Глава 1

И вот настал тот самый день — седьмое января. У пендехостанцев — обычная рабочая среда. В СССР этих лет, кстати, тоже, но это уже совершенно лишняя мысль. Линда вчера улетела становиться чемпионкой. Она мне отзвонилась с таксофона — Изабелла и ее новая соседка встретили и развлекли. Лучше бы Джон и Мария, как по мне, но у них колледж и школа, не смогли так запросто выбраться.

Не мистера и миссис Ким же просить. Им мы, кстати, отправили-таки заказ на мерч — плюшевых желтых уточек, чтобы дарить рекордсменам в Северной Аркадии. Занималась заказом Лиза, избавив меня от неприятного общения с отцом Линды.

Лео заехал за мной на бьюике и за рулем машины находилась не Глория, а незнакомый мне парень, немного за двадцать. Белый, в не самом дорогом, но приличном костюме с галстуком и короткой аккуратной стрижкой.

— Познакомься, это Джимми, мой новый помощник, — представил адвокат, — всеми важными делами я продолжу заниматься лично, но рутину, вроде оформления авторских прав и подписания судебных бумаг, полностью передам ему.

— Джеймс Харман, младший юрист в «Больцман и Флорес», — представился водитель, — мистер Больцман и миссис Флорес много о вас рассказывали, мистер Колон. Надеюсь на плодотворное сотрудничество. И, мистер Колон, вы, наверное, часто это слышите, но я поклонник вашей игры «40 тысяч способов сдохнуть». Ничего лучше на Эппл 2 я не встречал, а идея отказа от подбора глаголов, сразу показывая игроку возможные действия — гениальна.

— Надеюсь, это не Лео вас подговорил так сказать, — пожал я ладонь приятного молодого человека.

Наш первый текстовый квест в продажу отправился еще осенью и свою долю выручки поимел, хотя мегахитом, уровня тетриса, конечно, не стал.

— Нет-нет, мне на самом деле понравилось. Особенно эпизод со зданием, где нет ни одного работающего лифта. Очень жизненно.

— Поехали уже, хватит трепаться, — недовольно прервал нас Больцман.

Я сел на заднее сиденье и Лео тут же протянул мне пару газет.

— Ознакомься, свежая пресса. Я загнул уголки страниц, где интересные тебе статьи.

Я и потратил время поездки на чтение. Первый же заголовок заставил меня напрячься «Уорнер сообщает об инсайдерском следе в деле Атари». Это же не мы с Фрэнком бурю вызвали? Но нет, прочитал дальше и выдохнул. Наша с мистером Лидсом возня на двадцать тысяч изначальных вложений — ничто в масштабах больших дядей.

«Поджарены током», «Новые неприятности обрушились на Уорнер Коммьюникешенс», «Обнаружено, что руководители Атари продали акции до объявления 8 декабря о снижении прибыли»!

Апогей жадности и наглости. Если тут не инсайдерская торговля, то где она вообще? «До восьми человек из высшего руководства» корпорации слили свои личные акции, вероятно, представляя, какое падение их ожидает. Интересно, входит ли в «омерзительную восьмерку» миссис Кавано? Или она все-таки поменьше масштабом и на ее уровне никого не предупредили?

Другие заголовки вроде «Видеоигры больше никому не нужны», правда, не на самый оптимистичный лад настраивают. Я так-то знаю, что всё будет хорошо и индустрия выстоит, но каково тому же Кену — даже представить тяжело.

— Ну как тебе, пацан? Шокирует? А ты как будто и не удивлен.

— И эти люди запрещали мне ковыряться в носу? — пошутил я.

— Ты о чем? — не понял Лео.

Пришлось рассказать бородатый анекдот о Вовочке, подсматривающим за родителями. Чтобы совсем уж не палиться, назвал мальчика «маленьким Джонни» — традиционным мемным детским персонажем из американских шуток. Юмор интернационален — оба юриста шутку поняли и посмеялись.

Город Мартинес, столица округа Контра-Коста, находился менее, чем в часе езды от нашего уютного Эль-Серрито. И судья тоже Мартинес — тезка населенного пункта.

Важное отличие от уже пережитых мной процессов — нас ждало небольшое камерное заседание в кабинете, а не полноценный зал суда с лавками, зрителями и журналистами. Не удивлюсь, если вся эта непубличность потому, что отмена эмансипации, если таковая произойдет — это признание судебной ошибки.

Хавьер Мартинес оказался респектабельного вида латиносом лет пятидесяти, подобные ему мне мало встречались. Безупречная прическа, очки в тонкой золотистой оправе, правильная речь без малейших следов акцента или тем более слэнга, Рикардо Монтальбана мне напомнил. Та же внешняя респектабельность благородного идальго.

— Сегодня у нас кабинетное заседание, — сказал нам судья, — и поскольку оно проходит не в публичном поле, предлагаю отбросить некоторые формальности и дать сторонам довести до меня ваши позиции. Прошу вас, представитель опеки.

— Джон Смит, младший юрисконсульт департамента социальных служб Контра-Коста, — выпалил юнец, явно недавно закончивший университет. Совсем еще пацан, не сильно старше двадцати. И это первый в моем опыте носитель легендарного имени. Дешевый костюм и галстук из дискаунтера, и обвинения, прочитанные по бумажке, такие же дешевые:

— Простите, у меня было мало времени чтобы познакомиться с делом, а потому я прочитаю. «По сведениям, предоставленным социальной службой округа Лос-Анджелес, мистер Колон уволился из прачечной сразу по получению статуса эмансипации, что явно указывает на фиктивный характер трудовых отношений».

— Это называется карьерным ростом, парень, — усмехнулся Лео.

— Кристобаль Колон выполнял ремонт аркадных автоматов и стиральных машин, не имея допусков по электробезопасности, что явным образом угрожало его жизни и здоровью!

— Какие-нибудь инциденты? Удары током? Ожоги? Показания свидетелей? — парировал мой адвокат. — Скажите суду, мистер Колон.

— Никаких ударов током, пока я числился в штате мистера Ковальски, — честно ответил я. — Мой бывший босс очень трепетно относился к безопасности сотрудников.

А тот эпизод, что был, произошел до официального трудового договора. Он не считается! Но это, конечно, не вслух.

— Кристобаль Колон был зарегистрирован по одному адресу проживания со взрослой женщиной, что создает подозрения в маргинализации и сожительстве в нарушение закона о возрасте согласия.

— Подозрения? Серьезно? — Лео не скрываясь рассмеялся. — Вы предлагаете разрушить успешный бизнес моего клиента на основании подозрений? Презумпцию невиновности что, отменили, а мне не сообщили? Мисс Ким, моей клиентке, восемнадцать. Я вижу все поводы подать иск о клевете. Ваша честь, ознакомьтесь также, пожалуйста, с отчетом социального работника о проверке условий проживания моего клиента. Идеальное жилище, ни одного нарушения и никаких следов сожительства во грехе.

В мимолетно брошенном в мою сторону взгляде Больцмана читалось «говорил я вам».

— И я бы даже принял упомянутый иск о клевете, не занимайся исключительно вопросами семейного суда, — добавил Мартинес. — Мистер Смит, только ваш юный возраст извиняет нелепость высказанных обвинений.

Смит густо покраснел под тяжелым взглядом судьи.

— Простите, как я уже говорил, материалы готовил не я. Дело нам передали из Лос-Анджелеса, это их юротдел.

— По существу, пожалуйста, — попросил судья. — Мистер Смит, вам есть что еще сказать по ходатайству?

— Д-да, последнее — против компании мистера Колона корпорация Атари подала ряд судебных исков на крупные суммы, превышающие совокупный доход фирмы. В данных условиях семнадцатилетний Кристобаль Мануэль Колон, очевидно, не имеет необходимого опыта ведения бизнеса и нуждается в защите социальных служб.

— А здесь, ваша честь, мы видим явный пример недобросовестной конкуренции и попытку использовать судебную систему в корпоративных войнах. Бизнес моего клиента успешен настолько, что он сменил форму собственности и перешел от частного предпринимательства к корпорации. Как вы понимаете, риск личного банкротства данным фактом исключается полностью.

— Мистер Колон, вам слово. Мне стоит лишить вас эмансипации? — с иронией посмотрел в мою сторону судья Мартинес.

— Определенно нет, сэр. Мне немногим более полугода до восемнадцати. Зачем нагружать государство заботой обо мне, когда есть по-настоящему трудные подростки?

— Ваша честь, еще один момент, — с нотками лейтенанта Коломбо произнес Лео, — я считаю, что данное дело является не попыткой защитить интересы подростка, а бюрократической травлей. Мистер Андерсон из Лос-Анджелеса использовал ресурсы государства для давления на законно эмансипированного гражданина. Я прошу суд отклонить ходатайство опеки с предубеждением, запрещающим использовать те же аргументы, а также присудить моему клиенту компенсацию судебных издержек.

Смит нервно сглотнул. А ведь юрист уровня Лео наверняка очень кругленькую сумму имеет право в счете нарисовать за свои услуги.

— В удовлетворении ходатайства об отмене декларации об эмансипации Кристобаля Мануэля Колона отказать в полном объеме, с предубеждением и компенсацией издержек. Статус эмансипированного несовершеннолетнего остается в силе. Заседание закрыто.

Судья Мартинес ударил деревянным молотком по подставке.

Камень с души, чего таить. Может быть, это подростковые какие-то реакции на гормонах, или я в целом тревожный, но всё время подвоха ожидал. Но худшее не случилось. Да здравствует наш калифорнийский суд… но это я уже мысленно повторяюсь. И еще одна повторная мысль — жизнь-то налаживается.

За дверью судейского кабинета Лео окликнул недавнего оппонента:

— Мистер Смит, если вас вдруг уволят за то, что вы проиграли безнадежное дело и навлекли на департамент штраф — «Больцман и Флорес» ищут новых младших юристов. Вы неплохо держались для человека, вчера впервые увидевшего материал, с которым предстоит выступать. Сможете учиться у лучшего адвоката этого штата.

— Сп-пасибо, — смущенно поблагодарил Лео молодой коллега и взял протянутую визитку.

— Можешь переезжать домой, пацан, — разрешил мне Больцман уже у себя в машине, — вердикт с предубеждением закрывает риски, что тебе снова попробуют пришить маргинализацию.

Еще один камень с души. Праздники мы с Линдой провели вместе в проклятом старом доме, но они закончились и я снова оказался на грани того, чтобы коротать долгие зимние вечера в одиночестве. А в комнату в дуплексе кого-нибудь из сотрудников заселю, раз уж оплатил ее на два месяца.

Адвокаты подвезли меня до офиса. Зашел в проклятый старый дом перекусить, выпить кофе, потрепать Дюке по холке и еще это… странное занятие, нелюбимое большинством… поработать.

— Привет, босс, ну как успехи? — окликнула Бренда, сидящая ближе всех к входу.

— Полностью оправдан, переезжаю завтра домой. Или даже лучше сегодня.

— Линда звонила, она выиграла чемпионат, — сообщил Майкл. Вот с этого и стоило начинать! Темнокожий дизайнер подставил мне ладонь и я «отбил пятеру».

Следующие полчаса ушли на обмен информацией о том, как «Лео их всех» и «Линда их всех». У девушки победа, на мой взгляд, эпичнее, но, возможно, это потому, что Майкл отличный рассказчик. На моменте «и тогда она подсунула Билли Митчеллу резиновую уточку для поцелуя» я не удержался и хрюкнул. Вообще, этому пендехо очень и очень захотелось вразумительных чингасос отвесить, но если я встряну в драку — это еще один повод потребовать отмену эмансипации. Мне этого не надо, тем более, каброн свою порцию унижения получил. Уточку ему подарю! Плюшевую. Лиза как раз партию цеху Ким заказала.

— Как думаете, каким способом он набрал ровно тысячу очков?

— Фотомонтаж! — предположила Бренда.

— Нанял другого игрока? — добавил версию Майкл.

— Нашел в игре баг, например, провел уточку над трубами, если это возможно, — это Лиза.

— Честно оказался великолепным игроком, — снова Майкл. — Шутка, взломал игру!

— Вот и я о взломе думаю, — подтвердил я, — это ведь несложно, есть отладчики, включая официальный на картридже. Но и о честном прохождении тоже. Линда ведь набрала в два раза больше, значит не такой и невозможный счет. Возможно, комбинация вариантов и несколько сотен очков он набрать способен. Иначе врать глупо, могут ведь попросить повторить.

— Гав! — назвал свою версию всеобщий любимец Дюке. Как бы не пришлось его и дальше на работу с собой каждый день приглашать и продолжать лапы после улицы мыть.

Беседу прервал телефонный звонок.

— Каналья Геймс, Крис у аппарата! — взял я трубку, вдруг это Линда.

— Я Стив Бьорк и Каналья Геймс — моя любимая студия в Калифорнии, — послышалось на линии.

— Линда уже привезла мою версию бота? — догадался я.

— Ага. Пять-ноль в твою пользу. Против пятерых лучших роботов нашей студии. Ты мошенник, но победил по правилам. Я на первом же крупном конвенте перед журналистами, как уговорено, скажу. Твой робот — апогей тупизны, но он работает. Ты взломал правила. Не возражаешь, если отправлю твоего бота на чемпионат журнала «Мир компьютерных игр»? Авторские права твои, я чужой код не ворую!

— Если никаких обязательств с моей стороны, то отправляй, — разрешил я.

Единственный умозрительный минус предложения — его озвучил парень по имени «Стивен», но я уже уяснил, что не все Стивы одинаково опасны. Возняк, например, отличный мужик.

— Даже не знаю, чего я жду больше — чтобы тебя дисквалифицировали за абьюз правил, разгромили в пух и прах или твоей победы, — рассмеялся Бьорк. Вот же… Стив!

— Приятель, а пошли займемся переездом, — позвал я питбуля, — мне нужен кто-то, кто посторожит вещи в кузове во время выгрузки и погрузки.

Так и поступили. Все равно вернуться к размеренной работе кодера эмоциональное состояние «слегка на взводе» мне не позволяло, а вот вещи собирать — вполне себе да. Заглянул к миссис Дак попрощаться, но не застал. Ладно, еще навещу. И казалось бы, багажа всего ничего, а задолбался и затемно закончил.

Только-только собирался передохнуть, заварить себе дошика и подеградировать перед компом, изучая, что там нового на BBS, как в дверь позвонили. Соседка за солью? Нет-нет! Это мы уже проходили. Больше я дверь незнакомцам не открываю.

Выглянул в глазок, в свете уличного фонаря… не соседка, а сосед — мистер Фрэнк Лидс. Он мне денежку принес за квартиру за январь? То есть то, что на бирже заработал? С двадцати тысяч, при падении на треть — это на пальцах будет минимум тысяч пять, с учетом его комиссионных? Неплохо, быстрые легкие деньги.

— Привет… эээ… Крис, впустишь? Не для улицы разговор.

— Да, но только если переобуешься в тапочки, вот гостевые.

— А, понял, японский обычай. Я не знал, что твоя Линда японка. Да и неважно… я извиниться пришел. За тот случай… в гараже. И я мало денег заработал, меньше, чем мог бы. Вложил половину в классический шорт, а вторую в пут-опционы.

Сказать ему, что не владею базовой терминологией и не знаю, чем отличаются «шорты» от «путов» — это уже совсем палевно, а потому слушал и кивал, подливая недавно сваренный кофе. Ага, кофе вечером, но ни о чем не жалею. Ночь сегодня зовет меня встречать Линду в аэропорту. Не на такси же ей добираться?

— Фрэнк, я готов услышать любую цифру. Мало — это же не минус.

— Всего сто пятьдесят три тысячи, за вычетом моей двадцатипроцентной комиссии! Меньше, чем могло бы быть.

Сколько-сколько? СКОЛЬКО⁈ Мне что, пора заводить себе денежное хранилище, как у дядюшки Скруджа?

— Да, понимаю, если бы я всё вложил в опционы…

Из короткого и сбивчивого рассказа брокера суть терминологии я уяснил. Шорты — это то самое «взять акции взаймы и продать дешевле», а «путы» интереснее и опаснее. Это, на моём уровне понимания, что-то похожее на тотализатор, где брокер делает ставку на цену акций, и прибыльность там не тридцать процентов, а иногда на порядки. Кроме того, «взять взаймы», то есть «зашортить», разрешено вдвое больше изначальных вложений.

— Фрэнк… меня устраивает! Вы лучший трейдер в мире!

Может быть, и польстил соседу, но карамба! Сто пятьдесят тысяч! Гора денег! С них я могу… выплатить пятьдесят процентов федерального налога и десять процентов налога штата. Причем, подозреваю, эта прибыль пойдет по моей декларации как физлица, а не корпорации. Но это надо еще выяснять у мистера Сильвермана. Мне нужен свой финансист в штат, стопроцентно!

— И что мне сделать с твоими деньгами, Крис?

— Часть пойдет на уплату налогов, часть заберу на жизнь, остальное инвестировать. Такого же блестящего прогноза я не сделаю, но я везучий, могу предположить, кто не прогорит. На днях загляну и назову, в какие именно акции.

Эппл и Интел! Вкладываться нужно в будущих лидеров рынка. Не быстрые деньги из ничего, но уже неплохо. А если из геймдева, то ЕА, Нинтендо, Активижен, но не уверен, выгодно ли прямо сейчас в них вкладываться или лучше подождать годик-другой.

Глава 2

Окленд — город-спутник большого Сан-Франциско, находящийся на полпути от Фриско до Беркли. Расположенный там аэропорт мне понравился — пусть без футуристичных траволаторов и компьютеризированного светофора на парковке, но и без толп в попу ужаленного народа, а также очередей. Тихий и провинциальный. У меня есть привычка сравнивать всё американское с Воронежем, и вот вполне сопоставимые категории.

Внутренний романтик яростно требовал встретить мою чемпионку с цветами у трапа самолета, с киношной помпезностью, но в американских аэропортах, как я уже выяснил при полете в Айову, нет никаких трапов. Сразу удобный рукав в здание аэровокзала. Вот к выходу из него я и подоспел, несмотря на два часа ночи. Именно на такое время выпал рейс. Цветы я с вечера купил в профильном отделе супермаркета. Перуанские лилии, естественно, её любимые.

Жаль, человека с камерой не имелось, дабы заснять наше воссоединение — очень уж по-киношному всё выглядело. Мы в нарушение всех правил приличия замерли в проходе, не в силах оторваться друг от друга, а хорошие деликатные люди, прилетевшие тем же рейсом, огибали нас слева и справа. И ни один пендехо ни слова не сказал, что, дескать, молодежь последний стыд потеряла.

На обратном пути в Эль-Серрито я во всех подробностях рассказал про суд и в еще большем числе подробностей услышал про турнир. И как-то даже на Митчелла злиться перестал, настолько жалким он в рассказе Линды получился. Может быть, Билли специально на публику играет? Или на самом деле не понимает, как со стороны выглядит? А вот идея нанять Тодда Уокера в качестве стажера отторжения не вызвала. Парень-гик, любящий игры и программирование. Потенциально хороший кадр.

И до обсуждения самих игрушек дело дошло.

— Мне хочется делать игры с объемной графикой! Ты не представляешь, какими красивыми и детальными они могут быть! Как в Троне! Да даже лучше! Нужно обязательно найти, в каком аркадном зале есть «Бак Роджерс», чтобы ты увидел.

Ну да, конечно. Откуда мне знать, как выглядят трехмерные игры? Я же в них никогда не играл! С точки зрения девушки так и есть, полагаю. Не считать же примитивный белый по черному проволочный лабиринт из Визардри?

— Обещаю, мы еще сделаем трехмерную игру. Главного героя вооружим бензопилой и дробовиком, а врагами назначим орды монстров, которых он победит максимально кровавыми способами.

Наверное, так себе я романтик. Но в красивых азиатских глазах девушки мечтательный блеск прорезался.

— Это ведь как в «Зловещих мертвецах»! — воскликнула Линда. — Обожаю этот фильм!

Внезапные для меня ассоциации, хотя и верные для хроноаборигена из 1983-го. Бензопила и гром-палка уже стали частью культурного кода и мне понятно, почему именно этот фильм пришел в голову девушке, но постфактум. Груви!

— А наши компьютеры справятся? У аркадных автоматов другого уровня графика, — достойный вопрос. Девушка растет, учится, многое начала понимать в геймдеве.

— Я очень постараюсь уложиться в имеющиеся ресурсы, полностью уверен, что возможностей Коммодора достаточно. Верь мне, я инженер.

Каналья из гетто я, но способ принести трехмерный шутер в наши графически отсталые времена у меня в голове есть.

Я разработкой под Коммодор 64 не особенно интересовался, жил больше настоящим, чем прошлым, но встречался мне ютуб-канал парочки поляков, которые сотворили настоящее чудо — запилили на К64 шутер «Грей», визуально близкий к «Думу», со всеми атрибутами великой игры и вполне себе плавным, а не покадровым геймплеем. Не точь-в-точь, но узнаваемо.

Код их движка в ролике никто не показывал и в открытый доступ исходники не выкладывали, но основные принципы ребята объяснили и их решение без дураков гениально — использование текстового режима, переопределяемых символов и цветовой карты, определяющей цвета каждого символа. По сути тот же подход к отрисовке, что и при создании пиксельной канальи из Флэппи Бёрд!

Картинка у тех полако-совсем-не-пендехо получалась, естественно, низкополигональная… ну, то есть никаких полигонов в ней и нет, просто сильно пикселизированная, склеенная из текстовых прямоугольников, с разрешением сорок на двадцать пять символов, с поправкой на то, что каждый символ Коммодор позволяет переопределить. Квадратиш, практиш, гуд! Этакий цветной ASCII-арт, генерируемый на лету. Скромных вычислительных возможностей процессора 6510 вполне должно хватать на просчет поля всего из тысячи символов.

Строго говоря, никакое это не тридэ, а убедительная имитация, псевдотрехмерность, нарисованная двумерной графикой при помощи рейкастинга, то есть «бросания луча с перспективы игрока на его окружение». Луч упирается в препятствие, при помощи базовой тригонометрии считается его длина и от расстояния вычисляется, как именно нужно отмасштабировать удаленный объект — то есть как сильно уменьшить.

Та самая бородатая-лохматая технология, на которой работал почтенный дедушка всех ПК-шутеров — Вольфенштейн 3Д. Правильней ее называть «два с половиной Д». Но мы не станем придираться. Если нечто крякает, плавает в пруду, кушает хлебушек, летает клином на юга и в целом каналья, то это уточка.

Та еще порнография, но я знаю, что подход сработает, что Коммодору хватит ресурсов для его использования, а написать движок — реально. И не делал пока шагов в данном направлении по тем причинам, что разработка займет месяцы, если не годы, а деньги на адвоката, создание компании, железо и комфортную жизнь требовались здесь и сейчас.

Тетрис в портфолио студии изменил правила. Теперь я могу позволить себе долгий цикл разработки и, полностью отдавшись кодингу, создать что-то, что поставит моё имя в один ряд с Джоном Кармаком и Джоном Ромеро… года через два упорной работы. Но кто скажет, что оно того не стоит?

Еще и крепкая материальная база появилась, без нее нереально. Пожалуй, не хватает еще кросс-ассемблера, чтобы писать код на удобном IBM в «Каналья-Эдиторе», с подсветочкой, а не рассчитанном на пользователя, а не разраба К64. И есть все шансы, что нужный инструмент уже выпустили, главное — узнать, кто его продает. Там ведь переделок относительно аналогичного под Вик-20 минимум.

Большую часть умных мыслей я додумал, безусловно, не за рулем, ибо так и разбиться недолго. Уже дома, в нашей с Линдой уютной кроватке, пялился в потолок, слушал, как мирно сопит уткнувшаяся мне носиком в плечо любимая и размышлял. Кофе перед сном — такая себе штука, коварная. Выпьешь чашечку и получишь ночь, полную размышлений, мысленных экспериментов и воображаемого кросс-ассемблирования.

На работу следующим утром пришел с квадратной головой, будто ее сделали из укрупненных пиксельных блоков, но притом давно я себя настолько счастливым не чувствовал.

— Хей, Си-Си, видал свежий выпуск Байт? — окликнул меня пришедший вскорости Майкл. — Нет? Держи, познакомься, тут и про тебя, и про Сьерру Онлайн. И хвалят, и ругают.

И воистину любопытная статья под названием «Все дело в игре». Журналистка Памела Кларк писала, что индустрия видеоигр зашла в тупик, рискующий ее разрушить и превратилась в фабрику клонов, выпускающую двойников. Цитирую«Люди скоро поймут, что на аркадных автоматах им предлагают одну и ту же игру про стрельбу по пришельцам или бег в лабиринте в обертках разных спрайтов» .

Но есть в темном царстве бесконечных заимствований и самоповторов луч света — текстовые квесты и Роберта Уильямс, как самый яркий представитель жанра. Журналистка явно оказалась поклонницей сюжетных приключений, так как предрекала играм превращение в интерактивное кино с глубокой драматургией. Умная женщина, умеет смотреть в завтрашний день, что могут не все. В числе прочих представителей «хороших игр» наши «40 тысяч способов» оказались упомянуты, наряду с Ультимой и Зорком.

«И печально видеть, как талантливые разработчики из Каналья Геймс, способные написать глубоко ироничный сюжет, тратят своё время на создание бессмысленных убивалок времени, эксплуатирующих не мозг, а спинномозговые рефлексы. Такие игры, как 'Флэппи Бёрд» и «Темпл Ран», не несут никакой смысловой нагрузки, привлекают игрока яркой картинкой и женской грудью, а не глубоким геймплеем или интересной историей.

Игровой процесс в них сведен к одному примитивному действию. В этих играх нет ни сюжета, ни стратегии, ни развития, ни возможности победить —только бесконечное монотонное преодоление случайно генерируемых препятствий. Нам предлагают цифровой фастфуд, лишающий игрока даже иллюзии осмысленного выбора. '

И так-то по делу критика, но все равно неприятно. По «Тетрису» мисс Кларк при этом не прошлась ни похвалой, ни критикой. Вероятно, писала статью еще до его появления в продаже. Обидно, досадно, но ладно-ладно-ладно. Наименьшая из наших проблем. Потеряем часть продаж второстепенных игр — так нам и надо, примитивщина же, хоть и с чичис.

— Журналистка во всем права, — объявил я коллегам, — и даже такое упоминание — это тоже реклама. Продолжаем работать. Лиза, у меня для тебя важное задание — найди, кто нам продаст кросс-ассемблер с IBM-5150 на Коммодор 64.

— Си-Си, посмотри еще в конце журнала, ты умудрился в него дважды попасть, — подсказал Майкл.

Я послушался, и — о Император на золотом Троне! Не ожидал, что так быстро выпустят. Статья о «герцогской сортировке», Дюкесорт! Моими словами, почти в том виде, в каком я ее отправил, с указанием в качестве автора «Криса Коламбуса», с перечислением закрытых уязвимостей квиксорта и прочими дифирамбами, приятно почесывающими мне чувство собственной важности. От себя редакция добавила краткую заметку о том, как им приятно, что игровая студия находит ресурсы на серьезные фундаментальные проблемы компьютерных наук. Как удачно! Прямо хоть делай вырезку, вставляй в рамочку и вешай на стену.

— Приветики всем! Младшенькая, прилетела? Всех победила? Давай, рассказывай, не маринуй меня! — к нам впорхнула Трейси, как всегда неунывающая и легкомысленная. В иных странах ее короткие шортики могли бы стать причиной государственного переворота.

Последовал очередной взаимный пересказ произошедшего, дополненный тем, что группа побывала в Сан-Диего… Портленде, Юджине, Салеме, Медфорде, Рино, Карсон-Сити, Флагстаффе и вообще повсюду, как поет Джонни Кэш.

— Вот они сволочи, в этой Атари! Скажите? Йеп? А я договорилась в Беркли по поводу нашего ТВ-шоу! С вас, ребятки, сценарий, потому что я в этих ваших играх ничегошеньки не понимаю!

— Со студией на факультете журналистики? — уточнил я.

— Ну да, сходила туда после театральной репетиции. Там такие забавные мальчики, так мило стеснялись, когда я к ним пришла и предложила меня снимать. Согласились на условиях, что с нас сценарий, а один из них соведущим станет. Это ведь нормальненько? С них студия, камеры, свет и все такое. С нас пленка, сценарий и моё обаяние. Йеп? В субботу делаем первый выпуск.

Подозреваю, что без расстегнутой пуговки на переговорах не обошлось. Очень спонтанно. Так на коленке подобные передачи не выпускают, но у нас же любительский уровень, скорее видеоблог, чем серьезная аналитика.

— Возьмем три игры для Атари и расскажем, какие они ужасные! Отомстим им! — кровожадно предложила Линда. — Обязательно Е. Т. с их ямами, ничего хуже я не встречала!

Есть некая ирония в том, что картриджи с игрой про бесконечное попадание в ямы в итоге закопают в пустыне и зальют бетоном.

— Месть… «Месть Кастера!» — воскликнула Бренда и залилась краской, как будто ей стыдно из-за самого факта того, что она знает, о чем резонансная игра.

Судя по тому, что зарумянились и Линда, и Лиза, у нас в студии работают сплошные извращенки. По всей видимости, они все уже заочно познакомились с игрой, которую стоит ненавидеть не только за расизм, сексизм, пошлость и тему сексуального насилия, но и откровенно убогий геймплей.

В «Мести Кастера» одноименный генерал американской армии в характерной круглой шляпе и с эрегированным фаллосом наперевес должен под градом стрел добраться до обнажённой индейской женщины и, видимо, за что-то ей отомстить. Разрабам стоило бы построить геймплей наоборот, с позиции индейцев-лучников, так как иных чувств, кроме омерзения, генерал-насильник у меня не вызвал. Даже Атари эту игру, созданную под консоль 2600, осудила, судя по легкой шумихе в прессе. Руководитель студии, сделавшей эту миерду, в интервью оправдывался, что у Кастера и индианки всё добровольно и по взаимному согласию. Пендехо гринго!

Я так-то не настолько ханжа, и жанру «восемнадцать плюс» мне есть что принести, помимо порношашек. Например, вспоминается флэш-игра про охотника с двустволкой и нападающих на него сзади дикарей… Или, если чуть менее провокационно, то «Свен — властелин овец» — про черного любвеобильного барашка, имеющего целью принести свою любовь овечкам, которых охраняет злая собака, самому псу или даже старику-пастуху. Технологии вполне потянут оба проекта, а я заполучу несмываемое клеймо извращенца. Может, Стиву из «Датасофта» идеи слить в качестве примирения? Богатым человеком станет.

— Нужна хорошая игра для контраста, — поделился идеей Майкл. Он, к слову, с его великолепной дикцией стал бы идеальным соведущим, да еще бы комплект из «Бонуса и Гамовера» дополнил.

— Наши брать как-то нечестно, нужно что-то хорошее от сторонних разработчиков под Атари 2600, — предложил я. — Что-нибудь от Активижен, например. У них как раз недавно вышел очень популярный Питфолл. Можно будет иронично сравнить две игры про ямы.

— Йеп! Я в магазин за этими играми, — вызвалась Трейси. — Младшенькая, поехали со мной, расскажешь, как там Белла себя чувствует и про ее новую соседку. Она что, реально красивее меня?

Так-то мы все, кроме «Мисс Сентябрь», тут на работе, но настроение что-то делать совершенно отсутствовало, а если только вкалывать и не отдыхать — неминуемо наступает выгорание, а потому подурачиться с друзьями полезно и можно считать, что это у нас тимбилдинг.

Девушки уехали, но в офис заглянул Монти. Посмотрели вместе с ним его новый релиз покера. Слабовато и примитивно, но что-то лучшее и не выжать из слабого процессора. Нам ведь надо, чтобы на базовых версиях Эппл 2 работало. И хорошо же сидели, но тут зазвонил телефон. Я уже, кажется, по продолжительности перезвона научился определять, кто там — наверняка батька Кен.

— Студия «Каналья Геймс», Крис у аппарата.

— Каналья — это ты, приятель! — может быть, я экстрасенс и умею предсказывать будущее? На самом деле мистер Уильямс позвонил. — Ты почему вчера нас не набрал и не рассказал, как прошло заседание об эмансипации? Роберта всю ночь не спала — переживала.

— Всё хорошо, Лео их размазал. И мне стыдно! — на самом деле накосячил.

Мог бы и подумать о том, что там хорошие люди за меня переживают. И надеюсь, Елене про ситуацию никто не сказал. Ей волноваться вредно.

— Ладно, приятель, проехали. Я рад, что эта неприятность прошла мимо тебя. Но поджидает парочка других проблем. Первая — прогрессивная налоговая ставка! Число проданных в рознице экземпляров тетриса уже перевалило за десять тысяч. Я даже почти начал верить, что это на самом деле игра всех времен, а твоя прогрессивная шкала роялти — не блажь, а хитрый план.

— Да-да, проблема недостаточных размеров денежного хранилища — та самая, с которой я не против столкнуться. А вторая?

— Вторая хуже. Дружище… это не совсем моё решение, мы тут очень много спорили и я на твоей стороне, — или батька прекрасный актер, или ему на самом деле неловко говорить мне то, что он пытается донести. — Извини, но так получилось. Сьерра Онлайн вынуждена отказаться от издания некоторых игр Каналья Геймс.

Глава 3

— Кен, ты меня пугаешь. Оторви сразу пластырь.

Тревожность подсказывала совсем глупые варианты вроде отказа Сьерры от тетриса, что так-то маловероятно. Как бы сильно пендехо из Атари на батьку не надавили, он обязан в «игру всех времен» зубами вцепиться, а не рвать сотрудничество. Скорее всего, он про что-то неопубликованное

— Обе эротических игры с лицензией Плейбой. Извини, приятель, но после скандала в прессе с той ужасной похабщиной, «Местью Кастера», многие розничные сети отказываются от даже намека на эротику. Это временно, но мы не можем в нынешней ситуации рисковать. Идея лицензирования моделей эротического журнала очень хороша, но несвоевременна. Давай мы вернемся к ней позже. Перечисленный аванс за них зачтем, как часть роялти за Тетрис.

— Кен, ты ведь понимаешь, что в данной ситуации для меня логичнее всего отнести обе игры к другому издателю или начать выпускать самостоятельно. Отложить их — не вариант, у меня программист на роялти от обоих проектов рассчитывает.

— Понимаю и не стану обижаться, если ты это сделаешь. Извини, что вот так, по телефону плохие новости сообщаю. Но всегда лучше узнать, чем томиться в неведении. Для нас, как издателя, сохранение хороших отношений с торговыми сетями вопрос выживания. Сразу предостерегу, что очень немногие в нынешней обстановке за издание эротики возьмутся. То же самое и с розницей — тебе попросту откажут в размещении на полках магазинов. Выждать по моему мнению — лучший вариант, прими мой опыт. Я даже наш успешный эротический квест из продажи убираю, чтобы удержаться в тенденциях рынка и угодить возможным партнерам, с которыми веду переговоры. В ближайшие года два-три — никакой эротики.

Чертовы пуритане! Я же не жесткое порно с конями и индейцами им предлагаю, а, считайте, искусство! Иллюстрации Линды столь же прекрасны, как и девушки, с которых они срисованы.

— Совершенно внезапный конфуз, я озадачен, — выдал Монтгомери Синклер очень спокойным тоном после того, как я попрощался с батькой и повесил трубку.

Потрясающий самоконтроль. Он в эти порноигры несколько месяцев труда вложил. Меня самого жгла изнутри потребность выругаться громко и грязно, желательно на русском, как иногда пробивает, но тут все же девушки со мной в офисе. И Лиза, и Бренда, наверное, не очень оценят всё богатство и разнообразие моей экспрессивной лексики. Да и в целом, вот так вот срываться при подчиненных — потеря лица. Правильный тимлид должен делать вид, что у него всё под контролем, вселяя уверенность в простых разрабов, даже если это не так.

— Мы найдем способ издать игры, не сомневаюсь, — пообещал я, — там не только твой труд, но и рисунки Линды, я не позволю им пропасть. А пока ты переходишь на проект, не имеющий рисков по возрастной категории. Ви-Ви-Ви-Ви-Ви-Ви, наш следующий большой хит. Твоя главная задача — создание уровней, являющихся головоломками и общей карты игры. Прототип игровой механики с управлением гравитацией я тебе готов показать. Каждый уровень получится в чем-то похожим на шахматный этюд, поэтому я уверен, что ты хорошо справишься.

— Назначение принимается. Не будет ли возражений против моей помощи в поисках каналов дистрибуции?

Больная у меня фантазия! Представилось, как богатая родня Синклера из-под полы предлагает дискеты на всяких светских раутах.

— Да, приму любую помощь.

Какое-то неочевидное решение принялось вовсю зудеть на периферии сознания, но пока не щелкнет, не догадаюсь, я себя знаю. А потому лучше чем-то другим заниматься.

Следующие полчаса я рассказывал Монтгомери про прорывной платформер и даже нарисовал маркером на доске пример уровня из игры, предполагающий временную инверсию гравитации для обхода острых шипов по потолку. Наш юный гений — парень умный, суть ухватил с первого раза. Верю, что его головоломки получатся неплохими.

— Босс, а не возражаешь, если и я несколько уровней нарисую? — спросил Майкл. — Выглядит, как интересная разминка для ума.

Да и я сам в стороне стоять не собирался. Оригинальная игра создавалась энтузиастом-одиночкой, но у нас тут целая команда, а значит, мы готовы к разделению труда.

— Мальчики, а вот и мы. Глядите, что мы с младшенькой купили — тут Месть Кастера и игра, названная продавцом самой лучшей для приставки! И прикиньте, ее девчонка сделала, Кэрол ее зовут. Потрясненько, да?

— Речной Рейд от Активижен, продавец ее очень хвалил, — объяснила Линда.

О да… я играл в нее в девяностых под Досом и на Спектруме. Настоящий хит, пример того, как из простого геймплея «самолёт летит и стреляет» выжать увлекательную игру.

— Сейчас посмотрим, что за игры. Вы напишите сценарий, не зря ведь на эти дорогущие сценарные курсы ходите, и через два дня у нас запись первого эпизода. Здорово ведь? Йеп?

Так и получилось. Позвонил за сценарием сначала к тому, у кого получается — Эми, и повезло сразу на нее попасть.

— Привет, это Крис. Мы тут собираемся снять любительское ТВ-шоу про игры. Не хочешь стать сценаристом? Съемки в эту субботу.

— Извини, босс, у меня тут… куча долгов по учебе, я не успею написать ничего достойного. Но можно на съемки прийти? Это не кино, как я мечтаю, но тоже интересно.

— Конечно, приходи.

— В девять утра! — подсказала Трейси.

Пришлось нам с Линдой самим браться за текст. Не зря же на самом-то деле мы сценарное мастерство изучали. Написали по всем канонам, полученным от короля лемуров Джулиана.

ЕТ пока что решили от греха оставить в покое. Не трогаешь миерду — и она не воняет. Очень уж легко обвинить нас в предвзятости и сказать, что к играм от Атари мы специально придираемся из-за патентного суда и чувства мести. А значит — в топку этих пендехо, и без них хватает игр на рынке.

Заменили испытывающего нездоровую любовь к ямам пришельца на старый добрый «Таинственный дом» от Сьерры. Свои игры хвалить мне журналистская этика не позволяет, а вот издателю чего бы и не помочь в трудные времена.

Конечно, эти дни у нас ушли не на одну лишь подготовку к записи пилотного эпизода шоу. Работу никто не отменял, как и другие полезные дела.

Например, я передал мистеру Лидсу несколько компаний, в которые хочу вложиться. Не только софтверных и игровых гигантов, но и просто успешных в будущем корпораций, что, как я знаю, не разорятся. Эппл, Интел, АМД, Сони, Найк, Уолмарт.

Целая куча фирм, включая Майкрософт и Оракл, на биржу пока не вышла. И это хорошо, успею в них еще вложиться на старте. А там, глядишь, на правах крупного акционера повлияю на часть решений. Сделать Винду открытой и бесплатной, POSIX-совместимой, зарабатывающей на экосистеме, например, не позволив стать «мастдаем». Но это так, влажные фантазии, не очень реалистичные.

Лиза отыскала несколько контор, делающих и продающих кросс-ассемблеры, и таки да, в декабре интересующие нас появились в продаже. Менеджер заказала как дискету с софтом, так и парочку специальных кабелей, чтобы соединять 5150 и Коммодор 64. Пятьсот баксов за лицензию, между прочим, но какая же экономия времени взамен.

Линда добила-таки спрайты главного героя VVVVVV вместе с анимациями бега и смены гравитации. Оставалось еще нарисовать телепортацию, смерть, радость, отрицание, гнев, торг, депрессию и принятие. Это я утрирую, базовые эмоции персонажа нужно реализовать. Для их передачи всего несколько пикселей имеется.

И утром в субботу, как и полагается наследникам-предшественникам дела Сергея Супонева, мы отправились в телестудию факультета журналистики Беркли, чтобы сделать запись первого в мире геймерского видеоблога. Название для него предложила Линда — «Your Electronic Playground!», то есть «Твоя электронная игровая площадка», сокращенно — «ЙЕП!». Ничуть не хуже, чем «Новая реальность» или «От винта». И оригинальное все же предпочтительней сплагиаченного.

— Ну как вам, прям настоящая новостная студия, смекаете? — Трейси обвела рукой свои владения — помещение размером с просторный гараж, ярко освещенное потолочными лампами и прожекторами. Пара вполне профессионального вида громоздких камер на шарнирных стойках, телескопические микрофоны на металлических штангах-журавлях и архаичного вида режиссерский пульт за стеклянной перегородкой. Такой, с кучей ползунков и кнопочек управления абсолютно непонятного назначения. Прямо как в диспетчерской рубке. А на полу подсознание на миг разглядело переплетение множества змей — но нет, стопроцентно нет, это всего лишь кабели.

— Вау, прямо как на капитанском мостике Энтерпрайза! — нашла свои ассоциации Линда.

Стол для ведущих, типично новостной, с местом для двоих. Цветной телевизор Зенит.

— Мисс Смит! У нас проблема! — на Трейси обернулся рыжий и конопатый парень лет двадцати от пульта в больших наушниках.

— Никаких проблем, сахарочек, сейчас мамочка со всем разберется, — лучезарно улыбнулась ему блондинка, которая старше хорошо, если на пару лет. — Знакомьтесь, ребятки, это Ронни, он режиссер студенческих новостей.

— Рональд Мур, факультет журналистики, — назвался тот и продолжил паниковать. — Мисс Смит, вы не понимаете! Наш ведущий, Джоффри, отказался сниматься! — воскликнул студент. — А студию нам дали только на сегодня. Нужно срочно искать замену.

Вот же он олень! Надеюсь, отказался не потому, что отравился чем-то на собственной свадьбе. Первая идея — вызваться самому, но не слишком ли я в любой бочке затычка получаюсь? Заминка привела к тому, что меня опередили.

— Я могу, — смущенно предложила из-под капюшона худи Линда. — Мы вместе писали сценарий, и я его знаю.

Вообще, моя красавица уже почти перестала носить свой «супергеройский костюм» и полароидные фоточки того, как она рассекает на роликах в коротких шортиках, лично мне кровь взбудоражили, но в Беркли середина января — это совсем не лето. Дожди, туманы и мерзкий ледяной ветер с залива заставляют кутаться потеплее. И худи из плотной ткани очень даже в тему оказался. Я похожую толстовку надел.

— Отлично, парень, спасибо, кто бы ты ни был! — расцвел режиссер. И он даже не словился, по какой причине это мы все так дружно рассмеялись. Бабосо тарадо! Зато как он весь засмущался, когда девушка сняла капюшон.

Подошли познакомиться и остальные члены съемочной команды.

— Это Тед, Энтони и Барри, — перечислил звукарей и операторов Рон. Энтони я, к своему удивлению, узнал. Бывший сосед Чарли Пака, свидетель на его свадьбе. Мир тесен.

Шелчок хлопушки и Линда с Трейси, занявшие места за столом ведущих, улыбнулись в камеру.

— Приветики, ребята! С вами шоу «ЙЕП», что означает «Твоя электронная игровая площадка». Я Пенелопа Смит и моя сегодняшняя соведущая — Эль-Кей, первая чемпионка Соединенных Штатов по аркадным автоматам. Эль, как настроеньице, подруженька?

Чистая импровизация мимо сценария, который переписывать с парня-ведущего на девушку оказалось некогда и некому. Я в этом деле не так и хорош. Еще и Эми чего-то не пришла, хотя и обещала.

— Привет, Пенни. Если говорить честно, я в ярости. Всё из-за самой плохой игры в мире. Она настолько отвратительна, что вывела меня из себя даже сильнее, чем «Месть Кастера». Что это за игра, я думаю, уже знает каждый геймер.

— Месть Кастера? Я про нее слышала!..

Здесь сценарий плавно уходил на обсуждение игры про привязанную к кактусу индианку и мы постарались избежать пустого морализаторства.

— Знаешь, Пенни, в чем главное преступление студии «Мистик»? Они сделали скучную игру. Настолько скучную, что ее не спасает гигантский… ну ты понимаешь, что.

— О да! Йеп! Я сперва подумала, что это у генерала деревянная нога или третья рука! Зрители, мы сейчас включим вставку с игровым процессом, но там по соображениям морали закроем ту самую часть тела черным прямоугольником.

Далее девушки обсудили хорошую игру «Ривер Рейд», отгрузив ей щедрую, и, что важно, заслуженную порцию похвалы. Линда скупо рассказала о чемпионате, признавшись, что очень волновалась. Похвалила Айову и лично президента Твин Гэлакси Уолтера Дэя за предоставленный шанс себя проявить.

— Наша третья игра — Таинственный Дом. Ой-ой-ой, подруженька, я точь-в-точь в таком сейчас живу. И что-т я никак не смекну, что здесь нужно делать.

— Смотри, Пенни, тут нужно с клавиатуры вводить команды, что главный герой должен сделать. Не всем нравится этот подход и специально для тех, кто не любит угадывать глаголы, Сьерра Онлайн выпускает в этом году доработанную версию игры, подсказывающую варианты действий игрока.

— Что-то мне так жутко от всех этих убийств на экране стало. Даже дышать тяжело, — и Трейси применила запрещенный прием с пуговкой. Всё, передача обречена на небывалый успех для студенческого телевидения.

Ох не зря хитрый батька наш квестовый движок лицензировал и теперь, судя по всему, он собирается перевыпустить под него все текстовые квесты Сьерры, заодно уменьшив количество дискет в «Тайм Зон» с десяти до пяти, как мне рассказывали во время минувшего визита в Оукхерст. Благодаря переизданию по меньшей цене у, казалось бы, провалившейся из-за стоимости игры снова продажи пошли.

Девушки говорили по сценарию, как будто поиграли в оные проекты только что, но это ложь. Геймплей всех игр мы записали на видеомагнитофон еще в нашем «таинственном доме», подключив его к модулятору. А ведущим оставалось делать вид, что запускали здесь и сейчас, для чего я принес на съемки Атари 2600 и Эппл 2.

— Где этот мексиканский ублюдок! — в студию ворвался разъяренный арийский Донки Конг, желающий немедленно покарать… похоже, что меня. — Я тебе говорил не приближаться к Эми? Не звонить? Не искать встречи? Говорил?

В тесной режиссерской клетушке стало откровенно тесно, когда ко мне и Рону добавился еще и парень Эми, которого я видел один раз в жизни, на первом занятии по сценарному мастерству. Как там его звали? Давненько я физических чингасос не получал. Р-р-рамон! Это точно в его подкатах к Эми дело.

— Если и говорил, то не мне! Ты ведь Дон? Давай все проясним, как цивилизованные люди, — вот как можно нас с Санчесом перепутать? Я на полголовы выше, вообще другой человек и даже тени интереса к талантливой сценаристке, как к девушке, не выказывал.

Цивилизованным человеком оппонент себя показывать не пожелал. Ответом мне стал хорошо поставленный прямой в голову. Ну, наверное, хорошо. Я так-то в боксе не очень разбираюсь и джеб от кросса в целом отличу, но когда смотрю поединок по телевизору, а не в момент прилета тяжелого кулака по голове. Удивительно, что рефлексы вообще сработали, и я не только отшатнулся, но и голову предплечьями закрыл, приняв удар на руки. И это больно, между прочим. Еще и равновесие не удержал, плюхнувшись обратно в студийное кресло.

— А ну прекратите! — потребовал за спиной у спортсмена режиссер, с нулевым эффектом.

Краешком глаза отметил, как Линда и Трейси вскочили со своих мест, но что они сделают. Этот орангутан меня не отметелил только по причине того, что в режиссерской каморке очень тесно и как следует не размахнуться. Хорошо, что «Донателло» еще без своей палки пришел. Хотя, с ней бы он тут не поместился.

Я пытался оставаться вежливым, но не сложилось. Сидя в кресле, несложно дотянуться до кабелей, извивающихся по полу. Выбрал находящийся прямо под ногами у Дона и дернул изо всех сил, надеясь, что не испорчу ценное оборудование. Как раз шагнувший мне навстречу блондин закономерно потерял равновесие и плюхнулся на задницу, не удержавшись на ногах.

— Дон? Ты что тут устроил? Придурок! — воскликнула откуда-то от входа в студию Эми, вся запыхавшаяся, словно бежала. Полностью согласен с ее оценкой когнитивных способностей парня. Отелло доморощенный! Ну что за пендехо? Хорошо хоть без фингала на этот раз обошлось.

Глава 4

И вот поднялся я из кресла, и возвышаюсь над сидящим на заднице противником, который в случае настоящей драки в бараний рог меня свернет. Так-то я товарищ мирный и чаще получаю чингасос, чем раздаю.

Дональд уставился на меня снизу вверх и как будто впервые увидел.

— Ты… ты не тот мексиканец! — сделал он вывод.

— Рукоплещу твоей наблюдательности, — не удержался я от сарказма.

— Я… извини, я тебя перепутал с другим чикано.

А других, например Рамона, который на полголовы ниже меня, значит, бить можно? Сдать бы его охране кампуса, как опасного смутьяна. Но перспективная сценаристка в команду мне дороже, а ей наверняка не понравится, что всякие канальи на ее парня доносят. Да и Санчес сам виноват. Пендехо! Говорил же я ему, что девушка занята, а он не прислушался. Следует самому ему моральное внушение устроить.

— Дон, это была последняя капля. Ты кем себя возомнил⁈ — бросила Эми. — Видеть тебя не хочу, убирайся.

— Чувак, ты нам чуть студию не разнес! — добавил обвинение Рон, которого так и хотелось мысленно фамилией Уизли поименовать, хотя на актера из экранизации Гарри Поттера он только цветом волос и именем похож.

— Свободен! — сказал я ревнивцу с нотками «Тома Хагена». — Просто уйди и не устраивай мне неприятностей.

— Я… простите, все. Эми, я идиот!

Парень с видом побитой собачонки поднялся и побрел прочь. Я человек мягкосердечный, местами даже добрый, но орган, ответственный за жалость, если таковой существует, у меня не особенно шевельнулся. Хотя бы потому, что на правом предплечье наливался здоровенный синяк и даже кость ломило. А уж если представить, что его копыто мне в лицо прилетает… как бы от такого удара душу из тела не вышибло.

Найти выход Дональду звукарь Энтони помочь взялся. Он приобнял нашего Отелло и начал тому что-то увлеченно нашептывать. Очень интересно стало, что именно. Сомнительно, что про то, какие у Каналья Геймс игры замечательные.

— Спасибо, что не стал его бить, Крис… — начала было Эми, но подбежала Линда и принялась проверять, все ли со мной в порядке, ненавязчиво оттеснив блондинку. Спину обидчика моя девушка чуть взглядом не прожгла.

— Драться с парнем из гетто плохая идея, смекаешь, подруженька? — сказала Трейси, обращаясь к Эми. — Наш Си-Си джентльмен и первым в драку никогда не влезает.

— Дома Дональд таким не был, а тут как взбесился, — вздохнула первокурсница. — И ведь умный и спокойный парень, но как увидит рядом со мной кого-нибудь — как красная тряпка перед быком. Давайте не о нем, а про ваше шоу! У вас девушки-ведущие, это так необычно! Можно сценарий посмотреть?

Так себе перевод темы, но все сделали вид, что Дон и правда скучнее созданного на коленке сценария любительской передачи и продолжили съемки.

И тут, надо признать, Эми очень полезным человеком оказалась. Пока мы добивали первый эпизод, написала сценарий второго, целиком посвященный текстовым квестам — единственным играм, в которых она хорошо ориентировалась. Его и сняли за остаток съемочного дня. Без геймплея, только разговоры, игровой процесс отдельно заснимем. Охватили пару квестов Сьерры и вездесущий Зорк.

Совместный труд, для моей пользы — он, как известно, объединяет. Вот и закончили мы съемки на вполне дружеской ноте. Нормальные ребята эти молодые журналисты. Еще не превратившиеся в писак, извращающих сказанное в интервью. Энтони вернулся и сказал, что Дональд еще раз просит прощения.

— Крис, нам бы полчасика на свои, женские, темы посплетничать, — смущенно обратилась ко мне Линда по завершению съемок. — Сам понимаешь, Эми вот так одну нельзя бросать без присмотра. Может быть, ты пока сходишь в библиотеку?

Так-то от меня у нее секретов обычно нет, следовательно, темой для разговора стану, в числе прочего, я сам. Ну и ладно. Я в своих девчат верю, ничего плохого они про меня не скажут. Тем более, повезло внезапно заметить знакомого — аспиранта Сэма Гарланда.

— Эй, Сэм, привет, как там переход на TCP/IP? Гладко запустили?

— Так гладко, что я торчу в университете в субботу после обеда! — огрызнулся Гарланд. — Полное дерьмо пока что. Билл Джой начал переход на архитектуру с сетевыми сокетами, а затем, не завершив, кинул всех и отправился создавать свой стартап. Ты не представляешь, сколько узлов оказалось не готовы к будущему мистера Джоя. Нам еще не меньше полугода дописывать наш дистрибутив Юникса, чтобы решить все проблемы.

— Жаль, я очень хотел сеть по этой технологии к себе в офис.

Аспирант нервно расхохотался.

— Профессиональая сеть, требующая PDP-11 в качестве маршрутизатора, тебе нужна для калькуляторов от IBM? Ах-ха-ха! Стоп-стоп… ты это всерьез сейчас? Забудь, Крис. Ты на одном дорогом коаксиальном кабеле разоришься. Для ваших задач хватит дешевой поделки по типу ARCNET — там обычный антенный кабель, который идет бухта за пару баксов, если утрировать.

— И сетевые платы еще, — напомнил я.

— Ага, долларов по 400 за каждую, но сеть дешевой не бывает. Читал, к слову, твою статью в «Байт». Издание мусор, но популярное. Твоё имя получит огласку.

Еще я читал в том же «Байт» про «Омнинет» — сеть вокруг общего доступа к жесткому диску. И раз Корвус стал частью нашего офиса, то почему бы и в эту сторону не подумать. Плюс-минус те же деньги за сетевые платы, но витая пара, а не антенный кабель в качестве разводки.

— И еще один момент, Сэм. У тебя есть исходники университетской системы управлениями версиями кода? Для них мне сеть и нужна в первую очередь.

Критически важный момент, так-то. Намучался я синхронизировать исходники с одними лишь Джоном и Монти, каждый в своей нише. А когда разрабов станет не двое, а десяток — то всё, окончательно стану диспетчером, изо дня в день занятым объединением веток кода.

Ну хоть повеселил усталого программиста.

— Крис, в который раз тебе повторяю — твой мозг нужен Юниксу. В убогом однозадачном ДОС система RCS не заработает, ее специально проектировали с учетом прав доступа в нормальной операционной системе.

— Не заработает — значит, своё напишем, — пожал я плечами и через полчаса разбогател на распечатку исходников. Именно так, а не дискету, потому что компа с юниксом у меня нема, а у взрослой ОС своя нечитаемая под ДОСом файловая система.

Отправлю копии полученных исходных кодов Джону. Он, глядишь, и родит мысль, как их использовать, аналогично тому, как с редактором кода решение нашел. Заодно свои заметки прибавлю.

У Харриса как раз не до конца прошла моральная травма после потери кодовой базы на дискетах. Вот, шанс ее выправить, создав инструмент, благодаря которому исходники пропадать не будут, причем его труд убережет от фатальных ошибок сразу многих программистов.

Я в разных командах работал и какой только инструментарий не использовал. Git, SVN и прочие битбакеты. Вот винегрет из их достоинств и недостатков на товарища и вывалю. Сферическую идеальную хотелку в вакууме. Чтобы как я хочу, да еще и с перламутровыми пуговицами.

Если хотя бы половину желаемого в обозримом времени сотворим, то мы молодцы. Хотя бы одновременную работу нескольких человек над одним файлом и синхронизацию на основе диффов.

Вернулись в Эль-Серрито и вечер субботы у нас с Линдой на просмотр телевизора ушел. Транслировали то самое аркадное шоу, сделавшее мою девушку чемпионкой. Ну что тут сказать? Пендехостанцы умеют сделать представление из самых обыденных моментов. Мне понравилось.

На моменте, где Билли потребовал поцелуй, кулаки чесаться начали, требуя передать оборзевшему парню если не местных дефицитных чингасос, то хотя бы наших исконных, отечественного производства, люлей. Что этот гринго себе позволяет?

Посмотрел заодно на этого ихнего «Бака Роджерса» — не впечатлил! Я сделаю свою космическую стрелялку, с блэкджеком и шлюхами! То есть с текстовыми квестами. Как только Бренда закончит рассчитывать Геймдев Тайкун, выдам ей задание по просчету экономики «Космических Рейнджеров».

Кроме трансляции чемпионата мы посмотрели кассету, одолженную Майлзом — аниме «Мобильный доспех Гандам». Без дубляжа или субтитров я в репликах откровенно ничего не понимал. Я всегда тепло относился к аниме, но именно эта франшиза как-то обошла меня стороной, несмотря на ее культовый статус. Определенно зря!

Мрачное будущее человечества, война, взрывы и прочее пыщ-пыщ. Обычный японский… то есть инопланетный школьник, когда на его планету нападают, угоняет продвинутого робота и гигантским световым мечом дает прикурить зеленым роботам-злодеям. Вот как-то так. Интересно, даже не понимая, о чем именно там говорят. А Майкл, получается, знает японский? Или он точно так же, как и мы, смотрел, не понимал, но проникался феноменом японской анимации.

— Вау! Просто вау! — прокомментировала Линда, — какая крутая стилистика! И они не постеснялись показать смерти персонажей, история сразу воспринимается взрослой! Я хочу посмотреть продолжение… и узнать о чем там говорилось. И попробовать рисовать в том же стиле. У меня получится!

— А меня потянуло сделать игру про гигантских человекоподобных роботов, — признался я. — Смотрим продолжение?

И на второй серии у меня в голове щелкнуло. Главный герой случайно зашел в комнату подруги, когда она переодевалась, и застал ее в нижнем белье. Очень безобидный фансервис по меркам будущего, но пуритане на него наверняка возбудились бы и потребовали защитить диточек от опасных чичис.

— Япония! — воскликнул я вслух. — У них там вообще нет цензуры и порнографию чуть ли не по телевидению показывают! Вот где надо продавать шашки и покер! Они там станут как что-то безобидное восприниматься.

— И мы сможем продать им обе игры! И шашки, и покер! — догадалась Линда. — Знаешь, мне захотелось перерисовать арты для них в той же стилистике, что и в этом мультфильме. Ну… с большими глазами! Я быстро справлюсь!

— Отличная, прекрасная идея! Как сказал бы Рокки — невероятная и потрясающая! В настолько изменившейся стилистике нам и лицензия Плейбой не очень нужна! В Японии так точно обойдемся без нее.

Первым порывом стало позвонить мистеру Накадзаве, но… если у нас вечер субботы, то у них примерно утро воскресенья и в офисе никого нет. Ну, то есть имеются все шансы на то, что японские трудоголики вкалывают без выходных и перерывов на обед, но скорее рядовые сотрудники, чем руководство фирмы. Да и понятия не имею, как именно звонить в Японию и в какую сумму мне международный звонок выйдет. Но не думаю, что спущу на переговоры все бешеные тыщи долларов, которые на меня свалились. Начал с более простого варианта — набрал домашний номер Уильямсов в Оукхерсте. Того дома, куда они переехали после пожара. Вечер субботы, да, но мы вроде как уже семьями дружим. Трубку сняли после первого же гудка.

— Алло, — ответил женский голос. Миссис Уильямс я узнал сразу.

— Роберта, здравствуйте, это Крис, я не нарушу никаких планов если мы с Кеном кратко обсудим мою новую идею по шашкам и покеру?

— Так неловко с ними получилось, — призналась женщина. — Увы, весь этот скандал с той игрой про индейцев… И возможный контракт с Диснеем, у которого строгие правила…

Ах ты ж Дарт Микки Маус! Вот оно, откуда уши растут! Намного понятнее стала ситуация. Мышиная корпорация зла славится ориентацией на семейную аудиторию и жестким следованием всяким возрастным рейтингам. Не стану их за это осуждать, к ним других претензий предостаточно. А батька — тот еще жук, одну причину назвал, а другую, подозреваю, что основную — нет.

— Привет, приятель, — подошел он как раз к трубке, — что там у тебя за идея?

— Япония, Кен! У них цензуры нет! — выпалил я.

— Хитер! Ха-ха! — рассмеялся Уильямс. — На самом деле — хорошая идея, дружище. Рынок у них не такой и маленький, если верить мистеру Накадзава. Завтра свяжусь с ними и предложу твои игры. И мы в качестве посредника тут уже и не очень нужны, советую тебе с ними заключить контракт напрямую. Мою помощь в контакте с ними прими как извинение за то, что мы самостоятельно издавать не смогли.

Хороший все же мужик батька, хоть и жадный капиталист.

— Спасибо, буду очень ждать звонка.

В воскресенье я успел как следует пообщаться с Джоном по поводу нашей новой разработки — репозитория для хранения исходников «Каналья Сурс». Жаль, что я не видел лица Харриса в тот момент, когда вываливал на него все концепции по поводу веток кода, коммитов, централизованного управления кодовой базой и удаленного доступа через модемное соединение.

— Крис, это звучит, как невозможные фантазии! Но я так и с редактором кода считал, а сейчас каждый день им пользуюсь. Так что я в деле! Был бы у меня год назад такой инструмент… и… ну, ты знаешь.

— Считай, что твой случай меня и натолкнул на идею. Сделаем свою работу хорошо и убережем от неприятностей еще каких-нибудь программистов. Достойная цель, как мне кажется.

— Да! Спасибо тебе, друг!

В понедельник Линда приступила к перерисовке артов в аниме-стилистике. Как-то мы немного мечемся с этим всем, но как уж получилось.

И в понедельник вечером к нам на домашний поступил тот самый звонок.

— Мистер Кристобаль Колон? Здравствуйте, доброго вам вечера. Прошу прощения, что побеспокоил вас в такое время. Часовые пояса накладывают массу неудобных условностей для переговоров. Вам звонит Масару Кента, помощник Накадзавы Минору, мы с вами общались этой осенью в Оукхерсте при посредничестве Кена Уильямса. Столь юный человек, создающий глубокие игры со сложным игровым процессом, очень поразил всю нашу делегацию.

— Добрый день, Масару-сан. Всё ли хорошо в бизнесе вашего работодателя? Хороша ли в Японии погода в январе? — поздоровался я. Тот самый парень-переводчик, у которого я портативную игру усмотрел.

Последовал обстоятельный и нудный рассказ о зимних красотах страны восходящего Солнца и том, как прекрасна вершина Фудзиямы, укутанная облаками в это время года. Вот ничуть не утрирую. Но если он готов тратить деньги за международный звонок на природу-погоду, то не стану его прерывать, это невежливо. Тем более, что сам спросил.

В наших переговорах стоит использовать всё, что я узнал о Японии из аниме. Старших надо уважать, лицо терять нельзя, а перед тем, как приступить к важным вопросам, проявить вежливость и поболтать о всякой ерунде.

— Мистер Колон, вы не в обиде, что я хочу перейти к причине звонка так поспешно?

Ага, всего через пятнадцать минут явно отрепетированного заранее рассказа. Не удивлюсь, если у них при обучении английскому как раз такие отвлеченные темы эксплуатируются. Очень уж гладко шпрехает на нашем американском. Японец сделал паузу, позволяя мне ответить.

— Я всё понимаю, Масару-сан. О созерцании вашей прекрасной страны можно говорить бесконечно, но интересы бизнеса на первом месте, — японцы очень любят, когда их острова хвалят. А кто не любит-то? Мне тоже очень приятно было бы услышать что-нибудь хорошее о Воронеже.

— Именно так. Главная цель моего звонка в том, чтобы по поручению Накадзавы-сана пригласить вас в Японию для обсуждения контракта на издание ваших новых игр. Тех, о которых вчера нам сообщил мистер Уильямс — шашки и покер. Есть масса деталей, которые уместнее согласовать лицом к лицу. Золотая Неделя — лучшее время года, чтобы посетить Страну Ямато и познакомиться с нашей культурой, а сразу по ее окончании пройдут переговоры. Моё приглашение распространяется не только на вас, но и на мисс Линду Ким, а также лицо игры «Темпл Ран» Пенелопу Смит. У Старкрафт запланирован свой стенд на игровой выставке в районе Акихабара в Токио и столь прекрасные гостьи стали бы настоящими жемчужинами не только нашего стенда, но и всего мероприятия. Все за счет принимающей стороны, безусловно. Для нас честь пригласить первую чемпионку мира по аркадным автоматам.

— Япония⁈ Честь пригласить меня? — ошарашенно прошептала находящаяся рядом Линда.

— Я даю вам принципиальное согласие, но не готов пока гарантировать точных сроков. Думаю, вы лучше меня представляете, как интересы бизнеса временами всё меняют, а мисс Фармер, известная как Пенни Смит, и вовсе не является нашей сотрудницей.

— Ждем вас с нетерпением. Вы полюбите Японию, мистер Колон.

Глава 5

— Крис, я побываю заграницей? Невероятно!

— И потрясающе, как бы сказал Рокки. Интересно, а он туда ездил? Слышал, что еда у японцев вкусная и мультики у них крутые.

То есть аниме, конечно, да. Есть немало народа, у кого пригорит от того, что я назвал аниме мультфильмами, и хорошо, что они не в одной со мной комнате. Но в Пендехостане этот термин вроде как в обиход широко не вошел, а потому хотя бы в нем не палимся.

— И еще это шанс для Трейси модельную карьеру возобновить, — продолжил я. — В Японии, насколько я представляю, очень популярны модели с яркой западной внешностью.

— Я обязана ей сообщить! Немедленно!

Трейси прискакала к нам через десять минут, вся ошарашенная и раскрасневшаяся.

— Ребята? Вы серьезно? Не прикалываетесь? Карьера модели в другой стране? Так что, бывает? Я думала, совсем в тираж вышла! Где подписаться, я согласна! А еще у меня на следующей неделе в театре премьера! Вы приглашены и попробуйте только не прийти, я тогда обижусь.

— Рассматривай пока это, как отпуск в Японии за счет принимающей стороны и не разочаруешься, — предложил я, — а там уже всё зависит от нас самих.

Идея с визитом в Страну Восходящего Солнца мне показалась интересной даже не столько относительно наших игр, карьеры Трейси и возможности побаловать желудок всякими суши и сашими. Выход на производителей портативных экранов для Тетриса — вот ради чего стоит в «Джапанию» сорваться. А может быть, и ради заказа карманной консоли целиком. Японцы и в жк-экранах, и в портативной электронике — объективные мировые лидеры. Хватит ли моих выигранных на бирже денег для запуска… сомнительно. Тут скорее миллионами пахнет. А вот продать патент и жить безбедно, не задумываясь о том, хватит ли денег на очередную игру — уже реально.

Вопрос лишь в том, захотят ли уважаемые потомки самураев слушать какого-то американского пацана. Но они ведь умные ответственные люди, способные трезво оценить потенциал идеи… ага-ага, самому смешно. Эффективные менеджеры интернациональны, а азиатский менталитет нам, гайдзинам, понять тяжело. Могут всё трезво оценить и всё равно отказать, так как это потеря лица, например.

Пока Линда с восторгом показывала подруге аниме, как пример странной, но крутой восточной культуры, я Кену позвонил и пересказал новости.

— Отлично сложилось, приятель. Видать, сильно Тетрис их впечатлил, — похвалил батька. — Нас с Робертой японцы тоже с год назад приглашали, но не до того было. Мы к тому моменту успели собрать наш школьный лагерь и собирались переходить к статусу корпорации. Да ты помнишь, как раз примерно тогда ты меня и набрал в первый раз. Советую тебе подсуетиться и оформить компанию в Неваде или Техасе под контракты, чтобы сэкономить на налогах штата.

— Ага, мистер Сильверман так и предлагал. Он отличная находка, Кен, спасибо за него.

— Видел бы ты его старика… ладно, не будем о грустном. Дерзай, дружище. Кстати, я тоже похвалюсь. Помнишь, я говорил про Арахис от IBM? Нам привезли девкит. Нил и Каспер в восторге от того, какую графику из него получается выжать. Хочешь, замолвлю за тебя словечко? Твоей студии ведь не помешал бы контракт c IBM? А мы издателем выступим и все счастливы.

— Звучит заманчиво, компьютеры от IBM — мой приоритет.

— Тогда заезжай в гости. Покажем тебе техническое чудо.

И проблема, пожалуй, в том, что я ни про Арахис, ни про другие компы, названные в честь орехов, ничего не помню. Следовательно, громкими событиями они не стали. Может быть, и вовсе провалились с треском, аналогично недавней технически неплохой, но заведомо никому не нужной из-за цены печатной машинке от Атари.

— Договорились, нам скоро в Неваду на концерт, заодно заглянем в Оукхерст.

Утром 13 января, до работы, я заглянул гости к Лео. Узнать, что там с патентными исками от Атари. А то больная тема, а еще расспросить по другой патентной теме про продажу и лицензирование в Японию.

Несмотря на еще ранее время, в приемной адвокатского кабинета я застал только Джимми за отдельным столом, с пишущей машинкой вместо компьютера. Ну что за архаика?

— С собаками нельзя! — воскликнул адвокат, но затем меня узнал. — Ой, это ты. Тебе можно, ты ключевой клиент. Привет.

— Привет. Не переживай, Дюке хороший мальчик и не кусается, — кивнул ему я. — Лео у себя?

— Мистер Больцман и миссис Флорес сегодня в суде с другим клиентом. Но вашими вопросами мы занимаемся в приоритетном режиме. Я в курсе большинства дел, могу ответить или проконсультировать. Если нужен именно мистер Больцман, он приедет после полудня.

— Самый больной вопрос — патентные иски.

— Дела объединили в одно и перенесли в суд округа Контра-Коста, по месту регистрации ответчика. Мистер Больцман ожидает заседание в сентябре-октябре.

— Когда-когда?

— Раньше, чем через полгода, такие вопросы и не рассматривают. Дают сторонам шанс решить всё в досудебном порядке, — объяснил Харман. — Я изучал иски и полностью согласен с оценкой мистера Больцмана. Шансов на победу у истца нет. Босс сказал, что, из его опыта, они придут к вам и предложат мировую. Даже я сам, наверное, смог бы выиграть… но это гипотетически. В суд точно пойдет босс.

Должно быть, очень уж хорошая смазка государственному механизму досталась, раз мою отмену эмансипации так быстро рассмотрели.

— Другой вопрос по патентам. У меня есть пара изобретений. Я могу их лицензировать японцам?

— Если патенты американские, то нет. Вам нужно нанимать японских патентных поверенных и подавать те же заявки в их ведомства. И во всех других странах тоже. Везде своё законодательство.

— В каждой стране отдельно?

К такому жизнь меня не готовила. Сколько там в мире стран? Что-то между ста пятидесяти и двумя сотнями. До распада СССР и Югославии должно было быть сильно меньше, чем после.

— Да, в каждой. Никаких конвенций по патентам, аналогичным авторским правам, государства между собой не подписали, поэтому везде своё законодательство.

Карамба! Так вот почему СССР, а затем Китай совершенно безнаказанно копировали кучу всего защищенного патентами других стран. Не запатентовано!

Но мне ведь не надо защищать изобретение во всем мире? Только там, где основные покупатели. И производственные мощности.

— Не поверю, чтобы кто-то не начал на этом зарабатывать.

— Да, есть международные патентные бюро, но их работа очень дорогая. Десятки, может, даже сотни тысяч долларов.

— Спасибо, это было познавательно. Еще один момент — мне нужна корпорация в Неваде для заключения международных договоров. Передай, пожалуйста, Лео, чтобы начал оформление. Название «Каналья Интернешнл».

Как-то затянулась у меня шутка с «Канальей». Если рассматривать объективно — не самое лучшее брендирование, и с «Мерзавцами» дело иметь не каждый готов. Но надо оставаться последовательным — переименоваться и сделать ребрендинг в «Кристобаль Колон Энтерпрайзис» или «Си-Си Индастриз» мы всегда успеем. А пока этакая визитная карточка получилась. Интересно, возможно ли сделать корпоративную печать с уточкой?

— Понял, передам. Ждите документы на подпись.

Отвел Дюке домой, проводил Линду на рабочее место и собрался доехать до «Отличной компании», узнать про сетевое оборудование. Сеть в моем случае — не блажь, а насущная необходимость по организации рабочего процесса. Это сейчас мы нормально себя чувствуем, таская код и ресурсы на дискетах, посредством сникернета.

Вышел на крылечко дома Делакруа и усмотрел через дорогу ржавый пикап Рамона и его хозяина, направляющегося от дома к машине расслабленной походкой человека, живущего не по жесткому расписанию. Пришлось поспешить, чтобы оказаться через дорогу раньше, чем он сядет в салон.

— Попался, каналья!

— Ке паса, хефе⁈ — как всегда, от Рамона так и веяло дружелюбием.

Фингал у чикано уже окончательно сошел. Но возможно, что это не надолго. Я тоже тот еще вредина.

— Как там у тебя дела в Аркадии?

— Перфекто, хефе! В этом месяце мы уже полностью оправдали аренду и вышли в плюс. Я сеньорите Бойл уже отчеты передал. Народ соскучился по хорошим играм, а твоя патито захватывает умы. Я смотрел выступление сеньориты Ким по ящику. Твоя хайна по-настоящему владеет магией!

«Патито» — это уточка на испанском, очень хорошее слово. Применю его еще куда-нибудь.

— Хоми, ты меня подставил, — сказал ему прямо. — Рассказывай, что там у тебя с Дональдом?

— Ничего, хефе! Он дал мне в глаз за то, что я пообедал с его чикитой. Я не в претензии, сам виноват, думал, что он левас, а оказалось, у него есть хуэвос. Больше сеньориту на фиесту не звал. Моя ошибка, признаю свою вину.

Неоднозначная ситуация. Все в ней хороши, включая Эми. Так сложно отказать и никуда не ходить с назойливым ухажером? Хотя, Рамон даже меня на кучу бесплатных сэндвичей объел. С ним надо ухо востро держать.

— Подружись с ним, — велел я, — можешь даже в Аркадию нанять, если вакансии есть.

— Симон, хефе. А он что, и тебя ударить пытался? Вот он вато локо! Ты его не сильно хоть поучил?

— Несильно. Рамон, ты уяснил задание?

— Всё понял, хефе. Завтра… к концу недели… еще в этом году мы с Доном станем лучшими друзьями. Ну и охранник нам в Аркадию Нортре в самом деле нужен.

Приемлемо. Не сделаю ли я хуже? Не получит ли Санчес новых чингасос? Посмотрим, я верю в магию дружбы в его исполнении. Сам я методами нарутотерапии не владею. Это когда недавний антагонист проникается твоими идеалами и оказывается отличным товарищем. А вот у Рамона, как мне кажется, может получиться ситуацию выправить в вин-вин, чтобы и Дон с Эми остались в плюсе.

— Хефе, но у меня тоже просьба есть! — конечно, пройдоха нашел свой интерес. — Нам в зал нужны гоночные автоматы, хефе! Если у тебя таких игр пока нет, то купить! Видел «Пол позишн»? В больших залах к ней очереди стоят. Нужно ловить тренд, я узнавал — нам, как официальному залу, за четыре тысячи отгрузят. Дорого, но окупится месяца за три. По пятьсот баксов в неделю приносит, как я узнал.

То есть долларов семьдесят в день. Очень мощно. Наша уточка и близко столько не зарабатывала с одного автомата, несмотря на то, что никогда не простаивает. Вот что значит игра от профессионалов на мощном железе.

— Знаешь ведь Лизу? Найди ее в нашем офисе и объясни всё про автомат. Она узнает про покупку и я выделю денег, если мне понравится. Сам поиграю сперва.

И доехал все же до магазина электроники. Почему сам этим занялся, а не Лизавете поручил? Так надо техническое решение принять. Всю голову уже сломал, что выбрать. А потому достал из бардачка лоурайдера талисман — желтую резиновую уточку, и поставил на приборную панель. Нам есть с ней что обсудить.

— Мистер Патито, мы с вами обязаны выбрать технологию, на которой построим локальную сеть в офисе Каналья Геймс. Да-да, очень ответственное решение, потому мы и принимаем его совместно.

Старый добрый эзернет на TCP/IP, оказывается, в наши доисторические времена считается тяжеловесным. Там, где в двадцать первом веке с маршрутизацией справляется копеечная китайская железка, в 1983 нужно ставить если не мейнфрейм, то хотя бы PDP-11 за много денег, который еще нонейму никто и не продаст, так как очередь из заказчиков.

Аркнет хорош топологией «звезда», как у нормальных современных мне сетей. Один центральный узел и к нему подключаются лучи-клиенты. И скорость аж 2.5 мегабита. Недостаток в замороченном кабельном менеджменте, да и в целом проводов, как у Ктулху щупалец, причем дорогих коаксиальных.

Омнинет — придумка фирмы Корвус. У них топология сети «центральная шина» — одна витая пара, в которую идут врезки коробочек-разветвителей. Вся их сеть — это удаленный доступ к общему жесткому диску и они даже, как разные файловые системы подружить, придумали — шлюзы, копирующие файл из одной в другую. Главный плюс варианта: у меня уже есть ключевой элемент — жесткий диск. Надо только купить сетевые карты и протянуть тонкие телефонные провода.

Что, говоришь, с омнинетом все смогут использовать общий жесткий диск, а к Корвусу подключается пленочный видеомагнитофон для бэкапов на обычные видеокассеты? А это решающее преимущество. Спасибо за советы, мистер Уточка.

Вот как-то так метод утенка и работает. Я объяснил бессловесной игрушке всё то, что узнал из журналов и разложил информацию по полочкам, благодаря чему выбрал всё еще далекий от идеала, но все равно привлекательный вариант. На сетевые платы несколько тысяч потратить пришлось, причем в наличии в магазине их не оказалось, заказал по каталогу. Добавил бухту телефонного провода, десяток ответвителей и парочку терминаторов — заглушек на концы линии, без которых сеть забивалась помехами.

Сегодня сеть у меня не заработает, но всё равно лёд тронулся. Продавцы в «Отличной компании» на меня уже как на любимого клиента смотрели.

Заглянул в отдел с играми: кассетами, дискетами и картриджами — Тетрис везде на видном месте. Темпл ран — закончился в продаже, ждите подвоз. «40 тысяч способов», «Флэппи Бёрд» — всё на месте, всё приносит доход.

Раз уж находился в центре Эль-Серрито, заглянул в местный зал аркадных автоматов. Очередей к той самой «Пол Позишн» по причине утра буднего дня не застал. Ничего так, понял, почему она столько денег приносит. Автомат стилизовали под настоящую кабину гоночного автомобиля, управление при помощи руля и педалей прибавляет вовлеченности. Геймплей ожидаемый — машина, похожая на болид из Формулы 1, едет по кольцу, стараясь обогнать всех соперников. Графика псевдотрехмерная, с масштабированием удаленных объектов.

Ага-ага, японцы из «Намко» использовали ее задолго до того, как какой-то каналья из гетто решил создать свой шутер. Цвета яркие, управление отзывчивое… угробить машину о препятствия или соперников — супер легко, в чем и секрет высоких прибылей. Еще и стоимость заезда составляет сразу два четвертака, то есть целых 50 центов. Я пять баксов очень быстро спустил, разбив десяток гоночных машинок. Подсознательно все время ожидал, что дорогу лягушка перебегать начнет, но кроссовер ожидаемо не произошел.

Кажется, я на Денди в очень похожую игру рубился. Или вообще в ту же самую? Думается, вскоре появятся ее порты и клоны на все современные консоли. Тут однозначный аркадный хит.

И почему бы не потренироваться мне с псевдотрехмерщиной в текстовом режиме на гонках? Добавить возможности стрелять в противников, действие перенести в пустыню и привязаться к чему-то популярному. За игру по «Безумному Максу» с меня много миллионов как бы не потребовали, но есть крутые вещи подешевле. Озарение! «Долина проклятий» Роджера Желязны! Одна из моих любимых книг великого фантаста. Главное — правильно к нему подкатить. С экранизаций той же книги кинематографисты знатно налажали, после чего писатель разочаровался и не давал зеленый свет новым проектам.

А там, глядишь, получится убедить дать «Хроникам Амбера» законченный финал вместо открытого, ставшего для меня незаживающей раной, как для любителя фантастики. Или… мечтать, так уж по полной — игра по «Амберу». Экшен от третьего лица с Корвином в главной роли. Напрашивается же идея!

В девяностых наши воронежские разрабы выпустили по «Хроникам» текстово-графический квест, и он заслуженно не взлетел. Не самая лучшая графика, переусложнённые задачи, причем над шахматной даже я добрых полчаса голову ломал, а большинство попросту отказывалось с ней иметь дело. Не то, чего достойно янтарное королевство. Стоит это всё ненапряжно обдумать. И начинать искать под постапокалиптические гонки разраба. Не по книге, так сами по себе взлетят.

По техническим причинам снова выходной, иначе везде не поспеваю

Следующая глава с понедельника на вторник 21.07.

Есть шанс что и следующее воскресенье пропущу, но это не точно

Глава 6

Вернулся в «Проклятый старый дом» и занялся, казалось бы, давно забытым делом — прокладыванием сетевого кабеля. Ну, так-то у меня телефонный провод по офису к компу протянут, но делал я это не сам, представители телефонной компании приезжали и нормально аккуратно сработали. А тут локалка! Своими руками! Столько, казалось бы, прочно потерянных воспоминаний всколыхнулось.

В начале двухтысячных, в самом конце моей студенческой жизни, директор конторы, где я начал свой трудовой путь, подкинул нам с товарищем шабашку — поехать в недалекий райцентр и протянуть там локалку в городской администрации. Будучи тупыми студентами, мы перепутали городскую администрацию и районную, ориентируясь не по адресу, а по статуе Владимира Ильича. Куда он рукой с характерным жестом указал — там нам и светлое будущее. А локалка — это ведь важное дело, да? Потому и пошли с ним сразу к главе администрации, руководителю района. Одетые поплоше и вооруженные перфоратором, чтобы стены сверлить. Как на идиотов, на нас с товарищем смотрели. Как же его звали? Нет, не помню! Но и человек хороший, и программист сильный.

Майкл мне помогать вызвался и на двоих мы с ним провода и раскидали. Придут сетевухи, а у нас всё готово к всеобщему благолепию.

— Босс, я, как ты и просил, провела предварительные переговоры по поводу недвижимости, — окликнула меня Лиза, когда мы с ее мужем выбрались из-под стола, где прокидывали лапшу.

Хоть кто-то у нас тут настоящий взрослый ответственный человек, а не мальчишка, увлеченный электронными игрушками.

— Этот дом готовы отдать за сто пятьдесят тысяч, при условии, что мы не станем разрывать договор аренды с музыкантами. Это ведь не проблема? Вы друзья.

— Не проблема. А альтернативные варианты?

— Есть помещение над аптекой, две больших комнаты, отдельный вход. Если не расширяться, идеально для небольшой студии. В шаговой доступности БАРТ и Эль-Серрито Плаза. Семьдесят тысяч. Бывший мебельный цех на окраине. Отдают по стоимости земли за те же сто пятьдесят. Сейчас совершенно непригодно, но если вложить деньги в обустройство и разогнать наркоманов — поместится и студия, и производство, и даже зона отдыха с площадкой для барбекю.

Альтернативы так себе. Хотя офис над аптекой — вариант, если в будущем аптеку выкупить, как у Кена с мебельным магазином.

— Инициируй сделку на этот дом, — решил я, — и начинай искать подрядчиков для ремонтных работ. Переоборудовать под комфортный офис… если уложимся в пятьдесят тысяч, то очень хорошо. Если в сто, то приемлемо. Сто пятьдесят… обсудим.

— Поняла, босс, займусь, как появятся намеки на проект — я с тобой согласую. На сколько разработчиков мы рассчитываем?

— Пока давай умерим аппетиты до тридцати-пятидесяти, а если станет больше — рассадим разные команды по разным адресам или даже городам.

— А ты не мелочишься, босс, — одобрительно хмыкнула госпожа менеджер. «Теть Лиза» умная, наверняка сообразила, что при таких доходах и росте числа сотрудников она, как дама пробивная, быстро в начальники выбьется.

— Не мелочусь. Еще одна задача к тебе — найди выход на Роджера Желязны. Я хочу сделать игру по его «Долине Проклятий». Можешь смело ругать снятый по той же повести фильм за то, что они все исказили и далеко ушли от оригинала, писатель сам его ненавидит. У него роад-муви с экшеном в духе Безумного Макса и харизматичным байкером, а в кино главного героя сделали дисциплинированным военным.

— Я ходила на этот фильм в кинотеатр, он полное дерьмо, книга намного лучше, — подтвердила менеджер, — попробую договориться о встрече. Созвонюсь с издательством, выйду на агента писателя и посмотрим, что он предложит.

— Я не смотрела, но книгу читала, она очень крутая, — поделилась Линда.

Майкл прошел мимо кошмарной экранизации, а Бренде фантастика и вовсе неинтересна и она промолчала, а я изложил всем концепт геймплея игры о том, как бронемашина едет и стреляет. Про обязательные сюжетные вставки упомянул, которые разъяснят, что вообще происходит и куда едут эти безумцы на броневике. Нет! В статусе демки 3Д движка этот проект оставлять нельзя. Нужно находить еще кодеров, причем кого-то крутого. Сколько там сейчас Джону Кармаку? А Джону Ромеро? Лет по двенадцать-пятнадцать? Я бы их нанял, несмотря на то, что совсем пацаны. Прямо хоть бери телефонный справочник и ищи знакомые за счет послезнания фамилии! Хм… идея, конечно, тупая, но перспективная в теории!

— Крис, посмотри, пожалуйста, — позвала Линда.

Я заглянул в ее монитор и не сдержал довольной улыбки — анимешный стиль с большими глазами и почти полным отсутствием носа ей вполне себе удался. И акцент на чичис очень грамотно прошел. Пожалуй, хентайно-фансервисная мисс Июль мне понравилась даже больше первой версии, более похожей на журнальный прототип. Не знаю, какой художественный прием сработал, но нашему арт-директору удалось изобразить вожделение во взгляде, даже большее, чем у девушек из тех эротических шашек, что мне запомнились. При том, что там фото, а не рисунки использовались.

— Ребята, в субботу вы все идете на премьеру моего спектакля! — ворвалась к нам Трейси. — Эдди и группа как раз закончат свой тур. Чтоб все приоделись в приличное, это же театр! Смекаете? Вот, я билеты на всех принесла с запасом и друзьям своим передайте.

— Так быстро?

— Даже медленно! Смекаете? Мистер режиссер сказал, что у них пять недель обычный цикл на новой постановке. Так что в эту субботу жду вас всех. Вообще всех, я уже на факультет журналистики заглядывала. О нашей постановке напишут. А Селеста из дома напротив обещала своего профессора привести.

Репертуарный театр Беркли оказался зданием в духе кубизма-минимализма в самом центре города, неподалеку от кампуса. И на его посещении моя привычка сравнивать всё с Воронежем дала сбой. Я, так сказать, не театрал. Маргинал с Машмета и технарь-сухарь. Вот не понимаю я настолько неоптимальную в сравнении с телевизором штуку. Я даже кинотеатры в своей первой жизни посещал всего пару раз в год. Только за компанию или если очень уж хотелось киноблокбастер поскорее увидеть. Дома из кресла-качалки кино смотреть лучше, комфортнее и есть возможность на паузу поставить, если организм посетить уборную потребовал.

Как-то раз препод по культурологии заставил нас всех зачета ради сходить в оперу на «Бориса Годунова». По итогу похода сделал для себя вывод, что быдло, так как ни слова не понял из того, что там громко пели.

Сцена оказалась странной, без привычного высокого помоста и глубоко выступающая в зал. Этакий полуостров, окруженный зрительским морем. Странное и для меня дискомфортное ощущение. Полный слом четвертой стены, артисты — вот они, руку протяни. И другие зрители тоже видны напротив. Вон вся группа «Бесконечность Тьмы» в первом ряду уселась, а следом за ними Рамон и Дональд рядышком сидят во втором и перешептываются, как добрые приятели. Орале! Может быть, мне надо отправлять на переговоры к Роджеру Желязны не Лизу Пондсмит, а Санчеса? Он явно к любому без мыла под кожу влезет. Или мне его с собой в Японию взять, пусть договорится с Накадзавой-саном о лучших условиях.

Продолжил изучать зал и нашел Монти с Селестой, держащихся за руки. Так приятно видеть их. Профессор Кроуфорд встретил мой взгляд и отсалютовал программкой, распечатанной на принтере. «Где же ваши новые стихи, юноша?» — почудилось мне в его выражении лица.

И мне в целом понравилось! Несмотря на все странности со сценой, на то, что временами мы видели спины актеров, что возрастных — сорокалетнего Чехова и не знаю, сколько лет ему было, Станиславского — играли ровесники Трейси в не очень качественном гриме и с молодыми голосами.

«Пенни Смит» в русском крестьянском сарафане смотрелась дивно какой харизматичной и непосредственной, и крала зрительское внимание каждой своей репликой. Настоящая прима. В конце она сорвала овации и собрала вагон букетов. Причем не только от группы, меня и Линды, но и совершенно посторонних незнакомых людей.

Само содержимое постановки — «ни о чем конкретном», куча взаимного флирта, дружеских подколок и остроумных пикировок. Типичный филлер, если сериальным языком говорить, но качественно сделанный, а потому приятный.

В понедельник мы с Майклом остались в сугубо мужской компании. Линда отправилась на долгий практикум по изобразительному искусству. Лиза — заниматься сделкой по приобретению особняка. Бренда — выполнять ежемесячную ревизию бухгалтерии северной Аркадии. Трейси — проводить время с вернувшимся из турне Эдди.

Лишившись любопытных женских ушей, мы наконец-то получили возможность обсудить мужицкие темы — аниме. Я на правах «знатока» рассказал о жанрах и том, чем «сэйнэн» отличается от «сёнэна». Ориентацией на более взрослую аудиторию, с серьезными сюжетами и кровавым экшеном. Палюсь по полной! Но я же еду в Японию и с аборигенами уже встречался, то есть имеются отмазки, откуда я всё это знаю.

— Привези мне как можно больше кассет с их сериалами! Желательно с роботами! — попросил дизайнер. — Можешь даже зарплату мне ими выплатить! Лиза ведь не слышит, что я это предложил?

Всю нашу мужскую идиллию разрушил звонок в дверь особняка. Пришлось идти встречать гостей. Сам пошел роль дворецкого исполнять, не стал сотрудника нагружать.

У дверей «проклятого старого дома» неловко переминались с ноги на ногу два латиноса возрастом лет двадцати, одетые в чоло стиле — фланелевые рубашки поверх белых маек и бежевые штаны. Рядом с ними жаркая латина того же возраста. Настолько горячая, что ей даже теплая одежда не потребовалась, хватило юбки, блузки и пиджачка, пуговки которого расстегнуты ровно настолько, чтобы хотелось заглянуть в декольте. К пиджаку слева, прямо напротив сердца, у нее приколот круглый значок МЕЧА. Красивая девушка. Если за условный максимум латинской красотки взять хорошо известную мне Елену, а за средний уровень «симпатичной девчонки» Машеньку, то гостья где-то посередине между ними позицию занимает.

— Ола! Карналь! Ты ведь Кристобаль Колон? Я Консуэла Перес, это Алехандро и Фернандо, наши братья по борьбе за великий Ацтлан, — и затараторила что-то очень быстро на испанском, что я на своем уровне хорошо, если через слово понимал. Базовая база о том, как Ацтлан стронг и победит всех врагов арийской — зачеркнуто, латиноамериканской — расы и про то, что следующий президент пендехостана обязательно станет одним из нас. Но это не точно! Я не то, что понимал, но и слышал ее через слово, попросту не успевая за реактивно быстрой речью.

— Давайте для устранения недопониманий самое основное, на английском и медленно, — попросил я.

— Ты берешь наших братьев Алехандро и Фернандо на работу программистами. Что непонятного? — прояснила суть своих требований Консуэла.

Так и хотелось процитировать фильм «Брат» по поводу того, что нет у меня с этими двумя никаких родственных отношений.

Так-то фланелевая рубашка — это не «редфлаг», говоря языком эйчаров. У меня тоже в гардеробе она есть, самое то для зимней промозглости и сырости. Но вот как-то не похожи эти двое на кодеров. Но, объективно говоря, я тоже не очень к образу классического ботана близок.

— Они программисты? — уточнил все же.

— Брат, мы закончили курсы, изучали программирование, — подал голову вроде бы Алехандро.

Алехандро, Фернандо… для полного комплекта не хватает только Роберто. Нет-нет-нет, я не стану плагиатить песню у Леди Гаги! И не потому, что она требует женского вокала. Всему должен иметься предел, в том числе количеству ворованной музыки.

— Тогда прошу к нам в офис, выполним тестовое задание, — позвал я.

Как показывает практика, предложение начать писать код здесь и сейчас срабатывает, как отличный фильтр, отделяющий сомнительных личностей, услышавших о больших зарплатах в айти, от настоящих программистов.

— Задание? — спросила Консуэла. — А диплома об окончании курсов недостаточно?

— Недостаточно.

Еще один длинный спич на испанском и мы с кандидатами прошли внутрь. Увидев великого Ктулху, оба синхронно перекрестились. Не иначе как ревностные католики.

Отвел обоих парней в отдельное, пока что не занятое никем помещение в офисе, указал на пустующие столы, где даже компов пока нет. Активистка мазнула взглядом по приветливо помахавшем им ручками Майклу.

— Вот вам ручки и листочки, напишите мне алгоритм сортировки на любом языке, — начал с совсем простого. Если хотя бы «пузырёк» без больших косяков, подобно Бренде, выдадут, то стоит дать им шанс и пригласить на стажировку.

Особого понимания во взглядах я не прочитал.

— Кристобаль, позволь с тобой поговорить наедине, — попросила девушка. — Не угостишь меня кофе?

— Пошли, — кивнул я ей.

Насыпал молотого кофе в кофеварку, щелкнул тумблером включения, и тут к кофейному аромату подмешался плотный запах духов Консуэлы, обнаруженной почти вплотную ко мне, да еще и расстегнувшей пуговки и на пиджаке, и на блузке. Тешу себя надеждой, что не попался бы в подобную ловушку и в прошлой жизни. Хотя там меня, чего скрывать, девицы целенаправленно соблазняли нечасто. Приходилось самому инициативу проявлять.

— Ты обязан принять ребят на работу! Компренде? — прошептала красотка. — Им необходим этот заработок, чтобы держаться на плаву!

— Если они хорошо пройдут тест. У нас не благотворительная организация, — ответил я, стараясь остаться в рамках профессиональной холодности. Не так это и сложно, когда в сердце живет образ Линды, а на всякие чичис я уже насмотрелся преизрядно.

— Послушай, ты же наш карналь. Выгони ниггера — возьми ребят. Твоя обязанность помогать своим, а я тебя как следует отблагодарю, — Консуэла прямо-таки стрельнула в меня большими темными глазищами. Она игриво оперлась бедром о столешницу, подчеркивая при помощи позы изгибы соблазнительной, чего таить, фигуры. Небрежным движением она расстегнула еще одну пуговку, теперь позволяя рассмотреть немного кружевного белья. Еще и по губам язычком провела. Рукой потянулась к моей щеке. Дескать, соринку убрать. Вот же чертовка!

— У меня уже есть девушка, — твердо объявил я ей и сделал шаг назад к кофеварке.

— Орале! Тощая китайская выдра! Я видела ее по ящику. На нее смотришь и не понимаешь, чикита она или чико. Рядом с таким мачо, как ты, нужна настоящая женщина — латина! Не обязательно я… хотя мне ты понравился. Горячая кровь! Компренде? Как можно выбрать бледную таблу вместо своих корней⁈

Очи Консуэлы пылали гневом и стало ясно, что дружбы у нас с ней не сложится, даже если Фернандо и Алехандро идеально напишут сортировку и получат должности. Отвергнутая женщина — страшная сила.

— Пошла вон, — коротко велел я. — Еще одно слово в адрес Линды и я разрываю любые отношения с МЕЧА.

На то, чтобы не прибавить крепких словечек, например, назвать ее «гран путой», ушел весь мой самоконтроль.

По пути к выходу из особняка я узнал, что я идиото, бабосо, каброн и, безусловно, пендехо и вообще не мужчина, так как хуэвос у меня нет. А также, что я еще пожалею о том, как с ней обошелся.

Ушла, громко хлопнув дверью, и товарищей своих бросила.

— Консуэла решила, что вы справитесь без ее помощи, — вернулся я к мексиканцам, — задание простое.

— Держи, эсе, — протянул листочки Алехандро.

Ну… в целом удобоваримая реализация пузырьковой сортировки на бейсике. Даже номера строк, как требует интерпретатор, проставлены. Идентичная у обоих до последней запятой. Почувствовал себя преподом, который проверяет контрольные и знает, что они списаны.

— Хоми, скажите честно, кто из вас это написал, а кто переписал? Я не профессор из универа, а тут не экзамен. Со мной этот номер не пройдет.

— Мы привыкли работать в паре, совместное творчество, — без тени смущения признался Фернандо.

— Значит, вы оба не прошли.

— МЕЧА обещали нам эту работу, эсе.

— Вот и отправляйтесь предъявлять претензии в МЕЧА, мне не нужны такие программисты. Свободны.

Ох, чувствую, огребу я еще проблем от этих ацтланских пендехо.

Глава 7

Разобраться с латиноамериканскими расистами следовало немедля. Как минимум, Рамону они массу неприятностей доставить способны, да и мне тоже — камнями стекла побьют, например, и никто ничего не видел. А потому я взял ноги в руки и поехал для начала в Северную Аркадию.

— Хефе, ке пасо? — спросил Рамон. — Это ведь не из-за ревизии? Сеньорита Бойл только уехала, сказала, что все четко. Ох и суровая она, когда дело до динеро доходит, до каждого цента докапывается!

— Привет, — смущенно сказал цедящий за стойкой колу Дональд. — Ты извини еще раз, что я в тот раз взбесился. Просто Эми очень люблю. Рамон сказал, что ты за свою девушку сразу с семерыми в душевой дрался.

— Вы как вообще подружились-то? — не удержался я от вопроса, хотя пришел за совсем другим. Санчес мне требовался, чтобы к боссам студенческого профсоюза чикано побыстрее попасть и вообще для получения информации.

— Поговорили, хефе. Ты же мне объяснил, что Дон нормальный вато, честный, а я уже ему всё про тебя и нашу работу рассказал. Позвал к нам в зал подменным менеджером. Ты знаешь, я всё на себе стараюсь везти, но это нереально.

— Рамон, тут ко мне приходила некая Консуэла…

Выложил приятелю всю историю жгучей соблазнительницы и ее протеже.

— Орале! Слышал про эту чикиту. Она совсем лока, повернутая на Ацтлане и прочей миерде. Ты правильно сделал, что ее послал, жизнь ей спас. Сеньорита Ким ее бы закопала, будь уверен! Поехали, я тебя к Матео проведу, ну, ты его помнишь, он за тебя был, когда договор подписывали. Он самый нормальный в их клике.

Слово, обозначающее латинскую банду, очень хорошо к МЕЧА подошло.

Весь путь до штаб-квартиры имени Хоакина Мурьеты я тщательно лелеял своё искреннее возмущение. Так-то я отходчивый, но тут выходило, что нельзя так запросто спустить наезд. И вообще, лучше неадекватным психом показаться, чтобы больше на меня не наезжали.

— Вы! Вы предатели нашего народа! — выпалил я ворвавшись в кабинет к Матео и второму активисту, вроде бы Диего.

— Что? — переспросил адекватный Матео.

— По-вашему, среди чикано нет талантливых программистов? Лучше бы совсем не обещали мне сотрудников, чем отправлять первых попавшихся вместе с непонятной чикитой! — так и тянуло Консуэлу путой назвать, причем очень справедливо, но кабальеро таких выражений в отношении дамы себе не позволяет.

— Хефе, остынь! Это ошибка, не те люди взялись тебе помогать! — подыграл Рамон. Мы с ним по дороге провели маленькую репетицию. Так-то я не актер, но гнев мне изображать и не надо, он и так кипит внутри.

— Ошибка? Нет, предательство! Специально добиваются того, чтобы на нас смотрели с пренебрежением! Поддерживают у гринго стереотип о тупых мексиканцах, которые годятся только в уборщики!

— Успокойтесь и расскажите в чем дело, мистер Колон, — то, что меня нормально вспомнили, уже хорошо.

Ну я и поведал о сегодняшнем визите. Оба профсоюзных лидера слушали и мрачнели.

— Пута! — выплюнул Матео, хотя о приставаниях я пока что умолчал. Возможно, он лучше меня знает девушку. — Диего, твоя сестра слишком многое себе позволяет!

— Послушай, это ошибка, — попробовал оправдаться второй мексиканец, как я понял, родной брат жгучей красотки. Да, есть у них какие-то общие черты во внешности. — Консуэла хотела, как лучше. Наверное, подсмотрела у меня бумаги на столе и сама нашла людей. Она очень… активная и увлекающаяся. И раз она с тобой флиртовала, ты ей понравился. Неужели моя красавица карналина недостаточно хороша для тебя?

Ага-ага. Все мексиканцы братья и сестры, но наверх двигают именно членов своих семей. Никакой коррупции! А последняя фраза и восе как ступенка для наезда.

— Моя личная жизнь не обсуждается — это первое. Пусть Консуэла найдет себе другого мачо. Второе — мне не годятся первые попавшиеся студенты, прошедшие недельные курсы программирования и списывающие друг у друга. Не можете отсыскать опытных разработчиков в каких-нибудь стартапах — просто не мешайте.

— Мы найдем тебе лучшего программиста этого штата, — пообещал Диего, — и он будет нашей крови.

Ну что за расисты! Но тактика «лучшая защита — это нападение» сработала.

— Если вас это успокоит, в моей фирме уже работает лучший программист штата — я сам. Давайте считать, что квота закрыта. Но если найдете кого-нибудь толкового — буду искренне благодарен.

Вот без дураков, хоть черту лысому обрадуюсь, если он хорошо знает ассемблер.

— В Стэнфорде есть один профессор, он занимается этими… данными… Гектор Гарсия его зовут, — припомнил Матео.

Орале! Почти тезка моего карналя.

— Точно-точно! Он преподавал в Мексике, а затем приехал к Стэнфорд, — подтвердил Диего, — сам профессор в стартап не пойдет, но у него наверняка есть ученики нашей крови. Пришлем к тебе кого-нибудь.

— И давайте по предварительному созвону, господа, — едва удержался, чтобы не вставить «эсе» или «хоми». Бытие, «орале», определяет сознание. Совсем олатинился. До свидания, господа.

— Хефе, ну ты и хефе! — уже на улице восхитился Рамон. — Построил этих пендехо, как чавело!

Они и есть для меня двадцатилетние мальчишки, важно надувающие щеки и делающие вид, что ведут великую борьбу за расовые привилегии, а на самом деле — за свой карман. Уверен — и Алехандро, и Фернандо халявными заработками с Консуэлой, устроившей их на синекуру, поделились бы. А не прокатило — так вычеркиваем. Век бы их не видел с их великим Атцланом.

Завез Рамона в обратно в «Северную Аркадию» и отправился к себе готовиться сообщить всё Линде.

— Курва! — воскликнула моя ненаглядная с непривычной звонкостью, когда я чуть позже встретил её в особняке после курсов и пересказал случившееся. — Она хотела что?

— У неё не имелось ни доли шанса, — упредил я, радуясь, что в Калифорнии строгие законы об обороте оружия и пистолета у моей драгоценной нет. А то бы Консуэле не жить.

— Спасибо, — сказала девушка, — что честно рассказал и не стал замалчивать.

Признаться, такое мелькало в голове. Что Майкл, что Рамон из мужской солидарности промолчали бы. Но нет, не наш метод. На лжи и утаивании здоровых отношений не построить.

На сегодня у меня оставалось ещё одно исконно мужицкое дело — вынести на мусорку ёлку.

Лиза Пондсмит классная. Майклу с ней повезло. Это я к тому, что уже во вторник менеджер нашла мне выход на Роджера Желязны, как я и просил.

— Мистер Желязны будет на конвенте любителей фантастики БейКон в Сан-Хосе, с четвертого по шестое июля, — сообщила она нам с Линдой, когда мы пришли на работу. И ведь вовремя, без начальственного опоздания, а «тёть Лиза» уже на месте, да еще и с решением проблемы.

— Я хочу туда! — тут же оживилась Линда. — А кто еще приедет?

— Как мне похвалились организаторы, когда я дозвонилась, будут Пол Андерсон, Ларри Нивен, Роберт Силверберг и Норман Спинрад.

О, что за имена! Вот это список! Хотя про Спинрада я вроде бы не слышал. И это не говоря об еще одном живом классике и самом моем любимом фантасте — Желязны. Думаю, если бы я сейчас со стороны себя видел, то рассмотрел бы тот же жар во взгляде, что и у Линды.

— Тот самый Спинрад, что написал сценарий для Звездного Пути? Серии «Машина судного дня»? — переспросила Линда.

— Наверное. Я люблю фантастику и Стартрек, но всех сценаристов не знаю.

— Это самая крутая серия всего сериала, по моему мнению. Всем советую посмотреть.

В удивительное время мы живем! А ведь в конце этой недели мне судьба дозволит увидеть еще одну легенду — Джонни Кэша. Его концерт в пятницу вечером, в Рино, но мы договорились выехать в среду, чтобы успеть заглянуть по пути в Оукхерст, повидаться с Еленой и Гектором, у которого уже дважды откладывали процедуру выдачи гринкарты для уточнения причин. Лео сказал, когда я спрашивал, что бюрократы наверняка собираются дотянуть до рождения ребенка, чтобы выдать вид на жительство на максимально прочных основаниях.

Код писался, проекты проектировались, текстуры рисовались. Сотрудники разве что никак находиться не желали, но уверен, что это временные трудности. А может, мне парочку японцев схантить? Они исполнительные и трудолюбивые. Какого-нибудь Кодзиму, который, как известно, гений. Но в 1983-м он, скорее всего, обычный японский школьник или максимум студент. То есть примерно мой ровесник. И как его найти и убедить переехать в Сан-Франциско? По телефонному справочнику? И как объяснить, почему именно его приглашаю? Что-то никаких остроумных вариантов в голову не приходит.

А если Ромео, Кармака, Криса Авеллона и, допустим, Дрю Карпишина все же стоит подобным экстремально тупым способом попытаться завербовать? Написать им письма счастья «у меня был вещий сон, что ты станешь великим»… тупо же! Скорее просто вбросить в их окружение новость, что «Канальи ищут таланты» и там, глядишь, кто-нибудь да клюнет.

Итак, рано утром в среду мы сели в Тойоту и отправились по маршруту Эль-Серрито — Оукхерст — Рино. С нами Джимми, помощник Больцмана, поехал, чтобы совершить все формальности по регистрации «Каналья Интернешнл» и подготовленную Лео дарственную на дом для Гектора и Елены оформить.

Очень далекий от оптимального маршрут. Рино сильно северо-восточнее Сан-Франциско и напрямую через Сакраменто мы бы намного быстрее обернулись, а так часа на три-четыре себе маршрут удлинили, но ни о чем не жалею, так как заодно должен официально поставить подпись под покупкой дома для Елены и Гектора.

— Строго говоря, мы могли бы воспользоваться компанией-посредником, и их аутсорсинга не избежим — ведение бухгалтерии, протоколов собраний и так далее, но если все оформлять по почте — имеются риски по потере контроля над компанией. «Больцман и Флорес» предлагают вам лучший сервис и полное обслуживание, и потому я еду с вами, — рассказывал по пути Джим. — Но если юридических вопросов ко мне нет, позвольте спросить про игры. Сколько в «40 тысячах способов» вариантов концовок? Я нашел только две — ту, в которой герой выживает, а его девушка погибает, и ту, где они спасаются ценой уничтожения квартала с десятками людей. Есть возможность спасти всех? Я люблю хэппи-энды…

В Оуккхерсе первым делом заглянули в гости к родне и выйти из-за стола оказалось непросто. Пузико у Елены оставалось вполне аккуратным, зато Гектор за тот месяц, что мы не виделись, слегка располнел и нажрал собственный небольшой животик. Ноль процентов осуждения. Я сам на таких ежедневных харчах исправно поправлялся. Мой карналь на довольного кота похож стал. И тут надо помнить, что даже толстые домашние котики — эффективные убийцы в своей экологической нише.

Перекусили, созвонились с Кеном и поехали в Сьерру, оставив Джимми в гостях. Обещание взглянуть на тот самый супер-арахис от IBM чесало моё любопытство. Офис издателя сегодня произвел меня не лучшее впечатление, как будто чувствовалось напряжение, разлитое в воздухе.

— Си-Си, Эль-Кей! Рад видеть! — встретился нам по пути рыжий Блейз. — А пойдем перекурим, есть важный вопрос… или давайте лучше после того, как с Кеном поговорите. Я вон там, за углом обретаюсь.

Учитывая, что дымили разрабы тут всё так же прямо в офисе, разделенном на секции перегородками, явно посекретничать программер хочет.

Мистера Уильямса мы нашли у него в кабинете. Точнее, и Роберту и Кена.

— О, привет, ребята, отлично, что заехали! — воодушевился босс Сьерры. — В очень подходящий день.

— Линда, милая, пойдем мы с тобой посплетничаем по-женски, — позвала миссис Уильямс.

— А мы с тобой, приятель, давай сначала цифры посмотрим. Там у нас все неплохо, твоя игра нас здорово выручает. За рождественский сезон еще тысяч двести твоих роялти набралось.

Учитывая, что тут мы все еще считаем роялти по ставке в 25% и продолжим считать, пока я не заработаю миллиона три, то Сьерра все восемьсот тысяч на тетрисе получит.

Наверное, целый час ушел на моё ознакомление с бухгалтерской отчетностью. Выглядело всё в достаточной степени прозрачно. Если где-то батька меня и обманывает, то хорошо скрывает и без профессионального аудита не попадется.

— Помнишь наш разговор про кассовый разрыв? — спросил Кен, когда я посмотрел на цифры выручки. — Если возьмешь часть роялти акциями, очень нас выручишь. Переживать насчет того, что акции упадут, не стоит, мы с тобой заключим договор о возможном выкупе по фиксированной цене.

И откуда при таких бешеных тыщах какие-то кассовые разрывы? Я, правда, себестоимость носителя не считаю, но всё одно, громадные деньги батьке остаются. Налоги? Очень может быть, что и они. С государством ведь акциями не расплатишься.

— Все настолько плохо? — уточнил у него.

— Нет. Не настолько, мы хорошо держимся и даже стартуем новые проекты, про партнерство с Дисней ты уже в курсе. Твой знакомый Эл Лоу, кстати, проектом займется, игрой по Винни-Пуху. На фоне тех, кто специализировался на Атари 2600, мы на коне. Не знаю, выживет ли Активижен. Но кризис в индустрии раскручивается масштабный, а разработчики на оплате в виде роялти обходятся нам недешево.

Активижен еще Сьерру переживет и несуществующих пока Близзардов поглотит. Но это произойдет еще очень нескоро. А то, что мистер Лоу начал работать над детскими играми, как и хотел, прямо очень приятно.

— С пунктом о фиксированной цене выкупа акций выглядит неплохо. Я готов взять четверть в этом месяце, как конвертируемый заём.

Почему четверть? Да просто с потолка, если честно. На пальцах прикинул, что если возьму половину, то вторая уйдет на налоги и оборотных средств не останется, и урезал осетра еще вдвое.

— Теперь на правах почти акционера пойдем, покажу тебе волшебство, — позвал меня Кен.

Магическим он признал обычный системник 5150 с самой рядовой клавиатурой и неприметным монитором незнакомой мне модели. Что-то необычное просматривалось лишь в том, что находился компьютер в отдельной запираемой комнате офиса.

— Проект Арахис, можешь начинать удивляться, — за компом как раз работал Нил, тот, что по прозвищу Армстронг.

— Привет, Си-Си. Зацени, что эта штука может… тут шестнадцатибитный процессор, такой же, как в обычных IBM, и революционный видеочип, распаянный на плате, и…

Программист ввел команду «RUN» и встроенный в монитор динамик выдал первые аккорды американского гимна, сыгранные внезапно чисто, после чего на экране начал развеваться анимированный флаг на флагштоке, а в звездное небо вокруг него взлетели яркие вспышки салюта. Ну… в сравнении с возможностями того же Эппл 2 и правда впечатляюще. В плане звука, похоже, паритет с Коммодор 64. Но эти цвета… не знаю, кто занимался видеочипом К64, но цветовую гамму там выбрали странную — приглушенную, землистую, тусклую. Тут же ярко, сочно, почти мультяшно выглядит.

А я уже мысленно примерял, как круто станет смотреться синтаксическая подсветка Каналья Эдитора в данном оформлении. Красота, которую тут же разрушили технической подробностью.

— Видеопамять совмещена с оперативной, — продолжал делиться восторгами разработчик. — 128 килобайт! Каждый пиксель я могу раскрасить в любой цвет. Это будущее, Си-Си!

То есть наш с Джоном редактор, использующий прямой доступ к видеопамяти, без шаманства не заведется. Обидно, досадно, и уже контуры причин, почему комп, скорее всего, провалился, вырисовываются. Совместимость софта важна.

— А еще Кен говорил, что для него делают революционную беспроводную клавиатуру!

— Без провода, приятель, — хлопнул меня по плечу мистер Уильямс. — Ты впечатлен?

— Я скептик в этом вопросе. Нормальные беспроводные клавиатуры появятся лет через десять, не раньше.

Не сдержался от того, чтобы пованговать, даже занизил срок. Я-то знаю, что только в начале двухтысячных впервые клаву с радиомодулем увидел, причем тогда пожадничал ее купить, несмотря на то, что уже мог бы считаться транжирой.

— Посмотрим, это же IBM, их инженерный отдел — один из лучших в мире, — с оптимизмом заявил Кен. — Также они обещают нечто потрясающее со слотами расширения, но пока держат в секрете, что именно, нам для разработки игр это ни к чему. Выйдет в продажу машина уже в следующем году и к тому моменту стоит задача создать портфолио игр. Ты в деле, приятель? Приезжай на неделю-другую этим летом, сделай его сам, если хочешь. А там, глядишь, проникнешься и новую игру под возможности Арахиса задумаешь.

И стоит ли тратить на потенциально провальный проект время? Хотя неделька на природе… сходить с Гектором в национальный парк на водопады. На рыбалку еще. Елена к тому моменту родит и ей не помешала бы помощь с ребенком. Не моя! Я младенцев боюсь — они такие маленькие и хрупкие, кажется, что тронешь и навредишь, а затем всю жизнь виной мучаться. А вот Линда, как девушка, идеальной помощницей на недельку стала бы.

— Предварительно отвечу «да», но планы могут поменяться после Японии.

— Отлично, приятель, просто чудесно, пошли тогда перекурим, есть важный приватный разговор не про железо или деньги. Ах да, ты все еще не куришь.

Уединились в кабинете Кена, тот, как и собирался, закурил и далее отчасти меня ошарашил.

— Дружище, ты уже украл у меня Джона. Заберешь еще нескольких программистов? Хороших ребят. Блейз, Чак, Коннор… Боюсь, иначе Ричард их переманит к себе в Техас. Представляешь, он открыл собственное издательство. И ладно бы чем-то стоящим их завлекал. Разглагольствует о том, какая у нас здесь дыра, а я делаю из программистов реднеков. Считает, что я не знаю о его грязных методах.

Ох, сколько возмущения тем, что парень решил всего-то зарабатывать самостоятельно, а не нести деньги в клювике для батьки. А теперь еще и сотрудников себе ищет. Зарплаты или проценты им, наверное, хорошие предлагает. Вот же негодяй. Каналья! Меня много раз хантили, переманивали и завлекали, а я хантился и переманивался. Мы же работу ради зарплаты работаем, а не ради мифического корпоративного духа и вот этого вот всего.

— Возьму всех, кого отпустишь, — иного ответа и быть не могло. У меня как раз дефицит разрабов. Очень даже удачно складывается.

— Поболтай тогда c ними, только не говори, что это я предложил. Ты смышленый парнишка, всё сам понимаешь, из чувства противоречия откажутся. А так мне выгодней, чтобы твоя студия развивалась, чем предатель Ричард.

Скандалы, интриги, расследования! Офисная жизнь без них не обходится. Мне по большей части в первой жизни удавалось самых неприятных заморочек избегать, но и всякое дерьмо тоже случалось. Почти уверен, что Блейз позвал на разговор по тому же самому поводу.

— Пойду тогда поговорю с ними.

Так и сделал, нашел рыжего Блейза в его угловом загоне. Так себе рабочее место, у нас в проклятом старом доме нормальные кабинеты на несколько человек будут, а не эти опенспейс-стойла, перегороженные фанерой.

— Привет еще раз, — обратился к рыжему, — о чем хотел переговорить?

— Да, хотел! Вы ведь не только играми занимаетесь? Вот, Джон для вас текстовый редактор делал. Возьмёте меня в команду, если попрошусь? Ну, то есть не только меня. Троих или четверых. Тут в Оукхерсе природа красивая, но тоска неимоверная. Даже в кинотеатр приходится во Фресно ездить, а там уличная преступность даже хуже, чем в Эл-Эй. Барри недавно там ограбили, а копы ему сказали, что сам виноват, не стоило кошелек на кассе светить.

Кто такой Барри, я не вспомнил. Каюсь, часто выпадают из головы шапочные знакомые. Но моё ему сочувствие, уличная преступность — штука поганая. Хорошо, что у нас в тихом Эль-Серрито ее почти нет.

— Беру всех. С Кеном как-нибудь договорюсь, хотя он будет недоволен. Но учтите, заниматься мы продолжим играми.

— На тебя он не посмеет орать, ты у него в любимчиках. Ну… в хорошем смысле. Тетрис ему кучу денег приносит.

На том и пожали руки. Я встретился со всеми «бунтовщиками», включая бывшего соседа по комнате в Вегасе — Чака, и выслушал их требования, вполне приземленные. Комфортные условия работы, современная техника, стабильный оклад не ниже ста баксов в день. И предварительно принял, дав наш адрес в Эль-Серрито. Ребята хорошие, но не гении, подобные Джону Харрису, а потому к громадным деньгам не привыкшие. Беру, всех беру! Ричард себе на «Ультиму 3» других разрабов найдет.

Глава 8

— Крис, ты не поверишь, что мне показала Роберта! — наконец-то нашлась Линда. — Концепт игры для нового компьютера. Представляешь, это ГРАФИЧЕСКИЙ КВЕСТ! Персонаж перемещается по экрану и список возможных действий зависит от того, где он находится. Пока идея только в виде рисунков, но она ведь невероятная.

— И потрясающая, — подтвердил я, — верю, что у Роберты всё получится.

— Королевский Квест! Так она планирует назвать игру. Видел бы ты ее рисунки! Как настоящий мультфильм Диснея!

Ура! Теперь бесконечная череда смертей созданных Робертой персонажей станет яркой и красочной! Помню я Кингс Квест от Сьерры совсем краешком. Не сказал бы, что он меня так уж впечатлил. Но я играл не с самой первой части, да и вообще воспоминание очень смутно сохранилось.

— Мы сделаем не хуже, — чмокнул девушку в лоб, — пошли, нам надо сделку оформить и собираться дальше.

Встретились с корпоративными юристами Сьерры и я таки стал владельцем недвижимости! Ровно на полчаса, пока не переписал на родню. Сорок тысяч баксов, как с куста. И вот ни одна жаба придушить не попыталась, когда глядел на счастливые лица родни. Налогом подарок, к слову, облагается, но платить его не надо. У каждого американца есть свой пожизненный лимит щедрости, что-то около двухсот семидесяти тысяч, из которого стоимость дома и вычитается. Из моего лимита, а не счастливых новых домовладельцев. Смогу еще на остаток дом Катценьяммера кому-нибудь подарить.

Елена, поставив подпись под договором дарения, расплакалась на эмоциях.

— Тобалито, — хнык-хнык, — ты святой, — объявила она.

— Карналь, я… — Гектор слов не находил, — спасибо.

Я дикую неловкость испытал. Но сделал ведь, что должно? Отплатил моральный долг за то, что старший брат все эти годы Криса на себе тянул. За то, что Елена опеку над чужим подростком оформить согласилась, за то, что Линду, как родную, приняла. И за все безумно вкусные чилакилес и энчиладас, не без этого. И даже за подаренный лоурайдер, к которому я привык.

Настоящее облегчение испытал, сбежав от благодарной родни, двинувшись дальше по маршруту. По плану как раз до вечера в Рино доберемся. С этой их вечно теплой погодой я даже как-то позабыл, что у нас тут, между прочим, январь. В Оукхерсте нас ждали все те же около десяти тепла, что и поблизости от океана.

Природа напомнила, что существует снег, когда мы въехали на территорию национального парка.

— ВАУ! Снег! Так много! — прошептала Линда. — Крис, останови! Я хочу его потрогать!

Я без большой охоты притормозил и девушка тут же начала лепить снежные куличики у обочины с выражением абсолютного счастья на лице. Она что, никогда сугробов не видела?

— Невероятно! Не разу не был так глубоко в горах! — выдал свою порцию восторгов Джимми и присоединился к Линде у обочины. Ну чисто дети на каникулах. Сказать, что меня самого не тянуло попробовать слепить снеговика — соврать. Но удержал себя. Все равно морковки, ржавого ведра, метлы и старого шарфа у нас нет, а без них образ неполноценный. Просто умилялся со стороны и выкручивал печку на полную. Мы, панамцы, народ теплолюбивый. Ну или просто к хорошему, например, теплу, быстро привыкаешь.

Надолго моих спутников на игру со снегом не хватило. Все-таки одеты максимум по-осеннему, не в пуховики. Продрогли и вернулись в салон, но с такими широкими улыбками, что у меня язык не повернулся озвучить «говорил я вам».

— Потрясающе, Крис! Представь себе, что где-нибудь в Канаде или на Аляске люди по полгода среди снега живут! — делилась ярким впечатлением Линда.

— Они просто носят одежду немного теплее, чем мы, оплачивают большие счета за газовое отопление и снег игнорируют, — хмыкнул я, — это как с океаном. Мы за всё лето не выбрались на пляж.

— Да нечего там делать, если ты не сёрфер, — хмыкнул Джим, — а можешь прибавить обогрев? Я что-то замерз.

В районе столицы штата, то есть Карсон-Сити, а не Вегаса, как многие считают, юрист начал шмыгать носом и чихать. Слабый иммунитет изнеженного калифорнийца дал сбой. Линда пощупала попутчику лоб.

— Горячий, — объявила девушка и тут же еще и до моего лба притронулась. — А ты нормальный.

Говорил я… ну ладно, мысленно ворчал. Теперь вот вынужден ставить парня на ноги.

Хорошо, что дайнеры и аптеки тут как грибы после дождя понатыканы оказались, несмотря на то, что городок маленький. Меньше Де-Мойна даже, наверное. Как если бы столицей Воронежской области Бобров или Анну назначили. Ничего о них плохого сказать не могу, хорошие уютные райцентры, но маловаты.

Остановился у первой же приличной на вид закусочной и едва ли не силой влил в молодого адвоката горячий чай с лимоном и медом, и пока тот под присмотром Линды кушал куриный бульон, от которого пытался отказаться, так как «не голоден», сбегал до аптеки, подсказанной официанткой, и попросил чего-нибудь от простуды.

— Берите тайленол, у него новая антивандальная упаковка, — подсказал провизор. — Глядите, тут пробка пленкой запаяна, а под ней еще и фольга. Никакой психопат больше в лекарства яд не добавит.

Если только не использует медицинский шприц с иглой и жидкую отраву. Но это уже моя паранойя. Хотя чикагский отравитель, конечно… даже слов не нахожу. Ни латинские, ни русские ругательства не кажутся мне достаточно крепкими, чтобы описать человека, заменяющего лекарства крысиным ядом.

Со всей этой суетой приехали в Рино уже затемно. И ничего так, красивый город-казино. Помельче Вегаса, но такой же яркий и застроенный сверкающими неоном отелями. Вывеска «Крупнейший маленький город мира» на въезде меня лично позабавила. Мы заселились прямо в центре, неподалеку от концертного зала и местной горадминистрации.

К утру Джимми, получивший отдельный номер, вполне оклемался. Вот что парацетамол животворящий делает. Хотя, возможно, хуэво и молитва сработали бы лучше, но я темной магией не владею, а Линда не предложила. Хватило усилий официальной медицины.

В пятницу днем, пока юрист бегал и подавал документы, посмотрели город и достопримечательности. Чем известен Рино? Тем, что это город, в котором тебя могут застрелить, а затем стоять и смотреть, как ты умираешь. Во всяком случае, так поёт мистер Кэш в одной из самой известных своих песен.

В нас никто не стрелял — наоборот, мы побывали в музее огнестрельного оружия времен Дикого Запада и в расположенном парой этажей ниже световом тире, где стрельба велась из безопасных макетов оружия по мишеням. Хотел бы я похвастать, что показал себя лучшим стрелком, но увы, режим «меткого глаза» за пределами РДР2 мне недоступен. Позорно мазал в половине выстрелов, в то время как Линда попадала часто, не меньше трех четвертей мишеней закрывала. Должно быть, натренировалась в аркадных автоматах. Ну или я такой косой.

Про лучшую игру в жанре вестерна не зря вспомнил. Антураж Дикого Запада в Рино повсюду так и просматривался. Бездарно потраченный день, если честно. Столько кода осталось не написано, сколько артов не нарисовано. Но ни о чем не жалею. Я люблю свою работу, но отдых не менее важен. Развеялись, получили новые впечатления, друг с другом наедине побыли.

Джимми в течение дня закончил все назначенные дела и, найдя нас в холле отеля, официально объявил меня председателем совета директоров «Каналья интернешнл», а Линду — секретарем.

Вечера я ждал с некоторым волнением — это же один из величайших певцов двадцатого века и шанс увидеть его вживую. Я, к своему стыду, с творчеством мистера Кэша уже после его смерти познакомился по подсказке коллеги, а тут он жив, бодр и еще не достиг пика карьеры.

Самый обычный концертный зал в казино Сахара, с сидячими местами перед довольно-таки просторной сценой. Мы с Линдой заняли наши места в середине второго ряда, не иначе как добытые мистером Карлсоном по большому блату. Публика по большей части приличная собралась, ближе к сорока. На ее фоне латиноамериканский пацан и азиатская девчонка как бельмо на глазу, наверное, смотрелись, несмотря на то, что оделись мы максимально прилично и скромно, не вызывающе.

Зал постепенно затих. Рабочие сцены вынесли стойку с двумя микрофонами — для человека и гитары.

— Здравствуйте, я Джонни Кэш, — произнес артист, выйдя к публике. Как я читал, он всегда начинал выступление именно с этих простых слов. Меня как молнией прошило от простейшего приветствия. Чуть за пятьдесят, высокий, под метр девяносто, в черном приталенном сюртуке, с крупным носом и приметным шрамом на подбородке. Джонни Кэш, человек в черном.

На ютубе сохранилось видео его последнего выступления, и я пересматривал его несколько раз, удивляясь, как старик, которого аккуратно усаживают в инвалидную коляску, способен виртуозно играть на гитаре.

Я всегда любил концерты не больше, чем театр. Вся моя инженерная душонка протестовала против них. Ну неоптимально это — устраивать одно и то же идентичное представление раз раз разом. Монолог о безумии где-то рядом лег бы. Я ленивый пендехо! Не был, не чувствовал, не понимал, как это круто, когда легенда исполняет свои лучшие песни буквально в двух шагах от тебя. И даже пример с молодой Металликой не особенно меня убедил. Признаю, я ошибался.

Первой же песней в самое сердце поразило «Кольцо огня». Запись на кассете даже половины той энергетики не передает. Мы с Линдой как за руки взялись, так и до конца выступления кисти не расцепили, попав под впечатление.

И все другие хиты ожидаемо прозвучали. «Мальчик по имени Сью», «Блюз тюрьмы Фолсом»,«Призрачные всадники в небесах», не счесть их! На строчке «Я застрелил человека в Рино, чтобы посмотреть, как он умирает» зал взорвался овациями. По всей видимости, местным жителям даже такое упоминание их города в радость.

Когда Кэш утомился, на сцену для перерыва вышла его жена Джун Картер Кэш. Я совершенно ничего от нее не ждал, а тетенька взяла и исполнила «Will the Circle Be Unbroken», знакомую мне по саундтреку к «Биошок: Инфинит». С более молодым и нежным голосом, как в игре, на мой вкус, лучше бы прозвучало, но всё равно — очень душевно тетенька спела.

По окончанию основной части представления певец раздавал автографы и мы с Линдой тоже к нему подошли, честно отстояв очередь.

— Приятно видеть, что молодежь из бедных районов тоже интересуется моим творчеством, мой-то сын больше Блэк Саббат и AC/DC слушает. Главное, не сдавайтесь, что бы ни происходило, — пожелал нам Кэш. — Я весь концерт пел специально для вашей пары, увидев вас в зрительном зале. Вы очень выделялись среди зрителей.

— Спасибо, мистер Кэш, ваша музыка очень помогла нам, — поблагодарил я. — Подпишите, пожалуйста, «Для Криса и Линды» и, если не сложно, «Гори, огненное кольцо».

А девушка засмущалась и ничего не сказала, хотя вроде бы не первая знаменитость в ее жизни, но не нашла слов или… все же я идиот. Взяв Линду за руку, я обнаружил, что она вся прямо-таки пылает, и боюсь, что не от любви ко мне или впечатлений от концерта. Ох-ох-ох, зря я ей позволил вчера в снегу копаться. Пендехо! Каброн! В начале мероприятия жар совсем не ощущался.

— Милая, как ты себя чувствуешь?

Ответом стал тишайший шепот, совсем неразличимый в шумном фойе концертного зала при казино. Обнял девушку с таким расчетом, чтобы ее губы оказались неподалёку от моего уха и смог-таки расслышать.

— Горло болит, у меня часто так зимой, ничего страшного.

Ага-ага. Ничего страшного. А я, гранде пендехо, успокоился тем, что не жалуется на свою астму, а к необычному тембру её речи привык и не форсировал обращение к врачу. Ведь «работает — не трожь». Идиот! Сказочный идиот!

Если ангина до почти полной потери голоса дошла — это ведь серьезно? Где-то рядом и проблемы с дыханием ходят? Или нет? Не будем проверять и рисковать. В процессе знакомства с городом я видел местную больницу — крупное здание в стиле кубизма, сильно похожее на нашу районную воронежскую поликлинику, но сегодня это сходство неважно. Линда с каждой минутой становилась все более вялой и инертной, что еще сильнее огонек беспокойства во мне распаляло. Сколько раз я себя внутренне обматерил — не счесть.

В пятницу вечером в поликлинике принимала только неотложка. Туда я девушку и потащил.

— Страховка есть? — спросила уставшего вида латиноамериканская медсестра с бейджиком «Рамирес».

— Да, — ответил я и порывшись в бумажнике протянул карточку страховой компании.

Соцпакет я своим сотрудникам постарался дать внушительный и себя с Линдой не забыл. Это же возможность сэкономить на налогах и вообще здоровье важная штука.

— Заполняйте анкету и ожидайте.

Ждать приема пришлось в живой очереди в худшем ее проявлении. Со всякими вредными бабушками, которым «только спросить». Линда храбрилась, бодрилась и всеми силами старалась показать, что она в порядке, но простейшая проверка температуры лба выдавала, что это не так и я остался непреклонен и вместе с девушкой прошел в смотровой кабинет, где нас принял пожилой и грузный врач доктор Вессон. Интересно,нет ли у него помощника по фамилии Смит.

— Линда Ким, — вызвал врач. О, будь благословенен этот прием по записи! Передовые практики живой очереди до светлых берегов Валинора не добрались!

— Эй… а ты, парень, куда лезешь⁈ Ты ей кто? Точно не родственник, — одернул врач.

— Я ее жених, сэр. У Линды пропал голос и она не говорит, а я отвечу на любые вопросы.

На лице врача пробежала тень сомнения, но ненадолго.

— Какая у нее группа крови? Есть аллергия на пенициллин или другие лекарства?

Да я и про себя-то таких подробности, как группа крови, знаю только потому, что в больничку не так давно попадал. А насчет пенициллина — и подавно. Вот у меня прежнего такая аллергия имелась в багаже.

— Четвертая, нет аллергии, — прошептала мне на ухо девушка, привстав на цыпочки и я повторил ее слова.

— Ладно, проходи… жених, — смирился врач.

Осмотр последовал самый обычный — проверить горло, высунуть язык, померить температуру, послушать внутренние органы, для чего потребовалось задрать свитер на спине.

— Острый тонзиллит, я сделаю укол и пропишу антибиотики в таблетках, это поможет, — заключил врач. — Покой, теплое питье, соблюдение рекомендаций. Если проблемы с голосом не исчезнут, обязательно запишитесь к отоларингологу. А сейчас прошу за ширму на кушетку, я уколю бициллин. Это больно, вам придется потерпеть, юная леди.

Вышла Линда из-за занавески, потирая ягодицу через джинсы. Но как-то не такой вялой уже показалась. Вероятно, сама процедура укола бодрит.

Получив рецепт на антибиотики в таблетках, мы отправились за выпиской в приемный покой и там я понял почему очереди здесь короткие.

Триста пятьдесят долларов??? В цифру из предъявленного медсестрой счета не хотелось верить. За один укол, рецепт на таблетки и короткий прием? Да, восемьдесят процентов покрывает страховая, а на оставшиеся семьдесят баксов я не обеднею.

Но что бы на моем месте делал простой мужик Джон, у которого нет за плечами быстро растущей айти-корпорации и страховки? Скорее всего, кормил бы невесту дешевым парацетамолом и куриным бульоном, и ничего страшного бы даже не произошло. Помогло бы лечение. А за свою тревожность расплачиваюсь рублем… долларом. Ни о чем не жалею.

Подпортила ангина впечатление от Рино, концерта и встречи с большой буквы Легендой кантри.И

все не так, и все не то, когда твоя девушка больна. Виктор Робертович мудрым человеком был. То есть он пока что есть, и я еще, быть может, постараюсь, чтобы в лозунге «Цой жив» потребность не возникла.

Глава 9

Я и мой мобильный госпиталь вернулись в Эль-Серрито к полудню субботы. Вполне себе активно бегавший вчера с бумажками Джимми снова расклеился и уснул на заднем сидении.

Линда всё еще едва-едва шептала. Но температура у нее спала и во взгляд вернулась прежняя любознательность. И раз сама девушка могла только молчать, я говорил всю дорогу за двоих — рассказывал про гоночные игры, то, какими мы их однажды сделаем. Про погодные эффекты на трассе, модель повреждений автомобиля, возможность стрелять в противников, тюнинг изнутри и снаружи.

Так и доехали. Сначала завезли Джеймса на съемную квартиру, а затем к себе. Встречали нас радостно гавкающий Дюке и присматривавшие за ним Трейси с Эдди.

— Ну как, чуваки, послушали Кэша? — спросил музыкант. — Кантри — полное дерьмо, но этот старик умеет заставить его пробирать тебя до костей. Я как-то бывал на его концерте.

— Мы взяли автограф, — похвалился я, — и нам нам надо домой, Линда немного приболела.

— О-оюшки! — Трейси притронулась ко лбу девушки. — Тебе нужны яблочный уксус с мятой и луковые компрессы. Я сделаю! А ну давай, живо в постель! А ты, Си-Си, выкрути термостат на пожарче. Больным надо тепло!

— Эль-Кей, а хочешь, я тебя к доктору, которого мне мистер Карлсон нашел, отправлю? — предложил вокалист. — Я холодного пивка перебрал и горло простудил, думал, петь не смогу, а он всё исправил. Типа, специалист по голосовым связкам. Крутой чувак, понимает, как там всё устроено.

Линда крепко сжала мою руку. Какой бы музыкой для меня ни звучал ее голос, я знаю, что она стесняется своей хрипотцы. А потому — почему бы и не заняться лечением, как я собирался, пока какие-нибудь осложнения не вылезли.

— Спасибо, Эдди, мы сходим к этому врачу.

Остаток субботы и воскресенья провели в заботах о здоровье. Трейси забежала с теми самыми народными средствами, а заодно новостями поделилась.

— Ребят, глядите, что я принесла! Плейбой, смекаете⁈ Девушку года объявили! И это не я, глядите!

С предъявленного разворота журнала на меня смотрела блондинка, чем-то похожая на Сидни Суини.

— Мисс Декабрь. Скажите, она красотка, почти как я, только у меня грудь больше!

Объективно оценила, симпатичная модель. Хотя наша подруга харизматичней.

— Клементина, — шепнула мне на ухо Линда.

Пережили и субботу, и воскресенье. И вечером у меня зазвонил телефон.

— Послушай, приятель! Это уже ни в какие рамки не лезет! — высказал мне Кен вместо приветствия. — Я простил Джона, теперь Чак уволился и собирается к тебе проситься. Завтра у себя его жди. Знаешь, как это называется? Заканчивай с этим! Какие бы там у тебя условия ни сформировались!

Актер батька не самый лучший, на мой взгляд, явно наигранное возмущение изображает, но, видать, и зритель у него неискушенный. Может быть, мистер Хелл? Хотя там наоборот — тот еще динозавр и ветеран корпоративных войн. Кто-то, кто стучит Хеллу? Вот это уже ближе к истине.

— Это называется «конкуренция за разработчиков», сэр, — подыграл я собеседнику. — У меня тут нет джакузи, но зато под боком не счесть кинотеатров, концертных площадок, залов аркадных автоматов и супермаркетов.

— Я с тобой еще за это рассчитаюсь, — злодейским тоном предрек Кен. Дурацкий спектакль, но раз уж начали его, то надо доигрывать.

Чак приехал в понедельник, весь окрыленный и на позитиве. Припарковал свой пикап Тойота, точь-в-точь, как я на авторынке выбрал, и позвонил в дверь дома Делакруа.

— Прикинь, Крис, Кен нас всех троих отпустил, но для вида поорал, чтобы остальные не дергались. Он хороший человек, а не делец, как Лорд Бритиш говорит. Блейз и Коннор на днях приедут, — поздоровавшись, зачастил полноватый блондин.

Лорд Британский, никнейм Ричарда Гэрриота. Не знаю, при чем тут Британия, да и пофиг. У меня наконец-то нормальная команда программистов появляется, а не гениальный шахматист, великолепная художница, отличный экономист, прекрасный графический дизайнер, рок-группа… то есть кто угодно, но не опытные кодеры. Джона не посчитал, но он играми заниматься не хочет.

— Молодец, что приехал. Пошли, со всеми познакомлю. Раз ты первый, у тебя есть выбор, куда заселиться. Первый вариант — дом большой, арендную плату со своих не попросим, но есть подвох… сейчас сам увидишь.

Увидев Ктулху, кодер перекрестился, как ревностный католик.

— Ага. И такие статуи во всех комнатах. Кроме того, собираемся скоро начать ремонт дома. Второй вариант — в доме напротив наш товарищ Монти сдает комнаты, цена адекватная. Третий — у меня арендована еще на месяц половинка дуплекса. Хорошее место, сам там жил. Ну или сам можешь арендовать.

— Я выбираю дуплекс, — решил после некоторых раздумий Чак. — Не подумай, что я испугался статуй, но не перевариваю любые общежития, мне нужна отдельная ванная. И вдруг девушку захочу пригласить. Ну, ты понимаешь, с ночевкой…

Не стал острить, что внешность у кодера не как у заправского ловеласа. Хотя бы потому, что знал целую кучу таких вот типичных толстых ботанов, с противоположным полом проблем не испытывающих. Да хоть бы и я сам… но себя не очень помню.

Познакомил, представил, попросил Лизу купить все, что надо для оборудования рабочих мест. Как же это удобно, когда есть специальный человек, берущий заботы об офисе на себя!

— А теперь поехали, покажу жилье и помогу машину разгрузить.

— Да у меня там только компьютер и одежда, — признался Чак.

Как вежливый человек, начал с того, что постучался к миссис Дак.

— Мэм, познакомьтесь, это Чак, я уступаю ему комнату. Он хороший парень, сотрудник моей фирмы. Чак, это миссис Дороти Дак, у нее лучший бататовый пирог на севере штата. А может быть, и вообще в стране.

— Батюшки! Еще один программист! — воскликнула негритянка. — Ну хоть не рокер. А то заселились тут в дом напротив. Музыка гремит так, что голова болеть начинает! Да разве это музыка⁈ У меня племянник в цеху металлообработки работает, вот там так же громыхает. Миссис Харрингтон из дома дальше по улице к ним копов уже вызывала, чтобы усмирили этих сатанистов. Но какой с них толк? Копы только до приличных юношей докапываться и могут. И хоть бы раз со мной поздоровались. Совсем мне, старой, житья от них нет!

— Мэм, вы не старая, — проявил дипломатичность Чак.

— Мальчики, а может, вы с ними поговорите? Ваши ровесники все же. Объясните, что нельзя шуметь? — с надеждой посмотрела «баба Даша».

Идти делать внушение неизвестному количеству неуправляемых подростков мне совсем не надо. Миссис Дак — женщина хорошая, но получать из-за ее конфликта с соседями чингасос мне не хочется.

— Конечно! Си-Си отлично ладит с музыкантами! — добродушно подтвердил Чак.

Хоть бы посоветовался. Хотя, чего таить, я бы все равно так или иначе попытался помочь хорошей женщине. Негритянка поддержала меня в свое время, черной неблагодарностью стало бы ей вот так отказать. Меня же никто не заставляет брать бейсбольную биту и идти проламывать черепа? И вообще ссориться с рокерами.

— Сейчас разгрузим вещи и сходим, — согласился я.

О каком доме идет речь, сразу стало ясно — большой нелепый коттедж, хорошо видимый из единственного окна квартиры в дуплексе. Я пару раз рассматривал его просто от нечего делать, как деталь пейзажа.

— Настоящая рок группа, Си-Си! Офигенно! Для тебя, может быть, и не в новинку, ты дружишь с самой «Бесконечностью тьмы», а мне после нудного Оукхерста в кайф с ними познакомиться, — делился в процессе разгрузки восторгами Чак.

Примерную стратегию общения с музыкантами я в голове прикинул. Максимум дружелюбия, никакой агрессии. Как с опасными сумасшедшими или проблемными клиентами, все время требующими новых фич в проекте в обход ТЗ.

Музыку мы с Чаком услышали на подходе к особняку. Пока занимались разгрузкой вещей, стояла тишина, но стоило отправиться в гости к соседям — начали, как по заказу. И о Великий Ктулху! Я знал эту мелодию! Она еще станет мегахитом, хотя звучит пока что очень сыро. «Четыре всадника» от Металлики! Что они-то тут забыли в нашем тихом маленьком городке?

— Потрясно играют! — одобрил мой сотрудник.

И есть ли у меня хоть один шанс убедить их сделать потише? Громыхала музыка из пристроенного к дому гаража. Как бы парни вообще не оглохли и слух себе не убили с такой громкостью.

— Ну, пойдем совершим невозможное, — потянул я внутрь Чака, дождавшись паузы между итерациями.

— БРАВО! Самая крутая партия, что я слышал! Металл! — объявил я, входя в гараж. Очень и очень знакомая картина, точь-в-точь первая репетиция Синего Трактора тогда еще «Гнилыми мозгами». Даже груда пивных бутылок на месте. Знакомые мальчишки за полгода несколько возмужали, но не то, чтобы сильно. Вместо Рона Макговни появился новый басист, крутящий колки своей гитары, такой же тощий и патлатый, как и остальные.

— Вы еще кто такие⁈ — повернулся к нам рыжий гитарист Дэйв. — А ну свалили нахрен отсюда!

Он уже до состояния нестояния практически надрался. После простого разворота на месте парня слегка повело и ему пришлось схватиться за стену. И в таких кондициях он на гитаре запиливал, словно истинный бог металла. Я оценил, уже начал немного разбираться.

— Мы это… от соседки… — попытался найти слова Чак. Моя ошибка, что заранее с ним тактику не проговорили.

— Опять потише просит⁈ Пусть наслаждается металлом, пока уши не начнут кровоточить! — пьяно рассмеялся музыкант.

— Эй! А я тебя знаю! — вдруг посмотрел в нашу сторону Хэтфилд. — Там, в Колледже в Эл-Эй… Рон тебе автограф дал.

— Да? — устремил на меня взгляд мутных от количества выпитого глаз бас-гитарист. — Поклонник бездаря Ронни? Ха-ха-ха! Проваливай, его тут нет!

— Не в соседке дело, парни, — попробовал я по-другому. — Ваша музыка — это что-то новое. Не боитесь, что кто-то, просто проходя мимо, запишет ее на кассетник и сплагиатит? Слышно-то на всю улицу. Выпустит альбом раньше вас и попробуйте доказать, что это ваши рифы.

От моего заявления даже Дэйв слегка протрезвел.

— Я этому уроду башку гитарой разобью, если такое случится! — пригрозил он, глядя почему-то прямо на нервно сглотнувшего Чака.

— Но и делать потише тупо, я вас понимаю, — продолжил свою манипуляцию. — У вас же тут есть агент или менеджер, он что, не разорился на шумоизоляцию? У моих знакомых целая репетиционная комната с мягкими стенами. Ни звука наружу. Вы что, хуже их?

— МЫ ЛУЧШЕ! — громыхнул своим эго Дэйв. — Где телефон этого придурка? Как там его? Я пригрожу переломать ему ноги, если не обеспечит эту… изоляцию!

Схема манипуляции, подсмотренная у тимлида. То, что сам я от этой должности всегда бегал, не значит, что не подошел бы под стандарты. Управлять программистами — все равно, что пасти котов. Мы народ вольнолюбивый и терпеть не можем начальственных указок. А потому хороший лидер делает так, чтобы команда сама пожелала сделать так, как нужно ему, а не просто нарезает задачи. Как пример — батька Кен и «дезертиры». Подозреваю, что из-за трудных времен ему вскоре пришлось бы заняться сокращением штата. А тут сами ушли и еще довольны тем, как провели начальника. Интересно, а мной он точно так же крутит в любую сторону?

— Чуваки, пиво будете? — гостеприимно предложил басист. Не помню, как его зовут. Вроде как что-то вертится, такое, что впору по лбу себя хлопнуть, когда вспомнится: «Конечно, это Вася, ну кто его не знает», с поправкой на то, что явно у нас тут никакой не Василий, а Джек, Джон или Клинт… Клифф… не вспоминается, но что-то такое.

У меня от одной мысли об алкоголе ногу как раскаленным клеймом прижгло. Психосоматика, надежно закодировала меня змеюка. Возможно, что и до конца моих дней.

— А то! Буду! — вызвался Чак. — Си-Си не пьет после укуса змеи, и он за рулем, а я не откажусь. Я только переехал! Отметим! Я проставляюсь!

Забухать вместе с Металликой! Кто бы отказался? Вот я, например, спасибо змее. И с Чаком надо будет переговорить, чтобы завязывал, следил за собой и был осторожен. Потому что пропить мозги легко, а нервные клетки не восстанавливаются. Был у нас в моей первой фирме прекрасный опытный разраб, который как начал загул на корпоративе, так после и не смог вспомнить ключевые моменты архитектуры. К дедлайну не успел, премии лишился, в семье проблемы пошли, развелся с женой и спился окончательно.

Задерживаться на чужом празднике жизни я не стал, оставил подчиненного знакомиться с родоначальниками трэш-металла, а сам пошел к миссис Дак.

— Поговорили с ними, они неплохие ребята, не сатанисты. Им скоро сделают звукоизоляцию в гараже и громкость снизится, — пообещал я. — Не приглядите за Чаком? Он хороший парень, но один, в чужом городе…

— Знаю я таких, как он. Твердая рука ему нужна. Не переживай, позабочусь.

Вот сейчас немного спокойнее стало. Даже если Чак и перепьет слегка, баба Даша ему мозги на место поставит, как-то сразу в это поверилось.

До вечера я строил планы на разработку. Разраб — это у нас средство производства и простаивать ему не стоит, а потому сел и начал писать техзадание на гоночный шутер. Ну как ТЗ — набор хотелок, которые я бы желал получить.

Во-первых, герою должны быть доступны тяжелый броневик с кучей мощного оружия и быстрый мотоцикл. Ощущаться они обязаны по-разному. Обладать своей инерцией.

На определенных этапах меняем технику или даже позволяем переключать по желанию. Никаких жизней, теряющихся при контакте с врагами — оставим их для аркадных автоматов, выжимающих из игрока четвертаки. Делаем нормальную шкалу здоровья. Или даже две. Отдельно для героя и прочность для техники.

Если машина сломалась — дать шанс выйти из нее и пойти пешком. Далеко, правда, герой так не уйдет, но, может быть, сможет выполнить ремонт и поехать дальше.

Враги — всякие летучие мыши, как в книге Желязны, и прочие радиоактивные монстры, а также банды злых байкеров. Уничтожать их не обязательно, достаточно проехать мимо. И пусть по мере истощения шкалы прочности броневик обязан ветшать и выглядеть побитым.

Ох… ох… не потянет железо всех моих задумок. В трехмерности точно! И, пожалуй, гонка — не самая лучшая концепция, там важны отзывчивость и скорость. А сколько кадров в секунду получится выжать из Коммодора? У тех поляков вроде бы около 16–20 выходило. То есть неплохо для коридорного шутера, но не гоночного экшена. Так у нас дело не пойдет!

А потому, продолжая метания, делаем «Долину проклятий» с видом сверху, взяв за основу уже частично работоспособный движок VVVVVV, только с переносом в другую плоскость.

Выйдет, как в «Джакал» на Денди. Одна из крутейших восьмибитных игр всех времен, как раз про «ехать и стрелять». Вот такое уже прямо реально-реально сделать на спрайтовой графике. А потом мы «Долину» ещё и на японскую приставку портируем, собрав лавры первооткрывателей и принеся немного денег в карман любимому писателю. Может, его еще и на роль сценариста выйдет заманить? Но это уже маловероятно, почти без шансов.

Напечатал все задуманное и еще и эскиз того, что хотел бы видеть, ручкой набросал. Художник я тот еще, но уж прямоугольный броневик нарисовать способен. А дальше уже Линда как с больничного выйдет нормальные спрайты сделает.

— Босс, такое вообще возможно? — спросил Майкл.

— Да. У нас могут возникнуть проблемы с количеством персонажей на экране из-за ограничений по видимому числу спрайтов, но часть мы сможем отрисовать переопределенными символами. Главное, чего я хочу добиться — отказ от некоторых аркадных условностей. Вроде гибели от одного попадания и возрождения за счет потери жизни и бесконечно спавнящихся врагов. Они меня бесят своей оторванностью от реального мира.

Похоже, что снова слишком амбициозные задумки родились. И так только интереснее. Выполнимые же! А псевдотрехмерный движок начну сам потихоньку пилить, методом проб и ошибок.

Глава 10

Коннор и Блейз приехали на следующий день. Тихие и спокойные ребята, им приглянулся вариант размещения у Синклера и всю троицу я направил на работы по «Долине Проклятий».

— Однажды мы с Джоном закончим систему совместной разработки, — начал я вещать, презентуя разрабам план проекта, — но пока это в планах, мы разделим вашу работу между всеми и начнем периодически объединять результаты труда вручную, матерясь на то, что за идиоты писали другие модули.

Я подошел к очередной маркерной доске и расчертил ее на четыре колонки — «Крис», «Чак», «Коннор» и «Блейз». В каждую при помощи магнитиков прикрепил по несколько отрывных бумажек с задачами, на формирование первоначального списка которых у меня едва ли не целый день ушел. Умозрительно — ничего не упустил и верно основные блоки распланировал, но это стопроцентно не так. Придется еще не раз вернуться на более ранний этап проектирования и все переделать.

— Си-Си, так никто не работает, девять женщин не родят ребенка быстрее, — попробовал поспорить рыжий Блейз. Остальные кивнули.

— Да, принято, что один человек — одна игра, всегда так было, — подхватил высокий и худой Коннор. Волосы у него в куцый хвостик сзади резинкой были убраны. — Художника разве что стороннего привлекаем, кто рисовать не умеет. И тексты отдельный человек пишет. Но код в одних руках, иначе драки не миновать. Мы всегда друг с другом не согласны.

— Ребенка нельзя поделить на независимые блоки, а программу можно, как мы и сделаем. Лучше представьте, сколько времени уйдет на постройку небоскреба у строителя-одиночки в сравнении с девелоперской фирмой.

По лицам понял, что прониклись аналогией.

— Мы договоримся о строгих интерфейсах для общения между модулями. Внутри каждого — черный ящик, но с понятными всем входами и выходами. Второй важный принцип — открытость того, кто чем занят. Все задачи — только на доске. Взялись за что-то — прикрепили стикер и не лезем в модули, занятые другими. Нужна какая-то функция — подходим и говорим о ней.

— А если я найду чужую ошибку? Или кто-то напишет тормозящую дичь? — тут же уточнил Блейз.

— Сообщить словами через рот. Мы каждую неделю будем заниматься совместными код-ревью. Садиться вместе, читать код и обсуждать. Каждый должен понимать, как устроена игра. Чтобы если завтра меня похитят инопланетяне, вы пожелали мне приятного пути до планеты Вулкан, а не впали в ступор от отсутствия понимания, как работает мой модуль.

Ребята переглянулись не без скепсиса. Это будет больно и сложно. Я и сам во многом одиночка-эгоист, считающий, что лучше меня никто код не напишет. Но нужно себя преодолеть и довериться товарищам.

— Мы привыкнем не сразу. Не обойдемся без споров и конфликтов. Но напишем игру намного быстрее, чем единолично, заработаем много денег и получим какую-нибудь награду «игра года».

Собственно, я точно так же уже с Джоном и Монти взаимодействовал, сейчас всего лишь масштабировал практику до четырех разрабов на проекте. На «Долине проклятий» моя роль выходит ближе к менеджерской, сам я хочу VVVVVV дописать, прежде всего.

От распределения задач отвлек телефонный звонок.

— Крис, привет! У меня потрясающие новости! Я сделал стабильный билд файлового менеджера под Эппл 2! Это что-то невероятное! Я должен тебе признаться, что недооценивал удобство работы в графическом интерфейсе. Давай пересечемся, поедим пиццы и вместе посмотрим код. Есть несколько крутых оптимизаций, ты обязан заценить, как элегантно я вывернулся!

— Привет, Рокки, — ну вот не поворачивается у меня язык называть этого человека Стивом. — Приедешь к нам в гости? Хочу показать тебе наш офис.

— Договорились! Уже прыгаю в машину!

Возняк словно на крыльях к нам летел, так как уже через сорок минут в двери особняка позвонили. Я выглянул через глазок — высоченная стопка коробок из-под пиццы, за которой не видно человека. Сомнительно, что это Консуэла за пиццей прячется, ей бы чичис всё держать помешали.

— Привет, Рокки, — открыл и сразу помог не уронить пиццу, прихватив половину коробок. — Спасибо, пахнет офигенно.

— Я знаю, где самая невероятная пицца в округе и не мог не поделиться знанием! Офигеть! Это самый потрясающий арт-объект по мотивам Лавкрафта, что я встречал. Крис, у тебя суперский дизайнер. Этот Ктулху такой жуткий, что я чуть коробки не выронил.

— Ого! Да ты тот мужик с фестиваля! — на звонок в дверь спустился Томми, проверить, не к ним ли пришли. — Ты сообщил про связь по спутнику с Советами. Чувак, ты крутой! Правительство пичкает нас дерьмом про злых русских, а ты раз — и показал, что там есть музыка и даже не отстойная.

— Ваша группа тоже невероятная и потрясающая, — вернул комплимент Возняк, — я бы и на второй фестиваль вас позвал, но мне сказали, что повторяться — дурной тон. Приходите, как гости! Вы приглашены! На этот раз я хочу собрать миллион зрителей! Я пришлю билеты, как только напечатаем. И телемост снова собираемся устроить. Если есть пожелания, кого хотите в выступающих — называйте!

— Ван Хален! — потребовал музыкант.

— Приглашен! — просиял миллионер. — У вас потрясающий великолепный вкус!

— Если будет кантри-секция, то Джонни Кэш, — назвал я легендарного певца. Обидно мне, что его так многие списали.

— Заметано! Скажу его пригласить!

А не подсказать ли ему Металлику позвать? Ну а что? Те для массовой культуры не меньше Кэша сделают. Но потом, не сейчас.

— Крис, дай твоему другу пару коробок пиццы, чтобы на всю группу хватило! И пошли смотреть мой порт твоего файлового менеджера!

— Пицца, чуваки! Я принес вам пиццу! — объявил Возняк, но смотрели три бывших программиста Сьерры не на картонные коробки, а на него самого.

— Вы тот самый? — нервно сглотнув, спросил Блейз.

— Тот самый Рокки Раккун Кларк, скромный инженер, придумавший несколько потрясающих штук.

— Компьютер Эппл 2, например? — спросил Майкл и протянул Возу ладонь, которую тот, не являясь расистом, незамедлительно пожал.

Все перезнакомились и мы воспользовались одним из немногочисленным Эппл 2 для демонстрации.

— Как вы знаете, в компьютерах Эппл нет того количества функциональных клавиш, что и у IBM, и потому для реализации копирования и вставки я выкрутился так, — начал рассказывать Воз, — вы нажимаете Контрол-Си и указатель на файл копируется в буфер. Далее на второй панели вы нажимаете Контрол-Ви и создается копия. Если нажать для копирования Контрол-Экс, то после вставки на новом месте в прежнем файл будет удален. Стив подглядел эти сочетания клавиш у Зирокс и они гениальные!

— Стив Джобс? — спросил Коннор, говоря с придыханием, как о небожителе.

— Ага, он умеет подмечать такие штуки лучше всех в мире! Крис на него в этом похож, такой же потрясающий. Вы видели этот текстовый интерфейс? Он ничем не хуже графического, который недавно для Эппл Лиза презентовали. Но для его работы не нужен компьютер за десять тысяч.

— Уже презентовали? — не удержался я.

— Ага, в июне стартуют продажи. Стив и его команда проделали огромную работу, создали потрясающую машину, а то, как они смогли удешевить мышку — это что-то с чем-то. Представляете, стальной обрезиненный шарик и фотодатчик внутри позволили снизить цену до пятнадцати баксов! Почти на порядок!

— Крис, может, нам подсуетиться насчет игр на новый компьютер? Раз мистер Возняк так его хвалит… — заикнулся Блейз.

— Десять тысяч долларов, — повторил я цену. Она, по мне, так прозвучала бы, как приговор, и в современности. «Нормальный комп стоит штуку-две баксов» — как повелось с начала восьмидесятых, так и продолжило оставаться актуальным до моего 2026-го.

— Ага, дороговато, — согласился Майкл, — мне тут хорошо платят, но я такой себе не позволю.

— Именно! — подтвердил я. — Его купят какие-нибудь крупные компании, а им не до игр. Вот Эппл 2 — народная платформа, несмотря на некоторые… кхм… оптимизации.

Рокки меня прямо-таки обнял за эти слова и прослезился, не позволив договорить вторую часть мысли — про то, что Коммодор 64 еще более близок простым людям.

— Чувак! Ты как мысли мои прочитал! Мы со Стивом для того и собирали первый компьютер, чтобы каждый мог себе его позволить и… стоп-стоп-стоп! Крис, прости меня! Я только сейчас сообразил, что кого-то важного не хватает? Где Линда? Я собирался взять у нее автограф для себя и Кэнди! Она ведь национальная чемпионка по аркадным играм! Куда вы ее спрятали?

— Приболела, сильная ангина, я попросил ее остаться дома, чтобы избежать осложнений, — пересказал историю поездки на концерт.

— Ох, как фигово. Мне тогда лучшее ее не навещать, чтобы малыша Джесси не заразить. Вы ведь ходили уже к доктору?

— И ходили, и пойдем еще. Рокки, а не хочешь поучаствовать в эту субботу в записи студенческого ТВ? Мы делаем программу об играх. Первые два эпизода уже отсняли, но Линда, потеряв голос, больше не годится на роль второй ведущей.

Надо ли уточнять, что моя идея оказалась невероятной, потрясающей и великолепной. Воз — особенный человек. Он так много сыплет восторженными эпитетами, что они, казалось бы, обязаны приесться и начать вызывать раздражение, но нет. Во-первых, он объективен и всякой ерунде не радуется, только стоящим вещам. Во-вторых — искренен. Вся похвала идет, как говорится, от сердца.

— Я расскажу про свои самые любимые игры на Эппл 2! — пообещал инженер. — А про те, что написал сам, совсем нескромно? Брикаут хорошо у меня получился. И ваш Тетрис! Он феноменален! Я влюбился с первой захлопнувшейся линии.

— И про игры от «Каналья Геймс» все же не стоит, — попросил я. — Мы не хотим обвинений в предвзятости.

— Тогда главная игровая жемчужина — «Пинбол конструктор» от Билла Баджа. Он раньше работал инженером в Эппл, но сейчас у него своя небольшая компания. Билл невероятный и потрясающий, его игры буквально перезапустили мой мозг после аварии. Вам обязательно стоит с ним познакомиться! Ох, и экономическая стратегия «Тайпэн!», ее портировали с TRS-80 в прошлом году! Я ее просто обожаю. Морская торговля в ней дает ощущение настоящего пиратского приключения! Всем советую познакомиться, это одна из лучших текстовых игр всех времен.

Съемки назначили на субботу и пошли день за днем. Я писал код, нарезал задачи, занимался ревью и в целом делал свою работу. Нравится мне вот это вот всё.

Линда оставалась на больничном, и к пятнице уже избавилась от температуры, хотя говорила всё еще с трудом. Именно на этот день мистер Карлсон по просьбе Эдди записал нас к доктору. Нас — в смысле девушку и меня, как ее сопровождающего.

В этот день разыгралась сильная непогода. Налетевший тайфун сбрасывал на округу тонны воды, а если бы мы рискнули взять на улицу зонтик — ураганный ветер вынудил бы повторить фокус Мэри Поппинс.

От пробежки сегодня пришлось отказаться, а Дюке забрать домой, а то его будку внутри вольера прямо-таки заливало. Он хороший мальчик — мебель не портит, обувь не грызет.

Несмотря на белый день, понадобилось включить у Тойоты фары, чтобы добраться под ливнем до Сан-Франциско. Если такие «погожие деньки» в солнечной Калифорнии зимой — частое явление, то не переехать ли мне в Неваду или Техас? Справедлива истина из мультика — «лучше, чем Воронеж, нет города нигде!».

Элитный медицинский центр в престижном районе «Пасифик Хайтс» обладал собственным подземным паркингом, потому мы еще и не промокли, как стихия ни старалась. Анкетные данные в регистратуре, триста долларов предоплаты за осмотр, заставляющие меня пожалеть, что я программист, а не врач — и наконец-то наше время в кабинете доктора медицины Розенталя. Ему бы с такой фамилией словарик какой составить.

— Линда Ким, входите, — пригласила медсестра, приоткрыв дверь в назначенное время.

Я шагнул внутрь и тут же последовал протест.

— Стойте! У меня что, двоится в глазах? Я вызывал одного пациента. Юноша, зрение с каждым годом меня подводит сильнее, но я даже без очков вижу, что вы не Линда Ким, — сказал полностью седой еврей, изучавший за столом медкарту.

— Я ее жених, помочь объясниться. Линде больно говорить.

— Молодой человек, я счастлив за то, что вам удались найти вторую половинку, это большая удача в нашем суетном мире. Но у меня только одно смотровое кресло. За пациентку скажут состояние ее горла и последующие анализы, если потребуется. Присядьте в приемной, почитайте журнал, выпейте кофе из автомата, скушайте шоколадку. Никто в моём кабинете вашу невесту не обидит.

И потекли долгие минуты ожидания, воспринимаемые как часы, месяцы и годы. Вот где бы портативный тетрис стал неоценим, хоть как-нибудь бы отвлекся. А так — пытался продумать архитектуру модулей для «Долины Проклятий», но не очень успешно. Мысли всё время убегали туда, в кабинет.

— Войдите, молодой человек, пациентка просит, чтобы вы присутствовали, — наконец-то пригласили и меня.

Линду я нашел полулежащей в процедурном кресле, похожем на стоматологическое.

— И вот все в сборе. Позвольте же старику озвучить свой диагноз, — проворчал доктор Розенталь. — У вас, красавица, хронический узелковый ларингит, обычно характерный для людей, работающих голосом, например, певцов и дикторов. Очень запущенный, налицо клиническая картина фиброза связок. И как вы только говорили все эти годы?

Звучало очень неприятно, но не как название катастрофы.

— Это лечится? — спросил я.

— В настолько запущенной форме — только хирургическим путём. Как давно вы испытываете проблемы с голосом, милочка? Не меньше пяти лет, не так ли?

— Семь лет, — тихо-тихо выдала Линда.

— А вот это вам противопоказано, моя дорогая. Шепот, чтобы вы знали, нагружает связки куда сильнее, чем обычная речь. Лучше промолчать, чем шептать. Для того мы и позвали вашего кавалера, чтобы он сказал все необходимое.

— Хирургическим путем? — напомнил я главный вопрос.

— Микроларингоскопия. Операция очень сложная, требующая ювелирной точности, но в нашей клинике мы такие делаем регулярно. Срежем все узелки, образовавшиеся на связках, и буквально вернем вам ваш настоящий голос, юная леди. Дело в том, что все эти годы вы разговаривали не голосовыми мышцами, а мускулами шеи и гортани, совсем для того не предназначенными. Человеческий организм удивителен, не так ли? Мы вернем голосовым связкам их прежнюю подвижность и не стану обещать, что вы сможете выступать в опере, но впервые услышите свой истинный голос таким, как и положено в вашем возрасте.

— Каковы риски? — самый главный вопрос. Если проблема только в привычной хрипотце, как у закоренелого курильщика, то и плевать. Мне низкий голос Линды уже милее любого сопрано, контральто или как оно там называется.

— Любое оперативное вмешательство под общим наркозом имеет элемент риска. Но у нас огромный опыт, а у меня лично — ни одной неудачной операции за сорок лет практики, за то и беру большие деньги. Если же говорить о рисках отсутствия лечения — есть некоторые шансы полностью и навсегда замолчать. Плюс риск, что узелки переродятся в новообразования и потребуют более серьезной операции.

— Деньги! — прошептала Линда. Хотя они совсем роли не играют, вот ни капли. Я не бессребреник, но отдал сорок тысяч за дом для Елены и Гектора и ни о чем не жалею, а тут ситуация более важная.

— Операция и курс реабилитации у фонопеда обойдутся вам около двадцати тысяч. Во многих других клиниках попросят дешевле, не стану таить, но у нас условия намного лучше. И если речь зашла о деньгах, учитывайте, что страховая наверняка откажет в возмещении из за запущенности болезни.

Всего-то! Как быстро я перешел от подсчета каждого четвертака к безусловной готовности расстаться с парой годовых зарплат типичного работяги.

— Не вижу проблем в этой сумме. Мы посоветуемся и примем решение, — озвучил я.

Для себя согласился бы сразу, но тут на операционный стол лечь придется не мне. Я окажу всю нужную поддержку, поделюсь всеми силами и ресурсами, но решение за самой девушкой.

— Ближайшее окно в графике операций у нас на август, — уведомил врач. — Затянете время — и оно сдвинется еще на месяцы.

Линда сжала мою руку и прошептала «согласна». Может, доктор нас и разводит, но ни о чем не жалею.

— Мы согласны, — подтвердил я вслух, — запишите нас в график.

Глава 11

На анализы для подготовки к операции нас записали на июль, а до того доктор Розенталь прописал консервативное лечение таблетками, полосканиями и приторными сиропами, после которых поцелуи становятся сладкими не только в фигуральном смысле, но и в самом прямом. Всё, чтобы снять воспаление и привести горло к той неустойчивой норме, в которой Линда существовала последние семь лет. Еще и миндалины удалить посоветовали у них же, но это уже после Японии.

Неинвазивные способы отлично сработали. Через какую-то неделю Линда уже вернулась к своей нормальной речи при помощи «не тех мускулов». К тому моменту мы успели записать третий и четвертый выпуски ЙЕП в течение одной субботы, и оба с участием Рокки Раккуна Кларка. Будущие зрители узнают о нескольких гениальных и потрясающих играх, включая конструктор пинбола и клон арканоида — Брикаут.

На работе главной новостью стало то, что Бренда таки закончила экономические расчеты для Геймдев Тайкуна, а Эми приступила к написанию текстов для него же. Программно всё легло на тот же текстовый движок, что и у Студента, с минимальными допиливаниями — добавлением портфолио виртуальной студии и экрана статистики проектов. Мне понравилось. Я сел и за вечер довел компанию до разорения. Истинный эффективный менеджер. Вторая попытка — я продержался на плаву два игровых года. Третья — три года. Расту! Чего глядишь, и настоящую компанию по миру не пущу.

Чак пару раз приходил на работу не бухим, конечно, но с запахом вчерашнего веселья, пока… Орале!

— Добро пожаловать в канальи, приятель. Кто тебя так? — спросил я, разглядывая синяк на скуле. Не особенно выдающийся, но заметный.

— Дэйв, гитарист Металлики. Он не только меня, Клиффу и Ларсу тоже досталось. Он с перепоя взбесился, решил, что хотим украсть его гитару. Этот парень вообще не умеет пить.

— Им стоило назвать группу «Алкоголика», — хохотнул остряк Блейз.

— Ну да, бухают они как не в себя, но играют, как боги! То есть наша «Бесконечность» тоже молодцы, Клифф их фанат и подбивает своих сделать кавер на «Тысячу глаз».

И что дальше, Джонни Кэш создаст кавер на «Синий Трактор»? Но это я уже ворчу.

На удивление неплохо всё складывалось, совершенно без приключений. Дата приближалась к Валентинову Дню, а это не только день влюбленных, и не только годовщина объединения нас с Крисом в одно целое. 14 февраля — день рождения Линды. Моей красавице исполняется девятнадцать, снова увеличивая разрыв в нашем с ней официальном счете прожитых лет. Забавное совпадение.

Над подарком слишком долго не раздумывал — конечно, модель Энтерпрайза! Я помню, как девушка смотрела на нее в гостях у Дейва Дейлайта. И тут только доля шутки, я на самом деле заказал игрушку в магазине. Не понравится — себе оставлю.

Всерьез задумался, не подарить ли песню. Как на Линдины именины испекли мы каравай… День рождения — праздник детства… Лучший подарок — сделанный своими руками? Настоящие муки выбора. Тортик со свечками? Так это ложь! Отбросил в сторону все самые нелепые пафосные варианты и остановился на прагматичном.

Открыв утром свои прекрасные глаза, ранним утром девушка увидела протянутую мной маленькую бархатную коробочку с кольцом. Да-да, в душе я романтик, а потому даже на одно колено встал, несмотря на то, что нога все еще в неидеальной форме.

Сердце колотилось, как бешеное. А вдруг откажет? Вдруг решит, что я поленился запоминать две даты и решил сэкономить на подарках? Традиционную ерунду вроде коробки конфет в форме сердечка и букета перуанских лилий я тоже предусмотрительно заготовил.

— С днем рождения. Примешь мой подарок?

По выражению лица я увидел, как ей хочется заорать «Да!», но прижал девушке палец к губам. Доктор Розенталь велел беречь связки, так что нечего сотрясать воздух словами там, где я всё необходимое в глазах сумел прочитать. Безусловно, она согласна, и как бы мне ни хотелось, чтобы Линда сказала«забирай меня скорей и целуй меня везде, девятнадцать мне уже» , творчество группы «Руки Вверх» ей незнакомо. Подарки в этот день посыпались на мою хайну, как из рога изобилия. Это потому, что она очень приятный человек и людям нравится ее радовать.

Елена прислала по почте голубое платье в горошек. В той же посылке находилась кулинарная книга мексиканской кухни и перцовый баллончик от Гектора с запиской «На улицах всегда неспокойно, держи при себе на всякий случай». Ну, так-то он прав. Мне для себя такой же прикупить захотелось. И как раньше про него не подумал после всех чингасос?

Трейси подарила теплые шарф и варежки из серой шерсти. Монти — большой артбук с картинами эпохи Возрождения и ну очень качественной полиграфией. Селеста — собственноручно сплетенный ловец снов. Бренда — три первых тома «Искусства программирования» Кнута. Да, Линда не программист, но активно интересуется. Лиза — брендированный ярко-желтый худи «Каналья Геймс» с уточкой, а Майкл — еще один артбук, с концепт-артами из разной фантастики.

Программеры принесли консоль КолекоВижн с полным фаршем расширений, включая руль и педали. Я, к своему стыду, про само существование этой консоли узнал, только когда Сьерра портировала на нее тетрис. А так — неплохая железка, на процессоре Z80.

Изабелла и мисс 1982 Клементина прислали дорогущий набор косметики. Лео и Глория — женские часики в позолоченном корпусе. Музыканты «Бесконечности тьмы» — набор виниловых пластинок с классикой рока и проигрыватель с акустикой. Фанклуб Эль-Кей в лице Агнешки и Дебби — кассету с записью финала турнира. Рамон — набор чехлов и ковриков для Тойоты, модную оплетку на руль и оголовье рычага переключения передач с утенком внутри прозрачного пластика. Кен и Роберта — медаль от шерифа Оукхерста за спасение людей при пожаре.

Мистер Ким прислал желтую плюшевую уточку — копию птички из Флэппи Бёрд. Первую из партии мерча, заказанного Лизой нашим партнерам из швейного цеха. Прототип! Не уверен, насколько такие маскоты станут популярными, но если уточки взлетят, то зарабатывать на сопутствующих получится едва ли не больше, чем на самих играх. И опять же, на всяких выставках будет что людям дарить, как и в залах игровых автоматов.

И это не все подарки! Все любят Линду, и всякие мелочи, вроде набора приправ от миссис Хендерсон, и перечислять не стоит.

Рокки еще выделился. В районе полудня у нашего офиса остановился грузовик службы доставки и грузчики выгрузили аркадный автомат — так любимый девушкой Фроггер! Хорошо хоть, не домой привезли. Теперь все сотрудники Каналья Геймс смогут попытаться перевести лягушку через дорогу и навсегда возненавидеть всех амфибий. Его мы поставили в помещении офиса, назначенным комнатой отдыха, туда же и приставка КолекоВижн отправилась, и купленная мной ранее Атари 2600 с коммунистами-мутантами.

Шумных вечеринок-пьянок не устраивали, собрались уютной компание на работе, играли в приставки, автомат и ДнД, кушали пиццу и тортики. Кто пожелал — пиво, но не до потери человеческого облика. Музыканты еще и песенкой отхэппибёздили. Лучший день рождения, какой я только способен вообразить. Девушка, во всяком случае, аж вся светилась изнутри.

В остальном незамеченным февраль пролетел. Громкие события отсутствовали. Не считать же за таковые очередные и привычные переносы заседания по гринкарте Гектора или посещение занятий сценарного мастерства. Тихое и мирное болотце. Но с лягушками и уточками!

И большая часть марта прошла точно так же незамеченной, ко всему прочему добавилась подготовка к грядущей «Компьютерной ярмарке западного побережья», где у меня запланирована стендовая дискуссия о будущем видеоигр.

Алхимия и Симулятор Студента оконательно добрались до того состояния, когда не стыдно показать игры всему миру. Обе мы собрали под все три наши основные платформы — Эппл 2, IBM и Коммодор 64. Под последний, благодаря вышедшему компилятору Паскаля, и остальные текстовые квесты в печать пошли, но учитывая, как ужасны дисководы К64, рекордных продаж ждать не стоит. А на аудиокассетах выпустить игру с движком, основанным на точном чтении определенных секторов носителя, нереально.

Их и покажем! В этот раз уже как самостоятельная студия, а не бесплатное приложение к Сьерре, находящееся на их стенде на птичьих правах. И Тетрис, безусловно. Он хоть и шагает по планете, мир еще не захватил. Лиза созвонилась с организаторами и выбила нам стенд. Небольшой, но свой!

Отличие данной выставки от посещенных нами ранее в том, что она именно игровая, а не компьютерная широкого профиля. Там же мы первые выпуски ЙЕП всем желающим покажем.

На стенде посидеть вызвались Майкл и Лиза. Трейси — моделью поработать. Ну и мы с Линдой до кучи, но больше, как зрители. Моей невесте надо голос беречь и не напрягать. Итого пять человек, четыре компа для демонстрации и куча уже привычного геморроя. Хорошо хоть, что всё близко, в Сан-Франциско, и никаких гостиниц. Можно, как белому человеку, приезжать на выставку с утра и возвращаться домой отдыхать после ее закрытия. Охрана на месте есть, технику утащить не должны, а за дискетами строгий контроль.

От Сьерры лично Кен и Роберта приехали, заодно у нас в гостях побывали, с Древними поближе познакомились. Всё штатно, всё нормально, спокойно и без эксцессов.

— Вот так и устроились, — показал я Уильямсам наш уголок в особняке. — Выкупаем его целиком и обеспечим себя местом на несколько лет.

— Эти статуи такие жуткие… мне хочется поместить их в игру, — призналась Роберта.

— У меня есть несколько схожих идей, но авторские права мне не принадлежат, это Лавкрафт. Если сделаете игру первыми — договоримся об использовании саундтрека «Бесконечности тьмы», не чужие люди.

Мне и правда не жалко. Музыку я не для заработка плагиачу, а чтобы друзьям помочь. А батька с супругой тоже, надеюсь, мои друзья.

— Хей-хей, Чак, я не кусаюсь, — окликнул заглянувшего что-то уточнить и тут же вышедшего кодера Кен. — Я недоволен тем, как вы без предупреждения уехали, но вы имели на то право.

— Прости, Кен… и ты, Роберта… но тут всё круче. Вы бы только видели, как Си-Си собрался нашу работу организовать. Тут мы команда! Как рок-группа!

— Ты еще начнешь завидовать оставшимся в Оукхерсте и их заработкам, когда мы выпустим свои игры… под сам знаешь какую платформу.

Не стал мешать их общению и ушел сделать всем кофе.

Итого, в означенный день выставка началась и это было интересно, несмотря на знакомый формат и кучи народа.

Линду и Трейси затянула автограф-сессия. Майкл, Лиза и даже Бренда занимались демонстрацией игр. А я пошел прогуляться по выставке, в результате чего нашел стенд «Электроник Артс».

За столами перед компьютерами смущенно торговали лицами десяток гиков. Явно разработчики. А я кодеров узнаю по осанке. Сам сутулился в прошлой жизни. В новой всеми силами стараюсь спину не портить. Парни явно имели успех, к ним выстроились небольшие очереди, только растущие из-за того, что ребята не привыкли презентовать товар. За них отдувался длинноволосый, слегка смуглый живчик в пиджаке и при галстуке, чем-то мне старые фотографии Джобса напомнивший.

— Привет. Впечатляет, да? — спросил он, подойдя поближе, когда я остановился у небольшой пирамиды из картонных коробок с обложками игр, непривычно яркими, крупными и с качественной полиграфией. Как для музыкальных пластинок.

— Обложки? — не сразу понял.

— Да, именно они! Самое интересное с обратной стороны. Гляди! — жестом опытного коммивояжера он снял с витрины «Конструктор Пинбола», внезапно тот самый, что расхваливал Возняк на записи ЙЕП. С тыла упаковки на меня смотрел улыбчивый обаятельный парень лет тридцати. Подпись гласила, что это разработчик игры, Билл Бадж.

Я нашарил его взглядом на стенде. Намного уверенней остальных смотрелся, презентуя свой продукт. У нас с той же уверенностью Майкл вещает.

— Считаете, что программистам это нужно, мистер…

— Трип. Трип Хокинс, президент Электроник Артс. Да, я считаю, что игроки обязаны видеть, кто подарил им шедевр, и узнавать. Позволь, я скажу прямо — я тебя узнал. Ты Крис Коламбус, автор Тетриса и еще нескольких превосходных игр. Ты отлично поработал, как и Кен Уильямс. Я очень уважаю его за деловые качества. Но скажи, Крис, кто-нибудь попросил у тебя сегодня автограф? Получил ли ты достаточно признания своего таланта? Игроки вообще знают твоё имя? Именно это мы исправляем.

Прямо в точку бьёт, в самое чувство собственной важности. И если я правильно его понял…

— Не хочешь и свою фотографию увидеть на упаковке с игрой, Крис? Можно, я тебя буду так называть? У нас, в ЕА, отношения с разработчиками дружеские, почти семейные. Как и у мистера Уильямса в Сьерре, насколько я представляю.

Стопроцентно хочет переманить меня на темную сторону, хотя… при нем сторона еще не темная, а вполне себе светлая. И где ЕА свернули не туда? Почему выгнали с поста гендиректора этого приятного парня? Может быть, дело в том, что он хотел делать игры, а не только зарабатывать деньги. Получается, те старые шедевры, такие, как серия «Страйк» о вертолетах и «Роад Рэш», при его руководстве делались? Или уже нет?

— Вы хотите переманить меня от Кена? — спросил я прямо. В топку словесные кружева. Если Трипу что-то нужно — пусть так скажет.

— Твоя игра разрывает розницу. Как насчет того, чтобы следующую попробовать издать у нас? Я не призываю прекратить работать со Сьеррой Онлайн, но все яйца в одну корзину не складывают. Я готов повторить предложение Уильямса по роялти, плюс твоё фото и имя на обложке.

— У меня есть пара игр, но там легкая эротика.

А чего бы и не предложить стрип-шашки и покер, если возьмется?

— Извини, но сразу нет. Уверен, игры отличные, но розничные сети их в продажу не возьмут. И это подход мимо нашей философии, приравнивающей игры к искусству.

— Спасибо за честность, Трип. Предлагаю обменяться визитками. Портить отношения с издателем в моем случае стало бы верхом глупости, но иметь альтернативу на всякий пожарный не помешает.

— Не по возрасту мудрые слова, — признал собеседник.

Ох… я пендехо и бабосо. Память моя мужичья! В голове наконец-то щелкнуло и я вспомнил, кто такой Трип Хокинс. Не просто основатель ЕА, но и директор 3DO. Они продавали провальную консоль, производимую Панасоником, и издавали «Героев Меча и Магии». По крайней мере, обожаемую фанатами, в том числе и мной, третью часть. Прости, Трип, ты вроде как неплохой мужик, но Героев я тебе не отдам. Сам займусь их изданием или батьку попрошу, если у меня с данной частью бизнеса не очень дело пойдет. Ты в реальности великую серию загубил. А чего только стоит попытка продавать отдельные сюжетные кампании, как самостоятельные игры, под названием «Хроники Героев»? Не-не-не, нам такого не надо. Но контакт в любом случае полезный. Как минимум, с точки зрения переманивания разработчиков.

Продолжил свою экскурсию — кто знает, какие скрытые алмазы мне еще принесет выставка. Кучу знакомых внезапно встретил.

— Я Стив Бьорк и «Каналья Геймс» — моя любимая студия здесь, в Калифорнии, — произнес знакомый из Датасофта. А он не так плох… для Стива. По крайней мере, чувство юмора у него есть.

— Как там мой робот в журнальном турнире?

— Отправил, приняли участие, жди лавров величайшего читера Войны Роботов. Видел тебя в списках на дискуссию по будущему видеоигр. Я тоже участвую.

— Не забудь начать речь с условной фразы, — внезапно прикольно с ним беззлобно пикироваться. Не все Стивы одинаково бесполезны.

Сами Датасофт сегодня показывали порт японской игры «Заксон» — скроллер-шутер, фишка которого — псевдотрехмерная изометрия. А ничего так. Мне прямо захотелось «Долину проклятий» как-то так попытаться отрисовать, но, скорее всего, во вред проекту пойдет.

Продолжил знакомство с ярмаркой. Со стенда Атари громогласно вещал очередной эффективный менеджер, похожий на злополучного Иствана.

— Не забудьте прийти завтра, — зазывал он, — мы представим секретный проект, который изменит правила игры. Три года подготовки, чтобы уже завтра вы смогли его увидеть.

Наверняка какая-нибудь неиграбельная миерда, аналогичная ЕТ.

Глава 12

Дискуссия о будущем видеоигр состоялась утром второго дня конференции в конференц-зале, одном из множества в огромном выставочном комплексе под названием Аудиториум. За столом на сцене собралось пятеро экспертов и медиатор-ведущий, по совместительству популярный журналист из БАЙТ — мистер Джерри Пурнелл, статный мужчина лет пятидесяти с внешностью безумного ученого. Ну вот серьезно, дока Брауна из «Назад в будущее» мне напомнил, как минимум прической — лохматой и с проседью.

— Рад видеть вас, уважаемые посетители восьмой ежегодной компьютерной ярмарки западного побережья, — поздоровался Джерри с залом, который заполнился до отказа, человек под двести, — сегодня мы поговорим о будущем видеоигр и потому я попросил подобрать для участия молодых разработчиков. Здесь у нас нет никого старше тридцати. У нас сегодня Стив Бьорк из Датасофт.

— Привет. Я Стив Бьорк и «Каналья Геймс» — моя любимая студия здесь, в северной Калифорнии, — поздоровался с залом молодой программист. А у него есть хуэвос. Вот так взял и продолжить шутку на публике. Характер у него, конечно… и имя еще… но я бы его схантил.

— Крис Коламбус из названной «Каналья Геймс», — не стушевался ведущий, передавая мне очередь.

— Я Крис, можно Си-Си. Каналья Геймс и моя любимая студия. Спасибо, Стив.

Следом настала очередь быть представленной для Кэрол Шоу из Активижн, той самой, что сделала «Ривер Рейд». Приятная внешне девушка. Дани Бантена из Озарк Софтвэр и моего знакомого «Лорда Британского» — Ричарда Гэрриота, создателя Ультимы.

Кен, расположившийся в зрительном зале, наверное, зубами скрипел, глядя на разраба, что от него ушел.

Линда сидела во втором ряду. Есть психологический прием, как прибавить себе уверенности при публичных выступлениях — выбрать одного человека и читать ему. Мой выбор прост.

— И первый вопрос к каждому из вас. Что ждет графику видеоигр в следующие двадцать лет?

От моих коллег последовало довольно робкое вангование.

— Я считаю, уже в ближайшие годы получится расширить цветовую палитру до 256 цветов, в перспективе десятилетий, далее можем рассчитывать на шестнадцатибитный цвет, — выдал Стив.

— Разрешение спрайтов вырастет до сотен точек по вертикали и горизонтали, что даст нам анимацию уровня, приближенного к мультфильмам, — это Озарк.

— Двадцать лет — огромный срок. Я считаю, что к тому времени игры смогут показывать качественную изометрическую проекцию, создавать иллюзию объема, — пообещал Гэрриот.

— Мы увидим проработанные пейзажи, где игрок, даже незнакомый с печатной инструкцией, сможет отличать один объект от другого, — предрекла Кэрол.

Не каждый может смотреть в завтрашний день. Да я и сам примерно теми же категориями мыслил, лично наблюдая развитие компьютерной графики.

— Нас ждут полностью трехмерные миры, — пообещал я, — графика перейдет от пиксельной к полигональной, игровые объекты начнут отрисовываться из поначалу сотен тысяч, а затем и миллионов многоугольников, обтянутых фотореалистичными текстурами. И на экране подобных трехмерных объектов поместятся десятки и сотни.

В зале кто-то глумливо заржал.

— Крис, ты представляешь, сколько ресурсов нужно для расчетов описанной тобой картины? — осторожно спросил ведущий. — Даже процессор в сто мегагерц скорее всего не справится.

— У мейнфрейма, занимающего целую комнату, хватит ресурсов, — поддел меня Стив.

— Через двадцать лет тактовая частота процессоров дойдет до гигагерца и выше, но для расчета трехмерной графики этого окажется недостаточно. Нам понадобятся отдельные видеочипы. Они уже есть, я купил восьмидесятиколоночную видеокарту в свой Эппл 2. Уверен, что уже существуют стартапы, разрабатывающие подобные устройства. И обсчитывать они будут не только графику, но и физику. Представьте, что каждый объект обладает собственной массой и подчиняется всем законам Ньютона, а не движется по заранее просчитанным траекториям.

— Мечтатель! — выкрикнули из зрительного зала.

— И сколько памяти, по вашему, потребуется компьютерам будущего, юноша? — заинтересовался моим видением ведущий.

— Именно через двадцать лет стоит ожидать до гигабайта оперативной памяти и отдельные 128 мегабайт в графическом ускорителе. Плюс жесткий диск на несколько десятков гигабайт. Заметьте, я говорю о типичных домашних компьютерах, а не дорогих устройствах за десятки тысяч долларов.

Смех сделался совсем уже откровенным. Давайте, зубоскальте, а потом скажу, что «говорил я вам». Надеюсь, мистер Пурнелл напишет статью о данной дискуссии и зафиксирует мои прогнозы на бумаге. Зачем я вообще начал играть в Нострадамуса? Во-первых, захотелось. Во-вторых, это репутация на будущее. Сейчас посмеются над фантазером, завтра увидят, что предсказания начинают сбываться и появится доверие.

В похожем тоне мы все высказались о звуке, я предрек озвучку игр голливудскими знаменитостями и саундтрек от звезд первой величины. Об искусственном интеллекте — тут я пообещал умных НПС, реагирующих на действия игрока и полную симуляцию их распорядка дня. И про онлайн. Здесь на прогнозе о десятках тысяч игроков в одной сессии не смеялся над канальей из гетто только Ричард. Даже ведущий заулыбался.

— А что вы считаете главной проблемой игр в будущем? — спросил Джерри.

— Пиратство! — без раздумий ответил Стив.

— Высокий порог вхождения в сложный игровой процесс, — это Кэрол.

— Ограничения сетей связи, — назвал версию Дани Бантен, — мне симпатична утопическая картина с сотнями тысяч игроков, нарисованная Крисом, но он не учёл стоимость модемного соединения по межгороду. Ничто не станет платить столько за игры.

— Отсутствие единого стандарта, — тяжело вздохнул создатель Ультимы. — Вы только задумайтесь — нам приходится портировать игру на Эппл, Коммодор, Атари, IBM, европейские и японские компьютеры. На это уходят ресурсы, которые следовало бы потратить на создание самих игр. Просто безумие!

— А что скажет наш визионер Крис? — дошла очередь до меня. Зал притих, видимо, набрали побольше воздуха в лёгкие, чтобы посмеяться, по заветам советского сатирика. Ох… у меня же есть шикарное окно возможностей — побывать на выступлении Джорджа Карлина, несомненно оказавшего большое влияние на Задорнова. Хотя это не точно, просто манера у них похожая.

— Корпоративная жадность, — сказал я. — Рынок видеоигр уже сопоставим по размеру с Голливудом. И решения на нем начинают принимать люди в галстуках, а не программисты. Зачем разрабатывать новую игру, когда можно десять лет доить серию, которая приносит прибыли? Зачем рисковать, не зная, как аудитория примет новинку? Не лучше ли выпустить сиквел? Зачем следить за качеством, если люди купят ужасный забагованный проект по известной кинофраншизе? Да-да, я именно о той самой игре. Надеюсь, корпоративные боссы, что заставили ее разработчика вариться в производственном аду, получат своё! А самого программиста я бы пригласил к нам в Каналья Геймс, почувствовать разницу подходов. Нам важны сами игры, а не сроки и заработок. К тому же призываю и всех коллег. Лучше потерять время на тестирование и выпустить шедевр, чем подорвать задницы всем игрокам, что столкнутся с недоработанным проектом!

— Спасибо, Крис…

— Простите, я не закончил. Жадность вынудит корпорации требовать от студий работать в популярных жанрах, а не тех, где они хороши. Представьте, что Ричарда заставят заниматься не РПГ, а многопользовательским шутером просто потому, что такова мода. Жадность приведет к агрессивным стратегиям монетизации «заплати, чтобы выиграть». Это зло в чистом виде. Когда готовую игру дробят на части, чтобы продавать их по отдельности — это зло. Когда ты платишь за то, чтобы прокачивать своего персонажа быстрее — это зло. Когда твои успехи в игре зависят не от твоих навыков, а от того, сколько ты заплатил — зло. Когда тебе диктуют превратить твой проект в казино — зло. Эта миерда начнет уничтожать игры и я призываю заранее одуматься и не становиться на темную сторону! Запомните, жадность — это плохо. Вот теперь я всё сказал.

Ну не оратор я! Не Цицерон, не Цезарь и не Владимир Ильич. Даже ботинком по трибуне стучать не обучен. Но, как смог, донес свою позицию, надеюсь, что ее услышали. И, по крайней мере, не обсмеяли. Уж неплохо. Вероятно, картина достаточно мрачная в головах нарисовалась. Аплодисменты от зрителей последовали жиденькие — от моих друзей. Посторонние люди не нашли повода похлопать. Ну ничего, я им еще скажу, что «говорил, а они не прислушались».

— Спасибо за искреннее выступление, Крис, на этом наше время заканчивается. Но есть десять минут на вопросы из зала.

Последовала череда вопросов, главным образом к Кэрол, в духе «каково быть единственной девушкой в мужской профессии» или к Ричарду — по срокам выхода Ультимы Три. Но и меня стороной не обошли.

— Меня зовут Говард, — представился подошедший к микрофону бородатый хиппи под тридцать в зеркальных солнцезащитных очках. — Ты и правда приглашаешь разработчика ЕТ в свою студию?

— Да, приглашаю. Очевидно, что он опытный программист, а вина за провал не на нем. Ходят слухи, что ему дали всего месяц на проект. Обещаю конкурентную зарплату, отсутствие жестких дедлайнов и имя в титрах, что не принято в Атари.

— Пять недель. У меня было пять недель. Твои слова о жадности меня зацепили. Я согласен на предложение работы, парень, хоть ты и молод для босса.

Этот бородатый дядька, похожий на Че Гевару, что, и есть создатель той кошмарной миерды про бесконечные попадания в яму? По-честному, я его упомянул и позвал больше для того, чтобы другие разрабы схантились. Ну да ладно, пусть будет. Я так понимаю, опыт разработки у него приличный. Поручу специально для него придуманный проект с низкими рисками, авось получится что-нибудь путное.

— Добро пожаловать, Говард. Ты не пожалеешь. Линда, милая, передай, пожалуйста, нашу визитку. Ждем на обсуждение контракта. Если кто-то еще хочет присоединиться к светлой стороне разработки игр — дерзайте, у нас есть печеньки.

Вот тут нам похлопали. Народ любит хэппи-энды и истории искупления. Как полагаю, Калифорния потому и стала айти-Меккой, что тут есть шанс вот так вот взять и переманить себе крутого спеца, а никакие соглашения о неконкуренции в штате не действуют. Переманивание «где лучше кормят» — наша программистская народная традиция.

Прозвучали и другие вопросы, но не стоящие особенного внимания. «Как выжить в 40 тысячах способов?», «можно ли в Темпл Ран снять с Пенни маечку?», «о чем наша следующая игра?» По заветам Дональда Кнута я ответил на них все, несмотря на то, что время до начала того самого громкого анонса на стенде Атари поджимало, а чуйка мне подсказывала, что пропускать очередной этап их падения не следует. Пришлось в самом буквальном смысле бежать, радуясь тому, что утренние пробежки наконец-то принесли толк.

Мы с Линдой и внезапно последовавшим за нами Ричардом затесались в самые последние ряды толпы, собравшейся послушать спикера Атари — я узнал знакомую мне миссис Рут Кавано.

— … благодарю всех за ожидание и интерес. Сегодня мы хотим представить вам эксклюзивную игру для нашей самой современной консоли Атари 5200. Этот проект много значит для корпорации, так как находился в разработке почти три года и не смог выйти раньше по причине строжайшего контроля качества кода по принятым по корпоративным стандартам Атари.

Уже тут мне захотелось заржать, аки конь. Стандарты качества у них. Но я же вежливый каналья. А вот Линда содрогнулась в приступе беззвучного смеха.

— Наша новая игра, я лично уверена, останется в ваших сердцах и она настолько хороша, что в совете директоров происходили баталии, стоит ли отдавать наш новый эксклюзив для платформы 5200 бесплатно, в комплекте с консолью. Да! Вы не ослышались! Погасите свет, я представляю вам проект «Блокбастер!».

На проекционном экране позади госпожи вице-президента появился цветастый логотип — название игры составленное из разноцветных псевдотрехмерных кубиков и вот тут я напрягся. Не так и сложно догадаться, что последует дальше.

Название сменилось изображением до боли знакомого стакана, в который спускался типичный L-блок, раскрашенный в кислотный розовый оттенок.

Пендехо! Бабосо! Пута гранде! Размеры морального усилия, необходимого для того, чтобы удержать ругательства в себе, воистину неисчислимы. Да как они посмели настолько нагло украсть геймплей!

— Тетрис! Это Тетрис! — воскликнул стоящий рядом Ричард.

— В проекте «Блокбастер» 21 вариант блоков, состоящих от одного и до пяти кубиков, в отличие от некоторых любительских проектов, которые вы могли видеть, не стоящих упоминания на данном мероприятии.

Презентация на проекционном экране переключилась на перечисление фигур. Они, не мудрствуя лукаво, взяли все комбинации от мономино, то есть одинокой клеточки, и домино, двух клеток, до пентамино, состоящих из пяти кубиков.

— Ублюдки! Курвы! — Линду рядом со мной чуть ли не трясти от злости начало. Пришлось ее обнять покрепче и прошептать на ушко несколько ласковых слов для успокоения.

Игровой процесс не патентуется, да? На нас и наше возмущение уже кое-кто оглядываться начал. Но поскольку на коробках с Тетрисом портреты разрабов никто печатать не догадался, то что это за подростки тут расшумелись, народ особенно не понял. А проблему с тем, что название бренда у них пересекается с популярной на американщине сетью видеопрокатов, они, интересно, проигнорировали или заранее договорились? Или прокат еще не начал работать? Я его пока не встречал, у нас в Эль-Серрито кассеты можно взять в Сильвер Скрин Видео — серебряном экране.

— В Блокбастер вас ждет широкое игровое поле одиннадцать на двадцать клеток, согласно нашим исследованиям, лучше всего подходящее для геймплея.

Ох, придурки! В слепой погоне за «добавим всего и побольше» они убили весь идеальный игровой баланс, придуманный Пажитновым. Возвращаясь к творчеству сатирика, безжалостно критиковавшего американцев в утрированной форме, стоит воскликнуть «ну тупые….».

— Позвольте задать вопрос! — выкрикнул я погромче, но ответа не получил.

— Вы с можете спросить все что угодно по окончанию презентации, юноша, — едко улыбнулась спикер — наверняка она меня узнала.

Дальше нас пичкали всякой миердой, рассказывая про фокус-группы и исследования обратной связи от игроков. А не поделом ли мне, плагиатору? Сила действия равна силе противодействия и так далее? Я ведь и сам украл идею. Но я из лучших побуждений и настоящему автору игры отплачу, как только железный занавес в достаточной степени приподнимется, чтобы за него проникнуть.

— Вот теперь вопросы, — лучезарно улыбнулась зрителям миссис Кавано.

— Вы не считаете, что увеличение вариантов фигур до 21 критически снижает вероятность появления конкретной и превращает игру из стратегической головоломки в казино? — спросил я.

— Нет, это запатентованная игровая механика, протестированная энтузиастами и профессионалами. Попробуйте поиграть и не оторветесь, юноша.

— Ваши абсурдные патентные иски к «Каналья геймс» связаны с тем, что вы расчищаете поле от конкурентов? — продолжил я.

— Мы тут не для того, чтобы обсуждать работу юридического отдела Атари. Если иски есть, то для них имелся веский повод, — не без злорадства в голосе сказала Кавано. — Следующий вопрос, пожалуйста. И попрошу по теме презентации, а не о чужих проектах, пытающихся заработать на нашей интеллектуальной собственности.

Да чтоб вам торнадо коровник развалило, лошадиные вы задницы! Надеяться на то, что Лео от юротдела Атари камня на камне в суде не оставит — как-то чересчур оптимистично. Но мы еще с ними поборемся. Возникла как минимум одна идейка, скорее всего провальная, но занятная.

Глава 13

— Ты видел это гребанное дерьмо собачье, приятель? Видел, что эти ублюдки сделали с твоей игрой? Они не просто украли идею, они изувечили ее!

Впервые я увидел Кена в ярости. Обычно батька — образец флегматичности, а тут едва тарантиновский монолог с многочисленными «факингами» не выдал. До легендарного по гнусавым переводам фильмов девяностых собачьего дерьма дошел, по крайней мере.

— Милый, это обычная ситуация, — взяла мужа за руку Роберта, — мы точно так же скопировали Зубодробилку с Пэк-Мэна. И тебе не идет ругаться!

Разговаривали мы так открыто у нас в офисе, под присмотром Древних. Радовать журналистов гневными криками на компьютерной ярмарке стало бы недопустимой ошибкой.

По-хорошему, это мне стоит переходить в режим берсерка и грызть краешек собственного щита, но не получается. Есть в том, что обокрали плагиатора, некая кармическая справедливость. Ее наличие не значит, что мне нужно отказаться от борьбы и, покорно сложив лапки, наблюдать, как Атари зарабатывает на тетрисе. Наоборот, я сделаю все возможное и чуточку невозможного. Поборемся всеми силами. Уверен, Атари только первая ласточка и скоро Тетрис скопирует кто-то еще, причем, возможно, что еще более беспардонно.

— Мы подадим на мерзавцев в суд! Я сейчас же созвонюсь с «Пирсон и Пирсон» и начнем разбирательство. Фигуры ведь запатентованы?

— Да, — подтвердил я, — но Атари поменяли их цвета и немного иначе отрисовали кубики.

Двадцать один цвет корпорация зла добыть на шестнадцатицветной приставке не могла никак, но они выкрутились примерно так же, как и сама Сьерра — сделали блоки в тонкую полосочку, чередуя цвета. На ЭЛТ экранах они сливались в один общий фон.

— Мы еще поборемся с ними! — пообещал батька, размахивая сигаретой. — Тоже мне, акционеры! Не подбивали еще клинья с мировым соглашением? Дескать, они отзовут свой иск, а ты — свой. Не вздумай соглашаться. Их претензии по патентам — информационный шум.

— Они еще раз предлагали продать им Тетрис и сделать эксклюзивом Атари, перед рождеством.

— Ублюдки! Пираты! Мерзавцы!

— Кен, это было неминуемо. Вопрос стоял лишь в том, кто и в каком виде скопирует. Жди их варианты тетриса от еще нескольких компаний с их собственными геймплейными находками. Например, появятся «жидкие блоки», заполняющие пустоты, или негативные фигуры, которые, наоборот, убирают часть кубиков, клетки-бомбы, взрывающие блоки вокруг точки падения, появляющийся по таймеру нижний ряд, заполненный в случайном порядке…

— Отличные идеи, приятель! Почему ты еще их не реализовал?

— Потому что все они — лишний мусор, отвлекающий от сути медитативного игрового процесса.

— Надо рассказать об этом людям, приятель. Пресс-конференция на выставке! На нашем стенде, завтра же! — встрепенулся батька. — Нечто в стиле «Почему тетрис так хорош». Ты ведь сможешь написать текст?

— Он уже частично у меня в голове.

— Просто отлично, приятель, — согласился Кен, — по поводу будущего суда не суетись, хотя со своим адвокатом посоветуйся. Но по контракту подобные случаи — моя ответственность, как издателя. Я же забираю себе большую часть выручки не просто так. Главное — не паниковать, дружище. Атари сами судились со всеми подряд и создавали прецеденты. Возможно, мы объединимся еще с несколькими пострадавшими от их наглости и подадим коллективный иск. Один на один Сьерра против Атари — это борьба Давида и Голиафа, но совместно мы поборемся.

— А их представитель в совете директоров не помешает?

— Попытается, но он не имеет права. Ублюдки наверняка все это заранее продумали, — сжав зубы процедил Кен, — и покупку наших акций, и патентные иски, и даже атаку на твою эмансипацию. Всё, чтобы максимально осложнить нам жизнь и не позволить нормально защищаться.

— Милый, поедем в стейкхаус поужинаем, — позвала Роберта. — Крис, Линда, приглашаем вас с собой.

— Да, отличная идея. Мне не помешало бы мясо с кровью, — согласился батька, хищно улыбнувшись. — Проблемы в бизнесе — не повод сидеть голодными. Заодно завтрашнюю пресс-конференцию обсудим. Она не должна выглядеть истерикой детсадовца, которого обижает старшеклассник.

Не то, чтобы я был против хорошего мяса, ничуть нет. А потому мы отправились с Уильямсами в «Дом премиальных ребрышек» в Сан-Франциско, где я обожрался мясом. И Линда вместе со мной. Это она только кажется маленькой и худенькой. А внутри у нее настоящая черная дыра по поглощению вкусностей. Стопроцентный выигрыш в генетическую лотерею — хорошо кушает и остается стройной.

Перед рестораном я все-таки заскочил к Лео и описал ему ситуацию.

— Игровой процесс, как ты знаешь, не патентуется. У нас есть заявки по авторскому праву на твои фигуры из кубиков, но они пока не утверждены, — начал обстоятельно рассказывать Больцман. — Знаешь, пацан, я рад, что на этом деле облажаются доходяги из Пи-Пи, а не я. Мой совет — предложи издателю не горячиться и не тратить деньги на неподъемные иски. Добавив новые фигуры и изменив ширину игрового поля, они полностью вышли из-под удара по иску за плагиат.

— Наверное, Кен и сам это понимает, потому и разозлился, — вздохнул я, — спасибо за честную оценку.

Мясо на ребрышках оказалось вещью, способной примирить с невзгодами. Роберта — мудрая женщина, раз именно в стейкхаус мужа потащила. Сытый и довольный мужик лучше голодного и раздраженного. Вот и батька перестал походить на пыхтящий самовар и вернулся к своему привычному дружелюбному облику.

Проговорили все, о чем я собрался заявить журналистам, и окончательно успокоился. И даже набрался энтузиазма для того, чтобы совершить ответный ход. Ночь позвала меня реализовать интересную задумку. Глупое ребячество, тупую шутку, несущую некоторые правовые риски. Но если джентльмены играют грязно, то чем я хуже? Ничем!

— Милая, можешь нарисовать мне логотип «Блокбастера» с немного другим названием — «Блок бластер», обязательно с пробелом между словами? — попросил я Линду дома. — И мне нужен Атари 800. Чак после переезда оставил свой в комнате отдыха, не так ли? Хочу попытаться создать кое-что необычное.

— Да, помню такой. А что ты задумал?

— «Хейттрис» — вариант «Тетриса», что заставит игрока ненавидеть игру, компьютер и самого себя, — начал объяснять я Линде. — Мы назовем его «Блок бластер» и анонимно опубликуем под видом утечки из Атари.

— Не понимаю. Что в игре может заставить ее ненавидеть?

— Представь, что ты собрала полные девять рядов и осталось дождаться вертикальной палки, чтобы их схлопнуть, а тебе выпадают только S и Z блоки.

— А как ты определишь самый неудачный блок?

— Очень хороший вопрос. Я собираюсь использовать тот же алгоритм оценки позиции минимакс, что и в шашках с шахматами, по критерию того, что высота башни обязана по результату хода вырасти. Уже довольно давно обдумывал эту концепцию, как отдельный хардкорный режим Тетриса или просто шутку. Код, можно сказать, уже поселился у меня в голове, поэтому напишу его за одну ночь.

— Но что это даст? — все еще не понимала Линда.

Если бы я сам знал, на что рассчитываю. Совершенно глупая и иррациональная тяга найти приключения себе на помпис вместо того, чтобы, как нормальный американец, решить разногласия в суде.

— Ни на что конкретное не надеюсь. Но корпоративное зло нельзя оставить безнаказанным — хоть как-то им отомщу. Сначала я хотел на BBS игру разместить, но подумал получше, и решил сделать проще. Запишем дюжину дискет и потеряем их в разных общественных местах на ярмарке. Кто-нибудь обязательно найдет и поделится с народом. А если не сработает — тогда уже сам анонимно на пиратскую бухту залью, чтобы все узнали истинное отношение Атари к игрокам.

Как рассчитывал, так и получилось. Провел всю ночь в проклятом старом доме у компьютера, но традиционно ни о чем не жалею.

Расширить стакан на один кубик — ерунда, как раз имелся небольшой запас свободного места на экране. Прописать двадцать одну фигуру — тоже не вопрос. Увеличить массив, описывающий форму до пять на пять и перечислить варианты. Сложнее всего оказалось воскресить в голове цвета, показанные на презентации. Не уверен, что правильно их вспомнил, но у нас же «утечка прототипа», сойдет для нашей сельской местности. Для того, чтобы игра давала хоть какой-то шанс, включил правило мешка — необходимость использовать весь набор фигур, а не спамить бесконечно крестами, что сделало бы невозможным хотя бы одну линию собрать.

Сделал всё задуманное к шести утра, скомпилировал при помощи кросс-ассемблера и передал по кабелю на оставленный Чаком комп для испытания.

Игра получилась сложной и неприятной даже в обычном режиме, включающемся из главного меню по нажатию сочетания клавиш контрол-шифт-ди. Сам Ктулху бы не догадался на него нажать. Я попросту потерялся в получившейся мешанине из 21 фигуры. Очко, блин! Каждый раз при появлении новой формы возникало желание поставить игру на паузу. Возможно, дело в бессонной ночи, но мой мозг не поспевал соображать, куда приткнуть очередную загогулину-пентамино, для названия которой у меня даже слова нет. А чисто статистически чаще всего выпадали именно такие

Я еще и мелодию из «Танца маленьких утят» в главное меню и игровой процесс забабахал, ее мне Линда написала следом за тем, как закончила создавать цветастый логотип. Забавный факт — в штатах ее называют «куриным танцем» и потому никаких ассоциаций с нашим маскотом возникнуть не должно. Где-то слышал, что взрослые пендехостанцы ее ненавидят. Не помню, откуда я это узнал. Не исключено, что у меня ложные воспоминания.

Пару часов на сон. Обязательная, но сегодня короткая пробежка с Дюке и к десяти утра я, сонно зевая, находился уже в Аудиториуме. Пришла очередь второй части глупого пранка. Посетил уборную и оставил на раковине дискету, с предварительно стертыми отпечатками пальцев. В течение дня мне предстояло потерять еще несколько. В кафетерии, в холле, на стенде небольшой студии, разрабатывающей обучающие программы. В мусорной корзине. Просто на полу, на видном месте.

Адреналин от «приключения» с дискетами взбодрил не хуже пары литров кофе и я нормально дожил до полудня — времени начала пресс-конференции.

Места на большом стенде Сьерры заняли я и Кен. В зрительном зале собрались пять репортеров разных изданий, включая мистера Пурнелла, а также его коллег из Электроник Геймс, Джойстик, Блип и Видео Геймс. Добили массовку обычными зрителями, пришедшими посмотреть, что тут интересного и на Трейси в образе Пенни Смит.

— Спасибо, что пришли, господа, — начал Кен, — повод для пресс-конференции необычный. Вчера одна компания представила публике игру, во многом копирующую Тетрис, издателем которого является Сьерра Онлайн, а разработчиком — Каналья Геймс. Оставим правовые проблемы нашим юристам, это их работа. Однако Крис, создатель Тетриса, вызвался прочитать небольшую лекцию о том, почему его игра настолько увлекательная и чего не хватает «расширенной и улучшенной копии».

Жиденькие такие аплодисменты.

— Добрый день, господа. Оказывается, когда я говорил вчера на стендовой дискуссии о корпоративной жадности, корпорация Атари готовила блестящую демонстрацию моих тезисов. Ой… назвал их вслух. Но я пришел говорить не об их игре, ее вы, скорее всего, скоро сможете попробовать. Скажу, что если бы на нее и правда потратили несколько лет, как говорилось на презентации, то знали бы о всех проблемах, которые я сейчас озвучу.

— Крис, вы выглядите уставшим, — спросил с места Пурнелл, — это связано с сегодняшним выступлением?

— Да. Я не спал всю ночь для подготовки, так что прошу простить, если говорю медленно. Итак… Тетрис. В нем всего семь фигур и я даже в нынешнем не лучшем состоянии их легко перечислю по памяти. Господа, вы бодры и свежи. Попробуйте назвать варианты из игры от Атари, все 21. Скорее всего, вы справитесь, но вам придется несколько раз задуматься. Человеческий мозг, как показывают исследования, плохо удерживает в оперативной памяти больше семи образов одновременно.

Чистая правда. И, поиграв недолго в свой «Блок бластер», я в этом убедился. Игра получилась неиграбельной миердой даже без моего усложнения. Моей оперативки перестало хватать, чтобы вообще понимать, какие фигуры там еще остались.

— Не имея возможности хорошо помнить, какие варианты там еще есть, вы забываете о тактике, перестаете ждать I-блок или L-блок и просто пытаетесь пристроить на поле нечто, для которого у вас даже названия нет. То есть не планируете, а реагируете.

— Не переживаете, что после вашего интервью Атари перепечатает картриджи? — спросил журналист из Блип.

— Абсолютно нет. По моему мнению, это станет равносильно признанию в плагиате. Кстати, я был бы очень рад познакомиться с разработчиками, которые развивали ту же концепцию еще три года назад. И даже нанять их. Напишите, пожалуйста, что я с удовольствием найму этого человека в свою студию, а за правдивое интервью о сроках разработки выплачу единоразовую премию в десять тысяч долларов… ну вот, теперь ему заплатят за молчание как минимум пятнадцать.

— Пенелопа Смит, шоу «Твоя электронная игровая площадка. Йеп!» — воскликнула затесавшаяся в ряды журналистов Трейси. — Си-Си, так объясни, почему я вчера попробовала играть в твой Тетрис и пропустила репетицию группы, так он меня зацепил. Я не понимаю, почему я продолжала и продолжала.

— Отлично выглядите, мисс Смит. Всё дело в незавершенных делах. Наш мозг устроен так, что он любит выполненные задачи и не любит неоконченные. Каждый раз, когда вы схлопываете одну или несколько линий в Тетрисе, ваш мозг награждает вас порцией дофамина. Вам это нравится, это награда за усилия. И… простите, что я снова об игре от Атари, но тут получается идеальный пример того, как жадные менеджеры испортили хорошую вещь. Их игра сложнее, больше усилий для нейронов, меньше награды — это делает ее скучной. Если бы они скопировали Тетрис точь-в-точь, я бы разозлился, подал в суд, отстаивал свои права, но не попросил мистера Уильямса собрать пресс-конференцию. Меня возмутил не столько факт плагиата, сколько то, что, приказав разработчику сделать больше фигур, жадные менеджеры всё испортили. Как сказал один хороший человек — не только украли, но и изувечили.

— Это был я, — не стал скромничать Кен.

— Крис, вы очень уверенный оратор. И все эти медицинские факты… Вы как будто готовились заранее, до вчерашнего дня, — заметил представитель Видео Геймс.

— Да, все аргументы я продумал прошлой весной, готовясь презентовать Тетрис издателю. Но мистер Уильямс лишил меня этой возможности — его захватила дофаминовая петля, когда он попробовал поиграть.

— Си-Си, ты обязан прийти ко мне на шоу и рассказать это всё на камеру! — выкрикнула с места Трейси. На нее и в первый раз обернулись, но сейчас девушка еще и резко поднялась на ноги, позволив гравитации всколыхнуть некоторые части ее привлекательного организма.

— С радостью приду к вам, Пенни. Господа, это тоже по теме видеоигр. Шоу ЙЕП снимает факультет журналистики Беркли, всем рекомендую с ним ознакомиться. Вы узнаете о любимых играх Стива Возняка. А теперь хочу сказать…

И я замолчал, так как услышал танец маленьких утят от чьего-то стенда, расположенного вдалеке. Та самая слегка фальшивая восьмибитная мелодия, родившаяся этой ночью. У Линды неисчислимое число достоинств, но музыка у нас с ней примерно одинаково плохо получается. Похоже, одна из сделанных закладок сработала. Лишь бы нарваться на сторонника свободного обмена информацией, который поделиться находкой на BBS, а не честного человека.

— Простите, потерял немного мысль. Хочу сказать про роль везения. Вероятность получить нужную фигуру в Тетрис у вас, если округлить, четырнадцать процентов, один из семи. Один из двадцати одного — намного хуже. Знаете, если я захочу испытать свою удачу, я по достижении совершеннолетия отправлюсь в Вегас.

— Вас не устраивает высокая сложность игр? — спросил журналист из «Джойстик».

— Да. Я предпочитаю сложным играм интересные. Сложностей мне хватает в материальном мире, а в виртуальный я хожу отдыхать. Если для вас интерес именно в вызове — это нормально, но все люди разные.

Танец маленьких утят послышался и с другой стороны. Сработала моя диверсия.

Глава 14

Лента комментариев под игрой «Блок бластер» на «Пиратской бухте»

DR. QUACKER: Один мой знакомый нашел дискету с этой игрой под Атари 400/800 на «Компьютерной ярмарке западного побережья». Выглядит, как ранний прототип анонсированного на второй день выставки «Блокбастера». Наше пиратское дело живет, мы получаем игры раньше официалов.

CPT_CRUNCH: Заценил, сделано очень качественно. Графически не хуже, чем Тетрис для моего Атари 400. Но что-то они со сложностью намудрили —игра как будто меня ненавидит. Я за полчаса ни одной линии не собрал, хотя в Тетрис у меня приличный рекорд.

ATARI_FAN: Ребят… я больше не могу. Пришлось выключить звук на телеке. Реально? «Куриный танец»? Вы там за кого свою аудиторию держите? За детсадовцев?

RED WOLF: Кровь из ушей! Тоже выключил звук! Скорее всего, настоящий саундтрек еще не готов и использовали первую попавшуюся детскую песенку для тестирования. Но геймплей невыносимый! Успел возненавидеть кресты из пяти блоков, выпадающие в самый неудачный момент! Я даже одну линию нормально собрать не могу!

ASCII_Anaconda: моя палка из шести блоков слишком велика для вашего стакана.

SYSOP_BLACKBEARD: ASCII_Anaconda —

бан

на

сутки

.

Я тебя предупреждал насчет шуток про члены.

STEVEN SPIELBERG: У меня нет компьютера Атари, но, судя по ленте комментариев, они сделали очередное дерьмо, такое же, как ЕТ. Моя племяшка плакала, когда пыталась выбраться из ямы в их игре.

HEX_WIZARD: Я дизассемблировал экзешник. Кто хочет увидеть код —пишите мне в личку, поделюсь. Там есть кое-что интересное.

BYTE_RIDER: ЭТО ИЗДЕВАТЕЛЬСТВО!!! ИГРА ЧИТАЕТ МОИ МЫСЛИ! НЕЛЬЗЯ ТАК С ЛЮДЬМИ! Я СДЕЛАЛ УЖЕ ДВАДЦАТЬ ЧЕРТОВЫХ ПОПЫТОК И НИ ОДНОЙ ЛИНИИ НЕ СХЛОПНУЛ!

PETER BLOOD: Я уже рассказывал вам, что такое безумие? Безумие — это точное повторение одного и того же действия раз за разом, в надежде на изменение. Это есть безумие.

SILICON SURFER: Я посмотрел исходники, которые прислал HEX_WIZARD. Там алгоритм, как в шахматных программах. Игра просчитывает поле и специально выбирает блок, который не позволит закрыть линию. Неподдельный садизм.

ZORK_FAN: Аха-ха-ха! Наконец-то Атари показали своё настоящее лицо. Эта компания ненавидит игроков, несмотря на то, что живет за наш счет. Всё, больше я на их аркадных автоматах не играю. Никаких Миллипид и Астероидов!

BYTE_RIDER: Бойкот! Бойкот Атари! Я всю школу подговорю не играть в их автоматы!

DR. QUACKER: Натуральный пыточный аппарат с «Куриным танцем» на фоне, чтобы окончательно добить психику. Хотел написать, что хорошо, что мы пираты и хотя бы не платим за это… но они собираются класть картридж с игрой в коробку с Атари 5200.

BYTE_RIDER: Бойкот! Не покупать 5200!

STEVEN SPIELBERG: Сисоп, верни Анаконду, пусть покажет Атари, какой у него блок I длинный!

RED WOLF: Надо растиражировать этот прототип на дискетах и распространить. Пусть люди узнают, каким дерьмом их собрались пичкать!

HEX_WIZARD: На самом деле — очень интересная игра. Чем-то напоминает сложный шахматный этюд. Нужно думать стратегически и предугадывать, какой блок тебе подсунет алгоритм, перехитрить компьютер.

NO RULEZ: @HEX_WIZARD, ну ты и ботан, чувак.

HEX_WIZARD: @NO RULEZ да, я ботан и даже в очках. Какие-то с проблемы с этим? Здесь у нас очень любопытная головоломка.

SILICON SURFER: А ведь HEX_WIZARD прав. Это вызов когнитивным способностям! Игра заставляет тебя думать на десять ходов вперед, как в шахматах. Я уже собрал 3 линии. Кто больше?

BYTE_RIDER: @SILICON SURFER, три линии⁈ Как ты это сделал, колдун⁈ У меня даже одну никак не выходит!!!

CPT_CRUNCH: Три? Серьезно⁈ Поверю, если только сам увижу! Сфотографируй экран и вышли мне фото!

DR. QUACKER: Ха! Спорим, этот рекорд никто не побьет?

TREE_WALKER: Привет всем. Вы тут все жалуетесь на сложность, но вы вообще не поняли, с чем столкнулись. У вас тут не просто игра.

NO RULEZ: О, явился очередной шизик. И что это, если не игра? Оружие советского вторжения по подрыву нашей экономики?

TREE_WALKER: Это реализация классической задачи покрытия множества, причем неплохая. Программист из Атари знает своё дело. Завтра я отнесу распечатку его алгоритма на кафедру математики в Стэнфорде, показать своему профессору .

Кажется, шутка зашла немного дальше, чем мне хотелось. Насчет бойкота Атари — туда им и дорога, не возражаю. Но как бы этим профессором математики Дональд Кнут не оказался. Стыдно отвлекать его от важной работы… по придумыванию новых шрифтов.

ATARI_NOT_FAN: Ребят, а кто был на выставке, что там нового показали? И что вообще интересного?

DR. QUACKER: Канальи показали две новых игры. Логическая головоломка по типу 2048, но про химические элементы и текстовая экономическая стратегия про жизнь студента. Мой приятель попробовал обе на стенде. Обе очень затягивают.

STEVEN_B: Каналья Геймс —моя любимая студия в Калифорнии!

RED WOLF: Си-Си в очередной раз влез к нам в головы!

DR. QUACKER: Он целую лекцию на стенде прочитал, когда комментировал для прессы Блокбастер от Атари. Этот парень где-то изучал психологию, потому его игры так народу и заходят. А еще у них на стенде раздавали крутой мерч — желтых плюшевых уточек. Мне знакомый принес.

NO RULEZ: И где мне добыть такую уточку?

LADY FROG: В зале аркадных автоматов Аркадия Нортре в Беркли их раздают игрокам, набравшим много очков в Флэппи Бёрд и Темпл Ран.

DR. QUACKER: Еще Коламбус участвовал в дискуссии по будущему видеоигр и там парня откровенно понесло. Пообещал компьютеры с процессором больше гигагерца и десятки гигабайт на жестких дисках.

CPT_CRUNCH: Мечтатель! Я свою шляпу съем, когда такое станет возможным!

STEVEN SPIELBERG: 1000 Мегагерц? Куда вообще девать такие вычислительные мощности? Это же намного круче, чем любой суперкомпьютер!

PETER BLOOD: Он бы еще скорость передачи данных в 100 мегабит по сети пообещал! Наивный фантазер! Простим парня, не каждому дано смотреть в завтрашний день.

HEX_WIZARD: Парень не так и неправ. Может быть, даже преуменьшил производительность компьютеров из будущего. Вы ведь знакомы с законом Мура? Несложные подсчеты выдают тактовую частоту от 5 до 50 Гигагерц к 2000 году, при условии, что количество транзисторов продолжит удваиваться.

TREE_WALKER: Тактовая частота не пропорциональна числу транзисторов в компьютере, поэтому, быть может, оценка юноши справедлива.

DR. QUACKER: Еще Коламбус жаловался на жадность корпораций. Вот тут подписываюсь под каждым его словом. Игра, давшая повод для обсуждения — наглядная демонстрация его позиции.

Комментарии на BBS добавлялись не с той же скоростью, что и в нормальном современном чатике. Может быть, раз в час кто-то писал, и это объяснимо. Вечно телефонную линию мало кто мог себе позволить занимать. Но все равно внезапно много набралось. Скорей бы сетевая инфраструктура развилась для появления нормального онлайна. Очень жду! Не хватает мне чатиков и форумов. Настолько не хватает, что стоит их появление возглавить. Протокол IRC, один из первых, давших старт общению в интернете, в общих чертах помню, так чего бы его и не зарелизить? И клиентскую, и серверную часть. Объясню Джону, что хочу, он и сделает, как завершит с «Каналья Сурс». Хотя, многовато на него наваливаю, возможно, стоит кому-то еще поручить. Блейзу, например.

Или… ох… Как я сразу не подумал-то? Конечно, стоит развивать это направление вместе с Рокки Кларком! Я плохо помню, по какой причине он через несколько лет свалит из Эппл. Возможно, просто из солидарности с Джобсом. И чем Воз после своего ухода заниматься начал — тоже никаких воспоминаний, но думается мне, что пусть он лучше занимается развитием бесплатного мессенджера вместе со мной, чем вкладывает время и деньги в какие-то сомнительные предприятия.

От размышлений о мировом сетевом господстве меня отвлек звонок в дверь особняка. Хоть дворецкого нанимай, он бы нам под антураж очень подошел.

— Я схожу встречу, — вызвалась «теть Лиза». Ноль возражений.

И вернулась миссис Пондсмит с Че Геварой… то есть с автором худшей игры всех времен, которого только из-за привычки Атари скрывать имена своих разработчиков не захоронили в пустыне вместе с картриджами. Обычный тридцатилетний мужик с короткой бородкой и аккуратными усиками. Представил членов нашей команды, начиная с Линды.

— Говард Скотт Уоршоу. Пока еще числюсь программистом в Атари, — представился он, — и это не подхалимаж, но на трансляции чемпионата по видеоиграм я болел за Эль-Кей.

— Присаживайся, Говард, — указал я на стул. — Кофе? Как идут дела в Атари? Я не очень люблю вашу нынешнюю кампанию, чего скрывать.

— У меня тоже не все гладко с руководством корпорации, потому и собрался увольняться. Но выносить внутреннюю информацию наружу неправильно. Извини. От кофе не откажусь.

— Я принесу! — вызвалась Линда.

— Говард, расскажи о том, над какими играми ты работал. Признаюсь честно — ничего о них не знаю.

— Я предполагал. Если есть Атари 2600, покажу. Принес картриджи. «Месть Йера» и «В поисках утраченного ковчега», два главных моих хита. На самом деле отлично продавались.

«Месть Йера» оказалась игрой про муху и навозную кучу. Ну ладно, космическую муху и космическую кучу, под которой прячется враг. Надо тыкаться в нее, разгребая навоз, а затем ретироваться, когда в обнаруженного врага прилетит бомба. Это и правда хит? Я вообще геймплей не понял. Ни во время демонстрации разработчиком, ни когда сам джойстик в руки взял.

А вот с игрой по Индиане Джонсу всё понятно — перемещаться между экранами, собирать древние артефакты, прятаться от змей — какой знакомый геймплей. Только попаданий в яму не хватает. О, и яма есть, но упав в нее, персонаж просто разбился насмерть. И, пожалуй, я несколько натягиваю сову на глобус. В «Поисках потерянного ковчега» нормальный геймплей с логическими головоломками и почти сюжетом.

— Именно с этой игры менеджеры велели сделать клон для создания ЕТ? — спросил я и Говард тяжело вздохнул.

— Именно так. «Мы не можем позволить себе рисковать, нужно воспользоваться проверенной формулой успешного продукта», — явно передразнил кого-то из начальства Уоршоу, — да и времени не хватало, а разработка под Атари 2600 имеет свои сложности, если сталкивался.

— Ага, знаю, настоящее безумие. Я портировал на нее Тетрис. Пришлось написать свой инструментарий для подсчета тактов процессора в коде.

— Да, у нас есть аналогичный инструмент, созданный еще во времена Дэвида Крейна…

Поболтали про такты, ассемблер и оптимизацию. Собеседник по-настоящему грамотным ассемблерным кодером оказался. Ничуть не хуже моего приятеля Джона. Даже в чем-то лучше, так как берет не только талантом, но и опытом. Заодно я заметил смену отношения ко мне. Говард понял, что имеет дело с хорошим программером, а не просто мальчишкой, удачно придумавшим концепт пары игрушек.

Линда кофе принесла — мне, как всегда, с молоком — а мы с Говардом всё говорили и говорили. Кроме самого из низкоуровневого из языков, Уоршоу оказался неплохо знаком с Фортраном и Паскалем и пробовал Форт, ну а Бейсиком владеют вообще все, кроме некоторых выходцев из МЕЧА. Да этот мужик попросту находка. И кодер знающий, и в общении человек приятный.

— Собеседование пройдено. Если в условиях сойдемся, то ты принят. По условиям — я предлагаю для начала фиксированный оклад, выше, чем у тебя был в Атари. Сколько там выходило, 20 тысяч в год? Я дам 25. Плюс годовой бонус, который будет зависеть от того, как хорошо поработала компания и как много ты для неё постарался.

Постараюсь никого не обидеть, хотя это очень наивная формулировка. Обиженные все равно появятся, а у меня неминуемо любимчики заведутся. Я ведь обычный человек, а не беспристрастный ИскИн. Но если надо, своей долей ради атмосферы в коллективе поступлюсь. Заливать пожары деньгами — рабочая тактика.

— И над чем мне предстоит работать? На каком железе? Под какую платформу?

— Пока Коммодор 64 — наш король. Ассемблер там тот же самый, что и в Атари 2600, но ресурсы иные. Концепт игры, которую хочу поручить, я уже набросал, но, извини, покажу только после подписания NDA. Я параноик в этом плане, особенно после всяких Блокбастеров.

— Дерьмовая ситуация, не стану никого защищать. Но программисты к этому всему отношения не имеют, поверь. Я даже не знаю, кому проект поручили, так как над играми для 5200 отдельные люди работают, у нас жесткое разделение по платформам.

Лиза по моей просьбе распечатала и принесла уже стандартизированные у нас бумаги о неразглашении, а я пока рассказывал об инструментарии — Коммандере и Эдиторе.

— В Атари у нас имеется несколько PDP-11 и VAX-11, после них обычные домашние компьютеры покажутся медленными, но потерплю как-нибудь.

— Поверь, наши инструменты очень хороши и, возможно, твоя производительность труда даже вырастет. Ну а 64 килобайта памяти у компьютера покажутся тебе райским изобилием после 128 байт у 2600. Для начала я поручу тебе одиночный проект, но дальше рассчитываю на командную работу. Знакомься, это уточка и ее яйца. Назовем игру «Патито», то есть «Утка» на испанском.

Геймплей я нарисовал просто в блокноте, из головы, хотя примерно продумал его заранее. Моим объяснениям внимала и подошедшая к столу Линда, которой предстоит создавать спрайты персонажей. Или не ей, а Майклу. Или самому Говарду? Может, и ему. Одноцветные спрайты из Индианы Джонса и ЕТ меня не впечатлили, но это ограничения платформы. А, как минимум, анимации он создал неплохие.

— Смотрите, уточка находится в гнезде и может поворачиваться на триста шестьдесят градусов. Вокруг нее по заранее предопределенной траектории движутся цветные шарики, похожие на бусы, яйцами я назвал их в шутку. Когда совпадают несколько шариков одного цвета — они схлопываются. Утка может плеваться новыми шарами, причем после каждого выстрела цвет шарика у нее в клюве меняется…

В общем, описал всю механику замечательной убивалки времени «Зума». Ох и немало же она времени у нас в питерском офисе отобрала. Мы из-за игрушки в тот раз дедлайн проспали и тимлид от начальства по шее получил. Имею в виду версию, названную Тамблбагз, с божьей коровкой, а не лягушкой в виде протагониста. Ну и уточкой в нашей интерпретации. Почему не насекомым? А просто нравятся мне уточки, они наш маскот и символ, в отличие от жуков. И в сеттинг древнего Ацтлана мне вписываться совершенно не хочется, на него всякие расисты-активисты набегут.

Наверное, целый час объяснял и рисовал, что имею в виду, все фишки описал, включая бонусные разноцветные шарики, перекрашивающие всё там, куда попали, шары-бомбы, взрывающие место попадания, реверс-шарики, откатывающие цепочку бусинок назад.

— Крис, я хочу нарисовать эту уточку, и бусы, и пруд, — потребовала Линда. — Я уже представила, как это будет выглядеть на Коммодор 64.

— А также уникальные фоны. Прудик, болото, бассейн, озеро. Где еще персонаж может гнездиться? Надо постараться дать игроку как можно больше декораций — одна и та же локация в современных играх меня печалит.

— Амбициозно, — признал Говард, — я берусь за проект. Эта идея необычная. Еще я познакомился с вашим портфолио и остался под впечатлением от экономической стратегии про студента. Она напомнила мне времена, когда я сам учился в Университете и перебивался случайными подработками. Если соберетесь делать сиквел, с радостью примкну к разработке.

— Например, про то, как наш студент стал программистом и начал делать собственные игры? — спросила Линда, с легкой улыбкой.

— Отличная идея! Вам… то есть уже нам стоит ее использовать.

Говарда Скотта ждет небольшой сюрприз, когда он увидит симулятор геймдев студии от Бренды.

Глава 15

Говард оказался хорошим сотрудником. Добродушным и неконфликтным, хотя никто с ним отношения портить и не собирался. Для организации его рабочего места требовался компьютер. Как повелось — топовый от IBM, так что я поехал в «Отличную Компанию» за железом и обнаружил там именно то, что искал, надеялся и ждал.

Среди всей суеты с «Блокбастером», «Блок Бластером» и расширением студии я едва не пропустил важное. Хотя помнил, надеялся и ждал. Я про IBM PC XT, получивший индекс 5160. На ярмарке я на него все же посмотрел на стенде IBM, на третий день после интервью. Точная копия 5150 на том же шестнадцатиразрядном процессоре 8088, но с жестким диском на цельные 10 мегабайт в поставке. Причем нормальных габаритов, не требующем отдельного чемодана для переноски. И, самое главное, в комплекте с DOS 2.0.

Его и отправился искать в компьютерный магазин. Не мейнфрейм и не PDP-11, но самый мощный по нынешним временам комп из доступных на рынке.

— Только вчера привели! Абсолютная новинка, — с гордостью, будто это его личная разработка, отрекомендовал продавец-консультант Кенни из магазина электроники. — Знаю, вы всегда интересуетесь самым мощным железом, мистер Коламбус. Представьте только — тут целых восемь слотов расширения и компактный жесткий диск, он…

— Дайте два! — потребовал я. Именно та новинка, которую я и ожидал, чего скрывать. Потому и отправился в магазин лично. Лиза отличный исполнитель, но с нее сталось бы купить старый добрый 5150 и не переплачивать. Наконец-то я начну существовать как белый человек, с файлами и папками.

— Два? Но он же стоит пять тысяч долларов!

Прекрасно понимаю шок этого неплохого азиатского парня, у которого я уже стал постоянным клиентом. Цена одного-то PC XT — это его заработок за несколько месяцев, может быть, даже полгода.

— И у нас нет столько, — закончил мысль Кенни, — привезли один компьютер и отдельно жесткий диск с контроллером, для подключения к 5150, за две тысячи.

— Беру и то, и то!

Быть может, еще пожалею о том, что транжирю бабки, отдавая их за то, что устареет через пару лет, когда выйдет следующее поколение на процессоре 80286, в просторечии называемом «двойкой», но ни о чем не жалею. Круто же. Еще один маленький шажок в сторону нормального человеческого компьютера, с винчестером и минимумом возни с дискетами. Новый комп — новому сотруднику, мне хватит и отдельного Эйч-Ди-Ди. А чтобы никто из старичков не остался обиженным, Лиза получила задание купить жесткие диски для всех.

И требовалось немедленно, не теряя ни одной минуты, начать собирать билд «Каналья Коммандера», подготовленный к взаимодействию с иерархической файловой системой. Там работы-то на пару часов… дней… недель? Месяцев? Нет-нет, за две недели точно успею! Я буквально с головой рухнул в разработку, отвлекаясь только на самое необходимое. Делать отдельные билды для разных файловых систем заранее показалось излишним и я сразу предусмотрел возможность определять, в каком окружении программа запускается и использовать соответствующие вызовы.

И ох, эти мелкомягкие пендехо… они поменяли вообще всё! Все системные прерывания, связанные с файловой системой. Нет, кое-где я оказался к тому готов, знал, что всю основную логику скопируют с юникса, заменив слэш на бэкслэш, чтобы не как у юниксоидов… ну ладно, ладно, тут я знаю настоящую причину — она в том, что в ДОС символ косой черты зарезервирован для передачи параметров через командную строку, а у Билла Гейтса не хватило размера хуэвосов, дабы стукнуть кулаком по столу и сказать «мы переходим на целиком юникс-подобный синтаксис с параметрами через черточку», ограничились полумерой. Может быть, и обоснованно, но сколько же мелкого геморроя они создали всем, кто пишет скрипты, работающие с файлами на том же Питоне — не перечесть.

Почему вообще без системных вызовов не обошелся, не заменил их на обращение к стандартным командам — DIR, COPY и так далее? Куча причин! У Каналья Коммандера текстовый интерфейс и внешние утилиты отображали бы результат вызова прямо поверх него. И еще у них внутри черный ящик, не выдающий текущее состояние. Прогресс-бар по статусу копирования большого файла уже не показать. А у нас тут в системе винчестер на целых 10 мегабайт нарисовался! Там уже возможны жирные по меркам 1983 года файлы.

Куда вообще спешить? За кем гнаться? Никаких дедлайнов ведь не стоит? А нет, не так! У нас тут не благословенный 21-й век и широкополосный интернет не завезли. И если я хочу охвата своей утилиты — ее мало выкинуть на Пиратскую Бухту, надо распространять на выставках. Таких, как недавняя Компьютерная Ярмарка Западного Побережья, но к ней, буду объективен, я бы не успел, даже купи компьютер в день его официального выхода в продажу.

Следующее окно возможностей — «Комдекс Весна», в Атланте, 29 апреля. И я пролетаю мимо, так как это ровно дата начала Золотой Недели в Японии. А вот на Национальную Компьютерную Конференцию Эн-Си-Си, начинающуюся 16 мая, я примерно успеваю. Поедем туда с Джоном, покажем и Коммандер, и Эдитор, сорвем аплодисменты и вообще с умными людьми повидаемся. И это в Анахайме, всего в часе езды от Лос-Анджелеса. Удачнее и не подгадать. Ну то есть в районе Фриско мне удобнее, но не настолько критично. Всего через неделю стартует второй Ю-Эс фест в Сан-Бернардино, и там мы тоже бесплатной раздачей дискет со счастьем займемся. Стоит даже ресурсами Кена воспользоваться и заказать партию в тысячу-другую экземпляров его копировальщикам. Батька наверняка пальцем у виска покрутит, когда услышит. Самая бездарно потраченная штука баксов, с его точки зрения.

Для Эдитора тоже куча доработок, связанных с изменившимися путями к файлам, потребовалась. И напрашивалось еще больше — нормальная ИДЕ должна предоставлять навигацию по проекту и переход к функциям, расположенным в другом модуле, например, а это работа с файловой системой. Но это всё пообещал сделать Джон. Он тоже купил себе жесткий диск и ДОС 2.0.

И не опенсурсом единым. Я продолжил транжирить деньги. В начале апреля я дошел до все той же «Отличной от других компании» и совершил эпичной бесполезности покупку — приставку Атари 5200. Коллекционный экземпляр вместе с тем самым «Блокбастером» в комплекте — интересно же. Весь офис собрался посмотреть.

— Выглядит не так плохо, — прокомментировала наша чемпионка, когда на игровое поле заспавнилась первая фигура. — Почти точь-в-точь, как «Блок Бластер», и музыка приятная. Это Моцарт?

— Австрийский марш, — с видом знатока опознал мелодию Эдди, заглянувший за компанию с Трейси. — Да что вы так смотрите? Мистер Карлсон заставил в универ на музыкальные курсы ходить. Сольфеджио, гармонии и всё такое дерьмо. Там все этих немцев обожают, как будто они саму музыку придумали.

— Си-Си, помни, ты обещал к нам в эфир со своей лекцией прийти, — напомнила ведущая игрового шоу. — И еще…младшенькая, почему ты ни одной линии не собрала, это ведь легко?

Линда с сосредоточенным лицом пыталась заполнить хотя бы один ряд и у нее не получалось. Бог рандома не соглашался с ее планами так упорно, словно Атари тоже встроили в игру алгоритм «минимакс» для выбора самой неудачной фигуры.

— Я понял, почему они решили класть эту игру в коробки, — хохотнул Чак где-то у меня за спиной. — Как самостоятельную, ее никто не купит.

Несколько минут игры потребовалось, чтобы собрать первую линию, ставшую возможной потому, что рандом сжалился и какое-то время выдавал небольшие фигуры из четырех и меньше кубиков, но затем снова зачастили пентамино и мне показалось, что Линда сейчас сломает неудобный джойстик — так крепко она сдавила его в руках.

— В это невозможно играть! — когда Эль-Кей отложила контроллер, на ее счету значились всего три собранных линии.

— Они так сильно спешили сплагиатить идею, что не потрудились протестировать игру на людях, — с видом знатока объявил я.

— Корпоративная жадность, — вздохнул Говард. — Парень, я теперь повсюду ее вижу, в каждом решении бывших боссов… ладно, пойду я работать. То, что ты не ставишь жестких дедлайнов, не значит, что я сам себе их не установил.

— Томми! — окликнул я… как называть музыканта, основной инструмент которого — компьютер? Бас-клавиатурщиком? Чиптюн-клавишником? — Нужно поработать над саундтреком к Патито, игре про уточку. «Спасибо», как мне кажется, идеально подойдет — спокойная приятная мелодия.

— Ха! Я как твои мысли прочитал, Си-Си! Весь наш репертуар уже под новый инструмент перевел, — воодушевился музыкант. — Кое-где можно улучшить, но мне уже нравится, как звучит. Комп с музыкальным картриджем есть? Сейчас наиграю.

И, надо сказать, недурственно получилось, бывший мусорщик — парень талантливый, а материал я им наплагиатил шикарный. Особенно «Проклятый старый дом» в восьмибитной версии меня впечатлил — вероятно, потому, что я фанат Горшка. Да наши игры будут покупать из-за одного лишь саундтрека! Я, как номинальный автор композиций, имею ведь право их использовать? Поручу Лизе и своим юристам утрясти формальности с лейблом.

Весь апрель вплоть до отлета в Японию на подготовку грядущего триумфа открытого софта и убили, выделяя только часть рабочего дня на игры. Их разработку. Традиционно, о потраченном времени не жалею.

Монти меня за этот месяц четырьмя очень хорошими уровнями для VVVVVV порадовал. Линда отрисовала аниме-версии моделей Плейбой для презентации японцам. Чак, Блейз и Коннор создали обладающий инерцией спрайтовый прямоугольник, движущийся по экрану вверх. Мало сделали для стольких дней разработки? Кто так скажет — пусть сам попробует писать игры на ассемблере под MOS6510. Это у нас еще инструментарий неплохой, слава Каналья Эдитору со встроенным линтером. Страшно вспомнить, сколько всякой миерды я удерживал в голове год назад, работая над Флэппи Бёрд и как подолгу искал ошибки и опечатки.

У Атари дела шли паршиво и это грело мою злорадную душонку. Я не злопамятный, и даже не злой, и память у меня не то, чтобы хорошая. Но специально заглядывал в биржевые сводки, чтобы убедиться, насколько всё у корпорации зла плохо. Не знаю, столь же, как и в изначальном таймлайне, но падали акции Уорнер Коммуникейшнс ежедневно, а 5200 пылились на полках магазинов. Может, даже тот самый бойкот сработал.

— Я созванивался с ребятами со старой работы — там запускают массовые сокращения, — подошел ко мне Говард. У мистера Уоршоу неплохо пошло освоение новой платформы и он уже научил квадратный спрайт, призванный изобразить уточку, стрелять цветными кружочками из переопределенной псевдографики. Умный мужик, быстро ухватился за новые концепции.

— Они ищут вакансии? — сообразил я.

— Да. Я мог бы позвать парочку, но ориентируйся на начало лета, парни хотят выбить из Атари всё положенное им по закону.

— Отлично, я их беру! Ну, то есть сначала собеседование, а то приходили тут всякие. Но если хорошие программисты, то не стану упускать момент. Пригласи их от моего лица.

В районе числа пятнадцатого меня отвлек от ознакомления с нашей налоговой отчетностью, составленной Брендой и Лизой при помощи мистера Сильвермана, внезапный звонок.

— Каналья Геймс, Крис слушает, — снял я трубку. В чем-то начал понимать Кена, постоянно отвечающего на обычные звонки своей компании. Рука на пульсе, как говориться.

— Мистер Кристобаль Колон? Меня зовут Джон Сёрфер, я из юридического отдела Атари. Мне поручено организовать обсуждение досудебного урегулирования взаимных претензий наших компаний. Когда вам или вашему представителю будет удобнее приехать к нам в офис в Саннивейле? — довольно молодой голос. Похоже, на наше урегулирование выделили целого заместителя помощника юриста.

Таким прямо сюрпризом звонок не стал, меня предупреждали, что пойдут попытки прийти к соглашению.

— Добрый день, мистер Cёрфер. Есть ли какая-то конкретика? Что нам предлагается обсудить?

— Взаимный отказ от претензий, компенсации, патентные отчисления. Я не уполномочен озвучивать детали. Мне поручили пригласить вас.

Атари слилась и пошла на мировую? Пытается сохранить лицо? Недовольна тем, что я переманиваю сотрудников?

— Кто будет участниками встречи?

— Мистер Николас Хелл — у меня отмечено, что вы представлены — и наши юристы.

— Перезвоните мне через пару часов. Я уточню у наших партнеров и юристов правовые моменты.

Созвонился с «Больцман и Флорес», Джимми на самом деле так назвал их компанию, когда взял трубку. Голос у него после зимней простуды как слегка сел, так и остался хрипловат. Но молодому юристу это даже идет, звучит более взрослым. Минута — и у трубки оказался дядя Лёня и я объяснил ему суть ситуации.

— Первое, пацан — никакого твоего личного участия. Как генералы не выходят лично на поля сражений, так и директора корпораций не выезжают на подобные переговоры, поэтому за тебя говорить буду я. Второе — чего ты хочешь от соглашения?

Хороший вопрос. Чего я хочу от Атари?

— Отмены их нелепых исков… и пусть продадут мне имеющийся у них пакет акций Сьерры Онлайн по рыночной стоимости. У меня, наверное, столько денег нет, но стопроцентно существует что-нибудь про гарантированный выкуп. Всякие фьючерсы, опционы и прочая миерда. Со своим убогим «Блокбастером» пусть делают, что хотят, только не превращают его в полный клон моих игр. Ах да, у них наверняка освобождается парочка стремительно устаревающих мейнфреймов после массовых сокращений сотрудников, и они их захотят продать. Хочу приоритетное право покупки и выбора железа, если такое возможно. Это предварительно, надо еще с Кеном поговорить.

Забавный факт — владея акциями своего издателя я претендую на часть его прибыли, то есть процент моего роялти увеличивается. Плохо, что ли? Хорошо! А корпорацию зла мои деньги, пусть это будет хоть миллион в течении пары лет, уже наверняка не спасут.

А вот насчет железа… есть ощущение, что не нужен мне устаревший мейнфрейм размером с комнату, требующий промышленный кондиционер для охлаждения, жрущий, как не в себя, электричество, и не настолько и опережающий стремительно развивающиеся ПК по производительности. У Сьерры такого вроде бы нет — и ничего, процветают. Но сервак есть сервак. Посмотрим, вдруг мне сделают предложение, от которого я не смогу отказаться. В хорошем смысле. Тридцатидвухбитный Вакс с Юниксом и парой десятков метров оперативки за вменяемую цену — прямо мечта.

— Амбициозно пацан, принято. Ничего не обещаю, но видел бы ты миссис Флорес во время переговоров. У этих ублюдков нет ни шанса против парикмахерши из трейлерного парка. Только не рассказывай ей, что я хвалил. Женщина не должна зазнаваться, а то захочет слишком многого.

Тетя Глаша и в самом деле мадам напористая, и зря Лео стесняется открыто ей комплименты делать, но это уже не моё дело.

Созвонился с батькой, пересказал уже ему.

— Я уже говорил тебе, что ты наглец, приятель?

— Много раз, Кен, и мне показалось, что тебе это нравится.

— Еще как, дружище, еще как. Но ты представляешь, что доля наших акций, находящаяся у Атари, сейчас оценивается больше, чем в миллион? У тебя пошли неплохие заработки, но такой суммы пока что нет. Еще и времена нелегкие — есть основания считать, что рынок картриджей по результатам полугодия упадет. Хотя, что скрывать, тебя в совете директоров мне стало бы приятнее видеть, чем мистера Хелла. А вот покупка мейнфрейма — это самая большая глупость, какую я только могу придумать. Ты на электричестве разоришься, обслуживая его. Домашние компьютеры прогрессируют невероятно быстро. Видел уже новинку от наших партнеров от IBM?

— Даже купил. Все равно посмотрю, чем меня порадует распродажа имущества Атари, если она начнется.

И, закончив разговор, я вернулся к Лизе и Бренде. Нам предстояло от сердца оторвать около ста тысяч на налоги. Увеличивали расходы «ИП Кристобаль Колон», как могли, но огромный заработок на бирже все мои потуги низвел к минимуму. Ни о чем… а нет, жалею, за каждый несчастный цент сердце кровью обливается.

Глава 16

Вылет из Сан-Франциско в Японию нам назначили на 27 апреля. Расчет такой — 28 числа прилетаем, 29 начинается их знаменитая Золотая Неделя, в течение которой нас возят по туристическим местам, потом неделя на согласование контрактов, посещение японской игровой выставки и технические детали. Таков путь.

План нам пересказал помощник Накадзавы-сана, связавшийся с нами в начале месяца. Возражать я не стал. Это же Япония! Страна из аниме. Я не то, чтобы громадный поклонник японской анимации, но смотрел многое, некоторые вещи, такие, как «Призрак в Доспехах», заслуженно признаю культовыми и Майклу мультики про огромных человекоподобных роботов уже пообещал. Ну и игры Монти издать хочется, Линде показать, что есть целая страна, где она считается эталоном красоты, Трейси устроить карьеру. Себе — найти контакты с производителями сегментных экранов и поговорить по поводу «Брик гейм». В идеале на Нинтендо бы выйти, но я внутренне готов к неудаче и тому, что придется делать всё самому, и тому, что получится просто турпоездка.

— Вау! Этот самолет — просто огромный, как в кино! — прокомментировала Линда, разглядывая знаменитый символ компании Боинг — двухпалубный 747, чья колоритная внешность оставила свой след во множестве фильмов. Особенно фильмов-катастроф. «Турбулентность», про стюардессу с большими чичис и маньяка на борту, например. Отличное кино, и образ бойкой блондинки прямо как под Трейси создавался.

— Йеп. Я на таком в Нью-Йорк летала на промо-тур, — поделилась стоящая рядом Трейси. — Внутри прям дворец и шампанское подают. Мэл так наклюкалась, что на каблуках держаться не могла. Хотя вообще-то она не пьет, бухло калорийное и от него толстеют. Бред собачий, как мне кажется, но она верит, дурында.

Мэл — это же… мисс Июль? Не могу представить ее пьяной. Трейси, что ты творишь! Не разрушай созданный моей больной фантазией образ гениальной шахматистки!

Проводить нас половина компании приехала, да еще и группа в полном составе.

— Си-Си, чувак, не переживай, за Дюке мы приглядим, а ты мою тыковку там береги, чтобы никакие ниндзя ее не похитили. Я в кино видел, они постоянно красоток воруют.

Нет, Эдди не настолько прост. Очевидно, что он прикалывается.

— Я бы с вами полетел. Япония классная, — вздохнул Майкл. — Ну ладно, босс, продолжим трудиться в поте лица, не переживай.

После того, как я передал Кену дискеты с Алхимией под Эппл 2 и IBM, то есть, по сути, «отправил игру на золото», как любили говорить журналисты в девяностых и двухтысячных, Пондсмиты примкнули к Монтгомери в разработке платформера. Главного героя нарисовала Линда, но в игре оставалась еще куча текстур для разных комнат, для которых нужен графический дизайнер.

— Я пригляжу за всеми, — пообещала «Теть Лиза».

— Пацан, насчет встречи и переговоров — ноль переживаний, процесс идет, мы проведем еще столько раундов, сколько потребуется. Развлекись там, как следует. Обязательно попробуй сакэ… — напутствовал Лео.

Они с Глорией уже дважды ездили в Саннивейл и диспутировали с юристами Атари по поводу того, кто кому чего должен. По словам самого Больцмана, там явно ожидали, что неопытный пацан из гетто приедет на переговоры лично — тут опытная команда корпоративных адвокатов меня в оборот и возьмет, вынудив принять, что это я им задолжал. От распродажи железа дела пока еще очень далеко. А вот скинуть мне акции корпорация зла вроде бы не против. У них явные проблемы с наличкой на застывших продажах консолей. Но это всё потом, не сейчас.

А сейчас мы наблюдали, как посадочный рукав пристыковывается к нашему «Бройлеру 747». Ну и громадина! Я помню, как в прошлой жизни летал в Турцию на самом современном на тот момент Боинге 777, но нет у самолета из будущего той же харизмы, что у двухпалубного и четырехдвигательного монстра. Натуральный Левиафан.

Еще раз обнялись со всеми провожающими нас друзьями. Трейси и Эдди долгий поцелуй устроили. То, что посторонних людей без визы в паспорте вот так вот взяли и пустили к самому гейту международного рейса — для меня очередной разрыв шаблона. Так и положено в «стране свободы и демократии», или исторический процесс еще не дошел до того, чтобы государства и тут начали угнетать своих граждан? А вот если бы мы не озаботились визами и без них в самолет сели? Если бы, допустим, Лиза вместо Трейси лететь решила? А она в консульство не ездила и цветную наклейку в паспорт не получала. Как и сам загранпаспорт.

Ну, то есть просто паспорт — ни у меня, ни у девушек его ранее не было. Но не из-за каких-то репрессий пендехостанских бюрократов — он американцам попросту не нужен в нормальной повседневной жизни. Везде хватает обычных водительских прав, даже для поездок в Мексику и Канаду. А вот в дальнее зарубежье, как Лео объяснил, без синей книжечки с белоголовым орланом никуда. Получение, впрочем, несложное, как и оформление визы. Но заняться этой всей бюрократией потребовалось сразу по появлении предварительной договоренности с Накадзавой-саном.

Лео еще и где-то что-то подмазать пришлось, дабы сроки сократить. Не коррупция, а доплата за срочность! За то, чтобы мои бумаги ходили не официальной почтой, а курьерской доставкой. И после всех процедур теперь у меня есть, что доставать из широких штанин, чтобы все смотрели и завидовали тому, что я гражданин. И, о Император на Золотом Троне, опять по почте прислали. Как будто это не официальный документ, а счет за коммуналку.

Места в самолете Старкрафт нам оформил хорошие — в бизнес-классе. Не в первом, на носу, а на втором этаже. Я, можно сказать, всю жизнь на верхней палубе самолета-гиганта побывать мечтал, с того дня, как впервые увидел его по телевизору. А тут всё еще такое новое. Модель не больше нескольких лет, как в серию пошла.

— Прошу вас, вот ваши места, — проводила нас до самых кресел симпатичная девушка. Мне в целом нравятся азиатки, без разделения на нации. Японки, китаянки, кореянки, казашки, якутки, бурятки и прочие филиппинки с тайками. Есть такой бзик, хотя писаных красавиц среди них не так и много, как хотелось бы. Но в стюардессы традиционно набирают самых симпатичных представительниц слабого пола, так что наша бортпроводница прямо очень приятно выглядит. И строгая форма ей идет.

— Пожалуйста, присаживайтесь, — добавила для пассажиров девушка по имени Танака, как написано на ее бейджике латиницей. — Японские Авиалинии желают вам приятного полета.

— Не желаете ли горячее полотенце осибори для лица и рук или напитки? — последовал вежливый вопрос к каждому из нас. Зачем греть лицо мне осталось непонятным, да и девушки им не заинтересовались, а предложение по напиткам я, пожалуй, еще приму, но потом, не сейчас.

В целом, перелет бизнес классом — верх комфорта. В первой жизни я хоть и не бедствовал, но всегда на отдых экономом летал. А тут — большие мягкие кресла с подлокотниками, очень много пространства для ног, кино сразу после взлета на проекционном экране показывать начали, раздав желающим пассажирам наушники.

Очень необычные на мой взгляд. Не традиционные для 1983 с поролоновыми амбушюрами, а что-то вроде тех, что у стетоскопов с толстыми резиновыми трубочками. Никогда такие не видел, не говоря уже о том, чтобы лично пользоваться. Подключались они к разъему на подлокотнике. Занятная концепция.

Показали нам биографию Махатмы Ганди, еще не обретшего славу разрушителя, наносящего при первой же возможности ядерные удары по соседям, когда его миролюбие вырастает до переполнения переменной. Возможно, самый знаменитый баг в истории пошаговых стратегий.

Сам фильм мне не очень понравился. Он не то, чтобы плохой — слишком стерильный, показывающий эталонного пацифиста, каким реальный человек быть не способен. Но качество съемок, актерская игра, декорации и костюмы — моё почтение.

— А вы знали, что жертвы Джека-потрошителя начали появляться вскоре после того, как Ганди поехал учиться в Лондон и прекратились незадолго до его отъезда обратно в Индию? — рассказал я девушкам шутку из интернета. На скриншотах из твиттера она еще и с датами приводилась

— Что, реально? Реально? — шепотом воскликнула Трейси. — Ганди — Джек потрошитель? Это потому, что он британцев ненавидел?

— Это просто совпадение по датам, не уверен, что там, где я его услышал, не ошиблись.

— Кармен бы сказала, что эти годы специально вырезали из фильма и не стали показывать, — хихикнула Линда мне на ушко.

Пожалуй, главная моя претензия к просмотренному кино — даже не политизированность, а то, что у ЕТ Спилберга отобрали кучу Оскаров, чтобы отдать ему. Ведь фантастика — это низкий жанр, она награды киноакадемиков недостойна! Ну что за пендехо! Не то, чтобы мне так нравился Инопланетянин — он детский и скучный, но его жанр мне намного ближе.

Кормили превосходно. Настоящий банкет, с полноценными столовыми приборами и тем самым шампанским, которое досталось только блондинке, но она и не налегала. По еде у нас при этом спросили не привычное «курицу или рыбу», а «японское или западное меню».

Я без стеснения выбрал японское и девушки, видимо, из интереса, тоже. Переодевшиеся ради раздачи еды в традиционные юкаты в цветочек стюардессы принесли нам специальные подносы, лакированные шкатулки из черного дерева с едой и палочки.

— Смотри, милый, их держат вот так… — начала объяснять Линда, ни разу не видевшая, чтобы я кушал азиатскую еду, но не угадала. В прошлой жизни я всякие роллы с доставкой постоянно себе заказывал, поэтому ловко взял приборы правильным хватом и ухватил первый ломтик тонко нарезанной говядины в соевом соусе. Держать палочки меня как и многих россиян доставка суши-роллов научила. Никакого узора там нет — неподвижно зажать нижнюю палочку в ложбинке между большим и указательным пальцами, а верхнюю взять ими же как карандаш и выровнять по длине. И ребенок справится.

Ммм… вкусно. Японская кухня мне нравится. Во всяком случае, в исполнении для западной публики. Кроме мясной нарезки, в шкатулке я нашел: куриный шашлычок, лосось, жаренный на гриле, несколько видов роллов, странные открытые тарталетки из жареного тофу, овощи и креветки в кляре, горячий супчик с водорослями, поданный в глубокой пиале, лапшу на говяжьем бульоне… раминь! И куда же в японской кухне без риса?

Финалом стали несколько маленьких кувшинчиков и миниатюрных чашечек. Сакэ! Офигеть. Я его пробовал в Питере в японском ресторане и не зашло, но вот сейчас обнаружил, что от запаха рисовой водки меня не мутит, как от американского пива и вискарика. Налил себе в микроскопическую чашку из кувшинчика и опрокинул одним глотком. Назад не попросилось! Йуху! Змеиное проклятие развеялось! Не то, чтобы меня так уж тянуло бухать, и совсем не обременяла трезвость, но все равно каким-то неполноценным себя чувствовал из-за ограничений. Пить или нет — это мой собственный выбор, а не гремучей змеи! А стюардессы вообще в курсе того, что мне семнадцать, и они тут спаивают неокрепший несовершеннолетний организм? Им никакой выговор не прилетит? Обидно выйдет, если девчат накажут из-за меня, а потому налегать не стал. Линда попробовала, что там такое в кувшинчике, следуя моему примеру, и щечки ее мило зарумянились.

Отдав должное сакэ, я попросил принести чай. Почему-то его подали без печенек и вообще сладостей. Ах, да, у них же это сакральный напиток и вкушать его полагается с соблюдением сложных церемоний, а не к десерту. Ну… жители страны восходящего солнца, если бы подслушали мои мысли, наверняка бы дико оскорбились, но чай и чай. Умеренно крепкий, терпкий и бодрящий, поданный не в чашке, а в пиале. Хорошо, что через пять минут после него все же принесли десерт. Воздушные пироженки из рисовой муки с начинкой из сладкой бобовой пасты. Ничего так, тесто пресное, начинка приторная, но в сумме достигается баланс и выходит вкусно.

— Как называются эти пирожные, мисс? — спросил у Танаки.

— Это моти. Вам понравилось? Благодарю за высокую оценку обслуживания на борту Джей-Эй-Эль.

Хорошо быть богатым и летать бизнес-классом. Даже страшно узнать, сколько билет стоит. Как бы не пару тысяч, а может быть, и дороже. Был бы интернет — я бы погуглил. А так нам прислали готовые авиабилеты туда и обещали уже на месте снабдить обратными. Может быть, рассчитывают, что покорят наши сердца и мы останемся на японщине?

Поесть, поспать, посмотреть кино, почитать книгу, поболтать об играх. Что еще нужно для того, чтобы убить время в полете? В шкуре буржуя, путешествующего бизнес-классом на верхней палубе, мне внезапно понравилось.

Десять часов блаженного безделья, даже особо турбулентностью не прерываемых, и полет приблизился к логическому завершению.

— Красавица, а можно твой автограф? — спросил незадолго до сигнала пристегнуть ремни у Трейси лысый дядя с большими усами, проспавший большую часть полета в дальней части салона.

— Йеп! — согласилась наша подруга, прямо расцвела от того, что ее узнали — для кого подписать?

— Для… Стивена. Это мой друг, он читал ваш журнал, — не удивлюсь, если он и есть Стив. Десять часов в одном салоне со Стивом! Мы находились в нешуточной опасности!

Снижение, приземление — и вот мы уже стоим в короткой очереди на паспортном контроле. Еще в самолете мы заполнили анкеты прибывающих — кто, куда, зачем, в какой отель нас заселят. Мы с Линдой по японским законам числимся несовершеннолетними и нам на священной земле потомков Аматэрасу обязательно местный опекун полагается, им еще на этапе получения визы корпорацию Старкрафт назначили. Опекунство тут больше формальное, с правом заботиться о детях и отвечать если мы что-то натворим, а не распоряжением активами. И около двух часов дня мы вступили во владения японского императора.

Как джентльмен, пропустил девушек вперед. На Трейси таможенник открыто пялился, выпучив глаза. Да что там, все встреченные аборигены при виде высокой фигуристой блондинки останавливались и начинали пожирать ее глазами, причем независимо от пола. Прямо как если бы богиня солнца Аматэрасу в ее лице снизошла до смертных. И это при том, что оделась она намного скромнее обычного. Ни обтягивающих топиков, ни голого живота, ни мини-юбок, ни поражающего своей глубиной декольте.

Линда получила несколько неразборчивых вопросов, тихо на них ответила и ее пропустили. Насколько хватило чувствительности моих ушей спрашивали кто пригласил, кто назначен опекуном и в какой отель нас пообещали заселить.

А вот когда настала моя очередь, мужик в таможенном окошке с бейджем «инспектор» на кармашке голубой рубашки завис. Посмотрел на меня, на мой паспорт, на заполненную анкету, приглашение из Старкрафт с выражением легкого недоумения на лице.

— Извините за задержку, нужно выяснить формальности, — со страшным акцентом попросил он меня. Позвонил куда-то по телефону, через пару минут подошел еще один японец и сеанс созерцания канальи из гетто, его паспорта и бумажек повторился в коллективной форме. Потребовался вызов и третьего инспектора, более возрастного, чтобы убедиться, что я — это я и имею право быть здесь. Расисты! Точно расисты! Недостаточно я для них белый, по всей видимости. Пришлось вызвать эксперта, что подтвердил «да, это хомо сапиенс, а не мартышка из зоопарка в Сан-Франциско сбежала». Иначе не понимаю, откуда заминка и что там целых десять минут изучали и обсуждали, после чего пропустили, не задав лично мне ни одного вопроса.

Глава 17

Всё у этих японцев не как у людей. Прилетая в современный аэропорт, в Анталию, Питер или Сан-Франциско, я налегке проходил паспортный контроль, получал багаж и выходил из терминала с гордо поднятой головой. Тут же чемоданы нам выдали не в общем зале, а в отдельном помещении с движущейся лентой, а затем нас и тележку с чемоданами дополнительно обследовали таможенники. Сначала рентгеном, а затем еще и с собакой — суровым «комиссаром Рексом», принявшимся нас обнюхивать.

— Свежие фрукты, алкоголь, эротические журналы…

С вопросительными нотками начал перечислять перед нашей компанией на ломанном английском представитель таможни. Шутка «нет, не надо, у нас свои есть» застряла у меня в горле. Японцы вроде бы не всегда выкупают сарказм, насколько я слышал. Да и в целом силовики часто к юмору не расположены. Нечего людям мешать делать их работу. То, что порнография тут запрещена — прямо сюрприз. Это в Японии-то! Стране, где придумали хентай и крутят порнографические ТВ-шоу прямо по телевидению. Наверное, я чего-то в загадочной азиатской душе не понимаю. Дискеты со «Стрип-покером» и «Стрип-шашками» — это ведь не порно? Нарисованные чичис не считаются? Да есть ли у них тут вообще компьютер от IBM и Эппл, чтобы проверить материалы? И не сдохнут ли наши дискеты от рентгеновского аппарата?

Ответили решительное «нет» на вопросы о любой запрещенке, включая домашних животных, огнестрельное и холодное оружие и контрафактные музыкальные кассеты или компьютерные программы. Вот тут мой внутренний параноик чуточку напрягся. У японцев, как известно, особенно трепетное отношение к копирайту. Не решат ли они, что мой личный плейлист на кассете в плеере нарушает авторские права Джонни Кэша или Майкла Джексона? Нет, не настолько тут всё плохо.

Какие же они одинаковые! Именно так сформулировалась первая же мысль после выхода в общий зал. Какой-то ниндзя применил технику массового теневого клонирования и размножился! Небольшого роста, одинакового среднего телосложения, одетые в пошитые на одной фабрике серые деловые костюмы. Ой, не на пустом месте возникла шутка, что все азиаты на одно лицо. В штатах это не так, там остается место индивидуальности, а тут — как растревоженный муравейник с идентичными особями, вылупившимся из общей кладки.

И вендинговые автоматы — они повсюду. Кофе, сигареты, бутерброды, сладости, шоколадки, быть может, даже использованные кружевные трусики. Ходили в интернетах и такие городские легенды о японской уличной торговле.

— Там мистер Масару, — потянула меня за рукав глазастая Линда и указала на свободный от броуновского движения японцев пятачок, где нас ожидал знакомый помощник Накадзавы-сана. Вот что значит нейросеть, с детства обученная распознавать азиатский типаж лиц. Мне на целую секунду больше времени потребовалось чтобы узнать Кенту, размахивающего табличкой с надписью «Коламбус», «Ким», «Смит» и еще какими-то иероглифами, о которых мне известно только то, что их придумали больше, чем способен запомнить «глупый гайдзин».

— Коламбус-сан, Смит-сан, Ким-сан, добро пожаловать в Японию. Выражаю надежду, что ваше путешествие выдалось легким, — встречающий поклонился нам всем по очереди. Я, как только смог, повторил его жест. Не знаю, насколько это правильно. Мои спутницы тоже поклонились.

— Здравствуйте, Масару-сан. Спасибо, мы добрались с большим комфортом, — обратился я к парню на японский манер. Мне стоило найти в японском квартале Сан-Франциско какого-нибудь наставника по их азиатскому этикету, но «хорошая мысля приходит опосля».

И в любом случае я для принимающей стороны западным варваром останусь, никакие старания сойти за местного не помогут. Да даже у Линды таких шансов умозрительно немного. Ведь национальные черты это не только лицо, которое у моей невесты с высоты моей колокольни кажется эталоном азиатской красоты, но и осанка, выражение лица, манеры и прочее, на что сознательно большая часть народа внимания не обращает. А уж когда хоть кто-то из нас откроет рот любой абориген сразу сообразит, что имеет дело с гайдзинами.

— Прошу вас, прошу, машина уже ждет, чтобы отвезти вас в отель и вы могли отдохнуть после дороги, — не прекращая кланяться, позвал нас Кента. На правах хозяина он перехватил нашу багажную тележку и повез в сторону выхода из здания.

Прилетели мы в середине дня и, загрузившись в просторный бежевый микроавтобус Ниссан Караван, поехали в сторону Токио. Кента помог загрузить чемоданы в багажное отделение и занял место за рулём.

— Стой-стой! Почему мы едем не по той стороне дороги и руль с неправильной стороны? — спросила у Кенты Трейси.

Она не настолько простушка, всего-то пошутить на тему разницы в ПДД и левостороннего движения решила, но нарвалась на полном серьезе на небольшую лекцию.

— Правилу левостороннего движения много лет, Смит-сан, — начал рассказывать сопровождающий, — его ввели еще в эпоху Эдо. Для вас это семнадцатый век, времена, когда в Америке только высаживались первые британские колонисты и никаких дорог еще не существовало. Самураи, как вы наверняка знаете, носили свои мечи с левой стороны. И если бы два воина шли навстречу друг другу по правым сторонам дороги, для них существовал риск зацепиться ножнами. Это считалось бесчестьем и часто приводило к поединку насмерть. Господин сёгун, дабы сберечь жизни подданных, закрепил официальным указом этикет, предписывающий держаться левой стороны улицы, чтобы мечи находились у краев дороги, а пространство посередине оставалось свободным.

Красивая легенда, рассказывающая о том, какая у них тут древняя высокоразвитая цивилизация. Но мне больше по душе версия «англичанка гадит» — тяжелое британское колониальное наследие. Ну, то есть Япония колонией никогда не числилась, но влияние империи, над которой никогда не заходило солнце, на Азиатско-Тихоокеанский регион не переоценить.

Вы не бывали в Лондоне (зачернуто), в Токио, сэр? Этот город безукоризненно сер.

По пути в отель мы увидели бетонные ограждения, промзоны, эстакады, плотную панельную жилую застройку и смог. Как дома оказался. В смысле, в Лос-Анджелесе, а не Воронеже. Серость, тоска и тяжело дышать. Воздух тут буквально наполнен сажей, не вздохнуть. Линда даже закашлялась, и это мы еще в кондиционируемом салоне, куда воздух через фильтры попадает.

Серость, серость, серость. Здания, прохожие, дороги и эстакады, угловатые машины рубленных форм, низкие облака. Как будто окружающий мир просчитывается на слабом видеочипе и ему не хватает глубины цвета. Даже знаменитые гигантские экраны с рекламой оказались черно-белыми. Краски в окружающем мире появились только ближе к центральным районам — Тосиме и Синдзюку. Тот самый Синдзюку из аниме! Японская технологическая мекка, расцвеченная многочисленными неоновыми вывесками, завлекающие посетителей разного рода киношки, аркадные залы и раменные. Совру, если скажу, что не захотелось повсюду тут побывать, посмотреть и понять, покушать лапши в уличной кафешке и сфоткаться на ставшей культовой лестнице из мультфильма «Твоё имя», где в финале встречаются главные герои. Сейчас, правда, то место точно не обладает никаким особенным статусом и вообще неясно, существует ли.

— А гору Фудзияма отсюда разве не видно? — покрутил я головой во время любимого аттракциона миллионов — продолжительного стояния в городской пробке.

— Видно несколько раз в году с токийской телебашни, а о том, чтобы увидеть с высоты обычной улицы, никто давно и не мечтает. Но у нас запланирована для вас экскурсия поближе к национальному символу, рассмотрите Фудзи во всей красе, — пообещал сопровождающий, — даже подниметесь на ее вершину, если пожелаете. Тропа полностью безопасна для начинающих и является популярным туристическим маршрутом.

Хочу ли я потратить несколько часов на восхождение в гору? Да не особо. Я так себе турист. Хотя, может быть, оно того и стоит.

Заселили нас в отель Арасака… ой, Акасака Принц — высокий небоскреб в центральном районе столицы. Вот тут уже видно технологическую мощь восточных тигров. Громадина из зеркального стекла и стали, а не какая-то бетонная коробка, похожая на хрущевку, как отель Дюран в Беркли.

Внутри нас ждали просторный холл и вежливый, постоянно кланяющийся портье, с которым общался Кента на японском. И кучу бумажек представитель Старкрафта, то есть нашего с Линдой официального опекуна и приглашающей фирмы тоже сам за нас заполнил, так как весь учет велся на японском.

Скоростной лифт, управляемый миленькой девушкой в алой ливрее и белых перчатках, вознес нас на тридцатый этаж с такой быстротой, что, клянусь, перегрузку испытал. Эту девчушку, что по несколько раз в час так катается, смело в отряд космонавтов зачислять можно за крепость вестибулярного аппарата.

Потолок в коридоре отеля показался очень низким, два с половиной метра, не более, но в прихожей номера, там, где под потолком проводились коммуникации, и два метра едва-едва набиралось. Я до такой высоты все равно не дотягиваю, но инстинктивно захотелось голову втянуть.

Обстановка в номере оказалась вполне типовая гостиничная. И, о счастье, на входе стояли специальные тапочки переобуться для всех. Сопровождающий нас сотрудник отеля провел по всем трем комнатам номера — гостиной и двум крошечным спальням, и показал диким гайдзинам такие чудеса техники, как телевизор с пультом управления, радио и выключатель верхнего света, автоматические шторы и кондиционер, поддерживающий заданную температуру в помещении, говоря о каждом великом технологическом достижении с неизменной гордостью и постоянно кланяясь.

Телевизор я бы на самом деле за чудо высокоразвитой цивилизации принял. Дюймов, наверное, тридцать или немного меньше, может быть, двадцать семь, как мой основной рабочий монитор в 2026, с почти плоским, без выпуклостей, экраном. О, а какие живые плоские цвета.

— Обратите внимание, в ваш пакет премиальных услуг включены безлимитный мини-бар и четыре платных для обычных жильцов ТВ-канала с видео, включая голливудские новинки и особенные программы. Всё управление с пульта, встроенного в подлокотник дивана в гостиной и оголовье кровати в спальнях. Приятного пребывания в нашем отеле.

Те самые пульты напомнили мне консоль управления звездолетом. Куча кнопочек с иероглифами и понятны из них только цифры. Ну ничего, разберемся, я же инженер.

— Ваша основная программа начнется завтра, я заеду за вами, а пока отдыхайте после дороги, — пожелал Кента. И, наконец-то, мы остались одни. В смысле, втроем.

— Ребятки, выбирайте спальни, кровати и там, и там большие, берите любую. Решите пошалить — меня стесняться не надо.

Я и не собирался. Хотя наличие шпингалета визуально проверил. Мало ли, в какой момент бойкой подруге приспичит «просто спросить». Я не то, чтобы стеснительный, но плодить неловкие моменты ни к чему. Нам с Трейси еще много лет дружить.

— Левая спальня? Йеп? Тогда моя правая? А кто успел понять, как горячую воду включить? Там только один кран.

— Пойдем, я покажу, — вызвался сам. Смеситель с термостатом, продемонстрированный отельным служащим, едва ли не на главное технологическое чудо тянул. Крутишь ручку, выставляешь нужную температуру и открываешь воду. Не современный картриджный, но уже хотя бы такой мне домой привезти захотелось. Это не две крутилки с арктически холодно и адски горячо, к каким я никак не привыкну.

Еще один разрыв шаблона японской ванной комнаты — душ прямо в общей зоне со сливом в полу. По сути, всё помещение — это одна большая душевая кабина. Наверное, удобно, хотя не представляю, как за всей этой красотой ухаживать, чтобы в сырых углах не завелась плесень, а кафель не покрылся белым налетом.

Спать мне пока не очень хотелось, во время перелета выспались, а потому сел на удобный мягкий диван перед ТВ. Линда прильнула ко мне теплым боком и я начал листать каналы кнопками на пульте вперед-назад, пока не наткнулся на аниме.

— Вау! Вот это анимация! — восторженно вздохнула Линда, глядя на фигуристую анимешную девицу в голубом облегающем скафандре и при футуристичном бластере, пробирающуюся по инопланетной базе.

— Да, красиво выглядит… — согласился я было.

Девушка на экране дико закричала. Непонятно откуда вылезшие осьминожьи тентакли обвили ее со всех сторон, срывая одежду и принялись вытворять то, что обычно и полагается делать хентайным монстрам с их невинными жертвами. Краска смущения заполнила чудесное лицо моей невесты, а глаза ее в удивлении расширились, стремясь приблизиться к анимешному стандарту размера.

— Аааа! Эта штука живая! — заорала Трейси из санузла. — Живая!

Выключить воображение и убрать картину встречи порнографических щупалец и Пенни Смит получилось не с первой попытки. Из-за моей заминки Линда успела в ванную комнату раньше меня. Да и вообще, как-то неправильно мужику в помывочную к женщине врываться.

— Оно живое! Си-Си, иди сюда разберись, ты же мужчина! — продолжала требовать Трейси.

— Крис! Подойди! Все одеты… почти! Эта штука разговаривает! — выглянула и позвала меня Линда. На фоне и в самом деле слышалась неразборчивая японская речь.

Выключил смущение и включил технарский профессионализм. Что я, с говорящей сантехникой не сталкивался? Что там за Мойдодыр такой завелся?

Ворвался в ванную, чтобы увидеть Трейси в нижнем белье, орущей на унитаз, рассказывающий ей что-то на японском приятным тихим мужским баритоном, неслышным из гостиной.

— Да заткнись ты, пока не расколотила! — требовала наша подруга. — Си-Си, заставь эту дрянь замолчать! Я не могу писать, пока оно там снизу разговаривает. Стихи, что ли, читает⁈

Из всех слов унитаза я разобрал только «аригато», то есть «спасибо»

— Кажется, он тебя благодарит… — высказался без большой уверенности.

— Спасибо за то, что выбрали именно этот унитаз, чтобы пописать? — захихикала Трейси и Линда ей в унисон.

Прилагающийся к фаянсовому трону пульт тоже сгодился бы для управления если не полноценным звездолетом, то хотя бы шаттлом или транспортером. Два десятка разноцветных кнопок с иероглифами. Вычленил среди них одну из немногих понятных — пиктограмма с перечеркнутым динамиком и выключил звук.

— Отныне я Кристобаль, укротитель унитазов… нет, не надо меня так называть, это шутка. Где-то тут обязана находиться инструкция.

— Вот бы это всё заснять на камеру и в передаче показать, — предложила Линда, — я даже представить не могла, что где-то сантехника разговаривает.

Я мог! Про то, что, цитата — «в Японии унитаз является мультимедийным центром развлечений для всей семьи», я когда-то целую статью читал. Там еще и про игры для унитазов и писсуаров рассказывалось. Про мушек, в которых нужно целиться. Но в нынешние дикие годы такого не ожидал.

— О божечки! Что за страна извращенцев⁈ — воскликнула Пенни Смит, выглянув в гостиную на томные стоны и чавканье, возникшие при тесном знакомстве анимешной девушки и осьминога. Между прочим, гениталии законопослушные японцы исправно зацензурили размытыми квадратиками. Как будто это что-то меняло и сцена становилась менее порнографической.

Я набрался сил и переключил канал на какое-то совершенно невинное аниме про школьниц. Но кто знает, что там дальше? Возможно, с японской анимацией лучше нам не рисковать. Переключил на новости, на прогноз погоды. Вроде бы нормальная программа, не порнографическая. Хотя, конечно, кто этих азиатов знает, с них станется внезапно изменить жанр в ходе передачи. Сейчас как… отключаем воображение. Ну или, как минимум, откладываем до того момента, как мы с Линдой воспользуемся шпингалетом в комнате.

Глава 18

Весь вечер мы провели в блаженном ничегонеделании у телевизора, сходили на ужин в ресторане при отеле и неплохо выспались, а на следующее утро Кента уже постучался к нам в номер с поклонами.

— Господа, президент нашей компании Накадзава-сама дал мне личное поручение — сделать ваш отдых на Золотой Неделе безупречным, чтобы вы почувствовали себя в Японии даже лучше, чем дома. Токио в эти праздничные дни обычно переполнен, поэтому мы в Старкрафт хотели бы уберечь вас от излишней суеты. Перелет через океан, знаю по личному опыту, совсем непрост и утомителен, вам необходимо расслабиться. Приглашаю вас насладиться японским гостеприимством на традиционные горячие источники — онсэн в рёкане Хаконе в префектуре Канагава.

Аниме меня научило тому, что горячие источники — это невероятно крутой лакшери и мечта любого японца, а потому попробовать на собственной шкуре их премиальный отдых отказываться я не стал. Вдруг мне понравится настолько, что у себя на заднем дворе аналогичный бассейн организую?

Кента отвез нас на станцию местных электричек и презентовал поездку в электропоезде, как очередное великое достижение ниххонской нации, недоступное западным варварам. Напрямую он этого не говорил, конечно, но нахваливал синкансен очень искренне. Не был он у нас в Сан-Франциско и на БАРТ не катался. А так ничего, удобный поезд, накурено только. Но это общая проблема «цивилизованного мира». Дымят в восьмидесятых повсюду, я уже прекратил даже внимание обращать на то, что «дым сигарет с ментолом» преследовал нас и в перелете, и в аэропорту, и в микроавтобусе Кенты, и в гостинице. И в онсене тоже.

Сидеть в горячей геотермальной водичке и созерцать Фудзияму оказалось приколько и приятно… первые полчаса. А далее меня начало в сон клонить. Вот и всё их знаменитое развлечение — залезть в бассейн и релаксировать. Ну и общаться еще немного, с единственным, как поначалу казалось, тут понимающим английский — все тем же менеджером из Старкрафта. Кента, как мог, пытался меня развлекать — рассказывал сказки, легенды, мифы… Увы, или к счастью, до тостов дело не дошло.

— … и тогда монах усмирил девятиглавого дракона и заставил его дух вечно служить людям в этих местах, подогревая воду для горячих источников, — закончил очередную легенду Масару-сан.

— Скажите, а водятся ли на склонах Фудзиямы ядовитые змеи? — спросил я, разглядывая легендарный вулкан.

— Двух видов, Мамуси и Ямакагаси, — ответил не замявшийся на необычном вопросе Кента, а один из других посетителей онсена — мужичок лет пятидесяти с большими залысинами. Прозвучало пугающе.

— Однажды моего соседа укусила мамуси, он долго болел, но не умер, — добавил второй пожилой японец на еще более ломаном английском.

— В таком случае, мы воздержимся от восхождения, — решил я. — Долгая болезнь негативно скажется на бизнесе.

Ну и сам оказаться дважды покусанным не желаю, но у японцев вроде бы важно не терять лицо. А следовательно, я не трус и не боюсь, а забочусь о процветании корпорации.

— Масару-сан, а не подскажете несколько моментов по вашему языку? Он очень красивый и мелодичный, но тяжело дается нам… американцам, — чуть не сказал на автомате «русским». — Я знаю, что в вашей стране есть свои правила чтения имен. Например, нет звука «Эл», обязательна гласная на конце и фамилию необходимо произносить первой. Как бы меня звали в Японии?

— Вы были бы Курисутобару Корон, если отталкиваться от имени в документах и Курису Коронбасу, если прочитать по японским правилам ваш псевдоним. Порядок имен для иностранцев у нас обычно принято сохранять из уважения к западной культуре, — терпеливо и дружелюбно рассказал расслабленно щурящийся гид. Вот ему явно неподдельное удовольствие горячая вода доставляет.

— А Линда и Трейси?

— Вашу невесту зовут Ринда Киму или Эру-Кей, по имени с телевидения. Фармер-сан становится Торэйсии Фаамаа и Пэнии Сумису.

Означенные девушки в это время развлекались где-то на женской половине онсэна схожим образом. Вот там сейчас находиться было бы куда интереснее или, по крайней мере, эстетически приятнее. Во вводной речи Кента сказал, что в прошлом онсены являлись совместными, без разделения по полу, но ныне времена изменились и потому мальчики налево, девочки направо. И долгий список того, что на источниках делать нельзя, зачитал: шуметь, плавать, нырять, использовать купальники и плавки. Даже полотенцем прикрыться — уже нарушение традиций. Только полная обнаженка.

Неизгладимое впечатление ночевка в традиционном отеле оставила — мне предложили небольшую пустую комнату с низкими потолками вообще без мебели, не считая тонкого матраса, постеленного на полу. Натуральный карцер. Еще и поселиться вместе с Линдой запретили — никаких разнополых несовершеннолетних пар, политика владельца. И я внезапно хорошо выспался. Ожидалось, что после ночи, считай, на голом полу, спину начнет ломить, но или в молодом организме дело, или японцы не идиоты и знают толк в обустройстве гостиниц, но вполне себе неплохо себя чувствовал после ночи на теплом, чуть пружинящем полу.

Целая неделя в режиме праздного туризма и пролетела. Мы побывали в старом Киото, древней столице Японии и посмотрели бесчисленное количество храмов, а также статуй каменных кицунэ, некоторые из которых, как мне почудилось, были словно живые и готовые сбросить оцепенение. Но никакой мистики не существует.

В одном из храмов мы вытащили из специального гадательного барабана палочки с предсказаниями и Кента, отведя нас к ящику с расшифровкой, сообщил, что японские боги нам благоволят.

Мне гадание пророчило успехи в бизнесе: «Сделки пройдут гладко, ожидается неожиданная, но заслуженная прибыль». Линде выпало счастье-здоровье: «Вас наполнит жизненная энергия. Все ваши недуги, если они есть, скоро отступят», а Трейси поэтичное «Как сакура, расцветающая после суровой зимы, твои долгие усилия наконец принесут великолепные плоды. Впереди лишь ясное небо.»

Цветущую сакуру, мы, к слову, так и не увидели, уже отцвела. Не то, чтобы прямо разочарование. Зато посмотрели на усыпанные мелкими фиолетовыми цветочками глицинии, похожие на нашу привычную сирень. Выглядит красиво, пахнет приятно. Что еще мне, каналье, надо?

Ну, например, было бы неплохо, если бы аборигены прекратили на Трейси и даже иногда Линду пялиться. Ну то есть на мой взгляд моя невеста даже симпатичнее фотомодели, но фигуристая и яркая «Пенелопа Смит» притягивала больше взглядов.

— Они говорят, что вы очень красивая и просят с вами сфотографироваться, — перевел Кента, когда именно к Линде обратилась компания из трех молодых японцев лет двадцати, — Парень слева говорит, что он фотограф из модельного агентства, и предлагает фотосессию, но моё личное мнение — это уловка для знакомства с красивой девушкой.

— Ко мне?

Возражений в духе «но я ведь некрасивая», к счастью, не последовало. Линда явно что-то о себе начала подозревать. А уж когда для посещения храма моих спутниц нарядили в традиционные юкаты, то для местных жителей это был удар в самое сердце. На мой взгляд, все эти разноцветные халатики, не дающие даже шагнуть как следует, выглядят глупо, но японцы выстроились в натуральную очередь с просьбами о фотографировании и автографах. В две очереди, так как популярность фигуристой блондинки тоже зашкалила и то, что она не умела ходить в японской одежде и, на мой взгляд, выглядела в кимоно немного нелепо, ничего не изменило.

Что-то похожее на «Ша-шин, ии дэсс ка?», то есть «можно с вами сфотографироваться» звучало периодически. А я еще считал, что у японцев принято уважать чужое личное пространство.

— Простите нашу молодежь за бестактность, — после третьего раза попросил Масару, — они ослеплены красотой девушек и забывают о нормах приличия.

Фото с канальей Крисом никто не желал. А некоторые расисты и вовсе на меня едва ли не с брезгливостью смотрели. Ну да, смуглая кожа — это же признак низкого рабоче-крестьянского происхождения. Чем светлее, тем аристократичнее. При этом я бы не сказал, что тот же Кента так уж бледнее меня. По итогу, туристические места осматривали две белых госпожи и их никчемная свита.

За эту неделю мы посмотрели Императорский дворец в Киото, развалины крепости самурая Такэды Сингэна в Кофу, убивающий камень в горах префектуры Точиги. Внутри него, согласно легенде, заключена девятихвостая кицунэ, отравившая императора. Мы осмотрели Золотой павильон Кинкаку-дзи, Серебряный павильон Гинкаку-дзи и огромную бронзовую статую Будды. Поглядели замок белой цапли и замок черного ворона, посетили историческую деревню для понимания, как местные жители существовали в старину и парк с ручными оленями, которых разрешалось покормить с рук. Музеи, выставки и картинные галереи и вовсе слились в одну общую череду достопримечательностей.

Не скажу, что мне ничего не понравилось, но главным экспонатом везде Трейси становилась. Автографов она раздала, должно быть, не меньше, чем во время фестиваля или присутствия на стенде в Вегасе. Причем Кента приватно мне подтвердил — все эти поклонники понятия не имели, чьего внимания просят. Яркая западная внешность? Значит, стопроцентно кинозвезда. Может быть, даже сама Мерилин Монро. Что? Той уже в живых нет? Значит, знаменитость не хуже. По мне, так даже лучше, так как наша подруга — человек стопроцентно хороший, а про голливудскую диву я никаких особенных подробностей не знаю.

И, несмотря на всю суету вокруг красавиц, быть простым туристом мне понравилось. С собой мы привезли пленочный фотоаппарат и извели целую гору дорогущей пленки, но ни о чем не жалею. Многие места на самом деле красивые и вызывают ностальгию по просмотренным мультфильмам.

И неприятностей никаких не произошло. Ниндзя Линду не похищали, якудза на Трейси не покушались, даже живот от непривычной пищи ни у кого не прихватило. И с экологией за пределами столицы все гораздо лучше. Никакого душного смога — чистый горный воздух.

В душный Токио вернулись мы лишь пятого мая, заканчивая туристический дауншифтинг.

— Мистер Масару, а вы не могли бы отвезти нас в зал аркадных автоматов? — попросила Линда. — Мне очень интересно посмотреть на японские новинки.

— Мне тоже, — поддержал я.

— А я бы в отеле пока осталась, — сказала Трейси. — Устала отдыхать на этих ваших экскурсиях. Смекаете?

— У нас это называется «гэсэн», игровой центр. Я отведу вас в район Кабуки-тё в Синдзюку — очень популярное среди молодежи место, где в числе первых появляются новинки от Конами и Сеги.

— Если я надену худи с капюшоном, это нормально? — спросила Эль-Кей.

А уж как я устал от всех этих «шашинов» и «дэсска», обращенных в ней, хотя главной звездой Пенни Смит оставалась. Мозгами понимаю, что ревность тут ни к месту и ничего не даст, но раздать японским пендехо положенные чингасос очень хотелось. Несмотря на то, что откровенно границ никто не переходил и даже жест со скрещенными руками «пожалуйста, не подходите» все понимали и принимали. Ассасинский костюм с капюшоном в данных условиях — отличный способ скрыть милое личико.

— Нет-нет, наденьте лучше это, — японец достал из внутреннего кармана пиджака новую медицинскую маску. — В капюшоне вас воспримут, как айдола, скрывающегося от поклонников.

Кто такие айдолы, мы с девушками уже выяснили. Ну, то есть я и так знал, и подругам объяснил, что это местные японские артисты. Они тут повсюду — от рекламных щитов до телеканалов и Линда наглядно убедилась, насколько близко она подобралась к их стандартам внешности, посмотрев выступления по ТВ. Впечатлилась и весь вечер молчала, удивленно глядя в телевизор, где бодро выступала очень миленькая Накамори Акина в красном платьице, а зрительный зал ей рукоплескал. Окончился сеанс молчания заявлением «ладно, теперь верю, я красивая» и настолько широкой искренней улыбкой, что айдол Накамори позавидовала бы.

Игровой центр, куда мы приехали, не так уж сильно и отличался от привычных по штатам залов. Не очень хорошее освещение, накурено, отовсюду восьмибитное пиликанье и ушли мы до первой лягушки. До автомата с Фроггером. Невыносимо же, что верхнюю строчку в таблице рекордов там занимает какой-то… «HER». Не стану комментировать возникшие ассоциации. Рекорд у него, к слову, очень приличный набрался — тысяч в триста попугаев, а потому я оставил Линду играть под присмотром Кенты, а сам отправился осмотреться в зале. Есть тут какие-то крутые штуки?

Игры с впечатляющей графикой? Их есть у самураев! Еще стоя в довольно длинной очереди к игре «Астрон Белт», то есть «астероидному поясу», я прифигел от качества картинки. Да я такое и в девяностых видел не в каждой игре. Отдельные кадры, а особенно взрывы, реальный фантастический фильм про космос напоминали. Выглядело так, будто задник игры сделали из видеозаписи. Прям фотореализм по стандартам 1983. Вот три вражеских истребителя приближаются, протагонист стреляет в них лазерными импульсами. Бабах!!! Весь экран залило огнем. Красиво! Нам на ПК и восьмибитных консолях такого долго не добиться. Да и для шестнадцатибитных недостижимый уровень. Как они это сделали? И кто эти самые «они»? Сега, если судить по логотипу на корпусе? Что там за железо внутри?

Геймплей, правда, самый примитивный. Космический тир третьего лица. Еще и с огромным лагом. Как я понял, наблюдая со стороны и убедился, усевшись сам в пилотское кресло, летающий и стреляющий звездолет отрисовывали прямо поверх видео. Интерактивность, естественно, с таким подходом страдает. Мне дали пострелять по трем киношного вида кораблям, летящим на меня, и уже в последний момент показали ролик, где один из них взорвался. Тот, в который я целился. Ну такое себе. Вау-эффект в самом начале присутствует, но дальше становится ясно, что за примитив в игровом процессе.

И еще один автомат от Сеги меня впечатлил. Сега СубРок 3Д порадовал стереоскопической картинкой. Вот той самой, что и в 3Д фильмах, на несколько лет захвативших кинотеатры в две тысячи десятых, начиная с Аватара Кэмерона и продолжая всякими кинокомиксами. Как игроку, мне пришлось взяться за перископ, где на каждый глаз выводилось своё изображение, за счет чего разработчики добились эффекта перспективы. По-настоящему круто, несмотря на то, что геймплейно это очередной виртуальный тир.

Воодушевившись, пошел искать Линду, чтобы показать ей находку, будучи уверен, что она оценит, и нашел молчаливую толпу из, наверное, целой сотни азиатов, выстроившуюся у нее за спиной и пристально наблюдающую за экраном. Полная тишина! Абсолютная! Комариный писк не пропустишь.

— О-о-о-о-о! — одновременно восхищенно выдохнули в толпе, когда Эль-Кей остановилась ровно на трехстах тысячах очков, насколько я разглядел издалека, и специально потратила все жизни, после чего начала неспешно вводить инициалы.

На звук толпы девушка встрепенулась и ошалело посмотрела, кто там у нее за спиной. Взгляд ее выдал эмоцию легкого шока. Я бы вообще на месте подпрыгнул.

Кента поднял руку, привлекая внимание и указав на Линду, и выдал длинную, совершенно непонятную фразу на японском, завершившуюся именем чемпионки в их интерпретации.

— ЭРУ-КЕЙ! — воскликнул представитель Старкрафта и толпа несколько раз громко и слаженно, будто репетировала, произнесла японский вариант инициалов. У меня прямо зародилось подозрение, что весь перфоманс срежиссирован. Вот только зачем?

Из рядов зрителей выбрался парень лет двадцати в яркой красной, как у Майкла Джексона, куртке, и громко и пафосно толкнул речь, поклонился и протянул двумя руками Линде раскрытый глянцевый журнал.

— Тошима Хироши, чемпион игрового центра, просит чемпионку США подписать журнал, в котором есть статья о её победе на турнире в январе и вызывает на поединок по аркадным автоматам, — флегматично перевел Кента.

— Укете татсу! — осипшим голосом ответила девушка и тоже поклонилась. Вели себя японцы очень тихо, что и позволило расслышать слова. Фразу мы с ней буквально вчера услышали в местном кино про самураев. Субтитры утверждали, что она значит «вызов принят».

Глава 19

Дуэлянты простояли еще какое-то время в поклонах, а далее Линду едва не смело людское море из желающих взять автограф. Я едва до раздачи чингасос не дошел, пока пробирался к ней через плотную толпу. Кента — святой человек, уберег моё главное сокровище от похотливых азиатских ручек. А то знаю я их… по крайней мере, какие мультики они рисуют и какое кино снимают. А то, что всё это видел — ну… это для расширения кругозора.

Добрался до девушки и встал рядом с ней, показывая, что «застолбил» и этим японским бабосо тут ничего, кроме автографов, не светит. И удивительно, но сработало — фаны немного поумерили энтузиазм и начали вести себя более сдержанно. До моего слуха изредка долетали их перешептывания. Даже парочку знакомых слов уловил — «Эру-Кей», «гайдзин», «якудза», «бака», «шашин». То есть я тупой иностранец-бандит. Да хоть горшком пусть назовут, лишь бы к Линде не приставали.

— Тошима-сан договорился с управляющим игрового центра. Для них честь, что чемпионка США выбрала именно их зал, чтобы блеснуть мастерством, — через минут десять подошел Кента. — Я созвонился с президентом Накадзавой и он не возражает против демонстрации ваших навыков, Ким-сан, механик уже везет сюда второй Фроггер, чтобы вы могли сразиться лицом к лицу.

Для чего потребовалось звонить боссу и спрашивать разрешения — я не очень понял. Мы вроде как свободные люди и ежели хотим переводить лягушек через дорогу, то кто нам помешает? Или приглашающая сторона собирается каждый наш шаг контролировать, чтобы, не приведи Аматэрасу, мы к конкурентам не сбежали? Так следовало в этом случае сразу контракты на издание подписать и не тратить время на приятную культурную программу.

Второй автомат с зеленой лягушкой на боку и в самом деле установили рядом с тем, где Эль-Кей побила рекорд в кратчайшие сроки.

— Я уверен, ты победишь, — подбодрил я Линду.

— Никто не выигрывает в каждой игре, — с некоторой долей нервозности ответила девушка, — но я постараюсь.

Весь этот момент с вызовом на поединок немного анимешным получился. Не потому ли, что японцы для своих мультфильмов типажи из жизни берут?

Аксиома гласит: «всегда есть азиат, который что-то делает лучше тебя». Что, если именно сегодня, а не год назад на турнире в ЛА, Линда встретила превосходящего её азиата? Год… поразительно, мы с ней уже год вместе, а я только сообразил, как быстро время пролетело.

Взаимный поклон. Кента громко объявил что-то на японском и потом повторил, скорее всего, ту же информацию на английском.

— Играете до тридцати тысяч баллов и останавливаетесь, и так до трех побед, — объявил Масару-сан.

Прыг, прыг, скок… прыг.

Тошима Хироши оказался великолепным игроком. Он давил на джойстик и лягушка по кратчайшей траектории и вообще без пауз добегала до кочки на другом берегу реки. Точно так же, как делала и Линда. Зрители притихли так, будто есть пульт управления толпой и на нем вовремя нажали кнопку «мьют».

Невозможно настолько хорошо играть в эту лягушку. Они не люди, а киборги из будущего! Запредельный уровень понимания игрового процесса. Очередная лягушка в автомате японца подобрала муху, заняла центральную кочку и японец победил. Хитрый азиат подметил, что для победы ему не нужно занимать крайние кочки и достаточно центральной, в то время как Линда поступила оптимально с точки зрения набора счета за уровень, а ее противник сыграл от скорости здесь и сейчас. Он молодец. Честно выиграл.

Длинная непонятная мне фраза на японском от победителя раунда.

Прыг, прыг, прыг… и снова бог рандома подыграл местной команде, послав японцу муху и леди-лягушку, когда для Линды он пожадничал.

Японский же городовой! В том смысле, что настоящий местный полицейский в форме и при пистолете пришел, встал в задних рядах и присоединился к зрителям.

Во время обоих раундов стояла полнейшая тишина. Зрители деликатно молчали и только когда их соотечественник побеждал, позволяли себе короткие ритмичные аплодисменты, как будто резонирующие между собой. Как они это делают? Вариант один — тренируются. Я протолкался к игрокам, точнее меня вежливо пропустили и обнял явно расстроенную Линду. Вроде бы у японцев не то обниматься, не то целоваться на публике считается неприемлемым. Плевать!

— Крис, я проиграла, — грустно вздохнула моя красавица.

— Ты играешь лучше него, — объявил я, — задумайся, если он так хорош, почему ты побила его рекорд с первой попытки?

Вообще-то есть логичное объяснение — настоящий свой рекорд Хироши поставил на другом автомате, а этот тренировочный. Но о нем я умолчу, мне тут чемпионку мотивировать нужно, а не добивать.

— Но как тогда…

— Очевидно, что ему не даются долгие партии. Вот увидишь, в следующей он начнет ошибаться. Поэтому сконцентрируйся и покажи свою лучшую игру. Победишь — куплю нам мейнфрейм.

Так себе попытка замотивировать, конечно. Но Линда говорила, что его хочет, а я обещал купить, а правило «пацан сказал — пацан сделал» у нас на Машмете соблюдалось. Хотя возможно, что Кен прав и дорогой комп весом в пару тонн — это чемодан без ручки. Но, как минимум, асимметричное сжатие с его помощью попробовать сумеем.

На третий матч девушка вышла с сосредоточенным выражением на лице. Лягушка порхала между автомобилей с недостижимой для восприятия обычным человеком скоростью, а потому я смотрел больше на счет. Примерно до двадцати тысяч геймеры шли вровень, но японец вдруг замедлился, при том, что Линда осталась столь же хороша и девушка вырвала победу. Коротко обнял мою чемпионку и надеюсь, что именно тем и придал ей сил повторить. Очень напряженный матч, где она выиграла впритирку.

Хироши поклонился и выдал, не разгибаясь, длинную прочувствованную фразу.

— Тошима-сан благодарит соперницу за то, что дала ему фору, — перевел Кента, — и обещает очень постараться на финальном этапе.

Прыг, прыг, прыг…

Наверное, это всё призрак мейнфрейма. Я ради мощного тридцатидвухбитного компа тоже постарался бы и вошел в состояние потока. Выиграла моя ненаглядная, пусть и с совсем небольшим запасом по очкам. Взаимный поклон, сдержанные аплодисменты, которые по окончанию японцами продолжил высокий европейской внешности мужчина, я не заметил, увлеченный наблюдением за игрой.

— Браво, браво! Я впечатлен и поражен, — сказал он громко на чистом американском английском. — Разрешите представиться, молодые люди — Стэнли Редмонд, заместитель вице-президента корпорации Сега по международному маркетингу. Для нашей компании честь принимать знаменитую чемпионку США и ее кавалера.

— Знаменитую? — тихонько пискнула Линда.

— Именно так! У меня к вам есть предложение, уже согласованное с пригласившей вас компанией Старкрафт. Вы, как известно, представите ваши игры публике через несколько дней в Акихабаре. Мы предлагаем выставочный матч. Чемпионка США и чемпион Японии! С призовым фондом в двести пятьдесят тысяч йен, то есть примерно две тысячи долларов. Неплохое подспорье для покупки сувениров домой без обмена дорожных чеков.

У меня сердце чаще забилось. Сега! Та самая! Производитель аркадных автоматов и самой крутой шестнадцатибитной приставки из существовавших. Супер Нинтендо, как бы ее буржуи ни нахваливали, по моему скромному мнению, уступает во всём, несмотря на то, что там имелись очень красивые игры с сопроцессором, встроенным в картриджи. Одна из причин, почему ее не спиратили в 90-х как раз в том, что на коленке за три копейки картриджи клепать не получалось.

— Я подтверждаю — все согласовано, Коламбус-сан, президент Накадзава подтвердил предварительные договоренности. Если Ким-сама того сама пожелает, — негромко сообщил мне Кента.

А уж не спектакль ли у нас тут произошел? Невероятно сильный игрок, почти победивший Линду, а по итогу слившийся — это так в духе любимых азиатами сюжетов про превозмогание. Хорошая подводка к маркетинговому мероприятию, хотя с театральностью очевидный перебор.

— Я согласна, — приняла вызов Линда и местные геймеры снова поддержали ее аплодисментами.

На том наш поход в игровые автоматы и завершился. На следующий день НАКОНЕЦ-ТО дошло до переговоров с руководством Старкрафт. Обитали они в отдельном трехэтажном здании на тихой улочке в районе с плотной низкоэтажной застройкой. Офис мне понравился. Чистый, аккуратный, светлый. Потолки разве что низковаты, зато на входе все сотрудники в сменку переобуваются. В этом плане японцы эталон правильного поведения. И их подход к мусору на улицах мне понравился. Если у тебя есть фантик — клади в карман и выбросишь его дома. Никаких уличных урн, собирающих вокруг крыс.

Наше трио принял лично господин Накадзава вместе с дюжиной приближенных менеджеров, и для начала мы целый час болтали о том, как нам понравилась Япония и насколько замечательно мы отдохнули. Я много благодарил и искренне пел дифирамбы тому, как хорошо Кента о нас позаботился. Молодой менеджер и правда очень старался, едва ли не тенью для нас стал, везде селился в соседнем номере, выполнял любые просьбы, отвечал на все заданные вопросы и вообще приятный человек. Я бы ему от себя премию выписал, но зная, как негативно тут относятся к любого вида чаевым, не рискнул. Не поймут гайдзинскую щедрость, Масару ведь всего лишь выполнял порученное ему задание. Сделать работу хорошо — его святая обязанность.

Общались мы преимущественно с Накадзавой-саном, его сыном Такуми и еще одним японцем, вменяемо владеющим английским. Остальные, как мне показалось, не очень понимали, зачем они тут нужны, но слушали очень внимательно и обязательно кивали, когда их босс говорил.

— Приглашаю вас посмотреть результаты труда наших программистов по переносу ваших игр. Исикава-сан, проведи демонстрацию нашей версии Тетриса.

Названный Исикава включил имеющийся в комнате компьютер с маркировкой NEC PC-9801 очень современного вида и я обалдел от того, как круто смотрится его графика. 8 цветов, разрешение на глазок около 640 на 480, то есть стандарта VGA, что на нашу американщину придет только году в 85-м, четкие надписи, нескучные обои. Да-да! Оболочка вполне типового бейсика у японцев загружалась с цветными шариками на фоне. ХОЧУ!!! Не сами обои на рабочем столе, их я на рабочем столе в прошлой жизни наблюдал пару минут в день, пока среду разработки не запущу, а столько цветов и четкость текста. Вот на каком железе текстовый редактор с подсветкой нужен!

Отдельно воспылал я желанием обладать монитором и клавиатурой. Почти не выпуклый монитор с диагональю дюймов в пятнадцать! И клава наиболее близкая к привычной мне по будущему раскладке, с десятью функциональными клавишами. Хочу-хочу-хочу! Чего это островитяне уже как белые люди живут, а мы всё мучаемся с древними технологиями? Закроем основные вопросы и обязательно скуплю половину их компьютерного магазина, хотя вопросы по совместимости железа имеются.

Японец лет тридцати нажал несколько кнопок и из встроенных в монитор динамиков полилась музыка — местные национальные мотивы, возникла надпись «Тетрис». Качество, конечно, не mp3, но уж не хуже того, что мы на Коммодор 64 добились.

— Компьютеры NEC несовместимы с западными программами и стандартами дискет, поэтому нам пришлось написать ваши игры полностью с нуля, — лично осветил демонстрацию Накадзава-сан. — Сейчас Исикава-сан, наш ведущий программист, продемонстрирует результаты переноса Тетрис и Темпл Ран, самых больших хитов вашей студии. На данный момент наша команда работает над Флэппи Бёрд. Продемонстрируй, Исикава-сан.

— Вау! — прошептала Линда, глядя на сочные цвета и плавное движение фигур в Тетрисе. Тут придраться не к чему, тот самый геймплей. Кардинально поменяли только музыку.

Вторая демонстрация — Темпл Ран, и вот тут все с одной стороны хорошо: графика в куда лучшем разрешении, чем у ВИК-20 и 8 честных цветах — это уже новый уровень, но… художник у них и близко к таланту Линды не стоял. Просто бегущая девушка, воспринимаемая, как подросток, без внушительных чичис получилась. Хорошо хоть, в брюнетку не перекрасили. И куда это годится?

— Эээ… господа японцы. Куда вы девали мои сиськи? — не смолчала Трейси, пока я подбирал слова.

Немая сцена. Как в знаменитой картине «опять двойка». Все молча вылупились на предмет обсуждения, в то время как модель не остановила демонстрацию. Она приподняла ненадолго груди руками и отпустила.

— Видите? Тут подпрыгивают. В игре Си-Си подпрыгивают. Почему у вас я получилась плоская, как… как школьница?

Программист Исикава густо покраснел, как и некоторые другие японцы. Линда спрятала лицо в руках, как мне почудилось, чтобы не показать хозяевам своего смеха. Кончики ушей Накадзавы Такуми отчетливо порозовели, как и некоторых других «пиджаков», и только президент компании Минору Накадзава сохранил невозмутимость и задал вопрос:

— Почему вы считаете, что это важно? — кремень мужик, не потерял лицо в сложной ситуации.

— Господин президент, — начал я, — основная целевая аудитория нашей игры — мужчины. Им приятно смотреть на анимацию подпрыгивания. Это продуманный элемент удержания фокуса внимания игрока. В остальном ваш порт безупречен и даже превосходит оригинал за счет более совершенной аппаратной платформы и отлично проделанной вашим сотрудником работы.

Подсластил коллеге программеру пилюлю, как мог. Ну не сообразил он, что чичис — это главная часть игры. Не так и сложно исправить.

— Я могу помочь перерисовать спрайт, — предложила Линда.

И снова тишина. Видимо, предложение от несовершеннолетней девушки вмешаться в мужскую работу очень далеко от местных традиций.

— Исикава-сан сочтет честью работать над дизайном персонажа с автором оригинала. Исикава-сан, займись сразу по окончанию совещания организацией рабочего места для Ким-сан, — рассудил президент фирмы и, скорее всего, повторил то же самое для программиста и остальных. Или обругал белых обезьян, лезущих не в свое дело, последними словами, но сомнительно. Не верю, чтобы прожженный бизнесмен так подставился до потери лица. Все японцы с поклоном приняли вердикт начальника, никто и не помыслил о том, чтобы оспорить. Удобно! Но по мне, так непродуктивно.

— Накадзава-сан, разрешите нам сразу провести демонстрацию игр, которые мы хотели бы издать в Японии. У вас есть компьютер от IBM или Эппл 2?

Обязаны иметься, раз они тут занимаются портированием западного софта. И не сделал ли я ошибку, говоря «-сан» вместо принятого в Японии «мистер»?

Эппл 2 нашелся в той же комнате и мне позволили провести демонстрацию анимешной версии стрип-шашек.

— Рабочее название этой игры в нашей документации — «хентай-шашки», — сказал я, — и с графическими возможностями ваших компьютеров, которые позволят сделать картинки цветными, игра станет выглядеть еще лучше.

Глядя на нарисованные чичис, Исикава снова покраснел, но вслух ничего не сказал. А не стоит ли мне его схантить? Я код его варианта Тетриса не глядел, конечно, но подозреваю, что всё там неплохо. Да и ЭйчДи версия Темпл Ран хорошо и плавно у него заработала. И это при том, что с переиспользованием ассемблерного кода, скорее всего, полный швах, так как сомневаюсь, что в японском компе тот же процессор 6502 установлен.

— Еще один пример игры, рассчитанной на аудиторию из взрослых мужчин, играющих после работы, — решил мистер Накадзава.

В том же ключе мы и покер продемонстрировали.

— Учитывая немалый объем работы по переносу, Старкрафт предлагает вам роялти в семь процентов от оптовой цены, Коламбус-сан, — лично озвучил условия мистер президент.

И как мне поступить? Мизер же! Или норм? Не пять же? Что еще я запомнил из аниме — спорить и говорить «нет» у островитян считается верхом хамства. Если я сделаю контрпредложение и мне скажут «мы хотим подумать», то это на самом деле отказ. Например, в аниме «Моя романтическая школьная жизнь не удалась» есть эпизод, где школьники, организующие какое-то мероприятие, утрированно соглашаются на все предложения друг друга из лицемерной вежливости, и только у главного героя хватает хуэвос им перечить и рубить правду-матку.

— Отличное предложение, Накадзава-сан. Я его с радостью приму, но предлагаю дополнить, чтобы еще лучше отражать потенциал нашей игры. С мистером Уильямсом мы работаем по прогрессивной шкале от числа проданных копий. Допустим, от пятидесяти тысяч продаж мы поднимем процент до восьми, а от ста — до десяти. Если я ошибся в оценке потенциала, то никаких дополнительных затрат ваша компания не понесет.

— Замечательная идея, Коламбус-сан. Прогрессивная шкала продемонстрирует стремление нашего альянса к росту продаж, но давайте поставим еще более амбициозные цели — например, восемь процентов со ста пятидесяти тысяч копий.

— Как я счастлив, что мы нашли понимание, Накадзава-сан. Давайте только…

— Вы очень мудры, Коламбус-сан, позвольте, однако, познакомить вас со спецификой японского рынка…

По сути, у нас выходил классический торг в духе «закрой за мной дверь, я ухожу», но облеченный в форму «давайте говорить друг другу комплименты». Уже через час я готов был сдаться и принять текущее предложение, уже наплевав, какие там цифры. Но так просто сдаться — это потеря лица. Кто согласился, тот левас. Или не так это работает? Вспомнилось еще одно аниме, про парочку, неспособную друг другу признаться в любви, чтобы не проявить слабость перед лицом партнера.

Не хотелось только Линду мучать. Трейси, кажется, на последних остатках морально-волевых качеств держалась.

— Я уступаю вашему колоссальному опыту, Накадзава-сан и принимаю предложение, но могу я к вам обратиться с просьбой? Вчера мы узнали, что вы сотрудничаете с корпорацией Сега. Не так давно мои патентные поверенные подали заявки на несколько изобретений, связанных с игровыми консолями, джойстиками, картриджами, и так далее. Я хотел бы предложить их Сеге. Старкрафт рынок консолей мало интересует, как я успел понять. Простите, если ошибся в оценке, с радостью озвучу своё предложение, если консоли в сфере ваших интересов. Вы все-таки известный и приятный для меня партнер.

Вроде как и согласился, но последнее слово за собой оставил. От словесной паточки уже чуть рот не слипся.

— Познакомлю вас на игровой выставке с их представителем, — решил Накадзава.

Умозрительно, геймпад и картридж с сейвами — это, конечно, здорово, но настоящий джекпот я сорву, если договорюсь с Сегой о портативном Тетрисе.

Глава 20

Весь следующий за вполне успешными, как по мне, переговорами день мы с Линдой и Трейси пробыли в офисе Старкрафта. Моя невеста рисовала Пенелопу Смит высокого разрешения, Трейси ей позировала, чем сильно смущала окружающих японцев, смотрящих на нее, как на богиню, но не решающихся заговорить. Я ковырялся в коде Исикавы, пытаясь понять особенности разработки под японские машины и с чем вообще едят этот ихний NEC PC-9801.

Разрешение, выдаваемое видеочипом, в два раза выше, чем у показанного Кеном Арахиса, так впечатлившего графическими возможностями всю Сьерру. 128 килобайт оперативки из коробки, при том, что это модель позапрошлого года. Процессор — местная копия Интел 8086, полностью совместимый. Видеочипов тут два — для текстовой графики и для растровой! Есть возможность выводить текст прямо поверх картинок! Хочу! Очень хочу! Трехканальный звук, не так и уступающий Коммодору 64, лишь довершает список несомненных достоинств японской машины. «Этими губами медка бы хлебнуть!» Ах да, меня посадили за компьютер с внешним жестким на пять метров, то есть примерно сопоставимым с нашим Корвусом. Но с плоской файловой системой, пока без поддержки папок.

И главный мой вопрос — почему эта машина еще не захватила мир и кто-то вообще покупает «калькуляторы от IBM»? Тут же всё лучше при сопоставимой цене. Даже дешевле: полторы тысячи долларов за Нек, если считать через йены, и Исикава-сан назвал мне правильную стоимость, против не так давно заплаченных пяти тысяч за PC XT.

Подозреваю, что японцев на американский рынок попросту не пустили. Сделали им последнее китайское предупреждение. Как не пускали и на рынок консолей, пока тот окончательно не сдох. Ну или дело в совместимости. Платы расширения, принтеры, сеть и вот это вот всё. Софт еще. Под японскую архитектуру видеочипов нужно переписывать вообще всё. Ни Каналья Коммандер, ни Эдитор, например, не заведутся без доработок. Интересно, есть ли под эту конфетку Юникс? Сомнительно.

Так день и пролетел. Очень насыщенный по впечатлениям. Решение привезти в США японский компьютер почти полностью выкристаллизовалось.

— Масару-сан, а вы слушали что-то о новой игровой консоли от Нинтендо? — спросил я у переводчика.

— Нет, Коламбус-сан, ничего. Но я не интересуюсь рынком приставок. Старкрафт — фирма, работающая с персональными компьютерами.

Значит, «Денди», которая должна называться для японского рынка «Фамиком», еще не анонсирована. Ну, так-то я бы и из Америки эту новость не проморгал, наверное.

— Могу я обратиться с личной просьбой? Раз в несколько месяцев покупать и высылать мне все новые игровые консоли и картриджи для них. Я очень люблю японские видеоигры, а до США они доходят с большой задержкой. Финансово — договоримся с мистером Накадзавой о том, чтобы часть моих роялти использовалась для этой цели.

Лучший способ заполучить в свои потные ручки Денди, а в перспективе — и Сегу, какой только смог придумать. Не то, чтобы легендарная восьмибитная приставка так уж нужна, но Марио — все-таки шедевр, никак нельзя без него обойтись, а год выхода знаменитого платформера я не помню. Поэтому пусть будет всё. Исключительно для собственных нужд, хотя хотелось бы и в разработку для Денди влезть, но это дело очень непростое, насколько я слышал. Не само написание игр — там тот же знакомый ассемблер под 6502, а параноидальные правила Нинтендо, готовых судиться со всем миром за каждый чих.

— Просьба выглядит выполнимой, но мне нужно спросить разрешение господина Накадзавы, — поклонился переводчик. Внезапно прямо ответил, без словесной патоки. Неплохой он все же мужик. Может, тоже с собой сманить? На менеджерскую должность.

За пару дней в офисе, пока я игрался с железками, представители Старкрафт составили текст контракта и согласовали его с моим юристом, отправляя копии по факсу. Весь договор англоязычный, конечно. Подписывать документ, который не понимаю, я бы не стал. И мое несовершеннолетие в проблему не вылилось, я в данном случае выступал не как юное физлицо, а в роли гендиректора корпорации. Отдали заодно на издание и наши последующие проекты — 40 тысяч способов, Симулятор Студента, Геймдев Тайкун. Тут японцы пообещали и вовсе мой движок под себя скомпилировать. Паскаль под ихние Неки и Фуджицу, как выяснилось, вполне себе существует и процветает.

Получился анимированный образ Пенни Смит настолько удачным, что захотелось и дальше его воплотить. Это мне уже не восемь бит, а все шестнадцать. Хочу продолжать с такими графическими возможностями работать. Знаю, что и на нашей пендехостанской улице настанет праздник, но хочется поскорее.

Днем мы «развлекались в офисе», а вечером верный Кента вывез нас за покупками в торговый центр. Я как-то признавался себе в том, что транжира. Это я преуменьшал, так как у меня безумных деньжищ и японского торгового центра, набитого электроникой, не было. Король транжирства! Куда там до меня скромной Елене.

Для начала я купил десяток топовых спортивных плееров Сони Вокмен WM-F5 ярко-желтого, как резиновая уточка, цвета. Себе, Линде, друзьям и знакомым. Отличный, потрясающий и невероятный сувенир, в штаты пока официально не поставляется, так что эксклюзив.

Еще одна новинка — портативная консолька «Цементная фабрика Марио» — залипательный клон «волка с яйцами», где совсем не похожий на себя сантехник пробует управлять производством цемента.

Карманные космические вторженцы на солнечных батарейках. Еще один эксклюзив, отлично подойдет, чтобы подарить Агнешке, Дебби и другим завсегдатаям аркадных автоматов.

Часы Касио G-Shock, влаго-пыле-ударозащищенные. Это уже чисто для себя, часто бегаю под дождем.

Телевизор и видеомагнитофон от Сони, а также компактный магнитофон Панасоник. Компактная видеокамера JVC на штативе и специальный монтажный монитор с функцией стоп-кадра — для ротоскопинга.

И я все-таки не устоял от того, чтобы приобрести NEC PC-9801, даже зная, что он по большей части окажется мне бесполезен из-за проблем с совместимостью. Авось как-нибудь заведу на него сеть от Корвуса, Джон портирует Каналья Эдитор и я получу идеальную печатную машинку.

Целую гору видеокассет с аниме купил, Майкла порадовать и самому посмотреть. Мобильный доспех Гандам, Космический линкор Ямато, Крепость Макросс, Люпин Третий, Мальчик будущего Конан — всё, что посоветовал Кента. Про Конана и Макросс я сам, например, не слышал. И японо-английский разговорник, чтобы хоть немного соображать, что там вообще происходит. Легкое погружение в языковую среду и так научило слегка понимать слова и догадываться по контексту. И концертные записи приглянувшихся Линде и Трейси айдолов. Та же симпатичная Накамори-тян.

Высоченная стопка манги для Линды, которой понравился анимешный стиль рисования. Да и Майкл тоже оценит, как я думаю. И хентайные журнальчики тоже в общий ряд затесались. Пусть будут, не настолько я ханжа, чтобы целый культурный пласт игнорировать.

Пока я получал удовольствие в отделах электроники, девушки совершили набег на косметику и шмотки. Линда у меня вполне себе скромница, да и Трейси не избалованная девчонка из Айовы, но… для их покупок целые баулы потребовались. В костюмах японских школьниц обе выглядели потрясающе. На старшей девушке японская матроска смотрелась несколько неуместным косплеем, не по возрасту, но подчеркивала высокую грудь. А вот Линда, еще и челку, как у местных, себе сделавшая — бесконечная милота и кавай.

Сувениры — великое множество их, все так сразу и не упомнить. Но самое примечательное — около сотни брелков-уточек. Я вообще поймал себя на том, что повсюду выискиваю нашего маскота. И куча других мелочей, вроде магнитиков и наборов приправ. Девушки в какой-то покупательский раж вошли, скупая всю эту ерунду. Да и сам я ничуть не лучше.

Отправить все покупки Кента предложил отдельным авиафрахтом, с гарантией бережного обращения, но за наш счет. Пятьсот долларов за доставку через океан — вполне приемлемая цена, как я считаю. Ох и транжира же я. Ни о чем не жалею!

Дожили в таком ритме до ивента, ради которого Трейси и приглашали — игровой выставки в районе Акихабара. Масштаб мероприятия откровенно поменьше, чем Комдекс или Ярмарка Западного побережья, но суть та же самая: стенды, модели. Атмосфера, правда, совсем иная. Никаких бикини на девушках, все одеты строго, как стюардессы, и общаются дружелюбно. Очень много приставок и аркадных автоматов в открытом доступе, да и на стенде Старкрафт поставили два десятка компьютеров с возможностью попробовать Тетрис, прототип «Темпл ран» и «Таинственный Дом» от Сьерры, буквально преобразившийся и шагнувший на следующую ступень. Исикава или другой разработчик, по сути, создал новую игру, использующую возможности продвинутого графического чипа. Супер!

Пришли мы на выставку за пару часов до начала работы стенда и начали понемногу обживаться, осматриваться по сторонам. Напротив расположилась компания Понеко, выстроившая такую же демонстрационную витрину из компьютеров. И на их стенде взгляд сам цеплялся за рослую и фигуристую девушку с волной ярко-рыжих волос. Фигура если и уступает Трейси в объемах, то незначительно. Лицо приятное, во взгляде бесстыжих зеленых глаз черти пляшут, подтверждая, что у рыжих нет души. Стопроцентная европейка, что стало ясно, когда она подошла знакомиться.

— Привет! Ого! Ты Мисс Сентябрь, да-да? — с немного необычным выговором начала новая знакомая. Акцент у нее немного непривычный, кажется, ирландский, насколько я разбираюсь. — Меня зовут Скарлетт, я Мисс Январь восемьдесят первого.

— Приветики! Йеп, я Мисс Сентябрь восемьдесят второго. И я все мечтала с тобой познакомиться. Купальник у тебя в журнале — просто отвал башки! И без него не хуже, твой журнал у меня в подборке любимый после моего и Беллочки, мы с ней соседки… бывшие. Вот кто нереальная красотка — увидишь, она еще станет девушкой года.

— Ой, ты глянь, какая миленькая девочка! Так и хочется ее за щечки помять! Японские модели, с какими я снималась, не такие миленькие! Конбанва! Аната ва… тотемо кавай! — последняя фраза прозвучала при обращении к Линде. — Ой, парниша, а ты ведь американец? Из Эл-Эй, да? Ке паса, хоми!

— Извините, я не говорю по-японски, — смутилась Линда, — я из Калифорнии.

— Привет, Скарлетт, я Крис. Это Линда и Трейси, мы тут одной компанией… хоми, — поздоровался в свою очередь. — Мы занимаемся видеоиграми.

— Офигеть! Линда, ты вылитая японочка. Тут говорят «кавай» — это значит «милота»! Местные не путают? Клеиться не пробуют? А меня пригласили на съемки и сопровождение стендов. На сумо уже ходили? Там два толстых, как мой бывший, борца друг друга из круга выталкивают. Вообще жесть и отвал башки! Советую! А обратно вы когда? Может, одним самолетом полетим! А возьмите меня к себе! Игровой моделью. Хочу, чтобы и на меня всякие нерды, как на богиню, смотрели. Я еще и пою хорошо, чтоб вы знали! Упс! Там мистер Такояма приперся, сейчас начнет мне выговоры делать, пока-пока, я к вам потом еще забегу.

Даже до моего ответа, что мы будем иметь ее в виду и позвоним при необходимости, добраться не позволила.

— План на сегодня таков — пресс-конференция перед журналистами ведущих игровых изданий, затем выставочный матч в аркадные автоматы Сега, после президент Накадзава познакомит вас с нашими партнерами, — напомнил верный Кента. Он, о Император, идеальный референт.

— Спасибо, Масару-сан, вы очень хорошо выполняете свою работу, — поблагодарил я.

Прессы и вообще зрителей на встречу с нами набилось до отказа. Стенд той студии с поняшками или как они там называются, окончательно из моего сектора обзора заслонили.

Для начала выступил Накадзава. Он произнес долгую прочувствованную речь на японском и сорвал бурные ритмичные, но короткие аплодисменты от всех собравшихся.

— Президент Накадзава сказал о том, какая для всех нас честь принимать на стенде Старкрафт знаменитого геймдизайнера, чемпионку США и известную актрису, — перевел Кента, явно решительно сократив смысл речи своего босса, так как у директора Старкрафта не меньше минуты словесные кружева изливались.

К микрофону, выставленному для вопросов подошел японец средних лет и спросил что-то очень длинное на японском. Я разобрал только «Коронбасу» и «Тетрис».

— Коламбус-сан, — перевел Масару, — ваши игры, такие как «Темпл Ран» и «Тетрис», невероятно успешны в Америке. Что вы думаете о японском рынке и возможностях наших компьютеров?

— Японский рынок в числе приоритетных для меня, именно поэтому я прилетел в Токио. Я остался в полном восторге от NEC 9801, — честно признался я, — его возможности по работе с графикой ушли на несколько лет вперед относительно актуальных в США компьютеров, но, скорее всего, я не смогу его использовать дома из-за плохой совместимости стандартов. Очень жду того дня, когда производители договорятся об унификации.

И это, увы, островитянам не очень поможет на западных рынках из-за ценовой политики, провального маркетинга и десятков других причин. А жаль, мне понравились Неки.

По несколько вопросов к каждому о том, как понравилось нам в Японии. Тут очевидно, что надо только хвалить и острые углы срезать. Правду никто узнать не хочет, всем нужно услышать про свою страну хорошее. Но, собственно, кроме смога от автомобильных выхлопов и столичных пробок мне им в укор поставить и нечего, но даже о них умолчал. Рассказал про природу, погоду, отличный шоппинг, вкусную еду и великолепный прием партнерами. И девушки примерно то же самое дополнили.

— Эру-Кей, расскажите о вашей личной жизни. Вы и Коламбус-сан встречаетесь? Какие у вас группы крови? — спросил очередной журналист.

— Да, мы встречаемся и собираемся в будущем пожениться, — щечки Линды смущенно зарумянились, но ответ она дала твердо. — Простите, я не поняла вопрос о группах крови. У меня четвертая, а у Криса третья. Какое это имеет значение?

— Это популярный тест на совместимость темпераментов, — объяснил спросивший. — Коламбус-сан «охотник», а вы — «гуманист». У вас идеальное совпадение.

Мракобесие! Они бы еще про знаки зодиака спросили. Но собравшимся хватило информации для того, чтобы начать аплодировать. С другой стороны, «идеальное совпадение» звучит неплохо.

— Смит-сан, а ваше сердце свободно? — спросил еще один журналист.

— Ноуп! Я встречаюсь с самым лучшим парнем в мире. Его зовут Эдди, он фронтмен группы «Бесконечность тьмы», он рок-звезда, красавчик и офигенно поёт. А уж что мой пирожочек вытворяет с гитарой… Не знаю, какая у него группа крови, и у меня — тоже не знаю. Любовь важнее примет. Смекаете?

— Какая ваша любимая видеоигра? — спросили у всех следом.

— Конечно, та, в которой я главная героиня, — ответила Трейси.

— Еще не созданная, живущая у меня в голове. Из уже существующих — Подземелья и Драконы. Я планирую адаптировать правила DnD к компьютерным ролевым играм и выпустить немало проектов, их использующих. А наши японские партнеры из Старкрафт, я уверен, превосходно справятся с портированием.

— Фроггер, — осталась предсказуемой Линда, — еще я люблю все наши игры Каналья Геймс, но называть их нечестно.

— Мистер Коламбус, вы также известны созданием высоко оцененного профессионалами алгоритма сортировки Дюкесорт. В честь какого герцога вы назвали его? Планируете ли вы и дальше заниматься алгоритмами или сосредоточитесь на играх?

— В честь моего пса Дюке. Он очень хороший мальчик и буквально спас мне жизнь в одной ситуации, о которой я предпочту промолчать.

— Дюке спас и меня во время пожара, — добавила Линда.

— Йеп, он абсолютный красавчик, — подтвердила Трейси.

— Отвечая на вторую часть вопроса — у меня много идей, — снова взял я слово. — Алгоритмы сжатия, сетевые сервисы, даже собственный язык программирования. Не все они получат воплощение, но я буду стараться.

— Мисс Ким, что с вашим голосом? Вы курите? — это спросил журналист западной внешности на чистом английском с британским акцентом из какого-то «Дейли», я прослушал, какого именно. Пусть будет «Ежедневный пророк».

— Бестактный вопрос, — поспешил ответить я вместо девушки, — это вмешательство в частную жизнь.

— Я никогда не пробовала курить, — сказала Линда, — и Крис правильно заметил, я не должна отвечать про здоровье.

— Вы нахал, мистер репортер, я с вами общаться отказываюсь, — добавила Трейси.

— Мистер Коламбус, у вас есть мечта? — спросил японец через переводчика, явно пытаясь загладить прокол англичанина.

— Есть. Я мечтаю, чтобы видеоигры перестали считать развлечением для детей и подростков. Чтобы на человека, решившего поиграть для отдыха после рабочего дня, не смотрели с осуждением, как на тратящего время попусту. Мечтаю о признании того, что игра ничуть не хуже развлекательной книги или фильма и выполняет ту же функцию.

Вот тут мне похлопали, и это приятно. От сердца ведь сказал.

Глава 21

К микрофону вышел молодой японец лет двадцати трех, с длинными волосами, собранными в хвост, как у самой Линды. Опрятный и прилизанный такой красавчик, похожий на айдола из мужской азиатской группы. В гетто он бы быстро получил свои чингасос и поменял стиль одежды. Выдал очень длинную речь, начатую с поклона и закончившуюся поклоном. Я расслышал «Эру-Кей» и «домо аригато», то есть большое спасибо.

— Это Фудзивара Хиро, рекордсмен Японии на автомате Зум, вам известном как «Бак Роджерс: Планета Зум», ваш будущий соперник по выставочному матчу, — перевел Кента, — он смотрел запись того, как вы стали чемпионкой США и в восхищении от того, как быстро вы освоились с его любимой игрой на телевизионном финале, хотя явно видели ее впервые в жизни. Сегодня вы оба окажетесь в равных условиях и будете играть на новых автоматах. Фудзивара-сан обещает хорошо постараться и благодарит за возможность показать свои навыки.

Линда поднялась со своего места и поклонилась в ответ. Как по мне, так очень аутентично, хотя с точки зрения японцев наверняка с огрехами. Они же свой этикет с детства тренируют.

— Для меня честь сразиться с вами, Фудзивара-сан, — сказала девушка. Кента перевел ее ответ.

И переход к матчу оказался очень плавным, как будто появление парня заранее срежиссировано. Вот Хиро задает вопрос, уже через несколько минут фотосессия у автоматов, с привлечением меня, Трейси, господина Накадзавы и будущего противника.

— Мы даем вам час на знакомство с Конго Бонго, нашим новейшим аркадным автоматом, в Америку пока не поставлявшимся, — подошел уже знакомый нам Стэнли Редмонд. — Мистер Фудзивара, ваш соперник, в тех же условиях. Он клянется, что до сегодняшнего дня не сталкивался с данной игрой.

— Вы используете повод для продвижения нового автомата? — догадался я.

— Именно так, а еще для того, чтобы уравнять шансы. Наши эксперты сказали, что в «Планете Зум» у мисс Ким не имелось бы ни единого шанса, если только она не посвятила всю себя этой игре в последние полгода, подобно мистеру Фудзивара. Аналогично по играм, где Линда является признанным мастером, например Фроггер и Донки Конг — они еще и от других производителей. Сега спонсирует матч и хочет получить маркетинговую выгоду для себя, а не судебный иск от Конами или Нинтендо.

Для знакомства нам выделили отдельный закуток. «Конго Бонго» оказалась чертовски хороша графически — практически следующего поколения графика, не хуже, чем на шестнадцатибитных приставках. Яркая, сочная, мультяшная, очень плавная. И какая же безыдейная миерда, основанная на плагиате. Игра про большую обезьяну, кидающуюся объектами с высоты и мужика в кепочке и комбинезоне, пытающегося до нее добраться — это ведь так оригинально! Как их Нинтендо еще не засудила?

Возможно, за счет того, что с изометрией игра смотрится совсем иначе. Линда разрешила мне попробовать и я убедился в том, что и так знал — я плох в таких вот аркадах. А моя девушка хороша. Конечно, она тоже потеряла два десятка жизней, пока освоилась, но затем начала понимать маршруты и добираться до «Бинго Бонго». Хм? А фильм с Челентано и Орнеллой Мути уже вышел? Шикарная же комедия, я бы посмотрел.

Великим мастером за часовую тренировку Линда, конечно, не стала, а соревнование «кто быстрее освоится с новой аркадой» несколько бессмысленное.

— Победит тот, кто добьется максимального счета за часовую сессию! — объявил назначенный ведущим японец в ярком пиджаке. Точнее, это Кента мне перевел.

Целый час «не-водопроводчик» карабкался на скалы, а мы, зрители, журналисты из печатной прессы и даже с телевидения наблюдали. Оба игрока двигались на равных, но постепенно Хиро начал от счета Линды отставать и девушка победила. Толпа поклонников взорвалась сперва традиционными хлопками ладоней, а затем и ритмичным скандированием — сначала «Эру-Кей», позже «Сайба–айдору». Кибер-айдол, как Кента для меня перевел.

Соперник Линды долго стоял, склонившись, и выдал долгую речь, направленную девушке. Надеюсь, не в любви признался. Понятное дело, шансов у него ноль без всяких палочек, но даже намерение нам ни к чему.

— Ваша скорость адаптации к новым играм несравненна, — перевел слова признавшего поражение парня Кента. — Надеюсь, вы войдете в состав сборной команды США и мы с вами сразимся в официальном турнире за звание чемпиона мира.

— Благодарю, вы тоже очень хорошо держались, — подтвердила Линда.

Я же, обняв чемпионку моего сердца, отправился на переговоры с представителями Сеги. У крупной международной корпорации на выставке имелся собственный стенд, но общаться меня пригласили не на него, а в ресторан неподалеку. Сопроводил лично мистер Накадзава, что прямо-таки честь для канальи-гайдзина.

Два японца средних лет, Кобаяши и Сато из отдела зарубежного лицензирования, и два американца — уже знакомый Стэнли Редмонд и его начальник Стивен Джонс. А я кого хотел, президента компании? Наивный панамский каналья. Японские миллиардеры с пацанами из гетто переговоров не ведут. Мой уровень пока что — середнячки вроде Накадзавы-сана, руководителя средней руки студии разработчика.

Предварительные ласки, в том смысле, что обмен дифирамбами, вышли относительно короткими благодаря присутствующим здесь американцам. Я поблагодарил за хороший прием, саму встречу, и отвесил десяток комплиментов их стране. Меня похвалили, рассказав, какие замечательные у меня игры и красивая невеста. Мистера Накадзаву похвалили, как блестящего стратега, устроившего нам встречу.

— Крис, давайте подойдем к переговорам по-американски, сразу к делу, — предложил Редмонд. — Ваш Тетрис — очень хорошая игра и мы хотим издать ее на новейшей консоли SG-1000, старт продаж которой назначен на лето. Мы делаем большую ставку на новую платформу.

Ну а что еще они от меня могли захотеть. Логично! Правда, никакого SG-1000 я не помню, а это верный признак того, что хитом приставка не стала. Смутно припоминается «Сега Мастер Системс», как конкурент Денди, но тоже без подробностей и только «Сега Мега Драйв 16-бит» станет однозначным геймерским сокровищем.

Насколько же проще вести дела с американцами. Никакого комплиментного стиля, нормальное обсуждение условий, во время которого я принял изначальное предложение по роялти в четыре процента. Если честно, не очень-то и хотелось упираться.

— Мы выпустим вашу игру вот на этом! Сега Кард! — с легким пафосом и на не очень хорошем английском пообещал мистер Сато и показал что-то вроде банковской карточки или, скорее увеличенной SD-карты — контакты в нижней ее части просматривались отчетливо.

— Не возражаю, но мне любопытно узнать о возможностях носителя.

— 32 Килобайта памяти, дешевой при массовом производстве, — рассказал Джонс.

Маловато будет! Да и вообще, не так уж от обычного картриджа Денди-сеги отличается. Его если из пластикового корпуса извлечь — тоже тонкая пластинка-плата с контактами остается.

— Позвольте перейти к следующей части встречи. У меня есть несколько патентов…

И я выложил Сеговцам для начала концепции продвинутого геймпада и картриджей для сохранения, благо бабло побеждает зло и «Больцман и Флорес» уже отправили мои изобретения в фирму-прослойку, занимающуюся оформлением патентов в разных странах и заявки уже поданы. Хотелось еще и компактным тетрисом японцев приложить, но неплохо бы начать с простого, а не суперхита.

Все четыре моих собеседника внимательно изучили описание патентов из моей папочки.

— Данные концепции очень свежи, они требуют тщательного изучения и вдумчивого рассмотрения, — выдал неплохо владеющий английским мистер Сато. Вежливый отказ? Точно он.

— Мистер Коламбус, разрешите, я выскажу свое мнение, — сказал мне Стивен. — Оба ваших патента лишены смысла. Ваш вариант джойстика переусложнен и дорог в производстве. Не представляю, кому и для какой игры потребуется сразу столько кнопок и других элементов управления. Вариант без аналоговых… стержней более прагматичен, но и он не нужен. И что за прогресс вы собрались сохранять в игре на свой картридж? Количество набранных очков и рекорды? Возможно, мы рассмотрели бы оба дополнительных аксессуара, но при условии того, что увидим подходящие для них игры.

— Коламбус-сан наверняка предложит такие игры в будущем и мы с радостью их лицензируем, — сказал Сато.

Ключевое тут «в будущем». «Потом» — это в переводе с японского «никогда». Вот так они рынок Сони Плейстейшен и отдали, навешивая на проверенную и успешную шестнадцатибитную платформу внешние дисковые приводы и другие сторонние аксессуары вместо того, чтобы вовремя выпустить новую консоль.

— Скажите, а могу ли я нанять ваших инженеров для создания собственного устройства по техническому заданию?

— Мы могли бы дать вам контакты независимых электронщиков, чей профиль более соответствует поставленной задаче, — предложил мистер Сато.

— Боюсь, ты обратился не по адресу, парень. Контрактное производство по техзаданию — это для мелких фирм на Тайване, а не серьезных транснациональных компаний, — фамильярно хлопнул меня по плечу Стив. Ну что за пендехо? А если я, как подросток, вспылю и пошлю все достигнутые договоренности по тетрису к Ктулху?

— Примите совет, мистер Коламбус, не нужно вам тратиться на производство. Нет более верного способа потерять деньги, чем вложить их в железо, не имея гарантий окупаемости, — добавил мистер Редфорд, вроде как вполне искренне желая уберечь меня от ошибки.

Ну а чего я ждал? Что меня тут радостно в помпис поцелуют, восхитятся моей гениальностью и немедленно пустят в производство геймпад, под который на самом деле нет ни одной игры? Они довольны тем, что заполучили тетрис для своей приставки. Остальное им неважно.

— Есть еще одна идея, — попробовал я. — Портативная игровая консоль с жидкокристаллическим экраном.

— Как у Нинтендо и Интелливижн? — опередил меня Стив. — Точно нет. Совсем не в наших компетенциях. И ты видел эти тусклые ЖК экраны — на ярком солнце уже ничего не рассмотреть. Нам нужны яркие цветные игры, такие, как твой Тетрис! Занимайся тем, что у тебя хорошо получается — вот мой совет.

Японцы сделали вид, что не понимают английского. Возможно, затем они с собой пендехо гринго на переговоры и приводят… то есть «бака гайдзинов». Как там миерда по-ихнему? Кусо!

— Благодарю вас за уделенное мне время и ценные советы. С нетерпением жду финальный вариант контракта для подписания. Спустя несколько дней я должен буду вернуться домой, но это все решается по почте и через ваших американских представителей. Приятно сотрудничать с вами, господа.

Думается, если я сунусь со своими идеями к их конкурентам — то же самое получу. А может, даже слушать «расово неполноценного» пацана не пожелают. Ну и ладно, мы пойдем другим путем! Тайвань, да? Собрать прототип на коленке, протестировать и заказать на свои, а потом стричь купоны и ни с кем не делиться, пока все вокруг кусают локти. Может, чересчур идеалистично и я кучу денег солью на разработку, но по-своему привлекательно.

А не запатентовать ли мне тот самый сеговский шестикнопочный геймпад в форме фасолины с круглой крестовиной в отместку за отказ? Ммм… нет, это как-то низко. Я все еще обожаю старую добрую Сегу, как приставку, и искренне желаю ей успеха.

Надеюсь, внутри меня не гормоны обиженного подростка играют, а я взвешенное взрослое решение принимаю. Да, каюсь, хотел пойти простым путем и отдать крутую идею на откуп профессионалам. Не прокатило, но разве это делает портативный Тетрис менее перспективным? И что там за консолька от Интелливижн? Стоит с ней познакомиться.

— Вы очень взросло поступили, не расстроившись из-за провала ваших амбициозных идей. Когда-то и я был молод и горел несбыточными инициативами. «Своя консоль» — звучит перспективно, но рынок уже поделен, вам стоит сосредоточиться на том, что хорошо получается — вашем таланте геймдизайнера и программиста, а мы, старики, вам поможем, — почти по-отечески подбодрил меня мистер Накадзава по пути обратно на выставку.

Как раз пошел дождик и верный Кента, дожидавшийся у дверей ресторана, распахнул над нами зонт, обеспечивая некоторую приватность.

— И о чем вы мечтали? — спросил я больше из вежливости.

— О собственном производстве компьютеров, но я давно выбросил глупые амбиции из головы — то говорила молодость.

А во мне желание выпендриться всё ещё горело. Что, если мы опередим Сегу и сделаем народную консоль первыми? Я ведь им говорил, а они не прислушались. Допустим… Коммодор после К64 выпускали компьютер-клавиатуру Амига. Я вживую его даже не видел, не то, чтобы лично пощупать, но подозреваю, что все там по нынешним временам очень неплохо. Вот на его базе свою консоль и запилить. Каналья-Мега-Драйв-16-бит! Супер-Каналья! Каналья-гейм-куб! Каналья-плейстейшн!

Всё, хватит, горшочек, не вари! Не стоит уж настолько жестко плагиатить, но в перспективе нескольких лет все равно куда-то деньги вкладывать потребуется. Взять железо от грядущих Амиги, Макинтоша или даже интеловское, и на нем наколхозить. Габен тоже так думал и пшик со своей «Стим Мэшин» получил.

У стенда Старкрафт я заметил очередь. Нет, не так — ОЧЕРЕДЬ! В три вилюшки, как за новым айфоном, и к кому она выстроилась — никаких сомнений… а нет, ошибся. Я было подумал, что это Трейси и ее чичис всех пленили, но оказалось, что большая часть фанатов жаждет автографа Линды. Пенни Смит они тоже не игнорируют, но к моей красавице раза в два больше людей стоит.

И ко мне тоже тоненький ручеек желающих автографа потянулся, но это несравнимо.

— Полный провал, но это даже к лучшему, объясняю наедине, — шепнул я новость Линде на ушко, заняв свой стул на стенде. Уточнять причину при чужих людях не стал.

Когда желающие именно моей росписи отступили, отправился побродить, посмотреть местные игрушки и буквально залип у демонстрации «Амбиций Нобунаги» — пошагового варгейма в духе Цивилизации, Европы Универсалис, Битвы за Веснот, Тотал Вар и навеки лучшего представителя жанра. Я про «Героев меча и магии». О Великий Император на Золотом Троне — тот самый геймплей! Даже сетка во время сражений гексагональная. Анимаций на отрядах еще нет, обозначены попросту пиктограммами. Это то, что нельзя упускать.

А ведь где-то там в Америке Сид Мейер уже задумал свою Цивилизацию. А может быть, уже и создавать начал. Надо его найти и проспонсировать! Вставлять палки в колёса точно не стоит, лучше задружиться и помочь. В идеале — к себе пригласить. Надо бы начать все игровые выставки шерстить, вдруг встречу легенду. И вообще, засылать на каждое мероприятие скаутов, пусть составляют списки присутствующих. Вот и повод сконнектиться с отцами-основателями игровой индустрии.

Другая «невероятная и потрясающая» штука, которая мне попалась — портативный компьютер NEC PC-8201. Размером чуть больше клавиатуры! Работающий на батарейках, обычных пальчиковых АА. Почти сутки на одном заряде! Процессор Интел 8085, похоже, что энергоэффективная версия 8086-го. 16 килобайт оперативки, расширяемой до 48. ЭНЕРГОНЕЗАВИСИМАЯ память! То есть электричество кончилось, включаешь комп — и все, с чем ты работал, восстановилось. Экранчик не очень — 8 строк в высоту, 40 в ширину, без подсветки, типичный тусклый ЖК. Полноразмерная клавиатура с удобными клавишами. По некоторым показателям, например, автономности, уделывает все ноутбуки будущего. Дайте два! Столько и купил, прямо выставочные образцы по сто пятьдесят тысяч йен отдали — будет чем развлекаться мне и Линде во время обратного перелета. Полторы тысячи баксов за две штуки в пересчете на мертвых президентов. Ни о чем не жалею!

Глава 22

В последний наш день в Токио мы снова перешли в режим праздных туристов. Поднялись на токийскую телебашню и убедились, что Фудзияму с ее вершины на самом деле не видно. Заехали в Акихабару и я в порыве техно-энтузиазма купил пару дисководов на 3.5 дюймов и пачку привычного мне по девяностым формата дискет. Полное баловство? Носители, которые большинству окажется нечем читать? Но, во-первых, мне захотелось прикоснуться к будущему и вспомнить, как мы лабы в политехе на точь-в-точь таких сдавали. Хорошо быть тысячеонером. Имелся еще и порыв купить внешний дисковод с аккумулятором для портативного Нека, как раз рассчитанный на трехсполовинойдюймовые носители, но во имя Омниссии, вес полтора килограмма — это уже «Эребор», еще немного и пара чемоданов потребуется, как в том самом выпуске «Ералаша».

Спросил через Кенту в магазине электронных компонентов, не продается ли у них в отдельности так порадовавший меня видеочип. Оказалось — да, продается, но для подключения его к западным компам нужна специальная плата расширения, которую делает Интел. Можно в Америке через журнал заказать. Но и непосредственно у японского продавца одна штука нашлась, выставочный образец. Шикарно! Купил и ее, и парочку самих видеочипов NEC µPD7220. Если не пригодятся самому, то Рокки подарю, как энтузиасту технологий, он точно обрадуется. И еще одна нужная покупка — плата расширения для подключения NEC 9801 к Омнинету. Иначе не представляю, как вообще на этой платформе в офисе работать пришлось бы. Файловая система на дискетах-то несовместима у американцев и японцев.

И игры! Раз уж у меня есть ПК от NEC, то как не купить библиотеку игрушек под него? «Амбиции Нобунаги», «Door Door» — аркада про заманивание монстров в двери, знаменитый «Сокобан», симулятор предвыборной кампании и стратегия о третьей мировой. Всем этим допустимо вдохновляться. Игра про выборы шикарной сатирой могла бы стать, если показать в ней все грязные политические уловки, хотя не уверен, что мне хочется к политике даже в таком виде прикасаться. Миерда не воняет, пока в нее палочкой не потыкаешь.

На сладкое взял порты игр Сьерры — «Таинственный дом» и «Волшебник и принцесса», показать Кену и Роберте, какую прелесть выжали японцы по мотивам их творчества. Старкрафт полностью графическую часть перерисовали в лучшую сторону.

И последний этап путешествия — токийский Диснейленд. Никогда не был в Диснейленде. А ведь у нас в Калифорнии он тоже есть. Рассчитано всё, конечно, на дошколят и подростков младшего возраста, но мне внезапно понравилось. Возможно, потому, что я не настоящий взрослый и только притворяюсь. Но отключить критическое мышление и побывать в сказке оказалось приятно, даже несмотря на то, что меня укачало на американских горках, названных в парке «Космические горы».

Ну вот прям прелестно. Всё детство завидовал пендехостанским детишкам, которые могут взять и уговорить родителей съездить вот в такой парк. Один мой коллега брал автобусный тур по Европе, бывал в Парижском парке и потом рассказывал о нем с пренебрежением. Не понравилось, ему не увлекло, не случилось волшебства. Вероятно, потому, что он ездил один, а при наличии хорошей компании радость не делится на всех, а умножается.

В означенный день, точнее, уже ночь, мы погрузились в тот же самый боинг и совершили беспосадочный перелет по маршруту из Токио в Сан-Франциско. Чтобы скоротать время в пути, я распаковал мою прелесть — портативный комп и собрался было накодить для него змейку, но…

— Сэр, приношу вам самые глубочайшие извинения, но во избежание влияния на навигационные приборы самолета, действует внутреннее правило авиакомпании, ограничивающее использование электроники на борту. От лица Джей-Эй-Эль и всего экипажа прошу простить нас всех за причиненные неудобства, — с поклоном обратилась стюардесса. Вот как тут не выполнишь, когда симпатичная девушка так вежливо просит? Никакого сравнения с решительным требованием убрать смартфоны от сотрудницы отечественного лоукостера, которым я в Турцию летал. Всегда глупой паранойей эти просьбы считал, но… до того, пока не познакомился с «куском дерьма Трэш-80». Сомнительно, чтобы портативный протонетбук фонил бы с той же силой, однако понимаю и подчиняюсь. Тем более, Танака нам в благодарность по кувшинчику сакэ принесла после взлета. Ну или просто потому, что это ее обязанность. Обычное пиво, как показали эксперименты с минибаром в отеле, мой организм принимать не желал, а вот японский рисовый алкоголь отторжения не вызвал. Я еще и на сувениры несколько бутылок сакэ прикупил.

Лишившись компа, были вынуждены кино смотреть. Ну как вынуждены, с удовольствием смотрели — японский фильм «Матроска и пулемет», о миленькой школьнице, унаследовавшей власть над крошечным кланом якудза, мне прямо понравился, несмотря на то, что у азиатской актерской школы есть своя специфика и актеры склонны переигрывать.

— Младшенькая, смотри, эта актриса — вылитая ты, только прическа другая, ты хвостики любишь!

— Чуть-чуть похожа, — вынужденно признала Линда. И на самом деле есть сходство, совсем небольшое, ускользающее. Может быть, у моей красавицы в предках японцы имелись? Или она вообще мистеру Киму не родная? Мало у них внешнего сходства. Подозреваю, что и сама таких подробностей не знает, да мне они и ни к чему.

Второй фильм, который мы посмотрели — тот самый «Темный Кристалл», с игрой по которому Линда помогала Роберте. Не сказать, что прямо восторг, я вообще не фанат ни кукольных мультфильмов, ни пафосного кино о спасении мира, но понравилось. Мрачная, в чем-то постапокалиптическая история о двух похожих на эльфов гельфингах и их путешествии. Авторы явно Толкином вдохновлялись. Возможно, даже Властелин Колец собирались экранизировать, но не получили права и создали свою историю. Сказка, но хорошая и качественно сделанная.

Не каждый способен смотреть в завтрашний день. А вот вернуться во вчерашний вполне возможно для большинства. Мы вылетели из Токио сразу после полуночи 11 мая и вернулись в Сан-Франциско вечером 10-го. Магия часовых поясов!

О том, что дома всё хорошо, мы узнавали. Наплевав на дороговизну международной связи, позвонили к нам в офис и получили обстоятельный доклад от Лизы. Все работают, с Дюке гуляют каждый день, Чак не бухает, «Бесконечность тьмы» мотается по гастролям, уехали в тур по городам и весям среднего Запада, в том числе в Айову, пришедшие за квартал роялти покрыли все наши текущие расходы, подрядчики выкатили план реконструкции особняка, но это уже не по телефону. Вот как-то так.

Забрали Тойоту и домой, домой, пора домой! Как же я соскучился по всем, даже любящим вызывать копов соседям!

Но первым, кто нас встретил, оказался Дюке. Уверен, хитрюга Глория специально вывела его на прогулку с таким расчетом, чтобы подоспеть к нашему возвращению. Радостный питбуль протащил ее за собой, как на буксире, не то увидев нас издалека, не то по запаху определив, что мы возвращаемся.

— Живые, здоровые, отдохнувшие, — констатировала тетя Глаша. — Орале! Как я рада вас обоих видеть! Всего год прошел, как Кристобаль аркадными автоматами заниматься начал, и посмотрите на себя, как выросли. А ты, моя милая, как расцвела! Докладываю — у нас ничего не произошло, кроме того, что Атари прислали список железок, которые готовы продать. И уволили этого пендехо мистера Хелла. С нами мистер Смит переговор вел, он нормальный и адекватный.

Жалко ли мне мужчину, пытавшегося у меня внаглую отжать главный актив? Ни капли.

— Контейнер с вашими покупками прилетел. Кристобаль, там же куча всего, нельзя так легкомысленно с деньгами обращаться! Это сейчас ты внезапно хорошо зарабатываешь. А что, если завтра твою игру начнут покупать хуже? Ты таким темпами обанкротишься! Нужно экономить. Ой… кому я говорю, ты такой же бабосо, как Елена! И Гектор не лучше! Одно слово, ла фамилия! Этот тарадо всю зарплату на детские вещи потратил, сколько за апрель заработал. Эленита мне про то с гордостью говорила. А на что они себе продукты покупать будут?

— Спасибо, Глория, мне в самом деле стоит быть экономнее, — даже не подумал спорить, права тетя Глаша. И то, что я трачусь больше на нужные штуки, полезные для студии, чем на сувениры — так себе оправдание, слабенькое. Ни о чем не жалею!

На работе первым делом раздал подарки и сувениры. Всем уточек! Каждый получил себе эксклюзивного утенка на монитор.

— Это амулет, забирающий негативную энергию и заговоренный на удачу, — с совершенно серьезным видом поведала Линда при вручении подарка. Историю о волшебном артефакте, сделавшем Клементину девушкой года, она только мне рассказывала, чтобы Белла и ее соседка неловко перед посторонними не выглядели. Но все равно все шутку про фирменный талисман поняли. Надеюсь.

— Ребят, знаете, а на самом деле помогает утиный амулет. Я всю неделю над анимацией столкновения шариков бился, а тут поставил перед монитором и получилось, — объявил в конце дня Говард и погладил утю по голове. — Я назову его Фрэнки, и теперь он мой напарник.

Ящик Пандоры открыл! Все утиные имена, появившися в офисе, я не запомнил, только то, что Коннор поименовал свой брелок Арнольдом, а Линда назвала уточку японским именем Юми.

Пара дней ушло на то, чтобы разгрести накопившиеся за время командировки дела. Провести код-ревью со всеми разрабами, где-то дать по рукам за говнокод, где-то, наоборот, похвалить. Лучше всего себя Говард показал. И как программер, и как душа компании.

— Гоуи свой мужик, — одобрительно отозвался Майкл, — представляешь, он, чтобы понять, как чувствует себя уточка в пруду, приходил с желтым надувным кругом, изображающим утенка, и кидался разноцветными резиновыми шариками!

— Вообще зачетно выступил! — подтвердил рыжий Блейз.

— Проверенный метод. Я делал точно так же, чтобы понять Индиану Джонса, и игра получилась отличной, — широко улыбнулся бывший программист Атари.

У сбежавшего от Кена трио тоже все неплохо шло. Машина уже вполне себе ехала прямо, поворачивала и давала задний ход, чувствовалась инерция и движение шло в зависимости от того, как колеса повернуты. Все еще начальный этап, но динамика уже меня радует. Так, глядишь, и до полицейского разворота дело дойдет.

Бренда, закончив с бухгалтерскими обязанностями и заплатив налоги, отправилась в отпуск. Ее Билли позвал в турне вместе с группой съездить. Вернется — и ее ждут интересные расчеты игрового баланса Космических Рейнджеров.

С Монти мы бутылочку сакэ вечером распили, отмечая контракты для его игр. Можно сказать, специально для этого повода я японский алкоголь и купил, раз он мне не противен, в отличии от традиционного западного.

— Приятно вспомнить визит в Японию, — сказал Синклер, — я ездил в Киото два года назад заниматься с тренером по сёги, Сато-сенсеем. Играешь в сёги, Кристобаль?

— Мне не хватает опыта, играл всего пару партий, — признался я, чувствуя, что палюсь, так как каналье из Сан-Вэлли негде и не с кем было в японскую разновидность шахмат играть. Да, в общем-то, и в Питере я попробовал пару партий онлайн и быстро понял, что этой игрой нужно буквально жить и забросил в пользу привычных классических шахмат. Блин, вот что Монти следовало в подарок привезти, а не сакэ и уточку.

— А это для Селесты. Всё, что угодно Макаронному Монстру, — сказал я и начал доставать из своего рюкзака макарошки. Ну то есть сомэн, удон, собу и рамен. Не быстрого приготовления, а в обычных картонных пачках из супермаркета. Я еще во имя транжирства и всякого дошика пару кило накупил, но это всё мелочи.

— Если основу твоего рациона составляет мучное, есть риск набрать вес, — заметил Монтгомери. — Не желаешь присоединиться ко мне в играх в сквош по выходным?

Внезапно… и, скорее всего, имеет смысл, причем дело не в макарошках или сникерсах. Есть целый комплекс причин, главная из которых — малоподвижная работа. Я обожаю сидеть за компом, но потому и скуфицировался в первой жизни.

Сквош — это такая разновидность тенниса со стеной вместо сетки, как учит массовая культура.

— Играем, — принял я.

— Этот вид спорта не зря называют шахматами на корте. В сквоше нужно думать стратегически, в нем есть свои этюды и критически важно удерживать контроль центра. Тебе понравится.

Установил в свой комп новую японскую видюху, заменив комплектную CGA. Кайф! Какой же кайф работать в высоком разрешении! Услада для глаз! Я бы еще и японский пятнадцатидюймовый монитор к ней подключил, но у него свой пятнадцатиконтактный видеовход, несовместимый со стандартом IBM. Увы!

К видеокарте, к счастью, прилагался мануал с картой ее регистров памяти, а мы с Джоном, не будь дураками, постарались разработать Коммандер и Эдитор так, чтобы доработки проходили в щадящем режиме. Бессонная ночь — и я обрел-таки экстаз для глаз! Максимально четкие цветные шрифты высокого разрешения, с которыми текстовый редактор смотрится «невероятно и потрясающе».

— Си-Си, ты создал новый отраслевой стандарт для работы с кодом! Где записываться в очередь на получение такой же платы расширения? Я еще и домой такую хочу, — выразил общее мнение Чак, поглядев, что получилось.

— Лиза, купи плату расширения, такую же, как у меня, всем, кто попросит, — распорядился я. И не транжирство, а разумный вклад в уменьшение налогооблагаемой базы! Каждая крупная покупка забирает немного моих денег из кармана дядюшки Сэма.

Пока я возился с железом и софтом, девушки уже совсем без моего участия, при помощи оказавшего техническую поддержку Чака, записали геймплей купленных мной японских игр. Эми подготовила для них сценарий спецэпизода ЙЕП о поездке в Японию.

Материал я посмотрел вечером субботы после съемок, с видеокассеты. С экрана на меня глядели Трейси и Линда, наряженные в матроски.

— С вами снова Пенни Смит и Эль-Кей, шоу «Твоя электронная игровая площадка». Йеп! — провозгласила Трейси.

— Сегодня мы хотим с вами поговорить о японской игровой индустрии, — сказала Линда. — Как видите по нашим костюмам, погружение максимальное. На нас японская женская школьная форма.

— Мы привезли из Страны Восходящего Солнца не только эти тесные в груди костюмчики, но и их игры, — продолжила блондинка, — и наш Си-Си посоветовал начать с этой Амбиции Но-бу-на-ги! Тут ниндзя, самураи, боевые действия… ну или карта прогноза погоды над Японией. А как тут включить английский? Я же ничего не понимаю.

— Увы, эта игра пока что только на языке создателей, но давайте я вам расскажу, о чем она…

Про всё поведали в итоге. И про аркаду с дверями, и про сокобан, и порт Тетриса с этнической музыкой показали. Благо, наша версия с Коммодор 64 не хуже выглядит. А вот квесты Сьерры придержали, не надо Уильямсов драконить более красивой версией их игр.

Спешил с Коммандером и Эдитором я не зря. Нам через считанные дни потребуется представить свой софт на игровой выставке, а чтобы показать товар лицом, нужно как следует выпятить все преимущества. А потому и обе программы обязаны выглядеть, как лучшие версии себя, то есть работать в высоком разрешении. И по поводу демонстрации я сделал еще один звонок по межгороду, убедившись, что по бостонскому времени сейчас не ночь.

Попал вначале на какого-то стажера, но изложил о своем поводе и меня переключили на директора.

— «Метка Единорога», Крейг, слушаю вас, — прозвучал в трубке бодрый голос, перебиваемый легкими помехами междугородней связи.

— Привет, Крейг, меня зовут Крис, я директор «Каналья Геймс». Вы общались с моим коллегой Джоном Харрисом и выслали ему свою дипломную работу. Джон очень хорошо о вас отзывался.

— О-о-о… — протянул собеседник, — автор Тетриса! Попался, диверсант! Половина моего офиса только и делает, что складывает линии из кубиков. Очень хорошая игра, концепция простая, но не оторваться. Вы же из Калифорнии? Ты не приезжаешь на Национальную Компьютерную Конференцию? Я прилетаю в Эл-Эй накануне. Выпили бы пивка, пообщались нормально.

— По этому поводу я и звоню. Мы разработали тот самый текстовый редактор, ради которого Джон просил исходники. Получилось нечто особенное и теперь нужно решить судьбу проекта. Внутри студии мы продолжим его использовать обязательно, но…

— Но ты хочешь на нем начать зарабатывать и купить у нас лицензию? Не проблема.

— Как раз наоборот, проблема. Но лучше обсудить не по телефону. Начать с демонстрации. Можно на нашем стенде на выставке в Анахайме, а если накануне — то еще лучше.

— Я заинтригован, давайте договоримся. Я обещал жене сводить ее в Диснейленд, но день перед конференцией свободен.

— Как насчет встречи на нашем стенде? Покажем предмет обсуждения лицом.

На том и условились, обменявшись номерами мест, оказались не совсем соседями, но близко. Есть о чем поговорить.

Выходной для подготовки старта нового тома, глава выйдет в ночь с пятницы на субботу

Глава 23

В Анахайм мы отправились своим ходом, на машине и только вдвоем. Без Трейси наш стенд не обойдется, но она воспользуется самолетом. А в Тойоте иначе компьютеры и мониторы нормально не помещались, если не занять территорию заднего сиденья. В идеале бы вообще японский НЕК использовать для демонстрации нашего софта, но быстро и на коленке собрать билды Коммандера с Эдитором еще и под эту платформу у меня не вышло. Наверное, это даже к лучшему. И так есть сомнения по поводу того, все ли хорошо под новую видеоплату удалось в сжатые сроки доработать. Но вроде как за время тестирования критических багов не вылезло.

По пути обсуждали прошедшую поездку, недавний выпуск ЙЕП, планы на будущее и ремонт в проклятом старом доме.

— Изучил уже предложение от подрядчика? — спросила девушка с пассажирского места. — Мне понравилось!

— Просмотрел по диагонали, так как не успевал изучить во всех деталях. Но цифра в графе «Итого» меня чуть в экстаз не привела, — признался ей. — Всего десять тысяч при том, что я морально к сумме больше ста готовился. Идея разобрать стены вокруг окон второго этажа и извлечь статуи при помощи крана — здравая. И отдельное кирпичное здание для мейнфрейма на участке — тоже разумная идея.

— А от Древних избавляться не жалко?

— Оставим Ктулху в холле, он самый колоритный, остальных найдем, куда вывезти. Можно было бы просто в саду, но жалко, если проржавеют, все-таки искусство, хотя хорошая краска защитит. Какому-нибудь музею бы их подарить… или университету. Заодно на затраты списать, как благотворительность.

— Я сделала зарисовки с ними, хочу попробовать придумать текстовый хоррор-квест.

И остаток пути мы совместными усилиями придумывали «Зов Древних», игру в духе «40 тысяч способов», но более камерную, умещающуюся в один-единственный викторианский особняк, оккупированный лавкрафтианским ужасом. Я в достаточно большое число похожих игр поиграл, чтобы выступать генератором идей, но основную часть истории притом позволить сделать своему прекрасному соавтору.

В процессе стало ясно, что концепции не хватает экшена и от обычного текстового квеста мы пришли к чему-то, напоминающему радикально графически упрощенную версию «Обители зла», скрещенную с «Замком Вольфенштейн» на Эппл 2. То есть пиксельный персонаж перемещается по комнатам наполненного древним ужасом особняка, пытаясь разобраться, что там вообще произошло и как выбраться наружу. Я в такие проекты играл и нарочито упрощенная графика делала их только страшнее, как по мне, так как вовсю включалось воображение. «FAITH» — квест про священника и монстров, как яркий пример. Линда целый блокнот идеями исписала и сделала несколько воистину жутких зарисовок.

— Отдам Говарда в твоё полное распоряжение, когда он закончит с Патито, — предложил я, — его «Индиана Джонс» как раз схож геймплейно.

— Думаешь, я справлюсь? — засомневалась в себе девушка.

— Одна — нет. Сомневаюсь, что есть хотя бы один гений, способный потянуть такой проект в одиночку. Но разработка игр — командный вид спорта. С помощью Говарда, Эми и меня ты еще составишь Роберте конкуренцию за приз лучшему геймдизайнеру года. Такой уже есть? Если нет, то стоило бы учредить. Прошу на мостик, капитан Ким, ваш экипаж окажет всю необходимую поддержку.

Въехали в Лос-Анджелес и пошла жара. В самом прямом смысле. Градусов тридцать с лишним. Пришлось экстренно включить кондиционер. Я сразу в Пасадену поехал. План таков: оставить ценные компы дома у Джона под присмотром Линды и Машеньки, а самим отправиться на встречу с Крейгом и просмотр выделенного нам стенда. Место нам предоставили «эксклюзивное» — пятачок в сто квадратных футов на парковке у Диснейленда, и то за две тысячи баксов. То есть чуть меньше десяти квадратных метров. Оплата за единицу площади! Теперь понятно, почему Майкрософт и Сьерра на осеннем Комдексе ютились на крошечных стендах.

За места в главном здании и вообще в здании, а не палатке на парковке, шла конкуренция больших серьезных дядей, таких, как IBM и Коммодор. А всяким мелким канальям и под парусиновым тентом ютиться сойдет.

— Ола, Кристобаль, буенос диас! Джонни, твой компадре приехал! — поздоровалась Машенька, открыв мне дверь квартиры Харриса. За время, что мы с ней не виделись, девчонка прямо расцвела. И чичис, и помпис, и восемнадцать ей уже почти. Рад за приятеля. Не каждому гику такую чикиту себе урвать получается. А она еще и разбираться во всех наших темах потихоньку пытается, причем искренне.

— Привет, — поздоровался и я, слегка запыхавшись при подъеме по лестнице. Лифт-то все еще не работает. Инициатива Монти со сквошем точно не лишняя, теряю форму.

— Мы уже готовы. Поможешь компьютер спустить? — спросил товарищ.

Помог, спустили, поехали дальше. Нашей временной базой, где поселимся все вместе, стал мотель Альпайн, буквально в нескольких минутах езды от Диснейленда и прилегающего к нему выставочного центра Анахайма.

— А я в муниципальный Колледж в Беркли документы подала и меня возьмут, — похвалилась Мария-не-Валентина во время спуска, пока я, упираясь, тащил тяжеленный монитор, — и Джонни заявление на перевод в него же написал. Вот его-то точно примут. Круз мне сказал «наконец-то ты с моей шеи слезешь», но на самом деле он за меня переживает. А как там у Елены дела?

Напрашивался ответ «Пока не родила», на английском он не звучал бы как-то грубо или хотя бы в рифму к вопросу, но ограничился все-таки обычным вежливым «всё хорошо».

И казалось бы — одна агломерация, но ехать до отеля пришлось минут сорок. Поделились «мальчики направо, девочки налево». То есть Машенька села в Селику к Линде, а я Джону составил компанию в его Тойоте Пикап — точь-в-точь, как у Марти Макфлая, машина.

Не так тут и далеко этот Анахайм, все одна агломерация. По дороге болтали о грядущем мероприятии.

— Крис… может не станем так сразу шокировать всех открытыми исходными кодами, — предложил Джон, — это странно.

— Дональд Кнут написал безупречный модуль для работы с текстом, шрифтами и типографией. Я уверен, он останется в ходу в научной среде еще много десятилетий. И мистер Кнут отдает его бесплатно любому, кто попросит.

— Ты сравниваешь нас с обладателем премии Тьюринга… постой… постой. Ты тоже хочешь ее получить?

— Там наверняка какие-нибудь критерии по наличию ученой степени. Я не подхожу. А вот ты, не удивлюсь, если потянешь.

— Ха-ха… стой, ты что серьезно?

— Если пойдешь по академическому пути. Джон, ты умнее меня.

На самом деле ведь хорошо мозги у парня работают, ему только мотивации и не хватает. Но это мы с Марией ему обеспечим.

— Я? Я тебе в шахматы три раза из трех проигрываю.

— А я и предрекаю тебе премию Тьюринга, а не шахматную корону. У меня есть… нет, не готовые концепции — понимание, в какую сторону нужно двигаться по нескольким проблемам. Например по сжатию картинок и архивации текста. Мне в будущем потребуется впихивать больше информации на картридж. По базам данных, поведенческим алгоритмам ботов. Много всего, за что премия светит.

— Крис, я не религиозен, но ты сам дьявол, умеешь искушать. Я согласен, ставь задачи, займусь их решением.

Остаток пути мы болтали о Японии. Я подарил Джону уточку-брелок и рассказывал обо всём, с чем в стране восходящего солнца довелось столкнуться. Главным образом про невероятный и потрясающий видеочип, вполне достойный громких эпитетов в духе Рокки. Ох, ну и сделаем же мы выручку тем производителям платы расширений.

Разгрузили все компьютеры, кроме одного демонстрационного, в номер мотеля. Не уверен насчет того, насколько тут «не воруют», но место показалось намного приличнее того же Старлайта, а без присмотра мы комнаты оставлять не собирались. Еще и Трейси вот-вот прилетит и заселится.

— Это что за миерда? — спросил я вслух, когда мы с товарищем прошли аккредитацию и дошли до шатра, развернутого поверх автостоянки. Я, грешным делом, когда Лиза при заказе мест сказала про палатки, представил точно такую же конструкцию, как на ЮЭс фесте. А тут не катастрофа, но хуже по всем показателям. Ох Воз, святой ты человек, твои кондиционируемые «ангары» с фестиваля восхитительны, тут же… придется потерпеть. Тесно и жарко. Как бы компы на стенде не перегрелись.

— Стенд 2142. Удачно, угловой, проходимость хорошая, — уже взглядом опытного фестивальщика подметил я.

— Как раз на таком у меня дискеты и увели, — насупился Джон.

— Ребят, а вы что, тоже программисты? Такие молодые… — удивилась коротко стриженная тетенька лет тридцати с соседнего стенда, где она прикидывала, как разместить красиво нарисованную табличку «Кибер Системс». Неужели и правда аугментациями и имплантами занимаются? Может быть, роботизированными протезами.

— Ага, «Каналья Софтвер», разрабатываем программы для компьютеров IBM, — с самым серьезным видом сказал ей я. Игр на нашем стенде, по крайней мере, в первый день, не предвидится. — Я Крис Коламбус, это Джон Харрис.

Бренд выдумали новый, дочку «Каналья Геймс». Был вариант использовать фирму, оформленную в Неваде, но консультант посоветовал оставить ей только международные контракты.

— Привет, — смущенно поздоровался Джон.

— Я Гейл Фаундер, «Кибер Системс». У нас софт для расчета заработной платы онлайн.

— Через BBS?

— Что? Нет! Причем тут телефонные доски объявлений? Наша программа работает на мейнфрейме от IBM. Общая база данных по всем сотрудникам. Вносите в течение недели их табели и получаете готовую ведомость по всем.

Ничего не понял — ни причем тут онлайн, ни чем это отличается от того, что делает Бренда, когда считает всем зарплату в Экселе… ну, то есть в Визи Кальк.

Подключили один из компов на стенде — мой, с японской видеокартой и винчестером. Пока я возился с железом, Джон отправился найти, где тут сто восемнадцатый стенд и вернулся с двумя парнями лет около двадцати пяти.

— Знакомьтесь Крис Коламбус, мой друг, автор наших идей, — представил Харрис.

— Ого, никогда бы не подумал, что ты мексиканец, выговор совсем не характерный. Извини, не хотел обидеть. Я Крейг Финсет, — протянул руку один из них.

— Джейсон, — представился второй и тоже не погнушался с безродным латиносом поручкаться. Я, правда, уже не тот, что год назад. Вытянулся, уже не такой тощий, выражение лица уверенное. Одеваться начал преимущественно в приличное, а не то, что в шкафу нашел. Не тяну на семнадцатилетнего.

— Давайте сразу начну с демонстрации того, во что мы превратили ваш редактор, — предложил я. — В основе ваш MINCE, но мы здорово перелопатили купленные у вас исходники. У вас был отличный универсальный редактор, мы же сразу делали упор на инструмент для программистов…

Ctrl-O, открылся древовидный диалог выбора файла, я нашел в нем эталонный пример — змейку на бейсике и выбрал нажатием Энтера. Код отобразился на дисплее во всем своем великолепии.

— Как вы этого добились⁈ Я про цветной текст высокой четкости.

— Японский видеочип NEC 7220, привез, как сувенир, но в нашей студии уже все себе такой попросили. Но обратите внимание на логику подсветки…

И я показал им всё. Выделение текста и хоткеи по копированию, вырезанию, вставке. Отмену действия через Ctrl-Z и отмену отмены по Ctrl-Y. Поиск и замену по файлу и по проекту. Как примитивный, так и на основе регулярок.

Как ключевое слово меняет цвет подсветки, стоит мне удалить в нем одну букву, а линтер делает фон строки красным, намекая на то, что что-то здесь не то. На запуск выполнения по F5 и компиляцию через Ctrl-F5, интеграцию с отладчиком и просмотр значений переменных, установку закладок в коде, навигацию по файлам проекта и быстрое переключение между ними на вкладках, как в браузере. Кастомизацию и систему плагинов, позволяющую расширять набор поддерживаемых языков. Киллер-фичи, как начнут говорить в будущем. Местами комп вел себя неторопливо, но мы с Джоном хорошо поработали и микролаги не особенно бесили.

Со стороны стенда «Кибер системс» что-то бухнуло. Видимо, это звук челюсти, отпавшей у «тети Гали», то есть Гейл.

— Крейг… я хочу работать с этим инструментом, — осипшим голосом произнес Джейсон, — даже если придется потратиться на японский видеочип.

— Запишись в очередь за мной, Джей, — усмехнулся Крейг и искренне похлопал в ладоши. — Парни, вы всего за полгода это чудо совершили? На базе нашего MINCE? Вы большие молодцы. Я покупаю у вас лицензию… оу… вы же купили пакет «Аметист», не так ли. С правом модификации кода, но не последующей продажи.

— Это та самая проблема, про которую я говорил по телефону. И я хотел бы обсудить ее приватно, — программистка зарплатных баз данных с соседнего стенда вся в слух обратилась. Увы, не позволим ей посплетничать.

Наверное, где-то в головах обоих разрабов в их собственные денежные бассейны хлынула воображаемая наличность.

— Тут вся соседняя улица в ресторанчиках, — предложил Крейг, — мы собирались пива выпить, пока наши жены по диснейленду гуляют. Но, наверное, не стоит.

Нашли на первый взгляд заслуживающий доверия ресторан и продолжили переговоры уже в нем.

— Итак, лицензирование, — начал обсуждение Джейсон. — Не вижу в нём проблемы. По ВордСтар, у нас договор о роялти в 30% за использование нашего исходного кода, — предложил Джейсон, — у вас есть прорывные новаторские идеи, предлагаю уменьшить до 25%. Продажи у вас пойдут отличные, ребят, вы станете богатыми людьми. Хотя… вы же играми занимаетесь, Тетрис разработали, то есть уже не бедствуете.

— Пожалуйста, ознакомьтесь. Это лицензия «Каналья», она же Си-Пи-Эль, — протянул я парням распечатку составленного Лео документа. — Но сразу предупреждаю — речь не идет о том, чтобы открывать ваши исходники без вашего разрешения и как-то ущемлять вас финансово.

— Какое меткое название, — раздраженно фыркнул Крейг, — вы убьёте рынок текстовых редакторов. Никто! Абсолютно никто не пожелает покупать платные продукты, имея бесплатный на голову выше.

— Си-Си называет это агрессивным захватом рынка, — смущенно сказал Джон.

— Вы что, коммунисты? — воскликнул Джейсон. — Или из секты доктора Столлмана⁈

— Я с большим уважением отношусь к Ричарду Столлману, хотя лично с ним не знаком, — как можно спокойнее сказал я. — Нас с вами забудут, а его нет. Как вам такое решение — мы лицензируем редактор по вашей обычной схеме, но с 50% роялти вместо 25%. Однако через некоторое время, допустим, один год, мы также выпустим его под лицензией «Каналья». Сроки и проценты обсуждаемые. Моя цель — не убить текстовые редакторы, а дать им толчок в развитии. Сотни программистов-энтузиастов по всему миру начнут дорабатывать наше решение и делиться наработками. И обратите внимание — лицензия не запрещает продавать, только скрывать исходники.

— Как насчет 70% роялти? Мы можем просто запретить вам выпускать продукт и реализовать за полгода все те же идеи самостоятельно и начать получать 100%, — аккуратно попробовал нас прогнуть Джейсон.

— Жадность — это плохо, — напомнил ему я. — Нам тоже ничего не мешает переписать вашу часть кода и сделать её бесплатной. Мы с самого начала собирались написать редактор сами, но представилась возможность срезать угол.

— Вы просто убиваете наш бизнес… — раздраженно всплеснул руками Крейг.

— Мы даем вам сверхприбыли на некоторый срок, за который вы сможете создать другой продукт. Давайте начистоту — через пару лет или даже раньше MINCE прекратит приносить вам достаточно много, рынок насытится, появятся новые коммерческие редакторы от больших игроков. Вам неминуемо придется искать другую нишу. Вы талантливые программисты и найдете ее, но сами понимаете, что упретесь в потолок.

Сказал это на послезнании о том, что Единороги займутся звуком.

— Три года! Один год — это катастрофически мало, — выпалил Джейсон.

— Давайте найдем компромисс. Два года, — с неожиданной твердостью предложил Джон.

— Нам надо подумать, мы не одни в команде, — без уверенности бросил Джейсон.

— Без проблем. Времени до конца выставки вам хватит? — спросил у них. — Если скажете, мы отложим демонстрацию редактора и представим только другой софт, полностью наш.

— Да, — робко и почти синхронно согласились оба.

— Не надо откладывать, — разрешил Крейг. — Но почему нельзя просто продавать хороший продукт?

Вот что я за каналья такой? Испортил ребятам настроение. Но с другой стороны, я и правда принесу им известность и кучу денег с роялти.

— Потому что на бесплатной версии мы заработаем больше. И мы и вы, вот увидите. Мы с юристами предусмотрели данный момент. Не нужно считать меня безумным коммунистом. Это тоже бизнес, но с другой моделью монетизации. Давайте пока подпишем ваше разрешение на демонстрацию нашего редактора.

Глава 24

Итак, 16 мая 1983 года началась национальная компьютерная конференция и мы заняли места на стенде. Мы — это я, Джон, Линда и Мария. А прилетевшая Трейси вернулась к полюбившейся ей роли стендовой модели.

Для демонстрации выбрали всего два продукта — Коммандер и Эдитор. Если бы бостонцы не пошли на контакт, пришлось бы ограничиться одним лишь файловым менеджером, но бумаги, разрешающие демонстрацию продукта, основанного на их исходном коде, они подписали. Неоднозначная, блин, ситуация. Я совсем не хочу оказаться канальей, разрушившим их бизнес.

— Фух… ребятки, тут такая духота! Может, мне стоило купальник надеть? — сразу спросила Пенни Смит, оценивая атмосферу в шатре. Кондиционеры не то, чтобы не справлялись — такое впечатление, что их вообще не включили. Как бы кто тепловой удар не словил.

Вопрос риторический. Шорты и топик у девушки настолько мини, что не так от бикини и отличаются.

— Орале! И я бы от купальника не отказалась, но как-то неприлично, — вздохнула Мария.

Грустный взгляд Линды выражал солидарность с подругой. Вывезу их на пляж по окончании выставки. В Малибу!

— Ого! Вот это удачное место нам досталось! — подал голос краснолицый мужчина лет пятидесяти со стенда напротив. — Вы же мисс Сентябрь? Можно мне автограф? Меня зовут Морис.

До открытия мы познакомились со всеми соседями. Краснолицый Морис предлагал решение для переноса данных с ПК на мейнфреймы, еще одни ребята предлагали СУБД для PDP-11 и VAX, далее находилась компания продающая платные компьютерные курсы для начинающих, и снова команда, привязанная к мейнфреймам — они пилили софт для «построения контурных поверхностей». И базы данных и графика — это прямо моё, потенциально полезные направления. Но ориентация на дорогие компы для элитариев перспективы сотрудничества здорово сокращала.

— Вау! Вот это четкость картинки!

— Это что, цветной текст? Я не слепой, это точно не стандартный видеочип CGA!

— Как вы добились такого на слабых персональных компьютерах? Для парсинга текстового файла без задержек нужно больше ресурсов, чем есть у типичного IBM!

— Какие языки в списке возможных? Мне нужен КОБОЛ!

— Ассемблер для Z80! Скажите, что редактор его поддерживает!

— Это что, программа для отображения списка файлов? Что за ерунда, такое никому не нужно!

— Когда вы начнете продажи?

— Парни! Да это какая-то черная магия! Вы представьте, насколько быстрее мы будем находить ошибки до компиляции!

— Где мне купить такой же видеочип⁈ Я беру сразу пять!

«Вы продаете редактор? Нет, только показываем. Красивое!»

Демонстрация соседям получилась не просто позитивной, а создала эффект разорвавшейся бомбы. Еще до официального открытия вокруг нас собралась большая толпа из других участников, товарищей по несчастью, получивших места в палатке на парковке. И дискеты с файловым менеджером сразу начали копировать всем желающим, а также свои раздавать. Несколько сотен их заготовили.

Отвечая на бесконечные вопросы, я приметил Крейга и Джейсона, наблюдавших со стороны за ажиотажем. Крейг как почувствовал взгляд — рукой мне помахал и большой палец нам показал. Ну хоть не средний. Может быть, я бабосо и левас, но не хочу себе репутации мерзавца, агрессивно отжимающего чужой код.

Наконец-то двери павильонов открыли и посетители, идущие на яркую внешность и откровенный наряд Трейси, как на маяк, хлынули к нашему стенду широким потоком. А достаточное ли количество дискет с Коммандером мы заготовили?

Ажиотаж вокруг нас постепенно нарастал и обладатели соседних стендов не знали, горевать им или радоваться. С одной стороны, интерес явно направлен мимо их баз данных и обучающих курсов, с другой — высокий трафик посетителей и другим участникам на пользу шел.

Дискеты, дискеты, дискеты… ненавижу дискеты! Все ресурсы привлекли к раздаче носителей с Коммандером всем желающим. Уже и Трейси подключилась, раздавая конвертики, а Мария научилась копировать через волшебную кнопку F5, что заодно служило и демонстрацией того, насколько прост в использовании интерфейс. Уж если симпатичная молодая латина, явно не отягощенная университетским образованием, хорошо справляется, то и остальные пользователи потянут. Так ведь?

— Ральф Хиллер, журнал «Компьют!» Мы хотим договориться об интервью с разработчиками! — пробрался сквозь толпу широкоплечий крепыш, явно не вылезающий из тренажерки. Никогда бы не подумал о нем, как о журналисте, если бы не бейдж аккредитованного представителя прессы.

— У нас сейчас ажиотаж. Вечером после окончания работы выставки вас устроит?

— В соседнем отеле Мариотт в восемь часов подойдет? Я забронирую столик.

— Да, мы с коллегой придем.

Бегать от прессы в любом случае нет смысла.

К Джону подошел мужчина лет сорока интеллигентного вида в розовой рубашке и они уже довольно долго общались, причем увлеченно. Это начало затор среди желающих создавать. Нам следовало презентацию на листочках распечатать и раздавать их. Хорошая мысля приходит опосля.

— Здравствуйте, меня зовут Питер, я ваш коллега-разработчик, — тот же мужичок в розовом перешел ко мне. Бейдж участника на шее говорил, что не обманывает.

— Привет, я Крис. Извините, к долгим беседам не способствует обстановка. Ажиотаж чуточку выше ожидаемого.

— Да, я заметил. Смелый шаг — пригласить девушку из Плейбой, но и брендинг у вас удачный. Коммандер — великолепное название для файлового менеджера. Возможно, мы могли бы пообщаться с вами в свободной обстановке? Я веду колонку в «ПиСи Мэгэзин» и упомянул бы ваши разработки в числе ярких открытий конференции. Не читали мою статью об организации хранения данных на новом IBM с жестким диском?

— Увы, именно этот журнал я не покупаю. Повод исправить свои привычки. Сегодня вечером в восемь у меня уже назначено интервью с репортером из «Компьют!» в Мариотт, предлагаю пообщаться после него. В девять вечера вас устроит?

— Хорошо, договорились, на всякий случай — вот моя визитная карточка.

Взглянул на визитку я только через пару минут, отбившись от очередного желающего демонстрации. Орале! «Питер Нортон, разработчик „Утилит Нортона“».

Да что я за пендехо⁈ Не узнал легенду! Наверное, это клиническое. Кого следующим проморгаю? Билла Гейтса уже видел. Может быть, Джона Кармака или Джона Ромеро? Или Стива Балмера? Совестно ли мне за то, что лишил Нортона его главного актива? Есть такое ощущение, но не очень сильное. Он бизнесмен хваткий, найдет себе другую утилиту, чтобы пробиться, тем более что свой файловый менеджер он не сам написал, только продавал. Или пусть берет и развивает Каналья Коммандер, исходники-то открытые.

Это получился долгий, полный суматохи день. Язык у меня устал и еле шевелился. Жара, духота, «фи, опять этот неприятный запах пота». И ладно бы только от меня — все им обливались. Интересно, откуда в Трейси столько энергии улыбаться посетителям целый день, завлекая народ, раздавая дискеты и подписывая автографы.

Поздним вечером, не принесшим особого облегчения, когда все посетители уже разошлись, к нам в шатер ворвался огромный толстый кучерявый белый мужик. Яркая гавайка, копна непослушных кудряшек, крупные черты лица, большие квадратные очки. Надеюсь, это не Стив Балмер так выглядел в 1983-м! Когда был Балмер маленький, с кудрявой головой…

К счастью, нет. Не Стив! Оказавшись напротив нас, он тут же начал тараторить с сильным французским акцентом. Как у риелтора Этьена, но гораздо сильнее, хотя смысл всего сказанного понятен прекрасно.

— Нет-нет-нет! Постойте, мон дьё! Не убирайте компьютер, я летел сюда из дальних закоулков главного здания, чтобы увидеть ваш прекрасный текстовый редактор, творящий волшебство с синтаксисом Паскаля! Вы лишите меня сна на грядущую ночь, если не покажете прямо сейчас! Рассказы о его красоте будоражат меня даже сильнее, чем новость о том, что где-то тут моя любимая модель Плейбой прошлого года.

— Простите, мы очень устали и даже не обедали, — извинилась Линда.

— О, бедная ма шери! Выставки и в самом деле лишают сил.

— Приветики! Я тут! — окликнула толстяка из-за спины Трейси, неведомым образом сохранившая энергию и силы к концу дня.

— О боже! Теперь я готов умереть счастливым! Приглашаю вас всех со мной поужинать. Вас всех, а не только Мисс Сентябрь! Заодно обсудить наше с вами будущее плодотворное сотрудничество. О мон дьё! Что же вы не указали мне на ошибку? Мне стоило назваться! Меня зовут Филипп Канн!

Никаких ассоциаций! Вот знал бы я, где и когда окажусь, заранее бы портреты всех ключевых игроков просмотрел и памятные даты выучил. Но никаких толстых французов точно не помню. Хотя дядька забавный. Все толстые, как известно, добрые.

— Филипп, мы и правда устали, да еще и планы на ужин уже сформированы… — сказал я, но толстяк смотрел настолько грустным взглядом, что я вернул на место кабель питания и щелкнул кнопкой включения системника.

— Джон, проведешь демонстрацию кратко? Я пока соберу остальные компьютеры.

Следующие несколько минут мы периодически слышали восторженные возгласы нового знакомого. Они с Рокки определенно поладили бы.

— О визуальное пиршество для глаз! Я как будто оказался в лучшем ресторане Лос-Анджелеса, но подают в нём компьютерные программы, а не пошлую пищу для желудка…

На этих словах животы забурчали у меня, Линды, Марии и Джона. Днем мы перекусывали на ходу сникерсом, но этого оказалось мало.

— Месье Джон, а запустите компиляцию этого модуля…. уиии… одной кнопкой. Настолько удобно, что я рыдаю в экстазе. Но вы ведь заметили, что ваша программа работает намного быстрее подключенного к ней компилятора Паскаля? Он, ля мерда, медленный, как улитка! Но у нас есть вот это!

Филипп достал из широких штанин дискету.

— Тут разработка моей компании, купленная у одного головастого датчанина! Компилятор быстрый, словно пуля! Фьють! И готово, сборка завершилась! Все за счет работы целиком в оперативной памяти. Вы были на гонках Формулы Один? Обязательно сходите. Когда болид проносится мимо вас на полной скорости — особенное ощущение! Понимаете, ма шер? Не просто быстрый — турбина!

— Турбо Паскаль? — голос у меня едва не дрогнул. Карамба! ТУРБО ПАСКАЛЬ! Тот самый, во всех смыслах легендарный! Не знал, что его продвигал забавный толстый француз, но лишний вес — не порок, как и происхождение, и любовь к ярким рубашкам.

— О, мон ами! У тебя талант придумывать названия! Я никак не мог сообразить, почему «каналья», но вижу, вы те еще молодые шалуны!

— Мистер Канн, я Крис Коламбус, мне очень приятно с вами познакомиться. Как называется ваша компания?

— Борланд! Борланд, мон вьё! Только не спрашивайте, что это означает, я сам того не знаю! Очень интересная, но длинная история! Обязательно вам ее расскажу!

— Мистер Канн, быстрые компиляторы — это то, чего не хватает индустрии. Я готов обсудить сотрудничество и мне импонирует ваша манера общения. Напоминаете ей одного моего хорошего друга. Я готов переговорить с вами завтра, послезавтра или сразу после конференции. Но сейчас меня ждет еще одна встреча, а мы с друзьями на самом деле голодные.

Особенно Линда уставшей выглядела, буквально на ходу засыпала, бедняжка.

— Понял-понял! Я приду завтра, послезавтра и столько раз, сколько нужно. Наши продукты созданы друг для друга, как Шато д’Икем и рокфор!

— Крис, кто это вообще был? — спросил Джон Харрис.

— Наш будущий деловой партнер, мы с ним захватим мир… мир инструментов разработки.

— Он… француз? Я верно поняла? — устало спросила Линда.

— Наверное, — пожал я плечами, — поехали покушаем в Мариотт, часть командировочных расходов нам возмещает налоговая служба в виде вычета из налогооблагаемой базы.

Собрали системники со стенда к нам в машину. Мониторы коллегиальным мнением решили за собой не таскать. Может быть, кто-то и решит на них покуситься, но тогда это будет крах и позор для всей конференции.

Шикарная гостиница, куда пригласил нас поужинать мистер Хиллер, располагалась буквально за углом от выставочного центра. Громадная двенадцатиэтажка, рассчитанная на несколько тысяч гостей. И мест нет. Во всяком случае, теть Лиза нам забронировать не смогла, пришлось мотелем ограничиться.

Нашли мы журналиста в cтейкхаусе на первом этаже. Отличное место, где я поставил себе амбициозную цель — так обожраться мясом, чтобы в следующие сутки полностью позабыть о чувстве голода. Имени репортера хватило, чтобы нас провели к заказанному столику, недостаточно большому для всех собравшихся.

— Мы сядем за соседний и не будем мешать вашим мужским разговорам, — распорядилась Трейси и, видимо, голод терзал всех девушек в достаточной степени, чтобы все согласились.

— Позвольте, я начну с главного, ребята. Вы создали действительно выдающийся софт. Половина выставки говорит не про новый мейнфрейм от IBM и даже не экспансию японских компаний, а про программы двух парней с парковки. И про Мисс Сентябрь, привлекающую людей на ваш стенд, однако… я нигде не видел стоимости ваших программ. Вы раздавали дискеты и записывали копию Каналья Коммандера всем желающим. И, кстати, почему Каналья? Я в школе изучал испанский и знаю значение.

— На испанском это слово означает «Мерзавец». И для представителей крупного бизнеса наша лицензия «Каналья» делает нас именно такими, мерзавцами.

— Возьмите, — Джон протянул распечатку, — это описание нашей лицензии. Только не надо называть нас коммунистами. Мы собираемся зарабатывать на своей программе, оставляя ее бесплатной и с открытым исходным кодом.

— Как⁈ — удивленно воскликнул репортер. — И зачем?

— Разрешите, начну со второго вопроса, — взял слово я. У меня лучше, чем у товарища, получается говорить. — Я из очень небогатой семьи, считал каждый цент и свой первый компьютер нашел на свалке электроники. Смог бы я позволить купить софт легально? Нет. И многие другие мальчишки по всему миру тоже не смогут. А есть еще и страны, где легальная дистрибьюция невозможна. Я не хочу, чтобы пиратскую копию нашей программы использовали по всему восточному блоку, например. Уверен, простые честные люди из этих стран были бы рады ее купить, но политики лишают их такой возможности. А ведь это потенциально огромный рынок. Пусть лучше пользуются бесплатно, чем воруют, а когда политическая обстановка поменяется — у нас уже будет лояльная аудитория. Далее… есть множество платформ, которые мы не охватили. Японские компьютеры, британские ZX Spectrum и BBC Micro, компьютеры Тексас Инструментс, новые разработки, о которых мы пока не знаем. Адаптировать программу под них всех — ресурсозатратно. Но уверен, что многие энтузиасты с радостью сделают это сами, и мы получим новых пользователей.

— Которые не заплатят вам ни цента, — возразил Хиллер.

— Многим писателям важнее, чтобы их книгу читали, чем заработок на ней. Точно также и у нас, программистов. Понимание того, что миллионы людей по всему миру используют нашу разработку и знают наше имена — само по себе бесценно. И добрая репутация — это тоже ресурс, пока многими недооцененный. В противовес всеобщей корпоративной жадности мы собираемся оставаться «корпорацией добра», простите за смешной термин.

— И все же, как вы планируете монетизировать лояльность пользователей? Ожидаете, что кто-то сам пришлет вам чек с благодарностью?

— Уверен, такие чеки к нам по почте еще придут. Но главный трюк в том, что с открытым исходным кодом программа полностью бесплатна, а с закрытым — стоит денег. Мы с нашим юристом Лео придумали название «двойное лицензирование». Если Майкрософт, IBM или другие крупные игроки пожелают включить Каналья Коммандер в состав своих операционных систем — а они, я уверен, захотят — для них обязанность не раскрывать исходный код продукта станет платной. Для них мы в некотором роде превратимся в мерзавцев.

— Очень амбициозно. Признаюсь, я взял дискету на вашем стенде и устроил небольшое испытание. Продуманность интерфейса поражает. Вы сами всё придумали? Вдвоем?

— Часть идей предложил и реализовал мой друг Рокки Кларк, инженер и студент Беркли. Он создавал версию Каналья Коммандера для Эппл 2. На стенде мы ее не показывали только из-за дефицита места, но дискеты раздавали.

— Тот самый…

— Да, он. Вижу, вам знакомо имя. Давайте сохраним инкогнито хорошего человека.

Глава 25

Питер Нортон — приятный дядька. С ним мы повстречались после интервью в еще одном ресторане, являющемся частью отеля Мариотт. Снова я и Джон — уставших за долгий день девушек мы отпустили в мотель. И общение прямо хорошо пошло. Мы рассказали о своих разработках, причем интересовался собеседник техническими деталями. Сразу видно сильного программиста. Вот совестно немного у него хлеб отбирать, ничего не могу с собой поделать. Но есть же варианты работы ко взаимной выгоде. Что мега-приятно — никакого пренебрежения нашим юным возрастом. На равных с нами сорокалетний мужчина общался.

— То есть я могу взять ваши исходные коды, переименовать программу, допустим, в «Нортон Коммандер», добавить вызовы моих утилит по работе с файловой системой и продавать получившийся продукт, не открывая своих программ? Я верно понял?

— И не удаляя нашего копирайта из исходников и информации о программе. Но да, в целом верно. В нашей лицензии Си-Пи-Эль четко прописано, что пока программы общаются через командную строку — они не являются одним приложением. И платные плагины для Каналья Коммандер создавать тоже разрешено без ограничений, в документации описан процесс их разработки. А «Нортон Коммандер» — отличное название, продающее.

— Не понимаю, за счет чего вы сами в данном случае собираетесь зарабатывать. Простите, ребята, но в альтруизм я не очень верю.

— Можно, я расскажу? — вызвался Джон и последовал еще один пересказ идеи с двойным лицензированием.

— Вы собираетесь сместить Бейсик с места главной управляющей программы в каждом компьютере. Теперь понимаю, — уважительно покивал Нортон. — Амбициозно, так я и напишу в своей колонке, если нет возражений.

Не могу без этого слова в лексиконе — легендарный разработчик явно прикидывал, как на нас заработать, да я и не против. Неплохой, вроде как, человек. Обошелся без обвинений в коммунизме и том, что мы рушим чужой бизнес. И в числе первых нас отыскал, что недюжинную деловую хватку выдает. Может, мне его вообще нанять? Ммм… не пойдет под руку к малолетнему каналье. Но сотрудничать можно.

— Питер, вы ведь еще и книги пишете? Я правильно запомнил? — уточнил у собеседника. — Предлагаю вам написать руководство пользователя к Каналья Коммандеру и Каналья Эдитору. Заодно напишете о том, как использовать ваши утилиты в виде плагинов.

— Да, пишу, и они отлично продаются. Я принимаю предложение. Предлагаю обменяться контактами и консультироваться по ходу работы над текстом и юридическими моментами.

Повторюсь, приятный деловой человек, открытый к сотрудничеству.

А пока ночь звала меня. Каждого из нас, так как день получился невероятно изматывающим, а завтра и послезавтра нам потребуется повторить то же самое.

Утро второго дня началось с довольно-таки внезапной встречи. Я ожидал топ-менеджеров Майкросфт, IBM и всяких Компаков с Хьюлетт-Паккардами, которым выгодно продавать ПК вместе с удобным софтом, а явилась она — платиновая блондинка с неприятным выражением красивого лица. Фрау Ингрид фон Штейн шествовала с видом арийской королевы, морща тонкий носик от духоты. А прямиком за ней шли семеро девочек лет четырнадцати-пятнадцати, одетых в форменные строгие юбки и золотистые блузки, делающие их похожими на цыпляток, следующих за наседкой.

— Как видите, девочки, в информатике хватает места для женщин и кроме коммодора Грейс Хоппер, которой сегодня вручат награду за вклад в науку, — вещала Ингрид для своих учениц. — Мэм, расскажите пожалуйста, какую программу вы представляете и в чем ее преимущества, — обратилась она к «теть Гале», говоря о ее софте для расчета зарплаты на мейнфрейме.

Голос настолько ледяной, что сгодился бы для охлаждения перегретого шатра.

— Курва, — процедила себе под нос Линда, говоря о немке. Подозреваю, ее главная претензия к Ингрид сокрыта в глупой сплетне, распространяемой Рамоном. Хотя… училка еще и на суде по эмансипации против меня выступала.

— Мисс фон Штейн, а вон у того стенда тоже девушки работают, — указала одна из учениц на наш стенд.

Женщина мазнула по нам взглядом и в ее ледяных глазах разгорелась ненависть. Как Ленин на буржуазию, на меня посмотрела. Клянусь, я от нее мифическую жажду убийства из аниме почувствовал.

— Не смотрите на их стенд, это неудачники, которым не хватило места в главном здании, — громко и четко сказала арийка.

— Разработчики! Крис Коламбус! Джон Харрис! Они нужны мне немедленно! — послышалось где-то с противоположной стороны. Там пока еще не очень плотное человеческое море пошло рябью, как от брошенного камня. — Кристобаль Колон! Он тоже мне нужен! — голосил незнакомый зычный мужской голос, сбивший арийской стерве всю концентрацию. Да и мне тоже, если честно! — Колон и Коламбус, где они⁈ Каналья Софтвэр!

— Сэр, зачем они вам? — я не видел Трейси, потерявшуюся где-то в той стороне, но по голосу узнал.

— У меня аванс в пятьдесят штук каждому за лицензию на их продукт! Красавица, ты знаешь, где эти мерзавцы спрятались и не позволяют дать им денег⁈

— Сорок второй стенд, вон там на углу, красавчик!

Вот уж не знаю, что за Моисей явился покорять нас силой бабла, но сто пятьдесят тысяч немедленно звучали отлично. Мне как раз нужны деньги на мейнфрейм и операцию Линде. Ну, то есть на операцию я уже отложил при первой возможности, но сколько стоит подержанный мощный компьютер — не знаю.

— Ты — ты Колон или Коламбус? — ткнул пальцем в сторону ненакрашенной Линды вышедший-таки к нашему стенду громкий посетитель — мощный широкоплечий и краснолицый мужчина лет тридцати в дорогом костюме с залитыми безумным количеством геля волосами. Чем-то он мне повзрослевшую версию парня Эми, Дональда, напомнил. И не жарко ему в пиджаке? Хотя, судя по тому, как он обливается потом — очень даже жарко.

— Колон… в будущем, — покраснела девушка.

— Ничего не понял! Но ты станешь богатым, парень! Аванс в пятьдесят тысяч прямо сейчас! Ты! Ты Коламбус или Харрис? — ткнул он пальцем в грудь Джона, — я готов выписать чек немедленно. Ты меня понимаешь?

Да я же его знаю… ну точно… но не помню. Безумно энергичный персонаж.

— Сэр, а вы кто? — спросил я. — Меня учили не брать деньги у незнакомцев.

— Я Стив Балмер из Майкрософт, — протянул он мне широкую, как лопата, ладонь.

Балмер. Эталонный Стив! Человек, обещавший убить Гугл, разваливший Нокиа, бросающийся, по слухам, в сотрудников стульями. Ответственный за, возможно, худшие версии Винды — Висту и Восьмерку. Понятно, что не сам он их разрабатывал и даже спорные решения по отказу от «пуска» в пользу странного полноэкранного плиточного меню не единолично принимал, да и Вин 7 тоже при нем создавали, но… Человек, сказавший, что Линукс — это раковая опухоль. Ох… сколько же в нем энергии, как светится изнутри. Харизматичный, чертяка. Знаменитой лысины пока нет, но знакомый портрет ближайшего соратника Билла Гейтса просматривается.

Готов ли я взять деньги у концентрированного Стива? Дайте два! Мне как раз обещано, как Колону и Коламбусу! Мелкомягкие, между прочим, еще и один из крупнейших игровых издателей в будущем и ссориться с ними мне не с руки.

— Крис Коламбус, президент Каналья Софтвэр и Каналья Геймс, — назвался я и пожал крепкую крупную ладонь. Не мелкую и не мягкую.

— Бери Колона и Харриса и пошли со мной в главное здание, немедленно.

— Сэр, мистер Балмер, одумайтесь! Вы собираетесь дать деньги преступнику! — воскликнула математичка. — Малолетнему бандиту из трейлерного парка! Он наверняка украл все эти программы, как и принято у них в баррио!

Ну вот что тебе нужно, расистская же ты стерва? Я тебя не трогал, жить не мешал, даже грязных слухов не распускал и Рамона просил с ними завязывать. Правда, только лишь потому, что Линде про героические похождения «мачо, завалившего училку в подсобке» слушать неприятно.

— Мисс фон Штейн говорит неправду, — остался я спокоен, о какой-то злости на арийскую пендеху уже речь не шла. — У нас с ней имелись академические недопонимания.

— Сэр, это второгодник, которого отчислили бы из школы, если бы он сам не бросил учебу. Вон она — тоже прогульщица, — палец с ногтем, украшенным черным лаком, указал на Линду. — Этот парень — грязный манипулятор, с худшим баллом по математике в истории школы.

— Тот самый! Из подсобки! — ахнули у нее за спиной две дечочки-цыпленка и лицо фрау фон Чичис пошло алыми пятнами

— Какой красавчик! — томно вздохнула третья. — Я б тоже не устояла…

— Вы про что? — спросила четвертая.

— У Рози кузина учится в политехнической и она там слышала…

— Я понял, дамочка, этот парень не умеет решать контрольные и бросил школу. Мне плевать! — рявкнул Балмер. — Да будь он хоть осужденным грабителем банков — у него права на нужную мне программу, о которой судачит вся конференция.

Линда подкралась ко мне со спины так тихо, как будто за время короткой поездки в Японию обучилась ниндзюцу, взяла меня под руку и сжала кулачок так, чтобы наверняка стало заметным кольцо. Ох уж эти женщины.

— Мисс фон Штейн, отвяжитесь от моего жениха, — прошипела Линда.

— Он сам попадается на моем пути! — воскликнула Ингрид. — Девочки, за мной, займем место на вручении премии Грейс Хоппер!

— Колон, Коламбус, или Харрис, как там тебя, пошли за мной, сделаем тебя богатым, — позвал Балмер и вытер вспотевший в нашей духоте лоб платочком. — Одного тебя хватит, все равно получишь предварительное предложение.

Я и пошел за топ-менеджером Майкрософта, пробивающегося через толпу народа, подобно ледоколу. На улице мы с ним буквально парой слов перемолвились. И шли мы… нет, не в главное здание, а в соседнюю палатку. Если у них еще и стенд окажется такой же микроскопический, как у нас…

— Послушай, парень, всё, что я говорил про сто пятьдесят штук аванса — чистая правда. Мы уже изучили твои исходники и моему другу Биллу очень понравилось то, что он там увидел, и потому он позвал меня пригласить тебя на беседу. Ваша коммунистическая ловушка лицензирования — очень сильный ход. Но я так полагаю, проблема решаемая. Вы в Каналья Софтвэр ведь единственный обладатель прав?

— На файловый менеджер — да. На текстовый редактор мы делим права с его разработчиком, у нас договоренность о разделении доходов пополам.

— Значит, и он тоже станет богатым человеком! Ты, как программист, должен понимать, что, может быть, мы пока что и не самая крупная компания на рынке, но высоко интегрированная в индустрию. Наши Бейсик и ДОС повсюду. Работай с нами и получишь свой особняк в Санта-Монике.

— Мне больше Санта-Барбара нравится, мистер Балмер. Скажите, а вам нравится Юникс?

— Я обожаю Юникс! Мы делаем и продаем свою версию, Ксеникс, и это отличная штука. А почему ты спросил, парень?

И не подловишь же его на слове. Про раковую опухоль Линукса совсем другой человек, на двадцать лет старше, скажет. Или уже нет

— У меня есть масса идей для создания своего дистрибутива, но не уверен, стоит ли браться за них.

— Расскажи про свои идеи Биллу. Быть может, вместе с ним поработаете над вашими общими задумками.

Если на Комдексе Майкрософт выкупил совсем мелкий стенд, не больше нашего нынешнего, то здесь — чуть получше. Три стенда, объединенные в один! Но для главного здания они всё равно мелкие и мягкие, потому туда компанию Гейтса и не пустили. Никогда не устану подшучивать и каламбурить относительно их названия.

На двадцати с небольшим квадратах трех стендов нашлось место для переговорки, закрытой ширмочкой. В очень похожем месте на меня менеджеры Атари наезжать пытались. Не повторится ли история?

Зашел за занавеску. И вот он — почти не изменился с Комдекса, где приходил издалека поглазеть на Тетрис. Высокий, худой, гиковатого вида. Совсем не тот дьявол, каким я его рисовал для Линды.

— Крис Коламбус, он же Кристобаль Колон? Какое имя настоящее? — тон тихий, вполне интеллигентный.

— В документах написано Колон. Коламбус — мой псевдоним.

— Вы мошенник и обманщик, мистер Колон! — с ходу обвинил Гейтс, внезапно повысив голос. Не заорал, но уже на высоких тонах. — Я про прямой доступ к видеопамяти. Это мошенничество! Ради скорости вы жертвуете универсальностью, именно потому ваши программы и выполняются так быстро. Но на новом оборудовании они откажутся работать совсем. И вы не используете системные утилиты, вместо них написали их аналоги, встроенные в ваш код!

Пятнадцать человек на сундук мертвеца. Не станем прогибаться под Билли Гейтса!

— Если вы разбирали мои исходники внимательно, то обратили внимание, что для каждого видеоадаптера свой конфигурационный файл. Именно благодаря такому подходу я адаптировал обе программы под японский видеочип NEC µPD7220 за одну ночь. Кстати, рекомендую его — потрясающе четкие шрифты за счет высокого разрешения экрана.

— И с файловой системой вы работаете тоже напрямую, минуя DOS API! Безответственно! — продолжил наезды Билл Гейтс. Ему бы фильтровать, что и кому говорит. А то один раз ляпнул про 640 Килобайт, которых хватит всем и всегда, и весь цивилизованный мир смеется. Ладно-ладно, я знаю, что цитата, как минимум, вырвана из контекста. Но мысленно шутить мне по данному поводу не надоест.

— Я делаю как быстрее, извините. И следование DOS API старой версии не помогло бы мне при переходе на иерархическую файловую систему. В ней изменилось слишком многое, а… пустое. Вы же, не чтобы отчитать, меня позвали?

— Нет. Я хотел понять, с кем имею дело, и спросить, зачем вы потратили месяцы на создание превосходного софта, а затем собрались раздавать его бесплатно всем желающим. Вы что, родились в России или на Кубе? Это у них такие странные понятия о частной и интеллектуальной собственности.

Про то, что я родился в Советском Союзе и сделан я в СССР, им лучше не знать!

Не понятно Биллу Гейтсу, сильно не понятно. То, что стоит денег, вся страна берёт бесплатно.

— Я родился в Калифорнии, мистер Гейтс. Плоть от плоти капиталистической системы.

— И на чем же вы собираетесь зарабатывать, проявляя странный альтруизм?

— На вас.

Будущий миллиардер закашлялся.

Не станем прогибаться под Билли Гейтса!

Ай-яй-яй-яй-яй, убили Гейтса!

У Билли Гейтса, у Билли!

— Разрешите, я поясню. Обязательство публиковать свои исходники в лицензии Каналья вы наверняка считаете неприемлемым, может быть, даже вирусным. И собираетесь предложить мне пересмотреть лицензию, продавать под обычной коммерческой. Я не против, покупайте. Мы с моим юристом назвали это «Двойным лицензированием». Вы сами выбираете, какой лицензией пользоваться.

— Вирусным? Какое мерзкое слово, но очень подходящее под нашу непростую ситуацию. Вы или ваш юрист — сам Дьявол! А что если я, допустим, захотел эксклюзивную коммерческую лицензию, молодой человек?

Ну надо же, на возраст надавил. А сам он — прямо старик! И тридцати нет. Не сработает, Билл, я стою выше тебя! Вообще, неприятный он тип, как и Балмер. Харизматичные, канальи, и деньги я у них возьму, но вот так вот начинать беседу с предъявления претензий в Японии потерей лица бы назвали.

— Я не успел ее пока никому продать, хотя уже с парой потенциально великолепных партнеров пообщался. Это возможно.

— Стив ведь сказал вам про аванс в пятьдесят тысяч? Вы получите его сегодня же, но мы начнем переговоры об эксклюзивности. По обоим направлениям.

— Хорошо, только учитывайте, что лицензия Си-Пи-Эль неприкосновенна. Точнее, вы, как прагматичный бизнесмен, не согласитесь заплатить ту цену, которую я назову.

И я назвал. Жадность — это, конечно, скверно, вот пусть мелкомягкие и не жадничают.

— Неприемлемо! — воскликнул Билл.

— Это за вечный эксклюзив. Временный будет дешевле. Как насчет обещания не публиковать исходники Каналья Эдитора под CPL в течении двух лет с момента подписания договора, а также обязательства не продавать закрытую лицензию на него никому кроме вас и одного мелкого стартапа, с которым я уже договорился?

— За два года… нам нужно подумать. Крис, предлагаю продолжить переговоры после выставки. Вы сможете задержаться в Лос-Анджелесе? Нас интересует покупка обоих продуктов.

Ох, чувствую, прогнут они все же меня. Но пока что у меня на доске позиция отличная.

Выходной. Глава (и восьмой том) выйдет в ночь со вторника на среду

Глава 26

Интерлюдия. Линда

Третий день конференции получился самым интересным, с той точки зрения, что, оставив стенд на Джона и Марию, они с Крисом отправились на пару часов погулять, пообещав через пару часов поменяться и отпустить друзей уже на их романтическо-гиковскую прогулку. Ох, какая же выставка громадная! Линда с парнем даже половину главного здания не обошли. Но сколько же всего интересного им встретилось!

Целая плеяда портативных компьютеров! Производители как сговорились делать акцент именно на них. Не маленьких, как купленный в Японии NEC, а чемоданчиков с откидывающейся крышкой и тяжелых из-за аккумулятора. Способных проработать на батарее всего несколько часов, но полноценных. Учитывая, как часто Крис жаловался на отсутствие компьютера здесь и сейчас, Линда была уверена, что он себе такой купит и комментарий ее удивил.

— Для наших с тобой задач не имеет смысла, — сказал Крис, — у них даже экраны не цветные.

Маленьким цветным экранчиком оснастили портативный Коммодор Эс-Экс 64, но и его парень забраковал.

— Тысячу долларов за компьютер, которым неудобно пользоваться? Не взлетит! — веско бросил парень, и Линда согласилась. Слишком крошечный пятидюймовый экран.

На стенде японской компании Сони продвигали новинку — маленькие дискеты, формата 3.5 дюйма. Поразительно! Точно такие же, какие Крис купил в Акихабаре. Он как заранее знал, что им обеспечена популярность.

На добрых полчаса они залипли у компактного мейнфрейма, занимающего в минимальной комплектации всего четыре шкафа. Крис даже спросил про характеристики и получил ответ о впечатляющих 16 мегабайтах оперативной памяти и тридцатидвухбитном процессоре.

А потом настало время возвращаться.

— Так, младшенькая, Си-Си мне объяснял, но давай еще и ты повтори, как для деревенщины из Айовы. Наш Крис продал бесплатную программу, которую мы все три дня раздавали всем желающим? — переспросила Трейси, сидя рядом с Линдой в машине, подаренной Кеном.

Выставка закончилась буквально вчера. Очень интересно и волнительно всё получилось.

— Парню, которого он называл дьяволом, мистеру Гейтсу. И пока не продал, а договаривается о лицензировании. От него хотят эксклюзивных прав, чтобы не продавал больше никому. Уже сегодня к нему прилетит Лео для юридической поддержки. Переговоры продлятся неделю. А еще мистер Канн пообещал своё предложение сделать. И Крис назначил переговоры с программистами из Бостона. И еще к нему подходили из IBM.

— А обратно в Эль-Серрито мы едем без него потому, что у тебя куча оплаченных курсов в Беркли и у нас много работы. Понятнее стало, сейчас я всё смекнула. Домой заскочить не хочешь? Ну там, отца повидать?

— Хочу, ненадолго. Он совсем по-другому начал со мной говорить. Я все еще его не простила и никогда до конца не прощу, но это же семья. У меня брат или сестра скоро родится. И еще хочу к мистеру Ковальски заехать. И к Изабелле с Клементиной хотела, но их нет в городе.

Начали они с визита в Аркадию и прачечную, но на дверях обоих заведений висела табличка «Закрыто».

— Что-то не так. Мистер Ковальски всегда открывал прачечную с самого утра, — сделала вывод Линда. Сердце ее сжалось от беспокойства. Прижимистый поляк всегда очень по-доброму к ней относился, дал работу, помог с эмансипацией Криса. А что, если с ним что-то случилось? Банда вломилась в прачечную, отобрать выручку? А если прихватило сердце? Красное лицо — это ведь признак гипертонии? А если автомобильная авария — мистер Ковальски всегда до последнего тянет с заменой резины и тормозных колодок. Мария все три дня выставки с ними находилась, она бы знала…

— Орале! Какие чикиты! Крошка, поехали со мной, ты не пожалеешь. Симон!

Конечно, восторги мускулистого латиноамериканца, присвистнувшего у них за спиной, предназначались Трейси. Линду красивой считают только японцы и Крис.

— Парнишка, ты опоздал, у меня уже есть парень и он реальная рок-звезда. О, да я тебя знаю! Ты из нашего трейлерного парка.

— Роберто? — узнала Линда. — Вы тогда проводили меня к Лео и Глории.

Молодой латинос, ровесник Криса, явно не пренебрегал спортом и обзавелся десятком характерных бандитских татуировок, как у Гектора. Пару секунд он пялился на них без узнавания, но затем присвистнул!

— Карамба! Хайна нашего Канальеро! И самая ля белла парикмахерша! — воскликнул парень, — ке паса, чикиты? К полако пришли? Не сегодня, он закрывает прачечную и распродает стиралки, будет ломать стены и делать большой зал аркадных автоматов. Хорошо у него пошло с этими патито!

Про планы мистера Ковальски сосредоточиться на более прибыльной части бизнеса Мария ей уже рассказывала, но как-то казалось, что это всё потом, а оказалось, что уже сейчас.

Они вообще очень много болтали с Кастильо в эти дни, когда выдавалась минутка. Когда у вас обеих парни программисты — вольно-невольно находились общие темы. Очень-очень удачно Линде получилось подругу с Джоном свести. Этой спецоперацией она прямо-таки гордилась. Теперь у латины, имевшей симпатию к Кристобалю, нет никаких поводов в его сторону смотреть.

Домой к отцу и Хеджин они заглянули буквально на минуту, очень уж Линда хотела забрать и показать Крису свои старые наброски, если те сохранились.

— Проходи, дочь, — не показал никаких эмоций мистер Ким, — твои вещи в гараже, из твоей старой комнаты мы делаем новую детскую.

— Явилась все-таки свой хлам забрать, — протянула Хеджин, располневшая во время беременности. Мачехе это пошло на пользу, перестала выглядеть скелетом, блуждающим по подземельям. — А это что за шлюху ты к нам в дом притащила? Такие у тебя подруги⁈ И сама такая же станешь! Джонатан, я же предупреждала!

— Хей-хей, бабуля, умерь пыл. Тебе волноваться нельзя, а потому я с тобой ругаться не стану, смекаешь? — подмигнула Трейси.

— Такой же? Будет здорово. Моя подруга Пенни Смит потрясающая и невероятная, она снималась в двух сериалах, играет в театре и ведет своё шоу на телевидении! — смелые слова нашлись сами собой. — Вот, это мы с ней в Японии, оставлю фотографию на память.

И Линда достала фото, где они примеряли матроски.

— Япония… — в легком шоке сказал отец и отступил на шаг. По телефону девушка ему про зарубежную командировку пока не рассказывала.

— Кольцо! — вдруг воскликнула Хеджин. — Какое право твой молодой человек имел дарить тебе кольцо, не попросив твоей руки у Джонатана? Ему что, плевать на все традиции?

Ему плевать! Ох, как же хорошо, что Кристобалю все эти шествия, красные шкатулки и чайные церемонии не нужны.

— Дочь, я уже отпустил тебя жить к этому парню, но традиции есть традиции. Я ожидаю, чтобы юноша лично явился ко мне и попросил твоей руки. Хотя бы по его мексиканским обычаям, чтобы не получилось, как с Джастином Ли!

— А что случилось с Джастином? — опешила Линда. Соседский парень другом ей так и не стал, но при побеге из дома помог, да и Крис о нем неплохо отзывался.

— Привел домой беременную подружку-мексиканку! — с презрением бросила Хеджин. — Мистер Ли в ужасе, но они не стали выгонять сына и невестку из дома, хотя следовало бы!

Это ведь та сама полненькая девушка? Из класса Криса по математике. Захотелось порадоваться за Джастина, но Линда сделала грустное лицо и отправилась в гараж, разбирать свои вещи. Все ее альбомы, к счастью, нашлись нетронутыми, хотя Хеджин в прошлом не раз порывалась их выбросить.

За руль села Трейси и домчались они куда быстрее ожидаемого, с ветерком. Линде оставалось только пристегнуться покрепче и периодически просить сбавить скорость.

— Йууу-хууу! Какой же кайф на крутой тачке погонять! — радостно воскликнула блондинка, вырулив на Кинг Драйв, на одном из ответвлений которой и находились дома Линды и Криса в Эль-Серрито. — Слушай, я всё хотела спросить. Будешь у меня подружкой невесты, младшенькая?

— Д-да-да! — Линду внезапно охватила робость. — Ты же моя лучшая подруга.

— И ты моя! — подтвердила фотомодель. — Обняла бы тебя, но руль бросать не хочется! Гло, Елену и Кармен я тоже люблю, но они все взрослые тетки, а ты моя младшенькая.

Ох, как же приятно оказаться дома. Увы, Линда, вернувшись за руль, едва-едва успела подбросить Трейси в особняк, перемолвиться парой слов с Лизой и Майклом, рассказав о выставке и почесать шею Дюке, переданному под временную опеку Пондсмитов, как ей подошло время ехать в университет на финальное занятие по сценарному мастерству, где сегодня профессор Макмахон обещал подвести итоги за курс. Крис тоже собирался пойти, но очевидно, что контракт на сотни тысяч долларов важнее, чем диплом.

Сегодня в знакомой аудитории напротив класса стоял телевизор с видеомагнитофоном, преподаватель на предыдущих занятиях периодически показывал на нем отрывки из разных фильмов, а затем предлагал аудитории устроить разбор сцены.

Линда поздоровалась с Джейн и Эми, последней еще уточнив про тексты для симулятора игровой студии.

— Я никогда не срываю сроков, подготовлю, как договорились, к концу месяца, — пообещала блондинка.

Мистер Макмахон влетел на занятия, как всегда энергичный и чуточку патетичный.

— Тихо-тихо, класс! Я вижу, что не все пришли. Передайте неявившимся, что они много потеряли, так как сегодня мы не только подводим итоги, но и рассмотрим на примере важную тему, о которой я вам рассказывал. Своевременность! И актуальность! Помните, как я зарубал ваши идеи одну за другой не потому, что они плохие, а по причине того, что СЕГОДНЯ зрителю нужно другое? Завтра, быть может, обстановка изменится. Или нет? В данном случае, как говорят эксперты с кафедры вычислительных систем — точно нет. Итак, просто посмотрите.

— С вами снова Пенни Смит и Эль-Кей, шоу «Твоя электронная игровая площадка». Йеп! — провозгласила с экрана Трейси.

— Сегодня мы хотим с вами поговорить о японской игровой индустрии, — сказала телевизионная Линда. — Как видите по нашим костюмам, погружение максимальное. На нас японская женская школьная форма.

— Мы привезли из Страны Восходящего Солнца не только эти тесные в груди костюмчики, но и их игры, — продолжила блондинка, — и наш Си-Си посоветовал начать с этой Амбиции Но-бу-на-ги! Тут ниндзя, самураи, боевые действия… ну или карта прогноза погоды над Японией. А как тут включить английский? Я же ничего не понимаю.

— Увы, эта игра пока что только на языке создателей, но давайте я вам расскажу, о чем она. Это глобальная стратегия, вы принимаете на себя роль знаменитого японского полководца Оды Нобунаги и ваша цель –завоевать всю Японию.

— Я ее уже почти завоевала. Смекаете? — Трейси в кадре картинно поправила грудь.

Слышать свою речь со стороны всякий раз казалось Линде неприятным. Знакомый материал, уже отсмотренный пару раз во время работы над выпуском студенческого шоу, она, тем не менее, смотрела внимательно. Что профессор имеет в виду? Что они сделали не так? Может быть, проблема в костюмах? Но Крис говорил, что матроска ей очень идет, они один раз во время примерки даже… точно не в этом дело!

— Эту запись недавно отдали в ротацию студенческого телевидения как Беркли, так и сотрудничающих университетов, вместе с несколькими предыдущими выпусками шоу, — сообщил профессор. Линда не сдержала восторженного вздоха. Эми неподалеку от нее тоже, это ведь ее сценарий.

Аудитория не поскупилась на аплодисменты.

— Да, я не могу не похвалить команду студенческого ТВ с кафедры журналистики. Звук, свет, работа оператора, постановка, реплики и шутки, всё на уровне, приближающемся к взрослой лиге. Так почему я, по-вашему, еще не побежал с кассетой в Голливуд и не подсказал своим знакомым идею заменить «Эльвиру, Повелительницу Тьмы» на это шоу, учитывая, что формы Мисс Сентябрь выглядят ничуть не менее привлекательно?

Может быть, дело в том скандале с продюсером, из-за которого Трейси отовсюду уволили? Другие варианты в голову не приходили.

— Видеоигры! — объявил преподаватель. — Две юные свежие девушки, популярная актриса и чемпионка, обсуждают игры. Тупиковую ветвь индустрии развлечений. Умные люди донесли до меня информацию о том, что еще несколько лет — и продажи игровых консолей полностью остановятся, а залы аркадных автоматов обанкротятся, лишившись всех посетителей. Заниматься в 1983-м году играми — скорейший путь к разорению.

Ох-ох-ох! Что же ждет их студию? А как же мистер Ковальски, собравшийся закрывать прачечную в пользу Аркадии? А Рамон, Монтгомери, Майкл и Лиза⁈ Все люди, которых Крис успел заразить их общей страстью к видеоиграм? А Кен и Роберта? Неужели их тоже ждет крах?

— Профессор, почему вы так считаете? — спросила Эми. — Многим людям нравится это развлечение.

— Как сценаристы, вы обязаны следить за тем, что происходит в мире. Если бы вы читали деловые колонки в газетах, то знали бы о катастрофическом падении акций крупнейших игровых компаний. Лидеров рынка, фактических монополистов. Нет хуже подходящей темы для 1983-го. Своевременность, друзья мои.

Линда вспомнила национальную компьютерную конференцию. Очень много народа, сотни, даже тысячи компаний со всей страны и ни одной студии, занимающейся играми, ей не встретилось. Даже Крис стыдливо прикрылся свежепридуманным брендом «Каналья Софтвэр». Неужели это конец? Всё зря? Им придется и дальше заниматься серьезными программами для копирования файлов на дискеты? Но на японской выставке всё смотрелось в точности наоборот. Если тут рынок рухнет, она предложит Крису перебраться через океан. Япония ей очень понравилась. Люди там тихие, вежливые и считают ее красивой.

— Видеоигры — как диско! — продолжал мистер Макмахон. — Совсем недавно «Виллидж Пипл» звучали из каждого окна. И где они теперь? «Би Джиз»? «Саншайн Бэнд»? Кто-нибудь их еще слушает? Мода непостоянна, приходит и уходит и вы, как сценаристы, обязаны учитывать веяния. Предугадывать их!

Не потому ли Крис занялся Коммандером и Эдитором, максимально далекими от игр, что предугадывал кризис? Он иногда как будто знает будущее. Линда уже привыкла к тому, что если ее жених пообещал какое-то событие, то оно наверняка произойдет. Как с той покупкой акций на большую часть свободных денег. Если бы не его уверенность, девушка никогда бы не рискнула двадцатью тысячами.

— А теперь давайте перейдем к итогам нашего курса. Я отобрал пять лучших сценариев, которые обещаю порекомендовать своим знакомым в индустрии развлечений. Мистера Колона сегодня с нами нет? Очень жаль, так как на основе его сценария «Моя прекрасная няня» репертуарный театр Беркли предлагает поставить комедийную пьесу. У них есть актриса, идеально подходящая на главную роль.

Аудитория похлопала. Линда почувствовала, как гордость за близкого человека буквально распирает ее изнутри.

— Джейн Эспенсон. Хорошо, что вы меня послушали и все же написали именно классический вестерн, без космоса и лазеров. Это, поверьте, несовместимые вещи. И не надо ставить в пример «Звездные Войны», они вдохновлены самурайскими фильмами. Вы молодец.

Сможет ли Джейн начать писать для их студии или послушает профессора, что игры — это вчерашний день?

— Эми Хенниг, ваша история о парне, который, ревнуя девушку ко всем подряд, разрушает отношения и получает по заслугам — до крайности форматная, домохозяйки такое обожают. Очень хорошо, что горячего мексиканского мачо использовали и прописали. В жизни подобного не бывает, но тем и сильна магия кино. Вы тоже заслужили аплодисменты.

Похлопали и ей.

— Линда Ким! У вас получилось создать целый мир, в который можно вписать хоть два десятка сезонов сериала. Это особенно ценно. Как только вы перестали цепляться за идею братьев-чикано, сценарий заиграл новыми красками и тоже отправляется в Голливуд.

— Спасибо, профессор, — для ответа Линда поднялась со своего места, — я многому у вас научилась, но насчет игр вы не правы. Вот увидите, игры еще превзойдут Голливуд, я в это верю.

Nota bene

Книга предоставленаЦокольным этажом , где можно скачать и другие книги.

Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту, например, черезAmnezia VPN : -15% на Premium, но также есть Free.

Еще у нас есть: 1. Почта b@searchfloor.org — получите зеркало или отправьте в теме письма название книги, автора, серию или ссылку, чтобы найти ее. 2. Telegram-бот, для которого нужно: 1) создать группу, 2) добавить в нее бота по ссылке и 3) сделать его админом с правом на «Анонимность» . * * * Если вам понравилась книга, наградите автора лайком и донатом: Ретро Бит [7]