Пролог

Римерон. Огромный торговый город с населением более двух сотен тысяч человек и крупнейший речной порт королевства Каири. Широкая и полноводная река Мангана, на которой стоял город, могла привести куда угодно. Отправишься по течению вверх — попадёшь в столицу Каири, город Беройт, а если ещё выше, то и до горных стран доберёшься. Поплывёшь по течению вниз — выйдешь к морю, а оттуда хоть на другой материк плыви, все дороги открыты. Правда, последние пару лет с выходом к морю у каирийцев было всё непросто. Ведь у соседнего государства, королевства Монхорни, были свои виды на устье Манганы, а потому войны за эти земли между двумя королевствами вспыхивали почти каждые полвека. Вот и сейчас недалеко от того места, где река впадала в море, велись ожесточённые бои. Впрочем, эти бои были слишком далеки от Римерона, а потому город продолжал жить своей обычной и насыщенной на события жизнью.

Да, крупный речной порт был настоящим раем для торговцев, судовладельцев, ремесленников-производителей, путешественников. А ещё город точно магнитом притягивал к себе искателей приключений, лёгкой беззаботной жизни и быстрого богатства. Конечно же, в богатых и респектабельных районах Римерона последним места почти никогда не находилось. И все эти «искатели», в большинстве своём, либо возвращались туда, откуда приехали, либо селились на окраинах, а кому-то не везло особенно сильно, в поисках дешёвого жилья и быстрого заработка хоть каких-то денег они отправлялись на остров, что располагался на середине реки и был хорошо виден с центральной набережной Римерона. А жизнь в сельских провинциях и на окраинах крупных городов всё равно была в разы лучше, чем на острове Тио.

Голод, бесконечные болезни, тяжёлая изнурительная, а иногда и очень опасная для жизни и здоровья работа. Грязь на улицах, отвратительный запах. Ветхие деревянные домики с покосившимися стенами и дырявыми крышами. Ещё воры, мошенники и даже убийцы чуть ли ни на каждом шагу, а ещё дамочки непристойного поведения. Вот, что ежедневно видели жители острова Тио. Настоящие трущобы. Хотя, казалось бы, чтобы добраться из этих самых трущоб до центра большого города, нужно всего лишь перейти по широкому деревянному мосту на противоположный берег.

И ведь изначально остров Тио был вполне себе милым и спокойным местечком. На нём селились простые рыбаки и их семьи. Но постепенно в рыбацкое поселение стали переселяться те, кому в самом Римероне места не хватило. Остров начал обрастать новыми домами, в них селились новые жители… чаще всего не самые пристойные в плане поведения жители. Мужчины, оставшиеся без нормальной работы, но не брезгующие подзаработать не самым честным путём, и одинокие женщины, готовые привечать в своих домах любых мужчин за определённое вознаграждение. Кстати, чтобы поведать своим «гостям-мужчинам», что конкретно в этом доме их ждут в любое время дня и ночи, островные дамочки начали ставить возле порогов своих домов фонарики, горящие притягивающим синим светом. И совсем скоро остров Тио стали называть не иначе как остров синих огней, или район синих огней.

А ныне в одном из таких домов, с горящим синим фонариком у порога, разворачивалась настоящая трагедия. Хотя, для острова Тио это была не такая уж и трагедия… так, вполне обычное дело.

— Юни! Юни, ну очнись же! — причитала Идзи Квон, женщина средних лет, склонившись над бездыханным телом своей тринадцатилетней дочери — Юни, ну как же так! Ты не можешь умереть — а потом резко развернулась и опасливо глянула на стоящего у противоположной стены мужчину во всём чёрном — Вы убили её! Вы убили мою дочь! — надо сказать, особых страданий на лице мамаши, только что потерявшей ребёнка, не наблюдалось. Скорее, острое недовольство, не более того.

— Я не хотел… — начал было оправдываться тот, но тут же бросил на хозяйку дома презрительный и высокомерный взгляд — Но вообще, ты сама виновата! Ты сама отдала её мне! Сама сказала, что за ту сумму, что я уже заплатил, я могу делать с ней всё, что захочу!

— Но не убивать же! — воскликнула Идзи и снова на дочь посмотрела, слегка поморщилась. На теле тринадцатилетней девочки отчётливо виднелись многочисленные ссадины и кровоподтёки, а вся правая половина её лица была залита кровью.

— Я и не собирался её убивать — сквозь зубы пробормотал мужчина в чёрном. На лице его не наблюдалось ни малейшего проблеска раскаяния, лишь такое же недовольство, что и у хозяйки дома, да желание поскорее сбежать подальше и забыть о случайно убитой девчонке — Но ты обещала мне покорную девственницу! А я даже попробовать её не успел, ведь твоя совершенно невоспитанная малявка сопротивляться начала! Брыкалась и царапалась! Я и решил её немного поучить. Вот только силы не рассчитал — слегка тряхнул головой и отстранённо добавил — Ладно… Довольно лирики. Сколько ты хочешь, чтобы забыть о произошедшем? — и вытащил из внутреннего кармана камзола внушительных размеров мешочек с монетами.

— Это же моя дочь. Вы вот так просто пытаетесь купить жизнь моей дочери? — пробормотала в ответ женщина, а сама алчный взгляд на мешочек бросила, нервно губы облизнула.

— Это дочь обычной продажной бабы, каких на этом проклятом островке тысячи — ухмыльнувшись, парировал мужчина — А потому её жизнь и так ничего не стоит. Но я же готов неплохо заплатить.

— Я ведь могу в районное отделение защиты населения обратиться — напомнила хозяйка дома. Не то чтобы она на самом деле собиралась куда-то обращаться, скорее, цену набивала. Ведь сама, уже не пряча взгляд, пристально поглядывала на мешочек с монетами, мысленно прикидывая, какая сумма там может быть.

«Гость» же при упоминании об отделении защиты искренне расхохотался. Хохотал он долго, а когда, наконец, прекратил, заговорил тихим, но каким-то пугающим голосом:

— Сотрудники отделения защиты на твои слова даже внимания не обратят. У них и своих дел полно, они охраняют порядок в благочестивых районах Римерона. На остров синих огней они даже не сунутся. А уж когда узнают, чем ты и твои дочечки на жизнь себе зарабатываете, тем более не станут связываться. Мне же они ничего не сделают, даже никаких обвинений не предъявят, не посмеют. Я как жил себе спокойно раньше, так и буду продолжать жить впредь. Ну а ты, если, и правда, в отделение защиты побежишь, никогда в жизни не увидишь тех денег, что я готов заплатить тебе прямо сейчас — сказав это, мужчина вытащил из мешочка несколько золотых монет, закинул их себе в карман, а оставшееся положил на ближайший столик — Надеюсь, этого будет достаточно — пробормотал язвительно, медленно развернулся и преспокойно вышел из комнаты.

— Уже уходите, господин? Как отдохнули? — несколько секунд спустя послышался из коридора мелодичный девичий голосок — Может быть, такой мужчина, как вы, не откажется отдохнуть подольше? Только теперь уже в моей компании?

— Прочь с моей дороги, девка — резко перебил недавний «гость» в чёрном.

— Ох, как грубо — прокомментировал девичий голос. Но какой-то обиды на подобное поведение в этом голосе не прозвучало. Вероятно, к подобному поведению мужчин хозяйка мелодичного голоска давно привыкла.

Хлипкая деревянная дверь в комнату тихо скрипнула и со словами «Мама, у меня сегодня такой удачный день!» в комнату вошла миловидная темноволосая девушка в длинном сильно приталенном платье и с очень-очень глубоким декольте. Но стоило девушке сделать пару шагов по комнате, как она громко испуганно вскрикнула.

— О Боги! Что же это⁈ Юни! — и бросилась к лежащей на полу девочке, на колени перед ней опустилась, а затем обернулась к хозяйке дома, что уже не обращала никакого внимания на убитую дочь, а жадно перебирала содержимое оставленного «гостем» мешочка — Мама, Юни не дышит!

— Вижу, что не дышит — отмахнулась та в ответ — И не кричи так, Мэй! Мелких ещё больше напугаешь. Они и так в дальней комнате закрылись и в шкаф спрятались, когда Юни кричать начала.

— Погоди… — пробормотала недоверчиво девушка — Так этот мужчина весь в чёрном… Он что же, был клиентом Юни, а не твоим? Это он её убил⁈ Но мама… ты же обещала, что не будешь втягивать в наше ремесло Юни, Джию и Лини, пока им не исполнится хотя бы четырнадцать!

— Я и не собиралась — смиренно вздохнула Идзи Квон — Но у меня не осталось выбора. Он сказал, что я для него слишком стара, понимаешь? Что я его даже за сниженную плату не устраиваю. А дать уйти такому денежному клиенту я никак не могла. Потому и предложила ему Юни. Он, к тому же, заранее заплатил за неё сумму в три раза выше обычной, ведь он у неё первый клиент — поморщилась и головой покачала — А эта глупышка сопротивляться надумала, вот и получила… что заслужила — сказав это, хозяйка дома обвиняюще прищурилась, глядя на старшую дочь — Вот если бы ты, Мэй, работала дома, а не бегала по всему острову, то этот мужчина достался бы тебе и к Юни близко бы не подошёл.

— Но он её убил! Убил твою дочь! И ты ещё так спокойно говоришь об этом. Да надо бегом бежать в городское отделение защиты населения! Его арестуют, в тюрьму посадят. Или отправят на войну.

— Никто его не посадит и никуда не отправит — покачала головой хозяйка дома, повторяя высказывания недавнего «гостя» — Он богат. И, наверняка, живёт где-нибудь в самом центре Римерона. А владельцы центральных домов неприкасаемы. Даже если я узнаю его полное имя и открыто заявлю, что он убил мою дочь, мне никто не поверит. Жителям района синих огней нет веры, сама знаешь.

— Но что-то же надо делать! — воскликнула Мэй.

— Если тебе надо, то ты и делай. А я ничего делать не собираюсь — и вдруг радостно и даже счастливо улыбнулась, словно и не она буквально полчаса назад потеряла одну из дочерей — Ты только взгляни на это, Мэй! Ты видишь, сколько он заплатил за то, чтобы мы забыли про смерть Юни! Да такая сумма решит все наши проблемы! Дом, наконец, отремонтируем, мебель нормальную купим, может, даже ещё один этаж пристроим, а новые комнаты сдавать другим девушкам будем, да ещё и плату с них будем брать за проживание и за возможность своих «гостей» приводить. Долги Арэма раздадим.

Мэй приподнялась на ноги, словно тоже мгновенно об умершей сестре позабыла, поближе к матери подошла и широко рот приоткрыла, глядя на количество золотых монет, но ни слова не произнесла, просто смотрела и ресницами хлопала.

— Невероятно — молвила она в итоге — Неужели он, и правда, согласился столько заплатить? — после чего брезгливо скривилась — Вот не упомянуть о долгах Арэма ты никак не могла. Мама, может быть, пусть Арэм сам выкручивается. Не маленький уже. А на эти деньги можно купить нормальный дом, в нормальном районе города — на мать с надеждой посмотрела — А мы забросим наше проклятое ремесло и заживём нормальной жизнью. Я могу на швею выучиться… или на повариху. В конце концов, мне всего восемнадцать, и ремеслом я занимаюсь не так давно, ещё не успела никакой нехорошей болячкой заразиться. Может, я даже замуж смогу выйти, и детей родить в настоящем браке.

Только Идзи на слова старшей дочери лишь насмешливо головой покачала.

— Мы никогда не сможем зажить нормальной жизнью, Мэй. И даже если ты, как мечтаешь, замуж выйдешь, рано или поздно найдётся человек, который узнает в тебе бывшую жительницу острова Тио. И тогда твоей «нормальной» жизни придёт конец. А твой муж тебя возненавидит, возможно, даже официального развода добьётся, да ещё и детей твоих отберёт. Или хуже того, скажет, что ваши дети вовсе не его, с твоим-то прошлым у него точно будут основания так говорить, и выгонит тебя вместе с детьми на улицу. Все соседи и друзья, которыми ты успеешь обзавестись, от тебя отвернуться. И вернёшься ты назад, на этот остров. Поэтому… — многозначительно хмыкнула — Лучше уж нам продолжать жить своей привычной жизнью. Здесь.

Мэй от слов матери зябко поёжилась и вновь бросила взгляд на бездыханное тело младшей сестры, недовольно нахмурилась.

— Я помню — помолчав, произнесла она — Ты как-то говорила Арэму, что ему следует постараться выбраться с острова синих огней, попробовать построить жизнь в другой части города. Значит, мне лучше продолжить жить здесь, а он пусть в лучшую жизнь отправляется? А теперь ты ещё и долги его, которые он наделал по собственной глупости, закрыть хочешь. Если бы я кому-то задолжала, ты бы от моих проблем только отмахнулась, сказала бы, чтобы я сама выкручивалась. Как-то несправедливо, мама. Да, он твой единственный сын, но я, Юни, Джия и Лини — мы твои дочери. И всё же ты считаешь, что мы, в отличие от Арэма, лучшей жизни не достойны. Лини и Джия вообще ещё малышки, у них ещё есть возможность не просто с острова вырваться, но ещё и грамоте обучиться.

— Ты — женщина, как и твои сёстры — резко ответила Идзи — У вас всегда есть и будет возможность заработать себе на жизнь, без всякой там грамоты. А Арэм мужчина, он не может торговать собственным телом.

— Ну конечно — скептически проворчала Мэй. Она хотела сказать что-то ещё, но её отвлёк тихий стон. Идзи тоже этот стон услышала.

— О, Боги… Жива, она жива — недоверчиво пробормотала женщина, глядя на лежащую на полу девочку. Если ещё минуту назад та казалась мёртвой, то теперь было отчётливо видно, как поднимается и опускается её грудная клетка, как на её перепачканном в крови личике проступает гримаса боли — Юни, ты нас так напугала. Мы ведь, действительно, поверили в твою смерть.

Но Юни на это ничего не ответила, ещё раз тихо застонала и голову на другой бок повернула, при этом даже глаза не открыла.

— Надо бы её на матрас переложить — спохватилась Мэй — А то лёжа на голом полу она долго не поправится.

— Да, сейчас переложим — согласилась хозяйка дома — И воды бы надо принести, промыть её раны и ссадины — а потом довольно рассмеялась — Вот ведь Юни молодец! И денег нам сколько заработала, и сама жива осталась!

Поправлялась Юни медленно. Первые дни на ноги вообще не вставала, почти ничего не ела, даже не разговаривала, только тихо постанывала. А когда глаза открывала, смотрела на всех, словно и не узнавала ни мать, ни сестёр, ни старшего брата, что изредка забегал в дом.

Но постепенно-постепенно девочка начала идти на поправку. Большую часть дня она уже не лежала, а сидела, стала нормально есть, иногда вставала, правда, ходила совсем понемногу и при этом заметно прихрамывала. Заговорила. Только говорила она… как-то странно, словно с каким-то едва уловимым акцентом. Постоянно вопросы задавала, очень странные вопросы. По несколько раз переспрашивала имена матери, сестёр. Спрашивала названия города, в котором она жила, и острова. Названия страны и большой реки, которую было немного видно в одно из окон дома. Однажды спросила, почему все считают, что в неделе десять дней, когда всем известно, что дней в неделе семь. Но это всё ладно, в один из дней девочка и вовсе заявила, что она никакая не Юни!

— Она память потеряла. Точно тебе говорю — заявила Мэй Квон в очередном разговоре с матерью — Помнишь того рыбака с соседней улицы, который с крыши упал и головой сильно ударился? Он тогда тоже долго никого не узнавал и даже не понимал, где он вообще находится. И тоже имени своего не помнил!

— Да, наверное, ты права — со вздохом признала Идзи — Юни нас совсем не помнит. Не помнит, кто она сама. А впрочем, немудрено, ей от этого «гостя» крепко досталось. Чудо, что жива осталась — а потом привычно отмахнулась от проблемы собственной дочери — Но с другой стороны, ничего страшного, что она нас не помнит. Рыбак же со временем всё вспомнил, и Юни тоже вспомнит. А пока пусть поправляется. Денег, чтобы её кормить, у нас теперь хватает. Пусть ещё годик или даже два побудет маленькой девочкой, она это, так уж и быть, заслужила — и добавила уже для себя — А поработать в нашей профессии она ещё успеет. Клиенты никуда от неё не денутся.

Говоря всё это, Идзи Квон не знала, что её дочь Юни, которая уверяла, что никакая она не Юни, стояла за стеной и чутко прислушивалась к каждому вновь произнесённому слову, а в мыслях её начинали зреть пока ещё эфемерные планы побега и из этого дома, и с острова Тио.

Условие в завещании, и как его обойти

Пять лет спустя.

— Что⁈ — громко и возмущённо воскликнул молодой темноволосый и самую чуточку полноватый мужчина в дорогом чёрном костюме, нервно отбросил в сторону документ, который только что читал, на ноги подскочил и двумя руками за голову схватился — Этого быть не может! Он не мог так со мной поступить! — после чего обернулся на остальных людей, присутствующих в небольшом кабинете поверенного: свою мать, младшую сестру с мужем и двоих троюродных братьев — Даже им всем он оставил куда больше, чем мне! Это несправедливо! Ведь это я его единственный внук и главный наследник!

— Господин Джимиан… — совершенно спокойно заговорил поверенный, седовласый мужчина в строгом камзоле, чопорно застёгнутом на все пуговицы — Ваш ныне покойный дедушка, многоуважаемый господин Уджин Хонг, изъявил желание распорядиться своим имуществом именно так, как написано в только что прочтённом вами завещании. Согласитесь, он имел на это полное право. Вашей сестре, госпоже Джанди Мун, досталось большое поместье близ Римерона с прилегающими к нему землями, вашей матушке, госпоже Наяни Хонг, и вашим кузенам, господам Киджану и Геону, достались определённые денежные суммы, хранящиеся на счетах в центральном банке города Римерона. Вам же, господин Джимиан, достанется всё остальное имущество вашего покойного дедушки, а это ещё три поместья, два больших дома, здесь, в Римероне, и в столице, медные рудники в соседней провинции, четыре речных грузовых судна и приличные денежные суммы на счетах в нескольких банках. Просто для того, чтобы всем этим завладеть, вам нужно выполнить совсем небольшое и совершенно несложное в плане выполнения условие, поставленное вашим дедушкой — поднял лист с завещанием, который так небрежно откинул от себя возможный наследник богатств Уджина Хонга, ещё раз мельком пробежался взглядом по строчкам и добавил — Признаться честно, господин Джимиан, я не совсем понимаю, чем именно вы так недовольны.

— Чем я так недоволен⁈ — снова воскликнул мужчина, но постарался взять себя в руки, сделал глубокий вдох, разгладил растрёпанные тёмные волосы пятернёй одной руки и вновь уселся на стул перед поверенным — Мой дед решил, что я просто обязан жениться, притом в ближайшее время. Иначе всё положенное мне наследство уплывёт в алчные ручонки наших дальних родственничков из столицы! И вы ещё спрашиваете, чем я недоволен⁈

Впрочем, спорить с поверенным было совершенно бессмысленно, Джимиан Хонг это прекрасно понимал. От споров в завещании ничего не изменится. Просто теперь ему необходимо было срочно что-то придумать. Нужно было сделать что-то такое, чтобы и состояние деда заполучить, и при этом остаться свободным и необременённым семьёй человеком. Мужчина вновь подхватил лист с завещанием, в который раз недовольно скривился. И еле удержался от того, чтобы не изорвать это злополучное завещание в мелкие клочья. Но всё же вернул документ на стол, а сам поднялся на ноги и, коротко попрощавшись, к выходу направился. Его матушка и сестрица с мужем поспешили следом за ним.

— Я буду ждать вас, господин Джимиан — словно издеваясь, добавил во след поверенный — В ближайшие дни. Вместе с женой и с документом, подтверждающим, что пришедшая вместе с вами женщина на самом деле ваша жена.

— Но сынок — настойчиво твердила госпожа Наяни, слегка полноватая темноволосая женщина среднего возраста с очень тонкими губами и немного высокомерным взглядом, сидя в экипаже рядом с сыном — Твой дед не желал тебе ничего плохого. Наоборот, он хотел сделать лучше для тебя.

— Лучше для меня. Ну конечно — с сарказмом бросил в ответ Джимиан Хонг, недовольно передёрнул плечами и бросил взгляд в окно экипажа на проплывающие мимо улицы города.

— Конечно, для тебя — повторила мать — Тебе тридцать три года. Многие твои друзья-ровесники уже давно женаты, своими детьми обзавелись. А ты всё один и один. Может быть, и тебе стоит, наконец, остепениться, семью завести? Мне и самой хочется поскорее внуков увидеть.

— Между прочим, моя ближайшая соседка, госпожа Сандара, время от времени о тебе расспрашивает — добавила сестрица. Джанди и её муж Шиан сидели в экипаже на противоположном сидении и до этого момента в разговор матери и сына не вступали — Она молода, неплохо сложена, дочь состоятельных и уважаемых родителей.

— О, это та юная особа с редкими светлыми волосам, которые она собирает в совершенно ужасные причёски? — тут же переспросила госпожа Наяни, с интересом оборачиваясь к дочери — Да, я её помню — головой покивала и недовольно скривилась — Ох, Джанди, наш Джимиан, будь у него чуть больше времени, мог бы найти себе невесту и посимпатичнее, но по условию завещания, с момента смерти господина Уджина у него есть всего двадцать дней на поиски жены. И пять дней из этих двадцати уже прошли!

— Я могу сегодня же пригласить госпожу Сандару и её родителей к нам на ужин. Шиан, дорогой, ты ведь не будешь возражать, что вечером к нам прибудут гости? — мельком на мужа глянула, а после его почти безразличного кивка, снова на мать посмотрела и радостно в ладоши хлопнула — Мама, это же замечательная идея! Вы с Джимианом тоже придёте к нам на ужин. Посидим, поговорим, вспомним дедушку. Джимиан как бы невзначай сделает парочку комплиментов Сандаре, потом они могут выйти прогуляться в сад. Слово за слово, и он скажет ей, что много лет о ней мечтал, но отчего-то боялся признаться в своих чувствах, но теперь вот решился, и очень ждёт её ответа.

— Хм… да, идея не такая уж и плохая — признала госпожа Наяни — Если, как ты говоришь, эта Сандара давно интересуется нашим Джимианом, она точно не будет возражать против скорой свадьбы.

— Не будет. Даже наоборот — заверила Джанди Мун — Ей уже скоро двадцать один год исполнится. Она и так в девицах засиделась. И её родители, я думаю, тоже возражать не будут.

— С чего бы им возражать? — хмыкнула в ответ матушка — Да, семья у них не бедная, но с теми деньгами, что совсем скоро будут принадлежать Джимиану, им не сравниться — и обернулась к сыну, что всё также молча смотрел в окно движущегося экипажа — Ну вот, сынок, твоя проблема почти решена. Ещё немного, и состояние твоего деда станет твоим.

— А моё мнение вам, выходит, совершенно не интересно? — пробормотал тот сквозь стиснутые зубы, взгляд от окна оторвал, на сестрицу покосился недовольно и к матери обернулся — Как у вас всё просто. Уже и невесту мне нашли. Да как быстро! И вам всё равно, что эта Сандара мне совсем не нравится, что я точно не собираюсь провести рядом с ней остаток свои дней.

— И чем же тебя не устраивает Сандара? — нахмурившись, спросила Джанди — Если тебе, как и маме, не нравятся её волосы, то…

— Да причём тут её волосы⁈ — прикрикнул Джимиан — Она сама мне не нравится! Я помню твою соседку. Имел «честь» познакомиться с ней в твой позапрошлый день рождения. Разговаривать с ней невозможно, она только глупо кивает в ответ, но почти ничего не отвечает. Какая-то вся закрытая и зажатая, одевается постоянно во всё тёмное и скучное, точно старушка какая. На неё, помнится, какой-то слуга, случайно стакан с водой пролил, так у неё не хватило смелости даже отругать его за это как следует. И зачем мне такая бессловесная жена? Да надо мной все смеяться будут, если я свяжу свою жизнь с ней! Мне нужна такая, чтобы… — призадумался — Яркая, решительная, чтобы за себя постоять умела, да за словом в карман не лезла — замолчал на миг и добавил — В общем, я точно не хочу быть связан с этой Сандарой узами священного брака!

— Сейчас не самое подходящее время быть таким привередой, сынок — закатив глаза, вставила госпожа Наяни и тяжело вздохнула — Соседка сестры ему, видите ли, не по вкусу. Хотя, признаться, и мне она не особо импонирует… А сам ты, выходит, мечтаешь о яркой и решительной — неопределённо рукой взмахнула — Ну тогда я даже не знаю, кого можно порекомендовать тебе в жёны. Среди дочерей моих знакомых почти все либо уже замужем, либо помолвлены — руки на груди скрестила и задумчиво прищурилась.

— Знаете, я тут вспомнил — вступил в разговор Шиан, муж Джанди. Обычно немногословный и постоянно витающий в каких-то своих мыслях мужчина, брюнет ростом немного ниже среднего, но одетый всегда с иголочки, в самые лучшие и дорогие костюмы от самых именитых портных города — У одного моего делового партнёра есть дочь девятнадцати лет, которую он мечтает поскорее замуж выдать. Девушка, как я слышал, как раз очень яркая, красивая и… немного шумная. Но ведь тебе, Джимиан, как я понял, именно такие и нравятся?

— Шиан! И ты туда же! — возмутился Джимиан Хонг.

— А что? — пожал плечами зять — Как раз завтра я встречаюсь с этим самым партнёром. Могу в разговоре упомянуть о тебе. Хочу сказать, что мой партнёр очень деловой человек, и когда он узнает, каким именно наследством ты завладеешь после женитьбы, он тут же даст согласие на твой брак с его дочерью.

— Да, Шиан — тут же закивала Наяни — Обязательно поговори со своим партнёром! Если Джимиана так не устраивает Сандара, то, возможно, та девушка ему больше понравится — и не смогла не добавить — Меня, конечно, немного смущает, что она… как ты выразился, очень шумная. Наверняка, начнёт в доме моего сына, а значит, и в моём доме, свои порядки устанавливать — едва заметно плечами передёрнула — Ну ничего. С этим как-нибудь разберёмся. Главное, чтобы наш Джимиан наследство получил.

— А если и эта девица мне не понравится? — возразил мужчина — Я вам больше скажу, я абсолютно уверен, что и она мне не понравится!

— Но почему? — переспросила Джанти, наклоняя чуть вперёд — Ты ведь сам сказал, что тебе жена нужна яркая и шумная. А я как-то сталкивалась с девушкой, о которой только что упомянул мой муж, и могу тебя заверить, что внешне она очень привлекательна.

— В самом деле, сын мой, ты должен хотя бы на неё взглянуть. Откуда такая нелепая уверенность, что возможная невеста тебе не понравится?

— Потому что я знаю! Я в этом уверен! — и тихо признался — Потому что у меня уже есть девушка, которая мне нравится. Я знаю её уже несколько лет. И потому вряд ли мне понравится кто-то ещё — и словно сжался, испугавшись реакции родных на его признание.

Наяни и Джанди потрясённо рты пораскрывали, глядя на своего сына и брата. А потом радостно заулыбались и оживлённо загалдели.

— Джимиан, так это же замечательно! Я уже мечтаю с ней познакомиться! Когда ты приведёшь её к нам на ужин для официального знакомства? Так хочется поскорее взглянуть на девушку, которая пленила сердце моего свободолюбивого братца!

— В самом деле, сынок — бурчала госпожа Наяни — Выходит, тебе на протяжение нескольких лет нравится какая-то девушка, и при этом ты молчал и ничего мне об этом не говорил! К чему была нужна такая скрытность? Уже давно бы нас познакомил. Возможно, даже женился бы уже давно. И твоему покойному дедушке не пришлось бы включать дополнительное условие в завещание! Или ты переживал, что мне она не понравится? Она что, недостаточно хороша собой? Или её семья недостаточно богата? Хотя… сейчас это уже не имеет значения — на миг её лицо исказила недовольная гримаса, после чего женщина немного печально головой покачала — Мы могли бы такую пышную свадьбу тебе устроить, а теперь придётся вам жениться очень скоропалительно. А это минимум гостей и совсем небольшой праздник, без приглашённых артистов и музыкантов. И новые платья к твоей свадьбе мы с Джанди заказать не успеем, придётся перешивать что-то из уже готового — но тут же решительно расправила плечи — Но, Джимиан, ты не переживай. Все заботы о подготовке к свадьбе я возьму на себя. А твоя задача просто привести свою невесту к нам на ужин — бросила на сына строгий взгляд и ещё раз повторила — Завтра… нет, до завтра я не успею… послезавтра вечером я жду твою невесту и её родителей у нас на ужин!

Мысленно Джимиан Хонг уже сто раз пожалел, что не сдержался и поведал присутствующим о девушке, которая существует в его жизни уже целых пять лет. Он тяжко вздохнул и вынужденно кивнул в ответ на слова матери, и та тут же довольно заулыбалась. И его сестрица Джанди улыбалась. И Шиан тоже улыбался, разве что его улыбка была не радостной, а скорее насмешливой. Ведь в отличие от сидящих в экипаже женщин, он прекрасно знал, о какой такой девушке заговорил его шурин. Мда… госпожа Наяни Хонг выбор своего сына точно не одобрит.

А сам Джимиан? Неужели он, и правда, решится на свадьбу с собственной содержанкой, вполне миловидной девушкой, но дочкой бедняка, живущего на самой окраине города?

— Вот такие дела, Кай — жаловался тем же вечером Джимиан своему давнему другу, сидя у того в гостях — Мне теперь или жениться, или же остаться без дедовского состояния, а это значит, сократить все свои расходы до минимума!

— Ну так женись — со спокойной улыбкой посоветовал друг — Я, как ты знаешь, уже давно женат, у меня двое детишек подрастает. И могу тебя заверить, чего-то совсем страшного в семейной жизни точно нет. Мы с моей женой замечательно ладим. Не ругаемся, вместе завтракаем и ужинаем, при этом какие-то общие семейные дела обсуждаем, вместе посещаем различные светские мероприятия, детей вместе воспитываем.

— В том-то и дело, что я точно не хочу такой жизни! — повысил голос Джимиан, после чего сделал глоток дорогого крепкого напитка и поудобнее в кресле устроился — Не хочу видеть рядом с собой женщину, с которой мне придётся обсуждать какие-то дела, тем более семейные. Мне для этого матери хватает! И сестры! Женщина нужна… для удовольствия, для хорошего времяпрепровождения. Не хочу растить детей, выслушивать их бесконечные капризы! Ещё и выслушивать претензии жены, что я воспитываю детей как-то неправильно — кивком головы на друга указал — И не говори мне, что в твоей «идеальной» семейной жизни никогда такого не было. Я помню, ты как-то раз сам мне жаловался, что твоя ненаглядная ругает тебя за то, что с сыном мало общаешься.

— Нашёл, что вспомнить — чуть поморщился Кай — Это когда было-то? Ну да, иногда бывают у нас с женой… недопонимания, но редко, и это такие мелочи — сделал глоток из своего бокала и тоже на спинку кресла откинулся, помолчал немного — Я вот чего не пойму, если ты так против женитьбы, зачем ты рассказал своим о Линзи?

— Само как-то вырвалось — скривившись, признался Джимиан — Мне стало настолько невыносимо слушать о моих потенциальных невестах… В общем, я на секунду подумал, что если скажу им о том, что в моей жизни уже есть любимая девушка, они со своими невестами от меня отстанут. Отстали… — тяжело вздохнул — Только вот теперь ждут Линзи на послезавтрашний ужин — призадумался на миг — Хм… ноя, кажется, в разговоре с ними имени Линзи не упоминал.

— Понятно — покивал друг — А я уж было подумал, что ты, и правда, на Линзи жениться надумал.

— Что за глупости? Линзи и так уже сколько лет со мной. И никуда от меня не денется. И поэтому какой мне смысл жениться на собственной любовнице?

— А что такого? Не ты первый, не ты последний. Взять моего соседа-банкира, он пару лет назад тоже на своей любовнице-содержанке, дочери какого-то сапожника, женился. И ничего. Первое время его жену, конечно, старались избегать, его самого осуждали, но со временем все привыкли. К твоей Линзи тоже привыкнут. Полагаю, даже твоя матушка со временем смирится.

— Нет — решительно замотал головой Джимиан — К женитьбе на Линзи я тоже не готов!

— Но почему? — повёл плечами Кай — Сколько она у тебя на содержании? Уже лет пять, если я не ошибаюсь? А это очень большой срок. При этом ты не потерял к ней интереса. Продолжаешь с удовольствием проводить с ней время. Частенько собственную мать обманываешь, что уехал на несколько дней на охоту или ещё куда, а сам всё это время проводишь в доме, который арендуешь для Линзи, в её милой компании — едва заметно усмехнулся — Если так подумать, вы с ней уже как муж и жена, только ваши отношения не оформлены, как полагается, и детей у вас нет.

— Нет, нет и нет! — снова повысил голос Джимиан — Не собираюсь я на Линзи жениться! Да, она очень хорошая, замечательная… можно сказать, самая идеальная девушка на свете, но…

— Что но?

— Но я просто уверен, что стоит мне на ней жениться, и она из милой и идеальной девушки превратится в какую-нибудь мегеру! Ведь сейчас я, по сути, плачу ей деньги за то, чтобы она была со мной милой и покладистой. Вот она и изображает из себя идеал. А если я на ней женюсь, ей уже не будет никакого смысла быть со мной такой хорошей. Характер свой начнёт показывать!

— В любом случае, ты не узнаешь, так это или нет, пока на ней не женишься — заметил Кай, отставил в сторону пустой бокал и прямо на друга посмотрел — Ты пришёл ко мне за советом? Так вот что я тебе скажу: что делать, решать только тебе. Ты можешь вообще отказаться от женитьбы и тем самым остаться без наследства, и тогда тебе придётся забыть о прежнем уровне жизни, к тому же ещё и на работу придётся устроиться. И ещё не факт, что даже с работой тебе будет хватать средств на содержание твоей Линзи. Ты можешь жениться на любой из тех девушек, что порекомендовали тебе родственники, в этом случае ты получишь огромную кучу денег и гарантию безбедного существования, но тебе придётся как-то строить отношения с женщиной, которая даже элементарной симпатии у тебя не вызывает. А можешь жениться на своей давней любовнице Линзи, которую ты знаешь много лет, с которой тебе хорошо и комфортно. В третьем случае ты также получишь состояние деда, но тебе придётся столкнуться с недовольством своей семьи и насмешками и непониманием со стороны многих знакомых. Но на твоём месте я бы остановился на третьем варианте. Хочу тебе напомнить одну важную вещь… — наклонился и плеснул себе в бокал ещё немного горячительного, сделал небольшой глоток — В нашей стране, друг мой, существует такая вещь, как развод.

— И к чему ты мне про разводы напомнил? — Джимиан недоумённо приподнял брови — Я ведь ещё не женат.

— Как это к чему? Не понимаешь? Так я тебе поясню… Получить развод, конечно, непросто. Я бы даже сказал, почти невозможно. Для этого столько бумаг нужно собрать, со столькими нужными людьми поговорить, нормальную и правдоподобную причину для развода придумать… — картинно поморщился на этих словах — Но если ты женишься на Линзи, развестись именно с ней будет в сотни раз проще, чем с теми девицами, которых насоветовали тебе родственники.

Джимиан Хонг снова вопросительно на приятеля глянул, не понимая, а тот с довольным выражением на лице принялся пояснять:

— Твоя любовница — дочь простого мельника, у которого за душой почти ничего нет. Это значит, в случае чего заступиться за Линзи будет фактически некому. Ты соберёшь свидетелей, например, из числа своих родственников, которые с удовольствием солгут для тебя и заявят, что, допустим, неоднократно видели твою супругу в компании других мужчин. А супружеские измены, как известно, вполне весомый повод для развода. К тому же, Линзи несколько лет жила в статусе твоей любовницы, это многим известно, значит, у неё изначально репутация не самой порядочной женщины — Джимиану при этих словах вдруг отчаянно захотелось заступиться за свою любимую содержанку, но усилием воли он заставил себя промолчать. А его друг продолжил, как ни в чём не бывало — Отец Линзи, возможно, попытается заступиться за честь дочери. Но что будут значить его слова, слова нищего мельника, против твоих слов и слов твоей родни? В общем, если ты женишься на Линзи, а потом решишь, что семейная жизнь с ней тебя не устраивает, ты разведёшься с ней, только и всего. В завещании твоего деда, насколько я понял, пункта о возможном разводе нет.

— А ведь ты прав — задумчиво проговорил Джимиан. На ноги поднялся, подошёл к окну, глядя на проходящих по улице горожан, задумчиво потёр подбородок. При этом вновь и вновь прокручивал в своей голове слова, только что произнесённые Каем. И постепенно в мыслях господина Джимиана Хонга созрел, как ему на тот момент показалось, просто гениальный план — Так что, ты говоришь, нужно будет сделать, чтобы развод получить? — уточнил мужчина.

— Расторгнуть брак можно лишь с разрешения верховного городского судьи, только у него есть подобные полномочия — ответил друг — А потому, желательно, заручиться поддержкой кого-то, кто лично знаком с господином судьёй и состоит с ним хотя бы в дружеских, а ещё лучше в родственных отношениях. Кроме того, как я уже упоминал, нужны свидетельские показания, доказывающие аморальное поведение супруги, с которой ты хочешь развестись. И помимо личного присутствия свидетелей в суде, нужно будет записать их показания на бумаге и заверить соответствующим образом — свой бокал в руках покрутил и добавил — Ну а на самом суде сиди с опущенной головой и тверди что-то вроде того, что когда ты надумал жениться на женщине не своего круга, тебя просто тёмные силы попутали, что ты просто был наивен и глуп, но теперь всё осознал и хочешь исправить совершённую ошибку… в общем, что-то такое… Ну ты меня понял.

— Понял — как болванчик закивал Джимиан — Я всё понял. И теперь точно знаю, что мне делать — одном глотком выпил оставшийся в его бокале напиток, чуть поморщился — Я женюсь, друг мой! Женюсь, как того хочет моя мать, сестра — снова поморщился — Как того хотел мой дед. Но женюсь на женщине самого ужасного и даже аморального поведения! На женщине, при одном взгляде на которую, моя дорогая матушка в обморок упадёт, а сестрица с мужем решат, что я сошёл с ума! Зато через некоторое время, когда я окончательно вступлю в права наследования и смогу спокойно развестись, всё моё семейство будет искренне радоваться моему разводу. А когда лет через десять я, и правда, жениться надумаю, они с распростёртыми объятьями примут любую девушку, которую я приведу в свой дом. Потому что по сравнению с моей первой женой, она покажется им просто ангелом во плоти!

— Мне кажется, ты преувеличиваешь — заметил Кай — Я ведь видел твою Линзи, и могу сказать, что хоть она и из бедной семьи, но умеет вести себя прилично и даже скромно. Она даже одевается не так ярко и броско, как большинство содержанок. Думаю, пока ты сам не скажешь своим родственникам, что твоя невеста не из нашего круга, они об этом даже не догадаются. И потом… неужели ты, действительно, так уверен, что непременно захочешь развестись с Линзи?

— А при чём тут Линзи? — огорошил друга Джимиан — Я собираюсь жениться вовсе не на ней.

— Как, не на ней? А на ком же?

— Пока не знаю. Но не думаю, что у меня возникнут проблемы с поисками жены. В Римероне полно мест, где можно найти девицу смазливую, но аморальную — и неопределённо махнул рукой в сторону окна — Вон, на том же острове Тио полно таких девиц.

Услышав подобное, Кай поначалу лишь смотрел на приятеля недоверчивым взглядом, но потом, когда сообразил, что тот не шутит, нервно закашлялся, на ноги поднялся и отпил воды прямо из горлышка стоящего на столе графина. И только после этого заговорил:

— Подожди, так ты серьёзно? Ты собираешься жениться на какой-то прос… — слово не договорил и тут же сам себя поправил — На девице с острова Тио?

— Да, совершенно верно — подтвердил Джимиан, довольно улыбаясь — Ты можешь представить лицо моей матушки, когда я скажу ей, что женился на такой девице?

— Да ей плохо станет — предсказал Кай, делая очередной глоток воды.

— Так это именно то, что мне нужно! Зато она больше никогда не станет настаивать на моей женитьбе на ком-либо. Я же буду спокойно продолжать жить своей жизнью, продолжу навещать свою Линзи. Через некоторое время разведусь, и жизнь окончательно наладится! А что касается самого развода… — задумчиво прищурился и слегка потёр висок — Ты помнишь Нолана Лима? До меня тут слухи дошли, что он вернулся из столицы назад, в Римерон.

— Конечно, помню. Кто же его не помнит? И он не просто так в Римерон вернулся. Его назначили на очень важную должность. И уже пару дней именно Нолан Лим занимает пост главы центрального городского управления по защите населения и охране правопорядка.

— Серьёзно? — даже удивился Джимиан, и улыбка на его лице стала ещё довольнее — Так это же ещё лучше! Знакомство с человеком, занимающим столь важную должность, лишним никогда не будет. И к тому же, насколько я помню, Нолан — двоюродный племянник верховного городского судьи! И я думаю, что если попрошу Нолана об одолжении, он не откажет давнему приятелю и замолвит за меня словечко перед своим дядюшкой.

— Ой, не знаю — с сомнением покачал головой Кай — Нолан Лим и в годы учёбы был излишне… правильным. Кто знает, возможно с возрастом у него эта правильность только усугубилась, тем более, он сейчас такой высокий пост занимает.

— Хм… — улыбаться Джимиан перестал и снова задумчиво потёр висок — Тогда, возможно, следует поговорить с ним заранее. И заранее узнать, поспособствует ли он мне в таком деле, как развод.

Новая работенка для Нолана Лима

Сам Нолан Лим не знал о проблемах в жизни человека, с которым когда-то давно учился в одном лицее и с которым виделся последний раз лет десять тому назад, если не больше. И тем более не знал, что в ближайшее время тот планирует обратиться к нему с очень нестандартной и деликатной просьбой. Ведь у нового главы центрального управления по защите населения и охране правопорядка и своих дел было предостаточно. На следующее утро после судьбоносного разговора Джимиана Хонга со своим приятелем Нолан Лим находился в своём новом рабочем кабинете, постепенно вникая в свои новые обязанности.

Центральное городское управление по защите населения и охране правопорядка, которое отныне возглавлял Нолан, осуществляло контроль над работой всех районных отделений защиты населения, что находились в городе Римерон. А также брало на себя обязательства по раскрытию дел, которые районные отделы по какой-то причине раскрыть так и не смогли. И сегодня на повестке дня стояло дело об убийстве юной госпожи Хейи Собонг, дочери местного судовладельца. Девушку убили больше месяца тому назад, но на данный момент никаких зацепок у следствия пока так и не появилось.

— Так, ещё раз — громко произнёс Нолан Лим, повторяя давно известную информацию — Хейю Собонг похитили ночью прямо из её комнаты. Три дня о ней не было никаких вестей. А на четвёртый день родители обнаружили искалеченное и бездыханное тело дочери прямо под окнами своего дома.

— Совершенно верно, господин Нолан — подтвердил информацию следователь районного отделения защиты населения, что вот уже больше месяца безуспешно пытался раскрыть столь страшное преступление — Мы тщательно изучили место похищения, опросили всех родственников, друзей и просто знакомых девушки, опросили соседей и возможных случайных свидетелей. И никто ничего не видел, ни как её похищали, ни как вернули тело. У госпожи Хейи не было врагов, завистников. Хотя изначально у нас была версия, что кто-то таким страшным образом попытался за что-то отомстить её отцу, но это не подтвердилось.

— Возможно, у неё был отвергнутый поклонник, который не смог смириться с тем, что его отвергли? — задал вполне логичный в данной ситуации вопрос Нолан. С подобным делом ему как-то приходилось сталкиваться в свою бытность в столице.

— Эту версию мы тоже отрабатывали — кивнул следователь — И поклонников у госпожи Хейи, и правда, было предостаточно. Но мы не смогли доказать причастность ни одного из них к смерти девушки.

— А причина смерти?

— В конечном итоге причиной смерти девушки стала асфиксия. Её задушили, вероятнее всего, тонкой железной проволокой — следователь нервно сглотнул и указал на стопку бумаг, до изучения которых Нолан Лим пока ещё не добрался — Здесь заключение врача, что осматривал тело. В нём говорится в том числе о том, что стало причиной её смерти. Но я также хочу обратить ваше внимание на то, что прежде чем убить девушку, убийца истязал её несколько дней. На её теле обнаружились множественные порезы, синяки и даже переломы. И все эти травмы были получены не одновременно, а с разницей в один-два дня.

Нолан задал следователю ещё парочку уточняющих вопросов, после чего отпустил того восвояси, сам же углубился в изучение материалов дела. А спустя ещё час вызвал к себе двоих следователей уже из центрального управления, которым планировал перепоручить новое дело.

— Нам следует повторно опросить родственников убитой и возможных свидетелей, господин Нолан? — тут же включился в работу первый следователь, мужчина в годах по имени Ильсон Монг.

— Да, обязательно. И вот ещё что… — Нолан ещё раз взял в руки бумаги с заключением врача, тяжко вздохнул, невольно представив, какие мучения пришлось перенести юной девушке перед смертью. Что же, возможно её следующая жизнь будет намного счастливее и беззаботней — Я внимательно изучил заключение врача, что осматривал тело убитой. Так вот… у меня сложилось впечатление, что убийца тщательно продумывал каждое своё действие… чётко знал, порез на какой части тела и какой глубины сделать в следующий раз, чтобы его жертва дольше протянула, знал, какие кости ломать и в какой последовательности и так далее… А это говорит уже о том, что, возможно, наш преступник убивает не в первый раз.

— Значит, нам нужно изучить архивы и проверить, не встречались ли за последние годы похожие раскрытые или же нераскрытые дела — вступил второй следователь, Миджин Кьён.

— А знаете… — припомнил следователь Монг — Мне приходилось слышать о похожих убийствах. Девушки пропадали, родственники и знакомые не видели их по несколько дней, а потом обезображенные тела этих девушек находили недалеко от тех мест, где их видели в последний раз. И о том, кто совершил все эти убийства, до сих пор ничего не известно. Хотя первый случай произошёл года четыре назад, если я не ошибаюсь.

— Четыре года назад⁈ — громко и возмущённо переспросил Нолан, после чего пристально уставился на Ильсона Монга, ожидая дальнейших разъяснений — Первое похожее убийство произошло четыре года назад, а убийца до сих пор не найден?

— Господин Нолан — вступил следователь Кьён — Я, кажется, понимаю, о каких убийствах вспомнил мой коллега — чуть поморщился и принялся объяснять — Речь идёт об убийствах девушек с острова Тио — и с ожиданием посмотрел на начальника, словно информация о месте проживания убитых девушек полностью объясняла тому, почему же за четыре года ни одно из убийств так и не было раскрыто.

— С острова Тио? — уточнил Нолан и недовольно поморщился, заранее представляя, в каких местах придётся побывать, чтобы распутать эти страшные преступления — Что же, если те убийства, действительно, так похожи на убийство госпожи Хейи Собонг, то нам обязательно нужно будет наведаться и на остров синих огней, пообщаться с родными убитых. Я распоряжусь, чтобы мне сегодня же принесли всю информацию о тех убийствах. Да, ещё, вызовите мне следователей, которые расследовали те преступления…

Ильсон Монг и Миджин Кьён неуверенно переглянулись.

— Что-то не так? — сведя брови к переносице, уточнил их начальник.

— Видите ли, господин Нолан… — нерешительно заговорил следователь Кьён — В наших архивах об убийствах на острове Тио почти ничего нет. Мы и сами знаем о них лишь по некоторым разговорам.

— Что значит, нет⁈ Расследование каждого преступления сопровождается обязательным ведением соответствующей документации. Во всяком случае, в Беройте, где мне приходилось работать до этого, всегда было именно так! — и с угрозой добавил — Или следователи Римерона считают, что раз этот город так далёк от столицы, то и обязательным правилам тут следовать совсем не нужно?

— Нет, что вы, господин Нолан — замотал головой Ильсон Монг и клятвенно заверил — Вся документация в отделениях защиты Римерона ведётся в строгом соответствии со стандартами. Просто…

— Что, просто?

— Дело в том, что убийства на острове Тио никто и никогда не расследовал, потому и отчётность по этим убийствам не велась.

Нолан Лим ожидал от своих подчинённых любого ответа, но только не такого. Первое убийство произошло четыре года назад, после этого, по словам этих же следователей, произошло ещё несколько подобных убийств. Но расследованием никто не занимался! Как это так? Почему? Мужчина медленно на ноги поднялся, также медленно обогнул свой рабочий стол, окинул стоящих перед ним холодным и лишённым всяких эмоций взглядом. Следователи Монг и Кьён, как по команде, одновременно сглотнули несуществующий комок в горле, не поворачивая головы, покосились друг на друга. Ильсон Монг мысленно уже сотню раз пожалел, что упомянул об убийствах на острове синих огней перед своим новым руководством.

— Что значит, никто и никогда не расследовал? — тихо переспросил Нолан.

Непродолжительное молчание, во время которого следователи ещё раз между собой переглянулись, пытаясь без слов решить, какой ответ следует дать своему руководству.

— Это ведь остров Тио — с некоторой опаской в голосе ответил Миджин Кьён — Вы же знаете, какие люди там живут, одни только воры, убийцы, насильники, опустившиеся алкоголики и девицы лёгкого поведения. Все законопослушные граждане уже давно постарались перебраться с острова в другие районы. Да на острове Тио каждый день что-то происходит! Убийства, грабежи. В отделении, которое отвечает за район синих огней, даже следователей столько нет, чтобы успевать расследовать все происходящие там преступления. А если ещё и центральное управление подключится к решению проблем с преступностью на острове Тио, то нам придётся все остальные дела забросить.

— Абсолютно все потерпевшие с острова и сами далеко не безгрешные — неуверенно добавил Ильсон Монг — Сам лично слышал историю про мужика, которого ограбили, а потом оказалось, что буквально за день до этого, он сам влез в дом к своему соседу и выкрал у того последние деньги. И все убитые на острове Тио дамочки… они, понимаете, были девицами не самого пристойного поведения.

— Значит, как я понял из ваших слов… — по-прежнему тихо произнёс Нолан — Районное отделение по защите населения посчитало, что раз большинство убитых на острове Тио девушек вело неправедный и аморальный образ жизни, то и убийства их расследовать вовсе не нужно? — с каждым произнесённым словом голос начальника становился всё громче и громче — А центральное городское управление по защите населения и охране правопорядка преспокойно согласилось с подобным абсурдным решением⁈

Следователи Кьён и Монг в который раз переглянулись между собой, но на этот раз ничего не ответили. А Нолан Лим продолжал говорить на повышенных тонах:

— Четыре года! Четыре года отделение по защите населения отлынивало от работы, а центральное управление потакало такому безответственному поведению!

— Все убитые девушки были всего лишь девицами лёгкого поведения — всё же попытался оправдаться Монг.

— Да какая разница, кем они были⁈ — лишь рявкнул в ответ Нолан Лим — На протяжение четырёх лет это были, как вы выразились, всего лишь девицы лёгкого поведения, а теперь преступник, почувствовав свою полную безнаказанность, перешёл на девушек из богатых сословий! — дыхание перевёл — И виноваты в этом следователи районного отделения и прежнее руководство центрального управления, которое вовремя не забило тревогу!

— Вполне возможно, что убийца с острова Тио и тот, кто убил госпожу Хейю Собонг — это два совершенно разных человека — высказал предположение Кьён.

— Вполне возможно — вынужден был согласиться Нолан — Но если убийство госпожи Хейи так похоже на убийства девушек с острова синих огней, то вероятность того, что все эти преступления совершил один и тот же человек, очень велика.

Глава центрального управления замолчал, ещё раз посмотрел на стоящих перед ним мужчин, провёл рукой по волосам и, развернувшись, вновь вернулся на своё рабочее место, за стол уселся.

— Значит так — выдохнул он — В первую очередь вам, как мы и обговаривали изначально, нужно ещё раз опросить родственников и знакомых Хейи Собонг. Ну а после этого… — строго нахмурился — После этого начинаем собирать информацию об убийствах девушек на острове Тио.

— Как прикажете, господин Нолан — кивнули в ответ Ильсон Монг и Миджин Кьён.

Следователи покинули кабинет, оставляя своего начальника одного. Тот, в свою очередь, ещё раз перечитал дело об убийстве госпожи Хейи, пытаясь заметить в бумагах хоть что-то, на что не обратил внимания изначально, хоть какую-то зацепку, но ничего так и не нашёл. Бумаги от себя отодвинул и в который раз недовольно нахмурился.

— Они просто решили ничего не расследовать — пробормотал мужчина себе под нос и недоверчиво головой покачал — Это же надо, а? — после чего поднялся из-за стола и покинул свой кабинет.

Нолан наведался в архив, где надеялся разыскать хоть какую-то информацию об интересующих его убийствах. Но, как и предсказывали Монг и Кьён, ничего там не обнаружил. После чего покинул здание центрального управления и направился в районное отделение, которое и должно было заниматься расследованием преступлений на острове синих огней.

— Господин Нолан… — нервно теребя края своего камзола, оправдывался начальник отделения перед своим непосредственным руководителем — У нас не было никакой возможности заниматься раскрытием убийств всех этих девушек…

— Ах, не было возможности? Да что вы говорите? — с сарказмом перебил Нолан.

— Действительно, не было — закивал головой начальник отделения — Да, до нас доходили слухи чуть ли не о десятках убийств — и поспешил добавить — Но, во-первых, это были именно слухи. А во-вторых, вы же сами знаете, прежде чем начать расследование, мы должны получить хоть какое-то официальное заявление от родственников или хотя бы близких знакомых…

— Хотите сказать, что за все эти годы никаких заявлений не подавалось?

— Не подавалось — прозвучал уверенный ответ — Почти всё, что мы знаем об этих убийствах, мы знаем по чьим-то обрывочным рассказам. Кто-то сказал-пересказал кому-то, и в итоге информация доходила до нашего отделения уже через несколько дней, а то и недель после совершённого преступления — немного помялся и нехотя добавил — Хотя, были два случая, три и два года тому назад, когда к нам обращались женщины с острова и рассказывали о том, что их дочерей убили. Но спустя день-два эти же женщины сами отказались от своих слов, заявив, что их дочерей никто не убивал, что те погибли сами по какой-то глупой случайности. А ещё год назад к нам приходил мужчина, который тоже сообщил, что его дочь пропала, а спустя четыре дня её изувеченное и бездыханное тело выбросили буквально на порог перед его домом. Но когда наш следователь направился на остров к дому потерпевшего, чтобы изучить место преступления и официально начать расследование, тот мужчина встретил его, находясь в совершенно невменяемом состоянии: от него сильно разило алкоголем, он едва на ногах держался, ничего толком не мог сказать и вообще заявил, что дочери у него никогда не было.

— Пару минут назад вы сами упомянули о десятках убийств — напомнил Нолан Лим — Хорошо, допустим, большинство жителей острова Тио не отличаются особой сознательностью или попросту не доверяют государственным органам защиты населения, потому и не спешат к вам в отделение с заявлениями, но десятки искалеченных мёртвых тел девушек… неужели и это не побудило вас начать расследовать серию столь страшных преступлений?

— Эээм… — только протянул в ответ начальник отделения, старательно отводя взгляд в сторону.

— Ладно, можете не отвечать — махнул рукой Нолан и безжалостно добавил — Сегодня можете не отвечать. Но к завтрашнему утру жду от вас письменных пояснений, почему за целых четыре года вы не удосужились хотя бы просто начать расследование. Советую вам хорошенько подумать, что написать в своём пояснении. Именно от написанного будет зависеть, сохраните ли вы за собой право работать на этом самом месте, в этом кабинете… или же вам придётся идти искать другую работу.

— Я… — попытался что-то возразить пока ещё начальник отделения, но благоразумно передумал и лишь согласно кивнул.

— Да, и вот ещё что… — произнёс Нолан, направляясь к выходу из кабинета — Надеюсь, в вашем архиве сохранились заявления, что подавали те две женщины и мужчина? Мне нужно будет с ними ознакомиться. И как можно скорее.

Никакой особо важной новой информации в архивных заявлениях не обнаружилось. Разве что, из них Нолан Лим узнал имена трёх жертв, а также их прежние адреса. Подумав немного, мужчина решил, что в этот день возвращаться в центральное управление уже нет никакого смысла, ведь солнечный день уже начал переходить в вечер. А вот большинство жителей района синих огней в такое время как раз только просыпаются. Так почему бы не заглянуть на остров Тио и не пообщаться с родственниками трёх погибших девушек? Тем более, что от районного отделения до острова было совсем недалеко: пройти до конца улицы, а там выйти на широкий мост через Мангану.

Да, давненько Нолану не доводилось бывать в районе синих огней. Последний раз он был здесь ещё до войны с соседним королевством. На тот момент мужчина ещё учился в лицее на старших курсах и любил весело проводить время в компании друзей. А остров Тио для юношей из состоятельных семей — самое лучшее в плане развлечений место. Куча дешёвых кабаков и небольших казино, в которых, в отличие от большинства респектабельных мест Римерона, можно было вести себя как угодно, не следить за своей речью и поведением. Да и девицы на любой вкус поджидают тебя буквально за каждым поворотом.

Первое, что почувствовал Нолан, оказавшись на острове Тио, это запах. Отвратительный запах гниющего мусора и отходов жизнедеятельности. Следом буквально бросались в глаза грязные узкие улочки, где невозможно было пройтись, не испачкавшись в чём-нибудь. Покосившиеся дома, к которым и подходить-то было страшно, не то что в них жить. Вот тощая облезлая собака вытащила из большой мусорной кучи что-то, что когда-то было едой, и полностью седой лохматый мужчина, который тут же накинулся на эту собаку, пытаясь отобрать у неё «добычу». Нолан брезгливо плечами передёрнул и отвернулся. Мда, во времена юности он почему-то не замечал этой ужасающей нищеты и разрухи. Тогда прогулки на остров казались ему весёлым приключением.

И, что удивительно, остров не страдал от запустения. Здесь кипела жизнь. А по улочкам района синих огней разгуливали толпы народа. И ведь Нолан мог с одного взгляда определить, кто из этих людей проживает на острове постоянно, а кто заглянул на время. Так сказать, погостить. В основном по более добротной одежде, конечно. И по таким же брезгливым взглядам, как и у самого Нолана, что «гости» бросали на жителей острова и их обветшалые жилища.

Разговоры с родственниками погибших не состоялись. Как выяснилось, мужчина, который потерял дочь, а потом заявил следователю, что дочери у него и не было никогда, скончался пару месяцев назад. Несчастный случай. Как обычно, выпил лишнего и, находясь под хмельком, упал с моста и утонул. А новые жители его дома ничего об убитой год назад девушке не знали. Одна из женщин, которая подавала заявление два года назад, тоже скончалась, от какой-то болезни. А третья женщина, хоть и жила по прежнему адресу, но тоже ничего нового не поведала, наоборот, категорически отказывалась отвечать на все вопросы Нолана, только твердила, что зря она подавала заявление, и что её дочь никто не убивал. Та, мол, сама умерла.

Уходить с острова просто так, не найдя вообще никакой информации, не хотелось. И Нолан попытался расспросить о происходящих в округе убийствах соседей. Но и те упрямо молчали, только головами отрицательно крутили и уверяли, что ничего не знают, не ведают, ничего никогда не видели и не слышали. Тогда начальник центрального управления по защите населения поступил по-другому: решил притвориться состоятельным клиентом и подошёл к стоящей неподалёку девушке. Та была одета ярко и броско, то и дело бросала зазывающие взгляды на проходящих мимо мужчин. Вот Нолан и надумал к ней подойти, планировал ей хорошенько заплатить, а вместо традиционных услуг получить от девицы хоть какую-никакую информацию о происходящих на острове убийствах. Но, к его огромному удивлению, девушка от него в сторону шарахнулась, что-то пробормотала испуганно, а потом и вовсе в толпе скрылась, оставляя своего несостоявшегося клиента стоять посреди улицы и недоумённо смотреть ей во след.

Постояв так ещё немного, Нолан Лим направился на поиски какой-нибудь другой девицы к центральным улицам острова… и именно там заприметил кое-что странное. Вульгарно разодетых красоток на улицах было море, они улыбались всем без разбора, приглашали к себе «в гости». Но если к девушкам подходил мужчина в простенькой и потрёпанной одежде, то с таким клиентом охотно уходили, предварительно сторговавшись по цене, разумеется. А вот если возможный клиент был одет добротно и даже дорого, то таких мужчин девушки отчего-то сторонились, некоторые девицы и вовсе открыто убегали. Но что интересно, если те же девицы сталкивались с компанией из двух-трёх-четырёх богато одетых мужчин, то от таких клиентов они тоже не убегали.

«Хм… любопытно — мысленно произнёс Нолан, разворачиваясь и направляясь назад, к мосту — Почему же местные дамочки стали столь привередливы в выборе клиентов? Не оттого ли, что видят угрозу в лице состоятельных мужчин-одиночек? Да, все эти девицы к органам охраны правопорядка относятся с подозрением, не доверяют, оттого и не рассказывают ничего посторонним незнакомым людям. Но ведь между собой-то девушки, наверняка, общаются. И об убийце, что на местных „тружениц“ охотится, тоже, наверняка, что-то знают! Только знают о нём, скорее всего, совсем немного. Лишь то, что последним клиентом всех убитых был одинокий хорошо одетый мужчина. Потому и избегают всех одиноких добротно одетых мужчин подряд. Что же… думаю, завтра нужно будет сюда вернуться, только не одному, а прихватить с собой за компанию кого-нибудь из сотрудников управления».

В свой дом Нолан вернулся уже затемно. И с лёгким чувством удивления обнаружил, что во всех окнах первого этажа его дома горят огни. Странно… Обычно его домоправительница, слегка полноватая женщина в годах по имени Каори, после наступления темноты оставляла свет только у самой двери и на лестнице.

— Каори! — громко позвал хозяин дома, стоило ему войти в парадную дверь и оказаться в просторном вестибюле. И домоправительница тут же объявилась, вышла из-за ближайшей двери, словно только и ждала, когда хозяин вернётся и позовёт её.

— Господин Нолан — приветливо произнесла она и слегка поклонилась — Вы сегодня так поздно…

— Дела — коротко отрезал мужчина, снимая камзол и передавая его в руки мигом подоспевшему слуге, оглянулся по сторонам, развёл руками в стороны и уточнил — А что происходит?

— У вас гость, господин Нолан — поспешно ответила Каори.

— Какой ещё гость в такое время? — поморщился мужчина, который точно никого сегодня не ждал.

— Я его не знаю — принялась оправдываться домоправительница — И имени своего он мне не назвал. Молодой мужчина, одет хорошо. Но он уверяет, что хорошо с вами знаком. И что вы с ним даже очень дружны… Я сказала ему, что вас нет, и когда вы будете, неизвестно, предлагала ему зайти в другое время. Но он настоял на том, что дождётся вашего возвращения.

Нолан Лим недовольно свёл брови. Ему и на работе загадок хватало, теперь ещё и дома…

— И где этот… мой друг? — уточнил мужчина.

— В малой гостиной вас дожидается — ответила домоправительница — И я уже отправляла к нему служанок, чтобы принесли ему еды и питья.

— Хорошо, Каори. Думаю, сегодня ты мне больше не понадобишься — коротко бросил Нолан Лим и направился в сторону малой гостиной, где его поджидал неизвестный… друг.

Проблемы нежданных гостей

Джимиан Хонг не стал надолго откладывать свой визит к Нолану Лиму. Да и времени у него оставалось не так много: максимально неподходящую жену нужно было начинать подыскивать как можно скорее. А прежде чем искать жену, нужно было узнать наверняка, поможет ли ему потом Нолан с разводом.

К сожалению, в центральном городском управлении по защите населения и охране правопорядка днём большого начальника не оказалось.

— Ушёл по важным делам. Когда вернётся, неизвестно — был дан Джимиану ответ, после чего секретарь, словно издеваясь, добавил — Но вы можете записаться к господину Нолану на приём. Начальник управления осуществляет приём горожан один день в неделю по предварительной записи. Ближайшая свободная запись через три недели. Назовите своё имя, и я вас запишу.

«Три недели! — мысленно вознегодовал Джимиан — У меня и времени столько нет! Что же, придётся идти к нему домой, и вести разговоры в более непринуждённой обстановке. С другой стороны, может, это и к лучшему».

Но и дома Нолана не оказалось. Ни домоправительница, ни рядовые служанки понятия не имели, когда хозяин соизволит вернуться. И в итоге Джимиан принял решение ждать, мысленно надеясь, что строго поглядывающая на него домоправительница не выгонит его из хозяйского дома. Темень за окном всё сгущалась, а Нолан так и не появлялся. И Джимиан уже начал подумывать о том, чтобы уйти, как вдруг уловил звук хлопающей входной двери и тихие голоса с той же стороны. Ну наконец-то, вернулся.

Хозяин дома появился в малой гостиной несколько минут спустя. Бросил холодный и придирчивый взгляд на своего незваного гостя. Джимиан невольно вздрогнул от этого пристального взгляда. Но вот на лице Нолана Лима проскользнула тень узнавания, и он даже едва заметно и почти расслабленно улыбнулся.

— Джимиан — усмехнувшись, произнёс он — Ты ли это?

Только в этот момент Джимиан Хонг позволил себе расслабиться и тоже в ответ улыбнулся. Поднялся с удобного кресла и подошёл к давнему другу. Мужчины приветственно похлопали друг друга по плечам, и радушный хозяин вновь указал гостю на кресло. А сам к двери направился, чтобы слуг крикнуть, да сказать им, чтобы выпить принесли и закуски какой-нибудь.

Ну а Джимиан невольно поймал себя на том, что безумно завидует своему давнему приятелю. Сказать по правде, завидовать было чему. Ведь к своим тридцати трём годам сам Джимиан Хонг ничего особо не добился, жил за счёт сбережений, оставшихся после смерти отца, теперь вот ждёт не дождётся, когда же дедовым наследством завладеет. Из каких-то особых достижений… да нет никаких достижений, разве что небольшой животик отрастил, который, почему-то, безумно нравился милашке Линзи. А вот Нолан Лим в свои тридцать пять выглядел статным и подтянутым. Ему невероятно шла его серо-чёрная униформа сотрудника центрального управления, из добротной ткани и отличного кроя. С униформой очень удачно сочетались его тёмно-синие глаза и его причёска: светлые волосы до плеч, аккуратно расчёсанные и собранные в хвост.

А ещё Нолан Лим — настоящий герой войны. Несколько лет назад его жена умерла во время родов, так после этого Нолан всё бросил и добровольцем в ряды каирийской армии записался. Целых три года сражался с захватчиками из королевства Монхорни, дослужился до главы большого отряда, в последнем и решающем военном сражении, во время которого армия Каири одержала безоговорочную победу, участвовал. Поговаривали, что в том самом сражении он жизнь какому-то главнокомандующему спас, а сам очень серьёзное ранение получил, еле-еле после того ранения выкарабкался и на ноги встал. Ходили слухи, что чудесного выздоровления не произошло бы без того самого волшебного лекарства, которое умел делать один талантливый аптекарь, по слухам, проживающий где-то здесь, в Римероне.

Зато после окончательного выздоровления Нолан Лим хорошую должность в центральном управлении в самой столице получил. А теперь вот, спустя годы, в родной город вернулся. Да не просто вернулся, а был назначен большим начальником крупнейшего в городе государственного ведомства.

«Да уж — в последний раз завистливо вздохнул Джимиан — Если бы перед Ноланом встала проблема срочной женитьбы, он бы даже связываться с наследством не стал. Без колебаний отказался бы от него и жил бы себе спокойно дальше. Ему ведь никакое наследство и не нужно, у него должность вон какая, высокооплачиваемая».

Тем временем радушный хозяин уселся напротив своего гостя, указал вошедшему с подносом слуге на небольшой круглый столик. Слуга тут же водрузил поднос с закусками и выпивкой на стол и с поклоном удалился.

— Сказать по правде — разливая по бокалам дорогой крепкий напиток, заговорил Нолан — Когда моя домоправительница сказала мне, что меня дожидается гость, я ожидал увидеть здесь кого угодно, но никак не тебя — протянул наполненный бокал Джимиану, и тот с благодарностью его принял, сделал небольшой глоток — Ну рассказывай, с чем пожаловал?

— Как это, с чем? Я тебя столько лет не видел! А тут до меня слухи дошли, что ты вернулся. Вот я и решил поскорее тебя навестить.

Нолан Лим выдал в ответ очередную усмешку.

— Ну да, ну да — протянул он немного язвительно — Все прошедшие годы жил я, конечно, в столице, но и в Римероне частенько бывал, родственников навещал. И никогда из своих приездов тайн не делал. Но что-то во все предыдущие разы ты не спешил ко мне с визитами. Поэтому признавайся, что такого у тебя случилось на этот раз, что ты не просто решил ко мне прийти, но ещё и ждал до темноты моего возвращения домой.

Джимиан Хонг на это картинно поморщился, всем своим видом показывая, что в своих рассуждениях давний приятель совсем не ошибся.

— Да, ты прав — признал гость — Я пришёл к тебе с небольшой просьбой… — и замолчал, не зная, как правильно объяснить Нолану суть своей проблемы.

— Что за просьба? — поторопил тот, делая глоток из своего бокала.

— Эта просьба не совсем к тебе — помявшись немного, ответил Джимиан — Но я знаю, что твой двоюродный дядя занимает пост верховного городского судьи. Вот я и подумал, что ты мог бы замолвить за меня словечко перед своим дядюшкой — и, сделав глубокий вдох, добавил — Чтобы он удовлетворил моё прошение о разводе.

— Разводе⁈ — широко раскрыв глаза, переспросил Нолан Лим и недоверчиво головой покачал — А ты, Джимиан, поражаешь меня всё больше и больше. Вообще-то, я всегда был уверен, что ты не женишься лет так до сорока. И то сделаешь это лишь для того, чтобы наследником обзавестись. А ты уже, оказывается, о разводе думаешь — и серьёзно нахмурился — Насколько я знаю, для развода нужны очень веские основания. Они у тебя есть?

— Конечно — тут же закивал гость — Как я слышал, если до заключения брака жена вела аморальный образ жизни, а после заключения брака её видели в компаниях других мужчин, и свидетели это могут подтвердить, то такой брак можно расторгнуть без особых проблем.

— Такой — можно — подтвердил Нолан и ещё больше нахмурился — Но я вот чего понять не могу: зачем ты вообще женился на женщине, которая ещё до заключения брака вела… аморальный образ жизни?

— Так я ещё не женился — ещё больше огорошил гость хозяина дома — Я только собираюсь. Думаю, что как раз завтра отправлюсь на поиски такой жены…

— Так, стоп! — резко оборвал Нолан Лим и выставил перед собой ладонь — А теперь начни с самого начала и во всех подробностях. Что это за авантюра такая, в которую ты собираешься влезть?

Джимиан Хонг глубоко вздохнул и принялся рассказывать давнему приятелю о своих проблемах. Рассказал о завещании покойного деда, о девушках из благородных семейств, которых ему хочет навязать родня, о любовнице, с которой он совсем не хочет расставаться, но и жениться на ней тоже не планирует. А ещё упомянул о своём недавнем разговоре с Каем и гениальной идее, что его посетила.

— И теперь ты надумал жениться на девице лёгкого поведения, чтобы завладеть наследством, а после этого развестись — тихо и задумчиво произнёс хозяин дома.

— Да, совершенно верно — довольно заулыбался Джимиан — Это ведь просто замечательная идея!

— Это самая бредовая идея! — перебил Нолан. Даже голос немного повысил, от чего гость тут же перестал улыбаться и впервые засомневался в гениальности собственного плана — Жениться на девушке лёгкого поведения, а потом развестись! Только чтобы наследство получить! Ничего глупее в жизни не слышал — Нолан Лим пристально уставился на приятеля — Если ты так не хочешь жениться, то и не женись! И иди работать! В тот же суд, например. Для начала тебя помощником судьи могут назначить, затем, если хорошо себя покажешь, и сам станешь судьёй. Образование у тебя есть. Но если для тебя работать настолько невмоготу, то женись. Женись, как того требует завещание, нормальную семью заведи, роди детей. И перестань морочить голову своей любовнице, она ещё молода, у неё ещё есть время и свою семью завести, своих детей родить — сделал глубокий успокаивающий вдох, провёл по своим светлым волосам — А тебе не приходило в голову, что «неподходящая» девица, на которой ты так жаждешь жениться, может оказаться хитрее, чем ты думаешь? Обведёт тебя вокруг пальца и часть твоего наследства себе присвоит. Или тот же поверенный засомневается, что твой брак с этой девицей настоящий! И ты, опять же, лишишься наследства. Ещё и репутацию себе испортишь!

— Нет-нет — принялся защищать свой «гениальный» план Джимиан — Поверенный точно доказать ничего не сможет. Я ведь планирую жить с женой под одной крышей. И комнату я ей выделю, как и положено жене, по соседству со своей. К тому же девушку подберу… самую смазливую, чтобы все поверили, что я с ума сошёл от её красоты, потому и решил на ней жениться. И потом буду делать вид, что ужасно страдаю от её бесконечных измен. Меня все знакомые ещё жалеть будут — ловко подхватил со стола небольшой бутерброд и отправил его в рот, быстро проглотил и добавил — А что касается вероятности того, что моя жена сможет оттяпать у меня часть наследства — ехидно улыбнулся — Да у неё на это ума не хватит! Я ведь планирую жену искать на острове Тио. А там ни одной более-менее грамотной девицы не сыщешь.

— На острове Тио? — тихо переспросил Нолан. Джимиану даже показалось, что когда он произнёс название местности, где жену искать планирует, его приятель как-то нервно дёрнулся. А теперь сидел, смотрел прямо перед собой, что-то напряжённо обдумывая.

— Да, на острове Тио — подтвердил Джимиан Хонг.

— Хм… — задумчиво протянул его приятель, помолчал ещё немного, потом резко головой тряхнул, бодро улыбнулся и вдруг заявил — А знаешь, ты прав. Может быть, твой план не такой уж и бредовый. И поиски жены в районе синих огней — не самая плохая идея — головой покивал, но кивал он словно в такт каким-то своим мыслям, а не Джимиану — Что же… я поговорю со своим дядей и попрошу его, чтобы он пошёл тебе на встречу.

— Спасибо, дружище. Спасибо тебе большое! — искренне поблагодарил Джимиан и облегчённо заулыбался.

— А ещё… — продолжил Нолан, не обращая внимания на слова благодарности — Я даже прогуляюсь вместе с тобой до острова синих огней.

— Что? — не понял гость — Зачем?

— Как это зачем? Помогу тебе в поисках твоей «подходящей» жены. Когда, ты говоришь, на остров собираешься? Завтра? — Джимиан в ответ только кивнул — Вот и отлично! Завтра во второй половине дня мы вместе отправимся на остров Тио на поиски подходящей для тебя жены.

— Просто отлично — подумав, согласился с планом гость — За часик, максимум за два, подыщем мне жену, быстренько забежим в ближайшую церквушку — расплылся в самодовольной усмешке — Может, даже к поверенному после женитьбы успею заскочить. И уже к вечеру я заявлюсь на ужин, который устраивает моя матушка, вместе с женой.

Поиски жены по версии Джимиана Хонга

— Как только получу наследство, первым делом куплю себе новый экипаж — мечтательно рассуждал Джимиан Хонг следующим днём по дороге на остров Тио — С дорогой кожаной обшивкой и мягкими сиденьями. А в моём доме давно пора хороший ремонт сделать, да мебель новую прикупить. Или, может быть, мне следует переехать в тот дом, который я в наследство от деда получу? А что? В нём комнат больше. Но и в том доме тоже, однозначно, нужно будет всю обстановку менять. А ещё пару породистых скакунов приобрету. Бело-золотого окраса — улыбнулся предвкушающе — Как у нашего главы города. Прямо из столицы их выпишу. Давно хотел это сделать, но мои личные средства уже были на исходе.

— Судя по твоим нынешним рассуждениям, те средства, что ты сейчас в наследство получишь, тоже ненадолго у тебя задержатся — невольно вырвалось у Нолана.

— Что? — переспросил Джимиан, но Нолан Лим лишь отмахнулся.

— Ты лучше не об экипажах и породистых скакунах думай, а о том, как твоя будущая фиктивная жена должна выглядеть — посоветовал он приятелю.

— Да, ты прав — задумчиво закивал тот и вновь принялся рассуждать вслух — Я вот не знаю, кого лучше выбрать, блондинку или брюнетку. Хотя, это, наверное, не так уж и важно, да? Главное, чтобы она была очень красивая. Да, это должна быть самая-самая красивая девица на этом острове — подумал и добавил — Ну, и чтобы умела хоть элементарно за собой следить. А то знаю я местных девчонок — брезгливо скривился — Большинство из них даже моются раз в несколько недель. И это при том, что река тут совсем рядом. А жена-грязнуля мне точно не нужна. Встретиться с такой один раз это одно, но вот жить с ней в соседних комнатах я точно не смогу. И матушка точно не поверит, что я всерьёз смог бы жениться на грязнуле. Нужно, чтобы девица, на которой я женюсь, ничем серьёзным не болела, чтобы никаких некрасивых шрамов у неё не было, чтобы у неё не было вшей или лишаёв, чтобы все зубы были целыми и ровными. А ещё, чтобы у неё был вкус в одежде. Я бы не хотел, чтобы моя жена одевалась, как непонятно кто…

— Ты забыл добавить, что она должна знать правила этикета, а ещё, чтобы светские беседы умела поддерживать — с саркастической усмешкой добавил Нолан Лим. Но Джимиан сарказма в словах давнего приятеля не уловил.

— Да, это было бы очень хорошо — ответил он вполне серьёзно. На что Нолан лишь в который раз головой покачал, а сам, уже не обращая внимания на бесконечные рассуждения приятеля, погрузился в свои мысли.

Глава центрального городского управления по защите населения и охране правопорядка по-прежнему считал идею Джимиана Хонга о женитьбе на девице лёгкого поведения ради получения наследства бредовой и излишне легкомысленной. Но у Нолана были свои причины помогать своему приятелю.

Вчера вечером, возвращаясь с острова Тио домой, мужчина много думал о происходящих на острове убийствах, о девицах, которые сторонятся состоятельных клиентов-одиночек, но при этом не желают никому и ни о чём рассказывать. Вспомнил женщину, которая изначально обратилась в отделение защиты населения с тем, что её дочь убили, но затем уверенно отказалась от собственных слов… и до сих пор отчаянно отказывается, хотя с момента смерти её дочери прошло уже много времени. Вспомнил о мужчине и женщине, не доживших до сегодняшнего дня, которые тоже обращались в отделение защиты, но затем также от своих слов отказались. В итоге, проанализировав в голове все известные ему факты, Нолан пришёл к выводу, что у всех троих, кто в отделение обращался, было кое-что общее. И это общее — появившиеся у них некоторые суммы денег. О размерах этих сумм Нолан Лим мог только догадываться.

Взять утонувшего мужчину… по словам помнивших его соседей, тот всегда был любителем выпить, но выпивка — это удовольствие, которое стоит денег. У утонувшего денег отродясь не было, он всю жизнь перебивался случайными заработками и попрошайничеством. Но с того дня, как он заявил местному следователю, что у него никогда не было дочери, а потому и смерть её расследовать не нужно, он пил беспробудно почти каждый день. При этом его никто не видел на его обычных подработках. И стоящим с протянутой рукой его тоже не видели. А на то, чтобы напиваться до потери сознания каждый день, точно нужны деньги.

А две женщины, потерявшие дочерей… Они, конечно, выпивкой не увлекались. Но зато их дома пусть немного, но заметно отличались от домов соседей. Крыши заделаны, выкрашены, стёкла новенькие вставлены, кое-где что-то пристроено и обшито новым деревом. И судя по виду и цвету дерева на пристройках, пристроены они были примерно в то же время, когда дочери хозяек были убиты. Ремонт дома, пусть и совсем небольшой — тоже удовольствие не из дешёвых. Так откуда у женщин на такой ремонт деньги нашлись?

«Вполне возможно, что убийца, прознав о том, что эти две женщины и мужчина с заявлением в отделение защиты населения обратились, сам их нашёл и предложил денег в обмен на то, что делу не будет дан ход — мрачно рассуждал Нолан — И это очень плохо. Ведь если преступник знал об обращениях жителей острова в отделение защиты ещё до того, как начиналось официальное расследование… то в отделении у него есть кое-какие связи. А ещё у убийцы есть деньги, что тоже сильно затруднит его поиски».

В общем и целом, ещё раз всё обдумав и сообразив, что преступник каким-то образом может следить за ходом расследования, Нолан пришёл к однозначному выводу, что в открытую следователям на острове Тио лучше не появляться. Чтобы не спугнуть убийцу раньше времени. А тут такой случай подвернулся… Джимиан Хонг, очень далёкий от расследований человек, надумал в районе синих огней жену себе искать. Просто идеальный повод для того, чтобы лишний раз на остров наведаться, не вызывая ни у кого никаких подозрений. А если повезёт, в жёны Джимиану достанется девица, которая, возможно, что-то об убийствах знает.

«Найти бы ещё такую девицу — вздохнул про себя Нолан Лим — Выражения лиц большинства местных „тружениц“ выглядят так, словно интеллект их обладательниц находится на самом начальном уровне. Хотя, встречаются тут и такие, которые на первый взгляд выглядят, как и остальные девушки, но есть в них что-то такое… словно они лишь притворяются глуповатыми куколками, тогда как на самом деле знают куда больше, чем стараются показать».

Как и накануне, остров Тио встретил Нолана разнообразием не самых приятных запахов, и мужчина уже привычно поморщился. А вот Джимиан Хонг, казалось, даже и не заметил ничего неприятного. Наоборот, тут же активно закрутил головой по сторонам. Но, видимо, не заметив на ближайшей к мосту улочке подходящих для женитьбы девиц, чуть ли ни бегом направился в сторону центра. Ещё и Нолана подгонял, который не мог не съязвить:

— Ты так торопишься. Словно боишься, что у тебя всех подходящих для женитьбы девушек уведут. Да ты так не переживай… даже если и уведут, то через час-другой, ну максимум к утру, вернут обратно.

— Очень смешно — немного обиделся Джимиан, но скорость сбавил. А оказавшись на центральной улице и вовсе остановился. Снова закрутил головой по сторонам. Минуты не прошло, как он дёрнул приятеля за рукав и рукой указал в сторону.

— Смотри, какая милашка. Как думаешь, может, она мне подойдёт?

Нолан придирчиво оглядел стоящую поодаль рыжеволосую красавицу, в который раз насмешливо на Джимиана покосился.

— Предлагаю познакомиться с ней поближе — посоветовал он — Пойдём?

— Конечно — ответил тот и рванул вперёд через всю улицу, что-то тихо приговаривая себе под нос. Пару слов Нолан расслышал и не удержался от ироничного покачивания головой. Его приятель снова говорил о породистых скакунах и новом экипаже.

— Здравствуй, красавица — первым заговорил Джимиан, подойдя поближе к девушке — Я тут себе спутницу на ближайшее время подыскиваю. Может быть, ты не откажешься ей стать?

Рыженькая обернулась, окинула быстрым взглядом подошедших к ней мужчин и призывно улыбнулась обоим сразу.

— Как же я могу отказать такому шикарному господину? — заученно выдала девица — И как надолго вам нужна спутница? — на мгновение улыбаться перестала — Если вам нужна девушка на ночь и для двоих сразу, то это десять медяков. И деньги вперёд.

— Думаю, мой приятель заплатит куда больше десяти медяков… — вступил в разговор Нолан — Если ты именно та, которую он ищет. Лучше скажи нам, как тебя зовут, сколько тебе лет? Кто твои родители? Как давно ты… такой работой занимаешься? Умеешь ли хотя бы считать?

Рыженькая даже договорить не дала, заливисто рассмеялась.

— Ох, господа, сколько у вас вопросов-то сразу — заявила она весело — Вы словно не девушку для приятного времяпрепровождения подыскиваете, а жену — но, вернув на лицо прежнюю заученную улыбку, принялась послушно отвечать — Звать меня Сана. Мне девятнадцать лет, мамаша моя умерла давно, папаня раньше рыбалкой промышлял, сейчас больше пьёт, чем работает. Считать… — тут она немного призадумалась — Ну до ста я считать точно умею. Я знаю, что сто медяков — это один серебряный, а сто серебряных — это один золотой.

— А ты, оказывается, неглупая девушка — с лёгкой иронией заметил Нолан, отчего рыженькая первый раз за время разговора улыбнулась совершенно искренне. Зато Джимиан, который ещё минуту назад смотрел на девицу, как на кротчайший путь к наследству, теперь недовольно кривил губы и по сторонам начал оглядываться. В поисках очередной кандидатуры на роль жены.

— И чем тебя эта… Сана — припомнил имя рыженькой Нолан — Не устроила?

Джимиан вновь скривился и брезгливо плечами передёрнул.

— Ты заметил, как отвратительно пахло у неё изо рта? — возмущённо воскликнул он — Нет, такая мне точно не нужна — и вновь остановился посреди улицы, завидев ещё одну смазливую красотку — Хм… может быть, вон та больше подойдёт?

У второй девицы Джимиан усмотрел ужасно-грязные ногти, у третьей были «противные сальные волосы», четвёртая оказалась обладательницей «глупого» смеха, пятая вообще не умела считать и учиться этому не собиралась, а шестая немного коверкала слова в разговоре. Седьмая, вроде бы, всем была хороша, но когда Джимиан радостно объявил, что она ему подходит, девушка, вероятно, чтобы набить себе цену, во всех подробностях принялась рассказывать о том, что конкретно она умеет и практикует… в своём ремесле. И от рассказов о её умениях мужчинам даже немного не по себе стало. Остальные встречаемые по пути невесты отбраковывались женихом по причине того, что «недостаточно красивы».

— Тебе не кажется, что ты слишком придирчив? — проговорил Нолан пару часов спустя. Ему и самому уже порядком надоело бродить по улочкам острова. К тому же, ничего подозрительного, кроме того, что местные девицы, как и накануне, всё также избегают состоятельных клиентов-одиночек, он так и не заметил — Помнится, во времена учёбы ты охотно проводил время с подобными… дамочками. А теперь они тебя устраивать перестали?

— Во времена учёбы я проводил с каждой из таких девиц… не больше часа. Да они все и годятся только на то, чтобы провести с ними часик-другой — недовольно отозвался приятель — Мне же нужна такая, чтобы все вокруг поверили, что женился я на ней из-за того, что голову потерял. А все мои близкие знакомые и родственники прекрасно знают, что я в принципе не могу потерять голову от девушки, которая мылась последний раз год назад, а зубы и вовсе никогда в жизни не чистила. Про то, что с ними поговорить совершенно не о чем, я и вовсе молчу.

Нолан Лим насмешливо хмыкнул.

— Женщины острова Тио с детства к гигиене не приучены — отозвался он — А то, что элементарной грамоте они не обучены, в этом вообще ничего удивительного нет. Если уж тебе нужна в жёны ухоженная дамочка с хотя бы элементарными знаниями этикета и обученная письму и счёту, то тебе проще на своей любовнице жениться. Здесь ты такую вряд ли отыщешь — и нравоучительно добавил — Признаться, я был уверен, что ты понимаешь, какой контингент здесь проживает.

Джимиан в который раз остановился по центру улицы, недовольно упёр руки в бока, ещё раз обернулся по сторонам, как-то смиренно-обречённо вздохнул.

— А ведь такой план был шикарный — воскликнул во всеуслышание — Ну неужели на этом острове нет ни одной подходящей для меня девушки⁈ — и, стоило ему произнести эти слова, как он замер с открытым ртом, глядя куда-то в другой конец улицы. Нолан не мог не заметить подобную реакцию, проследил за взглядом приятеля и совсем скоро тоже увидел идущую с противоположного конца улицы девушку. Она шла сквозь толпу прямо навстречу мужчинам, время от времени поглядывала по сторонам.

Красивая, даже очень. Чёрные волнистые волосы ниже плеч, яркие зелёные глаза. Высокая, стройная. Одета в платье, подчёркивающее её тонкую талию, тёмных оттенков и с открытыми плечами. И надо отметить, что платье девушки было немного скромнее, чем у её «коллег». В её зелёном взгляде было что-то такое, словно мыслями красотка была очень далека и от этой улицы, и от этого острова. Одной рукой девица придерживала подол своего длинного платья, чуть приподнимая его, не давая ему коснуться земли и испачкаться. Шагала очень аккуратно, приподнимая свои ножки повыше. И недовольно поморщилась в тот миг, когда на её ботиночке с завязками образовалось небольшое пятно грязи.

«Может, она не местная? — изначально подумалось Нолану — Раз она такая… чистенькая и брезгливая. Возможно, она оказалась на острове Тио совсем недавно по несчастливой случайности? Или от безысходности?»

Но вот зеленоглазую красотку окликнула ещё одна из местных девиц, подскочила к ней и начала о чём-то оживлённо рассказывать, та ей в ответ улыбнулась, согласно головой покивала, что-то ответила, ещё и ручкой своей «коллеге по ремеслу» на прощание помахала. А такое поведение говорило о том, что зеленоглазка проживает на острове достаточно давно, чтобы успеть завести здесь близкие знакомства с другими девицами.

Минуты не прошло, как к черноволосой красавице подскочил мужчина, одетый не особо богато, вероятно, один из жителей острова, и сально улыбаясь, продемонстрировал красотке пригоршню монет. Но красотка на это повела себя немного… непривычно. Одарила своего клиента снисходительной полуулыбочкой, поближе к нему наклонилась, что-то тихо ему шепнула, да на ближайший дом с горящим у порога синим фонариком указала. И преспокойно пошла дальше.

— Ты посмотри, какая — напомнил Нолану о своём присутствии Джимиан. И уверенно произнёс — Вот она-то точно подойдёт на роль моей жены! Пойдём, поздороваемся. И познакомимся поближе.

Зеленоглазая словно и не заметила, что ей навстречу двинулись двое состоятельных, судя по внешнему виду, потенциальных клиентов. Ещё и на другую сторону улицы перешла, так что Джимиану пришлось её догонять.

— Подожди, красавица — крикнул он ей вдогонку, но та даже не обернулась и не остановилась, шла себе спокойно дальше.

Надо отдать Джимиану должное, зеленоглазую красотку он догнал, за запястье сзади ухватил. Девчонка запястье своё резко выдернула и мгновенно обернулась с таким выражением на лице, словно готова была в драку броситься, но мужчина шаг в сторону сделал и примирительно ладони перед собой поднял и тут же повинился:

— Прости-прости, не хотел тебя напугать. Просто ты так быстро шла, что я еле тебя догнал.

— Догнал — согласилась черноволосая — Только вот зачем ты меня догонял? — при этом совсем не побоялась обратиться к господину на «ты», словно и не считала, что мужчина из респектабельного района Римерона выше её по своему социальному положению.

— Потому что ты самая красивая девушка на этом острове — охотно ответил Джимиан, не обратив никакого внимания на её «ты».

— Ааа — протянула незнакомка, кивнула снисходительно, мельком глянула на Нолана, который уже догнал своего приятеля и теперь с заметным интересом на девушку поглядывал — Благодарю за комплимент. Вот только я спешу — и снова развернулась, так что Джимиану опять пришлось её за руку удерживать. Впрочем, когда девушка снова к нему лицом развернулась, он её вновь отпустил.

— Ну не убегай ты так сразу — произнёс миролюбиво — Я ведь очень денежный клиент — многозначительно улыбнулся — И если мы договоримся, я заплачу тебе в разы больше, чем тот, к кому ты так спешишь.

— Много заплатишь, говоришь? Хм… — протянула красотка и задумчиво почесала подбородок своим идеально ровным и отполированным до блеска ноготочком — Предложение заманчивое, конечно — бросила ещё один осторожный взгляд на Нолана, слегка улыбнулась Джимиану, сделала шажок к нему навстречу и легко провела кончиками пальцев по лацканам его дорогого камзола, поправляя, а потом наклонилась к нему близко-близко, к самому его уху, и тихо шепнула — Но, боюсь, сегодня у меня не самый подходящий для работы день — наигранно-печально глазки закатила — Женские дни, понимаешь… Может быть, как-нибудь в другой раз? — чуть плечом повела и ободряюще улыбнулась — Но вот в этом доме… — указала в сторону — Проживают две мои давние подруги, Аюми и Дэйя. Ты можешь заглянуть к ним. Ночь в их компании на двоих обойдётся вам всего лишь в пятнадцать медяков. А если и вы придётесь моим подругам по душе, то они вам ещё и скидку организуют. Уверяю, что знакомство с девушками из этого дома не разочарует ни тебя, ни твоего молчаливого друга — ещё раз улыбнулась обоим сразу и, пока Джимиан не опомнился, снова развернулась и направилась прочь.

— Мда… — усмехнулся Нолан, глядя в спину удаляющейся девицы — Интересная особа. Речь у неё неплохо поставлена. Хитрющая, к тому же — нахмурился и уже для себя добавил — А ещё она явно… себе на уме — на приятеля покосился — Догонять-то её будешь? Из всех тех девиц, которых мы сегодня встретили, она больше всего подходит на роль твоей фиктивной жены. Хотя бы потому, что притворяться умеет и соответствует всем твоим эстетическим требованиям.

— Красивая, ухоженная, хорошо говорит. Считать, кажется, умеет, что-то про скидки толковала — перечислил жених достоинства возможной невесты и снова бросился бегом по улице с криком «Погоди, красавица». Нолан еле успел за своим другом, чтобы увидеть недовольное выражение лица вновь потревоженной зеленоглазой особы и её слова, полные нескрываемого раздражения:

— Что ещё тебе от меня надо? Я же уже сказала, что сегодня не работаю!

— Да это совсем неважно — принялся заверять Джимиан — Ты мне не для этого нужна — и простодушно добавил — Я ведь ищу себе не девицу на пару часов, а жену.

— Чего? — красавица как-то брезгливо поморщилась, на мужчину посмотрела, как на умалишённого — Жену ищешь? Здесь? Смешно… Ха-ха-ха…

— Да нет, ты не поняла, я же серьёзно — и снова попытался взять девушку за руку, но та ловко в сторону отпрыгнула.

— Не трогай меня! — зло прошипела она — И не приближайся! Чего ты прицепился именно ко мне?

— Боюсь, дорогуша, мой друг тебя не обманывает — впервые обратился к девице глава центрального управления, полностью переключая на себя всё её внимание — Обстоятельства сложились таким образом, что ему срочно нужно жениться.

— На девушке с острова синих огней? — скептически переспросила зеленоглазка.

— Согласен, звучит глупо — согласился с ней Нолан — Мне и самому эта его идея показалась бредовой. Но всё же некий смысл в ней есть.

— Мне, действительно, нужно жениться — добавил Джимиан — И, желательно, на максимально неподходящей для меня девушке.

Зеленоглазка снова нахмурилась, взгляд перевела с одного мужчины на другого, нахмурилась ещё больше.

— Что же — молвила она в итоге — Если тебе, и правда, так нужно жениться на неподходящей девушке, то я искренне желаю тебе удачи в поисках. Вот только меня в это сомнительное дело вовлекать не нужно — и в который раз решительно развернулась.

— Ну погоди, не убегай опять — добавил Джимиан просительно — Из всех девиц ты подходишь на эту роль лучше всех — и, мельком оглянувшись по сторонам, признался — Я не могу получить дедово наследство, пока не женюсь. А я не хочу жениться, совсем не хочу. Но если я женюсь на девушке более низкого социального статуса, то через некоторое время смогу с ней с лёгкостью развестись — улыбнулся зеленоглазке и заверил — Если ты согласишься на некоторое время стать моей фиктивной женой, я очень-очень хорошо тебе заплачу.

Девица придирчиво оглядела Джимиана с ног до головы, руки на груди скрестила и губы чуть поджала, нахмурилась, а взгляд её стал по-настоящему задумчивым.

— И почему же ты считаешь, что именно я — лучшая кандидатура на роль твоей фиктивной жены? — спросила она в итоге.

— Потому что ты очень красива — охотно ответил Джимиан — Все мои знакомые и родственники поверят, что я сошёл с ума от твоей красоты, оттого и решился на такой вот неравный брак.

Впрочем, зеленоглазую такой ответ не устроил, она ещё сильнее нахмурилась и резонно заметила:

— Но вокруг много других не менее красивых девушек.

— Да — согласился почти уже жених — Но они все такие… — привычно скривился — Неухоженные. А ты совсем другая. По тебе и не скажешь, что ты живёшь — в стороны руки развёл — Здесь, на острове Тио.

— Ах, вот оно что — кивнула девица, но больше ничего не добавила, снова в раздумья погрузилась.

— Тебе, конечно, придётся мне немного подыграть — предупредил Джимиан — Скажем моим родным, что мы с тобой знакомы уже давно, несколько лет. Что мы часто видимся. Что я арендую для тебя дом где-нибудь в пригороде и частенько тебя в том доме навещаю.

— Хочешь убедить своих родственников в том, что я длительное время была твоей содержанкой, на которой теперь ты ещё и жениться надумал? — с ходу уловила идею красотка, прищурилась на мгновение, а потом головой покачала — Нет, пожалуй, это не для меня — миролюбиво улыбнулась — Ещё раз желаю тебе удачи в поисках подходящей жены, а я пойду.

— Но почему? — недоумённо воскликнул неудачливый жених — Я же говорю, что хорошо тебе заплачу, очень-очень хорошо заплачу. А после того, как мы разведёмся, я куплю тебе дом и даже ежемесячное содержание выделю.

— Заманчиво — согласилась зеленоглазая — Но жизнь для меня намного важнее любых денег — а потом, чуть понизив голос, добавила одну очень важную для Нолана Лима вещь — Говоришь ты, конечно, красиво. Но почему я должна верить твоим словам? За последние годы на этом острове уже несколько десятков девушек убили. Поговаривают, ко всем убитым незадолго до смерти тоже подходил состоятельный клиент, обещал огромные деньги, а в итоге… — девица не договорила и бросила на Джимиана пристальный взгляд — Откуда мне знать, может быть, ты и есть тот маньяк, что за местными девушками охотится?

— Да я в жизни никого не убивал — растерянно проговорил тот, непроизвольно отшагнул в сторону от своей красотки. Но теперь, услышав от девушки столь важную для себя информацию, заговорил Нолан:

— А если мой друг покажет тебе завещание своего деда, в котором написано, что ему срочно жениться нужно? Тогда поверишь?

— А у вас есть с собой копия завещания? — тут же уточнила девица и, кивнув, призналась — Сказать по правде, хорошие деньги сейчас мне бы очень не помешали. И да, мне бы хотелось ознакомиться с завещанием. Если в нём всё именно так, как вы и говорите, то я, возможно, подумаю над этим «великодушным» предложением о замужестве.

На лице Нолана невольно проскользнула одобрительная улыбка. Мда… он знает эту девицу всего несколько минут, но уже начинает испытывать к ней что-то, похожее на уважение. Ну а как иначе? Далеко не глупая, немного хитрая, осторожная, но не трусливая. Внешний вид у неё… красивая, но не вульгарная, как остальные «труженицы» острова. И судя по тому, что она готова ознакомиться с завещанием, ещё и грамотная, читать умеет! Где только научилась этому, интересно?

А ещё ей кое-что известно об убийствах на острове Тио. И она, не скрываясь, об этом говорит!

— При себе у меня завещания нет — покачал головой Джимиан — Оно у поверенного хранится — приподнял голову к небу, глядя на солнце, что уже начинало медленно двигаться к горизонту — Но если мы поторопимся, то ещё успеем застать его в рабочем кабинете. Это совсем недалеко, на Каштановой улице, а наёмный экипаж стоит совсем рядом с мостом…

— Прошу меня извинить — вновь оборвала зеленоглазка — Но в один экипаж я с вами не сяду. Я знаю, где Каштановая улица находится. Туда и пешком дойти можно — и этими словами вызвала у Нолана ещё одну одобрительную улыбочку.

— Хорошо — вздохнул Джимиан — Пойдём пешком — и как-то безнадёжно спросил — Зовут-то тебя хоть как?

— Юни — помедлив пару мгновений, ответила красотка — Юни Квон.

— Надеюсь, документ, подтверждающий личность, у тебя имеются? — уточнил уже Нолан.

— Найду — заверила коротко, а потом на своего возможного жениха взгляд перевела — А у вашего друга такой документ имеется?

— Разумеется — подтвердил тот.

— Очень хорошо — кивнула девица — С ним я бы тоже хотела ознакомиться. Должна же я заранее знать, за кого замуж выхожу.

Дорогие читатели, если вы хотите посмотреть, как выглядят Джимиан Хонг и Нолан Лим, то арты с их изображением есть на моей страничке в ВК))) и примерно через день выложу картинку с изображением Юни)

Условия для брака

По мнению Нолана, в некоторых случаях осторожность девушки по имени Юни Квон переходила границы. Она даже в здание, где кабинет поверенного находился, зайти отказалась.

— Мало ли, что там внутри — произнесла она упрямо и осталась стоять на улице, на виду у десятков прохожих.

На счастье, поверенный, действительно, всё ещё на работе находился. Охотно вынес лист с завещанием во двор и вручил его невесте своего клиента. При этом посматривал на незнакомую ему девушку с нескрываемым любопытством. А та на подобный пристальный взгляд даже внимания не обратила, документ в руки взяла и углубилась в его изучение.

«И правда, читать умеет — мысленно усмехнулся Нолан — А я ведь поначалу засомневался».

А девица ещё и уточняющие вопросы по мере изучения завещания задавала! Но в итоге свернула листок и вернула его в руки поверенного.

— Прошу меня простить… не знаю вашего имени… — обратился тот к незнакомке.

— Юни — снисходительно бросила в ответ девушка — Юни Квон.

— Госпожа Юни — исправился поверенный. А слово «госпожа» произнёс уж очень неуверенно — Вы, действительно, невеста господина Джимиана Хонга?

— Да, я его невеста — уверенно ответила зеленоглазка — Мы с ним уже столько лет знакомы, но до свадьбы у нас дело дошло только сейчас — наиграно жениху улыбнулась — Мы бы и сейчас не торопились. Сами понимаете… свадьба… такое событие… торопиться со свадьбой точно не стоит, к такому мероприятию сначала нужно очень тщательно подготовиться — изобразила печальный вздох — Но раз уж покойный дедушка моего жениха посчитал, что жениться ему нужно как можно скорее, то придётся мне смириться с тем, что большого праздника на моей свадьбе не будет. Только короткое венчание.

— И когда же состоится это венчание? — тут же уточнил поверенный.

— Да прямо сейчас! — заявил Джимиан Хонг — В ближайшей церкви — после чего добавил — И если вы немного задержитесь на работе, то уже через час у вас на столе будет лежать документ, подтверждающий, что мы с моей Юни… — улыбнулся невесте — Сочетались законным браком! — и на Нолана кивнул — Вот, мой друг даже согласился выступить официальным свидетелем такого события!

— О, в таком случае я точно задержусь — заверил поверенный — Как раз подготовлю все необходимые документы для передачи наследства господина Уджина Хонга в вашу собственность.

Перед небольшой церквушкой, что находилась на соседней улице от кабинета поверенного, Юни снова притормозила.

— Что опять не так? — недовольно вздохнул Джимиан, глядя на свою почти уже жену, и поторопил — Пошли скорее. На улице уже темнеет. И матушка с сестрицей уже давно ждут, когда я невесту к ним на ужин приведу.

Но зеленоглазая упрямо головой качнула.

— Прежде чем мы произнесём положенные слова и поставим подписи на соответствующих документах, нам нужно заранее обо всём договориться — заявила она.

— Договориться? О чём?

— А ведь Юни права — поддержал Нолан девушку — Ваш предстоящий союз не совсем обычен, а значит, все условия вам следует обговорить заранее.

— Но мы и так уже всё обговорили! — Джимиан недовольно обернулся к своему другу, потом снова посмотрел на невесту — Я ведь говорил, что женаты мы будем не больше двух-трёх месяцев. Ну, может быть, чуть дольше, если оформить развод быстро не получится. После того, как мы официально перестанем быть мужем и женой, я куплю тебе дом на окраине Римерона и выделю небольшое ежемесячное содержание. И пока мы будем женаты я, разумеется, также буду выделять тебе определённые суммы на наряды и прочую ерунду. Скажем, по десять золотых ежемесячно — и насмешливо добавил — Кажется, до этого подобные деньги ты и за год не могла заработать.

— Бывало, что и больше зарабатывала — ничуть не смутившись, ответила Юни и принялась диктовать свои условия — А что касается денег… десяти золотых на раз мне будет недостаточно. Завтра же мне нужна будет сумма в размере двадцати золотых.

Джимиан возмущённо рот приоткрыл, но тут же его закрыл, глубоко вздохнул. Отвернулся, отошёл на три шага, затем вернулся назад, недоверчиво глянул на совершенно спокойное выражение лица невесты. И даже не нашёлся, что ей сразу ответить. За жениха заговорил Нолан:

— Двадцать золотых⁈ — присвистнул он. К Джимиану повернулся и, усмехнувшись, напомнил — Кажется, я предупреждал тебя, что в жёны тебе может достаться девица, которая с лёгкостью оттяпает часть твоего наследства? — от этих слов жених ещё больше нахмурился, было видно, что он уже засомневался в правильности выбора невесты. А Нолан снова на Юни посмотрел — Двадцать золотых… А не многовато ли ты хочешь?

— А что такого? — ответила девица, пожав плечами — Как я поняла из текста завещания, после женитьбы господин Джимиан Хонг получит в наследство много-много больше этих несчастных двадцати золотых. А мне эти деньги как раз очень нужны, и чем скорее, тем лучше. Впрочем… — тут же уступила зеленоглазка — В этот раз мне можно дать двадцать золотых, а в следующем месяце не давать ничего. Обойдусь. И ещё… — громко произнесла она, выдержала многозначительную паузу — Я заранее предупреждаю, что меня не получится запереть в доме. У меня есть своя жизнь, от которой я не собираюсь отказываться в угоду этому браку. Мне нужна полная свобода передвижения. Это не значит, что я буду пропадать где-то сутки напролёт, но тем не менее, в любой день я могу уйти по своим делам и вернусь лишь спустя несколько часов. Собственно… — глубоко вздохнула и пристально, с ожиданием, на жениха посмотрела — Это все мои условия. А вот теперь решай, нужна ли тебе такая жена. И если тебя что-то не устраивает, то мы можем спокойно расстаться прямо сейчас и не доводить дело до конца. Я вернусь к своей привычной жизни, и уже завтра о тебе даже не вспомню, а ты отправишься на поиски другой, более подходящей жены.

Джимиан ещё раз оглядел девушку с ног до головы, задумчиво поджал губы. Кажется, он уже не считал её такой уж красоткой, какой она показалась ему поначалу. Тем более, что она столько условий выставила!Вполне выполнимых, но всё же… Мужчина перевёл вопросительный взгляд на своего друга, но тот, в который раз усмехнувшись, только плечами пожал.

— Решать только тебе — произнёс Нолан, а потом, словно невзначай, заметил — Но вообще-то, если твоя жена частенько будет куда-то уходить из дома, и при этом никто, включая мужа, не будет знать, где она пропадает, то судом это будет расценено, как ещё одна уважительная причина для развода.

— Да? — тут же зацепился за эти слова Джимиан — Ну тогда… — немного помялся и решительно произнёс — Тогда я не вижу никаких причин для того, чтобы отказываться от этого брака — подошёл к невесте поближе, ещё раз придирчиво осмотрел её с головы до ног — А двадцать золотых… так уж и быть, получишь их завтра с самого утра, если сегодня произведёшь нужное впечатление на мою матушку — протянул девушке ладонь и кивком головы на церковь указал — Ну что, пойдём?

Юни секунду помедлила, но затем сама сделала решительный вдох, ухватила будущего мужа за руку, и вся троица двинулась к открытым дверям небольшой городской церквушки.

Быстрая оплата обязательной церковной пошлины за проведение свадебного обряда, небольшие формальности в виде заполнения бланков и изучения документов жениха и невесты, подтверждающих их личность. Коротенькая церемония. И вот новоявленные муж и жена снова стоят у порога церкви.

— Ты пойдёшь с нами или домой отправишься? — уточнил Джимиан у своего приятеля.

— Пожалуй, я вас оставлю — ответил Нолан — Вам ведь сначала к поверенному нужно забежать. И только потом домой — едва заметно улыбнулся — Хотя, я бы не отказался посмотреть на знакомство твоего семейства с Юни. Но… завтра рано утром у меня дела, поэтому нужно хорошенько выспаться.

— Ну что же, как знаешь — миролюбиво кивнул Джимиан и благодарно улыбнулся — Спасибо тебе. Наверное, если бы я отправился на остров Тио один, то до сих пор блуждал бы там в поисках невесты. А может быть, и вовсе забросил бы эту идею и женился бы на одной из тех девиц, которых мне родичи насоветовали.

— Рад, что смог тебе помочь. Хоть чем-то — отозвался Нолан Лим, а потом вдруг заявил — Кстати, я навещу вас завтра с утра.

— Утром? Но в это время, меня, скорее всего, не будет дома. Может, лучше ближе к вечеру? — предложил Джимиан Хонг, но его давний приятель головой покачал.

— Ничего страшного, что тебя не будет. Я ведь планирую навестить не тебя… — мельком глянул на Юни — А твою жену.

— Меня? — немного растерянно отозвалась девушка и, прищурившись, уточнила — Это ещё зачем?

— Затем, что вам уже заранее нужно начинать готовиться к предстоящему разводу — серьёзно ответил Нолан — И в вашем случае будет даже очень хорошо и полезно, если к жене, в отсутствие мужа, будут периодически захаживать гости-мужчины.

Девица на это только кивнула, при этом не переставая хмуриться, а вот Джимиан одарил приятеля очередной полной благодарности улыбкой.

— Спасибо, Нолан — снова поблагодарил он — И что бы я без тебя делал!

На улицах Римерона давно стемнело, но внутри экипажа тускло горел небольшой фонарик. И в свете этого фонаря довольный Джимиан Хонг в который раз перечитывал бумаги, полученные у поверенного после скоропалительной женитьбы. В них подробно расписывалось, хозяином каких богатств он стал с сегодняшнего дня, точнее, с сегодняшнего вечера…

— Долго нам ещё до твоего дома добираться? — отвлёк мужчину голосок его теперь уже жены.

— Нет, почти приехали — бросил он в ответ, поднял голову и в который раз окинул сидящую напротив красотку придирчивым взглядом.

«Хороша, чего уж отрицать. Все вокруг точно поверят в реальность нашего брака — удовлетворённо подумал Джимиан, а потом ему в глаза бросилась одна деталь, на которую он поначалу и внимания-то не обратил — На неё бы наряд подороже, да драгоценности хоть какие-нибудь. Эх… матушка, когда более-менее в себя придёт, точно спросит, чего это я свою содержанку, а теперь уже жену, не удосужился как следует одеть».

— Что-то не так? — уточнила девушка напротив.

— Да всё так…

— Тогда чего хмуришься? Уже пожалел о том, что женился?

— Нет, конечно — качнул головой Джимиан Хонг и приподнял повыше полученные у поверенного бумаги — Как я могу жалеть, если теперь мне принадлежит всё это? Но… — поморщился и выпалил — Но ты одета, как девица с окраины! А по легенде, ты уже несколько лет у меня на содержании. Не мог же я свою содержанку ограничивать в расходах на одежду и украшения! Мои мать и сестра в такое точно не поверят!

— Аааа — протянула бывшая Юни Квон, а ныне Юни Хонг — Несостыковки, о которых ты сразу и не подумал? — хмыкнула едва слышно, потом отдёрнула шторку, разглядывая медленно проплывающий за окном город — О, так мы на улице Просвещения, да? — вновь на новоиспечённого мужа глянула — Если мы не очень сильно опаздываем на твой семейный ужин, то можно сделать небольшой крюк, до улицы Береговой, это ведь совсем недалеко отсюда.

— Зачем это? — не понял Джимиан.

— Затем, что там я смогу раздобыть наряд поприличнее этого — Юни аккуратно провела ладонями по подолу своего платья — И даже кое-какие украшения.

— Серьёзно? Ну тогда мы точно сможем сделать небольшой крюк.

Джимиан крикнул кучеру, чтобы поворачивал в нужную сторону, и совсем скоро экипаж остановился на тёмной улочке, возле одного из домов.

— Я пойду — заявила Юни — Через несколько минут вернусь, а ты здесь меня жди — и потянулась к дверце.

— Погоди-ка — остановил её муженёк — Куда это ты собралась одна, без меня? Я с тобой пойду!

А девица лишь нахально усмехнулась и напомнила:

— Если мне не изменяет память, мы перед самой свадьбой договорились, что ты меня никак не ограничиваешь и позволяешь мне гулять, где мне только заблагорассудится. А теперь что же? Отказываешься от собственных слов?

— Но не в первый же вечер! — возразил Джимиан — Сначала тебя должны увидеть мои родственники и знакомые. Чтобы ни у кого не возникло никаких сомнений относительно реальности моего брака! А может, ты сбежать от меня надумала, откуда мне знать? — и снова потряс перед собой бумагами, полученными у поверенного — Тогда я лишусь всего этого! А я этого допустить никак не могу!

— Да не переживай ты так — отмахнулась зеленоглазка и всё-таки выскочила из экипажа, но, прежде чем закрыть за собой дверцу и оставить муженька одного, произнесла — Я обязательно вернусь. Ты же мне денег пообещал. Целых двадцать золотых! Неужели ты думаешь, что я так просто от них откажусь?

И ушла. Ушла! Притом, зашла даже не в ближайший дом, как ожидал того Джимиан, а завернула в соседний переулок, после чего окончательно скрылась из вида, оставляя своего муженька нервничать в полном одиночестве.

«Лучше бы я на той рыженькой женился — мрачно раздумывал Джимиан, ожидая возвращения жены — Или на той блондиночке с противным смехом! Они, во всяком случае, куда более предсказуемые. А от этой… — вновь недовольно покосился в окно экипажа — Непонятно, чего ждать! Пожениться не успели, а она уже свои условия ставит. Того и гляди, и правда, всё моё наследство себе присвоит!»

С другой стороны, Джимиан Хонг был уверен, что такой человек, как Нолан Лим, плохого ему не посоветует. А это ведь именно Нолан сказал, что черноволосая зеленоглазка лучше всего на роль фиктивной жены подходит… На этом самом месте тревоги мужчину немного отпустили, а мысли его поползли в совершенно другом направлении.

«А почему, собственно, мой брак с этой красоткой должен оставаться фиктивным? — задал он сам себе вопрос — Она вон какая… красивая очень. И в своей профессии уже сколько лет работает. Так какая ей разница… одним мужчиной больше, одним меньше. Приплачу ей хорошо, и она точно согласится иногда проводить ночи не в своей комнате, а в моей».

В памяти Джимиана вдруг всплыл знакомый образ его давней любовницы Линзи. Тёмно-каштановые волосы, карие глаза, хрупкая фигурка и милая добрая улыбка. А внутри его кольнуло неприятное и редко посещающее его чувство вины. Мужчина с удивлением сообразил, что с тех самых пор, как он начал проводить время с Линзи, об остальных девицах он и вовсе, почему-то, позабыл! Не то чтобы он специально избегал других девушек, просто они стали ему не нужны, не интересны. Зато теперь у него появилась жена-красавица…

«Линзи, наверняка, расстроится, если прознает, что я провожу ночи с кем-то ещё — сказал себе Джимиан, испытывая очередной укол вины, и тут же сам себя одёрнул — А какое мне, вообще, дело до того, что Линзи расстроится⁈ Она всего лишь моя любовница и не более того! Вот пусть и остаётся просто любовницей, без права высказывать мне недовольство по поводу каких-то моих поступков! То, что я всё это время ни с кем больше не встречался… так это вышло по чистой случайности. Мне просто было лень искать ещё кого-то! А если ей что-то не понравится, то я её не держу — на короткое мгновение мужчине стало немного страшно: а вдруг, Линзи, и правда, его бросит? Но он тут же сам себя успокоил — Да куда она от меня денется? Не пойдёт же она на простую работу устраиваться? Сейчас я её полностью содержу. А с дедовым наследством ещё большее содержание выделять ей начну! И тогда она точно смирится с тем, что в моей жизни иногда будут появляться другие женщины. Но сама она при этом никуда от меня не уйдёт!»

Джимиан и сам себе не мог объяснить, почему ему было так важно присутствие Линзи в его жизни.

«Наверное, я просто к ней привык» — решил он.

В общем и целом, сидя в экипаже и дожидаясь возвращения жены, мужчина окончательно определился со своими ближайшими планами на личную жизнь. С Линзи он точно не расстанется. Потому что не хочет, и всё тут! Но и с красоткой Юни тоже неплохо было бы наладить взаимоотношения. Зря он, что ли, официально на ней женился⁈ Но сначала нужно как-то пережить этот вечер в компании родственников… С одной стороны, Джимиану очень хотелось посмотреть, как же матушка отреагирует на появление в жизни единственного сына жены, да ещё какой жены. С другой стороны, безумно страшился её реакции. А Юни всё не возвращалась, хотя прошло уже минут пятнадцать, не меньше…

«И сколько можно её ждать? Куда она запропастилась? — мысленно возмутился мужчина, а внутри у него снова начало нарастать беспокойство — А вдруг, Юни, и правда, решила сбежать от меня в последний момент? А мы ведь уже женаты! И где её теперь искать?»

И стоило ему так подумать, как из переулка, в котором пятнадцать минут назад скрылась его жена, выбежала девушка, в длинном синем платье и лёгкой светлой накидке с капюшоном. Подошла поближе к экипажу и капюшон откинула.

Да, это оказалась именно она. Юни. Джимиан сначала выдохнул облегчённо, а потом удивлённо моргнул, оценивая новый облик своей жены, и невольно на сидении приподнялся, ещё и поспешил дверцу перед зеленоглазой красоткой отворить. Девушка ловко запрыгнула внутрь, поудобнее устроилась. Накидку в сторону отбросила, расправила подол своего синего платья, рукава поправила и волосы назад откинула.

Не сказать, что облик Юни изменился очень сильно. Но её новое платье из добротной ткани и с лёгким украшением из белого кружева, пусть и без дорогущей вышивки, как это было модно среди женщин высшего сословия, невероятно хорошо на ней смотрелось. На шее девушки красовался кулон из серебра, а волосы её были собраны в лёгкую причёску. Да если бы Джимиан встретил вот такую Юни на одной из центральных улиц Римерона, он бы ни за что не поверил, что большую часть своей жизни она проводит на острове Тио!

— Ну что, такой наряд сгодится для твоего семейного ужина? — спросила жёнушка, заправляя за ухо свисающий на глаза длинный чёрный локон — Извини, не было времени более приличную причёску соорудить.

— Да ты замечательно выглядишь! — одобрительно ответил мужчина, а мысленно уже начал прикидывать, когда же уже можно будет предложить этой красотке превратить их фиктивный брак в настоящий. Сегодня? Или сегодня ещё слишком рано? Может быть, дня через два?

— Ну не сказать, что замечательно — усомнилась Юни — Портниха, которая шила это платье, уверяла меня, что его нужно расшить огромным количеством драгоценных камней и золотыми нитями. Но, во-первых, у меня нет денег на драгоценности, а во-вторых, терпеть не могу все эти излишества.

— Нет-нет, тебе, и правда, очень идёт этот наряд — снова заверил Джимиан, а потом задумчиво прищурился — А кстати, откуда у тебя вообще такое платье? И куда ты сейчас бегала?

Жёнушка едва заметно повела плечиком, затем нахально усмехнулась, прямо на мужа посмотрела. И выпалила:

— Тут недалеко живёт один мой очень хороший… — помедлила, подбирая слово — Хороший друг. Я частенько ночую в его доме, поэтому у него хранится кое-какая моя одежда.

— Аааа, понятно — покивал мужчина, испытывая внутри приступ острого недовольства. А ведь он, и правда, на короткий миг позабыл о том, где познакомился со своей жёнушкой, и о том, что в её жизни, наверняка, было огромное множество таких вот «хороших друзей». И поспешил уточнить — А этот твой друг… ты уже рассказала ему, что замуж вышла? Что ты с ним больше видеться не будешь?

— О замужестве пока не рассказала — ответила Юни — Когда я за платьем забежала, он уже спал. А я не стала его будить. Как-нибудь потом расскажу, ещё будет время. И вообще — удивлённо на муженька глянула — С чего ты взял, что я больше не собираюсь с ним видеться?

— Как это, с чего? — немного растерялся Джимиан — Ты теперь замужем за состоятельным человеком! Тебе больше нет нужды проводить время со всеми своими… друзьями, знакомыми, спонсорами, покровителями.

— Так я буду замужем всего-то два или три месяца. Это ведь такой короткий срок — парировала девица — А своего друга я уже несколько лет знаю. И точно не собираюсь отказываться от общения с ним ради краткосрочного фиктивного брака! — после чего ещё и напомнила — И ты мне обещал, что предоставишь мне полную свободу передвижения!

— Так ты, и правда, собираешься встречаться с другими мужчинами, пока мы будем женаты — не то спросил, не то обречённо констатировал Джимиан Хонг. Он-то уже размечтался, что пока они будут состоять в официальном браке, Юни будет проводить время наедине исключительно с ним. А она вон какая оказалась… ветреная.

«Но ведь с сегодняшнего дня я её муж! — напомнил себе мужчина — Глава семьи! Значит, я могу ей запретить видеться с кем-то ещё, и она обязана будет меня послушаться — и тут же припомнил все слова девицы и её высокомерно-нахальное поведение — Нет, с ней так не получится — признал он — Запретишь ей что-нибудь, а она после этого прямиком к поверенному отправится, да расскажет ему, что наш брак совсем ненастоящий. И всё! Прощай, моё наследство!»

— Как сказал твой друг — продолжала говорить девица — Который был свидетелем на нашем венчании… Кстати, как его имя?

— Нолан. Нолан Лим — буркнул в ответ Джимиан.

— Так вот, как сказал твой друг Нолан Лим, если во время нашего кратковременного брака я буду время от времени пропадать, да ещё и с другими мужчинами видеться, то наши шансы на получение быстрого развода кратно увеличиваются.

— Это да — недовольно вздохнув, согласился мужчина.

— Ты мне лучше скажи, что мне говорить и как себя вести на твоём великосветском ужине? И кто хоть там присутствовать будет?

И Джимиан Хонг постарался запрятать поглубже всё своё недовольство словами и поведением сидящей напротив девицы, после чего приступил к подробному ответу на её вопрос:

— Кроме нас с тобой, на ужине будут только пять человек. Моя мать, сестра с мужем и сестра моей матери, тоже с мужем. А сказать им надо вот что…

Совсем скоро экипаж остановился у городского дома благородного семейства Хонг. Джимиан помог жене выбраться, наскоро с наёмным кучером расплатился, отпуская того восвояси.

— Ну что, готова? — мужчина бросил взгляд на жену.

— Думаю, что готова — немного неуверенно ответила Юни и едва заметно улыбнулась — Могу сказать, что если бы передо мной стояла задача произвести на родителей мужа хорошее впечатление, я бы волновалась куда больше. А тут мне, наоборот, нужно, чтобы всё твоё семейство с первого дня меня возненавидело.

Кому интересно, арт с изображением Юни можно посмотреть на моей страничке в ВК))

Семейный ужин

— Да уж — недовольно протянула госпожа Ниджи Андо, родная сестра Наяни Хонг — Что-то мой любимый племянник не спешит знакомить нас со своей невестой — на сестрицу глянула — Наяни, ты уверена, что он приведёт невесту именно сегодня? И что он, вообще, сам вернётся сегодня домой?

— Он говорил, что обязательно будет — отозвалась госпожа Наяни и перевела вопросительный взгляд на дочь, что сидела с другого конца стола и вяло ковыряла вилкой по тарелке — Джанди, может быть, ты знаешь, когда твой брат соизволит вернуться?

— Откуда мне знать, мама — ответила та, отодвигая тарелку в сторону — Я его сегодня, вообще, не видела. Мы с Шианом пришли только к началу ужина, ты же знаешь.

— А знаешь, Наяни, раньше я безумно завидовала тому, что у тебя сын есть — задумчиво заговорила госпожа Ниджи — Когда-то давно мы с мужем так мечтали о наследнике, но Боги подарили нам троих дочерей. А сейчас я даже радуюсь, что в своё время у меня родились только дочери. Они до двадцати лет замуж повыходили, сейчас все трое в Беройте живут. Уже внуков намнарожали. А был бы у меня сын — головой покачала — Да он бы точно также, как и твой Джимиан, не спешил бы с женитьбой, заставляя меня жутко волноваться. Кстати… — женщина выпрямилась на стуле — Наяни, а тебе не приходило в голову, что твой сын так долго скрывал свои отношения с какой-то девушкой только из-за того, что она, возможно, из какой-нибудь не очень состоятельной семьи?

— Конечно, приходило — недовольно поморщилась Наяни — И в другой ситуации я, возможно, попыталась бы его отговорить от женитьбы на неподходящей особе. Но сейчас у нас попросту нет времени на поиски другой невесты!

— А между прочим, мой Шиан что-то знает о девушке, на которой хочет жениться Джимиан — вставила своё слово Джанди — Вот только ничего мне не говорит, сколько бы я его не расспрашивала.

— Тогда точно какая-нибудь неподходящая особа — покивала Ниджи.

— Джанди! — громко воскликнула госпожа Наяни — А ты помнишь, твой муж как-то рассказывал про какого-то своего давнего знакомого, который разорился, распродал всё своё имущество, а потом и вовсе куда-то на окраину города вынужден был переехать?

— Ну что-то такое припоминаю, а что?

— Я помню, Шиан говорил, что у того человека как раз есть дочь, сейчас ей должно быть около двадцати лет. Может быть, именно на ней и хочет жениться наш Джимиан? Ведь если Шиан знает, на ком собрался жениться мой сын, то знает он это, наверняка, потому что знаком с семьёй девушки — тяжко вздохнула — Девица с окраины… какой ужас — Наяни Хонг покачала головой, а потом резко плечи расправила и даже слегка улыбнулась — Но с другой стороны, если невеста Джимиана будет ниже нас по своему социальному положению, то ей будет очень легко управлять.

— Да, верно — подтвердила госпожа Ниджи — А когда наши знакомые прознают о том, что Джимиан связал свою судьбу с девушкой из семьи разорившихся бедняков, они ещё долго будут судачить о его исключительном благородстве.

Дверь в малую гостиную, где и был накрыт стол для семейного ужина, отворилась, и внутрь вошли двое мужчин. Шиан Мун, муж Джанди, и господин Рэн Андо, муж Ниджи. Они уселись за стол рядом с жёнами.

— Что, Джимиан с невестой так и не объявились? — повернулся Шиан к жене.

— Как видишь — ответила та и, пристально глянув на муженька, строго спросила — Дорогой, это правда?

— Что, правда? — даже растерялся тот.

— Я же вижу, что ты что-то скрываешь от меня! Ты точно знаешь невесту Джимиана! Скажи, это дочь того твоего знакомого? Который разорился и в итоге переехал куда-то на окраину Римерона?

— Что за глупости, Джанди? — Шиан приподнял ладони, словно защищаясь — Если ты говоришь про Холанга и его дочь Минси, то она давно уже замужем. Минси была с кем-то помолвлена ещё до того, как её отец потерял всё своё состояние. Но её жених от неё не отказался, и она уже несколько лет живёт с мужем в его поместье где-то недалеко от столицы.

— Значит, не она — смиренно вздохнула госпожа Наяни — Но тогда я по-прежнему не знаю, на ком надумал жениться мой единственный сын.

Со стороны главного входа послышалось хлопанье дверей и приглушённые голоса. Один голос, определённо, принадлежал Джимиану, а вот второй голос… женский голос…

— Думаю, как раз сейчас мы и узнаем, с кем же он решил связать свою судьбу — постановил господин Рэн, приподнимаясь на ноги и помогая подняться жене — Идём их встречать? Или же подождём, когда они сами придут в гостиную?

— Конечно же, идём! Иначе я сейчас с ума сойду от нетерпения! — ответила Наяни, тоже на ноги поднимаясь, но в последний момент передумала и снова опустилась на свой стул — Нет, пожалуй, лучше нам остаться в гостиной — устроилась поудобнее, спину выпрямила — А вдруг невеста Джимиана происходит из какой-нибудь очень уважаемой семьи? Что тогда подумают о нас её родители, если мы такой толпой выбежим их встречать?

— Ты права, Наяни — согласилась с ней сестра — Ещё не хватало, чтобы о нас говорили, что мы излишне несдержанны и эмоциональны, как какие-нибудь… — недовольно скривилась — Простолюдины.

Все остальные лишь молча согласились с подобным решением. А ещё пару минут спустя двери в малую гостиную снова отворились, впуская внутрь хозяина дома, господина Джимиана Хонга. Молодой мужчина выглядел безумно счастливым и довольным собой, одарил всех, кто находился в гостиной, широкой улыбкой.

— Добрый вечер — произнёс он вежливо, при этом не переставая улыбаться — Прошу простить мне моё опоздание, но у меня было очень-очень важное дело, которое не терпело отлагательств.

Сказав это, Джимиан обернулся. И только тогда все присутствующие увидели стоящую за его спиной незнакомую черноволосую девушку. Она тоже улыбалась, только немного неуверенно, сделала пару шагов вперёд и встала рядом с женихом, который тут же взял её за руку.

— Юни… — первым делом обратился он к девушке — Знакомься, это моя семья, мои самые близкие родственники. Моя матушка, госпожа Наяни Хонг. Моя младшая сестра Джанди и её муж, господин Шиан Мун — чуть улыбнулся — Моих племянников они, конечно же, с собой не привели, оставили с гувернанткой. Но, думаю, ты ещё успеешь познакомиться с этими сорванцами — затем перевёл взгляд по другую сторону большого стола — А это моя дорогая тётушка Ниджи и её муж, господин Рэн Андо. Их дочери, мои двоюродные сёстры, живут в Беройте, поэтому и с ними ты познакомишься чуть позже — и только после этого прямо посмотрел на мать — Мама — произнёс тот тихо, но как-то очень торжественно, глубоко вдохнул — Позволь тебе представить… самую красивую, самую добрую и самую замечательную девушку на свете. Любовь всей моей жизни. Мою Юни — крепко пожал ладонь своей невесты и ободряюще ей улыбнулся. Что, конечно же, не укрылось от взгляда матушки.

Госпожа Наяни Хонг придирчиво оглядела незнакомку, мысленно отмечая, что платье у той, конечно, из хорошей качественной ткани, и крой неплохой, но украшений почти нет, а это могло значить только одно: девица, и правда, происходит далеко не из самой состоятельной семьи. Женщина натянула на своё лицо улыбку, которая, конечно же, вышла немного высокомерной. Но это ничего… если невеста сына не может похвастаться богатой роднёй, то пусть с первого дня знает своё место в этом доме! Вероятно, Ниджи Андо вполне разделяла мнение своей сестрицы и на девушку племянника поглядывала также высокомерно, подбородок приподняла повыше и улыбнулась с едва заметным ехидством.

А вот Джанди Мун, как и муж её тётушки, господин Рэн, на незнакомку смотрели по-доброму, разве что с нескрываемым любопытством. Только Шиан выглядел удивлённым, словно на месте незнакомки по имени Юни ожидал увидеть какую-то совершенно другую девушку.

— Значит, ваше имя Юни — снисходительно произнесла матушка, обращаясь к невесте сына.

— Да, госпожа. Я Юни — ответила та тихо, вновь с Джимианом переглянулась, и в какой-то миг улыбка девушки из робкой и неуверенной превратилась в открытую и восторженную. Незнакомка заговорила громко, с придыханием — И позвольте сказать, госпожа Наяни, что я безумно счастлива, наконец, с вами познакомиться! Мы с моим Джими уже столько времени вместе, он столько хорошего мне про вас рассказывал, но я даже и мечтать не смела, что однажды окажусь с вами в одной гостиной и за одним столом — и, не дожидаясь приглашения от хозяев дома, как того требуют правила этикета, девушка преспокойно подошла к столу и уселась на первое попавшееся ей свободное место. А затем обернулась к жениху, кивком головы указала ему на стул рядом с ней, ещё и ладошкой по свободному месту похлопала. К ужасу госпожи Наяни Хонг, её единственный сын не углядел в поведении невесты ничего предосудительного, даже на столь фривольное обращение «мой Джими» никак не отреагировал, приторно той улыбнулся и тут же уселся с нею рядом, ещё наклонился и шепнул ей что-то на ухо. Хозяйка дома неодобрительно губы поджала, а в её взгляде, обращённом на девушку, превосходства и высокомерия заметно прибавилось.

— Скажите, Юни, а где ваши родители? — спросила она.

— Мои родители? — недоумённо переспросила та, словно первый раз в жизни слышала это слово, «родители».

— Да, ваши родители — повторила Наяни — У нас ведь семейный ужин. И мы ожидали увидеть сегодня не только избранницу нашего Джимиана, но и её семью. Вот я и спрашиваю, где ваши отец и мать? Возможно, у вас ещё братья или сёстры имеются.

Невеста сначала неуверенно помялась, снова бросила короткий взгляд на жениха, после чего заявила:

— Вообще-то, у меня нет отца — и печально вздохнула.

— Нет отца? — тут же переспросила Джанди, явно испытывая жалось по отношению к девушке — Ох, Юни, я вам очень сочувствую. И понимаю, как вам тяжело. Нашего с Джимианом папы тоже не стало несколько лет назад — переглянулась с матерью, словно говоря то, что вот она, причина, по которой на девушке ни одного дорогого украшения нет. Отец-то у неё умер, и заботиться о неё стало некому. И, вновь обращаясь к невесте брата, Джанди Мун глубокомысленно добавила — Наверное, именно поэтому вы с моим братом так сблизились. Вы оба пережили ужасную потерю.

Но Юни, к удивлению присутствующих, ответила совершенно спокойно:

— Ну что вы, я вовсе не переживаю из-за того, что у меня нет отца. Сказать по правде, у меня его никогда и не было. Нет, наверное, где-то он всё же есть… или был — на этом месте девушка как-то неприятно усмехнулась — Не могла же моя мамаша родить меня без участия мужчины… Но тот мужчина, кем бы он ни был, скрылся в неизвестном направлении ещё до того, как я появилась на свет. А братья и сёстры у меня есть, да. Кстати, кто их отцы, я тоже не знаю… Две мои младшие сестрицы сейчас дома, с мамой… Или одни… — поморщилась недовольно и проворчала — Мамаша иногда уходит куда-то из дома на день-два, а то и больше, и бросает их одних. Но когда возвращается, кое-какие деньги приносит — девушка вдруг улыбнулась и радостно сообщила — А мой брат как раз недавно из тюрьмы освободился! Сейчас он в порту работает, грузит рыбу на корабли, идущие к столице. У меня ещё одна сестра есть, старшая. Но она уже давно нас бросила и ушла куда-то в неизвестном направлении. Сказала, что ей всё равно, где жить, лишь бы не на острове Тио.

В малой гостиной воцарилось гробовое молчание. На невесту Джимиана Хонга все смотрели с недоверием и невероятным потрясением. Никто не знал, что сказать. Джанди мельком на брата глянула, надеясь увидеть на его лице хоть какой-то намёк на то, что всё это нелепая шутка. Но нет… жених выглядел совершенно серьёзным. Но хуже всего было то, что он будто бы и не видел ничего ужасного в семейной истории своей невесты. А вот Шиан, когда немного пришёл в себя после первого потрясения, прикрыл рот ладонью, словно едва смех сдерживал.

В этот молчаливый момент двери в малую гостиную вновь отворились, и вошёл слуга с большим подносом, аккуратным движением переставил тарелки с подноса на стол перед хозяином дома и его невестой, коротко поклонился и наскоро удалился, тихо прикрыв за собой двери.

— Ой, какая красота! — громко воскликнула Юни, а потом и вовсе в ладоши захлопала, точно маленький ребёнок, разглядывая содержимое поставленной перед ней тарелки, пододвинула её к себе поближе, схватила ложку, хотя по правилам подобные блюда следовало есть вилкой — Такое даже есть жалко — обвела всех восторженным взглядом и, чуть понизив голос, словно по секрету, поведала — Мой Джими как-то раз водил меня в самый настоящий ресторан. Настоящий ресторан, представляете? Там тоже была такая же красива еда, которую жалко есть — отковыряла ложкой кусочек, быстро отправила в рот и, не успев дожевать, добавила — А в том районе, где я раньше жила, даже ни одного ресторана нет. Одни только кабаки, где всякие пьянчуги собираются…

И если до этого момента госпожа Наяни Хонг могла лишь потрясённо молчать, то после упоминания о кабаках и пьянчужках резко вскочила на ноги, бросила на сына грозный взгляд и громко отчётливо воскликнула:

— Джимиан! Что всё это значит⁈ Как ты мог? Как ты мог привести в дом эту…

— Мама, не смей! — мгновенно оборвал её сын, тоже на ноги поднимаясь — Не смей говорить ничего плохого про мою Юни! Да, у неё было очень тяжёлое детство! И до того, как я с ней познакомился, она жила просто в ужасных условиях, но в этом нет её вины! Это не значит, что её можно в чём-то обвинять или оскорблять! Я не позволю!

— Ах, ты не позволишь⁈ — ещё больше распалялась Наяни — А я не позволю тебе на ней жениться! Кто угодно, но только не она!

— Кто угодно, но не она⁈ Да моя Юни в сотни… нет… в тысячи раз лучше тех девиц, которых вы все пророчили мне в жёны! И вообще… — дыхание перевёл — К твоему сведению, мама, мне вовсе не нужно твоё позволение! — заявил Джимиан и вытащил из кармана свёрнутый лист бумаги, нахально усмехнулся и заявил — Тем более, что со своими запретами ты уже опоздала — торжественно развернул бумагу, прогнулся через стол и протянул матери, чтобы та смогла прочесть.

Наяни взяла листок, быстро пробежалась глазами по строчкам, тихо всхлипнула и за сердце схватилась.

— Не может этого быть — прошептала она, медленно и обессиленно на стул опускаясь.

— Мама, что с тобой? — тут же спохватилась Джанди, к матери подбежала и, нахмурившись, к брату обернулась — Что ты сделал с мамой? Что в этом листке?

— Ничего особенного, сестрёнка — ответил Джимиан, забирая важную бумагу, вновь сворачивая её и пряча в карман — Просто согласно этому документу, мы с моей Юни… — посмотрел на сидящую рядом с ним черноволосую девицу, тепло ей улыбнулся — Уже женаты. Буквально несколько часов назад мы с Юни сочетались законным браком в одном из храмов нашего славного города. Это уже не изменишь. И вам всем придётся с этим смириться.

И снова потрясённое молчание, во время которого все посматривали на черноволосую незнакомку широко открытыми глазами. Первой не выдержала тётушка Ниджи.

— Ты женился? На этой…? — переспросила она, тоже хватаясь за сердце и к мужу обернулась — О, Боги, Рэн! Ты слышишь, что говорит Джимиан⁈ Неужто он, и правда, женился на девице с острова Тио? Я слышала, что все девицы, которые там проживают, они… они… — Ниджи Андо так и не смогла произнести вслух название «профессии» — Как же так? Как это, вообще, могло произойти?

— Ниджи, дорогая, я думаю, что мы просто что-то не так поняли — принялся уверять господин Рэн свою супругу.

А черноволосая девица, которая оказалась уже даже не невестой, а самой настоящей женой хозяина этого дома, робко поднялась на ноги, ухватила мужа под локоть и, тихо всхлипнув, пожаловалась:

— Ну вот, Джими, видишь, что творится… я же говорила, что совершенно не понравлюсь твоей семье, что они меня не примут — снова всхлипнула и лицо ладошками закрыла — Не нужно нам было жениться. Мы могли бы и впредь видеться, и никто бы о наших встречах не знал. И всё бы у нас было хорошо, как раньше — А Джимиан тут же развернул девушку к себе, приобнял и принялся успокаивать:

— Юни, ну не плачь, любимая моя, перестань — приговаривал он, гладя жену по плечам — Да, наверное, моя матушка мечтала о том, что я женюсь на совершенно другой девушке. Но люблю-то я тебя! — после такого признания Юни отняла руки от лица и мужу тепло улыбнулась.

— Правда? — спросила она.

— Конечно, правда — заверил мужчина — И ты ведь давно об этом знаешь. Я много раз тебе об этом говорил — а потом бросил на мать и тётку предупреждающий взгляд — Более того, я уверен, что моя семья тоже полюбит тебя. Просто должно пройти какое-то время…

— Да не бывать такому! — возмутилась Наяни, а Джимиан только головой покачал. Снова ободряюще улыбнулся жене и потянул её в сторону выхода.

— Пойдём, Юни. Я вижу, что ты очень устала, перенервничала. Слуги, наверное, уже успели подготовить твою спальню. Тебе нужно отдохнуть…

Девица ещё раз обвела присутствующих неуверенным взглядом, едва заметно улыбнулась госпоже Наяни, а потом покорно направилась следом за мужем.

Джимиан Хонг вернулся в малую гостиную пару минут спустя, как ни в чём не бывало, уселся на свой стул, придвинул поближе тарелку с уже порядком остывшей едой. Пока мужчина отсутствовал, в гостиной стояла тишина, все только недоумённо переглядывались между собой, но никто не произнёс ни слова. Но стоило хозяину дома вернуться и приступить к запоздалому ужину, на него посыпался град вопросов и возмущённых восклицаний.

— Джимиан, но это ведь неправда⁈ Скажи, что это неправда! Скажи, что ты просто так подшутил над нами! — твердила Джанди, с надеждой поглядывая на брата.

— Как ты мог, Джимиан? — причитала госпожа Наяни — Нет, я не верю! Мой сын не мог жениться на подобной девице — и грозно прищурилась — Или она заставила тебя⁈ Точно заставила! Сынок, признайся, ты женился на ней не по своей воле? Если это так, то я… то мы её…

— Джимиан, ну о чём ты думал⁈ — это уже тётушка Ниджи — Это же на всю жизнь! Ты хоть понимаешь, что отныне ты до конца дней связан с этой… сомнительной особой!

Только Шиан и господин Рэн помалкивали. Молча взирали на всё происходящее, дожидаясь, чем же это закончится.

А Джимиан Хонг всё молча и терпеливо выслушал, при этом спокойно доедая остатки своего ужина. Потом также молча отодвинул тарелку и расслабленно откинулся на спинку стула.

— Джимиан, сынок — вновь с надеждой пробормотала госпожа Наяни — Прошу тебя, ну скажи, что ты пошутил, что это свидетельство о заключении брака фальшивое.

— Свидетельство настоящее — отрезал мужчина — И кстати — добавил он — После того, как мы с моей Юни — он выразительно подчеркнул это слово «с моей» — Поженились, я уже успел побывать у нашего поверенного и даже получил все официальные документы, согласно которым с сегодняшнего дня наследство дедушки переходит в мои руки.

— О, Боги, сынок, так это, на самом деле, правда⁈ — с отчаянием воскликнула Наяни — Но почему именно она?

— Да — вставила Джанди — Почему ты так поспешно женился на этой… на этой Юни? Я всё понимаю… условие завещания, но… Но у нас ещё оставалось немного времени! Мы бы ещё успели подыскать тебе другую невесту. Ты мог бы жениться на порядочной девушке из уважаемой семьи.

— Вот поэтому я и решил жениться на Юни как можно скорее — заявил Джимиан Хонг, ещё раз обвёл взглядом всех присутствующих, а затем его лицо озарила немного мечтательная и даже чуть глуповатая улыбка — Я познакомился с Юни пару лет назад — начал он свой рассказ — Мы с одним моим приятелем решили тогда прогуляться до района синих огней, тем более, что там как раз новое казино открыли. Вот тогда я и встретил Юни, и она сразу, с первого взгляда, мне безумно понравилась. Вы ведь видели, как она красива. Я в тот же вечер предложил ей стать моей содержанкой, а Юни сразу согласилась на моё предложение — замолчал на миг, словно вспоминая — Тогда я даже не думал, что я настолько к ней привяжусь, что когда-нибудь вообще решусь жениться на ней. Но после того, как я ознакомился с дедушкиным завещанием, а вы начали подсовывать мне всех этих… — выразительно поморщился — Девиц из благородных семейств, я вдруг понял, что ни одну из этих девушек я не смогу полюбить так, как люблю мою Юни.

— Нет-нет — закрутила головой Наяни — Ты не можешь любить эту особу! Этого просто не может быть!

— Но я люблю — отрезал мужчина и ободряюще улыбнулся матери — Мама, ну что ты так на меня смотришь, словно в моей жизни произошла какая-то невероятная трагедия. Да, я женился. Да, не на той девушке, которую ты хотела бы видеть рядом со мной. Но я счастлив быть рядом с Юни. И я точно знаю, ты хочешь, чтобы твой единственный сын был счастлив.

— Конечно, я хочу, чтобы ты был счастлив — всхлипнув, заверила та — Но эта девица…

— Не просто девица, а самая лучшая девушка на свете — ответил Джимиан — И счастлив я могу быть только со своей Юни!

Наяни Хонг снова схватилась за сердце, но больше ничего не говорила, только головой качала из стороны в сторону, всё ещё не веря, что подобная «трагедия» могла случиться в её семье.

— А может быть, Джимиан прав? — неуверенно вставила Джанди — Мы ведь, и правда, желаем ему счастья.

— Кстати, на соседней улице живёт банкир, который тоже некоторое время назад сочетался законным браком со своей содержанкой — поддакнул жене Шиан — Со временем все привыкли к его жене, и сейчас она получает приглашения на все светские мероприятия наравне со всеми нами.

— Да что вы такое говорите! — шикнула на них госпожа Ниджи — Все просто делают вид, что принимают в нашем уважаемом обществе ту вульгарную особу. На самом же деле её просто терпят. Потому что её муж богат.

— Но ведь Джимиан отныне тоже очень богат — напомнил жене господин Рэн — Вполне возможно, что и его… кхм… его Юни тоже будут спокойно принимать в обществе.

— Не будут — в очередной раз всхлипнула госпожа Наяни — Жена банкира, хотя бы, правила поведения знает, говорить красиво умеет, а эта… — болезненно поморщилась, махнув рукой в ту сторону, куда Джимиан увёл Юни — Вы слышали, как она разговаривает? А как себя ведёт? Да её нельзя показывать в приличном обществе!

— Мама, ну что ты делаешь трагедию из подобной ерунды — спокойно вставил Джимиан — Да, возможно, моя Юни пока ещё не знает, как правильно вести себя в обществе. Но ведь нам же не нужно идти на приём к тому же губернатору прямо завтра! У нас предостаточно времени, чтобы научить Юни основным правилам светского этикета — сказав это, мужчина поднялся на ноги и улыбнулся, довольно, с предвкушением, обвёл всех взглядом — А теперь прошу меня извинить, я вас оставлю. Всё же… — улыбка его стала ещё выразительнее — Сегодня у меня брачная ночь — и, не обращая внимания на полные печального смирения взгляды матери, вышел прочь из гостиной.

— И что делать? — неуверенно произнесла Джанди, когда шаги её брата за дверью окончательно стихли — Начинать искать для этой… Юни учителя по этикету?

Наяни Хонг дочери не ответила, лишь в который раз судорожно всхлипнула и поёжилась, как от холода.

— Да, учителя подыскать надо — произнесла за сестру госпожа Ниджи и тяжело вздохнула — Но, видят Боги, в случае с этой безродной девицей никакой учитель не поможет. Она же, наверняка, даже читать не умеет — и покачала головой — Ох, Джимиан… что же он наделал?

Джимиан Хонг прошёл в свою комнату, что-то довольно напевая на ходу. Да, мужчине было от чего быть довольным. Столько событий за день. Женился, у поверенного побывал, наследство получил. И семейный ужин прошёл именно так, как он и хотел. Но, что главное, девица, на которой он поспешно женился, не подвела, сыграла свою роль, как настоящая актриса! Не зря Нолан посоветовал именно её!

Джимиан скинул свой камзол, небрежно бросив его на ближайший стул, сверху натянул на себя домашний халат, сделал несколько шагов и остановился у двери, что вела в соседнюю комнату, комнату его жены. Тихо постучал. Минуты не прошло, как замок на двери в смежную комнату скрипнул, дверца чуть приоткрылась, а в проёме появился силуэт черноволосой девушки — его жены. Одета она была всё также, в своё синее платье, даже украшения не сняла, на мужа смотрела напряжённо, с ожиданием.

— К себе меня даже не впустишь? — немного насмешливо уточнил Джимиан.

Юни помедлила пару секунд, а затем шаг в сторону сделала, пропуская мужчину в свою комнату.

— Ну как? — спросила она с лёгким нетерпением — Твои родственники поверили в то, что наш брак настоящий?

— Поверили — довольно кивнул Джимиан — Матушка, конечно, спрашивала, не фальшивое ли у нас свидетельство о браке, но когда я сказал, что уже побывал у поверенного, все окончательно поверили в реальность нашего брака — бросил на жену одобрительный взгляд — А ты молодец. Сказала всё, как мы и договаривались. Про то, что ты родом с острова Тио, про то, что в твоём районе куча дешёвых кабаков, вокруг которых собираются толпы пьяниц. Вела себя, как надо… мои до сих пор от твоих манер в себя прийти не могут. Про матушку твою, у которой все дети от разных отцов, ты здорово придумала — помедлил секунду — А вот когда ты рассказала про своего брата, который только что из тюрьмы освободился, я поначалу решил, что ты уже перегибаешь, лишнего напридумывала, но ничего…

— Вообще-то, я ничего не придумала — спокойно возразила Юни — Мой старший брат, Арэм, действительно, сидел в тюрьме и освободился совсем недавно.

— Что, правда? — Джимиан посмотрел на жену удивлённо и при этом нервно сглотнул.

— Правда — кивнула девушка— И про матушку тоже правда. У неё пятеро детей, включая меня, и, насколько мне известно, все от разных отцов.

— Кхм… — Джимиан неразборчиво хмыкнул, выдохнул, оглянулся по сторонам, при этом сам не знал, что он рассчитывал увидеть, и отрывисто провёл рукой по волосам — А твои… твои родственники — произнёс неуверенно — Надеюсь, им не придёт в голову навещать тебя здесь?

Юни в ответ усмехнулась.

— Не придёт — ответила она — С Арэмом мы почти не общаемся, а у матушки своих забот хватает, и ей точно не до меня — девушка качнула головой, словно отмахиваясь от мыслей о родственниках, руки на груди скрестила и посмотрела серьёзно — На завтрашний день будут какие-нибудь особые указания, пожелания?

— Особых указаний не будет. Просто продолжай вести себя так, как сегодня.

— Хорошо — кивнула жёнушка и тут же заявила — И кстати, раз уж твои родственники поверили в реальность нашего брака, то с тебя двадцать золотых. Как мы и договаривались.

— Я обещал их тебе завтра утром — напомнил мужчина — Вот завтра их и получишь — а потом вновь оглянулся по сторонам, подошёл к ближайшему креслу и удобно в нём устроился. Ещё и ногу на ногу вольготно закинул. А жёнушка лишь молча проследила за его перемещениями и вопросительно приподняла одну бровь.

— Ты хочешь рассказать мне ещё что-то? — уточнила она после непродолжительного молчания — Или хочешь ещё о чём-то спросить у меня?

— Да нет — пожал плечами Джимиан — Я просто подумал, что сегодня мне следует переночевать здесь.

— С чего бы это? — нахмурилась девушка, а фигура её в миг напряглась.

— Сегодня наша первая брачная ночь — многозначительно напомнил мужчина — Думаю, мои слуги несколько удивятся, если обнаружат, что этой ночью мы ночевали в разных спальнях. А слуги очень любят посплетничать, того и гляди догадки о том, что наши семейные отношения далеки от идеальных, дойдут до ушей моей матери.

— Как я успела заметить, двери в эти спальни запираются изнутри. Значит, никто из твоих слуг не заявится сюда до тех пор, пока мы эти двери не отопрём. А значит, никто и не узнает, что этой ночью мы спали в разных спальнях — отрезала Юни и, кажется, руки за спиной в кулаки сжала, словно к очередной драке готовилась, ещё и едва заметный шажок назад сделала.

Джимиан Хонг снова тяжко вздохнул и на ноги поднялся, к жене поближе подошёл, подмечая, что она снова от него пятится, ещё немного, и вообще на бег сорвётся.

— Да, ты права — признался мужчина — Сюда никто не войдёт до тех пор, пока мы не позволим — улыбнулся как можно доброжелательней — Но я подумал, что мы могли бы провести эту ночь вместе… к взаимному удовольствию — после чего поспешно добавил — Я заплачу. Скажем… завтра с утра ты получишь не двадцать золотых, а все двадцать пять. Ну? Что скажешь? — и в предвкушении потёр руки.

Вот только жёнушка его повела себя совершенно… неожиданно. Сначала обвела мужчину придирчивым взглядом, словно это она себе компанию на ночь выбирала, а не он. Губы недовольно поджала и ещё на шаг отстранилась.

— Мы договаривались, что у нас будет фиктивный брак — напомнила она холодно.

— Договаривались — согласился Джимиан — Но мы ведь всегда можем… — сделал неопределённый жест рукой — Передоговориться. Опять же, к взаимной выгоде и взаимному удовольствию.

Юни ещё раз мужчину с головы до ног осмотрела, после чего отрицательно головой покачала.

— Извини, но нет — сказала она — Близкие отношения между нами только всё испортят. Лучше уж нам придерживаться изначальных договорённостей — а потом и вовсе на дверь кивком указала, произнесла с намёком — Джимиан, уже поздно, и я сегодня так устала. Да и тебе не мешало бы отдохнуть.

Мужчина было рот приоткрыл, чтобы возразить, поспорить, но в последний момент передумал. Нахмурился недовольно, буркнул «Ну как знаешь» и направился к себе, всем своим видом излучая недовольство и неодобрение.

Это же надо, а⁈ Ему отказала какая-то девица лёгкого поведения! Да ещё и выставила его прочь из комнаты в его собственном доме!

На утро после свадьбы

Юни вновь видела сон… такие сны преследовали её на протяжение всех последних лет. Впервые ей приснилось нечто подобное примерно через полгода после того дня, как она очнулась в незнакомой пыльной комнатушке, обессиленная и покалеченная, а в другом углу две незнакомые женщины о чём-то спорят на повышенных тонах.

Во сне девушке виделся большой дом на несколько этажей, просторная комната, дорогая мебель, горящий в камине огонь, расставленные по разным углам комнаты свечи в дорогих подсвечниках с замысловатыми резными узорами. Открытое настежь окно, из которого в комнату залетает лёгкий ветерок, волнуя и заставляя покачиваться пламя свечей и в камине. А за окном ночь.

И знакомый мужской силуэт, что стоит у окна, опираясь на подоконник и вглядываясь в темноту. Вот мужчина оборачивается, но Юни, как и всегда, не может разглядеть его лицо. Оно кажется каким-то не то расплывчатым, не то погружённым в тень. Даже цвет волос не разобрать. Иногда кажется, что они полностью чёрные, а когда на них падает свет, то их обладателя можно даже блондином назвать. А мужчина уже покинул комнату и теперь идёт по знакомым тёмным коридорам, спускается по лестницам вниз, на первый этаж, а затем, оглянувшись по сторонам и убедившись, что никто его не видит, и в подвал. Но Юни его видит… Она пытается закричать, чтобы отвлечь мужчину, остановить его, не дать совершить очередное зло… Но тот не слышит. Для него она лишь бесплотный и невидимый дух. Мужчина отпирает замок, проходит внутрь, идёт по очередному длинному коридору и останавливается у самой дальней двери, снова по сторонам озирается.

А за последней дверью непроглядная темень и мёртвая тишина. Немного помешкавшись, мужчина зажигает прикреплённый к стене факел, и окружающее пространство освещается тусклым светом. К огромному облегчению Юни, в помещении никого нет. Лишь голые каменные стены, в одну из которых ввинчен крюк с прикреплённой к нему длинной цепью, да тонкий грязный матрас на полу. Мужчина долго-долго смотрит на этот матрас, после чего быстро разворачивается и покидает подвал.

Юни резко села на постели и одну руку к груди приложила, прислушиваясь к своему тяжёлому учащённому дыханию и чувствуя, как быстро-быстро бьётся её сердце. Руки её мелко подрагивали, а по спине скатилась одинокая капелька холодного пота. Немного успокоившись, девушка медленно провела пальцами по своим длинным волосам и глаза открыла… судорожно по сторонам обернулась.

«Где это я? — пролетела в её голове первая связная мысль — В доме у господина Вейжа? Нет… в его доме нет таких больших и просторных комнат…»

И лишь в следующий миг Юни вспомнила вчерашний вечер, случайную встречу с двумя незнакомцами, один из которых впоследствии стал её мужем.

Замужем. Она теперь замужем. За состоятельным господином по имени Джимиан Хонг, проживающим в центральном районе Римерона. А ещё этот господин пообещал ей целых двадцать золотых! Именно та сумма, которая так необходима ей прямо сейчас!

— Надеюсь, не обманет и заплатит, как положено — вздохнув, тихо прошептала девушка, откинула одеяло и на ноги поднялась, едва заметно поморщилась — Хотя, можно ли ему, вообще, верить? Он ведь изначально про фиктивный брак толковал, а вчера ночью прямым текстом заявил, что не прочь вступить со мной в более близкие отношения.

Но… нет. Крутить роман с собственным мужем — это последнее, что Юни сейчас нужно. Хотя, надо признать, что эти двое, её муж Джимиан и его светловолосый друг, кажется, Нолан, пусть и смотрят на неё свысока, но в плане общения куда приятнее всех мужчин, с которыми Юни сталкивалась ранее. Если не считать господина Вейжа, конечно, но это совсем другое.

Девушка медленно подошла к окну, раздвинула тяжёлые шторы, разглядывая пустынную улочку. Прохожих там пока не было, слишком рано. Рассвет едва занимался. Юни слегка потянула на себя оконную раму, впуская в комнату свежий воздух раннего утра. И влетевший в окно лёгкий ветерок вновь напомнил ей про ночной кошмар.

Хотя, сегодняшнее сновидение вряд ли можно было назвать кошмаром. Если бы Юни видела этот сон впервые, то ей бы даже в голову не пришло, что во сне она видит что-то страшное. Но она знала наверняка… совсем скоро безликий незнакомец отправится на поиски новой жертвы.

Сновидения посещали Юни нечасто. Примерно раз в пару месяцев. Но безликого она видела в каждом из своих снов. Иногда он, как и сегодня, просто спускался в свой подвал и там молча рассматривал то матрас, то стены, то длинную толстую цепь. Но бывали сны, когда в подвале безликого поджидали девушки. Побитые, напуганные, сидящие на этом грязном матрасе. Шеи их украшал железный ошейник, к которому и крепилась цепь. Лица пленниц из своих сновидений Юни тоже никак не могла разглядеть, как ни старалась. Но зато с точностью до мелочей могла описать их одежду… а ещё каждый порез, каждый синяк, каждое новое увечье, что появлялись на их телах в подвале у безликого.

И поначалу Юни казалось, что кошмары — это лишь игра её больного воображения, неприятные последствия того дня, когда она очнулась в одном из домов на острове Тио, при этом не понимая, где она… кто она. И о том, что это всего лишь сны, она думала до тех самых пор, пока у знакомой с соседней улицы, Бейи Мин, дочка не пропала. Пару ночей спустя Юни увидела дочь Бейи во сне, в том самом подвале, в плену у безликого. Лица пленницы она, как обычно, различить не смогла, узнала её лишь по знакомой одежде, да примечательной родинке на плече. А следующим утром Бейя Мин обнаружила истерзанное тело дочери у крыльца своего дома.

Да, в один не самый радужный день пришлось признать страшную правду: все сновидения Юни — это самая настоящая реальность. Правда, Идзи Квон, матушка Юни, старшая сестра Мэй, и даже сама Бейя Мин, все наотрез отказались верить в то, что в своих снах Юни может видеть реальные события.

— Ты же не оракул — даже посмеялась над дочерью Идзи.

Шло время, а убийства девушек всё продолжались. И самые невероятные слухи о них гуляли уже по всему острову, даже за его пределы выходили. Местные девицы постепенно начали избегать знакомств с мужчинами, которых считали подозрительными. Но обращаться в отделения защиты мало кто решался. Все прекрасно понимали, что официальным следователям нет никакого дела до того, что на острове синих огней происходит.

Пыталась ли Юни сделать хоть что-то, чтобы убийца был пойман и ответил за свои преступления? Кое-что сделать пыталась. Например, родителей троих убитых девушек, которых знала лично, она чуть ли ни за ручку в отделение защиты отвела, да ещё и помогла им заявления правильно написать, проследила, чтобы эти заявления попали в руки следователей. Но… проходили дни, и Юни узнавала, что эти самые родители своими собственными руками забирали заявления и наотрез отказывались от собственных показаний. О причинах своих поступков они не распространялись, а с Юни и вовсе старались больше не разговаривать.

Постепенно девушка и сама перестала раздумывать о том, как бы изловить злодея. Раз все остальные, включая органы охраны правопорядка и родственников убитых, стараются закрывать глаза на происходящие на острове Тио преступления, то почему она должна переживать об этом? Тем более, что Юни уже давно не жила на острове постоянно, так, заглядывала иногда, мать навестить и младших сестёр. До братца Арэма ей и вовсе дела никакого не было. А Мэй года три назад познакомилась с мужчиной, который позвал её в содержанки, та с радостью согласилась, а ещё через два года, подкопив деньжат, всё бросила и отправилась в столицу, на поиски новой и лучшей жизни. Юни искренне верила, что у старшей сестрицы всё сложилось хорошо.

Единственное, из-за кого продолжала переживать девушка — это младшие сёстры, Джия и Лини. Забрать их от матери Юни пока ещё не могла, ведь на свой собственный дом скопить денег она ещё не успела. Аренда жилья в Римероне тоже недешёвая. А девочки растут. И заметно постаревшая за прошедшие годы Идзи Квон всё чаще и чаще заводит разговоры о том, что им пора начинать «зарабатывать». Только из-за этого Юни и согласилась на фиктивный брак с незнакомцем. Он пообещал ей деньги. Много и сразу. При этом ни он сам, ни его приятель ничем не напоминали безликого из её снов. А двадцати золотых Юни как раз хватит на то, чтобы оплатить целый год обучения и проживания Лини и Джии в закрытой школе для девочек близ Римерона. Заведение не самое дорогое, довольно простое и со строгими порядками. Но зато в школе сестрички точно будут всегда накормлены, спать будут в тёплых постелях, да ещё и грамоте обучатся. И, что самое главное, «зарабатывать» их там точно никто не заставит.

Юни отошла от окна и вновь обвела взглядом свою новую комнату.

— Мда, моя спаленка на чердаке у господина Вейжа раз в пять меньше этой — заметила она вслух, а потом вздохнула и покосилась на дверь, что вела в спальню её теперь уже мужа — Ох, надеюсь, что свои двадцать золотых я получу вовремя.

Джимиан Хонг проснулся в прекрасном расположении духа, довольно потянулся, покосился на окно, за которым уже ярко светило солнце. Всё-то в его жизни шло, как надо. Жену неподходящую нашёл, наследство получил, с родителями девицу познакомил. Осталось только развода дождаться. А то, что эта черноволосая нахалка, его временная жена, наотрез отказалась делить с ним постель, так это ничего. Подумаешь, один раз отказалась, они будут женаты несколько недель, ещё успеют наверстать упущенное. А сегодня он всё равно планировал навестить Линзи, притом, с самого утра.

Мужчина поднялся на ноги, на ходу нацепил домашний халат и тапочки, открыл дверь и крикнул слуг. Попросил помочь ему с одеждой на выход, да завтрак велел прямо в комнату принести. В семейную столовую спускаться ну никак не хотелось, ведь там велика вероятность с матушкой столкнуться, а она снова начнёт причитать о том, какая ужасная девица её единственному сыну в жёны досталась. Ну нет, лучше он всё это вечером выслушает, когда от Линзи вернётся.

Покончив с завтраком, Джимиан накинул на себя дорогой клетчатый камзол и направился к выходу из комнаты, мысленно предвкушая незабываемые часы в объятиях милашки Линзи, но в последний миг остановился и покосился на дверь в смежную спальню.

— Чуть не забыл — пробормотал он вслух и легонько шлёпнул себя ладонью по лбу — Я же обещал ей двадцать золотых с самого утра — нахмурился недовольно — Хотя, почему это я должен тратить время на такую ерунду? Ничего с этой нахалкой не случится, если свои золотые она получит не с утра, а вечером — и решительно за дверную ручку схватился, намереваясь уйти по своим делам, но в последний миг передумал, головой покачал — Нет… учитывая характер моей жёнушки, она тут же может пойти нажаловаться моей матушке, а там и до поверенного информация скоро доберётся.

Развернулся, подошёл к противоположной стене, на которой висела картина с незамысловатым лёгким пейзажем, отодвинул картину в сторону. За пейзажем скрывался небольшой сейф. Открыв замок, мужчина достал из сейфа мешочек с позвякивающими монетками, вытащил из мешочка ровно двадцать золотых, а остальное убрал на место. Сейф снова запер и картину на прежнее место вернул. Только после этого подошёл к двери, ведущей в комнату жены, и тихо постучал.

«Может быть, она ещё не проснулась? Ведь девицы с острова Тио бодрствуют по ночам, а днём предпочитают отсыпаться» — пролетела в голове Джимиана мысль, но нет, за дверью тут же послышались тихие шаги, затем быстрый щелчок отпирающегося замка, и вот перед взором мужчины вновь предстала его жена. В самом обычном домашнем халате, в тапочках. На этот раз она без слов отошла в сторонку и пропустила мужа в свою спальню.

— Как спалось? — спросил Джимиан, мысленно подмечая, что кровать в спальне жены уже убрана, а на небольшом столике возле окна стоит уже пустая посуда из-под завтрака. Да, вероятно, в жёны ему досталась «ранняя пташка».

— Спалось неплохо — заверила девушка.

— И завтрак, надеюсь, понравился? Если что, ты можешь попросить слуг принести тебе что-нибудь ещё.

— Я знаю — кивнула Юни — Сегодня утром я в коридор не успела выглянуть, как ко мне тут же подскочила служаночка и заверила, что исполнит все мои пожелания, стоит мне только попросить — на себя красноречиво указала и чуть улыбнулась — Вот, халат мне принесла. И завтрак тоже. Чуть позже обещала мне экскурсию по дому устроить — и улыбка девушки тут же улетучилась, уступая место серьёзному выражению — А ты обещал мне двадцать золотых.

— Обещал — вздохнув, согласился Джимиан, вытащил из кармана монеты и высыпал их на столик — Вот, можешь пересчитать.

А девица, и правда, кинулась их пересчитывать, после чего довольно и как-то облегчённо улыбнулась.

— Спасибо — не забыла поблагодарить она.

— Да не за что — отмахнулся мужчина и развернулся в сторону своей спальни, как вдруг девушка его окликнула:

— Я хотела спросить…

— О чём? — вопросительно обернулся Джимиан.

— Что мне сегодня надеть? — Юни махнула рукой в сторону своего вчерашнего синего платья, что спокойно висело на спинке ближайшего стула — По легенде я уже несколько лет являюсь твоей содержанкой. И, как у любой содержанки, у меня должен быть большой гардероб. Твоя матушка точно спросит, почему это я второй день в одном и том же платье.

— Да, точно — поморщился Джимиан Хонг, а потом довольно улыбнулся — Я сейчас как раз иду к Линзи. А вы с ней примерно одного роста и… — рукой в воздухе пошевелил — И примерно одинаковой комплекции. Думаю, её платья как раз придутся тебе в пору. Одолжу у неё штук пять нарядов, на первые дни хватит, а потом купим тебе новые.

— Отлично — согласно кивнула Юни — Если госпожа Наяни спросит, скажу ей, что ты сегодня же обещал наведаться в тот дом, который арендовал для меня все эти годы, и принесёшь мне оттуда кое-что из моей одежды.

— Да, именно так и скажи — одобрил мужчина.

— Кстати, а кто такая Линзи?

— Моя любовница — спокойно признался Джимиан и тут же предупредил — Но моя семья о ней не знает, поэтому и ты ничего им не говори.

— Как скажешь — многозначительно усмехнулась в ответ Юни, а её муж довольно добавил:

— Всё-таки хорошо иметь такую жену, как ты. Вот ты узнала о том, что у меня любовница имеется. И никаких разборок, никаких скандалов. В общем, никакого лишнего шума по этому поводу.

— А зачем мне это нужно? Ещё скандалы тебе устраивать, силы на это тратить — Юни безразлично плечами пожала — Тем более, что сегодня я тоже уйду и вернусь, наверное, только к вечеру.

А вот последняя фраза Джимиану Хонгу совершенно не понравилась. Внутри у него пробудился самый настоящий протест. Где это такое видано, чтобы жена на второй день после свадьбы от мужа уходила, да ещё и неизвестно куда!

— И куда это ты надумала сегодня отправиться? — прищурившись, уточнил мужчина.

— У меня дела — бросила в ответ Юни. И больше ничего не добавила, а Джимиан продолжил допытываться:

— Случайно не к тому своему другу, у которого ты иногда ночуешь?

— К нему тоже нужно будет заглянуть — ничуть ни смутившись, ответила жёнушка и предупреждающе нахмурилась — А какая тебе, собственно, разница, куда я пойду? Мы ведь с тобой договорились, что я хожу, куда хочу, и при этом ты никак меня не ограничиваешь.

— Договорились, помню — кисло согласился мужчина, а потом вспомнил — Но ты могла бы отложить свои дела. Хотя бы на один день. Тем более, что сегодня утром Нолан обещал заглянуть, он о чём-то с тобой поговорить хочет.

— Ах да, точно — недовольно скривилась Юни — Хотя я до сих пор в толк не возьму, что ему от меня надо — а потом головой тряхнула и плечи расправила — Впрочем, он обещал прийти в первой половине дня. Я его дождусь, отвечу на все его вопросы и как раз к обеду уйду по своим делам.

Джимиану Хонгу оставалось лишь смириться с подобным решением. Он коротко распрощался с женой, ещё раз пообещав, что привезёт ей кое-какие вещи от Линзи. А через несколько минут мужчина уже садился в наёмный экипаж, не забыв перед этим назвать кучеру нужный адрес.

Неприятная правда для главы центрального управления

— Ну? — Нолан Лим обвёл своих подчинённых пристальным взглядом — По делу об убийстве Хейи Собонг удалось найти какую-нибудь новую информацию?

Миджин Кьён и Ильсон Монг привычно переглянулись.

— Нового — ничего — признал следователь Монг — Я лично повторно опросил всех соседей убитой, а также их слуг. Ответ прежний. Никто и ничего не видел и не слышал — недовольно скривился — Я пытался усмотреть в ответах каждого хоть малейшие признаки лжи. Думал, что, возможно, кто-то просто покрывает убийцу. Сбивающие с толку вопросы задавал. Но… к сожалению… — и тут же приподнял подбородок, уверенно добавил — Но мы, обязательно, продолжим расследование. Расширим круг поиска свидетелей. Не может такого быть, что совсем никто и ничего не заметил.

— Конечно, расследование будет продолжено — подтвердил Нолан — Для этого дело и было передано в центральное управление — и ко второму следователю обернулся — А вы что можете сказать?

— Господин Нолан — громко и поспешно начал тот, но тут же закашлялся, прочистил горло и продолжил более спокойным тоном — Я повторно пообщался с родственниками убитой. С её родителями, со старшим братом и младшей сестрой. Они, конечно же, тоже не сказали мне ничего нового. Твердили, что у госпожи Хейи не было врагов, что никто не мог желать ей зла — Кьён замолчал на мгновение — От её родителей я узнал, что незадолго до смерти госпожа Хейя была помолвлена с неким господином Гюреном Ванхи. Официально о помолвке сообщить не успели. А от сестры умершей я узнал, что у госпожи Хейи были и другие поклонники, один из которых выражал явное недовольство тем, что девушка выбрала не его.

— Насколько я помню — задумчиво произнёс Нолан Лим — Вся информация о поклонниках госпожи Хейи, удачливых и не очень, уже была отображена в отчётах следователя районного отделения.

— Да, совершенно верно — покивал Миджин Кьён — Но я считаю, что будет не лишним перепроверить эту информацию ещё раз.

— Да, лишним не будет — вынужден был согласиться глава центрального управления.

— Господин Нолан — вновь вступил Ильсон Монг, напоминая — В прошлый раз мы обсуждали убийства на острове Тио. И вы говорили, что стоит приступить к их расследованию. Ведь вероятность того, что убийца госпожи Хейи и убийца девушек с острова может оказаться одним и тем же человеком, очень высока. Так вот, я хотел бы уточнить… стоит ли нам с моим коллегой — быстрый взгляд на следователя Кьёна — Посетить остров и пообщаться с местными жителями?

— Пообщаться с жителями острова, однозначно, стоит — вздохнув, ответил Нолан, после чего выпрямился на своём стуле — Но вам на острове пока лучше не показываться. Если что-то изменится, то я вам сообщу. А пока продолжайте работать только по делу госпожи Хейи Собонг.

— Как скажете, господин Нолан — хором ответили Монг и Кьён.

Оставшись в одиночестве, Нолан вновь откинулся на спинку своего стула, взял в руки папку с бумагами. Но эти бумаги никак не касались убийства госпожи Хейи. В руках у мужчины находилась вся известная информация по убийствам девушек с острова Тио, любезно предоставленная начальником районного отделения защиты населения, которое курирует район синих огней.

Кстати, когда Нолан Лим пришёл к выводу, что убийца может иметь некоторые связи в районном отделении защиты населения, он тут же передумал увольнять начальника этого отделения. Главным образом именно потому, что преступник может быстро разузнать о причинах увольнения начальника и затаиться, залечь на дно. Что Нолану, конечно же, совсем не выгодно. Ведь убийцу и так уже несколько лет поймать не могут! А некомпетентного начальника отделения можно уволить и попозже. Сейчас главу центрального управления волновало другое: официальной информации по убийствам на острове, по-прежнему, было катастрофически мало.

— Остаётся надеяться, что зеленоглазая девица по имени Юни, на которой Джимиан умудрился жениться, действительно, хоть что-то знает — вслух произнёс мужчина, после чего резко на ноги поднялся — Совсем забыл, я ведь планировал заглянуть к ней сегодня с самого утра!

Часа не прошло, а Нолан Лим уже стоял у порога городского дома Джимиана Хонга. Дверь ему открыл домоправитель, излишне худой и немного сгорбленный, но с твёрдым взглядом старичок. Он едва заметно поклонился важному гостю и пропустил его внутрь.

— Хозяин в данный момент отсутствует — сообщил домоправитель — Когда вернётся, не говорил, но если вы желаете, то, конечно же, можете его подождать. Или же я могу передать ему от вас что-то.

— Не стоит — ответил Нолан — Тем более, что я пришёл не к хозяину, а к хозяйке. Надеюсь, она дома?

— О, разумеется — закивал домоправитель — Госпожа Наяни сейчас как раз в большой гостиной. Я вас провожу.

— Боюсь, что пришёл я не к госпоже Наяни — возразил гость, а на вопросительный взгляд домоправителя добавил — Мне бы хотелось увидеть госпожу Юни.

Наступило непродолжительное молчание. Старик-домоправитель взирал на гостя недоверчиво, на мгновение даже рот приоткрыл, но… стоит отдать должное его опыту и профессионализму, он довольно быстро справился с потрясением, лицо его приобрело профессионально-бесстрастное выражение и он спокойно произнёс:

— Госпожа… — на этом слове он всё же запнулся — Госпожа Юни тоже дома — доложил он — Она тоже в большой гостиной вместе с госпожой Наяни. Я вас провожу.

«Вероятно, безумный план Джимиана удался, и его родственники безоговорочно поверили в то, что он по-настоящему женился на девице с острова Тио — размышлял Нолан Лим, следуя за домоправителем по коридорам большого дома — Мда, было бы любопытно посмотреть на то, как столь благородное семейство уживётся с девицей, мягко говоря, не их круга?»

Ответ на последний вопрос Нолану довелось увидеть своими глазами. Домоправитель оставил гостя у закрытой двери, ведущей в большую гостиную, немного помялся на месте, вероятно, что-то желая сказать или спросить, но в итоге лишь повторно поклонился и направился по своим делам. А Нолан Лим приоткрыл дверь и молча остановился на пороге гостиной, наблюдая интересную сценку.

Вчерашняя зеленоглазая красотка по имени Юни, сегодня одетая лишь в лёгкий домашний халат и домашние тапочки, кстати, подобное облачение для дам из высшего сословия за пределами их личных спален не допускалось, сидела в кресле, бесцеремонно закинув ногу на ногу так, что её аккуратная лодыжка была открыта взору каждого, кто зайдёт в эту комнату. На свою новоявленную свекровь девица взирала полным не то благоговейного страха, не то восхищения взглядом. Что касаемо самой госпожи Наяни, то на невестку она посматривала с явным превосходством, при этом брезгливо морщилась, даже не пытаясь это скрыть. Присутствия гостя женщины не замечали.

— Как это можно было, вообще, додуматься⁈ — грозно возмущалась госпожа Наяни — Выйти из комнаты в таком виде⁈

Девица вроде бы виновато плечами пожала.

— Я хотела надеть вчерашнее платье, но мой Джими говорит, что два дня подряд в одном и том же платье появляться неприлично — произнесла тихо и голову в плечи вжала, взгляд в пол опустила. Но Нолан успел разглядеть едва промелькнувшую усмешку на лице девицы.

«Понятно. Притворщица. Разыгрывает из себя наивную глупышку. И ведь как талантливо разыгрывает».

— Мой Джими⁈ — воскликнула Наяни Хонг, после чего схватилась за сердце и опустилась в кресло напротив невестки — О, Боги, за что мне всё это? Нет, я не верю, не верю — пробормотала тихо, а на лице мученическое выражение. Тяжело вздохнула, и вновь одарила невестку прежним брезгливым взглядом. Женщина высокомерно заявила — Никогда, слышишь, никогда больше не смей называть моего сына «Мой Джими»! Это неприлично! Его имя Джимиан! И никак иначе!

— Джимиан, конечно, как прикажете — послушно покивала зеленоглазка. Наяни снова тяжко вздохнула, а потом подозрительно прищурилась.

— А почему это у тебя в наличии всего одно платье? — спросила она — Неужели за всё то время, что ты… кхм… была знакома с моим сыном, он не удосужился купить тебе побольше нарядов?

А Юни на этот вопрос тут же подняла взгляд на свекровь и радостно заулыбалась. Только та не удосужилась ответить невестке такой же улыбкой, наоборот, ещё больше скривилась.

— Конечно же, мой Джи… — девица запнулась, бросила на матушку мужа очередной виноватый взгляд, но потом вновь заулыбалась — Джимиан накупил мне очень много платьев. Самых разных. Разных цветов и фасонов. А ещё перчатки, туфельки, накидки и даже самые настоящие корсеты и панталоны…

— Так, стоп! Замолчи немедленно! — госпожа Наяни вновь вскочила на ноги, яростно взирая на невестку — Неужели ты не понимаешь, что говорить о столь… столь интимных предметах гардероба попросту неприлично⁈

— Неприлично — испуганно кивнула Юни и, к ужасу свекрови, послушно повторила — Про корсеты и панталоны вслух не говорить, я это запомню — снова улыбнулась — А платья мой Джими… то есть Джимиан мне сегодня принесёт. Утром он по каким-то своим важным делам собрался, а на обратном пути обещал заскочить в мой бывший дом и принести мне оттуда немного моих вещей — помедлила мгновение и добавила — Просто вчера мы очень торопились и ничего оттуда не взяли. А ещё Джимиан пообещал, что теперь он мне ещё больше новых нарядов купит, я ведь отныне его жена.

— Что весьма прискорбно — не могла не произнести госпожа Наяни. Кивком головы указала девушке на ближайший столик, на котором лежала какая-то очень толстая книга — И раз уж ты, как говоришь, теперь жена моего сына, вот это всё тебе нужно будет выучить наизусть!

— О, я обязательно всему научусь — вновь закивала Юни, потянулась, отчего полы её халата разошлись ещё больше, открывая вид не только на лодыжку, но ещё и на колено, взяла в руки тяжёлую книгу, слегка прищурилась, разглядывая обложку и выдала — Э-ти-кет-пол-ный-свод-пра-вил-свет-ско-е-и-де-ло-во-е-об-ще-ни-е — читала очень медленно, по слогам, то и дело запиналась.

Нолан Лим едва сдержал усмешку. Он-то уже знал, что зеленоглазая девица прекрасно умеет читать, притом довольно бегло. Но тот ужас, что отразился на лице госпожи Наяни Хонг в этот момент, словами было не описать.

— О, Боги! — снова воскликнула женщина — Читаешь ты так, что… — хотела сказать что-то вроде того, что «уши в трубочку сворачиваются от подобного чтения», но Юни её ещё и бесцеремонно перебила, одарив свекровь очередной глуповато-счастливой улыбкой:

— Да, я умею читать! Недавно научилась — и не смогла не добавить — Меня мой Джими научил. Всё же, он такой замечательный.

— Ох, нет — вновь тяжко вздохнула Наяни Хонг — Я так больше не могу! — снова опустилась в кресло, прикасаясь ладонью ко лбу и обречённо качая головой. Именно в этот момент Нолан Лим решил обнаружить своё присутствие. Во-первых, он услышал и увидел более чем достаточно, а во-вторых, подслушивать столь приватные семейные разговоры неприлично, в конце-то концов.

— Кхм — тихо кашлянул мужчина, привлекая к себе внимание, а стоило женщинам повернуться в его сторону, приветственно улыбнулся обеим и вежливо поздоровался — Добрый день. Надеюсь, я не сильно помешал своим внезапным вторжением?

Изначально зеленоглазка в качестве приветствия лишь слабо кивнула гостю, но, вероятно, опомнившись, заученно заулыбалась, притом улыбка её была, как у всех тех дамочек с острова Тио, которую они адресовали исключительно своим клиентам. А Наяни Хонг мгновенно выпрямилась, подбородок приподняла, на гостя посмотрела, чуть прищурившись, но в следующий миг радушно улыбнулась.

— Нолан Лим, если я не ошибаюсь? — произнесла она — Ох, господин Нолан, неужели это, и правда, вы? И, конечно же, вы никак нам не помешали.

— Разумеется, я. Ваша память вас не обманывает — Нолан подошёл поближе — И позвольте заметить, госпожа Наяни, что выглядите вы просто невероятно. Ни капли не изменились за те годы, что мы не виделись.

— А вы льстец — беззлобно упрекнула женщина и указала гостю на ближайшее свободное кресло, а потом короткий неуверенный взгляд на невестку бросила, словно опасалась, как бы та не ляпнула чего неприличного. Представлять девушку гостю тоже не стала, будто бы делая вид, что той и вовсе нет в комнате — Так давно вас не видела, господин Нолан… Наверное, с тех самых пор, как вы учёбу закончили — снова прищурилась — Я слышала, что вы в столицу перебрались, какую-то важную должность там занимаете. Или вы приехали семью навестить?

— Вы правы, госпожа Наяни. Я, действительно, несколько лет прожил в Беройте — ответил мужчина — Последний год занимал там пост заместителя главы Государственного центрального управления по защите населения и охране правопорядка — сказав это, Нолан заметил лёгкую заинтересованность во взгляде зеленоглазки и, возможно, даже что-то, что можно было счесть за некое подобие уважения. Вот так вот, рассказав о своей прежней должности в столице он добился уважения от девицы лёгкого поведения. Мужчина чуть помедлил и продолжил — Но теперь я вернулся домой, в родной Римерон.

— Решили оставить карьеру? — поинтересовалась госпожа Наяни.

— Наоборот — спокойно возразил Нолан — Пошёл на повышение. Вероятно, вы знаете, что прежний начальник Центрального городского управления по защите населения, господин Боджин, оставил свой пост?

— Да, мне приходилось об этом слышать — подтвердила Наяни Хонг — Всё же, господин Боджин был уже не в том возрасте, чтобы управлять столь огромным ведомством. Правда, я не знаю, кто теперь занимает его место — и потрясённо рот приоткрыла — Ох, не может быть… Господин Нолан, неужто, эту должность передали вам?

Мужчина лишь согласно кивнул и коротко улыбнулся, при этом подмечая, что во взгляде зеленоглазки заинтересованности заметно прибавилось.

— Признаться, госпожа Наяни, я был уверен, что вы знаете о моём новом назначении. Ведь Джимиан знал.

— Возможно, он просто забыл мне об этом рассказать — Наяни Хонг пожала плечами, а потом неуверенно добавила — Вы, господин Нолан, пришли моего сына навестить? Дело в том, то в данный момент его нет. И я бы с удовольствием составила вам компанию во время его отсутствия, но у меня так много дел.

— Ну что вы, госпожа Наяни, я всё понимаю. И совершенно не хочу отнимать у вас время — искренне заверил Нолан — Джимиан упоминал, что сегодня в первой половине дня у него какие-то свои дела, и что дома его не будет — после чего перевёл взгляд на сидящую рядом девушку в слегка распахнутом к низу халате и тапочках — Но я пришёл не к нему.

В этот момент призывная улыбка зеленоглазой красотки засияла ещё ярче, заставляя Наяни Хонг недоумённо хмуриться и переводить взгляд с девушки на гостя и обратно.

— Вы пришли не к Джимиану? — переспросила женщина. Нолан Лим на это не ответил и, к удивлению матушки хозяина дома, обратился к новоявленной невестке.

— Госпожа Юни — произнёс учтиво — Прошу меня простить, что сразу не поприветствовал вас должным образом.

— Ну что вы, господин Нолан — кокетливо похлопала ресничками зеленоглазка — Ничего страшного. И я так рада, что вы пришли меня навестить.

— Я ведь обещал — просто ответил мужчина.

— А вы… вы знакомы? — задала очередной вопрос госпожа Наяни, на гостя и невестку смотрела с явным подозрением.

— Ну разумеется — заверил Нолан — Мы с Юни… то есть, с госпожой Юни знакомы уже… некоторое время — произнёс он, немного запинаясь и подбирая слова, отчего взгляд Наяни Хонг становился ещё более подозрительным — А вчера я имел честь выступить в роли официального свидетеля на свадьбе моего друга Джимиана и госпожи Юни.

— Вы были свидетелем на свадьбе моего сына?

— Совершенно верно — ответил мужчина — Госпожа Наяни… ещё раз простите мне моё вторжение, больше не смею вас отвлекать — и снова пристально посмотрел на зеленоглазку — Госпожа Юни… возможно, вы знаете, где мы могли бы поговорить наедине? — и многозначительно добавил — Чтобы никому не мешать нашими разговорами.

— О, разумеется — радостно закивала зеленоглазка, резко подскочила на ноги и, больше не обращая на свекровь ни малейшего внимания, указала на выход из гостиной — Мы можем поговорить в моей комнате, там нам точно никто не помешает. И мы никому мешать не будем — и тут же бросилась в сторону выхода, так что Нолану оставалось лишь молча следовать за ней.

— Юни! — громко и гневно окрикнула невестку госпожа Наяни Хонг, вероятно, пытаясь сказать той, что принимать гостя в своей личной комнате — это верх неприличия. Но девчонка или, и правда, не услышала, или сделала вид, что не слышит. Вскоре она уже стояла возле одной из комнат, дверь широко распахнула, взмахом руки предлагая Нолану пройти внутрь, и, стоило гостю это сделать, мельком осмотрелась по сторонам, сама прошла в комнату и дверь изнутри заперла.

И стоило Юни оказаться с мужчиной наедине, улыбка мгновенно слетела с её лица. Она тяжело вздохнула, словно притворство отбирало у неё огромное количество сил, после чего посмотрела на Нолана неодобрительно.

— Опаздываете, господин Нолан — произнесла она — Обещали зайти утром, а сейчас почти обед!

— Простите — виновато склонил голову мужчина, явно подыгрывая нахальной девице, которая ещё вчера разгуливала по улочкам острова Тио в поиске денежных клиентов — Не думал, что вы, госпожа Юни, куда-то торопитесь — слово «госпожа» он, конечно же, произнёс с язвительной улыбочкой на лице.

— Тороплюсь — подтвердила девушка — В это время я уже рассчитывала выйти из дома, но вот вас дожидаюсь — снова неодобрительно нахмурилась — Всё же я обещала Джимиану, что дождусь прихода его друга — вздохнула и посмотрела на мужчину уже более доброжелательно, ещё и с некоторым любопытством и ожиданием, задумчиво добавила — Признаться, вчера вечером, когда вы заявили, что планируете навестить меня сегодня, я поверила, что вы, и правда, решили немного подыграть в афере своего приятеля, но сейчас… Ну? Рассказывайте. Что же такого важного хочет услышать от меня сам глава Центрального городского управления по защите населения и охране правопорядка?

— Мда — хмыкнул в ответ Нолан — Если бы я впервые встретил вас где-нибудь в центре Римерона, ни за что бы не поверил, что вы жительница острова Тио. Слишком уж вы… догадливы.

— Буду считать это комплиментом — парировала Юни и тут же поторопила — Так о чём вы хотели со мной поговорить?

— Ладно — покачал головой мужчина, после чего на его лице также проступило деловое и собранное выражение — В нашем вчерашнем разговоре вы вскользь упомянули о маньяке, что убивает жительниц острова Тио. Сначала представляется богатым клиентом, а затем убивает. Из ваших слов я могу сделать вывод, что вам, уважаемая Юни, хоть что-то об этом маньяке, да известно, тогда как следствию о нём не известно практически ничего. Поэтому я и пришёл к вам. Узнать, что вы знаете об этом преступнике — а через секунду добавил — Возможно, именно благодаря вашим показаниям сотрудники охраны правопорядка смогут остановить невероятное зло.

Воцарилось короткое молчание, во время которого девушка поглядывала на гостя удивлённо, словно он поведал ей что-то совершенно невероятное, вроде того, что на город напали волшебные драконы, и лишь она одна сможет спасти жителей от неминуемой гибели.

— Ого — пробормотала в итоге зеленоглазка, недоверчиво покачивая головой — Неужели следствие, действительно, взялось за расследование убийств девушек на острове? Да ещё и на таком высоком уровне… сам начальник Центрального управления ко мне с расспросами пожаловал — снова головой покачала.

— Так что вам известно, Юни? — повторил Нолан свой вопрос, стараясь не обращать внимания на сарказм нахальной девицы.

— На самом деле, известно мне не так уж и много — вздохнув, призналась девица — Разве что, я могу «похвастаться» тем, что с тремя убитыми девушками я была знакома лично. А так… только слухи. Абсолютно точно я могу сказать лишь то, что все девушки сначала пропадали на несколько дней — Юни на миг прикрыла глаза и поморщилась, словно от сильной боли — Никто не знает, где конкретно девушки находились в эти дни. А затем их тела, покрытые порезами, ссадинами и гематомами, находили недалеко от мест их исчезновения. Остальное знаю лишь по слухам… Незадолго до того, как девушки пропадали, их видели в компании какого-то мужчины. И я даже не могу сказать, был ли это один и тот же мужчина, или клиенты у девушек были разные. По описаниям он высокий и богато одет — недовольно поморщилась — Больше о нём ничего не известно. Ни цвет волос, ни глаз, ни имени… Ничего.

— Да, негусто — вынужден был признать Нолан, испытывая при этом неприятное чувство разочарования. Он почему-то был уверен, что зеленоглазая красотка знает об убийствах куда больше, вот предчувствие у него такое было. С другой стороны, кое с кем Юни была знакома лично. И мужчина задал очередной вопрос — Мне уже доложили, что за последние четыре года преступник, если это один и тот же человек, в чём лично я почти не сомневаюсь, убил уже несколько десятков жительниц острова. Но родственники убитых, почему-то, не обращались в отделение защиты населения. Ты не знаешь, почему? Почему родственники знакомых тебе погибших не пошли в отделение защиты населения, не потребовали, чтобы убийцу их дочерей, жён или сестёр скорее нашли и наказали? Может быть, если бы они вовремя написали соответствующие заявления, маньяка бы уже давно поймали… И других преступлений он бы точно не совершил.

Зеленоглазка отвела взгляд в сторону и скрестила руки на груди, хмурилась и словно мысленно слова перебирала, что стоит сказать, что не стоит.

— Те, с которыми я была знакома лично — наконец, произнесла она — В отделение обращались. И заявления писали — невесело усмехнулась — А потом сами же и отказывались от своих показаний.

Нолана немного удивило подобное признание. Ведь обычным совпадением это назвать никак нельзя: Юни была знакома лишь с тремя убитыми, и родные именно этих девушек в своё время обратились в отделение. Ладно, причины столь странного совпадения можно выяснить и позже. Сейчас важнее другое…

— Вам известно, почему они от своих слов в итоге отказались? — и замер, ожидая ответ.

— Точный ответ мне не известен — сказала Юни и вновь невесело улыбнулась — Но я точно знаю, что после того, как они свои заявления забрали, у них у всех деньжата появились. Бейя Мин — девушка назвала уже знакомое Нолану имя, с этой женщиной он даже успел пообщаться, только ничего нового от неё узнать не смог — Знакомая с соседней улицы, после того, как заявление отозвала, ремонт в доме затеяла. А когда я попыталась узнать у неё, что, да как, да почему, она только отговаривалась, ссылалась, что ей некогда, а потом и вовсе начала меня избегать. Издали меня увидит и тут же либо на другую сторону улицы переходит, либо в доме прячется. Дочь Бейи убили четыре года назад, а она до сих пор встреч со мной избегает и о погибшем ребёнке даже в случайных разговорах не упоминает — тяжело вздохнула и покосилась на открытое окно — С остальными было примерно также. Кстати, Бейя живёт по прежнему адресу. Я даже могу проводить вас до её дома. Может быть, с вами она будет куда более разговорчива.

— Не стоит — покачал головой Нолан Лим — С Бейей Мин я уже успел пообщаться. Ничего нового она мне не сказала. Уверяла, что её дочь погибла совершенно случайно, и её никто не убивал.

— Вон даже как — хмыкнула Юни и подытожила — В общем, я не могу сказать это с полной уверенностью, но я и не исключаю того, что убийца, дабы замять дело, нашёл родственников своих жертв и заплатил им за молчание.

— И это плохо — добавил Нолан — В разы усложняет работу следствия. Ведь найти просто убийцу намного легче, чем убийцу с деньгами — после чего, сам не понял, зачем, признался — Четыре года маньяк безнаказанно убивал жительниц острова Тио. Но, видимо, этого ему показалось недостаточно, или же он окончательно почувствовал свою безнаказанность… Не так давно он нашёл себе жертву за пределами острова. Убил дочь одного состоятельного человека. Буквально выкрал девушку из её комнаты посреди ночи, а несколько дней спустя бросил её окровавленное тело под окнами дома её родителей.

Мужчина ожидал от Юни сочувствия, сожаления, в крайнем случае рассчитывал, что она просто тактично промолчит. Но… нет. Зелёные глаза девушки гневно полыхнули, на её личике отразилась настоящая ярость.

— Так вот оно, оказывается, что! — гневно воскликнула она и и неприязненно головой тряхнула — Я-то уж было поверила, что следствие, наконец-то, спустя столько лет, решило заняться своим делом, а выходит, что сотрудникам органов охраны правопорядка по-прежнему наплевать на жителей острова Тио! Вы взялись за расследование убийств только из-за того, что преступник впервые за четыре года напал на девушку из богатой семьи! А если бы его очередной жертвой оказалась всё также девушка с острова синих огней? Вы бы так и продолжали закрывать глаза на преступления⁈

— Нет, это неправда! — тут же возразил Нолан, хотя прекрасно понимал, что в глазах зеленоглазой красотки всё именно так и выглядит. И почему-то именно перед ней мужчине захотелось как-то оправдаться, например, сказать, что лично он не виноват в том, что начало расследования так сильно затянули, что лично он и в Римерон-то вернулся всего несколько дней назад! Но Нолан сдержал в себе этот глупый порыв и попытался хоть как-то оправдать своих коллег — Да, сотрудникам отделения, которое отвечает за район синих огней, следовало давно обратить внимание на творящиеся на острове преступления! Но по закону следователи не могут взяться за расследование просто так, на пустом месте! Им нужно, чтобы о преступлении им кто-то сообщил… родственники или хотя бы просто знакомые. Нужен документ, на основании которого и начинается расследование! — перевёл дыхание и продолжил уже спокойнее — По слухам, на острове Тио за четыре прошедших года неизвестный маньяк убил десятки девушек, тогда как в отделение обратились родственники лишь трёх из них, да и те потом забрали свои заявления…

Мужчина замолчал и удивлённо уставился на зеленоглазую нахалку. Она… хохотала, вот только смех её был каким-то невесёлым и скорее напоминал истерику.

— В отделение обратились лишь трое… — повторила она, отсмеявшись, ещё раз печально усмехнулась и головой покачала — Да, обратились только трое… А хотите узнать, почему? — и посмотрела мужчине прямо в глаза.

— Почему? — неуверенно спросил Нолан.

— Потому что этих троих я знала лично! И сама лично ходила с ними в отделение защиты населения! Чуть ли ни за ручку их в отделение привела! Сама лично помогала им с написанием заявлений! — заявила девушка. Нет, в её голосе не было излишней гордости или завышенной самозначимости. Она просто констатировала факт, что сопровождала своих знакомых, когда они отделение посещали — А после этого именно я, а не они, бегала по кабинетам, чтобы на заявлениях нужные штампы поставили, ещё и дожидалась того момента, когда заявление попадёт в кабинет следователя! — сделала несколько шагов к мужчине и встала рядом с ним почти вплотную — Если вы не знали, господин Нолан, то я вам скажу, что Государственные органы защиты населения и охраны правопорядка созданы для людей из приличных районов, на жителей мест вроде острова Тио они не рассчитаны. Неужели вы, и правда, так уверены, что никто за прошедшие четыре года не приходил в отделение? Приходили, я точно это знаю.

— Что вы хотите мне сказать? — нахмурился Нолан — Что сотрудники отделения отказывались принимать заявления?

— Ну почему же сразу отказывались — Юни аккуратно повела плечиком и шаг назад сделала — Просто чтобы подать заявление, его нужно сначала написать.

— И что?

— А ничего. В какой-то газете я читала, что в респектабельных районах все жители учатся в лицеях, закрытых школах, а затем и в академиях, в рабочих пригородах Римерона и в ближайших деревнях читать и писать умеют уже только пятьдесят процентов населения, а вот на острове Тио людей, умеющих читать и писать, практически нет.

— И к чему вы это говорите? — всё ещё не понимал Нолан. Или не хотел понимать столь невероятную и очень неприятную правду.

— А вы не догадываетесь, господин Нолан? — с сарказмом переспросила девица и разразилась неприязненной тирадой — Жители, которым нужна помощь государственных следователей, но которые писать не умеют, приходят в отделение. Их там встречают сотрудники центральной приёмной, которые сначала недовольно косятся на бедные наряды обратившихся, а потом выдают им чистые бланки и требуют, чтобы о своей проблеме они поведали в письменном виде. И, кстати, заполнить бланк тоже следует как положено, в соответствии с висящим на стене образцом. Никто из сотрудников приёмной помогать с заполнением бланков, конечно же, не собирается. Ладно, допустим, с горем пополам и с чьей-нибудь помощью бланк заполнили. Сотрудники приёмной ставят на заявлении первый штамп и отправляют обратившегося вместе с этим самым заявлением в канцелярию, и ещё, словно издеваясь, напомнят, что канцелярия находится в кабинете, на котором написано слово «канцелярия». В канцелярии тоже, кстати, сидят вечно недовольные всем сотрудники. У них есть толстая книга, в которой регистрируются все вновь поступившие заявления. И обратившийся, который, как мы с вами, господин Нолан, помним, писать не умеет, должен своей рукой вписать в книгу номер заявления, его указывают на штампе, который в приёмной ставят, дату обращения и своё полное имя. Затем в канцелярии ставят ещё один штампик и отправляют обратившегося с тем же заявлением на подпись к главному следователю отделения, который то есть на рабочем месте, то его нет, то он куда-то ушёл, то ещё не пришёл, то ему не нравится, как заполнено заявление, и его нужно срочно переписать и перерегистрировать, то этот главный следователь вовсе потерял свой штампик, поэтому нужно ждать пару дней, пока ему новый не принесут! И только после этого обратившемуся называют имя следователя, который будет вести его дело. Кстати, нужному следователю заявление тоже занести нужно лично, иначе заявление потеряют, уж я-то это знаю, проходила. А перед этим, конечно же, стоит ещё раз послушать это издевательское «такой-то следователь сидит в кабинете с надписью такой-то» — Юни замолчала и дыхание перевела — Вот и думайте, господин Нолан… Для рядового жителя острова Тио даже просто подать заявление практически непосильная задача. И кстати… — припомнив, добавила девушка — Я знакома с одним человеком, тоже жителем острова, сосед через пару домов. По счастливой случайности он умеет писать, коряво, конечно, но это не так уж и важно… Так вот, у него как-то все деньги украли… неизвестный проник в его дом, и вынес все накопления, а это десять серебряных. Он, как законопослушный горожанин, обратился в отделение защиты, ему назначили следователя — на этом месте Юни хмыкнула — В итоге тот следователь никого не нашёл, да ещё и обвинил моего знакомого в том, что он всё выдумал, что никто к нему в дом не пробирался и ничего не крал, ведь у жителя острова Тио по умолчанию десяти серебряных быть не может.

Зеленоглазка снова одарила мужчина ехидной усмешкой и покосилась на стоящую в комнате ширму.

— Мне переодеться надо — бросила она и, словно за секунду выбросив из головы весь их разговор, спокойно скрылась за этой самой ширмой.

А Нолан Лим так и остался стоять на месте, глядя в одну точку, обдумывая слова девушки. Никогда в жизни он не задумывался над тем, насколько может быть сложно всего лишь подать заявление в отделении охраны правопорядка. И мужчине так до конца и не верилось, что главной причиной, почему жители района синих огней за помощью не обращаются, является не их недоверие и особая нелюбовь к представителям органов охраны правопорядка, а обычная бюрократия и не слишком вежливое и корректное обращение со стороны рядовых сотрудников отделения. И что теперь делать? Просто прийти в отделение и задать вопрос в лоб? «А вы помогаете заполнять бланки тем обратившимся, которые писать не умеют?» Так сотрудники, вроде, и не обязаны помогать с заполнением бланков, есть ведь образцы, все стены в центральных приёмных ими увешаны. А тут получается, что от этих образцов и толку никакого нет.

Переодевалась Юни недолго. Пяти минут не прошло, а она уже вышла из-за ширмы. В миленьком синем платье, сверху накидка, и волосы сзади аккуратно заколоты. Самая обычная девушка, по внешнему виду которой и не скажешь, что она родом с острова Тио.

— Господин Нолан, вы пешком сюда пришли? Или вас ждёт экипаж? — отстранённо поинтересовалась девушка, накидку поправляя.

— Меня ждёт экипаж — признался мужчина.

— Отлично — довольно улыбнулась Юни и тут же скомандовала — Значит, подвезёте меня. До Береговой.

— А вам не приходило в голову, уважаемая Юни, что я могу куда-то спешить? — усмехнувшись, уточнил Нолан — А потому не могу вас никуда подбросить.

Девица одарила мужчину своим фирменным нахальным взглядом и снисходительно напомнила:

— Между прочим, вы первый опоздали. Обещали ведь утром прийти, а явились только в обед. А я вас дождалась, на все ваши вопросы ответила. Время своё на вас потратила, в конце-то концов. В данный момент я уже должна была быть на пути по своим собственным и очень важным для меня делам — заправила за ухо выбившийся локон и добавила — А значит, самое малое, что вы можете для меня сделать, чтобы компенсировать мне моё время, это подбросить меня до нужной улицы — к двери подошла, отперла замок и на мужчину обернулась — Пойдёмте. Что вы стоите? Вы ведь тоже куда-то торопитесь.

Нолан лишь покачал головой во след этой нахалке, но всё же послушно двинулся за ней.

Очередной арт с изображением Юни и Нолана на моей страничке в ВК))

Из жизни Юни квон

Экипаж завернул на нужную улочку, проехал буквально несколько метров, как Юни громко попросила кучера остановиться.

— И всё же, что же за дела у вас такие? — слегка хмурясь, спросил Нолан Лим — Тем более на этой улице? Насколько мне известно, горожане, которые проживают в этом районе, крайне редко пользуются услугами… кхм… услугами, которые вы обычно предоставляете.

Девица издала тихий смешок.

— Дела у меня здесь очень и очень важные — загадочно произнесла Юни и, приоткрыв дверцу, ловко выпрыгнула из экипажа, тем самым показывая, что отвечать на вопросы о своей жизни она не намерена, поправила накидку, обернулась — Спасибо, что подвезли, господин Нолан.

— Не за что — ответил мужчина и зачем-то добавил — Ещё увидимся, уважаемая Юни.

Девушка последний раз улыбнулась, после чего, больше не оборачиваясь на отъезжающий экипаж и сидящего в нём мужчину, перешла на другую сторону улицы, прошла вперёд несколько десятков метров и завернула в знакомый переулок. Прошла ещё немного и остановилась возле добротного двухэтажного каменного домика, обнесённого забором из кованого металла. Сама открыла калитку, зашла во двор. Обернулась по сторонам и, убедившись, что никто за ней не наблюдает, наклонилась и вытащила из-под лестницы ключ. Отперла замок на входной двери. Секунду спустя она уже находилась в просторной прихожей. Дверь за собой захлопнула, скинула накидку и повесила на ближайшую вешалку.

— Кто там? — раздался скрипучий мужской голос из комнаты справа — Лэйя, это ты?

Юни тепло улыбнулась, услышав этот знакомый голос и направилась к двери, откуда он слышался.

— Не угадали, господин Вейж — произнесла девушка, заходя в комнату — Но уважаемая Лэйя, я смотрю, тоже недавно заходила — демонстративно провела пальчиком по ближайшему комоду — В доме ни пылинки. Как вы себя сегодня чувствуете, господин Вейж?

— Юни — тихо произнёс лежащий на кровати седой мужчина, явно узнавая вошедшую в комнату девицу, и чуть поморщился, выражая неодобрение — Вернулась-таки. Опять всю ночь непонятно где пропадала. Я ведь за тебя волновался — но на вопрос о самочувствии так и не ответил. Впрочем, Юни в ответе не особо нуждалась.

— Вообще-то, я возвращалась вчера вечером — поведала девушка, подходя к старику поближе и прикасаясь к его лбу, проверяя, нет ли у того жара — Только вы в то время уже спали — а затем, убедившись, что с температурой у старика всё в порядке, приподняла его руку и пальчиками сжала запястье, проверяя пульс — Вы сегодня на ноги поднимались? Лежать в постели целыми днями вредно, вам нужно начинать расхаживаться.

— Вставал — проворчал господин Вейж — Дошёл до кухни и обратно — и снова разговор на девушку перевёл — Я, и правда, не слышал, как ты вчера приходила — и осмотрел Юни придирчиво — А куда это ты такая нарядная бегала? Ты это платье, вроде, для каких-то крайних случаев покупала.

Девушка решительно вздохнула и призналась.

— Не поверите, господин Вейж — помедлила секунду — С родственниками мужа знакомиться ходила.

— Как, мужа? — недоверчиво воскликнул старик и даже на локтях приподнялся — Ты вышла замуж⁈ — на что Юни только кивнула, подтверждая свои слова. А господин Вейж вновь откинулся на подушки и закрыл глаза, глухо пробормотал — Ну вот… и ты меня бросить решила. Совсем я один остаюсь.

— Ну что вы такое говорите? — возразила девушка, на ноги поднялась, подошла к окну и шторы раздвинула, впуская в комнату больного солнечный свет — Во-первых, я от вас никуда не денусь, каждый день буду к вам приходить и с делами также буду помогать, разве что из своей комнаты съеду и на ночь не буду оставаться. А вообще… — едва заметно усмехнулась — Даже если иногда я буду оставаться ночевать в вашем доме, мой муж и словом не возразит. Он у меня… — помедлила, подбирая слово — Очень понимающий. Во-вторых, Лэйя как приходила к вам каждые два дня чистоту в доме наводить, так и будет продолжать приходить. Ну и в-третьих… — Юни вернулась к постели старика и снова на краешек присела — У вас ведь сын есть.

— Сын — поморщился господин Вейж — Да этот бездельник ждёт не дождётся, когда я помру! Чтобы завладеть этим домом и деньгами, что лежат на моём счету!

— Зря вы так — покачала головой Юни — Вы же видите, с того момента, как вы заболели, ваш сын чуть ли ни каждый день навещать вас приходит.

— Вот я и говорю, проверяет, жив я ещё или, к счастью для него, уже помер! — проворчал больной, перевёл дыхание, вновь прикрыл глаза и заговорил очень тихо, меняя тему — Вчера вечером письмо принесли. Вон, на полке лежит. Прочти.

— Очередной заказ? — тут же уточнила Юни, вновь поднимаясь на ноги. Взяла в руки нужный конверт и развернула лист бумаги.

— Как видишь — подтвердил старик, недовольно хмурясь — Заказ огромный. И нужен им как можно скорее, хотя прекрасно знают, что на изготовление даже одной партии нужно большое количество времени. Ещё и эта болезнь проклятая, ничего делать не даёт.

— Да вы не переживайте так, господин Вейж — девушка подошла поближе и одеяло на постели больного поправила — Сегодня у меня ещё куча дел, но завтра я приду к вам с самого утра и займусь заказом. А вам надо сил набираться и скорее выздоравливать.

— Ох, Юни — вздохнул старик — Ты, и правда, веришь, что моя болезнь когда-нибудь окончательно меня отпустит? Мне вот что-то не очень в это верится. Столько времени прошло, а я еле с кровати встаю, немного по дому пройдусь, и опять в постель. И лучше мне не становится, ноги не слушаются, руки отказывают. Глаза стали видеть в разы хуже.

Юни вздохнула в ответ.

— То, что с вами произошло, называется инсульт — произнесла девушка, на миг прикрыла глаза и тихо призналась — Боюсь, полностью избавиться от последствий перенесённого инсульта вам уже никогда не удастся. Никому не удавалось — и тут же улыбнулась ободряюще — Но вы смогли вновь встать на ноги! А это уже очень хорошо! И со временем вам должно становиться только лучше, но нужно будет себя беречь.

Старик повернул голову к окну, чуть прищурился от яркого света и снова к Юни повернулся.

— Значит, болезнь которая меня сразила, называется ин-сульт? — незнакомое ранее слово господин Вейж произнёс по слогам, задумчиво хмыкнул — И откуда тебе известно об этой болезни, Юни? Хотя… чего я спрашиваю? Ты никогда на подобные вопросы ответов не даёшь, всё чего-то юлишь, выдумываешь. А у меня в голове не укладывается… когда я впервые тебя встретил, ты была совсем ещё ребёнком, ну пусть подростком, но твои знания меня тогда просто поразили… и до сих пор поражают.

— Господин Вейж… — попыталась перебить старика девушка, но тот не дал.

— Нет, погоди… Я бы мог понять, если бы подобные знания были у ребёнка какого-нибудь важного учёного. Но я же знаю, что раньше ты жила на острове Тио — глянул на Юни неодобрительно и недовольно добавил — И до сих пор продолжаешь туда бегать! Хотя это небезопасно!

— Я должна, у меня там сёстры, и без меня они пропадут — ответила девушка — А что касается моих знаний… — замолчала на миг, а её губ коснулась лукавая полуулыбка — Может быть, я, как оракулы, помню свою прошлую жизнь? В которой была совсем другим человеком, родилась в очень порядочной семье, получила хорошее образование.

— Очень смешно — проворчал господин Вейж, отворачиваясь — Ладно, что-то устал я от разговоров, отдохнуть мне надо.

— Отдыхайте — проговорила Юни, подошла к двери — Я, когда буду уходить, дверь запру и ключ на прежнее место спрячу.

Тихо прикрыв дверь в комнату больного, девушка печально покачала головой и тяжело вздохнула. Видеть господина Вейжа, всегда бодрого и делового, вот таким, почти постоянно прикованным к постели, было нелегко, непривычно. Но… ничего не поделаешь. Остаётся надеяться лишь на то, что со временем последствия инсульта будут проявлять себя не так ярко.

Юни тряхнула головой и направилась к лестнице, прошла один проём, другой, остановилась на чердаке. И приоткрыла дверцу в небольшую комнатку с низким потолком. Комната совсем маленькая, с небольшим круглым оконцем, помещался в ней только шкаф, маленький деревянный столик и небольшая одноместная кровать, на которой Юни Квон и провела почти все ночи за прошедшие четыре с половиной года. Девушка дверь за собой прикрыла и принялась наскоро скидывать с себя одежду. Серебряный кулон в небольшой тайничок под столом припрятала, своё красивое синее платье в шкаф аккуратно повесила, а взамен вытащила белую блузку с широкими рукавами и чёрную юбку. Оделась, волосы собрала в строгий пучок, накинула серую накидку строгого фасона, а на голову небольшую шляпку нацепила. В маленькую сумочку закинула двадцать золотых, которые по утру от муженька получила, сверху кое-какие документы положила, ну и ещё несколько медных и серебряных монеток из собственных запасов на случай непредвиденных расходов в карман забросила.

На улицу вышла. Дверь, как и обещала господину Вейжу, заперла на ключ, а этот самый ключ спрятала на прежнем месте. Совсем скоро Юни Квон, точнее, теперь уже Юни Хонг, шагала по широкой городской улице в толпе таких же прохожих, уверенно подняв подбородок. Свернула на соседнюю улочку и элегантно рукой взмахнула, останавливая проезжающий мимо наёмный экипаж.

К счастью, экипаж оказался свободен. Кучер тут же остановился, коротким кивком поприветствовал девушку.

— Куда едем, уважаемая? — поинтересовался он.

— За город — бросила в ответ Юни — В закрытую школу для девочек госпожи Эйни Гонд.

— Далековато — пробубнил кучер, прищурился, мысленно подсчитывая, сколько времени уйдёт на дорогу, и объявил — Пятнадцать медяков поездка стоить будет, уважаемая!

— Идёт — согласилась девушка и поудобнее на сидении устроилась, улыбнулась облегчённо.

«Ну наконец-то, Лини и Джия всегда под присмотром будут. И в безопасности — произнесла она мысленно — Хоть переживать о них больше не придётся. Интересно, получится отправить их в школу прямо сегодня? Хорошо бы…»

Юни к окну голову повернула, бездумно разглядывая пробегающих мимо прохожих. Сейчас, в своём строгом наряде, девушка мало чем от них отличалась.

«Уважаемая» — именно так к ней обратился кучер. Уважаемый и уважаемая — это стандартная форма обращения к обычным жителям города, у которых имеется постоянная работа и приличный домик. Господин и госпожа — это обязательная форма обращения к самым богатым представителям общества. А вот к необразованным жителям пригородов и деревень, а уж тем более к жителям таких мест, как остров Тио, нет никакого обращения, просто по имени и почти всегда на «ты». И Юни очень гордилась тем, что в глазах других жителей города она выглядит именно как «уважаемая». И, что особенно поразительно, друг её муженька, оказавшийся столь важным человеком в городе, ещё вчера обращался к ней исключительно на «ты», а сегодня обратился к ней «уважаемая Юни». И сказано это было без тени сарказма в голосе.

— Приятно, чего уж там — тихо хмыкнула девушка, снова вглядываясь в очертания проплывающих за окном улиц.

Экипаж остановился у массивных ворот закрытой школы примерно минут сорок спустя. Девушка выпрыгнула на дорогу, наскоро расплатилась за проезд, попросила кучера дождаться её возвращения, пообещав оплатить простой и обратную дорогу. А сама к воротам двинулась.

— Мне нужно увидеться с госпожой Эйни — твёрдо произнесла она, оказавшись внутри — Я хочу оформить в школу двух своих младших сестёр — после чего добавила — Оплату за целый год их обучение готова внести сегодня же.

И если поначалу довольно молодая сотрудница приёмной, вероятно, выпускница этой самой школы, поглядывала на Юни скептически, ведь её наряд хоть и выглядел прилично, но всё равно никак не тянул на наряд человека, способного за раз отдать двадцать золотых, то после обещания оплатить всё прямо сегодня, сотрудница вызвалась самолично проводить гостью до кабинета директрисы. А там передала с рук на руки другой сотруднице, личной помощнице директора. Та, попросив гостью немного подождать, на пару минут скрылась в кабинете начальницы. А спустя пару минут вышла и громко объявила, что «госпожа Эйни готова вас принять».

И вот Юни Хонг уже сидит в удобном кресле напротив основательницы закрытой школы для девочек. А если точнее, то для проблемных, в какой-то степени, девочек.

— Уважаемая Юни, я очень рада, что вы надумали определить своих сестёр в нашу школу — довольно произнесла директриса, женщина под шестьдесят, очень худая, высокая, одетая в излишне строгий серый костюм и с абсолютно белыми волосами, до предела затянутыми в небольшой пучок на затылке — Кажется, в прошлый свой визит вы немного сомневались.

— В данный момент у меня больше не осталось никаких сомнений — заверила Юни — Я готова привезти девочек прямо сегодня.

— Могу я поинтересоваться, к чему такая спешка? — протянула директриса, поглядывая на гостью, прищурившись — Поймите меня правильно, я заранее должна знать, кого принимаю в свою школу. Заранее интересуюсь, по какой причине родственники не желают заниматься воспитанием девочек самостоятельно. Здесь у меня и так, знаете ли… — помедлила немного — Контингент не самый простой. Сами понимаете.

— Понимаю — кивнула Юни.

Действительно, в закрытой школе госпожи Эйни Гонд, в основном, обучались девочки или, мягко говоря, не самого мягкого поведения, с которыми родители уже не знали, что делать, или незаконнорожденные дочери каких-то важных господ, о которых те совершенно не хотели заботиться, но были готовы откупиться.

— Понимаю — ещё раз повторила девушка — Но, уверяю вас, с поведением у моих сестёр всё в порядке — секунду помедлила — Во всяком случае, ранее я не замечала, чтобы они как-то сильно безобразничали. Просто я недавно вышла замуж.

— Ох, правда? Поздравляю вас, уважаемая — сухо улыбнулась директриса.

— Благодарю — ответила Юни и изобразила тяжкий вздох — А мой муж… Он, понимаете, совершенно не желает заниматься воспитанием моих сестёр. И если ранее у меня была возможность их часто навещать, то теперь мой муж категорически против этого — и произнося это, Юни понимала, что говорит чистую правду: она, действительно, вышла замуж, а её мужу, действительно, не нужны её сёстры.

— А ваши родители? — поинтересовалась основательница школы — Кажется, в прошлый свой визит вы что-то упоминали о матери девочек. Почему она не желает заниматься их воспитанием?

— Наша мать — девушка скривилась — Она не тот человек, который может научить девочек хоть чему-то полезному. Один лишь факт о том, что у меня и у моих сестёр разные отцы, уже говорит о многом. Просто мне повезло чуть больше, чем Лини и Джии, начиная с подросткового возраста я жила с отцом — и тут почти не соврала, ведь господин Вейж для Юни почти как второй отец — А вот отец моих сестёр не желает заниматься их воспитанием… но готов оплатить их обучение.

— Ах, вот оно что — понимающе покивала директриса — Значит, девочки незаконнорожденные.

— Насколько мне известно, почти половина воспитанниц этой школы незаконнорожденные — напомнила Юни — Поэтому я и хочу устроить сестёр именно сюда. Так я могу привезти их сегодня?

— Конечно, можете — помолчав, произнесла госпожа Эйни — В течение пары часов для них будут подготовлены спальные места, одежда, и если успеете привезти девочек до наступления темноты, их ещё и ужином накормят — пристально посмотрела на гостью — Так на чьё имя оформляем договор на обучение? На имя отца девочек?

— На моё — отрезала Юни — Как я уже сказала, их отец не желает заниматься их воспитанием.

— Понимаю — кивнула директриса, и если во время беседы она поглядывала на Юни с некой толикой интереса и любопытства, старалась выпытать побольше информации о будущих воспитанницах, то теперь её лицо приобрело деловое и совершенно бесстрастное выражение. И мысленно Юни задалась вопросом, а согласилась бы госпожа Эйни принять девочек в свою школу, если бы узнала, что те на острове Тио росли, а о том, кто их настоящие отцы и вовсе ничего не известно? А директриса тем временем вытащила из верхнего ящичка пару бланков и протянула их гостье — Это стандартные заявления на приём ваших сестёр в школу, в графу «официальный представитель» вписываете своё имя, а в конце ставите свою подпись и дату. Оплату нужно произвести в кассе, это на первом этаже школы, моя помощница вас проводит.

— Благодарю — сухо ответила Юни и склонилась над первым бланком.

Скоро она уже вновь сидела в экипаже, который вёз её к центру Римерона. На одной из прибрежных улиц девушка выбралась из экипажа, расплатилась с кучером, отпуская того восвояси, а сама юркнула в ближайший переулок. Там, оглянувшись по сторонам, стащила с головы шляпку и распустила свои чёрные волосы, белую блузку неприлично расстегнула, так, что корсет с нижней сорочкой стало видно. Даже в таком виде до девицы лёгкого поведения, конечно, далеко, но хоть что-то. Юни уже давно усвоила, что прилично разодетым девушкам на острове Тио ещё опаснее, чем его постоянным обитательницам. Почему-то облик «приличной женщины» для мужчин острова точно красная тряпка для быка. Девушка нацепила на лицо милую легкомысленную улыбочку и двинулась прямиком к мосту через Мангану. А оказавшись на острове, тут же встретила двух знакомых девиц.

— Юни! — окликнула её одна из них, усмехнулась и подошла поближе, неприлично виляя бёдрами и широко размахивая руками — Неужто это опять ты? — ещё раз усмехнулась — Что-то зачастила ты в наш район. Или тот старичок-богатей, который тебя содержит, грозится выгнать тебя туда же, откуда и подобрал? А что это на тебе надето? Выглядишь, как какая-то училка.

Юни мысленно глаза закатила. Да, все соседи и знакомые семейства Квон были уверены, что вторая дочка Идзи, собственно, как и первая, нашла себе покровителя и живёт у того на полном содержании. Только вот Мэй, выбравшись с острова, больше сюда не возвращается, а Юни сестёр постоянно навещает. И как бы ужасно это ни звучало, но надо признать честно, для девушки с острова Тио найти себе постоянного любовника, который ещё и твою жизнь полностью обеспечивает — это большая удача. Вот все вокруг и завидовали… из-за чего вечно пытались чем-то уколоть или просто нахамить.

— Между прочим, моему старичку очень нравится этот наряд — придав своему голосу побольше надменности, ответила Юни — Знаешь, Сайя, если бы ты умела одеваться также, как я, то такой же старичок очень скоро появился бы и у тебя.

— Ой-ой-ой, посмотрите на неё — фыркнула девица и к своей подружке, что тоже поближе подошла, обернулась — Мэйси, ты слышала, что эта выскочка сказала? Мы, видите ли, одеваемся не так, поэтому у нас денежные клиенты и не задерживаются.

— А может Юни и права? — пожала плечами Мэйси — И вообще, Сайя, чего ты к ней прицепилась? — рукой в сторону махнула — Смотри, вон там Тинг идёт, твой постоянный клиент, между прочим. И он сегодня, вроде как, большую партию рыбы смог продать, поэтому деньжата у него точно имеются.

— И правда — спохватилась Сайя — Такого клиента чуть не упустила — но прежде чем уйти, недоумённо на подругу глянула — А чего это ты вдруг заступаться за эту выскочку надумала? — впрочем, ответа на свой вопрос не стала дожидаться, побежала догонять своего возможного клиента.

— А Сайя права — помолчав немного, хмыкнула Юни — Давай, признавайся, что тебе от меня понадобилось?

— Да не надо мне ничего! — обиженно надула губки девица.

— Мэй-си — Юни повторила имя медленно, по слогам и голову чуть на бок склонила. Девица вздохнула в ответ.

— Ну хорошо — произнесла она, а на её личике появилось просящее выражение — Я слышала, что пару лет назад ты своему соседу через дом очень помогла, а в прошлом году той беловолосой девчонке, которая в центре острова живёт. И тот парень с моей улицы, что у рыболовов работает, который, помнишь, упал неудачно…

— Ближе к делу, Мэйси — попросила Юни.

— Моя тётя Миа — поспешно сказала девица и коротко расплывчато пояснила — Беда с ней. А у кого помощи просить, я не знаю. Только на тебя и могу надеяться — помедлила секунду, неуверенно на собеседницу глянула — Так ты поможешь?

Юни вздохнула и глаза на миг прикрыла.

— Сегодня никак не могу, извини, дел полно. Но завтра… завтра ближе к обеду постараюсь к ней заглянуть.

Больше по дороге никто из знакомых не попадался, чему Юни очень радовалась. До дома добежала быстро, взбежала по ступенькам, зашла внутрь, прислушалась.

Внутри было очень тихо, подозрительно тихо.

— Лини, Джия! — позвала Юни и, к её облегчению, на втором этаже послышался тихий топот. Минуты не прошло, как с лестницы вниз сбежали две девочки, одиннадцати и двенадцати лет. Обе черноволосые, как и Юни, только глазки у одной серые, а у второй тёмно-карие. Девчонки радостно улыбались, глядя на старшую сестрицу.

— Ты пришла! — воскликнула Лини и бросилась обнимать сестру.

— Конечно, я ведь обещала, что скоро вернусь.

— Обычно ты раз в три-четыре дня приходишь — заметила старшая Джия. В отличие от младшей и очень эмоциональной Лини, у Джии был более сдержанный нрав, и без причин обниматься она не любила — А тут на следующий день вернулась.

— И на то есть причина — призналась Юни, готовясь сообщить сестрёнкам весть о переезде в настоящую школу — Мама где?

На этот вопрос обе девочки недовольно нахмурились.

— Ушла куда-то — ответила всё же Лини — Вчера вечером ещё. Собралась и ушла.

— Так — пришла очередь Юни хмуриться — Значит, ночью вы снова одни ночевали? — девчонки нехотя кивнули, отчего Юни ещё больше нахмурилась — А поесть она вам что-нибудь оставила? — и сама же ответила на свой вопрос — Ясно. Значит, ничего не оставила. Хотя, я вчера оставляла ей несколько монет специально для того, чтобы она вам еды купила.

— Она и сказала, что пошла еды купить — сказала Джия — Вот только ушла… и до сих пор не вернулась.

Юни только головой покачала и мысленно порадовалась тому, что за ночь с девочками, судя по их внешнему виду и довольно бодрому настроению, ничего страшного не случилось. Хотя могло случиться что угодно! Ведь в этом доме даже входную дверь выломать — дело пары минут.

— С другой стороны, может, и к лучшему, что её сейчас нет — задумчиво проговорила Юни — Никто не будет мешать нам ваши вещи собирать.

— Вещи собирать? — удивлённо переспросила Лини — А мы куда-то собираемся?

— Ты нас к себе жить забираешь? — улыбнулась Джия.

— Нет — покачала головой старшая сестрица — Забрать вас к себе я, к сожалению, пока не могу — и ободряюще улыбнулась — Но зато с сегодняшнего дня вы будете жить в месте, где у вас всегда будет еда три раза в день, добротная одежда и тёплая постель. И я всё также буду продолжать вас навещать.

Девочки переглянулись, улыбнулись друг дружке.

— Что, прямо сейчас идти собираться? — уточнила Лини.

— Конечно — ответила Юни — И если поторопимся, то уже сегодня вечером у вас будет вкусный горячий ужин.

Сумки собрали быстро. Вещей у сестричек было не так уж и много, по несколько простеньких платьев, две пары ботинок, накидки, да одна на двоих любимая самодельная кукла, сшитая из разноцветных кусочков ткани.

— А маму мы дожидаться не будем? — спросила Лини, когда они уже стояли в прихожей — Может, хоть записку ей оставим?

— Мама всё равно читать не умеет — напомнила Джия — Хотя Юни и её хотела научить. А если мы будем ждать маму, то не успеем на ужин. И вообще, Лини, ты же знаешь, мама сегодня может и не вернуться, у неё ведь с собой деньги были.

— Ох, и правда — вздохнула младшая, подхватывая с пола свою небольшую холщовую сумку. И в ту же секунду входная дверь отворилась и в узкую прихожую ввалилась женщина. Именно ввалилась. Ноги её держали с большим трудом, и она тут же прислонилась к ближайшей стене и глупо захихикала. Да, с первого взгляда было видно, что женщина пьяна. Девочки, видя мать в таком состоянии, лишь печально вздохнули, Юни же недовольно скривилась.

А Идзи Квон словно и не видела, что в прихожей она не одна.

— Дочи! — крикнула она громко и даже удивлённо вздрогнула, когда услышала рядом с собой тихое «мама, мы тут». Идзи пьяно улыбнулась, ещё раз покачнулась, произнесла, немного запинаясь — А вы уже тут. Правильно, мама устала, маму надо встретить и помочь ей до кровати добраться.

— А может, пусть эта горе-мамаша сама до постели доберётся? — не сдержавшись, строго вставила Юни.

Идзи Квон снова вздрогнула, и прищурилась, пытаясь разглядеть в тусклом свете прихожей, кто же это с ней таким тоном разговаривает.

— Ой, Юни — в итоге улыбнулась она расслабленно — И ты здесь. А что ты тут делаешь? Ты же вот только недавно была…

Но Юни вопросы матери проигнорировала, ещё больше нахмурилась.

— Я вчера тебе деньги оставляла. Ты еды для Джии и Лини купила?

— Ой, да завтра куплю. Посидят как-нибудь до завтра без еды, с голоду за день не помрут — поморщившись, отмахнулась Идзи, неопределённо взмахнула рукой, при этом чуть не упала и снова ухватилась за стену. После чего, всё также держась за стену, двинулась в ближайшую комнату. А трое её дочерей двинулись следом.

— Значит, купишь завтра? — не отставала Юни — А деньги на еду у тебя остались? Или всё, что я дала тебе вчера, ты снова прогуляла?

— Вот что ты опять ко мне прицепилась⁈ — воскликнула Идзи громко, агрессивно. Да, вывести мамочку из себя было совсем не сложно — Не помрут твои любимые сестрички с голоду! Если будет совсем туго с деньгами, работать пойдут! Джии уже двенадцать! Я сама с двенадцати начала! Да и ты к своему богатенькому старичку жить в тринадцать убежала!

— Так для этого я и даю тебе деньги! В каждый свой приход сюда! — громко напомнила Юни — Чтобы и им, и тебе было на что жить! И при этом не нужно было работать! Да все последние четыре года я, фактически, содержу не только их, но и тебя тоже! А ты, вместо того, чтобы покупать детям еду или одежду, тратишь деньги на выпивку!

— А я не просто так пью! — уже кричала Идзи Квон — Ты же знаешь! У меня была тяжёлая жизнь!

— И теперь ты делаешь всё возможное, чтобы и у твоих дочерей жизнь была такой же тяжёлой? — уже тише произнесла Юни.

Идзи всё-таки добралась до ближайшей грязной и жёсткой кушетки, неуклюже на неё плюхнулась и тихо застонала.

— А чем они заслужили простую и беззаботную жизнь? — произнесла горе-мамаша, устроилась на кушетке поудобнее, бросила очередной взгляд на дочерей и подслеповато прищурилась, тихо спросила — А куда это вы собрались? Сумки, я смотрю, собрали…

— Юни сказала, что мы теперь будем жить в месте, где нас будут кормить три раза в день — охотно поделилась словоохотливая Лини.

— Чего? — переспросила Идзи Квон и, недовольно кряхтя, присела, спустила ноги на пол — Это где это вас просто так кормить три раза в день собираются? Или не просто так? — перевела взгляд на старшую дочь — Куда это ты их отправить вздумала? В работный дом для детей? — гневно что-то зашипела и, пошатываясь, вновь поднялась на ноги — А когда я хотела их в работный дом отправить, ты не дала мне этого сделать! Сказала, что это ещё хуже, чем нашим ремеслом заниматься! Аааа…. Я поняла! — покивала головой и с угрозой во взгляде двинулась к Юни. Правда, после первого же шага снова пошатнулась и вынуждена была вновь опуститься на кушетку — Ведь родителям, которые своих детей в работный дом сдали, иногда выплачивают часть тех денег, что их детишки зарабатывают. И ты решила, что пусть эти деньги лучше тебе достанутся, а не мне, да⁈

— Юни, это правда? — тихо прошептала Джия, недоверчиво глядя на старшую сестру — Ты хочешь отправить нас с Лини в работный дом?

— Но мы не хотим в работный дом — вставила Лини — Ты же помнишь, что случилось с Бонсоном? Когда его мама умерла, тётя не захотела его растить и отправила в работный дом… Так он там умер! А я не хочу умирать.

Юни на это болезненно поморщилась, на мать посмотрела с осуждением.

«Это же надо, а? Додумалась, что сказать в присутствии девочек. Про работный дом вспомнила».

— Джия и Лини едут не в работный дом — спокойно произнесла Юни — Они отправляются в закрытую школу для девочек. И их там не только кормить будут, но и грамоте обучать.

— Что? В закрытую школу для девочек? — Идзи Квон неприятно расхохоталась — Да это огромные деньги! Ни за что не поверю, что ты согласишься заплатить им обеим за школу.

— Уже заплатила — ответила Юни и к сёстрам обернулась — Ну что, девочки, пойдёмте?

— А ну стоять! — разгневанно рявкнула горе-мать, когда трое её дочерей вновь к выходу развернулись, на Юни смотрела потрясённо-недоверчиво — Ты серьёзно? Уже заплатила им за школу? — а после утвердительного кивка старшей дочери разразилась громкими и не совсем цензурными восклицаниями — Да лучше бы ты мне эти деньги отдала! — сказала она в итоге.

— Чтобы ты их потеряла? Или прогуляла? — парировала Юни — Или, что ещё хуже, вновь отдала Арэму? Чтобы он снова их проиграл или вложил в очередное сомнительное дело? Насколько я помню, пять лет назад, после хорошо известных тебе событий, на руках у тебя оказалась очень приличная сумма. И куда ты её в итоге дела? — и сама ответила — Отдала Арэму! А он не просто непонятно куда растратил эти деньги, так ещё и остался кому-то должен, после чего решился на ограбление богатого дома. И, конечно же, оказался за решёткой.

— Мальчик просто оступился — проворчала Идзи Квон, заступаясь за единственного сына — Нельзя же всю жизнь злиться на него за это!

— А я и не злюсь — ответила Юни — Просто не хочу иметь с ним ничего общего. Ни с ним, ни с тобой — и снова на сестёр глянула — Девчонки, пойдёмте, опаздываем.

— Нет, я не позволю! — снова воскликнула Идзи.

На дочерей женщина смотрела растерянно, глаза её бегали туда-сюда. Кажется, она только сейчас сообразила, чем ей грозит уход младших дочерей. И даже почти полностью протрезвела от этого осознания. Не будет Джии и Лини — Юни не будет сюда приходить. То, что не будет приходить — это ладно… Главное, что она больше не будет приносить деньги. А вот это для Идзи Квон было уже самой настоящей катастрофой.

— Я не позволю увести моих дочерей! — повторила женщина — Это я их мать! И только я решаю, можно им идти в эту проклятую школу или нет! А тебе, Юни, лучше пойти и забрать те деньги, которые за школу заплатила — глаза её алчно сверкнули — И если тебе так не нужны эти деньги, принеси их мне! Я найду им лучшее применение. И девчонкам со мной будет куда лучше, чем в какой-то школе, я же их мать.

— Ну конечно — насмешливо хмыкнула Юни, тяжко вздохнула, порылась в своей сумочке и вытащила оттуда несколько монет, матери протянула — Вот, держи — произнесла она — Надеюсь, этого будет достаточно, чтобы ты спокойно отпустила со мной девочек?

Идзи Квон схватила монеты и тут же принялась пересчитывать, довольно разулыбалась, когда в тусклом свете комнаты парочка монет сверкнули настоящим серебром. Юни на это только головой покачала и снова указала сёстрам на выход.

Совсем скоро все трое выбрались с острова и уселись в первый попавшийся наёмный экипаж.

Внезапные последствия внезапной женитьбы

Джимиан Хонг возлежал на широкой постели, бездумно смотрел в потолок, при этом безмятежно улыбался и разве что не мурлыкал от удовольствия. Да, время, проведённое в компании Линзи было самым лучшем временем в жизни мужчины. Рядом со своей милашкой он забывал обо всём на свете: о бесконечных требованиях матушки, о смерти деда и его завещании, о наследстве, вообще обо всех проблемах и неудачах. Впрочем, проблема завещания и наследства разрешилась для Джимиана самым наилучшим образом. И сейчас его огорчало только одно: вместо того, чтобы остаться в доме у Линзи на ночь, ему нужно ехать домой… к жене. Мужчина, тяжко вздохнув, сел на постели и спустил ноги на пол.

За его спиной послышался шелест простыней, а его плеч коснулись тонкие пальчики Линзи.

— Тебе уже надо идти, да? — шепнула она тихо, немного печально.

— Да, надо — кивнул Джимиан, недовольно скривился — И, боюсь, в ближайшие несколько недель я буду навещать тебя реже, чем обычно. И задерживаться надолго не смогу — после чего решительно на ноги поднялся.

— А я, как всегда, буду сидеть здесь, вспоминать все наши встречи и скучать по тебе — снова настиг мужчину чарующий шёпот Линзи, и он тут же обернулся, улыбнулся, разглядывая сидящую на постели хрупкую девушку. Ну до чего же она, всё-таки, хороша! Точёная фигурка, закутанная в простыню, большие карие глаза и роскошные каштановые волосы. Просто не девушка, а мечта.

— Говоришь так, словно мы на год расстаёмся — мягко укорил Джимиан — Да, я не смогу приезжать к тебе каждые два или три дня, как это было раньше, но уж пару раз в неделю я точно смогу выкроить времечко для наших с тобой встреч. А чтобы ты не скучала, пока меня не будет… — мужчина подошёл к стулу, на котором вся его одежда была сложена, вытащил из кармана сюртука мешочек с позвякивающими монетками и положил на стол — Вот, держи. Десять золотых. Сходи куда-нибудь. По магазинам, например, или даже по ювелирным лавкам. Купи себе что-то новое и красивое — и горделиво улыбнулся, глядя на недоверчиво-расширившиеся глаза своей кареглазой красавицы.

— Десять золотых? — удивлённо переспросила девушка, а потом понимающе головкой покивала — Ох, неужели ты всё-таки получил наследство своего дедушки? Я помню, ты говорил, что для получения наследства нужно выполнить какое-то условие.

— Условие я выполнил — признался Джимиан и брезгливо скривился — Наследство получил, а вот с последствиями этого… условия ещё только предстоит разобраться. Собственно, поэтому в ближайшие недели мы и не сможем видеться часто.

— Ох, Джимиан, любимый, я уверена, что ты со всем справишься — совершенно искренне произнесла Линзи и ободряюще улыбнулась своему мужчине, а тот лишь в который раз недовольно скривился.

— Конечно, справлюсь — отмахнулся он и вновь кивком указал на мешочек с монетами — И чуть не забыл… купи себе на эти деньги несколько новых платьев. А то я сегодня заберу у тебя штук пять самых ненужных. Кстати, какие платья тебе больше всего не нравятся? Можешь мне их принести?

— Мне все мои платья нравятся — заверила девушка, слегка надув губки, но послушно поднялась с постели и, потуже в простыню завернувшись, направилась к ближайшей двери, за которой находилась большая гардеробная. Несколько минут спустя Линзи, уже облачённая не в простыню, а в милый домашний халатик, вернулась в спальню и положила на кровать несколько нарядов разных расцветок — Вот, я все эти платья только по одному разу надевала. И, наверное, всё равно больше никогда не надену — на своего мужчину глянула своими карими глазками, полными нескрываемого любопытства — Джимиан… — позвала она и едва слышно хихикнула — А зачем тебе понадобились женские платья?

Мужчина поправил брюки, застегнул последнюю пуговицу на рубашке, потянулся и взял в руки камзол, после чего совершенно невозмутимо ответил:

— Отдам жене.

Линзи не ответила. Вообще ничего на эти слова не ответила. В спальне повисло очень тягостное и давящее молчание. Джимиан этого молчания не выдержал и резко обернулся… Милашка Линзи, совсем недавно улыбающаяся и беззаботная, разве что немного печальная, но это не в счёт, ведь она всегда грустит, когда любимый мужчина уезжает, теперь стояла совершенно бледная, губы её были сжаты чуть ли не до посинения, а руками она с силой стиснула длинные полы своего халата.

— Линзи, да что это с тобой? — обеспокоенно воскликнул Джимиан и тут же бросился к девушке, за плечи обхватил и слегка встряхнул. Кареглазая красавица, казалось, немного «ожила», глубоко вдохнула воздух, а по её щеке скатилась одинокая слезинка — Линзи, да что произошло? Почему ты плачешь? — и ведь мужчина, и правда, не понимал.

— Ты женился — шепнула, наконец, девушка, тихо… обречённо. А затем резко стряхнула с себя мужские руки и медленно подошла к окну, бездумно разглядывая происходящее на улице. Снова повторила. С обвинением в голосе — Ты женился.

— Да, я женился — повторил Джимиан, по-прежнему не понимая, почему его любовница так странно отреагировала на это известие. И поспешил напомнить — Линзи, милая, но ведь ты всегда знала, что рано или поздно я женюсь. Так отчего же ты так сильно переживаешь из-за этого известия? — и добавил ободряюще — Кроме того, моя женитьба на наши с тобой отношения совсем никак не повлияет…

— Уже повлияла — резко перебила любовница. И Джимиану это очень не понравилось, прежде его Линзи никогда себе такого не позволяла, никогда не перебивала его во время разговоров — Раньше ты приходил ко мне каждые три или даже два дня, а теперь говоришь, что только раз в пять дней будешь появляться.

— Это временно — заверил мужчина — И вообще! Линзи, хватит переживать из-за какой-то ерунды, которая тебя совсем не касается! Да, я женился — и снова напомнил — Но ты с самого начала знала, что когда-нибудь я женюсь!

— Да, я знала! Знала — согласилась девушка, поворачиваясь, и печально всхлипнула — Но я не думала, что это произойдёт так скоро, и так… внезапно. Думала, ты мне заранее скажешь… Что у меня будет время привыкнуть к этой мысли.

Джимиан на это только головой покачал и вдруг признался:

— На самом деле, я и не хотел жениться — произнёс он — Но я ведь говорил тебе, что наследство деда я получу только в том случае, если выполню одно условие.

— Да, говорил — кивнула Линзи.

— А условие заключалось в том, что я должен жениться! Притом очень и очень скоро! Иначе наследство досталось бы моим дальним родственничкам из столицы!

Красотка у окна снова всхлипнула, но, к облегчению Джимиана, в её взгляде появилось понимание, и она смиренно опустила глаза в пол.

— Понятно — тихо молвила девушка и грустно вздохнула — Да… я понимаю… Тебе, действительно, нужно было жениться. И как можно скорее — при этом выглядела она настолько несчастной, что сердце мужчины невольно сжалось от жалости. И он признался в том, о чём не планировал говорить вообще никому:

— Линзи, милая, не думай, пожалуйста, о моей женитьбе. Это всё равно ненадолго. Через несколько недель я с ней разведусь. Снова стану свободным человеком — весело подмигнул — И мы с тобой снова будем видеться также часто, как и раньше.

Джимиан очень надеялся, что его признание обрадует любимую кареглазку. Вот только Линзи его слова, отчего-то, не обрадовали. Хотя слёзы её всё же высохли, и она больше не всхлипывала. Девушка казалась скорее удивлённой, на мужчину смотрела, недоумённо хлопая ресничками.

— Что значит, ты разведёшься? — спросила она.

— А то и значит — пожал плечами Джимиан, подошёл к девушке поближе — Есть законы, которые, при некоторых условиях, позволяют расторгнуть нежелательный брак. Мы с моей женой заранее обо всём договорились. У нас фиктивный брак, ненастоящий. Мне нужно было наследство получить, а она после развода приличную сумму денег от меня получит. И все будут довольны. Разойдёмся по разные сторону. И через полгода даже не вспомним друг о друге.

Линзи задумчиво прищурилась, помолчала немного и в итоге задала очень странный вопрос:

— А зачем твоей жене деньги?

— Как это зачем? — глупо и растерянно переспросил Джимиан, такого вопроса он точно не ожидал — Деньги всем нужны.

— Всем нужны — согласно повторила девушка — Но ведь у твоей жены, наверняка, состоятельные родители имеются? Которые купят ей всё, что она только попросит. Зачем ей для этого ещё и замуж выходить? Репутацию свою портить?

— Репутацию? Родители состоятельные? — переспросил мужчина и весело заливисто расхохотался — Ох, Линзи, умеешь же ты меня веселить — очередной приступ смеха — Репутация… Это же надо такое сказать — отдышался и, всё ещё посмеиваясь, добавил — Да нет у моей жены никакой репутации! И портить ей уж точно нечего!

— Что ты имеешь ввиду? — Линзи всё больше и больше хмурилась. И никакой радости от известия о скором разводе любимого уж точно не испытывала.

И мужчине пришлось отвечать:

— Моя жена… — Джимиан выразительно закатил глаза — Она не из состоятельной семьи… Даже совсем наоборот. В общем… я познакомился с ней на острове Тио… в тот момент, когда она разгуливала по улицам острова в поисках очередного клиента.

А карие глазки Линзи с каждым словом мужчины расширялись всё больше и больше. На Джимиана она поглядывала недоверчиво, словно до конца не верила в то, что он говорит. Она отошла от окна, прошлась по ковру спальни, нервно переставляя ноги. В итоге к любовнику обернулась. А в глазах обвинение.

— И ты женился на какой-то девице из района синих огней⁈ — воскликнула она.

— Да, я женился на девице из района синих огней — осторожно подтвердил Джимиан, не понимая, что на этот раз повергло в ярость его любовницу.

— Это что же получается… — Линзи руками всплеснула — Чтобы наследство получить, тебе было абсолютно всё равно, на ком жениться⁈

Мужчина слегка замялся, прикидывая в уме, что бы ответить, а окончательно разгневанная кареглазка упёрла руки в бока и заявила:

— Так если тебе было настолько всё равно, на ком жениться, ты мог бы жениться на мне!

— На тебе⁈ — громко и потрясённо переспросил Джимиан и со смешком в голосе заметил — Да как тебе такая мысль, вообще, в голову пришла⁈ Запомни, милая! Ни один здравомыслящий человек никогда и ни при каких условиях не женится на своей любовнице!

И почти сразу же пожалел о своих словах. Не то, чтобы он, действительно, не верил в то, что говорит. Да, он ни при каких обстоятельствах не собирался жениться на своей любовнице, но что ему мешало подобрать слова помягче? Ведь после высказывания мужчины с облика милашки Линзи не просто слетела вся её воинственность, она сменилась чем-то, что можно было описать как страдание, мучение. Или горе, словно девушка потеряла что-то очень для себя важное… или кого-то очень важного. А на лице её отразилась гримаса сильной душевной боли.

— Вот оно что — прошептала кареглазка и снова медленно подошла к окну, снова на улицу посмотрела, а потом нервно рассмеялась — Значит, я для тебя даже хуже, чем какая-то безродная девка с острова Тио, которая в день по десятку мужчин меняет? Хуже, да? — очередной нервный смешок и полное какого-то отчаяния — И раз я такая плохая, как это тебе не противно было все эти годы со мной в постель-то ложиться⁈

— Линзи, ты не так поняла… — попытался оправдаться мужчина, но девушка снова его перебила.

— Я всё поняла правильно! — судорожно вздохнула и за плечи себя обхватила, но не обернулась — Не говори ничего, пожалуйста. Я больше не хочу ничего слышать — помедлила секунду — Джимиан, я прошу, оставь меня поскорее… Ты ведь всё равно уходить собирался. А мне сейчас очень-очень нужно побыть одной.

Мужчина тяжко вздохнул.

— Надеюсь, к моему следующему визиту ты успокоишься и будешь вести себя, как раньше. Без вот этих вот… — неопределённо взмахнул кистью руки и выразительно поморщился — Глупых и бестолковых истерик.

— Надейся — едва слышно шепнула Линзи, когда за её любовником тихо закрылась дверь.

Джимиан Хонг шёл по улице быстрым шагом, при этом нервно и широко размахивал руками. А в голове его всё вертелся неприятный прощальный разговор с любовницей. Впервые он ушёл от неё в таком ужасном расположении духа!

Это же надо, а⁈ Поссорились! Они по-настоящему поссорились! Притом, впервые за всё то время, что они вместе! И мужчина вынужден был признаться самому себе, что ссориться с Линзи ему очень и очень не понравилось. Во-первых, это противное чувство вины, которое его до сих пор не оставляло. Интересно, почему его, вообще, мучает чувство вины? Он ведь ничего плохого, по сути, и не сделал! А во-вторых… на какой-то миг, посмотрев в полные боли глаза кареглазки, он и сам почувствовал ту же самую боль.

Джимиан решительно тряхнул головой, отбрасывая образ несчастной Линзи в самые дальние уголки своей памяти.

«Ничего — уверенно твердил сам себе мужчина — Она скоро успокоится. Подумаешь, поплачет сегодня немного. А завтра пойдёт по городу прогуляться. Развеется — успокаивающе выдохнул — Я ведь ей столько денег оставил! Линзи накупит себе кучу всякой ерунды. Окончательно успокоится и смирится с моей женитьбой».

Успокоив себя таким образом, Джимиан облегчённо улыбнулся и махнул рукой проезжающему мимо экипажу. Экипаж послушно остановился, мужчина запрыгнул внутрь, договорившись о цене с кучером. Устроился на сидении и снова погрузился в воспоминания о Линзи. Нет, не о её печально-несчастном взгляде, а о тех безмятежно-счастливых часах, проведённых в постели.

«Эх, зря я ей, вообще, про женитьбу ляпнул — ругнул себя Джимиан — Если бы я не рассказал, она бы и не узнала никогда. Не расстроилась бы и не разозлилась — мужчина покачал головой — Это же надо? Моя Линзи злиться умеет! Да ещё как!»

Джимиан недовольно нахмурился, припомнив момент, когда любовница стояла посреди комнаты, грозно нахмурившись и уперев руки в бока. Да ещё и голос на него повысила! И как она, вообще, посмела⁈ Задача любовницы — быть всегда милой, доброй, обходительной! А уж высказывать своему покровителю какие-то претензии, да ещё и таким тоном — это вообще неприемлемо!

«Мда — мысленно протянул мужчина — При следующей встрече нужно будет обязательно разъяснить Линзи, что впредь я подобного отношения к себе не потерплю. Это сегодня я немного растерялся, от неожиданности. Ещё и виноватым себя почувствовал. Виноватым перед собственной любовницей! Да такое и в голове-то не укладывается! Я ей, в конце концов, деньги плачу и не малые, а она мне за это ещё и скандалы устраивает? Нет, так не пойдёт. Так и скажу ей, что если она ещё хоть раз надумает голос на меня повысить, то тут же перестанет быть моей содержанкой! Вот! Она сразу испугается и в следующий раз все свои обиды и недовольство будет держать при себе. И истерики свои будет устраивать уже в моё отсутствие!»

Вскоре экипаж подкатил к воротам городского дома Джимиана Хонга. Мужчина наскоро расплатился с кучером и двинулся к центральному входу. Он уже не думал о Линзи. Теперь в мыслях мужчины витал образ черноволосой и зеленоглазой красотки Юни, его жены. Любопытно, как она провела этот день? Сколько раз успела довести его матушку до очередного изображения сердечного приступа?

Джимиан вошёл в вестибюль. Там его встретил домоправитель, который каким-топодозрительно-необычнымтоном доложил, что госпожа Наяни ожидает его в своей комнате.

— В комнате матушки? — переспросил мужчина, чуть нахмурившись. Это было странно. Ведь все важные разговоры госпожа Наяни предпочитала вести в гостиных. А если она хочет поговорить в её комнате, то значило это, что ей или, действительно, очень плохо… или она хочет обсудить что-то невероятно важное.

— Да, господин — кивнув, подтвердил домоправитель и снова повторил — Госпожа Наяни ожидает вас в своей комнате.

— Ну хорошо — неуверенно пробормотал Джимиан, недоумённо хмурясь, передал управляющему большой мешок с платьями для жены, наказав немедленно отнести их в комнату госпожи Юни, а после направился к лестнице, что вела в личные покои домочадцев.

Пару минут спустя он стоял у двери в комнату матушки. Медлил. И при этом нервно теребил края своего камзола. После чего сделал решительный вдох и коротко постучал.

— Войдите — в тот же миг раздался из-за двери громкий и очень недовольный голос матери. И Джимиан, ещё раз вздохнув, вошёл внутрь.

Госпожа Наяни Хонг не лежала в постели и даже не сидела в своём любимом удобном кресле, что свидетельствовало бы о её плохом самочувствии. Женщина бодро расхаживала по своей комнате. И стоило её сыну оказаться в поле её зрения, как она тут же накинулась на него с претензиями.

— Вернулся! И года не прошло! — с сарказмом бросила она — Где ты пропадал целый день? С утра ушёл, даже не поздоровался со мной. А сейчас за окном уже вечер! Стемнело почти!

— Я уезжал по делам, мама — мужчина постарался ответить как можно спокойнее, а потом ещё и напомнил, важно приподняв голову — Ты же знаешь, что теперь я владелец большого состояния. А за большим состоянием нужно неустанно следить.

— Лучше бы ты за женой так следил, как за состоянием! — парировала матушка и тут же схватилась обеими руками за голову, со стоном всё же опустилась в своё любимое кресло — О, Боги! Досталась же моему единственному сыну жёнушка!

— Моя жена ведь не маленькая девочка, мама — произнёс в ответ Джимиан — А потому в постоянном контроле не нуждается. И вообще… вот вернулся я домой, сейчас к жене пойду, проверю, как она.

— Ах, ты сейчас к жене пойдёшь? — насмешливо переспросила госпожа Наяни — Ну что же, иди — нервно хихикнула и добавила — Только твоей жены дома нет!

— Как это, нет⁈ — мужчина даже растерялся. Да, он знал, что жёнушка сегодня куда-то там собиралась. По своим «важным делам». Но он-то полагал, что она давно уже вернулась — Время почти ночь!

— И тем не менее, твоей Юни до сих пор нет — уже серьёзно молвила госпожа Наяни Хонг, медленно поднялась на ноги, подошла к сыну вплотную, обвела придирчиво-недовольным и в то же время сочувствующим взглядом, отчего тот нервно сглотнул и невольно шаг назад сделал. А женщина головой покачала — Сынок, ну как? Скажи мне, как ты умудрился связать жизнь с подобной девицей? Она же… — осеклась и продолжила очень тихо, да ещё и на дверь покосилась, словно опасалась, как бы кто из слуг не подслушал — Она никогда не будет хранить тебе верность.

Вот об этом Джимиан и сам, конечно же, прекрасно знал. Ведь они с Юни так и договаривались изначально, что через несколько недель он обвинит её в многочисленных изменах и на основании этого разведётся с ней. Кроме того, в одном из разговоров девица напрямую заявила, что с каким-то своим «другом» она не намерена прекращать общение, даже находясь в браке. Но не мог же Джимиан сказать об этом матушке. А потому он решительно замотал головой и руками замахал для пущей убедительности.

— Мама, ну что ты такое говоришь⁈ — мужчина постарался изобразить искреннее возмущение — Да, я знаю, что тебе не по душе мой выбор жены! Но ведь это не повод придумывать всякие гнусности про мою Юни!

— А ты, значит, думаешь, что я придумываю? — женщина головой покачала и отвернулась, вновь уселась в своё кресло, на сына серьёзно посмотрела — Ты хоть знаешь, что сегодня произошло?

— Что? — осторожно уточнил Джимиан.

— Сегодня в гости приходил один твой давний знакомый. Господин Нолан Лим.

— Ах, Нолан — понимающе покивал мужчина.

— Так вот, твой давний друг… — на слове «друг» госпожа Наяни брезгливо скривилась — Он сказал, что пришёл вовсе не к тебе. Он, видите ли, пришёл проведать твою жену. Они, как оказалось, знакомы.

— Да, это я их познакомил — вновь кивнул Джимиан, делая вид, что не видит ничего необычного в том, что один из его приятелей пришёл навестить его жену в отсутствие мужа.

— Познакомил — повторила Наяни Хонг — А сегодня твоя ненаглядная жёнушка сначала совершенно неприлично… и я бы даже сказала, пошло улыбалась господину Нолану. И он, кстати, в ответ тоже поглядывал на твою жену так… словно она его жена, а не твоя! А затем они и вовсе заперлись в комнате, которую выделили для твоей Юни! И не выходили оттуда достаточно долго! Чем они там, интересно, занимались?

— Мама… — Джимиан попытался придумать какое-нибудь оправдание жене и приятелю. Всё же жаловаться на измены Юни было как-то рановато. Ведь женаты они чуть больше суток. Но матушка его мгновенно перебила:

— И знаешь, что ещё? — добавила она — Твоя жена утром выскочила в гостиную в одном халате, представляешь? И пока твой господин Нолан был здесь, она тоже сидела перед ним в одном халате, ещё и ноги свои выставила напоказ! А потом, когда они оба вышли из её комнаты, на ней вместо халата было платье. Ты понимаешь, что я тебе говорю, сынок? Твоя так называемая жена переодевалась в присутствии постороннего мужчины! И ушла она, кстати, тоже вместе с господином Ноланом! Между твоей женой и твоим так называемым «другом» точно что-то есть!

О том, что Нолан и Юни должны сделать вид, будто между ними, и правда, что-то такое есть, Джимиан, конечно же, тоже знал. Правда, он не предполагал, что у них получится разыграть это настолько правдоподобно.

— Мама, прекрати! — мужчина постарался придать своему голосу как можно больше возмущения — Ну что ты придумываешь⁈ Ни Нолан, ни моя Юни не могли совершить ничего подобного!

— Если ты мне не веришь, спроси у слуг! Они тоже прекрасно видели, с кем твоя жёнушка сначала заперлась в комнате! С кем вышла из дома. И к кому в итоге уселась в экипаж!

Джимиан Хонг рот приоткрыл, пытаясь что-то ответить, придумать какое-нибудь правдоподобное объяснение тому, что его жена и его друг сначала закрылись вместе в комнате, а потом и уехали вместе. Но в голову, как назло, ничего путного не приходило.

— Мама — вздохнув, сказал он в итоге — Наверняка есть какая-то причина, из-за чего Юни уехала сегодня в компании Нолана. Я просто уверен в этом. И ещё я уверен, что Юни вот-вот вернётся, буквально с минуты на минуту. Я с ней поговорю, обо всём расспрошу и скажу ей, чтобы впредь она так надолго не отлучалась.

Госпожа Наяни печально головой покачала, на сына пристально посмотрела, а в её взгляде столько искренней жалости и смирения.

— О, Боги, Джимиан — простонала матушка — Неужели ты, и правда, так сильно любишь эту безродную девчонку, что даже на её измену готов глаза закрыть?

— Ну какую измену, мама⁈ Нет никакой измены! — с уверенностью в голосе повторил Джимиан. Хотел что-то ещё добавить, но с первого этажа донёсся тихий хлопок центральной входной двери. И мужчина, довольно улыбнувшись, заявил — Ну вот, я же говорил, что моя Юни вот-вот вернётся! Пойду её встречу — и поспешно сбежал из комнаты матушки, пока та ещё что-нибудь не сказала и не обвинила Юни ещё в чём-то.

Жена, и правда, вернулась домой. Джимиан Хонг даже выдохнул облегчённо, когда увидел её поднимающейся по лестнице. Признаться, в тот миг, когда госпожа Наяни сказала, что девушки нет дома, в нём даже поселилось лёгкое чувство страха. Вдруг, она сбежала? И больше не вернётся? А этого допустить никак нельзя! До тех пор, пока не разведутся, жить они должны под одной крышей!

Присмотревшись к облику Юни повнимательнее, Джимиан заметил, что и одета жёнушка… странно. Уже не в своё синее платье с кружевом. И даже не в свой фривольный наряд типичной обитательницы района синих огней. На ней была строгая белая блузка и не менее строгая чёрная длинная юбка. В руках Юни держала незнакомую накидку и небольшую сумочку. На голове простая шляпка, и волосы собраны в строгий пучок. Да, в таком наряде на девицу лёгкого поведения жена ну никак не тянула. Впрочем, как дама из высшего света она тоже не выглядела.

«Ей бы ещё очки на нос нацепить, и будет точь-в-точь, как моя учительница по этикету — подумалось Джимиану — Интересно, где она этот наряд раздобыла? И куда ходила в таком виде?»

Выглядела Юни очень усталой. Пока она по лестнице поднималась, казалось, что она с трудом переставляет ноги. А вот на губах её играла пусть едва заметная и такая же усталая, но улыбка. Мужа девица заметила лишь в тот момент, когда на верхней ступеньке оказалась.

— Встречаешь? — тихо спросила она, чуть усмехнувшись при этом.

Почему-то этот простой вопрос мужчину очень сильно разозлил. Он грозно нахмурился, быстро глянул по сторонам, проверяя, нет ли свидетелей, сделал шаг жене навстречу. И, буквально нависая над ней, возмущённо произнёс:

— Встречаю! Хотя должно быть всё наоборот! Это жёны должны мужей по вечерам встречать, когда те со службы возвращаются!

Черноволосая нахалка на эти слова снова хихикнула.

— Так то со службы — парировала она, а потом и сама приблизилась и шепнула мужу на ушко — Но насколько мне известно, ты-то не на службе сегодня пропадал, а у любовницы весело время проводил. Как, ты говорил, её зовут? Линзи, кажется?

Да, если у девчонки была цель разозлить мужа ещё сильнее, то с этой целью она справилась просто великолепно. Глаза Джимиана гневно сверкнули.

— Где я провожу свои дни — это только моё дело! А вот где была ты⁈ Немедленно отвечай! — и с силой ударил кулаком по ни в чём неповинным перилам лестницы. Правда, тут же болезненно скривился и потёр руки.

— Больно, да? — покачала головой жёнушка. Правда, никакого сочувствия в её словах не наблюдалось, скорее, насмешка — Ладно, ты пока успокойся, в себя приди. А уже потом, если тебе, действительно, так хочется мне что-то сказать, приходи ко мне в комнату, потолкуем — и преспокойно прошла мимо, явно не испытывая за собой ни капельки вины или раскаяния.

Джимиан с трудом подавил в себе порыв броситься следом за нахалкой и высказать той всё, что он думает о её поведении. Затем вновь по сторонам огляделся, пытаясь понять, слышал ли их с Юни разговор кто-то из слуг. Немного порадовался тому, что, кажется, никто из обитателей дома не заметил, как ловко обошла в споре хозяина его новоявленная жёнушка.

Мужчина отвлечься немного постарался. Ушёл в свою комнату, крикнул слугу и потребовал ужин и горячую ванну. Спустя примерно час он постучал в дверь, что вела в покои жены.

Щелчок отпирающегося замка прозвучал почти в тот же миг. Словно Юни только и ждала, когда же муж постучит в её дверь. Теперь девушка была одета в утренний халат, а волосы её были ещё влажными. Вероятно, жёнушка тоже решила принять ванну после тяжёлого дня.

Она быстро отступила в сторону, пропуская мужчину в свою комнату.

— Так где ты была? — тут же задал Джимиан свой прежний вопрос.

— У меня были дела — спокойно ответила Юни, при этом смотрела на мужа настороженно, словно ожидала от него… чего, интересно? Что он на неё с кулаками набросится, что ли?

— Какие именно дела? — не отставал мужчина.

Девица недовольно прищурилась, немного помолчала, а потом громко напомнила:

— Кажется, мы договаривались, что после заключения брака я имею полное право уходить, куда мне вздумается и когда мне вздумается! С чего это ты вдруг решил разыграть из себя ревнивого мужа?

Джимиан провёл рукой по волосам и вздохнул.

— Да, ты права. Договаривались — признал он — Но и ты обещала, что будешь уходить иногда и только на несколько часов, а мы с тобой лишь вчера поженились, а сегодня тебя не было целый день! Ты домой заявилась позже меня!

— Меня не было ни целый день — возразила Юни — Я ушла в обед — фыркнула недовольно и к окну отошла — И вообще, за то, что я сегодня так поздно вернулась, скажи спасибо своему другу. Если бы он приехал в первой половине дня, как и обещал, я бы ушла пораньше и вернулась бы засветло, до твоего возвращения!

— Вот, кстати, о моём друге — припомнил Джимиан слова матушки — Что это вы с ним тут устроили?

— Что ты имеешь ввиду? — недоумённо переспросила Юни.

— Моя мать рассказала мне, что вы с ним сначала друг другу глазки строили, потом заперлись в твоей комнате, а потом и вовсе уехали в одном экипаже! — упёр руки в бока и недовольно склонил голову на бок — И что ты можешь сказать по этому поводу?

К удивлению мужчины, на лице жены вновь проступило некое подобие улыбки. Нет, не так… казалось, что она вот-вот рассмеётся. Но девушка с собой справилась.

— Вообще-то — произнесла она — Ты сам был не против, чтобы мы с твоим другом разыграли этот спектакль. То, что мы с ним в комнате закрылись, так это тоже лишь для того, чтобы у тебя появилось как можно больше причин для скорейшего развода. А что касается совместной поездки в экипаже — девушка безразлично пожала плечами — Как я уже сказала, твой друг задержался, приехал позже, чем обещал. А я, пока его визита дожидалась,по своим делам уже опаздывала. Вот и попросила его меня подвезти. Только и всего.

— Да? — глупо переспросил Джимиан и в затылке почесал.

— Да — кивнула жёнушка и добавила, изобразив на своём милом личике ехидную улыбочку — Но если тебе так неприятно моё общение с твоим приятелем, то ты должен сделать одну очень простую вещь. Пойди к господину Нолану и скажи ему, чтобы больше не приходил в этот дом в твоё отсутствие, только и всего. И тогда я точно больше никогда-никогда не буду строить ему глазки, не буду закрываться с ним в одной комнате. И точно больше не сяду к нему в экипаж — на мужа посмотрела многозначительно — У тебя остались ко мне ещё вопросы?

Мужчина смиренно вздохнул, головой покачал и медленно уселся на ближайший стул.

Странное это было ощущение… вроде бы, Юни всё правильно говорит. И с тем, что она будет частенько куда-то отлучаться, он изначально согласился, и сегодняшний визит Нолана был заранее запланирован. Но всё равно излишняя «самостоятельность» жены мужчину ужасно… нервировала. Ему начинало казаться, что он перестаёт контролировать ситуацию. Хотя… а когда он что контролировал?

Джимиан с детства видел перед собой множество примеров того, какой должна быть семья. И в большинстве семей королевства Каири муж — это глава семьи, как он скажет, так и будет, а жена, если это хорошая жена, должна безоговорочно подчиняться. Но Юни подчиняться решительно не хотела и не собиралась. Не смотря на замужество, она продолжала жить своей жизнью и делала то, что считала нужным. И с одной стороны, так и должно быть, у них фиктивный брак, в котором жена ведёт себя в соответствии с их изначальным уговором, более того, её «свободолюбивое» поведение только поспособствует скорейшему получению развода. А вот с другой стороны… в голове Джимиана Хонга давно и прочно укоренился образ правильной жены, всегда тихой, скромной и неконфликтной девушки пристойного поведения, которая спокойно сидит дома и смиренно ждёт, когда муж закончит свои дела и вернётся к ней.

«Сделаю всё от меня зависящее, чтобы моя вторая и настоящая жена была именно такой, как я хочу!» — пообещал себе мужчина, а взгляд его наткнулся на одежду, разложенную на кровати. Чёрная юбка, белая блузка, накидка, шляпка. Вновь нахмурившись, Джимиан спросил:

— Что это за одежда?

— Это моя одежда — ответила Юни, пожав плечами — Я в ней пришла, ты разве не заметил?

— Заметил — кивнул мужчина — Ты её сегодня купила?

— Нет, не сегодня. Где-то полгода назад.

После такого ответа Джимиан Хонг ещё больше нахмурился.

— И зачем… зачем девушке с острова Тио понадобился наряд учительницы? — спросил он.

Черноволосая нахалка насмешливо хмыкнула, после чего заявила:

— Между прочим, мой друг, к которому я вчера за платьем забегала, уверяет, что именно этот наряд «учительницы» мне очень даже к лицу.

— Ясно — поморщившись, заявил Джимиан. На ноги поднялся и медленно направился в сторону своей комнаты — И как это я сам не догадался — буркнул он на пороге.

— Приятных снов — услышал он в спину слова жёнушки, но не ответил, лишь молча захлопнул за собой дверь.

«Да уж, сегодня явно был не мой день — недовольно постановил мужчина, скидывая с себя одежду и забираясь в постель — Сначала Линзи со своей истерикой, потом матушка с претензиями, теперь вот ещё и Юни… Надеюсь, завтрашний день будет куда лучше» — с этой мыслью он закрыл глаза и совсем скоро погрузился в спокойный сон без сновидений.

Разборки в районном отделении, и первый свидетель

Стройный силуэт зеленоглазой красотки по имени Юни скрылся за ближайшим поворотом, отчего Нолан так и не увидел, в какой же именно дом она вошла.

— Не женщина, а загадка — невольно вырвалось у мужчины, после чего он вздохнул и крикнул кучеру очередной адрес.

После того, что Нолан услышал от новоявленной жены Джимиана Хонга, он решил, что нужно в очередной раз наведаться в отделение защиты населения, которое курирует район синих огней. Правда, сегодня мужчина решил зайти в отделение не со служебного входа, как обычно, а через центральную приёмную. И уже не в качестве большого начальника, а как простой посетитель. А что? Идея неплохая. Вряд ли рядовые сотрудники центральной приёмной отделения знают в лицо нового главу Центрального управления. Мужчина поспешно скинул мундир, отложил в сторону и вытащил из-под сидения обычный камзол, который по чистой случайности забыл в экипаже пару дней назад. Камзол хоть и был из хорошего материала, но заметно помялся. И это даже неплохо. Можно зайти в отделение, прикинувшись вполне состоятельным горожанином, который весело провёл вчерашнюю ночь, а сегодня обнаружил, что его ограбили.

«А пока я буду делать вид, что заполняю бланк — раздумывал Нолан Лим — Заодно посмотрю, как сотрудники приёмной с посетителями общаются — взлохматил волосы, придавая выдуманному образу побольше правдоподобия — Главное, чтобы мимо не прошёл кто-нибудь из главных следователей, которые меня точно узнают».

Экипаж главы Центрального городского управления по защите населения и охране правопорядка остановился недалеко от нужного отделения, а Нолан, бросив последний придирчивый взгляд на свой помятый и кривовато застёгнутый камзол, направился ко входу в центральную приёмную.

Большое просторное помещение, стойка, за которой находятся рабочие места троицы сотрудников приёмной, чуть в стороне десяток столов с лежащими на них письменными принадлежностями, а на стенах штук двадцать образцов заполненных заявлений, для различных вариантов преступлений. Людей в приёмной почти не было, только та самая троица сотрудников за стойкой, да незнакомый мужчина, сидящий за одним из столом и заполняющий бланк заявления. Нолан нацепил на лицо самое недовольное выражение, пересёк центральную приёмную быстрым шагом и остановился возле одного из сотрудников, совсем ещё молодого паренька, явно только начинающего свою карьеру в государственной системе защиты населения.

— Кхм — кашлянул мужчина, привлекая внимание сотрудника. Тот тут же поднял голову, окинул посетителя быстрым взглядом и заученно произнёс:

— Слушаю вас, уважаемый. Что у вас случилось?

— Не уважаемый, а господин! — изобразил Нолан возмущение — Что за сотрудников начали принимать на работу в отделения защиты⁈ Даже не могут отличить обычного горожанина от господина!

— П-прошу прощения, господин — тут же пролепетал паренёк — Заработался, не разглядел — и повторил свой прежний вопрос — Так что у вас случилось, господин… — посмотрел на посетителя выжидающе.

— Господин Вейдэн Шен — назвал мужчина первое пришедшее на ум имя и заметил, как сотрудник записал это имя в какой-то журнал без единой опознавательной надписи на обложке — Заработался он — поворчал немного для виду Нолан, а потом начал излагать суть своей выдуманной проблемы, грозно хмурясь и потрясая перед собой кулаками — Это что же такое в нашем городе происходит⁈ Вчера, когда спать ложился, всё при мне было! И деньги, и документы. А сегодня что?

— Что? — поторопил сотрудник, когда недовольный посетитель на мгновение замолчал.

— А сегодня просыпаюсь, а денег, которые в карманах моего камзола лежали, уже нет. А было восемь золотых, штук десять серебряных, да медяков немножко — демонстративно карманы вывернул — Вот, видите? Сейчас у меня ничего нет! Ни единого медяка! Украли! Хорошо хоть, документы не тронули, восстанавливать не нужно.

— Кто-то ночью забрался к вам в дом и выкрал из карманов вашего камзола деньги? — деловым тоном уточнил паренёк и потянулся за бланком — А помимо денег что-то ещё в вашем доме пропало?

— Нет, я был не дома — на этот раз Нолан изобразил небольшое смущение — Я отдыхал. В кабаке, недалеко отсюда. Там и заночевал. А на утро обнаружил, что меня обокрали!

— Понимаю — кивнул сотрудник и потянулся уже за другим бланком, отдал бланк лжепосетителю для заполнения, указал на образцы — Как заполните заявление, снова подходите ко мне. Я его зарегистрирую и скажу, что делать дальше.

— Благодарю — сухо бросил в ответ Нолан и направился к одному из свободных столиков. Бланк на стол положил, подошёл к стене, делая вид, что внимательно изучает развешенные там образцы бланков. А сам незаметно наблюдал за происходящим в приёмной.

Сотрудники занимались своими делами, перекладывая бланки и журналы с места на место. Затем один из них зарегистрировал заявление, что писал сидящий за столом незнакомый мужчина. Через пару минут в центральной приёмной появился ещё один незнакомец, он возмущался также громко, как совсем недавно делал это Нолан, жалуясь на каких-то дебоширов, что ворвались в его магазин керамики и побили большую часть продукции, выставленной на продажу. Возмущающийся также был отправлен заполнять бланк.

А ещё через полчаса дверь в приёмную вновь отворилась, впуская человека, который точно не был похож ни на господина, ни на обычного горожанина со средним достатком. Одет он был… очень бедно, в штопаные-перештопанные штаны, выцветшую рубашку и сильно короткую рваную куртку размера на два меньше, чем нужно. Бедняк и не думал возмущаться. На пороге помедлил, потеребил в руках края своей рубашки и медленно-нерешительно двинулся к стойкам сотрудников, остановился возле того же паренька, что выдавал бланк Нолану.

Юный сотрудник отделения окинул взглядом очередного посетителя, но ничего не сказал по поводу его непрезентабельного внешнего вида. Разве что губы недовольно поджал. Но затем задал свой стандартный вопрос, совершенно спокойно и бесстрастно.

— Слушаю вас. Что у вас случилось? И как ваше имя?

Посетитель снова немного помялся, снова неуверенно покосился на входную дверь.

— Беда у меня — выдохнул, наконец, мужчина — А звать меня Мидж, Мидж Гондо.

Какого-то особого сочувствия на лице сотрудника не проявилось. Он записал имя посетителя в своём неопознанном журнале и повторил свой вопрос:

— Так что конкретно у вас случилось? Мне нужно знать, какой бланк выдать вам для заполнения.

— Сына моего ранили очень сильно, при смерти сейчас лежит — склонив голову, едва слышно прошептал мужчина. А Нолан замер, ожидая, что же скажет на это сотрудник приёмной.

— О, это ужасно — даже посочувствовал паренёк, но тут же вернулся к своему профессионально-безразличному тону, достал очередной бланк и протянул посетителю — Вот, это вам нужно заполнить. После того, как заполните, вновь подходите ко мне, я зарегистрирую ваше заявление и скажу, что делать дальше — махнул рукой в сторону противоположной стены — Образец правильного заполнения заявления на расследование такого дела, как покушение на убийство, найдёте на стене.

Посетитель послушно взял бланк в руки, повертел в ладонях, осторожно покосился в сторону стены с образцами. И перевёл взгляд обратно на сотрудника отделения.

— Понимаете… я… — и запнулся, вновь опустил взгляд на бланк в своих руках.

— Да, слушаю — бодро отрапортовал паренёк — У вас возникли какие-то вопросы?

— Я… я не знаю, как заявление заполнять.

— Там нет ничего сложного — заверил сотрудник и вновь указал рукой на висящие на стене бланки — Нужный вам бланк, если я правильно помню, это вон тот, самый крайний листок с правой стороны.

— Виджин, ну ты что, не видишь, кто перед тобой? — неожиданно вступил в разговор второй, вероятно, более опытный сотрудник приёмной, обращаясь к своему младшему коллеге — Это человек, наверняка, писать не умеет.

Паренёк перевёл на посетителя вопросительный взгляд.

— Да… я не умею писать… и читать — признался мужчина, опуская голову ещё ниже.

— Нехорошо — покачал головой юный сотрудник и с умным видом посоветовал — Вам нужно было взять с собой кого-то из родственников или знакомых, которые писать умеют. Чтобы они помогли вам заявление написать.

— Что-то я сомневаюсь, что у этого человека среди знакомых и родственников есть хоть кто-то, кто умеет писать — усмехнувшись, вновь вмешался более опытный, глянул на посетителя недовольно и надменно — А вы, мужчина, идите отсюда, раз ничего писать не собираетесь. Как только найдёте того, кто поможет вам с заявлением, так сразу возвращайтесь. За вас мы заявление всё равно не заполним, это не входит в наши обязанности.

Посетитель спорить не стал. Тяжко вздохнув, он развернулся и медленно поплёлся к выходу.

— Виджин, что ты вечно всех жалеешь? — наставительно заговорил опытный, говорить он старался тихо, но Нолан слышал каждое слово — Ты же видишь, что это за человек! По нему сразу видно, что он даже элементарное заявление написать не в состоянии. К тому же он, скорее всего… — поморщился и указал одним взглядом куда-то в сторону — Сам понимаешь, откуда он. Там каждую минуту кто-то с кем-то дерётся и даже убивает — кивнул на посетителя, что уже приблизился к двери приёмной — Я абсолютно уверен, этот человек тоже далеко не безгрешен. Наверняка, сам такой же преступник, как и тот, кто его сына чуть ни убил. Вот пусть напишет заявление, как положено, тогда наши следователи и займутся его проблемами.

На лице юного Виджина проступило сомнение, но спорить со старшим коллегой он не стал. Вновь потянулся за очередными бумагами… а через пару секунд вся троица, что сидела за стойкой в центральной приёмной районного отделения защиты населения, с удивлением наблюдала, как один из посетителей, тот самый, который жаловался на то, что его обокрали, догнал того, который писать не умеет, что-то ему тихо сказал, усадил за один из столов и принялся помогать с заполнением заявления.

Несколько минут спустя мужчина по имени Мидж Гондо получил заветный штамп у сотрудника приёмной и был отправлен в канцелярию, куда Нолан его тоже решил проводить. А дальше повёл уже не к главному следователю, а к самому начальнику отделения. Во-первых, чтобы тот лично проконтролировал, как будет продвигаться дело о покушении на убийство сына Миджа Гондо. А во-вторых, Нолану Лиму и без этого было, что сказать господину начальнику.

— Значит, вы уверяете, что не знали о том, что для человека, не владеющего грамотой, подать заявление в вашем отделении практически непосильная задача? — в который раз уточнил Нолан Лим у начальника отделения. Вот уже двадцать минут тот стоял у стойки в центральной приёмной и выслушивал недовольные нравоучения от своего непосредственного руководителя, главы Центрального городского управления. Трое сотрудников приёмной находились здесь же, рядом, и испуганно смотрели в пол, даже на миг не решались глаза поднять, опасаясь и на себя навлечь гнев нового главы центрального управления, которого изначально приняли за обычного посетителя. Чуть поодаль, нервно переминаясь с ноги на ногу, стояли первый и второй помощники начальника районного отделения, а также главный следователь в этом отделении.

— Клянусь, господин Нолан, не знал — оправдывался начальник — Даже не задумывался о том, что такая проблема вообще может существовать.

— Верю, что не задумывались — кивнул Нолан, который и сам никогда не задумывался о существовании подобной проблемы — Я и сам поначалу не поверил, когда мне рассказали о причинах, по которым часть обратившихся в отделение за помощью, эту помощь не получают. И, возможно, я бы даже закрыл глаза на данную проблему, если бы таких обратившихся было один-два человека в год. Но, насколько я понимаю, сотрудники отделения отказывают в помощи каждому, кто не в состоянии заполнить бланк заявления. А это каждый третий обратившийся!

Начальник районного отделения покосился на троицу из центральной приёмной, а те ещё ниже взгляд опустили.

— Но ведь заполнение заявлений не входит в обязанности сотрудников отделения — попытался оправдаться начальник, чем вызвал ещё большее недовольство своего руководителя. Глаза Нолана гневно сверкнули, он угрожающе скрестил руки на груди, окинул начальника отделения пристальным взглядом и холодно произнёс:

— Вы уволены. У вас есть час на то, чтобы собрать свои вещи и покинуть отделение.

— Но господин Нолан… — забормотал начальник.

— Я всё сказал! — резко оборвал все возражения глава Центрального городского управления — И советую вам начать собираться немедленно, сию же секунду, если, конечно, не хотите для себя более серьёзных последствий! Насколько я помню, в общих правилах для сотрудников государственной системы защиты населения есть такое понятие, как халатность. И сотрудник, которого обвинили в халатности, не просто лишается работы, но ещё и приличный штраф получает! — на эти слова теперь уже бывший начальник отделения нервно моргнул, что-то неразборчиво пробормотал, но послушно кивнул и направился к своему кабинету, вещи собирать. А Нолан обернулся к троице, что стояла чуть поодаль, у самого входа в приёмную — Кто из вас занимает должность первого помощника?

Вперёд выступил высокий худой мужчина средних лет с начинающими седеть волосами и очень густыми чёрными бровями.

— Я первый помощник — ответил он.

— Ваше имя?

— Киан Вэйм, господин Нолан — отрапортовал помощник.

— Отлично. С сегодняшнего дня именно вы, Киан Вэйм, занимаете должность временно исполняющего обязанности начальника этого районного отделения защиты населения. Покажете себя с хорошей стороны, останетесь на этой должности. Если нет, вернётесь на должность первого помощника.

— Как… как прикажете, господин Нолан — немного неуверенно произнёс мужчина.

— Надеюсь, при вашем руководстве проблема, которая была сегодня озвучена, более не возникнет.

— Сделаю всё от меня зависящее — уже увереннее проговорил Киан Вэйм.

— А что касается вас троих — Нолан Лим обернулся к сотрудникам приёмной, которые по-прежнему стояли, опустив глаза в пол — Я целый час наблюдал за вашей работой. И что я могу сказать… посетителей в приёмной не так уж и много. Поэтому один из вас вполне может заняться не перекладыванием бумаг из одной стопки в другую, а оказывать помощь тем, кто, действительно, не может заполнить заявление самостоятельно. А если впредь хоть кто-то из вас позволит себе некорректные высказывания о посетителях… — прямо посмотрел на самого «опытного» сотрудника приёмной, отчего тот вздрогнул и на полшага назад отодвинулся — То точно также потеряет работу — Нолан обернулся к новому начальнику отделения — Господин Киан, надеюсь, вы проконтролируете этот момент.

— Разумеется — кивнул тот.

И Нолан Лим уже подумывал уйти, ведь больше ему в этом отделении делать было нечего, но тут его взгляд вновь наткнулся на молодого паренька, самого юного сотрудника приёмной.

— Ваше имя Виджин, верно? — уточнил глава центрального управления, припомнив одну любопытную деталь.

— Да, господин — кивнул тот.

Нолан задумчиво прищурился и спросил:

— Скажите, уважаемый Виджин, а что это за журнал, в который вы записываете имена всех, кто к вам обращается? Насколько я понял, подобный журнал ведёте только вы?

— Простите, господин Нолан — принялся оправдываться паренёк — Я знаю, что этот журнал совсем не нужен, что он только время у меня отнимает. Просто я работаю совсем недавно, чуть больше пары месяцев. Вот и записываю всех, кто ко мне подходит, пометки для себя делаю… на случай, если вдруг я какую ошибку по незнанию совершу… чтобы потом себя проверить — и головой замотал быстро-быстро — Но я больше не буду никакие лишние журналы вести, честно.

— Нет, продолжайте вести свой журнал, раз уж начали — произнёс Нолан Лим, довольно хмыкнул и уточнил — Значит, в вашем журнале, уважаемый Виджин, записаны имена всех, кто приходил в отделение за прошедшие два месяца? И те, кто в итоге написал заявление, и те, кто ушёл ни с чем?

— Все те, кто подходил лично ко мне — осторожно поправил паренёк — И ведь я ещё не каждый день работаю, в мои выходные точно никто мой журнал не ведёт.

— Жаль — вырвалось у Нолана — Но и ваших записей, надеюсь, будет достаточно — мужчина медленно направился к двери, что вела в рабочие кабинеты сотрудников — Думаю, сегодня я немного поработаю в кабинете начальника отделения. Уважаемый Виджин, принесите мне туда свой журнал, а также журнал, в который записываются все зарегистрированные заявления. Хочу посмотреть, сколько человек не смогли подать заявление в вашем отделении по причине того, что им некому было помочь с заполнением заявлений.

— Да, конечно, как прикажете, господин. Я сейчас всё принесу — заверил паренёк.

Сравнив записи в двух журналах, Нолан Лим быстро подсчитал, что за прошедшие пару месяцев из почти пятисот обратившихся полсотни человек заявления так и не написали. К счастью, новичок по имени Виджин в своих записях указывал не только имена обратившихся, он также вкратце описывал причину обращения. И главу Центрального городского управления заинтересовала запись, сделанная чуть более двух месяцев назад, в первый день работы Виджина. Тогда в отделение обратилась женщина по имени Айя Фэн. Обратившаяся рассказала, что убили её внучку.

— Мы точно также сказали ей, чтобы привела с собой кого-то, кто поможет ей заявление написать — виновато оправдывался Виджин — Но она так и не вернулась.

Нолан недовольно поморщился, отодвигая журналы в сторону.

— Эта женщина, Айя Фэн, может быть, она ещё что-то говорила? — спросил он — Например, где именно произошло убийство её внучки?

Паренёк потоптался на месте, почесал затылок.

— Если я правильно помню её слова, то она и сама не знала, где именно её внучку убили. Кажется, девушка сначала пропала на несколько дней, а потом её уже мёртвое тело оставили недалеко от дома.

— Я так понимаю, что эта Айя Фэн родом с острова Тио? — уточнил Нолан Лим и получил в ответ осторожный согласный кивок.

— Она, вроде, упоминала, что живёт на севере острова — добавил Виджин — Но точного адреса я, к сожалению, не знаю.

«Найдём — пообещал сам себе глава Центрального управления — Знаем имя, значит, узнаем и адрес» — и покосился в сторону окна, в котором виднелось медленно ползущее к горизонту солнце. Начинать поиски очередного свидетеля на ночь глядя не было никакого смысла. А вот завтра с самого утра придётся вновь наведаться на остров синих огней.

Новая встреча

Найти Айю Фэн оказалось несложно. Помня о словах сотрудника отделения Виджина, попав на остров, Нолан Лим направился прямиком в его северную часть. Поспрашивал парочку случайных прохожих, приплатил им, конечно же, немного, и ему охотно указали на маленький домик в конце одной из улиц. Домик этот был одноэтажным, сложенным из порядком подгнивших досок, с заколоченными окнами. Складывалось впечатление, что в доме этом и вовсе никто не живёт. Тем более, что сколько бы Нолан ни стучал в дверь, ему так никто и не открыл.

— Господин! Вы что-то хотели? — вдруг донёсся незнакомый детский голосок откуда-то сбоку. Мужчина обернулся и у порога соседнего дома заметил худого светленького мальчика лет восьми. Этот мальчик разглядывал незнакомца с заметным интересом. И вновь задал вопрос — Господин, вы тётушку Айю ищите?

— Да, я ищу Айю Фэн — подтвердил Нолан — Мне сказали, что она живёт в этом доме. Но в данный момент она, кажется, отсутствует — вопросительно глянул на ребёнка и сделал несколько шагов ему навстречу — Ты не знаешь, где она может быть?

— Как не знать? Естественно, знаю — кивнул мальчуган и махнул куда-то в сторону — Она на центральной улице, как обычно — помялся немного и нерешительно предложил — Если хотите, господин, я вас провожу… не просто так, конечно.

Нолан Лим насмешливо хмыкнул и головой покачал, но послушно залез в карман и вытащил оттуда несколько медных монеток, мальчику протянул.

— Надеюсь, этого хватит? — уточнил он.

— Хватит — потрясённо протянул ребёнок, недоверчиво разглядывая монетки, затем сложил всё в карман — Пойдёмте за мной, господин. Тут совсем недалеко.

Людей на центральной улице, как всегда, было много. Не так, как по вечерам, конечно, но тем не менее. Предприимчивый мальчуган, в который раз обернувшись на Нолана и убедившись, что тот следует за ним, вновь побежал вперёд, ловко лавируя в толпе. А через несколько минут он остановился возле тротуара и указал на сидящую прямо на земле старушку, замотанную в грязный и дырявый балахон. Старушка сидела, низко опустив голову и протянув вперёд правую руку.

— Это и есть Айя Фэн? — уточнил Нолан у мальчика.

— Да, это тётушка Айя — подтвердил ребёнок — Она каждый день тут сидит, милостыню просит — помявшись, уточнил — Господин, я могу идти? Или вам ещё что-то показать?

— Иди-иди — отстранённо произнёс мужчина, а сам подошёл к старушке поближе и тут же услышал её тихое бормотание. Кажется, Айя Фэн бормотала себе под нос… молитвы. Просила Богов о помощи и милосердии, уверяла, что раскаялась во всех своих грехах. Наконец, старушка заметила, что рядом с ней кто-то остановился, но глаза не подняла, ещё ниже голову опустила, а её бормотание зазвучало громче… и обращалась она уже не к Богам.

— Прошу тебя, добрый человек, не пройди мимо, помоги несчастной — бормотала Айя, даже не глядя на того, кто стоит с ней рядом — Одна я совсем осталась. Старая, да немощная. Трудиться совсем не могу. Руки и ноги отказывают, глаза плохо видят. Дети меня давно бросили. Одна внучка была, и та сгинула. Помоги, господин, молю.

Послушав немного просьбы-причитания старушки, Нолан Лим тяжело вздохнул и уточнил:

— Вы Айя Фэн, верно?

Старушка дёрнулась и впервые взгляд подняла. Посмотрела на незнакомца, сильно сощурившись. Кажется, не соврала, когда на плохое зрение жаловалась.

— Да, я Айя — тихо ответила старушка — А вы кем будете? — и неуверенно добавила — Господин.

— Это ведь вы обращались в районное отделение защиты населения пару месяцев назад? — задал Нолан новый вопрос. Но Айя сразу не ответила, снова взгляд в землю опустила. И мужчина произнёс — Моё имя Нолан Лим. Я работаю в государственной системе защиты населения. И я намерен начать расследование смерти вашей внучки. Потому и пришёл к вам… поговорить.

Старушка вновь подняла взгляд, и на её щеках Нолан заметил следы слёз.

— Правда? — недоверчиво шепнула Айя — Вы хотите наказать того негодяя, который мою внучку убил? — судорожно вздохнула — А я уж и не верила, что его, вообще, поймают. Меня ведь из отделения тогда прогнали, сказали, что раз я написать ничего не могу, то и искать они никого не будут.

— Теперь будут — уверенно заявил Нолан Лим и уселся рядом со старушкой на ближайший высокий камень, который непонятно откуда взялся посреди острова. То ли был здесь ещё до того, как вокруг дома понастроили, то ли его притащили после, вероятно, именно для того, чтобы этот камень как раз и играл роль скамейки.

— Ох, спасибо, господин — затараторила старушка — Вы даже не представляете, как вы меня обрадовали. Мою Вэйми уже не вернуть, но хоть убийца её получит сполна — и с мстительной надеждой в голосе добавила — Надеюсь, что убийцу Вэйми ждёт самая страшная казнь.

Нолан и сам на это надеялся. Ему не довелось видеть тела погибших девушек своими глазами, но он прекрасно помнил, что написано в отчёте врача, который осматривал тело юной госпожи Хейи Собонг. Да, этот маньяк, действительно, не имел права на жизнь и заслуживал самой суровой казни.

— Только прежде чем казнить, его нужно найти и арестовать — сказал мужчина и себе, и старушке Айе — Но, к сожалению, на данный момент об убийце мы почти ничего не знаем. Собственно, именно поэтому я и пришёл с вами поговорить. Скажите, Айя, когда вы видели свою внучку живой последний раз? Сколько дней она отсутствовала, прежде чем вы узнали о её смерти? Возможно, в день исчезновения внучки вы видели рядом с ней кого-то подозрительного? Или, может быть, она сама вам рассказывала о каком-нибудь очень подозрительном человеке, что появился в её окружении?

— В окружении моей внучки абсолютно все мужчины были подозрительными — тяжко вздохнула старушка — Вы же, наверняка, понимаете, каким ремеслом она занималась. А что ей оставалось делать? Иначе здесь, на острове, себя и не прокормишь. Я и сама по молодости тоже… — Айя Фэн снова вздохнула и опять покосилась на Нолана, подслеповато моргая — Я помню тот день, когда моя Вэйми пропала. Она, как обычно, домой вернулась за полночь, немного монет мне оставила и сказала, что снова уходит.

— Уходит?

— Да — Айя печально покачала головой — Если бы я только знала, я бы не позволила ей с ним уйти. Но Вэйми сказала, что это очень состоятельный клиент, что он пообещал ей много денег — по щекам старушки вновь покатились слёзы.

— С ним? — переспросил Нолан — Значит, вы видели, что она ушла с каким-то мужчиной?

Старушка кивнула.

— Да, я видела его — подтвердила она.

— И как он выглядел? — нетерпеливо начал выспрашивать глава Центрального управления — Во что он был одет? Какого роста? Он блондин? Или брюнет? Возможно, в его внешности было что-то, что показалось вам необычным.

Старушка Айя невесело усмехнулась.

— Блондин, брюнет… — передразнила она и головой покачала — Откуда я могу знать, как он выглядел и во что был одет? Я же почти ничего не вижу… так, силуэты различаю. А тогда ещё и темно было.

— Ясно — недовольно поморщился Нолан. И как это он забыл, что сидящая рядом старушка, и правда, почти слепая? — Но, возможно, хоть что-то вы о нём можете рассказать?

Айя Фэн призадумалась.

— Я помню, что он был высокий — сказала она в итоге — Выше, чем моя Вэйми, на две головы, а она и сама была на голову меня выше. Одежду его я не рассмотрела, для меня он был как большое тёмное пятно. Но, знаете… кое-что я запомнила очень хорошо.

— И что же это? — подобрался Нолан.

— Его голос — к разочарованию мужчины выдала старушка. Мда… по одному только описанию голоса маньяка не найдёшь. А Айя Фэн продолжала, погрузившись в воспоминания о том чёрном для неё дне — Я уже не помню, что именно тот негодяй говорил Вэйми, но его голос я запомнила очень хорошо. Он знаете… такой, немного писклявый, но с хрипотцой, как бывает у мальчиков, которые только-только взрослеть начинают.

Нолан недоверчиво приподнял бровь.

— Хотите сказать, что в смерти вашей внучки может быть повинен подросток?

— Нет — возразила Айя — Я думаю, это был уже взрослый мужчина, он ведь был таким большим и высоким. Просто голос у него был такой… странный, своеобразный — старушка вновь опустила взгляд к земле — Той ночью Вэйми ушла и живой уже не вернулась. Три дня спустя её тело нашла моя соседка.

— А ваша соседка, случайно, не видела рядом с телом Вэйми кого-то подозрительного? — Нолан задал вопрос, хотя заранее знал, что ответ вряд ли получит. Так и случилось.

— Нет, никого не видела — покачала головой Айя Фэн.

И больше никаких интересных деталей относительно убийства Вэйми Фэн старушка поведать не смогла. Лишь в очередной раз попросила, чтобы преступника поскорее нашли и наказали. И Нолан Лим пообещал, что сделает для этого всё от него зависящее. Прежде чем уйти, он порылся в карманах, вытащил оттуда пару серебряных монет и протянул старушке, просто не сдержался, слишком уж сильное чувство жалости она у него вызвала. Коротко попрощался и направился прочь, не обращая ни малейшего внимания на все слова благодарности, что неслись ему в спину.

По дороге к мосту мужчина снова размышлял о том, кем же может быть этот загадочный маньяк-убийца. И с чего начинать его поиски. Вот вроде бы новый свидетель нашёлся, который незадолго до исчезновения погибшей видел её в компании с каким-то незнакомцем. Но кроме того, что этот незнакомец очень высокий и обладает «странным» голосом, свидетель ничего рассказать не смог. И что теперь? Подходить к каждому высокому мужчине в городе с каким-нибудь нейтральным вопросом, чтобы только голос этого мужчины услышать? Глупость, конечно, но Нолан уже не знал, что делать. За все прошедшие дни ни он, ни его следователи ни на шаг не приблизились к раскрытию дела. Ещё немного, и, возможно, даже к оракулу придётся за помощью обратиться.

«А ведь по слухам на острове убито несколько десятков девушек — напомнил себе глава Центрального управления — И если бы сотрудники отделения безо всяких оговорок принимали абсолютно все заявления, наверняка, сейчас у нас был бы c десяток свидетелей с нормальными показаниями! Ведь не может такого быть, что у всех этих убийств свидетелей совсем не было! Наверняка, хоть что-то местные, но видели! Вот только откровенничать со следователями никто не спешит» — Нолан невольно остановился, случайно вспомнив о зеленоглазой красотке, что теперь жила в доме его давнего приятеля Джимиана Хонга.

— А что, это мысль — пробормотал мужчина себе под нос и уверенно добавил уже про себя: «Эта девчонка совсем не глупа, и точно согласится оказать следствию посильную помощь. Да, она была знакома лишь с тремя убитыми. Но здесь она своя, и местные будут делиться с ней своими бедами намного охотнее, чем со мной и моими подчинёнными. Может быть, кто-то да расскажет ей что-то важное, что точно поможет поймать маньяка — покивал в такт своим мыслям — Да, нужно будет обсудить с ней этот вопрос сегодня же. Интересно, она сейчас в доме у Джимиана, или снова убежала по каким-то своим „очень важным“ делам»?'

Ответ на этот вопрос мужчина получил буквально через несколько минут. Уже приближаясь к мосту, он поднял взгляд и заметил в толпе знакомый женский силуэт. Неужели? Нолан моргнул пару раз, но силуэт никуда не исчез. Наоборот, зеленоглазая девушка с распущенными чёрными волосами, в том самом «нескромном» тёмном платье, в которое была одета пару дней назад, когда они только встретились, двигалась к нему навстречу. Хотя, мужчину она не замечала. Была слишком увлечена разговором с другой местной девицей, разодетой ещё более вульгарно и откровенно. Расстояние сокращалось, и Нолан уловил обрывки разговора.

— С ней точно будет всё в порядке? — настойчиво спрашивала у Юни вторая девица.

— Точно — уверенно отвечала зеленоглазка — Пройдёт несколько дней, и она окончательно… — девушка приоткрыла ротик, чтобы договорить, но именно в этот момент увидела Нолана и замолчала. Резко остановилась. И удивлённо голову наклонила. Мужчина тоже остановился.

— Юни, ты чего? — недоумённо спросила подружка.

— Ничего — тихо ответила ей зеленоглазка — Мэйси, ты иди, а у меня… в общем у меня срочное дело появилось.

— Какое ещё дело? — не поняла та.

— Очень важное дело — Юни прямо на Нолана посмотрела и сделала пару шагов к нему навстречу, к Мэйси обернулась и добавила — А к твоей тёте Мие я загляну через пару дней.

Девица по имени Мэйси, что тоже заметила симпатичного и хорошо одетого светловолосого мужчину, который, к тому же, глаз с её подруги не сводил, понимающе усмехнулась.

— Аааа — протянула она — Вон оно что. Новый знакомый? — не дождавшись внятного ответа, Мэйси проказливо кивнула. После чего за что-то бегло поблагодарила Юни, заверила, что более её не задерживает и не собирается мешать в её «важных» делах. Весело подмигнула и убежала прочь.

И стоило подружке скрыться в толпе, Юни тяжко вздохнула, подошла к Нолану почти вплотную и холодно осведомилась:

— Что вы здесь делаете, господин Нолан? Неужели следите за мной по просьбе вашего приятеля?

Мужчина на это насмешливо хмыкнул.

— А вы меня опередили, уважаемая Юни. Я как раз тоже собирался полюбопытствовать, что здесь делаете вы? Что же касается вашего мужа… не поверите, но Джимиан ни о чём меня не просил, тем более следить за вами.

— Выходит, наша с вами встреча произошла по чистой случайности — пробормотала зеленоглазка с видимым сомнение в голосе — В такое, и правда, верится с трудом — а потом бегло оглянулась по сторонам и, к немалому удивлению Нолана, ухватила его под локоть и мило ему улыбнулась. Мужчина вопросительно приподнял бровь. И девушка приблизила лицо к нему поближе и тихо пояснила — Пусть все вокруг думают, что мы вместе — а потом нехотя добавила — Возможно, даже хорошо, что я с вами столкнулась. Поможете мне выбраться с острова без приключений.

— А что, с этим бывают какие-то проблемы? — полюбопытствовал Нолан и медленно двинулся в сторону моста, увлекая за собой девушку. Юни неприязненно головой качнула.

— Не то чтобы проблемы — ответила она — Но обычно ни по одной из улиц острова я не могу пройти, чтобы меня не остановил какой-нибудь мужлан с предложением «прекрасно провести время вместе», за денежное вознаграждение, разумеется — брезгливо плечами передёрнула — И постоянно приходится придумывать какие-то отговорки, чтобы меня в покое оставили.

Нолан нахмурился, но ничего не ответил. Ещё раз недоумённо покосился на девушку, что держала его под руку и послушно шла следом.

«Придумывает отговорки, чтобы возможные клиенты держались от неё подальше? — вертелось в его голове — Глупость какая-то. Зачем продажной девице собственноручно клиентов отпугивать? Это ведь тоже самое, что продавцу в магазине или на рынке отгонять покупателей от своего товара. Но ведь тогда без прибыли останешься и в итоге умрёшь с голоду. Или же Юни, пользуясь своей красотой и, надо признать, кое-какими знаниями и образованностью, слишком разборчива в выборе клиентов? Проводит время лишь с самыми состоятельными мужчинами, которые готовы заплатить куда больше обычных работяг? Да, такое вполне может быть. И даже странно, что такая красотка до сих пор не нашла себе постоянного богатого любовника — бросил очередной короткий взгляд на девушку — Любовника не нашла… зато нашла мужа».

— Насколько я помню, вы теперь женщина замужняя — произнёс Нолан — Более того, ваш муж весьма состоятельный человек, который уж точно в состоянии обеспечить вас кровом, едой, одеждой — вопросительно прищурился — Так с чего вы надумали вернуться на остров Тио?

Юни в ответ недовольно нахмурилась.

— У меня здесь остались… — помедлила секунду — Родственники — и с вызовом добавила — Или вы хотите сказать, что мне после замужества и родных навещать нельзя? Хотя… с моим мужем мы изначально договорились, что дома под замком я сидеть не буду. А вы мне не муж, и тем более не имеете права что-то мне запрещать.

— Вы правы — признал Нолан, в который раз мысленно обозвав девушку «нахалкой» — Я не могу вам ничего запретить. И я, к счастью для меня и, видимо, для вас тоже, точно не ваш муж. Скажите, а эта девушка, которая была с вами сегодня, она тоже ваша родственница?

— Мэйси? Нет… просто знакомая. Она попросила меня помочь ей… в одном деле — и тихо добавила — Нужно будет снова к ней наведаться дня через три.

— Значит, через три дня вы снова вернётесь на остров Тио — утвердительно кивнул Нолан.

— Вернусь — подтвердила зеленоглазка и с вызовом вздёрнула подбородок — Или вы что-то имеете против?

— Ну что вы, уважаемая Юни. Совсем наоборот. Скажу больше, я даже готов сопроводить вас на остров. Чтобы вы спокойно навестили свою знакомую и при этом вам бы не пришлось придумывать отговорки, дабы избавить себя от назойливого внимания нежеланных клиентов.

Юни мгновенно остановилась, вынуждая остановиться и сопровождающего её мужчину.

— Что вы сказали? — удивлённо переспросила она — Вы хотите сопровождать меня во время моего следующего визита на этот остров? — насмешливо хмыкнула и задумчиво прищурилась — Неужели главе Центрального городского управления по защите населения и охране правопорядка настолько нечем заняться? Признавайтесь, зачем вам понадобилось ходить за мной следом? И вообще… что-то зачастили вы на остров Тио — а потом вновь ухватила мужчину под локоть. Они снова медленно двинулась в сторону моста. И девушка, чуть помолчав, совершено серьёзно добавила — Значит, вы, и правда, намерены поймать того маньяка, что местных девушек убивает? Поэтому так часто бываете в этом районе? Ищете свидетелей и улики?

Нолан невольно улыбнулся. Разве что улыбка его вышла совсем нерадостной. В нынешних обстоятельствах радость была совсем неуместна.

— Вы очень умны Юни — произнёс мужчина — И невероятно проницательны.

— Сколько комплиментов сразу — сухо ответила зеленоглазка.

— И все эти комплименты абсолютно правдивы — заверил Нолан Лим, немного помолчал — Да, вы правы, Юни. Я оказался здесь не забавы ради. Я, действительно, намерен найти маньяка, что убивает местных девушек — недовольно головой качнул — Но, к моему огромному сожалению, никаких реальных улик или же свидетелей отыскать пока так и не удалось — на девушку посмотрел и столкнулся с её пристальным зелёным взглядом, помедлил пару секунд и признался — Кстати, если вам интересно, я побывал в том самом отделении, которое курирует район острова Тио. Проверил, так сказать, их методы работы.

— И? — протянула Юни.

— И… вы были правы — вздохнув, признал Нолан — Своими глазами видел, как сотрудники приёмной отказались принять заявление у мужчины, который писать не умеет — холодно прищурился — Но могу вас заверить, что отныне в отделении будут принимать заявления у каждого, кто там появится.

— Неужели? — недоверчиво хмыкнула зеленоглазка.

— О, я в этом абсолютно уверен. Прежний начальник отделения уже остался без работы. И если новый начальник не хочет повторить судьбу своего предшественника, то сделает всё от него зависящее, чтобы сотрудники центральной приёмной работали, как полагается.

— Вон даже как! Честно сказать, господин Нолан, я и не думала, что вы, и правда, надумаете наводить порядки в подконтрольных вам отделениях.

— Очень жаль, что наводить эти самые порядки мы начали только сейчас — произнёс мужчина — Уверен, что если бы все пострадавшие от рук маньяка обращались за помощью в органы охраны правопорядка, а заявления принимали бы у всех, маньяк уже давно был бы пойман. И многих жертв удалось бы избежать!

— Да, в этом вы, вероятно, правы — кивнула Юни.

Нолан Лим в очередной раз посмотрел на идущую рядом девушку. Она слегка хмурилась, глядя прямо перед собой, словно о чём-то очень напряжённо раздумывала, или же уговаривала себя на что-то решиться. Мда, было бы любопытно заглянуть в её мысли, но, к сожалению, ни один человек на такое не способен. Разве что оракулы, но и они не всесильны.

— Меня невероятно удивила наша сегодняшняя встреча, уважаемая Юни — сказал мужчина.

— Я заметила — произнесла в ответ девушка.

— А знаете, почему?

— Потому что вы считали, что после того, как я стала женой состоятельного господина, я буду либо безвылазно сидеть дома в своей новой большой комнате, либо буду разгуливать лишь по центральным улицам, где много дорогих магазинов и ателье?

— И это тоже — не стал отрицать Нолан — Но больше меня удивило другое… Я шёл по улице острова. И как раз раздумывал о вас.

— Обо мне? — удивлённо переспросила зеленоглазка.

— Да, о вас. И тут вы каким-то невероятным образом появились прямо передо мной, словно из ниоткуда. Если бы я был суеверен, то решил бы, что это какой-то знак свыше.

— Я пришла сегодня на остров только потому, что обещала Мэйси — пожав плечами, произнесла девушка. И тут же переспросила — Вы думали обо мне? И чем же вас так заинтересовала моя скромная персона?

— Скромная персона? — хмыкнул Нолан в ответ — Вы себя сильно принижаете, уважаемая Юни — немного помолчал и, вновь посмотрев на девушку рядом, принялся рассказывать.

О том, что от сотрудника отделения узнал о женщине по имени Айя Фэн, которая проживает где-то на севере острова. О том, как нашёл эту старую женщину на одной из центральных улиц, сидящую на земле и просящую милостыню. О её внучке по имени Вэйми, которая также стала жертвой неизвестного маньяка.

И о последнем клиенте Вэйми, высоком мужчине с необычным голосом, разглядеть которого Айя Фэн так и не смогла из-за болезни глаз.

— С Вэйми Фэн я знакома никогда не была. Я ведь жила в южной части острова Тио, а не на севере. Поэтому я никак не смогу рассказать вам ничего нового об этой девушке. И о тех, с кем она общалась, соответственно, тоже — произнесла Юни, выслушав всю историю. И вновь задала прежний вопрос — И всё же, с чего это вы сегодня решили вспомнить обо мне?

— Я размышлял о том, что да, вполне возможно, что у одного или даже двух-трёх продуманных убийств могло и не быть никаких свидетелей. Но ведь у нас уже десятки убитых девушек! Не может такого быть, чтобы у такого количества преступлений совсем не было свидетелей.

Юни согласно кивнула.

— Конечно, свидетели были — подтвердила она — Многие видели, с кем девушки уходили. А ещё я как-то слышала, что кто-то видел незнакомого мужчину, прячущего своё лицо и поспешно убегающего от того самого места, где лежало тело одной из убитых.

— И вы лично знаете таких свидетелей? — напрягся мужчина.

— Лично не знаю — к его разочарованию, ответила зеленоглазка — Но знаю тех, кто с ними знаком.

— И вы сможете меня с ними познакомить? Или же самостоятельно расспросить их поподробнее о том, что они видели? — продолжал сыпать вопросами Нолан, после чего, наконец, ответил на вопрос девушки — Я ведь поэтому о вас и думал. Здесь, на острове, я чужой. Никто из местных не станет со мной откровенничать. Возможно, за большие деньги кто-то и согласится что-то рассказать, но всё равно я не уверен, что мне скажут правду. А вы здесь своя, вас здесь многие знают. На ваши вопросы местные будут отвечать с куда большей охотой.

— Вы хотите, чтобы с возможными свидетелями убийств пообщалась я?

— Кажется, я уже говорил вам, что вы очень догадливы — произнёс Нолан — Да, Юни, я хотел просить вас помочь мне с расследованием. Вы ведь тоже очень хотите, чтобы маньяка поскорее поймали. Тем более, что у вас здесь родственники, друзья. А пока маньяк на свободе, все они в большой опасности.

Юни снова остановилась, перевела задумчивый взгляд на виднеющийся впереди широкий мост, ведущий в более «цивилизованные» районы города.

— Вам не нужно уговаривать меня, господин Нолан. Я, действительно, очень хочу, чтобы этот изверг поскорее за решёткой оказался. Возможно, я хочу этого даже больше, чем кто бы то ни было — произнесла она тихо и прямо на мужчину посмотрела — Знаете, было время, когда я очень хотела помочь следствию в расследовании всех этих убийств. Знакомым своим помогала заявления писать, сама пыталась со следователями поговорить. Но если сначала следователи прислушивались к моим словам о том, что есть ещё убитые, что есть возможные свидетели, то потом, когда заявления забирали, просто отмахивались.

— Больше никто от ваших слов отмахиваться не будет, это я вам обещаю — заверил Нолан — Так когда вы сможете поговорить со своими знакомыми? — и нетерпеливо предложил — Мы можем вернуться и поговорить с ними уже сегодня, сейчас.

Но зеленоглазка, к большому неудовольствию мужчины, вновь отвела взгляд в сторону и задумчиво прикусила губу. Головой отрицательно качнула.

— Боюсь, что сегодня я не могу — сказала она — У меня ещё куча дел. И завтра тоже времени на это не будет… Я планировала вернуться на остров через три дня, чтобы заглянуть к Мэйси. Но я могу заглянуть к ней пораньше. Например, послезавтра — утвердительно покивала — Да, послезавтра я смогу отправиться на остров с самого утра.

— Ну что же — смирился Нолан Лим — Хотелось бы, конечно, пораньше, но послезавтра, значит, послезавтра. Я зайду за вами с самого утра.

— Договорились — бодро ответила Юни и едва заметно улыбнулась — Надеюсь, что послезавтра вы, и правда, зайдёте за мной с самого утра, а не в обед, как в прошлый раз.

— На этот раз я буду вовремя, даже не сомневайтесь — заверил мужчина, при этом не сдержал ответной улыбки и они вновь медленно и теперь уже молча направились к мосту, на самой середине которого Юни снова зачем-то остановилась. Стащила с плеча небольшую сумку и сунула Нолану в руки.

— Подержите — попросила она, а сама нырнула руками в карман платья и вытащила оттуда… шпильки? Волосы собрала в хвост, который замотала в непримечательный и слегка небрежный пучок, шпильками его заколола. Вновь за своей сумкой потянулась и вытащила из неё лёгкую накидку, на плечи её накинула и аккуратно на все пуговички застегнула.

Нолан удивлённо моргнул, когда увидел перед собой уже не типичную девицу с острова Тио, а вполне обычную и ничем не примечательную горожанку. И ведь подобное превращение, и никак иначе мужчина это назвать не мог, она сотворила за какие-то пару минут!

— Ловко — вынужден был признать Нолан Лим и задумчиво произнёс — У меня складывается впечатление, что подобный трюк вы проделывали уже не раз. Я прав?

— Правы — легко согласилась зеленоглазка и бегло ему улыбнулась — Ну что, господин Нолан, спасибо, что составили мне компанию. А теперь мне пора.

— Позвольте, я провожу вас до дома Джимиана — тут же предложил мужчина — У меня и экипаж здесь совсем недалеко.

— Ну что вы, не нужно меня провожать — слегка помялась и добавила — Тем более, что я не домой. У меня есть ещё кое-какие дела в городе — ещё раз улыбнулась — До свидания, господин Нолан — развернулась и медленно направилась прочь.

— До свидания, уважаемая Юни — невольно произнёс он ей во след.

Прежде чем девушка окончательно скрылась из вида, мужчина успел заметить, как она остановилась возле широкой дороги, изящно взмахнула своей тоненькой ручкой, тормозя проезжающий мимо наёмный экипаж, перебросилась парой фраз с кучером и ловко запрыгнула внутрь экипажа.

Сегодня продолжение получилось очень короткое, но, обещаю, что завтра будет пообъёмнее)

Дела семейные

Тем вечером в дом Джимиана Хонга Юни снова вернулась затемно. Выбралась из наёмного экипажа, обвела взглядом большое каменное здание, на втором этаже которого сейчас её личные покои располагались. Устало вздохнула и медленно двинулась к двери.

Девушка, и правда, чувствовала себя ужасно усталой. Немудрено, ведь у неё выдался насыщенный на события день. Проснулась очень рано, на рынок сбегала, затем к господину Вейжу, нужно же было спешно приниматься за изготовление заказа. Ближе к обеду на остров отправилась, где совершенно случайно столкнулась с человеком, которого ну никак не ожидала увидеть. Господин Нолан Лим, друг её мужа, собственной персоной. В первый момент Юни, и правда, подумала, что блондин специально заявился на остров, чтобы за ней проследить, по просьбе Джимиана, естественно. Но мужчина сказал, что оказался на острове по совершенно другой причине. А потом и вовсе попросил девушку принять участие в расследовании убийств.

«А ведь господин Нолан прав — признавала Юни — Никто из жителей острова не станет с ним откровенничать. А со мной говорить будут более охотно. Взять ту же Мэйси… она сама как-то рассказывала, что у неё есть знакомый, который в прошлом году обнаружил тело одной из убитых. И тот знакомый как раз видел какого-то неизвестного мужчину, что поспешно убегал подальше от места, где лежало тело».

Да, помочь с расследованием Юни согласилась, почти не раздумывая. Ведь на то, чтобы скорее избавить город от маньяка, у неё были свои личные мотивы. За сестёр она уже не переживала, но от страшных картин, что время от времени врывались в её сновидения, она мечтала избавиться как можно скорее.

Всю вторую половину дня Юни провела в доме господина Вейжа. Сначала с заказом возилась, потом у постели больного посидела, рассказывая о том, как заказ продвигается, как она сестрёнок в школу отправила. И при этом ловко увиливала от вопросов о своём поспешном замужестве. Да, обсуждать с господином Вейжем Джимиана Хонга ей совсем не хотелось. Точно также, как не хотелось возвращаться в дом своего мужа. Но деваться было некуда, у них уговор и официально оформленный брак.

Сказать по правде, Юни начинала немного опасаться своего муженька, хотя внешне старалась никак этого не показывать. Поначалу он показался ей вполне безобидным прожигателем жизни. Но его вчерашняя бурная реакция на позднее возвращение заставила девушку понервничать. Кто его знает, что ему может в голову взбрести? А вдруг, он и ударить может?

— Ну нет, ладно крики и нотации, но рукоприкладство я точно терпеть не намерена! Если что, развернусь и уйду, и никто меня не остановит! И вообще, я надеюсь, что сегодня он будет вести себя потише — пробормотала Юни, сделала решительный вдох и громко постучала в дверь.

Ей открыл домоправитель. Смерил новую «хозяйку» полным немого осуждения взглядом. Но затем постарался принять бесстрастный вид и отступил в сторону, пропуская Юни в дом.

— С возвращением… госпожа — молвил домоправитель и добавил с едва заметной злорадной усмешкой — Господин Джимиан давно вас дожидается. И госпожа Наяни тоже очень хочет с вами побеседовать.

— Правда? — наиграно-беззаботно спросила девушка — Ну вот я вернулась, сейчас со всеми побеседую — указала на подол своего слегка запылённого платья — Но сначала мне нужно переодеться — холодно глянула на домоправителя, разыгрывая роль высокомерной девицы, дорвавшейся, наконец, до власти — Немедленно отправьте ко мне в комнату двух служанок! Мне нужно срочно принять ванну. И ужин пусть захватят!

Домоправитель удивлённо моргнул. Он явно не ожидал того, что не пройдёт и недели со дня свадьбы, а безродная жена хозяина начнёт так ловко приказы раздавать. И приказывать она будет не каким-нибудь глупеньким молоденьким служаночкам, а самому домоправителю, что служит в этом доме уже несколько десятков лет!

— В общем, я жду — ещё и бросила под конец «хозяйка» и спокойно проплыла мимо в сторону лестницы.

Служанки объявились в её комнате спустя несколько минут. Быстренько наполнили ванну тёплой водой, запылённое платье отправили в прачечную, взамен выложили тёплый домашний халат. Ещё и слегка подостывший ужин принесли. Всё, как приказала новая хозяйка.

— Что-то ещё желаете, госпожа? — спросила одна из служанок.

— Нет, вы можете идти — ответила Юни, затягивая пояс на халате потуже. Поужинала, поднос с посудой в коридор выставила, расчесала влажные после ванны волосы и с облегчением уселась в удобное мягкое кресло перед разожжённым камином, ноги вперёд вытянула, расслабляясь, глаза прикрыла.

Некоторое время она просто сидела вот так, с закрытыми глазами, наслаждаясь покоем и ни о чём не думая. Юни напрягала лишь одна мысль: что её муженёк, а вместе с ним и его мамочка, жаждут с ней поговорить. И слуги, наверняка, им уже доложили, что юная хозяйка вернулась. Значит, сегодня предстоит разговор ещё как минимум с одним человеком, с Джимианом.

«Может быть, мне повезёт, и госпожа Наяни решит, что разговаривать со мной — это выше её достоинства? Или повезёт вдвойне, и муженёк тоже решит перенести „важный“ разговор на завтра?» — лениво раздумывала девушка.

Вдвойне не повезло. Стук в дверь со стороны покоев Джимиана раздался спустя полчаса. Тяжко вздохнув, Юни нехотя поднялась на ноги и пошла открывать. Она даже в сторону отступить не успела. Мужчина ворвался в её покои, точно ураган. Забежал, в центре комнаты остановился, дыхание перевёл и обернулся к жене.

— Всё же соизволила вернуться — язвительно протянул он.

— Как видишь — ответила Юни. Говорить старалась спокойно, но гневный взгляд мужа и плотно сжатые кулаки заставили насторожиться. Мужчина на миг прикрыл глаза, сделал глубокий успокаивающий вдох, потом вновь посмотрел на стоящую перед ним девушку.

— Юни, что всё это значит? — спросил он, разведя руки в стороны. Надо сказать, выглядел уже намного спокойнее и говорил тише.

— Ты о чём? — «не поняла» девушка.

— О том, что тебя целыми днями нет дома! — пояснил мужчина, вновь повышая голос — Мы женаты всего пару дней! И все эти два дня ты с утра уходишь, а возвращаешься поздно ночью! — недовольно взмахнул руками — Я уже устал выслушивать все эти бесконечные претензии и нравоучения от своей матушки! Она, кстати, тоже хочет с тобой поговорить.

— О том, что госпожа Наяни жаждет со мной пообщаться, я уже знаю — заверила Юни. Она немного расслабилась, заметив, что муженёк взял себя в руки, вновь подошла к камину, уселась на прежнее место. Рукой на соседнее кресло указала, предлагая и мужу присесть. Предложением Джимиан тут же воспользовался.

— Матушка сказала, что обязательно поговорит с тобой завтра утром. А сегодня она уже легла — произнёс он — Приняла сонную настойку и почти сразу уснула.

— Хоть в чём-то мне повезло — хмыкнула в ответ Юни и уже в который раз поспешила напомнить — А что касается моего отсутствия дома, то мы заранее договаривались…

— Да помню я, помню — кисло поморщившись, перебил Джимиан — Что у тебя полная свобода передвижений, и ты уходишь куда хочешь, и возвращаешься, когда тебе удобно. Но, Юни! — во взгляде мужчины прибавилось негодования — Я-то предполагал, что ты будешь убегать лишь на часик-другой, что недели через две-три я начну что-то «подозревать», сам начну родным на тебя жаловаться. Думал, расскажу всем, что ты меня обманула, сначала играла роль примерной жены, а свои измены тщательно скрывала. А потом я бы в один миг «прозрел», и у меня бы осталась лишь одна мечта в жизни… скорее расторгнуть брак с такой, как ты.

— Иными словами, всю вину за развал нашего брака хотел скинуть на меня — перефразировала Юни.

— Мы с тобой изначально так и договаривались — запальчиво напомнил Джимиан Хонг — А ты… Ты с первого дня свадьбы отсутствуешь дома с утра и до ночи! А я не могу начать всем жаловаться на тебя прямо сейчас! Потому что в ответ не услышу ничего кроме «А зачем ты, вообще, на ней женился? Ты же видел, что она из себя представляет!» Из-за этого мне не только приходится выслушивать постоянные упрёки матушки, но и придумывать какие-то причины, оправдывающие твоё бесконечное отсутствие! Как будто мне делать больше нечего! — успокаивающим жестом пригладил волосы — Кстати, если завтра матушка спросит, то сегодня ты ходила какую-то свою подругу навестить.

— Хорошо. Подругу, значит, подругу — тут же согласилась девушка — А что касается моего бесконечного отсутствия в этом доме… — плечами пожала — Думаю, тебе и дальше придётся придумывать какие-нибудь отговорки. Потому что менять свои планы в угоду твоему комфорту я точно не собираюсь. И нечего на меня так смотреть. Прояви фантазию, составь какой-нибудь список с правдоподобными причинами моего отсутствия на ближайшие пару недель. А по истечении этих двух недель можно уже и не придумывать ничего. Ушла я и ушла. Куда ушла, ты не знаешь. Вот тебе и повод для предстоящего развода.

Джимиан немного помолчал, лишь побуравил жену недовольным взглядом. Потом на ноги поднялся.

— Надо было на той рыженькой жениться — пробормотал он — Сейчас никаких проблем бы не было!

— Да, надо было — совершенно серьёзно согласилась Юни — Ах, да… завтра меня тоже не будет — мужчина вновь возмущённо нахмурился, но девушка не дала ему и слова сказать — С госпожой Наяни я с утра поговорю, ты не переживай. А потом… мы можем сделать вид, что ушли куда-то вместе. Если я вернусь раньше тебя, то скажу, что ты проводил меня до дома и ушёл по делам, а если раньше вернёшься ты… — призадумалась — Ну скажи, что оставил меня в каком-нибудь ателье неподалёку от дома, и что я тоже скоро вернусь.

— Я подумаю над этим — буркнул в ответ Джимиан и направился к двери, что вела в его покои. На пороге он остановился — Знаешь, на вид ты такая красивая, как на картинке. А пообщаешься с тобой немного… — он не договорил, только выразительно поморщился. В свою комнату вошёл и дверь за собой плотно прикрыл.

— Я знаю — тихо произнесла ему во след Юни — Но будь я другой, в этом мире я бы не выжила.

Той ночью кошмарные сновидения Юни не мучили, но проснулась она всё равно не в самом лучшем расположении духа. Нужно было вставать, но хотелось лишь одного, повернуться на другой бок, закрыть глаза и забыть… забыть последние пять лет своей жизни.

— Юни, соберись! — несколько минут спустя приказала себе девушка, после чего всё-таки заставила себя выбраться из постели. А дальше небольшая зарядка, лёгкий завтрак, принесённый услужливой девочкой-служанкой, облачение в очередное новое платье.

«Не новое — мысленно поправила себя Юни — А платье, которое раньше носила любовница моего мужа — кисло поморщилась от этой мысли — Никогда бы не подумала, что дойду до такого. Это же надо, за любовницей мужа одежду донашивать».

Напомнив себе, что муж-то не настоящий, а так, временное явление, Юни покосилась на большие напольные часы, что стояли у противоположной стены.

— Кажется, моя «любимая» свекровь в это время уже не спит — произнесла девушка и решительно направилась прочь из комнаты. И немного удивилась, когда в малой гостиной обнаружила не только свекровь. Рядом с госпожой Наяни стояла симпатичная молодая девушка лет так двадцати пяти. Джанди Мун. Так, кажется, её звали. Родная сестра Джимиана.

«Всё понятно. Недовольство и нравоучения мне предстоит выслушивать не только от свекрови, но ещё и от золовки» — мысленно закатив глаза, Юни нацепила на лицо радостно-восторженную улыбку. Впрочем, великосветсткие родственницы ответными улыбками девушку не удостоили.

— Доброе утро, госпожа Наяни! — воодушевлённо затараторила невестка — Как вы себя чувствуете? Мой Джими… ой, простите, Джимиан сказал, что вчера вам было нехорошо, вы даже спать легли пораньше и моего возвращения не дождались. Кстати, как вам спалось? — и не удержалась от того, чтобы не добавить — Вот я сегодня вообще не выспалась — глупо хихикнула — Джими мне полночи спать не давал — и тут же перевела взгляд на золовку, улыбка её засияла ещё ярче — Госпожа Джанди! Я так рада вас видеть! Наконец-то и вы пришли к нам в гости! А то я вас и видела всего-то один раз, и то мельком. Зато теперь мы с вами можем познакомиться поближе! Да мы с вами станем близки, как родные сёстры! — уверенно заявила под конец Юни. От этой последней фразочки госпожа Наяни нервно закашлялась, а Джанди лишь растерянно рот приоткрыла.

— Чтобы ты стала сестрой моей Джанди, сначала нужно, чтобы я начала воспринимать тебя, как свою дочь — холодно-высокомерно выдала свекровь.

— Но ведь я законная жена вашего сына — всё также радостно улыбаясь, напомнила Юни — А значит, я, и правда, вам как вторая дочка.

Госпожа Наяни нервно вскочила на ноги, прожигая невестку просто ненавидящим взглядом. В ответ на это Юни благоразумно улыбаться перестала, даже некое подобие смущения на личике изобразила.

— Никогда, слышишь, никогда я не буду воспринимать тебя, как родную дочь! — громко отчеканила женщина — А то, что мой сын по глупости женился на такой, как ты… — замолчала на миг, дыхание перевела — Не знаю, что ты там моему сыну наплела, но меня обмануть тебе точно не удастся! Так где ты пропадала вчера весь день⁈

— Я не пропадала, я подруги была — ответила Юни и «невинно» ресничками похлопала.

— У какой ещё подруги? — прищурилась свекровь.

— У моей подруги — пробормотала девушка неуверенно, при этом усиленно делала вид, что совершенно не понимает причину недовольства матери своего мужа — Её зовут Мэйси — и ведь, главное, почти не соврала! — Она очень хорошая, и я её уже много лет знаю. Только видимся мы с ней редко. Вот я вчера и решила её навестить — наклонилась чуть вперёд и осторожно спросила — А что, нельзя было?

— Ну почему же сразу нельзя — в разговор вступила Джанди — У всех у нас есть подруги, и мы все время от времени с ними видимся — сделала выразительную паузу, ещё руки на груди скрестила и подбородок приподняла — Но своих подруг мы навещаем в приличное время. А если мы планируем где-то задержаться до темноты, или и вовсе едем куда-то погостить на несколько дней, то мы однозначно берём кого-то из членов семьи в сопровождение. Находиться за пределами дома одной по ночам строго запрещается — а после добавила строгим тоном и кивком указала на очередную лежащую на столе книгу в твёрдом переплёте — Это прописано в книге о «Нормах и правилах поведения для женщин из высшего общества».

— О-о-о — задумчиво протянула Юни — Эту книгу я не читала — плечами пожала — Но я ещё и ту книгу, которую мне в прошлый раз показывали, не прочитала. И она такая большая, в ней так много страниц… И мне нужно всю её прочитать, ещё и выучить. А теперь оказывается, что читать мне не одну книгу, а целых две — чуть приподняла брови, изображая на личике выражение тоски и безысходности, посмотрела на Джанди, а потом взгляд на свекровь перевела, прищурилась и уточнила — Значит, после наступления темноты в гости можно ходить только в компании кого-то из родственников?

Мать и дочь утвердительно кивнули. А Юни радостно улыбнулась.

— Ну это же очень хорошо! — заявила она к некоторому удивлению свекрови и золовки — В следующий раз, когда надумаю навестить Мэйси, моего братца Арэма попрошу, чтобы со мной сходил. Он как раз недалеко от домика Мэйси комнату в бараке арендует. И точно не откажется в гости со мной ходить!

Джанди на подобное заявление нервно хихикнула и на мать осторожно покосилась, ожидая, что она скажет.

А госпожа Наяни Хонг, стояла, гневно сведя брови к переносице, и даже руки в кулаки непроизвольно сжала.

— Нет! — громко отчеканила женщина — Не бывать этому! Я не позволю!

— Что не позволите? — переспросила Юни, делая вид, что, действительно, не понимает.

— Я не позволю тебе позорить нашу семью!

— Так я разве позорю? — наивно переспросила невестка.

— И не смей перебивать, когда я говорю! — ещё громче прикрикнула свекровь, отчего Юни тут же взгляд в пол опустила и голову в плечи вжала, старательно изображая испуг и полное смирение — Я запрещаю тебе встречаться с братом! Да если в свете прознают, что жена моего сына крутится в обществе какого-то уголовника…

— Но Арэм больше не уголовник, его ведь уже выпустили из тюрьмы… — поспешила объяснить Юни, чем вызвала очередной недовольный крик матушки своего мужа.

— Ты что, совсем глупая⁈ Даже обычных слов не понимаешь⁈ — взвилась женщина. Джанди попыталась успокоить матушку, по руке её погладила и тихо что-то шепнула, но та только отмахнулась от прикосновений дочери — Я же уже сказала, чтобы ты не смела перебивать, когда я говорю! Или ты даже эту простейшую вещь запомнить не в состоянии⁈ А что касается твоего брата… — дыхание перевела и заговорила чуть тише, но не менее угрожающе — Тот факт, что его выпустили из тюрьмы, вовсе не делает его добропорядочным гражданином! Он ведь сидел в тюрьме, значит, навсегда, до конца дней своих останется уголовником — признаться, в какой-то степени Юни была даже согласна со свекровью. Всё же за прошедшие годы она успела хорошо изучить братца, но выслушивать что-то подобное от матери своего фиктивного мужа было очень неприятно. А Наяни Хонг всё продолжала говорить: — Жене моего сына точно не следует видеться с подобным типом, будь он хоть сто раз её брат! Собственно, жене моего сына также не пристало видеться с особами, вроде твоей матери. Это ясно⁈ — и уставилась на невесту прищуренным выжидательным взглядом.

Юни медленно подняла голову, на свекровь посмотрела и тихо осторожно произнесла:

— Но ведь Джими обещал, что я всегда со своими родными и друзьями смогу видеться.

— Значит, мой сын тебя просто-напросто обманул — жестко ответила женщина. И Юни на мгновение даже стало жаль ту глупышку, которую она изображает. Ведь если бы она вышла замуж за Джимиана не по расчёту и сговору, а по большой любви, при этом польстившись на обещания мужа, а потом узнала бы, что тот попросту ввёл её в заблуждение, сейчас, в этот самый момент, ей было бы нестерпимо больно от столь жестоких слов свекрови.

— Но Джими не мог меня обмануть — пролепетала Юни, вновь стараясь привлечь весь свой актёрский талант, изображая полнейшую растерянность, протест, нежелание верить. Даже Джанди немного смягчилась, на невестку посмотрела с некоторой жалостью и на мать укоризненно глянула.

А госпожа Наяни Хонг на недовольство дочери безразлично плечами передёрнула, вновь перевела свой уже привычный высокомерный взгляд на Юни.

— К моему огромному сожалению, ты, и правда, теперь жена моего Джимиана — она сделала ударение на слове «моего», чтобы в очередной раз указать нежеланной невестке, кто главная хозяйка в этом доме — Этого уже не изменишь. Но если ты хочешь продолжать жить здесь, в этом доме, рядом с… — брезгливо поджала губы — Твоим любимым Джими, то тебе следует вести себя подобающе. Иначе мигом отсюда вылетишь.

— Как это вылечу? — выдохнула Юни — Куда? Неужто, Джимиан сможет меня просто так выгнать?

— На улицу, конечно, не выгонит — подумав, ответила свекровь — Но помимо этого дома у Джимиана поместья за городом имеются. Если путной жены из тебя не выйдет, он может сослать тебя в одно из них, прикажет слугам, чтобы держали тебя взаперти в одной из комнат. Тебя, конечно, будут кормить, поить, одевать. Но из комнаты никогда уже не выпустят. Будешь сидеть там, словно в тюрьме, как твой братец — по лицу её скользнула предвкушающая улыбка — Может быть, мне стоит поговорить с моим сыном, чтобы он отправил тебя отсюда в поместье прямо сейчас?

— Мама — тихо одёрнула женщину Джанди — Ну что ты такое говоришь? Ты же напугала Юни. Посмотри, как она побледнела. Она же, и правда, может поверить в то, что её из дома выгонят, неизвестно куда увезут и будут там под замком держать.

— А разве это неправда? — развела руками женщина — Это и есть самая настоящая правда, Джанди. Если из этой глупой безродной девчонки не выйдет толковой жены, а я полагаю, что ничего из неё в итоге и не выйдет, нам ничего не останется, кроме как убрать её отсюда, подальше от наших и от посторонних глаз. Ну а что? Знакомым расскажем, что у жены Джимиана проблемы со здоровьем имеются, и в шумном городе ей жить нежелательно. Вот наш мальчик, как заботливый муж, и отправил жёнушку в деревню, поближе к природе и свежему воздуху.

— Джимиан ведь так её любит — не сдавалась Джанди — Он может и не согласится от неё избавиться — и, припомнив, добавила — Кроме того, ему нужны наследники. Притом, законные наследники. А как они смогут появиться, если его жена будет жить неизвестно где?

— Это вообще не проблема — отмахнулась госпожа Наяни, бросила на неугодную невестку последний недовольный взгляд и к выходу из комнаты развернулась — Загородное поместье — это ведь не другая страна. Джимиан может иногда её там навещать. А детей, которых она родит, мы будем забирать в город и воспитывать будем, как положено. Денег на нянек и гувернёров нам точно хватит — и, прежде чем скрыться за дверью, добавила — Главное, чтобы в поместье за ней хорошенько приглядывали. Мы ведь должны быть уверены в том, что отцом всех её детей является именно Джимиан.

Оставшись с невесткой наедине, Джанди с шумом выдохнула. Наигранно-ободряюще улыбнулась невестке.

— Юни, ты только не переживай. Матушка всего лишь пытается тебя напугать… чтобы ты усерднее училась, чтобы вела себя, как полагается…

Девушка, что до этого момента сидела молча, слушала разговор свекрови и золовки и попеременно переводила взгляд с одной на другую, теперь тихо хмыкнула и произнесла:

— Госпожа Наяни меня ненавидит — говорила вполне серьёзно. При этом не пыталась вызвать у Джанди сочувствие, просто констатировала факт — Думаю, если сегодня я выйду на улицу, а меня насмерть собьёт экипаж или какой булыжник мне на голову упадёт, она будет безумно этому радоваться. И до конца дней своих будет Богов благодарить за то, что избавили её любимого сына от такой, как я.

— Юни, ну не преувеличивай — заговорила Джанди — На самом деле, матушка очень хорошая. Просто она очень переживает за Джимиана, за его репутацию. Ведь если ты будешь вести себя не так, как положено в нашем окружении, его попросту засмеют. Ты ведь этого тоже не хочешь, верно?

— Конечно, не хочу — мгновенно выдала Юни правильный ответ.

— Ну вот — заулыбалась золовка — А значит, тебе, вместо того, чтобы по городу разгуливать и сомнительным подругам визиты наносить, нужно начинать усердно учиться — поближе подошла и тихо произнесла, словно по секрету — Через две недели состоится большой приём у губернатора. Джимиану уже прислали приглашение. А ты, как его жена, тоже должна будешь там быть — печально головой покачала — Матушка совсем не верит, что за эти двадцать дней ты научишься вести себя, как полагается. Оттого и злится — улыбнулась ободряюще и с явным предвкушением — Но я уверена, что у тебя всё получится! Всё же я знаю своего братца. Он бы никогда не женился на девушке, которая ну вообще ничего выучить не в состоянии. И я готова тебе помочь!

— Правда? — искренне удивилась Юни.

— Конечно — закивала Джанди, а потом вдруг схватила невестку за руку и громко заявила — Пойдём за мной!

— Куда? — не поняла девушка, но послушно поднялась на ноги.

— Это сюрприз! Сейчас сама всё увидишь!

Юни шла следом за Джанди сначала по коридорам, потом поднималась по лестнице на второй этаж. Предстоящему сюрпризу она совсем не радовалась. Признаться, он даже внушал ей некое опасение. Да и вообще, чем дольше она жила в этом доме, тем сильнее ей хотелось отсюда сбежать. В мыслях девушки тут же всплыли воспоминания пятилетней давности, когда она планировала побег из дома Идзи Квон.

Тот побег удался. Правда, пожив какое-то время с малышками Лини и Джией, Юни уже не смогла их бросить окончательно, а потому время от времени возвращалась на остров Тио, чтобы проверить, как они, приносила еду, одежду, потом, когда возможность появилась, и деньги оставляла. Но тогда за Юни никто не следил, не запирал в комнате, нужно было лишь дождаться, когда все в доме уснут, и всё… свобода.

А сегодняшние слова Наяни Хонг девушку, действительно, напугали. Если раньше на недовольство свекрови Юни было попросту всё равно, подумаешь, покричит она немного. То теперь от криков госпожа Наяни перешла к угрозам. Вполне реальным угрозам, надо сказать… А что если свекровь, и правда, надоумит сыночка отправить жену в какое-нибудь закрытое поместье, откуда сбежать будет очень проблематично?

Юни представила себе жизнь в большом загородном поместье. Огромный дом, красивая природа вокруг, а она сидит в одной комнате, с тоской смотрит в окно, а выйти на улицу не может. Ведь за ней постоянно следят верные слуги её муженька. Который, кстати говоря, время от времени, навещает свою жену в этой закрытой комнате. Навещает, только чтобы сделать ей очередного ребёнка. И не важно, хочет этого жена, или не хочет… А потом, когда ребёнок рождается, его безжалостно забирают у матери, оставляя её одну всё в той же закрытой комнате. Юни нервно вздрогнула от представленной картины.

— Ты чего это дрожишь? Замёрзла? — вернул девушку в реальность бодрый голос Джанди Мун.

— Немного — соврала Юни.

— Странно, мне вот совсем не холодно. А впрочем, мы уже пришли — и золовка указала на закрытую дверь одной из комнат.

— И что там?

— Когда мы с Джимианом были детьми, в этой комнате у нас проходили занятия с учителями — и Джанди вновь довольно улыбнулась, сделала шаг вперёд и широко распахнула двери, в комнату вошла. Юни медленно последовала за ней.

Комната, и правда, была похожа на учебный класс. Просторное помещение, вдоль стен высокие стеллажи, заставленные книгами, два небольших стола с разложенными на них принадлежностями для письма и ещё один большой стол в центре, для учителя. За которым уже сидел незнакомый мужчина. Он чем-то напомнил Юни господина Вейжа, разве что выглядел лет на десять моложе.

— Юни — произнесла Джанди Мун торжественно — Позволь тебе представить. Это уважаемый Шенли Мин, один из лучших преподавателей по этикету в этом городе. Уважаемый Шенли много лет был преподавателем этикета в королевской семье и жил в столице. И в Римерон приехал совсем недавно. А с сегодняшнего дня он будет обучать этикету и правилам поведения в обществе тебя.

— Как с сегодняшнего? — растерянно переспросила Юни. Девушка, конечно, прониклась величием стоящего перед ней человека, всё же стать учителем при королевской семье дано не каждому. Но сегодня она никак не могла начать это так называемое обучение! На сегодняшний день у неё были совершенно другие планы. К господину Вейжу уже нужно бежать, она обещала ему прийти в первой половине дня. Во-первых, проверить, как он себя чувствует. А во-вторых… нужно же посмотреть, как идут дела с заказом. Первая фаза, конечно, ещё не завершена, но пускать весь процесс на самотёк всё же не стоит. Вот только на вопрос девушки отвечать никто не спешил.

— Уважаемый Шенли — теперь Джанди обращалась к учителю — Это наша Юни. Именно ей предстоит стать вашей ученицей.

Мужчина окинул черноволосую девушку задумчивым взглядом, медленно поднялся на ноги, поближе подошёл, снова придирчиво и совершенно неприлично, по мнению Юни, осмотрел её с ног до головы. На его лице отразилось то же высокомерное выражение, что и у госпожи Наяни, когда та на свою невестку поглядывала.

— Госпожа Юни — чопорно поприветствовал он свою новую ученицу, изобразив при этом лёгкий едва заметный поклон. А затем указал в сторону одного из столов — Присаживайтесь — потом обернулся к Джанди и уверенно заявил — Госпожа, вам совершенно не стоит беспокоиться. Через неделю моя новая ученица все правила этикета наизусть знать будет!

— Ох, я очень на это надеюсь — вздохнула Джанди Мун — И если для уроков вам ещё что-то понадобится, уважаемый Шенли, вы только скажите. Вам всё мигом предоставят.

— Буду иметь это ввиду. Но, надеюсь, ничего более не понадобится — на «ученицу» посмотрел, нахмурился и строго, очень строго, произнёс — Госпожа Юни, что вы стоите? Я же сказал вам, чтобы вы присаживались — правую руку в локте согнул, приподнял и поучительно покачал в воздухе указательным пальцем — Нам с вами предстоит очень сложная неделя. Нужно будет много чего выучить. И чтобы все темы на занятиях вы усвоили, как полагается, вам нужно беспрекословно меня слушаться — ещё раз на свободный стол указал — Поэтому, присаживайтесь.

Юни на стол покосилась, но садиться за него не торопилась. Прищурилась и одну бровь приподняла, одарила своего преподавателя таким же задумчиво-придирчивым взглядом.

— Боюсь, что сегодня я не смогу начать занятия, уважаемый Шенли — произнесла она громко и твёрдо.

— Юни, что это за капризы? — всплеснула руками стоящая рядом Джанди — Тебе нужно учиться! — грозно нахмурилась и в этот момент стала невероятно похожа на собственную мать — И чем скорее ты начнёшь, тем лучше. Если к приёму у губернатора ты не успеешь выучить основные правила, матушке всё-таки придётся поговорить с Джимианом. И он-таки отправит тебя жить в загородное поместье — посчитав, что её «пугалка» сработала, Джанди Мун вновь спокойно улыбнулась и обернулась к учителю — Уважаемый, приступайте к занятиям. Юни будет делать всё так, как вы скажете — произнесла это очень уверенно, словно ни капли не сомневалась в том, что невестка снова не надумает взбрыкнуть.

— Очень на это надеюсь — произнёс уважаемый Шенли — Госпожа Юни, ещё раз прошу вас присесть… — и замолчал на полуслове, растерянно глядя на распахнутую дверь. Юни Хонг в комнате уже не было, а в коридоре слышались её удаляющиеся шаги.

— Она ушла! — потрясённо воскликнула Джанди — Просто взяла и ушла! Да как она посмела⁈

— Кхм… — тихо кашлянул учитель — Простите, госпожа Джанди, но я не совсем понимаю, как я смогу обучить правилам этикета женщину, которая совсем не желает учиться, да ещё и так ярко это демонстрирует.

Джанди Мун недовольно покачала головой. В её мыслях совершенно не укладывался тот факт, что невестка просто так взяла и ушла. Неужели её, и правда, совсем не пугает перспектива жизни взаперти?

— Госпожа, так моя ученица вернётся? — напомнил о себе учитель — Или же мне более не стоит тратить своё время, и я могу идти?

Джанди Мун тяжело вздохнула и прищурилась недовольно, глядя на открытую после ухода Юни дверь.

— Простите нас, уважаемый Шенли, что зря побеспокоили вас сегодня — произнесла она — Не понимаю, что нашло на Юни. До этого она уверяла, что готова учиться, а сегодня такое устроила. Мы с моей матушкой, госпожой Наяни Хонг, обязательно проведем с ней ещё одну воспитательную беседу. И в следующий раз, когда мы вас вызовем, она точно будет сидеть в этой самой комнате и ждать вас.

— Что же, очень на это надеюсь — ответил преподаватель, поклонился госпоже и медленно к выходу направился.

— Оплату за сегодняшний день вы, разумеется, получите в полном объёме — бросила ему во след Джанди Мун.

— Благодарю, госпожа — остановился на пороге учитель, снова поклонился и вышел из комнаты, оставляя Джанди наедине со своими невесёлыми мыслями.

Она постояла так немного, глядя преподавателю во след, затем недовольно руки на груди скрестила.

— Ну ничего — взбодрила она себя — Я ещё заставлю эту девчонку меня слушаться. Вот сейчас пойду и матушке на неё нажалуюсь! Мама точно придумает что-нибудь такое, что эта хулиганка Юни будет выполнять всё, что ей скажут не хуже, чем слуги в этом доме!

Сама Юни Хонг спешила в комнату к своему мужу. Если кто и мог избавить её от излишнего внимания и недовольства свекрови и золовки, так это Джимиан. И от совершенно ненужных ей уроков только он мог её спасти. Сейчас девушка ужасно злилась. На свекровь, на золовку, на учителя, которого ей нашли, хотя тот, по сути, ни в чём не виноват, он лишь свою работу выполняет. И на своего мужа она тоже злилась. Ведь они изначально обо всём договорились! А в договоре точно не было пунктов о том, что свекровь и золовка изводить её начнут. От сильной злости даже страх перед возможным невесёлым будущим в отдалённом поместье под замком на задний план отступил.

Девушка остановилась у двери в нужную комнату и принялась с силой стучать по ней кулаками. К её удивлению, дверь сама отворилась после третьего удара, она даже заперта не была. И Юни медленно вошла внутрь, ловя себя на том, что в личную комнату к мужчине она заходит впервые в своей жизни, опять же, если не считать господина Вейжа.

Мужа она увидела сразу. И он ещё спал. Лежал на кровати, на спине, раскинув руки в стороны. На нём были светлые широкие штаны и расстёгнутая, открывающая вид на мужскую грудь, белая рубашка. Одеяло, почему-то, валялось на полу возле кровати. Тот факт, что муженёк ещё спит, разозлил Юни ещё больше.

«Я, значит, уже чего только не наслушалась в свой адрес от твоих родственниц, а ты в это время спокойно спишь!» — накручивала она себя. К постели поближе подошла, над мужчиной склонилась и с силой потрясла его за плечо.

Муж не проснулся, лишь недовольно что-то промычал. И Юни ещё раз его потрясла.

— Джимиан! Ну просыпайся ты уже, наконец! Хватит спать!

На этот раз мужчина почти проснулся. Слегка приоткрыл глаза, но тут же их закрыл.

— Линзи, ну сколько можно? — пробормотал он — Тебе что, ночи мало было? Давай ещё немного поспим — и на другой бок перевернулся, вновь погружаясь в сон.

— Линзи? — растерянно пискнула Юни, припоминая, что именно так зовут его любовницу. Это же надо, за любовницу её принял! И вновь принялась муженька тормошить, ещё и на кровать взобралась — Джимиан! Вставай, кому сказала!

— Ну ладно-ладно, уговорила — пробормотал тот и, к ужасу Юни, всё также глаз не открывая, бесцеремонно обхватил её за талию и опрокинул на кровать рядом с собой, отчего девушка сдавленно пискнула, ещё и сверху на неё забраться попытался. Такого Юни стерпеть уж точно не могла. Упёрлась мужчине в грудь руками и громко завизжала.

Джимиан резко открыл глаза, уставился в недовольное лицо жены, пару раз моргнул.

— А-а-а — тоже закричал он, резко отстраняясь, откатился на противоположный край кровати. Немного не рассчитал и с очередным вскриком шлёпнулся на пол, сдавленно ругнулся и только тогда на ноги поднялся.

— Ты что здесь делаешь⁈ — возмущённо воскликнул он, мельком глянул на свою расстёгнутую рубашку и резко её запахнул. Чем вызвал у своей жены невольный смешок. Это же надо, какой муж у неё стеснительный, а ведь совсем недавно предлагал сделать их отношения куда более близкими. Теперь же смотрел на жену недовольно и возмущённо — Ты чего это надумала в мою постель забраться? Решила откликнуться на моё предложение превратить наш фиктивный брак в настоящий? — высокомерно фыркнул — Так теперь уже я этого не хочу! За последние пару дней я пришёл к выводу, что хоть ты и красива, но всё равно ты совершенно не в моём вкусе. Из тебя даже любовница толковая не выйдет, слишком уж характер у тебя вредный.

Слова муженька вызвали у Юни весёлую усмешку.

— Ох, ты тоже совсем не в моём вкусе — заверила она — И я не планировала забираться к тебе в постель, я просто разбудить тебя пыталась — и не удержалась — Я же не знала, что в этот самый момент тебе снятся волшебные сны с участием твоей пленительной любовницы.

На последнюю фразу Джимиан не ответил, только нахмурился ещё больше.

— И зачем тебе понадобилось меня будить? — спросил он.

— Затем, чтобы ты угомонил своих женщин! — отрезала Юни, сползла с кровати и встала прямо перед мужем — Твоя матушка сегодня заявила, что уговорит тебя отправить меня в какое-нибудь загородное имение, где меня будут держать взаперти в какой-нибудь комнатке. А ты будешь иногда меня там навещать, чтобы заделать мне очередного ребёнка, которого ты в итоге у меня всё равно отнимешь, привезёшь в город, а меня оставишь там, в поместье.

— Что за глупости? — мужчина даже отшатнулся. Отчего Юни испытала настоящее облегчение, всё же заточение ей не грозит — С чего это мне отправлять тебя в какое-то имение, раз мы всё равно в итоге разведёмся. А уж чтобы ты матерью моих детей стала, я тем более не хочу!

— Никогда бы не подумала, что мне будет приятно услышать в свой адрес нечто подобное — с сарказмом добавила девушка — Но выслушивать угрозы от твоей матери впредь я не желаю! Перед женитьбой мы с тобой говорили о том, что жить будем под одной крышей, а насчёт того, что твои мать и сестра начнут лезть в мои личные дела, да ещё и угрожать при этом, мы точно не договаривались! И хочу сразу тебя предупредить, Джимиан, если меня, и правда, кто-то надумает запереть в комнате, рано или поздно я всё равно сбегу! И всем вокруг, начиная с поверенного, расскажу всю правду о нашем браке — развернулась на пятках и двинулась к выходу — Ах, да — вспомнила она и остановилась — И пусть уберут от меня этого… учителя.

— Какого ещё учителя? — недоумённо переспросил Джимиан.

— Его имя Шенли Мин, если я правильно помню. Один из лучших преподавателей по этикету в городе. Твоя сестра наняла его, чтобы он за короткий срок обучил меня основным правилам поведения в обществе. Скоро какой-то приём, и госпожа Джанди утверждает, что я просто обязана на нём присутствовать.

— Приём у губернатора — тут же вспомнил Джимиан и несильно шлёпнул себя по лбу ладонью — И как я про него забыл? — на жену посмотрел — Но тебе, и правда, нужно быть рядом со мной на том приёме, это очень важное мероприятие. Значит, учитель тебе точно нужен.

Юни призадумалась, пальчиком правой руки по подбородку себя почесала. Сказать по правде, большинство правил она прекрасно знала. Жизнь рядом с господином Вейжем многому её научила. Сам господин Вейж не входил в число самых состоятельных людей города, но по праву рождения мог называть себя господином. Когда-то давно, когда он был ещё ребёнком, его родители потеряли большую часть своего состояния и вынуждены были перебраться из Беройта в Римерон, где у них оставался небольшой дом в переулке недалеко от улицы Береговой. Вернуть то огромное состояние, каким когда-то владело его семейство, господину Вейжу за свою жизнь так и не удалось, но все основные правила этикета он знал от и до и требовал, чтобы живущая в его доме Юни тоже вела себя, как полагается. И всё же в образовании девушки оставались некоторые пробелы, которые, конечно же, не мешало бы заполнить.

«Но всё равно — продолжала мысленно возмущаться Юни — О том, что мне учителя наняли, меня могли бы предупредить заранее. Чтобы я заранее все свои дела распланировала».

— В принципе, я не против учёбы — произнесла в итоге двушка. Она могла бы поклясться, что в этот момент её муженёк облегчённо выдохнул — Но сегодня я не могу начать обучение, у меня дела. Вот завтра… — и тут же головой покачала, вспомнив про вчерашнюю встречу с главой Цетрального городского управления и собственное обещание помочь с тому расследованием — Нет, завтра я тоже никак не могу. А вот послезавтра и последующие три дня, скажем, с утра и до обеда, я была бы совсем не против позаниматься.

— Правда? — осторожно переспросил Джимиан.

— Конечно, правда — кивнула Юни — Мне и самой это в жизни пригодится — едва заметно поморщилась и добавила — Боюсь только, что учителя придётся искать другого. С сегодняшним мы не нашли общий язык, а потом я и вовсе от него убежала.

— Как убежала? Куда? — не понял муженёк.

— Убежала из класса к тебе — пояснила Юни и на дверь обернулась — В общем, всё, что я хотела тебе сказать, я сказала. С учителями о моих уроках договаривайся сам. Время, когда я могу заниматься, я тоже озвучила. А теперь мне бежать пора, я и так уже задержалась.

Девушка к двери направилась, но Джимиан нагнал её в два шага, руку на плечо положил, вынуждая жену вновь на него посмотреть.

— Погоди. Что значит, тебе пора? Ты сама вчера предлагала нам вместе утром из дома уйти, чтобы матушка меня и сегодня не донимала…

— То есть, когда она тебя донимает, тебе это не нравится, а я должна её терпеть и все угрозы в свой адрес спокойно выслушивать? — укоризненно покачала головой Юни — Ну уж нет, сам с ней разбирайся. А если ты хотел выйти из дома вместе со мной, то вставать надо было раньше. Половина утра уже позади!

— С матушкой разберусь, не переживай — заверил мужчина — Больше она тебе угрожать ничем не будет — и неуверенно добавил — Я надеюсь. И куда ты так торопишься? Хотя… — недовольно вздохнул — Ты постоянно куда-то убегаешь. Пора бы мне к этому привыкнуть. Только погоди хоть немного, я быстро оденусь, даже завтракать не буду, и вместе пойдём. Несколько минут ты ведь можешь подождать?

Юни глаза закатила и нехотя согласилась.

— Могу — ответила она — Но лишь несколько минут — снова к выходу направилась — Буду ждать тебя в вестибюле.

Дорогие читатели! В преддверии Нового года у автора самый настоящий завал на работе, поэтому в ближайшие две-три недели проды смогу выкладывать только по субботам и воскресеньям, но затем снова войду в прежний режим. Не теряйте меня, я скоро вернусь))

Высокий мужчина со странным голосом

Пока Юни выслушивала угрозы и недовольство от собственной свекрови и отбивалась от уроков по этикету, Нолан Лим сидел в своём рабочем кабинете, изучая очередной отчёт. На этот раз не об убийстве госпожи Хейи Собонг и девушек с острова Тио. В Римероне и без того садиста-маньяка преступников хватало. В отчёте говорилось о поимке небольшой шайки воров, что объявилась в городе полгода назад. Воришки пробирались в дома состоятельных граждан, выносили оттуда всё самое ценное. А месяц назад случайно убили хозяина дома, в который забрались с целью нечестной наживы. Именно с того момента поимкой шайки занялись следователи Центрального управления и вчера блестяще завершили расследование.

— Воришек относительно быстро поймали, а маньяк уже четыре года безнаказанно на свободе разгуливает — недовольно выдохнул глава Центрального управления, откладывая изученный отчёт в сторону. После чего откинулся на спинку своего стула и глаза закрыл.

Перед мысленным взором мужчины как-то сам по себе всплыл образ черноволосой и зеленоглазой красотки. Юни Хонг, девушка с острова Тио. Притом, девушка очень странная и загадочная. Слишком многое знает, слишком многое умеет, ведёт себя… необычно. Вечно окутана едва заметным ореолом какой-то неразгаданной тайны. И даже разговаривает она… излишне грамотно, что ли? Такие на острове появляются крайне редко. И Нолан в который раз подумал, что, вероятнее всего, родилась девушка в каком-то другом, более цивилизованном месте. Но что такого ужасного случилось в её жизни, или в жизни её семьи, что в итоге они на острове синих огней оказались? И ведь зеленоглазка совсем не унывает, выглядит как будто бы даже довольной своей жизнью. Мужчина невольно нахмурился, вдруг поймав себя на том, что за прошедшие пару дней его мысли слишком часто возвращаются к этой красивой загадке.

Нолан встряхнулся, вновь сел прямо, провёл рукой по волосам, стараясь себя взбодрить и настроиться на рабочий лад. Сейчас не время думать пусть и о фиктивной, но всё же чужой жене! Встретиться и вместе прогуляться до района синих огней они договорились только завтра. А на сегодня у главы Центрального городского управления по защите населения и охране правопорядка были совершенно другие дела запланированы. С минуты на минуту должны были явиться следователи Монг и Кьён. И Нолан Лим очень надеялся услышать от них хоть что-нибудь оптимистичное.

— Сестра убитой поведала, что примерно за пару месяцев до убийства на одном из приёмов она случайно услышала разговор госпожи Хейи с каким-то мужчиной — несколько минут спустя докладывал своему начальству Миджин Кьён — Этого мужчину она не видела, так как и госпожа Хейя, и её собеседник стояли за дверью. Лишь припомнила, что голос у того показался ей смутно-знакомым. Но зато она запомнила часть их разговора. Так вот, тот мужчина со смутно-знакомым голосом угрожал, что если госпожа Хейя выйдет замуж не за него, то он убьёт либо себя, либо её.

— Вот как? — заинтересовался Нолан информацией и задумчиво произнёс — Интересно, почему сестра убитой не рассказала о подслушанном разговоре раньше? Когда госпожу Хейю только убили?

— Я тоже задал ей этот вопрос — кивнул следователь Кьён — Но она только руками развела. Сказала, что тот разговор она услышала давно и на момент смерти сестры почти забыла про него. И сейчас вспомнила только потому, что я начал в подробностях расспрашивать её обо всех, кто когда-либо оказывал знаки внимания её сестре. Кстати, по её словам, госпожа Хейя не восприняла те угрозы всерьёз. На слова того мужчины она только рассмеялась и вернулась в бальный зал. И все последующие дни вела себя, как обычно.

— Если бы госпожа Хейя разговаривала тогда со своим женихом… Гюреном Ванхи, если я правильно помню — медленно проговорил Нолан Лим — То её сестра точно узнала бы его по голосу. А раз свидетельница заявила, что «голос показался смутно-знакомым», то убитая на том балу явно выслушивала угрозы от кого-то другого — и недовольно сморщился — Мда… как-то медленно наше расследование продвигается, если кроме голосов о возможных подозреваемых нам ничего не известно.

— Верно — вступил в разговор второй следователь, Ильсон Монг — Вчера вечером одна женщина поведала мне о «подозрительном», с её точки зрения, мужчине со странным голосом.

— Что ещё за мужчина? И что за женщина вам о нём поведала? — Нолан пристально вгляделся в лицо подчинённого, ожидая ответ. Словосочетание «странный голос» заставило его насторожиться.

— Я, как и планировал, расширил круг возможных свидетелей — принялся пояснять Монг — И когда я разговаривал с домоправительницей, что работает в доме на соседней улице, она мне поведала об одном «странном» человеке — слегка поморщился и качнул головой — Жаль, что свидетельница не смогла чётко описать внешность возможного подозреваемого. Сколько бы раз он ни появлялся в районе проживания погибшей, он всегда, даже в тёплые дни, был одет в тёмно-серое пальто с высоким воротом, который частично закрывал подбородок, а на голове его всегда была тёмная шляпа с широкими полями.

— И что же такого странного домоправительница в этом человеке углядела? — глава центрального управления вопросительно приподнял бровь — То, что он был одет не по погоде, ещё не делает его подозреваемым.

— Да, вы совершено правы, господин Нолан — закивал следователь — И если бы этот странный мужчина появился на улице недалеко от дома убитой всего один или два раза, никто и внимания на него бы не обратил. И домоправительница рассказала, что по началу тоже не обращала на него никакого внимания. Но в какой-то момент она совершенно случайно столкнулась с ним на улице, при этом немного запачкала его пальто мукой, которую в тот день несла с рынка в хозяйский дом. Домоправительница перед подозрительным незнакомцем извинилась, предложила почистить его пальто, а тот только отмахнулся, сказал, что ничего страшного, и пошёл спокойно дальше. Но с того дня свидетельница стала обращать внимание на появления незнакомца. При этом она порасспрашивала знакомых, не знает ли кто, в каком доме этот человек живёт или работает, но никто ничего о нём не знал. Также домоправительница поведала, что незнакомец появлялся на улице каждый день в одно и то же время. Утром сразу после рассвета он проходил мимо её дома и сворачивал в переулок, что вёл к той улице, где жила госпожа Хейя, а примерно три часа спустя возвращался обратно той же дорогой. И, что примечательно, домоправительница видела незнакомца проходящим мимо её дома каждый день в течение почти двух недель, а после того, как госпожа Хейя пропала, незнакомец больше не появлялся.

— Хм… а ведь вполне возможно, что этот незнакомец следил за убитой — задумчиво вставил следователь Миджин Кьён — Родственники и слуги госпожи Хейи говорили, что все дни девушки, когда не было запланировано какого-то очередного бала или приёма, были очень похожи друг на друга. Она всегда была ранней пташкой, просыпалась с рассветом и ещё до завтрака любила погулять в саду возле её дома. Каждый день ближе к обеду госпожа Хейя уезжала из дома на прогулку, в гости, по магазинам, или ещё куда… Как раз в то время, когда этот незнакомец в шляпе и пальто возвращался обратно — неуверенно плечами пожал — Ильсон, твоя свидетельница сказала, что стала обращать внимание на незнакомца только после того, как случайно с ним на улице столкнулась? — коллега утвердительно кивнул в ответ — Думаю, что и возле дома госпожи Хейи он каждый день появлялся, только близко не подходил, наблюдал издалека, потому на него никто не обращал внимания и не счёл подозрительным.

Выслушав всё это Нолан покивал головой, признавая, что предположения следователей относительно неизвестного вполне могут оказаться правдой. А потом задал очередной вопрос, очень важный вопрос, обращаясь к следователю Ильсону Монгу.

— Вы упомянули о том, что голос у незнакомца был какой-то странный. В чём же выражалась эта странность?

— Ах, да… — спохватился Монг — Как я уже говорил, внешность незнакомца домоправительница запомнила плохо. Она описала его одежду, а про его лицо ничего сказать так и не смогла. Зато поведала, что это худой и высокий мужчина, выше её примерно на две головы — сделал секундную паузу — В тот день, когда она случайно столкнулась с ним на улице, а он ответил «ничего страшного», его голос показался ей очень необычным, специфическим. Как она сама описала, это был голос не взрослого мужчины, а скорее подростка, что очень «резало слух». Собственно, именно благодаря его необычному голосу она мужчину и запомнила.

— Значит, высокий мужчина с голосом, как у подростка — повторил Нолан за своим следователем.

«Вот так вот — думал он — Вот оно, очередное косвенное подтверждение тому, что девушек на острове Тио и госпожу Хейю Собонг убил один и тот же человек».

Дальше мысли мужчины поползли немного в другом направлении. Одно время он и сам был следователем, а потому кое-какой опыт общения с маньяками у него имелся. Однажды самому довелось разыскивать негодяя, что убивал мальчиков-подростков, случайно оказавшихся за пределами своих домов после наступления темноты. А когда преступника, наконец, поймали, тот принялся рассказывать истории из своего детства. Говорил, что во времена учёбы его сверстники частенько посмеивались над ним, выдумывали ему неприятные прозвища, а бывало, что и били. И теперь, убивая других подростков, он так своеобразно мстит тем, кто когда-то обижал его. Собственно, многие другие следователи, которым доводилось ловить серийных убийц или насильников, впоследствии также рассказывали о том, что их маньяки совершали свои страшные преступления, оправдывая их своими детскими обидами.

Припомнив своё детство, Нолан Лим с острым неудовольствием по отношению к самому себе вынужден был признаться, что если бы и с ним когда-то давно учился паренёк с каким-нибудь речевым или любым другим дефектом, он бы точно также смеялся бы над ним, как и все остальные.

Нолан представил себе мужчину ничем не примечательной внешности, разве что ростом повыше среднего. Хорошо одет, образован. При деньгах. И вот этот мужчина направляется на остров Тио в поисках подружки на одну ночь. Встречает симпатичную девушку, предлагает ей цену. Но за девицами с острова Тио тактичности отродясь не водилось. И вот девушка, вместо того, чтобы с радостью согласиться провести время с образованным и состоятельным мужчиной, начинает насмехаться над его «странным» голосом. Мужчину смех продажной девицы сильно задевает, в порыве нахлынувшей ярости он неудачно отталкивает её от себя, или даже бьёт её сильнее, чем рассчитывал. Девушка падает замертво. Непреднамеренное убийство. Первое в его жизни убийство. Мужчина, конечно же, пугается того, что натворил, убегает. Внутри у него страх, паника, осознание того, что натворил, мысли о жизни в тюрьме или, хуже того, на каторге, и желание избежать этого любой ценой. Но проходит день, другой, третий… неделя. Никто не приходит его арестовывать. Убийство девицы сошло ему с рук! Снова накатывают воспоминания о совершённом преступлении, а вместе с ними неожиданное понимание того, что ему это понравилось. Понравилось убивать! И оправдание преступлению нашлось: девица сама виновата, как она посмела над ним смеяться. Кроме того, это же всего лишь продажная девчонка с острова Тио, до неё и дела никому нет, в том числе и следователям из районного отделения защиты населения. Даже если и убьёшь, не жалко… И таких девиц на острове ещё очень много…

«Да, скорее всего, наш маньяк так и появился — мрачно сказал себе глава Центрального управления — Поначалу негодяй охотился исключительно на девиц района синих огней. Постепенно он поверил в свою полную безнаказанность и перешёл на девушек своего круга».

Нолан вынырнул из своих мыслей и перевёл взгляд на своих подчинённых, что стояли молча и ожидали дальнейших распоряжений.

— Думаю, у нас есть все основания предполагать, что незнакомец со «странным» голосом может иметь отношение к убийству госпожи Хейи Собонг — произнёс в итоге Нолан Лим — Ваша задача на ближайшие дни ещё раз опросить всех, кто мог видеть этого странного незнакомца. Узнайте, откуда он приходил, куда уходил, действительно ли он крутился возле дома убитой, наблюдая за ней — помолчал и добавил — Если вам удастся установить его личность — это будет просто идеально.

— Сделаем всё, что от нас зависит — почти хором заверили следователи Монг и Кьён и вскоре удалились из кабинета, выполнять задание. Нолан же остался в кабинете, обдумывать полученную информацию.

— Значит, высокий мужчина со странным голосом — пробормотал он вслух. Глава Центрального управления не стал рассказывать своим следователям, что точно такое же описание подозреваемого дала бабушка одной из убитых на острове Тио девушек. Притом, он и сам не знал, почему умолчал. Укоренившаяся за долгие годы привычка никому до конца не доверять дала о себе знать? Вероятно, так оно и есть.

«Монг и Кьён опросят свидетелей у дома Хейи Собонг. А я завтра снова отправляюсь на остров… в компании Юни Хонг. Хоть кто-то из нас, да должен узнать о преступнике то, что поможет его поскорее поймать и остановить» — сказал себе Нолан Лим.

Высокий худой мужчина, одетый в длинное тёмное пальто, застёгнутое на все пуговицы, медленно поднялся по лестнице, прошёлся по длинному коридору. Взгляд его невольно зацепился за картину, которой раньше на стене в этом коридоре точно не было, и мужчина остановился. Некоторое время он стоял и молча любовался тщательно прорисованным пейзажем, с изображённым на нём лесом, мелким ручейком на переднем плане и виднеющимися в дали высокими горами.

Сказать по правде, мужчина в длинном пальто не был таким уж большим ценителем живописи. И то, что сейчас он стоял возле картины — это лишь попытка немного потянуть время. Отсрочить очередную встречу с человеком, с которым он встречаться точно не хотел. Вот только выбора у него не было. Хозяин этого дома, этого коридора и этой картины с пейзажем желает видеть своего бывшего помощника. И отказать ему в этом пожелании никак нельзя.

Мужчина в пальто сдержал судорожных вздох, нехотя оторвался от созерцания картины и направился дальше по коридору. Остановился у одной из дверей, громко постучал.

— Войдите — послышался из-за двери знакомый голос.

— Вы хотели меня видеть, господин? — уточнил мужчина в пальто, оказавшись внутри просторного кабинета, украшенного дорогой мебелью и ещё более дорогими картинами, развешенными по стенам.

Хозяин кабинета, тоже высокий мужчина, только с более широкими плечами и коротко стриженными тёмными волосами, стоял возле окна, смотрел на улицу. После вопроса вошедшего он обернулся, одарил гостя довольным взглядом и улыбнулся. Вот только улыбка его напомнила вошедшему скорее злую усмешку.

— Да, друг мой — произнёс хозяин — Я очень-очень хотел тебя видеть. Проходи, присаживайся — махнул рукой на свободный стул — У меня к тебе… — помедлил пару мгновений — Очередная просьба.

Коварные любовницы и неверные жены

Ещё никогда в своей жизни Джимиан Хонг не одевался так быстро, даже слуг на помощь позвать не успел. За считанные секунды нацепил брюки, рубашку, сверху камзол. Пуговицы на камзоле уже на ходу застёгивал, так торопился скорее свою комнату покинуть, пока жёнушка, и правда, из дома без него не ушла.

Мужчина ни словом не солгал, когда говорил жене, что у него больше ни малейшего желания делить с ней постель не осталось. Если поначалу он видел лишь её симпатичную мордашку и точёную фигурку, то теперь её внешняя красота для него словно померкла. Да, как бы ни была красива девушка, но если у неё такой вредный и противный характер, строить с ней более близкие отношения не возникает ни малейшего желания.

По дороге к двери Джимиан споткнулся о ножку стоящего на пути стула, неприязненно выругался и, едва открыв дверь в коридор, чуть не столкнулся нос к носу с домоправителем.

— Прошу прощения, господин — тут же отступил тот в сторону — Не думал, что вы уже проснулись.

Хозяин дома от извинений нетерпеливо отмахнулся.

— Ты что тут делаешь? Меня будить пришёл? — поинтересовался он — Так я, вроде, не просил.

Домоправитель слегка замялся и глаза в сторону отвёл.

— Да, я, действительно, шёл вас будить — признался он нехотя и осторожно добавил — По просьбе вашей матушки, господин. Она желает с вами поговорить. Прямо сейчас. И ваша сестра, госпожа Джанди, сейчас с ней.

— Ясно — поморщился Джимиан. Ему не нужно было расспрашивать домоправителя, зачем он так срочно понадобился сестрице и матушке. Жёнушка ему уже доложила. Нажаловалась, так сказать.

И в какой-то степени мужчина даже мог понять своих родственниц. Они ведь не знают, что его брак с Юни в итоге закончится разводом, оттого и пытаются слепить из невестки хоть что-то, что можно обществу показать. Учителя вот ей предоставили, да ссылкой в поместье слегка припугнули. А жёнушка, видите ли, не желает выслушивать угрозы в свой адрес! И с учителем заниматься готова лишь в те дни, когда она сама пожелает. Хотя вполне могла бы подстроиться и уступить просьбам свекрови!

Джимиан закрыл глаза, сделал глубокий успокаивающий вдох. Снова посмотрел на своего домоправителя.

— Моя жена ещё в вестибюле?

— Эм… кажется, да. Я видел, как ваша жена шла в сторону вестибюля.

— Ну и отлично — постановил мужчина — Мы с женой сейчас уходим, вернёмся ближе к вечеру. Скажи госпоже Наяни и госпоже Джанди, будто ты меня не застал — снова вздохнул и смиренно произнёс — Поговорю с ними вечером, когда домой вернусь.

— Но, господин… ведь госпожа Наяни…— попытался возразить домоправитель, но хозяин дома его уже не слушал.

Жёнушка, к счастью, его дождалась. И в вестибюле, на глазах у проходившей мимо парочки слуг даже вела себя так, словно она безумно влюблена в своего мужа, за руку ухватила и смотрела глазами, полными обожания. Но стоило молодожёнам покинуть пределы дома и за калитку выйти, девчонка руку свою отняла и даже шаг чуть в сторону сделала.

— Ну всё, мне пора — «обрадовала» она мужа и бегло ему улыбнулась — До встречи вечером! — и даже пообещала, мило улыбнувшись — Постараюсь сегодня вернуться до наступления темноты — оглянулась по сторонам, высматривая не едет ли с какой стороны экипаж, быстро перебежала через дорогу на другую сторону, ещё раз муженьку ручкой помахала, а пару минут спустя скрылась в ближайшем переулке.

— Вообще-то, до острова синих огней быстрее было бы дойти по другой дороге — пробормотал себе под нос Джимиан, озадаченно глядя в сторону переулка, в котором скрылась его жена. Но потом качнул головой, выбрасывая из головы все мысли о черноволосой нахалке и обо всех проблемах с родственниками, которые она принесла в его размеренную жизнь.

Вообще-то, на сегодня, как и на ближайшие дни, у Джимиана никаких серьёзных планов не было. Собственно, никаких планов у него не было и на все ближайшие дни. Теперь, заполучив наследство своего деда, он стал весьма состоятельным человеком, которому не нужно заботиться о будущем. Можно просто жить в своё удовольствие… И спать каждый день до обеда, и никуда не спешить. Он бы и сегодня спал до обеда, если бы жёнушка-нахалка не разбудила. Интересно, и куда она каждый день бегает? Никак не может расстаться со своей «любимой профессией» даже на несколько недель? От последней мысли Джимиан брезгливо плечами передёрнул.

И раз уж он сегодня всё равно вынужден был покинуть собственный дом, то почему бы не наведаться к Линзи? Да, он обещал ей, что ближайшее время будет навещать её не чаще, чем раз в пять дней, но если сегодня всё так удачно складывается, то почему бы и нет?

Мужчина припомнил последнюю встречу с любовницей и невольно поёжился, а внутри у него поселилось какое-то неприятное предчувствие. Словно должно произойти что-то плохое. Или уже произошло?

«Нет, ничего страшного не случилось — принялся успокаивать мужчина сам себя — А тревожусь я лишь из-за того, что в прошлый раз мы с Линзи так нехорошо расстались. Но я вчера весь день её не видел. Наверняка, за вчерашний день Линзи успокоилась и смирилась с моей недолгой женитьбой — ещё и напомнил себе — И я ей столько денег на карманные расходы оставил! Да за такие деньги любовница просто обязана простить своему покровителю всё, что угодно!»

С этой мыслью мужчина поймал ближайший свободный экипаж и совсем скоро стоял напротив домика своей Линзи. Вот только войти внутрь отчего-то долго не решался. Нехорошее предчувствие вновь давало о себе знать. Минут десять он просто стоял и смотрел на окна дома, словно хотел увидеть силуэт любовницы в одном из них и понять, в каком она настроении. Но, как назло, к окнам Линзи не подходила.

«В конце концов, именно я плачу за этот дом! — разозлился Джимиан на собственную нерешительность — Я имею куда больше прав находиться в этом доме, чем даже сама Линзи!» — сжал кулаки и двинулся внутрь.

А внутри было тихо. Даже очень тихо, словно тут и вовсе никто не живёт. Джимиан обошёл все нижние комнаты, на кухню не забыл заглянуть, мимолётно отметив, что обычно у Линзи на кухне хоть какая-никакая кастрюля возле печи стоит, да печенья-пряники в красивой вазочке на столе, а сейчас только старые сухари в мешочке на полке.

— Линзи — громко позвал мужчина, но на его зов никто не откликнулся, и он двинулся на второй этаж. Где любовницы тоже не оказалось.

— Всё ясно — постановил он — Линзи гулять ушла — покивал в такт своим словам — Наверное, второй день придумать не может, куда потратить ту большую сумму, которую я ей в прошлый раз оставил.

Это открытие Джимиана даже как-то успокоило. Ведь если Линзи отправилась по магазинам, то назад она точно вернётся в благодушном настроении. Ещё и, наверняка, обрадуется, что покровитель решил её навестить именно сегодня. Хорошо бы ещё, чтобы она не слишком долго по городу гуляла и вернулась поскорее.

Мужчина прошёл в спальню, скинул камзол и небрежно бросил его на спинку ближайшего стула. Кое-как стащил с ног ботинки, оставляя их валяться на полу, а сам рухнул на кровать, раскидывая руки в стороны. И чуть улыбнулся, мысленно представляя себе встречу с Линзи… Вот она возвращается домой, уставшая, с кучей пакетов, наполненных новыми вещичками и безделушками, проходит в спальню и видит его, Джимиана. Её лицо тут же озаряется искренней радостью… Улыбка мужчины сделалась ещё более самодовольной, когда он представил себе дальнейшее развитие событий.

Лежать на спине было немного неудобно, и мужчина повернулся на бок, закрыл глаза. В какой-то момент он даже задремал, а когда вновь проснулся, то увидел, что время уже за полдень перевалило!

«А Линзи всё ещё нет! — неодобрительно подумал он — Сколько можно по магазинам разгуливать⁈»

Джимиан с кровати поднялся, подошёл к окну, разглядывая пробегающих мимо горожан и стремясь разглядеть среди них знакомую фигурку Линзи. Но девушка появляться не спешила, отчего Джимиан Хонг начинал злиться. От окна отвернулся, недовольно пробормотал себе что-то под нос, а потом его взгляд упал на небольшой столик, что стоял у противоположной стены. Именно на этом самом столике в свой прошлый визит он оставил мешочек с золотыми монетами.

— А это ещё что? — недоверчиво пробормотал мужчина, поближе подошёл, чтобы убедиться, не обманывают ли его собственные глаза.

Но нет, мешочек с монетами так и лежал на столике, притом на том же самом месте, где он его и оставил. Джимиан даже взял мешочек в руки, приоткрыл…

— И с чем же тогда Линзи по магазинам пошла, если все деньги здесь? — ещё раз все монетки пересчитал, чтобы убедиться. Всё верно, десять золотых и несколько серебряных. Всё на месте.

Внутри вновь заворочалась тревога, и если раньше Джимиан подавлял её напоминанием об оставленных для Линзи деньгах, то сейчас ему успокаивать себя было совершенно нечем. Вернув мешочек на стол, мужчина обнаружил лежащий рядом белый листок, сложенный вчетверо. И как он его сразу не заметил? Сверху на листке изящным почерком Линзи было аккуратно выведено «Джимиану». Тревога внутри разбушевалась ещё сильнее, перерастая в противный липкий страх. Мужчина взял листок слегка трясущимися руками, помедлил секунду и развернул.

— Нет, это шутка какая-то — недоверчиво пробормотал он, вчитываясь в содержимое и отрицательно головой покачивая — Линзи не могла так поступить! — сделал несколько шагов назад, медленно опустился на кровать, перечитывая письмо любовницы снова и снова…

«Дорогой Джимиан! — гласило послание — Мы были вместе несколько лет. И я должна признаться тебе, что это были счастливейшие годы в моей жизни. Никогда и никого я не любила так, как люблю тебя. Только поэтому я и согласилась когда-то стать твоей любовницей. Понимала ведь, что быть рядом с тобой в каком-то другом качестве я точно не смогу. Но, видимо, наше время закончилось. Пришла пора расстаться. Твоя женитьба на другой заставила меня понять, как же, в действительности, ты ко мне относишься — на этом месте ровный почерк Линзи стал чуточку кривоватым — Ты совершенно прав, я с самого начала знала, что женой твоей должна стать совершенно другая девушка. Не такая, как я. Иногда я даже представляла её себе. Знаешь, в моих мыслях это была такая манерная дамочка из очень состоятельной и уважаемой семьи, разодетая в дорогущие наряды и обожающая роскошные приёмы. И я всегда понимала, что до уровня той девушки мне никогда не дотянуть — дальше шли несколько слов, которые Линзи в последствии зачеркнула так, что было не разобрать, что же там было написано, после чего шли обычные аккуратные буковки — Наверное, я смогла бы хоть как-то смириться с твоей женитьбой на девушке твоего круга. Это ведь логично, что женой уважаемого состоятельного господина становится именно та, которая получила блестящее воспитание и образование, которая имеет деньги и связи, которая будет стоять рядом с тобой на всех твоих важных официальных мероприятиях, и при этом всё твоё окружение будет считать её своей. А я, дочь бедного и необразованного работяги, могу рассчитывать лишь на статус любовницы. Да, я бы вполне могла смириться с твоей женитьбой на женщине, которая объективно лучше меня. Но ты женился на девушке, про которую никак нельзя сказать, что она меня лучше! А с этим смириться не просто тяжело, скорее даже невозможно. Во всяком случае для меня. Ведь я точно не смогу быть рядом с мужчиной, для которого в качестве жены предпочтительнее видеть девицу с острова синих огней, чем меня — небольшой отступ и маленькая приписка снизу — Все свои вещи из этого дома я забрала. Надеюсь, ты не потребуешь от меня, чтобы я их вернула. Впрочем, если ты считаешь, что мои платья твоей жене важнее, чем мне, то я всё отдам, только скажи. Деньги, что ты оставил в прошлый раз, я не трогала. За меня не переживай, я не пропаду. И спасибо тебе за всё, что между нами было. Уже не твоя, Линзи».

Небрежно откинув письмо в сторону, Джимиан бросился в гардеробную… только чтобы обнаружить, что ни одного платья там не осталось. Ни платьев, ни обуви, ни накидок, ни легкомысленных ночнушек на тонких бретельках, которые так шли красотке Линзи. Ничего. Лишь в самом углу на полу валялся неприметный серый шарфик. Мужчина медленно приблизился, поднял шарфик с пола и поднёс к своему лицу, вдыхая знакомый аромат кареглазой девушки, что ещё совсем недавно жила в этом доме.

— Она, и правда ушла — тихо произнёс Джимиан. В его голосе всё ещё звучало недоумение, недоверие. Да, письмо уже бывшей любовницы он прочитал несколько раз, но так и не смог до конца поверить в её уход.

Шарфик мужчина спрятал в карман. Ещё раз обошёл весь дом, словно пытался что-то найти, но сам не знал, что именно. Возможно, ещё одно письмо от любовницы? В котором она говорит, что её уход, о котором она написала в первом письме, не более чем глупая шутка, и на самом деле она вернётся через несколько дней? Никакого второго письма, конечно же, не нашлось. И, побродив по опустевшему дому ещё какое-то время, Джимиан Хонг вышел на улицу, бездумно побрёл в сторону центра города.

«Она же меня любит! — крутилось в его голове — Она столько раз мне об этом говорила! И в своём прощальном письме об этом написала! И всё равно она ушла! Как же так? Даже толком не попрощалась! Лишь эту жалкую записульку оставила!».

Первое потрясение медленно сменялось злостью на выходку любовницы. Захотелось развернуться и направиться на её поиски, чтобы, встретившись, высказать ей в лицо всё, что он думает о её уходе. Впрочем, Джимиан примерно знал, куда могла отправиться Линзи. Её отец живёт в небольшом домике в пригороде Римерона, а он у неё единственный родной человек. Наверняка, к отцу она и уехала.

«И теперь, вместо того, чтобы ночевать в хорошем доме на большой мягкой кровати, она каждую ночь будет вынуждена спать на жёстком и грязном матрасе в маленькой тёмной комнатке — мстительно раздумывал Джимиан — И кроме того, ей ещё и работать придётся, к чему Линзи совсем не привыкла. Она несколько лет прожила у меня на всём готовом, ни за что не отвечала. Ничем не занималась. Это я её кормил, поил, одевал. Её отец точно не сможет обеспечить ей ту жизнь, которую обеспечивал я — последняя мысль мужчину даже немного порадовала — А что, сейчас она попробует пожить одна, быстро поймёт, что со мной ей жилось в разы лучше. Глядишь, и вернуться надумает — надменно фыркнул — А я ещё и подумаю, стоит ли мне снова связываться с такой капризной содержанкой».

С этой последней мыслью мужчина направился прочь из дома. А напоследок ещё и входной дверью от души шарахнул, что стены едва не затряслись. Дверь запер на ключ, ключ небрежно в карман камзола бросил, а сам медленно направился в сторону ближайшей таверны. Как-никак, у него весь день ничего во рту не было. А по пути раздумывал над тем, стоит ли аренду домика Линзи ещё на месяц-другой продлевать. В итоге так ни до чего и не додумался. С одной стороны, если Линзи ушла, то и дом этот теперь не нужен. А с другой… что, если она через неделю-другую вернётся?

На короткий миг Джимиану даже подумалось о том, чтобы завести новую любовницу и поселить её в этом милом домике. А что? Неплохой вариант. И развлечься можно, а заодно и показать предательнице-беглянке Линзи, что её уход не очень-то его и расстроил! Впрочем, идею поиска новой «подруги» мужчина тут же отверг, при этом недовольно головой покачал и плечами передёрнул.

Поздний обед у Джимиана состоял из наваристого рыбного супа, да обжаренного на открытом огне мяса с печёнными овощами. Мужчина долго сидел в самом дальнем углу таверны, медленно и без особого аппетита пережёвывал отменно приготовленную пищу, бездумно посматривал на других немногочисленных посетителей, а в голове уже никаких мыслей не было. Всё, как в вязком сером тумане, ни злости, ни радости, оглушённость какая-то. Из-за стола мужчина поднялся уже ближе к вечеру и медленно поплёлся в сторону дома, даже экипаж нанимать не стал. В голове вновь начали появляться связные мысли, но уже не о сбежавшей любовнице… Ну вот, даже мимолётное воспоминание о Линзи отдаётся каким-то неприятным и даже болезненным ощущением в области сердца!

Джимиан вспомнил о матери, о сестре… ну и о своей временной жене, естественно. И почувствовал ужасную усталость, лишь на миг представив, что этим вечером ещё и с матушкой объясняться придётся. Мда… давненько у него такого не было… чтобы домой идти не хотелось. Оставалось надеяться, что хотя бы жёнушка из своего очередного загула сегодня вернётся вовремя.

Как это ни странно, надежды мужчины оправдались. Он уже свернул на свою улицу, когда заметил впереди себя черноволосую девушку в длинной накидке. Юни. Она не спешила, шла медленно, не торопясь, и по сторонам не оглядывалась.

— Юни, подожди! — прикрикнул мужчина, и жёнушка мгновенно остановилась, обернулась. Настороженное выражение её лица быстро сменилось полным спокойствием, стоило ей увидеть, что окликнул её муж, а не кто-то другой. Девушка даже улыбнулась вполне приветливо. Но Джимиан на её улыбку никак не ответил. Не до улыбок ему сейчас было. Поближе подошёл и жену за руку взял.

— Даже не верится, что мы, и правда, возвращаемся домой в одно и то же время — беззаботно произнесла жёнушка, послушно двигаясь за мужем в сторону дома. Джимиан на её реплику никак не ответил. Можно сказать, даже никакого внимания на слова жены не обратил — Как день прошёл? — едва заметно нахмурившись, спросила Юни.

— Нормально — сквозь зубы пробормотал Джимиан, ускоряя шаг. Вести лёгкие беседы ему тоже совсем не хотелось.

Девушка рядом чуть замедлила шаг, вынуждая и мужчину идти медленнее. И он скорее почувствовал, нежели увидел её пристальный и задумчивый взгляд.

— У тебя что-то случилось? — тихо молвила Юни.

«Случилось! Ещё как случилось! Меня моя Линзи бросила! А теперь ещё и на твои бестолковые вопросы отвечать приходится! И сейчас, вместо того, чтобы спокойно побыть одному, мне ещё разговор с матушкой предстоит!» — захотелось прокричать Джимиану, но, помятуя о том, что находится не дома, за закрытой дверью, а на людной улице, он сдержался. Сделал глубокий вдох, едва заметно головой качнул.

— У меня всё нормально — проговорил он.

— Ну как знаешь — произнесла в ответ жёнушка, бросив на мужа последний задумчивый взгляд и теперь уже сама шаг ускорила.

В дом молодожёны зашли, держась за руки и наигранно друг другу улыбаясь. Но, судя по всему, открывший им дверь домоправитель, посчитал их улыбки вполне искренними. И даже в сторону взгляд отвёл, когда Юни к мужу подалась, по щеке его легонько погладила и на ухо прошептала, довольно громко прошептала, чтобы все услышали, что идёт в спальню и будет ждать своего мужа там, потом мило хихикнула, на пятках лихо развернулась и по лестнице на второй этаж убежала, а на ходу ещё и служанок крикнула.

Находясь на виду у домоправителя и других слуг, Джимиан тоже делал вид, что безумно счастлив и доволен своей жизнью. Но стоило ему оказаться за закрытой дверью своей комнаты, на его лицо снова набежало недовольно выражение. Он небрежно скинул на пол свой камзол, ботинки оставил лежать там же, где и снял… всё равно ведь слуги подберут, сам уселся на кровать и в окно посмотрел. А внутри возникло непривычное желание… напиться и забыть обо всех проблемах хотя бы на этот вечер. Но и этого делать было никак нельзя. Ведь матушка дома. И если госпожа Наяни Хонг увидит сына в столь непрезентабельном состоянии, наверняка, потом замучает его нотациями, да ещё и допрос устроит, стремясь выяснить причину, почему сыночек решил выпить лишнего, да ещё и в одиночку.

Визит матушки не заставил себя долго ждать. Госпожа Наяни самолично заявилась в комнату сына спустя примерно час после его возвращения домой. Оглядела Джимиана с ног до головы задумчиво-прищуренным взглядом, недовольно покосилась на закрытую дверь, ведущую в комнату Юни, после чего снова на сына посмотрела.

— Вернулся, всё-таки — небрежно произнесла женщина, после чего вальяжно по комнате сына прошлась и в итоге устроилась в одном из кресел, так и не сводя с сыночка тяжёлого взгляда.

— Конечно, я вернулся. Это ведь мой дом. С чего это я не должен был сюда возвращаться? — ответил Джимиан, пожав плечами. Старался выглядеть расслабленным и довольным, а мысленно настраивался на настоящий бой с собственной матерью. Да, пока ещё госпожа Наяни выглядит… относительно спокойной, но мужчина знал, что это лишь видимость. На самом деле Наяни Хонг сейчас в ярости, ещё немного, и она начнёт кричать и топать ногами. И что бы такое ей сказать, чтобы она успокоилась?

— Ну мало ли — всё ещё обманчиво-спокойно ответила матушка — Ты теперь человек женатый. А жена у тебя… — уже привычно брезгливо губы скривила — Особа не сильно добропорядочная. Кто знает, куда она может тебя завести? — секундная пауза — А ты, как идеальный муж, за неё ещё и заступаешься. И вместо того, чтобы заставлять её учиться, пропадаешь с ней где-то дни напролёт — ещё пауза — Про мать родную и сестру и вовсе позабыл.

— Ну что ты такое говоришь, мама? — поморщился Джимиан — Как я могу забыть про тебя или про Джанди? Вы же моя семья.

— Ах, мы, оказывается, твоя семья — не без сарказма протянула госпожа Наяни, а её сын от этой фразочки еле сдержался, чтобы за голову не схватиться. Джимиан всегда поражался этому таланту своей матушки: одна единственная брошенная ей фраза, а он уже чувствует себя самым ужасным и никчёмным сыном, и чувство вины неизвестно откуда появляется вместе с желанием сделать всё, что угодно, лишь бы поскорее исправиться и получить одобрение любимой мамочки. Вот только сейчас он вряд ли может сделать хоть что-то, чтобы как-то исправить положение и порадовать госпожу Наяни. Юни всё ещё его жена, до развода ещё несколько недель… И почему после этой злополучной женитьбы в его жизни всё так запуталось и усложнилось? И жена ведёт себя непонятно как, и любовница его бросила… Очередное воспоминание о Линзи ещё больше испортило мужчине настроение. А его матушка всё продолжала сидеть напротив, сверля сына недовольным взглядом — Мы с Джанди уж было решили, что отныне твоей семьёй стала она — короткий кивок в сторону закрытой двери в комнату Юни бросила и вопросительно брови приподняла — Я, кстати, ожидала застать её в твоей комнате, а она у себя закрылась. С чего бы это?

Вот так вот. И что ей на это ответить?

— Просто Юни сегодня очень устала, ей нужно отдохнуть — ляпнул в ответ Джимиан первое, что в голову пришло. В голосе его послышалось раздражение, которое он тут же постарался в себе задавить. А госпожа Наяни коротко усмехнулась.

— Ах, она устала. Вот бедняжка — хмыкнула женщина, выражение её лица резко изменилось. Госпожа угрожающе свела брови и на ноги поднялась, чтобы казаться выше. В далёком детстве, когда мать так на него смотрела, Джимиан старался поскорее от неё сбежать и не попадаться ей на глаза, пока та не успокоится. Но в собственной комнате от матушки не сбежишь, а потому мужчина продолжал сидеть на своём месте, мысленно готовясь к предстоящей грозной отповеди.

— Значит, жена твоя устала — снова повторила госпожа Наяни и выразительно-насмешливо хмыкнула — Интересно, отчего же она так устала? Если я правильно помню, жёнушка твоя уже несколько лет живёт на полном твоём содержании! А это значит, что никакой тяжёлой работой она уже давно не себя не утруждает. Да твоя Юни живёт на всём готовом, ничего не делает, только постоянно пропадает непонятно где, по своим сомнительным подругам и родственникам бегает, а может быть, и ещё к кому-то бегает! — не удержалась женщина от намёка на непорядочность невестки и громко перевела дыхание. Джимиан хотел было воспользоваться короткой паузой, чтобы уже привычно вступиться за жену, но госпожа Наяни властным жестом выставила перед ним ладонь, и тот покорно промолчал — Ты женился на женщине совершенно не нашего круга! Вытащил её из такой грязи! Ещё и в свой дом привёл… А эта бездельница, вместо того, чтобы испытывать хоть какое-то чувство благодарности и пытаться хоть как-то вписаться в семью, в которую её приняли, ведёт себя как… как…

— Мама, ну перестань — тихо попросил Джимиан, тяжело вздыхая.

— Перестань? Перестань⁈ — громко перебила Наяни Хонг — Да ты хоть знаешь, что твоя жена устроила сегодня утром⁈ — и многозначительно замолчала.

— И что же она устроила? — послушно уточнил мужчина.

— Твоя драгоценная сестра Джанди, вместо того, чтобы уделять время своему мужу и родным детям, озаботилась поисками учителя по этикету для твоей бестолковой и необразованной жены. Нашла самого лучшего, привела его к тебе в дом. А эта бездельница даже за парту сесть не соизволила, представляешь? Учителя ей прямо домой привели, только садись и слушай, что он тебе толкует! А она, лентяйка, учиться не захотела, просто развернулась и ушла! — матушка скрестила руки на груди и вновь уселась в кресло — Ты хоть представляешь, насколько нам было неудобно и даже стыдно за твою жену перед учителем?

Да, Джимиан прекрасно это представлял. Представлял, но только что он мог сделать? Сказать матери, чтобы оставила его жену в покое, что он, собственно, и обещал с той с самого утра? Или же сказать жене, чтобы слушалась его матушку? Оба варианта были трудновыполнимы, а может, и вовсе неосуществимы.

Какой всё-таки простой была его жизнь ещё несколько дней назад. Да, тогда у него ещё не было огромного состояния. И не было жены. Зато были хорошие отношения с родными. А ещё у него была Линзи.

«Нужно просто переждать — напомнил себе мужчина — Через несколько недель мы с женой разведёмся. Мои отношения с матушкой и сестрицей тут же наладятся. И деньги при мне останутся. А Линзи… а про Линзи я забуду. И жить буду хорошо и даже счастливо».

— Мама, моя Юни никакая не лентяйка — помолчав немного, произнёс Джимиан. Да, он всё ещё продолжал разыгрывать из себя роль безумно влюблённого в свою жену мужчины. Влюблённого и не замечающего в жёнушке никаких недостатков.

— Лентяйка — не согласилась Наяни — Ещё какая лентяйка, если ей даже за партой лень сидеть.

— Мама, ей вовсе не лень учиться. И от учителя она сегодня ушла по совершенно другой причине.

— Да? — недоверчиво протянула женщина — И по какой же?

— Мы с Юни планировали провести весь сегодняшний день вместе. Я ей обещал, что мы вместе погуляем по Римерону, за город прокатимся… а тут учёба — принялся врать Джимиан — Нет, если бы вы с Джанди заранее предупредили меня, что сегодня к моей жене придёт учитель, то я, конечно же, ничего бы на сегодня не планировал, а так — развёл руками в стороны и осторожно на мать покосился. Вид у той был задумчивый, но прежней злости в её взгляде уже не было.

— И это единственная причина, почему она сегодня отказалась начать обучение?

— Конечно — тут же закивал Джимиан — Юни совсем не против учёбы, но она никак не ожидала появления учителя именно сегодня. А вот завтра… — мужчина осёкся, припоминая утренний разговор с жёнушкой. Что она там говорила? Что завтра у неё опять какие-то дела? — Нет, на завтра у нас тоже есть планы. А вот послезавтра, с самого утра… Да, послезавтра утром я лично прослежу за тем, чтобы Юни была в учебной комнате!

— Хм — протянула Наяни Хонг, снова поднимаясь на ноги — Значит, послезавтра утром твоя жёнушка всё-таки снизойдёт до того, чтобы позаниматься? Ну-ну — бросила она напоследок и медленно направилась к выходу из комнаты. Больше ничего не сказала, а через несколько секунд Джимиан услышал тихий звук закрывшейся за ней двери. И только тогда позволил себе облегчённо выдохнуть.

Мда… разговор с матерью был не из лёгких. Но и сильно тяжёлым он тоже не был. А уж когда Джимиан пообещал, что послезавтра утром Юни точно приступит к занятиям, то Наяни Хонг и вовсе сменила гнев на милость… вроде бы.

За окном уже окончательно стемнело, можно было ложиться спать. Правда, спать не очень-то и хотелось. Но и сидеть просто так, без дела, тоже желания не было. Ах, вот если бы ему повезло, и в жёны ему бы досталась более покладистая девица, время можно было бы провести с куда большей пользой. Джимиан ухмыльнулся и руки в карман брюк сунул. И тут же наткнулся правой рукой на тонкий кусочек ткани, который сам же и засунул в карман ещё днём… забытый шарфик Линзи. Вытащил вещицу из кармана, поднёс к лицу, вдохнул знакомый запах. Непристойные мысли о приятном времяпрепровождении с покладистой женой мужчину тут же покинули, на их место вернулась прежняя тоска. Чего он там хотел, когда только домой вернулся? Напиться? А может, не такая уж это и плохая идея?

Джимиан выглянул в коридор, поймал первую попавшуюся пробегающую мимо служанку и велел принести ему в комнату бутылку хорошего крепкого напитка и чего-нибудь съестного на закуску.

Утро для Джимиана Хонга наступило ну очень рано, во всяком случае, именно по его ощущениям. Разбудил мужчину стук в дверь. Сначала стук был тихий и осторожный, но постепенно он становился всё громче и настойчивее. А если учесть тот факт, что накануне вечером хозяин этого дома выпил целую бутылку бренди, то разбудивший его стук привёл его в настоящее бешенство. Да, кому-то из служащих дома вот-вот предстоит столкнуться с разгневанным хозяином!

Джимиан Хонг неприлично выругался себе под нос, одним резким движением откинул в сторону одеяло и на ноги поднялся… перед глазами тут же потемнело и дыхание сбилось, к горлу подкатила противная тошнота, и голова, которая и так неприятно ныла, разболелась ещё сильнее. Мужчина покачнулся, чуть снова на кровать не упал. Опять выругался, схватил с прикроватного столика пустую бутылку из под бренди, ко лбу приложил. От прикосновения холодного стекла голове стало чуть легче, и Джимиан, поморщившись от очередного стука, медленно поплёлся к двери.

За дверью комнаты обнаружился домоправитель.

— Доброе утро, господин — тут же поприветствовал тот хозяина и изобразил лёгкий учтивый поклон.

— Это ты? — глухо и недовольно пробормотал Джимиан Хонг — И с чего это ты сегодня надумал будить меня в такую рань? — и тут же добавил с угрозой — Если окажется, что ты разбудил меня из-за какой-то ерунды, то я тебя уволю.

Кажется, на местного домоправителя угроза хозяина не произвела особого впечатления, он только слегка вопросительно выгнул седую бровь, да более внимательно присмотрелся к мужчине, которого только что разбудил. И наверняка заметил и его помятый вид, и чуть покрасневший взгляд… и витающий вокруг него запах алкоголя.

— Прошу меня простить, господин — коротко извинился домоправитель и мгновенно добавил — Я бы ни за что в жизни не решился потревожить вас в такое время, если бы на то не было причины.

— Что, снова моя мать велела меня разбудить? Если это так, скажи ей, что меня дома нет, что я уже ушёл… куда-нибудь — сказав это, Джимиан попытался закрыть дверь прямо перед носом своего служащего и идти дальше спать. Но домоправитель его остановил.

— Дело в том, что в доме гость, господин — произнёс он и с каким-то странным намёком добавил — И хотя этот господин пришёл не к вам, я подумал, что вы всё же обязаны знать об этом визите.

— Гость? Который, к тому же, пришёл не ко мне? — тут же переспросил Джимиан, слегка нахмурившись — И почему же ты решил, что мне обязательно знать про этого гостя? Мне так-то не особо важно, кто приходит в гости к моей матери.

— Дело в том, что этот господин пришёл не к госпоже Наяни — тихо ответил домоправитель, ещё и по сторонам оглянулся, проверяя, не слышит ли его кто — Гость пожелал увидеть вашу жену.

На это заявление Джимиан Хонг нахмурился ещё сильнее и вопросительно голову наклонил, ожидая узнать, кто же это пришёл к его жёнушке с утра пораньше. Кто-то из её родственников или друзей с острова Тио? Вряд ли… иначе домоправитель не назвал бы гостя господином. Но кто тогда? Ответ мужчину немного удивил.

— Это ваш давний знакомый, Нолан Лим, господин — поведал служащий — Он пришёл и сказал, что желает видеть госпожу Юни. И сейчас он ожидает её в малой гостиной.

— Понятно — пробормотал Джимиан, всё ещё продолжая недоумённо хмуриться. Помедлил немного и произнёс — Скажи Нолану, чтобы подождал меня, я сейчас спущусь. Да, и слугу позови, пусть поможет мне одеться — оглянулся по сторонам и слегка поморщился — И, заодно, приберётся здесь.

— Как прикажете, господин — кивнул домоправитель.

Оказавшись в своей комнате в одиночестве, хозяин дома принялся раздумывать, зачем это главе Центрального городского управления по защите населения и охране правопорядка понадобилась очередная встреча с Юни.

Джимиан попытался вспомнить, когда же он виделся с Ноланом последний раз. Память мужчину не подвела: с давним приятелем он общался в день своей женитьбы на Юни. Прошло всего несколько дней, но Джимиану отчего-то казалось, что намного больше… немудрено, ведь с того дня в его жизни столько всего произошло… неприятного.

Снова некстати вспомнилась Линзи и её коварный побег, и мужчина решительно отмахнулся от этих невесёлых мыслей.

Вспоминая последнюю встречу с Ноланом Лимом, Джимиан припомнил, что тот планировал навестить Юни на следующий день после свадьбы, чтобы разыграть небольшой спектакль перед госпожой Наяни, показывая той, что между ним и новоиспечённой женой Джимиана Хонга что-то есть. И, кстати, Нолан и Юни в тот день блестяще отыграли свои роли, матушка до сих пор подозревает невестку в неверности её сыну.

«Так, может быть, Нолан и сегодня пришёл именно для этого? — логично предположил хозяин дома — Чтобы закрепить прошлый результат? Да, скорее всего… Надо бы пойти и сказать ему, что больше не нужно разыгрывать перед моей матушкой никакие представления».

Несколько минут спустя Джимиан Хонг спустился на первый этаж и прошёл в малую гостиную. Своего давнего приятеля Нолана Лима он увидел сразу же.

Высокий светловолосый мужчина стоял спиной к хозяину дома и молча смотрел в окно. А Джимиана внутри кольнуло привычное лёгкое чувство зависти по отношению к давнему другу. Немудрено, у того и внешность попредставительнее, и жениться на неугодных дамочках с капризным характером тому вовсе не нужно, у него и так с деньгами полный порядок, и положение в обществе у того повыше.

«От такого покровителя Линзи точно бы не сбежала, что бы он ни сделал» — пробежала в голове у Джимиана злая мысль, но он тут же попытался задвинуть эту мысль подальше, а то ещё не хватало брякнуть что-то лишнее главе Центрального городского управления. Который и разозлится может на необдуманные слова и передумает с разводом помогать.

А Нолан вдруг почувствовал, что в комнате он больше не один, обернулся и приветливо, можно даже сказать, что легко и беззаботно, улыбнулся хозяину дома.

— Джимиан — произнёс утренний гость — Доброе утро! Твои слуги сказали, что ты ещё спишь — чуть качнул головой и извиняющимся тоном добавил — Прости, никак не хотел разбудить тебя своим визитом. Да я, собственно, и не к тебе пришёл.

— Доброе утро, Нолан — вернул приветствие Джимиан Хонг — Мне уже доложили, что ты пришёл к моей жене, а не ко мне — и на гостя посмотрел с ожиданием, ждал, когда тот поведает о причине своего внезапного визита и повышенного интереса к Юни. Но Нолан не спешил открывать свои секреты, да и выглядел так, словно в его желании повидаться с чужой женой нет ничего необычного. Потом и вовсе на большие напольные часы, что стояли в малой гостиной, покосился, недовольно губы поджал.

— Что-то твоя жена сегодня очень долго одевается — пробормотал гость вместо разъяснений.

— А зачем тебе понадобилась Юни? — всё же задал Джимиан прямой вопрос и сам же смутился от собственнических ноток, что прозвучали в его голосе. А чтобы Нолан Лим не подумал, что давний друг надумал ревновать собственную временную жену, поспешно добавил — Я помню наш разговор в день моей свадьбы, когда ты обещал навестить Юни… ну чтобы моя матушка поверила, что моя жена не хранит мне верность. Так вот, моя мать во всё поверила и даже успела прочитать мне нравоучительную лекцию на тему того, что я не умею ни жён выбирать, ни следить потом за этими самыми жёнами — болезненно поморщился, припоминая все свои разговоры с матерью за прошедшие дни, после чего заставил себя ободряюще улыбнуться — Поэтому… — развёл руки в стороны — Я тебе, конечно, очень благодарен за твою помощь, но тебе больше не обязательно приходить в гости к Юни.

Стоило Джимиану произнести эти слова, как он заметил, что выражение лица гостя тут же поменялось. Из спокойно-благодушного оно стало напряжённым, задумчивым, а во взгляде светловолосого мужчины проявилась лёгкая растерянность. Нолан помолчал немного, потом прочистил горло и тихо произнёс:

— Признаться честно, сегодня я пришёл вовсе не из-за нашего с тобой разговора после твоей женитьбы на Юни.

— А… а зачем? — глупо переспросил Джимиан.

Гость снова задумчиво замолчал, словно мысленно подбирал правильные слова. Или же прикидывал, что правильнее, правду сказать или солгать. Это его задумчивое молчание заставляло хозяина дома нервничать и теряться в догадках. Что же тому, всё-таки, понадобилось от Юни?

— Ты очень странно реагируешь на мой визит — прозорливо заметил Нолан — Что же, я всё понимаю, твоя жена очень красивая женщина. Возможно, на твоём месте я бы тоже не удержался — прищурился и уже сам задал вопрос — Значит, за эти дни твой фиктивный брак успел превратиться в настоящий? Ты поэтому против моих визитов к Юни?

— Нет, конечно. И с Юни у меня ничего такого не было! — поспешно заверил Джимиан и головой отрицательно закрутил, подтверждая свои слова — И я не то чтобы против… — замялся на мгновение — Просто больше не вижу в твоих визитах никакого смысла… матушка и так считает мою жену ужаснейшей из невесток. А ты человек занятой, зачем тебе тратить своё время на то, чтобы показывать моей матери, что Юни ещё хуже, чем она и так про неё думает.

Нолан Лим снова замолчал, взгляд его стал ещё более задумчивым.

— Джимиан, тебе совершенно не стоит переживать из-за того, что я трачу своё время на визиты к твоей жене — помолчав, заявил гость, после чего задал очередной неудобный вопрос — Выходит, ты пока только хочешь, чтобы ваш брак с Юни стал настоящим?

— Да нет же! Ничего такого я не хочу! — заявил Джимиан — Я и в будущем не собираюсь иметь ничего общего с моей женой. Она, вообще, не в моём вкусе! И характер у неё просто ужасный! Я уже сейчас недели считаю до того момента, когда можно будет, наконец, расторгнуть этот ненавистный брак! — с шумом дыхание перевёл, выдав эту тираду, а мысленно понадеялся, что приятель поверил в искренность его слов.

Нолан, кажется, поверил. Выражение его лица вновь стало спокойным, расслабленным.

— Что же, я рад это слышать — произнёс глава Центрального управления — И рад, что мне не придётся с тобой ссориться из-за девицы с острова Тио.

— Почему ссориться? — не понял Джимиан, а потом даже рот удивлённо приоткрыл, услышав ответ своего гостя.

— Знаешь, это хорошо, что Юни не в твоём вкусе — заявил тот — А вот мне такие девицы… — губ светловолосого коснулась лёгкая полуулыбка — Очень даже по вкусу. Признаться, я с первого дня возвращения в Римерон подумываю о том, чтобы завести себе постоянную содержанку, а тут твоя Юни…

— Погоди-погоди — перебил хозяин дома своего гостя, в этот момент он даже о том, что у него голова раскалывается, почти позабыл — Ты… Неужели ты, и правда, хочешь, чтобы твоей содержанкой стала моя жена⁈ — голос мужчины прозвучал громче, чем хотелось бы, и он тут же спохватился, подбежал к двери, приоткрыл её и в коридор выглянул, проверяя, не успел ли кто из слуг подслушать занимательный разговор хозяина и его гостя. К счастью, в коридоре никого не было видно, и Джимиан, вновь закрыв дверь, повернулся к Нолану.

А тот стоял на прежнем месте. На лице невозмутимое выражение, словно и не он только что предложил давнему другу сделать его жену своей любовницей-содержанкой. Ещё и спросил, всё также спокойно-невозмутимо:

— В чём дело Джимиан? Ты разве против моих взаимоотношений с Юни? Так ты же сам только что сказал, что к своей фиктивной жене… — он сделал заметный акцент на слове фиктивной — ничего не испытываешь.

— Да при чём тут… испытываю или не испытываю? — возмутился мужчина — Это же неприлично! Моя жена, находясь в браке, состоит в неприличных отношениях с другим мужчиной! Да это будет неслыханный скандал, а надо мной половина города смеяться будет! А что скажет на это моя мать? Да и что другие люди скажут, когда узнают?

— А все и должны всё узнать, разве нет? Чтобы получить развод, тебе нужны будут неоспоримые доказательства неверности твоей жены — резонно напомнил Нолан — И чем больше людей будут знать про то, что твоя Юни, находясь в браке с тобой, бегала к другому мужчине, тем больше шансов на то, что развод ты получишь без каких-либо серьёзных проблем и проволочек. Да, твою личную жизнь будут обсуждать все, кому не лень. Кто-то будет тебя жалеть, кто-то смеяться, кто-то обвинять… Но в деле получения развода это даже хорошо! — шаг вперёд сделал и пристально на давнего приятеля посмотрел — Или ты думал, что по-тихому женишься, потом по-тихому разведёшься, и в обществе о твоей временной женитьбе на мягко говоря неподходящей девушке никто не узнает? — Джимиан нервно сглотнул, ведь он, действительно, надеялся, что о причинах развода широкому кругу известно не будет, только родственникам и близким знакомым. А Нолан Лим чуть усмехнулся и головой покачал — Неужели, ты, и правда, так думал?

— Я думал, что… — Джимиан осёкся на полуслове и неуверенно произнёс — Ведь никого постороннего на суде по делу о разводе не будет, так? Да, я понимаю, от людей мой развод не скроешь, и все будут знать, что я со своей женой развёлся. Но зачем им знать о причинах развода?

Светловолосый гость снова насмешливо-сочувствующе головой покачал.

— Не хочу тебя заранее пугать или разочаровывать, друг мой, но суд по делу о разводе будет открытым, на него кто угодно сможет заявиться — сказав это, Нолан совершенно серьёзно добавил — Поэтому мои визиты к Юни тебе даже на руку. Благодаря им ты точно получишь развод, а у меня… у меня, наконец, появится содержанка, которая полностью соответствует всем моим требованиям.

Возразить на это Джимиану было уже нечего.

— А Юни сама-то знает о твоих планах… на неё? — только спросил он.

— Конечно, знает — уверенно кивнул Нолан — И на моё предложение она ответила уверенным согласием. И все условия мы с ней уже обговорили.

— Вон даже как — недовольно протянул Джимиан.

В этот момент хлопнула входная дверь в малую гостиную. Хлопнула очень громко, ведь вошедший толкнул дверь куда сильнее, чем необходимо, отчего хозяин этой самой гостиной ощутил новый приступ головной боли, которая уже было отступила на второй план, но сейчас вот вернулась. Джимиан Хонг болезненно поморщился и потёр лоб пальцами правой руки, мысленно ругая себя за то, что вчера не удержался от выпивки, а потом недовольно глянул на вошедшего, не умеющего аккуратно двери открывать.

Этим вошедшим оказалась только что обсуждаемая жена хозяина дома. Юни Хонг. Одета она была простенько и скромно. Можно даже сказать, невзрачно. Серая блузка и длинная юбка, никаких вырезов и декольте, никаких рюш и украшений. Ещё и волосы зачем-то собрала в тугой пучок на затылке и под шляпку спрятала. Назвать её чьей-то содержанкой язык не поворачивался. Девушка обвела мужчин внимательным взглядом, словно поняла, что до её появления разговор шёл именно о ней, потом небрежно повела плечиком и спокойно улыбнулась обоим мужчинам сразу.

— Доброе утро — поздоровалась она и к Нолану повернулась — Мы можем идти?

— Конечно — заверил тот и в два шага преодолел расстояние, что отделяло его от девушки. И даже руку ей подал, за которую та, не раздумывая, ухватилась.

— Значит, это правда? — не удержался от вопроса Джимиан, недоверчиво поглядывая на уходящую парочку.

— Что правда? — повернулась к нему жёнушка.

— Что вы… — мужчина осёкся — Нолан рассказал мне о том, что предложил тебе… — снова осёкся — И сказал, что ты согласилась с его предложением.

На лице черноволосой девицы ни один мускул не дрогнул. Излучая прежнее безмятежное спокойствие, в ответ на слова мужа она даже согласно головой покивала.

— А, ты об этом — равнодушно протянула она — Ну, да. Конечно же, я согласилась. В конце-концов, мне и самой это нужно.

Нолан на эти слова издал тихий смешок, коротко попрощался с хозяином дома и галантно приоткрыл дверь перед Юни, пропуская её вперёд.

Джимиан уже не видел их ухода, он отвернулся к окну и бездумно смотрел на происходящее на улице. Он лишь услышал тихий и почти не слышный щелчок закрывшейся двери: в отличие от жёнушки, его давний друг умел правильно открывать и закрывать двери.

«Давний друг… Или теперь уже и не друг вовсе? — и в без того больной голове Джимиана Хонга закрутился хоровод из раздражающих и малоприятных мыслей — Ведь нельзя же дружить с человеком, который увёл у тебя жену. Хотя… жена, вроде, ненастоящая. Но всё равно…»

Джимиан припомнил день, когда Нолан Лим вызвался помочь ему с поисками подходящей жены. Он тогда подумал, что давний приятель, и правда, хочет ему помочь. Теперь же выяснилось, что тот искал не столько жену для друга, сколько для себя любовницу. Поэтому и выбрал Юни… девицу с невыносимым характером.

Мужчина снова болезненно сморщился. Только теперь он морщился уже не из-за головной боли, а от мысли о том, что его наглым образом предали. Его предал друг, который сначала подсунул ему в жёны совершенно неподходящую девицу, а потом ещё и сделал эту самую девицу своей любовницей! Да и жёнушка тоже хороша! Она ведь тоже его предала! До развода ещё куча времени, а она уже, никого не стесняясь, по дому родного мужа разгуливает под ручку с новым покровителем!

«Ещё и Линзи меня бросила! Хотя говорила, что любит… Выходит, и она меня предала!» — додумал Джимиан, а внутри у него вновь появилось вчерашнее желание выпить и забыться, и даже непроходящая тупая боль — неприятное последствие выпитого накануне, поселившаяся в висках, не отбила этого желания.

Новые жертвы и поиски новых свидетелей

Ночью Юни снова приснился сон. Знакомая комната, обставленная дорогущей мебелью, и знакомая фигура мужчины, лицо которого так и не удавалось рассмотреть.

И всё же, сегодняшний сон отличался ото всех предыдущих. Этой ночью незнакомец никого не мучил в своём подвале и не рассматривал обстановку этого подвала, вспоминая все творимые в нём тёмные деяния. Мужчина… куда-то собирался. Одет он был не как обычно, в неприметные серо-чёрные одежды. Сейчас на нём красовался яркий бордовый камзол, расшитый золотыми нитями, и дорогие перстни из золота с рубинами на пальцах.

Мужчина стоял перед высоким, во весь рост, зеркалом, придирчиво себя рассматривал, поправляя то воротник, то золотые запонки. Вот он элегантным движением смахнул невидимую пылинку с рукава камзола, а в следующий миг обернулся на открывшуюся дверь.

В комнату вошёл ещё один мужчина, судя по форменной одежде, простой слуга. Слуга что-то коротко сказал своему хозяину и быстро удалился. А хозяин комнаты бросил последний взгляд в зеркало и довольно-предвкушающе улыбнулся. Нет, Юни не смогла разглядеть его улыбку, но очень отчётливо почувствовала, что улыбка та именно довольно-предвкушающая.

Любопытно… с чего бы это у негодяя-маньяка такое настроение?

А мужчина уже спешил прочь из комнаты, шёл по знакомым коридорам, спускался по знакомой лестнице и в итоге оказался на улице, где его уже ждал экипаж, запряжённый четвёркой чёрных лошадей. Незнакомец ловко запрыгнул внутрь экипажа, удобно на сидении устроился, зажёг небольшую масляную лампу. Руку вниз протянул и вытащил из-под сидения слегка помятую газету, развернул и углубился в чтение. А Юни, что бестелесным призраком проскользнула за незнакомцем прямо в экипаж, смотрела уже не на него, а в окна, пытаясь понять, угадать, где же она находится, где находится дом негодяя… И в какой-то момент ей даже почудилось, что проплывающая за окном местность ей знакома. Ну точно, по этой дороге ей уже доводилось проезжать, вон и знакомый указатель на Римерон впереди виднеется. Да это ведь та самая дорога, что ведёт из Римерона за город, в закрытую школу Эйни Гонд! Так маньяк живёт недалеко от школы, в которую она отправила сестёр? Этого только не хватало! А экипаж вёз своего пассажира и его невидимую спутницу в центр города и совсем скоро остановился у одно из особняков. Мужчина не медлил ни секунды, едва экипаж притормозил, он тут же выпрыгнул наружу и направился к центральному входу.

В особняке ярко и приветливо горели окна, вокруг виднелись десятки других экипажей, изнутри доносились звуки музыки и смеха, в окнах мелькали многочисленные силуэты. Кажется, хозяева давали бал.

А сама Юни настолько увлеклась рассматриванием фасада здания, что чуть не упустила из вида своего незнакомца: он уже почти вошёл внутрь, и девушка невидимкой проскочила за ним следом.

Внутри музыка играла ещё звонче, разговоры и смех звучали ещё громче, в главном зале танцевали нарядно разодетые парочки. Вдоль стен и возле столиков с закусками стояли группы гостей, что-то громко и весело обсуждая между собой. Мимо пробегали слуги с подносами, на которых можно было разглядеть вино, разлитое по бокалам, и нарезку. А незнакомец вальяжно перемещался по залу, то и дело останавливался то у одной компании, то у другой, со всеми здоровался, с кем-то заводил короткие беседы. Но у Юни появилось странное ощущение, что её маньяк-незнакомец не просто так приехал сегодня на этот бал. Он кого-то искал… высматривал кого-то среди гостей. И в какой-то момент он остановился, замер на одном месте, неотрывно глядя в одну точку. Юни за его взглядом проследила…

Оказалось, столь пристальное внимание незнакомца привлекла совсем юная девушка. Лицо её разглядеть, конечно же, не удавалось, зато её пышное платье нежно-розового цвета и многочисленные украшения Юни рассмотрела во всех подробностях, даже небольшой, но необычной формы шрамик на тыльной стороне её ладони разглядела. Девушка в розовом не была обделена мужским вниманием: сначала танцевала с одном кавалером, потом со вторым, тут же и третий подоспел. А маньяк-незнакомец всё продолжал стоять на одном месте, жадно наблюдая за девушкой, только подходить отчего-то не решался.

«Он хочет, чтобы именно она стала его очередной жертвой! Хочет, чтобы именно она стала новой узницей его подвала! — вдруг чётко осознала невидимка-Юни — Вот почему он так пристально за ней наблюдает! Нужно же её как-то предупредить!»

Во время очередного перерыва между танцами Юни подлетела к девушке, попыталась предупредить ту о страшной нависшей над ней угрозе, но потенциальная жертва маньяка, ожидаемо, не услышала слов, что ей пыталась втолковать невидимая незнакомка, и прикосновений её призрачных пальцев к себе тоже никак не ощутила. Девушка в розовом продолжала веселиться, то весело смеялась в компании со своими столь же юными и красивыми подружками, то вновь танцевала с очередным кавалером.

Совсем скоро к девушке подошла женщина постарше, вероятно, мать или тётушка, что-то шепнула ей на ухо, после чего обладательница розового платья распрощалась с подругами, кокетливо помахала на прощание ручкой одному из кавалеров, с которым танцевала, и направилась к выходу.

Маньяк-незнакомец долго на балу не задержался. Стоило объекту его пристального внимания скрыться из виду, как он и сам бегло распрощался с кем-то из знакомых. Через несколько минут он уже садился в свой экипаж…

В этот момент Юни проснулась. Резко села на постели, с шумом выдохнула, медленно осознавая увиденное во сне.

Значит, маньяк наметил себе очередную жертву… и снова этой жертвой должна стать не жительница острова Тио, а девушка из богатого семейства. А судя по её одежде и украшениям, из очень богатого семейства.

— Нужно его остановить — прошептала Юни в темноту комнаты — И девушку нужно предупредить.

Только как предупредить о надвигающейся опасности ту, которая даже неизвестно как выглядит?

Юни повернула голову к окну: ещё совсем темно, ни намёка на рассвет, а значит, надо снова лечь и постараться заснуть, иначе на утро она будет чувствовать себя совершенно разбитой и усталой… А завтра с самого утра должен пожаловать Глава Центрального управления. И они вместе пойдут искать свидетелей, что видели маньяка в живую, а не во снах.

«Хоть бы нам, и правда, удалось узнать хоть что-то стоящее. Может быть, тогда эти страшные сновидения перестанут меня преследовать? И с незнакомкой в розовом платье, которую я видела сегодня, ничего не случится?» — с надеждой подумала девушка и медленно опустила голову на подушку, заставила себя глаза закрыть. Вот только сон всё не шёл. В мыслях то и дело всплывали картинки из других снов, в которых подвал маньяка-незнакомца не был пуст… Уснула Юни лишь под утро. И еле-еле заставила себя глаза открыть и из постели выбраться, когда к ней в комнату служанка заглянула и поведала о том, что в малой гостиной её ждёт важный гость.

Рано утром Нолан Лим остановился у порога дома, в котором жила Юни Хонг, коротко постучал. Дверь открылась почти мгновенно, словно его уже ждали. А перед глазами мужчины появился уже знакомый домоправитель.

Если домоправителя и удивил столь ранний визит высокопоставленного гостя, то никаким своим словом или жестом он этого не выдал. Наоборот, пожелал доброго утра и почтительно поклонился, шаг в сторону сделал и пропустил Нолана внутрь.

— Господин Джимиан ещё не проснулся, но я немедленно доложу ему, что вы пришли — сказал служащий — А вы пока можете подождать его прихода в малой гостиной. Позвольте, я вас провожу… — и жестом указал направление, куда следовать нужно.

Нолан припомнил свой прошлый визит в этот дом, едва заметно вздохнул и произнёс:

— Вы можете не будить своего хозяина. Если он ещё не встал с постели, то не стоит его беспокоить — а на вопросительно-недоверчивый взгляд домоправителя добавил — Мне снова нужно увидеться с госпожой Юни, а не с её мужем.

Седовласый служащий издал неопределённый звук, похожий на кашель, а по его лицу пробежала целая гамма эмоций, а главной эмоцией было неодобрение, осуждение. Впрочем, Нолан всё это недовольство проигнорировал.

— И прошу вас поторопиться — заявил мужчина — Мы с госпожой Юни страшно торопимся.

— Как… как вам будет угодно, господин. Я немедленно отправлю служанку к… к жене господина Джимиана — словосочетание «жена господина Джимиана» домоправитель произнёс немного громче, чем следует, словно вкладывал в свои слова определённый намёк на не совсем приличное поведение гостя, и снова указал направление в сторону малой гостиной.

Совсем скоро Нолан остался один. Подошёл к окну и стал ждать. Минута, вторая, третья… но Юни всё не появлялась, хотя Нолан прекрасно помнил, что при желании эта конкретная девушка, в отличие от многих других, переодеться может за пару минут. Но сегодня она, отчего-то, не торопилась. В какой-то момент Нолан поймал себя на мысли, что очень-очень хочет поскорее увидеть зеленоглазую красотку, что он… успел по ней соскучиться? Глупость какая-то, с чего бы ему скучать по чужой жене? Тем более, что он с ней знаком всего ничего.

«Просто Юни может помочь мне найти нужных свидетелей!» — пояснил сам себе мужчина и желание скорее увидеться с девушкой, и своё нетерпение.

Ещё пара минут, и дверь в малую гостиную тихо скрипнула, отчего Нолан почувствовал нечто странное… словно его сердце забилось чуточку сильнее, и дыхание немного участилось. Да что же это с ним происходит? Мужчина немного помедлил, пытаясь немного успокоиться и только после этого обернулся.

К его огромному по своей силе разочарованию, за его спиной в малой гостиной стояла вовсе ни Юни, а её фиктивный муж и хозяин этого дома, Джимиан Хонг. И выглядел этот муж и хозяин не самым лучшим образом. Волосы растрёпаны, лицо какое-то… помятое, глаза его чуть припухли и покраснели. Обычно так выглядят люди после бессонной ночи. Или после ночи злоупотребления горячительных напитков.

Джимиан хмурился, глядя на своего гостя, но Нолан не спешил принимать это на свой счёт. Он беспечно улыбнулся приятелю.

— Джимиан — поприветствовал он — Доброе утро! Твои слуги сказали, что ты ещё спишь. Прости, никак не хотел разбудить тебя своим визитом. Да я, собственно, и не к тебе пришёл.

— Доброе утро, Нолан — ответил Джимиан, немного помедлив — Мне уже доложили, что ты пришёл к моей жене, а не ко мне.

Стоило Нолану заметить, что Юни что-то очень долго собирается, хозяин ещё больше нахмурился, во взгляде его проступило что-то непонятное, холодное и колючее.

— А зачем тебе понадобилась Юни? — спросил он, после чего принялся заверять давнего друга в том, что в его визитах к чужой жене больше нет никакого смысла, что ему, Нолану, больше не нужно себя этими самыми визитами утруждать, что его родственники уже давно убедились в том, что невестки хуже Юни во всей стране не сыскать.

В словах Джимиана, определённое, прозвучало что-то, похожее на ревность, и Нолану это очень не понравилось.

«Джимиан ревнует свою жену? — мысленно задался он вопросом — Но ведь если ревнует, то это значит… что между ним и Юни…» — мужчина даже в своей голове не смог произнести фразу до конца. Почему-то даже короткая мысль о том, что отношения Юни и Джимиана из фиктивных перешли в настоящие, вызывала чувства… Отвращения? Брезгливости? Плохо контролируемой злости? Да, известие о том, что взаимоотношения между фиктивными супругами за какие-то несколько дней разительно изменились, Нолану очень не понравилось. И он тут же постарался себя одёрнуть:

«Мне абсолютно всё равно, что творится в личной жизни этой зеленоглазой девчонки! Главное, чтобы она помогла мне с расследованием! А что касается взаимоотношений Джимиана с его женой… не смотря на то, что мы познакомились с Юни в самом неблагополучном райончике этого города, она оказалась вполне разумной и рассудительной особой, которая, в отличие от своего мужа, точно знает, чего она хочет от жизни и уверенно идёт к своей цели. Да для Джимиана такая жена, если он станет прислушиваться к её словам, конечно, в плане личностного роста будет куда полезнее, чем все вместе взятые девицы из нашего окружения! — а следом пришла другая, ещё более практичная и хладнокровная мысль — Хм… а ведь Джимиан, как уже настоящий, а не фиктивный муж, вполне может запретить Юни отлучаться из дома в моей компании. Брать его с собой точно не вариант. Я знаю Джимиана с детства и прекрасно помню, что ему никакие тайны доверять нельзя, тут же разболтает. А у нас в городе маньяк, который, вероятно, из очень состоятельного рода. И если Джимиан Хонг надумает кому-то рассказать, что на острове Тио ведутся поиски и допросы свидетелей, маньяк может стать одним из первых, до кого донесётся эта информация. Что бы такое придумать, чтобы он и Юни со мной спокойно отпустил, и сам за нами следом не увязался?»

К невероятному облегчению Нолана, Джимиан уверенно заявил, что между ним и Юни ничего нет, что зеленоглазка и вовсе не в его вкусе. А его нежелание терпеть визиты посторонних мужчин к его жене объясняется банальной боязнью сплетен. Но ведь сплетни всё равно будут. Развод — это не игрушка, и скрыть от общества причины развода точно не удастся. Глава Центрального управления тут же постарался донести этот факт до сведения хозяина дома. А вместе с этим, поддавшись какому-то необъяснимому внутреннему порыву, заверил Джимиана в том, что у него самого имеются планы на Юни.

«Чтобы Джимиан не передумал и не забивал жене голову всякими глупостями!» — объяснил он себе позже этот порыв. При этом сам себя заверил, что это и самой Юни выгодно. А что? Вдруг муж всё же передумает и начнёт ей знаки внимания оказывать? Наобещает ей кучу всего, в вечной любви поклянётся, она ему, конечно же, поверит… а потом будет страдать, когда Джимиан её всё же бросит. А он бросит, в этом можно не сомневаться.

— У меня, наконец, появится содержанка, которая соответствует всем моим требованиям — как можно серьёзнее заявил Нолан давнему приятелю, а когда Джимиан уточнил, знает ли о его планах сама Юни, уверенно солгал, что да, знает, и на всё согласилась.

Именно этот момент обсуждаемая в разговоре Юни Хонг выбрала для того, чтобы появиться в малой гостиной. Глянула на мужчин слегка прищуренным взглядом, словно поняла, что говорили сейчас о ней, но потом изобразила спокойную и благодушную улыбку. Нолан еле сдержался, чтобы не улыбнуться ей в ответ… Всё же странно действует на него эта девчонка.

— Доброе утро — поздоровалась зеленоглазая со всеми сразу и к гостю повернулась, вопросительно голову наклонила — Мы можем идти?

— Конечно — заверил глава Центрального управления, тут же оказался рядом с Юни и руку ей подал. Зеленоглазка, не раздумывая, опустила ладонь на его локоть. Они уже развернулись к выходу, но их задержал вопрос Джимиана.

— Значит, это правда? — молвил хозяин дома, недоверчиво поглядывая на жену. И вопрос, конечно же, был адресован именно ей.

— Что правда? — не поняла Юни и к мужу обернулась.

— Что вы… — принялся сбивчиво объяснять Джимиан Хонг — Нолан рассказал мне о том, что предложил тебе… И сказал, что ты согласилась с его предложением.

Нолан невольно напрягся. Внутри у него поселилось новое неприятное ощущение. Вина… На краткий миг он почувствовал себя виноватым перед зеленоглазой красоткой. Ничего удивительного, ведь он без её на то согласия объявил её мужу, что отныне она становится его любовницей-содержанкой. Да, учитывая, что Юни много лет прожила на острове Тио, её никак нельзя назвать образцом добродетели, но даже для неё подобные высказывания за её спиной могут быть оскорбительны.

«И об этом стоило подумать заранее, а не действовать столь импульсивно! — ругнул Нолан сам себя — И что, вообще, со мной происходит? Ведь я всегда все свои ходы на несколько шагов просчитывал! И сто раз обдумывал каждое своё слово… Но когда дело касается Юни…»

А сама Юни поняла слова мужа по-своему. Вероятно, она решила, что Нолан рассказал Джимиану о своей просьбе оказать посильную помощь в расследовании. Девушка согласно покивала головой и спокойным тоном произнесла:

— А, ты об этом. Ну, да. Конечно же, я согласилась. В конце-концов, мне и самой это нужно.

Нолан Лим не сдержался, тихо усмехнулся, но тут же постарался принять серьёзное выражение и обернулся к давнему приятелю.

— До свидания, Джимиан — произнёс гость подчёркнуто-вежливо, после чего они с Юни покинули пределы и малой гостиной, и этого дома.

До острова Тио парочка добиралась в наёмном экипаже. Юни всю дорогу молчала, с задумчивым видом поглядывала в окно и казалась полностью погружённой в какие-то свои мысли. А Нолан неотрывно смотрел на Юни. Сначала разглядывал её внешний облик. Облик, совершенно нетипичный для представительниц её профессии. Неприметные тёмно-серо-чёрные цвета в одежде, ворот, застёгнутый до подбородка, собранные в тугой пучок волосы, простенькая сумка на плече. Хотя, Нолан прекрасно знал, что этот образ обманчив, и невзрачная неприметная горожанка за считанные мгновения может превратиться в прекрасную обольстительницу с не совсем законной профессией. Или всё наоборот? И это образ обольстительницы обманчив, а настоящая Юни как раз сидит сейчас перед ним? Правильного ответа Нолан не знал.

А потом к мужчине вернулось чувство вины перед зеленоглазкой и он принялся раздумывать над тем, что нужно её как-то предупредить, рассказать ей о том, во что он заставил поверить её мужа.

«Интересно, как она отреагирует на новость о том, что Джимиан теперь считает её моей постоянной любовницей? Которая, к тому же, сама на эту роль согласилась? — невольно вздохнул — Вероятно, разозлится. И остаётся надеяться на то, что после моих слов она не откажется помогать мне в расследовании».

— Знаете, Юни — не выдержал в итоге мужчина — Я ведь должен перед вами извиниться.

Девушка напротив сначала нервно дёрнулась. Не от его слов, нет. Просто она была настолько глубоко погружена в какие-то свои размышления, что такое резкое и неожиданное возвращение в реальность заставило её вздрогнуть всем телом. А затем Юни подняла на своего попутчика вопросительный взгляд своих зелёных глаз.

— Извиниться? — переспросила она — И за что же вы хотите передо мной извиниться, господин Нолан?

— Боюсь, что я позволил себе кое-что лишнее.

— Что, простите? — с лёгким смешком уточнила девушка — Обычно, когда мужчина говорит, что он позволил себе что-то лишнее, имеется ввиду, что он переборщил с выпивкой — неодобрительно головой покачала — Думаю, что к вам это вряд ли можно отнести. А вот Джимиан меня немного… напрягает.

— Напрягает?

— Да, напрягает. Вы же видели его сегодня. Я даже с расстояния почувствовала, какой «аромат» его окружает — снова на её лице задумчивое выражение, приправленное лёгкой толикой обеспокоенности — Вчера вечером у него был такой несчастный вид. Словно у него случилось что-то. Правда, со мной он делиться своими проблемами не пожелал — зеленоглазка слегка плечом передёрнула — Впрочем, если он считает, что именно выпивка в состоянии решить все его проблемы, то это его дело — и снова посмотрела на Нолана — Так за что вы хотели передо мной извиниться?

Нолан помедлил секунду, а потом вымолвил на одном дыхании:

— Сегодня утром я сказал Джимиану, что желаю сделать вас своей постоянной содержанкой. И сказал, что вы на это согласились.

Мужчина ожидал всплеска негативных эмоций, ругани, криков. Но ничего такого не было. Во взгляде девушки отразилось недоумение, и больше ничего.

— И зачем вы ему это сказали? — только и спросила Юни. Нолан постарался ответить предельно честно:

— Джимиану не нравятся мои визиты к вам, он переживает из-за своей репутации, из-за того, что скажут члены его семьи. А вы мне очень нужны… — произнёс он двусмысленную фразу и тут же исправился — Чтобы помочь мне в расследовании — едва заметно нахмурился и добавил — А ещё Джимиан как-то странно на вас реагирует, вроде бы старается делать вид, что ему до вас и дела нет, но при этом пытается контролировать, где вы, с кем…

— Да, есть такое — поморщилась зеленоглазка.

— В общем, когда он находится в подобном состоянии неопределённости, ему что угодно может в голову взбрести. Он ведь, и правда, может решить, что стоит перевести ваши отношения из фиктивных в настоящие. Впрочем, если вы и сами этого хотите… — Нолан немного неуверенно пожал плечами и снова почувствовал облегчение, когда девушка, как и её муж недавно, горячо и искренне заверила его в том, что не собирается ничего менять в своих отношениях с Джимианом. И мужчина продолжил объяснять причины своего поступка — А так он уверен, что вы теперь со мной, и подойти к вам не решится. Да и против моих визитов к вам открыто возражать не будет.

Юни не отвечала, молча обдумывала полученную информацию, при этом слегка хмурилась. Но вот её лицо разгладилось, она посмотрела на своего спутника, коротко ему улыбнулась и спокойно произнесла:

— Спасибо.

— Спасибо? — невероятно удивился глава Центрального управления — Я был уверен, что вы разозлитесь. А вы меня ещё и благодарите?

— Если мой муж будет думать, что у меня с вами… — на этом моменте девушка слегка запнулась — отношения, то мне это тоже выгодно — и тут же пояснила — Сейчас, чтобы куда-то из дома отлучиться, мне приходится по несколько раз напоминать Джимиану, какой уговор мы с ним заключили перед свадьбой, что я взаперти дни напролёт не сижу и хожу куда и когда хочу. А теперь я буду просто говорить ему, что иду к вам… и с этим он спорить точно не будет.

Сказав это, Юни безмятежно улыбнулась и вновь перевела свой взгляд на окно.

Скоро экипаж остановился на центральной набережной реки Манганы. Парочка выбралась на мощённую булыжником мостовую и медленно двинулась к мосту, примерно на середине которого Юни вновь остановилась. И теперь Нолану довелось наблюдать обратное превращение: вот зеленоглазка распустила свои чёрные волосы, и они красивыми локонами рассыпались по её спине и плечам, расстегнула все пуговицы на своей невзрачной серой блузке, а затем и вовсе её сняла, скомкала и спрятала в специально прихваченную для этой цели сумку средних размеров. И вот перед мужчиной стоит совсем другая девушка, яркая и красивая. И хоть платье на ней неприметного чёрного цвета, зато совсем без рукавов, тонкие бретели не в счёт, и с таким глубоким декольте, что… Нолан Лим тряхнул головой, напоминая самому себе цель сегодняшнего визита на остров Тио.

Юни же последний раз провела пятернёй по волосам и на мужчину посмотрела.

— Вот теперь можно идти дальше — объявила она — Идём?

— Конечно — Нолан заставил себя сосредоточиться и говорил исключительно по делу — Куда предлагаете направиться в первую очередь?

— К Мэйси, конечно же — не раздумывая ни секунды, ответила Юни.

— К той девушке, с которой вы были в прошлый раз?

— Да, к ней — подтвердила зеленоглазка и, когда они двинулись по мосту в сторону острова, привычно подхватила его под локоть — У неё есть какой-то знакомый, который в прошлом году обнаружил тело одной из убитых. К тому же, я обещала навестить её тётю Мию.

Вскоре светловолосый мужчина и черноволосая девушка стояли у порога старенького покосившегося домика, каких на острове Тио было понастроено великое множество. Юни ловко поднялась по дырявым и наполовину истлевшим деревянным ступенькам на крыльцо, коротко в дверь постучала, когда ответа не последовало, она постучала ещё раз, погромче. За дверью послышалось недовольно женское бормотание, а затем на пороге появилась уже виденная Ноланом девица. Вид у неё был заспанный, волосы растрёпаны, слегка покрасневший взгляд, и непонятного фасона мятый серый халат.

— Тяжёлая ночка? — хмыкнула Юни, осмотрев хозяйку домика с головы до ног.

— Ага — буркнула та в ответ, после чего важно «похвалилась» — Восемь клиентов за одну ночь, и почти пятьдесят медяков чистой прибыли — поморщилась и лоб потёрла — Только уснула, а тут ты заявилась. Тебе чего? — и только в этот момент заметила стоящего за спиной своей подружки мужчину, удивлённо бровь приподняла, но ничего не сказала.

— Вообще-то, я пришла твою тётю проведать. Ты сама меня просила ей помочь — напомнила зеленоглазка — Она уже проснулась? — Мэйси на это утвердительно кивнула и посторонилась, пропуская в дом Юни и её странного спутника, на которого не переставала подозрительно-удивлённо коситься.

Нолан молча прошёл внутрь, мысленно подмечая и общую разруху в доме вроде старой наполовину поломанной мебели и щелей в стенах, и пыль с паутиной на всех поверхностях. Хозяйка этого домика явно не считала нужным тратить своё время на уборку, предпочитая проводить его в компании своих «клиентов».

Как это ни странно, Нолан не чувствовал брезгливости или чего-то подобного по отношению к Мэйси. Рядом с ней он ощущал скорее неловкость. Да, это, и правда, было немного неловко, стоять рядом с девушкой, которая за ночь умудрилась «осчастливить» сразу восьмерых мужчин.

А вот Юни, напротив, никакой неловкости рядом со своей приятельницей не испытывала, спокойно и невозмутимо перебросилась с ней парочкой ничего не значащих фраз, даже поулыбалась той немного.

«Интересно, а ей самой доводилось по столько мужчин за одну ночь обслуживать?» — сам собой появился в голове Нолана вопрос, который он тут же постарался задавить, а вместе с ним и злость, что вновь всколыхнулась от мыслей о зеленоглазке в объятиях других мужчин.

Но вот Юни скрылась в соседней комнате. Ну как, скрылась… в этом доме полностью скрыться было невозможно, ведь двери между комнатами тут тоже отсутствовали, и потому Нолан прекрасно слышал всё, что за тонкой стенкой происходит.

Мэйси на светловолосого спутника своей подружки последний изучающий взгляд бросила, одарила гостя неприятной сальной улыбочкой и тоже скрылась в той же комнате, что и Юни.

— Ну как ты себя чувствуешь, тётя Миа? — услышал Нолан слова зеленоглазки из-за стены.

— Нормально — буркнул в ответ незнакомый и хрипловатый женский голос.

— Вчера она уже вставала — встрял в разговор голос Мэйси — К Хэтти ходила, крупы у неё купила, чтобы кашу нам на обед сварить.

— Устала, пока к ней ходила — вставила своё слово незнакомка и хрипло закашлялась, а после добавила — Но ничего, нормально дошла и туда, и обратно.

— То, что устала, это понятно — снова заговорила Юни, и голос её прозвучал очень неодобрительно — Ох, тётя Миа… я же говорила, что тебе надо больше лежать, чем ходить.

— Ну не буду же я лежать целыми днями. Ты и сама мне в прошлый раз сказала, что вставать можно.

— Вставать можно — подтвердила Юни — Немножко ходить по дому тоже можно. Но Хэтти живёт через две улицы отсюда. О чём ты думала, когда в такую даль отправилась? А если бы по дороге тебе плохо стало?

— Ты же сама сказала, что тётя в полном порядке, что ничего страшного у неё нет — недоумённо пробормотал знакомый голосок Мэйси — Или её болезнь страшнее, чем ты говорила?

— В её болезни нет ничего страшного, если больной соблюдает постельный режим. А если этот больной себя совсем не бережёт и бегает по улице, то состояние его в любой момент может ухудшиться, какие-нибудь осложнения начнутся — нравоучительным тоном ответила зеленоглазка.

Слушая звучащий за стеной разговор, Нолан с каждым словом всё ближе подходил к проходу в соседнюю комнату и в конце-концов остановился на пороге, оглядывая открывшуюся перед ним картинку.

Комнатка была совсем-совсем маленькой. И мебели в ней не было от слова совсем. Только старый тонкий матрас на полу в центре комнатки. На этом матрасе лежала женщина лет примерно сорока или около того, вероятно, это и была обладательница незнакомого хриплого голоса. Незнакомка была худой, очень бледной, её некогда каштановые пряди волос теперь частично перекрасились в серебристо-седой.

— Давай, тётя Миа, садись, хватит лежать, ты уже не настолько плохо себя чувствуешь, раз по острову бегать умудряешься — скомандовала вдруг Юни — Мне тебя осмотреть нужно — и лежащая на матрасе женщина повиновалась беспрекословно. Медленно села, к зеленоглазке лицом повернулась, а та продолжала командовать — Нет, нужно к окну развернуться, так мне плохо видно. Да, так лучше. Теперь рот открой — голову на бок изогнула, пытаясь разглядеть что-то во рту у тёти Мии, потом неодобрительно головой покачала — Горло ещё красное. Но уже меньше, чем в прошлый раз. Ты пьёшь ту настойку, которую я дала тебе в прошлый раз?

— Конечно, пью, три раза в день, как ты и велела — отчиталась женщина.

— Очень хорошо — кивнула Юни — Продолжай пить дальше. В настойке все травы, которые помогут твоему горлу быстрее излечиться и от кашля они хорошо помогают — а потом нырнула в свою сумку, порылась в ней немного, вытащила странный деревянный предмет и снова скомандовала — Верхние пуговицы на халате расстегни.

Тётя Миа снова беспрекословно повиновалась. Юни же приложила странный предмет к груди женщины, а сама прислонилась ухом к другому концу предмета.

«Что это она такое делает?» — недоумевал Нолан. Он уже понял, что женщина на матрасе больна. У неё неприятный кашель, хриплый голос… да и разговоры между женщинами подтверждали наличие у той какой-то болезни. А вот действия Юни его очень и очень удивляли. Она интересуется здоровьем женщины, даёт какие-то советы по лечению, велела той пить какую-то травяную лечебную настойку. Обычно так себя ведут профессиональные лекари или аптекари. Но Юни совсем не походит на тех лекарей, с которыми Нолану доводилось встречаться раньше.

— Дыши… так, а теперь не дыши… — повторяла зеленоглазка, прислушиваясь к дыханию тёти Мии через странный деревянный прибор, через некоторое время отстранилась и прибор снова в сумку убрала, коротко объявила — В лёгких всё чисто…

Тётя Миа и Мэйси переглянулись недоумённо.

— Это хорошо? — переспросили почти хором.

— Конечно — ответила Юни и снова к своей… пациентке? обернулась. Снова неодобрительно нахмурилась, протянула руки и принялась что-то нащупывать у той в верхней части шеи — Лимфоузлы увеличены, сильнее, чем следует — заключила она — Это нехорошо. Но общее состояние более-менее стабильно, и жар, как я смотрю, уже полностью прошёл, кашель стал значительно меньше. Поэтому кроме той настойки больше ничего давать не буду, организм должен сам справиться с болезнью — серьёзно на тётю Мию посмотрела — Но бегать по улице на большие расстояния пока нельзя. Только по дому. А теперь я пойду, а ты лежи и отдыхай — с этими словами Юни поднялась на ноги.

— Спасибо — хрипло поблагодарила Миа и снова легла на свой матрас, а её племянница помогла ей одеялом укрыться.

— Да, Юни, спасибо тебе большое — повторила Мэйси слова благодарности, когда они покинули комнатку больной. На Нолана хозяйка домика уже не обращала никакого внимания. Вероятно, решила, что раз этот незнакомый мужчина пришёл вместе с её подругой, то так и должно быть — Ты ведь знаешь, насколько мне дорога моя тётя Миа, если бы её не стало, то я… я не знаю, что бы я без неё делала. Ты очень нам помогла.

— Я ничего особенного не сделала — возразила зеленоглазка — Только провела обычный осмотр и дала некоторые рекомендации, ну и лёгкую травяную настойку ей выделила из своих запасов. На самом деле, твоей тёте очень повезло, что у неё обычная простуда, без серьёзных осложнений, иначе я бы не смогла ей помочь, во всяком случае вот так просто.

— Всё равно ты ей очень помогла — стояла на своём Мэйси — И я теперь твоя должница. Всё, что попросишь, сделаю.

— Правда, сделаешь? Всё, что я попрошу? — развернулась Юни к подруге и окинула ту прищуренным взглядом. Даже Нолану немного не по себе от этого взгляда стало, а подружка нервно сглотнула.

— Всё, что в моих силах, конечно… — пробормотала та.

— А знаешь, я как раз хотела кое-о-чём тебя попросить — произнесла зеленоглазка — И то, о чём я тебя попрошу, ты точно сможешь сделать.

— Хорошо — неуверенно ответила Мэйси — И что же ты хочешь, чтобы я сделала?

Юни бросила быстрый взгляд на Нолана, и мужчина сразу же понял, в какую сторону разговор пойдёт дальше.

Да… он бы очень долго пытался разведать хоть какую-то интересующую его информацию среди местного населения, и не факт, что кто-то поведал бы ему что-то действительно важное. А вот у Юни всё вышло легко и просто: в обмен на оказанную услугу она потребовала устроить ей встречу со свидетелем.

— Ничего сложного и невыполнимого я у тебя не попрошу — первым делом заверила подружку зеленоглазка — Я помню, как в прошлом году ты рассказывала об одном из своих постоянных клиентов. Который нашёл тело убитой девушки.

— Ты про Минджа? — спросила Мэйси.

— Я не знаю его имени. Мне просто нужно поговорить с человеком, который в прошлом году нашёл тело убитой.

— Да, это Миндж — покивала хозяйка домика.

— Значит, мне нужно, чтобы ты устроила нам встречу с Минджем.

— Нам? — уточнила Мэйси и на Нолана покосилась.

— Нам — подтвердила Юни — Мы хотим узнать, что конкретно он видел в тот день. Кажется, ты тогда упоминала, что он видел какого-то мужчину, который убегал из переулка, где тело убитой лежало.

— Встречу с Минджем я вам устрою — с серьёзным видом пообещала Мэйси — Да Миджа и искать особо не нужно, он сегодня весь день на работе должен быть, как обычно, я вас туда даже провожу — и неуверенно замолчала — Но я не думаю, что он что-то вам расскажет. Он и мне об этом рассказал только потому, что в ту ночь ужасно напился и не соображал, что говорит.

— А если мы ему хорошо заплатим, расскажет? — впервые с момента появления в этом доме, вмешался в разговор Нолан.

— А вы, и правда, заплатите? — уточнила девица, а в её взгляде загорелся странный огонёк, словно гость именно ей пообещал хорошо заплатить, а не одному из её клиентов, хотя… если у постоянного клиента появится приличная сумма, то какую-то её часть он наверняка потратит на Мэйси.

— Заплатим — заверил Нолан — А если информация окажется стоящей, заплатим очень хорошо.

— Ну смотрите, вы пообещали — хмыкнула Мэйси — Так когда вы хотите встретиться с Минджем?

— Чем скорее, тем лучше — ответила Юни.

— Ну что же, хорошо. Тогда я сейчас переоденусь и пойдём.

Знакомство с Идзи Квон

Липкая жара, летающие вокруг насекомые, отвратительный запах начинающей портиться рыбы и немытых тел снующих туда-сюда работников рыболовецких лодок — вот что встретило Юни и Нолана в той части острова, куда их привела Мэйси.

Нолан поглядывал на пробегающих мимо людей и очень отчётливо видел, насколько же сильно он на них не похож, словно человек из другого мира. Красотка Мэйси, одетая в очень яркое вызывающее платье с открытыми плечами и пышной юбкой, в разрезах которой иногда можно было разглядеть её стройные ножки, наоборот, была здесь полностью своей. А вот Юни… Когда Нолан встретил зеленоглазку в первый раз, она показалась ему типичной обитательницей острова Тио, но глядя на неё сейчас, мужчина осознавал, что зеленоглазка также сильно отличается от других жителей острова, как и он сам. Да её отличия от других буквально в глаза бросаются! И дело не только в её образованности и умениях. Даже её походка и жесты выглядели совершенно чуждыми!

Юни и Мэйси шли чуть впереди Нолана, позволяя ему беспрепятственно их рассматривать, сравнивать. С одной стороны, типажи этих двух девушек были очень похожи, у обеих платья похожего фасона, разве что у Юни оно не пёстрое, а тёмное и без разрезов в нижней части, у обеих распущены волосы, обе шли и легкомысленно улыбались абсолютно всем встречающимся на пути мужчинам. И на этом всё их сходство заканчивалось.

Взять к примеру те же платья. Фасоны схожи, да, но вот сама ткань… Пёстрое платье Мэйси было сшито из самой-самой дешёвой ткани, которую легко разорвать, лишь потянув её чуть сильнее, чем следует. Даже особо на приглядываясь, на платье можно было разглядеть парочку заплаток. А вот наряд Юни, напротив, явно был сшит профессиональными портными и из ткани более высокого качества. И стоило это тёмное платье, соответственно, намного дороже. Отношение к чистоте у девушек было заметно разное. Например, Нолан ни разу не видел Юни с грязными волосами, а причёска её подруги, напротив, нуждалась в срочном мытье. Мэйси шла по улице, и её совершенно не волновали ни немытые сальные волосы, ни то, что подол её наряда сильно пачкался от соприкосновения с грязью под ногами. Вот девица заметила что-то прямо перед собой, остановилась, нагнулась, руку протянула и провела пальцами по грязной земле, разочарованно выпрямилась и испачканные пальчики бездумно вытерла о подол своего платья. Примечательно, что Юни, наблюдая за подругой, в этот момент неодобрительно поморщилась и головой покачала. Но ничего не сказала. Да, сама зеленоглазка вышагивала по грязным дорогам острова, постоянно придерживая подол платья на весу, а особо грязные места обходила по кругу, свои ручки и ножки старалась держать в чистоте. Нолан заметил подобную чистоплотность в Юни ещё в день их первой встречи, но тогда он не придал этому особого значения. А вот сейчас всё больше и больше задавался вопросом: откуда всё это взялось?

Теперь же ещё выяснилось, что помимо умения читать и писать, знания некоторых законов и любви к чистоте, зеленоглазка владеет лекарским искусством.

От раздумий Нолана оторвала Мэйси.

— Миндж должен быть где-то здесь — торжественно объявила она, когда их небольшая компания добралась до одного из причалов. Девица оглянулась по сторонам, а потом радостно-призывно заулыбалась и помахала рукой чуть полноватому молодому человеку лет двадцати с небольшим на вид, с длинными чёрными волосами, собранными в хвост, и в безразмерной грязной рубахе и таких же грязных штанах. Он находился на одной из лодок и помогал выгружать пойманную рыбу из сетей.

Длинноволосый заметил Мэйси почти сразу, стоило ему оторваться от работы и поднять голову. В ответ не улыбнулся, а когда увидел, что его подружка пришла не одна, даже нахмурился. Коротко что-то сказал стоящему рядом и, бросив работу, направился прямиком к Мэйси.

На зеленоглазку Юни он словно бы и внимания не обратил, а вот на Нолана посмотрел, как на главного врага. Неужто подружку свою приревновал? Оказавшись рядом со своей Мэйси, неласково схватил её за локоть и оттащил в сторону. Принялся недовольно ей что-то высказывать, при этом активно жестикулировал. Поначалу Мэйси всё это спокойно выслушивала, но вот её терпение оборвалось.

— Миндж, заткнись! — прикрикнула она, и тот, на удивление, мгновенно замолчал, но на подружку продолжал смотреть, гневно сверкая глазами и грозно сдвинув брови. А Мэйси, воспользовавшись паузой, сама принялась что-то втолковывать своему любимому постоянному клиенту. При этом размахивала руками, точно также, как минуту назад это делал сам Миндж.

— А они просто идеальная парочка — прокомментировала их разговор Юни. Нолан на это только хмыкнул.

Мэйси и Миндж разговаривали минут пять, время от времени посматривали на стоящих поодаль Нолана и Юни. Говорили на повышенных тонах, спорили. По долетающим до него фразам Нолан Лим успел понять лишь то, что свидетель совсем не желает давать показания даже за деньги, за жизнь свою опасается. Но в итоге, поддавшись убеждению своей подружки, Миндж сдался. Бросил на стоящую невдалеке парочку блондина и черноволосой девицы последний задумчивый взгляд и неторопливо двинулся им навстречу. Остановившись, руки на груди деловито скрестил и тихо уточнил:

— Значит, говорите, что хорошо мне заплатите, если я расскажу вам, что именно в то утро увидел?

— Пять серебряных только за то, что ты расскажешь об увиденном. А если информация, которую ты поведаешь, окажется очень полезной, заплачу десять.

Длинноволосый Миндж подозрительно прищурился.

— Что-то мне не верится, что за простой разговор вы готовы столько заплатить. У вас с собой деньги-то такие есть?

— Раз я говорю, что заплачу, значит, заплачу — стараясь скрыть раздражение, ответил Нолан, а когда собеседник рот открыл, чтобы ещё что-то сказать, руку перед собой вскинул, заставляя того молчать, и добавил, предупреждая следующие слова Минджа — Только не проси о том, чтобы я показал тебе наличие у меня серебряных прямо здесь — красноречиво по сторонам оглянулся, указывая взглядом на окружающих, которые уже начали с любопытством и вполне конкретным интересом коситься на говоривших — Есть здесь уединённое местечко, где никто не помешает нашему разговору?

Длинноволосый призадумался, на свою лодку глянул, но тут же головой тряхнул.

— Вы можете поговорить у меня дома — встряла в разговор подошедшая поближе Мэйси — Кроме тёти, в моём доме больше никто не живёт.

— Хорошо, идём — согласно кивнул Нолан.

— Но за то, что я разрешаю вам вести разговоры в моём доме, с каждого серебряного заплатите мне по пять медяков — заявила девица.

Миндж на это недовольно зубами скрипнул, но затем согласно кивнул.

— Тётя Миа спит, я проверила. Поэтому ваш разговор она не услышит — сообщила Мэйси, зайдя на кухню, где за маленьким деревянным столиком расположились Нолан и Миндж. Юни тоже была здесь, только стояла чуть в стороне и просто молча наблюдала за мужчинами — Я, пожалуй, пойду, прогуляюсь — понятливо добавила хозяйка домика и этой маленькой кухни, такой же пыльной и обросшей паутиной, как и все остальные комнаты в доме. На свою черноволосую подружку покосилась — Юни, ты со мной?

— Нет, я остаюсь — уверенно произнесла зеленоглазка.

— Ну, как знаешь — хмыкнула Мэйси и, развернувшись, удалилась. Через минуту оставшиеся на кухне услышали, как за ней закрылась входная дверь.

— Ну? — тут же нетерпеливо произнёс Нолан, глядя на собеседника — Я слушаю.

Миндж покосился на проход, в котором скрылась Мэйси, словно всё ещё сомневался, стоит ли ему что-то рассказывать, или же, пока есть возможность, можно сбежать. Но в итоге желание заполучить хорошие деньги, не прикладывая при этом серьёзных усилий, перевесило все страхи.

— Я расскажу о том, что видел в то утро — произнёс он — Но только при одном условии.

— И что же это за условие такое? — холодно уточнил Нолан Лим.

— Что вы никому и никогда не скажете, что это именно я вам обо всём рассказал.

Нолана подобное требование немного удивило и озадачило. Сидящий перед ним молодой человек имел достаточно крепкое телосложение, а к его ботинку был приделан приличных размеров нож, что является вполне нормальным явлением для этого места, тут всегда нужно быть готовым дать кому-то отпор. И при этом длинноволосый умудряется кого-то опасаться?

— Я никому и никогда не расскажу, что информацию об этом убийстве я получил от тебя. Обещаю — уверенно заявил Глава Центрального управления и на собеседника посмотрел с ожиданием.

— Хорошо — удовлетворённо кивнул тот и вздохнул облегчённо. И только после этого приступил к своему рассказу — В общем… — начал Миндж — Это было почти год назад. Как раз только-только закончилось время дождей — и зачем-то пояснил — В это время в Мангане рыбы становится много, только успевай её ловить. А самый лучший клёв всегда ранним утром бывает — замолчал на секунду и тяжело вздохнул, руки перед собой на стол положил и сцепил в замок — Вот я и подскочил в то утро, когда рассвет ещё только-только занимался — чуть поморщился — Вообще-то, я тогда даже немного проспал. Я испугался, что наша рыбацкая лодка без меня уплывёт, поэтому решил бежать к реке не по центральной улице, как обычно, а напрямик, между домами — снова замолчал и принялся нервно перебирать свои пальцы — И когда я завернул за очередной дом, случайно столкнулся с каким-то незнакомым мужиком…

На этот раз пауза немного затянулась. Миндж молчал, голову опустил вниз, а взгляд направил на свои руки.

— Как выглядел этот незнакомый мужчина? — не выдержал и поторопил свидетеля Нолан — И что он делал?

— Что делал, что делал… — невнятно пробормотал Миндж и глаза поднял — Ничего он не делал. Бежал мне навстречу. Вот мы с ним и столкнулись — слегка нахмурился, вспоминая тот момент — Он чуть не упал, я его поддержал. Но он тут же вырвался и побежал прочь ещё быстрее. Я сначала и не понял, чего это он так спешит. Да и вообще, как-то всё очень быстро произошло — снова нервно затеребил свои пальцы — Я во след ему оглянулся… и тогда же сообразил, что когда к нему прикоснулся, руки о его одежду в чём-то испачкал. Поднял ладони к глазам… а на них кровь! Самая настоящая! Первая мысль у меня в голове возникла, что этого мужика ранил кто-то, вот он и убегает. А потом я снова в другую сторону повернулся и увидел… её.

— Тело убитой — кивнул Нолан Лим.

— Да — подтвердил Миндж — Она вся в крови была, одежда на ней вся какая-то порезанная на клочки, лицо всё в синяках, будто её били кулаками не прекращая… Но я всё равно её узнал. Это была Сэйя, местная девица, как раз жила в том доме, мимо которого я тогда и бежал — головой в сторону выхода указал — Вон, Мэйси хорошо её знала. Они даже дружили.

Нолан покивал, обдумывая услышанное. А потом поднял взгляд на Юни и невольно нахмурился. Девушка стояла у небольшого оконца и смотрела на улицу, при этом тяжело дышала. Словно задыхалась. Кожа её всегда была очень светлой, а сейчас она казалась и вовсе белой.

— Юни, с вами всё хорошо? — взволнованно уточнил Нолан.

От его слов зеленоглазка дёрнулась, к нему повернулась, глубоко вдохнула, потом выдохнула.

— Да, всё хорошо — ответила она как-то отстранённо, а потом произнесла странную вещь — Её били по лицу не кулаками.

— Что? — удивлённо протянул мужчина.

Юни растерянно моргнула пару раз и на Нолана посмотрела уже более осмысленным взглядом, словно только сейчас ото сна отошла.

— Извините — буркнула она, глаза отвела в сторону — Не обращайте на меня внимания, не отвлекайтесь.

Мужчина задержал на девушке задумчиво-прищуренный взгляд, но задавать ей вопросы не стал. Хотя у него на языке так и вертелось спросить что-то вроде «А откуда вы знаете, что перед убийством жертву били не кулаками? И если не кулаками, то чем?» Только Нолан отчего-то был уверен, что Юни ничего рассказывать не станет.

«Но ведь по какой-то причине она же согласилась помочь мне с расследованием. И при этом сказала, что желает скорейшей поимки маньяка даже больше, чем кто бы то ни было. Почему? Потому что здесь, на острове синих огней, живут её родственники и друзья, которые также могут попасть в лапы маньяка, и она за их безопасность переживает? Или же есть и другая причина?»

Озвучивать свои вопросы и догадки Нолан не спешил. Оторвал взгляд от девушки и снова к свидетелю повернулся, заставляя себя сосредоточиться на нём и только на нём, вновь озвучил уже заданный ранее вопрос:

— Мужчина, с которым ты столкнулся, как он выглядел?

— Если честно, его лицо я почти не запомнил — извиняющимся тоном ответил Миндж — Я уже говорил, что тогда всё очень быстро произошло, на мужика этого я смотрел какие-то пару мгновений, и всё это время голова у него была опущена вниз, а потом он скрылся из виду — слегка нахмурился, вспоминая — Я помню, что он был лысый.

— Лысый? — переспросил глава Центрального управления. В описаниях свидетельницы-домоправительницы, с которой общался следователь Ильсон Монг, говорилось о высоком худом мужчине в шляпе. А тут без шляпы и лысый. Что же, хоть какая-то особая примета, помимо «странного голоса».

— Да, совершенно лысый — подтвердил Миндж — Его лысую макушку я запомнил хорошо — и, к удивлению Нолана, добавил ещё кое-что — Он был ниже меня примерно на голову — на себя руками указал — И точно был полнее, чем я, хотя и не намного — головой покивал — В общем, да, он был такой низкий лысый толстяк в длинном коричневом плаще. И больше я ничего про него сказать не могу.

— Низкий лысый толстяк — повторил за свидетелем Нолан Лим и недоумённо нахмурился. Он был абсолютно уверен, что Миндж опишет высокого и худого мужчину, а он, наоборот, рассказывает ему про невысокого толстяка. Это что же получается, что конкретно эту девушку, Сэйю, убил кто-то совершенно другой? — Ты точно уверен, что тот мужчина был ниже и толще тебя?

— Точно-точно — закивал тот, отчего Нолан пришёл в ещё больше недоумение. От стола отстранился и взгляд в сторону отвёл. С самого начала расследования чутьё подсказывало следователю, что девушек убивает один и тот же человек… Теперь же выходило, что чутьё обмануло, а убийствами промышляют, как минимум, двое. Или же он просто что-то не так понял, упустил из виду?

— Я смотрю, вам не очень понравилось то, что я рассказал — заметил Миндж и разочарованно добавил — Значит, десять серебряных вы мне точно не заплатите.

— Ну почему же — оторвался от раздумий Нолан и вытащил из внутреннего кармана монеты, протянул их свидетелю. Но отдавать не спешил — Скажи, почему ты так не хотел рассказывать о том, что видел?

— Я, вообще-то, жить хочу — не раздумывая, ответил Миндж.

— Жить? — переспросил Нолан и отдал монеты.

— Ага, жить — повторил свидетель, жадно пересчитывая серебро в своих руках — У меня друг был, на одной лодке с ним плавали. Так у него сестрицу когда также убили, года полтора назад, он даже в Отделение защиты населения собирался идти — монеты сгрёб в одну кучку и поспешно сунул в карман — Только дойти не успел, его убили.

— Его убили, чтобы он не написал заявление по факту убийства его сестры? Или же его убили по какой-то другой причине, например, во время драки или… ограбить хотели?

— Ни в какой драке он не участвовал — уверенно заявил Миндж главе Центрального управления — И грабить его тоже не было никакого смысла, ведь у него и денег отродясь не водилось. А убили его именно в тот день, когда он собрался идти в отделение.

— Ясно — вздохнул Нолан и без особой надежды на ответ, задал ещё один вопрос — А этот убитый, он видел кого-то подозрительного рядом с сестрой перед её убийством, или после?

Но свидетель тут же ответил:

— Он видел последнего клиента своей сестры, правда, издалека. Рассказывал, что она ушла с каким-то высоким и худым незнакомцем в тёмном длинном пальто. И пропала на несколько дней — тяжко вздохнул — А потом тело её нашла соседка. Кстати, эта соседка и рассказала моему другу, что рано утром она на крыльцо вышла и увидела, как по улице прошмыгнул какой-то лысый толстяк, а на плече у него было что-то большое в ткань завёрнуто. Ей любопытно стало, она за ним пошла… толстяка уже и след простыл, а на земле изуродованное тело той девчонки — поведав историю ещё одного убийства, Миндж на ноги поднялся — Ну… я вроде рассказал всё, что знаю. Могу я идти?

— Погоди — попросил его Нолан — Ты упомянул соседку, которая нашла тело сестры твоего друга. Можешь сказать, где она живёт? Нам бы и с ней поговорить не помешало.

Свидетель невесело усмехнулся.

— Где дом соседки я, конечно, знаю — ответил он — Вот только она уже ничего вам не расскажет — и на вопросительный взгляд сидящего напротив мужчины пояснил — Она полгода, как умерла.

— Её тоже убили?

— Нет — покачал головой Миндж — Она просто старая уже была. У неё, видать, время подошло умирать — и ещё раз повторил — Теперь я могу идти?

— Может, у тебя ещё какие друзья-знакомые имеются, кто с убийствами девушек сталкивался? — спросил глава Центрального управления, надеясь, что свидетель вспомнит что-то ещё.

— Нет, больше ни у кого из моих знакомых никого не убивали — уверенно ответил тот, ещё и добавил — Я точно ничего такого больше не знаю.

— Ладно, хорошо — кивнул Нолан и тоже на ноги поднялся, на Минджа посмотрел — Спасибо. За то, что рассказал.

— Да это вам спасибо — хмыкнул тот в ответ и красноречиво постучал себя по карману, где монеты спрятал.

Свидетель ушёл, а Нолан остался стоять на прежнем месте и тщательно обдумывал всё, что только что услышал.

«Айя Фэн и домоправительница у соседей Хейи Собонг видели высокого и худого мужчину. Со „странным“ голосом. И я был просто уверен, что видели они того самого маньяка, который девушек убивает. Которого мы ищем — вертелось у Нолана в голове — А вот Миндж рассказал, что видел не высокого и худого, а „низкого толстяка“ с лысиной на голове. А потом упомянул ещё свидетелей, которые видели рядом с одной и той же убитой и „высокого и худого“, и „низкого и толстого“. Значит, маньяков, всё-таки, два и они „работают“ вместе? Хм… „высокого и худого“ все свидетели видели ДО исчезновения девушек, а „низкого толстяка“ видели исключительно ПОСЛЕ, да ещё и в непосредственной близости с телами убитых» — у Нолана появилось ощущение, будто он наткнулся на какую-то подсказку, вот только ещё не сообразил, как именно этой подсказкой пользоваться.

Мужчина тряхнул головой, возвращаясь в реальность, и порывисто обернулся к стоящей возле окна Юни. Зеленоглазка выглядела не менее задумчивой и при этом сильно хмурилась, иногда головой отрицательно покачивала.

— Юни — позвал девушку Нолан. И она тут же подняла на него взгляд, в котором плескалась решимость, смешанная с опаской, или даже со страхом.

— Тут что-то не то — пробормотала она.

— Что не то? — не понял Нолан.

— Всё не то — девушка руками развела, а потом ладони к голове подняла и виски потёрла — Вот Миндж вроде и не врал, говорил то, что видел, но… — и запнулась, тяжело вздохнула и отвернулась.

— Что, «но»?

Юни снова повернулась и Нолану в глаза посмотрела. Выпалила на одном дыхании:

— Маньяк, который девушек убивает, точно не лысый и точно не толстый. Да, он высокий, но я бы не назвала его худым. У него телосложение… довольно крепкое — плечами едва заметно пожала — Примерно, как у вас — снова вздохнула — И я знаю это абсолютно точно.

В маленькой кухне воцарилось молчание. Юни и Нолан пристально смотрели друг на друга, но ни один из них не произносил ни звука. Мужчина заговорил первым:

— Вы его видели, маньяка — он не спрашивал, он говорил с абсолютной уверенностью в голосе.

— Да — подтвердила Юни и не выдержала, отвела глаза в сторону. Потом невесело улыбнулась и головой качнула — Вы только не радуйтесь раньше времени, ведь ничего конкретного про этого чёртова маньяка я всё равно вам не скажу. Я просто не знаю.

— Но вы его видели.

— Да, видела… но только его фигуру. А вот его лицо… — и отрицательно покачала головой — Он был в тени. Я даже не скажу, какого цвета у него волосы. Могу лишь сказать, что они вот такой длинны — провела кончиком указательного пальца по верхнему основанию шеи.

— И как же вы поняли, что это был именно маньяк? — спросил Нолан. Хотя, кажется, он уже догадывался, как.

Может ли такое быть, что Юни по какой-то несчастливой случайности стала свидетельницей одного из убийств? Каким-то невероятным образом оказалась в ненужном месте в ненужное время? Судя по тому, что девушка жива и невредима, маньяк её тогда не заметил. Но Юни успела увидеть достаточно, оттуда и её слова о том «что били не кулаком». Потому теперь она и старается помочь с расследованием. Не столько за своих родных и друзей на острове переживает, сколько за себя. За свою жизнь опасается, боится, что маньяк узнает, что она его видела. Вот и старается сделать всё от неё зависящее, чтобы его скорее поймали и казнили.

А зеленоглазка всё молчала, с силами собиралась, чтобы ответить. Нолан решил её немного подтолкнуть.

— Я так понимаю, что вы стали свидетелем одного из убийств? — спросил он прямо.

И Юни утвердительно кивнула.

— Можете рассказать, что конкретно вы видели?

— Об этом даже вспоминать сложно, а уж рассказывать — зеленоглазка судорожно всхлипнула и обхватила руками свои плечи — Я видела, как этот маньяк издевался над своей жертвой. У него был нож, была плеть, а ещё у него была какая-то толстая деревянная палка. И когда он её бил… он бил не кулаками, а плетью или этой палкой. И каждый его удар, каждый порез, который он делал… он делал это, а потом отходил в сторону и как-будто любовался тем, какую отметину он на её теле оставил — Юни снова всхлипнула, в её глазах блеснули капельки непролитых слёз — Она кричала, кричала, но её никто не слышал, только маньяк, но он даже радовался её крикам, а я… я всё видела, но сделать ничего не могла… просто молча смотрела на всё это — по щеке девушки скатилась первая слезинка. И Нолан сам не понял, что произошло в этот момент. Ощущение, словно его в спину кто-то подтолкнул. И вот он в два шага преодолевает расстояние между ним и плачущей девушкой, обхватывает её руками и крепко прижимает к своей груди, осторожно проводит ладонью по её спине, стараясь успокоить.

Вот только успокоитель из него вышел не очень хороший. Когда мужчина её обнял, Юни послушно прильнула к нему, но отчего-то расплакалась ещё сильнее. Плечи её сильно тряслись, она пыталась задавить свои рыдания, но те всё прорывались наружу, а слёзы катились из её глаз, не останавливаясь, словно копились там годами, и вот теперь, наконец, вырвались.

— Тише, тише, успокойся — пробормотал Нолан в попытке успокоить зеленоглазку, неосознанно переходя с официального «вы» на дружеское «ты», но его попытки особого результата не давали. Наконец, девушка начала приходить в себя.

— Потом, в самом конце — шепнула она и вновь судорожно всхлипнула — Когда… когда он «наигрался» с ней — Нолан даже не сразу сообразил, что Юни вернулась к разговору об убийстве — Он её убил… Вытащил из кармана какую-то не то верёвку, не то проволоку, и ей задушил.

«Хейю Собонг тоже задушили железной проволокой» — мгновенно вспомнил мужчина.

— Где это произошло? Где ты всё это видела? — тихо спросил он и последний раз провёл ладонью по спине девушки, и она осторожно отстранилась и сделала шаг назад. Нолан почувствовал лёгкий укол разочарования, захотелось вернуть Юни на прежнее место, снова прижать к себе, но он задавил в себе этот глупый порыв. Девушка была расстроена, и он просто её успокаивал, на этом всё!

Зеленоглазка выглядела немного смущённой, словно для неё постоять с мужчиной в обнимку какие-то несколько минут было чем-то запредельным. Но вот Юни снова подняла на Нолана свой зелёный взгляд.

— Я не знаю, где это было — заявила она.

— То есть как? — не понял глава управления — Ты же была там.

— А я не знаю, как я там оказалась. Не знаю, каким образом я смогла всё это увидеть — и ведь сколько честности в её голосе.

Нолан с подозрением прищурился. Зеленоглазка очень искренне рассказывала об увиденном, совершенно искренне переживала, плакала. А теперь она говорит, что не знает, где она это видела. Как же так? Покопавшись в памяти, мужчина припомнил пару моментов из своих прошлых расследований, когда жертвы страшных преступлений каким-то образом частично забывали о произошедшем. Например, в прошлом году, ещё в Столице, он встретил женщину, которую изнасиловали и чуть не убили, но она с большим трудом это припоминала, будто бы с ней и вовсе ничего не произошло, а лицо негодяя-насильника и вовсе не могла вспомнить. Словно её память сама избавилась от всего лишнего, что причиняло страдания. Того преступника, кстати, в итоге поймали. Хм… вполне возможно, и с Юни случилось нечто подобное.

— Это было здесь, на острове Тио? — решил он задать наводящий вопрос.

— Нет — ответила к его удивлению зеленоглазка. Притом ответила очень уверенно.

— А где же тогда?

— Я не знаю точное место — слегка нахмурилась, словно в воспоминания свои погрузилась — Это где-то за городом. Я помню дорогу, вдоль которой растут невысокие деревца и на обочине большой деревянный указатель с надписью «Римерон». Если я правильно помню, это та самая главная дорога, по которой можно до Столицы доехать — на мгновение замолчала и руки стиснула в кулаки — А маньяк… его логово находится где-то возле одного из съездов с этой дороги.

Дорога, что вела в Столицу, Нолану была известна, сам не раз по ней проезжал. И где этот деревянный указатель с надписью «Римерон» установлен, он тоже прекрасно знал.

Проблема в том, что в том районе съездов с дороги несколько. И ведут они в стороны ближайших деревень. Любопытно, а что вообще зеленоглазка делала за городом? Юни не помнит точно, где именно она страшное преступление увидела, а значит, нужно будет объехать каждую из деревень и расспросить местных селян, не видели ли они «лысого толстяка» или «худого и высокого мужчину со странным голосом».

Но в любом случае, Нолан был доволен исходом сегодняшнего дня. Благодаря свидетелю Минджу он узнал некоторые подробности ещё двух убийств, а также выяснил, что есть ещё один подозреваемый, тот самый «лысый толстяк». А благодаря невероятным откровениям Юни теперь он хотя-бы примерно знает, откуда начинать поиски маньяка. Или маньяков.

— Ну что, закончили вы свои разговоры разговаривать? — раздался из соседней комнаты жизнерадостный голос Мэйси, а мгновение спустя обладательница этого голоса появилась на кухне, довольно улыбнулась и похвасталась — С Минджем я уже по дороге столкнулась. За то, что я разрешила вам поговорить в моём доме, он мне целый серебряный отдал! — перевела задумчивый взгляд с одного на другого — А вы что такие… загадочные? Мне что, опять выйти?

— Нет, Мэйси, не нужно. Мы уже уходим — уверенно заявила подруге Юни — Спасибо… за то, что устроила нам встречу с Минджем.

— Да ладно — отмахнулась девица — Я в накладе не осталась. Если вам что-то ещё нужно…

— Нет, больше ничего — вставил слово Нолан и Юни руку протянул, та послушно за неё ухватилась — Нам, и правда, уже пора.

Хозяйка дома на сцепленные руки своих гостей покосилась и выдала нахальную улыбочку. И с ещё более нахальным намёком произнесла:

— Да, я вижу, что вам уже пора — насмешливо хмыкнула — Я бы вам, конечно, свою спальню предложила… за отдельную плату, конечно — бросила на Нолана ну очень красноречивый взгляд — Но вы, господин, вероятно, предпочитаете более дорогую обстановку.

— Несомненно — коротко ответил мужчина и потянул Юни за собой в сторону выхода.

Задерживаться на острове дальше смысла никакого не было. Нолан и Юни медленно брели по узким улочкам в сторону моста. Поначалу оба молчали. Хотя Нолану очень хотелось поподробнее расспросить зеленоглазку о том, что она видела. И как, вообще, смогла остаться незамеченной для маньяка, а потом и сбежать? У мужчины складывалось стойкое ощущение, что Юни ему… нет, не врёт, скорее, что-то недоговаривает. Но торопить девушку не стоит, сегодня она и так поведала ему больше, чем он, вообще, ожидал от неё услышать. А следствие и так четыре года маньяка поймать не может, ничего не случится, если он отложит свои вопросы к зеленоглазке ещё на несколько дней.

А девушка, что шла рядом, бросила на спутника очередной взгляд и вдруг вздохнула, обречённо как-то.

— Знаете, господин Нолан, я ведь вам ещё кое-что не сказала — сказала она.

Мужчине отчего-то очень не понравилось её обращение, он даже поморщился. Там, на кухне у Мэйси, когда он крепко прижимал Юни к себе в попытке успокоить, он говорил ей «ты». И теперь у него даже в мыслях не появлялось к ней строгого и официального «вы», и от неё хотелось того же.

— Давай без господинов — попросил мужчина — Просто Нолан и, желательно, на «ты».

Юни глянула удивлённо, а потом на её личике отразилось понимание.

— А, это чтобы мой муж не усомнился в том, что у нас отношения? — произнесла она, беззаботно кивнула и чуть смущённо добавила — Хорошо… Как скажешь, Нолан.

Нолан кивнул в ответ. Вот только её краткое напоминание о муже заставило его недовольно зубами скрипнуть. Чтобы отвлечься от мыслей о Джимиане, мужчина поспешно вернулся к прежнему разговору.

— Так что ещё ты хотела мне сказать?

— Я знаю, что маньяк присмотрел себе другую жертву — уверенно произнесла Юни.

— Я тоже уверен в том, что преступник не намерен останавливаться, и рано или поздно в поле его зрения попадёт другая девушка.

— Нет, ты не понял — зеленоглазка остановилась, посмотрела мужчине в лицо — Он уже нашёл себе новую жертву. Уже! Он бывает в тех же местах, где и она, наблюдает за ней. Близко к ней он пока не подходит, но подойдёт… это вопрос времени. И эта девушка, она… она не отсюда, не с острова Тио. Она тоже из обеспеченной семьи, как и последняя жертва — и, видимо, опережая вопрос Нолана, тихо добавила — Не спрашивай меня, откуда я это знаю. Я, правда, не смогу объяснить.

Мужчина задумчиво прищурился. Указательным пальцем правой руки провёл по своему подбородку и задумчиво произнёс:

— Значит, ты знаешь, что преступник выбрал новую жертву. Но откуда ты об этом знаешь, ты мне не расскажешь — прикрыл глаза на секунду — Ладно… хорошо. Пусть будет так… Ты знаешь, кто эта девушка? Её имя? Где она живёт?

Юни опустила полный сожаления взгляд и отрицательно головой покачала.

— Я не знаю, кто она. Не знаю её имени. И как она выглядит, тоже не знаю. Знаю только то, что это девушка из состоятельной семьи, вот и всё…

Нолан замолчал, обдумывая услышанное. Вздохнул и провёл пятернёй по волосам.

— Ты ведь понимаешь, что рано или поздно тебе придётся рассказать мне, откуда ты получила эту информацию — произнёс он.

— Я понимаю — ответила зеленоглазка и тоже вздохнула — Когда-нибудь расскажу.

— Очень на это надеюсь — отозвался Нолан и снова взял девушку за руку — Ладно, пойдём отсюда. Сегодня мы уже успели узнать всё, что нам нужно.

Девушка ответила согласным кивком, но вот уйти с острова они не успели.

— Юни!!! — раздался за их спинами громкий и пронзительный возглас.

Нолан успел заметить, как его спутница неприязненно скривилась, но на голос обернулась. И он обернулся следом за ней.

К ним приближалась женщина. Женщина уже не молодая, Нолан дал бы ей лет пятьдесят или около того, ведь выглядела она старше той же тёти Мии, которую ему довелось увидеть сегодня в домике Мэйси. На худом лице незнакомки «красовались» глубокие морщины, а волосы её почти полностью окрасились в серо-седой цвет. Приближалась женщина очень стремительно, почти бежала, во взгляде, направленном на зеленоглазку, невероятная по своей силе злоба, даже ненависть, которую та даже не пыталась скрыть. Наоборот, ещё и громко кричала на Юни.

— Мерзавка! — выкрикивала незнакомка, сокращая расстояние — Как же я ненавижу тебя! Ты специально всё это сделала! Обманула меня! Оставила совсем без денег! Лишила меня моих любимых детей! Из-за тебя я осталась совсем одна в собственном доме! Который тоже, по твоей милости, у меня отнимут за долги!

Нолан переводил взгляд с Юни на незнакомку и обратно, не понимая, что ему делать, как себя вести. Обвинения незнакомки в адрес зеленоглазки, в его понимании, звучали абсурдно: да, у зеленоглазки очень много тайн, но она никак не тянет на мошенницу, которая может лишить человека всех денег… а тем более детей. Немного успокаивало то, что Юни смотрела на незнакомку совершенно невозмутимо. Вероятно, была с той хорошо знакома, на нелепые обвинения только безразлично усмехнулась. А когда незнакомка поравнялась с ней, изобразила на своём лице некое подобие улыбки и с сарказмом произнесла:

— Ну здравствуй, мама. Я тоже очень рада тебя видеть.

Мама? Мама⁈ Вот уж чего Нолан точно не ожидал услышать. Он не знал, как выглядят родители Юни, но точно не мог подумать, что её мать выглядит… вот так. Зеленоглазка — девушка весьма неглупая, соответственно, такими же должны были быть её родители. Люди сильно обедневшие, вынужденные перебраться в этот район, но люди хоть немного образованные. А вот женщина, стоящая перед ним и с ненавистью взирающая на собственную дочь, была типичной представительницей этого острова, которая здесь родилась и воспитывалась. Да, сейчас она уже вышла из того возраста, когда можно зарабатывать телом… во всяком случае, зарабатывать более-менее нормальные для жизни деньги. Но если даже судить по её наряду… платье старое, сильно потрёпанное, с заплатками и незашитыми разрывами то тут, то там. Но платье того же фасона, что у других торговок своим телом, с глубоким декольте, лёгкой шнуровкой, которую легко снять, с разрезами на подоле, что особенно удобно для очень торопливых клиентов, которым и не хочется снимать платья со своих временных подружек. И манеры у этой «матушки» соответствующие, точнее, полное отсутствие каких бы то ни было манер, вон как громко кричала у всех на виду и сыпала оскорблениями и проклятиями в адрес собственной дочери. Мда… сейчас перед Ноланом стояла типичная «женщина лёгкого поведения», которая, судя по запаху, не мылась очень давно, да ещё и с дешёвой выпивкой перебрала. Но как у такой дамочки могла появиться такая дочь, как Юни?

— Ну ты и дрянь! Самая настоящая! — ответила «мамаша» на приветствие дочери и снова на крик сорвалась — Где мои дети⁈ Верни их немедленно!

— Вернуть? — также тихо ответила зеленоглазка — А зачем они тебе?

— Как это зачем? Это мои дети!!! Мои дочери!!!

— Ох, мама — Юни наигранно головой покачала — Да ты даже прокормить их не в состоянии. А я позабочусь о своих сёстрах куда лучше, чем ты. Во всяком случае, со мной они хотя бы голодать не будут. А что касается денег, без которых я тебя, якобы, оставила… что ты, вообще, имеешь ввиду?

— А то ты сама не понимаешь⁈ Не стой из себя дуру! Лучше по-хорошему верни мне Джию и Лини!

Нолан переводил недоумённый взгляд с Юни на её мать и никак не мог понять суть их разговора. А вот проходящие мимо люди если поначалу и обратили внимание на громкие крики женщины, то потом безразлично прошли мимо по своим более важным делам, оставляя трио из двух женщин и одного стоящего рядом мужчины без особого внимания.

— Зачем они тебе? — повторила зеленоглазка свой прежний вопрос к матери.

— Они мне нужны! Это мои дети!!! Мои! — снова прокричала женщина и вновь принялась обвинять дочь в том, что та обманула её и лишила каких-то мифических денег — Пока мои дети жили со мной, у меня всегда было, на что жить! А сейчас, когда ты их забрала, мне даже еды купить не на что!

— Иными словами… — усмехнулась Юни — Раньше я приходила к сёстрам раз в несколько дней и всегда оставляла некоторую сумму на их содержание. И большую часть этой суммы ты беспрепятственно тратила на свою выпивку, а вот на оставшееся иногда нет-нет, да и покупала девочкам самый дешёвый чёрствый хлеб и в большинстве случаев червивую крупу. Теперь же девочек рядом с тобой нет, а лично для тебя я и медяка не выделю.

— Дрянь! Какая же ты дрянь! — прошипела «матушка» и сделала шаг дочери навстречу, явно намереваясь вцепиться той в лицо, или в волосы. Но Нолан среагировал мгновенно, тоже шагнул вперёд, остановился рядом с зеленоглазкой, всем видом показывая, что не даст ту в обиду, даже родной матери. «Матушка» на это неприлично улыбнулась — Аааа — протянула она — Я смотрю, у тебя новый покровитель появился. Да ещё какой статный. Небось, из настоящих господ? Да, моя вторая доча, как я смотрю, очень хорошо устроилась. И покровитель у неё непростой, и сама при деньгах — и снова к Юни обратилась — А того старика, у которого ты жила столько лет, ты куда дела? Или он помер уже, а ты быстренько нашла ему новую замену?

— А это не твоё дело, мама. Моя личная жизнь тебя совершенно не касается.

— Да на твою личную жизнь я плевать хотела — заявила женщина, при этом грязно и неприлично выругавшись — Живи ты, как хочешь, мне до тебя и дела нет. Если бы ты мне ещё и денег давала… А ты… Ты обманула меня!

— Как обманула? — устало вздохнув, переспросила Юни.

— Когда ты моих младших дочерей забрала, ты мне несколько серебряных оставила!

— И что? Они тебе не пригодились? Так верни назад.

— А ты, дрянь такая, ещё и насмехаешься надо мной, да⁈ — снова взвизгнула женщина, после чего уверенно заявила — Да я думала, что ты мне постоянно будешь деньги приносить! А ты, оказывается, на острове бываешь, а ко мне даже не заходишь! А те серебряные, которые ты оставила в прошлый раз, я уже потратить успела!

— Какая же ты шустрая. Всё-то ты успеваешь — покачала головой Юни — Вот только я тебе помочь ничем не могу. И деньги приносить больше не буду — девушка демонстративно ухватила под локоть стоящего рядом Нолана — И вообще, мы очень спешим.

— Значит, денег ты мне давать не собираешь?

— Не собираюсь. Пусть тебе… сыночек твой любимый, Арэм, помогает.

— Неблагодарная! Я тебя родила, я столько лет тебя кормила-поила, я тебя всему научила…

И Юни вдруг рассмеялась, совершенно искреннее.

— Да, мама, своими словами о том, что ты меня, оказывается, чему-то там научила, ты меня повеселила, конечно — отсмеявшись, выдохнула зеленоглазка, а потом вдруг стала совершенно серьёзной. Что-то в её взгляде появилось такое, отчего её «матушка» испуганно сглотнула и шаг назад сделала. Юни холодно произнесла — Если я и была тебе что-то там должна, то я с тобой уже давным-давно расплатилась. Может быть, стоит тебе напомнить, что после известных тебе событий пятилетней давности, у тебя на руках оказалась очень приличная сумма. Которой вполне хватило бы даже на то, чтобы с острова выбраться, в другом месте какой-нибудь небольшой домик прикупить… окончательно порвать со всем этим — широкий жест в сторону окружающего пространства — Ты помнишь, куда в итоге все те деньги делись? Деньги, из-за которых я чуть жизни не лишилась?

— Но ведь ты же выжила, поэтому нечего ту давнюю историю вспоминать — поморщившись, бросила женщина — И сейчас у тебя всё хорошо. А то, что деньги те так быстро потратились… Ну бывает.

— Ах, бывает — притворно вздохнула Юни — Ну если бывает, то вот пойди, и заработай себе на жизнь сама. Ты ведь так любишь повторять эту фразу, да? Ты же столько раз отправляла «зарабатывать» Мэй, меня, даже девочек, хотя они совсем ещё дети… Только теперь рядом с тобой никого не осталось. Вот и думай сама, на что ты будешь есть, пить, выпивать, дом содержать, который и так уже почти развалился. А обо мне забудь. И о девочках тоже.

— Ты ещё пожалеешь об этом, мерзавка — прошипела женщина, злобно сверкая глазами, после чего нехотя развернулась и вскоре скрылась в толпе.

Разговоры по душам

До моста они шли молча. Нолан задумчиво поглядывал на свою спутницу. Та всю дорогу грозно хмурилась, губы её были плотно сжаты. Да, было заметно, что встреча с «матушкой» вывела её из привычного равновесия. И она не просто злилась на мать, она её будто бы ненавидела.

Не решаясь беспокоить Юни бессмысленными разговорами или расспросами, мужчина невольно начал вспоминать свою семью. Семейство у него было, надо сказать, большое, куча дядюшек, тётушек, двоюродных и троюродных братьев и сестёр, две родные сестры, которые давно были замужем, детишек растили и жили своими жизнями. Но вот особой любви между ним и его родственниками никогда не было. Собственно, как это обычно и бывает в «высшем обществе». Мать у Нолана, женщина строгая, немного отстранённая и просто обожающая порядок во всём, умерла десять лет назад от затяжной болезни. Отец у мужчины был жив и вполне здоров, но все последние годы он почти безвыездно жил в своём поместье, в Римерон наведывался изредка и то лишь по очень важным делам, а с сыном общался, в основном, письмами.

А ещё у Нолана когда-то была жена. Невероятно красивая хрупкая девушка, с которой он познакомился на одном из балов, и которая почти сразу привлекла его внимание настолько, что он уже через месяц после знакомства просил согласия на брак с ней у её отца. Согласие, Нолан, конечно же, получил. И всё то недолгое время, что они были женаты, мужчина даже чувствовал себя счастливейшим человеком… вот только счастье длилось недолго. Жена умерла во время родов, ребёнок тоже не выжил. Чтобы как-то заглушить боль потери, Нолан даже на войну отправился, где чуть не умер, получив серьёзное ранение. А после войны уехал жить и строить карьеру в Столицу.

Сейчас, по прошествии стольких лет, потеря жены и ребёнка больше не вызывала у мужчины той острой боли, лишь вспыхивающая иногда лёгкая светлая грусть. Но и она тоже быстро меркла, придавленная бесконечными размышлениями о работе, расследованиях.

О, Нолан всегда знал, что рано или поздно он снова женится, ведь его роду нужен наследник. Мужчина, конечно же, планировал обеспечить своей жене хорошее содержание, благоприятные условия для рождения и воспитания детей, наверное, он даже мог бы пообещать ей свою верность, если будущая жена попросит, конечно. Но что касается чувств… Он бы не назвал свои чувства к первой жене любовью, слишком уж это… пафосно. Скорее, это была симпатия, смешанная со страстью, которая время от времени сменялась лёгкой нежностью и желанием оберегать, защищать. А вот второй жене, когда она появится, Нолан вряд ли сможет предложить что-то большее, чем простое уважение. Все его яркие и пылкие чувства были отданы его первой жене много лет назад. Во всяком случае, мужчина был в этом абсолютно уверен… до недавнего времени.

Совершенно неожиданно в его жизни появилась другая девушка, которая тоже вызывает в нём странные, непривычные и невероятно сильные эмоции. И эти эмоции совсем не похожи на то, что он испытывал когда-то к первой жене, что-то более глубокое и очень… непонятное. Эта новая девушка абсолютно точно не подходит ему в жёны, и дело даже не в том, что они из разных социальных кругов. У неё непростой характер, излишне острый язычок, и много-много тайн. И внешне Юни Хонг сильно отличается от первой жены Нолана, разный цвет волос, разный цвет глаз, совершенно непохожие черты лица.

Нолан Лим покачал головой и постарался отвлечься от своих странных мыслей. С чего это он вдруг решил сравнивать зеленоглазку Юни и свою погибшую много лет назад жену? И вообще… у Юни муж имеется, и забывать об этом не стоит! А её мать и вовсе про какого-то «старика» упомянула, у которого Юни жила несколько лет. Кто знает, возможно, после замужества, её отношения с тем «стариком» и не прекратились вовсе? Узнать бы ещё, что это за «старик» такой?

На мосту они снова остановились. Зеленоглазка всё также молча закрутила свои волосы в неприметный пучок, закрепила кучей шпилек, чтобы не рассыпался. Сверху на открытое платье надела серую блузу с высоким воротом и длинным рукавом, все пуговички до самого подбородка застегнула. После чего вздохнула и посмотрела на Нолана извиняющимся взглядом.

— Прости — произнесла она — Что тебе пришлось наблюдать эту сцену. Идзи Квон частенько бывает невыносима… и неадекватна.

— Это, и правда, была твоя мать? — с любопытством уточнил мужчина, когда они двинулись по мосту дальше.

— Да — нехотя буркнула Юни — Надеюсь, что сегодня я видела её в последний раз.

— Даже так? — не удержался от высказывания Нолан — Ты настолько сильно её ненавидишь?

Над ответом Юни призадумалась.

— Я бы не сказала, что её прямо вот ненавижу — сказала она, немного помолчав — Но у меня к ней такое отношение… как тебе объяснить? Умом я понимаю, что она мне вроде как мать… Но она столько всего нехорошего натворила в своей жизни по отношению к моим сёстрам и ко мне лично, что у себя внутри я ну никак не воспринимаю её своей матерью. По моим внутренним ощущениям, она чужой посторонний человек для меня. Человек, который мне совершенно безразличен. И если раньше я ещё кое-как терпела её и её выходки ради сестёр, то теперь я и вовсе не хочу её видеть.

Нолан молча выслушал, согласно покивал головой, мысленно признавая, что если бы и его мать была такой же, он бы тоже стремился отгородиться от общения с ней.

— Понимаю — ответил он и тут же, пользуясь тем, что зеленоглазка уже не выглядит разозлённой и погружённой в себя, задал новый вопрос — А куда ты сестёр от неё забрала? Явно, что не в дом к Джимиану. Или… — невольно запнулся — Твоя мать упомянула какого-то человека, у которого ты жила много лет… Тот человек дал согласие, чтобы твои сёстры пожили у него?

— Мои сёстры сейчас в закрытой школе для девочек — спокойно ответила зеленоглазка — Помнишь, я выпросила у Джимиана двадцать золотых? Эти деньги я как раз отдала за год обучения моих сестёр в школе.

Юни больше ничего не добавила, а Нолан не решился спросить про загадочного «старика» ещё раз.

— Так вот, оказывается, зачем тебе такая большая сумма понадобилась — пробормотал он. Ведь ещё совсем недавно он был уверен, что те деньги она потратила на какие-нибудь дорогие ювелирные украшения, или личный счёт в банке открыла. А она, как выяснилось, не о себе, а о сёстрах думала.

А девушка вдруг повернулась к нему лицом, едва заметно улыбнулась и поведала:

— Человек, у которого я жила много лет, действительно, одно время предлагал мне забрать сестёр и хотя бы временно поселить в его доме. Но его дом не настолько велик, чтобы там уместились две девочки, которые будут бегать, кричать, забывать игрушки в неположенных местах — помолчала немного и продолжила — А этот человек, у которого я жила, действительно, уже очень стар, да ещё и здоровье у него в последнее время не очень. Когда он чувствует себя хорошо, он вечно занят работой, во время которой нельзя шуметь и мешать, когда ему становится хуже, он ложится в постель, и ему, опять же, необходим полный покой.

Вот так вот. Выходит, «матушка» Юни о её покровителе правду сказала.

— Когда твой брак с Джимианом будет расторгнут, ты снова вернёшься к этому человеку? — Нолан не планировал задавать этот вопрос, он как-то сам вырвался. А зеленоглазка ответила, не раздумывая.

— Конечно — сказала она очень уверенно — И даже если Джимиан сдержит обещание и после развода купит мне дом, я всё равно буду наведываться к господину Вейжу.

— Значит, господин Вейж — пробормотал мужчина, неосознанно хмуря брови. А когда Юни кивнула, тепло улыбнулась и подтвердила «Да, господин Вейж», он ещё и руки в кулаки сжал.

— Я очень многим обязана господину Вейжу — признавалась Юни в непривычном порыве откровенности — Когда-то он очень помог мне, теперь моя очередь помогать ему. Сейчас у него со здоровьем плохо, ему уход постоянный нужен и присмотр. У него есть сын, но тому до больного отца и дела нет, он к нему почти не приходит — поморщилась брезгливо — Наверное, целыми днями сидит и ждёт, когда же наследство ему на голову свалится. Ещё к господину Вейжу домработница приходит время от времени, порядок в доме наводит. И больше у него никого нет… только я.

— Ты говоришь о нём не как о покровителе, а, скорее, как о старшем родственнике — с некоторым удивлением, и да, с облегчением, заметил Нолан Лим, на что зеленоглазка лишь загадочно улыбнулась и продолжила расхваливать своего «господина Вейжа».

— Он очень трудолюбивый и очень талантливый. Профессионал своего дела. Даже когда ему совсем плохо становилось, всё равно нет-нет, да работать пытался, заказы выполнять.

— И что же у него за профессия такая?

— О, он аптекарь. У него в Римероне несколько собственных аптек работает.

— Аптекарь? — переспросил Нолан и понятливо головой покивал — Так это ты у него лекарскому искусству обучилась?

— Да, у него я научилась очень многому — ответила Юни и замолчала. На лице её снова появилось знакомое задумчивое выражение.

Мост через Мангану остался позади, и сейчас светловолосый мужчина и сопровождающая его зеленоглазая девушка в тёмном платье с наглухо застёгнутым до подбородка воротом медленно шли по одной из самых людных центральных улиц Римерона. По-хорошему, Нолану следовало поймать экипаж, подвезти Юни до дома Джимиана, а самому отправиться в Управление, но отпускать от себя девушку очень не хотелось, хотелось побыть с ней рядом подольше. Потому он и решил продолжить их разговор. А ещё ему не давали покоя любопытство… и вновь всколыхнувшаяся ревность.

Что за день такой? Утром он ревновал эту девчонку к мужу, а сейчас к какому-то неизвестному господину.

— А как ты, вообще, познакомилась со своим… господином Вейжем?

Зеленоглазка тяжело вздохнула. На вопрос хоть и неохотно, но ответила.

— Я тогда из дома сбежала, и мне нужно было найти, где хотя бы переночевать можно. Римерон я тогда совсем не знала, впервые за пределы острова выбралась. Случайно оказалась возле входа в аптеку, которая господину Вейжу принадлежит. Тогда мы с ним впервые и столкнулись. Разговорились. И он предложил мне остаться у него. Я подумала и согласилась. Всё лучше, чем в доме Идзи Квон — плечами пожала — Вот, собственно, и вся история нашего с ним знакомства.

Нолан Лим ещё раз окинул девушку взглядом, отмечая её совсем ещё юный возраст. Во время её свадьбы с Джимианом мужчина успел посмотреть в её документы, в которых указывалось, что ей только восемнадцать лет. А о своём побеге из дома и о знакомстве со своим любимым господином Вейжем говорит так, словно с тех пор прошло уже очень много времени.

— Сколько тебе было лет, когда… ты из дома сбежала?

— Тринадцать — буркнула зеленоглазка.

Тринадцать лет! Ушла жить к постороннему мужчине, когда ей было всего тринадцать!

— Жизнь с матерью стала настолько невыносимой, что жизни с ней ты предпочла побег в неизвестность? Она всегда так много пила, или это началось лишь в последние годы?

Взгляд девушки стал ожесточённым, и на краткий миг Нолан даже пожалел, что задал этот вопрос. И зачем он так далеко полез в дебри её прошлого?

— Дело не в её пьянстве — Юни головой покачала и остановилась посреди дороги, вынуждая остановиться и Нолана. Взгляд на мужчину подняла — Знаешь, я, вообще-то, не имею привычки с кем-любо откровенничать. Но конкретно в тебе есть что-то такое, что хочется рассказать тебе обо всём — выдавила слабую улыбку — Наверное, ты специально учился разговаривать таким располагающим к откровениям тоном, чтобы все преступники и свидетели поскорее раскрывали тебе свои секреты.

— Никогда не замечал в своём голосе и в манере общения ничего располагающего к откровениям — улыбнулся в ответ мужчина.

— И тем не менее, в тебе это есть — уверенно заявила Юни. Замолчала ненадолго и спросила — Ты, и правда, хочешь узнать, из-за чего я когда-то из дома сбежала?

— Я, вообще, хочу узнать о тебе побольше — невольно вырвалось у Нолана — Ты самая загадочная девушка из всех, кого я встречал.

— Ах, вот оно что — хмыкнула зеленоглазка, во взгляде её появилась знакомая холодность, отстранённость — Ну хорошо, я расскажу… Так-то это никакая не тайна. Как я уже сказала, сбежала я не из-за того, что Идзи Квон любительница выпить лишнего. Я сбежала, потому что она решила меня продать.

— Продать? — непонимающе переспросил мужчина — В каком смысле, продать?

— В прямом — ответила Юни. Говорила вроде спокойно, но иногда в её интонациях прорывалась настоящая буря — Пять лет назад в дом к матери заявился клиент. Клиент очень денежный. Он глянул на Идзи, сказал, что она для него старовата, поэтому он пойдёт поищет кого помоложе, да посимпатичнее. И тогда моя… «матушка», чтобы удержать денежного клиента, не придумала ничего лучше, чем предложить ему меня вместо неё.

— Но тебе ведь было только тринадцать — с ужасом припомнил Нолан.

— Да, только тринадцать — согласно кивнула зеленоглазка — В общем, тот клиент, конечно же, согласился. А я… я начала сопротивляться, клиент на это очень разозлился — недовольно скривилась — В общем, мне тогда от него крепко досталось. Сначала я долго не приходила в сознание, потом несколько дней на ноги встать не могла, только лежала. Даже дышала с трудом, у меня все рёбра были переломаны. Синяки и ссадины с меня тоже долго не сходили — на этом месте Юни выдавила из себя саркастическую улыбку — Но для нашего «дружного» семейства произошедшее со мной стало большой удачей.

— Удачей? — недоверчиво переспросил Нолан — Что-то никакой удачи я тут не вижу! И то, что с тобой тогда произошло… Юни, это ужасно!

— В итоге я полностью поправилась. Если не считать парочки небольших и едва заметных шрамиков, но это так, ерунда — девушка плечами передёрнула — А семейству моему повезло в том, что тот клиент, когда увидел, что со мной сделал, решил что я мертва. Он очень сильно испугался и, чтобы «матушка» не поднимала шум вокруг моего убийства, отдал ей все деньги, которые были у него в тот день при себе. А это была очень хорошая сумма — Юни тяжко вздохнула — Только Идзи Квон распорядилась этими деньгами весьма своеобразно. Большую часть из них отдала своему единственному сыночку, моему братцу Арэму, а тот часть за долги отдал, а остальное прогулял.

— Это… ужасно — снова повторил Нолан. А к его симпатии, обращённой к этой девушке, прибавилось искреннее сочувствие и вина. Ведь он одно время, действительно, считал её пусть и неглупой, но обычной продажной девицей, которая вступила на скользкий путь с радостью и по своей доброй воле. А ей, в её пока ещё недолгой жизни, довелось вон сколько горестей и напастей вынести.

— Это ещё терпимо — поправила зеленоглазка — Ужасное началось дальше. Когда я более менее начала выздоравливать, да на ноги вставать, Идзи Квон заявила, что раз теперь я уже знаю, чего ждать от мужчин, а деньги из нашей семьи испарились, то пора бы мне начинать приносить пользу и отправляться на «заработки». Сам понимаешь, что она имела ввиду под словом «заработки» — глубоко вздохнула — И я решила сбежать — самодовольно улыбнулась — Надо сказать, со своим побегом я не прогадала.

— Не просто не прогадала — вынужден был признать Нолан — Я бы сказал, что в итоге ты очень неплохо устроилась в жизни, ещё и сестёр с острова вытащила.

— О, я очень старалась — хмыкнула Юни. Мужчина ободряюще ей улыбнулся и быстро глянул по сторонам.

— Наверное, мне стоит проводить тебя до дома Джимиана — произнёс он — Погоди минуту, сейчас я поймаю экипаж.

— Не стоит меня провожать — решительно остановила его зеленоглазка, немного помялась и пояснила — Тем более, что я сейчас не домой — И экипаж я сама поймаю — обернулась, сделала пару шажочков в сторону и рукой элегантно взмахнула, останавливая проезжающий мимо наёмный экипаж.

— Ну что же, не смею настаивать — кивнул Нолан, хотя внутри ему очень хотелось поспорить и настоять на том, чтобы проводить девушку. Вот только никаких прав на неё он не имеет. И если она собралась не домой, к Джимиану, то куда? Неужели, к своему господину Вейжу? Но своего недовольства показывать не стоит. Мужчина вынудил себя изобразить на лице приветливую улыбку — Хорошей дороги.

— Благодарю — ответила Юни, кинула на Нолана последний взгляд, одарила его тёплой дружеской улыбкой и забралась в экипаж, бросив перед этим вознице короткое «до улицы Береговой».

— До улицы Береговой — повторил вслух Нолан, когда наёмный экипаж скрылся за поворотом — Хм… Раз до Береговой, значит, и правда, к своему господину Вейжу отправилась. Он ведь аптекарь — вздохнул и недовольно головой покачал. Эти три расположенные рядом улицы в городе, Береговая, Речная и Солнечная, как раз славились тем, что проживали на них, в основном, лекари со своими семьями, их ученики, ну и хозяева аптек, конечно же. А ведь Нолан уже как-то подвозил Юни до Береговой, и было это на следующий день после её свадьбы с Джимианом. Да, как и говорила зеленоглазка, не смотря на большую разницу в возрасте, не смотря на то, что её материальное положение значительно улучшилось после брака с Джимианом Хонгом, разрывать взаимоотношения со своим аптекарем она не намерена. Считает, что после того, как тот предоставил ей крышу над головой после побега из дома, она ему очень обязана. Да и привыкла к нему за прошедшие годы.

В Управлении Нолан Лим появился во второй половине дня и тут же велел найти и пригласить в его кабинет следователей Монга и Кьёна. В управлении этих двоих не было, и на их поиски у рядовых сотрудников ушло некоторое время. А потому упомянутые Ильсон Монг и Миджин Кьён предстали перед своим непосредственным руководителем лишь ближе к вечеру.

— Мы успели повторно поговорить со всеми служащими из дома убитой госпожи Хейи Собонг — доложили следователи почти хором — И как раз переключились на соседние дома.

— Ну и? Что конкретно нам дали эти разговоры?

— Садовник и личный кучер из дома госпожи Хейи подтвердили, что последние пару недель почти ежедневно видели рядом с домом незнакомого высокого мужчину в шляпе и длинном плаще — радостно доложил Монг — Правда, они с ним не общались, а потому не знают, какой у него голос. А ранее в разговорах о нём не упоминали, потому что не считали его подозрительным. Как сказал садовник, ну подумаешь, ходит мимо дома какой-то незнакомец в шляпе, ну и пусть дальше ходит, никому ведь не мешает. И на то, что незнакомец в шляпе пропал после убийства госпожи Хейи, они тоже внимания не обратили.

— Личная служанка госпожи Хейи тоже припомнила высокого худого мужчину в шляпе — добавил Кьён — Говорит, последние недели перед смертью госпожи каждый день видела того проходящим мимо центральных ворот дома. Но тоже особого внимания на него не обращала и подозрительным не считала.

— Я так понимаю, что кроме того, что высокого и худого мужчину в шляпе и длинном плаще видели несколько человек, работающих в доме, больше ничего нового узнать не удалось? — и с ожиданием посмотрел на своих подчинённых — Например, его имя?

— К сожалению, больше ничего узнать пока не удалось — ответили те и немного виновато покачали головой.

— Что же, я этого ожидал — вздохнул Нолан Лим и на стуле своём выпрямился, руки на стол перед собой положил и сцепил в замок — Вообще-то, я позвал вас не только для того, чтобы узнать результаты вашей работы. У меня для вас новое задание.

— Да, господин Нолан, мы очень внимательно вас слушаем — ответил Ильсон Монг за двоих.

— Во-первых, нужно будет ещё раз опросить тех же свидетелей из дома госпожи Хейи Собонг и из ближайших домов. И узнать вам будет нужно, не видел ли кто рядом с домом убитой человека невысокого, полноватого, с лысиной на голове и, вероятно, тоже в длинном пальто.

— Как скажете, господин Нолан, завтра же уточним, не видел ли кто человека с такими приметами — заверил Миджин Кьён, переглянувшись с Монгом — А что во-вторых?

— А во-вторых — глава центрального управления вновь откинулся на спинку своего стула — Вы ведь знаете большую дорогу, что ведёт из Римерона в Столицу? Знаете, где именно деревянный указатель, указывающий на Римерон, установлен?

— Конечно, знаем — слегка недоумённо ответили следователи, вновь переглянувшись.

— Недалеко от указателя есть несколько съездов с дороги, которые ведут в ближайшие деревни. Так вот… вам нужно будет объехать все эти деревни. И расспросить жителей этих деревень, не видел ли кто из них наших подозреваемых. Высокого худого мужчину со странным голосом и низкого толстяка с лысиной.

— Эм… да, конечно. Мы обязательно это сделаем. В ближайшие дни — заверил Миджин Кьён.

Ильсон Монг тоже утвердительно покивал, подтверждая, что задание руководства понял и всё сделает в лучшем виде. А потом нерешительно произнёс:

— Господин Нолан, позвольте вас спросить… но откуда Вам стало известно про второго подозреваемого? И о том, где именно вести поиски подозреваемых? Помимо нас с Миджином… кто-то ещё ведёт это расследование?

Нолан окинул сотрудника управления прищуренным взглядом и, немного подумав, дал краткий ответ:

— Скажем так… в нашем деле об убийстве нашёлся свидетель, который видел значительно больше, чем все слуги дома госпожи Хейи вместе взятые.

— Свидетель? — переспросил Кьён — И кто же этот свидетель? И откуда он взялся? Мы же опросили всех…

— А вот на эти вопросы я ответить пока не могу — отрезал Нолан, вспоминая зеленоглазку Юни. Настанет день, когда ей всё же придётся дать официальные показания. Но именно сейчас мужчина не был готов открыть её имя следователям, слишком уж нехорошие предчувствия его одолевали… и опасения за девушку — В общем, задание я вам выдал — помолчал и добавил — Более вас не задерживаю. Идите и выполняйте.

— Как прикажете, господин Нолан — сказали Монг и Кьён хором.

После ухода следователей у главы Центрального городского управления по защите населения и охране правопорядка оставалось ещё очень много дел. Изучить отчёты по раскрываемости дел от начальников районных отделений, просмотреть предварительный бюджет по зарплате сотрудникам системы охраны правопорядка на ближайшие месяцы. Ознакомиться с материалами дела об ограблении одного из банков Римерона, ведь грабители ещё не пойманы, хотя с момента совершения преступления прошло уже много времени, поэтому это дело тоже придётся отдать следователям Центрального городского управления.

В итоге до своего дома и до своей спальни Нолан добрался уже после полуночи. Он был абсолютно уверен, что стоит его голове коснуться подушки, как он тут же уснёт, но не тут-то было.

Мужчина на спину перевернулся и уставился в тёмный потолок, недовольно вздохнул. Воспоминания о прошедшем дне не давали ему покоя, а перед внутренним взором стоял образ черноволосой зеленоглазой девушки.

Юни Хонг. Девушка с острова Тио, которая оказалась совсем не такой, как он думал изначально. А ведь онас первого дня знакомства вызывала у Нолана чувство подчёркнутого уважения. Постепенно к уважению добавилась искренняя симпатия. А после сегодняшнего дня и восхищение. Каким-то невероятным образом зеленоглазка в столь юном возрасте смогла вырваться с острова Тио, а это, вообще, мало кому под силу. Да, пусть она сделала это при помощи своего аптекаря. Но она могла бы спокойно жить за счёт покровителя и ничего при этом не делать. Как, собственно, и поступают все содержанки родом с острова синих огней, а потом, когда их красота увядает, возвращаются назад, на остров. А Юни… Юни умудрилась обучиться грамоте, выучила кое-какие законы королевства и некоторые правила поведения в приличном обществе, да ещё и лекарским премудростям обучилась. И сестёр своих при этом не забыла, в закрытую школу отправила, чтобы и у них была надежда на лучшее будущее. Да, всё это достойно восхищения.

— А ещё эта девушка замужем, и при этом у неё есть мужчина, к которому она вернётся после развода — вслух напомнил себе Нолан, внутри у него вновь зашевелилось противное липкое чувство ревности. И с чего он, вообще, вздумал её ревновать?

Она даже не в его вкусе! Излишне самостоятельная, свободолюбивая, немного вредная, упрямая, а ещё язвительная, частенько холодная и отстранённая. Не слишком хорошие качества, как для любовницы, так и для жены. Зато она ответственная, надёжная, отзывчивая, неглупая. И с расследованием согласилась помочь, не раздумывая. Если так подумать, практически всё, что Нолан успел узнать об убийствах на острове Тио, он узнал благодаря зеленоглазке Юни.

Постепенно мысли мужчины переключились на само расследование, чему он даже обрадовался. Уж лучше о деле думать, чем о совершенно не подходящей для женитьбы девушке. Нолан прокручивал в голове сначала признания Юни о том, что она была свидетельницей преступления, потом вспоминал показания рыбака Минджа.

В какой-то момент мужчина перевернулся на бок, локоть под голову подложил, нахмурился. Снова задался вопросом, как так получилось, что в деле появилось сразу двое подозреваемых? Убивают ли они вместе? Или это два совершенно разных преступника, которые орудуют в одних и тех же местах по чистой случайности?

А потом Нолан резко сел на постели, поражённый простой догадкой: «Эти двое не преступники! Точнее… они, конечно, преступники, но убивают не они! Один, „высокий и худой“, приманивает жертв, в том числе своим безобидным „странным“ голосом, а второй, „лысый толстяк“ избавляется от тел. И делают они это для кого-то „третьего“… Для того, кто очень хорошо им за это платит! И этот „третий“ и есть маньяк! Не исключено, что у него, кроме „худого“ и „толстого“, и другие „помощники-исполнители“ имеются».

— А ведь вдоль той дороги, про которую Юни говорила, помимо деревень, несколько поместий расположено — вслух пробормотал мужчина — И владельцы тех поместий люди весьма состоятельные… И все очень уважаемые. Так неужто это кто-то из них решил в маньяки податься?

Нолан Лим тяжко вздохнул и вновь опустился на подушки, прикрыл глаза. Мысль о том, что жестоким убийцей может оказаться кто-то из самых уважаемых жителей Римерона ему очень не нравилась. Ведь для того, чтобы предъявить обвинение преступнику столь высокого социального положения, нужны будут неопровержимые доказательства. Простых слов нескольких свидетелей, тем более свидетелей — жителей острова синих огней, будет недостаточно, нужно будет искать что-то посущественнее. Только где искать? Хоть в пору к оракулу за помощью обращайся.

С такими невесёлыми размышлениями глава Центрального городского управления по защите населения и охране правопорядка и погрузился в глубокий сон.

Поиски маньяка и встреча с оракулом

Ранним утром следующего дня на одной из центральных улиц города встретились двое мужчин. Эти двое были хорошо знакомы между собой. Они учтиво поприветствовали друг друга и пожелали друг другу хорошего и удачного дня. После чего заговорили о деле.

— Наверное, тебе следует сразу ехать за город — произнёс один из мужчин, высокий, статный, в строгом сером камзоле и с пышной седой шевелюрой на голове — Заедешь сначала в Кузнечное, потом в Болотино, это самые большие деревни в том районе. А потом уже в остальные отправляйся. Те деревни, в которых не успеешь побывать сегодня, мы с тобой объедем завтра вместе.

— А ты сам-то сейчас куда? Меня, значит, за город хочешь отправить, а сам чем займёшься? — спросил второй, мужчина ещё молодой, не старше тридцати, русоволосый и кареглазый. И в таком же строгом камзоле.

— А я снова съезжу пообщаюсь со слугами в доме Хейи Собонг — строго и членораздельно, словно объясняет что-то нерадивому ученику, ответил следователь Ильсон Монг, а был это именно он — Вдруг, и правда, помимо высокого мужчины со странным голосом и лысого толстяка кто-то из них видел? — задумчиво замолчал, вздохнул и добавил — Всё-таки любопытно, кто этот загадочный свидетель, о котором упомянул господин Нолан?

— Мне и самому страсть как любопытно узнать, что за свидетеля отыскал наш глава — произнёс на это Миджин Кьён, мысленно смирившись с тем, что опрашивать жителей придорожных деревень сегодня ему придётся в одиночку — И главное, где он его отыскал? Мы же опросили всех служащих, всех соседей и всех, кто просто мог проходить мимо дома госпожи Хейи. Но никого толком не нашли, разве что ту домоправительницу, что про высокого мужчину рассказала. А господин Нолан кого-то где-то нашёл.

— Я предполагаю… — медленно протянул более опытный Ильсон Монг — Что господин Нолан нашёл своего свидетеля в районе синих огней.

— На острове синих огней? — с сомнением в голосе переспросил Кьён — Так он же сказал, что нам пока не нужно там появляться.

— В том-то и дело, он сказал, что это нам с тобой не нужно там появляться. Тогда как сам он вполне мог побывать на острове и пообщаться с местными. Ты подумай, все прошедшие дни господин Нолан постоянно где-то пропадает, вот вчера его полдня в управлении не было. Где он был? Может быть, как раз на острове Тио?

— Возможно, ты прав — пожал плечами Миджин Кьён. На этом коллеги распрощались и каждый направился в своём направлении.

Общаться с деревенскими было в разы легче, чем с городскими. Ведь жители деревень всегда были более открытыми в общении, более спокойными и доброжелательными, нежели их соседи из городов. На вопросы заезжего следователя они отвечали без лишних раздумий и не прикидывали в голове, что следует сказать, а что стоит утаить. А ещё деревенские, в большинстве своём, знали друг другу в лицо, и если в их деревне появлялся кто-то новый, незнакомый и подозрительный, они тут же готовы были рассказать о чужаке представителям закона. Но ни в одной из деревень, в которых побывал Миджин Кьён, никто не видел ни лысого толстяка, ни мужчину со странным голосом.

— Говорите, высокий, худой и со странным голосом? — переспрашивал местный охотник — Высокие и худые у нас, конечно, есть. Вот, например, наш табунщик… или мельник, что живёт на краю деревни. Только голоса у них самые обычные. Лысый, толстый и невысокий? — тут охотник призадумался — Такой у нас, в Кузнечном, пожалуй, тоже есть — указал в сторону соседней улицы — Вон там живёт этот толстяк. У него хозяйство большое, даже огромное, чего у него только нет — и добавил с лёгкой завистью — Поэтому он и толстый такой.

С деревенским толстяком следователь Кьён, конечно же, пообщался. Но, к его большому сожалению, толстяк никак не мог быть убийцей госпожи Хейи. Хотя бы потому, что на те дни, когда девушка пропала, у толстяка было неопровержимое алиби. Зато этот толстяк припомнил, что в соседней деревне Болотино проживает во всех отношениях подозрительный мужчина.

— Он высокий и худой. И голос у него… странный — рассказывал толстяк — Как раз, как вы ищете. И живёт совсем один, ему уже за сорок, а женат никогда не был, подозрительно это.

— Да, подозрительно — согласился Миджин Кьён и поспешил уточнить — Значит, голос у того человека странный? А в чём конкретно заключается эта странность?

— Да не знаю я — развёл руками толстяк, не в силах подобрать нужно слово — Просто странный, и всё.

По указанному толстяком адресу в Болотино, и правда, обнаружился высокий и худой мужчина. Мужчина совсем неприветливый и очень нелюдимый. На вопросы он отвечал сквозь зубы и был явно недоволен визитом следователя из города. Но и он не походил на подозреваемого. Ведь голос его, и правда, оказался необычным… голос был очень грубым, хриплым, с характерным шипением. И это точно был не голос подростка, как описывала свидетельница-домоправительница.

Так и прошёл весь день Миджина Кьёна. Он объехал несколько деревень, успел поговорить, наверное, с полусотней человек. Он описывал жителям деревень приметы подозреваемых, и те даже указывали на кого-то похожего, но при личной встрече с этими похожими оказывалось, что по той или иной причине на подозреваемых в убийстве они не тянут.

— Лысый и толстый? Ещё и невысокого роста? — задумчиво пробормотала очередная деревенская жительница, женщина уже в возрасте, немного полноватая и cочень добрым взглядом — Есть у нас в деревне такие. Плотник наш, к примеру.

— С вашим плотником я уже успел пообщаться — разочарованно и устало вздохнул следователь.

— Ну тогда пастух наш. Поесть он очень любит. Вот и полноватый такой.

— И с пастухом пообщаться я тоже успел.

— Ну тогда не знаю — развела руками женщина — Все высокие и худые, которых я вам назвала, вам тоже не понравились — тут местная жительница глянула за спину следователя и невероятно тепло заулыбалась — Каим, сыночек мой дорогой, неужто пришёл родителей навестить?

Миджин Кьён обернулся и увидел незнакомого совсем юного паренька, не старше восемнадцати. Тот подходил к дому, также широко улыбаясь, как и его мать.

— Да, мама, я, наконец-то, домой пришёл — подтвердил он — Сегодня хозяин куда-то уехал, сказали, что его всю ночь не будет, завтра утром только вернётся. Вот кое-кого из слуг на это время по домам и распустили.

— Ох, так ты даже на ночь останешься? Какая радость! Сейчас я что-нибудь на стол соберу и постель тебе сразу приготовлю, перину тебе помягче взобью — затараторила женщина. А паренёк вопросительно покосился на всё ещё стоящего возле крыльца следователя.

— Простите, а вы кто будете? Что вам от моей матушки надобно?

— Это представитель закона, из Римерона пожаловал — на дав Миджину и рот открыть, поведала сама женщина — В наших краях преступники какие-то объявились. Вот поэтому господин следователь ходит и всех опрашивает, не видели ли мы кого подозрительного.

— И что это за преступники такие? Что они натворили? — спросил паренёк, всерьёз обеспокоившись.

— Было совершено ужасное, убили молодую девушку — следователь старался говорить как можно пугающе, чтобы окружающие прониклись — А подозреваемые, по нашим данным, могут прятаться в одной из ближайших деревень. Один из подозреваемых, по описанию, высокий и худой, со странным голосом, а второй, наоборот, низкий и толстый, с лысиной на голове. Вот вы, случайно, никого похожего не встречали?

Паренёк задумчиво нахмурился и пальцами правой руки принялся тереть свой лоб, словно вспоминая. А потом его глаза широко распахнулись.

— Я вспомнил! — воскликнул он — Я знаю одного! Правда, не помню, как его зовут. Он высокий и худой, как вы и сказали. А голос у него, и правда, странный. Этот человек весь такой большой высокий и одет всегда в дорогую одежду, но его голос… даже у меня голос грубее, а у него как у ребёнка…

Миджин Кьён даже боялся поверить в то, что слышит. Неужели?

— Вы, действительно, знаете высокого худого мужчину с голосом, как у ребёнка?

— Да, я его знаю — покивал паренёк и неуверенно плечами пожал — Тут недалеко поместье одного уважаемого господина расположено, я там работаю конюхом — о своём месте работы говорил с очень важным видом, словно работает не конюхом, а как минимум, управляющим поместья — А этот мужчина, высокий и худой, со странным голосом, тоже на нашего господина работает. Только он не каждый день в поместье появляется, иногда его по несколько недель не видно. Но последний раз я его видел буквально пару дней назад.

— Значит, работает на хозяина ближайшего поместья? — подобрался следователь — И кем работает?

— Вот уж не знаю — развёл руками паренёк — Раньше, вроде как, личным секретарём нашего господина работал. А потом он исчез куда-то, говорили, что уволился. Но раз он к господину иногда приезжает, значит, теперь он просто кем-то другим работает — слегка нахмурился — Хм… а среди личных слуг господина и лысый толстяк тоже есть. Имя его я тоже не знаю. Но он такой странный тип, кроме хозяина ни с кем толком не разговаривает.

— Сынок, но это же ужасно! — вступила в разговор женщина, на лице её застыло выражение беспокойства и страха за собственного ребёнка — Я знаю, что в поместье тебе неплохо платят за работу, но если там вместе с тобой такие ужасные люди работают, оттуда надо бежать! И чем скорее, тем лучше! Ты снова пастухом работать пойдёшь, не пропадём и с голоду не умрём — и испуганно ахнула, ладони к щекам прижала — Ох, а поместье-то совсем недалеко отсюда! А что, если эти душегубы и сюда придут! Да нам бежать из деревни надо!

— Не думаю, что на данный момент необходимы столь кардинальные меры — поспешил успокоить селянку следователь Миджин Кьён — И с увольнением не стоит торопиться.

— Вы так считаете? — с заметной надеждой произнесла женщина.

— Конечно. Во-первых, эти двое просто подозреваемые, у нас пока нет уверенности, что убийство совершили именно они. А во-вторых, возможно, у людей, о которых говорит ваш сын, просто похожие приметы, тогда как на самом деле к убийству они не имеют никакого отношения. У нас ведь нет подробных описаний и портретов подозреваемых.

— Вот именно — поддакнул паренёк, которому явно не хотелось увольняться из поместья богатого господина и переходить на менее оплачиваемую работу пастуха. И он уже заметно сожалел о том, что рассказал следователю о людях, работающих на его хозяина — Я уверен, что они просто похожи на тех душегубов. Ну не могут же те, кто работает на столь уважаемого господина, быть преступниками — заявил он уверенно.

Миджин Кьён на это заявление согласно покивал головой и ещё раз заверил впечатлительную селянку, что ни ей, ни её сыну волноваться пока что не о чем. Но после этого достал из внутреннего кармана блокнот, в котором поспешно записал имя паренька, выпытал у того, где именно поместье расположено. Уточнил имя хозяина поместья.

Господин Эйджин Кейм. Именно это имя назвал паренёк.

— Значит, Эйджин Кейм — задумчиво повторил имя следователь, уже затемно возвращаясь в Римерон. Миджин не был лично знаком с названным господином, но вот фамилия Кейм почему-то показалась ему знакомой, словно где-то он её слышал, но никак не мог вспомнить где. Но ничего, это всё не важно. Главное, он знает имя господина, знает, где расположено поместье. А значит, уже завтра в первой половине дня он разузнает всё, что можно, и о хозяине поместья, и о том, кто же в его поместье работает.

И Миджин Кьён мечтательно улыбнулся. Да если окажется, что те двое служащих господина, о которых деревенский паренёк рассказал, и есть те самые подозреваемые, ему господин Нолан, наверняка, премию выпишет! А может, и повышение какое!

На утро Миджин получил короткое послание от своего коллеги-напарника Ильсона Монга. Тот с сожалением сообщал, что немного приболел. У начальства отпросился, уже прикупил в ближайшей аптеке хорошее средство от простуды и надеется уже завтра вновь вернуться к работе. Признаться, подобное известие следователя Кьёна не очень-то и расстроило, даже немного порадовало. Ведь если он единолично доложит господину Нолану о том, где нужно искать подозреваемых, вся похвала достанется только ему одному!

Совсем скоро Миджин Кьён отправился в здание городского архива, где хранилась информация о собственниках всех домов, поместий и других объектов недвижимости Римерона и его окрестностей. Там следователь, к своему удивлению, выяснил, что собственником поместья, хозяином которого деревенский паренёк назвал некоего господина Эйджина Кейма, является совсем другой человек. И человек непростой. Сам губернатор! Господин Хеджим Морейм. А вот у сестры губернатора как раз был сын по имени Эйджин Кейм. Получается, что господин губернатор позволяет своему племяннику жить в его поместье, да ещё и рассказывать слугам, что именно он является хозяином? Впрочем, этот факт не имеет никакого отношения к убийству Хейи Собонг. А ещё через час у следователя появился список всех слуг, что числятся в поместье господина губернатора.

Кьён самодовольно улыбнулся. С той информацией, что у него появилась, можно смело идти к господину Нолану! Глава Центрального городского Управления, наверняка, оценит.

К сожалению, к тому моменту, как следователь появился на пороге Управления, господина Нолана там уже не было.

— Вы с ним разминулись буквально на несколько минут — доложил секретарь, не отрывая взгляд от лежащих перед ним бумаг — Господин Нолан направился в одно из районных отделений охраны правопорядка, в какое точно, мы не знаем. Возможно, вернётся ближе к вечеру.

На это Миджин Кьён недовольно скрипнул зубами.

«Надо было меньше в архиве копаться! — мысленно ругнул он себя — Ну ничего. Если не поговорю с главой Управления сегодня, значит, сделаю это завтра с самого утра. Надеюсь, завтра утром господин Нолан будет на месте».

Дожидаясь информации от Ильсона Монга и Миджина Кьёна, Нолан Лим с головой окунулся в другие дела Центрального городского Управления. Во-первых, это его прямая обязанность, как руководителя столь крупного государственного ведомства, а во-вторых, когда ты занят работой, не остаётся времени на мысли о зеленоглазой красотке со сложной судьбой. Нолан изучал отчёты, общался с сотрудниками. Решил наведаться в одно из районных отделений, отчёт из которого показался ему ну очень подозрительным, слишком уж всё «красиво» было в том отчёте, так не бывает. Собственно, в самом районном отделении никаких бросающихся в глаза нарушений мужчина не обнаружил, но дал задание кое-кому из сотрудников Центрального Управления, чтобы некоторое время проследили за работой отделения, а заодно тщательно изучили некоторые уже закрытые дела.

Изначально, после посещения отделения, Нолан Лим планировал сразу вернуться в Управление, планировал вызвать к себе Монга и Кьёна. Ведь они, наверняка, уже успели проехаться по деревням и узнать, не видел ли кто из селян подозреваемых в убийстве госпожи Хейи и девушек с острова Тио. Но с досадой вспомнил о том, что один из следователей заболел. Дёргать одного Кьёна? Нолан головой покачал и в итоге пришёл к выводу, что ничего страшного не случится, если перенести разговор со следователями ещё на один день.

В итоге, Ильсон Монг и Миджин Кьён оказались в кабинете главы лишь во второй половине следующего дня.

— Вы были правы, господин Нолан. Насчёт низкорослого толстяка с лысиной на голове — довольно вещал следователь Монг своим немного гнусавым простуженным голосом — Вчера я, к сожалению, был не в том состоянии, чтобы вести расспросы свидетелей. А потому все два дня деревни объезжал мой коллега в одиночку — с благодарностью глянул на Кьёна, а тот лишь безразлично плечами пожал, мол, это всего лишь моя работа — Но зато позавчера я ещё раз поговорил со слугами в доме госпожи Хейи. И некоторые подтвердили, что толстяка они тоже видели. Правда, он даже к воротам дома не подходил, бродил неподалёку. А местный булочник вспомнил, что толстяк расспрашивал его, в какое время он свою работу начинает, потому что тоже хочет булочником устроиться.

— Может быть, этот человек оказался возле дома госпожи Хейи, потому что на самом деле искал работу? — уточнил Миджин Кьён, на что следователь Монг усмехнулся и головой покачал.

— Не думаю — произнёс он — Видите ли, про лысого толстяка я не только у булочника узнавал. Я также зашёл в книжный магазин, к местному портному, в аптеку, что в конце улицы находится… — сделал многозначительную паузу — Толстяк побывал во всех этих заведениях и в каждом месте говорил, что подыскивает работу и спрашивал, в какое время они с утра на работу приходят!

«Высокий и худой приманивает жертв, а толстяк избавляется от тел» — припомнил Нолан Лим свои собственные размышления.

— Он ходил и узнавал, в какое время все эти люди начинают работать, чтобы оставить тело жертвы под окнами её дома до того, как на улице появится кто-то, кто сможет его увидеть, опознать и поднять шум — озвучил глава Управления свою догадку.

— Мне тоже так показалось — поддакнул Ильсон Монг.

А Нолан задумчиво побарабанил пальцами по своему столу. И обернулся ко второму следователю.

— А что скажете вы? Хоть в одной из деревень подозреваемых видели? — и мужчина был почти уверен, что Кьён скажет что-то вроде «да, их видели тут-то, тут-то и ещё вот здесь», а в идеале ещё и чьи-то имена назовёт. Но, к разочарованию главы, второй следователь лишь отрицательно головой покачал.

— Я объехал все деревни в той округе — произнёс Миджин Кьён извиняющимся тоном — Но подозреваемых ни в одной из тех деревень не видели.

— Ты уверен? — с лёгким сомнением уточнил Ильсон Монг — Может быть, мне следует тоже съездить? Возможно, ты не со всеми поговорил…

— Я успел поговорить, наверное, с полусотней человек, если не больше — упрямо заявил Кьён — Но этих двоих там не видели — и вопросительно глянул на своего начальника — Господин Нолан, вы уверены, что ваш свидетель сказал правду о том, где искать возможных преступников?

— В своём свидетеле я уверен полностью — помолчав, ответил мужчина, а на подчинённого посмотрел с подозрением, чуть прищурился. Главе Центрального Управления что-то очень не понравилось в словах Миджина Кьёна, но он сам не мог понять, что именно. Во всём внешнем виде следователя присутствовала какая-то едва заметная фальшь, словно тот что-то не договаривает, пытается что-то скрыть.

Вот и сейчас следователь Кьён смотрит на своего непосредственного начальника, вроде бы совершенно спокойно, но в его глазах Нолану отчего-то мерещится неуверенность, волнение и даже страх.

Нолан Лим тряхнул головой и вздохнул недовольно.

— Значит, в деревнях никого похожего не видели — пробормотал мужчина и едва слышно выругался — А ведь я был уверен, что хоть кто-то их, да видел. Но если нет… Ладно, пусть пока будет так.

— Тогда… мы можем продолжать опрашивать людей возле дома госпожи Хейи — предложил Ильсон Монг — Нам так и не удалось узнать, откуда в итоге приходил и куда уходил высокий и худой мужчина. Но вполне возможно, мы найдём тех, кто укажет нам правильное направление для поисков толстяка.

— Да, тогда работайте в этом направлении — кивнул Нолан Лим.

Обсудив ещё пару моментов, следователи покинули кабинет своего главы, но Нолан мог бы поклясться, что Миджин Кьён, стоило сказать ему, что на сегодня он свободен, выдохнул облегчённо, и напряжение из его взгляда быстро исчезло. Подозрительно это, очень подозрительно.

Нолан был почти уверен, что его следователь что-то узнал, но по какой-то неведомой причине решил молчать. Но ведь не пытками же выбивать из него информацию?

«А может, мне самому следует съездить в те деревни?» — задал мужчина вопрос сам себе, а потом покосился на большую стопку бумаг на своём столе, недовольно скривился. Некогда ему по деревням разъезжать! Ему, вообще, некогда заниматься расследованиями самостоятельно, для этого у него в Управлении есть специально обученные следователи! Он и так кучу времени потратил на свои визиты до острова синих огней!.. И в итоге всё равно почти ни к чему не пришёл. Лишь двое подозреваемых с очень поверхностным описанием, и несколько свидетелей, показания которых суд может и не зачесть, если маньяк, и правда, окажется очень важной и состоятельной личностью.

Но что делать, если следователи что-то темнят? Привлечь к расследованию ещё кого-то? Может быть…

— Хоть в пору, и правда, к оракулу обращайся — вслух произнёс Нолан. И вдруг резко выпрямился на своём стуле.

А, собственно, почему бы и нет?

Обращение к оракулам — это стандартная практика в делах подобного рода. Когда расследование зашло в тупик, и следователи совсем не знают, куда двигаться дальше, можно обратиться к оракулу! В свою бытность в Столице Нолан и сам как-то к провидцу обращался.

Да, видения оракулов частенько бывают неясными и мутными, в них нельзя чётко разглядеть лица преступников или жертв. Из-за этого видения нельзя использовать в суде, как неопровержимое доказательство виновности преступников. Но зато оракулы частенько видят какие-то мелкие и, на первый взгляд, совершенно незначительные детали, на которые в обычной ситуации следователи и внимания бы не обратили. Но тогда, в Столице, именно благодаря такой вот увиденной в видении мелочи Нолан со своей командой смог поймать убийцу трёх человек.

Когда глава Управления велел своему секретарю поскорее разыскать адрес какого-нибудь оракула, тот даже не удивился.

— Наши следователи обычно обращаются к оракулу по имени Юдан Бейко. Он живёт буквально в паре кварталов отсюда — с ходу поведал секретарь своему начальнику и в ту же минуту написал на листке нужный адрес.

Оракулов в мире было не так уж и много. Хорошо если два-три человека на огромный многотысячный город наберётся. В столице королевства Каири таких проживало даже шестеро, и это считалось очень хорошей цифрой. Все оракулы находились на особом контроле у государственных органов. Особенно, у органов защиты населения и охраны правопорядка, которым постоянно нужно что-то расследовать. Государственная казна оплачивала провидцам проживание в хороших домах, слуг, мелкие и не очень бытовые расходы. В общем, государству было выгодно иметь при себе людей, способных видеть то, что не видят люди простые.

Никто не знал, как, вообще, можно стать оракулом. Дар видеть то, что скрыто от посторонних глаз, всегда проявлялся как-то сам по себе. И появиться он мог абсолютно у любого человека. И в бедной семье, и в богатой. В семье дружной, и в той, где между роднёй идут постоянные склоки. В огромных семьях с кучей детишек и родственников и у одиночек. Дар мог проявиться у совсем ещё маленького ребёнка, а мог у совсем уже взрослого человека. И с наследственностью Дар видеть никак не пересекался. Ведь никогда не было такого, чтобы у оракула рождался ребёнок — тоже оракул, а все известные провидцы происходили из семей, где Дара не было ни у кого и никогда. И единственное, что объединяло оракулов всех городов и стран — это их признания в том, что все они помнят свою прошлую жизнь.

И вот Нолан Лим уже стоит напротив большого дома, где живёт такой человек, помнящий свою прошлую жизнь и умеющий Видеть. Глава Центрального Управления ловко взбежал по каменным ступенькам вверх, поднял руку… но постучать не успел. Дверь распахнулась прямо перед его носом, и перед глазами мужчины предстал совсем юный паренёк, даже не паренёк, а мальчик-подросток. Нолан удивлённо моргнул, глядя на него. Неужели этот юнец и есть тот самый оракул, к которому обращаются за помощью следователи Центрального Управления? Неужели, постарше никого не нашлось?

Подросток заговорил первым.

— День добрый, господин — произнёс он и даже чуть склонил голову в приветственном жесте, а потом в сторону отступил, пропуская гостя в дом — Мой хозяин вас с самого утра ждёт.

«Ясно. Паренёк — просто слуга в этом доме, а знакомство с оракулом мне ещё только предстоит».

— Пройдёмте за мной, господин. Я вас провожу — продолжил свою речь подросток, направляясь в сторону лестницы.

Совсем скоро Нолан входил в небольшую комнатку, которая для местного оракула, вероятно, выполняла функции некой приёмной. В комнатке было одно окно, зашторенной плотной шторой, а недостаток света компенсировался десятком зажжённых свечей, расставленный прямо по полу. Собственно, кроме как на пол, ставить их было больше некуда. Ведь из всей мебели в комнате было лишь два больших кресла, стоящих друг напротив друга. В одном из которых сидел совсем седой старик с длинной-предлинной бородой и в необычном сиренево-сером балахоне.

Глаза старика были закрыты, но стоило ему почувствовать появление гостя, он тут же их открыл, окинул Нолана изучающим взглядом, после чего указал ему на свободное кресло.

— Проходи, садись, дорогой гость — не утруждая себя официальным «вы» и другими церемониями, тихим и скрипучим голосом молвил старик-оракул — Сегодня ночью мне сон приснился, что гость у меня будет, вот я с самого утра тебя и поджидаю — а когда Нолан послушно уселся напротив, провидец прищурился и спросил — Раньше я тебя не видел. Ты новый следователь Центрального Управления?

— Я новый глава Центрального Управления — поправил мужчина.

— Вон оно даже как — покивал старик, но какого-то особого удивления в его голосе не прозвучало — Ну что же, прежний глава тоже иногда ко мне в гости заглядывал. Рассказывай, с чем ты пришёл.

Тянуть Нолан не стал.

— В городе появился преступник, который убивает девушек — сразу же поведал он — Его не могут найти уже четыре года.

— И сам глава Управления решил поиском душегуба заняться? — недоверчиво протянул оракул — Помнится, твой предшественник приходил ко мне с совсем другими вопросами. Его больше интересовало, есть ли недоброжелатели лично у него или у членов его семьи.

— Это злоупотребление своим служебным положением — сухо констатировал Нолан Лим — И в этом мне бы не хотелось уподобляться своему предшественнику.

— Похвально — бросил в ответ старик, а лицо его приобрело озабоченное выражение — Так, говоришь, в городе уже несколько лет, как страшный душегуб объявился? — головой неодобрительно покачал — Так надо было давно ко мне прийти. Я, наверняка, смогу увидеть хоть что-то, что поможет найти негодяя.

— Видите ли, практически все убитые… — невесело усмехнувшись, поведал глава Управления — девушки не совсем правильного и порядочного поведения, родом из очень бедных семей. Именно поэтому долгое время преступника даже не начинали искать. В итоге это привело к тому, что последней жертвой маньяка стала дочь одного очень состоятельного и уважаемого человека.

Седые брови оракула неодобрительно сошлись на переносице.

— Выходит, вы начали искать душегуба лишь после того, как он девицу из богатого семейства сгубил? — тихо спросил он — А вот это совсем неправильно. Другие девушки, какими бы они ни были, тоже хотели жить и смерти от рук нелюдя точно не заслуживали.

— В этом вы правы — поспешно согласился Нолан, смутно припоминая похожий разговор. Когда много дней назад он рассказывал Юни о маньяке и о том, как тот убил Хейю Собонг, зеленоглазка точно также злилась и ругалась на некомпетентность сотрудников системы охраны правопорядка, которые долгое время даже не пытались начинать расследование убийств на острове Тио — Вы абсолютно правы. Все убитые девушки не заслуживали такой страшной смерти. И если бы следователи начали искать преступника раньше, то, я уверен, давно бы поймали его. Но сейчас… — Нолан Лим недовольно поморщился — Мы очень хотим обезвредить негодяя, но у нас почти никаких улик нет. Следствие идёт уже длительное время, а толку с этого не так уж и много — и пристально посмотрел на старика-оракула — Так вы поможете нам?

— Конечно, помогу — вздохнув, произнёс тот — Это ведь моё предназначение, помогать — и руку вперёд протянул, голову вопросительно на бок склонил — Вы принесли что-нибудь, что поможет мне увидеть душегуба и его злодеяния?

— Да, конечно — поспешно ответил Нолан и полез во внутренний карман своего камзола, откуда вытащил ленту для волос небесно-голубого цвета, протянул её оракулу, поясняя — Эта вещь принадлежала последней убитой. Судя по всему, лента слетела с головы девушки в ту ночь, когда её похитили прямо из её спальни. Служанка упоминала, что перед сном сама лично подвязала волосы госпожи этой лентой.

— Ну что же, посмотрим. Может, что и увижу — протянул старик, затем покрутил вещицу в руках, небрежно скомкал в небольшой комок и сжал в кулаке. Закрыл глаза, голову опустил и словно отрешился от всего окружающего мира.

Оракул сидел неподвижно минут десять, если не больше. Кулак с ленточкой, принадлежащей когда-то госпоже Хейе, то сжимал крепче, то, наоборот, расслаблял. Его брови то почти сходились в одну линию на переносице, делая лицо старика грозным, непримиримым, то расслаблялись, отчего начинало казаться, что сидящий напротив оракул и вовсе уснул.

Нолан не знал, как у провидцев это получается, но именно так они и вызывали свои видения: просто прикасались к вещам, что принадлежали жертвам или преступникам, и на время уходили в себя. Потому он и прихватил с собой вещицу последней убитой, без неё оракул вряд ли разглядел бы хоть что-то. А сидящий напротив старик явно что-то видел… что-то совсем неприятное.

Наконец, оракул тяжело вздохнул и открыл глаза, хрипло пробормотал:

— Ужасный человек — именно такими были его первые слова — Сколько же боли он всем этим девушкам причинил — головой покачал — А их родным… столько семей остались без своих дочерей, сестёр… А у некоторых убитых уже свои детки были… и теперь они остались сиротами.

— Значит, вы хоть немного смогли его разглядеть? — с надеждой в голосе спросил Нолан.

— Не то чтобы хорошо… — вновь вздохнул оракул — Мужчина. Вроде бы ещё молодой, думаю, твой ровесник. Высокий, широкоплечий. Одет не бедно. Волосы… — чуть нахмурился — Вроде бы тёмные, но я не уверен, короткие — взгляд в сторону отвёл — Всё, больше ничего лично про него сказать не могу. А все его жертвы… девушки, молодые совсем. Я не вижу, но чувствую, что жизнь у них у всех была тяжкой, полной лишений и невзгод. Да и смерть этих несчастных девушек стала ужасной. Я не могу разглядеть их чётко, в моих видениях их лица сливаются в одно, лишь одежда едва заметно меняется. Я вижу их всех в каком-то подвале, прикованными к стене длинной цепью. И все они со страхом и отчаянием смотрят на своего убийцу. Если принесёте мне личные вещицы других девушек, я, возможно, смогу рассмотреть их ярче и чётче.

Старик снова сжал в кулаке ленту убитой и снова опустил голову, посидел так ещё какое-то время. Потом глаза открыл, протянул руку и вернул вещицу Нолану.

— Хозяйка ленты не была похожа на остальных убитых девушек. Жизнь её была спокойной и размеренной… счастливой. У неё была любящая семья. Даже жених, кажется, имелся — сказал он то, что главе Управления и так было известно, а потом ещё и подтвердил все прежние догадки Нолана — А ведь эту девушку… — на ленту указал — Из дома похитил не убийца. Кто-то другой. Тоже высокий, только не широкоплечий, а худощавый. Похититель сначала долго следил за ней, за её перемещениями. А потом выкрал, прямо из её дома, из её комнаты. Какой-то пахучей жидкостью одурманил, чтобы она не кричала и не вырывалась, потом связал, в экипаж погрузил и за город вывез. Не знаю точно, куда, не могу разглядеть. А после передал её душегубу — старик едва заметно вздрогнул и посмотрел Нолану прямо в глаза — Но знаешь, что самое плохое?

— Что? — поспешил уточнить мужчина.

— Душегуб уже нашёл себе другую жертву. Не знаю, кто она, не видел. Но я чувствую, что он уже ходит за ней, поглядывает издалека и уже сейчас представляет, как будет мучить её.

«Я знаю, что маньяк присмотрел себе другую жертву» — всплыли вдруг в памяти Нолана слова зеленоглазки Юни.

— Вы можете хоть примерно увидеть, где живёт этот негодяй? Как нам его найти?

Но оракул отрицательно покачал головой.

— Всё, что я смог разглядеть, я уже вам сказал. А вообще странно это — признался старик, а на вопросительно-недоумённый взгляд гостя ответил — Обычно в своих видениях я не вижу лиц, но очень чётко вижу какие-то другие детали, а тут… всё видится словно через мутную завесу — развёл руками — Я не знаю, как это объяснить, но у меня странное чувство, будто…

— Будто что? — поинтересовался Нолан.

— Надеюсь, что мне это только кажется, но… Ощущение, что я врываюсь в чужие видения… в видения другого оракула. И тот другой оракул очень крепко связан с душегубом прочными невидимыми нитями… Но при этом он даже не пытается разорвать невидимую связь, и невольно видит весь тот кошмар, творимый преступником.

— А разве так бывает?

— Я слышал о подобном — кивнул старик — У одного из оракулов в соседнем городе единственного сына убили, прямо на его глазах. Так с того момента он время от времени видел картинки из жизни убийцы, пока того не казнили. Вполне возможно, что и здесь душегуб по незнанию убил близкую подругу или родственницу кого-то из провидцев. Оттого все его злодеяния отныне совершаются на виду у неизвестного нам оракула.

— Значит, вполне возможно, что где-то есть оракул, который стал свидетелем всех убийств маньяка? — и с надеждой добавил — Хорошо бы нам его найти. Он бы точно помог нам с расследованием.

— Вот уж не думаю — отчего-то усомнился старик.

— Вы считаете, что тот оракул видит все злодеяния преступника, но при этом не считает, что маньяк заслуживает смерти? И умышленно не спешит рассказывать следствию о том, что видит? — произнёс Нолан первое, что пришло ему в голову.

— Не совсем так — поправил оракул — Я просто уверен, что тот провидец точно также, как и ты, мечтает о скорейшей поимке душегуба. Дело в другом… Взять меня, или любого другого знакомого мне провидца, все мы прекрасно понимаем, что мы видим в своих видениях, умеем контролировать свои видения, умеем их призывать, а иногда, наоборот, блокировать, чтобы чего лишнего не увидеть. Но всему этому нужно учиться. А тот оракул… он отчего-то даже не пытается овладеть премудростями Дара. Словно и не понимает, что означают его видения. Словно… не понимает, что он тоже оракул.

— Оракул, который не знает, что он оракул… первый раз о таком слышу — пробормотал Нолан.

— Я не исключаю, что мне это лишь кажется, тогда как на самом деле никакого другого оракула и вовсе нет — поспешил напомнить старик. А глава Центрального Управления тряхнул головой, отметая в сторону мысли о неизвестном оракуле и ещё раз спросил:

— Вы точно больше ничего не рассмотрели в своём видении? Вы упомянули какой-то подвал, где убийца держал девушек. Может быть, вы хоть примерно можете сказать, где этот подвал находится?

— Где-то за городом — только и ответил оракул — Больше ничего сказать не могу. Хотя… подожди — Нолан пристально всмотрелся в лицо провидца, надеясь услышать ещё хоть что-то. А оракул прикрыл глаза, потёр кончиками пальцев виски и добавил — Я знаю, что есть люди, которые помогают тебе в поисках душегуба — открыл глаза и недовольно нахмурился — Не стоит доверять всему, что они говорят. Они что-то скрывают.

Вскоре Нолан Лим покинул дом старика-оракула. На пороге остановился, оглянулся и посмотрел на закрытые шторами окна.

«Это где-то за городом. Я помню дорогу, вдоль которой растут невысокие деревца и на обочине большой деревянный указатель» — вновь всколыхнулись в памяти мужчины недавние слова зеленоглазки Юни. Следом вспомнился последний совет оракула — не доверять помощникам.

Нолан Лим тяжело вздохнул и медленно двинулся назад, в сторону здания Управления. О том, что следователь Миджин Кьён что-то утаивает, глава и так уже подозревал.

Эпилог

За день до встречи с оракулом…

Высокий широкоплечий мужчина с коротко стриженными тёмными волосами, в дорогом камзоле и крупными серебряными перстнями почти на всех пальцах сидел за столом, поглядывал в окно и бездумно крутил в руках перо. На лице мужчины блуждала лёгкая мечтательно-предвкушающая улыбка.

В дверь постучали, и мужчина нехотя оторвался от своих мыслей, недовольно поморщился. Но всё же выпрямился на стуле и громко произнёс своё «войдите». А на пороге комнаты появился домоправитель. Выглядел он весьма взволнованным. Дверь в кабинет плотно прикрыл, чтобы кто из слуг не подслушал приватный разговор,и тут же возле хозяина оказался.

— Господин Эйджин, беда стряслась — молвил он.

— Беда? — переспросил хозяин — О чём ты? Что ещё за беда?

На лице домоправителя проявилось страдальческое выражение, свои руки он стиснул в замок и издал судорожный вздох:

— Понимаете, господин… я сейчас в конюшни спускался, хотел проверить, все ли вещи из вашего экипажа в дом занесли.

— Ну и что? — переспросил хозяин и снова поморщился — Ты или быстрее говори, что у тебя за беда приключалась, или оставь меня в покое и иди заниматься своими делами. Ты же знаешь, я только с дороги, и хочу отдохнуть.

— Но, господин… беда не у меня… у вас.

Этими словами домоправителю удалось заинтересовать своего хозяина, тот даже на ноги поднялся и вопросительно склонил голову.

— У что же за беда у меня приключиться успела? Насколько я знаю, всё у меня хорошо. А ты мне проблему какую-то выдумал. Ладно… давай быстрее рассказывай, что ты такого увидел в конюшнях, что тут же ко мне прибежал.

— Я не увидел, я услышал!

— Что услышал? — поторопил господин с уже нескрываемым раздражением.

Домоправитель глубоко вдохнул, потом выдохнул, настраиваясь, а потом тихо произнёс:

— Один из наших конюхов, молодой парень родом из ближайшей деревни, вчера вечером как раз уходил родных проведать. Сегодня утром он в поместье вернулся и сейчас рассказывает другим конюхам, как вчера по деревням разъезжал какой-то следователь из Римерона.

— Следователь? — насторожился хозяин — Что ещё за следователь? И что ему тут понадобилось?

Домоправитель нервно сглотнул и всё также тихо ответил:

— Следователь расспрашивал деревенских, не видел ли кто двух мужчин. Одного высокого, худого и со странным голосом, а второго низкорослого, полноватого и с лысиной на голове. И следователь не скрывал, что разыскиваемые мужчины подозреваются в убийстве молодой девушки — сказав всё это, домоправитель бросил на хозяина осторожный взгляд — Что прикажете с этим делать, господин?

А на лице хозяина ни единый мускул не дрогнул, только ладони его в кулаки сжались. На вопрос своего служащего господин Эйджин тоже отвечать не спешил. Наоборот, резко развернулся, к окну подошёл и пару минут задумчиво всматривался в происходящее на улице.

— Значит так — произнёс он, наконец — Скажи Ченду, чтобы убрался из поместья как можно скорее, пусть немного в городе поживёт. И из своего дома пусть пока лишний раз не выходит. А остальным слугам поместья скажи, что я его уволил. С Бейном проще, официально он уже давно у меня не работает. Если он мне понадобится, буду встречаться с ним где-нибудь в городе.

— Как скажете, господин — домоправитель склонил голову.

— А теперь что касается этого следователя — господин отвернулся от окна и снова посмотрел на своего служащего — Узнайте об этом следователе всё, что только можно. Кто он такой, где живёт, с кем, в каком отделении он числится, кто его непосредственный руководитель, от кого он узнал, что искать подозреваемых нужно именно здесь. Иди и выполняй.

— Как прикажете — вновь поклонился домоправитель и быстро покинул комнату хозяина.

Вечером того же дня.

Домой следователь Миджин Кьён возвращался в приподнятом настроении. Да, в этот день ему не довелось поведать о том, что узнал, своему непосредственному начальнику. Но ведь всегда есть завтра. Завтра он лично доложит господину Нолану о том, что обоих подозреваемых видели в поместье самого губернатора, в котором на данный момент проживает и командует губернаторский племянник. Мужчина довольно улыбнулся.

Совсем скоро он уже стоял у ворот собственного дома, взгляд поднял, надеясь увидеть в одном из окон силуэт жены или детей… Но окна родного дома встретили Миджина темнотой. Что было довольно странно. Ведь для сна ещё рано, а жена и дети точно должны были быть дома. Мужчина пожал плечами, почти безразлично. Недолго повозился с замком на входной двери и вскоре вошёл внутрь.

Темнота в прихожей, темнота на кухне, в гостиной и вообще на всём первом этаже дома. Следователь слегка нахмурился и двинулся в сторону лестницы. Хотел жену крикнуть, но передумал: вдруг, они, и правда, уже спать легли, ещё не хватало разбудить их своим неуместным криком.

На втором этаже тоже было темно. Мужчина заглянул в гостевую комнату, в детскую. Везде очень тихо… и никого нет. В душе начало пробуждаться разумное беспокойство, но Миджин Кьён старался его задавить.

«Аина говорила, что хочет родителей навестить — вспомнил он утренний разговор с женой — Может быть, она к ним и уехала вместе с детьми? Но тогда почему она не сказала мне, что поедет к ним именно сегодня?»

С такими мыслями мужчина открыл дверь спальни… и замер на пороге, столкнувшись с перепуганным взглядом своей жены.

Она сидела на стуле, прямо напротив входа в спальню, возле окна, освещённая лишь тусклым лунным светом. Двое маленьких детишек, пятилетняя девочка и трёхлетний мальчик, стояли по бокам от неё и испуганно жались к матери, а она обнимала их руками за плечи.

— Аина? Что случилось? Что с тобой? — опомнившись, заговорил Миджин, делая шаг внутрь спальни — Что тут, вообще, происходит?

Ответ он получил не от жены. Женщина лишь испуганно пискнула, а мужчина почувствовал за спиной чужое присутствие, а в следующий миг к его шее прижалось что-то тонкое и холодное… нож, кинжал? Он было хотел вырваться из хватки неизвестного, с одним нападающим он точно справится! Но тут же послышались шорох и тихий топот. Рядом с Аиной и детьми встали двое неизвестных, вооружённых длинными кинжалами. А третий неизвестный, тот, что стоял сзади и удерживал у шеи Миджина острое лезвие, едва слышно усмехнулся и произнёс незнакомым скрипучим голосом:

— Поздновато домой возвращаешься, господин следователь.

— Кто вы такие? Что вам понадобилось в моём доме? — спросил в ответ Миджин, старательно подавляя волнение и страх за семью и не сводя пристального взгляда с жены Аины и сына с дочкой. Жена смотрела на него с таким же диким страхом, а по щекам её катились слёзы.

«Если это воры, то воры очень странные. Ведь ни один нормальный вор не станет искать наживу в доме следователя Центрального Управления». — успел подумать мужчина. А неизвестный за его спиной, кем бы он ни был, издал неприятный смешок и почти весело произнёс:

— Кто мы такие? А я-то думал, что ты сразу сам догадаешься, кто мы… и зачем пришли — Миджин промолчал, и неизвестный продолжил, подсказывая — Ты вчера, господин следователь, по деревням изволил ездить. Что-то там вынюхивал, вопросы разные задавал… селян пугал. Сегодня всю первую половину дня в городском архиве просидел — немного помедлил — Нам было крайне любопытно узнать, что ты там искал… и что в итоге нашёл. Да-да, мы уже разузнали, зачем ты в архив приходил.

Миджин Кьён продолжал молчать, мысленно ругая себя последними словами.

Узнав, в каком поместье видели подозреваемых, он не побежал бегом к господину Нолану! Решил сначала побольше информации выведать, чтобы наверняка какую похвалу от начальника получить! И сегодня… когда узнал, что господин Нолан в какое-то районное отделение уехал, и искать его не поехал, и возвращения его не стал дожидаться! А что в итоге? Теперь жене и детям грозит смертельная опасность!

Да, следователь уже понял, кто заглянул к нему «в гости». Люди хозяина того самого поместья. Который, судя по всему, и есть тот самый маньяк-убийца! Убийца, которого не могут найти уже столько времени. А ещё этот маньяк, если это, и правда, он и есть, родственник самого губернатора! В голове Миджина проскользнул мимолётный вопрос: а знает ли господин губернатор о поступках своего племянника? И что делать, если знает и покрывает? Но сейчас мужчину волновало совсем другое: ему самому-то что сейчас делать?

Вот один из «гостей» подошёл поближе к стулу, на котором сидела Аина, угрожающим жестом приподнял кинжал, на остром лезвии которого на мгновение отразился падающий из окна лунный свет.

Миджину ужасно хотелось, чтобы преступники отпустили его семью. Ведь им нужен только он, тот следователь, что успел узнать больше, чем нужно. Но мужчина прекрасно понимал, что просто так Аину и детишек никто не отпустит. Они — гарантия того, что следователь будет вести себя «хорошо».

— Что вы хотите? — нервно сглотнув, произнёс Миджин. Голос его прозвучал тихо и смиренно.

— О я рад, что ты решил поступить благоразумно и вступить с нами в переговоры — радостно затараторил незнакомец, что стоял сзади. А потом даже лезвие с шеи Миджина убрал. Сделал пару шагов. И вот незнакомец уже стоит прямо перед следователем.

В помещении было, конечно, темно, черты лица во всех подробностях не разглядишь, но Миджин Кьён успел заметить главное: незнакомцем, что минуту назад держал кинжал у его горла, оказался мужчина лет примерно сорока с небольшим на вид, мужчина невысокий, полноватый… и совершенно лысый. Неужели тот самый подозреваемый⁈ Скорее всего…

А лысый снова ядовито усмехнулся и произнёс:

— А чтобы ты и впредь никаких глупостей не наделал… — перевёл взгляд на одного из своих помощничков и коротко кивнул.

А дальше всё произошло очень быстро. Следователь ничего сделать не успел. Одно мгновение — и вот его маленькая дочка оказалась в руках одного из негодяев!

— Нет!!! — одновременно воскликнули Миджин и его Аина. Женщина одной рукой ещё крепче обхватила сынишку, а вторую вытянула вперёд в тщетной попытке вернуть себе дочь. А Миджин даже пошевелиться не решался, лишь неотрывно глядел на кинжал в руке негодяя, удерживающего девочку.

— Мамочка, папочка… — тихо и испуганно всхлипнула малышка.

— Не переживай, кроха — вступил лысый, всё также насмешливо улыбаясь — Твои родители не допустят, чтобы с тобой случилось что-то плохое — многозначительный взгляд в сторону следователя — Особенно твой папочка не допустит. Сейчас он ответит на все наши вопросы, потом выполнит кое-какие наши просьбы. И тогда ты сразу же вернёшься к своей мамочке — слащаво улыбнулся и пристально посмотрел на Миджина Кьёна — Правда, господин следователь? Ты ведь сделаешь всё, как мы скажем?

— Я всё сделаю — смиренно кивнул мужчина.

Дорогие читатели! Первая книга подошла к концу, но приключения героев ещё не закончились. Приглашаю всех во вторую книгу цикла: https://author.today/work/415299

И приятного чтения!