Торговец будущим – 5
MARHUZ

Александр Первый ввёл манифест, освобождающий новорождённых крепостных, и разорвал привычный порядок вещей. Дворянство зашепталось о «разумной смене правителя», офицеры старой гвардии скучают по балам, а масонские ложи в Москве подогревают недовольство. Военный министр Аракчеев стягивает армию железной дисциплиной, но его реформы лишают вельмож кормушек и привилегий. Параллельно на западе зреет новая война: польские легионы служат Наполеону, Варшавское герцогство вооружается, а европейские границы дрожат от передислокаций. Главный герой — торговец и стратег, чьи фабрики выпускают винтовки с металлическими патронами, а пароходофрегаты пополняют флот. Он готовит элитное подразделение, торгует оружием со шведскими мятежниками и снабжает португальских повстанцев, но каждая сделка — ход в опасной партии, где ставкой становится не прибыль, а выживание империи в грядущем переделе континента.

====================

Глава 1

Глава 1
Глава первая
Аракчеевщина потихоньку во многих местах проникала в нашу жизнь. Даже в тех сферах, куда железная рука Алексея Андреевича не дотягивалась. Ясен перец, что это многим не нравилось и жалобы сыпались из разных мест. Одно дело — соблюдение дисциплины в армии, совсем другое когда этого требуют на гражданской работе. Ну какой чиновник, право слово, хочет приходить на свою службу вовремя, а не как получится? Да и саму работу исполнять как требуется, а не абы как. Это подлое рабочее сословие должно соответствовать «аракчеевщине», а благородный человек не для того царскую кровь проливал и готов был взойти на эшафот за святое дело дворянских провилегий. Плохо что ныне государь таких вещей не понимает и не ценит. Мало того, где все те кто его привёл на престол, рискуя жизнями и свободой? Как император отблагодарил за искреннюю помощь и поддержку, чем вознаградил верных радетелей своего выдвижения на вершину власти?
— Вы представляете, но в последние годы должности, земли и людишки очень редко кому бы там ни было предоставляются в вознаграждение за службу и заслуги, — шептались одни.
— Даже фаворитам ничего не достаётся, — ухмылялись другие.
— Ушли времена Екатерины недаром поминаемой Великой, совсем измельчал царь. Нет в нём ни величия, ни шедроты, — бухтели третьи в щелях и норках прячась, дабы не быть подслушанными агентами всевластной «кровавой обни».
Кроме чиновничей братии тихохонькое бурление говн шло и в «старых гвардейских полках» среди офицеров. К сожалению они не могли поднять бунт, ибо слишком незаметно и своевременно Александр отгородился от них гвардейцами-егерями Рачинского. Чисто географически не подступишься даже в пределах Санкт-Петербурга, так как «новые гвардейцы» располагаются поблизости от Зимнего дворца, а некоторые бывшие полки передислоцированы подальше.
— Подло и незаметно государь всё это сделал, — браво шушукались «пострадавшие» офицеры, вынужденные теперь службу служить в местах расположения своих частей, а не в салонах и на балах.
— Не то слово, ныне покидание расположения чревато наказанием, как приравненное к дезертирству, — возмущались новыми условиями служения государю многие, находящиеся в чинах.
— Да что говорить, коли самих балов стало невместно мало, как будто здесь не столица, а деревня какая-то, — остро критиковали нынешность и начиная всерьёз задумываться о будущности.
Зреющее недовольство особенно поддерживали в Москве в среде масонских лож, куда перебрались многие недобитые Макаровым петербургские масоны. Высокое дворянство, недовольное измененями происходящими в обществе, славно (хотя и тихо-тихо) трепалось о разумной смене правителя, дабы восстановить справедловое распределение благ в стране.
— Ну никак невозможно продвигать новые идеи государственного обустройства, дабы развивать истинные науки среди посвящённых и способных их понимать. А без истинной европейской просветлённости России не видать достойного места среди держав, как император этого не понимает? — искренне негодовали московские масоны.
— Вы правы, милостивый государь, всякое быдло навроде Аракчеева и Сперанского лезет во власть, пользуясь недальновидностью нашего монарха. И никто не способен из его окружения открыть глаза Александру.
Всем просветлённым было ясно, что коли «глаза не будут открыты» так кто-нибудь другой должен править страной.
Впрочем полезное от аракчеевщины тоже было, особенно в военной промышленности. Сестрорецк и Тула вышли на уровень производства порядка двадцати пяти тысяч винтовок в год на каждом из заводов. Было закуплено необходимое оборудование и подготовлены в достатке работники для этого.
— Ваше величество, можно уже начинать избавляться от старых ружей в большем количестве и освобождать арсеналы.
Разработки Сперанского в сфере интендантства предусматривали такое, как меры борьбы с хищением вспомогательных средств в деле хранения. Лишние единицы хранения требовали как смазку, так и людей для этого, которым полагалось жалованье.
— Вот и хорошо, Алексей Андреевич, продадим варшавцам, благо у них есть деньги для оплаты. Французы и англичане им знатно помогли с финансированием.
— А не обернётся ли оно против нас самих, ваше величество?
— Может и оберётся, но пока оно нацелено совершенно в другую сторону.
Британцы вроде направляли австрияк супротив Наполеона, но не забывали и о долгосрочных перспективах. А именно кое-какое противодействие той же Австрии (заодно с Пруссией) в будущем окажет герцогство, ну и угрозы в сторону России. К началу 1809 года дошло до того, что во французской армии были польские легионы, само Герцогство Варшавское имело армию (пусть пока и небольшую) и в австрийской армии имелись подразделения из малопольских земель: тридцать тысяч пехоты и пять тысяч конницы. Так что не будет удивительным, если после победы над корсиканцем поляки всех стран объединятся и вступят в войну с Австрией, чтобы воссоединить свои коронные земли и лишь потом начнут пытаться вернуть ещё и Литву.
Ну, а если всё-таки Франция одолеет, то Наполеон отрежет Галицию и Лодомерию от Вены и передаст Варшаве. Это же любому понятно, что именно так всё произойдёт.
Моё собственное производство пистолетов и винтовок с металлическими патронами тоже развивается. Да и сами патроны накапливаются помаленьку. И гвардейцы способные пользоваться этим ультрасовременным оружием прибавляются в количестве, так как база подготовки бойцов особого назначения не останавливает работу. Глядишь лет через десять создам более-менее сносное в количественном плане подразделение численностью в полк.
И всё бы хорошо, но в январе 1809 года в Швеции начался внутренний раздрай. Граф Георг Адлерспарре составил прокламацию к восставшей армии и народу с призывом свергнуть короля Густава Четвёртого.
— Ваше величество, вы не переживайте, — практически моментально с разницей в несколько дней нарисовался «Ларс Ларссон», — ваши интересы никоим образом не будут затронуты в нашей стране. И парламент, и наши военные лидеры ценят сотрудничество с вами и никоим образом ваши интересы в шведской экономике не будут затронуты.
— Благодарю вас за столь обнадёживающее пояснение, господин Ларссон. Вы знаете, что я сторонник стабильности и спокойствия в государстве. Это полезно для развития экономики, — делюсь прописными истинами, аки мудрейший мудрец современности.
— Более того, ваше величество, мы хотели бы попросить вас подготовить батальон гвардейцев из шведов по вашей системе. И готовы оплатить сию помощь по вашим расценкам, средства имеются. Это нужно не для внешних войн, а для поддержания внутреннего спокойствия в столице, когда сменят короля.
Я не стал расспрашивать почему мятежники уверены, что переворот удачно будет произведён. В конце концов, пока буду готовить им «стражу порядка» много воды утечёт и кто-нибудь от ишака до падишаха помрёт. Главное, чтобы новый король не начал заниматься самодеятельностью и не вывел Швецию из балтийского братства.
— Надеюсь, что заказы на строительство кораблей не будут отменены?
— Корабли продолжат строиться, не беспокойтесь. Тем более, что русские заказы обеспечивают работников наших кораблестроителей работой и финансами, что немаловажно в нынешнее время.
Беседа ещё продлилась, но в итоге я наполучал кучу заверений в стабильности взаимоотношений независимо от того кто победит в противостоянии. Всё равно гарантий никаких нет и придётся плыть по течению.
Во второй половине января довелось опять встретиться с Коленкуром, который в тридесятый раз попросил не выводить войска из Лиссабона и Алгарве.
— Ваше величество, в этом году грядут очень серьёзные события в Европе и нам очень важна ваша помощь и поддержка.
— Хорошо, мсье посол, мы постараемся удержать сии позиции.
Безусловно, что нам легче в Португалии, чем французам и испанцам. Португальцы оценили наш подход и не создают проблем, а наоборот готовы закупать через мой Торговый Дом в Фару оружие и продовольствие для своих повстанцев. Они уже разуверились в собственном королевском семействе и сейчас ведут герилью против франкопузов и испашек шлындающих в центре и на севере Лузитании.
В самом Эсте по-прежнему размещён двадцатипятитысячный корпус, хотя количество пушек продолжает увеличиваться. Аракчеев настолько хорошо организовал производство артиллерии, что даже в Русской армии количество стволов на солдатскую душу видимо опять удвоится. Чего уж говорить о растущей флотилии пароходофрегатов для которых морские орудия изготовлены с некоторым запасом.
Зато линкорное производство пока пребывает в стадии проектирования. Кому нужны такие дорогие суда, коли нет надобности в дальних походах? А с крейсерскими функциями те же «Спешные» прекрасно справятся при необходимости. Могут спросить, а как с углём для них? Так Александр уже понастроил складов округ Европы, включая побережье Средиземного моря. А к поставкам присоединился граф Кочубей наконец-то начавший более-менее приемлемую добычу в донецких землях. Он даже вложился в создание добротного порта в Мариуполе, чтобы отправлять свой уголь куда нужно по морям-океанам. В чём ему оказывает протекцию и кое-какую помощь императрица Мария Фёдоровна. Всё-таки Мариуполь назван конкретно в её честь ещё в конце екатериниского правления.
Хорошо что с турками по-прежнему сохраняется мир-дружба-жвачка и они не чинят препятствий российскому «южному потоку» всякоразных поставок в сторону Европу. Спокойно получают свой бакшиш за проход через Босфор и вполне самодовольны этим, несмотря на смену султана. Что новый султан Мурад Второй, что великий визирь Байрактар, посадивший его на престол, не хотят войны с Россией, ибо затеяли реформы, включая военную. Мало того, они реально боятся (а значит уважают) эскадру Сенявина, понимая что ничего не смогут противопоставить в ответ. Представляю, как их поразила первая парочка «Спешных», пополнившая Черноморский флот. Корабли с дымом над ними прошли через Босфор и наверняка испугали своим видом множество правоверных Константинополя.
— Связываться с шайтаном и его иблисами, а уж тем более идти против, никто из магметан не захочет, будучи в здравом уме и твёрдой памяти, — заявил главспец по османам князь Куракин.
В общем, пока Россия не затеяла очередную войну с турками по «оказанию помощи православным братьям» хоть в Закавказье, хоть на Балканах, можно рассчитывать на спокойную торговлю. И совсем не нужно для этого завоёвывать Босфор… затем Дарданеллы… затем Крит… и пошла-поехала средиземноморская экспансия. Проще оказалось поиметь транзитный порт в Италии и пресловутые мирные отношения с Османской империей.
30 января 1809 года Жёлтой Змеи царь нанёс подлый удар по системе крепостничества. Все дети рождённые с 1 февраля и позже объявлялись вольными, а первейшая ответственность за учёт возлагалась на церковь.
— Да как же так-то, это изрядная путаница случится. Неужели государь этого не понимает? — моментально заволновалась вся Россия, особенно помещичья.
— Ну ладно, коли за год, но ведь лет через двадцать-тридцать может совсем крепостных не остаться, кто же барщину исполнять будет? — искренне переживали будущие декабристы и те, кто их поддержал в будущем.
Конечно, сами крепостные вообще-то положительно восприняли манифест, но их оказалось не так уж и много. По приблизителным оценкам миллионов двадцать, не более. Тут бы поднять вселенский бунт, дабы опротестовать решение зарвавшегося монарха, но зима выдалась особой из-за передислокаций туда-сюда воинских контингентов. В воздухе запахло приближающейся весной, а вместе с ней и новой всеевропейской войной. Поэтому западные приграничные области подверглись ревизии, дабы проверить способность оборонительной системы к защите Родины.
Уполномоченные царём люди обследовали не только систему крепостей, фортрессов и прочих блокпостов, но и организованные под давлением военного министра Аракчеева «государевы хозяйства».
— Всё-таки именно госхозам предстоит снабжать пограничные армейские подразделения всем необходимым продовольствием и иными поставками, — доложил Аракчеев на заседании Непременного совета, — больше не нужно будет возить многое через всю страну. Разве что оружие и боеприпасы.
Теперь отдельные высокопоставленные вельможи и сановники вздрогнули, ибо лишились остатков права организовывать поставки в армию через своих знакомых. На локальное снабжение лапу не наложишь и от пирога положенный кусок не отломишь и даже малёхо не отщипнёшь. Для гвардейских полков также были созданы госхозы на землях Романовых, тем более что их немного прибавилось. А что ещё делать с поместьями, которые подолгу остаются в закладе и отдельные дворяне не собираются погашать свои долги. Вот и произвёл Александр Первый частичный размен класса «долги версус земли и людишки». Причём суммы были списаны немалые по сравнению с «остаточной стоимостью» имений, так что дворянам грех быть недовольными.
— Да и всего лишь часть таковых была исполнена в соответствии с финансово-хозяйственной реформой, — поделился при встрече новый министр финансов Канкрин, окончательно бросивший мой банк в связи с ответственной должностью.
— А как же остальные помещики-должники, Егор Францевич?
— Их, ваше величество, расписали на пять лет, включая начавшийся. Причём этот процесс коснулся лишь злостных неплательщиков, пока минуя обычных, заложивших своё хозяйство. Император надеется, что дворяне образумятся и перестанут влезать в долги сверх своих возможностей.
Да уж благими намерениями автобаны уже вымощены и все ведут почему-то в одно место.

----------

Глава 2

Глава 2
Глава вторая
В феврале провели совещание акционеров Русской Ост-Индской компании, понимая что потом времени просто не найдётся. И если торговля цейлонскими товарами вполне устаканилась и даже тиковая древесина стала поступать более-менее приемлемыми объёмами, то парочка вопросов по другим точкам на глобусе оставалось.
— Господа-акционеры, — честно поделился Александр Романов, — алмазы на побережье Южной Африки хоть и найдены, но пока я не могу одобрить создание копей в такой дали. Согласитесь, что нам не разорваться, дабы всё организовать в тех местах как подобает. Нужно и бухты захватить, и порты организовать должным образом и лишь потом заняться добычей. Иначе европейцы быстро наладят свою добычу и мы даже толком защититься не сможем.
В компанейских делах император принципиально поддерживал свою позицию частного лица и даже требовал называть его по имени-отчеству, а не «ваше величество», хотя такое обращение иногда у нас и вырывалось.
— Александр Павлович, — отозвался Куракин, — но ведь более дальний объект наших интересов развивается вполне нормально и даже защищён. А Африка всё-таки ближе, чем Австралия.
— Александр Борисович, поселение в «мельбурне», как его называет Денис Дмитриевич, находится на континенте труднодоступном для европейцев. Даже англичане имеют в Австралии лишь небольшую колонию численностью до трёхсот человек, да и та на самом востоке. А мы всё-таки создали в соответствии с планом более серьёзную базу для своей колонии.
Действительно, уже и порт имеется и добротный фортресс построен, да и само поселение уже обладает населением в полторы тысячи человек. Мало того, не только дружеские отношения налажены с тамошними аборигенами, но и поля имеются. Домашнего скота под две тысячи голов, достроены разные мануфактуры для производства необходимых поселенцам товаров. Да что говорить, если сработала ставка на старослужащих, которые вместе с семьями составляют половину населения колонии. Британцы уже знают о нас, но не лезут понимая своё отставание в развитии. У них-то всё складывается по остаточному принципу организации каторжных поселений.
Конечно, если бы бритиши знали об австралийском золоте, то вполне возможно гораздо более серьёзно отнеслись к освоению континента. Но пока о таких финдибоберах знаем лишь мы, а вкладывать солидные средства в дальние земли ради непонятно чего англичане не хотят. Сидней — чисто правительственное мероприятие, а частникам даже в бреду не приходит заняться освоением края. Это не Индия, где и до лимонников существовала развитая цивилизация и производилось всё то, что интересует торговцев. Австралийское местное население ни хрена не производит и не выращивает и это уже давно всем понятно. А своё создавать в такой дали нелепо и бессмысленно, есть и поближе «белые пятна». Так что пока британцы над нами посмеиваются, считая что Россия способна лишь сельским хозяйством заниматься. Что, кстати, и выглядит до сих пор соответствующим образом.
— Так что пока африканские алмазы не только не трогаем, но даже к ним не прикасаемся. Зато я даю добро на строительство посёлка и порта в северной части залива Святого Франциска. Тем более, что несколько гаваней выявлено, а с юга имеются францисканские миссии у которых первое время можно закупать скот, зерно и овощи с фруктами. Четыре шлюпа, которые станут персональным флотом колонии, уже приобретены в Голландии и в апреле отправятся вместе с грузом, поселенцами и солдатами в путь.
— А как отреагируют испанцы, — поинтересовался Кочубей, — всё-таки кое-что изменилось за предыдущий год?
— Не беспокойтесь, Виктор Павлович, всё остаётся по-прежнему в рамках предыдущих договорённостей. То, что Денис Дмитриевич ведёт с ними войну не касается России и они это понимают. Кроме того, у них мощные проблемы в других колониях, особенно в Буэнос-Айресе. И естественно основной проблемой для испанцев является война с Наполеоном, так что им явно не до нас.
По общему плану после обустройства поселения предстоит наладить отношения с индейскими племенами, обитающими в нижнем течении реки Сакраменто. Туда руки испанцев пока не дотянулись, а нам те земли нужны, чтобы заняться выращиванием злаков и скота. И лучше этим добром делиться с местными индейцами, чем бесконечно воевать с ними. В конце концов думаю, что удастся найти и приток который в будущем получил название Американ Ривер, где построим свой укреплённый городок «Сакраменто». Вдруг пригодится впоследствии под базу для организации золотодобычи. Сейчас же главной задачей является наладить производство продовольствия для наших будущих аляскинских поселенцев.
— В этом году будут готовы ещё три шлюпа, но уже для использовании на Юконе, — доложился Строганов, как ответственный за золото будущего Клондайка, — тогда на следующий год можно отправить экспедицию с поселенцами, дабы обосноваться на Юконе в трёх предполагаемых местах. Официально это будет выглядеть, как создание факторий для торговли мехами, ибо пока на самой реке таких нет. Русская Американская компания обосновалась на побережье и прилегающих островах, а в глубинку даже носа не кажет.
— Видимо им хватает, Павел Александрович. Посмотрите на карту мира и везде увидите лишь немного освоенные прибрежные зоны, что в Африке, что в тех же Америках.
Куракин реально мудрый человек, разбирающийся в жизненных реалиях. Причём не чурается ничего нового, а наоборот подхватывает здравые идеи, даже если они поначалу выглядят рискованными. Крепостные, которых он освободил и даже землёй поделился с ними, никуда не разбежались, а очень даже сотрудничают с ним. Тех, кто пока остались крепостными, он перевёл с барщины на оброк и со временем также хочет дать им волю. Небось скоро мем появится: «Декабристы трындят, а Куракин делает!». Чем не пример для многих земле и людишковладельцев? Не удивлюсь, если возмущённые помещичьи массы его прихлопнут вместе с царём, причём той же табакеркой.
После подведения финансовых итогов года и разумного распределения прибыли (что-то в общий котёл компании на развитие, а что-то по личным карманам) мы чуток потрапезничали. Именно тогда завязался разговор о вещах посторонних и, тем не менее, злободневных, а точнее о предстоящей неизбежной войне Европы против Европы. Тут-то я и поделился некоторыми сомнениями.
— Господа, уже который год обращаю внимание, что австрийская арифметика почему-то отличается от общепринятой.
— А что именно вас смущает, Денис Дмитриевич? — прозвучал естественный вопрос.
— Мне прислали сведения о плане формирования австрийской армии, который должен будет представлен императору Францу Второму. Я понимаю, что некоторые формирования неясны из-за моего собственного незнания. Например, в состав армии включены какие-то тирольские повстанцы, чёрные брауншвейгцы и прусский хардкор, плюс польская армия и корпуса кроатского бана.
Собеседники похмыкали и даже поулыбались моей отсталости. То есть, ничего особого они не услышали, а я продолжил.
— Откуда у хорватского лидера более сорока тысяч солдат? Да и количество повстанцев в Тироле явно преувеличено. Скажу больше, в докладе упомянута шведская армия, хотя шведы явно заняты другим делом, а именно внутренним переустройством и им не до войны. Мало того, на англичан идёт расчёт в количестве тридцатитысячного прусского сабсидного корпуса, но это явный нонсенс.
— Ну почему же, Денис Дмитриевич, британцы просто продлили контракт с прусским королём и решили использовать те войска, которые они пользовали в Индии, — сразу подчеркнул князь Куракин.
— Александр Борисович, небоевые потери пруссаков ещё в Индии превысили сорок процентов от общего количества. Даже добравшись до Англии у них не хватает около пяти тысяч помершими. Добавьте сюда семь тысяч примерно, которые так и не оправились от болезней. Вот только я не пойму каким образом тени солдат включены в расчёт?
Такой разворот заинтриговал моих партнёров до которых кое-что наконец-то дошло. Продолжая тему я поделился данными полученными из Англии.
— Британцы готовы принять участие в войне, выставив тридцатипятитысячный экспедиционный корпус для высадки в Голландии. Однако согласно австрийскому отчёту будет ещё сорок тысяч для войны в Португалии и двадцать пять тысяч помощи в германских землях. Военные лидеры Австрии включили в подсчёт даже нашу стотысячную ганноверскую армию, мол, на этот раз русским выгодно принять участие в боевых действиях на стороне Великобритании.
— Денис Дмитриевич, а вы уверены что ваши люди прислали верные данные? — наконец-то отреагировал наш «сфинкс».
— Александр Павлович, я не могу дать гарантию, но сведения из этих источников всегда соответствовали истине. Кроме того, в самой Англии идут дебаты сколько своих солдат выделить на предстоящую войну. В принципе, если австрийцы и их союзники будут одерживать победы, то к концу боевых действий британцы пришлют ещё, чтобы разделить лавры. Но это будет лишь потом, а не в начале. В Португалию англичане вообще не собираются присылать сухопутные войска, задумав обойтись лишь флотом.
Удивление на лицах явно показало, что русская разведка пока несколько не дотягивает до моей частной. Что, кстати, для меня самого стало сюрпризом. Хорошо что возникшее лёгкое напряжение разрядил Ланской.
— Денис Дмитриевич, наверняка австрийские подсчёты пусть и без деталей дошли до англичан. Вот островитяне и планируют в соответствии с австрийской цифирью. Какое общее количество австрийских войск предполагают собрать?
— Цифра огромна, Степан Сергеевич, указано более шестисот тысяч пехотинцев, кавалеристов и артиллеристов общим числом.
— Тогда понятно. Британцам довели общее количество без детальных разъяснений, а те планируют, исходя из этих цифр. Да и насчёт наших ганноверцев наверняка сами англичане уверили австрийцев, что мы примем участие, чтобы Австрия посмелее начала войну.
Конспирология, итить-колотить, вперемешку с дебилизмом. Наобещать с три короба нетрудно, но где взять бойцов когда приспичит? Подключился и Александр, кое-что разъяснив.
— Денис Дмитриевич, это обычная практика в крупных державах. Подданные докладывают своим монархам завышенные цифры в надежде на награды, сами монархи вводят друг друга в некоторое заблуждение через министров иностранных дел и прочее в том же духе. Кстати, не могли бы вы пояснить как англичане собираются применять флот в Португалии? А то не хочется подставлять под удар эскадру Сенявина, честно говоря.
Ага-ага, Сенявина подставлять не хочется, а моих хочется? Ну-ну, видели мы эскапистов в трусиках.
— Честно говоря, это планируется в качестве демонстрации силы. Две, а то и три эскадры пройдут вдоль побережья с севера на юг. Сначала попытаются напугать маршала Сульта в Порту, а то и занять сей стратегический город-порт. В крайнем случае, подвергнуть его бомбардировке корабельными орудиями и ракетами Конгрива. По идее мы должны испугаться и оставить Лиссабон, а затем и королевство Алгарве.
— Но у вас же есть ракеты, причём лучше чем у Конгрива, — удивился государь.
— Да, Александр Павлович, но британцам сиё неведомо. Они искренне считают королевство Эсте игрушечным, а Ревельский орден жалкой копией Мальтийского. Да и меня рассматривают лишь, как набоба, далёкого от армии и её дел. И я вполне доволен такой оценкой, ибо это позволит оставить их без пары эскадр.
Дальнейшее обсуждение недолго продлилось, после чего все ушли, а со мной император поступил как какой-нибудь Мюллер, попросив остаться. И кое-что мне сообщил, не оставляя ни единого шанса отвертеться. Мало мне было давления со стороны Наполеона, так теперь и Александр Первый зажал меня в угол.
— Денис Дмитриевич, вы наверняка в курсе происходящих в Швеции событий и даже может быть поболе, чем я сам о них осведомлён. Скажу больше, что переворот устроен в ваших интересах, которые совпадают с интересами шведов.
Видимо я настолько оторопело взглянул на царя, что он решил разъяснить подробнее создающуюся ситуацию.
— Да-да, вы нужны лидерам парламента и военной верхушке не только, как инвестор их экономики, но и… как новый король, — опа, вот так приложили бедолагу-попаданца, — шведы пойдут на всё, даже на изменение некоторых законов, чтобы легализовать вас в качестве монарха. Может быть в обход всех традиций и правил европейского титулования.
Молчу, ибо шокирован, так как Ларс Ларссон на такой выкрутас даже не намекал. Может нашего государя ввели в заблуждение?
— России это настолько нужно, что я вас полностью поддержу, но и вы не смейте отказываться, если шведский престол будет вам предложен. Я же со своей стороны пойду на некоторые изменения в наших законах и выдам за вас свою младшую сестру великую княгиню Анну Павловну. Поймите, мне, как и России, нужен союзник на Балтике. А уж с нашей стороны будет оказываться любая помощь, как финансовая, так и промышленная и даже военная.
Дальнейшие разъяснения слились в панегирик по поводу моей стабильности, умения выходить из любых ситуаций, надёжности и тому подобное. Эдакое подхваливание мышки, находящейся возле сыра в мышеловке. Теперь, бляха-муха, уже не вывернуться ни в какую, а значит вляпаться в вечное рабство по недоразумению именуемое «братством». А как же иначе, коли все монархи братья друг другу, даже если они не родственники ни разу.
— Ваше величество, я безусловно благодарен за столь высокое доверие и перспективы, но нет ли другого выхода из этой ситуации?
— Поверьте, я конечно же был бы рад передать шведский престол Константину Павловичу, но есть два серьёзных резона против такого шага. Во-первых, сами шведы не захотят иметь королём моего брата. Во-вторых, вы для меня, как императора России, предпочтительней. Мне нужен не только политический партнёр, но и экономический. Тем более, что ваш подход прекрасно проявился ещё когда вы почти всех моих друзей перетащили к себе в герцогский совет Эсте. Многое остальное, полезное как вам так и России, также тому подтверждение.
Александр ещё чуток помолчал, а потом предупредил спокойным тоном.
— Прошу вас ни с кем не делиться тем о чём мы сегодня беседовали. Никогда и ни при каких условиях. Думаю, что вы прекрасно понимаете насколько важна секретность в столь щепетильных делах…

----------

Глава 3

Глава 3
Глава третья
Премьер-министр Великобритании Уильям Кавендиш-Бендинк проходил по классу «ни рыба, ни мясо», поэтому обо всём знал понемногу, ровно в меру необходимости. Когда король еле двигается, хотя и пытается рулить, то и семидесятилетний активист оппозиции прошлого выглядит вполне приемлемо. Доклад Первого Лорда Адмиралтейства, Генри Фиппса, ему вполне понравился своей расчётливостью.
— Наш флот, сэр Уильям, уже в мае будет готов к операциям на море в полном объёме. Десант в Голландии обеспечит флотилия адмирала Коллингвуда, а португальскую кампанию проведём силами трёх эскадр под командованием контр-адмирала Перкинса.
— Надеюсь ваши люди не заденут случайно русских, а то совсем не хотелось бы вступать с ними в войну.
— Никак нет, господин премьер-министр, — браво ответил молодой (всего лишь 56 лет) Первый Лорд, — у короля Эсте русские на сабсидном договоре, а значит временно не входят в состав Русской армии. Официально в тех морях находится эскадра адмирала Сенявина, но они имеют лишь наблюдательные функции. Наш посол предоставил полный расклад из Петербурга, так что накладок не будет. Лишь после официального объявления войны Франции наши корабли приступят к блокированию судов, сотрудничающих с французами.
Глава правительства мысленно потирал руки, радуясь тому что всё столь удачно складывается. Особенно ему нравились действия в Португалии, переходящие впоследствии в перехват контроля в Средиземном море.
— Сначала подвергнем бомбардировке Порту, чтобы заставить маршала Сульта убраться подальше от столь стратегического порта. Заодно проверим в боевых условиях ракеты Конгрива, хотя основной расчёт ведётся на корабельные орудия. После этого две эскадры из трёх отправятся на юг, а одна будет контролировать западное побережье Португалии.
— Какие планы вы предполагаете осуществить по захвату Лиссабона?
— Это очень просто, так как столица Португалии легко атакуется с моря. Естественно, как цивилизованные люди, мы предложим корпусу сдаться, но если они не согласятся, то будут обстреляны по всем правилам войны. Это всё-таки не игрища и король Эсте, как и его генералы, должны всё правильно понимать. Одно дело, когда его воинство защищено французами, как было в Италии, совсем другое, если приходится сражаться сам на сам с противником.
Кавендиш-Бендинк призадумался, пытаясь что-то вспомнить, и лишь затем поделился сомнением.
— Вроде бы их защищает какая-то Ревельская эскадра, не так ли?
— Это так, сэр, но она тоже сабсидная, причём не Русского флота, а Ревельского ордена протектором которого является король Эсте. У них есть даже линкоры, но старые и бывшие в ремонте, поэтому проблем не будет. Король ещё спасибо скажет за то, что мы его избавим от устаревшего хлама, — пошутил Фиппс.
— Дай бог, сэр Генри, а что последует потом?
— Завершающий удар нанесём по порту Фару, откуда генералу Ди-Толли придётся уводить остатки своих войск или сдаться. Ну, а затем испанцам передадим Порту, Лиссабон и Фару, а сами последуем в Средиземное море. Летом намечено вернуть под наш контроль Мальту и войти в Адриатическое море.
Премьер несколько удивился, так как не ожидал таких подробностей. Естественно, что затребовал уточнений.
— Войну непосредственно с королевством Эсте мы планируем закончить совместно с Австрией, которая займёт его сухопутными войсками, а мы поддержим их со стороны моря. В Тирренском море будет действовать другая наша эскадра для контроля на Неаполем и Римом, который ныне находится под французами.
Фактический правитель Великобритании в данный период удовлетворённо вздохнул, отпустил Первого Лорда и вызвал министра по военным делам. Излишне длительный мирный период печально сказался на правительстве, ибо к власти пришли большей частью кастрированные «голуби», а не агрессивные «ястребы». В таких условиях вступать в какую-либо войну нежелательно, но кто откажется поддержать Австрию неожиданно собравшую (почти) огромнейшую армию.
Поэтому уже в феврале Россия получила полную годовую оплату за свой контингент в Ганноверском курфюрстве и обещание оплатить столько же за «малюсенькую помощь» в грядущей войне.
— Ваша светлость, — обратился к князю Куракину напросившийся на встречу лорд Левесон-Гоуэр Гренвиль, по-прежнему являющийся послом Великобритании в России, — ваши войска могли бы немного помочь, взяв под свой контроль герцогства Ольденбург и Аренберг. Формально они независимы от Франции и вы нисколько не нарушите пакт о ненападении. Это лишь временная мера, не более.
— Господин посол, мы не собираемся расширять зону охраняемых территорий в Европе, поэтому сразу откажу в вашей просьбе. Пусть Австрия и Франция сами разрешат своё противостояние, а у нас имеются более важные приоритеты.
Ох уж эти русские, право слово. Иметь армию весом в 450 тысяч и не принимать участие в европейских войнах последнего периода — это, ясное дело, совсем не по-русски. Где же все предыдущие правители, мечтавшие о величии, почему на троне сидит трусливый царь, занимающийся, смешно сказать, «хозяйственной деятельностью»? Зачем, спрашивается, было убирать Павла, коли тот хотя бы жаждал славы полководца. Пора уже сменить правителя России, приведя на престол его брата, который достаточно воинственен и наверняка не захочет остаться в стороне от великолепных возможностей показать себя.
В первые дни марта из Ревеля вышли несколько кораблей, направившись в Карлскруну. Шведы передали нашим линкор и фрегат, которые прошли испытания после спуска на воду, полностью оснащены и даже имели полные экипажи из шведов-добровольцев, согласных на сабсидный контракт. Отличные новые суда пополнили эскадру, которая направилась в Голландию, где был спущен на воду и испытан новенький линейный корабль. Правда его экипаж составили прибывшие с эскадрой русские и мальтийские моряки. После чего вся флотилия взяла курс в Португалию, дабы усилить тамошнюю ревельскую.
Англичане не препятствовали нашим кораблям, не желая испортить отношения Британии с Россией, хотя два судна явно были паровыми. Слава богу, что плавание прошло без конфликтов и практически без природных выкрутасов типа штормов или излишне сильных ветров. В Бременхафене были высажены важные пассажиры, отправившиеся в Ганновер, один из них забрал свой личный штандарт. Великого князя Константина Павловича император командировал для политического усиления Ганноверской армии, так как подспудно ожидал давления со стороны британцев.
Хорошо, что старперы в аглицком правительстве до сих пор считали марионеточное королевство Эсте и шутовской Ревельский орден эдакими карманными монстриками, что по-английски звучит как «покетмонстер» (по-нашему «покемон»). Иначе они более серьёзно отнеслись к боевой операции на побережье Португалии. Премьер-министр самоуверено обдумывал как поступить с этой страной после её освобождения. То ли так и оставить за испанцами, переделав «временное управление» в «постоянное», то ли вернуть представителю семейства Браганса, чтобы сделать того послушным исполнителем английской воли. Его величество, король Георг Третий, кстати, стоял за второй вариант, мечтая восстановить статус-кво по всей Европе. Ну и заодно прирезать что-нибудь к родовым коронным ганноверским землям, например те же Ольденбург и Аренберг.
Ну и Франция с Австрией вовсю готовились к своему столкновению, но несколько по-разному. До нас доходили сообщения, которыми мы делились на наших посиделках друг с другом.
— Это невообразимо, — радовался Строганов, — французы заготавливают солдатские рационы миллионами.
Ещё бы не радоваться, когда он, я и государь спекулировали через ганноверские Торговые Дома нашими багетами, которые прямо в курфюршестве производили. Одно дело, когда зерно продаётся за рубеж или мука какая, совсем другие цены на готовые хлебобулочные изделия. Плюс, предвоенные надбавки, которые ничуть не смущали Наполеона. Вроде лягушатники и сами могли бы этим заниматься, но почему-то предпочитали всё готовенькое. Мясо, кстати, тоже преобразовывалось в колбасы и прочий товар, поэтому и экспорт приносил гораздо больший доход с того же количества сырья.
— Однако, господа, — вставил свои три копейки Кочубей, — французский солдат нагружен больше, чем австрийский.
И такое есть, ибо франкопузу положено восьмидневный оперативный запас жрачки иметь (четыре на себе и четыре в обозе), плюс в парках сотни тысяч пар обуви и по двести патронов на брата. Австрийцам было легче (лишь двухдневный запас на бойце), впрочем их командующие (которые в Вене) считали что вступят в богатые страны. Кроме того, австрияки больше рассчитывали на корпусные магазины, ну и знатно приворовывали у своих же солдат.
— Может быть они на реквизиции рассчитывают? — предполагал Ланской, — как-никак Бавария богатая страна.
— Степан Сергеевич, это было в прошлом, — поправил Куракин, — а сейчас вся Бавария нищая из-за предыдущих войн. Наш Денис Дмитриевич в одиночку превосходит ту же Баварию, да ещё вместе с Вюртембергом по запасам и по производству. Так что австрийцы вместе с реквизициями получат мощное сопротивление от баварцев, вот увидите.
Основным театром военных действий предполагались придунайские земли. И если Наполеон укреплял всё, что можно на подконтрольной территории, то армия Франца Второго инженерной подготовкой вообще не занималась. Или средства на это использовали для личных замков и особняков, как и материалы.
— Разный подход к одному и тому же наверняка скажется на боевых действиях сторон, — ничего умнее я высказать не смог, — хотя меня больше волнуют англичане. Если они будут реализовывать имеющийся план, то тогда проще будет. Но коли вдруг стихийно изменят, тогда моим туго придётся.
Дело в том что в трёх эскадрах врага столько пушек, что к ним в море не подберёшься. Мне необходимо, чтобы они сами подставились, да ещё и выстроившись в ряды (бортами к береговым установкам). Пока известно что более тридцати линкоров будет задействовано и не менее дюжины фрегатов. Жаль, что транспортники с экспедиционным корпусом не собираются присылать, а то и их бы сожгли и перетопили. Ладно, будет день — будет и пища.
В середине марта наконец-то свершилось! Короля Густава Четвёртого свергли, а потом ещё и из страны выгнали, дабы больше не появлялся на глаза. И семейство отправили куда подальше, лишив возможности надеть корону даже наследника.
— В Европе несколько недовольны таким подходом, — поделился инфой Ланской, — как-то не по-людски получилось. Могли бы передать трон сыну короля, учредив регентский совет.
— Полагаю, Степан Сергеевич, что у парламента иные планы на престол. Впрочем лишь время покажет чем всё закончится.
Пока суть да дело страной управляет парламент, а меня потряхивает, так как не дай бог действительно корольковать пригласят. Любой другой попаданец наверняка рад был бы такой возможности, но я реально не хочу в рабство, когда истинные власть имущие мира сего будут мной управлять, дёргая за ниточки. От них не отвертишься и на хер не пошлёшь, а слугой я быть не хочу.
Впрочем пока никаких предложений не поступало, причём Александр Второй тоже меня не вызывает. Вот и появилась надежда, что всё в конце концов обойдётся и беда пройдёт стороной. Тем паче, что королевству Эсте грозит ещё и австрийская угроза. Итальянская кампания приближающейся войны уже спроектирована. Вице-король Итальянского королевства, Эжен де Богарне, имеет 60-тысячную армию, ему и флаг в руки. Его противником определён эрцгерцог Иоанн Баптист с 50-тысячной армией.
— Ваше величество, вам доверено лишь удерживать границы королевства Эсте, — раскладывал своеобразный «пасьянс» Коленкур, вводя меня в курс, — все основные боевые действия будут проходить севернее ломбардского-венецианского театра военных действий. А неаполитанский король Иоахим Мюрат станет лишь обеспечивать оборону южной Италии, коли в этом возникнет необходимость. Его главный соперник — сицилийцы.
— Надеюсь, мсье посол, что моим не доведётся переходить в наступление? А то сложно воевать в столь отдалённых друг от друга частях Европы. Всё-таки обороняться проще и дешевле.
— Это и не понадобится, у вице-короля достаточно сильная армия, так что не беспокойтесь, ваше величество. Тем более, что вы имеете тридцать семь тысяч солдат согласно нашим данным.
Вообще-то в наличие лишь 25-тысячный корпус, готовый к реальным боям. Десятитысячная дивизия из итальянцев пока не закончила полный двухгодичный курс обучения и надлежащей подготовки. А две тысячи эстонских горячих парней-добровольцев всего несколько месяцев назад начали «курс молодого бойца». Пока больше атлетикой занимаются и изучают итальянский язык и если итальяшек я использую в качестве полицейских сил и пограничной стражи, то эстонцы всего лишь начинашки.
— Благодарю за разьяснения, мсье Коленкур.
Уже легче, если Наполеон устоит, а то и начнёт побеждать по ходу кампании. Хуже, коли австрийцы поимеют перевес, тогда шапками закидают моё воинство, находящееся в королевстве Эсте. Ладно, война план покажет, нечего гадать.

----------

Глава 4

Глава 4
Глава четвёртая
Обычно апрель во всех странах связан с посевной, спуском на воду новых кораблей и прочей полезной хозяйственной всячиной. Увы, Австрия объявила 9 апреля войну Франции, то есть, в этом году мало кто сможет толком заниматься злаковыми, а скотоводство будет подвержено поеданию в связи с реквизициями. Они сконцентрировали в Богемии сразу шесть корпусов, чтобы сделать ход конём. Жахнуть по разбросанным там-сям подразделениям Даву, контролирующих Рейнский союз, дабы вывести союзников Франции из войны. Заодно захватить Герцогство Варшавское и принудить Пруссию вступить в военные действия на их стороне. Король Пруссии был не против, но хотел ограничиться малым, а именно пополнить сабсидный корпус до полных тридцати тысяч и пусть Англия воюет его солдатами.
Два австрийских корпуса собирались покорить Баварию, а героическому эрцгерцогу Иоганну Баптисту поручили «наказать мальчишку Богарне», взять под контроль Итальянское королевство (мол, пришлём подкрепления) ну и покарать королевство Эсте. После чего 50-тысячное воинство разделается с неаполитанским мини-войском при поддержке сицилийцев и свергнет короля Мюрата с трона. Британцы же разберутся с Португалией, установят полный морской контроль в Средиземном море, заодно захватят Голландию и всё будет шикардос. Финальное завоевание Франции, к которому подключатся ганноверские русские, закончится свержением корсиканца. Чего тут думать, когда всё понятно — пора приступать к выполнению собственных планов.
Первой битвой, как ни странно, отметились «мальчишка» и эрцгерцог под деревушкой Сачиле. Вице-король Эжен де Богарне вынужден был отступить, чем порадовал всю Австрию и их союзников. Однако затем последовало пятидневное сражение (с 19 апреля по 23 апреля) между армией, которую возглавил сам Наполеон, и войсками эрцгерцога Карла. Австрийцы проиграли столь грандиозную длительную битву, причём настолько, что сами ужаснулись. Результатами явилось ослабление австрийской армии: 60 тысяч убитых, раненых и пленных, а также потеря 100 орудий. Обеспечение надолго тыла армии Наполеона. Самое важное — открытие прямых путей к Вене. Вот так повоевали, бляха-муха, на старте.
Англичане, ясен пень, встревожились и несколько изменили свои планы. 25 апреля они объявили войну Франции, а заодно и королевству Эсте, заразы. Это не проявление уважения к крохотной стране, это, как раз-таки, показательное избиение предстоит. Мол, пример другим мелкопузикам, чтобы не лезли в союзники французам, а сидели тихохонько в своих щелях. Две из трёх подготовленных эскадр уже находились неподалёку от Порту, так что их адмиралтейство посчитало что этого будет достаточно для португальских разборок. А третья эскадра может подключиться и несколько позже, через пару недель.
Эскадра Сенявина находилась поблизости от Порту, когда туда прибыла одна из английских. По плану, заблаговременно согласованному с испанцами, в сторону города двигались сразу два испанских отряда. Один, численностью в 12 тысяч солдат, приближался с севера, а другой, насчитывающий 23 тысячи, с востока вдоль реки Дору. Сама река достаточно широка в низовье, поэтому британцы без проблем маневрировали, располагаясь поудобнее. Следовало подвергнуть бомбардировкам город, чтобы ослабить корпус Сульта, а то и изгнать французов из столь важного стратегического пункта. После чего передать Порту испанцам на ответхранение и вернуться к делам общепортугальским. Другая эскадра, более солидная, да ещё и возглавляемая контр-адмиралом Перкинсом (командующим всей флотилией) двинулась на юг, чтобы не терять время.
Оставшийся за старшего капитан МакАлистер отправил посыльного с предложением тройного характера. В одном случае, маршал Сульт со своими солдатами может сдаться в плен. В другом случае, его корпус может уйти из города и где-нибудь вдали разбираться с испанцами. В третьем варианте, коли будет проявлено упрямство, Порту и французский корпус будут подвергнуты многодневным бомбардировкам. Ясно, что Сульт остался, хотя наверняка понимал, что в ближайшие дни подойдут испанцы. Так что англичане начали спокойный и планомерный обстрел, как из орудий, так и ракетами Конгрива. Оба форта были разбомблены в первые часы, а полевые пушки французов ничего особого сделать не смогли. Разве что повредили слегка один из линкоров и поломали один фрегат так, что он вышел из боя. С другой стороны, британцы не имели десантников, а отправлять моряков на шлюпках не рискнули. Всё-таки у маршала более сорока тысяч, а это серьёзная сила.
На третий день эскадра Перкинса достигла эстуария реки Тежу, достаточно широком и глубоком, чтобы даже линкорам было просторно. Странно, но контр-адмирал никакой Ревельской флотилии не обнаружил и сделал верный вывод. Всем же понятно, что великие британцы с лёгкостью разгромят ревельцев, так что проще увести корабли в Фару, авось обойдётся. Рано утром он позавтракал и когда подали кофе отдал распоряжение отправить шлюпку с парламентёром. По-любому переговоры займут время, а значит можно и кофе попить, и других указаний понараздавать.
Увы, вежловость и благородство не удалось проявить. Шлюпку ещё только стали спускать на воду, как с берега начали обстрел всей его аккуратно расставленной эскадры.
— What the hell?
И если отдельные ядра чего-то там отщипывали от кораблей, то прилетающие ракеты поджигали всё куда попадали. Конечно, многие пролетали мимо, но от этого легче не становилось. Поразительно, но на одном из линкоров находился полковник Конгрив, специально увязавшийся, чтобы лично наблюдать за реальными испытаниями и применением своего детища. По иронии судьбы именно то судно, на котором он находился, загорелось одним из первых, а затем огонь добрался до крюйткамеры…
Через час ошалевший контр-адмирал приказал поднять белые флаги на всех более-менее уцелевших судах. Лучше уж достойный плен, чем жалкая смерть от огня. Чисто джентльменский расчёт. Из пятнадцати линкоров на плаву остались лишь восемь, а из семи фрегатов вообще лишь один не погиб, сгоревши или взорвавшись. Конечно, ответные залпы тоже нанесли ущерб, но не очень существенный.
Передовые корабли Ревельской флотилии подоспели лишь к шапочному разбору, ибо их припрятали возле Сетубала, дабы не подставлять в морском сражении. Понятно же, что если бы лимонники их увидели заранее, то сначала вступили в бой с ними, а значит успели бы потопить или повредить часть из них. Впрочем наша эскадра не раздумывая отправилась к Порту, где отчаянно отбивался всеми правдами и неправдами французский корпус.
В море свой темп движения, так что ревельцы прибыли лишь на восьмой день героической обороны второго по величине португальского города. К этому моменту от него мало что осталось целым, да ещё и пожары кое-где. Одна дивизия вела бой с наконец-то подоспевшими испанцами, поэтому именно туда перевели уцелевшие полевые пушки. Конечно, после трёх дней мощных бомбардировок британцы изрядно потрепали французов, но те пока держались. Поэтому было принято решение снизить интенсивность, дожидаясь когда подойдут испанцы генерала Ларедо (более двадцати тысяч) с востока и позволят англичанам сохранить часть боеприпасов и пороха.
Река Дору достаточно широка, так что ревельские корабли имели место для манёвра. На острие атаки шли два парохода: один флагманский (мой личный «Спешный»), паруса свёрнуты, манёвры лишь с помощью паровой машины, а другой вообще без парусов, зато с широкой палубой, заставленной ракетными установками. Английская эскадра выстроена в линию, задом к лесу, то бишь, к нашим. Пока арьергардные корабли пытались развернуться, их уже подожгли ракетами, тем более, что в корабль стоящий поперёк, легче попасть.
В общем, всё кончилось также, как и под Лиссабоном. Костры на реке, взрывы крюйткамер, а передней части английской эскадры просто некуда убегать или прятаться. Всё-таки они в реке, а не на море. Другое дело, что англикосы, подняв белые флаги дабы избежать аутодафе, предпочитали сдаваться французам, а не дикарям-пироманам. Героических идиотов среди бриташек не нашлось, все они думали лишь о «save our souls».
В результате и трофеи были поделены своеобразным способом. Нашим достались два из семи уцелевших линкоров и один фрегат. Зато трофейные деньги, ценности и порох разделили поровну. Пленных, но не раненых, забрали ревельцы, включая офицеров подпадавших под такую градацию. А всякораненых оставили французам, которые всё равно о них заботиться не будут, обеспечив право умирать от ран и ожогов. Найденное на английских кораблях провольствие оставили маршалу и его бойцам, у нас своих запасов полно, а они зависят от поставок. Даже своими запасами едьбы поделились, ибо «мир-дружба-жрачка» превалируют в наших отношениях.
Таковы странности судьбы, что маршал Сульт не только удержал останки Порту, но ещё и своим флотом разжился. Ну, а через несколько дней разбил наголову и отряд генерала Ларедо, как до этого расправился с испанской дивизией пришедшей с севера.
Ревельская флотилия вернулась в Лиссабон с трофеями и пленными, которых отправили в Фару. Пленных, захваченных в лиссабонском сражении тоже туда отправили, чтобы под ногами не мешались. Больше всех был доволен тридцативосьмилетний Иван Фёдорович Крузенштерн, пребывающий ныне в чине капитана второго ранга (за столь необходимые плавания в деле освоения Австралии). Всё-таки под его командованием самый крутой «Спешный» с новейшими дальнобойными пушками, ракетными установками и реально мощной паросиловой установкой на два винта (изготовлен и спущен на воду весной прошлого года). Первый личный «Спешный» (почти такой же) был спущен на воду и испытан в позапрошлом году, но остался в Ревеле под командованием капитана второго ранга Макара Ивановича Ратманова открывшего, исследовавшего и описавшего столь важное для нас устье реки Юкон. Более совершенный вариант будет спущен на воду этим летом и передан капитан-лейтенанту Фаддею Фаддеевичу Беллинсгаузену.
— И что теперь, Денис Дмитриевич? — прозвучал первый же вопрос на встрече «пикейных жилетов», когда до нас дошли новости о боевых действия в Португалии.
— Не знаю, господа, надо бы отправить ревельцев в Адриатику, но вдруг англичане ещё кого-нибудь пришлют по нашу душу в Лузитании?
— А может всей Ревельской эскадрой обстрелять какой-нибудь английский порт? — проявил кровожадность за чужой счёт Строганов.
— Пролив Ла-Манш полон британских военных кораблей и я просто останусь без эскадры. Не буду рисковать, пытаясь воевать в открытом море.
Действительно, чего переть на рожон против сильнейшего флота планеты? Мне бы отсидеться до конца войны в укромном месте, да ещё и под защитой береговой артиллерии и ракет. Вот только французы чего-то темнят и хотят встретиться. Чего ещё им нужно, спрашивается?
Всё оказалось просто. Талейран по поручению Наполеона провёл в мае великолепную политическую махинацию, воспользовавшись сложившейся ситуацией на Пиринеях. Земли бывшей Португалии расписали, как в преферансе, разделив на три независимые друг от друга части, причём в спешном порядке. Мало того, пользуясь сиюминутным моментом того, что Папская область вместе с Римом ныне в составе Франции, святых отцов принудили поддержать раздел. В принципе нечто подобное предполагалось ещё согласно договорённостям в Фонтенбло 1807 года, но из кандидатов на совладение португальскими землями выбыл и бывший король Испании, и ловкач Годой.
Зато теперь бывшее королевство разделено на герцогство Северная Лузитания с опорным городом Порто и видимо им будет вознаграждён маршал Сульт. Эстрамадура и Бейра пока предполагаются для короля Испании Жозефа Бонапарта, а Алгарве и Алентежу предлагаются мне.
— Ваше величество, императору очень важно, чтобы вы побыстрее взяли королевство под свою власть.
— Я понимаю, мсье посол, но это слишком большая территория. Я готов принять само Алгарве, но лишь включая горы Серра-ду-Калдейран и Серра-ди-Моншики. Всё, что севернее расположено слишком велико, чтобы я о нём мог позаботиться.
— Но как же так, ваше величество, — растерянно заговорил обычно очень уверенный в себе Коленкур, — все люди хотят иметь владения побольше, а вы почему-то отказываетесь.
Всю спесь с французского посла сбили мои откровения.
— Мсье Коленкур, просто свяжитесь с мсье Талейраном и согласуйте этот момент, а герцогство Алентежу лучше ввести в состав королевства Лесбоа. Кроме того, поймите что у меня нет времени на церемонии и я не собираюсь посещать Фару для коронования. Попробуйте что-нибудь попроще, чем стандартное коронование.
Посол ничего не ответил и на этом мы расстались. Конечно, рискованный ход и мой тон, но сейчас французам лучше оставаться благодарными. Всё-таки именно мои ревельцы сократили английский флот на двадцать восемь линкоров (потопленных и захваченных в плен) и полтора десятка фрегатов. Кроме того, в руках генерала Барклая-ди-Толли находится множество моряков и офицеров, которые ох как нужны британскому флоту. Небось Первый лорд Адмиралтейства спит и видит, как они возвращаются, чтобы быть использованными. И хотя Перкинса считают за глаза трусливым бараном уже не первый год, но он всё-таки контр-адмирал. Да и грубый, хоть и трусливый шотландец МакАлистер тоже нужен в сиё сложное время.
Чую, что англикосы пришлют в Фару такое обилие своих кораблей, что их будет больше чем ракет у защитников города…

----------

Nota bene

Nota bene
Книга предоставленаЦокольным этажом , где можно скачать и другие книги.
Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту, например, черезAmnezia VPN : -15% на Premium, но также есть Free.
Еще у нас есть: 1. Почта b@searchfloor.org — получите зеркало или отправьте в теме письма название книги, автора, серию или ссылку, чтобы найти ее. 2. Telegram-бот, для которого нужно: 1) создать группу, 2) добавить в нее бота по ссылке и 3) сделать его админом с правом на «Анонимность» . * * * Если вам понравилась книга, наградите автора лайком и донатом: Торговец будущим – 5

----------