Пролог

Ева– Сав, ты на работе? Хотела заехать к тебе, нужно определиться со списком гостей и… Нам нужно поговорить, – добавляю в конце голосового сообщения.Кусаю губы от нервозности. Я сегодня была у доктора.У меня есть две новости для мужа, очень важные.Ответа от Савелия нет. Одинокая серая галочка так и зависла на экране смартфона.Телефон Гуляева так некстати выключен. И именно тогда, когда муж мне так нужен.Поднимаю глаза и рассматриваю светофор в пробке. Делаю тяжелый, рваный вдох.Не хочу звонить новой секретарше Савелия и уточнять, чем он занят. Еще больше не хочу быть похожей на типичную жену-душнилу или параноика, которая везде видит блуд и измену. Но…Телефон Гуляева молчит.Вместо Савы на мой номер прорывается неизвестный.– Ева! Это тетя Валя! Ты совсем обнаглела, дорогуша? – кричит в трубку моя соседка, которую я узнаю по первым нотам визгливого голоса.– Добрый день, Валентина Борисовна. Что-то случилось? – спрашиваю, преодолевая, наконец, пробку.– Ах, ты ж, святая простота! Ты кого ко мне поселила? Знаешь, сколько дают за организацию притона? Видела бы твоя мама, что творится в ее квартире! – причитает Валентина, щедро проливая мою квартирантку проклятиями.Я тру лоб, покрывшийся влажной неприятной испариной.Соседи у меня эксцентричные люди и ненавидят квартирантов.Именно поэтому, свою квартиру я не сдаю…– Какая квартирантка? Тетя Валя, я не сдаю квартиру. Там ремонт идет, вообще-то. Может, вам показалось?– Ева, ты меня за дуру держишь?! Я, по-твоему, перфоратор с сексом перепутала? И мне кажется, что за стеной кто-то ахается сутки напролет? Да моя дочка лично видела, как твой муж притащил туда какую-то малолетнюю шалаву! Еще поздоровался, главное! Интеллигент дутый!Валентина Борисовна кричит, ругается и говорит такие вещи, что волосы поднимаются дыбом от предположений, что же на самом деле происходит в мое отсутствие.– Мой муж там? – слова застревают и режут по живому, точнее, чем хирургический скальпель.Нет. Не может быть. Он на такое не способен.– Ева, мне плевать как вы там живете, но у меня голова болит от ее ора! Что он там с ней делает, что она до хрипоты стонет?! – возмущается Валентина.Резко выкручиваю руль.У меня даже ключей от квартиры с собой нет. Один комплект забрал Сава, чтобы отдать строителям, а второй так и остался у него в машине, валялся на консоли.Я была в квартире месяц назад и видела только серые стены, строительный мусор, а муж, оказывается, готовил гнездышко для утех с любовницей?!В голове дурман, состояние дурноты усиливается с каждым километром.Я приближаюсь к дому, на деревянных ногах иду к подъезду и тут же вижу сотрудника полиции, который направляется ко мне. Рядом с мужчиной важно выступает дочка тети Вали, Маша. Полная женщина ненавидит меня, но очень обожает моего мужа. Он всегда ей нравился.– Вот она, стерва! Товарищ участковый, это она хозяйка притона! – Маша тычет в меня пальцем, а высокий мужчина рядом с ней хмурится и сводит брови на переносице.Я ничего не понимаю, но ясно, что соседи вызвали полицию из-за какой-то девушки, которую притащил мой муж.– Ева Александровна? Соседи жалуются на шум из вашей квартиры, – еще сильнее хмурится блюститель закона.– Я не сдаю жилье. Что происходит, объясните? – теряю терпение.Все происходящее больше на фарс похоже. Озираюсь по сторонам. Машины Гуляева нет, вообще нет никаких признаков, что мой муж здесь находится.– Сдаете или нет, но из вашей квартиры доносятся стоны, кхм, нарушающие тишину. Я уже допросил девушку, давай разбираться теперь с вами, – цедит недовольно, направляясь к дому, а я следую за ним, не ожидая ничего хорошего.– Скажите, мой муж там, наверху? С кем она была? – неверяще мотаю головой.И тут из лифта нам навстречу выплывает знакомая фигура.У меня челюсть отвисает, когда вижу, кого застали здесь мои бдительные соседки….

Глава 1

Ева – Привет, Ева! О, я так рада тебя видеть! Знаешь, что тут эти бабки устроили? – говорит мне спокойно пигалица, которую я знать не знаю. Хотя… Присмотревшись, узнаю в девице с растрепанными волосами и в помятой пижаме племянницу моего мужа, Наташу. – Итак, Шмарина Наталья Эдуардовна. 2006 года рождения, – зачитывает какие-то записи участковый. – Вообще-то, 2005 года. Я совершеннолетняя, мне почти двадцать! – фыркает Наташа. – Какого черта ты здесь делаешь? Кто тебе ключи дал? И почему ты тут устроила такой шум, что соседи мне звонят?! Я засыпала ее вопросами, но девушка ведет себя так невозмутимо, будто это я виновата. – Мне Савелий дал ключи. И я здесь… с парнем была. Ну, пошумели и что теперь? Эта, толстая, меня вообще сама спровоцировала! Ева, не слушай их. Она стала долбить в стенку чем-то, а я стала кричать, специально. Ничего такого не было! – Было! Было! Да ведь врет и не краснеет! – кряхтит раскрасневшаяся Мария, дочка моей соседки тети Вали. – Сколько ты живешь тут? – спрашиваю у девушки, которая ведет себя слишком нагло и уверенно. – Неделю. – Это просто возмутительно! Я… Ты могла бы позвонить мне. Ты же взрослая девушка! Совесть есть вообще? Савелий не сказал тебе, что мы делаем ремонт и будем продавать жилье и никаких посторонних жильцов тут быть не может? – я сдерживалась, чтобы не вытащить загостившуюся Наташу за волосы из подъезда. А она вела себя слишком уверенно, что руки так и чесались проучить ее. – Сказал. И что? Ева, ну в самом деле! Я же не разрушу там стены! Там и ломать-то нечего… Мебель так себе, все простенькое. И ремонт тоже, – она пождала губы и хмыкнула. Я рассматривала Наташу и не верила, что муж просто так мог поселить свою родню в мою квартиру и соврать мне. Наглая родственница приехала без предупреждения и живет в моей квартире, провоцируя соседей. – Прости, но я не собиралась тебе говорить, просто дядя дал ключи и сказал: "Живи пока, все в норме". Я поживу тут бесплатно, тихо буду себя вести. Тебе же не жалко квартиры для родственницы? – спросила загостившаяся нахалка. Ната не родная племянница моего мужа, и даже не "седьмая вода на киселе". Ее мать, Людмила, вышла замуж за двоюродного брата моего мужа. Мужчина удочерил Наташу, дочку Люды от первого брака. Потом у Люды и Сергея родился еще сын, но таких привилегий как для Наты, ни для кого у нас не было. Вообще, родню мужа я всегда держала на расстоянии. Им палец в рот не клади… – Наташа, тебе придется уехать. Я поговорю с твоим дядей Савелием. – Какая она племянница, кстати? Родная что ли? Божечки, он же там с ней! – набором нелепых фраз сыпала моя соседка Мария, выводя меня из себя еще больше. – Маша, да замолчи ты! Это дочка жены брата моего мужа! – едва выговорила я эту скороговорку. – Ооо… Ясно. Санта-Барбара, короче! Товарищ участковый, ну вы-то хоть меры примите или на тормозах это спустите? Дочка моей соседки, тети Вали, уставилась на мужчину в форме, который вообще нас не слушал, а что-то рассматривал в своем телефоне. Но он не мог не отреагировать, а мне перед продажей совсем не нужны были проблемы. – Как будем решать вопрос, Ева Александровна? – строго спрашивает он. – Все просто. Наташа едет домой, в деревню к матери, а мои соседи не поднимают шум на ровном месте! – сказала металлическим тоном. – Дядя мне разрешил! – выпрыгивает вперед Наташа, с вызовом глядя на меня. – Да ну вас всех! Пойду делами заниматься. Все время на вас потратила! – отмахнулась от меня и от моей наглой родственницы соседка. Я развернулась к участковому и со всей ответственностью заявила, что Наташа уезжает домой или снимает себе другую квартиру. Ната же вела себя так, что терпение меня быстро покинуло. Я взяла ее за локоть с силой, потащила наверх, чтобы помочь собрать ее вещи и скорее выдворить нежданную гостью восвояси. Мужчина в форме ушел, но сказал, что это было первое и последнее предупреждение и больше никаких поблажек для моих квартирантов не будет. Я решила подняться в квартиру и проверить все ли там в порядке, заодно оценить как движется ремонт, ведь мужу я уже не могу доверять! Наташа не шла, а тащилась за мной, постоянно ноя и упрашивая меня ее оставить "на пару дней". – Ева! Ты не имеешь права меня выселять! Мне жить негде! – кричит пигалица, неохотно поднимаясь за мной по ступенькам. – Савелий здесь был? Он тут был с тобой? – с горечью спросила ее, и по рукам пробежали мурашки. В присутствие какого-то мифического парня я не верила, но и в измену мужа поверить не могла. – Не было его! Кого ты слушаешь?! Эта толстая доносчица меня оболгала! У меня парень есть, я его привела. Соскучилась очень, – обхватив себя руками, выдала Наташа. Мы стоим у двери в мою квартиру. – Мне все равно, зачем ты приехала, и почему Савелий разрешил здесь остаться. Я собираю твои вещи и ты уезжаешь. Я хозяйка квартиры! Точка, – заявляю ей. Но Наташа стоит на своем и никуда не собирается. – Тогда я звоню дяде! Он сейчас тебе все объяснит. Ты ничего тут не решаешь! – кивнув и состроив нахальную улыбочку, говорит мне родственница мужа. – Да? Ну, сейчас убедишься во всем сама, дорогая, – улыбнулась ей в ответ и захлопнула дверь перед ее носом. Наташа осталась на площадке. Она не стала стучать и ломиться в двери, но через несколько минут, когда я уже паковала ее чемоданы мне позвонил муж и буквально катком прошелся. – Ева, что ты к ней прицепилась? Почему ты орешь на Наташу? Ты ведь не знаешь, что она должна у нас пожить ради одного дела! – Гуляев, какого дела? Ты себя слышишь? – я на минуту замолчала и добавила. – Ты был здесь с ней? Тебя видели соседки. Чем вы занимались? – Я на работе, Ева. Не неси чушь! Давай, езжай по делам, а вечером мы поговорим дома. Падчерица моего брата поживет в твоей квартире. Ничего страшного, – безапелляционно добавляет мой муж. Но я не стала его слушать. Чемоданы были собраны быстро. Вещей у Наташи оказалось не так немного, но все было исключительно новое, будто из магазина только. – Ты поступаешь неправильно, выгоняя меня! – заявляет девица, когда я пригласила ее внутрь, чтобы переодеться. Выгонять ее в пижаме показалось мне совсем уж бесчеловечным. – Не дерзи, а быстро переодевайся, бери вещи и уходи! Если бы ты вела себя нормально, то я бы говорила иначе. А так, до свидания, Наташа! Наташа надула пухлые губешки, задрала курносый нос и еще раз попыталась мне чем-то пригрозить. – Ты никто здесь, не выводи меня, Наташа! С этими словами я окончательно выставила ее за двери. Но осадочек остался, а еще остались вопросы к мужу. Был ли Савелий здесь, что делал, почему соврал мне и что за теплые чувства у него к молодой пигалице, которую и родней-то нельзя назвать....

Глава 2

Ева Я закрыла квартиру, забрала ключи и договорилась с мастером, который сменит замки после нежданных наглых гостей. Так будет лучше, и я смогу спокойно продать жилье, без происшествий. Я отправилась домой, перебирая в голове все, что произошло сегодня. Сначала я хотела просто поговорить с мужем, а потом случилось то, чего совсем не ожидала… – Евусь, привет солнышко, – отец звонит мне вечером не просто так. – Привет, пап. Как дела? Как Агния? – я спрашиваю, параллельно просматривая на планшете отчеты по затратам. – Мы прилетаем завтра. Слушай, Ев, а ты чего такая хмурая? Я же тебя знаю. Ты какая-то не такая. Зять мой учудил? – настойчиво пытается выведать правду отец. Что я могла сделать? Жаловаться отцу на Гуляева, на то, что притащил свою недо-племянницу и де-факто дал Наташе разрешение потрахушки в квартире моей мамы? Нет. Я не могла такое озвучить папе по телефону. – Евуся, – папа все также называет меня, как в детстве, хоть я уже давно взрослая. – Пап, приезжайте. Я буду рада. Может, встретить вас в аэропорту? – Нет, дочка Агнии нас встретит, – ответил отец. Собственно, от мачехи я другого и не ожидала. Агния старалась общаться со мной нормально, всегда дарила подарки, но между нами, как это бывает, не было тепла. Полгода назад отец вложил средства в мою фирму. Мачеха сделала вид, что наши финансовые дела ее не касаются. Помнится, она тогда даже поздравила меня с новым этапом в моей карьере… Возможно, папина жена считала, что отец слишком меня балует, слишком опекает. Может быть, Агния хотела, чтобы папа больше помогал ее дочери. Точно не знаю… С Агнией мы общались хорошо. И я чётко понимала, что она – жена моего отца, но никак не замена моей матери. – Ева, мне нужна твоя помощь с документами. Сможешь из дома мне отправить кое-что? – Да, сейчас. Пап, подождешь минуту? Я перезвоню, планшет на работе оставила… – отвечаю. Я сказала отцу, что сейчас же возьму ноутбук Савелия, и все ему отправлю. Гаджет моего мужа валялся без дела в ящике его рабочего стола. Я пользовалась им, когда мне было нужно. И сейчас, без задней мысли, я вошла в кабинет Савы, достала макбук и удивилась. – Ничего не понимаю, – я кручу ноутбук, не понимая. Вход был запаролен, хотя мой муж сам твердил, что ненавидит пароли и нигде их не устанавливает, чтобы не забыть или не перепутать. А тут вдруг изменил своим принципам. Я сказала отцу, что перезвоню ему и присела на место мужа. Стала думать, искать, бесцельно шаря по столу, будто где-то есть подсказка. Наугад вводила цифры, играя в хакера… И у меня получилось вскрыть гаджет мужа, хоть и не сразу. Оказалось, что Сава очень любит свою мать. Паролем для ноутбука муж выбрал самую важную дату в его жизни – день рождения его матери, моей свекрови. 29 февраля и год рождения Вероники Филипповны. Пароль подошел идеально… На рабочем столе была идеальная чистота, будто кто-то специально навел здесь порядок. В браузере тоже была очищена вообще вся история. И даже Скайп, которым муж часто пользовался по работе, он «снес» по непонятной причине. – Что-то Савелий стал слишком аккуратным. Совсем не похоже на него, – думается мне, и по спине ползет неприятный холодок. Я захожу на страничку почты в браузере и вижу почтовый ящик мужа. Он открыт, висят непрочитанными несколько писем… В другой ситуации я бы не стала так делать, но сейчас руки буквально зудели и так и тянулись открыть почту Гуляева. В мыслях я еще раз сравниваю себя с женами его друзей, про которых муж рассказывал с усмешкой. – Ты сам виноват, Сава, – мысленно отмахиваюсь от своей совести. Первое же письмо убивает. Это было письмо с электронным авиабилетом для Наташи, который муж предварительно забронировал и оплатил. Значит, ее визит – это не случайность. Мой муж сам ее сюда пригласил или пигалица напросилась. И она здесь уже неделю… Подтверждение вранья Савы меня доконало, но я продолжаю штудировать дальше его переписку. Остальные письма по работе. Какие-то графики, ссылки… Но есть еще секреты, которые я не знаю и узнаю, тайно прочитав переписку мужа. – Ого. Да я теперь жена крутого начальника, – хмыкаю неверяще и еще раз перечитываю поздравление для Савы от коллег. Савелия Николаевича Гуляева бурно поздравляют коллеги с назначением на должность начальника отдела. Не рядовое событие, но он со мной не поделился. Назначение совпало с переездом Наташи в наш город из глухой деревушки, где живет ее мать и отчим. Сдуваю со лба прядь волос, которая выбилась из причёски и хочу закрыть ноутбук, предварительно подчистив следы своего наблюдения за мужем, но вдруг приходит новое сообщение. «Рады приветствовать вас в отеле Гранд Пэлас!» Цепляюсь взглядом за текст и не верю: муж только что снял номер в супер-дорогом отеле! Даже если это не люкс, то такие траты нам сейчас не по карману. Сава просто адски экономит на всем в последнее время, а тут вдруг такие траты. Первая и единственная мысль, которая бороздит сознание: он снял номер для своей мерзкой падчерицы! Неужели, он поселил туда Наташу? Или снова совпадение? Не могу терпеть и ждать очередного сюрприза от Савелия мне надоело. Набираю номер мужа и жду, пока он поговорит с кем-то по второй линии. – Да, родная, – выдыхает Гуляев, будто кросс пробежал. – Сава, ты где? – барабаню пальцами по крышке стола. – Фуф, работаю, детка! Поселил сейчас в отель одного перца из руководящего состава. Устал, кошечка. Пипец как хочу к тебе. Работу закончу и приеду, Ева, – говорит, будто ничего такого не случилось. Но все идет не так, как обычно....

Глава 3

Ева Я жду Саву и чувствую, как внутри все полыхает от злости. С каждой минутой все более очевидно, что нет никакого «перца», а есть перчинка Наташа, с которой возится мой муж. Для нас с сыном – экономия, а для чужих – номера люкс и авиаперелеты бизнес-классом. В то, что в семейке потомственных алкашей появились деньги на билет для Наты, верится с трудом… Смотрю на часы и охаю: мне пора забирать сына. Накидываю легкую рубашку поверх топа и надеваю свободные джинсы. Едва успев спрятать ноутбук Гуляева, я забираю ключи и выхожу из дома. В пробке невольно думаю, почему же муж стал таким скрытным и что меня ожидает дальше. Явно, ничего хорошего эти изменения не несут. Измена? Развод? Мысли надуваются и лопаются в голове, как гирлянды воздушных шариков. Рвать отношения первой я не привыкла, но и жить со мной, как с неудобной соседкой, не позволю. И тем более не позволю тратить мои деньги на каких-то Наташ… В последнее время все свободные средства уходили на нужды фирмы. Савелий взялся мне помогать, когда мой сын Эрик болел. Муж так заигрался в бизнесмена, что решил, будто фирма полностью ему принадлежит. Пришлось напомнить Гуляеву, что у него есть основная работа, а бизнес – мой. Сава обиделся, но вида не подал. Видимо, поэтому Савелий скрыл назначение на новою должность… По дороге мне звонит папа, он уже успел посмотреть отчеты и дает мне дельные советы. – Ева, прекрасные показатели! Для такой небольшой фирмы, это прогресс. Ты не хотела отдать своих девчонок по договору аутсорсинга? – Хотела бы, пап. Но у меня маленький штат. Нужно небольшое помещение, какой-нибудь салон красоты или фитнес-клуб. Савелий назвал это бредовой идеей, в общем, – помолчав, добавляю. – Но я разместила объявление и нашла фитнес-клуб «Прайд». В понедельник мы заключаем договор. – Умница, Ева. Делай так, как ты хочешь. А Сава… Кажется, за два года вашего брака у него глаз замылился. Хах, слышал бы муж слова своего тестя, точно выпал бы в осадок… Благодарю папу за то, что он меня поддерживает и помогает. Паркуюсь возле дома моей подруги Лены. И тут же слышу звонкий детский смех, несущийся эхом из ее усадьбы. Первым ко мне вылетает Эрик, мой сладкий и любимый сынок. – Привет, мой сладкий! Подхватываю кроху на руки и кружу его. Так соскучилась за день, будто неделю его не видела. – Мама, сматли! – протягивает мне красивый синий кораблик. Следом выходит Ленка в мокром платье. – Ну, как вы тут? О, вижу, пенная вечеринка пошла не по плану! – смеюсь, глядя как дети облили маму именинника. – Да, вообще! Детишки искупали меня, Ева. Зря ты не осталась, было очень весело. – У меня сегодня был аврал, – говорю подруге, удерживая рвущегося крошку на руках. Эрик хочет гулять, но уже поздно и нам пора ехать домой. – Приезжайте на днях. Эрику у нас очень понравилось, да, милый? – Ленка подмигивает моему сыночку, а Эрик прячется за меня и смущается. – Лен, скажи… У тебя есть знакомый адвокат? – Какой? По уголовке или по гражданским процессам? – стараясь отлепить от ног мокрое платье, спрашивает подруга. – По расторжению брака и разделу имущества, – с трудом выговариваю простые слова. Лена, присвистнув от удивления, говорит, что скинет мне сегодня контакт очень хорошего юриста, знакомого ее мужа. Но мои слова задевают. Она любит меня, как сестру, и на мои проблемы всегда участливо реагирует. – Честно, не ожидала, Ева. У тебя все в порядке? – она смотрит на меня, ища ответ. Ответа пока нет. Еще бы, я и сама считала, что у нас с Савой идеальный брак. А теперь какая-то червоточина поселилась в душе и грызет с каждой минутой все ощутимее… Подруга всерьез переживает за меня и, сделав паузу, спрашивает, все ли у нас с мужем в порядке? – Лена! Ты где? Помоги мне, – зовет ее муж. Он всегда уделяет детворе максимум внимания. – Ленусь, иди. Все в порядке. Потом поболтаем, – отмахиваюсь от нее. – Ну, хорошо. Если что – я всегда на связи, Ева, – с ноткой недоверия в голосе она меня обнимает и целует в щеку Эрика. **** Муж вернулся домой, когда я уже готовилась ко сну. Эрик сладко спал в своей кроватке, вдоволь наигравшись с детьми Лены, Мартой и Митей, и гостями именинника. Гуляев входит в квартиру молча, шумно переводя дыхание. Муж раздевается прямо в прихожей, скидывая все до трусов и ныряет в ванную комнату. Наблюдаю его вещи, стопочкой сложенные в прихожей. – Приступ чистоты не отпускает Савелия, – думаю я про себя. Сначала муж почистил ноутбук, а теперь с порога бросается в ванную… Савелий выходит с полотенцем на бедрах. Его красивый, загорелый торс, покрытый капельками воды, блестит в свете кухонных светильников. Муж красуется передо мной и поигрывает мышцами. Подходит и небрежно целует в шею. Отворачиваюсь. – Привет, бандитка. Ну, ты устроила, конечно, Ева! Ты зачем Наташку эту толкала по всему подъезду? Я едва убедил мелкую не писать на тебя заявление! – добавляет с усмешкой Савелий. Немая пауза. Я давлюсь словами от возмущения. – Савелий, что ты говоришь? Я твою "мелкую" Шмарину пальцем не трогала! Помогла собрать чемоданы и отправила к матери, в деревню! Ей нечего тут делать. Почему ты забронировал ей билет, не хочешь рассказать? – С чего ты взяла, Ева? На хер она мне нужна, билеты ей бронировать! Брат отправил деньги, вот я и купил. Они же у меня ничего не смыслят в этих делах, ездят только на оленях на своем севере! – нервно хихикает. Муж упускает момент, откуда я про билет узнала. Но у меня все внутри буквально бурлит от злости. – Куда она поехала и зачем вообще приезжала? – настойчиво уточняю у Савелия. – Сейчас поехала к папаше, к нему же и приезжала. Наташа давно уже переписывалась со своим биологическим отцом, он, оказывается, богатый чувак. – Так и снял бы дочери квартиру. – Ев, я прост о выполнил волю брата! Ну, ты хочешь, чтобы она осталась жить в своем деревенском захолустье и отдалась алкашу за бутылку? Жалко мелкую, она еще совсем дитя! Савелий ведет себя как отец-наставник, а я видела сегодня эту «детку» полуголой и в очень возбужденном состоянии. Малышкой ее не назвать. Наташе 20 лет и она очень развита для своего возраста. – Она была с тобой? – разворачиваюсь резко. – Ева, ты что несешь? Ты меня специально провоцируешь? Сначала не даешь, а теперь мне роман с малолеткой суетишь? – Савелий багровеет, проводит рукой по мокрым волосам и лезет ко мне. Муж нагло задирает мою домашнюю пижаму. Соски от его холодных пальцев становятся каменными. Но прикосновения Савелия неприятно щекочут нервы. Я его не хочу. Словно чужой мужчина меня касается… – Детка, да ты меня хочешь! – масляно улыбается Гуляев. Я смотрю на мужа и не верю, тому, что вижу сейчас. У Гуляева на шее четкий след, будто от женских ногтей. – Савелий, у тебя царапина на шее, – говорю ему, сглатывая ком. – Что? Где? – он подбегает к зеркалу. – Ах, это… Так меня Эрик поцарапал вчера, когда мы играли. Постриги ногти сыну, Ева. Ты же мать, займись мелким! А то ударилась в бизнес, как ненормальная. – Я забочусь о сыне достаточно! А вот ты, Сава! Глаза Гуляева наливаются кровью, он смотрит на меня, не моргая. – Ева, прекрати истерику! То ты к Наташке меня приревновала, то теперь царапины тебе мерещатся! Если ты хочешь, чтобы мы поругались, то не выйдет. Я тебя люблю. Я извиняюсь, что редко приезжал к вам в больницу. И вижу, что ты именно из-за этого на меня взъелась! Но на то были обстоятельства. Я строю карьеру, на это нужно время! – говорит Савелий, то ли скандаля со мной, то ли оправдываясь… И неожиданно в запале выдает новость о том, что его повысили. Камень падает с души. Может, я себя накрутила? Но подозрений на ровном месте просто не бывает! Мы отдалились, я чувствую, что между нами пропасть и недопонимание… – Сав, ты поверил Наташе, а она меня оболгала. Ты ничего не объяснил толком! У меня были проблемы из-за этой наглой пигалицы! Почему ты возишься с ней? Это все выглядит странно. А про больницу… Я вообще молчу. Если работа для тебя важнее, то может, стоит расстаться? – Нет. Ева, я тебя не отпущу. У нас, млять, семья! Ты прекращай, детка, – он целует меня, сгребая в объятия. Я ухожу от него, сажусь к столу, будто ищу, куда бы спрятаться. Вместо ответа муж говорит, что я обидела его племянницу. – Связь с ее папашей мне нужна для дела, Ева. Как ты не понимаешь?! Я же все делаю для нашей семьи! У нас дети скоро пойдут, ты дома засядешь с малыми. А я буду нас обеспечивать, детка, – он обнимает меня. В моей душе гранаты рвутся. Я упорно не верю мужу. А Гуляев ко мне так и липнет, снова трогая мой топ и тараня грудь, играя с ней. Отодвигаю его от себя снова, закрывая обнаженную грудь ладонями. – Сава, я хотела тебе сегодня сказать… до того, как соседка позвонила мне из-за твоей гребаной Наташи, – подбираю слова. – Не ругайся на мелкую выдру. Я ей вставил пистон, больше такого не повторится. Боже, как его слова двусмысленно звучат! – Так что ты хотела сказать, Ева? – непонимающе смотрит на меня Гуляев. В довершение ко всему, он забыл, что я сегодня в больнице была. Думаю еще пару секунд и говорю ему, что я узнала результаты наших обследований. В клинике ЭКО я успела побывать до того, как мне позвонила соседка и рассказала про незваных гостей. – Сав, у нас не может быть общих детей. Только если через процедуру ЭКО. Поэтому, я решила не заморачиваться. У нас есть Эрик и… – но муж не дает мне договорить. Гуляев накладывает себе стейк и гарнир и с удовольствием все это поглощает. Муж ест с небывалым аппетитом, а его глаза светятся каким-то странным огоньком. – Ты права, Ева! Я стопроцентно с тобой согласен! Не заморачивайся! Оно тебе надо, это ЭКО?! – выдыхает муж, пережевывая стейк, как голодный волк. – Нет, – серьезно говорю ему. – Вот и не грузись. Будешь себя еще гормонами пичкать, таблетки какие-то есть! Не нужны нам такие дети, правда же? – муж мне подмигивает. Я тяну улыбку, а в душе кошки скребут когтями. Шестое чувство меня не подвело: я не зря не хотела делать ЭКО, не зря не хотела рожать от Гуляева, несмотря на то, что у нас все было хорошо. Он ведь мне еще два месяца назад мозг выносил, что нам нужен ребенок! Муж был готов на все, чтобы заставить меня забеременеть! А теперь так легко от своих слов отказался. Я встаю с места, выхожу из-за стола и направляюсь в спальню. – Ты куда, Ев? А супружеский долг? – бросает мне в спину Сава. – Не сегодня. Устала что-то, – нарочито зеваю. Мужа оставляю в легком бешенстве. Сава мечет свой ужин и что-то бурчит мне в след, демонстрируя обиду. Я ложусь спать в детской, на диване около кровати Эрика. Прищурившись, читаю сообщение от Лены и сохраняю номер телефона адвоката, еще не зная, как скоро он мне понадобится….

Глава 4

Ева Этой ночью мы с мужем впервые спали в разных спальнях. Я – у сына в детской, а Савелий – раскинувшись на нашей кровати. Когда Гуляев шумно захрапел, я умудрилась пробраться в его кабинет и достать ноутбук из ящика рабочего стола. Я успела сделать скрины всех его дорогостоящих покупок за последние два дня. Муж удалил письма из ящика, почистил корзину почты, но кое-что все-таки осталось… В восемь часов мне написала Лена и предложила привезти моего Эрика к ним домой и тем самым продолжить вчерашний праздник. Я с радостью согласилась. Сегодня у меня были грандиозные планы. Сначала – встреча с новыми партнёрами моей мини-фирмы и подписание контракта на большой заказ. Мне повезло и я нашла заказчика на клининговое обслуживанием тренажерного зала премиум-класса… Далее – встреча с юристом. А потом – подготовка к ужину по случаю возвращения моего отца и его жены Агаты. Мы должны были идти к отцу вместе с Савой, но Гуляев сказал, что будет занят. После бессонной ночи, я даже рада, что мы будем с мужем не вместе… – Ева! Доброе утро, любимая. Ты такая сексуальная в этих шортиках, – нагло машет мне рукой из ванны Савелий. Он движется ко мне вальяжной походкой, преследуя масляным взглядом. Буркнула ему сухое «привет» и скрылась в кухне, чтобы приготовить кофе и хоть чуть-чуть прийти в себя после адской ночи. Муж подходит ко мне, стискивает руками мои бедра и вдавливает в свой пах. Мой костюм из светлого льна с шортами-бермудами нещадно мнется. – Сав, отпусти. Мы выходим через пять минут, а ты меня лапаешь, – уворачиваюсь. – Ева, я ждал тебя в постели, – говорит муж, не отпуская меня. Через тонкие шорты чувствую, что у Гуляева утренняя эрекция. Но отодвигаюсь от него, показывая равнодушие. – Опять, что ли, голова болит? Молчу в ответ на глупую шутку Савелия. Гуляев бесится, я спиной ощущаю, как он кипит от негодования. – Не болит голова, Сав. Просто не хочу. Тебя, – добиваю мужа. – Ев, ты уже с утра меня динамишь. У меня уже яйца болят от твоей бесконечной мигрени, млять! Я же не пацан, чтобы в кулак дрочить. Ты так не считаешь? – угрюмо цедит муж. От его слов веет неудовлетворенностью и ущемленным эго. Я же снова молчу. После вчерашнего выпада его страстно стонущей племянницы Наташи, я до сих пор не верю, что Савелий не был с ней в квартире. Мои соседки слишком любят Саву, чтобы на него наговаривать. Не знаю почему, но им я верю больше, чем мужу… – Хорошо, прости. Я сделаю все, чтобы вечером ты захотела, детка, – вдруг ретируется. Сава берет чашку, толкает ее под кофемашинку, рядом с моей. – Ева, тут такое дело… Малышка, мне сегодня нужен перевод. Подпишешь доки? – говорит мой муж, как ни в чем не бывало. Сглатываю ком в горле. Напрочь забыв о кофе, разворачиваюсь к нему и смотрю долгим, испытывающим взглядом. – Зачем? – на мой вопрос муж хмурится. – Надо. Ев, у меня нет денег на "карманные расходы", если можно так сказать. К нам из головного офиса приехал один крутой чел. Теперь мне приходится задницу ему лизать, извини за сравнение. Нужно двести штук. Отвезти его туда, сюда. Кафе, рестик, гостиница… Ох, нахал! Он требует у меня выдать ему приличную сумму, не потрудившись объяснить зачем ему она нужна. Пустые отмазки мужа звучат так по-детски. – И? Почему я должна выделить деньги для этого чела? – складываю руки на груди. Савелий тоже круто разворачивается ко мне. Щелкнув резинкой боксеров, он густо смеется. – Детка, ты чего упираешься?! Потому, что он мне нужен, Ев! От него зависит моя карьера, наше благосостояние! Или ты думаешь, я хочу из нашей фирмы деньги под таким предлогом спи*дить?! Ахахапхах, Ев не ломайся! От тебя нужна одна подписюлька и все! – нервно ржет Гуляев, стараясь меня обнять. Мне не до шуток. Муж никогда не просил у меня денег, тем более вот так жестко и нагло. И все эти изменения, которые случились за последние пару дней, мне совсем не нравятся. Я отряхиваю его руки со своих плеч, но Сава не успокаивается. Снова вдавив меня в свой пульсирующий пах, он выписывает восьмерки, трется о меня. – Сава, прекрати! Мне противно! – крикнув, отстраняюсь от него. Гуляев шумно выдыхает, поправив короткие волосы на затылке. – Нет, Сава. Я ничего не подпишу. Сначала мы на всем экономим, как ненормальные, потом живем за счет моей фирмы. А теперь ты просто решил забрать оттуда деньги? Напомню тебе, ты туда вложил меньше, Савелий! Я не могу отдышаться, нервы шалят, а пульс стучит в висках. Гуляев ехидно корчится, поджимает тонкие губы, и они становятся полоской-ухмылкой. – Ах, вот как. Тебе не кажется, что в последнее время ты стала слишком распоряжаться нашим бюджетом? Тебе слишком интересна моя фирма, но я тоже там хозяин, Ева! – рыкает Савелий. – Моя фирма. Только моя, дорогой почти бывший муж, – с улыбкой бросаю, зацепив неприятную тему развода. Савелий наливает багровой краской и вытаращивает свои и без того большие глаза. – Не шути так, Ева! Никакого развода не будет! Я тебя люблю, у нас семья! А насчет фирмы… – делает паузу и, нехотя, рокочущим голосом добавляет. – Прости, погорячился. Фирма твоя, Евчик. Сделаем так, как ты сказала, родная. Иди, дай поцелую. Савелий тянет ко мне свои ручищи, пытаясь поймать в объятия. Эмпатия к мужу, желание к нему прикасаться теперь и вовсе на нуле. В этот момент я увидела его настоящее лицо, которое он так старательно скрывал под маской порядочного семьянина и любящего мужчины. Мне стало горько от осознания, с кем я живу. – Не хочу, Гуляев, – произношу, скривив лицо, будто лимон только что съела. Савелий не ожидал такую реакцию, оттого он стоит в одних боксерах посреди кухни с недоуменным видом. Я забираю Эрика из детской, беру его вещи и свой кейс с документами. – Ев, ты обиделась что ли? Давай хотя бы кофе вместе выпьем, а? – кричит Сава. Его слова летят мне в спину. Сава пытается извиниться, но я выхожу из квартиры, не оборачиваясь….

Глава 5

Савелий Провожаю взглядом жену, пристально слежу, как Ева с сыном выходят из парадной. Свободной рукой держу телефон, как гранату без чеки. Внутренне молюсь, что жена успела уйти из дома и не увидела, кто мне звонит. Если бы она слышала хоть несколько фраз из этого разговора, то моя семья прекратила бы свое существование здесь и сейчас… – Твою мать. Ты следишь за мной, что ли?! – ругаюсь, но принимаю вызов. – Ну, привет. Зятек, – голос в трубке заставляет меня собраться так, что сжимается все. Абсолютно. – Добрый день, Эдуард Павлович, – топчусь в прихожей и привычно держу дверь, чтобы жена не вернулась и не подслушала. Говорить приходится тихо, сохраняя ювелирную секретность. – Как моя дочь? Наташа от тебя беременна? – властный рык олигарха Эдуарда Крестовского оглушает. – Да, от меня, – четко выговариваю в ответ. – Ясно. Жду послезавтра на ужин. Будем знакомиться, зятек, – также холодно и бездушно роняет. – Хорошо, мы придем. Эмм… – только хочу что-то добавить, как вызов прерывается. Чертов сноб так ведет себя, будто одолжение мне сделал. Остановившись возле зеркала, поправляю галстук, потом воротник рубашки. Край измят, рукава и вовсе как из жо… Стянув белую сорочку, несу ее на гладильную доску и старательно утюжу. Получается коряво, но это лучше, чем совсем помятым ходить… Отряхиваю складки, выругавшись. – Ева, Ева, что же с тобой стало, малышка, – тяжело вздыхаю, снова всматриваясь в зеркало. Раньше, когда жена мне гладила сорочки, все было идеально. А теперь я выхожу из дома в не глаженных вещах, позавтракав черным кофе с сухой печенькой. Вдруг, как вспышка из тысячи снарядов, меня осеняет, что я только что подписал себе приговор. Сам, собственноручно. Я договорился о встрече с отцом Наташи в один день с ужином в честь приезда моего настоящего тестя, отца Евы. – Млять, млять! Чертов склероз! – ругаю себя. Упираюсь кулаками о дверной косяк и с шумом выдыхаю воздух из легких. Мысли крошатся, как стекло. – Ладно, выкручусь. Тем более, я отказался заранее, – успокаиваюсь и, закинув на плечо пиджак, выхожу из дома. Перешагиваю ступеньки, так как лифт где-то вверху застрял. Погруженный в мысли, не замечаю, как на выходе из парадной, кто-то резко закрывает мне глаза. Чернота ослепляет. Я барахтаюсь в чьих-то руках и тут же, изловчившись, даю гребаному шутнику сдачи. Попадаю Наташке в висок. – Ай! Ай, Сава! Ты чего?! – хнычет Наташа, поднимая со ступенек очки. Она в рыжем парике, в черных солнцезащитных очках и черном облегающем платье. Таращусь на грудь, сглотнув, тут же перевожу взгляд на ее красное личико. – Ты чего, это же я, – дрожащим голосом произносит каждую букву. – Ты совсем рехнулась?! – рычу на глупую девчонку, хватая ее за тонкий локоть. – Что за маскарад? Что за гребаные прятки?! А если бы я тебя убил нахер?! Я озираюсь по сторонам в поисках вездесущих соседей. В квартире Евы такой просчет едва не стоил мне всего. – Сав, я соскучилась. Не хочу сидеть в одиночестве в этом убогом люксе. Я голодная, хочу твой сладкий… – пищит пигалица, поправляя сиськи, вылезающие из платья. – Наташа, убогий люкс?! Ты в себе? Ты вчера в деревне жила, где всего тысяча человек по данным переписи, и теперь вдруг такие выпады?! Пока мы говорим, откуда-то сбоку выныривает консьержка. Вот когда воды нет или лифт какие-то уроды загадили – ее на месте не найти. А когда я с любовницей стою возле подъезда – она тут как тут, мимо чинно проплывает и пялится на нас с Натой. – Здрасьте, – кивком здороваюсь с консьержкой. Она ответно кивает. Меня она точно узнала. Может быть, со слепа, она подумает, что Наташа – это Ева. Они теперь обе рыжие. Окинув пигалицу взглядом, понимаю, что я вообще-то ошибся, и у Наташи на голове не парик. – Быстро в машину! Какого хера ты приехала сюда! Ты все окончательно испортишь, Наташа! С этими словами, жестко сжимаю ее локоть в пятерне, практически тащу девушку в машину. Наташа барахтается в моей крепкой хватке, спорит со мной и обвиняет в чем-то. В салоне авто я не даю ей продолжить разговор и быстро выруливаю с парковки возле дома, где Ева в любой момент может нас увидеть. Бью по педали газа, и автомобиль на бешеной скорости выруливает из двора на шоссе… – Фу, мля, – дергаю галстук. – Больше никогда, никогда так не делай! Это глупо то, что ты к моему дому пришла! – А не глупо то, что мы вчера не закончили и ты меня голодную в номере бросил, а сам ушел трахаться со своей женой страшной?! – истерит пигалица. Ненавижу истеричек, а Наташа именно яркая представительница. – Хватит орать, сука! – криком останавливаю поток слов из ее рта. – Прости, любимый, – прячет глазки и тянется ко мне. На светофоре Наташа ластится изо всех сил, а я каменею внутренне. У меня в голове сейчас не похоть, а финансовые дрязги, которые устроила Ева. Ната прикусывает мочку моего уха, и у меня в штанах начинается пожар, цунами, тайфун и землетрясение. Все и сразу. – Я не сплю с Евой. У нас с женой давно ничего нет, я же тебе говорил, детка, – затуманенным взглядом смотрю на ее губы. Сворачиваю с шоссе, но свернуть некуда. Городские джунгли окружили. Сейчас куда-то в безлюдное место, выпустить пар, по-быстрому. – Точно? – Точно, мля. Не скажу же я ей, что жена мне просто не дает. Сжав Наташину руку на своем ремне, я снова утопаю в мыслях о насущном, о деньгах… И тут сбоку она подает голос, который моментально выводит из себя. – Коть, я другую клинику присмотрела. Эта плохая, – говорит Наташа. – Моему папе точно не понравится. Мы будем в другой рожать. Я едва руль не бросаю. Что? – Наташа, не твоему папе рожать! И на родах все не заканчивается! А я не печатный станок и не банкомат, уж прости! – резко осаживаю пигалицу. Она дует губки, убирает руку от моих брюк и отворачивается, поправляя платье так, что грудь видно еще больше. – Наташ, хватит вести себя, как дура. Ты же взрослая женщина, все-таки, – сглотнув, снова зависаю на розовой нежной кожи груди. – Она просто не спит с тобой, поэтому ты ко мне бегаешь. Мы с тобой не любовью занимаемся, а ты просто имеешь меня, Сава! И мой отец тебе нужен только из-за бабок! – выдает Наташа, лишая меня дара речи. У меня сердце останавливается от сказанного ей. – Стоп, что началось, Наташ? Мы договорились, что я женат на Еве, и, когда будет возможность, разведусь! – пытаюсь оправдаться, но Ната слишком права. Наташа не нужна мне. Нужен ее папаша. Она залетела, и я решил выгоду из этого извлечь. – Почему тогда ты ничего не делаешь, что начать бракоразводный процесс? Ты же мне сам говорил, что не любишь Еву! Посмотри на нее и на меня, коть! – надрывается пигалица. Губы Наташи трясутся, она гладит живот, который и животом-то не назвать. – Подожди, я уже нашел адвоката. Все не так просто, малышка. Я не могу уйти и все оставить. Развод нужно оформлять с холодным рассудком, все продумать, – хмыкаю. – Сколько еще ждать, Савелий? Тебе самому не противно с ней ложиться?! Она прижимается к моему плечу. – Все, закрыли тему, – говорю, поглаживая ее волосы. – И больше ни слова о другой клинике, ты поняла? Мне и эта дорого обходится. Кстати, твой отец нас на ужин пригласил. – Мне пойти не в чем. Нужно платье, – снова дует губки. – Хорошо, мля, – выдыхаю, сворачивая на подземный паркинг фирмы, где работает моя жена. Пока она у подруги, мне нужны деньги. Хочет Ева или нет, но придется поделиться....

Глава 6

Ева К дому Лены мы подъезжаем спустя час, стойко выдержав все пробки и заторы на летних городских шоссе. – Привет, дорогая! Проходи, кофе будешь? – спрашивает Ленка, забирая Эрика у меня из рук. Солнышко припекает, заниматься делами совсем не хочется. Но у меня сегодня по плану важные встречи. Говорю об этом Лене, но она сообщает, что уже приготовила две чашки. – Двадцать минут ничего не изменят. Во сколько у тебя первая встреча? – Через два часа. – У, еще вагон времени! Посиди со мной, отдохни. Чего в офисе по кондиционером торчать? Эрик вырывается из моих теплых объятий и просится к малышам, которые резвятся у бассейна. Я отпускаю сына, целую его душистую макушку и говорю, что сегодня я вернусь за ним пораньше. Лена угощает меня кофе на белоснежной веранде, которую совсем недавно «обновила» при помощи какого-то крутого дизайнера. Я рада, видеть, как Лена расцвела рядом с любящим и заботливым мужчиной. Раньше она не была такой, а теперь – красотка, просто загляденье. Подруга не устает повторять, что «женщина – это цветок, и только в руках хорошего садовника она расцветает по-особенному красиво». Пока мой сорванец бежит к Лениным деткам, мы присаживаемся к столу. Я вылетела из дома, не успев выпить приготовленный кофе. Настолько противно было находиться радом с Савелием, что я на край света бежать была готова… Устроившись с чашечкой ароматного эспрессо, даю себе несколько минут передохнуть и наблюдаю, как детвора играет с прекрасной няней Лены, Мариной. Лена садится рядом. Мой сынок возится с каким-то красивым ярким конструктором и мне его показывает. – Лен, откуда у вас такой конструктор? Эрик его из рук не выпускает, – спрашиваю у подруги. – Это Руслан подарил. Он приезжал вчера вечером, когда вы уехали. Поздравил нас и завалил игрушками. Прости, я не хотела говорить, – добавляет, как бы невзначай, и смотрит на мою реакцию. – Он был один или вместе со своей…? – произнести фразу до конца не могу, язык будто к нёбу прилипает. Лена без слов все понимает. Она – мой родной человек, и по минутам помнит, как тяжело я расставалась с Русланом. Как наш брак рухнул и разбился вдребезги в один миг. Подруга на моей стороне, но ее муж и Руслан Довлатов давние друзья и партнёры по бизнесу. Все связи из-за развода не разорвать… – Один приезжал. Я думала, ты в курсе, что Довлатов здесь. Отрицательно качаю головой. Не в курсе и знать ничего о бывшем не желаю. – Он о тебе спрашивал, кстати. Руслан не любит жену, Ева. Мне кажется, что все его попытки забыть тебя делают Довлатову только хуже. Вот уж не ожидала услышать о том, как мой муж из сильного, уверенного в себе мужчины, за которым я была замужем, превратился в уязвимого человека с потухшим взглядом. Именно так Лена его описывает, прибавляя, что это «ее субъективная оценка» и Довлатов все также красив, стильно одет, выхолен и пользуется вниманием женщин. Ленка говорит загадками, а у меня душа в клочья рвется от одного его имени. – Ленусь, давай потом поговорим о Руслане и его жене. Как там ее… – Нет там никого! Ева, он тебя любит, до сих пор! А Гуляев твоего мизинца не стоит, – кивает мне Лена. – Они оба хороши, – отвечаю, покручиваю чашку черного кофе на блюдце. Сейчас думать о прошлом я хочу меньше всего. С настоящим бы разобраться! – Как там Гуляев? Почему он не может приехать за сыном? – спрашивает меня подруга с укором. Савелий почти не занимается Эриком. Да и нормальным отцом его не назвать. – Лен, Гуляев кажется загулял, – с горькой усмешкой я говорю подруге нехитрый каламбур. Лена оставляет чашку, с грохотом опуская ее на стол. Теперь подруге ясно, почему я просила контакты адвоката. – Я готовлюсь к разводу, к которому совершенно не готова, – расстроенно выдыхаю. – Да ну! Он мне никогда не нравился, но Сава с тебя пылинки сдувал, – хмыкает Лена неверяще. – Сдувал. Но уже почти два месяца между нами словно кошка пробежала. Думаю, у него другая. – Ты его с поличным застала? – Ленка выгибается бровь и косится на меня. – Пока только предполагаю. Но там и косвенных доказательств хватит, чтобы крепко задуматься о разводе. – Что будешь делать? Может, нужно подождать и не рубить с плеча? – ее любопытство разыгрывается, а у меня уже все по полочкам в голове разложилось. – Придется поиграть в святую простоту, чтобы подготовить документы с адвокатом. Но терпение не безгранично. Я проверила вчера последние расходы мужа. Нашла его тайную почту и узнала столько, что голова кругом. Сегодня утром он попросил у меня еще денег. Две тысяч… – Для нее?! – Ленка охает и краснеет от злости. – На какие-то неотложные нужды нашей фирмы, – подчеркиваю слова так же, как мне выдал их муж. Хотя, в начале Савелий четко сказал, что моя фирма – Его. Лена говорит, что мне нужно срочно проконсультироваться и быть готовой ко всему. Промедление в этом случае – смерти подобно. Юрист ее мужа, Борцов, лучший в своем деле. У него «чистое» портфолио и максимум выигрышных дел. А еще он просто ас по бракоразводным процессам. – Акула-мужик! Он без штанов твоего Гуляева оставит. Козел какой. А если он уже все просчитал и первым к разводу подготовился? Лена нещадно ругает Гуляева. У меня в это время звонит телефон. – Лен, минуточку подожди. Это бухгалтер, – прерываю Ленкину эмоциональную тираду о том, какой урод мой муж. Бухгалтер звонит не просто так, а чтобы спросить у меня разрешения на отправку заветного транша Савелию. – Простите, Ева Александровна, но Савелий Николаевич прилетел несколько минут назад и требует перевести деньги на его личный счет! Он как демон, кричит, ругается! Что мне делать? Светлана Сергеевна задыхается от возмущения и говорит заговорщическим шепотом, видимо, Гуляев где-то рядом. – Так и скажите Савелию, что позвонили мне, и я отказала в переводе, – выдавливаю. Ее слова, словно ледяной душ в жару. Лена напряженно вслушивается в мой разговор. Стыдно так, что руки сами в кулаки сжимаются. Савелий доигрался. – Тебе нужно ехать? – спрашивает Лена, из приличия, не уточняет что там устроил мой муж. – Да, Лен… Я приеду за Эриком после всего. – Конечно, езжай. И не забудь про Борцова. Теперь уж точно не забуду. Муж перешел все границы дозволенного, и с этим нужно срочно что-то делать. По дороге снова получаю звонок от Светланы. Она говорит, что Савелий уехал ни с чем, щедро обматерив всю мою небольшую бухгалтерию. – Знаете, Ева, он так кричал, думала, нас убьет. У него из кармана пиджака визитка вывалилась. Не знаю, выбросить или нет. Я вам фото пришлю. Это уже не звоночек, а оглушительный набат. Мысли путаются, рассыпаются осколками, когда читаю данные на визитке. Медицинский центр «Оливия». Одна из строк подчеркнута тонкой линией. «Премиум-роды». Отдельный родильный зал. Палата повышенной комфортности. Наблюдение врачей и персонала за роженицей и малышом 24/7. – Супер. Так вот куда понадобились двести тысяч, – произношу ошарашено. Глотаю горячий воздух, несущийся потоком из открытого окна авто. Поверить не могу, эмоции на грани. У Савелия любовница рожает, а я должна была оплатить ее роды….

Глава 7

Савелий – И что там с деньгами, милый? – Наташа подводит губы розовой помадой. – Ничего, хватит спрашивать. Ты мне не жена, чтобы такие вопросы задавать! – ожесточенно фыркаю. – Хорошо, хорошо, – пискнула в ответ Наташа, но не угомонилась. Не выдерживаю прессинга, ругаю ее за глупую выходку в квартире Евы. Жила бы себе тихо и все было бы в порядке. Она снова уставляется в окно и дуется, как обиженный ребенок. Но мне сейчас не до ее реакции. Пигалица перебесится, а вот с Евой вышло глупо, ужасно. Наверное, толстая бухгалтерша Светлана меня уже сдала с потрохами… В голове сущий кавардак: мысли, планы, все к чертям обнулилось. Неужели, придется идти к жене с повинной и просить, наступая на свою гордость, выделить транш? Не думаю, что Ева поверит, но попробовать стоит. Играть ва-банк – мера вынужденная. Успеваю выехать из паркинга и набираю жену. Трубку Довлатова поднимает не сразу. – Ев, что за игнор? Тебе муж звонит, а ты не отвечаешь! – прочистив горло, спрашиваю. Слушаю фоновые звуки, вперемешку с ее дыханием, чего раньше никогда не делал. Ева в каком-то здании, вокруг гудит офисный улей, и он гораздо большего масштаба, чем ее мелкая фирмочка "Мойдодыр". – Ева, ты где? Ты, что, решила заключить контракт с этим гребаным фитнесом?! Это же бред, там ночевать нужно и не только твоим уборщицам, а тебе лично! – вскрикиваю. – Гуляев, не лезь в дела фирмы! Я не собираюсь советоваться с тобой! – задыхаясь от бури возмущения, говорит мне Ева. Как пацана отчитала. – Я вообще-то о нашей семье переживаю. Жена нужна мне дома, а не в фитнес-клубе с тряпкой, – цежу, сохраняя титаническое спокойствие. Наташа театрально хмыкает так громко, что думаю Ева точно услышит… Пауза в разговоре растет, как снежный ком. А потом Ева швыряет мне слова так же легко, как воздушный шарик. – Сав, скажи прямо, у тебя есть другая? Давай разведемся. Просто закончим это и все. Машина застряла в пробке, и я выхожу из салона, разминаюсь прямо посреди тягучей столичной пробки. Наташа высовывается в окно и наблюдает за мной, не скрывая, что ей мой разговор тоже не нравится. – Нет у меня никого, ты же знаешь! У нас семья, я не отпущу… Ева, мы уже говорили об этом. Меня достали твои провокации, – озверев, не своим голосом рычу на жену. Ева одаривает меня горькой усмешкой. – Нет никаких провокаций. И семьи больше нет, Гуляев, – сжигая мосты между нами, холодно бросает Ева. – Ты зачем так? Тебе уже звонила твоя Тортила и наговорила всякого? – уточняю. – Сав, я прошу, собери свои вещи. Я не смогу ночевать с тобой в одной постели. Квартиру мы купили на двоих, вдвоем вложились, но… Подыщи себе жилье, пожалуйста. Голос Евы мягким, нежным ядом просачивается в трубку. Она не требует, но словно стальные щупальца сжимают мою глотку. Дыхание перехватывает. – Что-оо-о? Ты серьезно? – смеюсь наиграно, а в душе суматоха. Если сейчас она начнет бракоразводный процесс, то никто от этого не выиграет, я уж точно. – Кхм! – рвется из открытого окна голосок наглой пигалицы. Я чешу затылок. Мой шок в шоке, жена говорит прямо, что нам нужно разойтись. А что дальше? Развод?! Резко крутанувшись на каблуках туфель, машу жестом, чтобы Наташа заткнулась и тихо ждала. Слушаю размеренное дыхание на том конце трубки. Ева максимально спокойна. – Нет. Давай поговорим, к психологу сходим. Может, у нас кризис в паре какой-то. – Думаешь, поможет? – с ухмылкой. – Думаю, что ты наслушалась херни от своей Лены! Вы женщины порой чересчур требовательны! Ева, детка… Я не уйду, – твердо и без вариантов. – Тогда мы с Эриком съедем к отцу. Пока что так, – выдыхает устало. Жена равнодушно выключает телефон. Мир качнулся перед глазами. Собрав вязкую слюну, сплюнул на асфальт. К такому я был не готов… В груди стало столько пространства, будто легкие выплюнул наружу. А сердце… Оно наоборот танцевало джигу, как заведенное. Наташа вылезла из автомобиля, звучно хлопнув дверью моего авто. Она сделала несколько неуклюжих шагов, мазнув надменным взглядом по моему перекошенному от гнева лицу. – И что это за выпады? – кричу ей в спину. – Я на такси поеду. Возись и дальше со своей женой! – фыркает пигалица, переминаясь на коротких тонких ножках. Я силой усадил ее в машину и пристегнул ремнем безопасности, чтобы отчаянная не рванула наружу во время движения. Наташа плачет, звучно роняя слезы. Всхлипами наполнился салон, а я все больше думал, что Еву нельзя отпускать далеко от себя. Жену нужно на коротком поводке держать. – Сав, ты меня слышишь? Ты меня не слушаешь! Ты меня не любишь! – она, оказывается, что-то говорила. – Наташ, а ты меня вообще любишь? – упираюсь в ее лицо взглядом. Сверлю его так, что она невольно разворачивается. Краснеет и часто хлопает влажными ресницами и шепчет "Да!" – Что значит любишь? Да! Да, Сава! Я всем соврала, что к отцу приехала. Но я приехала к тебе! Ты же не хочешь сказать, что тогда залез на меня по пьяной лавке и пожалел, что я забеременела? Она прямо сыплет правдой … Все так и было. Я прилетел в гости к брату, а Наташа вечно возле меня крутилась. И в тот теплый мартовский вечер, когда моя родня знатно отметила прошедший праздник, она прильнула ко мне на диванчике. Наташа рассказала, что списалась в интернете со своим биологическим отцом, Эдуардом Крестовским. Ютиться в небольшой квартире с отчимом, матерью и младшим братом ей надоело. Наташе почти двадцать, но она уже была не девственницей. Пигалица полезла мне в штаны, а я… Растерялся. Дал волю чувствам, запретные желания взяли верх. Я проклинал себя, понял, что семью теряю. Ева не простит измену. Если она узнает, то сразу же разведется. Потом Наташа написала сообщение, что беременна. И это был просто ад наяву. Через несколько дней моего молчания, она добавила, что переезжает к папе в столицу. Он ее признал, но пригласил сделать тест на отцовство. И, судя по тому, что зажравшийся олигарх Крестовский пригласил нас на ужин для официального знакомства, тест оказался положительным… И, раз моей семьи больше нет… Кошусь на рыжую бестию, вспоминая жену. – Ты так и не сказала, зачем вообще перекрасилась? – спрашиваю, меняя тему. У Наташи были светлые волосы. Сейчас она выглядит бесцветной молью со светлой кожей в новой, ярко-рыжей прическе. Мда, не красавица, конечно. От того и цепляется к Еве, соперничая. Но огненно-рыжий каскад не делает ее Евой… – Прости, психанула. Приревновала, когда ты ушел ночью к ней и махнула в салон утром. Решила сделать тебе сюрприз у дома… А куда твоя овца так стремительно рванула с мелким? – Сына повезла к своему отцу, а потом на работу, наверное, – сплюнув в окно, раздраженно выговариваю. Желваки играют от нервов, жена ничего не сказала мне. – Это твой сын? – скривив мордочку, спрашивает Ната. – Нет. Ева родила от анонимного донора. Бывший муж оплатил ЭКО, они долго были женаты, не могли родить… А потом он переспал с секретаршей. Кажется так было, но я не знаю, – неприятная тема заставляет нервничать. – Мне похер на него, слышишь! И не поднимай тему с моим сыном! Я растил Эрика, ясно тебе?! Начинаю всерьез заводиться. Я собственник до мозга костей. А Довлатова ненавижу. Руслан всегда стоит между мной и Евой. Она его не забыла, хоть и твердит, что бывший муж – просто бывший. Слышал, что он вернулся недавно… – Хорошо, хорошо. Просто ее бывший муж очень крутой мужик. И красивый. У него свой фитнес-клуб. Я там у девочки занимаюсь, у Ники, – добавляет пигалица, губы облизывая. Я вскипаю, откуда она все знает?! – Наташа, ты три дня как выбралась из своего Задрыщенска и уже в фитнес к Довлатову успела сбегать?! Ты нормальная вообще? – сиплю, натруженными связками от крика. Наташу ситуацию забавит, она вообще порой кажется не слишком умной и легкомысленной барышней. – Не кипятись, Савочка. Я просто записалась на фитнес для будущих мам. Ради нашего малышика. Не украдет же меня Евин Довлатов! – мямлит и сюсюкает, нагло трогая пальчиками мой напряженный гульфик. Наконец-то, сворачиваю на ближайшую парковку, если это место позади заправки можно так назвать. Я расстёгиваю штаны и маячу членом перед ней. – Коть, ты чего? Самый разгар рабочего дня. Нас увидят, – спрашивает пигалица, густо краснея. – У меня стресс. От меня жена уходит, Наташа! И все из-за тебя. Давай, быстро спаси меня. Приласкай его, – говорю ей и тяну ее за рыжие волосы вниз. – Сав, но тут же люди… – В гостиницу не успеем. Некогда, – с усилием наклоняю ее к себе. Набрав воздух в легкие, шумно выпускаю его наружу, когда она касается меня губами. – Мне завтра в больницу надо. Ты же со мной поедешь? – снизу спрашиваю. Массирую ее затылок подушечками пальцев и решительно качаю головой. – Нет, детка. Я должен найти адвоката, вообще переиграть эту ситуацию. Я не могу просто так отпустить Еву. Нужно выждать, тем более мой тесть в городе, – с хрипом выдыхаю, придавливая ее к паху носом. – Ясно, все. Не разведешься значит? – Наташа упирается острым маникюром в мою ляжку. – Наташ, займи рот делом. Ты несешь какую-то херню в последнее время, – цокаю, борюсь с ней. Но не силой же заставлять! – Меня тошнит, коть. Ты же не хочешь, чтобы я тебя всего испачкала? – хлопает глазками. Соглашаюсь, момент упущен. Щелкнув пряжкой ремня, мысленно переношусь в адвокатскую контору одного моего старого друга. Вот этот профессионал всеми методами сможет устроить мне выигрышный развод! – Нат, не обижайся. Но я сегодня к тебе тоже не приду. Вдруг Ева вернется, я должен быть дома. – Ладно, – соглашается на удивление легко. – Отвези меня домой, Сава. И насчет клиники. Ты должен быть обязательно, там какие-то обследования для отца. Ты должен прийти именно завтра, это важно для нас, Сава! – Хорошо, заеду по пути в офис, – снова соглашаюсь, не думая о роковых последствиях….

Глава 8

Ева В фитнес-клубе «Прайд» сегодня какая-то ненормальная суета и переполох. Я здесь раньше не была, но для обычного рабочего дня заведения подобного типа, слишком уж суматошно. – Скажите, пожалуйста, что-то случилось? – спрашиваю у секретаря в приемной. Руководства нет, а юрист пришел и тут же ушел куда-то. Я жду уже полчаса, и у меня лимит времени не резиновый… – О, нет. Так всегда, когда наш новый генеральный приезжает. Он жутко занятой человек. У нас в клубе бывает всего час, и все к нему сразу же бросаются. Вот так, – приветливо улыбается девушка. Жду, считая движения минутной стрелки на часах. Телефон в сумке вибрирует. Это звонит мой отец. Они с моей мачехой Агнией уже прилетели. Из аэропорта их забрала дочь Агнии, Кристина. – Привет, Ева. Ты сегодня приедешь к нам? – Не знаю… Как на это отреагирует Агния? – спрашиваю отца, так как с его женой у нас натянутые отношения. – Дом большой. Не переживай, всем хватит места, – для отца всегда все просто. Но не в этот раз. Я отказываюсь, говоря, что завтра на ужине мы все увидимся. – Да, дочка, забыл сказать. Мне твой муж звонил. У вас с Савелием все в порядке? – слова отца совпадают с появлением суетливого юриста. – Как? Зачем он звонил? – Хочет прийти на ужин… Я отворачиваюсь от мобильного. Сбоку от меня стоит мужчина в строгом костюме и нетерпеливо барабанит пальцами по черной папке с документами. – Ева Александровна, я вас жду. Пойдёмте, – говорит юрист «Прайда». – Пап, я перезвоню, извини. В переговорной комнате появляется еще один мужчина и девушка-секретарь. После обмена формальностями, мне передают пакет документов для подписания. Мой юрист уже все проверил, остался лишь мой «никчемный автограф», как назвал мою подпись Савелий. Но когда переворачиваю белые страницы с отпечатанным текстом, мороз по коже так и гуляет. Сотни тысяч колючих мурашек пробегают по предплечьям, спине… – Скажите, а кто генеральный директор «Прайда»? – сглотнув ком, спрашиваю у юриста. – Довлатов Руслан Мусаевич. Не могу поверить, что пришла в фирму, которой владеет мой бывший муж и теперь буду работать с ним бок-о-бок. – Нет, это невозможно. Был же какой-то Левин или Лёвкин? Юрист отрицательно качает головой и говорит, что произошла некая накладка. – Вашему юристу прислали старые бланки. Мы ведь обсуждали сотрудничество почти два месяца. Вы очень щепетильны, для такой маленькой фирмы, Ева Александровна. Первое желание: встать и уйти. Нет, бежать, сломя голову, подальше от всего, что так больно проходится по сердцу. Но юристам плевать на мои незажившие раны. – Я не знаю… – По тексту не было изменений. Можете перечитать или сравнить, – цедит один из мужчин. Второй, как «плохой полицейский», тут же на меня давит. – Евочка, вы умная и красивая женщина, – ластится, рассыпаясь в нервной улыбке. – Оцените свои шансы трезво. Кто же заплатит такую сумму за пять или шесть уборщиц такой фирме, как ваш Мойдодыр?! Потом говорит, деловито дернув полы пиджака, что мой бывший муж, Руслан Довлатов, вообще-то хотел заключить контракт с кем-то более солидным. Комок гуляет в горле, приводя к нервному спазму. – Скажите, как часто я должна присутствовать в клубе? Этот пункт был в контракте, – поправляю непокорную прядку, выбившуюся из пучка. Юрист улыбается одобрительно и достает из ящика факсимиле. То есть Руслана не будет. И он точно не знает, что я – хозяйка «Мойдодыра». – Минимум два раза в неделю, чтобы не мы контролировали ваш персонал, а вы, непосредственно. Закрываю глаза, подавляя очередной приступ паники. Именно об этом пункте так переживал мой муж Савелий. Ему показалось странным, что я должна приходить в клуб, как на работу. Но юристы Довлатова знают свое дело: цена договора и правда заманчиво высока. Тем более сейчас, когда я на грани развода, мне нужна финансовая подушка безопасности. И самостоятельность, независимость… – Я подпишу, – говорю ему, вспомнив о том, что Руслан бывает в клубе совсем не часто. Я верю, что судьба не даст нам встретиться снова. Не хочу ковырять старую рану… – О, вы тезка нашего генерального, – отмечает, хмыкнув. – Да, мы тезки, – улыбаюсь, скрывая правду. **** Я забрала сына от Лены гораздо позже, чем планировала изначально. Лена добила меня, шепнув, что Довлатов сегодня инициировал развод со своей последней женой. – Алиса трахалась с тренером. Геракл… Или Гектор, кажется. Я только кивнула, сказав, что теперь он тоже знает невыносимый ядовито-горький вкус предательства. – Ев, ему похрен! Он сиял от счастья! – Он видел моего сына? – спросила я, так как сердце было не спокойно. – Нет, точно. Нет, – машет головой Лена. – Он торопился, его куда-то вызвали. Уже дома я перемалывала каждую минуту из сегодняшнего адового дня. Когда мы вернулись, Гуляева дома не было. Ожидаемо, надо сказать… Брак трещит по швам, а Сава играет в обиженного маленького мальчика с приступом эгоизма. Я дала себе слово ни на что не реагировать, еще не зная, что будет дальше. После ужина я взяла на руки моего Эрика, читала ему сказки, сидя на диване. Малыш так вымотался с сорванцами Лены, что быстро прикорнул у меня на груди. – Давай-ка мы будем спать, мой сладкий, – сказала, глядя в его красивые темно-карие глазки. Я перенесла его в детскую, уложила в кроватку. И почти сразу, как я вышла из комнаты Эрика, телефон затрещал разрядами вибрации. Я испугалась. Паранойя не посещала меня столько лет. Три года я ничего не знала о бывшем муже и спокойно жила, думая, что он меня забыл. Но судьба свела нас снова… И я боялась, что он узнает о контракте. А потом по нарастающей: обо мне, о моем сыне… Тревожные, вязкие мысли накрывали, как цунами, унося меня по волнам прошлого. Роковая случайность выбила из колеи, но я не могла отказаться от выгодного контракта. И сегодня впервые после нашего развода с Русланом, я решила, что это он мне звонит… Но это оказался Сава и его коронные смс. – То есть, это нормально, что меня нет дома, так? – прилетело первое сообщение. Я не отвечаю, так как отвечать на такие заявления, значит лить масло в открытое пламя. – Мужа дома нет, а у тебя все в порядке, Ева? – не унимается Савелий. Не хочу ни видеть его, ни общаться. – Если я уйду от тебя, то это ты будешь виновата! – не унимается. – Что тебе надо? Я все уже сказала! – не выдержала. И тут Гуляева прорвало на душевные излияния… – Ева, не глупи! Нам нельзя брать паузу. Мы вчера уже спали в разных комнатах. Детка, что дальше? – пишет мне сообщение муж. После нашего эмоционального разговора с Савелием, я должна выдохнуть. – Я у матери ночую! Ты сама сделала так, что мои ноги домой не идут! – истерит Гуляев. – Очень хорошо, что ты переночуешь у мамы. Привет ей передавай, – пишу в ответ мужу. – Ты стала упертой стервой! Задумайся, нужна ли мне Такая! – прервал нашу беседу Сава, предварительно оставив меня виноватой… Он знает, что я никогда не позвоню Веронике Филипповне и не уточню, там ли он. Я не тешу себя надеждами, что муж находится у моей свекрови, ест ее борщ и жалуется ей на то, какая я плохая. Так было бы раньше, но не сейчас… Я хотела выключить телефон, а потом поймала новое входящее сообщение. И оно было вовсе не от Савы. Анонимное сообщение было адресовано мне. Доброжелатель в оригинальной форме сообщил, что Сава мне изменяет: «Твой муж будет завтра в 10.00 в клинике «Оливия» с беременной любовницей. Хочешь убедиться в его неверности лично – приезжай». Я напряженно выдохнула, поставив телефон на беззвучный режим. Конечно, я не могла оставить это просто так….

Глава 9

ЕваЯ рассматриваю посетителей, стоя в белоснежном холле медицинского центра «Оливия».Только вошла и не могу сориентироваться.Нервные импульсы ползут мурашками по телу.Я до последнего думала: стоит идти или нет.Но пришла…Перевожу взгляд на экран мобильного. Время на часах ровно десять. Минута в минуту.Что-то неясное царапает изнутри.Выдыхаю, и… руки сами собой сжимаются в кулаки.Мое внимание тут же привлекает рыжеволосая нимфа у стойки регистратуры.Девушка стоит ко мне спиной, лица не видно. По ее виду даже не скажешь, что она беременна.Талия по-девичьи тонкая, ноги украшают туфли-лодочки на шпильках такой высоты, что она едва держится на глянцевом полу.Все ее движения, жесты цепляют.Кажется, я ее знаю.Все сомнения разбиваются вдребезги, когда подхожу немного ближе и слышу ее разговор с медрегистратором.– Вам проблемы нужны? Знаете, кто я такая?! – почти орет девица, выстукивая длинными ногтями по стеклу регистратуры.– Извините, доктор с пациентом. Прошу вас, распишитесь здесь пока, Наталья Эдуардовна, – виновато улыбается девушка.Беременная рыжая бестия просовывает документы обратно в окно, черкнув подпись.– Сейчас мой муж приедет и разберется с вами! Никакого сервиса в вашей убогой больнице! За что он платит вам, м? – цедит племянница моего мужа Наташа, стараясь привлечь к себе внимание.И, по-моему, вся эта игра на повышенных тонах устроена именно для меня…Чертыхнувшись, она разворачивается и упирается взглядом в мое лицо.– Ом, пришла все-таки, – хмыкает буднично, будто меня здесь очень ждут.– Сообщение твоих рук дело? Скучно живется, Наташа? – в легкой улыбке растягиваю губы.Она меня не слушает, переключая внимание снова на медрегистратора.– Наталья Эдуардовна, присаживайтесь, пожалуйста. Нужно еще немного подождать, – говорит девушка.– Шарага! Я заберу документы сегодня же и буду рожать в другой клинике! – фыркает Наташа. – Черт, Сава как обычно опаздывает.Она вздыхает и напряженно сканирует центральный вход в клинику.– Беременная любовница – это ты, значит? – смеюсь над тем, как все оказалось просто.Пигалица ловко разворачивается на высоченных шпильках и поджимает пухлые губы, исказив их в подобие гримасы.– Туго же до тебя доходит. Да, я сплю с твоим мужем. Уже больше года. У нас будет ребенок. Ты должна его отпустить. Он все равно будет моим! – торжествующе говорит пигалица, глядя на меня с вызовом.Любовница Савелия не собирается сдаваться.У нее под сердцем больше, чем плод измены.Савелий знает, что измену я не прощу. Никогда…– И давно ты спишь с чужими мужьями, девочка? – спрашиваю, немея от шока.Девочка Наташа, которой я вчера еще куклы дарила, нагло увела моего мужа.Правда, надо сказать, что Савелий не говорил мне, сколько лет его «племяннице».Я считала Наташу ребенком, а она уже давно не малышка!Мое сердце колотится, как отбойный молоток от каждого грязного слова.Муж меня предал.За спиной изменял и притащил в мою квартиру свою подстилку.Внутри все сжирает пустота, горечь проникает в душу.Вкус измены набил оскомину.Савелий мне клялся в любви.Но слова пеплом рассыпаются, сгорев в огне предательства…– У нас любовь! Твой муж платит за клинику. И, чтобы ты знала, нас будет мальчик. Долгожданный наследник для Савы. А у вас что?! Он ведь живет с тобой из жалости, – улыбка, как ядовитая змея, обвивает ее губы.– Жалко тебя. Он всего лишится при разводе! У него даже жилья своего не будет, дура, – только и могу сказать в лицо разлучнице.– В смысле? Что ты несешь?! Сава – богатый! – складывает руки на груди, словно обороняясь от правды.– Хах, ну думай так и дальше, Наташ, – горько смеюсь над ее недальновидностью. Не замечаю ничего вокруг, а Сава в это время уже входит в здание.В медицинском центре прямо у стойки регистратуры мы сталкиваемся с моим мужем. Савелий идет к любовнице, у него в руках какие-то документы.Увидев меня, лицо мужа вытягивается и становится непроницаемой, безжизненной маской.– Ева, что ты здесь делаешь? Ты следила за мной? За нами? – цедит, осматривая меня и Наташу.Наглость Гуляева зашкаливает. Он еще и требует от меня объяснений.– Я все знаю. Твоя подстилка мне все рассказала. Как ты мог?! Ты с ней… Я подаю на развод, Гуляев! – с болью выдыхаю.– Не будет никакого развода! У нас семья, Ева! – заявляет муж.Мы, кажется, забыли, что не одни.Помимо посетителей и пациентов клиники, на нас с непониманием смотрит Наташа.– Сав, что сейчас началось? А как же мой отец? Ты же обещал развестись! У нас ужин сегодня! Ты с этой клушей останешься? – Наташу накрывает истерика.– Замолчи! Что ты натворила, овца?! Собирай документы и езжай к отцу без меня. Я поеду с женой на ужин к тестю, – бросает любовнице.У Наташи дрожит подбородок. Она вот-вот расплачется.А для меня его слова как нож в сердце.Что еще он придумал?– Не смей являться к моему отцу, предатель! Они – теперь твоя семья! – кричу мужу, показывая на беременную любовницу.– Ева, хватит! Иди в машину. Дома разберемся, – говорит, как ни в чем ни бывало мой муж

Глава 10

Ева – Ева! В машину иди, пожалуйста. Я через пять минут приду, – скомандовал муж, как своему дрессированному шпицу. На нас уже все смотрят, а Наташа разбирается с Савой. – Ната, что ты здесь устроила?! Я же просил не дергать меня, я не уйду из семьи! – говорит мой муж, а у меня ноги подкашиваются. Тяжело узнавать вот так, что у мужа были свои «планы» на нашу семейную жизнь… – Савелий! Ты никуда не пойдешь! – вскрикивает Наташа, властно вскинув голову. Гуляев шикает на свою любовницу, и Наташа в миг переходит с приказов на просьбы и мольбы. Действительно, зрелище жалкое… Я устала слушать. Мне уже все ясно. И, по сути, к такому раскладу я мысленно была готова. Хоть под сердцем саднит от разочарования, я ухожу из клиники… Тем временем, возле регистратуры поднялся настоящий переполох. Из-за шума и брани к нам подошла охрана и попросила успокоиться или покинуть клинику премиум-класса. – Ева ты куда?! Стой! – властно кричит Гуляев, цепляя меня за руку. – Савелий, этот цирк – для тебя и твоей клоунихи! А мы встретимся в суде. И… – едва дышу, подавляя гнев. – Не смей дома появляться! Я замки уже сменила! Это не так. Замки – прежние, но вызвать мастера не проблема. Из квартиры я не уйду и буду до развода спокойно наблюдать, как мой муж строит свое счастье в шалаше с молодой стервой. Вырвав руку из цепких объятий изменника, я вылетаю из белоснежного холла клиники «Оливия». На парковке Савелий меня догоняет. Я не знаю, где он бросил Наташу. Она потерялась из вида, будто для Савы любовница – пустое место. – Что ты устроила? Я на пике! Моя карьера только набирает обороты, а ты скатилась до образа ревнивой клуши, Ева! Детка, давай ты не будешь мне мозг клевать, ок? Наташа просто поживет в твоей квартире, я получу должность в фирме ее отца, потом пошлю ее нах… – Что? Ты совсем охренел? – краска заливает лицо от его бешеной наглости. – Потерпишь, все так живут! Чем-то нужно жертвовать, Ева! Я же не люблю ее! Залез один раз по пьяни! Ну, прости, детка, – говорит муж многозначительно трясет своим опечалившимся лицом. «Один раз» – это приговор для нашего брака, так как измену я не прощу. Мы говорим о разном или об одном и том же – не важно. Важно, что я не желаю терпеть и страдать. – Пошел ты, Савелий. Она носит твоего ребенка! Это подло, гнусно! Какая же ты мразь, Гуляев! Я тебя никогда не прощу! Тряхнула головой, прогоняя его из мыслей. Я иду к машине, еще раз похвалив себя за то, что успела пообщаться с адвокатом и… хоть я и не готова к разводу, но задний ход не дам! Савелий, стянув узел шелкового галстука, следует за мной. Прочистив горло, преграждает мне путь к двери автомобиля. Распрямив спину, горой встает передо мной. – А Руслана ты бы простила? – выгибает широкие брови. – Ты думаешь, я не знаю, что ты заключила с ним тот гребаный контракт? Ты будешь полы у него в клубе вылизывать, лишь бы вернуться к нему, так?! Толкаю со всей силы, упираясь ладонями в его грудь. Убить готова за его слова. – Закрой свой грязный рот! Ты не лучше Руслана! Он на коленях стоял, умолял вернуться! А ты притащил шлюху в квартиру моей мамы, чтобы себе карьеру сделать! Ты – ничтожество, Гуляев! Бесконечный поток эмоций несется криком из горла. Голос сипнет. А Сава схватывает меня в объятии и тянется с поцелуем. Только хлесткая пощечина охлаждает его пыл. Муж хватается за алеющую скулу, куда пришелся мой удар. Гуляев ухмыляется, мажет по мне тяжелым взглядом. – Скажи честно, Ева, что использовала беременность Наташи в своих целях! Да тебе этой дуре нужно спасибо сказать! – глухо смеется Савелий, будто это я заставила его оплодотворить Нату! – Советую сделать тест, Гуляев. Мало ли от кого там беременна твоя Шмарина! Мне в клинике сказали четко, что проблема нашего «бесплодия» именно в тебе! Пока! – Ева, Эрик от Руслана? – произносит муж. Его вопрос выбивается из общего контекста нашей ругани и больно отдает в груди, словно муж меня словами ударил. – Признайся, что не было никакого донора! Ты родила сына от бывшего, а теперь ищешь повод вернуться к Довлатову? – хрипит разъяренный Савелий. От озноба руки покрываются мурашками. Это запретная тема, Сава знает мои больные места и бьет по ним нещадно… – Отпусти, Гуляев! Иди к своей любовнице и ей вопросы задавай! Дергаю дверь своей машины, смахнув Савины цепкие пальцы с ручки. В этот момент машину Савелия окружают эвакуаторщики. Гуляев оставил ее в неположенном месте, припарковавшись впопыхах. Савелий звучно выругался и, наконец, оставил меня. Он бросается спасать свою тачку, а на нее уже стропы набрасывают… Оказавшись в салоне своего авто, шумно выдыхаю. От жара лицо неприятно покалывает. А ту грязь, в которую сейчас окунулась, хочется смыть, содрать с себя вместе с кожей… Но Савелий и Наташа – это не все, что меня беспокоит. Все смешалось в кучу: измена Савы, приезд моего отца, мой контракт с клубом «Прайд»… Но красной нитью из всего будничного выбивается одно: мой бывший муж, Руслан Довлатов, снова в городе. Руслан в разводе, ненавидит женщин, зациклен на своем бизнесе, замкнутый, суровый… Таким описала его Лена. И он не знает мою главную тайну, которую я сохранила под сердцем. Триггеры из прошлого, как спусковой крючок, будоражат нервы еще сильнее. И наш прощальный разговор с Савелием заставил меня снова все вспомнить и пережить в моменте. Молюсь, Савелий держал свой поганый язык за зубами. Ведь если Руслан узнает, то последствия будут непредсказуемы… Боковым зрением вижу, как машину Савелия из двора клиники увозит эвакуатор. Гуляев бежит следом, весь злой и красный. – На метро теперь катайся, мудак, – говорю вслух, провожая эвакуатор взглядом….

Глава 11

Ранее....Руслан– Мы изучили нормативно-техническую документацию. Проектная и сметная документация также в порядке. Мы готовы к началу строительства, – удовлетворенно кивает Александр Иванович.Включившись в работу, напряженно рассматриваю отчеты юристов, отдельно слушаю своего зама.– Отличные новости. Начинаем, – даю отмашку своим сотрудникам.Место под застройку, которое мне помог выбить у градоначальников Мурад Шагаев, было лакомым кусочком для многих. Все хотели отхватить такой проект, но тендер выиграла моя фирма.Выдыхаю, немного откинувшись в кресле. Хочется, черт возьми, «Yes!» крикнуть от растущего кайфа.Возвращение на родину получилось триумфальным.Хотя, вернулся я не из-за бизнеса…– Руслан Мусаевич, самолет Корха задержали в аэропорту. Собрание нужно перенести, – чеканит сбоку мой помощник, выдергивая из мыслей.Кривлю улыбку. Достали накладки.– Хорошо, переносим.Из-за форс-мажора у треклятого партнёра Корха вечером опять придется в офисе зависать, а я ведь обещал сегодня заехать к Лебедевым.Борюсь с переливами ледяного холода и огненного жара в грудной клетке.Вчера у малышей Лены и Кирилла был день рождения, я приехал поздравить и… увидел свою бывшую жену.Я знал, что она в городе, знал, что могу встретиться с Евой, когда шел к Климу и его жене Лене.Я даже хотел увидеть, как она живет, увидеть ее…И увидел.Мы с Евой разминулись на несколько долей секунды. Она мелькнула у гаражных ворот особняка Кирилла Лебедева и села в свое авто…Теперь образ моей жены острой занозой невыносимо царапает душу.Она стала только лучше. Немного изменила прическу, ее сексуальная фигура приобрела еще более выразительные, женственные очертания.Я смотрел и слюни пускал на бывшую жену.Но подойти не успел. Ева прошла мимо моего авто, даже не обернулась.Ева прижимает к себе маленького мальчика в темно-синем костюме.– Тише, тише малыш. Ты ждал маму? – источая любовь и ласку, улыбается малышу моя жена.В грудине кувалдой билось больное сердце.Жена родила после нашего развода.Сколько ее пацану? Два годика, не больше.Мальчишка подвижный, крутится юлой и трогает, пропуская сквозь пальчики, огненный водопад Евиных волос.Мелкий тряхнул головой, и ветер подхватил капюшон его толстовки.Ева тут же ориентируется, надевая капюшон на непоседу. Поглаживает его по темной макушке.Я ошалел, хотел выбежать к ней и схватить в объятия, как раньше: «Рыжая моя. Подожди, не уезжай!»Но она держит на руках маленького мальчика.– Мля, Довлатов, это не твой сын. Твоя жена давно живет с другим и, судя по всему, счастлива в браке.Тру переносицу кончиками пальцев и выпускаю кислород, словно его вышибли из меня.Наша история оборвалась три года назад.Три года оглушительной немой тишины. Никакой информации о жене.Я мог узнать все о Еве, но приказал себе забыть.Вырвал запретную любовь из сердца, забил пустоту работой.Раны зализывал, как зверь, скрывшись за границей на все эти гребаные три года.Но я не забыл ее.И теперь, даже сидя в офисе, я все еще перемалывал нашу первую встречу.Хоть жена меня и не видела, но мне хватило заочного свидания, что вспомнить все, что между нами полыхало…Я рассматриваю очередные графики, но мысли роятся, как пчелы в голове.Каковы шансы увидеть Еву и сегодня?Ничтожно малы, но я хочу поехать к Лене и Киру.Пусть Лена меня ненавидит, и пригласила меня к ним на ужин сквозь зубы, мне плевать на ее рефлексии. Она – подруга моей жены и у нее я смогу узнать то, что не донесет ни один детектив о моей Еве…Я теперь спать не могу, все думаю о том, как она живет… с этим.При мысли о том, что ее мужем стал старый друг Евы – Савелий Гуляев, я сжимаю кулаки от черной злости. Непроизвольно сминаю белоснежный ватман с чертежом.Он всегда крутился возле моей жены и, как только я споткнулся, мудак подал ей руку.– Стоп, Довлатов! Ты тоже женат, – шепчет мне затравленное ревностью сознание.Мой брак – это потуги забыть Еву. Жалкие попытки обнулить в душе зависимость и одержимость бывшей женой.Откладываю в сторону чертежи, документы и выпроваживаю из кабинета остатки моих верных работников. Выхожу из кабинета, вооружившись только кейсом.Секретарша в приемной вскакивает, как стойкий оловянный солдатик.– Руслан Мусаевич, вы сегодня еще будете в офисе? – вытягивается по струнке.– Буду, если Корх прилетит. А так… Меня нет ни для кого, Лиза, – говорю секретарю и быстро выхожу, пока кто-то из замов меня не подкараулил для очередного обсуждения проекта.Мне сейчас нужно в офис моего фитнес-клуба «Прайд».Этот клуб я купил недавно. Бизнес такого сегмента для меня несерьезный, кто-то из друзей шутит и говорит, что я купил себе личную качалку, чтобы экономить на абонементах или лапать за упругие попки молодых тренерш.Это всего лишь шутки.Я не мог не забрать себе «Прайд».И это отдельная история, которая сегодня, наконец-то, достигнет своего апогея.– Ваша жена уже здесь, – говорит мне охранник, который, собственно, там ее и ожидает.– Отлично. Я еду, – с жаром выпалил в ответ, опуская стеклоподъемник.У меня буквально руль в руках горит от острого желания увидеться с моей супругой….

Глава 12

Руслан Докуриваю сигарету на ходу и швыряю окурок на кончиках пальцев в урну перед фитнес-клубом. Делаю глубокий вдох, словно перед прыжком в морскую бездну. В холле суета. Полуголые девушки в спортивной форме разной степени накаченности, упругости и худобы смешиваются с атлетичными качками. Ко мне движется охранник, который меня уже здесь ожидает. – Добрый день, Руслан Мусаевич, – протягивает крепкую ладонь для рукопожатия. – Привет. Алиса здесь? – тоже кивает. – Когда у нее следующее занятие? – Должно быть через полчаса. Вы успели как раз вовремя. Алиса Альбертовна занималась в тренажерном зале с Гектором. А сейчас кхм… на пилатес пошла, с ним же, – охранник недвусмысленно улыбается. Млять, не знал, что у Гектора такой широкий профиль. Предельно понятно, что за гребаный «фитнес» увлекает мою вторую жену уже несколько месяцев. – Отлично. Возьмем прямо на горячем, – улыбаюсь кровожадно. Охрана только плечи вверх тянет. Пересекаем холл, поднимаемся на второй этаж в зал для индивидуальных тренировок. На минуту мне показалось, что я видел свою бывшую жену Еву в административной здания… Но, видимо, я уже брежу ей наяву после нашего свидания… Тем больше обостряется желание скорее порвать с опостылевшим браком. Тряхнул головой, стараясь сконцентрироваться на Алисе и ее любовнике Гекторе. В это время мы с охраной останавливаемся около зала для пилатеса. Так и есть: внутри тишина и пустота. Осматриваю новенькие реформеры, чем-то отдаленно ассоциирующиеся в моем мужском сознании с приспособлениями средневековой инквизиции. Миную разноцветные петли гамаков и тут же застываю у двери в раздевалку. За дверью – возня, учащенное, горячее дыхание и едва слышные шлепки бедер Гектора о… – Ключ, – выбрасываю руку к охране. Через секунду передо мной открывается картина: Алиса тяжело дышит, свесившись со скамейки в душной раздевалке. Гектор, мой пока еще сотрудник и личный тренер Алисы, уверенными движениями входит в нее. Сильно, напористо, так что Алиса едва сдерживает крик. Спина Гектора выгнулась дугой, покрыта испариной. – Гектор, еще! Еще… – сипит Алиса, закрывая глаза. Он видит нас первым. За моей спиной вырастают мои личные папарацци. Яркая вспышка ослепляет перекошенное от организма лицо Алисы Альбертовны… – Супер! На три-четыре закончили упражнение! – с грудным смехом хлопаю в ладоши любовникам. – Руслан Му-у-уу-саевич, – мычит качок, схватывая шорты. Нижняя челюсть Гектора падает, как и его эрекция, от страха. Алиса поднимает голову, ее взгляд проясняется, и она цепенеет. – Руслан! Русик! Я… Это не то… – бормочет Алиса, отряхивая член тренера, как назойливого комара. Я смеюсь. Очень комичное видео получилось, да и фото огонь. Не думаю, что буду потом еще этот момент вспоминать. Доказательства мне нужны для суда и развода, который неминуем. – Руслан! Как хорошо, что ты пришел! Ты меня спас, любимый! Он меня изнасиловал! – пищит Алиса, вскакивая следом за любовником. – Ну да, и насиловал на протяжении целых двух месяцев, пока я был в другой стране. Ты маньяк экстра класса, Гектор! Жертва Алиса сама за тобой бегает и еще просит добавки, – хмыкаю, пристыдив жену и ее секс-тренера. Гектор трясет красным от стыда лицом, быстро одевается, но рядом с ним уже вырастает моя охрана. Моя жена Алиса, с которой наш брак давно стал гостевым, не может оправиться от шока. Я ее поторапливаю. Хочу скорее все закончить и послать ее нах… – Надевай трусы, шлюха, и вперед. В моем кабинете ждет юрист. – Зачем? – дрожащими губами говорит Алиса. – Разводиться будем, мля! – оглушаю ее криком. Алиса бежит за мной, натягивая на голый зад ярко-малиновые легинсы. – Рус, как? Ты же видела, что он меня без моего желания трахал! Он насильник! – кричит моя неверная жена. Сука, второй брак летит к черту. Но в этот раз я бесконечно рад. Видимо, за измену Еве мне прилетел мощный бумеранг. Алиса верещит, как шавка, но я ее быстро останавливаю. Резко развернувшись в пустом коридоре, смотрю на ее разгоряченное лицо, растрепанные волосы… – Приведи себя в порядок. Самой не стыдно? Или ты думала, будешь трахаться со всеми, пока муж заграницей, и я никогда не узнаю? Алиса нагло вздергивает подбородок. – Нужно было самому меня нормально трахать! А не Еву свою ночами вспоминать! – говорит со слезами в голосе. Делаю паузу, глотая тяжелый комок, который в горле застрял. Алиса продолжает, часто всхлипывая. – Я знаю, что ты решил с ней сойтись! Я ее здесь сегодня видела! Уже переспал с Евой по старой памяти? – выдает мне автоматной очередью Алиса. Она поправляет одежду на ходу, я не понимаю, что несет моя почти бывшая жена. – Думаешь, я тупая? Я все поняла! – бросает, не глядя в мою сторону. – Руслан, ты же меня не любишь! Это мне одной нужна была наша семья, а тебе ничего не надо! Она говорит, что я нарочно следил за ней, нарочно скрывался в Штатах, пока она тут пыталась восстановить нашу семью. На самом деле информацию про измены жены мне слили. Не знаю, кто постарался, но мне на мобильный стали приходить анонимки с неизвестного номера. Я проверил, понаблюдал и все слова нашли свое подтверждение… Прищуриваюсь и смотрю на Алису с читаемым пренебрежением. – Алис, спать с другим мужиком – это твой личный выбор. Нам нужно расстаться, как можно скорее, – говорю, растирая гудящие виски от ее крика. – Нет! Развод я не дам, – мотает головой. – Документы подпишем сейчас. Без подписи тебя из клуба не выпустят, – улыбаюсь равнодушно. – И, если тебе будет легче, то ты права. Я тебя не люблю. Лишь пытался Еву забыть, но не вышло. Алиса встает, как вкопанная, посреди безлюдного коридора. – Импотент! Ты не мужчина, Довлатов! – разрывается от негодования жена. Сзади ее подхватывает охрана. Алиса надрывно плачет, театрально обзывая меня абьюзером и тираном, а себя, конечно же, жертвой…

Глава 13

РусланВ итоге Алиса выпендривалась, но все подписала.Остались бумажные формальности, и наш с ней брак канет в лету.При разводе жена ничего не получит, именно для этого мне нужны были железобетонные доказательства измены Алисы.Она так легко прокололась, хотя прекрасно знала условия нашего брачного соглашения…– У меня есть еще какие-нибудь встречи на сегодня? – спрашиваю у своего помощника, уже практически покидая клуб.– Было подписание договора с ООО «Мойдодыр». Его директор еще здесь, в переговорной. Читает документы. Очень дотошная девушка. Если желаете познакомиться, мы можем задержать ее, – говорит Макс, а я и не вспомнил про эту мелкую букашку-фирму.Я просто забыл, что сегодня подписание договора с какой-то аутсорсинговой фирмой-однодневкой.– Мойдодыр, мля, – усмехнулся, потирая переносицу.Натягиваю воротник пиджака, внутренне зябну от того, что напряжение спало.– Нет, Макс, это уже без меня. Сказок разного рода мне на сегодня хватит! Пусть подписывает и радуется, что мы вообще обратили внимание на ее Мойдодыра. На аутсорс мы могли кого-то и посолиднее взять, так что, – задумчиво тяну.Мой исполнительный помощник кивает.Оказываюсь на улице и выдыхаю воздух, освобождая легкие.Вот так рухнул мой второй брак. Словно камень с плеч упал, такая легкость накрывает….Я ехал в дом к моему другу Киру Лебедеву с тягучей, сладкой истомой на сердце.Нельзя вычеркнуть любовь и по щелчку полюбить другую.Вот и я не смог.И теперь жадно хотел подкараулить Еву.Но моей жены в гостях у Лены не было.Хозяйка дома, Елена Валерьевна, открыла мне двери, и я сразу понял, что в доме Лебедевых мне были не очень-то рады…– Руслан, ты что-то к нам зачастил, – говорит, прикрывая ворота.– Привет, Лена. А ты не хочешь меня видеть? Или у вас кто-то в гостях? – спрашиваю, открывая двери.Лена отступает на шаг, и я замираю…Во дворе играет тот самый мальчик, которого вчера несла на руках моя жена.– Ева здесь? Это же ее сын, – спрашиваю, почти силой врываясь в дом моего друга.Лена спешит за мной, сжав кулаки и топоча каблучками.– Довлатов! Это сын Савелия! А Евы тут нет. И я не позволю тебе снова сделать ей больно! Ева замужем, у нее и без тебя хватает проблем сейчас! – кричит мне в спину.Я разворачиваюсь, покачнувшись от неожиданного заявления.Судьба шутит со мной шутки?– С мужем проблемы? Со здоровьем? Лена, говори, мля, – не своим голосом хриплю, глядя на подругу моей жены.Из дома выходит Кирилл и приветствует меня.Мы с Леной так и замираем друг напротив друга, не договорив.– Привет, Рус! Ну, тебя можно поздравить? – жмет меня руку Кирилл Давидович.Лена ничего не понимает.– С чем его поздравлять? – недовольно хмыкает жена моего друга.– Лен, Рус теперь свободный человек! Он почти развелся, – выдает Кирилл.Он всегда такой простой, не держит язык за зубами. Но это потому, что с Ленкой у них идиллия, и секретов от жены у него нет.– Пхах! Надо же. Опять изменил, Довлатов?Лена от смеха прыснула, а мне стало от триггеров душно и невыносимо плохо.– Лен, ты ничего не знаешь. Там другая история, – окорачивает Лену Валерьевну Кирилл.– Она мне изменила, Лена. Бумеранг вернулся, можно и так сказать, – выдыхаю одной фразой.Лена одаряет меня тяжелым взглядом, поджимает губы и хмыкает.Ей меня не жалко, но…Она была так удивлена, что непременно расскажет об этом Еве.Может быть, это шанс на сближение с женой.Я сам не знал, как заговорить с ней, как построить мосты между нами заново.Но я безумно хотел увидеть мою Еву…Кирилл пошел к няньке и малышам, а мне, как назло, позвонили и сообщили, что приехал гребаный Корх.В такой ситуации мое присутствие в офисе просто необходимо…Я засобирался, извинился перед Кириллом, и на прощанье уперся взглядом в Ленино лицо.– Ну, будете в наших краях, Руслан Мусаевич, заезжайте! – улыбнулась дежурно Лебедева, спешно выпроваживая меня за ворота.– Лен, я хочу встретиться с Евой, – говорю ей, пока хозяйка дома не успела двери закрыть.– Руслан, нет. Я не буду сводницей, нет! Не проси, – тараторит быстро, отгораживаясь от меня.– Прошу, – одно мое слово не передаст всего спектра эмоций, который играют внутри со вчерашнего вечера.Тем более, Лена намекнула, что у Евы проблемы.– Может, ей помощь нужна? – благородство сейчас выглядело неуместно, но я не мог иначе.– Ой, Довлатов! Вот только без этой бравады! – выпалила Лена, сдувая челку с лица.– Лен.– Нет! У нее сейчас столько всего! Гуляев, работа… Отец приехал, еще и Агния эта…Стоп.Мне хватило одной последней фразы.Возвращение моего бывшего тестя было мне на руку. Тем более, Александр Иванович и его жена всегда устраивали приемы в честь своего возвращения.– Спасибо за подсказку, Ленок. Мой тесть живет там же? – спросил, а Лена машинально кивнула и… тут же перепугалась.Ее глаза расширились так, что я думал, ее удар хватит.– Нет! Нет, Руслан! Не смей туда ехать! Она замужем! – кричала Лена мне в след.– Я поеду, мы не чужие. А ее муж объелся груш, Лена, – заключил, усаживаясь в свое авто.Лена так и осталась стоять перед домом, вся красная.А я твердо решил, что встречусь с женой прямо в доме ее отца. И мне плевать, будет там Гуляев или нет….

Глава 14

Савелий – Черт, черт! Твою ж! Суки, отдайте тачку! – бегу за машиной, упустив из вида машину Евы. Наглые морды эвакуаторщиков только галдят мне какие-то тупые формальности. «Заберете, когда оплатите…» С финансами у меня сейчас не густо. Особенно, после переселения Наташи в люкс лучшего отеля нашего города из квартиры Евы. Провожаю взглядом машину, ведь не могу же бежать за ними до самой штрафстоянки. Бессильно вздымаю руки к небу: моя крошка уезжает… Снова злюсь на падчерицу моего брата. Именно она все безнадежно испортила. Полдня потерял на то, чтобы вернуть авто и совсем забыл про Наташу. Точнее, не забыл, а нарочно бросил ее одну всю в слезах посреди клиники. Пусть взбалмошная пигалица посидит и одумается! Пусть осознает, до чего меня довела. Я чуть не поседел, когда увидел, как моя жена говорит с ней в клинике. Ясно, что Наташа сама слила информацию Еве о том, где нас застать с поличным. Пигалица сделала это вчера вечером, пока я мылся в душе после нашего бурного секса… Приливы ярости накатывают, как волны на берег. Я придушить ее готов! От злости не нахожу себе места. Из-за нее мне грозит развод с женой и что теперь с этими чудовищными последствиями делать, я пока не знаю. От напряжения мозги закипают. Развод с Евой никак не входил в мои планы. А раздел имущества – как удар под дых. Я недостаточно закрепился в фирме. Вру, что моя карьера на пике, но это не так. Я собирался использовать протекцию Эдуарда Павловича, решающий толчок должен был сделать мой будущий тесть, Крестовский… – Дай мне сил все это вытерпеть, Боже! – говорю сам себе, крутясь в мягком офисном кресле. Сердце льдом покрывается, когда думаю, что мне этим вечером и пойти некуда. Наташу я видеть не могу. Значит, придется ехать к маме… **** Наташа напомнила о себе не сама. Через несколько часов после инцидента в клинике мне позвонил ее чванливый папаша Эдуард Павлович. – Привет, зятек. Ну-с, ждать вас с сегодня? – Добрый день. Эм… На работе завал. Даже не знаю… – мнусь, как девочка. Разговор как-то сразу перетек не в то русло, а презрительный тон Крестовского сразу заставил меня напрячься. Эдуард не привык получать отказы. Он тяжело вздыхает и говорит, что Наташа была расстроена, когда он ей звонил. – Черт, начинается! – пронеслось в голове. Молча кручу авторучку в руке и жду, что же тесть скажет дальше. – Савелий, что произошло? Моя дочь в положении. Ей нельзя нервничать. Скажи по-мужски правду. – Я и так правду сказал, не нужно меня отчитывать, пожалуйста, – сцепил пальцами телефон, будто это толстая шея Эдуарда Павловича. Крестовский делает многозначительную паузу. А потом понеслось… – Хорошо, тогда я скажу правду, Сава. Ты не тот, за кого себя выдаешь. – ??? Безмолвно восклицаю. – Да-да, не вздыхай. Нет, ты Савелий Гуляев. Но не «тот» в том смысле, что женатый клерк со средним достатком моей дочери не нужен. И мне такой зять не сдался, – брезгливо бросает, унижая меня. Крестовский прибавляет несколько свежих ярких фактов из моей жизни так, что сомнений не остается: будущий тесть меня хорошенько пробил по всем базам. Не знаю, что ему наговорила пигалица и откуда у Эдуарда такие данные обо мне. Но тело буквально морозит о том, что Павлович меня, как открытую книгу, читает. С трудом собравшись, продолжаю беседу. – Эдуард Павлович, стараниями вашей доченьки, я балансирую на грани развода с женой. При этом несу всю ответственность за ребенка. – Да, видел я, в каком хлеву собралась рожать моя единственная кровиночка! – мерзко хохочет Крестовский. На контрасте с ним, мой «действующий» тесть кажется душкой и милым мужиком, с которым можно выпить водки и на рыбалку сходить… Выходит, я был к Евиному отцу несправедливо критичен, обиделся, что денег на мой стартап не дал, а вбухал все в гребаного «Мойдодыра». – Сава, ты там живой, парень? – издевается Павлович. Хочется на хер его послать, но вынужден слушать. – Савелий, так, это все лирика. Мне нужны конкретные действия. Что там с твоей женой? Что за кура? – спрашивает о Еве. – А вы не узнали? – хмыкаю, вот же попал! – Узнал, – чувствую, как он улыбается своей неприятной улыбкой. – Квартира чья? – Общая. – А вторая? – Евы. – Фирма? Сука, мечтаю, чтобы допрос срочно прекратился. – Тоже Евы? – передразнив мой голос, чеканит Крестовский. – А твое-то что? Трусы, небось, тоже жена покупает, Сав? Хех, ну дочка привела мне обузу! Зять не хрен взять! Вальяжный тон и очередной приступ мерзкого клокочущего смеха от Эдуарда Павловича принимаю, как лично оскорбление. Да уж, мой нынешний тесть реально нормальный мужик. А я… – Я не приду на ужин. Хоть убивайте, а с вашей Наташей я жить не стану. Пусть еще докажет, что ребенок от меня! – вспомнив слова жены, отвечаю Крестовского. – Что?! – как раненый бык, басом ревет в трубку. – Ты что себе позволяешь, сопляк?! – Без теста на отцовство даже разговаривать с вами не стану. До свидания, – отрывисто бросаю и отключаю несостоявшегося тестя. Взявшись за голову, мысленно разворошил все, что накопилось в мозгу за последние дни. Ужин по случаю приезда Александра Ивановича ровно в семь, так сказала мне Ева. Встаю с рабочего места. Рвано выдохнув, всматриваюсь в зеркало. Вид у меня не очень парадный, но мне и так там будут рады. Вторая жена моего тестя, Агния, меня обожает. Куплю для «тещи» букет цветов, сделаю мужской комплимент и прокатит. – Ева, ты зря решила, что мы расстанемся так легко и просто, – хмыкаю, заказывая цветы в бутике возле работы.

Глава 15

Ева На ужин к отцу приезжаю вместе с Эриком и почти пятнадцать минут ищу место для парковки. Холодные капли дождя набивают унылый сэдкор по капоту моего авто. Сегодняшний день контрастный во всех смыслах. Утром – было солнечно, огненно-жарко, а к вечеру все затопил серый дождик. Так и в моей жизни… Утром – я была вне себя от гнева, была готова убить Саву за измену и хотела его «крови», а теперь остыла и, кажется, все приняла. За полдня, пока сынок был в детском саду, я успела побывать у адвоката Борцова. Не знаю, почему Лена дала ему прозвище «адвокат дьявола»… По-моему, он очень тактичный и супер-адекватный мужчина. Он обнадежил, что мой муж мало что получит при разводе. В сухом остатке Савелию достанется лишь часть нашей квартиры, которую мы купили в браке. Его машина – собственность моей фирмы «Мойдодыр», а моя – куплена еще до свадьбы… – Может, у вашего супруга есть какие-то накопления? – спросил у меня Борцов на приеме. Адвокат листал скриншоты из почты моего мужа. – Нет, у него, скорее, есть несемейные траты на любовницу, – хмыкнула раздосадовано. Мы договорились, что я предоставлю еще документы из моей фирмы. Юрист сказал, что ему нужно все, что я смогу достать неофициально. Ведь официально – Савелий ноль без палочки. – Так-с, посмотрим, что можно предпринять с вашим неверным благоверным. Не переживайте, Ева Александровна. Уйдет господин Гуляев к любовнице с чистыми карманами, – улыбнулся кровожадный Борцов. Тут же в памяти мелькнула надменная моська Наташи и ее фраза: «Он богатый! Сава оплатит роды, у нашего малыша будет все самое лучшее!» Я еще раз внутренне похвалила себя, что не стала раскисать, ждать, а сразу решила обрубить все нити с обманщиком… – Да уж, гостей собралось сегодня. Яблоку негде упасть! – вздыхаю, размышляя, куда бы втиснуться. – Хэх, мам, мама, – подбадривает меня своим детским лепетом мой сынок. Вижу в зеркале заднего вида, как он играет машинкой. У Эрика в руках маленький красный Кадиллак, который любимый дедуля подарил ему в прошлый свой визит. Теперь он неразлучен с этой мини-копией шикарной машины. – Да, мой автолюбитель. Сейчас, еще минуту терпения, – паркуюсь у ворот соседей. Выношу Эрика из машины, прижимая сынишку к себе. Крупные капельки попадают на его курносый носик, на светлое худи. Прячусь вместе с крохой под полой своего пиджака и быстро бегу к воротам. Нетерпеливо нажимаю на кнопку видеодомофона. Замечаю, как еще одно огромное авто раскорячилось посреди узкой дороги. Водитель высовывается из машины и зыркает по сторонам. – Неужели еще гости?! Агния сделала из семейного ужина какой-то пафосный прием! – вопрошаю вслух. Отец пышные сборища не любит и никогда не любил. Ясно, что все это «дорого-богато» – проделки моей мачехи… Агния, как всегда, в своем репертуаре. Она неспешно идет к воротам. Я вижу ее силуэт через щелку и слышу, как стучат шпильки безупречных черных лодочек по дорожке из природного камня. – Привет! О, какие важные персоны у нас тут! – улыбается мачеха, распахивая двери. Она трясет Эрика за маленькую ручку, приглашает нас в дом. Агния не предлагает зонт, хотя мы уже прилично вымокли, пока ждали. – Давно ждете? Могла бы предупредить, а то малыш весь промок, – сразу же наставляет меня Агния. – Ждем недавно. Чтобы мы не мокли, предложи нам свой зонт, бабушка Агния, – тяну, поеживаясь. Мачеха разворачивается и недовольно скалится, растягивая красные губы в подобие улыбке. – Извини, забыла, – протягивает большой черный зонт-трость. Мы с Эриком следуем за ней по дорожке. В доме горят огни, на террасе кто-то курит и смеется… Народу еще больше, чем я могла себе представить. Я не была готова к светскому рауту, да и после работы не переодевалась. Мой синий строгий костюм с белой блузкой не выглядит так помпезно, как короткое платье Агнии в перламутровых пайетках. – Что-то случилось? Почему ты такая печальная? – окинув меня оценивающим взглядом, спрашивает мачеха. С ней я уж точно откровенничать не стану. Отделываюсь общей фразой. – Я думала, это будет ужин в узком кругу, – говорю мачехе в спину. – Нууу… Я не могла утаить шило в мешке. Все, кто узнал о нашем приезде – захотели прийти. Не в чебуречной же собираться! – как-то формально отвечает Агния. Мой отец стоит на открытой террасе с кем-то из мужчин и машет нам рукой. – Дида! – по-своему отзывается Эрик. – Да, дедуля, – тут же скалится Агния. Отец выходит к нам, обнимает меня и любимого внука. Где-то в холле дома вижу кислую мину Крис, дочери Агнии. Она, как и ее мать, не очень меня жалует… Но на публике и перед отцом Агния и Крис полностью меняются. Когда мы входим в дом, Кристина бросается ко мне, обнимает. Агния ласково щебечет с Эриком, целует его ручки, пока внук сидит на руках у отца. – Дочка, может быть мы отдадим Эрика Агнии? А сами пойдем выпьем по чашке кофе? Или ты не пьешь кофе на ночь? – улыбается папа. Я кофеман. Кофе пью даже перед сном. А вот папа явно пренебрегает требованиями своего лечащего врача… – Я сейчас сварю вам кофейку, Саша, – ластится к нему Агния. – А потом мы с Эриком пойдем в кухню и попробуем немного пирожных. Пирожные можно ведь? Агния распахивает свои большие черные глазищи и вопросительно смотрит на меня. – Только немного и без орехов. Он еще мал для таких лакомств, – строго говорю ей. – Евушка, ну что ты! У Агнии двое собственных детей. Пусть с сыном она и не общается, но зато Кристину воспитала как следует! И Агния и Крис очень любят Эрика, – мягко говорит отец. Агния, как птичка, вспархивает с места и улетает вместе с Крис в кухню. Мы сидим на диване, пока гости развлекают сами себя какими-то разговорами. Отец засыпает меня вопросами о Саве, не давая опомниться… Я отвечаю правду, не вдаваясь в грязные подробности. Не хочу, чтобы отец знал до каких провокаций опустилась Наташа. Хватит и того, что мой муж изменил. У Гуляева ребенок на стороне, и мы разводимся. – Жаль, – тяжело выдыхает отец, сжимая Эрика в объятиях. – Он так ухаживал за тобой. Так просил твоей руки! Знаешь, даже Руслан поступил лучше, чем он. Я помню, как Руслан корил себя за ту случайность, Ева. Я не хочу думать о бывшем муже. Не хочу ничего знать. Одна измена другую не обнуляет. – Пап, почему ты не приехал на годовщину к маме? – спрашиваю, глядя отцу в глаза. Он встрепенулся от той резкости, с которой я сменила тему разговора. – Агния заболела как раз… Какой-то вирус, – извиняясь, говорит он. – Вирус хитрости? Или она плавно затачивает тебя по себя, пап? – смотрю на него. – Нет, дочь. Что ты такое говоришь?! Я говорил с врачами, она выглядела ужасно. Нет, – решительно мотает головой. – Такое нельзя сыграть! – А кофе? А эти ужины на сто персон? Это тоже ты захотел или она? – сверлю бледное лицо отца взглядом. – Девочка моя, не переживай так. Все в порядке. Я люблю Агнию. И маму люблю, хоть ее и нет с нами, – поглаживает меня по плечу. – Ева, как там ее квартира? Ты ремонт сделала уже или нет? Говорю, что после визита родственницы Савелия замки сменила и обещаю отцу передать ключ через Кристину или моего верного курьера. На всякий случай, да и потому, что эту квартиру купил отец для мамы. – В квартиру я заеду. Не нравится мне этот Сава и его бесшабашный подход. И к маме мы съездим все вместе, обещаю. Отец тепло обнимает меня. Вижу, как Агния перед кем-то расшаркивается и хохочет заливистым девичьим смехом. Крис несет поднос, забрав его у матери. Я едва не вскакиваю с места, когда вижу, как Агния принимает букет от моего мужа! Гуляев все-таки пришел сюда! **** – Как он вошел? Кто ему открыл, пап?! – паника накрывает, как снежная лавина. Я не хочу, чтобы наши разборки стали достоянием общественности. Не хочу, чтобы папины друзья видели моего второго мужа-гуляку, но Агния тащит его к нам. – Ев, успокойся, – говорит отец. Савелий, как нашкодивший кот, заливается краской, как только наши взгляды перекрещиваются. – Добрый вечер, Александр Иваныч, – кивком здоровается с отцом. Рядом возникает Агния с большим букетом цветом. – А я еще думаю, кого же не хватает?! Савушка, проходи, что ты как неродной? – приговаривает жена отца, подхватывая предплечье Гуляева. Сава смотрит то на меня, то на папу. Взгляд, как у побитой собаки. – Савелий, мы думали у тебя ужин в другом месте. С ключевыми партнёрами, – откашлявшись, завуалировано говорит мой папа. Савелий все понимает и еще пуще краснеет. Как помидор. Я успела ему рассказать, что Гуляев уже сблизился с отцом своей ша… Шмариной настолько, что сегодня идет к ним на ужин. Но Сава заявился к нам… Гуляев трет пятерней двухдневную щетину на лице. – Александр Иванович, я очень ошибся. Это не партнеры, а пустое место. Пшик, – выстрадано говорит Сава. Отец просит Агнию забрать Эрика, так как малыш будто чувствует наше общее напряжение и капризничает. Сынок верится у деда на руках, и рвется к выходу. – Я могу остаться? – спрашивает Гуляев, явившись с повинной. – Ева, думаю, Саве нужно твое согласие. Я не хочу, чтобы дочка нервничала. Я по-моему, говорил тебе еще до свадьбы, что Ева не должна страдать, – рыкает на него папа. Гуляев пристыжен. На нем нет лица. – Ева, прошу, умоляю, – бормочет. – Савелий, уходи. Хватит! – твердо ему заявляю. – Ой, а кто это там? Это твой муж, Ева… – говорит Кристина, отвлекая нас от раскаявшегося Гуляева. Все переводят взгляд на входную дверь, как по команде. У меня ноги подкашиваются, когда думаю, о ком она говорит. Я стою спиной ко входу, но по округлившимся глазам Кристины, дочки Агнии, понимаю кто сейчас вошел в усадьбу отца. Голос Руслана я узнала. Я узнала бы его низкий тембр из тысячи похожих… – Добрый вечер, Александр Иванович. Ева, – Довлатов учтиво кланяется моему отцу и мне. У Савелия дергается глаз от шока. Он ненавидит Руслана, не ожидал его увидеть здесь. – Спелись уже! Ну, Ева! Ты… Падшая женщина! Я найму самого лучшего адвоката, но моего сына вы с Довлатовым не увидите! – шипит мне на ухо Сава. – Пошел вон, к ней, – рычу, не глядя на него. Довлатов пожимает руку отцу, у них до сих пор остались хорошие отношения. Руслан во многом помог папе, нашел лучших врачей и клинику, где ему сделали операцию. И всегда он говорил только одно: «Я хочу, чтобы Ева меня простила!» Сейчас его глаза кричат тоже самое. Он приближается ко мне, обходя Кристину. Руслан поравнялся со мной, и Гуляева словно ветром сдуло. – Привет, Ева, – улыбается мой бывший муж. Я киваю, говоря ему слова приветствия. Мое сознание балансирует на грани. Внутри сердце ухнуло и упало в пятки. Пальцы холодит не от мороза, а от того, что Руслан меня касается, легко пожимая руку. Мы как во сне. Смотрим друг на друга так, словно никого нет рядом. Вовремя прогнав дурман, убираю руку. – Руслан, спасибо за твою помощь, – тут же отец перехватывает инициативу в свои руки, уводя от меня Руслана. Я выдыхаю, но воздуха в легких нет. Корю себя за слабость, и переживаю, что мои пунцовые щеки выдали то, что я боюсь Руслана. А еще больше я боюсь, что он узнает мой секрет… – Да, я с внуком хотел посидеть, а Ева все торопится куда-то, – слышу фразы отца, вырванные из контекста. – У Евы мальчик? Не знал, – неправдоподобно врет Руслан. Скорее всего, что он уже навел справки, но не знает, что мой сынок – и его сын. У Довлатова была своя жизнь после нашего расставания. Я жила и не думала, что Руслан вернется в наш город, разведется и… судьба столкнет нас снова. Муж не знает, что я сбежала от него после измены и скрыла от него, что беременна. И сейчас мини-копия Довлатова, наш сын Эрик, здесь, в соседней комнате. В паре метров от своего родного отца. Я говорю с Кристиной ни о чем, просто перекидываюсь фразами, пока мой отец что-то бурно обсуждает с бывшим зятем. Ощущаю спиной скользящий мужской взгляд Руслана. Мне не по себе. Его темно-карие магниты пронизывают и… раздевают. Ежусь, так как мне неловко. Я горю, красной краской заливает кисти рук, шею и щеки… – Крис, я пойду в кухню, к Агнии, – говорю своей сводной сестре. И убегаю. От него. И от себя… Руслан остается рядом с отцом, они продолжают что-то обсуждать. Я отряхиваю наваждение. Как я могу о нем думать?! Он ведь такой же предатель, как и Сава… Но зачем Руслан явился сюда? Неужели, это все проделки Агнии, и моя мачеха позвала сюда моего бывшего мужа? Решаю, что сейчас сама задам вопрос ей в лоб. Мне жутко не понравилось, как она лебезила перед Савой, а вот приглашение Руслана – это запрещённый ход. Распахиваю двери в кухню и на пороге застываю, как камень. Мой сынок Эрик сидит на кухонном столе, напротив настежь открытого окна. Он в одной футболке. – Так, еще ложку! Ешь вкуснятину, пока дают. Маме ничего не скажем! – приговаривает бабушка Агния, протягивая моему сыну очередную порцию мороженого….

Глава 16

Ева Я видела все происходящее со стороны, как на киноленте. А потом закричала так, что мой собственный крик оглушил меня. – Агния! Руки прочь от моего сына! Эрик, не ешь! Ах, ты, дрянь… – говорю быстро, подлетая к барной стойке посреди кухни. – Мам, ня! Мам, – мой сынок протягивает мне ложку с ледяным десертом. У Агнии в руке еще одна чайная ложечка. – Божечки, сколько же он съел?! – проносится в голове. Я хватаю кроху, прижимаю к себе… Агния возмущенно поднимает брови и делает невозмутимую мину. – Ева, я сейчас не поняла чего-то, – хмыкнув, кривит тонкие губы. – «Дрянь» – это мне предназначалось? Осматриваю сына, наспех надеваю на него худи. Тут же ставлю чайник. Может глупо, но хочу дать ему чаю, по инерции, как мама в детстве поила меня, когда я вот так же наедалась мороженого. Вот только тогда оно было хоть немного растаявшим. Да и лет мне было шесть, а не два годика, как моему вечно болеющему малышу… – Эрик, убери эту гадость! – ложка с кристаллами ледяного мороженого летит в бабку Агнию. – Ева! – взвизгивает. – Что ты творишь на моей кухне! Перевожу блуждающий, остервенелый взгляд на нее. – Заткнись, – шиплю, но потом меня прорывает. – Ты больная идиотка?! Старая тварь! Зачем ты усадила его на сквозняке еще и для гарантии мороженым накормила? Ты не знаешь, что мой сын часто болеет, сука?! Агния вытягивается по струнке. Звуки музыки в гостиной, видимо, заглушают мои вопли. Я не крику, а натурально вою, так как она сделала все нарочно! – Ты не могла не знать, тварь! – ору, прижимая сыночка. Чайник быстро закипает, а Агния подходит и принудительно выключает кнопку. – Он болеет потому, что у него мать – истеричка и типа сильно занятая особа! – делает кавычки в воздухе руками. Я снова включаю чайник. Ну, не бороться же с ней?! – А на самом деле все видят, Ева! Мальчик никому не нужен! Зачем ты делала ЭКО, если не способна посвятить себя ребенку?! – выдает Агния, ударяя под дых словами. Ее фраза цепляет не просто за больное, а за то, что в принципе ее не касается. – Мой ребенок тебя не касается! Ты сейчас нарочно его накормила! Чего ты хочешь, чтобы он заболел? – Я хочу, чтобы ты занималась семьей! Посмотри на себя! Пришла в деловом костюме на светский раут, словно ты одна тут пашешь! Муж, как собачка прилетел за тобой, так ты при моих гостях посмела фыркнуть на него! Но и этого мало! Ты Руслана привела! Просто шок! Решила потешить свое самолюбие, чтобы бывший и нынешний боролись за тебя? Стерва дешевая! Ее слова летят копьями мне в мое сердце. Одно ясно, что визит Руслана – не ее рук дело. Но мачеху сильно зацепило, что я работаю, фирма приносит хоть и малый, но доход… Тут еще и ее любимый Савелий почти в ногах у меня валялся прилюдно… Давлюсь смешком, глядя на Агнию. – Как низко ты пала! Ты со мной конкурируешь? Завидуешь, что отец помог мне и дал деньги для фирмы? А к Саве какой интерес, Агния?! Может, хочешь его? – кричу на нее, судорожно заварив чай. – Пошла вон из моего дома! И молча! Не позорь меня перед гостями, – жестом на двери показывает. На кухонном столе вижу заготовленное блюдо с закусками. Прислуга мачехи, видимо, ждет ее команды, чтобы накрыть на стол. Цепляю рукой первое блюдо с жирными тарталетками и бросаю его в Агнию. Масляный крем с икрой метко попадает на ее сверкающее платье. – Ааа! Аххх! – задыхается мачеха от неожиданности. В этот момент в дверях показывается мой отец. Агния сразу же бросается к нему… – Ева, что происходит?! – недоуменно глядя на грязную Агнию, спрашивает мой папа. Эрик тянет ручки к деду, привычно желая перекочевать к нему от меня. – Саша, твоя дочь с катушек слетела! Ей нужно в клинику! Она набросилась на меня! Эрика чуть не убила! – врет моя мачеха. Агния беспомощно прячется за широкую спину моего отца. – Папа, не слушай ее! Она усадила Эрика на сквозняке, раздела его и мороженым накормила! Еще и врать смеет, гадина! Отец разворачивается к Агнии, а та только сжимается, как шавка, у его ног. Но, видимо, отца она уже слишком хорошо «обработала», и папа, не разобравшись в деталях, черство принимает ее сторону. – Саша, она меня тварью назвала! Обматерила, как последнюю… А я ведь ее растила, как родную! – Не ври, Агния! Ты моего отца из семьи увела! Если бы не ты, то мама была бы жива! – выдаю то, что накипело за годы. Эта тема – табу в нашей семье. Но сейчас мне в минуту словно легче стало. Я как будто сбросила тяжелый, многотонный груз с плеч, когда ей все прямо сказала. – Ева, дочка! Я понимаю, что у вас с мужем тяжелый период, но не переходи грани! Ну, дала Агния ему ложку мороженого. Но ведь Эрику не годик! – Ясно! От тебя муж уходит, а я виновата, – фыркает Агния где-то на фоне. – Тебя Савелий интересует? Так забирай его! Отец, наклонив голову сканирует лицо Агнии. Та от стыда заливается краской. – Саша, это наговоры! Неправда! – мотает головой моя мачеха. – Пап, Агния накормила Эрика специально! Ты же знаешь, как тяжело нам даются любые простуды! – со слезами в голосе отвечаю отцу. Не ожидала, что он окажется таким сухим, и встанет на защиту Агнии… – Правда в том, что твоя жена ревнует тебя к нам! Агнию бесит, что ты дал мне деньги, а не ее Кристине! Она уже полностью перекроила тебя под себя, а ты и рад! – с болью в груди выдаю отцу. Меня так зацепило, что сейчас все полыхает, а нервы лопаются, как мыльные пузыри. Никакой выдержки не хватит. Нет больше сил терпеть и подыгрывать, раз уж они со мной так… – Может, нужна помощь? – звучит мужской властный голос, разрезая минутную тишину. Я с ужасом поднимаю глаза и вижу его. Руслан сверлит мое искаженное гневом лицо и смотрит на моего сына. Мой бывший муж смотрит на нашего сына и на меня. Я нарочно стараюсь уберечься от его прямого взгляда. Руслан безмолвно стоит в дверном проеме. Понимаю, что он мог слышать все, что я сейчас в сердцах сказала. – Спасибо за ужин. Счастливо оставаться в гадючнике, папа, – выдаю отцу и проскакиваю мимо бывшего мужа. Руслан успевает меня пропустить, хотя… Отчетливо слышу его шаги. Он бросается следом за нами. Я на минуту задерживаюсь на пороге. На улице льет как из ведра, я натягиваю на голову Эрика капюшон, чтобы кроха не промок еще больше… Позади меня вдруг возникает Кристина. Ее перекошенное лицо источает злость и негодование. Она говорит, что я истеричка и испортила прием, который так тщательно планировала Агния для моего отца. – Если Агния так любит мужа, то пусть перестанет разбазаривать его деньги! – выдаю в лоб Крис. Та, как рыба, глотает воздух и ничего не произносит. Что тут можно сказать?! К такому количеству правды новая семья моего папы не была готова… У ворот Довлатов настигает меня. Руслан за моей спиной. Слышу его учащенное дыхание. Как назло, вокруг нас никого. Гости уже в столовой, ждут ужина и появления Агнии и папы. – Ева, постой! Что случилось? – вдогонку бросает. Он легко касается моего плеча, а меня током в тысячи ампер прошибает. Несколько лет я берегла сердце, чтобы не бередить старые раны. Думала, что наше расставание уже стало историей. Но нет. Его темно-карий омут пронзает. Ноги свинцом наливаются. Идти не могу, хотя хотела бы сбежать, только бы не быть с ним рядом… Руслан стеной нависает над нами с сыном. – Зачем ты вообще явился, Довлатов?! – спрашиваю, глядя на бывшего мужа затравленным взглядом. – Ева, я хочу помочь, – с нажимом выдавливает. – Мне от тебя ничего не надо, – только и могу сказать. Прижимаю сыночка к себе и ухожу из родительского дома….

Глава 17

Руслан – Ева! Ева, мля! – с досадой бью кулаком по кованым воротам. Стою на тротуаре возле дома моего бывшего тестя. Вечер жжет фонари. Пустую улицу щедро полощет ливень. Я представлял себе сотни раз нашу первую встречу после долгих трех лет разлуки. В моем сознании все рисовались не так минорно и сумбурно. Я столько хотел бы ей сказать, но жизнь, как обычно, все расставила по-своему… Моя жена, прижимая к себе сына, быстро уходит к своей машине. Тонкая фигурка Евы, с малышом на руках, становится точкой на фоне серого ливня и промокшей улицы. Я понял в общих чертах, почему Ева сбежала с пышного приема. Во всем виновата ее мачеха и мой тесть, которого Агния основательно загнала под свой каблук. Обрывки их эмоционального разговора я услышал, когда пошел в кухню, следом за тестем и Евой. «Папа, ему два годика! Он маленький, чтобы вот так есть мороженое!» – кричала она отчаянно, а отец встал на сторону гребаной Агнии… Перед этим в гостиной я зацепился взглядом с Гуляевым, едва не плюнув ему в рожу при всех. Савелий, скривив свое хлебало, сбежал куда-то, бросив одну Еву с ребенком… Холодные капли падают мне на лицо, отрезвляя и приводя в чувства. Смахиваю их ладонью и в тысячный раз думаю, что семья моей жены – дело, конечно, не мое. – Сука, Довлатов, куда ты лезешь?! Она замужем, ребенок не твой. Да и не рада бывшая жена тебе. Видимо, три года напрочь убили остатки вашей любви. Чего ты от нее хочешь?!… Ответ один: я хочу ее. Когда увидел Еву и ее милого кроху, внутри меня что-то ощутимо кольнуло. Сын моей бывшей жены так похож на меня. Разве такое возможно?! Отряхнув дурман, вижу, как машина Евы скользнула мимо меня по проезжей части, в сторону выезда из коттеджного поселка. Я жестом подзываю к себе водилу, и моя машина черной громоздкой кляксой вырастает возле дома тестя. – Макс, поезжай вон за той красной машиной, – тычу в черноту улицы. – Слушаюсь. А вы? Такой лютый дождь, – поеживается. – Я вернусь обратно. Потом на такси доберусь. Как только проводишь девушку к дому, сразу же скинь мне ее адрес. И… Постой там, покрутись, на всякий случай. Водитель кивает и быстро уносится следом за Евиной малолитражкой, как коршун за бедной овечкой. Корыто Гуляева уже давно отчалило в неизвестном направлении. Я осматриваю себя, смахиваю порцию мокрых горошин с пиджака. Сжав руки в кулаки, возвращаюсь в дом. Провалившись в воспоминания, думаю о том, какой семья моей жены была «до» появления красивой и жестокой Агнии… Сейчас невольно вспомнил все, что говорила мне Ева, чуть не плача, когда мы только познакомились с ней. Агния сама явилась к ним домой. Она же рассказала моей теще, Марии Андреевне, что «не может молчать и видеть, как ее муж обманывает». В итоге мама моей жены, Мария Андреевна, измену мужу не простила. Ее это подкосило, женщина пошла вразнос. Мария старалась забыть мужа в объятиях других мужчин. Меняла кавалеров, как перчатки, о единственной дочери даже не вспоминала. Ева жила у бабушки, иногда приходила в дом к отцу. Но и тут ей были не слишком рады. Агния любила только свою дочку, разница между девочками была небольшая, но… Падчерицу Агния терпеть не может. Как бы она это не скрывала, но все равно так и прет зависть к Еве… Моей тещи давно нет в живых, а мачеха Евы цветет и пахнет. Вхожу в холл и вижу, как Агния спускается по лестнице, поправляя платье. Она успела переодеться, так как видел ее до этого в другом наряде. – Руслан, а ты чего тут стоишь? Пойдем, – хватает меня под руку и тут же ругается в адрес моей бывшей жены. – Представляешь, совсем меня не уважает твоя Ева! С ума сошла! На мать родную бросается! Агния так натурально причитает, что хочется прибить ее. – Она вам не дочь, Агния Робертовна, – поправляю. Агния таращится, руку мою бросает, словно она огнем пылает. – А ты же все слышал. Так почему ее защищаешь?! – И Александр Иванович должен был ее защитить. Еву и мальчика, – стою на своем. – С чего это?! – криком кричит Агния. Моя бывшая теща становится неприятной склочной бабищей, а не молодящейся феей с изысканными манерами. – Вы ребенка накормили мороженым, как я слышал. Это приемлемо, вы считаете? – мой голос заметно тяжелеет. Никогда не любил ее. Агния скользкая гадина всегда умудрялась провоцировать Еву. – А тебе-то откуда знать? У тебя, что, дети есть? Скрипя зубами, отвечаю, что детей у меня. Нарочно за больное цепляет. Мы с Евой хотели детей. После долгих попыток, решились на процедуру ЭКО в частной клинике. Я все оплатил, сдал материал, но… Я предал жену. Ева ушла от меня, узнав, что я якобы изменил ей со своей новой сотрудницей. Моя жизнь оборвалась в один миг. Ева не поверила, что я не мог так с ней поступить. Жена поверила моей секретарше и паре невнятных фото, где я лежу голый, а сучка Женя прыгает на мне… Мы развелись после того, как я попался на измене, которую даже не помню! – Детей нет. Но это не дает вам право совать грязные руки к сыну Евы, Агния! – Не родил? Хах, так ты пустая обойма, Довлатов?! – наиграно смеется. Я чувствую, как кровь в жилах закипает. Нервы накаляются до критически опасного состояния… – Вот и засунь свои советы подальше, мальчик! Если эта дура не следит за своим выродком, то не я виновата! – рыкает на меня охреневшая фея Агния. Резко, с силой хватаю ее за руку так, что Агния едва из туфель не вылетает. Рывком протаскиваю по глянцевому полу, выкручивая запястье. – Не смей так говорить о Еве, старая интриганка! Я тебе не Александр Иванович! И не мальчик, поняла, сука?! Придется вместо мужа тебя на место поставить! Голос гремит над ее головой, а Агния в моей хватке, как змея, сворачивается. Тряхнул ее с силой, та взвизгнула и знатно испугалась… Из гостиной, где уже гости заждались хозяйку, появляется мой бывший тесть. Не разобравшись в чем дело, он тут же рьяно защищает свою Агнию. – Руслан, что ты себе позволяешь?! – кричит отец Евы, оттаскивая меня от своей жены. – Саша! Са-аша! Он чуть не убил меня! – давясь словами, верещит Агния и льнет к мужу. – Не собирался руки марать о такую дрянь! Пусть ваша жена следит за языком и не оскорбляет меня, Еву и вашего внука! – рявкаю на всех, не дожидаясь очередной порции бреда из уст моего тестя-подкаблучника. Моя тирада приводит Александра Ивановича в чувства. Он отпихивает Агнию. – Саша, не слушай его! Выгони Руслана! – тычет в меня красным маникюром. Тесть мнется. Не выгонит. Слишком многим обязан. – Иди к гостям, – шикает Сан Иванович. – Что?! Саша! – Агния орет на него, невзирая на гребаные приличия и толпу гостей за стеной. – Иди, мля! – шипит мой бывший тесть, толкая Агнию. Неужто, и его она довела?! – Руслан, тебе придется уйти! – говорит мне, нервно поправляя галстук. – Нет, сначала мы поговорим о наших с вами старых делах, – нагло улыбаюсь.

Глава 18

РусланТесть нехотя выходит за мной в кухню, оставив гостей и обожаемую суку Агнию.Толкаю в зубы сигарету, чиркнув зажигалкой.Александр Иванович терпит: обычно в его доме гости не курят.Тесть проходит мимо меня, опасливо озирается, высунувшись в дверной проем. Затем плотнее прикрывает двери, чтобы наш разговор никто не подслушал.– Все боитесь потерять лицо перед друзьями вашей жены-стервы? – хмыкаю, сжав фильтр в зубах.– Руслан, ты вышел за рамки! Что нашло на тебя?! – говорит мне тесть раздосадовано.Сначала выдаю ему то, что успела ляпнуть в мой адрес Агния.Потом приправляю теми грязными словами, которые она посмела сказать в адрес Евы и ее малыша.– Вы считаете, что ваш внук выродок, а дочка – дура?! Так, млять?! – разворачиваюсь к нему.Сан Иванович краснеет, давится словами.Я готов убить его за то, что он, как глава дома, такое позволяет!– Почему вы спускаете Агнии все с рук? Почему разрешаете ей так обходиться с Евой?! Какого хера ваша жена так опускает вашу дочь и вы ей поддакиваете, а?! Она… – вскрикиваю, так как нервы сдали.– Она тебе не жена, Руслан! Ты за этим пришел на наш семейный праздник?! – шепчет, с ужасом глядя в мои черные от гнева глаза.Сглотнув табачный дым, пропускаю через себя его ядовитую, гадкую правду.– Ты изменил Евочке с секретаршей. Вы развелись три года назад из-за тебя! Так не строй здесь героя! – шепчет вибрирующим от волнения голосом.– Измены не было! Это была провокация конкурентов, чтобы я развелся и убрался из города! Я не мог ей изменить, поймите вы, млять!– Руслан! Хватит, хватит, – выстрадано просит меня, цепляя за полы пиджака.Стряхиваю его руки.Я докуриваю сигарету, вдохнув ее горький дом в одну затяжку. Тушу окурок в каком-то салате, наплевав на старания экономок треклятой Агнии.Смотрю на моросящий дождь через окно.Он и не думает заканчиваться…– Как у нее с Гуляевым? Почему он уехал один? – спрашиваю убитым голосом.Тесть смотрит на меня, чуть не плача и просит, чтобы я оставил Еву в покое.Иными словами, отдал ее Гуляеву, позволил Агнии ноги об нее вытирать…– Что тебе от нас надо? Я сделал все, как ты хотел! Твои деньги я Еве до гроша отдал, Руслан! Ну, оставь ты нас в покое! Не отравляй жизнь моей дочери! Ты же слышал, ей ничего не нужно от тебя! Ты ее предал три года назад!– Я докажу, что измены не было. Не делайте из меня монстра, Сан Иванович, – ухмыляюсь тестю.Мля, кто бы меня жизни учил…– И куда она деньги потратила? Гуляеву отдала или вы отдали своей Агнии? – пепелю его бледное лицо взглядом.– Не смей! Я все вложил в ее фирму «Мойдодыр»! Все, до цента! – машет рукой на меня тесть. Руки Сан Ивановича болтаются от нервной трясучки, а меня словно закоротило в мгновение.– Как ее фирма называется? – не своим голосом спрашиваю.– Мойдодыр! – рыкает мне бывший тесть.– Клининг? – рвано выдыхаю.– Да! Да, Руслан! Оставь мою дочку в покое, услышь меня! – выдает дрожащими губами и спешно убегает.На столе замечаю детскую игрушку.Свой красивый красный Кадиллак забыл в кухне у глупого деда и бабки Агнии Евин сынок.Забираю машинку с собой, аккуратно уложив ее в карман пиджака.В голове моей уже зреет план по сближению с бывшей женой.Мне плевать на запреты тестя и гребаного Гуляева.Я хочу быть с ней. Хочу ее обратно.Хочу вернуть семью, которую потерял…Оказавшись на холодной, простывшей террасе я шумно вдыхаю влажный воздух.Облокотившись на мокрую колонну террасы, минутно пялюсь в черное небо.– Так вот с кем я заключил контракт. Значит, девочка, мы будем работать вместе. Как бы ты не пыталась сбежать, все равно нас магнитом тянет друг к другу, Ева, – не дыша, выговариваю.Грудину распирает от воздуха и томительного ожидания.Растоптав окурок на террасе, быстро покидаю усадьбу тестя.На ходу звоню своему юристу из «Прайда», знатно его перепугав вечерним звонком.– Алло, скинь договор с Мойдодыром мне на почту. И завтра же придумай доп.соглашение. Увеличь сумму оплаты услуг клининга и измени условия…– Да, д-да, Руслан Мусаевич. Что нужно добавить по тексту? – лепечет, зевая моя юрист.– Мне нужно, чтобы директор Мойдодыра Ева Довлатова работала у меня в офисе. Хочу ее видеть каждый день.– Каждый день не получится, она не наш сотрудник, – перечит.– Хорошо, договорись, чтобы явки в «Прайд» были обязательными. Мне нужно иметь к ней максимальный доступ.– Будет сделано, – чеканит в ответ.Выхожу за ворота помпезной, вычурной дизайнерской усадьбы Александра и Агнии, и тут же мой телефон вибрирует сообщением.– Адрес девушки: пр. Комиссаровский, 145, литер Б. Квартира 198, – пишет водитель. – Я помог им двери открыть, проводил ее с малышом до квартиры.– Отлично. Муж дома был? – наплевав на все рамки приличия, спрашиваю был ли на месте пес Гуляев.– Нет никакого мужа. Она одна живет, похоже, – добивает меня Макс новой информацией....

Глава 19

Руслан На следующий день все мои мысли были только о том, чтобы скорее увидеть Еву. Но юристы огорчили меня: на новые условия она не согласна. – Как? То есть, что именно она сказала? – рычу. Обвиняю во-первых Макса в некорректности, а потом уже понимаю, что сам отдал приказ надавить на жену. Видимо, это и испугало Еву. – Руслан Мусаевич, она говорит, что не сможет. Ребенка не с кем оставить. Готова разорвать контракт и выплатить все неустойки, – запросто выдает Макс. – Они меня на хрен не интересуют, – взрываюсь криком. Дети – это святое. Я не из тех работодателей, которые игнорируют просьбы мамочек и выгоняют девушек на улицу перед декретом, но тут другая история. Внутри горит желание быть с Евой любой ценой. А ее сын так похож на меня, что в сознании воспринимаю его, как своего, родного… Чуть-чуть остыв, уточняю, что все-таки стало причиной ее отказа от сделки. Ведь неустойка приличная, я сам вчера всю ночь читал наш договор с Мойдодыром. – Два визита в неделю, неужели это много?! Ее сын не ходит в сад? Сколько ему? – спрашиваю у Максима с надеждой. – Она говорит, что мальчику два года с небольшим. В сад ходит, но сейчас у Довлатовой какие-то проблемы. Видите, я узнал даже больше, чем положено, хех, – виновато смеется Максим. – Хорошо. Ладно, – говорю ему. Разговор этот был в девять утра, я планировал ехать на работу, в офис. Но что-то в грудине пекло и болело. Я думаю о Еве каждую минуту. Вспоминаю то, как мерзко поступила с ней Агния и ее отец. Помню, как она прижимала к себе мальчишку с карими глазами, будто старалась уберечь от всех своих ненормальных родственников… – В офис не едем, – говорю водителя. – И, вообще, я возьму машину. У тебя выходной. Выхватив ключи у обалдевшего от таких поблажек Макара, я гоню по адресу, который дал мне вчера мой второй водитель. Ева живет в новостройке. Правда, новостройкой это здание было лет десять назад. Сейчас ее дом – обычная вторичка в спальном районе, недалеко от станции метро. В общем, ничего примечательного возле ее дома я не обнаружил. Но в глаза бросилось знакомое яркое пятно. Машину моей бывшей жены я узнал сразу. И заметил ее только потому, что тачка стояла на кирпичах. Кто-то не просто спустил колеса ее авто, а снял их так, чтобы Ева не смогла воспользоваться своей букашкой от слова «совсем». Обхожу груду яркого металлолома. Вот почему жена говорила юристу о проблемах. – Епт, как в старые добрые 90-е, – проговариваю вслух. В груди снова что-то екает. – Понаставили! Тьфу! – отзывается сбоку какой-то голос. Бойкая бабуля, минуя мой Гелендваген, чертыхается и плюется. – Накупили одинаковые черные шкафы и мотаетесь тут! Не пройти, не проехать! Чего третесь возле Евкиной машины?! – заявляет мне. – Бабуля, я только приехал. Кто-то еще терся, что ли? – недоуменно спрашиваю. – Да, утром были. Вчера ночью тоже. Ой, божечки! Колес-то нет! Ева, бедная! Муж поблуда, так еще и это… – Муж у нас кто? – спрашиваю у бабушки, словно бы мне очень чужая жизнь интересна. – Козел и кобель! Девку сюда рыжую привел и целовался с ней в машине! Тьфу! Срамота! Хотя, она ж ребенка нагуляла от другого… Один-один у них, получается, – говорит старушка. Я ни хрена не пойму, но волнительно становится до нервной дрожи. – Муж изменяет? – Да! Среди бела лапал другую, – деловито кивает бабушка-очевидец. – Я-то думала это Ева, ан нет! Профурсетку притащил домой наш Савушка! – Вот это у вас здесь страсти кипят, – отвечаю ей, поджав губы. Наспех отделавшись от моей "подружки", тороплюсь к Еве, наверх. Мало ли пересудов и сплетен водят в таких домах старожилы?! Хотя, в то, что Савелий мог стать достойным мужем, я никогда не верил. – Мля, я же сам изменил, – снова сам будоражу свою совесть, как хирург, вскрывая нарыв острым лезвием… Пока еду в лифте, даю своей службе безопасности указание, которое может спасти и реанимировать мой образ предателя в глазах Евы. Называю ФИО моей бывшей секретарши, которая рассказала Еве об измене. Женю я помню еще стажеркой в моей фирме. Она появилась и исчезла. После измены Ева уехала к отцу, заблокировала мой номер и сразу же подала на развод. А потом резко посыпался мой заграничный бизнес, мне пришлось уехать в Штаты… Но все началось с Жени и ее компромата на меня. Интим-фото я изъял, ее уволил и сказал, что она нигде не устроится. Теперь, с трезвой головой, я хочу знать, кто сделал заказ на меня. Хотя, может я и ошибаюсь и все гораздо прозаичнее: я выпил на корпоративе, она залезла на меня… – Донченко Евгения Ивановна. Пробей, где живет. Может, сменила фамилию. Хрен знает, столько лет прошло, – с сомнением выдаю. Двери лифта распахиваются, утопив мою последнюю фразу в своем скрежете. Протянув пальцами по волосам, застываю у двери Евы. Нажимаю на серебристый диск дверного звонка и жду. Ева словно по инерции открывает дверь, не взглянув в глазок. – Что ты здесь… – слова застывают на губах моей бывшей жены, будто она призрак из прошлого увидела. – Привет. Не пугайся, это я, – улыбаюсь ей. Не могу оторвать взгляда от ее личика. Ева стала еще лучше с того момента, когда мы с ней забирали свидетельства о расторжении брака. Тот день был как контрольный выстрел в сердце. Я просил не уходить, но она не поверила… – Твой кроха вчера на кухне у Александра Ивановича свой Кадиллак оставил. – Ма! Ма-ма! – звонкий крик сорванца оглашает весь подъезд. Ева убегает, а я, пользуясь ее замешательством, проникаю в прихожую ее квартиры. Пусто. В квартире нет никого, кроме Евы и сына. Зато шмоток Гуляева на виду достаточно: его гребаные кроссовки, туфли, куртки на вешалке. Значит, он здесь тоже живет… Моя жена возвращается с сынишкой на руках. – Привет, малыш. Вот, твоя игрушка. Держи, не теряй. Я протягиваю Эрику красную машинку. Мелкий шустро хватает свою любимую игрушку, сжимает ее крепким кулачком. Ева внезапно всхлипывает. Прижимает сыночка к себе, отгораживаясь от меня. – Ева, ты очень бледная. Что-то случилось? Может, помощь нужна? – Нет… Руслан… Спасибо, я все сделаю сама. После вчерашнего сын плохо спал. Мы с ним немного вымотались, – глотая воздух, рвано выдает слова. – Мы не чужие. Просто скажи, и я помогу. Жена сторонится меня, ее влажные ресницы выдают что она плакала. После того, что я сделал, каждое слово катается словно острое стекло на моем языке. – Папапапап, – приговаривает, как песню, малыш. – Эрик, скажи мне, что случилось? Пока мама молчит, мы только время теряем, – обращаюсь к маленькому сынишке Евы с улыбкой. Он так похож на меня, словно моя мини-копия в детстве. – Бо-бо, бо, – серьезно отвечает. Замечаю, что у мальчика на лбу выступила испарина, да и взгляд какой-то мутный, болезненный. – Руслан, прошу. Мне некогда. Уходи, прошу! Может, она мужа ждет и нервничает, но рядом нет никаких признаков наличия мужчины. Двор пустой, ни одной машины нет, кроме ее малолитражки, обездвиженной злоумышленниками. У моей Евы связка ключей в руках. – Эрик заболел? Я отвезу вас в больницу, – твердо говорю ей. – Па-па, – мальчишка тянет ко мне ручки. – Я уже собиралась выходить. Доктору позвонила, – торопливо говорит жена. – Ева, ты не сможешь уехать. Там внизу твоя тачка на кирпичах стоит. Явно, что-то у вас с Гуляевым не так, хоть ты и скрываешь! Как только вспоминаю ее мужа, желание убить его усиливается вдвойне. – Как, на кирпичах?! – она открывает рот от удивления. Принимаю кроху в синем модном худи и, прижав к себе, сам тут же чуть не закипаю. У мальчика жар, явно ощущаю, как он пылает. – Ева, да он весь горит! Некогда думать и разбираться! Быстро, в машину. Я вас забираю! Ева знает, что ехать ей в данном случае – только на такси. С больным ребенком по машинам мотаться не вариант. Но моя помощь для нее неприемлема. Вот к чему мы пришли после расставания… Только ее глаза горят все тем же светом, который я видел раньше, когда мы были женаты. Крупные слезинки, как кристаллы, появляются на нижних веках. Ева плачет сильнее. – Документы собрала? Его нужно переодеть или можем так ехать? – спрашиваю, всматриваясь в глаза ее сына. Малыш смышленый. Также пронзительно сморит на меня своими большими темно-карими вишенками. – Я сейчас. Минуту подожди, Руслан, – сдается, наконец-то, Ева и принимает мою помощь....

Глава 20

Ева Довлатов не из тех, кто врет. Интересное качество для изменника… Но о том, что машина моя «разутая» стоит на кирпичах, он не соврал. Я уже успела увидеть этот акт вандализма из окна и понять, что теперь мы с Эриком остались без единственного транспортного средства. Руки пробирает мелкой дрожью, когда осознаю, что Руслан может все узнать. Я так старалась скрыться от него и так легко попалась вместе с его сыном. Не знаю, что он сделает, когда узнает о том, что соврала и скрыла от него наследника. – Ева, соберись! – стараюсь привести себя в чувства от появления бывшего мужа на пороге. Понимаю, что все высшие силы будто нарочно сталкиваю нас ближе и ближе… Но мне очень нужна его помощь. Ради нашего сына. И я рада, что он так внезапно ворвался в нашу жизнь именно в это утро… Хватаю куртку Эрика с вешалки, беру его бутылочку с водой. Высыпаю на пол ящик с документами и вскрикиваю: документов Эрика нет. В отчаянье трясу полупрозрачный файл-конверт синего цвета, но он пустой. Вывод напрашивается только один из возможных: Гуляев забрал свидетельство о рождении моего сына. В то, что Савелий сделал это случайно – не верю. Наверное, и украденная резина во дворе – тоже его рук дело. Все угрозы, которые Савелий бросал последние два дня в мой адрес, приобрели форму и воплотились в реальность. Он ведь всегда твердил, что Эрик и его сын тоже. – Придется ехать без документов. А по возвращении разбираться с Гуляевым, – думаю на ходу. Но даже не это меня пугает. Наш педиатр трубку не берет. Лихорадочно соображаю и припоминаю, что Анна Николаевна ушла в отпуск… Выбегаю из подъезда и вижу, как Руслан держит нашего сына на руках и что-то ему рассказывает. – А потом пришли злые волки и съели колеса с маминой машины, – громко говорит, делая страшный голос. Эрик обожает сказки, пусть даже такие современные и немного несуразные. Но малыш смеется так звонко, как ни с кем и никогда не смеялся. Сердце чувствует родное. Эрик нежно прикасается к волосам Довлатова своими пальчиками. Они такие же темно-каштановые, как и у моего сына. – Батюшки, Ева! Это ж его сын! Он как с автопортретом ходит по двору! – слышу сбоку скрипучий голосок. Моя соседка, досужая бабулька с активной гражданской позицией, сидит на лавочке и любуется Русланом и Эриком. Заодно комментирует все в слух… – Добрый день, Клавдия Петровна. Вы случайно не видели, кто украл резину? – спрашиваю на секунду остановившись возле лавочки. – Случайно видела. Двое из ларца, с такими бандитскими мордами, что я полночи не спала! – охает соседка. – Так это не Сава? – спрашиваю растеряно. – Сава твой ангел во плоти, – хохочет Клавдия. – Только по бабам ходит, но не ворует. Кобель с принципами! – продолжает юмористическую тираду. Мне стыдно. Сейчас Довлатов услышит, что я променяла одного бабника на другого… – Ева, если что – я могу быть свидетелем! Я никого не боюсь. Номера машины этих уродцев Борис Ольга Борис шесть шесть шесть. Тьфу ты, дьявольское отродье, – чертыхается старушка и отмахивается от кого-то невидимого. Я поблагодарила ее, пересекла площадку с лавочками и подошла к припаркованной машине Довлатова. – Что она говорила? – спрашивает мой бывший муж, кивком указывая на бабушку. – Она вчера видела, как к моей машине подъехало авто с номерами Б666ОБ. Оттуда вышли двое "бандюков" и сняли мои шины, – складываю показания бабули в буквы и цифры. Руслан задумчиво кивает. Быстро говорит, что он подумал, будто это сделал Гуляев. – Ладно, кто хозяин этого авто мы скоро узнаем. Куда едем, командуй, – говорит, придерживая Эрика. Сынок сидит у него на руках, трогает пальчиком петельку его пиджака. – Наш педиатр в отпуске. Мы едем к знакомому врачу Лены в частный медицинский центр, – отчеканиваю и говорю ему адрес. По дороге ловлю в отражении сосредоточенный взгляд Руслана. Отвожу глаза от зеркала заднего вида, но он будто приковывает меня к себе. Снова встречаемся взглядами, как в тот вечер. Я непроизвольно краснею. Тут же даю себе подзатыльник, потому как не может меня доводить до красноты встреча с бывшим мужем. Мысленно прошу себя не реагировать так на него. Но сердце рвется в груди. В горле пересыхает, когда на светофоре Довлатов притормаживает и разворачивается ко мне. – Это из-за Агнии он так разболелся? – спрашивает строго. – Да, она ведь накормила его льдом, усадила на сквозняке, – даю волю эмоциям. Я думала, что он не поверит мне, так же как отец. Но Руслан яростно ругает Агнию. Говорит, что разобрался с ней. Кратко рассказывает, как он вчера вернулся в дом отца и хорошенько потрепал старую перечницу. – Не нужно было, Руслан. Она очень подлая. – Нужно было, Ева! – обрывает меня. – Я не позволю им издеваться над тобой. И ты должна мне сказать, если что-то подобное произойдет. Шумный поток машин срывается с места, Руслан нервно давит на клаксон, чтобы впереди едущий шевелился быстрее. – Ты знал про наш контракт? – испытывающе сверлю его взглядом. – Ты о чем? – рыкает Руслан, машинально тянется за сигаретой. Но тут же он видит личико нашего малыша, и его рука возвращается на рулевой диск. Эрик смотрит на отца своим пуговками-глазками. Кажется, каждое движение Довлатова привлекает его внимание. Трогаю лоб сыночка и целую его: кожа горячая, несмотря на то, что я успела дать ему жаропонижающее… – Ах, ты о фирме, – кивает головой мой муж. – Не знал, что "Мойдодыр" твой. Но это ничего не меняет, Ева. Я удвоил сумму контракта. Он на минуту замолкает. – Мой юрист сказал, что ты не хочешь со мной работать. В чем причина? – с нажимом добавляет. Желваки легко подергиваются. Руслан злится, но не показывает. – Я не смогу бросить сына и ждать тебя в офисе, Руслан. Я не понимаю, зачем тебе понадобилось мое присутствие там. Я ведь просто начальница твоих поломоек. – Не преуменьшай свою значимость. Я хочу видеться с тобой. Хочу, чтобы ты была в процессе. Рядом, – хрипло добавляет. – В чем причина? Я настолько противен тебе, Ева? – разворачивается снова. Я отмалчиваюсь. Думаю, ему и так сегодня стало слишком много известно о том, как на самом деле складывается моя семейная жизнь с Гуляевым. А если Агния или отец успели ему что-то нашептать, то тогда еще хуже… – Муж не разрешает? – сплевывает в открытое окно. Снова молчу. Меня к нему тянет. И чем ближе он становится, тем мне невыносимо больно сопротивляться нашему притяжению. Руслан чувствует тоже самое… Все его взгляды говорят только о том, что он не забыл о том, как все пылало между нами… Извилистое шоссе неумолимо ведет нас к клинике. Отчаянно жду, что машина остановится, Руслан выпустит нас и уедет обратно в свою жизнь. Но не все так просто. Довлатов выходит из авто, помогает мне выйти и забирает Эрика, который с удовольствием идет к своему родному отцу на руки. Накрапывает дождь, Эрик стирает капельки дождя с пиджака Довлатова. Я набираю номер Лидии Дмитриевны, нашего «запасного» педиатра, и жду ее ответа. – Я подожду вас здесь. Могу отвезти в любую клинику. В самую лучшую, Еву. Если малышу что-то понадобится, я все сделаю, – говорит Руслан. – Нет, у нас хороший врач. И после приема мы доберемся сами, – поправив прядь, говорю ему. Мои слова, словно спусковой крючок, заставляют Руслана измениться в лице. Искра гнева прожигает его красивые строгие черты. Он легко разворачивает меня к себе и берет за локоть, так что душа уходит в пятки… – Почему отец ребенка не приехал в больницу? Ты замужем вообще или как? Какого хера себе позволяет Гуляев? – бывший муж мажет взглядом по моему бледному лицу. – Его отец в отъезде, по работе. Спасибо, Руслан. Дальше мы сами справимся, – вру Довлатову. – Па-па, – говорит сынок и не хочет отпускать крепкое предплечье Руслана. Сердце пропускает удар. В глазах пустота, а Руслан смотрит на меня. – Когда ты родила, Ева? Сколько лет мальчику? – его голос тяжелеет, а руки крепко держат моего сынишку. Нашего… – Я могу сам узнать, ты знаешь мои возможности. Но я хочу, чтобы ты сказала. Его возможности и то, что Руслана зацепило его сходство с моим сыном, страшат меня больше всего. Он сможет легко отнять его, если пожелает. И ни мой отец, не Савелий не пойдут против него. По сравнению с Довлатовым – мы щепки в бурном океане. – Ему два года, – через силу, выдавливаю. – Два года и сколько месяцев? Ты рожала в той клинике, где мы планировали делать ЭКО? Ты сделала процедуру от меня и не сказала? Его вопросы, как острые пули, вбиваются в мое раненое сердце. Голос Руслана гремит надо мной, кровь в моих венах начинает нагреваться. – Руслан! Довлатов! Руслан! – с другой стороны улицы ему машет рукой какая-то женщина. Лицо Довлатова становится маской. Ненавидящим взглядом из-под темных бровей он одаривает незнакомку. Хотя, присмотревшись, понимаю, что я эту женщину хорошо знаю… Я долго запрещала себе интересоваться жизнью бывшего мужа. Не следила за его успехами в бизнесе, не следила за тем, с кем он спит и на ком собирается жениться. Сначала была какая-то Кира, потом его нынешняя жена Алиса… Я гуглила ее фото, когда Лена мне сказала, что Руслан разводится. Мне стыдно, что я нарушила, данное самой же себе слово. Но сейчас я на сто процентов уверена, что это именно она стоит передо мной и подзывает Руслана к себе. Я опускаю глаза, приложив трубку к щеке. Забираю сыночка и говорю мужу, что я его отпускаю. Снова отпускаю его к другой, а сердце в клочья разрывается. В груди бушует буря. Не могу приказать душе перестать хотеть к нему, несмотря на то, что прошло столько лет. – Довлатов, тебя ждет жена. Спасибо за помощь еще раз, – наконец, усилием воли забираю Эрика от моего бывшего мужа. – Пап, папа, – хнычет мой заболевший кроха. – Тише мой сладкий, сейчас мы пойдем к доктору, – сама почти рыдаю, так накатило вдруг от воспоминаний. Нехотя, Руслан делает шаг от нас. Потом еще. Словно подошвы вросли в тротуарную плитку перед входом в медицинский центр. – Я подожду вас, – заключает. Без вопроса. Как и привык. Я знаю, что теперь мы на прицеле. От него не отделаться просто так. Вопросы, которые бывший муж только что задавал, копьями буравят мое сознание. Он все помнит. Мой бывший помнит даже про наше запланированное ЭКО, спустя три года после нашего расставания. Руслан провожает меня, каждое мое движение и шаг будто фиксирует сканером карих глаз. К нему подходит Алиса, резко достает что-то из сумочки и грубо тычет в грудь Довлатову. – На милую семейную сцену не похоже. Значит, он и правда разводится, – проносится в голове. Божечки, о чем я думаю?! У моего сына жар, мне бы к врачу пробиться. Муж едва не выгнал меня из дома и бросил ради какой-то молодой пигалицы! Я теперь одна. А Руслан такой же изменник, как и Гуляев. И мне плевать, что за конфликт у него с женой сейчас. Я должна думать только о себе и сыне. И все. – Тише, малыш. Мы уже здесь, – прижимаю телефон плечом к уху и жду, пока доктор возьмет трубку. Невольно цепляюсь взглядом за высокую фигуру моего бывшего. Он не уходит. Наоборот, его жена Алиса истерично что-то выкрикивает и сбегает от него. Голос доктора вырывает меня из мыслей о том, что же такое сказала Алиса и почему быстро запрыгнула в такси, хотя так звала Руслана. – Алло, Ева? Ева я освободилась. Приму вас вне очереди, – говорит мне Лидия Дмитриевна. – Алло! Я уже бегу. Спасибо вам, – тараторю, открывая двери в клинику. Руслан бросает свою пассию, что-то рявкнув ей в след. Последнее, что я вижу, Довлатов идет к зданию больницы, следом за нами с сыном....

Глава 21

Руслан– Ты рожала в той клинике, где мы планировали делать ЭКО? Ты сделала процедуру от меня и не сказала? – спрашиваю через спазм в горле.Моя бывшая жена заметно нервничает, а ее малыш смотрит на меня. И тут появляется тот, кого вообще не должно было быть здесь и сейчас.– Руслан! Довлатов! Руслан! – откуда-то сбоку несется истеричное выкрикивание моего имени.Визжащий голос Алисы я узнал. Кажется, Ева тоже знает, что это моя жена.– Иди к жене, она тебя ждет, Руслан. И еще раз спасибо, что подвез нас, – говорит Ева, пряча влажный взгляд.– Руслан! – подпрыгивая на месте, Алиса машет мне руками, словно я спасательный круг, а она – утопающая.Провожая глазами затылок Евы, разворачиваюсь к Алисе.– Сука, как ты меня достала, – рычу, сжимая кулаки по инерции.В ушах шумит, глаза ощутимо наливаются кровью.Семимильными шагами преодолеваю больничный двор. Алиса стоит на той стороне тротуара, вцепившись в свою дамскую сумочку.Увидев меня, мое выражение лица, она прячется за моим авто.Подлетаю. Хватает двух секунд, чтобы это чудо вылезло из укрытия и встало передо мной.– Какого хера орешь? Мало последней встречи? – если бы взгляд мог убивать, то Алиса прямо тут же превратилась бы в пепел.Моя пока еще законная супруга обмахивается каким-то бумажным веером.– Твои скоты чуть не поломали меня! Ты меня избил, Довлатов! А я положении, – заявляет, выпячивая плоский прокачанный пресс, как беременная.– Класс. Для импотента это супер-новость. Или как ты там меня называла? Сама же говорила, что я пустой бамбук и ты не можешь от меня родить?! Так, Алиса, я не при чем. Твои детки – твои бедки, дорогая, – усмехаюсь над жалкой попыткой сделать меня отцом чужого ребенка.– Говорила, – сглатывает. – Но я была не права. Считай, что повезло. Это карма. Я вымолила малыша для нас. И развод отменяется, Руслан, – надевает маску надменности на свое бледное лицо.Мои нервы трещат по швам.Прочистив горло, резко хватаю ее за локоть и тяну на себя. По-змеиному шепчу ей на ухо, что все претензии стоит направлять только к Гектору или к тому, с кем еще она трахалась у меня за спиной.– Мы не трахались с тобой больше трех месяцев, Алиса. Что за гребаные чудеса?! Воздушно-капельно от меня залетела или все-таки от Гектора?!Алиса толкает меня в грудь, забившись в истерике. И замечает, что я смотрю поверх ее головы, фиксируя взгляд на Еве и ее сыне.– Ах! Кто это у нас там?! Черт, это же твоя святая Ева! Как я сразу не поняла! Вот кто виноват в нашем разрыве, – надрывно вскрикивает.Удушающим хватом стягиваю ее шею.Довела, млять.Прохожие огибают нас, так как мы мешаем нормальному движению по тротуару.Приходится выпустить эту тварь из рук и прямо сказать ей:– Полезешь к Еве – я тебя уничтожу. Не выводи меня. В нашем разводе виновата твоя блядская сущность и любовь к сексу с тупыми качками. Гектор будет первым свидетелем в суде. А ты отправишься к маме в Каменск.– Да, что б тебя, Довлатов! Подавись!Алиса тычет мне в грудь какие-то листки. Судя по черным снимкам – это УЗИ плода их с Гектором любви. Хотя, возможно, у нее были и другие связи…– Надеюсь, больше тебя не увижу, сука, – выдаю вместо прощания.Алиса разворачивается, убегая к такси и показывает мне характерный жест обиженной леди – комбинацию из трех пальцев.Но я этого уже не вижу…Взгляд становится тоннельным и улавливает движение возле входа в клинику.Делаю по инерции несколько шагов. Ускоряюсь. Каскад рыжих волос моей жены и край худи Эрика вижу в дверном проеме. Значит, Ева дозвонилась своей докторше и пошла на прием.Останавливаюсь от звонка мобильного, словно воткнувшись в невидимое препятствие.Отпускаю Еву, но остаюсь ждать ее на месте.– Да, что у тебя? – принимаю вызов.– Руслан Мусаевич, нашли хозяина авто. Номер приметный. Очень грязно сработано. Шины мы тоже нашли. Их какой-то мужик обнаружил в соседней помойке, когда мы подъехали к дому. Он шел прямо с ними. Мы его приняли, так как сказать.– Молодец, Дима. Куда я без вас, – усмехаюсь странному совпадению.Дима диктует данные владельца тачки.И, к моему удивлению, это не бабуля Агния, а самый настоящий водитель бизнесмена-торгаша Крестовского.– Как этот жлоб связан с Евой?! – спрашиваю сам у себя, потом возвращаюсь к трубке.Дима сопит, что-то мне объясняет о том, что район, где живет Ева не очень хороший.В этом я уже и сам убедился.– Я не знаю, как люди Крестовского опустились до такого. Это вообще не их профиль. Он бизнесмен, а не гопник.– Значит, были веские обстоятельства ударить в грязь лицом, так, Дима? – риторически спрашиваю.– Пробьем, Руслан Мусаевич. Кстати, в процессе еще один мужчина приехал. Судя по всему, муж владелицы авто.– И? – сука, всем телом напрягаюсь.– Покрутился, увидел нас возле букашки и уехал.Закидываю в рот сигарету и располагаюсь возле авто, отступив от клиники на пару метров.– Значит, наш любимый муж все-таки не уехал по работе, – вспоминаю слова Евы.

Глава 22

Руслан – Скажите, Ева Довлатова в каком кабинете? – спрашиваю у стойки медрегистратора. – Довлатовы… Эрик Русланович вместе с мамой в смотровой, – говорит женщина и улыбается. Меня в пот бросает, прошибает на такие эмоции. Словно женщина в белом халате в секунду сделала тест на отцовство между мной и Эриком и предъявила результат, ткнув меня носом в то, что и так было на поверхности. У ее сына мое отчество. Черт, какой я идиот. Это мой наследник. Жена сбежала от меня три года назад, скрыв, что она от меня беременна. Едва дышу от переполняющих душу вспышек злости на самого себя. Я был занят чем угодно, но не додумался узнать. Еву ловлю в коридоре. Она шарахается от меня, как от огня. Эрик у нее на руках, малышу уже заметно лучше, и это меня радует. Но жена неприступна. – Почему ты не ушел? Я же просила не караулить нас, Довлатов, – слабым голосом выдает. У нее нет сил спорить или ругаться. Но я хочу знать. – Я не собирался уходить. Нужно разобраться кто отец ребенка. Если он мой… Ева не дает продолжить. Как мать-орлица прижимает к себе любимое чадо, ограждая от меня. – Мой! Мой! Ты везде видишь только себя, Довлатов! Где ты был? Где ты был три года и почему сейчас у меня это все спрашиваешь?! – криком вырывается из ее пересохших губ. Ева непроизвольно облизывает алые губы, заставляя меня как идиота пялиться на нее. Не прошло. В груди полыхает пожар, потушить который сможет лишь ее признание. Иду по пятам за ними, а Ева, как загнанная лань бежит впереди. – Чего ты боишься? Почему скрывала? – спрашиваю. Разряды тока пробегают по венам, скапливаясь внизу живота. Сейчас рванет, я не выдержу и просто заберу их с собой раз и навсегда, а потом уже разбираться будем… – У твоего сына мои глаза. Или стоить сказать у нашего сына, Ева? – делаю четкий акцент на последней фразе, так что моя бывшая вздрагивает и бледнеет. Ева прижимает к себе малыша, а мелкий сражает меня наповал своей лучезарной улыбкой. Душу сводит, когда понимаю, что сын моей бывшей жены может быть моим. И потерял три бесценных года из-за измены. – Хватит, все в прошлом! Ты жил своей жизнью, вот и живи дальше, – чеканит. – Или нужно посмотреть медицинскую карту, м? – выгибаю бровь, скулы сводит от напряжения. – Руслан, не кричи. Ты его пугаешь, – говорит срывающимся от волнения голосом Ева. Моя Ева быстро идет к выходу. Черт, она родила от меня. Я приказал себе забыть ее, но все равно продолжал следить за ее жизнью. И даже мысли не допустил, что такое возможно. – Я родила от донора, в клинике ЭКО. Твоя родня говорила, что у тебя жена пустая. Но ты ведь знал, что у нас это обоюдно. – Ты сказала, что тебе не нужна процедура и отказалась от нее при разводе, – хриплю, глядя в затылок ускользающей рыжей бестии. – Процедура была оплачена. Ты сам ее оплатил, Довлатов, перед тем как трахнуть секретаршу, – отрывисто выдыхает. Земля под ногами горит, когда иду за ней. С ума меня сводит, сердце наизнанку выкручивает своим молчанием. На парковке преграждаю путь жене к машине такси. – Домой тебе нельзя, Ева. Ты ввязалась в нехорошие игры с Крестовским! Ты хоть знаешь, что твою машину "разули" не просто так? – Что? Какой еще Крестовский? – глотает ком и беспомощно смотрит на меня, как ребенок. – Млять, значит это твой муж мудак тебя впутал! Ева, послушай… Я не ангел, не идеал и изменил когда-то, хоть и не помню как я переспал с другой… Но сейчас ты должна меня выслушать. Я думаю, что Гуляев спутался с людьми Крестовского. И тебе грозить реальная опасность. Я не шучу, малыш. Впервые раз с губ срывается эта фраза. Так я раньше говорил жене… Смахнув поволоку из воспоминаний, говорю ей быстро и грубо, что бандиты Эдуарда нарочно не замели следы, а покрышки и вовсе выбросили у соседней помойки у всех на виду. – Ты понимаешь, что тебя предупредили?! Ты думаешь, ему реально колеса твои были нужны?! Он способен на все, понимаешь?! – ору, повышая голос и приводя ее в сознание. – Да я ничего не сделала, Руслан! – со всхлипом. – Я не знаю его! Не знаю Крестовского! – Значит, знает Гуляев, повторяю. Дома оставаться опасно, пойми же меня. Ева, я подвезу вас. У тебя есть запасной аэродром? Ты живешь там же, на Комсомольской? Она не смотрит в мою сторону. – Я живу не там, Руслан. Я давно продала квартиру, которую ты мне оставил при разводе, все вложила в бизнес… Не нужно меня подвозить. И… встречаться нам больше не нужно. Сын только мой. И со своими проблемами я тоже разберусь сама, – сверлит дырку в моем лице взглядом. Тяжело дается мне роль предателя. Но ради Евы я готов сделать все, чтобы поверила. Выбив из грудной клетки тяжелый вдох, я наклоняюсь к ней. Потянув ее духи носом, как одурманенный, на миг закрываю глаза. – Не верю. Я не отпущу тебя, Ева. Тем более, что наш договор все еще в силе. И ты моя, – хриплю, что я могу сейчас сделать, что она осталась?! Забрать ее вместе с мелким, погрузить в тачку и увезти к себе чужую жену? Кулаки от ярости сжимаю. Мысли в голове лопаются, эмоции рвутся наружу. – Руслан, прости. Нам придется разорвать договор. Работать с тобой я тоже не смогу, – задыхаясь, отвечает мне Ева. – Нет, – безапелляционно цежу. Сдавать не собираюсь. После того, как я узнал ее тайну и захотел вернуть все, вернуть нас. – Если ты о Гуляеве, то я развожусь. Но это не значит, что у нас есть будущее. – Я хочу с сыном общаться. Не лишай меня вас, Ева! Я и так потратил впустую три года, не видел, как Эрик растет, как он начинает ходить, делает первые шажки, произносит первые слова. Вы – моя жизнь. Без вас я сдохну, – выдаю ей то, что сидело внутри меня три долгих года. В один миг все слова, которые копились в глубинах моей души, обрели смысл и вылились в признание. – Я хочу все вернуть. Эрику нужен настоящий отец, а не мудак, с которым ты живешь! – глотку рву, силясь ей доказать, что я достоен доверия. Слезы выступают на ее веках. Черные черницы мажут влажные полоски и подрагивают, сверкая капельками слезинок. – Я так больше не могу, Руслан. Я устала, – сдается, наконец, моя любимая. Произносит мое имя так нежно, перекатывая на губах каждую букву. Я, ошалев от нахлынувшего приступа нежности, сгребаю их с Эриком в охапку. – Только слово скажи, я собственноручно закопаю Саву! – скрипя зубами, цежу. Малыш на руках у Евы тоже меня обнимает. – Пап, би-би, маси, – говорит еще совсем по-детски плохо, но я понимаю. – Да, сынок. Поехали, – решительно распахиваю двери автомобиля. Ева садится, как под гипнозом. Она думает о чем-то, не говорит мне ничего. А потом недолго отвлекается на свой мобильный. – У меня есть квартира, она пустует. Недавно ремонт закончили, но я там не живу. Могу пока разместить вас там, – рассказываю, выворачивая с парковки медицинского центра. Вру, само собой. Квартира появилась несколько дней назад, когда я увидел ее и понял, что не выгнать из сердца мою Еву никак… Но Ева в печали и не чувствует, что я ее обманываю. – Я вас туда отвезу. Пересидите пока. А я узнаю, что хотел Эдуард Крестовский и что этот гребаный мудак затеял за твоей спиной. – Руслан, я не хочу тебя втягивать, – вырывшись из чтения какой-то переписки, говорит мне жена. – Не защищай его! Я хочу раскатать Савелия! Сукин сын, – ругаюсь. – Крестовский – будущий тесть Савелия. Он просто хочет, чтобы я его отпустила. Он мне сам написал сейчас. – Так, мля. Подробнее. Я хочу знать все, – рычу от негодования. Кого там держит моя Ева, Гуляева что ли?! Но, оказывается, что я многого не знаю. Внебрачная дочка Крестовского легла под нашего дружка Саву, а теперь Савелий дал задний ход и послал на хер некую Наташу. Наташа обиделась на весь мир. Дочурка прибежала к отцу, и Крестовский, как властный и сильный мира сего, решил надавить на Еву, мол это она не дает развод. Если будет развод – то Савелий снова захочет Наташу. – Так ты держишь его? – выгибаю бровь. Не хочу думать, что это так. – Нет, он изменил мне. Я не прощу его. Измену не прощают, – вгоняет копья в самое нутро. Мы с Савелием теперь одной масти. Но я рад, что Гуляев разрушил образ хорошего чувака и лучшей жилетки для Евы. А ведь он за ней хвостом ни один год ходил, желая получить мою жену… И так бездарно все просрал… – Так, все, ничего не хочу слышать! Я везу вас к себе, все необходимое для жизни пару дней там есть. Когда разберусь с Крестовским, вернешься домой, если не передумаешь, – говорю, с надеждой рассматривая ее лицо в зеркале заднего вида. Ева отводит взгляд. Я рад хотя бы несколько часов побыть с ней и сыном. Пусть это только иллюзия семьи, но для меня – бесценный шанс вернуть ее, дать понять, что между нами ничего не прошло....

Глава 23

Руслан – Квартира? Да это целый дворец, Довлатов! – восхищенно охает Ева, переступая порог своего нового жилья. Место временной релокации ее удивило и расстроило одновременно. Наверное, она решила, что я привез ее с сыном в любовное гнездышко, которое вил для нас с Алисой. Но это не так. У Евы ни чемодана, ни сумки. Она топчется, как бедная родственница на пороге, прижимая к себе малыша. Забираю кроху и предлагаю ей наконец-то пройти и осмотреться. На ходу рассказываю, что квартиру купил спонтанно. И не для жены, а по случаю развода с Алисой. – Я надеюсь, она не придет сюда, Руслан. Не хочу мешать твоей личной жизни, – с ощутимым холодком произносит Ева. Она ступает осторожно, как кошка, осматривая все и озираясь. – Никто сюда не придет, – твердо заявляю. – Неужели Лена не рассказала тебе, что я развожусь с женой? – Говорила. Но это не мое дело. Не хочу лезть в твою семью, – тихо добавляет. По коридору мы доходим до спальни, и это территория, куда Ева не станет меня впускать. Наши взгляды пересекаются. Внутри меня поднимается волна неконтролируемых эмоций. – Нет у меня никакой семьи. Если и была, то только с тобой, Ева, – с жаром выговариваю ей, но она мне не верит. Малыш, удобно устроившись у меня на руках, начинает что-то бормотать себе под нос и потихоньку засыпает. – Я здесь из соображений безопасности, Руслан. Я прошу тебя помочь разобраться с Крестовским. Параллельно я буду готовиться к разводу с Гуляевым. – А жить где будешь? – прерываю ее «правильный рассказ». С учетом того, что я услышал, квартиру, которую я ей оставил, Ева продала еще до свадьбы с Савой. Может быть, у нее есть какой-то запасной аэродром, где она сможет скрыться от Гуляева. – В квартире моей мамы идет ремонт. Он почти закончен. Мы переедем туда, – говорит моя жена, поправляя завязки на худи Эрика. Сынок причмокивает губами во сне. Его лепет стихает, и мы тоже говорим тише, чтобы его не разбудить. В спальне кладу его на большую кровать, еще раз подумав о том, что вовремя не успел заказать мебель в детскую. – Я и не думал, что у меня подрастает сын, – ошарашено произношу, опуская мелкого на мягкое покрывало. Ева молчит. Перехватывает инициативу по укладыванию малыша у меня. Она устраивает сына удобнее, раздевает его так бережно, что Эрик даже не просыпается. Потом еще несколько минут стоит, глядя на него с улыбкой. Поравнявшись с ней, резко беру мою бывшую жену за руку. Прикосновение моей ладони, как ожог, от которого Ева шарахается. Притягиваю ее к себе. Секундная перестрелка наша взглядов, и кровь в жилах начинает нагреваться. – Ты собиралась мне сказать о сыне? – голос сипнет, когда ее спрашиваю. – Нет, Руслан, – говорит моя Ева. В эту двух словах – настоящий обвинительный приговор, но в ее тоне нет былого презрения. Поглаживаю пальцами ее спину. Ева выпрямляется, словно я струны ее души перебираю. – Нам нужно решить вопрос о его воспитании, – продолжаю я все также отстраненно, а у самого вакуум в грудине только нарастает. – Ты хочешь сделать тест на отцовство? – понимающе говорит Ева. – К черту тест. Я вижу, что твой сын – моя копия. Почему ты скрыла его от меня? Почему родная? В сердце предохранители сгорают. Сорвавшись, целую жену в висок и, слегка надавив, вынуждаю ее наклонить голову. Мажу губами по острой скуле, целую ее шею, к которой имею беспрепятственный доступ. Старые чувства взрываются фейерверком, добавляя новые нотки страсти. Ее манящий бархат кожи, ее духи – все это действует, как сильнейший афродизиак. – Руслан, нет, – хнычет моя любимая, твердыми руками упираюсь в мою рубашку в районе грохочущего сердца. – Ева, я… Не могу быть рядом с тобой и не хотеть тебя, Обхватываю ее плечи своими большими ладонями. Ева кажется крошечной хрупкой куклой рядом со мной. Нежная, тонкая. Моя одержимость срывает чеку, я теряю контроль и тяну ее еще ближе, словно хочу не поцеловать или обнять, а съесть ее целиком. – Нет, Довлатов. Я не хочу. Отпусти, – беспомощно барахтается в моей хватке, оглядываясь на кровать и нашего спящего сынишку. – А если не смогу? Замечаю, как она плавится, плывет от моего натиска. Напор топит лед в ее сердечке, Ева закрывает глаза и непроизвольно распахивает губы мне навстречу. – Ева, девочка. Да, – с жадным выдохом вонзаюсь в нее, как раньше… Боже, я сам поплыл на волнах ностальгии. Попал в ее сети и меня повело, только увидел жену у дома Лебедевых. – Ева, нам обоим это нужно. Прости меня, прошу, умоляю, – уперевшись лбом в ее лоб, смотрю жене в глаза. На колени опускаюсь перед ней и обхватываю тонкую лозу ее талии. Головой упираюсь в Евин плоский живот. Делаю круг ладонью по одежде и поднимаю ее футболку вверх, открывая доступ к желанному телу моей любимой. Тело прошивает сладким предвкушением, но поцелуй должен быть сорван, а ласки остаться только в моем воображении. Ева, словно очнувшись от гипноза, вонзается длинными пальчиками в мои плечи. Я целую ее живот, поднимаюсь выше к груди. – Господи, Руслан! Ты же женат. Ты сейчас хочешь изменить Алисе со мной, – с рваным вдохом она сбрасывает мои руки. Черт. Мой гребаный брак и сейчас все портит. С колен поднимаюсь, пошатываясь, будто раненый. – Еще скажи, что ты тоже замужем, – цежу, пробирая ладонью по своему затылку. – Да! Пока что я замужем. И ты женат. – Если дело только в этом – легко исправим. Мой юрист завтра скинет тебе копию иска. Процесс уже начат. Алиса мне не жена. Я трахал ее почти полгода назад. – Мне плевать, – выдает Ева, натягиваю футболку обратно. – Гуляева я просто сотру в порошок, если посмеет не дать тебе развод. Ты моя жена! – повышаю голос. Только потом вспоминаю, что мелкий сладко спит. Но все в порядке, я его не разбудил своей эмоциональной тирадой. Ева смотрит на меня с холодом. Снова между нами стена. – Я помогу тебе. И про свою измену в кавычках я тоже помню. И я докажу, что не изменял. Я не просто секса хотел, если ты об этом. Евины глаза наполняют горошины слез. У себя под ребрами отчетливо ощущаю пустоту. Нужно уходить, а мне не хочется. Сам бы сейчас заплакал, если бы мог. – Располагайся, отдыхай. Вещи заберем вместе. Ремонт в квартире твоей матери – тоже моя забота. Сама ничего не предпринимай. Завтра приедет водитель. Чтобы жена не сочла меня за параноика, рассказываю ей, что Савелий связался с очень и очень "плохой компанией". – Крестовский хоть и похож на клоуна, но далеко не дешевый мудак. Его люди настоящие отморозки, Ева. Я не могу рисковать тобой и Эриком. Сжав руки в кулаки, разворачиваюсь. В штанах все еще горит пожар, а в сердце – разливается горечь. Голос тяжелеет. Не хочу прощаться с ней, но приходится. – Я приеду завтра. Доставать тебя не буду. Но будь на связи, я беспокоюсь о тебе и о нашем сыне. Уже в прихожей, она меня окликает. – Руслан, спасибо тебе. Прости меня за резкие слова, – выдает дрожащим голосом. – Я сам виноват, что отпустил тебя к нему, – отвечаю, глядя на нее боковым зрением. Ева стоит в дверном проеме, обхватив себя руками. Она такая беззащитная, нежная, что хочется весь мир сломать и бросить к ее ногам. Но у меня есть конкретные виновники такого ужасного положения жены. С одной стороны, я даже должен сказать спасибо Савелию и Эдуарду Павловичу за то, что Ева так быстро переехала ко мне. – Когда-то придется отпустить ее, – проносится в голове, но я гоню мысли прочь. Я коснулся ее губ, и все внутри ожило. Меня тянет к ней все сильнее с каждой минутой. Я решил вернуть семью и сделаю для этого все… Первая же встреча с Эдуардом Крестовским показала, что Ева вообще не в курсе, кто на самом деле ее муж....

Глава 24

Ева В первую ночь на новом месте я не смогла уснуть. Вкус его губ предательски горит на моих губах. Мечусь в четырех стенах, заставляя затихнуть рвущуюся тоску по бывшему. Он мне помогает, но мы по-прежнему чужие люди. Всего лишь родители нашего малыша. И не больше… Сердце опутывает невидимыми нитями страха. Я усилием воли заставляю себя не думать о нем. Слабость и влечение к предателю всегда душила на корню, считая, что я не должна к Довлатову ничего испытывать. Я еще люблю. И чем ближе он ко мне, тем меньше могу сопротивляться… Руслан позвонил мне на следующее утро по телефону. Я, почему-то, была уверена, что бывший явится сам. Но нет. – Ева, я встречаюсь сегодня с Крестовским. После – лечу в командировку, в одном из филиалов полная задница. Приеду и сразу же к вам. Обо всем поговорим позже… Татьяна пришла? Мой бывший муж сказал, что пригласил в наше временное жилье няню. – Нет еще, – мое отрицание прерывает звонок в дверь. – Да. Пришла. Мы договорились, что няня Татьяна – всего лишь на время, так как моему крохе трудно быстро привыкнуть к чужому человеку. Я все еще не понимала, как мы будем воспитывать сына после того, как все закончится. Руслан выжидательно молчал и не поднимал тему. Его резкость сменилась на безграничную любовь к нашему крохе и желание решить, кажется, все мои проблемы, которые обрушились на голову после измены Савелия… – По поводу ремонта квартиры твоей мамы. Ева, придется подождать. Сегодня к тебе явится бригадир. Отдашь ему ключи. Но он описал решение ситуации через неделю. Не меньше, – отчеканивает Руслан. – Хорошо, я буду ждать. Спасибо, Руслан, ты не должен был, – кусая губы, твержу в телефонную трубку. – Должен. Целую, девочка моя. Скоро увидимся, – буднично говорит мой муж, совсем как раньше… **** Несколько дней спустя Довлатов помог и пропал на несколько долгих, бесконечных дней. Командировка Руслана стала спасительным затишьем после бури эмоций, которые всколыхнул наш поцелуй. После того, как ушла от мужа, я проводила время в полном информационном вакууме. Сердцу было неспокойно. Эрик чувствовал себя еще плохо, и мне нужно было заниматься его здоровьем. Мой кроха каждую простуду переносит тяжело, а тут мерзкая Агния нарочно помогла малышу переохладиться. Довлатов обеспечил меня всем необходимым, а взамен попросил фигурально «выключить» телефон и посвятить все свое время нашему малышу. Я согласилась. Сыну я нужна, а мой «Мойдодыр» подождет. На работе я все отменила и передала управление моему бухгалтеру Светлане Сергеевне. Хотя, по сути, отменять было нечего. Обычная рутинная суета, исполнение обязательств по договорам аутсорсинга, такого же, как я заключила с бывшим мужем. Отец так и не позвонил. Его звонка я особенно трепетно жду, но похоже Агния окончательно парализовала его волю и желание помириться с родной дочерью. Но таковым был его выбор… Утром я просыпаюсь от непривычного чувства, что на меня кто-то смотрит. Руслан сидит в моей спальне, расположившись на краю кровати. Широкоплечая крупная фигура в свете, льющемся из окна сквозь распахнутые шторы. И это прожигающий черный взгляд… Мое сердце словно споткнулось, сделало кульбит от неожиданности. – Руслан, – сглатываю ком, который дерет горло. – Прости. Не хотел тебя будить. Ты так сладко спишь. Я всю жизнь смотрел бы, – говорит, понижая ноты бархатного голоса. Ежусь, вцепившись в простыни. – Я прилетел ночью. Заехал домой, чтобы переодеться и сразу к вам. Малыш спит как ангел. Я сначала зашел к нему, потом к тебе. Руслан ловит мою лодыжку под одеялом и привычно поглаживает, впиваясь в кожу сильными руками. Так было сотни раз, когда он возвращался со встреч и из командировок. Мое тело, не выдерживая триггеров из прошлого, становится ватным. Все тянется к нему. Наши горячие ночи не перечеркнуло расставание… Довлатов вытягивается, как лев, осматривая свой прайд. Бывший мажет своим черным, бездонным взглядом по моему лицу, по тонким чёрточкам ключиц и по линии обнаженной груди, которую отлично видно через тонкую ткань сорочки. Сгораю от стыда. Закрывая себя руками, прохожу мимо мужа к стулу, где лежит мой халат. Руслан ловит меня за талию и с силой опускает на колени. – Я переоденусь, – краснея, закрываюсь от него. – Ты стала еще красивее, – с придыханием выдает. Оставив на моем плече легкий поцелуй, дает возможность уйти в ванную. Сбежав от Довлатова, несколько секунд просто не дышу, упираюсь спиной в холодную дверь. – Ева, нужно собраться. Нужно забрать вещи. И без него мне сейчас никак, – успокаиваю ноющее сердце. Руслан поразительно быстро вжился в образ отца. Пока Руслан возился с Эриком, я приготовила для нас завтрак. Я привыкла готовить для мужа. В браке с Русланом у меня была только помощница по дому. Никакой сотни слуг и экономок не было. Да и не требовалось. Я все хотела делать сама. За это и поплатись. Когда мы с Русланом развелись, в светской хронике меня назвали просто «домашней квочкой», которую муж сменил на молодую сучку-секретаршу, а после выбросил как ненужную винтажную вещь… Но это кануло в прошлое. Его связь с секретаршей Женей оборвалась сразу же после того, как об измене стало известно. Руслан заткнул рты газетчикам. Потом и вовсе уехал из страны. Целых три года обо мне никто не вспоминал. Брак с Савелием стал для меня тихой отдушиной. Но я не знала, что скрывает мой муж. Я ему доверилась, а он воткнул нож в спину… После завтрака я попросила Довлатова помочь забрать наши с Эриком вещи из старой квартиры. Тянуть больше я не собиралась. Смотрю на меняющиеся пейзажи за окном, и понимаю, что отчаянно не хочу возвращаться в дом, где жила с Гуляевым. Руки горели разорвать все связи с Савой. После истории с Наташей, все, что созвучно с Савелием, для меня стало противным и грязным. В машине мы с бывшим мужем разговорились. И говорили на отвлеченные темы. Руслан словно читал мои мысли, но увиливал от пересказа подробностей его встречи с неким Крестовским. – Няня тебе не понравилась? – спрашивает, безотрывно сканируя дорожное полотно. – Понравилась. Просто у Эрика есть хороший садик. Он выздоровеет и снова туда пойдет, – смело выдаю, забывая, что рядом со мной отец моего ребенка. Руслан потирает щетину на высоких скулах. Он небритый, заметно уставший после перелета, хоть и принял душ у себя дома и даже поспал «пару часов», как он сам мне сказал. – Ева, я оплачу все. Если нужна будет супер-няня – она будет у Эрика. Но в стороне оставаться я не хочу! – гремит басом, разрушая тишину. Мое хрупкое спокойствие тает. – Ты не будешь в стороне, – только и могу ответить под железным напором Довлатова. Сердце в груди мечется, как заведенное. Он может отобрать у меня Эрика. Я вынуждена согласиться на любые его предложения, лишь бы не нажить еще одного врага… Довлатов берет мою руку и прижимает к своей щеке. – Не бойся меня, Ева. Я сделаю так, как лучше для тебя и для сына. Он целует мою ладошку, заставляя трепетать все нутро от малейшего прикосновения. – Ему нельзя менять обстановку. Но с Таней он быстро сошелся, – отмечаю. – Татьяна специалист. Она работает у брата Мурада. Дамир Шагаев, может ты слышала? Я внутренне фыркнула. Но в ответ промолчала, не желая сразу же оскорблять лучшего друга моего бывшего мужа. – Не думай плохо. Да, Шагаевы своеобразные. Каждый член их клана – яркая личность, – прокомментировал Довлатов семейку Мурада. Когда-то мы очень хорошо общались с Мурадом и его женой. Но потом мы с Русланом развелись, и старые связи я оборвала навсегда. – Руслан, я верю, что Таня хорошая няня. Но о Шагаевых у меня двоякое мнение. Дядя твоего друга скончался во время секса с какой-то дешевой проституткой! А до этого был женат на своей же бывшей снохе Лейле! Это как вообще? – распахиваю глаза от удивления. – Не верь всему, что пишут в желтой прессе. К семье Мурада это не имеет никакого отношения, – выдохнул. – Разве что косвенно. А ты не отказывайся от помощи, поняла? Мой бывший муж улыбается. Его улыбка топит самый твердый лед в моем сердце. Я в который раз ловлю себя на мысли: если бы не он, то как бы я одна со всем справилась? – Кстати, раз уж мы заговорили о Шагаевых. Ты не могла бы помочь Булату? – Чем я могу помочь алмазному принцу? – с легкой иронией спрашиваю. – Ему нужен хороший клинер. Я перелистала мысленно штатное расписание своей небольшой фирмы и выбрала новенькую девушку, которая устроилась к нам недавно. – Хорошо, я позвоню Светлане Сергеевне и скажу, чтобы клининг был на высшем уровне. – Не надо уточнять у кого она убирает. Высшего класса тоже не нужно. Булат фактически не живет дома. Лишние почести ему не нужны. Обойдется, – осведомленно говорит Руслан, роняя легкую усмешку в адрес своего друга. **** Мы приехали к дому так быстро, что я растерянно смотрела на знакомые балконы и не решалась сделать шаг из машины. Вцепившись в ручку двери холодными пальцами, я словно раздумывала открывать или нет. – Ева, что случилось? – Руслан за моей спиной подает голос. – Вдруг он там? – спрашиваю, имея в виду Савелия. – Его там нет. Машина Гуляева стоит возле дома его матери уже несколько дней. Хотя должен валяться на коврике у Крестовского, дешевый бык-осеменитель, млять, – бросает презрительно. – Руслан, может, ты расскажешь мне? – говорю, застыв у стекла. – Позже, – произносит холодно. Руслан выходит первым, помогает мне. Ноги к земле прирастают. Душа чувствует плохое. Тут же на лавочке нас встречает старая знакомая. – Добрый день, Клавдия Семеновна, – здороваюсь с соседкой. – Привет-привет, блудная жена, – хихикает. Пропускаю ее реплику. Она всегда делила жителей дома на наркоманов и проституток. А сейчас так и вовсе вопиющая ситуация: я, замужняя женщина, приехала домой с каким-то мужчиной… – Квартиру с чего решили продать-то? – убивает меня одной фразой Клавдия. – Не поняла, – открываю рот от удивления. – Твой Сава риЕлтЕра прислал. Неприятный такой, фу, – морщится, смешно делая акцент на буквах «Е» в иностранном слове. Только мне не до смеха. Вот почему молчит Гуляев! Он пытается продать нашу квартиру, которую мы купили в браке. Такая низость с его стороны. Хотя, он и так уже упал ниже некуда… – А еще с ним адвокат. Тот вообще с такой рожей протокольной, что я бы ему никакие дела не доверила! Расхаживал тут вместе с рыжей Буренкой, – говорит приколистка соседка видимо о Наташе. От наплыва информации туманится рассудок. – Ева, пойдем, – говорит Руслан, подхватывая меня под руку. – Идите-идите, пока замки не сменил твой ненаглядный! – кидает вдогонку бабушка Клава. – Ты в курсе, Руслан? – спрашиваю у него, топчась у подъездной двери. – Он может делать все, что хочет, но у мудака коротки руки! – с ненавистью выплевывает. Но Довлатов знает гораздо больше. Почему молчит? – Руслан, расскажи мне! Я не хочу, чтобы Савелий распоряжался тем, что мы нажили за два года. Пусть строит отношения с кем хочет, но не за мой счет! Невозмутимое лицо Руслана корежит от нахлынувших эмоций. Мой бывший муж разворачивается ко мне, нарушая все дозволенные границы. Мы близко, невыносимо близко к друг другу. – Ева, ты хочешь знать правду? – Да, – хлопаю ресницами. – Правда в том, что я ревную тебя к гребаному Гуляеву! Ты моя, была и остаешься. Но зачем ты хочешь ворошить то дерьмо, в котором он барахтается? Руслан встряхивает меня, сжав предплечья руками. – Он мудак, на этом точка! Я знаю, что будет дальше. Его пошлют на хер у Крестовского и он прибежит к тебе давить на жалость и на старые чувства! Но я не позволю! – Нет никаких чувств, – умоляюще смотрю на бывшего мужа. – Скажи мне правду, Руслан. Помолчав, выдыхает "хорошо"… Пока мы едем в лифте Руслан, под действием обстоятельств, выдает мне все, что успел натворить Сава за моей спиной. Я узнаю о том, как муж "пробил" настоящего отца Наташи и первым написал ему, представившись будущим зятем. Довлатов узнал и о том, что Гуляев планировал взять у Крестовского деньги и вложить в мою фирму, при этом отобрав ее у меня. На десерт Савелий уже успел взять несколько кредитов, чтобы обеспечить Наташе жизнь на первое время в столице. Часть денег пошла на организацию королевских родов в элитной клинике Оливия… Но об этом я уже успела узнать. Дрожащими руками вцепилась в плечо Довлатова и бессильно выдохнула, когда бывший обнял меня. – Все? – Все, – выговаривает, прожигая мое лицо взглядом. Двери лифта разъезжаются, нас увидел один из соседей по площадке. Мне все равно, что я обнимаюсь с посторонним мужчиной у всех на виду. Хранить верность некому и незачем… Сосед буркнул сухое "здрасьте!" и заскочил в лифт, оставив нас с Довлатовым перед дверью квартиры. – Открывай, Ева. И не грузись насчет мудака. Он на то и мудак, чтобы путаться с непорядочными людьми. Горбатого, как известно, только одно средство исправит… Я ни о чем не догадывалась, проживая в шорах рядом с хорошим и порядочным мужем… – Я не понимаю, почему он не может разойтись мирно? Ведь будет раздел имущества по суду! – проговариваю, открывая двери в нашу квартиру. Вещи на местах, только на окне в кухне наклейка с кричащей надписью «СРОЧНАЯ ПРОДАЖА». – Он конченный, Ева. Ясно, что Гуляев повелся на деньги Крестовского, но тому голожопый зять не нужен. Папаша Наташи Шмариной решил, что все твое имущество принадлежит Саве. Но я ему рассказал, кто на самом деле его зять. Ошарашенно смотрю в глаза Довлатову. Словно пытаясь отрезвить меня, Руслан добавляет шоковую терапию. Он говорит то, что противоречит здравому смыслу, но обретает форму реальности. – Ты знаешь, что он и твою фирму предложил Крестовскому? – Нет. Но как?! Она ведь моя! Как вообще такое возможно? – Ева, Крестовский может отжать не просто твою клининговую "букашку", а целую корпорацию. Не знаю, зачем ему эти крохи, но факты – упрямая вещь. Эдуард Павлович не знал, что ты моя жена. Но теперь знает. Это к лучшему. Пойдем, девочка. Я с тобой, а значит тебе нечего бояться....

Глава 25

Савелий Неделя в отчем доме пронеслась незаметно. Наташа уселась в папином замке и нагло трепала мне нервы, написывая бредовые сообщения. Держался как мог, чтобы не сорваться и не отъехать на пигалицу за все мои злоключения, которые как из рога изобилия сыпались на больную голову. «Сав, тебе не надоело прятаться у матери?» «Сава, я вношу тебя в блок! Ты не пишешь мне, сообщения не читаешь! Но я знаю, что ты их видишь!» – истерила молодая стерва. – Савочка, давай сегодня переночуем вместе? Я хочу тебя!» – Нет. У меня дела завтра, Наташа. Хватит мне писать. Если я не отвечаю, значит, занят! – вырвалась у меня одна смс-ка. Но это только раззадорило Наташу. – Ты меня бросить решил? Савелий, а как же нам маленький? – Наташа, а ты уверена, что ребенок от меня? – посмел ей возразить. И все. Началось… Неудержимый потом брани и чуши в мой адрес полился из ее уст. Я просто считал Наташины сообщения. Одно. Два. Десять. Ее сообщения я игнорировал, подумывая, что с радостью внес бы Шмарину в черный список. Видимо, у нас все к тому и идет. Я круто в ней ошибся. Думал, что она перспективная, как золотая жила. А она просто пустышка. О ее папаше Крестовском я и вовсе молчу! С него и снега зимой не получишь. Пустой номер. Склочная семейка, от которой хочется бежать куда глаза глядят. Теперь я только мечтаю ее слить, расстаться безболезненно с неприятными "родственниками". Но пигалица ничего не понимает и цепляется за меня, как кровожадный клещ… А вот Ева пропала с радаров окончательно. От сердобольной соседки по лестничной площадке я узнал, что моя жена собрала вещи и с каким-то «высоким мужчиной в костюме» уехала в неизвестном направлении. Догадаться с кем она приезжала не составило труда. Но то, как успел насолить мне Довлатов, я узнал только спустя несколько дней после отъезда Евы… – Сав, ты мне когда долг отдашь? – звучит над ухом нежный женский щебет. Я отрываюсь от огромного экрана моноблока с развернутой диаграммой и кривой расходов и уставляюсь на мою коллегу Анжелу. Девушка присела на край столешницы в экстра-короткой юбке и демонстрирует мне ажурную резинку бежевых чулок. – Анжелочка, какой долг? Ты о чем? – сглотнул ком в горле, оттянув галстук подальше от кадыка. – Сава, ну как же? Ты мне проспорил. Должок нужно отдать. Пойдешь со мной в кафе сегодня? – умильно кокетничает белокурая красавица. – Ну, если, только после семи. У меня показ. Квартиру продаю, – снова тяну надоедливый галстук. Анжела наклоняется ко мне и берет в руки карандаш, демонстрируя еще и глубокое декольте. Соблазнительные виды дурманят мой голодный разум… – Я напишу тебе мой новый номер. И буду ждать звонка. Я одна живу, кстати, – понизив сексуально-бархатный голос, говорит и смотрит на меня. В эту минуту дверь моего кабинета распахивается, с силой ударяя о стену. – Савелий… Там! К тебе какие-то люди! У них оружие! – говорит, давясь воздухом, моя новая секретарь. – Кто? Что за проходной двор? – успеваю проронить два слова и все. В кабинет входят, нет, вламываются, два высоченных шкафа. Анжела, как кошка, соскакивает с моего стола, убегая к стенке. Секретарша и вовсе в панике исчезает. А я смотрю на визитеров и столбенею… Два шкафообразных мужских силуэта расчистили дорогу для более важной персоны. Порог моего кабинета вальяжно переступает мой несостоявшийся тесть, Крестовский Эдуард Павлович. – Привет, Савелий. Вот где ты скрываешься?! Мило здесь. Не Гугл, но вполне прилично, – с ухмылкой выдает Крестовский, даже не умудрившись убрать посторонних из кабинета. – Добрый день, – прочистив горло, киваю отцу Наташи. – Пусть твои красотки оставят нас, Сава, – присаживается полный Крестовский и чинно кладет ногу на ногу. Даю отмашку секретарю и Анжеле, чтобы девочки скорее ушли из моего кабинета. Судя по бульдожьему оскалу, разговор у нас будет не самый приятный. Охрана Эдуарда Павловича тоже уходит, оставив нас тет-а-тет с будущим-бывшим тестем. Крестовский сканирует пространство вокруг себя. Его короткая шея держит круглую голову, которой он активно вращает. – Ну, Сава. Чего ты замолчал? – улыбается мне скорпионьей улыбкой Эдуард. – Я жду пока вы скажите, – даю ему право первого хода. Ясно, что явился он не просто так, а потому, что я отчаянно динамил его дочь. – Ты у нас балабол, оказывается, – вдруг выдает мне Крестовский. Я проморгался, но первый шок не прошел. – Почему вы так говорите? С чего такие выводы? – фыркаю, оскорбленный нелестным эпитетом в свой адрес. Крестовский втягивает и без того короткую шейку в плечи и змеиным прищуром смотрит на меня. Весь его вид какой-то загадочно-зловещий. – Ты разводиться собираешься? – Да. Документы в суде. – В п*зде! – рифмует матом мою реплику. – Твоя жена хозяйка этой вашей богадельни? Ну, той, про которую ты мне рассказывал? Я приперт к стенке. Откуда у него информация, пока не ясно. Но дальше ситуация проясняется. – Твоя жена бывшая Довлатова? Можешь не трясти гривой, Сава. Он приходил ко мне. Сам, лично, спустился с небес и снизошел до меня, – дребезжащий смех не выдает никакой положительной эмоции. Наоборот, Крестовский в гневе после визита Евиного бывшего мужа. – Он в красках тебя охарактеризовал. Сказал, что у тебя ничего нет. Как прикажешь понимать? Мне зять голодранец не нужен! – режет правду-матку. Я обтекаю, превращаясь в ничто прямо здесь и сейчас. – Так что тебе надо от моей дочки? Мои деньги решил заграбастать? – сверлит меня маленькими злыми глазками. Я глотаю колючий комок, который не дает нормально дышать. В животе тревожно ноет и крутит. – Сава! – оглушает. – Нет, ваши средства не при чем. Я люблю Наташу, – с трудом выдаю каждое слово старику, который сейчас буквально сожрет меня. – Она плачет третий день подряд! Почему беременная девочка плачет, твою ж мать? Крестовский вскакивает из-за стола и идет на меня по кабинету. Я выигрываю в росте, но хватка у старика такая, что, кажется, он и меня на лопатки положит… – Я… Узнал кое-что. Наташа не была мне верна, – дышу, как локомотив. Грудина ходуном ходит. Я просто так ему не дамся. – Что?! Ты был первым у нее! – Нет! Она соврала, – выдыхаю. – У нее был какой-то Юра или Жора… Эдуард Павлович, можете меня убить, но без теста на отцовство я с вами и разговаривать не буду! Вы не повесите на меня чужого ребенка! Крестовский хлопает своими тяжелыми веками. Его лицо заметно вытягивается. – Наташка, зараза, – выдает, сжимая кулаки. Он словно сейчас лопнет, как воздушный шарик… Я пользуюсь его замешательством. Поправляю пиджак и деловито в кресле откидываюсь. – Моя жена тут не при чем. Дело в вашей дочери. Выясните у нее, с кем она спала, пока я был в отъезде, – выговариваю ему, ничего не боясь. – Потише в выражениях, хорек! – цедит Крестовский. Он говорит, что сегодня же разберется с Наташей, и даст мне свой ответ. Я ухахатываюсь с того, в какой ужасной оказался ситуации. – Он мне даст ответ! Он разрешит мне жить с Наташей или уйти от нее и нагульного подкидыша! Какой фарс, твою ж! – едва дышу, спазмы сковывают тело. Во что ты ввязался, Гуляев?! Но вопрос остается без ответа… Сегодня я еду домой, так как у матери уже достало. Там свои порядки, к которым я не привык. И, да, Крестовский прав: не престало мужчине в моем возрасте скрываться у мамы… Дома все также, только Евиных вещей нет. Игрушки нашего сына она тоже забрала. Упав на диван после душа, тяну к себе фото, которое так и осталось на столике в гостиной. На нем Ева улыбается, а у меня под ребрами сводит от того, как я с ней поступил. Фото настолько живое, что могу насладиться не только ее видом. Она будто рядом со мной. Дышит, прижимается ко мне и… Меня распирает изнутри. На языке не вкус ее губ, а горечь и пустота, от которой тошнит. С усилием воли поднимаю телефон, который пристает к пальцам. Что ей сейчас говорить? Набираю номер жены, но вызов остается без ответа. Судорожно барабаню пальцами сообщение для Евы. – Привет, малыш. Прости меня. Не злись. Ненавидь, проклинай, но не разрушай то, что осталось. Ответ жены меня убил наповал. Тут же телефон ожил входящим вызовом. Я напрасно собирался с мыслями, искал слова для оправданий. Мне позвонила не Ева, а сам Довлатов. Он приступил к разговору без приветствий и долгих препираний. – Ты совсем очумел, урод? Ты как смеешь писать моей жене?! – говорит Руслан. – Ева моя! – спорю с ним. В ответ Довлатов разражается тирадой, в которой нет угроз. Только суровые слова и констатация фактов. – Не смей ей звонить. Позвонишь или захочешь встретиться – пожалеешь. Я лично тебе обещаю, – бросает коротко и отключается. Сжимаю кулаками голову. Не знаю, что между ними сейчас… Но в голове отчаянно бьется: "Все. Семьи больше нет. Я ее потерял…"

Глава 26

Руслан – Руслан Мусаевич, домой едем? – отзывается водила, выглядывая из-за подголовника. – Да. То есть нет… Поедем на Ленинский. Только сначала за цветами и еще в одно место, – говорю Сане, усаживаясь на пассажирское. Пока едем, курю, затягиваясь от души никотиновой отравой и уношусь куда-то в даль. За почти две недели пребывания Евы и моего сына в этой квартире, она стала для меня больше, чем домом. Бросив все, топлю по пятничным пробкам, спешу из офиса к ним. Я дико скучаю. По моей бывшей жене, по ее крохе, который как две капли воды похож на меня. С каждым днем сердце прикипает к ним все сильнее. Я боюсь потерять ее. Без Евы мне никак. Но и вернуть доверие не так просто. Моя желанная девочка не подпускает меня. Один поцелуй, который только раздраконил старые раны, так и остался единственной близостью между нами. Но сердечко Евы тает, она как нежный цветок, который я хочу оставить у себя навсегда. Невидимые нити постепенно становятся стальными канатами. Каждую ночь я остаюсь в ее квартире. И моя железная выдержка уже трещит по швам. А что сегодня будет не знаю. Запретные желания крутятся в голове цветными осколками моих фантазий, где я и Ева снова вместе. Как раньше ее горячее тело в моих руках… Мобильный телефон дергается в кармане. Мне звонит Булат, безжалостно разрушив картинки обнаженной Евы в сознании. – Дружище, как ты? Как тебе клининг? Все понравилось? – спрашиваю. – Ты даже не представляешь, кого ты мне прислал, – выдыхает Шагаев. – Расскажешь? – монотонно выпускаю клубки дыма изо рта, рассматривая пробку на горизонте. – Успеем, – рвано дышит, будто куда-то летит на своем авто. – Спасибо твоей жене. Еве я обязан с этого дня. – Ого, все так серьезно? Может, ты и мой должник, Булат Шагаев? – присвистнув, смеюсь. – Не обольщайся. Я был в офисе, в Мойдодыре и виделся с ней. Рус, я правильно понял: она живет у тебя, снова? Вы вместе? Под кожей гуляет лютый холод. Моя зависимость расцветает новыми гранями. Я ревную Еву. Болезнь Эрика ограничила ее в передвижениях, а Ева и не против, как мне казалось. Сегодня моя бывшая жена впервые вышла на работу, оставив нашего сына на няню. И об этом я узнал случайно. Мысли уводит в другую сторону, на территорию, куда я редко забредаю. Считаю, что страх – это удел слабаков, но… Глотку сводит от комка, который от сердца к горлу гуляет. Ремонт в квартире Евы уже закончен, но я молчу, ни слова не говоря моей бывшей о том, что она может съехать. Держать Еву долго я не смогу. Гуляев и враги отступили. Крестовский разбирается лично со своим недо-зятем. А у нас с бывшей женой один лишь общий вопрос: наш сын. – Рус, ты там? Ау, – гаркает в трубку Булат. – Да, дружище. Как твой брат? Куда Мурада занесло? – Оуф, уехал в Италию за женой. – Мадонна, – смеюсь, хотя не до смеха сейчас. – Так как вы с Евой? – не дает уйти от ответа. – Все зыбко, дружище. Но я ее не отдам. – Ты думаешь, что она уйдет к мужу? – выдает мне Булат, угадывая круговорот моих мыслей и самые жуткие страхи. Молчу минутно. – Ты идиот, Довлатов, – смеется. – Согласен. Может и так. – Так и есть. Не нужно было ее отпускать. Даже если ты изменил. – Я не изменял. Не помню я этого, мл*ть! – рычу в ответ другу. Муторно становится, словно в глотку вогнали противную горькую пилюлю и заставили сожрать. Но и в эту область мне нужно войти. Словно увидеть собственную ошибку, которая у меня душу из груди вынула. – Булат. Ты мне нужен, друг. Мне нужна твоя помощь. Больше, мля, никому не могу довериться, – с хрипом несется из моих губ в динамик. Булат – все внимание. Он взбалмошный, взрывной, дерзкий, но не дерьмо, как многие другие в моем окружении. – Слушаю. – Найди мне Женю, которую я якобы трахнул. Сможешь? Она уехала в Штаты, ее нет в стране уже три года. – Как раз в одно время вы рванули туда? – подмечает. Я тоже уехал сразу же после развода, чуть не продав фирму. Чудом я сохранил бизнес и преумножил то, что так легко мог потерять. – Да. Только я об этой суке ни сном ни духом не знал. Я ехал сам по себе. Об ее отъезде узнала моя охрана на днях. – Совпадение какое-то гнилое, Рус. Ты думаешь, что она подставной была? Ее же твои безопасники пробивали, когда Женя пришла на работу в твою фирму, – здраво рассуждает Булат. – Да, поэтому я тебя и прошу. Попросил бы Мурада, но я так понимаю, что он завязался с этим гребаным отелем. "Хаял" уже набил оскомину всем, кажется. – Нет, у него проблемы с женой. Дело нашего дядюшки Эмина здесь не причем, – секунду он находится в раздумье и говорит. – Хорошо, кинь мне ее данные. Она должна была сменить документы, но старые данные ведь тоже где-то засветила. Я помогу. Ради вас с Евой и вашего сына. – Спасибо, – говорю на выдохе. Через пять минут данные Жени были у Булата. И я отчаянно молился и верил, что мою неизмену можно будет доказать. Это поможет мне сблизиться с Евой и вернуть ее любовь, которая не исчезла. Я сердцем ее чувствую… С большим букетом белых роз, так любимых моей женой, я прибыл к подъезду своей квартиры. Навстречу мне выбежала няня Таня. Она кивком поздоровалась со мной, так как я снова повис на телефонной трубку. Звонок с неизвестного номера я не хотел принимать, ведь одной ногой был уже дома. Но мне звонила сама бабуля Агния. – До свидания, – прошептала мне Таня и быстро сбежала к автобусной остановке. Я подпираю спиной двери в подъезд. В одной руке у меня букет для Евы, в другой – подарки для нашего сына. Плечом прижимаю к уху телефон. – Руслан, привет, дорогой мой, – скалится в трубку Агния. – И вам добрый вечер. Какой повод для позднего звонка, Агнесса Львовна? – Никакой! Русланчик, мы же родные люди! Ты бывший муж моей падчерицы, или уже нынешний. Вас не поймешь, молодых! – смеется заливисто, как отвязная девчонка. Я растягиваю губы в недовольной гримасе. Агния мои вибрации злости чувствует. Весь мой негатив к старой фурии несется к ней по проводам. – Вы моего сына довели до больницы. Какого хера я должен с вами любезничать, Агния?! – рыкаю. – О, Божечки! Так Эрик твой? – охает театрально. – У вас секунда, и я кладу трубку. – Нет, постой! Руслан, так нельзя. Ты дал деньги моему мужу, приказал отдать их Еве, теперь ты в его квартире затеял ремонт. И… Уже закончил, так ведь? А Ева где живет? Почему ты ее удерживаешь силой и обманываешь? Я отхожу от подъезда, чтобы не примелькаться перед консьержем. Внутри все выжигает лютая ненависть. Я ненавижу Агнию с тех самых пор, как познакомился с ней. – Слушайте, Агнесса, если мой тесть у вас под каблуком, то меня туда вы не запихнете. За сына еще не ответили, а уже другую беду на себя кличете. Какая вам разница, где живет Ева? С ней все хорошо! А вы не лезьте, мля! – Фу, какой грубиян! Твоя красота не компенсирует твой ужасный мужланский характер, Руслан! Безуспешно пытается заигрывать, еще больше раздражая. – Не злись, прошу! Если Евочке хорошо с тобой, то пусть живет. Мы с Сашей только рады! Но она же все равно узнает правду. – Я сам ей все скажу, – улыбаюсь. – Арривидерчи, Агнесса. Не попадайтесь мне на пути. Я не придушил вас только из-за Александра Ивановича. Но любую стерву найдется компромат. На этой эмоциональной ноте мы с моей в кавычках тещей, прощаемся. Я выключаю мобильный и спешу наверх, к Еве и Эрику. В лифте меня накрывает мимолетный шторм из сомнений. Помощь от меня она никогда бы не приняла. Да еще и квартира, которая полностью готова, пока она скрывается у меня. – Что ж. Придется рассказать, – выдыхаю, прислонившись к зеркальной стенке. Поймет ли Ева, что я хотел не купить ее после развода, а помочь стать независимой?

Глава 27

Ева – Ева Александровна, Эрик уснул. Ничего, что немного раньше обычного? – спрашивает Таня. Я вся как на иголках, жду Довлатова. И сейчас даже лучше, что мой сынок уснул. – Ничего, Таня. Спасибо, что ты так внимательно к нему относишься, – благодарю нашу няню. Девушка быстро собирается и уходит, простившись со мной до завтра. Я остаюсь одна. Загружаю посуду в посудомойку на автомате, ни о чем не думая. Потом проверяю привычно как там мой кроха и еще несколько минут просто стою и смотрю на спящий комочек в красивой новой кроватке. Детская Эрика в нашей старой квартире сильно уступает новым апартаментам. И по дизайну и по количеству игрушек, которым сына засыпал Руслан. Но важнее не игрушки и подарки, а время, которое отец проводит с малышом. У Савелия его не было. У Руслана – есть. Кажется, что Довлатов готов все отменить, чтобы просто побыть с Эриком. Погрузившись в мысли, невольно вздрагиваю. Горло заполняют спазмы от волнения. Сегодня я впервые поехала на работу. Да, я не была в фирме всего неделю или чуть больше, но для меня словно вечность прошла. В последний раз я приезжала в Мойдодыр еще в статусе жены Гуляева. А теперь живу у бывшего мужа, чтобы не попасться в руки тому, кто был ближе и роднее Руслана… Сынок сладко сопит. Я оставляю его, беззвучно закрыв дверь в детскую. Иду в кухню, чтобы выпить немного воды, посмотреть, как там посудомойка… В общем, просто коротаю время и сдерживаю нервные импульсы, которые прошивают мое тело насквозь. Все потому, что скоро придет Руслан. Сцепив руки в замок, стараюсь унять растущее беспокойство. Устраиваюсь возле окна и рассматриваю точки-фигуры прохожих на тротуаре. Они кажутся крошками с двадцатого этажа новой высотки. Вот и я песчинка, которая запуталась в океане собственных чувств и чужого вранья… Сегодня ко мне на работу приходил Булат Шагаев. Он был так возбужден, требовал информацию о моей работнице, которую я даже толком не знаю. Я только умерила пыл горячего Ромео и сказала, чтобы не появлялся просто так, нахрапом выведывая личные данные моих сотрудников. Но Булат даже спасибо мне сказал… Потом, когда я уже собиралась уходить, в офис явился мой папа. Я думала, что он хотел попросить прощения за инцидент старой мерзкой Агнии. Но нет. Папа пришел снять «шоры» с моих глаз. Он рассказал про Руслана очень много того, что я и предположить не могла. Мажу быстрым взглядом по циферблату настенных часов. Обычно Довлатов приходит в восемь. Полчаса осталось. Может, бывший муж явится и раньше… Глотаю нервный комок и массирую напряженную шею. Но расслабиться не удается. Ключ в замке поворачивается, а мое сердце начинается так гулко тарабанить, что его звук отражается от стен. Заставляю себя остаться на месте. Годами я встречала Руслана у двери, обнимала и целовала, когда он приезжал. А теперь мы в другом статусе друг для друга. Мы по-прежнему родители Эрика. И, судя по тому, что говорил отец, скоро и этот вопрос нужно будет решать… – Привет, ты как? – спрашивает Руслан, окинув меня взглядом. – Привет, нормально, – голос предательски сипнет, выдавая меня с потрохами. Он стоит на пороге огромной кухни, я – все также возле окна. В руках у Довлатова большой букет свежих роз, именно того цвета и оттенка, который я когда-то безумно обожала. Он помнит. От чего-то это больно цепляет за душу. Муж протягивает мне букет. – Это тебе, – широким жестом подносит букет. Нежные розовые бутоны дурманят сладким ароматом. Розы потрясающие, даже на минуту презент бывшего заставляет меня улыбнуться. – Спасибо. Что за повод, Довлатов? – трогаю пальчиками лепестки. – Без повода. Эрик спит? Я встретил Таню у подъезда, но она быстро сбежала. – Таня ушла почти двадцать минут назад, – говорю бывшему мужу. – Я задержался. Был важный звонок, – Руслан проводит пальцем по широкой темной брови. Пауза заполняется перечислением того, что муж купил для Эрика. Я выискивающим взглядом пытаюсь выцепить вазу такого же большого размера для моего букета. Но пауза снова повисает. – Ева, что-то случилось? – голос Руслана заметно тяжелеет с каждой минутой моего молчания. Наконец-то, ваза нашлась. Я наливаю воду, она с шумом заполняет пустой стеклянный сосуд. Отправляю букет, сняв предварительно красную ленту с цветов. Прозрачная прямоугольная ваза словно ждала именно этот подарок от Довлатова… Разворачиваюсь и сталкиваюсь с мужем. Руслан стоит возле меня, уперев широкие ладони о столешницу. Он блокирует мой побег, хотя и так некуда бежать. Просторная кухня в миг сжимается до крошечной спичечной коробки, когда он возникает рядом. Дыхание застревает в горле. Я не могу дышать, так сильно обжигает его взгляд. – Ева, что случилось? Я просил, ты молчишь. На работе что-то произошло или этот ублюдок опять тебе звонил? – выгибает черные брови, буравя непроницаемыми агатами. Савелий мне не звонил с тех пор, как его входящий вызов принял Руслан. Я не слышала, что Довлатов ему говорил, но Саву как ветром сдуло с горизонта. Только его адвокат продолжает заваливать меня требованиями принять условия мужа и заключить «мировое» соглашение. – Нет, дело не в Савелии, – выдыхаю. – В чем же тогда? Сердце останавливается в груди и пустое пространство заполняет вакуум. Просто все выдать ему в лицо, но хочется знать мотивы Довлатова. – Ты не подал документы о разводе с Алисой. Ты его даже не начинал, – рвутся наружу слова, выстрелами пробивая броню Руслана. – Чушь. Кто это сказал? Точнее, что еще тебе наплели, Ева? Опускаю взгляд. Вцепившись в его запястье, стараюсь его сдвинуть, но не получается. Руки бывшего мужа, как сети, обвивают мою талию, прижимаю к столу, не давая дернуться. – Я сегодня виделась с отцом. Он рассказал, как ты дал ему денег для моего бизнеса. Руслан, я бы никогда не взяла! Я и квартиру не хотела брать. Мне ничего от тебя не надо! – Ах, вот в чем дело! Старый подкаблучник вырвался из-под каблука бабки Агнии и пришел, чтобы тебя настроить против меня! Ну, сука! Муж и жена одна сатана, правильно говорят, – ругается, краснея от гнева. – Квартира мамы тоже готова. Ремонт в ней закончен, оказывается, – горько хмыкаю. Руслан молча продолжает напирать. – Отец поехал туда, думал, что я ушла от мужа и стала жить в маминой квартире. У него есть ключи, он открыл квартиру и увидел, что там идеальный ремонт, даже мебель куплена и расставлена. Мы с сыном можем переехать, но ты упорно этого не хочешь. Так, Руслан? – Ева, сын мой. И ты моя. Что меняют слова твоего отца?! Да, я обманул! Да, гребаный ремонт уже сделали! Да, денег тебе дал, чтобы не пошла искать себе богатого папика. Твоя семья ведь никогда с тобой не считалась, Ева! – А ты? Ты считался? Мы ведь жили формально. И снова ты хочешь повторить все! – Все нормально было. Это измена виновата. – Нет, мы были другими, Руслан. Я тебя любила, а ты вечно был зациклен на работе и все решал сам! Про измену я даже не хочу вспоминать! Их сколько было? – Нисколько. Я докажу, что чист. И вообще, все в прошлом, – хрипит Довлатов. – Руслан, ты врал мне и продолжаешь врать. Зачем? – Для твоего же блага. Я и сам собирался тебе рассказать. И еще. Нужно будет – я силой тебя и сына увезу от Агнии, Александра Иванович и мудака Савы, – несется через сжатые губы. Еще мгновение и перепалка между нами становится полыхающем пламенем. Дыхание Руслана учащается. Мое сердце колотится у горла, не давая произнести и слова. – Ева, хватит искать предлоги и причины, чтобы и дальше меня держать на расстоянии. Я врал во благо, ты мне нужна! Я почувствовал, как ты меня целовала. Его зрачок становится черной точкой и расплывается в темной радужке. Я смотрю ему в глаза и тону в этом чертовом омуте. Раз попала и все, снова манит в бездну. – Руслан, – дышу ему в губы. – Хватит врать себе и мне, девочка….

Глава 28

Руслан Ева выставляет руки и упирается в мою грудь, которая как поршень ходит вверх-вниз. – Что? – шепчу, продолжая на автомате искать любимые губы. – Эрик не спит, ворочается, – сбившимся в поцелуе голосом отвечает жена. Ее голос звучит словно через толщу воды. Я на взводе, хочу ее до одури. Три года я потерял без любимой жены. – Да нет, показалось, – наклоняю ее к барной стойке. – Руслан! Ты себя только слышишь, – говорит Ева в отчаянье. Черт. Мелкий и правда сопит и кряхтит так, что слышно из детской. Потом требовательный Эрик Русланович повышает децибелы в голосе и уже отчетливо кричит: – Мам! Ма-ма! Проведя рукой по волосам, спешу за женой. Уперевшись спиной о стену, наблюдаю, как Ева укачивает нашего сына и успокаивает его. Она поправляет халат, скрывая свое декольте от моего прожигающего взгляда. Но я все равно не могу не смотреть. Если не получилось сегодня, то завтра или через пару дней снова получится. – Прости, я правда не слышал, что он плачет. Не привык еще реагировать, как ты, на все сигналы сына. Но это вопрос практики. Когда вы переедете ко мне, то все изменится, – ответственно заявляю. – Когда Эрик болеет, вообще плохо спит один. А сегодня няня уложила его раньше времени, – оправдываясь, машинально говорит мне Ева. Словно пропустив сначала мою фразу о переезде, Ева от неожиданности поднимает на меня взгляд. – Сын будет жить со мной. И ты тоже, Ева, – твердо заявляю бывшей жене. Ее глаза все выдают. Они наполняются влагой, потом и вовсе их затягивает поволокой слез. – Ты хочешь его забрать? Руслан, ты ведь шутишь? – беспомощно смотрит на меня, часто хлопая влажными ресницами. Не шучу. И она это понимает. Я подхожу к ней и присаживаюсь на корточки, поравнявшись с ней взглядами. – Ева, я хочу, чтобы вы переехали в мой дом, – говорю жене без тени вопросительной интонации. Ева горделиво вздернула аккуратный нос. – Ты женат, Довлатов! Я – замужем! Как ты себе предоставляешь наше проживание в доме вместе с Алисой? Я поднимаюсь в полный рост, скалой возвышаясь над Евой. – Ты мать моего сына. Ты… Нет никакой жены, Ева, – нервные импульсы танцуют адскую пляску по венам. Ева пытается мне что-то сказать, но мое желание их забрать после нашей минутной близости только все ярче разгорается. – Руслан, я не смогу, – головой качает, прижимая к себе малыша. – Я выгнал Алису! И у тебя есть шанс убедиться лично, что я не вру. Или меня тебя силой увезти, м? – У нас есть жилье. Ты же сам занимался его ремонтом, – разумно предъявляет мне то, что врал о квартире ее матери. Я сгребаю в охапку ее и нашего малыша. Что мне делать с ней?! Как пробить ту каменную броню, которую выстроила моя девочка? – Я не смогу обеспечить вам безопасность удаленно, Ева. Да, могу приставить охрану, как цербера. Но мне этого мало. Я отец Эрика. И имею право на сына! – Но на меня ты не имеешь прав! – отчаянно вырывается из ее алых губ. Черт. Я только крепче ее к себе прижимаю. Эрик закрывает глазки и причмокивает во сне, умильно улыбаясь. Отступаю на шаг, чтобы дать ей возможность выдохнуть. – У нас контракт, вообще-то. Ты забыла, какие там неустойки, Довлатова? – выгибаю брови, прибегая к последним аргументам. Вот, до чего довела меня моя строптивая бывшая. – Ты моя, сын тоже. Я предлагаю мир, Ева. Я больше не сделаю тебе больно, девочка. Поверь, в последний раз. Ева перекладывает задремавшего Эрика в кроватку. – Я останусь, – говорю, цепляя ее за талию. Притягиваю Еву к себе. Чем больше она сопротивляется, тем больше я одержим ей. Наша перепалка обнажила еще больше старую привязанность. Телефон на столе в кухне отбивает трель, вибрируя. – Что это? – спрашиваю у нее. – Не знаю, – мотает головой. Я выпускаю Еву из рук, она быстро бежит в кухню. Застаю жену с телефоном в руках. Ее взгляд полосует экран с какой-то фотографией. – Что за херня? – Это Сава прислал. Видимо, случайно, – говорит Ева, прикусив губу. – Дай-ка сюда, нужно вдолбить этому ослу как-то иначе. Или просто руки сломать, чтобы не писал! – цежу, забирая гаджет. – Нет, Руслан. Я думаю, что он правда случайно. На фото есть геометка. Савелий в доме моего отца. Ева показывает мне фото и адрес, который урод Гуляев только что ей отправил. – Не понимаю, на кой черт он приперся к вам в дом в такой час? И тебе решил похвастаться, – хмурюсь, еще раз рассматривая фотографию. За окном темно. На улице ночь, а отец Евы довольно режимный товарищ. Кадр смазанный, но на фото точно дом моего тестя, сфотографированный чуть ли ни вверх тормашками. Ева кусает губы, заметно нервничает. Вижу, насколько ей неприятно то, что Гуляев ее беспокоит. Но дело не только в этом, как оказалось… – Отца нет дома, он сказал мне, что уедет сегодня. Савелий приехал к Агнии. Они любовники, получается, – выдает Ева. Я инстинктивно закрываю ее от всего, утопив в объятиях. Еще не хватало, чтобы она из-за этого козла расплакалась. – К черту его, ты слышишь?! Ты переедешь с сыном ко мне. Твой отец, если хочет терпеть, то пусть терпит и дальше! А мне осточертела вся эта херня! – Хорошо, – на выдохе, шепчет, поправляя волосы. – Но ты же сказал, что в командировку едешь. – Это всего на пару дней. Ничего не случится. Охрана будет здесь, на всякий случай. С надеждой смотрю на нее. И снова тараню поцелуем губы моей любимой девочки. Воздух между нами раскаляется. Я без спроса несу ее в спальню… Давлюсь эмоциями, когда ее туманный взгляд останавливается на моем лице. – Ты все еще моя, – говорю, поправив огненный локон, который кружевом упал на ключицу моей бывшей жены. Провожу ладонью по ее лицу, скольжу по тонкой шее вниз до выреза домашнего халата. Ева сидит на моих коленях, и я раскрываю ее халат, откинув шелковую ткань. Трогаю подушечками пальцев ее грудь, бесстыже целую упругие полушария. Евины щеки покрывает заметный румянец. – Нет… – безвольно сжимает в моих руках, как от мороза. Рыжий водопад обволакивает мои руки, шею приятно щекочет. Я ныряю в него, как в колдовской омут. – Ведьма, – шепчу, касаясь губами светлой кожи моей бывшей. – Ты можешь упорно отрицать, что тебя ко мне не тянет. Но твои губы мне не соврали в прошлый раз. Твое тело не врет, Ева. Уткнувшись в ложбинку между грудей, вдыхаю ее запах и закрываю глаза от удовольствия. Кровь к вискам приливает. Ощущать ее, чувствовать и касаться – вот, от чего меня ломало все последние годы. После развода у меня будто сломался тот механизм, который насыщал мозг гормонами удовольствия. С уходом Евы в моей жизни словно кто-то выключил «цвет», запечатав мое существование в черно-белую пленку. – Прости, что отпустил. Я дурак, но я люблю тебя. Всегда любил, – яростно шепчу, стараясь убедить ее, доказать. Услышав меня, Ева сдается. Принимает мои ласки, сама ко мне ластится. Ее тело выгибается мне навстречу, объятия становятся мягче, чувственнее. Бешено срываю с нее остатки одежды и смотрю на жену темным от похоти взглядом. Ева нагая, сидит на моих бедрах. Прячет взгляд, как в наш первый раз. И заводит меня еще больше… Щелкаю пряжкой ремня, стягиваю брюки, потом на пол летит рубашка. Припечатываю ее к своему телу, раскаленному от желания скорее слиться с ней в одно целое. Пробегаю по гибкой спине пальцами до талии, потом пробираюсь ниже, к ее центру. Чувствую, как сердце ее скачет от груди к горлу, выбивая чечетку от волнения. Как в первый раз, между нами буря эмоций. Страсть, похоть, внутри меня все накаляется и ищет выход на свободу. – Руслан, это ничего… – только успевает сказать, вцепившись в мои плечи острыми ногтями. – Нет. Теперь все по-другому, – отвечаю ей. Закрыв поцелуем ее сладкие губы, пробую их заново. Все также горячо, как раньше, и головокружительно остро, по-новому. Сминаю нижнюю губу, провожу по ней кончиком языка. Ева, вступив в игру, дразнит меня в поцелуе. От любимого тела, от ее духов мне кружит голову. Градус возбуждения неумолимо растет. Брюки трещат натуральным образом, как и моя душа горит под рубашкой. Взаимность окрыляет, я не думал, что сломаю замки, на которые она закрыла от меня свою душу....

Глава 29

Савелий – Я люблю тебя! Я ни с кем не была! – истерично кричит в трубку Наташа. Продираю глаза, окончательно проснувшись и тяну пальцами взъерошенные волосы от лица. Тело не слушается, деревянное после ночи на чужой кровати. Подавив зевоту, осматриваюсь. Дом у моего тестя большой, спальня гигантская. Не сравнить, конечно, с хоромами Крестовского, но о них я не грежу от слова «совсем». После нескольких визитов Эдуарда Павловича, уже предельно ясно, что жить с его дочуркой я не смогу. И куклой в их руках не буду… – Са-ва! – всхлипнув, рыдает Наташа. – Черт, сколько сейчас? – Восемь утра. Не забирай у меня малыша! – ноет пигалица по телефону. Ее несвязные претензии вызывают у меня приступ смеха. Хохотнув от души, понимаю, что никакая она не дочь олигарха, а обычная Наташка, которая в деревне за мной бегала. Вот только оказалось, что я был не единственным. Порой мне кажется, что моя жена Ева настоящая ведьма. Она сразу ванговала, что ребенок Наташи не мой… – Наташ, твой нагулыш мне не нужен! Как ты не поймешь, что я не идиот, и воспитывать чужого ребенка не стану! – с хрипом рвется из горла. Откашлявшись, решаю поставить точку. Жирную такую. Чтобы она поняла, что между нами больше ничего не будет. – Он твой! – Наташа, нам было хорошо, но я не люблю тебя. И не унижайся. Ты же призналась отцу, что спала с каким-то Ромой? Минутная тишина. Слышно, как корона на ее голове лопается, словно мыльный пузырь. Она снова взрывается ультразвуком раздражая мое сонное сознание. – Конечно! Вы, два бугая, встали возле меня и орали в два горла, чтобы я во всем созналась! Как я могла не сознаться?! Савва, ты сам хотя бы слышишь, что ты говоришь? Громко усмехаюсь и, прочистив горло, уже в полный голос ору на дерзкую пигалицу. – Да ты сама слышишь себя, Наташа! Ты встречалась с каким-то молокососом из универа и со мной одновременно. Ребёнок не мой, мне уже всё ясно! Какие ещё могут быть ко мне претензии? Замечаю, как в дверях стоит Агния. Она, как кошка, растянувшись в дверном проеме, смотрит на меня и надменно улыбается. Видимо, моя перепалка с Наташей ее сильно позабавила. – Все не звони. Ты же сама орала, что я ничтожество и не достоин твоего внимания? Вот и давай, пока! Быстро завершив диалог, вычеркиваю Наташу из списка контактов. Какой это по счету ее номер?! Вопрос риторический. Но и ему место в блоке хватит… – Не отвлекла? – голос Агнии сейчас совсем другой, тихий и льется, как вода. – Нет. Достала просто, – снова взъерошив челку, выдыхаю. Моя теща проходит в комнату, скидывает халат и дразнит меня эротичным видом своего обнаженного тела. Она взрослая, зрелая и красивая женщина. Я и не думал, что жена тестя такая… – Тебе лучше одеться и успокоить дружка, Савелий, – она снова смеется, глядя на утренний привет из-под одеяла. Агния надевает красивый белый комплект белья, следом блузку, короткие шорты. – Не думала, что Ева настолько тебя не удовлетворяет, – хмыкает самодовольно. – Прости, я вчера сорвался, – чешу затылок. – Почему нужно сразу прощать? Мы давно хотели друг друга. Я видела, как ты смотрел на меня. Теперь ты в разводе практически, а я как раз хочу такого горячего и молодого. От ее слов жар поднимается от нижней чакры к горлу. В висках сильно барабанит. Я хотел вернуть жену, и не рассчитывал, что мы с Агнией теперь любовники. Хватаю без разбора вещи. Натягиваю трусы, брюки и сверху помятую рубашку с ароматом духов Агнии. Мне лестно, что она меня так превозносит и благодарит за прекрасную ночь, но планы у меня другие. – Агнюша, ну ты же взрослая женщина, найди себе нормального мужика. Разве я такой, как ты говоришь? Нет. Я простой. Ева терпела меня. А ты достойна лучшего. – Хах, – отвечает Агния. – Как ты меня назвал? – Ну, Агния, Агнюша, – оправдываюсь перед ней, хотя сам смущаюсь. Глупое прозвище, согласен. – Послушай, Савва, мне нужен только ты. Я все решила. Первое время ты будешь ухаживать за моей дочерью. Ну, это так, для отвода глаз. А потом, когда я вытрясу все бабки Довлатова из кармана старого маразматика, то мы сможем объявить о нашей любви официально. –Что? – отшатываюсь от такого потока информации. У меня буквально глаза из орбит вылезают. – Ты сама себя слышишь? Ева убьет меня! – Она сейчас спокойно спит с Русланом и очень рада, что появилась твоя дура Наташа и стала поводом для развода! Она подходит ко мне, кладет руки на плечи и легко касается своей щекой моей щеки. Меня током прошибает насквозь от всего. – Эрик точно сын Руслана? – Угу. Не было никакого ЭКО, никакого анонимного донора. Она залетела и ушла, когда Руслан изменил с той девушкой, как ее там… И не вздумай возвращать Еву! Забудь ее! – кивает Агния, зацепив мои губы в поцелуе. – Агния, я сам решу! Что ты со мной как с ребенком?! – взрываюсь, стряхивая ее цепкие ручки с шеи. – Сава, Довлатов все это время покупал ее за твоей спиной. Подкладывал денежки на ее хотелки, она тайно от него родила. Зачем ты ей, сам подумай?! Решительно отхожу, шарахнувшись будто земля из-под ног ушла. – Агния, я не буду ухаживать за Крис напоказ. Секс был прекрасный, но я был пьян. И у нас больше ничего не будет, – мотаю головой, словно прогоняя все воспоминания из вчерашней ночи. Мысли лезут в голову. Я себе позволил лишнего. Хотел про Еву узнать, хотел просить у Агнии помощи, чтобы забрать у жены квартиру. – Так тебе контакт юриста не нужен, Сава? – говорит мне вдогонку Агния, помахав какой-то черной визитной карточкой, как приманкой. Останавливаюсь и шумно выдыхаю воздух из легких. В груди кошки скребут. Как теперь с этим дерьмом к Еве идти?! Она и раньше не собиралась меня прощать, а теперь просто… – Возьми, мне не жалко. Адвокат отличный. Он в два счета отнимет у Евы все. Ты еще там что-то про сына говорил. Будешь воспитывать сына Довлатова, Сав?! – Агния делает елейный голосок. Черт, я вчера перебрал и все ей выложил, как на блюде. Мы выпили. Дома никого не было, так как тесть куда-то смотался по производственным делам. И понеслось… Сейчас новая череда воспоминаний, как бумеранг, ударяет по голове. Я краснею от злости. – Нет, Эрика я трогать не буду. Пусть его воспитывает биологический папаша. – Тогда зачем тебе Ева? Любишь ее, м? Агния поднимает на меня змеиный взгляд изумрудных глаз. Поистине, дьявольское отродье. Евина мать говорила правду, что она из-за денег по головам пойдет. Но моя голова – не для нее. – Агния, я не хочу с тобой обсуждать, что испытываю к жене. И если ты будешь меня шантажировать… – Ни в коем случае! Ты сам придешь ко мне, мальчик. И я тебя приму, с удовольствием. С этими словами она протягивает мне визитку юриста и выставляет за двери. На прощанье говорит, что юрист заряжен по полной и оплачен даже… Я иду по двору своего тестя Александра Ивановича и оглядываюсь, как дешевый жигало. Но мое чувство стыда покидает меня также быстро. Я поеду к Еве и поговорю с ней. Буря эмоций шарашит в груди. Сердце мое не каменное, и рассказ Агнии меня больно задел за живое. Не терплю, что в наши отношения вклинился Руслан и спутал все карты. Если я захочу, я верну Еву. Жена мне не безразлична. Натянув воротник помятого пиджака повыше, я ежусь от порывов ветра. Ищу в кармане ключи и открываю свое авто. – Довлатову она точно не достанется, – цежу сквозь зубы, усевшись в холодное авто. Отъехав, вижу, как к воротам подъезжает автомобиль моего тестя. – Фу, как я успел свалить, – вытираю испарину со лба и резко газую вдоль высоких особняков к шоссе….

Глава 30

Ева Утром просыпаюсь от непривычного чувства тяжести. Предплечье Руслана тяжело надавливает на мою грудь. Он всегда так обнимал: крепко, сильно. Муж и был для меня стеной, за которой надежно и хорошо. Но случай расставил все по местам. Он изменил, хоть и упорно говорит, что ничего не было. Разворачиваюсь смотрю в его раскрытые глаза. Искрами прошибает до кончиков пальцев, до неконтролируемой дрожи. Чувствуем оба то, что чувствовать нельзя. – Ты куда? – спрашивает охрипшим после сна голосом. Низкий шепот пробирает новой волной, тело словно прилипает к его горячему крепкому торсу. – Эрик, – сглатываю ком в горле. – Он просыпается рано. Ты не замечал, наверное. Конечно, он не замечал. До этой ночи Руслан оставался в своей же квартире, где мы поселились после того, как ушли из дома. Но спал он всегда в гостиной, и я наивно полагала, что близости между нами не будет. – Ева, я все сделал. Поменял подгузник, переодел его. Не кормил, правда. Но он вроде не просит бутылочку. Взрослый уже, – улыбается муж, нежно касаясь моей щеки. Вся забота о малыше всегда лежала только на мне, я не привыкла к какой-либо помощи. Я благодарно смотрю на него. Не ожидала, что он даст мне поспать и сам пойдет к сыну. – Он еще кроха, но бутылочки в прошлом. Ты прав, Руслан, – отвечаю ему. – Видишь, я быстро схватываю. На лету. Жаль, что столько времени упущено, – снова расплывается в улыбке. Меня легко колет то, что он так быстро исправляется. Я ведь не интересовалась его личной жизнью, совсем ничего не знаю о «новом» Довлатове. Руслан отводит мои руки за спину, трется щетиной о мою щеку и целует так, что волны удовольствия прокатывают по телу одна за одной. Он стал мягче, внимательнее. Но при всей его идеальности, я не могу просто так поверить снова… Внутренне грызу себя за слабость, за то, что позволила желаниям взять верх над здравым смыслом. – Ева, хватит думать. Отключи голову, девочка. Я тебя люблю, люблю, – повторяет, прижимая к себе. Все тянется к нему, каждая клеточка резонирует с его словами, ласками. Но упрямое сердце твердит, что предавший один раз, предаст и еще… – Руслан, мне пора идти. И тебе нужно собираться в аэропорт. Ты сам говорил, – отрывисто выдыхаю. Выбираюсь из-под его громоздкой фигуры, которой муж припечатал меня к постели. Ноги непривычно ведет судорогой. Его поцелуи горят на моей коже, а в голове фейерверк из вчерашних воспоминаний. Мне было хорошо, как никогда. Я хотела. Он хотел. Руслан не отпускал меня всю ночь так, что я обо всем забыла и просто растворилась в нем, без остатка. Сердце напополам. Я не знаю, готова ли жить вместе, как раньше, и смогу ли его простить… **** Руслан собрался быстро. Довлатов сам сварил кофе мне и себе. Поцеловал нашего сынишку и еще раз обнял меня. – Я приеду и перевезу вас. Ева, я не заставляю, а прошу. Я дам время, пока ты не скажешь мне «да» окончательно и не простишь, – он задумчиво делает паузу. – Руслан, я перееду из-за сына. Но тему наших отношений мы больше не будем поднимать. Мы работаем вместе и все. Твой дом, я уверена, достаточно большой, чтобы мы там не часто встречались, – сухо чеканю. В душе бушует каскад из смешанных эмоций. – Ева, я виноват в том, что ты ушла. Но я больше не отпущу, – выдает на прощанье мой муж, словно не слыша мою тираду… Довлатов прижимается лбом к моей скуле. – Я позвоню вечером, – буднично прощается и целует меня в шею. Вот теперь точно все как раньше… Два дня спустя – Все, мне пора идти. Не балуйся, веди себя хорошо, – улыбаюсь Эрику и целую его темную макушку, которая пахнет детским шампунем. – Мам! Дай! – говорит мне, попросив одну из тех машинок, что подарил ему Руслан. Я подаю новую любимую игрушку и тут же невольно вспоминаю о Довлатове. Сынок вторит мне и тоже интересуется «где папа» на своем детском языке лепечет. Два дня командировки Руслана превратились в три. Я привыкла к такому непостоянству в его перемещениях. Выходя замуж за успешного бизнесмена, я понимала, что рядом со мной он сидеть не будет. Зато Сава волочился за мной, как хвостик. Может, поэтому на контрасте, он и стал мне близок после Руслана… Мы с Эриком почти готовы к переезду, но душа все еще спорит с разумом, говоря, что я слишком легко сдалась ему. Лена видит ситуацию иначе. При всей своей нелюбви к Довлатову, теперь он для нее герой, без страха и упрека. Мы с ней созваниваемся по дороге в фитнес-клуб «Прайд». Я выпала на долгие три недели из жизни подруги, и Лене меня не хватает. У нее накопилось столько новостей, что мы обязательно бы встретились и все обсудили, если бы Эрик был полностью здоров. – Он помогал тебе деньгами, Ева! Он всегда о тебе заботился, а вот твой папаша мог бы и сказать правду, а не бесить старую собаку Агнию деньгами Довлатова! – выговаривает Лена. – Я не осуждаю отца. Если бы я знала, что деньги принадлежат Руслану, то не взяла бы. Ты прекрасно знаешь, что я любила ни его положение, ни его финансы, – отвечаю, рассматриваю экран навигатора. – Ева, ты будешь меня ругать, наверное, – вдруг выдает подруга. – Так, – протяжно отвечаю. – Что значит твоя фраза? Лена мнется, но продолжает. У нас нет секретов. – Руслан говорил с Киром и просил его пробить твою Агнию, по своим каналам. Я в легком недоумении. Не думала, что Лебедев имеет подобные связи, но больше меня волнует, что он нарыл на Агнию. – И что же он узнал? – Ну… Руслан, наверное, тебе самой скажет. Хотя, они не виделись после отъезда. – Лена, прошу, говори! Она жена моего отца. Он сильно сдал за время их брака, – волнение коробит мои нервные клетки. Лена говорит то, что я никак не подумала бы об Агнии. – Она мошенница. Имеет условную судимость, кстати. – Боже мой, – выдыхаю. Я никогда не верила, что женщина с ее внешними данными просто так, по большой любви вышла замуж за моего отца. Думаю, папа тоже понимал, что меркантильный интерес всегда имеет место у его жены. Но чтобы вот так… – Только я ничего не говорила, пожалуйста, – умоляюще просит Лена. – Хорошо, Лена. Я не общаюсь с отцом после того случая. Я просила его следовать назначениям врача, не поддаваться на дрессуру Агнии, но ей больше верит, – с досадой выдыхаю, еще не зная, как коснется меня эта история.

Глава 31

Ева Мы с Леной прощаемся, когда моя машина тормозит на парковке перед фитнес-клубом Довлатова. Сегодня здесь много авто посетителей клуба. Я не в курсе программы «Прайда», может быть какая-то акция или просто день открытых дверей. Мне удается протиснуться между автомобилей и припарковать мою ласточку, которую Руслан любезно доставил на днях из автомастерской. В холле у стойки ресепшн также многолюдно, как и на парковке. Прохожу к лифту и отправляюсь в офисную часть здания. Я здесь не частый гость, но о том, что я бывшая жена хозяина клуба, уже все знают. В коридоре, практически у кабинета юриста Руслана, меня ожидает тот, кого я видеть совсем не желаю. Савелий стоит ко мне спиной, раскачиваясь на каблуках туфлей. Но его силуэт я узнаю из тысячи. Гуляев, услышав мои шаги, резко разворачивается. Мне хватает пары секунд, чтобы оценить его внешний, состояние и настроение, которое словно отпечаталось на его лице. Я сворачиваю раньше, хватаюсь за ручку кабинета, что провоцирует Саву сорваться ко мне. – Ева! Постой, нам нужно поговорить! – громогласно окликает меня мой бывший неверный муж. Кожа ледяной коркой покрывается. Не думала, что он осмелится сюда прийти, но, видимо, Сава знает, что Руслан в отъезде. И решил поговорить тет-а-тет там, где я совсем не жду его. Как назло, дверная ручка не двигается с места. Видимо, юрист ушел куда-то, не дождавшись меня. У Савелия карт-бланш. У меня – ступор и желание врезать ему по смазливой физиономии. – Как ты меня нашел? Следил? – смотрю на Савелия и внутри все колотится от негодования. – Да, следил. Честно признаться, не думал, что до такого дойдет, – сам себе ухмыляется. Потом глаза Савелия затягивает влажной поволокой. – Ты уже переспала с ним? – ежусь от его ледяного взгляда. – Спала или нет, Ева? На его тираду я лишь фыркнула раздраженно, чем обидела Савелия. Он заметно помрачнел, насупился и стал раскачиваться на каблуках черных туфлей. – Я же не спрашиваю спал ли ты с Агнией, вот и ты меня не провоцируй! – бросаю и мое желание уйти словно тянет меня в противоположную сторону. – Если ты про фото, которое я тебе отправил, то я нарочно это сделал! Я в ту ночь был в доме твоего отца потому, что тебя искал! – рыкает. – Где? В кровати моей мачехи?! Не ври хотя бы сам себе, Гуляев! – мотаю головой, окончательно разозлившись от такой наглости. Сава хватает меня за руку, но получается ухватиться лишь за мой кейс с бумагами для юриста. Хлипкий замок распахивается, а документы веером ложатся на пол у меня под ногами. Решительно собираю документы в кейс без его помощи. Сцепив руками две половины кейса, прижимаю его к себе. И молча ухожу… Гуляев догоняет меня почти у лифта. – Ева, да подожди же ты! – останавливает, широким жестом захватывая мое плечо. Савелий, прочистив горло, нервно теребит карман своего пиджака. Негнущимися пальцами протягивает мне мое обручальное кольцо, которое я дома оставила. – Я знаю, что Довлатов перевез тебя к себе. Но мы женаты, ты замужняя женщина! Я не хочу разводиться, Ева. Вот, возьми его. Выставляю вперед носок своих белых лодочек и дистанцируюсь от Савы. Он покорно отступает, шумно выпускает пар, как бык, перед как кинется на матадора. – Ев, детка, давай начнем с чистого листа. Наташа – это просто моя ошибка! А с Агнией у меня ничего не было! – муж рвано дышит, проводит рукой по волосам. Касается своей небритой щеки. Вид у него растерянный, как никогда. – Ошибка! О, Сава, как ты не устал врать?!… Она ждет ребенка от тебя! Слишком много воды утекло, Гуляев, – мотнула головой, с горькой улыбкой произнося то, что уже не цепляет. Наша любовь с мужем разбилась. Семьи больше нет. Но он отчаянно пытается меня вернуть, ищет встреч, помогает, причиняя лишь боль своими поступками… – Прости, прости, – Савелий наклоняется ко мне, ловит в объятия. В нос ударяет запах его духов. Такой родной он был для меня когда-то, а теперь внутри поселился вакуум. Муж стал чужим, но Гуляева, кажется, мои отказы лишь распаляют. Губы тянутся к моим. Хочу бежать, но Сава не пускает. – Савелий, нет! Отпусти! Нашу семью не вернуть! – упираюсь в его грудь кулаками. Гуляев прет на меня словно локомотив. – Ты пристаешь именно сейчас, когда нас могут увидеть! Ты нарочно провоцируешь! – Ева, ты должна знать. Мне стало известно, что Наташа не только со мной спала. Я сделал тест на отцовство, – сокрушенно выдыхает Савелий. – И я пришел за тобой. И без вас не уйду. Мне нужны ты и Эрик! Ударяю его по лицу, звонкой пощечиной приводя в сознании. Савелий шарахается в сторону, хватается рукой за краснеющий след на высокой скуле. – Мне нужно, чтобы ты мне дал развод! Ты квартиру продаешь за моей спиной! Про твои загулы с Наташей и Агнией я просто молчу! Отдышавшись, разворачиваюсь к нему. – Я рада, что Наташа тебя обманула. Так тебе и надо, – это было мое последнее слово, которое услышал Гуляев. Я заскакиваю в лифт, наугад нажимаю кнопки и еду вниз, чтобы просто сбежать от его глупых признаний, многоходовок с кольцом и воззванием к памяти о нашей «семье»… В холле у стойки спрашиваю у одной из администраторов, где можно найти юриста. – Его мобильный выключен. Наверное, на обеде. Хотите, я могу сделать для вас кофе или чай, пока вы его ожидаете? – услужливо спрашивает девушка в синем поло. – Нет, спасибо. Я подожду его здесь. – Присаживайтесь, – показывает на зону ожидания сбоку от ресепшн. Через большие панорамные окна вижу, как Гуляев с горящим, раскрасневшимся лицом удаляется из здания «Прайда». Он садится в арендованный автомобиль-каршеринг, быстро стартует с места, едва не врезавшись в какой-то дорогущий спорткар. Ловлю взглядом циферблат больших настенных часов над головами администраторов. Сегодня должен был приехать Руслан, но он задерживается. Каждый его отъезд я принимаю, как передышку. Я все еще ищу поводы, чтобы сбежать, но понимаю – от себя не сбежишь… В мыслях полный раздрай. Увидев Савелия, я ощутила, как гигантская пропасть теперь между нами. Я смотрела в его влажные глаза и понимала: я не смогу даже просто по-человечески общаться с бывшим. А вот к Руслану я окончательно оттаяла и очень скучаю, хотя до сих пор давлю росток любви внутри себя… Рядом со мной мелькает какая-то рыжая девушка. Она в спортивной форме, в обтягивающих легинсах, в коротком топе и с бейджиком. Я видела эту особу в прошлый свой визит в «Прайд». Но первая наша встреча с ней состоялась еще когда я не знала, что клуб принадлежит Довлатову. Она крутится рядом, откидывая назад рыжую гриву. У нас с этой девушкой почти одинаковый оттенок волос и она мне очень кого-то напоминает. Но с трудом могу припомнить, откуда я ее знаю. Наконец, тренер Ника, а именно так написано на ее бейджике, усаживается рядом так, чтобы я уже очень хорошо ее видела. Взгляд рыжей скользит по мне, доставляя неприятные вибрации. Я тоже ответно смотрю на нахалку, иначе ее не назвать. – Простите, вас зовут Ева? А то я сижу смотрю: вы это или нет? – она заводит разговор первой, перестав пялится на меня. – Я Ева. Мы знакомы с вами, Ника? – уточняю. – Да… То есть нет. Шапочно знакомы, – улыбается белоснежными «кафельными» винирами. – Я сестра Эми. Эмилия Шагаева, может вы помните? Вы были на свадьбе у моей сестры вместе с Русланом… Мусаевичем. Имя Довлатова играет у нее на губах, смешиваясь с улыбкой. Она неоднозначно скалится и с трудом называет Руслана по имени-отчеству, будто на что-то намекая. Ревность поднимается со дна сердца и ядовитой отравой разливается по венам. – Что вы хотите, Ника? – стараясь сохранять равнодушие, спрашиваю. Ника снова поправляет рыжий водопад и, наклонившись ко мне ближе, шепчет: – Я хочу, чтобы вы отстали от моего мужчины, Ева. Вы влезли в наши отношения. У вас ведь есть муж? Вот и живите с ним. А Довлатов мой, и просто так я его не отдам!

Глава 32

ЕваСлова Ники летят, как ножи в мое раненое сердце. Вот только я насытилась переживаниями в прошлый раз.Я ловлю странное беспокойство в ее зеленых глазах, которое пришло на смену былой уверенности.Как бы то ни было, но Руслан – свободный мужчина. Если и была интрижка с сотрудницей фитнес-клуба «Прайд» то…Душа горит, словно яд запустили еще с большей силой. Терпеть невыносимо, но что если она говорит правду?! Что если Руслан мне снова врет?Подавив в груди острое жжение, я поднимаюсь с мягкого кресла и встаю над Никой.Легко улыбаюсь сопернице, которая чем-то даже похожа на меня. Я говорю ей то, что она, по всему, не ожидает.– Николь, он сам меня нашел, я его ни к чему не принуждала. И вы не унижайтесь так, пожалуйста. Руслан Мусаевич в состоянии за себя постоять и сам выбирает с кем ему встречаться.– В смысле?! Вот именно, что у нас все серьезно! Я сплю с ним! – Ника почти подскакивает с места.– А мне вы это зачем доказываете? Нормальные отношения доказательств не требуют, – вздернула подбородок надменно.В первые секунды я испытала какую-то ненормальную анестезию от ее слов, а теперь меня накрывало цунами из эмоций. Ревность, боль, обида и страх – все играло во мне.После первой измены я захлебнулась эмоциями, а сейчас не хотела больше терпеть и слушать, кто еще претендует на Руслана.– Не подходите ко мне больше, Ника. Мы не подружки, и делить Довлатова я с вами не собираюсь.Это была финальная точка.– Ева Александровна, не говорите ему, только, – нервно просит Ника растеряв весь запал, на что я даже не оборачиваюсь на ее тихий лепет.В холле меня окликает юрист, которого я ждала пока ко мне не прилипла навязчивая тренерша и по совместительству любовница Довлатова.Увидев, как танцуют злые огоньки в глазах молодой стервы, я, наверное, просто ей не поверила. А может, наша ночь с Русланом на меня так подействовала…И все равно в груди все переворачивалось.– Вы говорили с Никой. Я вам не помешал? – спрашивает юрист.– Нет, мы перекинулись парой фраз от скуки. Не более того. Я готова к работе.– Отлично, я вас ждал с хорошими новостями. Руслан Мусаевич увеличил сумму вашего контракта еще вдвое.Я улыбнулась.– Откажитесь? – хитро прищурился мужчина.– Мы обсудим с ним детали. Могу я пока ничего не подписывать? – отвечаю расслаблено.– Вам лучше самой об этом сказать. Я не рискну, – тянет улыбку, поправляя тугой галстук.– Завтра он приедет, и я лично ему все скажу, – закрываю тему.Завтра мне снова нужно приехать в «Прайд», а вечером Довлатов возвращается из командировки.От одной мысли об этом в венах кровь закипает…Руслан звонил каждый вечер. Сегодняшний не стал исключением.Сначала я хотела проигнорировать звонок, но Довлатов набирал меня несколько раз. Телефон раскалился докрасна от его звонков и сообщений.И я сдалась.– Ева, чем ты занята? Почему не поднимаешь трубку? – без приветствия строго процедил Руслан.Ловлю ноту ревности и ущемленного инстинкта хищника и ярого собственника.– Просто не хотела разговаривать, – выдыхаю.– И в чем причина? Что-то случилось или встреча с Савелием так на тебя подействовала? – чувствую, как голос его тяжелеет и становится просто железобетонным пластом, который вот-вот раздавит меня.Он все-все знает.Я закусываю губы от боли, провожу языком по нёбу, но желание высказать все меня не покидает.– Мы обсудили развод и все. Я его ударила по лицу, если тебе доложили…– Мне никто не докладывал. У охраны на пульте есть инструкции, – отчеканил. – Ты собрала вещи?– Ко мне подходила Ника и сказала, что вы любовники. Ты считаешь, что я игрушка, Довлатов?– Нет. Как она посмела такое сказать? – он рыкает в трубку, ругается.– Не знаю! Она не моя подчиненная и не моя любовница, а твоя, Руслан! Знаешь, я устала выяснять отношения. Ничего не получится, как я и сказала. Я не подписала документы, надбавка к договору мне не нужна. Меня не нужно покупать.– Ева, я ничего такого не хотел! Что за… Я уволю эту суку! Девочка, не делай глупостей. Я завтра приеду и за волосы ее притащу. Мля, не было ничего между нами! Почему ты ей поверила?!– Я не поверила, Руслан. Просто не хочу, чтобы прошлое повторялось! – вскрикиваю от боли, которая ржавчиной разъедает мою любовь к мужу.– Я тебя люблю. Не врал вчера, не хотел просто переспать с тобой. Я хочу, чтобы ты была моей, хочу вернуть нашу семью по-настоящему!Я только шумно выдыхаю.Я бы тоже хотела, чтобы все вернулось. Но, видно, в одну реку дважды не войти…

Глава 33

Ева После поездки в фитнес-клуб «Прайд» на следующий день сердце прыгало в груди и тревожно ныло. Я не отдавала себе отчета в чем причина моего подавленного состояния. Списываю все на неприятные слова Николь, хотя я ей не слишком поверила. Но, видимо, меня все же за душу царапнуло. Может, на меня так повлияла ссора с Довлатовым… Только Руслан выполнил свое обещание, как ни странно. Юрист сказал мне будто невзначай, что Николь в клубе больше не работает. Руслан приказал ее уволить с самыми ужасными рекомендациями. Я радовалась лишь тому, что больше не увижу наглую рыжую пигалицу на своем пути, а в остальном я не испытывала к ней жалости. Пусть Довлатов сам разбирается со своими женами и любовницами, а нас связывает лишь наш малыш. На этом я решительно поставила для себя точку… По дороге домой я набираю номер няни. Таня сообщает, что они с Эриком гуляют на площадке у дома. – Таня, на улице сейчас прохладно. Вот-вот дождик начнется. – О, не переживайте, пожалуйста. Эрик тепло одет. С нами здесь еще двое малышек играют. Ему весело, – задорно говорит Таня. Я не придаю значения ее словам. Дом, в котором мы живем, под надежной охраной. Территория детской площадки так и вовсе просматривается семью камерами и закрывается на ключ. – Что может произойти?! Ничего, – пронеслось в голове. Мысли появились и убежали сами собой, когда увидела на экране номер моего отца. Его звонок сейчас совсем некстати. Нервы и так расшатаны, ссориться с ним еще раз из-за Агнии я не хочу. А еще больше не хочу делать вид, что ничего не знаю о том, что Гуляев и жена моего отца – любовники… Но папа не оставил мне выбора. Он звонит так настойчиво, что невольно поднимаю трубку. – Привет, дочь, – как обычно говорит, хотя небольшая нотка металла слышится в его голосе. – Привет. Ты один? – я никогда так не спрашиваю, но сейчас ситуация неординарная. – Ты про Агнию? – Да. – Не беспокойся. Ее нет рядом. Я избавился от этой твари. Ты была права, Евушка. Я пригрел змею на груди. На днях я узнал, что она меня предала. И не только меня, дочка, – папа делает паузу. Я кажется наперёд знаю, что он собирается мне проговорить. И в следующие минуты та грязь, которую я уже знаю, вылетает из уст моего отца. – Агния спит с Савой. Представь, она посмела привести этого ублюдка ко мне в дом, когда я уехал! Я их на горячем поймал, фактически. Ева, прости меня, старого осла, что тогда не заступился и не встал на твою сторону. Руслан был прав, – сокрушенно выдает убитым голосом. Имя Довлатова режет слух. Не хочу сейчас его вспоминать. Отец на грани срыва из-за мерзкой Агнии. Его речь сбивчива, тирада слов мне не совсем понятна. Кроме того фразы булькают в трубке, но я чувствую его подавленное состояние. Я должна злиться, но мне его безумно жалко. – Пап, я надеюсь ты сейчас ей не спустишь все просто так? Ты понимаешь, что ты сам посадил Агнию к себе на шею! Твоя жена не та за кого себя выдает! Она опасна! А ты… – сипну, сорвав глотку в бессильном крике. – Дочка, я же сказал, что ее выгнал. Агния не знала зачем я уезжал, а вот я уже был в курсе, что она встречается с Савелием. Шило в мешке не утаишь. Но то, что она его приведет в мой дом! – папа повторяет свои же слова. Из его рассказа я узнаю, что отец несколько раз поймал Агнию на вранье. Моя мачеха тщательно скрывала, что тайно ездит в офис к Савелию. Потом она получила штраф, потом еще как-то выдала себя… Эти детали сложились в единый пазл и отец понял, что Агния ему изменяет. Он не стал ничего выяснять. Отправился к своему юристу, чтобы все сделать за спиной у моей мачехи. А ее поставил перед фактом, швырнув в лицо бумаги о том, что подает на развод. Агния чуть не разошлась по швам от такого известия. Она не собиралась уходить, но отец нагло ее выставил, вызвал полицию… – В общем, почти три дня мы с ней натурально воевали. Я ее выкинул. Вещи сжег, – заключает он вышесказанное. – Получается, Агния ничего не получит при разводе? – Нет. Я ведь все подарил тебе. – А твой дом? – Он куплен в кредит. Не думаю, что такой вариант ее сильно устроит. Агния привыкла к другим деньгам. Черт, как же она меня финансово вымотала. Какой я был идиот, – продолжает сокрушаться отец. – Когда Савелий пришел на праздник, я думал, что это ты его позвала. А оказалось, что это Агния. Я тогда уже все знал, дочка. И все равно тебя не защитил. Прости, Ева! – добивает меня. – Пап, ты ведь знал, что она лезет в мою семью и ничего не сделал! – кричу на него, все еще пребывая в вакууме после того, что узнала. – Прости, дочка! Я думал, что она просто флиртует с ним… Я не нахожу слов, чтобы его утешить. И, наверное, не смогу простить отца. Он поддерживал Агнию, хотя и знал, что его жена не просто грязная потаскуха. – Папа, не звони мне. Если бы ты сказал мне правду раньше, то все было бы иначе, – с горечью выдавливаю. Я бросаю трубку. За время напряженного и непростого разговора я успела добраться к квартире, где мы сейчас живем с сыном. Только я припарковалась на парковке перед домом, как со стороны детской площадки к капоту моего авто бросается перепуганная и заплаканная Таня. Она трясется и бежит ко мне, смотрит на меня огромными пустыми глазами. Самое ужасное, что моего сына рядом с ней нет. Эрика нет. Сначала думаю, что мне все кажется. Как в тумане, я озираюсь по сторонам несколько секунд. – Где Эрик? – спрашиваю немыми губами. – Ева Александровна, он пропал. Я на минутку отвернулась, а его нет. Я с охранником все обыскала, но его нет, – говорит няня и навзрыд плачет…

Глава 34

Руслан Я звонил Еве из аэропорта, после посадки тоже набирал, но телефон жены выключен. Сердце тянет неприятными спазмами. –Так не должно быть. Что-то случилось, – вертится в голове. Бросив машину у подъезда, спешу в квартиру со всех ног. На окна даже не глянул, настолько торопился. Пусть пошлет меня, пусть будет кричать, упираться, раз мы поссорились, но я все равно хочу все выяснить. Хочу, чтобы она поверила. А Ника… По просьбе Мурада Шагаева я принял рыжую стерву на работу. Потом я видел ее пару раз в мое фитнес-клубе. Ника откровенно клеилась ко мне. Она призывно облизывала губы, выгибалась как кошка, показывая мне какие-то свои тренерские навыки. Сам себе ухмылялся. Спросил у Мурада, что именно ищет его родственница: работу или возможность выйти замуж за брутального качка с прессом денег? Мурад смеялся. Просил помочь девочке, так как ее жалко… Вот и пожалел, млять. Шагаев давно говорил мне, что сестра его жены Эмилии, моя сотрудница Ника, неровно ко мне дышит. Но я игнорировал. Мне не до нее, как-то. Как бы она не изгалялась, у меня ничего не дрогнуло ни в душе, ни в штанах… Но когда Ева мне выдала, что у меня роман с Николь, мои нервы просто взорвались. Я готов нести ответственность за реальную измену, но за дешевый поклеп – точно нет. В итоге Нику я выкинул на улицу. Теперь она не устроится на работу в даже самый захудалый фитнес-клуб в провинции. Она узнала, расплакалась и позвонила мне. Сказала, что Ева не так ее поняла. – Я умоляю, Руслан! Эта работа – мой последний шанс выбиться в люди! Мурад бросил Эми, она едва сводит концы с концами! Ты хочешь, чтобы сестра сидела у меня на шее? – Хватит врать, с*ка! Эмилия в Италии, я в курсе их дел с Шагаевым, а ты дешевая провокаторша и сплетница. Я рассвирепел и попросил убраться по-хорошему с горизонта. Хватило одного моего слова, чтобы она ушла. Я сообщил Мураду о том, что сделала его родственница. Оказывается, Шагаева она тоже успела подставить. Ника получила сполна. Бумеранг настиг ее в короткий срок. Но это другая история… Вхожу в подъезд и привычно толкаю ключ в замочную скважину. Дверь открывается. – Я пришел. Ева? – привычно зовут жену. Но ответа нет. Делаю шаг, второй… Дом встречает меня тяжелой тревожной тишиной и темным пространством комнат. В квартире никого. Первая мысль, которая кувалдой ударяет в голову: жена ушла. Поверила гребаной Нике. Не простила. Так было, когда мы развелись. Второй раз терять ее и сына я просто не могу… Но пары секунд достаточно, чтобы сориентироваться в большой квартире. Сердце пропускает удар и в пятки уходит, когда вижу, что вещи жены и сына привычно лежат на местах. Кроватка Эрика аккуратно убрана, рядом – его игрушки, одежда. В спальне Евы ее халат, мелкие вещицы стоят на столике. – Черт. Черт! Где они?! – бьется в висках от непонимания. Хватаюсь за мобильный, набираю ее номер, номер няньки, но тишина. Таня не поднимает трубку, а у Евы и вовсе «абонент – не абонент». Грудину словно крючьями вскрывает. Звучно хлопнув дверью, метнулся к лифту. Мой взгляд привлекла детская площадка. Может она ушла, не взяв ничего с собой, чтобы время выиграть и я ее сразу не искал?… Мысли в голове роились, как пчелиный рой. Тревога липкими щупальцами пробралась под кожу и крутила все внутри. Я поднял охрану, направил парней по адресам, где могла быть Ева в считанные минуты… Но, наконец-то, пришло сообщение, что Ева в сети. Я сразу же ее набрал. – Алло, Ева! Ты где? Где Эрик? – Руслан! Он пропал, – рыдает жена в трубку. – В смысле? – руки немеют от услышанного. Торможу машину прямо у какого-то маркета и слушаю, чтобы сориентироваться и быстро сменить план действий. Эрик пропал два часа назад. На площадке он сбежал от няни. Но это со слов Тани. Ева, к слову, многое успела сделать. Вот только мне не захотела звонить. – Твою мать! Если это Крестовский, я его уничтожу. Ублюдок, – сплевываю на землю. -Таня свалила уже? – Нет, она рядом. – С ней разберутся. – Руслан! Это Гуляев, – рыдает Ева, осипшим голосом делится догадками. За ребрами отчетливо ощущается горечь. Мог бы плакать – заплакал от бессилия. – Я отправлю за тобой ребят. Не хрен тебе делать в полиции, Ева. Я найду его сам. А Савелию не завидую. Через несколько минут я уже штурмовал скромные апартаменты, где сейчас проживал Гуляев. Его тетка, впрочем, вполне адекватная женщина без люкса и без налета богатства. Она в два счета сказала мне, кто виноват в похищении моего сына. – Сава не мог, не трогайте его, прошу! Он… Загулял с Агнией, а Александр Иванович все узнал и выгнал ее. Она позвонила сегодня и так кричала в трубку, что все было слышно. Я подслушала. А Савелий ей четко сказал: «Я на киднеппинг не подписываюсь! Отвали!» Теперь понял, зачем Агнесса звонила мнем накануне командировки. Старая интриганка почву пробивала и после того, как мой тесть поймал ее на измене, она решила на Еве отыграться. Что она хочет от меня тоже не секрет. После развода она ничего не получит от Александра Ивановича. Гуляев, судя по тому, что с Евой пытался помириться, тоже с ней общаться не собирается. Дальше я не слушал. Сорвался с места и всех своих псов спустил на старушку Агнию…. **** По дороге пришла еще одна занятная информация, которая опровергла полностью то, что Крестовский может быть причастен к похищению моего Эрика. Эдуард Павлович был в это время в больнице со своей взбалмошной беременной дочуркой. Видимо, все из-за того же ублюдка Савелия, Наталья хотела свести счеты с жизнью. Но у сумасбродной барышни ничего не получилось. Поэтому Крестовский не мог быть причастен, объективно… Савелия моя охрана нашла в их старой квартире с Евой. В то время как Агния похитила Эрика, Гуляев выносил из квартиры мелкую бытовую технику и в общем все, что имело какую-то ценность. Шакал он и есть шакал. Его скрутили, хорошенько отделали по моему приказу. Хотел бы встретиться лично, но сейчас в приоритете были другие перемещения. Все, что я узнал, успел рассказать Еве, когда она уже была с моим водителем. – Руслан, что ты будешь делать? – неживым голосом спрашивает она. – Пытаюсь вычислить, где прячется Агния. Сейчас я с Кириллом и его друзьями из структуры еду к ее дочери, Кристине. Звоню ей параллельно… Нужно время, Евочка, потерпи, родная, – пытаюсь как можно мягче с ней. Ева все время плачет, винит себя, что оставила сына на няньку. То, что Таня причастна, я понимал. Несмотря на положительные рекомендации, видимо, Агния посулила ей хороший гонорар за помощь. К слову, в момент нашего разговора с Евой, Таня уже была в другом месте и во всем деятельно раскаивалась. Но вот куда повезут малыша, она, увы, не знала. – Я с ума сойду, – ревет моя жена. – Я его найду, а ее к чертям закопаю, – ощущаю как мой голос становится тяжелее и ниже. – Руслан, я прошу, спаси его, – умоляет Ева. Я быстро прерываю наш разговор, так как Агнесса после непродолжительного игнора, звонит мне сама с того, недавнего номера. – Чтобы вычислить, где она нам нужно потянуть время, – шепчет мне Кир Лебедев, сорвавшийся по первому моему зову и пришедший на помощь так кстати. В трубке слышится тишина. – Агния, где мой сын, черт тебя дери?! – начинаю первым. – Не груби, Руслан. Мы с малышом в надежном месте. Готовь выкуп, – называет сумму и краткие требования по доставке и ее пути отступления. – Это все? – уточняю, Кир дает отмашку, что сигнал зафиксирован. – Все, Руслан. Мне на старость хватит, – смеется скрипучим противным смехом. – И помни, Довлатов, у меня твой сын. А мне уже терять нечего…. **** – Мы найдем его, Ева. Я привезу сына живым и невредимым. Ты мне веришь? – я повторил эту фразу так, чтобы она поверила и перестала себя винить. Ева ответила тихо: – Да, Руслан. Я жду вас в твоем доме. Но я не могу просто ждать! – Прости жди. Ты ничем не сможешь помочь сейчас, родная. Если кто-то выйдет на связь – сразу же передавай трубку Сане, охрана предупреждена. Я тебя люблю. Все будет хорошо. Подавив глухой всхлип, Ева согласно кивнула. Она всегда так делала, мне даже не нужно было видеть ее лицо в этот момент. Я прокручивал наш разговор с десяток раз. Это было последнее, что я говорил жене перед тем, как поехать к загородному дому Агнессы Львовны. Изначально мы хотели ехать к Кристине в городскую квартиру, где могла скрываться Агния, то по дороге план действий снова изменился. Биллинг места нахождения Агнии удивил нас. Стерва выбрала место за городом с плохой зоной покрытия, плохой связью и еще черт знает какими преградами для полноценного поиска Эрика и захвата похитителя. Все буквально кричало о том, что Агния давно готовилась сделать какую-то подобную гадость. Я сжимаю кулаки от злости. Меня крутит от бессилия. До ломоты в теле. Я словно из собственной шкуры стараюсь вылезти, чтобы хоть что-то сделать. Но есть план, который готовят спецы в этом деле. У меня нет опыта в подобной ситуации. Кроме как сдавить глотку Агнии, я не ничего не могу сейчас сделать. Ожидание убивает. – Мой тесть настолько наивен, что пригрел гадюку на груди и подставил под удар родного внука. Неужели, он не знал, кто она такая? Это не женщина, а чудовище, мля! – хмыкаю, докуривая сигарету. Окурок падает в придорожную пыль. Кирилл мотает головой, переписываясь с кем-то из своих ребят. – На инфантила он не похож. Не узнавал он о ее прошлом. Он другим местом думал, хэх. И где сейчас твой тесть, кстати? – спрашивает, не отрываясь от экрана. – Да хер его знает. К Еве я никого из них больше не подпущу. Хватит. Эта семейка всегда мне не нравилась! И все ответят. Я лично упеку старую гадину и всех причастных! – Так Ева тебя простила? – его вопрос бьет под дых. Молчу. Ответа я и сам не знаю. Но сейчас не важно, что случилось между нами. Все кажется мелким и наносным, когда жизнь моего сына в руках больной психопатки. Я должен спасти Эрика. – Я перевожу ей деньги по вашей команде. Для меня важно, чтобы она ничего не сделала моему сыну. – Дружище, я понимаю. Мы ждем команду, – многозначительно бросает, имея ввиду, что скоро парни дадут нам отмашку для перевода выкупа. – Руслан, не говори Еве, но ее мачеха не сиюминутно решила украсть Эрика. – Я не скажу. Но какие шансы, Кир? Что говорят твои друзья, давай на чистоту? – Рус, ты же знаешь, что они сделают все, чтобы мелкий не пострадал. А вот бабки… Она заберет все и уедет спокойно. Видимо, отступные пути Агния тоже продумала заранее, – серьезно говорит Лебедев. Его слова давят на нервы как железобетонная плита. Я не дышу, глотаю воздух, но в груди вакуум. – Плевать на деньги. Плевать, что она свалит. Я ее потом достану, – резюмирую, закидываясь еще одной сигаретой. Кириллу можно верить, как самому себе. Мой друг – бывший сотрудник, много чего повидал. Да и его бывшие коллеги тоже спецы. Автомобиль все ближе подкатывается к какой-то роще, если это можно так назвать. – Там деревушка. Три двора, в общем-то, – бросает мужчина, который сидит за рулем. Вид, который расстилается за рощей, унылый и какой-то заброшенный. Дома есть. Их не три, но такая тоска берет, когда их рассматриваю. Вряд ли то строение, где сейчас прячется крыса Агния, вообще использовалось когда-то и кем-то для жилья… – Я был уверен, что она у Кристины. Если бы не биллинг и драгоценное время, я сам бы туда поехал и поболтал с Крис, – выдыхаю воздух в пустоту. Я развернул свою охрану почти на пороге дома Кристины. Там делать нечего, получается. Но я ошибался. Не успеваю договорить, как мой мобильный загорается новым входящим. Номер незнакомый. И не тот, с которого звонила Агния. – Тише. Подними трубку, – говорит мне водитель авто и друг Кирилла Лебедева. Я хватаю телефон и рычу громкое «Алло» в динамик. В ответ молчание, а потом вкрадчивый женский голосок говорит мне: – Алло Руслан? – Да. Кто это? – Это Кристина. Вы убьете мою маму? Вопрос пигалицы, дочки Агнессы, меня обескураживает. – Руслан, отвечайте! – она нервно продавливает буквы. Волнуется так, что голос маятником дрожит. Я смотрю на Лебедева, он кивает, давая мне знак, что нужно давить на незадачливую пигалицу. – Крис, ты же взрослая девочка. Как ты думаешь, что будет за похищение Эрика? Я едва сдерживаюсь, чтобы не орать на нее. Нельзя. Сейчас она может помочь круче, чем любой отряд умелых спецназовцев. – Если ты что-то знаешь, то говори. Иначе какого хрена ты позвонила?! – рявкаю на нее. Кристина давится слезами. – Я прошу тебя, Руслан! – мямлит. – Пусть ее посадят, пусть лечат, но только не убивайте маму. Она не в себе. Она не хотела. Ее быстрые слова через вздохи и слезы выводят из себя. Твою мать, я должен помиловать чокнутую, которая сделала из моего сына разменную монету в своих играх с мужем?! Черта с два! – Хорошо, Крис. Скажи, ты знаешь, где именно она держит Эрика? – Он у меня дома, с ним все хорошо. Отпустите маму, и я его отдам. Только обещай, Руслан, что с ней все будет в порядке, – убивает ответ дочки Агнии.

Глава 35

ЕваЯ поговорила с Русланом и осталась одна в его огромном доме. Может, дом и не был таким гигантским, но я чувствовала себя безвольной мелкой песчинкой, которая ничего не может сделать.Пустота разъедала ядом, блуждала по венам.Я вышла из гостиной, куда меня привел охранник Довлатова и просто побрела по чужому дому.Глаза наполняются слезами сами собой, когда захожу в первую открытую комнату.Это детская.Сюда Руслан хотел перевезти нас с Эриком.Довлатов на самом деле со свойственной ему щепетильностью готовился принять нас с малышом. И никакой Алисы, его жены, здесь давно уже нет.Все как он говорил, только я не хотела верить в то, что он не врет…Прохожу на задеревенелых ногах и трогаю руками кроватку с красивой голубой обвязкой с мишками. Эрик любит мишек, и эта кровать для него.Задыхаюсь от слез, и натурально скулю, вцепившись в деревянное изголовье люльки.Еще несколько часов назад я видела своего сыночка, держала его на руках…В ушах стоит крик, мой собственный крик. Когда я поняла, что сыночка похитили, я проклинала себя за то, что оставила его.Я ведь никогда не доверяла нянькам, а тут допустила роковую оплошность…Наша няня Таня, при всех ее отличных рекомендациях и работе в известных семьях нашего города, оказалась обычной продажной шкурой.В полиции она во всем созналась. Таня не прогнившая сука, и быстро сдалась под действием фактом и нажимом представителей власти.Сказала, что когда Агния подъехала к детской площадке, няня просто отдала ей Эрика…Моя мачеха предложила ей деньги, отдала наличные прямо там…Обстоятельства будут выяснять, каждый получит то, что заслужил.Но это не обнулило то, что сына у меня забрали! Эрик был неизвестно где, я не знала, что с ним, жив он или…Я подумала о моем мальчике и закрыла глаза.Слезы хлынули градом.Я не хотела жить, готова была бежать хоть на край земли, чтобы он был рядом!И просила, просила полицейских помочь мне, найти его…Но поиски организовал Довлатов.И такие, что я бы никогда не смогла представить.А в это время нянька говорила о произошедшем ужасе с моим сыном так буднично, что я удивилась ее черствости.И рассвирепела от того, что маленькая жизнь беззащитного малыша для нее ничего не значит!Я вцепилась ей в волосы, не в состоянии сдерживать себя.Она умоляла меня простить ее, говорила, что у нее накопились долги за лечение матери.Не знаю так ли это. Раньше про свою мать Таня ничего плохого не говорила, умолчала она и о ее болезни.– Ева, прошу, заберите заявление! Мне нельзя в тюрьму! У меня дети, я живу без мужа, сама зарабатываю. Вы же можете отдать ей деньги, и она отпустит вашего сына. Она ничего не сделает ему!– Откуда ты знаешь?! Как ты можешь такое говорить?! Как ты вообще посмела отдать ей Эрика!Я кричала до хрипоты, срывая голос.Нас растащили, а Таня все плакала…– Руслан для вас все сделает. А за меня никто не вступится, если я окажусь за решеткой!Оправдания ей нет.Я беспомощно опустилась на пол, рядом с кроваткой.Обхватываю себя руками и приказываю быть сильной, давлю в себе страх и растущую панику.В углах комнаты постепенно скопился вечерний мрак, а новостей все не было.В детскую входит охранник. Меня сотрясает шум его шагов, который кажется громом.Звук отскакивает от стен в пустом помещении.Мужчина громко кашлянул, видимо, решив, что я могу спать. Но сна не было ни в одном глазу.– Ева Александровна, уже более двух часов прошло, с тех пор, как мы приехали. Может, вы голодны? Или, хотя бы, кофе вам сделать? Экономка ждет приказаний.– Я ничего не хочу ничего, спасибо. Руслан не звонил? – спрашиваю его с надеждой.– Нет. Но мне звонил его водитель, кажется, есть подвижки. Только я вам ничего не могу сказать подробно. Хозяин все сам расскажет, когда вернется.– Скоро? Он нашел Эрика? – прикладываю руки к груди, сердце замирает от неизвестности.– Думаю, скоро он приедет, – сухо и кратко чеканит мужчина.Я вскочила с пола и была готова обнять охранника, сообщившего чудесную новость.Огонь надежды разгорается с новой силой, но больше мужчина не проронил ни слова.Он уходит, оставив меня одну.– Господи, помоги, пожалуйста! – выдыхаю, закрыв лицо ладонями.В висках пульсом бьются слова Руслана:«Мы найдем его, Ева. Я привезу сына живым и невредимым!»Я верила. Больше мне ничего не оставалось.И была благодарна бывшему мужу за то, что заплатил за нашего сына проклятой Агнии.Никогда бы не подумала, что цена жизни ребенка кратна какой-либо сумме денег….

Глава 36

Ева Я не осознаю, сколько прошло времени. Но я жду, отчаянно жду, когда Руслан приедет. Я набирала номер мужа, но он не отвечал. Самые страшные мыслим прогоняла надежда. И вот, я слышу, как мужской голос сменяет детский лепет. Очнувшись от морока, я решила, что мне кажется. Тряхнула головой и уже более отчетливо услышала, как Эрик проговаривает свою любимую песенку. – Папа-пап! Пап, пап! – смеется мой кроха. Я рванула к выходу, чуть не упав в темноте незнакомой комнаты. Выбегаю и вижу, как по лестнице идет уставший и бледный Довлатов, а у него на руках наш сынок. Здоровый и невредимый! Я с ума сошла от счастья в этот миг, настолько невероятно то, что он его принес ко мне. Бросаюсь к малышу и бесконтрольно плачу. Слезы горячим градом окропляют мои щеки. Все лицо пылает. Тянусь к сыночку и забираю его у Руслана. – Мой малыш! Эрик, я тебя люблю! – плачу, плачу, без остановки. Довлатов все понимает. Он проводит рукой по лбу, по волосам и выдыхает, как после изнурительного марафона. Он герой. Спас нашего Эрика. Я ему до дрожи благодарна, но говорить не могу. Спохватившись, осматриваю сына. Прижимаю его, поднимаю его одежду. – Слава Богу, – облегченно выдыхаю. – С ним все хорошо. Эрика осмотрел доктор, поэтому мы задержались. Он даже не испугался. Молодец, настоящий мужчина, – улыбается Руслан и нас обнимает. Муж делает это так легко и просто, что я в миг расслабляюсь. Была словно натянутая пружина, а теперь стала сама собой. Сынок смеется у меня на руках. – Он не ел. Отказывался, сказал, что мама его покормит, – снова улыбается Руслан. – Почему ты не позвонил? – спрашиваю его. В голове адские картинки представляются. Мало ли на что способна моя мачеха! А вдруг у нее были подельники. Вдруг и сам Руслан был в опасности… – Я передумала все, пока вас ждала. – Я не хотел тебя обнадеживать раньше времени. Боялся, что что-то пойдет не так, – говорит Довлатов, когда мы спускаемся в большую кухню-столовую. Прислуги уже нет. Видно, что Руслан не частый гость в этом доме, и экономка не кашеварит здесь часами… – Вот, ваша сумка. Она ее тоже забрала. Только питание для Эрика мы купили новое, мало ли что, – Руслан передает мне сумку, в которой обычно лежат вещи Эрика, когда он с няней или со мной выходил гулять. Снова на глазах пляшут мокрые капельки. – Я идиотка. Руслан, я больше его никогда не оставлю! – Я тоже виноват, это же я ее привел. Только тогда и Кирилл виноват, и Лена тоже. Это няня наших друзей. И она действительно была идеальной, пока не продалась Агнии… – Я ответственен за то, что не перевёз вас сюда. Но виновны Агния и ее дочка они ответят сполна, – слабо улыбается Руслан. Дальше, пока я готовила еду для Эрика, Руслан мне рассказал о жутком бесчеловечном плане Агнии. И о том, как Крис помогла своей безумной мамаше украсть Эрика. – Она ведь тоже зависима от денег твоего отца. Оказывается, Александр Иванович оплатил Кристине переезд в другую страну. – Я не знала, – мотаю головой. – Отец многое скрывал, как теперь понимаю. – Да, Ева. Он скрывал от родной дочери, что все средства передает Агнии и ее дочке! Они сидели на его шее, а ты вынуждена была вести бизнес, а не сидеть с моим сыном в декрете, как нормальная мать! Щеки вспыхивают румянцем. – Прости, я не так хотел сказать. Но я бы не допустил, чтобы они все поставили тебя в такое положение, – рыкает Руслан. – Меня не доводили, я сама вышла на работу, когда Эрику исполнилось полтора года. Как и большинство женщин, – говорю ему. – Ты моя жена! А это мой сын, Ева. Я жил, а вы выживали, – выплевывает с ненавистью, адресованной моему отцу и Саве. Пока я кормлю Эрика наш эмоциональный разговор прекращается. Я все еще не могу надышаться его детским запахом. Целую сыночка в макушку и глажу его по спинке. Эрик быстро наелся и уже почти уснул, пока я несла его в детскую. Укачиваю сына и чувствую, что Руслан все это время стоит за спиной. Но его присутствие больше не вызывает у меня страха или беспокойства. Я к нему привыкаю. Как раньше, чувствую себя в безопасности рядом с ним. Душа мечется в груди. Сердце болит, ластится к любимому. Но головой понимаю, что передо мной бывший муж, который когда-то мне изменил. Выходим из комнаты Эрика вместе и тут же Руслан ловит меня в свои объятия. Сопротивляться нет сил. А, может, и желания быть от него на расстоянии, нет. – Ева, нам нужно поговорить о Нике. – Не о чем говорить. Я ей не поверила. Тем более, после того, как мне позвонил сам Мурад Шагаев, – говорю Довлатову о нашем коротком разговоре с его другом. Руслан удивленно хмурится. – Почему тогда ты не захотела переезжать? Ева, пойми, что если бы не Крис, Агния была готова на многое. Она была в отчаянье, в таком состоянии люди способны на все! Сощуривает глаза и прожигает меня своими бездонными глазами. – Я знаю причину. Дело даже не в Николь, хотя и в ней тоже. Ты мне не веришь. Не веришь, что я не предам. Я шарахнулась в сторону, но словно магнитом меня приковало к его телу. – Ева, ты и сын для меня самое дорогое. Я все за вас отдам. Сегодня случилось самое страшное. Я больше такого не допущу. Хочешь или нет, но я не могу отпустить тебя. Ты и Эрик переезжаете ко мне. Мы ведь уже в его доме. Он понимал, что я не сбегу, тем более, после того, что сегодня произошло… Я посмотрела в его омуты, и мои глаза затянулись поволокой слез. Руслан накрывает мои плечи своими руками. Его ладони теплые, родные, как тогда, в прошлом. – Не хочу больше терять годы, месяцы, даже дни, Ева. Я изменился, готов доказывать тебе это хоть каждый день, девочка. Я верю. Не знаю, каким образом, но я чувствую, что он искренен. – Ты веришь мне? – хрипит бывший в губы. – Да. Но это еще не все. Самый важный вопрос висит между нами, накаляя все пространство. – Ева, я не изменял. Меня никогда не тянуло к Жене. Не знаю, кроме как какого-то воздействия, я не могу это объяснить. Мы с безопасниками смотрели видео с камер в офисе, оно сохранилось… Я инстинктивно морщусь. Момент измены я бы не хотела пересматривать. Не хочу даже думать о том, что там было между ними. Кадры короткой постыдной видео-записи, которую показала мне Женя, запечатались в моем сознании. Как незаживающая рваная рана терзали меня несколько лет. Руслан лежит на диване, закрыв глаза, а на нем резво скачет кобылка Женя, его бывшая помощница… Но дьявол, как всегда, кроется в деталях. Руслан был скорее одет, чем раздет. Муж тряпичной куклой лежал под ней. Зная, какой он горячий и активный любовник, я бы не подумала, что это вообще Довлатов. Он не стал бы лежать как манекен. Тогда я даже не подумала, что муж безвольно валяется на диване в неестественной позе. В голове мелькнула мысль, что «секс странный». Но кровь кипела, я рвала себя на части за то, что оправдываю его… Я решила, что Довлатов просто беспробудно пьян. Но о том, чтобы его опоили, а измену подстроили, никогда всерьез не думала. Слишком уж горела душа от осознания, что любимый меня предал. – Я ее не нашел пока. Кир Лебедев и люди Булата Шагаева все перевернули, но Женя поменяла документы и пропала где-то в Техасе. Но я найду эту суку и выбью из нее всю правду. Она лишила меня тебя. Это из-за нее все так. А я ведь не хотел разводиться, родная. Я не хотела также. Но заставила сердце замолчать и поверила… – Мы сами разрушили нашу семью, Руслан. У меня был неудачный брак, у тебя тоже. – Но я тебя люблю. И любил. И если бы знал, что ты тогда родила ребенка, то не отпустил бы. И сейчас не отпущу, Ева. Он целует уголок моих губ, а я пытаюсь собраться, но внутри гремит буря из эмоций и старых чувства. Руслан мазнул поцелуем по шее, коснулся губами выемки между ключицами. Этого хватило, чтобы стон сорвался с моих губ. Царапаю губы о его щетину и закрываю глаза, коснувшись ответно мужа. Руслан путает мои рыжие волосы пальцами. Распускает копну, собранную в тугой хвост. – Ева, прости меня, – снова и снова шепчет, одурманивая шквалом поцелуев. Я слабая. Сдалась, и позволила сердцу наконец-то вдолбить моему разуму: я люблю его! Люблю и всегда любила! Моя обида, мой побег из нашего брака стоил мне трех лет ада без любимого Руслана… Если бы я на минуту поверила, что – Ева, я ее найду… – Не надо никого искать, Руслан. Черт с ней, – отвечаю ему и обнимаю его так крепко, словно нас больше ничто не разлучит. – Я люблю тебя, – его голос заполняет весь мой мир. Будто старый, покрытый ржавчиной лет, механизм снова быстро заработал в моей грудной клетке. И наша любовь не прошла с годами, а заиграла новыми красками. В этот день мы не просто обрели сына. Мы вернули нашу семью, прежних нас. Эту ночь мы провели с Русланом вместе уже в другом качестве. Утром, не дожидаясь моего официального развода, Довлатов сделал мне предложение стать его женой снова....

ЭПИЛОГ

Ева Сегодня в нашем доме самый долгожданный семейный праздник. Наша свадьба с Русланом в этот раз была совсем другой. Я выбрала элегантное платье молочного цвета, Руслан как всегда в строгом костюме, не изменяя себе. По сравнению с нашей первой свадьбой все гораздо скромнее, но более ценно и осознано… Я настояла на том, чтобы не было пышных церемоний. Мы решили отпраздновать дома фуршетом в узком кругу. Мы с Русланом решили также, что родни с моей стороны не будет… Только близкие люди, которые не родные, но ближе любых кровных родственников. – Поздравляем молодоженов со стажем! – шутит Мурад, лучший друг Довлатова. – Кто бы говорил, – улыбается ответно Руслан. – Берегите друг друга, – желают нам гости. И это лучшее, что можно пожелать нам после стольких испытаний, которые обрушились на нас в последнее время. Когда Руслан предложил снова стать его женой, я не раздумывала. Я ответила любимому «Да», хотя еще несколько месяцев назад думала, что мы никогда уже вместе не будем. Но последние события перевернули все в моем сознании… Бывшую помощницу моего мужа нашли спустя неделю, как мы перебрались в его дом. Оказалось, что Женя работала на конкурентов. Она призналась, что получила приличную сумму за провокацию с видео, на котором Руслан мне изменяет. Развод и наше расставание подкосили Довлатова, он уехал из страны и вернулся спустя почти три года. Сложно судить, но люди, нанявшие Женю, не особенно выиграли от его ухода с рынка. Руслан вернулся снова и с новыми силами выстроил свое дело, утерев нос конкурентам и злопыхателям. Руслан больше не оставляет нас. Как говорит мой муж, он бросил работу ради семьи. И нисколько не жалеет о принятом решении. – Бизнес всегда был важен для меня, но потеряв семью, я многое понял. Пусть свою работу делают мою замы, а я буду наслаждаться временем с моей любимой женой и сыночком, – эти слова он произносит вместо тоста. Он обнимает меня, чувствую его поцелуй в щеку и зажмуриваюсь от счастья. – Я люблю тебя, Ева моя, – слышу мягкий голос Руслана. Раньше между нами бушевала страсть, любовь безумная, а теперь она стала будто еще глубже и ярче. Мы снова обрели наше счастье и бережно относимся к каждой минутке, проведенной вдвоем. – Поздравляем! Поздравляем Руслана и Еву! – кричат наши гости. Лена и Кирилл хлопают в ладоши. Они больше всех рады, что я теперь счастлива. Лена подходит к нам с мужем, у нее на руках наш Эрик. Он тоже в строгом костюме и выглядит в нем точной копией Руслана. – Я украду у тебя любимую. А Эриком пока отдаю в мужскую компанию. Довлатов забирает нашего кроху и идет вместе с любимым наследником к своим друзьям. Я же оставляю гостей на минуту, чтобы пошептаться с Леной. – Какая у вас свадьба! Я прослезилась, когда Руслан заговорил. Он таким не был. И я забираю все свои слова обратно, Ева. Он тебя так любит! – Ленка трет глаза, чтобы не испортить макияж. Она испытывающе смотрит на меня. На свадьбе не говорят о плохом, но Лена многого не знает. Вышло так, что они уехали сразу после того, как Эрика забрали у Агнии… – И что было дальше? Как этот козел вел себя в суде? – спрашивает, имея ввиду Гуляева. Выдыхаю. Своего бывшего мужа я увидела в суде в первый раз после того, как Савелий преследовал меня в фитнес-клубе «Прайд». Он никак не отреагировал на похищение Эрика, не помогал своей любовнице Агнии… Видимо, у Савы своих проблем было очень много, раз он так холодно отреагировал на то, что Агнессу взяли под стражу и предъявили обвинение за все, что она совершила. Но Гуляев явился в день нашего развода с молодой девушкой-адвокатом. Савелий не смотрел в мою сторону, но после процесса сам подошел ко мне. – Надеюсь, ты теперь довольна? Все забрала у меня! Будто у Довлатова денег мало! Я вынужден жить у матери, у меня даже машины теперь нет! Довольна?! – проскрипел в отчаянье Сава. – Ты прав, у Руслана денег больше, чем у тебя. Но счастье – не в этом, Савелий. Надеюсь, история с Крестовским, Агнией и Наташей тебя хоть чему-то научит, – сказала ему, гордо вскинув голову. Девушка, которая защищала Саву, немного опешила от моих слов. А Гуляев загрустил, так как явно история с Крестовским просто так для него не закончилась… Сбоку от моего бывшего мужа возникла та самая девушка и фривольно взяла его под руку, будто они пара. Савелий шарахнулся от нее, а она улыбнулась мне наглой улыбкой. – Не радуйтесь! Мы будем все обжаловать! Квартира принадлежит моему… клиенту, – словно подчеркнула принадлежность Савы. – Сколько угодно, барышня, – рассмеялся адвокат Руслана. Его такими выпадами не проймешь. – Он не будет любить вас так, как я! – выпалил зачем-то вместо прощания Гуляев. – Действительно, на те подлости, что творил ты за моей спиной, Руслан не способен! – ответила ему. Это было мое последнее слово, которое я сказала Савелию. – Вот козел! Он думал, что станет зятем Крестовского, да еще и у тебя все имущество оттяпает?! Просто немыслимо! – говорит Лена, мотая головой от возмущения. – Савелий не был таким. Но потом понял, что он может не напрягаться, а быть альфонсом, – заключаю, так как иного вывода нет. – Он подлец! А как же Агния? И эта, как ее, Наташа? – Наташа уехала в деревню, к матери. Эдуард сказал, что не будет обеспечивать такую дочурку. Насчет ее беременности – я не в курсе, – отвечаю Лене. Не могу сдержать улыбку, рассматривая Руслана и Эрика, который показывает пальчиком на гирлянды воздушных шаров. – А твой отец? Он так и не извинился перед тобой? – Лена хмурится. – Нет. Мы не общаемся. Если бы не Агния и папа, то мама была бы с нами. Поэтому, простить его я не могу, – на минуту замолкаю, прогоняя горькие мысли. – Но он согласился подать иски против Агнии по поводу тех сумм, которые она украла с его счетов. – Маловато для любящего папаши! – фыркает. Мне же все равно. Адвокат Руслана говорит, что мой отец вряд ли что-то получит от своей второй жены или ее дочери. У Агнии нет ни гроша за душой. Она через своего адвоката просит помочь ей, извиняется и говорит, что это мой отец довел ее до такого… – Переводят стрелки друг на друга, – хмыкает Ленка, комментируя мои слова. – Не удивительно. Она хочет на свободу. Жизнь Агнии рухнула, а Крис впала в жуткую депрессию после того, как ей предъявили обвинения в соучастии. Они получат по полной. Руслан говорит, что Агния выйдет не скоро. У него достаточно для этого связей, – говорю Лене, когда мы уже возвращаемся к гостям. Для меня главное, что нашего сыночка удалось спасти, благодаря стараниям Руслана. – Я знаю точно, что Савелий бы нас не защитил никогда, так как Довлатов, – с уверенность говорю подруге. – Я рада за тебя. Хорошо, что все получили по заслугам, – Лена обнимает меня и передает в руки моему мужу. Легкий приступ тошноты подкатывает к горлу. У меня задержка, всего две недели, но Руслан еще не знает об этом. И сегодня я хочу сделать ему еще один, особенный подарок. Мы отходим немного дальше от гостей. Стоим рядом я, Руслан и наш любимый малыш Эрик. – Ты так светишься, Ева, – с любовью произносит мой муж. – Я хотела сказать тебе… Я вчера была у доктора. У нас скоро будет малыш, – говорю Руслану. Не передать слова выражение лица Довлатова. Счастье, удивление, восторг и слезы умиления смешиваются в его строгих брутальных чертах. Только со мной он такой… – Ева, мое сердце, родная, – сбивчиво шепчет и притягивает меня к себе. Муж легко касается лбом моего лба и целует, трогая губы мои слезы. Слезы радости. – Мам, папа-пап! – лепечет Эрик, трогая пальчиками мои волосы. Обнимаемся втроем. Скоро наша семья станет больше еще на одного маленького человечка. – Только мы пока никому не скажем, – говорю ему. – Хорошо, родная. Спасибо тебе за сына и за нашего будущего малыша. Это лучший подарок, – говорит Руслан. Вижу перед собой глаза Довлатова. В его темно-карих омутах такая гамма чувств играет, что невольно тянусь к нему, прижимаюсь к мужу. Счастье любит тишину. Мы, как никто, это знаем. И наше маленькое счастье мы больше не хотим терять. ____________________________ Дорогие читатели, на этой прекрасной и трогательной ноте мы хотим завершить книгу. Благодарю за то, что были с нами)) Поддержите книгу звездочкой, авторам, Милане и Миле будет очень приятно!!