Глава 1 Драка на парковке

Добро пожаловать в мир, где боги — реальность, а их «избранники» — отбитые психопаты, способные разорвать тебя голыми руками за любой косой взгляд…

И я — один из таких «избранников»

Кончик ножа ткнулся в податливую плоть. С лёгким скрипом проехался по ней, как по катку, и тут же нырнул внутрь. Затем остановился. Я почувствовал, как дрогнула рукоять ножа — так обычно бывает, когда лезвие натыкается на кость.

— Пу-пу-пу, — произнесли у меня за спиной.

Впрочем, я и без того прекрасно знал, что оплошал. Настоящий мастер не должен так бездарно тупить собственный нож. По крайней мере, без весомой на то необходимости. А необходимости таковой у меня, само собой, не имелось. Мне ведь всего-то и нужно было, что нащупать один из межреберных зазоров и аккуратно протолкнуть туда лезвие ножа.

— Сэр Виктор, один мой старый знакомый ещё из той прошлой жизни как-то сказал: люди и свиньи очень похожи, научишься разделывать одних — и проблем со вторыми попросту не возникнет. Прекрасный, к слову, был джентльмен, работал у нас в парикмахерской на Уайтчепел. А какие стрижки делал! Настоящий был виртуоз, правда, во время сеанса зачем-то просил называть себя Джек, хотя звали его при этом совершенно иначе. Но кто из нас не без странностей, верно?

Тут он прав. Я ещё раз поглядел на заляпанный кровью кухонный стол. Всё же не стоило, наверное, заказывать свиную грудинку целиком, да ещё и сразу после забоя.

Ну а с другой стороны, я ведь просто следовал инструкциям наставника, а тот, между прочим, мастер своего дела и известен на весь Лондон своим кулинарным мастерством. Или, точнее, был известен несколько десятилетий назад…

— Сэр Виктор, смею заметить, наша с вами шарлотка вот-вот подгорит. Я бы, конечно, сам извлёк её из духовки, но мы ведь оба знаем, что ничем хорошим это не закончится…

— Проклятье! — бросился я к духовке, попутно обтирая измазанные в крови руки о фартук.

Свиные рёбрышки в томатном соусе могли и подождать, а вот шарлотка с яблоками ждать, скорее всего, не станет и с лёгкостью превратится в пережаренный уголёк. А этого мне, само собой, не очень-то и хотелось — уж слишком много времени на неё ушло.

Вскоре я уже стоял напротив распахнутого духового шкафа и вынимал наружу противень со всем его содержимым. Притом содержимым весьма аппетитным. Судя по отсутствующему запаху гари и общему виду самого пирога, самого страшного удалось избежать.

— Весьма недурно, — приблизился к плите наставник, импозантный усатый мужчина в старомодном костюме. — Должен сказать, я впечатлён. Форма, консистенция и даже подъём теста — всё на высшем уровне! Вы делаете успехи, сэр Виктор, а ведь ещё совсем недавно даже не умели правильно заваривать чай. Я, кстати, рассказывал вам, чем утренний чай отличается от послеобеденного?

Ещё как рассказывал, и притом не раз. И я бы, наверное, как и прежде напомнил ему об этом, но вот беда — со стороны прихожей настойчиво запиликал домофон.

— Кажется, у вас гости, — сделал вполне очевидный вывод наставник. — Думаю, мне пора.

— Да, Чарльз, вам определённо пора, — щёлкнул я пальцами, и фигура мужчины нехотя «поплыла». Мигнула. А затем попросту исчезла, словно никакого Чарльза прежде и не существовало.

Впрочем, это недалеко от истины: ведь Чарльз Джокин — легендарный английский повар, прославившийся на весь Лондон своей выпечкой, погиб задолго до моего рождения.

А тем временем со стороны прихожей снова раздался звонок. И в этот раз, несмотря на своё неживое происхождение, звучал он куда требовательней, чем прежде.

Так звонить мог один-единственный человек — мой старший брат. Хотя можно ли назвать человеком того, кто получил «благословение» одного из богов и вполне способен проломить своей тупой головой стену, если его вдруг не пустят на порог?

Впрочем, этот вопрос, наверное, так и останется без ответа — ведь рисковать своей новенькой квартирой я точно не собирался.

Проследовав к входной дверце, нехотя приложил палец к сканеру отпечатков. Электронный замок послушно пиликнул, узнавая хозяина, и в ту же самую секунду кое-кто с той стороны дёрнул на себя дверь. Да так, что та бедная едва не слетела с петель!

Спустя мгновение я лицезрел на пороге ЕГО. Моего старшего брата. Верного и преданного последователя Морены — богини, что провожает в последний путь. При этом выглядел он, как и подобает служителю богини смерти, холодным и отстранённым. Ни единой морщинки на лице, ни одного проблеска emосии в глазах. Безучастный, как и всегда. Идеальное отражение нашей благодетельницы. Робот в человеческом обличье.

Неудивительно, что именно ему пророчат занять пост следующего патриарха семьи Моров.

Глядя на него, я всегда задавался вопросом: а мог бы я стать таким же, как он, не получи я того, что получил? Все мы, отпрыски одного отца, но разных матерей, приняли от Морены по одному дару. Вот только дары эти сильно отличались и имели разную ценность. Так я — самый младший мужчина семьи Моров — обрёл способность возвращать в этот бренный мир души усопших. Ну а мой брат…

— Чудесный запах, — холодным тоном произнёс Арей, самый старший из детей Иона Морова, патриарха семьи Моров. — Твоё кулинарное мастерство не перестаёт меня удивлять. А это что, вишня?

Палец брата скользнул по моему измазанному кровью переднику и спустя мгновение оказался у него же во рту.

— Не вишня, — выдал свой вердикт Арей и даже бровью не повёл. Его лицо оставалось всё таким же бесстрастным, хотя он только что отведал сырой свиной крови.

— Не вишня, — подтвердил я его «опасения».

В помещении воцарилась тишина. Мы с братом какое-то время продолжали молча разглядывать друг друга, а после Арей вдруг произнёс:

— Надо поговорить.

Ох, как же я не люблю эту фразу. Обычно сразу после неё на голову валятся сплошные головные боли.

— Ну раз надо, значит, надо, — пожал я плечами. — Проходи. Только разуться не забудь, как в прошлый раз.

— Не здесь. На улице.

Ответ брата застал меня врасплох. Прежде он никогда не отказывался от подобных предложений. Пусть он и ведёт себя как безэмоциональное бревно, но всегда и при любой возможности старался отведать моей стряпни. А тут — отказ.

Странно всё это. Странно и подозрительно.

— А у меня там шарлотка, — закинул я удочку. — С яблоками. По старинному шотландскому рецепту.

— Отрежь мне с собой, — всё так же безэмоционально ответил Арей.

Стало ясно: этого парня не переубедить. Осознав эту нехитрую мысль, я отправился обратно на кухню. Там первым делом снял с себя испачканный фартук — надо будет потом, как вернусь, закинуть его в стирку. Следом по просьбе брата щедрой рукой отрезал добрую половину пирога и завернул её сначала в специальную бумагу, а потом всё это дело сложил в пакет. Ну и напоследок вернул нож в поясные ножны.

Последним пунктом стал поиск подходящей одежды. Но он в этой цепочке действий оказался самым лёгким. Я просто подхватил с дивана толстовку и натянул её на себя. Теперь осталось только обуться.

Вернувшись ко входу, я передал брату его драгоценный пакет. Само собой, не дожидаясь от него слов благодарности — ну ещё бы, мы ведь из семьи последователей богов, а не какие-то кривозубые крестьяне. Банальные человеческие ценности нам чужды.

— Так и пойдёшь? — уточнил брат, пока я надевал первые попавшиеся под руку кроссовки.

— Ну не всем же быть такими нарядными, как ты.

Мы, не сговариваясь, перевели взгляд на его костюм. Пиджак и брюки цвета свежевыпавшего снега, чёрная как сажа рубашка и такие же туфли. Обычный наряд семьи Моров, полностью отражающий суть нашей богини-покровительницы.

— Ладно, делай как знаешь, — не стал настаивать на своём Арей, после чего развернулся и словно в отместку снова с силой распахнул дверь. Да так, что та, несмотря на свой немалый вес, опять чуть не слетела с петель.

К счастью, этим он и ограничился, спокойно выйдя за дверь.

Следом за ним вышел и я. Аккуратно запахнул за нами многострадальную дверь, услышал двойной щелчок пневматического замка и со спокойной душой проследовал по пятам брата в гостеприимно распахнутый лифт.

Вниз ехали молча. Брат, как обычно, смотрел в пустоту. А я в это время считал этажи. Досчитать удалось до шестнадцати. Затем лифт дрогнул, знаменуя этой небольшой тряской конечную остановку.

Приехали.

Так же молча, как заходили, мы вышли наружу и неспешно проследовали через фойе, где с ресепшена нам улыбалась белокурая красавица в сиреневой блузке, щедро распахнутой на груди. При этом взгляд её ни на секунду не отрывался от моего братца.

Впрочем, её интерес вполне понятен: Арей у нас тот ещё завидный жених. Старший сын семьи Моров, герой, не раз отражавший вторжение ветвей Иггдрасиля, и, до кучи, настоящий разбиватель женских сердец.

Генетический отбор семьи Моров, проходящий на протяжении нескольких столетий, сделал своё дело, и теперь рядом со мной шагал, возможно, самый красивый мужчина на планете.

А ещё он чертовски богат. Именно Арей с недавних пор курировал наш семейный бизнес.

— Хорошего вам дня! Да направит вас Морена во всех ваших начинаниях! — всё-таки не удержалась от соблазна миловидная консьержка. Правда, сделала она это с явным запозданием, как раз за секунду до того, как за нашими с братом спинами захлопнулись створки автоматических дверей.

— Симпатичная, — поделился я с братом своими наблюдениями, одновременно натягивая поглубже капюшон толстовки.

— Ага, — равнодушно буркнул Арей.

Вот и поговорили. Хотя чего ещё можно от него ожидать? Семейка-то у нас не особо разговорчивая, а уж мой старший брат, как лучший её представитель, и подавно. Даже удивительно, как при всём при этом он умудряется представлять нашу семью и всю Тартарию в ООБ.

Взгляд невольно перескочил с широкой спины Арея на одну из высоток, расположенную аккурат через дорогу. На её боковой стороне — огромный экран, по высоте почти как сам дом. А на экране ОН, мой дорогой братец на заседании Генеральной ассамблеи Тартарии. Ещё и крупным планом! И титры: «Наш делегат в Организации объединённых богов, Арей Моров, последователь Морены, цвет нации».

Пока разглядывал экран, и сам не заметил, как пересёк с братом проезжую часть. Впрочем, оно и неудивительно. Он же у меня как самый настоящий волнорез — ни в одном людском потоке не затеряется. Люди перед ним расступаются не хуже бурных вод перед потомками Нептуна…

— Братик, братик! Подпиши, пожалуйста!

Но порой и на пути ледокола встречаются непреодолимые препятствия. Например, милые маленькие девочки. Небольшое уточнение: веснушчатые, милые, маленькие девочки. Именно такая и перегородила нам дорогу.

В руках у малышки виднелся какой-то журнал. Притом явно не детский. На детских моего брата вроде как пока не печатают. Да и надпись на обложке мало соответствует изданию для дошколят: «Герой Третьего прорыва! Кто он? Лучший из людей или аватар бога на Земле?».

Брат, само собой, ничего на просьбу не ответил, а, как и подобает снобу его уровня, просто взял у девочки фломастер и молча оставил свой размашистый автограф на журнале.

Я же в это время смотрел не на девочку и уж тем более не на журнал, а на спешащую к нам женщину. Её закушенная губа и взгляд, полный тревоги, были красноречивее любых слов. Мать малышки, а это, скорее всего, именно она, пребывала не в самом лучшем расположении духа.

— Простите, господин Моров! Простите! — вцепилась в руку дочери прибежавшая женщина. — Пойдём, солнышко, мама купит тебе мороженое… Простите ещё раз, господин Моров, она ещё ничего не понимает!

Так суетясь и попеременно оглядываясь, женщина с ребёнком скрылась в толпе, оставив нас с братом наедине.

— Я чего-то о тебе не знаю? — с подозрением посмотрел я на Арея.

Всё же как ни крути, а ситуация довольно странная. С чего бы обычной женщине бояться наследника семьи Моров? Нет, Арей, конечно, не сахар, а сверхчеловек, способный разорвать обывателя голыми руками. Но разве это повод для паники? Вон на улице сколько людей, и никто от нас с братом почему-то не шарахается. Разве что путь уступают, но это всё больше из уважения.

— Не понимаю, о чём ты, — ответил Арей и как ни в чём не бывало зашагал себе дальше.

Мне не оставалось ничего иного, кроме как снова пойти следом за ним.

Вскоре мы также молча пересекли ещё одну проезжую часть, обошли пару поблескивающих на солнце жилых высоток и неожиданно вышли к подземной парковке.

В этот момент я заметил, как брат зачем-то оглядывается, при этом уделяя особое внимание наружным камерам, висящим на фасадах зданий. Так продолжалось ещё несколько секунд, после которых Арей произнёс совсем уж неожиданную фразу.

— Нам сюда, — указал он на вход в подземную парковку.

Поначалу я, конечно же, удивился. Но, зная странные заскоки брата, решил благоразумно промолчать.

Парковка встретила нас запахом бензина, тишиной и, конечно же, прохладой. Последняя, к слову, была как нельзя кстати в такой жаркий день.

Пока я наслаждался столь долгожданной прохладой, Арей подошёл к ближайшему седану и поставил на его капот пакет с шарлоткой.

— Так о чём ты хотел со мной поговорить? Да ещё и в столь странном месте? — уточнил я, облокотившись спиной на припаркованный микроавтобус.

— Думаю, ты и сам знаешь ответ, — подступился ко мне брат.

Тут Арей прав. Уж слишком подозрительно он вёл себя в последние полчаса. Сначала отказался заходить в гости, затем притащил на эту всеми богами забытую парковку. Ещё и фразочка эта «надо поговорить». Мне ведь прекрасно известно, чем она обычно заканчивается.

Помнится, в прошлый раз как раз после этой самой фразы я едва не помер на том треклятом полигоне! А теперь мой дорогой братец, видимо, решил провернуть нечто похожее уже здесь, в черте города. Ну оно и понятно — на полигон-то я больше ни ногой.

— Готов? — хрустнул шеей Арей.

— Ага, — ухмыльнувшись, ответил я и одним движением выхватил из-под толстовки нож.

Спустя мгновение закалённое лезвие уткнулось брату в живот, распоров сначала роскошный пиджак, а после не менее дорогую рубашку.

— Кухонный нож, серьёзно? — посмотрел он на меня без тени эмоций. — Виктор, меня таким даже не поцарапать. Я не ты.

А вот это обидно. Но в одном Арей прав: по классификации ООБ, мой брат — Исполин-4, его даже огнестрелом толком не пронять. Ещё и силён как бык. А вот я — другое дело. Меня как Исполина-1 можно и ножом при желании заколоть. Если, конечно, знать, куда колоть.

— Ну, тут ты сам виноват. Сказал бы заранее, я бы взял что-нибудь поубойней… Тьфу! — закончил я фразу банальным плевком. Причём не абы каким, а весьма метким, после попадания которого Арей машинально потянулся к «пострадавшим» глазам.

Я же, не теряя времени даром, вырвал с корнем боковое зеркало минивэна. Перехватил его так, чтобы тонкая металлическая ножка смотрела вовне. А после, размахнувшись, по широкой дуге вогнал металлический стержень в изящное аристократическое ухо… И тут же этот стержень отпустил… Нога брата уже летела мне навстречу!

Крак! С протяжным стоном скрипнул металл. Дверца минивэна смялась, подобно куску картона!

А ведь на её месте мог бы быть я, если бы вовремя не отскочил…

— И это всё, на что ты способен? — снова повернулся в мою сторону Арей, попутно извлекая из своего абсолютно невредимого слухового прохода металлическую деталь. — Грязные трюки — удел слабых. Используй то, чем тебя одарила богиня.

Как бы мне ни хотелось этого признавать, но в его словах есть доля истины. Одной хитростью мне Арея не одолеть.

Эх, знал бы, чем всё обернётся, попытался бы его отравить. Но тут как в известной поговорке: знал бы где упасть — соломки подстелил. Видимо, мне и впрямь придётся прибегнуть к своей дурацкой способности.

Лёгкое волевое усилие — и вот я уже не один. Рядом со мной возвышается житель чёрного континента в одной набедренной повязке. Его лицо испещрено ритуальными шрамами, а торс покрыт следами от когтей и зубов. Он лыс, высок и долговяз. В его ладони зажат обсидиановый нож. А ещё он давно мертв.

— Эй, Абди, готов потанцевать? — спросил я охотника из саванн, и тот в ответ обнажил свои сточенные треугольные зубы.

Значит, готов. Хотя чего ещё можно было ожидать от этого кровожадного дикаря? Даже после посмертия он жаждет крови. Другое дело, что сам Абди её пролить по понятным причинам не в состоянии — он ведь призрак, как-никак. Зато ему вполне по силам меня направлять.

Абди замирает у меня за спиной, и я чувствую, как мой контроль над телом понемногу ослабевает. Отныне я не только Виктор Моров, последователь великой богини, но и Абди Дакай, первый охотник племени Зулу. Теперь его руки — мои руки, его ноги — мои ноги, его доблесть — моя доблесть! А вместе мы — великий охотник саванн!

— Йомбе!!! — вырвался из моей глотки первобытный боевой клич.

Дакай сделал первый шаг, и я повторил этот шаг вслед за ним.

Глава 2 Черный конверт

Над парковкой повисла тишина. Мы с Ареем неотрывно смотрели друг другу в глаза. В отражении его зрачков я видел себя и стоящего за моей спиной оскалившегося в безумной улыбке Дакая. На треугольных зубах дикаря поблескивала слюна.

Окружающий мир вдруг отошел на второй план. Сузился до размера меня и моего брата. Даже зрение превратилось в аналог подзорной трубы. Я отчетливо видел только ЕГО, мою цель, сегодняшнюю добычу, а весь остальной мир словно померк.

— Ну, и долго ты будешь там стоять? — сорвался с губ Арея вполне закономерный вопрос.

Тут он прав, одним стоянием на месте драку не выиграть.

Я сделал первый шаг. А следом за ним еще один и еще… И вскоре уже стелился над землей, подобно гепарду. За моей спиной маячила тень первого охотника саван, а в правой руке поблескивал нож.

Его-то я и пустил в ход, когда разделяющее нас с братом расстояние сократилось до какого-то жалкого метра. Первым росчерком клинка я полоснул по его серо-стальным глазам. Опыт Дакая подсказывал: такую опасную дичь нужно сначала лишить зрения, а уже затем медленно брать измором.

Жаль, что мой брат — не какая-то там дичь. Арей ненадолго прикрыл глаза, из-за чего острейшее лезвие бессильно скользнуло по опущенным векам, а после просто и без затей пнул меня ногой. Туфля сорок третьего размера с гулом рассекла воздух… И, к несчастью для ее владельца, угодила в молоко. Рефлексы, позаимствованные мной у Дакая, увели меня в сторону задолго до самого удара.

Ну а когда брат наконец протер глаза я уже и вовсе находился у него за спиной.

Второй взмах ножа. На этот раз моей целью стали его подколенные сухожилия. Лезвие коснулось брюк, и белоснежная ткань распалась на лоскуты. В разрезах промелькнула точно такая же белоснежная кожа. Само собой, без единого пореза. Но это и неважно. Ведь данный выпад нужен совсем не для того, чтобы пустить Арею кровь. А чтобы хоть немного его замедлить. Порванные штаны и отбитые сухожилия помогут выиграть мне столь необходимое время. Время, чтобы придумать хоть сколько-нибудь действенный план. По крайней мере, я на это надеюсь…

— Как глупо, — произнес Арей и, опять же, без всяких изысков лягнул меня ногой. При этом даже не обернувшись!

Тут уже рефлексы Дакая дали сбой и туфля все того же сорок третьего размера впечаталась мне в грудь.

Воздух тут же с хриплым свистом покинул мои легкие, а пятки предательски оторвались от земли. Я почувствовал металлический привкус на губах и сопутствующую этому вкусу вспышку боли. Но это было лишь начало. Следом пришло ощущение невесомости. Мир начал вращаться так, словно меня без моего ведома запихнули в барабан стиральной машины.

Я понял, что лечу.

Однако и эта мысль не успела, как следует, укорениться в моей голове. Спустя пару-тройку ударов сердца полет подошел к концу. И окончился он, само собой, весьма жесткой посадкой. Моя спина столкнулась с чем-то жестким и весьма скрипучим… Крак!

На мгновение я снова потерял ориентацию в пространстве, а когда все же пришел в норму, то обнаружил себя в плену помятого автомобиля: мои плечи оказались зажаты в тисках покореженного металла, а голова покрыта осколками стекла. Последние щедрой волной принимаются рассыпаться по полу, стоит мне только слегка пошевелить головой.

— И где эти хваленые подушки безопасности, когда они так нужны? — пробурчал я, рывком выбираясь из стального плена и стряхивая с головы стеклянное крошево.

При этом чувствовал я себя довольно терпимо. Совсем не так, как чувствовал бы себя обычный человек, пролети он добрый десяток метров и сомни собственной спиной дверь припаркованного автомобиля. Да, кое-где побаливает, не без этого, но жить можно.

Другое дело, что ненадолго лишившись ясности ума, а значит, и концентрации, я также лишился и напарника. Дакая со мной больше нет. Впрочем, как и столь лелеемого мной ножа. Он теперь валяется непонятно где, и искать его я точно не намерен. Нет у меня времени на такие глупости.

— Как посадка? — зашагал в мою сторону Арей.

— Паршиво. Как обычно. Твои авиалинии никогда не славились хорошим сервисом.

Храбрый ответ с моей стороны. Жаль только, кроме храбрости, мне Арею противопоставить больше нечего. Душа Абди Дакая — сильнейшая в моем арсенале. Хотя можно ли назвать то, что я имею арсеналом? Само понятие арсенал предполагает наличие в нем оружие.

Я же, скорее, имею внутри себя склад. Склад, заполненный душами вполне обычных людей, к тому же еще и припорошенных пылью истории. Да, некоторые из этих душ обладают знаниями и умениями, недоступными большинству смертных. Но какой в них толк, если они не могут приблизить меня к победе? Вот чем мне, например, могут помочь знания обычного аптекаря из позапрошлого столетия или навыки карточного шулера, рожденного в средневековой Европе?

Даже душа Дакая и та принадлежит пускай и умелому, но все ещё обычному охотнику. Простому человеку.

И таких душ в моих закромах десятки, если не сотни, ведь призывал я их с тех самых пор, как научился ходить.

Морена даровала мне воистину удивительную способность. С ее подачи я стал настоящим проводником душ…

Но какой в этом толк, если выбор самих душ зависит не от меня, а от обычной случайности?

Я снова, как и сотни раз до этого, потянулся к своей способности и взмолился богине удачи.

Надеюсь, хотя бы на этот раз мне повезет.

Способность послушно откликнулась и напротив меня сформировались десять туманных сфер.

Однако туман — лишь оболочка, скрывающая суть. Он прячет от глаз цвета призванных душ. Откуда-то мне известно, что таких цветов должно быть пять: серый, черный, белый, золотой и красный.

Но за всю свою жизнь я видел лишь один из них. Серый. Цвет души обычного человека: не воина, не героя, не злодея и не праведника. Цвет обывателя.

Вот и на этот раз, когда туман с душ спал, я заметил перед собой десяток парящих в воздухе серых сфер.

Опять неудача. И что хуже всего — на повторный призыв у меня попросту нет сил.

А между тем серые души одна за другой принялись врезаться мне в грудь, принося с собой знания.

Теперь мне известно, кем являлись их владельцы при жизни. Рыбак с Цусимы. Лондонский трубочист. Неудачливый загонщик мамонтов. Сказитель из Дании. Мореплаватель, попавший на жертвенный камень ацтеков. Запоротый насмерть Кельтский крестьянин. Франкийский кожевник. Куртизанка из Рима. И наконец, боец панкратиона прямиком с Олимпийских игр. Последний из всего этого сборища душ интересует меня больше всего.

Его-то я и призываю себе на подмогу.

Спустя мгновение Андонис Афинский уже стоял у меня за спиной. Его оголенный торс блестел от смеси пота и оливкового масла, а глаза горели огнем, будто он только что вышел из битвы. В них читался ни с чем не сравнимый азарт.

Рослый грек поднял свои длинные увитые тряпичными бинтами руки к своему же подбородку, и я повторил вслед за ним. Наши кулаки сжались.

— Решил побоксировать? — без всякой издевки уточнил Арей.

— Что-то вроде того, — согласился я с ним и вслед за Андонисом прижал подбородок к груди.

— Хорошо, — произнес брат и тоже поднес свои кулаки к лицу.

Над парковкой снова повисло напряжение. Стали слышны лишь шаркающие неспешные шаги. Мы с братом начали сближаться.

Вскоре расстояние между нами сократилось сначала с пяти метров до трех, затем до двух, а после мы и вовсе оказываемся на расстоянии удара.

Все это время я неустанно наблюдал за движениями Арея. За тем, как он двигает бедрами, как дышит, и в какой последовательности переносит вес с ноги на ногу. Все эти мелочи, будто мозаика, складывались у меня в голове, рисуя образ будущей схватки. Теперь, благодаря Андонису, мне известно, что правый каблук брата, тот самый, которым он зарядил мне в грудь, немного сбился и стал короче, чем левый.

Казалось бы, сущая мелочь. Но опыт Олимпийского гладиатора твердит о том, что это не так. Укороченный каблук еще сыграет свою роль. Ведь когда брат захочет выбросить удар, ему придется перенести весь свой немалый вес с задней правой ноги на ведущую левую. И когда это произойдет, ему потребуется чуть больше времени, чем обычно…

Сейчас! Правая пятка Арея отлипла от бетонного пола, бедро брата провернулось внутрь, и вслед за этим с той же самой стороны вылетел его пудовый кулак. Прекрасный правый прямой!

Вот только мы с Андонисом тоже не стояли на месте. Мы начали двигаться еще до того, как правая стопа Арея поднялась на носок. Диагональный шаг влево и наши с олимпийцем кулаки синхронно впечатались в квадратную челюсть последователя богини. Идеальный левый боковой, еще и на противоходе! Таким можно свалить даже быка…

— Слабо, — слова брата звучат как приговор. Мой кулак уперся ему в лицо, но Арею словно бы нет до него никакого дела. Он продолжает смотреть на меня холодно и отстраненно. — Опять они, души обычных людей? Почему не Македонский, Акивилий или Геракл? Где воины и герои, которых мы так ждали…

— Извини, что разочаровал, — пожал я плечами и тут же прикормил его еще одним ударом. На этот раз апперкотом.

Зубы брата звучно клацнули. Ну, тут он сам виноват, не стоит болтать во время драки. Другое дело, что брат у меня тоже не слабак — привык отвечать ударом на удар. Так что, как следует, порадоваться своему сиюминутному успеху я не успел. Пришлось нырять вниз, подальше от ответного удара. Арей выкинул вперед левую руку и его твердый, как граненый алмаз, кулак пронесся в опасной близости от моей макушки. Настолько близко, что сопутствующий удару порыв ветра попросту сдернул с моей головы капюшон.

Спустя мгновение с той стороны, куда улетел кулак, раздался противный хруст и скрежет металла. Мою голову снова осыпало осколками стекла. И будто этого мало, из-за спины утробно заверещала сигналка.

— Отец рассчитывал, что ты призовешь души последователей богов, — пробился сквозь какофонию звуков голос стоящего надо мной брата.

— Передавай ему мои искренние соболезнования, — огрызнулся я и тут же попытался разорвать дистанцию…

Но не тут-то было! Рука брата, та самая, что только что смяла автомобильную дверь за моей спиной, возвратным движением ухватила меня за капюшон, словно шелудивого щенка за шкирку… Рывок! Едва слышный на фоне сигналки треск ткани и вот меня уже снова одолевает чувство невесомости. Следующим, что я увидел, стало лобовое стекло стоящего по соседству внедорожника и мое отражение в нем. Ну а дальше все по классике, снова хруст стекла и вот я уже вблизи разглядываю салон чужого автомобиля.

— Отец знает, что такова воля Морены и от тебя мало, что зависит, — раздался из-за спины голос старшего брата. — Подаренная тебе способность сродни игре в кости, она полностью полагается на твою удачу…

Тут он прав. И обычно удача не на моей стороне. Но только не в этот раз. Взгляд сам собой прикипел к цельнометаллической бите, торчащей из-за водительского сиденья. Видимо, пришло время нам сыграть в лапту!

— … Однако слабость — есть слабость. Тебе уже шестнадцать, но твой потенциал до сих пор дремлет. Отец считает, что мы не можем больше ждать, — с этими словами брат ухватил меня за ногу, а я, в свою очередь, вцепился в биту.

Дальше последовал закономерный рывок. К слову, весьма ожидаемый. Поэтому стоило мне только «покинуть» салон внедорожника, как бита тут же взметнулась в воздух. А после с гудением опустилась на ухватившую меня руку. Бац! Раздался сквозь гул сигнальных сирен звучный шлепок, и моя штанина выскользнула из ослабевшей хватки последователя богини.

Следующий удар биты обрушился уже ему на голову. Закругленный наконечник врезался аккурат в висок. По моим рукам пробежала крупная дрожь — крепкий зараза! Арей же на это лишь слегка мотнул головой. Ему такой удар, что слону дробина.

Ну а раз так, значит, надо добавить! Я снова взмахнул уже немного погнутой битой, в надежде потрясти брата еще разок. Но не тут-то было! Арей тотчас ответил мне взаимностью. Его локоть «ушел» назад, а кулак нацелился мне в лицо…

— Остановитесь, хватит! — неожиданно прорвался сквозь рев сигналок чей-то панический возглас.

Услышав его, мы с братом застыли соляными столбами: он с занесенной для удара рукой, а я с погнутой битой наперевес. Так продолжалось каких-то пару секунд, а затем мы столь же слаженно перевели взгляды на спешащего к нам пузатого дядьку в форме охранника.

Тот пыхтел, обливался потом, но все же несся к нам, несмотря на явно читаемый на его лице страх. В руках у бедолаги виднелся перцовый баллончик.

От этой картины у меня дернулась щека. Ну и что, скажите мне на милость, он собрался делать с этой штуковиной? Против двух последователей богов это совершенно бесполезно — с тем же успехом он мог побрызгать на нас обычной водичкой из-под крана.

И только я успел об этом подумать, как произошла еще одна непредвиденная ситуация. На парковку под звучный рев мотора вылетел черный лоснящийся лаком зверь. Им оказался уже знакомый мне лимузин с двойной задней колесной базой! Массивный автомобиль пару раз оглушительно бибикнул и с визгом затормозил в каких-то метрах от многострадального внедорожника, на капоте которого я успел примоститься.

По ноздрям сразу же ударил запах жженой резины. Противный, что ни говори. Но куда противней мне стало, когда я увидел ЕЕ, личную помощницу моего драгоценного братца, Лану Белоф. Роковая красотка фурией вырвалась из роскошного салона автомобиля, еще до того, как тяжеленный лимузин окончательно дочертил свой тормозной след.

— Председатель! — метнулась к Арею высоченная блондинка в белоснежном брючном костюме.

Подлетев к брату, она первым делом профессионально поправила его растрепавшуюся после удара биты прическу, а после с явной тревогой осмотрела поистрепавшийся за время нашей семейной ссоры костюм. Увиденное ей явно не понравилась, и потому уже в следующую секунду помощница грозным окриком подозвала к себе водителя.

— Ко мне!

Дверь лимузина снова распахнулась, и автомобиль, как по мановению волшебной палочки, «выплюнул» из своего салона рослого мужчину в черном плаще. Притом мужчину весьма расторопного. Вскоре он уже находился в каком-то метре от секретарши и пожирал моего брата глазами, в ожидании следующих указаний.

Хороший песик. Впрочем, других в семьях последователей богов и не держат. Другое дело, что помощницу брата такое поведение водителя нисколечко не впечатлило, поэтому вместо заслуженной похвалы она одним грубым движением сорвала с его плеч черный плащ. После чего этот же плащ, но уже куда более аккуратным способом оказался накинут на плечи Арея. Сам же водитель остался стоять в рубашке и брюках все того же черного цвета.

— Так намного лучше, — уже более спокойно произнесла Лана и с неудовольствием покосилась на переминающегося с ноги на ногу охранника.

Тот бедняга не знал, куда деть собственные глаза. Его взгляд непрестанно блуждал между лицом Арея, лацканом пиджака Ланы, на котором поблескивал значок компании «Навь», и портупеей водителя, с торчащей из нее рукояткой крупнокалиберного пистолета.

Видимо, сообразив, что никаких осмысленных действий ждать от впавшего в прострацию охранника не стоит, Лана сама взялась за дело. Приблизившись к мужчине она одним выверенным, заученным движением поместила в его нагрудный карман черно-белую визитку.

— «Навь» все оплатит.

После этой короткой фразы Лана Белоф моментально потеряла всякий интерес к охраннику и вернулась к нам с братом.

— Председатель, звонил посол Месопотамии, просит принять его на час раньше. Ваша фотосессия для журнала «Божественный лик» так же переносится…

— Избавь меня от этих ненужных подробностей, — холодно ответил ей Арей. После чего потянулся к карману своих изодранных, уже не столь белоснежных брюк, и извлек наружу черный, порядком помятый конверт, с оттиском из белого сургуча. — Это тебе, — протянул он мне его, а затем добавил: — От отца.

Ох и не к добру все это. Ну кто же в наш век высоких технологий и всемирной сети отправляет обычные письма, да еще столь экстравагантным способом, в виде курьера из числа последователей богов. Но делать нечего, пришлось забирать.

После того как письмо оказалось в моих руках, Арей все с тем же равнодушным видом, с каким вручал мне послание отца, отправился к задней двери автомобиля. Там он на мгновение замер, кинул взгляд на пакет с шарлоткой, оставленной на капоте стоящего поодаль автомобиля, а после, уже без всякой заминки, перевел свои серо-стальные глаза на помощницу.

— Забери, — коротко скомандовал Арей, перед тем как усесться на заднее сиденье лимузина и хлопнуть на прощание дверью.

Лана с явной неохотой исполнила приказ и только после этого уже с пакетом наперевес вернулась в салон автомобиля.

Под рев мотора дорогущий лимузин производства концерна «Молот» сорвался с места, увозя мою шарлотку в неизвестном направлении.

Вскоре на парковке остались лишь мы вдвоем: я, да ошалевший от всего происходящего охранник.

Глава 3 Однерка

— Эм, господин, а я уже могу идти? — наконец пришел в себя властелин парковочных мест.

— А мне почем знать? — пожал я плечами и забросил обратно в салон внедорожника отслужившую свое биту.

Н-да уж, ну и денек. Думал, спокойно займусь готовкой, а вместо этого пришлось скакать по парковке горным козлом и попутно отбиваться от нападок родного брата. Еще и письмо это, будь оно неладно. В нем явно не приглашение на уютный семейный ужин. Скорее уж, очередная пакость со стороны патриарха семьи Моров.

Мои пальцы ловко обследовали конверт на предмет посторонних предметов. Ничего. Да и вес соответствовал обычному письму. На первый взгляд никаких сюрпризов. Можно смело вскрывать.

С именем Морены на устах сорвал белый сургуч с конверта. Внутри, ожидаемо, оказался обычный лист бумаги, свернутый в несколько раз. Его-то я извлек наружу. Развернул. И тут же внимательно вчитался в содержимое.

«Седьмому наследнику семьи Моров, Виктору от патриарха семьи Моров Иона. Сим письмом я определяю твою дальнейшую судьбу…»

Пока ничего нового. Обычный, присущий старым семьям официоз, от которого меня уже давно тошнит, но традиции, чтоб их…

А вот дальше мой взгляд вдруг наткнулся на весьма неожиданное слово. Слово, которого в данном письме быть вроде как не должно. «Токио»!

«…Своим волеизъявлением мы отправляем тебя на обучение в префектуру Токио. Неси с честью имя нашей семьи на чужой земле. И помни смерть — лишь начало».

Да ладно, быть того не может! Рука машинально смяла черный конверт.

Он что, вздумал от меня избавиться? Или это такой политический ход? Я, конечно, слышал, что император Хирохито организовал некое учебное заведение в префектуре Токио и даже подал прошения в ООБ для его пополнения. Но это ведь сущий бред! Во мне все еще течет кровь семьи Моров! Почему именно я должен становиться разменной монетой в чьей-то закулисной игре?

Очевидно ведь, отец не стал бы отправлять в чужую страну своих детей. Но значит ли это, что для меня он все-таки решил сделать исключение? Неужели я настолько его разочаровал?

Да, моя способность проводника душ все еще не проявила себя во всей красе. Но разве это повод отправлять меня, наследника семьи Моров, в самое пекло? Или отец на старости лет совсем позабыл о том, что рядом с Токио находится аж целых две зоны отчуждения: Пылающая Хиросима и Вотчина живых теней Нагасаки⁈

Нет, точно не забыл, а значит, мной просто решили пожертвовать. Впрочем, оно и неудивительно, ведь в нашем семейном древе я в глазах других — самая чахлая ветвь. Полагаю, именно поэтому на меня и возложили столь «почетную» миссию.

Осталось лишь понять, стоит ли ее принимать?

Но об этом я подумаю немного позже, когда свалю с этой треклятой парковки. Тем более что задерживаться здесь — себе дороже, откуда-то издали уже доносится рев сирен. Стражи правопорядка Тартарии, как обычно, не дремлют.

Задержать-то они меня, скорее всего, не задержат, а вот крови попьют знатно. Еще и отцу доложат, и плевать, что в этом виноват мой братец. А оно мне надо? Вот то-то и оно!

Отряхнув голову от остатков стекла и непонятно как оказавшегося там каменного крошева, накинул на голову многострадальный капюшон, и скорым шагом направился к выходу из парковки.

У самого выхода ненадолго замер и, будучи в тени бетонного навеса, окинул взглядом улицу. Вой сирен продолжает приближаться, но ни одной машины представителей органов правопорядка пока еще не видать. Это радует.

Уже более спокойно вышел из здания парковки и по пешеходному переходу пересек улицу. Ну а дальше как заправский шпион просто смешался с людским потоком, спешащим по своим делам.

Полдела сделано, осталось добраться до дома.

Путь до жилого комплекса занял у меня от силы минут десять. И то только потому, что спешить было некуда. Дабы не привлекать внимание к своей потрепанной персоне, я едва переставлял ноги. Однако даже так за время своего пути мне «посчастливилось» поймать на себе немало настороженных взглядов. Хотя это-то как раз совсем неудивительно, район, в котором я находился, считался одним из самых престижных районов столицы, а тут я — ну чистый выходец из гетто, весь ободранный и грязный. Не хватало разве что алюминиевой банки в руке, да сигареты в зубах. Однако даже так я то и дело становился центром внимания.

Апофеозом же всего этого внимания стала встреча у самого входа в жилой комплекс. Когда я приблизился к стеклянным дверям, мне навстречу вышла женщина с ребенком, мальцом лет шести, сжимающем в своем маленьком кулачке надкусанный шоколадный батончик.

Мы ненадолго замерли напротив друг друга, мысленно решая, как грамотно разминуться, и в этот самый момент произошло, наверное, самое неожиданное событие за сегодня. Малец нехотя протянул мне свою недоеденную шоколадку.

— Держи, тебе нужнее, — с жалостью произнес он.

Вскоре мама с сыном удалились по своим делам, оставив меня наедине с надкусанной шоколадкой и странным чувством в груди. Кажется, меня только что приняли за попрошайку.

Усмехнувшись, я сделал очередной шаг вперед. На мгновение замер, дождался, пока стеклянные двери гостеприимно разъедутся, а после вошел внутрь.

Холл элитного жилого комплекса встретил меня свежестью и прохладой, а еще доброжелательной улыбкой миловидной консьержки. Она явно меня узнала, даже несмотря на потрепанный внешний вид.

Вот что значит настоящий профессионализм. Ни одного лишнего слова или, не дай бог, неподобающего вопроса — лишь кроткая улыбка и теплый взгляд. Жаль только, что всё это напускное. Обычного подростка таким, может, и можно провести, но меня — того, кто за свою недолгую жизнь успел пообщаться с огромным количеством людей, пускай и не совсем живых, — подобным точно не пронять. Поэтому я как ни в чем не бывало отправился к лифту, где пальцем коснулся кнопки вызова.

Через пару секунд двери стальной коробки гостеприимно разъехались, впустив меня внутрь. Затем последовало еще одно касание, на этот раз кругляшка с заветной цифрой шестнадцать. Пол под моими ногами дрогнул, и лифт послушно устремился вверх.

Наконец-то я снова дома!

Элитные двухуровневые апартаменты встретили меня ласкающей слух тишиной и до сих пор не улетучившимся запахом выпечки. С силой втянув ноздрями этот чудесный аромат, я захлопнул за собой дверь и тут же прямо у входа скинул с себя все шмотки. А после, прямо так, голышом, отправился в ванную комнату.

Там я на скорую руку принял душ, смыв с себя недавний пот и вымыв из волос остатки всякой дряни. После чего закутался в махровый халат.

Выходил из ванной уже совсем другим человеком. От былого уныния не осталось и следа. Контрастный душ смыл все переживания, оставив в голове лишь четкий план.

До самого последнего момента я не знал, как поступить: подчиниться воле отца или же пойти ему наперекор? Каждый из двух этих вариантов сулил мне одни лишь проблемы. Казалось, правильного ответа среди них нет.

И вот, стоя под струями дождя, я наконец выбрал свой путь. Если род Моров видит во мне лишь разменную монету, то, возможно, мне пора повысить свой номинал. Стать кем-то более ценным. Кем-то, кем нельзя просто так пожертвовать.

Вооружившись этой мыслью, снова вернулся в прихожую, отворил соседнюю с выходом дверь и вошел в гардеробную. Взгляд тут же уцепился за вереницу белоснежных костюмов и черных рубашек, заполонивших добрую половину далеко не маленького помещения. Вот только я здесь не за ними.

Откровенно говоря, меня никогда не прельщал официальный стиль рода Моров. Возможно, в отличие от своих многочисленных братьев и сестер, я был рожден уже со вкусом. А может, дело в тех самых душах, с которыми мне пришлось провести почти все свое детство?

Да, скорее, второе. Вспоминая всех тех давно погибших людей, я невольно ловлю себя на мысли, что если бы не они, я бы вряд ли чем-то отличался от типичного представителя семьи Моров. Благодаря нашим с ним разговорам, их опыту и взглядам на жизнь я и сам не заметил, как перенял многие их черты. Стал человечнее, что ли?

Теперь, оглядываясь назад, я больше не ощущаю себя истинным последователем богов. Похоже, во мне больше нет той вседозволенности, что отличает сверхчеловека от обычного смертного…

Но, возможно, так даже лучше. Быть может, именно эта моя черта и станет секретным оружием в борьбе за место под солнцем. Все же титул седьмого наследника семьи Моров — далеко не предел моих мечтаний.

Вот только думать об этом пока рано. Для начала следует хотя бы одеться.

Рука сама потянулась к одинокому спортивному костюму, почти затерявшемуся на фоне однотипных пиджаков семьи Моров. То, что надо! Серый, не маркий, а главное — с глубоким капюшоном. Последнее особенно важно, учитывая мои планы на ближайший вечер. И нет, я не собирался устраивать пробежку на свежем воздухе.

Вскоре махровый халат отправился в корзину с грязным бельем, а его место занял тот самый костюм. Осталось поработать над внешним видом.

Взгляд перескочил на ростовое зеркало в конце гардеробной. В нем отражался стройный подросток с живыми серыми глазами, непослушными, немного вьющимися черными волосами и до одури идеальным лицом. Идеальным не в плане красоты, хотя и не без этого, а в плане симметрии. Выверенная до миллиметра посадка глаз, идентичный угол нижней челюсти, ноздри одинакового размера и даже брови, словно бы скопированные друг с друга. Обычному человеку о такой симметрии приходится только мечтать, но для урожденных последователей богов — это всего лишь данность. Мы можем быть стройными и упитанными, высокими и низкими, красивыми и не очень, но вот чего у нас не отнять, так это идеальной соразмерности.

И, как назло, именно эта самая соразмерность является нашей отличительной чертой. Признаком, по которому нас легко можно вычислить. И от которой мне в скором времени предстоит избавиться.

Сделав еще несколько шагов по направлению к зеркалу, остановился у небольшого комода.

Моя цель находилась во втором ящике сверху. Его-то я и потянул на себя. Спустя мгновение, перед глазами предстала она — палета с театральным гримом. Вот уж не думал, что эта вещь мне когда-нибудь пригодится. И тем более не предполагал, что наука одного не в меру эксцентричного театрального актера понадобится мне столь скоро.

Подцепив подушечкой большого пальца верхний слой теней, прошелся ей же по собственной щеке. После чего мягко растерев тени по коже, я наложил их таким образом, чтобы щека казалась меньше, чем она есть на самом деле, а скула, наоборот, больше. Полдела сделано. Теперь осталось поработать над носом.

Его я обрабатывал уже с другой стороны, добиваясь легкого искривления. И только после того, как закончил с этим последним штрихом, бросил взгляд на зеркало.

То, что нужно! Легкая, едва заметная асимметрия придала моему лицу некую индивидуальность, присущую обычным смертным. Теперь даже знающий человек навряд ли сможет вот так вот с ходу распознать во мне урожденного последователя богов.

Однако проверить, так это или нет, все же стоило.

Легкий щелчок пальцев и напротив меня возникла серая дымчатая сфера. Пару мгновений она мелко дрожала. А после резки рывком вытянулась вверх и вниз, попутно образовав некое подобие человеческого силуэта.

— Ох, мусье Витор! — окончательно сформировался из дымки знакомый образ. — Сколько лет, сколько зим! Давно вы меня не звали! Позвольте, я вас обниму!

— Как-нибудь в другой раз, — отступил я подальше от любвеобильного француза.

— Ну что вы, всего разочек, вы даже не почувствуете. Как-никак я давно мертв, — с грустным видом закончил Жан Поль Белье, одновременно с этим поправив свой сползший набок парик.

Помнится, во времена нашей первой «встречи» этот эксцентричный француз тоже полез ко мне обниматься. Вот я тогда удивился. Это уже потом выяснилось, что в его времена мужчины предпочитали обычному рукопожатию крепкие объятия, да еще и с поцелуем в щеку. А тогда я этого не знал и принял Жан Поля за того, кем он на самом деле не является. Белье, конечно, за такое попрание его чести на меня в тот день сильно взъелся и даже попробовал вызвать на дуэль. Но вот беда, его призрачная белая перчатка с легкостью пролетела сквозь мою голову.

— Так зачем позвали? Неужто решили полностью посвятить себя актерскому мастерству? — подмигнул мне Жан Поль. — Тогда вы точно по адресу! А то ваш грим совсем никуда не годится. И кто вас только научил так накладывать тени?

— Ты? — приподнял я бровь.

— Тогда прекрасная работа! Меньшего от своего первого и единственного ученика я и не ожидал! Да вам самое место в Парижской Гранд-опере с такими талантами!

— Правда, настолько хорошо?

— Нет, — потряс пухлыми щеками Жан Поль, а после добавил: — Но если вы вздумали таким нехитрым способом обмануть какого-нибудь замшелого крестьянина, то, думаю, шансы на успех велики.

На первый взгляд, весьма нелестная оценка. Но это если не знать Жан Поля. Этому невысокому толстячку палец в рот не клади, дай только преуменьшить чужие заслуги. Да и скуп он на похвалу, чего уж таить.

— Спасибо, Жан Поль, — поблагодарил я выходца из французского бомонда и тут же щелкнул пальцами.

— Мусье Витор! А поговорить… — завопил призрак давно ушедшей эпохи, за мгновение до того, как бесследно исчезнуть.

Я снова остался один. Однако теперь у меня есть то, чего не было прежде — уверенность в том, что все получится. Если уж Жан Поль с его наметанным глазом так высоко оценил мою маскировку, то обычный человек и вовсе не заметит подмены.

Теперь дело за малым — собраться в дорогу. А для этого мне нужны документы. Благо находятся они совсем неподалеку в том же самом комоде. Только в самом верхнем его ящике.

Его-то я и выдвинул.

На глаза сразу попалась красная книжица, размером с ладонь, паспорт гражданина Тартарии. Мой официальный документ. Однако брать его с собой я ни в коем случае не собирался. Рядом с гербом Тартарии, расправившей крылья совой, виднелись две крайне приметные буквы: П и Б. И обозначали они, конечно же, то, что владельцем документа является последователь богов.

Но и это еще не все, стоило мне только раскрыть первую страницу, как взгляд сразу цепляется за еще одно напоминание о том, что данный паспорт принадлежит кому угодно, но точно не обычному человеку.

«Оценочный сертификат ООБ»

Владелец: Виктор Моров

Год рождения: 5768

Код классификации:

Исполин — 1

Чудотворец — 1

Эта и многая другая информация напечатана на белоснежном вкладыше, аккуратно вклеенном между первой страницей паспорта и его плотной обложкой. И значит данная информация куда больше, чем все, что описано дальше.

Оценочный сертификат для последователя богов — это как аттестат выпускника школы. Некое мерило, если не заслуг, то собственных сил. И надо признать, в моем случае мерило, мягко говоря, весьма сомнительное.

Мне уже шестнадцать, но я все еще Исполин — 1.

Да, по сравнению с обычным человеком я невероятно силен и меня не так-то просто ранить. Однако до того же Арея мне все еще чертовски далеко. И на то есть одна весьма веская причина. Все то время, пока мой брат развивался, я тратил дарованную мне силу на одну-единственную вещь. На призыв все новых и новых душ. И этим обрек себя в глазах других на неудачу. Моему телу попросту не хватило божественной силы для развития.

Но даже так, я бы, наверное, особо по этому поводу не печалился, если бы не вторая строка классификации. Чудотворец — 1.

Таких, как я, принято называть особами, наиболее приближенными к богу. Наши способности настолько необъяснимы и не поддаются оценке, что их принято именовать не иначе как Чудом. Но вот беда, даже у чудес бывают свои градации. И мое Чудо пока что не стоит и выеденного яйца. Именно поэтому напротив классификации и стоит та проклятая единица!

И опять же, это вполне закономерный исход. Стараясь изо дня в день из единицы сделать десятку, я тратил все свои силы на призыв новых душ и совсем позабыл о других аспектах. А нужные мне души тем временем не «приходили». Так я и стал тем, кто я есть: разочарованием рода, и слабым мальчишкой с громким титулом Проводника душ.

Я должен был стать надеждой, но обратился никем.

Однако как бы то ни было, сдаваться я не собирался. Мои губы сами собой растянулись в усмешке. Те мертвые души, которые поначалу были приняты мной за ненужный балласт, оказали мне одну неоценимую услугу. Позволили по-новому взглянуть на этот мир и оценить себя по-иному. Да, в данный момент я слаб. Но разве это имеет значение? Охотник из каменного века тоже был слаб, но это не мешало ему питаться мясом мамонта. Так чем я хуже?

Поэтому, вместо того чтобы корить себя за прошлые неудачи, я просто отправлюсь на свою последнюю охоту. И на этот раз точно добуду своего «мамонта». Ну, или умру, пытаясь.

Последнее, к слову, меня не особо пугает, ведь как у нас в семье говорят, смерть — это только начало.

Паспорт отправился обратно в верхний ящик стола, а следом за ним туда же скользнула моя рука.

На этот раз меня интересовало не содержимое ящика и даже не он сам, а крышка комода. Нижняя ее часть.

Вскоре мои пальцы наткнулись на полоску скотча, а затем и на то, к чему этот скотч приклеен. Оставалось лишь ухватить находку и потянуть ту на себя.

Скотч с легким скрипом отошел от деревянной поверхности, и моя рука вынырнула наружу. Ладонь больше не пустовала. В ней лежал «левый» телефон, зарегистрированный на какого-то бездомного, и новенький паспорт гражданина Тартарии. Только на этот раз без всяких сомнительных букв на обложке и вклеенных внутрь вкладышей.

На повестке остался один-единственный пункт: собрать сумку с вещами и дождаться вечера…

Глава 4 «Зайцы»

Улица встретила сыростью и свежестью прошедшего не так давно дождя. А также светом тусклых фонарей и почти полным отсутствием людей. Лишь где-то на грани слышимости ещё продолжал раздаваться рев одиноко спешащих куда-то автомобилей. Но и он должен был вот-вот сойти на нет.

Совсем скоро наступит комендантский час, и улицы совсем опустеют — никто не хочет становиться жертвой внезапного прорыва. Таковы реалии нашего мира.

Хоть умники из ООБ худо-бедно научились прогнозировать появление ветвей Иггдрасиля. Но это как с погодой — шансы пятьдесят на пятьдесят.

Впрочем, проблемы ООБ в данный момент волновали меня меньше всего. Сейчас мою голову занимали куда более приземленные вещи, например, расписание ближайшей автобусной остановки.

А точнее, последнего отходящего от нее автобуса. Ведь именно на нем я планировал покинуть один из самых фешенебельных районов Тартара и отправиться на его окраины. Туда, где меня в последнюю очередь станут искать.

Путь до остановки занял у меня от силы пару минут. При этом успел я как раз вовремя. Стоило только встать под металлический козырек, как напротив остановки с кряхтением притормозил нужный автобус.

Спустя секунду ожидания, зеленоватые двери с протяжным скрипом разъехались в стороны, и я с сумкой наперевес вошел внутрь. После чего сразу же отправился оплачивать проезд к водительскому окошку. Там я ненадолго замер, достал специально заготовленную на этот случай мелочь и ссыпал ту в пластиковый лоток, взамен получив от водителя талончик на проезд. И уже с ним в руке перешел в самый конец автобуса, где уселся на крайнее левое сиденье поближе к стеночке.

К этому моменту пневматические двери как раз закрылись и автобус с протяжным «пшшшшшшш» тронулся с места, постепенно набирая скорость.

А я тем временем уже вовсю осматривался. В салоне помимо меня находились еще трое: симпатичная девушка с уставшим лицом, видимо, только выбравшаяся с опостылевшей работы, да двое мило воркующих о чем-то своем стариков, как раз из разряда тех, что живут душа в душу до самого гроба.

К счастью, ответного интереса со стороны попутчиков не последовало. Но оно и понятно. Наверняка в их глазах сейчас отражался обычный, ничем не примечательный подросток, держащий путь домой после затянувшейся тренировки.

По крайней мере, именно так бы я и подумал, будь на их месте.

Мне же подобное отношение только на руку. Ведь чем меньше я привлекаю к себе внимания, тем тяжелее ищейкам семьи Моров будет отследить мои передвижения… Если они, конечно, вообще станут этим заниматься.

Последователи богов мыслят совсем не так, как обычные люди. Они куда безумней даже самых непредсказуемых смертных: порой могут вести себя расчетливо, как прожженные политики, а иногда не прочь примерить на себя шкуру отбитого наглухо отморозка. Именно поэтому у меня и нет никакой уверенности в том, что последует дальше.

Станут ли меня в принципе искать? А если станут, то насколько тщательно и с каким рвением?

Хорошо бы отец и вовсе забыл о моём существовании на ближайшие несколько месяцев. И зная его, такой исход вполне возможен. Помнится, как-то раз он забыл мою сестру в зоне отчуждения где-то в Индии. И ничего, потом даже не извинился. Такой вот он заботливый родитель, этот Ион Моров.

Но даже если чуда не случится и меня все же кинуться искать, то произойдет это не раньше следующих выходных — именно на них назначена моя ссылка в Японию. По крайней мере, билет на самолет, найденный мной на дне конверта, датируется этим числом. Получается, в запасе у меня еще семь дней.

Успокоив себя таким образом, окончательно растекаюсь по сиденью. Ехать мне долго, как бы не меньше двух часов, аж до конечной, так что можно и подремать…

— … Недавний случай, повлекший серьезные ранения двух человек, до сих пор бурно обсуждается в социальных сетях. Для тех, кто с нами недавно, напоминаем: вчера в три часа ночи в одном из ночных заведений Тартара сын высокопоставленного наместника Аккада попытался принести в жертву двух молодых людей. К счастью, прибывший на место происшествия специальный отряд ООБ в сопровождении члена Генеральной ассамблеи Арея Морова сумел предотвратить страшный исход. Преступник был задержан. В результате данного происшествия сегодня утром в столичный аэропорт частным рейсом прибыл особый представитель Месопотамии…

При упоминании Арея, мои веки слегка дрогнули. Украдкой кинул взгляд на сидящую в паре рядов от меня девицу. Звук исходил именно от нее, точнее, от бюджетного смартфона, в разъем которого она безуспешно пыталась воткнуть запутавшиеся наушники.

Спустя пару секунд ей все-таки это удалось, и звук из динамиков оборвался. Снова стали слышны лишь похихикивания пожилой парочки, да ровное гудение дизельного мотора. Мне оставалось лишь гадать: а не из-за того ли случая послу Месопотамии так приспичило повидаться с моим дорогим братцем?

Хотя этим дикарям уже ничего не поможет, даже личная встреча с членом Генеральной ассамблеи. За подобные проступки, последователей богов, как правило, отправляют в одно хорошо всем известное место, расположенное аккурат посреди Тихого океана. Именно там, на глубине почти двух километров, в специальном отведенном месте под названием Бездна Челленджера они обычно и замаливают свои грехи. Ну а если начинают плохо себя вести, то одна-единственная разгерметизация люков решает все возникающие проблемы. Поговаривают, даже Исполину-10 не выжить в подобных условиях. Давление воды в тысячу сто атмосфер запросто сплющит любого нарушителя, не оставив тому ему ни единого шанса на спасение.

Хах, а я еще думал, что это мне не повезло. Да по сравнению с Бездной Челленджера даже такая смердящая неприятностями дыра, как Токио, уже не кажется настолько плохим вариантом.

За этими размышлениями и сам не заметил, как пожилая пара сошла на очередной остановке, оставив нас с уткнувшейся в телефон девчонкой одних. Теперь в салоне покачивающегося автобуса слышалось лишь размеренное гудение двигателя.

Однако длилась такая идиллия недолго. На следующей остановке двери автобуса в очередной раз раскрылись и до ушей донеслись чьи-то смешки. Поначалу приглушенные. Но с каждой секундой становящиеся все громче. А затем и вовсе перерастающие в многоголосый гогот.

Спустя еще какое-то непродолжительное время в распахнутые двери влетела группа молодых парней, в кожаных куртках и модных сейчас твидовых кепках-восьмиклинках. Вместе с ними в салон залетели пары алкоголя и стойкий запах дыма. У каждого из пяти парней в правой руке виднелась жестяная банка пива. Точно такие же банки выглядывали из глубоких карманов.

Громко гогоча, новые пассажиры заняли середину автобуса. К этому моменту двери уже закрылись, и автобус снова возобновил свой ход.

Первое время не происходило ничего необычного. Парни похохатывали и обсуждали сиськи каких-то незнакомых мне актрис, да изредка переругивались. При этом, то один, то другой нет-нет да бросали взгляд в сторону сидящей неподалеку девушки. А та, уткнувшись в телефон, по понятным причинам их не замечала Ну или делала вид, что не замечает — все же не так-то просто не обращать внимания на витающий внутри салона запашок.

Так продолжалось где-то минут десять. А затем самый смелый и, видимо, самый пьяный из парней плюхнулся рядом с девушкой и резко ее приобнял. В этот момент салон начал тонуть в ободряющем гомоне, среди которого то и дело проскакивали весьма скабрезные предложения.

— Че ты ее как бабулю свою обнимаешь! На колени усаживай!

— Ага, а лучше сразу засоси!

— И руку! Руку под юбку запусти!

От подобного внимания девушка сначала замирает, словно кролик под взглядом удава, а затем пытается сбросить руку наглецу. Однако безуспешно. Парень ей попался крепкий. Да и сложно это — бороться со здоровенным мужиком, когда сама метр с кепкой и вооружена одним лишь телефоном.

Ну да ладно, не мое это дело. Все равно дальше сальных шуточек дело не зайдет. Не станут же они, право слово, делать с ней всякое разное прямо здесь, в салоне автобуса…

В этот момент парни всей гурьбой обступили паникующую девушку, и моя надежда на благополучный исход начала потихоньку улетучиваться. А с чего я вообще взял, что не станут? Все же на окраинах Тартара свои особые порядки, преступность здесь куда выше, чем в тех элитных районах, в которых мне доводилось бывать.

— Пустите! Я буду кричать! — пробился сквозь гогот тонкий, срывающийся на писк девичий крик.

— Кричи, — тут же получила она ответ от одного и парней и вот салон снова тонет в их мерзком смехе.

— Ну и кто тебе чем поможет? — добавил от себя уже другой парень, самый рослый из них. — Водитель не подойдет, он уже наученный. А пацан…

Взгляд его шальных глаз падает на меня.

— Да, да ты. Думаешь, надвинул капюшон и тебя больше не видно?

— Че молчишь? — подключился еще один, подходя поближе.

Он немного покачивался, но держался на ногах крепко, даже за поручень почти не хватался. И при этом то и дело прикладывался губами к жестяной банке.

— Слышь, тебе говорят! — поддел он пальцем мой капюшон. — Херасе! Мужики, смотри какой красавчик!

— Еще и со спортивной сумкой наперевес, — приблизился еще один, на этот раз постарше и поперек себя шире. — Че, спортсмен? Сколько жмешь?

Я ненадолго замер. Само собой, не от страха, а больше от неожиданности. Все-таки со мной такое впервые. Нет, я, конечно, слышал, что люди порой не прочь засунуть голову в пасть льву, но думал, что это иносказательное выражение.

— Э, че лыбишься⁈ — еще сильнее навис надо мной исходящий парами алкоголя боров.

Ну и вот как здесь не засмеяться? Нет, я, конечно, понимаю, что по внутренней классификации я всего лишь Исполин-однёрка, но ведь и эти парни тоже далеко не бойцы спецназа ООБ. Да и вооружены они не огнестрелом, а банками с пивом.

Интересно, как на моем месте поступил бы Арей?

— Мля, — ткнули в меня жирным пальцем. — Он, походу, еще и припадочный!

Ладно, повеселились и хватит. Пора с этим завязывать.

Откинувшись назад и уперевшись спиной в сиденье, выкинул вперед правую ногу. Само собой, не изо всех сил. Это с Ареем я мог не церемониться, а здесь одно лишнее движение — и вот у нас уже один никому не нужный труп. А там, где труп, там и пристальное внимание властей. А зачем оно мне особенно сейчас, верно?

Толстяк передо мной забавно кхекнул, получив пяткой в живот, оступился, и в попытках восстановить равновесие ухватился за рукав соседа. Ну а так как весил он на несколько десятков килограмм больше того соседа, то на прорезиненный пол они полетели уже вдвоем.

Стоит ли говорить, что смех и скабрезные шуточки тут же сошли на нет. Даже панические возгласы попавшей в переплет девчонки и те затихли. Жаль, что лишь на пару мгновений. Гул двигателя вновь ушел куда-то на второй план, а ему на смену пришли сначала раздосадованные, а затем и гневные матюки. И раздавались они, само собой, откуда-то снизу.

— Сука, да слезь ты с меня! — разгорелась возня у моих ног, во время которой тощий с покрасневшим от натуги лицом пытался скинуть с себя тушу своего более объемного приятеля.

Толстяк же одновременно с этим таращился в мою сторону налитыми кровью глазами и пытался своей граблей ухватить принадлежащую мне штанину.

— Вешайся, мразота мелкая! — сопровождал он свои попытки руганью и обильным слюноотделением. Настолько обильным, что его слюни как из брансбойта поливали кепку тощего.

Жаль, долго так продолжаться не могло. Смотреть на этих неуклюжих пентюхов, конечно, весело, вот только их дружки тоже не стояли на месте. Они наконец пришли в себя и начали действовать. Ближайший ценитель пенного ловким прыжком перескочил через своих «поверженных» собратьев и тут же бросил мне в лицо пивную банку, а затем запустил вслед неплохой такой правый прямой.

Вот только меня на прежнем месте уже не было. В ту секунду, когда банка выскользнула из жилистых пальцев, я загодя сместился вбок. Поэтому вместо моего лица кулак любителя сомнительных головных уборов вонзился в обивку сиденья.

Хотя «вонзился» — это громко сказано. Так, слегка помял скрытый за обшивкой поролон и отпружинил обратно. А вот мой кулак, наоборот, именно что вонзился. Коротким левым апперкотом прямо под дых я выбил весь воздух из чужих легких.

Противник от такого подарка рефлекторно дернулся вниз в попытке согнуться, и в это время второй мой кулак влетел ему справа под ребра, куда-то в область печени.

Удар вышел грязным и неточным, все же я ни какой-то там Андонис Афинский, но хулигану напротив и этого хватило. Бедняга с болезненным стоном осел на пол, попутно потеряв свою модную кепку.

А в это время худой и толстый, те самые, что совсем недавно барахтались посреди салона, успели подняться на ноги. И стоять на одном месте они явно не собирались.

Первым ко мне бросился толстяк, видимо, в надежде задавить своей немалой массой. И расчет у него в принципе был верный. Как-никак, я сам загнал себя в угол. Позади меня последний ряд сидений, дальше которых никуда не деться, слева — окно с проносящейся за ним дорогой, а справа — опираясь на сиденья, пытается подняться на ноги прыгун с отбитой печенью.

Однако кое-чего подвыпивший боров все же не учел. Ему в противники достался далеко не заурядный подросток. Будь на моем месте обычный пацан, неважно, спортсмен или нет, он бы, конечно, струхнул от вида несущейся на него во весь опор туши. Однако меня таким не пронять. Помню, как-то на экскурсии по Черному континенту близнецы Гой и Ной натравили на меня носорога-перевертыша. Вот тогда было, действительно, страшно. А сейчас…

Я просто ткнул рукой в направлении кое-чьей полностью открытой морды… Даже не так. Всего-то выставил на пути несущегося на меня кабана кулак. А сам в это время уперся другой рукой в верхний край сиденья — так, на всякий случай, чтобы он не смог снести меня своей внушительной тушей. Все же хоть я сильнее этого борова, но законы физики еще никто не отменял. Его масса куда больше моей.

Наверное, именно на эту разницу и уповал толстяк, так как на мой кулак он налетел без всякой опаски.

Ну а дальше произошла вполне закономерная вещь. Лицо жиртреста столкнулось с непреодолимой преградой в виде моей руки. После чего раздался смачный хруст, и в то же самое время ноги толстяка, что до поры до времени несли его вперед, потеряли всякий контакт с прорезиненным полом.

Спустя мгновение, противник уже летел туда, откуда не так давно поднялся. И на этот раз его посадка обещала быть не такой уж мягкой.

Бам! С грохотом и болезненным криком толстяк приземлился на пол, ухватил себя за лицо и почти сразу же заорал.

— Шука, ты мне нош шломал! — после чего истерично добавил: — Парни он мне нош шломал!

— Да видим мы, не ори! — огрызнулся в ответ тот, что первым решил подкатить к девчонке. Он так до сих пор и не встал с насиженного места, продолжая и дальше обнимать подрагивающую от страха попутчицу. — Давай заканчивай с ним, а то телка стынет!

Получив напутствие, толстяк, как и было предложено, грузно поднялся с пола. Его глаза слезились, а по подбородку вовсю стекала кровь. Она красной рекой пробегала по жирной шее и впитывалась в черный мохеровый свитер, делая его еще темнее. В глазах же избитого мной борова сверкала ничем не прикрытая злоба.

— Замочу! — снова проорал толстяк и его рука проворно нырнула во внутренний карман куртки, чтобы практически сразу же оттуда вынырнуть.

В толстых, покрытых кровавыми соплями пальцах, мелькнула матовая прорезиненная рукоять. Боров судорожно дернул кистью. Раздался щелчок. И сразу следом за ним свет от потолочных ламп игривым бликом перескочил на рукоять выкидного ножа.

А вот это уже серьезно! Порезать меня, конечно, сложно, но далеко не невозможно. Один хороший тычковый удар и здравствуй, кровопотеря.

Ну а с другой стороны, может, не стоит себя накручивать. Нож-то всего один…

И тут до моих ушей начала доноситься целая канонада, состоящая из тех самых слышимых ранее щелчков. Даже мой сосед справа, тот, что с отбитой печенью извлек из кармана выкидуху.

Ну и дела. Им что, эти ножи в качестве подарка к их дурацким кепкам выдавали? И где они их только достали?

Но шутки, шутками, а делать что-то надо. Теперь все куда серьезнее. Это больше не обычная уличная драка, а скорее, уж настоящая бандитская разборка. Видимо, те слухи, что блуждают по сети о местных нравах, нисколько не преувеличивали. Окраины Тартара — и впрямь та еще дыра.

— Зря ты просто не дал себя избить, — снова попер на меня толстяк.

Только на этот раз неспешно и со знанием дела. Его ладонь плотно обхватывала рукоять ножа, а большой палец лежал там, где ему положено — ни на торце лезвия как у какого-нибудь дилетанта, а впритык к фаланге указательного пальца. Идеальный хват, если хочешь кого-то заколоть и при этом самому не остаться без пальцев.

В это же самое время начал двигаться и мой сосед справа, тот, что до недавнего времени опирался на сиденье и старался лишний раз не дышать, чтобы не блевануть. Теперь же он разворачивал свой корпус так, чтобы в любой момент дотянуться до меня ножом.

Оставшиеся двое тоже не сидели без дела. Из-за ограниченного пространства салона и стоящих тут и там сидений, они пока что не могли присоединиться к нашему веселью, но зато уже сейчас вполне грамотно отрезали мне путь к отступлению. Видимо, на случай, если я вдруг решу устроить скачки через сиденья. И только главарь продолжал сидеть рядом с девчонкой, спокойно попивая пиво и лениво наблюдая за творящимся беспределом.

Казалось, не хватало только стартового свистка, чтобы все завертелось…

— ВАЛИ ЕГО!!! — разнесся под крышей автобуса чей-то крик, и события тут же понеслись вскачь.

Глава 5 Гавань-21

— Да…кто ты…мать твою…такой, — прохрипел практически переломанной трахеей главарь местной шайки.

Ему все же пришлось поучаствовать в драке, пусть и не в первых рядах. Однако от травм это все равно не уберегло. Перебитое горло, вывернутая в обратную сторону нога и распухшие, как сосиски, пальцы — все это лишь малая часть полученных им увечий.

Видит Морена, я сдерживался, как мог, но когда эти увальни выхватили ножи, забота об их здоровье отошла куда-то на второй план. А дальше все просто пошло наперекосяк.

Еще раз пробегаюсь взглядом по преобразившемуся салону автобуса. Выбитые стекла, смятые поручни, расколотые потолочные светильники, чьи осколки щедро разбросаны по прорезиненному полу, ну и, конечно же, раскиданные тут и там тела. А еще кровь, много крови, куда же без этого. Она повсюду, даже на потолке.

Алкоголь сыграл с моими попутчиками злую шутку. Он не только наглухо отбил у них чувство страха, из-за чего те вовремя не смогли остановиться, но и разжижил им кровь. Теперь та ни в какую не хотела сворачиваться, а продолжала пускай и медленно, но все же покидать их тела.

Впрочем, это уже не моя забота. Тем более что от легкой кровопотери еще никто не умирал — в общественной больнице Живы, куда эти пятеро вскоре попадут, им обязательно сделают переливание и накормят вкусной гематогенкой. А вот как они потом будут за это лечение расплачиваться — это уже другой вопрос.

Да и что-то мне подсказывает, не все из них смогут дожить до столь «счастливого» момента.

— Ах! Ах! А… — начинает задыхаться у моих ног главарь. Смятая об поручень трахея распухла и теперь окончательно перекрыла дыхательные пути.

— И вот что мне прикажешь с тобой делать?

Вопрос на самом деле не праздный. Как последователь «Провожающей в последний путь», я обязан оставить все как есть и не мешать естественному ходу вещей. Поступив таким образом, я не только исполню свой долг протеже богини смерти, но и получу столь нужную мне сейчас силу. Однако моя человеческая суть всячески этому противится.

Вот честное слово, лучше бы я сразу его прикончил, тогда и мучиться с выбором бы не пришлось, и дармовая сила при мне осталась.

С этими мыслями я сделал несколько шагов и остановился рядом с до одури бледной и такой же трясущейся девчонкой. Она все так же сидела на своем привычном месте, разве что теперь еще сильней прильнув к окну и будто пытаясь распластаться по нему, как морская звезда по илистому дну.

— Ручка есть? — спросил я ее.

— М-м-м-м-м, — усиленно помахала головой попутчица. При этом смотрела она на меня так, словно перед ней выходец из самой преисподней.

Но оно и понятно, видок у меня тот еще. Хоть мне и удалось отбиться без особых проблем, однако моему любимому костюму все же досталось. Он обзавелся, по крайней мере, несколькими новыми дырками. Да и пятна крови с него никуда не делись.

— ХЭЭЭ! КХЭЭЭЭ! — донесся новый хрип со стороны главаря.

— Не кряхти так, у тебя еще около минуты в запасе, — отмахнулся я от него и поднял с пола полупустую пивную банку.

Раз уж ручки под рукой нет, то придется работать с тем, что есть.

Легким движением я разорвал банку напополам. Отбросил одну из половинок в сторону. А от второй оторвал дно, соорудив тем самым жестяную юбку. Правда, оставалась она таковой совсем недолго. Ещё одним движением я порвал уже ее.

Теперь в моей ладони находилась поблескивающая в свете ламп полоска. Ее я просто скрутил в трубочку.

Готово!

Закончив все приготовления, я вернулся обратно к уже порядком посиневшему главарю.

Теперь дело за малым.

Свободной рукой поднял валяющийся тут же неподалеку нож и поднес его к лицу «пациента». Тот, само собой, такого соседства не оценил и посинел еще сильнее. А после даже попытался отползти. Но куда там, в его-то состоянии.

Спустя мгновение кончик ножа погрузился в распухшую трахею. Аккурат между хрящевых колец. А затем туда же в образовавшийся разрез проникла и та самая жестяная трубка.

— Ааааааа! — сделал глубокий вздох мой пациент.

Его синее лицо постепенно обретало привычный розоватый оттенок. Теперь до приезда медиков он сможет дышать через эту трубку.

Ну вот, и какой из меня после этого проводник душ? А еще, пусть скажет спасибо, что я в свое время не прогуливал уроки медицины от одного «поехавшего» и давно почившего Женевского эскулапа.

И только я успел об этом подумать, как со стороны водительской кабины раздался громкий хлопок. Мой взгляд машинально переместился к ближайшему окну.

— Похоже, это конечная, — проводил я глазами улепетывающего прочь водителя.

Ну, а раз такое дело, тогда и мне пора.

Немного приведя себя в порядок, подхватил не пострадавшую каким-то чудом в переделке сумку и отправился в переднюю часть автобуса. Однако к выходу сразу не пошел. Перед этим остановился рядом с попутчицей.

— Идешь? — указал я глазами на пока что закрытую дверь.

Та ничего не ответила. Лишь отрицательно помахала головой. Хотя помахала — это еще мягко сказано. В какой-то момент мне показалось, что она вот-вот свернет себе шею, настолько энергично она ею вращала.

— Хорошо подумала? — переспросил я так на всякий случай, а то мало ли, вдруг она еще не поняла, в какой переплет угодила. — Может, все-таки пойдешь со мной, а то всякое может случиться. Сама знаешь, места здесь неспокойные…

После этих моих слов девчонка ненадолго замерла. А после начала столь же истово, как до этого крутила головой, клевать себя подбородком в грудь.

— Вот и славно, — с этими словами я подошел к автобусным дверям, ухватился свободной рукой за ближайший поручень и что есть сил толкнул ногой половинку автобусной двери.

Пшшшшш! Раздался знакомый звук, и пневматическая дверь послушно отъехала в сторону.

Почти сразу внутрь автобуса залетел прохладный ветерок. Я же, наоборот, одним прыжком вылетел наружу. После чего подал руку все еще трясущейся девчонке.

Та сначала от руки шарахнулась, но затем все же приняла предложенную помощь, и вскоре, как и я, оказалась на свежем воздухе.

А вокруг между тем стояла тишь да гладь. Ни тебе рева автомобильных моторов, ни звука сигнальных клаксонов, ни уж тем более чересчур внимательных доброхотов, спешащих к остановившемуся на обочине автобусу. Хотя это как раз вполне ожидаемо, притормозили-то мы на объездной. Да еще и в столь поздний час. А в это время, как известно, ловить здесь нечего.

— Знаешь, где мы? — уточнил я у своей невольной попутчицы, а сам в это время вгляделся в огни ночного города…

Однако вместо ответа услышал лишь дробный перестук каблучков да истошный крик:

— Помогите! Насилуют!

— Ну вот и спасай их после этого, — в сердцах произнес я, продолжая как ни в чем не бывало всматриваться в сторону спального района, уже почти потонувшего в ночных сумерках. — Неблагодарные простолюдины.

Поудобнее перехватив сумку и накинув ту на плечо, отправился дальше по дороге, в сторону тех самых огней.

Похоже, мне туда.

Пока шел, достал из кармана, к счастью, никак не пострадавший телефон. Догадки догадками, а собственное местоположение выяснить не помешает. Тем более что сделать это не так уж сложно. Достаточно лишь запустить навигатор на телефоне.

Спустя несколько десятков секунд я уже примерно понимал, где нахожусь. До конечной мы не доехали самую малость — каких-то пару остановок. Так что план минимум на сегодня выполнен. Теперь осталось где-то раздобыть ночлег.

Навигатор подсказывал, что совсем рядом в каких-то пятистах метрах чуть ли не на въезде в спальный район находится приют Живы. Будь я обычным подростком, без всяких раздумий отправился бы именно туда. Но вот незадача, подросток из меня не совсем обычный, да и семья Моров не очень-то ладит с последователями богини жизни. Особенно в последнее время, после того как отец решил влезть в их семейный бизнес.

Раньше, сколько себя помню, наш род всегда занимался одним и тем же. Предоставлял ритуальные услуги всем страждущим. Как последователи Морены, богини, провожающей души в последний путь, мы являлись монополистами в этой сфере на протяжении многих веков. Кремационные центры, курганы и сопутствующие ритуалы — все это находилось и до сих пор находится в нашей вотчине и со всего этого мы получаем прибыль.

Но это только одна сфера деятельности, а с недавних пор появилась и вторая.

Вспомнив о том, что наша богиня не просто провожает души умерших в последний путь, но и приводит их в этот мир, патриарх Ион Моров повелел открыть по всей стране сеть родильных домов.

Стоит ли говорить, что последователи богини Жизни, являвшиеся долгое время монополистами в сфере здравоохранения, весьма прохладно восприняли данную инициативу?

Так что нет, соваться к потенциальным конкурентам мне точно не с руки. Тем более что это не единственный доступный мне вариант. Если навигатор не врет, на соседней с приютом улице располагается гостиница со странным названием «Гавань 21». Туда-то я, пожалуй, и загляну.

Дальнейший путь по объездной прошел все так же — почти в полной тишине. Слышался лишь отдаленный собачий лай, да набирающие обороты завывания ветра. И только когда я приблизился к защитным бетонным сооружениям на границе спального квартала, до ушей стали доноситься первые человеческие голоса.

При этом в самой многоэтажке, как и в десятках других, до сих пор горел свет. Даже несмотря на комендантский час, жители окраин не спешили отходить ко сну.

Хотя их тоже можно понять. Когда живешь под гнетом постоянной опасности, такие вещи, как комендантский час, уже не кажутся чем-то настолько важным. Я бы даже не удивился, увидев на улице праздношатающихся гуляк.

И наверняка бы увидел. Если бы не одно НО. Мой взгляд перескочил на ближайший подъезд. А точнее, на тяжеленные рольставни, отрезающие от всего остального мира вход в дом. В дневное время они, как правило, заправлены под козырек, но стоит только сумеркам вступить в свои права, как бронированная штора тут же опускается вниз.

Надежно — что еще сказать. И такое отношение здесь ко всему.

Дома на окраинах — это, в целом, отдельный разговор. Они всегда строились под патронажем последователей Сварога. И строились, надо признать, на совесть. Сколько себя помню, Тартария никогда не жалела сил и средств на возведение подобного жилья. Свайный фундамент, чтобы задние выстояло даже при девятибалльном землетрясении? Всегда пожалуйста. Многослойный армированный бетон, способный выдержать попадание танкового снаряда? Не вопрос. Бронированные стеклопакеты с навесными решетками — сколько потребуется.

И при всем при этом квартиры в таких домах стоили сущие копейки, по крайней мере, по сравнению с привычным мне элитным жильем…

Хотя кого я обманываю? Любое жилье в безопасной зоне будет на порядок дороже, чем эти маскирующиеся под жилые дома высотные бункеры.

Так уж повелось, что с пришествием Иггдрасиля многое изменилось. Умные головы довольно быстро смекнули, что ветви мирового древа стараются проникать в наш мир не где придётся, а рядом с большим скоплением людей. Бывали, конечно, и исключения — куда же без этого? Но в основном ветви страшного вторженца стремились к наиболее густозаселенным районам.

Когда это выяснилось, перед обществом встал серьезный вопрос. Мы могли разделиться на равные части и тем самым положиться на удачу, в сердцах уповая на то, что Иггдрасиль заявится на порог к соседу… Или же воспользоваться его предсказуемостью в своих целях.

Как нетрудно догадаться, мы выбрали последнее, и теперь все крупные города мира поделены на зоны: элитные кварталы с наименьшим числом жителей и самой дорогостоящей недвижимостью, где никогда не слышали ни о каком Иггдрасиле; сравнительно безопасные районы, население в которых по мере приближения к окраинам постепенно росло; и наконец, густо населенные окраины, или как их еще называют на франко-германский манер — гетто.

Именно сюда чаще всего и наведывалось Мировое древо. И именно поэтому я здесь…

А между тем на горизонте уже маячила вывеска гостиницы. Неоновые буквы мигали, словно маяк, привлекая заплутавшего путника, коим я, собственно, и являлся.

Однако не все так просто. Перед тем как попасть внутрь, мне предстоит миновать те самые опущенные до самого пола рольставни. И нет, я не планирую их самостоятельно поднимать, или, не приведи Сварог, ломать. По правде говоря, для того, чтобы убрать их со своего пути, хватит и одного звонка.

Справа от металлического панциря, скрывающего за собой дверь, как раз виднелся домофон.

Остановившись напротив него, я загодя расстегнул боковой карман сумки — тот самый, в котором хранился поддельный паспорт. После чего нащупал кнопку домофона. Благо она тут одна — не ошибешься.

Спустя мгновение раздался звонок. Густой и басистый. Совсем не такой, как у обычного домофона. И почти сразу следом за ним из динамика донесся не менее басовитый мужской голос.

— По какому вопросу?

— Для начала переночевать, а там посмотрим, — быстро ответил я.

Домофон с шипением замолк. Правда, ненадолго. Уже спустя пару секунд из динамика снова раздалось пиликанье. Только на этот раз куда более нежное. А сразу следом за ним прозвучал и столь долгожданный металлический шелест. Стальной занавес начал медленно подниматься.

— Заходи, — донеслось изнутри, когда жалюзи замерли где-то на уровне груди.

Пришлось пригнуться и так, скрючившись, подлезть под металлическую гильотину.

К счастью, ничего непоправимого не произошло, и уже через несколько секунд я оказался в хорошо освещенном помещении. То ли в тамбуре, то ли в небольшом холле.

— Добро пожаловать в «Гавань 21», — поприветствовал меня прокуренный голос.

В противоположном конце помещения, рядом с настенным металлическим шкафом, из которого выглядывал целый ряд тумблеров и рубильников, стоял мужик лет сорока. Почему-то в шортах и мятой футболке.

— Спать собирался, — верно расценил он мой взгляд, попутно щелкнув ближайшим рубильником. — Это тебе еще повезло, что не уснул, а то так бы и куковал на улице.

Из-за моей спины снова начал раздаваться металлический шелест.

— Следуй за мной, — произнес работник гостиницы и, не дожидаясь, пока жалюзи окончательно опустятся, зашел в ближайшую дверь.

Следующее помещение выглядело не в пример лучше. Тут хотя бы мебель имелась. Я даже заметил стойку регистрации у противоположной стены и стоящий неподалеку немного обшарпанный кожаный диван.

К этой стойке мы, к слову, и подошли. Только я остановился с ее внешней стороны, а мой проводник сначала обогнул ее, а затем замер напротив.

— Документы, — требовательно протянули мне руку.

Я же в ответ протянул паспорт. Тот самый, на имя Виктора Травникова, восемнадцати лет от роду.

Вскоре мужские пальцы уже сноровисто перебирали страницы.

— Молодо выглядишь, — поднял на меня глаза работник гостиницы, ненадолго оторвав взгляд от фотографии на второй странице.

— Гены, — пожал я плечами.

— А с одеждой что? — указал он кивком на порядком помятый костюм.

— Это допрос? Я думал, здесь гостиница, а не отделение ООБ.

— И то верно, — вернул он мне паспорт, а после добавил: — Тысяча за ночь или пятерка за неделю. Деньги вперед.

Ну, это еще по-божески. Где-нибудь в элитном районе в самом захудалом отеле с меня бы содрали за ночь не меньше десяти штук.

Порывшись в кармане, достал оттуда озвученную сумму, пять купюр с тысячным номиналом и протянул их потирающему руки мужику. Владелец их, само собой, принял и с уже более радушным видом указал на лестницу, ведущую на второй этаж.

— Комната номер семь, третья дверь слева. Ключи от номера в прикроватной тумбочке. Приятного времяпрепровождения.

После этих слов он моментально потерял ко мне всякий интерес и, прихватив с собой деньги, отправился в противоположном направлении. К виднеющейся за ресепшеном двери.

Наверняка будь в этот момент на моем месте какой-нибудь менее сведущий житель центрального района, он бы сильно поразился подобному хамству. Однако я был к чему-то подобному готов — окраины, что с них взять.

Невольно припомнив улыбчивую консьержку со своего прошлого места жительства, я лишь тяжело вздохнул и зашагал в указанном направлении. Обустраивать свою новую жизнь…

Глава 6 Первая «Ветвь»

Уиу! Уиу! Уиу! Пробивался сквозь сон какой-то до одури мерзкий вой.

В полудреме попытался прикрыть подушкой голову, но все без толку, противный звук никак не желал затихать. Пришлось тянуться к лежащему на соседней тумбочке телефону, чтобы отключить будильник…

Вот только я довольно быстро вспомнил, что никакого такого будильника вчера не ставил!

Осознание этого простого факта окончательно сбило с меня оковы сна и вынудило разлепить наконец веки.

Где это я…сразу бросилась в глаза незнакомая обстановка: какая-то каморка пять на пять, с древним, как говно мамонта, шкафом у противоположной стены.

При этом на поверхности шкафа и частично стены лежит странная тень, формой напоминающая большое поле для игры в крестики-нолики.

Проследив за источником света, уперся взглядом в зарешеченное окно… Верно! Я ведь больше не у себя дома, а в одной всеми богами забытой гостинице!

Вчерашние воспоминания начали медленно, но верно заполнять разум. Теперь я точно знаю, где я и почему здесь оказался. Осталось лишь разобраться со странным звуком, доносящимся все из того же окна.

А вой сирен между тем продолжал набирать обороты. И значить это могло только одно — произошло нечто, действительно, важное. Например, Прорыв!

Выпрыгнув из кровати, я резво подхватил с тумбочки штаны и столь же стремительно натянул их на ноги. Затем в ход пошли кроссовки. И уже в самом конце прямо на голое тело налезла серая олимпийка с капюшоном.

Однако на этом сборы не закончились. Если вой сирен знаменует собой то, о чем я думаю, то мне понадобится еще кое-что.

Рука нырнула в стоящую неподалеку сумку и извлекла из внутреннего кармана зачехленный армейский нож. Обычно за такую штуку можно получить пять лет строгача. Но мы ведь на Окраинах, а тут каждый выживает, как может. Не удивлюсь, если у местных еще и огнестрел водится с таким-то соседством.

Вскоре нож отправился за пояс, а сам я подошел к окну. Можно было, конечно, слинять и через дверь, но излишнее внимание мне ни к чему. Тем более после вчерашнего.

Окно поддалось на удивление легко. Так что уже через пару секунд сквозь распахнутые настежь створки пробивался свежий ночной воздух. А вместе с ним и многократно усилившийся вой сирен.

Последней преградой на пути к вечернему «променаду» была тяжеленная, даже на вид, решетка.

Правда, оставалась она таковой совсем недолго. Одного добротного толчка вполне хватило, чтобы штыри с правой стороны решетки покинули свои гнезда. Затем та же участь постигла левый нижний кусок арматуры. Он также с легкостью вылетел из стены. А затем вся эта громоздкая конструкция, будто маятник, улетела влево, повиснув на одном-единственном верхнем левом штыре.

После того как решетка приказала долго жить, я одним ловким прыжком перескочил подоконник.

Разбиться при этом я совсем не опасался. Всего-то второй этаж — и не с такой высоты падал.

Спустя несколько ударов сердца пятки врезались в землю, а тело ушло в заученный перекат.

К слову, приземлился я ни где-нибудь, а в придомовом палисаднике. Хорошо хоть никаких клумб и кустарников не помял. Только траве досталось.

Отлично! Теперь осталось выяснить, где искать ветвь Иггдрасиля. Благо у меня есть отличная подсказка на этот счет.

Взгляд устремился вверх, туда, где ночную гладь рассекали цветные ленты. А вот и оно — северное сияние, оно же верный спутник любого прорыва. Как раз его-то я и ожидал увидеть, когда взглянул на небо.

А вот чего я точно не ожидал, так это того, что ленты окажутся розового оттенка! Что-то я не припомню, чтобы отец или брат рассказывали о чем-то подобном. Я знал о рядовых Зеленых ветвях, агрессивных Красных, блуждающих Синих и даже о Фиолетовых бедствиях. Однако о Розовых мне слышать еще не доводилось…

Хотя, нет! Что-то такое и впрямь было… Точно! О Розовых ветвях упомянула самая младшая из детей Иона Моров, малышка Анастасия. Вот только о чем она там рассказывала, я, хоть убей, не помню. Давно это было. Да и россказни ее больше походили на какую-то детскую выдумку… Мне же сейчас нужно думать не о каких-то там детских страшилках, а о том, как бы поскорее добраться до места Прорыва и исполнить свою работу проводника душ. Ну а если еще проще — отправить на тот свет пару десятков непрошеных гостей. Ведь только так выполняя свой долг перед Моренной, я снова смогу почувствовать внутри себя столь нужную мне силу.

Да, это рискованно, и раньше я никогда так не делал. До сего дня я получал силу не на полях сражений, а среди могильных курганов и кремационных печей. В те времена моим орудием служил не клинок, а погребальные ритуалы. Меня, избранного Чудотворца, ценили и оберегали, не выпуская в большой мир… И вот к чему все это привело.

Старшие братья и сестры, только получив первые силы от соседства со смертью, вставали на ноги и покидали родное гнездо. Я же в это время существовал, подобно птенцу в клетке — меня «подкармливали» чужими смертями и ждали, когда я раскрою крылья и полечу.

Но, к несчастью для семьи Моров, чуда так и не произошло.

Однако отчаиваться все ещё рано, ведь, как известно, у смерти нет предпочтений. Даже если доступ к семейному бизнесу для меня временно закрыт, это совершенно не значит, что Морена от меня отвернулась. О, нет, это далеко не так! Провожающая в последний путь — совсем нетребовательная богиня. Все, чего она желает, чтобы мы, ее последователи, были со смертью на короткой ноге. И чем ближе, тем лучше.

Этим её желанием мне и предстояло воспользоваться.

Я снова оценил расстояние до пестрящего розовыми разводами неба. Навскидку — метров триста. По сути, совсем рядом.

Правда, имелась одна махонькая такая проблемка: из-за стоящих плотными рядами высоток почти невозможно оценить масштаб самого бедствия. Бетонные коробки скрывали главное, а именно, каких гадов умудрилось протащить в наш мир Мировое древо на этот раз?

Похоже, это мне и придется выяснить в ближайшие несколько минут. Тем более что времени осталось не так уж и много. Силы специального назначения ООБ хоть и довольно медленно реагируют на подобные захолустные Прорывы, но рано или поздно они окажутся здесь, и тогда: их вертушки заполонят небо, а тяжелая техника, вкупе с силами специального назначения, перекроют периметр. Поэтому, если я хочу успеть собрать достойную жатву, мне следует поторопиться. В противном случае снятием всех сливок займется уже ООБ.

Подгоняемый жаждой наживы, я бросился вперед. Туда, где полыхал розовым небосвод.

До противоположной стороны улицы добрался за каких-то пару минут. После чего резко сбавил темп и перешел с бега, на шаг. Моя цель совсем близко за ближайшими домами, а значит, надо быть предельно осторожным. Противник все еще неизвестен.

При мысли о загадочном враге, рука машинально вытянула из-за пояса вороненый армейский нож. Его лезвие почти неразличимо под лунным светом, так что выдать бликами он меня не сможет.

Дальше передвигался чуть ли не на цыпочках. Ровно так, как это делал в свое время Абди Дакай, подбираясь к чутким антилопам.

Начиная с этого момента, я больше не издавал ни звука. Безмолвные тени стали моими единственными спутниками.

Так, скрываясь в черных, густых проплешинах, я и подобрался к первой многоэтажке. К этому моменту вой сирен уже сошел на нет и мне, пусть и с трудом, но все же удавалось различать какие-то подозрительные шумы.

— Бом! Бом! Бом! — доносилось приглушенное эхо из ближайшего арочного прохода.

Оттуда же долетал и подозрительный запах мокрой шерсти.

Покрепче ухватив нож, украдкой заглянул в междомовую в арку.

Ничего.

Похоже, источник звука находился за следующим рядом домов. Ну или где-то во внутренних дворах.

Чтобы это проверить, все так же осторожно проник в арку и медленными перебежками добрался до противоположного ее конца. Там я не ненадолго замер. Прислушался. И только после высунул голову наружу…

И тут же втянул ее обратно!

Перед внутренним взором четко отпечаталась картина увиденного: трое странных приземистых существ в меховых накидках пытаются своими громоздкими топорами прорубить вход в круглосуточный магазин. При этом вид коротышки имеют настолько увлеченный, что совсем не смотрят по сторонам.

Похоже, это мой шанс.

Поудобнее перехватив нож, еще раз выглянул наружу. Пока без изменений. Серокожие существа все так же настойчиво продолжают штурмовать неподатливые рольставни, совсем не обращая внимания на свое окружение — а зря.

Призрак Абди Дакая тут же откликнулся на мой зов, будто только этого и ждал. Спустя мгновение, его рослая призрачная фигура уже возвышалась за моей спиной. А я, в свою очередь, начинал ощущать, как закипает кровь, а рот сам собой растягивается в кровожадной усмешке — точь-в-точь такой, какая расцветала в этот самый момент на губах Дакая.

Одновременно с этим рукоять в моей ладони изменила свое положение. Теперь я удерживал нож обратным хватом, а мой большой палец покоился на металлической набойке, на его торце. Притом лежал он там настолько привычно, будто мне не раз и не два приходилось его там оставлять.

Бом! Бом! Бом…

Очередной удар металла о металл стал для нас с Дакаем стартовым свистком. Мы ураганом сорвались с места: стремительно и неотвратимо, но при этом все так же бесшумно.

До первого вторженца я добрался в три размашистых прыжка и уже в следующую секунду нанес разящий удар. Нож производства концерна «Молот» с силой вонзился монстру в загривок, прямо под основание его угловатого, покрытого грубой шкурой черепа… И тут же увяз! Лезвие с трудом пробило шкуру и погрузилось всего-то на полпальца!

Крепкий, зараза!

Монстр от столь неожиданного подарка вздрогнул, и тут же попытался обернуться. Но куда там, я, что есть мочи ударил левой ладонью по торцу рукояти. С громким скрежетом вороненый клинок погрузился еще на два пальца. Вторженец снова дернулся. Но на этот раз не в попытке обернуться, а прощаясь с жизнью.

Чувство близкой смерти тут же вскружило мне голову. Сила богини хлынула широким потоком, унося с собой все печали и тревоги…

Но, даже так, я не даю себе забыться. Двое монстров уже чуют неладное и начинают оборачиваться на своего собрата.

Мне же в этот момент приходится изо всех сил вытаскивать нож из пробитого черепа. И, надо признать, выходит у меня со скрипом. Нож ни в какую не желает покидать чертовски крепкий череп.

Осознав, что только зря трачу время, толкнул на удивление тяжелое, уже лишенное жизни тело навстречу правому монстру. А сам бросился в сторону левого. Тот как раз поворачивал в моем направлении свою отвратную морду.

Наши с ним взгляды пересеклись, и в его единственном, огромном, увитом красными прожилками глазу, я увидел одну только злобу.

Ни страха, ни удивления, ничего — сплошная ненависть.

Монстр, глядя на меня, раззявил пасть, видимо, чтобы позвать на помощь, однако я оказался быстрее. Моя левая ладонь вцепилась в торчащий из его лба рог, а правая ловко перехватила руку с занесенным топором. После чего, по всем заветам Андониса Афинского, настал черед удара ногой. Я засадил свое колено аккурат в квадратный подбородок и одновременно с этим дернул ублюдка за рог.

Челюсть монстра прохрустела, как прибрежная галька.

Будь на его месте в этот момент обычный человек, от такого удара он бы не то, что отправился к стоматологу, а сразу отлетел к праотцам. Но вторженец был не таков. Монстр лишь клацнул желтыми кривыми зубами и сам ухватил меня за горло свободной рукой!

Узловатые пальцы намертво впились в шею!

Не вырваться!

А между тем второй монстр уже совсем близко. Я чувствую его яростное дыхание за своей спиной. Еще немного и тяжеловесный топор просто врубится мне в затылок!

По спине пробегает знакомый холодок. Неужели конец?

Хах, как бы не так! Осознание факта приближающейся смерти мигом срывает с меня весь налет человечности и обнажает истинную суть семьи Моров.

— Красивый глаз, — прохрипел я пережатым горлом. — Одолжу ненадолго…

Монстр ничего не ответил. Но этого и не требовалось, мои пальцы — средний и указательный — уже по-хозяйски орудовали под его нижним веком.

Вскоре последовал чавкающий звук, и смятое глазное яблоко отлетело куда-то в сторону.

— РААААААААА!!! — взревело раненое чудовище, хватаясь обеими руками за разом осиротевшую глазницу.

Я же, воспользовавшись вновь обретенной свободой, подхватил на лету выпавший из его лап топор. Крепкий черенок лег в ладонь как влитой.

Однако как следует насладиться этим чувством я не успел, тело само сделало шаг вбок и скрутило корпус…

Мимо с гудением пронеслась заточенная железная болванка! Еще бы чуть-чуть и чужой топор расколол мне башку.

— Знаешь, в эту игру можно играть и вдвоем, — взмахнул я в ответ уже своим топорищем.

Тяжеленный боек с мерзким чавканьем вонзился точнехонько в чужой глаз.

Монстр на мгновение замер. А затем, так и не выпустив из рук топор, свалился к моим ногам.

— У нас тут ходит одна поговорка: «В мире слепых и одноглазый король», — произнес я известную фразу, попутно выдергивая боёк из раздробленной глазницы. — Вот только вы, ребятки, попали не в тот мир.

Договорив, я обернулся к рычащему недобитку и обрушил на его голову покрытый зеленоватой дрянью топор.

Вскоре я стоял один в окружении трупов и с любопытством разглядывал фасад пострадавшего магазина.

— И чего так ломились? Там что, сегодня скидки? — нервно усмехнулся я.

Тело слегка потряхивало: то ли от недавних переживаний, то ли от силы богини, захлестнувшей меня с головой. А может, и оттого и от другого — кто знает? Однако одно мне известно наверняка: через каких-то пару дней бушующая внутри меня энергия немного подуспокоится и начнет усваиваться. Мышцы будут постепенно становиться крепче, жилы — толще, а кожа — прочнее.

Да, произойдет это не сразу — к сожалению, сила богини, сколь бы велика она ни была, не сделает меня разом Исполином — десяткой. Но начало положено. Эти три мертвых монстра станут первой ступенькой для моего становления Исполином — двойкой…

Первой, но не единственной.

Склонившись над ближайшим телом, я вцепился обеими руками в рукоять ножа и, словно ставя жирную точку в недавнем противостоянии, потянул оружие на себя.

Резкий выдох! Рывок! И покрытое зеленоватой слизью лезвие с противным скрежетом покинуло чужую плоть.

Тут же не отходя от трупа, обтер лезвие о меховую накидку и засунул нож обратно в чехол, чтобы затем убрать его за пояс.

Полдела сделано. Теперь осталось решить, что делать с топорами и мертвыми телами?

Находись я здесь официально, по согласованию с ООБ, мне бы даже задумываться об этом не пришлось. Трофеи — есть трофеи.

Да, с меня бы содрали небольшой налог. Но какая разница, если металл с топоров отошел бы за немалую плату последователям Сварога из концерна «Молот», а тела вторженцев — исследовательским центрам Живы. Внакладе я бы точно не остался.

Но вот беда, никакой договоренности с ООБ у меня сейчас нет. Я здесь на птичьих правах. Нет, даже хуже, на правах Черного контрабандиста. А этих ребят, лезущих куда не надо и ведущих незаконную коммерческую деятельность, в ООБ ох как не любят.

Вот и выходит, что о тех же телах можно сразу забыть. Эвакуационный транспорт мне вызвать никто не даст. А тащить эти туши на собственном горбу до ближайшего отделения ООБ или тем более дожидаться здесь самих ООБ — себе дороже. Прикончить-то они меня, может, и не прикончат, но группу захвата организуют. А там: или встреча с любимым отцом, или «каникулы» в Бездне Челенджера. Тут уж как повезет.

Поэтому остаются только топоры. И то не для продажи.

Да и неправильно это — думать о трофеях, когда охота только началась.

С нарастающим предвкушением я потянулся за ближайшим топором.

Глава 7 Красная душа

Вторая группа порождений Игдрассиля встретилась мне почти сразу, стоило только пересечь внутренний двор и выйти к следующему дому.

И снова, как и в прошлый раз, занятые своим делом монстры меня даже не заметили. Три крылатые козлоногие твари дерзко штурмовали окна первого этажа. Своими треугольными зубами и крепкими рогами они пытались снести бронированные решётки со своего пути. Но пока тщетно.

Впрочем, это только вопрос времени, когда им это удастся. Или, скорее, их разумности.

Если бы глупые монстры не пытались перегрызть или проломить калёную сталь, а просто потянули решётку на себя, то, вполне возможно, уже лакомились бы человеческими консервами. Но, к счастью для жителей первого этажа, крылатые твари не блистали особым умом.

И мне это только на руку.

Перехватив поудобнее один из двух прихваченных с собой топоров, прислушиваюсь к стоящему позади Дакаю. Опыт дикаря из саванн подсказывает: на летающую дичь лучше охотиться тогда, когда она сама охотится.

Один глубокий вдох — и вот мой топор уже за спиной, в позиции для силового броска.

Будь добыча попроще, я бы метал его от бедра. Но сейчас мне могут понадобиться все мои силы. Тем более что в планах у меня сразу два броска. Сначала левой, а затем правой рукой.

Левый локоть, словно мушка прицела, навёлся на ближайшую цель. Спину ближайшей твари. В этот раз я специально не метил в голову. В случае с летающей добычей это лишний риск. Спина — более уязвимое место. Даже если немного промахнусь — ничего страшного, раскрученное топорище всё равно перемелет хрупкие крылья. Ну а на земле летающие монстры уже не будут представлять такой опасности, как в воздухе.

Последний раз примерившись, выдохнул. Локоть разогнулся. И первый топор, вращаясь, устремился к волосатой спине.

Затем последовал резкий вдох и ещё один выдох. После чего уже правый топор унесся по направлению к цели.

Попали они почти одновременно. И оба со звучным хлопком, будто кто-то лопнул поддувшиеся воздушные шарики.

На деле же досталось тем самым крыльям. Кожаные перепонки не выдержали столь грубого обращения и после столкновения с металлом и деревом издали такой громкий звук… Звук, что тут же насторожил третью тварь! Её зубастая морда моментально отлипла от покорёженной решётки, а горящие как угли глаза впились мне в лицо.

Я же, не теряя времени даром, уже тянулся за ножом. Счёт шёл на секунды. Тварь могла напасть в любой момент…

— Рииии! — противно взвизгнул монстр, отлипая от окна и тут же взмывая в воздух.

Хотя «взмывая» — это громко сказано, он завис где-то на уровне второго этажа. Но это даже к лучшему. На такой высоте будет проще его достать.

Я крепче сжал рукоять ножа и приготовился к ответной атаке…

Однако никакой атаки за таким грозным визгом не последовало. Тварь внезапно развернулась ко мне спиной и начала судорожно молотить крыльями.

— Эй, а ну стоять! — бросился я вслед за ней…

И тут, в самый неподходящий момент, меня настигла моя «награда»!

Суть последователя богини снова начала ликовать — всё в точности как тогда, когда от моих рук пала троица «магазинных воров». Разве что на этот раз будоражащих нутро вспышек не три, а две.

Но и это лишь вопрос времени, скоро их станет на одну больше.

Немного отклонившись от траектории погони, я подхватил с земли брошенный ранее топор. Чую, скоро он мне понадобится.

А между тем тварь уже влетала в очередную междомовую арку. Мне не оставалось ничего иного, кроме как ринуться прямо за ней. И дело даже не в жадности и боязни упустить столь желанную силу смерти, а в банальной осторожности. Даже раненый зверь может в отместку привести с собой целую стаю. Что уж говорить о куда более разумных и кровожадных тварях.

Так что нет, отпускать её точно нельзя!

В арку я забегал без всякого страха. Чувства, обострённые связью с Дакаем, твердили, что внутри нет никакой засады — а не доверять опыту охотника Саван у меня нет причин.

Проскочив сквозь темный туннель, оказался в ещё одном типовом внутреннем дворике, почти неотличимом от прежнего. Не хватало разве что круглосуточного магазина с горящей неоном вывеской.

Ну или я просто его не замечаю, весь поглощённый погоней. Тем более что и добыча уже близко. Монстр как будто начинает замедляться, ну или это мои ноги несут меня всё быстрее.

Внутренний двор проносился перед глазами как пейзаж за окном несущегося по своим делам автомобиля. В высоком прыжке я перелетел невысокую ограду детской площадки и почти нагнал петляющего летуна.

В этот момент в голове начинает зудеть мысль: «Сейчас!». Потакая ей, я прямо так на бегу выбросил руку с топором. Не прицельно, от бедра, в надежде то ли на чудо, то ли на опыт Абди Дакая…

Но чуда не произошло.

Раскрученный сильным броском топор задел козлячью ногу, снёс её ко всем чертям и улетел прочь под аккомпанемент бурых брызг. Что же до бывшего владельца самой ноги, то он на мгновение потерял ориентацию в пространстве, кувыркнулся в воздухе, судорожно дёрнул крыльями, но затем всё же продолжил свой полет.

— Вот же верткая тварь!

Погоня продолжилась. Разве что теперь из оружия у меня только нож.

А между тем мы уже вплотную приблизились к узкому зазору между домами, за которым вроде как виднелся краешек проезжей части.

И тут до моих ушей начал доноситься странный грохот…

Бом-Бом! Бом-Бом! Бом-бом!

Что ни говори, звук весьма подозрительный. Ещё и раздавался он из того самого зазора.

Но так как монстр был уже совсем близко, я не стал сбавлять ход и вслед за раненым летуном проскочил между домами…

И тут же застыл на месте!

От открывшейся картины волосы сразу встали дыбом. А цельный до этого образ мира затрещал по швам. Я увидел то, чего ни один человек видеть не должен… Бурную живую реку из сотен… Нет, тысяч монстров! Они «ползли» по проезжей части, словно гигантская змея, сотканная из бесчисленного множества самостоятельных чешуек. И казалось, им нет конца.

Среди этого сонма чудовищ я видел уже знакомых мне одноглазых карликов с топорами, встреченных ранее крылатых тварей и мириады иных самых разных инфернальных порождений: летающих и ползающих, звероподобных и почти неотличимых от людей, неподражаемых в своём уродстве и воистину прекрасных. Их разнообразию не было конца.

Но, к счастью, все они не обращали на меня никакого внимания, продолжая в едином порыве двигаться в одном только им известном направлении.

Своим равнодушием и безынициативностью они напоминали стихийное бедствие. Волну, смывающую всё на своем пути. Ну или какой-то потусторонний парад…

При мысли о параде в голове фейерверком расцвело давно забытое воспоминание.

…Ну ты и глупый, старший брат! Виктор, чтобы ты знал, розовый цвет нравится не только маленьким девочкам? Демоны тоже его любят. Слышал когда-нибудь старую японскую сказку про Хякки Яко? Нет? Тогда тебе точно лучше не выходить на улицу, пока небо расцветает лепестками сакуры, а иначе ты рискуешь поучаствовать в ночном Параде ста злых духов. Запомни, братец, розовый цвет — цвет опасности …

После этой краткой вспышки ко мне приходит осознание: все монстры, участвующие в шествии, относятся к одному-единственному типу. По классификации ООБ все они принадлежат к классу демонов!

Тут-то я и понял, в какую передрягу угодил, и даже шагнул назад, дабы скрыться за углом дома… Однако сделал это слишком поздно. Один из демонов, одетый на японский манер, всё же успел меня заметить. Он повернул в мою сторону голову, и в прорезях его белоснежной рогатой маски зажглись пугающие зеленоватые угли.

Наш зрительный контакт длился от силы секунду, и я тут же сорвался с места. Инстинкты охотника саван громко вопили: этот зверь мне пока не по зубам!

Обратно нёсся как бы ни с большей прытью, чем до этого, когда гнался за улепетывающим демоном. Скорость моя была столь велика, что придомовые палисадники смазывались в единый тёмно-зелёный фон, а встречный ветер едва не вышибал слезу.

Так продолжалось, наверное, минут пять. За это время я успел проскочить с десяток домов и выбежать на незнакомую улицу с какими-то длинными одноэтажными строениями. По всей видимости, нежилыми. По крайней мере, выглядели они как самые обычные ангары, без какого-либо намёка на окна.

Образ промзоны также дополнял основательный забор из бетонных плит, протянувшийся вдоль дороги. На нём даже виднелся какой-то информационный щит. Вот только рассматривать его у меня нет ни времени, ни желания. Есть дела поважнее.

Вместо этого я бросил взгляд назад и на какое-то время весь обратился в слух, внимая любому шороху и всматриваясь в каждую тень.

Не знаю, сколько я так простоял. Может, минуту, а возможно, и все пять. Но главное не это, а то, что демона в кимоно я так и не увидел.

Худшие мои опасения начали развеиваться, словно предрассветный туман. Я даже убрал ладонь от рукояти ножа…

Цок… Цок… Цок…

Вдруг раздался подозрительный перестук из-за ближайшего поворота. Притом доносился он совсем не с той стороны, откуда я ожидал. Не сзади, а почему-то спереди!

Снова ухватившись за рукоять ножа, впился взглядом в край бетонного забора. Именно из-за него долетал тот странный шум.

Цок… Цок… Цок…

Нож медленно, словно змея из норы, выскользнул из ножен. Я до сих пор не уверен, кто или что там за забором. Но одно я знаю наверняка: порядочные люди в такую темень сидят дома.

Цок… Цок… Цок…

Похоже, ощущения меня не обманули. Что-то приближается.

Вскоре из-за поворота показалась чужая ступня.

Сначала я заметил голые пальцы, украшенные длинными, чёрными, как смоль, ногтями, а после и саму ногу, обутую в деревянный сандалий. Затем из-за стены «выплыла» широкая штанина цвета запекшейся крови и край ядовито-фиолетовой накидки хаори. И сразу следом — рукояти двух катан и лежащая поверх них ладонь с матовыми когтями.

Последние сомнения рассеялись, когда из-за поворота вынырнула рогатая маска с оскаленной зубастой пастью.

Демон опустил ногу, и деревянная подошва гэта с уже знакомым звуком соприкоснулась с асфальтом. Цок…

Звук эхом разнесся по пустынной улице, вынуждая меня покрепче стиснуть рукоять ножа.

А инстинкты Абди Дакая тем временем продолжали стенать. Вся его суть кричала: надо бежать! И как бы мне ни хотелось этого признавать, но, кажется, чуйка охотника саван сегодня точна как никогда. Даже мне, тому, кто впервые столкнулся с подобным существом, хватило одного только взгляда, чтобы осознать всю грозящую мне опасность.

А демон между тем неторопливо, словно бы играючи, приближался. Его гэты продолжали неспешно стучать по асфальту, пока увитая болезненного вида венами ладонь нежно ласкала рукоять меча.

Разделяющее нас расстояние неумолимо сокращалось.

Когда же до столкновения оставалось метров двадцать, пальцы демона оплели рукоять катаны и толкнули ту от себя. С едва слышным шелестом клинок покинул свой дом.

Под светом луны блеснуло зеркальное лезвие с волнистым узором.

После того как катана оказалась на свободе, демон зачем-то перехватил рукоять двумя пальцами и направил клинок к земле. Сталь и асфальт соприкоснулись. В воздух взлетел сноп искр. Но монстр, не обращая на них внимания, продолжил идти вперёд. Его глаза при этом ярко блестели, прямо как искры под его же ногами. Всем своим видом он словно бы говорил: мы пока не закончили, давай ещё поиграем.

— Хочешь поиграть? — выставил я перед собой нож. — Ну, давай поиграем.

Нож против меча — расклад явно не в мою пользу. Но унывать пока рано. Если демон и впрямь попытается растянуть удовольствие, значит, шанс у меня всё-таки есть. Главное — его не прозевать…

Жух! Просвистел у моего лица чужой клинок. Холодная сталь почти коснулась носа, я даже ощутил дуновение на своей коже.

Все произошло настолько быстро — и сближение, и сам удар, что я даже удивиться как следует не успел. Спасли рефлексы Дакая. Наверное, если бы не они, ходить бы мне после этого без носа. А так я, пусть и в последний момент, но всё же увёл голову немного назад.

А демон тем временем снова занёс катану для удара…

Жух! Пронеслось рядом с головой лезвие с волнистым узором. На этот раз увернуться оказалось куда проще. Однако и демон не наседал. Чувствовалось, что он совсем не старается. Уже второй его выпад был направлен куда угодно, но точно не на жизненно важные точки.

Третий столь же небрежный взмах катаны почти задел грудь, вспоров спортивную куртку от плеча до плеча. И, опять же, не коснувшись кожи.

Пока что всё шло гладко. Если так, конечно, можно сказать о, в целом, паршивой ситуации.

Однако дальше уповать на удачу нельзя. В любой момент противнику может наскучить наша небольшая игра, и тогда он примется за дело всерьёз. Пора было заканчивать этот фарс.

Демон в очередной раз отвёл назад катану, и я понял: сейчас или никогда!

Мой взгляд впился в плечо, укрытое ядовито-фиолетовым хаори, в надежде разглядеть траекторию будущего взмаха. В этот скоротечный миг я мог рассчитывать лишь на удачу и на интуицию охотника саван, притаившегося за моим плечом.

К счастью, нужный момент не заставил себя долго ждать. Плечо демона подалось вперёд, разгоняя клинок, и в этот самый миг я поджал ноги, камнем падая вниз… Спустя мгновение сталь демонического меча вспорола воздух где-то над моей головой, а пятки с силой врезались в асфальт.

Приземлился я, само собой, на полусогнутых. Однако оставался в таком положении совсем недолго — практически сразу распрямил ноги и выстрелил собой в направлении противника.

Теперь расстояние между нами значительно сократилось, и я мог отобрать у демонического мечника его главное преимущество. С этого момента его длинная катана станет обузой. А вот мой короткий нож — наоборот!

Именно его я и направил к чужому брюху, пока вражеская катана находилась где-то у меня за спиной. Это была победа…

И тут прямо на пике радости перед моим лицом возник чужой кулак. Я наблюдал его какую-то долю секунды. А затем… Бах!.. Перед глазами расцвёл целый хоровод из слепящих искр.

И ладно бы одним звоном всё и ограничилось. Но нет, дальше меня ждал полёт. Только теперь в обратную сторону.

Сознание мигнуло. Наступило затмение…

Обнаружил я себя уже посреди дороги. Лежащим на спине и смотрящим в небеса. А те, в свою очередь, словно бы сходили с ума, кружась в каком-то диком хороводе.

По моему подбородку из разбитого носа стекала кровь.

Даже не помню, когда в последний раз меня так сильно били. Удары Арея и те несли в себе меньше силы. Этот демон, кем бы он ни был, по своим физическим возможностям, точно находится не ниже Исполина-четвёрки.

Цок… Цок… Цок…

А вот и он, лёгок на помине. В поле зрения мелькнули чужие деревянные сандалии и хакама цвета запекшейся крови.

Демон склонился надо мной, загораживая собой необычайно яркую луну. Его пылающий потусторонним огнём взгляд упёрся мне в лицо.

— Пф, и это всё? — сплюнул я подступившую к горлу кровь. — Да меня моя бабуля сильнее била.

Одновременно с этими словами я повернулся на бок и изо всех сил обрушил кончик ножа на бледную, не прикрытую ничем ступню. И на этот раз удача мне всё-таки улыбнулась. Воронёное лезвие попало точно в цель…

Однако радость моя длилась недолго. Чёрный клинок бессильно соскользнул с белоснежной кожи и аж до рукояти вонзился в податливый асфальт.

А на ноге даже царапины не оставил!

«Ну точно Исполин — 4!» — пришло ко мне горькое осознание как раз за секунду до того, как чужая нога вонзилась под ребро.

Снова вспышка боли. И опять чувство невесомости. Только на этот раз летел я не горизонтально, стелясь над землёй, а скорее вертикально. Этот ублюдок подопнул меня в воздух, словно какой-то футбольный мяч!

И что хуже всего, останавливаться на этом он явно не собирался. Демон уже находился там, куда я вот-вот приземлюсь!

Когда до столкновения с землёй оставалось каких-то пара метров, монстр снова начал двигаться. Его левый локоть ушёл назад, а ладонь сжалась в кулак.

Ох, что сейчас будет!

Оценив грозящую мне опасность, я тут же прижал колени к подбородку, а руками прикрыл голову.

Защита, конечно, так себе, но другой у меня попросту нет. Уворачиваться в воздухе я пока не научился. Да и как тут увернёшься, если противник не только сильнее, но и куда быстрее? Остаётся только терпеть…

БОМ!.. Разлетелось глухое эхо по пустой ночной улице. Мои руки и ноги под действием неодолимой силы разбросало в стороны, а грудь обожгло болью. Кулак демона, несмотря на все преграды, всё же достиг своей цели. Воздух тут же с хрипом вылетел из моих лёгких, а сам я, кувыркаясь в воздухе, устремился в одном богам известном направлении.

Летел я, к слову, совсем недолго. Довольно скоро на моём пути возникла преграда в виде забора — она-то и стала моей посадочной площадкой. Спина с силой врезалась в бетон, раздался узнаваемый хруст, и последние остатки воздуха с кряхтением покинули лёгкие.

Кажется, это конец.

Взгляд снова устремился к звёздному небу.

Похоже, эта ночная прогулка станет для меня последней. А ведь я только-только обзавёлся так нужной мне силой. Жаль только, что использовать её вот так, по щелчку пальцев, мне не дано. Чтобы сила богов усвоилась телом — нужно время. А его-то как раз у меня и нет. Демон с двумя мечами ждать точно не станет.

Цок… Цок… Цок… Уже стучали по асфальту его деревянные сандалии.

Похоже, отец оказался прав. Мне никогда не стать вровень с остальными членами семьи Моров. Я слишком поздно встал на правильный путь. Мне следовало раньше отринуть свою гордыню и отказаться от своего жадного дара…

Хотя, кого я обманываю? Если бы не способность, данная мне богиней, то я бы никогда не научился так вкусно готовить. Одно это того стоило.

От приятных воспоминаний живот принялся урчать, а разбитые губы сами собой растянулись в усмешке. Да, точно стоило.

Я покрепче перехватил нож и с трудом поднялся на ноги.

Шатало меня при этом, словно заправского алкаша после недельной попойки. Состояние, надо признать, так себе. Но и умирать, стоя на коленях, отчего-то не хочется. Да и есть у меня одна идейка напоследок.

— Эй, рогатый, — с трудом ворочая языком, обратился я к демону, когда тот остановился на расстоянии удара. — Любишь фокусы?

Не дожидаясь ответа, я щёлкнул пальцами, и вся накопленная мной сила бесследно испарилась, словно её никогда и не было. А перед глазами тем временем начали поочерёдно возникать туманные сферы.

Я видел эту картину множество раз. Если быть точнее — десятки. И каждый раз она приносила с собой сплошное разочарование.

Но сегодня всё будет иначе. Я больше не стану уповать на чудо.

Цветные души — да кому они, мать их, нужны⁈

Пусть лучше эти туманные сферы послужат прикрытием для моей последней атаки.

Нужно лишь дождаться правильного момента. Когда туман рассеется и десяток серых душ отвлечёт монстра своим сиянием, тогда-то я и нанесу свой удар.

Благо, мне прекрасно известно, когда именно это случится — спасибо всем тем неудачным попыткам призыва.

Затаив дыхание, я начал отсчёт.

Пять…

Четыре…

Три…

Два…

Один…

Расчёт оказался верен.

На счёт «один» туманные оболочки спадают.

«Сейчас!» — вопит сознание. Однако вместо того, чтобы броситься вперёд, я, наоборот, застываю столбом.

А окружающее пространство между тем продолжает тонуть в алом сиянии.

Спустя столько времени я наконец-то увидел её… Мою первую Красную душу!

p.s. Ну как вам эта история? Чтобы вы сами хотели увидеть дальше?

И конечно не забывайте про лайки и комментарии они очень важны для произведения на старте)

Глава 8 Одноглазый самурай

Алый свет заслонял собой серые кляксы. Но я не обращал на них особого внимания. Всё моё естество без остатка поглощалось багряным подрагивающим сгустком. Красная душа пульсировала, подобно оголённому сердцу. И с каждым её «ударом» мне всё сильнее хотелось ею завладеть…

Но делать этого было нельзя. За прошедшие годы я не единожды призывал души себе на службу, и всё всегда заканчивалось одинаково. Неудачей. Всю жизнь я мечтал о том, что когда-нибудь увижу цвет, отличный от серого, но этого так и не произошло.

И тем удивительнее наблюдать Красную душу именно сейчас. В тот самый момент, когда решается моя судьба.

Разве это не слишком хорошо, чтобы быть правдой?

Именно поэтому я и не спешу.

Демоны хитры и коварны. А ещё среди них полным-полно Властелинов. Мастеров иллюзий и грёз. Существ, способных задурить голову кому угодно. Я знаю о них не понаслышке, ведь у семьи Моров тоже имелась парочка подобных экземпляров — а именно те самые Эббет и Зоир, из-за которых я в своё время чуть не оказался под копытами носорога-перевёртыша.

К счастью, после того «несчастного случая» на Чёрном континенте мне удалось как следует прошерстить базу данных ООБ — спасибо Арею за его оставленный без присмотра ноутбук. Именно там я и отыскал пару способов борьбы с этими проклятыми мозгоправами.

На мгновение прикрыв глаза, с усилием надавил большими пальцами на веки. После чего тут же распахнул их обратно. И практически сразу с облегчением выдохнул. Перед глазами продолжали мельтешить чёрные пятна — выходит, всё-таки не иллюзия. По крайней мере, не зрительная и не органическая. Будь иначе, никаких чёрных пятен не было бы и в помине, вместо них мозг и дальше бы демонстрировал чёткую картинку. А это значит…

Ко мне наконец пришло осознание: всё взаправду!

Я кинул взгляд на потонувшего в алом сиянии демона и сделал шаг вперёд.

Девять серых сгустков как по команде «занырнули» мне в грудь. Голова тут же начала заполняться незнакомыми именами, размытыми образами и обрывками чужих воспоминаний. Всё, как обычно, я проходил через это десятки раз.

А затем наступил черёд Красной души.

Алый пульсирующий сгусток коснулся груди, и мою голову неожиданно пронзила боль. Резкая и тупая, аж до ломоты в зубах!

Но и это было лишь началом. Одной болью всё не ограничилось. Хуже всего — я не ощутил внутри себя ни имени, ни обрывков чужих воспоминаний. Ничего. Лишь где-то на грани сознания мерцал образ, окутанный кроваво-красной вуалью.

В этот момент я почувствовал, как нос снова даёт слабину, и по подбородку начинают стекать новые потоки крови.

В голове пронеслась страшная мысль: неужели и правда ловушка⁈

Взгляд метнулся обратно к демону.

Но, к моему удивлению, враг отчего-то не спешил праздновать победу. Всем своим видом он словно бы демонстрировал свою настороженность. Голова демона была наклонена вбок, а его левая нога отставлена назад таким образом, словно он в любой момент готовился рвануть прочь.

Его поза буквально кричала о нерешительности. А может, и о чём-то большем…

— Яре-яре, какой маленький милый О́ни? — послышалась японская речь у меня за спиной. — Малыш, ты что, заблудился?

Вздрогнув от неожиданности, я моментально обернулся на звук. И сразу наткнулся взглядом на какого-то неряшливого японца средних лет в потрёпанном кимоно. Сам неизвестный, к слову, смотрелся ничуть не лучше. На лице — трёхдневная щетина. На голове — бардак, хоть волосы и стянуты в некое подобие хвоста. На левом глазу — повязка.

В образе незнакомца не было ничего примечательного. Он выглядел как самый обычный бродяга эпохи Эдо… Точнее, выглядел бы, если бы не одно но. Из-за его потрёпанного временем пояса выпирали чёрные лакированные ножны. А из них в свою очередь торчала увитая багряными лентами рукоять.

«Самурай!» — осенило меня.

В этот момент в голове что-то щёлкнуло, и я почувствовал, как между нами образуется связь — очень похожая на ту, что совсем недавно связывала нас с Дакаем. Но именно что похожая…

Никогда прежде я не ощущал со стороны своих слуг ничего подобного. Невзрачный самурай словно бы обладал своей собственной… волей?

А ещё от него явственно распространялся «запах» крови. Правда, ощущался он не ноздрями, а всем естеством. Ужасное чувство — я словно сам стоял по шею в крови.

Так вот она какая, Красная душа! Неужели это и есть суть всех легендарных воинов, загубивших ни одну сотню жизней?

Теперь понятно, отчего демон застыл. Видимо, он тоже почувствовал этот пробирающий до костей «аромат».

— Эй, малыш О́ни, ты что, глухой? — всё так же не обращая на меня внимания, выступил вперёд призрак.

Его голос звучал спокойно и чарующе, словно шелест волн. Но почему-то с каждым произнесённым им словом зелёные огни в прорезях демонической маски нервно подёргивались, то вспыхивая, то угасая, а обутая в деревянный гэт нога напрягалась всё сильнее.

Демон будто бы не мог решить, как ему быть дальше: то ли ринуться смело в бой, то ли позорно отступить.

— Они рядом, твои старшие братья? — спросил самурай, с силой втянув ноздрями ночной воздух. — Да, я чувствую их вонь даже без носа. Старик Нурарихён тоже здесь…

При упоминании некого Нурарихёна зелёный огонь в прорезях маски резко успокоился, а сам демон сделал шаг вперёд. Катана в его руках взмыла над рогатой головой.

На этот раз он собран и серьёзен. Игры кончились. Теперь обе его ладони плотно оплетали рукоять меча, а тело казалось напряжённым до предела. Такое чувство, будто он в любой момент готов обрушить на кого-нибудь свой клинок.

— Яре-яре, как страшно, — с лёгкой улыбкой произнес призрак.

Ему явно весело. А вот мне что-то не особо, ведь в отличие от давно почившего самурая я всё ещё жив. Ну или, точнее, пока что жив…

Цок-к-к-к-к!!! Слился в единый звук уже знакомый деревянный перестук. Фигура О́ни смазалась и исчезла, чтобы уже в следующее мгновение оказаться напротив меня.

Волнистый клинок устремился вниз!

Демонический мечник действовал настолько стремительно, что я не то что поднять руку с ножом для собственной защиты, а даже моргнуть не успел!

Однако вопреки всему в моей душе не возникло и намёка на страх. Откуда-то извне пришла уверенность в том, что всё будет хорошо.

А вслед за этой уверенностью в разум начали проникать чужие знания. Они вливались в меня плотным потоком, настолько густым и вязким, что даже пожелай я, не смог бы впитать их все… Но, похоже, этого и не нужно. Моему телу хватило и пары «капель», чтобы начать действовать.

Словно делал это тысячи раз до этого, я увёл правое плечо назад, и демонический клинок, не встретив сопротивления, бессильно скользнул в считаных миллиметрах от груди.

Всего один разворот корпуса полностью изменил расстановку сил, и теперь уже не демон, а я веду в этом смертельном танце. Моя левая рука, находясь всё так же в отрыве от разума, опустилась на правую ладонь демона и добавила той ускорения.

Казалось бы, всего лишь лёгкое движение, но именно оно определило исход.

Клинок демона с ещё большей скоростью устремился к земле, а его владелец моментально растерял всю устойчивость. Его осанка сломалась. А следом за ней исчезла и былая твёрдость в руках. Запястья демона изогнулись, следуя за неправильной траекторией меча.

Каким-то седьмым чувством я ощутил, как слабеют его мизинцы, более не в силах удерживать рвущуюся наружу рукоять меча. И тогда моя вторая рука, следуя всё тому же наитию, прихватила конец рукояти и с силой дёрнула ту вверх… Катана рыбкой выскользнула из вывернутых демонических ладоней — чтобы уже в следующую секунду оказаться у меня в руках!

На мгновение я замер, не в силах поверить в происходящее. А затем мои руки заученно взмыли вверх, и острое лезвие рассекло хаори демона и скрытое под ним кимоно.

Получив удар, О́ни отшатнулся. Но сделал он это скорее от удивления, чем от полученного урона. На «выглянувшей» из прорехи бледной коже виднелся лишь алый росчерк, похожий скорее на безобидное раздражение, чем на сколько-нибудь заметную рану.

Да чего уж там, такое даже царапиной не назвать!

А тем временем отошедший от первого удивления демон схватился за свой второй меч. Когтистая ладонь впилась в рукоять катаны и потянула ту на себя.

Я же, не будь дураком, тотчас попытался ему помешать. А так как стояли мы достаточно близко, то мне не оставалось ничего иного, кроме как боднуть его головой.

Лоб с силой врезался в чужой подбородок.

Есть попадание!

Однако радовался я недолго. Уже спустя мгновение свободная рука демона вонзилась мне в бок. Причём с такой силой, что тело моё тут же уподобилось скрюченному эмбриону.

В последний момент я попытался ухватиться за рукоять вражеского меча, дабы не дать О́ни окончательно его обнажить, но и здесь меня ждала неудача. Пальцам удалось зацепиться лишь за соседние пустующие ножны.

На пару с ними я и отправился в очередной, кажется уже третий по счёту, полёт.

К счастью, этот полёт, в отличие от прочих, закончился куда удачней. Приземлился я достаточно быстро, да ещё и при помощи умелого переката. А после всё так же ловко вскочил на ноги, готовый к бою.

Мы с демоном снова застыли друг напротив друга.

Хотелось посетовать на судьбу, мол, мы вернулись к тому, с чего начали, но это не так. Наши шансы хоть немного, но всё же сравнялись: теперь в моих руках тоже есть меч, а за спиной возвышается тот, кто этим мечом умело пользуется.

— Похоже, эта катана слишком хороша для такого маленького О́ни. Она так и норовит от тебя сбежать, — с издевкой произнес призрачный самурай, обращаясь к застывшему в напряжении демону.

Последний, к слову, лишившись своего основного меча, всё же вытянул из ножен замену. Правда, нападать пока не спешил. Видимо, потеря меча многому его научила.

Другое дело, что мне от подобной осторожности не легче. Хоть я и обзавелся достойным оружием и вроде как «научился» им пользоваться, но этого всё ещё недостаточно для победы. Мне банально не хватает сил.

Сколь бы искусен ни был призванный мной с того света мечник, даже ему не под силу научить меня рубить камень. А тело О́ни, как бы мне ни хотелось этого признавать, по крепости ему ничуть не уступает. Поэтому вся надежда на уязвимые места. Например, глаза.

Но хватит ли мне для этого мастерства? Получится ли у нас с одноглазым самураем погрузить наш новенький клинок в пылающий зеленью и злобой глаз? Очень надеюсь, что да. В противном случае в этой дуэли нам не победить…

— Яре-яре, столько сомнений, — раздался насмешливый голос у самого моего уха. — Ты слишком много думаешь, юный господин. Отпусти тревогу. Позволь мечу вести тебя — он и без твоих подсказок знает, как проливать кровь.

— Легко сказать, — пробурчал я себе под нос, не отрывая при этом взгляда от изготовившегося к бою демона. После чего перешёл на японский: — А по существу что-нибудь будет?

— Птица ищет, где повыше, рыба — где поглубже, а самурай — в кого бы вонзить свой меч. Это и есть ответ.

— Больше похоже на загадку, — с недовольством парировал я.

Слова самурая ничего не прояснили, а лишь ещё больше всё запутали.

— Тогда спрошу по-другому. Ты хочешь его разрезать?

— Очень хочу, — нервно сглотнул я. Да и как тут не захотеть, когда от этого зависит моя жизнь.

— В таком случае тебе придётся мне довериться, — с каким-то нездоровым предвкушением произнес одноглазый самурай.

Его тон мне совершенно не понравился, вот только и выхода как такового у меня вроде как нет.

— Я согласен.

— Тогда вложи катану в ножны, — с какой-то издевкой посоветовал мне давно умерший мечник.

От удивления я даже оторвал взгляд от демона и поглядел в его сторону.

Неужели он это сейчас серьёзно⁈ Вложить меч в ножны в тот самый момент, когда в каких-то считаных метрах застыл злой, вооружённый катаной О́ни? Да с тем же успехом я могу прямо тут рухнуть на колени и при всех сделать себе сэппуку!

— Если продолжишь сомневаться — умрёшь.

Слова призрака обрушились на меня подобно ушату холодной воды.

А ведь он прав. Выбор у меня невелик: либо рискнуть, прислушавшись к совету Красной души, либо поступить по-своему и вскоре лишиться головы.

Скрипя зубами, с огромной неохотой вложил катану в ножны и машинально увёл её к левому бедру. При этом правую ладонь с рукояти меча, само собой, не убрал, готовый в любой момент обнажить клинок.

— А теперь… Закрой левый глаз, — прозвучала ещё одна весьма странная и не менее самоубийственная просьба.

И опять же, мне ох как не хотелось ей следовать и собственноручно ограничивать себе видимость, но пришлось уступить.

Следуя совету, я нехотя закрыл нужный глаз.

Мир тут же разделился на две половины. Правая всё так же отражала реальность, а левая погрузилась во тьму. Тело демона также поделилось надвое. Теперь я видел лишь одну его сторону. Левую. Правая — та, что вооружена мечом, покрылась чернотой.

Чувство опасности ещё сильнее вгрызлось в подкорку. Всё моё естество «кричало», требовало как можно скорее открыть левый глаз. Или хотя бы выхватить катану из ножен. Но я держался и лишь сильнее стискивал рукоять меча.

— Забудь о нём, — снова раздался у уха доставучий голос. — Не думай о мече, не смотри на него. Забудь о его существовании.

Ему легко говорить, это ведь не у него добрая половина мира только что погрузилась в кромешную тьму. Я ведь теперь совершенно не понимаю, что там у меня слева творится…

— Забудь обо всём, что находится слева. Забудь о том, что есть такое понятие как лево. Всего этого больше не существует. Там уже ничего нет. Половина мира стёрта. Это царство пустоты. И всё, что было, есть и будет в этом царстве, уже разрублено твоим мечом. Тебе больше не нужно беспокоиться о мире по левую сторону, о нём уже позаботился твой меч. А ты сосредоточься на том, что справа. Твой враг там.

С каждым произнесённым им словом я всё меньше его понимал, но отступать было поздно. Безумный самурай — мой единственный шанс на победу.

— И что мне в таком случае делать? — задал я вполне закономерный вопрос.

— Ничего. Просто дождись, пока он вступит в царство пустоты, и тогда твой меч сделает всё за тебя. Главное — не смотри.

То есть мне нужно позволить этому монстру зайти в мою слепую зону⁈ Да это же форменное самоубийство!

— Снова сомневаешься? Как глупо, ты ведь уже стёр целую половину мира. А всё ещё боишься какого-то жалкого О́ни?

Стёр половину мира? Что за чушь он несёт⁈ Неужели мне в напарники и впрямь достался настоящий безумец?

В этот момент я замечаю, как левая нога О́ни выдвинулась вперёд, и все лишние мысли тут же улетучились из моей головы. Теперь всё внимание оказывается приковано к его деревянной сандалии, готовой вот-вот коснуться асфальта.

Цок-к-к-к… Под перестук деревянных гэт демон исчез в моей слепой зоне.

Инстинкты снова молят о том, чтобы я повернул голову или хотя бы немного приоткрыл левый глаз. Но я отказываюсь им повиноваться. Наставления чокнутого самурая всё ещё свежи в моей памяти, поэтому единственное, на что меня хватает, — это слегка потянуть за рукоять меча…

— Рано, — донесся голос самурая за моей спиной, и меч тут же вернулся в ножны, будто послушный пёс в родную конуру. — Когда придёт время, катана сама попросит вынуть её из ножен.

И когда же оно наступит, это самое время?

И только я успел об этом подумать, как из моего рта вырвалось нечто «странное»:

— Мое имя Ягю Дзюбей, вольный последователь Цукуёми-но-микото, по прозвищу Глаз Луны. Этой ночью я стану тем, кто засвидетельствует второе рождение иайдо Синкаге-рю. Да омоют слёзы Луны одну грешную душу.

После этих слов моя правая рука словно бы обрела собственную жизнь. Я продолжал чувствовать её, но она мне больше не принадлежала. Отныне она была частью меча. Меча, стремительно покидающего ножны.

По ночной улице разнёсся едва слышный шелест, и мир слева от меня будто замер. Все звуки, что ещё недавно доносились с той стороны, разом исчезли. Даже свист ветра и тот куда-то пропал. Привычный мир разделился на две половины: реальность и бескрайнюю пустоту.

Слова Дзюбея о царстве пустоты наконец обрели смысл.

Одновременно с этим осознанием моих ушей коснулся короткий щелчок — это был звук катаны, вернувшейся в ножны.

Мир слева снова ожил. Я ощутил, как тёплые капли орошают лицо, а в ноздри забивается знакомый металлический запах.

Спустя два удара сердца моя правая ладонь соскользнула с рукояти меча и безвольно повисла вдоль тела…

— Можешь открывать, — с явным удовлетворением произнес самурай.

На этот раз упрашивать дважды не пришлось, я тут же распахнул левый глаз…

В метре от меня, на асфальте, широко раскинув руки, мирно лежал некогда страшный О́ни. Прорези в его маске больше не светились потусторонним огнём, а сам он не издавал ни звука. Казалось, он просто беззаботно спит. Но лужа фиолетовой крови и разрубленный пополам меч свидетельствовали об ином. Я знал: стоит потянуть демона за ноги — и его тело без труда распадётся на две половинки.

— Яре-яре, такую катану испортил, — покачал головой самурай, явно намекая на разрубленный меч.

Но я его уже не слушал. Что-то во всей этой ситуации было не так…

— Кха! — вдруг пронзила правую руку страшная боль, словно в неё разом вогнали десять тысяч ржавых гвоздей и в довесок пустили по ним ток.

От неожиданности я чуть не рухнул на асфальт. И едва не взвыл. Но чудом сдержался — лишь усиленно заскрипел зубами.

— Что со мной⁈ — прохрипел я, провожая взглядом вышедшего вперёд самурая.

— Так бывает, — с печалью посмотрел он на меня. — Если тело не поспевает за мастерством, рано или поздно приходит расплата. Тебе просто нужно пережить это и стать сильнее, юный господин.

В этот момент меня накрыло ещё одной волной. Но уже другого характера. Эманации смерти стали густым потоком вливаться в тело, приглушая боль. Разрубленный пополам О́ни наконец отошёл в мир иной — и надо отдать ему должное, сделал он это чертовски своевременно.

Получив столь нужную подпитку, с облегчением выдыхаю. Кажется, самое страшное позади…

Тух-тух-тух!

Или нет?

Тух-тух-тух! Снова долетел откуда-то издалека до боли знакомый стрекот.

Этот звук я узнал сразу. Да и как мне было его не узнать, если я сам не единожды летал на вертолёте?

Глава 9 Вольные

Тух-тух-тух! Вертушки продолжали приближаться. И что хуже всего, я точно знал, кому они принадлежат. ООБ, будь он неладен! И почему только силы специального назначения нагрянули так рано? Неужели всё из-за розового свечения в небе?

Похоже на то. Других объяснений у меня попросту нет. Видимо, спутники ООБ сумели зафиксировать подозрительное северное сияние, а умные головы аналитиков сложили два плюс два. Отсюда и такая спешка. А вывод из всего этого один: надо скорее уносить ноги.

— Пора убираться, — обернулся я на самурая…

Но того уже нигде нет!

Прислушавшись к себе, обнаружил пульсирующий сгусток где-то на периферии сознания. Красная душа никуда не делась, она всё ещё при мне. Только не знаю, стоит ли этому радоваться? Раньше мои слуги так своевольно себя не вели. По крайней мере никто из них не появлялся и не исчезал, когда им вздумается.

Хотя сейчас это не так уж и важно. Есть проблемы и посерьёзней. Например, те самые вертолёты.

Ещё раз прислушиваюсь, чтобы наверняка определить, с какой стороны приближается воздушный транспорт. Вроде бы звук идёт откуда-то с юго-запада — как раз с той самой стороны, где расположено моё временное прибежище.

Если это так, то всё плохо. Очень плохо. Получается, путь к гостинице для меня временно закрыт. А это, в свою очередь, может означать только одно: возвращаться назад — не вариант. По крайней мере, не сейчас. С учётом всех обстоятельств, куда разумней будет затаиться и переждать.

Вот только где?

Мой взгляд снова вернулся к поверженному демону. Оставаться рядом с таким заметным ориентиром точно нельзя. Рано или поздно патрули ООБ его заметят. Но и уйти в своём нынешнем состоянии я далеко не смогу. К тому же мне как-то нужно отслеживать передвижения сил специального назначения, чтобы своевременно проскочить через оцепление и вернуться обратно в гостиницу.

Честное слово, хоть на ближайшую крышу полезай… Хм, а ведь это идея!

Глаза прикипели сначала к бетонному забору с тем самым информационным щитом. Вгляделись в него, изучая содержимое, а затем в предвкушении устремились вдаль.

За забором сквозь темноту проглядывал остов недостроенного здания.

То, что надо!

Присмотревшись к нему, замечаю готовые лестничные пролёты, ведущие на самый верх.

Теперь осталось понять, как к этому зданию подобраться. Лезть через забор в моём нынешнем состоянии себе дороже — чувствую себя так, словно меня совсем недавно через камнедробилку пропустили. Что, впрочем, недалеко от истины: демон неслабо так меня приложил.

Похоже, с наскока мне это препятствие не взять. Ну а раз так, то придётся искать обходные пути. Например, нормальный вход со шлагбаумом и прочими прелестями строительной площадки. Ну или что-то похожее.

Всё ещё немного пошатываясь, зашагал вдоль забора. Рано или поздно он должен закончиться, и тогда появится возможность проникнуть внутрь. Главное — немного потерпеть.

Каждый пройденный шаг отдавался в правую руку. Отбитые бока, грудь и спина тоже давали о себе знать. Но, несмотря на всю терзавшую меня боль, я продолжал идти вперёд. Скрипел зубами, изо всех сил сжимал лакированные ножны демонической катаны, но всё же из раза в раз с трудом переставлял ноги.

Сдаваться я пока не собираюсь.

Шагов через двадцать наткнулся на поворот. Забор то ли обрывался, то ли сворачивал налево — пока непонятно, слишком темно.

С растущей надеждой ускорил шаг.

С каждой секундой поворот становился всё ближе, а сердце в предвкушении билось всё чаще. В конце я уже чуть ли не бежал.

Однако добравшись до столь желанного поворота, тут же сбавил шаг. А у самого его конца и вовсе замер. Опыт с летучим демоном многому меня научил. Например, тому, что не следует нестись сломя голову в неизвестном направлении. Так что вместо того, чтобы стремглав ринуться за забор, я сначала высунул из-за него голову.

«Есть!»

Сдержать радость удалось с большим трудом. Хоть забор за поворотом и не заканчивался, но в метрах тридцати виднелся выступающий вперёд люминесцентный, заметный даже издали шлагбаум.

Но радость радостью, а торопиться всё равно не стоит. Прежде чем двигаться дальше, решил всё же перестраховаться. Натянул на голову капюшон и застегнул воротник до самого верха, чтобы скрыть нижнюю часть лица.

Сомневаюсь, что на какой-то вшивой захолустной стройплощадке будут установлены камеры. Но, как говорится, бережёного боги берегут.

Уже в более спокойном состоянии вышел из-за угла и так же не спеша направился к тускло светящемуся шлагбауму. При этом о безопасности тоже не забывал, оставаясь в тени забора.

А за спиной между тем продолжали стрекотать вертолёты. При этом звук от их лопастей то усиливался, то затухал. Складывалось впечатление, будто пилоты боевых машин в этот самый миг наворачивают круги над демоническим парадом в ожидании дальнейших указаний…

Внезапно сквозь стрекот начинает пробиваться ещё один звук, на этот раз больше похожий на комариное жужжание.

Поначалу я принял его ещё за очередной вертолётный шум. Но вскоре понял, что исходит он совсем с другой стороны. Да и источник самого шума как будто бы ближе… Нет, не просто ближе, а совсем рядом!

В этот момент над плохо освещённой дорогой зависла подозрительная тень. Жужжание усилилось. Я же в непонимании лишь сильнее прижался к забору, стараясь полностью раствориться в его тени.

Неужели ещё один демон⁈

Эта мысль заставила меня покрепче сжать лакированные ножны и попытаться пошевелить правой рукой. Но куда там — повреждённая конечность всё так же отказывалась повиноваться и безвольной тряпкой болталась вдоль тела, горя при этом каким-то адским огнём.

А между тем чёрная клякса над дорогой постепенно увеличивалась, приобретая уже более чёткую округлую форму.

Осознав, что дела плохи, бросил взгляд в небо. Но кроме круглого силуэта разглядеть ничего не удалось.

Внезапно для себя я оказался зажат меж двух огней. Вернуться назад я по понятным причинам не мог, а если пойду вперёд, тут же окажусь в поле зрения неведомого существа, зависшего в ночном небе.

Пока раздумывал, как быть, пятно на дороге успело увеличиться до размеров обеденного стола, а жужжание многократно усилиться.

Теперь я видел не только смутный силуэт на фоне ночного неба, а весь объект целиком!

«Кажется, пронесло…» — мысленно выдохнул я.

С ночного неба прямо на дорогу опускался не демон и даже не дрон-разведчик ООБ, а воздушный глайдер неустановленного образца.

Почему неустановленного? Ну хотя бы потому, что меня как члена семьи Моров постоянно таскали по разного рода оружейным выставкам, и нигде подобных моделей я ещё не встречал. Так что по всем признакам передо мной явный самодел. Кустарная поделка.

Своим внешним видом глайдер напоминал диск для метания, разве что порядком увеличенный в размерах. А по сути — являлся простенькой болванкой со встроенными турбинами.

Никакой защиты, никакого вооружения — лишь платформа для перевозки грузов… или пассажиров.

На глайдере, к слову, таких было трое. И к ООБ они никакого отношения, по всей видимости, не имели. По крайней мере, если судить по внешнему виду: одеты разношёрстно — кто во что горазд.

Объединяло их только одно — прикрытые платками лица. Наружу торчали лишь глаза и непокрытые головы. Различить пассажиров глайдера можно было разве что по телосложению. Двое тех, что повыше и покрепче, явно взрослые, а вот третий с армейским мешком через плечо, скорее всего, подросток.

— Ты уверен, что Они рванул именно сюда? — донёсся до меня голос одного из тех, что покрепче.

— Это нам лучше у него спросить, — внезапно указал в мою сторону второй взрослый.

И как только так быстро заметил?

Впрочем, это не столь уж и важно. После того как я убедился, что передо мной не ООБ, тревога отошла куда-то на второй план. А её место заняло любопытство. Настоящих чёрных контрабандистов я ещё не встречал.

Ну а в том, что это были именно они, сомневаться не приходилось.

Больше не скрываясь, я вышел из тени.

К этому моменту глайдер как раз коснулся земли, и жужжание сошло на нет. Двое взрослых тут же соскочили на землю. А вот подросток с мешком, из которого торчали рукояти знакомых топоров, остался на своём месте.

Судя по всему, топоры — это весь их сегодняшний улов.

К поверхности глайдера пристегнуто ещё несколько мешков, но они пока что пусты.

Оценив добычу контрабандистов, принялся более тщательно осматривать их самих.

Сначала моего внимания удостоился заметивший меня парень. На первый взгляд — ничего необычного. В глаза бросился разве что «умный» браслет на левой руке.

Обычно такими пользуются, чтобы управлять промышленными и медицинскими роботами. Похоже, при помощи него он и пилотировал глайдер.

Оружия у него я не обнаружил.

Второй взрослый тоже поначалу не вызвал особой тревоги. Но лишь до тех пор, пока не развернулся ко мне другим боком. Тут-то я и заметил неладное…

Всё это время контрабандист стоял ко мне левой стороной, поэтому из-за ракурса и плохого освещения мне не удавалось разглядеть главного — к правой руке мужчины была пристегнута штурмовая перчатка производства концерна «Молот»! Громоздкая и тяжелённая даже на вид.

А вот её-то как раз мне уже доводилось видеть на тех самых выставках. Другой вопрос, как такой передовой образец вооружения попал в руки обычным контрабандистам? Глайдер — это ещё куда ни шло. Собрать такую штуковину много ума не надо. Но перчатка! Это ведь модель АПБ-5, способная за счёт вибромоторов многократно усилить удар!

Похожая технология, насколько мне известно, используется в самых современных сваебойных машинах, а здесь она помещена в сравнительно небольшой фрагмент экзоскелета.

Страшная на самом деле штука. Даже я, надев её, мог бы размозжить голову кому-нибудь уровня Исполина-тройки. А это, между прочим, довольно серьёзно!

Однако куда больше опаски у меня вызывала не грубая мощь дорогой игрушки, а то, что таскать её на себе из-за огромного веса могли лишь сверхлюди!

Тут-то я и понял, в какую передрягу угодил. Думал, передо мной обычные смертные, решившие немного подзаработать, а на деле столкнулся нос к носу с такими же последователями богов. Хорошо хоть не урождёнными.

Я ещё раз, уже более тщательно, осмотрел лица контрабандистов. Доступную их часть. Надбровные дуги, глаза и кончики ушей. В них я искал уже привычную мне идеальную симметрию… Искал и не находил.

Глаза взрослых сидели на разном уровне — практически незаметное отличие, но не для моего острого взгляда. А подросток и вовсе мог похвастаться гетерохромией. Один его глаз был серым, прямо как у меня, а второй — небесно-голубым. Редкое сочетание, такого у урождённых последователей богов не встретишь.

Впрочем, оно и неудивительно — урождённые не стали бы шастать по ночному городу, словно крысы в поисках добычи. Они и без подобных рискованных мероприятий способны себя прокормить. Я в этом плане, скорее, исключение.

А вот вольные — совсем другое дело.

Они не такие, как мы. Вольные не родились сверхлюдьми, а стали ими по воле богов. Просто оказались в нужное время в нужном месте. По сути, обычные выскочки без роду и племени. За ними нет ни родни, ни богатой истории. А ещё — власти, денег и самого главного — времени.

Последнее особенно важно, ведь мы, урождённые, впитываем благословение богов с молоком матери. Мы рождаемся с ним, живём и умираем. Оно с нами от колыбели до могилы. У вольных же всё иначе. Они получают силу на определённом отрезке своего жизненного пути, и оттого не успевают ею как следует овладеть. А ещё даже после становления последователями богов они продолжают мыслить как люди. И это вторая их слабость.

На первый взгляд, мы с вольными похожи. Обладаем сопоставимыми способностями и получаем силу из одного источника. Однако это впечатление обманчиво. Присущие нам изначальные физические кондиции, строение наших тел и то, как мы мыслим — всё это кардинально различается.

Мой отец назвал бы их дешёвой подделкой. И не только он. В нашей среде вольные не пользовались особым уважением. Разница в мироощущении слишком велика. А ещё, как и любые высшие хищники, мы, урождённые, не терпим конкуренции…

— Где демон? — нарушил тишину владелец боевой перчатки.

О каком таком демоне идёт речь, стало понятно сразу. Видимо, эти трое засекли О́ни, когда тот отдалился от парада, и решили на него немного поохотиться. Ну а дальше просто не сумели угнаться за верткой добычей и потеряли её в лабиринте городской застройки.

— А ты как думаешь? — выставил я на всеобщее обозрение демоническую катану. И главное, сделал это так уверенно, чтобы все присутствующие видели — со мной дела плохи.

Впрочем, я мог бы обойтись и без этого дешёвого фарса. Контрабандисты уже и так наверняка заметили, что именно находится у меня в руках, и уж точно догадались, где я это взял. Но лишней такая демонстрация всё равно не будет.

К тому же, пока они оценивают старинную катану, я оцениваю их самих. Ведь если дело дойдёт до драки, мне нужно как следует подготовиться. А для этого неплохо бы выяснить, к какому классу последователей они относятся.

Каков их уровень Исполина — я вот так с ходу определить, конечно же, не смогу. Зато мне под силу хотя бы примерно выяснить их специализации.

Чудотворцев можно откинуть сразу. Слишком редкий тип. Среди вольных он почти не встречается.

Властелинов в числе этой троицы тоже нет — будь иначе, я бы уже попался в чужие сети.

Может, среди них присутствуют Творцы?

С одной стороны, версия с Творцами не лишена смысла. На это указывает тот же самопальный глайдер. Вот только последователи ремесленных богов обычно не суют свой нос в такие места. И в целом предпочитают больше времени проводить в своих мастерских, а не шляться по ночным улицам в поисках сомнительных приключений. Так что — нет, Творцов среди них быть не может.

С Умниками похожая ситуация. На передовой они бывать ох как не любят. А уж вступать в открытую конфронтацию — и подавно.

Скрытников среди контрабандистов, скорее всего, тоже не водилось. Те предпочитали держаться в тени до последнего.

Остаются Стрелок, Воитель, Воплотитель и Перевёртыш.

Я снова оценил расстояние между нами. Меньше десяти метров. Стрелки бы не стали так подставляться, а приземлились чуть дальше. Значит, кто-то из оставшейся троицы.

К сожалению, ещё сильнее сузить круг вряд ли получится. Будь на моём месте Умник, он бы в два счёта определил, кто есть кто. Но на то он и умник.

К слову, оценивал противника не только я — троица контрабандистов тоже меня изучала. Особенно двое взрослых. Те так и бегали по мне глазами в надежде получить ответ на главный вопрос: кто же я на самом деле такой?

Они уже наверняка поняли, что я не из ООБ. Вариант с урождённым тоже, скорее всего, откинули. Ну не похож я в данный момент на члена избранной семьи. Одет как попало, да ещё и без присущей свиты — слишком нетипично для последователя богов с длинной родословной.

Получается, в их глазах я выгляжу таким же вольным контрабандистом. Разве что более опасным. Как-никак, победить ту тварь в одиночку под силу далеко не каждому, и этим троим точно об этом известно…

— Нам нужно тело, — уже более спокойно, без вызова, пояснил владелец громоздкой поблёскивающей металлом перчатки.

Тело? А вот это уже что-то новенькое!

С оружием тварей всё понятно. Материалы из других миров весьма ценятся, особенно у тех же последователей Сварога из числа Творцов. Поэтому принадлежащий им концерн «Молот» и держит монополию на выкуп подобных материалов. Например, та же перчатка АПБ-5 изготовлена из материалов, добытых во время прорыва. Но тела…

Обычно такими «вещами» интересуются последователи Живы. Вот только снобы из их числа ни за что не станут связываться с какими-то жалкими контрабандистами, а просто сделают заказ на нужный «материал» через ООБ. Или, в крайнем случае, пошлют к очередному прорыву своих прислужников.

Теперь мне вдвойне интересно, кому они собрались сбагрить демонический труп?

Хотя куда важнее сейчас не это, а то, что появился шанс выпутаться из этой опасной ситуации.

— Тело там, за углом, — указал я ножнами через плечо.

Взгляды всех присутствующих снова оказались прикованы к катане в моей руке. В глазах двух взрослых вспыхнули жадные огоньки…

— Вам повезло, прикончил его одним ударом. Очень аккуратно.

Жажда наживы в глазах контрабандистов начала угасать. Кажется, моё признание сделало их более благоразумными.

Впрочем, их тоже можно понять — меч в моих руках стоит целое состояние. Такой игрушке будут рады на любом подпольном аукционе, а уж функционеры из концерна «Молот» и вовсе могут оторвать его с руками… причём буквально.

Больше не говоря ни слова и не отводя от меня настороженных взглядов, двое взрослых забрались обратно на самодельный глайдер.

Спустя несколько секунд оснащённая почти бесшумными турбинами платформа взмыла в ночное небо.

Над головой снова пронеслась смазанная тень. И на этот раз, в отличие от прошлого, я провожал её не с опаской, а с затаённой радостью.

Фуф, теперь-то уж точно пронесло!

Мой взгляд вернулся к тускло светящемуся шлагбауму. Пришёл черёд небольшой строительной инспекции…

Глава 10 Загадочный «Стрелок»

Вот уж не думал, что мне, Виктору Морову, доведётся когда-нибудь столь бесцеремонно вторгаться на чужую собственность. Ещё и ночью, как самый настоящий вор. Но выбора нет. Сейчас мне нужен хороший обзор — без него будет чертовски трудно правильно оценить ситуацию.

Подбодрив себя таким нехитрым образом, с кряхтением пролез под шлагбаум.

Камер я при этом не опасался. Во-первых, воровством заниматься я не собирался. А, во-вторых, зная прижимистость ребят из концерна «Молот» и строгие правила строительного департамента Тартарии, сомневался, что на открытой территории, да к тому же в ночное время, станут хранить хоть что-то стоящее. Скорее всего, всё более-менее ценное находится в тех металлических ангарах по соседству.

Ещё раз окинул взглядом пустующую стройплощадку. Да, так и есть. На горизонте нет даже завалящей бетономешалки.

Дальше двигался с куда меньшей опаской: спокойно пересёк внутренний двор, заполненный скрипящим под ногами щебнем, и приблизился к самому зданию.

Вход обнаружился почти сразу.

Хотя назвать это входом, у меня бы язык не повернулся. На деле передо мной предстал пустой, зияющий тьмой проем.

Свет от ближайших фонарей почти не попадал внутрь, поэтому мне оставалось рассчитывать лишь на тусклое сияние луны, пробивающееся сквозь зияющие раны недостроенного здания.

Внутрь я входил, покрепче сжав катану и весь обратившись в слух. А то мало ли. Вдруг и сюда добрались те летающие твари?

Хотя, если так подумать, от дополнительной энергии я бы сейчас точно не отказался.

Но как бы то ни было, мои опасения довольно скоро развеялись. В подъезде стояла тишина. Никаких подозрительных звуков — только лёгкое гудение блуждающего между лестничным пролётом и квадратным вырезом в полу сквозняка.

Поняв, что никаких «сюрпризов» от недостроенного здания ждать не стоит, подошёл к лестничному пролёту. После чего ненадолго застыл, давая привыкнуть глазам к ещё более кромешной темноте. И только затем начал своё восхождение.

Поднимался неспешно. Перил у лестницы не было и в помине, поэтому приходилось быть осторожным вдвойне. Ещё и ветер, частенько наведывающийся в гости через пустые оконные проемы и целые отсутствующие секции, то и дело норовил столкнуть меня вниз.

Так, периодически пошатываясь и хватаясь за несущую стену, я и добрался до девятого этажа.

Но этого всё ещё было недостаточно. Для лучшего обзора мне следовало забраться на самый верх.

К счастью, сердобольные рабочие уже успели приладить вертикальную лестницу, ведущую на крышу.

К ней-то я и направился.

Остановившись рядом, взглянул вверх на технический проем, ведущий на крышу.

Лезть в него совершенно не хотелось, но и отступать было уже поздно. Поэтому просунув ножны катаны в правый рукав, я одной левой уцепился за металлическую лестницу. После чего начал работать ногами, периодически перехватывая целой рукой ступени. И так до тех самых пор, пока не оказался под потолком. А там я резко выкинул здоровую руку наружу и, уперевшись предплечьем в бетонную плиту, выдернул себя из проема.

В конце просто перекатился через плечо и оказался на спине.

Мой взгляд сам собой устремился ввысь.

Красивое всё-таки зрелище.

Лежа на спине, я вглядывался в оплетённое розовыми ветвями небо и никак не мог понять, почему нечто столь прекрасное приносит с собой столько горечи и несчастий.

Впрочем, эта мысль не особо долго витала в моей голове. Она почти сразу оказалась вытеснена своими более рациональными соседками. Я моментально вспомнил, для чего всё это затевалось, и, перевалившись на бок, упёрся левой ладонью в грязную крышу. А после резким рывком поднял себя на ноги.

Надо спешить.

Вскоре я уже стоял у края крыши и следил за крутящими вдалеке вертолётами. Часть из них едва проглядывалась на ночном небе, из-за чего мне были видны только их силуэты. Зато другие, бреющие на более низкой высоте и оснащённые прожекторами, предстали передо мной как на ладони.

Благодаря свету их прожекторов, мне удалось разглядеть и сам «парад».

Вереница спешащих по своим делам демонов, действительно, впечатляла. Она впечатляла и прежде, когда я впервые её увидел. Но тогда мне не дано было оценить её истинного масштаба. Теперь же живая река, похожая на гигантского переливающегося змея, предстала передо мной во всей своей красе. Взгляду стал доступен не только маленький кусочек этого монструозного тела, но ещё и голова с хвостом.

И если последний не вызвал во мне особого интереса, то вот с головой всё с точностью до наоборот. Ведь во главе находился он. Лидер ночного парада сотни злых духов.

На первый взгляд, в нём не было ничего особенного. Подумаешь, какой-то тщедушный низкорослый старикашка с непропорционально огромной головой, да ещё и в одежде не по размеру, что волочилась за ним, подобно уродливому хвосту.

Но это впечатление оказалось обманчивым.

Как только мой взгляд «коснулся» его морщинистого, «оплывшего», словно тесто, лица, на лбу старика прорезалась мясистая вертикальная складка. А ещё через пару мгновений дряблая кожа на этом месте разошлась в стороны, обнажая ещё одно глазное яблоко: уродливое и одутловатое, со зрачком, будто сошедшим с фотографии чёрной дыры.

Глаз пару раз моргнул, словно после долгого сна… И уставился на прямо меня!

Как я это понял? Довольно просто. В моей голове вдруг поселилась звенящая тишина. Мысли резко замедлились, будто мухи, влетевшие в паутину. А сознание за какую-то долю секунды превратилось в бесформенный, безвольный кисель.

Осознавая неладное, я попытался отвернуться. Но тело отказалось повиноваться. Лишь где-то на грани сознания пронеслась далекая и уже не такая понятная мысль: «Властелин»!

Оценив тщетность первой попытки, попытался отвести хотя бы глаза. Но и здесь меня ждала неудача. Взгляд будто прикипел к чёрному водовороту тьмы, заменившему старику зрачок, и никак не желал от него отлипать.

Я понял, что тону. Мой разум медленно и планомерно растворялся в этой первородной, грязной и липкой тьме…

ГАХ!!!..Вырвал меня из цепкого плена какой-то подозрительный грохот.

Благодаря ему, моё тело и разум снова обрели свободу!

Но главное не это, а то, что третий глаз старика теперь был направлен совсем в другую сторону. Чёрный зрачок бороздил ночное небо, неотрывно следя за пылающей кометой, несущейся к земле.

В этой комете я без труда распознал сбитый вертолёт! Его силуэт чётко проглядывал сквозь сполохи и клубы дыма.

Втайне благодаря судьбу за подаренный мне шанс, я тут же припал на одно колено, чтобы скрыть себя от взора предводителя демонов.

«Это было близко!» — пронеслась в голове запоздалая мысль, и в этот самый момент в небе расцвела ещё одна вспышка. Очередной горящий вертолёт устремился к земле.

За каких-то несколько секунд ООБовцы лишились сразу двух боевых машин. И это притом, что парад сотни злых духов продолжал своё шествие, как ни в чём не бывало. А силы специального назначения в то же самое время бездействовали и почему-то не спешили отвечать ударом на удар.

Вертолёты всё так же безучастно кружили в воздухе, а видимое наземное оцепление не готовилось к бою. Всё сводилось к какой-то подозрительной суете. Как в воздухе, так и на земле. Вертолёты начинали кружить по более непредсказуемой траектории, а бойцы ООБ усиленно вертеть головами. Такое ощущение, будто никто из них не понимает, откуда был нанесён удар.

И это вдвойне странно, ведь противник прямо у них под носом.

Я снова перевёл взгляд на спешащего по своим делам лоскутного змея. А может, это я чего-то не понимаю? С самого начала боестолкновения демоны вели себя так, будто к ним происходящее не имеет никакого отношения. Даже их предводитель взглянул на небо лишь после того, как прозвучал взрыв.

Неужели за нападением стоит кто-то другой⁈

Одновременно с этой мыслью на небе снова распустился огненный цветок. Очередной, уже третий по счёту вертолёт начал пикировать к земле. И снова ни одного лишнего движения со стороны парада.

Но тогда по чьей вине ООБ лишился уже трёх боевых машин⁈

С недоумением обвёл глазами открывшуюся передо мной панораму. Чтобы так ловко сбивать вертолёты, нужно как минимум обладать подходящим вооружением. Но вот незадача — никаких трассеров в небе замечено не было, а иначе спецы из ООБ давно бы отследили нападавшего.

Остаётся только вариант со Стрелком…

В этот момент спрятавшаяся, было, луна снова выплыла из-за облаков и осветила крышу соседнего здания. А ещё вывела на свет подозрительный силуэт!

У самого карниза здания, повернувшись в направлении кружащих в неразберихе вертолётов, стоял некто в белоснежной маске. Его театральный плащ трепетал под порывами ветра, словно у какого-то мультяшного злодея. А руки поочерёдно взмывали в воздух, будто чем-то жонглируя.

Я до предела напряг зрение и ещё раз всмотрелся в его пасы. Пусть и с трудом, но мне всё же удалось различить мелькающие в воздухе… камни?

Только не говорите мне!..

В этот момент правая ладонь мужчины поймала очередной такой камешек, и тот сразу же оказался зажат между большим и указательным пальцем. Правда, находился он в таком положении совсем недолго, ровно до тех пор, пока рука мужчины не «навелась» на очередной вертолёт. После чего до моих ушей долетел едва слышный щелчок, и камень попросту исчез!

Спустя мгновение ночное небо озарилось ещё одной вспышкой. Очередной подбитый вертолёт снова устремился к земле.

Теперь всё встало на свои места. Не ясно только одно, зачем такому высокоуровневому Стрелку, способному сбивать боевые вертолёты целыми пачками, вставлять палки в колёса ООБ? Какой в этом смысл? Долго так развлекаться ему всё равно не позволят. Скорее всего, командование Совета безопасности ООБ уже направило сюда не одного и даже не двух последователей из старших семей. Возможно, здесь появится даже сам Арей.

И когда это произойдёт, моего соседа по крыше ждёт незавидная участь. В лучшем случае его отправят в Бездну Челленджера отбывать немалый срок, а в худшем — к праотцам, прямо на этой крыше. ООБ слишком могущественная организация, чтобы с ней так нагло бодаться. С тем же успехом этот безумец в дурацком плаще мог начать плевать против ветра. Результат был бы примерно тем же…

ЖЖЖЖЖЖЖЖ!!! Подозрительный звук заставил меня ненадолго забыть о странном Стрелке и запрокинуть голову к небу.

На самом деле я уже и так знал, что там увижу. Светящуюся полосу. И три разноцветных искры: красную, зелёную и белую.

Полоса — это след, возникший в результате конденсации водяного пара, содержащегося в отработанных газах самолёта, а искры — навигационные огни, расположенные на крыльях и хвосте самолёта.

Само же наличие самолёта над окраинами может значить только одно: прибыл дежурный последователь из ООБ. И совсем скоро он будет здесь. Притом намного быстрее, чем мне бы того хотелось…

Словно в подтверждение этих мыслей высоко в небе, рядом с полосой, оставленной самолётом, родилась золотая вспышка. Она ненадолго зависла на одном месте, а затем устремилась вниз — точнехонько в направлении того здания, на крыше которого развлекается безумный Стрелок.

Поначалу казалось, будто неизвестный объект просто падает. Но вскоре стало заметно, как сияние постепенно сходит на нет, и полёт неизвестного объекта замедляется.

На месте некогда сияющей вспышки наметился силуэт пары крыльев. Уже не такой сияющий, но всё ещё достаточно яркий, чтобы выделяться на фоне ночного неба.

А вот самого владельца золотых крыльев удаётся разглядеть далеко не сразу. Хотя выглядит он не менее впечатляюще: мало того, что висит в воздухе, так ещё и одет в обычный халат, словно только что вышел из спа.

А, может, и впрямь только что оттуда, кто его знает, чем ООБ свои самолёты оборудуют?

Однако одним банным халатом всё не ограничилось. Я подметил ещё одну странность. Дежурный последователь хоть и снижался к земле на своих золотых крыльях, но делал это как-то неуверенно, что ли. Его то и дело болтало из стороны в сторону.

В голову невольно закралась мысль: неужто ООБ прислали сюда новичка⁈ Но я тут же отмёл её как абсурдную. У столь могущественной организации наверняка существует ряд инструкций на этот счёт, и отправлять кого попало к столь опасному прорыву они бы точно не стали. Выходит, причина столь странного поведения в чём-то ином.

Вот только в чём именно?

А между тем дежурному последователю всё же удалось взять правильный курс и даже оказаться над нужным зданием. Теперь обезумевшего Стрелка и сотрудника ООБ разделяли какие-то метры. Около десяти, если быть точнее.

Тут-то и стало ясно: запахло жареным. Сейчас сотрудник ООБ поймает нарушителя. А после примется шерстить оставшийся район в поисках других опасных элементов — и тогда уже я могу попасть в его поле зрения.

А этого мне бы ох как не хотелось.

Чтобы избежать ненужного внимания, я сделал пару шагов назад и уже приготовился нырять обратно на последний этаж, как вдруг случилось нечто неожиданное…

Правая ладонь последователя окуталась тем же золотым сиянием, из которого состояли его крылья, и ночное небо разом преобразилось. Теперь на его фоне помимо первородной Луны, виднелось ещё и рукотворное солнце. Правда, находилось оно не где-то в далёком космосе, а совсем рядом в правой ладони сотрудника ООБ.

Пока смотрел на этот светящийся шар размером с грузовой лифт, меня не покидала одна-единственная мысль: а это разве не слишком для обычного задержания?

Но окончательно укорениться в голове она так и не успела. Дежурный последователь сделал свой ход.

Золотой шар сорвался с ладони и обрушился на здание. В яркой вспышке, затмевающей собой всё сущее, исчез сначала сам Стрелок, а после и приютившая его крыша.

Что было дальше — я не видел. Слепящий свет заставил меня зажмуриться. К счастью, совсем ненадолго. Спустя каких-то пару секунд веки снова распахнулись.

Первым, что я увидел, стала крыша того самого здания. Точнее, её половина. Вторая часть крыши испарилась, словно её и не было. А вместе с ней исчезли и два нижних, следующих сразу за ней этажа… Этажа, на котором когда-то жили люди!

Мои глаза неверяще блуждали по жилому зданию, на фасаде которого одно за другим продолжали вспыхивать окна. А разум в то же самое время отказывался верить в происходящее.

Это что, чья-то злая шутка? Не может быть, чтобы дежурный последователь выкинул нечто подобное! Там ведь гражданские!

Точно! Это всё происки рук того Властелина! Это из-за него последователь вышел из-под контроля.

Успокаивая себя таким образом, я снова перевёл взгляд на парящего в небе сверхчеловека. Теперь, после того как Стрелок испарился следом за бетонными перекрытиями, не осталось никого, кто мог бы хоть как-то отвлечь сошедшего с ума сотрудника ООБ.

И только я успел об этом подумать, как за крылатой спиной прямо из воздуха появился сначала уже знакомый мне театральный плащ, а после чистая, как первый снег, белоснежная маска. Безумный Стрелок на мгновение завис в небе, а затем просто и без затей пнул дежурного последователя в спину.

Кувыркаясь в полёте, крылатый сверхчеловек устремился в сторону разрушенного им же здания. И с грохотом скрылся где-то в его недрах, среди оплавленных обломков.

Да это же просто уму непостижимо!

Меня опять накрыла волна удивления. Только теперь связана она не с вышедшим из-под контроля дежурным последователем, а с выжившим Стрелком…

Хотя какой он теперь ко всем чертям Стрелок⁈ Стрелки — это последователи богов с дальнобойными способностями. А то, что недавно продемонстрировал любитель театральных плащей, иначе как чудом не назовёшь. Он ведь не просто смог избежать массированной разрушительной атаки, но и сделал это при помощи телепортации! Способности, которой у Стрелка быть попросту не могло…

В этот момент из недр здания, с того самого места, куда так неудачно приземлился крылатый последователь, снова начало расходиться золотое сияние. Длилось оно совсем недолго, от силы пару секунд, и снова окончилось яркой вспышкой.

Спустя мгновение сквозь уцелевшие бетонные перегородки прорвался исходящий золотым сиянием многометровый клинок…

Глава 11 Дежурный последователь

Прямо на моих глазах армированные бетонные блоки распались на части, словно дешёвый картон, и из поднявшегося облака пыли проступил он. Носитель золотых крыльев. Сверхчеловек, которого уже без всяких сомнений можно причислить к Воплотителям.

Он сделал шаг вперёд, взмахнул правой рукой, и его монструозный клинок срезал уцелевший угол здания. Потерявший опору фасад начал со скрипом и скрежетом съезжать в сторону, окончательно оголяя оплавленные верхние этажи.

В воздух взметнулось облако из пыли и гари, но Воплотителю, казалось, нет до этого никакого дела. Он спокойно шёл сквозь огонь. Его запачканный в саже халат тлел и покрывался языками пламени, однако сверхчеловека это, похоже, ничуть не смущало. Словно ледокол, он продолжал двигаться вперёд шаг за шагом.

Остановился Воплотитель только у края полуразрушенной стены. Там он запрокинул голову к ночному небу и принялся рыскать по нему глазами, видимо, в поисках обидчика.

Но, к несчастью для сотрудника ООБ, Стрелок как сквозь землю провалился.

Правды ради, я и сам не заметил, как тот снова куда-то испарился.

Похоже, это конец — нарушитель сбежал…

И, опять же, только эта мысль успела промелькнуть в голове, как всё снова перевернулось с ног на голову. Позади почерневшего от сажи, но всё ещё величественного крылатого последователя снова появилось тёмное пятно. Правда, оставалось таковым оно совсем недолго. Какая-то секунда — и небольшая чёрная клякса сначала выплюнула из себя столь же чёрную материю плаща, а затем и самого Стрелка.

Видимо, почуяв неладное, дежурный последователь попытался обернуться, но ему явно недоставало сноровки. Всё, на что его хватило, — это не глядя махнуть за спиной своим чудовищным мечом.

Овеществлённый свет снова пронзил здание. На этот раз жертвой золотого клинка стали бетонные перекрытия под ногами.

Меч буквально располовинил два нижних этажа!

Однако, как и в прошлый раз, Стрелку удалось уйти. Каким-то непостижимым образом он оказался сбоку от крылатого сверхчеловека, схватил того за волосы и силой впечатал лицом в тлеющий пол.

Многострадальная перегородка с грохотом сложилась внутрь, словно захлопнутая кем-то гигантская книга, и два существа, которых уже сложно назвать обычными людьми, провалились этажом ниже. В небо снова устремились клубы гари и пыли.

Но на этом схватка не закончилась. То тут, то там сквозь чёрную завесу стало пробиваться золотое сияние. Иногда оно лишь оттеняло сгустившуюся тьму, а порой «выходило» за чернильную завесу в форме золотого меча.

Некогда жилой комплекс стремительно превращался в филиал преисподней.

Где-то на заднем фоне начали раздаваться панические возгласы, и вновь заревели притихшие было сирены. Но даже им не удавалось отвлечь меня от разгорающегося всё сильнее боя. Всё моё внимание было приковано к чадящему зданию, с каждой секундой становившемуся всё короче.

Неизменными оставались разве что два силуэта, без устали мелькавшие в клубах дыма.

Их яростное противостояние всё больше походило на форменную бойню. Звуки от ударов разносились так далеко, что долетали даже до меня, стоящего на крыше соседнего здания. А ещё вспышки света — они били прожекторами сквозь туман, из-за чего картина схватки выглядела ещё более хаотичной. Мне практически не удавалось ничего разглядеть.

Спас ситуацию, как ни странно, внезапный порыв ветра. Он увёл в сторону черно-грязную завесу, обнажив тем самым нутро полуразрушенного здания. Причём сделал это в самый подходящий момент. Стрелок как раз перехватил руку с сияющим мечом!

Завладев преимуществом, владелец театрального плаща зажал чужое предплечье у себя под мышкой и тут же подался назад, беря его на излом!

Дежурный последователь в ответ напрягся и попытался вырвать руку из чужого захвата. Даже врезал несколько раз кулаком по белоснежной маске… Однако ни один из его ударов так и не достиг своей цели — они будто наталкивались на какую-то невидимую преграду…

Неужели ещё одна способность⁈ Да сколько же их у него⁈ Сначала те выстрелы камнями, затем телепортация, а теперь ещё и невидимый барьер⁈

Но как следует удивиться я не успел. В ту же секунду конечность дежурного последователя, не выдержав подобного издевательства, всё-таки надломилась. Кожа в области локтя натянулась и вздулась безобразным бугром.

«Стрелку» всё же удалось сломать ему руку! Невероятно!

Вот только сам Воплотитель, похоже, совсем не впечатлён — он как ни в чем не бывало продолжал колошматить своим левым кулаком по непробиваемой голове оппонента.

Правда, без особого успеха.

Несмотря на все пропущенные удары, нарушитель и не думал его отпускать. И даже более того — сам начал действовать!

Стрелок ещё раз рывком отклонился назад, растягивая тем самым сломанную руку, после чего уже своей свободной ладонью рубанул по чужому локтевому сгибу.

Крак! Раздался оглушительный треск, и правая рука Воплотителя отправилась в свободный полёт!

Вместе с ней в воздухе взлетел и смертоносный клинок. Обретя невиданную доселе свободу, сияющее лезвие своевольно вгрызлось в бетонный пол, разрезало его, словно лист бумаги, и в один миг рассыпалось ворохом безобидных искр — именно в их сопровождении рука Воплотителя и упала среди бетонных обломков.

А её бывший хозяин тем временем получил ещё один удар. Кулак Стрелка врезался в оголённую, покрытую сажей грудь, и тело дежурного последователя снова отправилось в затяжной полёт!

И на этот раз летело оно не вниз, а в сторону… В мою, чёрт бы его побрал, сторону!

Спустя мгновение потрёпанный сотрудник ООБ налетел спиной на карниз недостроенного дома.

Бетон, само собой, подобного столкновения не выдержал и разлетелся крупной крошкой.

Но на этом всё не закончилось. После столкновения с преградой тело сверхчеловека изогнулось, и он «проехался» своей многострадальной спиной уже по самой крыше, оставляя за собой выразительную тёмно-красную полосу.

В итоге весь тормозной путь занял метров пять, и только после этого Воплотитель остановился. Его грудь тяжело вздымалась, а сам он выглядел так, будто только что побывал в той самой преисподней. От его некогда белоснежного халата остались лишь жалкие огарки, прилипшие к телу, а кожа кое-где покрылась настолько толстым слоем сажи, что полностью растворялась в темноте.

Но хуже всего дела обстояли с повреждённой рукой: конечность последователя продолжала кровоточить. Грязный бетон медленно, но верно покрывался алыми ручейками.

Скорее всего, если всё так и продолжится, он рискует погибнуть от банальной кровопотери.

Да, произойдёт это не так быстро, как если бы передо мной сейчас находился обычный человек. Но даже у последователей богов есть свой предел, и, по-моему, сотрудник ООБ только что его достиг.

Я невольно сделал шаг вперёд, чтобы ему помочь… и тут же себя одёрнул.

Всё потому, что одна часть меня, человеческая, молила, чтобы я тут же бросился ему на помощь, а вторая, та, что принадлежит последователю богини, требовала обратного. Эта вторая половина истово желала, чтобы я не вмешивался, а ещё лучше — подошёл поближе, дабы было проще впитать эманации смерти.

Эти противоречивые сущности старательно рвали меня на части, вынуждая определиться: с кем я — с людьми или с богами?

Наверняка, будь на моём месте в этот момент кто-то из родственников, они бы и пальцем не пошевелили, чтобы помочь пострадавшему Воплотителю. И были бы по-своему правы.

Мы, последователи богов, с детства приучены следовать предначертанному пути. Ведь следуя по нему, мы черпаем силу. Последователи воинственных божеств становятся сильнее в пылу схватки, последователи ремесленных богов — когда создают нечто новое, ну а мы, опекаемые самой смертью, вынуждены всегда нежиться в её объятиях. Чувствовать её, вдыхать её «аромат» и, конечно же, безропотно следить за тем, как она собирает свою богатую жатву. А иногда и потворствовать ей в этом. Прямо как тогда, с демонами.

Однако сейчас передо мной не демон и даже не человек, а мой сородич, пусть и окутанный силой Властелина.

Сложный выбор. Но мне всё же предстояло его сделать. А после — принять все последствия.

На все эти раздумья я потратил от силы секунду, может, две, после чего моя правая нога всё же шагнула вперёд.

Вскоре я уже бежал по направлению к поверженному Воплотителю. Время дорого. Мне надо успеть не только перетянуть его кровоточащее предплечье, но и вывести сотрудника ООБ из-под власти трёхглазого демона.

Подскочив к чёрному от сажи телу, сразу бросил взгляд на голову Воплотителя. Точнее, на его глаза — именно по ним можно с лёгкостью определить, насколько глубоко их хозяин увяз в сетях Властелина…

Стоп! Что-то явно не так!

Глаза Воплотителя выглядели крайне нездорово. Все красные, с полопавшимися капиллярами, и зрачками размером с булавку. Одним словом, совсем не так, как должны выглядеть глаза того, кто находится под чужим влиянием.

А ещё хозяин этих глаз явно не понимал, что творит!

Дежурный последователь зачем-то поднёс обрубок руки к собственному лицу, а затем засунул здоровый палец в оголённые мягкие ткани. Из обрубка фонтанчиком ударила кровь. И часть этой крови попала ему на лицо.

Последователь улыбнулся. Его левая ладонь внезапно вспыхнула.

Спустя мгновение до моих ушей донеслось противное шкворчание. В нос врезался запах палёной плоти.

— Ха-ха-ха! — разлетелся по всей крыше безумный смех.

«Он что, под чем-то⁈» — дошло до меня с заметным опозданием. И в этот самый момент Воплотитель наконец меня заметил.

— А ты… ещё… кто? — как-то заторможенно произнёс он, скосив на меня свои мутные глаза. — Гражданский?

Ответить я не успел. Последователь немного неловко, но при этом крайне быстро извернулся и пнул меня прямо в живот!

Сначала меня обуяло удивление: я ведь просто хотел помочь! Затем обида — в первую очередь на самого себя, что так глупо подставился. Ну а боль подоспела в числе последних, вместе с очередным чувством полёта.

Опомнился я лишь у самого края крыши, где в самый последний момент успел ухватиться здоровой рукой за её край.

Плечо с силой дёрнуло. Пальцы скользнули по грязному бетону, вздымая в воздух пылевой след. Но в конечном итоге мне всё же удалось каким-то чудом не слететь.

Так я и повис на краю крыши, обливаясь холодным потом и стараясь не смотреть вниз.

Фуф, ещё бы немного — и конец! По сути, спасся только чудом. Если бы не мой недавний опыт с постоянными полётами, то так ловко сориентироваться в воздухе мне бы точно не удалось.

Но главное не это, а то, что будь на моём месте тот самый «гражданский», он бы не то что не успел зацепиться за край крыши, а с высокой долей вероятности умер ещё в полёте. Например, от разрыва внутренних органов.

Получается, Воплотитель и впрямь хотел меня убить! Сам! Не по приказу демона-властелина, не чтобы защититься, а руководствуясь собственными неясными пока мотивами.

Знать бы ещё какими?

Вот только размышлять над его, мягко говоря, странным поведением мне сейчас не с руки. Ведь подо мной пропасть размером в девять этажей. И свались я с такой высоты, навряд ли отделаюсь малой кровью. Особенно в моём нынешнем состоянии.

Украдкой кинул взгляд вниз — как же, чёрт возьми, высоко!

Но нет худа без добра — в глаза, помимо прочего, также бросился зазор между секциями. Как раз один из тех, сквозь которые внутрь здания проникали те самые бесившие меня в самом начале порывы ветра.

Нервно облизнув губы, прикинул расстояние до спасительного зазора. Метров пять. По сути, не так уж и много. Надеюсь, моей сноровки хватит, чтобы ухватиться за бетонный откос.

В этот момент над головой пронеслась слепящая волна — я понял: медлить больше нельзя. Если схватка двух сверхлюдей перенесётся сюда, то, боюсь, данное здание постигнет та же участь, что и предыдущее.

Ещё раз глубоко вздохнув, расслабил пальцы — ну понеслась! Беспощадная гравитация тут же увлекла меня вниз. А подушечки пальцев, так до конца и не отнятые от стены, принялись скользить по ней, как по льду. В любой момент они готовы были вцепиться в подвернувшийся под них откос.

И такой момент довольно скоро наступил! Ладонь провалилась в пустоту, и я осознал: это оно!

В следующее мгновение пальцы, словно крючья, вонзились в бетон.

Плечо снова дёрнуло. Но я не придал этому особого значения. Сейчас меня больше волновала не сохранность какого-то паршивого сустава, а то, удастся ли мне выбраться из этой передряги живым…

Откуда-то сверху донёсся грохот. Здание вздрогнуло.

Началось!

Осознание приближающейся беды придало сил. Дальнейшая картина просто смазалась перед глазами. Я и сам не заметил, как подтянулся на одной руке, влетел в зазор между секциями, а после понёсся по лестнице вниз, забыв обо всём на свете: и о тех самых порывах ветра, и об отсутствующей лестнице, и о ноющем плече. Всё, о чём я в тот момент думал, — только бы успеть!

А над головой тем временем всё грохотало и клокотало. Здание уже не просто тряслось — оно дрожало как осиновый лист. Сверху мне на голову начали потихоньку сыпаться бетонные обломки. Пока что маленькие. Но это лишь вопрос времени, когда их вес и размер кратно увеличатся.

Последние три этажа пролетел так, словно за мной гналась целая свора демонов. К этому моменту лестница под ногами уже окончательно отошла от стен, а сверху валились целые фрагменты бетонных плит.

С ними на хвосте я и выскочил из рушащегося прямо на глазах здания, напоследок получив в спину воздушной волной. А дальше, не оглядываясь, сразу же бросился прочь с этой проклятой всеми богами стройплощадки.

Сзади меня нагоняло пылевое облако.

В его объятиях я и вырвался с закрытой территории, одним махом перескочив светящийся шлагбаум. И только после этого позволил себе обернуться.

Прямо на моих глазах недостроенное здание рассыпалось, как карточный домик, попутно поднимая целое облако строительной пыли.

Успел! Ещё бы чуть-чуть — и это место стало моей могилой.

Мне повезло… в очередной раз. Но думаю, на этом сегодняшнюю ночную прогулку пора заканчивать. Я и так прошёлся по лезвию… притом дважды. И делать это в третий раз, тем более за столь короткий срок, будет излишним. Ведь, как известно, богиня удачи не улыбается вечно.

С лёгким дискомфортом я завёл левую ладонь за голову, схватился за рифлёную оплётку и выудил катану из правого рукава. Всё это время она болталась у меня за спиной, вдетая в рукав, словно в чехол, и всячески мне мешала. Однако теперь я несказанно рад этому факту. Ведь не спрячь я её, и наша встреча со съехавшим с катушек Воплотителем могла закончиться совсем иначе.

Однако подумаю я об этом позже, когда вернусь в безопасное место. А пока мне предстоит снова поработать ногами.

Но есть и хорошая новость. После того, что здесь устроили эти двое, мне будет куда проще добраться до гостиницы. Готов голову дать на отсечение: сейчас все силы ООБ заняты чем угодно, но только не сохранением внешнего периметра.

Додумывал я эту мысль уже на ходу. Точнее, на бегу.

Я больше не скрывался и не прятался, а нёсся во весь опор по знакомому маршруту. Мимо проносились уже привычные типовые многоэтажки совместного производства Концерна «Молот» и правительства Тартарии, мелькали похожие друг на друга дворы с детскими площадками и круглосуточными магазинами, спроектированные, словно под копирку.

Различались лишь детали: например, разномастные деревья и кусты или цвет лавочек.

Будь на моём месте обычный человек, он бы наверняка заплутал в этих каменных джунглях. Но мне сия участь не грозит. Опыт трёх серых душ, принадлежавших когда-то опытным мореплавателям, ведёт меня лучше любого навигатора. Достаточно лишь изредка поглядывать на звёзды, чтобы не сбиться с пути.

Так я и пробежал весь оставшийся путь. А остановился лишь тогда, когда за очередным поворотом замаячила знакомая вывеска. В этот момент с моих плеч как будто исчез невидимый груз. Тяжёлая ночь наконец-то подошла к концу…

Беглый взгляд зацепился за приоткрытое окно. То самое, через которое я не так давно покинул гостиничный номер. Оно всё ещё оставалось приоткрытым. И находилось на высоте всё того же второго этажа.

Тут-то я и понял, что ничего ещё не закончилось. Мне предстоял долгий путь домой…

Глава 12 Потерянный секрет

— Уа! — невольно вырвался громкий зевок изо рта.

Вставать совершенно не хотелось, даже при том, что солнце нещадно било по закрытым глазам. Чувствовал я себя так, словно мной вчера играли в футбол. Всё тело ломило. Спину саднило. А в области правой руки всё ещё тлел пожар.

Даже удивительно, как мне вчера удалось сначала забраться на второй этаж, а после ещё и вернуться обратно в кровать.

Да, упорства мне точно не занимать.

Нехотя скинув с себя одеяло, попытался сесть. Далось мне сие нехитрое действие с трудом и зубовным скрежетом. Ну хоть рука двигается — уже хорошо.

А ведь могло быть и хуже. Намного хуже. Наверное, если бы не посмертный подарок О́ни, то лежать бы мне на этой кровати ещё как минимум два дня. А так, благодаря его столь своевременной кончине, я уже к вечеру, ну или в крайнем случае к завтрашнему дню буду в полном порядке. Спасибо эманациям смерти за это.

Кстати о них, об эманациях. Вчера я так толком и не успел как следует оценить количество сил, полученных после смерти демонического мечника, но сегодня на трезвую голову могу с уверенностью заявить: Морена высоко оценила этого парня. Такого количества энергии я не получал ещё никогда.

Осталось лишь дождаться, пока вся эта энергия усвоится моим потрёпанным телом. И в особенности правой рукой — та всё ещё выглядит весьма паршиво. Вся в фиолетовых кровоподтёках, с россыпью красных пятен в виде полопавшихся капилляров. Одним словом, видок у неё тот ещё. А уж что творится под кожей — и вовсе лучше не знать. Наверняка порванные мышцы — это лишь малая часть полученных мной вчера травм.

Но, несмотря на это, я рад.

Улыбка сама наползла на лицо. Мне всё же удалось добиться своего. Пусть и по воле случая, но я наконец обзавёлся своей первой, действительно ценной душой.

Правда, имелась одна существенная проблема. Тело, будь оно неладно, пока что не способно справиться с мастерством древнего самурая, а потому возвращаться домой нет никакого смысла. Да и что-то мне подсказывает, что для достижения моих целей одной, пусть и весьма сильной души, будет всё же недостаточно. Мне потребуется куда больше сил. А ещё времени…

— Какое странное жилище, — внезапно раздался совсем рядом чужой голос.

От удивления я вздрогнул и сразу же бросил взгляд на источник звука. На самом деле я уже знал, кого должен там увидеть, но от этого картина перед глазами не стала выглядеть менее сюрреалистично.

Справа и чуть позади, рядом с кроватью стоял он — самурай, перенесшийся в наше время прямиком из эпохи Эдо.

— Так странно, я знаю, что увиденное должно меня поразить, — потёр щетинистый подбородок обладатель Красной души, — но удивиться почему-то не получается. Неужели это как-то связано с моей смертью? Быть может, богиня Идзанами в своей непостижимой мудрости лишает умерших всех лишних чувств? А ты как думаешь, юный господин?

На самом деле, вопрос весьма интересный. Я и сам порой его себе задавал. Но сейчас меня куда больше волновал другой вопрос: как, ради всех богов, он здесь оказался⁈

Неужели его вчерашняя самодеятельность — это не единичный акт своеволия, а обычная данность? Выходит, более сильные души и впрямь обладают собственной волей — а иначе как бы ещё без моего зова он мог здесь появиться?

Все души, которых я встречал прежде, не обладали и толикой подобной автономности. Да и полноценными душами их можно было назвать с большой натяжкой. Они, скорее, походили на фрагменты или осколки личности, без ярко выраженных чувств и большого количества воспоминаний. Этакая сухая выжимка, экстракт из накопленной за годы жизни информации. Но не всей, а лишь самой ценной.

Правда, это касалось лишь Серых душ, возможно, с цветными ситуация обстояла несколько иначе.

— Смерть стирает всё лишнее и обнажает суть, в этом ты абсолютно прав, — собравшись с мыслями, ответил я, после чего попытался перевести разговор в немного иное русло. — Скажи, что ты помнишь из прошлой жизни?

Услышав вопрос, самурай задумчиво замер и даже прикрыл свой единственный глаз, видимо, погрузившись таким образом в собственные воспоминания.

— Многое, — спустя время, нехотя ответил он. — Но не всё. Я помню кровавые битвы, ночи любви и вкус сакэ на губах. Помню, как впервые взял в руки настоящий меч, как отсек свою первую голову, как потерял семью и как обрёл благословение Цукуёми-но-микото. Все самые яркие моменты жизни всё ещё хранятся в моей памяти. Исчезли лишь серые будни.

— Что последнее ты помнишь? — подался я с интересом ему навстречу.

В этот момент самурай распахнул правое веко, и я заметил, как преобразился его взгляд. От былого спокойствия не осталось и следа. Теперь в его единственном глазу отражался холодный стальной блеск.

— Руины Киото, парящую от яда землю и отрубленную голову Ямато-но-ороти у моих ног. А ещё — небо цвета молодой сирени.

Услышав эти слова, я поначалу напрягся, но затем довольно быстро взял себя в руки. Нет, этот давно истлевший самурай явно что-то путает. Видимо, его хвалёная Идзанами не только подтёрла у мечника все ненужные чувства, но и смешала сны и настоящие воспоминания в одну кучу.

Ямато-но-ороти, Уроборос, Ёрмунгандр, Мировой змей, Пожиратель Солнца — в разных культурах его называли по-разному. Но все, кто когда-либо встречал это могучее существо, сходились в одном: противостоять ему практически невозможно. А уж серьёзно ранить и подавно.

Тут же речь шла о чём-то куда более весомом. Целая отрубленная голова! Поверить в такое было попросту невозможно. По крайней мере, не после нашумевшего пять лет назад видео. Именно тогда Фиолетовое бедствие по имени Ямато-но-ороти «посетило» один из прибрежных курортов Перу.

Я отлично помню тот день. Мы всей семьёй сидели в гостиной и, прильнув к огромному экрану, следили за тем, как гигантский многоголовый змей стирает квартал за кварталом, превращая некогда цветущий город в груду оплавленных ядом обломков.

Тогда его тоже пытались остановить. В ход шло всё: авиация, артиллерия, межконтинентальные ракеты и, само собой, способности последователей богов. Но даже всей этой совокупной мощи не хватило, чтобы его сразить. Самое передовое вооружение, силы, дарованные богами, и смелость на грани отчаяния — ничего из этого не помогло. Мировой змей исчез сам с рассветом. Силам ООБ не удалось его одолеть. Лишь задержать и вымотать. Это был предел наших возможностей.

В тот день мы потеряли много достойных последователей богов и в очередной раз убедились в том, что существ, приходящих вслед за фиолетовым небом, наши предки не просто так нарекли Бедствиями. Именно поэтому мне так сложно поверить в историю одноглазого самурая. Скорее всего, его память просто сильно пострадала при переходе на ту сторону.

Однако сообщать ему об этом не было никакой нужды. Пусть и дальше счастливо пребывает в плену иллюзий. Тем более что от него мне нужны не воспоминания о прошлом, а его богатый боевой опыт. В нём-то я как раз и не сомневался. Одноглазый самурай мне всё уже доказал.

— Эй, юный господин, — снова напомнил о себе мой незваный гость, при этом взгляд его почему-то не отрывался от моей правой руки. — Скажи, как давно ты получил божественное покровительство?

— Шестнадцать лет назад, — честно, как на духу, ответил я, уже понимая, куда он клонит.

После моего ответа самурай вполне ожидаемо нахмурился. Хоть ему и ничего неизвестно о нынешней классификации силы, но, по крайней мере, глаза у него на месте. Один так уж точно. А ещё он явно не дурак и способен верно оценить последствия своего вмешательства, отпечатанные на моей правой руке.

— Мир так сильно изменился после моей смерти или… — последние слова самурая повисли в воздухе. Но мне и так понятен его посыл.

— Или, — даже как-то злорадно ответил я.

Мысль о том, что собственный слуга упрекал меня в слабости, поднимало откуда-то из глубин души жгучее негодование. А ещё несвойственный мне азарт.

— Вот значит как, — задумчиво потёр он подбородок. — Но столь ли это важно? Незакалённый клинок — всё ещё клинок. Им тоже можно рубить головы, нужно лишь правильно рассчитывать силы. Юный господин, почему бы тебе просто не запечатать всю доступную тебе силу в правой руке? Раз уж мы не можем закалить всё твоё тело, то почему бы просто не сосредоточиться на самой важной части?

Запечатать силу в правой руке? О чем это он?

— Что ты имеешь в виду? — настал мой черед хмуриться.

— Твоих нынешних сил явно недостаточно для закалки всего тела. Но для одной руки их должно хватить…

— Нет, это я понял, — беспардонно перебил я мёртвого самурая. — Но разве такое возможно?

В гостиничном номере ненадолго повисла тишина. Взгляд самурая стал ещё более озабоченным.

— Возможно, — произнес он с плохо скрываемой жалостью, словно бы объясняя мне нечто само собой разумеющееся. А после добавил, скорее уже для себя: — Мир и впрямь сильно изменился.

Его слова заставили меня задуматься. Если покойный самурай не лжёт и такой способ управления божественной силой и впрямь существует, тогда почему ни я, ни члены моей семьи о нём никогда не слышали? Это ведь настоящий прорыв… или нет?

Я почему-то вспомнил легендарного Ахиллеса, предводителя Мирмидонян, и по совместительству почти что неуязвимого героя.

В научных кругах до сих пор ходят споры на его счёт. Некоторые специалисты небезосновательно считают Ахиллеса первым достоверно подтверждённым Исполином-десяткой. Другие в противовес столь же справедливо припоминают его знаменитую пятку. Но что, если обе противоборствующие стороны правы?

Возможно, Ахиллес и впрямь был Исполином-десяткой. Разница лишь в том, что добился он такого выдающегося результата не привычным мне способом, а за счёт самостоятельного распределения божественной силы?

Если принять во внимание этот факт, тогда его странная конституция обретает смысл. Получается, чтобы достичь желаемого, греческому герою пришлось пойти на определённые жертвы: закалить не все свое тело, а лишь его часть. Так и появилась его знаменитая пятка, а сам Ахиллес обрёл столь желанную неуязвимость.

Был ли этот выбор верным — теперь уже никто не скажет. Я только надеюсь, что, пойдя по пути Ахиллеса, меня не настигнет его же судьба.

— Что мне нужно сделать, чтобы закалить свою правую руку? — отринув все сомнения, задал я, возможно, самый важный вопрос в своей жизни.

— Испытать боль, — односложно ответил самурай, а после, видя непонимание на моём лице, разъяснил: — Цель божественной силы — защита носителя. Поэтому она всегда стремится туда, где опасность.

О, нет! Я, кажется, начинаю понимать, к чему он клонит, и мне это совершенно не нравится!

— Самым действенным методом будет окунание руки в кипящее масло, — вбил гвоздь в крышку моего гроба этот садист, слегка при этом улыбнувшись самым краешком губ.

— А других, более гуманных способов у нас нет? — с остатками надежды в голосе уточнил я.

— Можем начать с кипятка, — пожал плечами вольный последователь Цукуёми-но-микото.

— Мне надо подумать, — упал я всем телом обратно на кровать.

Не то чтобы я так уж сильно боялся боли, но сознательно засовывать руку в кипяток — это, по-моему, немного чересчур.

Откровенно говоря, я представлял всё несколько иначе. Думал, меня научат сознательно контролировать божественную силу, например, при помощи какой-то хитрой медитации или иных тайных знаний, а тут такой поворот.

Снова повернув голову, я обнаружил пустоту на том месте, где ещё недавно находился призрак. Всё-таки странный мне попался слуга. Странный и крайне загадочный.

Интересно, кто же ты на самом деле такой, Ягю Дзюбэй?

Наверное, ответ на этот вопрос мне мог дать только сам одноглазый самурай. Но нечто внутри меня подсказывало, что этого не случится. Вольный последователь Цукуёми-но-микото не станет делиться со мной своими самыми сокровенными воспоминаниями. А без них картина будет неполной…

В этот момент мой взгляд упал на прикроватную тумбочку. А точнее, на лежащий на её поверхности мобильный телефон.

Хм, а что, если зайти с другой стороны?

Вскоре телефон оказался в моих руках, а на экране смартфона развернулся интерфейс поисковика. В него, недолго думая, я и вбил имя одноглазого самурая.

«По вашему запросу ничего не найдено» — всплыла ответная надпись на экране смартфона.

Не понял…

Для верности открыл уже другой поисковик и снова вбил то же имя.

Снова ничего…

Тогда я стал пробовать его вариации. А в самом конце даже переключился на японскую раскладку и написал имя на родном языке самурая.

«По вашему запросу ничего не найдено» — в очередной раз всплыла та же самая надпись.

Занятно. Мой новый слуга явно не прост, и он должен был оставить свой след в истории. Но его нет!

Может, это не его настоящее имя?

Прислушавшись к себе, понимаю, что это не так. Красная душа весьма охотно откликается на данное имя.

Тогда в чём дело? Неужели Ягю Дзюбей странствовал под вымышленным прозвищем или вовсе коротал жизнь в качестве отшельника?

Н-да уж, мало мне было вчерашней головной боли, теперь ещё и всяких загадок прибавилось.

При воспоминании о вчерашнем дне пальцы машинально набрали новый запрос. На этот раз меня интересовали свежие новости. Но не все, а конкретно те, что связаны с недавним прорывом.

Открыв первый попавшийся новостной портал, сразу наткнулся на то, что мне нужно.

«Трагические последствия ночного прорыва!» — гласил центральный заголовок.

Похоже, вчерашняя выходка дежурного последователя не на шутку всколыхнула общественность, раз новость находится так высоко.

С интересом нажал на ссылку. Хотя мог бы этого и не делать, там, скорее всего, и так всё предельно ясно: дежурного последователя наверняка уже задержали, пресс-секретарь ООБ давно принёс свои искренние соболезнования семьям погибших, а для самого виновника вовсю готовят уютную камеру на дне Марианской впадины.

Так что в текст новости я вчитывался без особого волнения. По крайней мере, в первые пару секунд. А затем наткнулся на это…

«…Разрушительные действия ветвей Иггдрасиля повлекли за собой полное уничтожение многоэтажного жилого комплекса. К счастью, большая часть жителей успела укрыться в подземном бункере. Точное число жертв пока устанавливается. На месте обрушения работают спасательные службы. Также в ходе прорыва серьёзно пострадала строительная площадка концерна „Молот“ вместе с готовящимся к сдаче жилым объектом…»

Это что, какая-то шутка⁈ Протерев глаза, еще раз вчитался в текст новости…

И снова ничего! Ни единого слова о загадочном стрелке и слетевшем с катушек Воплотителе! А все разрушения почему-то приписываются Мировому древу!

Поняв, что здесь я правды не найду, начинаю шерстить другие новостные порталы. В ход идёт всё без разбора: официальные новостные ленты, жёлтая пресса и даже личные блоги.

Но чем дальше я углублялся в этот ворох информации, тем отчётливее понимал, искомой правды мне не видать как своих ушей. Складывалось стойкое впечатление, будто историю с этими двумя решили… замять?

В этот момент со стороны двери раздался неожиданный стук. Только услышав его, я тут же отложил в сторону телефон и свесился с кровати.

— Кто? — уточнил я, одновременно с этим нырнув рукой под кровать и нащупав там трофейную катану.

А в голове между тем крутилась одна-единственная мысль: неужели меня так быстро нашли⁈

— Хозяин, — донесся из-за двери знакомый голос.

Вначале я ощутил облегчение. Никто из моей семьи не стал бы прикрываться обычным человеком, чтобы вытащить меня наружу. Будь тут тот же Арей, близнецы или даже малышка Анастасия, они просто снесли бы к чертям собачьим не только эту хлипкую дверь, но и всю стену целиком. Так что нет, это не они.

Но расслабляться всё равно пока рано. Поэтому вместо того, чтобы сломя голову нестись отпирать дверь, я медленно встал с кровати и наперевес с мечом подошёл к ней вплотную. А после тщательно прислушался.

В таком положении я провёл еще несколько секунд, пытаясь расслышать хоть что-нибудь подозрительное. Но как бы я ни старался, кроме одного-единственного дыхания, принадлежащего владельцу гостиницы, мне так и не удалось ничего услышать.

Поняв, что сиюминутная опасность мне не грозит, и, взвесив все за и против, я всё же провернул ключ в замочной скважине. Но дверь при этом не распахнул, а лишь немного приоткрыл, чтобы в случае чего быстро захлопнуть её обратно.

— Доброе утро, — нарисовалась в образовавшемся проеме заспанная щетинистая физиономия. — Я чего пришёл, вот, — протянули мне какую-то брошюру. — Ещё вчера хотел отдать, но забыл. Как ты уже понял, места у нас неспокойные.

Приняв тонкий буклетик, состоящий из пары разворотов, в ускоренном темпе пробежался по нему глазами.

Памятка для жителей дальних округов.

Что нужно делать, чтобы не стать жертвой прорыва:

Не забывайте закрывать окна в ночное время суток.При реве сирен ВСЕГДА выключайте свет.Не стойте рядом с окнами.Если слышите подозрительные звуки, СРАЗУ спускайтесь в специально оборудованное убежище на минус первом этаже.Будьте бдительны и при любом намёке на опасность звоните на дежурный номер ООБ.И главное — не выходите на улицу!

Ваша жизнь — наша первоочередная задача!

— Спасибо, — поблагодарил я сердобольного посетителя, и уже собрался было захлопнуть перед его носом дверь, как вдруг произошёл небольшой казус. Мой живот издал весьма характерный звук.

— Если проголодался, в соседнем дворе есть магазин, — верно расценил мой позыв хозяин гостиницы.

После этого, не дожидаясь ответной реакции, он просто скрылся за дверью, оставив меня наедине с собственными мыслями.

Насчёт магазина это он верно подметил. Мне и впрямь стоит туда заглянуть. Прикупить еды, всяких бытовых мелочей и прочих необходимых в хозяйстве вещей. А то из дома я сбежал едва ли не с голым задом. Хорошо хоть додумался в последний момент сменную одежду прихватить — а то после вчерашнего мне в моём любимом костюме лучше на улицу не выходить.

Решено, этим, пожалуй, и займусь. Только в порядок себя для начала приведу.

Заперев дверь, отправился в ванную комнату. Хотя комнатой это назвать язык не поворачивается — так, закуток. Я его по первости даже не заметил.

Впрочем, это немудрено — из удобств там видавший виды стоячий душ, в котором я вчера отмывался от копоти и грязи, да крохотная раковина с не менее скромным унитазом. Даже зеркало и то размером с ведро.

Но мне ли жаловаться. Зато в таком паршивом месте меня точно искать не станут.

Зайдя внутрь, на скорую руку сполоснул лицо, чтобы смыть с себя остатки сонливости. После чего уже привычно нанёс грим. Без него в дневное время на улицу лучше не выходить.

Дальше, закончив с необходимыми утренними ритуалами, прошагал обратно в комнату, кинул спортивную сумку прямо на кровать и начал в ней рыться.

Сменная одежда нашлась быстро, благо лежала она на самом верху. Правда, чтобы напялить её на себя, пришлось изрядно повозиться. К правой руке хоть и вернулась былая чувствительность, однако болезненные ощущения пусть и ослабли, но никуда не делись.

Одевался я, по прикидкам, минут десять. Ещё пару минут ушло на перекладывание денег в карманы новых штанов. Да, долго, но что поделать? Чтобы не бередить руку, приходилось действовать крайне аккуратно.

А вот из комнаты выходил, наоборот, в ускоренном темпе. Но без явной спешки, не забыв при этом запереть за собой дверь. Всё-таки у меня под кроватью лежит самый настоящий демонический меч, который мне, к слову, ещё предстояло изучить.

Путь до выхода из гостиницы тоже не занял много времени. Да, для этого пришлось спуститься на первый этаж и по-человечески выйти через дверь. Но вопреки всем неудобствам, итог был предрешён. Довольно скоро я оказался на улице.

Дневные окраины встретили меня совсем не так, как ночные. В небе ярко светило солнышко, по улицам бегала детвора, и не было ни единого намёка на то, что вчера произошла, пусть и локальная, но всё же катастрофа.

Одним словом, жизнь шла своим чередом. Взрослые спешили по своим взрослым делам, человечки поменьше тоже вовсю суетились, решая свои, несомненно, важные проблемы. А ещё откуда-то повылазили домашние животные.

Собаки, ясное дело, вышли на утренний променад на пару с хозяевами. А вот откуда взялись их усатые конкуренты — оставалось загадкой. Ночью ни одной кошатины мне не встретилось, а ведь они, как известно, любят побродить в темноте и как следует поорать. Но, видимо, Иггдрасиль даже их приучил к порядку.

Глядя на такую идиллию, сложно было представить, что ещё вчера по этим улицам бродили страшные монстры. И не только монстры…

Недавние воспоминания немного отрезвили. Я тут же вспомнил, где нахожусь, и уже не оглядываясь по сторонам, отправился к тому самому магазину.

Хозяин гостиницы не соврал. Магазин и впрямь находился в соседнем дворе. Впрочем, я уже и так это знал из вчерашней «экскурсии». Разве что на этот раз магазин встречал меня не бронированными рольставнями, а гостеприимно распахнутыми дверьми.

Зайдя внутрь, я тут же окинул взглядом помещение.

Пять касс самообслуживания и один продавец — вполне ожидаемо для окраин, где не ждут большого наплыва покупателей.

Впрочем, так даже лучше.

Прикинув в голове список покупок, я уже было собрался углубиться в прохладный торговый зал, как вдруг мне на ум пришёл весьма своевременный вопрос.

— Скажите, — обратился я к продавцу, заспанной женщине лет тридцати. — А у вас, случаем, водонагревателей нет?

Глава 13 Неожиданное рандеву

— Вынимать?

— Рано. Пусть еще покипит. В мое время говорили: если как следует подождать, то даже на морском дне наступит хорошая погода.

— А, по-моему, уже готово, смотри, как набухли.

— Еще нет. К тому же мы забыли посолить.

— Тут ты прав, — согласился я с самураем, щедро посолив кипящую воду.

Вода в ответ, словно бы из чувства протеста, тут же начала усиленно пузыриться.

— Теперь доволен?

— Юный господин, во всем нужно терпение, — наставительно произнес одноглазый самурай, продолжая наблюдать за тем, как кипит вода. — Мой отец как-то сказал: «Дай пыли накопиться, и она превратится в гору». Это о том, что даже небольшие усилия рано или поздно приводят к великому результату… Необходимо лишь толика терпения.

— Дзюбей, ты ведь понимаешь, что мы уже пару часов варим мою чертову руку, а не какие-то там пельмени⁈ — прорычал я в ответ. — Посмотри на мои пальцы, они уже как сосиски! Я даже не уверен, получится ли их согнуть!

— А что такое пельмени? — захлопал правым глазом любознательный японец, пропустив мои стенания мимо ушей.

— Всё, с меня хватит! — воскликнул я и одним рывком вытянул руку из бурлящего тазика.

Капли воды небрежно разлетелись по всей ванной комнате. Но мне было плевать, я ощущал ни с чем не сравнимое блаженство! Как же хорошо не чувствовать этого постоянного жжения и столь же надоедливых, доводящих аж до зубовного скрежета ударов тока.

Будь проклят тот день, когда я согласился на эту авантюру!

Три дня! Целых три дня я варил собственную руку!

Поначалу, как это обычно и бывает, всё шло относительно неплохо. Я просто окунал конечность целиком в очень горячую воду и наивно думал, что этим всё и ограничится. Но как бы не так! Продолжалась такая лафа совсем недолго, вскоре на смену просто горячей воде пришел кипяток.

Это был первый звоночек.

Наверное, на этом этапе мне и следовало остановиться. Но проклятый самурай с его змеиным языком сумел меня убедить пойти на большее. После этого мы стали добавлять соль, чтобы еще сильнее повысить температуру. И, казалось бы, на этом можно закончить повышать сложность, но нет — этому… нехорошему духу и этого оказалось мало. В конечном итоге мы пришли к тому, что перестали вынимать водонагреватель из тазика.

С того момента к боли от кипящей воды прибавились еще и удары током.

— Это ваше электричество — настоящая находка, — доверительным тоном сообщил мой мучитель.

— Да что ты говоришь, — зашипел я в ответ, усиленно дуя на «горящую» руку. — Только знаешь, его не для этого изобретали.

Но Дзюбей моих возмущений уже не слышал. Душа самурая снова вернулась туда, где ей и положено находиться, — в мое духовное хранилище. Притом сделала она это по собственному сиюминутному желанию…Опять.

Теперь в тесной ванной находился только я да продолжавший парить и булькать жестяной тазик.

Отряхнув руку от остатков соленой воды, вынул штепсель водонагревателя из розетки.

Похоже, на сегодня тренировка окончена. Если эти садистские выкрутасы, конечно, можно назвать тренировкой. Однако должен признать, эффект от них все же имелся, притом заметный. Уже сейчас я чувствовал в своей правой руке крепость и силу, которых не ощущал прежде.

Но, как известно, за все в этом мире приходится платить. Наука одноглазого самурая не стала исключением. Из-за адских тренировок в моем теле резко снизился уровень свободной божественной силы.

По сути, ее там почти не осталось. И, как нетрудно догадаться, именно этот факт вызывал у меня больше всего тревоги.

С последнего вторжения прошло целых три дня. Три спокойных размеренных дня, в течение которых не случилось ни одного прорыва.

За всё это время Иггдрасиль так и не окрасил небо над окраинами в свои цвета…Хотя я очень этого ждал.

Не то чтобы Мировое древо совсем о нас забыло. По новостям ежедневно передавали о регулярных прорывах. Вот только происходили они где угодно, но точно не в моем районе. Последний такой прорыв был зарегистрирован аж в сорока километрах от того места, где я нахожусь.

А часики тем временем тикали, до моего предполагаемого вылета в Токио оставалось четыре дня.

И где этот чертов Иггдрасиль, когда он так нужен⁈ А ведь по телеку говорили, что здесь чаще всего встречаются прорывы.

Эх…

Разочарованно вздохнув, отправился обратно в комнату, где сразу же упал на кровать. К этому моменту моя правая рука уже полностью пришла в норму: чувство боли и жжения бесследно исчезли, а пальцы, размокшие от длительного нахождения в воде, приняли куда более удобоваримый вид.

Похоже, мои мучения и впрямь окупились. Жаль только проверить — насколько именно, я пока не могу.

От нечего делать бросил взгляд на зарешеченное окно. Сквозь мутноватое стекло пробивался бледно-алый свет. Ночь еще не вступила в свои законные права, но ее верный слуга в лице заката уже потихоньку передавал власть своей хозяйке.

Наверняка жители окраин уже начинают потихоньку разбредаться по домам. А значит, еще час-другой, и бронированные ставни снова упрутся в пол, отрезая добропорядочных граждан Тартарии от грозящих им опасностей. Те же, кто не успеют к этому моменту добраться до надежного убежища, будут предоставлены сами себе.

И таких, к слову, окажется немало.

Люди вообще большие специалисты по части того, как находить себе лишние неприятности. А уж в ночное время эта их особенность сильна вдвойне.

Ночь манит. Она притягивает к себе подвыпившие компании, романтичных подростков и просто рисковых людей, страждущих пощекотать себе нервы. Слышал, есть даже целые сообщества молодых людей, называющих себя свидетелями прорыва. А еще блогеры, собирающие на репортажах об Иггдрасиле многомиллионные просмотры.

От последних, к слову, проблем больше всего. Те же свидетели прорыва появились как раз из-за популярности подобных видео.

И главное, поделать с этим ООБ ничего не могло, ведь комендантский час хоть и карался штрафом, но отследить всех нарушителей на столь огромной территории попросту невозможно. Особенно когда тут и там в любой момент могут появиться монстры. Наверное именно поэтому, сюда и сбредался весь человеческий «мусор».

Обширная территория, практически полное отсутствие камер, за исключением дорожных, и, конечно же, высокая плотность населения — одним словом, идеальный вариант, чтобы затеряться.

Место, в котором никто не станет тебя искать.

Но боги, как же здесь скучно…

Хм, а может, и мне выйти на небольшую прогулку? На внезапный прорыв я, конечно, вряд ли нарвусь, но хотя бы немного развеюсь. Заодно и опробую свою «новую» руку. Надеюсь, Дзюбей не будет сильно меня пилить, если я немного разомнусь.

Уже с куда большим интересом выглянул в окно. Думаю, часа на небольшую прогулку как раз будет достаточно. Но перед этим следует хотя бы одеться.

Больше не теряя времени даром, соскочил с кровати, натянул на себя первую попавшуюся футболку — благо штаны уже на мне. А после занырнул ногами в кроссовки. Последним предметом одежды стала уже классическая спортивная ветровка с глубоким капюшоном.

Однако одной лишь одеждой сборы не ограничились. По пути к выходу я подхватил стоящий у стены продолговатый чехол. В таких обычно хранили рыбацкие удилища. Но я нашел ему куда более оригинальное применение и запрятал внутрь демоническую катану.

Имелся, правда, у этого чехла один маленький минус: с ним в комплекте также шел довольно навороченный спиннинг, теперь бесхозно валяющийся под кроватью. И стоил он, к слову, весьма недешево. Но на какие траты только не пойдешь ради хорошей конспирации, особенно когда на кону стоит собственная жизнь.

Из гостиницы выходил в полной уверенности в своей незаметности. Да, маскировка не из лучших. Но, по крайней мере, мне не приходится «сверкать» катаной у всех на виду. А насчет чехла для спиннинга — так здесь озеро рядом. Мало ли, вдруг я решил на ночь глядя порыбачить? Тем более что за городом сейчас куда безопасней, чем в нем самом, — Иггдрасиль почему-то не особо жалует безлюдные места.

Вот, наверное, в сторону этого озера я и прогуляюсь, и воздухом заодно подышу. А, может, и переночую на природе. Благо незадолго до сегодняшней тренировки я уже как следует перекусил.

Быстро сверившись с навигатором в телефоне, взял курс на север. Именно там, за строящимся жилым массивом, находится длинная лесопосадка, а сразу за ней — нужный мне водоем.

Пока шел по улице, вовсю глазел по сторонам. Все-таки это мой первый выход в вечернее время. Я видел окраины опасной ночью и лицезрел их беззаботным днем, но наблюдать их во время заката, в неком пограничном состоянии, мне еще не доводилось.

В глаза сразу бросилась почти повсеместная суета. Горожане чуть ли не наперегонки спешили по своим домам. Но, опять же, не все. Более молодые да ранние вели себя куда раскрепощенней, чем взрослое поколение: сидели на лавочках, неспешно переговаривались, иногда выпивали или что-то ели. И обязательно пялились в телефоны.

Одним словом, не наводили той самой лишней суеты.

До меня даже долетали обрывки их фраз.

— Да говорю тебе, не будет сегодня ничего. Можем смело ехать.

— А если будет?

— Тогда как обычно. Просто рванем в другую сторону. Главное — небо мониторить, и все будет тип-топ.

— Ну, не знаю…

— Ой, да не ссы ты! Я уже сто раз так делал.

— И ничего я не ссу!

— Оно и видно…

Ну, с этими все понятно, отвел я взгляд от подвыпившей компании. Если учесть, что завтра у нас воскресенье и, следовательно, на работу, учебу никому из этих ребят не нужно, то шило в одном месте у них так и свербит. Не удивлюсь, если с таким подходом к жизни они и до тридцати-то вряд ли доживут.

Хотя мне ли их судить? Я вон вообще из дома сбежал, чтобы монстров убивать. Так что каждому свое.

Вскоре подвыпившая компашка из двух девчонок и четырех парней напрочь вылетела у меня из головы, и я снова переключился на телефон.

Дальше шел, в основном уткнувшись в него и на всякий случай запоминая обратный маршрут. А то мало ли: телефон может не вовремя сесть, спасительные звезды — скрыться за облаками. А собственный разум всегда под рукой.

А ночь между тем медленно, но неотвратимо вступала в свои права. Солнце уже окончательно скрылось за горизонтом, и уличные фонари принялись усиленно пожирать электричество. Со всех сторон начинал доноситься тяжелый металлический шелест — бронированные ставни слаженно ползли вниз.

Тревожный звук. Но лишь для обычного человека. В моем же случае все в точности до наоборот. Я все еще втайне надеялся на лучшее — на то, что прорыв все-таки случится. Нет, умом-то я, конечно, понимал, что этого не произойдет. Но вера в чудо не отпускала…

— Кар!

— Кар!

— Кар!

Странно. Чего это пернатые на ночь глядя так разорались? Мне пришлось запрокинуть голову, чтобы разглядеть, что же у них там такого творится, но ничего, кроме ночного неба, рассмотреть не удалось. Ночь окончательно вступила в свои права.

— Кар!

Шлеп! Раздался неподалеку от меня подозрительный шум.

— Кар! Кар! Кар!

Шлеп! Шлеп! Шлеп! Многократно повторился недавний звук.

А вот это уже действительно подозрительно!

Убрав телефон во внутренний карман ветровки, прислушался — захотелось понять, откуда именно исходит так настороживший меня шум…

В этот самый момент буквально в паре метров от меня пронесся какой-то подозрительный комок!

Шлеп! Врезался он в асфальт почти у самых моих ног.

От удивления я сначала отскочил в сторону и даже потянулся правой ладонью к рукояти катаны, но довольно быстро себя одернул. Глазам наконец-то удалось разглядеть, что же собой представляет рухнувший с неба «комок».

«Ворон», — признал я в распластанном по асфальту силуэте знакомую мне птицу. Так вот значит, кто издавал все эти подозрительные звуки. Но вопрос все же в другом: зачем столь умным птицам кончать жизнь самоубийством, притом столь нелепым способом?

Я снова бросил взгляд в небо… а вот и ответ: ночная гладь потихоньку расцветала красноватыми росчерками. Иггдрасиль наконец-то напомнил о себе!

На мои губы тут же наползла непрошеная улыбка, а глаза машинально оценили расстояние до пока только зарождающегося алого сияния. По первым прикидкам выходит километра два, не меньше. Но это не беда, домчу вмиг. Тем более что на этот раз бояться мне особо нечего. По своей сути, Красные ветви довольно предсказуемы. Обычно они приносят с собой только особо агрессивных, но при этом мало разумных существ. А еще частенько распространяют вокруг себя атмосферу чужеродного мира…

Прямо у моих ног рухнул еще один пернатый комок.

Зато теперь хотя бы понятно, почему целая стая ворон решила дружно самоубиться. Видимо, в воздухе появилось нечто смертоносное. Осталось лишь выяснить, что именно.

На пару с этими мыслями я кинулся вперед, навстречу стремительно алеющему небу. При этом печальная судьба пернатых меня в этот момент совсем не пугала. Мы, последователи богов, слеплены совсем из иного теста. Всякая отрава на нас почти не влияет.

Первый километр дался довольно легко, словно его и не было. Ноги работали бодро и уверенно. А легкие не испытывали никаких неудобств. Даже, наоборот, я то и дело чувствовал легкое кислородное опьянение…

Опьянение, которого испытывать вроде как не должен!

Осознав эту простую истину, резко перешел на шаг. Здесь явно что-то не так!

Но изменения коснулись не только состава воздуха — было кое-что еще. Давление на плечи тоже усилилось!

Неужели все дело в повышенной гравитации⁈

Как следует обдумать эту мысль мне помешал сноп искр, разлетевшийся по фасаду видневшейся впереди многоэтажки.

В сверкнувшей вспышке проступил знакомый округлый силуэт. Уже виденный мной глайдер, явно теряя, управления бороздил собой стену здания…

Так вот из-за чего весь сыр-бор! Как я и предполагал, дело не в яде и даже не в высокой концентрации кислорода в воздухе, а в зоне повышенной гравитации. Именно из-за нее птицы не сумели удержаться в небе!

Хорошо хоть, о подобных сюрпризах Иггдрасиля мне уже известно. А вот троице на глайдере, видимо, нет — иначе они не стали бы так бездумно набирать высоту. Это здесь, на уровне земли, тяготение чувствуется не так уж сильно, но там, наверху, где сейчас находится эпицентр гравитационного воздействия, оно ощущается совершенно по-иному.

К этому моменту глайдер и троица пассажиров уже скрылись из поля зрения. Однако на их счет я особо не переживал. Падение с такой высоты, пусть и с дополнительным ускорением, их точно не убьет…

— РААААААААА!!! — донесся с той стороны чей-то могучий рев.

А вот агрессивные пришельцы из иного мира вполне могут справиться с этой задачей.

Обдумав сложившуюся ситуацию, решаю подобраться поближе. И нет, на этот раз я не планирую играть в героя. Все мои самаритянские позывы улетучились в тот же миг, как нога одного светящегося ублюдка с силой впечаталась мне в живот. После такого наглядного урока я теперь десять раз подумаю, прежде чем протягивать кому-то руку помощи. Особенно своим, так называемым, сородичам.

Уже более спокойной трусцой направился к месту аварии. Благо у меня все еще есть ориентир в виде непрекращающегося ни на секунду рева. Видимо, посадка у троицы вольных вышла на редкость неудачной.

Так, ориентируясь по злобному рыку, я и добрался до нужного здания. А после резко сбавил ход — не хватало еще самому стать участником чужой потасовки. Дальше двигался уже более спокойным размеренным шагом, попутно стягивая плотный чехол с рукояти катаны.

А впереди тем временем уже виднелся угол дома, из-за которого и доносился тот душераздирающий рев.

У простого человека от этого бесноватого крика наверняка затряслись бы поджилки и сердце ушло куда-то в пятки. Что же до меня — я лишь покрепче стиснул рукоять меча.

И не зря…

Совсем рядом раздался очередной злобный рев. Асфальт под моими ногами заметно дрогнул. А еще спустя мгновение из-за того самого угла прямо на дорогу рухнуло нечто большое, размером где-то с грузовой автомобиль!

С оглушительным грохотом в воздух взметнулись ошметки асфальта!

Всё произошло настолько неожиданно, что я даже удивиться как следует не успел. А потом стало попросту не до этого. То, что было поначалу принято мной за грузовик, на поверку оказалось чем-то живым и весьма подвижным!

Я ещё раз скользнул взглядом по чудовищной человекоподобной фигуре перегородившей мне путь…

Великан!

Хоть я и не встречал их прежде, но сразу понял, кто передо мной…

В этот момент здоровенная, покрытая какими-то уродливыми наростами голова медленно повернулась в мою сторону.

— Ну привет, — вежливо поздоровался я с опрокинутым на спину гигантом.

Но тот ответной вежливости отчего-то не проявил и сразу потянулся ко мне своей здоровенной лапищей. Видимо, чтобы поздороваться. А может, и нет. Но на всякий случай я все же взял катану наизготовку.

Полированные ножны коснулись левого бедра, а правая ладонь легла на ребристую рукоять. Теперь мне оставалось разве что прикрыть левый глаз и положиться на мастерство Ягю Дзюбея. Надеюсь, его молниеносного иайдо будет достаточно, чтобы располовинить устремившуюся ко мне гигантскую руку…

— Поберегись! — вдруг раздался чей-то крик из всё того же злополучного проулка.

И сразу следом за ним оттуда же вылетел мужчина с массивной перчаткой наперевес! Спустя секунду он тяжеловесно приземлился прямо на морду повернувшегося в мою сторону великана, взмахнул бронированной рукой и с силой обрушил металлический кулак вниз!

Ночная улица тут же наполнилась целой какофонией неприятных звуков. Сначала раздалась череда хлопков, будто кто-то забыл вынуть из микроволновки попкорн. Затем от бетонных стен отразился мокрый чавкающий хруст. И в довершение ко всему в самом конце прозвучал еще один хлопок, но на этот раз слитный и куда более громкий!

Одновременно с этим влажным хлопком землю подо мной снова тряхнуло, и в небо взмыл грязно-бурый фонтан!

Всего за мгновение огромная голова великана превратилась в сплошное месиво! Перчатка Концерна «Молот» одним-единственным виброударом перемолола не только черепную коробку, но и все ее содержимое!

— Выкуси! — вскинул в победном жесте окровавленный металлический кулак убийца гиганта.

Однако радость длилась недолго. Неуместное хвастовство тут же вышло ему боком…

— Сергей! — прозвучал откуда-то со стороны предостерегающий крик.

Но было уже поздно. Вынырнувшая из-за стены гигантская рука смела Сергея вместе со всей его бравадой.

— Рааааа! — снова разлетелся по ночному небу могучий рев. И на этот раз звучал он куда более угрожающе.

Глава 14 Минус один

За полетом Сергея я наблюдал чуть ли не из первых рядов, поэтому прекрасно видел последствия того чудовищного удара.

Вольного сначала как пушинку снесло в сторону, затем дважды перекрутило, отчего его ноги взметнулись выше головы. А после уже сама голова пару-тройку раз состыковалась с на удивление податливым асфальтом, оставив на нем глубокие борозды.

Ну а в самом конце своего затяжного полета Сергей, еще и пару раз кувыркнувшись в воздухе, проломился через палисадник на другой стороне дороги и с заметным хрустом впечатался в фасад соседнего здания.

Со стороны все выглядело так, будто носитель боевой перчатки уже не жилец, но мое чутье проводника смерти твердило об обратном. Я всеми фибрами ощущал, как ко мне стекаются эманации смерти от почившего великана, но не чувствовал того же от вольного последователя.

Крепкий дядька, что тут еще сказать.

Однако думать сейчас надо не о нем, а о том, кто отправил бедного Сергея в полет. Из-за угла как раз появился хозяин той монструозной руки. Почти такой же гигант, как первый, разве что ростом чуть повыше. Где-то на метр.

Для великанов такая разница — сущий пустяк, это как для нас разница в пару сантиметров. Правда, от этого знания мне отчего-то не легче. Ума не приложу, что мне теперь с такой махиной делать.

Даже интересно, хватит ли мастерства Ягю Дзюбея, чтобы распластать такую здоровенную тушу?

Вопрос, конечно, интересный, вот только искать на него ответ мне совершенно не хочется. Особенно после всего увиденного. Но делать что-то все равно надо. Кидаться на великана вот так, без плана — сродни самоубийству, но и стоять столбом посреди улицы — тоже не вариант.

Пока судорожно обдумывал сложившуюся ситуацию, грозный здоровяк окончательно выступил из-за угла.

В этот момент я заметил кое-что еще: на ногах великана, вцепившись клыками в дубленую шкуру, висели два призрачных волка — они яростно полосовали икры гиганта своими когтями и рвали их зубами.

Вот только сам здоровяк, в отличие от меня, не обращал на них особого внимания…

А зря. Даже в полутьме было отчетливо видно, как по ногам гиганта стекает какая-то бурая жижа, судя по всему, заменившая ему кровь. К тому же волки рвали его не абы где, а аккурат под коленями. В тех местах, где у обычного человека проходят подколенные сухожилия…

Стоило мне только об этом подумать, как правая нога гиганта подломилась и угловатое колено с хрустом врезалось в асфальт. Самого великана при этом, ясное дело, утянуло следом за собственной ногой.

За какое-то мгновение рост гиганта сократился где-то наполовину!

Тут-то я и понял, второго такого шанса может и не быть!

Рыбацкий чехол моментально улетел в сторону, обнажая черные лакированные ножны, а сам я, стелясь над землей, бросился вперед.

К этому моменту демоническая катана, словно влитая, уже была прижата к моему левому бедру, а правая ладонь расслабленно покоилась на рукояти меча. Усиленно работали только ноги.

Сердце же и легкие, наоборот, будто бы замерли. Я ощущал, как грудь наполняется воздухом и запирает его внутри.

Спустя два удара сердца, я уже стоял сбоку от великана. Мой единственный открытый глаз, словно рентген, нащупывал его яремные вены, а пальцы правой руки нежно оплетали ребристую рукоять.

Счет шел на секунды. Или, скорее, на те самые пресловутые доли.

Вскоре последовал долгожданный выдох — и в то же мгновение, как воздух покинул легкие, лезвие катаны с шелестом вылетело из ножны. Иайдо одноглазого самурая, впитанное мной вместе с его алой, пропитанной кровью душой, со свистом рассекло воздух. А после и грубую на вид шкуру. Клинок стремительно погрузился в плоть…

Но глубоко при этом не проник.

Рефлексы самурая, что верховодят в данный момент моей правой рукой, велят резать, а не рубить.

И я послушно резал. Матовое лезвие катаны скользило по бугристой шее, словно каравелла по бурным волнам, то резко ныряя вниз, то снова оказываясь на поверхности дубленой кожи. В этот момент я ощущал плавность и умиротворенность, словно фанатичный художник, наконец дорвавшийся до столь желанного мольберта. Разве что, в отличие от того самого художника, холстом мне служил не лен и не хлопок, а чужая плоть.

Прекрасное, ни с чем не сравнимое чувство, жаль только, длилось оно какое-то жалкое мгновение…

С легким едва уловимым шелестом катана вернулась обратно в ножны. Цуба с оковкой ножен встретились — раздался щелчок. И в то же самое время плоть на шее великана раскрылась, подобно цветку. Фонтан бурой жидкости ударил в небо…

Но ни одна из этих грязных капель не упала на мои плечи.

Зато в нос тут же ударил запах крови или того, что этой твари кровь заменяет. Запах густой, терпкий, с привкусом аммиака на языке.

А вот теперь точно все — великан больше не жилец. Остается лишь дождаться, когда он окончательно испустит дух, и получить положенную награду. Ну и порадоваться заодно, раз все прошло настолько гладко…

— Закончи начатое, — вдруг прозвучал у самого уха голос одноглазого самурая.

— Но он ведь уже… — отступил я чуть назад, подальше от истекающего кровью монстра.

Это ведь так глупо — попусту рисковать, в попытке добить смертельно раненного, но все еще опасного зверя.

— Нет страшнее иллюзии, чем вид поверженного, но недобитого врага…

— ГРААААА!

Последние слова самурая потонули в яростном реве.

Великан на удивление резво обернулся в мою сторону и тут же вскинул к ночному небу свой громадный кулак. Его не остановила ни продолжающая бить из шеи кровь, ни пара призрачных волков, к этому моменту уже забравшихся ему на загривок.

Похоже, Дзюбэй снова оказался прав, я сильно поторопился, когда вернул катану в ножны.

Но это не беда.

Моя ладонь снова обвила рукоять меча, а единственный открытый глаз «метнулся» в сторону, подальше от несущегося ко мне кулака.

Вскоре рука великана исчезла из виду, пропав в моей слепой зоне, и мир словно замер. Я снова, как и тогда, три дня назад, ощутил слева от себя безмолвную пустоту. Но на этот раз она ни капельки не пугала. Судя по всему, тот первый урок одноглазого самурая все-таки не прошел для меня даром.

Больше никакого страха, волнения или глупых мыслей, лишь спокойное ожидание того сладкого мига, когда бездушный клинок вопреки всем законам природы снова обретет собственную волю.

Шелест. Он раздался совершенно внезапно. И ровно в тот же миг моя правая рука стала преданным заложником меча.

Прямо как и тогда, в бою с Они, плоть и металл слились воедино, а царство пустоты обрело своего единоличного хозяина. Хозяина, способного стереть из этого мира все, что угодно. В том числе грязную лапу какого-то жалкого великана.

Мгновением спустя раздался едва уловимый свист рассекаемого воздуха и протяжный щелчок вернувшегося в ножны меча.

Стоило последнему отзвучать, как мир снова оживает, а великан отшатывается влево. На месте его правой руки чуть ниже локтя теперь виднеется ровный диагональный срез, из которого рекой хлещет кровь.

— Добей, — снова прозвучал у моего уха голос духа.

И на этот раз я склонен к нему прислушаться. Тем более что и сам великан, похоже, не намерен отступать. Даже потеря руки не охладила его пыл. Он снова рванул вперед.

Хотя как рванул, скорее, попытался подмять меня под себя. Гигант просто завалился вперед, в попытках ухватить меня своей левой рукой или на худой конец вцепиться в мое тело своими крупными коричневыми зубами.

Я же в этот момент думал лишь об одном: а как мне, собственно, с ним разобраться? Использовать ли обычное иайдо, которым не так давно вскрыл его толстенную шею, или снова погрузить чертовски живучего великана в царство пустоты и там разделаться с ним одним неуловимым росчерком меча?

Прислушавшись к собственному телу, понимаю: лучше выбрать обычное иайдо. Последствия от использования царства пустоты уже вовсю ощущались моей правой рукой. Да, их нельзя сравнить с теми, что я испытал три дня назад, но все ж риск того не стоит. Тем более что и сам великан уже одной ногой в могиле.

Все эти мысли проносятся в моей голове галопом за какие-то доли секунды, после чего катана снова уже в третий раз за сегодня покидает ножны.

Острое лезвие, на этот раз ведомое моей собственной рукой, чертит диагональную дугу и с влажным чавканьем погружается в чужую плоть.

Первой жертвой демонического клинка становится могучий кулак. Лезвие вонзается аккурат между массивными костяшками и делит кисть великана на две равные половины, после чего резко ныряет вперед и вниз, чтобы продолжить свой кровавый путь уже по внутренней поверхности толстого, как молодое дерево, предплечья.

Не отстает от клинка и мое собственное тело. Ведомое рефлексами матерого воина оно тоже ныряет вниз, дабы разминуться с тем самым кулаком.

Вскоре моих волос касается воздушный порыв, поднятый могучим замахом. И в этот же самый миг лезвие катаны проскальзывает в подмышку великана и резко меняет свой курс. Теперь целью демонического клинка становится подключичная впадина. Правда, и там он надолго не задерживается. Стоит только острию добраться до надгрудинной ямки, я быстро и вместе с тем плавно подворачиваю правую кисть. От этого, казалось бы, легкого движения, полет клинка сразу же переходит в вертикальную плоскость, и бритвенно-острая кромка устремляется строго вверх, принимаясь кровожадно бороздить толстую шею.

Сначала с едва слышным хрустом рассекается гортань, отчего несмолкающий до этого рев превращается в хрипящее бульканье. Правда, и это бульканье длится недолго. Ведь почти сразу острие катаны оказывается под массивным подбородком, а мой левый кулак с зажатыми в нем ножнами упирается в торец рукояти.

А вот теперь точно конец!

Одним слаженным движением я распрямил согнутые до этого ноги и толкнул рукоятку вверх. Раздался чавкающий звук и демонический клинок вошел куда-то под подбородок. Но на этом он не остановился. С хрустом продырявив небную кость, меч проник внутрь массивной черепной коробки.

Неугомонный великан наконец остановился. Теперь уже окончательно.

Спустя пару мгновений он в последний раз вздрогнул всем телом, а после накренился вперед, словно подрубленное дерево.

Я же, выдернув катану из раны, степенно, как и положено победителю, сделал шаг в сторону, попутно проводив взглядом падающее тело.

Туша великана кулем свалилась на покрытый его же кровью асфальт. Земля снова дрогнула…

Я же в это время радовался как ребенок. Столь долгожданные эманации смерти наконец окутали меня своим «ароматом». Они бурным потоком вливались мне в грудь, с легкостью смывая напряжение от скоротечной схватки и одновременно с этим даруя моей правой руке покой.

Не прошло и секунды, как я почувствовал ни с чем не сравнимое облегчение. Тянущая судорога из предплечья куда-то исчезала, а пальцы перестали мелко дрожать…

— Нормально ты его разложил!

За всеми этими перипетиями я как-то упустил из виду подоспевших к месту событий контрабандистов. Притом всех троих! И если порядком помятого после жесткого приземления Сергея мне видеть уже доводилось, то вот двое других попались мне на глаза впервые.

Ну что сказать, судя по внешнему виду, досталось им крепко. Лучше всех выглядел самый молодой, с разноцветными глазами. На нем почти не было ран, разве что рукав камуфляжной куртки куда-то подевался, из-за чего болотного цвета водолазка торчала наружу.

А вот водителю глайдера повезло куда меньше. С его руки куда-то исчез аналоговый браслет, а с виска на матерчатую полумаску стекала тоненькая струйка крови.

Больше же всего досталось, само собой, владельцу боевой перчатки. Он не только обронил где-то свою матерчатую маску, что и немудрено после такого-то полета, но и потерял часть скальпа — видимо, на том самом асфальте, по которому так лихо проехался головой. А о его залитом кровью лице и говорить нечего. На нем живого места нет.

И тем не менее последователь все равно шел на своих двоих.

Потрясающая живучесть — чего и следовало ожидать от последователя бога, пускай и немного бракованного…

— Фрррр, — прямо на наших глазах сморкнулся кровью Сергей.

Ну, это он зря. При переломе носа так лучше не делать, а то придется потом несколько дней ходить с опухшим лицом или того хуже выковыривать из носовых пазух обломки костей.

Впрочем, его проблемы со здоровьем меня сейчас мало волновали, ведь имелись проблемы и поважнее. Например, мое текущее положение. Неожиданно для себя я оказался в окружении трех вольных последователей. К тому же явно нечистых на руку.

Ладонь уже как-то буднично потянулась к рукояти меча, так на всякий случай…

— Тихо-тихо! — примирительно замахал руками теперь уже бывший пилот глайдера, видимо сообразив, к чему все идет. — Мы пришли с миром!

Ну, это еще надо проверить, с чем они там пришли, а то после прошлого похожего знакомства я едва «случайно» не упал с крыши.

— Не дергайся… — грубовато попытался успокоить меня Сергей и тут же сплюнул на многострадальный асфальт очередной розоватый сгусток.

— Точно! Мы без всякой задней мысли! — тут же поддержал его первый миротворец.

А ведь владелец боевой перчатки в чем-то прав. Чтобы натравить на меня тех призрачных волков, совсем не нужно подходить настолько близко.

К слову, пока не ясно, кому именно принадлежали фантомные звери. Точно не Сергею, иначе бы он избрал совершенно иную тактику боя или, по крайней мере, не стал бы так глупо переть напролом. Так что остаются только пилот глайдера и паренек с разноцветными глазами.

— Спасибо, что выручил, — впервые за время нашего короткого знакомства раскрыл рот самый младший из этой троицы.

Это он, конечно, погорячился. У меня и в мыслях не было кого-то там выручать. Я лишь заметил слабость великана и тут же ею воспользовался. Всего лишь холодный расчет, ничего больше.

Но знать об этом моим новым знакомым совершенно необязательно. Тем более что мотивы их все еще неясны.

Взять того же О́ни — вот зачем этим троим понадобилось его тело? Явно же не для того, чтобы сварганить из него чучело и выставить у себя в гостиной, как это любят делать последователи охотничьих богов. Нет, тут что-то иное…

— Ты прямо наш спаситель, — снова включился в разговор чересчур словоохотливый пилот. — Сначала с тем рогатым демоном помог, теперь вот с гигантом…

— Языком поменьше трепи, — как-то уж слишком резко осадил напарника Сергей.

А вот и подтверждение моих недавних мыслей. С этими тремя явно что-то нечисто. Хотя так ли это важно, если мы с ними навряд ли еще когда-нибудь свидимся.

— Не за что, — прозвучал односложный ответ с моей стороны. Тем самым я ясно давал понять, что на большее они могут не рассчитывать.

К счастью, троица контрабандистов довольно четко считала мой посыл. По крайней мере, интерес ко мне резко угас. А их, судя по всему, негласный лидер Сергей и вовсе отошел чуть в сторону, попутно достав из внутреннего кармана куртки непонятно как выжившую пачку сигарет.

— Эм… — неловко замялся пилот. — Ну, мы тогда пойдем разделкой займемся. Твоего, понятное дело, трогать не станем.

Разделкой, значит? Хах, а чего я еще ожидал? Они ведь здесь, чтобы подзаработать деньжат, а не как я — чтобы кому-то что-то доказать и банально стать сильнее.

— Моего тоже можете… разделать, — с небольшой заминкой указал я на труп великана у своих ног.

— Точно? — с недоверием, словно в ожидании какого-то подвоха, посмотрел на меня пилот.

— Точнее некуда, — кивнул я, одновременно с этим делая несколько шагов по направлению к тому месту, где не так давно обронил рыбацкий чехол.

А вот и он! Почти сразу бросилась мне в глаза черная матерчатая ткань.

Надо же, как быстро нашелся. Думал, придется немного поломать глаза, чтобы отыскать его в такой-то темноте. Но нет, видимо, удача все еще на моей стороне.

— Спасибо! — наконец пришел в себя явно не ожидавший подобной щедрости пилот. — Надеюсь, еще свидимся!

А вот это вряд ли. Уже скоро я окажусь далеко-далеко и забуду обо всех этих окраинах, как о страшном сне.

— Удачи…

Пилот хотел еще что-то сказать, но внезапно его слова оказались заглушены каким-то приближающимся гулом.

Непонятный, пробирающий до костей звук длился какие-то мгновения, после чего столь же стремительно сменился противным хрустом… а затем еще и громогласным треском.

Чтобы понять, что за чертовщина творится, я моментально вскинул глаза обратно на пилота… Но того нигде не было!

Зато у соседнего палисадника виднелась здоровенная проплешина с поваленными деревьями. А в ее центре смятая в единый ком груда чего-то похожего на асфальт и торчащая из-под этого кома человеческая нога… чертовски знакомая мне нога!

— На землю! — в ту же секунду прозвучал предостерегающий окрик молодого контрабандиста. Причем сам он тоже последовал собственному совету, вжавшись всем телом в залитый кровью асфальт.

А где-то рядом между тем уже набирал обороты тот самый леденящий кровь гул…

Глава 15 Бумажный тигр

Мне, в отличие от соседа по несчастью в лице юного контрабандиста, повезло чуть больше. Упал я не на грязный, заляпанный чужой кровью асфальт, а на мягкую травку ближайшего придомового палисадника. Ну что тут еще сказать — похоже, богиня удачи всё еще на моей стороне.

Вот только надолго ли?

Странный нарастающий гул вдруг резко оборвался, не успев толком начаться, и тут же совсем рядом снова раздался очередной грохот.

Скосив глаза на источник шума, я обнаружил в нескольких метрах от себя растрескавшийся, разошедшийся по швам асфальт, а также еще один ком спрессованного, похожего на неопрятный шар асфальта — по всей видимости, именно он и стал причиной порчи городского имущества.

Да что, Чернобог его подери, происходит⁈ Такое чувство, будто я снова оказался на семейном полигоне прямо под артиллерийским обстрелом! Но там хотя бы было всё понятно: где свои, где враги. Здесь даже неясно, откуда эти странные шары прилетают, и главное — непонятно, кто к нам их отправляет.

Нет, догадки на этот счет у меня, конечно, имелись, но верить в них совсем не хочется — уж слишком массивными выглядят снаряды. Такие ни одному четырех- или даже пятиметровому великану не метнуть.

— Они летят оттуда! — прокричал юный контрабандист, одновременно указывая пальцем на зазор между зданиями.

Проследив за его пальцем, я сверился с прочерченной по асфальту полосой — а ведь парень прав, тормозной след снаряда указывает как раз в том направлении. Но вот что странно: как он смог так быстро во всем разобраться? Неужто мне попался Умник? Или же он уже сталкивался с чем-то подобным? Хотя я вот тоже вроде как сталкивался, но сообразил, что нас обстреливают, далеко не сразу.

Ну да и боги с ними, с этими загадками и предположениями. Сейчас важно другое: уйти из зоны обстрела, и желательно как можно быстрее. А еще неплохо бы при этом не потерять пару конечностей или саму жизнь, как тот же охочий до болтовни пилот — его эманации смерти ощущались мной всё сильнее.

А вот другой контрабандист, который Сергей, вроде как жив-здоров. Он мало того что не «пахнет» смертью, как его почивший совсем недавно напарник, так еще и, судя по тлеющему в дальних кустах огоньку, до сих пор даже сигарету изо рта не выпустил.

— Не вставайте и не делайте резких движений! Это великан-застрельщик! — донесся до нас из-за тех самых кустов прокуренный голос. — Он, скорее всего, уже сменил местоположение, так что не думайте бежать в ту сторону, где вам кажется безопаснее всего! Гарантирую, следующий снаряд прилетит именно туда!

Великан-застрельщик, значит? Про таких тварей мне слышать пока не доводилось. Но если Сергей прав, то как нам тогда быть? Бежать нельзя, оставаться на месте тоже — получается какая-то западня.

— Нужно его запутать! Побежим все вместе, одновременно, но в разные стороны. Только так у нас будет шанс его обнаружить и сделать с этим гадом хоть что-то!

На первый взгляд, план Сергея звучал вполне разумно. Да и на второй. Это, конечно, тоже своеобразный риск. Всё-таки один из нас наверняка станет мишенью для великана, но так мы хотя бы сможем выяснить, где он в данный момент находится. А когда выясним, отыскать его будет куда проще. А там втроем, при поддержке опытного последователя в лице Сергея, прикончить его будет куда как проще.

— Все согласны? — после недолгого молчания уточнил владелец боевой перчатки.

— Как будто у нас есть выбор, — пробурчал я себе под нос.

Однако юный контрабандист всё расслышал и вскоре ответил за нас двоих.

— По твоей команде, Сергей.

— Тогда я начинаю. Бежим в направлении своей правой руки.

Посмотрев в сторону предполагаемого то ли бегства, то ли стратегического отступления, я оценил перспективы. В качестве зоны ответственности мне досталась детская игровая площадка и стоящая на противоположной стороне двора еще одна типовая многоэтажка. Но это еще ладно. Моему соседу по несчастью повезло куда меньше — по правую руку от него располагается огромный зазор с выходом на хорошо простреливаемую проезжую часть. Ну а что касается Сергея, то ему придется бежать вдоль того самого палисадника, в котором он так умело затаился.

Одним словом, варианты один хуже другого, и кому повезло меньше — пока неясно. Но думаю, скоро мы это выясним.

— На счет «один» — начинаем, — дал предварительную отмашку Сергей и тут же принялся за отсчет.

— Три… Два… Один…

Услышав заветную цифру, я подрываюсь с земли и начинаю бежать в оговоренном направлении. Краем глаза замечаю, как-то же самое проделывает мой ближайший сосед. А вот что творится за спиной, пока неясно, но думаю, Сергей уже ломится через палисадник в надежде укрыться от случайного прилета под кронами деревьев…

— Юный господин, похоже, в ваших дружных рядах затесался бумажный тигр, — с какой-то веселой издевкой прошептал мне Дзюбей, пока я усиленно молотил пятками по асфальту.

В первое мгновение я даже не понял, о каком таком бумажном тигре идет речь. Но, к счастью, этап неведения прошел довольно быстро. Я почти сразу вспомнил, кого в восточной Азии принято именовать бумажными тиграми. И как только я это сделал, то тут же бросил взгляд себе за спину…

Вот паскуда! Огонек от сигареты продолжал тлеть там же, где я видел его в последний раз. Сергей — этот ублюдок так и не сдвинулся с места! Похоже, владелец боевой перчатки и не собирался работать с нами сообща, а всего лишь хотел спасти собственную шкуру за наш счет! За МОЙ счет!

Гнев мгновенно заполнил всё мое естество. Сущность потомка семьи Моров взревела, требуя незамедлительной расплаты. Однако трезвый рассудок всё же взял надо мной верх, не дав совершить очередную глупость, которую наверняка провернул бы мой старший брат — это было бы как раз в его стиле.

Нет. Сейчас не время и не место сводить счеты. Тем более что откуда-то издали снова начинает доноситься тот самый гул. Гул, что с каждым мгновением звучит все ближе.

Я снова, как и несколькими минутами ранее, рухнул на землю. Уж не знаю, куда на этот раз летит самопальный снаряд, но так у меня хотя бы появится шанс выжить…

Справа загрохотало! Прижав голову еще сильнее к прорезиненному покрытию детской площадки, я ощутил, как совсем рядом вспучивается земля. А еще спустя мгновение по моей спине начинает барабанить мелкая дробь, состоящая, по всей видимости, из мелких ошметков того самого покрытия.

Скосив глаза на источник звука, замечаю в двух метрах от себя уродливую вытянутую проплешину и еще один спрессованный из грязного асфальта снаряд.

Это было близко! Чертовски близко! Сориентируйся я хоть на мгновение позже — и очная ставка с богиней была бы мне обеспечена.

Впрочем, радоваться пока рано, преждевременная встреча с Мореной всё еще маячит где-то на горизонте, и чтобы ее избежать, мне для начала нужно как-то расправиться с доставучим застрельщиком. А еще, желательно, прикончить одного не в меру хитрожопого предателя.

Со злостью бросил взгляд назад, на те самые кусты, в которых засел этот ублюдок. Но того на месте уже нет. Огонек от тлеющей сигареты куда-то запропал, зато на том самом месте обнаружилось подозрительное колыхание кустов и мелькающий за ними мужской силуэт.

«Всё как я и думал!» — с ненавистью проводил я взглядом улепетывающего контрабандиста.

Прямо на моих глазах Сергей прорвался через придомовый палисадник, выскочил на открытое пространство и что есть мочи понесся к ближайшему зазору между домами, к тому самому, из-за которого я сам не так давно появился.

Вскоре предатель скрылся за углом здания…

Ну ничего, придет время, и он за все у меня ответит! Даже не знаю, что с ним сделаю, когда встречу в следующий раз. Одними выбитыми зубами он у меня точно не отделается.

— Ты только подожди, — с гневом прошипел я себе под нос и уже было собрался отвести взгляд от спасительного зазора, как вдруг из-за угла здания что-то вылетело.

Поначалу из-за плохого освещения мне не удалось должным образом рассмотреть летящий объект. Но всё изменилось, когда этот самый объект с мокрым шлепком приземлился на придомовую лужайку…

Похоже, месть отменяется.

Свет от ближайшего фонаря осветил застывшую гримасу на лице Сергея. Или, скорее, того, что от него осталось. За то время, что я его не видел, контрабандист успел где-то посеять нижнюю часть тела, так что теперь его внутренности щедро сдабривали кровью тот самый палисадник, из которого он с таким трудом сумел сбежать.

В этот момент эманации смерти Сергея наконец меня настигли. В груди разлилось приятное тепло.

Жаль, конечно, что мне не довелось самому прикончить эту сволочь, но, возможно, это даже к лучшему. Глупец сам себя переиграл и тут же за это поплатился. Ну разве не иронично?

Правда, есть одна крохотная деталь, которая никак не дает покоя. Когда предатель нырнул в проем между домами, оттуда не донеслось ни звука! Того, пробирающего до дрожи гула не было, а это значит, что Сергей погиб не от самодельного снаряда застрельщика!

Но тогда от чего⁈ Или от кого…

Стоило только этой мысли оформиться у меня в голове, как на дорогу, проходящую между домами, упала длинная тень. А еще до моих ушей начало доноситься какое-то подозрительное хлюпанье, перемежающееся довольным урчанием.

От этих будоражащих кровь звуков моя рука самовольно потянулась к рукояти катаны, а волосы на загривке встали дыбом.

Не отрывая взгляда от прохода между домами, я продолжал следить за тем, как тень удлиняется, а ее владелец с каждой секундой становится все ближе.

Так в давящем напряжении прошло еще несколько секунд, после которых из-за угла появилась сначала босая нога как минимум шестидесятого размера, а затем и хозяин этой ноги, само собой, оказавшийся очередным великаном… Правда, каким-то мелким на вид.

Не больше трех с половиной метров — оценил я его. Даже, скорее, меньше, где-то три с копейками. По меркам гигантов — сущий карлик. Но почему же тогда меня не покидает ощущение, что он опасен, а правая ладонь никак не желает отлипать от рукояти меча?

Может, все дело в том, что он немного отличался от уже виденных мной гигантов? Не такой грузный и более поджарый. А еще на его теле в некоторых местах находились подозрительные костяные наросты. Они украшали костяшки пальцев, превращая кулаки в некое подобие кастета, виднелись на пальцах ног в тех местах, где у обычного человека располагаются ногти, и почему-то торчали из пяток. А еще из локтей и коленей. Но самый большой нарост, скорее похожий на рог, торчал у него изо лба…

И как раз сейчас по этому наросту стекала кровь, и принадлежала она явно не самому великану.

Прямо на моих глазах язык гиганта вынырнул из его широкого рта и наждачкой прошелся по твердой даже на вид, состоящей из одних желваков щеке, слизывая с той алый потек, словно какое-то лакомство.

Уж не знаю, что это за монстр, но на застрельщика он совсем не похож. Не те у него габариты, чтобы так лихо швыряться столь огромными снарядами…

При мысли о застрельщике в голове проскакивает одна пусть и не очень своевременная, но весьма интересная мысль: а ведь если существуют великаны-застрельщики, то почему бы не существовать великанам-загонщикам?

Что, если монстр передо мной обладает такими скромными размерами именно по этой причине? Возможно, он как тот пресловутый охотничий пес, в обязанности которого входит сопровождение добычи до позиций стрелка. Тогда это многое объясняет…

— Какой-то он мелкий, — вдруг раздался совсем рядом удивленный голос.

За всей этой суматохой я как-то упустил из виду второго вольного последователя. Думал, он тоже под шумок решил улизнуть, пока меня обстреливали, ан нет — вместо этого юный контрабандист, наоборот, подполз поближе. И когда только успел?

— Сможешь его разрубить? — снова подал голос мой неожиданный сосед, при этом его двуцветные глаза ни на мгновение не отрывались от застывшего на другой стороне внутреннего двора монстра.

— Разрезать, — машинально поправил я его, а после честно добавил: — Не уверен, второй может помешать.

— А если я смогу его на время обезвредить или хотя бы отвлечь?

— И как ты собираешься это сделать? — усмехнулся я. — Мы не знаем, где он и на каком расстоянии от нас находится…

— Зато нам известно, откуда полетят снаряды.

Проклятье! А ведь он прав! И как я сам до этого не додумался? Если мои подозрения верны и загонщик с застрельщиком работают в паре, тогда по мере приближения к загонщику зоны обстрела будут сужаться.

Верно! Застрельщик уже не сможет так бездумно по нам палить, иначе рискует задеть своего рогатого собрата!

Что ж, надеюсь, эта теория верна, потому что если нет, нам обоим довольно скоро придет конец. Теперь осталось лишь понять, как мой новый напарник собирается противостоять тем снарядам, что будут прилетать с боков?

А они непременно будут это делать. Потому что даже приблизившись к загонщику, мы не сможем обезопасить себя от флангового обстрела — только от фронтального.

Так как же он собирается этому противостоять?

— Отвлеки его, мне нужно забрать перчатку.

Сказать, что я удивился, — значит ничего не сказать. Если это всё, что он смог придумать, тогда я пас. Это ведь форменное самоубийство…

Любой разумный человек тут же отказался бы от столь заманчивого предложения. Но вот незадача: меня сложно отнести к обычным людям. К тому же и само предложение как раз в духе моей семьи — жить на волоске от смерти: это ли не счастье для последователя богини?

Однако даже несмотря на это, сомнения всё еще терзали мой разум.

— Я справлюсь, — будто прочитав мои мысли, заявил этот больной на всю голову ублюдок. — Доверься мне.

Довериться, значит? Помню, когда я последний раз кое-кому доверился, то едва не лишился головы. Притом в буквальном смысле.

Однако есть ли у меня выбор? Вскоре великану наскучит делать вид, что нас тут нет, и он продолжит прерванную охоту. И тогда, боюсь, спасти нас сможет только чудо.

Похоже, и впрямь придется довериться. Оставалось лишь надеяться, что мой новый напарник не такой же неуравновешенный социопат, как средний сын семьи Моров.

— На счет три? — требовательно посмотрел на меня этот сорвиголова.

— Нет, на счет три уже было. Напомнить, чем всё закончилось?

— Тогда я пойду первым, — сразу после этих слов контрабандист вскочил и без всякого промедления припустил в сторону придомового палисадника.

Мне не оставалось ничего иного, кроме как рвануть вслед за ним.

— Прогулялся, называется… — эту фразу я произносил уже на бегу.

Впрочем, мое мимолетное недовольство почти сразу сменилось холодной расчетливостью. Впереди враг, а значит, самобичевание и прочие ненужные эмоции лучше оставить на потом. Сейчас же лучше сосредоточиться на предстоящей битве.

Не сбавляя хода, я еще раз оглядел своего будущего противника. Несмотря на скромный по меркам великанов рост, смотрелся он по-прежнему внушительно. И крайне опасно. Его, на первый взгляд, спокойная расслабленная поза так и кричала: не подходи — убьет!

Но подойти всё же придется, иначе я рискую попасть под шальной снаряд.

Вскоре расстояние между нами значительно сократилось — и когда это произошло, я с облегчением выдохнул. Расчет оказался верен: душераздирающий гул так и не прозвучал. Застрельщик ожидаемо спасовал, боясь задеть своего более мелкого собрата.

Ну ничего, сейчас я это исправлю, и великан-коротышка всё же получит свою заслуженную взбучку.

Демоническая катана уже привычно покинула ножны, а сам я наклонил корпус параллельно земле. В это же самое время моя рука, в которой покоилась рукоять меча, исполнила дугообразный размашистый выпад как раз на уровне брюха великана.

Память Дзюбея моментально дала подсказку: у этого хитрого приема есть собственное неповторимое название. Имя ему — «Отражение Луны в водной глади». И, как и в случае с тем самым отражением, данный выпад весьма обманчив.

По-хорошему, на таком расстоянии я должен был промахнуться. Банально не достать до живота великана. Но всё изменил выполненный ранее наклон. За счет него дистанция выпада резко увеличилась, и теперь демонический клинок несся на всех парах к чужому животу, а очерченный собственным чувством дистанции великан даже не помышлял о том, чтобы отскочить в сторону или хотя бы попытаться прикрыться…

Скррррррр!!! Неожиданно ударил по ушам резкий скрип, и в ту же секунду правая ладонь ощутила крайне непривычную отдачу…

Такое чувство, словно я только что рубанул камень!

Но вот незадача: на пути демонического клинка нет никакого камня, а если бы и был, то острейшее лезвие рассекло бы его в два счета. Зато там как раз находится рука великана…

Проклятье! И когда только успел⁈ Я же всё это время за ним наблюдал!

Однако удивление вызывала не столько скорость миниатюрного гиганта, сколько его неподдающаяся никакому здравому смыслу прочность. Демонический клинок всё так же бессильно скользил по костяному гребню на тыльной стороне мускулистого предплечья!

Он что, настолько крепкий⁈ Но как такое возможно⁈

Почуяв неладное, я тут же увел лезвие в сторону, а сам весьма проворно отскочил в сторону…

Вовремя! Чужая стопа пронеслась в считанных миллиметрах от моего лица. Еще бы чуть-чуть — и крепкие пальцы, вооруженные хищными костяными наростами, снесли бы ко всем чертям мою драгоценную нижнюю челюсть.

Проклятье! Откуда вылез этот монстр⁈ По уровню скорости он совсем не уступает тому чертовски сильному О́ни, а по крепости явно его превосходит!

Мой взгляд уцепился за алеющий небосвод. Нет, цвет всё тот же. А значит, передо мной не фиолетовое бедствие по имени Гигантомахия, оно же Гул земли или Великое шествие гигантов. Но тогда почему некто столь сильный оказался здесь в такое время?

А ведь он здесь, к тому же, еще и не один…

Только вспомнив про загадочного застрельщика, я тут же улавливаю отзвуки надвигающегося на меня гула!

Проклятье! Кажется, я только что сам себя переиграл! Видимо, не стоило так далеко отпрыгивать… И тем не менее довольная улыбка сама собой растеклась по моему лицу — пляска со смертью продолжается.

Глава 16 Новое знакомство

Мысли судорожно метались под черепной коробкой, словно растревоженные пчелы в горящем улье.

По-хорошему, мне следовало тут же рухнуть на землю, как делал прежде, дабы громоздкий снаряд не сумел меня зацепить. И, наверное, так бы я и поступил, не будь рядом великана-загонщика…

Но вот незадача: он всё еще здесь, совсем рядом, готовый в любой момент кинуться на меня и разорвать голыми руками, прямо как предателя Сергея парой минут ранее. Так что падать на землю ни в коем случае нельзя, иначе я рискую с нее уже не подняться.

Тогда что же в таком случае делать⁈ Броситься вперед в объятия рогатого великана? Или, наоборот, попытаться отпрыгнуть еще дальше назад, втайне уповая на то, что застрельщик замешкается со следующим броском. А может, просто разрезать летящий в мою сторону снаряд?

Мастерства одноглазого самурая точно для этого хватит, притом с лихвой — я ощущаю это всем своим естеством. Но моя правая рука — она может не справиться…

— В сторону! — вдруг раздался из моей слепой зоны знакомый голос.

За всей этой суматохой я уже как-то успел позабыть, что ввязался в данную авантюру не один, а в компании одного отчаянного сорвиголовы.

Вольный последователь всё же сдержал слово и пришел мне на помощь. Теперь осталось выяснить, хватит ли ему сил исполнить задуманное.

Ответ на этот вопрос я получил почти сразу — в тот самый миг, когда сквозь подступающую тьму прорвался несущийся в нашу сторону болид, а ему навстречу прямо из-за моего плеча вылетела громоздкая металлическая перчатка…

Мир вокруг словно бы замер, чувства обострились до предела.

Я уже готовился взяться за меч и рассечь летящую в нашу сторону глыбу. Но мой новый напарник сделал всё за меня.

С грохотом и густой россыпью искр стальной кулак врезался в податливый шар и принялся дробить прессованный асфальт на куски — в точности так же, как когда-то дробил голову одного неудачливого великана.

Спустя мгновение по ушам ударила канонада взрывов.

Воздух тут же наполнился серыми неопрятными ошметками, летящими в самые разные стороны.

Часть из них не обошла стороной и меня. Плечи и голова ощутили барабанный перестук. Впрочем, без особых последствий.

Да и что они могли мне сделать, эти безобидные кусочки асфальта?

А вот кто действительно был способен пустить мне кровь, так это находящийся неподалеку великан-загонщик…

Краем глаза замечаю, как тот склонился к земле, попутно приложив к ней широченные ладони и отставляя далеко за спину левую ногу. Теперь его очертания напоминали готовящегося к старту спринтера, ну или обезумевшего носорога, что собирается протаранить своей крепкой головой очередного вставшего на его пути неудачника.

Наверное, именно эту картину и наблюдал совсем недавно Сергей, как раз за несколько мгновений до того, как рог чудовища разорвал его пополам.

Вот только я не трусливый контрабандист, а потому исход на этот раз будет иной.

Мы начали двигаться одновременно. Великан распрямил заднюю ногу, давая себе столь нужное в начале ускорение. А я бросил ему навстречу лакированные ножны. И нет, это был не жест отчаяния с моей стороны, а хитрый расчет. Я терпеливо ждал того момента, когда парящие ножны окажутся на уровне его глаз, и тогда…

Что будет тогда, мне узнать так и не довелось. Скорость великана оказалась слишком велика, и ножны попросту снесло в сторону сильным порывом ветра!

Что же касается меня, то, позабыв о всяких хитрых планах, я поспешно отступил вбок и перехватил лезвие катаны свободной рукой. Моя левая кисть легла на обух клинка, а правая покрепче вцепилась в рукоять меча.

Вовремя!

Мгновением спустя я уже находился в воздухе, а рог чудовища скользил по закаленной стали.

Промедли я чуть сильнее, и этот рог вспахал бы мне внутренности. Но, к счастью, я оказался готов к внезапной атаке.

Правда, легче мне от этого не стало, потому как у великана имелся не только на удивление крепкий рог, но и не менее устрашающие руки. Одна из которых, вооруженная теми самыми костяными наростами, заменявшими ему когти, уже неслась к моему брюху. И увернуться от нее я по понятным причинам уже не успевал.

Да и как тут увернешься, когда под ногами нет столь нужной в таких случаях надежной опоры?

Но делать всё равно что-то было нужно. А потому, чтобы не оказаться выпотрошенным куском мяса, я резко распрямил обе руки. От этого нехитрого действа клинок, всё это время скользивший по рогу великана, ускорился еще сильнее, а меня самого отбросило немного назад…

И снова расчет оказался верен! Костяные наросты с силой рвали ткань спортивной куртки, разрывая ту на лоскуты, и лишь каким-то чудом не зацепили живот. А вот моему рогатому противнику повезло куда меньше. Демоническое лезвие наконец достигло его лба и, соскочив с твердой как сталь поверхности рога, принялось бороздить само лицо великана. Сначала клинок рассек его покатую надбровную дугу, затем вскользь зацепил глубоко посаженный глаз и наконец достаточно глубоко погрузился в левую щеку.

Получив не столько опасную, сколько обидную рану, великан дернул головой, отводя ту назад, но сделал только хуже. Его яростный порыв, едва не сбивший меня с ног, моментально потерял былой напор.

А мои ноги тем временем коснулись земли. Я снова обрел столь нужную мне опору. И как только это произошло, клинок снова принялся терзать лицо великана. Только на этот раз кровожадная сталь скользнула уже не к подбородку, а резким финтом устремилась к уху.

Спустя мгновение демоническое лезвие с мокрым хряском рассекло твердую жевательную мышцу, а после напрочь снесло мясистую мочку. Ошметок уха великана взмыл в воздух, а мне навстречу ударила тонкая бурая струйка.

Вот только порадоваться своему мимолетному успеху мне не удалось. Вторая лапа великана вынырнула откуда-то снизу и наотмашь ударила меня по правому плечу. От чудовищного удара пятки снова оторвались от земли, а руку вместе с зажатым в ней мечом отбросило далеко в сторону.

Всё произошло настолько быстро, что я даже удивиться не успел — лишь почувствовал боль в поврежденном плече. А дальше мне и вовсе стало не до какого-то там удивления, потому как нога великана выбила из меня весь оставшийся дух — с силой врезавшись в грудь и попутно пересчитав все ребра, она отбросила меня прочь.

А вот это уже серьезно! Такой боли я не испытывал еще никогда, даже Арей не бил меня так сильно. А ведь это был даже не удар, а так, всего лишь тычок, без какого-либо замаха. Но что хуже всего — я снова оказался в зоне обстрела…

— Раааааау! — унесся в небо торжествующий рев.

Ну, это он зря. Если глупый великан думает, что всё закончилось, то это далеко не так. Всё только начинается.

Прямо как и тогда, три дня назад, в моей груди начинает просыпаться нечто холодное и жестокое, готовое вот-вот вырваться наружу. Кажется, в точно таком же состоянии я не так давно вырвал одному не особо удачливому демону его отвратительный глаз.

Что ж, посмотрим, чем всё закончится на этот раз.

Я с хрустом вернул на место выбитое плечо и покрепче стиснул рукоять демонического меча.

А откуда-то сбоку тем временем уже доносился порядком осточертевший гул. Звучал он пока что глухо и отдаленно… Но мне хорошо известно, что вскоре это изменится.

Ощущение близкой смерти накрыло меня с головой. Вот только я совсем его не испугался. Скорее, наоборот, начал им наслаждаться и даже радоваться этому необычному чувству.

Куда-то разом пропали сомнения и страхи, и даже выбитое не так давно плечо уже не казалось такой уж большой проблемой. Меня куда больше заботил довольный собой великан, стоящий в нескольких метрах от меня. Несмотря на рану, пересекающую его лицо, он слишком уж довольно улыбался. Готов поспорить, в своих фантазиях этот уродливый монстр уже чувствовал себя победителем… Даже жаль будет его в этом «разубеждать».

Я снова шагнул вперед и прикрыл левый глаз.

Знаю, завтра я об этом еще пожалею, но это будет завтра. А сейчас мне следует показать этому зазнавшемуся ублюдку его место в пищевой цепи. И если для этого придется покалечить собственную руку или даже умереть, то так тому и быть. Эту сволочь я утяну с собой в могилу!

— Застрельщик на мне! — прозвучал из-за спины уверенный голос.

И хоть в голосе этом слышались нотки скрытой боли, я почему-то решил ему довериться. Ну а почему бы и нет? Один раз он уже сумел отразить самодельный снаряд и не отступить — так с чего бы этому не произойти дважды?

Одновременно с этой мыслью резко нарастающий гул оборвался… И почти сразу ему на смену пришел чудовищный грохот.

Меня вновь засыпало ошметками асфальта.

«Выходит, справился», — подытожил я, делая очередной шаг вперед. Получается, теперь мой черед браться за дело.

Катана уже привычно заняла положенное ей место у левого бедра.

Да, на этот раз ее не обрамляли черные лакированные ножны, но наше с одноглазым самураем иайдо не становилось от этого хуже.

Готово. Основные приготовления завершены. Теперь осталось лишь заманить монстра в мою слепую зону и позволить демоническому клинку закончить начатое.

— Ну же, — ободряюще улыбнулся я, глядя своим единственным открытым глазом в лицо великана. — Не стой столбом, царство пустоты долго ждать не станет.

Но, несмотря на мое радушное приглашение, великан отчего-то не стремился повторять свой прошлый прием. Вместо этого он просто шагнул вперед. Хотя так даже лучше. Теперь поймать его в царство пустоты будет намного проще. Отныне всё, что мне нужно, — это дождаться того момента, когда он клюнет на заготовленную мной наживку.

Давай, проклятый монстр, просто шагни вбок! Ты ведь прекрасно видишь — мой глаз закрыт, так воспользуйся же появившейся возможностью!

«Ну же, вперед, чего же ты ждешь⁈» — прокричал я про себя в нетерпении.

Но все мои мысленные призывы остались без ответа. Великан отчего-то не спешил ступать в царство пустоты.

Как странно. Неужто он настолько благороден, что хочет честной схватки? Что ж, если так, то я немного ему помогу. Слегка поверну голову, чтобы его противная, посеченная моим мечом морда наконец-то скрылась из виду.

Одновременно с этой мыслью я, как и было задумано, слегка повернул голову — так, чтобы рогатый гигант наконец канул в моей слепой зоне…

Но тот опять нарушил все мои планы. Сделал шаг вбок и опять оказался на виду.

Не понял? Чего это он делает⁈

В надежде погрузить великана в царство пустоты, а после рассечь его тело своим мечом, я снова отвернул голову… И снова — безрезультатно! Словно что-то почуяв, рогатый гигант мягко перетек в сторону — подальше от моего закрытого глаза.

Такое чувство, будто он интуитивно понимает, куда ему лучше не соваться!

Неужели всё дело в его звериных инстинктах? Или всё еще хуже, и он уже сталкивался с чем-то подобным?

Впрочем, каким бы ни был ответ, сейчас это совершенно неважно, ведь великан всё это время не стоял на месте, а наступал! Да, медленно и, на первый взгляд, неспешно, но за счет своих широких шагов всё еще чертовски быстро!

Моя ладонь покрепче сжала рукоять меча, а корпус подался чуть вперед. При этом глаза неустанно следили за босыми ногами великана. В любой момент эти могучие ноги могли отправить монстра в полет, поэтому мне не следовало отводить от них взгляд.

«Ну же, давай!» — мысленно поторопил я его.

Хоть чувство надвигающейся смерти и кружило голову, заставляя с упоением смаковать каждый момент этой непредсказуемой схватки, однако затягивать я не собирался…

— РААААААААА!!! — наконец отразился от стен домов могучий рев…

Но вот незадача: долетел он почему-то не со стороны готовящегося к смертоносному рывку рогатого великана, а откуда-то издали.

Однако удивило меня даже не это, а то, что великан, готовый еще секунду назад вступить в кровопролитную схватку, внезапно… отступил?

Гигант отпрыгнул от меня на добрый десяток метров, словно от прокаженного, и затравленно обернулся. При этом взгляд рогатого монстра был направлен в ту же сторону, откуда не так давно доносился тот самый рев.

— РУУУУУААА! — снова долетело до нас его эхо. И на этот раз, к своему удивлению, мне удалось различить в этом утробном реве нечто похожее на… страх?

Почти сразу, как эта мысль посетила мою голову, с того же самого направления раздался еще один звук, на этот раз больше похожий на оглушительный хлопок… или взрыв.

Только услышав его, гигант вздрогнул, а после бросил взгляд в мою сторону. В его глазах вспыхнула непонятная мне борьба. Правда, длилась она недолго — каких-то пару секунд. После чего монстр резко отвернулся и, разом позабыв о нас с контрабандистом, стремглав бросился прочь.

Притом так быстро, что из-под его украшенных костяными шпорами пяток в воздух взмыли ошметки асфальта!

Вскоре широкая спина гиганта скрылась между домами…

— И что это сейчас такое было? — раздался из-за моей спины пораженный голос.

— Ты меня спрашиваешь? — я пока и сам не мог понять, что за чертовщина здесь творится.

То, что великан сбежал, это вроде как понятно. Другой вопрос — почему он так поступил? Что же такого он расслышал в том подозрительном реве, что решил прибегнуть к столь позорному отступлению?

Но главный вопрос даже не в этом, а в том, стоит ли нам задерживаться в месте, откуда так поспешно сбежал такой заметный монстр? Ведь если так подумать, тот взрыв может означать только одно: в дело вступили силы специального назначения ООБ, а следовательно, рано или поздно они окажутся здесь…

— Надо уходить, — будто прочитав мои мысли, произнес подошедший поближе контрабандист.

А вот тут он прав. И дело не только в том, что на это самое место вскоре могут подоспеть силы специального назначения, а в нашем текущем состоянии. Весьма плачевном, надо признать, состоянии.

Своим наметанным взглядом я заметил болезненную гримасу на лице молодого контрабандиста. Теперь, после потери им нашего платка, которым тот прикрывался всё это время, можно с уверенностью заявить: ему крепко досталось.

Те два отбитых снаряда явно не прошли для него даром. Общая бледность, круги под глазами и закушенная чуть ли не до крови губа ярко свидетельствовали о том, что моему новоявленному напарнику очень нехорошо.

И не ему одному. К моей правой руке постепенно возвращалась былая чувствительность, приглушенная на время всплеском адреналина, а вместе с ней по нервным окончаниям начала пробираться запоздалая боль. Всё же выбитое плечо — это вам не шутки. Будь на моем месте обычный человек, одним вывихом бы всё не ограничилось…

— Держи, — выдернул меня из потока собственных мыслей контрабандист.

— Это еще зачем? — настороженно оглядел я протянутый мне телефон.

— Для связи, — нахмурился он. — Мы, вольные, должны держаться вместе.

В первую секунду показалось, будто я ослышался. Столь идиотского и в то же время наивного предложения сотрудничества придумать было сложно. Но этот парень явно смог!

Видимо, увидев скепсис на моем лице, контрабандист добавил:

— Мы можем быть друг другу полезны.

— Да и чем же? — с ног до головы оглядел я его, грязного, побитого и готового вот-вот свалиться с ног.

— У меня есть глайдер, — нахмурился еще сильнее мой ровесник.

— Вон тот? — с улыбкой уточнил я, указывая пальцем на обгорелые останки высокотехнологичного летательного аппарата, щедро разбросанные у угла соседнего здания.

— Очень смешно, — сощурил он свои серо-голубые глаза. — Так ты берешь или нет?

По-хорошему, связываться с этим парнем мне было не с руки. Но глайдер! Глайдер — будь он неладен, мог бы решить множество моих проблем. С таким транспортным средством под боком мне хотя бы не придется беспокоиться о расстоянии до ближайшего прорыва. А значит, и мое становление полноценным последователем разом ускорится.

Да и кто бы отказался прокатиться на подобной технике, еще и бесплатно?

Видимо, и впрямь придется брать.

— Историю браузера хоть почистил? — принял я из его рук старенький смартфон.

— Иди ты, — напоследок продемонстрировал мне средний палец контрабандист, уже вовсю хромая в противоположном направлении.

Похоже, дальше нам не по пути. Но, оно и понятно, я бы тоже не потащил к себе домой первого встречного. А в том, что контрабандист только что отправился в свое тайное логово, я ни капельки не сомневался. С такими ранами у него сейчас только одна дорога.

К слову, в этом мы с ним почти не отличаемся. Для меня сегодняшняя охота тоже подошла к концу. Хоть я и не получил таких сильных повреждений, как мой новый знакомый, но мое состояние так же оставляет желать лучшего. А еще мне очень не хочется внезапно пересечься с сотрудниками ООБ.

И чего они в этот раз так оперативно сработали? Иггдрасиль только раскинул свои ветви, а они уже тут как тут. Подозрительно всё это. Крайне подозрительно…

Но думать об этом мне сейчас не с руки. А потому, вместо того чтобы стоять столбом посреди развороченной в хлам детской площадки, я быстрым шагом отправился к тому самому месту, где не так давно обронил черные лакированные ножны.

К счастью, нашлись они довольно быстро, даже несмотря на свой не очень заметный цвет.

Не прошло и минуты, как клинок снова занял свое законное место в объятиях теплого дерева.

Что же до меня, то я потопал дальше, искать свой ненаглядный рыбацкий чехол.

С его поисками пришлось повозиться чуть дольше. Но итог оказался всё тем же — вскоре демонический меч скрылся от чужих глаз за плотной тканевой завесой.

Все эти действия отняли у меня от силы пару минут, после чего я резво развернулся спиной к застилающим ночное небо алым росчеркам и бросился прочь, подальше от всех этих плотоядных гигантов и давящей на плечи тяжести. Мой путь снова лежал в направлении озера.

Нет, ну какой же я всё-таки везунчик. Мало того, что настолько удачно выпутался из столь опасной передряги, так еще и неплохо подпитался эманациями смерти. На моем счету проводника душ за этот короткий вечер накопилось аж четыре смерти! Да еще каких! Чего только стоят два посмертных всплеска, доставшихся мне после гибели последователей богов. Они неплохо так меня «подкормили», намного лучше, чем парочка сгинувших в неравном бою великанов. А глупая смерть Сергея еще и доставила немалое моральное удовлетворение.

Одним словом, вечер выдался на загляденье, даже несмотря на легкую травму правой руки и порядком отбитые внутренности. Как ни смотри, поразительная удача! Видимо, богиня фортуны по какой-то известной только ей причине возвела меня в ранг своих любимцев…

— Эй, а ну, стоять! — неожиданно вырвал меня из спасительной темноты яркий поток света.

Ну вот, кажется, накаркал…

Глава 17 Игрок

Свет фонаря ударил прямо в лицо, заставив на мгновение зажмуриться.

В нескольких метрах от меня в придомовой арке застыли трое. Все мужчины — в весьма узнаваемой форме и с не менее знакомыми нашивками на увесистых бронежилетах. В руках — штурмовые винтовки угрожающего вида с подствольными гранатометами и мощными фонарями, разгоняющими подступающую тьму.

И все они как один то и дело переминались с ноги на ногу — что, впрочем, совсем неудивительно. Так и должны вести себя обычные люди, пока их слабые тела приспосабливаются к резко возросшей силе тяжести.

Удивительно другое — как спецы из ООБ оказались здесь так быстро? Я ведь даже гула двигателей не слышал, а уж гудения лопастей вертолетов, разрезающих воздух, и подавно.

Одно хорошо: судя по их общему расслабленному виду и отсутствию признаков явной агрессии, в качестве угрозы они меня не воспринимают…

— Здесь еще один гражданский! — прокричал себе за спину боец ООБ, тот самый мужик, чей подствольный фонарь в данный момент «смотрел» мне прямо в лицо.

Гражданский, значит? Взгляд невольно переместился на матерчатый чехол в левой руке. Хорошо, что эта троица не подозревает о его содержимом.

— Эй, парень, давай за нами, — уже тише подозвал меня второй сотрудник ООБ. — Мы тебя выведем.

Похоже, мне снова повезло. Столкнись я с этой группой несколькими минутами ранее, во время недавней схватки, всё могло обернуться стрельбой и прочими смертельными неприятностями. Сейчас же эти трое видели во мне всего лишь обычного подростка, за каким-то чертом разгуливающего по ночным улицам с удочкой наперевес. Хотя для этого района — вряд ли редкое явление.

— Давай шустрее! — поторопил меня третий вояка.

Впрочем, он мог бы этого и не делать — ноги уже и так без всяких понуканий несли меня в их направлении. Если уж добрые дяденьки из ООБ решили самостоятельно вывести меня из столь опасного места, то кто я такой, чтобы им мешать. А там, под шумок, можно и скрыться.

Правда, кое-чего я всё-таки не учел. Стоило мне только приблизиться к бойцам ООБ, как ближайший вояка тут же ухватил меня за рукав и бесцеремонно потянул вслед за собой.

Уж не знаю, как это выглядело со стороны, но для меня всё происходящее было сродни забавной шутке — как если бы маленький ребенок попытался потянуть за собой крепкого взрослого, надеясь сдвинуть того с места.

Кое-как справившись с рвущимся наружу смешком, я послушно зашагал за упирающимся бойцом.

Вскоре мы вчетвером покинули придомовую арку и оказались рядом с проезжей частью.

В глаза сразу же бросился еще пяток человек в такой же форме, что и у моих незваных проводников. А еще, помимо них, здесь находился целый выводок гражданских, почти сплошь состоящий из молодежи. Притом молодежи весьма знакомой. Кажется, именно их оголтелая компашка повстречалась мне совсем недавно на выходе из гостиницы. Похоже, их ночное приключение совсем не задалось.

— Вот, еще одного нашли! — громко оповестил основную группу тянущий меня за собой боец ООБ.

И вот что странно: обращался он при этом почему-то не к своим сослуживцам, а к стоящему поодаль молодому парню.

Из всей этой суматохи я заметил его позже всех. И, по всей видимости, сделал это зря. Его атласный костюм бордового цвета должен был сразу привлечь мое внимание — ведь таких нарядов на окраинах днем с огнем не сыскать. Дорогостоящий бренд, как никак. Я даже припомнил его название.

Да и сам парень выглядел подозрительно лощено: хорошая укладка, роскошные, даже на вид, часы, и, конечно же, тонкий парфюм, чей едва уловимый шлейф долетал даже до меня.

Но главное — лицо! Идеально соразмерное, словно вылепленное руками умелого скульптора. Такое лицо могло принадлежать только одному существу — урожденному последователю богов!

Ну и ну, вот уж не думал, что встречу здесь своего сородича. Сегодняшний вечер не перестает меня удивлять. Сначала два странных гиганта, явно не соответствующих уровню обычной Алой ветви, а теперь — непонятно как оказавшийся здесь последователь из старой семьи.

Будь он немного старше, я бы, скорее всего, принял его за дежурного последователя. Но вот незадача: он мало того что не подпадал под возрастной ценз ООБ, так еще и не должен заниматься такими банальными вещами, как эвакуация… Такое чувство, будто я что-то упускаю.

Даже немного жаль, что всё это время я обходил дела семейные стороной — а то, глядишь, знал бы, к какому роду он принадлежит.

— Больше никого? — удостоил меня мимолетным взглядом урожденный последователь и тут же, не дожидаясь ответа от группы сопровождения, добавил: — Тогда выдвигаемся.

И снова никаких вопросов. ООБовцы подчинились сразу, без каких-либо возражений.

Бойцы оперативно взяли всех гражданских, в том числе и меня, в коробочку и выдвинулись только в одном им известном направлении.

Мне, само собой, пришлось топать следом.

Что же до моего «сородича», то он вполне закономерно занял главенствующую роль в этой странной процессии, став ее острием.

Правда, возглавил колонну он не один, а в сопровождении какого-то прихрамывающего мужика в потертом дождевике, явно из местных. Видимо, проводника — потому как шагал он чуть впереди, указывая путь.

И тут в моей голове закономерно возник еще один вопрос: а зачем, собственно, специальному подразделению ООБ нужен какой-то там проводник? У них ведь и навигация имеется, и спутниковая связь, и даже свой оперативный штаб. Так к чему эти сложности? Им же достаточно всего лишь воспользоваться наручным коммуникатором или сделать запрос через гарнитуру — и все вопросы с ориентированием на местности отпадут сами собой.

В этот момент мой взгляд невольно перескочил на руку ближайшего бойца ООБ…

Не понял! К своему удивлению, я не обнаружил на запястьях бойца ничего даже близко похожего на коммуникатор!

А вот это уже действительно настораживает.

Почуяв неладное, принимаюсь незаметно оглядывать остальных бойцов. И вот что странно: ни у кого из них также нет в наличии обязательных средств связи. А еще из-под шлемов не выглядывают усики гарнитур…

— Простите, а куда вы нас ведете? — неожиданно подала голос идущая слева от меня девица. — В той стороне у нас только старая котельная.

А ведь и правда. Пока я вовсю разглядывал сопровождавших нас «бойцов ООБ», я как-то упустил из виду резкую смену маршрута. А между тем на горизонте уже вовсю маячил темный остов явно заброшенного здания.

— Никаких разговоров! — немного грубо осадил девчонку один из бойцов.

Само собой, после такой отповеди больше вопросов о нашей дальнейшей судьбе никто не поднимал. Даже редкие шепотки остальных пойманных на горячем молодых людей — и те сошли на нет.

И так бы мы, наверное, шли в полной тишине до самого конца, если бы вскоре ночное небо не расколол чей-то могучий рев.

— Рааааа!!!

Только услышав его, я тут же потянулся к клапану рыбацкого чехла… Но, к счастью, довольно быстро себя одернул. Вспомнил, что я здесь не один, и о великанах есть кому позаботиться.

А гиганты тем временем неуклонно наступали. С каждой секундой громоздкие силуэты становились всё ближе. Их неумолимое шествие сопровождалось уже привычным гулом земли и шумным топотом.

— Свет! — громко скомандовал, или, скорее, прокричал один из бойцов, и несколько мощных фонарей слаженно разрезали ночную тьму, вырвав из ее объятий двух рослых великанов.

«Пять метров», — прикинул я про себя их рост.

Это, конечно, далеко не те монстры, что приходят вслед за фиолетовым сиянием, но их уже в какой-то мере можно назвать грозными противниками. Интересно, как с такими могучими чудовищами справится выступивший вперед последователь богов?

Ну а в том, что урожденный последователь с ними справится, я, само собой, ни капельки не сомневался. Вопрос лишь в том: как много времени и усилий он на это потратит?

А еще было бы неплохо узнать, к какому именно классу он принадлежит. Возможно, проанализировав будущую схватку, мне даже удастся понять, из какой он семьи и какому богу поклоняется.

— Рааа! — совсем рядом проревели великаны.

Между ними и стоящим на их пути последователем оставались считанные метры. Кажется, еще немного, и гиганты попросту снесут с места чересчур уверовавшего в себя человека…

Но это всего лишь иллюзия. Уже в следующую секунду обе руки парня оказались у него за пазухой, а затем столь же стремительно выпорхнули наружу. В воздухе что-то блеснуло.

Быстрый! — проводил я взглядом пару серебристых росчерков.

Спустя мгновение головы гигантов оказались запрокинуты к небу, а из их пробитых подбородков фонтаном ударила бурая жижа.

Одновременно с этим крепкие ноги великанов подломились, и туши монстров грузно устремились к земле. Их падение сопровождалось двумя предсмертными всплесками — которые я, разумеется, не мог оставить без внимания.

На все про всё урожденный последователь потратил от силы пару секунд, а затем с той же небрежностью, с какой только что прикончил двух здоровенных монстров, засунул руки обратно в карманы брюк. И всё это он сделал, не напрягаясь, с легкой ленцой, достойной потомственного аристократа.

«Ну точно урожденный», — окончательно убедился я в его происхождении.

Другое дело, что за время скоротечной схватки мне так и не удалось понять, какому богу присягнула его семья и какими способностями он обладает. Всё произошло уж слишком быстро.

— Вперед! — моментально сориентировался один из бойцов, и застывшая было колонна снова тронулась с места.

Я, само собой, тоже попытался шагнуть вперед. Но именно что попытался. Ноги вдруг одеревенели, а в груди поселилось какое-то странное, доселе невиданное чувство. Холодное и словно бы распирающее изнутри. Чувство, которое я никогда не испытывал прежде.

Прислушавшись к себе, я ощутил необычную тяжесть где-то в области сердца. Как раз в том самом месте, где раньше ощущались отголоски чужих душ и куда обычно стекались все предсмертные эманации…

— Эй, парень, ты чего застыл? — подтолкнул меня кто-то в спину. — Струсил, что ли? Да ты не бойся, они уже того…

Точно! И как я сразу об этом не подумал⁈ Арей ведь не раз говорил, что у каждого сосуда есть свой предел. Так и наши тела не в силах хранить в себе больше божественных сил, чем им отведено! А мне сегодня этих сил и так досталось немало.

Сначала я впитал эманации двух великанов, затем «подкрепился» смертью вольных последователей, а теперь мне на закуску досталась еще одна парочка гигантов, притом куда более свирепых.

И вот как после столь сытной трапезы не получить передозировку божественных сил?

А ведь всех этих неприятностей можно было избежать. Будь мое тело хоть немного крепче — такого бы точно не произошло. Теперь же остается уповать лишь на то, что всё само как-нибудь рассосется…

— Ну же, шевелись! — прилетел мне в спину тычок.

Обычного подростка такой тычок мог бы сбить с ног, я же лишь машинально сделал шаг вперед. Да и то лишь для того, чтобы не вызвать лишних подозрений. Но в одном этот ублюдок прав: оставаться на месте — не вариант, если я, конечно, не хочу привлечь к себе еще большего внимания.

Дальше я шел уже наравне со всеми. Хотя и не так уверенно, как прежде. Тяжесть в груди продолжала нарастать, а тело хоть и слушалось, но далеко не так хорошо, как парой минут тому назад.

Ну вот, одной проблемой больше. А ведь их у меня теперь и так немало.

Взять хотя бы моих сопровождающих: я до сих пор не знаю, что за люди меня окружают. С одной стороны, они выглядят чертовски подозрительно — без обязательных в таких случаях средств связи, ну а с другой — действуют по указке урожденного последователя. А это что-то да значит. По крайней мере, хоть какое-то отношение к ООБ они, судя по всему, всё-таки имеют… Но, черт возьми, какие же они всё-таки подозрительные.

Ладно, не буду забегать вперед. Возможно, всё прояснится, когда доберемся до котельной. Тем более что она уже совсем рядом.

Весь оставшийся путь до здания занял у нас от силы несколько минут. Да и то лишь потому, что последние метры пролегали по бездорожью. Ну а дальше нас грубо и беспардонно загнали внутрь давно заброшенного здания и отрезали все пути к отступлению массивными скрипучими воротами.

Благо хоть заперли не в полной темноте. Один из вояк довольно оперативно подошел к покрытому пылью распределительному щиту, пару раз щелкнул какими-то переключателями — и под высокими сводами промышленного здания, некогда отвечающего за отопление ближайшего района, вспыхнул свет.

Всё это боец проделал довольно буднично и со знанием дела, так, словно ему уже не раз приходилось заниматься чем-то подобным. А может, и впрямь приходилось…

— Всё, можете передохнуть, — скомандовал уже другой сотрудник ООБ и, словно бы подавая пример, сам привалился спиной к ближайшей стене.

Остальные бойцы так же не остались в стороне и, взяв с него пример, довольно сноровисто разбрелись по помещению.

Впрочем, этот их маневр не смог меня обмануть. Несмотря на показную расслабленность, сотрудники ООБ рассредоточились по помещению с одной-единственной целью — чтобы снова нас окружить.

— И долго нам здесь сидеть? — робко подал голос один из пойманных парней.

— Пока не прибудет транспорт, — пожал плечами тот же боец, что минутой ранее предложил всем нам передохнуть.

— И когда он прибудет? — выдавил из себя еще один вопрос житель окраин.

Его голос заметно подрагивал. Видимо, парнишка и сам отлично понимал, что переходит довольно опасную грань. Как-никак, все мы здесь не просто обычные гражданские, а самые настоящие преступники, нарушившие строгий комендантский час. Да, за такие проступки, конечно же, на месте не расстреливают и даже не отправляют в тюрьму — всё, как правило, ограничивается обычным, пусть и довольно весомым, штрафом. Но здесь и сейчас он ходит по очень тонкому льду, требуя от сотрудников ООБ нужных ему ответов.

— Не беспокойтесь, час-два — и машина будет здесь, — неожиданно подключился к разговору урожденный последователь. При этом он даже позволил себе легкую добродушную улыбку. — Понимаю, сидеть просто так без дела довольно скучно. Я, честно говоря, и сам не в восторге от подобной перспективы. Но что поделать — выбора у нас нет. Да и с развлечением, как видите, здесь негусто, — обвел он холеными руками небогатое убранство старой котельной, после чего ненадолго замер, будто что-то обдумывая. — Хотя… Если есть желание, можем немного поразвлечься?

Одновременно с этим странным предложением последователь богов коснулся своих наручных часов и что-то на них нажал. Что именно — разглядеть не удалось. А потом стало как-то не до этого. В левой руке, той самой с часами, из ниоткуда, словно по волшебству, появился какой-то предмет.

Колода! Узнал я в ламинированном прямоугольнике коробок самых обычных игральных карт.

— Ну, есть желающие? — окинул нас насмешливым взглядом последователь.

Желающих, само собой, не нашлось. Все гражданские, за редким исключением в моем лице, пребывали в глубоком замешательстве. Хотя, чего греха таить, я тоже был несказанно удивлен, ведь подобные часики — большая редкость.

Мне доводилось видеть такие лишь раз, у Арея, и стоили они, по словами братца, целое состояние. Подобные хронометры, вышедшие из-под рук последователей бога времени и пространства Зервана, не только определяли время с точностью своих атомных собратьев, но и могли выкидывать всякие фокусы с этим самым пространством. Ну прямо как сейчас.

— Не нравятся карты? Можем сыграть во что-нибудь еще, — последователь снова коснулся часов, и карты из его ладони куда-то испарились, а им на смену «пришла» парочка белоснежных, утыканных черными точками кубиков. — Например, в кости?

И снова тишина. Никто из присутствующих не выказал никакого желания к подобного рода развлечениям.

Ну а я, в свою очередь, начинал постепенно догадываться, какому богу поклоняется семья этого охочего до азартных игр паренька. И для чего всех нас сюда привели…

— Хм, вам не угодишь, — задумчиво потер подбородок урожденный. — Тогда, быть может, дело не в игре, а в ставке? Как насчет трехсот тысяч? Конечно же, только с моей стороны.

А вот это предложение уже возымело успех. Тут и там начали раздаваться удивленные придыхания. Ну еще бы — сумма ведь далеко не маленькая. За такие деньги можно приобрести неплохой автомобиль комфорт-класса.

— А вашей ставкой пусть будет… — урожденный снова ненадолго задумался. — Хм, что бы такое придумать? Денег-то у вас всё равно нет… О, а это идея! Как насчет ногтя? Триста тысяч против нескольких граммов кератина — как по мне, отличная сделка! Ну, кто готов?

Готовых, само собой, не нашлось. Все те, кто еще секунду назад пускали слюни на заветные триста тысяч, теперь и думать забыли о столь «интересном» предложении.

— Что, неужели никто не хочет попытать удачу? Это ведь всего лишь какой-то жалкий ноготь, — обвел нас явно разочарованным взглядом последователь. — Жаль…

— Я хочу! — неожиданно перебил его еще один голос. Правда, принадлежал он не кому-то из нарушителей комендантского часа, а одному из бойцов ООБ. — Господин, я ведь тоже могу поучаствовать?

— Конечно! — расплылся в радушной улыбке последователь богов. — Во что хочешь сыграть? Выбирай, что душе угодно: карты, кости, рулетка, дартс. У меня под рукой есть игры на все случаи жизни.

— Карты. Двадцать одно, — коротко ответил боец ООБ.

— Классика, мне нравится.

Последователь снова потянулся к часам, коснулся их, и на его ладони появилась сначала толстенная пачка денег в банковской обертке, а затем уже виденная мной колода карт.

— Тогда начнем игру!

Глава 18 Ставка

— Двадцать одно! — разорвал тишину радостный голос.

Сотрудник ООБ неверяще перевёл взгляд с зажатых в руке карт на вожделенную пачку хрустящих банкнот, стоявшую на кону. Глаза бойца радостно блестели — ну ещё бы, ведь он только что выиграл немалую сумму.

— А ты хорош! — похлопал в ладоши проигравшийся в пух и прах последователь богов.

В отличие от своего подчинённого, он оказался не столь удачлив. За все три розыгрыша урожденный так и не сумел ни разу не то что победить, а даже сыграть вничью.

Впрочем, судя по выражению лица самого последователя, его такой расклад совершенно устраивал. На утончённых губах всё так же играла лёгкая, добродушная усмешка.

Выдавали сверхчеловека, пожалуй, разве что глаза — они просто пылали от едва сдерживаемого азарта.

— Как и договаривались, деньги твои, — без всякого сожаления передал он выигрыш, и боец ООБ, всё ещё пребывающий на седьмом небе от счастья, с энтузиазмом его принял.

Всё это происходило под завистливые взгляды тех самых гражданских, что несколькими минутами ранее отказались от столь заманчивого предложения.

Должен признать, наблюдать за их нелепыми метаниями в какой-то мере даже забавно. Плохо скрытая зависть, запоздалая жадность и, конечно же, злость — в первую очередь на самих себя. Все эти эмоции легко читались на их угрюмых лицах.

А последователь богов между тем и не думал останавливаться — он явно вошёл во вкус и желал большего:

— Три из трёх, да ты настоящий везунчик! Тогда, раз уж такое дело, может, поднимем ставки? Как насчёт одного миллиона…

Со стороны гражданских снова послышались восторженные шепотки и прочие нелепые воздыхания. Хотя их тоже можно понять — подобных денег они не то что никогда не держали в руках, а даже не видели в глаза. Может, разве что в кино.

— Один миллион против одного пальца, — озвучил своё окончательное предложение азартный последователь.

И как только он это сделал, все восторженные шепотки тут же сошли на нет, а им на смену пришла звенящая тишина.

Миллион — это много, чертовски много, особенно для молодого жителя окраины, вынужденного ютиться в социальном жилье и мириться с монстрами под боком. Но палец есть палец, это уже не какой-то там ноготь — он сам по себе не отрастёт.

— Обещаю, вернуть его тебе в целости и сохранности. Потом пришьёшь обратно, — немного подсластил пилюлю последователь.

Я же всё это время неустанно вглядывался в лицо подозрительно удачливого бойца. И то, что я там видел, мне совершенно не нравилось…

— А, была не была! — махнул рукой сотрудник ООБ, принимая предложение. — Один раз живём, играем дальше!

Карты в руках аристократа снова зашелестели, оповещая о начале второго раунда.

Раунда, который я собирался пропустить. Тем более у меня в данный момент имелись дела и поважнее, чем следить за какой-то там игрой — холодная тяжесть в груди никак не желала исчезать, хотя времени, вроде как, прошло немало.

Но что ещё хуже — моё физическое состояние тоже начинало потихоньку ухудшаться. Уже сейчас я ощущал себя так, словно только что вышел из бара, накатив перед этим пару бутылок чего-то горячительного. Или, точнее, так ощущало себя моё тело — голова же, вопреки всему, чувствовала себя как прежде.

Странное чувство. Странное и крайне опасное, особенно при текущем раскладе.

И чтобы как-то справиться с этим чувством, я решил немного передохнуть. Отрешиться от всего мирского и позволить собственному телу самому разобраться со столь не вовремя возникшей проблемой.

Так я и поступил, присев у толстенной прохладной трубы и привалившись к ней спиной. С этой минуты меня больше не волновала ни проходящая совсем рядом игра, ни снующие неподалёку страшные монстры.

Однако о собственном окружении всё же не забывал. Чуткие уши последователя, с их идеальным слухом, продолжали считывать все внешние угрозы, пусть и делали это не столь тщательно, как прежде.

Основная же часть разума занималась поиском ответа. Взбудораженный мозг изо всех сил пытался найти решение — какой-нибудь способ, благодаря которому я мог бы скинуть накопленный мной балласт.

Но сколь бы я над этим ни бился, реальных способов избавиться от излишков божественных сил мне в голову почему-то не приходило. А идиотские варианты, наподобие неуместного членовредительства, отвергались сразу.

Нет, я, конечно, мог прямо так, у всех на виду, начать изгаляться над собственной рукой, как это делал в гостиничной ванной, но в таком случае помимо текущих проблем я рисковал заработать кучу новых.

По той же причине отпал и самый очевидный вариант — очередной призыв. Способность проводника душ могла разом решить возникшую проблему. Вот только спецэффекты от появления целого сонма этих самых душ наверняка поставят меня в крайне неловкое положение.

Оставался лишь побег.

Хотя в этом случае всё ещё сложнее. Удрать от урожденного последователя, притом явно более сильного, — не так-то просто…

— Двадцать одно! — вырвал меня из раздумий радостный голос.

Похоже, пока я предавался размышлениям, игра снова успела подойти к своему логическому концу.

— А ты хорош! Боги, я уже жалею, что согласился с тобой играть, — со смешком произнес урожденный последователь, протягивая сияющему от радости бойцу его честно заработанные деньги.

— Спасибо! — прижал к груди уже целых три пачки денег сотрудник ООБ.

— Не за что, ты их полностью заслужил, — похлопал его по плечу молодой аристократ. — Может, ещё партию?

— Нет, пожалуй, на этом я пас, — покачал головой боец и прямо так, в обнимку с деньгами, отправился к ближайшей стене.

— Ну, как знаешь, денег у меня ещё полно, — произнес ему в спину урожденный, после чего перевёл взгляд на шушукающуюся молодежь. — Не передумали?

— Я! — взметнулась в воздух тоненькая рука. — Я хочу попробовать!

Мой взгляд переместился на недалёкого смельчака. На вид лет пятнадцать, не больше. Как раз тот самый возраст, когда хочется рисковать и думать чем угодно, кроме предназначенной для таких случаев головы. Ну просто идеальная жертва для любого обмана…

— Вот это настрой, — с важным видом покивал последователь. — Давай подходи поближе. Во что желаешь сыграть?

— В кости… — уже не так уверенно пролепетал вчерашний пацан, стоило ему только остановиться напротив сверхчеловека.

— Хороший выбор. Ставка?

— Ноготь… — ещё менее уверенно произнес худощавый паренёк и даже вжал голову в плечи.

— Разумный подход. Нужно всегда начинать с чего-то малого.

Последователь снова коснулся корпуса часов, и на его левой ладони прямо из воздуха появилась сначала пачка денег, а затем изящный деревянный стаканчик.

Пачка денег сразу перекочевала на ближайшую трубу, а вот стаканчик со всем своим содержимым так и остался в изящных руках.

— Правила знаешь? — вытряхнул себе на ладонь пару кубиков последователь.

— Да.

— Тогда начинаем, — вернув кубики обратно в стакан, урожденный принялся с явным наслаждением его взбалтывать.

Тряс он его, наверное, секунд десять, после чего стукнул перевёрнутым стаканчиком прямо о бетонный пол.

Кубики в последний раз столкнулись между собой и тут же затихли. Теперь урожденному осталось лишь поднять стакан и явить нам свою удачу.

— Три, — немного грустно произнес аристократ, когда стаканчик оказался поднят в воздух.

На бетонном полу остались лежать два кубика. Первый глядел в потолок одной точкой, а второй — двумя.

— Не повезло, — прокомментировал свой результат урожденный и, подхватив с пола кубики, передал их вместе со стаканчиком в трясущиеся тощие руки. — Твоя очередь.

Паренёк кубики принял, неловко закинул их в стакан и принялся остервенело им трясти, при этом плотно закрыв глаза и бесшумно шевеля губами.

Уж не знаю, кому он там молился, но тряс мальчишка этот бедный стакан как бы не дольше самого последователя.

— Шесть… — на выдохе произнес юный счастливчик, когда кубики снова оказались на полу.

— Шесть, — с улыбкой покивал последователь.

Он неспешно, словно дразня, потянулся рукой к трубе, поднял с неё деньги и так же медленно протянул их трясущемуся от переживания пареньку.

— Согласись, это было довольно просто? Не ошибусь, если скажу, что это самые лёгкие деньги в твоей жизни. Самые лёгкие и самые большие.

— Да, господин! Спасибо вам, господин! — тут же принялся распихивать выигрыш по карманам юный счастливчик.

— Ну что ты, всё дело в твоей удаче. Богиня фортуны всегда улыбается смелым. А ты ведь у нас смелый, верно? А теперь ещё и богатый. Твои друзья наверняка тебе по-доброму завидуют. Посмотри, как они на тебя смотрят, особенно та девушка, — палец последователя оказался направлен в сторону одной не в меру размалёванной девицы. — Как тебе, по душе такое внимание? А теперь представь, как бы она на тебя смотрела, если бы ты выиграл не триста тысяч, а, скажем, миллион… или десять миллионов?

— Десять миллионов… — заметно сглотнул окончательно потерявший голову пацан.

— Ты когда-нибудь видел десять миллионов вживую?

— Нет…

— Это легко исправить, — правая ладонь последователя снова коснулась циферблата, и на бетонный пол дождём посыпались пачки денег. — Нравится?

— Очень, — шальной взгляд карих глаз ни на секунду не отлипал от денежного дождя, а тот, в свою очередь, кажется, и не думал стихать.

— Тогда почему бы нам на них не сыграть? Ну а ставкой пусть будет твоя правая рука.

— Рука⁈ — встрепенулся паренёк, наконец оторвавшись от пачек денег, раскиданных по пыльному полу.

— Десять миллионов, — повторил заветную сумму последователь. Его ладонь по-свойски легла на тощее плечо юнца и лёгким движением развернула того к друзьям. — Хотя, если ты не согласен, я могу предложить эту ставку кому-то из них. Например, той симпатичной особе…

— Нет-нет, я согласен!

— Вот и умница, — ладонь урожденного коснулась щеки мальчишки и слегка по ней потрепала. — А теперь давай приступим к игре. Мне не терпится начать.

Аристократ поднял с земли оброненный деревянный стаканчик вместе с двумя кубиками и передал их в дрожащие ладони.

— Ты первый, — произнеся эти слова, он плотоядно облизнулся. Но, кажется, никто из собравшихся, разве что за исключением меня, этого не заметил. — Давай же, я жду.

Уже не дрожащими, а трясущимися руками пацан принялся взбалтывать деревянный стаканчик.

Тряс он его где-то с полминуты. Уверен, будь его воля, он, наверное, так и не выпустил бы стаканчик из рук.

Но вот незадача: урожденный не собирался ему потакать.

— Бросай! — громко скомандовал последователь, и запуганный мальчишка моментально подчинился.

Стаканчик перевернулся вверх дном, и кости снова забарабанили по пыльному полу.

— Два, — оповестил всех присутствующих о незавидном результате последователь.

Почему незавидном? Ну, тут всё очевидно: пацан только что выбросил самую слабую из возможных комбинаций.

Оба его кубика сейчас смотрели в потолок одиночными точками. Поэтому и неудивительно, что сразу вслед за оглашением результата по котельной разнёсся слитный разочарованный вздох. Партия на десять миллионов завершилась, едва успев начаться.

Но больше всех сложившимся результатом оказался опечален, конечно же, сам мальчишка.

— Я… я… — тут же начал захлебываться собственными соплями проигравший. — Это ведь была шутка, да… ну насчёт руки? Шутка ведь, правда⁈

— О чём это ты? — с удивлением уставился на него последователь. — Бог наш, всемилостивый Припегала, завещал всегда взыскивать долги. Разве, когда ты идёшь в игорный дом или берёшь ссуду, ты молишь о прощении в надежде, что всё забудется? Нет. Ведь это неправильно. Отдавать долги и держать данное слово — это и есть истинная человеческая добродетель. Или я не прав, и ты думаешь, мой бог ошибается?

— Нет, что вы! — замахал трясущимися руками мальчишка. — Я не это имел в виду! Просто… просто…

— Тише-тише, не надо слёз. Игра ещё не закончена. Возможно, боги сегодня на твоей стороне.

Больше не говоря ни слова, урожденный подобрал с земли стаканчик с костями. Поместил их друг в друга и несколько раз тряхнул.

— Готов? — обратился он к мальчишке за секунду до того, как вывалить содержимое стаканчика на пол.

Спустя пару мгновений два кубика уже вовсю скакали по пыльной бетонной поверхности. А все присутствующие снова, как и парой минут ранее, неотрывно за ними следили.

Особенно усердствовал в этом нехитром деле, конечно же, поставивший на кон руку сопляк. У него даже глаз дёргался!

А вот меня, наоборот, судьба кубиков совершенно не интересовала. Ведь я и так знал, чем всё должно закончиться…

— Два… — перехваченным горлом прохрипел мальчишка, когда кости последний раз перевернулись. — Ничья?

Верно, ничья. Всё, как я и предполагал. Вся эта так называемая игра затевалась лишь с одной-единственной целью — чтобы последователь бога развлечений и азартных игр получил то, чего так желал.

Мне окончательно стало ясно, для чего нас всех сюда привели — просто кое-кто пожелал подпитаться столь нужной ему божественной силой. Отсюда и такая высокая ставка как с его стороны, так и со стороны пацана. Всё для того, чтобы в воздухе витал азарт и страх проигрыша. Ведь чем выше ставки и больше свидетелей, тем удивительней сама награда.

Так что сейчас урожденный немного покошмарит мальчишку, доведёт того до исступления, получит столь нужные ему божественные силы, а после даст разревевшемуся сопляку выиграть его заветные десять миллионов.

Что ни говори, а потеря десяти миллионов — сущая мелочь по меркам старшей семьи и уж совсем малая плата за столь щедрую порцию божественных сил.

— Давай, твоя очередь, — улыбнулся аристократ своему разом воспрявшему сопернику. — Я ведь говорил: боги сегодня на твоей стороне.

Довольно скоро кубик снова застучал по стенкам старенького стаканчика.

Начиная с этого момента я уже не так пристально следил за игрой. Зная наперёд, чем всё закончится, мне уже не нужно было волноваться ни о результате самой игры, ни о тайных планах урожденного.

Именно поэтому последовавшая за этим череда ничейных результатов меня совсем не удивила. Дальнейший ход игры повторялся с точностью до абсурда, что лишь подтверждало мои предположения о создании сцены для этой «игры». Мальчишка выбрасывал кости, радовался или ужасался увиденному и уже через пару десятков секунд открывал в изумлении рот, когда видел такую же комбинацию уже у последователя.

По сути, урожденный просто катал пацана на эмоциональных качелях, то погружая в пучину отчаяния, то вознося на небеса. И каждый раз приспешник Припегалы не упускал случая поддеть пацана едкими словами. Он буквально терзал его нервную систему на протяжении десятков минут.

И вот когда казалось, что конца и края этим издевательствам не будет, на кубиках наконец-то выпало нечто действительно стоящее.

— Одиннадцать! — с легкой досадой воскликнул последователь. — Такое мне точно не перебить. Похоже, с десятью миллионами всё же придется расстаться.

Ну вот и всё: сейчас последователь Припегалы выкинет меньшую сумму, и это глупое, порядком затянувшееся представление в кои-то веки завершится.

Впрочем, радовался такому развитию событий не я один. Пацан с окраин уже вовсю сиял, как начищенный медный таз. И судя по горящим глазам, уже мысленно транжирил те самые десять миллионов, что сейчас валялись на пыльном полу. Да и подбадривающие улюлюканья его товарищей тоже делали своё дело, ещё сильнее подогревая эйфорию будущего победителя.

При этом победитель этот, похоже, так сильно погрузился в свои влажные фантазии, что даже не следил за тем, как урожденный переворачивает стаканчик и как кости вприпрыжку несутся по бетонному полу. А зря…

— Двенадцать, — раздался в полной тишине довольный голос последователя.

Такой звонкой тишины мне слышать ещё не доводилось. Казалось, после произнесённых последователем слов кто-то там наверху своей всемогущей волей отключил все звуки. Странное чувство. Мир словно разделился на до и после.

Ещё секунду назад я наравне с остальными присутствующими и помыслить не мог, что всё закончится таким нелепым образом… Даже не так: в отличие от остальных, я как раз таки прекрасно знал, чем всё должно завершиться. Точнее, думал, что знал.

— Не бойся, я сделаю это быстро, — последователь оттянул рукой борт атласного пиджака, продемонстрировав всем присутствующим надетую на него портупею с гроздью ножей.

При виде их мне сразу вспомнилась смерть двух гигантов. Наконец-то те серебристые росчерки, пронзившие головы великанов, обрели смысл. Выходит, последователь богов тогда просто метнул парочку таких ножей. И, похоже, теперь одним из этих же ножей он планирует оттяпать кое-кому руку.

Ох и не завидую я этому пареньку.

— Нет, нет! Я передумал! — опрометчиво бросился в сторону мальчишка с окраин.

Вот только кое-чего он во время своего стремительного бегства не учёл — сверхчеловек находился здесь не один. Крепкий ботинок одного из бойцов жестко впечатался в бок пацана, отправляя того на холодный каменный пол.

— Ещё раз дернешься — башку прострелю! — уткнулось дуло штурмовой винтовки ему в висок.

— И чего ты так испугался? Подумаешь, какая-то там рука, — приблизился к упавшему на задницу пареньку последователь. — Расскажу тебе маленькую тайну: мой старший брат тоже недавно потерял руку. Причём совсем недалеко отсюда. И знаешь, как это произошло? Ну же, спроси меня…

Мальчишка, само собой, ничего спрашивать не стал. Он сейчас пребывал в таком состоянии, что готов был вот-вот потерять сознание.

Но когда такие мелочи волновали кого-то из последователей богов, особенно таких отморозков, как этот молодой слуга Припегалы?

Ладонь урожденного стремительно метнулась к юношескому лицу и мёртвой хваткой вцепилась в тощий подбородок.

— С-п-р-о-с-и, — сквозь зубы процедил аристократ.

Маска благочестия окончательно слетела с его лица, обнажив тщательно скрываемый под ней звериный оскал.

— Как?.. — с трудом выдавил из себя седеющий прямо на глазах пацан.

— Он защищал таких отбросов, как ты. Фффффф… — выдохнул сквозь всё ещё сцепленные зубы последователь. — Мелких, грязных, вонючих ублюдков, что мать готовы продать за пачку банкнот. Ради вас, бесполезных тварей, он сражался с демонами и пострадал!

Какое неожиданное «совпадение», а ведь я хорошо помню того «героического» последователя, потерявшего руку. Или, скорее, напичканного какой-то дрянью ублюдка, снесшего по своей прихоти целое жилое здание.

Выходит, тот Воплотитель тоже прислуживал Припегале. Если всё так, тогда его одурманенное состояние уже не кажется чем-то сверхъестественным.

Я по-новому оглядел так называемых бойцов ООБ. Или, скорее, обычных наемников, нацепивших чужую форму.

Вот тебе и группа эвакуации. А ведь стоило заподозрить неладное ещё тогда, когда на руках бойцов не обнаружилось ни одного коммуникатора. Но я оказался слишком поглощён собственными проблемами и списал всё на банальную халатность. К тому же и угрозы от них я в тот момент совсем не ощущал.

И вот теперь из-за этого недосмотра передо мной во весь рост встал вопрос: а что мне, собственно, делать с той кучей дерьма, в которую я умудрился так ловко вляпаться?

Ведь если так подумать, судьба этих несчастных гражданских уже предрешена. После всего случившегося отпускать их никто не станет. А это, в свою очередь, уже не просто какая-то невинная шалость охочего до божественных сил молодого последователя, а настоящее преступление.

Если урожденный и впрямь отхватит пацану руку, то назад дороги уже не будет. Ему так же придётся зачистить свидетелей. Всех. В том числе и меня…

— А теперь дай мне руку, мальчик… — ещё ниже склонился над гражданским обезумевший урожденный.

Жизнь пацана с окраин повисла на волоске.

— Эй, господин последователь, а не хотите сыграть на обе руки сразу?

Видят боги, я не хотел произносить эти слова. Но этот больной ублюдок попросту не оставил мне выбора.

К тому же… У него весьма любопытные часики.

Nota bene

Книга предоставленаЦокольным этажом , где можно скачать и другие книги.

Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту, например, черезAmnezia VPN : -15% на Premium, но также есть Free.

Еще у нас есть: 1. Почта b@searchfloor.org — получите зеркало или отправьте в теме письма название книги, автора, серию или ссылку, чтобы найти ее. 2. Telegram-бот, для которого нужно: 1) создать группу, 2) добавить в нее бота по ссылке и 3) сделать его админом с правом на «Анонимность» . * * * Если вам понравилась книга, наградите автора лайком и донатом: Монарх Душ: Нет пути домой