы, Дмитрий же, поблагодарив его, предупредил о мертвецах, которые могут переправиться через реку и начать терроризировать жителей Монгол Шуудана и про банду Чечена, что устанавливает новые границы своих владений и хочет занять Зырянское. Прощались тепло. Бату даже предложил в помощь дюжину вооруженных автоматами парней, но Дмитрий отказался, сославшись на совместную с пограничным корпусом операцию и конечное решение за главой города. «Помощь — хорошо, но слишком много отрядов со своими командирами это точно бардак получится, а не слаженная боевая операция. Хотя, может, зря отказался? — подумал Дмитрий, — Ладно, сначала все одно с полковником переговорить нужно. А вот четыре десятка коней, половина из которых вовсе досталась бесплатно — подарок очень хороший! Закончим с Чеченом и заправкой, будем думать как табун в поместье Фила перегнать.» Как Дмитрий и думал, Смирнова уговаривать не пришлось. Едва полковник услышал, что можно одним ударом ликвидировать самого Чечена и большую часть его банды — дал добро на проведение такой операции. Только уточнил про упомянутый Ковалевым БТР. — Зачем вам бэтэр, если твои бойцы будут, и я четыре десятка пограничников выделю, а там половина автоматами вооружены, да при четырех пулеметах? И так на ноль урок помножим. — Для подстраховки, Иван Васильевич. Я так понимаю, приедут они не на одной машине, так не хотелось бы чтобы половина бандитов разбежалась. Да и как демонстрация силы, даже если уйдет кто-то, то в следующий раз точно не полезут! — Ладно, -махнул рукой Смирнов, — будет вам броня! Но командиру машины накажу, чтобы стрелял только в крайнем случае и патроны берег. У нас для крупняка боезапас не вечный. — Спасибо, Иван Васильевич! — от души благодарили его парни, жав руку. — Дмитрий, если Чечена с дружками ликвидировать удастся, — придержал Ковалева за руку глава, — считай, большое дело для города сделаете, и сейчас, и на будущее свою полезность докажете. — он махнул рукой, — И как обещал, еще ПД с меня! — Так может, заранее пулемет заберем? — спросил Димка. — У Чечена, возможно, больше сотни людей и еще один пулемет точно лишними не будет! — Хех, на ходу подметки рвет! — по-доброму, с усмешкой прокомментировал его слова Смирнов и кивнул, — Сейчас позвоню на склад, заедете, получите. Решив вопрос с полковником положительно, Дмитрий дал команду Чернышову дождаться сбора всего первого отряда, вооружить бойцов и быть готовыми выдвинуться на второй буханке и грузовиках к Зырянскому. — Неужто Зырянское брать будем? — удивленно хмыкнул Юрич. — Наоборот, поможем своим бандитам от залетных отбиваться. -засмеялся Карате и вкратце поведал инструктору про заправку и наезд бандитов. — Юрич, мы одну Эр-ку взяли. Вы тоже рацию для связи не забудьте. — предупредил его Димка, — Не расслабляйтесь, до полуночи или по телефону свяжемся, или через блокпост по рации — будьте готовы выдвигаться сразу после сигнала. Когда Дмитрий и его ближники загрузились в буханку, готовые произвести разведку боем, из караулки выбежал дежурный и сказал, что снова звонит Белофф, но Димка только отмахнулся — не до него сейчас! Краснов обвел всех взглядом и немного грустно спросил: — Семь человек всего? — Павлик, это только разведка, — усмехнулся Карате, — Кавалерия следом скачет. — Кавалерия? — удивленно переспросил смотрящий, но Димка махнул рукой. — Поехали! Вы вперед, мы за вами. Но близко к заправке не подъезжайте, просто покажите где. Заправка провалилась явно не из девяносто второго — более современная. Навес с надписью «Трансервис» отделанный цветным пластиком, кирпичный домик оператора и рядом здание со стеклянной стеной, где сейчас горел свет керосиновой лампы и двигались тени оставшихся тут бандитов. Димка под прикрытием дороги забежал вперед и ползком выбрался на насыпь. Впрочем, уже опустились сумерки, внутри горел свет и если бандиты сейчас заливали в себя халявное баночное пиво, то, возможно, все его предосторожности были излишни. Но береженого бог бережет! Следом на насыпь выполз Коста. — В домике оператора вроде никого, но предлагаю для начала проверить нет ли часового или может, кто уже бухой там спит. Потом в сам магазин наведаемся. — Добро! — кивнул Димка, — Но даже в магическом зрении никого на фишке не вижу, а по теням вроде человек пять-шесть внутри, не больше. Оставив Черепа контролировать главный вход, проверили домик оператора — пусто. Но тут им повезло — два бандита вышли к черному ходу, сначала справить малую нужду, а после покурить на воздухе, а третий, держась за живот, побежал в кирпичный туалет, стоявший в двух десятках метрах позади магазина. Терять такой шанс не стали, сняли курильщиков из бесшумных натовских винтовок.Третьего, через пять минут вышедшего из туалета и натягивающего штаны, Карате оглушил ударом приклада по затылку. — Сколько вас внутри? — спросил урку андроид, прижав нож к шее, — Заорешь, сразу горло перережу! — Шестеро… ну пятеро без меня. -заикаясь от испуга поведал сильно морщинистый и беззубый урка, хотя лет ему было не более пяти десятков, а то и меньше. — Оружие какое? — продолжил Коста. — Так у меня наган и обрез, у Хрипы карабин, у Санька двустволка, у остальных калаши. — У Чечена так много автоматов, что тут три штуки оставили? — удивился Димка. — Нее, есть но не так много. — закрутил башкой сморщенный зек, — Тут три штуки оставили, чтобы от местных отбиться если сунутся. Пугануть как следует, значит, чтоб в штаны наложили. — Когда ваши приедут? — Чечен-то? Так утром ждем. — Значит, трое внутри? — вроде как уточнил Коста, посмотрел на Ковалева и Фирсова, но не дождавшись от них в течение пары секунд новых вопросов к языку, просто, чуть надавив на нож, чиркнул беззубого по горлу. — Блять, Коста, ты хоть предупреждай! — отпрянул Николай от брызнувшей крови, — Маньяк, внатуре! — Я подумал, что он нам больше не нужен. — чуть смутившись, сказал андроид, — Да и сами сказали, что нужно всех ликвидировать, что не так? — Проехали! — буркнул Карате, — Пошли в магазин, пока дверь открыта и своих не хватились. Прежде чем заходить Димка свистнул и, подражая шамкающему голосу морщинистого, крикнул: — Гля, чего мы нашли! Появившийся через десяток секунд силуэт в дверном проеме схватился за распоротое серпом горло, булькнул и осел на колени, а Дмитрий, перепрыгнув через него, под прикрытием воздушного экрана, заскочил в распахнутую дверь, выдав пару двоечек из своего пистолета. Следом влетел Коста и тоже успел пальнуть в еще не упавший силуэт. Забежав третьим, Карате увидел уже двух застреленных бандитов, валяющихся рядом с накрытым и заставленным бутылками и пивными банками столом. Причем в одном из убитых он сразу узнал Витю Калину. — Ну, вот и посчитались! — хмыкнул Карате, носком берца пнув Калину, вытаскивая из кобуры на его поясе пистолет. — Куда их, на улицу пока вытащим? — Давай. — кивнул Димка и добавил, — Пусть зырянские потом сами закапывают. ---------- Глава 3 Глава 3 А, падла, получил свое! — Краснов, увидев Калину, радовался будто сам заколол его шпагой в честном поединке, — Витя иуда, туда тебе и дорога к дружку твоему сторчавшемуся! — А ловко вы их! — восхитился и один из парней Краснова, — Полчаса не прошло, как шестерых кокнули! — Учись студент! — подмигнул ему Коста, но парень напрягся и спросил. — Знакомы, что ли, не припомню? На это Краснов засмеялся и пояснил: — Погремуха у него Студент, вот и думал, что встречались! — Нее, я с кем встречался, всех помню. — ответил Коста и, оторвав кусок рубахи у одного из убитых, принялся оттирать свой нож от крови. Прежде чем позвать остальных, обыскали убитых, став богаче на десяток серебряных полтишков и три полновесных рубля. Собрали все трофейное оружие. Впрочем, оружие было сильно бэ-у и Димка подумал отдать все стволы Краснову, ну кроме, конечно, трех укоротов. Вооружать одних бандитов, ликвидировав других, Ковалев был не намерен. Кто знает, как завтра карта ляжет? А короткие калаши в машине удобны. Тех же водителей дальних рейсов укоротами вооружать можно. Главное прибрать вовремя, чтобы Смирнов потом за такие трофеи не предъявил, а то скажет охране карьера вернуть, и не поспоришь. — Паша, раздай своим это оружие, — кивнул Димка на обрез, карабин, вертикалку и пару короткостволов, убрав в сторону укороты. Впрочем, даже не получив автоматов, Краснов был доволен выделенными трофеями. Оставив братков на освобожденной заправке, взяв только Краснова, поехали присмотреть место для будущей засады. Не хотелось устраивать бойню рядом с заправочными цистернами и разнести к херам всю заправку. — Так, что там у нас дальше? — сам себе задал вопрос Димка, вспоминая карту и личный опыт путешествия по трассе, — Недалеко отсюда есть пустая деревушка. — Есть, Красноярка километрах в семи отсюда. — подтвердил Краснов. Доехав, осмотрелись, но Красноярка Димке не понравилась. Стояла в стороне от трассы и место там было слишком открытое, да еще земля вокруг заболоченная. Не хватало тут коробочку утопить, Смирнов точно тогда за бэтэр все, что болтается, оторвет. — Леха, поехали дальше! — махнул рукой Димка и Башкатов завел буханку, — Дальше Иловка, даже поменьше деревушка,там вроде тоже никто не живет. От заправки до въезда в Иловку вышло ровно восемнадцать километров, но это хорошо, бандиты не должны ожидать нападения, проезжая тут. А место и впрямь удобное — с одной стороны, в полста метрах от дороги стоял какой-то кирпичный дом с забором и распахнутыми сейчас проржавевшими воротами, скорее всего местный пункт ремонта сельхозтехники. За забором стоял разбитый трактор, рама с кузовом от самосвала и прицеп без колес — не добрались еще сюда сборщики разного металла. А с противоположной стороны, прямо у трассы, через сотню метров начинался густой подлесок. — Сюда броню загоним, — показал друзьям на ворота рембазы Дмитрий, — а сами в леске заляжем, чуть дальше. — Неплохое место. — кивнул андроид, — Если бэтэр им дорогу назад перекроет, то нужно трассу чем-то подальше перегородить, чтобы не прорвались, и в леске, за деревьями, буханку оставить. Если кто-то с трассы съедет и сваливать по полям станет, чтобы не ушли. — Ну да, дельно. — согласился Ковалев, — метров через двести, за поворотом, дерево свалим, отсюда не видно будет, но проехать не смогут. Лесок был в основном сосновый и почва сухая, усыпанная хвоей, но возле дороги хватало кустов и молодого сосняка, в котором можно было спрятать хоть батальон стрелков. Связались по рации с высоткой, потом со штабом пограничного корпуса и дали сигнал выдвигаться, потом уже стали выбирать удобные места для пулеметов. Как понял Дмитрий, только пулеметов Дегтярева будет пять штук и Карате еще со своим РПКС. Снова вернулись к заправке и стали дожидаться прибытия основных сил. Сказать, что две дюжины местных братков, вооруженных кто чем, были удивлены — не сказать ничего. Димка и сам испытал гордость, когда тьму разрезали лучи фар и на дороге показался идущий первым бэтэр, за ним две буханки, командирская Нива и четыре тентованных шишиги с бойцами Скифа и пограничниками — мощная сила в местных реалиях! Еще больше у Краснова отвисла челюсть, когда первыми стали распределять по точкам пулеметчиков. Пять пулеметов Дегтярева, это не баран чихнул! — Задача простая, — выступил вперед Ковалев, -организовать засаду и ликвидировать всю банду, включая главаря! Когда распределили пулеметные точки и сектора обстрела семи десятков бойцов, к нему, немного смущаясь, подошел Красный. — Так это, а мне-то с братвой куда? Мы же тоже за свое биться пришли. — Паша, вы занимаете место за забором рембазы, но смотри! -погрозил пальцем Димка, — Не дай бог кто-то из вас раньше времени пальнет! Ваше дело бить тех, кто разбегаться начнет. Чем меньше, Паша, людей Чечена уйдет, тем меньше врагов у нас останется! — Типа засадный полк, понял? — поддержал Димку Карате. — Да понял, чего там. — кивнул смотрящий. — Стрельба жесткая начнется, если на машинах свалить не смогут, то разбегаться будут и прятаться. А где тут спрятаться можно, только за этим строением и забором. Вот тут вам и карты в руки. Главное, не высовывайтесь покуда стрельба не начнется, чтобы засаду не демаскировать! Дорогу, на всякий случай, как и советовал Коста, перегородили толстым спиленным деревом. Но чуть дальше, чтобы подъезжающим браткам видно его не было. Теперь вперед не прорвутся, а позади их коробочка подопрет. Коста осмотрел лесок, но решил сам расположиться в доме рембазы, выбрав место на чердаке, где крыша зияла прорехами, удобными для стрельбы. Слазили туда вместе по приставной лестнице, осмотрелись. Видок, что надо — как в тире бить по уркам будет. Если, конечно, план сработает. — Ты главное, под дружеский огонь не попади. — предупредил его Димка. — Нее, я посмотрел, сектор обстрела другой, да и крыша прикроет. Зато мне отсюда их машины и выпрыгивающие из них люди, как на ладони будут. — Мы не знаем, сколько их будет и как вооружены, а браткам Краснова много веры нет, вдруг разбегутся, если жарко станет? — сказал Димка и посоветовал, — Коста, помимо снайперки укорот возьми и рожков несколько штук запасных, если засекут, то отобъешься. — Так может, я тоже на крышу с калашом? — предложил Череп, — Прикрою, да и сектор обстрела там больно хороший. А с Башкой в буханку Горо посади и бывших поисковиков с автоматами. Димка раздумывал о том, как остановить машины братков Чечена в нужном месте? Стального чеснока или полосы с шипами у них нет. Но пришел к выводу, что попробует сам первым выстрелом из СВДУ снять водителя первой машины, а следом подключатся Коста и Черепанов, которые так же, первыми выстрелами, постараются выбивать водителей. Подошел знакомый старлей погранцов по фамилии Никифиров и предложил послать километров на пять-шесть передовой дозор с рацией, но Дмитрий отверг предложение. Больно зловеще в ночной темноте выглядели дальние перелески, чтобы посылать туда двух-трех человек для дозора. Да и был у него другой, более верный и безопасный способ — его вороненок. До наступления рассвета бандиты точно не поедут, поэтому и бойцы и братки, отойдя от места засады к оставленным машинам, жгли недалеко от них костерки, у которых грелись сами, кипятили воду в котелках, заваривая чай и кофе, трофейными запасами которых снабдил их Краснов. Многие, закутавшись в куртки и плащ-палатки, дремали в кузовах. Димка тоже успел вздремнуть и, когда его растолкал Карате, часы показывали без четверти девять — на улице почти рассвело. — Чего так поздно разбудил? — недовольно спросил его Димка. — Нормально, не бухти. — усмехнулся Карате, — Мазурикам ехать сотню кэ-мэ, два часа до сюда, не меньше. Потемну они не выйдут, так что разбудил вовремя, даже с запасом. Димка не стал спорить, признав разумными доводы друга и не став будить своего оруженосца, взял клетку с вороном. Машины братвы засек только через два с половиной часа, когда выпустил ворона в третий раз. Надо отдать должное, подошел Чечен к предстоящей стреле — читай бойне, так же серьезно. По дороге катила белая Нива, за ней грузовик и автобус ПАЗ. Замыкала колонну светло-зеленая фсиновская буханка. «Эх, жаль такой автопарк долбать, но делать нечего. Хотя, может и удастся какую из машин затрофеить и восстановить, если, конечно, движок цел останется.» Даже навскидку бандитов было не меньше пяти десятков. Димкин питомец сделал круг над кортежем, разглядев в кузове вооруженных братков, над чем-то смеющихся и передающих друг другу фляжки с чем-то горячительным. Видно, для поднятия боевого духа пахан разрешил принять на грудь по сотке наркомовских. А может, просто выпившим зекам было сподручнее убивать людей, отбирая у них ценное добро. До приближающихся машин было с десяток километров и Дмитрий дав вороненку приказ возвращаться, отделил его сознание от своего и выскочив из машины, дал команду бойцам быстрее занимать позиции. — Без моей команды никто не стреляет! — напомнил он бойцам сборного отряда. Время сначала растянулось, как резина, а потом и вовсе замерло, отсекая все звуки, запахи и прочие чувства — только лобовое стекло Нивы, в котором Димка сейчас не видел ни водителя, ни пассажира, но в котором мелькали верхушки сосен и серое зимнее небо. Передняя машина находилась уже в сотне метров, значит, голова колонны была как раз напротив засады андроида. Выждав еще несколько секунд, Дмитрий, поймав в перекрестье оптики место, где должен находиться водитель, плавно потянул спуск. Раскладной приклад снайперки привычно лягнул в плечо и передняя машина, резко вильнув ушла, в кювет. Тут же хлестко выстрелил Тигр андроида, и Череп начал работать прицельными одиночными, выбивая водителей в кабинах машин из своего калаша. Водитель грузовика успел ударить ногой по педали тормоза и машина пошла юзом, чуть развернувшись, но уже через секунду ей в задний борт влетел пазик, а буханка, чтобы избежать столкновения, съехала с дороги, но осталась на колесах и остановилась почти в поле. Без команды находящиеся в засаде бойцы не стреляли, а Димка ждал, пока машины остановятся и бандиты немного придут в себя. Наконец вооруженные люди, словно горох, посыпались и из грузовика, и из автобуса. Один из бандитов, вооруженный автоматом, вскочил на ноги и стал стрелять в сторону кирпичного дома прямо из кузова грузовика. Димка еще раз потянул спуск и над простреленной головой на миг зависла кровавая взвесь. Все, теперь пора! — Огонь! — крикнул и Димка, и в то же мгновенье загрохотали пулеметы, автоматы и сухо защелкали карабины доведенных до точки максимального напряжения стрелков. Бойцам Скифа, вооруженным автоматами, Дмитрий и вовсе наказал бить одиночными и прицельно, чтобы не тратить патроны попусту. Пришлые валились на землю, как подкошенные. Мало кто из ошеломленных бандитов сразу сообразил упасть, занять удобную позицию и попытаться отстреливаться, основная часть братков, словно обезумевшая, металась по полю. Люди бежали в разные стороны, ища хоть какое-то укрытие. Загрохотали выстрелы людей Краснова. Взревела движком буханка, взметнув из-под колес землю и траву, разгоняясь, рванула подальше в поле, но через несколько метров ее бок прорезала длинная очередь крупняка из башенки бэтэра, почти разрывая железо борта и кроша в фарш сидевших в ней людей. Буханка заглохла, ткнувшись мордой в плотный куст, из-под кабины повалил черный дым. Взрыкнув движком, дернулся назад автобус, но врезался задним бампером в броню выехавшего на дорогу и перегородившего пути к отступлению бэтэра. Водитель автобуса, открыв дверь, кинулся бежать. Петляя словно заяц, он старался, пригибаясь, прятаться за кустами, но споткнулся уже через дюжину шагов, упал, ткнувшись лицом в холодную землю. Да кто бы смог сбежать при такой плотности огня? Каждая секунда боя растянулась и длилась в несколько раз дольше, выплеснутый в кровь адреналин повысил до максимума реакцию и время для бойцов тянулось, как в замедленной кинопленке, но само избиение ехавшей грабить и убивать банды длилось не больше пары минут. — Отставить общий огонь! — скомандовал Димка. Теперь выстрелы раздавались лишь с крыши дома и с той стороны забора, где находились люди Краснова. Пули добивали пытающихся ползти бандитов и служили актом милосердия для раненых, что кричали и стонали от боли, лежа недалеко от машин. Наконец и Череп, и Коста стрелять перестали, но Димка видел, как Краснов с парой своих подручных добили кого-то в кювете, а потом они зашли в автобус, где еще несколько раз хлопнул пистолет. Зря Дмитрий сомневался в смотрящем, считая его излишне мягкотелым. Павлик, выбрав сторону, уже не сомневался и без всяких колебаний добил спрятавшихся в автобусе братков Чечена. После скоротечной перестрелки началась привычная суета — раненых добивали без зазрения совести, стаскивали в кучи трофейное оружие, кто-то не брезговал шарить по карманам окровавленных трупов. Димка увидел, как один из людей Краснова стаскивает с убитого братка ботинки и, довольный, примеряет их на свою ногу. Ну что поделать,тут другие реалиии, моральные рамки.Если директору магического колледжа не удастся наладить вход сюда железнодорожных составов, в чем Димка, если честно, не сомневался, то через годик за хорошие ботинки или добротное пальто, вовсе без всяких разговоров могут прирезать в подворотне. Сам мертвый Чечен обнаружился рядом с Нивой, съехавшей в кювет. Видно, выскочив из машины, получил пару оборвавших его жизнь пуль. Димка раньше не видел его, но того опознали люди Краснова, да и несколько пограничников помнили его, ведь прибыл он в Радиус не более года назад. Всего убитых бандитов насчитали шестьдесят восемь человек. — Плюс еще те шестеро на заправке — неплохо черную масть проредили! — удовлетворенно кивнул Саня Черепанов. — Ну да, густо положили. Думаю, кирдык всей банде. — согласился с ним Карате, — Тегульдетские воры за день-два снова под себя угольный карьер подомнут. Впрочем, городу это только на руку. — Так вроде много было бандосов, когда карьер под себя взяли? Ведь всяко больше двух сотен? — спросил Алексей, но Карате покачал головой. — Нет, Башка, если змее голову отрубить, что она сможет? Главной двигающей силой и главным авторитетом банды был Чечен — это раз! И второе — как думаешь, сколько сейчас на Шанхае и в бараках при карьере оружия осталось. -он показал рукой на гору трофейных стволов, — Тут автоматов восемь штук и на заправке мы три взяли. Хорошо, если Чечен один калаш своим оставил, ну максимум два! С двухстволками они много не навоюют. — Согласен. — кивнул Димка, — Банда сюда во всеоружии ехала, чтобы силу свою показать. Да и не факт, что все четыре сотни живущих в бараках зеков к Чечену примкнули, думаю, как минимум, половина народу просто разбежалось. Доложили по рации в штаб пограничного корпуса о успешно проведенной операции, о ликвидации бандитов и самого Чечена. Потом Димка наедине переговорил с офицером, объяснил ситуацию и спросил про трофейное оружие. Тот, пожав плечами, сказал: — Мне по трофеям конкретного указания не было, но думаю, калаши с вами пятьдесят на пятьдесят поделим, а остальное, как сам знаешь. Хочешь, так все оставшееся в Зырянское отдай, но для порядка перепишем все стволы. — А по машинам, как решим? — Буханке хана, почти выгорела. — вздохнул старлей, — У зилка движок разбит. Нива остается и ПАЗ. Если не против, мы бы Ниву забрали? — Не против. — ответил Ковалев, но тут же попросил, — Вам патроны выделяют и, как слышал, у полковника с ними проблем нет, может, отдадите нам запасные магазины к укоротам и весь боезапас бандосов? — Добро! — кивнул старлей, — Договорились, значит. Что с трупами делать будем? Если закапывать, так тут бульдозер нужен. Дмитрий предложил, подумав немного: — Раз грузовик восстановлению не подлежит, давайте в кузов все трупы сложим, оттащим подальше и сожжем? Так и поступили. Стаскали бандитов к грузовику, закидали их в кузов и, подцепив к бэтэру, оттянули от дороги за деревья. Щедро полили братскую могилу бензином и Дмитрий, сотворив файербол размером с яблоко, метнул его в грузовик с пятидесяти метров. Полыхнуло. Сначала в серое небо взметнулся сноп огня, а через несколько минут поднялся столб черного, жирного дыма. — Вот такое приношение богу войны получилось. — сказал старший лейтенант Никифоров и, попрощавшись, дал своим бойцам команду грузиться по машинам и уезжать. Несмотря на вмятины на переднем и заднем бампере автобуса, завелся он сразу. Поэтому осмотрев, прицеплять к грузовику его не стали, а, поставив меж двух шишиг, погнали в Асино своим ходом. А чего, вещь нужная. Третий уже пазик в автопарке их компании, если больших проблем нет, то на маршрут поставят, нет — так раздербанят на запчасти. На заправке, на всякий случай, оставили восемь человек под руководством опытного Чернышова, усилив группу пулеметом. Хоть это маловероятно, но вдруг оставшиеся бандиты, не дождавшись своего главшпана, рванут на разборки? — Юрич, двое суток просидите, а после службу караульную наладим. После обеда грузовик с бочками к вам направлю и пару рабочих, чтобы генератор подключили и топлива накачали. Кто знает, как там дальше с заправкой повернется, а так небольшой запас будет. — А какие планы? — уточнил инструктор. — Да планы тут дальний пост ставить. Но чтобы и заправка работала. — Продавать топливо будем? — удивился Чернышов, — Может, оставим для своих нужд? — Накачаем в десяток канистр и будем продавать очень дорого, остальное законсервируем и будем для себя понемногу качать. — А еще в планах тут закусочную сделать. — добавил Карате, — Почему нет? Если старые воры карьер заберут, то снова по дороге и самосвалы с углем поедут и наш автобус снова запустим. Да и машины каждый день ездят. Чернышов с сомнением оглядел стеклянную стену, но Колян попытался развеять его сомнения. — Да не смотри на стекло Юрич. Завтра бригаду рабочих привезем, чтобы зал на две части разгородили, в одной закусочная, в другой караулка. А стену кирпичом заложим. Оставим окна, но и на них решетки навесим, как в крепости будет! Когда Чернышов с бойцами ушел осматривать помещение, оставив пару человек на посту снаружи, Димка повернулся к Николаю. — Ты правда думаешь, что если сделать тут закусочную, то она будет успехом пользоваться? Сколько тут народу ездит за сутки — пять, семь машин? — Димыч, я просто не хочу все отдавать на откуп караулу. Не то чтобы не доверяю парням, но сам знаешь — есть возможность подзаработать, кто-то ей все равно воспользуется. Как ты проконтролируешь, что оставшиеся тут на несколько суток бойцы не станут приторговывать бензином? Как говорят — у колодца, да не напиться? А так будут друг друга контролировать. Посадим сюда человека пирожками торговать, водой фруктовой, ну и самогоном нашим само-собой. Телефон проведем — звонок платный сделаем. Может, кто богатый и канистру с топливом купит. Не думаю, что прибыль какая пойдет, но себя продавец окупит. Он и учет бензина вести будет.Если ты прав и Радиус навсегда закрылся от остального мира, то бензин в недалеком будущем превратится, пусть не жидкое золото, но жидкое серебро — точно! «Возможно, Николай прав — контроль нужен.» -задумался Димка, но сейчас его больше занимали мысли о другом. Когда все закончилось и он ходил возле машин, переступая и обходя распластанных на земле людей, то заметил краем глаза слабое дрожание воздуха над одним из убитых, словно марево в жару над асфальтом. Конечно, не так, как это было в первый его день, когда он увидел убитого колдуна, но все же эффект был схож. И Дмитрий, заинтересовавшись этим явлением, глянул на убитого истинным зрением. «Да, так оно и есть — слабое марево энергии, утекающей в эфир Радиуса, как тогда, над убитым колдуном. Значит, этот человек тоже обладал магическим даром? Но ведь он не был инициирован у алтаря! Но с другой стороны — андроиды медики, присланные Эрвином, пробуждали магические способности у склонных к этому людей медикаментозно, без всяких алтарей. Может, и на этого человека что-то повлияло таким образом, что пробудило в нем магическое начало? Мда… теперь его уже не расспросишь. — вздохнул, подумав об этом, Дмитрий, — Надо рассказать об этом факте Илье с Иваном, может, какую идею выдвинут? Еще нужно попробовать снова выйти за Радиус и вернуться самому. Если канал устойчивый, то сообщить о возможном исходе андроидам Эрвина.» Димка чуть склонился над убитым инициированным и почувствовал волну эйфории и прилива сил, поглощая его, хоть и слабенькую, но сочащуюся энергией ману. ---------- Глава 4 Глава 4 Вернулись в Асино уже к обеду, но Димка, как и обещал Чернышову, сразу отправил к смене караульных генератор, сухпай на несколько суток и пару рабочих, чтобы накачали в бочки бензина. Ну и досок немного с инструментом, чтобы бойцы могли себе на скорую руку топчаны для отдыха сколотить. Потом позвонил Смирнов и поблагодарил за успешную боевую операцию. Димка опасался, что ушлый глава поднимет вопрос о найденной заправке или оставшихся у них нескольких АКСУ охраны карьера, но полковник промолчал и у Дмитрия отлегло от сердца. Теплилась надежда не только поделить пятьдесят на пятьдесят все топливо с заправки, но и затихорить все семь трофейных АКСУ. Но умиротворение длилось недолго, снова позвонил директор магического заведения, в которое преобразовался институт, и сразу начал разговор на повышенных тонах. Как и в разговоре с Ильей и Иваном, он требовал часть магического порошка, вырабатываемого антенной преобразователем, и алтарь. Впрочем, алтарь он требовал на пару дней в неделю, как ему было обещано Эрвином. — Знаете, уважаемый, -максимально холодно, сдерживая эмоции ответил ему Дмитрий, — возможно, на часть магического порошка, вы, как преемник руководителя института из-за договоренности с Эрвином, имели бы право для открытия ворот и заезда сюда нового состава, но вот алтарь мой по праву. Возможно, — выделил интонацией Дмитрий это слово, — я стану вести с вами дальнейший диалог по аренде магического алтаря на пару дней в неделю, но только в том случае, если вы сумеете заинтересовать меня. А свои требованиями адресуйте кому-то другому! — Вы наглец, молодой человек! Я это так не оставлю! — крикнул в трубку Белофф прежде чем швырнуть ее, окончив разговор. Рассудив, что с установкой антенны магического порошка стало выходить больше на треть, Дмитрий переговорил с Иваном и Ильей, чтобы в случае его отсутствия они выдали директору колледжа порошок. Но не более трети от вырабатываемого за неделю количества и только один раз. — Эрвин обещал ему порошок для открытия ворот и запуска сюда и отсюда железнодорожных составов, теперь же, — развел Дмитрий руками, — это вряд ли получится у этого склочного, но очень амбициозного мага. В общем, выдадим ему часть магического порошка один раз, а потом, если у него ничего не получится с поездом, пусть лесом гуляет! Сам Дмитрий был уверен, что из-за временного сдвига большой портал для прохода поезда Белофф не откроет. Встречаться с руководителем магического колледжа Дмитрий был не намерен — есть другие дела, помимо выяснения отношений с новым директором. Первым делом поговорил с Костой и Карате по поводу инициации последнего в стража малого алтаря и по поводу контрольной проверки перехода из Радиуса в дом бывшего лесника — не хотелось бы обнадеживать пятерку андроидов по поводу возможного выхода. Потом созвонился с Бату и договорился завтра утром посмотреть и забрать лошадей. Семилучевую печать перехода переместил с крыши высотки в одну из квартир верхнего этажа. После размещения печати в башне заставы и так был устойчивый отклик, но теперь ветер, снег и дождь не мешали сосредоточиться и в любой момент открыть магический канал. Втроем перешли сначала на верхний этаж донжона, а потом сразу в комнату смотрителя маяка, решив увидеться с Филиппом и Сергеичем на обратном пути. В комнате смотрителя Дмитрий считал свои статы и был приятно удивлен, что за убийство бандитов получил следующий уровень. Система, как и в прошлый раз проигнорировав андроида, все его заслуги приплюсовала Дмитрию. «Еще один уровень и достигну ранга мастера! -довольно потер ладони Дмитрий, — По большому счету, много мне это не даст, но смогу купить и активировать в торговой системе что-то новое. Да, например, те же универсальные свитки перехода смогу изготавливать для своих товарищей и на продажу.» Инициировал Николая в ранг стража, пролив его кровь на малый алтарь. Тут же, получив подпитку, заработал механизм маяка и зеленый луч, описав пару окружностей, устремился куда-то на северо-запад, рассеивая энергию, концентрирующуюся в эпицентре и, скорее всего, открывая новый портал для попадания сюда небольшого куска территории, а возможно, и людей. После этого Ковалев открыл портал перехода в дом Никиты Матвеевича и, проверив пузырек с зельем восстановления сил в кармане камуфляжной куртки, шагнул в открывшийся портал. — О, ребятки, думал уж не работает ваш переход в обратку-то! -встретил их бывший лесник, — Проходите, почаевничаем. — Спасибо, отец, но времени нет. Просто хотели проверить работает ли канал, как ты сказал «в обратку». — усмехнулся Ковалев. Дмитрий несколько минут подождал Карате, но не дождался, убедившись в правоте мага кристалла. «Значит, лазейкой в мир из Радиуса смогу пользоваться только я и Коста, если я открою ему портал. Ну что же, пусть хоть так.» Еще пять минут поболтали обо всем и ни о чем конкретно и, извинившись, перешли назад. Димка надеялся, что, выпив зелье восстановления и усиления маны, Николай, как получивший ранг стража, сможет хотя бы с помощью магического свитка получить отклик печати алтаря и открыть активированный Дмитрием переход. Он даже свой амулет, заряженный энергией, ему отдал, но нет — маны Карате явно было мало, чтобы преодолеть временной сдвиг. Дмитрий и сам понимал, что его мана в несколько раз превышает ману друга, да и связь с кристаллом силы явно играла тут главную роль. Вначале Димка думал, что за пределами Радиуса все вопросы будет решать только Коста, но у Карате тоже имелись надежные связи с людьми, что несколько лет поставляли ему контрабандный товар. Поэтому через Косту Карате вновь надеялся наладить канал поставок кое-каких товаров. Поразмыслив, Дмитрий принял его доводы. Почему нет? Действительно, глупо терять время и бегать, пытаясь найти в частных магазинах или барахольных развалах только формирующегося свободного рынка что-то нужное, легче дать заказ и, немного переплатив, забрать те же запчасти для автомобиля, семена нужных растений или еще что-то нужное им. Да те же специи — перец, горчица, корица, ваниль или лимонная кислота со временем в Радиусе будут стоить в несколько раз дороже! А его знакомые могли передать Косте уже закупленный и сформированный заказ, это было удобно и разумно. Да и те же патроны они достать могли. Еще, у Димки было немалое опасение, что за его путешествия за пределы Радиуса система вновь накажет каким-либо штрафом, но в этот раз она молчала, не сняв ни очка опыта — это радовало, значит, и ему можно будет совершать выходы за пределы Радиуса, не опасаясь штрафных санкций. После возвращения они все втрое прошли по каменистому берегу до островка. — Хочу этот остров обследовать. -сказал Димка, — Есть предложения, как это сделать? — Плот сделать или лодку привезти. -пожал плечами Фирсов, — как еще? — На разведку можно и на лодке сплавать, но хотелось бы и пушки с корабля забрать. — указал Димка на виднеющиеся в портах небольшие орудия, — А их на лодке не вывезешь, точно плот нужно будет делать. «Небольшую, человека на три-четыре, лодку можно и у Филиппа позаимствовать. Но телепортом ее сюда не доставить, нужно будет пару дней на телеге везти. Ладно, сейчас встречусь с ним и порешаю, причем откладывать на потом это не стоит. Если там действительно находится какая-то ценная руна, про которую упоминал маг, то забрать ее нужно как можно быстрее.» В поместье его ждали неожиданные новости. Оказывается, день назад из города вестовой привез для для Дмитрия письмо, подписанное Маркусом — одним из магов, входящих в круг посвященных в заговор. В нем тот сообщал Дмитрию, что Юлиус Оттон, почувствовав зреющий против него заговор, бежал из Варгиона с казной и двумя десятками преданных ему слуг и воинов. Господин Маркус высказывал предположение, что бежал бургграф куда-то на северо-восток, предположительно в замок, где до этого скрывался магистр Бертран. Еще Маркус выражал надежду, что Дмитрий прибудет с визитом в Варгион навестить их и познакомиться с новым правителем города бароном Кирстом Полием. Прочитав письмо мага вслух своим друзьям, Димка спросил: — Что за барон такой, Кирст Полий? Слыхали про него? Логунов лишь пожал плечами, а помещик кивнул: — Есть такой. Не молод уже, но говорят, очень богат. Соляной барон у него прозвище. — Почему Соляной? -удивился Димка. — Да соляные копи у него, в дне пути к западу от Варгиона. Там его замок стоит. — Значит, группа магов поставила правителем удобного им человека? — предположил Ковалев. — Уж не знаю, насколько барон им удобен? — хмыкнул старик Эмерик, — Не маг он точно, но воин суровый, с характером закаленным в боях. Помыкать собой точно никому не даст. Скорее, между ним и магами достигнуто какое-то соглашение и Филипп правильно сказал — барон Полий богат. Еще его папаша в предгорьях соль добывал и торговал ею по всему королевству, на том и разбогател их род. Поговорив с Филом насчет лодки и взяв у Логунова еще зелий для индивидуальных аптечек, Димка встретился с Нефедовым и попросил его выделить шесть человек более-менее приученных к верховой езде для сопровождения табуна. Полдюжины коней Димка пообещал безвозмездно выделить переселенцам, так пусть немного его красноармейцы поработают. — Поедешь в город, с магами и бароном встречаться? — спросил после Филипп. — Вместе все поедем, -кивнул Димка, — но не сегодня. Как коней сюда пригоним, так нанесем визит вежливости магам и барону. Вначале Дмитрий хотел отправить Косту через портал, чтобы он из Ярцево по телефону связался с Айваром и тот встретил всех эвакуируемых из Радиуса андроидов. Но потом понял, что Косты ему будет ему не хватать и при перегоне коней и при поездке к маяку, чтобы доставить туда лодку. Решил заняться этим, когда перегонят коней от Бату и когда они обследуют островок и найдут там руну, про которую ему сказал маг. Но, вернувшись в Асино, Дмитрий все же, собрав андроидов, обрадовал их новостью о скорой отправке за пределы Радиуса. Правда, предупредил, что сможет вывести их из Радиуса без подготовленных к вывозу больших ящиков с техническим и медицинским оборудованием, а лишь с ручной кладью. Максим Максимович был доволен такой новостью и предложил Димке, пока они здесь, использовать его и техников по своему усмотрению. Ковалев отнекиваться не стал и сразу же запряг андроидов оборудовать верхний этаж донжона заставы установкой радиостанции дальнего действия и тестированием радиоканала с Асино. * * * Саня Дохлый сидел в баре старой Марго и отхлебывал из кружки горьковатое и теплое местное пиво. Он уже порядком набрался, но подогретый самогоном и пивом мозг не расслабился, а наоборот — лихорадочно просчитывал варианты. «Надо валить из Тегульдета, — думал он, наблюдая как плюгавый мужичок клеится к одной из девах Марго, пытаясь попутно выторговать скидку за предоставляемые ей услуги, -валить, пока местные не узнали, кто поставлял некроманту девчонок. На карьере беспорядки, автобус не ходит, валить на своих двоих по дикой местности, даже имея пистолет, слишком опасно. Как ни крути, а валить нужно на машине Алекса. Значит, придется уезжать вдвоем.» Свои вещи он уже собрал, а вот Алекс ушел пораньше собрать вещи и подготовиться к отъезду. Саня уже получил расчет у Марго, заявив, что в планах уехать и заняться честным делом, например, торговлей. На это заявление старая бандерша только рассмеялась: — Дохлый, если обезьяну одеть в розовое платьице, она не превратится в девочку! Твоя темная сущность все равно вылезет наружу. Надо сказать, Марго знала Саню с тех пор, как, оттарабанив положенное на угольном карьере, он появился в Тегульдете. Став работать в ее заведении ночным сторожем, он поселился тут же на втором этаже. Со временем она стала больше доверять ему и он помогал ей избавиться от сторчавшейся Лики, а в другой раз, от тела не в меру буйного клиента, которого получившая пару раз по лицу Ирка, не раздумывая долго, пырнула ножом. А после Марго явно догадывалась о его работе на колдуна, но молчала — ее это не касалось. Решение уехать в Ягодное, а если там будет небезопасно, то в Белый Яр они приняли сразу, как стало известно о штурме Куяновской Гари и гибели колдуна. На Романа Владиславовича они работали два месяца, а сам Дохлый познакомился с ним чуть раньше. Тут же, в баре старой Марго они и познакомились, а потом уже он взял в дело и Алекса, потому что у того был автомобиль. «Вот же сука, никакой благодарности! -в порыве эмоций чуть не сплюнул на пол Дохлый, вспомнив про Алекса, — Пристроил ублюдка сначала грузчиком в бар к Марго, которая была не только владелицей закусочной, но и опекала живущих на втором этаже девиц, не обремененных строгой моралью и старательно радующих мужчин за серебряную монетку. Позже, когда пару раз выпил с новым приятелем и побеседовал с ним по душам, я познакомил его с колдуном, взяв в дело. Где бы еще этот урод такие деньги смог заработать? И вообще, ноль благодарности!» Алекс появился в окрестностях Тегульдета после первой магической бури. Появился из какого-то параллельного мира из двухтысячных. Попал сюда не просто на своих двоих, а за рулем иномарки. Правда, угловатая тойота коричневого цвета имела белую, меняную на авторазборе дверь, мятое крыло и проржавевшие насквозь пороги, но все же своя машина — это своя машина. Сказать по правде, имея под задницей авто, им было легче исполнять поручения колдуна, а потом отвозить в Гарь пойманных маленьких девочек и порученное дело пошло бодрее. В самом начале некоторые моральные терзания присутствовали у Санька, но колдун слишком хорошо платил и увесистые золотые монеты стерли его принципы, расширив границы морали. Тяжелые золотые кругляши помогали справляться с терзаниями души лучше алкоголя и дури, что иногда покуривал Дохлый. Впрочем, свою кличку он ненавидел, как и Алекса, которого поначалу воспринимал как друга. Это он так называл Саню прилюдно, и кличка прижилась. Завсегдатаи забегаловки, сама Марго и даже ее разбитные девицы стали так называть Саню. Ну да, он был небольшого роста и очень худ, как говорят — кожа да кости. Но намертво прилипшая кличка «Дохлый» доводила его до зубовного скрежета. В первые дни, когда Алекс так его называл, он приходил в ярость и даже раз кинулся на приятеля с кулаками, но был жестоко бит, проходил неделю, прихрамывая и светя черными «очками» вокруг глаз. Ну да, Алекс по телосложению был прямой его противоположностью — почти двухметровая толстая и лысая образина с мясистыми ушами варениками и пальцами сосисками — только детей пугать. Как-то раз хорошо набравшийся местного пойла Алекс поведал историю, что на прежней работе, еще там дома, ему дали кличку Шрек, которая его очень бесила. Кто это, Саня не знал, но на следующий день спросил у приятеля — почему тот Шрек? За что был бит во второй раз. Дохлый понимал, что Алекс сволочной и склочный человек, может покрыть матюгами или дать в ухо просто от плохого настроения и быть громоотводом для подельника вовсе не собирался. Но сейчас единственный шанс свалить из Тегульдета, пока их не линчевали местные за похищения детей, это автомобиль Алекса. Вот только доверия своему подельнику у Дохлого не было ни на грамм — слишком большим искушением была дюжина золотых червонцев, припрятанная в его вещах. А еще, Алекс знал о проявившейся у Санька после одной из магических бурь способности. Правда, применения он ей не находил, просто чувствовал, как внутри копится неведомая энергия, которая может выходить через ладони, формируя переливающуюся зеленоватыми отблесками хмарь, что-то вроде плотного воздушного щита или экрана. Знал и зло подтрунивал над подельником, обзывая Дохлым магом и балаганным фокусником. — Ничего, завтра поглядим, кто из нас шут балаганный! — прошипел Дохлый себе под нос, отхлебнув пива из кружки и нащупав в кармане пузырек с мелкими белесыми шариками. Их ему дал Роман Владиславович, предупредив: — Растворишь один такой на литр воды или чая — девочка, выпив чашку, уже через минуту уснет на пару часов, два — вырубится надолго, а если три, то уже никогда не проснется. Не переусердствуй, мне они живыми нужны. Утром Алекс заехал за ним, но не в поллвине шестого утра, как они договорились, а в четверть седьмого, когда Дохлый почти потерял надежду и думал, что подельник свалил без него. — Что, обоссался, Дохлый, думал, кину тебя, как собаченку ненужную? — заржал Алекс, — Кое-какие дела нужно было утрясти, вот и задержался. Лезь в машину, доходяга, но не продави сидушку своей тощей задницей. — пошутил он тупой шуткой, уже казалось в сотый раз. Когда по проселочным дорогам, объезжая карьер и посты на дорогах, они отъехали от поселка на десяток километров, Алекс, как-то недобро покосившись на Дохлого, свернул с дороги и заехал в густой ельник. Екнуло в груди, он понял — эта остановка не спроста и именно тут Алекс хочет избавиться от него. Вовсе не по малой нужде он сюда съехал, а затем, чтобы убить Дохлого и бросить тут тело. Зачем этому здоровяку живой подельник, который слишком много знает? И две дюжины золотых монет, всяко лучше дюжины. Поняв намерения Алекса, Дохлый стал действовать на опережение, но не геройствуя и выхватывая словно ковбой пистолет из кармана, просто с видом ничего не подозревающего лошка, бесхитростно лыбясь, сказал: — Слушай, братан, я знаю, как нам заработать хорошие деньги! Вчера я раздумывал, чем бы нам заняться на новом месте и тут будто стукнуло в голову! Просто чумовая идея — думаю, ты точно ее оценишь. — Ну и как? -немного удивленно спросил его Алекс, уже нащупавший рукоять охотничьего ножа в кармане телогрейки и теперь раздумывающий под каким предлогом выманить Дохлого наружу, чтобы не изгваздать кровью салон машины. — Ща расскажу пришедшее на ум и ты сам в ахуе будешь! — заверил его Саня, наливая из термоса ароматный горячий чай и разворачивая пару больших бутеров с копченым салом, что взял в дорогу, — Подкрепимся давай и чайку сладкого, чтобы голова лучше варила, а потом обговорим идейку-то! Алекс отхлебнул из крышки термоса пару добрых глотков и в пару укусов схомячил предложенный бутер, снова запив еду сладким и теплым чаем. — Ну, че придумал, Дохлый, не томи? — снова недобро и с подозрением покосился он на подельника. — Ща, дожую! — доедая свой бутер, вытер руки носовым платком Саня, — Короче, в Ягодном же переселенцев много, ну тех, что по здоровью. — Ну есть такие… — уже еле ворочая языком и закатывая глаза, ответил ему Алекс. Он последний раз, уже с испугом, глянул на Дохлого и медленно, будто двухпудовую гирю, потянул из кармана заранее приготовленный нож. — Нее, братан, не так быстро! — с кривой улыбкой придержал его за руку Дохлый. Когда здоровяк всхрапнув в последний раз, откинулся на спинку сиденья и перестал дышать, Дохлый спросил: — Ну как чаек, братан, понравился, да? В полутора литровый термос он кинул целых шесть белесых шариков, чтобы было наверняка. Он выволок тело и обыскал бывшего приятеля, но золота не нашел, лишь увесистое портмоне с банковскими купюрами, серебряными монетами и документами. Проверил его рюкзак, после сумку с запасной обувкой и одеждой, но и там монет не было. «Неужели этот боров припрятал их где-то в Тегульдете? — промелькнула паническая мысль, но сам себе ответил, — Он бы так никогда не поступил, надеялся прирезать меня и добавить мои монеты к своим Да и возвращаться в Тегульдет нам нельзя.» Наконец, стянув с ног Алекса неплохие, почти новые яловые сапоги, за стельками нашел царские червонцы, которыми с ними расплачивался некромант. Открыв портмоне, забрал бумажные деньги и несколько серебряных полтинников. А потом с интересом вгляделся в водительское удостоверение мертвого приятеля. — Сука, да какой ты Алекс! — и прочитал чуть удивленно, — Ни Александр, ни Алексей, а Витя Кузякин? Витя, мать твою, Кузякин! Гребаный, Шрек! — не сдерживаясь, с оттягом, он несколько раз приложил лежащего здоровяка носком тяжелого берца, отчего босые ноги того беспомощно дернулись, — Ну и кто теперь, сука, дохлый⁈ Убив подельника, Дохлый дрожащими руками прикурил беломорину и выкурил ее в несколько затяжек. Огляделся, на всякий случай взял с заднего сиденья обрез двухстволки и проверил заряженные патроны — один крупная картечь, второй — серебряная дробь от всякой нечисти. Снова глянул на мертвого Шрека и покачал головой. — Ты говорил, что мой дар совершенно бесполезный, но кое-что вчера действительно пришло мне в голову. Оттащив разутое и раздетое тело Шрека-Кузякина в небольшую промоину, Дохлый наскоро забросал того еловыми ветками и, вырулив на дорогу, поехал в сторону Ягодного к новой своей жизни. ---------- Глава 5 Глава 5 Димка договорился по телефону с Бату, что его люди сами пригонят четыре десятка коней рано утром к Башне. Управляться с табуном никто не умел, поэтому он решил оседлать дюжину лошадей, а еще по две перегонщики возьмут позади на привязь. Их выходило как раз двенадцать человек с шестью красноармейцами Нефедова. Четырех коней Дмитрий решил оставить в Башне, для конного разъезда по заросшему кустарником и изрезанному оврагами берегу Чулыма и для обучения верховой езде бойцов Скифа из первого отряда. Ну да, только вчера с Черепом и Карате разговаривали о планах улучшения территории их высотки. Помимо бани и гаража на несколько машин, решили построить и конюшню. А северную часть решили расширить, сделав выход к реке и будущей пристани. Снова встал вопрос, как перевести лодку с Кети на Чулым — реку, протекающую через их город. — Да что тут придумаешь, — пожал плечами Карате, — либо большой прицеп искать и цеплять к грузовику, либо ждать, когда состав в Яр пойдет. — Думаешь, пойдет еще? — спросил его Ковалев. — Конечно, — убежденно кивнул Саня Черепанов, — карьер сегодня-завтра в обычном режиме заработает и уголь в Яр повезут. Пока у нас в промзоне лесопильный цех только восстанавливают, то брус и доску будут за уголь у белоярцев брать. Точно говорю — через неделю, максимум две, состав в Яр пойдет. — Ну тогда легче, тогда можно с Василичем договориться и поездом лодку увезти. — решил Димка. — А ты слышал, что железнодорожники паровоз решили восстановить? — усмехнулся Николай, — Скоро на нем в Яр ездить станут. — Паровоз? — удивился Димка, — Откуда он тут? — В депо на долгой консервации стоял, на всякий случай. Вот и пришло его время — настал случай! Как там поручик Ржевский говорил — случаи, они разные бывают? — засмеялся Николай. — Да, может и правильно. — покачал головой Саня, — Кто знает, будет когда еще сообщение с большой землей налажено или нет? А уголь есть, да и дровами, я слышал, котел греть можно, бензин и соляру не тратить. Димка переглянулся с Николаем, и ему стало неловко перед другом, про временной сдвиг и магический переход он рассказал только Фирсову, ну и андроиды теперь еще были в курсе. «Нет, все равно придется Сане все рассказать, не дело, когда один друг в курсе от другого скрывать свой секрет. — решил Димка, — Вот перегоним коней, вместе повезем лодку к маяку, тогда и про переход в Кривляк ему расскажу. Да и инициировать его на малом алтаре нужно, получается, что у тех, кто в маяке инициацию прошел, очков вдвое больше прибавляется, как у тех, кто путь развития выбрал. Саня мой второй лучший друг, пусть он, как и Карате, ранг стража получит» Ковалев немного поразмышлял над маршрутом перегонки лошадей и отмел первоначальный план ехать через Белый Яр. Пусть машины сопровождения не будет, зато путь на треть короче выйдет, если по пересеченке через Аргат-Юл идти. Там у старых знакомых и заночевать можно. Вторая ночевка получалась в Степановке, но там большой сарай найти не проблема. А вот на открытой местности ночевать Димка опасался. Что делать, если ночью на табун нападет большая стая волков, да с волколаком вожаком? Пусть половина коней ему досталась даром, за провоз оружия монголу, но терять нужных в его землях коней он был не намерен, поэтому решил подстраховаться, выбрав населенные пункты для мест отдыха. Всего выходило три дня пути с двумя ночевками. Шестеро красноармейцев, Карате, Череп, Коста, Горо, Лотар и сам Ковалев. Помимо трехлинеек на время пути Димка раздал солдатам пистолеты ТТ, у которых в магазине из восьми патронов три первых было заряжено серебряной заговоренной пулей. Решил подстраховаться на случай встречи с какой-либо нечистью. Задачей первого дня было доехать до Аргат-Юла, что им удалось без всяких происшествий. По пути даже к погранцам в Комсомольск заглянули и заехали на бывшую институтскую заимку. Но сейчас дом пустовал, и Карате спросил у Димки: — Это строение тоже новому руководству отошло, или нет? — Не знаю, -сознался Ковалев,-нужно у Арсения Петровича поинтересоваться, а то, может, вовсе в воздухе зависло. Вроде как ничейная теперь. — Думаю, колледжу и новому руководству эта заимка нафиг не нужна. — хмыкнул Череп, — Можно этот домик нам к рукам прибрать. — А нам она зачем? — спросил Коста и Димке понравилось, что андроид не отделяет себя от их компании. — Я с Гусем общался, так говорит, тут на озере и рыбалка отличная и зверья в лесу валом. Можно сюда людей на активный отдых возить. Того же Гуся сюда обратно заселить сторожем и использовать заимку как маленькую туристическую базу. Тот же телефон с трассы сюда протянуть не проблема. — В сарае лодка хорошая стоит, сам видел. Можно приехать, да порыбачить как-нибудь. — согласился Димка. — Лучше уж семью какую поселить, Гусь алкаш тот еще. А так да, жалко заимку бросать, уж больно место хорошее — дом крепкий и баня есть. — поддержал Саню Карате, — Протелимся, так займет кто-нибудь из попаданцев или артель охотников к рукам приберет. Может, разгребем с делами немного, да сами на пару дней сюда завалимся? Так сказать, и отдохнем, и как свою собственность обозначим. — Только без баб, — кивнул Череп, — с ними какая рыбалка? Чисто мужским коллективом приедем. Можно еще Башку взять, всемером отдохнем культурно. «Ну, а что, мысль вроде неплохая. — подумал Димка, — действительно провести сюда телефон, самим отдыхать и городских возить. Ладно в Асино река рядом, а с Ягодного переселенцы сюда и на рыбалку поедут. Да и поохотиться не откажутся, есть люди, которые из Асино или Ягодного годами никуда не выезжают. А тут под охраной, да и вертикалку с патронами для охоты выдадим, так чего дичь не пострелять? Даже ходить далеко не нужно, на озере утка и гусь гнездятся и на зиму никуда не улетают теперь. Впрочем, и озеро не замерзает, можно с удочкой и спиннингом круглый год рыбалить. А пойдет дело, так еще одну избу поставить не проблема. Действительно база отдыха будет. Мда… а в целом идея интересная.» К вечеру были в Аргат-Юле. Вначале население встретило их настороженно — дюжина бойцов половина в сером камке, а половина вовсе в военной форме и буденовках со звездами. Но Николай Петрович, местный глава, узнав Димку, расплылся в улыбке. Он уже привозил им патроны для охоты и теперь снова дал бывшему председателю два десятка патронов двенадцатого калибра, не забыл отнести немного братьям и похожему на бурята дедку, которые помогли ему, когда он пешком вышел к их поселению после встречи с ведьмами хульдрами. Коней разместили в большом сарае, не забыв выставить сменный караул. Распределили народ на ночлег по ближним избам, сам Дмитрий с друзьями расположился в доме председателя, у которого было две пустые комнаты, так как сын с оказией уехал в Белый Яр за порохом и солью. Вечером он с друзьями пил чай вместе с председателем и интересовался местными новостями. — За патроны, Дмитрий, спасибо! Патроны еще дороже стали, да и нет их в продаже, — пожаловался Николай Петрович, — созвонился с администрацией Белого Яра, обещали несколько банок пороха продать, капсюлей, да пуль немного — ну хоть, что-то! Дробь сами льем, эт дело не хитрое. Еще и соль подорожала, мука тоже! — махнул он рукой в расстройстве. — Как связь с внешним миром пропала, так торгаши как с ума посходили, за все втридорога дерут! На следующий год сами думаем поля рожью и овсом засеять. Вручную как-нибудь обмолотим и перемелем, так хоть свой хлебушек будет, да коням корм. Что там говорят, навсегда теперь мы от мира отрезаны? — Да кто его знает? — пожал плечами Димка, — Но лучше к негативному варианту готовиться, чем на чудо надеяться. — А лошадку нам не продадите? — закинул удочку председатель, — Теперь и с бензином перебои, так что, думаю, на лошадях по весне пахать будем, а у нас их в селе только три осталсоь. Одну месяц назад мутант задрал, черти его дери! — Кто? — удивленно переспросил Черепанов. — Медведь-мутант у нас объявился. Убили уже! — махнул рукой Николай Петрович, — Вначале охотник пропал — Сенька рябой, потом кобеля здорового задрал ночью, а на следующую ночь сарай крепкий разломал и у Федоровых телушку, да лошадку разорвал. Павел в окно стрельнул, да не положил это пугало даже с двух пуль — больно здоров был. Вот покумекали с мужиками, да яму на краю деревни вырыли трехметровую с кольями внизу, жердями и дерном прикрыли, а поверху свинячьи потроха набросали. — В яму упал? — спросил Карате. — Упал, но добивали еще. Только с третьего выстрела помер, хоть и кольями наскрозь пробит был. — А с чего взяли, что мутант? — снова поинтересовался Череп. — Увидел бы сам, все вопросы отпали. — посмотрел на него председатель, — Лапы передние длинные, крепкие, да и морда больно страшна — клыки, что у тигра саблезубого с картинки. Точно мутант! «А ведь может, какое магическое животное? Может, пещерный медведь сюда из первозданного мира провалился, возможно, и кристалл с него выпал?» — подумал Димка и спросил: — И куда тело дели, и яма та где? — Так обратно землей закидали, вместе с трупом. Кто его есть станет, мутанта-то? Так что насчет коняшки, продашь? — Сейчас не продадим. Но спрошу у монголов, обещали еще продать. Но нам каждая лошадка со сбруей и седлом больше золотого червонца обошлась. — ответил Димка, умолчав о том, что с учетом возврата десяти обещанных автоматов каждая вдвое дешевле вышла. — Ого! — присвистнул председатель, но потом махнул рукой, — Всем миром-то потянем, может и двух лошадок с седлами возьмем. А то, я бы на мотоцикл свой сменял. — Хорошо, буду иметь вас ввиду. — пообещал Дмитрий, — И насчет мотоцикла подумаю. Из Аргат-Юла выехали рано, едва небо на востоке чуть засветлело. Было зябко и сыро и они надели куртки, а красноармейцы кутались в шинели. Кое-кто из них даже башлык повязал, натянув капюшон на голову. Димка помнил дорогу, но, отъехав от поселения с десяток километров, они взяли чуть левее, огибая по дуге взорванные развалины ведьм и каменный распадок, где Дмитрий видел схватку гигантской змеи с большой двухвостой кошкой, избегая ненужного риска и посчитав те места слишком опасными. Пару раз слышали далекий вой, но волки не показывались. Вопреки промозглому утру к обеду распогодилось. Совсем не по осеннему светило и припекало солнце, шинели и куртки вновь были сняты и приторочены позади к седлам. Периодически он выпускал вороненка и, слившись с его разумом, обозревал окрестности его глазами, но делал это скорее для тренировки, дорогу он знал и нужное направление чувствовал безошибочно. Когда, по его прикидкам, до Степановки осталось не больше десяти-пятнадцати километров, он почуял угрозу. Медное кольцо-сторожок сильно сжало палец, а через несколько минут из ближайшего перелеска к ним метнулось полдюжины темных силуэтов. — Призрачные псы! — узнав их, крикнул Димка и повернулся к красноармейцам, сдергивающих из-за спин трехлинейки, — Отставить винтовки, из пистолетов бейте! Захлопали выстрелы, но Димка видел, как после одного попадания даже серебряной пулей, которое скорее всего приводило к ранению, а не к смерти призрачной твари, псы исчезали, схлопывая за собой пространство и выпрыгивали из мини-порталов в нескольких метрах дальше. Наконец одна тварь темным комом покатилась по траве, визжа и бьясь в конвульсиях, но, сраженная еще одной пулей, затихла. Димка свалил еще одного пса, прежде чем услышал крик Лотара, которому приказал не слезать с коня. Пока они, спешившись, отстреливали стаю с фронта, пара призрачных псов, появившись на полсотни метров левее, принялись рвать одну из лошадок. Значит, шестерка псов лишь отвлекала внимание? — Вот же твари! — закричал Карате, садя по ним серебряной дробью из Моссберга. Визг, рычанье, испуганное ржание коней и грохот выстрелов! Наконец все стихло, собаки пропали, уйдя через порталы куда-то в подпространство, лишь билась в агонии раненная лошадь. — Может ей исцеляющее зелье влить? — предложил Череп, — Но рыжая лошадка, дернувшись еще несколько раз, затихла, только кровь продолжала слабеющими толчками выплескиваться на траву из разорванного клыками горла. — Вот же твари! — уже тихо и с горечью повторил Карате. Димка обошел трех убитых псов и собрал только ему видимые дымчатые кристаллы. Коняшку, конечно, было жаль, но в накладе они не остались — целых три дымчатых кристалла, которые можно преобразовать в магический порошок с помощью алтаря. До эпицентра было еще далеко и тут не выскакивали сообщения системы, а сам Димка не знал, какие органы убитых тварей были востребованы магами, но на всякий случай вырезал у них глаза и языки, сложив это в короб охотника, надеясь продать их при следующей торговой сессии. Скрепя сердце и чуть придушив жабу, раздал красноармейцам еще дорогих заговоренных патронов, велев дозарядить пистолеты. Оставив труп лошади позади, они продолжили путь. Через некоторое время Димка обернулся, привстал на стременах и, активировав острое зрение увидел, как еще теплый труп пожирают вновь появившиеся темные твари. В Степановке останавливаться на ночевку не стали, отряд переправился прямо на конях по немного прогретой за день Кети и расположился в одном из заброшенных домов Максимкиной Пристани, загнав коней в ограду, где еще стоял плетеный из ивняка забор. Сам же Дмитрий переправляться не стал, а прошел до аэродрома, совершил скачок из комнаты диспетчера в дом сквайра, но долго не задержался, лишь предупредил Филиппа, что бы тот подготовил небольшую лодку и телегу для ее транспортировки. Все же он решил обследовать островок и найти магическую руну, не откладывая это в долгий ящик. Вернувшись, дошел до реки, разделся, примостил одежду и оружие на широкую доску, прогрелся за счет энергии маны и, не медля далее, кинулся в воду и переплыл небольшую реку вплавь. На берегу его ждали Лотар, Карате и Горо с сухим полотенцем, штанами и курткой. Ему было хорошо, будто спортивный заплыв совершил — освежился, взбодрился и согрелся, растерев тело до красна полотенцем. — В поместье отдохнем ночь, а утром к маяку отправимся. Готовы? — спросил он друзей. — Жопа, конечно, уже как камень, но что поделать, раз надо так надо! — за всех, криво усмехнувшись, ответил Николай. — Ничего, обратно телепортом прыгнем. — пообещал Димка, но потом сообразил, что лошадей телепортом не перекинешь и всем придется возвращаться на конях, но промолчал. Вначале, Димка хотел взять с собой только Косту и Николая, но, поразмыслив, решил ехать те же составом, то есть вшестером. С берега до острова всего метров сто, так что хоть огнем поддержат, если что. Да и мало ли, вдруг пушки ворочать помощь потребуется. Лодку Дмитрий планировал оставить в бухте возле маяка, а вот пушки по возможности увезти с собой. Планировал глянуть на них вблизи, снять с корабля и переправить в маяк. И чтобы не тянуть по полям и перелескам груженную телегу, пушки планировал сам перенести через переход. Он был вдвое сильнее обычного, даже занимающегося спортом человека и небольшую пушку поднять должен, поэтому планировал перенести их по одной через печать перехода. Он уже представил, как несколько таких орудий установит в новой крепостице, полностью перекрывая реку и подступы к холму. «Ну да, из такой картечью жахнуть — мало не покажется! Уметь бы еще. — думал Дмитрий, — Хотя, в теории мы знаем, как из таких стрелять, может, и на практике, поэкспериментировав с пороховой навеской, быстро освоим ремесло канонира» Ночью снова слышали волчий вой, но на той стороне реки, где-то со стороны Степановки. «Может, та же самая стая со знакомым уже белым волколаком вожаком?» — подумал Димка. Ночь прошла спокойно, а вот утром, едва они на несколько километров отъехали от заброшенной деревушки, наткнулись на крупный отряд всадников. Хорошо, что они выехали из густого перелеска, увидели две дюжины одетых в черное всадников издалека, а не вылетели на них неожиданно. — Это фатхарцы! — узнал их Димка, — Давайте назад, из-за стволов деревьев стрелять сподручнее. Степняки, увидев, что отряд повернул назад, подумали, что, испугавшись, те бросились наутек. Но когда с гиканьем и улюлюканьями они приблизились к деревьям на сотню метров, по ним открыли огонь из винтовок и автоматов. Димка специально попросил всех бить прицельно в верхнюю часть туловища, чтобы кони остались живы и можно было взять трофей. Но получив мощный отпор, степняки подхватили под уздцы лошадей, всадники которых были ранены или убиты, и сами пустились наутек. — Отработали, как в тире, — хмыкнул Коста, — но вот с трофейными конями нас эти дикари побрили. Нужно было ближе подпустить и расстрелять всех! — А ведь повезло, что они нас в Максимкиной Пристани ночью не прижали. Говорят, вблизи они хорошо из луков бьют. Ладно, у нас амулеты защитные, а вот кони бы пострадали. Преследовать степняков ни у кого желания не возникло, не им тягаться в навыках верховой езды с выросшими в седле степняками. Просто сели на коней и продолжили свой путь, но на всякий случай, чтобы их не застали врасплох, Димка снова выпустил в небо вороненка и осмотрел все на несколько километров вперед. Димка не повел отряд обычной, но дальней дорогой, а, вспомнив свой путь с едущим в Варгион караваном из нескольких телег, они поехали по короткой дороге. Но, немного не доезжая города, ушли вправо и через пяток километров выехали на знакомый староимперский тракт. В поместье их уже ждали, протопили баню и накрыли стол. Димка отпустил красных бойцов домой, как и обещав, выделив им шесть лошадок с седлами. Остальных распределил так — трех самых неказистых передал для сельхозработ и грузоперевозок товара в город. Еще полдюжины пойдут на заставу для конного разъезда. Остальные два десятка пока оставил у Фила, но планировал до холодов, если так можно было назвать температуру чуть ниже ноля, поставить коней в новую, большую конюшню, как основу для баронской гвардии. Конных гвардейцев Димка планировал набрать из местных воинов, обучить и вооружить карабинами со складным штыком, которые передал ему Бату. Было уже несколько кандидатов, Гая планировал сделать лейтенантом и командиром будущей гвардии. Попарившись в баньке, они сидели во дворе расстроившейся усадьбы Филиппа, где Карате и Череп по очереди затягивались раскуренной трубочкой, взяв запасную у Логунова. Сам зельевар тоже вышел покурить перед сном. — Дмитрий, нам бы с Эмериком на алтаре поработать. — сказал зельевар, — Некоторые порошки и зелья только с помощью алтаря сделать можно, а ты свой увез. — Сергеич, давай так — через три-четыре дня к маяку сходим и вернемся, так я за тобой приду и вас с Эмериком переходом заберу в Асино. Хоть целый день там с алтарем работайте. -пообещал Димка Логунову, — А вообще, как мастера ранг получу, обещаю, Сергеич, буду вам свитки перехода изготавливать, чтобы сами когда нужно в Асино переходили. Я бы алтарь обратно привез, но он Ивану нужен, да и с новым руководством бывшего института пока ничего не ясно, но те тоже алтарь требуют. — Определимся. — кивнул Логунов, выбивая о деревянные ступеньки крыльца трубку и добавил, — В Варгионе снова амулеты и свитки подорожали, а еще поговаривают, что к северу от города пришлых, после последней бури опять что-то появилось. То ли поселок дикарей, то ли укрепленный лагерь. Толком никто не знает, только языками чешут. Наши на базар посуду да черепицу возили, вот там слышали. Может, вовсе все вранье! — махнул он рукой. — Пошли спать, — позевывая, сказал друзьям Ковалев, — утром снова в седло, и два дня пути. ---------- Глава 6 Глава 6 Не успели разойтись по комнатам, как услышали конское ржание за воротами и дежурные стражники объявили, что прискакали два всадника, но не из города, а с противоположной стороны. Оказалось, что это посланники двух лордов — лорда Вальгурда и лорда Винтрея. Лорды через посланцев на словах сообщали о безвластии на бывших землях барона Сейла и просили дозволения у Ковалева приехать с визитом, чтобы засвидетельствовать свое почтение и принести присягу вассала. — Ясно, как припекло, так защиты ищут. — сказал Карате, когда Димка перевел ему слова посланца, — Ну и что делать думаешь? — Да откуда знаю? — пожал плечами Дмитрий, — Послушаем, что феодалы предложат. Помню только, что их феоды к приграничной крепости барона ближние. «Получается, люди с юга могут приходить в земли вардов в двух местах — огибая Бескарский лес с запада или с востока. — размышлял Димка, — Западный проход через Максимкину Пристань, как раз ближе к поместью Филиппа и новой заставе, а вот восточный ранее перекрывала приграничная крепость кровавого барона. Теперь угроза китайских бандитов реальна и как бы, не пришлось эту пограничную крепость восстанавливать.» Дмитрий, выслушав посланцев, дал свое согласие встретиться с их господами. Приказал покормить, выделить место для отдыха и обиходить лошадей, чтобы утром слуги лордов могли выехать обратно с доброй вестью. Пообщавшись с воинами лордов еще немного, он понял, что из семи феодалов после смуты и войны, затеянной магистром, в живых осталось лишь четверо. Но один из них сейчас ранен в стычке с бандитами, а от второго, который окормлял самый дальний к северу феод и примкнул со своей дружиной к мятежному войску магистра, с конца лета нет никаких вестей. Земли их хозяев так же терроризируют мелкие банды всяких проходимцев, а так же в бывших землях барона Сейла видели узкоглазых людей, что пришли с другого берега реки и некоторые из них были вооружены громовым оружием. «Скорее всего, те же китайские хунхузы грабят хутора и без того бедных крестьян. Ладно, через несколько дней встречусь с лордами и тогда вместе подумаем, как жить дальше.» — решил Дмитрий. Утром выехали одновременно с воинами посланцами лордов. Семеро конных и телега с проконопаченной и просмоленной небольшой лодкой — подумав, Димка взял с собой еще и Гая, чтобы будущий офицер его гвардии прошел инициацию на алтаре маяка, избрав путь развития. Возницы в телеге не было, и Гай пристегнул к сбруе своего коня пару лошадок, тянущих телегу. Ехал впереди в качестве форейтора, выбирая дорогу. Когда проезжали мимо поселения попаданцев, к ним уже на конях выехал Захаров и Нефедов. Дмитрий поговорил с ними, принял устную благодарность за лошадок. Рассказал им про нападения китайских бандитов не только на поселок монголов и бурят, но и на бывшие земли барона Сейла. Захаров в свою очередь заверил, что бойцы отряда красных стрелков готовы в любой момент оказать поддержку в отражении этих набегов. «Военная помощь это хорошо, но мне бы твоих бойцов на постоянной основе в крепости посадить. Пока в достраивающуюся заставу, а там, может, мой старый замок обживем как дозорный пункт, да и с крепостью барона будем с лордами что-то думать. Туда бы тоже, кроме арбалетчиков да лучников, хоть десяток карабинеров посадить. А лучше парой автоматчиков их усилить или пулеметчиком. Вот только где деньги на оплату брать? Охотиться и продавать части тел магических животных, да свитки на продажу изготавливать? Мой главный козырь — трансмутацию серебра в золото система отняла.» Почти сотня переселенцев не сидела, сложа руки. Часть хутора уже была обнесена частоколом, сколочены три временных барака, несколько бань, сараев и конюшня. А еще Димке было хорошо видно две дозорных вышки, одна у староимперского тракта, вторая на дальнем конце хутора, метрах в ста от леса. Недалеко от первой вышки, на месте выхода из подземных пещер, сложена изба, в которой находился суточный караул. Что же — толково! Дежурившие бойцы могли быстро спуститься в подвал и незамеченными перейти по подземному ходу на заставу в случае такой необходимости или принять отсупающих в случае осады заставы превосходящими силами. Всем увиденным Ковалев остался доволен и еще некоторое время обсуждал с друзьями изменения на хуторе новых поселенцев. Далее дорога шла через небольшой лес по берегу озера. Часа через два выехали на открытую местность, изредка рассекаемую длинными перелесками, еще через пару часов вдали показался сгоревший хутор, тот самый, что захватил и сжег ныне покойный Дариан. Дорогу Дмитрий помнил и надеялся до темноты добраться до старой гостиницы, из которой он несколько месяцев назад вывел людей в поместье Филиппа и которую помнил по схватке с вампиром. «Черт, а ведь в связи со всем навалившимся за последнее время на меня лично и на всех жителей Радиуса совсем забыл про летающую тварь Милену. -вспомнил про сильную проклятую Дмитрий, — Я даже не пытался выяснить, где она обосновалась!» Несколько раз приходилось спешиваться и толкать телегу через промоины и небольшие ручьи, но в целом путь был спокойным. К вечеру они добрались до заброшенной гостиницы. Вопреки опасениям, что в брошенном доме могла обосноваться какая-нибудь нечисть, гостиница была пуста. Разместили коней в конюшне, по-быстрому растопили одну из печей и сварганили горячую похлебку. Распределили время ночного дежурства и легли спать. От гостиницы до маяка, по прикидкам Дмитрия, было не более двух десятков километров, а скорее, километров семнадцать, поэтому не торопились. Вначале позавтракали, потом Ковалев осмотрел часть пути с помощью своего пернатого питомца и только тогда пустились в дорогу. Добравшись до места, первым делом Димка, как старший страж малого алтаря, провел инициацию остальных друзей, для того чтобы им шли двойные бонусы и очки от системы, как выбравшим путь развития. Провернулись медные шестерни, заработал механизм крутящегося фонаря, сама собой зажглась лампа и снова, описав несколько окружностей, зеленоватый луч замер точно в направлении, откуда прибыли друзья. «Эх, знать бы еще, где заканчивается имеющий своим началом маяк, вектор магическо-энергетического луча? И знать бы, что может он принести сюда, открыв портал между одной из параллелей чужого мира?» — подумал Ковалев. После отдохнули, подкрепились сухим пайком и травяным отваром из фляг и занялись спуском лодки на воду. Дмитрий с Костой и Горо поплыли на лодке к острову, остальные шли по высокому, каменистому берегу. Андроида Димка не взял в лодку, вооруженный снайперкой он был серьезной огневой поддержкой с берега. После того, как Черепанов, скорее с испуга, выстрелил вынырнувшей рядом с лодкой русалке в голову, хищные твари близко не подплывали. Когда вышли на берег, вытащив на песок лодку, Карате кивнул на корабль с одной упавшей и одной покосившейся мачтой. — Две мачты, бригантина, наверное? — Да кто знает, — пожал плечами Саня, — может, бриг или шлюп, все равно мы в этом не разбираемся. Корабль был однопалубный, небольшой — метров двадцати в длину, с кормовой надстройкой на пару тесных кают. Узкий трап, спущенный на берег, подгнил и просел, по нему подниматься на палубу не решились. Борт возвышался всего чуть более двух метров над песчаным берегом и Карате подсадил Димку, который, подпрыгнув и схватившись за край борта, вскарабкался наверх. Привязал захваченную с маяка веревочную лестницу, по которой на палубу забрались и его друзья. Первым делом заглянули в открытый люк трюма, но трюм был пуст и наполовину заполнен водой. А вот в каютах нашли пару хороших тесаков и старую подзорную трубу в капитанском рундуке. Еще кое-какую одежду, полусгнившую и от влаги покрытую плесенью. Но Димку больше заботило состояние пушек. Проверили, все четыре небольших орудия были целы, только покрыты зеленой патиной. Примерно с метр длиной, небольшого калибра и веса, в каждом не более шестидесяти килограмм — вполне реально самому перетащить их через портал и вернуться в поместье налегке. Сняли все четыре пушки с корабля и пока положили рядком на песок, готовыми к транспортировке. Теперь их задачей было найти магическую руну. Отправились к белой скале и темневшему зеву пещеры или грота. Уже по дороге наткнулись на несколько трупов, принадлежавших предположительно морякам с корабля, сгнившим до состояния скелетов. В руках некоторых было оружие и казалось, что они с кем-то сражались перед смертью. Кругом все так же царила тишина, но было ощущение, что кто-то недобрым глазом наблюдает за ними, да и медное кольцо сжимало палец, вновь сигнализируя Дмитрию об опасности. На входе в пещеру были выдолблены ступени, на которых лежало еще несколько мертвецов. Димка заглянул в пещеру, действительно, оказавшуюся скорее небольшим гротом. На белом, грубо вырубленном пьедестале лежал переливающийся сине-зелеными сполохами камень размером с ладонь, с вырезанной на нем руной «даг». «Рунный камень улучшения» — так определила его название система. Последний мертвец протягивал к нему руку, почти касаясь рунного камня, но кто-то вогнал ему большой кинжал промеж лопаток, не дав воспользоваться артефактом. То ли команда передралась, увидев редкую находку, то ли кто-то еще напал на них. Но тогда почему не забрал камень? Крики его товарищей прервали размышления. Не успел Димка выбежать из грота наружу, как с берега хлестко выстрелил Тигр андроида, а потом и Череп несколько раз выстрелил одиночными из автомата. Вначале то, что он увидел, показалось ему большим крабом, вылезшим из воды, но уже через секунду Димка понял, что это мощное туловище человекообразного существа с ногами осьминога, шустро перебирая которыми, он выполз из морской пучины на берег. В руке это существо держало несколько крупных костяных дротиков. Магическое существо гигантский тритон - тут же отозвалась система. Димка, даже без привлечения истинного зрения, видел, что мощная энергетическая броня защищает эту трехметровую тварь и пули попросту рикошетят, не достигая цели. Тритон, совсем как русалка, оскалился большой пастью, усеянной острыми зубами и издал трубный звук, а потом, размахнувшись, запустил один из своих дротиков в Черепа. Защитный амулет, заряженный под горлышко, сработал как надо и костяное копьецо с зеленоватым сполохом отлетело от Саниной груди, не пробив даже куртки, но вот удар парень ощутил. От сильной отдачи энергетического щита он отлетел назад, выронив свой автомат и захрипел, пытаясь вдохнуть воздух в отбитую грудь. «Это с какой же силой тритон метнул свой дротик, что удар был сильнее попавшей пули?» — мелькнуло в голове Ковалева, но он тут же сообразил, что в метательное оружие морской твари, как в амулеты закачана магическая энергия, но не статическая, а имеющая разрушительную основу. «Эдак он с двух попаданий любой амулет разрядит!» — Колян, тащи Саню сюда! — крикнул он здоровяку, вскидывая свое оружие. Прямое попадание из снайперки, пробивающее любой бронежилет, лишь на десяток секунд замедлило морскую тварь. Димка увидел, как издавший трубный рев тритон быстро восстановился и вновь пошел в атаку, сжимая в руке костяной дротик. Еще он заметил, что на его мощной груди висит ожерелье из красных кораллов, которое просто пульсирует, выделяя подпитывающую тритона энергию. На ум пришла праматерь лесных ведьм, которая с помощью полубожественного амулета восстанавливалась даже от магических пуль их крупнокалиберных револьверов. Проверяя свою теорию Димка рванул из кобуры револьвер и выстрелил в тритона. Хоть расстояние было не менее пятидесяти метров пуля разворотила грудь и заставила осесть на песок морскую тварь, но уже через несколько секунд рана стала затягиваться, вытягивая энергию для восстановления из мощного артефакта. Димка потянул из-за спины свой полуторник. Его навык охотника на магических существ получал пятьдесят процентов убойной силы при схватке с помощью Фирнивара, да и близость малого алтаря насыщала его энергией не хуже магического амулета висевшего на груди тритона. «Айвара с его бомбой тут нет, но шанс упускать не станем — попробуем поработать мечом!» Сунув пока револьвер в кобуру, он крепче сжал рукоять меча и шагнув вперед. Вот только два оставшихся костяных дротика в руке существа немного напрягали и Димка попросту решил подставиться, выступив живцом для его столь мощных копий. Сформировав плотный воздушный щит, Ковалев шагнул вперед, провоцируя соперника бросить дротик и не прогадал. Сначала один, потом второй снаряд полетел в него. Удар был сильным, но Димка устоял на ногах, хоть от ударов его отбросило почти на метр назад. — Саня, бери мою снайперку, Колян, ты одиночными стреляй и бейте в башку этой каракатице. Только меня не заденьте! — Димка, ты куда один-то⁈ — отозвался Карате, но Ковалев только мотнул головой, не желая продолжать ненужный спор. Держа наготове клинок, приставным шагом приблизился к раскидавшему все свои дротики тритону, но тот с хищной ухмылкой пробубнил что-то и в его руках, буквально из ниоткуда появился трехметровый костяной трезубец. — Да ты прям колдун морской — дядька Черномор! — зло сплюнул Димка. Тут ему на помощь пришли друзья, загрохотали выстрелы и сразу две тяжелые снайперские пули со стальным сердечником на несколько секунд выбили морское существо из равновесия. Не успел тритон восполнить с помощью амулета свою энергетическую защиту, как следом прилетело несколько пулеметных пуль. Димка рванув вперед и что было силы первым сильным ударом меча отбил трезубец, а на контрзамахе отсек одну из ног-щупалец. Тритон взревел, из обрубка брызнула по-осьминожьи синяя, дымящаяся кровь. От нескольких ударов Димка увернулся, но стоило разъяренному чудовищу замереть, как снова загрохотали выстрелы, выбивая энергию и разрушая сформированную вокруг тела броню. Димка, поднырнув под руку и пролетевший над головой трезубец, отсек еще одну конечность и, перекувыркнувшись на песке, вскочив прямо под соперником, ткнул того длинным клинком куда-то вверх, откуда росли ноги, разрубая тугую плоть. Ковалева обдало синей дымящейся кровью и морская тварь, скорее инстинктивно, ощутив боль, откинула его, словно кеглю одной из своих упругих ног. — Живой? — крикнул ему Карате, но Дмитрий, лишь сплюнув кровь из разбитых губ, вскочил на ноги и успел отбить летящий в него трезубец. Вновь ушел с линии атаки перекатом и отбил руку с трезубцем, кажется, даже отсекая сопернику пару пальцев. Раненый тритон уже не был резв, как в начале схватки и, не теряя времени и преимущества, Димка, рванув Смит энд Вессон, дважды выстрелил в грудь и живот монстра, тут же выпустив револьвер из руки, перешел в атаку, угрожая тритону отточенным клинком Фирнивара. Не успели пробитые серебряными пулями раны затянуться, как третья нога отлетела прочь, а трезубец был выбит из раненой руки, зато между лопаток тритона почти по рукоять вошел серебряный серп. В последнем рывке раненое чудовище бросилось на Димку оскалившись, словно, за неимением оружия, желало разорвать того зубами. Время замедлилось от впрыснутого в кровь адреналина и Димка, уйдя влево, развернулся, уворачиваясь от его рук и сильным ударом отсек тритону голову. Толстые щупальца-ноги подогнулись и туша уже мертвого монстра рухнула на прибрежный песок. Десятки русалочьих голов в ту же минуту показались из воды и в каком-то ультразвуковом диапазоне затянули песнь скорби, от которой хотелось заткнуть уши и спрятаться. — Да что им, сволочам, нужно⁈ — зарычал Карате, оседая на песок и закрывая уши ладонями. — У меня сейчас из ушей кровь хлынет! — поддержал друга Черепанов. — Своего хозяина оплакивают. — ответил им Димка. Схватив голову тритона за какие-то длинные, гибкие наросты, росшие вместо волос, размахнувшись, зашвырнул ее подальше в море. После этого вой прекратился и хищные острозубые твари скрылись в воде. Порадовало, что за победу система расщедрилась не только большим радужным кристаллом, но и прибавила почти уровень опыта. До пятидесятого уровня и ранга мастера Дмитрию оставалось каких-то семь тысяч очков. За ранения монстра из огнестрельного оружия по нескольку тысяч очков опыта получили и Черепанов с Фирсовым. Еще система определила осьминожьи ноги-отростки, как используемые в магии части тела и, отрубив остальные пять, Дмитрий сложил их в короб охотника, пообещав за их продажу премию всем членам экспедиции. А вот трезубец и коралловое ожерелье-амулет разочаровали — использовать их было можно только на берегу моря или в морских битвах. Выходит, для Радиуса они были совершенно бесполезны и Димка оставил артефакты в комнате смотрителя маяка, решив продать при следующей торговой сессии. Забрав рунный камень, который он еще не решил, как использовать, ведь система в описании предложила на выбор — усилить магическую броню, либо его меч, либо превалирующий навык, то бишь усовершенствовать виденье, возведя навык практически в абсолют. Но пока Димка раздумывал, все же склоняясь к усилению и усовершенствованию своего главного навыка. Он планировал заняться этим позже, когда прибудет на маяк уже один, для проведения торговой сессии, сейчас же они занялись перетаскиванием и перевозкой на берег пушек с корабля, которые планировали успеть перевезти на берег до темноты. «Интересно, если усилить главный мой навык, то смогу, не напрягаясь, видеть суть вещей или например, чужие скрытые тайники и схроны?» — размышлял Дмитрий. Пятая пушка нашлась в трюме. Ее Саня увидел сквозь щель в обшивке. Пушка провалилась с палубы, воткнувшись в песок и жерло ее торчало на локоть из воды. Вытянули, прочистили, осмотрели — нигде трещин или сколов не было. Все пять пушек были в хорошем состоянии, хоть калибр их был мал — в ствол не пролазил и кулак взрослого мужчины. Но ядрами Димка стрелять был не намерен, а для картечи, наверное, калибр был не так важен. Еще бы с навеской порохового заряда разобраться. До темноты успели не только переправить в маяк пушки, но и развести костерок и снова по-быстрому заварить свежий чаек и сварганить кулеш из копченого мяса и крупы. Пока остальные готовили ужин, Димка при помощи Косты и Николая перетащил все пушки в поместье Филиппа и даже захватил большой, литров на пять, глиняный кувшин с холодным квасом, предложенный Вестой — женой молодого помещика. — Эх, лучше бы пивка холодного послали. — утер мокрые губы рукавом Карате, но, мотнув головой, потянулся, — Хотя, и так зашибись! Море, чайки, ветерок теплый. Если бы не эти зубастые твари в воде, то прям щас занырнул бы да поплескался. — Интересно, можно прокачаться, чтобы под водой все видеть и дышать? — спросил Черепанов, тоже отпив холодного квасу. — Зачем это тебе? — покосился на него Коля. — А вдруг в этой бухте еще много кораблей утонувших, да с сокровищами? — мечтательно хмыкнул Саня, — Ходи по дну и собирай золотые монеты и всякие ништяки. — Ага или за задницу такой тритон тебя там схватит, так даже на помощь позвать не сможешь! — скептически отнесся к таким мечтаниям Карате, — Лучше уж на подводной лодке дно исследовать или на научном батискафе. Решили не останавливаться на ночевку в пустой гостинице, а выйти еще затемно и постараться до ночи прибыть в поместье Фила. Дорогу они уже знали, ехали налегке, так что задача была вполне выполнимой. Но, выехав на кусок мощеной дороги, что шла мимо гостиницы и отъехав от нее на несколько километров, они сначала услышали пару пистолетных хлопков, а после, выехав из-за поворота, остановились пораженные увиденным — недалеко от дороги стояла белая с синей полосой гаишная шестерка, а возле нее кругами ходил хищник, в котором Димка опознал пещерного жесткогривого волка. — Оп-па, проверки на дорогах! — хохотнув, выдал Карате и повернулся к Димке, — А у нас на гужевой транспорт документов нет! ---------- Глава 7 Глава 7 Коста вскинул к плечу снайперку, а Димка потянулся к мечу, но зверь оказался то ли чересчур пугливым, то ли чересчур умным, он не бросился в атаку, а наоборот, увидев выруливших из-за поворота всадников, прыгнул к перелеску и, почти скрытый кустами и деревьями, потрусил в сторону каменистых холмов, где его первый раз видел Ковалев. Потенциальная добыча сбежала, унося магический кристалл и все с интересом стали разглядывать стоявшую в сотне метров от них гаишную машину. Заметив всадников, из машины вылезли два милиционера в серых куртках и синих ушанках, а вслед за ними какая-то женщина в ярком красно-белом пуховике. Подъехав ближе, Димка увидел, что мощеная камнем дорога здесь оканчивалась и машина, пролетев еще несколько метров по бездорожью, налетела на пенек упавшего дерева и теперь висит на нем передними колесами в воздухе. «Где мы?» и «Кто вы?» — эти вопросы гайцы задали почти одновременно. — Сами-то кто такие? — строго спросил Карате и милиционеры, переглянувшись и, видно, приняв вооруженных людей в сером камуфляже за военных, представились: — Старшина Иванов. — Лейтенант Петров. — Прикалываетесь, что ли? — хмыкнув, спросил Черепанов, с подозрением поглядев на обоих. — Нет, правда фамилии такие. — ответил летеха, смущенно кашлянув в кулак. Лейтенант был молод, на вид лет двадцати пяти, подтянут и худощав. Старшина напротив — усатый пузан, лет сорока пяти. Оба были вооружены табельными пистолетами. Старшину звали Сергеем, а молодого лейтенанта Андреем. — А это кто? — кивнул на девушку Карате. — Я Марина, Марина Овсянникова. — сама представилась рыжеволосая дама, лет тридцати с небольшим. Димка попытался в нескольких емких предложениях объяснить попаданцам, где они оказались. Были они из этой же параллели, потому как знали про Радиус, а значит, из этого же времени — из ноября 1993 года. — Так, а чего теперь? — как-то обреченно спросил старшина, — Обратной дороги, у нас выходит нет? Дмитрий развел руки и молча покачал головой. — Тут как в накачиваемом колесе — воздух через ниппель заходит, а обратно никак. Только если шина лопнет. Сказав такое, у Дмитрия промелькнула мысль — а возможен ли этот прорыв, чтобы не сюда люди, а отсюда? Или, например, этот клапан к чертовой матери полетит и два мира вновь сольются в один? — И куда мне теперь с товаром? Кому он тут нужен? — запричитала рыжеволосая Марина, пресекая его размышления. Как оказалось, гайцы за небольшую мзду перевозили коммерсантку с товаром от пригородной железнодорожной станции до дома, чтобы ту не ограбил местный рэкет, а Марина везла купленный в Москве товар у челнока из Польши — какую-то женскую обувку, косметику и два десятка блоков польской жвачки «Болек и Лелек». — Мадам, не переживайте так! Мы вам поможем с реализацией, — заверил ее Крате, явно подбивая клинья, — в накладе точно не останетесь. Слетев с внезапно кончившейся дороги, машина, пробив защиту, повредила двигатель, но железо и все стекла были целы. Люди тоже были целы, лишь летеха рассек лоб и теперь стоял, приложив платок к еще кровоточащей ссадине. Подумав, Димка решил снять с нее лишь колеса и аккумулятор, чтобы не пропадать добру и, не перегружая телегу, подвезти попавших в Радиус людей до поместья. — Так, что теперь делать-то? — уже в который раз тяжело вздыхая, спросил старшина Иванов, — Мне же до пенсии три года оставалось. А теперь что, заново обустраиваться? — Да не переживайте, люди и тут живут. Вы вон с оружием и в форме сразу, потому можно в милицию к Ленину… к Прокопенко Владимиру Ильичу пойти. Это начальника горотдела так зовут, -пояснял Карате, поехав рядом с телегой, -но ГАИ у нас нет, только патрульно-постовая и участковые, но там без дела не сидят — пахать надо. Крутиться, как белка в колесе — все ведь на них, и поножовщина, и грабежи с кражами, и патрулирование улиц. Да что вам милиция? В Асино и другой работы много, вон на промке большой лесопильный цех восстанавливают, скоро людей набирать будут. Или в охотничью артель можно, если охотники, или торговать на рынок. А чего? С личным оружием, вы сами себе охрана — выгодно. У нас же его не изымают, только номер в горотделе перепишут и владей! Вы что еще делать умеете? Усатый, совсем сникнув, просто покачал головой и сказал со вздохом: — Так-то шоферить после школы учился, водителем автобуса до армии полгода отработал. — и обреченно махнул рукой, — Ни кола, ни двора, кому мы тут нужны! — А я радиотехникум закончил, ну тоже до армии еще. — сказал Петров, — А после армейки по специальности не пошел, вот дядька в органы пристроил. — Радиотехникум? — заинтересовался Димка, прислушивающийся к разговору, — А в армии кем служил, радистом? — Ну да. — кивнул лейтенант. — Андрей, зачем тебе в Асино ехать? — хмыкнул Димка, — Мне на заставу радист нужен. В баронстве оставайтесь, жилье и питание гарантирую, ну и зарплата по местным меркам неплохая. Андрея радистом, и вам дело найдем. — уверенно кивнул Ковалев, — В той же караулке дежурить. — В баронстве? — переспросил лейтенант, — Тут что, средневековье или феодальный строй? — Есть и средневековье, есть и наша территория, сюда провалившаяся. -пожал плечами Димка, — Зато при деле будете, а захотите в Асино съездить или в Ягодное, так без проблем — в выходные перекину вас магическим телепортом. — А мне как быть? — подала голос Марина, — Мне тут свой товар продать можно? — Тут вряд ли. — покачал головой Николай, — Вам, Мариночка, как раз в Асино нужно, там проблем со сбытом не будет. Как и сказал, поможем и организуем вашу торговлю. — он подмигнул чуть зардевшейся девушке, — В обиду не дадим, даже с жильем поможем. Димка уже немного напрягся, подумав, что Карате, распушив перья перед незнакомкой, слетел с катушек и сейчас предложит ей жилье в их высотке, но Колян рассказал про знакомую тетушку, которая живет в частном доме и хочет сдать комнату одинокой девушке. — Вам, Марина, как раз подойдет. А как расторгуетесь, так свой дом или квартиру купите. — Ой, скажите тоже, свой дом! — отмахнулась рыженькая дама, но было видно, что слова Карате ее немного успокоили. Карате приотстал незаметно, кивнув, и Дмитрий подъехал к нему. — Ты их хочешь на своей заставе оставить? — спросил он Димку, имея ввиду двух попавших сюда гаишников. — Погляжу, пусть несколько дней вместе с артельщиками поработают и с Нефедовым их познакомлю, а там видно будет. — пожал плечами Ковалев, — Но радист-то мне и вправду позарез нужен. А что, сомнения на их счет какие? — Да нее, это я так. — неопределенно ответил Николай и продолжил, — Про машину их подумал, и мысль в голову пришла. Если там бросим, то местные рано или поздно ради железа и стекол всю ее раздербанят, уж лучше самим разобрать. — Предлагаешь, вернуться туда позже и на запчасти разобрать? — задумался Димка. — Да в этом и мысль. — кивнул Карате, — Я вот подумал, что бензы в Асино на несколько лет точно хватит, да и у нас запас теперь есть хороший. Поэтому машины еще долго востребованы будут, как и запчасти на них. — Ну это понятно, — вновь кивнул Димка соглашаясь с другом, — я же сказал — вернемся через пару дней и разберем шестерку гаишную. — Да не в этом дело. — лукаво улыбнулся Карате, — Тебе можно запчасти через переход таскать, а мы в Асино авторазбор откроем, типа бэушные машины покупаем. Лучше, конечно, русские — москвичи, да жиги. А так, практически любую машину восстановить сможем. Если для себя, а не кому-то. Например, у того же Красного на найденном Паджерике коробка передач, ну или что-то еще накрылось и все — хана! Авто, хоть на выброс. А мы ее в таком состоянии сможем дешево выкупить и восстановить. У моих тамошних знакомых как раз авторазбор японских машин, под заказ тебе любую запчасть достанут. — Ну ладно, по японским посмотрим еще в перспективе. А сейчас, ты предлагаешь открыть авторазбор русских машин? — посмотрел Димка на друга. — Ну типа авторазбор, чтобы не было вопросов, откуда мы запчасти достаем. Вот ту же шоху гаишную разберем и всем об этом расскажем. А машин и в Асино много, а в Ягодном у каждого второго переселенца автомобиль под жопой есть. Думаю, с клиентами проблем не будет, уже сейчас в очередь выстроятся. — Так есть же СТО в городе? — Есть, — кивнул Карате, — но сколько у них запчастей сейчас? Даже если был запас, то скоро закончится. — Ну хорошо, а кто самим ремонтом заниматься будет? Получается левого человека тоже брать нельзя, поймет со временем про запчасти. — У Черепа батя в машинах нормально сечет. — почесал затылок Коля, — Так-то можно спросить, может Валерий Константинович возьмется за это дело. — Ладно, — вздохнул Карате, — с Черепом переговорю, обрисую ситуацию, а он уже у отца спросит. «А возможно, Колян прав. — задумался Ковалев над предложением друга, — Машины в Радиусе еще очень долго ездить будут, даже если связь с внешним миром вовсе не восстановится. А вот запчасти, выходит, могу только я снаружи сюда таскать. Если, конечно, кто-то еще не научится двери во внешний мир отворять. Поэтому на ремонтах автомобилей можно хорошие деньги заработать, да и свои машины всегда в хорошем состоянии будут. И насчет авторазбора, идея отличная, будет прикрытие в случае вопроса — где это вы запчасти для ремонта взяли? Притащим туда пару жигулей, да уазиков для вида. Ладно, если отец Саньки заинтересуется открытием СТО, то откладывать в долгий ящик не станем — провентилируем тему.» Перед тем как уйти переходом, Димка еще с полчаса переговорил с провалившимися в Радиус гаишниками. И из разговора понял, что во внешнем мире уже началась выдача ваучеров. Поинтересовался он и про фирму Мавроди, но сотрудники заверили, что пункты обмена работают все так же, цена на акции и билеты МММ неизменно растет, а по телевизору крутят рекламу про партнера Леню Голубкова и сапоги для жены. Но Дмитрий трезво оценивал ситуацию с акциями и понимал — сколько веревочке не виться, а пирамида точно рухнет одномоментно, похоронив надежды тысяч соотечественников и вложенные в МММ деньги! — Что за приватизационные чеки такие? — переспросил его Карате, но Димка только махнул рукой. — Очередная афера! Государство, а вернее, новые хозяева страны ваучеры населению раздают. Создают видимость, что каждый гражданин свою долю в приватизации государственной собственности получит. Но, скажу так — это только видимость одна и игра в демократию, ширма, чтобы тем, кто власть захватил, распил страны было легче проводить. Может и хорошо, что сюда их завезти не успели, ваучеры эти. Вернувшись утром в Асино, и, с визгом и писком перетащив через магический переход рыжую Марину с товаром, Димка застал ждущего их в караулке надувшегося и явно чем-то расстроенного Леху. Сначала решил, что товарищ обиделся за то, что друзья не взяли его перегонять коней, но сам же вечно кряхтит в седле и ерзает уже через час. — О, Башка, ты то нам и нужен! — хлопнул его по плечу излишне горячо Коля, — Через твой киоск одной хорошей девушке товар продадим. — Че? -вроде как очнулся Башкатов. — Какой товар? — Не тупи, Леха, у вас же ларек звукозаписи, где вы не только кассетами, но и всякой шнягой торгуете, работает? Ну вот и поможете девушке. — Да нет киоска. — шмыгнул носом Башкатов, — Ну в смысле, у меня нет! — Так, рассказывай, страдалец, что опять учудил? — сел напротив него на стул Карате и приготовился внимательно слушать. Димка, заинтересовавшись ситуацией, тоже присел послушать рассказ друга. — Димка очкастый — черт по жизни! — эмоционально и весьма информативно начал свой рассказ Башкатов, — У нас же с ним, этот ларек пятьдесят на пятьдесят был. — он снова шмыгнул носом, — А я там редко появлялся, вот он все и ныл, что не помогаю и дела не очень идут. Просил долю мою выкупить, а сам с Гешей связался, ну помните, по пригороду они катались с видаком на его машине? Помогали мы еще козлам, когда их деревенские окучили! — Ну и? — поторопил его Коля. — Ну я согласился свою половину киоска продать. Да там и денег не так много было! — махнул Леха рукой, — Договорились, короче, а этот черт мне акциями «МММ» отдал. Говорит, нет других денег все мол в эти бумаги вложил. — Ну не брал бы! — дернул плечом Коля, — В чем проблема? — Да я уже документы подписал, — вздохнул Башкатов, — получается, или акции эти бери, или хрен когда вообще что-то получишь! Да и деньги сейчас бумажные с каждым днем обесцениваются, куда они мне, если он через несколько месяцев той же суммой рассчитается? — А чего в баксах цену не определили? — спросил Карате, на что Башкатов лишь засопел сильнее. — Так, я не понял, — уже спросил Алексея Ковалев, — что МММ уже развалилась? — Да откуда, я знаю? — пожал плечами Алексей, — Третью неделю новостей никаких, а пункт обмена прикрыли через несколько дней после того, как дымчатый купол слетел и совсем связь с «большой землей» потерялась. Че бы мне, этот черт очкастый эти бумажки сунул? — снова стал закипать Леха, — Мудаки они со своим Гешей. Спелись! Мол, прибыль маленькая, а сами там вдвоем теперь торгуют и записями, и товаром, и даже баксы скупают — объявление недавно вывесили! — Короче, скинули тебя с хвоста Леха, как балласт лишний! — криво усмехнулся Николай, — Говорил же тебе, что одной жопой на двух стульях не усидишь! На хрена ты им нужен, если они торгуют, а ты только денежки получать хотел? И что, ты теперь от нас ждешь, друг сердешный, что мы побежим и плохих мальчиков поколотим, а они тебе денежек дадут? Принесут на тарелочке с золотой каемочкой? — Да ниче мне, нафиг, не надо! — буркнул Башкатов снова засопев, — Ни от них, ни от вас! — Ладно, не кипятись, горячий финский парень! — попытался успокоить его Димка, — Давай сюда свои акции, может в Ягодном их еще меняют? — Нее, я узнавал, — совсем скис горе-коммерсант, — в Ягодном тоже пункт продажи билетов закрыли. Как народ их массово продавать понес, так и прикрыли лавочку. — Ну я же вам всем говорил, предупреждал, чтобы не встряли с этими бумажками! — попенял ему Ковалев. — Да это все Очкастый! — буркнул Алексей, — Он их скупал, когда выгодно было. Так-то цена каждую неделю поднималась. А тут, как связь с внешним миром пропала, так куда их? Посыпалось все. Вот народ и стал от бумажек избавляться, а этот чертила со мной ими рассчитался! — Не, ну так-то он явно не прав! — покачал головой Карате, — Если объективно посмотреть, то попросту своего компаньона через буй кинул. Может, съездим, нагнем этих барыг? Проведем экспроприацию экспроприированного? — Погоди, Коля, — незаметно подмигнул ему Димка, — сколько сейчас эти билеты стоят, совсем не продать? — Продать-то можно, — снова вздохнул Алексей, — в Ягодном, их еще кое-кто покупает и даже побольше дают, чем у нас, но все одно в несколько раз меньше, чем они еще две недели назад стоили! — Леха, давай так, — сказал Димка Башкатову, — я попробую через администрацию узнать, может, в Белом Яру или в Тегульдете пункты еще работают. Если нет, то порешаем с твоими деньгами, в обиду не дадим! Колян, а ты Марине помочь продать товар в другом месте можешь? — Да с этим-то как раз проблем нет! Через рынок даже быстрее товар уйдет. — кивнул Карате на Леху, — Этому кадру просто хотел заработать дать, через их ларек все сбывая. Когда немного приободренный его обещанием Башкатов ушел, Димка сказал Николаю: — Сегодня Косту нужно за Радиус выводить, чтобы успел с Айваром насчет своих собратьев связаться, вот ему их и отдадим. — потряс он пачкой акций в руке, — Ты ему контакт со своими знакомыми парнями дай, чтобы тоже канал связи установил, может, через них и скинет. — Добро! — кивнул Коля и лицо его озарила лукавая ухмылка, — Слушай, братан, так если эти билеты там в цене, тут мы их за копейки скупать можем? Это же еще одна схема рабочая! — Не говори гоп, Коля, не говори гоп! — поднял вверх указательный палец Димка, но тоже усмехнулся, — Если выгорит, то реально на этом деньжат поднимем! Дмитрий перевел Косту через маяк в дом бывшего лесника. Но перед отправкой андроида его в хорошем смысле удивил Николай. Он вывалил перед Димкой на стол несколько перетянутых резинками денежных пачек. — Вот, деревянные с наших пирожковых и видеосалонов. Пока рубли тоже берем, но, думаю, скоро они, как платежное средство вовсе на нет сойдут, только за серебро будем самогон продавать и кино показывать. — Да сколько там выйдет, с видеосалонов? — хмыкнул Димка. — Вот, зря ты так! — покачал головой Фирсов, — Мы в вип салоне в Востоке на серебро уже пару недель назад перешли. Так не поверишь — пятнадцать серебряных рублей чистой прибыли в день! По три сеанса, семь дней в неделю, без выходных и всегда зал полный, люди даже из Ягодного заранее билеты заказывают и смотреть кино приезжают. — Сколько — пятнадцать? Не думал, что так много получаться будет. — удивился Димка его словам. — Так вип зал — большой экран, стереозвук, кожаная мебель, столики, вино, закуски. Мужчины своим дамам романтик устраивают. Да и кино эксклюзив, только у нас такое крутят. Сам же помнишь, какую богатую видеотеку мы в высотке взяли? «Ну вот, а я все переживаю и голову ломаю, как первый боевой отряд содержать? — про себя усмехнулся Дмитрий, — Да его один видеосалон в Востоке прокормит. Девятьсот серебряных полтинников в месяц — целое состояние! У меня, примерно, столько же от захоронки Пантелея осталось! Опять же, рубли тут мало кто берет и их можно на той стороне реализовывать, пока в стране снова деньги не поменяли. А если с билетами МММ получится, то озолотимся в прямом смысле» — Коста, дойдешь до Ярцево, свяжешься с Айваром. Если он за тобой приехать не сможет, то сам доберешься, документы у тебя в порядке. Вот, тебе на всякий случай! — сунул Димка ему помимо русских денег еще и несколько долларовых бумажек. — До Красноярска доберешься, позвонишь по этому телефону, привет передашь от Николая Фирсова, но не говори им, что ты сам из Радиуса. Ну и по акциям Лехиным реши, если контора Мавроди еще не развалилась, а самого не арестовали, то продать их не проблема. Но наши деньги обратно не тащи, лучше баксами закупись или в товар какой вложи, в кофе хороший, например. Через Айвара постарайся законтачить с военными, может, удастся наладить поставки патронов. — инструктировал он андроида, — Передай ему, что всех андроидов я переведу, когда скажут, а вот с Ильей у Эрвина накладка вышла. Ну и как договорились — через пять дней я перейду в Кривляк к Матвеичу, если тебя еще не будет, то перейду на следующий день и далее. — Дмитрий, — положил руку на плечо парня андроид, — что ты мне, словно школьнику какому, жизни не нюхавшему, все разжевываешь? Разберусь по ходу пьесы, не пропаду! Не беспокойся, все сделаю. Надо будет, сам доберусь до Красноярска и обратно. Отправив Косту, Дмитрий перешел в поместье Филиппа и, как обещал, перевел в Асино Логунова со стариком травником, чтобы те поработали пару дней с его алтарем. В высотке караульный передал ему, что Фирсов просил позвонить в офис в Востоке. Димка сразу позвонил. Как оказалось, там же был и Черепанов, который уже переговорил со своим отцом по поводу открытия СТО, тот был согласен если парни сами займутся оформлением документов и выделят ему гараж. Договорились, что Саня съездит за отцом, пока Карате ездит за Дмитрием. — Что там у вас, совещание? — спросил Димка подъехавшего Николая. — Да новости есть. — вздохнул Карате, — Даже в Ягодное, Михе уже позвонил. Смирнов нас с Востока подвигает. — Вот, ни хрена себе припарки! — впечатлился Димка, — Все же с ним хорошо было, ладили раньше? — Да, не кипятись! — мотнул головой Карате, — Я поначалу тоже завелся, а потом подумал: что нам этот Восток? Ради подвала и директорского кабинета, где мы сейчас собираемся, бучу затевать — смысл? — Погоди, а ресторан ваш… наш, — поправил он сам себя, — видеосалон? Мы же туда только месяц назад кожаные диваны и новую аппаратуру из высотки перетащили? — Да видеосалон, тем более ресторан наш, никто не трогает. К Василичу с просьбой наш театр самодеятельности обратился, просят зал бывшего кинотеатра им отдать, чтобы там городской театр самодеятельности организовать. — Ну, а нам этот зал нужен? — спросил Ковалев, — Он же вроде пустой стоит? — Бывает используем, как склад, — кивнул Коля, — а так, да, пустой стоит. Просто смысл нам отапливать все помещение и генератор за свой счет гонять? Театр, хоть и городской, но на общественных началах, и за отопление, и за электроэнергию они платить не будут. Мебельный салон со второго этажа, мы убрали. Подпишем аренду зала, где видеосалон и первого этажа с фойе, где ресторан, а общий офис в здание детского сада перенесем — нам дешевле выйдет, если здание за городом останется. А в бывшем детском саду на первом этаже наш рынок, а второй полностью под офис заберем. Для Дарьи саниной кабинет выделим, пусть бухгалтерией занимается. Нам там будет в два раза просторнее, даже для охраны там комната есть. — А оттуда нас со временем не попрет администрация? — засомневался Ковалев. — Нет, это здание уже в нашей собственности, в отличие от Востока, да и переделали мы там многое. Чтобы обратно детский сад открыть, здание основательно перестраивать нужно. Не пойдет на такое Василич. Валерий Константинович, отец Сани Черепанова, был не высокого роста, но жилистым и с мозолистыми руками рабочего человека. Как оказалось, всего год назад, как железнодорожник, он в пятьдесят пять вышел на пенсию. Мать Сани, как бывший сотрудник госстраха, теперь тоже пребывала в состоянии безработной. Жили, можно сказать, натуральным хозяйством — сажали огород, держали кур и пару свинок. Да еще Валерий Константинович любил порыбачить с удочкой, но выходило у него неплохо и уловом он пару раз в неделю разнообразил семейное меню. Машины — его хобби и он частенько ремонтировал сам или помогал с ремонтом знакомым и соседям. — Жигуль, Москвич, переберу сам, даже с движком проблем не будет, а вот иномарки ваши не знаю. — мотнул он головой, — И как деньги колоть будем, я работаю — ваше помещение или помогать будете? — Нет, Валерий Константинович, — покачал головой Димка, — за работу все деньги ваши. Тут как хотите, или один работайте, или помощника возьмите. Наша прибыль с запчастей. Сами знаете, что сюда машины и люди проваливаются, — начал издалека Димка, — ну вот, одну машину мы нашли, только разобрать нужно. Жигули шестерка, кроме движка состояние отличное. Она не здесь и сюда мы ее не потащим, но какую запчасть нужно — снимем, без проблем. Ну и еще, парочка машин на примете есть. Обратится клиент — говорите по запчастям, если будут, то беретесь делать. — А с гаражом проблем нет, гараж большой на территории стадиона стоит. Прям на въезде. Мы его раньше под склад использовали, а теперь вовсе пустует. Туда, без проблем, два грузовика загнать можно, его же под автобус для спортсменов ставили. — А яма есть? Электричество? — спросил Санин батя. — Электричество есть, — кивнул Карате, — а яму можем выкопать — не проблема. — Значит, говорите от меня вложений никаких? — потеребил подбородок Константиныч и посмотрел на сына, — Ну так-то, интересное предложение. Только вот не пойму, вам-то какая прибыль, если все деньги за ремонт я буду себе забирать? — Бать, ну сказали же пацаны, что на запчасти будут свое накручивать. Тут все одно других не достать. И чего раздумывать, сам же сидел кряхтел, что с пенсией тебя кинули и подработку искать будешь? — Ну да, есть такое дело. — согласился отец, — И не одного меня с пенсиями кинули, то не платили последние два месяца, то вовсе все сообщение с внешним миром пропало и не ясно, что дальше будет. — Все пенсионеры в Радиусе пострадали, есть такое! -кивнул Карате, — Нам вон тоже только одну зарплату, как тренерам-бюджетникам, выплатить успели, теперь сами крутимся. — Ну у вас-то бизнес, а мы выживай как кто умеет! — Ничего, продержимся как-нибудь. Смирнов обещал всем пенсионерам Асино и Ягодного продовольственные пакеты раз в месяц, если связь с большой землей не восстановится. Еще уголь, дрова и электричество в половину цены. — Это с каких щедрот, такие привилегии? — удивился Константиныч. — А вот, как раз за счет бизнеса, батя. С нас будут налоги брать и вам немного компенсировать за уголь и электричество. — развел руками Череп, — Ну так как, согласный свое СТО открыть? — Согласный, чего там! — махнул рукой его отец, — Но только русские ремонтировать буду, пока за иномарки не возьмусь. — Все как сами решите, да на иномарки у нас и запчастей пока нету. — успокоил его Николай. ---------- Глава 8 Глава 8 В Ягодном Дохлому понравилось — тут работало все, и гостиница, и видеосалон, и масса мелких забегаловок и кафешек, и магазинчики с рынками шумели продавцами и многочисленными покупателями — все крутилось и переливалось яркими красками насыщенной жизни. Даже,водители, таксующие на своих авто, часто встречались в оживленных местах. За последние годы, когда в Радиус потек ручеек переселенцев по здоровью, поселок увеличился втрое и, по правде говоря, населением уже давно не уступал городу. Все потому, что первые годы, боясь прибывающих сюда тяжелобольных, власти Асино запрещали им покидать Ягодное в течение года, установив таким образом длительный карантин. А прижившись в Ягодном, проведя тут год и больше, выздоровевшие люди уже не спешили переезжать, меняя шило на мыло. Серый и тихий Тегульдет на фоне Ягодного был действительно мрачным захолустьем. Ну да, там каждый второй бывший зека, оказавшийся здесь без копейки денег, которому, считай, пожизненное впаяли, хоть и назвали такую ссылку «жизнью с чистого листа». А тут тоже почти новая жизнь, но уже двое из трех жителей Ягодного — переселенцы по здоровью, которым при помощи магического эфира удалось побороть свой недуг. Там бедность, тут веселье и достаток! Пусть достаток напускной и не для всех, но он есть. И Дохлый твердо решил заработать столько денег, чтобы со временем обосноваться в Ягодном в числе тех, кто, ни в чем себе не отказывая, вкушает плоды этого достатка. Вот только дома тут стоили целое состояние и отдавать большую часть своих монет и монет, доставшихся ему от Шрека, Дохлый был не намерен. Пока не намерен. Зачем тратить последнее, если возле серых земель много поселков стоят заброшенными? Тот же Латат, через который раньше заезжало больше всего переселенцев, сейчас никому не нужен. Там даже областная администрация таможенный пункт контроля за поступающими в Радиус товарами открывала, но проработал тот недолго. И сейчас дом, расположенный возле дороги, всего метрах в ста от серой зоны межмирья, стоял пустым, но вполне пригодным для жилья. Первым делом Дохлый решил еще раз проверить свой новый дар и появившуюся в связи с этим теорию. Он решил совершать вылазки в эти серые земли, что простирались теперь за границей Радиуса. Примерно неделю назад, когда только слетел дымчатый купол, им по делу колдуна пришлось вдвоем с Кузякиным — Шреком скататься до приграничной деревушки. Там Дохлый первый раз проверил себя на выносливость, подтверждая наличие полученной после бури силы и свою догадку. Там Саша и предложил своему дружку обследовать видневшийся вдали дом. На машине заехать в серую зону не вышло, она заглохла, проехав всего метров десять, и они вдвоем вытолкали ее обратно. Дохлый прошел по серой зоне около полукилометра, может, чуть меньше. А вот его здоровяк-дружок не одолел и половины этого расстояния. После первых ста метров его начало пошатывать, еще через сотню несколько раз вывернуло, выплеснув из желудка весь завтрак и вдобавок пошла носом кровь. А вот Дохлый чувствовал себя сносно, ну по сравнению со Шреком, конечно — головокружение ощущал и он. Когда Шрек сказал — «ну его нахер, такие прогулки!» и повернул назад, Дохлый прошел еще метров двести и только тогда у него сдавило голову словно металлическим обручем. Он стал ощущать нехватку внутренней силы, что понемногу тянул из сгустка внутри себя. Пройдя еще три десятка шагов, ощутил и у себя во рту металлический привкус и сильную тошноту. Только тогда он повернул назад, но все равно чувствовал себя победителем в этом нечаянном соревновании. Шрек же, показав слабость, еще больше злился и доводил своего подельника тупыми шутками и подколками, видно, компенсируя свою беспомощность за пределами Радиуса. Уже потом, задавая некроманту наводящие вопросы, Дохлый уяснил, что внутренняя сила инициированного — это мана и ее можно развить, прокачивая, как атлет мышцу. Теперь же Дохлый, поселившись в Латате, решил проверить свои догадки, узнать наверняка — прокачается ли его мана, если делать ежедневные вылазки в серую зону межмирья. Нет, он понимал, что скорее всего, уйти через серые земли во внешний мир вряд ли удастся. У него были насчет этих вылазок другие мысли — он придумал как использовать свою внутреннюю ману, чтобы разбогатеть здесь. Дохлый делал в день по две, а то и три вылазки за бывшую границу Радиуса, с каждой вылазкой проходя на полтора, а то и два десятка шагов больше. Он и сам ощущал, что сгусток силы внутри или мана, как назвал ее колдун, становилась все насыщенней, сильнее, делав сильнее и его самого. Прокачка маны отражалась не только в расстоянии, которое он мог пройти по серой зоне, но и в его фокусе — создании перед собой мерцающего зелеными сполохами воздушного экрана. Сейчас экран стал больше, почти в рост человека и намного плотнее, даже самому Дохлому казалось, что еще немного и в середине экрана появится сначала небольшое, а потом все разрастающееся оконце — выход во внешний мир. Но окно не появлялось, а всей его внутренней силы хватало всего на пять минут поддержки такого воздушного экрана. Дохлый не только совершал прогулки по дороге, но и обследовал брошенные дома серой зоны, частенько находя то инструмент, посуду, книжки, то вполне пригодное ведро или таз в пустой бане. Но опускаться до бедолаги барахольщика, торгующего в Ягодном на развале всякой всячиной, был не намерен — потренировавшись неделю и заметно усилив свою ману, приступил к следующей части своего плана. Приехав в Ягодное, Дохлый стал захаживать в небольшие кафешки, подсаживался к одиноким, но, судя по одежке, не совсем бедным людям. Подливал им водки,предлагая выпить за знакомство и потом намекал им в разговоре, что знает человека, способного открыть портал и вывести людей из Радиуса во внешний мир. Он изображал из себя изрядно выпившего и когда посетитель, заинтересовавшись, переспрашивал — прижимал палец к губам и мотал головой, делая вид, что уже и так сболтнул лишнего. Кто-то посмеивался над его откровениями, кто-то крутил пальцем у виска или махал рукой, не веря, а то начинал в ответ травить другие байки и легенды Радиуса. Но на третий день ему повезло. Мужчина лет сорока в мятой шляпе и очках, которого Дохлый запомнил как Бориса бывшего журналиста какой-то захолустной газетенки, сам подсел к нему, едва он зашел в заведение и стал расспрашивать про возможный исход. Дохлый для вида немного поотказывался от своих слов, но потом, сделав страшные глаза, шепотом назначил встречу этому мужчине на улице, в проулке, через пять минут. — Ну, что вам еще? — немного сварливо спросил он очкастого Бориса, — Это сложно и требует много магических сил. Просто забудьте то, о чем я наболтал вам по пьяни! — А вы маг? — с придыханием поинтересовался бывший работник пера и блокнота, — Вы правда можете вывести меня из этого проклятого места? Дохлый еще немного поспрашивал Бориса, который жил в Ягодном уже второй год. Как легко было догадаться, Борис был переселенцем по здоровью. Он давно выздоровел, но его навязчивой идеей стало возвращение и воссоединение с семьей — сыном-подростком и женой, которая отказалась, как некоторые другие жены, бросать работу и следовать за мужем в добровольную ссылку, словно жена декабриста. Она и на письма, когда еще было сообщение с внешним миром, отвечала все реже. Как лирик, который сам в свободное время сочиняет стихи, Борис отвергал мысль, что жена давно могла найти ему замену. Он верил, что если вырвется из этой ямы, где оказался не по своему желанию — все сразу наладится, жена вновь воспылает к нему чувствами, кинется в объятья и разрыдается на его груди. Дохлый не стал разубеждать Бориса, которому сейчас приходилось работать диспетчером в местной жилищно-эксплуатационной конторе и частенько вечерами подрабатывать грузчиком в магазине. Он поманил того пальцем и прошептал: — Пятьсот долларов или серебром по курсу. — Сколько⁈ — даже отшатнулся от него Борис, — Вы с ума сошли, это неподъемные для меня деньги! — Ну смотрите сами, — пожал плечами Дохлый, — не я к вам пришел. — А вы правда, можете вывести меня домой через эти серые земли? — все еще сомневаясь, задал он вопрос. — Могу, но об этом всем знать не следует! — строго сказал ему Дохлый, — Представляете, что здесь начнется, если об этом станет известно всем переселенцам? А я могу вывести за раз не более трех человек и потом восстанавливаться буду пару недель, а то и больше! — Но почему вы сами не уйдете отсюда? — А куда мне идти и главное — зачем? Тут у меня дом, а там ни кола, ни двора, да и магии, с которой я уже свыкся, там нет. -развел руками Дохлый, — Ладно, некогда мне с вами лясы точить, пора ехать. О нашем разговоре — никому! — Постойте, товарищ… -смущенно позвал его Борис, когда Дохлый сделал вид, что уходит, — Неужели нельзя сделать скидку для меня? Я помнил бы о вашем благородстве всю оставшуюся жизнь. Поймите, мне просто необходимо выбраться отсюда, к жене, к сыну, к моей работе. К моей прошлой жизни, в конце концов! — Скидку? — задумался Дохлый, — Хорошо! Если найдете еще двух человек, то за всех возьму тысячу долларов. Но не меньше! -покачал он указательным пальцем перед носом Бориса, — И люди должны быть надежными, кто не станет болтать об этом направо и налево. — У меня есть комната, я продам ее. — закивал Борис, — Еще, есть на примете семья — муж, жена. И деньги у них точно есть. Даже машина почти новая — жигули, семерка. Но у них есть ребенок, ему шесть лет. Неужели не сможете вывести трех человек и ребенка? — Черт, — цыкнул языком Дохлый, — чувствую — зря я с вами связался! Муж, жена, ребенок! Чтобы вывести вас всех, я не только магическую энергию, что копил месяц, потрачу, но и, наверное, целый год своей жизни! Понимаете теперь, почему я не хочу брать меньше? А если эта семья еще кому-то проболтается, когда вы им расскажете? — Нет, нет, я поговорю с ними, они никому не скажут! -заверил его Борис. От нервного напряжения у него дрожали руки, но в глазах разгоралась искра надежды. — Анатолий и Елена мои друзья, они послушают. «Ага, знают трое, знает и свинья!» -усмехнулся про себя Дохлый, переиначив высказывание папаши Мюллера. — Хорошо, в следующий раз встретимся в Латате, я не намерен бегать за вами. Если решитесь, то приезжайте. Найдете меня там! Сутки Дохлый промаялся сомнениями, правильно ли сделал, что разрешил Борису самому переговорить с возможными попутчиками. Он даже спал плохо, мучаясь кошмарами, и сам уже не рад был от своей первоначально казавшейся блестящей идеи, но на следующий день к его дому подъехала светло-коричневая семерка. * * * Утром Дмитрий по переходу отвел назад Сергеича и старика Эмерика. Помимо зельевара и травника он взял с собой Косту и Максима Максимовича, предложившего ему установить и протестировать в донжоне заставы радиостанцию. Небольшой генератор с парой канистр топлива они с Карате перенесли туда еще накануне. После он вернулся в высотку за Карате, Черепом и его отцом. Вчетвером, взяв телегу в поместье, они направились к гаишной шестерке, где провозились до вечера, помогая ее разбирать и снимать запчасти. На следующий день Димка планировал заняться переплавкой золотого песка на заготовки для монет и дальнейшей штамповкой солидов. Он уже рассчитался монетами с Нефедовым, и теперь все деньги шли им, хотя часть монет Димка намерен был передать Фирсову, как золотой запас их фирмы, мало ли для чего внезапно могут понадобиться деньги? Вот только сам он еще золото не плавил, да и светить его на кузне поместья не хотел. В конце концов, после раздумий, пока решил не переплавлять золотой песок, по возможности скинув его расчетным средством через торговый терминал. Зря он несколько дней назад так вздыхал и переживал об отобранном системой заклинании трансмутации, действительно, как и сказал Коста — больше обидно, но не смертельно! Проведя ревизию всех наличных средств, находящихся в его загашнике, Димка понял, что тысяча оставшихся серебряных полтинников из схрона Пантелея, переданные ему Эрвином золотые червонцы и вот этот намытый попаданцами золотой песок — просто огромное состояние. Пусть его не хватит на долгие годы, но как стартовый капитал это вполне хорошая сумма. Знать бы еще, куда это вложить? Но тут тоже кое-какие мысли присутствовали. Провозившись со строителями в башне заставы до обеда и наскоро перекусив, Димка вернулся в Асино и узнал, что его уже несколько часов разыскивает Смирнов. Причем просил, как Ковалев появится, звонить ему срочно. 'Что там стряслось у полковника? -подумал Димка и покачал головой, — Ну да, была бы уже подключена радиостанция — нашли бы и сообщили в течение получаса. — Дмитрий! — раздался зычный голос Смирнова в трубке, — Двигай ко мне срочно! — Да, что случилось-то? — задал Ковалев вопрос, когда в трубке уже раздались короткие гудки. Карате с Черепом были на рынке, в бывшем детском садике, где на втором этаже уже начали делать ремонт под большой офис их фирмы, поэтому Димка поехал в администрацию один. Сразу бросился в глаза стоявший перед зданием администрации черный Гелендваген. И действительно, Смирнов находился в кабинете не один. Рыжеволосый особист Марков, пограничный старлей Никифоров, зам Васильича, но уже капитан Никулин и, главное, кого тут вовсе не ожидал увидеть Ковалев — новый директор магического колледжа Валофф собственной персоной! «Все ясно, -подумал Ковалев, -новый директор, будучи посланным, решил подключить артиллерию в лице городской администрации! Интересно, чем Смирнов на меня давить будет?» — Дмитрий Юрьевич, у нас ЧП. — официально начал полковник, — Мы с Сергеем Валентиновичем тебя с утра найти пытаемся. Впрочем, это уже не важно — ты здесь и я сразу передам слово господину Валоффу, послушай! «Хм, быстро Василич с товарищей на господ перестроился! — про себя хмыкнул Ковалев, — Что там у них случилось, уже и не верится, что из-за моего переносного алтаря весь сыр-бор.» — Здравствуйте, Дмитрий Юрьевич,- так же, как и Смирнов, обратился к нему директор, — Прежде начала нашего общения, хочу извиниться, мы начали знакомство на повышенных тонах, а это неправильно! К решению житейских проблем вернемся позднее, а сейчас давайте сделаем вид, что того телефонного разговора не было. — Да что случилось-то? — уже обеспокоенно спросил Дмитрий, но Смирнов поднял ладонь, призывая его к терпению, и кивнул на господина директора. — Несколько дней назад, — начал Валофф, — я обратился к господину Смирнову с предложением — он выделяет охрану и транспорт нашей группе, а мы оплачиваем это серебром. — Предложение было весьма щедрым и городу выделенные Сергеем Валентиновичем средства были весьма кстати. — как бы оправдываясь, вставил Василич и повернулся к Дмитрию, — Администрация Тегульдета, нашими общими стараниями, взяла под контроль угольный карьер, и серебро было нужно для проплаты поставок. Извините, продолжайте Сергей Валентинович! — Да, спасибо, Иван Васильевич! — кивнул директор, а Димка подумал, что эти голубки уже успели спеться. — Городская администрация выделила нашей группе грузовик и легковую Ниву, а также водителей и шесть человек охраны… — Позвольте мне добавить, Сергей Валентинович? — перебил его полковник, — Были выделены машины и бойцы пограничного корпуса, в чью задачу входила охрана группы лишь до Степановки. И, я считаю, что с поставленной задачей солдаты справились. — Нет, нет, никто их ни в чем не обвиняет! Замотал головой Валофф, — Действительно, задача стояла довезти группу до Степановки и дождаться ее возвращения. — Ваша группа отправилась к эпицентру и пропала, это так? — уже понял откуда растут ноги Дмитрий. — Так, но не совсем! — снова мотнул большой головой на бычьей шее Валофф, — Группа была захвачена китайцами… или японцами, точно сказать не могу, но кеты, передавшие письмо говорят, что моего племянника убил именно японец. Японец, обладающий большим магическим потенциалом, возможно, что он уже мастер меча! — Какие кеты, какое письмо? — ничего не понял Дмитрий, и Смирнов снова взял бразды в свои руки. — Группа пропала. Должна была вернуться тем же вечером, но ее не было и ожидавшие ее в Степановке пограничники решили разделиться. Шишига осталась ждать группу, а Нива пошла в Белый Яр, откуда они отзвонились уже сюда. Но тем же вечером в Яр прибыла лодка с кетами, которые доставили письмо и посылку. — Посылку? — снова удивленно переспросил Димка. — Да, посылку! — кивнул, играя желваками Валофф, — В ней лежала голова моего племянника. — Племянника? — Мой двоюродный племянник и он же мой заместитель по научной части — Корецкий Эдуард Викторович. В посылке находилась его отрубленная голова. В прилагающемся письме нам сообщают, что Корецкий убит в поединке с магом, начальник охраны Макс Ларсон тоже убит, но лишь потому, что оказал сопротивление. — Валофф сделал паузу, справляясь с эмоциями и продолжил, — Остальная группа из семи человек взята в заложники и все они кадеты нашего закрытого колледжа. Пятеро юношей и две девушки, младшему из них нет и двадцати одного года. «Ни хрена себе припарки! — был шокирован Дмитрий, поняв, что Корецкий тот самый маг, что принес в жертву своего учителя ради обладания кристаллом силы, — Понятно, зачем этот деятель поперся в эпицентр — надеялся отыскать там семя кристалла. Но кто его убил? И зачем все это рассказывают мне?» — Что они хотят, выкуп? — спросил его Димка. — Нет. — тяжело вздохнул Валофф, — Они, вернее тот японец маг, хочет встречи с тобой. Он жаждет встретиться с тобой в поединке. Если ты откажешься, то он обещает совершить убийство всех учеников. Дмитрий, помогите нам… мне… и я буду вашим должником. Когда Дмитрий вышел из здания администрации, пребывая еще в состоянии легкого шока, то увидел серый Ниссан Патроль Мишани, а в нем, помимо самого борца, перебравшегося уже пару месяцев назад в Ягодное, Карате и Черепа. — Че тебя, Димыч, дергал Смирнов? — спросил Николай, вылезший из машины и шагнувший навстречу, но сразу же сказал, не дождавшись ответа, — Проблемы у нас. На Мишаню, вернее, на наше круглосуточное кафе в Ягодном наехали! — Мда… если прорвало, то проблемы одна за другой сыплются! — вздохнул Димка. — Че, у Василича тоже что-то случилось? — по-своему истолковал его слова Михаил, протягивая руку. — У Валофа… ну у директора колледжа случилось. — Дмитрий махнул рукой, — Поехали в офис, там все расскажу, да и сам вас послушаю. После его рассказа о разговоре в кабинете Смирнова, Карате хлопнул ладонью по столу и сказал: — Ну сами к черту в зад залезли, ты-то там каким боком? Зачем тебе рисковать и с японцем этим отбитым на мечах драться? Пусть Вал сам мечом машет! — А почему именно на мечах? Просто застрелить его нельзя? — спросил Саня. — Да не, — мотнул головой Димка, — потому и хочет японский мечник поединок ближе к эпицентру организовать, чтобы система контролировала. Там, когда маг магу вызов кидает, то огнестрел запрещен, только клинки и магия. — А ему-то это зачем? — снова поинтересовался Череп, — Ну, майору японскому? — Победитель поединка получает часть опыта проигравшего мага и, вроде, как сказал Валофф, один из навыков побежденного. — Откажись! Пошли их всех нафиг с такими поединками, — нервничая, посоветовал Николай, — своих проблем много, еще за них там головой рисковать. Дима, ты нам, как никто дорог и была бы моя воля — не пустил! — Грозятся убить заложников. — вздохнул Ковалев, — Семь учащихся из колледжа у них, молодые совсем — пацаны и девчонки. — Дима, но это если не стопроцентное самоубийство, то огромный риск! — покачал головой Карате, — Горо же говорил, что этот майор уже давно инициацию прошел и, скорее всего, мастер меча! Голову свою отдавать ради дураков, полезших в эпицентр? Да пусть они… — Коля, ты же сам прекрасно знаешь, зачем Корецкий в эпицентр отправился. — перебил его Дмитрий, — Забранный мной кристалл искать. А эти парни и девушки вообще заложники ситуации! Они-то в чем виноваты? — Да он с самого начала уродом был, Корецкий этот — старика-мага в жертву принес! Поделом ему, что башки лишился! — ударил Карате в запале сжатым в кулак протезом по ладони, — Ты им ничем не обязан, тем более своей жизнью рисковать не обязан! — Я уже дал согласие. — спокойно сказал Дмитрий и, видя вскинувшихся друзей, опередил их, — Спокойно, не нужно паники! У меня есть кое-какие мысли, да и до уровня мастера мне осталось совсем немного. Поединок не завтра, я сказал сообщить майору Такеде, что мне нужна неделя на подготовку, а потом уже сам назначу время. Нужно продумать, как потратить это время с наибольшей пользой. На самом деле уверенности в победе у Дмитрия не было и он взял немного времени про запас, чтобы хоть как-то разобраться с делами и оставить, в случае неприятного исхода поединка, друзьям как можно меньше проблем, что на этой стороне Радиуса, что на той. Но что неделя — пшик! А успеть нужно много и первым делом успеть до поединка встретить Косту и вывести других андроидов отсюда. И еще, Дима надеялся с помощью торгового жетона купить навык и прокачать свое мастерство до мастера меча. Если уж вступать в схватку с мечником, то не уступая ему в мастерстве, а хотя бы на равных с ним. Карате схватился за голову, а Мишаня покачал головой и сказал: — Димыч, я уже давно в Ягодном нашим бизнесом рулю, но понимаю, если тебя… ну в общем, если ты не вытянешь в этом долбаном поединке, то наш корабль, если и не утонет, то капитана лишится! Ты о всех нас и о наших общих планах подумал, когда свое согласие давал? — Подумал, Миша, подумал, — кивнул Ковалев, — я все взвесил и поверь — не мог просто послать всех и жить дальше, как ни в чем не бывало! Да и не надо врать мне, вы сами бы не смогли по-другому! Давай, рассказывай, что у нас в Ягодном случилось? ---------- Глава 9 Глава 9 Кафе в Ягодном усилиями и стараниями Михаила отремонтировали, расширили и последний месяц оно работало круглосуточно с небольшим утренним перерывом на уборку помещения и пересменку персонала. Днем как кафе, где можно было посидеть с друзьями или семьей, вкусно покушать, выпить пива или чего покрепче, а вечером как небольшой ночной клуб, с баром, танцами и веселыми шоу-программами. Теперь оно стало приносить действительно хорошие деньги. — Короче, все с баб началось, как обычно! — криво усмехнулся Михаил, — Ну и с Кабана! В Ягодном бригада Седого, если не половину поселка, то многое контролирует. Но сам он редко из своей конторы вылезает, все через Кабана или Рафаила Татарина решает. Людей у Седого не много, но, как слышал — отморозки те еще. Сам он деньги в рост дает, на этом первоначально поднялся. Еще, наркота через них идет. — Бату им гашиш продает? — заинтересовался Димка, — Говорил, что только в Тегульдет немного. Врал, что ли, нам? — Вряд ли у Бату, — пожал плечами Мишаня, — скорее, сами коноплю выращивают, да и основной наркотик это героин, им банчат люди Седого. — Героин? — теперь уже удивился Димка, — Завозили контрабандой или мак тут выращивают? — Этого не знаю. — покачал головой Михаил, — Я вообще с Седым ни разу по делам не пересекался, видели его с Коляном пару раз мельком. А вот Кабан и Татарин часто и на рынке мелькают, и в торговом центре, где походу их торпеды дань собирают. Да и в чем проблема? Так же контрабандой герыч могли завозить… ну раньше — сейчас не знаю. — Так что случилось, ты про баб вроде начал говорить? — напомнил Череп. — Ну да, про них, — кивнул Михаил, — при нашем клубе шесть девочек трудятся, как сами понимаете, не на кухне, хотя, бывает, и помогают в особых случаях напитки разносить. А так, возле бара, на танцполе, ну и после, клиентов развлекают. — Миша, ну мы же договаривались, что проститутками не занимаемся! — с возмущением глянул на него Димка. — Так мы и не занимаемся, — пожал плечами бывший борец, — но если своих в клубе не будет, то чужие придут. Те же шлюхи Кабана будут наркоту у нас банчить и клиентов уводить, а наши чужих не пускают — левая забредет, сразу охране говорят. А если совсем без баб, то какой это клубешник? Сам знаешь, Дима, что мужиков, даже в Ягодном, в два раза больше, чем женщин. — И стоит овчинка выделки? — с сомнением посмотрел на Михаила Ковалев, — Я думаю, от них и проблемы еще не раз будут. — Стоит! Еще как стоит, Димыч. Они нам треть дохода отдают, а это больше ста рублей серебром в месяц. Считай, и поваров, и официантов можем за эти деньги содержать. Да и не в этом дело, уберем девочек — лишимся половины клиентов, это к бабке не ходи! — Треть отдают? Не много это, соглашаются, не ропщут? — Тот же Кабан со своих больше половины забирает, при этом старается на наркоту подсадить и в долги вогнать, чтобы вообще задарма пахали. По сравнению с их шлюхами бордельными, наши просто ухоженные модели. — Ладно, — кивнул Димка, — вернемся к нашим баранам, то бишь кабанам. Как дело было? — Да заявился Кабан ночью, уже поддатый и давай пальцы гнуть. Зашугал Вадика, который администратор. Ну это тот… Лепрекон который, рыжий. Андрюха Телегин у меня пельменями занимается — производством и сбытом, а Вадика я в кафе и клуб администратором поставил. — Да понял я, помню его! — махнул рукой Ковалев и с грустной улыбочкой предположил, — Кабан наехал, а Вадик испугался и денег Кабану пообещал за крышу? — Ну не совсем же он дурной! — хекнул Миха, — За такой гнилой базар я бы ему сам головенку открутил. Не, он нас больше всяких других боится. Сам отъехал на базаре, на меня стрелки перевел. Кабан сегодня днем снова подъехал и давай заяснять, что все девочки в поселке должны лично ему башлять и лично у него разрешение на работу спрашивать. Я его послал, конечно! Хорошо, в репу ему не дал… хотя повода не было, со мной он пальцы не гнул и крышу нам не навязывал, только за девочек базарили. — И что дальше? — спросил Дмитрий, предполагая нехорошее развитие этой истории. — А все на этом! — развел руками Михаил и кивнул на Николая с Саней, — Я с парнями созвонился и сюда сразу. Возможно, вообще на тормозах все спустят, не станут ради нескольких телок с нами бодаться. — А если это только повод? — скептически хмыкнул Череп, — Или хотят через них наркоту в клубе распространять? — Могут! — не стал отрицать такой расклад Михаил, — Тогда тем более прогибаться нельзя, палец дадим — не руку, а голову откусят! — Да не будем мы ни под кого прогибаться! — сказал Дмитрий, — Охрану в клубе усилим, и ты один не катайся. — Так я и так всегда или с Антоном или со Славкой. — пожал плечами здоровяк, — Даже за Вадиком и Андрюхой охрана приглядывает. — Вот, пока все не прояснилось, то с двумя охранниками езди. Все же Ягодное это не наш город. Говоришь, Седой там давно рулит? — Года три точно, как его погремуха на слуху. — кивнул Миша, — Но он не из блатных, хотя и деловой Не по этапу, а вроде как по здоровью переселился и вроде как Татарин с ним вместе тогда же появился. Говорю, с мелких займов начинал, потом проституток под себя подмяли. Торпед набрали и рэкетом стали промышлять, часть коммерсов поселковых теперь под ними. А сейчас и наркота в Ягодное через них идет. — Мда… прям король Ягодного! Крепко сидит там, если все под себя подмял. — потеребил свою небольшую бородку Дмитрий. — Не все, — покачал головой Мишаня, — помимо его бригады, там еще Гробовщики есть и Хлебозаводские. — Гробовщики? Не слышал про них, это еще кто такие? — удивленно хмыкнул Череп, — Как-то уж слишком зловеще звучит. — Да там парни молодые из училища, что столяров-краснодеревщиков выпускало. Отсюда и название такое. Даже не из самого училища, а из секции бокса при нем. Возле тренера Гаврилова молодежь скучковалась, потому их еще Гавриками кличут. А Хлебозаводские сейчас, соответственно, Хлебзавод контролируют и магазин при нем. Там костяк бригады постарше — после армейки люди, лет по двадцать пять — тридцать и у старшего Афганец погремуха. — Реально в Афгане воевал? — уточнил Димка. — Вроде как, но конкретно не знаю. — пожал плечами Миха, — Тоже, видели его пару раз с Колей, но так, по отвлеченным моментам. — Ладно, нам они сейчас зачем? С ними же проблем не было? — спросил его Карате и, когда товарищ отрицательно мотнул головой, продолжил, — Ты про Кабана расскажи, что за птица? — Скорее зверь! — хохотнул Череп, но сразу же замолк, глянув в серьезные лица Ковалева и друзей. — Кабан местный, но не семи пядей во лбу. — продолжил Мишаня, — Скорее сам исполнитель, можно сказать, торпеда, но повесомей остальных бойцов. — Бригадир, короче. — сделал вывод Карате. — Да там всей бригады Седого десятка человек не наберется. С кем ему там воевать, с пацанами из качалки? На коммерсов и этих хватает, а воров и блатных сами власти к нам да в Ягодное не пускают. — Мишаня, так я не понял? — уточнил Коля, — Чем закончилось, ты его послал и он уехал? Не стал стрелу набивать, терки устраивать? — Не-а. — помотал головой Михаил, — Я так думаю, он на нас без ведома Седого наехал, походу просто по пьяни. А после, отбуксовывать западло, вот поехал со мной говорить и на девок стрелки перевел. — Все же расслабляться не будем! — покачал головой Димка, — Сам говоришь — мало, но отморозки! Охрану усиль, как уже сказал, и на всякий случай еще пару ТТ и калаш укорот возьми, пусть в клубе будет, но зазря оружие не светите. — Добро! — не стал отказываться Михаил и, посчитав тему закрытой, снова перевел разговор на будущий поединок, — Мне Колян про ваш бой на Кети рассказывал и про колдуна, что по воде бегал. Это он тебе отомстить так решил, реванш взять хочет? — Скорее, решил таким способом свои способности прокачать. Шантажирует заложниками, чтобы победить и получить опыт и навык, — Димка усмехнулся, — Да не парьтесь, есть у меня кое-какие задумки, потому и неделю времени взял. «Ну да, задумка только одна — прокачаться до пятидесятого уровня и попробовать через терминал купить навык мастера-мечника! А без этого, думаю, у меня не так много шансов. Как там Горо говорил — Такеда еще до попадания в Радиус мастером кен-до был? Ладно, не будем заранее опускать руки — покарабкаемся еще, поцепляемся за жизнь! И кстати, перед Горо и Башкой неудобно, я им так про переход во внешний мир ничего не рассказал. Ладно, возможно чуть позже, разгребу проблемы и снова соберемся и поговорим. — решил Димка и усмехнулся про себя, — Если, конечно, жив буду!» — Что там у вас с пунктом купли-продажи акций МММ, закрыли? — уточнил Димка у борца, чтобы отвлечь от темы с предстоящим поединком. — Так с неделю уже закрыли. — удивился Миха, — Народ обманутый бухтит, но толку? Я знаю, у нас там этим муж с женой занимались, так прячутся где-то от праведного гнева толпы. И я думаю, не пустые, а с деньгами смылись. А что, вы с акциями зависли? Димыч, ты же сам говорил, что кидалово голимое, вот я и не связывался. — Да не мы, — усмехнулся Карате, — Башка, как обычно, встрял, вот Димыч и интересуется. — А-а, ну этот везде грязи найдет. — покачал головой Михаил, — Если эта семейная парочка объявится или известно, что про них станет, то сразу отзвонюсь. Но, думаю, не мы одни ими интересуемся. — Ладно, братцы, вы меня не теряйте, — сказал Димка в завершение разговора, — я переходом на ту сторону метнусь. Сначала к маяку, а после в поместье день-два буду. — и обратился уже к Карате, — Если что-то срочное, то свиток перехода оставлю, перейдешь в поместье за мной. До возвращения Косты у Дмитрия было дня три и за это время нужно было оборудовать верхний ярус башни на заставе радиосвязью, начать восстанавливать свой сожженный замок и распределить бойцов Захарова в сменный караул по этим точкам. Еще, дать задание Логунову купить в городе с полдюжины воронят и передать их на обучение мастеру воронятнику, чтобы иметь обученного ворона или даже парочку в каждом укреплении его баронства. Еще, проинспектировать костяк будущей гвардии в казармах Филиппа и передать им остальные, из двадцати пяти карабинов Симонова, полученные от Бату. И самое главное — успеть получить пятидесятый уровень и выкупить навык мастера мечника, в общем как всегда — дел громадье, а времени на все не хватает катастрофически. Еще и поединок с майором Такеда висит над ним Домокловым мечом! Хотел сразу перейти из башни заставы в комнату смотрителя маяка, но рабочие предупредили, что его разыскивал Филипп и просил перейти в поместье, если Дмитрий появится. «Неужели и тут что-то случилось?» — подумал Дмитрий с некоторой тревогой. Как оказалось, в доме молодого помещика гостят, дожидаясь приезда барона, три лорда-рыцаря и паренек лет пятнадцати — сын старого лорда Квардиуса. Лорды — Винтрей, Вальдур и Нирмей, а так же юноша Киллиган представляющий на этой сходке своего одряхлевшего отца. — Господа, простите, что заставил вас ждать моего возвращения, но дела требуют моего присутствия в разных местах. — развел Дмитрий руками, — Вы хотели меня видеть? Я весь внимание! Дмитрий показал лордам и юноше на стулья, и пригласил присаживаться, но, прежде чем лорды расселись за круглым столом, лорд Нимрей рухнул на колени. Глядя на него, то же самое сделал и молодой Киллиган, остальные двое преклонили лишь одно колено. — Барон, позвольте приветствовать вас лично, мы прибыли сюда, чтобы засвидетельствовать нашу верность и принести вам присягу, как новому господину и барону этих земель! — сказал Винтрей, эти же слова повторил и лорд Вальдур, и они оба поднялись на ноги, а вот пожилой лорд Нимрей, как и сын лорда Квардиуса, продолжали стоять на коленях, склонив головы. — Барон Димитрий, — начал говорить Нимрей, — позвольте мне, старому воину, засвидетельствовать свое почтение, поклясться в преданности и надеяться на ваше милосердие! — Вы просите прощения? — немного удивленно спросил Димка, хотя и догадывался, что этот седоусый толстячок в свое время, предав барона Сейла, переметнулся к мятежному магистру. Последовавшие слова подтвердили его догадки. — Я прошу прощения у вас, как преемника барона Сейла, нашего доброго господина и уповаю на ваше милосердие за участие в мятеже на стороне магистра Бертрана. — чуть не до земли склонил голову лорд-рыцарь, — Если вы изволите простить меня, то готов, как и мои соседи рыцари, немедля принести вам клятву верности! — Как преемник барона Сейла, прозванного Кровавым, я прощаю вас и от его и от своего имени. — кивнул Димка и, чуть помедлив, продолжил, — Но боже упаси вас, Нимрей, принять мою доброту за слабость — второго шанса у вас не будет! А теперь встаньте с колен! — Господин, позвольте мне сделать вам скромный подарок! — встав с колен, но продолжая кланяться, сказал Нимрей, протягивая небольшой кожаный кошель, — Не взыщите, но это все, что я смог собрать за несколько месяцев. Дмитрий, не обращая внимания на все еще стоявшего на коленях подростка, ссыпал на ладонь шесть золотых солидов. — Скажите, сэр Нимрей, а хорошо ли живут ваши крестьяне? — Они бедны, милорд, но не мрут от голода! — А солдаты? Много их у вас в дружине? — Всего семь человек, ваша милость, включая моего старшего сына. — еще больше потупился седоусый. — А лихие люди часто грабят крестьян и путников на тракте, что проходит через ваш феод? — Да, милорд, бывает и такое! Простите, милорд! — снова был готов грохнуться на колени феодал. «Так какого черта ты мне золото суешь, если нищета и бардак в твоем феоде!» — чуть не сказал вслух Димка, но сдержался. — Лорд Нимрей, я уже простил вас, и ценю ваше желание преподнести мне подарок, но в данный момент я в деньгах не нуждаюсь. Мне не нужны слабые и бедные феоды моих вассалов! И не нужны нищие крестьяне и фермеры в этих феодах! — он протянул монеты назад растерявшемуся толстячку, — На это золото вы можете купить несколько лошадок для своих крестьян и нанять в дружину еще полдюжины солдат. — Благодарю вас, милорд! — снова склонился в поклоне седоусый рыцарь, — Все силы приложу к укреплению и процветанию данных мне в управление земель. И лошадок для крестьян куплю, и солдат найму, точно как ваша милость сказали! — А вы, юноша, тоже в чем-то провинились передо мной или бароном Сейлом, почему вы стоите на коленях? — уже не обращая внимания на седоусого, обратился Димка к Киллигану. — Нет, господин барон, мой отец и вся его семья всегда были верны барону Сейлу и вам, как его преемнику! — горячо заверил его парень, — Но мой отец большую часть времени уже проводит в кровати, а если и встает, то лишь чтобы посидеть в кресле и погреть старые кости у разведенного очага. Я взял смелость представлять тут его, не пройдя инициацию, и прошу у вас прощение лишь за это. — Встаньте с колен Киллиган! — приобнял его Димка за плечи, — Если ваш батюшка доверяет вам и посылает вместо себя на общее собрание лордов, то так тому и быть. Вам не за что просить у меня прощения. А инициация — дело наживное, если ваш отец и вы не против, то пройдете ее сегодня же! Ковалев видел, что на поясе парня висит меч и он, как сын лорда, с ранних лет обучен владеть им, так что с его инициацией на малом алтаре, как воина-мечника, проблем возникнуть не должно. А инициация парня закрепит его авторитет не только среди лордов, но и всех людей баронства. — Сегодня? Вы, сказали, что проведете инициацию сегодня? — удивленно переспросил лорд Винтрей, который, как заметил Ковалев, был посмелее остальных присутствующих здесь особ, — Простите за дерзость, ваша милость, но ведь алтарь в эпицентре разрушен, как вы проведете инициацию? — Лорд Винтрей, вы сомневаетесь в моих словах? — удивленно и нарочито громко спросил его Дмитрий, — Я давал кому-то повод сомневаться в словах высшего аристократа и вашего сюзерена? — Простите, милорд! — снова упал на одно колено широкоплечий чернобородый рыцарь, — Простите, иногда я говорю прежде, чем обдумаю свои слова! Дмитрий кивнул ему, давая понять, что этот инцидент уже исчерпан, а когда все присутствующие расселись за большим столом, сказал: — Господа рыцари, я не сомневаюсь в вашей преданности, но предлагаю отложить присягу на завтра и провести ее после инициации Киллигана, к тому же там должны присутствовать и другие мои подданные. — сказал Димка, намекая на молодого вождя Эстов, — Господа, как я понял, речь пойдет о защите земель моего баронства и о дальнейшем процветании живущих в феодах людей? Вы не будете против, если я приглашу на наше совещание сквайра Кортура, как будущего лорда-рыцаря? Моего советника, господина Олежа и будущего лейтенанта моей гвардии Гая Кеннета? — Лейтенант Кеннет? — переспросил лорд Вальдур, — Но разве Кеннет не родовое имя убитого вами в поединке лорда Бастиана? — Совершенно верно, сэр Вальдур. — кивнул Дмитрий, — Гай Кеннет не признанный сын лорда Бастиана, но он поступил ко мне на службу еще до нашего поединка с Бастианом, доказал свою преданность верой и правдой и уменя нет ни толики сомнений в его преданности. 'Если пошла такая пьянка, то помимо принятия присяги у лордов, завтра же произведу Филиппа в лорды, а молодого Киллигана после инициации назначу исполняющим обязанности феодала и лорда, думаю, его отец порадуется перед смертью… хотя, конечно, нужно самому навестить пребывающего на смертном одре старика. — решил Димка. — А еще, завтра же проведу смотр первого десятка стрелков моей будущей гвардии и произведу Гая в офицеры и рыцари — заслужил парень! Хорошо бы и Нефедову намекнуть насчет лордства, а Захарову насчет рыцарства, но пойдут ли на такой шаг убежденные большевики? Вряд ли! Ладно, не захотят Нефедов с Захаровым рыцарские шпоры примерить, так будет их поселение на правах автономии в моем баронстве. Ссориться с ними нельзя, у меня на их красноармейцев свои планы, а после смерти части лордов барона Сейла земли много. Тут впору думать, кому феод Бастиана, как самый ближний к поместью Филиппа, поручить, и не предложить ли Нефедову на месте сожженного хутора еще новый хутор заложить? Там и дальнюю заставу поставить, где опять же бойцы Захарова будут службу нести. А ведь помимо бывшего феода лорда Бастиана, есть еще три «бесхозных» сейчас. Один убитого со всей семьей лорда Боргена расположен у реки, и еще два находятся на северо-востоке баронства, где Димка вообще ни разу еще не был. Правители этих двух феодов так же сгинули в пламени скоротечной, но жестокой братоубийственной войны, спровоцированной Бертраном, мятежным магистром ордена братьев-инквизиторов. Надо туда разведку хоть послать, а если жив после поединка останусь, так сам съезжу, гляну, что там происходит? Живут ли в тех землях крестьяне или ушли в более обжитые места, после гибели своих господ?' Затягивать начало совещания Дмитрий не стал, он выслушал прибывших к нему феодалов. Как и предполагал, помимо заверений в преданности и присяги новому господину, их интересовала безопасность своих феодов и возможная торговля, как инструмент процветания. А где еще взять денег лорду-рыцарю? Только заработать, продав что-то выращенное крестьянами или что-то изготовленное мастеровыми, не соседей же идти грабить как в старые и темные времена? — Насчет торговли подумаю. — пообещал Димка, — а насчет безопасности… Он попросил Лотара сбегать за его папкой, откуда взял альбомный лист и карандаш и стал делать наброски карты. — Так, вот река, вот приграничная крепость, вот ваши феоды, вот мой сгоревший замок и новая застава на холме Рохны. — выводил он карандашом контуры русла реки и феодов. — Господин барон, как здорово у вас выходит! — не удержался лорд Вальдур, — У вас помимо всего прочего, есть и навык картографа? «Ладно, здоровяк, прогиб засчитан!» — про себя хмыкнул Димка, но покачал головой. — Сэр Вальдур, у меня просто хорошая память и я не раз был в этих местах. — пояснил он лорду-рыцарю, — Ладно, не будем отвлекаться. Большой кусок китайских территорий расположен на другом берегу Кети и бандиты хунхузы могут прийти к вам только с юго-запада, огибая Бескарский лес с этой стороны. Далее, они могут напасть на территории баронства перейдя Кеть в нескольких милях от приграничной крепости или дойдя до Быстрицы, спустившись по воде на плотах или захваченных лодках, напасть на ваши феоды. Второй путь — это сплавиться по Кети и подняться по Быстрице на лодках или идти несколько часов по берегу. В таком случае, они выходят именно к поместью… будущему феоду господина Кортура. К его пристани и докам. Где строятся лодки или по реке к холму Рохны и заставе, так? — Истинно так, господин барон! — закивали присутствующие рыцари. — Через Бескарский лес идти самоубийство, а вот перейти через брод у крепости или сплавиться по реке, они вполне могут! — подытожил Димка. — Это понятно, — кивнул Филипп, воспринимающий Димку скорее как друга, чем как господина, — но что ты предлагаешь, восстановить старую приграничную крепость? — Да! — кивнул Ковалев, — И не только ее. Нужно восстановить мой замок и построить еще несколько укреплений на реке. Фактически, по Быстрице проходит граница моего баронства и я, как хозяин и господин, обязан озаботиться безопасностью всех феодов. — Но, чтобы возводить крепости понадобится много времени и средств? — осторожно заметил лорд Винтрей, видимо, уже подсчитывающий в уме, во сколько золотых солидов ему обойдется строительство крепости на своей территории. — Во-первых, мы не будем возводить полноценные крепости. — покачал головой Дмитрий, — Поставим башни на возвышениях, чтобы контролировать реку и вовремя заметить плывущих по ней людей. Во-вторых, расходы на возведение этих небольших застав я возьму на себя, но и вам нужно будет постараться. Вам необходимо выделить полдюжины молодых мужчин с каждого феода для обучения владения огнестрельным оружием. Ну и после снабжать эту заставу продуктами и кормом для лошадей. Я думаю, проблем прокормить десяток воинов и несколько лошадей у вас не возникнет? — Прекрасный план, господин барон! — приложил руки к груди лорд Нимрей, — Так сколько всего будет этих башен-застав? — Сколько баронств расположено у реки — четыре, если не считать моего старого феода? Вот, значит, четыре башни и будет стоять. На границе каждого феода по одной. Ваша задача, не откладывая на потом, найти хорошее место — возвышение или плоский холм, с которого было бы удобно контролировать реку. — Господин барон, мы правильно поняли, что стрелки в этих заставах будут вооружены громовым оружием? — Все верно, для того и должны пройти обучение полдюжины ваших мужчин. Лица рыцарей просветлели и они одобрительно зашумели — считая громовое чудо-оружие решением всех проблем с нападением на их земли. — Сильно не радуйтесь! — хмыкнул Димка, — Этой заставой и стрелками мы перекроем только реку, значит, только одну из границ вашего феода. Помимо пограничников, вам необходимо будет иметь и сильную дружину с конными разъездами, чтобы отражать набеги бандитов с других сторон, а так же ловить всякий сброд и разбойников в своих лесах. Если нападение на староимперском тракте, на кого бы то ни было, произойдет на ваших землях, отвечать тоже вам. — на эти слова лица рыцарей снова вытянулись, явив уже не радость, но озабоченность и скорбь. — Кстати, все хотел спросить — зачем тут стояла пограничная крепость? — ткнул Димка пальцем в листок с наброском карты. — Еще до попадания сюда части нашего королевства, на той стороне реки обитали никому не присягавшие помещики и рыцари, так называемая Вольница Полесья. Вот для защиты от их набегов и была возведена крепость. — пояснил лорд Нимрей, на правах самого старшего по возрасту здесь присутствующего. Молодой Киллиган вовсе сидел, помалкивая, но смотря на происходящее широко открытыми глазами. Парень, верно, не надеялся оказаться за одним столом с лордами и бароном, да еще обсуждающими столь важные государственные дела. — Господин барон, но как быть с феодами, где сейчас нет правителя? — спросил Винтрей. — Этим я сам озабочусь. — Димка повернулся к парню, — Господин Киллиган, вы сможете рассказать все услышанное отцу, найти место под строительство заставы и порешать с выделением шести молодых мужчин для обучения? — Да, господин барон, — вскочил парень, — я сейчас же отправлюсь к батюшке и все ему передам! — Киллиган, сидите, не нужно сейчас же! — махнул рукой Димка и усмехнулся, — Пока вы, вместе с лордами, мой гость и гость господина Кортура. И не забывайте, вам еще предстоит пройти инициацию. Давайте выпьем вина и пообедаем, думаю, все проголодались, совещаясь? «Вот черт! А ведь придется озаботиться и строительством своего дома рядом с башней. — задумался Димка, — Не комильфо самому так настойчиво пользоваться гостеприимством Фила, так еще и своих лордов ему в гости навязывать! Хорошо хоть, что на холме Рохны не только большой каменный дом можно выстроить, но и места на небольшой городок хватит» Когда все присутствующие на совещании отобедали и разошлись по комнатам для отдыха, к Ковалеву подошел Логунов и спросил по-русски: — Дмитрий, ты действительно хочешь обучить и вооружить солдат всех лордов огнестрельным оружием? — Не парься, Сергеич, если у них в дружинах и будут стрелки, то не более двух-трех карабинеров. Построенные на границе их земель башни-заставы я передам будущему подразделению — пограничной страже и подчиняться они будут только мне. Лорды будут лишь доставлять туда продукты, ну и смогут попросить о помощи в случае нападения на их дом. Попросить, не приказать! — поднял Димка вверх указательный палец, — Ладно, с лордами и Филом я уже попрощался, бывай! — протянул он зельевару руку, — Через пару часов верну Киллигана после инициации, а сам вернусь завтра к обеду, буду принимать присягу и кое-кому, в основном Филу и Гаю, раздавать плюшки! ---------- Глава 10 Глава 10 Только когда перешел в комнату смотрителя, вновь достал карту и понял, что с кирпичными башнями он погорячился — хорошо, вслух это не озвучил на совещании! Зачем возить кирпич лодками за десятки километров, когда кругом растет хвойный лес, в котором стволы некоторых деревьев в два обхвата толщиной? Нет, кирпич, конечно, понадобится для очагов и печей, но сами заставы можно срубить из дерева. Поставить двухэтажные срубы на прибрежных холмах и двор огородить частоколом, чем не укрепленный наблюдательный пункт? Лорды выделят по нескольку мужчин для постоянного проживания, главное подобрать и обучить владению огнестрелом толковых командиров. Расстояние между заставами получится, примерно, восемь-девять километров, не так много — реально контролировать его с помощью небольших конных разъездов-дозоров, да и с холма саму реку возможно будет видно на это расстояние, все же Быстрица не столь извилиста, как Кеть. — Ладно, этим плотно займусь после моего поединка с японцем! — сам себе сказал Дмитрий. После того, как провел инициацию молодого Киллигана и перевел его в поместье, вернулся и активировал торговый терминал системы, положив на алтарь золотой жетон одноглазого Вотана. Перед глазами высветилась восьмерка — оставшееся число входов. Ну да, торговых сессий было не безграничное количество, потому помимо очень дорого стоящего навыка Дмитрий хотел купить пару больших фиалов с магическими чернилами для создания свитков и взять про запас заговоренных патронов с серебряной пулей для своего крупнокалиберного револьвера. Цена напрягала, но у Дмитрия было с собой золото, полученное у Кетов и у Нефедова. Он-то с ними рассчитался монетами, но вот самому возиться с переплавкой золотого песка было не с руки, да и не уверен он был — получится ли? Он переплавлял талеры варгов, которые были из чистого серебра, в заготовки, из них штамповал солиды и уже после превращал серебро в золото с помощью заклинания трансмутации металлов. Но с природным золотом не сталкивался. Нужно ли очищать золотой песок, проводя аффинаж, или оно уже чистое? Да и не плавил его ни разу. Поэтому попросту решил использовать мешочки с золотым песком для расчетов в терминале. Начать торговую сессию? — осведомилась система. Но Дмитрий убрал золотой жетон, не начав торг — для получения навыка мастера мечника требовался пятидесятый уровень, а ему не хватало несколько тысяч очков опыта. Первоначальной мыслью было поохотиться на русалок, стреляя в них прямо с маяка из десантной снайперки, но потом пришла мысль получше. «Зачем тратить патроны, если я могу метать в них файерболы, попутно отрабатывая это умение и сразу же восполняя магический потенциал, черпая силу из кристалла? Попаду в какую морскую тварь или нет — дело десятое, тут и за саму такую тренировку опыт не малый пойдет!» Димка не стал спускаться, вышел на узкий балкончик и стал метать небольшие огненные шары в воду, одновременно прокачивая боевой навык и зарабатывая очки опыта. Пять минут метал правой, потом менял руки, а через пять минут снова начинал работать правой, стараясь делать это быстрее и дальше! Через полтора часа пот заливал глаза, тек по спине, плечи болели, все тело гудело, а ватные руки не поднимались. Зашел внутрь и активировал заклинание исцеления, а после еще четверть часа приходил в себя, валяясь прямо на печати алтаря. После такой тренировки пил чай из прихваченного с собой термоса и закусывал бутербродами с копченым мясом. «Мда… неплохо поработал — менее трех тысяч осталось набрать!» — порадовался Дмитрий глянув в статы, — Отдохну полчасика и снова за работу!' Усевшись в центре печати алтаря в позе лотоса, Дмитрий стал медитировать в надежде, что снова услышит голос мага, чья душа заключена в кристалл силы, но ничего не вышло. Он хотел спросить про предстоящий поединок, расспросить подробнее про нового директора магического колледжа и про найденный на острове рунный камень. Порой казалось, что призрачная фигура старика где-то совсем рядом, но он снова ускользал, растворяясь в мерцающем зеленоватыми сполохами тумане мирового эфириума. Дмитрий вышел из транса. Пообщаться с магом не удалось, но зато он снова чувствовал прилив бодрости. С новыми силами взялся за тренировку. Теперь его огненные шары летели в полтора раза дальше и формировал он их быстрее. Он даже пробовал метать серии из двух и трех мелких файерболов, больше напоминающие огненные горошины, чем мячи. Но, попади такая горошина в человека или даже мага, не защищенного амулетом или воздушным экраном, и тому пришлось бы худо. Наконец Дмитрий даже без сообщения системы почувствовал небывалый прилив сил и эйфорию, даже большую чем та, которая наступает с получением нового уровня. Тут не уровень, тут целый ранг! Через пару секунд он получил сообщение от системы: Поздравляем, высший, вы получили следующий ранг, теперь вы мастер! Раса: Человек. Класс: Высший (видящий). Титул: Барон. Ранг: Мастер (ранг повысится при достижении 100 уровня). Путь развития: Страж малого алтаря. Ступень развития: Маг-воин. Уровень: 50 (100/51000). «Ого, еще и ступень развития новая! — удивился Димка, — Наконец-то, я мастер! Надеюсь, мне это поможет в поединке с майором Такедой.» Рассудив, что поединок в центре Радиуса может иметь любой исход, прежде чем начать торговую сессию Дмитрий создал две дюжины свитков перехода, привязанных к семилучевой печати алтаря, намереваясь раздать их друзьям для самостоятельного пользования магическими переходами. Навык мастера мечника обошелся ему о-очень не дешево! Пришлось положить на алтарь три четверти золотого песка, остальная часть намытого пришельцами золота ушла на магические чернила и две дюжины заговоренных патронов с серебряной пулей для Смит энд Вессона. Затем он продал костяной трезубец тритона и его коралловое ожерелье-амулет, выручив за них почти две дюжины солидов. Дмитрий вынул из кофра охотника вырезанные глаза и языки призрачных псов и восемь отрубленных осьминожьих ног гигантского тритона, пока оставив дымчатые и радужный кристаллы себе. Убрал солидную кучку золотых солидов, вырученных за амулет и части тел магических животных в кошель, радуясь, что этого хватит на строительство всех четырех деревянных застав на границе баронства. Пятую, в поместье Филиппа, он все же решил строить чуть позже, но из делающегося там же кирпича. Пока кирпич был нужен для печей переселенцев, для завершения строительства заставы на холме Рохны и на восстановление его нового, но теперь уже старого замка — первой наблюдательной точки из цепи планируемых приграничных застав. Наконец очередь дошла до приобретенного за огромные деньги навыка мастера мечника. Встав посередине печати, Дмитрий был просканирован и система выдала заключение: Физические данные в норме, кандидат готов к активации навыка. При активации навыка будут укреплены сухожилия и связки кандидата, поэтому рекомендуется принять обезболивающее, лечь и следующие шесть часов провести в лежачем состоянии, не напрягая руки и ноги. Активировать купленный навык мастера мечника? Дмитрий активировал навык, следуя правилам системы, правда, вместо обезболивающего выпил зелье Сергеича и вдобавок активировал заклинание исцеления. Первые минуты ничего не происходило, но потом в голову, словно молотком гвозди, стали вбивать знания про новые техники боя, связки, стойки, удары нападения и защиты. В глазах потемнело от боли в суставах и Дмитрий впал в какое-то оцепенение, видя в голове все новые и новые картинки боя. Он не помнил, когда вырубился, но, очнувшись, увидел за окном первые лучи восходящего солнца. Поднялся с пола, растирая затекшие ноги и массируя еще ноющие колени и локти. Глянул в окно, активируя навык острого зрения. Не по-зимнему яркий диск солнца вставал из-за моря, но его лучи прошивали серую зону на горизонте, вовсе не освещая ее, оставляя такой же сумрачной. Навык мастера мечника он приобрел, но у него осталось еще одно дело — камень с вырезанной на нем руной «улучшения». Не случись этого казуса с убийством племянника Вала и взятием в заложники его учеников, Дмитрий без сомнения потратил бы рунный камень для усовершенствования своего главного навыка — виденья. Но теперь, в связи с предстоящим поединком он решил улучшить свой полуторник. Вынув Фирнивар из ножен, он возложил его на печать алтаря и, зажав в кулаке камень, дал согласие системы на его активацию. Меч полуторник, созданный настоящим мастером и зачарованный опытнейшим магом. Клинок, овеянный легендами за три века своего существования. Применив рунный камень улучшения, вы улучшаете свой меч. Редкое оружие, которое имеет собственное имя Фирнивар — клинок ярости — теперь приобретает статус уникального! Теперь раны, нанесенные Фирниваром магическим животным и магам, вытягивают часть маны вместе с каплями крови, пока рану не залечат заклинанием, либо не выпьют соответствующее зелье. За одну секунду раненый человек или зверь теряет 0,5% внутренней магической энергии. «Выходит, если нанести даже небольшую кровоточащую царапину магу, то через три с половиной минуты тот из мага превратится в обычного человека? Если не активирует заклинание исцеления или не примет исцеляющего зелья, конечно. Но во время схватки исцеляющее зелье выпить сложно, а на активацию исцеления все равно не мало маны будет расходоваться. Хочется верить, что у меня будет свой туз в рукаве при поединке с майором!» Димка явно повеселел. Гоня от себя мрачные мысли и надеясь только на победу в предстоящем поединке, он вышел на берег и провел получасовую тренировку, повторяя связки боя и оттачивая коварные удары — закрепляя полученные магическим путем знания. Его полуторник летал, рассекая воздух, словно невесомая тростинка — смертельная тростинка, что запросто перерубит человека в реальной схватке. * * * Дохлый вел людей по серым землям междомирья. Борис, первый его знакомец и кандидат, а так же Валерий и Полина — муж с женой, которым было достаточно продемонстрировать фокус с созданием мерцающего воздушного щита, чтобы они загорелись идеей выйти из Радиуса во внешний мир. И их шестилетний отпрыск, щуплый и маленький мальчик в накинутом на самые глаза капюшоне, имя которого Дохлый даже не удосужился спросить, но Валерий вроде называл сына Павликом? После демонстрации внешнего проявления своего дара семейной паре понадобилось всего неделя, чтобы распродать имущество и прибыть в Латат готовыми к исходу из этого мира. Люди цеплялись за мелькнувший призрачный лучик и не хотели упустить возможность уйти. Через полсотни шагов пацан стал тяжело дышать и отставать, отец взял его небольшой рюкзачок себе и потянул сына за руку, хотя и ему каждый шаг давался с трудом. Еще через полста метров и Полина стала пошатываться и остановилась отдышаться. Дохлый волновался, но и ликовал внутри — все вышло, как он задумал, хотя еще ничего не кончилось, но уже сейчас он, еще недавний доходяга и люмпен, ощущал свое превосходство перед этими людьми. Они не смогут находиться в этих серых землях и получаса, а он выдержит. Выдержит, даже путь в полкилометра и обратно, зря Шрек смеялся над его даром. Вот он его дар в действии! — А мы сможем дойти? — хрипло и устало спросила женщина у обернувшегося Дохлого. — Конечно, дойдем! — кивнул тот и, поясняя, соврал, — Не вы первые. Нам до моста нужно дойти, это с полкилометра еще, но не беспокойтесь. Видите дом разрушенный, — ткнул он в оставшиеся от кирпичного дома стены справа от дороги, примерно в четырех десятках метрах от них, — там отдохнете, я вам дам выпить прибавляющее сил зелье. Выпьете и точно дойдете. До указанного дома группа еле дошла — Борис споткнулся, упал и последний десяток метров полз на карачках. Валерий тащил под мышкой пацана, а его жена, бросив поклажу на дороге, спотыкаясь, доплелась до стены, где ее вывернуло. — Я наверное, не дойду! — с ужасом в глазах прохрипела Полина, — Если бы не наш мальчик, у которого тут нет никакого будущего, то назад бы повернула! — Ничего, рассаживайтесь на бревнышке. Отдышитесь, а я вам дам лекарство, которое сил прибавит и точно дойдете! — попытался успокоить их Дохлый. Когда хрипя и тяжело дыша, группа расселась на бревне, лежащем возле стены, Дохлый достал из рюкзака термос и стал наливать в крышку уже чуть теплый слабенький чай и давать каждому из переселенцев выпить его. — Давайте, пейте до дна, чтобы лекарство подействовало! — подбадривал он горе-ходоков, которым оставалось жить еще несколько минут, — Этот волшебный напиток придаст вам сил. Пейте, пейте! — переходил он к следующему. Паренька тоже стало тошнить и он заплакал, но отец чуть не силой влил сыну в рот отмеренную Дохлым дозу чая, который был щедро сдобрен белесыми шариками уже мертвого колдуна. — Закройте глаза и отдыхайте. Минут через пять лекарство подействует! — объявил он и сам, убрав в рюкзак термос, уселся на пороге развалин. Первым затих пацан, через минуту перестала дышать и его мать. Борис тоже не долго цеплялся за жизнь, а вот Валерий, глянув в глаза Дохлого, все понял, он тоскливо завыл и молча, лишь закусив губу и горящими от ненависти глазами попытался ползти к убийце своей семьи, но через два метра заскрежетал зубами, сплюнул пошедшую горлом кровь, ткнулся лицом в серую, похожую на угольную пыль землю и затих навсегда. Дохлый встал на ноги, огляделся нет ли поблизости никакой твари, а потом, оставив тела лежать в развалинах заброшки, пошел назад. Он сам был на грани и ему нужно было отдохнуть как минимум три часа, чтобы набраться сил и восстановить свой внутренний потенциал. Вернувшись к развалинам через несколько часов, он занялся перетаскиванием тел в стоящий за этими развалинами колодец. За эти несколько часов тела успели чуть усохнуть, став легче — серая зона тянула и из мертвых тел остатки жизни, делая их тела похожими на древние мумии. Глянув на лицо мертвого ребенка, он, на секунду ужаснувшись содеянному, натянул тому на голову капюшон куртки и более старался не смотреть в потемневшие лица убитых им людей. Продемонстрировав Валерию и Полине свой дар и пообещав вывести их во внешний мир, Дохлый не успокоился и не стал прерывать свои тренировочные походы в серую зону. Наоборот — теперь у него появилась цель и надежда, что задуманная им тема точно выстрелит. И она выстрелила! Обыскав тела и сумки поддавшихся мечте и искушению выбраться из Радиуса людей, он стал богаче на пять тысяч долларов, полтора десятка царских червонцев и на несколько золотых монет ручной чеканки — тех самых солидов пришлых, которые даже в Ягодном уже имели хождение наравне с червонцами. «Черт возьми, вместе с моими монетами и монетами Шрека, это целое состояние! — возликовал Дохлый, — Да плюс деньги, которые они мне заплатили за переход! Если такое провернуть еще хотя бы пару раз, то можно перебраться в Асино, а то и в Белый Яр, и не только купить себе хороший дом и машину, но и стать владельцем магазина или кафе! Даже не сам рулить буду — охранник меня возить станет, словно слуга индус белого господина!» Перетаскав и скидав тела в ближайший колодец, Дохлый еще раз внимательно осмотрел окрестности в купленный в оружейном магазине бинокль. Предосторожности эти были не лишни. Несколько дней назад он не пошел по дороге — своему обычному маршруту, а решил свернуть к рощице и реке, там протекающей. Хотя сейчас там было пустое русло с такой же серо-черной антрацитовой пылью, как и везде. Даже в старом колодце, куда он кидал тела, воды не было, лишь камни и серая пыль межмирья в которую превратился плодородный слой. Еще он заметил, что тут нет птиц, нет и мелких зверушек, даже насекомых нет! А листья на кустах и деревьях какие-то темные, скукоженые, не живые, словно из них вытянули всю влагу и саму жизнь впридачу. Эти темные листья никогда не трепетали на ветру, да и ветра тут не было. В прошлый раз пройдя рощицу и дойдя до берега пересохшего русла, Дохлый заметил вдали какое-то движенье и, приглядевшись, обомлел — гигантское насекомое, наверное, ростом выше слона, на длинных и тонких ногах шло на той стороне русла. Это не былом виденьем утомленного разума, Дохлый слышал, как трутся друг о друга хитиновые пластины, ощущал шаги и слышал стрекот этого монстра из мира неживой серой зоны. Тварь серых земель остановилась и, словно чувствуя присутствовавшего живого в этом мертвом мире, повернулась и посмотрела на Дохлого. Крик ледяным комом застрял в горле и Дохлый в ужасе побежал назад. Он готов был поклясться, что голова у насекомого была не обычной, а какой-то восково-серой маской человеческого лица с горящими белесым светом глубоко посаженными глазами. Когда он, хрипя и хватаясь за сердце, добежал до границы Радиуса, заметил что из носа струйкой течет кровь, а в глазах мелькают темные круги. «Кто это или что это? Начало бы оно преследовать меня и сожрало, догнав, будь я на сотню метров ближе? — бились в голове мысли, — И как можно противостоять таким тварям серых земель межмирья?» После встречи с неведомым он впервые задумался о своей защите. В следующий раз, отойдя всего полста метров, он вытащил пистолет и, прицелившись в стену дома, попытался выстрелить, но выстрела не получилось, лишь боек сухо щелкнул по капсюлю патрона — осечка! Отвел затвор, досылая новый патрон в патронник и убирая в карман вылетевший, он снова нажал на спусковой крючок и вновь сухой щелчок курка. Точно так же дела обстояли и с обрезом. И даже заговоренные патроны с серебряной дробью здесь не стреляли. Так, эмпирическим путем, Дохлый понял, что любое огнестрельное оружие не срабатывает в серой зоне и можно надеяться только на нож или топор. В тот же день он сходил на рынок, где нашел и прикупил себе небольшой топорик с удлиненной рукоятью, напоминающий индейский томагавк из фильмов с Гойко Митичем. Понятно, что таким от увиденной твари не отобьешься, но хоть что-то есть из оружия! Еще Дохлый заметил, что прозрачная граница, отделяющая серые земли от Радиуса, сдвинулась. Вернее, граница Радиуса передвинулась на пару метров, захватывая и подминая земли серой зоны. Захваченная Радиусом территория в мгновение ока не стала обычной землей, но там стали видны чахлые, хотя, в отличие от серых земель, живые растения, да и лучи осеннего, почти зимнего, солнца, уже проникали на этот участок. Дохлый специально вбил колышек на новой границе и через пару дней убедился в своей правоте — граница снова сдвинулась почти на метр, расширяя заселенный людьми Радиус! Кроме денег Дохлый снял с Валерия часы, кожаную куртку и неплохие легкие кроссовки, а с его жены золотое кольцо и серьги с темно-синим камушком, но не потащил трофеи назад. Он припрятал все в подвале соседнего заброшенного дома, замотав проушины дверей толстой проволокой, рассудив, что здесь, в серой зоне, это все будет в большей сохранности. После своего первого убийства целой группы людей, он решил сделать перерыв в неделю-другую, но уже через три дня к его дому в Латате подъехала старенькая легковушка из которой выбрались мужчина и женщина, средних лет. — Простите, это вы маг? — после продолжительной паузы, когда Дохлый готов был закипеть, послать визитеров и захлопнуть калитку, спросил мужчина, — Нам по большому секрету про вас рассказала Полина. Простите, но нам не к кому больше обратиться и вы должны помочь нам! «Действительно — знают трое, знает и свинья! — усмехнулся про себя Дохлый, — Ну что же, зато искать никого не нужно — на ловца и зверь бежит.» Игорь и Валентина — муж с женой, бывшие сотрудники пункта продажи-приема акций и билетов МММ. Они были чем-то не на шутку взволнованы, даже напуганы и просили Дохлого перевести их побыстрее. Впрочем, даже выходец из Тегульдета краем уха слышал о закрывшемся несколько недель назад пункте этой конторы. Оказавшись отрезанными от внешнего мира, люди остались обманутыми с никому не нужными бумажками на руках и, конечно, желали получить свое, а если нет, то выместить злость и досаду на бывших предпринимателях, покупавших и продававших билеты МММ. Ну что же, есть спрос, есть и предложение! Дохлый не стал упрямиться, взял с убегающей от гнева толпы парочки тысячу долларов и в этот же день повел их по проторенной дороге. До развалин дома, а после до старого колодца, куда так же, вслед за первой группой, попали тела Игоря и Валентины. А он, вкупе с полученной тысячей, стал богаче еще на полдюжины золотых монет. Правда, Дохлый остался весьма недоволен таким уловом — рассчитывал-то на большее! В объемной спортивной сумке основной поклажей были перетянутые резинками пачки совершенно бесполезных здесь акций и разномастных билетов созданной Мавроди фирмы. Вот этих бумажек было много и понятно, что парочка, рвущая когти из Радиуса, намерена была превратить эти бумажки в живые деньги. Вот только Дохлому они были совершенно не нужны. Дохлый не отнес сумку с акциями в свой тайник, а швырнул ее за угол развалюхи, в почерневшие безжизненные кусты. Правда, на этот раз Дохлый оставил тела в заброшке на сутки, и после с легкостью перенес до старого колодца высохшие и почерневшие мумии. С собой из серой зоны вынес только двустволку Игоря, которую тот, видимо для безопасности, прихватил с собой в дорогу. Старый Москвич, на котором приехала парочка ушлых сотрудников, он, чтобы не привлекать внимания, не стал загонять в свой двор, а загнал во двор одного из пустующих домов неподалеку. ---------- Глава 11 Глава 11 Пока Дмитрий проводил совещание с лордами, улучшал меч, а потом проводил торговую сессию, Максим Максимович не только установил радиостанцию на башне заставы, но и вместе с Логуновым занялся пушками. Хорошо, что все пушки, снятые с корабля, были одного калибра и достаточно было на примере стрельбы из одной установить нужную развеску пороха для выстрела картечью. В качестве картечи использовали мелкие речные камушки. Ядра использовать Дмитрий не планировал. Пока не планировал. Поэтому тренировку с опытным мечником пришлось отложить и сначала проверить работу радиостанции, связавшись с башней в Асино, а после с азартом провести стрельбу из всех пушек, всполошив этим округу. Не только приехал испуганный вождь эстов, но и Захаров с Нефедовым прискакали узнать, что происходит на холме. Особенно впечатлились артиллерией прибывшие лорды, вот только устанавливать пушки на будущих заставах Димка не планировал, слишком их было мало. Но, как минимум, одну точно нужно поставить в пограничной крепости. — Одну пушку установим здесь, — сказал он Филиппу, имея ввиду холм Рохны и почти достроенную заставу, — Еще одну установим в будущей крепостице в твоем феоде, возле пристани и доков. А вот одно или даже пару орудий придется ставить в приграничную крепость, когда ее восстановим. Там наиболее вероятное место появления противника. Ну, и еще одну планирую установить на большую лодку, на которой можно будет патрулировать реку. — На новую лодку, что строят, ставить это громовое оружие будешь? — спросил его будущий лорд-рыцарь и пояснил, — Новая лодка на три ярда длиннее будет и с трюмом небольшим — как ты заказывал. Ковалев все же планировал одну из больших лодок перегнать в Белый Яр по воде и оттуда поездом перевести ее в Асино. «Ну да, один из двух катеров береговой охраны Смирнов нам не отдаст, а небольшой корабль, способный увезти полтора-два десятка бойцов, там ой-как пригодился бы! Помимо паруса установим мотор и, думаю, будет против течения не меньше двенадцати узлов выдавать. Конечно, не современный катер погранцов, но зато свое средство передвижения, да и в трюме товар возить можно в то же Берегаево или Серебряный плес, а там сахаром грузиться или угольком с карьера и назад. Обратно по течению на парусе, не спеша, пойдут. Нее, от идеи перевезти большую лодку железнодорожным составом из Белого Яра отказываться не будем!» — Это называется артиллерийское орудие или пушка, попросту. — похлопал Дмитрий по покрытому зеленоватой патиной бронзовому стволу. Посмотрим насчет лодок, сравним. — пожал плечами Дмитрий, — Тогда уже решать будем, но с трюмом для груза нам там пригодилась бы. Когда, кстати новую лодку достроят? — Две седмицы еще и готова будет. Но без парусов. За парусиной нужно будет в город ехать и не знаю найдем ли, если только самим заказ в гильдии ткачей разместить, а это еще время. Да и недешево выйдет. — Фил, я думаю, за несколько дней вернувшиеся в свои феоды лорды подберут хорошие места для застав, поэтому тебе будет задание. — немного подумав, сказал Димка, — Поедешь в Варгион и наймешь еще несколько строительных артелей. Но акцент на плотников теперь. Еще, в гильдию нужно будет заехать и ценами поинтересоваться на паруса. Если согласятся заказ принять, то договаривайся. Поторгуйся, конечно, но нам паруса все равно нужны, так что, как ни крути, а покупать придется. — Понял. — кивнул парень, — Значит, из бревен заставы рубить решил? Ну и правильно, Бескарский лес на другом берегу — руби и сплавляй бревна. А артель каменщиков отпустишь? — Нет, — усмехнулся Дмитрий, — если сами не сбегут, то не отпущу. Им тут работы еще на год хватит. Подумал и решил заставу расширить — большой дом поставить, для себя. А как закончат, начнут крепость в твоем феоде рядом с доками строить. — Чего бы они сбежали? Ты им хорошо платишь, не придираешься — довольны мастеровые. — усмехнулся Филипп и кивнул, — Съезжу на днях в город. Самому кое-что прикупить нужно, готовую посуду и черепицу отвезти, да и господин Нефедов просил печника опытного найти. Думаю, вместе с Логуновым и Нефедовым поедем. До мероприятия провел усиленную тренировку с мастером меча и остался доволен результатом — побеждал в поединках восемь раз из десяти, даже не используя магию и навыки. После Дмитрий, как и планировал, возвел в титул рыцаря-лорда Филиппа Кортура, провел к присяге трех лордов и Киллигана, сына сэра Квардиуса, пока не даровав тому титул, но назначив управляющим в феоде. Также Гая, сделав дворянином, назначил лейтенантом и командиром своей еще наполовину сформированной гвардии. Не сказать, что мероприятие было пафосным, но обновленные на алтаре доспехи и шлем из кожи карраханского дракона сверкали, отливая бездонной тьмой, подаренный Филиппом лиловый плащ, расшитый золотом, добавлял пафоса. Помимо лордов, Сергеича и его старого учителя, на мероприятие пригласил молодого вождя Марво и Нефедова с Захаровым, хотя и опасался, что прожженные большевики выскажут свое мнение о феодальном строе и эксплуататорстве дворянством простого народа, но обошлось. Видно, поняли мужики, что в чужой монастырь со своим уставом не лезут и нужно обустраиваться тут, раз Союз развалился и обещанный коммунизм не построили. Наоборот, пришельцы порадовали новостью, что начали добывать известь и часть пробной партии хотят отвезти в город на продажу. С этим вопросом направил их к Филу, пусть вместе едут, вроде как торговым караваном в город из баронства. Еще они наткнулись на разобранную шестерку гайцов и Дмитрий, рассказав о трех новых попаданцах, разрешил использовать остатки металла для переплавки в кузнице на инструменты и сельхозорудия. После официальных мероприятий все сели за стол. Надо отдать должное, снова Фил постарался, все организовывая. Ничего, Димка тоже не в долгу — благодаря влитому сюда золоту и серебру, из захолустного поместья земли Кортура превратились в оживленный феод, с рынком, гостиницей, постоялым двором, большими укрепленными казармами, конюшнями с тремя дюжинами лошадей, да и население увеличилось втрое. Надолго Димка задерживаться не стал, поднял несколько бокалов вина, выслушал тосты и здравницы в свою честь и отбыл с Максимом Максимовичем в Асино. После общения с Максимом Максимовичем понял, что при исходе всех андроидов, ну кроме Косты, конечно, из Радиуса, ему останется часть медицинского оборудования, которую никак не перенести через активированный портал. И Димке пришла мысль открыть в Асино частный медицинский… ну центр, это громко сказано — кабинет. Даже пару кабинетов, так как андроиды оставляли современный аппарат стоматолога с креслом. Если в медицинском кабинете Димка сам мог проводить прием, излечивая с помощью магии переломы и серьезные травмы, то пломбировать и рвать зубы он не умел, да и не горел желанием этим заниматься. «Да ладно, будет оборудованный кабинет, можно и врача-стоматолога найти. — подумал Дмитрий, — Пусть больших денег медицина нам не принесет, но небольшой ручеек, текущий в общую кассу, будет. Да и про уважение людей, проживающих в городе, нельзя забывать — будем брать поменьше, не наглея, зато постараемся лечить качественно, а детей с травмами вовсе бесплатно принимать будем. Теперь, когда радиостанция в башне заставы установлена, меня найти не проблема. Если кто травму серьезную получит, перейду телепортом и помогу.» Откладывать неприятный разговор с Красниковым Димка не стал и сам, придя к нему, начал разговор. — Илья, тут такое дело… — немного замялся Ковалев, но тут же взяв себя в руки продолжил, — Эрвин не знает, как вытащить вас из Радиуса. Не могут простые люди отсюда выйти… только андроиды. — Ты встречался с Эрвином или он прислал сообщение? — заинтересовался выбитый из колеи начальник отдела, — Откуда ты знаешь про андроидов? — С Эрвином я не общался, но разговаривал с Айваром, да и Коста сейчас за пределами Радиуса должен установить с искином связь. Но не все так просто, Эрвин просчитался и ему пришлось установить шаткий мир с системой так называемых темных миров. — Димка вздохнул, — По соглашению сторон магическая система не станет оказывать влияние на этот мир, но Эрвин уйдет из него тоже. Да и мы, в следствие неудачного эксперимента, сейчас отрезаны от внешнего мира. Думаю, придется думать, как выживать самим. — Ясно, — грустно кивнул Илья, — снова нас кинули под танк! Я надеюсь, хоть письма детям мы с Машей сможем отправить? — Сможете, — подтвердил Димка, но покачал головой, — не думаю, что на постоянной основе их можно будет в ваш мир пересылать, но с андроидами сможете передать. — Мда… грустно. — покачал головой Илья и хлопнул ладонью по столу, — Вот как я такое Маше скажу? Съездили в командировочку, заработали, мля, денег на квартиры детям! — Думаю, за этим дело не станет, Эрвин поможет купить квартиры вашим детям. А вот вы, да… зависли вы с женой в Радиусе. — Ладно, проживем как-нибудь! — махнул тот рукой и с прищуром глянул на Димку, — Надеюсь, ты оставишь нам с Иваном часть прибыли от производства магического порошка? Да и организовать новую лабораторию проблем не будет? — Илья, к чему такие вопросы? Это ваше с Иваном изобретение. — Но стоит антенна теперь на твоей высотке? — все еще недоверчиво хмыкнул Илья, — Да и для преобразования ледяных кристаллов в порошок нужен твой алтарь. — Все равно, половина ваша с Иваном, даже не сомневайтесь. Илья, я не такой человек, чтобы запугав или отняв, поимел выгоду. Дмитрий не стал говорить, что дружить с учеными от магии ему гораздо выгоднее, а акцентировал ответ на другом. — Илья, вы мне с Иваном друзья и я вас, как и Арсения Петровича, никогда не кину! Занимайте мою трешку на втором этаже, оборудуйте ее под лабораторию и начинайте работать — половина кристаллов ваша, алтарь тоже большую часть времени в вашем распоряжении, а я чем могу — помогу. Димка протянул руку бывшему начальнику отдела и они скрепили договор рукопожатием. В высотке он ночевал редко, а после постройки заставы намеревался перейти туда для постоянного проживания, поэтому без всякого сожаления отдал выделенную трехкомнатную под лабораторию. «Сейф к Карате перетащу, -решил Дмитрий, -и если тут ночевать останусь, так без проблем приютит в свободной комнате.» Дмитрий, переговорив с Ильей, снова отправился в поместье Фила. Утром он не меньше часа повышал свои магические навыки у маяка, где прокачивал ману с помощью энергии кристалла, а потом отправлялся в поместье, где проводил по нескольку раз на дню тренировки с мечниками. Еще Дмитрий попросил андроидов вновь подключить их оборудование и провести несколько виртуальных боев с доном Хоакином, раз уж другого боевого мага не было, ни в поместье Филиппа, ни в Асино. Следующие несколько дней после получения нового ранга и навыка «мастера меча» прошли в суете решения насущных вопросов и тренировках, а глубоким вечером Дмитрий отправлялся за пределы Радиуса узнать, не вернулся ли в дом лесника Коста. На четвертый день, вернее, вечер Дмитрий застал в доме Матвеича вернувшегося из Красноярска андроида. — Ну как вы тут без меня, не заскучали? — приветствовал его Коста со смешком. — Здорово, путешественник! — приобнял друга Ковалев за плечи, — Ну рассказывай, какие новости? — Да какие новости? — пожал плечами андроид, — Все, как и ожидалось — все андроиды уходят. Айвар привез меня сюда и ждет всех в Ярцево. Эрвина не видел, но тот через Айвара смог передать импульс-сообщение. Как и ожидалось — говорит, что все вышло из-под контроля, извиняется перед тобой и Ильей с Марией. — На этом все? — посмотрел Димка на андроида, — Помощи от него не будет? — Нет, Дима, — покачал головой Коста, — в соответствии с договоренностями, Эрвин более не может пробивать пространственно-временной канал в этот мир, лишь заберет андроидов, ну кроме меня, конечно. — А хорошие новости есть? — вздохнул Дмитрий, хотя вроде смирился с ситуацией и понимал, что все так и будет. — Айвар оставил мне машину — почти новый грузовик, Газ-66 тентованный, на стоянке стоит. Теперь смогу обратно из Красноярска своим ходом добираться. Еще, свои контакты с вояками он мне передал, пары нужных людей телефоны. Оружие пока не предложили, но патроны можно покупать. Небольшими партиями дают, но зато постоянно. -похлопал он рукой по объемному рюкзаку, — Взял цинк пять-сорок пять. — он развел руками, — Извини, Дима, только за доллары продают, так что все, что было отдал. — А выходов на склады Росрезерва нет? Нам бы для ПД запас иметь, да и для ППШ с ТТ патроны бы купили. — Пока нет. — мотнул головой Коста, — Но обещали в следующий раз кое с кем свести, может, и выгорит. Зато акции твои скинул и, чтобы деревянные сюда не тащить, часть на серебро обменял. Коста достал из кармашка рюкзака полиэтиленовый пакет с восемью стограммовыми серебристыми слитками. — Много не стал брать, все же цена кусается. — пожал он плечами. — Всего восемьсот грамм на пробу. Но все равно, это серебро выходит дешевле, чем у нас в Радиусе. Это «у нас в Радиусе» бальзамом на сердце пролилось Димке. «Значит, Коста тоже Радиус своим новым домом считает. — про себя хмыкнул Димка, — Значит, не кинет, не сбежит, не подведет новых друзей.» — А с покупкой серебра проблем не будет, это вообще законно сейчас в слитках покупать? — Нормально! Сейчас же все бизнес крутят, так хоть вагон через биржу покупай, было бы чем расплатиться — все хотят американские деньги за свой товар. Ну и еще, как ты просил — упаковки кофе, чая, разных специй, — хлопнул Коста по набитому рюкзаку, — двадцать бутылок коньяка армянского взял для ресторана и тебе с пацанами посидеть. Еще по десять блоков Парламента и Винстона — Николай просил, но тоже дорого — на рынке коммерческом брал, так не достать. Сам знаешь, напряг там с куревом, по талонам продают даже дешевые без фильтра. — Нормально, — махнул рукой Димка, — у нас уже любые редкость. Можно там на оптовке брать, минимум полцены накручивать, все равно разбирать будут. Но лучше, через ресторан и пирожковые пустим. — Патронов двенашки пару сотен с картечью и сотню пулевых прикупил. Можно сказать — на разведку скатался, если больше нужно, то без проблем привезу. — Доллары не стал брать? — Нет, решил на товар и патроны рубли потратить, да и там выходит курс доллара выше чем в Радиусе. Ну если не к деревянным рублям, а по серебру или золоту ровнять. — пояснил он Ковалеву. «Значит, баксы что имеем в загашнике, будем экономно расходовать — только на оружие и боеприпасы. — подумал Дмитрий, — А вот акции МММ можно скупать и вывозить из Радиуса. Не за дорого и аккуратно, чтобы подозрений не вызвать, а лучше на рынке или в пирожковых на самогон и продукты менять.» — Вот еще, от Айвара подарок, — протянул Коста небольшой, но увесистый полотняной мешочек, — тут всякой монеты серебряной, примерно рублей на триста. Димка раскрыл мешок и зачерпнул монеты, но, помимо знакомых уже серебряных рублей или полтинников с молотобойцем и звездой, тут была разменная мелочь — двадцати пяти, двадцати, пятнадцати и десяти копеечные серебряные монеты с царским орлом на реверсе. Димка с интересом разглядывал двадцати пяти копеечную монетку, ведь в Союзе денег такого номинала не было. И такие, мелкие монеты составляли большую часть посланных андроидом денег. «А у Айвара голова варит, — подумал Димка, — запомнил и мелочи разменной прислал. Это после того, как я в разговоре упомянул, что несколько раз видел разрубленные на две и на четыре части серебряные полтинники. Этого конечно мало, даже в пределах Асино — капля в море. Зато можно как образец взять и с помощью ювелира изготовить штампы для мелких денег. Вот только где бы его найти, этого ювелира? Надо у Карате поинтересоваться, может, есть кто-то знакомый.» * * * Вечером, когда оставалось минут пять до закрытия большого павильона, находившегося недалеко от входа в городской рынок, в него зашло три человека. Первым шел широкоплечий, коренастый, но невысокий и уже рыхловатый, если не сказать толстый мужчина, на пузе которого в натяг сходилась кожаная куртка. Это был Кабан. Массивный череп Кабана, которому не было и тридцати лет, был острижен под машинку, а щеку пересекал багровый шрам от ножа. За ним следовали двое, которые были явно моложе, но зато в более хорошей спортивной форме. — Мы уже закрываемся! — крикнула продавщица, женщина средних лет, но идущий первым пузан недовольно мотнул массивной головой и женщина, разглядев, кто вошел в павильон, ойкнула и скрылась за занавеской, где днем покупатели примеряли приглянувшиеся вещи. — Ну чего не ясного? Закрыты уже! — громко сказал троице парень, находившийся внутри. Он привстал со стула, потянул из кармана кастет и дал знак напарнику, что тоже встал со стула, поигрывая толстым резиновым шлангом с утяжеленным концом. Каждому из них было не больше двадцати лет. Оба короткостриженные, в спортивных костюмах попугаечных расцветок, но вот габаритами они проигрывали каждому из троицы вошедших. — Слышь гопота, когда хозяин приедет? — спросил их Кабан. — Кабан, это наш коммерс и наша точка, — набычился один из парней, — решали уже по Марку с Гавриловым. Что не ясно? — Что? Как, ты меня назвал — Кабан⁈ — вызверился пузатый, — Для тебя, сопля, я Анатолий, а лучше Анатолий Васильевич! Он сделал еще небольшой шаг, а после стремительно, не смотря на свои габариты, подался вперед, ухватил паренька с кастетом за олимпийку на груди и боднул массивной головой так, что тот охнул и из разбитого носа щедро брызнули алые капли, а потом рванул его на себя, с треском разрывая ткань, и парень кубарем полетел в проход, прямо под ноги сопровождающим. Там паренек успел получить пару пинков, пока среагировал его напарник. Второй молодой охранник прыгнул вперед и замахнулся коротким шлангом, но Кабан мягко ушел с линии удара, а вот его подручный, перехватив шланг в нижней траектории полета, пробил парню левый, мощный крюк в голову. А когда тот поплыл на пару мгновений, выпустив из руки шланг, то уронил его на пол, пробив два коротких в корпус — в солнышко и по печени. Третий из пришедшей троицы, лицо которого усеивали мелкие оспинки, перестав пинать первого парня, по лицу которого была густо размазана кровь, радостно оскалив желтые от табака зубы, переключился на второго охранника. В это время в павильон вошел высокий, черноволосый мужчина лет тридцати пяти. Он на миг замер, озадаченный увиденным разгромом и попятился назад в надежде выбежать наружу, но один из подручных Кабана не дал ему уйти. Он ухватил Марка за куртку и, рванув, потащил к Кабану. — О, старый знакомый! — расплылся Кабан в ехидной ухмылочке, — Давно не виделись, Марк! Ты же рад меня видеть, да? — Мы уже разговаривали и все обсудили! Я не должен вам платить, у меня уже есть крыша! — Крыша? — переспросил Кабан, напоказ приставив ладонь к уху, будто не расслышал, — Ты сказал, есть крыша? Эти гаврики — твоя крыша? Показал он на лежащих на полу парней, которым изредка прилетали пинки и зуботычины подручных Кабана. — Вы же знаете, что я работаю с Гавриловым! — Да мне пох с кем ты работал, и на Гаврилова и его гавриков! — сплюнул Кабан себе под ноги, — Будешь теперь нам отдавать четверть прибыли. Не согласишься работать с нами, так спалим тебе все твои ларьки, Марк. И склад с одеждой сожжем! — Это произвол! Я пойду в милицию! — отшатнулся черноволосый побледнев. — Куда, в милицию? — снова сделал жест, будто не расслышал Кабан и резко двинул хозяина павильона в живот, отчего тот согнулся почти вдвое. — У меня же язва! — застонал худой, утирая выступившие на лбу бисеринки пота, — Четверть это много, у меня с Гавриловым договоренность на пятнадцать процентов от прибыли. — За что? — переспросил его Кабан, — За что, ты Марик, отдаешь пятнадцать процентов? — За охрану. — пробурчал черноволосый. — И это охрана? — усмехнулся здоровяк, показывая на избитых парней, но ухмылочка вышла злой, — Марк, поверь, ничто и никто не помешает мне сжечь оба твоих павильона, а потом и контейнеры с товаром! А четверть… ну, что такое четверть от чистой прибыли, Марк? Стоит ли из-за двадцати пяти процентов рисковать всем — здоровьем, бизнесом, машиной, домом, да здоровьем близких наконец! Вот смотри, Марк, — Кабан вынул из кармана несколько пятитысячных купюр отсчитал четыре, а потом отделил три бумажки и, показав на одну в другой руке, — вот это, нам на всех! А вот это, — потряс он тремя банкнотами в другой руке, — лично тебе! Не жмоться, ты же знаешь, что нужно делиться, так даже в церкви говорят! Я спрошу тебя еще раз, Марк, и поверь, я сломаю тебя прямо здесь и сейчас, если ты снова дашь мне не верный ответ! Так с кем ты сейчас работаешь? — еще раз приложил руку к уху Кабан, — Я не слышу? — С вами работаю. — тихо и как-то обреченно сказал Марк. — Во, слышали, уроды⁈ — повернулся здоровяк к лежащим на полу парням, — Он с нами работает! Сам это сказал. Валите отсюда и скажите это своему тренеру малахольному, а еще раз, кого из ваших тут увижу — ноги переломаю! Прежде чем уйти Кабан зашел за витрину и, порывшись в столе, вытащил небольшую картонную коробку с деньгами. Не считая, скомкав купюры, сгреб их себе в карман. — А это аванс и компенсация за драку с твоими охранниками. — усмехнулся Кабан и, хлопнув застывшего столбом Марка по плечу, направился к выходу. — Ну че, как я его обработал? — спросил здоровяк, обращаясь к одному из свих подручных, когда они уже покинули павильон, — Скажи, Санек, норм я ему за правильное зачесал? — Нормально, — кивнул крепенький, но подтянутый парень, которого звали Саней, но все звали его Челентано, за похожую хрипотцу в голосе, — сдулся, барыга! Толян, будем кого-то из пацанов оставлять на точке? — Зачем? Не сторож я барыге своему! — переиначил слова писания Кабан и засмеялся, довольный вышедшим каламбуром, — Правда, мы же в сторожа им не нанимались. Вот сторожем пусть хоть самого Гаврилова возьмет, старому хрычу впору подработку искать, а мы свое и так заберем! — Гаврилов снова стрелу набивать станет. — покачал головой Челентано, — Напрямую, через Седого или Рафа. Им позвонит и станет за беспредел предъявлять. — А кто с ним разговаривать поедет? — хмыкнул Кабан, протягивая Челентано часть отобранных у торгаша денег, — Мы с тобой и поедем! А если и Татарина Седой пошлет, не назад же наше отдавать? Если отбуксовывать, то братва не поймет! Да и вряд ли он будет по новой терки устраивать — гробов всего человек семь осталось, никого реального, только пацанье сопливое — бегут от него люди. Кому захочется постоянно с битой рожей ходить? А спровоцирует войну, луканется уже к нашему коммерсанту, так нам есть чем ответить! — К Седому будем заезжать, или поздно сегодня? — глянул на наручные часы Челентано, — Думаю, Гаврилов ему как узнает, наберет. — Сегодня не поедем и про завтрашнее дело не забудь! После него к Седому в контору заедем, только я сам как было ему расскажу, ты не встревай. А сегодня по домам двинем — выспаться нужно. А завтра за мной в семь приезжайте, не позже. Оружейный с девяти, но там менты после восьми утра меняются. — Так может, подождем пока сменятся и ночной домой свалит? — спросил Челентано, от волнения хрипя еще сильнее. — А чего ждать, зачем? Свой пистолет он не сдает, а в отдел уносит. Два Макара возьмем и вертикалок там не меньше полудюжины. Еще, я слышал, пара карабинов есть, но для своих, не на витрине. Ты и я, Рябой на подстраховке! Саня, что мы, с двумя клоунами не справимся? Наше преимущество — неожиданность! Поехали, и с утра жду, не опаздывайте! — предупредил товарища Кабан и, выкинув бычок щелчком пальцев, полез в стоящую перед павильоном белую Волгу. ---------- Глава 12 Глава 12 Старенький Рафик с полустершимися шашечками маршрутного такси на дверях еще час назад заехал в проулок и закрыл от глаз редких прохожих черный выход оружейного магазина. Сейчас за рулем никого не было, как и на пассажирском сидении рядом с водителем, зато в салоне сидело три человека. Двое были в натянутых на голову раскатанных вязанных шапочках, в которых, наподобие балаклав, были прорезаны дыры для глаз. — Толян, мне с вами или в машине ждать? — нервно спросил один из них старшего. — Рябой, ты тупой или как? — цыкнул языком бригадир, — Я же ясно сказал — ты пока в машине. А как мы с Саней внутрь заскочим, так выпрыгиваешь и дверь черного хода контролируешь. Только не светись сильно, чтобы рожу твою никто не срисовал! Кабан вытащил из кармана Макаров, дослал патрон в патронник, поставил на предохранитель и снова сунул пистолет в карман. Челентано тоже вытащил из кармана массивный вороненый револьвер, газовый, но сейчас заряженный патронами с дробью. Тоже осмотрел его, но не убрал в карман, а остался сидеть, зажав оружие в руке. — Вы же сказали, что без трупов? — нервно сглотнув, спросил Рябой и перехватил полуметровый обрезок трубы, заменяющий дубинку. — Да не ссы, сказал же — без трупов! — толкнул подручного локтем в бок Кабан, — Но они-то с двумя волынами будут, что нам, с голой жопой на ствол бежать? — Вон он, идет! — прошептал Челентано и хлопнул Рябого по макушке, — Да пригнись, ты! Шедший по проулку сменщик был с непокрытой головой в длинной куртке из плащевки и о том, что это милиционер, можно было догадаться лишь по серым штанам с тонким багряным ломпасом. Молодой сухощавый мужчина обошел стоявшую машину, не придав значения — мало ли кто припарковался в проулке? Старенькое маршрутное такси использовали для перевозки груза, окна салона были закрыты фанерками и притихшие в салоне братки не опасались быть случайно замеченными. Милиционер, не спеша, дошел до дверей магазина, но стучать в нее не торопился. Вытащил пачку Примы, закурил и, лишь полностью выкурив сигарету, поднялся на крыльцо и забарабанил в дверь кулаком. — Сема, это Ткаченко, открывай! — У него кобура под курткой, хрен он ее вообще расстегнуть успеет! — хмыкнув, прохрипел Челентано. Кабан осторожно, стараясь не шуметь, приоткрыл дверцу салона и выбрался наружу, пригибаясь и прячась за машиной, его приятель последовал за ним. Рванули они одновременно, когда щелкнул засов и дверь только начала открываться. Челентано действовал стремительно — на шаг опередив бригадира, с размаху двинул рукоятью револьвера по затылку входящего и сразу же рванул того за ворот, подсекая ноги, роняя на пол и освобождая дорогу Кабану. Массивный бригадир со всего маха врезался в еще не успевшую до конца открыться дверь, распахнул ее и, влетев внутрь словно пушечное ядро, снес с ног дежурившего и ничего не успевшего понять мужчину. — Лежать, сука, лежать сказал! — заорал он, рванув свой пистолет из кармана и тыча им в лицо дежурного, — Завалю, сука! На живот перевернулся и руки перед собой! Когда милиционер перевернулся на живот, Кабан двинул того по затылку рукоятью своего Макара, но не вырубил, а только сбил кожу и пустил кровь. Лежащий закричал от боли и дернулся, но Кабан не дал вскочить, навалившись сверху всем телом, а потом еще пару раз добавил рукоятью по голове, вырубая охранника и пачкаясь в его крови. — Живой твой? — спросил его Челентано, — затягивая худощавого внутрь и сам перевернув его на живот, заломил руки и принялся вязать их приготовленным обрезком веревки, — Ты не перестарался? — Да норм все, живой. Связав своего, Челентано задрал ему куртку, вытянул из кобуры табельный Макаров, а уже потом помог бригадиру вязать руки второму, так же вытащив у того из кобуры пистолет. — Ну вот, уже не зря скатались! — довольно сказал Кабан, похлопав по трофейному пистолету ладонью. Связав ноги милиционерам, они сунули каждому в рот кляп и замотали головы снятыми с вешалки плащпалатками, только после этого стянули с голов шапки с прорезями. — Саня, на тебе зал, я пойду в подсобке посмотрю и в кабинете хозяина! — прошептал Кабан так, чтобы его не услышали лежащие на полу дежурные. В это время, лязгнув, распахнулась входная дверь. Кабан подпрыгнул на месте, а Челентано вскинул свой револьвер, готовый пустить стаю свинцовых ос в вошедшего. — Ну че, все нормально у вас? — нервно спросил появившийся в дверях Рябой. — Дебил, мля! — не сдерживаясь, крикнул бригадир, — Свали, нах! В машине сиди, секи поляну, мля, пока не крикнем, понял? Рябой, скривив обиженное лицо, вышел, прикрыв дверь, а Челентано, шагнув к ней, задвинул засов. Через десять минут на полу в зале лежало четыре новеньких вертикалки двенадцатого калибра, старенькая двуствольная тулка и стояла сумка с пачками охотничьих патронов. — Где ключи от сейфов? — пнул Кабан одного из лежащих охранников. — Ключи у хозяина магазина. У нас нет. — Карабины где? — снова занес он ногу для пинка и охранник поспешил ответить. — В сейфе карабин! — Один? А еще что там есть? Ну, говори! — снова не сдерживаясь, приложил его носком кроссовка Кабан. Лежащий на полу мужчина зашелся кашлем, но потом прохрипел: — СКС один и тэтэшник хозяина магазина. — А во втором сейфе что? — не унимался бригадир. — Патроны к нарезному вроде, мы в сейфы не заглядываем. — Хозяин один приходит, во сколько? — Минут за пятнадцать-двадцать до открытия. Не убивайте только, у меня дети! — снова прохрипел не молодой милиционер, из-под плащпалатки которого уже натекла лужица крови с разбитой головы. — Не убьем, если не врете. А если пургу гоните, то обоих грохнем! — пообещал Кабан, он оттянул в сторону своего подельника и прошептал, — Ну что, дождемся барыгу, заберем то, что в сейфах? Ты только выйди, Рябому дебилу объясни, что хозяина ждем, чтобы не выкинул чего! — Он с главного входа заходит и дверь своими ключами открывает. — сказал второй лежащий и тоже попросил, — Пацаны, только не убивайте! Через час после утренних событий Кабан и Челентано сидели в просторном кабинете, а возле их ног стояла большая раскрытая сумка с пистолетами и патронами, а на полу лежало длинноствольное оружие. Помимо них в кабинете находилось еще трое. Хозяин кабинета — мужчина средних лет по кличке Седой — для своих Палыч, которого прозвали Седым из-за седого клочка волос, белым пятном выделяющегося на темной шевелюре. Его правая рука Рафаил — спортивного вида молодой мужчина лет тридцати, скуластый и смуглый, которого за глаза называли Татарин, а при общении — Раф. И высокий, но совершенно не спортивного вида лысеющий мужчина с покатыми узкими плечами, не толстый, но с небольшим животиком, в роговых очках на носу, которого прозвали Ботаником, но вовсе не из-за внешнего вида, а из-за профессии. Годами Вячеслав Михайлович, он же Ботаник, был самым старшим из всех тут собравшихся, примерно, лет сорока трех — сорока пяти. — Кабан, ты совсем дурак? — хлопнув ладонью по столу, спросил Седой, — Ты хочешь, чтобы мусора облаву объявили или тотальную войну нам из-за нескольких ружей устроили? — Да что не так-то? Мы же никого не убили, да и не видели они наших лиц, отработали с Саней все, как по нотам. Пять ружей, карабин и три пистолета! А еще патронов две полных сумки. Директор не только охотничьими, но и для Макаров и ТТ из-под полы приторговывал. И для карабинов, наверное, полтысячи будет. У вас же в деревне есть СКС-ы? — повернулся Кабан к молчавшему Ботанику. — Есть несколько. — кивнул тот, не вдаваясь в подробности, продолжая отхлебывать крепкий чай из стакана в серебристом подстаканнике. — Ну вот! Палыч, ну самим же патроны пригодятся! Зато теперь нам даже Афганец слова не скажет, не то что Гаврилов со своими школьниками! Наделаем обрезов и вся бригада вооружена будет. — Какие обрезы, Толя? — вздохнув, прикрыл глаза ладонью Седой, — Ты не в Чикаго, тут все на виду! Зачем ты снова с Гавриловым из-за павильона с китайскими шмотками бучу затеял? Оно тебе надо? Челентано, ты-то куда смотрел? Александр не ответил, а лишь виновато развел руками, как бы показывая жестом — что я мог сделать? — Палыч, так на перспективу сработали. — начал, пыхтя, оправдываться Кабан, — Он же сюда два контейнера спортивной одежды и кроссов завезти успел. Все востребовано и поставок больше нет, а, может, и не будет! Цены взлетели за последний месяц и четверть от всего проданного будет наша! — Это те разноцветные попугаечные китайские костюмы? — засмеялся Рафаил, — А на кроссовках Абибас вместо Адидаса? — Да и хрен с тем, что там написано, — зло глянул на Татарина Кабан, — зато колхозники их, как горячие пирожки расхватывают. — Ну хорошо, нужна тебе эта возня в песочнице, так сам по коммерсанту с Гавриловым решай. Но только без поножовщины и без стрельбы! — отмахнулся от его слов Седой, — Скажи, Толик, а зачем ты в кафе «Отдых» полез? Ты же знаешь, что у них охранная контора своя. — Да пох на этих сторожей! — хмыкнул и ощерился Кабан, — Теперь со стволами мы и их клубец под себя возьмем, бабла тот хорошо приносит, да и наркоту сбывать можно! — Толя, там не сторожа, а небольшая карманная армия! — ответил за Седого Рафаил, — Слышал ведь, что Чечена грохнули? Так, говорят, половина погранцов, а половина как раз бойцов из Скифа там было. У них не только автоматы, пулеметы им Смирнов выделил! А ты решил с голой жопой на ежа прыгнуть? — уже зло хохотнул Татарин, — С ружьишком краденным против пулеметов? Повезет, если там же не грохнут, а менты за магазин повяжут. — Да, что они сделают менты, в тюрьму посадят? Так нет ее у нас. — буркнул Кабан, который не любил Рафаила, но откровенно побаивался. — Да какая тюрьма? Шлепнут тебя у стенки, если как муха навозная все время надоедать будешь! — покачал головой Седой и показал сначала на оружие, потом кивнул на молчавшего Ботаника, — Пару ружей пусть потом Слава заберет. Но, если из-за твоей выходки менты или погранцы в деревню наведаются — пеняй на себя, Толя! И это мое тебе последнее предупреждение. И в клуб не лезь, есть нам где товар сбывать, не так его много пока. — Так я же на перспективу. — буркнул под нос Кабан, но Седой его услышал. — Нахрен такие перспективы, Толя! — снова не громко припечатал он ладонь к столешнице, — Наши перспективы — Асино, Тегульдет, Зырянское и Белый Яр, есть куда расти. Ты меня услышал, Толя, более я с тобой нянькаться не намерен. Будешь чудить, так подвинем из бригадиров. Идите, свободны! — А оружие… — заикнулся было Кабан, но его перебил Татарин. — Тебе же русским языком сказали — пару стволов потом в деревню Вячеслав Андреевич увезет, подальше от лишних глаз. А пока Раф все приберет. И своим пацанам не трепите про магазин, просто забудьте, как страшный сон! — Суки, — еле слышно буркнул Кабан, когда они с Челентано вышли на улицу. — Что, Толя, нервничаешь? Никак снова начудил, а Палыч пистон в зад вставил? — донеслось от стоявшего в десятке шагов зеленого уазика. В машине сидело три бородатых мужика, возрастом, как минимум, на полтора десятка лет старше Кабана. После первой шутки там громко, не сдерживаясь, заржали и тут же посыпались следующие — про вазелин и про суровое начальство. — Урою гадов! — зло, но в то же время себе под нос выдохнул Кабан, сжимая и разжимая кулаки в бессильной ярости, — Колхозаны, навозники гребаные! В уазике сидели мужики, приехавшие в Ягодное вместе с Ботаником. В отличие от Кабана и Челентано, они не прятали своих дробовиков и карабинов, шифруясь под ватагу охотников. Кабан, не вступая в словесную перепалку с охраной Ботаника, отошел подальше и там уже нервно прикурил. Затянулся и выдохнул сизый дым, повернувшись к приятелю: — Вот всегда так — все сделали, а благодарности — ноль! Ни за павильоны, ни за оружие. Пусть Слава заберет! — передразнил он Седого, — Ботаник гребаный, хуле приперся из своей деревни с уродами бородатыми? Ладно, поехали в шашлычную, мяса пожрем, да остограмимся — нервы успокоим! — кивнул он Челентано и пошел к стоявшей у обочины Волге, где за рулем их дожидался Рябой. — Валерий Павлович, позвольте спросить — зачем вам этот клоун? — задал вопрос Седому Ботаник, когда Челентано и Кабан вышли. — А мне он, Слава, как громоотвод нужен! Все знают, что он дебил. И не просто дебил, а дебил деятельный, поэтому на это скидку делают. В конечном итоге, не с ним решают, а мне сюда звонят. — кивнул Седой на стоявший на тумбочке телефон и усмехнулся, — Сильно расшалится, так или Афганцу отдадим, злой тот дюже на него, или менты пусть забирают. — Отдать кому-то не вариант, Толик слишком много знает! — покачал головой Рафаил. — Да решим, пока не горит! — махнул рукой Седой, — Давайте о делах. Слава, что у нас с лабой? — Лаборатория новая почти готова, — кивнул Ботаник, помассировал виски, сняв очки, и продолжил, — последние штрихи и через недельку запускаем. На следующий год, площадь посадок опиумного мака в три раза увеличим. Я, наконец, сорт нужный определил — восемьдесят миллиграмм с бутона. — Это хорошо? — посмотрел на Ботаника Седой. — Это очень хорошо, Палыч, — улыбнулся Ботаник, — это до двадцати килограмм чистого героина с гектара! — Замечательно! — так же растянул губы в улыбке главарь группировки, — Чем-то еще помочь? Может, еще люди нужны? — Люди у нас свои есть, чужие появятся — только глаза мозолить будут. — покачал головой Ботаник, — Ты бы нам гвоздей подкинул и скоб железных. Ну и инструмент, лишним не будет. Хотим еще три вышки для дозорных по периметру посадок установить, чтобы все поля просматривались, и новое караульное помещение оборудовать, а с гвоздями в поселке туго, хоть кузнецу заказывай. — Найдем, Слава, тебе гвозди! Займись, Раф. — дал распоряжение Седой своему подручному и спросил у Татарина, — Ты к Бату ездил, он конопли продаст? И по лошадям для охраны, что? — С Монголом договорились. Немного, но три десятка кустов индийки он нам продаст. — кивнул Рафаил, — И коней полдюжины уже объезженных, без проблем. — Проблем не было, не возмущался, что в его бизнес лезем? Монгол обиду не затаит? — Нет, нормально все. — пожал Раф плечами, — Я понял, что он хочет площади посадок сокращать — тут торговать не хочет, а за Радиус теперь ни у кого выхода нет. Вроде как, табак будет выращивать, да лошадей разводить. — Ну пусть, нам травка скорее, как сопутствующий товар нужна, бортами не шоркнемся. — кивнул Седой, — Рынок хмурого под себя взять, вот наша основная цель. — А что его брать? Он сам нам к ногам упал, когда все сообщение с «большой землей» накрылось. — ответил ему Татарин, — Я так думаю, что, даже утроив площади, мы потребности Ягодного, Асино и Зырянского не перекроем, не говоря уже про Белый Яр и Тегульдет. — Зато нам есть, куда расти. — улыбнувшись, покачал головой Седой и процитировал Хрущева, — Наши цели ясны, задачи определены. За работу, товарищи! * * * Утром в башню приехал «Вал», как за глаза уже все называли Сергея Валентиновича Валоффа, директора магического колледжа. Завтра должна была состояться магическая дуэль и тот приехал согласовать детали, да еще и подарок Димке привез. Два широких кожаных браслета, на которых были закреплены небольшие зеленоватые, но серебряные пластинки с вырезанными рунами и кусочки янтаря, внутри которых клубилась сконцентрированная энергия эфириума. Димка своим зрением это ясно видел, даже не прибегая к активации своего главного навыка. — Вот, Дмитрий, один браслет дает защиту наподобие защитного амулета, второй подпитывает твою ману по мере ее разрядки. Дмитрий хотел спросить, чем отличаются эти артефакты от таких же по назначению амулетов, но Вал опередил вопрос, пояснив сам. — Действие аналогично самым распространенным амулетам, но это амулеты, созданные с помощью алхимии, и потому не подвержены блокирующим заклинаниям боевых магов. — Блокирующие заклинания, такие есть? — удивился Дмитрий, разглядывая браслеты. — Есть! — кивнул Вал, — И некоторые опытные маги владеют таким заклинанием, поэтому лучше подстраховаться. — Спасибо. — поблагодарил Дмитрий директора и стал надевать браслеты. — Их еще нужно активировать на алтаре, у нас его нет! — развел Сергей Валентинович руками, я думаю, ты будешь не против, если я на четверть часа воспользуюсь твоим? — Нужен будет порошок? — только спросил Дмитрий, которому было неудобно отказать Валу, все же эти браслеты для него изготовили. — Нет, есть у меня еще немного. — с усмешкой ответил Вал, — Какой это подарок, если и алтарь твой и порошок для активации тоже ты выделишь? — Но вы же разговаривали и с Смирновым, и с Ильей? Поняли, что выделение вам части добываемого их прибором магического порошка было связано с открытием ворот и способностью запускать сюда железнодорожные составы с грузом? А если вы это не можете сделать, то мы не обязаны выделять вам ни порошок, ни алтарь. Валофф скривился, словно откусил добрую часть лимона, но сразу же взял себя в руки. — Да, я понимаю это. Действительно, ты прав, открыть проход во внешний мир, и даже связаться с нашим куратором у меня не выходит! Поэтому, когда ты вернешься, я готов договариваться и платить адекватную плату за порошок и алтарь. «Хитрый гусь! Естественно, если меня в поединке убьет японец, то договариваться придется уже с кем-то другим, чего сейчас зря воду в ступе толочь! Не хочется о таком думать, но надо на всякий случай хоть краткое завещание чиркнуть и Карате своим душеприказчиком назначить, он за здорово живешь ничего не отдаст!» Дмитрий проводил директора до комнаты, где стоял алтарь, и дождался его у дверей. Когда Вал вышел, то помог завязать короткие кожаные шнурки и ткнул в одну из серебряных пластинок. — Кстати тут и алхимическое серебро использовано. Заметил? — Алхимическое серебро, это как? Не сталкивался ни разу, в чем отличие? — сознался Дмитрий, и вновь стал разглядывать зеленовато-серебристые рунные пластинки. — Я думаю, тебе известно, что я мастер-алхимик и искусству алхимии обучаю своих студентов. Эти браслеты изготовили мои студенты, под моим, конечно, руководством, да и активировал их я, применив конечное заклинание. Но думаю, через пару лет, а то и раньше, самые смышленые освоят весь процесс от начала и до активации и конечного заклинания. А алхимическое серебро это неотъемлемая часть алхимического процесса, оно не только дешевле чистого, так как в его составе чистого не более трети, но и не подвержено влиянию извне. То есть маг не может воздействовать на эти артефакты, но само серебро сохраняет все свойства чистого. — То есть, из этого серебра можно изготавливать и простые, не алхимические амулеты? — заинтересовался Дмитрий, — И пули или дробь для заговоренных патронов от нечисти и магических животных? — Совершенно верно! — кивнул довольный произведенным эффектом Валлофф, — Хоть в производстве алхимическое серебро выходит дешевле чистого серебра, но при продаже не уступает ему в цене, а в иных случаях даже превосходит. Удачи, Дмитрий, в поединке! Я верю, что ты убьешь бросившего вызов мага и отомстишь за Эдуарда. Но главное, японец отпустит семерых студентов, спасибо тебе за это! Помни — я твой должник! Вернешься, поговорим об аренде. Димка еще несколько минут стоял во дворе, когда Валофф укатил на своем блестящем черном, словно безлунная ночь, Гелеке и смотрел невидящим взглядом, пока его не окрикнул спустившийся из караулки Карате. Что-то зацепило его в словах Вала и он лихорадочно искал нить зацепки в голове, прокручивая состоявшийся разговор. «Серебро… алхимическое серебро намного дешевле в производстве? Точно! — даже щелкнул он пальцами от пришедшей в голову идеи, — Алхимическое серебро в производстве дешевле, а в продаже ценой равно чистому. А нам нужно серебро для штамповки разменной монеты. Сегодня же озадачить парней, чтобы искали ювелира! Найдем ювелира, он изготовит штампы или клише, как это правильно называется? А у Вала потребуем расчет алхимическим серебром за порошок и за пользование алтарем — теперь все срастается! Единственное, это с Василичем переговорить, чтобы не обвинил нас в печатании фальшивых денег. А то прикроет лавочку или под себя все загребет. Да нет, Смирнов мужик адекватный, должен сразу понять, что не для себя стараемся, а разменное серебро городу как воздух нужно. Если все подсчитать и показать, что у нас не будет суперприбыли, думаю, разрешит мелочь чеканить, если городской администрации это тоже выгодно будет. Ничего, вернусь, все обмозгуем с парнями, посчитаем уже после договора с колледжем и доли распределим. А идея стоящая!» — О чем задумался, детина? — усмехнулся Николай, — Вижу придумал что-то, аж ногой в нетерпении бьешь! А этот лысый зачем сюда приезжал, перед боем тебя подбодрить? — Браслеты алхимические защитные подогнал. — показал Дмитрий надетые браслеты и позвал друга, — Есть темка и, думаю, стоящая! Пойдем ко мне поднимемся, чаю попьем и переговорим. Но поднялись на третий этаж в квартиру к Карате, так как в Димкиной трешке не было ни чая, ни чего бы то ни было к чаю. Едва сели за стол, Димка сразу выложил другу свою идею с чеканкой разменной монеты из алхимического серебра. — Я думаю, с Василичем проблем не будет. Объясним все, поделимся частью прибыли с городом. Больше четверти, думаю, он не запросит. Мы пользу городу приносим, а у него затрат никаких, зато доход в казну. — пожал плечами рукопашник, — А ювелир вообще не проблема! В Ягодном работал мастер или даже работает еще. Миха его знает, как вернемся, так съездим поговорим. Главное, чтобы Вал не законил, в отказ не пошел свое серебро поставлять, а из чистого штамповать — прибыли ноль. — А у него выбор есть? — хмыкнул Ковалев, посмотрев на Николая, — Это он в роли просителя сейчас. Ему и порошок, и мой алтарь нужен. Да и должок на нем за поединок, его ученики сейчас у японца в заложниках. — Хорошо, если срастется все, темка вроде неплохая. Мы же выходит, как монетный двор местный будем — круто! Потом Николай показал Димке сложенные в шкаф пластинки и компакт-диски с фильмами и музыкой. — Вот! Я же с верхнего этажа все сюда перетащил, ну чтобы не своровал кто, и не переписал. Выдаем диск с фильмом в салон перед показом и вечером сразу забираем, чтобы не переписал никто. Потому и эксклюзив, потому и деньги такие через видеосалон зашибаем. Тут и музыки море разной, так я думаю, может, купить киоск рядом с Востоком и составить очкастому конкуренцию, отомстить за Леху. Башка, как ни крути, придурок тот еще, сам лажает знатно, но ведь друг! Поможем ему? — Свой киоск звукозаписи открыть? А оно нам надо? Кто этим заниматься будет? — Ну продавцов наймем. — пожал плечами Николай, — А Башка пусть контролирует. — Башка то на дежурстве, то с нами на выездах, ему плотно заниматься этим киоском времени не будет. — покачал головой Димка, — Да и кто сказал, что те же продавцы все очкастому или другим конкурентам не сольют? Хотя, что там сливать? Купил кассету уже записанную, тиражируй и продавай уже в своем киоске. Не думаю, что простой человек прям разницу в звучании почувствует. — Ну да, — вздохнул Карате, — выходит, облом! А сначала хорошей идея показалась. Прям загорелся, за Башку отомстить. — Так можно просто новые альбомы знаменитых групп продавать. — посоветовал Дмитрий, — Пройдет несколько месяцев, как старый альбом продавать стали, подойти да предложить самим очкастому. Ему все равно, новые записи тут взять негде. Перепишем с пластинки или с компакт-диска на кассету и предложим. Но дорого, потому как эксклюзив! Или пусть Башка сам ему продает, вот и отомстит бывшему приятелю. Алексею то мы бы бесплатно все давали, а теперь Дима очкастый денежки за музыку хорошие выложит. — Точняк! — заулыбался Карате, — Барыгу по карману ударить, самая сладкая месть. Пусть Башка насладится мстей и своим триумфом. — Коста акции МММ скинул выгодно, часть денег Лехе отдадим. Как премию проведем, ну и скажем, что акции удалось в Белом Яру продать и часть вложенных его компаньоном денег вернуть. А вы через пирожковые скупайте акции и билеты, но дешево, так, чтобы подозрения не вызвать. — Это понятно, объявления вывесим — алкаши за стакан самогона эти бумажки понесут, а с остальными местной мукой рассчитаемся, могут пирожками забирать, или пельменями из Ягодного — кивнул Карате и сменил тему разговора, — Я большое человеческое спасибо за сигареты Косте сказал, но жаль, что нам никому выйти нельзя, прогулялись бы все вместе до Красноярска, поглядели, что там к чему. — вздохнул Фирсов и махнул рукой, — Да хрен с ним, зато соблазна свалить из этого дурдома не будет! — Зря ты так, наш Радиус не самое гнилое место. — покачал головой Ковалев, — Поверь мне, друг Коля, там дурдома не меньше — организованные преступные группировки, наркомания, рэкет, убийства заказные, нищета стариков и постоянный передел сфер влияния. — Так это и у нас есть, и бандиты, и нарики, и рэкет, старики тоже бедствуют и вовсе пенсии не получают. — А тут, Коля, мы в силах на это повлиять — старикам выживать поможем, безработных постараемся к делу пристроить. А если кто много на себя брать станет, например, как Чечен — раз и голову долой! По крайней мере, в пределах Асино и агломерации мы уже влияние не малое имеем. — Это да, вес большой имеем, так благодаря тебе. — кивнул и задумался Карате, а потом положил Димке руку на плечо, — Ты только завтра вытяни с этим японцем, не подведи всех! — Да уж постараюсь! Веришь — самому помирать не хочется. — хмыкнул Димка. ---------- Глава 13 Глава 13 Татарин привычно кивнул охраннику Семену, сидящему за столом у двери, и прошел по коридору в бывший кабинет заведующего аптекой, который теперь был рабочим кабинетом шефа. — Занят? — спросил он, чуть приоткрыв дверь, а когда Седой кивнул, вошел и спросил с порога, — Валера, ты помнишь, мы эмэмэмщиков с пункта продажи акций искали? Игорь и Валентина, муж с женой. — Должники которые наши, нашел? — вопросительно глянул Седой на приятеля, — Есть сведения, куда эти голубки лыжи навострили? — Мы с тобой думали, что они в Тегульдет подались или дальше — к монголам. — и Рафаил с кривой ухмылочкой отрицательно покачал головой, — Я тут плотно их исчезновением занялся и ты знаешь, второй день пребываю в непонятках конкретных. — Что там еще? — насторожился Седой, — Не тяни кота за причиндалы, выкладывай, Раф! — Надавил я на подружку этой Валентины, так она божится, что их вывел из Радиуса какой-то маг. — Чего- о? — протянул Седой, даже привстав со стула от удивления, а потом искренне рассмеялся, — Друг, этой шутке сто лет в обед, постоянно кто-нибудь байку травит, что отсюда есть выход! Может, она просто подругу покрывает или ей самой лапши на уши навесили? — Нет, точно не покрывает. Когда надавили, все что знала, выложила. Где-то в Латате живет мужик, возле самой границы. Обладает какими-то сверхъестественными способностями и за тысячу долларов выводит группы людей во внешний мир. Но не больше троих за раз. — Ты реально думаешь, что не сочиняет? — уже задумался Седой, а потом кивнул, — Так-то сходится, они у нас как раз тысячу долларов в долг взяли, причем на любые проценты согласны были. Впрочем, люди, попавшие в переплет, на что только не идут. А эти, говоришь, свалить решили? — он подумал еще и, медленно выдохнув, покачал головой, — Нет, все равно не верю! — Валер, я занимаюсь этим вопросом и думаю, рано или поздно, докопаюсь до сути. — пообещал Татарин, — И рано или поздно мы или эту парочку тут прижмем, или все по этому загадочному магу выясним — другого варианта нет. — Займись этим. — ответил ему шеф задумчиво, а через минуту продолжил, — Здесь мы можем быстро стать королями, подмяв под себя рынок героина. Но быть всю жизнь королями свалки на окраине мира, перспектива не из лучших. Если выйдем в мир, получим в сотни раз больше возможностей — особняки, яхты, самолеты, красивые метиски и красоты океанских побережий! Ты только представь, Раф, какие там откроются возможности у людей с деньгами! Ларьки и магазины, что трясет Кабан, это детские игры по сравнению с рынком наркотиков. Да и уверен, прикроют этот рэкет через год-другой, кто сможет тягаться в этом с государством? — А героин, думаешь, не прикроют? — спросил его Рафаил. — Люди слабы и падки на пороки, да и героин — это миллионы! Десятки, а то и сотни миллионов, причем в зеленой валюте. Кто его прикроет? Главное не жадничать и делиться с власть имущими. Ты можешь спросить — а если попадется честный мент или честный чиновник администрации? — усмехнулся Седой и сам же ответил на свой вопрос, — Бывает, но на одного честного приходится дюжина продажных, которые сами же уберут из своего стада эту белую ворону! Нам даже руки марать не придется. Наркотики и их рынок — вот настоящий ключ к богатству и власти, в Москве, в Питере, да хоть в Париже! Если действительно есть отсюда выход, то мы будем королями части настоящего мира, а не этой свалки. — Так даже, если есть, то есть только выход. — пожал плечами Татарин, — Много мы унесем с собой? — Уже сейчас у нас столько валюты, что на первое время нам точно хватит. Хватит обосноваться в любом городе и заявить о себе. — уверенно кивнул Седой, — Да и поверь мне, если нашли выход, то сто процентов найдут и вход! Займись этим делом, Раф, займись плотно. Хочется верить, что это не просто слухи и они имеют под собой основу! * * * Буханка с парнями и черный автобус Мерседес директора колледжа выехали рано утром. Димка же еще с вечера перешел в маяк переходом и половину времени потратил, прокачивая ману и оттачивая боевые навыки мага, вспомнив все, чему его обучал дон Хоакин. Он вновь и вновь тратил, расходовал свой запас маны, а потом наполнял его энергией из кристалла силы, словно ныряльщик за жемчугом вентилирует легкие,вдыхая и выдыхая перед затяжным погружением. Вечером, перед самым уходом к маяку, ему позвонил Смирнов, но не вызвал к себе, как это обычно бывало, а сам подъехал к высотке, сидя за рулем примелькавшейся белой Нивы. Ковалев пригласил Василича на чай в квартиру, но тот мотнул головой, отказываясь, и позвал парня в машину. — Ненадолго я, так сказать, напутствие дать и предупредить, что с вами Марков поедет. Димка хотел спросить, зачем там нужен особист, но сдержался. И так понятно, полковник хочет получить сведения из первых рук. Но Ковалев покачал головой и ответил: — У нас в буханке места не будет, пусть с Валоффом… с Валом, короче, едет. — Пускай! — легко согласился Смирнов, не став настаивать, и сказал, — Грузовик со взводом пограничников еще вчера в Степановку уехал. Там Суховей за главного, ты его уже знаешь. Так, на всякий случай, но подстрахуют тебя, если понадобится. «Ладно, лишними не будут, мало ли что у пришлых на уме. — подумал Дмитрий, — А не рассказать ли Смирнову про тему с разменными монетами? Даже если я… ну в общем, только выход Косты во внешний мир медным тазом накроется, а установка и алтарь никуда из высотки не денутся. Если Колян все под контроль возьмет, то и без меня могут прибыль с чеканки монет получать. Надо поговорить с полковником, раз возможность представилась.» — Иван Васильевич, я с вами насчет разменной монеты хотел поговорить. И Дмитрий выложил все главе по разменным деньгам, алхимическому серебру и чеканке монет. — Бумажные деньги дешевеют и, думаю, через некоторое время вовсе выйдут из оборота. Правда, все еще в стадии задумки, но у директора выхода нет — открыть сюда проход поезду у него не получается и вряд ли ситуация со временем изменится. Остается только размер оплаты за магический порошок и за пользование алтарем с ним обсудить. — Значит, думаешь, мы навсегда от внешнего мира оторваны? — вздохнул Смирнов и продолжил, видно посчитав свой же вопрос риторическим, — И какая от вашей задумки городу польза? — Иван Васильевич, разменная монета появится на руках у населения. Удобно, не нужно будет полтинники на части рубить. И вся работа за нами, мы и ювелиру работу оплатим, и серебро мы уже свое тратить будем. От вас только разрешение на чеканку мелочи, чтобы нас в фальшивомонетничестве не обвинили. — Дмитрий развел руками и предложил, занизив долю города, но был готов торговаться, — Готовы двадцать процентов в казну города отдавать. — Хорошо, двадцать, так двадцать! — неожиданно легко согласился полковник, — Но ежемесячный отчет, сколько серебра потрачено и сколько монет вышло, мне на стол! И смотрите, чтобы штампы налево не ушли, а то помимо серебряных монет действительно фальшивки появятся! Контроль за штампами и ювелирами на вас! Дмитрий пока не стал говорить Смирнову, что образцами для новой мелочи будут старые серебряные монеты еще царской империи. Когда войдут в оборот, то, может, Смирнов и махнет на это рукой? Ну почему нет, ведь золотые царские червонцы ходят в Радиусе и никто не против! Да и серебряные полтинники и рубли с профилем Николая второго были тут не редкостью. — Не маленькие, понимаем! — согласно кивнул Дмитрий. — Штампы будут в сейфе лежать, помещение круглосуточно охраняться. Работать ювелиры под присмотром будут и камеры видеонаблюдения установим, чтобы соблазна не возникло. — Ладно, думаю, справишься! Только мы двадцать процентов не монетами возьмем, а серебром. Ты же говоришь, что алхимическое не уступает чистому серебру в боеприпасах? На спецпатроны пустим свою долю. Боезапас расходуется, так что постоянно пополнять нужно. А вот налог с прибыли, вы можете и своей мелочью оплачивать — воля ваша. Но я, вообще-то, не за твоими идеями сюда приехал. Смирнов помолчал, тщательно подбирая слова, и сказал, глядя перед собой и вцепившись в руль побелевшими пальцами. — Дмитрий, ты свою полезность городу доказал и думаю, еще немало пользы принесешь. Городу ты нужен. А директор и его люди с поставленной задачей не справились, не смогли проход в Радиус открыть. Не рискуй понапрасну, если вопрос жизни и смерти станет, сам смотри. Но, обещаю — никто тебе за отказ от поединка не предъявит! — Там же заложники? — растерялся Ковалев. — Там Суховей с группой разведчиков, может, у него их освободить получится. Я сказал, ты услышал, далее сам решай! — отрезал Смирнов и, наскоро попрощавшись, высадил из машины Димку и выехал с территории Башни. Прибыл в Степановку переходом за полтора часа до назначенного времени. На краю села увидел стоявшие машины и разбитый возле них лагерь. Почти все прибывшие были с оружием и в военной форме — пограничники в зеленом камке, его скифовцы в сером, сопровождающие директора в серо-синей цифре и только сам Вал в своем неизменном черном костюме. По условиям предстоящей магической дуэли к эпицентру должны были выехать лишь трое — сам Дмитрий и двое его секундантов. Вала он в секунданты не взял, хоть директор и просил об этом, определил Косту, а вторым секундантом — Горо. Первого, как не подверженного магическому влиянию, второго, как японца и бывшего подчиненного майора Такеды. Но за полчаса до поединка дозорные с крыши крайнего дома засекли движение крупного конного отряда, движущегося в сторону лагеря. Димка активировал навык острого зрения и разглядел, что семеро из едущих молодые студенты колледжа. Их было легко узнать по серо-синему камуфляжу, в котором ученики заступали на дежурство и внутри колледжа. Остальные были одеты разномастно, но с оружием за спиной. Насколько Дмитрий был в курсе, обезглавленное тело Корецкого и Ларсона — начальника охраны колледжа, уже передали через кетов, а заложников договорились вернуть перед самым поединком. Дмитрий, секунданты и еще несколько человек пошли навстречу. Впереди ехал светловолосый европеец с усиками и в зеленой выцветшей фуражке с белогвардейской овальной кокардой. — Приветствую, господа! — небрежно пальцами козырнул светловолосый белогвардеец в потрепанной фуражке и с погонами младшего лейтенанта на дубленной куртке — одинокой звездочкой на алом просвете, — Прапорщик Зайцев! С ним, помимо пленных учеников, прибыло еще двое, по виду русских, двое японцев и еще три азиата, но в синей форме — скорее всего китайцы. — Приветствую. — сдержанно кивнул ему Ковалев, — Заложников привезли? — Скорее военнопленных. — пожал плечом светловолосый, — Они первыми стрелять начали, мы ответили. Дмитрий разглядывал молодых учеников Вала. На лице самого рослого были застарелые синяки и ссадины, но одежда у всех цела и две девушки не выглядели слишком уж угнетенными. «Значит, не били в плену и не насиловали.» — подумал Дмитрий и, словно прочитав его мысли, ему ответил Зайцев. — В тюрьме никто их пальцем не тронул, я проследил. Кормили нормально, да и сидели отдельно от китайского отребья. — Я согласился на поединок при определенных условиях. — размеренно и веско сказал Дмитрий, — Вы вернули учеников, но где их оружие? — Вот, карабины и ружья. — усмехнулся Зайцев и махнул рукой одному из казаков, который отцепил увесистый тюк и передал его Суховею. Помимо пары дробовиков было пять карабинов, но Дмитрий не настолько разбирался в оружии, чтобы сходу узнать их, но стоявший позади андроид негромко сказал: — Бенельки М — четыре, семизарядные и немецкие карабины Маузер — девяносто восемь — К, калибра семь девяносто два. Услышав это, Суховей глянул на Косту с удивлением и нескрываемым уважением. — А оружие убитых? — не сдавался Дмитрий. Зайцев растерянно глянул на Такеду, но тот только мотнул головой и отрывисто выкрикнул несколько фраз. — Извините, господа, японец говорит, что оружие убитых его личный трофей. И он его уже подарил своим соплеменникам. Впрочем, Димка понял высокомерного японца и без переводчика. — Значит, это он их зарубил? — скорее констатировал факт Ковалев и спросил уже у Вала, — Чем были вооружены убитые? — Автомат вроде был у начальника охраны. — директор беспомощно обернулся и глянул на своего сопровождающего. — Фн Фал, бельгийская автоматическая винтовка. — кивнул тот, — И пистолеты Зиг Зауэр у обоих. — Поздравляю! — зло цыкнул Димка языком, — Считай, автомат вы им подарили. Надеюсь, хоть патронов не больше сотни? Он не ждал ответа, но охранник ответил. — Двадцати зарядные магазины, один в винтовке, четыре в разгрузке — как раз сотня выходит. Еще был конечно боезапас, но патроны в рюкзаке лежали, в грузовике. «Мда, для попаданцев из двадцатых, боевая автоматическая винтовка калибра семь шестьдесят два — полноценный ручной пулемет. И машинка бельгийская, штука надежная, не хотелось бы очередь из такой получить. Хорошо, что тут патронов к ней взять им неоткуда. Ну, или будем надеяться, что неоткуда!» — О, ты ли это, малыш Горо? — увидев своего бывшего подчиненного, громко спросил Такеда на японском, — Какого демона ты приехал с этими бледными обезьянами? — Ты бросил нас с Ичиро, а Дмитрию я обязан жизнью, теперь я в его отряде! — Ты выбрал не ту сторону, глупец! Но хватит болтовни, пора укоротить на голову этого гайдзина! Когда я его убью, то, надеюсь, ты перейдешь в отряд соплеменников? Горо не ответил бывшему командиру, лишь сплюнул на землю и отошел. На японце была легкая кожаная броня, от которой, как и от белой повязки на голове (если Дмитрий правильно запомнил, она называлась хатимаки) исходило слабое свечение зачарованных вещей. — Мне пора! — сказал Димка Карате и всем, кто должен был вернуться в лагерь. — Прошу, убей этого выродка, Дмитрий, отомсти за Эдуарда! — почти шепотом напутствовал его Вал. Димка со своими секундантами, а японец со своими двинулись к эпицентру. Димка был немало озадачен, он не был здесь чуть больше месяца, но ясно видел, как из места, где ранее стоял алтарь теперь растет дерево — большое и крепкое. Но, судя по всему, сейчас это был лишь небольшой саженец, который еще вознесет свою мощный ствол и свою раскидистую крону к самым небесам. Дмитрий отдал свой револьвер андроиду и секунданты обоих соперников пошли в разные стороны — по правилам, озвученным системой, они должны были находиться не менее сотни шагов от места поединка. Дмитрий, отвернувшись от Такеды, достал склянки бодрящего эликсира и зелье, повышающее реакцию, выпил их и только тогда развернулся и снял висящие за спиной ножны с Фирниваром. — Гайдзин, ты готов умереть? — демонически захохотал японец, — Ты умрешь молодым, я буду наслаждаться твоей смертью и заберу себе твою магическую силу! Димка понял, что разум майора, как и разум Ишкаева, уже отравлен ядом мнимого могущества, что давал колдовской дар. — Ты ошибаешься, мечник, я уже слишком много повидал в этой жизни, чтобы умереть молодым. Хватит пустой болтовни, давай приступим к делу! Он обнажил свой полуторник, а Такеда вскинул большую катану и встал в стойку, вот только приближаться к друг другу бойцы-маги пока не спешили. Дмитрий в магическом зрении видел, как возле японца формируется невидимая лестница из полудюжины плоских дисков, таких, какие он использовал для бега по воде. Не прошло и пяти секунд, как майор прыгнул на первый диск и, стремительно взбежав на полтора метра от земли, по воздуху ринулся на противника, но россыпь мелких огненных пчелок, вылетевших из рук Дмитрия, заставила его пригнуться и резко уйти в сторону, спрыгивая на землю с очередного призрачного диска. Первая его атака не удалась, но японец не остановился. Такеда вновь взмыл вверх на пару метров, а потом крутнулся в воздухе, совершая какой-то немыслимый акробатический трюк, и кончик его катаны чиркнул по наплечнику кожаной брони Дмитрия, игнорируя защиту и все защитные амулеты. И так было понятно, что в его руках не простой меч, а зачарованное оружие. Но любое оружие поглощает ману своего хозяина и теперь главной задачей было нанести японцу любое ранение, из которого с сочащейся кровью будет уходить и магическая сила мечника. Ковалев стремительно ушел с линии атаки и, использовав активный воздушный щит, толкнул им противника, так сильно, что не ожидавший такого японец кубарем покатился по засохшей траве. Уже через мгновение Такеда вскочил на ноги и из его левой ладони вылетела ледяная игла, пробившая воздушный щит и чуть не угодившая Димке в лицо. Спасла высокая реакция и принятые перед боем зелья. Такеда, отскочив назад, снова выпустил в соперника пару тонких ледяных игл, но Дмитрий теперь был готов — отскочил в сторону и сам стал атаковать японца небольшими огненными сгустками. Пару зарядов японец отбил катаной, но еще пара огненных шариков ударила в его защиту, чуть обуглив кожаный доспех на груди. Обменявшись магическими ударами и поняв, что Дмитрий тоже преуспел в боевой магии, Такеда попросту вскинул катану и кинулся вперед, надеясь зарубить его острой сталью, а не магией. Несколько секунд они наносили друг другу удары, парировали, уворачивались и если бы не купленный навык мастера мечника Дмитрию пришлось бы очень не сладко. Теперь же он не уступал японцу в искусстве фехтования, но кое-что было у него в загашнике. Главным козырем, припрятанным в рукаве, было, конечно, новое свойство меча, но и призрачная длань властителя ждала своего момента. Пока Дмитрий не активировал длань, желая воспользоваться этим навыком в самый удобный для себя момент. Он ставил воздушные щиты и сам пробивал такие у японца, используя мощные файерболы и призрачные клинки. До японца стало доходить, что, скорее всего, мана Дмитрия прокачана лучше, так как сам он уже с трудом ставил воздушные щиты и отвечал боевыми заклинаниями на заклинания противника. Но, как оказалось и у Такеды был в рукаве кое-какой козырь. Он отскочил назад и, рванув с шеи тонкую цепочку, вскинул вверх руку с небольшим серебристым желудем. По крайней мере именно на небольшой желудь был похож этот артефакт. Дмитрий сразу же создал перед противником очередной воздушный щит, но активированный артефакт рассыпался серебристым облаком, а потом словно круг на воде от брошенного камня, покатилась серебристая волна, разрушая щит и на время блокируя его магические способности. Такеда сразу же пошел в атаку, сыпля с клинка синеватые молнии, которые впивались в тело, ноги и руки противника, разрушая защиту и прожигая зачарованный камуфляж и доспехи. Вот тут-то Дмитрий добрым словом помянул Вала, ибо без его алхимических браслетов ему пришлось бы совсем туго. Димка прыгнул вперед, сковывая действия японца и вновь навязывая тому ближний бой на мечах. Вновь над поляной дуэльной схватки зазвенела сталь, вновь Дмитрий крутился, как белка в колесе, стараясь не пропустить ни одного стремительного удара соперника, хоть тот один раз достал его, рассекая кончиком катаны щеку и порезав ухо. Струйка теплой крови побежала по шее за ворот усиленной магией и кевларом камуфляжной куртки. Наконец мастерство, полученное колдовским способом, взяло верх, он нанес Такеде целых два пореза — чиркнул по предплечью кончиком клинка, разрубая кожаную броню и обратным движением вспорол его защиту и ранил ногу чуть выше колена. Конечно, в обычной схватке эти ранения стоили бы не дорого, вот только Дмитрий видел в магическом зрении, как с капельками крови из ран вытекает изумрудная энергия эфириума, опустошая и без того уже изрядно потраченную ману японца. Такеда вначале не понял, что ранения гораздо серьезнее, чем кажутся на первый взгляд и даже рассмеялся, не придав им значения, но уже через несколько секунд сообразил, что неведомым способом теряет остатки запаса своей внутренней энергии. Димка увидел, как исказилось от ярости его лицо и, помянув богиню Аматерасу, Такеда кинулся в свой решающий раунд. Снова зазвенела сталь, вновь пошли в ход блоки и смертоносные удары, вот только сейчас Дмитрий имел преимущество — он мог использовать свои магические навыки, а Такеда, теряя энергию, напротив, экономил магические силы. Тяжелый полуторник в руках Ковалева летал как перышко, со свистом рассекая воздух, он не давал японцу приблизиться и нанести решающий удар. «Удар, мах, еще удар, уход с линии атаки, блок, снова удар, подшаг и сближение, а вот теперь пора! — понял Дмитрий, уже просчитав соперника.» Призрачная длань властителя на мгновенье обхватила клинок катаны, придерживая отточенную сталь, и этого оказалось достаточно, чтобы широким стремительным замахом ударить по шее, срубая голову. Но Такеда, почувствовав подвох, успел присесть и Фирнивар снес не голову, но верхнюю часть черепа, разрубая бело-красное хатимаки надвое. Окровавленный диск с черным клоком волос, словно снятый индейцем скальп, взлетел вверх, а клочки ритуальной повязки упали на землю. Такеда рухнул на колено, но, на удивление Ковалеву, он был еще жив. Кровь заливала его лицо и глаза, но потомок самураев с хриплым рычанием поднялся на ноги, скорее всего даже не видя соперника, он махал катаной, стараясь достать Димку. — Пора заканчивать этот цирк! — сам себе сказал Димка и с длинным подшагом, отбив клинок катаны, нанес сильный удар снизу вверх вспарывая кожаный доспех, плоть и рассекая грудину соперника. Такеда рухнул на спину, но обнажившееся и окровавленное его сердце продолжало биться. Японец был жив, не смотря на разрубленный мозг и разрубленное тело. Дмитрий удивился такому, но не растерялся и не отступил — поднял меч и, ударив сверху вниз, пронзил сердце Такеды, разрубая его надвое широким клинком полуторника. Ему казалось, что меч затрепетал в его руке, насыщаясь теплой кровью врага, получая удовольствие от победы, а черный череп на кольце боевого мага растянул безгубый рот в широкой довольной улыбке, радуясь успеху хозяина. Боковым зрением Ковалев видел, как побежали к ним его секунданты и секунданты поверженного противника, но он не мог оторваться от потока энергии, бьющей из убитого мага. Словно живую воду, он глотал исходящую из убитого мага силу и не мог насытиться ей. Своя кровь, бегущая по венам, горела расплавленным металлом, насыщаясь магией, а кровь врага хлестала из раны, заливая ему лицо, волосы, плечи, но он стоял на коленях, склонившись над поверженным соперником и ощущал невероятный прилив сил одновременно с эйфорией наслаждения, наступающей после получения нового уровня. Поздравляем, вы победитель! — пришло сообщение от системы. Вы победили в честном магическом поединке и получаете главный навык своего соперника! «Почти не убиваемый» — вы не умрете от ранения в голову или сердце по отдельности. Чтобы убить вас, противник должен разрушить ваш мозг и пронзить сердце. Вы получаете новый уровень! Раса: Человек. Класс: Высший (видящий). Титул: Барон. Ранг: Мастер (ранг повысится при достижении 100 уровня). Путь развития: Страж малого алтаря. Ступень развития: Маг-воин. Уровень: 51 (2275/52000). «Мне повезло в этом поединке. — сделал вывод Дмитрий, — Наноси я раны только в туловище, так не убил бы его вовсе. Интересно, а если отрубить голову, вырастет новая или он… а теперь уже я, буду жить без головы? Нее, нафиг, нафиг такие эксперименты!» — Дима, ты как? — закричал ему Горо. А Димке нестерпимо захотелось ответить детской шуткой — «ну тогда, ты пук!» — и, усевшись прямо на землю, он засмеялся. Это перегруженная от напряжения нервная система требовала разгрузки и Дмитрий попросту словил отходняк. Он сидел на земле и истерично смеялся, подняв окровавленное лицо к небесам. С неба, кружась в воздухе, падали снежинки первого снега. И пусть редкие снежинки таяли, даже не коснувшись земли, Димка счел это хорошим знаком. Наверное, со стороны это выглядело безумно и даже страшно — залитый кровью с ног до головы, он смеется, разрубив человека на части, но сейчас ему было все равно до чужого мнения. Он наслаждался своей победой, наслаждался самой жизнью, которую сохранил в этом поединке. — Я победил его! — только и смог выдохнуть он, глядя на подошедших людей, а потом улыбнулся так, что заставил не только секундантов противника, но и своих друзей сделать шаг назад. ---------- Глава 14 Глава 14 За прошедшую неделю Дохлый «вывел» из радиуса еще трех человек, став богаче на две с половиной тысячи серо-зеленых американских рублей и два десятка разных золотых монет. Все свое богатство он относил в подвал и прятал в старом рассохшемся комоде. Даже большую часть монет, привезенных им из Тегульдета, он принес сюда же. Мало ли кто захочет проверить его жилище, пока он находится в серой зоне? А до этого полуразрушенного дома человек, не обладающий даром, доходит уже на пределе сил и вряд ли сможет отодвинуть старую бочку, наполовину заполненную землей и открутить толстую проволоку из проушин подвальной двери, не говоря уже о том, что ему нужно вернуться назад. Других людей, ходящих, как он, регулярно, в серую зону межмирья, он тут не видел. Правда, пару раз видел в десятке метров от себя темный полупрозрачный силуэт. Но видел его скорее периферийным зрением, а когда поворачивался, то темное привидение растворялось в серой хмари. Он даже научился распознавать заранее их появление, понял, что такие призрачные фигуры появляются из призрачных черных «луж». Земля как бы парила, словно разогретый летом асфальт и за пару десятков метров от этого места казалось, что по черной земле разлилась темная лужица, скорее напоминающая ртуть, чем воду. Но когда он приближался, то ничего не обнаруживал и сделал вывод, что эти лужицы, как и сами призрачные фигуры, лишь безобидные виденья, просто мираж серой зоны. Проснувшись сегодня утром, Дохлый понял, что устал. Устал скорее морально, чем физически. Нужно было съездить в Ягодное, купить продуктов, развеяться, приодеться и отдохнуть, денег-то полно. Золото и валюту Дохлый прятал в подвале серой зоны, а вот серебро выносил с собой и серебряных полтинников и рублей набралась увесистая пригоршня, которую не терпелось потратить. Как говорил герой одного фильма — душа требует праздника! Дохлый еще вчера дошел до тайника, взял кожаные кроссовки и часы умершего скупщика акций, попутно отметив, что граница Радиуса с каждой неделей расширяется на метр, ну или чуть больше. И если все пойдет таким же темпом, то через несколько месяцев тайник из подвала лучше будет перенести вглубь серой зоны, тем более с каждым своим походом сюда Дохлый прокачивал ману и теперь без труда проходил полкилометра вглубь серых земель и обратно. Коричневая длинная кожаная куртка ему тоже очень нравилась и пришлась почти по размеру. Если немного широковата для его узких плеч, так зато не видно висящую на боку кобуру. Но, слишком уж приметна она была, и Дохлый не решился взять ее из тайника и надеть. Ограничился увесистыми часами «Восток-Амфибия» с синим циферблатом, на металлическом браслете и обувкой. Он оттер светлые кроссы от пыли и грязи, побултыхал их в мыльной воде, потом просушил и остался доволен — прослужат еще очень долго! Нет, он мог купить себе не менее хорошую новую обувь, но зачем, если эти кроссовки ему нравились и были совсем не изношены? «Я мелочный? Нет — бережливый!» — ответил сам себе. Он сел в машину и поехал туда, где бурлила жизнь. На повороте в Ягодное он с удивлением увидел, что на противоположной стороне от поселка, то есть слева от трассы кто-то начал строить сразу несколько больших срубов. «Неужели планируют и тут заложить новую слободу частной застройки?» — подумал с удивлением Дохлый. А ведь от кого-то он слышал, что до появления Радиуса Ягодное было ничем не примечательным поселком, причем мелким поселком, всего полдюжины улиц. Теперь же Ягодное разрослось в несколько раз и по числу жителей не уступало Асино, вытянувшись вдоль трассы от Мало-Жирово до самой дамбы через реку Латат, а на юго-восток до нового хлебозавода с элеватором и электромельницей. Заехав в поселок, Дохлый несколько минут раздумывал, где оставить машину, но потом увидел небольшую огороженную площадку с будкой охраны. Как оказалось, платная стоянка была напротив какого-то кафе-клуба, но сейчас, днем, она почти пустовала. Спросил цену и, посчитав ее приемлемой, решил вначале закупиться продуктами на рынке, а после оставить машину на стоянке. — Если до утра, то косарь. — сказал ему сторож — молодой рыжеволосый парень спортивного вида с лицом деревенского простака, одетый в тренировочный костюм какой-то совершенно попугайской расцветки, в котором преобладали нежно-розовый, бирюзовый и салатный цвета. — Нее, мне часа на два-три. — мотнул головой Дохлый, — На рынок затариться заеду, а потом у вас в кафе посижу. Парень смерил его оценивающим взглядом и кивнул, — Если до девяти вечера — всего пятихатка! Если учесть, что за последний месяц бумажные деньги сильно подешевели и теперь за один серебряный полтинник давали не менее трех тысяч, то цена была и впрямь небольшой. Дохлый увидел еще одного паренька, вышедшего из будки, и сделав вывод, что воровать пацаны из машин не должны, иначе давно бы головенки скрутили, согласно кивнул, а паренек крикнул вдогон: — В «Отдыхе» рубли не принимают, только серебро. Рубли только на сдачу, если меньше полтинника. Дохлый открыл дверь машины, но приостановился, обдумывая слова паренька, потом обернулся и благодарно кивнул. Серебро у него было. На рынке он купил себе модную спортивную ветровку и китайский спортивный костюм, но не из так называемого «жатого шелка» и не такой аляпистый, как у паренька со стоянки. Темно-синего цвета штаны и олимпийку с одной широкой серой полосой по штанине и рукаву. Еще взял легкую вязанную шапочку, зеленую, с надписями на иностранном и вывязанной снежинкой по центру. Купил и простенькие вязанные перчатки, все же по ночам температура падала до пяти-шести градусов, да и днем без шапки и перчаток было уже некомфортно. Купил три пачки сигарет Мальборо. Отдал дорого, но решил себя побаловать. Почему нет, если всего за три недели он успел стать богаче почти любого жителя этого поселка? Дом, машина, даже две, если считать старенький Москвич той парочки и тайник с целым состоянием. В рядах, где торговали жители частного сектора и ближних деревень, он купил пол мешка картошки, несколько килограммов лука, четыре кило свинины и пару кило говяжьих косточек на суп. Три десятка яиц, банку сметаны и два кило соленых груздей, которые деревенского вида тетушка накладывала прямо из небольшого бочонка, литров, наверное, на тридцать. Купил пару караваев домашнего хлеба и десяток пирожков с мясом, рыбой и грибами. Купил на развес сушеного гороха, пачку спагетти и по килограммовому пакету перловки и гречки. Нашел отдел с посудой и приобрел новый алюминиевый чайник вместо старенького, найденного в доме. Трехлитровую эмалированную кастрюлю для супа, несколько разных тарелок, пару граненных стаканов и понравившуюся вместительную фарфоровую кружку с ярко-красным маком на боковине. Довольный, вернулся к машине и часть покупок сложил в багажник, часть примостил на заднее сиденье. Еще у входа на рынок он увидел на дощатом щите с объявлениями лист ватмана, на котором фломастерами был нарисован толстый зеленый человечек и написано: «Только два дня в нашем видеосалоне для детей суперинтересный, полнометражный американский мультфильм „Шрек“! Три сеанса в день: одиннадцать часов, два часа и шесть часов вечера. Для взрослых билет пятьсот рублей, для детей триста! Спешите купить билетик, количество мест ограничено — сорок мест в зале!» С большого листа ватмана на Дохлого смотрел Витя Кузякин! Немного туповатое выражение лица, зеленый цвет и уши зачем-то свернутые в трубочки. Но это был точно Кузякин! — Теперь понятно, почему ты Шрек! — хохотнул Дохлый и с максимально улучшившимся настроением зашагал к машине, где скинув старую, местами продранную, куртку надел новую спортивную ветровку. В кафе «Отдых» было не многолюдно, но уютно. Окна зашторены, на столах бордовые скатерти и салфетки в вазочке, на стенах горели светильники и фоном звучала приятная музыка. Через столик от него обедал пожилой мужчина в очках и сером мешковатом костюме, похожий на бухгалтера или чиновника средней руки, а в нише — приспособленной под отдельный кабинет, гуляла компания из четырех молодых мужчин, впрочем, не бушлатили и переговаривались, не повышая голос. Если и выпивали, то вполне умеренно, возможно, просто обмывали какую-то удачную сделку или заключенный договор. Дохлый занял маленький столик сбоку от бара и, изучив меню, заказал себе салат оливье, сборную солянку, тефтели с подливкой и картофельное пюре на гарнир. Подумав, взял еще мясную нарезку и порцию красной икры с маслом, на закуску. — Зря не стали пельмени брать, наши фирменные. Все хвалят! — сказал ему официант — молодой парень в очках, одетый в черные брюки и светло-серую рубашку. — В следующий раз возьму, — отмахнулся Дохлый, — и так много набрал. — На запивку есть томатный сок, квас и компот. — просветил его официант, — Алкоголь днем не разносим, в баре сами закажите. И еще, в зале курить запрещено, все на крыльцо подымить выходят. Дохлый прошел к бару и изучил список предлагаемых напитков. Впрочем, большую часть составлял разный самогон и настойки на его основе. Хотя, было брусничное и вишневое вино, была и водка в бутылках, но дорого, да и официант в черной жилетке и бейджиком с именем «Тоха» на нем, рекомендовал именно самогон. — Возьмите хреновуху или на травах — наш лучший. Есть баночное пиво, импортное, но дороговато. Остатки былой роскоши распродаем, сейчас-то больше не завозят. А лучше, шот берите. — Шот, что за зверь? — усмехнулся Дохлый. — Трехсотграммовая баночка холодного пива и стограммовая стопка фирменного самогона. — пояснил черноволосый парень бармен. — Давай свой шот! — махнул рукой Дохлый, подумав, что с такого ерша под хорошую закуску развезти не должно, а потом, чуть подавшись вперед, поинтересовался, — А девочки у вас есть? — Девочки есть. У нас девочки хорошие. — с серьезным видом покачал головой парень, — Но они только в клубе ночью работают. У нас с девяти вечера музыка живая, Алина певичка приходит, а после одиннадцати цветомузыку включаем и многие танцуют. Когда уже официант принес алкоголь и салат, в зал вошла еще парочка — лысый мужчина с брюшком и молодая девушка, то ли любовница, то ли дочка. Но надолго они не задержались, выпили по чашке кофе у стойки бара, девушка съела какое-то пирожное, и ушли. Дохлый с удовольствием, не спеша, плотно пообедал, выпив пиво и самогон, он заказал еще стопку ароматного понравившегося ему напитка, но засиживаться и напиваться не стал — все же уже двести грамм в себя влил, а еще на машине домой ехать. Оставив в уютном заведении чуть больше серебряного рубля, он, довольный жизнью, вышел наружу. Дышалось полной грудью, в голове приятно шумело и жизнь казалась просто замечательной штукой. На скамейке сидела темноволосая женщина лет, примерно, тридцати пяти, может, чуть больше. Но, не смотря на возраст и учительские очки на носу, была она стройной, а из-под плаща выглядывали точеные ножки. Дохлый не отказался познакомиться бы с такой, а потом и продолжить общение, но как-то закомплексовал, не найдя слов для начала знакомства. Он присел на другой конец скамьи, развалился, устраиваясь поудобнее, потом достал сигареты, прикурил и с удовольствием затянулся. — Не угостите даму сигареткой? — внезапно сама обратилась к нему женщина. Дохлый посмотрел и растаял от взгляда, и от ее чувственной улыбки. Подкрашенные темно-бордовой помадой губы манили его, как источник свежей воды заблудившегося в пустыне путника. — Конечно! Пожалуйста, угощайтесь! — протянул он ей пачку. — Ого, Мальборо! — хмыкнула незнакомка и одарила его еще одной обворожительной и многообещающей улыбкой, а потом посетовала, — Сигареты сейчас такой дефицит, даже папиросы трудно достать. — Это… меня Алекс зовут. — неуклюже представился Дохлый, решив присвоить себе не только машину, деньги, но и имя бывшего подельника. — София. — сказала дама, затягиваясь сигареткой и выпуская в серое небо сизую струйку дыма, а после неловкой паузы продолжила, — Я живу здесь рядом, в трехэтажке. Живу одна, совсем недавно приехала. Если, Алекс, желаете продолжения знакомства — без проблем — серебряный рубль и идемте ко мне. Дохлый удивленно и немного ошарашенно глянул на даму, показавшуюся ему слишком строгой и ухоженной для проститутки. Даже промелькнула мысль — а не развод ли это? Тюкнут по голове в подъезде и выгребут деньги? Вполне возможно, видели, что из дорогого заведения вышел. Но женщина, хоть и была на несколько лет старше, очень ему понравилась. Дама, видно, не так истолковав возникшую паузу, поспешно мотнула головой и сказала: — Серебряный рубль, это если на ночь останетесь, а часа за два — полтинник. — София, а вы вино вишневое любите? — спросил ее Дохлый, — Или лучше брусничного взять? — Лучше брусничного. — кивнула она с улыбкой. Дохлый, затушив сигарету, метнулся обратно в кафе и поинтересовался у бармена, на что получил ответ: — Без проблем на вынос продаем, только за тару еще прибавим. Вам литр, два? — Слушай, Тоха, а вино крепкое? Мне женщине. — уточнил Дохлый. — Да нет, слабенькое, градусов двенадцать всего. — Нормалек! — радостно кивнул Дохлый, — Давай два литра. Двухлитровую банку с рубиновым напитком он оставил на лавочке, а сам сбегал к машине за пакетом с пирожками. Сам-то он был сыт, просто захотелось угостить Софию. Хотел предупредить молодых охранников, что до девяти постарается забрать машину, но глянул на часы — без четверти четыре, времени вагон, поэтому ничего говорить не стал. На всякий случай расстегнул ветровку и скинул ремешок хлястика, удерживающий кобуру в закрытом положении, чтобы в случае нападения сразу выхватить пистолет. Наученный жизнью Дохлый носил оружие уже с патроном в патроннике, поэтому лишь чуть сдвинул для удобства кобуру вперед по ремню и, взяв сумку с вином и продуктами в левую руку, пошел с представительницей древней профессии. Никакого нападения в подъезде не произошло. В квартире посторонних так же не наблюдалось, правда, одна комната была заперта, но София сказала, что это съемная квартира и там заперты вещи хозяев. Дохлый первые минуты не расставался с пистолетом, но потом расслабился, принял теплый душ и надел предложенный Софией удобный махровый халат. Пусть его надевали другие мужчины, но сейчас он был явно из стирки, пах свежестью и цветочным мылом, поэтому Дохлый не стал отказываться. София тоже приняла душ и переоделась в коротенький шелковый халат с огромными цветами, который не скрывал ее умопомрачительные ножки. Дохлый с удивлением увидел в ложбинке крупных грудей не безделушку, но дорогую подвеску на кожаном шнурке — большой золотой жук с зеленоватым камнем на спине. Украшение, которое ранее не заметил из-за повязанного на шее платка. — От бабушки досталось, в наследство. — пояснила София проследив за его взглядом, — Моя единственная действительно ценная вещь. Скинув с плеч халатик, обнаженная, только с драгоценностью на шее, София стала похожа на египетскую царицу. Нефертити или Клеопатру… Дохлый в них не очень-то разбирался, но его новая знакомая была просто великолепна. В постели дама, компенсируя ушедшую молодость, брала усердием, опытом и лаской, и Дохлый ничуть не был разочарован. «Ослепительная женщина, я таких еще не встречал! — признал Дохлый, — И кафе хорошее, если буду сюда приезжать, то только тут обедать и потом к Софии заходить. А можно и с ней в кафе вечером завалиться, певицу местную послушать. Не такие большие деньги, в сравнении с нынешним моим заработком.» Была бы она моложе его возрастом, так может не вслух, но про себя точно, звал бы ее Сонькой, но эту даму так называть даже про себя не поворачивался язык или чем там говорят в уме? Довольный собой и жизнью в целом, Дохлый через два с половиной часа вышел от Софии. Он не стал мелочиться и положил на журнальный столик целых четыре серебряных полтинника вместо одного, да еще оставил ей початую пачку Мальборо. За это дама заверила его, что он будет у нее всегда в приоритете и всегда желанным гостем в ее доме. Что такое приоритет Дохлый не знал, но по смыслу понял, что ему будут тут всегда рады. «А кому не рады, коли в карманах звенит серебро, а то и золотишко? — сделал философский вывод Дохлый, — Не, так-то София молодец, в свои годы многим молодым девицам фору даст. И фигурка, что надо! А ведь она не шлюха. Рассказала, что сюда всего полтора месяца назад на последнем поезде прибыла — по здоровью переселенка. А может, действительно, начать встречаться с ней постоянно, а то и жить вместе предложить?» Дохлый, немного помявшись, попросил Софию не водить больше мужчин, а он приедет дня через три и денег ей привезет. Думал, дама воспротивится такому проявлению на нее собственнических прав, но София лишь улыбнулась и согласно кивнула. Вино он не пил, только подливал Софии, сам лишь пригубил, попробовав на вкус, поэтому был почти протрезвевшим. Нет, вино было замечательным, но Дохлый не хотел ехать пьяным, хоть от поселка до его дома было всего восемь километров, но он слышал много историй, как буквально за километр от дома водителя растерзала какая-то хищная тварь или бандиты, двинув по голове, попросту ограбили и выкинули из машины. Нет, на сегодня ему хватит, больше расслабляться не стоит. День отдыха удался и, забрав машину со стоянки, он поехал домой. Смеркалось, фары осветили ворота желтыми полукружиями. Дохлый вышел из машины и, достав ключ, подошел к калитке. Он чувствовал усталость, но усталость приятную. Дохлому повезло, до закрытия Радиуса этот дом был обитаем и не разграблен после того, как съехали жильцы, но ключи от калитки и входной двери он нашел в ящике стоявшей в прихожей тумбочки. «А может, в Ягодное переселиться? В кафе этом обедать, да к Софии через день захаживать? Нет, — сам себе мысленно ответил Дохлый, — рано! Нужно внутреннюю энергию прокачать, чтобы в случае опасности я без труда через серые земли уйти мог. Да и поработать еще нужно, удвоить, а то и утроить имеющийся капитал, чтобы на дом хороший и на бизнес хватило. И запас стратегический был, на всякий случай. Да и уезжать отсюда, лучше в Белый Яр, где меня никто не знает.» — Стоять! — ткнул его кто-то твердым предметом, возможно, стволом пистолета под ребра. Дохлый, задумавшись и пребывая в благодушно-расслабленном состоянии, не заметил, как из проулка вынырнули два человека. Да и двигались они почти бесшумно. — Кто вы? — не скрывая свой испуг, спросил он, но получил новый толчок под ребро, а второй, охлопав его по бокам, ловко избавил от Макара в кобуре. — Не дергайся, мы только поговорить. — сказал ему один из незнакомцев, лица которых он еще не видел, и потом толкнул в уже отпертую калитку и хохотнул, — Проходи, будь как дома! Дохлый увидел, что в кухонном оконце горит тусклый свет керосиновой лампы. Когда его завели в дом, который уже три недели был его пристанищем, он увидел сидящего за столом человека. Лет сорока или даже моложе, но возле правого уха на темных волосах белело большое пятно седых волос. Мужчина спокойно сидел и пил чай из его кружки, потом поднял на Дохлого глаза и спросил: — Что же ты чайник новый не купишь, вроде хорошо зарабатываешь? — Так купил, в машине. — ответил ему Дохлый, — Там продукты бы забрать и посуду. — Успеешь, не надолго мы! — махнул рукой мужчина и представился, — Меня зовут Валерий Павлович, а еще многие знают меня, как Седого. Я глава самого крупного и самого сильного сообщества поселка и ставлю тебя в известность, что с этого момента ты будешь работать со мной. Прими это как неизбежное, потому как если побежишь в милицию или к другим браткам, то себе же больших проблем наживешь! Да и зачем тебе свой дар афишировать? От этого только бардак выйдет и неразбериха. Давай знакомиться? — Алекс… Саша, — немного стушевался от такого напора Дохлый, — Вы хотите, чтобы я делился с вами полученными деньгами? Платил за крышу? — Пустое! — мотнул головой Седой, — Деньги, конечно, хорошие, но зачем нам чужое? Мы с тобой дружить хотим, а не грабить. Прикрывать тебя, Саня, будем, оберегать, понимаешь? Да ты присаживайся, не стой истуканом. — Не совсем, вас понял, Валерий, э… — Павлович. — подсказал Седой. И продолжил, когда Дохлый сел на краешек табурета. — В соседнем доме машинка приметная стоит, Москвичок старенький. Так на нем мои должники сюда приехали, а ты, Саша, их из Радиуса вывел. Но к тебе претензий нет, ведь не твоя это вина, что мы раньше знакомы не были. Вот и вышла накладочка. — вздохнул Седой, — Но теперь с тобой мои ребятки поживут. Посмотрят, кого ты отсюда в следующий раз выведешь. Да и тебя подстрахуют, мало ли кто на большие деньги соблазниться может? Дураков да лихих людей кругом хватает. — А дальше? В чем смысл? — все же задал вопрос Дохлый. — Дальше, Саша, примерно, через недельку, ты выведешь отсюда меня. Но не беспокойся, ребятки мои тебя подстрахуют. Вот, знакомься, Рафаил, мой друг и, так сказать, первый помощник. Или просто, Раф, для друзей. — показал Седой на вошедшего вместе с Дохлым в избу крепкого черноволосого мужчину с круглым лицом и выпирающими п-восточному скулами, — Он за тобой приглядит, когда я отсюда уйду. — Да ты не кисни, друг сердешный! — хлопнул его по плечу Рафаил, — Тебе от нашего знакомства плюсы одни — мы в твой бизнес не лезем, а то и сами клиентов тебе найдем. И защитим от любых наездов и от грабителей. — Ну так как, Саша, дружим и работаем сообща? — спросил его Седой, глядя в глаза. — Ну да, — кивнул Дохлый, — не веря еще, что его не пришли убивать из мести или не пришли грабить узнав о заработках, — работаем. — Вот и ладненько! — довольно растянув рот в улыбке, произнес Седой, встав с табурета, — Пора нам. Хотя… — он с прищуром глянул на Дохлого и спросил, — А продемонстрировать свою магическую способность можешь или для этого некий ритуал особый совершить нужно, а то и жертву принести? — Не-ет, никакой жертвы не нужно. — замотал головой Дохлый, — Но здесь проход не открыть, только в серой зоне и только в определенных местах получится, где каналы энергетические проходят. Он сделал шаг в сторону, вытянув руки перед собой и со второй попытки сотворил слабенький мерцающий экран, с трудом зачерпнув немного энергии, удивившись, что внутреннее хранилище, если не совсем пусто, то почти пусто точно. «Это отчего так? — мелькнул в голове панический вопрос, — Может, свидание с женщиной столько сил забрало или магам алкоголь вообще противопоказан?» — Но здесь выход не откроется, только в межмирье. — повторил он для внимательно наблюдающих за ним бандитов. — Значит, без обмана все, действительно маг. — удовлетворенно кивнул Раф и спросил, — Учился где-то, как свой дар получил? — Само вышло, — пожал плечами Дохлый, — после первой магической бури. Сначала корежило сильно, а потом понял, что могу окно в пространстве открыть. Но не тут… — Да, поняли уже — в серой зоне и только в определенных местах! — кивнул Седой и, выходя, обернулся, — Саша, со мной лучше дружить. Не вздумай запаниковать и в бега податься. И если куда поехать решишь, хоть до Ягодного за продуктами, парней моих предупреди обязательно. Надеюсь, мы друг друга поняли? ---------- Глава 15 Глава 15 После своего поединка с Такедой Дмитрий на несколько часов ушел к малому алтарю на маяк, чтобы восстановить силы. Кристалл, выросший за прошедшее время еще немного, мерцал изумрудным светом, излучая вместе со сполохами магическую энергию, концентрация которой ощущалась даже в воздухе. Димка, вымотанный до предела, попросту скинул матрас с кровати смотрителя на пол, в центр печати и, упав на него, через минуту вырубился от охватившего его блаженства. Сначала все происходящее он принял за сон и, лишь очнувшись, почувствовал в комнате еще чье-то присутствие. Но никого рядом не было и он наконец сообразил, что ощущает присутствие души принесенного в жертву мага. И действительно, задействовав магическое зрение, он увидел его астральное тело, висящее в воздухе над кристаллом. — Я думал, ты уже мертв. — Я? — засмеялся в ответ маг, — Я не умру никогда, говорил же! — Ну, думал, что ты уже растворился в своем эфириуме. — поправился Димка. — Это не смерть, это переход на более высокий уровень существования. — поправил его маг, — Я видел твой поединок и спешу поздравить с заслуженной победой! Поэтому и решил прийти сюда еще раз. — Я убил японца. — кивнул Димка, — А ты рад, что твой убийца мертв? — Дмитрий, ну сколько можно говорить глупости? Не разочаровывай меня. — вздохнула астральная проекция мага, — Мне это действительно уже все равно. — Что за дерево растет на месте главного алтаря? — воспользовавшись моментом, решил узнать Дмитрий, — И кто-то, кроме меня, может открывать проход во внешний мир? — Это росток мирового дерева — Садрат Аль-Мунтха, Мекабциэль, Аустрас Кокс, Эчке Тумно, Иггдрасиль. Называй его как хочешь, у разных народов разные названия, но одна суть. Дмитрий, своим безумным экспериментом со временем вы вырвали Радиус из привычного мира и тем самым инициировали зарождение нового. Ты уже знаешь, что Радиус расширяется, завоевывая и даря этому миру новые территории? — Это значит, что скоро он поглотит всю серую зону? — удивился Ковалев. — Не так это скоро, -усмехнулся маг, — чтобы проявился весь привычный нам мир, уйдут сотни, а то и тысячи лет. Но да, так будет. Ты спрашивал, может ли кто-то, кроме тебя, отворять проход в старый мир? Отвечаю — нет, только ты с помощью малого алтаря и энергии кристалла силы. По крайней мере, сейчас, это можешь делать только ты. Скорее всего, это вышло бы у твоего знакомого, которого вы зовете искусственным интеллектом или Эрвином, но у него договор с системой темных миров о невмешательстве. Так что, повторюсь, сейчас только ты можешь это делать. Энергии кристалла и твоей маны хватает на то, чтобы преодолеть возникший временной разрыв и перекинуть магический мостик между мирами. — Этот мир становится больше, это хорошо или плохо? — И снова глупый вопрос! — укорил его маг, — Хорошо или плохо, что земной мир именно такой величины, как есть? Или он не так велик, как кажется на первый взгляд? Или ты думаешь, что, сиди вы в Радиусе, как кучка дикарей на маленьком острове посреди океана, было бы лучше? Все меняется, нет ничего неизменного в природе, да и сама природа меняется. — А если… — начал снова спрашивать Дмитрий, но маг перебил его. — Все, я устал слушать тебя и отвечать на твои глупые вопросы. Не думаю, что это наша последняя беседа, но не рассчитывай на скорое общение. Прощай, Дмитрий! Кристалл мигнул и астральное тело мага растворилось в его изумрудном свете. После возвращения на заставу его чуть не разорвали на части, так как все хотели отпраздновать его славную победу. Но Филипп, Эмерик и Логунов предлагали отпраздновать в поместье, а Карате и Череп настаивали на ресторане «Восток». Дмитрий пошел на компромисс — сегодня вечером в поместье, завтра вечером в ресторане, но настоял на скромных посиделках. Будь его воля, вовсе отказался бы от всяких празднований, не день рождения, чай, и дел просто по горло накопилось, тех же андроидов срочно нужно из Радиуса выводить, Айвар заждался уже. «А ведь, если бы Такеда убил меня в поединке, то все андроиды бы здесь остались? Никто, кроме меня, переход не откроет! Мда… не додумал. Снова ты, Дима, опростоволосился! Ладно хоть никто из андроидов не наехал, не взбунтовался, сидят, ждут, чем дело кончится. Завтра же, не затягивая более, Косту, всех его братьев и сестер по пробирке нужно выводить отсюда. Да и старую крепость барона Сейла нужно восстанавливать и заставы по берегу Быстрицы ставить.» Ему сообщили, что на постоялом дворе ждут двое старых знакомых. Думал, это снова маги Маркус и Армикус прибыли по его душу, но нет. Старые друзья, помогшие добраться до города после уничтожения алтаря Айваром, два опытный наемника — Прус и Линар. Встретили его вояки настороженно и поклонились, увидев и узнав. — Доброго денечка, вам ваша милость! — Да бросьте, братцы! — махнул рукой Димка, искренне обрадовавшись появлению тут наемников, — Долго вы собирались, но молодцы, что приехали. Мне опытные воины во как нужны! — чиркнул он себя по горлу большим пальцем правой руки. — Ну, значит и впрямь не зря приехали. — радостно толкнул лучник более грузного Пруса. — Ну, рассказывайте, что, как, где? — спросил Димка и тут же мотнул головой, — Хотя, нет, пошли в дом к моему другу Филиппу, вина с дороги выпьете, да перекусите. За столом и расскажете, чем все это время занимались. Через четверть часа, сидя за столом и утирая усы от вина, друзья наемники рассказывали Димке, чем занимались эти месяцы. — Повздорили мы, — сознался Прус, виновато вздохнув, — по пьяни разругались, да и баба опять же, словно черная кошка, меж нами пробежала. — он махнул рукой, — Да дурость это, помирились уже, чего там. — Ага, было дело, — поддакнул Линар, — а тут словно назло работенка подвернулась. Несколько заказов хороших, для отрядов. Набрали парней молодых, но с опытом хоть каким. У мня-то десяток солдат, а Прус полторы дюжины завербовал, феодала одного охранять. — Свара меж его родичей за наследство пошла, ему срочно люди в замок для усиления понадобились. — кивнул мечник, — А Линар торговые караваны от Соляного барона в город водил, пока тот новым бургграфом не стал. — Было дело, и весьма прибыльное, — так же кивнул и второй воин, но вздохнул, -да кончилась служба, теперь там городские стражники деньгу зашибают. — Торговые караваны? — переспросил Димка, — А что возили? — Так, знамо что, соль с соляных копей и возили, пока господин Кирст новым бургграфом не стал. — И чего, рассчитали вас со службы, выходит? — Дворянчик с родичами договорился, караваны с солью городская стража теперь водит, но соляной барон снова большой отряд собирает. — Не спокойно там стало, — поддакнул Линар, — говорят, фатхарцев тьма. Они на границе баронства несколько деревенек пограбили, почти к самому Соляному замку набеги делают. Вот новый господин бургграф и кинул клич, всех свободных солдат в отряд собирает. — Ага, мы было туда ехать навострились, да тут услыхали, что вы новым бароном стали, вот Прусу в голову мысль пришла к вашей милости скататься. — лучник пожал плечами, — А чего, за спрос денег не берут, может, вы нам чего получше, чем со степняками воевать, предложите. — Предложу, обязательно предложу! — расплылся в радостной улыбке Ковалев, — Мне люди нужны. «Ага, это вам не с дикими степняками воевать, тут или беляки, или китайские хунхузы пожалуют, да с огнестрелом все, не с луками.» — подумал Дмитрий, но вслух другое сказал. — Старую пограничную крепость хочу восстановить, да и несколько деревянных застав по реке, на землях лордов поставить. Сейчас покажу! Он принес нарисованную в прошлый раз карту и показал на отмеченную точку пальцем. — Вот тут, старая крепость барона Сейла, а ниже по реке первая застава будет. Там как раз феод бесхозный, лорд-рыцарь со всей семьей погиб. Говорят, разбойничья банда напала, но скорее всего наемники магистра Бертрана постарались. Вот на этих землях нужно заставу понадежней ставить, а лучше полноценный замок возводить. По берегу там расстояние, — он на несколько секунд задумался, прикидывая, — миль пять-шесть, не больше. Но этот участок самый тревожный, потому как дальше Бескарский лес нас прикрывает, а там на наши земли напасть могут. Возьметесь оборону наладить? — спросил наемников Димка и сам же продолжил, мотнув головой, — Мастеровых укрепления возводить найму и людей опытных, вам инструктораов дам. По нескольку человек, чтобы вас обучали обращению с громовым оружием. — Без этого никак? — вздохнул лучник, — Нам с луком, да мечом сподручнее. — Мир меняется, братцы, — покачал головой Димка, — не научитесь вы из ружей стрелять, так придут чужаки и постреляют вас. Оружие и боеприпасы я выделю, платить достойно вам и вашим людям буду. И еще пару плюшек вам довесом предложу, — подмигнул он друзьям наемникам, — пройдете инициацию на малом алтаре и вы и ваши люди, если даром не обладают. — А нам зачем, — удивился Прус, — мы же с даром уже оба? — А вы путь развития изберете. Система вас, как адептов малого алтаря инициирует и очков развития вдвое больше пойдет. — То есть уровни вдвое быстрее достигаться будут? — хмыкнул, явно заинтересовавшись таким предложением лучник, а Прус прищурил глаза и спросил: — А какая вторая плюшка будет, господин барон? — Вторая? — снова лукаво подмигнул им Дмитрий, — Наладите оборону и дозоры по тем территориям, так через полгода пожалую дворянское достоинство. А через год — полтора и свои феоды пожалую, те самые, что охранять будете. Сами сеньорами и лордами станете, но тогда уж торговлю налаживайте, крестьян на своих землях приваживайте, чтобы себя да дружины свои кормить. — Это через год, мы сами можем феодалами и лордами стать? — явно не веря его обещаниям, переспросил Прус, — Больно награда огромна, не надорваться бы. — Мне вас обманывать смысла нет, — пожал плечами Ковалев, — у меня восточные земли баронства бесхозными уже несколько месяцев. Даже не знаю, остались там крестьяне или разбежались все, если согласие дадите, так с инспекцией вместе съездим. Ради такого дела Димка был готов отложить все празднования своей победы. Не хотел он упускать опытных и честных вояк. Наоборот, хотел привязать их к земле, чтобы сами хозяевами себя там почувствовали. — Ну вот смотрите, — снова ткнул он в карту пальцем, — это как раз два крайних феода получается. В чем смысл всей вашей службы — до седых волос хозяину служить? А тут сами станете лордами-рыцарями, да еще соседями друг другу. У каждого своя дружина будет и свой замок-крепость, да и на помощь, в случае опасности, друг другу придете. И не дав наемникам прийти в себя от открывшихся перспектив, продолжил: — Денег на содержание солдат выделю, но платить буду не как наемникам, а чуть меньше — как своим солдатам, но зато каждый свой участок землицы получит. Да и путь развития с двойными очками опыта дорогого стоит. На строителей тоже денег выделю, но и вам рукава закатать придется. В конечном счете, что вы теряете? Как наведете порядок в феодах, почувствуете себя там хозяевами полноправными, так титул лорда получите. Откажетесь — ваше право. Думаю, мне и наемники пригодятся. Но это только вам самим решать. Хороший замок, хорошая жена, дети, пара деревушек с крестьянами, что еще нужно для того, чтобы встретить старость? — Димка увидел, как у старых вояк загорелись глаза и продолжил ковать, пока было горячо, — Вы свои отряды уже распустили? — Нее, — все еще пребывая где-то в своих фантазиях от обрисованных Димкой перспектив, ответил ему лучник, — в городе пока отдыхают. — А сколько бойцов набрать можете и сколько среди вас конных? — А ежели семейные, так звать в отряд? — спросил Прус, видно уже принявший решение. — Почему нет? — пожал плечами Димка, — Завтра съездим, глянем, сколько времени нужно, чтобы крепость восстановить, а там видно будет. Может, месяц, может, два, но перевезут и семьи свои. Думаю, каждый наемник мечтает о своем доме, и о своем куске земли, иначе зачем жизнью рисковать? До старости на побегушках у мелких дворянчиков бегать и помереть в нищете? — У меня десять солдат, из них семеро конных, ну и я на коне, выходит. — ответил лучник, — Но двое еще на примете, если нужны, то позову в отряд. — У меня сейчас осемнадцать клинков и думаю, все на такое предложение согласятся. — кивнул Прус, — Половина верхом, да еще три телеги отрядные. Да еще парочку парней для ровного счета могу в отряд завербовать. — Вербуйте, денег на это дело авансом выделю и на провизию тоже. Только, чтобы не отребье и лиходеи, кому все одно, что неприятеля резать, что крестьян ради мелкой монеты. Чтобы с понятием воины и слово держали. Ну, сами знаете, командир за своих солдат всегда головой отвечает. Уехали наемники, еще ошарашенные открывшимися перспективами. Не остались ночевать и даже приглашение на небольшую пирушку их не задержало. Как понял Дмитрий, хотели обмозговать все, да своих людей побыстрее собрать. Поездку к старой крепости перенесли на послезавтра, Прус и Линар сразу с отрядами туда ехать решили, уже на месте прибытия строителей дожидаться. Пообещали своими руками и руками своих солдат все, что им под силу, восстановить, если Дмитрий им инструмент выделит. «Надеюсь, не напугал я их обещанием такого щедрого вознаграждения? Не подумали, что сошедший с ума барон направо и налево раздает невыполнимые обещания? — подумал Димка, — Не хотелось бы два отряда наемников общей численностью более трех десятков, да с опытными командирами, упускать.» Вдали от эпицентра и маяка Дмитрий не видел уровни развития, но наемники сами сказали, не скрывая от будущего нанимателя и сюзерена. 'У них сейчас сороковой и сорок первый уровень, а если путь развития выберут, очки вдвойне пойдут, так побыстрее мастерами станут. Да и чем они хуже дворян? Иных и храбрее, и честнее будут. Нет, такие рыцари и лорды мне как раз и нужны, которые сами из низов выбились и хлеб свой кровью и потом зарабатывали. Все правильно сделал, пообещав им впоследствии титул и феод, да и год у них есть, чтобы жизнь там наладить. Станут лордами и полноправными хозяевами, так сами все тянуть будут. Три десятка местных солдат будут границу с китайцами прикрывать, да переговорю с Чернышовым, может, Юрич сам в командировку поедет, а, может, кого посоветует. Но на первый месяц я туда еще отряд скифовцев для усиления перекину. Десяток бойцов с карабинами и автоматами, пусть службу несут и местных наемников стрелять из огнестрела обучают. От кирпичного заводика до берега рукой подать, строители должны быстро трехуровневую башенку да казарму на семь-восемь бойцов возвести. Большую башню на холме Рохны они уже достроили, стены тоже почти закончили, теперь казарму и конюшню возводят. Как закончат, так эту артель сюда переброшу. А вообще, холм Рохны место очень хорошее, недаром там древний город стоял. Большой холм, скорее плато напоминает — в длину метров четыреста тянется и в ширину не менее трехсот. Эту заставу до большого форта расширить, внутри форта дом себе построить с большим залом приемов на первом этаже. Надоело уже в доме у Фила, как бедному родственнику, ютиться. А с дальней от реки стороны, где был пологий спуск, можно запланировать пару улиц слободы.' Еще поразмыслив, Дмитрий решил не прибегать к услугам красноармейцев Захарова, лучше будет посадить гарнизоном на новой заставе гвардейцев Гая. «Дюжина его воинов, да два бывших гаишника, почему нет? Чем не полноценный гарнизон? В других, что планирую по берегу, так вовсе по шесть-семь человек будет службу нести. Стрелять из карабинов бойцы Гая уже обучены, да еще для усиления три-четыре автомата „Застава“ сюда передам. Только с комендантом определиться, подумать, кого на такую ответственную должность назначить? Все же планирую из этой заставы свой замок со временем сделать. А бойцы Нефедова пусть в моем новом, или уже старом замке службу несут. И надо бы форт возле сгоревшего хутора восстановить, а то южную границу по реке укреплять взялся, а северная граница вовсе не прикрыта, мало ли кто там объявится? От поселка попаданцев до туда, примерно километров двенадцать выходит? Вот там пусть красноармейцы Захарова службу несут. Надо будет об этом с Нефедовым на днях переговорить, да скататься до сгоревшего хутора, глянуть, что там к чему.» В приподнятом настроении духа от прошедшего разговора Димка отыскал Филиппа и вместе с Гаем предложил поехать к берегу, присмотреть место для будущей заставы. Во дворе к ним присоединились Карате с Черепом. — Димыч, держи вот, — протянул Карате ему черно-матовый пистолет, — Зиг Зуэр семнадцатизарядный. — Откуда он у тебя? — удивился Ковалев. — Да прапорщик этот Косте сунул после того, как ты японца зарубил. Сказал, что трофей твой. Наверное, не решился тогда к тебе подойти. — нервно хохотнул Фирсов, вспомнив окровавленное лицо друга и его безумный хохот, — А андроид мне отдал, сам-то с парнями на буханке в город поехал. Димка происходившее с ним после боя помнил, как в тумане, но помнил, что катану побежденного майора он вручил Горо. Видя завистливый взгляд Черепа, которым тот проводил пистолет, сказал: — Саня, я понимаю, что машинка замечательная и тебе очень нравится, но не для боя — патронов один магазин. Найдем еще боезапас, тогда себе заберешь. -пообещал он Черепанову, — А пока, пусть с Колиным Вальтером в сейфе полежит. «Ну да, хоть пару сотен парабеллумовских патронов нам бы не помешало, все же уже два пистолета немецких и под один боеприпас. Может, с Валом поговорить, спросить? У них-то должен запас к привезенному оружию быть. Хоть сотню, да выторговать, все же должником моим себя называл. Но это потом, после того, как с ним по алхимическому серебру за аренду алтаря и магического порошка решу.» Выбрали неплохое место под новую заставу — небольшой холм на изгибе реки. Но если поставить там заставу, то ее и с крайних домов расстроившегося поселка видно, и слышно. Если бойцы стрелять по кому-то начнут, то жители и солдаты поселка точно услышат. «Ага, теперь по автоматам нужно решить, как их распределять между заставами и крепостями? -подумал Димка, прикидывая варианты. — Самое опасное место, где наиболее вероятен прорыв китайцев, это пограничная крепость. Четыре югославских 'Заставы» туда, остальных бойцов карабинами вооружить? Ну да, по-другому никак. Второе по значимости место, это холм Рохны, где думаю обосноваться. Тоже четыре автомата? Остается всего семь штук — это мало! На заставы и на удаленный форт красноармейцам не хватит, а туда хоть один автомат, да нужно выделить. Значит, переигрываем! По три штуки в пограничную крепость и в форт на холме, как основную резиденцию правителя, то бишь меня родимого, остается еще девять штук. Если в ближайшую с пограничной крепостью заставу два автомата отдать и два на заставу в поместье Фила, то по одному автомату выйдет на оставшиеся заставы в феодах лордов и в удаленный форт у сгоревшего хутора. Остается один автомат, как раз конному дозору, бойцам Захарова. Ну да, так вроде неплохо вышло! — решил Димка, распределив все пятнадцать югославских калашей по точкам, — С натягом, конечно, но все вроде перекрыл. Посмотрим, если на пограничную крепость будут китайцы нападать, то туда еще автомат конного дозора передам, а бойцам Захарова укорот, а то и пару подкину. А ведь у меня еще пушки есть! Ладно, Коста вернется, тогда первыми будет стрельбе воинов в пограничной крепости обучать. Мда… жаль Максим Максимович уходит, не помешал бы мне здесь. Его бы комендантом в свой замок поставил и инструктором по пушкарскому делу назначил. А может, сказать, что переход не открывается, ну там, из-за каких-нибудь магнитных волнений? — пришла Димке в голову скользкая мыслишка, — Задержать андроидов еще на пару недель, чтобы мне и стрельбе из огнестрела местных обучили и из пушек стрелять научили? Ха, а если их Айвар не дождется, один уйдет? Он просил, не задерживать, так как по договоренности с системой должен уйти с основной группой андроидов. И тогда я не смогу вовсе андроидов к Эрвину отправить. Нет, здесь-то они нужнее, но ведь потом угрызения совести замучают, что схитрил и из-за меня все! Ладно, фиг с ними, сам вытяну, завтра же этих детей пробирки домой отправлю.' * * * После гибели Эдуарда оставаться в колледже было невыносимо. Все напоминало о нем, а его родственничек открыто не любил и презирал, считая, что она паразитирует на его одаренном племяннике. Сама она отвечала директору тем же. Пока был жив Эдуард, ей было плевать на мнение других. Он даже добился, что Эльза не только поселилась с ним в общежитии колледжа, но и преподавала ученикам основы бытовой волшбы, примерно по пять-шесть часов в неделю, что позволяло ей получать неплохую зарплату. Она была в курсе, что Эдуард одержим идеей заполучить легендарный кристалл силы. Даже помогла ему заманить в ловушку старого профессора. Это как раз Валофф ничего об этом не знал, он наивно полагал, что племянник с семью учениками и начальником охраны отправился к эпицентру для изучения растительного мира и влиянии на него повышенного магического фона. Даже оплатил эту, как он считал, научную экспедицию из своего кармана, наивный дурачок! Но Эдуард погиб, его убил какой-то японец, боевой маг. Если Валофф считал это трагической случайностью, то сама Эльза не верила в это. Она несколько раз прибегала к помощи ведьминого глаза, и, смотря в мутное стекло кроваво-рубинового шара видела, кто стрелял в Эдуарда и кто сорвал все его планы. Да и не просто так этот японец потребовал поединка с одним из начальников военизированной структуры. Это они, люди в серых камуфляжных костюмах, шевронами с надписью «Скиф», виноваты во всем! Они помешали Эдуарду и его группе получить вожделенный кристалл. Это один из них был истинной целью японца, а Эдуард просто стал игрушкой в руках судьбы! Эльза любила его, ну, может, чуть меньше, чем он ее, но все же. Она вовсе не околдовывала его и не паразитировала на нем, как считал Валофф, Эдуард добровольно делился с ней своей силой. С его прокачанным внутренним хранилищем, ей и нужно было меньше десятой части ежедневно, чтобы восполнять потраченную энергию из старинного артефакта. Энергии, которой с ней делился любимый, хватало не только для подзарядки скарабея — артефакта, доставшегося ей по наследству, но и на демонстрацию заклинаний на своих уроках. Она познакомилась с Корецким, когда он гостил у своего дяди в Эльзасе. А после, когда их очень многое связывало и она привыкла пользоваться его маной, последовала за ним и сюда. Край не пуганных идиотов любил называть Эдуард жителей Радиуса, только недавно столкнувшихся с магией и магической энергией. И разделял мнение своего дяди, считая работу здесь очень перспективной. Лучше стать первым здесь, чем десятым в Европе, считал Эдуард. Да, многие называют таких, как она паразитками, черными ведьмами, ущербными магичками, не имеющими своей маны. Инвалидками и пиявками, сосущими энергию у других, но очень немногие осмеливались бросить такое в глаза потомственной колдунье. Но факт оставался фактом — у нее не было собственной маны и чтобы творить заклинания, заговоры, магию иллюзии или изготавливать зелья, она была вынуждена тянуть энергию из окружающих ее людей. С простаков удавалось выжать сущие крохи, и до встречи с Эдуардом удачей было встретить спонтанно инициированного мага. То есть человека, неосознанно прошедшего инициацию и получившего возможность накапливать энергию внутри себя. И сегодня был воистину удачный день — ей встретился именно такой человек! В Ягодное, бросив все, она приехала всего неделю назад, решив тут получить новый паспорт и назваться Софией, слишком уж чуждо для русских звучало ее настоящее имя. Отложенных денег хватило, чтобы снять двухкомнатную квартиру на втором этаже трех этажного дома, заплатив хозяину за полгода вперед. Если бы она знала, что так получится, то никогда не променяла бы привычный европейский мир на эту дыру. Но сейчас грустить и кусать локти было глупо! Выход в свой мир теперь был закрыт навсегда и после смерти Эдуарда Эльза, теперь София, вынуждена была начать жизнь с чистого листа. В свое новое жилье она уже приводила двух мужчин и, накладывая чары иллюзии, выжимала их досуха, а восторженные глупцы еще оставляли ей серебро и, покачиваясь от изнеможения, шли восвояси. Но Алекса она щадила, решив долго использовать его потенциал. После душа она скинула халатик, показав ему свое манящее тело, а потом, как и в случаях с другими мужчинами, наложила чары иллюзии и наслаждения. Сидя в кресле и попивая вино, София со смехом смотрела как этот доходяга, с внешностью деревенского подпаска, с восторгом извивается и выгибается на кровати, удовлетворяя себя собственной рукой. Она даже сама возбудилась не на шутку глядя на него, даже допустила мысль, что, возможно, в будущем, позволит ему коснуться себя руками, а лучше язычком. Она аккуратно, чтобы он ничего не почувствовал, цепляла и тонкой нитью тянула энергию из его маны, переливая ее в камень скарабея. По семейной легенде этот камень был ни чем иным, как кристаллом, выпадающим из сфинкса, разумного, но кровожадного животного. Почему нет, если прабабка была родом из Леванта и имела египетские корни. Но это было очень давно, ведь каждая из женщин в ее семье жила не меньше трех сотен лет, как раз благодаря этому артефакту и если бы не трагическая гибель ее матери, она получила бы этот амулет, а следовательно, и колдовской дар на сотню лет позже. В этот раз София наполнила скарабея энергией почти полностью. Если этот Алекс, который оказался весьма щедрым мужчиной, будет захаживать к ней хотя бы раз в неделю, то проблем с магией у нее не будет. Да и деньги, подаренные им, не будут лишними. ---------- Глава 16 Глава 16 Когда Димка вернулся с берега реки после выбора места под заставу, ему повстречался Логунов и он зашел к нему в новую его лабораторию, где пахло экстрактами трав, порошками, настойками, а на широком, но низком столе громоздилась самодельная конструкция из стеклянных банок и бутылок, небольшого напоминающего грушу медного котла, старой скороварки и стального змеевика. Да еще один, большой и черный от сажи котел побулькивал над очагом. — Если бы не твоя специализация, Сергеич, то решил бы, что самогоноварением промышляешь. — засмеялся, глядя на все это, Дмитрий, — А вообще, есть предложение — переезжайте в Башню и там организуйте более цивильную лабораторию, по крайней мере, очаг чадить не будет. На электроплите варить станете, готовые зелья не на ледник в подвал к Филу таскать, а большой холодильник под это дело выделю. Тем более, мой алтарь там же установлен, удобно будет! — Я поговорю с Эмериком и подумаем вместе над твоим предложением. — ответил ему Логунов, хотя Димка был уверен, что зельевар ответит отказом. Хотя почему нет? Задержался Дмитрий там не надолго, всего минут десять переговорил с Логуновым, да парой слов перекинулся со стариком травником. Но за малое время решили сразу три вопроса. Логунов с Эмериком хотели съездить к границе Радиуса, так как с появлением серой зоны вместо привычного купола там, скорее всего, появятся новые растения. Второе, это девять талеров — Димкина доля, что они выторговали в Варгионе за последнюю неделю сбывая зелья. Дмитрий деньги не взял, сказал отдать их Филу для строительства заставы в его феоде. И третье — с приобретенной в торговом терминале методичкой производительность зелий увеличилась и Логунов хотел сам наведаться в городскую больницу Асино и переговорить насчет поставок лечебных зелий туда. — Если хотя бы полдюжины в неделю у нас врачи брать будут, то это еще один неплохой источник дохода. Я им пробные лекарства даром отдам, чтобы сами в эффективности убедились. Еще, можно и в Ягодное заехать, там же тоже поселковый лазарет и медкабинет есть. — Почему нет, Сергеич? — пожал плечами Ковалев, — Завтра утром вместе в Асино вернемся, там и сходишь переговорить. Еще, можешь со Смирновым встретиться и предложить кое-какие зелья в аптечку бойцам пограничного корпуса. Я думаю, хоть о чем-то да столкуетесь. Намекни, что согласны на патроны менять, думаю, заинтересуется полковник. Едва вышел от Логунова, столкнулся с Карате. — О, на ловца и зверь бежит! — раскинул руки здоровяк, растопырив пальцы правой руки и протеза в черной перчатке. — Что, там уже стол накрывают? — поинтересовался Дмитрий. — Накрывают. — кивнул Коля, — Но я не по этому поводу тебя искать вышел. Петров приезжал и передал сообщение. — Это бывший гаишник, связист? — уточнил Димка. — Ну, а кто еще — он, родимый! Сначала Вал тебя искал, потом Василич звонил в Башню. — Василич? — переспросил Димка, и кивнул, — Завтра андроидов из Радиуса выведу и вместе съездим к полковнику. — Еще, Мишаня в Башню звонил, тоже искал нас. — У него, что-то случилось? — забеспокоился Дмитрий, — С бандитами опять проблемы? — Да не, все тихо пока. — махнул рукой Николай, — Миха, по другому поводу. Говорит, есть новости интересные по скупщикам акций. — Нашел, что ли, их? Ты сказал, что мы завтра утром в Асино вернемся? — Сказал летехе, тот по радиосвязи в караулку передаст, дежурный с Михой свяжется. А мы утром ему перезвоним, узнаем, что там за новости интересные. Ну что, идем за стол? — Сейчас, — кивнул Ковалев, — только потороплю кое-кого, а то снова за свои зелья взялись. Застолье в честь его победы было немноголюдным, не стали раздувать всеобщее празднование, да и не продлились посиделки долго. Выпили с тостами и здравницами в честь великого его, плотно закусили, но уже к полуночи все разошлись по комнатам, так как Дмитрий пообещал поднять всех в семь утра, чтобы успеть все, что запланировал на день. Утром, как и обещал, поднял всех в семь и после небольшого завтрака он, Карате, Череп и Логунов с Эмериком перешли в Башню магическим переходом. Коля сразу набрал Мишане, но того еще не было на рабочем месте, зато снова позвонил секретарь главы города и осведомился, когда они смогут подъехать — пообещали явиться на ковер к начальству в два часа пополудни. Почти все медицинское и техническое оборудование андроидам Эрвина пришлось оставить в Башне, взяли они только ручную кладь. Порадовало, что часть медицинского оборудования, что не передали в городскую больницу, оставили в Башне, где тоже решили сделать мед кабинет для своих. Но еще порадовало, что помимо пистолетов, которые были личным оружием у всех пяти андроидов, в опломбированном ящике лежало три новеньких калаша под пять сорок пять и пара цинков патронов к ним. Все оружие и патроны Максим Максимович так же оставили Дмитрию, не с собой же их тащить до первого патруля. Прощались как с родными, сказать по правде Димка жалел, что андроиды не остаются в Радиусе. Ну хоть Коста есть, помощник незаменимый. Провозился с перетаскиванием синтетических людей через портал часа два, потом отдельно проинструктировал Косту, выдав ему в этот раз толстую стопку долларов, а после еще и с Матвеичем переговорил. Бывший лесник предлагал в помощники своего племянника Игоря, который после закрытия навигации на Енисее находился в длительном отпуске. Жил Игорек в Красноярске и мог заниматься закупкой всего нужного по списку, готовя товар к перевозке. Игорь мог вторым номером ехать с андроидом, будучи вооружен гладкоствольной Сайгой — разрешение на оружие у него было. Коста, конечно, брал с собой Макар и прятал пистолет под сиденьем. Бандиты на дорогах сейчас не редкость, а скорее постоянный признак развала одного строя и попытку войти в другой, но два человека и два ствола всегда лучше одного. Тем более, по словам Матвеича, Игорь три года как из армии вернулся и служил в десантуре. В Афганистан не попал, лишь по причине начала вывода из оного войск. — Предложение заманчивое. — кивнул Дмитрий, — Вот только, объясните своему племяннику, чтобы не распространялся об увиденном. Ведь придется его тоже в известность про Радиус ставить, да и сам бы со временем понял — тут без вариантов. Не хотелось бы, чтобы из-за его языка нас тут в следующий раз бандиты или люди в серых костюмах из конторы глубокого бурения поджидали. — Я ему мозги вправлю, за это не беспокойтесь! — пообещал дедок, — Да племяш и сам не дурак, то ли сиднем всю зиму сидеть, то ли возможность есть неплохо подзаработать. Да и потом, когда навигация откроется, кое-какой груз он мог бы вам сюда по реке таскать. Лучше тут зиму поработает, чем на войну попадет. — А что, могут призвать? — Общей мобилизации нет, — покачал головой Матвеич, — но говорит, звонили несколько раз из военкомата, приглашали на беседу и на контракт намекали. В Казахстане конфликт разгорается и конца пока не видать — может и на пару лет затянуться. В Чечне тоже не понятно, как бы не полыхнуло снова. Так этот дурень еще раздумывает, деньги, говорит, неплохие за боевые обещают. — Матвеич, приедет к тебе, так сам поговори с племяшом. Скажи, что у нас не меньше заработает. — пообещал старику Дмитрий, — Главное, чтобы язык за зубами держал и не удивлялся ничему. — Обещал на днях на охоту приехать, да меня проведать, тогда и переговорю. — Он на своей машине приедет? — поинтересовался Димка. — Да какой, откуда у него! — мотнул головой дед, — До Енисейска на автобусе, а там на перекладных с попуткой. — Так может, через несколько дней, край — неделю, с Костой поедет. И ему удобнее и нам за груз спокойнее, да и не задаром, заплатим ему за охрану. — Скажу, скажу! — обрадовался такому раскладу Матвеич, — До Ярцево довезете, оттуда и позвоню, да и вам его адрес дам и телефон. Правда, телефон не личный, он в общаге комнату снимает, так позовут ежели нужен. «Ну да, за сигаретами, чаем и кофе один Коста не накатается в Красноярск, да и время это все закупить нужно. А он мне в Радиусе бывает позарез нужен. Да и обувь, одежду самую нужную, инструменты, например, лекарства кое-какие можно через Игоря в Кривляк доставлять. — думал Дмитрий, — Действительно, такой помощник, тут бы нужен нам был. Посмотреть, что за человек. Если надежный, то можно его и в ту однушку заселить, не думаю, что Эрвин ее через андроидов продавать кинется. Скорее всего оставит за собой, на всякий случай.» Вернулся в Асино уже в третьем часу. Позвонил Василичу, но секретарь сказал, что глава где-то на выезде и, возможно, уже не заедет в администрацию. — Ну ладно, он нас хотел видеть, не мы его. — пожал Димка плечами. Потом созвонились с Мишей. Но только переговорили по телефону, так как ехать в Ягодное или в Латат, где по слухам, что передал им друг, обосновался какой-то маг, отворяющий выход отсюда. Постарался убедить Михаила, что все это вранье и некая мистификация. — Может, конечно, и мистификация. — согласился Карате, когда уже повесили трубку, — Например, те же муж с женой, что акции МММ скупали, знали что их ищут и придумали такую байку о своем уходе отсюда. А сами куда-нибудь в Тегульдет или Белый Яр подались. — Жаль, что времени нет, — вздохнул Ковалев, — съездили бы, разобрались что там за маг. Но сегодня уже вечером в поместье нужно перейти, завтра утром наемники прибудут, и я с ними поеду. — Значит, посиделки в нашем кабаке откладываются? — Значит так. — согласно кивнул Дмитрий, — Вы с Саней за мое здоровье уже выпили. Башка, насколько знаю, сам сегодня на дежурстве. Мишаня не приедет, у него в Ягодном дел по горло. Горо? Ну с японцем я сам порешаю, думаю, не обидится. — Какое! Он с подаренной катаной, как с писанной торбой, носится и как слон доволен. Я с тобой снова к вардам? — спросил Николай, но Димка покачал головой. — Лотара с собой возьму, вдруг вороненок для связи понадобится. У вас с Горо другая задача. С Юричем уже переговорил, сам ехать согласен, но должен десяток добровольцев из первого отряда отобрать. Поможешь ему вооружить всех, боезапас с учетом нескольких учебных стрельб выдать, тушенки и сухпая хотя бы на первую неделю. Командиром Чернышова, его замом Горо отправлю. — Ты сам-то когда обратно? — спросил Карате, — Я, конечно, завтра до администрации скатаюсь, засвечусь там, но боюсь, что Смирнов именно тебя видеть хочет. Димка задумался на минуту, потом кивнул сам себе и ответил. — Если никаких сложностей не возникнет, то постараюсь послезавтра вернуться. — и пояснил, — Нужно, не только наемников и наших бойцов расположить, но деревушки на земле старого барона объехать, до его сгоревшего замка скататься — я этот вопрос совсем запустил. По-хорошему, по берегу бы проехать, место для укрепленной заставы присмотреть, где Линар со своими воинами будет в дальнейшем службу нести. Утром он, Горо, Гай, Лотар и еще семеро обученных стрельбе и вооруженных карабинами бойцов гвардии ждали наемников на постоялом дворе. В это время к ним присоединился Нефедов с двумя конными красноармейцами. Дмитрий еще вчера, сообщил главе переселенцев, что собирается поехать до восточных границ баронства и тот пожелал присоединиться к их отряду, чтобы проехать по старому тракту до пограничной крепости и ради собственного интереса осмотреть все. Наемников ждали почти час, но ожидания оправдали себя — большой конный отряд и целых восемь подвод, набитых мешками с провизией и людьми, показались на тракте. Еще радовало, что некоторые наемники, как и сам Прус с Линаром, взяли туда своих женщин. Значит, твердо решили обосноваться в предложенных Димкой землях. — Два десятка моих и полтора десятка солдат Линара. И жен некоторые взяли, чтобы потом за ними не ехать. Будут обстирывать, да кашеварить. — отчитался Прус и вздохнул, — Все деньги, что вы наперед дали, до последней серебрушки на коней и провиант потратили. — Но зато, ваша милость, продовольствием и фуражом знатно закупились, еще и инструмент кое-какой сторговали. — пояснил Линар. — А дети где, вроде у вас были? — удивился Димка. — Детей с родителями пока оставили, как обживемся, так заберем. — ответил ему Линар, — А то, может, и родители переедут. Все же, свой дом с земельным участком получше, чем лачуга в городе. Постояли немного возле постоялого двора, ожидая тех, кому приспичило до ветру, а после большой сборный отряд двинулся по старому тракту на восток. К дальним границам принадлежащих теперь Ковалеву земель. Земель, о которых он не мечтал и не просил. Старый барон помимо его воли возложил на его плечи заботу о сотнях, а то и тысячах людей, проживающих в баронстве. И теперь ему предстояло собрать по кускам почти развалившееся баронство, возродить его и наладить жизнь простых людей в деревнях, поселениях и самых дальних хуторах. * * * Алекс приехал уже на следующий день, видно не выдержал долгого расставания с дамой сердца, и София приняла его с распростертыми объятиями, с удовлетворением заметив, что новый ее энергетический спонсор сумел полностью восстановиться за сутки, заполнив энергией свое внутреннее хранилище. Был он не один, до квартиры его проводил полноватый крепыш бандитской наружности, а внизу за рулем белой машины сидел еще один. Под чарами Алекс рассказал, что это местные бандиты, которые хотят, чтобы он работал на них, они же будут его защищать от других бандитов. Но Алексу это очень не нравится, так как такая охрана больше похожа на конвоиров или надсмотрщиков. А он теперь сам себе напоминает служебную собачку на поводке хозяина. Софии тоже не понравился бандит, которого Алекс называл Кабаном, но каких-либо действий ведьма решила не предпринимать, по крайней мере пока. Она даже согласилась поехать к своему избраннику в гости в Латат, в дом, где он сейчас обосновался. Алекс был счастлив, а она просто преследовала свою цель — узнать, где он живет и где его искать, если пропадет. Она не врала себе — очень боялась потерять такой ценный источник энергии. К тому же, Алекс был весьма обеспеченным мужчиной, в эту встречу он подарил ей золотую монету — старинный червонец с изображением профиля последнего русского царя. Если разменять эту монету на серебро, то хватит на пару месяцев безбедной жизни. В эту встречу София сама отдалась сексуальному наслаждению с этим худым, даже тощим, мужчиной. Зачем искать кого-то красивее на стороне, если этот человек уже влюблен в нее, но на самом деле не догадывается, что нужен ей больше, чем она ему? Да и мужчины у нее давно не было. По настоящему не было. Не считать же за любовников тех клиентов, которые под ее чарами пускали слюни и удовлетворяли сами себя? Алекс остался у нее на ночь, а на следующий день, она, как и обещала, съездила в гости, сделав вид, что ей очень понравилось его жилище. Нет, дом был и впрямь светлый и чистый, но София не любила сельской пасторали, будучи до мозга костей городской жительницей. Ее раздражало, что свет в ее квартире, впрочем как и у всех жителей Ягодного, включали только утром и вечером на несколько часов. Как и горячую воду. Поэтому приходилось вскакивать ни свет, ни заря, чтобы принять душ. Но, жить в этой глуши, каждый день топить печь дровами и греть воду в бане, чтобы помыться? А вместо электричества пользоваться чадящей керосиновой лампой? Ну уж нет, к такому она не готова! Да и Алекс намекал на переезд в Белый Яр в будущем. Что-то он должен был сделать для главаря по кличке Седой, а после будет думать, как отвязаться от бандитов и уехать. За несколько свиданий она своей магией полностью привяжет к себе этого человека, чтобы и он не смог без нее. А потом уже придумает план, как им убрать опекающих его бандитов. Домой ее отвозил тот самый рыхлый здоровяк по кличке Кабан, и это было Софии на руку. Потратив толику энергии из уже полностью заряженного амулета, она зачаровала этого бандита и спросила у него не только про его приятелей и главаря Седого, но и про вооруженных людей с серых камуфляжных костюмах. Тех самых, что обстреляли Корецкого и его людей, сорвав всю операцию по получению кристалла силы. К ее удивлению, один из директоров большого сообщества, куда входила и частная охрана «Скиф», был директором кафе, находившегося возле ее дома. Того самого кафе, где они познакомились с Алексом. А ведь она видела этого крупного мужчину, с поломанными борцовскими ушами, ездившего с охраной на большом сером джипе. Пожалуй, с него она и начнет свою месть. По словам Кабана, в этом концерне было то ли три, то ли целых четыре учредителя-директора и она отомстит им всем, убивая одного за другим ради памяти об Эдуарде. Эльзе-Софии не нужно было нанимать киллера, да и самой караулить здоровяка с отравленным кинжалом в руке было не нужно. Конечно, она могла совершить черный обряд, принеся в жертву кролика или курицу и наслать на директора кафе смертельную хворь, но это было бы долго. Был способ быстрее и надежнее. Кому-то из первых ведьм ее рода удалось, поработив, привязать к себе инфернальную сущность, демона из глубин запределья. София уже несколько раз почти за век владения амулетом вызывала его и давала приказы на убийство того или иного мешающего ей человека. Сказать откровенно, увидев это существо в первый раз она была разочарована — образ горбатой, плешивой и какой-то унылой обезьяны с грустным взглядом, едва доходящей ей до плеча не вязался с передаваемым рассказом о том, как бабка Софии едва успела призвать демона при нападении волков и видела, как это неказистое существо голыми руками рвет матерых хищников на части, словно фигурки из картона. Да и по поводу устранения указанных демону людей нареканий не было. * * * — Что там наш молодец-колдунец? Присматриваете? — спросил Кабана Седой, сидящий за столом и листающий толстую тетрадь с именами должников, — Не упустите, а то кирдык и тебе и твоим ребяткам. И я сейчас не шучу, Толик! — Палыч, да куда он денется? — усмехнулся Кабан, — Ходит в свою хмарь по два-три раза в день, типа прокачивается, да к бабе ездит. Вернее, сам хотел ехать, но мы с Рябым отвезли. — Что за баба? — удивленно глянул на своего подчиненного Седой. — Да у нас в Ягодном живет, в муниципальных трехэтажках. Ниче так, симпотная, хоть и в возрасте. — и, смутившись под взглядом Седого, продолжил, — Ну как в возрасте, лет сорок, может, чуть меньше. — У них серьезно или так, на перепихон приезжает? — Да вроде любит ее, -чуть дернул плечами Кабан, — когда ехали, все нам рассказывал, какая она хорошая. — За ней тоже присматривайте, если сдернуть от нас захочет, так без нее не поедет. — Палыч, да теперь че, возле ее подъезда караулить? Ну если только у нее ночевать. — осклабился Кабан, — Я бы не отказался. — Не нужно возле подъезда дежурить, так изредка смотрите, горит свет вечером или нет. Ну и нашего худосочного мага к ней возите. — Сегодня она к нему в Латат каталась, мы отвозили. — кивнул Толик. — Ну или так. — согласился с ним Седой, — Скажи ему, что послезавтра человечка одного на ту сторону перевести нужно будет. Оплата как обычно — его штукарь бакинских. — Чет, вообще жирно ему! — от негодования хрюкнул бандит, — Че мы с него не получаем? — Толя, мы с того человека больше получим. — пояснил Седой здоровяку словно ребенку, — Не возбухай, просто прими, как должное, что этот Саша нам нужен. Вот если появится еще кто-то, кто как и он сможет отсюда людей выводить, а лучше и заводить тоже. Тогда раскулачим нашего мага, без зазрения совести. Тогда он своим неправедно нажитым добром с ними поделится, но пока улыбайся ему. И смотри в оба! — Когда мы с Рябым его к бабе возили, Челентано в доме оставался. Говорит, приезжал кто-то. — Кто приезжал? — переспросил Седой. — Ну, типа клиент, который про мага слышал от кого-то. — пожал плечами Кабан. — Мля, вы че, как дети! — вызверился Палыч, — Кто это был, зачем приезжал, как его найти⁈ Какого хрена, Челентано не узнал все? — Так это… типа спугнуть побоялся, тот сказал, что еще приедет. Завтра. Да и номер машины записал, тот на сером Москвиче был. Вроде из торгашей рыночных, но как звать, не знает. Саня его точно раньше на рынке видел. — зачастил Кабан, предотвращая новую вспышку гнева своего шефа. — Ладно, хоть номер машины записали. — немного успокоился Седой, — Хоть на это ума хватило! И вообще, если снова какой клиент появится, то сначала я им займусь, а после уже с Сашей нашим сведем. Это тебе понятно? — Да все понятно, Палыч, че ты прям… ну так, я поехал? — промямлил Кабан, бочком двигаясь к двери, чтобы выйти из кабинета. — И бабу его лучше к нему возите, а не его в поселок. Во-первых, контролировать ее будете и она к вам привыкнет, во-вторых, наш маг под контролем в Латате будет. — Понял, Палыч, все понял! — кивнул Кабан и выскользнул из кабинета. Он побаивался Седого, зная, что в гневе шеф страшен и готов на все, поэтому поспешил ретироваться от греха подальше. ---------- Глава 17 Глава 17 Утро выдалось прохладным, все же конец ноября. За пределами Радиуса, уже морозы во всю господствуют, а здесь бабье лето недавно закончилось и листья с деревьев не полностью облетели. Прежде чем отправиться к постоялому двору ждать отряды наемников, Дмитрий перешел в Башню. Переговорил с Чернышовым, просмотрел списки отряда добровольцев, согласовал вооружение бойцов и дал указание захватить помимо своего оружия, еще три десятка карабинов, которыми будут вооружены стрелки наемников Пруса и Линара, несколько пистолетов Токарева, а также два дробовика и патроны. — Хоть нам от особиста досталось более сотни мосинских карабинов, такими темпами все оставшиеся раздадим. — сказал он Карате, вздыхая и качая головой, — Но, по-другому никак! — С учетом, что ими часть первого отряда и почти весь второй вооружены, то сейчас в оружейке меньше четырех десятков осталось. — подтвердил его опасения Николай. — Ну вот, а нам еще по пять-шесть стволов нужно на каждый феод выделить. — снова вздохнул Дмитрий, так тяжело, будто отдавал на благотворительность накопленные несколькими поколениями средства, — Хорошо бы, Косте удалось с кем-то из росрезерва законтачить. — А армейцы что? — Армейцы боятся сейчас оружием торговать, немного патронов обещали, а оружие нет. Ну, пока нет. У них там части в боевой готовности находятся и проверки начались, в связи с войной, Казахстан-то недалеко. — Ерунда! — махнул рукой Карате, — Как раз после начала боевых действий тыловики сколько надо стволов спишут. Война — кому смерть, да увечья, а кому — мать родна! — немного переиначил он известную поговорку. — Будем надеяться, что договоримся. — кивнул Ковалев. — Ты когда обратно? Не забывай, нас Смирнов хотел видеть, да и Логунов с Эмериком просят их к границе свозить, травки какие-то поискать. — Коля, ты пока с полковником сам тут разгребай, мне как минимум два дня, а лучше три нужно, чтобы все успеть и со всеми лордами встретиться. Хотя, — он задумался на несколько секунд, — возможно, завтра еще в Башне появлюсь, если удастся в пограничной крепости переход активировать. Логунова без меня к границе не возите, мало ли какие твари в серых землях обитают? Пусть по берегу Чулыма травки пока собирают, ну можете до дальнего блокпоста с ними съездить. Вернусь, тогда все вместе в Латат сгоняем, да в серые земли сходим. Дмитрию самому было интересно перейти границу Радиуса, а еще появилась мысль демонтировать звезду перехода из дома Филиппа и перевезти ее в приграничную крепость. Зачем там два перехода, если застава Рохны не так далеко от дома новоиспеченного лорда? На коне, часа за два до его поместья доберешься, да и драгоценный магический порошок на активацию нового перехода не нужно расходовать, если старый в крепость перевезти. Наказав Юричу и добровольцам быть в боевой готовности, так как планировал их перевести порталом в крепость уже сегодня вечером, Дмитрий, захватив Горо, поднялся с ним на верхний этаж и вдвоем они ушли в земли вардов, активировав семилучевую звезду, установленную еще в доме Филиппа Кортура. Привычную камуфляжную куртку Димка снял, завернул в одеяло и приторочил к седлу, оставшись в черной кожаной броне. На голову надел шлем из кожи карраханского дракона, а на плечи накинул серый плащ из грубой, но плотной рогожи, спина и капюшон которого были подбиты волчьим мехом. Вместо карабина за его спиной висели ножны с большим мечом. Дмитрий хотел поменьше отличаться от местных, чтобы не шокировать своим видом крестьян и ремесленников других феодов. Ведь не секрет, что многие лорды не поддержали его, переметнувшись к магистру Бертрану, так как Дмитрий был для них чужаком из другого мира. Сейчас, если бы не пятнистые штаны, чуть виднеющиеся из-под плаща, и рукояти большого револьвера, выглядывающего из нагрудной кобуры, его можно было бы принять за варда — рыцаря или наемника на службе у влиятельного сеньора. Впрочем, это наши современники обратили бы внимание на такое несоответствие средневековым канонам, местные же обыватели попросту не обращали внимания на револьвер или приклад оружия, торчащий из чехла рядом с седельной сумкой, так как зачастую ни разу в жизни не видели огнестрельного оружия и не были с ним знакомы. Порой считали громовое оружие из рассказов тех, кому не посчастливилось столкнуться с охотниками за опытом, не более, чем выдумкой и страшилкой подвыпивших вояк. Но так было раньше. Теперь же в Радиусе столкнулись куски нескольких миров и Дмитрий полагал, что если китайские хунхузы или попавшие сюда в гражданскую полудикие тунгусы еще не нападали на жителей баронства, то обязательно придут с целью пограбить местное население. Пусть китайские бандиты или тунгусы, сами порой более похожи на оборванцев, чем на воинов и только каждый второй, а то и третий имеет винтовку, но что им смогут противопоставить местные крестьяне — лук или охотничий самострел против свинцовой пули? И в конце концов, кто знает, что на уме у местных китайских властей, не захотят ли они с помощью расквартированных в Чжалайноре двух армейских рот расширить зону влияния, заняв новые, уже заселенные людьми, территории? Поэтому Дмитрий, помимо бойцов Пруса и Линара, намеревался с помощью опытных скифовцев и уже обученных гвардейцев Гая, обучить и вооружить карабинами по пять-шесть дружинников каждого присягнувшего ему лорда. Полдюжины стрелков, конечно, не армия, даже не отряд, но лучше, чем ничего. Вся надежда была на Косту, если андроид сможет найти подход и договориться о покупке оружия у армейцев или у чинуш из росрезерва, то всегда можно увеличить количество вооруженных дружинников, да и в баронскую гвардию набрать еще десяток-другой солдат. Миновав сверток к феоду убитого им в поединке лорда Бастиана, они сделали остановку лишь километров через двадцать, у поворота к феоду, где обитал недавно присягнувший ему лорд Нимрей. К поселку и дому лорда Димка направился с Горо, Гаем, Нефедовым и еще несколькими воинами. До традиционно небольшого деревянного замка лорда они ехали с полчаса. Поселок, расположившийся возле замка, был небольшой, примерно две дюжины дворов, но у дороги стоял трактир, а напротив находилась кузница, из трубы которой шел густой дымок и раздавались звонкие удары молота по наковальне. Чуть в отдалении, у озерца, находилась ферма, где в загоне мычало полтора-два десятка коров. Лорд Нимрей, узнав от стражи, что прибыл сам барон, выбежал во двор, кланяясь и приглашая Димку и его попутчиков в дом. Пришлось долго отказываться, ссылаясь на дела и предстоящую долгую дорогу, но все же Димка пригубил традиционную чашу с вином и сказал лорду Нимрею, чтобы тот завтра утром отправил шестерых своих дружинников в приграничную крепость для обучения. — Нет, так дело не пойдет! — скорее себе, чем Гаю сказал Ковалев, когда возвращались к тракту, — Эдак мы, ко всем заезжая, к ночи до места не доберемся. Когда вернулись к дожидавшимся их воинам сборного отряда, Димка отправил вперед налегке четырех всадников, которые должны были заехать в три феода и передать лордам приказ о направлении людей в приграничную крепость для обучения стрельбе из громового, как его тут называли, оружия. Три феода, лорды которых присягнули ему в верности, находились справа от имперского тракта и располагались по берегу реки. Теперь Димка делал по-другому, он чуть приотставал от основного отряда, чтобы остальные воины не видели его помутневших глаз и невидящего взгляда. Горо и Лотар страховали его, ехав с обеих сторон, пока Дмитрий осматривал окрестности взглядом летящего ворона. Так он получал хотя бы небольшое представление о входящих в баронство землях, замках лордов и поселениях их крестьян. Впрочем, ничего интересного — как правило, небольшой деревянный замок, да главная деревенька на три-четыре десятка дворов, не считая полудюжины разбросанных в отдалении хуторов. Еще, через три часа пути сделали получасовую остановку, но Дмитрий не стал перекусывать, а лишь перебрался из седла в телегу. Снова выпустив вороненка, он продолжил осматривать тракт и разбросанные по правую и левую руку от него деревеньки. До сгоревшего замка барона, по общим прикидкам, оставалось около четырех часов пути, но Димка не стал гнать пернатого питомца так далеко. Он осмотрел глазами вороненка замок и поселение лорда Винтрея, которое, если не считать его бывших земель, находилось третьим по счету феодом на берегу Быстрицы от холма Рохны, отметив про себя, что его замок, а вернее центральная квадратная башня и арка ворот, были сложены из серых каменных блоков, представляя из себя более-менее надежное укрепление. Когда вороненок вернулся к тракту, то Димка его глазами увидел сверток к землям феода, располагавшегося с противоположной стороны от мощеной дороги, почти напротив феода лорда Винтрея. Вороненок сделал большой полукруг, разворачиваясь и частично пролетая над землями одного из лордов, поддержавших магистра Бертрана и выступивших против старого барона. За густым перелеском открылась поляна с большим одиноким вязом посередине, еле заметная грунтовая дорога проходила через эту поляну до символических ворот возле какого-то строения, но не это привлекло внимание Дмитрия. На раскидистом вязе, на нижних его ветвях, словно грозди какого-то плодоносящего дерева, висело пятеро повешенных. «Продолжается смута и братоубийственная война, развязанная магистром? Или стражники поймали и повесили бандитов? — предположил Ковалев, — Кто приказал, если лорд этого феода погиб и земля была бесхозной? Хотя у погибшего лорда могла остаться жена или сын, которые могли взять правление в свои руки. Много вопросов и пока нет ответов. Нужно заехать в этот феод, раз уж взялся собирать разодранные смутой земли баронства. — решил Дмитрий, — Завтра же съездить и посмотреть, кто там раздает приказы вместо сгинувшего в смуте лорда-рыцаря.» Земли старого барона произвели на Дмитрия благоприятное впечатление. Несмотря на сгоревший замок Робера, поселение, которое с натяжкой можно было назвать небольшим городком, процветало. Ну, по крайней мере, брошенных развалюх и пришедших в запустение земельных наделов Дмитрий не увидел. Не менее полусотни дворов, довольно широкие улочки и несколько домов со вторым этажом или жилой мансардой. Ковалев даже испытал небольшой приступ жадности от проснувшегося в душе хомяка, за то, что так опрометчиво обещал эти земли старине Прусу. Но Димка взял себя в руки, подумав, что холм Рохны тоже отличное место для резиденции барона и со временем там раскинется не менее обитаемый поселок. Переезжать сюда, отстраивая старый замок барона Сейла или в пограничную крепость он был не намерен, да и Прус не менее года будет тут в должности его наместника, а не полноправного хозяина. Сгоревший замок барона Сейла был не отстроен заново, но кое-как приведен в порядок — подправлен частично сгоревший частокол, разобран выгоревший полностью второй бревенчатый этаж, а дощатая крыша, теперь была настелена на каменные стены первого этажа. Внутри был десяток мужчин, вооруженных копьями и луками, но было сразу заметно, что это не солдаты, а ополчение, собранное из местных жителей. Димка с отрядом задержался у сгоревшего замка на полчаса. Переговорили со старшаком ополченцев седобородым Картом, который был из ветеранов и у него единственного был видавший виды стальной шлем на голове и старенькая, проклепанная железными пластинами кожаная безрукавка. Узнав, что перед ними новый барон, ополченцы сразу отворили ворота и выстроились перед Дмитрием, склонив головы. Димка же самодурствовать не стал, наоборот, похвалил мужиков за проявленную инициативу и пообещал защиту их поселения опытными солдатами. Из краткого разговора с Картом узнали, что в пограничной крепости мужиков дежурит поболе — вдвое против их караула, так как с той стороны уже пару раз приходили бандиты, вооруженные громовым оружием. Две небольшие банды по дюжине человек. Ополченцам, набранным в основном из бывших охотников и солдат ветеранов, удавалось отбиться от этих банд, правда, и сами жители потеряли нескольких человек. Городок располагался примерно между замком барона и пограничной крепостью, то есть в трех с половиной — четырех километрах от обоих укреплений. Люди выходили из домов и с опаской поглядывали на большой отряд, но враждебности не проявляли, а кланялись, видно, им уже сообщили ополченцы из старого замка, что прибыл новый барон. Димка с удивлением узнал, что помимо традиционных кузницы и мельницы, в городке есть большой ткацкий цех, а на окраине находится цех гильдии кожевенников. А еще, тут был свой мастер оружейник и мастер, изготовляющий луки и самострелы. Действительно — полновесный средневековый городок. Пограничная крепость была в более лучшем состоянии, чем замок старого барона. Единственное, что пострадало, это разбитые ворота. Но ополченцы подправили их, навесив на петли новые воротины взамен разбитых. Все дворовые постройки были срублены из бревен, разве что приземистая башня в центре двора была выложена из серого камня. Дмитрий поднялся на небольшую дозорную вышку, осматривая дорогу, идущую через перелески к виднеющейся вдали Кети. Быстрица тут не протекала, но, как пояснил староста поселка, она текла извилистой змейкой через соседний феод, то есть через земли, где он исполняющим обязанности лорда обещал поставить Линара. Он даже подумал, а не возникнет ли у бывших друзей ссоры от того, что Пруса Дмитрий поставил «смотрящим» за большим населенным поселком с двумя крепостицами, а Линара за мелким захудалым феодом, но староста разубедил его, сказав, что в соседнем феоде, где лорд-рыцарь был убит вместе со всей семьей, сейчас так же есть ополчение, а жители неплохо живут торгуя выловленной в Быстрице и озере рыбой. Ну и в соседнем феоде обширные заливные луга и поэтому там разводят лошадей, коров и овец, поставляя и объезженных коней и шкуры коров кожевенникам, и шерсть в их ткацкий цех. У Дмитрия создалось впечатление, что и соседний феод не бедствует. — Если возвести каменную арку ворот, то намного надежнее будет. — сказал ему Прус осматривая укрепление, — А еще лучше, надвратную башенку с бойницами и южную стену, что к дороге обращена, так же каменной сделать с галереей для стрелков поверху. Затрат не так много, но попробуй возьми с наскока такую крепостицу! — Ну, тебе и карты в руки! — усмехнувшись, похлопал его по плечу Дмитрий, оставшийся доволен, что не прогадал, наняв опытных воинов. Димка решил поступить так — отряд Пруса, как более многочисленный, разместить в порганичной крепости, а Линара и его солдат — в старом замке, отпустив ополчение по домам, но усилил оба отряда, распределив между ними стрелков Гая. После этого Дмитрий установил привезенный из поместья Фила сколоченный щит с семилучевой звездой перехода, отметив с удовлетворением, что портал не только дает отклик в донжоном заставы на холме Рохны, но и спокойно дотягивает до портала высотки в Асино, значит, проблем с переброской сюда бойцов «Скифа» не будет. Не успел Димка заняться переброской добровольцев из Асино в пограничную крепость, как со стороны Кети они услышали выстрелы. Димка снова взбежал по лесенке на площадку дозорной вышки и, активировав навык острого зрения, стал вглядываться в поросшие кустами берега реки, находившиеся километрах в трех-четырех от их крепости. Он увидел, как с полдюжины всадников переехали реку вброд и пустились наутек параллельно берегу, явно спасаясь от кого-то. Но не успели скрыться за деревьями, как снова раздалась стрельба и через брод стал переправляться более крупный отряд. Гай, бери своих людей и по коням! — скомандовал Дмитрий. Гай, Горо, Прус, он сам и еще четверо стрелков поехали к переправе навстречу небольшой группе всадников, чтобы разобраться что к чему. Димка не бросился сломя голову, чтобы не попасть под выстрелы, но и не опасался сильнее необходимого, так как у него самого и Горо были автоматы калашникова в отличие от неизвестных стрелков, вооруженных только карабинами. Он просто сказал всем держаться рядом или чуть позади, чтобы успеть поставить защитную преграду. Нужно было обозначить неизвестным стрелкам свое здесь присутствие и свои права на земли севернее Кети. На пологом берегу было несколько всадников и одного из них Ковалев узнал — прапорщик Зайцев, что присутствовал в качестве секунданта на его поединке с майором Такедой. Димка держался сдержанно, остановив свой отряд и дав себя рассмотреть, но прапорщик, явно узнав его, помахал рукой и, сказав что-то своим людям один поехал в сторону прибывших. — Какая неожиданная встреча! Мое почтеньице, господин барон! — снова со смешком, словно дурачась, двумя пальцами на манер польского офицера козырнул он Дмитрию, а после козырнул и всем остальным, — Господа! Прапорщик был в своей дубленой куртке с погонами, но теперь на голове вместо фуражки был надет меховой треух. — Что вы делаете на моей земле, прапорщик? — строго спросил Дмитрий и Зайцев, кажется, смутился. — Ваша земля? Нам бы карту, что ли, согласовать. Но, уверяю, вас, господин барон, мы здесь оказались волей случая и задерживаться не намерены. Мелких банд много расплодилось, вот и гоняем. В это время из перелеска выехало трое казаков, ведя на поводу лошадь с лежащим на ней телом. — Одного пристрелили, господин офицер! Конь и ружьецо трофеем. — Хорошо, Мальцев, хвалю! — откликнулся Зайцев и махнул рукой в сторону китайских территорий, — Переправляйтесь на ту сторону и ждите меня там. — А вы? — недоверчиво спросил его заросший бородой по самые брови чернявый казак, поглядывая на Дмитрия и его бойцов. — Ничего со мной не будет! — легкомысленно хмыкнул прапорщик, — Мы с господином бароном давние знакомые. «Ну, насчет давних, ты, конечно, загнул!» — подумал Дмитрий, но пенять на это бывшему белому офицеру не стал, наоборот, ему стало неловко, что он хмурит брови, изображая из себя строгого сеньора, в земли которого заехал чужак, и, чтобы сгладить обстановку, сам спросил у Зайцева: — Как дела у наших соотечественников в Чжайлайноре? Я слышал, вы офицер из полусотни поручика Зяблицева, где много русских и вроде как команда бронепоезда русские? — Есть такое. — кивнул Зайцев, но улыбка исчезла с его лица, и он покачал головой, — Поручик Зяблицев погиб еще месяц назад, да и мы более не на службе у китайской администрации. Я со своими людьми переселился в поселок золотодобытчиков. — Что так? — удивленно глянул на него Дмитрий. — На это было несколько причин. — пожал плечами Зайцев, — Возникли некоторые противоречия с китайцами и нам дали понять, что власти города более не нуждаются в нас, как в наемных комбатантах. Солдат у китайцев хватает, помимо полиции в городе китайские военные расквартированы, да и я не намерен принимать китайское гражданство и поступать на службу в их армию. Нет, штабс капитан Чирцов со своими людьми все так же является командиром бронепоезда, эти узкоглазые макаки пока не в ладах со сложной техникой, — презрительно сказал прапорщик, — поэтому продолжают исправно платить команде. — Так вы, значит, по своей инициативе китайских бандитов гоняете? — удивился Димка. Беседуя, они чуть отъехали от своих солдат, но это только дало им больше свободы в общении. — По своей! — кивнул Зайцев, — И по инициативе председателя правления общиной, господина Вандербилта. — Господина Вандербилта, председателя правления? — удивленно глянул на собеседника Димка, — Видно, я не в курсе произошедших у вас изменений. Насколько знаю из рассказов Нефедова и Захарова, главными в поселке золотодобытчиков были братья Проскурины? — Порешили братовьев Проскуриных, за их жадность. Нет, — покачал он головой, предвосхищая вопрос, — это не мы, местные двери подперли и дом подожгли, еще до нашего туда прихода. Они и Робина Вандербилта председателем выбрали. Голландец, но, знаете, очень честный человек, за что снискал доверие большинства авантюристов золотоискателей и простых жителей поселка. Я и три дюжины бойцов бывшей полусотни поручика Зяблицева ушли в поселок золотодобытчиков, после того, как местные объявили его свободной территорией. Ну, почти свободной, — криво усмехнулся Зайцев, — китайцы уже предъявили свои права на половину всего добытого золота. — И что, вы согласились? — спросил Дмитрий, — Вернее, голландец ваш согласился? — А что делать, не воевать же нам с ними? — развел прапорщик руками, — Не тот расклад сил знаете ли, да и куда старателям золотой песок девать? А китайские власти предложили обменивать золото на чеканную монету, имеющую хождение в Чжайлайнуре и Дункао. Народа, кстати, в поселении золотодобытчиков прибыло не мало. Многие бывшие служащие китайско-восточной дороги, что полгода назад на посулы маньчжурского наместника купились и китайское гражданство приняли, к нам из города переселились. Ну, тут понятно, все знаете лучше, когда две трети вокруг соотечественники, чем белой вороной среди китайцев жить. А мы с казачками теперь гоняем банды хунхузов в окрестностях поселка. — И много банд? — Хватает! — кивнул Зайцев, — Мелких много, десятка полтора, а то и больше, а крупных, где больше полусотни бандитов, всего три — насколько я знаю. Хунхузы даже рыбаков кетов допекли и те оставили Катайгу. Часть местных в Айдару ушла, часть к нам в поселок переселилась. — Вот как? Был не в курсе. Что же, спасибо за разъяснение. — поблагодарил его Дмитрий. — Тогда уж и вы, господин барон, меня не просветите? Ваши земли по этому берегу Кети идут? — Тут, да. Но, через пару миль Бескарский лес начинается. Территория ничейная, и, расширяясь клином, или скорее веретеном, лес тянется почти на семь десятков верст — до самого слияния Кети с Быстрицей. — показал на темнеющий вдали лес Димка, — Если в следующий раз бандиты от вас на этот берег переправятся, старайтесь их к крепости загнать, там их мои солдаты из ручных пулеметов причешут — мало не покажется! — не стал вдаваться Димка в подробности, назвав незнакомые для прапорщика автоматы более понятным словом. — Главное, чтобы нас не причесали, за бандитов приняв! — усмехнулся Зайцев. — Я бы вас, прапорщик, сегодня вечером пригласил в крепость и познакомил с командиром наемников и инструктором из Асино, но, боюсь, товарищ Нефедов и его красноармейцы будут против. — Это да-а… — задумчиво протянул Зайцев соглашаясь, — слишком много крови мы друг другу в братоубийственной войне пустили, слишком много неоплаченных счетов накопилось и поводов для мести за убитых друзей! Но знаете, господин барон, глупо цепляться за прошлое, коли в новый мир провалились — спасибо, не к чертям в пекло! А тут и жить, и служить новым целям можно. В любом случае, надумаете посетить наш поселок — милости прошу, выступлю гарантом вашей безопасности! Худой мир всегда лучше доброй войны, не так ли? Димке понравились слова Зайцева и он протянул ему руку. — Спасибо за приглашение, господин прапорщик, не смотря на то, что вы воевали по другую сторону от моих новых друзей и были секундантом Такеды, предлагаю начать все с чистого листа, для вас я Дмитрий Юрьевич. И зачем нам худой мир? Я за добрый мир и доброе соседство. — Приятно говорить с разумным человеком, Дмитрий Юрьевич. Меня зовут Михаил, Михаил Дмитриевич. — пожал прапорщик протянутую руку, — Да и тот гонористый япошка был мне вовсе не приятель, скорее, выбрал меня секундантом в качестве переводчика, узнав, что вы русский. — он пожал плечами, — Но, как оказалось, вы и сами неплохо общались с ним на японском. Расстались с Зайцевым, если и не добрыми друзьями, то добрыми соседями наверняка. Если для Нефедова и Захарова этот беловолосый парень был кровным врагом, то Димка совсем не испытывал к нему вражды — просто солдат, влившийся в ряды белого движения в соответствии со своими принципами. «Ладно, на той стороне поселок кетов Айдара и довольно большой поселок золотопромышленников. Поэтому с ними нужно наладить добрососедские отношения, чтобы быть в курсе веяний китайской администрации. Да и бандитов можно бить сообща, например загоняя на нашу территорию, где бойцы Чернышова, а впоследствии Пруса из засады встретят их огнем из карабинов и автоматов. — подумал Дмитрий, — Уедет Нефедов, так можно самому на ту сторону скататься, да и Зайцева скифовцам и солдатам Пруса показать, чтобы знали и выстрелами не встретили.» — Пора назад ехать! — сказал Ковалев Прусу и Гаю, — Нужно подумать, где ваших солдат разместить и добровольцев из скифа, а потом и в Асино за ними отправляться. ---------- Глава 18 Глава 18 Вечером Ковалев активировал портал и перевел из Башни Чернышова десяток добровольцев… хотя нет, их было одиннадцать человек. Димка с удивлением увидел незнакомое лицо — паренька лет двадцати-двадцати двух, худенького и небольшого росточка, но одетого, как и остальные, в серый городской камок с шевроном Скифа на плече. Прической, стеснительным румянцем на щеках и открытым бесхитростным взглядом тот напоминал прилежного студента, любимца университетских педагогов и, как минимум, старосту группы. — Юрич, это еще кто? — удивился Димка, глядя на незнакомого паренька. — Это Славик! — с нотками даже гордости ответил Чернышов и пояснил, — Его Антон привел, ну компьютерщик, брат его двоюродный. Ну, положим, Антона Димка видел несколько раз. Примерно тридцати лет молодой мужчина, с редкой рыжеватой бородкой и уже заметным пивным пузиком. Попал он сюда с девушкой и да, кажется, с братом, который заехал в гости попить пивка и остался у них ночевать. Антон со своей девушкой снимал однокомнатную квартиру в восемнадцати этажной высотке, но, переселившись в частный дом пригородного поселка, стал работать в их фирме, налаживая всю систему видео-наблюдения Башни и присматривая за компьютерами и видео-камерами не только в высотке, но в Востоке, складском ангаре, офисах и рынке в переделанном детсаду. «Ну ладно, свой сисадмин нам нужен, тем более Максим Максимович, который занимался этим раньше, покинул Радиус, но зачем Чернышов принял в отряд его младшего брата и, тем более, притащил его сюда?» — недоумевал Димка, пока Чернышов не объяснил ситуацию. Оказывается Славик, не смотря на свою обманчивую, совершенно безобидную внешность, успел отслужить в армии, где его обучали на снайпера и даже два месяца перед дембелем послужил в горячей точке на севере Казахстана. — Да он снайпер от бога! — чуть понизив, голос горячо зашептал инструктор, — Извини, конечно, Дмитрий, что без твоего согласования его в отряд включил — только вчера его Антон привел. Я ему утром Тигр на пробу дал, так он все четыре пули с пятисот метров в грудь ростовой мишени уложил. Я его сюда, скорее, не как бойца, но как инструктора взял. Ты говорил, народу полсотни, а то и больше будет, так мне вдвоем с Горо не справиться. Без твоего разрешения, я Тигр не стал брать, в оружейке СКС был с оптикой, им парня вооружил. Как раз пристреляет его Славка и привыкнет к оружию. Димка еще раз, но уже другим взглядом, посмотрел на улыбчивого «студента» и согласился с доводами инструктора. Раз Юрич за него просит, то на то есть объективные причины. Десяток добровольцев Чернышов разделил на два отделения-пятерки, старшими поставив бывших поисковиков — Зуева и Горшкова. Сам Юрич, вместе с Горо и Славиком, планировал заняться обучением стрельбе местных. Действительно, если все четыре лорда завтра отправят сюда по полдюжины человек для обучения, то с наемниками Пруса и Линара их будет больше полусотни — еще один инструктор не помешает! На рассвете, пока не прибыли солдаты лордов, Дмитрий вместе с небольшим отрядом проехался до соседнего феода. Теперь его небольшой отряд ехал под баронским знаменем или скорее вымпелом. Ополченцы отыскали и передали ему вышитое полотно, размером примерно полметра на метр, крепящееся на древке, как вымпел какого-то римского легиона. На флаге была вышита крупная рысь, стоявшая лапой на расправившей сизые крылья сове или филине. Димка в этом не разбирался и не знал, что вообще символизирует поверженная сова. Но по логике — врага, кого же еще? А с рысью все было понятно, так как над ее головой был вышит золотой баронский венец. Как и предполагалось, местные крестьяне и ремесленники так же, как и в землях барона организовали здесь ополчение из трех десятков воинов. Но нового барона встретили со всем уважением, да и вообще, здесь было спокойнее — китайцы еще не доходили сюда и за эти месяцы безвластия после короткой местной гражданской войны только пару раз к ним забредали мелкие шайки не вооруженных огнестрелом вардов, которым ополченцы давали жесткий отпор. Основной отряд ополченцев находился в главном поселке, но и мост через Быстрицу охраняло несколько человек. Быстрица здесь была узкая, проходя через каменные столбы и скалистые берега, река образовывала небольшой водопад. Миновав крепкий мост, Димка заехал на холм и огляделся — хорошее место для большой заставы или, если Линар пожелает, для укрепленного замка лорда, старый-то деревянный сгорел дотла. «А ведь, если здесь поставить крепость, то дальше по берегу укрепления не столь нужны. Снова я поторопился, объявив во всеуслышанье, что по берегу Быстрицы поставлю укрепленные заставы! — посетовал на себя Дмитрий, — Нет, заставы на берегу не помешают, но небольшие, обнесенный частоколом дом со смотровой комнаткой на втором этаже и два-три наблюдателя — не больше! Ничего, если обучить по шесть солдат, то на такой заставе хватит и двух вооруженных карабинами стрелков, а остальные будут в качестве дружинников охранять замок лорда.» Несколько хуторов, где разводили коров и овец, принадлежали местным фермерам, которые торговали сыром и колбасой с несколькими феодами, из которых приезжали торговцы, да и сами они посылали груженные товаром телеги в город на продажу. Шерсть же и шкуры поставляли в феод барона Робера — в ткацкий цех и кожевенные мастерские. От местных Дмитрий узнал, что сейчас в табуне больше двух сотен лошадей и три десятка из них объезжены под седло и готовые к продаже скакуны. Но местные коневоды, в отличие от фермеров, терпели нужду и убытки. Сами они боялись торговать в таких масштабах, так как табун принадлежал убитому лорду, но сознались, что от великой нужды продали за это время лишь трех коней заезжим торговцам. Не самых лучших коней, не скакунов для верховой езды, а тягловых лошадок, чтобы впрягать этих работяг в нагруженную телегу. Тут Димка не стал хмурить брови и изображать сурового барона, наоборот, похвалил коневодов за сообразительность и преданность, сообщив, что на правах сеньора сам выкупит у них часть коней по фиксированной цене, назначенной еще бывшим хозяином, а еще десяток разрешил продать своим фермерам и в соседние феоды по цене уже рыночной и вырученные деньги забрать себе за работу. Это было его наградой работникам, за то, что те смогли сохранить коней в период смуты, угнав и спрятав табун от наемников и солдат магистра. «Балбес! — обругал он себя мысленно, — У Бату коней покупал и тащил их через половину Радиуса, когда в своем баронстве целый конезавод есть! Вот такие фортели порой выписываешь, когда не знаком с местными производством.» Два десятка из выкупленных коней Димка решил отправить в город на продажу, если, конечно, их раньше не выкупят поселенцы Нефедова или «обросшие жирком» на торговле черепицей и глиняной посудой жители бывшего поместья Филиппа, а еще полдюжины решил передать Гаю для его гвардейцев. Когда собрались возвращаться в пограничную крепость, увидели с десяток верховых вместе с местным старостой. Оказалось, это часть тех самых фермеров приехала узнать, куда и когда можно привезти налог с продажи товара новому барону. По местному уложению, все фермеры и торговцы с проданного товара четвертую часть от прибыли сдавали в баронскую или лордовскую казну. Крестьяне же, не мудрствуя лукаво, свозили четверть от собранного урожая в подвалы хозяина. И слишком уж скрывать доходы, как это делали его современники, тут было не принято. Все старались, наоборот, в числе первых и вовремя сдать монеты в казну, так как не штрафом отделаешься, а будешь висеть на толстом суку, прогневав барона своим обманом. Барон-то здесь хозяин полноправный — отец родной и судия нелицеприятный в одном флаконе. Дмитрий, стараясь не показать свое столь приятное удивление, оставил в местном трактире, что служил и гостиницей заезжим торговцам, Линара, Гая и еще четверых стрелков из его отряда, для сбора налога. Сам же вернулся в земли барона, но и там его ждал сюрприз из целой делегации фермеров, ткачей, кожевенников и мастеровых, которые пришли поклониться новому хозяину и принесли налог за прошедшие месяцы. Сам того не ожидая, к вечеру второго дня Дмитрий стал богаче на три десятка солидов, если перевести в золото все серебряные монеты, сданные местными в его казну. Да и за лошадок Дмитрий планировал выручить, как минимум, втрое от того, что выдал за работу коневодам. Даже возникла мысль — а не поторопился ли он, пообещав Прусу и Линару через год эти феоды во владение, ведь поставь он их просто наместниками, исполняющими обязанности сеньоров, то продолжал бы получать большую часть всех налогов? Но Димка отогнал хомяка и дал хорошего пинка вылезшей из своего болота жабе — он и так будет получать часть прибыли налогами с будущих лордов. А еще, можно скупать у них товары на месте по фиксированным ценам, а самому продавать уже в городе с накруткой, тогда все останутся в прибыли. Да и ту же шерстяную и льняную ткань, что выделывали местные ткачи, можно будет поставлять не только в Варгион, но в Асино и Ягодное. Через полгода-год полной изоляции от внешнего мира, цены на любые ткани там вырастут на порядок, Димка был в этом уверен. Пусть местная ткань намного ниже качеством, чем купленная в современном магазине, но пока его соотечественники сами начнут выращивать лен, разводить овец, а потом, построив свои ткацкие цеха, начнут выделывать ткани механическим способом, можно будет озолотиться на торговле. Да и выделанную кожу и изделия из нее отправлять туда же или по реке в Белый Яр. Нет, зря он так долго тянул с поездкой в эти феоды, помимо накопившихся проблем, тут были большие, да просто огромные, торговые перспективы. Оказалось, что в баронских землях еще есть обширные виноградники и несколько частных винокурен, владельцы которых сдавали налог не деньгами, но вином. С этого урожая они привезли ему восемнадцать бочонков вина! Полдюжины бочонков Димка приказал отвезти в подвалы своей заставы на холме Рохны для собственного употребления и угощения гостей. А дюжину, решил переправить порталом в Башню и отдать друзьям для торговли. Бочонки были средними — на шесть имперских галлонов, то есть, по двадцать семь литров вина в каждом. Димке, конечно, предстояло повозиться и попотеть, перетаскивая все это в одиночку через магический переход, но он даже примерно не стал подсчитывать, сколько серебряных рублей можно выручить с такого объема натурального виноградного вина, продавая его в ресторане Асино и в кафе-клубе в Ягодном. Просто подумал, что у самих виноделов этого вина осталось в несколько раз больше и если в ресторане оно будет пользоваться спросом, то можно будет покупать его тут и отправлять в Асино в более крупных объемах. Это не кони и не воз, груженный овощами, такие бочонки можно перекидывать порталом сразу в Башню. Запланировав провести в землях старого барона сутки от силы, Дмитрий провозился там два дня, следил за размещением солдат и добровольцев из Скифа, встречался с торговцами и фермерами, съездил глянуть на ткацкий цех и кожевенные мастерские, а ведь еще он планировал съездить в тот феод, где видел повешенных на дереве людей. Утром третьего дня он проинструктировал оставшихся командирами наемников и Юрича, вручив Прусу на всякий случай два свитка, чтобы в случае ЧП, тот мог либо сам воспользоваться переходом, либо послать на заставу Рохны гонца. Димка, конечно, планировал наладить связь со всеми феодами через воронью почту, но для этого требовалось много обученных птиц, а мастер воронятник у него был только один. «Нужно еще с десяток таких свитков сделать и всем лордам раздать. — подумал Дмитрий, — Когда еще у воронятника дойдет очередь до дальних феодов, пусть смогут в случае чего, воспользоваться магическим переходом.» Дмитрий не планировал возвращаться с солдатами Гая и Нефедовым до холма Рохны, он хотел съездить в лежащий отсюда примерно в двух десятках километров феод и вернуться назад, чтобы перебросить вино и самому уйти в Асино порталом, поэтому взял с собой Горо и Юрича с новым снайпером, чтобы с ними вернуться в крепость. Но, доехав до свертка к феоду, Димка задумался, он вспомнил откушенную руку Николая, вспомнил еле выжившего после встречи с тварью некроманта Саню Черепанова и решил, для начала, сам съездить на разведку в этот феод. «Если там большая банда местных головорезов или боевой маг захватил там власть, стоит ли подвергать своих друзей и современников, не знакомых с магией, опасности? Сам я, даже если не справлюсь с большим отрядом или опытным колдуном, то смогу уйти, прикрываясь магией, и в такой ситуации мои спутники лишь будут помехой, но не помощниками мне. Мне снова нужно будет думать, как спасти или защитить их, а не покарать всех бандитов. Снова получится, что хотел принести хорошим людям благополучие и радость, а принес горе. Сам я вдвое, если уже не втрое, сильнее, быстрее и опаснее любого не обладающего магией воина — нет, пойду один, и точка!» — твердо решил Дмитрий. Несмотря на яростные протесты, он оставил всех солдат и пару груженных возов у главного тракта, а сам поехал верхом по дороге к дереву и стоящему недалеко от него трактиру, взяв только Горо. Хотя японец был вооружен автоматом с защитными, выгравированными от колдовства рунами, был одет в усиленный магией камуфляж и имел защитный амулет, способный сдержать пару пуль и, как минимум, полдюжины стрел, он взял парня скорее как посыльного, чем как полноценную боевую единицу. Дерево с повешенными возвышалось метрах в ста от дороги, но время от времени ветерок доносил до Ковалева сладковатый запах разложения и смерти. Но теперь, вблизи, почерневшие трупы повешенных людей не напоминали плоды, скорее коконы каких-то инопланетных монстров. У дороги стоял стоял вкопанный столб с широкой деревянной доской, на которой, словно издеваясь над повешенными было вырезано название поселения: «Счастливая долина». Димка вспомнил осмотренные глазами вороненка окрестности. Долина и впрямь была неплоха для жизни — вдали серел горный хребет, от него, через всю долину, текла извилистая речка. Холм с деревянным замком лорда и довольно большое поселение с возделанными полями, простиравшимися до самого леса и желтевшими между поселением и рекой десятками больших скирд с сеном. С другой стороны от поселка и полей, за серебристой змейкой реки, шли виноградники и высаженные рядком, чернели, скинувши листву, какие-то плодовые деревья. За садами и виноградниками он взглядом вороненка видел несколько хуторов с большими загонами для овец и коров. «А ведь не бедно тут люди живут.» — про себя отметил Дмитрий, немного недовольный, что сеньор столь богатого феода не пожелал признать его сюзереном в качестве преемника Робера Сейла и воевал на стороне магистра. Доехав до одноэтажного трактира с жилой мансардой под высокой крышей и огороженным высоким забором двором, Димка слез с коня, огляделся и, отдав поводья Горо, чуть пригнувшись, чтобы не задеть головой темную от времени притолоку, вошел внутрь. В большом зале стояла полутьма. Тусклый свет падал из двух узких оконец, расположенных в зале, а возле стойки горела лампа, от которой горьковато пованивало пережаренным, скорее всего слитым со сковороды, маслом. В зале стояло шесть столов, но только два были сейчас заняты. За одним, пошвыркивая горячую жижу из большой деревянной ложки, хлебал мясную похлебку парень, похожий на обедающего работника, а в углу у окошка примостился сгорбленный человек, время от времени словно ныряющий носом в большую кружку. За стойкой стоял коротко остриженный, с сединой на висках, человек с повязкой на глазу и ломанным «орлиным» носом, похожий на римского легионера-ветерана из читаной в детстве книжки с черно-белыми иллюстрациями. Держался он с достоинством, оценивающе поглядывая одним глазом, словно прицениваясь к новому посетителю и Димка безошибочно определил, что это хозяин заведения, а не заискивающий перед всеми нанятый работник. — Вина или пива… господин? — спросил он, сделав паузу перед «господином», словно все же оценив Димку своим одним глазом и посчитав его достойным сего обращения, — Отобедаете с дороги или прежде отдохнуть желаете? Если задержитесь, то лошадку скажу в конюшню поставить, накормить, да обиходить. — Плесни мне вина. — ответил кратко Дмитрий и, выудив из кармана полновесный талер, как бы невзначай постучал им о стойку и мотнул головой в сторону повешенных, — Разбойники, что ли? — Не-ет, — протянул одноглазый, немного помолчав, — солдаты из хозяйского замка, да пара слуг. — А чего так? — спросил Ковалев, но трактирщик оставил этот вопрос без ответа. Он замолчал и, вытащив из-под стойки глиняный кувшин, нацедил Димке в глиняную же кружку темно-рубинового напитка. Потом одним своим глазом покосился на серебряную монету и покачал головой. — Господин, у меня столько мелочи на сдачу не наберется. Может, найдете пару крейцеров? — Ответишь на мои вопросы, сдачу себе оставишь. — сказал ему Димка. снова тихо постукивая крупной монетой о темную от пролитого пива и вина стойку и спросил для завязки разговора, — Как тебя зовут, уважаемый? — Зовут меня — Одноглазый Равик, но я подозреваю о чем вы, господин, хотите расспросить. — он глянул на Димку и предположил, — О повешенных и о том, что у нас в феоде происходит? — а после этого покачал головой, — Мне неприятности не нужны, не хочу висеть на старом дереве с теми несчастными. — Боишься, но чего? — удивился такому ответу Димка. — Да кто его знает, как оно опосля обернется? — пожал плечами трактирщик Равик, — Но если хотите узнать, то поговорите с Вармом, — кивнул он на сморщенного и сгорбатившегося человека планомерно накачивающегося пивом в углу трактира, — Бывший охотник, но как его сына повесили, так третью седмицу с утра до вечера у нас сидит. — А чего повешенных не похоронят? — снова кивнул Димка в сторону раскидистого дерева, но трактирщик только покачал головой, дав понять, что разговор окончен. Димка, заказав для доходяги еще одну кружку местного пойла, пошел к его столу. В это время доевший хлеб и похлебку работник вышел и в зале остались лишь трое — он, трактирщик и пьяненький охотник за столом. — Присяду? — спросил он, поставив перед уже в меру пьяным человеком кружку с пивом и присев на лавку, сразу спросил, — Слышал, сына вашего там повесили? — Су-уки! — хрипло выдохнул Варм и грохнул по столу кулаком, — Моему Вилько и двадцати годков не исполнилось, как зарезали его эти сволочи! А потом чернобородый на этом дереве повесить приказал. — Кто приказал? — переспросил Димка. — Маккан Чернобородый, кто же еще? Чтоб ему пусто было и брюхо погнило до дыр! — Варм, расскажи по порядку, что здесь произошло? — попросил мужчину Димка и Варм сделав пару больших глотков из кружки, через какое-то время кивнул и начал рассказ: — Две седмицы назад сюда, вот в этот самый трактир, завалился отряд наемников. Но пришли они не со стороны тракта, а откуда-то с севера, из-за горного хребта пришли. Девять человек всего. Я-то их в тот день не видел, но опосля от мужиков про это слыхал. Посидели тут, пожрали да выпили, все о нашем лорде расспрашивали и о жене его, да шептались. А к вечеру, как солнце верхушек дальнего леса коснулось, так из трактира ушли. Но не из феода нашего ушли, наоборот, к замку подались. Никто этому значения тогда не придал, мало ли, — пожал, пьяненько икнув, охотник плечами, — может, пошли в замок узнать о найме у хозяйки. Лорд-то наш еще по осени убит был, говорят, возле замка Балфур где-то. Ну и две дюжины дружинников там же сгинули. А в замке его, помимо госпожи с сыновьями, только дворня и сержант с двумя дружинниками остались. Варм засопел и надолго присосался к кружке и Димка спросил, не выдержав: — Так дальше-то что было? — Дальше? — удивленно и пьяно глянул на него охотник и пояснил, словно ребенку, — Да перерезали они всех в замке. — потом мотнул головой, — Не, не всех, сержанта, двух солдат, распорядителя и Вилько моего убили. Он же, дурень, нет, чтобы спрятаться, да бежать опосля, как бойня началась, собак на них спустил. Трех взрослых волкодавов. Только что собака обряженному в доспешную кожу и вооруженному топором, да копьем солдату сделает? Перебили собак и Вилько моего зарубили, а опосля солдаты Маккана всех убитых на большом дереве повесили и приказали, чтоб не сымал никто — не то худо будет! Да куда уж хуже⁈ — снова грохнул о стол кулаком уже пьяный отец повешенного парня. — Мало того, что солдаты нескольких зажиточных торговцев ограбили, так их дочерей в замок утащили и до сих пор там пользуют! Вон, даже у Рикона девку подавальщицу уволокли и ему приказали каждый второй день по бочонку пива им выставлять. И сегодня утром за пивом приезжали. Говорят, они и винокурню разорили, та, что ближе к селу стоит. — пояснил со вздохом Варм, а потом, словно спохватившись, сам спросил у Димки, — А ты чего, все у меня выспрашиваешь? — Да узнать хотел, кто в замке хозяйствует. — теперь уже Димка дернул плечами, — Я же не сам по себе, я от барона нового приехал. — А-а-а, понятно. — протянул Варм, икнув, и снова надолго присосался к кружке, а потом, пробормотав что-то неразборчивое, навалился грудью на стол и, сложа голову на руки, мирно засопел. Димка видел, что одноглазый Равик с интересом прислушивается к их разговору. Проходя мимо трактирщика, он молча выложил на стойку серебряный талер и двинулся к выходу, но его окликнул одноглазый. — Так ты… вы, господин, в замок собрались? — спросил Равик и Дмитрий кивнул, — Поди не простой солдат, из благородных будете? — на этот вопрос Дмитрий снова кивнул, — Поди, рыцарь? Дмитрий остановился и, повернувшись к одноглазому, смотря ему в единственный поблескивающий в свете огонька лампы глаз, ответил, чуть помедлив. — Рыцарь, но к чему ваш интерес? — Мой тебе совет, не ездил бы ты, парень, в замок. — говоря это шепотом, помотал головой трактирщик, — Сброд там засел, лихие люди крови много пролившие, ну Варм же тебе рассказал все, я слышал. От себя так скажу — Маккан этот благородных шибко не любит, потому и хозяйку нашу в заложниках с сыновьями держит. Измывается, над чистыми душами убивец! — В заложниках? — переспросил Димка, — А чего, этот Маккан хочет-то? — Ничего не хочет, — покачал головой трактирщик, — пьет за частоколом и изредка со своими людьми кого из местных ограбить выезжает. А хозяйку нашу, леди Равену с сыновьями, в узниках и аманатах держит. — Выкуп требовал? — уточнил Димка. — Он за них сотню полновесных золотых солидов потребовал. — чуть помедлив, ответил ему одноглазый, — Специально сумму такую назвал, что нам всем поселением даже за год не собрать. Боится, что без заложников его мужики, или сами на вилы подымут, или отряд наемников поболе ихнего из города призовут. — Что, неплохой хозяйкой была эта леди Равена? — А чего ей плохой быть? — пожал плечами одноглазый, — Лорд, тот да, тот вспыльчивый был. Бывало, частенько кого из провинившихся крестьян или ремесленников на конюшне по его приказу пороли, но так, без шибкого усердия — больше для острастки, не калеча. А леди Равена… — трактирщик помолчал, словно подыскивая нужное слово, — тихая она, богобоязненная. По мужу траур блюла, да сыновей воспитывала. Старшему уже тринадцать годков исполнилось, а вот младшенький мал совсем, шесть лет — пацаненок еще. — Ладно, пойду я. — кивнул Димка, когда одноглазый сделал вид, что оттирает тряпицей пятно на стойке, но все же спросил. — Все барону новому расскажете, господин рыцарь? Может, тот солдат пришлет, и наведет порядок? Вот только, думаю, прирежет Чернобородый хозяйку с детками, коли штурм начнут. — вздохнул трактирщик. В это время прикорнувший за столом Варм вскинулся и с желчью сказал: — Гори ты в пекле, Маккан! Как закрою глаза, вижу своего сына стоящим возле дерева — схоронить просит! — Пойду. — сказал Димка, потом остановился на несколько секунд и снова повернулся к одноглазому, — Замок тут недалеко, пройдусь, поговорю с Макканом этим. А ты, Равик, за лошадкой моей пригляди — напои и накорми, как обещал. Не хочу, чтобы она этим бандитам, в случае чего досталась. — и Димка выложил на стол еще одну серебряную монету. ---------- Глава 19 Глава 19 Черную, душераздирающую весть о гибели мужа леди Равене принес один из его дружинников. Еще не встало над далеким лесом солнце, как дозорный увидел бредущую по дороге лошадь и полулежащего в седле всадника. Солдат из дружины ее мужа был серьезно порублен в конной схватке, а после получил стрелу промеж лопаток, но был еще жив. Сначала ехал сам, потом потерял сознание и лошадь сама вышла к замку по знакомой дороге. Раненый рассказал леди о кровавой стычке солдат с не получившими обещанного магистром золота и взбунтовавшимися наемниками. Все это сражение произошло возле орденского замка Балфур — горного прибежища магистра. Он сам видел, как лорд Кевин Торк был несколько раз проткнут копьями наемников, а потом, скорее всего, уже мертвым, свалился под копыта разгоряченных коней. Вернувшегося в замок израненного солдата назвать дезертиром не поворачивался язык, скорее — мрачным вестником, да и умер он от полученных ран не дожив до следующего утра. Лорд Кевин с двумя дюжинами своих дружинников отбыл с войском магистра еще летом, оставив в замке лишь сержанта с тремя солдатами. Северная каменная башня, что перекрывала дорогу, ведущую в феод через горный перевал и вовсе осталась пуста. Равена по нескольку раз за день удалялась в свою комнату, надеясь, что слуги и дети не увидят ее слез и ждала, что кто-нибудь из выживших солдат явится с вестью, что ее муж ранен, но жив. Но дни шли, и более никаких вестей не поступало. Когда миновала вторая седмица, она облачилась в траурный наряд, рассказав о смерти отца сыновьям. Маленький Калле заплакал, а тринадцатилетний Станис уже смог сдержать слезы. Шли дни, но никто так и не привез тело ее мужа, как больше никто из дружинников не возвратился в родной феод. Видимо, тела всех павших в битве у замка Балфур сожгли в одном общем погребальном костре. Когда минула шестая седмица после вестей о смерти мужа, замок захватила банда бывших наемников. Вначале, леди Равена подумала, что небольшой отряд бывалых солдат, оставшихся не у дел после завершения смуты ищет новый контракт. Она увидела их в окно, когда они подошли к воротам, но потеряла дар речи, когда вышедшего к ним сержанта без всяких разговоров убил чернобородый главарь. Он с размаху пробил его стальной шлем огромным вороньим клювом, а когда тот рухнул, словно в убитую на охоте дичь, упер ногу в его грудь и вырвал из черепа стальной шип. Стоявший на дозорной вышке дружинник успел закричать, но тут же упал, сраженный сразу двумя стрелами. Бандиты ворвались во двор замка и быстро расправились с еще двумя солдатами, а потом без всякой жалости прирезали паренька слугу, спустившего на них собак. А вот старику Марелу — слуге распорядителю, не повезло умереть быстро. Его долго пытали каленым железом, требуя отдать припрятанные деньги, и его стоны и крики далеко разносились в ночи. Но пытки и смерть, все это было уже потом, когда с Равены сорвала золотые украшения Ласка, со злой ухмылкой ударив ее несколько раз по лицу. После этого ее заперли на конюшне, а ее старшего сына в одном из собачьих вольеров. Маленького же Калле, который плакал навзрыд, Маккан держал за волосы, словно не человека, а дворовую живность, оставил, видимо, заложником в доме. Но, как оказалось, оставил он Калле при себе в качестве если не слуги, то шута. Бандитов всего было девять человек. Главарем их небольшой банды был Маккан Чернобородый. Еще, в отряде была молодая женщина, его подружка по имени Ласка, в которой ласки вовсе не было, лишь злобный взгляд да хищное выражение ее лица давало сходство с этим зверьком. Главарь банды и его рыжеволосая подруга заняли покои умершего лорда и леди Равены, а его помощник — Тарван Большой топор — расположился в комнате Станиса. Остальные наемники — два брата лучника и еще четверо солдат, вооруженных топорами и копьями, спали в опустевшей после ухода дружины казарме. Ночью Равена слышала стоны и мольбы старого Марела, которого пытал сам главарь со своей подругой, слышала крики служанок — прачки, поварихи и ее молодой дочери, с которыми развлекались солдаты Чернобородого, но, честно сказать, больше боялась, что разгоряченные кровью и вином бандиты оставят наскучивших слуг и возьмутся за нее и ее сыновей. Она плакала, зарывшись в сено и зажимая уши, чтобы не слышать всего, что творилось снаружи. Марела в конце концов выволокли за ворота и увезли вешать на большой вяз. Но его не зарубили как остальных, просто у старика от пыток не выдержало сердце. Равена боялась, что Маккан прикажет пытать и ее, но, видимо, отданная шкатулка, с шестью золотыми солидами, двумя дюжинами серебряных талеров и ниткой жемчужного ожерелья сыграла свою роль. А может, Маккан был уверен, что хозяйке замка, в отличие от слуги распорядителя, незачем утаивать и где-то еще прятать свои же деньги. На следующий день про нее вспомнили. Ласка выволокла ее во двор и приказала чистить котлы и сковороды после пирушки. Станису же она дала деревянную лопату, ведро и приказала лезть в отхожую яму для чистки, а когда ее старший сын не только отказался, но и плюнул наемнице в лицо, та выхватила большой нож. Равена закричала, думая, что сейчас лишится старшего сына, еще не справив траур по мужу, но наемницу остановил наблюдавший за всем этим Маккан. Он снова, держа за светлые волосы, выволок ранее запертого в чулане Калле и сказал, что за гонор матери и старшего брата сейчас расплатится младший. С этими словами огромный наемник бросил мальчонку на широкую лавку, прежде сорвав с него рубаху, взяв в руку плетеную из воловьей шкуры треххвостую плетку с размаха ударил Калле. После первого удара брызнула алая кровь, после второго по ногам парнишки побежали струйки мочи, а после третьего отчаянно кричавший Калле замолк впав в беспамятство. На губах Маккана играла блаженная улыбка, словно только что он не бил ребенка, а попробовал дорогого вина из подвалов самого императора. Потом, он что-то сказал Ласке и показал на Станиса. Рыжая наемница кивнула и засмеялась, обнажив белые зубы, она снова, взяв большой нож, схватила парня за ухо и одним ударом отточенной стали отсекла его. Равена, не сдерживаясь, упала на колени и по грязи поползла к главарю бандитов, вымаливая пощаду для своих детей. Несколько часов она чистила котлы на кухне, а потом обихаживала коней наемников. Когда во дворе она увидела двух братьев лучников, то снова упала на колени, моля о милосердии и прося омыть рану и наложить повязку старшему и сделать примочки младшему сыну. Братья лучники, которым на вид было не больше тридцати лет, смеялись, но после все же сходили и договорились о перевязке с Макканом. Равена, как могла, успокаивала своих сыновей, промывая и накладывая чистые тряпицы на их раны, но в этот момент она была счастлива. Счастлива, потому что и она и ее дети еще живы. А ночью в конюшню явились оба лучника, с наглой ухмылочкой потребовав плату за свое содействие. Они брали ее грубо, вдвоем. Со смехом разрывая дорогую одежду и таская за распущенные волосы, словно не леди и хозяйку феода, а дешевую портовую шлюху. Во время этой расплаты дверь конюшни открылась и она увидела, как Маккан и его подружка смотрят на них и заливаются хохотом. Она поняла, что сам Маккан и дал приказ братьям позабавиться с ней. Равена была унижена и растоптана, она даже не боялась смерти в этот момент. Наоборот, смерть казалась ей избавлением от этого унижения и от всех грядущих. Боялась она другого. Боялась, что эти нелюди притащат сюда ее сыновей и заставят смотреть, как насилуют их мать. Но, видно, в голову чернобородого гиганта, просто не пришла мысль как можно еще развлечь себя и позабавить свою подружку. На следующий день ее никто не дергал и она время от времени прислушивалась к шуму и окрикам раздающимся во дворе, беспокоясь о судьбе своих мальчиков. На третий день ее снова отрядили на кухню чистить котел и сковороды в помощь поварихам. Она видела, как ее старший сын лопатой черпает вонючую жижу из выгребной ямы. Но Равена не злилась, у нее уже не осталось сил на проклятия своих мучителей. Она знала, главное — Станис жив! А через день, она увидела и второго своего сына. Маккан нашел старый и драный желтый жилет, обрядил в него Калле, а его штаны обрезал до колен. Мало того, что мальчик был обряжен в шутовской наряд, Маккан привязал к его длинным белокурым локонам по маленькому колокольчику у висков, с обеих сторон. Теперь, когда наемник сидел на крыльце с кружкой вина, Калле стоял подле и играл ему простенькую мелодию на костяной дудочке. Маккан время от времени заливался громким хохотом, то ли это игра паренька так на него действовала, то ли он что-то былое вспоминал. Равена проглатывала горько-соленые слезы, зажимая себе рот и сдерживая громкие рыдания. Она благодарила богов, что лорд Кевин не видит всего этого, свалившегося на их плечи безумия. Она была готова терпеть унижения, лишь бы ее сыновья были живы и Маккану или его злобной подружке не пришло в голову ради развлечения покалечить или убить их. Видно, насладившись унижением дворян, Маккан и его солдаты на последующие несколько дней забыли про нее и ее старшего сына. Она боялась, что братья лучники или другие солдаты ночью снова придут насиловать ее, но видела в небольшое оконце, как пришедшие с груженой разной снедью подводой наемники притащили в замок двух молодых девиц и ночью развлекались уже с ними. Равена пила воду, предназначенную для коней и жевала овес, чтобы унять голод. Маленького Калле она еще несколько раз видела во дворе, то снова играющим на дудочке и развлекающим Маккана, то выносящим ему во двор кувшин вина или закуски из кухни на единственном серебряном блюде, что было в замке. Блюде, украшенном чеканкой, которое досталось ее мужу по наследству и которым Кевин очень гордился. Сегодня про нее вновь вспомнили. Днем за ней пришла рыжая стерва. — Хватит разлеживаться на сене, дворянская сучка! — с этими словами она кинула ей метлу, — Ты уже давно отдыхаешь, иди и вымети двор, а после я найду тебе работенку погрязнее! Окрик дозорного с вышки привлек ее внимание, она увидела, как во двор замка заходит высокий, статный человек. Воин в дорогих доспехах, плаще отороченном волчьим мехом и двуручным мечом, рукоять которого виднелась над плечом. Не бедный и опытный воин, скорее всего, дворянин и рыцарь. Но, что привело одинокого воина в этот разбойничий вертеп, чем с недавних пор стал ее замок? Это кто-то из знакомых Маккана или рыцарь, заехавший сюда волей случая и не ведающий, что замок захвачен горсткой бандитов? Леди Равена замерла с метлой в руке, уже ожидая, что Маккан разделается с незнакомцем так же, как разделался с сержантом, но произошедшее после поразило ее и наполнило сердце надеждой. Надеждой выжить, а может, и быть отмщенной за свои унижения и страдания сыновей. * * * Отослав Горо за подкреплением, Димка направился к замку. План был прост — перебить бандитов самому, по крайней мере, про колдуна трактирщик ему ничего не говорил. Но на такой случай, у него есть револьвер с зачарованными серебряными пулями, хотя вряд ли достигший мастерства боевой маг будет путешествовать с горсткой бандитов авантюристов. Если наемники начнут разбегаться или еще, что-то пойдет не так как он задумал, то его бойцы, которым он сказал рассредоточиться вокруг замка, поддержат его огнем. Длинноствольное оружие Дмитрий решил не брать, хотя большинство вардов вовсе не были знакомы с огнестрельным оружием, лишь слышали про громовое оружие, которым были вооружены некоторые из появляющихся охотников за опытом. Деревянный замок, а скорее двухэтажный сруб погибшего лорда стоял на небольшом пригорке и был обнесен трехметровым частоколом, над которым возвышалась дозорная вышка. Димка постоял немного, вслушиваясь в карканье ворон на деревьях где примостились их гнезда. Он прислушался к далекому перелаю собак и вдохнул воздух пропитанный запахом полыни и печного дыма, раздумывая — идти к замку или дождаться подмоги, но все же решил идти сейчас. — Ну, взялся за гуж, так не стой столбом — тяни! — сказал он сам себе. Он, будто на тренировке, быстро взбежал на пригорок, сделал несколько махов руками, разминая суставы и встал напротив ворот. Дозорная вышка была пуста, но, когда Димка несколько раз приложил каблуком по запертым воротам, на нее через пару минут взбежал солдат. — Ну, чего заперлись, открывай! — крикнул он удивленному парню с луком за спиной. — Ты кто? Чего надо? — спросил тот в ответ. — Открывайте ворота, недоноски чертовы и впустите господина! — громко ответил Дмитрий и снова приложился по воротине ногой. За частоколом послышались голоса, затем лязгнул засов и ворота со скрипом приоткрылись. Дмитрий потрогал прорезиненную рукоять Смит-энд-Вессона в нагрудной кобуре, чуть вперед, для удобства, передвинул кобуру с ТТ и шагнул вперед, сразу же стрельнув глазами по сторонам — не хотелось бы получить удар в висок и очнуться уже связанным и обезоруженным. Во дворе у коновязи стояла несколько оседланных коней — то ли солдаты Маккана собрались ехать куда-то, то ли уже приехали. В дальнем конце двора какая-то женщина подметала дорожки. Между домом лорда и дозорной вышкой стояло несколько солдат и еще пара вышла из дверей казармы, когда он был уже во дворе. Крупный, совершенно лысый наемник сидел на деревянном крыльце с кружкой в руке. Борода его была черного цвета и, как описывал его трактирщик, борода гиганта была заплетена в две косицы, украшенные серебряными зажимами. Димка насчитал шестерых, вместе с Макканом и дозорным на вышке, хмыкнул и сделал еще несколько шагов от ворот по направлению к сидящему на крыльце воину. Вначале Димка удивился, узнав в трактире, что замок феодала захватила шайка каких-то наемников, а скорее бандитов, но потом вспомнил старый фильм про солдат удачи. Молодой Рудгер Хауэр игравший, вроде, главаря отряда ландскнехтов тем и занимался, что захватывал замки мелких феодалов, убивая, насилуя и грабя всех, кто подвернется под руку. Значит, захват замка бандитствующими наемниками не что-то из ряда вон выходящее для этих времен? Недалеко от сидящего на крыльце главаря стоял белокурый мальчик с дудочкой в руках, но, увидев вышедших из казармы солдат, он сделал несколько шагов назад, за что Димка похвалил пацана — Маккан в случае опасности не успеет схватить его и прикрыться заложником как щитом. Он еще раз обвел всех людей во дворе магическим взглядом и удивленно задержал его на стоящей в дальнем углу женщине — она единственная, кто обладал тут слабенькой аурой инициированного человека. К тому же она была одета в драное, но совсем не крестьянское платье. «Прислуга с даром — почему нет? А может, это бывшая хозяйка замка? — промелькнула у него догадка, — Ну ладно, главное, колдунов нет и сам Маккан не инициирован даже воином. А может, этот отряд наемников вовсе оказался в этих землях в результате большого пробоя, после одной из магических бурь провалился сюда не из магического мира?» — Ты кто такой? — прервал его размышления сам Чернобородый. — Я новый хозяин всех этих земель, барон Димитрий! — с напыщенностью и играя роль представился Ковалев и сам спросил у главаря бандитов смотря на него взглядом истинного аристократа, — А ты, еще кто такой? — Я Маккан Чернобородый из клана дикого пса, — процедил наемник и засмеялся, показывая потемневшие зубы, — а ты, дурак, а не барон! Не успеет зайти солнце, как твой труп тоже подвесят на большой вяз! — Маккан, я вызываю тебя на поединок и покараю за все твои злодейства! — крикнул Димка, но наемник снова захохотал, утирая выступившие от смеха слезы. — Видали дурня? — спросил он у своих солдат, — Я же слышал, что все титулованные дворянчики в ваших краях обладают колдовской силой. Я не глупец, драться с колдуном. После этих слов наемник махнул рукой и Димка услышал хлопок тетивы, а через мгновенье сработавший защитный амулет отрикошетил стрелу мазнув под лопаткой холодком. А вот пущенную стрелу с дозорной вышки он увидел и успел отклониться. — Выбирай сам, или поединок, или ты и все твои люди до захода солнца будут убиты мной, как бандиты, захватившие феод моего вассала! — пригрозил Димка, не упомянув, что погибший лорд отказался принести ему присягу. — Ты, хочешь сказать, если я убью тебя в поединке, то больше меня никто не потревожит? — усмехнулся Маккан, но в глазах гиганта Дмитрий уловил тревогу. — Как видишь, я пришел сюда один, чтобы восстановить справедливость и покарать разбойников! — пожал плечами Дмитрий, не став говорить, что замок, скорее всего, уже окружают стрелки Гая и Чернышова. — Дура-ак! — протянул Чернобородый, обнажив в ухмылке темные и крупные зубы, — Все вы такие дворянчики, на голову стукнутые! Считаете, что при рождении судьба поцеловала в розовый зад и весь мир крутится только вокруг вас! Встав на ноги, Маккан надел на голову круглый стальной шлем с полумаской и облачил руки в кожаные перчатки с широкими крагами. Потом, принял от одного из солдат полутораметровую палку, часть которой была окована железом и на конце виднелся крупный и острый шип вороньего клюва, способного пробивать рыцарские доспехи. Димка же, скинув с плеч меховой плащ, снял висевшие за спиной ножны с Фирниваром и, обнажив клинок полуторника, откинул кожаные ножны в сторону. — Ну давай, один на один и без всяких колдовских штучек! — прошипел Чернобородый. Димка и рад был сразиться честно, чтобы попрактиковаться в фехтовании не прибегая к боевой магии, так как был уверен, что и скоростью, и силой, да и мастерством превосходит хоть опытного, но не инициированного воина. Вот только, этому бандиту он не верил ни на грош! И действительно, чуть повернув голову и скосив взгляд, он увидел, как со спины и боков к нему подбираются несколько солдат Маккана. «Ну что же, если не честный поединок, то отличный момент попрактиковаться в новых колдовских навыках!» — мелькнула у него мысль. Действительно, с получением пятидесятого уровня мастера, ему стали доступны новые боевые заклинания, которые на практике он еще ни разу не опробовал. За пару секунд до того, как острие копья первого солдата коснулось его спины, Димка активировал заклинание крушащей волны. Оно требовало больших вливаний энергии, но со слов дона Хоакина Дмитрий знал, что опытные боевые маги таким заклинанием могут калечить хоть дюжину врагов, находящихся в паре десятков шагов от них. Чтобы не расходовать ману, он зачерпнул энергию из янтарной бусины алхимического браслета подаренного ему Валом, и активировал заготовку сложного, но сильного боевого заклинания. Смертельная энергия, словно выпущенный из баллисты снаряд, крушащей волной пошла… нет, просто рванула от него во все стороны, как волна от брошенного в воду камня, но только в несколько раз быстрее. Димка видел, как Маккан стоявший от него в двух десятках шагов, выронив свое оружие, словно бы получив в грудь удар гигантским молотом, отлетел упав на спину, а потом, прокатившись по пыльной земле врезался в крыльцо, на котором ранее восседал. Но главарь бандитов, зарычав, вскочил на ноги, сплюнул кровь и подобрал большой вороний клюв, снова готовый к схватке. А вот его солдатам повезло меньше, Димка слышал, как трещат их кости, перемалываемые высвобожденной энергией эфириума. После заклинания один из них — лучник, пустивший в него первую стрелу и стоявший дальше остальных, теперь катался по земле словно одержимый, и кричал, сплевывая изо рта слюну, перемешанную с темной кровью внутреннего кровотечения. Димка быстро оглянулся по сторонам — остальные трое бездвижно валялись в пыли изломанными манекенами. Он еще раз окинул взглядом двор замка и остался доволен, тут были все пятеро оставшихся наемников, если конечно, трактирщик не ошибался на их счет. Рыжеволосая наемница, коренастый воин с большим, напоминающим скорее секиру, чем боевой кельт топором, сам Маккан, стрелок на вышке и копейщик, что теперь испуганно жался к частоколу. — Неплохое начало — минус четверо твоих ублюдков! — сказал Дмитрий, ухмыляясь и смотря в глаза Чернобородому, — Так и будешь, словно побитая псина, прятаться за спинами своих солдат или как воин примешь мой вызов? Насмешками он добился своего — Маккан бешено зарычал и, разбрызгивая розовую слюну, перехватив удобнее свое оружие, кинулся вперед. Димка же без труда увернулся от размашистого, но сильного удара наемника и, пропустив того чуть вперед, подсек ему ногу, рубанув отточенным клинком по лодыжке разрубая, и сапог, и ахиллово сухожилие. Маккан рухнул на колено, но попытался наотмашь достать Дмитрия стальным шипом. Ковалев ухватил и придержал вороний клюв призрачной дланью и, шагнув вперед, без всяких затей, сильным ударом снес главарю голову. Дмитрий развернулся к топорнику, посчитав того наиболее опытным воином после Маккана, но увидев, что бородатый наемник сделал рывок вовсе не к нему, а к застывшей статуей женщине с метлой, рванул револьвер и выстрелил навскидку. Тяжелая пуля пятидесятого калибра снесла бородача словно кеглю. И тут же, откуда-то из-за частокола плеткой хлестнул выстрел и с вышки рухнул второй лучник. Ворота скрипнули, распахиваясь, и Димка увидел Горо с автоматом в руках, Гая и еще пару бойцов с ними. — Эй, парень, бросай копье! — крикнул Ковалев жавшемуся к забору наемнику, — Если ты не убивал никого, то останешься жив! Но испуганный копейщик лишь замотал головой. Он сделал еще шаг, увидел пацана в желтом жилете, который после выстрела от испуга присел за крыльцом, хищно ощерился и сделал прыжок в его сторону, но Димка предугадал такой его маневр. Он уже убрал свой Смит-энд-Вессон, решив не тратить дорогие заряды и держал в руке обычный пистолет. А когда копейщик сделал еще шаг в сторону мальца, то вскинул Токарев и без колебаний выдал двоечку в грудь наемника. Мощные пули без труда прошили кожаную куртку из вываренной воловьей кожи, пробив грудь наемника и тот рухнул на спину. Всхрапнула лошадь и обернувшийся Димка увидел, как оттолкнув Горо ногой, в проем ворот проскакала рыжеволосая наемница про которую он, к стыду своему, позабыл в пылу схватки, но через несколько секунд снова хлестко отозвался выстрелом карабин и он увидел, как наемница вылетела из седла. — Ну вот, дело сделано! — удовлетворенно вздохнул Димка, наблюдая, как женщина, откинув метлу, побежала к мальчику, а потом стала обнимать его. «Ну да, видно, я не ошибся, решив, что это может быть жена убитого лорда.» Ковалев осмотрел двор. Бородач топорник, получивший тяжелую револьверную пулю куда-то в бок, лежал бездыханным, кричавший и пускавший кровавые пузыри лучник тоже давно затих, уставившись остекленевшим взглядом в серое зимнее небо. Димка раздосадованно вздохнул, он все же надеялся, что кто-то из отряда Маккана останется жив, чтобы допросить и узнать, откуда те пришли. Но что поделать — получилось так, как получилось! — Видал, Дмитрий, как Славка лучника с вышки снял, а потом и рыжуху из седла выбил? — радостно спросил его Чернышов по-русски. — Жива наемница? — с надеждой спросил Ковалев, но Чернышов только развел руками и отрицательно покачал головой. «Ладно, как получилось, так получилось!» — про себя повторил Димка. — Господин, господин! — услышал он голос женщины, — Я леди Равена, а это мой сын Калле. Позвольте, я выпущу своего старшего сына? Димка кивнул, и женщина бросилась отпирать вольер, откуда вышел паренек подросток. Все втроем они подошли к Дмитрию и поклонились. — Я все видела и слышала, господин барон! Благодарю вас, что убили этих мерзавцев и освободили нас! — Это так, леди Равена, я убил Маккана и его бандитов. — со льдом в голосе сказал Ковалев, — Но чья это вина, что горстке проходимцев удалось захватить ваш замок? И насколько я знаю, ваш муж лорд Кевин Торк, пошел против старого барона, не поддержав мою кандидатуру, как преемника Робера Сейла? Воцарилась пауза, а потом находившаяся на грани нервного срыва женщина зарыдала и, бросившись на колени, поползла к его ногам, причитая и умоляя сквозь слезы не выгонять их из дома. Малой тоже заплакал, закрыв лицо ладошками. Дмитрий, хотевший показать себя, как сурового воина и твердого в своих выводах господина, устыдился, поняв, что переборщил излишне напустив показной суровости. Он наклонился поднимая женщину с колен и стал успокаивать, обещая, что оставит и ее, и ее детей в этом замке, и в этом феоде. — Я смогу, смогу быть хорошей госпожой, вот увидите, милорд, я твердой рукой наведу порядок и наберу новых дружинников! — все еще не могла успокоиться леди Равена, — А через год или полтора мой Станис принесет вам присягу и, если позволите, то станет новым лордом этого феода. Простите меня и моих детей, простите и моего несчастного мужа, господин барон! Дмитрий не стал задерживаться в замке у доведенной до отчаянья женщины. Он только попросил Гая оставить для охраны пятерых карабинеров, а леди Равене наказал послать полдюжины смышленых парней, будущих дружинников, для обучения владению громовым оружием. Пока они беседовали, Лотар и еще пара человек Гая обыскали трупы и пожитки наемников собрав трофейное оружие, доспехи и принесли горсть золотых и серебряных монет, которые Дмитрий великодушно оставил леди Равене. «Ладно, пусть дамочка от потрясения отойдет и постарается жизнь в феоде наладить, а я через месяц-полтора с проверкой нагряну. — пообещал скорее себе, чем хозяйке замка Ковалев, — Да и сынка ее старшего перед инициацией можно стрельбе из карабина и пистолета обучить, лишним это не будет.» Дмитрий отправил Гая, Нефедова и несколько груженых бочками и продуктами возов в свой феод, а сам вместе с Горо, Лотаром, Чернышовым и подтвердившим сегодня свое мастерство снайпером Славиком поехал обратно к пограничной крепости и активированному там магическому переходу. «Ну да, обещал Карате, что через сутки вернусь, а прошло трое! Ну, не мы такие — жизнь такая!» — оправдываясь перед самим собой, подумал Димка. ---------- Глава 20 Глава 20 Дохлый не питал иллюзий насчет своих новых «друзей». Точно так же вел себя и Кузякин-Шрек, сначала уверявший, что теперь они лучшие друзья, а после помыкавший Дохлым, как кичливый хозяин бессловесным слугой. Вот и сейчас Дохлый знал, что в скором времени окажется у этих братков, предлагавших ему мнимую защиту и свое покровительство, собачкой, выполняющей команды дрессировщика. Нет, он избавился от одной зависимости, убив Витю, чтобы попасть в другую кабалу? Согласиться на добровольное рабство и таскать каштаны из огня для новых хозяев, когда у него уже накоплен огромный, по местным меркам, капитал? Да не в жизнь! Седой уже несколько раз намекал ему, что главной задачей будет перевести его на «ту сторону». То есть, вывести главаря из Радиуса в открытый мир. Дохлый знал, что убить Седого, так же как и остальных, заманив его подальше в серые земли межмирья, труда не составит. Но пойдет ли он один или с ними пойдут, контролируя Дохлого, несколько его братков? Первая неделя их сотрудничества, когда кто-то из братков Седого постоянно контролировал Алекса и даже ночевал в соседней комнате, прошла плодотворно — Дохлый «перевел», а по сути убил и ограбил еще одну семью из четырех человек. Муж с женой, престарелый отец мужчины и девчонка лет тринадцати. Он, как обычно, скинул в колодец уже подсохшие в межмирье за несколько часов тела, стараясь не смотреть в лицо девочке подростку. Но теперь братки Седого контролировали его работу. Прежде чем разрешить переводить семью через придуманный им портал, они сами провели беседу с мужчиной и остались довольны, получив с него еще одну тысячу долларов сверху, по сути украв эти деньги у Дохлого. «Ничего, когда избавлюсь от Седого, то придумаю, как убрать и этих навязанных мне охранников.» — думал Дохлый, стараясь не показывать своего раздражения от бандитской опеки. Когда он для тренировки и расширения своего внутреннего энергетического хранилища ходил в межмирье, то кто-нибудь из парней Седого наблюдал за ним, стоя возле самой границы. Но того, как он расправлялся с отравленными людьми, они не видели, Дохлый всегда заводил таких переселенцев за развалины старых домов. За стены дома, который находился рядом с оборудованным в подвале тайником, да и колодец был всего в двух десятках шагов от облюбованного им места, объясняя это тем, что проход во внешний мир открывается не везде, а только в месте силы или схождения энергетических линий, которое находится как раз за старыми домами, в серой зоне поселка. Как-то толстый Толик, которого за глаза его приятели называли Кабаном, решил пойти с Дохлым в одну из его двух-трех ежедневных тренировок, но уже через сотню шагов того вывернуло съеденным завтраком, а из носа закапала кровавая юшка и обратно Дохлому пришлось почти тащить его жирную тушу до границы серых земель. С тех пор, опасаясь последствий, никто из них не пытался идти с ним, ни во время тренировок, ни когда Дохлый выступал в качестве проводника клиентам. Первую неделю его отвозили на свидание с Софией через день, а то и пару вечеров кряду, но после того, как сам Седой и его скуластый черноволосый помощник привезли к нему каких-то двух, одетых в костюмы и галстуки мужчин, поездки прикрыли. Не запретили совсем, но Седой сказал, чтобы Александр подкопил сил за пару дней, не расходуя их попусту на свидания с женщиной. А после того, как перекинет порталом в открытый мир самого Седого, парни разрешат ездить к зазнобе хоть каждый день. Он, конечно, получил свою тысячу долларов с этих мужчин, не сомневаясь, что Седой взял с этих переселенцев гораздо больше. «Ничего, недолго осталось, грохну Седого и тогда избавлюсь от навязанной крыши! Да просто, отравлю всех их, угостив своим фирменным чайком, а тела стаскаю в колодец, ставший склепом уже многим глупцам. — раздраженный запретом видеться с Софией, планировал Дохлый, — Думаю, сам Седой понесет денег побольше, хотя и с этих, одетых в костюмы чинуш, я взял немало! После ликвидации Седого можно будет вовсе свернуть лавочку и переехать с Софией в Белый Яр, денег-то нам и на жизнь, и на бизнес хватит. А не понравится в Яру, так через полгодика вернемся в Асино, когда про Седого и его пропавших братков все и думать забудут.» Действительно, через два дня после ликвидации им мужчин в костюмах, в Латат приехал Седой, сам сидящий за рулем синего, почти новенького, внедорожника. Рядом с ним сидел скуластый парень, которого в прошлый свой визит он называл Рафом. — Готов? Эх, жаль на машине туда уехать нельзя! Или все же можно? — спросил вылезший Седой у Дохлого. — Нет, на машине никак не получится! — развел мнимый маг руками, — Только небольшое окошко портала открыть могу. — Ну плохо, Александр! Плохо! Тренироваться больше нужно, чтобы на машине мог человека провести. Может, и получится через год, да? — подмигнул Седой уже не ему, а своему скуластому и поджарому помощнику, потом похлопал машину ладонью по крыше, — А пока тебе, Раф, свою ласточку оставляю! Сегодня в Латате дежурил Кабан и туповатый паренек, которым тот помыкал как хотел, по кличке Рябой, прозванный так из-за украшавших его лицо небольших оспинок. Они вместе с Дохлым вышли приветствовать своего босса и тот обратился уже к ним. — Все нормально тут? Раф меня проводит, а вы оба тут, у границы наблюдаете. Понятно? — и Кабан с Рябым закивали, как китайские болванчики, — И не расслабляться, в оба смотреть! Удостоив парней крепким рукопожатием, как бы в шутку погрозил кулаком и наказал слушать Рафа, остающегося старшим, как отца родного и добавил уже с отеческими нотками: — Да нормально все, парни! Не грустите! Через год вы все отсюда свалите, а я вас уже на подготовленном месте ждать буду. После, Седой взял с заднего сиденья кожаный саквояж и направился к границе. Скуластый Раф, повесив за спину объемный рюкзак, двинул за ним. Кабан и Рябой остались стоять и смотреть вслед уходившей через границу Радиуса троице. Первые полторы с небольшим сотни метров Дохлый вел их по когда-то асфальтовой, но и сейчас твердой, искрящейся черной крошкой, словно посыпанной кристаллами антрацита, дороге. Седой дышал тяжело, с каждым шагом все с большим присвистом, вырывающимся из груди, как это бывает у астматиков. Уже через сотню шагов он начал делать небольшие, на несколько секунд остановки, чтобы восстановить дыхание и прийти в себя. Его скуластый помощник тоже тяжело дышал, утирал выступивший на лбу пот, но не останавливался и делал следующий шаг с упорством и монотонностью робота. — Далеко еще? — натужно прохрипел Седой. — Нет, — мотнул головой Дохлый и показал рукой на развалины нескольких домов, — метров сорок еще, а там сделаем привал и дам вам восстанавливающее силы лекарство. — Какое еще лекарство, это обязательно? — недоверчиво глянул на Дохлого Раф. — Без него не дойдете, — покачал головой Дохлый, — до места перехода, еще столько же идти, а вам, как я понял, — глянул он на скуластого Рафа, — еще обратно возвращаться. — Ничего, дойду! — сквозь стиснутые зубы процедил Рафаил. Дохлый завел их в стены полуразвалившегося дома и Седой, бросив свой саквояж, рухнул на лежащее у стены бревнышко, служившее всем клиентам местом отдыха. Татарин же, сбросив с плеч рюкзак, остался стоять привалившись спиной к стене. Он крутил по сторонам головой сунув руку в отвисающий карман легкой ветровки и Дохлый догадался, что в кармане у него пистолет. О том, что огнестрельное оружие не стреляет в серой зоне межмирья, Дохлый никому из братков говорить не стал, он лишь непроизвольно тронул висящий в петле на ремне свой томагавк. — Вам нужно выпить лекарство, — достал он свой термос и стал наполнять крышечку, служившую чашкой, — это даст вам сил дойти до места пересечения энергетических потоков. Седой, все еще тяжело дыша, принял из его рук крышку термоса и в пару глотков влил в себя немного теплый чай, сдобренный зельем колдуна-некроманта, а вот скуластый его приятель лишь мотнул головой. — Передохну немного, сил наберусь и дойду. — Зря, если вы не владеете магией, то рискуете не дойти обратно. Нужно выпить обязательно. — думал переубедить его Дохлый. — Как Палыч на ту сторону перейдет, так выпью твое лекарство, а пока нормально, дойду. — покачал головой скуластый Раф. В это время зелье подействовало на Седого и тот, схватившись за горло, захрипел, пуская пенные пузыри. — Палыч, Палыч, что с тобой? — кинулся к нему Татарин. Но его шеф, закатив глаза, завалился на черно-антрацитовую землю. — Ты, ты траванул его своим лекарством! — догадался Раф. Рванув из кармана ветровки пистолет, вскинул руку и нажал на спуск. Но выстрелов не последовало, лишь сухо щелкнул курок по трехгранному ударнику. Татарин зарычал, передернул затвор и вновь вскинул руку с пистолетом. Но Дохлый не стал просто так стоять, лишь прозвучал первый щелчок, он рванул из петли на поясе свой топорик и нанес первый удар по руке с пистолетом выбивая оружие из руки, второй раз он шагнув вперед, хотел нанести удар по голове Татарина, но тот увернулся. Острое лезвие рубануло по плечу, оставив глубокую рану, но и тут Татарин устоял на ногах. Правая его рука повисла плетью, но левой он не только отбил рукоять топорика, вырвав его из руки Дохлого, но и смог ухватить его за куртку и рвануть к себе. Оба они, не удержавшись на ногах, покатились по усеянной черной крошкой земле. Топорик Дохлого отлетел в сторону и он постарался сбежать развернувшись к выходу из развалин. Но Татарин в последний момент ухватил его за штанину и почти выполз из-за стены, пытаясь подмять Дохлого под себя. Теперь они оба барахтались в черно-серой крошке на земле, пытались ухватить друг друга за горло. Раф был моложе и более крепкого телосложения, ему удалось подмять под себя тощего проводника, но по его тяжелому дыханию, капелькам пота, а главное кровавой струйке, побежавшей из носа по подбородку прямо за воротник, стало ясно, что он борется из последних сил. Серая зона межмирья уже выпила из крепыша всю жизненную силу и Дохлый, хоть и задыхался сам смог ухватить Рафа за руки, сбрасывая их со своей шеи. Под руку попался какой-то камень и он с размаху саданул им по голове скуластого. Раф обмяк, а потом, хрипя, завалился вбок. Вскочив на колени из последних сил, Дохлый смог нанести Татарину еще несколько сильных ударов по голове. Он вышел победителем в этой стычке, но стены развалюхи уже не скрывали его и он заметил как Кабан увидев их схватку, идет по серой зоне к нему сжимая в руке пистолет. Дохлый, потративший много сил на борьбу с жилистым парнем, пытаясь встать на ноги и сам чуть не завалился на бок от напряжения. Дохлый на коленках пополз к валявшемуся в нескольких метрах топорику, но уловил сбоку какое-то размытое движение. Обернувшись, он увидел, что серая, ртутная тень метнулась к нему, но не напала как человек, а стала вливаться чем-то тягучим прямо сквозь хрипы и тяжелое дыхание в глотку и желудок. Через пару минут Дохлый без труда поднялся на ноги и растянул рот в улыбке, обнажив ставшие более крупными и острыми зубы. Кисти рук тоже увеличились, теперь они оканчивались крепкими когтями вместо ногтей. Дохлый, а вернее вошедшая в его тело сущность, зашагала навстречу Кабану и когда до того осталось три десятка шагов, Дохлый рванул к нему бегом. Кабан, как и Рафаил, вскинул руку, в которой был двуствольный обрез, но курки только бесполезно щелкнули не произведя выстрела. Дохлый же, не смотря на вдвое меньшую массу, но благодаря своей энергии, отбив обрез и сбил Кабана с ног, повалив на спину. В глазах толстяка заметался испуг, он тонко заверещал, но Дохлый впился острыми зубами в его горло, прекращая крик и насыщаясь горячей кровью, а через несколько минут, когда толстяк был уже мертв, с урчанием дикого зверя стал обгладывать его лицо. Рябой, который топтался у самой границы межмирья и видя все это, побледнел от испуга, согнулся пополам и выблевал на землю содержимое желудка, а потом, даже не вытерев рот, побежал к машине, спеша поскорее уехать подальше от проклятого места и монстра, в которого внезапно превратился тихоня проводник. * * * Дмитрий перешел в Башню уже вечером и обрадовался тому, что и Карате и Саня Черепанов были в высотке. Позвал их, и вместе они через портал сначала перекинули Лотара с вороненком в клетке, а потом до лифта, втроем перетаскали вино в бочонках. Правда вниз, с высоты восемнадцатого этажа, бочки тащить не пришлось — запустили большой генератор и подключили грузовой лифт. — Ну, как там у тебя в тридевятом королевстве, делается дело? — спросил его Коля. — Быстро только сказка сказывается, — в тон ему ответил Дмитрий, — а дело, ой как медленно делается. Хотя продвигается понемногу — собираю по осколкам баронство. Если феод Фила считать, то уже семь лордств присоединил, еще Гая хочу лордом в феод его бывшего папаши поставить. Я его, конечно со службы не отпущу, на недельку если только. Пусть в своем феоде управляющего сам выберет и тот уже порядок наводит. — Это какого папаши? — сначала не понял его Карате, а потом хлопнул себя ладошкой по лбу, — А-а, ну да, лорд Бастиан же! Это получается, еще одно бесхозное лордство останется? Девять же было, ты говорил? — Ну там земли ордена еще, где сам Бертран сеньором был. Но там говорят, наемники плату не получив, все разграбили. Разгребу немного и, или сам съезжу, или Гая во главе экспедиции пошлю… — задумался Дмитрий на десяток секунд, а потом мотнул головой, — Нет, нафиг, лучше сам съезжу! — Не доверяешь ему, — засмеялся здоровяк, — сам все хочешь контролировать? — Ну хочешь, так ты поезжай. — посмотрел на него Димка, чуть прищурив глаза, — Возьмешь два десятка добровольцев и наведешь там порядок. Тебя тогда и лордом поставлю, если, конечно, захочешь. — Вот, делать мне нечего, как крестьянами босоногими командовать! Задницу лопухом подтирать, да из окна башни смотреть, как пастухи коровам хвосты крутят? — с наигранным испугом замотал головой Фирсов, — Чур меня и задаром, такого счастья не надо! Я к цивилизации привык — чтобы на унитазе посидеть и вечерком фильм какой глянуть. Холодильник опять же, электроплита… нее, да не в жизнь! — А к Филу любишь в гости наведаться, вроде нравится все? — усмехнулся Ковалев. — Дима, к Филу на денек, это как к бабушке в деревню, чтобы блины с душистым вареньем и чаек с листиками малины, да смородины, сальцо своего посола и пирожки с мясом, да грибами. Денек-другой погостить, это конечно в кайф — базара нет, но не навсегда! Димка про себя усмехнулся. Он, конечно, немного рисковал, что Николай уцепится за идею поехать в разграбленный феод наводить там порядок. Он не стал бы рисковать его жизнью и не пустил бы друга одного. Мало ли кто там в замке бывшего магистра засел, может, не кучка головорезов, как в замке леди Равены, а большой отряд наемников во главе с магом? Тем более, по рассказам других лордов, замок Балфур — бывшая резиденция ордена был каменным укреплением, не в пример больше и защищеннее замка леди Равены. Нет, Карате, как и Череп ему нужны здесь, в Асино. — Поэтому, если в тот разграбленный феод поедешь, то нас с Санькой не забудь. — подытожил рассуждения Фирсов, — Повоевать, да местных разбойников погонять это одно, а сельское хозяйство в отдельно взятом феоде годами восстанавливать, это уже без нас. Дмитрий не был в Башне всего три дня, но с удивлением отметил происходящие тут изменения. Ограду двора высотного дома значительно расширили, построив с одного края конюшню и большой гараж, а со стороны реки стали пристраивать помост и вбивать деревянные сваи из лиственницы, для пристани, оставив место под небольшой домик охраны и склад побольше. Череп пошел в караулку, чтобы позвонить домой и предупредить подругу, что задержится, а Дмитрий и Николай поднялись в квартиру, чтобы попить чаю и обсудить новости. — Димыч, там Смирнов снова звонил! — крикнул из прихожей вошедший Черепанов. — О, точно! — снова хлопнул себя по лбу Николай, — Забыли тебе сказать — Василич уже второй день тебя разыскивает и требует сообщить, как появишься. — Да, что опять? Что там у них снова случилось? — удивился Димка. — Наверное, за спасение учеников магического колледжа, хотят тебя, Дмитрий, орденом наградить! — подмигнул ему Николай, — Ну чего, допивай чай, придется на ковер к начальству ехать. «Ага, орденом Сутулого с закруткой на спине! — вспомнил Димка старую шутку, — Да и не стал бы Василич так названивать, если бы ему от меня снова что-то не понадобилось!» В кабинете, помимо полковника, присутствовал его зам Никулин, полная женщина с примятым колобком волос на макушке, которую Дмитрий как-то мельком уже видел, вроде бы возглавлявшая отдел образования, лысый усатый мужичок в поношенном сером пиджачке — главный энергетик Асино и один из секретарей Смирнова, который стенографировал совещание. — Пять минут в приемной подождите, мы уже заканчиваем! — сказал им с Николаем полковник, когда они заглянули в кабинет. Димка настроился ждать как минимум четверть часа, но, вопреки этому, совещание и впрямь быстро закончилось и когда все, кроме Никулина, вышли из кабинета, Смирнов махнул рукой. — Нашелся, Дмитрий, ну заходите, орлы! Потом полковник глянул на Никулина, который сегодня был не в привычном камке с капитанскими погонами, а в синем пуловере, светлой рубашке и при галстуке, и с некоторым нотками извинения в голосе попросил того: — Сходи, Сергей Максимыч, чайку попей и перекури. Когда Никулин вышел, Смирнов поднялся из кресла, прошел к окну, распахнул пошире форточку и закурил, взяв с подоконника пепельницу. Диму это насторожило — все в действиях полковника предвещало непростой разговор. Смирнов затянулся папиросой, выпустил струю сизого дыма в форточку и, обернувшись к Николаю и Дмитрию, сказал: — Ангар нужно колледжу вернуть. — Василич, че за на! В смысле, вернуть? — вскинулся Карате, — У нас все документально оформлено, нам его бывший директор передал в собственность. Но Смирнов пресек его эмоциональный выкрик жестом руки и продолжил: — Николай, хватит пустых слов! Ты мне-то не заливай, как вы там половину общежития и ангар под склады себе переписали! — Что случилось, Иван Васильевич, объясните? — попросил его Димка, в голове прокручивая варианты откуда и кто нанес им такой удар. «А ведь, по всему выходит, это Вал постарался! Зачем бы и с какой стати полковник ангар отдать колледжу требовал?» И Димка не ошибся. Затянувшись еще пару раз, Василич затушил папиросу и сел за стол, но не в свое начальственное кресло, а на стул прямо напротив Дмитрия и Николая. — Позавчера ко мне Валофф приезжал, долго мы с ним беседовали… — Ну теперь понятно, откуда ветер дует! — прервал главу Карате, но замолк под его тяжелым взглядом. — Мы уже месяц оторваны от нашего мира и, возможно, это навсегда. Сами понимаете, что ни поставок продуктов, ни топлива, ни одежды теперь ждать неоткуда. А магический колледж может много дать городу, да и всей агломерации. — Иван Васильевич, — глядя в глаза главе города, начал говорить Димка, — когда я согласился на смертельный поединок с японцем по просьбе вас и того же Вала, то и вы, и Вал обещали быть за это благодарными. Нет, я понимаю, что совершил хороший поступок, вернув в колледж семерых его учеников, но теперь вместо благодарности вы, по указке Вала, забираете ангар. Вы же в курсе, зачем мы его забрали? В Радиусе остались прежние институтские руководители и большая часть денег шла именно им. Ну ладно, Илья с женой или Иван, они молодые, найдут работу. А ваш друг Константинов, а его жена? Кто их на довольствие поставит, город? Пенсии-то сейчас никому не платят. — Это ты правильно заметил, что пенсии никому не платят! — чуть сузил глаза Смирнов, — И жалобить меня не нужно. Арсения Петровича, я хоть сейчас в аппарат городской управы возьму, да и Вере Андреевне работу предоставим. Не в этом дело! Арсений сам ко мне идти отказался, они же там у вас, что-то научное выдумывают. Кстати, вместе с Ильей и Иваном! А ангар, отдать придется, сами знаете, что вы его незаконно на баланс своей фирмы приняли. — Вот такая, значит ваша и Вала Дмитрию благодарность? — криво усмехнулся Карате с горечью в голосе, явно подыгрывая Димке, — Человек, по вашей просьбе, жизнью рисковал, и это не фигура речи. — Да при чем тут это? — раздраженно стукнул по столешнице кулаком Смирнов, — Сергей Валентинович, наоборот, ко мне позавчера пришел, ситуацию объясняя. Он как раз совета спрашивал и просил сначала меня с тобой, Дмитрий, переговорить. Не хотел ситуацию усугублять и нагнетать обстановку. Чтобы это не выглядело, как отъем вашей собственности, он готов компенсировать ущерб другой недвижимостью! Димка и Карате переглянулись, и Ковалев спросил: — Чем компенсировать? — Он отдает половину принадлежащего колледжу общежития, второй и третий этажи. На первом будет магазин колледжа. — Второй и третий? Так это всего двенадцать комнат под сдачу в аренду, а охраняемый склад нам в два раза больше денег приносит! Тут Дмитрий лукавил, так как после прекращения поставок из-за ленточки склад практически пустовал. А ведь, еще и трем дежурившим там посуточно охранникам приходилось платить зарплату. Поэтому, положа руку на сердце — то на то и выходило. Но Дмитрий держал лицо при плохой игре, стремясь выторговать помимо части общежития, еще что-нибудь для их фирмы. — Да и зачем им магазин? — спросил Карате, уведя его торг немного в сторону. — Так в этом-то весь зехер! — достал из кармана полковник сложенный листок и припечатал рукой его к столешнице, — Гляньте сами — восемнадцать позиций обещают, и это только через месяц после запуска алхимического производства. — Какого производства? — скорее пробормотал Дмитрий, всматриваясь в набранный явно на компьютере и отпечатанный на принтере текст. «Алхимическое серебро, резина и изделия из нее, бензин, керосин, некоторые пластические массы, кое-какие лечебные и восстанавливающие зелья, порох… Порох? — Димка удивился, — Они могут изготавливать порох алхимическим путем? Да и бензин, выходит, могут? Однако! Хотя, что удивляться, если из части чистого серебра они делают три части алхимического, которое по своим свойствам не уступает настоящему?» — Ну там, конечно не тонны того же бензина выйдет, но как минимум, литров четыреста в месяц для нужд города, Валофф обещает. Да и порох? — словно прочитав Димкины мысли, сказал Смирнов, — Через год, ну в крайнем случае, через два, где мы патроны брать будем? Охотники снова на рогатины и самострелы перейдут? — Я все понимаю, Иван Васильевич — городу это выгодно, но нам? — показал он на себя и на друга, — Да и пять человек, бывших сотрудников института, что сейчас на нашем довольствии стоят, в деньгах потеряют. — Ох, Дмитрий, был бы другой кто, так пинком бы восвояси отправил, без всяких компенсаций! — рыкнул глава администрации, но потом кивнул, как бы соглашаясь с самим собой, — Ладно, отдам вашему Скифу выгодный контракт! Шесть человек, вооруженных автоматами, в Серебряный Плес. С тамошним руководством все обговорено, оплата сахаром, там же в бывшем монастыре сахарный завод и кругом поля сахарной свеклы. В неделю, двести пятьдесят килограмм ваши. — Так это пять мешков всего. — попытался сделать разочарованный вид Дмитрий. — Ты бога-то не гневи! — усмехнулся Смирнов, — Знаешь, сколько сейчас сахар на рынке стоит? Раза в три, как минимум, за месяц подорожал и цена, еще вверх взлетит — к бабке не ходи! А вам сахарок самим для производства вашего знаменитого самогона нужен. — Ну хорошо, согласен — контракт выгодный, — кивнул Димка, — но вы поконкретней скажите — что, куда, зачем? — Шесть автоматчиков, вооружить можешь ППШ, — начал давать вводную полковник, — базироваться будут в административном здании рядом с монастырем, поступают в распоряжение директора завода — Мирошниченко Павла Никифоровича, а конкретно под начало старшего лейтенанта Мягкова. Это тамошний участковый, как я понял, человек обстрелянный, войну прошел. Ну кто-то, из вас с первой сменой бойцов съездит и познакомится. — Так ему, лет-то сколько? — немного удивился Карате. — Да не так много, — махнул рукой Смирнов, — городок же сюда из пятьдесят пятого провалился. К их поселку банда китайцев неделю назад вышла, по рассказам — не меньше полусотни человек, еле отбились. Вот, Мирошниченко связался со мной и сам сахар за автоматчиков предложил. По началу, конечно, просил продать несколько ППШ, но я отказал. Сегодня друзья, а что завтра? Думаю, объяснять не нужно, что нам выгоднее бойцов предоставить, чем оружие с боеприпасами им передать. — Да уж понятно! — кивнул Ковалев, — А всего шесть автоматчиков не мало, если снова большая банда нагрянет? — Нормально. — покачал головой Смирнов, — У них вохра в монастыре — двенадцать человек, все наганами вооружены и шесть карабинов было, я им еще шесть СКС с боезапасом передал. И из местных охотников ополчение собрали, вроде как, полсотни человек с ружьями, но есть и карабинами вооруженные. Поэтому, шесть автоматчиков — нормально. — повторил Смирнов. Ну что, теперь ваши душеньки сделкой довольны? — Ну так-то неплохо, но хотелось бы еще по монетам решить. — А что по монетам? — даже удивился Смирнов, — Я же на твои условия тогда пошел — двадцать процентов, от изготовленных. — От прибыли, Василич! Двадцать процентов, мы передаем в казну города от прибыли! — поднял палец вверх Дмитрий, — Ибо, почти половина монет на покупку чистого серебра пойдет. Мы же его не добываем! — развел Димка руками, — Своего серебряного рудника у нас нет. На самом деле Дмитрий раздумывал уже несколько минут — поднять тему с чеканкой мелочи или не нужно наглеть сверх меры? Но все же, набравшись наглости, озвучил Смирнову и про разменную монету. Нет, если учитывать разницу в цене на чистое серебро там, в открытом мире и тут, то им эта тема всяко выгодна. Но кто знает, сколько еще Коста сможет пользоваться магическим переходом и не накроется ли такой бизнес, со временем, дырявым тазом? Вот и решил перестраховаться, подняв тему чеканки местной мелочи. — Дмитрий, вот откуда, ты такой хваткий взялся? — даже с некоторым удивлением хмыкнул Смирнов. — Ну был бы не хваткий, а как все, так не решали бы сейчас ничего со мной! — так же в ответ хмыкнул Дмитрий. Они некоторое время мерились взглядами, но наконец Смирнов махнул рукой. — Двадцать процентов от прибыли в казну города, хорошо, согласен! Но предупреждаю, ребятки, нагреть попробуете — на корню ваш бизнес зарублю… а лучше, город сам деньги чеканить начнет. Это ясно? Если, предварительно все устаканили, то завтра утром… часам к девяти подходите. — Зачем? — удивился Карате. — Директора колледжа приглашу и при мне, все бумаги подпишете, чтобы непоняток не было. А теперь, свободны, акулы бизнеса, мать вашу ити! ---------- Глава 21 Глава 21 Выйдя от Смирнова снова поехали в высотку, чтобы обсудить и обмозговать предложенный полковником вариант. Теперь уже втроем — подошел Саня Черепанов и парни вкратце пересказали ему разговор с главой города. Пили чай на кухне у Карате, в свою квартиру Дмитрий даже не заходил, он уже понял, что погорячился взяв себе отдельную трешку. «Зачем она мне, если я планирую все больше и больше времени проводить в своем баронстве? Пару раз в неделю могу в Колиной трешке переночевать, да и сейф с магическими чернилами, валютой, запасом золотых и серебряных монет давно уже к Карате перетащили. Ладно, пусть моя квартира как резервная стоит, потом кого-нибудь знакомого поселим или, например, Логунов с Эмериком там останавливаться будут. Надо поинтересоваться у Николая, запустили железнодорожники уже новый поезд, который теперь бы тягал расконсервированный паровоз?» — вспомнил Дмитрий про интересующую его тему и словно уловив его мысли, Коля хлопнул его по плечу. — Ха, братан, ты же еще железную монстру не видал! Паровоз запустили и поезд переделали. — пояснил он, — Теперь, перед паровозом платформа с броне-башней и крупняком в ней и вагон для охраны железом обшили. Да и сами железнодорожники, теперь будут вооружены и войдут в пограничный корпус. — Уже был первый рейс до Яра? — заинтересовался Димка вспомнив про большую лодку которую хотел переправить в Асино и запустить ее в рейс по Чулыму. — Нее, пока на станции железный зверюга стоит, говорят, дня через три в Яр первый рейс будет. Отдельно объявят, для пассажиров. — А что возить хотят? — спросил Димка. — Уголь из карьера, с пяток грузовых вагонов точно будет. — пожал он плечами размышляя, — Консервы, их же в Асино катают, и рыбные, и мясные, еще чего-нибудь на продажу. Муку и зерно — у нас его в этом году много. Еще, кирпич с местного кирзавода. А оттуда лес бревнами — это точно. На промке деревообрабатывающий цех восстановили, так туда повезут. Опять же, рыбу замороженную для консервного цеха могут брать, там она дешевле. Да найдут, чего возить! — махнул он рукой, а потом добавил, — Тебя тут Логунов и его учитель заждались, ты же обещал их к границе серых земель свозить. — Обещал, но сам видишь — только из пограничной крепости вернулся. — виновато вздохнул Дмитрий и сказал, — Завтра точно съездим. А вы их, куда-нибудь за растениями уже возили? — Возили, — кивнул Николай, — но не далеко, в пригород за промзону и к дальнему блокпосту, где места заболоченные. Насобирали травок разных, вроде довольными были. А так, они вместе с Константиновым, Ильей и Иваном в их лаборатории эти дни пропадали. Отдыхать будешь или до Востока вместе прогуляемся? Может и Башка после дежурства к ресторану подтянется. — Да какой ресторан! — махнул рукой Димка, — Как в песне — покой нам только снится! К Матвеичу перейду, пока не стемнело, вдруг Коста уже вернулся? Все же, четвертый день как он перешел. — Так я Мишане звонил, сказал, что ты вернулся и про вино виноградное тоже сказал. — чуть виновато сказал Череп, — Он сказал, что выезжает. — Ну вот, — повернулся Карате к Димке, — если гора не идет к Магомету, то хошь не хошь, а стол накрывать придется, раз Мишаня в гости едет. Слушайте, братцы, а может шашлычок забабахаем по-бырому? Мясо свежее есть где взять, замаринуем на пару часиков, время есть пока Миха приедет. А потом на берегу пожарим и вино твое, Димыч, продегустируем, раз в кабак идти не хочешь. Как, вам, идея? — Да чего на берегу делать, холодно уже возле воды. Можно у меня во дворе, мы с батей недавно беседку поставили, свет туда провели и мангал есть. — пригласил всех к себе домой Череп, — Баньку протопим, попаримся. Когда уже, все вместе собирались? — Ладно, — махнул рукой Димка, — давайте посидим, пообщаемся. Только Башкатова предупредить надо, пусть сразу к тебе подтягивается. Тогда, сегодня шашлык, а завтра к Матвеичу перейду и после обеда в Латат Логунова с Эмериком повезем. Даже хорошо, что Миха сюда приедет, расскажем ему и про алхимический бизнес Вала, и про обмен ангара на общагу. — А, забыл! — мотнул головой Саня, — он же с ювелиром переговорил, сказал, что тот согласился для нас штампы мелких монет делать. Говорит, у того и пресс для штамповки есть. — Ну ты блин, Саня, даешь — про самое главное и забыл сказать! — укорил его Карате, а Димка довольный услышанной новостью, покачал головой. — Это хорошо, что штампы сделать пообещал, может он сам и за чеканку серебряной мелочи возьмется? Ну, или кого из наших обучит? Я в Ягодном это делать не хочу — опасно на чужой территории деньги серебряные штамповать. Информация со временем точно в народ просочится, большое искушение бандитам такой куш поиметь, там же вес на килограммы пойдет. Лучше здесь, в полуподвале мастерскую оборудовать и мастера этого сюда переселить или хотя бы, на несколько дней в неделю привозить. «У него нужно, и про выплавку золота, и про чеканку золотых солидов проконсультироваться, вдруг это нам пригодится? — подумал Дмитрий, — Если в поселке золотоискателей власть сменилась, то возможно, будет выгодно с ними через Зайцева сотрудничать и золотой песок на готовые монеты менять? Штампы солидов-то у меня уже есть.» Вечер удался на славу, и шашлычок пожарили, и в баньке попарились, и пообщались хорошо. Словно на неформальный директорский совет собрались все четыре учредителя фирмы, что бывало в последнее время довольно редко. Не напивались, просто тянули натуральное вино, закусывали мясом и больше о делах и перспективах развития бизнеса разговаривали. Успели с часик посидеть вчетвером и обсудить некоторые детали, не предназначенные для чужих ушей. После подтянулся Башкатов, а через четверть часа после него вернулся с работы Санин отец. Оказывается, он уже несколько дней работал в выделенном ему друзьями гараже, взяв соседского семнадцатилетнего паренька в помощники. Починил уже одну машину и взялся за другую — менял кое-что из ходовки используя запчасти снятые друзьями с гаишной шестерки. Он был доволен, и результатом, и полученной оплатой и не скрывал своей довольной улыбки. — Ну, вот видишь батя, а ты боялся, все раздумывал — браться за ремонт или нет. А теперь самому в СТО работать нравится! — чуть поддел его Череп, но Валерий Константинович даже спорить не стал, лишь немного выпил с парнями вина и пошел мыться в баню, оттирать въевшийся в рабочие руки мазут. А утром они с Карате подписали в кабинете Смирнова все документы по передаче ангара колледжу и принятия на баланс фирмы второго и третьего этажа левого крыла общежития. Правда Смирнов торопился куда-то ехать с директором колледжа и друзьям с Валом не удалось переговорить по передаче ему части ледяных кристаллов и времени пользования Димкиным алтарем, но договорились созвониться в течение завтрашнего дня и назначить удобное время для встречи. А вообще, Валофф вел себя скромно, еще раз поблагодарил Дмитрия за освобождение учеников и извинился за ситуацию с ангаром, пообещав продавать все изготовленные алхимиками вещи с десятипроцентной скидкой. Еще, Сергей Валентинович поинтересовался у друзей наличием и возможностью достать кое-какие материалы очень востребованные в алхимической промышленности. Одним из таких материалов был натуральный янтарь, который использовался в магических амулетах как, не только аккумулирующий альтернативную энергию кристалл, но и сохраняющий созданные уже плетения какого либо заклинания до нужного владельцу артефакта времени. Потому, солнечный камень был довольно дорог в мирах, где магия давно воспринималась как должное. «Даже, если не наладим поставки янтаря через Косту, то у меня есть полная шкатулка солнечного камня подаренная мне молодым вождем эстов. — подумал Дмитрий, — А браслеты с янтарем подаренные мне Валом перед поединком, действительно хороши! Можно часть имеющегося у меня камня обменять на готовые амулеты, а часть продать или обменять на магическое серебро, которое пустим на разменные деньги. Мда… как обычно — планов громадье!» А после встречи в городской администрации, Димка решил не только выйти во внешний мир через маяк, но снова провести там жесткую тренировку с метанием файерболов и прокачкой маны, а то на тренировки, и физические, и на магические, совсем забил в последнюю неделю. Не до того было. Да и расслабился, если честно признаться, получив мастера и победив Такеду в поединке. А вот этого, допускать было нельзя. Стагнация, как известно приводит к падению, а терять навыки и силы Дмитрий не хотел. Тут, либо повышать и прокачивать свои навыки через изнурительные тренировки, либо деградировать успокоившись и возлежа на лаврах победителя. Но сначала он прямо из высотки перешел в угловую башню пограничной крепости, где установил активированный переход. Просто угловая башня, в отличие от главного двухэтажного строения в центре крепости была трех уровней, да и вообще внушала доверие своей монументальностью. Перешел вместе с Лотаром, который немного заскучал сидя в высотке и попросился в крепость, где намеревался пострелять из карабина вместе с обучающимися стрельбе дружинниками. Дмитрий, откровенно сказать, даже рад был сплавить паренька под начало Горо и Чернышова, так как таскаясь с компанией Карате, Черепа и Башкатова тот мог набраться нехорошего, совсем неподобающего поведению оруженосца титулованной особы и будущего рыцаря. Пусть уж до возвращения Дмитрия, в крепости несколько дней побудет. Димка выслушал Горо и Юрича о том как идет обучение, потом немного переговорил с Прусом и Линаром и остался доволен, и общим настроем, и обучением их солдат стрельбе из карабинов. Линар звал его посмотреть на расчищенное на береговом холме место под строительство небольшого замка, где плотники уже возвели часть частокола и заложили большой двухэтажный дом, но Дмитрий отказался, пообещав посетить начавшееся строительство позже. Не удержался и выпил с ними свежезаваренного травяного настоя с добавленными листьями смородины, но не стал задерживаться на границе своих владений надолго и через полчаса перешел в комнату смотрителя маяка. Над эпицентром вновь собралась огромная грозовая туча, клокочущая от скопившейся в ней мощи и время от времени бьющая в землю зелеными молниями переполнявшей ее магической энергии. Черная туча, грозила через пару-тройку дней разразиться новой магической бурей, и едва Дмитрий активировал кристалл силы — заработал механизм маяка, рассеивая сконцентрированным лучом скопившуюся в эпицентре просачивающуюся сюда энергию чужого мира. Работал древний механизм, скрежетали друг о друга бронзовые шестерни гигантского редуктора, изумрудный луч описывал круги над его головой, а он с упорством метал огненные шары в сторону скалистого островка. Огненные шары быстро летели над водами бухты, с шумом похожим на жужжание большого шмеля. Вода, словно свинцовая пленка чуть колыхалась внизу отражая огни его файеров, но сегодня ни одна русалка не вынырнула из глубины. Все водные твари исчезли — возможно, они ушли дальше в море после убийства Димкой их повелителя тритона. Через полчаса беспрерывного генерирования огненных шаров и метания их вдаль, он был мокрый от пота и заметно устал. Спустился к песочной полоске и скинув футболку обмыл торс. Приняв водные процедуры, снова поднялся в комнату смотрителя, где находился кристалл силы и печать алтаря используемая им как главная сигула связанных в единую паутину переходов. Вытерся припасенным полотенцем и, чтобы обсохнуть поскорее вышел на узкий, круговой балкончик. Только сейчас заметил вдали, километрах в семи или даже дальше, левее бухты, какое-то одинокое строение. Активировал навык острого зрения и приглядевшись понял, что это одинокая каменная башня. Время поджимало и исследовать эту башню решил в другой раз. Активировал печать перехода, отсчитал положенные секунды временного сдвига, щедро влив в установившийся канал энергии почерпнутой из кристалла и провалился в другой мир. В комнате, где находился переход было светло от льющегося с улицы зимнего света — землю, кусты и деревья покрывал слой ослепительно белого снега. Как оказалось, тут снег лег уже полтора месяца назад, Димка попросту не заметил его в прошлые разы переходя к Матвеичу уже в сумерках или затемно. Косты еще не было, но бывший лесник вчера ходил на лыжах до Ярцево и говорил с племянником по телефону. — Да все нормально у них, товар собирают. — поведал ему Матвеич, — Игорь ваше предложение работать принял, решил с Костой сюда ехать. Ждут когда зимник накатают, да и газовщики, через неделю, технику в наши края погонят, так они с ними поедут — и надежнее, и безопаснее выйдет. А еще, твой друг просил тебе передать, если тут появишься: «С знакомцами Карате из Томска созвонился, порешали, возможно будут работать по запчастям. Динамо-машину на твою заставу нашел, повезло, привезем с товаром. По стволам пока глухо, но пару цинков привезу и пороху, как ты просил, немного. Серебро тоже, уже взял.» Последнее сообщение, дедок прочитал, надев старенькие роговые очки, с клочка серой оберточной бумаги. «Ему промышленную динамо-машину удалось достать? Что сказать — красавец, Коста! Возможно, моя задумка не только провести электричество в свою башню на заставе, но и электрифицировать весь холм Рохны, не такая уж фантастическая идея. Молоток, андроид, справился с поручением! Порох для пушек очень нужен и чистое серебро для трансмутации его в магическое для чеканки разменной мелочи.» — Ладно, отец, тогда через семь дней у тебя как штык буду! — пообещал Матвеичу Дмитрий. * * * София вошла в комнату с ведьмачьим алтарем — искусно украшенным резьбой, небольшим старинным столиком выполненным в виде зеркального трильяжа, в центре которого стоял на костяной подставке кроваво-рубиновый магический шар. Прошептав формулу вызова родового демона, она чиркнула по ладони ножом и окропила алтарь кровью. И спустя минуту или даже меньше, ощутила как за плечом завозилась и зашуршала тень инфернальной сущности. Пришло время отомстить за смерть возлюбленного. Она узнана, что за вооруженными людьми в сером камуфляже стоит фирма «Восток» в которой четыре учредителя. Начать она решила с одного из них — того, кто жил в Ягодном — директора находившегося неподалеку модного кафе. Видимо, бывшего спортсмена — крепкого, высокого и широкоплечего парня. Она уже видела его прежде и теперь, знала его машину — серый угловатый японский внедорожник. София пошла к кафе и осмотрела стоянку перед входом, но серого джипа директора на ней не было. Она даже заглянула внутрь и поинтересовалась про директора заведения у невысокого рыжебородого парня одетого в черные брюки и черный жилет с бейджиком администратора на груди. Как оказалось, один из тех кто был, хоть и косвенно, но виновен в смерти Эдуарда и приговорен ей к смерти, уехал в Асино и, скорее всего, вернется только завтра. Нет, она все равно убьет всех четверых, принеся кровавую жертву четырем темным князьям запределья в память о своем возлюбленном. — Ничего, завтра я покажу тебе человека, чье сердце сможешь вырвать и сожрать. А пока иди. — кинула не оборачиваясь ведьма и существо, похожее на большую, унылую и облезлую обезьяну, покорно удалилось. София знала, что теперь эта неказистая, но сильная тварь будет где-то неподалеку, следуя за хозяйкой словно собачка на поводке и достаточно одного слова, чтобы демон материализовался рядом. С убийством первого из учредителей проблем быть не должно, но сейчас ее волновало другое — почему Александр, что явно был влюблен в нее и обещал приезжать к ней, если не каждый день, то через день точно, не появлялся уже третий день. Энергия в ее амулете опустела на треть и это волновало ведьму. Что-то случилось с ее новым «донором» или Александру помогли избавиться от наложенных любовных чар, например, кто-то из появившихся здесь новых магов? Утром следующего дня погода стояла хоть прохладная, но сухая и даже время от времени солнце пробивало серую зимнюю дымку. Ближе к обеду, София решила выйти и прогуляться. Серого внедорожника директора кафе, все еще не было на стоянке, но внезапно, она увидела знакомую белую машину, на которой Александра уже несколько раз привозили к ней на свидание. Белая машина стояла возле обочины. За рулем был все тот же паренек водитель и больше в салоне никого не было. Открыв дверь, он судорожно, трясущимися руками прикурил сигарету и выкурил ее в три затяжки. Выкинул окурок, захлопнув дверь и видимо намереваясь уехать, но ведьма уже приняла решение — она подбежала к чем-то встревоженному водителю и когда тот дернулся чтобы уехать, быстро наложила чары, зачерпнув из скарабея достаточно энергии для заклинания полного подчинения. — Отвези меня к Александру в Латат! — сев в салон и не терпящим возражения голосом приказала она очарованному парню, который вцепившись в руль теперь молча глядел перед собой. До небольшой деревушки, где обосновался Александр было совсем недалеко, спустя четверть часа София вышла из машины хлопнув дверью и приказав водителю ждать ее здесь. Она направилась к знакомому дому, возле ворот которого стоял синий внедорожник, но внезапно почувствовала, неподалеку какое-то движение. Она остановилась посреди дороги разглядывая фигуру находившуюся уже за границей серых земель. В первый свой приезд она удивилась и спросила Александра, почему тот живет в доме стоявшем всего в полусотне метров от границы Радиуса, но тот объяснил, что для тренировки и увеличения внутреннего хранилища магической энергии по нескольку раз в день ходит в зону межмирья. Поэтому, София не удивилась увидев своего нового «донора» стоявшим за границей Радиуса, удивило ее другое — Саша звал ее призывно махая рукой. «Иди, иди сюда, я покажу тебе, что тут спрятано!» — прозвучало в ее голове. «Александр хочет, что-то показать мне?» — немного удивилась ведьма. Но рассудив, что попавший под ее чары Алекс вряд-ли задумал дурное, она удивленная таким его поведением, все же пошла к нему. Перейдя границу Радиуса, каблуки ее дорогих туфель захрустели по сухой антрацитовой крошке. Она сделала с десяток шагов, но замедлила шаг, так как ей все больше не нравилось выражение лица ее любовника и донора. Губы его с ее приближением все больше растягивались в широкой и жуткой улыбке обнажая треугольные акульи зубы. Взгляд упал на руку Александра и она увидела крупные когти которым бы позавидовала матерая рысь. София остановилась все более удивляясь и даже пугаясь произошедшей с ним метаморфозе. Но, когда Алекс рванул ей навстречу, она развернулась и в испуге бросилась бежать к границе Радиуса. Он налетел на нее догнав когда до границы оставалось всего несколько шагов. Туфли слетели с ее ног, развернувшись она с силой ударила монстра в грудь вкладывая в свой удар и энергию зачерпнутую из амулета. Алекс покачнулся получив магический удар, но не упал, а напротив, уже через мгновение он качнулся вперед разрывая когтями платье на груди своей новой жертвы. София вскрикнула, но вновь ударила магией и разрывая ткань рванулась из его когтей. Она буквально вывалилась из серых земель пересекая невидимую границу. Перекатилась, вскочив на коленки и загребая руками дорожную грязь рванула прочь, каждое мгновение ожидая сзади нового нападения. Но монстр, в которого превратился Александр остался с той стороны, не смея пересечь границу. Поняв, что избежала смерти София засмеялась и слезы облегчения покатились по ее щекам. «Спаслась! Я спаслась!» — билась в голове единственная мысль. Еще не веря этому, она встала на трясущиеся ноги и сделав несколько шагов села на какое-то бревно привалившись спиной к дощатому забору. Она дышала и холодный зимний воздух пьянил ее вливаясь внутрь с жаждой жизни и наслаждением своей небольшой победы. Словно поймав ее настроение, сквозь зимние сизые облака, выглянуло солнце. Она зажмурилась от солнечных лучей и улыбалась радуясь своему спасению, но чья-то тень на миг перекрыла ей солнечные лучи. Приоткрыв глаза она уловила сбоку движение, подумав вначале, что это привезший ее сюда водитель вышел из машины и подошел к ней. Но это был не водитель, слева от нее стоял родовой демон похожий на плешивую обезьяну с грустными глазами. — Чего тебе? — раздраженно спросила его ведьма, — Я же сказала, что завтра покажу тебе человека которого ты убьешь! Но унылый демон не ответил, а лишь растянул губы в хищной, но довольной улыбке. И что-то в этой улыбке было схоже с улыбкой монстра, что чуть не убил ее за границей Радиуса. — Ну что… — начала говорить ведьма, желая высказать свое недовольство бестолковой твари, но демон приложил свой корявый и когтистый палец к ее губам, как бы призывая к молчанию. — Ах ты, тварь! — скорее не испуганно, а удивленно воскликнула женщина отпрянув. Рука ведьмы метнулась к Скарабею, в кристалле которого была заключена не только магическая сила, но и власть над этим демоном, но рука мазнула по груди не найдя амулета на привычном месте, нащупывая лишь разорванный когтями ворот платья. Стоящий рядом демон улыбнулся еще шире и в его грустных глазах заплясали долгожданные искорки торжества, а София с ужасом посмотрела на свои руки, которые с потерей амулета превращались из рук очень привлекательной женщины, выглядевшей максимум на тридцать пять, в руки дряхлой старухи. «Нет! Этого не может быть, я еще так молода по меркам потомственной ведьмы. Я просто не могу… я не готова, сейчас состариться!» Обида и испуг нахлынули на нее, она мелко затрясла головой еще не веря в происходящее и стараясь прогнать это страшное наваждение. — К-как это? — выдавила она удивленно глянув на несуразную и в ее глазах, жалкую тварь и по ее, уже покрывшейся паутинкой морщинок, щеке сбежала одинокая слеза. Демон, продолжая разглядывать ее своими грустными, водянистыми глазами, чуть пожал плечами, как бы отвечая на вопрос, а потом когтями нанес удар своей недавней хозяйке, с треском и хрустом пробив плоть и вырвав из груди, еще живое сердце принялся с наслаждением пожирать его. Другая же тварь упустив свою жертву и сейчас наблюдая как человеческое сердце поедает кто-то другой, швырнула на землю золотой амулет и несколько раз приложила по нему каблуком берца, пока золотая оправа не погнулась, а крупный зеленоватый кристалл не помутнел и не пошел трещинками. ---------- Глава 22 Глава 22 То, что что-то неладно, Челентано заподозрил ближе к обеду. Вчера он отдыхал, а в Латате дежурили Кабан с Рябым. А еще, вчера маг за которым парни присматривали, должен был перевести на ту сторону Седого. Челентано спросил у шефа, когда тот сообщил о своем отбытии, нужна ли помощь, но тот только отмахнулся — ну да, там же помимо Кабана и Рябого еще и Раф будет. Сегодня они должны были остаться в Латате вместе с Кабаном, а Рябой отдыхать, но до этого, утром, тот должен был доехать до дома Челентано и передать машину. Конечно, сидеть в заброшенном поселке по двое суток кряду приглядывая за каким-то доходягой удовольствия мало, но в то же время дело было денежным. Только за неделю каждый из них заработал по двести бакинских, по сотке с каждой группы переведенных магом через границу Радиуса во внешний мир. Но зря Саша ждал Рябого в нетерпении меряя коридор и кухню шагами. До самого обеда, он выглядывал в окошко выходившее на дорогу, но белая волга так и не появилась. Одолеваемый, еще только предчувствием, чего-то нехорошего, Челентано собрался и сунув в небольшую мужскую сумочку переделанный на стрельбу дробью револьвер, пошел к офису Седого. Хотя сейчас, правильнее было сказать — к офису Татарина, который в полной мере делегировал полномочия отбывшего во внешний мир шефа. Челентано знал, что позавчера в офисе было совещание, но ни Кабана, ни его на совет старших не пригласили. Было только трое — сам Седой, Рафаил и снова приехавший из деревни со своими бородачами Ботаник. С утра с неба валил мокрый снег, хотя температура была градуса два-три тепла. Снег упавший на траву и ветки деревьев таять не торопился, а вот на дороге было сплошное хлюпающее месиво и Челентано выругался, когда проехавший мимо грузовик обдал его мелкой серой кашицей. Отряхнув черные джинсы и потопав ботинками стряхивая налипшую снежную кашу, Челентано оглядел крыльцо бывшей поселковой аптеки, где сейчас располагался офис их группировки, но ни белой Волги, ни даже синего Гранд Чероки Седого возле входа не было. Чувство тревоги нарастало и скручивалось в груди тугой пружиной. Челентано, даже подумал — не повязали ли всех мусора в связи с ограблением оружейного магазина? Шутка ли — мало того, что товар унесли, так и у двух милиционеров пистолеты табельные забрали. Может, они в офисе сейчас засаду устроили? Дверь в офис была не заперта и Саня тихонько потянув за ручку с десяток секунд вглядывался в появившуюся щель стараясь хоть что-то разглядеть в полумраке, но чуть не подпрыгнул от зычного голоса. — Ну ты чего, как не родной? Саня, ты, или заходи, или дверь закрой, не май месяц, в натуре сквозит! — Блин, Семен, напугал! — выдохнул Челентано чуть не схватившись за сердце, но дверь открыл и переступил порог офиса, — Как, в целом тут дела? Раф вернулся вчера? Семен Каланда бывший прапорщик, прослужил лет семь по контракту и вроде, даже где-то повоевать успел. Он прибыл в Радиус с одним из первых этапов, еще пять лет назад. Но распространяться, ни о своем прошлом, ни о совершенном преступлении за которое его сюда этапировали, не любил. Немного туповатый детина двухметрового роста с кулаками — кувалдами, идеально подходил на роль охранника офиса и телохранителя Седого, когда Рафа не было рядом. Палыч не только добился снятия с Семы судимости и возможности проживать в Ягодном, но и выправил ему как охраннику легальное оружие — помимо Макара в кобуре на поясе, в ящике стола лежал заряженный картечью двуствольный обрез. — Неа, — мотнул бычьей головой Семен, — не вернулся никто. Ну шеф-то понятно, — многозначительно подмигнул он Челентано, как бы намекая на их общий секрет, — а вот куда Раф запропастился — ума не приложу! — И Кабан не заезжал? — Да говорю же — со вчерашнего утра никого не было! — развел Семен руками. — Бля-я! — протянул Челентано и насторожившийся Семен подался вперед и почти шепотом спросил. — Случилось чего? — Да откуда я знаю? — сначала вскинулся парень, но потом выдохнул и сознался, — Думаю, случилось, раз второй день в офисе никто не показывался. — Думаешь? А что, могло случиться? — проникся тревогой Семен. — Да не знаю я! — снова дернулся Саня и подумав кивнул, — В общем так, ты пока здесь, закрывайся и никого кроме меня, Рафа и Кабана в офис не пускай. Попробую все выяснить. Ты понял, Семен — закрываешься и никого не пускаешь! Бывший прапорщик подозрительно сузив глаза сделав небольшую паузу, все же кивнул соглашаясь с доводами Челентано. С одной стороны, ему не нравилось, что теперь им начинает командовать какой-то сопляк, как минимум, на десяток лет младше, а с другой — он и сам понимал, что скорее всего, что-то могло случится с Рафаилом, которого Палыч назначил своим преемником и нужно не просиживать штаны в офисе, а что-то делать. Но куда бежать и что делать, он не знал и сказать откровенно, ему было влом покидать теплое помещение офиса и он состроив озабоченную мину покачал головой соглашаясь с доводами Челентано. — Если Рябой подъедет, то за шкирняк его и пусть тут сидит, меня дожидается! — напоследок крикнул Саня охраннику и махнув рукой побежал к таксующему на красном москвиче дедку, что стоял на противоположной стороне улицы. Вначале, Саша хотел сразу поехать в Латат, к дому где жил колдун и дежурили пацаны, но подумав переиграл план своих действий, сказал отвести его на окраину поселка, где в деревянном двухэтажном бараке жил Рябой. Не прогадал — белая Волжанка стояла во дворе двухподъездного деревянного барака, а когда он вышел из машины, то на кухне второго этажа, там где жил Рябой, колыхнулась занавеска и мелькнула его чернявая голова. Не успел постучать в оббитую коричневым дерматином дверь, как она открылась на величину накинутой цепочки и показавшаяся в проеме бабка Рябого сунула ему ключи от машины. — Нет его, но сказал машину забирайте! — А где он? — не веря ей, но на автомате поинтересовался Саня и тут же крикнул в приоткрытую дверь, — Игорь, не дури, сейчас не выйдешь, то считай со всеми деньгами бреешься. Долю твою, мы на всех раскидаем. — Да что же ты орешь, как оглашенный! — попыталась достать его через щель кухонным полотенцем баба Катя, но Челентано добился своего сразу надавив на жадность Рябого. Из кухни воровато выглянул Игорь и уставился на своего приятеля. — А-а, сами разбирайтесь, ироды! — махнула рукой баба Катя и кряхтя проковыляла в глубь квартиры. — Ты чего прячешься, придурок? — зло выдохнул Челентано, когда Рябой откинул цепочку и распахнул дверь, — Я же тебя с самого утра жду, потом в офис потопал, а теперь на огурце к тебе метнулся! Ну, что молчишь, рассказывай! Но Рябой приложил палец к губам призывая Челентано не шуметь в подъезде. Еще шире распахнул дверь, но в квартиру, где пахло кислой капустой и пережаренным салом, не пригласил, а накинув куртку и сунув ноги в растоптанные кроссы, вышел на площадку сам. — Пойдем, в машине поговорим. — предложил Рябой. Челентано выйдя из подъезда двухэтажки быстро стрельнул глазами по сторонам и пока Рябой не видел, на всякий случай переложил ствол из сумочки в карман куртки. Сначала пройдя к Москвичу, он отпустил ожидавшего его дедка, а потом залез в машину к Рябому. Но прежде чем начать рассказ, Игорь трясущимися руками прикурил сигарету и в несколько затяжек выкурил ее, уже через полминуты выбросив в окно куцый окурок. — Да не тяни ты, — чуть прикрикнул на приятеля Челентано, — рассказывай! Рассказ Рябого впечатлил и Сашу. «Выходит, этот гребаный маг, прикидывающийся безобидным доходягой, обратившись в какое-то чудовище убил не только шефа, но Рафа и Кабана? И что теперь делать? — билась в его голове одна мысль, — Ясно одно, протелимся еще день-другой, так и офис, и все наследие Седого постарается забрать Ботаник. А оставшееся, растащат люди Афганца или молодые спортсмены Гаврилова. Нет, нужно действовать самим на опережение, а не ждать с моря погоды! Афганец на голову отбитый отморозок, хоть и лет уже под сраку, а вот с Гавриловым можно встретиться и даже временный союз заключить. А вообще, в наших сейчас интересах как можно дольше скрывать смерть Седого и Рафа. А может, вовсе сказать, что оба ушли? — подумал Челентено, но возразил сам себе, — Не, еще и Кабан пропал, не прокатит, максимум день-другой выгадаем и к переделу пирога подготовиться успеем.» — Ты точно, своими глазами, все это видел? — еще раз переспросил Челентано приятеля. — Видел! — кивнул Рябой, — Видел как Татарин на него кинулся, а тот ему камнем башку разбил. А потом с магом, что-то происходить стало, вроде как в оборотня перерождаться стал — ну там, когти и морда хищная с клыками. Кабан туда рванул, но пистолет не стрелял и маг его с ног сбил и начал прям клыками рвать. — А ты? — посмотрел на Рябого Челентано, — Просто, стоял и смотрел на это все? — А чего я? — вскинулся Рябой, — У него слюна из пасти бежит, глаза горят — страшно до жути, а я вообще без оружия! Да и не стреляет оно там, как я понял. — Свалил, что ли сразу? — Свалил. — кивнул нехотя Рябой, но потом помедлив продолжил, — Но потом фигня какая-то случилась. Помню — в Ягодное прилетел, тормознул воды хлебнуть и сигу выкурить, еще подумал — к тебе ехать или до офиса, а тут баба эта, ну маговская шмара. И все — дальше провал! — В смысле, провал? — не понял его Челентано. — Да в прямом. Не помню ничего, только очнулся снова в Латате, в ста метрах от границы. Понимаешь? — Не совсем. — признался Челентано. — Очнулся, как ото сна, смотрю — маг-чудовище возле границы стоит, а бабу эту, ну Софию, другое чудище рвет! Но не в серой зоне, а прямо у ворот дома, где мы дежурили! — Реально? — не совсем доверяя рассказам напуганного приятеля переспросил Челентано и чуть покрутил растопыренными пальцами возле головы, — Может, Игорь, у тебя на нервной почве, какое помутнение в мозгах было? — Да иди ты! Ага, мля, приснилось мне все! Я по газам и в Ягодное снова. Прилетел домой, пузырь водки в одно рыло засосал, а эффекта ноль! Колотит всего от нервов, ночь не спал. — Ну, придурок! — со вздохом прикрыл ладонью глаза Челентано. — Да иди ты, в жопу! — снова вскинулся Рябой, — Сам бы такое увидел, тоже бы обосрался! — Ты придурок, что ко мне сразу не приехал! — укорил его Саша, — Если тебя из бригады попрут, чем заниматься будешь? На рынок в охранники пойдешь, если возьмут конечно, или грузчиком в магазин? — Чего это, меня из бригады турнут? — надулся Рябой. — А где теперь наша бригада, и главное — кто в ней? — криво усмехнувшись задал вопрос Челентано, — Завтра офис шефа Ботаник заберет, а точки с которых бабло получаем, Афганец с Гавриловым поделят! Не сидеть, на жопе ровно надо, а что-то думать, пока про смерть шефа и пацанов все в Ягодном не знают! — А что, думать-то? — совсем приуныв спросил Рябой, — И, что делать предлагаешь? — Ты деньги, как и раньше, получать хочешь? Тогда поехали! — Куда? — настороженно и с испугом спросил Рябой и замотал головой, — Если в Латат, то не поеду! Хоть убей, но туда не поеду! — Да хрен с тобой, золотая рыбка! — махнул рукой Саня видя состояние товарища, — Поехали пока к Колюжным, братьев заберем, главное, чтобы дома были. Но сначала, в офис заскочим. — А, вот еще, — припомнил Игорь, — я когда по газам дал, то чуть на серый Патроль не налетел. Ну тот, в котором директор клуба Отдых катается. — Михаил который, он то там каким боком? — Ну вроде, он. — дернул плечом Рябой, — Только он не один. В его машине несколько человек и за ним Крузак в нем тоже народ и вроде еще машина. — Вот как? Асинские всей бригадой в Латат пожаловали? — потер в задумчивости Саша подбородок, — Не просто же так, значит нужно там что-то? Может, тоже по поводу мага-оборотня этого приехали? — Да не знаю я! — дернулся Рябой, — Я по газам дал и до поселка не оборачиваясь! Ну реально, трясло всего! — Вот и сохранили в тайне смерть шефа и пацанов! — недовольно покривился Челентано, — Ладно, все одно — шевелиться сейчас надо, а не сидеть! * * * В Латат решили устроить общий выезд. Мишаня поехал на своем Патроле с охранником и двумя магами, желающими поискать новые растения на границе Радиуса. Карате решил сам ехать на своем Крузаке мотивируя это тем, что вообще редко выезжает покататься. К нему, помимо Ковалева сел Лотар и Башкатов, Саню Черепанова они оставили в офисе. Хотя, он и не рвался ехать, жена-то тоже в офисе бухгалтерией занимается, не бросать же ее одну с охраной на целый день. Да и насущными вопросами, кто-то должен заниматься. Но Дмитрий, на всякий случай, взял с собой еще Уаз и пятерых новых ребят из Скифа, скорее не для охраны, а с целью показать тем Латат, границу Радиуса и серые земли, которые они до этого не видели. Получился целый караван из трех машин. — Че за нах! — выругался Карате, когда ехавший на Патруле Мишаня резко остановился и Фирсов едва успел среагировать ударив по тормозам. Но через секунду мимо пронеслась белая Волга в которой сидел черноволосый парень. — С дуба рухнул, идиот? Чуть аварию не устроил! — зло глянул на проскочившую на скорости машину Коля в зеркало заднего вида. — А ты говорил, что Латат совсем забросили. — хмыкнул Дмитрий, так же оглядываясь и провожая взглядом удаляющуюся белую Волгу. — Оп-па, смотри, Диман! — ткнул пальцем Карате в стоявший возле ворот дома, когда-то принадлежавшего Косте, синий внедорожник, — Зачетная машинка и если не ошибаюсь, на этом Черокезе Седой с Татарином ездят. — Интересно, что они тут делают? — хмыкнул Ковалев разглядывая почти новый внедорожник. Хлопнула дверь передней машины и к ним подошел Мишаня. — Видели урода? Подрезал меня, прям перед мордой вылетел, за такое и предъявить можно! — кивнул он вслед уехавшей машине, — А ведь, это машинка Кабана, только не он за рулем, кто-то из его пацанов. И Черокез синий Седого тут стоит. Странно все это, что они тут забыли? Но странности на оставленной возле ворот машине не окончились. Когда они вышли из машин и подошли к воротам бывшего дома Косты, Димка увидел лежащее возле забора тело. Очень старая женщина, у которой была набок свернута шея и разорвана грудная клетка. — Чего это? — удивленно спросил разглядывая ее Башкатов, — Кто это ее так? — Некоторые демоны или сущности запределья вырывают у своих жертв сердца. — сказал подошедший старик травник. — Зачем? — удивленно спросил Башкатов. — Блин, для коллекции! — хмыкнул Фирсов, — Башка, че как маленький, куда демон сердце денет если из груди вырвет? Ясен пень, сожрет конечно! Все непроизвольно начали озираться по сторонам, поудобнее перехватывая оружие. — А одежка-то у нее не из дешевых, да еще на каблуках. — протянул Башкатов задумчиво, — Странно это, бабке не меньше восьми десятков, ну по внешности судя, а она в плаще модном и на каблуках. — Может, прикопаем старушку за огородами? — предложил Коля. Дмитрий не поддержал эту идею, сказав, что возможно этим убийством заинтересуется милиция и администрация Ягодного, поселок-то всего в семи километрах отсюда. Никакого демона поблизости не было, а во дворе этого дома стояла видавшие виды иномарка, а в соседнем дворе старенький Москвичок. Убитую женщину, пока убрали в сарай соседнего дома. Вот только людей ни там, ни тут — не было. Проверили дом — в нем никого, хотя обжит — диван и кровати застелены постельным бельем, кое-какие вещи висели на стульях, да и печь, скорее всего, протоплена этим утром. На печи стоял большой алюминиевый чайник и сковорода с остатками яичницы. Да и на столе следы жизнедеятельности — в пластиковой вазочке лежал хлеб, стояла вскрытая коробка с сахаром рафинадом и уполовиненная пачка черного чая. — Ну и где, ваш Седой? Может, они тоже сюда приехали, чтобы в серую зону сходить? — предположил Димка, — Знать бы еще, зачем им это? Хотя, Дмитрий уже не раз слышал, что после того как Айвар взорвал алтарь в эпицентре и обитатели Радиуса пережили несколько сильных магических бурь, участились случаи самопроизвольной инициации, когда у людей сами собой начинали проявляться те или иные магические способности. «Может, и этот Седой, став магом решил перейти границу и исследовать серые земли межмирья? Ладно, сейчас сами туда сходим, разберемся.» — решил Ковалев. Разделились на три группы. Логунов, его учитель и два автоматчика для охраны пошли осматривать границу и искать редкие растения. Лотара Димка тоже отправил с травником и зельеваром. Хотя, Димка их отговаривал — сегодня с утра сыпало, траву и кусты припорошило мокрым снегом, который идти перестал, но не везде еще растаял. Вторая группа — Башка и еще трое скифовцев, на всякий случай останутся в доме, ждать Седого и его братков. Дмитрий с двумя друзьями решил перейти границу Радиуса, ведь ни он, ни кто-то из друзей еще не бывали в серой зоне после исчезновения невидимого купола. — Смотрите, — показал Дмитрий на широкую полоску земли, на которой, не смотря на зиму проклевывалась редкая растительность и уже тонким слоем белел свежий снежок, — заметили, что Радиус расширяется? Раньше, вот тут граница была, а теперь, метров на шесть сдвинулась. И это, за месяц! — Выходит, братцы, что теперь мы не в жопе мира живем, а в самом его центре? — засмеялся Карате. — Выходит так. — согласился Димка, — Причем, в центре нового мира, который только формируется. Увидев, что Мишаня вынимает из кобуры пистолет, Дмитрий покачал головой. — А вот это, можешь убрать, в серых землях оружие не срабатывает, — вспомнил он слова мага из кристалла снимая из-за спины ножны с большим мечом, — только на клинки и топоры надежда. — Вот же, блин! — выдохнул Карате, — Ведь хотел будучи в землях вардов к небольшому мечу прицениться. Ладно, попробуем ножичком обойтись. — сказал Коля похлопав себя по ножнам с крупным боевым ножом. Мишаня же просто сунул пистолет обратно в кобуру и махнул рукой. Уже с первых шагов Димка почувствовал себя как в прошлый раз, когда очнулся замерзший в заметенном овраге и пытался на своих двоих вернуться в Радиус. Вот только сейчас, его внутреннее хранилище было заполнено магической энергией и он мог свободно дышать и идти вперед, ощущая лишь некоторый дискомфорт. А вот его друзьям шаги в серой зоне межмирья давались не в пример тяжелее, но если Карате сопел и шел вперед, то Мишаня уже через полста шагов стал утирать со лба выступившую от напряжения испарину и пошатываться. — Чего это там? — показал Карате вперед. Димка уже несколько минут назад заметил лежащее возле дороги тело, вернее то, что осталось от него. Он обернулся к Михаилу и предложил: — Миша, давай без геройства, возвращайся и жди нас возле границы. Я маг, Коля тоже инициированный и тоже имеет небольшой запас энергии в организме, а для тебя поход в серую зону, как в жерло раскаленного вулкана прыгнуть. Михаил спорить не стал и кивнув пошел назад с трудом переставляя ноги, Димка даже остановился и подождал несколько минут пока его друг пересечет границу, чтобы в случае чего успеть оказать помощь, но Миха справился. — Ты как? — спросил он у Карате, — Может, тоже вернешься? — Ну, так-то да — тяжеловасто тут бродить, но до убитого дойду гляну, не расклеюсь. — покачал головой Фирсов. Тело было частично разорвано и даже лицо обгрызено, так что если бы Димка даже знал убитого, то сейчас вряд ли бы узнал. Он вынул из руки трупа пистолет и сунул себе в карман. Огляделся — убитый тут был не один, чуть дальше, у развалин дома лежал еще один труп, а когда подошли к нему Димка увидел еще и третьего мертвеца скрючившегося у стены. Дошли до второго убитого череп которого был разбит, скорее всего валявшимся тут же крупным камнем. — Фью-ю! — присвистнун Николай, — А этого я знаю. Это Раф, правая рука Седого. Только скукоженный какой-то, будто в мумию превращается. — Возможно, это межмирье, даже из трупа вытягивает все оставшиеся жизненные соки. — предположил Димка, — Коля, ты тут постой или обратно иди, а я до того, что у стены дойду. Дмитрий дошел до трупа лежащего в развалинах и увидел рядом с ним лежавший на земле объемный рюкзак и коричневый кожаный саквояж. Прихватив поклажу он еще и ухватил тело за ворот куртки и протащил два десятка шагов до ожидавшего его возле дороги Карате. — Это же Седой! — выдохнул тот увидев белый клок волос на темной шевелюре, — Мля, да кто это их так? Какого хрена, они вообще сюда поперлись? Димка раскрыл рюкзак и покопался внутри, но откинул его не найдя ничего стоящего — только вещи. Потом, он щелкнул застежкой и заглянул в саквояж, и не сдержавшись тоже присвистнул. — Хрена се! Вот это, не хилый капиталец! — показал он Николаю десятки пачек ста, пятидесяти и двадцати долларовых банкнот, — Слушай, а не повелся ли ваш Седой на байку, что из Радиуса выйти можно? Слишком уж много американских денег у него с собой, просто так, с таким валютным запасом, на прогулку не ходят. Да и рюкзак с вещами. — Если повелся, то почему тот кто сюда его заманил, деньги не забрал? — пожал плечами Карате, — Найти того парня на белой Волжанке, да расспросить, чего он как ошпаренный отсюда стартанул? В это время, из-за дальнего полуразвалившегося дома вышел худощавый человек или то, что когда-то было человеком. Он горбился и его удлинившиеся руки своими когтями почти касались черной сухой земли, а из его полуоткрытого рта с крупными и острыми зубами, тонкой тягучей струйкой на землю текла слюна. — Коля, давай за меня и прошу — не высовывайся! — тут же скомандовал Димка обнажая Фирнивар и откидывая в сторону кожаные ножны. Карате чуть отступил, но сделав пару шагов в сторону подобрал валявшийся топорик с длинной рукоятью. Послышались голоса и Димка стараясь не отводить взгляда от стоявшей в четырех десятках метров твари, увидел как от границы Радиуса к ним приближается Лотар с мечом в руке и Мишаня держащий в руках штыковую лопату. Тварь замерла и в ее глазах промелькнула искра разума, она словно раздумывала стоит ли бросаться в драку и сможет ли она разом одолеть столько вооруженных людей. Наконец, приняв решение, тварь рыкнула и быстро скрылась за развалинами одного из домов. — Что это было? — утирая выступивший пот прохрипел Коля, — Надеюсь, эта страхолюдина границу пересекать не может? А с другой стороны, кто тогда ту старуху убил? — Видно, это та тварь, что разорвала и почти сожрала первого убитого. Давайте все назад! — замахал Ковалев приближающимся товарищам, — Уходим все! Димка подобрал ножны, повесил меч за спину, подхватив саквояж с валютой и пошел к границе, время от времени оглядываясь и опасаясь нового нападения демонической сущности. «С моим запасом маны и алхимическим амулетом, я без всякого для себя ущерба смогу пробыть в серых землях долго, может час, а может и все два. Попробовать выманить тварь на живца, то есть на себя любимого?» Оставшиеся в доме под руководством Башкатова бойцы, протопили печь отварили картошки, вскипятили чайник и заварили свежий чай. К разваренной картошке вскрыли несколько банок рыбных и овощных консервов. Димка налил себе в кружку свежезаваренного чая покрепче и пока размешивал сахар обдумывал пришедшую в голову мысль. — Я тут на ночь останусь, хочу ночью в серые земли наведаться. Но никого с собой брать не буду, просто завтра за мной заедете. — Ага, придумаешь тоже, отпустим мы тебя одного! — хмыкнул Коля, — Завязывай, Димыч! Но Дмитрий покачал головой. — Это не обсуждается — туда я иду один! Тварь не настолько сильна, раз испугалась нескольких человек, а на одного меня, возможно клюнет. — Димыч, ты в натуре, не шутишь сейчас? — спросил его в нависшей тишине Миха. — Я более, чем серьезен. Поймите, я намного сильнее вас как маг и хорошо владею мечом, чтобы убить такую тварь. — Я, пожалуй, тоже останусь. — усмехнулся Николай и подмигнул Башкатову, — Леха, ты как? Ну, а чего, у меня в машине карты есть, тысчонку распишем, молодость вспомним, да поболтаем. Когда еще такой случай подвернется? Димка, ты, я, да Миха. — Тогда, мы все останемся! — сказал Логунов, но Дмитрий вновь покачал головой. — Сергеич, ну вам тут, что ночью делать? Все езжайте, мы с Карате тут переночуем, а завтра вернемся. — Ну тогда действительно, вчетвером тут останемся, в картишки перекинемся, да за жизнь потрещим. — ответил ему Михаил, а Башкатов только кивнул соглашаясь с товарищами. ---------- Глава 23 Глава 23 Но с отбытием основной части участников их экспедиции в приграничье, вышло не все так гладко — Лотар ни в какую не соглашался бросать своего господина, мотивируя тем, что оруженосец не может бросать рыцаря в опасности. И сколько Димка не строжился, парень твердо стоял на своем. Глядя на Лотара и Славка, молодой охранник Михаила заявил, что тоже останется. В конце концов Ковалев махнул рукой. — Хрен с вами, оставайтесь, но из дома ночью ни ногой! И вообще, сейчас поедете всех до Асино проводите… — Димка вскинул руку призывая к молчанию собравшимся возражать ему охранникам, — проводите, я сказал! Тут ехать-то, полчаса туда и полчаса обратно. А потом, вернетесь. До темна, чтобы успели, ясно? — Славка с Лотаром, пусть остаются, а я с Лехой слетаю, проконтролирую. — сказал Карате и пояснил обращаясь больше к Димке, — Если братва из Ягодного пожалует, то светить саквояж Седого, нам не надо — не было ничего и точка! — Ну да, раз не уследили за общаком, то сами виноваты! — поддержал друга и Михаил, — Только, Коля, вы там не задерживайтесь. — Ленину в отдел звякни, про старушку убитую и про обнаруженные в межмирье трупы скажи. Если заинтересуется, то пусть пришлет труповозку и кого из своих. «Ну да, даже если про деньги не знают, что конечно маловероятно, то за машиной Седого, его братки точно приедут! И глупо возвращать бандитам такие деньги, мало ли как жизнь повернется — может, завтра мы с ними воевать будем, наезжал же Кабан на клуб? Даже по самым приблизительным подсчетам, там бабла — больше сотни тонн зеленых. Просто неимоверная сумма, для этого времени. Поэтому, саквояжу этому в нашем сейфе самое место будет, там его попробуй достань!» — подумал Дмитрий соглашаясь с доводами друзей. — Да уж понятно, — хмыкнул здоровяк, — одна нога там будет, другая уже здесь. На всякий случай, вам еще один калаш оставлю. Еще и телефонный аппарат захвачу, думаю связь будет, провода-то на месте. Все тогда, погнали, раз решили, то нечего сиськи мять! — обратился он уже ко всем и первым выбежал из избы к своему Крузеру, Через пять минут, посадив в машину Башкатова и травников и не дожидаясь зеленой буханки, куда грузились все остальные, рванул с места в карьер. «Блин, точно, молодец Коля! — подумал Димка, — А я тупень, совсем забыл, что у Косты телефон стоял. Действительно, провода-то остались, где-то за плинтусом идут.» Михаил тоже вышел со всеми из дома, но открыв ворота загнал свой Патроль во двор дома, оставив место и для Крузера Карате. Николай приехал через час с небольшим и помимо Башкатова в машине находился Сергей, один из охранников офиса в бывшем детсаду, на плече у него висел укорот, а из кармашков разгрузки торчало еще несколько запасных магазинов. — Череп со своей, уже домой свинтил, не стал ему звонить и напрягать, зато Серега сам напросился. — глянул он на Димку, будто тот мог быть недоволен этим фактом, — Зельевар ваш, тоже все ехать порывался, еле уговорил в высотке остаться. — Да пусть, раз приехал. — пожал парень плечами и кивнул рослому охраннику, — Нравится лямку тянуть, а не дома на диване валяться, так добро пожаловать! На самом деле, ничего против еще одного человека, он не имел — кто знает сколько к ним людей Седого пожалуют, а то может, из всех стволов отстреливаться придется? Все же, семь человек лучше, чем шестеро, хоть Димка и не думал, что дойдет до прямого противостояния с группировкой из Ягодного. Но пожалуй, если бы Горо и бывшие поисковики сейчас находились не пограничной крепости, а в высотке, то попросил бы Карате захватить и их. Карате поддержал Димку и хлопнув охранника по плечу кивнул на коробку с продуктами из которой выглядывали горлышки пару бутылок коньяка. — Хватай, Серый, раз приехал и в дом тащи. — Коля, ты зачем алкоголь взял? Мы же не бухать сюда приехали. — попенял ему Дмитрий, на что тот только беззаботно махнул рукой. — Да там, всего литр конины на всех, под картишки, вообще незаметно уйдет. — ответил Карате и глянув на довольною физиономию охранника хмыкнул, — Даже не думай, Сырожа! Ты службу тянешь — тебе за это деньги плотят, а мы сегодня отдыхаем. Так, что вам со Славкой, чаек и только чаек! «Ну это вы отдыхаете, а мне еще ночью в серую зону сходить надо, вдруг да клюнет на одиночку маг перевертыш. Хотя, сто грамм коньяку за ужином лишними не будут, может и поспать пару часиков до полуночи удасться.» — подумал Ковалев. Он и вправду немного перекусив ушел в дальнюю комнату и проспал почти три часа. Когда встал, то увидел друзей расписывающих пулю в преферанс. Рядом со столом стояла уже уполовиненная, вторая бутылка коньяку и нехитрая закуска. Довольного Сергея взяли играть четвертым, а Славка и Лотар ушли спать. — Все-таки решил идти? — покачал головой Карате. — Решил! — кивнул Дмитрий, — А вы, даже из дома не выходите. Димка подхватил ножны с мечом и направился к двери, а потом остановился, снял ножны и оставил их тут. Лучше так меч носить, чем потом по межмирью лазить и ножны искать. На небе светила растущая луна и россыпью звезд холодным светом мерцал млечный путь. Было прохладно и Димка на уши натянул вязанную шапочку и застегнул накинутую на куртку камка телогрейку. «А хорошо тут! Надо поселить сторожа и пару собачек ему для охраны, лучше кавказцев или среднеазиатов, чтобы дом не потерять. Ведь отсюда таможенная служба, меньше месяца назад съехала, все ждали, что снова граница откроется. А дом хороший, даже удивительно, что никто из переселенцев не занял пустующее жилье.» Дмитрий положив меч на плечо пошагал к границе и перейдя ее, с полкилометра прогулялся по дороге. В серой зоне не было видно ни звезд, ни луны и все было серо, впрочем, как и днем — даже ночное зрение не понадобилось. Пару раз ему казалось, что периферийным зрением он видит мелькнувшую поодаль тень, но нападать никто не спешил. Димка погулял по дороге с полчасика, а потом вернулся к развалинам домов. Дмитрий присел на бревнышко возле стены и привалился к ней спиной. В магическом зрении Фирнивар светился переливаясь изумрудным сиянием магической энергии словно рождественская елка и парень пожалел, что оставил ножны. Хотя, кожаные ножны не слишком-то сдерживали проявление магической энергии его меча. Дмитрий стал вглядываться в серую хмарь и через какое-то время увидел жгуты толстых нитей идущих не только из черной земли в серое небо, но и энергетические линии идущие наискось или параллельно земле. В некоторых местах нити сходились образуя как-бы энергетические узлы силы. Один такой был над темнеющим провалом старого колодца. А через какое-то время парень увидел не только энергетические жгуты, но и едва различимые тени призраков возле этого провала. — Что за нафиг? — выдохнул он себе под нос. Но проявлявшиеся над темнеющим зевом силуэты заинтересовали его и Димка подойдя, осторожно заглянул в темнеющий провал. Он увидел внизу белевшие кости, высохшие тела истлевшие до скелетов и одетые, в еще не истлевшую одежду. Боясь ошибиться и проверяя не виденье ли это, сотворил небольшой светящийся шар и пустил вниз. Магический огонь высветил множество тел, и некоторые точно были детскими. «Вот же урод! Он, значит заводил бедолаг в серую зону, а когда те теряли сознание, то скидывал тела в колодец? Ну, мразь, я тебя тут неделю караулить буду, но все равно грохну!» — не на шутку разозлился Димка на афериста ставшего монстром. Понятно, что вытаскивать кости убитых из колодца и хоронить, сейчас никто не станет пусть уж этот колодец, будет обманутым людям братской могилой. Дмитрий сотворив, еще несколько больших файеров метнул их вниз. Зеленовато-алый магический огонь растекался по костям как жидкий напалм и Ковалев отошел от темного зева, когда оттуда в ночное небо потянулся черный столб густого дыма подсвечиваемый улетавшими ввысь искрами. Он, еще около двух часов сидел на бревнышке возле стены, но сволочной маг так и не появился. Зато Димка, разглядел лежащую в почерневших кустах спортивную сумку. Любопытство взяло верх и он дотянувшись вытащил ее. А открыв, увидел толстые пачки акций и перехваченные канцелярскими резинками билеты МММ. — Может он меча моего так боится, раз не напал? — предположил парень и подхватил объемную сумку, — Ну все равно, не зря сегодня сходил. Возвращаясь, он пинком отправил отрубленную голову монстра на дорогу. — Надеюсь местные правозащитники не обвинят меня в издевательствах над трупом? — пробормотал себе под нос выходя из серой зоны. Часы показывали половину четвертого утра, царившую в доме тишину прорывало похрапывание Карате и посапывание других спящих, только позевывающий Славик уже сменивший Сергея, дежурил у кухонного окна. Все спальные места были заняты и Димка раскатав свой спальник, прилег прямо на полу. Утром все раскачались только часам к десяти, ну да и Димка поздно лег, и парни ушли спать уже после трех часов ночи. Всем про свои похождения Димка рассказывать не стал, а вывел во двор Михаила и Карате, рассказав только им про свою, не совсем удачную ночную охоту, про десятки трупов в старом колодце, а потом показал набитую акциями и билетами сумку. — Твою же мать! На сколько тут? — не удержался Михаил. — Ну если успеем сдать все это, пока контора Мавроди не развалилась, то думаю — целое состояние! — хмыкнул Димка, — Представляете, этот урод, сумку в кусты выкинул. Ну да, зачем ему здесь маврики? — Я не удержался, конечно все пачки не вскрывал, но прикинул сколько бабла с собой Седой нес. — сознался Фирсов, — Даже при самом грубом подсчете, около ста пятидесяти тысяч бакинских вышло. Откуда у него такие деньги? — Говорил же, они за последние годы рынок героина под себя подмяли, — напомнил им Михаил, — вот и наторговали столько. Да там и без герыча у Седого все схвачено… ну было схвачено, — поправился он, — он же и с девочек, и с рэкета, и главное — с ростовщичества не меряно имел. — А ведь нам, простая затея к границе скататься, уже большим богатством обратилась, — сказал задумчиво Карате, — сначала баксы, теперь акции! — Это и пугает немного, — хмыкнул Михаил, — фортуна столько бабла за раз отвесила, что, реально, страшновато становится. Унести бы все это, да с парнями Седого без смертоубийства разойтись. — Да может и обойдется все, — подумав сказал Дмитрий, — Седой ведь, тоже там сгинул. Может и некому, будет нам предъявы кидать за деньги эти и акции. — Ладно, разберемся. Завтракать пошли. — позвал всех Карате и тяжело вздохнул, — Эх, пивка бы холодного кружечку! — Чаю горячего хлопни, оно полезнее будет! — усмехнулся Димка. После завтрака Карате, по уже заново подключенному телефону, дозвонился в горотдел и уточнил про труповозку — дежурный сказал ждать еще час, пока освободится экипаж. Коля предложил еще разок сыграть в тысячу, но тут с улицы послышался шум мотора и зашедший в избу Славка доложил, что к дому подъехала давешняя белая Волга. — Ну вот, к нам ребятки Седого пожаловали — самое время все точки над «и» расставить. Пойдем, побазарим! — цыкнул Карате и поднявшись из-за стола сначала расстегнул кобуру, а потом уже подхватил стоявший в углу пулемет. * * * В офисе пришлось долго убеждать Семена, что смерть Седого и Рафаила, это не развод или их глупая шутка. А потом, еще несколько минут объяснять бывшему прапору, что если он не хочет тоже пойти в грузчики, то должен пустить его в кабинет шефа. Войдя внутрь, Челентано проигнорировав недовольное лицо охранника запер дверь изнутри. Где Седой прячет ключ от сейфа Челентано знал, как-то случайно видел, и открыв, достал оттуда толстую тетрадь с фамилиями, суммами и адресами должников, две коробочки — с серебряными, другую с золотыми монетами. Серебро, все же пересчитав, он оставил в сейфе, а три десятка золотых монет ссыпал в свою сумочку — сохраннее будут. Все же, ни Семену, ни Рябому, он до конца не доверял. Эти если найдут, то точно себе заберут, а деньги сейчас для общего дела понадобятся. Еще, достал из сейфа боевую гранату РГД, тэтэшник шефа, запасной магазин, патроны и глушитель к нему. Но подумав несколько секунд, гранату и глушитель снова убрал в сейф — возьмут с таким оружием милиционеры или погранцы, так все нераскрытые убийства и всех жмуров сразу навесят, в злодеи-киллеры определив. «Так, все взятое нами из оружейного магазина Палыч в офисе хранить бы не стал. Помимо отданных Ботанику двух ружей, остальное, скорее всего, припрятал Раф в своем гараже. Сейчас забрать или позже? Ха! А ключей у меня нет, ломать ворота капитального гаража средь бела дня? Нет, придется сейчас за парнями метнуться, а потом с ними до Латата двигать, тела шефа и Татарина искать. Ладно, тогда Семена и Игоря тут оставим.» Он так и сделал — оставил Рябого с Семеном в офисе, но забрал кроме ТТ еще и обрез охранника. Потом, поехал за братьями Колюжными. Семен уже поняв, что пока суетится и пытается, что-то сделать один лишь Саня, все же предложил свою кандидатуру, но Челентано покачал головой. — На телефоне побудьте. Кстати, звонил уже кто-нибудь? — Звонили несколько раз, Седого спрашивали и Рафаила. Но кто не знаю, просто говорю, что пока нет никого. А-а, -явно вспомнив еще об одном звонке протянул Сема, — Гаврилов же тоже звонил, этот назвался. «Вот, черт, еще и с Гавриловым решать придется! Ну какого хрена Кабан в этот павильон полез? Ладно, разрулим, постараемся, чтобы никому обидно не было.» Братьев Колюжных Кабан изредка привлекал на силовые акции и демонстрацию силы на стрелках. Постоянных денег с рэкета Колюжные не получали — Кабан был против делить пирог еще и на них — вот мол, заведут под крышу денежного коммерсанта, тогда и в бригаду возьмем. Но Колюжные, похоже, сами не стремились идти под начало Кабана, выполняя лишь разовые поручения за деньги и двигая свои темы в тайне. Челентано знал, что старший Колюжный недолюбливает Кабана считая того придурком, к тому же Илья был на пяток лет его старше и сам не желал идти под начало к человеку который был моложе и, как он считал, глупее. Старший Илья, уже успевший отслужить в армии до образования Радиуса, и до армии и немного после занимался в секции бокса, а младший Антон — до сих пор занимался гиревым спортом в секции при доме культуры. Оба были рослые, плечистые, да и на лица братья не напоминали терпил безответных, хотя никогда не были явными беспредельщиками. Много и долго объяснять им ничего не пришлось, Илья и сам сразу ухватил суть — подсуетимся, так получим все наследие Седого, ну кроме наркоты, где рулит Ботаник, и будем иметь неплохие и постоянные деньги. Даже мельком глянув в записи Седого Челентано понял, что розданных должникам денег хватит не на один магазин и не на одну машину, а ведь там еще и не хилые проценты капают. «Вот только, все ли захотят отдавать взятые в долг деньги не Седому, а мне? А вот как себя сейчас поставим, так и долги собирать будем — без проблем, как преемники Седого, или как не пойми кто, которых подальше послать можно? Ну насчет Рафа, всех должников Седой точно предупредил. Значит, знают, что не сам Седой за долгом явится, а подручные — это уже хорошо, это уже полдела! Все же Седой, не внезапно ласты склеил, а готовился к уходу, перекладывая все свои дела на Татарина.» На выезде из поселка их тормознул, усиленный народной дружиной, милицейский пост, два автоматчика вооруженные ППШ сразу разошлись в стороны взяв сидящих в машине на прицел, еще один постовой связался по рации с отделом и продиктовал номер остановленной машины. Старлей же и усатый сержант в серой форме тщательно осмотрели салон и попросили открыть багажник. Все их вопросы были про имеющееся в машине оружие. Челентано показав документы, предъявил старенький тэтэшник и обрез двустволки, которые числились на главном офисе их фирмы и порадовался, что не нашел в кабинете Седого ключей от гаража Рафа — сейчас бы их и приняли с ворованными стволами. Тогда бы и конец всех их планам по наследию Седого! Еще, через четверть часа Челентано с братьями Колюжными уже подъезжал к дому в котором жил маг-перевертыш, на деле оказавшийся каким-то жутким монстром. Возле ворот этого дома, стояла машина Седого, вот только через щели в заборе было видно, что во дворе есть еще машины, а из трубы дома в серое небо тянется струйка дыма и это совершенно не понравилось Челентано. Едва успели остановиться и оглядеться выйдя из машины, как из ворот вышла пара автоматчиков в сером камуфляже и еще через минуту несколько вооруженных парней, среди которых был и Михаил. Вышедшие из дома парни, профессионально стали расходиться в стороны, держа оружие в руках, здоровяк, которого Челентано не раз видел и который, точно был из Асинской братвы, присел за лежащими чуть поодаль бревнами, откинул сошки изготовив к стрельбе ручной пулемет и его серьезный взгляд, вовсе не располагал к шуткам. Время, как бы густым киселем, замерло в подвешенном состоянии и Челентано понял — одно неверное движение, а может даже слово — все полыхнет огненным валом и свинцом пуль. Качать права с пистолетом и обрезом против семерых хорошо вооруженных бойцов, было бы несусветной глупостью и даже самоубийством. По спине пробежала струйка холодного пота, но Саша стараясь не показывать неуверенность, сделал шаг вперед и не делая резких движений, приветственно помахал рукой Михаилу, которого единственного из всей толпы, знал по имени. Михаил ответил на приветствие и чуть помедлив он и еще один парень шагнули навстречу, увидев, что приехало всего три человека здоровяк тоже отложил пулемет и пошел третьим к машине, как ни странно, но он разрядил обстановку окликнув старшего из братьев. — Илюха, ты что ли? — Я! — откликнулся старший из Колюжных. — Не узнаешь? А ведь как-то даже пиво вместе пили. — усмехнулся здоровяк, — Ты к нам раньше в спортклуб ездил, у Черепа в боксерской секции занимался, а я рукопашку уже вел. — О, точно! — с облегчением ответил Илья вспомнив говорившего. — Николай, если подзабыл. — протянул подошедший здоровяк руку. Теперь и Челентано вспомнил его — Николай. Коля Карате, один из Асинских братков, как и Михаил. Но от Кабана Саша слышал, что последнее время те хорошо развернулись. Ну да, одна охранная фирма чего стоит, если не только в Асино у них точки, но и в Ягодном некоторые объекты охраняют. Высокий темноволосый парень с бородкой, который представился как Дмитрий, повернулся к остальным и сказал, что все в порядке. А потом спросил у Челентано, будут ли они забирать тела Седого и Рафа. — А Толик там, ну Кабан? — спросил немного растерявшийся Саша, — Рябой говорил, что тот маг троих убил. — А, так это Кабан там еще лежит, то-то немного знакомым показался. — ответил Михаил и добавил посмотрев на Челентано, — Только его теперь совсем не узнать, мало того, что все лицо обгрызено, так еще ссохся как мумия. — Как мумия? — повторил Саша, — Отчего так? — Да кто его знает, — пожал плечами Карате, вон Димыч говорит, что серая зона все соки оставшиеся высасывает. — А вы этого… — Челентано помялся не зная как назвать мага с которым не одну ночь спал под одной крышей, — мага ставшего чудовищем, не видели? — Видели, но убежал он от нас. — с плохо скрытым превосходством ответил ему Карате. — А он точно магом был? — уточнил Дмитрий, — Что говорил? — Вроде маг, — пожал Саша плечами, — обещал Седого из радиуса вывести. — Вранье это все. — покачал головой Дмитрий, — Обманывал он вас и остальных тоже. Он трупы всех кого, как он говорил вывел, в старый колодец скидывал, а деньги себе забирал. — Мля-я, вот сука, даже Седого развел, так врал нам убедительно. — скрежетнул зубами Челентано, — А почему он на нас в доме ночью не напал, ждал когда Седой деньги понесет? — Возможно, деньги ждал, а может только там в монстра превращаться может. — предположил Дмитрий, — Ну так чего, пойдете трупы забирать? — А про какую еще старуху говорили? — озадаченно переспросил Саша и сразу догадался, что речь идет о Софии, к которой ездил представившийся Алексом колдун, — Так это подруга его, но Рябой сказал, что видел как ее другое чудовище убивало. Тут их несколько, что ли? — Да кто его знает, — невольно глянул по сторонам Николай, — мы тут только одного видели и то он из серой зоны не выходил. Димка, все же решил показать Саше труп убитой женщины, чтобы уж точно знать, что милиции говорить, когда за трупом приедут. — Ну по одежке, вроде она. — долго разглядывая тело старухи сделал вывод Челентано, — Но вот почему, она так постарела? Ей же, лет тридцать пять было. — А почему трупы твоих друзей в мумии за сутки превратились? — вопросом на вопрос ответил ему Миха и пожал плечами, — Это магия и походу у нее свои законы. Колюжные остались топтаться у границы, как и Димкины друзья, он предупредил, что пойдет один и возьмет с собой только Сашу Челентано. Честно сказать, были у него на это свои планы. Уж, коли этот маг порвавший приятелей этого парня, почему-то боялся Фирнивара, то Димка меч не взял, в крайнем случае постарается обойтись одним серпом жнеца. Зато приехавшего парня, решил использовать как живца, раз уж он приехал раньше милиционеров, так бы кто из них в этой роли выступил. Димка проводил Челентано до трупа Кабана, который теперь был раз в пять тоньше, чем при жизни. Сейчас, сними с него знакомые шмотки, так никто не опознает. Впрочем, и Седого можно было узнать только по одежде, и по седому клочку волос над правым виском. Дмитрий выволок усохшие тела Седого и Татарина на дорогу, а потом и протащил их полста шагов до тела Кабана и передал тела братьям Колюжным, которые понесли их через границу серых земель к машинам. Он уже свыкся с межмирьем цедя энергию своей маны по капле, а вот Челентано, не обладающему никакими магическими данными, приходилось туго, но парень терпел. Димка показал ему на валяющийся у стены разрушенного дома рюкзак. — Там, наверное, Седого вещи, раз говоришь, он уходить хотел. Пойдешь проверять? Парень, хотя уже тяжело дышал, утирал пот со лба и ходил пошатываясь, но к валяющемуся рюкзаку потопал сразу и довольно резво, отчего Димка сделал вывод, что тот знает о деньгах которые хотел вынести отсюда его шеф. Хотя, дураку понятно, что совсем пустым никто не пойдет, тем более такой авторитетный бандит как Седой. Вот только денег там не было, Димка это уже проверил, но зато он добился своего — едва Челентано начал осматривать валяющийся объемный рюкзак, как из-за дальней стены к нему метнулась худощавая фигура. — Замри! — закричал Димка растерявшемуся парню и рванул наперерез появившемуся монстру. Челентано дернулся заваливаясь вбок и уходя с линии атаки, но крупные когти, словно кинжалы, пропороли рукав куртки. Парень на автомате рванул из кармана пистолет, но вместо выстрела раздался лишь сухой щелчок. Огромный рот твари, был полуоткрыт, виднелись острые зубы, слюна стекала из этой пасти как у подхватившего бешенство пса. Остановил или даже отбросил назад измененного мага удар ноги — Димка как в футболе засадил берцем ему под нижнюю челюсть, когда Дохлый невольно подался за упавшим на землю парнем. Монстр отлетел назад с хрустом захлопнув пасть, клацнули зубы и пара обломков вылетела наружу, но в следующий же миг худощавая тень взметнулась и развернувшись бросилась на Ковалева. «Что, без моего меча не боишься меня?» — успел подумать Димка когда отточенный полумесяц серпа отсек Дохлому или тому, кем он сейчас стал правую кисть. От следующего удара монстр уклонился пропуская сверкнувший серебром серп над головой и из полусидячего положения, словно кузнечик, далеко прыгнул вбок, а потом распрямившись пружиной, кинулся бежать. Димка метнул серп и клинок похожий на тонкий молодой месяц, войдя промеж лопаток по самую рукоять и уже почерневшим от крови острым концом, вышел из груди Дохлого и тот рухнул на колени. Но Димка не остановился на этом, он снова чуть сжал правую кисть ощутив вернувшийся в руку серп и подскочив с оттягом рубанул тварь по шее. Голова Дохлого подлетела в воздух, пару раз кувыркнулась и упав покатилась по черной обезвоженной земле. Она остановилась перед, так и сидевшим на заднице Челентано и парень, скорее неосознанно отпнул ее от себя, взглянув в уже побелевшие мертвые глаза бывшего недомага. Вот только в магическом зрении Димка увидел, как из шеи рухнувшего тела Дохлого, словно ртуть из колбы, выливается переливающаяся и похожая на ртуть призрачная субстанция. Уже через несколько секунд эта темная масса сформировавшись в бесплотную фигуру, хотя это больше походило на тень, чем на человека, рванула прочь. Димка создал десяток мелких, не больше косточек от абрикоса, файерболов и метнул вслед неведомой твари. По ушам ударил визг от которого, даже у Ковалева потемнело в глазах, а Челентано упав на бок закрывал уши ладонями из-под которых сочилась кровь. Зато и призрачной твари досталось не меньше, через миг магический огонь боевого заклинания охватил ее полностью, а еще через пару мгновений, она рассыпалась серой пылью, оставив на антрацитово-черной земле небольшой серый кристалл. Димка поднял его и присмотрелся, спустя несколько секунд сработал навык «суть вещей» и он увидел появившуюся надпись: Средний кристалл блуждающей сущности межмирья . Димка сунув кристалл в карман, поспешил так и лежавшему в позе зародыша Челентано. — Живой? — спросил он только приходящего в себя парня, — Давай проведу сеанс исцеления и сразу лучше станет, силы появятся назад идти. — Кто вы и что это было? — настороженно спросил парень. — Меня ты уже знаешь, просто и у меня есть кое-какие магические способности, а это какая-то блуждающая сущность. Думаю, наподобие неприкаянного злого духа, который в человека тут вселяется. Да не бойся, — успокоил дернувшегося парня Дмитрий, — почувствую, если еще одна рядом появится. Все еще пылая праведным гневом Дмитрий прошагал до обезглавленного тела и подтащив его к темному провалу сбросил вниз, прямо в объятья загубленных им людей. На секунду послышался полный тоски и безысходности стон, но сразу все стихло и Димка был уверен на все сто процентов, что это ему не померещилось. Димка провел сеанс исцеления и вместе с парнем пошел назад. Рюкзак Седого Димка на всякий случай захватил с собой, чтобы на той стороне отдать парням. Всю дорогу молчавший Челентано уже выйдя из серой зоны спросил про машину шефа. — Да почему, не отдадим, — пожал Димка плечами, — забирайте, но с условием, что через вас наркота в Асино не пойдет. — Там от нас троих, сейчас вообще, мало что зависит. — со вздохом признался парень, — Но, обещаю, через нас точно не пойдет. И спасибо, Дмитрий, а то порвал бы меня тот монстр. — Да ладно, свои люди сочтемся! — махнул рукой Димка, впрочем, не упоминая про саквояж их шефа который Карате уже спрятал в сейф, ни про то как он использовал парня в качестве живца. Синий внедорожник Седого выгнали со двора, но загрузить в него мумифицированные тела не успели. На дороге показалась буханка, из прибывших с последней партией машин — зеленая с недавно нарисованной синей полосой. Димка еще издали увидел сидящего рядом с водителем Владимира Ильича и чуть цыкнув сказал: — А вот и Ленин пожаловал, теперь возможно, еще надолго тут задержимся. Но, вопреки его прогнозам Ленин лишь недовольно поинтересовался, что тут делает Ковалев и все его дружки. — Владимир Ильич, я и как вы выразились, мои дружки, спасаем вас от монстров. — продемонстрировал Димка начальнику милиции свой меч. — Каких, еще монстров? — недовольно спросил Ленин, но Димка только показал на обезображенные трупы Софии и Кабана. — Про монстра, вы, Владимир Ильич, можете у Александра поинтересоваться, он в курсе и как я его убил, тоже видел. Да и отрубленная голова метрах в ста от границы валяется. Мы, можем ехать или нужны еще? — Ладно, валите! — махнул рукой Ленин и посмотрел на Челентано, — А к тебе, помимо рассказа об этих убитых, еще по ограблению оружейного магазина вопросы будут! Придется в отдел проехать. — А чего оружейный? Я тут причем? Я только краем уха, про это ограбление слышал, вон у них спрашивать надо было! — показал на трупы друзей Челентано, рассудив, что мертвым уже все равно, — Если найдем, что-то из ворованного оружия, то обязательно сдадим в отдел. — Погоди, это чего Седой, что ли? — опознал Ленин бывшего главу шайки по седому клоку в темных волосах. — И Седой, и Рафаил, и Кабан. — кивнул Челентано, — Все здесь! И всех их, действительно монстр убил. — Ну дела! — присвистнул милиционер снял форменную шапку и озадаченно, яростно почесал затылок. ---------- Глава 24 Глава 24 Утром, Карате вышел на кухню, где Димка уже заварил кофе и собирался жарить яичницу с рубленной колбасой и сияя как новенький рубль, заявил: — Димыч, я вчера вечером не удержался — пересчитал бабки в саквояже! Так там, даже немного больше, чем прикидывал — сто пятьдесят четыре тысячи бакинских! Откуда у него столько? — задал вопрос Николай и мотнув головой сам же ответил, — Хотя, чего удивляться, если последние два года вместо деревянных, поселенцы сюда золото и баксы везли. Мля, еще же мавриков у нас целая сумка! — Коля, ты только не забывай, что это все с трупов убитых им людей взято. А мы с тобой, выходит, награбленное делим! — Да понятно все. — не стал спорить рукопашник, — Ну, а чего, вложим в бизнес, а с прибыли будем старикам и бедным не только у нас, но и в Ягодном помогать. Продуктов там купить, ремонт сделать или к зиме дрова и уголь оплатить. Хотя, Смирнов, всем одиноким старикам перед отопительным сезоном по полторы тонны угля выделил, да и дров подкинул. Как баржу по реке пустили, так проблем с углем больше нет, не только самосвалами с карьера везут. Паровоз, уже завтра в Яр идет и состав уже сформировали — только угля восемь вагонов. — Эх, мне бы с поездом в Яр метнуться, да договориться чтобы лодку увезти. Но никак! — покачал головой Димка, а потом с хитрым прищуром посмотрел на Карате. — Коля, ты как на это смотришь, чтобы в командировку на пару-тройку дней скататься? Моисеича с Антониной Макаровной навестишь. Самогонки выпьешь, в меру конечно и в баньку сходишь, попаришься? — А может, вместе рванем? — глянул на Димку Карате. — Рад был бы, да времени в обрез! — чиркнул себя ребром ладони Димка по горлу, — Мне Логунова с Эмериком домой отправить и Косту в Радиус завести нужно и груз его перетащить, а потом к нашим в пограничную крепость метнуться, да и на холме строительство проконтролировать. Я там, уже три дня не был. Еще, обещал гаишников в Асино отправить, вроде как в увольнение на пару дней. Пусть по магазинам, да по рынку пройдутся, прикупят чего нужного, да на жизнь местную глянут. — Ну да, засада! — вздохнул Николай, тогда Башкатова с собой возьму. — Вы, главное, с администрацией насчет большой лодки договоритесь, я Гая с четырьмя гребцами завтра утром в Яр отошлю, они с вами потом до Асино скатаются, а я заберу из Башни телепортом. — Четверых гребцов на ту махину хватит, не выдохнуться по дороге? — усомнился Николай. — Хватит, — махнул рукой Димка, — по течению же пойдут, да и торопиться им незачем. Ну может, Нефедова и Захарова с ними еще отправлю, они хотели в Белый Яр сплавать. Как раз и до Асино скатаются. — Ты, лучше гаишников с лодкой отправь, те и за гребцов будут и сами до Асино доедут, не нужно магическим переходом тягать. А мы с Лехой, их там встретим. — Ну или так. — согласился Димка, — Хотя, можно их всех лодкой отправить, там вместимость позволяет, так что никаких проблем. По хорошему, мне бы еще и в Серебряный Плес скататься, глянуть где там наши бойцы службу несут, да самому с директором завода переговорить. — Димка вздохнул и развел руками, — Но времени нет! — Да ладно, там Череп справится, бумаги нужные подпишет, да я так понял, что Смирнов уже обо всем с Мирошниченко по телефону договорился. На две недели наших бойцов засылаем, правильно понял? — уточнил Карате. — На две, все правильно. — кивнул Дмитрий, — А менять караул и сахар забирать уже на новой лодке будем. Вчера после обеда, они отправили шестерых скифовцев в командировку, а с ними Саню Черепанова решать административные вопросы и подписывать договора с местной властью. Отправили на катере погранцов, но Димка надеялся, что менять караул и перевозить сахар, будут уже на своем кораблике. Привезти его в Асино осталось, мотор установить, ну и капитанскую рубку застеклить — дело за малым. Для лучшего наведения на точку перехода, он оставил только один телепорт на верхнем уровне башни, убрав переход из дома Фила. Подумывал было ликвидировать печать перехода и в Степановке, но потом передумал. Мало ли, что может там понадобиться? Все же до эпицентра оттуда всего полтора десятка километров. Да и не так много у него этих переходов — всего три привязанных к малому алтарю маяка в пределах Радиуса и один тот, что за пределами, у Матвеича в доме. «А ведь, хорошо бы было, еще один переход активировать в бывшем доме Косты, рядом с серой зоной. Прокачиваться там любо-дорого, да и надеюсь, еще не один кристалл такой блуждающей сущности добуду.» Вернувшись вчера в Асино Дмитрий преобразовал выпавший с злобного призрака кристалл и был приятно удивлен его коэффициентом преобразования. Конечно, даже до простого радужного он не дотягивал, но и этот серый камешек, дал более пяти грамм магического порошка после трансмутации на алтаре — грех на таких сущностей еще не поохотиться! Поэтому, пока не забыл, Димка отправил в Латат одного из охранников, а Коля пообещал переселить туда одного из не спившихся совсем, но обманутых на квартиру дедков. — Ну, а чего, кому плохо? Деду жилье, да и продуктами мы ему поможем. А то и с бабкой вдвоем переедет? — рассуждал Николай. — Главное, чтобы он нам дом там не спалил. — покачал головой Димка. — Да нее, говорю же — есть на примете, почти не пьющий. — возразил ему Карате. Решив с Карате по его командировке Дмитрий перевел Логунова и Эмерика в башню на холме Рохны. Возле квадратной башни, теперь уже полностью покрытой остроконечной черепичной крышей, каменщики достраивали стены высокой конюшни и примыкающего к ней каретного сарая. С верхнего яруса донжона своего будущего замка, Дмитрий оглядел реку, темневший неизвестностью Бескарский лес за ней, а потом оглядел и холм Рохны. «А ведь тут, действительно места для небольшого, по средневековым меркам конечно, городка места хватит. Ну помимо моего замка, две-три длинных улочки каменных двухэтажных домов можно разместить и место под рынок, склады и казарму гвардии останется. При желании, для безопасности, весь холм небольшой, метра в три, кирпичной стеной обнести можно. А у северного, пологого спуска большая слобода частной застройки поместится. Почему нет? Места там много, километра три, до самого староимперского тракта застраивать можно. Нужно, только не забыть и в ближайшее время, планом будущей моей столицы заняться.» Димка обрадовал гаишников, уже обживших башню, увольнением в Белый Яр и Асино. Выдал им на траты и развлечения, по дюжине серебряных полтинников в качестве зарплаты и взяв одну из повозок строителей повез Логунова и его старенького учителя в поместье Фила. — Порешали мы, согласны в Асино переехать. — неожиданно прервал молчание Логунов. — Реально, Сергеич? Так это здорово, — кивнул Димка. — я вам могу на первом этаже, могу в подвале несколько комнат для вашей лаборатории выделить, а жить у меня в трешке можете, я там все равно не появляюсь. — Только, пару раз в месяц меня сюда переводить будешь, чтобы зелья по лавкам на продажу в Варгион отправить и монеты, за проданное получить. — Да без проблем! — кивнул Димка и поинтересовался, — Что с больницей городской договорились? — В больнице, взяли полдюжины разных зелий на реализацию. — подтвердил его догадку Логунов, — Но не в этом дело. Радиус расширяется поглощая серую зону и мы заметили, что там много редких растений появляется и есть вовсе нам неизвестные. Так это зимой, что весной и летом будет? Вот где раздолье для изучения и экспериментирования. — Ха, вы только, экспериментируя, нам Башню не взорвите! — хмыкнул Димка, — А вообще, правильно, в Асино и Ягодном у вас никакой конкуренции в отличие от Варгиона не будет. Распробует народ, ваши укрепляющие, да лечащие зелья — отбою не будет! Да и межмирье рядом, не зря я тот дом, в котором вы позавчера останавливались занял, пригодится, значит еще. В поместье Дмитрий был приятно удивлен, что Филипп сам нанял артель строителей и уже почти достроил заставу по их общим наброскам. Хотя, застава была скорее похожа на приземистый кирпичный ДОТ, стоящий на возвышении у изгиба реки, с несколькими бойницами и огороженным частоколом двором. Если, отправить в такой трех-четырех человек вооруженных хотя бы парой карабинов, то река будет просматриваться круглосуточно, а подступы к поместью Филиппа простреливаться. «Главное, не забыть для дозорных, пару амулетов „ночного зрения“ выделить. Ну вот, тут застава почти готова, в моей башне на холме тоже караул сидит, несколько бойцов из отряда Захарова в моем старом замке обосновались, да и пограничная крепость сейчас укреплена и с серьезным гарнизоном — первые шаги по укреплению моего баронства уже сделаны! — с немалым удовлетворением о проделанной работе подумал Ковалев, — У молодого вождя тоже дозорные вышки есть, вот только из огнестрела один подаренный мной пистолет. Надо поговорить с ним, пусть выделит несколько человек для обучения, а я ему еще охотничье ружье, да пару карабинов в поселение подкину, все лучше чем с луками, да самострелами охотиться, да службу нести.» Удовлетворенный всем увиденным, Димка, вместе с двумя гружеными кирпичом подводами, вернулся на холм Рохны и активировал переход в пограничную крепость. По ушам сразу ударили хлесткие выстрелы мосинских карабинов, а спустя пару секунд две короткие очереди выдал автомат. Димка выхватил из кобуры ПММ, посетовав сам себе, что не взял длинноствола и перепрыгивая через две ступеньки рванул вниз по ступеням к выходу из башни. Стреляли из бойниц галереи надвратной башни, когда Димка подбежал, то стрельба уже прекратилась, но с десяток бойцов отворив ворота выбежали наружу. — Снова бандиты и на этот раз, вроде как тунгусы! — пояснил ему Горо, — Но небольшая банда, всего человек двадцать пять. Как минимум, четверых мы положили, парни побежали коней ловить и трофеи собирать. Остальные, в сторону Бескарского леса поскакали. — Ничего, там им точно медом не намажут! — покачал головой Димка, — Отсидеться там и лагерь свой организовать не получится, скорее местные обитатели остальных бандитов схарчат. * * * Первым делом, вернувшись из Латата Челентано убрал из сейфа глушитель для тэтэшника, забрал тетрадь Седого с записями о должниках и поделил серебряные монеты между парнями — вышло по семь рублей серебром на каждого. Еще четыре рубля, он отложил на заправку машины. Ну, недели на две — три парням хватит, если не шиковать конечно. Правда, Саша умолчал о золотых монетах, которые еще утром забрал из сейфа и спрятал дома. Нет, не закрысил, а просто отложил для будущих нужд бригады. Затем, оставив Рябого и Семена в офисе, поехал вместе с Колюжными к дому Рафаила. Жил Татарин на втором этаже кирпичной трехэтажке, в двушке с высокими потолками и просторными комнатами. Жил Раф не один, а с Ритой, женщиной которая была на несколько лет постарше его и имела восьмилетнего сына Максимку. Первый муж Риты был охотником и сгинул лет пять назад, в самом начале пробоя и образования Радиуса Как, сказал про сожительницу Рафа Кабан — сисек почти нет, зато корма здорова и Саша не нашел, что ему возразить. Уже вечерело, но окна Ритиной квартиры не светились и Саня сделал вывод, что сожительница Татарина, или задержалась на работе в лазарете, или зашла к своим родителям жившим так же в поселке, но в частном доме недалеко от ее медучреждения. Да и Максимка скорее всего сейчас у деда с бабкой в гостях. Челентано забрал из кармана Рафа ключи, но нужна ему была не квартира, а капитальный гараж стоявший во дворе. Конечно, в квартире у Татарина может быть оружие, да и наверняка припрятаны баксы и золотые монеты, но обворовывать вдову, а теперь уже дважды вдову с ребенком, было стремно. Немного повозились с замком, но через пару минут Илья открыл железную воротину, а Челентано шагнул внутрь подсвечивая себе фонариком. Сразу бросился в глаза висевший на стене СКС с оптикой, который, видно из-за малолетнего пасынка Раф не хранил в квартире. Но состояние было хорошим, оружие было вычищено и густо промазано оружейным маслом. Разрешение на этот ствол, было скорее всего в квартире Татарина, но в связи со смертью хозяина выписать новое в отделе не представляло труда, в крайнем случае один серебряный рубль наверняка бы отмел все сомнения у инспектора. Помимо карабина, тут были охотничьи и рыболовные принадлежности — капканы, удочки, самоловы и сеть, но это парням было не нужно. Провозились внутри еще с полчаса, но результаты того стоили — помимо взятых из магазина ружей, карабина, двух Макаровых и сумок с патронами, Саня отодвинув стеллаж, нашел за ним тайник в стене. В старенькой сумке, завернутый в промасленные тряпки лежал складной автомат, но не АКСУ под пять сорок пять, а АКС под семь шестьдесят два — это ему пояснил Илья прошедший армейку. Про карабин Саня знал, а вот про калаш, Татарин никогда не упоминал. Правда рожок к автомату был только один, еще там лежало полсотни патронов в жестяной банке из-под чая. Но патроны, теперь не были проблемой, вон их целая сумка. Челентано осторожно выглянул из гаража и отправил Антона подогнать поближе машину. Помимо карабина и найденного калаша, из гаража забрали обе сумки с патронами, в одной для гладкоствольного оружия, во второй для нарезного — подходившие, и к карабину, и к складному автомату. Саня, еще надел на ремень ножны с понравившимся ему длинным охотничьим ножом, рукоять которого была набрана из разноцветных слоев кожи и удобно лежала в руке. Но в последний момент, не удержавшись все же забрал бэушную тулку, решив сегодня же вечером спилить приклад и стволы и прибрать обрез на всякий пожарный. — Все, надо сваливать быстрее, пока Ритка не вернулась! — сказал Саня. До него только сейчас дошло, что скорее всего Рита сейчас в местном отделении милиции или уже в морге, куда увезли тело Татарина и будет крайне неловко, если она вернувшись застанет его бывших приятелей потрошащих гараж убитого. — Эх, домик бы Седого проверить, там думаю, тоже много всего спрятано может быть? — предположил Илья. — Забудь — не вариант, вааще! — цыкнул Челентано и отмахнулся, — У него дом с охраной и пожилая чета присматривает, живет там же. Мы туда даже заехать не сможем, а через забор ломанемся, так сразу ментов вызовут. Действительно, пошерстить жилье шефа, было почти невозможно — жилье шефа находилось в новом поселке, расположенном на территории деревушки Мало-Жирово, которая уже несколько лет назад незаметно срослась с Ягодным. Жил Палыч в двухэтажном доме, в поселке огороженном высоким забором, со своей внутренней охраной, где предпочитала селиться местная элита. Он хоть и жил один, предпочитая крутить ни к чему не обязывающие романы, но в специально пристроенной комнате жила прислуга — дедок ухаживающий за домом и участком и его бабка готовящая еду и обстирывающая Седого. «Хотя, — только сейчас сообразил Саня, — если Седой собрался навсегда из Радиуса, то и дом мог уже продать кому-то из обеспеченных жителей Ягодного.» — Куда сейчас? — уточнил Антон, который был за рулем Волги. — Давайте меня домой со всем этим, — похлопал Челентано по сумкам ладонью, — а вы за парнями до офиса. Только не болтайте им про оружие. Да и вообще, про гараж не распространяйтесь. А завтра утром жду, нужно будет по точкам проехать всем коммерсам показаться и заявить свое право на все, что под Седым было. — На Волжанке поедем? — уточнил Илья, но Саша подумав покачал головой. — Нет, Волжанку во двор загоните, а поедем на Черокезе, чтобы сразу точки над «и» поставить. Пока все не устаканится, на одной машине покатаемся. Челентано был благодарен Дмитрию и парням из Асино, они не только вернули машину Седого, но и отдали пистолеты принадлежащие Кабану и Рафаилу. Саня отдал свой переделанный газовик Рябому, взяв себе один пистолет, а второй ПМ и найденный в офисе ТТ отдал братьям. Теперь, все пятеро из обезглавленной бригады, были вооружены. Утром, первым делом, завезли в офис Рябого и наказали быть на телефоне, но никому не открывать, пока сами не вернутся. Самого здорового из всех Семена Каланду взяли с собой, скорее не в качестве силовой и огневой поддержки, но демонстрации силы. — Игорь, в крайнем случае, звони в администрацию рынка или в клуб, мы туда обязательно заедем. — А чего я тут один сделаю, если провод телефонный перережут? — Ну перережут провода и что с того? — спросил старший Колюжный, — На окнах решетки, двери железные среди бела дня ломать не будут, да и пальнуть можешь разок для острастки! — Мы предем, разберемся, — пообещал ему Челентано, — в обиду не дадим! — Ладно, посижу тут, — вздыхая, нехотя согласился Рябой и попросил, — только пожрать чего привезите, а то тут только чай и печеньки засохшие. — Какой план? — спросил старший Колюжный. Расселись в Черокече Седого — Челентано за руль, никому не доверив дорогую машину, рядом Илья, позади Антон и Каланда и только тогда Саша озвучил план поездки. — Сначала в клуб, с Яриком переговорим, новую политику партии доведем… — Про смерть Седого и пацанов говорить будем? — перебил его старший Колюжный. — А ты думаешь, кто-то еще не в курсе? — глянул на приятеля Саня и пожал плечами, — Если не в курсе, то скажем — шила в мешке не утаить! Ну вот, сначала к Ярику в клуб, потом к Валентину в номера, после к Армэну в общагу. Валентин и Армэн были местными сутенерами, что присматривали за работающими в номерах, кабаке и клубе девочками. — В шашлычку и на центральный рынок обязательно, если сегодня не поедем, то Капуста свое мутить начнет — к бабке не ходи! Да и в павильон Марка заскочить желательно. Еще два магазина, куда заехать надо, ну и бывшая столовка на проспекте Победы. — Фью! — присвистнул с заднего сиденья плечистый Каланда, — Это мы до самого темна прокатаемся, а обед? — Ну хорошо, — пошел на уступки Саша, — после рынка, сразу в шашлычку и чебуречную, там рядом. Но, там есть не будем — с собой возьмем и в офис вернемся. А вечером, с Гавриловым нужно перетереть, а если успеем, то в рыбный магазин, в столовку на проспекте и к Марку. Нам кровь из носу, за два дня нужно все точки объехать — своим фейсом посветить и договоренности подтвердить, если конечно не хотим, чтобы наши точки Афганцу достались или Ботаник своих колхозников там посадил. — А Ботаник тоже долю со всего имел? — уточнил Колюжный старший. — Нет, этот раз в неделю из своей деревни приезжал. — Саня пару секунд размышляя тер подбородок, а потом резюмировал, — Не, не думаю, что Ботаник за поселковые точки войну затеит, он больше потеряет если погранцы к нему в деревню наведаются. Скорее от Афганца или Капустина подставы или пакости какой ждать можно. — А к Гаврилову, тебе зачем? — переспросил Илья, — Он стрелу, что ли уже набил? — Да нет, но там Кабан у него павильон Марка недавно отжал, а месяц назад три ларька возле Сельского рынка, теперь надо разрулить, чтобы непоняток не было. У нас и так положение шаткое, если Афганец или Ботаник под себя все забрать решат, так еще с Гавриловым из-за мелочей воевать? Нафиг, сегодня же все разрулим! — Обратно отдашь ларьки и павильон? — спросил Антон, но Челентано покачал головой, — Кабан по своему обычаю коммерсам по двадцать пять процентов зарядил, половину отдадим и в хороших останемся. И меня Жека Капустин, больше напрягает. Он уже пару раз с крючка слезть попытки делал, как бы со своими пацанами соскочить не решил! А центральный рынок бабла, больше чем два магазина и все наши ларьки приносит — его упускать никак нельзя! В крайнем случае, придется еще пару человек как торпед привлечь. Илья, у тебя есть на примете парни поздоровее и на голову отмороженные, кого за бабло к мутным делишкам подрядить можно? — Найдем! — кивнул Илья, — А если не согласится Гаврилов, сам же говоришь, что скорее всего, и о смерти Седого, и Кабана с Татарином уже знает? — Не дурак же он? Не согласится на двенадцать с половиной процентов, так вообще, нихрена не получит! — отрезал Челентано и добавил, — Не, Петрович не дурак, думаю, поймет, что мир с нами лучше войны. Все, хватит трындеть, погнали работать! Прокатались, без малого, уже четыре часа встречаясь с коммерсантами, администраторами, сутенерами и директорами магазинов. После центрального рынка, где состоялся сложный разговор со скользким и ушлым Капустиным, Саня припарковал синий джип к обочине, а сам прошел к шашлычной, где они обедали пару раз в неделю с парнями, а Илью отправил в Чебуречную находящуюся в десятке шагов дальше по улице. Едва отошел от машины и свернул за ряд гаражей, миновав разросшийся старый тополь, как позади хрустнула ветка и перекрыв солнце мелькнула тень. Успел обернуться и увидел как морщинистый доходяга в коричневом ватнике, что стоял в двух шагах позади — видно до этого прятался за деревом, вскидывает руку с похожим на дуэльный пистолет, одноствольным обрезом. Грохнул выстрел, но за миг до этого Саша успел дернуть голову вбок и выстрелом, словно огнем мазнуло по левому виску и скуле. Он сразу ощутил сильное жжение и то, как увлажнилась от крови его левая щека. Пороховые газы попали в глаз и он зажмурил его, но вторым увидел как морщинистый переломил обрез и судорожно пытается вставить в ствол новый патрон. Челентано прыгнул вперед и сбив доходягу с ног отвел его руку, с так и не заряженным обрезом. Они забарахтались на мокрой от снега земле, усыпанной опавшей с тополя листвой. Тощий доходяга, не смотря на свою худобу, оказался вовсе не слабым и Саша понял, что еще несколько секунд и морщинистому удасться зарядить обрез. Вот только быть убитым вторым выстрелом Челентано не желал, он быстро зашарил у кармана, но понял, что куртка в кармане которой лежал пистолет задралась и он вряд ли успеет нащупать просторный карман, расстегнуть молнию и вытащить Макаров. Один глаз слезился, но вторым он увидел темно-желтые от самосада и чифира, с прорехами, зубы скалившегося от напряжения морщинистого и в нос ему шибануло махоркой и свежей сивухой. «Блин, так еще и патрона в патроннике нет! Как я затвор, одной рукой передерну⁈» — в панике подумал он. Но тут, рука сама собой наткнулась на удобную рукоять ножа. Рванул охотничий нож из ножен и выставил вперед, а налегавший сверху морщинистый, сам, как жук на булавку, насадил свое тело на отточенный клинок, который как в масло вошел меж ребер в мягкое и податливое тело. Морщинистый хекнул, удивленно глянул на лежащего парня и сделал долгий, продолжительный выдох, словно выдохнул не воздух из легких, а исторг из тела саму жизнь. Глаза его остекленели, а морщинистое лицо, до этого от натуги корчившееся словно резиновая маска, теперь замерло. Саша скинул незадачливого киллера с себя и поднялся на ноги. От чебуречной с пистолетом в руке к нему бежал Илья, а из-за гаражей выскочил Каланда и парень понял, что вся его борьба в которой он потратил почти все силы, на самом деле не заняла и минуты. Посетители и хозяева торговых точек встревоженные выстрелом, вышли из шашлычной и чебуречной на улицу и теперь переговаривались строя разные версии произошедшего. Со стороны дороги раздалась милицейская сирена — ну да, два шага от центра и администрации поселка. «Кто? Кто послал? — билась в голове неотступная мысль, — Афганец? Капустин? Или Ботаник? Кто?» — Саня, не ранен? — крикнул Илья кивнув на его щеку. Челентано вытащил из кармана носовой платок, развернул его, сначала протер слезившийся глаз, потом промокнул кровь на лице. Увидел как из-за гаражей, со стороны главной дороги выруливает старенький желто-синий милицейский луноход. Прибывший наряд связался по рации с коллегами и через пять минут со стороны дороги к ним свернула знакомая зеленая буханка. — Марченко, что ты тут снова учудил? — крикнул вылезший из буханки Ленин, — Понятно, кончились игрушки значит, человека зарезал! — А что мне делать надо было, ждать пока он меня застрелит? — огрызнулся Саша. — Разберемся! — пообещал майор и озвучил новую претензию, — Что там за деятель у вас в офисе закрылся? Совсем страх потеряли, милицию посылать? Пару свидетелей опросите и тело в морг, — дал указание он долговязому лейтенанту из первого экипажа, а потом повернулся к Челентано, — оружие сдай и полезай в машину! — Чего это, куда? — заступился Илья, — Ясно же, что самооборона! — Умные, мля, все! — буркнул Владимир Ильич, но все же снизошел до объяснений, — До офиса прокатимся, у нас постановление на обыск. Так, что вперед и с песней! Рябой и впрямь закрылся в офисе и не пустил даже милицию, но открыл железную дверь увидев Челентано. А еще, проходя до офиса в сопровождении Ленина и двух милиционеров, Саня увидел как из припаркованной на противоположной стороне улицы машины за ними наблюдало несколько удивленных лиц и Ботаник точно был среди них. Значит, все пока к лучшему, и Ботаник со своими колхозанами пока бреется, и ключи от гаража Татарина он вчера положил в сейф, так что надеялся — украденное из магазина оружие и табельные пистолеты дежуривших милиционеров скоро найдут — все проблем меньше! Кончилось все хорошо, как планировал Саша. При осмотре офиса в сейфе нашли ключи от гаража Рафа и Ленин приказал осмотреть его тоже, где все украденное оружие благополучно и нашли. Теперь, ни к Челентано, ни к его друзьям претензий у милиции не было — грабеж повесили на убитых, про одно так и не найденное ружье и патроны представители власти вроде как позабыли и Саша надеялся, что братья Колюжные, кому он отдал старенькую тулку уже превратили ее в обрез и надежно припрятали вместе с двумя сумками набитыми патронами. А еще, Челентано поглядывал в окно, на стоящий поодаль уазик Ботаника. Но естественно, подходить к офису, где шерстили милиционеры тот не стал и через несколько минут машина с деревенскими боевиками уехала от греха подальше. — Ну, баба с возу кобыле легче. — еле слышно себе под нос сказал Челентано, — Валите в свою деревню и сидите там. ---------- Глава 25 Глава 25 После осмотра их офиса и изъятия из гаража Татарина краденного оружия его все одно привезли в поселковый отдел милиции, где следак из Асино еще часа два опрашивал его, и по поводу найденных в Латате трупов, и по поводу найденного оружия, и по поводу напавшего на него сегодня человека. — Давай, Марченко, колись! Что ты юлишь, как разбивший окно школьник? Ну, облегчи душу, самому легче станет. — проникновенно и в очередной раз уговаривал его усатый мент с усталыми, выцветшими глазами, — Расскажи, кто это был, за что он на тебя напал и зачем, ты убил его? — В смысле, зачем убил⁈ — в очередной раз вскипал Саша, — Мне, что нужно было дать этому доходяге себя укокошить? Тогда бы, у вас ко мне вопросов не было? — Ладно, гражданин Марченко, значит утверждаете, что убитый вами гражданин имел серьезные намерения выстрелить в вас и возможно убить? И ранее, вы с ним знакомы не были и даже не встречали? Отпустили его уже в первом часу ночи, но Челентано не злился — хоть бить не стали. Видно, Ленин довольный найденным в гараже у Татарина оружием дал указания не трогать парня. Когда отпускали, даже вернули Макаров Кабана, который числился на фирме Седого. А вот отличный охотничий нож, который сегодня спас ему жизнь, так и остался в кабинете дежурного следака, как орудие убийства. Саня пройдя несколько домов от поселкового отдела, до главной улицы, где работало освещение, торговали в круглосуточных ларьках и молодежь тусила возле входа у знакомой кафешки. Прежде чем ловить таксующего огурца, зашел в кафе Отдых, то самое, где заправляли парни вернувшие ему машину Седого, съел пару пирожков и выпил стакан вишневой наливки, чтобы успокоить нервы, а после пошел ловить машину. В доме напротив в кухонном окне еще горела тусклая лампочка, но даже в ее свете Саша, отворив калитку разглядел отпечатки подошв на недавно выпавшем снежке. Позади хрустнуло, но не успел парень обернуться, как в затылок грубо ткнули холодным стволом. — Ну чего встал, проходи. Заждались уже! — Челентано, сколько лет, сколько зим! — картинно раскинул руки посверкивавший стеклами круглых очков словно Берия своим пенсне, Ботаник. Но удивило Сашу, не это. Рядом с Ботаником стоял Семен Каланда и чуть виновато улыбался. — Сдал ссу-ука! — прошипел Челентано, то ли от негодования, то ли от боли когда пара бородачей Ботаника заламывала ему руки попутно извлекая из кармана куртки пистолет. — Не нужно все драматизировать, Саша! Даже, если бы нам Семен не помог тебя найти, так другие бы подсказали. Тоже мне, тайна за семью печатями, да тебя даже не за деньги, а из-за мелкой мести многие сдать захотят! — хмыкнул Ботаник, — Ну что, поговорим пойдем? — он мотнул головой и один из его подручных взяв Сашины ключи отпер замок. Ботаник пощелкал выключателем, но электричество, пока они стояли во дворе, уже вырубили и он разжег керосиновую лампу, подкрутив фитиль отрегулировал огонек в колбе. — Ну что, пролюбили общие денежки или они, все же у тебя? — задал он вопрос. — Нет их у меня! — сказал Челентано и тут же дернулся от сильного удара в ухо, от которого зазвенело в голове. «Ну, мля, если менты не били, так свои с лихвой отвесят! — усмехнулся он про себя, — Хотя, какой Ботаник мне свой? Черт же по жизни и рожа вечно унылая, словно в толчок по большой нужде хочет, очкастая! С такой рожей, только маньяков в кино играть. Хотя, кто его знает, может он маньяк и есть? А ведь я ему, вообще не нужен, мешаю только. Грохнет, да своего поставит за хозяйством Седого приглядывать. Вон, может и Каланду, — Саша искоса глянул на мнущегося у дверей Семена и возразил сам себе, — нет, Каланду точно не поставит, прапор слишком тупой. Если только на подхвате, у нового смотрящего будет.» — Ну что, вспомнил, где деньги? Там ведь много было! — спросил его Ботаник, а стоявший сбоку бородач снова отвесил оплеуху, — Знаю, что ты Семену сказочку про монстра какого-то рассказал, да про Асинскую братву. Или, это они деньги забрали? — Не знаю я, ничего! Нет у меня денег! — почти выкрикнул Саша, поняв, что и сам Ботаник не имеет понятия про количество валюты которое было у Седого. «Значит, Седой и его в неведении держал. Только Раф, возможно все знал, но его то уже не спросить.» — Ну хорошо, допустим поверил. Машина Палыча где? — немного подумав задал новый вопрос Ботаник сверкнув стеклами круглых очков. — Машина в гараже. Большой капитальный гараж, рядом с воротами стоит. — не стал скрывать Саша. — Вы чего, гараж не проверили? — удивленно посмотрел на одного из своих подручных Ботаник. — Так мы, Вячеслав Андреич, не думали, что тот гараж его. — повинился бородатый, что бил Сашу, — Сейчас, проверим все! Челентано дал им ключи от гаража в надежде, что те просто заберут Черокез Седого, не найдут припрятанную в смотровой яме. Он уже понял — если Ботаник пошел на жесткое обострение, то Саша ему не нужен и будет только мешать собрать и удержать все, что ранее принадлежало Палычу. «Значит, точно грохнут после разговора!» — сделал однозначный, неутешительный вывод Саша. Пока его подручные выгоняли джип Седого из гаража, Ботаник задал Челентано еще несколько вопросов, в основном касающихся пропавших денег и бумаг Седого, но тот перевел стрелки на Татарина. Спросил и про сегодняшнее на него покушение. «Значит, это не этот очкастый доходягу с обрезом послал. — сделал вывод Челентано, — Хотя, это и так понятно было, когда машину и его самого возле офиса увидел.» — Так, говоришь, деньги пропали, а бумаги Седого мог Татарин спрятать? — задал риторический вопрос Ботаник уже вставая из-за стола и направляясь к выходу, но чуть задержался и шепнул своему подручному, — Руслан, заканчивай здесь, мы вас на выезде из поселка ждать будем, у Михалыча, там все заночуем, чтобы по ночи не кататься. — Ну что, тут исполнишь или в гараж отведем? — спросил чернобородый и поджарый Руслан, что был у Ботаника в помощниках у Семена, но тот замотал головой. — Я? А чего я? Руслан, такого уговора не было! — Так у нас никакого уговора не было. — хохотнул чернобородый Руслан, повернувшись заглянул в глаза растерявшемуся здоровяку и сказал проникновенно, — Только, Сема, просто так ничего в жизни не дается. Хочешь, теперь со мной работать, так привыкай приказы исполнять. Понимаешь, меня? — Э… мужики, мужики, вы чего удумали⁈ Не надо, мужики! — с паникой в голосе стал просить их Саша. «Эх, сам дурак, не подумал, что так все быть может! — думал Саша, — Ничего, главное, в гараж их заманить, а там видно будет!» — Мужики в поле пашут! — привычной приблатненной фразой отбоярился чернобородый. — Не убивайте, я из сейфа Седого золото забрал, много. В гараже спрятано! — Забрал? — вроде как ни к кому не обращаясь спросил чернобородый, но Семен закивал. — Мог, мог забрать. Точно, он же первый сейф открывал, только сказал что серебро одно было и на всех поделил. — Ну ладно, веди Сусанин, поглядим во сколько ты жизнь свою ценишь. — усмехнулся чернобородый и кивнул своему приятелю, чтобы тот захватил лампу. Челентано отвели в капитальный гараж который он совсем недавно построил за свои деньги и планировал со временем сдать знакомому мастеру для ремонта машин. Черокез Седого колхозники уже выгнали из гаража и даже не заперли за собой металлические ворота. В яму, по хлипкой деревянной лесенке никто не полез и чернобородый сначала посветил туда лампой разглядывая ведра и строительный мусор, а потом толкнул Сашу, как бы спрашивая — ну и где? — Я монеты в тайник засунул, так не видно. Кирпич надо вынимать. — Лезь сам, но не дури! Фортель выкинешь, Челентано, сразу пулю схлопочешь! А золотом поделишься, так замолвим словечко перед Андреичем, — он дослал патрон в патронник Сашиного же Макара, а потом сунул его в руки Семену многозначительно глянув на того и сам тоже вынул из кобуры свой пистолет. Саша специально, не торопясь, сначала сдвинул в сторону заляпанный известью поддон, потом переставил ведро с остатками цемента, передвинул кирпичи от стоявшего у боковой стенки листа фанеры. Нащупав рукой сумку и расстегнул молнию, задев при этом ведро ногой чтобы не услышали колхозники и Семен. Впрочем, Семен прибывал в явной прострации одной рукой держа пистолет, а второй утирая со лба испарину. «Нет, ну точно чернобородый Руслан сказал ему меня исполнить! Уроды, все уроды и колхозники и Каланда — Иуда! Продал меня Ботанику с потрохами! Так, так… — нащупал он лежащий сверху АКС, — Блин, вспомнить бы еще в каком положении предохранителя одиночная стрельба?» Челентано хотел сдвинуть рычаг предохранителя на одиночную стрельбу, так как не далее как вчера, забирая этот автомат из гаража Татарина Илья просветил его, что у неумелого стрелка полный рожок патронов уходит, за две-три секунды стрельбы и не факт, что стреляя первый раз из калаша человек попадет даже в стоящего совсем недалеко человека. «Ладно, была не была — вроде так одиночный огонь. — он даже усмехнулся, — Или попросить Русю подсветить для верности? Только ухватить покрепче, чтобы отдачей ствол не подбрасывало.» — Ну чего там затих? — прикрикнул на него чернобородый и тоже лязгнул затвором пистолета, — Нашел, что искал или просто мозги нам дурил, а может, про деньги Седого вспомнил? — Нашел, нашел! — порадовавшись царящему в гараже полумраку ответил Саша, вытаскивая сумку из ниши и стая ее поближе к лесенке. Но сначала, он вынул картонную коробочку с золотыми червонцами и ставя ее на край смотровой ямы небрежно перевернул, отчего часть трех десятков золотых кругляшей раскатилась в стороны. — Да ептать! — выругался Руслан и опустив пистолет стал ногами сгребать раскатившиеся монеты. Второй бородач, у которого дробовик висел на плече, тоже шагнул к нему отвлекаясь и отворачиваясь от пленника стоявшего в смотровой яме. Челентано рванул укорот из сумки и вскочив на первую перекладину лестницы открыл огонь. Отражаясь от кирпичных стен загрохотали одиночные выстрелы. Выстрел! Выстрел! Выстрел! Еще выстрел! Первый же выстрел так ударил по перепонкам, что заложило уши, но парень продолжал давить на спуск посылая пулю за пулей в уже падающие тела чернобородого и Семена. Последний бородач судорожно рванул короткий дробовик с плеча, но понял, что ничего не успевает сделать и развернувшись рванул к воротам. Последняя, выпущенная из калаша пуля угодила ему точно в затылок. От нервного напряжения ломило виски и резало глаза от заволокшего гараж сизого порохового дыма. Но это фигня — зато живой! Саша перехватил автомат и выбрался наружу. Семену две пули вошли в живот и он лежал не подавая признаков жизни, а вот чернобородый был отчасти прикрыт его мощным телом и получив одну пулю куда-то в бок, сейчас кряхтел и ворочался на полу пытаясь дотянуться до выпавшего из руки пистолета. Челентано вскинул автомат и чуть отвернувшись выстрелил чернобородому в левую часть груди, а потом подумав, что негоже оставлять свидетелей которые могут выдать совсем другую версию произошедших событий, законтролил и бывшего прапора. Проверять третьего бандита вовсе не имело смысла, пуля войдя в затылок разворотила тому полголовы, выплеснув кроваво-серое месиво на кирпичную стену. Саша осторожно выглянул из ворот. Во дворе дома напротив лаяла потревоженная выстрелами собака, но огня никто не зажег и входные двери не хлопали. Все же, двери гаража были прикрыты и заглушили выстрелы. «Может обойдется, не вызовет никто полицию? Да и чтобы ее вызвать, нужно одеться и до ближайшего телефона две улицы в темноте прошагать.» Саша постоял еще несколько минут прислушиваясь. Но, если кто и проснулся от приглушенных воротами хлопков, то не спешил бежать и звонить в милицию. «Значит, обошлось! — выдохнул он и тут же хмыкнул, — Ага, мля, обошлось! Ботанику, я что рассказывать буду? Да он и спрашивать не станет, тут как говорится — факт налицо!» Челентано пару минут раздумывал, что ему делать, заниматься трупами или ехать к Колюжным? А потом вспомнил про кровь на бетонном полу, про мозги и кусочки черепа на стене и железных воротах и его несколько раз вывернуло скудным ужином, а потом и желудочным соком. Все же, пересилив себя метнулся назад, сунул в карман пистолет Кабана, а потом, сколько увидел золотых червонцев и сунув автомат в сумку, заперев гараж пошел к стоявшей на дороге машине Седого. — Мда, дела… — протянул Илья затягиваясь папиросой после рассказа друга о всем с ним произошедшем, — Ну считай повезло — в рубашке, как говорят, родился! И чего теперь, делать будем? — От трупов избавляться надо. — подал голос младший брат. — Тоха дело говорит! — поддержал брата Илья, — Мало ли что — менты нагрянут, потом им не докажешь, что в целях самообороны троих привалил. Они тогда вовсе, от тебя не отвяжутся. Челентано согласился с разумностью их доводов, но прежде, на всякий случай зарядил рожок автомата. Поехали на джипе Седого, чтобы в багажник влезли трупы всех троих. Все, что происходило дальше Саша воспринимал как сон, стараясь отгородиться от всего происходящего завесой нереальности. Хорошо хоть Колюжные сами загрузили тела, пока он переодевался, брал из дома сменное белье и кое-какие вещи. Решили увезти трупы двух бородатых бандитов и прапорщика в Латат и забросить их за границу серой зоны. Так и поступили, чтобы не нарваться на патруль первым пустили Антона на Волге, сами ехали следом чуть приотстав. Справились быстро, даже немного оттерли багажник от крови, прежде чем вернуться назад. — Пока затихаримся, пусть уляжется все. — сказал Челентано и сам же понял, что сморозил глупость, — Ну по крайней мере, горячку пороть не стоит. Ясно, что война у нас с Ботаником, но не я же ее начал! Да и вы не при делах, он вас вообще, ни разу не видел. — Ты это брось! — покачал головой Илья, — Тебя грохнут и до нас доберутся. Вместе надо, но верно сказал — без горячки! У нас дядька и братан двоюродный в Новиковке живут, можно у них на недельку зависнуть, обдумать что дальше делать и в мозгах по полочкам все разложить. Братан склады железнодорожные охраняет, а дядька в вохре местной, вовсе не последний человек — начкар! К нему не сунутся, да и не знает никто про них. Саша подумал, что если его увидят, а еще хуже — арестует милиция у родственников Колюжных, то подставит братьев, и перед ментами, и перед Ботаником. — Нет, — мотнул он головой, — вы там отсидитесь пока, а я в Асино к знакомым поеду. И лучше, нам по раздельности ехать. — Знакомые есть и переждать у них можешь? Не сдадут? — уточнил Илья внимательно посмотрев на друга, но больше ни о чем спрашивать не стал. — Есть и не сдадут. — соврал Челентано, — Вы только, телефон какой для связи оставьте, есть возможность? — Есть, через дядьку свяжешься, я тебе его имя и фамилию напишу. — взял он в доме бумажку и карандаш и выйдя нацарапал Саше телефон для связи. — Думаешь, сейчас ехать или утром? — Я сейчас рвану, — покачал головой Саша, — да и вы не затягивайте, машины-то Ботаник знает. И просьба, Илюха, к тебе, Рябого или с собой возьмите, или предупредите, чтобы тоже сидел не отсвечивал и в офис ни ногой! Семена нет, но мало ли кто его адрес Ботанику сказать может. Братья тоже быстро собрались и загнав Волгу в гараж, поехали на джипе Седого, подбросив Сашу до главной улицы, где у нескольких клубов и кабаков круглосуточно паслись таксующие водители. Челентано отдал братьям часть золотых монет, пожелали друг другу удачи, а после на время распрощались. Вот только с частниками, вышел облом, никто не хотел ехать ночью. Саша и так пообещал заплатить больше, но предлагать золотой червонец не стал — слишком уж подозрительно это бы выглядело. — Давай так, — предложил ему усатый владелец старенького Москвича глянув на часы, — я пока потаксую, а ты подходи часа через три, тогда точно поеду. Тебя довезу и уже светать будет, может какого пассажира в обратную дорогу захвачу. Саша подумав, что в кафе Отдых, где заправляли Асинские и которое работало почти круглосуточно, его искать не будут, пошел туда. Большую сумку пришлось сдать в гардероб. Сдал, не стал спорить, но переложил в небольшую висящую на плече деньги и пистолет. Бухать не хотелось, есть тоже не стал, так как боялся, что вырвет. Но все же заказал сто грамм самогона и сок, чтобы просто успокоить нервы. А еще, понял какую они совершили ошибку. Нужно было не сразу рвать когти, а отправить парней прятать трупы, а самому сесть в засаду и дождаться Ботаника. Что тот сделает, когда не дождется своих парней? Ясен пень, что снова к его дому вернется, вот тут бы его и положить. «Мда… из-за своей тупости пролюбил шанс, все закончить сегодня же!» — с горечью подумал Челентано. Посидев пару часов в клубе, посмотрел на танцующих девиц и послушав музыку, пошел было на выход, но потом понял, что очень голоден, вернулся и купил в буфете пару пирожков и чашку свежесваренного зернового кофе. Вышел из кафе без четверти восемь. Откровенно сказать — не надеялся увидеть усатого водителя на Москвиче, думал тот пообещал отвезти, чтобы Саша отстал, но знакомая машина как раз подъехала к обочине. В Асино, и впрямь приехали, когда стало светать. Саша думал, что будет сидеть как на иголках боясь внезапной проверки патруля, но то ли самогон дал такой седативный эффект, то ли наоборот, организм так прореагировал на стресс, но стоило выехать из Ягодного, Саша сам не заметил как задремал на заднем сидении и пришел в себя уже в Асино от голоса окликнувшего его водителя. По главной улице Ленина проезжали редкие машины, а пешеходы бежали на работу. Саша не раз бывал в Асино и знал, что двухэтажная гостиница находится на главной улице, недалеко от автовокзала, где его высадил частник, да и от вокзала железнодорожного тоже недалеко. Вот только, казавшаяся еще несколько часов назад идея отсидеться в гостинице, сейчас не казалось хорошей. Если его будут искать люди Ботаника, то как раз гостиницу проверят в первую очередь, уж лучше комнату снять. Саша прошел чуть дальше и услышал паровозный гудок раздавшийся со стороны вокзала. Внезапно вспомнил, что вроде сегодня из Асино в Яр должен идти поезд и в нем, точно будет пассажирский вагон. «А что я теряю? Это же мне на руку. Уж там, меня люди Ботаника вряд ли искать станут. И поезд, как минимум, раз в неделю между Асино и Белым Яром курсировать будет, так что отсижусь там. Оттуда и Колюжным позвоню, решим когда встретимся и что станем делать дальше.» На вокзале становилось все больше народу и за час до отправления в кассе начали продавать билеты. Билет до Белого Яра стоил два серебряных рубля, еще рубль брали за одно место багажа — в современных реалиях, когда было много безработных и старикам не платили пенсии, это были не малые деньги, но желающих уехать было достаточно. В небольшом помещении зала ожидания уже сидело человек тридцать, а еще часть ждала на улице не пожелав затаскивать, а потом вытаскивать объемные баулы и ящики. Ну да, лучше заплатить за безопасность, чем рисковать жизнью добираясь на попутках или на телеге с деревенскими торговцами. Челентано купил билет и уже собирался выйти из зала ожидания на улицу, чтобы поглядеть на поезд и паровоз во главе его, который коптил дымком из трубы, поддерживая температуру в котле, как в зал вошли пограничники. Два автоматчика перекрыли выход, а старший с еще двумя начали проверку документов и досмотр груза и вещей. 'Однозначно попал! — предательски екнуло сердце. В сумке у парня лежал не только автомат, от которого свежим порохом пахнет, так пистолет с глушителем и граната. Ну не оставлять же ее в гараже было!Саша приготовился к худшему, видя как из зала вывели какого-то мутного типа с обритой головой в телогрейке и партаками на руках — то ли было что-то запрещенное, то ли просто не понравился проверявшему документы капитану. Но тут Челентано увидел вошедших в зал людей в сером камуфляже, один с автоматом на плече, второй и вовсе нес в руках ручной пулемет, если парня со шрамами на лице Челентано видел, но не помнил как зовут, то второго вспомнил сразу — Коля Карате! Терять было нечего и он шагнул навстречу. — Привет, парни! — как можно радушнее поприветствовал он их и первым протянул руку. — О, Санек! — растянул рот в улыбке здоровяк, — Какими судьбами? Тоже в Яр собрался ехать? — Ну да! — кивнул Челентано и невольно бросил взгляд на пограничный патруль, что не укрылось от Николая. — Проблемы? — спросил он и хлопнул парня по плечу своей лапищей, а потом усмехнулся, — Да не ссы, если сильно не накосарезил, то отмажем! Но парень промолчал и выразительно глянул на Башкатова и Карате понял все правильно. — Леха, дуй за билетами! — протянул ему Коля монеты, а когда все понявший Алексей ушел к кассе, кивнул парню. — Ну, что там у тебя, проблемы? — Калаш у меня в сумке, а документов на него нет, ну и… граната еще. — чуть помедлив сознался Челентано, впрочем умолчав про тэтэшник с глушителем. А здоровяк покачал головой, потом подался вперед и спросил шепотом: — Не хило затарился, надеюсь, поезд не собрался грабить? — Нее, меня убить пытались, так я, все что было для самообороны взял. — Война, что ли началась, за наследство Седого? — понимающе спросил Карате. — Скорее, за пропавшие деньги. — пожал плечами Челентано и сам не ожидая от себя спросил у здоровяка глядя прямо в глаза, — Вы саквояж Седого забрали, только честно? — Хм… вопросики у тебя, брат! — протянул Коля и нехотя пожал плечами, — Если честно, то да. Но, сам понимаешь — деньги уже не вернем, хоть он дерись! — процитировал он Буратино из фильма, — Кто нашел — берет себе, да и Седой эти деньги не в угольном карьере, и не стоя у станка заработал. А мы, как минимум, половину народу вернем. Старикам — продукты купим, лекарствами поможем, мужикам рабочие места организуем. Хотя, чего я перед тобой оправдываюсь? Тебя Димка от монстра спас, а ты за деньги предъявляешь? — Да я не предъявляю… — вздохнул Челентано и грустно усмехнулся, — Это, скорее мне предъявили. — А ты, как понимаю в бега ударился? Ладно, давай так — я тебя перед погранцами отмазываю, а ты все как на духу рассказываешь и думаем, как помочь тебе выпутаться, раз уж косвенно в пропаже денег виноваты. Но, мы долго в Яре не пробудем, через два дня, этим же поездом назад. — Да мне там сидеть, тоже не с руки. С вами и вернусь. — Ну добро! — кивнул Карате, — В Асино вернемся, так с шефом еще поговорим. Димыч плохого не посоветует. — Здорова парни! — подошел к ним капитан Суховей пожимая руки двоим, но игнорируя Сашу, — Коля, это с вами хлопец? — С нами. А чего вдруг, сам командир разведчиков решил документы проверять? — Мои хлопцы поезд охранять будут, вот и решил проверку провести. Знаешь же — хочешь сделать хорошо, сделай сам. А чего он не в форме? — снова немного подозрительно глянул на Челентано капитан. — Да, стажер это, — отбоярился Карате, — официально в штат еще не зачислили, билет его вот, но могу и командировочное выписать. — Ладно, не надо. — махнул рукой Суховей, но сделав шаг тормознул, — Хотя, если с оружием, то в Яре могут докопаться, лучше выпиши. Ладно, удачи, парни! — попрощался капитан теперь пожав руки всем включая Челентано, — Располагайтесь во втором вагоне, я своим скажу, они вас раньше других пассажиров пропустят. — Пойдем на посадку, Саня, послушаем твою историю вдумчиво и не спеша. — подмигнул он парню и подтолкнул того к выходу. * * * Прибыв в свои владения, Дмитрий был удивлен новостью — к нему снова пожаловали маги из города, но теперь с ними был их старший маг ковена и какая-то его дальняя родственница. Было неловко, несмотря на приглашение, он так и не нашел времени посетить Варгион и познакомиться с главой ковена магов и новым бургграфом. Ковалеву пришлось вновь воспользоваться гостеприимством Филиппа и пригласить всех гостей на обед в дом своего вассала. Глава ковена Магнур Сивилла Варрон, который попросил называть его просто Магнуром, был стариком с длинной седой бородой и повязкой на глазах, как шепнул ему Армикус — Магнур лишился зрения много лет назад в магическом поединке, но мог ориентироваться с помощью магии. Не смотря на видимое увечье, старик вовсе не казался беспомощным инвалидом, от него исходила волна такой концентрированной магии, что любой инициированный ощущал это. Но больше старика мага, Дмитрия поразила его родственница — леди Кетлин Нолан. Кетлин была молодой женщиной, не старше тридцати лет, но уже имела двух детей и год назад потеряла мужа — одного из рыцарей соляного барона. Карие глаза, щеки с ямочками, стройная фигурка и копна каштановых волос, заколотых серебряной заколкой. — Простите нас, дорогой барон, — сказал ему глава ковена, прежде чем они сели за стол в доме Филиппа, — мы приехали к вам не только ради визита вежливости, но скорее как вестники неприятного вам. Нам стало известно, что Юлиус самовольно захвативший замок Балфур, злоумышляет против вас, барон! Мало того, он вступил в сговор с гильдией Теней — опытных наемных убийц. Димитрий, будьте осторожны! Но, даже сказанное ее двоюродным дядей не произвело на Дмитрия такого впечатления, как красота и притягательность леди Кетлин. Дмитрий, еле дождался окончания застолья, чтобы провести с дамой остаток дня. Они прогуливались по берегу Быстрицы и разговаривали о всем подряд, как друзья — легко и непринужденно. Он проводил Кетлин до гостиницы, когда на небе уже показались первые звезды. Очень хотелось поцеловать эту милую женщину, но Дмитрий побоялся нарушить приличия, лишь нежно пожал ей руку и пожелал доброй ночи. Утром, он первым делом, снарядил две лодки до Яра. Одна, которая побольше, должна была отправиться грузом до Асино, а идущая в сопровождении вернуться обратно с гребцами и солдатами. Зачем их отправлять поездом в Асино и потом перекидывать порталом, если можно поступить проще? Правда с Карате и Башкатовым должны отправиться два гаишника, которым Дмитрий дал увольнение на несколько суток и денег для покупки необходимых вещей. — Ладно, уж как-нибудь без радиосвязи несколько дней проживу! — махнул он рукой. Лодки отправляли с новой пристани, которую поставили недалеко от приземистого дота в поместье Фила. Закончив с отправкой Дмитрий сразу же вернулся в гостиницу к Кетлин и остаток дня провел с ней, разговаривая обо всем на свете, так ему с ней было комфортно и легко. Но дела не стояли на месте, пришло время расставаться и проводив Кетти в гостиницу Дмитрий отправился на холм Рохны, чтобы посетить пограничную крепость и после, перейти в маяк и в дом Матвеича, куда он надеялся, уже вернулся Коста. Правда, он взял обещание с девушки, что она дождется его возвращения, даже если Магнус и маги решат возвращаться в Варгион. — О, поверьте мне, дорогой Димитрий, я последние месяцы предоставлена сама себе и большую часть времени прибываю в скуке и затворничестве и не готова запросто бросить такого интересного собеседника, как ваша милость. — улыбнулась ему леди Нолан. — В затворничестве? А как же ваши дети? — удивился Ковалев. — Мои дети живут в замке у старика свекра, сыновьям уже двенадцать и десять лет. Он против, чтобы я забрала детей и жила с ними в городе. А я не выношу брюзжания родителей моего покойного супруга. — вздохнула дама, — Поэтому раз в два месяца, навещаю сыновей, но не выдерживаю в старом замке более нескольких дней. Вы бы только знали, Димитрий, как я одинока! С вами и нашими прогулками и увлекательными беседами, я снова почувствовала себя молодой женщиной. Это откровение запало Дмитрию в душу, оно было сродни признанию, если не в любви, так явной симпатии. И Ковалев отправился в свой недостроенный замок уже в сумерках, но с явным намерением побыстрее завершить дела и завтра же вернуться в гостиницу к кареглазой красавице. Вот только на холме Рохны, что-то было не так! Ворота в замок были заперты, никто не встретил господина и даже страж не стоял на смотровой площадке. Димка увидел примятый снег, алеющие капли крови и заглянул за угол, где увидел лежавшее тело гвардейца с перерезанным горлом. А потом, в окне башни мелькнул темный силуэт, хлопнула тетива и с третьего уровня в него полетела стрела. Магический амулет отрикошетил стрелу обдав холодком отката, но как оказалось, это был лишь отвлекающий маневр. Его ловко обхватили сильной рукой за шею и под край кожаного доспеха вошел острый стилет игнорирующий все защитные амулеты. Земля качнулась под ногами и Дмитрий упал и сжал зубы от боли, сквозь кровавую пелену в глазах, он увидел как напавший, словно факир исполняющий индийский трюк, метнул высоко вверх веревку и она застыла шестом будто ее конец зацепился за что-то невидимое прямо в воздухе. Убийца быстро и ловко забрался наверх и оттолкнувшись от веревки, которая тут же опала на землю, прыгнул на смотровую площадку башни. Все закружилось перед глазами, боль черной липкой паутиной распространилась из раны по всему телу оплетая его и он провалился в темноту. Дмитрий пришел в себя в светлой комнате, лежа на кровати. Не сразу понял, где находится, но потом сообразил, что это комната в гостинице. Губы потрескались, лицо горело огнем и драло горло, невыносимо хотелось пить, но радовало то, что он был жив! Дверь отворилась и в комнату вошла Кетлин. В руках молодая женщина держала мокрую тряпицу которой стала протирать лицо Дмитрию, смачивать его горячие губы шепча что-то ласковое. Лицо ее было озабоченно, но по щекам катились слезы радости и Ковалев понял, что она переживает из-за него и радуется тому, что он жив! И не смотря на усталость и тревогу в глазах, лицо ее было так же прекрасно как и в день их знакомства. — Как я рада, что вы живы, барон! — воскликнула Кетлин. — Мы договаривались на ты. — прохрипел Ковалев, — Долго я провалялся? — Димитрий, почти сутки ты был в беспамятстве. Дядюшка Магнур вынул колдовское оружие и провел лечение. Он сказал, что теперь твоей жизни ничего не угрожает. Наклонившись, она поцеловала его в щеку и Дмитрий позабыв о своем ранении был сейчас счастлив. Счастлив, что она искренне переживает за него, заботилась о нем когда он был без сознания, а главное, что она поцеловала его. Поцеловала не просто из милосердия или жалости, как целует сиделка наконец-то пришедшего в себя молодого пациента, а с нежностью и глядя в глаза, как влюбленная дама целует своего избранника и будущего любовника. — Кетлин, а я рад, что вновь вижу тебя! — прохрипел Ковалев игнорируя боль в пересохшем горле, — Рад, что ты не уехала! — Что ты говоришь, как я могла оставить тебя в таком состоянии? Превозмогая слабость он положил свои ладони на плечи красавицы притянул ее к себе и поцеловал уже в губы. Женщина вздрогнула, но не отстранилась. — Кетти, все будет хорошо, я это точно знаю! — Дмитрий улыбнулся и в ее карих глазах зажглась искорка надежды. Вот только в душе елозило щемящее чувство тревоги, а в голове сами собой возникали неудобные вопросы. «Чем, я так помешал Юлиусу, что он заплатил гильдии Теней за мое убийство, если основной конфликт у него был с Магнуром и его ковеном? — думал Дмитрий, когда Кетти вышла из комнаты, — Бывший бургграф уверен, что я соберу людей и выбью его из замка Балфур, потому решил действовать на опережение? И почему убийца не добил меня, перерезав горло как стражнику, был уверен, что заклинание на стилете убьет меня или это своеобразное предупреждение? Мда… расслабился, понадеявшись на свой дар и защитные амулеты, а как оказалось это вовсе не панацея от всех опасностей. Убийца из гильдии чуть не пришпилил, как жука булавкой.» Во всем произошедшем, нужно было детально разобраться и продумать ответные действия. Если лучшая защита, это нападение, то предстояло навестить Юлиуса Оттона в его горном замке. * * * П. С. Он очнулся ночью. Счистил иней с лысой головы и лица, выплюнул холодные грязные листья набившиеся в рот. Сколько он пролежал под ветками, листвой и летевшим с неба снежком, он не помнил, кто сбросил его в промоину и закидал ветками — тоже. Он не помнил, даже, как тут оказался и кто он такой. Просто совпало, что вектор луча маяка рассеивающий по всему Радиусу концентрированный магический фон сделав дюжину оборотов остановился проходя точно через место где бывший Витя Кузякин некоторое время пребывал в сонно-каматозном состоянии. Организм перестроился сам собой впитав большой заряд магической энергии, поэтому шагая по тонкому белоснежному насту босыми ногами, он не чувствовал холода. Всю его память стерло холодом и колдовским зельем, но на языке крутилось одно лишь слово. — Шрек! Шр-рек! Шре-е-ек! — смаковал его Кузякин на разные лады словно оно могло дать хоть какие-то воспоминания и понимание кто он и где он. Но слово молчало в отличие от него самого. Что оно значило он не помнил, оно раздражало, заставляло в гневе сжимать кулаки и скалить зубы издавая скрежет и рычание, но как пара строк из навязчивой песенки, слово все не желало выходить из его промерзшей головы. Он шлепал босыми ступнями сорок седьмого размера держа путь туда, куда сам не знал. В сторону, где над белоснежной равниной висела бледная и ущербная луна. В темноте, зеленоватым светом мерцали его глаза, а он все шел не перестав шептать на разные лады это навязчивое слово. — Шрек! Шр-р-р-ек! Шре-е-е-ек! Время от времени он в ярости вскидывал лицо к луне и издавал утробный вой. Конец шестой книги. ----------