Глава 1

В военно-транспортном самолёте один из солдат, мускулистый блондин, резко распахнул глаза и принялся хватать ртом воздух, будто выброшенная на берег рыба. Через несколько мгновений он оценил обстановку, глубоко вдохнул и успокоился. Его мужественное лицо тут же стало сосредоточенным.

— Йо, бро! — повернулся к нему черноволосый и кучерявый сосед, снимая наушники и останавливая воспроизведение кассеты на аудиоплеере. — Плохой сон?

— Давид? — посмотрел на него Александр, будто на давнего знакомого, которого не хотел бы больше никогда видеть. — Не нужно шутить с сербской мафией…

В следующее мгновение Шульц принялся отстёгивать ремни безопасности, встал и потянулся разгрузкой с винтовкой. Его действия выглядели привычными, словно он проделывал подобное не единожды.

— Чёртовы сербы! — хмурился он. — Ну, взяли вы деньги, нахрена было меня убивать? Словно я единственный, кому известно о вашем логове. Да любой желающий может узнать об этом, просто развесив уши в баре…

— Алекс, ты чего там бормочешь? — с волнением наблюдал за его действиями Давид. Когда же в руках друга оказалось оружие, он сильно напрягся и решил тоже отстегнуть ремни, чтобы остановить его. В этот момент плеер выпал у него из рук.

— Я возьму это, — подхватил в падении плеер с наушниками Александр. — И это тоже, — потянулся он за гранатами и магазинами с патронами в разгрузке Давида.

— Алекс, ты что делаешь⁈ — округлив глаза, Давид, наконец, отстегнулся. Он потянулся перехватить руку товарища, который перегружал гранаты и патроны из его разгрузки в свою. — Остановись!

— Заткись! — резко выпалил Шульц, кинув на Давида злой взгляд. Он всё ещё прекрасно помнил о том, как этот мерзавец стал его личным Иудой и сдал его эритрейским маньякам, словно фермер откормленного поросёнка. — У меня приказ свыше. Секретная миссия по разведке. Именно сейчас я…

В этот момент самолёт дёрнулся, после чего моторы по правой стороне остановились и задымились.

— Я должен десантироваться, — закончил после вынужденной паузы Шульц.

Этого оказалось достаточно, чтобы заставить Давида застыть в нерешительной задумчивости. И пока он так стоял, Александр с его плеером, своим оружием и разгрузкой на теле, направился к рундуку с парашютами. По пути он прихватил у спящего сержанта сапёрную лопату, бинокль, аптечку и набор из фляжки, которая была вставлена внутрь походного котелка.

Выбор фляжки сержанта был совершён не просто так. Его крепкий сон был навеян не тем, что его нервы как стальные канаты. В начале полёта тот хорошенько приложился к своей таре, внутри которой был чистый спирт. Он называл это телепортом. Мол, отпил из фляжки, закрыл глаза, после чего распахнул их уже в конце маршрута. На деле же он просто боялся высоты и полётов, что для десантника неприемлемо. Но Шульц не мог его за это осуждать. Он тоже с некоторых пор боялся полётов и высоты, но каждое перерождение вынужден был терпеть и преодолевать свои страхи, ведь иначе ему не выжить.

На этот раз Алекс довольно долго возился с парашютом. Всё же прошло несколько месяцев мирной гражданской жизни с последней подобной эвакуации, и он уже растерял навыки. С открытием десантного люка он тоже провозился немного дольше, чем в последние разы в начале перерождения. Так что он выпрыгнул из самолёта в тот момент, когда тот ушёл в крутое пике. Лишь чудом его не прибило крылом. С трудом ему удалось от него оттолкнуться ногами, которые после такого финта болезненно гудели.

Его закрутило волчком. Падение было хаотичным, и на то, чтобы стабилизироваться в одной позе лицом к земле, ушло много времени. Земля была уже довольно близко. Парень дёрнул за кольцо. Купол парашюта у него за спиной резко распахнулся. Но управлять парением уже было поздно, поскольку до земли оставалось небольшое расстояние. Оставалось лишь сгруппироваться, чтобы не получить травм при приземлении.

На этот раз Шульц оказался вдалеке от холма с окопом, на котором удобней всего устраивать засаду на врагов.

Он поспешно присыпал землёй скомканный парашют. Лопата в этом деле оказалась отличной помощницей. После чего он сориентировался на местности, и отправился к нужному холму. В нём он был уверен и знал, как действовать наиболее эффективно. В других же местах пришлось бы строить иную тактику сражений. И очень высока вероятность, что она бы оказалась проигрышной. Ему пришлось бы начать всё с начала, а это не очень хорошо, даже плохо. Ведь ему до сих пор неизвестно, сколько у него в запасе попыток перерождения и конечное ли их число. Да и умирать крайне неприятно, даже если знаешь, что после этого оживёшь.

На этот раз у него оставалось меньше времени на подготовку засады, поскольку он дольше добирался до холма с природным окопом. Надев наушники, он включил плеер, и под ритмичные звуки Нирваны принялся активно копать и устанавливать растяжки.

Ему было известно, как мог поехать автомобиль противников. В соответствии с этими знаниями он установил растяжки с такой точностью, чтобы те с максимальной эффективностью поразили живую силу противника, но по минимуму подпортили пикап.

И вот наступил решительный момент — вдалеке показалось облачко пыли. В бинокле был виден всего один пикап, отчего Шульц с облегчением выдохнул. Не несколько тачек, как было в тот раз, когда они прыгнули с самолёта вместе с Давидом.

Он с нетерпением ожидал прибытия врагов. И те не подвели его надежд. Автомобиль наехал точно на одну из растяжек, и через несколько мгновений прозвучал одновременный четверной взрыв.

На этот раз немец использовал не три гранаты, а четыре. И это возымело потрясающий эффект. Пулемётчик с алой раной в груди вывалился из кузова. Лобовое стекло растрескалось и на две трети осыпалось круглыми осколками. Водитель неподвижно слёг на руль окровавленной головой, а автомобиль громко взвыл мотором и рванул вперёд. Один из задних пассажиров справа был ранен.

Передний пассажир в страхе от того, что неуправляемая машина на высокой скорости может перевернуться и скатиться со склона холма, наклонился и левой рукой нажал на тормоз. Правой рукой он повернул ключ в замке зажигания, заглушив мотор. Автомобиль от его манипуляций резко затормозил, отчего этот парень растянулся на полу. Это его и спасло…

Машина слишком близко подобралась к окопу. Шульц не упустил момента. Как только пикап замер, превратившись в великолепную мишень, он открыл прицельный огонь одиночными.

БАХ! БАХ! БАХ! БАХ! БАХ!

Всего пять выстрелов, и двое солдат на заднем сиденье окончательно затихли и обмякли. Уцелел всего один противник, который растянулся на полу переднего ряда. Рукоять коробки переключения передач болезненно упиралась ему в живот, голова лежала в ногах покойника, а лицо было нереально бледным. В воздухе повисла гробовая тишина. Ему оставалось лишь молиться своим богам о спасении, чем он и занимался, одновременно с этим старался дотянуться до своего автомата. Но последний остался лежать на полу сбоку с правой стороны от переднего пассажирского сиденья, то есть в районе его ног. И дотянуться до него было сложно. Тогда он переключился на автомат покойного товарища с заднего сиденья. Его пальцы уже сомкнулись на дуле оружия, но в этот момент в кабину пикапа что-то залетело через дыру на месте лобового стекла.

Скосив глаза на центр заднего сиденья, последний оставшийся в живых враг в ужасе округлил глаза и бешено завращал зрачками. Там лежала граната.

Он тут же рванул ручку водительской двери. Последняя даже распахнулась, но…

БАБА-А-А-А-Х!!! — громко прозвучал взрыв в салоне автомобиля.

Все окна, включая остатки лобового стекла, начисто выбило. Кабина же раздулась изнутри, словно воздушный шарик. Крышу выгнуло дугой. Двери покорёжило. Сиденья были изрешечены осколками и окрашены алым.

Александр выскочил из укрытия и поспешил к тачке. Оказавшись вблизи неё, он законтролил всех врагов. Лишь после этого он принялся выволакивать из салона тела и собирать трофеи.

Автомобиль после краткосрочного сражения выглядел не лучшим образом, особенно кабина и салон. Глядя на него, Алекс задумчиво почесал в затылке.

— Пу-пу-пум!.. — кажется, последняя граната была лишней. И как теперь мне в этом ехать?

Обшивка испорчена, разворочена и залита кровью. Три двери заклинило, и они не открывались, из-за чего возникли некоторые сложности при очистке салона от «биологических загрязнений». Водительская дверь, наоборот, упорно не желала закрываться, как ни пытайся.

В итоге, набив кузов с карманами трофеями и сняв лишние растяжки, Шульц примотал водительскую дверь к стойке армейским ремнём и поехал в сторону места, в котором традиционно устраивал вторую засаду. Но стоило автомобилю проехать всего пару сотен метров, как из-под капота повалил то ли дым, то ли пар. Стрелка температуры двигателя скакнула в красную зону.

Шульц поспешно заглушил мотор и принялся с раздражением развязывать ремень, которым зафиксировал дверь. Заглянув под капот, он обнаружил, что радиатор в нескольких местах пробит осколками от гранат. За машиной тянулся след воды, которая вытекла из системы охлаждения.

— Пу-пу-пум… — нахмурился Шульц. — Это плохо… Очень плохо!

Идти пешком не вариант. Он думал о том, как быстро решить проблему имеющимися средствами. У эритрейских вояк с собой не было ни воды, ни инструментов, ни запчастей. Это создавало некоторые сложности в починке автомобиля. Ехать же на моторе без жидкости в системе охлаждения — идея заранее обречённая на провал. Подобное возможно, но недолго, совсем недолго. До второй точки он точно не успеет добраться — мотор ляжет намного раньше.

Тогда он не придумал ничего лучше, чем заглушить патрубки от радиатора. Вернее, он открутил патрубки и кое-как натянул один из них на место выхода второго. Проще говоря, он закольцевал внешний контур системы охлаждения. Так мотор тоже будет перегреваться, но не настолько быстро. Это позволит как минимум доехать до нужного места. Конечно же, при условии, что система охлаждения будет заполнена.

Открутив бачок омывателя, Шульц перелил воду из него в двигатель. Этого оказалось мало. Вернее, жидкости едва хватило, чтобы наполнить расширительный бачок на самое донышко.

Тогда он использовал ресурсы собственного организма — помочился в расширительный бачок. Но и этого оказалось мало. Эффект был лишь в том, что эта жижа приобрела желтоватый окрас.

С болью в груди и жалостью во взгляде Алекс потянулся за трофейной флягой с самогоном, и вылил в мотор всё её содержимое. Жидкости в бачке стало больше, но она всё ещё не доходила до минимума.

— Не, ну это нормально же, — утешал себя Алекс. — Подумаешь, чуть меньше минимума… Этого должно хватить на одну поездку…

В следующее мгновение чёрт дёрнул его за руку, которой он «помассировал» один из патрубков. Последний показался ему подозрительно сжатым. В результате под рукой оказалась пустота. После нескольких сжатий патрубка в расширительном бачке начались подниматься бульбушки, а его содержимое резко опустело.

— НЕ-Е-Е-Е-Е-Т!!! — с болью в глазах он наблюдал за тем, как жижи стало снова едва на донышке. — За что? Почему? У меня же больше ничего нет…

В этот момент его рука легла на пояс, на котором был закреплён котелок с фляжкой сержанта. При взгляде на последнюю от парня будто исходила волна физической боли.

— Только не спирт… — несмотря на слова, его руки будто зажили собственной жизнью, извлекая фляжку. — Прости, спиртик, — скривившись, словно провожал в последний путь близкого родственника, он принялся выливать содержимое фляжки в бачок. — Ты был мне почти как брат. Я даже не успел тебя отведать…

Наконец, жидкости снова стало немногим меньше минимума. Но больше лить в систему охлаждения было нечего, поэтому Шульц вернулся за руль, снова примотал дверь к стойке и завёл двигатель. Первое время тот парил из-за остатков воды, которая вылилась ранее. Но вскоре пар пропал, а стрелка температуры охлаждающей жидкости болталась близко к красной зоне, но не пересекала её. Но так продолжалось недолго.

Через некоторое время в пути мотор начал демонстрировать признаки ближайшего перегрева, из-за чего его пришлось заглушить и дать ему немного остыть. После этого парень продолжил путь, чтобы через какое-то расстояние снова остановиться и дать двигателю охладиться. Таким образом, он продвигался за раз на километр-полтора. Но это всё равно было быстрее, чем если бы он шёл пешком.

В итоге он прибыл к месту второй засады незадолго до того, как вдалеке показались преследователи. Он едва успел отогнать подальше свою тачку, установить растяжки и забраться на правый холм.

На этот раз он решил не использовать в качестве укрытия дерево, поскольку не успевал вырыть себе позицию для стрельбы. Вершина земляного наплыва показалась ему более заманчивой. Оттуда он сможет обстреливать врагов с больше эффективностью.

И вот наступил решительный момент. Два пикапа взобрались наверх к природной преграде. Тот, что двигался впереди, наехал на растяжку. После чего через несколько мгновений прозвучал тройной взрыв.

Несмотря на то, что четыре гранаты показали себя более эффективно, чем три, но у Александра их было с собой ограниченное количество. Он бы и хотел заминировать тут всё к чёртовой матери, да было нечем.

После взрыва, не дожидаясь действий противников, Шульц высунулся из-за вершины земляного наплыва и шмякнул на землю пулемёт, который до этого снял с кузова. В следующее мгновение, ещё оставаясь незамеченным, он принялся прицельно палить очередью по кабине второго пикапа.

ТРА-ТА-ТА-ТА-ТА-ТА-ТА-ТА-ТА-ТА-ТА-ТА-ТА!!! — слилась сотня выстрелов в короткий, но громкий грохот. Крыша второго автомобиля после этого стала напоминать дуршлаг — хоть сейчас высыпай в неё варёные спагетти. Из салона никто не спешил выходить, чего нельзя сказать о первом автомобиле.

Из пострадавшего от взрыва внедорожника выскочили трое чернокожих солдат с автоматами Калашникова. Не повезло лишь водителю и пулемётчику, которые пострадали первыми.

В это время Шульц максимально быстро, насколько только мог, менял короб магазина в пулемёте на полный.

БАХ-БАХ-БАХ! БАХ-БАХ-БАХ! БАХ-БАХ-БАХ! — открыл по нему огонь навскидку один из тех, кто покинул салон первого пикапа.

В этот момент Шульц уже защёлкнул магазин и перевёл дуло пулемёта правее, после чего вжал спусковой крючок. Оружие затрясло у него в руках. Первой очередью он скосил стрелка. Второй очередью выкосил другого противника. Затем тремя очередями он расправился с последним боеспособным врагом. На этом схватка закончилась. В воздухе повисла гробовая тишина. Резкий запах пороховых газов щекотал ноздри.

Наступило время спуститься, законтролить всех врагов и собрать трофеи, чем немец и занялся.

На этот раз ему не досталось ни одного целого автомобиля. Все три пикапа были в плачевном состоянии. Технически не пострадал только последний автомобиль, но его салон… Тот был настолько обезображен кровавыми пятнами и лужами с дырами в сиденьях, что для поездки в нём следовало обладать ну очень крепкими нервами. Запах крови сильно бил в ноздри, а ковры пропитались алой жидкостью. Алексу даже не хотелось залезать внутрь, но он был вынужден это сделать для сбора трофеев.

У той тачки, которая нарвалась на гранаты, были пробиты оба задних колеса и бензобак.

В итоге с помощью изоленты, деревянного чопика и какой-то там эритрейской матери, бак был залатан. Топливо в него перелито из других автомобилей. Груз тоже переложен из них. После чего парень поехал в сторону вражеского лагеря, где его ждали ещё пять врагов. По крайней мере, в салоне этого автомобиля проще было располагаться несмотря на то, что лобовое стекло обзавелось парой отверстий от осколков и покрылось паутинами трещин.

Глава 2

На этот раз Александр решил действовать по проверенной схеме. Раз в прошлый раз это сработало, то почему не должно сработать сейчас?

Сначала он как следует покушал и выспался, дожидаясь темноты. Проснулся он ближе к часу ночи. К этому времени враги должны были дрыхнуть без задних ног, не считая дежурных. Впрочем, Алекс их совершенно не понимал. У них пропали три боевых пятёрки вместе с тачками, которые отправились на поиски вражеского парашютиста, а они явно не особо напряжены. Неужели считают, что их товарищи до сих пор ищут беглеца?

Среди ночи он нагло ворвался на автомобиле в лагерь, выскочил из салона и принялся палить из автомата и забрасывать противников гранатами. И если в прошлый раз ему пришлось вступить в перестрелку с одним из врагов, то на этот раз ему никто не успел оказать сопротивления. Застав всех врасплох, он положил их до того, как они успели похватать оружие.

В таком способе месте мало место удовлетворению. Но Шульца и это устраивало. Он не считал себя маньяком, которому доставляет удовольствие наблюдать за мучениями врагов. Ему достаточно было знать, что эти твари подохли.

На этот раз он более тщательно подошёл к сбору трофеев. Собрал все уцелевшие палатки, кровати и спальные мешки. Всё это можно было впарить на рынке дикарям в Омо.

Теперь ему был известен маршрут до чёрного рынка, поэтому он спокойно отправился в путь, избегая блок-постов и людной местности. На дорогу у него ушло два дня. За это время он успел отойти от горячности схватки и остроты выживания с момента крушения самолёта.

Зная о том, что аборигены его в прошлый раз обманули, он торговался как лев за каждый алмаз. На этот раз он не стал покидать рынок — остался на ночь прямо там, потом ещё раз. И за три дня он распродал всё оружие, трофейное имущество и автомобиль — целенький пикап, который пришёл на смену изрешеченному осколками.

Вскоре он повторил свой прежний путь. В кузове грузовика добрался до ближайшего города. Оттуда до столицы Эфиопии на автобусе. Затем продал алмазы. На этот раз за них удалось выручить чуть более тридцати тысяч долларов. Потом он вышел на продавцов поддельных документов и купил такой же паспорт, как и в прошлый раз. По нему он вылетел в Турцию, а оттуда сразу в Нидерланды.

Он очень хотел сразу же начать путь легализации, но ублюдки из сербской мафии не давали ему спокойно спать. Ночуя в гостинице в Амстердаме, он проснулся от кошмара, в котором за ним гонялась стая медведей. Один медвежонок был особо настойчивым и имел очертания лица, как у Стефана.

— Если я им не отомщу, то не смогу чувствовать себя человеком, — собирался он с духом.

На календаре было пятнадцатое июня. В Амстердаме стояла прохладная погода. Утром, выходя из гостиницы в джинсовом костюме, Алекс ощущал прохладу. Он сразу же направился в деловой район, после чего принялся за сбор информации. Он заглядывал в соседние офисы с Югославской компанией, и расспрашивал о ней. Запомнил всех сотрудников этой фирмы. Затем просто пил кофе в кафешке вечером, наблюдая за тем, кто и когда из этой компании выходит на улицу. Чаще всего туда-сюда мотался молодой парень с сумкой-почтальонкой. Скорее всего, это был курьер. Его-то Алекс и подловил на следующий день. Но не для того, чтобы выяснить какую-либо информацию…

Замаскировавшись детской картонной маской лисички, он напал на курьера со спины по пути к метро. Он отходил его кулаками так, чтобы на несколько дней отправить на больничную койку. Затем он выждал некоторое время, и наведался в офис Югославской торговой компании.

— Здравствуйте, — заглянул он в опенспейс (офисное пространство открытого типа), — вам нужны сотрудники? Я могу работать курьером.

— Эм… — задумался на мгновение один из белых воротничков из открытой зоны — толстенький мужчина лет сорока с залысиной. — Вам нужно за этим обратиться к секретарю. Я сейчас её позову.

Удалившись в кабинет, противоположный тому, в котором сидел Стефан, толстячок вскоре вернулся в компании слегка полноватой девушки с химической завивкой, которая в прошлый раз отправила Алекса к Стефану.

— Добрый день, — начала она, оценивающе осматривая Шульца. — Это вы ищите работу?

— Да, я, — кивнул он.

— Видите ли, нам пока не нужен постоянный курьер, — продолжила секретарь. — Но наш курьер внезапно ушёл на больничный. Поэтому нам нужен временный подменный курьер.

— Меня это устраивает, — широко улыбнулся Алекс. — От временного сотрудника до постоянного всего один шанс. Вдруг вам понравится моё рвение, и вы решите взять меня к себе на работу? Если же нет, я заработаю денег.

— У вас есть навыки работы? — оценивающе разглядывала парня секретарь. — Чем вы занимаетесь?

— Я студент, подрабатывал официантом в баре, но все эти пьяные лица мне надоели. Хочется держаться ближе к офисам, попытать счастья найти там работу белым воротничком до окончания университета.

— О! — обрадовано улыбнулась девушка. — И на кого учишься?

— На экономиста, — ответил он тёплой улыбкой. Ложь лилась из него без малейшего сопротивления.

— Хорошо, ты временно принят, — кивнула секретарь. — Но это лишь до тех пор, пока не выйдет на работу наш штатный курьер. Не тешь себя ложными надеждами.

— Хорошо, не буду, — внутренне Алекс радовался тому, что внедрение в логово мафии произошло настолько гладко. — Простите, как вас зовут? Я Алекс. Александр Шульц.

— Милоня Йованович, — девушка заметила, как глаза собеседника на мгновение сошлись к переносице. — Не славянам сложно произносить наши фамилии, особенно мою, — улыбнулась она. — Зови меня просто Мила.

— Хорошо… — Алекс с натянутой улыбкой смущённо почесал переносицу. — Извини, но мне действительно сложно это выговорить. Да и запомнить непросто.

— Ничего страшного, — Милоня ничуть не расстроилась, по ней было заметно, что она действительно к такому привыкла. — Раз уж ты так горишь желанием работать, то идём со мной. Нужно развести документы.

— Конечно же, — продемонстрировал живой энтузиазм Шульц. — Я готов.

— Даже не спросишь, сколько тебе за это заплатят? — слегка приподняла брови Милоня.

— Вряд ли меньше рыночного, — беспечно отмахнулся Алекс. — И сколько же?

— Шестьдесят гульденов в день, — Милоня повела нового курьера за собой в небольшой кабинет, который был предбанником для кабинета директора. — Но мы оплачиваем проезд.

На самом деле — это небольшие деньги. Если переводить на доллары, то это примерно двадцать пять баксов. Если бы целью Александра действительно было устроиться на работу ради денег, то он бы ни за что не рассмотрел бы подобную вакансию. Официантом он получал примерно столько же, но мог за одну смену на чаевых поднять столько же, а то и больше. А мог не получить ни цента на чай. Тут уж как повезёт и какие попадутся клиенты.

Нагрузив парня документами и адресами, по которым их нужно развести, Милоня выдала новому курьеру проездной на общественный транспорт и отпустила в добрый путь.

С Амстердамом Шульц был знаком плохо. Поэтому первым делом на станции метро он приобрёл карту города, после чего принялся честно и ответственно развозить бумаги. В некоторых местах ему передавали документы, чтобы он их отвёз обратно либо подписывали бумаги и тут же отдавали ему половину.

К концу рабочего дня, весь потный и усталый от постоянной ходьбы, Шульц вернулся в офис и передал накопившиеся документы секретарю.

— Ты отлично справился, но слишком долго ездил, — заметила она. — Наш штатный курьер делает эти заявки быстрее.

— Я недавно в Амстердаме, — оправдывающимся тоном отозвался Шульц. — Пока ещё плохо знаю город и незнаком с маршрутами. А ваш штатный курьер наверняка исходил эти места десятки раз и знает, где срезать и как более оптимально составить маршрут так, чтобы быстрее всё развести. Но я же справился.

— Справился, — кивнула Милоня. — Так что выходи завтра — поработаешь, пока наш курьер на больничном.

— Мила, я могу попросить… — показушно замялся Алекс, словно смущённый студент.

— О чём? — она уже поглядывала на часы на левом запястье, которые показывали без пяти минут пять. Ей не терпелось поскорее покинуть работу, тем более что директор уже ушёл.

— Я бы хотел ознакомиться с рабочей документацией. Внутренние правила и тому подобное. Хочу соответствовать нормативам компании. Наверняка это поможет мне получить штатную должность.

— Напоминаю, — насмешливо посмотрела на него Милоня, — у нас уже есть курьер, просто он на больничном.

— Не поверю, что в такой крупной компании не нужны сотрудники, — Шульц нацелился вовсе не на рабочие инструкции, а на личную информацию о сотрудниках, которая должна была храниться в базах данных. Поэтому он был настойчив. — Может быть, не прямо сейчас, но у вас наверняка появится вакансия. И кому тогда вы отдадите предпочтение: незнакомцу, которого впервые видите, или же знакомому парню, который хорошо себя показал и которого меньше нужно вводить в курс дела?

— Пожалуй, второе, — Милоня покосилась на экран компьютера, потом посмотрела на горящего пламенным энтузиазмом молодого человека, задумалась на несколько мгновений, после чего махнула рукой в сторону монитора. — Ладно, садись за мой компьютер. Только ничего не меняй и не удаляй. НИЧЕГО! Понял?

— Конечно же! Я гуру в компухтерах, — естественно, он звездел, как дышал, поскольку с компьютерами был далеко на Вы. С ними их познакомили в школе, а там их учили подобные аппараты лишь включать и работать с базовыми программами на устаревшей операционной системе DOS. А тут была установлена современная Виндовз 98. Откуда бы у сироты взяться компьютеру? Уж явно не фостер-семья его бы купила. А в армии их учили обращаться с оружием и бегать с разгрузкой, а не пользоваться высокотехнологичной техникой. — Клянусь, всё останется целёхоньким!

— Долго за компом не засиживайся, — Милоня глянула на часы, на которых минутная стрелка почти достигла числа двенадцати. — Я домой. Выключи комп перед уходом.

— Конечно, не беспокойся, — проводил её улыбкой Шульц.

Стефан ушёл из офиса раньше, чем туда вернулся курьер. Стоило секретарю покинуть офис, как через мгновение белые воротнички начали быстро собираться. Последним выходил лысый толстяк, который первым вступил в разговор с Шульцем. Заметив последнего за компьютером секретарши, он нахмурился.

— Ты чего тут делаешь?

— Марко, — тепло улыбнулся ему Алекс, — Милоня разрешила мне посидеть за её компухтером. Я хочу получше ознакомиться с должностными инструкциями и тому подобным, чтобы увеличить шансы на трудоустройство на нормальную должность, когда появится свободная вакансия. Что-нибудь посоветуешь?

— Ум… — протянул Марко. — Понимаю. Советую найти тебе другое место. Тут маленькая зарплата и тяжёлая рабочая атмосфера.

— Но ты же тут работаешь…

— У меня жена, ребёнок и ипотека, — тяжело вздохнул собеседник. — Мне нельзя лишний раз дёргаться. А ты молодой парень, так что лучше начни строить карьеру в крупной международной компании.

— Ага, спасибо, — широко улыбнулся ему Шульц. — Но до крупной компании мне требуется наработать опыт, так что эта фирма подойдёт в качестве трамплина.

— Ай, — махнул на него рукой Марко. — Поступай как знаешь. Я оставлю ключ в двери изнутри. Уходя, запри за собой дверь и сдай ключ охране на выходе на первом этаже. И сильно долго не засиживайся. После десяти вечера охрана полностью запирает двери, и выйти из небоскрёба будет проблематично.

— Понял, сижу максимум до девяти. Спасибо, Марко.

— Эх, молодость… — с осуждением покачал головой из стороны в сторону мужчина. — Лучше бы ты это время потратил на девушек и отдых. Было бы что вспомнить в более взрослом возрасте.

Вскоре во всём офисе Шульц остался один. И это его сильно удивило. Он надеялся лишь ненадолго получить доступ к компьютеру секретарши, но никак не ожидал, что эти люди окажутся настолько беспечными, что оставят одного в офисе нового временного сотрудника, которого знают от силы полчаса. Или же настолько уповают на свой мафиозный авторитет, что считают, будто никто не посмеет пойти против них? А как же банальное воровство? У них тут столько дорогущих мониторов, что даже если их продать за пятую часть стоимости, можно выручить тысяч двенадцать долларов.

В следующий миг Алекс устремил взгляд на монитор, и его лицо преобразилось. Оно стало олицетворением тупости. Он не понимал, куда тут нужно жать. Некоторое время он водил мышкой по экрану и тыкал ею по ярлыкам, пока не нашёл папки с базами данных. Ему казалось, будто он занимался этим недолго — минут десять, на деле же прошло уже три часа. За окном потемнело.

Ещё через час он нашёл адреса и номера домашних телефонов всех сотрудников, некоторые из которых поспешно переписал в блокнот.

После этого он выключил комп и направился к кабинету Стефана. Тот оказался заперт, но там стоял дешёвый простой замок. Такие замки они в подростковом возрасте ради интереса на спор вскрывали с помощью проволоки и перочинного ножа. Нож у него был с собой, а проволоку заменила канцелярская скрепка. Через пять минут дверь распахнулась, и он попал в кабинет мафиози.

Беглый осмотр, на который ушло полчаса, не позволил обнаружить что-нибудь компрометирующее. Всё в этом кабинете словно кричало о том, что тут занимаются самым обычным бизнесом. Никаких тебе книг по чёрной бухгалтерии или адресов блат-хат и тому подобного. Это расстроило Александра.

До закрытия небоскрёба оставалось немного времени. Шульц ещё пять минут потратил на то, чтобы убрать следы поиска и запереть дверь в кабинет Стефана, как было до взлома. Внизу на посте охраны он сдал ключ от офиса. Стоило ему покинуть небоскрёб, как охранник с недовольным лицом тут же запер за ним стеклянную дверь.

На следующий день, зевающий Шульц прибыл в офисный центр. Стоило ему зайти в офис Югославской торговой компании, как ему на глаза попалась сонная секретарша с картонным стаканчиком с кофе из кофейни.

— Алекс, — приветливо кивнула она. — И как, много вчера узнал?

— Много, — кивнул он. — Доброе утро, Мила. Честно говоря, я многого не понял. Видимо, рано ещё мне в белые воротнички. Вот учёбу закончу, и тогда буду пытаться устроиться в офис на постоянку. Пока же мне остаётся лишь подрабатывать курьером и официантом.

— Ха-ха! — вымученно усмехнулась она, сонно щурясь. — Хорошо, что ты понимаешь своё положение. Плохо, что так быстро опустил руки.

Их беседа прервалась с появлением Стефана. Тот выглядел серьёзно и был облачён в деловой костюм, который идеально был подогнан по фигуре.

— Доброе утро, — кивнул он, проследовав в свой кабинет.

Милоня при виде Стефана вытянулась в струнку и проглотила язык.

Алекс приветливо кивнул мафиози. Когда последний скрылся за закрытой дверью своего кабинета, секретарша с облегчением выдохнула.

— Мила, ты чего так переживаешь? Этот Стефан что, какой-то большой босс? Разве он не простой торговый менеджер?

— Алекс, лучше молчи, — предупредительно поднесла она указательный палец правой руки к губам. Затем перешла на шёпот: — Стефан — друг владельца компании. Одно его слово — и любой из нас запросто вылетит на улицу. На самом деле он лишь для вида ходит на работу, иногда принимает редких клиентов, которые покупают омаров. Только это фикция для изображения деятельности. Не знаю, зачем эти люди к нему ходят на самом деле, но никаких омаров наша компания никогда не поставляла. Только держи язык за зубами! Я серьёзно. Если что, я тебе ничего не говорила.

— Конечно, без проблем, — Шульц изобразил пантомиму, словно закрывает губы на невидимую молнию. — Есть срочные заявки?

— А что, не терпится прокатиться по городу в час пик? — ехидно посмотрела на собеседника Милоня.

— Если честно, не очень охота, но вы же не собираетесь мне платить за красивые глазки, — отзеркалил ироничный тон Шульц.

— Отдохни полчасика, я соберу бумаги, — секретарша со стаканчиком с кофе отправилась в свой кабинет.

Глава 3

Александр спокойно доработал до конца рабочего дня. Больше никакой полезной информации за этот день он не выяснил, но ему хватило и того, что он успел узнать.

После работы он отправился по адресу, который числился в базе данных фирмы как место проживания Стефана. Это была вилла в десяти минутах езды на машине от центра города. Она располагалась в живописной местности на берегу реки и с трёх сторон была обнесена живой изгородью из ровно подстриженных кустарников. Прямо из дома на воду выходила пристань, на которой стояли шезлонги. Уютный двухэтажный коттедж из кирпича соседствовал с роскошным бассейном. Въезд в поместье перекрывали кованые ворота, которые казались насмешкой над логикой. Ведь любой желающий мог пробраться во двор сквозь густой кустарник. Конечно, нарушитель рискует обзавестись царапинами и попортить одежду, но вряд ли преступника остановит растительность. А уж забраться на причал по лестнице с воды и вовсе проще простого.

Впрочем, пока пробираться на территорию поместья Алекс не собирался. Он пока оценил обстановку снаружи, но недолго. Ведь в столь роскошном районе посторонний прохожий, который долго стоит возле дома, наверняка привлечёт внимание местных жителей. А вот человек, который на лодке прогуливается по воде — другое дело.

Добравшись до ближайшего пляжа, на котором можно было взять напрокат небольшую вёсельную лодку, Шульц взял последнюю в аренду и отправился в плавание по реке. Благодаря двухчасовой вечерней речной прогулке, он отлично рассмотрел поместье Стефана и его обитателей.

От бандитов обычно ожидаешь, что они живут как настоящие мерзавцы. Кажется, будто их дома напоминают логово преступности и разврата, там полно головорезов и шлюх. Но в действительности всё выглядело иначе. У Стефана была красавица-жена и двое детей: мальчик лет десяти и девочка лет семи.

Глядя на них, сердце Алекса дрогнуло. Он задумался над тем, стоит ли мстить этому мерзавцу? Но в следующее мгновение он вспомнил о том, как этот негодяй без малейших сомнений ограбил его и приказал убить. И ведь его в тот момент совершенно не остановил тот факт, что у него есть жена и дети. Тогда почему это должно останавливать его, Александра, от мести такому подонку? Тем более что он не собирался привлекать к своей мести женщин и детей.

На следующий день он вышел на работу как ни в чём ни бывало, но там он встретился с тем, чьё место занял. Штатный курьер покосился на него. Лицо у него было опухшим и бледным.

— Эм, ты кто? — поинтересовался курьер.

— Подменяю курьера, пока он на больничном, — Алекс сделал вид, будто видит парня впервые. — А ты?

— Я и есть курьер, — нахмурился парень.

— Ох! — улыбнулся ему Шульц. — Привет. Как самочувствие?

— Спасибо, уже лучше, — кивнул собеседник, расслабляясь. — Ты сегодня зря пришёл — я уже вышел на работу.

— Ну, допустим, не зря, — снова заулыбался Александр. — Мне нужно как минимум получить зарплату за отработанные дни. Почти полторы сотни гульденов на дороге не валяются.

— Ах, вот как… — окончательно расслабился курьер, осознав, что собеседник не претендует на его должность. — Ну да, ну да — деньги святое.

Из своего кабинета вышла заспанная Милоня. При виде Шульца она улыбнулась и кивнула ему.

— Алекс, зайди ко мне за расчётом, — тут же она замерла на пороге. — Наш курьер вышел, и мы больше не нуждаемся в твоих услугах.

— Я уже понял, Мила, — он прошёл к ней в кабинет, в который она вернулась. — Ты каждое утро выглядишь усталой. Не высыпаешься?

— Поздно ложусь, — потёрла она глаза и широко зевнула. — Возле моего дома расположен прокат видеокассет. Там можно на сутки взять три кассеты по цене двух. Я стараюсь использовать эту возможность по максимуму. В итоге третий фильм досматриваю уже ночью.

— Как сложно тебе живётся, — иронично с весельем прокомментировал Шульц.

— Не смейся! — с лёгким осуждением посмотрела на него Милоня. — Я сама понимаю, что виновата в недосыпе. Но это же халявное кино — как можно от него отказаться?

— Да-да, конечно-конечно… — тянул улыбку Александр. — Раз ты так любишь фильмы, давай вечером сходим в кинотеатр.

— В кино? — задумалась она, бросив на парня оценивающий взор. Она словно впервые увидела его как человека, а не как сотрудника низового звена. Судя по её виду, увиденным она оказалась довольна. Спортивный и мускулистый голубоглазый блондин, похожий на голливудскую звезду, редко у какой девушки не вызывал отклика в сердечке. — А что сейчас можно посмотреть?

— Можно глянуть «Угнать за шестьдесят секунд», — продолжил Шульц. — Говорят, классный фильм. Он уже почти две недели в прокате, а народ на него продолжает идти валом.

— Хм… — задумалась Милоня. — Звучит заманчиво… А давай сходим!

— Отлично! — обрадовался Шульц. Ради свидания с девушкой, красоту которой не портила лёгкая полнота, он готов был отложить свою месть. У него давно не было любовных отношений, а молодой организм очень этого жаждал. — Тогда я зайду за тобой ближе к концу рабочего дня.

— Хорошо, — Милоня направилась к кабинету директора. — Подожди немного, я принесу твою зарплату… — вскоре она вернулась из кабинета и отдала ему деньги. — Буду ждать тебя вечером.

Вечером, как и договаривались, Алекс пришёл за девушкой в офис. Она вся сияла от предвкушения.

В итоге фильм действительно оказался классным и подарил им массу положительных впечатлений. Под этим зарядом позитива они поужинали в кафе, а потом как-то незаметно для себя оказались на съёмной квартире Александра.

Утром Милоня пришла на работу ещё более заспанной, чем обычно. При этом с её лица весь день не сходила счастливая улыбка человека, который внезапно выиграл джек-пот в лотерею.

Вечером Алекс снова встречал её после работы. Они вновь пошли в кино, на этот раз на «Дорожные приключения». Эта комедия хоть и дебютировала в начале мая, но у неё была настолько бешеная популярность, что некоторые кинотеатры до сих пор крутили её.

И снова с хорошим настроением они вышли из кинотеатра, но на этот раз отправились в жилище Милоны. Ей надоело в одном и том же ходить на работу, да и вообще нижнее бельё так-то нужно менять хотя бы раз в день — это гигиенические нормы, которые нежелательно нарушать.

Милоня снимала квартиру по молодёжной схеме, но не самой жёсткой из них. В квартире с тремя спальнями и общей гостиной она арендовала одну из комнат. Две других снимали другие девушки. Раньше её соседок раздражало то, что она смотрела до ночи фильмы. В эту же ночь им не давали спать иные звуки. Из её спальни раза три с некоторой периодичностью раздавались некоторые звуки, от которых лица соседок полыхали алым, а в животе у них начинали кружиться бабочки.

Наутро на общей кухне собрались две крайне недовольные девушки и одна настолько счастливая в компании мускулистого красавчика-блондина, что соседки скрежетали зубами от зависти и желали накормить Милону лимончиком, чтобы смыть с её лица улыбку.

Потом свидания повторялись. Алекс каждый день встречал её с работы. Они то ходили на прогулку в парк, то гуляли по набережной или катались на лодках по реке. То посещали в выходные парк развлечений. После этого они возвращались либо к нему, либо к ней домой, и устраивали дикое родео. Такой отдых не способствовал высыпанию, отчего Милоня каждый будний день с утра напомнила свежеподнятого зомби.

В итоге в столь бешеном ритме их чувств и желаний хватило всего на две недели. В следующую субботу девушка предложила просто провести время дома у парня, поскольку в её квартире соседки устроили ей блокаду, выставив условие, что либо она не водит к ним парня, либо съезжает.

Тихие и спокойные выходные прошли за просмотром фильмов. Они обложились вкусняшками с чаем и не вылезали с кровати. Но на этот раз не было никакого родео, поскольку они этим настолько насытились, что пока больше не могли думать об этом. Им просто было хорошо вместе лежать в постели и объедаться. Никаких тебе прогулок, никакой бурной деятельности, простое приятное соседство хорошего человека рядом с тобой, которое дарило чувство уюта и мягкой радости.

Уже в воскресенье Милоня приняла решение переехать к Алексу. И весь этот день они посвятили перевозке её вещей. И вот они начали вместе жить.

Шульц всё это время откладывал свою месть. Она казалась ему неважной на фоне того океана чувств, в который он погрузился. Раньше у него были отношения с девушками, но никогда до этого они не были настолько яркими и приятными. С Милоной он чувствовал себя на седьмом небе от счастья. Ему было настолько хорошо, что о своей первоначальной цели он вспомнил лишь к понедельнику, когда девушка ушла на работу, оставив его в одиночестве в тесной квартире.

«А стоит ли вообще мстить? — думал он, лёжа в постели. — И вообще, как мне дальше жить? Я бы хотел остаться вместе с Милоной, но у меня до сих пор нет документов. Из-за этого я не могу устроиться на нормальную работу. С той фальшивкой, которую я купил в Эфиопии, мне в лучшем случае получиться без оформления устроиться официантом в среднего пошиба заведение. Но не работать же всю жизнь разносчиком жрачки? А если я заболею? Я ведь даже не смогу обратиться за помощью в больницу».

Милоня тоже отошла от первоначальной бури эмоций, которая кружила их последние две недели. Она начала трезво мыслить. Поэтому вечером на маленькой кухне, на которой едва помещались они вдвоём, она после ужина за чаем завела серьёзный разговор:

— Алекс, я заметила, что ты не работаешь и не ходишь на учёбу. Ты не находишь это странным? На что мы будем жить?

— Милоня, есть некоторые сложности… — смущённо улыбался он, не зная, с чего начать и стоит ли хотя бы отчасти говорить правду. — Я хочу работать и буду это делать, но есть нюанс…

— Что за нюанс? — поджала губы девушка.

— Я можно сказать беженец без документов.

— Э-э-э… — замерла, опешив, собеседница. — Ты разве не немец?

— Немец, — кивнул он. — Но моя предыстория довольно тёмная и неприглядная. Раньше я был солдатом, — у него в голове по мере беседы сложилась стройная картина смеси лжи и правды, которую он собирался вывалить на голову своей девушки, чтобы башка болела не у него одного. Да и не мог он от неё всё скрывать, поскольку собирался связать с ней свою жизнь. — Я служил в секретном подразделении. Настолько секретном, что мою личностью вычеркнули из существующих в реальности людей.

— Такое разве бывает? — удивлённо вскинула брови Милоня, явно не до конца веря в его слова.

— Разве я стал бы врать о подобном? — натянуто улыбнулся Алекс.

— Допустим, — резко кивнула она. — И что случилось? Почему ты больше не служишь, а стал нелегалом в Нидерландах?

— Это история, за знание которой могут убить любого, — стал нагнетать напряжения Шульц. — Ты уверена, что хочешь это знать?

— Конечно же! — с полной уверенностью заявила Милоня. — Итак, я внимательно слушаю. Обещаю, что дальше меня эта информация не уйдёт. Ты же мой парень.

— Ладно, слушай, — тяжело вздохнул он. — Однажды нас послали в Эритрею с секретной миссией — на несколько дней перекрыть Ормузский пролив. Кто-то из больших шишек хотел спекулировать на нефтяных опционах, которые после такого точно подорожали бы. Но… На месте нас во всеоружии встретили местные вояки. В итоге все мои сослуживцы там полегли. Мне одному удалось чудом спастись. После этого я тайно пересёк границу с Эфиопией и по поддельным документам улетел сюда, в Амстердам. Если я вернусь к командованию, меня тут же прикончат.

От его рассказа Милоня была в полном шоке. Она застыла подобно восковой статуе с широко распахнутыми глазами и приоткрытым ртом. В её взгляде на парня смешались восторг, изумление, ошеломление и страх за него.

— В общем, мне нужно как-то легализоваться с новыми документами, — продолжил он, понимая, что девушка ему поверила. — Без этого я могу работать лишь нелегально на стройках за копейки или принеси-подай. — А я бы хотел хорошо зарабатывать.

— А на что же ты сейчас живёшь? — отмерла Милоня. — Ты же не бесплатно живёшь в этой квартире?

— Не бесплатно, конечно, — кивнул он. — У меня имеются кое-какие сбережения. На них и живу. Прошёл всего месяц с того задания, так что я ещё не успел основательно растратить подушку безопасности. Да и в любом случае я не собирался всё тратить. Как раз собирался найти работу. Наверное, пойду работать официантом, а там буду думать о том, как легализоваться.

— Эм… — Милоня в задумчивости прикусила губу и пару раз надавила на неё зубами. — Я попробую тебе помочь.

— Как? — настала очередь Алекса вопросительно приподнимать брови.

— Эм… — она задумалась, нахмурилась, после чего набрала в лёгкие воздуха и на выдохе выдала: — Видишь ли, фирма, в которой я работаю… Эм… Я подозреваю, что она как-то связана с сербской мафией. Только это большой секрет! Не вздумай о нём никому говорить! Даже вслух этого не упоминай.

Александр едва не вздрогнул, когда услышал это. Он-то думал, что Милоня даже не подозревает о том, на кого она работает. А вышло, что она как минимум подозревала об этом, но не говорила ему раньше.

— Мафия опасна, — покачал он головой из стороны в сторону. — За один только интерес к ним бандиты могут прикончить любознательных личностей. Я не хочу, чтобы ты в это лезла.

— Всё нормально, Алекс, — заверила она его. — Я в хороших отношениях с директором и Стефаном, — в следующий миг она наклонилась к уху собеседника и перешла на шёпот. — Я подозреваю, что Стефан — ставленник от мафии и через нашу фирму он отмывает криминальные деньги. Он мне уже помогал, когда я переехала в Амстердам из Суботицы. Думаю, он сможет помочь и тебе — ты же мой парень.

— Как бы он меня после этого не устранил, — не верил Алекс в то, что на этот раз всё будет иначе. Он даже начал снова подумывать о том, чтобы убить Стефана раньше, чем тот обратит на него внимание. — Мила, не лезь в это дело! Я сам со всем разберусь. Почитаю в медицинских справочниках информацию об амнезии, после чего инсценирую потерю памяти. Полгода-год, и у меня появятся новенькие местные документы. Когда мафия вмешивается в твою жизнь — ничем хорошим это не заканчивается. Ты сможешь потерпеть, пока я буду лежать в больнице якобы без памяти?

— Я смогу, но… — она замолкла на полуслове, и на этом сложный разговор завершился.

Следующим вечером Александр пришёл на работу к своей девушке, встречая её. Но она не вышла к нему, а позвала его в офис.

— Что-то случилось? — зайдя внутрь, он обнаружил, что все белые воротнички уже покинули рабочие места и офис был пуст.

— Алекс, — начала Милоня, — я поговорила со Стефаном насчёт твоей проблемы…

В этот момент сердце Шульца ухнуло в пятки, а в глазах потемнело. Он тут же ярко, словно это случилось вчера, вспомнил о том, как сидел привязанный к стулу, а бандиты требовали у него деньги.

— Мила, мы же договорились не обращаться к ним… — его голос стал тихим и хриплым от волнения. Он уже прикидывал, как лучше и поскорее справиться со Стефаном и сбежать из страны, хотя последнего ему не хотелось, ведь он влюбился в Милону и хотел прожить с ней жизнь.

— Ничего бы страшного не случилось, — беспечно отозвалась девушка. — Так вот, Стефан согласился тебе помочь…

Их разговор прервало появление того, кого девушка только что упомянула. Стефан вышел из своего кабинета и направился к паре.

— Так это твой парень, — внимательно разглядывал он Алекса. — Наш бывший курьер. Хм… Я и не подумать не мог, что у тебя окажется столь интересная предыстория. Значит, ты служил в немецком спецназе?

— Было дело, — напустил на себя невозмутимый вид Алекс, хотя внутренне был напряжён, словно взведённая пружина.

— Мила говорила, что ты успел повоевать в Африке, — продолжил внимательно смотреть на него изучающим взором Стефан.

— Тоже было, — кивнул Шульц. — Мне не понравилось. Днём жарко, ночью холодно, а гостеприимство на минус пять звёзд. То ли дело в долине реки Омо. Местные дикари очень даже приветливы, а шашлыки из козлятины и вовсе прекрасны.

— Что ж, — улыбнулся ему и хлопнул по плечу Стефан, отчего Александр с трудом удержался от того, чтобы отшатнуться, — раз ты парень нашей милашки Милоны, то я обязан тебе помочь. Только это не бесплатно.

— Деньги не проблема, — хоть Шульц и был напряжён, но он не мог не удивиться тому, насколько разным было отношение Стефана при обращении через секретаршу и тогда, когда он пришёл, по сути, с улицы. — У меня есть некоторые сбережения.

— В общем, не буду ходить вокруг да около, — продолжил с улыбкой Стефан. — Есть два варианта. В первом тебе сделают поддельные документы хорошего качества, но это всё ещё будут фальшивки. Это будет стоить штуку баксов. Во втором случае тебя полностью интегрируют в систему с помощью дубликата на надёжно и с концами пропавшего без вести человека. Но и стоить это будет соответственно — десять кусков. Советую рассмотреть этот вариант. Это полная интеграция со всеми социальными плюшками. Разве что не рекомендую жить в том же городе, откуда исходная личность, и контактировать с его знакомыми.

— Выбираю второй вариант, — Алекс не мог отказаться от столь лакомого предложения. Получив его, он настолько был ошарашен и обрадован, что готов был простить Стефану даже свою смерть. — Десять тысяч у меня есть.

— Вот и славно! — ещё раз хлопнул его по плечу Стефан. — Приходи завтра к девяти утра, сделаем твои фотографии. Сразу приноси с собой всю сумму. И не беспокойся — у нас так принято работать по полной предоплате. Никто тебя не кинет, ты же парень Милоны.

Стефан тут же направился на выход, а правую руку Алекса оплела Милоня. На её губах сияла улыбка.

— Я же говорила, что всё будет хорошо. Вот видишь, Стефан тебе помог, а ты боялся.

— Мила, дорогая, — погладил он её руку, которой она за него держалась. — В следующий раз предупреждай меня, если вдруг захочешь действовать вопреки нашим договорённостям. Иначе мне будет сложно тебе доверять. Сейчас всё обошлось. А что если нет? Ты хоть понимаешь, что меня бы могли прикончить?

— Что ты! Стефан не такой, — уверенно заявила она.

— Эх… — Александру много чего хотелось сказать на этот счёт, но не мог же он ей рассказать о том, как с ним поступил «не такой» Стефан. Если он скажет ей правду, она подумает, что он сумасшедший.

Глава 4

Сказать, что Александр был удивлён — равнозначно оглашению и так понятной всем информации. На самом деле он был в шоке от того, насколько гладко на этот раз прошла покупка документов. Обошлось ему это в треть от его сбережений, полученных на продаже эритрейских трофеев аборигенам из долины Омо. Но оно того однозначно стоило. Документы были высочайшего качества.

Когда речь заходит о столь качественных подделках, можно смело говорить о покупке новой жизни и легенды. По бумагам теперь его звали Томас Вейдер, и ему было двадцать три года — то есть на три года больше, чем в действительности. Впрочем, двадцатилетнему легко сойти за двадцатитрехлетнего, так что на этот счёт не стоило переживать.

Также Стефан предоставил ему небольшое биографическое досье на изначального Вейдера. Тот был злостным потребителем разрешённых в Нидерландах веществ, которые официально можно купить в специализированных магазинах. Вот только из-за того, что эти вещества разрешены тут к продаже, менее вредными они не стали. А поскольку Томас активно употреблял эту мерзкую и крайне вредную дрянь (фу-фу-фу таким быть, так нельзя делать ни в коем случае, понятненько?), то он заполучил жёсткую зависимость.

Из-за своей дурной привычки он плохо выполнял свою работу и его постоянно увольняли с работы. Ни на одной должности он не продержался дольше недели. После он и вовсе заработал настолько отвратительную репутацию, что его перестали нанимать на любую работу. Из-за этого он скатился на самое дно: грабежи и воровство стали его обычными буднями. В какой-то момент он ограбил не того человека — сынка какого-то важного чиновника из Европарламента. Затем он решил прогуляться на чей-то яхте, почему-то поскользнулся на палубе, совершенно случайно упал ногами в тазик с цементом, дождался, когда тот застынет (какой же он затейник), а потом вот уж точно-точно совершенно случайно перевалился за борт в открытое море…

В общем, череда случайностей привела к тому, что имя Томаса Вейдера оказалось чистым и свободным. Поскольку он был худощавым блондином, последняя его фотография в официальных документах была сделана в возрасте шестнадцати лет, а отпечатки пальцев у него не снимали (хотя он их наверняка засветил во время воровства), то Шульц вполне мог претендовать на его личность по официальным каналам.

Сначала Алексу вручили паспорт Вейдера, после чего он в компании шустрого паренька отправился в официальное бюро. Сам паренёк на мафию прямо не работал. Он был так называемым человеком со связями — знал некоторых мелких бюрократов и мог спокойно заходить в их кабинеты. После вдали от чужих глаз одаривал их маленькими подарочками.

Когда говорят, что европейские чиновники не берут взяток, многим людям это кажется смешным. Подобное может происходить лишь на словах. Просто подарки попадают к чиновникам не в открытую, а окольными путями через хороших знакомых. Конечно же, если бы кто-то наподобие Шульца пришёл бы в отдел гражданских документов и предложил взятку, то его бы отругали и показательно отказались. Возможно, даже вызвали бы полицию, заподозрив подставу. Но через Майка всё шло гладко.

— Слушай меня, — вёл Майк за собой Алекса. — Что бы ни случилось — не оборачивайся. Следуй за мной. Я в кабинет — и ты в кабинет. Я иду — и ты иди. Не оборачивайся и не слушай, что тебе будут говорить! Понял?

— Понял, — кивнул Шульц.

Вскоре он действительно осознал полезность этого совета. Стоило им зайти в коридор перед кабинетом, как там обнаружилась толпа народа. Они стояли вдоль стен, сидели на всех доступных стульях и выглядели злыми и нервными.

Майк с уверенным видом шёл мимо всех. Алекс следовал за ним хвостиком.

— Эй! — увидев, что они приблизились к кабинету, возмущённо воскликнул из очереди мужчина с залысиной. — Вы куда⁈ Тут очередь!

Майк его полностью проигнорировал и с хозяйским видом распахнул дверь, после чего просочился в кабинет. Шульц почувствовал на себе жгучие и гневные взгляды, от которых у него по спине пробежали мурашки. Он на мгновение испытал неловкость и слегка задержался, но тут же вспомнил о наставлениях сопровождающего, и проскользнул за ним в офис.

Чиновники не жировали, если судить по аскетичной обстановке их кабинета. Старые рабочие столы из ДСП, вокруг все стены уставлены стеллажами с документами, и усталые женщины средних лет в окружении стопок бумаг. Их тут было всего три. Майк сразу направился к одной из них — полной мадам с выбеленными волосами с химической завивкой.

— Привет, Мэри, — опёрся на угол её стола Майк. — Как всегда прекрасно выглядишь. Не слишком ли много у вас сегодня работы? Знаешь ли, я видел очередь снаружи — это выглядит угнетающе.

— Ох, Майки, — томно протянула она, радостно улыбнувшись. — Ты просто не представляешь, настолько это утомительно. Ещё не наступил обед, а мне уже хочется уснуть и не просыпаться. Представляешь, сегодня один хам уже нагрубил мне! У него с собой не было нужных документов, а виновата оказалась я. С чего бы это? Он что, слепой или не умеет читать? Для таких как он возле кабинета специально висит список документов, которые необходимы.

— Ох, сочувствую тебя, Мэри, — ненатурально улыбнулся ей Майк. — Кстати, это мой приятель Том, — указал он на Шульца.

— Здравствуйте, — вежливо улыбнулся Алекс, не зная, что нужно говорить в этой ситуации. Он возложил все надежды на Майка. И хотя он знал, что дело почти стопроцентно должно быть удачным, но всё равно нервничал. Не каждый день он делает документы на поддельную личность, ещё и через официальные каналы.

— Рада знакомству, — в ответ послала ему вежливую улыбку чиновница.

— Томас слегка вырос. Ха-ха! — шутливо продолжил сопровождающий. — Да и очереди у вас безумные, Мэри. Вот я и вызвался его проводить. Ему нужно сделать новые документы. Свой старый паспорт он чуть не утопил в море, а вот прочим бумагам повезло меньше — они все отправились на дно.

— Ох, как такое могло случиться? — с притворным сочувствием Мэри поинтересовалась у Алекса.

— Случайно упал в море во время прогулки на катере, — развёл Шульц руками в стороны.

— Давай, друг, — похлопал его по плечу Майк, — покажи нашей чиновнице свой паспорт.

С внутренним напряжением Александр достал паспорт на имя Томаса Вейдера, который ему вручил Стефан. Документ действительно когда-то намок. Возможно, его достали из кармана владельца после того, как того окунули в море. Чернила слегка потекли, но фотография Томаса сохранилась в отличном состоянии.

— Ага, — Мэри небрежно посмотрела на паспорт, затем на Шульца. — Вы сильно изменились за последние семь лет, мистер Вейдер.

— Повзрослел, — улыбнулся он как можно беспечней, хотя на самом деле внутренне напрягся ещё сильнее. Его нервы в этот момент были подобны натянутой тетиве лука, который готов был в любой момент выстрелить.

— Да уж, — лишь кивнула на это чиновница, — меня тоже нынешнюю не узнать, если сравнить со мной в шестнадцать. Хи-хи! Мистер Вейдер, не стоит беспокоиться, я сделаю вам все нужные документы. Кстати, а какие ещё бумаги нужны помимо паспорта?

— Мэри, ну что за вопросы? — вместо Алекса взял слово Майк. — Конечно же, все! Тому не повезло упасть в море именно в тот момент, когда он собирался переезжать на новую квартиру и с собой у него были все бумаги. Хорошо ещё, что паспорт уцелел.

— Хорошо, — спокойно перешла на деловой тон чиновница. — Пусть твой друг придёт через неделю. Том, заходи сюда без очереди после десяти утра. К этому времени все документы будут готовы.

— Большое спасибо, — Алекс не мог поверить в то, что всё прошло настолько просто и гладко.

Он подозревал, что Стефану это обошлось не дороже тысячи баксов, которые он потратил на Майка и подкуп чиновницы. Причём последние двое почти наверняка были уверены в том, что учувствуют в законной сделке, просто ускоряют процедуру получения бумаг владельцем. А если у них и имелись на этот счёт какие-то сомнения, то они предпочитали их держать при себе. Поскольку если ты знаешь, что участвуешь в незаконной сделке — это понесёт за собой суровое наказание. Если же «за шоколадку» помогаешь приятелю пройти мимо очереди — это максимум приведёт к выговору от руководства, и то сомнительно.

И хотя прибыль мафиози была огромной и несопоставимой с затратами покупателя, Шульц ни в коем случае не был обижен. Это как с оплатой услуг опытного специалиста, который пришёл по вызову и за пять минут всё починил. Ты платишь не за то, что он поковырялся пять минут, а за его опыт и профессионализм. Ведь сам сделать то же самое не в состоянии либо потратишь на это столько времени, что сумел бы за это время заработать больше, либо вообще доломаешь вещь в процессе неграмотного ремонта.

Вот если бы Алекс сам занялся тем же самым для своей легализации, разве он добился бы успеха? Он в этом сомневался.

Сразу же он бы встал перед главной проблемой — чьи документы использовать? Как бы он нашёл паспорт Томаса Вейдера, узнал его предысторию и был бы уверен в том, что тот не всплывёт в прямом и переносном смысле?

Затем он споткнулся бы на этапе замены бумаг. Когда подмазанная через знакомых чиновница с полузакрытыми глазами смотрит на подмоченный паспорт и принимает всё как должное — одно дело. Когда же приходит парень с улицы, который не похож на фотографию в документе — это повод заподозрить неладное, а то и обратиться в полицию. А там попробуй докажи, что ты Том, а не какой-то мутный тип. Если начнётся расследование и найдут знакомых Вейдера, то выясниться, что Алекс вовсе не тот человек, а сам Томас пропал в неизвестном направлении. Это уже повод заподозрить Шульца в убийстве и сокрытии трупа.

В общем, он считал, что десять тысяч долларов были потрачены не зря.

Через неделю весь пакет документов на имя Томаса Вейдера был на руках Алекса. В водительском удостоверении и паспорте были вклеены уже его фотографии.

После этого Шульц хотел как можно скорее покинуть Амстердам в частности и Нидерланды в целом. Ему стало некомфортно тут находиться, потому что он опасался столкнуться со знакомыми донора его документов. Это ненужный риск, которого он хотел избежать. Вот только его девушка Милоня не хотела покидать столицу Голландии. Из-за этого у них возникла первая ссора.

В тот же день они помирились, после чего между ними состоялась напряжённая беседа.

— Мила, ты не понимаешь, чем я рискую, оставаясь тут, — всю радость от обретения новой почти легальной личности у Алекса портил скандал с девушкой. — Что если я пересекусь со знакомыми этого Тома?

— И что с того? — пожала она плечами. — Просто скажи, что ты не тот Том, а однофамилец с таким же именем.

— А если эти знакомые работают в официальных органах и смогут меня пробить по базам? — резонно вопросил он. — Представь, что это какой-то коп.

— Откуда у такого человека в знакомых полицейские? — стояла на своём Милоня. — У меня тут хорошая работа. Я хоть и выполняю одновременно обязанности и секретаря, и специалиста отдела кадров, но меня не заставляют перерабатывать, а получаю в полтора раза больше обычной ставки. Где ещё я найду такие же условия? И вообще, Стефан нам помог, а ты хочешь, чтобы я ответила ему такой неблагодарностью?

— Стефан взял с меня десять штук баксов! — и снова слова Александра звучали резонно, ведь он озвучивал факты. — При этом он потратил в лучшем случае десять процентов этой суммы на помощь мне. Я считаю, что за свою долю в девять кусков он полностью удовлетворён и мы ему ничего не должны. Это, знаешь ли, большая сумма. Сколько ты отложила за год на своей работе?

— Ну-у… — Милоня на мгновение потупила взгляд, осознавая свою неправоту, но, как и многим девушкам, ей сложно было признать себя проигравшей в споре, поэтому она продолжала отстаивать свою позицию. — Около пяти тысяч.

— Видишь! — вздёрнул указательный палец к потолку Шульц. — Этот парень на мне заработал в два раза больше, чем ты отложила за год работы. И ты всё ещё считаешь, что должна ему что-либо? С хрена ли⁈ Мы ему ничего не должны! Да, он мне помог по твоей просьбе. Я ему за это искренне благодарен. Но для него это всего лишь бизнес. Если бы он помог бесплатно — другое дело. Но он же не стал этого делать. Он взял с меня большие деньги. Этой суммы нам бы хватило на первый взнос по ипотеке или на покупку недорогого нового автомобиля, даже двух.

— Так-то оно так, но… — Милоня не могла придумать убедительных аргументов. Всё, что она перебирала в уме, казалось ей жалким и нелепым лепетом в попытке отстояться свою позицию, несмотря на неправоту. — А моя зарплата⁈ Она большая. Где я ещё смогу столько получать? Три с половиной тысячи гульденов! Ты хоть понимаешь, насколько это много для должности секретарши?

— Мила, какой смысл держаться за одну работу? — от ругани у Алекса покалывало виски. — Да, ты сейчас тут получаешь неплохие деньги. Но ты же понимаешь, на кого работаешь? Это сербская мафия! МАФИЯ!!! Это головорезы, которые под видом легальной фирмы отмывают деньги и проворачивают незаконные дела. Что ты будешь делать, когда в ваш офис ввалиться толпа полиции и положит вас всех мордой в пол? Тебя тоже положат — даже не сомневайся.

— Если приедут, — на мгновение на лице Милоны появились сомнения, и она нахмурилась. — Они могут и не приехать.

— А могут приехать, — продолжил Александр. — И тогда всё приобретёт плачевный оборот. Копы начнут тщательно проверять всех сотрудников и их родственников. К тому моменту мы наверняка поженимся. И представь, что тебя начали проверять, за тобой меня. Тут копы выяснят, что я никакой не Томас Вейдер, а Александр Шульц, незаконно пребывающий на территории Нидерландов солдат из Германии. Солдат, которого в природе не существует, но которого могут до сих пор разыскивать спецслужбы моей страны. Потом они зададутся вопросом, а куда же подевался реальный мистер Вейдер? И обнаружат, что он давно кормит акул. В итоге я стану главным подозреваемым, а ты соучастницей. Поскольку ты знала о том, что я Алекс и сама помогла мне с фальшивкой. В итоге, мы с тобой вместо спокойной и комфортной жизни оба отправимся в тюрьму. Скажи, любимая, оно того стоит? Разве прибавка в половину зарплаты дороже наших с тобой свободы и жизни⁈

— Эм… — на лице Милоны отражалась борьба эмоций, в которых переплетались страх перед возможным будущим, волнение с переживаниями и радость… — Ты действительно хочешь на мне жениться?

— Конечно же! — в этот момент Алекс ухмыльнулся. — Ты что, из всего мною сказанного услышала только слова про свадьбу в будущем?

— Нет, — качнула она головой из стороны в сторону. — Ещё ты сказал «любимая», — её губы тут же украсила широкая улыбка. — Ладно, допустим, я уволюсь. И что дальше? Куда мы уедем и чем займёмся?

— Поедем в Испанию или Португалию, — пожал плечами парень. — Если честно, я над этим не сильно раздумывал. Моя голова в последнее время была занята переживаниями о документах. Теперь же, когда с этим вопрос решён, я бы хотел жить где-то на берегу моря с приятным тропическим или субтропическим климатом. В Нидерландах хоть и есть море, но его сложно назвать тёплым, да и климат такой себе.

— Я не знаю ни испанского, ни португальского, — тут же замотала Милоня головой из стороны в сторону. — Я выучила лишь немецкий, поэтому и перебралась из Югославии в Нидерланды. Что насчёт немецкоговорящей страны? Пусть это будет не Германия, а что-нибудь другое: Швейцария, Австрия.

— В Швейцарии нас пошлют нахрен, — тут же отозвался парень. — А вот насчёт Австрии можно задуматься. Но там нет моря и климат далёк от тропического. Ты уверена, что готова променять возможность почти круглый год купаться в море на обычную жизнь в скучной Австрии?

— Не хочу учить новый язык, — кивнула Милоня.

— Хорошо, — тяжело вздохнул Алекс, решив пойти на уступки. — Австрия тоже подойдёт. Главное — держаться подальше от Нидерландов и Германии.

Глава 5

С документами на руках Александр чувствовал себя уверенней, но его напрягало то, что в Нидерландах он мог встретить знакомых доноров своей новой личности. Поэтому ему и хотелось поскорее отсюда уехать. Вот только Милоня не могла быстро уволиться. Ей требовалось отработать некоторое время, сдать дела, подождать, пока найдут новую секретаршу.

Стоило ей написать заявление на увольнение, как на следующий день в квартиру к Шульцу заявился незваный гость. После стука парень открыл входную дверь, и с удивлением увидел на пороге Стефана в компании того самого типа, который в прошлой жизни его пристрелил.

— Стефан? — скосил глаза Шульц на его сопровождающего.

— Привет, Алекс, — улыбнулся незваный гость. — Или лучше тебя называть Томас?

— Вы зачем ко мне пришли? — нахмурился Александр, не ожидая от этого визита ничего хорошего. Внутренне он сильно напрягся, но лицо старался сохранять спокойным, хотя и не скрывал своего раздражения в смеси с удивлением.

— Мы что, так и будем общаться в подъезде? — мягко ответил Стефан. — Где же твоё гостеприимство?

— Проходите, — Шульцу очень сильно не хотелось впускать к себе домой таких гостей, но и оставить их на пороге он не мог, поэтому проводил их на кухню.

В маленьком помещении они разместились за столом вдвоём со Стефаном. Его товарищ остался стоять позади в дверном проёме на кухню.

— Алекс, так дела не делаются, — с осуждением сразу начал Стефан.

— Не говорите загадками, — прищурился Шульц. В его взгляде промелькнула холодная жестокость ветерана, который прошёл через несколько смертельных схваток. Он в этот момент подумал, что зря не прикончил этого мафиози и не стоит ли сделать это сейчас?

— Я говорю о вашем скором отъезде с Милоной, — уточнил собеседник с напускной добродушной улыбкой. — Нам сложно найти хороший персонал. Милону мы привезли из дома. Она была честной, преданной и главное — не болтливой. Как ты уже понял, мы занимаемся, в том числе, не совсем законной деятельностью. И как ты думаешь, легко ли найти в Нидерландах секретаршу, которая будет слепа к некоторым странностям и будет молчать в тряпочку, а не побежит в тот же день к легавым?

— Мы всего лишь хотим переехать, — пожал плечами Алекс, а пружина внутри него продолжала сжиматься сильнее прежнего. Теперь ему стала понятна причина визита мафиози — они не хотели терять доверенную сотрудницу. Своим отъездом они ломали этим парням некоторые планы. — У нас же не рабство, чтобы запрещать кому-то менять работу и место жительства.

— Кажется, ты чего-то не понимаешь, — припустил в голос угрозы Стефан. — Алекс, мы же тебе помогли, пошли к тебе навстречу, сделали документы. А ты? Ты как нам ответил?

— Вы за это получили хорошие деньги. За документы вам большое спасибо, но это всего лишь бизнес. У вас прибыль, у меня товар. Чего ещё вы хотите? Чтобы вам за это были благодарны по гроб жизни?

— Было бы неплохо хотя бы получить элементарное уважение, — снова тон Стефана стал притворно мягким. — А ты стал доставлять нам неприятности.

— Чем? — вздёрнул брови Шульц. — Тем, что моя девушка решила уволиться? Просто найдите новую секретаршу и шифруйтесь лучше. А то даже временный курьер, проработав у вас всего пару дней, понял, что контора у вас мутная и занимается явной нелегальной деятельностью. И вообще, лучше скажите спасибо за то, что вовремя были выявлены уязвимости вашей компании.

— Мы ещё и спасибо тебе должны сказать⁈ — на этот раз Стефан не стал скрывать злости в смеси с раздражением. — Да ты совсем берега попутал, малец! Ты кем себя возомнил? Рембо?

— Стефан, давай без пустых угроз и прочей мути, — прищур Шульца стал острым, будто он целился в собеседника через прицел винтовки. Он в этот момент примеривался, как сподручней будет справиться с этой парочкой и как потом избавляться от тел. От активных действий его останавливал последний пункт. В их оживлённой местности незаметно избавиться от трупов не получится. — Чего вы от меня хотите?

— Забудь о переезде! — категорично заявил Стефан.

В тот же миг его приятель запустил руку под пиджак.

Алекс тут же напрягся, ожидая того, что второй гость достанет оружие. Он покосился на столовый нож, лежащий на разделочной тумбе. Он мог до него дотянуться и метнуть во врага, но сомневался в том, что окажется быстрее. Подумав, он решил не дёргаться. Даже если противник достанет пистолет, кухня маленькая. Он сможет схватить Стефана и прикрыться им, а потом дотянется до ножа и воспользуется им.

В следующее мгновение в напряжённой тишине бандюган в проходе достал из-за пазухи свёрнутые бумаги.

— Тут договор о трудоустройстве, — принял у него из рук документ Стефан. — Мы примем тебя на работу на склад… Кладовщиком с окладом в полтора раза выше обычного. Вы с Милоной будете хорошо зарабатывать. Как тебе предложение?

— Хорошее предложение, — Алекс обалдел от подобного хода. Он-то ожидал, что вот-вот в этом маленьком жилище развернутся боевые действия с перестрелкой и поножовщиной, после которой он либо отправиться на перерождение, либо в тюрьму. А в итоге получил заманчивое предложение. Вот только работать на мафию даже обычным сотрудником он не хотел, особенно на тех уродов, которые его уже однажды ограбили и убили. — Я должен подумать и посоветоваться с невестой.

— Хорошо, — тон Стефана снова стал дружелюбным. — Подумайте, поговорите. Завтра жду твой положительный ответ.

Эти двое, не прощаясь, покинули его жилплощадь. Александр остался наедине со своими тяжёлыми мыслями, думая о том, как получше отказаться от этой ловушки. А такое заманчивое предложение он воспринимал как сыр в мышеловке. Ничего халявного не бывает, особенно от бандитов. Сначала они предложат ему приманку, а после захлопнут крышку ловушки. Он не знал, как они им воспользуются, но был уверен в том, что у них на него уже построены планы.

В этот момент он принял решение бежать сразу без предварительной подготовки, ожидания официального увольнения с расчётом девушки и тому подобных нюансов. Тут либо бежать, бросая часть прибыли, либо прогнуться под мафию и впоследствии отхватить за это от судьбы мощного леща.

К приходу с работы девушки он собрал её и свои вещи.

— Что происходит? — опешила Милоня, с порога узрев чемоданы. — Алекс?

— Мы уезжаем. Немедленно. Сейчас же!

— Эм… — на лице девушки прорезалась растерянность. — Что случилось? Почему? Я же ещё не уволилась. Милый, мы же договорились с тобой не спешить.

— Ко мне сегодня с визитом заявился Стефан в компании с другим мафиози — грозного вида парнем. Твой любимый босс принялся мне угрожать в стиле, мол, какого чёрта я переманиваю тебя уехать? Где ещё они найдут такую же дурочку, которая будет закрывать глаза на то, что работает на мафию? Любая другая сотрудница тут же побежит их сдавать в полицию. Кстати, откуда Стефан узнал наш адрес?

— А-а-а? — застыло лёгкое смущение в её глазах. — Это я сказала ему. Он сказал мне, что хочет предложить тебе выгодную работу. Ты не врёшь мне, Алекс? Не мог же он тебе угрожать.

— Ха-ха-ха! — болезненно перекосило у него лицо, словно от укола в сердце. — Ты делаешь мне больно, Милоня. Почему ты больше веришь постороннему человеку, а не своему парню?

— Ну-у… — она на краткий миг стыдливо потупила взор. — Я давно знаю Стефана. Со мной он всегда вёл себя прилично, как и на людях в офисе. Всегда был вежливым и доброжелательным, шёл навстречу в рабочих вопросах, к примеру, когда нужно пораньше отпроситься.

— Что ж, в вежливости ему не откажешь, — признал Шульц. — Это его стиль, фишка, можно сказать. Но это не мешает ему быть жестоким. Он действительно предложил мне работу. Но одно дело, когда предлагают работу, от которой можно отказаться. Совсем иное, когда в качестве альтернативы висит угроза лишения жизни.

— Он что, прямо так и сказал, что убьёт тебя? — пристально посмотрела на него Милоня.

— Дорогая, он же не идиот, чтобы прямо об этом говорить, — как на глупенькую маленькую девочку посмотрел на неё собеседник. — Вдруг у меня припрятан диктофон или скрытая камера? Эти опытные бандиты опасаются использовать откровенные угрозы. Но знаешь, людям для понимания и не нужно говорить прямо. Достаточно намёков. Когда его напарник сурово смотрел на меня, запуская руку под полу пиджака, словно тянулся за пистолетом — это напрягало. Когда он намекал на то, что устроит мне неприятности, если я посмею тебя увести из компании — тут даже угроз не нужно. Достаточно вспомнить предысторию донора моих документов — его, напоминаю, отправили в море с тазиком с цементом на ногах!

— Но он же тебе прямо не угрожал, — продолжала стоять на своём Милоня. — А все эти движения и намёки ты мог просто себе надумать.

В ответ на её болезненные для него слова взгляд Александра на девушку стал тяжёлым.

— Ты прикидываешься дурочкой или у тебя какая-то связь с этим Стефаном? — нахмурился он. — Вы с ним любовники?

— Что? — опешила она. — Нет! Конечно же, нет! С чего ты решил?

— А что мне ещё думать? — продолжил он её сверлить подозрительным взглядом. — Ты его так активно защищаешь и не веришь моим словам, не доверяешь моему мнению. Стефан у тебя хороший и пушистый, а я мнительный врунишка. Так получается? Ты либо крестик сними, либо трусы надень! Что за бред⁈ С каких это пор мафиози стали добрыми? В криминал идут самые отпетые моральные уроды, беспринципные твари, готовые убивать и грабить, продавать смерть и торговать людьми.

— У Стефана жена и дети, — на лице Милоны проступило недовольство в смеси с раздражением. — И вообще, что я должна думать? Босс предложил тебе работу, а ты выделываешься! Ты всё время сидишь дома на моей шее, нигде не работаешь и даже не делал попыток найти работу!

— Чего⁈ — от сильного изумления Алекс вытаращил глаза. Он испытал шок. — Значит, таким ты меня видишь? Безработным бездельником, сидящим на твоей шее⁈ Милоня, а ты не охренела?!! Успокой своих чернобыльских тараканов в свой башке! За эту квартиру плачу я. Еду покупаю я. Ты за время жизни в этой квартире не потратилась ни на что, кроме мелочей вроде докупки недостающих продуктов и личных вещей. СЕБЕ! Ты покупала вещи лишь себе. С хрена ли теперь это называется сидеть на твоей шее?

— А что, хочешь сказать, я не права⁈ — разозлилась она, перейдя на повышенные тона. — Ты же сидишь дома и ничего не делаешь! Как я могу быть в тебе уверена?

— Что за глупость выдал твой рот? — продолжал сильнее хмуриться Александр. Слова девушки ему были, словно серпом по бубенчикам — болезненны и крайне неприятны. — Сначала я ждал документов, потом переезда. Какой смысл был искать работу, если вскоре её предстояло бросить? Тем более, у меня есть сбережения. Подрабатывать ради копеек бессмысленно.

— Но ты же работал курьером у нас в фирме, — она всё ещё кричала на волне эмоций. — Раньше ты таким не был, старался заработать. По крайней мере, я таким тебя увидела. А потом ты стал другим — лентяем, который целыми днями валяется с книжкой на кровати.

— К вам на работу я устроился, чтобы выйти на мафию, — честно признался он. — Я знал о том, что ваша фирма является логовом сербской мафии. Поэтому избил вашего курьера, чтобы проникнуть в сердце этого змеюшника. Но у нас с тобой вспыхнули чувства, и пришлось корректировать планы.

— ЧТО-О-О?!! — завопила она особенно громко. — Так это ты избил Стива? Он же тебе ничего не сделал. Ты мерзавец, Алекс! Ты говоришь о том, что мафия то, мафия сё, а на самом деле тут только один негодяй — ТЫ! Стефан отнёсся к тебе с душой, помог тебе с документами, а ты его неблагодарно оболгал. Обвинил в угрозах тебе. Я не верю ни единому твоему слову!

— Ах, так⁈ — он горел негодованием. — Ты мне не веришь, да? Зато веришь этому Стефану? Отлично… Просто великолепно… — его голос сочился ядовитым и едким сарказмом. — Я просто счастлив… Как можно не доверять словам примерного семьянина и хорошего начальника, который пораньше отпускает домой? А твой парень… Ну да, какой смысл ему доверять⁈..

Это были первые серьёзные отношения Шульца, но это не значит, что он в отношениях с девушками был профаном. Просто в юности встречи с ними были несерьёзными и преследовали единственную цель — выгулять брючного змея. И хотя изначально он был настроен на то, чтобы провести с Милоной всю жизнь, то теперь его мнение начало меняться. Он готов был простить ей многое, почти всё, кроме предательства.

То, как она встала на сторону его врагов, а мафиози он воспринимал исключительно в таком качестве после того, как они его ограбили и убили в прошлой жизни, его сердце будто рассекли на части. Он сразу же вспомнил Давида, который сдал его врагам на блюдечке с голубой каёмочкой. Теперь же его предавала любимая девушка. И от этого на душе у него становилось ещё больней.

Он склонялся к кардинальному решению проблемы. И это было не убийство. Лучше было порвать с этими отношениями здесь и сейчас, чем потом страдать из-за них всю недолгую жизнь. А в том, что она долгой не будет, сомнений у него не оставалось.

Вспомнив о своей первоначальной цели, с которой он шёл на службу в армию бундесвера — ранней пенсии и стабильной спокойной жизни, у него начало крепнуть чувство, что резкий разрыв в данном случае будет лучшим выходом. Какой смысл дальше жить и поддерживать хорошие отношения с человеком, который тебя уже предал и считает тебя мусором?

Обида душила его, словно питон, обившийся вокруг шеи. Предательство — его уязвимость, как пятка у непобедимого Ахиллеса. Перед ним он бессилен. В первый раз он испытал океан душевной боли в тот момент, когда его предал лучший друг. И вот наступил второй раз, когда его предала любимая девушка. И ради чего? Ради хорошего отношения хозяина, кидающего полуторную подачку. Она казалась ему маленькой, но громкой собачкой, которая лаяла и бросалась на него после того, как он некоторое время заботился о ней, окружая любовью и лаской. Только у собаки можно в такой момент заподозрить бешенство, из-за чего её стоит отвезти на обследование. А что можно заподозрить у человека? Отсутствие головного мозга?

Милоня выглядела разъярённой фурией. Её глаза метали молнии, щёки покраснели, а в уголках глаз появились намёки на слезинки.

— Ты меня не любишь! — зашла она с козырей.

— Я тебя не люблю? — иронично ухмыльнулся Александр. — Ха-ха! Смешно! Если бы я тебя не любил, то зачем бы стал с тобой встречаться и жить? Нет, милая, это ты меня не любишь. Ты любишь какого-то там левого Стефана, раз встаёшь на его сторону, вместо того, чтобы поддержать меня. Я всё ещё подозреваю, что вы с ним любовники. В противном случае мне сложно понять такое отношение к себе и предательство с твоей стороны. Последнее самое обидное, чего я не смогу простить.

Девушка тяжело дышала и сверлила парня гневным взглядом. Она сопела как паровоз под парами.

— ТЫ пытаешься выставить меня виноватой? — выпалила она ему в лицо. — Нет уж! Это ты во всём виноват! И вообще, как я могла не замечать? Ты сам преступник похлеще мафии! Зачем-то тебе понадобились фальшивые документы. Избиваешь ни в чём не повинных людей.

— Что ж, — его взгляд стал тяжёлым и решительным. — Раз между нами всё настолько плохо, то мы расстаёмся. Ебитесь дальше со своим Стефаном! Продолжай и дальше слепо ему доверять и лизать пятки. А я ухожу. Найду себе адекватную девушку, которая будет мне доверять. МНЕ, а не какому-то левому мафиози!

— Что? — застыла она в ступоре. — Алекс, ты шутишь?

— Какие шутки? — окатил он её презрением, схватив пару своих чемоданов. — С дороги, Милоня! Не задерживай меня.

— Постой! — заволновалась она. — Милый, возможно, я погорячилась. Давай спокойно поговорим.

— Поговорили уже, — хмурился он. — В сторону — мне пора в новую жизнь. Продолжай барахтаться в этом болоте сама без меня.

— Ты бросаешь меня⁈ — с недоверием протянула она. — Это всего лишь скандал. У меня сегодня плохое настроение. Эти дни… Понимаешь? Ты же не станешь меня из-за этого бросать?

— Я бросаю тебя не из-за ЭТИХ дней и не из-за плохого настроения, — резко провел между ними черту Шульц. — Мы расстаёмся, потому что я не терплю предательства. Какое бы плохое настроение у тебя не было, ты не должна была меня предавать и становиться на вражескую сторону. Думаешь, если бы солдат во время войны перебежал на сторону врага, его бы потом простили, потому что у него было плохое настроение?

— Ты перевираешь мои слова! — гневно топнула она ножкой. — Мы не солдаты и не на войне. Это всего лишь ссора между влюблёнными.

— Нет, Милоня, — покачал он головой из стороны в сторону. Его взгляд стал потухшим, когда она смотрел на девушку. — О какой любви может идти речь, когда девушка предаёт парня и заступается за другого парня? Люби своего Стефана, а от меня отстань. Я ухожу. С дороги!

— Ты бросаешь меня из-за спора? — гневно выкрикнула она. — Ты ненормальный, Алекс! Просто послушай себя: «Ой, я такой обиженный, она меня предала». Звучит отвратительно!

— Отвратительно звучит то, что вылетает из твоего рта, — парировал он. — Отныне ты можешь поступать как угодно. Хочешь работать на бандитов? Пожалуйста! Хочешь верить в добрых и честных мафиози? Твоё право. Я больше в это не вмешиваюсь. Теперь ты снова можешь распоряжаться своей жизнью как угодно.

Поняв, что не дождётся от девушки освобождения прохода, Алекс пододвинул её в сторону и протиснулся мимо. Она опешила и некоторое время пребывала в ступоре. Когда он начал спускаться по лестнице, она выскочила за ним следом и завопила ему в спину:

— Ну и проваливай, мерзавец! Урод! Обманщик! Ты украл мою молодость!

— Хуёлодость! — вырвалось в ответ у парня. — Мы встречались считанные дни, тупая ты курица! Когда тебя кокнут за то, что ты слишком много знаешь, не говори, что я тебя не предупреждал!

Ему в спину продолжали доноситься гневные оскорбительные крики, но он больше не обращал на них внимания. В душе он чувствовал полное опустошение, будто её вывернули наизнанку и вытряхнули, словно пыльную простыню. Он ещё не успел отойти от падения самолёта и последующих приключений во имя выживания, а тут получил от судьбы очередной болезненный удар.

— Как бы мне с такой жизнью кукухой не полететь… — пробормотал он, шагая прочь от дома, в котором прожил некоторое время.

Глава 6

Для собственного успокоения Александр пытался найти плюсы в своём положении. И один из них был очевиден — он снова был независим ни от кого и свободен в своих действиях. Как ни посмотри, а наличие партнёра накладывает на человека некоторые ограничения. Нельзя жить с девушкой, не считаясь с её мнением.

Взять для примера тот же переезд в другой город или другую страну. Для молодого холостяка это всего лишь дело решения. То есть принял решение уехать, собрался и поехал. С девушкой другое дело. Нужно выяснить её мнение на этот счёт, а если она не согласна, то следует её уговорить. Для этого придётся подобрать весомые аргументы. И не факт, что это не закончиться так же, как у Шульца — скандалом с расставанием.

Второй плюс, лежащий на поверхности, заключался в том, что теперь Алекс не был ограничен выбором страны с немецким языком. Он мог поехать куда угодно. Его «старые» кости жаждали моря, пляжей и солнца, поэтому он хотел оказаться где-нибудь на пляже в тёплом климате.

Да, ему было всего двадцать лет, даже если сложить все вместе прожитые им жизни. Ибо тех жизней хоть и было много, но в каждой он успел прожить считанные дни. При этом он ощущал такой моральный груз на своих плечах, что не каждый старик вынесет. И ему очень хотелось этот груз с себя сбросить. Жизнь с Милоной начала ему помогать. Он стал потихоньку забывать о пережитых ужасах и отходить. Но внезапное расставание с ней сильно по нему ударило, сделав лишь хуже. Поэтому он хотел зализать моральные травмы, словно раненый пёс.

Он взял билет на поезд до Франции.

Во Франции он провёл несколько дней, знакомясь с Парижем как обычный турист.

Затем он направился в Испанию. Барселона задержала его на несколько дней. Сначала он думал, что этот крупный город с древней историей станет лишь его временным пристанищем, но в итоге ему там так понравилось, что он решил задержаться там подольше.

Барселона способна предоставить любому человеку всё, что ему необходимо. Население около полутора миллионов человек говорило о том, что тут можно без проблем найти работу. Вот только единственным требованием являлось знание испанского.

Алекс не мог вечно проедать свои сбережения, которые в поездке таяли куда активней, чем во время размеренной и скромной жизни в Амстердаме. Хотя, были и такие работы, где знание языка необязательно. Но опять же, это низкооплачиваемые должности без официального оформления. Впрочем, временно и они годились.

В итоге он устроился на работу официантом, с которой уже был знаком. На первый взгляд кажется, будто для этого ничего не нужно. Но на самом деле официант должен много знать. Название стаканов и прочей посуды, которые бывают довольно замысловатыми, должен наизусть изучить меню. И это лишь то, что лежит на поверхности. Там ещё много нюансов. Впрочем, официант не шофёр. Первый учится всего неделю, второй минимум пару месяцев. Последним Шульц тоже мог работать.

Первым делом он арендовал маленькую скромную студию. Её с трудом хватало для проживания одного человека, но у неё имелся один неоспоримый плюс — она была дешёвой.

Сначала он устроился официантом в большое кафе. Но зарплата там была маленькой, а чаевые посетители оставляли неохотно и по минимуму. Когда уволился водитель микрофургона, который возил продукты и прочие вещи для кафе, Алекс устроился на его место. Там зарплата была более существенной.

Всё это время он параллельно изучал испанский язык. Его освоение шло семимильными шагами. Этому способствовало активное общение по работе с поставщиками и сотрудниками кафе.

В какой-то момент он осознал, почему уволился прежний водитель. По сравнению с тем, сколько получали шофёры в других местах, его зарплата казалась мизерной. Всё же владелец кафе был очень прижимистым человеком, который экономил как мог. Но эта экономия не затрагивала его личных трат. Сам-то он ездил на Рейндж Ровере и жил на вилле у берега моря.

В октябре, немного изучив местный язык, он сменил работу — устроился снова водителем, но на грузовик. Для этого ему пришлось пройти курсы вождения грузовых автомобилей. Проще всего было устроиться на стройку, что он и сделал. Да и зарплаты там были солидными, и на гастарбайтеров там смотрели сквозь пальцы. И вот он начал водить огромную бетономешалку. Работа тяжёлая, но не настолько, чтобы взвыть. В худшем случае ему приходилось лазить по бочке с бетоном и тягать направляющие для слива. Но и просто управлять грузовиком — задача не из простых. Подобное сильно утомляет.

Если раньше он мог лишь выходить в ноль по расходам, то теперь настал переломный момент. Наконец, у него начало получаться откладывать деньги. После этого он почувствовал себя уверенней и начал ощущать перспективы. Стал даже заглядываться на покупку квартиры. Его оставшихся сбережений хватало на первый взнос, а доходы позволяли не протянуть ноги от размера месячных платежей. Ещё осталось бы отложить на покупку машины, естественно, тоже в кредит. Но тут так все живут. Мало найдётся в Европе людей, на которых не висит кредитов.

Наконец, у него началась обычная жизнь. И он был этому только рад. Почувствовав уверенность в будущем, Алекс влез в ипотеку и в автокредит. Квартиру он купил в новостройке на стадии фундамента с двумя спальнями. Это означало, что там помимо двух спален имеются гостиная и кухня. Идеально с заделом на будущее, если он вдруг женится и заведёт ребёнка. Если купить однушку или вовсе студию, после сменить её на двушку будет сложнее, чем сразу её купить. Да, платёж больнее бьёт по карману, но он мог себе это позволить. Строить дома будут всегда, так что пока у него есть руки и ноги, а здоровье позволяет, без работы он не останется.

Вначале ему сложно было откликаться на новое имя. Но он же не мог всем представляться Алексом, когда по документам был Томасом. Палево ещё то. Вдруг кто-то задумается над этим и решит копнуть глубже? Но вскоре он привык откликаться на Тома и к подколкам насчёт своей фамилии, которая была созвучна с героем звёздных саг Дартом Вейдером. Коллеги звали его то ситхом, то тёмным лордом, а он лишь отшучивался в ответ, не воспринимая такие подколки всерьёз.

Вскоре он начал отходить от первоначального запала. Испанским на должном уровне овладел, с работой всё наладилось, оставалось лишь ждать сдачи квартиры через год. У него появилось свободное время, которое он направил на знакомство с историей нового мира.

Исторические ветки в двух мирах разошлись примерно двадцать пять лет назад, когда в СССР к власти вместо Горбачёва пришёл молодой и активный политик Жирновский Вольф Васильевич. С середины восьмидесятых он многое сделал для укрепления своей страны.

В первую очередь, Жирновский прекратил бессмысленную войну в Афганистане, которая пожирала космические бюджеты и перемалывала советских граждан.

Затем страну начали раскачивать, будто на качелях. И тут Вольф Васильевич твёрдой рукой начал наводить порядок. В Сибирь отправлялись эшелоны с проворовавшимися членами партии, включая Центральный комитет. Особенно яростно вычищались верхушки республик, в которых всё прогнило насквозь. Там царили поголовное кумовство и воровство. Лидеры республик относились к своим областям, словно князья к своим личным вотчинам. Многие из них даже втайне готовили переворот с целью отделения в отдельную страну. Особенно в этом преуспели прибалтийские регионы, восточная окраина страны, азиатские и кавказские ССР. Выяснилось, что там активно мутили воду иностранные спецслужбы, особенно ЦРУ.

В итоге активной работы КГБ и контрразведки СССР, был обнаружен план ЦРУ и европейских разведок по развалу Советского Союза. Если бы он осуществился, как и было задумано, то всё случилось бы точно так же, как и в родном мире Шульца. То есть к девяностому году огромная русская империя развалилась бы карточным домиком и стала бы сырьевым придатком Европы.

Жирновскому удалось совершить чудо, никак иначе титаническую работу этого лидера Шульц не мог воспринимать. Огромная страна не только уцелела, но и укрепилась. Были учтены системные ошибки плановой социалистической экономики, позаимствован опыт Китайской Народной Республики, и в итоге железный занавес начал ослабевать. Капиталистические системы встраивались в социалистические. Сначала со скрипом, потом всё лучше и лучше.

В СССР начал набирать силу частный бизнес, который до этого был под запретом. Всё шло практически так же, как и в Китае. Сначала открылись свободные экономические зоны с иностранным капиталом. Потом их становилось больше. Затем и вся страна стала более открытой, а русские люди почуяли запах свободы. Наконец, им стало можно спокойно вылетать за границу.

В первый момент, почуявшие свободу, хлынули в иммиграцию всяческие интеллигенты, которые считали, что их душат родные власти. Вот только если в СССР они занимали уважаемые должности профессоров, врачей и прочих, то на Западе их ждала работа дворниками, официантами и прочими халдеями. В общем, как и любых иммигрантов, за редким исключением. Можно сказать, что таким образом советы стравили через этот клапан напряжение, сплавив за границу недовольных режимом граждан.

В родном мире Шульца Россия многое потеряла после развала. Она едва не стала страной третьего мира, и лишь к двухтысячному году начала вставать на ноги. Но к этому времени большая часть заводов были разграблены и уничтожены. Так что от былого величия Советского Союза осталось лишь немногое. Но даже этого хватало, чтобы Запад опасался этой страны и начинал потихоньку и планомерно готовить очаги напряжения.

Первой ласточкой стала Югославия. Казалось бы, страна находилась на территории Европы, но уж больно тесно она сотрудничала с СССР. Стоило империи пасть, как через некоторое время Югославию растерзали европейские хищники. В результате чего она разделилась на несколько мелких и нищих стран. Тут же Югославия уцелела, как и СССР.

Из-за того, что история изменилась настолько кардинальным образом, вся политическая карта оказалась сильно искажена. Точнее, для местных-то с ней всё в полном порядке, но для пришельца из параллельного мира некоторые моменты казались не такими. Там, где в его мире были свергнуты режимы и разрушены экономики некоторых стран, тут всё было иначе. При поддержке Советов некоторые страны прекрасно себя чувствовали и развивались.

Тот же Иран создал своё ядерное оружие, чего в его мире западная коалиция не допустила. Или взять, к примеру, злополучную Эритрею. Они летели туда с миротворческой миссией. Тут же об этом даже не шло речи, потому что Советскому Союзу было выгодно сложившееся положение. Чем больше Европа терпела убытков из-за напряжённого положения в Ормузском проливе, тем охотней и дороже покупала русскую нефть.

Американцы пытались разинуть пасть по этому поводу, но Жирновский их недвусмысленно затыкал намёком на возможное использование ядерного оружия. Штаты даже прислали в Ормузский пролив несколько авианосцев, но внезапно один из них утонул от попадания ракеты, выпущенной Ираном… Советской ракеты! А СССР заявили, что они ни при чём. Хотя любому знакомому с темой понятно, что очень даже причём. Ракеты из новейших комплексов сами собой не летают, их должны запустить специально обученные военные инженеры по координатам, которые могут предоставить лишь разведки передовых стран, таких как СССР, США и КНР.

После этого на Иран полетели ракеты из Израиля… И тут США открыто заявили, что они это поддерживают. Мол, это их право атаковать Иран за вероломное нападение на их авианосец. В ответ Иран принялся отправлять свои (советские) ракеты по центрам принятия решений в Израиле и разносить военные базы США и их нефтяные компании по всей территории Ближнего Востока. И эти удары были настолько точными, что опять же любой понимал, что без участия Советов тут не обошлось. После этого американцам пришлось свалить, поджав хвост. А Израиль отхватил таких люлей, что ещё долго будет приходить в себя. Новое правительство, которое пришло на смену уничтоженного ракетными взрывами, опасалось лезть в очередное противостояние с арабами.

Чего-то подобного в родном мире Шульца даже представить было сложно, а тут всё это было реальностью. Там у русских на такую конфронтацию не хватило бы яиц и ресурсов. Они там едва начали отходить от развала империи, какая активная закулисная помощь Ирану в борьбе с американцами и их союзниками? Им бы самим не откинуть копыта.

Зная всё это, Александр пересмотрел свои взгляды на то, что с ним случилось до этого, когда он обратился в представительство НАТО и в немецкое посольство. НАТО тут не имело такой же силы, как в его родном мире. Вернее, силы у него были почти теми же, вот только их очень серьёзно сдерживал второй мировой гегемон — Советский Союз. Самолёт НАТО над Эритреей на этом фоне казался жёсткой провокацией для обострения международного конфликта и более активных действий «пиратов» в Ормузском проливе.

Ох уж эти неуловимые пираты, оснащённые по последнему слову техники и с лучшей боевой экипировкой, со специально обученными боевыми подводными пловцами со специальным подводным оружием, и что характерно, всё советского производства… И что удивительно, эти пираты, как правило, обладают настолько поразительными секретными сведениями, что их могут предоставить лишь лучшие мировые разведки: ЦРУ, КГБ, Моссад, Ми-6… Читаешь о таком, и думаешь: какие же крутые эритрейские и сомалийские пираты, что способны на то, чтобы «похитить» советское оружие для подводного спецназа и раздобыть разведданные на уровне мировых спецслужб.

Ближе познакомившись с этим миром, Алекс потерял интерес к его истории. Ну да, она расходится на четверть века с его родным миром. И что с того? По сути, это такая же планета Земля с небольшими отличиями, по крайней мере, для западных жителей. В Восточной Европе всё иначе, поскольку её жители не испытывали потрясений девяностых. Там люди более сытые, чем в мире Шульца. Население СССР больше, чем во всём постсоветском пространстве иного мира, ведь там люди не опасались рожать детей во время кризиса, которого чудом удалось избежать.

Более того, Советский Союз казался привлекательным для некоторых учёных и инженеров, поскольку русские таким специалистам предлагали заманчивые условия: предоставление в пожизненное пользование жилья, одни из лучших в мире и главное — бесплатные медицина и образование от уровня детского сада, вплоть до высших учебных заведений.

В капиталистических странах большая часть проблем граждан крутиться вокруг покупки жилья и оплаты медицинских расходов с обучением. Родители платят за детей от детского сада и школы, до колледжа или университета. Хотя в большинстве случаев только до выпуска из школы. Потом молодые люди вынуждены влезать в кабальные кредиты на образование, за которые расплачиваются годами после окончания учёбы. А там добавляется ипотека, как правило, это пожизненная кабала, которая завершается ближе к пенсии. А там уже организм выработал ресурс, и люди начинают работать на оплату медицинских счетов.

Когда все эти траты исключаются из жизни, кажется, что окружение начинает восприниматься иными более яркими красками. Кому бы ни хотелось в молодом возрасте получить в пожизненное пользование квартиру? А о бесплатной медицине и образовании многие могут лишь мечтать, словно о чём-то из фантастических рассказов. Конечно, и на Западе можно найти бесплатные школы. Вот только там либо уровень образования крайне низкий, либо из детей пытаются вылепить верующих фанатиков, поскольку такие школы находятся под патронажем крупных религий: католические школы, протестантские и так далее.

Глава 7

Александр был всё ещё молод. Как и любой молодой человек, он жаждал отношений с противоположным полом. После Милоны он успел отойти, да и график у него слегка разгрузился. Вот он и решил всерьёз взяться за поиски девушки.

Не став выдумывать альтернативных путей, он пошёл по проверенному другими людьми пути свиданий вслепую. Для этих целей в Барселоне существует специализированная кафешка, вход в которую стоит денег, но сумма небольшая и по карману не бьёт.

В кафе есть две схемы: карусель и нужный день.

Карусель проводиться каждые выходные. Посетители меняются столиками каждые пятнадцать минут до тех пор, пока не найдут подходящего партнёра. Обычно это приводит к тому, что за день насмотришься на пять-шесть девушек и женщин разных возрастов, как правило на разведёнок за тридцать-сорок лет, после чего в плохом настроении уйдёшь домой. Об этом Алекса сразу просветил бармен.

Нужный день — это когда вечером примерно в после рабочее время в баре собираются люди примерного одного возраста. Понедельник-вторник — день молодёжи от восемнадцати до тридцати. Среда-четверг — люди от двадцати семи до сорока лет. В пятницу приходят посетители всех возрастов. Ну, а в выходные проводятся карусели.

Для начала Алекс решил прийти в это кафе в понедельник. На дворе был сентябрь две тысячи первого года, на улице стояла тёплая погода. После работы он не успевал заехать домой, поэтому принял душ на работе после того, как пригнал бетономешалку на автостанцию. У них довольно неплохое предприятие, в котором рабочим предоставляли личные шкафчики и душевые. Правда, в шкафчиках не стоило хранить ничего ценного — уведут запросто, и концов потом не сыщешь.

Стоило ему занять свободный столик, как к нему тут же подсела брюнетка с крючковатым носом, высокомерным и строгим видом. На ней был строгий серый брючный костюм с белой блузкой под пиджаком, словно она белый воротничок. На вид ей можно было дать от двадцати трёх до двадцати семи, но Александра это не смутило. Он вежливо улыбнулся ей.

— Том.

— Меня зовут Мартина. Я работаю менеджером в крупной компании. А ты чем занимаешься? Сколько зарабатываешь?

— Вот так вот сходу? — Алекс был поражён тем, насколько быстро она свела тему к его работе и доходам. Это выходило за все моральные нормы. Казалось, будто от собеседницы веяло материалистическими наклонностями.

— Не люблю ходить вокруг да около, — продолжила Мартина, смотря на парня с превосходством. От её взгляда хотелось поскорее встать и свалить подальше.

— Я водитель бетономешалки, — честно признался Шульц.

— Фи! — новая знакомая окатила его презрением. — Всего лишь? Какие у тебя перспективы? У тебя есть высшее образование?

— Нет образования, — он уже откровенно усмехнулся. — Мне некогда учиться — нужно зарабатывать деньги.

— Бесполезный мужчина! — резко констатировала она, после чего быстро поднялась из-за стола и удалилась.

Алекс тут же выдохнул с облегчением, подумав о том, что лучше одному, чем в плохой компании. И всё же ему стало обидно из-за того, что его обозвали бесполезным и окатили презрением. От былого хорошего настроения ничего не осталось.

Через некоторое время к нему подсела другая посетительница. Ей было лет двадцать пять. Кудрявые чёрные волосы, которые в большинстве встречаются у испанок, слегка смуглая кожа и полная довольно пышная фигура. Но последнее не отпугнуло молодого человека. Он собрался с силами и постарался выдавить из себя улыбку.

— Я Том.

— Мария Хосе Гарсия, — с очаровательной улыбкой ответила она. — И я начинающая предпринимательница. А ты чем занимаешься, Том?

«Опять⁈ — удивился он. — Почему этих девушек в первую очередь интересует моя работа, а не я сам как личность? Они что, собираются жить с моей работой, а не со мной?»

— Я водитель бетономешалки, — повторял он это второй раз за день уже без какого-либо энтузиазма, не ожидая ничего хорошего.

— Ха! — усмехнулась Мария Хосе. — Водитель? Забавно. На меня работают два водителя. Пока ты будешь работать на дядю, я сама себе хозяйка.

— Рад за тебя, — совершенно без энтузиазма ответил он. Настроение у него рухнуло ниже плинтуса. Второй раз за день девушка вытирала об него ноги, отчего внутри у него поднималась злость.

— Мне нравится это место, — продолжила она. — Тут чувствуется свобода. Люди приходят сюда в поисках таких же свободных партнёров.

— Угу, — безучастно издал хоть какой-то звук Шульц, думая о том, как поскорее избавиться от этой девицы.

— Работая на дядю, ты считаешь это важным, — продолжала она слегка высокомерным и насмешливым тоном. — На деле же это бесполезное трепыхание. Ты всего лишь винтик в его бизнесе, который запросто выбросят и заменят новым.

— Допустим. И что ты предлагаешь? Всем податься в бизнес? В таком случае кто будет работать на предпринимателей? Ты же сама первой останешься без работников.

— Мир несовершенен, — она смотрела на парня свысока. — Люди неравны. Кто-то лучше, кто-то простой работяга. Тебе сколько лет?

— Двадцать.

— Ты такой молодой, но ты проиграл эту жизнь в тот самый момент, когда вместо учёбы выбрал работу, — Мария Хосе словно специально пыталась надавить на собеседника побольней. — Почему ты не стал учиться в университете?

— Я сирота, — криво ухмыльнулся он, стараясь сдержаться, чтобы не послать эту дамочку к чёрту. — Мои опекуны из фостер-семьи ни за что бы не стали оплачивать учёбу «своих» детей. Государство же готово платить только за самых умных. Вот только для хорошей учёбы нужно, чтобы родители вкладывались в своих детей и заставляли их учиться.

— Ха! — вырвался у Марии Хосе высокомерный смешок. — Ты ещё и сирота. Ты проиграл уже на старте. В этой жизни ты точно ничего не добьёшься. Мне такие мужчины неинтересны.

Она встала и ушла, а Шульц лишь с облегчением выдохнул.

— Фух! Иди с богом, но иди! — на немецком напутствовал он её распространённой пословицей.

На сегодня ему хватило свиданий. Он отправился домой, по пути купил пива и острых крылышек, после чего провёл приятный вечер перед телевизором.

Следующим вечером после работы он снова отправился в то же самое кафе. Перед входом в него он скрестил пальцы, понадеявшись на удачу. В то же время внутренне он был напряжён. Предыдущий опыт знакомства на быстрых свиданиях вслепую оказался не лучшим.

Вскоре он подсел за столик к молодой худой девушке лет двадцати трёх. Густые каштановые волосы у неё были забраны в хвост, а на лице у неё были солнцезащитные очки авиаторы. Алексу показалось странным, что она в помещении сидела в очках, но он решил проигнорировать эту странность.

— Привет, я Том.

— Хи-хи, я Вега, — её голос был настолько сахарным, что казалось, будто мог вызвать диабет. — А ты симпатичный.

— Спасибо, ты тоже красивая, — мысленно он был рад тому, что хоть кто-то сходу не начал интересоваться его материальным положением.

— У тебя крепкие руки, Том, — улыбалась Вега. — Занимаешься спортом?

— Не больше обычной зарядки. Просто поддерживаю себя в хорошей форме. Чем ты увлекаешься?

— Мне нравится ходить в музеи, на пляжи и в кафе, — её мягкая улыбка притягивала взгляд. — Я родом из горной деревушки. Барселона по сравнению с ней кажется такой большой. Тут много всего интересного. А ты откуда, Том? У тебя ярко выраженный жёсткий акцент.

— Я из Нидерландов, воспитывался в немецкой семье, — он не мог говорить правду, поэтому смешивал её с ложью.

— Это так интересно, Том, — её тон был настолько приторным, что его можно было бы добавлять в варенье вместо сахара. — Кстати, если захочешь со мной переспать, имей в виду, что я эскортница, и это будет за деньги.

— Чего⁈ — опешил Шульц. Он застыл и уставился на собеседницу круглыми глазами, в которых читался шок.

— Эскортница, Том, — она чуть ли не рассмеялась от его вида, который показался ей забавным. — Тебе, как молодому красавчику, я сделаю скидку — всего сотня евро в час. Обычно я беру сто двадцать пять евро.

— Ты охренела⁈ — выпалил ошарашенный Алекс. — Сотня евро? Да шлюхи в борделе берут сорок пять евро в час! А на улице можно снять девушку за тридцатку, а то и дешевле.

— Эй! — возмутилась она. — Не сравнивай меня с этими шлюхами. Я элитная эскортница. Разве ты не видишь, насколько я красивая? Если нет денег — так и скажи.

— Да даже если бы были деньги, я бы не стал их отдавать за шлюху! — выдал чистую правду Александр. — Я пришёл сюда в поисках долгосрочных отношений, а не за трахом за бабки. Если бы я хотел секса за деньги, то пошёл бы в бордель или на улицу красных фонарей.

— Фи, противный, — она потеряла к парню всяческий интерес.

Он встал и в расстроенных чувствах покинул кафе. На сегодня у него больше не осталось ни сил, ни желания заводить новые знакомства. Его мир был разбит вдребезги. Кто бы знал, что шлюхи ищут клиентов столь экзотическим методом. А ведь вначале она даже казалась нормальной девушкой. Вот так проморгаешь сигнал, и твоя девушка окажется проституткой, а ты знать об этом не будешь. С этой дамочкой хотя бы всё сразу прояснилось. Алекс сделал себе мысленную пометку на будущее быть более внимательным в отношении выбора партнёрши.

Прошла неделя, и снова наступил понедельник. На улице шёл дождь и температура существенно упала. Алекс накинул ветровку и натянул на голову капюшон. Когда же он зашёл в кафе быстрых свиданий, то поспешно стянул мокрую куртку. Последнюю он повесил на плечики стула, разместившись за свободным столиком. Видимо, из-за погоды внутри было мало посетителей, хотя как раз сейчас то самое время, когда молодые люди приходят на свидания после работы. Да и те, кто находились внутри, оказались ещё двумя парнями, и ни одной девушки.

Шульц решил, что этот поход был бессмысленным. Он уже начал строить планы, как лучше обернуть этот вечер. Его манил паб с собственной пивоварней, расположенный в пяти минутах ходьбы отсюда. Вот только льющийся на улице дождь его останавливал от похода туда. Тогда он решил остановиться на альтернативном варианте — заказал пива тут.

Не успел он опустошить бокал пенного наполовину, как посетителей в кафе прибавилось. За его столик села худая, высокая и красивая брюнетка с очаровательной улыбкой. На ней было длинное платье в сочетании с туфлями на высоких каблуках.

— Пьёшь пиво после работы? — с улыбкой поинтересовалась она.

— Почему бы и нет? — пожал он плечами. После стольких неудачных знакомств он ничего хорошего от этой встречи не ожидал. — А ты что предпочитаешь?

Вместо ответа она поманила официанта, озвучив ему заказ:

— Кувшин лимонада и бутылку бурбона.

— К-хм! — был удивлён её выбору Шульц. — А не много ли будет бутылки? Я бурбон не пью.

— Ничего страшного, это я для себя, — улыбнулась она. — Я Мария. А ты?

— Прости, забыл представиться. Я Том.

— У тебя странный акцент, Том.

В этот момент официант оперативно доставил им напитки, отчего беседа прервалась. Девушка тут же наполнила рокс бурбоном и стакан лимонадом. Затем она выпила залпом половину бокала алкогольного напитка, запив его лимонадом.

— Я из Нидерландов, сирота, живший в немецкой семье, — повторил он свою легенду. При виде того, как собеседница хлестала бухло, у него едва нервно не задёргалось правое веко. Конечно же, он уже наблюдал подобное, но то были крепкие военные, а не стройная симпатичная девушка.

— Ох! Ты сирота… — с совершенно ненужным сочувствием протянула она. — Бывает. Будешь бурбон? — потянулась она к бутылке.

— Нет, спасибо, мне больше нравится пиво, — продемонстрировал он свой наполовину пустой бокал с янтарной жидкостью.

— Как хочешь, — она снова наполовину наполнила рокс и обновила лимонад в стакане, после чего повторила процедуру употребления спиртного с запиванием.

— Эй, может, тебе закусывать? — нахмурился Алекс. Его передёргивало от такого яростного употребления спиртного. За пару минут девушка напротив него выхлестала двести миллилитров бурбона без закуски. — Ты бы придержала коней. Никто у тебя бутылку не отнимет.

— Ничего страшного, — покачала она головой из стороны в сторону. — Эта жизнь такая, а не я.

— Почему это жизнь такая? — вопросительно приподнял брови Шульц.

— Они уволили меня! — тяжело вздохнула она. — Это случилось пару недель назад. Я нормально выполняла свои обязанности. Подумаешь, слегка выпила. Разве это повод меня увольнять?

— Ну, вообще-то да, — прокомментировал Шульц. — Если бы я выпил на работе, меня бы не просто уволили, а ещё лишили бы водительского удостоверения и отправили бы на исправительные работы.

— А ты кем работаешь? — поинтересовалась девушка.

— Водителем грузовика.

— Ах, водителем… — протянула она без тени разочарования, как констатацию факта. — Так за рулём пить нельзя. А я же работала логистом на складе. Что случится от того, что я в хорошем настроении? Логистическая цепочка разоврётся или документы испаряться? Никому от этого не было плохо. Слепые уроды!

Она в расстроенных чувствах снова наполовину наполнила рокс и быстро опустошила его под изумлённым взором округлившихся глаз Александра.

— Ты уже выпила больше половины бутылки, — нахмурился он. — Не прошло и десяти минут с начала нашей встречи. Тебе не кажется, что это как-то слишком?

— Нет-нет, всё нормально, — отмахнулась она, слегка покачнувшись. На её губах расплылась пошлая улыбка. — Я тебе нравлюсь? Можешь делать со мной всё что хочешь, красавчик. Вам же, мужчинам, такое нравится.

— О чём ты? — он нахмурился ещё сильнее.

— Ну, ты же понимаешь, — подмигнула Мария. — Секс с раскрепощённой красавицей.

— В таком состоянии? — вздёрнул он правую бровь. — Ты же пьяна.

— Ой, подумаешь, слегка выпила, — пьяно заплетался у неё язык. — Зато я вся в твоём полном распоряжении. Ну что, поедем к тебе?

— Почему не к тебе?

— Со мной живут две соседки, — закатила она глаза. — Эти монашки всегда ворчат, если я привожу домой парней.

Хотя Александру и хотелось насладиться процессом делания новых людей, но его отвращала мысль о том, что придётся тыкать членом в бревно. А всё шло к тому, что именно в такое бревно вскоре превратится его новая знакомая, ведь она и не думала останавливаться — продолжила подливать себе бурбон.

После четвёртой порции её глаза собрались в кучку и язык начал заплетаться сильнее.

— Это отвратительно! — продолжала она. — Я на час раньше всех приходила в офис, мыла кофеварку и протирала свой стол. Вела себя примерно и полностью выполняла свою работу. Подумаешь, выпивала стаканчик бурбона перед началом работы… И в обед… Разве это кому-то мешало? А они взяли, и уволили меня! Даже выходное пособие зажали, гады!

— Эм… И ты так делала каждый день?

— Ну да, а что такого? — невозмутимо ответила Мария. — Это всего лишь бурбон. Не делай из этого проблему. Хотя, тебе сложнее, ведь ты шофёр. Но ничего. Можно же выпивать вечерами.

— Нет, нельзя, — он тут же покачал головой из стороны в сторону. — Мария, вообще-то, наутро остаётся перегар, за который тоже лишают водительского удостоверения. И вообще, я не люблю бухать. Иногда выпить пива — это нормально. У нас дома такое считалось обыденным. Но пристраститься к крепким напиткам и употреблять их в рабочее время — ни разу не нормально. Вообще-то, это алкоголизм. Тебе нужно обратиться в клинику для лечения от зависимости.

— Ой, Томми, не будь ханжой! — закатила она глаза на его отповедь, после чего вылила в рокс остатки бурбона. — За наше знакомство!

В следующий миг она опустошила посуду, а её глазки собрались в кучку. Она покачивалась настолько сильно, что казалось, будто тут же рухнет на пол. Её речь стала бессвязной и едва понятной.

Алекс посмотрел на своё пиво, которого оставалась ещё четверть. И удивился тому, что за то время, пока он опустошил такое количество своего напитка, девушка умудрилась вылакать целую бутылку бурбона.

— Ты меня презираешь? Да? — мутным взглядом пялилась она на парня. — Знаю, что презираешь… Эх! Наконец, я встретила нормального мужика, который сразу не тащит меня к себе в кровать, а ты смотришь на меня с презрением. Ну да, я знаю, что так пить ненормально. И что с того? Я всегда так делаю ещё со старшей школы. Может быть, у меня плохая семья? Отец алкоголик и игроман, постоянно избивающий нас с матерью. И вообще, пошло всё под хвост Сатане! Имею право пить. Да! Имею право! И не смей смотреть на меня с осуждением. Лучше отвези меня к себе и утешь…

Дальше разговоров не было, поскольку девушка упала лицом в стол.

Александр смотрел на неё с глубокой задумчивостью, не зная, как быть. Своего адреса она не назвала, а тащить к себе это пьяное тело ему было противно. К тому же, дамочка не заплатила за свой заказ.

В итоге он тяжело вздохнул, расплатился с официантом, допил своё пиво и вызвал такси до ближайшей дешёвой гостиницы.

В мотеле он снял недорогой номер, после чего под многозначительными и «понимающими» взглядами портье затащил туда бессознательное женское тело. Вот только дальше развитие было не таким, как в некоторых фильмах для взрослых. Ему противно было от мысли о том, чтобы воспользоваться беспомощной девушкой. Да и вообще, заниматься любовью с неподвижным телом ему казалось чем-то близким к некрофилии. Об одной мысли об этом ему становилось дурно.

Оставив девушку в кровати, он покинул номер и отправился к себе домой. Настроение у него было ниже нуля. Денег за этот день он потратил прилично, а вместо удовольствия или хотя какой-то пользы получил в награду лишь нервотрёпку.

— К чёрту эти свидания вслепую! — решил он в этот момент. — Такое чувство, что на них ходят одни звезданутые бабы!

Глава 8

После серии неудачных свиданий Александр думал о том, стоит ли вообще искать себе девушку? Организм говорил однозначное — да. А вот разум шептал иное: «Оно тебе надо? От девушек одни проблемы, вспомни все свои недавние отношения». И он вспоминал, после чего приходил к неутешительному выводу, что одному проще.

На работе появились новые водители — пара темнокожих парней, которые часто болтали друг с другом на своём языке и почти не знали испанского. Это пробудило у Шульца воспоминания о его желании изучать фарси и тигринья.

Найти в Испании курсы по обучению этим языкам оказалось непросто. Но некоторая настойчивость позволила парню найти частного репетитора. Ею оказалась девушка по имени Лейла, беженка с Дальнего Востока, которая хотела заработать денег не как многие беженки — раздвигая рогатку за деньги, а обычным трудом.

Репетитор была молодой и красивой, но её красота отличалась от европейских стандартов. Округлое лицо, выразительные чёрные глаза, густые тёмно-каштановые волосы, которые постоянно прикрывал платок. Одевалась она скромно в закрытые вещи: в основном это было сочетание платья и брюк.

Нет-нет, да Алекс засматривался на неё не как на учителя, а как на девушку. Поскольку они занимались с глазу на глаз, никто не мешал им отступать от темы обучения и заводить личные разговоры. Слово за слово, и вскоре перед парнем предстала вся её подноготная.

Ей двадцать три года — всего на пару лет старше него, а если следовать его легенде, то ровестница. Она дочь богатого иранского бизнесмена, который отправил её на учёбу в Европу, в Барселону. Вот только после обучения, почувствовав вкус свободы и отсутствие ограничения прав женщин, ей совсем не захотелось возвращаться обратно в Иран. Отец приказал ей вернуться, чтобы выдать её замуж за своего делового партнёра четвёртой женой. Его партнёру за сорок лет, ближе к пятидесяти. По меркам молодой девушки — старик. Тем более, она не хотела становиться второй-третьей или десятой женой. Ей хотелось быть единственной и любимой. В этом их с Алексом желания совпадали. В смысле, ему достаточно было бы одной супруги.

Разговоры о личном незаметно переросли во встречи за чашечкой кофе в кафе, в прогулки по парку, походы в кино и… В какой-то момент они оба оказались в одной постели. А там так же незаметно в ванной у парня начали прибавляться пузырьки с разнообразными женскими средствами для ухода и вторая зубная щётка. И как-то так вышло, что они стали жить вместе в его квартире.

В общем, Лейла из платного репетитора превратилась в бесплатную учительницу фарси. Алекс не дурак отказываться от столь очаровательной и чистой красавицы. Он оказался у неё первым мужчиной, что немного подогревало его чувство собственной важности.

Время полетело с невообразимой скоростью. Вскоре сдали дом, в котором парень купил квартиру. Благо, что он сразу заплатил за ремонт от застройщика, поэтому не пришлось ждать и переживать кошмарный момент в жизни, под названием ремонт. Они с Лейлой сразу смогли въехать в свою квартиру. После этого им стало полегче в финансовом плане, поскольку с них спала нагрузка по оплате аренды, хотя ипотечные платежи и остались.

С тех пор, как Лейла начала жить с Алексом, она перестала работать. В её сознании женщина должна сидеть дома и заниматься хозяйством, а мужчина зарабатывать деньги. Непопулярная точка зрения на Западе, но Шульцу она нравилась. И всё же в одного тянуть семью из двух человек ему было непросто. Пока он жил холостяком, денег ему хватало, ещё и откладывать получалось. Теперь же их стало хватать впритык. А что будет дальше, когда у них появятся дети?

Он задумался о смене деятельности. Управляя грузовиком, он не станет зарабатывать больше. Нужно было найти работу, на которой возможен карьерный рост. Вот только белым воротничком можно устроиться лишь с высшим образованием.

Александр считал, что ему поздно получать образование. Точнее, по возрасту он вполне подходил на роль студента, вот только за чей счёт банкет? Ему нужно содержать семью. Он не может позволить примерить на себя роль студента. Но у него было желание устроиться в этой жизни лучше. И если для этого нужна была какая-то бумажка, то не проще ли её купить так же, как он до этого приобрёл документы на другую личность? Тем более, диплом необязательно должен быть настоящим.

В итоге он вышел на нужных людей и за недорого приобрёл фальшивый диплом, даже парочку, поскольку ему сделали скидку при покупке двух и больше документов.

Вооружившись подвешенным языком, желанием получать больше денег и красивым дипломом, он принялся рассылать резюме и ходить по собеседованиям. Вначале ему постоянно отказывали, пока он не нащупал правильный алгоритм ответа на вопросы на собеседовании. Всего через месяц он уже сменил работу с водителя бетономешалки на сотрудника в отделе продаж торговой компании. В зарплате он ничуть не потерял, зато перед ним открылись заманчивые перспективы карьерного роста.

Время полетело ещё быстрее. Работа и семейная жизнь засосали Шульца с головой и закружили в безумном хороводе.

Вскоре Лейла обрадовала парня новостью о своей беременности. От радости он чуть ли не прыгал.

Алекс сделал ей предложение руки и сердца, после чего они зарегистрировали брак без помпы и пышного празднования. Всё скучно и буднично, но всё равно оба сияли от радости.

На неделю Шульц взял на работе отпуск, и отправился с новоиспечённой супругой в свадебное путешествие по стране.

По возвращению в Барселону он с новыми силами взялся за работу, стараясь получить повышение и соответствующую прибавку к зарплате. И его старания не остались без внимания руководства. Через некоторое время он получил желаемое повышение, став небольшим начальником над такими же продажниками, которым сам недавно являлся. Но это была всего лишь первая ступенька в его карьере. Он жаждал большего — хотел стать самым главным боссом, получая максимально возможные деньги.

Вот только он не один такой. Многие молодые и амбициозные люди жаждали повышения. Из-за этого в рабочем коллективе происходили целые битвы и плелись закулисные интриги. Подлизывание к одним и противостояние с другими, подставы и перекладывание ответственности. Всё это больше напоминало выживание в клубке змей. Гадюшник, в котором тебе улыбались в лицо и говорили одно, а за спиной точили нож, чтобы поглубже воткнуть его тебе в спину.

Познавая нюансы борьбы в этом змеином клубке, Алекс отчаянно боролся. Ведь ему не только нужно было удержаться за место, на которое целились такие же амбициозные парни с низов, но и хотелось получить повышение, чтобы дать своей семье лучшую жизнь.

В две тысячи втором году у них с Лейлой родился мальчик. В том же году Александр получил второе повышение до руководителя, который раньше стоял над ним. Для получения этой должности Шульцу пришлось устроить подставу боссу и провернуть целую схему с пропажей части товара. Это больше напоминало спецоперацию. Так он ещё и сам присвоил себе этот товар, после чего толкнул налево по выстроенным на начальном уровне каналам. Если бы кто-нибудь об этом узнал, то с должности слетел бы он, а не босс, кресло которого он занял.

За новую должность удержаться было в разы сложнее. Семья-работа-семья — эта карусель кружила его. Он с радостью занимался воспитанием своего сына и с нежностью заботился о жене, но дома он появлялся поздно вечером весь морально выжатый, словно старая губка. Битва за должность на работе выжимала из него все соки.

Вырученные с продажи краденого товара деньги стали фундаментом в покупке семейного автомобиля, естественно, в кредит. Не настолько много он увёл товаров, чтобы заплатить за тачку сразу всю сумму. Машина им была нужна, поскольку ребёнка нужно водить по врачам, потом начнётся садик, школа. Поэтому, как только малец слегка подрос и перестал нуждаться в грудном питании, Лейла отправилась в автошколу.

С рождением ребёнка жить стало нескучно. О путешествиях пришлось позабыть. Да и чтобы найти на них время, пришлось бы, в том числе, забыть о карьере. В столь конкурентной и токсичной среде, в которой полз наверх Шульц, стоит лишь немного ослабить бдительность, к примеру, отправиться в отпуск, как на твою должность набросятся акулы. Потом выйдешь из отпуска, а ты либо вообще больше не работаешь в компании, либо тебя переводят на низовую должность. Поэтому он вообще отпусков не брал и работал сверхурочно. Через какое-то время это начало приводить к скандалам с супругой, которая хотела чаще видеть мужа и получать от него хоть какую-то видимую поддержку, а не одни лишь деньги.

Ещё через три года у них родился ещё один мальчик.

Шульц всё так же работал как проклятый без отпусков и с переработками, выгрызая себе место заместителя регионального менеджера, фактически замдиректора. И его рвение не осталось без внимания — вскоре его повысили. Для этого ему пришлось подставить прежнего замдиректора в тот момент, когда тот расслабился — как раз во время, когда тот взял отпуск и уехал отдыхать с семьёй. Последствия подставы свалились на того после отпуска, после чего должность стала вакантной.

На новом месте зарплата была намного выше, но и работы ничуть не меньше. Чтобы удержаться за него, об отпуске и щадящем графике можно было забыть. Но… Шульц влез в новую ипотеку и связался с переездом. Их семья разрослась, теперь их стало четверо, и им требовалась квартира побольше. В итоге хата на две спальни поменялась на жилище с тремя спальнями. Но за это время цены на жильё выросли, поэтому покупка вышла болезненной даже для кошелька замдиректора.

В две тысячи девятом году случилось сразу два события. Сначала у семьи Вейдер родился третий ребёнок — девочка. Потом грянул мировой кризис, который серьёзно ударил по Испании. Компанию, в которой работал Шульц, изрядно штормило. Началась волна сокращений, под которую попал Александр.

Он начал искать работу соответствующую его компетенции, но увольнений в это время было настолько много, что на улице оказались целые толпы финансистов, бухгалтеров, менеджеров как среднего, так и высшего звена. Компании в основном не искали руководителей, а избавлялись от них. Поэтому найти что-то приемлемое казалось невозможным.

Шульцу пришлось срочно устраиваться на первую попавшуюся работу, чтобы прокормить семью. Он снова пошёл работать водителем на стройку. От этого он испытал экзистенциальный кризис. Ему в голову приходили мысли о том, что все эти годы были прожиты зря. Он рвал задницу, перерабатывал, гробил желудок, питаясь едой на вынос и нерегулярно, отказывался от отпусков. И всё ради чего? Ради того, чтобы снова вернуться за баранку грузовика? Разве оно того стоило?

Впрочем, в новой-старой работе можно было найти и плюсы. Тут имелся фиксированный график. Отработал смену — загоняешь машину на базу и едешь домой. Минусы тоже присутствовали. На семью из пяти человек его зарплаты не хватало. Вначале спасали сбережения из прежней лучшей жизни, но они быстро таяли и подходили к концу. Чтобы спасти ситуацию, Алекс после работы начал таксовать на своём автомобиле через приложение «Хубер».

Работая таксистом вечерами и по выходным, он начал выправлять семейный бюджет. В какой-то момент он заметил, что такси приносит больше, чем вождение грузовика. Поэтому он уволился с работы и перешёл исключительно на частный извоз. Денег их семье стало хватать, но впритык. Откладывать что-то существенное не получалось. Так что ни о каком отпуске не могло идти речи.

Так неспешно, но совершенно незаметно пролетели пять лет. Шульц всё это время работал таксистом, но его автомобиль был к этому моменту сильно изношен и требовал замены на новый. А денег на это не было. Он мог себе позволить лишь самую базовую тачку, и только в лизинг. Но на недорогом такси будут платить меньше денег. Это наверняка отразится на их семейном бюджете.

Пока он думал о том, какую машину купить, грянул очередной мировой кризис. США начала раскачивать геополитическую обстановку, накаляя конфликты по всей планете: между Тайванем и Китаем, между СССР и Европой, совали свои лапы в африканские и страны и заглядывались на Южную Америку.

Теперь Алекс мог себе позволить только дешёвый автомобиль, ак что выбора у него не осталось, и он сменил старый представительский седан на Дачиа. Естественно, это отразилось в худшую сторону на его доходах. Сложнее стало тянуть семью, но… Как многодетные, они стали получать пособия, которые отчасти компенсировали безденежье. Но ни о какой роскоши не могло идти речи. Только простая жизнь без прикрас.

Жене Шульца было непросто. Она же дочь богатого бизнесмена, а ей приходилось скромно жить. Но она стоически терпела, поскольку понимала, что у неё нет особого выбора. Развод? Так после него ей придётся самой идти работать и содержать троих детей. Либо придётся возвращаться в Иран и падать в ноги к отцу. А тот, скорее всего, забьёт её камнями насмерть или отнимет у неё детей и прогонит прочь.

В общем, от былой любви ничего не осталось. Их семья держалась на морально-волевых потугах мужа и материалистических соображениях жены, которая почти никогда в жизни не работала, не считая непродолжительного репетиторства в молодости.

Всё это очень угнетало Александра. Жизнь ему стала казаться серой и беспросветной. Ему приходилось дольше таксовать, чтобы получать почти те же деньги, которые он зарабатывал на представительском автомобиле. Из-за этого у него усугубились проблемы с желудком и вылез геморрой, от которого он жутко страдал. У него опускались руки и ничего не хотелось делать. Появлялось желание бросить всё к чёртовой матери и пустить на самотёк. Но каждый раз в такой момент он заставлял себя пахать дальше ради семьи, ради своих детей, чтобы те росли в нормальных условиях, не голодали, были одеты и получали достойное образование.

Иногда он, приезжая к своему дому поздно ночью, десятки минут просто сидел в машине и тупо пялился вдаль стеклянным безжизненным взглядом. В эти моменты он ни о чём не думал. Просто сидел и смотрел в никуда. Голова была до звона пуста и ему ничего не хотелось. Вернее, имелось лишь одно желание — просто лечь и лежать, и чтобы его никто не трогал. Но как такое возможно в доме с тремя детьми? Поэтому домой он шёл с неохотой. И там действительно ему не было покоя. Его внимания жаждали все. Лейла вываливала ему на голову всё, что случилось за день. Он слушал о том, как дочка изрисовала обои и перевернула на пол тарелку с кашей, пропуская всё мимо ушей. Дети хотели своей части внимания. Старший сын что-то говорил о том, что ему «для учёбы» нужен крутой игровой компьютер. Средний сын хотел новый смартфон. Дочка приносила ему свои рисунки. А для него это всё сливалось в поток световых пятен и в шумовой фон.

Он понимал, что это ненормально. Ему хотелось уделить внимание всем, особенно жене в постели. Вот только после тяжёлого дня у него на последнее не оставалось сил. Стоило голове коснуться подушки, как он тут же засыпал.

Естественно, что такое положение дел не могло длиться вечно. Лейла хотела любви и ласки, хотела, чтобы муж занимался с ней интимом и уделял ей внимание. Она для привлечения его внимания начала устраивать скандалы. Из-за этого Шульцу ещё меньше хотелось возвращаться домой. За день так накрутишься баранкой, что едва воспринимаешь реальность. А по возвращении домой его ждали упреки и истерика. Он даже хотел оставаться ночевать в машине, вот только спина не позволяла. Она и так к концу дня адски болела, а тут ещё вся одежда пропитана потом, тело липкое и кушать хочется. Всё равно приходилось возвращаться домой.

От столь сильной нагрузки организм Алекса не выдержал, и объявил бойкот в виде инсульта. Приступ с ним случился в то время, когда он на парковке ждал очередной заказ, сидя в машине. Он не разобрался в том, что с ним происходит. Думал просто, что сильно устал, и решил поспать. В итоге вовремя ему помощь не оказали. В этой машине он и помер в этот же день.

Глава 9

Резко и широко распахнув глаза, Александр с ужасом начал оглядываться по сторонам. На его лице проступил испуг, поскольку ему предстала давно позабытая картина внутренностей военно-транспортного самолёта. Вокруг находились солдаты в форме НАТО, и он сам был облачён в такую же униформу. А ещё у него ничего не болело и он не был парализован, мог двигаться, стоило лишь отстегнуть ремни безопасности.

— Алекс? — с недоумением посмотрел на него Давид, выключив плеер.

— А-а? — Шульц не сразу понял, что обращаются к нему.

За четырнадцать лет он успел привыкнуть к тому, что к нему обращаются либо Том, либо Вейдер. Та жизнь, в которой он был Александром, казалась далёкой и вымышленной, особенно момент с постоянной гибелью и перерождением.

Он даже имя бывшего друга не сразу вспомнил, как и его внешность. Давно забылось то жуткое предательство. Забылось падение самолёта, хотя такое полностью выместить из памяти невозможно. Но главное — он забыл, что нужно делать для своего спасения. Последние годы он жил обывателем. То офисные войны и бессмысленная борьба за карьеру. То вождение автомобиля с раннего у утра до поздней ночи. Лучше него мало кто знал Барселону, ведь он объездил все её закоулки и пригороды. Но в нынешней ситуации от этого было мало толку. Он забыл главное — как воевать и что ему следовало сделать для собственного спасения из этой жуткой воздушной ловушки.

— Алекс? — с волнением на лице приглядывался к нему Давид.

Шульц выглядел растерянным и обескураженным. На его лице поселился всепоглощающий ужас. Он уставился на иллюминатор. Мир будто только и ждал этого мгновения. В тот же миг самолёт тряхнуло, раздался взрыв, двигатели задымили. Винты за бортом прекратили крутиться. В этот момент сердце Алекса на мгновение пропустило удар, а его кожа стала бледнее мела.

— Снова этот кошмар… — тихо пробормотал он. — Нет! Я больше этого не хочу! Не надо!

— Что за хрень⁈ — уставился в иллюминатор Давид.

Многие сослуживцы, за исключением тех, кого даже такая встряска не привела в сознание, пялились в иллюминаторы и гадали о том, что случилось и чем это грозит. Их начало охватывать волнение.

— Парашют… — начал вспоминать Алекс порядок действий. — Сначала нужно найти парашют.

Он поспешил к рундуку с парашютами и, суетясь, достал один из них. Но в последний раз он надевал и использовал парашют четырнадцать лет назад, как раз когда спасался из такой же ситуации, поэтому начал путаться с тем, как его надеть. Пока он с этим разобрался, к нему бросились несколько сослуживцев, среди которых был и Давид.

— Стой, Алекс! — схватил его последний. — Не нужно совершать глупостей. Мы можем не рухнуть. Если ты воспользуешься парашютом — это приведёт к проблемам с командованием.

— Отпусти меня, придурок! — пытался отпихнуть его Шульц. — Сволочь, ты сдохнешь — тебя не жалко! Я не хочу сдохнуть вместе с тобой!

В следующий момент Александр со всей силы заехал Давиду коленом по бубенчикам. Затем с ноги врезал в пах солдату, который тоже хотел его остановить. Потом локтём врезал по носу третьему ретивому служаке, желающему его задержать. И тут же рванул к люку. Когда он его начал открывать, на него набросились двое из троицы, напавшей на него. Злые парни без стеснения принялись его пинать ногами в тяжёлых берцах. А сделать это было просто, ведь он припал к полу, открывая люк. Их избиение прекратилось в тот самый момент, когда самолёт ушёл в крутое пике. Всех, кто в этот момент не были пристёгнуты, бросило на переборку между пилотской кабиной. Затем их начало бросать из стороны в сторону, словно в барабане стиральной машины.

Алекс с болью и страхом в глазах пытался снова добраться до десантного люка, но у него ничего не вышло. Потом самолёт упал, взрыв и всё…

Шульц снова очнулся в салоне злополучного самолёта. В его только что распахнутых глазах сразу же поселился животный ужас, словно у загнанного зверя. Он принялся рыскать зрачками из стороны в сторону, пытаясь вспомнить, как следовало действовать во время крушения, чтобы гарантировано спастись.

— Твою мать! — вырвалось у него. — Снова это дерьмо!

— Йоу, Алекс! — снял наушники Давид. — Ты чего такой испуганный? Боишься полётов?

— Ещё и ты здесь… — недовольно зыркнул на него Шульц. — Скорей бы ты сдох, ублюдок! Вечно ты мешаешь мне спастись из этого дерьма.

— Ты что, встал не с той ноги? — с обидой посмотрел на него бывший друг. — Алекс, разве нормально желать смерти друзьям?

— Заткни пасть, ублюдок!

Отстегнувшись, Алекс постарался успокоиться. Этого у него до конца не получилось, но на этот раз он стал действовать более уверено, будто вспоминая последовательность действий, которую давно позабыл. Схватить винтовку с разгрузкой и натянуть на себя. Схватить разгрузку Давида и опустошить её.

— ЭЙ! — возмущённо потянулся к своей разгрузке черноволосый сосед по скамье. — Ты что творишь? Алекс, ты потёк крышей⁈ Положи это. И оружие тоже положи.

— Кто дёрнется — получит пулю в лоб! — без тени сомнений Алекс направил оружие на Давида, отчего тот со страхом на лице притих. — У меня секретная миссия по десантной высадке и разведке. Если кто-то вздумает мне мешать в её выполнении — тот автоматически считается вражеским шпионом и диверсантом. Я понятно выражаюсь?

Народ тут же потерял интерес к тому, чтобы пытаться что-то предпринять. Они лишь с недоумением наблюдали за тем, как Александр поспешно распихивал по карманам своей разгрузки магазины с патронами и гранатами. Затем он схватил бинокль, сапёрную лопату и фляжку сержанта с «золотым запасом» спирта.

Парашют он натягивал на себя уже после взрыва, но народ всё ещё только наблюдал за ним и не думал задерживать.

Выпрыгнул из распахнутого десантного люка Шульц уже в тот самый момент, когда самолёт ушёл в крутое пике. Лишь чудом его не зашибло корпусом летательного аппарата и удалось от него отдалиться. Затем он ощутил давно забытое чувство, когда ремни парашюта больно впиваются в тело, а весь груз пытается от него отлететь. Он так давно не прыгал с парашютом, что забыл, как его следует крепить, особенно в столь экстремальных условиях. Поэтому затянул ремни недостаточно плотно и получил ушибы, которые вскоре превратятся в синяки, если он до этого момента успеет дожить.

Он приземлился непонятно где. О том, в какой стороне расположен холм, который его не раз выручал, он забыл. А его падение было настолько быстрым и хаотичным, что с высоты он не успел толком оглядеться и сориентироваться на местности. Он стоял с отбитыми ногами и с растерянным видом, не зная, куда дальше двигаться.

— Чёрт! Ну почему всё так сложно? Раньше я знал, где этот сраный холм, в какой стороне Эфиопия и как туда проехать, минуя блокпост. Теперь же я всё это начисто забыл, как и навыки ведения войны. Я так давно не стрелял, что даже не уверен в том, что смогу сегодня выжить…

Человеку сложно даже ориентироваться в городе, в котором он был проездом полтора десятилетий назад. А уж когда речь заходит об условно дикой местности, тут и вовсе всё становится сложней. Память подводила парня. Он пытался припомнить, куда идти, но воспоминания играли с ним злую шутку. Вместо нужного маршрута они подкидывали ему мысли о том, что он в этом месяце не заплатил за коммуналку, а это значит, что Лейле с детьми придётся несладко. Без его доходов они могли рассчитывать лишь на пособие.

Он тут же переключился с выживания на обдумывание того, как происходит его перерождение. Фантастика не была чужда ему — он любил читать книги в свободное время. С появлением смартфона он делал это часто во время ожидания очередного заказа. А как иначе? В машине можно было убить время всего несколькими способами: слушать музыку, смотреть ролики на тутубе и читать книги или залипать в интернете. Он использовал все их, чередуя в зависимости от настроения.

Если мир после его гибели продолжает своё существование, то это нормально. Тогда его жена и дети продолжат жить. Но в таком случае он должен каждый раз перерождаться в новом мире. Звучит безумно, но…

Если же мир перезапускается после его смерти, то всё очень печально. Тогда получается, что вместе с ним гибнет целая вселенная с миллиардами людей и ещё большим количеством иных форм жизни, включая неизведанные инопланетные.

Алексу хотелось надеятся, что его смерть с перерождением в прошлом всё же не запускает уничтожение вселенной. Но если первый вариант реальный, то это жутко.

Ему сразу же вспомнился ролик с тутуба про машину времени. Парень знакомится с девушкой, и каждый раз, когда знакомство неудачное, он запускает машину времени и откатывается в прошлое. Он так делает множество раз, пока не находит идеальный способ подката. А потом демонстрируют, что происходило позже после его перемещения во времени. Множество одинаковых девушек в параллельных вселенных, время в которых продолжало идти своим чередом, становились свидетельницами того, как парень, который, получив отказ от знакомства, умирал после того, как нажимал на кнопку на каком-то устройстве. Эти девушки испытывали жуткий шок от такого.

— Интересно, если это так работает, — ему показалось, что он нащупал нужный маршрут и отправился в путь, — то скольких людей шокировало моё перерождение?

Нужный холм был найден, вот только Алекс не мог припомнить точные маршруты, по которым двигался пикап эритрейских вояк. Навыки установки растяжек он тоже растерял. И всё же, чтобы перестраховаться наверняка, он установил растяжек по максимуму во всех предполагаемых местах проезда транспорта. На это он потратил почти все гранаты и всю проволоку. Он считал, что лучше потом всё разминировать, чем проколоться.

В своих навыках стрельбы он был не уверен. В последний раз он держал в руках оружие четырнадцать лет назад. С тех пор он вёл мирную жизнь, дистанцировавшись от всего убойного. Как показала практика — зря.

Тут же он провёл параллель с бессмертными из киновселенной «Горца». Ради выживания бессмертным постоянно приходилось сражаться друг с другом на мечах. Из-за этого им беспрерывно приходилось упражняться в фехтовании. Были среди бессмертных и такие, которые хотели отойти от этих постоянных битв и начинали вести мирный образ жизни. Но стоило появиться рядом с ними мерзавцу, которому было насрать на их планы, как их жизни обрывались. Там даже был персонаж, который пять тысяч лет назад был одним из самых крутых бойцов — грозой всех бессмертных. Но всего лишь сотня лет мирной жизни привела к тому, что он сливал бои малолеткам лет по двести-четыреста, которые не забрасывали фехтования.

Говорят, что стрелять из огнестрельного оружие, как езда на велосипеде — если один раз научился — больше никогда не разучишься. Вот только многие забывают о том, что если сесть на велосипед после долгого пропуска, то вначале будешь чувствовать себя на нём неуверенно и первое время станешь заново привыкать к поездкам. Так же и с оружием. Руки-то Шульца помнили о том, как перезарядить оружие, как его разобрать и почистить, в какую сторону направлять ствол. Но даже всё это он делал неуверенно, как человек, который выгнал свой старый велик из сарая спустя четырнадцать лет.

Немец успел оборудовать всего одну стрелковую позицию к тому моменту, как вдалеке показалось пылевое облачко. Он гадал о том, нормально ли это? Это он виноват в том, что слишком долго искал этот холм и устанавливал растяжки? Или же это виноваты его противники, которые отчего-то на этот раз его нашли быстрее? Или же вся причина в том, что на этот раз он не прихватил аудиоплеер Давида?

Пикап начал взбираться на его холм. Пот крупными градинами выступил на лбу Александра. Его пальцы нервно стискивали цевьё винтовки, а нервы были напряжены до предела. Он давно позабыл это чувство, когда по венам будто бежит чистый адреналин. Кровь стучала набатом в висках.

Автомобиль миновал первую растяжку, проехав вдалеке от неё. Потом метрах в пятидесяти проехал мимо второй ловушки. Напряжение Алекса стало запредельным. И вот, третья ловушка. Наконец, ожидания немца были вознаграждены — раздался громкий слаженный взрыв сразу четырёх гранат. Одна из них подорвалась прямо под днищем пикапа, и её осколки повредили топливный бак. Солярка с неохотой загорелась сначала под днищем тачки, которая резко затормозила. Затем огонь охватил весь автомобиль.

Пулемётчика выкинуло за борт во время взрыва. Он больше не поднялся, поскольку от других гранат в падении в него прилетел осколок.

В следующее мгновение из салона выскочили трое паникующих темнокожих солдат.

Тут же Александр открыл по ним огонь короткими очередями. Он безбожно палил в молоко, но всё же один из врагов упал замертво. Остальные двое тоже попадали на землю, но сделали они это для того, чтобы укрыться от стрельбы.

С одной стороны Алекс радовался тому, что у него осталось всего два противника. С другой стороны он был опечален потерей пикапа. Тот горел подобно факелу и не думал прекращать пылать. К тому же, два противника — это ровно на пару больше, чем Шульцу хотелось бы видеть.

Посетовав на то, что у его винтовки магазины всего на двадцать патронов, он как мог быстро сменил магазин. А мог он хуже, чем раньше. К тому моменту, как он загнал магазин на место, его позицию накрыли огнём в два ствола враги.

— Да что б вас черти в аду драли! — скатился он с канаву-окоп.

Ему бы сейчас сменить позицию, да только он больше ни одной не успел подготовить.

— Как так вышло? — он достал гранату, выдернул чеку и метнул в сторону врагов насколько мог далеко.

С навыком метания гранат у него тоже стало не очень. Тело, может, и помнило, ещё и было молодым в хорошей форме. А вот с головой у него имелись кое-какие проблемы. Не мешало бы обновить нужные нейронные связи.

Взрыв не причинил никому вреда, но он предостерёг африканских вояк от продолжения атаки. Вместо того чтобы брать штурмом окоп, они принялись отползать вбок подальше от позиции немца.

Не слыша стрельбы, он с опаской забрался обратно на позицию и попытался осмотреться. Вот только он не увидел противников.

— Куда эти черти делись?

И тут он вспомнил, что когда-то рассуждал о том, что в этом месте могли бывать люди. Да и его враги с этим холмом явно были знакомы, что несколько раз невольно демонстрировали. Если они решили сбежать или обойти его с фланга, то лучшим выходом для них будет добираться к вершине холма, затем подобраться к промоине сверху и прокрасться по ней.

Приняв решение, он направился по промине вверх, где-то пригибаясь, где-то ползком. Он спешил как мог, но не терял бдительности, и таким образом почти достиг вершины. Но ему навстречу за всё время так никто и не вышел.

Стоило ему забраться на вершину, как он увидел вдали спины врагов, которые шустро убегали. В таком виде она превратились в отличные мишени, в которые Алекс тут же начал стрелять. Вот только его стрельба оставляла желать лучшего. За мгновения высадив весь магазин, он подстрелил всего одного противника. Второй тут же залёг и принялся отстреливаться. Вот толькои Шульц в ответ залёг.

Казалось бы, ситуация патовая. Вот только немец располагался на возвышенности, отчего у него имелось преимущество — он мог видеть врага, приложив немного усилий. А тому, чтобы его узреть, требовалось встать в полный рост или же оставалось ориентироваться на стрельбу в свою сторону.

Отползя в сторону, Алекс привстал, разглядел противника и тут же начал стрелять. На этот раз он победил с третьей очереди. По нему даже в ответ выстрелили такой же короткой очередью, но все пули ушли в молоко.

— Чёрт! — Алекс развалился на траве на спине, раскинув руки в стороны. Из него будто выпили все силы. — На этот раз всё было куда сложнее, чем в воспоминаниях. Неужели мирная жизнь настолько сильно на меня повлияла? Чёрт! А там этих гадов ещё пятнадцать. И тачка сгорела. Вот же не повезло…

Глава 10

На этот раз Шульцу досталось меньше трофеев. Деньги одного из противников сгорели вместе с ним и автомобилем, сильно пострадал пулемёт, много патронов и всё содержимое пикапа были уничтожены. Да и брать с собой много автоматов, чтобы тащить их на себе, идея не из лучших.

С недовольным видом и паршивым настроением усталый парень вернулся к месту начального боя. Он долго смотрел на догорающий остов пикапа и думал о том, как действовать дальше? Пешком дойти до места проведения второго сражения? Ему не хотелось ходить, к тому же он мог не успеть, потому что задержался из-за того, что пришлось догонять беглецов. А ещё на этот раз у него не было ни еды, ни воды, поскольку он рассчитывал на трофеи, а те сгорели. Единственное, что у него имелось — фляжка со спиртом. Но это не лучший заменитель воды, особенно в ситуации, когда трезвый разум равен пути к спасению, а затуманенный алкоголем рассудок стопроцентно приведёт к гибели.

— Всё пошло не так, — устало плёлся он разминировать установленные ранее ловушки. — И что же делать?

Оставаться на этом месте было опасно. Первая группа врагов действовала неосторожно, поскольку не ожидала подобной ловушки. На стороне немца был фактор неожиданности. Плюс их было всего пятеро. Вторая же группа более многочисленная. Они наверняка будут настороже. А постольку они знакомы с этой местностью, для них не составит труда взять его в клещи, зажать с трёх сторону и завалить. Он может даже не убить никого из них до того, как его отправят на перезапуск.

На мгновение у него появилась мысль ускориться — самостоятельно отправиться на новый заход. Но он тут же отбросил в сторону эти глупости. Пока он жив — есть шанс на удачный выход из положения. Самому запускать этот непонятный механизм без серьёзных на то оснований — полнейший идиотизм.

Если проверенный план стал ненадёжным, то следовало от него отказаться. Как бы не выглядело заманчивым заманить врагов в знакомую ловушку, которая приводила к победе и выживанию, но теперь он мог попросту не успеть добраться до того ущелья. В таком случае это стало бы его полным проигрышем.

В следующее мгновение он решил действовать нестандартно — направился навстречу врагам в сторону их лагеря. Скоротечная схватка хоть и выпила из него все силы, но она же простимулировала память. Он вспомнил, где примерно располагался вражеский лагерь. Пешком туда идти далеко, но он мобилизовал силу воли и принялся заставлять себя двигаться.

Где-то через пару часов ходьбы ему показалось, что вдалеке он услышал шум двигателя. В тот же миг он обнаружил в стороне канаву, в которую сразу же плюхнулся и постарался слиться с ландшафтом. Он прижимался к земле, словно она была его последним спасением. Сердце отплясывало чечётку, в ушах стоял гул, дыхание было тяжёлым и прерывистым. Он так сильно волновался, что не мог ни о чём думать, лишь надеялся на то, что его не обнаружат.

Ни о какой схватке не шло речи. Единственной мыслью Алекса в этот момент было то, чтобы машины проехали мимо, если это враги. Маловероятно, что кто-то другой свернул бы с дороги и начал ехать по следам первого пикапа, вдоль которых следовал немец.

Мимо Шульца метрах в пяти, не замедляя хода, проехали два автомобиля. Если бы пулемётчики смотрели по сторонам более внимательно, у них был бы шанс обнаружить парашютиста, но они с усталым видом сидели в кузовах, лениво смотря назад.

Шум моторов удалялся, но Александр не спешил покидать своё укрытие. Стрелять в спину противникам он тоже не стал, поскольку считал такой ход слишком опасным и проигрышным. Будь у него в поддержке ещё три-четыре солдата, он бы рискнул. А один против десятерых, у которых два пулемёта и десяток автоматов — изначально проигрышный вариант.

Пролежав ещё несколько минут, чтобы его наверняка никто не увидел, он с осторожностью приподнялся над травой. Увидев вдалеке очертания автомобилей, он поспешно лёг обратно и вжался в землю.

«Ну нахер! — пронеслось у него в голове. — Лучше ещё полежать, чем дать этим уродам хоть один шанс на моё обнаружение».

Пролежав ещё какое-то время, он повторил проверку. На этот раз в поле зрения никого не было видно. Лишь тогда он решился встать и продолжить путь по следам, которые стали более чёткими благодаря только что проехавшим двум машинам.

Идти пешком и ехать на автомобиле — две большие разницы, особенно если нет воды. Пить очень сильно хотелось, но Алекс терпел, понимая, что от небольшого обезвоживания не умрёт. Да, испытывать жажду неприятно, но до определённого предела это можно терпеть. А до этого самого предела было ещё далеко.

Под тяжестью разгрузки у него подрагивали ноги, но он делал минимальные по времени привалы, чтобы добраться до цели как можно скорее. Но как бы он не спешил, вражеский лагерь в зоне видимости с биноклем показался лишь ближе к вечеру.

Пока Шульц думал над тем, как и когда лучше будет напасть на мерзавцев, в поле его зрения слева появились те самые два пикапа, которые проехали мимо него ранее днём. И хорошо, что они были там, а не появились у него за спиной. Всё лишь потому что он забрался в сторону для удобного наблюдения за врагами.

— На этот раз вообще всё идёт не так! — со смесью грусти, разочарования, досады и злости констатировал он, направляя бинокль на автомобили.

В кузове первого пикапа лежали тела тех солдат, которые погибли от его пуль раннее. Пулемётчик же там отсутствовал — сидел в салоне на заднем сиденье. От этого сердце Шульца пропустило удар и его спина покрылась липким потом. Не то, чтобы пота ему до этого не хватало, но теперь он будто в сто раз сильнее холодил и позволял майке неприятно прилипнуть к телу.

В том, что место сражения будет обнаружено, у Александра не оставалось сомнений. Но то, что поисковая бригада собрала трупы, говорило о том, что они оставили его поиски на сегодня ради возвращения в лагерь. Ведь в прошлые разы они всегда преследовали его налегке, бросая павших товарищей. Самое страшное же в том, что теперь его противников стало пятнадцать вместо пяти, и все они знают о гибели своих товарищей. Следовательно, они должны быть готовы к решительной схватке и вряд ли будут расслабленными этой ночью.

Плюнуть на них и уйти? А далеко ли уйдёт голодный, усталый и испытывающий усталость солдат в форме НАТО? Особенно, если у него на хвосте сидят местные злые и мотивированные местью вояки…

Он с отчаянием осознавал, что у него осталось всего два пути: атаковать врагов или сразу закончить с этим перерождением, начав следующее. Причем, если он выберет первый вариант, то не факт, что он победит. Шансы на это ничтожны, но они всё же есть.

Вспомнив о том, с какой решимостью и улыбкой он шёл на гибель в тот день, когда его предал Давид, лицо Александра исказила надменная улыбка человека, который с гордым видом плюёт в лицо самой смерти. В этот момент он принял твёрдое решение идти только прямо напролом, несмотря ни на какие риски. Если ему суждено окончательно погибнуть на этот раз, то пусть лучше это произойдёт в смертельной схватке один против пятнадцати, чем он помрёт в муках, сдавшись обезумившим маньякам. Если же его снова ждёт перерождение, то какой смысл переживать об окончании этой жизни? Лучше воспринимать это как начало с сохранения в игре. Да, это неприятно, но лучше, чем если бы игра совсем завершилась.

Дождавшись ночи, Шульц начал подкрадываться к лагерю. Вот только на этот раз фактор неожиданности ему не очень-то помог. Враги были настороже, количество дежурных удвоили. Один из них заметил подозрительный шорох вблизи лагеря, после чего без раздумий и каких-либо предупреждений принялся палить на звук и пулемёта. И делал он это до тех пор, пока полностью не опустошил магазин на сотню патронов.

Несколько шальных пуль прошили тело немца, несмотря на то, что он скрывался в темноте и вжимался в землю. Крупнокалиберные патроны нанесли ему настолько серьёзные повреждения, что его сознание начало быстро угасать, а силы почти моментально его покинули.

«Настолько бездарно? — с печалью подумал он, сохраняя на лице искажённую насмешливую ухмылку. Только на этот раз он насмехался над самим собой, над своей глупостью, из-за которой он выбросил из головы жуткое прошлое и стал сугубо гражданским человеком. — Мне не нравится эта игра — давайте заново…»

Снова в уши Александра начался ввинчиваться звук турбин самолёта. Резко распахнув глаза, он уставился на Давида. От такого бывший друг сразу же снял с головы наушники.

— Что случилось, бро? — с недоумением разглядывал он Александра. — У тебя какой-то странный вид.

— Одолжи плеер, — Шульц подхватил плеер, который в этот момент выскользнул из руки Давида. Затем, засовывая в карман трофей, он стянул с головы соседа наушники. — Давид, молчи. У меня секретная миссия. По приказу командования я должен немедленно выпрыгнуть с парашютом и провести разведку. Быстро помоги мне собрать припасы: гранаты, магазины с патронами, бинокль, воду и сапёрную лопату. Никаких вопросов — нет времени!

На этот раз ситуация в глазах Шульца выглядела абсурдной. Его речь прозвучала настолько уверено, что Давид лишь немного посомневался в том, что сказанное правда. После же он лично стал помогать «другу» собрать припасы. Поэтому на этот раз Алексу удалось облачиться в разгрузку со всем необходимым до того, как самолёт подбили. К парашюту он добрался быстрее, чем в прошлый раз. Затянул ремни туже. И с открытием люка справился более споро. Так что ему удалось выпрыгнуть из самолёта до того, как тот ушёл в крутое пике.

На этот раз он распахнул купол на большой высоте и мог управлять парением. Видел нужный холм с природным окопом и направлял парашют к нему. Он почти до него добрался — оставалось пройти немного.

Замаскировав парашют, он отправился оборудовать позиции для стрельбы и минировать территорию. На это раз он делал это намного лучше, как будто вспомнил о предыдущих схватках больше подробностей. На самом деле так и было. Сильный стресс быстро прочистил ему мозги и помог мобилизовать все доступные ресурсы.

На этот раз сражение больше походило на избиение младенцев. Алекс будто знал каждый следующий шаг своих врагов, поэтому уничтожал их безжалостно и с минимальной порчей ресурсов. После первой схватки ему в руки попали пикап со всем содержимым и все ценности противников.

Затем он устроил образцовую засаду на втором месте с двумя земляными наплывами. Минирование в нужных местах, позиция для стрельбы на возвышенности. Дальше всё прошло как по писаному сценарию. Часть врагов выбило взрывами. Оставшуюся часть он выкосил пулемётом. Затем завладел всем ценным имуществом и наиболее целым пикапом, и отправился в лагерь.

Оставшуюся пятерку ждала безжалостная расправа по уже отработанной схеме: быстро и неожиданно въехать на территорию лагеря, закидать врагов гранатами и изрешетить из Калаша.

Забрав все трофеи, он отправился в путь в Эфиопию. А дальше по накатанной: купить гражданскую одежду, продать трофеи дикарям за алмазы, добраться до Аддис-Абебы, купить фальшивый паспорт, сдыхать алмазы… А вот дальше он сломал шаблон. Вместо того чтобы улететь в Нидерланды, он сразу полетел в Барселону. В Испании он прожил почти четырнадцать лет в сознательном возрасте. Он знал этот город лучше, чем родной Берн.

Второй раз проходить квест знакомства с Милоной ради получения возможности купить пакет документов он считал невыносимой мукой. А иного способа втереться в доверие к сербской мафии он не знал. Лучше было начать путь иначе в знакомой обстановке.

В Барселоне, спрятав деньги и уничтожив фальшивый паспорт, он изобразил из себя жертву нападения бандитов. Пошатываясь, с окровавленной головой, он вышел из подозрительной подворотни и рухнул к ногам прохожей молодой барышни. К ней он особо не приглядывался, лишь понадеялся на то, что у девушки пробудиться сострадание и она вызовет скорую. После этого он некоторое время лежал, притворяясь, будто находится без сознания.

Прохожая запаниковала и поспешно сбежала, цокая каблуками.

Когда шум каблуков стих, Алекс недовольно цыкнул.

«Сбежала! — с досадой подумал он. — Неужели моя актёрская игра настолько хороша? Придётся искать кого-то другого».

Но он ошибся, поскольку та же девушка вскоре вернулась.

— Молодой человек, — склонилась она над ним, начав поливать его лицо водой из бутылочки. — Что с вами? Я уже позвонила в сто двенадцать.

Алекс приоткрыл глаза и, изображая недоумение, тихо спросил хриплым голосом:

— Кто ты? Где я? Кто я?

— Ох! — девушка была красивой, брюнетка лет двадцати со слегка смуглой кожей. — Ты что, потерял память? Как тебя зовут?

— Зовут? — изобразил он задумчивость. — Не знаю…

— Мама Мия! — эмоционально заломила руки брюнетка. — Я что, попала в сериал про богатого наследника с амнезией? Я заберу тебя домой, мы будем счастливо жить следующие три-пять лет, потом к тебе внезапно вернётся память. Выяснится, что ты богач. Ты бросишь меня и вернёшься к своей богатой и беззаботной жизни.

— Эм… — Алекс не ожидал такого эмоционального напора со стороны той, кто всего лишь должна была по его плану вызвать медиков. — Я не против оказаться богачом, но, к сожалению, я ничего не помню.

«Боже мой! — ему хотелось закатить глаза к небу, размышляя про себя. — Ты слишком много фантазируешь. Сериалов что ли пересмотрела? Какой к чёрту богатый наследник? Я что, похож на богача в дешёвых китайских шмотках, купленных в африканской глуши? У тебя вообще глаза есть? Ты ими умеешь смотреть?»

— Ты не помнишь своего имени? — продолжила девушка с лёгкой паникой на лице. — Точно?

— Девушка, я уже об этом говорил, — он посмотрел на неё как на дуру, у которой память, словно у аквариумной рыбки.

— А что ты помнишь? — продолжила она. — Знаешь, как зовут президента Испании?

— Без понятия, — покачал он головой из стороны в сторону.

Иронично, но Алекс действительно не знал имени нынешнего президента Испании. Когда он сюда приехал — ему было не до политики. Больше всего он был заинтересован в выживании: устройство на работу, знакомства с девушками, поиски жилья и всё такое. Да и имена у этих президентов такие, что чёрт ногу сломит. Разве что коренной испанец запомнит всех этих Хуанов, Хосе, Лопесов, Гарсия и тому подобных, которые могут оказаться одним и тем же человеком по имени Хуан Хосе Лопес Гарсия.

— Ничего страшного, — продолжила брюнетка. — В больнице тебя вылечат.

«Ага-ага-ага! — иронично с тонной скепсиса подумал он. — Вылечат они меня. Мандавошку они вылечат! У меня нет денег. Как только об этом станет известно и местные эскулапы осознают, что мне нечем платить, они тут же вызовут копов и спихнут проблему на них. В лучше случае может обнаружиться какой-нибудь фонд для потерявших память, который возьмёт на себя расходы, но это не точно».

Вскоре приехала скорая помощь, которая отвезла его в больницу. Как он и ожидал, долго его в госпитале не продержали. Поняв, что парень потерял память и у него нет с собой ни денег, ни документов, врач вызвал полицию. Он даже не стал себя утруждать поисками какого-либо фонда для попытки оказать ему помощь.

Девушка, которая вызвала скорую помощь, исчезла сразу же после приезда медиков. Вопреки своей просвещённости о том, что красавчики с амнезией просто обязаны быть богачами и нашедший их человек прям должен забрать его к себе домой, она попросту слиняла. Не оставила никаких контактов, не назвала своего имени — ничего. Обычная прохожая, которая с раздражением потратила часть своего времени на то, чтобы помочь человеку. Наверняка она уже через пару дней и не вспоминала об этом происшествии, продолжая смотреть свои сериалы.

Травма на голове у Алекса с виду выглядела несущественной. Если бы у него имелась страховка, ему бы наверняка назначили кучу дорогостоящих анализов и ещё более дорогую компьютерную томографию, чтобы проверить голову на кровоизлияния. Но слава западной медицине, всего это не было сделано. Врачи лишь сухо диагностировали лёгкую травму головы, сильное сотрясение мозга и амнезию. Дальше они копать не стали, как и предпринимать попытки разоблачить плохую актёрскую игру Шульца.

Из госпиталя его отвезли в полицейский участок, в котором его принялись допрашивать. У него сняли отпечатки пальцев, которые прогнали по базе данных. Но та ничего не показала. Определить личность Шульца у копов не вышло, отчего они хотели поскорее избавиться от головной боли в виде свалившегося им на голову парня с потерей памяти. Вот только он избавлять их от своего общества не спешил, и настойчиво пытался добиться того, чего они сделать были не в силах — выяснял, кто он такой. В результате, лишь бы поскорее от него избавиться, ему всучили в руки бумажку о том, что его личность не удалось установить, и выперли из отделения.

Теперь у него на руках имелся диагноз с амнезией и справка из полиции. С этими бумагами он мог действовать дальше.

В реальной подобной ситуации он бы оказался в безвыходном положении. Без денег и социальных связей, не знакомый с городом парень наверняка пополнил бы ряды бродяг. А оттуда выбраться почти нереально. Такое случается крайне редко. Но поскольку он притворялся, то спокойно добрался до своей заначки в незадолго до этого арендованной квартире, после чего начал самое тяжёлое во всех своих жизнях действие — штурм кабинетов чиновников.

Чиновники — бездушные твари, которым в большинстве плевать на человеческие жизни и судьбы. Они действуют по прописанным директивам, словно безжалостный механизм. Получить от них помощь могут лишь близкие люди и те, кто их подмазал. Конечно, не все они такие. Встречаются среди них и нормальные люди, у которых не атрофировалось сочувствие. Но, как правило, это небывалая редкость, словно краснокнижный орлан.

У Алекса ушло полгода на обивание порогов кабинетов чиновников с помощью профессионального юриста, которого он нанял. За это время он схуднул на пяток килограммов и потратил почти десять тысяч долларов. Получалось, что стоило это столько же, сколько покупка полного комплекта чистых документов через мафию, а нервов и времени ушло в разы больше. Главное — он стал обладателем документов на имя Алекса Лопеса. Имя он якобы вспомнил, чтобы с этим в будущем меньше было проблем, а фамилию ему придумали в госаппарате.

В общем, своего он добился — официально стал гражданином Испании без какой-либо предыстории. Теперь он мог начать свой путь с начала с чистого листа, имея на руках двадцать тысяч долларов.

Глава 11

Когда закончилась борьба за документы, Алекс мог с облегчением выдохнуть. Наступила пора подумать о заработке. До этого он особо не думал о работе, поскольку сражение с бюрократической машиной отнимало у него все силы и большую часть времени. В остальное же время просто хотелось лежать пластом и не шевелиться.

И вот он обрёл долгожданную свободу, которую для поддержания жизни в капиталистической стране следовало обменивать на труд. И тут перед ним встал наиважнейший вопрос: что делать? Прямо как вопрошал Чернышевский…

Опять идти работать водителем или таксистом? Но ведь он знал, чем это чревато: геморой к тридцати годам, сложное существование на грани выживания, в котором ипотека подобно бездонной адской пасти пожирает все доступные ресурсы, ранний инсульт и перезапуск.

Снова лезть в продажники и пытаться выгрызть там карьеру? Так это лишь до того, как грянет кризис. К тому же, это тоже ничего хорошего не сулит. Да, денег там можно заработать побольше. Но вместе с ними в комплекте идёт гастрит, дикий стресс, бессонница, хроническая усталость и паранойя, которую стимулирует постоянная невидимая война с крысами-коллегами, которые каждый миг пытаются тебя побольней укусить. Стоит лишь расслабиться, и ты окажешься на улице без выходного пособия, а то и вовсе в тюрьме из-за чей-то подставы, от которой не сможешь отбрехаться.

Настолько ли он глуп, чтобы дважды повторять один и тот же тупиковый путь? Зарабатывать хронические болезни и умирать в молодом возрасте он не желал. А тридцать четыре года ему уже казались молодым возрастом. Скажи ему кто-то лет пятнадцать назад, что он так будет думать о мужчинах и женщинах за тридцать, то он бы ему не поверил. Но время меняет взгляды на многие вещи.

Молодые люди зачастую импульсивны и склонны к делению мира на белое и чёрное. Они активны и деятельны. Поэтому всяческие перевороты совершаются их руками. Взрослые люди более обстоятельны и консервативны. Они не склонны к поспешным суждениям и решениям. Их тяжелее склонить к деструктивной деятельности. Алекс считал себя уже ближе к консервативному мужчине с обстоятельными взглядами. В прошлом он бы пошёл по простому пути, что он и сделал. Теперь же он долго обдумывал своё будущее.

Во-первых, ему требовалось поддерживать свои боевые навыки. Ведь он прекрасно помнил о своей недавней беспомощности во время противостояния с эритрейцами. Для этого существовало несколько путей: мирный и кровавый.

Мирный путь предполагал, что он будет жить обычной жизнью, при этом поддерживать боевые навыки. Для этого следовало регулярно заниматься боевыми искусствами и стрельбой, особенно оттачивать последнюю. Для поддержания формы этого было недостаточно. Ещё нужно было заняться страйкболом или пейнтоболом, чтобы хотя бы иметь эрзац-заменитель реальных боевых навыков. Ну и прыжки с парашютом. Куда же без них? Всё это ему было нужно для того, чтобы во время начала перезапуска, если тот будет, выжить с высокой вероятностью.

Но лишь выжить ему теперь было мало. Он хотел получить ответы на вопросы, которые у него успели накопиться. И главные из них звучали так: «Зачем эритрейцы сбили их самолёт? И что они вообще там делали? Почему в отдалённом регионе их страны, в котором в округе нет ничего и никого, располагался военно-полевой лагерь с зениткой?»

Вот только для получения ответов на эти вопросы его нынешних навыков явно было недостаточно. Ведь для этого нужно не перебить всех врагов, что у него не всегда выходило, а захватить некоторых из них в плен и выпытать сведения. И тут стоило добавить ещё один подпункт: необходимость выучить тигринья и арабский.

В прошлой жизни он в идеале овладел фарси, естественно, благодаря жене. Дома этот язык использовался в качестве второго после испанского. Третьим был немецкий, на который частенько переключался Шульц. Вот только фарси в Эритрее не распространён. На нём можно с кем-нибудь поговорить в соседних странах.

Второй путь — кровавый, был куда проще и одновременно с этим сложнее. Для этого следовало снова встать на путь военного. Но ему требовалось быть не мирным воякой, а тем, кто будет постоянно мотаться по горячим точкам — наёмником. Иностранный легион для этого подходил неплохо. Любая частная военная кампания тоже выглядела нормально. Там и платят хорошо. На этом плюсы заканчивались, и начинались минусы. И самый жирный из них — наёмники всегда ходят по краю лезвия, балансируя на грани жизни и смерти. Опыта у него будет выше крыши, но в любой момент его могут отправить в прошлое воплощать этот опыт ради очередного выживания на старте.

Самым основным препятствием в выборе второго пути было острое нежелание Александра возвращаться к стезе военного. Ему совершенно не нравилось убивать. Он не получал от этого никакого удовольствия. Делал он это исключительно из-за того, что жизнь каждый раз толкала его на этот путь, ставя в позу пьющего оленя: либо он, либо они. Иного выбора не предполагалось.

В общем, ему больше всего хотелось вести мирную жизнь. Но если учесть всё, что он себе надумал, то получалось, что на это нужно много денег и свободного времени. Вот только два эти фактора сложно поставить рядом. Тут либо много работать, чтобы заработать деньги. Либо не работать, и иметь много свободного времени. Но в таком случае не будет денег. Ему следовало найти какое-то занятие, которое будет балансировать на грани ничего не делать и получать большие деньги. Вот только в мире не так много существует подобных занятий.

Он пытался придумать, чем бы можно было заняться, чтобы дохрена зарабатывать, пиная детородные органы, чтобы у него оставалось время на вынужденные хобби.

Первым в голову приходило стать певцом. Вот только у него абсолютно нет слуха. Более того, с музыкой он тоже никак не знаком. Про тех, кто лишён слуха, говорят, что ему медведь на ухо наступил. Про Шульца можно было смело сказать, что ему по ушам экскаватор проехал — настолько он был лишён музыкального слуха. Даже реп из его уст звучал худшей пыткой, чем вырывание ногтей. Если кому-то предложить послушать его пение или выдрать зубные нервы без обезболивания, то выбор скорее будет тяготеть ко второму варианту.

Главным его преимуществом было знание будущего: выигрышные лотереи, ставки на заведомо выигрышные спортивные мероприятия, котировки акций и тому подобное. Вот только Алекс ничего из этого не знал, о чём сейчас сильно жалел.

От лотерей он всегда держался подальше, словно чёрт от ладана. Он считал их заведомо проигрышными. Единственный, кто получает от лотерей пользу — их владелец. Победители же розыгрышей — счастливчики, которые получили деньги вопреки логике и здравого смысла. В общем, о лотереях парень не знал ничего, и тем более ему не были знакомы выигрышные номера. Лезть туда подобно разорению.

Акции? С ними та же проблема, что и с лотереями. Алекс всегда был абсолютно уверен в том, что торговля акциями создана богатеями, чтобы разорять средний класс и нищету. Чтобы кто-то заработал на торгах, кто-то другой должен понести убытки. Богатые, которые варятся в этом котле и досконально знают правила игры — богатеют. Те же, кто пришли на фондовый рынок в поисках возможности разбогатеть, быстро теряют свои накопления. За их счёт богатые увеличивают свои капиталы.

Проще говоря, акций Шульц тоже избегал, поэтому ничего не знал о фондовых рынках, котировках и тому подобном. Он только слышал то же самое, что и другие обыватели, что на этом можно как разбогатеть, так и разориться, причём последнее с большей вероятностью. Он примерно был в курсе того, какие мировые компании будут всегда на слуху. Но значит ли это, что если он в них вложиться, то обязательно разбогатеет? А вдруг нет? Вдруг он купит их акции на пике цены, после чего их стоимость рухнет и восстановиться к прежнему уровню лет через пять-десять? Не будет ли это означать то, что он заморозит свои средства на долгие годы? Да и много ли у него этих средств? Что можно сделать с двадцатью тысячами, чтобы разбогатеть?

Хотя, кое-что всё же можно было сделать. Быстро можно поднять денег лишь в ставках на спорт. Казалось бы, вот оно — вложи все свои баксы на выигрыш футбольной команды или что-то подобное. Вот только спортом до этого Шульц совершенно не интересовался. Даже столь значимые события, как мировые футбольные чемпионаты и олимпиады, прошли мимо него. К примеру, он где-то слышал, что в двухтысячном году на чемпионате мира по футболу выиграла Франция. Или это была не она, а Германия? Или Бразилия? Или же Бразилия позорно слилась Германии? В общем, он совершенно потерялся в этом ворохе информации и был в ней совершенно не уверен. Вот вообще ни на грамм не уверен! Поэтому и лезть в эту бездонную яму не собирался.

К тому же, основной минус ставок на спорт заключается в том, что все букмекеры так или иначе связаны с криминалом. Вроде как он слышал, будто в Китае этот бизнес вместе с лотереями контролируется государством и там в плане получения выигрышей всё попроще, но это не точно. С его двадцатью тысячами высокие шансы получить свой выигрыш. Но если он будет ставить миллионы и выигрывать, то им наверняка заинтересуется букмекерская мафия. Эти люди любят получать деньги, но им очень не нравится их отдавать.

Впрочем, какой смысл об этом рассуждать, если он настолько далёк от спорта, что даже не знает о победителе недавнего чемпионата?

Плагиат песен из будущего, которые пока ещё не написаны? Звучит вроде как неплохо, если упустить моральную сторону этого вопроса. Всё же какие-то авторы будут обделены, даже не узнав, что их ненаписанное творчество было кем-то похищено и использовано для личного обогащения. Алексу было наплевать на моральную сторону вопроса. Перед ним встала другая более значимая проблема: он не помнил ни одного хита, ни одной песни из будущего! Вернее, кое-что он помнил наподобие нескольких строк или куплета, но этого мало.

На тутубе он смотрел ролики, в которых блогеры разыгрывали людей. Среди них был один блогер, розыгрыши которого были добрыми и невинными, но смотреть на них было смешно. Он предлагал прохожим надеть наушники и спеть песню вместе с исполнителем. Если получится хорошо — прохожий получал деньги. Нет — ничего не получал. В большинстве случаев это было настолько нелепо и уморительно, что сложно было не заржать. Когда на фоне для зрителей нет фоновой музыки и оригинального голоса исполнителя, это выглядит как несвязные выкрики части фраз. Участники эксперимента в большинстве своём выкрикивали те слова, которые помнили, многие строки путали, часть слов и предложений пропускали. В общем, такая песня намного хуже, чем её отсутствие.

Плагиат книг? Так их он тоже не помнил полностью, только смутно сюжеты. И писать совсем не умел. Так что это тоже посчитал бесполезным.

Единственным вариантом ему виделось стать блогером на тутубе или стримером. Вот только популярность блогеров начнёт вырастать позже. Сейчас же, в двухтысячном году, даже тутуба ещё не существовало. Как можно в такой ситуации думать о том, чтобы разбогатеть за счёт ещё не существующей профессии? А ещё немаловажно то, что не каждому суждено стать популярным и богатым блогером. На одного такого приходятся сотни, а то и тысячи тех, кто потерпел крах и заработал дырку от бублика, даже ушёл в минус из-за покупки дорогостоящего оборудования.

В этот момент Александр больше всего жалел о том, что не интересовался ничем, что могло поспособствовать его обогащению с учётом его способности перерождаться в прошлом. На его месте какой-нибудь рядовой и никчёмный попаданец уже бы свернул горы. Ведь, как известно — попаданцы всё могут, даже если в прошлой жизни были обывателями, которые вечно задалбывались на работе и ничем особо не интересовались. Но стоит такому обывателю попасть в прошлое, и он без особой памяти и подготовки вдруг начинает знать об акциях, на которых можно разбогатеть. Или помнит выигрышные номера лотерейного билета, розыгрыш которого непременно состоится на днях. Или досконально помнит о том, кто и с каким счётом победил в очередном футбольном чемпионате. Не то, что Шульц, который даже не знает, какая страна победила в Евро-2000, который закончился всего пять месяцев назад.

Пока же о карьере блогера оставалось лишь мечтать, нужно было как-то зарабатывать на хлеб насущный. И не мешало бы добавить в график «хобби» ещё и изучение различных схем быстрого заработка для путешественников во времени. Нужно изучить хотя бы один набор чисел для лотерей. Запомнить, какие футбольные команды или сборные каких стран когда и у кого выигрывали. Ну и тому подобные мелочи. В идеале неплохо бы было бы овладеть информацией по котировкам ценных бумаг, вот только Алекс сомневался в том, что ему одной жизни хватит на всё это. Уж слишком амбициозные цели он себе поставил, а ведь даже ещё не нашёл источника заработка.

Подумав, он сорвался с места и покинул Барселону, уехав на Майорку. На этом курортном острове он устроился на работу официантом. Ему предоставили в качестве жилья каморку на чердаке того же дома, в котором располагалось кафе. Там они ютились вдвоём с таким же молодым официантом — испанцем по имени Диего. У него всё тело было покрыто татуировками, в носу и ушах пирсинг. Он жил на расслабоне, получая от жизни полный спектр удовольствий, который был ему по карману.

Много ли нужно молодым людям? Крыша над головой есть, какие-то деньги за работу платят. График щадящий — два на два. То есть два дня подряд работаешь с утра и до поздней ночи, а в оставшиеся пару выходных можешь тусить сколько влезет на местных пляжах с вулканическим песком. Или объездить весь остров вдоль и поперёк. А главное — тут много симпатичных туристок.

Главное отличие обычной девушки от туристки в том, что последняя приехала отдыхать и оттягиваться по полной программе. Поэтому туристки намного более доступны, чем они же в обычной жизни. При виде мускулистого и голубоглазого красавчика-блондина многие девушки готовы были сразу выпрыгнуть из трусов. Они даже в большинстве готовы были его угощать, после чего тащили к себе номер.

Осознав, что он может не платить за девушку, а есть и пить на халяву, потом ещё провести с ней ночь в удобной кровати в отеле, а не в тесной каморке в компании храпящего татуированного парня и выдыхаемого им перегара, Шульц начал часто эксплуатировать эту возможность. Почти каждые выходные он ночевал вне кафе.

Ему так понравилась такая лёгкая, расслабленная жизнь, что на какое-то время он позабыл обо всех своих планах. А когда начал вспоминать о них ближе к лету, начинался высокий туристический сезон. Во время него зарплата повышалась, а количество симпатичных туристок на квадратный километр резко возрастало. Он не мог заставить себя покинуть этот райский остров, который был воплощением мечты для таких же молодых парней, как он. Вот только многие парни, которые приезжали сюда на отдых, платили за это кучу денег. А он деньги зарабатывал и откладывал, причём больше, чем при работе официантом на материке.

А что? Он в первую очередь экономил на жилье. Аренда обычно съедает львиную часть дохода. Плюс туристы иногда оставляли щедрые чаевые. В свободное время он часто ел и выпивал за счёт новых знакомых, знакомство с которыми обычно длилось от одной ночи до недели, максимум до пары недель. В общем, деньги у него оседали в кармане с неплохой скоростью. При этом он всегда мог найти себе развлечение и доступную любовь. Минусов он не видел, и наслаждался такой жизнью, пока мог.

Nota bene

Книга предоставленаЦокольным этажом , где можно скачать и другие книги.

Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту, например, черезAmnezia VPN : -15% на Premium, но также есть Free.

Еще у нас есть: 1. Почта b@searchfloor.org — получите зеркало или отправьте в теме письма название книги, автора, серию или ссылку, чтобы найти ее. 2. Telegram-бот, для которого нужно: 1) создать группу, 2) добавить в нее бота по ссылке и 3) сделать его админом с правом на «Анонимность» . * * * Если вам понравилась книга, наградите автора лайком и донатом: Крушение сурка. Том 2