Глава 1

Глава 1

Короткий «колокольчик» оповестил о закрытии дверей лифта.

Павел на громкий мелодичный звук не обратил внимание. Его взгляд был прикован к маленькому информационному табло, с которого на него смотрел Иван Волконский.

На фотографии он выглядел моложе. И даже на чёрно-белом фото было видно, что в его глазах нет той паники и лёгкой задавленности, что отмечал клановец при первой встрече.

И никакой информации. Только дата смерти — сегодняшняя.

— Оперативно, — прокомментировала Мышь за спиной клановца без особых эмоций

Нет, она не была чёрствой и жестокой. Просто в ее работе смерть постоянно гуляла рядом. Да и сама она помогла с переселением в лучший мир уже целому кладбищу.

Волконский глянул на экран комма. Его медик зафиксировал смерть четыре с половиной часа назад. Всё остальное время было потрачено на вереницу допросов, разговоров с экспертами и контроль над следственными мероприятиями.

К родной высотке парень подъехал уже затемно. Ему не хотелось получать пропуск на машину для проезда в семейный гараж, откуда лифт доставил бы его сразу на закрытые этажи. Поэтому он воспользовался общим входом. Благо джинсы и футболка, не испачканная кровью, нашлись, так что внимания особого он не привлекал.

Да и душ парень успел принять. Прямо в конспиративной квартире родича. Но строго говоря, Ивану к тому моменту было уже всё равно. А вот ему самому пройти через общий холл высотки, сравнимый с небольшой улицей, в крови с ног до головы было бы несколько сложнее.

И вряд ли бы сейчас в одной кабинке с ними были «соседи». Хотя последнее, возможно, было бы к лучшему.

— Сколько у нас времени? — негромко спросила канцеляристка.

Павел быстренько пересчитал в уме оставшееся до встречи со старшими родичами время.

— Чуть больше получаса, — прикинул он.

Девушка вздохнула. О чем-то задумалась.

— Успеем, — наконец кивнула каким-то своим мыслям Настя.

Однако поделиться ими с младшим напарником не успела.

Вновь раздался негромкий «колокольчик». Кабинка остановилась.

— Чего встал-то?

Удар в спину заставил поморщиться. Дородная пожилая тётка с какой-то невероятной лёгкостью отпихнула Павла в сторону. Молодой человек едва успел подставить руки, чтобы не уткнуться носом в фотографию Ивана.

Бабка же даже не остановилась, на ходу бросив осуждающий взгляд на «вырез» вновь расстегнувшей кофту до комфортного ей состояния Насти.

— Вообще оборзела молодёжь, — беззлобно буркнул мужик в спецовке, выходя следом за бабкой.

За этой парочкой потянулись и остальные.

Большая часть пассажиров покинула кабинку на десятом уровне. Лишь несколько девушек, одетых явно приличнее остальных, готовы были отправиться на тринадцатый этаж, чтобы пересесть на лифты, ведущие на господские этажи. Судя по гордой осанке и холёным личикам — явно слуги.

Девицы лишь презрительно фыркнули, заметив внимание к своим персонам. Естественно, вступать в конфликт парень не стал — не было ни сил, ни желания. Вместо этого он достал комм и набрал короткое сообщение.

Взгляды тут же сменились на заинтересованные. Такая техника была доступна далеко не всем.

— Что там? — тут же навострила ушки Настя.

— Пока тишина, — пожал плечами молодой человек.

Он всего четыре часа назад скинул сестрёнке записи с регистраторов его бойцов. Наверное, первые выводы к этому часу есть. Но стоит ли торопиться? Спасать-то уже некого. Так что аналитический отдел получил карт-бланш. Так что подгонять аналитический отдел Волконский не собирался. Как будут готовы интересные выводы, сообщат сами.

А вот короткое движение плечами Павла волновало куда больше. Простой жест вызвал вспышку боли в груди. Попадание пули бесследно не прошло. Амулет второго шанса, конечно, задачу свою выполнил на все сто. Во всяком случае, сегодняшние сутки вполне заслуживали названия «Еще один День рождения». Но запреградная травма — штука серьёзная. Да, конечно, помощь ему на месте оказали, даже повязку наложили на грудь. Но Волконский справедливо подозревал трещину. Однако с полным осмотром решил подождать.

— Фу-у-у-у… — раздался едва слышный выдох со стороны одной из «троицы».

Подавив едва появившийся в их глазах интерес, девушки как-то синхронно подались в стороны. Кажется, учуяли запах. Ну да. Павел лишь смыл кровь и переоделся. Однако это всё-таки не равнялось полноценной ванне. Так что… в чем-то даже справедливо.

Дзинь!

Кабинка вновь остановилась. Троица мгновенно оставила клановца наедине с канцеляристкой.

— Все так спешат, — заметила Мышь, выходя за своим молодым коллегой на очередную площадку.

Девицы к тому времени уже заняли куда шикарнее отделанную кабинку.

— Подождите, — потребовал Волконский.

Наверное, надменные красотки позже и сами не смогли бы себе объяснить, почему именно нажали на кнопку удержания дверей.

— Благодарю, — негромко сказал молодой человек, заходя в кабинку.

Мышь промолчала. Ей три «расфуфыренные курицы» не нравились совершенно.

— Нам семьдесят четвертый, — гордо заявила одна из них, задержав палец над кнопкой.

Видимо, чтобы «вонючка» получше рассмотрел. И, возможно, принял решение выйти из лифта.

— Нам выше, — спокойно ответил парень.

Девицы застыли. Даже отступили на шаг к стене. И, спустя пару секунд неуверенных переглядываний, смиренно склонили голову. Выше — это серьёзно. Возможно, даже кто-то из Старших Слуг. А все трое вполне дорожили своей карьерой, чтобы позволить случайности лишить их работы.

«Семейный» этаж встретил Павла и его спутницу поклоном служанки. Той самой, что уже несколько раз успела порадовать Катерину своими «образами» под Иллюзией Волконского. Но в этот раз ей повезло. Сил у клановца на шутки не хватило. Да и настроение не располагало.

— И куда это мы? — спросила Мышь, с интересом оглядываясь.

На закрытых уровнях клановцев она ещё не была… Что совсем не мешало ей чувствовать себя совершенно свободно.

— В мои покои, — негромко ответил парень.

— «Покои», — фыркнула Настя, но с интересом последовала за Шутом.

— Одежду для дамы и лёгкий обед, — потребовал Волконский не оборачиваясь.

— Да, господин, — донесся до него голос растерявшейся служанки под аккомпанемент смешка напарницы.

Она не могла вспомнить случая, чтобы кто-то из обитателей уровня приводил любовниц в личные покои.

— Так вот, ты к чему привык, — прокомментировала канцеляристка.

Павел обернулся. Несколько секунд он раздумывал над ответом, но после просто пожал плечами.

— Жалко тебе, что ли? — спросил он.

На это Настя не нашла что ответить, только руками развела. Мол, уел. Над кем другим она бы посмеялась. Но «серебряная ложка в одном месте» ничуть не мешала Шуту хлебать с ней походно-полевое варево из одного котла и выполнять задачи даже по уши в грязи.

— Показывай, где тут твои хоромы, — потребовала она.

Молодой человек кивнул, коснувшись сканера ладонью.

Настя с интересом шагнула внутрь.

— А тут ничего, — прокомментировала девушка осматриваясь.

Павел кивнул. Всю жизнь он воспринимал это место как данность. А потому не задумывался над тем, сколь многое ему дано.

— Давно не был, — все же поморщился клановец.

Часть воспоминаний об этом месте была не слишком приятной.

Да и эти помещения всего за год стали для него совершенно чужими. Он здесь и появлялся несколько раз всего лишь после своего «выдворения». И последний раз пять месяцев тому назад.

Несмотря на это, вокруг был почти идеальный порядок. Такой же, как и в день его отъезда. В случае проживания здесь он был должен прибирать комнату самостоятельно. Однако на время его отъезда слуги взяли на себя все обязанности по поддержанию чистоты.

— Неплохо, — еще раз повторила свою мысль Мышь, кивнув для верности, взявшись одной за язычок молнии.

Вжик!

Павел насторожился — уж больно резкий звук за его спиной напоминал расходящуюся застежку чьей-то кофты.

— И что ты делаешь? — просто спросил он оборачиваясь.

Настя улыбнулась, проведя язычком по губкам.

— А ты о чём думаешь? — протянула девушка с придыханием, стягивая с себя тёмную облегающую кофту.

Под ней по её милой привычке ничего не было. Вернее, было — прекрасного третьего размера.

— Я не в настроении, — качнул головой молодой человек, сделав небольшой шаг назад.

— А я тебя и не спрашивала, милый, — шагнула вперёд Мышь.

Волконский попробовал отшатнуться. Девушка ему такой возможности не дала.

— Так что будь добр, — подошла она вплотную настолько, что Павел сквозь собственную футболку почувствовал, «укол» соском Насти в грудь.

На миг сердце дало сбой. Парень даже задержал дыхание. Но вот отступать ему было некуда — девушка буквально загнала его в угол, да ещё незаметно так.

Дверь с тихим шипением открылась. На пороге появилась Светлана со сменной одеждой для канцеляристки. Похоже она конфисковала её у спешащих на зов господина слуг.

— О, — оценила картину Волконская. Но не вышла. Напротив, её взгляд упёрся в спину Насти.

Канцеляристка разочарованно закатила глаза.

— Всё удовольствие испортила, — бросила она Волконской.

Та развела руками. Озабоченно. Да еще и брови нахмурила.

— Если хотите, я вас оставлю, но сначала… — Светлана сделала шаг в комнату брата, — Давай всё-таки обработаем твою спину.

Настя отступила на пару шагов и обернулась к аналитику Ветви. Только сейчас Павел заметил два сильных синяка с кровоподтёками на спине канцеляристки.

— Да чтоб вас всех, — выдохнул он, быстрым метнувшись к рабочему столу.

Медицинский пакет у него был всегда наготове. Бойцов не жалел его на тренировках. И в какой-то момент Павел понял, что обращается к Кошкину стоит лишь в тяжёлых случаях. Лёгкие травмы он вполне был способен залечить и сам.

— На кровать, — коротко скомандовал парень, доставая пакет.

— Что, так сразу?.. — попробовала отшутиться Мышь. Вот только слишком явно она поморщилась на этих словах. Кажется, боль была несколько сильнее, чем девушка показывала.

— Дура, — коротко выдохнул парень.

Благо девушка хоть на словах и возмущалась, но горизонтальное положение попой к верху приняла безропотно.

Оба Волконских имели медицинскую подготовку. А Павел еще и довольно обширную практику помощи себе и другим. Обработать следы попадания пуль и закрепить артефактные накладки удалось довольно быстро.

Не успел клановец убрать остатки «медицины» обратно в стол, как у его сестры завибрировал комм.

— Нас ждут, — негромко оповестила она.

— Ясно, — констатировал парень, поднимаясь на ноги с собственной кровати, ныне занятой ярковолосой канцеляристкой.

— Вы там не затягивайте! — тут же потребовала «самый больной и замученный на свете снайпер». — Мне будет скучно!

Шлеп!

Ладонь Павла с силой опустилась на упругую попку канцеляристки.

— Да ты!.. — возмутилась та.

«Обожгло» даже через плотную ткань штанов.

— Ну я тебе!..

Шлеп!

Сестра решила поддержать брата.

— Ну, вы!..

— Не скучай! — мило улыбнулась «Ледяная с*ка».

Павел хмыкнул и первым вышел в коридор. Светлана последовала за ним. На собрания с Главой оба предпочитали не опаздывать.

Глава 2

Глава 2

Брат с сестрой замерли у неприметной двери.

Прежде чем положить ладонь на сканер, Павел сделал небольшую паузу, глянув на Светлану. Девушка явно нервничала. Однако сейчас клановец помочь ей уже ничем не мог. Лишь ободряюще кивнуть, что он и сделал.

Аналитик Ветви резко вздохнула и протяжно выдохнула.

— Вперёд, — шепнули её губы.

Павел тут же коснулся сканера. Дверь с тихим шорохом откатилась в сторону, пропуская их во всё тот же кабинет Главы.

— Заставляете ждать себя, молодой человек, — первым среагировал на появление спикер Правления, выдавая легкую нервозность.

Обычный наблюдатель оной бы даже не заметил, но каждого из собравшихся обучали тонкой науке ведения переговоров с детства. И должности всех присутствующих явно давали понять, что наука пошла впрок.

Внешне на ремарку внимания не обратил никто. Тем более парень сильно сомневался, что Михаил Павлович действительно провёл здесь всё то время, пока он был «на выезде». Скорее всего, его пригласили совсем недавно.

Впрочем, Михаил Павлович и сам заметил, с какой прохладцей отнеслись к его замечанию собравшиеся. Понимание царапнуло напильником по нервам, хотя внешне он и пытался остаться абсолютно спокойным.

— Присаживайся, — негромко произнёс отец, одарив сына долгим задумчивым взглядом. Взор на несколько секунд задержался на правой руке парня. Тот невольно последовал примеру отца.

«Да уж!..» — мысленно оценил клановец. Полноценно вымыться он не успел, так что в районе локтя краснота не полностью смытой крови была вполне заметна. И люди понимающие представляли, сколько её должно было быть до того, как вода коснулась рук Павла.

— Чаю? — негромко спросил Анатолий Георгиевич.

Больше «инструментов» продемонстрировать свои отцовские чувства прямо сейчас он не имел.

— Не откажусь, — выдохнул Павел, сначала подвигая кресло сестре, а затем уже устроившийся сам.

Вечер и впрямь выдался тяжёлым. Как физически, так и морально. Кроме того, зудела грудь. Удар без последствий не обошёлся. Да и рёбра ныли под артефактной повязкой. Завтра к утру всё должно быть в норме. Но для этого ему нужно часов девять сна. И клановец сильно сомневался, что судьба одарит его подобной роскошью.

Глава и его брат молча заняли свои места за столом в том же порядке и принялись ждать, пока молодой человек сделает несколько глотков из чашки.

— Что там произошло? — бросил Михаил Павлович не выдержав.

Его напряжение можно было понять. Для того чтобы озвучить очень нехорошее обвинение, достаточно было всего лишь желания участников встречи, что ставило спикера Правления в крайне уязвимое положение.

— Подчистка хвостов, — грубовато, но ёмко выразил своё мнение молодой человек, сделав глоток.

Никто из верхушки клана не шелохнулся. А вот Михаил Павлович напрягся ещё больше. Он просто до сих пор не мог вписать парня в существующую иерархию. И это нервировало. Как и тот факт, что к нему действительно прислушивались.

— Светлана Анатольевна, — негромко произнёс Игорь Георгиевич. — Вам слово.

— Первоначальные выводы наш отдел разослал по особому списку, — коротко поклонилась девушка из положения сидя. Вы можете ознакомиться с ним прямо сейчас.

Никто не потянулся к своим электронным устройствам. Все прекрасно понимали, что будь в ее выводах действительно важная информация, аналитик высказала бы ее вслух.

— Это имеет смысл? — все же уточнил бесстрастно главный Волконский.

— В рамках данной беседы — нет, — коротко ответила девушка, краем глаза наблюдая, как её брат устало опустошает кружку.

Очень внимательный человек мог бы прочесть в ее взгляде легкое беспокойство.

— А ты что скажешь? — поторопил Михаил Павлович.

Пора было напомнить мальчишке, кто тут всего лишь декоративный глава Ветви, а кто спикер Правления.

— Лимончика бы, — глухо ответил Павел, явно давая понять, что с предложенной иерархией не согласен.

Лицо мужчины окаменело. Ему только что довольно явно указали место на нынешнем совещании. И это было неправильно! С чего вообще дети диктуют свою волю старшим родичам? Однако промолчать у него ума хватило. Равно как и отметить, что никто из верхушки клана не среагировал на дерзкий ответ парня. Более того, Анатолий Георгиевич молча встал с места и отправился к чайному столику. Буквально через несколько секунд он вернулся с нарезкой лимона на маленькой тарелочке, которую молча поставил перед сыном.

Парень как ни в чём не бывало взял пару долек и бросил их по очереди в наполовину опустошённую кружку.

— Благодарю, — глухо выдавил из себя он.

Взгляд его при этом на пару секунд опустел. Однако Павел моментально взял себя в руки, едва заметно тряхнув головой. Усталость уже чувствовалась.

— Почему мой человек мёртв? — вновь спросил спикер.

Просто чтобы выбить собеседника из колеи. Нельзя допускать, чтобы последнее слово в споре о статусах осталось за сопляком!

Парень поднял голову и вперся в мужчину долгим изучающим взглядом.

— А тому ли человеку ты задаешь вопрос, Михаил Павлович? — спокойно уточнил он через несколько секунд. — Насколько мне известно, в твоих планах была изоляция либо ликвидация отыгравшего актива.

Спикер не шелохнулся. Лишь продолжал изучать собеседника, который с каждым новым словом всё больше выламывался из рамок его представлений об иерархии в этом кабинете.

Лишь пальцы его против воли сжалась в кулак. Но он тут же взял себя в руки.

— Ты смеешь обвинять меня?.. — начал было спикер, чуть надавив голосом.

— Нет, — спокойно перебил Павел, все также сжимая чашку ладонями, словно пытаясь согреться. — Это всего лишь расчёты аналитика Ветви.

Собравшиеся мужчины как-то разом кивнули. За исключением «обвиняемого», естественно.

— Однако, как говорит мой друг, — продолжил молодой человек, — неслучившееся к делу не пришьёшь.

Михаил Павлович отвёл взгляд. Естественно, опыт ему позволил сделать это так, чтобы происходящее не выглядело капитуляцией. Однако пальцы правой руки невольно выбили по столешнице странный ритм.

— Господа, — довольно резко прервал тишину через несколько секунд Михаил Павлович. — Вы уверены в необходимости нахождения детей на этой встрече?

И вновь никто не шелохнулся. В том числе и сами «дети». Однако атмосфера в кабинете стала ещё более тяжёлой. Во всяком случае, у спикера возникло ощущение, словно какая-то невидимая сила давит на плечи. Да и взгляд Светланы Анатольевны, ныне выступавшей в привычном большинству членов семьи амплуа"Ледяной с**и', появился неловкая пауза. Впрочем, ненадолго.

Глава медленно перевёл тяжёлый взгляд на своего племянника.

— Павел Анатольевич, — негромко произнёс он. — Надеюсь, вы возьмёте роль модератора нашей беседы? Сформулируйте общее мнение, пожалуйста.

Парень невозмутимо пожал плечами. Если Игорь Анатольевич решил, что произнести очевидное вслух должен был бы именно он, то так тому и быть.

— Как скажете, Игорь Георгиевич, — кивнул парень без всякого почтения в голосе.

Строго говоря, в его тоне вообще было мало эмоций, лишь усталость от сегодняшнего длинного дня.

— Михаил Павлович, полагаю, что собравшиеся хотят донести до тебя простую мысль: до выяснения обстоятельств и выявления новой угрозы, а также её ликвидации, планы и амбиции по укреплению личной…

Это слово клановец выделил особо

— … Власти придётся отложить.

Спикер застыл. Такие вещи так не говорят. Фактически парень буквально обвинил его в саботаже и подрывной деятельности внутри клана во имя собственных интересов. Строго говоря, в этом не было ничего необычного — борьба за власть велась всегда. Однако называть вещи своими именами было не принято. Сейчас же сопляк запросто расставлял все точки над «i» таким образом, чтобы места для двояких толкований попросту не осталось!

— Грубо, — коротко констатировал спикер. — Можете ли вы чем-то подкрепить своё заявление?

Светлана молча подала брату планшет.

— Вот выкладки нашего аналитического отдела, — коротко объяснил Павел и развернул гаджет к Михаилу Павловичу. — Прошу ознакомиться.

Мужчина подтянул прибор к себе. Вчитываясь в сухие строки отчёта, в глаза сразу бросилась тщательность подготовки, а также высокий уровень анализа.

— Грубо, — ещё раз повторил он, прочитав лишь введение и резюме. — Вы фактически обвиняете меня в подрыве кланового единства. А это…

Он покосился на планшет.

— … Бездоказательно!

Младшие Волконские переглянулись и как-то одинаково вздохнули. Слово вновь взял Глава.

— Михаил Павлович, слушай меня внимательно, — потребовал он. — Внутриклановая борьба — элемент развития. С этим тезисом я не спорю. Однако нужно понимать, в какой именно момент стоит объединиться и противостоять общей угрозе. А то, что происходит сейчас в рамках этого кабинета… Мы просто обсуждаем ситуацию. Если бы я действительно желал запустить формальную процедуру, беседа состоялась бы на Совете клана.

И это пришлось проглотить. Хотя спикеру было нелегко. Он даже не удержал лица, по которому пробежала лёгкая тень раздражения. Словно это не Павел потянулся за очередной долькой лимона, которую тут же и приговорил, а ему самому пришлось отведать кислого цитруса.

— Приведите аргументы, — потребовал он, в очередной раз собравшись.

Что было совсем непросто. Воевода клана не спускал с него тяжёлого взгляда, невольно напоминая, к чьему именно ведомству относится отдел окончательного закрытия вопросов.

— Михаил Павлович, — вздохнул Павел, даже не пытаясь держать привычную на этажах клановую масочку. — Вы не можете… ты не можешь отказаться.

Как же мужчину бесило, что он обязан обращаться к этому сопляку на «вы», тогда как мальчишка в рамках той самой иерархии запросто тыкает ему в лицо.

— И что же меня от этого удержит? — спросил он ровно.

Молодой человек пожал плечами равнодушно, прежде, чем ответить.

— Если ты до разрешения ситуации предпримешь хоть какие-либо действия, которые мы сможем трактовать как враждебные нам или клану, — спокойно объяснил парень, — я вынесу эту ситуацию во внешний контур.

Михаил Павлович застыл. Такого спикер не ожидал. Фактически Павел прямо говорил: либо он подчинится, либо дело уйдёт в компетентные органы со всеми доказательствами. Чтобы ответить спокойно, ему пришлось напрячь свои силы.

— Вы, Павел Анатольевич, очевидно, не в курсе, что клан не выносит ссор из избы, — даже вспомнил он старую поговорку. — А потому глава никогда не обратится к императору за решением вопроса в подчинённой ему структуре. Такого шага не поймут ни союзники, ни враги.

Павел кивнул. Аргумент был серьёзный.

Однако парень прекрасно заметил, что пальцы собеседника ударили по столешнице чуть сильнее.

— Глава? — переспросил он. — Нет, всё же. А вот я — запросто.

Михаил Павлович позволил себе негромко и даже где-то презрительно фыркнуть.

— Мне кажется, вы неверно понимаете своё положение. И полагаете, что у вас есть самостоятельность действий, — словно бы и не собеседнику, а всем окружающим разом, заявил спикер. — Кроме того…

На несколько секунд он задумался.

— … А что, собственно, произошло? Да, погиб член их клана, это прискорбно, но не настолько, чтобы император вмешивался во внутренние дела семьи!

Первым на Павла оглянулся Игорь Георгиевич. Следом перевёл свой взгляд и отец с сестрой. А вот Валерыч всё ещё продолжал сверлить тяжёлым взором долбаного политика, решившего невовремя поиграть в борьбу за власть.

Павел же улыбнулся. Вот только веселья в его жесте не было никакого. Скорее оскал готового вцепиться в жертву хищника.

— Ты так думаешь? — спокойно переспросил он. — Что ж… Мне кажется, твоя уверенность базируется на обычном недостатке информации.

— Ну так просветите меня, молодой господин, — на грани издевки потребовал спикер Правления.

— В моей комнате сейчас отдыхает канцеляристка, получившая две пули в спину во время операции, — спокойно ответил Павел, с лёгкой насмешкой, окидывая взглядом старшего родича.

Тот застыл. Вмешивать в свои дела людей государевых было чревато всегда. А уж если кто-то из них получал ранения… Тут варианты могли быть разными.

Впрочем, и остальные родичи как-то не обрадовались новости, что на территории высотки сейчас находится человек государев с огнестрелом.

— И что же? — глухо спросил спикер.

— Факт два, — всё так же безмятежно откинулся на спинку кресла Павел. — Канцеляристка имеет статус «Око императора».

Пальцы вновь ударили о столешницу, да там же и остались.

Несколько секунд Михаил Павлович молчал, после чего позволил себе негромко рассмеяться.

— Павел Анатольевич, — напряженно произнёс он. — Даже ваш статус опричника не даёт вам права пытаться манипулировать приближённостью к императорским структурам.

Парень ответил ещё более широкой улыбкой. Насквозь неестественной, конечно. Но от него и не требовалось искренности эмоций.

— И что же тебя убеждает в этой мысли? — спокойно спросил он, подавшись вперед.

Ответ клановцу действительно был интересен.

— Если бы во время операции пострадал сотрудник канцелярии, да ещё и с подобным статусом, нас бы уже штурмовала гвардия СИБ, — развёл руками спикер, обводя присутствующих делано торжествующим взглядом.

Однако ни на одном лице он не увидел ожидаемых эмоций. Собравшиеся всё так же внимательно рассматривали его самого, словно несмышлёныша, неожиданно попавшего на университетскую пару по ядерной физике.

— Михаил Павлович, — спокойно выдал Павел. — В рамках опричных отношений канцелярист находится в моем подчинении. Так что сейчас лишь я решаю, был ли там сотрудник канцелярии или нет.

Две ладони с грохотом упали на стол. Спикер ответил молодому щенку свирепым взглядом.

— Да даже если так, Павел Анатольевич, — прошипел он. — Я-то здесь при чем? У императора может возникнуть вопрос лишь к твоей компетентности как командира. Но никак не…

— Хватит.

Короткое слово обрушилось на помещение сорвавшимся с горы валуном.

Даже спикер неожиданно замолк.

— Я отлично разбираюсь в моторике людей, — объявил парень.

— А это-то тут при чем? — буркнул сам не ожидавший от себя такой реакции мужчина.

— Как там звали командира боевой группы? — спокойно спросил Павел. — Вопрос второй: как считаешь, сколько времени понадобится СИБ, чтобы установить личности всех присутствовавших в момент убийства Ивана Романовича?

Спикер осунулся. Резко. Словно на стену напоролся.

— Он… был там?

Олег Михайлович перестал выходить на связь двенадцать часов назад. У спикера не было времени проводить расследование и объявить розыск, но если парень не врет…

Сам Павел внимательно присматривался к лицу спикера.

— Вижу, понял, — спокойно констатировал он, поднимаясь со стула.

Мужчина даже не обратил на это внимания.

— Пойдем, сестренка, — предложил клановец. — Здесь справятся и без нас.

Девушка как-то механически поднялась со своего места и окинула взглядом напоминающих хирургическую бригаду старших родичей.

— Да, — глухо повторила она. — Справятся и без нас…

После чего молча шагнула в сторону выхода вслед за братом.

Глава 3

Глава 3

Михаил Павлович замер и оглянулся. За невесёлыми размышлениями он и заметить не успел, как дошёл от одного из конспиративных кабинетов Главы до лифтовой площадки.

«Чёртов мальчишка», — мелькнула раздражённая мысль в голове. Однако уже в фоновом режиме. Эмоции улеглись.

Почти.

— Чертов мальчишка, — одними губами для острастки артикулировал он.

Это стало точкой. Концом переживаний. Спикер взял себя в руки.

Да, его сделали. Грубо и жёстко. И на большую часть требований правящей семьи клана придётся согласиться. Возможно, даже на какое-то время поумерить амбиции. Нет, не навсегда. Он слишком долго шёл к своей цели, чтобы отказаться от неё. Но паузу сделать придётся. Впрочем, не в первый раз.

— Чёрт, — негромко выдохнул сквозь зубы Михаил Павлович.

Где-то даже восхищенно.

Привычки разговаривать с собой он не имел. Однако и обстоятельства были исключительными. Давно спикер не знал столь сокрушительного провала. В кои-то веки можно и выругаться вслух.

«И даже выпить грамм пятьдесят.».

Мужчина потянулся к кнопке вызова лифта и замер. Палец, увенчанный холёным ногтем, так и не нажал пиктограмму вызова лифта. Несколько секунд Спикер постоял, о чём-то размышляя. После чего резко развернулся и отправился на лестничную площадку. Однако и пешком он не поднялся на свой этаж, а свернул к неприметной двери, оказавшись на сервисном балконе, который использовали техники из службы обеспечения.

Здесь даже энергетического щита не было.

Свирепый порыв ветра едва не втолкнул мужчину обратно. Однако спикер справился и прикрыл за собой дверь. Ветер тут же ударил его в лицо холодной струёй. Несколько секунд мужчина молчал, чувствуя, как злые «накаты» пробирают до костей.

Он так давно не делал этого. Нужно было решиться.

— А-А-А!

Хриплый крик вырвался их его горла. Михаил Павлович орал громко. На разрыв аорты.

Через несколько секунд стало легче.

Постояв какое-то время, спикер воровато оглянулся. Хотя кто бы его здесь услышал? Злые порывы буквально сносили такой слабый и незначительный на фоне могучего гула движения воздушных масс крика.

Как же давно он этого не делал…

— Так, — решил Михаил Павлович вслух, доставая из внутреннего кармана гарнитуру. — Пора заняться делом.

Активное шумоподавление — замечательная штука. В такой и рядом со взлетающим глайдером разговаривать можно. Собеседник не услышит лишнего звука.

Кроме того, здесь прослушать разговор будет еще сложнее, чем в тире.

Да, спикер понимал, что этот раунд проиграл. Не первый и не последний раз. Какое-то время он на крючке у головы и его подпевал. Но это не значит, что он добровольно сложит руки. Связи есть, возможности тоже. Нельзя победить — нужно минимизировать ущерб.

С этими мыслями спикер ставил гарнитуру в ухо. Был в его жизни список особых номеров, которые он никогда и ни при каких условиях не записывал в память электронных устройств. Один из таких он и набрал.

Абонент ответил на четвёртом звонке.

— Да, господин, — донёсся из динамика гарнитуры голос издалека.

Вот только почтения в нем было куда меньше, чем вопроса: «Какого хера тебе от меня надо⁈».

— Есть задача, — коротко выдохнул Михаил Павлович.

«Глупо», — тут же оценил спикер собственные же слова. Будто бы он стал звонить этому человеку просто потрепаться.

— Я так и понял, — раздраженно ответил собеседник, но тут же чуть презрительно хмыкнул. — Вот уж не думал, что кто-то вроде тебя обратится к таким отбросам, как мы.

В слове «отбросы» в голосе явно послышалась ирония и даже намёк на какой-то прошлый разговор. Удивительно, но в этот раз столь дерзкий ответ не вызвал особых эмоций. Напротив, Михаил Павлович отчего-то остро почувствовал, что жив. Перед тем как что-то сказать, спикер окинул взглядом огни столицы.

«Красота.» — решил он, дыша полной грудью довольно свежий воздух.

Собеседник же продолжил изощряться в остроумии, всеми силами давая понять, что звонку не рад.

— Всё сказал? — неожиданно спросил Михаил Павлович, решив, что любоваться видами ему надоело.

— Сказал, сказал, — хмыкнул собеседник.

Однако в его голосе больше не осталось иронических ноток.

— Слушать готов?

— Да, — тут же прозвучал короткий ответ.

Как бы эти двое ни относились друг к другу, но у них было общее прошлое и не совсем законное. Человека, в иных кругах, известного под прозвищем Топаз, было чем надавить даже на столь влиятельного клановца. Нет, он вряд ли смог бы нанести неприемлемый ущерб спикеру Правления не последнего клана. Но исполнявший иные не самые благовидные поручения главарь довольно крупной банды смог сделать главное: цена его уничтожения оказалась выше выгод от вычёркивания его из мира живых. По крайней мере, для Михаила Павловича. Однако оба прекрасно знали: если небожитель решит, что кое-кто на этом свете зажился, то рано или поздно подручным Топаза придётся организовывать похоронную церемонию.

Скорее поздно, чем рано. Все-таки задача достать не самого последнего криминального босса столицы по определению не может быть простой. А без ресурсов клана — так и невозможный в некоторых случаях.

Гипотетический же удар криминального воротилы вряд ли стал бы смертельным. Однако ущерб бы нанес. И серьезный. И тех, что измеряется не просто деньгами. Именно это взаимное сдерживание и примиряло двух жителей разных миров с существованием друг друга.

— Мне нужны твои люди, — негромко сообщил спикер.

Собеседник промолчал. Начался серьёзный разговор, который лично ему хотелось как можно быстрее закончить. И желательно с минимальными потерями.

Отказать без последствий «небожителю» он тоже не мог.

— Найди для меня одного человека, — потребовал Михаил Павлович.

Топаз не стал задавать уточняющих вопросов.

— Курьер скоро будет у тебя, — просто ответил он.

Спикер Правления вовсе не собирался встречаться с посыльным воротилы лично. Но был согласен с тем, что подобную информацию по открытым сетям не передают. А потому почти сразу же ответил:

— Мои встретят по обычному варианту.

— Тогда подробнее после разговора.

Отбой Топаз дал без прощания. О теплых чувствах между этими двумя речи не шло и близко. И о вежливости тоже.

— Как она? — вернувшись в комнату, Павел обнаружил ровно на одну девушку больше, чем оставлял во время своего ухода.

— Жить будет, — коротко ответила Лена Кошкина, не отрываясь от манипуляций со спиной канцеляристки.

Той и впрямь досталось.

— Чё принёс? — тут же отозвалась слабым голосом Настя, судя по чуть глухому произношению звуков, явно сжимавшая зубы от боли.

— Не дёргайся, — тут же отреагировала целительница. — Я скоро закончу.

В этот раз Кошкина работала не при помощи современных средств или артефактов, а обратившись к своему дару — напрямую воздействовала энергиями на повреждённые участки организма. Мыши она не соврала. Буквально через несколько секунд канцеляристка растеклась по кровати — её явно отпустило.

— Красота, — выдохнул штатный снайпер группы и «око императора». — Так чего принес⁈

Павел хмыкнул и выложил на перед Мышью шоколадку.

— Дары приняты, — умильно-серьезно кивнула девушка и вновь отдалась умелым рукам целительницы

— Ещё пять минут, — не оборачиваясь, доложила Кошкина.

— Отойди. Не мешай, — протянула Настя лениво.

Даже рукой махнуть попыталась, но тут же по этой самой руке и получила ладошкой от Кошкиной.

— Ещё раз повторяю: не дёргайся, — потребовала Лена.

Павел хмыкнул и, полюбовавшись на идиллию ещё секунд тридцать, отошёл к рабочему столу. Некоторое время он просто смотрел перед собой. Затем взял из подставки лист формата А4 и карандаш. Порой ему действительно размышлялось лучше, когда была возможность начертить схему происходящего. Минут пять он задумчиво покрывал лист мудрёной блок-схемой в попытке понять, что именно сейчас может предпринять спикер Правления.

Да, у него под носом был уже готовый доклад от сестрёнки, который она не стала озвучивать на общем собрании. В конце концов, Света — аналитик Ветви, а не клана. Пусть временно сотрудничает с научным отделом последнего. Но ведь надо и самому мозг развивать, верно? Тем более сейчас был тот редкий случай, когда можно было не сильно торопиться в принятии решений. Благо большую часть приказов он отдал, поднимаясь из кабинета главы.

— Ау, — донёсся полный боли стон со стороны кровати.

Кажется, повреждения были несколько серьёзнее, чем Павлу показалось сначала. Лена приступила к следующему этапу восстановительных процедур. Боль вернулась.

«Вот тварь», — мелькнула неожиданная мысль, сбивая с рабочего настроя.

Волконскому сейчас совершенно не хотелось быть рассудительным и умным. Больше всего он желал поставить рифлёную подошву десантного берца на горло ублюдка, стрелявшего в них.

Впрочем, успокоился он быстро.

— Сам виноват, — выдохнул парень вполне справедливо.

На лист тут же легли еще несколько пунктов.

«Ошибки. Учесть на будущее. Возомнил себя…» — ещё раз мысленно прокомментировал парень с лёгкой усмешкой над самим собой, перечитывая записи.

Нет, правда, просчетов он допустил массу. Про Иллюзии так и вообще забыл. Напрочь. Всё-таки в первую очередь его натаскивали как боевика. И от части рефлексов он до сих пор не мог избавиться полностью. Хотя и предполагал, что ныне очень многие озаботятся тем, чтобы подобное не повторилось. Но если даже отбросить в сторону Иллюзии, то он как командир обязан был пустить бойцов силовой поддержки вперёд. Тогда бы удар приняла на себя охрана. Парни, скорее всего, не выжили бы. Всё-таки амулеты их уровня — очень редкие вещи. И оснастить ими каждого оперативника ГБР просто не представлялось возможным. Конечно, клановец достал для своих людей лучшее снаряжение, какое имелось в доступе при его статусе. Однако никакой бронежилет и стандартный амулет СБ не выдержат удара спецпатрона.

— Ещё одна загадка, — выделил очередной пункт молодой человек. — Что это вообще было-то?

Явно не отечественная разработка. А когда в деле фигурирует иностранная спецтехника, вопросов неприятных становится всё больше. Одно радует — лично ему не нужно задумываться о таких вещах. «Око императора», если сочтет необходимым, сама известит их общего сюзерена. Однако вмешивать департамент контрразведки в нынешнюю ситуацию Павлу вовсе не хотелось.

Глянув на часы, молодой человек достал комм и набрал номер.

— Всё хорошо, красавица? — негромко спросил он.

— Великолепно, господин, — ответил ему собранный голос продолжавшей отыгрывать Идеального Секретаря Катерины. — Бойцы докладывают, что поиски развёрнуты. Техотдел старательно отслеживает контакты. Разведка сообщает о связи фигуранта с криминальным авторитетом, известным как Топаз.

Павел задумался. Возможно, этот человек в сводках ему и мелькал. Однако пути их пока не пересекались. Следовательно, на вскидку он Топаза не вспомнил.

— Справка по нему у вас на почте, — продолжила доклад блондиночка.

Да, буквально за несколько минут она собрать полного массива не смогла. Но хотя бы какое-то представление о «контакте» её сюзерен иметь должен.

— Остальное — без происшествий, — закончила Катерина.

— Умница, — негромко ответил Павел и, подумав секунду, добавил: — И красавица.

Девушка, покончившая с работой, тут же вышла из режима Идеального Секретаря.

— Ты скоро вернёшься? — спросила она.

— Не сегодня точно, — чуть виновато произнес клановец.

В ответ ему раздался мелодичный смешок.

— Сегодня и не нужно, — развеяла мысль девушка. — Не моя очередь. Но завтра жду.

Парень прямо представил лучезарную улыбку собственного секретаря.

— Тогда спокойной ночи, — негромко сказал Павел и разорвал связь.

— Закончил? — тут же спросила Лена, явно дожидавшаяся, пока Волконский завершит разговор.

Павел обернулся и окинул Кошкину долгим изучающим взглядом. По лицу девушки расплывалась улыбка. Многообещающая. Про очередь она тоже помнила.

— Как она? — негромко уточнил Павел, рассматривая раскинувшуюся на весь его диван канцеляристку, погруженную в глубокий исцеляющий транс.

— Спит, — доложила целительница. — Я решила, что ее витальным системам просто…

— Короче… — потребовался сюзерен.

Улыбка девушки стала шире.

— Не помешает, — подытожила целительница и первая сделала шаг навстречу, расстёгивая рубашечку.

Свою очередь она пропускать не собиралась ни в коем случае.

Глава 4

Глава 3

— Симпатичных девчонок нашли, — прокомментировал негромко Павел, бросив взгляд в окно на цифровой билборд.

«От такой улыбки хмурый день точно может стать светлей.» — про себя оценил он.

— Притормозить? — среагировал Кроль.

Мол, если хочешь, можно рассмотреть получше.

— Не нужно, — качнул головой Волконский.

В конце концов, он каждый макет отбирал лично, поэтому прекрасно знал, что именно изображено на уличной рекламе.

Но вживую смотрелось еще лучше.

«Молодцы, девчонки», — решил клановец. Вот только на этот раз он имел в виду вовсе не модель, а нашедших её — Архипову, Юсупову и Мышкину. Медиа-троица отработала нестандартный заказ на пять с плюсом. Да еще и в спайке со специальными структурами Ветви.

— Всё равно светофор, — прокомментировал Кирилл, останавливая автомобиль перед стоп-линией.

Павел кивнул каким-то своим мыслям и вновь обернулся на билборд, с которого улыбалась юная фемина.

— Действительно здорово, — ещё раз подтвердил свою мысль парень. Он вообще любил профессиональную работу в любой области.

— Ага, — согласился Кроль, вслед за сюзереном залюбовавшийся творением дизайнеров.

Этот парень любил содержимое вырезов. Так что модель ему нравилась очень и очень.

— Не слишком… явно? — уточнила, чуть запнувшись, Катерина, устроившаяся рядом с сюзереном на заднем сиденье «Империала».

С ее точки зрения, все можно было сделать намного тоньше.

— Этот козёл в стрессе, — чуть раздражённо выдохнул парень. — Воспринимать будет только самые простые сигналы.

При упоминании их цели даже созерцание лучезарной улыбки не помогало полностью отрешиться от негативных чувств. Ну и содержимое выреза, да. Куда ж без него…

— Не козёл, Козлов, — спокойно поправила Катерина, предлагая сюзерену отринуть лишнюю эмоциональность.

Волконский пожал плечами и опустил взгляд на собственные руки. По этому вопросу у него было своё мнение. Он еще помнил, сколько отмывал грубым мочалом руки, а ему все еще казалось, что кровь смыта не до конца. Как-то не получалось у него отстраненно размышлять об объекте.

Чуть встряхнувшись, клановец выбросил из головы неприятные мысли и вновь перевёл взгляд на билборд.

«Хочешь жить? Звони нам», — гласила крупная надпись. Кроме неё и номера телефона никакой дополнительной информации в рекламном материале больше не было.

— Думаешь, поймёт? — хмыкнул Кирилл.

— Серьёзные ребята работали, — пожал плечами Павел.

Эта кампания была спланирована и исполнена всего за несколько часов. Есть свои плюсы в качестве совладельца (пусть и номинального) и покровителя небольшой медиаимперии. С первого взгляда сообщение напоминало рекламу какого-то рехаба. Поза модели, образ давали прямую отсылку. Дьявол крылся в деталях — цветовой гамме, значке на груди девицы и ещё полутора десятках мелких штрихов, на которые беглец обязан обратить внимание. И обязательно поймет, К КОМУ обращено это послание.

Зря, что ли, Кошкина с группой психологов изучила личное дело беглого контрразведчика вдоль и поперек, после чего выдала десяток символов, на которые тот мог обратить внимание. Троица — Архипова, Юсупова и Мышкина — воплотила её рекомендации в жизнь. А после и распространила по всем возможным каналам: билборды, радио, сеть, «даркнет» в исполнении Рины Воробейчик и другие СМИ.

Естественно, всё это было дорого. Однако и действовали они не наобум. Пока остальные готовили контент, Светлана работала с картой столицы, намечая сетку таким образом, чтобы чисто математически у беглеца было больше шансов увидеть их сообщения. И да, при взгляде на подобный билборд у Олега Михайловича Козлова не останется шансов не понять, что это послание предназначено именно ему.

— Ты действительно решил сохранить ему жизнь? — негромко уточнила Катерина.

Павел вновь перевёл взгляд на руки. Затем крепко сжал кулаки и ухмыльнулся. Впрочем, без особых эмоций. Замечание собственного секретаря не вызвало злости и раздражения. Хотя напоминания о том дне, когда им пришлось сжимать распоротое горло родича, всё ещё были довольно болезненны.

— Это зависит от того, насколько он сможет оказаться полезным, — наконец определился со своей позицией Павел.

Именно этот человек убил Ивана Волконского. Но стоит ли обижаться на нож? Или всё-таки имеет смысл сосредоточиться на руке, его направившей? Тем более через бывшего контрразведчика клана Павел планировал выйти на рыбу покрупнее. Кто-то же задумал спровоцировать бойню между представителями Правления и правящей семьёй? Остаётся только гадать, какие заготовки сработали бы в случае, если бы план оказался удачным. Кроме того, когда Михаил Павлович доберётся до своего бывшего подчинённого раньше, тот просто исчезнет. Нет, конечно, это не позволит соскочить с крючка спикеру сразу же. Однако элементов давления на него станет гораздо меньше. Свидетели-то все будут мертвы.

Павел благодарно кивнул блондиночке.

Катерина всегда знала, когда неприятные вопросы задавать можно. И даже тонко чувствовала момент, когда на них имеет смысл настоять. Потому девушка обернулась к сюзерену и некоторое время внимательно изучала его лицо.

— Если от него будет польза, — повторил уже тверже клановец, — я готов оставить ему жизнь.

Решать, конечно, не ему. Вернее, не только ему. Но и ему тоже. Однако Павел был практически убеждён, что слова «политическая целесообразность» для старших родичей значат куда больше, чем для него. В конце концов, речь о человеке спикера Правления, а не члене его команды. Мнение Михаила Павловича не волновало парня даже в разрезе того, что придётся кое-кому дать по рукам, чтобы не тянул их куда не следует. И да, придется напомнить резвому господину с самого начала их отношений, что он ведущую роль больше не играет. И уж если и задумал какую возню, то обязан предупредить Правящую семью.

— Подъезжаем, — объявил Кроль, отвлекая Волконского от невесёлых мыслей.

Парень вскинул взгляд.

— Тот ещё райончик, — оценил он.

Пассажиры «Империала» развеселились. Интересное заявление от человека, живущего в «бараках» по доброй воле. Да еще и наслаждающегося этим.

— Бар «Койот», — беззастенчиво ткнул пальцем Кирилл в сторону тусклой вывески.

— Принял, — вздохнул Павел, краем глаза отмечая филигранные манёвры паркующего длинный автомобиль водителя.

«Баржа» идеально встала меж двумя тевтонскими развалюхами, купленными не иначе как со свалки в каком-нибудь Франкфурте.

— Сидим здесь, — негромко скомандовал Волконский.

Катерина приподняла бровку. Кроль же возмутился:

— И куда это ты собрался один? — фыркнул он. — За лицо не боишься?

Павел хохотнул. Грубость водителя неожиданно заставила развеселиться. Во всяком случае, ему сейчас было совсем не так тоскливо, как ещё пару минут назад.

— Ну, в крайнем случае подерусь, — решил он.

— С древних времён, — Катерина присовокупила к первой шутке вторую. — Мордобой…

— Молчи, женщина! — неожиданно обернулся с водительского сиденья Кирилл. — Мужикам иногда надо!

Девушка спорить не стала. Если сюзерен так считает, то почему бы и нет, собственно? Хотя она искренне полагала, что с его-то подготовкой подобные игры самцов ему просто неинтересны. Не на таком уровне, во всяком случае.

— Я быстро, — напомнил Павел и вышел на улицу.

Вдохнув пару раз, молодой человек направился к входу.

Уже внутри он потратил какое-то время, чтобы глаза привыкли к полумраку.

— Заведение не слишком, — решил Волконский вслух. Лестная характеристика всё равно не могла бы стать причиной начала конфликта. Уж больно тут громыхала музыка из дребезжащих колонок.

Павел окинул взглядом зал. Народу было немного. Хотя часть столиков уже занята. Однако с посетителями ему общаться что-то не хотелось. Уж больно много среди них было чисто протокольных морд. Если бы его целью действительно была драка, то именно с них и стоило бы начинать.

«Надеюсь, ты поумнее», — решил он, шагнув к бармену.

Тот поднял взгляд на нового посетителя за пять метров до стойки.

— Что-то налить? — буркнул лысый детина, вытатуировавший клубок змей прямо на своем черепе, едва Павел устроился на высоком барном стуле.

Ходить вокруг да около парень не стал.

— Я к Топазу, — бросил он. — От Грини. Проводишь?

Бармен кривовато усмехнулся и указал взглядом за спину Павла. К стойке уже приближались пара «протокольных»

— Они проводят. И выпроводят ежели чего. Так что не дёргайся.

Волконский кивнул. Он и не собирался. Всё-таки первоочередной задачей прихода в бар «Койот» был именно разговор с Топазом.

— Сейчас, — махнул рукой «конвоирам» Волконский и вынул из подставки салфетку. — Ручка есть?

Бармен помялся, но дождавшись кивка одного из «близнецов», все же выложил на стойку требуемое.

— Верну, — пообещал клановец и последовал за проводниками, забирая «добычу с собой».

— Кто ты?

Павел демонстративно оглянулся, изучая «тайную комнату» криминального босса. С неподдельным интересом, между прочим. С ответом он не спешил. Для начала нужно было оценить обстановку.

Вокруг было… скучновато. Их мебели лишь стол всего с одним занятым хозяином стулом. Ну и четыре «шкафа», охранявших босса от докучливых посетителей.

— Я от Грини, — ответил клановец секунд через пятнадцать, сосредоточив свой взгляд на самом обычном мужчине средних лет в недорогом коричневом пиджаке.

Такого персонажа можно встретить скорее на начальных позициях в банке или государственной структуре. Но не слишком ожидаешь увидеть в «тайной комнате» бандитского притона. Впрочем, серьёзности ему придавали несколько крепких мужчин. И Волконский вынужден был признать, что их явно чему-то учили. Во всяком случае, расположились они грамотно, страхуя своего нанимателя от любых неожиданностей. Да ещё и явно с перекрытием зон ответственности.

— Кто ты? — второй раз повторил мужчина лет сорока пяти таким же скучным голосом, каким должен сводиться годовой баланс.

— Даже не знаю, как отрекомендоваться, — вполне искренне обозначил суть проблемы парень.

Мало назвать имя. Нужно, чтобы кто-то его еще и подтвердил. А после оно ещё и не осложнило коммуникацию.

— Гриня заранее подтвердил любое названное тобой имя.

«О как!» — оценил Волконский. Ему только что дали право остаться инкогнито, похоже.

Уважают тут друга Гриню.

— В таком случае…

Под внимательными взглядами телохранителей Павел шагнул к центру комнаты, расправив выуженную из бара салфетку на столешнице. После чего он поднял взгляд и обвел им бойцов. Те оказались на редкость понимающими. Получив сигнал от шефа, все четверо отвели глаза.

«Идиоты», — мысленно решил парень. Однако уже через секунду вынужден был признать собственную неправоту. Охранники вовсе не выпустили объект из поля зрения. Скорее, они перераспределили зоны ответственности, но таким образом, чтобы соблюсти конфиденциальность.

«Неплохо», — вынужден был признать клановец, выводя ручкой несколько строк на салфетке. Закончив этот ритуал, он сложил кусочек бумаги пополам и аккуратно подвинул его хозяину помещения. Медленно и плавно, чтобы не провоцировать реакцию охраны.

Топаз неторопливо взял салфетку со стола, развернул и… застыл. Словно на стену напоролся. Всего пять слов, а какой эффект.

— Позвольте обратно, — попросил парень, протягивая ладонь всё так же неторопливо.

Владелец «тайной комнаты» чуть заторможенно кивнул. В его голове и близко не укладывалось, что клановцы могут быть и ТАКИМИ.

Вместе с салфеткой Топаз вручил Волконскому зажигалку по собственному почину и даже подвинул к центру пепельницу. Так что молодой человек без проблем сжёг бумажку с собственным именем. И уточнением места Семьи в клане.

— Неожиданно, — наконец выдал криминальный воротила, разглядывая гостя.

Шут медленно развёл руками и повернулся вокруг своей оси. Нет, не в качестве демонстрации отсутствия оружия — его уже проверили на входе. Просто давая полюбоваться на себя.

Когда еще здешний обитатель увидит Волконского в джинсах и легкой футболке?

— Хорош? — спросил он.

Однако Топаз взял себя в руки быстро.

— Неожиданно, — ещё раз повторил мужчина. — И что же вы…

— Ты, — спокойно поправил молодой человек.

Не имеет смысла давать посторонним больше пищи для размышления, чем они получили уже сейчас.

— И что же ты хочешь?..

Хозяин замолчал на миг, после чего сжал ладонь в кулак.

— Если вы действительно… — начал он.

Павел приподнял бровь. Да еще и усмешку себе позволил. Кто тут только что говорил, что Гриня авансом его личность подтвердил?

— С учетом того, что ты это… Ты, — поправился Топаз. — Я могу предположить цель визита.

Хозяин кабинета промолчал, не отрывая взгляда от лица собеседника.

Павел кивнул, подтверждая, что первая ассоциация мужчины и воспоминания о разговоре с его родичем, верные.

— Я не могу нарушить обещание, данное твоему однофамильцу, — попытался ровно ответить мужчина.

— И не надо, — спокойно отмахнулся Павел. — Нам и без того есть что обсудить.

Топаз явно привык думать быстро и столь же молниеносно принимать решения. Однако в какой-то миг конфигурация вокруг него свернулась в такой клубок, что всё равно пришлось потратить почти минуту, чтобы определиться со своими жизненными приоритетами.

— Слушаю тебя, — наконец пришёл к каким-то внутренним выводам Топаз.

«Хорошо держится», — оценил Павел. Парень прекрасно видел, что собеседник напряжён, как струна. Однако внешне собеседник этого практически не показывал.

— Каковы твои действия в случае наступления условий, при которых воля моего «однофамильца» будет исполнена? — спросил он.

Собеседник ещё немного подумал.

— Сообщить, — просто ответил Топаз. — В первую очередь — это. В случае если возможно, отработать захват. При неуверенности — обеспечить сопровождение и наблюдение.

— Главное — сообщить, — повторил визитер.

Хозяин кабинета неторопливо кивнул.

— Я вас понял, — спокойно заявил Павел.

От этой констатации Топазу стало очень нехорошо. И дело вовсе не в сидящем перед ним парне. Куда важнее, что он часть структуры самой верхушки Великого клана. Хозяин кабинета даже не был уверен, что на том уровне хоть как-то котируется его недавний собеседник. Проблема была в том, что компромат на него не у молодого «небожителя».

— Если мы найдем беглеца, я не смогу сообщить тебе раньше… однофамильца, — наконец определился со своей позицией Топаз. — У меня просто нет такой возможности. Слишком много завязано на имя моего нынешнего заказчика. Полагаю, это тебе известно.

— Угу, — кивнул каким-то своим мыслям клановец, но тут же заметно оживился. — Уважаемый Топаз, а давай дружить⁈

Такая смена тона выбила собеседника их колеи. Ненадолго, но все же.

— А раз ты согласен, — продолжил парень. То должны ведь друзья помогать друг другу, верно?

Хозяин «тайной комнаты» не пошевелился.

— Я тебе найду тебе беглеца, — воодушевленно решил Волконский и обернулся к выходу. — И ты сможешь сообщить об этом моему однофамильцу! Мы ведь друзья! Какие меж нами секреты⁈

Несколько минут Топаз неподвижно смотрел на закрывшуюся за самым странным гостем этой комнаты. Лишь потом потянулся за коммом и набрал номер Грини.

— Это… правда, он? — только и спросил криминальный босс.

— Раз ты звонишь, значит, представился он тебе настоящим именем, — ответил владелец «Гаража».

Мужчина негромко выругался.

— Не все так плохо, — неожиданно успокоил собеседник. — В переплет ты попал без меня. Однако этот Волконский хотя бы не пре0дает своих.

— Уже неплохо, — глухо ответил Топаз, разрывая соединение.

Мысли его были далеко. Следовало быстро придумать вариант сохранения его структуры, если он вдруг неожиданно исчезнет.

А дело к тому шло. Стать пешкой в играх клановцев — уже не самый умный ход. А встать сразу между двумя «небожителями» — и вовсе самоубийственный.

Глава 5

Глава 5

— Ты что, охренел, урод⁈

Павел даже в трёх метрах от владельца «Гаража» услышал яростный рев из динамика комма в руках хозяина заведения. Гриня же старательно держал лицо не хуже клановца на официальном выходе, выслушивая поток сознания собеседника. Прерывать его он явно не собирался. Более того, кажется, вполне наслаждался реакцией «делового партнера».

«Пусть поиграется!» — решил клановец, поудобнее устраиваясь в кресле в кабинете владельца стриптиз-клуба. Строго говоря, он вообще бы с удовольствием поспал пару часов, откинувшись на удобную спинку. Но такой роскоши Павел позволить себе не мог. Работы было очень много. И дело даже не в «беглеце»…

В общем, Волконский терпеливо ждал, пока хозяин кабинета закончит разговор. Впрочем, торопить Григория он и не собирался. Уж больно интересно было наблюдать за диалогом очевидно давно знакомых людей.

— Что за эмоции? — наконец спросил Гриня прямо, услышав, что Топазу перестает хватать дыхания.

Клановец нутром почувствовал, как собеседник сбился с мысли, а потому с любопытством поднял голову. Мало ли чего интересного ответит? Иные обороты речи владельца «Койота» были очень даже хороши!

— Ты мне кого прислал⁈ Идиот! — заорал динамик.

Похоже, владелец «Койота», на людях себя вполне успешно сдерживавший, остался один и решил высказать своему старому приятелю все, что о нем думает.

И нет, это была не подстава со стороны Грини. Павел сразу объяснил альтернативы его похода к Топазу. И Григорий решил, что вариант переговоров будет куда лучше… иного.

— Кофе? — одними губами спросил хозяин 'Гаража, отводя комм от уха.

Слышно и так было прекрасно. Даже если бы он оставил гаджет на столе и отправился лично позвать кого-нибудь из коридора. Парень кивнул. Давай, мол.

— Я тебя придушу когда-нибудь, придурок! — продолжала бесноваться трубка.

— А ведь какой спокойный был, — покачал головой Павел.

С уважением. Лицо во время встречи Топаз держал довольно неплохо. И, если клановец хоть что-то понимал в людях, наверняка криминальный босс не позволил себе эмоций при своих людях.

Клановец успел проехать половину столицы и добраться до «Гаража» как раз к тому моменту, когда его недавний собеседник решил, что вот теперь-то можно все высказать «наводчику».

— Разрешите? — раздался негромкий приятный голос от двери с легким французским прононсом.

В кабинет Грини заглянула симпатичная девочка в униформе официанток клуба. По правилам заведения смуглая красотка была скорее очень даже симпатично раздета. Назвать несколько полосок ткани одеждой клановец бы не решился.

Павел приложил палец к губам и, дождавшись понятливого кивка, взял с подставки лист бумаги, где быстренько и записал свои пожелания по кофе.

Симпатичная мулатка с африканскими корнями глянула на лист, на миг задумалась, после чего уверенно кивнула и бесшумно выскользнула из кабинета.

«Вот чёрт, только сейчас сообразил! А ведь я обещал бармену вернуть её обратно. Забыл, выходит.» — глянул на ручку в своих руках Волконский.

Павел пожал плечами. Слово нужно держать в любом случае. Решив про себя, что обязательно заедет к Топазу в ближайшее время, Павел бросил взгляд на Гриню. Тот уже положил трубку на свой стол, а сам развалился в рабочем кресле, с каким-то даже восторгом рассматривая гаджет, из которого неслись уже не такие трёхэтажные, но всё ещё громкие и заковыристые ругательства.

Павел ручкой сделала жест в воздухе. Записывай, мол.

Сборник таких перлов клановец и сам бы почитал.

Гриня небрежно махнул рукой. Лениво, мол.

— Твое дело, — вновь артикулировал парень.

Удивительно, но при всех своих эмоциях даже в телефонном разговоре Топаз не рискнул обругать клановца или его родичей, что было очень даже разумно. Волконский аккуратно развернул кисть таким образом, чтобы продемонстрировать хозяину кабинета часы. Тот понимающе кивнул.

— Друг мой, — хмыкнул владелец заведения. — Ты всё сказал?

На том конце провода поперхнулись. Очевидно, звонивший считал, что хоть какая-то совесть у его старого приятеля должна остаться.

— Постарайся сделать так, чтобы он ко мне больше не приходил, — потребовал Топаз.

Довольно странная просьба. Будто Гриня и впрямь мог повлиять на решения «небожителей». Нет, на самом деле «пожелание» друга Бешеной парень бы исполнил. Если бы получил исчерпывающее объяснение. Но Топазу бы об этом откуда знать?

— Ну, раз ты хочешь так, — подумал хозяин кабинета и обернулся к «небожителю»: — Павел, могу я тебя попросить, больше не появляться в «Койоте»?

Кому-то стало очень нехорошо.

Топаз просто заткнулся. Как-то разом. Нет, он трусом не был. Однако клановцы — это отдельный мир. И воевать с ними силой криминала, если «злодей», конечно, не имеет родословную ещё больше, — дело очень даже печальное. Всё равно что с бритвой против танка переть. Причём безопасной. То есть попробовать-то можно. Вот только результат будет соответствующий.

— Он что… там? — выдохнул динамик наконец.

— Ну да, — просто сообщил Гриня и даже пожал плечами чуть удивлённо. — А где ему ещё быть-то?

Вообще-то, сам «небожитель» мог бы придумать множество дел, которыми нужно было заняться прямо сейчас. Чего стоил один годовой финансовый отчет за первые шесть месяцев работы «РитРос». Сестренка настаивала, что каждый из трех директоров, просто обязан быть подготовлен и владеть цифрами. Даже если отвечает он за безопасность.

Однако парень действительно завис в «Гараже». Уж больно удачно было выбрано его расположение. И нет, вопрос не в цене земли и стоимости недвижимости. А в доступности большинства крупных автомобильных артерий, метро и удобная транспортная развязка.

«Однако вернемся к нашим ба… собеседникам.» — решил Павел.

— Здесь я, здесь, господин Топаз, — спокойно подтвердил молодой человек.

Чего скрывать? Под оперативную базу «Гараж» и впрямь подходил как нельзя лучше. Конечно, Григорий сначала немного напрягся, но не отказал. Лишь попросил сделать так, чтобы на посещаемость его заведения пребывание гостей не повлияло.

Топаз же не сразу нашёлся с ответом. Он действительно не боялся ни Бога, ни чёрта. Во всяком случае, в людском облике. Просто кланы — другой мир, вне его лиги и игры.

— Не волнуйся, господин Топаз, — легко улыбнулся парень, пусть владелец «Койота» видеть его не мог. — Я к вам обязательно на днях заеду. Обещал. А слово держать надо.

Именно от этого обещания довольно известному криминальному авторитету стало не по себе. Благо образование позволило ему выразить мысль очень даже корректно:

— Минуй нас пуще всех печалей, — услышали Павел и Григорий перед тем, как собеседник положил трубку.

— Злой ты, — решил негромко Волконский, покачав головой.

А то он не понял, что владелец клуба за его счет поприкалывался над старым приятелем.

Гриня легкомысленно пожал плечами, что с его серьёзным образом интеллигента-легкоатлета не вязалось совершенно.

— Ты надолго тут? — спросил он.

— Контрольный срок — три дня, — обозначил свою позицию Павел. — По городу уже раскидано несколько мобильных групп со временем реагирования в три минуты. Здесь останется лишь моя силовая поддержка и техники. Нормально?

Хозяин заведения не возражал. Он прекрасно понимал подоплёку: на первом этаже в служебных помещениях вольготно разместилась мобильная группа под личным управлением Павла. Чисто географически клуб находился в удачном месте. До большинства расчётных точек в столице отсюда можно было добраться очень быстро.

Принесли кофе. Павел ещё раз полюбовался подавальщицей расширенного профиля и обратил внимание на бодрящий напиток. К его удивлению, девица талантами приготовления черного зелья явно обладала.

— Прекрасно, — решил парень, сделав глоток.

— Тогда давай обсудим следующую партию твоих учеников, — предложил Гриня, подвигая к себе какие-то бумаги. — У меня небольшое уточнение по штатному расписанию, а также правах и…

От разговора их отвлекла резкая вибрация комма.

— Хм, — оценил Павел, глянув на экран. — Ну, сейчас посмотрим, — решил он, нажимая кнопку ответа. — Слушаю вас, — негромко бросил парень в трубку.

— Здравствуйте, господин Волконский, — раздался в динамике смутно знакомый голос. — Моё имя — Олег Михайлович Козлов. И я готов сдаться при условии сохранения жизни.

Естественно, звонил он вовсе не на личный номер молодого человека. Сюда его переключил кто-то из операторов дежурной смены. Именно они сначала отфильтровали выхов от сотни других (реклама оказалась очень уж эффективной!) и убедились в личности звонившего.

Павел выдержал паузу.

— У меня есть что предложить вам, — правильно понял молчание «беглец». — Не могу доказать этого прямо сейчас. Однако уверен, что обладаю достаточным эквивалентом цены моей жизни… в нужной вам «валюте».

— Я думаю, мы договоримся, — обозначил свою позицию Павел. — Жизнь готов гарантировать. Торговаться…

Волконский сам поморщился от этого слова в подобном контексте.

— … Будем по поводу качества твоего будущего существования.

Тишина висела секунд пять.

— Это приемлемо, — заявил собеседник таким тоном, будто у него был выбор.

— Тогда предлагаю начать прямо сейчас, — спокойно ответил Павел. — По моим ощущениям, времени действительно слишком много. Через сорок пять минут пришлю тебе адрес. Будь готов.

Сразу после разговора Волконский набрал короткое сообщение Катерине: «Объект вышел на связь. Через час встреча. Готовь группу».

Ответ пришёл почти мгновенно: «Принято. Будем на месте».

Волконский улыбнулся. Блондиночка была безупречна — всегда на связи, всегда готова. Невольно пришла мысль о том, что секретарь могла так и остаться безымянной служанкой с этажей. Какой бы была его жизнь тогда? А ее?

— Твои люди готовы? — спросил Гриня, отрывая взгляд от монитора, в который уже успел уткнуться за время разговора клановца с «беглецом».

Павел пожал плечами.

— Тебе виднее, — усмехнулся он.

В конце концов, почти все бойцы ГБР прошли через охрану клуба, ведь в гвардии их не учили работать «на земле». А сегодня требовалось быть незаметными. Вернее, неотличимыми от обычных «червей», как иногда пренебрежительно отзывались клановцы о простых жителях столицы, ни разу не бывавших на этажах.

Очередная вибрация заставила Павла отвлечься. Но он не стал доставать комм. И так прекрасно знал, что группа уже на подходе. Весь механизм работал как часы — и в этом была заслуга не только его, но и всей команды.

— Через час я буду на месте, — повторил он вставая. — Если что-то пойдёт не так, ты знаешь, что делать.

Григорий только кивнул. Но поморщился. Инструкция «Сухари сушить!» — ему не понравилась.

За клановцем закрылась дверь.

Хозяин кабинета помолчал минуту, а после вновь набрал Топаза. Первым делом он должен был сообщить приятелю, где именно можно будет найти «беглеца». Почему бы и нет? По старой-то дружбе!

Глава 6

Глава 6

Короткий «удар колокола» оповестил о полученном сообщении.

Бывший старший оператор контрразведки клана глянул на экран и удовлетворённо хмыкнул.

— Уже ведут, — прокомментировал он едва слышно и вновь впился зубами в гамбургер.

Не слишком вкусный, но, возможно, последний.

Волконский явно отслеживал его местоположение. Именно поэтому клановец и поставил условия принять сообщение с координатами точки за пятнадцать минут до встречи. И место он выбрал таким образом, чтобы беглец успевал лишь впритык. Все это служило единственной цели: не дать ему времени на раздумья и подготовку.

— Неплохо, — оценил Козлов то ли гамбургер, то ли подход молодого Волконского.

Да, лично его это ставило в крайне неудобное положение и резко сужало свободу манёвра. Однако такие предосторожности радовали. Приятно иметь дело с предусмотрительным человеком. Особенно ели собираешься доверить ему свою жизнь. Ведь если Павел Анатольевич действительно прикроет его от розыска клана, то лучше бы ему и впрямь оказаться умным и хитрым игроком.

— Девушка! — бросил контрразведчик, привлекая внимание официантки.

Продемонстрировав подрабатывающей студентке купюру, явно превышающую стоимость заказа, он прижал ее стаканчиком из-под колы и тут же рванул с места.

Времени Волконский ему действительно оставил впритык. И не так много маршрутов.

«Вот и началось!» — подбодрил себя мысленно мужчина, направляясь к выходу из торгового центра, где вот уже почти час заседал на фудкорте.

Место было выбрано с умом. Во-первых, действительно стоило чуток перекусить. А, во-вторых, взять его здесь было гораздо сложнее, чем посреди улицы или на конспиративной квартире. Да и группу захвата незаметно не подведёшь. По крайней мере, быстро.

«Как все глупо!..», — поморщился мысленно Олег Михалыч, сбрасывая коммуникатор в одну из урн у входа. Больше гаджет ему не понадобится. Во всяком случае, до встречи. В конце концов, Павел не обозначил условия всё время иметь комм при себе. Стало быть, оставил на его личное усмотрение.

Козлову же было куда спокойнее, что его хотя бы по триангуляции не секут в режиме реального времени.

Как вообще до этого дошло?

Ещё несколько недель назад у старшего оператора контрразведки была карьера, перспективы и даже планы жениться. Всё рухнуло не сразу. Однако демонтаж его жизни и впрямь произошел как-то очень быстро.

Началось все со странных личных просьб спикера Правления, за которые на его счета поступила награда. Нет, об этом никто не предупреждал. И сам Козлов не требовал денег, полагая, что действует в рамках служебных полномочий. Впервые обнаружив крупную сумму на экране банковского приложения, Олег Михалыч простоял около двух минут, решая, что именно делать со сложившейся ситуацией.

Хороших выходов не было. Разве что Михаил Павлович лично признается, что перевел служащему специального подразделения Волконских деньги.

Дело в том, что сотрудники ряда служб клана не имели права принимать оплату от политического и военного крыла, а также от «простых» членов семьи. Процедура постановки задач была строго регламентирована. Никому из «небожителей» не хотелось, чтобы такой инструмент, как контрразведка, был использован в борьбе за власть кем-то одним. Михаил же Павлович чётко дал понять, что если Козлов не поможет разобраться ему с одним из родичей, информация о получении служащим специального списка дополнительной зарплаты уйдёт в казначейство.

— Выполни задачу, и никто никогда не узнает ни об этом счёте, ни о сумме, которая будет выплачена по результатам работы, — спокойно заявил тогда спикер Правления.

Впрочем, и Олег Михайлович дураком не был. Он прекрасно понимал, что если начнётся разбирательство, взяткодателю особо тяжкого обвинения предъявлено не будет. Да, попытался. Нет, не получилось. Пожурят на каком-нибудь собрании — и все дружно закроют глаза. Просто потому, что и другие родичи регулярно проверяли рамки, за которые можно выйти во внутриклановой борьбе.

А вот попавшемуся контрразведчику будет куда хуже. Нет, никакой уголовной статьи или куда более серьёзных мер, на которые заранее был согласен тогда еще кандидат Козлов при заключении контракта, к виновному применяться не будет. Но должности он лишится. И перспектив. Никто не возьмёт сотрудника этажей с плохой характеристикой от клана. Впрочем, контрразведчик и по прошлому месту службы, и на нынешнем своём посту отличался довольно высоким интеллектом, а потому рано или поздно решил бы вопрос.

Вот только времени ему не хватило. События понеслись вскачь.

Первым серьезным звонком стала «силовая поддержка» переговоров с Павлом Анатольевичем под командованием Ивана Романовича Волконского, а после и приказ добыть уже самого «командира» под светлые очи спикера.

Они отработали на пять — пара профессионалов преодолела охрану, проникнув на территорию дорогого жилищного комплекса. Тогда контрразведчик ещё не знал, что его второй номер с позывным Лютый решил вопрос с консьержем на входе радикально. В этом случае напарник, скорее всего, получил бы пулю ещё в лифте. А сам Волконский немедленно отошёл бы в сторону, уже через час явившись с признательными показаниями к своему непосредственному начальству. Или в СИБ.

Вот только узнал он об этом уже куда позже, отходя после неудачного контакта с бойцами Павла Анатольевича…

Да он и выстрелил-то на чистом автомате! Резкое появление противника на дистанции клинча выбило спеца из колеи. Рефлексы сработали раньше разума, отправив несколько пуль в «небожителя». А вот следовавший за ним Лютый стрелял уже всерьёз, с целью убить.

Зато удалось оторваться.

Отходили молча. План был готов заранее, равно как и вывешенные по внешней стене верёвки, по которым они спустились на крышу двадцатого этажа. Оттуда, уже, переодевшись в костюмы сервисного персонала, выбрались из здания, а после и из жилого комплекса.

Да, силовой блок Волконского был довольно хорош. Однако здесь и сейчас не оказалось никого, кто разбирался бы в вопросе по их профилю на уровне контрразведчика и его напарника.

Лютый умер через час после инцидента. Перед этим он рассказал на камеру, как и почему убил Ивана Романовича Волконского, кто отдал ему этот приказ и как собирался избавиться от напарника, едва они окажутся в точке эвакуации.

Этого было вполне достаточно, чтобы предложить заинтересованным сторонам.

Получившуюся запись Олег Михайлович сохранил. Нет, он не думал, что этот эпизод обойдётся для него без последствий, но рассчитывал сохранить хотя бы жизнь. И если уж такое будет возможно, ещё и свободу. Или хотя бы надежду на возможность еще когда-нибудь оказаться на свободе. Однако в последнее он не особо верил по причине врождённого реализма.

Строго говоря, после обыска и допроса «второго номера» он собирался лечь на дно. И уже проложил маршрут в сторону небольшой автобусной станции, когда ему на глаза попался яркий рекламный щит. Взгляд невольно упал на лацкан пиджака модели, где был закреплён значок, так похожий на элемент формы по его прошлому месту службы. Однако это оказалось далеко не самой последней странностью на изображении. Цвета, символы, элементы. Даже время на часах красотки — всё говорило об одном: это сообщение для него.

«Хуже не будет», — решил Козлов и набрал номер.

Ответил ему автомат:

— Здравствуйте, уважаемый клиент. Если вас интересуют услуги и цены нашей профильной клиники — нажмите «один». Если вы хотите узнать свободные даты и расписание приема, нажмите два. Если вам нужно комплексное решение проблемы — дождитесь ответа оператора.

Козлов выбрал последний вариант.

Глава 7

Глава 7

«Вот чёрт!» — оценил ситуацию Козлов и прибавил ходу. Давно ему не доводилось столько бегать по столичным улицам. А за последние минут пять уже третий спринт. И даже так он едва-едва успел втиснуться в вагон метро перед самым закрытием дверей.

— Обложили, — оценил беглец, переводя дыхание.

Тайминг его маршрута был просчитан великолепно. У него не то что не хватало времени на подготовку, а даже осмотреться толком вокруг. Хотя Олег Михайлович уже дважды замечал наблюдателей Волконского. Те, впрочем, и не скрывались особо. Куда больше они напоминали метки на лыжной трассе. Мол, верной дорогой идёте, товарищ.

И отсекали всяческие неожиданности в точке встречи. Оно и правильно. Вдруг его «ведет» кто-то еще?

— Выходить будешь? — раздался сзади грубый голос.

Вопрос совпал в жестким тычком в бок.

Дородная тётка явно была недовольна препятствием в виде задумавшегося контрразведчика потребовала срочного внимания. Злиться на хабалку поперек себя шире Козлов смысла не видел. Не самая большая проблема в его жизни на этот момент.

— Прошу, — спокойно ответил он, освобождая проход.

Мысли же были заняты следующей точкой маршрута: автобусной остановкой недалеко от станции. Олег уже начал понимать правила «игры», затеянной Волконским. Ведь к следующей отсечке он успеет лишь если сильно автобус подойдет сразу же после его выхода. Однако отчего-то беглец не сомневался, что расписание транспорта при составлении маршрута Павел Анатольевич учёл.

Фактически его загоняли как зверя. Грамотно и методично. Без права одуматься и отдышаться. Однако отчего-то именно эта мысль грела душу. Профессионализм людей Волконского был очевиден. Стало быть, с ним можно работать. Ну и шанс небольшой появляется, что когда он расскажет всё, клановец выполнит обещание и не сдаст родичам на растерзание.

«А спортом ты зря пренебрегаешь!», — мелькнула неожиданная мысль в голове. Вроде не так он много и пробежался, всего-то с километр плюс по эскалатору метрополитена. А уже дыхание сбилось. «Только трудовой мозоли не хватало от кабинетной работы!» — хмыкнул мужчина мысленно. Впрочем, через секунду он вынужден был себя поправить: если ему представится возможность работать на тихой и спокойной должности, да ещё и так расслабленно, что отрастёт живот, то это далеко не самый худший вариант его дальнейшей жизни.

— Станция сквера Императоров… — прозвучало объявление из динамика.

Отдых продлился недолго. Две станции — это буквально несколько минут. Так что времени хватает лишь на то, чтобы выровнять дыхание и продумать следующий отрезок пути, мысленно визуализировав его.

Контрразведчик сорвался с места, едва двери перед ним открылись.

Конечно, он был уверен, что люди Павла просчитали транспортный маршрут. Но лучше дать себе небольшой задел по времени. Мало ли. Так что Олег вновь побежал, игнорируя возмущённые взгляды и несколько резких фраз в спину. Кто-то даже посмеялся над ним. Вроде как немолодой уже мужик, а носится аки сайгак по эскалатору. Но беглец на такие мелочи внимания не обратил. Речь-то всего лишь о его жизни.

Зато такая физкультура принесла свои плоды. Несколько секунд Козлов смог осмотреться в ожидании автобуса. Симпатичную девицу, облокотившуюся на опору остановочного комплекса, контрразведчик заметил почти сразу. Да и она скрываться не стала. Подмигнула ехидно и тут же полностью потеряла к нему интерес с виду. Просто уткнулась в свой комм и на внешние раздражители этого мира больше не реагировала.

«Так себе идея — светить столь дорогими гаджетами возле метро», — оценил контрразведчик. Однако через секунду сам же мысленно над собой посмеялся: хотел бы он посмотреть на тех хулиганов, что смогут отобрать коммуникатор у подобной цыпочки. больно уж у девчушки моторика была своеобразной. Козлов успел это оценить через окно из автобуса.

И лишь усевшись на свободное сиденье, Олег понял, что именно его зацепило. Оперативники Волконского в городской среде смотрелись естественно. Что говорило либо об особом отборе, либо о разносторонней подготовке и предусмотрительности. Козлов не раз видел людей государевых, но чтобы клановцы обращали внимание на подобные мелочи, как-то не замечал.

— ну, посмотрим, — решил он и прикрыл глаза.

До следующей точки семь минут. Есть время чуть расслабиться.

Беглец вышел на конечной остановке и огляделся вокруг. Больше у него инструкций не было. Он на точке. Однако что-то никто не спешил к нему с распростёртыми объятиями.

— Что ж, — негромко решил мужчина.

Мужчина оглянулся. Кофейный ларёк обнаружился неподалёку. Нет, он не собирался сейчас тревожить нервную систему дополнительной порцией кофеина. А вот сладкий какао — вполне кстати. И энергию восстановит, и настроения добавит.

«Так и поступим», — мысленно кивнул сам себе Олег. Он вообще решил на приятных жизненных мелочах сейчас не экономить. В его ситуации сложно понять, какая из них может стать последней. Так что если хочется какао, его надо обязательно выпить.

С этой мыслью беглец и направился к ларьку у остановки.

— Здравствуйте, — приветливо махнул ладонью он улыбчивой девчушке откуда-то из Средней Азии. — Мне… какао обычный. Можно чуть больше сахара?

— Конечно, — ещё шире улыбнулась бариста.

— Мне флэт.

Голос за спиной заставил вздрогнуть и замереть. Рука, тянущаяся к карману с кошельком, застыла на месте. Беглец и впрямь не заметил, как к нему подобрались. И нет, он был уверен, что дело вовсе не в его невнимательности.

— Я заплачу, — пообещал Павел Анатольевич, протягивая карточку в окошко.

Раздался задорный пик, подтверждающий транзакцию. Олег тем временем получил возможность отступить на шаг влево. Это позволило рассмотреть клановца. Тот вновь был одет в джинсы, кроссовки и лёгкую ветровку. Причём никакого неудобства в отношении подобной одежды парень не испытывал.

— Разрешите я… — начал было разведчик.

— Подожди, Олег Михайлович, — поднял руку молодой человек. — Сейчас напитки заберём и пройдёмся.

Девушка оказалась профессионалом. Уже через пару минут оба напитка были готовы.

Козлов сделал глоток и… поморщился. Сладкая волна неприятно обожгла рот.

— Осторожнее, горячий! — тут же донеслось из ларька.

Мужчина только и успел кивнуть.

— Нам туда, — указал рукой представитель правящей семьи одного из великих кланов империи на обычное ограждение, отделяющее остановку от небольшого газончика перед жилым домом.

Беглец спорить не стал. Хотя и удивился, когда клановец запросто присел на трубу ограждения.

— Рекомендую попробовать, — предложил клановец, сделав соответствующий жест рукой.

Олег с сомнением глянул на какао.

— Я подожду, — решил он.

Впрочем, тут же, вопреки своим же словам, сделал куда более аккуратный глоток.

«Хм, — решил Козлов про себя. — Не так уж и плохо». Наверное, можно было бы сказать, что и совсем хорошо, если бы не окружающий собеседников контекст.

— Итак, Олег Михайлович, — начал разговор Павел лишь после дегустации своего напитка. — Что ты можешь мне предложить?

Мужчина кивнул. Разумный подход. Молодой человек не стал тянуть быка за рога. И было бы глупо предполагать, что Павел Анатольевич готов вмешаться в ситуацию исключительно из-за своего альтруизма.

— Я не убивал Ивана Романовича Волконского, — первым делом произнёс контрразведчик.

«Небожитель» довольно равнодушно пожал плечами. Мол, а мне-то с того?

— Здесь показания исполнителя, а также выход на руководителя операции и непосредственно… все, что мне известно на данный момент, — в руках у Козлова появилась небольшая флешка.

Его собеседник секунду без особых эмоций рассматривал носитель, после чего сделал лёгкое движение подбородком.

— Отдай ей, — потребовал парень.

Переспросить беглец не успел.

— Отдай, — раздался холодный голос над ухом.

Рефлекторное движение контрразведчик успел «поймать» в последний момент. Павел Анатольевич поднял кулак и погрозил кому-то за спиной Козлова. В ответ раздался тяжёлый вздох. Кажется, подобные угрозы без последствий не обходятся.

«Оно и правильно, — оценил про себя Олег. — А если бы реально отработал на рефлексах?»

— Отдай, — вновь потребовал голос.

Вперёд шагнула девушка в синих обтягивающих джинсиках и свободном сером худи. Козлов уже было протянул носитель, да так и замер. Секунд пять его мозг не мог оценить то, что видят его глаза. Перед ним стояла та, кого за спиной называли Ледяной… Мужик осёкся под насмешливым взглядом клановца. Впрочем, злости в его усмешке не было. Скорее понимание.

— Вы же с-с-с-с…

— Светлана Анатольевна, — спокойно закончила за разведчика девушка. — Носитель, Олег Михалайлович. Отдайте его мне.

В этот раз мужчина соображал быстрее, а потому тут же протянул флешку девушке.

— Благодарю, — царственно ответила та и, развернувшись, пошла куда-то в сторону жилой застройки.

Со всё большим изумлением мужчина провожал её взглядом.

— Понравилась, что ли? — уточнил Волконский с лёгким удивлением.

Нет, сестренка и впрямь была хороша. Если объективно. Но с его обывательской точки зрения, беглецу сейчас не до любовей должно быть. Не говоря уже о практической невозможности подобного альянса.

— Нет сопровождения, — выдал свои наблюдения Олег, оборачиваясь к клановцу.

Однако Павел Анатольевич и не думал переживать по этому поводу.

— Да что ж с ней будет? — отмахнулся он, вновь погружая собеседника в лёгкий ступор. — Не о ней сейчас речь, Олег Михалыч, — качнул головой молодой человек. — Давайте поговорим о вашей жизни.

— Как вы её видите?

— С осложнениями, — честно признал клановец. — Однако она ведь и кончается не завтра, верно?

Фраза покоробила, хотя и была абсолютно точной. Молодой человек явно намекнул, что готов сохранить жизнь собеседнику, если тот пойдет на сотрудничество. Безусловное.

— Что я должен сделать? — уточнил Олег.

Павел кивнул. Именно такого ответа он и ждал. Но объяснять пока ничего не стал. Вместо этого Волконский достал коммуникатор и выбрал номер. Подождав несколько гудков, он с какой-то странной весёлостью в голосе брякнул:

— Здравствуй, Топаз! — едва ли не завопил клановец с интонацией жизнерадостного дебила. — Ты же помнишь, что мы друзья⁈ Ну так вот, я свое слово держу! Нашел я тебе этого беглеца!

Олег поморщился и сделал еще один глоток какао.

На тон он внимания решил не обращать. Глаза Павла ни на миг не утратили собранности. Только это и успокаивало.

А нервишки шалили. Большую часть службы Козлов был кабинетным сотрудником. Хоть и со специальной подготовкой. И жизнью ему доводилось рисковать нечасто.

Как жаль, что приходится начинать на старости лет!

Глава 8

Глава 8

— Здравствуй, друг, — Павел махнул рукой.

Глаза Топаза ещё чуть-чуть расширились. От удивления. Возможно, приветствие произвело такой эффект из-за зажатой в ладони шаурмы. Ну да, тот добирался до места встречи аж целых двадцать семь минут. Нужно же было чем-то занять время.

— Кажется, я понимаю, зачем ты это делаешь, — буркнул чуть невнятно беглец, наслаждаясь легкой растерянностью на лице «покупателя».

Он-то как раз только рад был прикоснуться к любой нормальности, прежде чем его жизнь полностью перестанет зависеть от него.

— Все назад, — буркнул Топаз, и девять боевиков в разноцветных рубахах, прибывшие «на дело» вместе с боссом, после небольшой заминки оттянулись обратно к ожидающих их премиальным седанам.

— Тоже дело, — согласился Волконский, задумчиво разглядывая возвращающихся к транспорту бандитов. — Нечего народ пугать.

А люди на остановке и впрямь постарались как можно быстрее оказаться подальше от развесёлой толпы. Во всяком случае, яркой. Рубахи люди Топаза предпочитали отчего-то все как один гавайского стиля. Что довольно странно, с учетом любви их босса к куда более консервативным нарядам.

Однако остановка не опустела. Разборки разборками, большая часть будущих пассажиров городского транспорта всё-таки остались ждать, ведь с учетом интервала прибытия общедоступных «колесниц», следующую «кибитку» можно прождать очень долго. Тем более народ на окраинах обитал не из пугливых. Клановец был уверен, что у кое-кого здесь и стволы под одеждой имелись. А уж «холодняк» у каждого пятого — точно.

— Это он? — спросил негромко Топаз, едва его люди расселись по машинам.

— Ага, — согласился Павел.

Пришлось ограничиться коротким и не совсем внятным ответом, так как за секунду до вопроса он откусил очередной сочный кусок.

— Уверены? — всё же уточнил контакт в криминальном мире.

— Угу, — кивнул головой парень и, прожевав, ответил уже куда более внятно. — На все сто. Сомневаетесь в моём слове?

Бандит не сомневался. Вернее, не желал делать этого вслух категорически. Всё-таки «небожители», по поверьям, народ довольно обидчивый. Усомнишься в слове такого паренька с шаурмой в руках — и проблем на долгие годы обеспечишь себе с лихвой. «Впрочем, какие тут годы!» — мысленно хмыкнул Топаз. Клановцы и криминал живут просто в разных мирах. И вторые — ровно до тех пор, пока на них не обращают внимания первые. Несопоставимые категории.

Несколько секунд мужчина размышлял, переводя взгляд с сосредоточенно жующего беглеца на Волконского и обратно.

— Могу присесть, господин? — наконец спросил он.

А что? Они ж друзья! Клановец сам так говорил.

Павел сделал приглашающий жест рукой. Лавочка напротив была свободна. Топаз пожал плечами едва заметно и плюхнулся рядом.

— Павел Анатольевич, — спросил он спустя минуту молчания. — Вы передадите мне беглеца?

Молодой человек уверенно кивнул. Собственно, именно за этим он человека-спикера и вызвал.

— И вы понимаете, — на всякий случай уточнил Топаз. — Что я передам его вашему… однофамильцу?

Очередной кивок.

«И вы не возражаете?» — хотел было спросить у «объекта сделки» мужчина, но передумал. Кажется, от воли беглеца здесь ничего более не зависело.

«Впрочем, и от моей тоже.» — грустно про себя констатировал криминальный босс.

— Каковы условия, господин? — просто спросил он.

Отчего-то именно сейчас события долгого дня навалились на мужчину разом. Топаз почувствовал тяжёлое давление на плечи, словно кто-то взгромоздил на него мешок с бетоном. Как-то резко расхотелось играть словами. Ему нужно было лишь понять, что происходит. И какова его во всём этом роль.

— Мы же друзья, — весело заявил Павел, комкая в кулаке обёртку от шаурмы. — Я дал слово.

На этот раз настала пора кивать Топазу. Сделал он это молча. Мол, понял и принял.

— Жду дальнейших инструкций, — произнес мужчина вслух.

Посерьезнел и Волконский.

— Сейчас ты позвонишь моему однофамильцу и сообщишь, что нашёл беглеца.

Контрразведчик негромко хмыкнул. С набитым ртом звук получился забавным. Павел даже едва заметно улыбнулся. Третьему же участнику стихийного собрания было не до веселья. Совсем.

— Сделаю, — коротко подтвердил понимание ситуации криминальный босс.

— Мой однофамилец обговорил процедуру передачи? — уточнил Павел.

Топаз слегка качнул головой вправо и влево.

— Тогда давай придумаем, где именно ты передашь… — начал было парень, но тут же осекся, улыбнувшись неожиданно пришедшей в голову интересной мысли. — О, кстати!..

Оба его собеседника на миг замерли и оглянулись на парня. В вопросах жизни и смерти столь жизнерадостные восклицания им пришлись не по нраву.

— Твоя задача — захват или сообщить о месте пребывания? — уточнил «небожитель».

Топаз задумался. В этот раз всерьёз.

— Не обговаривалось, — наконец ответил он.

Павел привстал и жестом звезды баскетбола отправил скомканную упаковку от шаурмы в ближайшую урну. «Снаряд» попал в бортик и упал рядом с «корзиной».

— Ну-у-у, — вздохнул Павел и, пожав плечами, подошел к урне.

Бросок он повторил с дистанции «вплотную». В этот раз промаха не случилось.

Вернувшись обратно, молодой человек некоторое время помолчал.

— Просто великолепно, — наконец пришел к выводу молодой человек. — Тогда назначай встречу прямо здесь. На остановке.

На этот раз удивился контрразведчик. Молча.

— А почему нет? — спокойно кивнул клановец. — Пусть подъезжает и забирает.

Криминальный авторитет не спорил.

— Как именно я мотивирую подобный доклад? — просто спросил он.

Честно говоря, Топазу больше всего хотелось покончить с этим делом и взять долгосрочный отпуск. Желательно где-нибудь за границей до разрешения ситуации. У него уже бывали в жизни случаи, когда приходилось срочно менять локацию. Однако тогда бы проблемы были с законом. Сейчас же — с теми, кто живёт вне правил обычных людей.

— Можешь сказать, что он вооружён, — предложил Павел. — И ты отказываешься работать в людном месте.

Топаз размышлял не менее двух минут. С одной стороны, всё верно. Такая наглая работа могла быть расценена людьми государевыми в рамках очень нехороших статей. Фактически расстрельных. Но вот будет ли это аргументом для однофамильца его нынешнего собеседника? Непонятно.

— Полагаете, ваш родич воспримет мои доводы? — вслух поделился сомнениями мужчина.

Контрразведчик негромко рассмеялся. Он вообще в этом разговоре присутствовал скорее как звуковое сопровождение. Ладно, хоть не разразился аплодисментами в каком-нибудь «кульминационном» моменте странного диалога. Уже радует.

— А ты убеди, уважаемый, убеди, — предложил Волконский. — Да, понимаю, отказать ты ему не можешь. Но я бы на твоем месте ОЧЕНЬ попытался.

Топаз поморщился. На секунду Павлу показалось, что он выругается. Однако собеседник сдержался. Лицо его стало чуть угрюмее.

«Эх, никто не разделяет моего хорошего настроения», — мысленно покачал головой небожитель, чувствуя приятное тепло в животе.

— Но у него уже нет оружия, — сообщил очевидную, в общем, мысль Топаз.

Павел приподнял бровь.

— Это единственная проблема? — наконец спросил он.

Собеседник не шелохнулся. Молодой человек забрал из руки беглеца одну из салфеток и тщательно вытер ладони. После чего достал из кобуры пистолет и передал его объекту.

— Теперь есть, — спокойно объявил он. — Заряжен и готов к применению. И если это всё, то предлагаю позвонить прямо сейчас.

Топаз только качнул головой и потянулся за коммуникатором. Логичных возражений у него не было. Остальные, кажется, Павел Анатольевич в расчёт не примет.

Михаил Павлович сидел за своим столом.

Нет, он не работал. Хотя в папке с надписью «Входящая» скопилось достаточное количество запросов. Однако хозяин кабинета просто не мог сосредоточиться. Вот уже полчаса всё это время он переводил взгляд с экрана комма на графин с янтарной благородной жидкостью около сорока градусов крепостью.

— Чёрт возьми, — негромко выдохнул он себе под нос, протягивая руки к графину.

Огненная волна, пробежавшая по пищеводу, на миг заставила его дыхание сбиться. Всё-таки подобным допингом он раньше не злоупотреблял. В защиту можно было бы сказать, что и в переплеты подобные он давно не попадал. Ситуация складывалась не лучшим образом. Михаил Павлович уже попал на крючок к старшим Волконским. Оставалась лишь надежда вовремя «почистить хвосты», чтобы иметь шанс сорваться как можно раньше. И нет, он не думал о мести. Хотя бы уйти при своих — уже неплохо будет.

Ленивые размышления разбил пронзительный музыкальный перелив комма. Хозяин кабинета на одном из самых высоких этажей небоскреба Волконских глянул на экран и цапнул аппарат со столешницы.

— Говори, — потребовал он.

— Мы его обнаружили, господин, — раздался голос из динамика.

Спикер Правления подался вперёд.

— Что значит «обнаружили»? — довольно жёстко спросил он.

Это не тот успешный доклад о закрытии вопроса, который порадовал бы спикера.

— Объект локализован, — тут же ответил собеседник.

Михаил Павлович на миг прикрыл глаза и с силой смежил веки. Некоторым усилием ему удалось сдержать резкость.

— Что ты имеешь в виду? — уточнил он уже ровным тоном.

Вот ещё не хватало этому уголовнику демонстрировать эмоции.

— Мы обнаружили вашего беглеца, — повторил Топаз.

«Вот ведь заладил!».

— Так берите его, — потребовал Михаил Павлович, разглядывая ополовиненный коньячный бокал в своей руке.

— Не имею возможности, господин.

Спикер Правления всеми силами игнорировал лёгкое презрение, сквозившее в обращениях собеседника. А также собственное желание наорать на «исполнителя».

Перед ответом он допил остатки янтарной жидкости.

— Докладывай, — потребовал мужчина выдохнув.

— Объект обнаружен в людном месте. Мои люди не обладают специальной подготовкой для того, чтобы взять его без шума.

Пальцы Михаила Павловича чуть крепче сжали тонкое стекло.

— Ты с ума сошёл? — рявкнул он. — Немедленно берите этого ублюдка и тащите ко мне!

Раскаяние пришло через миг. Всё-таки не выдержал, слегка сорвался. Плохо. Топаз просто промолчал.

Пришлось уточнить:

— Говори, что там у вас случилось?

— Объект находится в скоплении людей, — повторил чёртов уголовник. — Мы не можем работать. По нашим данным, он вооружён. Если начнётся стрельба, в дело вмешается полиция.

Михаил Павлович грустно поднялся с места, после чего поставил стакан у графина и вновь наполнил его. Это время он потратил на размышления. С одной стороны, собеседник был прав. Император очень нехорошо относился к стрельбе с жертвами среди граждан империи. Особенно в столице. Специальные службы действительно могут среагировать очень оперативно. И тогда чёртов ублюдок попадёт в руки СИБ. Вернее, целых два ублюдка. А «конторские» вопросы задавать умеют. И миндальничать никто не будет. Под специальной химией и металлом Козлов сдаст всё и всех. И Топаз, если попадётся под горячую руку псам государевым, тоже. И тогда на вопросы придётся отвечать уже не в кабинете главы, а в канцелярии. Лично ему только и останется надеяться, чтобы подобная беседа не закончилась в стенах Багряной палаты.

— Он вас заметил? — уточнил спикер Правления.

— Нет, — тут же пришёл уверенный ответ.

Михаил Павлович несколько раз стукнул костяшками по монументальной столешнице рабочего стола. Глухой звук разнёсся по кабинету.

— Хорошо, — решил он. — Я понял тебя. Сможешь не упустить его?

— Смогу.

— Мои люди скоро будут. Скинь мне локацию. Буду наводить в режиме реального времени.

— Сделаю, — ответил Топаз и тут же добавил с едва слышной ехидной ноткой: — Господин.

«От этого урода давно пора избавляться», — вынес мысленный приговор Михаил Павлович. Но тут же добавил пометку с отсрочкой. Сейчас ему высовываться не резон. А вот потом действительно имеется смысл припомнить всё разом. Вот только нужно решить вопрос с компроматом, что находился у Топаза. Тот действительно немало грязных дел сделал для него лично.

— Жду, — коротко объявил спикер Правления и разорвал соединение.

Первым делом он опрокинул ещё один бокал, не закусывая, залпом. Затем, постояв секунду, рухнул обратно в кресло. Нужно было решить, кого именно послать на это задание. Людей у него осталось верных не так уж и много. А использовать гвардейцев втёмную сейчас — неплохой такой способ самоубийства.

— Хотя с другой стороны… — негромко пробормотал Михаил Павлович. — Если не сейчас, то когда?

Как и у любого политика, у него, естественно, имелся резерв на самый крайний случай, когда земля загорится под ногами. Кажется, настало время его использовать.

В то же время сотней этажей ниже.

Это помещение напоминало обычный офис небольшой торговой компании, каких на двадцатом уровне высотки Волконских было немало. Те же белые воротнички с сосредоточенным видом сидели за компьютерами, не снимая с голов гарнитуру, та же рабочая атмосфера. Вот только доклады их ничуть не походили на обычный для менеджеров среднего звена разговор.

— Есть контакт, — объявил крепкий мужчина, занявший место за столом у выхода, поправляя галстук. — «Синему» только что доложил об обнаружении цели.

— Подробности, — обернулся от окна седой мужчина в тёмном пиджаке.

Этого за офисный планктон не принял бы и слепой. Он явно привык отдавать приказы и добиваться их исполнения.

— Имеем геолокацию, — доложил белый воротничок и обернулся к коллеге.

Тот не подвел.

— «Синий» собирает резервы, — донеслось с другого конца помещения. — Предварительная оценка — полчаса до формирования группы.

И эту информацию начальник принял с профессиональным равнодушием.

— Планируемое до точки? — уточнил он.

— Не менее часа, — ответила девушка в белой блузке и толстых очках, поднимаясь с места.

ОВ отличие от остальных она не служила ни дня в своей жизни. Однако была не самым плохим аналитиком. Конечно, где-нибудь в Управлении или исследовательском отделе ей места не было — способности не те. Но со своей задачей она справлялась.

— Сводный доклад через три минуты, — потребовал шеф и отвернулся к окну.

— Да, господин, — ответили тут же несколько голосов хором.

Вновь раздались щелчки клавиатур. Операторы пункта слежения перебрасывали аналитику имеющиеся данные. Именно девушка вытянулась в хреновенькой стойке «Смирно» перед шефом через две с половиной минуты.

— Люди «Синего» обнаружили цель в районе Бараков. Однако самостоятельных действий не предпринимают. Объект вооружён. Боятся перестрелки в людном месте. «Синий» готовит специалистов.

— Новые данные, — донеслось от рабочих станций.

Девушка моментально замолкла.

— «Синий» приказал готовить личный автомобиль.

Командир группы технического наблюдения не удивился. Аналитик тоже. Если нельзя использовать людей, у «Синего» не так много профессиональной заточки для работы в толпе. Вполне логичным в данных условиях представляется вариант выдвинуться на место и попробовать уговорить беглеца сдаться.

— Плохи дела у «Синего», — решил шеф.

Никто на пространное заявление не ответил.

— Есть что добавить? — уточнил он у девушки.

Та вновь постаралась вытянуться, заставив старого вояку поморщиться исключительно мысленно. Как бы он ни относился к раздолбайству сотрудницы, но дело она своё знала.

— Объект «Синий» не сможет собрать больше десяти человек, — подвела итог «штатский специалист». — Предполагаю, до семи. Не более двух машин в кортеже. Контакт не менее чем через сорок пять минут.

Командир приподнял бровь. Эта цифра явно отличалась от того, что докладывали раньше.

— Новые вводные, — спокойно объяснила девушка, прекрасно расшифровав интонации шефа. — Если «Синий» намерен вступить в переговоры с целью, ему не нужно формирование большой команды.

Командир кивнул. Группу силовой поддержки действительно собрать гораздо проще, чем группу специалистов захвата.

— Что-то ещё?

Девушка протянула комм, где в специальной таблице уже были занесены основные параметры известных на данный момент конфигураций. Шеф привычно пробежался глазами по докладу.

— Благодарю за службу, — кивнул он всем разом и вышел в соседнее помещение, доставая из кармана комм спецсвязи.

— Господин, — доложил он. — Мы обнаружили цель, готовы работать.

Глава 9

Глава 9

— Ну, ты там поломайся немного.

Беглый контрразведчик явно поморщился. Такие замечания в свой адрес он отчего-то воспринимал довольно болезненно. Однако спорить не стал.

— Я всё сделаю, господин, — вот уже в третий раз повторил он.

Олег Козлов с самого начала прекрасно понял, что именно от него ждёт этот не самый обычный клановец. А ещё имелось у него стойкое ощущение, что последние два раза Павел Анатольевич повторил свое требование лишь затем, чтобы полюбоваться на реакцию будущего кусочка сыра в мышеловке.

Клановец серьезно кивнул, на время потеряв интерес к собеседнику.

— Спикер здесь, — как раз в этот момент прозвучал в наушнике «небожителя» голос оператора. — Планируемая минута.

Волконский тут же поднял ладонь в соответствующем жесте. Контрразведчик понимающе кивнул, хоть и слегка удивился: откуда бы изнеженному обитателю высоких этажей знать армейский жестовый язык?

Но раздумывать еще и над этой загадкой к Козлова желания не было. Зато имелся другой вопрос. Но задать его вслух беглец так и не решился.

Однако Павел легко прочитал его по лицу собеседника.

— Слушаю, — негромко намекнул, что время задать вопрос еще есть, Волконский.

— А если меня прямо в машине убьют? — без экивоков спросил контрразведчик, полностью подтверждая догадку клановца в своем «кабинетном» происхождении.

— Наш аналитик считает это маловероятным, — пожал плечами молодой человек.

Правда, не стал уточнять, что сестренка сделала такой вывод на довольно зыбкой почве: «Глупо будет не распотрошить его перед тем, как избавиться.».

— То есть всё-таки вероятным, — услышал главное контрразведчик.

Волконский сделал круговое движение головой, разминая шею.

— Профессиональный риск, — отрезал он.

Никто и не говорил, что всё будет легко и просто. Но «небожитель» и себя добрым самаритянином не считал. Да, он готов был учесть интересы контрразведчика. Например, его желание пожить подольше. Однако взамен ему требовалось получить что-то большее, чем запись допроса его уже мёртвого напарника на флешке. И ради этого шанса придётся рискнуть. В том числе и жизнью.

— Тебя что-то не устраивает в нашей сделке, Олег Михалыч? — спокойно спросил парень.

Он не врал и не юлил. Альтернативные варианты были выложены перед беглецом во всей своей неприглядности. Выбор контрразведчик сделал сам.

Козлов покачал головой.

— Всё устраивает, господин.

Он прекрасно понимал, что иные шансы у него ещё хуже. Тем более «небожитель» вполне логично предположил, что «третья сторона», которая и интересовала клановца, захочет его допросить перед тем, как отправить в края вечной охоты. Иначе зачем тратить столько усилий, чтобы попросту избавиться от одного-единственного свидетеля неприглядных дел нескольких небожителей?

«Ну, хоть покормил!» — усмехнулся контрразведчик мысленно. Всеми силами стараясь, чтобы и следа подобных размышлений на лице не проявилось. В конце концов, Павел Анатольевич пока был единственным, кто хоть в какой-то мере учитывал его интересы.

— Время, — коротко объявил Павел, натягивая на голову кепку.

Перед тем как отойти на выбранную позицию, он окинул долгим, изучающим взглядом обстановку. Отходы по трём вероятным направлениям прикрывали машины Топаза. Их экипажи наводили «загонщиков», лишь немного «приукрашивая» имеющую действительность. Например, ни один из людей криминального босса не заметил беседующего с целью клановца.

— Ладно, — вздохнул Павел. — Удачи, что ли!..

Беглец покосился на небожителя. Но вслух не ответил ничего. Хотя и вынужден был признать, что удивительным образом от такого пожелания ему стало даже чуточку легче.

Волконский отошел метров на пятнадцать от «приманки» и уселся на лавочку рядом с молодой девицей буквально за несколько секунд до того, как на разворотное кольцо конечной остановки местных маршруток выехали четыре одинаковых автомобиля.

— Какой кошмар, — протянул парень.

Кажется, родич всеми силами старался не привлекать к себе внимания. Однако получалось у него плохо. Прямо из рук вон. Не было за плечами его людей школы Грини. Вот что значит отсутствие привычки работать «на земле». У большинства «небожителей» действительно весьма специфическое представление о жизни ниже сотого этажа. А спикеру Правления, молодой человек был в том уверен, и в страшном сне не могло присниться личное участие в «переговорах» в городе.

Но на что только не пойдешь при отсутствии вменяемой альтернативы.

— Что ты сказал? — донёсся голос слева.

— Кошмар, говорю, — спокойно раскрыл мысль Павел, кивая головой в сторону остановившихся одинаковых внедорожников. — Как бандиты приехали.

Соседка по лавочке, до того момента что-то изучавшая в коммуникаторе, оторвала взгляд от экрана и окинула взором пространство вокруг.

— Идиоты, — решила она безапелляционно. — Мажоры вздумали поиграть в крутышей.

Павел с интересом обернулся к девушке. Тот факт, что та спокойно на остановке пользовалась дорогим гаджетом, говорил о многом. И это при внешности отличницы-старшеклассницы, явно подчёркнутой белой рубашкой, тонким галстуком и плиссированной юбкой. Однако вопросов Волконский задавать не стал. Да и сама неожиданная соседка вновь вернулась к изучению экрана. Клановец вынужден был едва слышно согласиться с таким выводом.

— Обнаружена активность третьей стороны в эфире, — доложил оператор.

При появлении новых вводных Павел вслух больше не отвечал. Нечего привлекать к себе внимание. Да и смысла не было. Всё уже давно обговорено.

Пассажиры джипов тем временем выстроились едва ли не классической «свиньёй», заключив действительно выбравшегося с этажей родича в коробочку, и двинулись к присевшему на лавочке беглецу.

— Ну вот совершенно неприметные ребята, — вновь прокомментировал едва слышно Павел. — Остаётся только пожалеть, что не закупил заранее корзинку с попкорном.

Большинство будущих пассажиров общественного транспорта тоже с интересом поглядывали в сторону изображавших тевтонцев на Чудском озере крепких мужчин в похожих пиджаках. Оставалось лишь порадоваться, что коммуникаторы ныне доступны далеко не всем. А уж модели с камерой и возможностью видеосъёмки стоили и вовсе запредельных денег. Это давало шанс, что картинка нынче вечером не появится в новостях. А то Павлу было бы даже интересно, как именно не скрывавший лица Михаил Павлович будет объяснять Главе и воеводе нынешнее своё выступление.

«Свинья» до беглеца не дошла.

Контрразведчик поднял руку, явно призывая остановиться. Вторую же запустил под куртку.

«Стой, а то буду стрелять!» — перевёл про себя красноречивый жест клановец. Не в спикера Правления, конечно. Но любое открытие огня в общественном месте уже можно было бы приравнять к провалу операции для Михаила Павловича. Даже если ему каким-то образом после удастся объяснить случившееся людям государевым, у главы Волконских появится куча вопросов к родичу.

— Есть активность «третьих». Имею визуальное подтверждение, — доложил оператор наблюдательного комплекса.

— Кино, что ли, снимают? — чуть раздражённо протянула девица.

МОлодой человек сделал короткую паузу. Было непросто лавировать между собственным непрерывным анализом ситуации, докладами командиров нескольких групп и вопросами соседки.

— Наверняка, — кивнул своим мыслям Павел, про себя поражаясь логике отмороженной девчонки.

С другой стороны, понять ее можно. Волконский не был уверен, что полтора десятка «братков» в малиновых пиджаках с пудовыми золотыми цепями из печальной страницы истории империи здесь смотрелись бы более странно. Так что вывод где-то даже разумен.

Соседка же фыркнула и вновь с головой окончательно ушла в свой гаджет.

Волконский же принялся наблюдать за работой «однофамильца».

Он тем временем выступил вперед. Естественно, в сопровождении двух телохранителей, готовых в любую секунду телами закрыть господина. Впрочем, там и артефактов на спикере было повешено немало. Даже с этой позиции Павел видел несколько подвесок на шее.

Завязался разговор. Кажется, Михаил Павлович выступал в роли «вернись — я всё прощу». Беглец же сомневался в столь благополучном для себя исходе. Именно с этих позиций собеседники и принялись искать общий знаменатель. При этом контрразведчик не забывал грамотно следить за обстановкой. Несколько раз он мазнул лениво-профессиональным взглядом по клановцу. Однако тот пока никаких знаков не подавал. Так что торг с «однофамильцем» продолжался.

— Они на позициях, — наконец доложил оператор.

Следующий взгляд беглеца Павел «поймал» и, убедившись, что контрразведчик видит его, лениво кивнул, словно бы своим мыслям.

Вида беглец не подал, но стороны очень быстро пришли к соглашению.

— Конец ему, — прокомментировала вновь оторвавшаяся от экрана девица.

Павел с интересом глянул на соседку.

— Я бы с этими ни за что не пошла, — покачала головой та с видом любительнице хорроров, кричащей героине «Ну куда же ты прешь, дура⁈». — Брыкалась бы и орала, но в машину не села.

— Ну, может, у него выбора нет, — предположил Павел, наблюдая за тем, как закрывается дверь за беглецом.

Девушка пожала плечиками.

— Выбор есть всегда! — решила соседка с уверенностью человека, которому никто и никогда не приставлял срез ствола к затылку.

Парень промолчал.

— Не пойду на этот фильм, — заключила давно уже сформировавшаяся «школьница-скромняшка» и неожиданно протянула руку Павлу. — Меня Аля зовут.

— Минута для контакта, — вновь прозвучал голос оператора в ухе.

— А у меня совершенно нет возможности продолжить знакомство, — со вздохом признал Павел, виновато разведя руками.

Причём сделать это ему удалось таким образом, что девушка даже поверила в искренность его слов. Или просто характером обладала весьма специфическим.

— Очень жаль, — спокойно произнесла она и больше на бывшего соседа по лавочке внимания не обращала.

Волконский же поднялся на ноги и зашагал в сторону припаркованного неприметного автомобиля.

— Куда? — спокойно спросил Кроль, едва Павел захлопнул за собой дверь.

— Восемьсот пятьдесят метров прямо и сворачиваю на парковку к «Семёрочке», — потребовал Павел.

Всё произошло на его глазах. Передний внедорожник кортежа спикера буквально стал на месте. Дорогу ему преградил выезжающий с прилегающей к магазину территории грузовик. Остальные машины буквально скучились за ним.

— Зря, — протянул Павел, наблюдая за тем, как кортеж родича подпирают сразу несколько автомобилей.

Кто бы ни был третьей стороной, действовали они куда профессиональнее людей родича, явно не привыкших к уличным реалиям. Во всяком случае, здесь и сейчас.

Впрочем, люди Михаила Павловича тут же поспешили реабилитироваться: мгновенно покинули авто и сформировали периметр безопасности.

Наконец-то перед ними стояла понятная задача.

— Ну, хоть так, — прокомментировал Волконский. — Первое относительно осмысленное действие спецов спикера.

И винить их было нельзя — заточка явно не на работу в городе. Вот и ведут себя, с точки зрения оперативника, довольно странно. Это все равно, что топором пытаться стричь ногти.

Кортеж тем временем окружили десяток спецов в камуфляже. Никто не вскинул оружия, но оно было. В том числе и компактные стрелковые комплексы не самых простых систем.

— Хм, — оценил Волконский, приготовившись наблюдать за новым раундом «переговоров».

Спикер свою машину так и не покинул, вместо него в разговор вступил начальник охраны, ехавший в том же авто.

Не более минуты мужчина в пиджаке доказывал что-то подошедшему бойцу в тёмном камуфляже. Тот внимательно выслушал и предъявил какое-то удостоверение. Волконский не смог разглядеть, от какого именно ведомства использовал «зонтик» один из 'третьих, но оптика очередной группы наблюдателей всё-таки смогла дать ответ на этот вопрос.

— Удостоверение СИБ, — сообщил оператор.

«Они что, дебилы?» — мелькнула быстрая мысль в голове Волконского. Да будь ты хоть сто раз клановцем, подделывать верительные грамоты людей государевых — самоубийство без всякого преувеличения.

Начальник охраны спикера сопротивлялся недолго. Против империи не попрёшь. Не с их картами. Это на территории высотки можно было бы еще как-то «пободаться». Да и то недолго. Так что вскоре он сплюнул на землю и отправился к машине докладывать шефу. Михаил Павлович при всех его недостатках соображал быстро. Поэтому уже через минуту из второй с конца машины вывели беглеца и передали его камуфлированным.

— Запроси центральную, — бросил в ответ Павел.

Объяснять ничего не нужно было — его поняли прекрасно и так.

Камуфлированные ловко перехватили контрразведчика и потащили его к одной из машин.

— Не наши, — пришёл ответ от оператора через несколько секунд.

«Идиоты», — ещё раз оценил Павел.

Микроавтобус же с контрразведчиком плавно тронулся и начал неспешно набирать скорость. Это только в плохих боевиках любой транспорт рвет с места с визгом резины, игнорируя остальных участников потока. На деле же лихие люди, если у них хватает на то соображалки, предпочитают без причины не выделяться.

Павел переключился на другой канал.

— Мышь, что там у тебя?

— К работе готова, — буркнула девушка.

У неё было очень плохое настроение. Клановец не позволил ей принять участие в операции, оставив лечиться в медкрыле Волконских. Однако канцеляристка выступила в роли координатора нескольких групп.

— Тогда работаем, — вздохнул Павел. — Отключаю связь.

О свою роль отыграл. Дальше дело за штурмовой группой.

Глава 10

Глава 10

Михаил Павлович судорожно вспоминал, в какой момент всё пошло не так. Поводом к подобным размышлениям стали внушительные фигуры с современными стрелковыми комплексами в руках, окружившие его автомобиль. Конечно, охрана уже организовала периметр безопасности. Но что его сводная команда сможет сделать против оперативников СИБ? Даже если предположить такой невероятный случай, что кто-то действительно решится на силовое противостояние с «псами государевыми».

— Интересный расклад, — спикер Правления вздрогнул и обернулся к беглому контрразведчику, усаженному между двумя гвардейцами.

Тот с интересом осматривался, оценивая новый поворот собственной судьбы.

— Сколько внимания — и всё мне одному? — продолжил мужчина.

В голосе его не было насмешки. Скорее лёгкая апатия и некая даже философская нотка. Словно бы беглецу и впрямь было всё равно на свою дальнейшую судьбу.

— Для тебя это ничего не меняет, — чуть резче, чем собирался, бросил Михаил Павлович и тут же пожалел об этом.

Не стоило вступать в диалог с бывшим порученцем. Не его уровень. Однако сделанного не воротишь.

— Даже вы, господин, лично приехали, чтобы заполучить меня, — ровно продолжил перечислять свои «заслуги» контрразведчик.

Спикер Правления в этот раз сдержался и бровью не повёл. Всё-таки в руки брать себя он умел. Хоть и редко оказывался в подобных ситуациях. Однако клановые интриги — та же война. И люди погибают не реже.

— Неужели я так вам всем нужен? — спросил контрразведчик и, не дождавшись ответа, с едва заметным ехидством протянул. — Прия-я-я-я-ятно.

«Да ему же уже всё равно!» — внезапно осознал спикер Правления. Беглец принял, что от него больше ничего не зависит. А потому просто положился на Судьбу. И как человек, положившийся на высшие силы, сейчас он позволял себе гораздо больше, чем на действительной службе спикеру.

— Интересно, — продолжил размышлять Олег. — А вас они отпустят?

Странный вопрос заставил Михаила Павловича задуматься. Он привык к подчинению и почитанию. Вот только ЭТИ могли быть совершенно другого мнения. Волконскому не нравились собственные умозаключения, но первое правило любого интеллектуального поиска: — принимай получившиеся выводы. Даже если они приходятся не по нраву. Реальности вообще все равно, что думают о ней остальные.

— Это ведь не СИБ, — протянул пленник несколько безумной ухмылочкой.

Короткое замечание заставило спикера развернуться.

— С чего ты это взял? — бросил он резко.

Вот только именно этому человеку право отдавать приказы бывший господин потерял. В тот самый момент, когда решил зачистить неудобного свидетеля в угоду своим политическим событиям.

Так что пленник промолчал.

«Похититель» неожиданно поежился.

То, что вокруг его машины вооружённые люди непонятной принадлежности, заставило отбросить маски и статусы. Сейчас гораздо важнее было выяснить, что происходит.

— Ответь! — потребовал Михаил Павлович и, переборов себя, добавил. — Пожалуйста.

— Долго перечислять, — насмешливо пожал плечами контрразведчик. — Но это не государство.

Михаил Павлович перевёл взгляд на заместителя своей охраны, оказавшегося на месте водителя авто, пока его начальник общался с 'сибовцами. В глазах его стоял немой вопрос.

— Есть некоторые признаки… — напряжённо начал охранник.

Однако «небожителю» этой заминки вполне хватило, чтобы понять главное. Частности господина не интересовали.

— Прогноз, — резко выдохнул он.

Ответил, как ни странно, пленник.

— Без вариантов, — с легкой безуминкой бросил контрразведчик.

Будто только и ждал момента, когда схлестнутся встретившиеся на узкой улочке силы.

Однако клановец даже не глянул на него. Он продолжал сверлить взглядом своего человека.

— Полагаю… — чуть замялся тот, но тут же куда увереннее добавил. — Эта оценка близка к истине.

Обычно с Михаилом Павловичем общался его командир. Заместитель же в роли переговорщика чувствовал себя некомфортно. Он был специалистом по радиоразведке, но никак не боевиком или дипломатом. Однако послужить ему пришлось много где. И побыть в горячих ситуациях тоже. Сейчас же он мог ясно сказать, что в случае силового конфликта всё кончится быстро, просто и грустно для них.

— Сделай что-нибудь, — уже не скрывая, занервничал Михаил Павлович.

Заместитель главы службы безопасности уверенно кивнул и положил руки на руль.

— Рекомендую вам сделать то же самое.

Волконский не сразу сообразил, что именно тот имеет в виду. Однако на автомате положил руки на приборную панель.

— И что именно мы делаем? — уточнил спикер.

— Не провоцируем, — расхохотался пленник уже открыто.

Кстати, с замом СБ Михаила Павловича он раньше не работал. «А жаль. Толковый специалист!» — оценил пленник.

— Именно так, господин, — серьёзно подтвердил водитель. — Это лучшее, что мы можем сейчас предпринять.

Новость клановцу не понравилась, однако руки с приборной панели он не убрал. Еще одно правило качественного управленца: прислушивайся к профессионалам. Даже если их советы в моменте вызывают лишь раздражение.

Тем временем начальник охраны, получив исчерпывающее объяснение от «лжепсов», подошёл к машине со стороны пассажирской двери. Водитель тут же опустил окно примерно на десять сантиметров.

— Господин, — поклонился главный безопасник и тут же указал на контрразведчика. — Они требуют отдать им этого. В случае отказа угрожают применением силы.

— Они понимают, кто мы? — прошипел Волконский.

— Когда наш разговор зашёл в тупик, я сообщил им, что в машине находится представитель Великого клана, — честно отозвался начальник службы безопасности.

— И что же? — прошипел Михаил Павлович.

Руки с приборной панели он разумно не убирал.

— Судя по реакции, они уже это знали, — решил начальник безопасности под негромкий смех беглого контрразведчика.

— И им всё равно, господин, — выдавил из себя пленник, последнее слово едва ли не выплюнув.

Спикер перевел взгляд на бывшего уже порученца.

— Они выдали себя за офицеров СИБ, — как ребёнку объяснил тот. — Им вообще всё равно. Не знаю, что им там пообещали, но это смертники.

Шеф по безопасности заинтересованно глянул на контрразведчика.

— Тоже заметил? — спокойно спросил он.

В такой ситуации профессионалом «бодаться» нет смысла. Прежде чем выяснять кто правее, нужно выжить.

Олег Козлов кивнул.

Он всегда был наблюдательным. А моторика многое может сказать о человеке. Как минимум половина из «лжепсов» здесь находится не по своей воле. Скорее всего, их заставили. Судя по иным признакам, речь шла о заложниках.

— И что мы будем делать? — выдохнул спикер Правления.

Олег улыбнулся чуть шире. Он впервые слышал настолько явные нотки неуверенности в голосе этого человека. И, надо сказать, ему это нравилось.

— У нас нет выбора, господин, — сообщил вполне очевидную вещь начальник охраны.

— Хорошо, — даже несмотря на нестандартную ситуацию и душевный раздрай, Михаил Павлович умел принимать решение быстро. — Мы готовы. Как они видят процедуру передачи?

Оказалось, всё уже было предусмотрительно оговорено.

— Вы покидаете машину. Все. Этот остаётся здесь.

Приняв решение, Михаил Павлович долго тянуть не стал. Он первым открыл дверь и, не совершая резких движений, выбрался наружу.

— Все за мной, — потребовал он, хотя оставшиеся и без того потянулись к ручкам дверей, и выбрались из машины даже раньше господина.

Обязанность охранять спикера с них никто не снимал.

— В сторону, — тут же раздался голос одного из «сибовцев».

Естественно, люди Волконского подчинились.

«Ну вот и всё», — с какой-то непонятной весёлостью подумал Олег, наблюдая, как детина в камуфляже без знаков различия подходит к автомобилю. Сейчас его вытащат на улицу и, скорее всего, куда-то отвезут. Со вполне понятным итогом в конце поездки.

«Три метра», — мелькнула мысль. Мозг принялся лихорадочно прокачивать ситуацию. Нет, контрразведчик и не помышлял вырваться. Он сосредоточился на том, чтобы придумать хоть что-нибудь достойное в качестве последнего слова. Отчего-то именно сейчас это казалось крайне важным. Однако, когда в салон потянулась рука «лжепса», в голову так ничего и не пришло…

В следующую секунду шлем «сибовца» с противным хрустом разбился о крышу автомобиля, а чьи-то руки отбросили бесчувственное тело в сторону. Ситуация сменилась мгновенно, и уже через миг другой человек наклонился к автомобильной двери: здоровенный детина в камуфляже со знаками различия спецназа СИБ.

— Ну что, гражданин Козлов, на выход? — даже деформированный помехопостановщиком голос прозвучал весело.

А ещё через секунду уже настоящий офицер коснулся сенсора на шее. Маска буквально сложилась в шейный обруч.

— У нас не так много времени, Олег Михалыч, поторопись, — потребовала… крепкая девица с пластырем на переносице!

«Красивая, однако!» — подивился контрразведчик. Но вслух сказал совершенно другое:

— О, а это уже настоящие…

— Красиво, — выдохнул Павел.

Два микроавтобуса мягко притормозили в пяти метрах от головной машины «лжепсов». Миг, и уже автоматчики — настоящие оперативники СИБ — вклинились в ряды «общающихся».

Кое-кто лёг на землю сразу, без чувств, а кто-то и без признаков жизни. Повезло тем, кто держал руки подальше от оружия. На них потратили ещё пару секунд, чтобы отнять опасные игрушки. А уже затем положили в аккуратный рядок с теми, кому не повезло, не слишком разделяя на тех, кто дышит и тех, кто не очень.

СИБ не прощала тех, кто пытался работать под их «зонтиком». Никогда.

— Злая она, — равнодушно прокомментировал Кроль, тщательно прожёвывая третий или четвёртый пирожок, купленный на всё той же остановке.

Он уже давно решил, что если будет тратить нервы каждый раз, когда Павел устраивает нечто подобное, то надолго его не хватит. Поэтому своё удивление и любопытство он приберегал для действительно интересных случаев. Нынешняя разборка пока ничем особенным в его понимании не выделялась.

Сюзерен, кстати, подобный подход оценил.

— Пора с тобой что-то делать, — негромко прокомментировал Павел, выбираясь из машины.

Кроль равнодушно пожал плечами. Эта мысль клановцу приходила в голову регулярно. Но пока она не оформилась в реальные действия или хотя бы их план, волноваться он смысла не видел.

Впрочем, Волконский выбросил водителя из головы примерно в этот же момент, как с его губ сорвалась очередная «угроза». Его куда больше интересовала нынешняя расстановка сил.

Впрочем, определиться с приоритетами ему помогли сразу же.

— Командир, — прокомментировала тихо Тишь, задрав голову одному из наёмников в камуфляже, похожем на сибовский. Однако в сравнении с реальными оперативниками имперской безопасности становилось сразу понятно, что сходство подобно игрушечному пистолету, лежащему рядом с потёртым пулемётом.

Волконский кивнул. Но пока его интересовал вовсе не этот человек.

— Михаил Павлович! Добрый день, — вполне себе дружелюбно поздоровался Павел.

Спикер Правления отступил на шаг назад. Возможно, он хотел сделать ещё один, однако упёрся в собственный же автомобиль.

— Что-то не так? — уточнил парень, снимая кепку.

— Павел… Анатольевич?..

Доходило до родича долго.

«Однофамилец», конечно, был готов к сюрпризам от парня. Но происходящее не вписывалось совершенно ни в какие рамки.

— Он самый, — развёл руками Павел. — Олег Михалыч, выходи из машины, — потребовал парень.

Беглец спорить не стал. Просто покинул авто, тут же протянув парню склеенные изоляционной лентой запястья. Павел тут же достал нож и аккуратным точным взмахом перерезал импровизированные наручники.

Движение получилось столь отточенным, что спикеру стало нехорошо. Кажется, что он представил себе лишнего. И страшного.

— В ту машину, — указал Павел пальцем на один из микроавтобусов, где «сыр из мышеловки» ждала медицинская помощь и сопровождение.

На этом история для беглого контрразведчика закончилась. Во всяком случае, пока не появились дополнительные вопросы по предоставленной им записи.

— Мы — государственные служащие, — пропищал один из «лжепсов», так и не поняв, с кем именно его свела судьба на этот раз.

— Спасибо, — громко и чётко выдал Павел.

Фиксаторы есть у всех его сотрудников. Так что теперь собравшимся не отмазаться от одного из самых серьёзных обвинений в империи.

— Уж лучше бы клановцем назвался, — негромко простонал командир клоунов, давая оценку действиям подчинённого.

Павел согласно кивнул и отвернулся. Их он оставил на потом.

— А что тут происходит, Михаил Павлович? — вежливо спросил клановец, оборачиваясь к спикеру, с каким-то странным выражением, рассматривая его бомбер и джинсы.

— Вам моя одежда не нравится? — родич едва заметно качнул головой.

Одно дело — читать доклады, и совершенно другое — увидеть лично.

— Ты на мой вопрос не ответил, Михаил Павлович, — жёстко напомнил о себе Павел.

Подождав секунду в тишине, молодой человек пожал плечами.

— Шмель! — скомандовал он.

Тут же возле него материализовался один из спецов группы Тишь. В отличие от остальных, в руках его был пистолет и камера, соединённая с мощным передатчиком.

— Как картинка? — уточнил Павел.

— Пять на пять, — хмыкнул капитан радиотехнической службы.

— Ты, Михаил Павлович, можешь молчать сколько угодно, — сообщил молодой клановец. — Вопросы тебе буду задавать не я. И услышишь ты их не здесь. Однако очень надеюсь, что у тебя готов ответ для Главы. А ведь Игорь Георгиевич обязательно поинтересуется, какого чёрта ты сейчас делаешь.

— Не думаю, что у него есть право спрашивать, — скинул подбородок спикер Правления.

К собеседникам шагнула Тишь.

— Втащить ему? — с милой непосредственностью предложила майор имперской безопасности, несколько раз сжав кулак в бронеперчатке.

С самого начала разговора она заняла место так, чтобы в любой миг иметь возможность простимулировать собеседника. Если понадобится, даже в печень.

От такой откровенной грубости Михаил Павлович замер. Он как-то не привык, чтобы ему угрожали попросту отмутузить посреди улицы. И уж тем более представить не мог, чтобы кто-то подобную угрозу рискнул привести в исполнение. Однако короткий взгляд на Тишь отчего-то убедил его, что и фантастика в этом мире случается.

Павел же просто пожал плечами.

— Ну нет — и суда нет, — проинформировал он, доставая комм.

Спикер следил за каждым его движением настороженным взглядом.

— Игорь Георгиевич, день добрый, — спокойно поздоровался Павел, едва ему ответили. — У меня произошла странная ситуация. Я тут решил по городу прогуляться и встретил нашего дорогого Михаила Павловича в очень странной компании. Полагаю, его нынешние действия идут вразрез с заключённым между нами соглашением. Мне самому решить вопрос? Или последнее слово скажешь ты?

Спикер Правления застыл. Это уже даже не угроза. Теперь ситуация переросла в разряд «за что боролся, на то и напоролся». После подобного инцидента ему с крючка не слезть очень долго. Хотя бы потому что, если кто-то из Правящего клана обнародует все обстоятельства последних дней, он лишится не просто должности, а любого положения в клане. Нет, конечно, Волконские от него полностью не откажутся и сор из избы выносить не будут. Но и доверия уже не вернуть. Так что минимальное содержание и полное забвение станут его пенсией. И это в случае, если молодой сопляк действительно передаст его дядьке, а не оставит разбираться с СИБ.

Несколько секунд Павел рассматривал родича, после чего пожал плечами.

— Более неинтересен, — объявил он, сделав знак бойцам Тишь.

Две пары рук тут же аккуратно запихали спикера Правления обратно в его машину и захлопнули двери. Конечно, он мог и дальше наблюдать за ситуацией и даже слышать всё происходящее. Жест был чисто символическим, зато не менее красноречивым.

Павел же, вздохнув, вновь бросил взгляд на Валентину. Она сразу поняла коллегу и ткнула пальцем в одного из фальшивых сибовцев. Парень спокойно подошёл к мужчине, чью голову крепко удерживал за волосы один из бойцов Тишь.

— Итак, красавец, — спокойно взглянул в окровавленное лицо парень.

— Я ничего не скажу, — прохрипел пленник.

Михаилу Павловичу показалось, что отчаянный «лжепёс» сейчас в парня ещё и плюнет окровавленной слюной. Но нет — настолько рисковать жизнью тот не стал.

— Прекрасный план, — одобрил Волконский, пару раз беззвучно соединив ладоши в демонстративных аплодисментах. — Но есть маленькая проблема, — продолжил он, закатывая рукав левый.

По предплечью побежали тонкие серебристые нити, складывающиеся в замысловатую татуировку.

— Знаешь, что это? — спросил клановец негромко, едва узор полностью завершился.

Ответа не последовало. Однако, судя по расширившимся зрачкам и остановившемуся взгляду, командир группы прекрасно понимал, что именно сейчас видит перед собой.

— Смотри, у тебя два варианта. Собственно, единственное, ради чего затевалась вся возня с пленником и операция против моего родича — это знакомство с твоим хозяином. И я его обязательно сведу. С твоей помощью или без. Вот только во втором варианте ты мне не нужен. И я спокойно ухожу отсюда, оставляя тебя в нежных ручках этой красавицы.

Валентина не подвела, подарила командиру «лжесибовцев» милую улыбку, от которой тот негромко икнул. Ужаса в глазах его стало гораздо больше.

— Я не могу знать… — сдавленно начал он.

Однако клановец недослушал.

— Да и не надо, дорогой, ты чего? — хмыкнул Павел. — У тебя будет совершенно другая задача.

— И какая же? — всё-таки нашёл в себе смелость уточнить он.

— Ты расскажешь всё. Абсолютно. Моему человеку. А уж там посмотрим, ценна твоя информация или нет.

— Я смогу жить?

— Не знаю, — честно развёл руками Павел.

В конце концов, все, кто играл в подобные игры, должны быть готовы, что однажды на экране можно будет увидеть надпись «Game over». И это будет уже навсегда.

— Однако на твоём месте я бы постарался, — завершил свою прочувствованную речь Волконский. — Чтобы мы всё-таки смогли получить от тебя что-то полезное. Потому что иначе шансов у тебя нет никаких.

Глава 11

Глава 11

— Молчат? — спокойно спросил Павел, оборачиваясь к сестре.

Девушка покачала головой, не вынимая изо рта леденец, к которым пристрастилась в последнее время с подачи Мыши.

— А словами? — едва заметно нахмурился Павел.

Девушка тут же выпрямилась по стойке «Смирно» и даже выхватила изо рта леденец в форме сердечка. Взмахнув им, словно волшебной палочкой, она шутливо отдала честь.

— Никак нет, мой генерал!

Волконский покачал головой, рассматривая сестренку. Клановец прекрасно видел, что Света за бравадой прячет легкую нервозность. Все-таки подобные дела ей было поручать рановато. Но других аналитиков ее класса нет не то что у Ветви, а и у всего клана.

Впрочем, Волконский предложил сестре отказаться. От этой работы. Но «Ледяная с**а» продемонстрировала характер, заявив, что других специалистов у брата все равно нет. И времена впереди непростые. И лучше переломить себя сейчас, чем когда понадобится принимать действительно сложные решения.

Услышав твердый ответ, парень сознательно ограничил свою поддержку. Просто потому, что Свете сейчас она будет только мешать. Такой уж характер.

— Кто-то нуждается в повышении дисциплины? — нейтрально поинтересовался он, даже ни к кому особо не обращаясь.

Мысли вслух, только и всего… Однако умная сестрёнка тут же сдала назад.

— Никак нет, дорогой братик! — тут же начала подлизываться она.

Павел качнул головой. Мол, сегодня забот и так много, так что не стоит тратить время понапрасну.

— Тогда в чём дело? — еще раз спросил он. — Наши «гости» отказываются сотрудничать?

Сестрёнка улыбнулась. Немного грустно. Хотя и без сожалений.

— Нет, конечно, — повторила она уже нормальным тоном. — Они прекрасно знают, кто и зачем забрал их «коллег».

Клановец кивнул. Командир «лжепсов» и его заместитель были счастливы, когда их усадили в отдельную машину ГБР. Оба думать умели, а потому прекрасно понимали, какая незавидная судьба ждала тех, кого заберут с собой уже настоящие сотрудники СИБ. Осознание пришло не только к ним. Кое-кто из тех, кого вели к машинам, с некоторой завистью бросал взгляды на тех, кто ждал приезда труповозки.

— Поют соловьями… — закончила мысль Светлана.

— Счастливчики, — согласился Павел.

Вполне искренне, между прочим. У них есть довольно редкий шанс просто исчезнуть. Без демонстрационного процесса и казни.

— Начали ещё в машине, — продолжила доклад сестра. — Хватаются за призрачный шанс стать полезными и не оказаться на общей скамье подсудимых по расстрельной статье. Аналитический отдел уже ведёт предварительные беседы. Сейчас готовим опросник. Затем последует очередной круг допросов с твоим участием.

Павел кивнул. Всё ожидаемо. Разве что на месте командира он хотя бы попробовал выторговать своим людям жизнь. Шансов, конечно, никаких. Но сама попытка многое бы о нём сказала.

Впрочем, Волконскому было не до того, чтобы размышлять над моральным обликом «лжепса».

Сегодня ему думать хотелось совершенно о других вещах. Тем более обстановка располагала — большой деревянный дом посреди леса. Замечательный вид на «зеленку» с террасы второго этажа… Место для отдыха, не для того, чтобы посвящать единственный за долгое время выходной день трудовым подвигам.

Однако сестра запросила личный доклад. Игнорировать аналитика Ветви молодой человек не мог.

— Так в чем проблема?

— Покушение на убийство, — доложила девушка. — Кто-то попытался подкупить охрану карцера.

Парень приподнял бровь. Подкупить кого-то на этажах — задача не из простых. Даже для обитателей оных. Против любого «барыги» работает веками создаваемая система сдержек и противовесов.

Именно эта система, кстати, сейчас мешала главному Волконскому устроить маленькую победоносную войну против своих противников.

«Быстро, однако!» — оценил парень действия пока еще неизвестного ему противника. С другой стороны, так даже лучше. Спецы Светланы анализируют каждое «телодвижение» этого «мистера Х», сужая круг поиска.

— Классика, — хмыкнул парень вопреки собственным размышлениям.

В конце концов, на месте неизвестного «мистера Х» он тоже обязательно попробует обрубить все ниточки.

Впрочем, нынешняя попытка явно не удалась. Судя по всему, никого не зачистили. Иначе Светлана бы начала доклад именно с этого.

— Как получилось? — уже куда серьезнее спросил клановец.

— Семью старшего охранника взяли в заложники, — делано равнодушным тоном сообщила Света, но тут же ее голос слегка дрогнул. — Спасти не успели.

Аргументированный ответ на простой вопрос: «А зачем сестра пять часов назад затребовала целую группу ГБР под командованием Влада, заточенную на работу в здании?».

Павел кивнул. Теперь ясно.

— Света…

Девушка подняла ладонь. Мол, знаю. Не надо.

Молодой человек тут же переключился на нейтральный тон:

— Если захочешь поговорить — обращайся.

И да, Павел действительно узнал о целях и задачах группы только сейчас. Хотя уже через час после вызова ему на почту пришел доклад: «Потерь нет. Задача выполнена. Отходим на базу.».

Полный отчёт Волконский сразу же читать не стал. Как раз в тот момент он садился в глайдер, вызванный доставить его в это чудное место. Да и сестрёнку расспросить куда проще, чем продираться через несколько листов канцелярита. Тем более с группой ничего экстренного не случилось.

— И куда их? — спокойно спросил парень.

— Я обратилась к Грине, — чуть виновато опустила глазки Светлана.

Волконский задумался. Ничего себе — вопросы девочка решает с криминальным авторитетом. За его спиной, что характерно.

— Интересно, — только и прокомментировал он, сделав отметку в памяти, что с владельцем «Гаража» нужно срочно обсудить одну очень важную и животрепещущую тему.

Впрочем, через секунду Павел достал комм и глянул на экран. Четыре пропущенных вызова заставили его отложить мысленную беседу с Григорием. А гаджет он отключил сам — в полёте, когда проводил очередной сеанс связи с цесаревичем.

— Оправдано, — спокойно объявил Павел. — Дальше.

— Всё штатно, — продолжила девушка. — Довезли, разместили, представили охрану из наших. Плюс Тишь выразила пожелание какое-то время провести в гараже.

Павел негромко рассмеялся.

— Вот хитрюга, — оценил он.

И впрямь несколько дней прожить в ночном клубе с бесплатной кормёжкой и, если пожелает, выпивкой за казённый счёт. Да еще и по боевому тарифу.

— Молодец, — вслух оценил он.

Тем более клановцу и впрямь было спокойнее, если за их гостями присмотрит Валентина.

— Что с остальными? — поинтересовался он негромко.

— Козлов пока гостит в Особняке на особом режиме, но без перегибов. Изъявляет полное согласие сотрудничать. Что до Михаила Павловича — послезавтра Игорь Георгиевич назначил встречу с нами. Будем решать.

— Принял, — кивнул Павел.

Сестрёнка хотела добавить что-то ещё.

— Срочно? — уточнил молодой человек.

Девушка задумалась, после чего покачала головой. Несколько секунд брат с сестрой смотрели друг на друга. Потом вместе произнесли всего два слова:

— Тогда завтра.

— Эй вы! — раздался голос с первого этажа. — Сапёры прибыли!

— Спасибо, Ань! — крикнул Архиповой клановец.

— Дичаешь на природе, — ехидно прокомментировала Светланка, окидывая взглядом лес, но тут же поправилась. — Дичаем.

— Есть маленько, — согласился брат.

— Покажешь схему минирования?

Павел протянул свой комм, так и не убранный в карман.

— Полюбуйся, — предложил клановец девушке.

Несколько секунд Волконская рассматривала схемы. Она, конечно, не была профессионалом, но аналитик есть аналитик. Так что сестра просто подошла к вопросу как к инженерной задаче.

— Масштабно, — наконец оценила «Ледяная с**а», возвращая гаджет.

Волконский кивнул. Впрочем, сам молодой человек подобрал бы несколько иное слово. Например, «дорого». Очень. Но сегодня был как раз такой случай, про какие говорят: «Много не мало.».

— На такую цель и в три раза большего количества «взрывчатки» не жалко.

Внизу, прямо перед террасой второго этажа, полным ходом шли приготовления к прибытию главных действующих лиц.

— Что там по планам? — уточнил Павел.

— Катерину свою спроси, — решила чуть повредничать сестрёнка.

Отшатнуться она не успела. Рука брата метнулась к её лбу. Щелбан получился лёгкий — скорее обозначил, чем действительно нанёс удар пальцем.

— У «моей Екатерины» и так много дел, — спокойно ответил он. — Я знаю, что у тебя есть список, так что не вредничай.

Волконская демонстративно потёрла лоб, хотя действительно необходимости в том не было.

— Ладно, — протянула она. — Фил с парнями будет через час. Их подхватят машины Виктора.

На миг молодой человек представил, как летающие броненосцы «Барсов» падают в боевом режиме на детскую площадку перед подъездом их дома, но тут же отогнал странное видение, качнув головой.

— Архипова, Мышкина и эта твоя Бешеная прибудут вместе с Настей.

Павел только удивлённо хмыкнул. Ещё одна оформила полёт сюда как командировку. Иначе с чего бы ей предоставили летучий транспорт?

— Сергея с Марикой доставит курьерский глайдер, — продолжила Светлана.

Молодой человек вновь кивнул. Он подписывал это разрешение на смену маршрута.

— Так, стоп, — попросил клановец.

Иначе сейчас Светлана в доброте своей ещё и перечислит всех подружек и виновниц торжества, которые должны прибыть на место.

— Ты мне главное скажи — все успевают?

— Да. Можешь не волноваться.

— Не получается, — честно признался парень, почесав подбородок.

— Какой кошмар! — тут же оценила манеры клановца любящая сестрёнка с видом высокородной леди, каковой, собственно, она и являлась.

Ответом ей стало равнодушное пожатие плечами.

— Господин, — отвлёк брата с сестрой голос Катерины, поднявшейся на второй этаж.

Рядом с ней шагал один из бойцов второй группы ГБР. Спец остановился в двух метрах от сюзерена и коротко поклонился.

— Оставь, Толь, — потребовал молодой человек. — Что по схеме?

Талантливый подрывник лишь тяжело вздохнул. Нет, специалист своего дела не сомневался, что справится. Да и задача была не столько сложной, сколько кропотливой. Он-то взял с собой всего лишь двух помощников. Знал бы заранее, что задумал господин, явно привлек бы больше людей.

— За час управимся, — пообещал он наконец.

Павел глянул на время.

— Приемлемо, — заключил Волконский и благодарным кивком отпустил бойца.

Едва на этаже остались они одни, как блондиночка задорно улыбнулась.

— Ну что, готовы к началу операции «Прорыв»? — спросила Катерина с интересом.

Брат с сестрой ответили одинаковыми, едва заметными усмешками.

За три минуты до начала операции «Прорыв».

Это было красиво. Просторный двухэтажный дом смотрелся на фоне тёмного леса елочной игрушкой. А грамотно рассчитанная уличная иллюминация подчеркивала волшебство вечера.

За всем этим великолепием наблюдали двое. Они специально отошли чуть подальше — всего на несколько метров вглубь леса. Однако и этого хватило, чтобы сбежать от посторонних глаз.

Вернее, от большинства из них. Скрыться от датчиков акустического центра и снайперов-наблюдателей охраны дома у них бы не получилось.

Равно как и от хозяина дома.

— Есть движение, — негромко бросила Светлана, получив доклад от охраны.

Стоящий рядом с бокалом в руке брат удовлетворённо кивнул. Ну вот и прекрасно. Сегодня наконец-то закроется давно мучивший его вопрос. И, судя по кое-чьей решительности, речи о «по-хорошему» и «по-плохому» не идёт. Остался лишь один вариант — «по-любому». Пусть и второй участник переговоров об этом пока не знал. Однако за него всё уже было решено.

— Инженерная группа готова, — прозвучал очередной доклад в наушниках брата и сестры.

— Великолепный вечер, господин Волконский, — голос за спиной заставил Павла развернуться.

Волконская, пользуясь очень неоднозначной репутацией в Малом Свете, повторить манёвр не соизволила, всё так же наблюдая за тёмным лесом. Хотя куда вероятнее, девушка просто узнала очередную гостью. И проявить вежливость не пожелала.

— Благодарю, госпожа…

Молодой человек сделал паузу. Естественно, он не знал всех подруг Юсуповой, приглашенных на празднование Дня рождения «уралочки». А эту девицу, демонстрирующую горделиво вздернутый носик, кажется, вообще впервые видел.

— Архипова, — прозвучал от лестницы голос другой Архиповой.

Короткое замечание произвело эффект разорвавшейся бомбы. Лицо очередной штампованной красотки, подошедшей зондировать матримониальную почву насчет одного из самых молодых глав Ветвей, откровенно поморщилось.

— Что такое, Лизонька? — уточнила с участием Анна Архипова. — Вы уже порвали с тем гонщиком? Ах, простите. После него был магнат Морозов? Не ошибаюсь? О, простите еще раз, я ошиблась в таймингах. Вы же встречались с ними одновременно!.. Так что же вы хотите от нашего добрейшего Павла Анатольевича?

«Лизонька» вспыхнула моментально. В глазах ее промелькнула откровенная злость. Кажется, в руках она себя держала не очень хорошо. Уроки этикета не вдалбливали ей на подкорку, как это делали в старших семьях. Однако её положение позволяло жить легко. Именно поэтому удар она держала плохо.

— Какая досада, — вновь с сожалением в голосе прокомментировала Анна. — Молодой господин сейчас очень занят.

— Что же это, господин Волконский? — требовательно повернулась девица к хозяину дома и вечера.

Павел пожал плечами равнодушно. Он прекрасно видел, на что именно рассчитывает эта пигалица. Взгляд её был красноречивее любых слов: мол, выгони Анну отсюда и тогда, может быть, мы сможем продолжить наше общение, которое в будущем может перерасти в нечто большее. А может и не перерасти. Но доказать готовность служить Ее Величеству Павел он должен был уже сейчас.

— Вы не прекратите это безобразие⁈ — едва ли не топнула ножкой девица, осознав, что никто не спешит бросаться ей на помощь.

Волконский улыбнулся чуть шире. Строго говоря, в приличном месте за такое поведение Елизавету могли выставить и саму. А уж втягивать в скандал с родственником чужого человека и вовсе считалось моветоном. Однако воспитывать великовозрастную дуру Павел не собирался. Сегодня у них другая программа.

Увидев, что хозяин дома не предпринял и малейшей попытки, чтобы защищать её поруганную честь, девица вскинула остренький носик и поспешила к лестнице на первый этаж.

— Как неловко, — абсолютно равнодушно произнесла Анна, наблюдая за побегом родственницы, и даже игриво прикрыла ладошкой ротик, изобразив из себя недотрогу, только сейчас осознавшую, в каком свете она выставила родственницу.

Клановец пожал плечами. Такие подходы случались всё чаще. Породниться с главой Ветви желали многие. Ведь это прямой путь к ресурсам Великого клана (так, во всяком случае, иные думали). Вот только девушка совершенно не подходила по статусу выбранной ей партии. Однако Елизавета вполне разумно рассудила, что и статус любовницы даст ей очень много.

Одна беда: весь этот математический расчёт был прекрасно виден на ее миловидном личике.

— Забудь о ней, — потребовала Анна, чуть нахмурившись.

Светлана, так и не обернувшаяся на концерт, негромко фыркнула. Мол, сама-то лапы не распускай. В ответ Анна церемонно поклонилась. Как ни странно, главе.

— Не смею даже и рассчитывать на…

— Не верю, — прокомментировала Волконская.

— Пусть великий Павел Анатольевич простит эту недостойную, — продолжила щебетать Архипова. — Она даже не смеет и взгляда поднять на своего сюзерена. Не то что мечтать о ласковом слове или тёплом поцелуе.

В ответ «Ледяная с**а» продемонстрировала большой палец. Мол, уже лучше.

Павел же не выдержал. Он слишком долго ждал. А потому перебил даму негромким смехом. Даже губы Светланы сложились в улыбку. Анна тем временем выпрямилась и с куда большим интересом спросила:

— Как там наш «Прорыв»?

— Они начинают, — пришёл именно в этот момент очередной доклад оператора.

Павел сделал быстрый знак Архиповой. Та, понятливо кивнув, отступила на несколько шагов. Операция переходила в финальную фазу. В конце концов, именно ради этого события Павел и позволил превратить один из своих объектов в филиал ночного клуба. И искренне надеялся, что больше ему такого делать не придётся.

— Мы готовы, — доложила сапёрная группа. — Начинаем через три… Два… Один.

Гулкий звук мощного взрыва разнесся над головами беззаботно веселящейся клановой молодежи.

В это же время

Эти двое отошли недалеко — на каких-то несколько метров вглубь леса. Однако и этого хватило, чтобы скрыть их от большинства взглядов. Разговор пары был лишён всякой романтики. Все было уже решено. Оставалось лишь произнести последнее слово. Так что диалог скорее напоминал бизнес-сделку.

Обоих участников сцены это вполне устраивало.

И уж тем более раскрывать истинные чувства под прицелом акустического комплекса и пары стрелков никто не собирался.

— Я всё обдумал, — коротко обозначил свою позицию Виктор Волконский.

Его спутница несколько секунд рассматривала мужчину.

— Просто не будет, — спокойно обронила она.

В темноте можно было не держать лицо, а потому Виктории вполне успешно удавалось делать вид, что ей не слишком важен результат разговора.

— Зачем жить скучно? — улыбнулся чуть шире боевой офицер, запуская руку во внутренний карман пиджака.

— В таком случае… — решилась Юсупова и тут же сломала даже минимальный налет романтики. — Давай сюда кольцо!

На миг Виктория сбилась с выбранной роли, протягивая руку. Однако в темноте этого все равно увидеть было некому. А специалисты службы безопасности не в счет. Им должностной инструкцией болтать запрещено.

Виктор тут же вложил в изящную ладошку небольшую коробочку. Вот только закрепить создание новой пары поцелуями они так и не успели. Получив команду «Подрыв», сапёр нажал кнопку детонатора — и уже в следующую секунду над празднующими гостями небо вспыхнуло тысячами слепящих огней мощного фейерверка.

Глава 12

Глава 12

— Счастлив? — коротко спросила Светлана.

Павел с удовольствием похлопал себя по животу, обтянутому ремнем безопасности поверх белой рубашки, давая понять, что подобным образом готов просыпаться хоть каждый день. Даже Кроль, услышав вопрос Волконской, на миг оторвал взгляд от дороги, чтобы показать большой палец. Хоть его никто и не спрашивал.

Но Кирилл, как всегда, все равно ответил.

— На дорогу смотри, — тут же потребовала Волконская.

Не со злости, скорее в шутку.

Да и Кроля напугать какой-то там «Ледяной с**ой» практически невозможно. Он за последний год столько всего повидал, что на такие подначки не очень-то и реагировал. Единственной, кто мог «шугануть» помощника Павла, оставалась Катерина. Однажды став свидетелем того, как блондиночке за один час позвонили аж целых два Главы, Кирилл действительно проникся стойкостью секретаря сюзерена по самую маковку. Тогда-то и решил Кроль без очень большой необходимости девушке не перечить.

— Кто ж знал, что Юсупова сбежит с собственного праздника? — довольно пожал плечами Павел.

Сам-то он покинул загородный дом еще раньше. Не прощаясь. Зато с большими планами выспаться в квартире Фила до следующего утра. Каково же было его удивление, когда проснулся клановец от знакомого запаха, которого здесь и сейчас быть не должно. Однако по квартире действительно расплывался аромат жарящихся сырников, заставивший Волконского отказаться от плана поваляться чуть подольше и отправиться на кухню с целью установления «виновника» божественного запаха.

Розыскные мероприятия дали результат сразу же. На кухне он обнаружил новоиспечённую пару, Светлану, хозяина квартиры и своего бессменного водителя. В скором времени этот состав должен был расшириться еще на одного человека. От Катерины в системе уже висело сообщение со временем прибытия. Она должна была подоспеть вот-вот.

— А там праздник полным ходом идёт, — сообщил молодой человек всем вместо «здрасьте», и, получив в ответ нестройное пожелание доброго утра, продолжил. — Ветвь, между прочим, вложилась в организацию мероприятия. И почему же виновница торжества не исполняет наложенных на нее представительских обязательств?

— Не хочу, — просто обозначила свою позицию Виктория, выставляя перед главой Ветви тарелку со сметаной.

Парень только головой качнул. И тут же перевел осуждающий взгляд на старшего брата. Какой пример, мол, подаешь?

— Мне и здесь хорошо, — заверил Виктор, перед которым стояла точно такая же мисочка, но уже опустошённая. И, судя по довольному лицу командира «Барса», не первая.

Остальные тоже не пожелали тратить на объяснения время, которое можно было пустить на уничтожение сырников. Юсупова же лишь мило улыбнулась и отвернулась к плите, все внимание уделив приготовлению новой порции. До прибытия Катерины она больше на посторонние разговоры не отвлекалась.

Лишь когда блондиночка зашла на кухню, «принцесска» изволила обернуться. Причем вид у неё был как у кролика, рассматривающего неожиданно бросившегося из кустов удава.

На отдельную тарелочку тут же лег золотистый кругляш.

— Пробуй! — едва ли не потребовала Юсупова.

Блондиночка аккуратно взяла с общего блюда один сырник и внимательно осмотрела его.

— Не томи!

«Уралочка» ловила каждый жест своей наставницы. Но та не торопилась с вердиктом. Для начала Катерина аккуратно оценила пальчиками текстуру сырника. И лишь после этого оторвала небольшой кусочек и положила в рот. Несколько секунд она сосредоточенно жевала. Всё это время Виктория, казалось, даже не дышала. А возможно, и не показалось.

— Очень неплохо, — наконец выдала экспертное мнение блондиночка.

— Ура! — от счастливого крика дрогнули даже окна в стеклопакетах. Не говоря уже о присутствующих.

Виктор так и вовсе отпрянул назад и подался в сторону. Не привык он к столь явному выражению эмоций в среде клановцев! А Виктория уже стартовала с места, чтобы броситься на шею своей наставнице.

Павел же привычно схватил очередной сырник…

— Так и живём, — не совсем внятно прокомментировал он в ответ на ошарашенный взгляд брата.

Тот уже понял, что в структуре подчинения и норм поведения Ветви все… непросто. Но некоторые выходки его будущей жены все еще ставили старшего из братьев Волконских в тупик. И это притом, что в его отряде своих кадров хватало.

В ответ на замечание Павла Виктор лишь шумно выдохнул. Он, конечно, полагал, что Виктория «не такая», как большинство его знакомых из Высшего Света, но даже близко не ожидал, что её стиль жизни настолько не соответствует образу «небожительницы». И это если не считать лично Силы такой хрупкой на вид красавицы…

И это радовало.

— Какие-то проблемы? — негромко шепнул Павел брату, пока всем на кухне было не до них.

Тот лишь головой покачал. Может быть, даже искренне.

— Тогда не тормози, — вернуться в реальность его заставил резкий оклик внимательной сестрёнки.

Через миг тарелка с сырниками ушла из-под носа командира «Барса». Тот только взглядом проводил свою порцию. Как именно реагировать на подобное разграбление, он пока не решил.

— Светлана, Кирилл, — негромко позвал Павел. — У вас пять минут. Затем выезд.

Ответом ему стало дружное и протяжное «ну-у-у». Волконский только рукой махнул. Мол, я вас предупредил. И взялся за следующий сырник. Он оказался не столь вкусен, как обычно. Но парень полагал, что это из-за предстоящего неприятного разговора. Где уж тут наслаждаться едой, когда вся верхушка клана ждёт на «летучку» по прошедшей операции.

Сестренка и водитель тут же замолкли, уткнувшись в свои тарелки. А Катерина бросила аккуратный взгляд на сюзерена, старательно не обращая внимания на повисшую у неё на шее Юсупову.

Молодой человек взглядом дал понять, что сегодняшняя поездка пройдет без нее.

— Нет необходимости, — пояснил своё решение через несколько секунд. — Мы справимся и так.

Секретарь послушно кивнула. Мол, установка понятна.

— Дополнительные дневные инструкции получишь чуть позже, — пообещал Волконский.

В этот раз блондиночка не шелохнулась.

— Отправлю их на личный адрес.

Первым из-за стола отвалился Кроль, тут же рванувший вниз, чтобы успеть прогреть машину и проверить её по методике саперов СИБ. Перед выездом Кирилл, наученный горьким опытом, в обязательном порядке проверял зеркалами днище автомобиля, а также осматривал местность на предмет диверсий, выстраивая оптимальный маршрут до одной из центральных дорог.

Брат с сестрой тоже задержались ненадолго — в сырниках получилось всего по две штуки. После чего поспешили вслед за Кролем.

— Говори, — потребовал парень.

Лицо сестренки вырвало его из воспоминаний о великолепном утре.

Вместо ответа девушка передала брату планшет.

— Вот как… — протянул клановец, прочитав резюме.

Что ж, теперь у них с высокой долей вероятности было имя «мистера Х». Вот только что делать с этим знанием было совершенно непонятно.

— Пусть старшие решают, — махнул рукой Павел.

Играть с такими ставками он был не готов.

30 минут спустя

Павел действовал быстро.

Мгновенное сближение. Удар по запястьям. Короткий тычок в диафрагму, выбивший воздух из лёгких Светланы. И вновь два последовательных удара по кистям, сбивающих формирование плетения. «Убитый» конструкт растаял в воздухе. Так и не ставшая огненной плетью Сила выплеснулась в кабинет, едва не сбив с ног всех присутствующих.

Клановец с трудом устоял, схватившись со всей силы в запястья сестры, ставшей эпицентром небольшого взрыва в отдельно взятом кабинете.

— Спокойно, — выдохнул сквозь зубы Волконский, уставившись Светлане в глаза немигающим взором.

Девушка ответила бешеным взглядом. Даже попыталась вырваться. Не слишком технично, зато с яростью борющейся за потомство тигрицы.

— Слушай меня! — потребовал брат, встряхнув девушку.

Та мотнулась тряпичной куклой и лишь после этого застыла на месте.

— Руки убери, — через несколько секунд глухо выдавила из себя. — Синяки оставишь.

Павел медленно разжал пальцы и отшагнул чуть в сторону, не сводя взгляда со взбешённой сестры. В случае если она вновь вздумает развернуть плети прямо в кабинете Главы, он успеет перехватить её.

— Это было… — начал формировать своё мнение Валерыч, которого едва не вздуло от стола вместе с креслом.

Однако мысль ему пришлось заканчивать под двумя серьёзными взглядами:

— Справедливо в какой-то мере.

— Светлана Анатольевна, успокойтесь, — потребовал Глава.

Тело Павла напряглось. Невольно он качнулся к девушке. Ведь нет ничего более глупого, чем требовать спокойствия от разъярённой женщины. Особенно если именно тебя она считает виновником своих «бед».

Однако Волконская себя сдержала в этот раз. Она с силой сжала кулаки и разжала их.

— Вы готовы выслушать меня, Светлана Анатольевна? — уточнил Игорь Георгиевич.

Это к Павлу он мог обратиться на «ты», подчёркивая равенство позиций. Однако девушка в иерархии совещания занимала чуть более низкую ступень.

Волконская не удостоила дядю ответом. Вместо этого она повернулась к брату, явно давая понять, чьё слово здесь для неё имеет хоть какой-то вес.

— Сядь, — потребовал коротко Павел, наклонившись за отброшенным в сторону креслом девушки.

Сестра медленно втянула воздух носом и протяжно выдохнула через рот, после чего изволила вновь пройти к столу.

— Вот и прекрасно, — положил руки на плечи девушке Павел, едва та уселась в кресле.

— Помни об этикете, Светлана, — негромко произнёс отец.

На миг парню показалось, что родитель даже рискнет пригрозить пальцем сорвавшейся с нарезки огневке. Однако разум все же победил.

Однако и этого короткого заявления хватило, чтобы плечи Светы буквально окаменели под пальцами главы Ветви.

— Ты мне не помогаешь, отец, — спокойно прокомментировал попытку вмешаться в разговор Павел.

Мужчина спорить не стал, лишь приподнял руки в имитации сдающегося жеста и принялся наблюдать за развитием ситуации. Тем более, нашлось у Старших Волконских занятие: например, привести в относительный порядок после вспышки Силы кабинет. Так что большинство присутствующих вдруг очень увлеклись собственноручным подъемом кресел и расстановкой их вокруг стола.

— Итак. Пожалуй, я продолжу, — объявил Игорь Георгиевич, едва все расселись по своим местам вокруг залитого кофе, и чаем стола. Кружки, чашки с напитками выплеск силы опрокинул в первую очередь. Однако пока протирать столешницу никто не стал. Все лишь убедились, что напитки не будут капать на костюмы, да и все на этом.

— Я хочу, чтобы вы исчезли из столицы, — продолжил глава. — Немедленно.

В этот раз Светлана сдержалась. Но, судя по заострившимся скулам, с некоторым трудом. С её точки зрения, ситуация выглядела крайне некрасиво. Ведь это она вычислила главного интересанта в беспорядках в клане. Её брат собирал данные и провёл несколько операций, чтобы вычислить «мистера Икс». Так какого хрена от них требуют убраться к чёрту на кулички вместо того, чтобы прихлопнуть предателя в клане?

Павел вздохнул мысленно и, протянув руку, сжал пальцы на запястье сестры. Чтобы не вздумала возражать. Не ко времени это.

— Надолго? — просто спросил он.

— Месяц минимум, — тут же ровно ответил глава. — Естественно, это не касается учебных и иных обязательных мероприятий в столице. Но будет лучше, если некоторое время вы не будете…

— Мозолить глаза, — просто и четко сформулировал клановец.

— Именно, — согласился Глава.

Его родной и двоюродные братья разом кивнули в знак поддержки

Сестренка же пробормотала нечто невнятное. И, вероятно, матерное. Возможно, даже персонализированное. Но вряд ли. Она же леди…

Павел несколько секунд обдумывал требование родичей.

— Ясно, — наконец признал он.

Вывод их собственных размышлений парню не понравился. Однако и сомнению не подлежал. Посему получалось, что Игорь Георгиевич не готов сейчас начинать гражданскую войну в клане. Поэтому с «мистером Икс» «Георгиевичи» и Валерыч постараются договориться: либо разделить сферы влияния, либо определить правила дальнейшего противостояния таким образом, чтобы это не затрагивало весь клан. Однако основных участников этой операции они предпочитали отправить подальше. Хотя бы до того момента, пока не будут завершены предварительные переговоры.

— Надеюсь на понимание, — негромко выдал Анатолий Георгиевич, обводя внимательным взглядом обоих детей.

Павел просто кивнул. А вот в эмоциях Светланы творился самый настоящий хаос. Пусть она и вполне успешно это скрывала.

— Сестрёнка, — негромко позвал Павел, наступая на ногу уже пожелавшей вставить свои пять копеек девушки. — Мы вылетаем в Красноуральск. У тебя четыре часа на сборы.

Кажется, «давление» получилось сильнее, чем он бы хотел. Но Волконская не поморщилась. Лишь кинула на брата странный взгляд.

— Вопросы есть? — спросил Павел с нажимом.

— Никак нет, — коротко отчеканила девушка. — Готова выполнять.

— Тогда прошу тебя проверить работу аналитического отдела перед вылетом.

Волконская прекрасно видела, что её просто выпроваживают. Дальнейший серьёзный разговор Павел будет вести самостоятельно. Но возражать девушка не стала. Лишь кивнула и молча поднялась с кресла.

— Глайдер на сто семнадцатый, — глянув на экран, сообщил клановец. — Старт через семь минут.

Волконская скупо поклонилась родичам и отправилась к выходу.

— Итак, господа… — развёл руками Павел, едва за его сестрёнкой закрылась дверь.

Оставалось лишь порадоваться, что автоматика не позволяла девушке громко хлопнуть этой самой дверью на прощание. Иначе парень был уверен, что аналитик Ветви от демонстративного жеста бы не удержалась.

— Теперь объясните МНЕ, пожалуйста, отчего вы собираетесь выгнать нас из столицы?

Глава 13

Глава 13

— И как ты с ней справляешься?

Игорь Георгиевич задумчиво потёр лоб, разглядывая разгромленный Светланой кабинет.

— Дай-ка подумать, — без заминки протянул молодой человек. — Не подставляю, не отношусь как к ребенку, не смотреть сверху вниз…

Валерыч негромко хохотнул, наблюдая за беседой племянника и его дядьки. Отец же «детишек» промолчал. Но взглядом недовольным братца наградил.

— Достаточно, — властно бросил Глава.

— А что такое? — уже на грани прямого неподчинения поинтересовался Павел. — Я могу и дальше продолжать!

Ситуация зависла в равновесии. Очень хрупком. Как в игре «горячая картошка». Сейчас «корнеплод» был в руках у Игоря Георгиевича, и от его слова зависело, произойдет ли сейчас раскол между кланом и его Ветвью.

И Председателю Правления явно было что ответить. Однако владыка сдержался. Пусть для этого ему и пришлось с силой сжать кулак и потратить несколько секунд, чтобы успокоиться.

Анатолий Георгиевич напрягся. Хрупкий мир с «детишками» был достигнут совсем недавно. И сейчас грозил улететь коту под хвост. «Не пора ли вмешаться?» — бросил он взгляд на воеводу. Тот глубоко вздохнул. Мол, а что мы сейчас сможем сделать?

Впрочем, Валерыч и тут нашел приемлемое для себя решение. Из кармана командир клановых ВС вытащил пакет с леденцами и закинул один из них в рот.

Впрочем, остальную упаковку он убирать не стал.

Павел же откинулся на спинку кресла и задумчиво рассматривал Главу. Кажется, тот действительно не понимал, что именно пошло не так.

— Ты просишь Светлану помочь клану, но делаешь это без уважения, — только и прокомментировал молодой человек. — Возможно, стоило выбрать другой тон. И пожелание своё донести аккуратнее. А если кто позабыл, то я напомню: моя сестра имеет присягу перед Ветвью, а не кланом. Следовательно, единственный её сюзерен здесь — я. Глава моего главы — не мой глава. Равно как и вассал моего вассала — не мой вассал. Это понятно?

Анатолий Георгиевич нахмурился. Сын все-таки счел нужным обострить. Расставить все точки над «i», так сказать.

— Ну, теперь можно, — решил Валерыч, ни к кому особо не обращаясь, и привычно закинул ноги на стол. Всё равно тот был залит напитками и усыпан осколками стекла.

Насмешливый взгляд воеводы тем временем был направлен исключительно на старшего Георгиевича.

Глава выдохнул. Унял раздражение. И внутренне признал, что, возможно, «детишки» в чем-то и правы.

— И всё-таки можно было отреагировать спокойнее, — буркнул он негромко.

«Не прошибаем.» — сделал вывод про себя Павел. Вслух молодой человек его озвучивать смысла не видел. Уж сколько раз Игорь Георгиевич обжигался на попытках представить себя хозяином всего и вся. И да, парню удавалось время от времени корректировать поведение Главы. Однако барские замашки всё ещё частенько давали о себе знать. И молодой человек все чаще задумывался, а стоит ли таких нервов «взаимовыгодное сотрудничество».

Главный Волконский явно собирался что-то ответить, но осёкся, увидев поднятую руку родного брата. Уж больно серьезным взглядом тот наградил владыку.

— Сможешь донести до Светы необходимость нынешнего шага, сын? — хмуро спросил он.

— Конечно, отец, — пообещал Павел.

В конце концов, родитель уже признал их взрослыми и не давил. Так что к его просьбам можно было подойти со всем уважением. А вот Главу, похоже, придётся «убеждать» и дальше. Нет, не прямым конфликтом. Ведь обе стороны от сотрудничества получают свои «плюшки». Но если Игорь Георгиевич не скорректирует поведение, будет нарываться на шишки раз за разом.

— И что это вообще с ней? — казалось, искренне возмущённо поинтересовался Глава вслух.

— Ну смотри, Игорь Георгиевич, — вздохнул молодой человек. — Четыре операции. Двое суток практически без сна за рабочей станцией. Восемьдесят часов, потраченных аналитическим отделом. И всё для того, чтобы вычислить имя «мистера Х»… Того самого ублюдка, который пытался убить меня и причастен к смерти нашего родича. Ты вообще можешь себе представляешь, сколько внутреннего ресурса тратит обработка такого массива информации? И вот она, наконец, получила ответ. И что же взамен? «Идите, деточки, погуляйте где-нибудь подальше, пока взрослые дяденьки тут не решат, как договориться».

Игорь Георгиевич поднялся со своего места. Под его подошвой хрустнул осколок кружки, слетевший со стола. Но на такие мелочи мужчина даже внимания не обратил.

— Ты же понимаешь, в чём дело? — спросил он глухо, обернувшись к окну.

Не осталось в его голосе ни вызова, ни гонора правителя. Одна усталость.

— Естественно, понимаю, — вполне искренне признал Павел. — У всех вас… — молодой человек обвёл собравшихся долгим нечитаемым взглядом, — сейчас нет ни сил, ни средств, чтобы начинать войну против этого человека.

Воевода в ответ лишь громко хрустнул очередным леденцом. Отец отвёл глаза. Глава же просто развернулся и спросил:

— А как ты видишь решение этой ситуации?

Павел развёл руками. Дмитрий Яковлевич Волконский не занимал официальных постов. Однако его слово в клане весило очень много. К нему прислушивались и за ним шли. Многие. И не одно десятилетие сложившееся равновесие между официальными властями клана и неформальным лидером было вполне устойчиво. Однако в преддверии перемен в империи Дмитрий Яковлевич отчего-то решил, что куда лучше проведёт клан сквозь неспокойные времена, чем нынешние правители. И начал работу по перехвату рычагов управления. Если верить Светлане, это была не первая его операция в борьбе за Трон. Однако раньше верхушка клана информацией делиться не спешила.

И вот, получив имя, все собравшиеся прекрасно понимают, что лучшим решением будет сделать вид, что никто ничего не осознает и купировать ущерб без попытки серьезно ответить на удар. Это будет куда проще, чем вынести войну на полноценный уровень. Во всяком случае, пока не будут готовы военные силы клана, и Глава не мобилизует сторонников нынешнего курса.

И да, Павел был согласен с решением Игоря Георгиевича временно отправить их подальше заниматься указом цесаревича, а не маячить под носом у Дмитрия Яковлевича как напоминание о нескольких сорванных операциях. Но до сестренки эту мысль стоило донести как-то помягче. Тем более, аналитик еЁ уровня наверняка просчитывал подобный вариант.

— Мы не можем нанести ответный удар прямо в данный момент, — вместо брата признал отец бунтаря.

Павел кивнул вполне понимающе.

— Сейчас выгоднее «не заметить» откровенно враждебных действий Дмитрия Яковлевича, — прокомментировал он.

Очередной леденец хрустнул на зубах воеводы. В этот раз чуть громче. Георгиевичи же мрачно кивнули. Иногда действительно дешевле не отвечать в моменте, чтобы сохранить за собой возможность ударить позже. А то и вовсе отложить «месть» в долгий ящик. Ведь сейчас открытое противостояние будет дорого всем сторонам и ничего не принесёт, кроме ослабления клана далеко не в самое простое время.

— Я думал, Светлана умнее, — бросил Игорь Георгиевич.

Оба брата только головами покачали.

— Возможно, стоило отнестись к ней по-человечески, — с лёгким сарказмом спросил Павел, давая понять, что поведение сестры, хоть оно и вышло далеко за рамки кланового этикета, находит у него куда большее понимание, чем позиция старшего родича. — Моя сестра не дура. И объяснение бы прекрасно поняла. Но ты не пожелал потратить немного времени, чтобы прийти к согласию с одним из лучших аналитиков клана.

— Она часть Волконских, — прямо буркнул глава.

Павел кивнул уже равнодушно, лишь негромко спросил:

— А ты точно на своём месте, Игорь Георгиевич?

Собравшиеся застыли. Это ещё не было боевым выстрелом в упор. Но уже вполне справедливо было счесть за предупредительный в воздух. «Мы вам точно нужны?» — именно так можно было перевести слова Павла.

Фактически у владыки оставалось два выбора: либо «проглотить» горькую пилюлю, либо окончательно рвать отношения с Ветвью.

Анатолий Георгиевич глянул на брата: мол, я тебе что говорил? Тот же внимательно изучал молодого человека. Лишь Валерыч продолжал методично сгрызать леденцы.

И все же главный Волконский выбрал третий вариант:

— Я планирую отречься от Трона, — спокойно выдохнул Игорь Георгиевич.

Старшие родичи замерли, бросив на Главу одинаково напряженные взгляды.

— Хочешь на мое место? — просто спросил Председатель Правления.

Павел не размышлял и мига.

— Мне вполне хватает руководства Ветвью, — спокойно ответил он.

— Тогда помоги клану пройти через кризис, — едва ли не потребовал Игорь Георгиевич. — А после я сложу полномочия. Нового Главу выберет Совет. Такой вариант тебя устроит?

Павел чуть заторможенно кивнул. И вовсе не потому, что всерьез обдумал слова владыки. Просто у него в голове вдруг возник интересный вопрос: «Это что же собирается натворить нынешней Глава, после чего ему придется покинуть свой пост?».

— В таком случае — попросил Игорь Георгиевич. — Будь добр, доложи о прибытии в Красноуральск как можно скорее.

И вновь молодой человек ограничился простым кивком. Теперь у него было о чем подумать. Желательно прямо сейчас. Именно этим он и занялся. Старшие родичи не мешали.

Кабинет погрузился в тишину. Четверть часа четверо людей, минута времени каждого из которых стоила очень дорого, просто размышляли.

Наконец, молодой человек привлек к себе внимание негромким покашливанием, после чего демонстративно обвел взглядом помещение.

Вместо ответа Валерыч встал и достал из шкафа небольшой чемоданчик.

— «Пелена-2», — тут же опознал «машинку» Павел.

Кто-то серьезно нарушил закон, чтобы подобная игрушка оказалась здесь.

Глава клановых ВС ввел несколько кодов на аналоговой клавиатуре и нажал красную кнопку.

«Так пойдет?» — приподнял брови он.

Павел покачал головой. Мол, недостаточно хорошо. Зато оценил, что родичи позволили кому-то «подслушать» первую часть их разговора. «Интересно будет позже спросить, в какой момент все поняла Светлана!» — отметил про себя Павел.

Георгиевичи лишь переглянулись. Но промолчали.

«Поступай как знаешь!» — одним жестом предложил Глава. Ради серьезного разговора он был готов потерять еще некоторое время.

Молодой человек провел рукой по собственному воротнику, подцепив микронаушник, и вставил его себе в ухо.

— Тим, Рвань, — вызвал он операторов технической службы. — Нужно «покрывало».

Старшие родичи оценили. И сделали выводы. Сразу несколько. Но самым неприятным оказался тот факт, что развернутая «Пелена» ничуть не помешала парню связаться со своими людьми. Хотя должна была глушить весь спектр с вероятностью в единицу на расстояние в несколько десятков метров.

Спецы техкоманды Павла прибыли к кабинету Главы уже через четыре минуты. О своем появлении они оповестили коротким мелодичным сигналом.

Анатолий Георгиевич тут же вывел изображение с фиксаторов у входа на слегка покосившийся во время выброса Силы, но все еще рабочий настенный экран.

— Это мои, — коротко объявил Павел.

Родичи на это заявление только фыркнули. Будто кто-то еще рискнет заявиться по спецпропуску на закрытый этаж в джинсах и футболках!

С очередным мелодичным сигналом дверь распахнулась перед новыми «гостями».

Молодой по сравнению с большинством присутствующих парнишка лет двадцати пяти и такого же в белых кедах и такого же возраста девчушка, стянувшая волосы в хвост резинкой, докладывать о появлении не стали. Просто замерли посреди помещения и уставились на своего сюзерена.

Впрочем, Павла такое «пренебрежение» не смутило. Он молча «выбросил» несколько жестов. Парочка кивнула в ответ, тут же развив кипучую деятельность. Через минуту помещение было полностью «заглушено» по коду «Пелена — 7».

— Глухо, — чуть хрипло доложила девчушка, вытягиваясь перед Павлом.

— Как в танке, — подтвердил любитель кед, вставая рядом с ним.

Волконский ответил еще одним жестом.

Оба «технаря» тут же подхватили по креслу и отошли в угол помещения вместе с мобильной «глушилкой». Еще через миг они достали специальные наушники и, вставив их по назначению, практически одновременно подняли вверх большие пальцы.

— Вот теперь можем поговорить, — сообщил Павел. — Без свидетелей.

Он был уверен, что через «технарей» отсюда не просочится и слова. Хотя бы потому что через активные наушники они не только ничего не услышат, но и достать их не смогут их ушей так, чтобы это не отразилось в системе.

Глава Волконских жестом пригласил всех вернуться к столу.

— Светлана умна, — первым начал Игорь Георгиевич, едва все расселись.

Павел кивнул. Сестра действительно поняла, что именно происходит куда раньше него. И, похоже, устроила радиоспектакль, в котором лишь один «актер» не понимал, что именно происходит. Роль девушка свою отыграла филигранно.

— Я ей передам, — пообещал парень вслух. — Теперь же предлагаю перейти к делу.

Старшие родичи кивнули.

— Все ТАК плохо? — уточнил Павел.

Бум!

Валерыч вновь сложил ботинки на столе, самоустраняясь от объяснений. Отец же скрестил пальцы, что можно было расшифровать следующим образом: «Я против решения Главы, но других вариантов у меня нет. Так что буду исполнять приказы наилучшим образом, раз уж не имею достойной альтернативы».

— Наш оппонент обладает довольно серьезной репутацией среди гвардейцев и части особых служб.

«В этом и беда междоусобных конфликтов!» — оценил Павел. Там, где против внешнего врага клан выступит единым фронтом, во «внутренних разборках»… существует довольно широкое поле вариантов.

— Понял, что именно я должен знать? — спросил клановец.

— Ежедневно службу по охране небоскреба несут смены по сто тридцать охранников. От сторожей КПП на первом этаже до гвардейцев у моих покоев, — негромко констатировал Глава. — Элитных бойцов около полутора десятков человек, преимущественно сосредоточенных на сто тридцатом этаже. Кроме того, имеется резерв в пятнадцать специалистов на сто семнадцатом и две команды с контртеррористической заточкой. Последние обычно расположены на сто четырнадцатом в помещении возле лифтовой развязки.

Павел кивнул. Логично. Такое месторасположение дает шанс быстро добраться до любой точки на пятнадцать уровней вверх и вниз.

Пару минут он раздумывал над ОЧЕНЬ многослойным монологом. Наконец, молодой поднял взгляд на воеводу. «Как же надоело в каждом слове и событии искать двойное и тройное дно!» — оценил парень. Всего несколько реплик, и вот уже его понимание ситуации меняется. Кардинально. Интересно лишь когда осознание пришло к сестре?

Валерыч же на миг прикрыл глаза и едва заметно качнул головой, имитируя согласный кивок.

Молодой человек провел ладонью по лбу. Ему вдруг стало не очень хорошо.

— Пожелания будут? — неожиданно охрипшим голосом спросил он.

— Только твои люди, — категорично отрезал отец.

Старшие родичи не шелохнулись. Но в их позах читалась молчаливая поддержка.

«Естественно! Штурм клановой высотки — дело семейное. Тут „легионерам“ не место. Даже если они из СИБ.» — оценил ситуацию парень.

— Будем надеяться, что до этого не дойдет, — хмуро констатировал Глава, убедившись, что племянник понял все правильно.

— Но и учитывать этот вариант обязаны, — продолжил отец.

«А больше лояльного подразделения, способного исполнить подобное с минимальным риском для остальных Волконских, у вас и нет.» — оценил парень и… Впервые за долгое время «соглашений» с родичами так и не озвучил вопрос цены.

— Принял, — спокойно ответил парень, стараясь не показывать, насколько ему не по себе.

Воевода хотел добавить что-то еще. Но его прервал резкий сигнал, поданый одним из «технарей».

Вскинутая рука Павла дала всем понять, что «приватные» разговоры кончились. Согласно экстренному протоколу, через три секунды после «уведомления» Рвань избавилась от наушников и резко объявила:

— Покушение на Светлану Анатольевну…

Отец и Глава поднялись с мест. Валерыч уронил ноги на пол.

— … Контакт «минус три»…

— Сидите! — бросил Павел не оборачиваясь.

— … Командир охраны подал «желтый». Потери — двое «двести». Один трехсотый.

«Можно не спешить… сильно.» — оценил доклад парень, медленно оборачиваясь к родичам.

— Что тут у вас творится? — спокойно спросил он едва ли не по слогам.

Все-таки за много лет клановец привык к незыблемому, казалось, факту, что хотя бы на территории небоскреба Волконские контролируют ситуацию. Одна мысль, что двоих его бойцов убили на СЕМЕЙНОМ этаже, приводила его в ярость.

— Именно поэтому, — чуть напряженно произнес Игорь Георгиевич, глянув племяннику в глаза.

«Что ж… значит, придется учить ГБР штурмовать собственный дом.» — правильно понял пантомиму клановец. Однако куда больше его волновал Тим, сканирующий эфир.

Наконец, он услышал заветные слова:

— Путь свободен, господин.

Павел кивнул и рванул в сторону пожарных лестниц. Туда, где все уже кончилось. Но ему предстояло разгребать последствия.

Глава 14

Глава 14

Две «тени» мягко скользнули к Светлане, едва она покинула переговорный кабинет. Движения обоих бойцов были грациозны и практически незаметны глазу. Казалось, что они не шагали, а стелились над полом, не производя ни звука. Девушка лишь краем глаза отметила появление телохранителей за своей спиной и вновь погрузилась в собственные мысли.

А ведь ещё несколько дней назад двое специалистов по личной безопасности воспринимались ею в штыки. Однако брат настоял. И Светлана уступила. Конечно, где-то на краю сознания скользнула мысль устроить скандал и заставить Павла отменить своё решение. Обычно недовольство «Ледяной с**и» было весомым аргументом при любом споре с родичами. Однако Павел редко делал что-то просто так. А потому девушка задавила всё своё возмущение и лишь согласно кивнула. Тем более «тени» действительно были профессионалами. И большую часть времени она их даже не замечала.

«Интересно, как скоро Павел сообразит, что весь разговор оказался „радиоспектаклем“? И вполне возможно, что для того самого „мистера Х,“ ныне обретшего имя и отчество.» — прикинула она. Ведь в первые секунды ее «эмоционального срыва» брат действительно растерялся, хоть и смог среагировать на рефлексах, срывая уже почти оформившееся в огненные плети конструкты.

За неспешными размышлениями она вышла к лифтовой площадке, охраняемой четырьмя гвардейцами.

— Старшая сестра! — оклик заставил Волконскую остановиться.

Этот голос она узнала бы и во сне. А это значит, что аналитик клана под прицелом. Прямо сейчас.

Девушка оглянулась. Так и есть, на всех парах к ней неслась маленькая ракета.

— Сестра! — вновь воскликнула «ракета», сжимая тоненькие ручки в недетских таких объятиях.

Светлана даже невольно охнула от натиска девятилетнего ребёнка. Кажется, ее тренера недаром едят свой хлеб!

— Спокойнее, Василиса, — выдохнула девушка, встав столбом посреди лифтовой площадки. Чуть задушенный голос отразился от стен довольно большого помещения, вдоль которого тянулись десятки лифтовых кабин. Однако должного эффекта не возымел.

— Почему ты так долго меня не навещала⁈ — искренне радовался ребёнок, пытаясь затискать Волконскую до смерти.

«Хорошо, что старшие не видят!» — мелькнула неожиданная мысль в голове Светланы. Вот бы кое-кому сейчас досталось двадцать внеплановых уроков кланового этикета. Впрочем, с Василисы все как с гуся вода. Обычно к девяти годам небожителям едва ли не намертво вдалбливается определённая модель поведения. Однако живой характер и свободолюбивый нрав эти оковы сломить не смогли.

— Я же обещала прийти в гости, когда смогу, — мягко напомнила девушка, аккуратно размыкая объятия счастливого ребёнка.

Впрочем, насчёт наказания она погорячилась. Василиса была одарена от природы. И нет, не силой Огня или Льда. Однако она вполне претендовала на то, чтобы стать вторым аналитиком экстра-класса Волконских в этом поколении. А потому ей, как и любому гению клана, позволялось куда больше, чем остальным.

Правда, девочку это не слишком сильно разбаловало. В отличие от того же Сергея, например.

— Ну-у-у, — разочарованно выдохнул ребёнок, раздосадованный вырвавшейся «игрушкой». — Поиграй со мной.

Светлана вздохнула. Их «игры» длились уже несколько лет. И, с точки зрения любого наблюдателя, были очень даже специфичными. Вместе они тренировали память, логику, умение сопоставлять факты, математическое моделирование и статистику. Пока в развлекательной форме. Однако уже сейчас на тестах девчушка показывала уровень аналитика, способный претендовать на низшую должность в соответствующем управлении Волконских. А ведь ей нет ещё и десяти.

— Не сегодня, — с сожалением ответила Светлана. — Я прямо сейчас улетаю. Слово и дело клана.

Сожаление было искренним.

Она и впрямь любила проводить время с Василисой, когда к тому имелась хотя бы малейшая возможность. Однако сейчас у неё был чёткий дедлайн. Уже через четыре часа она должна будет занять место в глайдере, следующем в Красноуральск. А ведь до того момента нужно многое сделать: перевести аналитический отдел Ветви в автономный режим, подбить кое-какие документы по «РитРос» и сдать дела соответствующим управлениям клана. И всё это требовало времени.

— А когда ты улетаешь? — протянул ещё более грустный ребёнок.

Василиса не раз заявляла, что пообщаться ей не с кем. Взрослые не воспринимали её всерьёз. А учителей и наставников ей сложно было считать друзьями. Со сверстниками же картина была ещё мрачнее: развитая не по годам малышка уже сейчас явно выделялась на фоне погодок. А дети жестоки ко всему отличающемуся от представлений о норме. Так что друзей у неё нет и в воспитательной группе.

— Прямо сейчас, — вздохнула девушка.

На секунду она даже задумалась: может ли выделить хотя бы полчаса на беседу с преемницей? Заодно и самой отвлечься от забот. Однако через секунду, к сожалению, вынуждена была покачать головой.

— Брат поставил очень жёсткие сроки. И лучше бы в них уложиться.

Девочка до боли напоминала Светлане саму себя в детстве. Наверное, именно поэтому она делала все, чтобы скрасить ее одиночество.

— Я тебя провожу! — воскликнула малышка, подпрыгнув.

Она просто органически не умела долго сидеть на одном месте. Что не мешало ей полностью погружаться в сложнейшие вычисления, когда того требовала ситуация.

«Удивительный маленький человечек», — ещё раз умилилась Светлана.

Василиса тем временем бросилась к лифту и нажала кнопку вызова. Кабинка распахнула двери буквально через несколько секунд. Света только качнула головой. Большинство бы даже не задумались о том, что, услышав слово «улететь», ребёнок безошибочно выбрал именно тот элеватор, что вёл на все этажи со стартовыми площадками. А это один из девяти. Мозг малышки обрабатывал информацию практически мгновенно, даже в фоновом режиме.

— Давай быстрее! — позвала уже из кабинки девочка.

Светлана не стала спорить. Почему бы и нет? В рамках семейных этажей высотка безопасна даже для ребёнка. А если каким-то чудом Василиса умудрится потеряться, во что Волконская не верила от слова совсем, ей достаточно обратиться к любому слуге или гвардейцу, чтобы её отвели к родителям. Вот если бы в кудрявую головушку взбрело скататься, например, на тринадцатый этаж, охрана бы заблокировала лифт ещё до того момента, как она нажала кнопку. А на спецэтаж девчушка могла скататься в любой момент — там для неё были закрыты лишь несколько режимных зон, но находились они совершенно в другой стороне от аварийного стартового стола, где уже под парами дожидался глайдер.

— Сто семнадцатый, — улыбнулась Светлана, зайдя в кабинку.

«Тени», естественно, просочились вслед за ней. Счастливый ребёнок подпрыгнул и безошибочно попал по нужной кнопке, мягко приземлившись на пол.

— Ап! — радостно воскликнула девочка закрывающимся дверям.

В этот раз Светлана даже и не думала пытаться прогнать с лица добрую улыбку. Василиса своим позитивом умудрялась заражать всех вокруг.

— А куда ты летишь? Когда вернёшься? Привезёшь что-нибудь? — продолжила бомбардировать вопросами маленькая почемучка.

К счастью, всего десяток этажей турболифт преодолел за несколько секунд. Так что отвечать Светлане не пришлось ни на один вопрос.

— Какой старт? — тут же переключила внимание девчушка, первая выбежав из кабины.

Волконская шагнула следом. «Тени» тут же перестроились в боковое охранение.

Позже Светлана и сам не могла сказать, что именно заставило её буквально броситься на девочку, подминая будущего «гения» под себя. Резкий рывок гвардейцев-охранников. Звук взведённого затвора. Или крик одного из теней: «На пол!».

Первым вскинул карабин гвардеец слева. Его сосед ударил по стволу рукой, сбивая прицел. Он не понял, что произошло. Но оружие не должно смотреть на «небожителей».

Бах!

Звук выстрела вдарил по ушам. Пуля едва не «чиркнула» по виску Светланы.

— Стой! — успел выкрикнуть гвардеец — защитник.

Он еще не понял, что произошло. Бился на инстинктах. Его коллеги начали стрелять в своих. Достаточно, чтобы растеряться!

Бах!

Защитник осел на пол.

Но за спиной стрелка уже появилась «тень». И вот шея убийцы ломается под странным углом.

Еще выстрел.

Светлана рухнула на пол, подгребай под собой Василису.

Над головой еще трижды гаркнул карабин, но Светлана закрыла глаза, уткнувшись носом в кудряшки ребенка.

На миг все стихло. Но девушка не успела и головы поднять, как сверху на неё обрушилось что-то тяжёлое, заставив Волконскую глухо захрипеть. Удар в спину был силён, но она всеми старалась выставить локти так, чтобы не раздавить ребёнка. Волконская крепко прижала девочку к себе, пытаясь закрыть ей глаза и уши. Так она и замерла.

Все смолкло.

Тяжёлое тело стащили с неё через ужасно долгие тридцать секунд.

— Что это? — только и выдохнула она, рассматривая обагренную кровью рубашку.

Собственную.

Какая-то сила вздёрнула её за руку на ноги, крепко схватив за предплечья. Взгляд её выловил из окружающего несколько тел в клановой форме Волконских. Ещё двое гвардейцев растерянно встали посреди коридора. Схватиться за оружие они успели. Но вот вскинуть его и снять с предохранителя — уже нет. К тому моменту их коллеги были мертвы.

— Как же… — только и выдохнула девушка.

Взгляд её упёрся в тело одного из «теней». Именно телохранитель прикрыл их собой, обрушившись на неё. Сейчас он лежал на полу. И в глазах его не было жизни.

Светлана не могла себя заставить отвести взгляд от удивительно спокойного лица.

— Назад! — второй телохранитель оттаскивал её в боковой коридор.

— Вася! — крикнула девушка вырываясь.

Естественно, «тень» работал лишь на охраняемое лицо.

Попытавшиеся шагнуть к «небожительницам» гвардейцы наткнулись на резкий окрик:

— Стоять!

Свои слова тень подкрепил короткой очередью из компактного пистолета-пулемёта под ноги бойцам. Череда глухих выстрелов вышла тихой. Но убедительной. Глушитель гасил звук почти до нуля. Однако охранники застыли на месте.

— Мы гвардия! — предупреждающе воскликнул один из них.

В это время Светлана умудрилась подтащить к себе так и не понявшую, что происходит девочку.

— Эти тоже, — кивнул на три тела в форме охранников защитник, подталкивая двух перепуганных девушек дальше в технический коридор.

Гвардейцы встали. Возразить было нечего.

— Все замерли! — бросил телохранитель и принялся отступать, прикрывая отход.

Отошли они недалеко. Всего лишь за угол. 'Тень тут же занял позицию так, чтобы держать весь коридор.

— Это тупик! — неожиданно сообразила Светлана, припомнив план сто семнадцатого этажа.

— Я знаю, — отозвался защитник.

Больше всё равно отступать некуда было.

— «Нянька-четыре», — бросил в эфир телохранитель. — Атакованы гвардейцами Волконских. Заперты в техническом коридоре номер тридцать пять-два. Второй двести. Я легкий триста. Жду указаний.

— Держитесь, — прозвучал короткий ответ. — Скоро будем.

— А что мне ещё остаётся? — буркнул телохранитель, готовясь принять последний бой, и если понадобится.

Светлана же присела на корточки и обняла Василису. Вот уж кто совсем не испугался… Просто потому, что в малом возрасте ребёнок ещё не понимал, что такое смерть.

Глава 15

Глава 15

Павел мягко шагнул к стене кабинки, оставив в центре собственную иллюзию. Несколько недавно полученных пуль в грудь очень доходчиво напомнили о том, что он ещё и одарённый. Амулеты индивидуальной защиты, конечно, тоже хорошо. Но лучше обойтись без запреградных травм.

Створки лифта распахнулись на сто семнадцатом этаже. В «изображение» так никто и не пальнул. Выждав секунду, Павел шагнул на площадку прямо сквозь собственного «аватара».

У лифтового холла было шумно. Появление клановца отметили ответственные за сектор стрелки ГБР. Остальные же Волконского заметили не сразу.

— Господин! — неожиданно воскликнул один из охранников здания, стоящих на коленях с руками, сложенными на затылке.

В шею крикуну тут же уперся срез глушителя пистолета-пулемета.

Ожидавшая в глайдере тревожная группа ГБР мгновенно среагировала на сигнал, успев обезвредить дежурную смену и спешившую ей на помощь подмогу до появления своего командира. Сейчас спецы Павла держали под прицелом всех, кто не имел опознавательной метки войск Ветви.

На выкрик клановец внимания не обратил. Взгляд его остановился на четырёх телах, от которых уже отходили медики с видом: «Мы здесь бессильны.». Трое гвардейцев и его человек, отдавший жизнь за Светлану Волконскую.

— Семь по центральному! — крикнул один из бойцов ГБР и продублировал сообщение жестами.

Клановец коротко чертыхнулся и вставил в ухо микронаушник для связи с вооруженными силами клана. Его он конфисковал у одного из гвардейцев, охранявших покой Главы перед его рабочим кабинетом.

— Валерыч, убирай своих, — потребовал он, вызывая воеводу по личному коду.

— Я не комендант, — тут же почти без паузы ответил старик.

«Ну еще бы!» — оценил оперативность отклика парень. Вот уж кто действительно должен быть постоянно «на приеме». Тут полноценная стычка комендантской роты здания с натасканными СИБ гвардейцами намечается.

— Так найди коменданта! — сквозь зубы рявкнул Павел. — Любой, кто сунется, будет расценен как враг со всеми вытекающими!

Возможно, двоюродный дядька хотел возразить что-то ещё, но Павел уже переключился на волну ГБР. Он своё слово сказал, отступать был не намерен.

— Приказ слышали? — хмуро буркнул клановец в общий эфир уже своих людей.

— Точно так, — тут же ответил командир, одним из первых заметивший Павла, а потому оказавшийся рядом в нужный момент.

Спустя секунду громыхнул лёгкий пулемёт, заставив Волконского чуть пригнуть голову — по ушам врезало знатно.

Местным этого оказалось достаточно. Какой-то умный командир явно осознал, что может сотворить одна подобная «машинка» в относительно узком коридоре с вооруженными лишь карабинами бойцами.

— Замерли, не рыпаются, — тут же доложил незнакомый голос одного из наблюдателей.

Павел хотел было напомнить о правилах радиообмена, но вовремя одернул сам себя. Клановец подключился к волне отдельной группы. Они-то друг друга по голосам различают, так что нет в подобном поведении особого урона.

— Где Светлана? — спросил небожитель у подскочившего к нему бойца.

Да, о сестре он подумал не в первую очередь. Но сначала нужно было предотвратить возможное смертоубийство.

— Вторая группа, — доложил боец Денисов. — «Нянька-четыре» держит коридор до приказа. Отказывается пропустить даже нас.

Волконский едва слышно выдохнул. Значит, серьёзно Светлана не пострадала — иначе в дело вступали совсем другие алгоритмы.

Впрочем, об этом Волконский догадался почти сразу же после выхода из лифта. Но полученное подтверждение все равно заставило выдохнуть с облегчением.

— Принял. Бери медика и за мной, — потребовал молодой человек.

К углу коридора, в котором предположительно скрылась его сестра, парень приближался крайне аккуратно. Телохранитель на взводе — ему инструкция предписывает стрелять в любую цель, мешающую выполнению задания.

— Ренат! — крикнул громко «небожитель». — «Нянька-четыре»! Я Павел Анатольевич Волконский. Код: сорок шесть, шестьдесят, пятьдесят девять, бис-бис, ноль два. Подтвердите.

— Код подтверждён, — раздался напряжённый голос на грани слышимости.

Медик тут же попытался шагнуть вперёд. Здоровые люди таким тоном не разговаривают.

— Назад, — тут же дёрнул его за рукав клановец.

Боец ГБР, уже приготовивший довольно объёмную сумку с красным крестом, уставился на сюзерена. Без возмущения, естественно. Скорее, в ожидании уточняющего приказа.

— Он сейчас в любого пальнёт, — постучал по виску Павел.

«Нянь-четыре», как шутливо прозвал-сократил десяток бойцов-телохранителей Влад, ожидает увидеть Волконского. Значит, именно ему и идти вперед. Еще не хватало, чтобы гвардеец ГБР принял происходящее за обман.

— Я первый… — выдохнул Павел и сделал шаг из-за угла. Плавный и аккуратный. Ровно такой, чтобы держащийся из последних сил телохранитель не принял движение за угрозу, а у самого него был хоть какой-то шанс отпрянуть назад. Посылать вперед иллюзию сейчас парень не решился. Одна неверная деталь или его ошибка, и телохранитель начнет стрелять. Да и с концентрацией сейчас некоторые проблемы… Вот когда спец узнает его и чуть успокоится, можно будет сделать «копию» и прикрыть себя обманкой. Но не сразу.

Далеко от спасительного угла молодой человек отходить не спешил. Сначала убедился, что боец увидел его и узнал.

— Это я, Павел Анатольевич Волконский, — повторял негромко парень, разведя руки в стороны.

Лишь после этого молодой человек аккуратно шагнул к раненому телохранителю.

Движения его были плавными и медленными. С великой осторожностью ВОлконский переносил вес с ноги на ногу. Между ним и стрелком была самая опасная дистанция — в узком коридоре просто некуда было деться, и одна неприцельная, но длинная очередь с гарантией отправит его на тот свет. Да, слева двигался «аватар». Но при «поливе» это клановца не спасет.

— Спокойно. Смотри на меня. Я свой, — как мантру повторял парень.

Взгляд гвардейца-телохранителя был практически пуст. А вот палец лежал на спусковом крючке, срез ствола отслеживал каждое движение сюзерена. Неожиданно мужчина нахмурился. Его работающий на грани (а, может, уже и чуть за оной!) мозг «увидел» неправильность: расхождение источника голоса и местонахождения «аватара», но еще не осознавал его.

«Нужно убирать иллюзию.» — оценил ситуацию парень.

— Спокойно, спокойно, дружище. Сейчас мы всё решим, — пообещал он. — Внимание, «Нянь-четыре»!

На миг в затухающем взгляде обескровленного бойца мелькнуло чуть больше понимания.

— Убираю иллюзию.

Телохранитель на «смещение» сюзерена среагировал ровно. Даже ствол не перевел на новый' объект'. Хотя, возможно, у него уже просто не осталось сил. Вообще.

А клановец к тому времени практически подобрался вплотную.

С величайшей осторожностью, которая не снилась сапёру, парень аккуратно взялся за ствол и отвёл его в сторону. Лишь затем он поставил оружие на предохранитель и убрал ладонь бойца с рукояти пистолета-пулемёта.

— Вот так вот… — медленно и успокаивающе продолжил уговоры Павел, отступая назад.

Убедившись, что у бойца нет сюрпризов под боком (например, гранатки какой с уже вытянутой чекой), парень приставил его оружие к стене, одновременно давая отмашку медику. Тот стремительно, но без резких движений бросился к пострадавшему. Судя по луже крови под бойцом, его нехило зацепило.

— Спокойно, братан, держись, — бормотал парамедик, накладывая на тело пострадавшего телохранителя стазис-артефакт.

«Довезут», — оценил ситуацию Волконский, по дуге обходя бойцов. Те на сюзерена внимания больше не обращали. Оба боролись за жизнь. Одну и ту же.

Сестра обнаружилась в «отнорке» метрах в пятнадцати от телохранителя.

— Спокойно, — теперь голос Волконского звучал куда мягче. — Не нужно резких движений. Это я. Слушай мой голос. Все уже хорошо. Я пришел.

Сначала Павлу показалось, что это его сестра негромко всхлипывает, сжавшись в комочек. Однако, подойдя чуть ближе, он обнаружил, что Светлана обнимает какую-то девчушку, крепко прижав её к себе.

— Это я, — повторил молодой человек, опускаясь на пол рядом с сестрой. — Всё хорошо.

Та подняла взор и кивнула — мол, со мной всё нормально. Но тут же указала взглядом на ребёнка.

— Свободный медик — сюда, — бросил Волконский в общий эфир. — Путь безопасен.

Спец появился буквально через двадцать секунд. Лишь узнав знакомого парамедика, Светлана разомкнула объятия и отпустила успевшего испугаться ребёнка.

— Что… что с моими людьми? — прохрипела девушка.

Медик с девочкой на руках унёсся прочь.

— «Нянь-два» погиб, — сообщил брат, привычно сокращая позывные. — «Нянь-четыре» ранен. Помощь оказывают. Скорее всего, вытащат.

Он специально не называл бойцов по именам. Хотя и помнил их. Но вот прямо сейчас только и не хватало, чтобы сестрёнка восприняла случившееся как еще более личную потерю. Не стоило позволять ей ещё больше привязаться к телохранителям эмоционально. По крайней мере, до того момента, пока девушка не окажется в безопасном месте. Вот тогда она и получит все ответы.

Только шока ей для полного счастья не хватало. А Ветви сейчас требовалась не расклеившаяся девица, а аналитик Волконская — та самая «Ледяная с**а». Нужно было срочно решить, можно ли сейчас вообще вылетать в Красноуральск или в столице будет безопасней. И лучше бы сестрёнка искала ответ на этот вопрос с холодным сердцем. Так, правда, уже не получится, но погружать девушку в ещё большую фрустрацию было бы совсем недальновидным решением.

— Света, — негромко рявкнул парень. — Рассчитай возможное противодействие при вылете в Красноуральск в течение четырёх часов.

«Не вытянет!» — оценил Павел чуть заторможенную реакцию сестры.

Девушка медленно кивнула, словно слова брата дошли до нее с легким опозданием. Однако почти сразу же она провалилась в глубокий рабочий транс.

Именно это Павлу и требовалось.

«Смена плана! Сейчас сестра подобна перегревшемуся компьютеру. Нужно срочно „сбить напряжение“.» — решил клановец.

— Выход чист, — доложил тем временем командир ГБР в общем эфире от лифтовой площадки.

«Небожитель» бесшумно поднял руку и сделал медику красноречивый жест. Тот тут же достал из разгрузки небольшой шприц-тюбик и протянул его сюзерену. Волконский аккуратно принял «снадобье».

«Извини, сестрёнка», — мысленно попросил прощения Павел, ломая предохранительный колпачок.

Примерно через секунду игла одноразового инъектора вонзилась в бедро девушки.

Теперь проснуться ей предстояло уже в Красноуральске под присмотром Кошкиной.

Глава 16

Глава 16

— Родичи мои! — сильный и властный голос Игоря Георгиевича взлетел под своды главного зала Волконских.

Глава уже и не припомнил, когда в последний раз огромное помещение римской аудитории было заполнено хотя бы на треть. Однако сегодня буквально яблоку негде было упасть. Пролившаяся на этажах кровь заставила собраться даже тех, кому до политики клана не было никакого дела. Многие из тех, кто не успел занять кресло, не сочли зазорным выстроиться в проходах и за задним рядом.

— Братья и сёстры, — продолжил Председатель Правления. — По крови, по оружию, по земле, что лежит под нашими пятами вот уже семь столетий.

Игорь Георгиевич обвёл аудиторию взглядом. Лица напряжённые, задумчивые. Большая часть присутствующих даже не старается скрыть своих истинных эмоций. Есть и те, кто не слишком успешно скрывает страх. И таковы немало. Однако перебивать вступительное слово Главы не рискнул никто.

«Ослабли мы за годы мира.» — оценил оратор, однако с заготовленной речи не сбился.

— Я обращаюсь к вам не как к вассалам, а как к плечам, на которых стоит наш клан.

Собравшиеся ловили каждое слово Игоря Георгиевича. На лицах читалась самая настоящая надежда на то, что у Главы есть план, как решить данную ситуацию. Будто он подобно фокуснику, сейчас извлечет из шляпы кролика и продемонстрирует его собравшимся в качестве Идеального Решения. В чем-то подобный настрой можно было даже… нет, не понять, но хотя бы объяснить. В одночасье на этажах стало небезопасно. По-настоящему. И речь уже не об отдельных интригах, а о том, что некто подкупил охрану, чтобы убить члена Правящей Семьи. Поневоле многие задумались: «А сколько стоит моя жизнь? А моих близких?».

Кто-то откинул крышку самого настоящего ящика Пандоры. И на этажи вырвалось то, что вечно должно было храниться взаперти.

— Вы знаете, я не люблю пустых слов. И сейчас, когда за нашими границами затаилась смута, а внутри звенит сталь, молчать больше нельзя.

Игорь Георгиевич вновь окинул взглядом собравшихся, старательно игнорируя первый ряд, где собрались самые важные люди клана — в том числе, будь он проклят, «мистер Икс», нагло занявший место между воеводой и заместителем Главы, согласно своему положению в клане. Он вместе со всеми вслушивался в каждое слово Председателя Правления и даже задумчиво кивнул на последней фразе.

— Волконские не просят — Волконские берут. Так было, когда наши деды рубили крест на Амуре. Так будет, когда наши внуки будут смотреть на звёзды с высоты возведённых нами этажей.

Как же Игорю Георгиевичу хотелось спуститься с трибуны и, как самому обычному человеку, впечатать кулак в лицо ублюдка, посмевшего покуситься на его племянницу, аналитика и власть в клане. И да, Председатель Правления ни за что не признался бы в этом вслух, но приоритеты были расставлены именно в таком порядке.

— Сегодня я прошу вас об одном: помните, кто мы. Не по гербам и не по грамотам — по тому, как мы держим удар и как поднимаемся после.

«Не слышат», — оценил мысленно Игорь Георгиевич, вновь обводя зал взглядом. Да, никто не показывает этого при людях, но многие напуганы. Слишком долго внутриклановые разборки велись по негласному своду правил. Теперь же кто-то сломал устои внутренних противостояний. И как оказалось, плести тонкие интриги гораздо комфортнее, когда уверен в безопасности своей шкуры. Сегодня человек, призванный защищать клан, обратил оружие против его члена. А что будет завтра? Гвардия поднимет на штыки Главу? Или начальник охраны решит, что отдать приказ на открытие огня недовольного очередным решением Совета будет лучшей альтернативой диспуту и обоснованному аргументу?

От лифта до этого зала можно было насчитать восемь гвардейцев. Неужели теперь каждый раз при виде формы цветов Волконских придётся гадать: «А не пальнёт ли он мне в спину?». Глава в чём-то даже понимал эти настроения. За его трибуной в нескольких метрах так, чтобы не бросаться в глаза, находилась усиленная команда телохранителей. Вот только по требованию племянника схема разделения зон ответственности была перераспределена. Теперь каждый из них «держал» не только пространство вокруг, но и своего соседа, готовый сработать на любое «неправильное» движение.

— Грядут времена, когда каждый из вас станет стеной, — продолжил Глава едва ли не торжественно. — И каждый из нас — клинком. Я не обещаю лёгкой дороги. Я обещаю, что мы пройдём её вместе до конца. До последней земли, до последнего слова, сказанного в лицо врагу.

Увы, атмосферы мрачной решимости, на которую рассчитывал Игорь Георгиевич, не получилось. Ведь большинство из собравшихся ничего убийственнее ручки в руках своих не держали. И сейчас выглядели мальчиками-мажорами, привыкшими скрываться за спинами охранников, неожиданно встретившими здоровенного гопника один на один в тёмном переулке.

Было бы очень грустно, если бы не выводы аналитиков, что в остальных кланах с боевым духом дело обстоит ничуть не лучше. Лишь несколько процентов «небожителей» были готовы реально драться за свое.

— Будьте готовы, будьте едины. Ибо Волконские не отступают, они лишь меняют направление удара.

Глава перевёл взгляд на операторов, стараясь посмотреть в глаза всем тем, кто наблюдал за выступлением из своих покоев. Потому что огромный зал при всём желании не мог вместить всех членов клана.

— Слово Главы. Слово крови. Слово закона, — закончил стандартной формулой Игорь Георгиевич, слегка поклонившись собравшимся.

На этом вступительная речь была завершена. Сегодня родичи собрались здесь, чтобы обсудить создавшееся положение и, возможно, найти какой-то выход. Однако видения положительного разрешения ситуации не было ни у кого.

Первым на встроенную в подлокотник кресла кнопку нажал казначей.

— Прошу тебя, Елизар Петрович, встань и говори.

Мужчина грузно поднялся со своего места и развернулся так, чтобы краем глаза видеть бывшего воспитанника, но обращаться в большей степени к собравшимся.

— Наступили непростые времена, — заявил он веско. — Один из наших родичей посмел подкупом заставить клинок Волконских обратиться против нас же.

Даже несмотря на общую сдержанность, по аудитории пронёсся лёгкий гул. Да, большинство прекрасно понимали, что именно услышат на этом собрании. Однако один из самых уважаемых членов клана только что вслух произнёс то, о чём большинство боялись даже подумать, признав новую реальность, в которой всем собравшимся придется отныне жить. Впервые проблемы была сформулирована и признана. До этой секунды «все знали», но без каких-либо подробностей. Многие очень надеялись на успокоительные аргументы, чтобы и дальше жить в спокойствии по принципу «Я сам обманываться рад».

— В наших рядах завёлся человек, презревший все законы клана. Готовый решиться на убийство любой ценой. Он уже дважды пошёл на этот шаг, — спокойно закончил мужчина.

Гул стал сильнее. Если о покушении на Светлану Анатольевну знали все, то о второй попытке информация так и осталась под грифом. Однако верхушка клана решила, что имеет смысл рассекретить часть архива хотя бы в общих чертах. Именно такая честь выпала казначею, так как с политической точки зрения было бы правильнее, чтобы эту новость озвучил не Глава.

— Речь идёт о покушении на убийство свидетелей важного в зоне изоляции.

«Предатель крови. Вот и прозвучали те самые слова», — мысленно отметил Игорь Георгиевич, краем глаза наблюдая за Дмитрием Яковлевичем, внимательно слушавшим каждое слово казначея. Лицо ублюдка даже не дрогнуло.

— В тот раз почерк был тем же самым. Преступник взял в заложники родственников охранника зоны изоляции и угрозой их жизни заставил старшего гвардейца предпринять попытку уничтожить свидетелей до их допроса следователями клана. Несмотря на все усилия по противодействию подлому плану, спасти семью нашего слуги не удалось, а сам он погиб под ответным огнем сил безопасности. Тот же почерк мы наблюдали и во время покушении на Светлану Волконскую. Двое гвардейцев, охранявших особую зону стартового стола на сто семнадцатом этаже, под давлением были вынуждены открыть огонь по Светлане Анатольевне. В результате нападения наш родич не пострадал. Однако погибли не только двое гвардейцев, годами верой и правдой служившие Волконским, но и их коллега, героически попытавшийся выбить оружие из рук одного из исполнителей. Если бы не самоотверженные действия Артема Кармина, клан бы лишился сильнейшего аналитика, а я племянницы.

Тишина стала еще тяжелее. Теперь к ней добавилась изрядная толика удивления. Глава с трибуны открыто произнес имя героя «из низов». Такого раньше не случалось. Кажется, «новая реальность» обрастала все новыми деталями.

— Кроме того, погиб один из телохранителей Светланы Анатольевны, являющийся сотрудником службы имперской безопасности, — продолжил Председатель Правления.

«Вот оно», — отметил Игорь Георгиевич. Да, всего на миллиметр, но брови Дмитрия Яковлевича всё же приподнялись, а уголок рта едва заметно дёрнулся. Теперь в его игру в любой момент могли вмешаться «псы государевы». И если раньше модно было рассчитывать, что Корона во внутренние дела клана вмешиваться не будет (Главу не поняли бы свои, если бы он допустил подобное вмешательство), то теперь у противников появился формальный повод в любой момент вступить в игру.

«Что, с**а, не ждал?» — мысленно оценил Председатель Правления.

Всё сегодняшнее собрание проводилось с одной целью: дать понять ублюдку, что теперь родичи считают его отщепенцем, а служба имперской безопасности имеет полное право вмешаться в расследование. И когда его всё же поймают, отвечать придётся не только перед родичами, но и перед Государем лично. Пусть понервничает и, возможно, задумается перед следующей попыткой.

— Благодарю, что выслушали меня, — склонил голову казначей и занял своё место.

Около минуты в зале стояла полная тишина. Собравшиеся переваривали услышанное. Было нелегко, и многим понадобилось время, чтобы уложить новую реальность в голове.

— Я слушаю вас, братья и сёстры, — вновь обвёл долгим взглядом зал Игорь Георгиевич, тут же вернувшись к встроенному в трибуну табло, на котором уже загорелся очередной сигнал желающих взять слово.

— Встань и говори, Дмитрий Яковлевич.

Предатель поднялся с места. Он уже взял себя в руки, так что на лице его не было заметно и капли эмоций. «Мистер Х» также поклонился Главе и встал так, чтобы большей частью обращаться к собравшимся.

— Нашего родича едва не убили, — начал он. — В особо охраняемом секторе. До этого, по словам уважаемого Главы, преступник пытался совершить своё деяние в зоне изоляции. И, я так понимаю, у специальных служб клана пока нет ни малейших предположений, кто же может стоять за всеми этими преступлениями.

Цензурных мыслей в тот момент у Главы не появилось. Он мысленно выматерился и предложил:

— Продолжайте, Дмитрий Яковлевич.

Тварь сейчас намеренно выставляла руководство кланом неспособными справиться с ситуацией идиотами. А у них не было ни малейших доказательств, чтобы прямо обвинить автора абсолютно безобразной риторики. Сомнений тоже не существовало. Однако Игорь Георгиевич прекрасно понимал: если он выдвинет обвинение без железобетонных аргументов, родичи его не поддержат. Тем более в таком резонансном деле. Это буквально будет выглядеть как сведение счётов. И, возможно, тень этого преступления ляжет на него самого — мол, Глава подстроил эти инциденты в попытке сохранить власть. Подобная ситуация сильно ударит по внутренней стабильности.

— Кроме того, возник практически недопустимый риск вмешательства Фамилии во внутренние дела клана, которого мы допустить не можем, — продолжил Дмитрий Яковлевич громко и чётко.

Он прекрасно умел работать с аудиторией. Его голос буквально приковывал внимание собравшихся к оратору.

— А потому я считаю, что каждый из присутствующих имеет право искать ответ на вопрос: кто же посмел нарушить уклад и этикет Волконских?

«Вот ублюдок», — качнул головой Глава. Однако вслух он вежливо поинтересовался:

— Что ты предлагаешь, родич?

Эта формулировка далась ему с трудом. Однако с точки зрения этикета вообще полагалось произнести слово «брат». Но сказать такое вслух Игорь Георгиевич себя заставить не смог.

— Я предлагаю создать альтернативную группу для расследования этого инцидента. Готов её возглавить и нести ответственность за результат.

Такого Игорь Георгиевич не ждал. Он перевёл взгляд на двоюродного и родных братьев. У всех на троих лицах читалось лишь одно: «Вот же тварь!».

— Вот же тварь! — выдохнул Сергей.

Две жестяные кружки тяжело ударили о столешницу из грубо сколоченных деревянных досок штабного шатра. Павел со Светланой машинально подались назад. Однако Сергей умудрился не расплескать и капли горячего чая. Скорее благодаря счастливой случайности, чем собственной ловкости.

— Угощайтесь, — предложил он, подвигая кружки брату с сестрой.

Волконская чуть помедлила. Возможно, сказывалось остаточное действие транквилизатора. Кошкина предупреждала о подобном эффекте. Или, возможно, она и вовсе планировала отказаться от угощения. Однако Павел взглядом потребовал выпить крепкий горячий напиток с долькой лимона внутри. После довольно мощного спецсостава, который он сам вколол сестре на этажах, подобный напиток будет как нельзя кстати.

Сестренка молча подчинилась. Чем в который раз удивила так и не привыкшего Сергея.

— Итак, господа… — начал было курсант СИБ.

Светлана приподняла бровь.

— И дама…

Теперь бровь приподнял Павел. Мол, неужели он настолько важен, что к нему отныне обращаться следует исключительно во множественном числе?

Так, в этот раз об стол грохнули кулаки Сергея. Ему надоел цирк. А еще хотелось выместить на ком-нибудь ярость от последних новостей. Он ведь и впрямь испугался, когда во время выгрузки из глайдера увидел Светлану на носилках в сопровождении Кошкиной.

— Говори-говори, -не слишком-то испугался грозного жеста брат.

Волконская же была занята аккуратной дегустацией горячего напитка.

— Павел, а ты не рассматриваешь вариант… — начал было Сергей настороженно.

Решить вопрос ведь можно и с армейской простотой.

— Нет, — не дал договорить Шут.

Ему не нужно было дослушивать до конца, чтобы понять, о чём пойдёт речь. Два военных профессионала вполне смогут решить вопрос кардинально. И то лишь потому, что восстановление справедливости в отдельно взятом клане — дело семейное. Не стоит вмешивать в него посторонний. Впрочем, еще Виктор наверняка бы только рад был оторваться от своей «половинки», чтобы отомстить за Светлану. Младшую Волконскую все братья любили. Пусть и очень по-разному. Иногда с примесью страха. Ведь в большинстве случаев «малышка» умела за себя постоять. Сергею она могла противопоставить ум, а Виктору силу. А вот с Павлом у нее просто не было повода столкнуться интересами.

Что же до предложения… Правда, в самой идее ничего сложного не было: просчитать график охраны, разработать план, исполнить силовую акцию, отойти. Но вот сделать это так, чтобы никто не вышел на них, практически нереально. Расследование инцидента такого уровня будет столь тщательным, насколько это вообще возможно.

И нет, никого из исполнителей не накажут. По имперскому закону. Дело-то и впрямь семейное… Но вот что будет тогда с Волконскими в целом?

— Я считаю, что нам нужно сосредоточиться на причастности этого ублюдка к подкупу охранников для ликвидации членов клана… — кивнул Павел своим мыслям

Действительно, если они смогут доказать подобное деяние, то лично им никаких обвинений не предъявят. Речь, естественно, о совете клана. Уголовного кодекса и так никто не боялся. Однако эти самые доказательства должны быть железобетонными.

О чём Павел и сказал вслух. Сергей помрачнел, но всё же через секунду поднял взгляд на брата.

— Иногда для общего процветания клана… — начал было Волк.

«Ну и кто из нас старший?» — про себя вздохнул Павел.

И вновь ему не понадобилось дослушивать фразу до конца, чтобы понять, к чему всё идёт. Брат имел в виду, что и своим положением можно рискнуть ради общего блага. Такой вариант клановец тоже рассматривал. Не как основной, но ради полноты картины.

— Нельзя, — покачал головой он, пробуя душистый напиток.

Сергей только покривился демонстративно. Мол, какими чистоплюями все вдруг стали.

— Очень неплохо, — оценил парень душистый согревающий напиток.

— Есть у нас мастера, — недовольно буркнул Сергей.

Он не злился на Павла. Но сама идея, что ублюдок, едва не прикончивший сестру, будет разгуливать на свободе и наслаждаться всеми благами «небожителей», вызывала острую волну отвращения.

— Хорошо у вас тут, — выдохнул Павел, чуть сбивая накал обсуждений.

Действительно, в большом армейском шатре было необычайно уютно. Специальный артефакт прекрасно отапливал пространство. После промозглой ранней осени снаружи создавалось впечатление, будто пришел домой и лег в теплую ванну. Сидеть же на грубой лавке и пить ароматный чай с лимоном — отдельный вид удовольствия.

— Наслаждайся, — предложил брат, но тут же вернулся к старой теме. — Так почему ты против ликвидации ублюдка?

Павел взглядом дал понять, что ждёт ответа от Светланы. Некоторые вещи, к зависти Сергея, между прочим, они понимали без слов.

— Междоусобица не стоит того, — взяла слово девушка. — Мы же не хотим войны внутри клана, особенно в нынешнее непростое время.

Сергей задумался. А с чего бы?

— Почему ты заговорила о междоусобице? — спросил он. — Ведь если мы сможем доказать…

Светлана с легким сожалением покачала головой. Взгляд ее буквально говорил: «Я понимаю, тебе хочется расквитаться с этим ублюдком, но реальность несколько сложнее, и легкие решения редко ведут к победе по итогам игры.».

«Да почему сегодня никто недослушивает мои слова?» — мысленно возмутился Сергей. Однако вслух предъявлять претензии не стал. Вместо этого он жестом предложил сестре объяснить свою позицию.

— Доказательств нет, — просто сообщила Светлана. — Только расчёт отдела аналитиков под моим контролем.

Сергей почесал висок и обвёл взглядом шатёр, размышляя над словами сестры.

— И что же? — не совсем понял он, честно попытавшись найти ответ самостоятельно. — Разве аналитические отделы не предоставляют свои выводы для формирования дальнейшего решения клана?

— Предоставляют, — ответила сестра. — Но тут есть одна важная деталь. Априори считается, что аналитики действуют во благо клана. Однако в данном конкретном случае возникает конфликт интересов. Фактически всё, что у нас есть, — это мой расчёт. На основании его вряд ли Совет будет принимать решение против одного из уважаемых и авторитетных людей клана.

Волк вновь старательно задумался, уткнувшись взглядом в столешницу.

— Но почему бы нам не предоставить расчёт? — продолжил допытываться Сергей.

— Потому что он только в моей голове, — развела руками Светлана, поставив кружку на стол перед собой.

И, не дожидаясь уточняющих вопросов, объяснила:

— Да, конечно, я могу расписать каждое своё решение. Однако в печатном виде объём его получится не менее расчёта полёта на Луну американского «Аполлона».

Павел фыркнул. Сергей не понял.

— В своё время была популярна фотография начальницы отдела разработки программного обеспечения проекта полёта на Луну Маргарет Гамильтон, — рассказал эпизод древней истории он. — Высота распечатки всего ПО для отправки человека на луну, примерно равнялась её росту. То есть была чуть выше полутора метров. В ней содержались сотни тысяч строк кода на ассемблере. А теперь подумай: если даже взять этот том и заставить кого-то потратить тысячи часов на его изучение, многие ли на тот момент на всей планете Земля поняли бы, что именно попало им в руки, и смогли подтвердить или опровергнуть выводы этой женщины и её сотрудников?

Сергей задумался. На этот раз он молчал куда дольше. Да, в текущем поколении Правящей Семьи Волконских ему повезло родиться с самым взрывным характером. Недаром Сергей стал «гением» огня — переменчивой и жаркой стихии. Однако логические аргументы он понимал.

— Чёрт возьми, — выдохнул курсант. — И что вы собираетесь делать?

Павел только плечами пожал и вновь уткнулся в кружку.

— Мы — ничего, — ответила вместо него сестра. — Во всяком случае, до следующего хода Дмитрия Яковлевича.

Не совсем правда. Но доведение информации лишь в части касающейся было принято и в рамках семьи.

— А как же? — хотел было возмутиться Сергей.

— А так, — спокойно отрезала Светлана.

В голосе её звякнула сталь.

— В конце концов, клан — их зона ответственности. Родичи же ясно дали понять, что в наших услугах не нуждаются. Во всяком случае, пока.

Увы, но подписанное соглашение о секретности не позволяло рассказать брату о подготовке штурма высотки, а также о предоставлении части бойцов ГБР для охраны отдельных лиц и особых объектов клана.

Глава 17

Глава 17

— И за кого же ты болеешь? — разнёсся по штабной палатке ехидный голос.

Сердце Павла пропустило удар. Все вокруг замерли. Словно бы неторопливо две «непримиримые соперницы», ведущие очередной жестокий бой на шахматной доске, оторвали взгляды от лютой сечи и уставились на сюзерена. Тот тут же поднял ладони в сдающемся жесте. В такие моменты капитулировать лучше сразу, не дожидаясь, пока грянет гром по-настоящему.

Марика же скромно отступила в сторону. Словно бы и не она стала предвестником подкрадывающегося пушного зверька. И вид «я здесь ни при чём» ей удавалось создать вполне успешно.

Никто, конечно, не поверил. Но артистический талант оценили все.

— А я тебя предупреждал, брат, — тихо шепнул Сергей и словно бы невзначай тоже отступил подальше от возможного эпицентра бури.

Волконский с осуждением посмотрел на Марику. Та ответила невинной мордочкой и лёгким пожатием плеч: мол, я ж предупреждала. Слушать надо было, когда была возможность договориться по-хорошему.

А усевшиеся по разные стороны шахматной доски красавицы всё так же продолжали сверлить Павла одинаковыми взглядами.

Пришлось шагнуть вперед и таки взять слово Волконскому. Хотя куда больше ему хотелось остаться один на один с ароматным чаем… Или одной из шахматисток. Но вовсе не становиться целью их пронзительных и ожидающих взоров.

— Мне бы и в голову не пришло оценивать столь прекрасных и искусных шахматисток, — со всей возможной искренностью (а спасти его сейчас могла только она!) выдохнул клановец. — Попросту не мой уровень! А потому… пусть победит сильнейшая!

Так себе заход. Но всё лучше, чем подчеркнуть достоинство одной красавицы перед другой. Ведь ставка в этой игре была обычная. Ночная «очередь». Девушки частенько «делили» его время таким образом… И обе тщательно следили за тем, чтобы счет был примерно равным. Ссоры и конфликты не нужны были им самим в первую очередь.

Соперницы еще несколько секунд сверлили сюзерена задумчивыми взглядами.

— Приемлемо, — наконец улыбнулась Катерина и вновь сосредоточилась на игре.

— Согласна, — поддержала её Кошкина, делая очередной ход конём. Буквально.

«Накал страстей», вызванный «невинным» вопросом Орловой, тут же спал.

— Проскочил меж каплями дождя, — выдохнула за спиной Павла сестрёнка.

Волконский задумчиво кивнул. И впрямь это было близко. И просвистело буквально у уха.

— Что ж, — обернулся он к Марике. — И впрямь ситуация на грани.

Девушка тем временем насторожилась, явно осознав, что в этот раз позволила себе лишнего. И единственное, что её сейчас спасало, — факт, что это была шутка. Хоть и на грани.

Но клановец такие заходы все равно без внимания оставлять права просто не имел.

— Курсант Орлова, — Павел не повышал голоса, но лязгнувшую в его интонациях сталь услышали все.

В конце концов, иногда не грех напомнить, кому именно подчиняется группа курсантов Академии службы имперской безопасности. Пусть и временно.

Марика невольно подтянулась. Сергей, кажется, хотел что-то добавить, но, натолкнувшись на серьёзный взгляд Павла, решил не испытывать судьбу. Вмешаться сейчас — значит лишь осложнить и без того не самое приятное положение Марики.

Орлова и сама все прекрасно понимала. А потому сделала знак рукой. Не лезь, мол. Сама заслужила — сама огребаю.

— Полагаю сегодня счесть произошедшее шуткой, — наконец вынес вердикт Павел. — Однако хочу сказать, что следующая попытка говорить со мной языком ультиматумов будет пресечена. И жёстко. Тебе не понравится. Поняла?

— Точно так, — тут же откликнулась Марика.

С одной стороны, они вроде как и не перешли границы, но предупреждение было сделано и услышано. В этот раз она и впрямь прошла по грани.

— Да будет так, — вздохнул Павел.

В конце концов, если и призывать к ответу, то придется еще и Кошкину «пропесочить». Они с первого дня вместе начали планомерную осаду Волконского, требуя разрешения начать свою охоту. Но делать этого очень не хотелось. Тем более, судя по расположению фигур на доске, эта ночь останется за целительницей.

— Что думаешь? — спросил он, оборачиваясь к сестре, с любопытством наблюдающей за восстановлением иерархии.

— А почему бы и нет? — пожала плечами Светлана.

— Объяснись, — совершенно спокойно потребовал клановец.

Хотя, вообще-то, он рассчитывал на поддержку сестры.

— Шансы довольно велики, — обозначила свою позицию аналитик Ветви. — А потому я считаю вполне допустимым план охоты… В случае успеха у нас будет серьёзный аргумент в пользу нашей целительницы.

Кошкина махнула рукой, не отрывая взгляда от доски. Мол, я здесь и вас слышу. Если понадоблюсь, позовёте. До того момента я веду напряжённый бой со своей соперницей. Катерина тоже прислушивалась к диалогу, но пока он не превратился в формальное совещание, сочла возможным продолжить партию.

— Цесаревичу нужен результат. Полагаю, что захват химеры будет бесспорным доказательством полезности Елены на свободе.

Павел вздохнул. Они с сестрой прилетели три дня назад. И всё это время просто отдыхали. Вместе с личным составом занимались ОФП и тактико-специальной подготовкой, отсыпались, несколько раз жарили мясо на открытом огне. Павел даже позволил себе прочесть небольшую книгу вне учебного плана.

А на четвёртый день за ним пришли. Вернее, к нему. Елена и Марика. Вместе. Мол, к охоте мы готовы, дай только отмашку. Поймали его в штабной палатке за разговором с Сергеем. Брат мудро тут же самоустранился от беседы. Хотя раньше и был решительно против, но, похоже, за то время Орлова продавила свою точку зрения.

И вот теперь все собравшиеся ждали его решения. Причём в глубине души Сергей явно надеялся, что Павел откажет двум сумасшедшим девчонкам, от которых до сего момента, кстати говоря, Волконскому удавалось ускользнуть от попыток серьёзного разговора. Однако сейчас его буквально поймали — пусть и не со спущенными штанами, но на расслабоне, с чашкой чая в руках. Сбежать оказалось решительно некуда.

Марика расчётливо загнала его в угол и даже посмела угрожать ему, пусть и в шутку. Лена же расположилась так, чтобы оказать молчаливую поддержку и блокировать выход, если сюзерен соберется позорно спастись от «переговоров» бегством. С одной стороны, подобное поведение следовало пресекать сразу же. Но и ситуация уже требовала определённого решения. Тем более за последние дни это был седьмой подход от пары Орлова-Кошкина с целью прояснения ориентиров.

— Слушай, Паш, — шагнул вперёд Сергей, повинуясь настойчивому взгляду своей девушки.

— Ну-ну, — поторопил Павел с лёгким наездом.

Мол, ты на ней ещё и жениться собрался. А с отцом, насколько помнишь, договариваться предложил мне. Так ты точно хочешь сейчас высказаться?

Сергей чуть притормозил, и резкий тоновый сигнал рации Волка мгновенно уничтожил расслабленную атмосферу в палатке.

— Секунду, — попросил он, переключаясь на микронаушник. — Слушаю.

Некоторое время ничего не происходило. Сергей просто вслушивался в слова невидимого собеседника. Однако уже через четверть минуты Павел отставил в сторону чай и встал со скамьи, разминая кисти рук. Не то чтобы в этом была необходимость, но короткий ритуал помогал собраться и мобилизовать силы организма. А сейчас что-то явно произошло. И с этим придётся работать.

— Эти твари напали на группу туристов в районе Чёрного Камня, — поделился информацией с остальными Сергей через минуту. — Полиция уже выехала на место.

Павел не думал. Автоматически он вытащил комм и набрал один из номеров, забитых на быстрый вызов.

— Аркадий Алексеевич, добрый день!.. Да, по тому самому случаю… Место происшествия не трогать. Полиция пусть оцепит территорию, но криминалистов пока не подключать. Благодарю. Мы будем через…

Павел глянул на часы и вновь вернулся к разговору с мэром Красноуральска.

— … Двадцать минут. До этого времени никто не должен коснуться места происшествия.

— Взгляни, — негромко позвала Кошкина.

Павел поднялся от очередного тела, едва ли не перерубленного бритвенно-острыми когтями пополам, и шагнул к целительнице. Резиновые сапоги негромко хлюпнули по пропитанной кровью земле. От этого тошнотворного звука к горлу моментально подкатил комок. Однако клановец каким-то чудом сдержался.

— Посмотри, что я нашла, — указала пальцем Елена на очередной след когтей.

Здоровенная тварина, судя по всему, приземлилась в этом месте после промаха и тут же отправила тяжёлое тело в очередной бросок, оставив на краю асфальтовой дороги огромные борозды от когтей.

Парень присмотрелся. Следы и впрямь выглядели внушительно. Но не позвала же его целительница просто затем, чтобы показать какие они глубокие и длинные, верно?

— Что тебя здесь удивило? — уточнил клановец, присматриваясь к бороздам.

— Я изучила сотни следов на местах нападений химер, — задумчиво констатировала Кошкина, — и таких ещё не видела. Судя по всему, эта особь сильнее и тяжелее всего, что мне попадалось до сего момента. Взгляни на глубину царапин.

Павел присел рядом с целительницей и задумчиво измерил линейкой одну из борозд. Вышло едва ли не полтора сантиметра.

Павел кивнул, словно бы фиксируя результат. Взгляд притом его упал на собственные ноги, обутые в резиновые сапоги, веселенькой цветочной расцветки, так контрастирующей с кровавыми пятнами.

— Ты в порядке? — неожиданно спросила Лена клановца.

Павел хотел соврать, но не стал. Его мутило всерьёз. Конечно, у него были занятия в морге, и ему уже самому приходилось стрелять в людей. Однако от шматков плоти, что ещё полчаса назад были живым человеком, буквально мутило. Как и от вида расплёсканных по территории в несколько десятков квадратных метров брызг крови. А уж дух стоял такой, что хотелось буквально блевать.

Опытная целительница с подобным зрелищем справилась легче. Сказывались сотни операций. В том числе и со скальпелем в руках без использования Дара. Во всяком случае, ничто не выдавало её дискомфорта.

— Держи, — протянула она Павлу маленькую жестяную коробочку.

Клановец открыл крышку и уставился на какую-то светло-синюю субстанцию, похожую на подкрашенный вазелин.

— Что это? — чуть сипло спросил он.

— Намажь пальцем внутри носа, — предложила Кошкина.

Павел спорить не стал, последовал совету. Мятный «духан», ароматом его язык не повернулся бы назвать, тут же молотом ударил по обонянию. В какой-то мере он перебил царящий здесь тяжёлый металлический запах крови.

— Что это? — спросил Волконский.

Стало и впрямь легче. Его все равно мутило. Но зато отступило желание явить всем присутствующим свой обед от тошнотворного запаха.

— У криминалиста взяла, — кивнула головой в сторону машин полиции Красноуральска девушка. — Как знала, что понадобится.

— Предложи всем, — протянул баночку обратно парень.

— Уже, — вновь вернулась к куску плоти, отброшенному сильным ударом в сторону, целительница.

Павел кивнул. Похоже, пока он разговаривал с полицейским начальством, девушка успела «обработать» всех остальных.

— Ну что скажешь? — спросил негромко Павел отдышавшись.

Марика, приближавшаяся к Волконскому со спины, недоуменно остановилась. Каким-то шестым чувством она поняла, что обращается клановец именно к ней. Пусть и неясно, каким образом он вообще ее заметил.

— Здесь были не менее трёх химер, — чётко выдала она. — Судя по всему, эти трое… — Павел нахмурился. С сего момента он даже не мог сказать, сколько именно было жертв лежали перед ними здесь. Уж больно они сохранились фрагментарно. — Отбились от туристической группы.

Орлова махнула рукой в сторону «месива» у дороги. Там пока никто даже примерно не пытался считать количество погибших.

— Особи атаковали из тех кустов. Первая прыгнула с этой точки, — девушка указала на следы со стороны обочины. — Фактически она же первым ударом убила двоих. Вторая и третья набросились на оставшуюся.

«Это женщина?» — присмотрелся парень.

Но тут же качнул головой.

— Они повалили её вот здесь, — указала пальцем Марика. — И буквально разорвали в течение нескольких секунд.

Павел кивнул, принимая к сведению.

— Пока это всё, что мы можем сказать, — закончила доклад Орлова.

— Катерина, — позвал Волконский сразу же.

Блондиночка держалась как ни в чём не бывало. Она спокойно подошла к Павлу и застыла перед ним в позе идеального секретаря. Образ не смогли нарушить даже испачканные кровью сапоги, о которых перед выездом никто и не подумал. Благо у криминалистов нашлось две пары. Остальным пришлось заматывать обувь несколькими слоями пакетов.

— Что по сводке? — уточнил Волконский.

Пока они изучали тела, секретарь установила связь с соответствующими службами и даже получила первые ответы от собеседников.

— Полиция утверждает, что за несколько месяцев подобных происшествий не было ни одного, — отчиталась блондиночка. — Последнее столкновение человека с химерой зафиксировано девятнадцать недель назад. Причём это не было нападением: охранник строительной компании встретил особь возле одного из объектов случайно. Химера отмахнулась, убив мужчину, и тут же скрылся в лесу. Здесь же мы наблюдаем целенаправленное нападение. При этом на следах… на останках жертв отсутствуют признаки поедания.

Павел задумался. Благодаря перехвату нескольких партий управляющих ядер удалось снизить популяцию химер в регионе до минимума. Облако то ли «свободовцы» смогли построить другую управляющую систему, то ли каким-то образом протащить контрабандой еще ядра, но факт оставался фактом: они столкнулись с новым выводком.

— Пора с этим что-то решать, — сквозь зубы рыкнул Павел.

— Мы готовы!

Волконский чуть крепче сжал челюсть. Однако оборачиваться не стал. Он и так прекрасно знал, что именно увидит за своей спиной. Орлова и Кошкина оторвались от дел и ждут ответа.

Адское пламя мрачной решимости буквально жгло спину. Слишком много девчонки вынесли на тренировках Тишь, чтобы сейчас просто отступить.

«Кстати, об этом!» — вспомнил вдруг Павел и достал комм, автоматически набирая номер Валентины.

Однако та даже не дала ему начать.

— Знаю, — коротко начала первой майор СИБ. — Они готовы.

Кажется, времени у Тишь было не так чтобы много. Так что высказав свое веское мнение, она тут же дала отбой.

Вот теперь пришлось обернуться. Как Павел и ожидал, он тут же наткнулся на два требовательных взгляда.

— У вас два часа, чтобы предоставить мне план мероприятий, — сухо бросил он. — Доклад в семнадцать часов.

Обе красотки кивнули с мрачной решимостью и тут же вернулись к своим делам. Волконский только головой покачал. А еще поймал расстроенный взгляд брата. Кажется, тот и впрямь до последнего верил, что Павлу удастся переупрямить спевшуюся парочку.

Но чуда не случилось.

Брат только руками развел и направился к полицейским машинам. Кажется вот-вот должно было прибыть начальство. И Павлу было о чем с ними поговорить.

Вот только по пути он невольно остановился около самого центра места происшествия. Светлана подошла к брату и рядом. Она молчала почти минуту, глядя на тела.

— Девять, — сказала она наконец.

— Что?

— Девять жертв. Здесь. Я посчитала. Это не все. Трое возле Кошкиной. Остальных еще не идентифицировали. Судя по следам, должно быть еще несколько жертв. Кроме того, мы обнаружили следы волочения. Так что…

Павел кивнул. Думать об этом не хотелось.

— Ты в порядке? — спросил он.

— Я аналитик, — ответила сестра чуть грубовато. — Я смотрю на цифры, а не на мясо. Так легче.

Но Павел заметил, как побелели её костяшки. Светлана сжимала комм так сильно, что казалось будто пластик вот-вот треснет в ее руках.

Глава 18

Глава 18

— Я против.

Павел угрюмо отвернулся от доски, разрисованной Кошкиной маркером. Целительницу никогда не учили объяснять людям военным свои замечательные идеи. Оттого «план операции» выглядел довольно детским в стиле «палка, палка, огуречик»… Если бы не контекст, то его можно было принять за план шкодливых малышей, задумавших стырить конфеты из-под носа родителей.

Вот только Волконскому хватило и такого объяснения, чтобы ухватить суть: две сумасшедшие девчонки задумали действительно опасное дело.

Обе «выдумщицы», выслушав категоричный ответ, притихли, нахохлившись мокрыми воробушками под осенним дождем. Как же, как же… Их гениальный план самоубиться понадежнее посмели подвергнуть критике.

— Какао, — разредила ситуацию, вошедшая пару минут назад в «кают-компанию» Катерина.

Народ потянулся за кружками. Кофе после всего увиденного за сегодня не хотелось. Зачем тревожить нервную систему еще больше? А вот горячий шоколадный напиток пришелся в самый раз.

— Не все так однозначно, — заявила Леночка, сделав глоток.

«Еще молоко на губах не обсохло такие заявления делать.» — оценил мысленно Павел.

— Ну что ты так смотришь? — возмутилась целительница.

Волконский терпеливо вздохнул и протянул руку к лицу Леночки, аккуратно стирая большим пальцем шоколадную «каемку» с ее губ.

— Паша…

Волконский поднял руку, призывая к терпению, и прошел к дивану, установленному посреди «главной комнаты» в обрамлении нескольких уютных кресел, и рухнул на удобные подушки, с наслаждением вытянув ноги. Он и впрямь устал за сегодня работать на ветру. Да, снег уже сошел. Но приятного было все равно мало.

С места происшествия все поехали в штаб-квартиру, развёрнутую полгода назад на территории придорожного мотеля. Тогда это решение оказалось недолговечным. Но, как в очередной раз убедился Павел, нет ничего более постоянного, чем временное. Тем более за прошедшие месяцы они довольно неплохо здесь окопались, заняв целое крыло и пару подземных гаражей под нужды воеводства. Хозяин поначалу возражал, однако потом разумно передумал и даже снизил арендную плату для людей Волконского. Всё потому, что оставшаяся часть номеров начала сдаваться с небывалой ранее эффективностью. Дальнобойщики и прочие «командировочные» в Красноуральск предпочитали номер в гостинице на въезде в город. Далековато от центра, зато местный криминальный элемент на пушечный выстрел не приближался к ставке опричника. Об этом позаботились как местный теневой король, так и довольно жёстко реагирующие на любое шевеление вокруг их объекта бойцы ГБР. А уж после того, как один из этажей «доработали» профессиональные артефакторы под руководством Светланы и Бойцова, а также гости из техотдела СИБ, здесь стало по-настоящему безопасно.

Так что, отправив Сергея в лесной лагерь, остальные приехали в гостиницу.

— Это почему? — поинтересовалась Кошкина вкрадчиво, явно пытаясь примерить на себя роль бывалой воительницы.

Этому немного мешал уютный вид, с которым она устроилась в кресле, подтянув ножки.

— Это великолепно! — зажмурила глазки целительница после первого же глотка какао и выкинула руку с оттопыренным большим пальцем в сторону Катерины.

Блондиночка молча кивнула, принимая благодарность. Но рот не раскрывала, чтобы не помешать импровизированному совещанию Светланы, Павла, Марики и Елены.

Волконский вновь глянул на обычную доску, где маркером целительница от руки накидала не такой уж и сложный план. Типа мы здесь. А это враги. Они побегут сюда. А мы их ка-а-а-ак… Хрясь!

Нет, строго говоря, идея даже выглядела вполне логично. Просто Волконскому не нравилась от слова совсем.

— Ты сама сказала, что нынешняя химера сильнее и быстрее того, с чем ты встречалась ранее, — уточнил он.

Лена кивнула синхронно с Орловой.

— И ты предлагаешь ловить ее на живца? Я правильно тебя понял?

Целительница вновь кивнула. Противоречий в словах Павла она не видела. В конце концов, именно к этому они с Марикой и готовились.

— И ты лично собираешься стать приманкой, — ещё раз повторил очередной тезис клановец. — Все верно?

Сестрёнка застыла за его спиной. С точки зрения логики и голого расчета. Возможно, у Светы было что добавить, но она прекрасно видела, что сейчас лучше промолчать. А вот Лена придерживалась совершенно иного мнения.

— Паша, я же тебе объясняла, — вновь вернулась к своим аргументам девушка. — У меня просто не получится остаться в стороне.

Волконский вздохнул. Это он уже слышал. Кошкина неплохо разобралась в артефакте Крови, с помощью которого они отыскали в свое время Демидова-младшего. По аналогии она сумела разработать такую последовательность сигналов Крови, что химеры не смогут на неё не среагировать. Проблема в том, что целительнице нужно будет работать непосредственно с артефактом в тактильном контакте. То есть, она буквально должна была стать сыром в мышеловке, на который чёртовы грызуны рванутся со всех сторон. И сколько из них явится на зов? Одна, пять, десять? Сколько их вообще в округе? Данных нет. И тогда всё, что будет стоять между целительницей и выведенными специально для уничтожения разумных химерами, лишь пара десятков бойцов сводного отряда, подготовленного Тишь. Достаточно ли этого? Да хрен его знает, если честно. И проверять на практике Павлу это совершенно не хотелось.

С другой стороны, «я против» вовсе не означало прямого запрета. Увы, на эту операцию уже было затрачено достаточное количество ресурсов. И если свои вложения Волконский мог бы и «списать», то участие СИБ предполагало получение какого-то осязаемого результата. Так что позицию «Баба-Яга против» не поймет никто. Парень обозначал свою позицию: ему не нравится ЭТОТ план. И он был уверен, что вернувшийся в расположение лагеря курсантов Сергей его бы поддержал. Однако безбашенные девицы имели своё мнение на этот счёт.

— Мы зашли в тупик, — обозначила нынешнее положение Елена.

Марика согласно кивнула. Альтернативного плана у них не было.

— Что ж, значит, пока мы отложим операцию, — констатировал Павел.

Обе «охотницы» осеклись и уставились на парня с таким видом, словно он лично пообещал выловить и передушить всех рыбок из их аквариумов.

«Кают-компания» погрузилась в нехорошую такую тишину. Даже присутствие скромно усевшейся на краю кресла Катерины, умеющей одним своим появлением «смягчить» любую атмосферу, не спасала парня от мысли: «Сейчас, похоже, громыхнет!».

В этой липкой тишине вибрацию комма услышали все.

— Цесаревич, — одними губами обозначил абонента ВОлконский, отвечая на вызов.

За весь разговор он не произнес ни слова. Константин Дмитриевич и сам сегодня отказался от общих правил вежливости. Так что пару минут клановец просто слушал мнение сюзерена о массовых убийствах в подведомственном ему регионе. Затем он все также спокойно дал отбой.

Три минуты. Сто восемьдесят секунд. Ровно столько дал себе «небожитель», чтобы собраться с мыслями. Его никто не отвлекал.

Тщательно поразмыслив, молодой человек поднял взгляд на девиц.

— Так, расскажите мне ваш план ещё раз, — со вздохом потребовал он.

Цесаревич вполне резонно отдал приказ разобраться, отчего это его подданные десятками гибнут во время туристических походов. А с собственными заготовками у клановца было туговато.

— Ничего не говори, — потребовал Павел отвернувшись.

Выпрыгнувший из внедорожника Сергей поднял руки, призывая быть «полехче».

— Я и не собирался, — честно признал он.

В конце концов, у него тоже не получилось уговорить Марику отказаться от опасной затеи. А после у обоих парней не вышло заставить своих женщин взять их с собой.

Дамы привели один-единственный, но убойный аргумент, который признали даже братья:

— Вы с нами не тренировались, — заявила Кошкина, укладывая в багажник лёгкого внедорожника сумки с какими-то приспособлениями.

Павел поморщился от воспоминаний. Но клановец и сам не взял бы на операцию даже самого лучшего бойца, если он не прошел боевое слаживание с остальной командой. Порядок бьет класс. Практически всегда.

Волконский кивнул Сергею и направился к одному из легких внедорожников, подготовленных автотранспортным цехом для «охотниц», возле которого деловито готовилась к поездке целительница.

На водительском сиденье, которое она собиралась занять, уже лежал укороченный автомат с древним, но оттого не менее эффективным калибром 7,62.

— Может, взять что-то посовременнее? — предложил Павел.

Свой арсенал на территории временного воеводства уже имелся. Не клановые закрома, конечно. Но уж вооружить несколько человек по последнему слову технике они найдут чем.

— А смысл? — пожала плечами целительница. — Я уверена, что если дойдёт до него, то мне личное оружие уже мало что поможет.

В данном случае автомат был скорее данью традиции, чем реально эффективным инструментом. Так пилоты истребительной авиации до сих комплектуют в носимый аварийный запас компактным стрелковым комплексом, хотя по статистике в сбитом современными средствами поражения глайдере пилот выживает не более чем в десятой процента случае. Статистическая погрешность. Не более. Но положено так. Да и нервы успокаивает. Уверенности придает, опять же.

— Тоже верно, — вынужден был признать молодой человек.

Целительница пожала плечами и принялась заталкивать в багажник объемистый баул с какой-то аппаратурой.

Клановец молча подхватил ношу с другой стороны, и протолкнул ее в нутро машины. После чего окинул взглядом готовившуюся к выезду колонну из пяти внедорожник. На капоте головного авто Марика деловито проверяла заправленные заёмным Даром жезлы. В этот раз она предпочла Лёд. Наверное, в надежде затормозить проворных тварей, если что-то пойдёт совсем не так. Павел уточнять не стал. Чтобы не мешать.

Рядом с Орловой крутился Сергей, проверяющий снаряжение своей дамы сердца. Хотелось и Павлу поступить так же. Останавливала лишь мысль о том, что в «боекомплекте» целительницы он не понимал ничего. То есть, со своей заботой скорее помешал бы, чем принес реальную пользу.

Команда собралась гораздо быстрее, чем хотелось бы обоим Волконским.

— Так, парни, — хлопнула в ладоши Марика, привлекая внимание братьев.

За спиной Орловой встала Кошкина, скрестив руки на груди.

«Смотрится грозно, чего уж тут.» — оценил Павел.

— Никаких «мы просто посмотреть», ясно? — нахмурилась курсантка.

Природная наглость позволила ей очень быстро освоиться в обществе Павла. Но разум помогал оставаться в рамках. Так что ставить на место девушку главе Ветви еще ни разу не приходилось. Всерьез имеется в виду.

В ответ на реплику парни тут же сделали самые честные лица.

— Паша, ты с утра винтовку заказал из арсенала… — вздохнула Лена.

Павел невольно бросил взгляд на мотель. Знакомая светлая шевелюра мелькнула в окне второго этажа. Катерина имела очень высокую автономию в решениях и действиях. В большинстве случаев это себя оправдывало.

— … И комплекс корректировщика, — добавила Марика, разглядывая «своего» Волконского.

Она прекрасно знала, что к оптике Сергея вовсе не обязательно должен быть прикручен ствол. Просто потому, что стрельба на длинные дистанции — не его. Общий курс он прошел. Но оттого снайпером «гений» ВОлконских не стал. С его одаренностью просто не было смысла. Даже «марксманом» мог называться с большой натяжкой.

А вот скорректировать стрельбу брата мог без проблем.

— Вы только добычу спугнете, — поставила точку в диалоге Лена.

Мол, не портите нам охоту!

Оба Волконских нехотя кивнули. Аргумент звучал логично.

«Охотницы» помолчали несколько секунд, после чего переглянулись и разом шагнули к парням, заключив их в короткие объятия. И это чудесное мгновение закончилось куда раньше, чем того хотелось бы Павлу.

— По машинам! — дала команду Марика, продублировав ее жестом.

Через минуту площадка перед мотелем опустела.

Колонна из пяти машин остановилась неподалеку от присмотренной заранее со спутника поляны. Здесь было достаточно места, чтобы установить световые мачты и оборудование, но «зеленка» не подходила вплотную, оставляя время на реакцию при появлении противника.

— Выгружаемся, — бросила Марика в эфир.

В этом не было особой необходимости. Всяк и так знал свой маневр.

Водители внедорожников, высадив охотников, тут же принялись выстраивать редут из бронированных автомобилей подобно пионерам Дикого Запада, защищавшихся за кольцом повозок от индейских стрел.

К тому моменту, как вокруг лагеря организовалось «кольцо», внутри периметра Кошкина уже установила несколько столов, на которых трое ее помощников разворачивали аппаратуру. С центральной мачтой освещения и вспомогательными блоками тоже справились быстро.

Назначенные беспристрастным жребием повара же к тому времени успели развести костер и принялись готовить обед. Девушки не могли гарантировать, что химеры явятся на «зов» сразу же. А потому готовились задержаться и на ночь, если того потребует обстановка. Хотя обе предпочли бы встретиться с этими тварями днем.

— Развертывание установки завершено, — доложил Марике как формальному командиру отряда Вол — один из бойцов прикрытия. — Позиция оборудованы. Личный состав к работе готов.

Орлова покосилась на Лену. За время подготовки они научились практически читать мысли друг другу. Так что ответ Мара получила куда раньше, чем Кошкина озвучила его вслух:

— Оборудование готово. Можем начинать.

— А это что? — невежливо ткнула пальцем в древний большой красный рубильник, выглядевший гротеском на фоне технологичной артефактно-электронной установке.

Целый отдел на экспериментальном участке под присмотром Светланы работал над сложным изделием. Так что рубильник смотрелся на ней штурвалом пиратского корабля на сверхсовременном глайдере. Контраст резал глаза настолько, что «инородный объект» казался огромным прыщом на носу.

Лена неожиданно фыркнула:

— Нашла на складе! Ну правда же прелесть?

Орлова улыбнулась. Она много чего могла сказать по этому поводу, но выбрала она самый неожиданный даже для себя вариант:

— А можно дернуть⁈

В итоге старт операции дала именно Марика, с торжественным видом опустившая рубильник на стихийно организованном «митинге» под в меру восторженные аплодисменты бойцов, тут же разошедшихся по позициям.

Теперь оставалось только ждать.

Комм Павла ожил коротким сигналом. Он глянул на экран — сообщение от Кошкиной:

«Группа на позиции. Развёртывание завершено. Координатор на месте. Ждём результат.»

Павел дважды пробежался по строкам сухого отчета. Коротко, профессионально, без лишних эмоций. Именно так девочки и работали. По крайней мере, Волконский на это надеялся. Всем сердцем.

Вздохнув, молодой человек убрал комм в карман и обернулся сестре, застывшей у мониторов системы спутникового наблюдения.

— Они на месте, — передал информацию Волконский. — Начинают.

Светлана кивнула. Она уже знала.

— Марика, слышишь меня? — негромко бросила Волконская в микрофон.

— Слышу, — ответил голос из динамика. — Пять на пять. Мы на месте. Лена уже колдует.

— Как обстановка? — задала контрольный вопрос аналитик Ветви.

— Тишина. Пока идеально.

Павел кивнул. Да, это не молниеносная операция с жестким таймингом. Сегодня придется много ждать

— Будьте осторожна, — пожелала Светлана не по «протоколу».

— Всегда, — донес бездушный эфир уверенный голос Марики.

Связь прервалась.

Девушка сняла наушник и посмотрела в окно. За ним творилось совершенно невообразимое в столице, но вполне обыденное в местных широтах, явление: начал накрапывать дождь.

Девушка поёжилась.

«Надеюсь, у них есть зонты», — пришла ей в голову абсолютно дурацкая мысль.

Глава 19

Глава 19

— Есть засечка, — доложил акустик. — Три километра, северо-восток. Ещё одна. Три и два километра. Направление то же.

— Зону поиска принял, — едва слышно доложил оператор спутниковой связи. — В работе.

Примерно минуту спец возился со своей машинерией, после чего выдал вердикт:

— Сопровождение невозможно. Объект не вижу.

«И как они слышат друг друга?» — поёжилась Кошкина. Как у представителя «породы кошачьих» нынешняя погода вызывала у неё лишь отвращение. Тяжёлые холодные капли градом сыпались с неба, превращая её укрытие в грязевую ванну. Хорошо хоть одежду она подготовила правильную: выданный Волконским камуфляж не пропускал влагу, а амулет помогал сохранить хоть какой-то комфорт. Однако брызги смешанной с грязью воды на лице хорошего настроения не добавляли. Да и привкус грязи на губах раздражал изрядно.

Да еще и эта чертова темнота, свалившаяся на полянку, по расчетам девушки, слишком рано.

— Кто отвечал за прогноз погоды? — рыкнула она в приватном канале с Орловой.

Та как-то невесело рассмеялась. Во время тренировок Тишь не особо делала скидку на метеоусловия — гоняла их в любую погоду. Так что нынешняя ситуация была хоть и неприятной, но вполне рабочей.

— Есть движение, — продолжил доклад акустик. — Удаляются. Расстояние три триста. Растет.

— Твой выход, девочка, — хмыкнула Марика.

Елена кивнула. Да, их установка приманила химер. Однако на первую наживку они не клюнули. С дальней дистанции примерились, что это такое в их ареале обитания «фонит» и решили, что интереса аномалия не представляет.

Стало быть, сейчас целительнице предстояло усилить сигнал.

— Я планировала обойтись без этого, — буркнула Лена, подбираясь к установке.

Для рывка ей пришлось выбраться из-за подготовленного собственными руками укрытия и добраться до центра лагеря, где была установлена вся «машинерия».

— А я планировала к двадцати уже быть миллионершей, — парировала в эфире Марика.

Взаимные подтрунивания давно превратились в способ психологической поддержки

— И сколько тебе тогда было? — усмехнулась целительница.

— Семь.

— Ну-ну, — только и буркнула девушка, опускаясь на колени перед установкой, которой предстояло сыграть роль «манка».

Привычным движением целительница выхватила из набедренных ножен матовый клинок. Времени на раскачку не было, а потому она без раздумий полоснула себя по ладони острым лезвием. Кровь тут же хлынула на принимающий камень артефакта-усилителя. В голове моментально помутнело, едва она включила собственную кровь в систему.

«Я здесь», — негромко шепнула сама себе девушка, фокусируясь на ощущениях. Привычный аутотренинг сработал. Лёгкая тошнота и головокружение отступили столь же стремительно, как и появились. Словно туман рассеялся перед внутренним взором.

«Идите сюда», — мысленно позвала зверушек Кошкина.

Естественно, безмолвный «призыв» так и остался никем не услышан. Дело было не в нем, а в управляющих контурах «машины». Теперь установка распространяла по округе её запах, специально подправленный для лучшего «вкуса». Для химер целительница должна была представляться желанной добычей — вкусной, притягательной и буквально сводящей с ума своей близостью.

«Если Паша когда-нибудь узнает, он меня убьёт», — оценила девушка. Но тут же безжалостно выбросила все лишние мысли из головы, снова сосредоточившись на собственных ощущениях.

Процесс требовал постоянного контроля. Иначе добыча сорвется с крючка. И тогда осторожные химеры с большой долей вероятностью, залягут где-то неподалеку и примутся наблюдать за двуногим обедом, устроившим какие-то странные шевеления в их ареале обитания.

— Цели встали, — доложил акустик.

— Целей не наблюдаю, — вновь оповестил всех оператор спутниковой связи.

Всё-таки с двадцать первого века много воды утекло, а до того восстановить после Вторых Тёмных веков космические технологии смогли далеко не все. Выжившим и на Земле занятий хватало.

— Цель движется к нам медленно, — вновь раздался негромкий голос. — Расстояние три до ближайшей.

— А ты им понравилась, — прокомментировала Марика, проверяя пистолет.

Да, на короткой дистанции именно он представляется наилучшим оружием. Дурацкий выбор, если бы это была обычная охота. Однако спецпатрон даже при лёгком ранении должен был вывести химеру из строя. Так что в рамках нынешней операции короткоствол с возможностью ведения автоматического огня и удлиненным магазином на тридцать три патрона был вполне оправдан.

Елена скользнула сознанием в лёгкий транс и подала на принимающий камень чуть больше внутренней энергии, продолжая щедро орошать его кровью.

— Цели на месте, — доложил акустик.

Следом хотел доложиться и оператор спутниковой связи, но Марика махнула рукой:

— Доклад по получению результата, — скомандовала она.

Мужчина кивнул и уткнулся в монитор разложенной перед ним системы, состоящей из двух небольших чемоданчиков, способных защитить содержимое и даже от прямого попадания авиабомбы. С ядерной, конечно, есть некоторые сомнения, но стандартный ФАБ защита должна была «удержать». Другой вопрос, что после подобного испытания попробуй найди защищённый блок — откинуть может и на километр, а то и вбить в землю, но это уже претензия не к защите.

— Цель потеряна, — вышел в эфир акустик.

Перед началом операции в зоне её проведения они разместили множество сейсмо- и акустических датчиков. Именно благодаря им сейчас была возможность хоть как-то локализовать подбирающихся хищников. Однако слепые пятна всё же были. Как оказалось, более-менее точное обнаружение возможно лишь в зонах с двойным или тройным перекрытием.

— Цель вижу, — объявил «слухач». — Полтора.

«Быстро, мля!» — как-то безучастно оценила Марика скорость «добычи».

Бойцы замерли. Они давно заняли позиции и подготовили оружие. А потому просто перехватились поудобнее. Сейчас противник был практически у самого носа. В несколько секунд он сократил расстояние вдвое. Скорость химер поражала.

Акустик тем временем поднял палец, давая понять, что цель уже в километре от них.

Все, теперь общение пойдет жестами и тоновыми сигналами. Группа перешла в режим молчания, полагаясь не только на зрение, столь обманчивое в подсвеченной прожекторами темноте, но и на слух.

На самом краю восприятия Кошкина почувствовала появление чего-то нового. Всё-таки процесс создания химер был ритуалом Крови, но их создатель позаботился о том, чтобы Аспект управляющего ядра не слишком «фонил». И у него неплохо получилось. Целительница с трудом определяла направление и совершенно ничего не могла сказать о расстоянии до цели.

«Темно!» — оценила она мысленно.

Световая мачта неплохо справлялась, освещая почти всю поляну д озеленки'. Вспомогательные же прожекторы превращали ночь в день… в определенных пределах.

В эфире разнесся двойной тоновый сигнал. Первая команда докладывала, что цели не наблюдается. Вторая и третья сообщили о том же. Вслух больше никто не разговаривал. Все внимательно вслушивались в ночь, в попытке угадать, откуда же появится проворный противник.

Лена буквально рухнула на пятую точку, убрав руку от принимающего камня. Сил не осталось совсем. Тем не менее она заставила себя поднять с земли пистолет и бесшумно, как ей казалось, сместиться в сторону укрытия.

Пип!

Акустик подал длинный тревожный сигнал.

«Они здесь», — расшифровала про себя Кошкина, прижимая пистолет к груди и превращаясь вслух. Чувству Крови она более не доверяла. Уж слишком сильно вдруг вспыхнули в её восприятии химеры. «Вспышка» перебила всё: направление, дистанцию, намерения. Лена больше не могла видеть ничего. Она словно лишилась органа восприятия этого мира. Пришлось полагаться на команды акустика. Тот как раз поднял ладонь и показал Орловой три пальца.

«Почему три?» — в мозг ворвалась непрошеная мысль. Химеры — одиночки по природе. Если они и терпят своих сородичей, то лишь ради общей охоты, как во время нападения на туристов. И, как правило, стремятся избавиться от союзника, едва в том отпадёт необходимость.

Сейчас же была совершенно иная ситуация. Твари явно действовали скоординированно. Кошкина на миг задумалась, пытаясь подобрать определения для описания своих же ощущений. Химеры будто воспринимали себя командой и действовали как единый организм, тщательно обхватывая, выстраивая план атаки на незваных гостей в ареале своей охоты.

«Они же без управления!..», — мелькнула мысль в голове Лены. Девушка не чувствовала привязки к хозяину, но и признаков повреждения управляющего ядра не было. Похоже, их создатель просто отпустил своих питомцев на вольный выпас. Это было странно. Мало кто мог себе позволить ослабить контроль, если создания не были заперты в клетках. В их мозгах было довольно мало «программ». Так что напасть они легко могли и на своего создателя.

«Необычно!» — только и успела подумать Кошкина, как ледяная игла страха пронзила её сердце.

Огромная тень на миг закрыла собой свет прожекторов.

В оцепенении целительница с необычайной чёткостью наблюдала за длинным, мощным, отливающим матовой чернотой телом, распластавшимся в воздухе над её головой. Девушка даже не успела выстрелить, хотя ствол пистолета смотрел вверх в тот миг. Тяжёлая химера с необычайной мягкостью приземлилась возле установки. Долю секунды она потратила на то, чтобы обнюхать «манок».

Низкий гулкий рёв ударил по перепонкам. А в следующее мгновение рукотворный хищник снёс ударом лапы установку.

Сердце Кошкиной пропустило удар. Скрежет искореженного металла, ударил по ушам. «Черт!» — мысленно завопила целительница, скукоживаясь в комочек. Рядом с ней тут же рухнул «узел» бывшей решетки управляющей мачты. Торчащий из «комка» кусок трубы едва не пригвоздил ее к земле!

На мгновение все затихло.

И лишь тогда ночь взорвалась «треском» очередей компактных пистолетов-пулеметов.

Рывок был прекрасен. Темная тварь метнулась в сторону с грацией гепарда. И его же скоростью.

— Работаем! — крикнул кто-то слева, старательно выцеливающий выпрыгнувшую за периметр из джипов химеру.

В тишине больше не было смысла.

Треск выстрелов над головой заложил уши.

— Мачта все! — рявкнул другой голос.

Дзинь!

С противным звоном разлетелся по земле сбитый мощным рывком лапы вспомогательный прожектор.

Удар! Тело Кошкиной отлетело в сторону, на рефлексах уйдя в перекат.

— Встать! — крикнула отвесившая живительный пинок Марика.

Целительница и впрямь чуть потерялась в первые мгновения боя. Но собралась столь же быстро. Через три секунды она уже встала на колено, стараясь выследить хоть одну из мечущихся вокруг лагеря теней.

Пока получалось откровенно хреново. А просто так жечь патроны она не видела смысла.

Дзинь!

Очередной прожектор пал жертвой мощного удара.

— Гасят свет! — крикнул кто-то.

Через секунду голос акустика, так и не скинувшего гарнитуру, продублировал эти слова в эфире.

Боль. Целительница явно на что-то напоролась боком, когда выбиралась из укрытия. Обида. Пинок по пятой точке пришелся кстати. Оттого было еще хуже.

Все вокруг смешалось. Люди, тени, части аппаратуры, вспышки дульного пламени…

Краем глаза Кошкина заметила рывок. Химера стартовала прямо с капота джипа, вытянувшись в грациозном прыжке.

— Назад!

Кто-то грубо схватил Лену за плечи, резко развернув. А еще через мгновенье страшный рывок отправил оба тела. Удар о борт машины был ужасен. Спина Лены едва не размазалась по двери. А следом дух из девушки вышибло прилетевшее тело прикрывшего ее от когтей бойца.

Вид хлещущей из рваной раны на шее моментально отрезвил целительницу. Она тут же присела рядом с защитником и наложила на рану руки, щедро вливая энергию Дара.

— Сбоку! — рявкнула ночь голосом Марики.

Следом громыхнули две очереди.

Огромная химера, бросившаяся уже было к Лене, приземлилась в трех метрах от девушки, но тут же прыгнула в сторону за пределы лагеря. Земля взорвалась фонтанчиками грязи в том месте, где она только что была.

Над головой солидно ухнул дробовик.

— Сюда.

Кто-то потянул Кошкину за плечо.

— Нет! — рявкнула та, залечивая рану.

Еще секунд пять она сидела, боясь, что каждый следующий миг может вонзиться в нее когтями прыгнувшей из темноты химеры. Однако она до последнего напитывала стремительно слабеющий организм бойца Силой.

Лена даже не разобрала, кто именно лежит рядом с ней. Камуфляж на всех един, а лицо залито кровью, словно защитника окатили ею из душа.

Однако твари и сами отступили на перегруппировку.

— Смена! — крикнул кто-то.

— Я тоже! — был ему ответ.

Парни использовали момент, чтобы сменить магазины.

Лена окинула взглядом разгромленный лагерь, не убирая рук от шеи раненого.

— Я тут! — крикнула Марика, поднимая кулак.

Орлова нашлась возле покореженной осветительной мачты.

— Все, — выдохнула целительница, откатываясь в сторону

Она сделала все, что смогла. Сколько-то счастливчик еще должен продержаться. И это не шутка. Мало кому повезет оказаться рядом с целительницей ее квалификации с подобным ранением. Счет шел на секунды. Теперь же спец из Академии получил шанс все-таки побывать на выпускном вечере.

— В центр, кто живой!

Орлова сориентировалась первой. Света становилось все меньше. Твари целенаправленно выбивали прожекторы. Так что Марика просто выбирала позицию для защиты. Таким образом, резко утратившие инициативу охотники выигрывали в расстоянии от машин до их позиции, чтобы успеть хоть как-то среагировать на очередной рывок.

— Раненные есть⁈ — первым делом крикнула Лена, едва добралась до бойцов.

Ей ответили не сразу. Досталось многим, но большинство уже вкололи себе боевые коктейли. Кто-то даже успел отпороть рукав куртки и перетянуть рану бинтом.

— Санек не дышит! — донеслось откуда-то слева.

Кошкина метнулась к очередному раненому, которому не повезло попасть под удар бритвенно-острых когтей.

«Нет, дышит!» — практически сразу сообразила она, разворачивая над телом диагност. Просто потерял много крови. Да и распоротый живот выглядит страшно. Но в целом…

— Р-р-р-рау!

С ужасающим протяжным воем химеры кинулись на возомнивших себя охотниками людей. Вместе. Разом.

В ответ ударили очереди из пистолетов-пулеметов. Дважды ухнул помповик.

Повинуясь чутью, Кошкина содрала диагност с раненого, одновременно буквально ударив пострадавшего спеца сырой Силой. Диагност же она бросила на готовую прыгнуть на нее тварь.

Химера застыла на миг, словно попала в сеть. Чудище упало на бок и перекатилось, не в силах скинуть «путы» конструкта.

Бум!

Вставшая было на лапы химера отлетела в сторону. Расторопный боец успел засадить ей заряд спецкартечи в бок, оставив на лоснящейся черной коже рваную рану.

Тварь взвизгнула так, что по ушам ударила резь, заставившая Кошкину вскрикнуть и потерять контроль.

Конструкт тут же распался. Диагност свернулся в «походное» состояние. Химера же мгновенно вскочила на лапы. Коротко рыкнув, она одним прыжком нырнула во тьму.

На несколько секунд поляна погрузилась в тишину. Слышен был лишь шорох сменяемых магазинов. Некоторые навыки вбивались на подкорку.

— Акустик. Три цели. Удаление километр. Растет, — прозвучал голос технического спеца в наушнике.

Кто-то резко выдохнул.

Целительница же вновь развернула диагност с мыслью: «В мою смену точно никто не умрет!».

Но для этого ей требовалось буквально за ногу выдернуть уже ступившего за грань двадцатилетнего парня. На этом она и сосредоточилась.

Где-то неподалеку Марика осматривала остальных спецов, распределяя очередь получения помощи.

Чудом не получивший и царапины оператор космической связи вызывал эвакуационный глайдер.

До утра здесь никто оставаться не желал.

Глава 20

Глава 20

— Стоять!

Двое курсантов остановились. Застыли на месте. У одного из них изо рта почти выпала сигарета, повиснув на нижней губе.

— Кругом! — последовала очередная команда от Волконского.

Сокурсники Сергея синхронно выполнили разворот через левое плечо.

— Шагом марш!

Парни судьбу испытывать не стали. Одного взгляда на Павла хватало, чтобы понять, насколько тот взбешён.

— Странно, я думала, что эта привычка себя давно изжила, прокомментировала Светлана.

Нет, человека с сигаретой легко представить где-нибудь в районе «Бараков». Или среди мелкого криминалитета. Но чтобы в элитной части курсантов… Нет, никто не запрещал, конечно. Но сверхнагрузки и высочайшие требования к физическим кондициям диктовали свои правила. Правда, как оказалось, некоторые умудрялись совмещать.

Волконский резко втянул прохладный воздух и негромко хмыкнул. Наличие курилок во временных лагерях и иных воинских расположениях он почитал за дань традиции и не успевшие смениться боевые уставы организации подобных мест. Вроде как по плану полагается. И выделить определенную зону для курения гораздо проще, чем пробить головой стену уставов и наставлений армейской бюрократии, чтобы изменить требования.

Ан нет, оказалось, что подобные места до сих пор используются и по назначению.

— Можно, мы уже?.. — донеслось из-за спины.

Возможно, кое-кто пытался давить на жалость. И, судя по выдоху Кошкиной «Ой, дура!», умом и сообразительностью отличилась Орлова.

— Стоять! — рявкнул Павел.

Он и впрямь был в ярости.

— Охоту они устроили! Вы головой своей думали или чем? — вновь завёлся парень, тактично умалчивая о том, что операцию он всё-таки одобрил. А значит, и часть ответственности за результат лежит на нём.

Впрочем, клановец её со своих плеч и не сбрасывал. В конечном итоге отвечать за произошедшее придётся. Но и «наказывать невиновных и награждать непричастных» тоже предстоит ему. Вот с затейниц парень и начал.

— Один человек в больнице, один в реанимации, и неизвестно, выживет ли, — вновь обернулся к охотницам Павел. — Сами чудом живы остались. Если бы тебя Колька не прикрыл, сейчас ты бы лежала в интенсивной. А Сашка умер бы, потому что целителя порвали долбаные твари.

Девушки молчали обе, уткнувшись носами в углы. Обернуться им запрещал прямой приказ. Одной — сюзерена, второй — командующего группой курсанта на время прохождения «учебной практики». По несчастливой для провинившихся случайности, обладателем обеих должностей был один и тот же человек.

— Можно, мы уже выйдем? — негромко спросила Марика.

Светлана насмешливо вскинула бровки. Мол, вот дура. На третий «залет» девушка пообещала объявить об этом вслух.

— Стоять, я сказал.

Провинившиеся услышали что-то такое в голосе Павла, после чего спорить обеим расхотелось.

— Стоять смирно, — ещё раз добавил Волконский.

Скорее для того, чтобы самому успокоиться.

Девушки застыли, уткнувшись носами в бетонные углы, каждая в свой. Раньше на месте курилки, обозначенной соответствующей табличкой, располагалось какое-то здание, но от него осталось всего три стены. Пару углов как раз хватило для того, чтобы расставить по ним охотниц думать о своём поведении. В палатке бы как-то не то получилось. Да и подрывать авторитет девиц клановцу вовсе не хотелось. Так что нашёл он, так сказать, удалённую локацию.

— Надеюсь, больше про охоту я от вас не услышу, — рявкнул Волконский.

Да, негромко. Да, сдержанно. Но обе прочувствовали его тон как полноценный разнос.

— Но химера нам всё-таки нужна, — негромко прокомментировала Светлана и тут же замолчала, наткнувшись на твёрдый взор брата.

«Кото-то же должен отыгрывать за 'хорошего копа!» — взглядом дала понять девушка.

Однако клановцу сейчас нужна было не очередная тварь, а выпустить пар, потому что он и впрямь переволновался, наблюдая со спутника за лагерем. Хаос и дульные вспышки прекрасно были видны из космоса даже несмотря на ненастную погоду. Но всё, что им оставалось, это сходить с ума от беспокойства, сидя перед мониторами. Пусть брат с сестрой и пытались скрыть эти чувства друг от друга, да и от остальных тоже. Командир всегда должен быть уверен в себе и собран.

Это уже потом, едва эвакуационный глайдер коснулся опорами земли, и Павел убедился, что Кошкина не пострадала от лап рукотворных хищников. И тогда он приступил к «наказанию невиновных и награждению непричастных».

В наградных листах не оказалось никого. Разве что Николай-Молот. Павел пообещал себе, что у Николая Молота в жизни скоро случится что-то хорошее — за то, что прикрыл целительницу своим телом от когтей химеры. Тем более у него хороший прогноз на полное выздоровление. А вот остальным будут доставаться исключительно шишки. Хотя нет. Конечно же, рядовых бойцов гнев Павла не коснётся. Ну вот обе девицы, спланировавшие операцию, получат своё по первое число. Сначала от Волконского, а затем и от Тишь.

— А ты лучше помолчи, защитница, — негромко потребовал парень.

Светлана сделала красноречивый жест, словно застегивает себе рот… И тут же подлила масло в огонь:

— Цесаревич требует результата, — ровно напомнила она.

В этот раз полный ярости взгляд на девушку не подействовал. Она просто пожала плечами: мол, фактам пофиг на твои эмоции. Долгорукий отдал приказ — нужно выполнять.

— Прекрасно, — кивнул Волконский. — В этот раз я возьмусь за дело сам.

И сказал это Павел вовсе не для красного словца. Клановец прекрасно понимал, что цесаревичу нужен результат. И теперь придется пойти и добыть оный.

— У меня есть план, — негромко объявила Кошкина.

Её голос прозвучал глухо из угла. Обернуться она не рискнула.

— Достаточно, — решил клановец, отказавшись слушать. — Больше никаких планов.

— Но в этот раз действительно… — сделала ещё одну попытку целительница развернувшись.

Впрочем, одного взгляда на Светлану ей хватило, чтобы осечься и вновь взять носом на прицел указанный ей в качестве наказания угол. Команды об окончания наказания не поступало.

— Хватит, — глухо потребовал парень. — Напомни мне основную задачу целителя на поле боя.

Девушка задумалась. Начальная военная подготовка у нее была. Но ее учили больше выживать, а не теории.

— Спасение раненых… — попробовала она неуверенно.

— Нет, — последовал жесткий ответ.

— Организация медицинской службы и сортировки… — вновь попытала удачу Лена.

От чего-то отмолчаться — идея и в голову не пришла. Слишком раздражён был Волконский. Да и повод у него, если честно, был.

Нет — перебил Павел.

Девушка задумалась еще на миг.

Тогда Волконский отрывисто рявкнул:

— Главная задача целителя — не оказаться на поле боя. В принципе!

Специалисты этого направления слишком ценны, чтобы использовать их в тактическом звене. Как правило, несколько одарённых с этим аспектом присутствуют в тыловых госпиталях. Ну и то с большой осторожностью. И людей на их охрану выделяется не меньше, чем на сопровождение какого-нибудь не самого плохонького генерала. Всё-таки таких специалистов у любой страны мира довольно мало. Потому и берегут буквально каждого. Согласно страшной математике бездушной военной машины, жизни раненых, которых могли спасти на поле боя целители, не стоили риска потерять самого целителя. Просто потому, что последствия будут хуже.

— И Молот об этом знал, — припечатал Волконский. — Именно поэтому он встал между тобой и химерой. Если бы этой твари удалось дотянуться до единственного целителя в группе, было бы два трупа. Сейчас у парней есть шансы. И даже на то, чтобы вернуться в строй.

— Я поняла, — глухо ответила Лена.

В целом она не возражала. Павел был прав. Тем более злился он скорее на себя: ведь именно его слово могло отменить всю эту авантюру. Однако он согласился.

— Но химера нам всё-таки нужна, — вновь бесстрастно напомнила Светлана.

Павел обернулся к сестре. Та ответила невозмутимым взглядом.

— И к чему ты это? — спросил парень.

Аналитик Ветви не имела привычки повторяться. Стало быть, раз это происходит, значит, она пытается донести до брата какую-то мысль. Осталось лишь понять, что именно хочет сказать сестра.

— Стоит хотя бы выяснить мнение единственного одаренного в аспекте Крови специалиста, — ровно констатировала Волконская.

Павел помолчал. Дважды качнулся с пятки на носок. После чего махнул рукой.

— Выкладывай, — вздохнул Волконский.

— У меня нет идей, — тут же открестилась Светлана. — Но, может, нам всё-таки выслушаем Лену?

Павел с очевидным трудом подавил волну ярости, вновь попытавшуюся выплеснуться наружу. Некоторое время он боролся с собой и даже не скрывал своих чувств. Отчего, пусть она и не показывала виду, неуютно рядом с ним становилось даже сестре.

— Допустим, — наконец решил молодой человек. — Орлова, Кошкина, идите сюда.

Девушки тут же развернулись и сделали по одному шагу к своему сюзерену.

— Ты говоришь, у тебя есть план? — обернулся тот к целительнице.

Кошкина скромно кивнула. Она прекрасно понимала, что по-настоящему Павел на нее не злится. Но «воспитательный эффект» своим норовом смазывать не стала. Напротив, всеми силами демонстрировала вид виноватый и раскаивающийся.

— Рассказывай, — отрывисто потребовал Волконский.

Девушка ждать себя не заставила. Тем более, возможность отрепетировать свою речь во время стояния в углу у нее было в избытке.

— Во время боя я успела накинуть на одну из химер диагностический конструкт и даже получить отклик. Думаю, я смогу расшифровать сигнал управляющего ядра и даже попробовать на время прервать не только связь с оператором, но и затормозить внутреннюю иннервацию создания.

Павел задумался. Размышлял он долго. Тем более, время у него было.

— Секунды на три-четыре… — продолжила целительница.

Молодой человек качнул головой, разглядывая кудрявую красавицу. Ему приходилось прикладывать определённые усилия, чтобы рационально воспринимать слова целительницы. Уж больно хотелось ограничиться эмоциональной трёпкой обеих. Но Волконский заставил себя собраться, мысленно обратившись к нескольким мнемоническим формулам расслабления.

— Что это значит для нас в практическом плане? — спросил он ровно.

Короткий аутотренинг сработал. Не то чтобы Павел совсем успокоился, но хотя бы мог воспринимать информацию эффективно.

— Парализация. На те самые три-четыре секунды. После возможна легкая дезориентация, — произнесла за спиной брата Светлана.

Даже ей было понятно, что ступор противника на четверть минуты во время боя будет означать…

— Хм… Допустим, — согласился Павел, рассматривая целительницу. — Правильно ли я понимаю…

Молодой человек оборвал себя на полуслове и, поразмыслив, задал иной вопрос:

— На какой дистанции может сработать эта техника?

Лена отвела взгляд буквально на мгновение. Однако клановцу больше не нужно было ничего объяснять.

— То есть ты снова хочешь отправиться на «охоту», — констатировал Павел.

Да еще и выйти на дистанцию клинца с едва не отправившим их на тот свет противником.

Целительница не отвела взгляда. Напротив, глянула на сюзерена серьезно и строго. Словно лекцию читала нерадивому студенту.

— Мне нужно сблизиться с целью, чтобы воздействовать на её управляющее ядро, — четко и раздельно объяснила Кошкина.

— И ты полагаешь, что я на это пойду?

Теперь в тоне ВОлконского звучало искреннее любопытство. Даже почти не приправленно легким сарказмом.

— Я же сказала, что смогу расшифровать сигналы управляющих структур! — чуть громче, чем стоило бы, возмутилась Елена.

— И что это даст нам? — вкрадчиво поинтересовался Павел.

— Секунд пять форы при их приближении.

В этот раз Волконскому понадобилось некоторое время, чтобы решиться. В конце концов, цесаревич действительно дал понять, что заинтересован в как можно более скором решении вопроса. Его исследовательская структура уже была готова подключиться к работе соответствующего центра Ветви в изучении химер. Вот только с объектом исследований пока был напряг.

Кстати, было у Павла сильное подозрение, что этот интерес вызван появлением подобных тварей в других регионах Империи.

Волконский в тишине мерил небольшую площадку секунд двадцать. С одной стороны, ему хотелось банально схватить целительницу за шкирку и хорошенько встряхнуть для прояснения ориентиров. Однако рациональная часть его просчитывала ситуацию. И по всему выходило, что Кошкина действительно может помочь в добыче ценного материала для изучения.

— В этот раз силовую поддержку обеспечит моя команда, — поставил условия Волконский.

Продолжение «Со мной во главе» осталось за скобками, но все всё поняли правильно.

— Глупо, — прокомментировала сестрёнка без какой-либо попытки давления. Просто констатировала факт.

В этот раз парень ограничился пожатием плечами.

— Пожалуй, ты права, — легко согласился с претензией Волконский. — Но мне всего девятнадцать. Не забыла? Когда творить глупости, если не сейчас?

Аналитик Ветви на такое только головой покачала, но и возражать не стала. В конце концов, отчего-то ей иррационально спокойнее будет за Кошкину, если брат и впрямь будет рядом.

Тем более, лучшая команда, состоящая из спецов СИБ, сейчас действительно у брата.

— Есть возражения? — только и уточнил парень, старательно всматриваясь в лица охотниц.

— Возражений нет, — хором откликнулись девушки.

Тем более, первоначальный план, на который натаскивалась группа поддержки, все равно пришел по звезде. Так что теперь не имеет значения, кто именно будет прикрывать.

Убедившись, что вопросов больше нет, молодой человек щелчком пальцев привлек внимание к себе.

— По углам, — скомандовал Павел, едва все взгляды скрестились на нем.

Воодушевленные возможностью очередной попытки охотницы чуть промедлили, не сразу поняв, что именно от них требуется. Однако уже через секунду вновь заняли свои углы.

— Полдень через час, — глухо проинформировал Волконский. — Так что стоите отсюда и до обеда.

Больше он не сказал ничего. Просто развернулся и отправился на поиски Сергея. Светлана шагнула следом за ним.

— Легче, чем ожидалось, — прокомментировала Марика, едва убедившись, что Волконские скрылись из виду.

Однако отворачиваться от стены она не собиралась.

— Могло быть и хуже, — согласилась целительница, изучая сеточку потрескавшегося бетона.

Глава 21

Глава 21

— А ну, шевелитесь, клячи дохлые!

Полный праведного возмущения рёв заставил Светлану вздрогнуть. Уже не в первый раз.

— И долго ещё так будет продолжаться? — обернулась она к братьям.

Те возмущения сестры не разделили. Напротив, на их лицах читалось мрачное удовлетворение. Именно поэтому Павел запретил включать амулет «заглушки», что начисто отсек бы трубный глас злого до чертиков инструктора.

А причины злиться у Валентины объективно имелись. Не далее как тридцать минут назад Шут в красках высказал майору СИБ, как именно оценивает подготовку ее протеже. И даже поинтересовался, а не отнеслась ли лона лично спустя рукава к подготовке охотниц?

Естественно, подобную оценку собственных профессиональных качеств Тишь приняла близко к сердцу. И разозлилась. Но не на младшего коллегу, которому в нынешней иерархии должна была подчиняться как воеводе региона, а на учениц, позволивших себя победить «каким-то тупым тварям».

Теперь же отбывшим наказание в углу девчонкам предстоит доказать инструктору, что провал не результат их плохой подготовки. И, скорее всего, пота придется пролить в процессе «апелляции» обеим немало.

— Долго, — ответили хором братья на вопрос аналитика.

— Отсюда и до обеда, — уточнил Павел, поднимая ладонь на уровень глаз расположившейся на длинной лавке сестры.

Парни же предпочли стоять за ее спиной.

— Пока в голове не просветлеет, — согласился с братом Сергей, хлопнув по подставленной ладони.

Светлана лишь посмеялась про себя негромко: такого единодушия у парней она не видела очень давно. Однако сейчас не была уверена, что такое «единение» ей по душе.

— Девки, быстрее давайте! — лязгнул металлом голос Тишь за стеной из плотного брезента, отправляя «счастливиц» на очередной круг — пятнадцать километров с чётко заданным временем и тяжёлым грузом за плечами.

— Пожалели бы уж, что ли? — буркнула Волконская, которую крики над ухом не то чтобы отвлекали. В конце концов, ее учили работать в любой обстановке. Но изрядно раздражали.

Братья уставились на Светлану одинаково осуждающими взглядами. Павел даже комментировать ее заявление не стал. Сергей ограничился коротким:

— Для их же пользы.

Светлана демонстративно закатила глазки, всем своим видом давая понять, что не согласна с такими методами воспитания.

Сергей только бровь приподнял. Мол, и что это должно значить?

— Женская солидарность, — ровно констатировал воевода.

— Это что за зверь? — «удивился» Сергей.

— Опасный хищник, — поддержал Шут. — Но есть хорошая новость.

— И какая же?

— Этот зверь легко поддается дрессировке, — заверил Павел. Стоит только предложить выразить эту самую солидарность не словом, а делом.

Светлана насторожилась и прислушалась к звукам «истязаний». Кажется, сейчас кто-то отжимался под счет. До упаду. А после им предстоит вновь бежать много километров с грузом за плечами, а потом…

— Парни, — строго нахмурилась сестренка. — У нас работа или базар ни о чем?

Сергей поперхнулся. Иногда перлы «а-ля Кроль» в исполнении «Ледяной с**и» выбивали его из равновесия.

Павел же просто пожал плечами:

— Что и требовалось доказать, — констатировал он.

Светлана сделала вид, что ничего не услышала. А если и уловила краем уха чего, то к ней это явно не относится.

— Давай ещё раз, — потребовал Павел, ткнув пальцем в тайм-коды записи с фиксатора. — Вот с этого момента и с замедлением в семь раз.

И вновь монитор отобразил смертельно опасный прыжок химеры. Рукотворный хищник приземлился в центре лагеря и тут же бросился на одного из бойцов, легко откинув его в сторону мощным ударом лапы.

— Вот здесь, видел? — невежливо ткнул пальцем в монитор курсант Академии СИБ.

— Видел, — подтвердил глава Ветви. — Свет перекрути, пожалуйста, на 3:58 и дай замедление в десять раз.

Девушка послушно исполнила просьбу. Только в этот раз Сергей чуть подвинул её в сторону и положил руку на клавиши остановки видео.

— Вот, — оценил он, четко подгадав момент. — Смотри внимательно.

Павел кивнул. Клановец заметил ещё с третьего раза: долю секунды химера замерла перед тем, как отправить сильное поджарое тело в очередной рывок.

— Момент, — согласился он.

Они работали уже второй день. Разбирая данные с фиксаторов, установленных в машинах и на осветительных мачтах.

— Ты записываешь? — обернулся Сергей к сестре.

Та положила перед ним планшет с несколькими закреплёнными в нём листами, и пальцем не глядя указала на нужную строку. Братья только хмыкнули. Да, они не умели улавливать и фиксировать происходящее со скоростью аналитика класса «Сигма» (Сергей, кстати, до сих пор не знал об истинном уровне подготовки Светланы.). Но «низкая» скорость восприятия и фиксации информации компенсировалась усидчивостью и внимательностью.

— На этой записи есть ещё что-то? — спросил Павел, протирая уставшие глаза.

Только этот короткий отрывок они просмотрели двадцать семь раз на разных скоростях. А впереди таких еще не один десяток. Так что закончить сегодня парни и не надеялись. Впрочем, неожиданно оказалось, что время тщательно подготовиться у них имелось. Так что воевода с легким сердцем «выписал» на тренировки и изучение рукотворных тварей неделю.

Девушка молча покачала головой. Она тоже устала. Однако коротким жестом «демарш» и окончился. Если ее аналитика поможет сохранить жизни, то ни одна из потраченных на просмотр видео минут не будет потрачена впустую.

— Тогда давай загружай следующую. Начнем с «четыре-одиннадцать».

— Может, чаю? — взмолился Сергей.

Они уже полдня просматривали записи из разбитого лагеря, отдельные моменты разбирали буквально по кадрам в попытке понять, что именно пошло не так и как этого избежать во время следующего похода. Так что курсант ждал обеда, возможно, не меньше, чем его девушка. В глазах уже рябило. Но филонить он себе не позволял. Ведь ценой ошибки во время работы может стать чья-то жизнь.

— Успеешь — отрезал Павел и ткнул пальцем в подчёркнутую галочку записи. — Успеешь?

Первое замечание относилось к чаепитию. С этим приходилось лишь смириться. А вот второму вопросу Волк уделил больше внимания.

— Я за корректировщика буду, — напомнил Сергей, но тут же задумался. — Марика, конечно, специалист, серьезный. Однако угадать место приземления и перенести точку прицеливания в столь короткий срок практически нереально. Я бы не стал гарантировать результат.

— То есть, как повезет, — перевел на понятный русский язык воевода.

— Именно, — с легким подозрением покосился на него брат.

Светлана же, пользуясь паузой, достала из кармана какую-то конфетку, и, освободив ее от шуршащей обертки, закинула лакомство в рот.

— И что это такое? — хмыкнул младший из братьев.

— А еще есть? — тут же с живым интересом уточнил старший.

Волконская проигнорировала оба вопроса, безучастно разгрызая карамельку.

— Ты уже определился с выбором позиции для стрелковой пары? — глянула она на курсанта, покончив с «перекусом».

Павел вздохнул. По-хорошему он бы отправился на дело только со своими людьми. Однако Марика, Лена и Сергей в один голос настаивали на участии. Включить их в команду непосредственной силовой поддержки целительницы Павел не мог по тем же причинам, по каким и сам не вошёл в первый состав охотников: Сергей просто не сможет достаточно эффективно работать с уже слаженной командой и куда вероятнее, своим присутствием сделает только хуже.

Впрочем, пытливые умы моментально придумали альтернативу и решили организовать лежку в стороне от лагеря.

— Мне это не нравится, — в очередной раз напомнил Павел.

Он не то чтобы спорил. Скорее, напоминал. В конце концов, решение уже принято. Так что смысла обсуждать все заново нет. Но право сказать «а я же говорил» клановец все же за собой оставлял.

Его брат пожал плечами. На то Павел и глава Ветви, чтобы ему постоянно всё не нравилось. Это почти профессиональная деформация.

— Кошкина уверяет, что в статичном состоянии нашу «лёжку» не обнаружат.

Снайперскую пару они решили разместить на удалении в двести метров от будущего лагеря. Сергею в ней придётся выступить вторым номером — за корректировщика и оператора фиксирующих устройств. К оптике Марики же будет прикручен ствол, из которого она даже попытается поохотиться, если выдастся момент. Но основной задачей стрелка в этом тандеме будет все же защита оператора.

— Света, — обернулся к сестре Павел. — Ты изучила выкладки Кошкиной?

Девушка утвердительно кивнула. Они вместе с целительницей просчитывали её новый план еще накануне. И потратили на это много часов. По всему выходило, что шансы на успех довольно высоки.

— Это действительно необходимо? — уточнил свой вопрос глава Ветви, переведя взгляд на брата.

Тот возмущенно сверкнул глазами. Мол, обсудили же все. Чего опять начинаешь-то?

— В качестве стрелковой единицы — нет, — твёрдо ответила девушка. — Однако оператор управления фиксирующими устройствами и камерами, наблюдающий за развитием ситуации со стороны, сможет повысить эффективность сбора информации. И в этом случае я предпочту, чтобы рядом с ним был стрелок. Низкий шанс не отменяет возможности для удачного выстрела. Да и Волконский-Орлова имеет в данной ситуации куда больший шанс на выживание. Даже с учётом уверенности Кошкиной в том, что хорошо замаскированного человека химеры не обнаружат…

«Да что ж вас так тянет-то на ровном месте самоубиться поизощреннее?» — мысленно возмутился Павел, однако лицо его не дрогнуло.

— Хорошо, — решил наконец он. — В таком случае, Светлана, за тобой выбор места. А ты, Сергей, предоставь мне список технического оснащения наблюдательных постов. Полагаю, в течение трёх дней я смогу раздобыть всё необходимое. У тебя ещё будет время на отладку оборудования и дополнительную проработку сетки визуального покрытия местности.

Сергей хмыкнул: мол, опять братец изъясняется высоким штилем. Но вслух, разумно, ничего не произнёс. Лишь склонил голову в знак согласия. А то брат вообще отменит их с Марикой выход. Орлова ему этого не простит: слишком много сил и времени она вложила в подготовку к охоте. И теперь, если её отстранят по его вине, у кое-кого начнётся весёлая жизнь.

— Видео двадцать три готово к просмотру, — оповестила Волконская, загружая порцию очередного материала для изучения. — Отрывок четыре-одиннадцать.

Парни тут же прекратили бессмысленные препирательства и вновь уставились на экран, приготовившись к просмотру.

— Вот о попкорне мы и не задумались… — лишь выдохнул Сергей.

— Ещё раз!!!

Резкий окрик с улицы заставил Свету снова вздрогнуть. Кажется, парочка охотниц преодолела очередной круг. А потому строгий инструктор, всем сердцем желающий, чтобы девушки пережили следующий выход, благосклонно отправил их на ещё один.

Столицы. Небоскреб Волконских. Зал заседания Совета. То же время.

Зал заседания Совета Волконских располагался в глубине самого высокого «семейного» этажа. Здесь не было места парадным коридорам. Имелся единственный проход, освещаемый лишь светом ламп. Окон и ответвлений предусмотрено не было.

В этот проход можно было попасть, только поднявшись на единственном спецлифте со сто сорок седьмого этажа.

«Неприятно.» — в который раз оценил Дмитрий Яковлевич, шагая по узкому коридору, вдоль стен которого выстроились в две шеренги двенадцать гвардейцев. Он, в своем стремлении избегать любых официальных постов, никогда не баллотировался в Совет. Однако его неформальное влияние было весьма велико, так что ему уже доводилось здесь бывать. И не раз. Так что мужчина уверенно преодолел неприятный «отрезок», лишь на едва заметное мгновение задержавшись перед тяжелыми резными дверями из темного дерева.

Внутри ничего не изменилось за те два года, что Дмитрий Яковлевич здесь не был. Это помещение не было рассчитано на показную роскошь. Просто потому, что не было еще случая, чтобы чужак оказался в стенах зала заседания Совета. Здесь решались вопросы внутреннего управления. Все то, что ни за что не должно было проникнуть за резные двери из темного дерева, отсекающие пространство от остального здания.

— Здравствуйте, родичи, — негромко произнес мужчина, остановившись перед огромным монолитным столом, покрытым несколькими слоями масла и воска.

По легенде возраст древней столешнице был — больше тысячи лет. Радиоуглеродный анализ подтвердил не менее четырех сотен. Однако достоверно было известно, что он был впервые установлен в поместье Волконских еще до Вторых Темных веков. На нем не было даже полировки — только теплое темное дерево, казалось, «съедающее» свет единственной лампы.

— Совет приветствует тебя, — за всех ответил Глава.

Дмитрий Яковлевич обвел глазами собравшихся. Девять фигур расположились в одинаковых массивных креслах, чья темная кожа, даже несмотря на постоянный уход, уже потрескалась от времени. Во главе восседал Игорь Георгиевич, сложивший руки на стол и сцепив их в замок. Левее занял место его родной брат, державшийся так, будто готов в любой момент встать и уйти с заседания. Напротив отца «бунтаря» расположился воевода. Глава клановых ВС откинулся на спинку кресла, но расслабленностью от него даже не пахло. Просто именно так Валерычу было удобнее держать в поле зрения всех присутствующих. Казначей занял место с краю. Словно и не его слово могло разом преломить ход любого обсуждения. Он выглядел уставшим, но его пальцы выбивали по столу одному ему слышный ритм. Ещё пятеро — старейшины Семьи, главы направлений, замершие молчаливыми фигурами в тени. Их лица не были враждебными, но и дружелюбия не выражали.

Как и полагалось, «гость» замер на месте, ожидая слова старших.

— Ты выразил желание создать альтернативную группу для расследования «этого инцидента», — дословно воспроизвел Глава недавнее выступление Дмитрия Яковлевича. — А также выразил её возглавить и нести ответственность за результат.

Мужчина едва молча склонил голову. Да, во время выступления Игоря Георгиевича он сделал подобное заявление. Но вовсе не для того, чтобы действительно впрягаться в работу. Тогда мужчина просто попытался сбить противника с толку. Выиграть время.

— Совет постановил: быть по сему, — веско объявил главный Волконский. — На этажах пролилась кровь. Кто-то попрал незыблемые ранее законы клана. Преступник должен быть найден, а голова его представлена родичам на золотом блюде.

Он не вздрогнул. Однако чтобы взять себя в руки, мужчине пришлось перевести взгляд на установленный в центре стола тяжелый металлический подсвечник с толстой единственной свечой, которую никому и никогда не приходила в голову мысль зажигать. Сакральный смысл этого предмета был в другом: «Даже самой темной ночью в сердце Волконских горит свет».

— Именно тебе, Дмитрий Яковлевич, предстоит найти предателя Крови и представить его клановому суду.

Мужчина поклонился. От таких «предложений» не отказываются. Кроме того, это движение позволило скрыть лицо на миг достаточный, чтобы удержать «клановую масочку» граничащего с отрешенностью безразличия.

— Мы выражаем тебе полную поддержку, — продолжил Глава, тяжело роняя каждое слово.

Дмитрий Яковлевич от подобного заявления едва не скрипнул зубами. Что на этот раз задумал хитрый родич⁈

— А потому в твою группу войдут наблюдатели от Совета — лучшие следователи и криминалисты клана, — закончил свою мысль Игорь Георгиевич.

Восемь фигур едва заметно качнулись, выражая согласие позицией владыки.

— Найди отступника, — заключил Глава. — И как можно скорее.

— Да, господин, — с трудом выдавливая слова сквозь саднящее горло, еще ниже выдохнул Дмитрий Яковлевич и на негнущихся ногах покинул помещение.

Если бы не традиционный полумрак, то бледность его лица была бы видна каждому. Однако даже тени не могли скрыть скупую, но явно довольную ухмылку на лице Главы, которую Игорь Георгиевич от родичей прятать не пожелал.

Глава 22

Глава 22

— Обиды есть?

Павел присел рядом с развалившейся в тени деревьев Кошкиной. Девушка с некоторым трудом перевела на него взгляд. Несколько секунд она молчала. Так красноречиво, что Волконский даже подумал, что она старательно сдерживает истинные чувства, способные выразиться лишь в формате русского и могучего.

Однако девушка негромко вздохнула:

— Нет, обид нет.

Волконский кивнул. Какого-либо напряжения в голосе клановец не услышал, да и камня за пазухой целительница, похоже, решила не оставлять.

— У нас сегодня очередь Катерины, — негромко констатировала она. — Вернее, у тебя.

Девушка слабо улыбнулась, пожав плечами. Мол, сам видишь, сегодня меня уже ушатали. Так что еще и плотской любви тело не выдержит.

Павел, недолго думая, растянулся рядом.

— Катя в столице, — пожал плечами он.

Секретарь лично курировала создание второй установки. То есть буквально стояла над душой у мастеров. Ведь она должна была быть закончена в кратчайшие сроки. Конечно, Светлана с задачей справилась бы лучше. Но клановец пока не рисковал отпускать ее в столицу одну. Мало ли к каким аргументам прибегнет их противник на этажах. А ракета в борт, это, знаете ли, фатально вне зависимости от уровня Дара.

— Значит, тебе не повезло, — с трудом повернула голову к сюзерену Кошкина.

После подвигов трудовых на сексуальные она точно не была готова. Некоторое время они смотрели друг на друга, после чего как-то разом беззлобно рассмеялись. Павел — с некоторой натяжкой: всё-таки целый день за монитором и обработка огромного пласта информации дали о себе знать. Виски противно ломило тупой, ноющей болью.

— Дай сюда, чудовище, — потребовала целительница, прекрасно изучившая организм парня в том числе и в прикладном смысле.

Павел перекатился, уютно устроившись под бочком Кошкиной. На лоб ему тут же легла легкая ладонь.

— Глаза закрой, дыши ровно, — потребовала девушка, игнорируя попытку пальцев пациента сжать «антистресс» на ее теле.

Павел подчинился. Сначала парень не почувствовал ничего. Однако вскоре тепло ладони начало привычно растекаться ото лба по всему телу, прогоняя усталость и растворяя боль в глубоком целебном трансе. Клановец не знал, сколько он так пролежал. Клановец просто наслаждался покоем. Мысли текли легко и свободно. Однако мозг не цеплялся за них, позволяя размышлением появляться и исчезать, как им заблагорассудится. Тело клановца расслабилось и налилось приятной тяжестью. Единственная мысль, фоном мелькнувшая беспокойством в океане блаженства, была страхом, что рация отвлечёт его в самый неудобный момент. Такое уже случалось в разных ситуациях.

— Готово, — наконец констатировала Лена и убрала руку.

Сознание включилось почти сразу же, словно повиновалось какому-то рубильнику. Еще мгновение назад Волконский был безучастным наблюдателем собственному мыслительному процессу, и вот мозг переключился с холостых оборотов на четкую работу. «Как передачу воткнули…» — мысленно прокомментировал не спешивший открывать глаза Волконский. Он до сих пор наслаждался ощущением лёгкости и блаженства в теле. Естественно, от боли не осталось и следа.

— Сколько у нас времени? — неожиданно поинтересовалась целительница.

Павел промычал нечто возмущенно-невнятное. Меньше всего ему сейчас хотелось говорить о работе.

— Два дня, — всё же выдохнул он. Именно столько требовалось на подготовку технического обеспечения.

Лена задумчиво кивнула с таким видом, будто прислушивалась к чему-то, доступному только ей.

— Придумала что-то новое? — поинтересовался парень, приподнимаясь и подпирая голову локтем.

— Пока обещать не буду, — открестилась от гипотетического великого открытия Кошкина.

— Поделись заранее хотя бы планами, — порекомендовал Павел.

Если мысль дельная, то можно будет скорректировать процесс подготовки с учетом варианта «что-то может получиться».

— Я всё ещё расшифровываю данные диагноста, — задумчиво ответила Лена. — Будь бы у меня больше времени…

— Больше насколько? — тут же уточнил клановец.

Волконский с сожалением выдохнул. Он тоже был бы рад, если бы у них было столько времени. Но нападения в последние месяцы случались все чаще. Да, с момента неудачной охоты не было ни одного случая. Возможно, «кукловод» пока отозвал своих созданий на временную лежку. Но ему все равно потребуется вскоре выпустить рукотворных хищников. И лучше бы иметь хоть какой-то результат, до того как это случится.

— Хотя бы месяц, — мечтательно протянула Кошкина.

Волконский всерьёз задумался. Если за тридцать дней целительница сумеет предложить хоть что-то, что поможет сделать процесс охоты пусть и не безопасным, но хотя бы минимизирует риск…

«Нет, блажь!» — тут же оборвал собственные же размышления Волконский. Нету у них тридцати дней. Химеры, судя по прошлым нападениям, потребуют «выпаса» куда раньше.

— Увы, перенести мы ничего не можем, — с сожалением качнул головой клановец. — Если у тебя есть уверенность, что ты сможешь?..

— Нет, — вздохнула девушка, уставившись на облака.

Давно она не получала такого удовольствия от обычного валяния на траве.

— … Гарантий нет.

— Тогда работаем по плану, — заключил сюзерен.

За последний месяц были отмечены уже три нападения. Многие просто не поймут, если воевода будет бездействовать так долго. Сам он совершенно точно не готов был вести счёт жертвам, в то время как они будут готовиться к охоте. Да и Лена ещё не набралась того сплава цинизма и рациональности, который позволил бы ей спокойно заниматься научными изысканиями, когда вокруг будут гибнуть люди.

Кроме того, девушка действительно не могла ничего обещать. А позицию «давай еще подумаем, я вот чувствую, что скоро придет хорошая идея» к делу, увы, не пришьешь.

— Завтра мы прекращаем марафон, — объявила девушка.

Сегодня Марику с трассы унес Сергей. На руках. Лена держалась лишь за счет управления внутренними процессами тела. Но и ей было тяжело.

Павел кивнул:

— Как скажешь.

Парень прекрасно понимал, что если у Кошкиной есть идея, которая требует времени, то ей лучше его предоставить. Он и сам собирался сегодня отдать приказ на завершение «наказания», чтобы позволить девушкам восстановиться перед боевым выходом.

— Так что ты надумала? — поинтересовался парень.

Целительница ответила не сразу. Сначала она словно взвесила собственные слова на невидимых весах.

— Я не буду ничего обещать сейчас, — наконец осторожно выдала она. — Но, возможно, мне удастся расшифровать сигналы управляющих ядер настолько, что это поможет в их позиционировании.

Павел приподнял брови.

— Ты сейчас серьёзно? — спросил он строго.

Работа над этой задачей была куда важнее 'наказания. Естественно, если бы целительница поделилась информацией раньше, хрен бы ей кто позволил мерить пузом местные леса.

— Я сказала тебе сразу же, — тут же открестилась Кошкина. — Мне эта идея пришла в голову только сегодня во время кросса. Чудес не жди. Однако в паре с акустиком, возможно, получится увеличить точность и дальность обнаружения химер.

— Что тебе для этого нужно для работы? — уточнил парень.

— Двенадцать часов отдыха, — без запинки отозвалась Кошкина. — Завтра с утра мне понадобится акустический комплекс и два оператора.

Павел задумался.

— А лучше три, — добавила девушка.

— У нас всего один, — озадачился клановец. — Второго всё ещё зашивают в столице.

В полевом лагере держать раненых Павел не стал. Да и в местных медицинских светил не особо верил. Потому через четверть часа после возвращения в лагерь эвакуационного глайдера, парень отправил пострадавших в госпиталь Волконских. Дед его собеседницы буквально сотворил чудо, сохранив обоим жизнь. А в перспективе и здоровье.

— Тогда одного, — покорно согласилась девушка, разглядывая проплывающие над их головами облака.

Для отработки основных принципов взаимодействия вполне хватил, так что тем, кто прибудет на смену выбывших, можно будет предоставить уже готовое решение.

— Тебе не холодно? — как-то неожиданно переключилась на другую тему она.

Павел даже задумался, прислушиваясь к ощущениям. Сама-то целительница могла лежать и на снегу без одежды благодаря совершенной внутренней регуляции. А вот ему простывать бы не стоило. Вокруг же всё ещё было довольно прохладно, хотя днём уже ярко светило весеннее солнышко.

— Камуфляж хороший, — вздохнул Павел.

Однако все же поднялся с земли и протянул руку целительнице. Та с удовольствием приняла помощь.

Удивительно, но после «сеанса» Кошкиной в теле чувствовались легкость и бодрость, хотя еще четверть часа назад Волконский ощущал себя «буратиной деревянной».

— Пора и за работу, — решил парень, делая первый шаг к оккупированной ими под «кинотеатр» штабной палатке.

Работы было еще много.

Да и Кошкиной пора было отдыхать, чтобы завтра взяться раскручивать новую идею в полную силу.

— Хочешь, чтобы я тебя тоже до палатки донес на руках? — улыбнулся клановец.

— Сегодня сама! — заявила девушка.

И, послав сюзерену воздушный поцелуй, отправилась спать. Сейчас это было лучшее, что она могла сделать.

52 часа спустя. Административная граница Красноуральска.

— Ты как? В порядке? — спросил Волконский негромко.

И речь шла вовсе не про физические кондиции.

Кошкина отвернулась от проплывающих за окном пейзажей и обернулась к Павлу, напряжённо улыбнувшись.

— К работе готова, — сообщила кудрявая красавица, чуть крепче сжимая пальцы на набедренной кобуре.

«Ну ещё бы», — мысленно отметил Волконский. Тишь — профессионал. Она сумела за довольно короткий срок выбить из обоих девушек излишнюю самоуверенность, но при этом не сломать их. Так что подбодрить целительницу сейчас будет в самый раз. И отчего-то парень был уверен, что в одной из машин колонны чем-то похожим сейчас занимается и Сергей.

— Ты молодец, — вполне искренне сообщил Лене клановец.

Душой он при этом не покривил совершенно. За сорок восемь часов Кошкина действительно смогла нащупать дополнительные управляющие линии ядра на оставшемся в диагносте «отпечатке». Так что девушка теперь была уверена, что сможет определить примерное расстояние и направление до цели, стоит химерам появиться в «зоне видимости», составляющей метров двести. И это было отличным результатом. Грубое наведение даст целительница. Точнее сработать наводку сможет уже акустик направленным лучом. Тем более из столицы на подмогу единственному оставшемуся в строю специалисту прибыли двое его коллег с комплектом дополнительного оборудования. Сегодня утром Кошкина провела для них «предстартовую» тренировку и, кажется, осталась довольна. Даже с учётом того, что несколько сотен метров для стремительных химер — не расстояние, это всё равно было очень круто. Лишняя доля секунды в скоростном бою — это вопрос жизни и смерти.

— Не волнуйся, — едва заметно улыбнулся Павел.

Девушка чуть раздраженно плечами:

— Я ещё не работала с подобной установкой.

Светлана с Катериной и впрямь успели совершить маленькое чудо, не только доработав второй экземпляр на мощностях «РитРос» вместо павшей под когтями рукотворной твари, но и значительно улучшить его с учетом первого применения.

Комплект доставлять пришлось скоростным глайдером, после чего установку в разобранном виде загрузили в три внедорожника. Головное управляющее устройство, например, хранилось в багажнике их автомобиля.

— Ты справишься, — пообещал Волконский. — Тем более разница с первым экземпляром там небольшая. Чуть выше точность и мощность. Только и всего.

Елена обернулась к сюзерену и окинула его взглядом в стиле 'уж лучше бы молчал.

Павел чуть виновато пожал плечами. Как ему объяснили, основные различия касались монтажа конструкции и её размера. Но на этот случай Светлана составила подробную инструкцию. Павел же сегодня решил отойти от национальной традиции читать руководство пользователя после того, как уже попытался собрать изделие своими силами. Интерфейс для оператора, по словам разработчиков, ничем от первого варианта не отличался. А вот усиливать дополнительно установку не стали — смысла не имеет. Удар когтистой лапы оставлял огромные рваные раны даже на капотах джипов. Что уж тут говорить о мачте. Тем более если тварь доберётся до установки, то оператору совершенно точно будет уже не до работы с ней.

В общем, с точки зрения клановца, проблем быть не должно… Однако вот какая штука: аспект Крови был подвластен только Кошкиной. И специалистов ее уровня можно было пересчитать по пальцам… во всем мире. А уж в здравом уме и не в «застенках»… Таких Павел не помнил. В общем, только Лена понимала, как именно это все работало, и могла достоверно сказать, отличается ли взаимодействие с этой установкой от первой.

Но для этого требовалось прогнать «обновку» в боевом режиме. А ресурс ее был крайне мал. Что-то там буквально выгорало при пропуске Крови через фокусирующую линзу. Так что после получаса работы всю установку нужно было отправлять на сложный ремонт. В полевых условиях тут мало что сделать можно было. Поэтому Лена ограничилась лишь проверкой в отладочном режиме, прогнав систему через разработанные ею тесты, после чего сообщила: «Порядок. Вроде бы.».

— Мы строили, строили и, наконец, построили, — вспомнила Лена очень старый мультик, который в последнее время вновь стали крутить на экранах телевизоров в рамках указа императора о духовной преемственности культурных ценностей прошлых империй.

— Режим питания нарушать нельзя! — поделился Волконский своей любимой цитатой.

Словно услышав его слова, головная машина резко свернула с дороги вправо. Их водитель филигранно повторил манёвр. Не ожидавшая такого Кошкина схватилась за поручень.

— Куда это мы⁈

До места проведения операции им ехать оставалось еще километров пятьдесят.

Словно в ответ ей, джип остановился. За ним встали остальные машины колонны.

— Последние приготовления, — хмыкнул Павел, выбираясь наружу. — Пошли.

Кошкина чуть помедлила, но уже через мгновение, поняв, что это не шутка, вылезла из салона следом за сюзереном, перед которым уже выстроилась часть отряда.

— Так, каждый свою задачу знает, — констатировал командир.

— Точно так! — негромко, но с чувством рявкнули офицеры СИБ под внимательными взглядами так и оставшихся в машинах бойцов ГБР.

— Так, на тебе специи, — бодро кивнул Шут Мыши.

Настя тут же лихо козырнула и рванула в сторону небольшого рынка, раскинувшегося на въезде в город. За ней неожиданно резво поспешил Пузо.

— Я за зеленью, — поднял руку Стих.

— Именно, — не сбиваясь, продолжил Павел и, дождавшись, пока сапер скроется между рядами, обернулся к остальным. — Мы же займёмся самым важным.

Целительница вопросительно глянула на сюзерена.

— Мясом же, — как непонятливому ребёнку объяснил клановец.

— Ты собираешься?.. — начала было девушка.

У нее в голове как-то не укладывались охота и то, с чем собрался совместить ее глава Ветви.

— Естественно, — кивнул Павел и двинулся первым в направлении мясных рядов.

— Привыкай, — философски заметил вставший за плечом Шута Князь. 0 Наше подразделение не только готово к концу света, но и имеет определённые планы на потом!

Целительница приподняла бровку: мол, вы все это сейчас серьёзно?

— Более чем, — ответил на невысказанный вопрос командир группы.

Кажется, целительницу уверенность князя не убедила.

— Не понимаешь ты, Лен, — вздохнул с сожалением Волконский. — Питание подразделения — есть мощнейший фактор подъёма морального духа.

С этими словами он даже поднял палец вверх, словно подчёркивая важность озвученной мысли.

— Но шашлыки?.. — начала было девушка.

— Именно они, — уверенно заявил Павел. — Будет чем отметить славную викторию.

Строго говоря, большая часть приготовлений служила одной цели — поддержать целительницу. Прошлая неудачная попытка здорово ударила по её уверенности в себе. Так что таким нехитрым приёмом Павел старался вернуть её в ресурсное состояние. Этому же была подчинена и «физическая активность» под руководством Тишь… по разработанному штатным психологом группы плану.

Что же до шашлыка… Отряд все равно нужно кормить. А Пузо в деле приготовления мыса над углями был признанным мастером. Тем более они выехали на выбранное заранее место на рассвете. Целый день им предстояло возиться с установкой и оборудовать позиции для обороны. И ничто так не поднимает боевой дух, как ожидание обеда с сочным вкусным мясом, зеленью и ароматным лавашом!

Глава 23

Глава 23

— Вспышка! — рявкнул Павел, первое, что пришло в голову, отскакивая в сторону и прикрывая телом чуть замешкавшуюся Кошкину.

За спиной что-то негромко хлопнуло и противно зашипело, заставив целительницу вздрогнуть, а Павла поморщиться от резкого запаха гари с примесью паленого пластика и изоляции, моментально разлетевшегося по округе.

— М-да, — оценил молодой человек разворачиваясь.

Супертехнологичная установка на основе Крови, артефактной связи и современной техники чадила тёмным неприятным смогом. Здесь и без инструкции было прекрасно понятно, что без отправки на завод-изготовитель тут делать нечего. И да, руководство пользователя, составленное Светланой, оба прочли от корки до корки. Волконский в части полевого монтажа, а Кошкина как оператор.

Спустя несколько секунд наблюдения за агонией технологичного агрегата, Лена невольно глянула на часы.

— Тридцать две минуты с момента активации, — сообщила она для справки

Павел пожал плечами:

— Что ж, это на целых две минуты больше, чем мне обещала сестра. Хорошо, хоть не рвануло, — буркнул он, поднимая предусмотрительно отложенный неподалёку огнетушитель.

Слева и справа тут же вскинулись бойцы ГБР, вооруженные тем же макаром. В несколько струй мелкодисперсной взвеси общими силами лёгкое возгорание было потушено в считаные секунды. Разве что в воздухе повисла сухая «меловая нота» с легкой кислинкой, а горло отозвалось металлическим привкусом. Порошок осел на губах песком, а в носу осталось то самое тошнотворное ощущение, от которого хочется кашлять.

С неприятными ощущениями клановец справился быстро. Нет, они не прошли. Он просто перестал обращать на них внимание как на не влияющие на боеспособность факторы.

— И что теперь? — уточнил Павел, откладывая в сторону уже использованный баллон. — Нужно будет не забыть забрать с собой. Нечего загрязнять природу.

Кошкина пожала плечами. Уж очень общим получился вопрос.

— Можно возвращаться? — уточнил клановец.

Не самый лучший вариант. Ведь в актив поездки тогда можно будет записать лишь «тимбилдинг» на природе с шашлыками и девочками.

Девочки, правда, оказались очень занятыми. А еще вооруженными до зубов. Так что дальше пары комплиментов собравшимся барышням дело не зашло. Зато мясо было вкусным…

— Нет! — с какой-то странной интонацией воскликнула целительница, поднимая вверх руки. — Если в радиусе семидесяти километров есть хоть одна химера, она уже спешит сюда.

В глазах ее вновь загорелся тот огонек жаждущей новых знаний исследовательницы, что едва не заставил клановца щелкнуть девушку по носу. В смысле самом прямом.

Благо целительница 'пришла в себя самостоятельно вспомнив, где именно они находятся и чем закончилась прошлая охота.

— Хм-м, — протянул задумчиво молодой человек, разглядывая останки залитой порошковой пеной установки.

В голосе его звучало неприкрытое сомнение. Остов изделия любимой сестренки как-то уверенности не внушал.

— Не имеет значения, — твёрдо ответила Кошкина. — Мы тут такое устроили, что рукотворные химеры со сходными характеристиками ядра должны просто сходить с ума. — Подержи.

Волконский чуть удивленно уставился на резинку для волос в своей руке. Целительница же принялась перевязывать кудри в хвостик, чтобы после заправить их под камуфляжную куртку.

— И они нас найдут? — уточнил Павел.

— Естественно, — без капли сомнения заявила главный специалист по тварям, отнимая у сюзерена резинку и тут же перевязывая ею получившуюся прическу. — Тут остаточный фон такой, что не промахнуться. Я бы, например, за километр учуяла. А их радиус обнаружения куда выше.

Волконский поморщился. Нет, он доверял целительнице. Но такие расплывчатые формулировки, равно как и термины «должны», «может быть», вероятно' во время боевой операции раздражали до зубового скрежета.

— Акустик, цели не наблюдаю, — словно в ответ на размышления Павла раздался голос спеца из-за спины.

Волконский поднял ладонь и сделал ей круговое движение.

— Беру радиус в тысячу, — совершенно правильно понял задачу акустик и вновь принялся колдовать над сложной инженерией акустического комплекса.

Все это время клановец задумчиво выбивал пальцами бодрую дробь по цевью стрелкового комплекса.

— Нет движения, — доложил спец через минуту.

«Значит, пока можно.» — решил Павел и потянулся за рацией. Отжав тангенту, он коротко бросил в эфир:

— Кукушки, вы там как?

— Кукуем, — тут же донёс эфир насмешливый ответ брата.

Снайперская пара, где корректировщик взял на себя еще и обязанности оператора, корректирующего работу большей части фиксаторов, расположилась в двухстах метрах от заброшенного и залитого водой карьера, на берегу которого они и решили устроить очередной сезон охоты. Пока второй участвующий в операции Волконский мог позволить себе говорить в голос — всё равно химер должен засечь акустик ещё за километр. Недаром же они нафаршировали территорию таким количеством датчиков, что и комар без ведома оператора не пролетит. Химера же может быть сколь угодно ловкой и быстрой, но вес-то остается. Сто — сто пятьдесят килограммов мышц и ярости, сдерживаемые лишь управляющим ядром, никуда не денешь. Так что если акустик не заткнёт уши берушами и не решит добрать недостаток ночного сна, то на дистанции в тысячу метров чётко и ясно услышит приближающихся тварей. И это расстояние гарантированного обнаружения. Фактическое же легко может быть раза в полтора больше.

— Принял, — ответил Павел и на всякий случай решил чуть поморализаторствовать. — Не расслабляйтесь там.

Его брат тут же негромко выдал нечто непечатное в качестве пожелания не мешать людям работать непрошеными советами. Павел даже слегка порадовался, что Марика решила не выходить в эфир. Вот уж кто возмутился бы куда цветистее и образнее.

От санкций за хулиганство он решил воздержаться. Благо на этом канале круг «собеседников» был очень ограничен.

— Работай давай, — хмыкнул Волконский и переключил рацию на общую частоту.

— Доклад по группам, — затребовал он.

Но ответ получить не успел.

— Есть засечка, — неожиданно объявил акустик. — Удаление тысяча двести, сокращается.

— Всем внимание, работаем, — тут же выдал на общей волне Павел.

Ему никто не ответил. С этих слов начиналось радиомолчание. Лишь оператор акустической установки давал наведение на цель. Остальные обговорили всё необходимое сильно заранее.

— Один сто, — прозвучал негромкий голос в наушнике.

Павел с немым вопросом обернулся к Кошкиной. Уж больно скорость движения тварей отличалась от первых «замеров».

Девушка, забившаяся в специально вырытую для неё «норку», выглянула из укрытия, всеми силами стараясь не отсвечивать остаточными эманациями. Заметив вопросительный взгляд сюзерена, она едва ли не одними губами шепнула:

— Химеры примерно представляют направление и место, откуда был подан сигнал. Но сейчас его не чувствуют. Наверное, потому и осторожничают.

— Тысяча, — подтвердил мысль акустик своевременным докладом.

Волконский без слов кивнул целительнице. Та подняла вверх большой палец. И даже постаралась изобразить на слегка бледном личике вид решительный и уверенный в успехе.

Павел аккуратно сместил оружие так, чтобы иметь возможность работать в любом направлении. Остальные бойцы под командованием офицеров СИБ уже давно находились на позициях и в дополнительной стимуляции не нуждались.

«Ну, понеслась», — мысленно дал себе команду Волконский, поудобнее перехватывая автомат.

— Семьсот, — прозвучал в наушнике голос ведущего «отсчёт» акустика.

Несколькими секундами позже пришёл прерывистый тоновый сигнал от Сергея: «Цель вижу» — так можно было расшифровать это короткое сообщение. Лагерь погрузился в тишину на фоне старого леса, сквозь которую сейчас пробирались рукотворные смертоносные хищники, специально выведенные для охоты на людей.

— Три сотни…

Вообще-то, тишина не имела особого смысла. В конце концов, они были приманкой. Это Сергею с Марикой следовало помалкивать, чтобы их не обнаружили раньше, чем химеры доберутся до лагеря. Их оружие и скрытность — несколько артефактов изготовления Светланы и Лены буквально «замарывали» их присутствие для химер.

Но если их обнаружат, то из положения лежа стремительным рукотворным хищникам не противопоставят ничего. Буквально. Даже «гений» Волконский. Все-таки каждый конструкт требует плетения и напитки. Да, с его силой, для Сергея это буквально секунды. Но кто ему их даст?

— Сто, — продолжил доклад акустик, но тут же в голос заорал. — Контакт! Север!

Павел рывком развернулся на месте, падая на одно колено с уже вскинутым оружием в руках.

Словно в кошмарном «замедлении» он успел рассмотреть жуткую в своей грациозности тварь, легко перемахнувшую через внедорожник и позиции красной группы. Она мягко приземлилась между установкой и Волконским. Мгновение потратила оценку и выбрала человека.

Прыжок!

Краем глаза Павел успел заметить сжавшуюся Лену с амулетом в руке…

Удар!

За три минуты до рывка химеры.

— Я на солнышке лежу, — пропел негромко Сергей, весело присвистнув в конце строки.

Поведение для наследника Великого клана абсолютно неприемлемое, оттого и маняще-прекрасное! Да и кто его тут увидит посреди леса-то в замаскированной по всем правилам воинского искусства? Разве что…

Метрах в двух от него, скрытая мощными артефактами и накидкой со специальной пропиткой, шевельнулась Марика. Волконский скорее почувствовал, чем услышал или заметил движение. Всё-таки Орлова была одна из лучших на курсе по маскировке. А уж лежать часами без движения могла практически сколько угодно.

— Чего развеселился? — донёсся до Сергея возмущённый шёпот.

«Могла» — не значит «нравилось». Природное шило в известном месте, помноженное на живость характера, окрашивало подобные моменты в мрачные.

— Смешно тебе⁈

А корректировщик и впрямь улыбался. От уха до уха, радуясь в душе, что Марика не видит его лица. Но с собой парень ничего поделать не мог. Клановца веселила мысль, что способная сохранять неподвижность часами девушка, все же не бревно в иных ситуациях. Однако делиться своими размышлениями с напарницей, а частенько даже и вовсе с партнёршей, парень не спешил. Вместо этого он сосредоточился на дополнительной проверке сети фиксаторов, коими была густо усыпана зона проведения операции.

— Я вопрос задала, — повторила негромко, но весомо Орлова.

«Может, получится притвориться мёртвым?» — подумал Сергей и принялся калибровать картинку на двух устройствах, отчего-то потерявших фокус. Но с этой девушкой подобные шутки не проходили.

— Ты же понимаешь, что уже сегодня вечером… — начал было Марика.

Сергей хмыкнул. Вечер уже подходил к концу, вокруг стремительно темнело.

— Хорошо, — перебила сама себя дисциплинированно Марика. — Но ведь к утру у меня будет возможность продолжить разговор. Уверен, что хочешь, чтобы я несколько часов гадала? У меня же могут и мысли завестись. Ты потом их-то вывезешь⁈

Всерьез Сергей угрозы не воспринял, ведь Марика тоже нервничала, равно как и Кошкина. Конечно, за ними наблюдали после операции штатные психологи Павла. Однако обе девушки действительно перенесли серьёзный стресс, да ещё и едва не потеряли подразделения из-за недостаточной подготовки. Уже сами сборы офицеров СИБ и ГБР дали им понять, как именно следовало относиться к операции. И это больно ударило по самолюбию и профессиональной гордости.

«Оно и хорошо.» — решил Сергей. А то кое-кто после школы Тишь явно возомнил о себе лишнего.

Провал же первой охоты не то чтобы выбил обеих из колеи, но щелчок по носу красавицы получили знатный, а потому поумерили амбиции и дружно решили не лезть со своим мнением, пока кто-то исправляет их ошибки.

— Есть засечка, — неожиданно объявил акустик. — Удаление тысяча двести, сокращается.

«Фу-у-у-х» — выдохнул про себя Сергей.

— Всем внимание, работаем, — тут же раздался в эфире голос брата.

— Спасен. Ударом гонга, — выдохнула Марика и замолкла.

Волконский же принялся считать секунды.

— Один сто, — продолжил «отсчет» акустик.

Сергей быстро и бесшумно завершил проверку датчиков и аккуратно, чтобы даже и муравьишку какого не побеспокоить, отложил блок управления в сторону, прильнув к сложной системе, объединяющей в себе функции дальнометра, компаса и инклинометра для измерения углов с выводом на экран данных с акустических и тепловых датчиков.

Собственно в корректировщике сегодня Марика не нуждалась. Все цели будут как на ладони. Сложность будет не в том, чтобы обнаружить, а чтобы попасть. Так что парень сосредоточился на фиксации происходящего.

— Семьсот, — прозвучал голос в наушниках.

«Есть засветка!» — оценил Сергей новую сигнатуру, тоновым сигналом подтверждая наличие цели.

Волконский отрешился от мира, прикидывая возможную траекторию движения трех химер. Это лучшее, чем он мог заняться сейчас, при условии соблюдения полной тишины. Ведь если эти твари «вскроют» их лежки, все закончится в секунду. Но им повезло. Три точки заходили на лагерь с Севера. То есть, Павел оказался для стрелка фактически на одной линии с приближающимися целями.

«Повезло», — оценил парень. Марика получит небольшое преимущество, так как движение по фронту будет минимальным. Хотя при их скорости…

— Сто, — продолжил доклад акустик, но тут же в голос заорал. — Контакт! Север!

Сергей даже не успел понять, что именно произошло. Просто у «манка» вдруг началось движение. Оценить его клановец не успел.

Оглушающий грохот обрушился на Сергея кирпичной стеной. Даже активные наушники не полностью спасли от удара звуковой волной. Взбрыкнувшая под животом земля заставила дыхание сбиться, а остаточная вибрация неприятной дрожью пробежала по телу.

Выстрел из пятидесятого калибра в паре метров от твоей позиции — то еще удовольствие!

Но главный вопрос в другом: попала⁈

Павел рванул вправо, открывая огонь.

«Стой!» — потребовал страх.

«Не успеешь!» — оценил разум.

«Попробуй!» — шепнула задница, желавшая остаться целой.

Словно в страшном сне Волконский пытался довернуть ствол, чтобы срезать полет рукотворного хищника.

Удар!

Тело содрогнулось от жесткой «посадки» спиной на остатки установки.

«Все!».

Время стало еще более вязким.

Необычайно четко Павел увидел, как нечто буквально скомкало вытянувшуюся в прыжке тварь, бросив на землю изломанной куклой.

«Как повезло!» — успела мелькнуть мысль, пока тело на автомате ушло в перекат.

«Не лежать!» — рявкнул Волконский, вскакивая на ноги.

Очередь.

Фонтанчики попаданий «вспенили» песок в том месте, где еще мгновение назад было еще одно смертоносное создание.

Рывок!

Павел вновь завалился на спину. Черная стремительная тень пронеслась прямо над ним, и клановец снова не успел вскинуть оружие.

«Дурак!».

Твари рвались к установке. Он был на их пути.

Очередная химера мягко приземлилась в метре от него. Тяжелый вдох и…

«Получилось⁈» — едва не выскочило сердце из груди от молниеносной мысли.

Создание замерло, словно задумавшись о чем-то. В ее лоснящийся бок моментально воткнулись четыре стрелки с разработанной Кошкиной транквилизатором.

— Хр-р-р!.. — солидно выдохнула химера, приземлившаяся… прямо на Мышь!

Мозг же бесстрастно продолжал отсчитывать секунды:

«Три… Пять…».

Тварь мотнула уродливой зубастой мордой и…

Они ударили с трех сторон. Очередями на полный магазин. Тридцать патронов. Тысяча выстрелов минуту. Девяносто смертоносных «ос» буквально истерзали тело хищника.

Однако даже так химера упала не сразу. Целую долгую секунду после того, как смолк последний выстрел, она гордо возвышалась над придавленной тяжелой лапой Настей. Лишь после толчка канцеляристки уже лишенная признаков жизни тварь грузно завалилась на правый бок.

— Все целы⁈ — рявкнул в эфир, оглушенный внезапно, свалившейся на него тишиной Павел.

В ответ посыпались доклады. Сообщали он раненных. Досталось и Мыши. Но убитых не было. Это не могло не радовать.

— А с этой что? — голос одного из бойцов заставил Волконского обернуться.

Изломанная чудовищной энергией крупнокалиберной пули тварь еще дышала. Вывалив язык, она дрыгала лапами в безуспешной попытке вскочить.

— А с этой все, — выдохнул Павел, привычно меняя магазин.

Короткая очередь поставила мгновенную точку в истории творения сумасшедшего человеческого гения.

И вновь временный лагерь погрузился в тишину. Люди лишь переглядывались друг с другом: " — Цел? — Ага. А ты как?'.

Павел вздохнул и посмотрел куда-то поверх крон почерневшего в свалившейся на него темноте леса.

— Акустик, — бросил он негромко.

— Нет движения, — тут же откликнулся спец. — Все чисто.

Всего несколько слов словно прорвали невидимую плотину. Все вокруг загомонили как-то разом.

— Ты в порядке? — помог встать на ноги Кошкиной Волконский.

Девушка уверенно кивнула.

Павел поверил.

В конце концов, Лена не из тех, кто на адреналине мог не заметить полученную в бою рану. Слишком хорошо она контролировала свое тело.

— Отлично, — кивнул Павел, давая понять, что на долгие разговоры времени нет.

И тут же поежился от мурашек, вызванных грубо исполненным диагностическим конструктом.

Лена нахмурилась, но все же отрывисто кивнула:

— Жить будешь.

И сразу же отправилась проверять остальных раненых.

Волконский же вытащил из подсумка телефон спецсвязи и вызвал одного из четырех сохраненных в памяти абонентов.

— Готово, Константин Дмитриевич. Материал есть. Жду транспорт.

Оттарабанив доклад, Павел дал отбой. Вот еще не хватает услышать «пожелание» цесаревича использовать свой транспорт. Глайдер же после этого отмывать придется часами. Ну уж нет… Пеленг у будущего императора имеется. Так что пусть позаботится о своем опричнике. Сюзерен все же, какой-никакой.

Глава 24

Глава 24

Сестрёнка выглядела обеспокоенной.

Она встречала вернувшегося с охоты брата прямо на стоянке. Разве что не метнулась к внедорожнику дверь распахнуть. Впрочем, лицо девушки столь явно выдавало нервозность, что и до такого варианта было недалеко. Такой растерянной аналитика Ветви Волконский не видел уже очень-очень давно. И уж тем более не мог припомнить случая, когда «Ледяная с**а» даже не пробовала скрыть свои чувства от посторонних.

— Свет, извини, — парень покаянно опустил голову. — Мы пытались, но не смогли. Оно… само.

Девушка замерла на месте, уже набрав в легкие воздуха

— Что ты имеешь в виду? — напряжённо выдохнула она вовсе не то, что собиралась сначала.

Павел вздохнул и принялся.

Он правда полагал, что после боя им будет не до еды. Однако даже оказавшиеся крайне вонючими туши химер и одна усыплённая тварь не перебили желание бойцов подкрепиться еще раз перед выездом на базу. Так что руки сами потянулись к контейнерам, которые хранили в себе все, что осталось после дневной жарки шашлыков. Тем более артефакты сочные куски мяса сохранили в таком же состоянии, в каком их сняли с шампуров.

Строго говоря, именно клановец решил, что ничего страшного не случится, если он пустит пару кусочков на уничтожение вдруг навалившегося на него голода. Однако стоило вскрыть всего один контейнер, как на запах потянулись бойцы.

Первой подошла Валентина.

Она втянула воздух, пропитанный миазмами рукотворных тварей, и с отвращением фыркнула:

— Как они вообще охотились с подобным шлейфом?

Не раз задавал себе этот вопрос парень, пока участвовал в перетаскивании туш в сторону от собирающегося лагеря.

— Как ты можешь здесь есть? — удивленно протянула она.

Нет, ради выживания Тишь и сырое мясо змеи могла слопать, собственноручно ее притом освежевав. Бывали прецеденты в ее непростой биографии. Однако сейчас она интересовалась вполне искренне.

— Знаешь, с удовольствием, — немного невнятно ответил парень, тщательно пережёвывая кусочек мяса.

Это и впрямь было вкусно. Настолько, что клановец не удержался и оторвал ещё немного лаваша и закусил зеленью. Валентина с сомнением посмотрела на младшего члена отряда, волей случая исполняющего обязанности командира. Однако Шут расправлялся с мясом с таким неуместным в данной ситуации энтузиазмом, что она и сама не удержалась.

— А ты прав, — через несколько секунд признала она, присоединившись к трапезе.

Специально обед никто не объявлял. Короткий опрос быстро показал, что народ готов подождать до прибытия в лагерь и уже после душа насладится полноценным обедом. Однако сейчас… Приметив сразу две довольные рожи командиров, бойцы начали подтягиваться один за другим.

Уже через пять минут на земле был расстелен чистый кусок брезента, превратив лагерь в зону импровизированного пикника.

— Вина не хватает, — вздохнул Волконский, едва утолив первый голод. И нет, это не значило, что он готов был отказаться от продолжения трапезы. Просто теперь Волконский смаковал каждый кусочек и наслаждался процессом, а не забивал чёрную дыру, поселившуюся какое-то время назад в его утробе.

— Вина нет, — признала Тишь.

— А вот водка есть, — в тон ей откликнулась Мышь.

Офицеры СИБ переглянулись. Бойцы ГБР согласно кивнули. Консенсус был найден мгновенно. Разве что несчастный акустик с завистью поглядывал на остальных. Все прекрасно понимали, что да той секунды, пока отряд не рассядется по машинам, никто ему и капли не нальет. Зато именно спецу дальнего обнаружения досталась самая большая порция. В качестве компенсации.

— Только по чуть-чуть, — строго сказал Павел.

Народ согласно покивал

— А много и нету, — честно призналась Мышь.

Она же не на пьянку собиралась. Да и вообще не планировала сегодня употреблять алкоголь, а водку держала в качестве НЗ. Мало ли? Жидкость-то со всех сторон полезная.

На свет явились две бутылки, извлечённые из багажника одного из джипов.

— Это нормально, — решил Волконский.

— На пятнадцать человек две ноль семь — ни о чём. Особенно под мясо, да после стресса. Почти лекарство, — подтвердила его мысль Кошкина.

Тем более, и причин грустить-то не было. В этот раз всё закончилось куда успешнее, чем во время первой охоты. Даже «тяжёлых» не оказалось. Хотя трое всё равно умудрились подставиться под удары когтей. Одного спас бронежилет, приказавший долго жить, — был пробит в двух местах. Ещё двоих химера задела по касательной. Так что целительница оказала им помощь на месте, и угрозы жизни их нынешнее состояние не представляло.

Главным индикатором состояния пациентов Павел счёл желание всех троих присоединиться к трапезе — хоть и не в полную силу, но по кусочку каждый приговорил.

— Ну, не пьянства ради, а здоровья для, — поднял пластиковый стаканчик Волконский, едва Мышь собственноручно разлила «огненную воду».

Чокнулись. Выпили. На этом алкоголь и закончился, а еда ещё нет.

— Хорошо, — выдохнула Тишь. — Но мало.

Волконский, упав на спину, принялся рассматривать звездное небо и размышлять о «моральном законе внутри»

— Больше нету, — пожал плечами он, прикрыв глаза.

— Да ладно, — в голос протянули Валентина и Настя, уставившись на парня как на сумасшедшего.

Павел тут же подобрался. И даже призадумался, что именно он в этой жизни пропустил.

— Не понял, — честно признал тот, откусывая «крону» от веточки петрушки. — Объясните.

Оба офицера СИБ под заинтересованными взглядами собравшихся обернулись к Лене. Та вопросительно глянула на сюзерена. Мол, могу отвечать? Павел кивнул, даже с некоторым интересом. Неужели у целительницы припрятаны несколько бутылок на особый случай? Ему было очень даже любопытно.

— Так спирт же, — протянула Настя, аккуратно постучав пальчиком по лбу.

Шут задумался. Он, конечно, слышал, что в прошлом это вещество использовалось в медицине едва ли не повсеместно. Однако не предполагал, что в век родовых целительских способностей и сверхсовременных методов дело обстоит так же.

— Традиция, — ничуть не смутилась Кошкина.

И тут же подтвердила теорию.

— Спирт есть, пол-литра.

— И есть вода, — обрадованно решила Мышь.

— А ещё у нас второй медик есть, — глянула целительница на парамедика из команды ГБР. — Что скажете, коллега?

Здоровенный дядька с красным лицом ухмыльнулся в усы. Ответ в переводе не нуждался.

— И у меня есть, — обрадовал собравшихся Пузо, почёсывая живот.

— У тебя-то с чего? — со все более разгорающимся любопытством спросил клановец.

Какой, оказывается, интересный НЗ имеется у них в группе. Нет, Павел, конечно, не собирался использовать его не по назначению. Но все же.

Кроме того, ему было просто интересно, почему именно Пузо? Всё-таки за медика в группе СИБ чаще работала либо Настя, либо Тишь. Но строго говоря, прекрасная медицинская полевая подготовка была у каждого члена отряда. В том числе и Павла гоняли несколько месяцев в очень непростых условиях. Грубо говоря, провести операцию по удалению аппендицита где-нибудь в горах, используя не совсем целевой инструмент, он бы, скорее всего, смог. И, что немаловажно, пациент с большой долей вероятности дожил бы до оказания более профессиональной помощи. А большего от парамедика в моменте и не требовалось.

— В психологии без спирта никуда, — веско заявил Пузо, подняв для важности палец.

С его «профессорской» внешностью жест выглядел весьма убедительно. Особенно когда ему пришлось оставить в лагере любимую косуху и джинсы, чтобы облачиться в однотонный камуфляж.

Павел приподнял бровь, выразив сомнение части присутствующих.

— Освящённая годами традиция, — ничуть не смутился психолог и спец «плотного контакта», складывая руки на груди с гордым видом. — Ещё в древние времена, до Вторых Тёмных веков бытовала поговорка: «Без пол-литры не разберёшься!». А человеческая душа — материя тонкая, нежная… Порой требуется, в общем.

— Так, — протянул молодой человек. — У кого ещё есть неучтённые запасы?..

В итоге к моменту прилёта глайдера от цесаревича народ был уже не то чтобы пьян, но смыл неприятное ощущение градусом. Отчего, как выразилась Настя, жить стало лучше, жить стало веселее. И всё, надо заметить, с полного одобрения медицинского состава группы, тщательно отмерявшего терапевтическую дозу всем желающим.

Ну а перед возвращением в лагерь пришлось тянуть спичку. Те несчастные, кому предстояло сесть за руль, были насильственно подвергнуты процедуре быстрого выведения токсинов из крови. Не слишком приятной, однако за руль пятеро бойцов сели трезвыми, пусть и слегка злыми. И да, Павел вовсе не стал на правах командира отказываться от общей жеребьёвки. Но ему повезло, так что в машине он всю дорогу с чувством приятной расслабленности уснул до самого приезда в лагерь, где его и встретила встревоженная сестрёнка.

— Какое мясо, Павел? — строго спросила Волконская с такой интонацией, будто вот-вот приложит ладонь ко лбу брата, чтобы проверить температуру.

— Вкусное. Свинина. Задняя часть окорока, — принялся методично перечислять Волконский.

То самое мясо, которое они не довезли. Ни кусочка. Хотя клановец еще до начала операции обещал сестре привезти.

Щелк!

Звонкий щелбан прилетел сразу же.

— Очнись! — потребовала Светлана таким тоном, что парень однозначно понял: поспать не получится.

— Хорошо, — с силой потер лоб Волконский, вполне справедливо полагая, что совсем скоро и ему придется пройти процедуру «принудительного отрезвления» без всякого его на то желания. — Что у тебя случилось посреди ночи?

— Не у меня, а у нас!.. — заявила она.

Но закончить не успела. В этот раз ее тревожный сигнал комма.

— Спецсвязь, — коротко оповестил Павел, доставая гаджет.

— Ответь, — чуть раздраженно махнула рукой Светлана.

Волконский покосился на экран гаджета. Чуть удивленно дернул уголком рта и сухо ответил.

— Доброй ночи, Аркадий Алексеевич, — поздоровался молодой человек, гадая, что настолько срочно могло понадобиться мэру Красноуральска, что он лично звонит посреди ночи. — Что у тебя случилось?

Красноуральск. То же время. «Экипаж 7-К» ППС.

— Наркоманы, что ли? — удивился усатый прапорщик, поправляя форменную фуражку и пытаясь поудобнее устроиться в пассажирском кресле древнего дубового внедорожника, уже полтора десятилетия верно служащего силам патрульно-постовой службы.

Уже немолодой водитель в звании сержанта задумчиво почесал висок. Он на своем веку много чего повидал. И открывшаяся картина ему откровенно не нравилась какой-то иррациональной неправильностью. ПРичем объяснить причину этого чувства он никак не мог.

— Вообще охренели малолетки, — подался вперед совсем еще пацан-рядовой.

Его погодке, строившегося на продавленном диване рядом с ним, было все равно. Он читал книгу. Обычную. Бумажную. До происходящего вокруг ему дела не было. Вот если начальство даст команду, то здоровый детинушка завсегда готов опустить тяжеленный кулак на голову любого хулигана. До того момента его реальность не интересовала.

— Шугануть бы надо, — лениво протянул прапорщик поморщившись. — Митрич! Чего у тебя вечно бензином воняет в салоне?

Выбираться из патрульной машины не хотелось. Усатый дядька вообще не любил лишний раз шевелиться, на что красноречиво намекало туго обтянутое форменной рубахой пузо.

На вопрос старшего по званию Митрич не отреагировал. Он продолжал все также задумчиво рассматривать компанию «детишек».

— Не так что-то, Сань, — покачал головой водила, наконец.

Группа малолеток, запримеченная патрулем в одном из дворов центрального района, не понравилась ему сразу. Уж больно странно они себя вели. Словно ждали чего-то.

Прапорщик бы и «не заметил» их. Уж больно не любил он излишней возни. Но они дожидались одного из рядовых, посланного в небольшой магазинчик за чем-нибудь перекусить. Так что пришлось наблюдать. И странностей оказалось немало.

— Да ладно тебе, Митрич, — отмахнулся старший патруля. — Ну веселится молодежь. Сам таким не был, что ли?

Водитель нахмурился.

Был, конечно. Но вот сейчас его что-то до физического дискомфорта напрягало. Но он так и не смог четко сказать, что именно.

Да, десяток парней и девчонок выглядели… обычными. Разве что какими-то напряженными, что ли. Да и слишком дорого одеты были для окраин в такой час. Они сбились в кучу, но не слишком-то и общались друг с другом. Словно ждали чего-то.

В какой-то момент к ним подъехал темный дорогой седан, откуда вальяжно вышел мужчина в пиджаке. «Малолетки» тут же направились к нему. Тот выложил на капот машины небольшой дипломат и жестом предложил распорядиться его содержимым.

Молодежь тут же разом шагнула вперед. Возникла небольшая толкучка, однако окрик «пиджака» тут же вернул процесс в цивилизованное русло.

— Ни фига… — оценил рядовой.

Шило в заднице мешало ему усидеть на месте, чем иногда он изрядно утомлял старших. Но в этот раз его удивление было вполне оправдано. Получив желаемое, «детишки» тут же принялись вкалывать себе одноразовые инъекторы.

— Прогресс, — буркнул прапорщик, все больше раздражаясь от мысли, что из машины таки придется выбраться. — Раньше-то по старинке, шприцами.

— Что-то не так, Сань, — еще раз повторил водила.

Их джип находился возле магазина, прекрасно освещенный светом фонарей. Его просто не могли не заметить. А это значит, что собравшимся на полицию плевать.

Тем временем дядька с чемоданчиком вновь уселся в машину.

— Богато живут, — сквозь зубы выдавил рядовой, проводив взглядом приземистый хищный силуэт, на фоне их «дрововоза» смотревшийся инопланетным кораблем.

Тем временем молодежь явно оживилась. От компании донесся чей-то смех. Движения собравшихся стали более резкими, а долетающие фразы отрывистыми и громкими.

— Быстро кайф словили, — оценил прапорщик.

— Лучше уехать, — угрюмо решил Митрич.

Ему столько не платили, чтобы он жизнью рисковал на таких выездах.

— Ты чего это? — не понял сотрудник, удивленно покосившись на водителя.

— Да, Митрич, — подхватил «молодой да ранний». — Сейчас пойдем да оформим молодняку путёвочку!..

Рядовой и сам не выглядел сильно старше собравшихся, но от том ему решили не сообщать. Не то чтобы чувства коллеги пожалели. Просто лень было.

Прапорщик глянул на водилу.

— Да делай как знаешь! — сокрушенно махнул рукой тот.

— Поехали, — решил старший, сделав глоток из только что купленной рядовым бутылке.

Вода придала сил. Грузный сотрудник ППС поправил фуражку и, нахмурив брови, дал отмашку.

Джип тут же мягко тронулся, но уже через сотню метров замер возле детской площадки, оккупированной «группой по интересам». Экипаж тут же выгрузился наружу. Кроме водителя, понятно. Ему и за «баранкой» было хорошо.

— Прапорщик Лагашин, — коротко представился старший патруля. — Нарушаем, молодые люди?

На сотрудника тут же уставились десять пар глаз. Страха либо какого-то смущения не было ни в одной из них. Скорее собравшиеся искренне не понимали, что тут делает этот дядька в форме.

— Ой, мать… — отчего-то выдохнул водила, выходя из машины.

Курить он предпочитал вне своей «ласточки».

— Ну и что это такое? — чуть требовательнее спросил прапорщик, бросив взгляд на инъекторы, брошенные прямо под ноги.

В ответ ему раздался… жизнерадостный гогот. Чистый и искренний, словно сотрудник только что пошутил не хуже все еще жившего в мемах комика Петросяна.

— Слышь, борзота!.. — рявкнул «вскрученный» уже рядовой, делая шаг вперед.

Его слышали. Всем было плевать. А еще — весело.

— Дя-а-а-аденьки! — неожиданно протянула девица лет двадцати, в чем-то отдаленно напоминающем то ли костюм школьницы, то ли наряд стриптизерши. — Да па-а-а-а-шли вы!..

Ей явно было веселее, чем остальным. Глаза отливали стеклом, а изо рта вырывались чуть истерические смешки.

Сотрудники переглянулись. Рядовые шагнули вперед.

— Придется пройти с нами, гражданочка, — объявил прапорщик, прикидывая, что на всю компанию «клетки» в их внедорожнике все равно не хватит. Так что забрать стоит самых отличившихся. Остальных пусть потому следаки «крутят». Если родители не откупятся. Молодежь-то явно непростая.

— Аха-а-а-аха! — продолжала веселиться малявка.

Рядовые аккуратно взяли ее в коробочку и потянули за руки.

— Иха-а-а-а! — неожиданно взвизгнула соплячка, вскидывая ладони.

От ее ладоней в сторону метнулось водяное кольцо. Здоровенные «пэпосы» разлетелись в стороны не хуже сбитых шаром кегль. А в следующую секунду Вода собралась в «каплю» на уровне груди девчушки.

— Ха! — выдохнула она и оттолкнула от себя «снаряд».

Прапорщик еле успел упасть на землю, пропуская «массив» над собой.

— Ух, еб! — только и успел выдохнуть водила, с завидной резвостью отпрыгивая в сторону.

«Капля» ударила в машину с силой промышленного пресса, буквально преломив ее пополам и отбросив метров на пять.

Мелкая магичка с восторгом посмотрела на дело рук своих и вновь принялась собирать Силу, чтобы добить помешавших ей веселиться ментов.

— Анька, остынь! — потребовал один из парней.

Водница тут же обернула к нему обиженную мордашку.

— Для дела оставь!

Задурманенный мозг, наконец, вспомнил, что общий сбор сегодня объявили не просто так.

— А и ладно! — решила она, всплеснув рукой.

В этот раз с пальцев не сорвалось ничего.

— Нам пора, — примирительно заявил все тот же парень, указывая в сторону подъезжающего микроавтобуса.

Через две минуты они просто уехали.

— И чо делать-то будем? — наконец пришел в себя один из рядовых.

Приложило обоих знатно. Но оба были живы.

— Чо, чо, — передразнил прапорщик, убедившись, что Митрич жив и уже приступил к оплакиванию «Ласточки». — Докладывать, блин…

— … Сигналы поступают со всего города, — продолжил объяснять ситуацию мэр. — Уже четыре случая. Одаренные явно не в себе.

Светлана, прекрасно слышавшая голос мэра, достала блокнот и, быстро набросав несколько слов, развернула его к брату.

Тот приподнял брови. Уверена, мол? Девушка пожала плечами. Доказательств нет. Сомнений тоже. Во всяком случае, у нее.

— Аркадий Алексеевич, — вздохнул Волконский. — Убирай полицию. Они явно покидают город. Так что просто не трогай их. Проследи только, чтобы гражданские… не очень пострадали. По возможности.

Того, кто «накачал» толпу из нескольких десятков одаренных, жертвы среди мирного населения явно не волновали. И, если сестра окажется не права, это решение будет иметь свою цену. Да и очень многие получат возможность позже переложить на его плечи ответственность. Мол, это он приказ отдал.

Мышкин спорить не стал. И прощаться тоже. Просто разорвал связь.

— Сколько у нас времени?

— Не более полутора часов, — вздохнула Светлана, протягивая брату рацию.

Павел молча принял ее и отжал тангенту.

— Всем, циркулярно, — ровно объявил он. — Тревога по варианту «Бастион-М». Командирам подразделений явиться на инструктаж в штабную в 3:05.

Выдав сообщение в эфир, Павел вернул рацию сестре.

Сирена общего оповещения взревела через двадцать три секунды после того, как Волконский убрал палец с тангенты.

Глава 25

Глава 25

За тридцать семь минут до выстрела Орловой.

— Учитель!

Послушник ворвался в келью подобно урагану.

Хотя назвать кельей огромный зал язык поворачивался с трудом. Магистр Пито умел создавать удобства для себя любимого в любых условиях. Даже во время служения младшим братом Учитель умудрялся организовать в аскетической келье-камере место для отдыха и неги. Этой привычке он не изменил и когда получил пост первого магистра. Вот только возможностей у него теперь было куда больше. Так что его обитель можно было считать сосредоточием роскоши посреди пустыни послушания и повиновения. Дорогая мягкая мебель, какая найдется во дворце не каждого шейха, плазма во всю стену и «изюминка» кельи — огромная кровать, где можно было наставить на путь истинный целый монастырь послушниц идей «Свободы воли».

И вот теперь в этот уголок спокойствия и удовольствий ворвался беспорядок и хаос. Магистр недовольно поморщился и поплотнее запахнул полы домашнего халата из шерсти викуньи.

— Учитель! — попробовал вновь начать послушник, явно бежавший на пределе своих сил. Он с трудом проталкивал слова сквозь заполошное дыхание.

Гонец поперхнулся и надсадно закашлял.

Магистр Пито величественно повернулся к послушнику. Что бы там ни случилось, Учитель должен являть собой вид гордый и непреклонный. Иначе кто последует за ним, когда он позовёт на последнюю битву? Авторитет старшего — вот на чём держалась иерархия «Свободы воли». И порядок не должен пострадать ни при каких ситуациях.

Впрочем, если кто-то оказывался недостаточно крепок в вере своей в правом деле, всегда оставался страх неизбежного за малейшую ошибку наказания.

И магистр уже решил, что этому олуху придется познать его гнев в полной мере, если он явился с какой-нибудь ерундой.

— Отдышись, — величественно бросил Пито своим глубоким, сильным голосом, контрастирующим с довольно хилым телосложением и заметно выпирающим даже под полами плотного халата животиком.

Послушник сделал несколько быстрых вздохов, выравнивая пульс. Всё это время хозяин обители с отеческой заботой наблюдал за молодым человеком, отрекшимся от семьи, имени и рода во благо его…

И да, с таким же взглядом он совсем скоро собирался наблюдать, как нерадивого брата будут колотить палками по стопам.

— Там… — наконец начал выговаривать молодой ещё парнишка. — Ваши химеры…

Взгляд Пито заострился мгновенно. Дыхание сбилось, сердце пропустило удар. Невольно он с силой сжал кулаки, однако даже это не помогло взять себя в руки.

— Что?.. — чуть тише, чем надо, выдохнул он.

— Они… мы не понимаем…

Магистр не выдержал.

— Прочь! — взревел Пито, отталкивая в сторону едва успевшего подняться на ноги гонца.

Тот потерял равновесие и рухнул на журнальный столик, уставленный вазочками с различными сладостями. Баловать себя магистр любил, чего нельзя сказать о его пастве.

«Как же так?..» — взвыл мысленно Пито, выбегая на улицу. Он не раздумывал и секунды, рванув к вольерам своих любимых химер, поддерживая обеими руками полы длинного домашнего халата, ценой сравнимого с хорошей спортивной машиной. Из кельи он выскочил во двор обители, не обращая внимания на грязь после прошедшего недавно дождя и не жалея мягких тапочек, тут же пропитавшихся ледяной водой.

По ночам в этих местах было еще холодно.

Однако разум на время отстранился от управления телом. Страх не успеть включил самые примитивные инстинкты. Сколько всего случилось за последние месяцы!..

Совсем недавно ему лично пришлось уничтожить целый выводок из-за пошедших вразнос ядер. Однако не зря его почитали в Ордене одним из искуснейших кровавых ритуалистов. Магистр просто не мог позволить, чтобы все его труды пали даром. Поэтому он постарался спасти хотя бы часть.

— Да что же!.. — взвизгнул Пито поскользнувшись.

Взмахнув некогда белоснежными полами, магистр рухнул носом в грязь, проскользив несколько метров. Но он не потерял и мгновения, вновь вскочив на ноги, и припустил пуще прежнего.

Сколько же всего случилось за последние месяцы…

Недавняя операция — отбить груз управляющих ядер у законников — закончилась провалом. Впервые за долгие годы по щеке магистра протекла слеза, когда он лично добивал каждую созданную собственными руками химеру. В тот момент Пито поклялся страшно отомстить тому, кто заставил его пройти через это.

«Воевода…» — возникла в голове полная ненависти мысль. От одного этого слова упитанного магистра буквально воротило. Молодой Волконский… Он хотел лично возложить свои руки на его шее… И сжимать-сжимать-сжимать…

В той операции они потеряли большую часть братьев, проживавших на территории Оплота. Даже Таха не смог избежать страшной участи, едва не попав в руки имперцев. Однако ему повезло. В последнее мгновение верный приспешник сумел оборвать собственную жизнь — магистр остро почувствовал тот миг благодаря кровавой привязке. Затем вздумал сдохнуть подонок Лю Фэн, обещавший ему ядра. Среди контрабандистов тут же вспыхнул передел власти. Так что новому капитану было не до заказов Пито.

Лестью и деньгами Учитель сумел урвать ряд компонентов, что позволили сохранить хотя бы некоторых химер, но это был последний успех

— Что такое? — взревел магистр, врываясь в загоны.

Их было девять. Из множества ядер и тел убитых собственноручно «деточек» он создал три тройки прекраснейших хищников. И даже смог стабилизировать их внутренние структуры. Это был венец его работы. Хищны, прекрасны, смертоносны. Магистр Пито даже решил, что стоило потерять несколько выводков ради выведения новой формации, если удастся закончить работу до конца.

— Господин! — тут же рухнул к нему в ноги один из младших братьев. — Там…

— Докладывай! — взревел магистр.

Вместо ответа послушник вскочил и первым посеменил в сторону вольеров.

В небольшом ангаре скрывались три загона. Отчего-то тройки отказывались уживаться друг с другом. Первая же попытка совместного выпаса едва не закончилась боем насмерть. После этого помещение разделили на три части, и химер разных «систем управления» заперли отдельно, отпуская «на выпас» группами.

Держать их взаперти было невозможно. Новые «девочки» нуждались в крови. Человеческой. Ни один зверь не способен «насытить» рукотворного хищника. Просто не хватит «энергетического заряда». Той самой неуловимой субстанции, что составляет суть всех ритуалов Крови.

— Что тут у вас?.. — рявкнул было магистр.

Но он уже прекрасно все видел и сам.

В двух вольерах всё было спокойно. Химеры, свернувшись в уютные клубки, мирно спали, не обращая внимания на грохот и треск вокруг. В последнем же «отсеке» творилось странное. Все три химеры метались словно обезумевшие.

— Что с вами, детки? — чуть растерянно спросил Пито, шагнув вперед.

Почти со священным ужасом он рассматривал царапины и порезы на идеально чёрных шкурах мечущихся созданий.

Ответ пришёл через секунду. Одна из «деток» с силой бросилась на решётку, стараясь пастью проломить стальные крепкие прутья. На самой прекрасной, с точки зрения магистра, в мире морде отпечатались новые кровавые полосы.

«Но как же…» — растерялся Учитель.

Мозг был объят страхом за «деток».

— Господин, что нам делать? — пролепетал один из младших братьев за спиной.

Но магистр и сам не понимал, что происходит. Лишь чувствовал, как какая-то неведомая сила буквально рвет на части «сердца» его любимиц. И всё, что ему оставалось, это молча смотреть на то, как его ненаглядные создания калечатся о прутья, не обращая внимания на боль и капающую с их морд кровь.

Решение пришло мгновенно.

— Открыть вольер! — скомандовал магистр.

Послушник помедлил мгновение, с ужасом покосившись на обезумивших химер.

— Бегом! — рявкнул Пито.

Учителя служка боялся куда больше.

— Слушаю, — выдохнул брат и рванулся к замку.

Трясущимися пальцами он непозволительно долго — целых три секунды — вводил код открытия дверей.

«Умнички мои», — мысленно оценил реакцию «любимиц» магистр.

Химеры мгновенно заметили выход и слаженной тройкой метнулись к выходу. Попавшемуся им на пути человеку первая хищница молниеносным ударом лапы вспорола живот.

— А-а-а! — заорал от неожиданности и боли послушник, рассматривая свои внутренности, медленно вываливающиеся на грязный пол перед вольером.

Мозг не успел осознать, что тело уже мертво.

Замыкающая любимица буквально снесла голову второму послушнику.

«Стойте!» — мысленно отдал приказ Пито.

Магистр чувствовал, что его создания вот-вот бросятся на него самого. Виски заломило от боли. Даже он — великий ритуалист крови — с большим трудом достучался до ядра Альфы. Хищники недовольно фыркнули и тёмными стрелами рванули наружу. Откуда-то из коридора вновь раздался крик, столь же мгновенно оборвавшийся.

«Что же это?..» — выдохнул магистр, почти восторженно. Он и не подозревал такой мощи в своих созданиях.

На негнущихся ногах Учитель вышел в коридор. Буквально разорванное пополам тело недавнего гонца он обнаружил у входа в вольеры. Едва взглянув на него, магистр вышел на улицу и поднял лицо к тёмному небу, моля всех богов (в действительности он не верил ни в одного из них) лишь о том, чтобы его «девочки» не пострадали.

Два ледяных укола в сердце, с каждым из которых он едва не попрощался с жизнью, возвестили о гибели «любимиц». Но одна была жива. Альфа. Самая хитрая, умная и сильная химера. Фактически венец многолетней работы Пито, все еще была жива…

Несколько секунд магистр с ненавистью смотрел в черное небо, после чего заорал.

Этот крик был страшен. Будто это не колебания воздуха, а почти нечеловеческая ненависть, вырывалась изо рта магистра.

— Господин!

Голос Горевого в динамике звучал хреново для трех часов утра: был собран и деловит. А это значит с вероятностью в единицу только одно. Неприятности. Крупные. И прямо сейчас.

— Слушаю тебя, Николай Андреевич.

Сирена тревоги смолкла. Весь личный состав уже был поднят и «взнуздан» командирами. Треть бойцов усилили боевые посты. Еще треть в полной боевой дожидалась приказа в палатках. Остальным разрешили «отбиться» на четыре часа. Но оружие даже у отдыхающих уже было под рукой.

На лагерь навалилось то самое «затишье перед боем».

— Они вскрывают «лежки», — уже куда ровнее доложил бывший имперский представитель. — Пито обезумел. Он поднял всех. Сейчас до трех десятков одаренных сосредотачиваются на северной окраине в районе угольного цеха. Их прикрывают бойцы из организаций, ранее замеченных или заподозренных в сотрудничестве со «Свободой воли».

— Принял, — коротко ответил Волконский. — Отводи людей. У тебя же там наверняка кто-то рядом крутится?.. В общем, не рискуй.

— Сделаю, — донесся голос Горевого, старательно избегавшего уставных ответов, и тут же сменил тему. — У них одаренный все — молодняк… Их еще и накачивают чем-то. Они уже полицейский экипаж размазали «Водой». «Серые» вроде живы, но тачка в труху.

— Да, я в курсе, — покосился на тактический экран Павел. — Отбой.

Постояв секунду, Волконский второй раз за сутки набрал цесаревича. Тот, скорее всего, уже спал. Но ответил тут же. И довольно бодро.

— Прошу разрешение на применение боевой авиации.

В прошлый раз во время работы по Салтыковым, Князевым и Головкиным, будущий император очень убедительно попросил ставить его в известность о подобных шагах заранее… Хоть и признал правомочность удара.

— Цель?

— Выясняем, — лаконично ответил Павел. — Но у нас «три-пятнадцать».

Цесаревич замолчал секунд на двадцать. Этого времени ему вполне хватило, чтобы запросить сводку и пробежать ее глазами.

— Работай.

— Задачу принял, — отчитался молодой человек.

— И да, Павел Анатольевич, — вздохнул негромко цесаревич. — Убедительно прошу, постарайся сделать так, чтобы мне завтра не пришлось перевешивать карту империи в связи с изменившимся составом городов.

Дожидаться ответа Константин Дмитриевич не стал. А Павел отправился работать. Как ему и велели.

Глава 26

Глава 26

Лагерь сил Волконского. Штабная палатка.

— Красиво идут, — оценил Павел, мельком глянув на один из мониторов.

«Свободовцы» не стеснялись. Они шли гордой колонной от города, демонстрируя готовность уничтожить любого, кто посмеет помешать им. Благо столкновений пока не было. Волконский не зря распорядился убрать с дороги фанатиков все посты. Гражданские же машины, и без того малочисленные по ночному времени, они пока не трогали.

— Дай общий план, — затребовал клановец.

Сидящий в соседней палатке оператор малозаметного и практически бесшумного дрона поднял свою «игрушку» чуть выше, чтобы оценить светящуюся змею колонны на выезде из Красноуральска. Судя по всему, они бросили в мясорубку всё, что есть: не менее тридцати одаренных. И, судя по предварительным подсчетам, около трехсот боевиков, стянутых с «лёжек» со всего «Мертвого узла».

Да, какое-то количество профессиональных бойцов у «Свободы» было. Но они составляли не более трети согнанных на убой последователей. Про нормальное управление и слаживание и говорить нечего.

— Лягут же, — оценила сестренка.

Светлана сохраняла внешнее спокойствие. Но Павел прекрасно видел, что аналитик ветви нервничает.

Волконский отвечать сразу не стал. Лишь недовольно дёрнул уголком рта. С его точки зрения, решение было глупым — одним махом вскрыть практически всех спящих в городе и области… Ради чего? Попытаться отбить их добычу? В этом нет смысла. Конечно, здесь не столица, но отследить, куда ушёл глайдер с места охоты, не составит особого труда. Это же не императорский курьер, а обычный «грузовик». Цесаревич не стал мудрить, а просто связался с из военной базой в соседнем регионе и поднял одну из машин транспортной авиации.

— Им все равно, — наконец вздохнул он.

— То есть, проблем нет? — хмыкнул Сергей, проверявший набивку магазинов для стрелкового комплекса.

В голосе его слышался легкий сарказм.

— Сам знаешь, — качнул головой Павел, не отвлекаясь от экрана.

При таком количестве, а также психологическом состоянии «мяса», индивидуальная подготовка уже не так важна. Ныне в лагере находилось пятьдесят три бойца. Остальные работали по задачам в других местах. В конце концов, сводная группа создавалась не для того, чтобы спецы сидели в лесочке возле Красноуральска.

В общем, людей было мало. Даже с учетом того, что у нападающей стороны потери всегда выше, чем у обороняющихся, противник может буквально завалить их трупами. И стянуть всех в лагерь быстро уже не получится.

Да и стоит ли? Будь Волконский на месте противника, наверняка бы перерезал возможные пути подхода подкрепления. Да еще и припомнил что-нибудь из курса военной инженерии, заминировав все, до чего руки бы дотянулись.

В момент обнаружения угрозы авиации на базе не было. Да даже если бы и была, то серьезные бронированные боевые «птицы» есть только в распоряжении императора. Да, для «гражданских» операций у Павла имеются неплохие машины. Но использовать их сейчас просто неразумно. Можно легко заполучить что-нибудь этакое в борт.

Военные глайдеры императора придут на помощь не скоро. И работать они будут строго по своим целям.

— Что думает наш аналитик? — поинтересовался Сергей, не отрываясь от увлекательного процесса подгонки амуниции. Вообще-то, он сейчас с удовольствием бы и чаю выпил, но старательно сдерживался, ограничиваясь отмеренным себе глотком воды раз в полчаса. Встретить противника с полным мочевым пузырем — так себе идея.

Светлана не ответила — она была увлечена работой с собственным терминалом, подключённым к вычислительным мощностям особняка Волконских.

— Логики не вижу, — наконец задумчиво констатировала она через несколько минут.

Ну не предполагать же, что первый магистр обиделся за атаку на его тварей и на эмоциях вскрыл создаваемые годами сети ради одного-единственного удара. Да, даже если он захотел бы отомстить Павлу, то не лучше ли те самые три десятка одарённых выставить в качестве засады и огневого мешка где-нибудь в Красноуральске? Город небольшой — вариантов маршрута не так уж и много. А если еще и организовать событие, на которое клановец будет обязан явиться, то такой план видится куда более реализуемым.

— Не понимаю, — ещё раз повторила Светлана и, помолчав, добавила: — Кстати, они тоже…

— Кто они? — переспросили братья заинтересованно.

— Коммуникационные сети «Свободы воли» в регионе буквально взорвались, — она сделала пару разминочных движений шеей. — Частота обмена пакетами просто зашкаливает…

— … И выглядит это всё так, будто кто-то пытается достучаться до командования…

— закончил за аналитика Павел, — кивнула сестрёнка с таким видом, будто нашла ответ, но пока не могла в него поверить.

— Колонна встала, — отвлёк от размышлений брата и сестры оператор БПЛА. — На седьмом километре.

Все дружно обернулись к экрану. Даже Сергей изволил отложить стопку уже набитых магазинов и оторвать зад от лавочки.

— Движения не наблюдаю.

Они просто встали. Посреди дороги.

— Теперь я совсем ничего не понимаю, — вздохнула Светлана.

Место для остановки было действительно неудобное — узкая дорога, где сложно развернуться или разминуться. В любой момент она могла оказаться для колонны ловушкой. Всё-таки «спящие» шли не на бронетехнике, чтобы мгновенно уйти в поля. По большей части колонна состояла из микроавтобусов и гражданских седанов. Многие из них были не лишены роскоши и обладали довольно низкой посадкой. Так что представить их на бездорожье, конечно, можно, но зачем?

— Рядом наш пост, — доложил зам Сергея, что-то прикидывавший возле одного из мониторов. — Могут выйти на дистанцию наблюдения через две минуты.

— Делайте, — кивнул Павел. — В контакт не вступать, себя не обнаруживать.

— Принял, — откликнулся молодой кадет от одного из столов и тут же связался с дозорными.

Сергей заглянул за плечо своего человека, высматривая что-то на экране.

— Это снайперская пара, — сообщил он брату. — Можем попробовать отработать командира. Или…

— Не имеет смысла, — вздохнул Павел.

Сергей приподнял бровь.

— А кто у них за командира? Что мы знаем о нем? Там половина «накачана» так, что вообще не понимают, где именно находятся.

— Пожалуй, ты прав, брат… — согласился Волк, распихивая по подсумкам магазины. — Среди одарённых, похоже, вообще нет центральной объединяющей силы. Судя по всему, это просто банда обдолбанных придурков, — негромко хохотнул курсант Академии СИБ.

Правда, весёлого в этом звуке было мало. Всё-таки такое количество, пусть и слабых, но все же одарённых — уже большая головная боль. А уж если на них ещё и понавешали на себя средства индивидуальной амулетной защиты, дело принимает совсем скверный оборот. Хотя бы потому что три десятка магов — довольно серьёзный актив государства. По возможности их бы сейчас постараться взять живыми кого получится. Конечно, после такого выступления на свободе они останутся вряд ли. Но и в закрытых конторах императора для даже слабого одарённого всегда найдётся место. А уж при заключении контракта с Минобороны есть и вовсе не плохой шанс выйти на свободу через несколько лет.

Но все это утопия. Жизнями подчиненных ради одаренных Волконский рисковать не собирался. Ни один из присутствующих.

— Что там у них? — бросил клановец оператору.

— Нет движения, — мгновенно отозвался тот. — Все также стоят. Фиксирую увеличение радиообмена и как минимум три работающие спутниковые станции.

— М-да уж, — Выдохнул под нос Павел, поймав себя на иррациональной мысли, что был бы рад, если бы бой начался как можно скорее. Тогда есть шанс хотя бы к утру сколько-то поспать.

В палатку вошла Кошкина.

— Лазарет готов, — доложила она. — Целители и парамедики мобилизованы.

Волконский серьёзно кивнул, решив не уточнять, что единственным одарённым в этом Аспекте среди присутствующих была лишь сама Лена. Девушка же прекрасно заметила скептическое выражение на лице сюзерена.

— Одна из курсанток — слабая целительница, — доложила она. — Дар слишком мал, чтобы использовать техники, однако напитывать чистым аспектом раненых она может. Чуда не совершит. Но, возможно, кому-то и поможет.

— Если не хуже не будет, то почему бы и нет? — пожал плечами молодой человек.

— Внимание! — раздался негромкий, но необычайно четкий голос со стороны оператора.

Павел моментально обернулся к нему.

— Есть контакт!

«Кто⁈» — взорвался в голове Шута главный вопрос. Его люди пока должны были держать дистанцию. Или это обнаружила себя снайперская пара наблюдателей?

— Фиксирую вспышки дульного пламени, — продолжил оператор.

Еще одна небольшая пауза.

— Похоже… — тут курсант на секунду замялся. — Они воюют сами с собой!

Штаб группировки «Приуралье» сети ордена «Свобода воли».

Большой экран был разделен на четыре части. На каждой из них был изображен один иуз старших братьев, фактически управлявших отделом «Приуралье». И все они рассматривали моложавую женщину лет шестидесяти в черном брючном костюме, сидевшую за рабочим столом.

В списке участников видеоконференции она была подписана просто и лаконично: «Anna».

— Все в сборе, — констатировала хозяйка небольшого предельно функционального кабинета.

— Здравствуй, старшая сестра, — поприветствовал женщину собравшиеся, склонив голову.

— Братья мои, не стану оттягивать неизбежное, — начала Анна. — Сегодня ночью магистр Пито вскрыл все наши сети, подняв спящих по протоколу «красный — красный».

Никто не шелохнулся. Эмоции уже отгремели. Сейчас нужно было принимать решения, а гнев и желание крушить все вокруг — плохие советчики.

Однако напряжение мужчин без труда считывалось даже через экран, что не удивительно. Весь резерв «Свободы воли» в регионе в одночасье обрёл имена, адреса и конкретно измеримые сроки на подавление.

— Приказ отдал Учитель, — тут же воскликнул младший из братьев, Олсен. — Мы обязаны повиноваться ему и следовать пути его, как всегда, подчинялись и следовали.

Избитая мантра не вызвала у собравшихся каких-то особых чувств. Лишь Анна перевела взгляд в правый нижний угол монитора, пытаясь рассмотреть собеседника чуть внимательнее. Выбрать отдельный экран и увеличить изображение ей было просто лень.

— Сколько мы уже потеряли? — негромко спросила она, вновь уставившись в перекрестие на экране.

— Не менее тридцати процентов от боевого крыла, — ответил брат Грегор.

Именно на его базе проходили начальную и продвинутую подготовку новые члены их общины.

— Ещё до десяти процентов удастся быстро установить и вывести из игры, — поддержал Томаш.

Анна мысленно ужаснулась. И это цифры до начала боевых столкновений! Безумец Пито буквально ополовинил их силы в регионе. Он сорвал всех, кого смог поднять по тревоге. И даже если им удастся захватить лагерь воеводы без единого выстрела, то лица засвечены, контакты вскрыты… Контрразведка империи умеет работать.

И да, от многих придется избавиться самим. Как хирург отсекает конечность больному, чтобы спасти весь организм.

Внутренняя буря эмоций никак не отразилась на ее лице. Анна лишь задумчиво кивнула. Однако пока своего мнения не высказывала — негоже женщине подавать голос поперёк мужчин, если она служит «Свободе воли».

— У меня пока нет данных, — ровно сообщил Александр в свою очередь.

Оно и неудивительно. Всё-таки этот брат занимался скорее научной деятельностью и логистикой, а вовсе не силовыми операциями. В его ведении были финансовые потоки, перевозки, научно-технический сектор. Обеспечить безопасность и условия для спокойной работы должны были другие.

— Однако я тоже считаю, что шум нам сейчас не нужен.

— Это не предмет обсуждения, — спокойно констатировала Анна. — Учитель уже начал операцию. Сейчас…

— Учитель всегда прав! — веско заявил Олсен. — Если он счёл необходимым уничтожить Волконского, значит, так тому и быть!

На остальных лицах не отразилось никаких эмоций.

— Благодарю за ваше мнение, брат, — вежливо ответила Анна и просто отключила связь.

Теперь на экране её станции остались лишь трое собеседников. Квадратик, который занимал Олсен, ныне радовал логотипом «Свободы воли». Оставшиеся мнение «твёрдого в вере» брата не разделяли. Фактически магистр Пито буквально сжёг годами накапливаемые ресурсы ради одной безрассудной акции, результаты которой ещё неочевидны. Мало того, он не только бросил в атаку спящих братьев и сестёр, но и дал приказ на сбор одарённым послушникам и послушницам.

— Я хочу услышать ваше мнение, братья, — предложила выразить свое мнение остальным Анна.

Естественно, у неё уже было готовое решение. Но правила требовали дать высказаться сначала мужчинам. Тем более, все самое страшное уже случилось. Так что время подумать у нее было.

— Говори, сестра, — предложил Грегор.

Остальные поддержали — все прекрасно понимали, что в экстренной ситуации от любых правил можно отступить в пользу эффективности.

— Нужно договариваться с Волконским, — объявила Анна.

Братья задумчиво молчали.

— Не вижу такой возможности, — честно сообщил Грегор.

С его точки зрения, ситуация была однозначной. Волконский уже не раз участвовал в операциях против «Свободы воли». Разведке многое удалось выяснить о представителе Великого клана.

— Понимаю ваше беспокойство, братья, — продолжила женщина. — Но я и не предлагаю заключать союз с новым воеводой. Наша задача — сделать так, чтобы он не ударил в ответ сразу же. Кроме того, не будем забывать и о гневе цесаревича, чей опричник попадёт под удар. Лично я не хочу, чтобы все силы империи были брошены на то, чтобы стереть нас с лица Земли как можно скорее.

Мужчины синхронно кивнули.

— Что ты предлагаешь, сестра? — спросил Томаш.

— Я предлагаю… Низложить первого магистра, — спокойно произнесла Анна.

По счастью, братья не могли видеть её рук, сцепленных в тугой замок. Она специально поставила камеру так, чтобы в поле зрения оказалось лишь её лицо. Иначе побелевшие от напряжения костяшки выдали бы её страх.

Решиться на такой шаг было очень непросто. Всё-таки учитель в иерархии «Свободы воли» почти священник. Выше него только Совет и его координатор в Империи, курирующий все отделения.

— У Пито недостаточно сил, — неожиданно выдал молчавший до сей поры Александр. — Скорее всего, Волконский отобьётся от плохо скоординированной атаки. Как мы все знаем, потери при наступлении и штурме укреплённых позиций куда выше у наступающих, чем у обороняющихся. Так что я практически уверен, что воевода продержится до прихода подмоги. Именно поэтому я предлагаю действовать не своими руками. А таким образом, чтобы этот Павел Анатольевич победил сам, но прекрасно понимал, чья именно помощь подоспела в нужный момент.

— Полагаешь, таким образом Волконский оставит нас в покое?

— Ни в коем случае, — возразила Анна. — Нам всё равно придётся столкнуться. Однако таким образом я переношу задачу нашего уничтожения из приоритета «сделать немедленно» в приоритет «важно». Это даст нам шанс подготовиться, если план сработает. Или хотя бы эвакуировать ценных специалистов и наработки уважаемого Александра.

Первым руку в согласном жесте поднял Грегор. За ним последовал Томаш.

— А как быть с братом Олсеном? — негромко спросил Александр.

Анна подняла взгляд на монитор.

— Наш брат не способен трезво оценить нынешнее положение дел.

Слова прозвучали приговором. Никто не хотел получить нож в спину от нарушившего главное правило драгдилера брата: «Никогда не употребляй свой товар!». Олсен слишком был крепок в вере… которую придумывали для других.

— Что ж, — оценил честность старшей сестры последний из братьев и крепко задумался.

Руку Александр поднял через пятнадцать секунд.

Приговор был вынесен. Осталось лишь привести его в исполнение.

Глава 27

Глава 27

— Не нравится мне всё это, — брат Владислав обернулся к водителю.

Они были знакомы с тех пор, когда ещё носили погоны, которые вместе же и сменили на рясы братьев «Свободы воли» после одной очень нехорошей истории, когда командование предпочло спрятать ошибку, свалив её на бойцов, проводивших операцию. Не должно было быть гражданских в том домике на краю аула. Но они были, и скрыть прибывшим на место чистильщикам этого не удалось. Тогда-то и было принято судьбоносное, как оказалось, решение.

Трибунал. Камера. Увольнение из рядов.

— Тебе всегда всё не нравится, — буркнул Владислав.

Кириллов Женька ещё в бытность летёхой бесил командира своей привычкой поныть перед боем — как он считал, на удачу. Отчего-то в эту примету верил не только заместитель командира, а потому остальные хоть и возмущались для вида, но никто и никогда не пробовал оборвать «причитания» всерьез.

— Не тот случай, командир, — вспомнил о старых временах Кир.

Владислав напрягся. Этот тон он знал. Да и мнение разделял. Не тому его в своё время учили дяди с очень большими звёздами на погонах — переть дуром на укреплённый лагерь сводной группы курсантов Академии СИБ и личных бойцов Волконского. Да, их там много быть не должно. Но цель — не мальчики для битья. Не говоря уже о последствиях. Ни Великие кланы, ни императорская Фамилия не привыкли спускать с рук убийство их людей.

Сейчас дело может и не выглядеть гиблым. Чисто за счёт количества «кукол» у них есть шанс выполнить задачу. Но Владислав никогда не был поклонником тактического приёма «мясной штурм». Но и отказаться не мог: он получил прямой приказ Учителя. И, кажется, магистр заметил сомнение одного из главных боевиков «Свободы» в регионе. Свидетельством тому стали двое братьев, усевшиеся на заднем пассажирском диване за его спиной, ставшие своеобразной гарантией, что бывший майор с позывным Жук приказ исполнит.

Или исполнят его самого.

Неожиданный личный коммуникатор командира оповестил о входящем сообщении. Быстро прочитав короткую депешу, Владислав бросил взгляд через салонное зеркало на своих помощников, радующих пустыми взорами фанатиков и абсолютно отрешенными лицами. Ещё раз прочитав сообщение, Жуков набрал нехитрый номер — причём не выбрал его из записной книжки, а ввёл по памяти.

— Приветствую тебя, старшая сестра, — негромко произнес он.

Приказа не контактировать ни с кем Владислав не получал, а потому «конвоиры», будем называть вещи своими именами, не среагировали.

— Здравствуй, Владислав, — раздался в динамике четкий и ясный голос Анна. — Вы на месте?

Мужчина окинул взглядом лесополосу, ограждавшую дорогу с обеих сторон.

— Подъезжаем. Десять минут до цели, — сообщил он.

— Останови колонну. Любой ценой. Не получится сорвать продвижение, хотя бы дай нам время. Сколько сможешь.

Приказ был прост и понятен. Вопрос: что с ним теперь делать? Он сам видел, как одарённым раздавали спецсостав. Да, и многим спецам досталась по дозе. Они сейчас заряжены, что твоя пружина, сжатая прессом. И этот потенциал должен куда-то выплеснуться. И горе тому, кто попытается остановить «волну» — порвут и не заметят.

Слова не подействуют. Никакие.

— А чёрт! — выдохнул Владислав негромко, отправляя короткое сообщение в чат своим людям.

Таковых в колонне насчитывалось человек десять.

— Что такое, командир? — весело спросил Кириллов.

Читать сообщение заместитель не стал. Но он умел прекрасно и импровизировать. Да и первый такт Владислав решил отыграть самостоятельно. Впрочем, они слишком давно знали друг друга, так что Женька сразу же понял, что сейчас начнётся действие, а потому подыгрывал на чистом автомате.

— Забыл вставить дозвуковые, — с досадой ответил Владислав, демонстративно доставая из-под куртки пистолет с глушителем. Не скрывая раздражения, он выщелкнул обойму и убрал её во внутренний карман. Место её заняла следующая.

— Апчих!

Чихнул Кириллов громко. От души. Резкий звук пусть и не скрыл полностью лязг резкого досыла патрона, но отвлёк соглядатаев. А в следующий миг два хлопка звонко ударили по перепонкам. Это только в фильмах глушитель полностью подавляет звук.

— Терпеть не могу этот запах, — признался Женя не оборачиваясь.

Он и так прекрасно знал, что командир не промахнётся. А мертвых тел во время службы насмотрелся столько, сколько не каждое кладбище вместит. Так что два трупа на заднем диване не вызвали у него никакого интереса. Но теперь в салоне пахло сгоревшим порохом. А этот запах напоминал о старых временах, вызывая в памяти такие картины, какие он никому и никогда не пожелал бы увидеть вживую.

— Смена мировоззрения, босс? — спокойно уточнил Кириллов. Для него приказ командира так и остался единственным мерилом истины. Ряса же для него была лишь «сменным костюмом», который он надел после формы, и готов был спрятать в шкаф в любой момент.

— Приказ старшей сестры, — сообщил он.

— Принял, — просто оценил ситуацию Кириллов.

Ему не требовались объяснения. Командир был с ним в аду. И вернулся обратно. А эти… так, пассажиры.

— Наша цель — остановить колонну или задержать её, сколько возможно, — угрюмо довел до соратника новую боевую задачу Владислав.

— А я говорил, что мне всё это не нравится, — хмыкнул невесело Кириллов.

Фактически им вдвоем предстояло встать напротив заряженной верой и психотропными веществами толпы. И желательно покинуть эту заварушку живыми. Та еще задачка…

— Выбирай место для работы, — буркнул Владислав.

— Через полтора километра будет подходящее, — ответил, уже прикинувший подобный исход Кириллов.

Привычка изучать район возможной работы если и не до последней травинки, то очень тщательно, вбивалась в обоих намертво.

Владислав кивнул. Он понял, про что говорит его бывший подчинённый, а ныне брат по оружию. Сужение дороги до двух полос и скаты холмов с обеих сторон полотна послужат идеальным «бутылочным горлышком» для остановки машин. Они шли третьими, так что большую часть колонны удастся задержать. Объезда нет. А техника явно не предназначена для прямого движения по азимуту через поля и веси. Да и дождик недавно прошел сильный. Тут и гусеницы могут встрять знатно. Что уж говорить про транспорт их нынешней колонны.

И Владислав сильно сомневался, что оторвавшиеся две машины отправятся штурмовать лагерь Волконских в одиночестве. Навряд ли. Остановятся и попытаются выяснить, что же происходит. Тем более во внедорожниках охранения и головном внедорожнике находились вполне вменяемые ребята. Пусть Владислав и не был уверен, что они выступят на его стороне.

Тем временем начали поступать ответные сообщения от его людей. Суть их сводилась к простой мысли: задачу поняли.

— Стоп, — в какой-то момент скомандовал Кириллов и одним филигранным манёвром выстроил машину поперёк дороги, запечатав узкое горлышко. Водитель следующего за ними седана успел среагировать, потому ДТП не произошло. Колонна остановилась.

— Ну, вперёд, — выдохнул Женя, вылезая из машины и доставая ключ зажигания.

Владислав тут же последовал его примеру.

— Эх, — выдохнул водитель, отбрасывая брелок подальше в траву. Преграду, конечно, уберут, тут сомневаться не приходилось. Но теперь на это придётся потратить чуть больше времени. Несколько минут они уже выиграли. И он прекрасно знал, как развить этот тактический успех.

— Ты что делаешь? — из следовавшей за ними машины вышел крепкий мужчина в тёмном костюме.

Он обращался только к Жукову.

— Приказ старшей сестры, брат Ренат, — просто объяснил Владислав, заведя руку с пистолетом за спину.

Ему очень не хотелось стрелять в этого человека. В нём он видел профессионала и уважал это. Однако так получилось, что сейчас они оказались явно на разных сторонах баррикады. Вера для боевика одного из особых звеньев «Свободы» значила куда больше. И Учителя он едва ли не боготворил.

— У меня приказ, — просто сообщил Ренат.

— У меня тоже, — обозначил свою позицию Владислав.

За его спиной Женька деловито отрывал рукав от рубашки, обходя машину со стороны бензобака. Проблем поджечь кусок ткани без капли бензина у слабого одаренного в аспекте Огня не могло быть в принципе. Так что уже через несколько секунд засунутая в бак тряпка весело вспыхнула.

— Зря ты это, — буркнул Ренат.

К нему месту событий подтягивались его бойцы. Люди Жукова, как назло, находились в конце колонны.

— Отходим, — скомандовал заместителю Владислав.

Они принялись медленно смещаться к одному из склонов в надежде добраться до деревьев попеременно останавливаясь таким образом, чтобы держать недавних братьев по вере под прицелом. Сейчас «бутылочное горлышко» играло против них. Фактически им нужно было подняться по склону, и всё это время они будут прекрасной мишенью.

До склона соратники добрались без проблем.

— Первый пошёл, — скомандовал Кириллов.

Владислав привычно взбежал несколько метров, остановившись сверху и готовясь прикрывать старого товарища.

Бах!

Выстрел за спиной не заставил Владислава замереть. Он сначала добежал до укрытия, и лишь затем бросил взгляд назад. Жук успел увидеть, как оседает тело бывшего заместителя. Один из бойцов Рената оказался быстрее и уже повернулся к нему, перекидывая точку прицеливания.

Владислав прыгнул вперёд, уходя с директрисы стрелков. В спину ему прилетели выстрелы. С каждой секундой огонь становился плотнее — к людям Рената присоединились экипажи других машин. Однако он уже добрался до деревьев.

Бом!

Глухой хлопок взрыва ударил в спину.

Бензин в бензобаке наконец-то сдетонировал, без особых разрушений, конечно. Но теперь объятую пламенем машину сдвинуть с места было ещё сложнее.

Стрелять в ответ командир даже и не думал. Бесполезно. Разве что для острастки. Но такой глупости не простил бы погибший друг, подаривший ему драгоценное мгновение, позволившее добраться до укрытия. Задачу он выполнил. Лишний раз подставляться под пулю — это предательство жертвы гвардии капитана Кириллова Евгения. Пусть и бывшего.

И да, если он решит отомстить потом, то глупая смерть сейчас ему в этом не поможет.

— Прощай, друг-, — едва слышно прошептал бывший майор и, развернувшись, стал пробираться через ночной лес.

Только далеко он не ушёл. На очередном шаге чья-то рука заткнула ему рот и профессионально повалила на землю с такой скоростью, что бывший спец даже пикнуть не успел. Как во рту оказался кляп, а на запястьях защёлкнулись пластиковые наручники, он даже понять не успел.

— «Кукушка — четыре», — раздался негромкий голос над его головой. — Одного взяли. Продолжаем наблюдение.

— Одного взяли, — доложили снайперы. — Продолжаем наблюдение.

— Хвалю, — негромко бросил в рацию Сергей.

Ныне отличились его люди. «Что ж, парни действительно заслужили премию», — сделал в уме зарубку Павел. Конечно, кадеты даже на «практике» оставались людьми государевыми. Но клановец имел право поощрить отличившихся бойцов. И оным собирался воспользоваться.

— Как у них там всё интересно, — вслух прокомментировал «клановец», вновь обращаясь к экрану, на который транслировалось изображение с беспилотника.

Судя по всему, часть колонны решила, что им с остальными не по пути. И точку зрения они свою доносили с огоньком.

— Ух ты! — пробормотал он, отмечая ещё один взрыв ближе к концу колонны.

Но на этом «спецэффекты» закончились. Ещё несколько раз в течение трёх минут вспыхивали отдельные вспышки спорадической стрельбы.

— Вот тебе и грустная сказка про лебедя, рака и щуку, — прокомментировал Сергей.

— Сколько им понадобится времени?

— Минут пятнадцать, — мгновенно оценила сестренка, заставив одного из братьев с сомнением глянуть на нее.

Павел справедливо считал, что класс Светланы как аналитика — секрет Ветви. Сергей к ней не принадлежал.

— Что ж, минут тридцать у нас ещё есть, — по-своему пересчитал хаотичное состояние противника Павел, ведь требовалось не только расчистить дорогу, но и добраться до лагеря, после чего сосредоточить силы и двинуться на них. — Наши люди?..

— Всё готово, — тут же доложил ближайший оператор, не дожидаясь завершения вопроса. — Первую линию возглавит Влад лично.

Клановец кивнул своим мыслям. Все при деле. Пора и ему поработать.

— Паша, — негромко позвала терпеливо дожидавшаяся этого момента Кошкина.

Молодой человек поднял руку, призывая подождать еще минуту. Перед тем как уйти в «свой мир» Волконский заслушал развернутый доклад о занятии позиций и готовности к отражению удара.

— Волк, пленного давай сюда, — отдал распоряжение воевода.

Для наблюдения за колонной и «птички» хватит. А так будет хоть какая-то информация о том, что у них там вообще происходит. Сейчас это было куда важней визуального контакта.

Сергей кивнул и снова потянулся к одной из раций.

— Теперь я твой, — обернулся к целительнице клановец

Небольшую подушечку, уложенную поверх обычного туристического коврика, расстеленного в углу штабной палатки, он оценил. Кошкина позаботилась о том, чтобы «колдовать» ему было удобнее.

— Начинай по готовности, — предложила целительница. — Я помогу.

— Двадцать минут, — обозначил ориентир Волконский.

Сегодня ему предстояло доказать, что он не только умеет «шмалять из разных стрелялок» и думать головой, но и остаётся пусть и далеко не самым сильным, но довольно неплохо обученным одарённым.

— Мы справимся, — махнул рукой Сергей.

— Обстановка без изменений, — доложил оператор.

Павел еще раз обвел взглядом палатку и пожал плечами.

— Тогда я пошёл, — сообщил скорее себе, чем окружающим, молодой человек и взял со стола довольно увесистый кристалл.

— Садись, — предложила Лена.

Клановец аккуратно уместил зад на подушечке, сложив ноги в классической позе лотоса, после чего выпрямил спину и потянулся макушкой к брезентовому потолку. В первую очередь он сделал несколько глубоких вдохов, сопровождая их длинными плавными выдохами, чувствуя, как растворяется внутреннее напряжение. Заученные техники расслабления сработали безотказно.

— Готов, — наконец сообщил он Кошкиной.

Ему на лоб тут же легла ладонь целительницы.

— Начинаем, — прозвучал за спиной Павла ласковый голос девушки.

По телу тут же разбежалась волна тепла. Мышцы расслабились еще больше, а лишние мысли буквально смылись горячим потоком энергии целительницы куда-то на периферию сознания. Молодой человек не просто погрузился, а просто рухнул в транс с помощью целительных техник Лены. Теперь всё происходящее он по-прежнему ощущал и слышал, однако это воспринималось как будто со стороны. Обрывки фраз, короткие команды, шум листов бумаги и клацанье клавиш словно проходили сквозь него, не оставляя следа.

Его сознание работало с точностью швейцарского хронометра.

— Работаю, — чуть ли не нараспев выдал Волконский, представляя лагерь с высоты птичьего полёта. Он аккуратно и скрупулёзно вспоминал каждую деталь, старательно воспроизводя перед внутренним взором свою временную ставку.

— Фух, — выдохнул он в очередной раз, аккуратно смещая ориентиры и меняя картинку на развёрнутой им сфере иллюзии.

Вряд ли получилось сильно качественно — уж очень большой объём площади отображения конструкта пришлось учитывать, но со стороны на какое-то время могло и прокатить. Во всяком случае, даже если первая пара ударов уйдёт в молоко, то Павел старался не зря. Вряд ли одарённые «Свободы воли» достигли такого ранга, чтобы бить по площадям.

Следом наступил черёд укреплений и линий обороны. Тут Шут не стал вдаваться в сущности — бойцы и сами неплохо слились с местностью на позициях. Он просто слегка «размазал картинку» для стороннего наблюдателя, чтобы скрыть возможные огрехи маскировки.

— Готов, — выдохнул молодой человек, не выходя из транса.

На колени ему тоже лёг специально выращенный в лабораториях кристалл, который должен был стать основой будущего артефакта. Павел сосредоточился, представляя перед внутренним взором силовые линии созданной им иллюзии. Аккуратно, чтобы не поломать хрупкие энергетические жгуты, молодой человек принялся записывать сформированное им изображение в заготовку. Линия ложилась за линией — тонкий, скрупулёзный труд. Ведь стоит только один раз ошибиться, и картинка смажется таким образом, что любому опытному человеку станет понятно: перед ним обманка. А это значит, что противник подготовится — например, попробует разбить её при помощи специализированных артефактов. Либо одарённые попытается распутать чужой энергетический рисунок. Хотя в обдолбанном состоянии столь филигранная работа вряд ли будет возможна, но Павел привык выполнять задачу добросовестно, тем более когда от этого зависели жизни его людей.

Вся его медитация заняла не больше четверти часа, хотя по субъективным ощущениям он провёл за плетением сложного узора никак не менее суток.

— Ух, — выдохнул Волконский, с силой сжимая кулаки и встряхивая руки.

Транс спал с его сознания подобно сброшенному плащу. Мозг вновь цепко воспринимал реальность. Разве что ощущение усталости навалилось такое, словно он опять с Филом и Кролем разгрузил пару фур.

— Готово, — произнёс клановец.

— Отлично, — откликнулся брат, усевшийся возле оператора с несколькими рациями в руках.

Его слова тут же подтвердил взрыв посреди лагеря. Огненное копьё ударило по штабной палатке. Вернее, по тому месту, где она должна была быть с точки зрения противника.

Похоже, у кого-то системы дальнего наблюдения все же имелись.

— Неплохо сработал, — оценил Сергей.

Удар вражеского одарённого прошёлся мимо. Огневик явно купился на иллюзию Волконского.

Следом на лагерь обрушилась волна «капель», ледяных копий и каменных игл. В этот раз без разрушений не удалось. Прикрыть всю территорию лагеря щитами не было никакой возможности. Однако «арт-подготовка» особого урона защитникам не нанесла.

Кажется, кто-то умный на той стороне решил также и отдал приказ одаренным приберечь резервы.

По логике Павла сейчас пришла пора крепких парней с оружием. Их задачей станет пробить коридор для магов, чтобы те развернулись на дистанции клинча — самой опасной для неопытных одаренных бойцов.

— Ну что, начали? — скомандовал Волк.

Грохот отдаленных автоматных очередей подтвердил правоту Павла. Противник решился на разведку боем. Защитники лагеря ответили скупыми, но точными очередями.

— Работай, — сложил с себя полномочия Павел.

В бою может быть только один командир. Сейчас — Сергей.

Но и он без дела не остался. В палатку ввалились двое «Кукушек» в «лохматых» комбинезонах. Они принесли с собой одно лишенное возможности к сопротивлению тело.

— Стул, — потребовал Волконский.

Целительница метнулась первой. Вернулась с искомым. Вместе они вышли в оказавшуюся неподалеку курилку.

— Крепите, — потребовал клановец. — Поговорим.

Nota bene

Книга предоставленаЦокольным этажом , где можно скачать и другие книги.

Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту, например, черезAmnezia VPN : -15% на Premium, но также есть Free.

Еще у нас есть: 1. Почта b@searchfloor.org — получите зеркало или отправьте в теме письма название книги, автора, серию или ссылку, чтобы найти ее. 2. Telegram-бот, для которого нужно: 1) создать группу, 2) добавить в нее бота по ссылке и 3) сделать его админом с правом на «Анонимность» . * * * Если вам понравилась книга, наградите автора лайком и донатом: Гимн шута – XXIII