Хочу тебя любить Дана Алексеева Артём просыпается в ванне среди окурков и бутылок — два дня вычеркнуты из жизни. Его девушка Лиза ушла к Заславскому, обвинив в измене, а лучший друг Егор лежит в реанимации после аварии. Он не помнит той ночи, не может доказать свою невиновность и не знает, как удержать любимую, которая готовится уехать в Москву. Лиза любит, но не верит — между ними обида, ревность и чужие руки, протянутые вовремя. Пока Артём ломается к ней через окно под дождём, она решает: довериться сердцу или окончательно закрыть дверь. Расстояние уже дышит в затылок, а время на исходе. ==================== Глава 1 Глава 1 Хантер - Эй, Хан, - кто-то тормошит меня. - Ты живой, дружище? Поморщившись, разлепляю веки и вижу очень знакомую морду. - Бля, - тяжко хриплю вместо приветствия. Ебическая головная боль ударяет в мозг, и я, скривив лицо, закрываю обратно глаза. Давлю пальцами на пульсирующие виски, чтобы остановить бьющие по ним молоточки. Тело ломит, во рту блядски пересохло и к горлу подступает тошнота. Паршивое физическое состояние подкрепляется давящим дерьмом, которое осело в груди. Живой ли я? Да лучше б сдох. Не одна пара секунд требуется, чтобы предпринять новую попытку открыть глаза. Прищурившись, только замечаю, что я валяюсь ванне. В ванне, блядь, без воды в компании окурков, бутылок и прочей хрени. Дожили. Квартира то хоть моя? Огибаю мучительным взглядом пространство, узнаю рисунок на керамической плитке и облегченно выдыхаю. Моя. Радость в моменте от пребывания на собственных квадратных метров тухнет также быстро, как и возникает. - Давай помогу, - протягивает руку Жека, брат Егора, когда кряхтя, поднимаю свою тушу. Что он здесь делает? Хуй знает. Пока что ничего не понимаю и не помню. Кроме одного момента, который встал на повторе в памяти - мы с Лизой оремся, потом она уходит, хлопая дверью и на меня образно обрушивается крыша, придавливая в лепешку. Из под завалов на последнем издыхании вижу, как она обнимается с ублюдком Заславским, и уезжает с ним, оставляя меня подыхать. Дальше по событиям темнота. Отказавшись от помощи, коряво вылезаю из ванны и чуть не падаю, но Жека страхует. - Нормально-нормально, - хлопает приободряюще по плечу он. А я ловлю конкретные вертолеты, вставая на ноги. Голову кружит. Опираюсь на раковину, отхожу чуток и включаю воду. Жадно глотаю её из под крана, она кайфово освежает рот и стекает в сдавленные внутренности. -Бр-р, - рычу, умывая лицо ледяной водой. Поднимаю голову и вижу собственное отражение в зеркало. Еба-ать, красавчик. Морда конкретно помятая, опухшая, красные воспаленные глаза, ссадины на скулах и подбородке, я чё еще и подраться с кем то успел? Провожу влажными волосами по взъерошенным волосам, критически осматривая себя – жалкое зрелище. Пока я охреневаю над тем, как опустился на самое дно существования, Жека копается в лекарствах. - На, проглоти. С отвращением кошусь на протянутую ладонь с таблетками. От вида белых колесиков жестко триггерит. - Что за хуйня? – хрипло уточняю я. Горло дерет так, как будто за раз выкурил сигаретный завод. - Хуйню ты вчера употреблял, а это то, что поможет отойти. Если бы Жека не учился в меде, и я бы не знал его в самого детства, то хрен бы я согласился. Итак, рвотные позывы колошматят. Бросаю таблетки в рот и запиваю водой. С истошным рыком разгибаюсь и ковыляю раненой походкой к двери. -Тебе прокапаться бы не помешало, - серьезно говорит Жека. - Ты че приехал, меня спасать? – ухмыляюсь я. - Ну типа того. Я тебе звонил еще вчера. - В душе не ебу, где труба, - шлепаю по карманам. – Брякнешь? Ёёёё… - В ахере застываю на месте, когда выходим из ванной комнаты в гостиную. То, что я вижу перед собой – полный треш. Цивильная студия превратилась в гадюшник, он же притон. Мало того, что срач вокруг, так еще и непонятные обдолбанные тела валяются на диване и полу. - Жестко отрываетесь, ребята, - комментирует Жека. Походу вчера здесь было очень весело, но я ни черта не помню. Куча бутылок, сигаретных пачек, гандонов и прочего мусора разбросаны по хате. - Звоню, - говорит Жека. Вслед за гудками следует мелодия вызова. Слышно очень слабо, как будто телефон лежит под чем-то или под кем-то. Переступая через хлам и разбросанную одежу, иду на звук и осматриваюсь. Походу, нашел. На диване валяется какая-то голая телка, а под её сиськой вибрирует мой телефон. И я даже предполагать не хочу, почему он валяется именно там. Скривив лицо, достаю гаджет и протираю экран о шорты. - Уже пятница? – в удивлении расширяется зрачки, когда вижу число на календаре. – Угу, брат. - Два дня в пизду… - осознаю. Давно я так не самоуничтожался. Куча пропущенных. Пробегаюсь глазами по именам и номерам и зависаю на контакте «Мой таслиман». - Лиза звонила вчера… - произношу вслух и сверяюсь с датой и временем. Вообще не помню, чтоб мы созванивались. О чем разговаривали целых двадцать секунд? Надеюсь, я не наговорил лишнего. - Наверно она хотела сообщить тоже, что и я, - подсказывает Жека. Поднимаю на него вопросительный взгляд. - Егор в аварию попал, - ошарашивает новостью он. - Чего… - хмуро свожу брови. – Да ну на хрен. Только этого не хватало. В жизни и так полный пиздец, так еще и с другом беда. - Сильно? Рассказывай, че знаешь – выпытываю я из Жеки. - Прилично. Вчера прооперировали, сегодня надо съездить узнать, как обстоят дела. Он кстати с девушкой был, ей сильнее досталось. Алка… Сразу возникает в голове имя Лизиной подруги. - Живая? - Живая, - успокаивает Жека. - Да как так-то, бляха…- испускаю воздух из легких, отказываясь верить во всё. Растираю затылок. – Ладно, дай мне десять минут. И поедем в больницу. ---------- Глава 2 Глава 2 Хантер Встряхнув себя контрастным душем, чищу зубы и переодеваюсь в чистые шмотки - если внешнюю оболочку еще как-то можно привести в порядок, то что делать с внутренним раздраем я не знаю. Состояние полуживое, нутро разодрано вклочья и в сердце, благодаря любимой, кровоточит рванная рана - таким вот ходячим мертвецом еду в больницу с Жекой. Накинув белые халаты на плечи, поднимаемся на этаж реанимации и встречаемся с врачом, который наблюдает Егора. - Операция прошла успешно, состояние пока стабильно тяжелое, но прогнозы обнадеживающее, - объясняет доктор Назаров. - Можно к нему? – хриплю я и кашляю в кулак. Блядь, голос как у больного ангиной волчары. Врач смотрит на меня таким взглядом, как будто мне самому нужна экстренная помощь. Как же он прав. Удалите мне сердце к херам, чтоб не болело. - Пока нет. Когда это станет возможным, я сообщу. Егор пока без сознания и очень слаб. - А девушка, которая с ним разбилась? Что с ней? Как состояние? – интересуюсь я. - В коме. - Блядь, - вырывается из меня. Стискиваю зубы. - А вы кем ей приходитесь? – сводит брови врач. - Знакомые. - Ясно, - вздыхает он и отвлекается на медсестру, которая обращается к нему с вопросом. Мы с Жекой отходим в сторону к окну и задумчивыми мрачными взглядами смотрим на улицу, где херачит дождь. - Вчера здесь были родители девушки, - говорит Жека. – Такими грязными словами поливали Егора, как будто он в этом виноват. Я усмехаюсь. Кто бы сомневался? И плевать, что это водитель легковушки не справился с управлением и сбил мотоцикл. - Говорят, они запрещали ей с ним общаться. Она сбежала с Егором ночью кататься… Вот и докатались. Оба вздыхаем в унисон. Какая-то несправедливая жесть. Почему те, кто любит друг друга должны вот страдать, на грани со смертью? Живот резко скручивает, и я наклоняюсь, скривив лицо. - Тошнит, пиздец, - ладонью успокаиваю спазмирующие волны. – Где здесь туалет? - В конце коридора видел. - Угу. Ковыляю потихонечку вдоль стены, сдерживая желание блевануть прямо здесь. Поднимаю поникшую голову и торможу на месте. Сердце начинает неистово колошматить. Навстречу мне идет Лиза бок о бок с Заславским. Узнав меня, она замедляет ход, растеряно моргает и опускает взгляд. А вот Гера поднимает подбородок выше и собственнически приобнимает девушку. Так и хочется ему руки пообломать. Шумно выдохнув, собираю слабость в мышцах и шагаю вперед. Поравнявшись с Лизой, сдавленно говорю: - Привет, - голос мягко хрипит. На полутонах слышны отголоски вины. Мне и правда жаль, что мы так громко поссорились. Она сама дала повод, но я в любом случае люблю её и не хочу терять. - Отойдем, поговорим наедине? - Мне не о чем с тобой разговаривать, Хантер, - холодно сверкают её глаза. Черт! Сжимаю челюсть на прозвище, которым называет. Лиза обижена на меня сильно. Но я тоже, блядь, не железный. Всему есть границы! Как можно было рассчитывать на то, что я без претензий соглашусь отпускать её жить с другим парнем? - Лиза, прошу тебя… - сглатываю я. Итак хреново, а она еще своим упрямством и гордостью добивает. - Отвали, Хантер. Тебе ясно сказали, не о чем с тобой разговаривать, - вмешивается Гера. Перевожу взгляд на бессмертного и убиваю его демоническим взглядом. - Рот завали, - шикаю и хищно сужаю глаза. – Надо было тебя еще тогда в туалете обезвредить. - Вредитель здесь только один. И это ты, - хмыкает с видом победителя. Думает, добился своего, тварина. - Сука… - толкаюсь грудью вперед, напирая на Заславского. Тот отшатывается. - Артём, прекрати, - оживает Лиза, схватив меня за руку. Её зрачки опасливо мигают. Не понимаю, что сидит в ней, что направляет её против меня, главное, чтобы это чувство не перебило её любовь. А она есть, я чувствую и цепляюсь за её концы, как тонущий безбожник. Только она сможет меня спасти. - Пошли поговорим, - с мольбой выдыхаю я, потому что если запустить критическую для нас ситуацию, то всё завернется в такой большой ком, что потом никакими стараниями не вывезти. Она сглатывает и коротко кивает: - Хорошо, - поджимает губы. - Лиза, нас доктор ждёт, - отговаривает Гера. Господи, убейте кто-нибудь его, не хочу грех на душу брать. - Я недолго, - отвечает она и смотрит на меня с вызовом. Как будто ей есть, что предъявить. - Ладно, - скрипя зубами, говорит Гера и пускает в меня недовольный взгляд. Выкуси, сука. – Подожду тебя возле кабинета. Он уходит, и мы остаемся наедине. Лиза зажата, обнимает себя руками, как будто ей холодно. Хотел бы согреть её, обнять, но её невидимые шипы остро заточены против меня. - Лиз, всё что я тебе наговорил неприятного при ссоре… Извини. Мне правда жаль, не надо было так резко, - мучительно морщусь. Поднимаю на неё больной взгляд. - Я люблю тебя, Лиза, и не хочу тебя терять. Дотрагиваюсь до её плеча, но она резко отстраняется, глядя на меня с презрением: - Скажи это той, которую трахал вчера. - Чего… - опешиваю с её обвинений. – Никого я не трахал. - Ну да, - кривит губы. – Я звонила тебе вчера. Ответила девушка… - Какая девушка, - хмурюсь я, ни черта не понимая. А звонок от Лизы действительно был во входящих. - Она не представилась. Просто передала мне, задыхаясь от страсти, что ты очень занят сейчас. Тут она закатывает глаза и начинает томно дышать, изображая ту самую девушку: - Ах… Что? … Ах… Артем?... Ха-ха-ха…. Он занят, перезвоните позже… Ах… Ах… - Лиза обрывает показательное выступление и ревностным злым взглядом сверлит меня. – Извини, что помешала. Больше мне нечего тебе сказать, Артем. Сжав губы в тонкую нитку, она подавляет разбушевавшиеся эмоции и глаза снова становятся непроницаемыми и холодными. А мне просто нечего ответить. А ахере от её предъявы. И самый кошмар в том, что я ничего не помню. Мог ли я трахнуть другую? Да никогда бы – кричит трезвый ум и сердце, которое принадлежит только одной. Но доказательств, что я не изменял, у меня нет. ---------- Глава 3 Глава 3 Лиза - Моя бедная девочка, - всхлипывает тетя Лариса, мать Аллы, стоя у больничной кровати, на которой без сознания лежит, подцепленная к различным аппаратам, её единственная дочь. Убитая горем женщина дотрагивается до девичьей бледной ладони и мягко сжимает её пальчики. - Возвращайся к нам скорее, милая, - дрожащим голосом умоляет она и прикрывает нос и рот платком, сдерживая израненные материнские чувства. Смотреть на это невыносимо больно. Сердце разрывается. Со стороны кажется, что лучшая подруга просто крепко спит – безмятежное красивое лицо и никаких внешних увечий. Но на самом деле, Алла впала в кому. Физически она здесь, но сознание где-то далеко. И теперь от нее одной зависит захочет она «просыпаться» или нет. Знаю, она сильная девочка, которая любит жизнь, она будет бороться и обязательно вернется к нам. Ни во что другое я верить не желаю. Однажды мы с ней снова будем весело проводить время, смеяться, прикалываться, гулять, секретничать, делать всё что угодно… Главное, очнись поскорее, Ляля. С необъятной тоской и тяжестью в груди выхожу из палаты. С опустошенным видом опускаюсь на скамью рядом с Заславским. Голова завалится на бок и приземляется на мужское плечо. Закрываю глаза и тихонько вздыхаю. - Все будет хорошо, Лиз, - успокаивает Гера и, обняв меня, ответно прижимается небритой щекой к макушке. – Она обязательно выкарабкается. Наши пальцы сплетаются. Заславский не только морально, но и физически согревает меня. Усмиряет дрожь в холодных подушечках, загребая их в широкую горячую ладонь. Мне, как и любому человеку, нужна поддержка. Я бы очень хотела получить её от Артема, но его как всегда нет рядом. Он уехал после нашего короткого разговора, в котором не смог внятно объясниться, да и я не была настроена внимать его оправданиям. Выглядел он паршиво, явно отрывался и бухал беспросветно все эти дни, и как оказалось еще и трахался с какой-то шлюхой. Артем, утверждает, что ничего не было, но я и не рассчитывала на чистосердечное признание. Обидно, что принимает меня за дуру. Я ведь своими ушами слышала ахи и вздохи девки, которую в моменте трахали. Интересно, кто же это мог быть, если она ответила с телефона Артема? Мне истерически смешно и противно выслушивать нелепые оправдания. Хочу ли я иметь парня, который после каждой ссоре пойдет трахать другую? Нет. Перестала ли я любить Артема после этого? Нет. Страдаю и люблю. Подпустить его к себе близко, как раньше, интуитивно не могу. Я окончательно запуталась. И не знаю, как выпутаться. Еще неделю назад я окрыленная витала в облаках дикой влюбленности, потом резко сорвалась и полетела вниз – бам! Вдребезги. И по сегодняшний день не могу собрать кусочки себя во что-то целостное и разумное. В голове полнейший бардак, а моральная подавленность отзывается слабостью в теле. После больницы мы с Герой заезжаем перекусить в ресторан неподалеку. Помимо утоления голода меня волнует еще и пара вопросов, которые решаю задать другу, пока ожидаем заказ: - Я тебя спрошу кое о чем, а ты ответь максимально честно, пожалуйста, - прочищаю горло и беру многозначительную паузу. - Слушаю, - Гера приосанивается. - Ты имеешь какое-нибудь отношение к нападению на Артема в день выпускного? - Нет, конечно, - сразу фыркает Заславский и складывает руки на груди. Я молча сканирую его. - То есть ты даже не спросишь про какое нападение идет речь? Тут парень приподнимает брови, берет несколько секунд на раздумье и отвечает: - Ну я в принципе не связан ни с какими нападениями, так к чему мне уточнять? Держится он ровно и невозмутимо. Даже начинает барабанит пальцами по столу и улыбается, правда как-то неестественно. - Еще какие-то вопросы, мисс следователь? Я усмехаюсь на его шуточку и расслабляю чересчур напряженные плечи. - Нет, - склоняю голову. – Разве что хочу сказать, что подала повторно заявление на проживание в общежитие. Вдруг место освободится. Заславский хмурится и с недовольным взглядом наклоняется ко мне: - Зачем, Лиза? Решили же уже с жильем, - кладет свою ладонь на мою. Я сразу убираю руки со стола на колени, заставляя Заславского дальше недоумевать. Шумно выдохнув на мою отстраненность, от откидывается на спинку стула и протирает лицо рукой. - Это Артём на тебя так действует, - делает неутешительный вывод и мотает головой. - Как «так»? – напрягаюсь я. - Сомневаешься в правильных разумных решениях, вот как. - Жить с другом мужского пола, имея при этом парня – не очень-то правильно, - поджав губы, соглашаюсь я с недавно высказанным мнением Артема. Я всю ночь после нашего скандала не спала, переосмысливая всё, что раньше казалось приемлемым. - Посылать любимую девушку на хер и изменять ей – вот что по-настоящему неправильно, Лиза. - Давай не будем об этом, - резко прерываю неприятные выражения Геры. Я имела неосторожность поделится с ним событиями, которые произошли между мной и Артемом. Теперь даже жалею. - Мы с семьей предложили тебе помощь, вот и всё, а ты переворачиваешь, - оскорбляется Заславский. - Я понимаю… Но если место появится, то я воспользуюсь им. - Ну если хочешь жить с тараканами, клопами и непонятно с кем – твое право, - неодобрительно хмыкает он. Я поджимаю губы и вздыхаю – какие же все сложные и характерные. Для себя я уже решила – если появится доступное жилье, то я заселюсь туда, и никакие клопы меня не испугают. ---------- Глава 4 Глава 4 Лиза Вечером решаю разгрести завалы по домашним делам, которые, к сожалению, никуда не исчезают за личными терзаниями. На кровати куча высохшей постиранной одежды, которую надо сложить, частично погладить и расфасовать по шкафам. Включаю музыку и принимаюсь за дело. Полностью отвлечься не выходит, пока руки работают на автомате, все равно в моменте думаю о своем. В том числе и о непрослушанных голосовых сообщениях и пропущенных звонках от Артёма, которые висят в телефоне. Пока сложно идти навстречу - обида и гордость душат. Кто-то стучит. Вопросительно смотрю на открытую дверь. Хмыкаю, послышалось. Только расслабляюсь - опять стук. Озираюсь на окно, закрытое плотной шторой, и мое сердце подпрыгивает от догадок. Только один человек может нагрянуть в гости подобным образом, игнорируя дверь. Хотя может птичка? Подхожу к окну и приоткрываю штору. Черт! Реально Артем. Рука дергается в обратном движении, закрывая шторой обзор на улицу. Быстро поправляю лохматый пучок на голове и критично оцениваю внешний вид – на мне затасканная домашняя футболка, еще и заляпанная чем-то. Хватаю из шкафа вариант поприличнее и переодеваюсь. Вечно он так, без предупреждения появляется – ворчу на ходу. Закрываю двери на защелку, на первом этаже мама вообще-то ни сном, ни духом, что у нас гости. Отодвигаю шторы и вопросительно уставляюсь на парня, который прилип виском к стеклу. Его губы шевелятся, но я ни черта не разберу. Приоткрываю окно сверху и слышу: - Откроешь? – поджимает губы Артем. - Не-а, - встаю в позу. - Так говори. Он нерадостно усмехается, опускает голову и мотает ей. Глаза потухшие, без привычного блеска, одна сплошная ноющая тоска. «Бессердечная эгоистка», – безмолвно стонут они мне, когда не проявляю жалости. Артем понимает руку и я вижу, как он в пальцах перекатывает стебель крупной ромашки. - Это тебе. - Не люблю ромашки, - отвечаю я безразлично. - Они не постоянные. То любят, то не любят, то к черту пошлют. Один щелчок пальцами и ни в чем неповинный милый цветок летит вниз. Непроизвольно ахаю и перевожу хмурый взгляд на Артема. - Ну Ли-из, - лбом прилипает к стеклу он и смотрит исподлобья. За моей внешней непробиваемостью скрывается внутренняя истерика. Сердце не выдерживает нагрузки, умоляю его потерпеть. Он изменил тебе, Лиза. Был очень груб с тобой, ранил некрасивыми словами - приятно тебе было? Вот пусть теперь пострадает. Артем выдыхает на стекло, и то сразу запотевает. Пальцем вырисовывает знак бесконечности, который когда-то рисовал на песке. На долю секунды на моих губах возникает еле заметная улыбка от воспоминаний, но я практически сразу усмиряю её. Складываю руки на груди и упрямо мотаю головой из стороны в сторону. - Дождь начинается, Лиз, - задирает голову Артём. Я смотрю на затянутое небо, с него и правда начинает капать. Блин, даже природа на стороне Артёма.. - Так иди домой, - дергаю бровью. - Пока не поговорим, не пойду. Открой окно. - Нет, - упираюсь я. - Боюсь тебя впускать, в ход пойдут твои запрещенные приемчики…. Знаем, проходили. Чувства к Артему и сам парень - моё слабое место, и когда между нами есть преграда в виде закрытого она – сопротивляться куда легче. - Я весь промокну, Лиза, - давит на человеческое Артем. Дождь и вправду усиливается, светлая мужская футболка покрывается крапинками. - Пусть, - не поддаюсь я. - Жестокая… - обиженно округляет глаза Артём. – А если заболею и умру? С такой же вредной моськой будешь стоять и смотреть? Я прицокиваю и закатываю глаза. Давить на жалость такими неуместными примерами – перебор. - Ладно, буду стоять здесь, пока не сдохну, - с вызовом отвечает Артем и упирается плечом в стекло. Насупившись, отворачивается, не глядя в мою сторону. Мужские плечи перетряхивает от сильного порыва ветра. Дождь нещадно мочит его волосы и лицо, футболка уже прилипает к телу – и нет же не уходит, сидит, как на клей приклеенный. Совесть стучится изнутри, и я даю слабину. Чертыхнувшись, открываю окно. - Заходи. Артем неуклюже разворачивается и стремянка, на которой стоит теряет устойчивость. Пошатнувшись, он чуть не падает, как и моё сердце – в пятки от переживаний. - Держись, - хватаю его за руку и помогаю забраться на подоконник. – Блин, ты весь мокрый. - Ага, - довольно лыбится Артем, оказавшись в моей комнате. Добился таки своего. Встряхивает влажными волосами и задирает футболку. - Ты не против? Я просушу… Начинается… Закатываю глаза и дернув плечом, говорю: - Мне все равно, - деловитой походкой иду к кровати и демонстративно начинаю складывать вещи. – У меня незаконченное дело, времени любоваться на тебя нет. Косым взглядом замечаю, что он оголяет торс и тянет вниз резинку промокших шорт. Ну ё-моё…Так, Лиза, не пялься на него. - Как только дождь закончится, выйдешь обратно, - прочищаю горло. Артём оценивающе смотрит за окно – сколько у него есть времени? Удовлетворенный примерным ответом, он скидывает кеды и топает ко мне. - Тебе помочь? - Уж лучше помоги, чем стоять над душой, - бросаю короткий взгляд в него. Мне и секунды хватает пробежаться взглядом по его шикарному голому телу. По кубикам пресса, крепким грудным мышцам и покатым плечам, по любимым татуировкам, которые когда-то целовала и выводила пальчиком. Я помню вкус и запах его кожи, когда та покрывалась потом от страсти. Черт! Облизываю губы и хватаю воздух ртом. Спокойно, Лиза, держи себя под контролем. Дышим ровнее. Да он капец какой привлекательный, шикарный, сексуальный, и у тебя предательски пульсирует внизу от одной только мысли о близости. Просто не смотри в его сторону и прекрати думать о том, как его пальцы, которые тоже принимаются аккуратно складывать одежду, когда-то ласкали тебя и сводили с ума! Заставляю себя переключиться на пододеяльник. Выворачиваю, стряхиваю, ровняю углы, сгибаю пополам, потом ещё… - Что ты делаешь? – с упреком спрашиваю я, когда замечаю мои трусы в руках Артем. - Белье складываю, - лыбиться он и растягивает резинку трусов. – Не помню их… - Отдай, - шикаю я и требовательно протягиваю руку. - Разбирайся с пододеяльником, - усмехается он и делает шаг назад. – Кстати, это комплект? Где-то лифчик есть? Бросаю пододеяльник и огибаю кровать, чтобы добраться до парня. Он ржет и отступает к стене. - Дай сюда, - хватаюсь за край трусов и тяну на себя. Артем и не думает отдавать. - Сейчас порвешь, - предупреждающе дергает бровями он. – Я так и не увижу, как они смотрятся на тебе. - Не увидишь в любом случае, - огрызаюсь я. - Да что ты? Артем принимает вызов, уверенной хваткой разворачивает меня и прижимает к дверце шкафа. Его горячее обнаженное тело прилипает к моему. Такое сильный, мощный, крепкий – по сравнению с ним я- маленькая фарфоровая куколка. Сердце отплясывает быструю чечетку от будоражащих ощущений близости. Сглотнув, пробегаюсь по его упругим бицепсам и поднимаю глаза. Карие бездны засасывают в свою пропасть. Мужской темный зрачок пульсирует - то расширяется, то сужается, гипнотизируя меня. Наши дыхания переплетаются, а мои щеки начинают пылать. Не моргая, смотрим друг на друга – общаемся взглядами. Нам дофига есть что сказать и предъявить друг другу, можно опять сходу поораться и разбить что-нибудь еще на эмоциях, но… Долго сопротивляться и отрицать тот факт, что скучаем и жаждем не менее бурного примирения – не представляется возможным. Тем более, когда наши губы так близко друг к другу. Артем наклоняется, а я прикрываю глаза… - Лиза! – слышу голос матери и топот на лестнице. Вздрогнув, я распахиваю глаза и на панике говорю Артему: - Прячься под кровать! Быстро! ---------- Глава 5 Глава 5 Лиза - Серьезно? – удивленно вскидывает брови Артём на моё указание. - Да, да, давай же, - пихаю его в грудь, чтоб не стоял столбом. - Не верю, что я это делаю, - со вздохом опускается на колени он. - И ни звука, - шепотом предупреждаю я. Когда Артем скрывается под кроватью, отпираю двери с максимально непринужденным видом, какой только можно было состроить. - Ой, Лиз, я куда-то ткнула… Зараза, - ругается мама на телефон, приспустив очки на кончик носа, и тыкает по экрану. – Че-то непонятное вылезло. Разберись, а? - Давай, что тут у тебя, - забираю телефон и хмурю брови на настройки, в которые мама каким-то лесом забрела. Пока я разбираюсь, мама огибает комнату рассеянным взглядом, и я вдруг вспоминаю, что возле окна валяются мужские кроссовки и одежда. Загораживаю спиной угол обзора и переключаю мамино внимание на гаджет, с которыми у нее вечно проблема. - На, держи, готово. - Правда? – проверяет она телефон и радуется как ребенок. – Ой, спасибо. Думала, какие-то вирусы начала качать. - Не тыкай больше куда попало и всё будет ок, - открываю шире перед мамой дверь, как бы намекая, что ей можно идти по своим делам. - Я вообще то с тетей Ларисой по видеосвязи хотела пообщаться, а тут повылазило… Ладно, пойду. - Ага, - провожаю маму взглядом и с облегчением закрываю за ней дверь. Смотрю на кровать, а точнее в пространство между полом и кроватью. - Ты там не уснул? - усмехаюсь я. – Уже можно вылазить. В ответ сначала появляется рука, которая подтягивается за собой все тело. Артем поднимается на ноги и щурится на меня с укоризной, как будто ввела его в неловкое положение, хотя все как раз наоборот. - Ну извини, - развожу руки в стороны. – Если бы ты научился заходить через дверь, то не пришлось бы прятаться. - Если бы твоя мама была чуть лояльнее ко мне, то научился бы. - Представь, если бы мама увидела тебя в одних трусах в моей спальне. У нее очень развитая фантазия, и она бы подумала о том, чего не было. И не будет, - важно акцентирую я и прочищаю горло. Смотрю на окно, за которым поливает, а потом на оставшуюся одежду. Трусов слава богу больше нет, последние я отвоевала. - Ты можешь надеть мои шорты и футболку, они оверсайз – тебе будет нормально, - говорю я, глядя на Аполлона в боксерах, которые слишком облегают мужское достоинство. - Да мне и так отлично, - светит широкой улыбкой, устраивая руки на бедрах. - Прикройся, а, - кидаю в него футболку, и следом шорты в клетку. В шкафу немало нейтральных широких вещей, мода и тренды периодически врываются в мой гардероб. - Боишься поддаться соблазну? – играет бровями Артём. - Боюсь совершить ошибку, о которой буду жалеть. Отворачиваюсь от него и складываю вещи в шкаф. - А я ничего не боюсь, - боковым зрением замечаю в зеркало, как Артем шагает ко мне, заставляя взволнованно трепыхнуться сердце. - И тебе советую. Он подходит сзади, рассматривая мой зад в коротких шортах. Я разгибаюсь и упираюсь спиной в его грудь. Мужские руки ложатся мне на талию. Чертовы мурашки бегут по плечам. Закрываю глаза, унимая внутреннюю дрожь, и говорю: - Хватит меня совращать. Я все еще помню… - недоговариваю я и ахаю, когда рука Артема собственническим образом переползает на грудь и сжимает её. Я разворачиваюсь и хлестаю какой-то майкой его по плечу. - Не борзей! – сверкаю глазами. Он ржет. Ах, ему смешно? - Я тебя еще не простила, чтобы так наглеть, - искрю в возмущении я. – Можешь идти и щупать какую-нибудь легкодоступную девицу, если приспичило. - Вот прям так и отпустишь к другой? - Как ты там говорил? Скатертью дорожка! – фыркаю я и яростно начинаю пихать стопки одежды по полкам. Взбешенная мотаюсь по комнате туда-сюда. Артем давит смех в кулак и тщетно пытается изобразить серьезность. - Фига ты раскипятилась, - иронично подмечает он, прислонившись пятой точкой к стене. – Я к тебе пришел, другие мне не нужны. - Да ну? А как же та давалка? Номер потерял? - Ну во-первых, номера её у меня никогда не было, а во-вторых, давала она не мне. - Да что ты? – округляю глаза и хлопаю ресницами, типа я наивная дура, которой можно навешать лапшу на уши. – А свой телефон ты ей дал зачем? - Он валялся на диване, а я – в ванне, бухой и разбитый. Так что без понятия. - Считаешь, я должна тебе просто взять и поверить? Артем выпячивает задумчиво губу и, дернув плечами, отвечает: - Ну да. Ты же рассчитываешь на моё доверие, когда решаешь жить в одной квартире с другим. Я должен поверить, что между вами ничего нет и не будет. Или это в одну сторону работает? Я открываю рот, но не найдя вразумительного ответа, закрываю его обратно, стиснув зубы. Ладно, один-один. Присев на кровать, начинаю разбирать носки - лишь бы занять руки и спустить нервяк. - Мля, даже носки по парам и друг в друге, только не мы… - вздыхает Артем, присаживаясь рядом. Из меня вылетает смешок. Бросаю на парня короткий взгляд – он без лишних просьб помогает мне с нудным делом. Мы случайно хватаемся за один носок и смотрим друг на друга. - Этот без пары, - говорю я. - Где-то я его уже видел. – улыбается Артем. Он наклоняется, заглядывая под кровать. Запускает под неё руку и торжественно поднимает потерянный носок: - Нашелся брат близнец. Я хихикаю. Протягиваю руку для того, чтобы забрать носок, но Артем перехватывает её и притягивает меня к себе. Сердце замирает от тесного объятия. - Хватит обижаться, Лиз. Я скучаю по моей малышке, - проникновенно шепчет он в губы, ласкает искренним взглядом. – У меня правда ничего не было с той телкой. Я тебя только хочу. Тебя люблю, и никакая другая мне не нужна. Сердце сходит с паузы и теперь несет галопом от откровенных признаний. Пульс подскакивает, а тело окатывает жаром. Мы одновременно сглатываем. Артем коротко целует меня в губы, и я ответно облизываю их. Хочу еще. Взглядом прошу Артема повторить, но он, приподняв уголки губ, ждет от меня примирительного шага. Опускаю ресницы, глядя на собственную ладонь, которой касаюсь мужского торса и скольжу ей медленно вверх. Прокаченные грудные мышцы подрагивают от долгожданного ласкового прикосновения. И я сама получаю наслаждение, трогая горячую кожу и огибая прорисованный рельеф мышц. Двигаюсь пальцами по шее к подбородку и глажу легкую небритость. Щетина щекочет подушечки. Улыбаюсь. Заглядываю в карие глаза, прикрытые наполовину веками от удовольствия и шепчу: - Я тоже скучала, - подаюсь вперед и целую Артема в губы. ---------- Глава 6 Глава 6 Артём Я балдею от нежной ласки сладких губ. Моя девочка не подозревает, как сильно я нуждался в её любви все эти чертовы дни разлуки, когда было проще сигануть с высотки вниз или вылететь навстречу, чем принять, что потерял её. Она возносит меня вверх с самого дна, воскрешает, вдохновляет, дает мне смысл жизни. Она и есть моя жизнь. Играющая всеми красками, будоражащая, одуряющая, термоядерная, космическая… Её любовь опьяняет похлеще чистого спирта и одурманивает сильнее всяких запрещенных веществ. Эта девочка – мой личный кайф, который уносит выше небес. Я не могу ей надышатся, хочу еще и еще, чтобы родной запах осел в легких и застрял там навечно. Она нужна мне как людям нужен кислород для существования. Она мой самый лучший грех, порок и страсть в одном флаконе. И я, как неисправимый безбожник, буду грешить каждый день, упиваясь взаимным наслаждением. Усадив Лизу на себя, ненасытно и жадно целую её, толкаюсь в рот языком с самыми пошлыми намерениями. Дергаю за резинку и распускаю её длинные охрененно пахнущие волосы. Ладони нащупывают все самые аппетитные выпуклости – заглядывают в гости под футболку и здороваются с родными «близняшками», которые налились и затвердели от возбуждения. Я готов на повторе залипать на то, как Лиза с чувственно приоткрытыми губами закатывает глаза в удовольствии. Её природная сексуальность манит, вызывая дикое животное желание. Хочу, чтобы она стонала, изнывала, задыхалась от страсти. Просила еще, когда засяду глубоко в ней и буду долбить горизонты до фейерверков в мозгу. Я сотворю с ней всё, что позволит моя грязная фантазия. Это моя девочка. И я хочу любить её по-взрослому. Прямо на подоконнике, пока мама с папой не слышат, трахаю её под шум дождя, барабанящему по крыше. Люблю со всей страстью до запотевших окон от нашего горячих рванных вздохов. До испарины по телу, до царапин на спине и засосов на шее. Я хочу любить её только так, как в последний раз, со всей страстью и жаждой. Сейчас и всегда. *** Через два дня после нашего бурного примирения с Лизой я еду больницу, чтобы проведать Егора. Он уже пришел в себя, и доктор разрешил посещения. Выглядит он, конечно, хреново – ослабленный и бледный, но главное, что живой. - Ты как, брат? – сажусь на стул рядом с больничной койкой. - Лучше всех, - хрипит Егор. – Не видно? Я усмехаюсь безрадостно. - Руки-ноги шевелятся, голова на плечах – что еще надо? Ты лучше скажи, что с Лялей? – болезненно морщится друг. – От медиков и слова нельзя вытащить. Прочистив горло, я хмуро смотрю на Егора – мне нечем его обнадежить. Его девушка до сих пор не очнулась. - Спит. Очень крепко спит, - выбираю более мягкие определения. - Так и не приходила в себя? – опасливо уточняет Егор, его глаза наливаются нестерпимой болью. Сжав челюсть, просто киваю и опускаю взгляд. Как же тяжело сообщать неприятное и видеть его в подавленном состоянии. - Я хочу увидеть её, - решительно заявляет Егор. - Боюсь, с этим будут проблемы, - поджимаю губы. – К ней не пускают посторонних… - Я не посторонний! - Да. Я знаю. Но её родители считают иначе. На тебя действует жесткий запрет. Ты и сам должен был догадаться… - Похуй мне, что они считают, я хочу увидеть свою девочку, - срывается Егор, чересчур напрягаясь. Он зажмуривается от боли. - Спокойнее- спокойнее… - успокаиваю его я. – Сам окрепни для начала. А там что-нибудь придумаем. - Я во всем виноват, - выдыхает друг и сглатывает. Его опущенные веки дрожат в отчаянии. - Неправда. Не говори так, - резко обрубаю, не в сила смотреть на то, как Егор пошел в самоуничижение. – Все будет хорошо, Алла обязательно придет в себя. Как могу, поддерживаю убитого горем друга. Я боюсь представить себя на его месте, и никому не желаю такого испытания на пути. Но я знаю, Егор – сильный духом и телом человек, он вынесет всякое дерьмо. Будет бороться до последнего вздоха. И по итогу, будет удостоен лучшей награды – это его любимая рядом, живая и невредимая. Другие варианты автоматически отметаются. - Какое сегодня число? – сглатывая спрашивает Егор и косится на окно. Сегодня пасмурно, но без дождя. – Сколько я уже торчу в больнице? - Пятый день. Четырнадцатое августа, - отвечаю. Друг тяжко вздыхает. - Четырнадцатое… - протягивает он задумчиво и дернув бровями, вспоминает приближающуюся дату. – У тебя завтра Днюха, что ли? - Типа. - Ну извини, брат. Потусить с тобой не выйдет, - криво усмехается Егор. – Не в той кондиции. - Да я и не планировал дико зависать. Мне хватило на год вперед, - кривлю лицо, вспоминая погром в квартире. Клининг служба целый день феячили, приводя студию в прежний приличный вид. – Хочу к родным сгонять. Сестренки ждут. - А вот это правильно, - одобряюще кивает Егор. Он сам-то детдомовский, кроме брата никого нет. Поэтому как никто понимает ценность связей с близкими. - Ну я к тебе еще загляну завтра, то что учи песенку или стих-поздравление, - шучу я и легонько хлопаю его по плечу. - Ага- ага, - сдавленно ржет он. – Ночь не буду спать, готовиться. Я убираю дурацкую усмешку с лица. Склоняюсь к Егору, прирастая своим лбом его лбу и, глядя в глаза, со всей братской любовью говорю: - Поскорее поправляйся, братишка. ---------- Глава 7 Глава 7 Лиза - И даже мне ничего не сказал! – первая мысль вслух, когда я вижу в мессенджере уведомление о том, что у Артема сегодня День Рождения. Когда вчера общались, ни слова не было об этом. Чтобы убедиться, что дата в его профиле стоит не фейковая, пишу ему. Я: «Привет. У тебя реально сегодня ДРшка?» Артём: «Доброе утро, зайка. Ага. Типа того». Я набираю сообщение, которое источает негодование, потом стираю, снова пишу и снова стираю. Выдыхаю. Ладно, Лиз, ты как будто Артема не знаешь? Ну подумаешь, День Рождения у любимого человека. Оно же целый раз в год бывает. Что вот прям надо сразу рассказывать об этом и предупреждать тебя? Да, блин, надо! И мне даже обидно, что я не в курсе. Ему уже по любому личку завалили поздравлениями, кому не лень, а я ни сном не духом. А могла и вообще не заметить уведомления и так и жить, не зная ничего. Нормально, вообще? Короче, бесит. Спускаю пар и пишу сообщение в том же нейтральном тоне, в котором и ответил мне Артём. Я: « Ого… Поздравляю! Я немного в шоке. Хотелось бы, конечно, поздравить тебя лично, а не через телефон. Какие планы?». Достаточно ли намека в сообщении, или нет? Ах, Лиза, парни не понимают намеков. Артём: « Спасибо, малыш. Пару дел есть по городу, потом до квартиры, и оттуда за город домой». Раз пять я пробегаюсь по строчкам и негодую. А я ? А как же я? Где я в его планах? Я: « Ясно. Там праздновать планируешь?» Артём : «Ага». Ну да и без меня. Совсем офигел. Я: « Увидеться со мной не хочешь?» Претензию, пропитавшей вопрос, не возможно не прочувствовать, она долетит до адресата даже через километры. Пишет-пишет -пишет. Это напрягает. Если он придумывает какой-нибудь тупой отмаз, ему не жить. Артём: «Хочу» Фух, аж полегчало. Это правильный ответ, мой мальчик. Со снисходительной улыбкой строчу дальше. Я : «А получится? Найдешь время на меня? Я смотрю, у тебя весь день расписан». Артем: « На тебя обязательно, детка. В списке дел ты на первом месте, не переживай» О-у, как же ты быстро можешь реабилитироваться, милый. Я: «Где и во сколько встретимся?» Артём: « Поедешь со мной за город к родным. Кстати, сестры про тебя спрашивали, ждут». Я : «То есть это даже не вопрос?» Артем: «По факту, малыш. Поедешь. У меня сегодня ДР так что только попробуй отказать мне в желании» Я: «И вот почему нельзя было заранее об этом предупредить, чтоб я подготовилась, и родителям как-то объяснила?» Артем: « Чтоб ты заранее не начала сраться с ними и переживать» Закатываю глаза – как он хорошо изучил моих родителей. Тут и не поспоришь. Я: « Папа в командировке. Осталось с мамой договориться» Артём: «Ну класс. От твоего бати на подарок не рассчитывал, но спасибо. Пусть не торопится)))) Украду тебя на выходные» Смеюсь и отправляю обхохатывающиеся смайлики. Я: «А подарок от меня? Что ты хочешь?» Артём : «Ты и есть лучший подарок, крошка» Я : «А если серьезно?» Артем: «Я серьезно» Я: «Хм, я все-равно что-нибудь придумаю» Артём: «Вредная» Перекидываемся смайликами и ржем по обе стороны экранов. Артём: « Заеду за тобой около трех, будь готова». Закусив губу, думаю. Я: « Нет. Давай я сама к тебе приеду на квартиру» Артём: « Чё это так?» Я: «А вот. Увидишь» Добавляю каплю интриги в диалог и хитро улыбаюсь про себя. Всё, теперь надо как то маме сообщить. Спускаюсь на кухню, где она кашеварит, параллельно залипая на сериальчик. - О, Лиз, попробуй на соль, – подносит ко мне ложку с бульоном. - Нормально, - причмокиваю я. - Отлично. Скоро суп будет готов, кушать хочешь? - Нет. Мам, я это… Предупредить хотела, - прочищаю горло, морально готовясь к атаке. – Я сегодня на день рождение с ночевкой иду. - Так. К кому? - К Артёму. - Лиза-а… Ну понеслась… Надеваю в уши невидимые беруши, пропуская мимо все тысячапятьсот одинаковых фраз, которые уже слышала. - Мам, я знаю, что тебе не нравится Артем, но я всё равно поеду, - говорю я после маминых нотаций. - Ради чего, Лиза? Ты через неделю уезжаешь в Москву с Герой, этот мальчик вообще в курсе? - Он в курсе, мама. - И? Какой смысл ездить к нему? - Простой мама. У моего парня День Рождения. Как я могу не приехать? - А-а-а, - издевательски тянет она. – Ваша игра в любовь закончится, как только ты переедешь. - Нет, - твердо говорю я. - Да. - Мама, - недовольно цежу я. – Не порти мне настроение своими фантазиями. - Тебя задевает правда, которую ты не хочешь принимать. - Я так понимаю, адекватного разговора не предвидится… - терпеливо выдавливаю я. – Пойду собираться. Расстроенной походкой поднимаюсь к себе и собираю в рюкзак необходимые вещи. Маме привычно сгущать краски при всех обстоятельствах, я знаю её с самого детства. Так что я закаленная, и поддамся её пугалкам про расставание с Артёмом. Мы же все-таки не разных планетах с ним будем. Да если бы даже и на разных, никакое расстояние не убьет нашу любовь. А она найдет решения для любых проблем, в том числе и временной разлуки. Я одеваюсь и выхожу из дома, провожаемая под недовольный взгляд матери: - Юбку надеть не забыла? – хмыкает она, глядя на мои голые ноги под блейзером. - Нет. Я прощаюсь с ней и уезжаю на такси до квартиры Артёма. Добираюсь быстро, без пробок. Поднимаюсь к нему и нажимаю на дверной звонок. Жду и немного нервничаю, а вдруг ему не понравится мой подарок? - Привет, детка, - с широкой улыбкой встречает меня Артем . За руку тянет меня в квартиру и целует. - Дай мне еще минут пять и поедем, окей? – говорит он. - Пять минут будет слишком мало. Он вопросительно изгибает бровь, глядя на то, как я закрываю дверь. Таинственно улыбнувшись, я тяну за пояс и распахиваю полы блейзера. - Вау, - глаза Артёма лезут на лоб, а челюсть отвисает. Нет, я не забыла надеть юбку, мама. Я и не планировала её надевать. Только черное кружевное и подвеску на бедро, которую подарил Артём на выпускной. Скидываю с плеч блейзер, и он падает под ноги, обнажая меня во всей красе: - С днем рождения, милый. ---------- Глава 8 Глава 8 Артём Моя девочка хочет пошалить? Уловив её взгляд с поволокой, улыбаюсь и потираю подбородок. Любуюсь шикарной крошкой в сексуальном нижнем белье и на каблуках. Эффектный подарочек, зачет. Лиза распускает волосы и игриво ведет плечом. А я облизываюсь и сглатываю в предвкушении, как будет трястись квартира от громкого секса. Вызывающей походкой от бедра малышка идет на меня и давит ладонями на плечи, чтобы отступал без сопротивления. Иначе накажет – сверкают её голубые глазки. Подаюсь и шагаю назад. Она толкает, и я падаю на диван. Усмехаюсь на её неестественную манеру повелительницы. Она открыто доминирует и безмолвно устанавливает свои правила, а я должен подчиниться. Непривычно, но это заводит. Расставив широко ноги, сижу и пялюсь на то, как любимое женское тело плавно и маняще изгибается в танце. Моя девочка первый раз танцует для меня, и как… О боже. В футболке конкретно жарко, а в штанах уже тесновато. Лиза поворачивается ко мне спиной и двигает бедрами, извивается и игриво поглядывает через плечо. А я хочу сжать её сочные булки, усадить на твердый пах, но пока она позволяет лишь любоваться собой со стороны и давится слюнями. Маленькая соблазнительница водит пальцами по своему телу, там, где я люблю её трогать, спускает поочередно лямки лифчика, воспламеняя меня еще больше. Идет ко мне по-кошачьи грациозно, виляя попой. Закидывает колено на диван и усаживается на меня. Сразу хватаю её за задницу, но мне тут же прилетает шлепок по ладоням: - Руки вверх, - Лиза звучит так строго, что не послушаться нельзя. Натуральная госпожа, ё-моё. Она задирает футболку вверх, но не снимает – чисто оголяет тело и покрывает тканью глаза. - Что ты дела…- недоумеваю, но фраза перекрывается глубоким поцелуем. Раньше я целовал Лизу так дерзко и пошло, а сейчас она не отстает, я бы даже сказал, отжигает. - Ни слова больше, - слышу её возбужденный голос. – Расслабься и получай удовольствие. От одной только фразы волоски на коже дыбом встают. А когда её язык начинает скользить по телу, то мышцы охватывает приятная дрожь. Я закрываю глаза и просто кайфую от женских ласок. Малышка влажно целует и лижет, медленно но верно опускаясь вниз. Вот её пальчики оттягивают резинку штанов вниз, я приподнимаюсь, и Лиза стягивает с меня трусы. Член стоит колом, он перевозбужден, накален до предела, и сильно хочет в её горячий рот. Только я думаю об этом, как влажный язык проводит по головке, а губы принимаются сосать. Меня аж перетряхивает. Твою мать, как охрененно. Закатываю глаза и наслаждаюсь старательным минетом от любимой. И я бы не против кончить её в рот от сладких причмокивании, но у Лизы свои планы на меня. Шумно дыша, слышу, как она встает с колен и снимает трусики. Снова садится на меня и сдвигает футболку с лица, улыбается, целует в губы. Наши языки страстно толкаются между собой. Выкидываю футболку на хер и смачно мну упругую задницу. Мой член упирается ей между ног, где горячо и мокро. Она трется о него набухшими складочками и закатывает глазки, томно выдыхая. Срываю с неё лифчик и жадно присасываюсь к торчащим соскам. Облюбовываю их поочередно, для остроты вонзаюсь в нежную розовую плоть легонько зубами до сиплого вздоха Лизы и последующих мурашек. - Ты таблетки начала принимать? – хрипло спрашиваю я, чувствуя, как моя девочка насаживается на головку. Крутит тазом, по кругу, массирует. - Нет, - выдыхает она. - Зря. Лишаешься дополнительного удовольствия, наездница, - хватаю её за сиськи. Мну налившиеся желанием полушария. – Гандоны там… Сама наденешь. Киваю на поясную сумку, которую успел наполнить «боеприпасами» на выходные. Постанывая, Лиза неохотно слезает с меня и тянется за сумкой. Достает один пакетик и зубами разрывает фольгу. - Действуй, малыш, - играю бровями, когда она сконфуженно пялится на латексную резинку. Её умелые пальчики под моим руководством отлично справляются и натягивают презерватив на член. - Запрыгивай, - лыблюсь я весь в предвкушении. Лиза пристраивается сверху и насаживается, аккуратничает, плавно двигается, пришлепывая ягодицами. Пока её титьки трясутся в такт, фиксирую руки на женских будрах, помогая и врываясь в девушку глубже и провокационнее. Лиза прыгает, стонет, срываясь на рванные вздохи, а я нащупываю кружевные трусики, валяющиеся на диване и без предупреждения завожу женские руки за спину, для того чтобы связать их. - Что ты делаешь? – сипит она удивленно. - Ты поиграла, теперь я хочу, - улыбаюсь я и затягиваю узел на запястьях. Целую её в губы, чтобы поддалась и смирилась. - Поменяет позу, м? – шепчу я. – На колени, моя хорошая. Голову на подлокотник. Моя послушная девочка выполняет указания беспрекословно и теперь я любуюсь четким видом её упругой задницы. - Ты неплохо попрыгала на мне, - глажу по ягодице, оставляю пару влажных поцелуев. Затем шлепаю по аппетитным булочкам, заставляя их кожу загореть, а мышцы поджаться. – Но пора бы оттрахать тебя, как следует. Лиза обреченно замирает, скосив глаза на меня, Сегодня я не буду нежничать. Как же дико завела меня малышка. Раздвигаю головкой складочки и врываюсь в нее жестко, с натяжкой. Она стонет, а я хриплю от лютого кайфа вновь побывать в ней. Тесная, горячая, любимая. Долблюсь, тараню, заставляя Лизу срывать голос и прогибаться подо мной. Женские колени теряют опору от бессилия, но я удерживаю девушку и звучными шлепками припечатываюсь к заднице еще и еще, пока с рыком не извергаюсь внутрь. Лиза тоже содрогается в оргазме. Лишенная сил, она устало дышит и сползает с подлокотника. Я развязываю ей руки и покрываю спину поцелуями. - Сюрприз удался, - добираюсь до уха и нежно хриплю. Лиза слабо улыбается с закрытыми глазами. - Спасибо за подарок, любимая. ---------- Глава 9 Глава 9 Лиза Теплый августовский вечер проходит на природе в приятной компании. Пока Артём жарит мясо, мы с девчонками устраиваемся рядом на лужайке и болтаем о насущном. - Скоро лето закончится, опять в школу, - стонет Маруська и роняет голову на ладони. - Не хочется? – склонив голову на бок, прикрываю лицо от солнца. В кой то веки оно вылезло за последние пасмурные дни. - Не-а. Я еще не накупалась, не назагоралась, не нагулялась, - загибает пальцы курносая сестренка. – Мороженного не наелась, летний километраж на велике не накатала… Мы смеемся на её стенаниями. Вот она искренняя боль школьника. - Ну а, ты Саш, хочешь в школу? – обращаюсь я к девушке, которая лежит на животе и параллельно с нашим разговором читает книгу. - Бу-э, - открывает рот она и демонстративно пихает туда два пальца, изображая рвотный рефлекс. – Видеть рожи тупых одноклассников -последнее, что я хочу в этой жизни. - Эм-м… Ясно, - поджимаю губы и кошусь на Юлю. Та лишь тихонько вздыхает и разводит руками. Саша всегда груба и прямолинейна, зато по факту. – Что читаешь? - Чехова, - важно заявляет она, не открывая взгляд от книги. - Класс, - хиихкнув, прочищаю горло и переключаю внимание на более разговорчивых девчонок. Юля встает с коврика и, поднявшись на пальчики, дотягивается до ветки яблони, под которой мы устроились. Срывает желтый наливной плод и надкусывает. - М-м, – прикрывает глаза, смакуя спелый фрукт. – Лиз, попробуй. Будешь? - Давай. - И мне, и мне, - оживает Маруська. Юля срывает еще несколько яблок и раздаёт нам. Лежим, хрустим, наслаждаясь спелым сладким вкусом. Перевернувшись на спину, смотрю на небо и балдею от его красоты и глубины. Дышу очень ровно и спокойно, максимально расслабленно, как будто поймала дзен в моменте. Редкое чувство, которое можно поймать либо наедине, либо в компании действительно близких людей. Хоть и с сестрами Артёма мы видимся второй раз, но мне чрезвычайно комфортно рядом с ними. Они какие-то теплые, душевные, свои. Без понтов и лицемерия, простые девчонки. Чем-то я похожа на каждую из них, это и сближает - наивность и жизнелюбие Маруськи, дерзость и гордость Сашки, чувственность и женственность Юляши. - Лиз, ты правда скоро уезжаешь учится в Москву? – спрашивает Юля. Я приподнимаю голову на локоть и смотрю в сторону мангала, возле которого хозяйничает Артём. Рассказал, все-таки. Он подмигивает мне, не догадываясь о чем мы тут трещим. Улыбаюсь ему в ответ и поворачиваюсь к старшей сестре: - Да. Правда. - Понятно… - она вздыхает. – Артём будет скучать. Он итак уже… - Что? – хмурю брови на многозначительные паузу и глубокий вздох - Сам не свой, - ведет плечом Юля и бросает сочувствующий взгляд на брата. - В предчувствии того, что ты уедешь. Я наивно полагала, что мне кажется. Несмотря наши классные часы вместе, веселые улыбки, яркие поцелуи, обжигающую страсть, моментами я чувствовала от Артёма тихую тревогу и грусть. Дни срываются с календаря, сентябрь неминуемо приближается, а это значит скоро придет время расстаться и отпустить меня дальше, чем когда-либо. - Я тоже буду скучать. И по нему, и по вам, - тяну ладонь руку к девушке и сплетаю наши пальцы в доверительном жесте. – Но это временная разлука. И мы будем видеться, приезжать друг к другу по возможности, так что не надо расстраиваться, тем более раньше времени. Скажу честно, я гоню плохие мысли из головы, хоть и переживаю не меньше. Хочется верить в лучшее, и я верю. Впереди нас с Артемом ждёт нелегкое испытание расстоянием, проверкой чувств, доверия, преданности, любви. Если всё было по-настоящему искренне и сильно, то мы справимся, а если нет – разлетятся наши отношения как труха при первом же кривом повороте. - Девчонки, первая партия готова, налетай, - зовет нас Артём. Мы, как осы, сразу полетели к столу на жаренное сочное мясо. Уплетаем за обе щеки, нахваливая шефа, который начиняет шампура очередной порцией. - Вкусненько, - показательно облизываю пальчики перед Артемом. Он хитро щурится, притягивает к себе за шею и, касаясь губами уха, говорит очень тихо, чтобы слышала только я: - Оближешь мои так же наедине? Он заставляет вспомнить интимный момент на пляже, когда взяла в рот его пальцы, вспыхнуть щеки и пробудить спазм внизу живота. Артём широко улыбается, а я опускаю ресницы и сглатываю. - Наедине мы окажемся не скоро, - дергаю бровью в сторону сестёр. - Как сказать, - усмехается парень. – Ты любишь баню? - Так, – неоднозначно пожимаю плечами. - Я затопил, - коварно изгибает губы. - Пойдешь со мной? Спрашивает, как будто у меня выбор есть. Видел бы какой похотью полыхают его глаза сейчас. Как будто уже «парит» меня своим «веником». - Если честно не очень люблю баню летом, - говорю я. – Жарко. - Значит, полюбишь, - твердо заявляет Артем и протыкает ножом мясо. Так и думала – отказов не принимается. Баня для меня всегда ассоциировалась исключительно с очищением во всех смыслах этого слова, но что-то подсказывает мне, Артём хочет подкорректировать моё мнение не самым невинным путем. Ох, чувствую, будет грязная баня, где кожа будет гореть далеко не от горячего пара, и прежде чем помыться, придется конкретно попотеть и запачкаться. - Кто со мной в волейбол? – вдоволь налопавшись, Маруська хватает мяч и зазывающее перекидывает его из руки в руку. - Я, - сразу откликаюсь. - Ну можно, - подключается Саша. - Я тоже с вами, - говорит Юлька, доедая кусочек дыни. - Полюбуюсь со стороны, - шлепает меня по попе Артём и присасывается к бутылке пива. Сделав музыку по громче, играем с девочками в любительский волейбол, перекидывая мяч между собой. Хохочем в процессе, веселимся, над косыми передачами по доброму подтруниваем и сами тут же косячим. Ловчее всех в команде - Маруська, не жалея коленок, она вытаскивает казалось бы провальный мяч. Остальные двигаются чисто по лайту, в удовольствие, без кипиша. Вдоволь наигравшись, возбужденные и довольные возвращаемся за стол, с аппетитом наворачиваем свежеприготовленные овощи на гриле. Болтаем, кушаем, смеемся. Маруська предлагает всей семьей посмотреть фильм, когда зайдем. Все безоговорочно соглашаются. Дружно собираем все со стола и переносим пиршество в дом. Погрузив дом в темноту, устраиваемся на большом диване перед телевизором. Мы с Артемом занимаем угол дивана, чуть поодаль от других и под пледом обвиваем друг друга руками и ногами. Во время просмотра фильма мужские шаловливые пальцы не теряют возможности потрогать меня в самых запретных местах. Хотя есть ли что-то запретное для Артема? Когда баня доходит до готовности, девочки по очереди идут мыться. Мы с Артёмом остаемся на самый конец. - Пошли, - хрипит парень, когда возвращается Юля, вся красная, в махровом халате и полотенцем на голове. - С легким паром, - говорю я ей и встаю с дивана. - Фух, спасибо, - выдыхает Юля и первым делом жадно пьет воду. Я закидываю на плечо полотенце и топаю следом за Артёмом на выход. Он несет ведро со льдом и парой бутылок пива, чтобы охладится, когда это потребуется. Живот уже поджимается от предвкушения, что нас ждет. Уже в предбаннике, когда Артём оперативно снимает халат, я убеждаюсь, что обречена. Член стоит без всяких манипуляций и бесстыдно пялится на меня, а я на него. Артем усмехается, заметив мои округленные глаза и тормознутость в движениях. - Тебе помочь? – смеется он, когда никак не могу раздеться. Сглатываю. - Нет, - оголяюсь и вешаю халат на крючок. - Прошу, - облизнувшись, открывает передо мной двери Артём. Сканирует меня пошлым взглядом и, когда прохожу мимо, заигрывающе шлепает по попе. - Может не будем париться? – устроившись на полати, спрашиваю я, когда Артём берет в руки веник . В бане итак жарко, кожа сразу нагревается и начинает потеть. Дома я обходилась душем, зимой могла сходить в баню, но не парилась, максимум могла попреть. - Будем. Ложись, давай, - категорично отвечает Артём. - Ты ж в баню пришла, так что надо тебя хорошенько… Отпарить. Под еле слышный вздох повинуюсь. Он набирает ковшиком кипятка и ошпаривает камни, заставляя их зашипеть. Я закрываю лицо и сжимаю ягодицы, приготовившись что по ним будут хлестать горячим веником. Однако Артём со знанием подходит к парному делу. Сначала просто трусит веником над телом, прогревая кожу. Затем плавно, не спеша гладит веником по телу, расслабляя мышцы. Сухие листочки щекотно царапают, а я закрываю глаза и ловлю релакс. Мягкими похлопывающими движениями веник проходится по спине и ногам, пока я мурлычу про себя от удовольствия. Артем падает жару, встряхивает веником и парит меня более уверенно, накаляя градус. Моя кожа пылает краснотой и блестит от пота, как впрочем и мужское тело, с которого откровенно бегут ручьи. - Переворот, - командует Артем, припечатаваясь веником к разгоряченным я ягодицам. Я ложусь на спину и прикрываю лицо банной шапочкой. Артём по нарастающей распаривает мое тело спереди. Стаёт уже слишком жарко, в горле пересыхает. - Хочу пить, - стону я, выглядывая из под шапочки. - Сейчас охладимся. Артём обливает меня прохладной водой и достает из ведра бутылку. Вскрывает её и делает глоток. Наклонившись к моему лицу, разжимает губы и выпускает пиво в мой рот. - Еще, - сглатываю я. Он повторяет. Затем плескает алкогольный напиток мне на живот, заливая пупок. Вытянув губы, звучно осушает его, как из трубочки, и довольно рычит. - Кайф, - клацает языком и подносит горлышко к моим губам. Утоляю жажду. Артём встает с полати и я не сразу замечаю, что берет из ведра кусочек льда. Расслабленно валяюсь, когда холод касается живота. Вздрагиваю. - Что это? – таращу глаза. - Ляг, - пальцами давит на лоб Артём, чтобы опустила голову. Он водит льдинкой по животу, окатывая тело мурашками и заставляя испытывать новые неожиданно приятные ощущения. Поднимается извилистой дорожкой к груди и обводит по кругу каждое полушарие. Следом достается и соскам, они мигом скукоживаются и твердеют. Закусив нижнюю губы, постанываю. Маленький кусочек льда движется к лобку и с помощью мужских пальцев пропадает между ног, где нещадно тает. - Черт, - выпаливаю я, ловя ртом воздух, которого катастрофически не хватает. Артём перехватывает мои губы поцелуем. - Хочу трахнуть тебя без прелюдий, - хрипит он и тянет за руку, чтобы встала. - Здесь жарко. - Не проблема, пошли в предбанник. Мы выходим, и Артём сразу загибает меня, заставляя упереться ладонями в доски. Давит на поясницу, чтобы прогнулась глубже. Раздвинув ноги пошире, притирается членом к возбужденному пульсирующему лону, а после уверенным рывком вонзается меня и жадно трахает, заставляя стонать и содрагаться. Баня отныне самое порочное место в мире. Вместо звуков работающих веников здесь царят вздохи страсти и частые шлепки бурного секса. Артем кончает мне на спину, лишив всяческих сил. - Пошли в бассейн, - тянет меня за собой. – Охладимся. На улице резкий перепад температур приводит в чувства. Артём первым заходит в прохладную воду и его «бр-р» наводит на сомнения. - Холодная? – спрашиваю я, глядя на парня, который расставив руки, плавно держится на воде. - Охрененная. Не думай, прыгай, - заманивает меня он. И я прыгаю. С брызгами и всплеском с головой. Визжу, как дурочка, вызывая мужской смех со стороны. Выплываю рядом с Артемом и целую его в губы. - И правда охрененная, - говорю я словечками Артема и широко улыбаюсь. - Как и ты, - выдыхает он в губы и склоняет голову к моей груди. Захватывает зубами сосок, и ласкает языком. Запрокинув голову, вижу звездное небо и закатываю глаза, улетая куда-то высоко. Мужские пальцы, сжимающие попу, забираются между ног и начинают массировать там. Я чувствую как, по водой в меня упирается поднявшееся достоинство Артема. - Опять? – улыбаюсь я. - Снова, - погружает в меня пальцы он. - Прямо в воде? – через вздох уточняю я. - В воде, в горах, на земле, в небе. Везде, - на каждое слово уверенный толчок внутрь, сопровождаемый моим рванным дыханием. Совращает меня по щелчку пальцев, а я и не сопротивляюсь. Вариантов для сопротивления этот соблазнитель просто не оставляет. - Мыться мы не скоро пойдем, да? – со смешком догадываюсь я, когда он разворачивает меня и накручивает мои влажные волосы на кулак. Тянет на себя с натяжкой, чтобы откинула голову назад и изогнулась в пояснице. - Какая ты у меня догадливая девочка, - с ласковой хрипотцой хвалит Артём и со смаком заходит в меня. ---------- Глава 10 Глава 10 Лиза После бани сплю как убитая. Мы изрядно потратили энергии, вся ночь уходит на её восстановление. Утром, открыв глаза, не обнаруживаю рядом Артёма. Судя по всему, он уже встал, хотя в доме тишина. Потянувшись, опускаю ноги с кровати и ныряю в тапки. Шаркаю вперед, протирая глаза и надевая на ходу кофточку. Выхожу на крыльцо и огибаю двор ищущим взглядом. Увидев Артема возле гаража, улыбаюсь. Иду к нему. Сидя на корточках, он возится с мотоциклом с загруженным видом. Но при виде меня, выражение его лица теплеет и губы изгибаются в улыбке. - Доброе утро, малышка, - салютует мне отверткой. - Доброе, - голос сипит с утра. Присаживаюсь на корточки. – А что ты тут делаешь? - Подшаманить надо кое-что по мелочи. - М-м, – моргаю я на то, как он работает инструментом, но ничего не понимаю. – Скоро? - Почти всё. - Это хорошо, - обнимаю голые коленки руками. Прохладновато. – Я просыпаюсь, а тебя нет… - Соскучилась? – лыбится он. - Ага, - склоняю голову на мужское плечо и притираюсь щекой к кофте. Я не против понежиться с ним в кровати с утра. - Обнял бы, да руки грязные, замараю тебя, - комментирует Артем, чувствуя мою потребность в ласке. - А губы? – строю глазки. Он отвлекается от технического процесса и целует меня. Я обхватываю его лицо ладонями, чтобы продлить поцелуй на максимум. - Замарался, красавчик, - хихикаю я, проводя пальчиком по пятну на щеке. Артём усмехается и возвращается к ремонту мотоцикла. - Надень штаны, ноги в мурашках, - замечает между делом он. – Не мерзни, заходи домой. - Это из-за тебя, а не из-за холода, - говорю , вызывая очередную улыбку Артема. Тихонько царапаю ногтем гусиную кожу и вздыхаю. – Не хочу одна заходить. Подожду тебя. Упрямо слежу за его работой, передавая ему те или другие инструменты по запросу. Вовлекаюсь в процесс, любопытничаю и задаю вопросы, порой глупые, но несмотря на это получаю доходчивые ответы. - А научишь меня кататься? – загораются мои глаза. – Хочу попробовать. - Двери в мотошколу открыты для всех, - шутит Артём. - Ну, пожалуйста, - стону я. - Пожалуйста… Он зеркалит мою выпяченную губу и брови домиком. Издевается. Я дуюсь и закатываю глаза. - Иди оденься для начала, а потом посмотрим, - смеется он. - Спасибо-спасибо, - оживаю я и бегу в дом. Быстро натягиваю штаны, кроссовки и возвращаюсь на улицу. Артем моет руки и удивленно косится на меня, как я могу оперативно собираться, когда мне надо. Стою рядом с мотоциклом и сияю в ожидании, что скоро сяду за руль. - Может не надо? – вздыхает он. - Жалко? – встаю в позу. - Еще как. - Меня или мотоцикл? Артём ржет, и ничего не отвечает, за что получает шлепок по плечу. Догадываюсь, что жалко ему его байк доверять неопытной девушке. Все-равно покатаемся. - Садись, - командует Артём и устраивается за руль. - Куда мы? - В поле, куда еще, - усмехается он. – Ты на трассу хотела сразу или тут для начала всё разнести? - А можно без издевок? Клацнув языком, надеваю шлем и устраиваюсь позади Артема. По проселочной дороге выезжаем в поле и там меняемся местами. Артем рассказывает мне азы, как тронутся с места и затормозить. - А газ? – спрашиваю я и сама же догадываюсь. – Тут? - Без газа на первый раз. - Чего это? – воспринимаю это как вызов. - Лиза, - предупреждающе строго говорит Артем. - Ну чуть-чуть совсем, - хлопаю ресницами, глядя в зеркало. – Если что подстрахуешь. Артём закатывает глаза и тяжело вздыхает. Кажется, кто-то уже жалеет, что согласился. - Заводи давай, - обреченно говорит он. Нажимаю на кнопку, и двигатель начинает тарахтеть подо нами, создавая легкую вибрацию. Волнение приятной дрожью проносится по телу. - Теперь передачу, - напоминает мой инструктор. – И мягко отпускай сцепление… - Ага, - делаю как он говорит, осторожничаю. - Мягко, не спеши. Ослабляю жим на ручке и мотоцикл тихонько трогается с места. Я взвизгиваю. - Я еду! Я еду! – радуюсь, как ребенок. И неважно, что мы движемся с черепашьей скоростью. Сам факт сводит с ума и заставляет сердце ликовать. - Держи руль нормально, - выравнивает меня Артем, накрыв сверху мои ладони. - Как же классно… - глубоко вбираю в легкие свежий воздух. Вокруг нас сплошная природа и бескрайние просторы, слева полесье из елей, справа скошенное поле с рулонами сена. Вся красота отражается в сияющих глазах, небо голубое-голубое, чистое-пречистое, солнце сверху улыбается, ласкает светом и теплом наши счастливые лица. - Хочу быстрее, - говорю я. - Если только сам, - отвечает Артём. - Дай попробовать хоть, - настаиваю. - Какая ты упрямая, - мужская рука сжимает моё бедро. – Ладно, сцепление только не отпускай, держи на половину. И не борщи с газом, умоляю, тихонько. - Так естественно, - хмыкаю я. Добавляю газ. Мотоцикл дергает, как дикого растравленного зверя, я пугаюсь и теряю управление. Артём во время страхует. - Ты понимаешь слово «тихонько», - шипит он сзади. Я рдею до корней волос. - Вроде немного только добавила, - сглатываю я и перевожу дух. – Дай попробую еще… - Делай вот так, - он наглядно демонстрирует, мягко подгазовывая. - Поняла. - Нежно, Лиза. - Нежно, Артем, - вторю я. Затаив дыхание, плавно прокручиваю ручку газа, и мотоцикл, рыкнув, набирает скорость. - Получилось, - довольно ерзаю попой. - Молодец. Похвала от мастера греет душу. Он обнимает меня, как раньше делала это я в роли пассажира. Мы едем вперед и просто кайфуем в моменте. Останавливаемся на горе, где прошу Артёма пофоткать меня на мотоцикле, типа я крутая. Потом еще делаем фотки на сенных рулонах и кучу совместных снимков. Дурачимся под веселое настроение, пользуясь отсутствием кого-либо рядом. - Неси меня, неси, - нараспев ору я, забравшись на спину к Артему. Он смеется надо мной и специально начинает бежать с горы. Я визжу, схватившись крепко за его шею. Чувство – вот-вот уронит. - Мы сейчас грохнемся, - хохочу я и зажмуриваю глаза от страха. Вдоволь наслушавшись моих визгов, Артем все-таки притормаживает и спускает меня на землю. - Ты ненормальный, - говорю я, оказавшись в его объятиях. Глаза как пьяные, сумасшедшие от любви. - Есть грешок, - ржет парень. Он обхватывает ладонями мои розовые щеки и смотрит на меня как на Вселенную. Его темный зрачок расширяется, и взгляд становится глубоким и поглощающим. Шальная улыбка сходит мужского лица, Артем, еле шевеля губами, тихо произносит: - Я люблю тебя, - его кадык дергается. Он шумно дышит, глядя мне в глаза. Я широко улыбаюсь и закрываю глаза. - Не слышно, профессор. Вы что-то сказали? – шучу я, чтобы услышать теплое признание еще раз. Артем посмеивается и щелкает по кончику вредного носа. - Можно погромче? – прошу я. - Погромче? - Угу. Артем задирает голову и горланит в небо так, что деревья вокруг дрожат: - Я люблю тебя, Лиза! Признание эхом отдается вдали и пробегается жирными мурашками по телу. Небо начинает кружится над головой, а потом и всё вокруг. Я заливисто смеюсь, Артём хохочет. Какие же мы придурошные, и нам очень хорошо в этом состоянии. Мы целуемся, а потом падаем на траву . Запах зелени и земли ударяет в нос, но он идет лишь посторонним фоном, на главном стоит аромат нашего взаимного притяжения. Артём лежит сверху и приглаживает мои волосы у лба, хаотично целуя лицо. И теперь смотрит совсем по другому - я считываю в глазах тоску. - Опять ты так смотришь, - переживаю я, и сердце сжимается. - Не хочу с тобой расставаться. Не хочу тебя отпускать, - хрипит Артём, как будто ему больно физически. Закрываю глаза и выдыхаю. Как же тяжело. Он утыкается носом в мою шею и сопит. Я путаюсь пальцами в его волосах, поглаживаю, пытаюсь хоть как-то успокоить. Нужных слов не подбирается, самой неспокойно от мысли, что скоро придется уезжать. - Сильно хочешь уехать учится? Ждешь? – поднимает он голову. Его вопросы не просто интерес, они с подтекстом, который задевает. - Поверь, я переживаю, не меньше твоего, - откровенно говорю я. – Просто я стараюсь не думать о плохом. Не хочу страдать заранее, когда мы всё еще рядом. Сплетаю наши пальцы. - Ты не ответила на мой вопрос, малыш, - замечает парень и досадно усмехается. – Хотя я итак знаю ответ. Ты хочешь и ждешь. Артем читает подтверждение в моих глаза и поджимает губы. Поднимает корпус и разворачивается ко мне спиной. Черт! - Будешь осуждать меня за это? – растерянно говорю я. – Я не хочу расставаться с тобой, мне приходится это делать! Молчание в ответ начинает раздражать. - Артём, - сажусь впереди него, чтоб заглянуть в глаза. Но он сразу закрывает их. Его веки дрожат, а челюсти стиснуты. Открытый категоричный блок в мою сторону. – Ты решил поссориться перед отъездом, да? В горле скапливается горечь, я сглатываю её и та приникает прямо в сердце. Оно болезненно сжимается, отплевывается, сопротивляется на неприятное ощущение. Ложусь на спину и складываю руки на живот, в котором нервно пульсирует. - Моё сердце разрывается, - стону я. Смаргиваю из уголков глаз скатываются слезы. – Мне плохо, когда ты страдаешь, и я не знаю, что сделать… Я не хочу тебя обижать, я хочу тебя любить и только… А ты делаешь из меня какую-то предательницу, но это не так, Артем… Голос срывается на всхлип. Я сильно зажмуриваюсь и закрываю лицо ладонями. Они сразу становятся влажными от слез. Мне дико больно, изнутри раздирает, когда мы ссоримся и не понимает друг друга. Неожиданное объятие рук загребает меня в охапку. Артем переворачивает меня на бок и прижимает к себе. Его тепла еще больше трогает за ранимые струны, и я, не сдерживаясь, всхлипываю, уткнувшись в его грудь. Вдыхаю родной запах, чувствую ласковые поглаживания по спине и постепенно успокаиваюсь. - Прости, малыш, - мужские губы прижимаются к макушке. Артём дышит, уткнувшись носом в мои волосы. – Я сумасшедше волнуюсь за тебя… Не могу справится с переживаниями так легко. Он поднимает мою голову, чтобы посмотрела на него, вытирает большими пальцами слезы и оставляет чувственный поцелуй на губах. - Я люблю тебя, - шмыгаю носом и веду ладонью по короткой щетине. Наша глаза бликует друг в друге. Прирастаем лбами и нежно тремся кончиками носов. В облечении прикрываю веки. Мы рядом, мы вместе, всё хорошо. Телефон тревожит прекрасное мгновение единения. Достаю его из кармана и отвечаю на звонок от мамы. - Да, мам, - говорю и обнимаю Артема. Он гладит меня по волосам и прислушивается. Я замираю, когда мама обрушивает на меня прекрасную новость. Сердце сходит с паузы и начинает неистово биться в груди. - Пришла в себя? Правда? Как она? – на глаза вновь набегает пелена, только уже от радости. – Да, мам, я скоро приеду. Я отключаюсь и во все блестящие глаза таращусь на Артема. Он и так уже догадался и мягко улыбается. Меня переполняют сильные эмоции, что дыхание перехватывает, не знаю плакать или ликовать. - Алла пришла в себя, - крепко прижимаюсь к Артему, чтобы разделить с ним свои чувства. – Слава небесам! ---------- Глава 11 Глава 11 Лиза Мое сердце волнительно дрожит в груди, когда просекаю коридор больницы и приближаюсь к палате Аллы. - Давай, потом расскажешь, - сжав ладонь в поддержке, Артем отпускает её и указывает взглядом на дверь. – Я к Егору зайду. - Угу, - киваю я. Выдохнув, бесшумно проворачиваю ручку, тяну на себя и заглядываю внутрь. У кровати Аллы сидит мать, держа дочь за руку. Обе переключают внимание на меня. Застываю, встретившись взглядом с ясными живыми глазками, которые так долго спали. Меня накрывает теплым ливнем трепещущих чувств, когда я вижу свою подругу в сознании – да, слабая, бледная, моргает, глядя на меня, и тихонько улыбается. - Лялечка, - расчувствовавшись, простанываю я. Закрываю за собой дверь и иду к кровати. - Наконец-то ты снова с нами, - присаживаюсь на корточки и захватываю тонкие пальцы девушки в свою ладонь. Пелена на глазах мешает четко разглядеть её лицо. Сглотнув, быстро вытираю влажные ресницы и сжимаю губы, чтобы не разойтись тут слезами перед ней. - Ты нас так напугала, - вздыхаю и переглядываюсь с тетей Ларисой. У нее тоже глаза блестят от переживаний вперемешку с радостью. - Я больше так не буду, - сипит Алла и прикрывает веки. Поморщившись, она сглатывает. Но распахнув длинные ресницы, слабо улыбается. - Как ты себя чувствуешь? – обеспокоенно спрашиваю. - Не очень, если честно, - кривит лицо. - Все пройдет дочка. Скоро ты поправишься, - успокаивает её мать. – Хочешь водички? Алла кивает. Тетя Лариса подносит к её рту трубочку, и девушка втягивает губами воду. - Сколько меня еще здесь держать будут? Что говорят врачи, мам? Женщина смотрит на меня, взглядом ищет поддержки. Мы то с ней знаем, что жизнь Алки вообще висела на волоске. И прогнозы, что она выкарабкается были 50 на 50. О быстрой выписке речь идти не может. - Потребуется ни один месяц реабилитации, милая. Все зависит от сил и возможностей твоего организма. Но мы обязательно справимся. Алла прикрывает глаза и вымученно стонет. - Слабость в теле, - шмыгая носом, комментирует она. Её одеяло ниже пояса начинает шевелится от движений. – Особенно в ногах. - Очень хорошо, что ты их чувствуешь, - коротко отвечает мама и поджимает губы. Это значит, что Алла будет ходить. Не сразу, правда. Придется постараться, упорно тренироваться, чтобы снова встать на ноги. Шаг за шагом, спотыкаясь и преодолевая саму себя, как в первый раз. Мы не посвящаем её в подробности сейчас, не пугаем предстоящими трудностями, нам важно передать ей свою поддержку и любовь. Чтобы понимала, что мы рядом, она нам нужна, и у нее все получится. - Блин, это получается, я все экзамены пропущу. Как же быть? – растерянно моргает Алла, переводя взгляд с мамы на меня. Мы с тетей Ларисой впадаем в ступор. Переглядываемся и не понимаем, о чем говорит девушка. Все экзамены уже сданы. - Ты помнишь, что ты поступила в университет? – озадаченно спрашивает мама. Рассеянный взгляд Аллы метается по потолку, она судорожно мотает головой. - Какой университет, я же только из школы должна выпустится, - впивается глазами в меня Алка, чтобы я подтвердила её слова. – Экзамены, выпускной впереди… И тут до нас доходит, что в памяти девушки появились пробелы. Она напрочь забыла события последних месяцев. - Я схожу за врачом, - поднимается тетя Лариса с напряженным лицом. - Ли-из, - обеспокоенно тянет Аля. - Выпускной уже давно прошел, - сдавленно говорю. – Вторая половина августа на дворе. - Что… - обреченно выдыхает девушка, а глаза начинают хаотично метаться в пространстве. Она пытается сообразить, вспомнить, но в ответ - пустота. Тетя Лариса не успевает выйти, перед ней распахиваются двери и в палату заходит Егор. - Что ты тут делаешь? – возмущенно округляет глаза женщина. – Кто тебя впустил? Выйди, немедленно! Но парню плевать, он целенаправленно двигается к любимой девушке. Я замираю от неожиданности и ловлю взглядом фигуру Артема, который зашел следом за другом. - И ты тут? – шикает она, сжимает кулаки. Переводит пылающий гневом взгляд на ненавистного парня, который уже приблизился к кровати. – Не подходи к моей дочери! - Ляля, - хрипло выдыхает Егор, склонившись к девушке. Дотрагивается до её лба и убирает волосы. – Любимая моя девочка… Удивленно распахнув глаза, Алла смотрит на Егора, как будто первый раз видит, а потом уставляется на меня. - Это кто? - Ты не помнишь? – опасливо уточняю я. - Никто! Это никто, доченька, - подключается мать и фыркает на Егора. – Исчезни… - Аля, - в замешательстве мотает головой парень. Его кадык нервно дергается. – Это я. Егор. - Я вас не знаю, - хмурится девушка, сканируя парня недоуменным взглядом. – Извините… Даже в моем сердце простреливает. Что творится с Егором я и представить не могу. Острая боль отражается в мужском взгляде, он становится крайне растерянным и темным. Смотрит на Аллу, потом на меня, на тетю Лизу, которая злорадствует. В палату заходит медсестра и врач. - Егор, немедленно вернитесь в палату, - строго обращается к пациенту мужчина в белом халате. – И попрошу всех выйти. Нас культурно выводят из палаты. Пребывая под впечатлением, с протяжным вздохом опускаюсь на банкетку в коридоре. Егора в подавленном состоянии только что увели к себе. Ко мне подсаживается Артём, он тоже в глубоком шоке от происходящего. - Она не помнит его… - выдыхаю с сожалением. – Как же так? - Да пиздец, - упирается затылком в стену Артём. - Может эта временная потеря памяти? - Не знаю. Дай бог. Но это жесть… - Не то слово. Переговорив с врачом, из палаты выходит тетя Лариса. Она слишком возбуждена недавним неприятным разговором С Егором. Сразу заостряет горящий глаз на Артёма: - Скажи своему дружку, чтобы не смел больше приближаться к моей девочке. - Нет, - напрягается Артём. – Она нужна ему. - Она его не помнит! Господь свыше дал такой подарок, избавив её наивную голову от этого мерзавца! Он чуть не угробил мою дочь! - Егор не виноват в аварии, - стискивает зубы парень и вздувает ноздри. - Виноват! Если бы он не подговорил её сбежать ночью, ничего бы не было! Если бы он не появился в её жизни, Алла была бы невредима и здорова! - Они любят друг друга, - Артем поднимается с вызовом. - И Алла рано или поздно вспомнит его. - Не вспомнит! – шикает тетя Лариса и вонзается в меня колючим взглядом. Направляет на меня указательный взгляд. – Лиза. Не смей рассказывать ей про этого гаденыша! Она смаргивает, и из её гневных глаз скатываются слезы. Я теряюсь. Она, как мать, сильно переживает за единственную дочь, которую чуть не потеряла и в ней сейчас бьют искрометные эмоции, против которых не попрешь. Едва заметно киваю, чтобы тетя Лариса успокоилась. В любом случае, Алле нужно самой вспомнить Егора. В её памяти ни осталось ни событий с ним, ни чувств к нему. Для неё это незнакомый человек, как остальные миллионы на земле. - Он сильно пожалеет, если осмелится вновь ворваться и испортить жизнь моей девочке. Так и передай ему, - воинственно цедит мама Аллы. Артём хочет что-то ответить, но я сдерживаю его, схватив за руку. Охлаждаю его пыл осуждающим взглядом. Зачем попросту пререкаться с разгневанной женщиной, чья нервная система воспалена и расшатана? Когда она уходит, я договариваюсь с Артемом, чтобы он не строил безумных планов и не поддавался на уговоры Егора каким-то напором подействовать на ситуацию и воевать с родителями девушки. Война лишь усугубит всё, и будет плохо влиять на восстановление девушки. Сейчас Алла должна сосредоточится не на сердечных делах, а на собственном здоровье, и если Егор действительно любит её, то должен набраться терпения и дать ей время. Когда-нибудь она вспомнит его. А может, и нет. ---------- Глава 12 Глава 12 Лиза Неделю спустя - Это последняя сумка? – спрашивает Гера, огибая вопросительным взглядом мою опустевшую комнату. - Угу, - с грустью бормочу я. Он берет мои вещи и уходит, а я устало опускаюсь на стул и закрываю глаза. Сегодня я уезжаю из родного дома в совершенно чужой город. Тяжело прощаться, тоскливо на душе. Мысленно вспоминаю все прекрасные моменты, которые хранят стены комнаты. Здесь я взрослела – из маленькой чудной девочки превратилась в ту, кем я являюсь сейчас. Не скажу, что слишком взрослая, но было много всего. Улыбаюсь в приятной ностальгии. Ресницы мгновенно влажнеют, сглатываю, и комок оседает в горле. Из приоткрытого окна доносятся голоса родителей, которые помогают Заславскому паковать в машину собранный багаж. Артём обещался попрощаться перед отъездом, но его всё еще нет. Со второго этажа уныло смотрю на пустующую дорогу, а потом в телефон. Где же ты, милый? Надо ли говорить, как разрывает внутри от приближающейся разлуки. Сумасшедше дрянные чувства. Но я точно не уеду, пока не увижу его на прощанье. Я должна обнять его очень крепко и долго, поцеловать до задыхания, чтоб хватило на остальные дни, когда будем далеко друг от друга. Накинув рюкзачок на одно плечо, выхожу из дома. Пасмурная погода добивает паршивое состояние. Небо затянуто, ни намека на просвет. Съежившись от прохладного ветра, неторопливо топаю к машине. Мама с папой простирают руки для объятия, и я ответно тянусь к ним. Они обнимают, зажимая меня между собой и тем самым согревают. - Люблю вас, - говорю я от всего сердца, в котором неимоверно щемит. - И мы тебя, родная. Береги себя. Если папа еще как то сдерживает чувства, то мама, расчувствовавшись, пускает слезу. Обнимаю её, позволяя выплеснуть эмоции в свое плечо. Она быстро успокаивается и берет себя в руки. Заславский с понимаем смотрит на нас и терпеливо ждет, когда мы сможем отправится в путь. Пока родители дают мне важные напутствия, я внимаю и параллельно переживаю про себя, глядя вдаль. Где Артём? Я нервно сглатываю и не могу угомонить своё тревожащееся сердце. Меня уже потряхивает от волнения. Заславский догадывается, кого я жду и угрюмо поглядывает на меня. У него хватает бессердечности подлить масла в огонь и поторопить меня: - Пора, Лиз, - говорит он, когда родители закончили свои речи. - Подожди… Сжимаю онемевшие пальцы – ногти впиваются в кожу, но я даже боли не чувствую. Беру телефон и набираю Артёма – долгие монотонные гудки раздражают. Не отвечает. Блин! - Садись в машину, Лиз, - Гера открывает двери передо мной. – Холодно. Согреешься. Шмыгнув носом, иду вперед и загружаюсь в салон. - Не приедет он, - смотрит на меня Гера, усаживаясь рядом. - Приедет. Парень тяжело выдыхает и осуждающе мотает головой на мою упертость. Я звоню Артему еще раз. Возьми, ну возьми, пожалуйста… Не отвечает. Выкидываю телефон на панель и сильно кусаю нижнюю губу. - Мы не уедем, пока я не увижу его, - предупреждаю я, когда Заславский заводит двигатель. - Издеваешься? – хлопает по рулю парень. - Поехали к нему, - вдруг решаю я. - Лиза… У Геры даже слов не хватает описать своё возмущение. Пялится на меня как на сумасшедшую, пока я задумчиво сверлю неопределенную точку в мрачном горизонте. - Черт, - выругивается парень и рассержено проводит рукой по волосам и лицу, чтобы успокоится. Все-равно отвезти меня придется. Либо я доберусь до Артёма сама. - Поехали, - недовольно рычит он, мысленно проклиная Артёма. Мы машем на прощанье родителям, и Гера выруливает на дорогу. Не проезжаем и десятка метров, как из-за поворота появляется мотоцикл. Сердце улетает в пятки, когда узнаю, кто мчит навстречу нам. - Стой, – прошу я. Заславский сворачивает на обочину. Черный байк притормаживает и с глухим рыком останавливается на противоположной стороне дороги. Выбегаю, хлопнув дверью. Сердце бешено стучит, за секунды в груди вспыхивает пожар, под его пламенем лечу к любимому. *** Артём Едва успеваю слезть с мотоцикла, как Лиза сбивает меня крепкими объятиями. Меня аж отшатывает от силы моей хрупкой девочки. Её руки плотно обвивают торс - обнимаю её в ответ, уверенно, но мягко и чувствую её повышенную тревожность. Она шумно дышит, прижимаясь к моей груди. Но с каждым глубоким вздохом её напряжение ослабевает. - Хотела уехать без меня? – тихо спрашиваю, гладя её по волосам. - Никогда, - задирает голову и смотрит с таким отчаянием. – Я поехала к тебе. Ты на звонки не отвечал, я распереживалась… - В пробку встрял. И менты на дороги останавливали, - объясняюсь я за опоздание. – Все хорошо же, ну? Улыбаюсь, поглаживая подушечками пальцев её нежные щеки. А самого внутри ломает напополам. Держу острые чувства под контролем. Сглатываю скопленные душераздирающие эмоции и пытаюсь успокоить ту, которая хапнула моё сердце и теперь намеревается увезти и его и себя далеко отсюда. Я не буду больше упрекать её в том, что она уезжает. Оставляет меня. Превращает наши близкие отношения - в отношения на расстоянии. Будет жить с Заславским. Последнее что я хочу – это зарождать в ней чувство вины. Она приняла такое решение – окей, как то будем разруливать… Правда, я ума не приложу, как. Что я точно буду делать – так это сильно скучать по ней. Подыхать с тоски, если точнее. Не уверен, что она будет испытывать подобное – её попросту закрутит в водоворот событий, что некогда будет скучать: новый город, новые знакомства, новое место учебы, её мечты начнут сбываться. А у меня все также, только без неё… Выдаю свое паршивое состояние тяжелым вздохом, когда смотрю в глаза Лизе. Но моментально реабилитируюсь поцелуем в губы. Целую довольно сдержанно, но с любовью, из-за которой собственно меня колошматит изнутри. В глазах пиздец щиплет, но я быстро смаргиваю слабину. Рукой прижимаю её голову к горящей груди, в котором сходит с ума сердце, глажу по волосам и, уткнувшись носом в макушку, затягиваюсь, как наркоман, любимым запахом. Откладываю его в памяти, сохраняю про запас, когда будет чертовски не хватать её присутствия рядом, её тепла, её нежности, ласки, прикосновений, поцелуев, объятий. Господи, я же свихнусь! Задираю голову к небу, закрываю глаза и обреченно выдыхаю. - Люблю тебя, - сипло говорит Лиза, поднимая на меня проникновенный грустный взгляд. - Я сильнее, малышка, - прижимаюсь губами к её лбу и так сильно зажмуриваюсь, что с уголка глаза вырывается соленая капля. Незаметно смахиваю её и прочищаю горло. - Я провожу тебя до выезда из города, ладно? – смотрю в сторону Заславского, который нервно поглядывает на нас. Родители стоят поодаль и тоже недовольно таращатся на нас. Вообще похуй. Довожу её до машины, целую её еще раз и говорю: - Как доедешь, обязательно позвони. - Угу, - кивает она и, не хотя, выпускает меня из сцепленных рук. Захлопываю за ней двери, ловлю недружелюбный взгляд Геры, и хмыкнув, иду к байку. Я доверяю Лизе. Она не будет кидаться в объятия Заславского, окажись они наедине. Насчет намерений самого парня есть сильные сомнения, но я на хрен гоню их прочь из башки, иначе ревность сожрет меня заживо. Тут я могу полагаться только на верность и преданность своей девочки. Она любит меня, и только меня – вот, что я твержу, как в голову лезут плохие мысли. Завожу байк и еду следом за машиной Заславского. Провожаю мою девочку вплоть до выезда из города. Она периодически высовывается из окна и тянет ко мне руку, когда стоим на светофоре на соседних полосах. Сжимаю её тонкие пальчики и отвечаю на её улыбку блеском глаз через стекло шлема. Через несколько километров по трассе понимаю, что пора отпускать, как бы не было больно. Выровнявшись с машиной Заславского, салютую Лизе на прощанье и снижаю скорость. Съезжаю на обочину, чтобы перекурить и прийти в чувства. - Стой, стой! – слышу отчаянный голос Лизы. Черная Бэха тоже тормозит на обочине в нескольких метрах от меня. Вопросительно приподнимаю бровь, неприкуренная сигарета застывает в губах. Лиза выбегает из машины и несется ко мне, распущенные волосы летят за ней по ветру. Лицо зареванное, глаза воспаленные. Она врезается в меня, выбивая и без того покалеченную душу. Плачет, всхлипывает, увлажняя ткань моего бомбера. - Маленькая моя… - выдыхаю я, зарываясь пальцами в её волосы. - Так больно, - дрожит она. – Не хочу расставаться с тобой. - Знаю, малыш. Знаю, - шепчу я, обнимая ладонями лицо. – Но если не уедешь из-за меня, будешь жалеть потом. А я не хочу становится причиной твоих сожалений, пусть даже маленьких. Ты ведь и сама это понимаешь, девочка моя. Большими пальцами стираю влагу под её глазами. Улыбнувшись, зацеловываю её лицо, чтобы прекратила реветь. Мы стоим, обнявшись, еще некоторое время и испытываем терпение Заславского, а потом я её отпускаю: - Ладно, беги, крошка, - с любовью шлепаю её по попе на прощанье. Подмигиваю, изогнув губы в улыбке. – Отзвонись обязательно. Лиза убегает в машину, а я закуриваю и с грустным взглядом провожаю уезжающую за горизонт черную Бэху. ---------- Глава 13 Глава 13 Лиза Первое утро в новой квартире начинается с кофе в постель. Точнее, с легкого стука в дверь, за которым следует ласковое: - Проснулась, куколка? – заглядывает в комнату Гера, и увидев мое сонное лицо, парень улыбается. – Доброе утро, соня. Он открывает двери шире и предстает передо мной во всей красе – в одних штанах с голым торсом держит поднос с двумя чашками кофе и свежеиспеченными круассанами. В первую секунду я смущенно опускаю глаза, а во вторую – принюхиваюсь. - Как вкусно пахнет, - тяну сиплым голосом, изогнув брови. - В нашем доме удачно расположилась пекарня, - лыбится парень, почесывая затылок. – Сгонял по-быстрому. Заславский ставит поднос на прикроватную тумбочку и присаживается на кровать. Машинально поджимаю ноги в коленях. Его внимательный рассматривающий взгляд вводит в неловкость. Он свеж и бодр с утра, а я только проснулась, рассеянно сижу в пижаме, лицо помятое, волосы растрепаны. Протираю глаза и сдерживаю зевок. Тянусь к кружке и слышу заботливое: - Осторожно, горячий. - Спасибо, - тихонько улыбаюсь. – Разбалуешь меня. Вдыхаю невероятный кофейный аромат и закатываю глаза. Гера поднимает свою кружку и, растянув губы в белозубой ровной улыбке, весело дергает бровью: - Чин-чин? - Чин-чин, - выпускаю смешинку я, и мы чокаемся кружками. Делаем по глоточку. Я причмокиваю в блаженстве. Вкусненько. - Как спалось на новом месте? – интересуется Заславский, потягивая кофе. Пожимаю плечами. - Долго не могла уснуть. - Еще бы. Полночи трещала по телефону, - хмыкает он, вспоминая наш вчерашний долгий разговор с Артемом. Хихикнув, тянусь за круассаном и надкусываю хрустящее еще теплое слоенное тесто. - Скажи, а ты в таком виде в пекарню ходил? – улыбаюсь я, искоса поглядывая на мужской пресс и упругие грудные мышцы. – Они хоть сделали скидку? Заславский ржет, я тоже хихикаю. - Нет, представляешь? – иронично подхватывает он, занося руку за голову. – Тебя смущает мой вид? - Кхм, нет, - привираю я. – По идее, ты у себя дома, и можешь ходить, как тебе вздумается. - Даже голым? От провокационного вопроса круассан лезет не туда, и я давлюсь. - В моё отсутствие, пожалуйста, - откашливаюсь я, умудряясь параллельно смеяться. - Окей. Он смотрит на меня как-то странно. Ох уж, этот его хитрый прищур, от которого розовеют мои щеки. Гера лезет в телефон, его пальцы прыгают по экрану, пока я облизываю губы от варенной сгущенки, которой очень много положили в начинку выпечки. - Мама говорит отправить ей фотки с тобой, - поднимает на меня глаза Заславский. Оперативно подсаживается ко мне ближе, чтобы сделать пару снимков. - М-м, - мотаю головой, отказываясь. – Не, только не в таком виде. Я вообще спросонья ужасна, под глазами синяки от недосыпа… Приглаживаю волосы, потому что Гера вытягивает руку перед нами и я вижу свое отражение на экране. - Ты прекрасна, детка, - успокаивает меня он. И щелкает. На остальных кадрах я уже улыбаюсь, как и Заславский. - Милашка, - хмыкает он, перебирая готовые фото. - Угу, - посмеиваюсь я, доедая круассан. Стрясаю с груди крошки, которые ожидаемо осыпались. – Больше поросенок наверное… Парень переводит на меня взгляд и смеется. - Милый поросенок, - тянется рукой к моим губам и вытирает большим пальцем возле уголка рта. – Сгущенкой замаралась. Звучно облизывает палец и широко лыбится, в то время как мои округлившиеся глаза пребывают на грани выпасть из орбит. Сглотнув, ныряю носом в кружку, желая утонуть в остатках кофе. Что это сейчас было? Я тщетно делаю вид, что ничего такого. Но! Как замерла от его прикосновения, так пока и не шевелюсь. От Геры исходят странные вибрации в мою сторону. Он открыто заигрывает? Возможно, виной тому его шальное приподнятое настроение, которое не хочется портить своими загонами. Отмираю я, когда звучит уже мой телефон. На экране высвечивается входящий видеозвонок от Артема. Заславский видит это, и поймав мой намекающий взгляд, со вздохом слезает с кровати и выходит из комнаты. Вед пальчиком по зеленой мигающей кнопке и на экране появляется лицо Артема. Он тоже еще валяется в кровати, рука за головой, волосы в милом беспорядке, улыбается. А вот глаза мне его не нравятся. - Доброе утро, солнышко, - ласково хрипит он. Пискнув, я потягиваюсь и переворачиваюсь на живот. - Добр-р-ое, - мурлычу я. - Только проснулась? - Ага. Как и ты, - кокетливо улыбаюсь я и чмокаю экран. Артем усмехается и мотает головой. - Не. Я уже ленту новостей успел полистать. Как кофе? Вкусное? – уголки губ приподнимаются, но взгляд приобретает недобрый блеск. - Эм-м, - растерянно моргаю и смотрю на поднос, который точно не попадает в кадр. - Сложный вопрос? Понимаю, - хмыкает Артём и уводит взгляд в сторону. Прокашливается. – Сегодня разбудил тебя не я, да, детка? - Откуда ты знаешь, что я пила кофе? – отвечаю вопросом на вопрос. - У твоего верного друга висит свежая фотка на страничке. И тут до меня доходит. - А-а… Вообще-то это мы для его мамы фоткались. Она попросила. - Да-да. Занятный кадр - оба в кровати, он голый, ты растрепанная в пижаме. Я лайкнул, - поливает сарказмом Артем, не в силах скрыть недовольство на лице. - Я же тебе все объяснила, - дергаю плечом. – Просто фото. Я только проснулась, как Заславский с подносом зашел. Попили кофе с утра. Запрещено? Артем шумно выдыхает, встает с кровати и куда-то топает. А я мысленно сержусь на Геру, который без разрешения выложил нашу фотку на всеобщее обозрение. - Ты, что не закрываешься на ночь, малышка? Как он так просто взял и вошел? - Нет, не закрывалась. Зачем? - А ты подумай. Ты же у меня умненькая девочка. Закатываю глаза. Соглашаюсь с ним, чтобы дальше не раздувать. - Хорошо. Впредь буду закрываться. - Умница. В кадр попадает кухня, Артем ставит телефон на полку и чем-то шуршит. - Что делаешь? – спрашиваю я. - Завтрак себе готовлю. Кофе завариваю. Мне-то его никто не приносит на подносе в постель. Ну начинается… Пауза выходит напряженной. Я выдыхаю и меняю тему: - Какие планы на сегодня? - Как поем, на тренировку поеду, потом надо к Егору в больницу заскочить, - говорит Артем и параллельно бьет яйца. – А у тебя? - Вещи распаковать, - вздыхаю я, бросая взгляд на набитые сумки. – Целый день убью наверно. Погулять еще хотела, к городу потихоньку привыкать. - С этим погулять? – уточняет Артём. - Пока других друзей у меня здесь нет. - «Друзей», - ржет он, мотая головой. – Смотри, не шали там. Жду фотоотчет с прогулки. В который раз я закатываю глаза? Следом улыбаюсь снисходительно. - Ты тоже там это… - прочищаю горло. - Не балуйся. - Постараюсь, - смеется Артем, и прищурив глаза, добавляет. – Но не обещаю. Я непослушный, знаешь. Он шутит, Лиза. Просто его тупые шуточки, - успокаиваю себя и вздыхаю. - Я бы тебя сейчас поцеловала. Сильно-сильно, - сглатываю я, облизывая губы. Хорош, засранец. Вроде рядом, а так далеко. Артем оставляет готовку, берет в руки телефон, и его лицо встает крупным планом на экране. Мужские глаза загораются, а выступающий кадык дергается в желании: - А я бы трахнул. Сильно-сильно. ---------- Глава 14 Глава 14 Артём Вечером после всех дел еду домой, по пути заскакиваю в магазин, прикупив мяса, приправы и овощей. Жизненный пиздец компенсируем шикарным ужином в гордом одиночестве. Отфильтровываю из башки негатив по возможности, делаю, что должен, и будь, что будет. Пока так. В подъезде торможу возле лестничного пролета и озадаченно сдвигаю брови, глядя на нелепую молодую особу в алом беретике и её жалкие потуги волочить большущий чемодан по ступенькам вверх. В другой руке она держит две сумки, которые перевешивают её хрупкую фигуру. - Ну давай же, дурацкий ты… - крехтит она, не замечая меня, и дергает ручку так сильно и злостно, что колесико отлетает и скачет по лестнице вниз. – Ну ё-мое! С расстройства она спотыкается, и чемодан, выпущенный из захвата девичьих пальцев, летит кувырками прямо на меня. Спасибо реакции, ловлю его и слышу сверху восхищенно-испуганное «Ах!» С легкостью поднимаю багаж одной рукой и шагаю к его владелице, которая покрылась неловким румянцем. - Спасибо большое, - извиняюще смотрит на меня и смущенно улыбается. – Чуть не убила вас… Я усмехаюсь на её «выканье», на вид ей лет семнадцать-восемнадцать, на две головы ниже меня, совсем мелкая. Глазки востренькие с длиннющими ресницами, вздернутый носик усыпан веснушками. Из под красного берета виднеется сбившаяся челка и естественные русые кудряшки. Забавное наивное создание с родинкой на щеке. - Далеко собралась, Красная Шапочка? – приподняв уголки губ, смешливо говорю я и ровняюсь с ней на лестничной площадке. Девушка широко улыбается и смотрит на меня заинтересованно снизу вверх. - Меня Мира зовут, - кокетливо поправляет берет. – Я заезжаю в съемную квартиру на крайнем этаже. Надеюсь, что лифт работает, иначе… Она мотает головой и хихикает, сложив умоляюще брови «домиком». - Работает, - обнадеживаю её я и нажимаю на кнопку. – Соседями будем, получается? - Правда? – хлопает глазами, которые радостно засияли. – А тебя как зовут, если не секрет. - Артём, - говорю я, когда двери лифта открываются перед нами. - Артём, - повторяет она, чтобы отложить в памяти. - Очень приятно познакомиться. - Угу. Затаскиваю её чемодан в кабину, нажимаю на нужный этаж, и мы едем вверх. Я стою позади её и, вдохнув, чувствую очень знакомый аромат. От девушки пахнет Лизиными духами. Чуть склонив голову к её волосам, принюхиваюсь, чтобы развеять сомнения. В натуре, точь-в-точь, как у моей детки. Красная Шапочка замечает двусмысленное действие в её сторону в зеркале и смущенно улыбается. Прочищаю горло от неловкости момента и делаю вид, что ничего не произошло. Про себя угораю – бляха, она в натуре подумала, что я начал обнюхивать её, как животное самку в самых определенных целях. Мы выгружаемся на верхнем этаже. - Какая квартира? – интересуюсь я, помогая ей нести чемодан. - Вот эта, - указывает она на соседнюю дверь от моей. Я усмехаюсь. - С новосельем, соседка, - ставлю её багаж возле порога. - Дальше, надеюсь, сама справишься? - Ага, спасибо, - складывает сумки и достает ключи из кармана. Она любопытно поглядывает на меня, убеждаясь, что я реально живу через стену и открываю двери соседней квартиры. Я разуваюсь, топаю на кухню и скидываю пакет с продуктами на стол. Переодеваюсь, закидываю шмотки в стирку. Босыми ногами в одних шортах выхожу из ванной комнаты и залезаю в телефон. Лиза не звонила, не писала. Проверяю её страничку, потом заглядываю к Заславскому – может эта рожа опять какие-нибудь фото запостил. Ничего нет, даже тот утренний совместный снимок удалил. - Да ты заебал, - говорю самому себе и сворачиваю вкладку соцсети. Выкидываю телефон. – Сказала же, что позвонит вечером. Уймись. Больше всего я не хочу превращается в такого типа, который ревностно следит за девушкой, надоедает звонками и проверками. Ищет во всем подвох и задыхается в недоверии. Решаю максимально отвлечься на другие мысли и занимаю себя делом. Включаю на фон бои UFC – пока мужики колошматят друг друга на ринге, я разбираю пакет. Надо сварганить ужин, чтобы вкусно и быстро. Включаю духовку, и пока та греется, приправляю мясо и нарезаю овощи. На противне под фольгой отправляю всё готовится в плиту на час-полтора. Сполоснув посуду, с чувством выполненного долга, достаю из холодильника бутылочку охлажденного пива и заваливаюсь на диван. Смотрю череду боёв, охреневая, как некоторых вообще пустили на ринг. - Да втащи ты ему уже, - вздыхаю я, когда бойцы мнутся, как девочки на первом свидании. – Ой бля… Я понимаю, что есть и проплаченные показушные выступления. Да, именно выступления, где полноценным реальным боем даже не пахнет. Одна ебаная игра с махами и кривляньями. И это пиздец, как видно! Было у меня пара предложений принять участие в таких мероприятиях за приличные бабки, но я отказывался, потому актер из меня хреновый. Не готов я проигрывать и подставляться какому-то долбоящеру, потому что «дяди» сказали и за всё уже заплатили. Духовка, поставленная на таймер, пищит, и я топаю в кухню, сглатывая слюни от пряного запаха мяса. - Моя сочная прелесть, - протыкаю вилкой кусок нежной свинины, и отправляю в рот, проверяя на готовность. – Идеально. Выкладываю всё на блюдо, вооружаюсь ножом, вилкой, чтобы с удовольствием вонзится в еще горячую плоть и удовлетворить свой звериный аппетит. Звонок в дверь. Кого еще принесло? Чертыхнувшись, оставляю столовые приборы и иду в прихожую. Взглянув в глазок, закатываю глаза и открываю дверь. За порогом стоит «Красная Шапочка» в милом платьице с заплетенной косичкой на плече, вместо корзинки с пирожками, держит в руках тортик. - Привет… Я это… - запинается она и краснеет. – С соседями надо подружиться. И отблагодарить за помощь хотела. Вот… Или я помешала? Она часто моргает, пробегается по моим татухам и сконфуженно опускает глаза. Я озадаченно смотрю на это недоразумении в платье в горошек и чешу затылок. - Ну заходи, - открываю дверь шире, пропуская её внутрь. ---------- Глава 15 Глава 15 Артем Если бы соседка была вызывающей стервозной шлюшкой, то послал бы её на хуй и за порог не пустил, а тут на лицо невинное смущающее создание. Даже грубить как-то неудобно. Мира заходит, и я закрываю за ней дверь. - Я как раз ужинать собирался, - комментирую я, направляясь в кухню. Девчонка идет следом. – Ты голодная? Будешь со мной? - Ну… - стеснительно пожимает плечами и осматривается. – Можно в принципе. - Окей, располагайся. Торт можешь пока туда поставить, - указываю на столешницу. Нажимаю на кнопку чайника, достаю еще один прибор и ставлю напротив перед девушкой. По-хозяйски немного ухаживаю, нарезаю мясо и складываю добрые порции по тарелкам. - Приятного аппетита, - говорю я и принимаюсь за еду. - Спасибо, - кивает Мира и облизывает губы перед тем, как попробовать мясо. Она сидит напротив, и я невольно пялюсь на неё. Вроде ничего такая, но не в моём вкусе. Девушка отправляет кусочек в рот, разжевывает и прикрывает глаза. - М-м-м, вкусно, - одобрительно кивает она и не без удивления спрашивает. – Сам готовил? - Угу. - Пальчики оближешь, - поливает комплиментом девушка и начинает уплетать за обе щеки всё с тарелки. Улыбаюсь по себя – всегда нравились девчонки с хорошим аппетитом. Некоторое время молча наслаждаемся едой, но потом Миру прорывает на разговор: - Ты один живешь, получается? - Да. - Ясно. Я теперь тоже…- вздыхает. - Из многодетного шума и кипиша резко в тишину и покой перебралась. Так странно и непривычно. - Ты откуда приехала? – спрашиваю я. - С родителями в пятидесяти километрах от города жила, в поселке Кишево, знаешь? - Слышал, - киваю. - Ну вот. Теперь тут. - Понятно. Учиться приехала? – догадываюсь я. - Да. А ты чем занимаешься? Учишься? Или работаешь? – любопытно хлопает ресницами она. - И то, и то, - немногословлю я, не находя причин подробно распинаться о своей жизни. - Ясно… - быстро улавливает намек, что не надо докапываться до меня. Поджав губы, она огибает по дуге пространство комнаты и останавливает взгляд на вскипевшем чайнике. - Давай я торт нарежу и чай налью. Будешь? – предлагает она и встает из-за стола. - Я без десерта. А чай можно, - говорю я и оборачиваюсь, чтобы подсказать, где, что лежит. – Кружки найдешь на … - Уже нашла, - улыбается она, открыв нужный шкаф, и встает на носочки, чтобы дотянуться. – И чай тоже. - Класс, - усмехаюсь под нос. Оперативная девочка. Она разливает чай, и ставит передо мной кружку и блюдце с куском торта. - Вдруг передумаешь, - говорит она, ведет плечом. – Он вкусный. Или ты в принципе не любишь сладкое? Она усаживается напротив меня и уже без стеснения скользит взглядом по голому торсу. - Не люблю баловаться сладким на ночь глядя, - откинувшись на спинку стула, вытираю пальцы салфеткой и тоже разглядываю девушку. Интересно, она девственница или нет? На первый взгляд - как будто да. А на второй – может быть и нет. - А я люблю побаловаться чуть-чуть, - хихикнув, она берет пальчиком белковый крем и отправляет его в рот. Облизывает губы и закатывает глаза. – М-м, вкусненько. Я сглатываю. Она только что обсосала палец на глазах парня, у которого не было секса уже с неделю, и не светит херову тучу времени. Жестоко. Она улыбается, а я, напрягшись, опускаю взгляд на кружку, с которой поднимается пар. Делаю осторожный глоток - горячий чай согревает горло, и следом расслабляющим эффектом прокатывается по всему телу, в котором скопилось много всего, в том числе и чувство недотраха. Меня попускает. В создавшейся тишине отчетливо слышно мелодию телефонного звонка. Дотягиваюсь до полки, где оставил телефон и вижу на экране видеовызов от Лизы. Хмыкнув, задумчиво перевожу взгляд на Миру, которая сразу открывает рот, чтобы что-то сказать, но я прислоняю палец к губам и шикаю: - Ш-ш… Подожди. Моя девушка звонит. Надо ответить. - У тебя есть девушка? – удивляется соседка. Пока она недоумевает, веду пальцем по мигающей зеленой кнопке «Ответить» и приветливо улыбаюсь. Личико любимой девочки отражается на экране. Накрашенная с распущенными волосами в какой-то маечке с виднеющимися бретелями лифчика сидит у себя на кровати и тоже улыбается. - Добрый вечер, - кокетливо склоняет на бок голову она и заводит прядь волос за ухо. - Ну привет, малышка, - разглядываю её. – Нагулялась? - Угу. Здесь очень много красивых мест, - вдохновленно тянет она, поднимая глаза на потолок, как будто на нем запечатлелись воспоминания. - Не сомневаюсь, - усмехаюсь я. - Кстати сделала много фоток, отправлю тебе. Но завтра наверно. Сегодня никаких сил не осталось. Уста-ала-а. Она растягивается и сползается с подушки вниз. Смеюсь на то, как она пищит. - Буду ждать. - Ты что делаешь? – приближает лицо к экрану и сужает глаза. - Чай пью, - широко улыбаюсь и показываю в кадр кружку в знак подтверждения. Звучно отпиваю с протяжным выдохом. – Кстати, не один. А в компании очаровательной соседки. - Ага, - не воспринимает всерьез мои слова Лиза и закатывает глаза. Бесит, когда она так делает. – Лучше не трави меня. - Да реально, - ржу. - Хватит прикалываться. Мне не смешно, - строго уставляется на меня. - Ладно… Я переворачиваю камеру, и на экране появляется расстерянное лицо Миры. Но девушка быстро спохватывается, натягивает улыбку и машет Лизе. - Приве-ети-ик, - переводит озадаченный взгляд на меня с немым вопросом, типа «Что дальше?». А ничего. Я возвращаю камеру на себя и ловлю ревностные искры с экрана. - Ты серьезно? – пыхтит Лиза. - А чё? – тупой вопрос. - Ни чё! Убивает меня взглядом и отлючается. - Блядь, - резюмирую я, поджав губы. Со вздохом кладу телефон на стол. – Оби-де-лась. Не знаю, то ли расстраиваться, то ли истерично смеяться. Ну конечно. Как завтракать с Заславским в одной постели - так Артём всё поймет и проглотит, а как я с соседкой чай пить – так этого она не потерпит. - Эм-м… - оживает Мира. Она неловко ведет плечом и встает из-за стола. – Я наверно пойду. Считывает с меня одобряющий взгляд. Берет свою посуду и несет в раковину. - Оставь, - говорю ей, когда включает воду. - Угу, - просто споласкивает руки и вытирает о полотенце. - Спасибо за ужин. За приятную компанию. Всё было очень вкусно, - слишком распинается на благодарности она. Господи, как же она сконфужена. Раскраснелась вся. Я встаю и провожаю Миру. - Пока, - поднимаю ладонь на прощанье и захлопываю за ней дверь. С телефоном и сигаретами иду на балкон. Надо перекурить. Выдыхаю дым в розовый закат и мысленно предвкушаю наш разговор с Лизой. По факту, я чист и ничего противозаконного с Красной Шапочкой не вытворял. Но моя девочка может что-нибудь себе надумать. Даю время успокоиться ревнивой малышке. Признаюсь, меня её реакция не тревожит, наоборот, всё четко, пусть понервничает, а то пиздец расслабилась в своей Москве. Завалившись на кровать в спальне, перезваниваю Лизы. Долго не берет. Типа характер показывает. На последнем гудке все-таки отвечает - на экране высвечивается её надутая моська, но она даже не смотрит на меня, якобы занята более интересным делом, чем разговаривать со мной. Меня это жутко веселит, и я еле сдерживаюсь, чтобы не заржать. Зато улыбка на все лицо. - Чего тебе? – бросает небрежно, скосив на меня глаза. Оскорбляется моим слишком нахальным видом. – М-м, довольный лежишь. Что-то ты быстро с ней управился. - Я еще и покурить успел, - сверкаю зубами. Она закатывает глаза и корчит лицо в омерзении. - Фу, Абашин! – первый раз называет меня по фамилии. Её гневные искры из глаз заставляют все-таки засмеяться. – Ты совсем охренел? Даже отрицать не будешь? - Ты о чем, малая? - Что за швабра сидела на твоей кухне! - Ты про соседку? Её Мира зовут, она сегодня заехала, - как ни в чем не бывало рассказываю я, пока Лиза пыхтит через вздувшиеся ноздри. - Пришла познакомиться. Чинно поболтали, покушали, чай попили. Она приехала учится в город из поселка… - Ути-господи, как мне интересно! – изливается сарказмом Лиза. Её конкретно бомбит. А я угораю. - Можно поподробнее? - Она из многодетной семьи, восемнадцать лет, любит сладкое, девственница она или нет, я не знаю… - Абашин! Я тебя придушу вот этими руками, если ты не прекратишь издеваться! - Да что я такого сказал? – ржу. - Все по факту. - Не беси меня. Протираю лицо рукой и выдыхаю. - Она не в моем вкусе. Спи спокойно, - говорю я. - Аха, щас! Нафига тогда ты её в квартиру пригласил? - Просто. - Просто? - Ну да. Также просто, как и ты впускаешь к себе Геру. У вас по-дружески. У нас по-соседски, - с провокацией щурю глаза. Пусть почувствует каково мне бывает, когда она наедине с этим придурком. Приятно, родная? А я еще как-то держу себя в руках и не ору, как истеричка. - На зло значит, да? – расстроенно качает она головой. Подобное сравнение её сильно задевает, и она с ревности переходит в конкретную обиду. - Нет. - Угу, - мычит она, поджав губы. Сглатывает. – У меня нет настроения разговаривать, спать хочу… - Ну Лиза-а, - протягиваю я, чувствуя, что шутка перешла границы. – Детка, я люблю тебя. А соседка, пошла она на хуй. Рядом с тобой не стоит. Лиза шмыгает носом. Все еще дует губы, опустив глаза. - Ты у меня самая красивая. На других даже смотреть не интересно, - добавляю, наблюдая за реакцией девушки. Вот уже поднимает оживший взгляд, прислушивается, ждёт еще. – Одни страшилища кругом ходят… Лиза не сдерживается и прыскает со смеху. - Да, прям уж страшилища? - трясет головой. - В натуре, - улыбаюсь я, чувствуя, что Лиза расслабляется. – Я тебя хочу. Кусаю костяшку пальца и пялюсь на её грудь, которая вздымается от дыхания. Сейчас бы пощупать любимые сиськи, растерзать соски… Шальная мысль сильно заводит. Волоски на теле встают дыбом от пошлых намерений. - Поиграем? – предлагаю я, облизнув губу. Лиза вопросительно моргает на мой голодный замутневший взгляд. - Как? - Для начала закройся, - дергаю бровями. – Эта игра на двоих, посторонним вход запрещен. Крайне заинтригованная, Лиза встает, прокручивает защелку на двери и возвращается на кровать. - Сними майку, - приглушенно хрипит голос. – И лифчик. - Хочешь, чтобы я разделась? – её глаза загораются блеском. - Очень, - сглатываю. Улыбнувшись, Лиза стягивает через голову майку и остается в кружевном черном лифчике, который облегает налитые упругие сиськи. Широко расставив ноги, поправляю шорты - она даже не голая, а у член уже напрягается от возбуждения. Дальше начинается обольстительная игра. Лиза быстро улавливает её суть, и начинает соблазнять меня манипуляциями. Она не спешит избавляться от личика – медленно спускает одну лямку по плечу, стреляет глазками в меня, цепляет вторую лямку пальцем и отпускает, чтобы та звучно врезалась в кожу. Пальцами ведет по коже, лавируя по сексуальным неровностям и холмам. Мой кадык дергается в ответ. Дофамин крупными дозами вырабатывается в кровь, и растекается по телу возбуждением. Зрачок расширяется, веки тяжелеют, как и мое дыхание – прикрыв наполовину глаза, я слежу за тем, как Лиза заносит руки сзади и расцепляет застежку. Лифчик падает, открывая наружу два округлых аппетитных полушария с розовыми сосками. Они торчат, всем своим видом показывая, как изнывают по ласкам. А как я соскучился! В паху простреливает от накатившей волны влечения. Облизнув пухлые губы, Лиза наблюдает с экрана, как меня штырит. - Давай, поласкай себя, - шумно хриплю я и достаю из трусов каменный член, чтобы видела, как сильно я желаю её. – Хочу подрочить на тебя. ---------- Глава 16 Глава 16 АртёмЯ вижу, как Лиза смущается, закусывает губу, глядя на то, как я натираю ладонью стояк. Но в её глазах явно прослеживается обволакивающее безумное вожделение, но рамки в голове мешают, сделать то, что сама хочет.- Давай погладь себя, - как самый настоящий дьявол склоняю девочку в грязным делам. – Покажи мне, как ты себя ублажаешь.Сглотнув, она обводит пальцами вокруг сосков и, вздохнув, опускает ресницы. Розовые вершинки в миг откликаются и напрягаются, как и я. Пошла жара.- Сожми сиськи, - мягко рычу я. Лиза послушно выполняет. – Вот так. Ещё, сильнее.Она увереннее разминает упругую грудь, доводя и меня, и себя до исступления. Я бы с удовольствием растер член между её аппетитными буферами. Потом бы залез в рот и трахнул её по самые гланды.- Оближи пальцы и поиграйся с сосками, - развращаю её дальше.Глядя на меня опьяненными глазами, Лизы высовывает язык и проводит по нему подушечками. Влажными пальцами принимается крутить соски и, закатив глаза, хватает ртом воздух.- Моя сладкая, разворачивайся и снимай трусики, - перехожу к горяченькому в нетерпении. Член уже дымится.Повернувшись ко мне спиной, моя крошка решает меня поддразнить, обводит ладонями по контуру свою сексапильную фигуру. Преодолев манящий изгиб тонкой талии, переходит на задницу и крутит бедрами. Выгибается кошечкой, выпячивая ягодицы, которые обтянуты кружевной тканью. Неожиданно и хлестко шлепает себя по попе, что кожа загорается, а у меня сердечко ёкает, и подпрыгнув, скачет дальше на взрывном адреналине. Моя плохая девочка сжимает ягодицы и оставляет на ней полосы от вонзившихся ногтей. Я уже даже не моргаю, чтобы ничего не пропустить, только успеваю наяривать. Выпятив пятую точку, она тянет резинку трусов вниз, оголяя красивую задницу. Представляю, как вонзился бы в неё и глухо стону, чувствуя приятную дрожь в мышцах.Избавившись от трусиков, она садится ко мне передом и раздвигает ноги. От вида влажной киски обдает жаром. Бляха, я весь горю от возбуждения. Лизу тоже конкретно ведет – разгоряченная, раскрасневшаяся, с искусанными губами и потемневшим взгляд с поволокой.Она повторяет трюк с влажными пальцами – засовывает их в рот, водит по языку, глядя мне в глаза, а потом опускает руку на набухший клитор. Давит, растирает, томно всхлипывает, запрокинув голову вверх. Я жадно и даже ревностно смотрю на то, как она ублажает себя, давлюсь слюнями и собственным желанием поработать там своими пальцами. Вспомнить, какая она наощупь может быть горячая и мокрая. Вспомнить, какая она на вкус и запах. Вылизать её до скрипа, до громких стонов, содроганий, феерического оргазма.- Засунь в себя пальцы, - хриплю я, уставившись, как с её дырочки сочится смазка. Зуб даю, под ней на простыне уже целая лужа. Как же сильно моя девочка хочет трахаться.Лиза округляет глаза на моё желание, как будто никогда не залазила внутрь себя.- Давай, детка, - подталкиваю её.– Там и не такое помещалось.Её средний палец пристраивается на вход, массирует и медленно входит в внутрь, погружаясь на всю длину. Подключает второй палец, расширяя дырочку, и двигает туда-сюда. Наращивает темп, другой рукой теребит клитор, пока я яростно дрочу на неё. О да, детка!Она дышит так томно, как будто задыхается, её пальчики быстро работают, натирают, ведя хозяйку по ступенькам вверх к оргазму.Я тоже на грани. Шумно дышу, раскаляя член до предела. Неотрывно смотрю мою девочку, которая ублажает себя и представляю, как растянул бы её своим бугром, затрахал то потери пульса во все щели. Заставил бы стонать до хрипоты и слабости в мышцах. Моя сучка. Фантазия вбрасывает картинки, подкрепленные опытом горячего секса, и я дохожу до пика, и прорычав, извергаю лаву спермы невероятного удовольствия. Несколько секунд после содрогаюсь в мышцах, наслаждаясь приятным послевкусием оргазма.Лиза быстро догоняет меня. Простонав, она падает на спину и шумно дышит.Отдышавшись, поворачивает голову на меня, убирает волосы с лица и устало улыбается. Такая сексуальная и прехорошенькая даже после грязных делишек. Обожаю её. Моё личное сумасшествие. Знала бы, как мне мало её. Всегда не хватает. Кажется, только кончил, а хочу её ещё и ещё. ---------- Глава 17 Глава 17 Лиза - Пока, девчонки. До завтра, - прощаюсь с сокурсницами и иду в сторону стоянки, где меня ждёт Гера. - Пока, Лиз, - в унисон голосят они и провожают любопытным взглядом. Что-то шушукают за спиной, вероятно думая, что это бойфренд встречает меня. Усмехаюсь про себя и, поправив рюкзак на плече, топаю к Заславскому, который стоит возле своей классной тачки, деловито засунув руки в карманы джинсов. Мой друг всегда может произвести впечатление на девушек, даже ничего не делая. Светловолосый голубоглазый красавчик при деньгах, при мозгах, образованный, воспитанный, обаятельный. Приблизившись ближе, ответно улыбаюсь ему и попадаю в объятия протянутых мужских рук. Вдыхаю свежий аромат парфюма Kenzo и балдею. - Как первый учебный день? – интересуется Гера. - Супер, - свечусь я. - Смотрю, с новыми подружками познакомилась? - Ага, – отлипаю от его груди и иронично спрашиваю. – Номер телефончика надо? Есть. - Не, спасибо, - смеется он, но прищуривается вдаль. Я тоже оглядываюсь. - А если они твой попросят? Ты им точно понравился. Гера самодовольно усмехается. У него такого добра хоть отбавляй. Как-то он был в душе, и у него телефон затрезвонил, я глянула на экран – а там фото очень красивой девушки с ласковой подписью Киса. Да и по вечерам Гера бывает пропадает, гуляет, пока я зависаю в сериальчике или читаю книжку. Но вряд ли у него появилась постоянная девушка для серьезных отношений, если бы это было так, то он бы поделился со мной. Так что, думаю, он просто развлекается. - Скажи им, что я твой парень, чтобы не приставали и молча завидовали, - советует парень. Я смеюсь, и Заславский подхватывает. Его грудные мышцы подрагивают от смеха и передают вибрацию на мои ладони. - Слушай, какая ткань приятная у твоей кофточки. Новая? – с восхищением глажу кашемировый лонгслив. Притираюсь щекой. – Мягонькая такая, тепленькая. У Геры есть вкус и чувства стиля, он всегда красиво одевается и грамотно подбирает вещи. Причем ничего вызывающего или броского, базовые вещи, но грамотно подобранные и круто сочетаемые между собой. - Угу, - лыбится парень и щупает мою одежду в ответ. – Твоя тоже ничего. Мы снова выводим всё в шутку, и обмениваемся смешливыми улыбками. Гера открывает передо мной двери автомобиля, и я усаживаюсь на пассажирское место спереди. Кидаю рюкзак на заднее сиденье. Парень садится следом за мной, кладет одну руку на руль, но заводить машину не спешит, вместо этого он интригующе смотрит на меня. - Что такое? – спрашиваю. - У меня для тебя сюрприз. - Какой? – замираю я. Уголки мужских губ растягиваются, а рука тянется к бардачку. Он достает оттуда две бумажки и кладёт их на мои колени. - Пойдем? Я разглядываю их содержимое и понимаю, что это билеты в филармонию на концерт академического симфонического оркестра. - Серьезно? – восторженно округляю глаза я. – Сегодня? - Тебе нравится? Вместо слов я обнимаю Геру и радостно пищу. - Спасибо большое! Ты такой… классный! – выдыхаю и отстраняюсь, чтобы заглянуть в его глаза. Они становятся крайне довольными от того, что подарок пришелся мне по душе, и в то же время - мягкими и нежными от комплимента. - Я рад. - Только вот… - я опускаю взгляд на черные гетры и стучу кедами друг об друга. - Что такое? Вздохнув, поджимаю губы и уныло смотрю на парня. - Мне даже пойти не в чем туда, - признаюсь. Поправляю джинсовую юбку и припоминаю немногочисленные варианты в гардеробе. Все годится для учебы, прогулок, но точно не для филармонии. Гера смотрит на часы и обнадеживающе ведёт плечом: - Мы успеваем присмотреть тебе наряд и даже перекусить. - Блин, Гер, мне и так неудобно… - стону я. – Будешь тратиться на меня? - А ты хочешь сдать билеты из-за такой глупости? Хлюпнув носом, отрицательно мотаю головой. - Просто… - начинаю я, состроив брови. - Вот именно - просто. Так что давай не усложняй, - твердо завершает спор и выруливает с парковки. Он привозит меня в люксовый бутик, где мне подбирают красивое платье песочного цвета. Очень элегантное, при этом современного кроя, на запахе, с асимметричным подолом. Цена для меня кусачая, но Заславский, не моргнув глазом, оплачивает покупку своей картой. Про себя думаю – когда-нибудь заработаю, и всё верну. Мы кушаем в ресторане, и едем домой. Там переодеваемся, я успеваю уложить волосы плавными волнами и подправить мейк. Гера терпеливо выжидает мои сборы, сидя за ноутбуком – ему то понадобилось минут десять, чтобы надеть костюм и стать вдвойне привлекательным в деловом образе. - Я готова, - пропеваю я, надевая вторую туфлю. - Красотка, - разглядывающим взглядом пробегается по мне Заславский. Он галантно помогает мне надеть тренч, и мы наконец-то выходим из квартиры. В дороге я переписываюсь с Артёмом и рассказываю, куда еду. Предупреждаю его, что ближайшие два часа буду недоступна и выключу звук на телефоне. Своё недовольство он прячет за смайликами и короткими холодными ответами по типу «Ясно.» Стараюсь не расстраиваться и не надумывать плохое, чтобы не портить настроение и прекрасный вечер. Негативные мысли покидают меня, как только я переступаю порог филармонии. У меня дух захватывает от самой атмосферы, которая царит в здании. Интерьеры завораживают глаз - лепнина на стенах, помпезный декор, кованные фонари, высоченные потолки, на которых висят огроменные люстры. Взявшись под руку, мы заходим в колонный зал в красно-белых цветах и занимаем места в партере. Концерт еще не начался, а у меня уже мурашки выскакивают от предвкушения музыкального экстаза. Глаза завороженно бегают по сцене, где собираются участники симфонического оркестра, садятся на свои стульчики с инструментами. Самым последним выходит дирижер, поприветствовав всех легким поклоном и дежурной улыбкой, он поворачивается к нам спиной, взмахивает палочкой…. И музыкальное волшебство начинается. Каждый звук струнных и духовых залетает в сердечко и ярко откликается в нем. Оно то замирает, то сильно колотится, норовя выпрыгнуть из груди. Кажется, ни одного слова не было сказано, но сколько эмоций было донесено через музыку. Вся обсыпанная мурашками, я пребываю в полнейшем восхищении. Воспроизведенные симфонии Моцарта и Штрауса ласкают уши целых два часа, но концерт проходит на одном дыхании. Сильно вдохновленная я делюсь своими чувствами с Герой, когда мы едем домой. Меня прямо распирает фонтаном впечатлений. - Значит, понравилось? – улыбается Заславский, переводя взгляд с дороги на меня. - О-очень! – восклицаю я и с благодарностью смотрю на него. – Спасибо еще раз за возможность послушать вживую такие шедевры… - Скоро сама будешь концерты давать, - подмигивает он мне. – Пригласишь, а? - В первую очередь, - широко улыбаюсь я. - Прям таки в первую? - щурится он. - Не сомневайся, - дергаю бровью. – Почетное место будет в первом ряду. - Ну спасибо, малыш. Он улыбается, и кладет правую руку на мое колено. Так просто и естественно, как будто каждый раз так делал. Я застываю. Даже дышать перестаю. Чувствую, как мурашки побежали по бедру и сглатываю. Пялюсь на его ладонь, потом стреляю глазами на парня. Он как ни в чем не бывало рулит одной рукой и смотрит прямо на лобовое. Лиза, убери его руку – приказываю себе, но не могу пошевелиться, меня как будто сковало. Что происходит, черт возьми? Я буквально кричу про себя, потому что мой рот немеет. И только сердце сильно дубасит от ребра. Из неловкой ситуации меня выводит звонок мобильника. Я тянусь за сумочкой, дергаю коленом, и рука Геры возвращается на руль. - Мам, привет… - возвращается ко мне дар речи, и я облегчено выдыхаю. Мы трещим с мамой обо всем и ни о чем. Я растягиваю наш разговор по максимуму, потому что не хочу оказаться в неловкой тишине с Герой. Его фривольный жест, моё реакция на него – это все не поддается достойному объяснению на данный момент. В свете фонарей ночного города, под приятную музыку, мы плавным ходом добираемся до дома. Не было никаких неудобных разговоров. Оба предпочли помолчать в своих мыслях. Заславский высаживает меня, но сам выходить не планирует. - Я покатаюсь еще немного, - подмигивает он, приподняв уголки губ. – Скоро буду. ---------- Глава 18 Глава 18 Герман Гоню по трассе, выжимая тапку в пол. Стрелка спидометра валит за сто, и я лавирую, как маятник, между рядов. Колонки дрожат от ритмичных битов, но даже громкая музыка не перекрывает стук сердца, которое завёл адреналин. Меня нередко накрывает в последнее время, и виной тому самая желанная и временно недоступная девочка, на чьей коленке недавно лежала моей ладонь. Кончики пальцев до сих пор покалывает от прикосновения к её бархатной коже. Не сдержался и пошел проверять территорию на ощупь, и я очень доволен результатом. Лиза до последнего не убирала мою руку - этот факт добавляет уверенности в том, что я движусь в правильном направлении. Лиза все-равно станет моей. Рано или поздно. Сколько бы не сопротивлялась самой себе, это произойдет, как уже было однажды. Только на этот раз я её так просто не отпущу. Было большой глупостью давать нам перерыв и уж тем более переходить в статус «друга». Никакие мы не друзья. Смешное прикрытие, за которым она сохраняет нашу связь. Да, именно она. Поэтому у меня есть повод добиваться этой девочки, уничтожая противников на пути. Тем более я хочу её, сильно хочу! Хрен знает, как это работает, но завязав отношения с другим, Лиза автоматически поставила передо мной цель отвоевать её и доказать глупышке, что та ошиблась с выбором. Отношения с Артёмом – это ошибка, которую я готов простить в силу неопытности девушки. Гад вскружил голову наивной малышке, но её чувства погаснут так же стремительно, как и воспламенились. Сама жизнь создаёт идеальные условия для того, чтобы они расстались. А я с удовольствием ей подыгрываю и не упускаю шанса действовать в своих интересах. Кто-то скажет, что я долбоеб. Но тогда прошу заметить – долбоеб №2. Первое место в этой категории любезно уступаю Артему. Даже я не стал бы держаться за отношения, если бы моя девушка уехала так далеко и жила бы там с другим парнем, который явно имеет на неё виды. Я встрял в долбанный бермудский треугольник и планирую выйти из него победителем. Я очень люблю факты, а не громкие красивые слова, которые за сотню миль отсюда растворяются, потеряв значение для адресата. Мои факты говорят одно - Артём проигрывает мне по всем пунктам. Лиза живет со мной. Мы вместе завтракаем, вместе отдыхаем, гуляем, много общаемся. Я обеспечиваю Лизу всем необходимым. И она принимает мои ухаживания. А еще она начала меня смущаться, прямо как в первые дни наших бывших отношений. Мне это льстит. Значит, я не зря стараюсь и каждодневно рою проход к её сердечку. Стоит Артёму жестко оступиться, ну например, трахнуть другую, пока милая далеко, то это будет настоящий флэш рояль в моих руках, которыми я бережно согрею, вытру слезки и отласкаю страдающую из-за изменщика девочку. Я стану её утешением, а затем и единственным в мире парнем, который её никогда не предаст и будет всегда рядом. Есть один момент, из-за которого неприятно коробит мужского достоинство - это то, что Лиза отдала свою невинность этому подонку. То есть я у неё буду не первым, а так хотелось бы сорвать самому этот желанный трофей. В отличие от Артема я оказался слишком правильным, и в начале отношений с Лизой даже не пытался к ней приставать, чтобы не спугнуть похотливой настойчивостью. Она хорошая девочка, и рядом с ней мне хотелось выглядеть достойно, а не тупо домогаться и вытаскивать член при каждой возможности. Вероятно, это было моим промахом, и с Лизой надо было сразу дать жару, чтобы она даже смотреть на других не хотела. Умом понимаю, что Артём попросту соблазнил девочку, увлек в порочный мир страсти и стал для неё первоотрывателем физического наслаждения. Утешаю себя надеждой, что в постели он не так уж хорош, как на ринге. И оказавшись подо мной Лиза поймет, что значит по-настоящему качественно трахаться. А я могу-у очень горячо… Если в рабочих делах я подхожу с холодным умом и расчетливостью , то в сексе я неудержим и люблю погрязнить. Я как раз еду к одной хорошей шлюшке, чтобы спустить сгустившийся в паху тестостерон. Чтобы оставаться в ресурсе трахаться надо регулярно. В идеале каждый день с любимой девушкой. Но когда она тебя морозит, то приходится делать это с другими. Когда приезжаю, абсолютно голая телочка открывает мне двери. Ждёт меня, сучка. Затягивает меня в спальню, где на кровати приготовлены разные секс-игрушки. С шлюхами я могу делать все, кроме одного – я не целую их в губы. Прилюдии и поцелуи берегу для любимой девочки. Сегодняшняя «ночная бабочка» знает нюансы и сразу ползет вниз, встает на колени, чтобы отсосать. Работает ртом хорошо, никаких претензией, опыт при ней. Кончаю ей в глотку, и после мы идем играть в игрушки. Ебу её жестко в два захода, получив необходимую разрядку. Полностью удовлетворённый и довольный, как сытый удав, еду домой к Лизе. Только захожу в квартиру, как она встречает меня в очень сексуальном виде. Только после душа вкуснопахнущая и чистая она выходит из ванной комнаты с влажными волосами и в одном повязанном полотенцем на груди. - Блин, ты уже пришел, - удивляется она, приспуская край полотенца ниже, чтобы лучше прикрыть попу и бедра. К слову махровая ткань еле-еле прикрывает её пятую точку. - С лёгким паром, - улыбаюсь я как ни в чем не бывало. Хотя у самого привстает. Твою же матушку… Недавний секс - ни что по сравнению с желанием сорвать с неё это полотенце и убедиться, что она без трусиков. А потом сделать с ней всё то грязное и пошлое, что я так давно хотел. - Кхм, халат забыла, - комментирует она свой откровенный вид. Её щечки розовеют. Обожаю. Я не против, детка, если ты в следующий раз забудешь и полотенце. В ответ просто многозначительно улыбаюсь и провожаю горящим взглядом женскую фигуру, которая быстро скрывается за дверями своей комнаты. Усмехнувшись, иду к себе переодеваться. С Лизой мы пересекаемся на кухне. На ней уже домашний комплект, который хорошо прикрывает её аппетитные части тела. Она разливает нам чай и подсаживается ко мне за барную стойку. Я смотрю на неё, а она смотрит в телефон. Поджимает недовольно губы, чересчур крепко сжимает корпус и с огорчённым вздохом переворачивает мобильник экраном вниз. - Блин… - закрывает глаза и, прислонившись губами к кружке, вдыхает горячие пары с мелиссой. - Что случилось? – подключаюсь я. - Да Артём… Походу обиделся. Звоню - не отвечает. - Из-за того, что мы с тобой хорошо провели время? – уточняю я с усмешкой. Вместо очевидного ответа, Лиза делает глоток – горячий чай обжигает губы, она сминает их и морщится. - Вечер пятницы, может он в клубе зависает, не слышит телефон, - подкидываю дровишек в огонь. Но вариант более чем реальный. Пусть фантазия Лизы нарисует нужные картинки, в котором её любимый отлично отдыхает без неё. В компании каких-нибудь красивых телочек. Но девушка сомнительно мотает головой. - В сети сидит, - говорит она. – Не читает сообщения. - Занят чем-то важным, - двусмысленно прочищаю горло. – Ответит, как освободится. - Угу, - напрягается Лиза. – Занят он… - Не парься. Ты же доверяешь ему, - барабаню пальцами по столешницы и звучно отпиваю чай. Ой, как хорошо. Как вкусно. В разрез с моим беззаботным видом, глаза Лизы неспокойно мечутся. Девушка начинает накручивать себя. - А что если к нему опять пришла эта соседка… - вдруг говорит она, и раздраженно фыркнув, резко встает с места. - Какая соседка? – не понимаю я. Но Лиза уже меня не слышит. Взбешенная, она топает к себе, на ходу тыкая что-то в телефоне. Никогда еще дикая ревность не укрепляла отношения. - О да-а, - сладко потягиваю чай и растягиваю губы в ублюдской улыбке. – Молодец, Артём… Трахни эту соседку, и дело с концами. ---------- Глава 19 Глава 19 Артём Натянув горловину теплой кофты повыше, накидываю куртку и выхожу из квартиры. - Блядская слякоть, - охрипшим голосом бубню под нос, когда открываю двери подъезда и меня мочит косой дождь. Ненавижу промозглую осень. Бегу до машины, огибая лужи. Поеживаясь, и стряхнув влагу с волос, завожу двигатель и включаю печку, чтоб согреться. Это отцовский Форд, который пылился в гараже. Вчера пригнал его, а байк отправил на временный отдых. Опустив окно, закуриваю. Сигареты с ментолом притупляют першение в горле. Походу простыл. Слабость в мышцах и дрянное настроение идут бесплатным бонусом. Выезжаю с парковки под негромкую музыку. На дороге утренние пробки. Поглядываю на часы – как бы не опоздать. В деканате ждут к половине девятого, надо порешать вопрос о моем переводе. Потом сгонять в спортивный клуб, переговорить с тренером Санычем. На тренировку вряд ли меня хватит, легкие выплюну быстрее. Еще надо сделать пару важных звонков по тату студиям и новой съемной хате. Плюсом выделить время на то, чтобы заглянуть к Егору в гости, его недавно выписали. В общем, надо в краткие сроки переделать херову тучу свалившихся дел и умудриться не сдохнуть. Ослабевший организм дает первые сигналы, что не выдерживает. Откашливаюсь и сплевываю. Пока стою на в заторе, заглядываю в телефон. Увидев аватарку Лизы, ожидаемо вздыхаю. Вчера я очень неласково с ней поговорил. Был сух и черств на эмоции. Это чтобы не сорваться. Меня задевает, когда она выходит в свет с Герой по развлекательным мероприятиям. Я не запрещаю, я просто молча разочаровываюсь и в очередной раз ловлю себя на мысли «Да какого хуя?» Ну иди ты с подругами или с сокурсницами, они же тоже по любому торчат от классической музыки, хрен ли ты с ним шатаешься? Еще и меня об этом обязательно уведомляешь, как будто травишь. Короче, мы с Лизой ссоримся, и от этого так паршиво на душе. Подумав, набираю ей сообщение «Доброе утро», рядом ставлю сердечко. Чтобы не обижалась на меня из-за холодности во вчерашнем разговоре и не надумывала плохое. Всё равно по-прежнему люблю её, и ничего с этим поделать не могу. Цепочка автомобилей двигается со скоростью черепахи. Торможу на светофоре перед пешеходных переходом и смотрю в сторону остановки. Среди прочих, кто ждет автобус, прячась под крышу, замечаю соседку Миру. В одной кожанке и капронках, она стоит с непокрытой головой под дождем и дрожит как осиновый листочек. Не долго думая, опускаю стекло и зову её: - Мира! Садись, подвезу. Округлив глаза, она узнает меня и ошалело улыбнувшись на такую удачу, бежит к машине. - Привет, - садится она и сильно хлопает дверью. Морщусь – можно было бы помягче. – Бр-р… Какая же фиговая погодка. Её перетряхивает. Увидев её лицо вблизи, давлю смешок. Весь ей макияж потек, и теперь она больше похожа на клоуна. - У тебя тушь размазалась – мягко намекаю я. Она смотрится в зеркало и расстроенно кривит мордашку на свой убогий вид: - Блин, зря только красилась, - достает из сумочки салфетки и начинает всё стирать. - На учебу собралась? – спрашиваю я. – Куда тебя подвезти? - Ага. Корпус на ленинской. - Отлично. Как раз по пути, - киваю. - Спасибо большое. Давлю на газ, движение вперед наконец-то пошло. Бросает взгляд на загоревшийся экран телефона. Лиза что-то написала. Я не отвечаю, и она звонит по видеосвязи. Как бы можно ответить, но я не один, так что сбрасываю вызов и записываю голосовое. - Малыш, я за рулем. Чуть позже перезвоню. Мира ерзает на кресле, и прочистив горло, говорит: - Из-за меня, да, не стал разговаривать? В прошлый раз она не сильно обиделась? - Нет. На самом деле, Лизу сильно бесит соседка. Она дико ревнует. - Ясно-о, - вздыхает девушка. – Она приезжает к тебе? Может пересечемся с ней когда-нибудь… - Она живёт другом городе. Уехала учиться. - Да ты что? – удивленно хлопает глазами, повернувшись ко мне, но я даже бровью не веду. Это факт, с которым мирюсь каждый день. Хотя прекрасно помню, как меня взорвало, когда только узнал о Лизином переезде. - Блин, а бы не смогла так… - сочувствующе мотает головой Мира. - Как? - Ну, иметь отношения на расстоянии. Это, наверно, очень трудно. В ответ просто сжимаю крепче руль. Она чертовски права. - Я бы осталась рядом с любимым, - добивает Мира. – Учиться и тут можно. Ведь так? Бесшумно, но тяжко вздыхаю. За живое задевает. Стиснув зубы, добавляю громкости на музыку, чтобы заглушить негативные мысли и не загоняться. Телефон снова дребезжит на подставке. Отвечаю, включив громкую связь. - Доброе утро, клининговая компания беспокоит, - дежурным голосом говорит девушка. – Вы заказывали на сегодняшнюю дату услуги по комплексной уборке. К сожалению, у нас накладки по времени произошли. Приносим свои извинения. Можем мы перенести на завтра или на другой день? Протираю лицо рукой. Я и забыл, что вызывал уборщиц на дом. - Пока не знаю. Перезвоню. - Хорошо, будем ждать. Всего доброго. Нажимаю на красную кнопку для завершения вызова и возвращаю руку на руль. Мира, слышавшая дословно весь разговор, берет небольшую паузу на размышления, а после любопытно спрашивает: - Слушай, а сколько ты платишь за их услуги? - По-разному, а что? - Я просто подработку ищу. Деньги нужны. Может я у тебя дома буду прибираться? Нахмурив брови, сомнительно смотрю на девушку. Она сразу же таращит глаза и, положив руку на грудь, сердечно заявляет: - Да я хозяйственная! Чистоту и порядок люблю. На совесть буду убираться, и кстати, дешевле возьму, чем это клининговая компания. Мне просто на что-то жить надо, а у родителей влом деньги просить. Поразмыслив, я киваю: - Окей. Сегодня сможешь? - Без проблем, - загораются её глаза. - Надо успеть до того, как вернусь домой. До шести-семи, примерно. - Успею. Не переживай, - уверяет Мира. - Ну ладно, - хмыкаю и достаю из кармана ключи. Вручаю их девушке. – По цене договоримся. - Спасибо, - сияет она, сжимая ключ в кулаке. – Обещаю, квартира будет блестеть. Что ж, одной проблемой меньше. Высаживаю Миру на остановке возле учебного корпуса и сам еду по делам. Вопросы, слава богу, удачно решаются. Но с каждым часом физически становится все хреновее и хреновее. К вечеру меня конкретно кидает в жар и ломит, поэтому отзваниваюсь Егору и говорю, чтобы не ждал. По пути домой заезжаю в аптеку и набираю лекарств, чтобы не откинуться раньше времени. Как только захожу в квартиру, сразу замечаю наведенный порядок. Всё чистенько. Молодец, Мира. Я бы отблагодарил и расплатился с ней прямо сейчас, но сил вообще нет. Глотаю таблетки и заваливаюсь на кровать. Вроде высокая температура, а озноб прошибает – закутываюсь в теплое одеяло и дрожу под ним. Только закрываю глаза, как звонит телефон. Увидев на заставке Лизу, смягчаю сердитое лицо и отвечаю на звонок. - Ой, ты спать уже собрался? - удивляется Лиза, когда видит на экране меня, закутанного в одеяле. - Угу, - хриплю. – Приболел. Хреново себя чувствую. - Что подхватил? Температура есть? - Угу, - мычу, потому что горло болит. Закрыв глаза, сглатываю. - Блин, - расстроенно вздыхает она и сочувствующее сводит брови. – Ты в больницу ходил? Чем лечишься? - Выпил лекарства. Должно полегчать. - Мой бедненький… - ласково пищит она. – Не болей. Лечись, пожалуйста. - Угу. Блядь, как же хочется её обнять, прижать к себе, тогда мне бы точно полегчало. Как же мне её не хватает. Лиза снова вздыхает, а я пересиливая тяжесть в веках, смотрю на нее и, вяло улыбнувшись, спрашиваю: - Ты чем занимаешься? - Музицировала, - наводит камеру на фортепиано, рядом с которым сидит. - Ясно… Сыграешь мне что-нибудь? - М-м, могу. Что хочешь? - Колыбельную, - сразу отвечаю я. - Ладно… Лиза улыбается, разворачивается к инструменту и устанавливает телефон на подставку. Она начинает играть неспешную убаюкивающую мелодию, и я, расслабившись, закрываю глаза. Загребаю под себя подушку, мысленно представив, что обнимаю любимую и кайфую от нежного голоса, который начинает напевать. Я растворяюсь в музыке и не замечаю, как засыпаю. ---------- Глава 20 Глава 20 Лиза - Не поняла… - расширяются мои глаза, когда на заднем фоне экрана замечаю девушку. Это же чертова соседка! В спальне Артема! – Ты что здесь делаешь? Я не ору, а гневно шикаю сквозь зубы, чтобы не разбудить Артёма, который вырубился под колыбельную. Заметив меня, Мира берет телефон в руки и выходит из спальни. Расхаживает, как у себя дома. - Привет, Лиза, - у неё еще хватает совести улыбаться мне. Я же испепеляю её взглядом. Ревность жгучим пламенем обжигает грудину. Неужели и правда Артём нашел мне замену? Обидно и больно! - И часто ты обитаешь у Артема? – мрачным тоном спрашиваю я. - Сейчас буду регулярно заглядывать. Я пришла спросить насчет ключей и денежку попросить, но Артём, оказывается, уснул, - как ни в чем не бывало рассказывает она. Я шумно втягиваю носом раскаленный воздух. Спокойствие, Лиза, только спокойствие. Да я готова глаза выцарапать этой козе! - Что ты делаешь? – фыркаю я, когда вижу, как она убирает со стола посуду и начинает мыть. - Прибираюсь. Хочу, чтобы Артём был доволен, и не пожалел, что выбрал меня. Она говорит это с такой гордостью, что меня аж пришибает. Передо нами не просто подстилка для мужских утех, тут особа рангом повыше. И ключи то у неё есть от квартиры, и деньги Артём ей даёт, и ужинают они вместе, прибирается у него дома. Как жена, е-моё! Даже у меня такого с ним не было! - Я смотрю ты там основательно планируешь обжиться, - поджимаю губы, чтобы усмирить тремор. Меня реально потряхивает от разочарования. Мира смеется на моё замечание. А я плакать готова! Она вытирает руки о полотенце, садится на диван и закатив загадочно глаза, говорит: - Ну вообще да. Артёму нужна настоящая хозяйка, чтобы поддерживать уют в холостяком жилище. Я с удовольствием этим займусь, тем более Артём такой классный… Ну ты и сама знаешь. Знаю? Да я ни черта походу не знаю! И уже, если честно, не хочу знать! В горле комок горечи стоит, а на лице тень полнейшего разочарования. Да как же так? Все-таки не зря я чувствовала холодность от Артёма в последних разговорах. Не прошел он испытание расстоянием, его чувств ко мне оказалось недостаточно, чтобы оставаться верным нашей любви. - Ты красивая, - с сожалением отмечаю я, оценивая внешность девушки. Артёму нравятся такие, да. Милые стервочки. - Спасибо, - её бровки подпрыгивают. – Ты тоже. Я усмехаюсь. Мира совсем не стесняется и не чувствует себя неловко под моим прицелом. Смазливая мордашка, сиськи имеются, кокетливая – конечно, такую захочется трахнуть. Меня же рядом нет, а физическая потребность в сексе имеется. Но я не собираюсь оправдывать измену Артема. Моё отношение к нему уже резко подорвалось. Я не смогу ему больше доверять. - Артём говорил тебе, что у него есть девушка? - спрашиваю я, пытаясь понять намерения парня и серьезность их отношений . - Да. - И тебя всё устраивает? – недоумеваю. - Что именно? - Быть заменой. - Заменой? Пока я тут единственная, - самодовольно замечает она. - Ах даже так… - протягиваю я, почувствовав удар под дых. Скривив губы, выжимаю из себя последнюю фразу. – Ладно, удачи вам. Отключаюсь и кидаю телефон в сторону. Черт! Артём решил жить на два фронта? Мне же ни за что не признавался, что завел интрижку с этой соседкой! До последнего клялся, что между ними ничего нет! Наглый лжец! А я такая дура! Думает, я это терпеть буду? Да пошел ты на хрен, милый! *** Артём Сильно пропотев ночью, на утро мне становится значительно лучше – температуры нет и мышечная слабость отпускает. Но по факту, от этого не легче. Если физическое состояние выправляется, то моральное - топчется в грязь с ноги горячо любимой девушки. Лизка в открытую игнорит меня: сообщения не читает и на звонки не отвечает. Да чё опять не так? Вчера же нормально общались. Месячные что-ли? Её необъяснимые скачки в поведении порядком треплют нервы. Она наивно полагает, что находится на безопасном расстоянии, чтобы беспочвенно показывать характер и не отхватить за это люлей? Да как бы не так, дорогая. Ответить за свои выкидоны придётся, и очень скоро. На следующий день мы запланировано пересекаемся с Егором в кофейне. Я загруженный, он с потухшим взглядом – встретились два брата по несчастью. Ни вкусный кофе, ни десерт, ни даже кокетливые взгляды официантки не поднимают настроение. Мы сидим на против друг друга и безмолвно страдаем по бабам – одна из которых лишилась памяти, другая упрямо делает вид, что тоже позабыла обо мне. Я делюсь с Егором своими переживания насчет отношений с Лизой. До этого дня он вообще был не в курсе, что моя девушка переехала и живёт в квартире Заславского. Сказать, что он был в ахере от такой информации, ничего не сказать. - Оно тебе надо? – хмуро спрашивает Егор, оценивая сомнительным взглядом мою вменяемость. - Я каждый день задаю себе этот вопрос, - усмехаюсь, задумчиво глядя в окно на серую немноголюдную площадь. – Пока ответ положительный. - Ну а ей? – задает логичный вопрос друг и выпускает неутешительный вздох. - Скоро узнаем, - угрюмо смотрю на темный экран телефона, который второй день не слышал звонков и сообщений Лизы. Поднимаю кружку и пью свой крепкий кофе, который горчит. Хотя не факт, что в этом виноват напиток, возможно, горечь появилась от не очень приятных чувств. - Ты знаешь, всё это фигня, - вдруг заключает Егор. – Вы можете сто раз посраться и тут же помирится. А что делать, если твоя любимая тебя не помнит, а? Просто вычеркнула тебя из своей жизни, как будто меня и не было в ней никогда. Он обреченно опускает голову, но тут же растирает короткий ежик волос, чтобы собраться духом и не превращаться в унылую размазню. - Это реально беда, - в сочувствии поджимаю губы. – Прозрения у Алки, так и не случилось? Как вообще она? - Да если б я знал, как она! Родаки не позволяют подступиться к ней. Алла может быть и начала вспоминать, если бы я был рядом. Они максимально решили отдалить её от меня и увозят в столицу на реабилитацию. - Еще лучше, - безрадостно хмыкаю я. – И теперь что? - Без понятия. Но так просто отступиться от своей девочки я не смогу. Я что-нибудь обязательно придумаю. - Только хуже не сделай, - предостерегаю друга. - Дай девочке восстановится. - Да ясень пень. Я же не совсем отшибленный. Мы еще некоторое время общаемся, пока стрелка на часах не напоминает двигать в сторону дома. Благополучно добравшись до квартиры, открываю незапертую дверь и упираюсь удивленный взглядом в женскую задницу. Это Мира, оттопырив пятую точку, моет пол в прихожей, двигается задних ходом к дверям. На звук хлопающей двери она разгибается и широко улыбается мне. - Ой, привет. А я почти закончила, - дует на свисающую прядь заработавшаяся девушка. - Привет… Ты опять моешь? Кажется, я не просил. - Пол надо мыть каждый день вообще-то, - умничает она, встав в позу. - У меня так грязно? Или после себя перемываешь? – усмехаюсь я. Снимаю куртку и прохожу в гостиную. - Ладно, не буду, если не хочешь, - встряхивает головой обиженно и демонстративно моет пол раком. - Кхм, ты швабру не заметила? – вскидываю бровь на откровенную демонстрацию задницы. – Чего руками паркет натираешь? - Потому что так качественнее, - усердно пыхтит Мира. – Со всех углов гряз собираю, а не размазываю - Ну ясно… - чешу затылок. Она домывает в прихожей и скрывается в ванной комнате. Я захожу в спальню, достаю из сейфа наличку и большую часть убираю в дорожную сумку. Пару крупных купюр оставляю на полке гардеробной для Миры. Когда девушка избавляется от перчаток, закончив уборку, я вручаю ей деньги. Она пересчитывает и довольно прячет их в карман, её легкая обида в миг улетучивается. - Спасибо за услугу, - киваю я. – Когда надо будет, я обращусь. Не своевольничай. С намекающим взглядом протягиваю ей открытую ладонь. - Ключ, - дергаю пальцами я, когда Мира тормозит. Поджав губы, она достает ключ из толстовки и передает его мне. - Чудно, - улыбаюсь я. – Теперь можешь быть свободна. Она чего-то мнется, топчется, но я ускоряю её движения, открыв перед ней дверь. - У меня срочные дела, прости, - говорю я и выпроваживаю её из квартиры. Захлопнув за ней двери, смотрю на часы. А время-то реально поджимает. У меня есть минут двадцать на сборы. Закидываю в небольшую спортивную сумку минимум необходимых вещей. Туда же отправляется паспорт с билетом. Во время сборов меня не отпускает щекочущая тревога. Присаживаюсь перед отъездом и через глубокий выдох выпускаю волнение. Заглядываю в телефон – ничего нового и утешающего. Проглотив сомнения, решительно встаю и, крепко сжав в руке сумке, иду на выход. Впереди - два часа перелета и долгожданная встреча с Лизой. ---------- Глава 21 Глава 21 Лиза - Гер? Можно? – стукнув костяшкой по двери, заглядываю в комнату к парню. В звуках мозгового штурма, парень сидит перед ноутбуком за рабочим столом. - Да? Заславский отрывает сосредоточенные взгляд от экрана и переключает внимание на меня. Его глаза незамедлительно расширяются и удивленно скользят сверху вниз по моему приодетому виду. На мне черное мини платье комбинация с коротким разрезом на ноге. Тонкие бретели держат корсетный лиф, демонстрируя ключицы. Деликатный фасон ткани облегает фигуру, но без пошлости, а весьма элегантно. - Ты куда-то собралась? - В бар с одногруппницами. Помнишь, говорила? - Ты же вроде не хотела. - Передумала, - откидываю прядь распущенных волос назад, приоткрывая серьги с двойными кольцами. - А-а, - мужски брови подпрыгивают. Гера откатывается на кресле и решительно встает. – Я тебя отвезу, ладно? Кивнув, выхожу из комнаты и кручусь перед зеркалом в ожидании Заславского. За внешней презентабельностью скрывается внутренняя подавленность, которую хочу заглушить спонтанной вылазкой в бар с живой музыкой, танцами и разнообразием коктейлей. Не уверена, что это отличная идея, и мне поможет, но решение уже принято. Я сильно обижена на Артема, что даже его сообщения не читаю. Не хочу разочаровываться еще больше – по любому будет делать вид, что никакой измены не было, что он вообще ничего не понимает, и своим враньем будет затаптывать себя еще сильнее в моих глазах. У меня есть гордость, в конце концов, самоуважение, которое не позволяет наступить себе на горло, пережать собственные чувства, прощать каждый раз и жить дальше, как ни в чем не бывало. Да, это я уехала и создала своего рода испытание расстоянием, но не надо свешивать на меня всех собак - Артём находится в таких же условиях, как и я. Почему он позволяет себе водиться с какой-то девкой, которая постоянно тусуется у него и даже не скрывает их близости, а я без левой мысли делю квадратные метры с парнем, и у меня не возникает желания переспать с ним? В сопровождении Заславского я благополучно добираюсь до заведения, в котором условились встретится с девчонками. Геру я отправляю домой, хоть он и предлагал составить мне компанию, но я отказалась, пообещав позвонить ему, когда соберусь обратно. Поначалу было как-то тухло, и я даже жалела, что притащилась сюда, но пара выпитых алкогольных напитков приукрашивают окружающую действительность. Я раскрепощаюсь, вхожу во вкус, игра музыкантов кажется довольно качающей, а шутки однокурсниц - очень смешными. Отдыхаю, смеюсь, пью, а потом иду танцевать. В голове конкретная вата, тело становится пластилиновым - я дохожу до той кондиции, когда надо позвонить ТОМУ САМОМУ, чтобы высказать ВСЁ. И плевать на спутанные мысли и заплетающийся язык. Я слушаю голосовые Артема, где он недоумевает, почему я пропала. Да кто бы сомневался! Громко вычурно усмехаюсь, завожусь и записываю свой ответ: « М-м-м… Какие мы белые и пушистые! Самому то не смешно? Я всё знаю, так что можешь не прикидываться. Нравится трахаться с соседкой, да на здоровье! Можешь весь город переиметь, только потом не рассчитывай, что я приму тебя с распростертыми объятиями! И хреновые извинения твои мне не нужны, не трать время! Пошел ты знаешь, куда? Ты вообще за кого меня принимаешь? Я готова была любить тебя до скончании веков, а ты каждый долбанный раз причиняешь боль! Кайфуешь от такого садизма-мазахизма – твоё дело, а меня достало! Твои красивые слова, обещания ничего не стоят! Мужчину делают поступки, а не твоё бла-бла-бла в уши, которые я развесила от влюбленности! Ты испугался расстояния, говоришь, что скучаешь, да если бы любил, давно бы приехал, проверил, как я тут вообще? Без тупых отговорок и каких-то там проблем. Просто тебе по хрену. Значит и мне будет по хрену! Всё, давай, прощай!» Убираю телефон, и накрыв лицо ладонями, реву под грустный инструментал. Когда истеричные эмоции отпускают, я осушаю бокал, который появился перед носом и спускаюсь с барного стула. - Ё-моё, - - хватаюсь одной рукой за голову, другой – за стул, чтобы удержать равновесие. Перед глазами всё плывет и кружится. Пипец, перепила. Надо срочно на свежий воздух. - Дурацкие каблуки, - со стоном снимаю я туфли, на которых шаталась, и облегчено выдыхаю. Беру ориентир и топаю в колготках в сторону выхода. Не уверена, что дорожка выходит супер прямой, но от маршрута не отступаю. - Блин, - врезаюсь в кого-то парня и морщусь, мотая головой. Хочу его обойти, но тот берет меня за руки и удерживает на месте. - Отвали, придурок, - сопротивляюсь я и поднимаю взгляд на приставалу, коих в этом заведении не мало. – Ой… - Ну, привет, детка, - вибрирует голос и меня осыпает волной мурашек. Сверху на меня смотрят два потемневших прищуренных глаза. До боли знакомых! А еще те же губы, нос, брови… Точно перепила. Сильно зажмуриваюсь, встряхиваю головой и снова смотрю в упор. Артём, вашу мать! Передо мной реально Артём! Его глаза веселеют от моих тугих соображений, а губы изгибаются в усмешке. Он удерживает мое пошатывающееся тело, которое размякает от осознания, что любимый приехал. Пару секунд я млею, а потом резко вспоминаю, что вообще-то он сильно накосячил и включаю оскорбленную недотрогу: - Руки убери, - хочу звучать твердо, но не уверенна что моя пьяная речь способна на такое. - Поехали отсюда, - говорит он, удерживая меня. - Да никуда я с тобой не поеду! – вырываюсь из его хватки. - Мы с девочками отлично отдыхаем. А ты едь туда, откуда приехал. Твоя соседка уже соскучилась. Скривив лицо на прощанье, отворачиваюсь и на показ начинаю танцевать с каким-то рандомным парнем. - Эй, отвали от неё, - гаркает Артем, пихая в плечо незнакомца. Тот отшатывается, но вступать в конфликт с Артемом не решается. - А чё ты руки распускаешь? Привык махаться, да, всё силой решать? Здесь тебе не ринг! С кем хочу с тем и танцую! Закатив глаза, игнорирую его недовольный взгляд и продолжаю танцевать. - Моя девушка будет танцевать только со мной, - грозно выжимает из себя. Мне смешно. - Ой-ой? Твоя девушка? Это кто это? - Лиза, прекращай, - он предупреждающе мотает головой. – Напилась - веди себя прилично. - Ну напилась, и что? У меня повод был! Мой парень – гад мне изменяет! С дешевой соседкой! - Чё ты несешь? – фыркает Артём. - Ты для чего приехал? Чтобы расстаться лицом к лицу? Ну давай! – осмелев, нарываюсь я. Артем не ведется на провокацию. - Так, пошли, - тянет меня за руку. - Тебе надо на свежий воздух. - Да отвали ты, - сопротивляюсь я. – Изменщик! Заряжаю ему пощечину. Мужское лицо напрягается, мрачнеет – я даже теряюсь и трезвею на секунду. - Не хочешь по-хорошему да… С этими словами Артем уверенно подхватывает меня и закидывает на плечо. Несет меня через весь зал на выход. - Отпусти! – дрыгаюсь я, и всем перевернутым нутром чую – ну всё, допрыгалась! ---------- Глава 22 Глава 22 Лиза - Мои туфли! Тренч! Сумка! – опоминаюсь я, когда Артем выносит меня на улицу. Прохлада благотворно влияет на распаленную кожу и затуманенные мозги. Прохожие пялятся на нас, ржут, один Артём никак не реагирует на меня и решительно идёт вперед, чем сильно бесит. Останавливается между парковочных рядов, достает брелок из штанов и снимает сигнализацию с какой-то иномарки. Открывает двери, усаживает меня на переднее кресло и блокирует машину. - Офигел? Эй! – возмущаюсь. Но он меня не слышит, либо тщательно строит вид. Парень преспокойно закуривает сигарету, игнорируя мою злую недовольную моську, которая буквально испепеляет его через окно. - Может уж сразу в багажник! – шлепаю по стеклу, чтобы привлечь к себе внимание. Артём подмигивает в ответ и журит пальцем, чтобы не буянила. - Не-на-ви-жу… - читай по губам, дорогой. Два моих средних пальца припечатываются к стеклу. Мотнув головой, он снисходительно усмехается и идёт обратно в бар. Проводив его жалким взглядом, постанываю, что стала жертвой заточения. Закидываю ноги на панель и приспускаю спинку. Откуда эта машина? Когда он приехал? Как нашел меня? Куча вопросов вперемешку с бурлящими эмоциями и внутренним раздраем непрерывно варятся в головном котелке. Устала. Вздыхаю обреченно и опускаю веки. Через некоторое время вздрагиваю от пикающего звука и открываю глаза. И когда вырубиться успела? Сняв автомобиль с блокировки, Артем открывает двери и закидывает на заднее сиденье мои вещи. Сам усаживает за руль и заводит машину. Поглядывает на меня боковым зрением, как протираю глаза и потягиваюсь. - За мной Гера приедет. Я должна позвонить ему, - завожу старую пластинку. - Со мной поедешь, - перехватывает мою руку, когда тянусь за сумкой. - Пристегнись. - А может хватит командовать! Ни поеду я с тобой никуда. - Поедешь, как миленькая, - усмехается он и тянет за ремень безопасности, наклоняясь ко мне. Карие бездны опасно полыхают, я сглатываю. Щелк! Артем следом пристегивается сам, врубает музычку и выезжает с парковки. Насупившись, искоса смотрю на парня – весь такой деловой, не могу. Как был прекрасным мерзавцем, таким и остался – хоть бы чуточку разочаровал. И ведет себя так, как будто это я накосячила, а не он, ни грамма сожаления и чувства вины в глазах! - Жвачку дай, - протягиваю ладонь, не глядя в его сторону. - Нету. Последняя была. Хочешь? – зажимает жвачку между зубов и лыбится. - Щас! Иди своей соседке предлагай! – язвлю я, гордо задрав подбородок. - Ну окей. - Окей?! Окей?! – завожусь я и пихаю его в плечо. Артём ржет. Я готова его прибить. - Да ты вообще! Останови машину! Ноль реакции. - Останови гребанную машину! – пинаю по панели. Артем неодобрительно мотает головой, дотягивается до моего берда и крепко сжимает его. - Еще раз, и ты побежишь по трассе в одних колготках, - грозно предупреждает он. Вызов принят. Мне всё, лишь бы наперекор ему. - Так? – пинаю сильнее. Глаза Артема сверкают. Капец как хочу взбесить его. – Ну давай! Артём дает по тормозам, под свист колес меня бросает вперед, но ремень удерживает. - Ты идиот… - морщусь я, а потом начинают кряхтеть, потому что мужская рука хватает меня за горло. В ответ держусь за напряженное запястье и, открыв рот, застываю под прицелом сердитых карих глаз. Артём в бешенстве. - Ли-за, - тяжело пыхтит он, вздувая ноздри, приближает свое лицо к моему. Мрачным взглядом сверит мои округлившиеся глаза. – Не драконь меня, пожалуйста. Вежливое слово звучит очень натянуто. Больше как предупреждение, чем просьба. - А то - что? – сглатываю я, лишившись последней доли инстинкта самосохранения. - Придушишь меня? Его глаза опускаются на мои приоткрытые губы. Он тянет за шею к себе, заставляя податься и приподнять подбородок. - Мало будет. Рвано выдыхает в губы и тут же захватывает их порывистым поцелуем. Целует горячо и с напором, врывается языком в податливый рот, и разбирается там властной лаской, как будто приструняет, напоминает, кто тут единственный, любимый и лучший. Я задыхаюсь, распаляюсь и неизбежно млею. Тело открыто восторгается и ловит волну эйфории, которая кружит голову. Я так скучала по его губам, по его ласке, по этим жгучим ощущениям! Острые на грани эмоции добавляют особой пикантности и пылкости моменту. Растерзав мои губы, Артём звучно отлипает от них и обволакивает кипучим взглядом – он бурлит уже не от злости, а от страсти. Я и сама горю. Воздух в салоне стал слишком наэлектризован. - Кхм, - прикрываю рот рукой и морщусь. Очень не кстати к горлу подкатывает тошнота. - Открой, мне плохо, - судорожно тормошу ручку. Артём снимет блокировку с дверей, и я выбегаю. Живот схватывает сильный спазм, и я сгибаюсь, чтобы выпустить наружу всю дрянь. Меня выворачивает в придорожные кусты. - Фу, мерзость, - отплевываюсь я. Тысячу раз пожалела, что перебрала с коктейлями. Еще и Артем рядом стоит свидетелем унизительного действа. - На, - протягивает мне бутылку с водой. Я прополаскиваю рот, делаю пару глотков и с вымученным лицом ковыляю к машине. Артём открывает передо мной заднюю дверь. Даже с каким-то сочувствием смотрим на меня, а мне становится повторно тошно, но уже из-за того, что пребываю в таком дрянном виде. Я без сопротивляний заваливаюсь на длинное сиденье и с легким вздохом опускаю голову на сложенный тренч. Меня убаюкивает плавная езда под тихую музыку. Просыпаюсь, когда загорается свет в салоне и хлопка двери. Протерев глаза, поднимаюсь оглядываюсь, и понимаю, что мы приехали в гостиницу. Артём на улице курит, с кем то по телефону разговаривает, а я неспешными движениями надеваю плащ, проверяю телефон и на несколько пропущенных от Геры, пишу ему сообщение, что меня забрал из бара Артем. Прихватив сумочку, выхожу из машины. - Проснулась, - кивает Артем и с прищуром оценивает моё состояние. Пока оно вяло-сонное. Сил воевать – нет. Поскорее бы в кровать и баиньки. Артём считывает это, закрывает машину и по джентельменски подставив мне свой локоть, ведет меня ко входу гостиницы. Нас без проблем заселяют, и мы поднимаемся в номер. При виде двуспальной кровати, чувствую дикую усталость в ногах и сразу плюхаюсь на мягкий матрац. - Наконец- то… - тихонько постанываю я. Рядом раздается глухой смешок. Артём бросаем сумку с вещами на пол, затем стягивает через голову толстовку вместе с футболкой. Аккуратно вешает их на спинку стула. Я завороженно пялюсь на его шикарный полуголый вид, и внизу живота незамедлительно отзывается приятным тянущим ощущением. Рельефное тело с наколками маячит перед глазами, и мои губы покалывают от жаркого поцелуя в машине и пересыхают от воспоминаний, как когда-то облюбовывала эти самые упругие мышцы и сейчас изнываю по близости и ласкам. - Помоги снять туфли, - болтаю ногами, притворяясь беспомощной. Присев на корточки, Артем снимает одну, потом другую туфлю. Он хочет подняться, но я захватываю его шею ногами и хитро улыбаюсь. Артем щурится в попытке разгадать мои мотивы, а мои глаза ярко транслируют желание. Но парень то ли не видит, то ли умело делает вид, что не понимает. Никаких лишних прикосновений и бровью не ведет, его руки как лежат на краю матраса, так и покоятся там. - Чего ты хочешь, Лиза? – добивает меня прямым вопросом. Облизнув губы, я опускаю ноги и поднимаю корпус, оказываясь напротив Артёма, но чуть выше. Он так и сидит на корточках между моих ног и настойчиво смотрит в глаза, хотя моя грудь вздымается прямо перед его носом. Это демонстрация супер выдержки, или он настолько пресыщен? - Хочешь меня? – склонив голову в бок, вкрадчиво спрашиваю. - Или после соседки я тебя не привлекаю? - Я приехал к тебе из другого города, мы с тобой в одном номере гостиницы, а ты по-прежнему несешь пьяный бред про соседку? - Почему же бред. Она сказала, что в восторге от тебя. Хочу поинтересоваться - а ты? - Моет пол она хорошо, насчет других услуг я не в курсе. Но если надо - узнаю, дергает бровью. - Наглый лжец, - ласково говорю я и даю ему мягкую пощечину, практически глажу, а не шлепаю. Артём глухо усмехается, расплываясь в улыбке. - Колючий, - от прикосновений к его щетине по спине пробегает приятная дрожь. - Не для кого было бриться, - хмыкает он. – Тебе не нравится? - Мне нравится. А соседке? – не унимаюсь я. - Да похуй как-то. Опускаю веки и улыбаюсь – мне льстят его ответы. Провожу пальцами по отросшим волосам, откровенно кайфуя от ощущений и любуясь парнем. Ну почему он такой притягательный? Даже злится на него сильно не могу, а ревную до жути, представляя, как другая могла его также касаться. Я хочу, чтобы он был только моим, лишь со мной был максимально близок, и только мне дарил всю свою нежность, любовь, страсть и похоть. Под звук учащенного сердцебиения, плавно глажу ладонями широкие крепкие плечам, скольжу упругим бицепсам и спускаюсь на прокаченные грудные мышцы. Настоящий ходячий тестостерон и секс, от которого моя женская изнывающая по близости природа трепещет и тихонько сходит с ума. Кожа горячая, возбуждающая – я сглатываю и смотрю в мужские глаза, в которых надеюсь увидеть ответное желание. Темные зрачки напротив расширяются, а кадык дергается, когда я дотрагиваюсь до его пресса и вожу подушечками возле ремня. Я двигаюсь ближе к краю, раздвигая ноги шире – без того короткое платье, критически задирается гармошкой, подсвечивая трусы. Артем бросает взгляд вниз и усмехнувшись, возвращает его на мои глаза, которые явственно полыхают. - Ты так и не ответил на вопрос, - приблизившись к его уху говорю я. Вдыхаю близ шеи его аромат и схожу с ума, как он божественно пахнет. Очень возбуждающе. - На какой? - Хочешь меня? – провожу языком по выступающей ключице. Кожа отвечает мне нитью мурашек. А вот Артем еле заметно поднимает уголки губ и по-партизански молчит. Приняв это за вызов, смотрю ему в глаза, а руку спускаю на область паха . Почувствовав твердый стояк в штанах, довольно улыбаюсь. - Какая выдержка, ты посмотри, - растягиваю я и продолжаю щупать мужское достоинство. Артем опускает веки и судорожно выдыхает. Я облизываюсь, между ног неистово пульсирует. - Я хочу тебя, - сжимаю член и всеми нетерпеливыми вибрациями умоляю растерзать меня прямо сейчас. - Маленькая алкашка, - ласково произносит Артём в мои приоткрытые губы. Замирает в миллиметрах от них и усмехается на мою реакцию. Ожидаемый поцелуй проваливается, и я неудовлетворенно сглатываю. Своей чрезмерной сдержанностью парень раздразнивает моё желание только сильнее. Разве не видит как я пылаю? Специально издевается? - Трахни меня, - прямо говорю я. Нет, прошу. Нет, умоляю. - Заслужила? В карих глазах мелькает тень коварства. Ах, хочет все-таки меня проучить? - Ты сегодня себя о-очень плохо вела, девочка моя. Мужские ладони властно сжимают бедра, и я закатываю глаза от долгожданного прикосновения. Для меня это как вода средь засухи. - Так накажи, - подкидываю дровишек в огонь, который разгорается в парне. Как же сияют мои глаза. Я требую наказания – сильного, долгого, со стонами и отметинами на теле. Артем расстегивает ремень и вытягивает его из штанов. - Развернулась, - командует он. Я трепещу и повинуюсь. Встаю на колени, припав грудью на кровать и закрываю глаза в томящем ожидании, поджав мышцы. Хлесткий шлепок по ягодице обжигает кожу. Вам было когда-нибудь приятно больно? М-м, еще. - Ах! – вздыхаю я от очередного шлепка. Филейная часть горит, а кровь как бешенная носится по венам, распаляя тело. Артем бросает ремень в сторону, гладит раскрасневшуюся кожу и тянет резинку трусов вниз. Я тихонько стону в одеяло. Он заставляет меня раздвинуть ноги шире и проводит пальцами по мокрой от возбуждения промежности. Коленки подрагивают, как в первый раз, и я выгибаюсь в спине от наслаждения. Боже, как же я скучала по этому. Артем раздвигает половые губы и нажимают на клитор, расстирает его, заставляя меня содрогаться. Пальцы другой руки подключаются к процессу и заходят в меня под чувственное «Ах!» Они уверенно двигаются во мне, раскаляя все внутри. Комната наполняется характерными звуками работающих пальцев и откровенных стонами. - Разворачивайся, - шумно дыша, говорит Артем. Он и сам нехило завелся от процесса. Собрав растерзанное от ласок тело, я поворачиваюсь лицом к парню и сразу упираюсь губами в эрегированный член, который хозяин только что достал из трусов. Игриво смотрю вверх на Артема, я беру в рот розовую набухшую головку и закатываю глаза. Пусть любуется. Заглатываю горячий член глубже и слышу хриплые глухие стоны. Факт, что ему это доставляет удовольствие, добавляет эротического энтузиазма. Я пуще стараюсь, сосу с любовью и заигрываю языком . Артем собирает мои волосы и натягивает их. Задает подходящий темп и начинает двигать бедрами, буквально трахая меня в рот. Я поддаюсь, устроив руки на мужских бедрах и стараюсь принят его как можно глубже. В моменте член становится просто каменным и стреляет в рот жидкостью. - Глотай, - хрипло выдыхает Артем, совершая последние толчки в меня. Сглотнув, облизываюсь и широко улыбаюсь, глядя на любимого парня, который получил кайф и сейчас ласково гладит меня по волосам. - Молодец, - целует меня в губы он. Проводит ладонью по щеке и добавляет. - А теперь можешь ложиться баиньки. Он разворачивает и отходит от кровати. - В смысле? - округляю глаза, глядя в след его голой заднице – Артём! - Тебе хватит, - усмехается он. Наглец поднимает свою сумку и начинает в ней рыться. - И как это понимать! Где мой заслуженный оргазм? Женское неудовлетворенное нутро просто визжит! - Заслуженный? Хм… - кидает на меня издевательский взгляд через плечо. – Ты же просила тебя наказать. Воздержание – самое то. - Воздержание? – в глазах истерика. – Ну ты… Знаешь кто? - В следующий раз сто раз подумаешь, прежде чем верить какой-то пиздаболке и ебать мне мозг своей ревностью. Сильно поджав губы, я испепеляю его взглядом – он в ответ прожигает чувством удавшейся расплаты. Но так нечестно! Между ног терзает волнообразной пульсацией. Как я предвкушала наш разгромный секс! Когда сосала, представляла, как этот большой член вонзится в меня и растерзает в клочья и унесет на седьмое небо блаженства. Черт! Обиженно шмыгнув носом, скрещиваю ноги и кошусь на бездушного мучителя. Он разворачивается, и взгляд падает на его по-прежнему вздымающееся кверху достоинство. В его руках какая-то коробочка. Он швыряет его на кровать, и я вижу, что это большая пачка презервативов. - Но я сегодня добрый… - надвигается на меня Артем, хищно разглядывая моё растерянного существо. Замираю, чувствуя бешенный прилив. Облизав губы, завороженно смотрю на приближающегося парня, как на властелина, который снизошел к грешнице и великодушно простил её. Когда его тело касается моего, и стояк врезается в спазмирующий живот, меня обсыпает мурашками. От мужского поглощающего взгляда сердце заводится на полную катушку, дыхание перехватывает, и лицо обдает жаром. Я трепещу и млею, молча раскаиваясь в плохом поведении. - Буду трахать тебя всю ночь, - рычит Артём и вызывающе срывает с меня комбинацию. ---------- Глава 23 Глава 23 Лиза Сегодняшнее утро начинается не с кофе… Просыпаюсь от того, что чувствую нежное ласкание языком между бедер. Именно там расположилась голова Артема под одеялом и сейчас творит очень откровенные вещи. Изысканный способ разбудить меня он выбрал, конечно. Раздвигаю ноги шире и проваливаюсь в абсолютную негу от приятных ощущений. Вдоволь насытившись внизу, парень игриво выглядывает из под одеяла и влажной дорожкой языка поднимается вверх. Пощекотав пупок и вызвав мурашки, подкрадывается к груди. Захватывает в плен сосок, играется, оттягивает его и звучно отпускает. Под мои чувственные вздохи тоже совершает с другим. Я путаюсь пальцами в его взъерошенных волосах и беспечно улыбаюсь. - Доброе утро, - добирается Артем до моих губ. Целует и тут же заходит в меня мягким, но уверенным толчком. Обхватываю его ногами, впуская глубже, и блаженно закатываю глаза от удовольствия. Вчера ночью он трахал меня жестко и порочно, а сейчас – с неторопливым наслаждением. Я ласкаю языком его ухо, пока он сладко двигается во мне. Когда толчки становятся резче, а член становится как раскаленная твердая дубинка, мышцы обдает приятная дрожь, внизу живота наливается томящим напряжением и на пиковом завершающем толчке оно разрядом проносится по телу, заставляя содрогнуться в оргазме. Запрокинув голову, Артем с рванным хрипом кончает мне на живот. - Розочка получилась, - ржет он, глядя на свое художество. Я хихикаю, расслабленно раскинув руки. - Талантище… - А то. Даже жалко вытирать. Артем берет салфетки и с наигранным вздохом уничтожает свой шедевр изобразительного искусства. Когда он ложится рядом, я устраиваю голову на его груди и с чувством умиротворения закрываю глаза. - Как я рада, что ты приехал, - тихо говорю я. - Да? Вчера было не очень похоже, - гогочет Артём. – Голосовое хочешь переслушать? До меня сразу не доходит о чем это он, но когда он берет телефон в руки и нажимает на кнопку «прослушать», я вспоминаю свой пьяную отчаянную истерию и краснею до корней волос. - Господи-боже…- прикрываю стыдливо лицо ладонями. – Удали это пожалуйста… Усмехнувшись, Артем тыкает пальцем по экрану. - Нахрюкалась ты конечно, родная! Начала права качать… Про какую-то соседку втирать. Приподнимаю голову и строго смотрю в его веселящиеся глаза. - А вот про соседку ты мне сейчас подробно объяснишь. Мне пока совсем не смешно. Что она делала в твоей спальне? - Да когда? - В тот день когда ты болел. Мы с тобой общались, потом ты уснул, и в спальне появилась Мир-ра, - рычу я имя той, которая сильно бесит. - Серьезно? Артем озадаченно вскидывает брови, а я подозрительно щурю глаза. Буквально сканирую парня насквозь, как следователь на допросе. - Ты типа не в курсе, да? - Нет. И что она говорила? – с подлинным любопытсвом спрашивает Артём. - Что ты классный, - закатываю глаза. - Еще, что она регулярно к тебе заглядывает и ключи у нее есть. Даже мыла посуду! - Ха! – отчего-то лыбится Артём. – Интересно как. То есть ты ревнуешь, к тому, что она моет посуду? Ты не расстраивайся, но она мне всю хату перемыла. Я шлепаю Артема по дрожащей от смеха груди. - Прекрати издеваться, я сейчас серьезно! - Дак и я, родная. Она оказывает мне услуги по уборке. Я плачу ей она моет. - Услуги значит, - надуваюсь я. Взглядом поласкаю поострее лезвия. – По уборке. - Ага, - лыбится бессмертный. – А ты че завелась? Ревнивая какая… Ух! Он щекочет пальцем мою щеку, а я готова его откусить. - А другие услуги бонусом случайно не предлагала? - Пока нет. - Пока… - повторяю в исковерканной манере и закатываю глаза. - Угу. Думаю, скоро предложение поступит. Чё ответить? - Ты еще думаешь! - А как же… - Я тебя придушу! Хватаю подушку и накрываю ей хохочущее мужское лицо. Понимаю, что специально травит меня, но все-равно дико бесит! - Чтоб я этой швабры больше не видела, - предупреждаю я. Из под подушки слышно мычание. Даю ему шанс реабилитироваться. - А другую швабру можно? – освободившись, уточняет Артём. Снова накрываю его издевающуюся физиономию. - Купи себе швабру обыкновенную и мой пол сам от греха подальше! – советую я. – Ты же рукастый, справишься. Артём убирает подушку и поддакивает: - Да я пиздец какой рукастый стал без тебя за последний месяц. Мазоли видишь? Демонстрирует ладони, а я, смеясь, шлепаю по ним. С его шуточками на него сердится серьезно невозможно! - Ну ладно-ладно… - успокаивается Артем и загребает меня в объятия. – Я тебя услышал. Больше её услугами пользоваться не буду. - Так бы сразу, - мурлычу я, пристраиваясь поудобнее. Мы затихаем. Артём водит пальцами по моему плечу, о чем-то думает. - Ты надолго? – спрашиваю я. - Пару дней, малыш, - целует в висок. - Потом надо обратно. Грустно вздыхаю. - Так не хочется тебя отпускать, - крепче обнимаю его. - Скоро и не придется. - Что ты сказал? – приподнимаю голову. Он улыбается и закидывает руку голову. - Ну сейчас порешаю вопросы касательно квартиры, работы, учебы и тоже перееду… - Ты серьезно, да? Не шутишь? – оживаю я и залезаю на него. - Да, детка. Сегодня-завтра я должен встретится с хозяйкой насчет квартиры, в спортклуб съездить место себе наметить. Ну по работе еще пара дел. Мои глаза сияют ярче фонарей от таких новостей. - Боже, как же я рада, - зацеловываю лицо Артёма. Он лежит довольный, принимая ласку. – А почему раньше не сказал? - Сюрприз, - улыбается. - Мммм… У меня тоже есть новость, - интригующе тяну. - Хорошая? - Мда, - вожу пальчиком по его груди и приподнимаю уголки губ. – Я на работу собеседование прохожу сегодня. - Куда? - В один элитный ресторан требуется пианистка. Если их график мне подойдет, то я значит буду совмещать приятное с полезным. - Неплохо, - одобрительно кивает Артем. – Молодец, крошка. Ты говоришь, сегодня собеседование ? А во сколько? Он смотрим на часы, а я припоминаю назначенное время. - К четырём. - Уже полдень. Боюсь, долго полежать не получится. - Реально? Блин… - досадно морщусь я и постанываю. - Тебе как минимум надо на квартиру съездить, переодеться, - говорит он, кивая на клочок ткани на полу. – Ночнушка какая-то, а не платье. Еще и порванное. - Порванное? - В порыве страсти, - лыбится Артем. - Ты чё, реально мне платье порвал? – округляю глаза и дотягиваюсь до комбинации. Убеждаюсь в его словах и, сжав губы, косо поглядываю на парня. - Ну, блин, извините… - разводит руки в сторону и нагло лыбится. Шлепаю его разодранным платьем и мысленно успокаиваю, что сверху можно надеть тренч. - Так, я в душ, - решительно заявляю я и встаю с кровати. Артём любуется моим голым телом и игриво припечатывается ладонью к голой ягодице. - Я тобой, - играет бровями. В блеске сверкающих глаз отчетливо читаю, что один мытьем наш совместный душ не ограничится. - Ненасытное животное, - иронично заявляю я и виляю бедрами к душевой. Артём спрыгивает с кровати и шлепает босыми ногами за мной. Обернувшись, замечаю вздымающийся стояк. Ах, божечки… - Я просто наверстываю упущенное, малышка… ---------- Глава 24 Глава 24 Артём - О, наконец-то Лизоньчик пришла… - Ага. Я не одна. Приветливая улыбка Заславского скатывается вниз, когда следом за Лизой в квартиру захожу я. Мужская игривая физиономия резко становится угрюмой и, мысленно проклиная меня, напряженно утыкается обратно в экран ноутбука. О-очень гостеприимно. И мне искренне приятно, что я вызываю в Германе подобные эмоции. Раздражаю его, кайф. С ухмылкой на лице, скидываю кроссы и машинально осматриваюсь. Хата конечно чёткая. Просторно, всё на стиле. Родаки Заславского нехило так раскошелились. Я теперь как никто в курсе московский расценок, и честно сказать, я охренел от здешних цен на недвижимость. Лиза чувствует себя в чужих апартаментах весьма комфортно. - М-м, чем так вкусно пахнет, - тянет она и идет в сторону кухни, где за барной стойкой расположился её «друг». - Твои любимые тосты, - подмигивает он ей. – Проголодалась? - Ага. Мы не завтракали. Сразу сюда. - А-а… Ну кушай. Лизка хватает с тарелки поджаренный хлеб и начинает хрустеть. Включает чайник. - Арахисовая паста есть? – заглядывает в холодильник и привстает на носочки. - Угу. - И-и… - пищит она в попытке дотянутся до баночки на верхней полке. - Дай помогу, - реагирует Заславский. Встав позади Лизы и приобняв её за талию, он достает пасту и вручает девушке. - Спасибо. - Не за что, коротышка, - ласково усмехается парень и возвращается к ноутбуку. Общаются как будто меня здесь нет. Заславский больше не смотрит в мою сторону, только яростно кликает на мышку, как будто с каждым нажатием, выстреливает в меня. А мне даже любопытно понаблюдать за этой парочкой со стороны. Неприятно, но любопытно. Каждый день они проводят вместе, наверняка сблизились. И насколько сильно, интересно? Герман при Лизе весь такой из себя заботливый, вежливый, просто душка. А моя девочка принимает его помощь, ей льстит получать чуткость и внимание от него. - Как погуляла вчера? – интересуется Заславский. - Чересчур, - признается она и кивает мне. – Артём, иди сюда. Лиза жестикулирует и нечаянно смахивает со столешницы ручку . - Ой… - Я сам, - говорит Гера. Они оба наклоняются, чтобы подобрать её и сталкиваются лбами. - Блин, - смеясь, потирает голову Лиза. - Не сильно стукнулась? Заславский дует на ушибленное место и после касается его губами. - Кхм, нормально, - неловко произносит Лиза и сразу косится в мою сторону. Я держу себя в руках. Как мило. Давайте пососитесь еще. Прочистив горло, сажусь рядом с Лизой и убиваю немигающим взглядом Заславского. У того в глазах мелькает чувство превосходства. Между нами летают беззвучные искры соперничества. И это при том, что Лиза моя девушка! На что он рассчитывает? Он же не дебил в коне концов, есть какой-то повод продолжать таскаться за Лизой, а может, сама девушка дает его? - Я пойду переоденусь, - дожевав тост, говорит Лиза и поднимается с места. - Иди, - отпускаю её, намекая, что спокойно посижу и подожду её здесь. В компании её друга. Думаю, нам есть о чем поговорить. Когда остаемся с Германом наедине, я шлепаю по карманам и достаю пачку сигарет. - Пошли покурим? – киваю в сторону балкона. - Я не курю. - Ну подышишь, - хмыкаю. Парень считывает мою настойчивость и закрывает крышку ноутбука. Мы выходим на балкон, я закуриваю и, испуская дым, задумчиво смотрю на шумную проезжую часть. - Я смотрю вы сблизились, - выдыхаю не очень приятное для меня наблюдение. - Мы всегда были близки, - парирует Заславский. Сплевываю и напряженно улыбаюсь, что аж скулы сводит. - Ну да. Ну да. Помню, друзья детства, - затягиваюсь. На выдохе отмечаю важный момент. – Но вы не жили вместе. - Перешли на другой уровень, да, - важно поддакивает Гера. И сузив глаза, спрашивает. – Переживаешь? Правильно делаешь. - Переживаю? Есть причины? - А ты не видишь? Или не хочешь их замечать? – отвечает колкими вопросами. - Ну поясни, - сжимаю челюсть и дым выходит из ноздрей. - Лиза здесь, рядом со мной, потому что она этого хочет. - У неё не было выбора, - сверлю самоуверенного парня потемневшим взглядом. - Да брось. Выбор есть всегда. Она предпочла переехать и жить со мной. -Может у вас уже что-то было? – сдавленно уточняю я, прицельно изучая раздражающий объект напротив. Заславский усмехается, хитро потирает подбородок и косится на меня, наслаждаясь тем, как меня приплющивает от ожидания ответа. - Много чего было. Или ты что-то конкретное хочешь узнать? - Ты ведь не умеешь летать, да? Теряю терпение и смотрю с высотки вниз. Одна мысль о том, что он был физически близок с Лизой, сводит с ума. - Просто ответь, трахал её? Его изводящее молчание накаляет изнутри. - Она не такая, - отрицательно мотает он головой. – Ты же знаешь. Я выдыхаю. Это от облегчения, и от разочарования в том, что смог усомниться в своей девочке. Я должен ей доверять, но иногда это сильно непросто. - Но мне нравится, что у тебя появляются сомнения, - вдруг добавляет Заславский. - Дистанцию, которую пока держит Лиза, с каждым днем становится все меньше и меньше. Тут он играет бровями так самодовольно улыбается, что как будто знает что-то провокационное. - Ты бессмертный, да? – скалюсь я. – Это ведь моя девушка, а ты подкатываешь к ней – новые зубы очень дорого стоят, Заславский. - Не под тем углом зришь, Абашев, - нравоучительно цокает он. - К ней может кто угодно подкатывать, но она при наличии любимого парня, должна отказать. А мне она еще ни разу не отказывала. - Она считает тебя другом. - Ага. Ты баран, а я её - бывший парень. Дружба - это прикрытие, за которым она удерживает нашу связь. Она не хочет меня отпускать. Иначе бы давно отпустила. Каждый его довод действует на меня как яд, который впрыскивается в кровь и заражает её сомнениями. - Если ты видишь всё так, то это не значит, что Лиза так считает, - собираю крохи разумного. - Она отрицает очевидное. По факту же всё так. Хочешь доказательства? - У тебя есть доказательства? – напрягаюсь я. Сердце сильно сжимается. - Они будут. Как только ты уедешь, - с вызовом говорит Гера. - Черт, - провожу ладонью по затылку и задираю голову к небу. Шумно дышу. Это сплошная провокация, Артем, не ведись. Но смысл ему так нагло врать, да еще и про доказательства твердить? - Стоит мне только захотеть, и она отдаться мне вот так легко, - он щелкает пальцами. – Я просто еще не старался, действовал о-чень мягко. Но могу и пожестить, если тебе невтерпёж. Его ублюдская ухмылка выбешивает, и я хватаю его за грудки. - Ты же сказал, она не такая, - скриплю стиснутыми зубами. - Правильно. Она не будет вести двойную игру. Она просто станет моей. Он ржет, и я резко отпускаю его. Ублюдок, блядь. - Меня реально проще убить, - считывает мои мысли. – Чем открыть тебе глаза на правду. Он поправляет смятую рубашку, проводит по волосам и по деловому прячет руки в карманы. Прилизанная тварь. - Она никогда не станет твоей, - чеканю я, выделяя каждое слово. - Поспорим? – протягивает ладонь Заславский и лукаво улыбается. - Иди на хуй, - полоскаю его острым взглядом и сплевываю в сторону. - А че так? Раньше спорил на неё, не так ли? – дергает бровью он. Я на грани скинуть его с балкона. А этот гад лыбится как назло. Сжав кулаки, сдерживаю себя и дергаю на себя дверь. - А доказательства будут. Жди, - прилетает издевательское в спину. ---------- Глава 25 Глава 25 Лиза – Артём, снизь скорость. Куда ты так летишь? Я ахаю, вжавшись в кресло, когда нашу машину опасными маневрами мотает из стороны в сторону между полос. Парень как будто не слышит мою просьбу и только сильнее вдавливает педаль газа в пол. Позади слышны сигналы недовольных подрезанных участников дорожного движения. Вечерние приятные покатушки как-то неожиданно превратились в безумные гонки. – У тебя все хорошо? Что-то случилось? – переживаю я. Артём выглядит встревоженно-возбужденным. Как будто свое внутреннее напряжение он хочет снять выплеском адреналина на дороге. Меня это, как минимум, пугает. Он ничего не объясняет, всё держит внутри, и не понятно какие черти его мучают сейчас. После разговора с Заславским я уже заметила изменения в поведении. Сначала, не придала этому значения и спокойно отправилась на собеседование. Меня приняли на работу, но вместо того чтобы делить радость с Артемом, пытаюсь найти причину его неуравновешенного состояния. Выключаю музыку и вопросительно смотрю на парня, требуя хоть каких-то объяснений. – Проблемы с квартирой? Выдержав паузу, он монотонно отвечает: – Нет. Со следующего месяца можно заезжать. – Тогда что? Чего ты такой бешеный? Артём шумно втягивает воздух через нос и выдыхает. Он сбавляет скорость. – Все отлично, Лиз. Несмотря на оптимистичную фразу, крылья носа возбужденно подлетают. – Серьезно? Встряхнув головой, открыто недоумеваю. Он явно что-то недоговаривает. – О чем вы говорили с Герой? – Не важно, – сжимает руль. Я замечаю, как его челюсть напрягается. – Ну ясно. Хмыкнув, закидываю ногу на ногу и отворачиваюсь к окну. Мне обидно, что он не хочет делится своими переживаниями. Скрывает от меня что-то. Не доверяет. – Куда едем? – повернув голову, спрашивает Артём. – Никуда не хочу, - бурчу. Планировала где-нибудь приятно провести вечер, но настроение упало в ноль. Шмыгнув носом обнимаю себя руками и , прислонившись виском к стекло, уныло смотрю на серый город. Мужская рука в успокаивающем жесте ложится на бедро и тихонько сжимает его. – Был непростой день. Просто устал, – объясняет парень. – Но все хорошо. Не дуйся. Я смотрю на его ладонь на моей ноге и вспоминаю, как Гера сделал то же самое, когда мы возвращались после концерта. А что, если Заславский рассказал ему? Вот теперь Артём и бесится. Мне становится неприятно, и я дергаю коленом, чтобы скинуть руку. Но мужские пальцы настойчиво нажимают на кожу. – Что такое? – спрашивает Артём с усмешкой. – Триггерит? Подобное уточнение заливает краской лицо. Все-таки Гера рассказал… Тело сковывает от внутреннего напряжения, как будто меня схватил паралич. Я впиваюсь ногтями в кожаную обивку кресла и надкусываю внутреннюю сторону щеки. Дышу отрывочно через нос, чтобы успокоить сердцебиение. Я по прежнему смотрю в окно, только теперь меня обуревает не обида, а что-то более мерзкое и стыдливое по отношению к себе. Тактильно считав с меня эмоции, Артем возвращает руку на руль. Загружено смотрит на дорогу. В салоне стоит громкая тишина. Мне как будто надо объясниться с ним, но не хочу оправдываться, ведь по факту у меня с Германом ничего не было. И я до сих пор не знаю, как расшифровать тот момент в машине, поэтому продолжаю вариться в собственном соку и угрюмо пялиться в окно. Артем врубает музыку, и мы едем еще какое-то время при своих мысля. Я потихоньку успокаиваюсь. Потом Артём находит место для остановки и съезжает на обочину. Поворачивается ко мне и изучает внимательным взглядом моё смятенное лицо. - Я завтра вечером уезжаю. Надо дома закрыть все вопросы и с сестрами поговорить. Меня не будет недели две где-то. Дождешься? Мотнув головой, оскорбленно строю брови: - Зачем ты спрашиваешь? Конечно. Я буду ждать тебя. - Я рад, - улыбается, но как-то натужно. Я не понимаю его и хмурюсь. - С хозяйкой квартиры я договорился, всё заплатил, так что скоро переедем. Артём наклоняется к своей сумке, достает оттуда ключи: - Твой комплект, - кладет их в мою ладонь. Сжимаю холодный метал и киваю. Вроде хорошая новость, а как-то не радостно. Ни мне, ни ему. Следом Артём достает пачку денег и протягивает их мне. - Это на жизнь. Я смотрю на купюры, потом на парня, и так два раза. - Зачем? Не надо. Мне хватает. - Если бы хватало, не просила бы у «этого» на новые шмотки. Бери, - кладет деньги на мои бедро и выкидывает назад сумку. Всем видом показывая, что разговор закрыт, он заводит машину. - Артём, - интонацией требую, что посмотрел на меня. - М? - поворачивает голову и строит самое беззаботное лицо. Как будто всё и правда в норме. И это сейчас не в мою сторону он кинул гору невидимых, но тяжелых обвиняющих камней. - Я не знаю, что тебе там наговорил Гера и что ты думаешь обо мне, но… - останавливаюсь и набираю воздуха. – Да, он купил мне платье, но я расплачусь с ним. - Интересно, как? Оскорбляюсь на сквозящие намеки. - Ты за кого меня принимаешь? Я на работу устроилась. Там приличная зарплата. Я отдам ему деньгами, разумеется. - А-а-а… - тянет он. - Мне неприятно, когда ты так со мной разговариваешь, - сглатываю я и опускаю глаза. В горле саднит. - Но очень приятно жить в хороших условиях, да, Лиза? Я не осуждаю, я просто… - Ты унижаешь, Артём! – срываюсь я. В глазах начинает щипать, в груди гореть от обиды. - Да, у меня нет дофига бабла ! Но если бы ты не договорился насчет квартиры, я бы сама начала искать жилье в ближайшее время! Я уже узнавала у девчонок с потока, где и за сколько они снимают! Я бы съехала от Германа, если бы ты не приехал в эту сраную Москву, которую ты так ненавидишь! А может ты и меня уже ненавидишь, а, Артём?! Раз принимаешь меня за какую-то двуличную дрянь, которая ведется на деньги и хорошую жизнь! Забери всё! Я кидаю в него деньги, ключи и выхожу из машины, хлопнув дверью. Прохладная осень остужает пожар, который охватил меня. Рядом трасса, машины проносятся мимо, их шум заглушает мои рванные всхлипы. Закрываю глаза, слышу, как Артём идёт ко мне. Смахиваю с лица слезы, протираю ресницы и прочищаю расцарапанное горло – хочу быть сильной, чтобы он мне не сказал. Хоть это и дико сложно. Он и сам должен понимать, какую боль причиняют неосторожные слова любимого человека. Но Артём ничего не говорит. Он молча обнимает меня со спины и утыкается носом в шею. Его руки крепко и бережно обвивают меня, говоря как бы, что никуда не отпустят. Через нежные прикосновения я чувствую, как он сожалеет о сказанном. - Ну прости, - вздохнув, он целует за ухом. – Я действительно загнался. Дрожь разгоняется по позвоночнику от его шепота и касания губ к коже. Тело и душа, как никогда откликается на его ласку. Артём разворачивает меня, прижимает к себе и притирается носом, чтобы посмотрела на него. Поднимаю глаза и всё еще хмурюсь. Он гладит меня по щеке и тихонько улыбается. - Простишь дурака? Шмыгнув, веду неоднозначно плечом. - Я хочу чтобы ты доверял мне, - озвучиваю главное условие. - Я стараюсь. Честно. - Хреново как-то у тебя получается… - Ну я не идеальный, - отвечает в свою защиту Артём. Усмехнувшись, мотаю головой на нелепую отговорку: - Для этого достаточно быть любимым. - А ты меня любишь? – вкрадчиво звучит в ответ. - Ты сомневаешься? – приподнимаю бровь. - Прочитай ответ в моих глазах. - Как будто хочешь убить больше… - всматривается он и выпускает смешок. - А ты смотри лучше. - Так-так, - он обхватывает моё лицо ладонями. Изучает, как под микроскопом. Не сдерживаю улыбки. Артём улыбается в ответ. – Точно. Теперь увидел. Он ловит мой примирительный взгляд. Между нами теплеет, образовавшееся препятствие тает с каждой секундой. При первом же взаимном импульсе Артём захватывает мои губы в чувственный поцелуй и тем самым забирает землю из под ног, заставляя полностью растворится в любви. ---------- Глава 26 Глава 26 Неделю спустя Артём Получив гонорар за честно выигранный бой, покидаю здание подпольного клуба. На ходу закидываю в рот сигарету и прикуриваю её в свете тусклого фонаря. В уголке губ саднит из-за свежей ранки, из-за чего чуть морщусь, опустив веки. Выдыхая дым, неспешно двигаюсь к своей машине. Откровенно устал – и физически и морально. Последние недели пашу как проклятый, еле поспевая за сменой дней. Психика порой не выдерживает, я срываюсь, и особенно злюсь на себя, когда неосторожно задеваю родных – вон Лизку недавно довёл до слёз своим недоверием. Дебил, блять. Повёлся на тупую провокацию Заславского. Скоро я заберу тебя, моя девочка. Ещё чуть-чуть подожди. Достаю ключи из кармана и нажимаю на разблокировку – авто откликается звуковым сигналом и вспышкой фар. В ближайших планах доехать до дома и упасть в кровать. Сплюнув в сторону, огибаю лужу возле колеса и тянусь к ручке двери. Открыть машину не успеваю, потому что из припаркованного рядом мерседеса выходит мужчина и обращается ко мне: - Здорова, чемпион. Я оборачиваюсь и прищуриваюсь, разглядывая объект на расстоянии пары метров. В сумерках лица толком не видно. Приветствую его кивком головы и интуитивно настораживаюсь. Незнакомец хлопает дверью и деловой походкой шагает ко мне. Ему где-то около сорока, высокий, подтянутый, в плаще, на непокрытой коротко стриженной голове проглядывается седина, которая придает ему больше солидности, чем возраста. Правильные черты лица, единственный изъян – шрам на подбородке, и еще пожалуй цепкий хитрый взгляд, который естественно ему, как прокурору, выдан с рождения. Да блять. Поджимаю губы и мысленно угнетаюсь, когда узнаю, кто передо мной. Местный прокурор, он же Заславский-старший пришел по мою душу. Хрен ли ему надо? Нервно докуриваю и выбрасываю бычок. Уверен, искреннее пренебрежение мгновенно отпечатывается на моем лице. На что Заславский отвечает легкой понимающей улыбкой. Как же он привык ставить людей в неловкое положение, выбешивать их, а еще законными обвинениями зажать их за решетки. - С очередной победой, да? - протягивает мне руку он. Несмотря на улыбку, в его интонации слышу ебанный сарказм. Стиснув зубы, прячу ладони в карманы и вопрошающе смотрю в серые глаза напротив, которые в отличие от приятной речи, выдают холодное отношение ко мне. Уж точно не для того, чтобы поздравить с победой, он меня здесь подкарауливал. - Я спешу, - мрачно отвечаю. Заславский не сильно расстраивается на мой отказ пожать ему руку, думаю, он этого и ожидал. Разглядывает меня через прицел сощуренных глаз, выбирая мягкое местечко для выстрела. - А я не займу у тебя много времени. Обещаю, - кивком головы приглашает в свой автомобиль. - Говорите здесь, - задираю подбородок. Хмыкнув, мужчина смотрит по сторонам и уточняет: - Вопрос касается твоей семьи, Артём. Ты же не к ней спешишь, верно? А зря, - прицокивает. Услышав слово семья, я сильно напрягаюсь. Играя желваками, буровлю ненавистным взглядом прокурора. Руки прочь, сука, от моей семьи. - Прошу, - улыбаясь на результат, мужчина указывает рукой на черный мерс. Какой же скользкий тип. Теперь я понимаю, в кого Герман пошел. Сраные гены. С внутренней тревогой и сдерживаемой агрессией сажусь в салон дорогой тачки. Утыкаюсь затылком в подголовник, ожидая, какое обвинение собирается предъявить прокурор в неформальной обстановке. - Как Москва? Понравилась? – вдруг начинает Заславский. Как будто совсем издалека тема заходит, но меня быстро осеняет. Я давлю усмешку и поворачиваю голову. По серым глазам считываю, что сын ему доложил о моем недавнем визите в столицу. Я помешал своим присутствием в их совместно жизни с Лизой. Гера решил подключить папочку и избавится от меня? Ну-ну. - Ахуенно, - скалюсь я, уподобляясь издевательской манере общения собеседника. - Правду говорят, что переехать хочешь? – начинается допрос. - Моё дело. Других не касается. - Эгоистично, Тёма, - наигранно журит Заславский. - Ну как же мы тут без тебя? Усмехнувшись, чувствую подвох и угрозу, который гадюкой подкрадывается всё ближе и ближе, и скоро вонзится острыми зубами между ребер. - А как же твои любимые сестренки? Опеку над ними взял, а бросаешь на произвол судьбы. Нехорошо. Шах. Резкий удар под дых спирает дыхание в легких. - Органы опеки уже заинтересовались вашей семьей. Твоя безответственность в отношении опекаемых сестер не допустима. Уедешь – им придется принимать соответствующие меры. Жалко таких умниц разбрасывать по детдомам. Мат. Я превращаюсь в раскаленный уголь от его угроз. В башке стучит набатом. Сука! Ненавижу! - Не трогай мою семью, - вздувая ноздри, сурово произношу я. Знаю, что органы опеки только с чужой наводки будут парится и заводить дело. Докопаться можно до чего угодно при желании. А у этого ублюдка оно о-очень сильное, как я посмотрю. - Понимаю тебя, - с притворным сочувствием кивает он. – Я к членам семьи тоже с особым трепетом отношусь. Лиза мне уже как родная… Не мог бы ты оставить её в покое и уделить свое неуемное внимание горячо любимым сестрам? Уверен, они сильно скучают по тебе. Ты так редко заглядываешь к ним. От осознания, что меня тупо шантажируют, я давлюсь противной на вкус усмешкой. Бросаю в Заславского презрительный взгляд. Но ему вообще похуй. На человечность тут можно не рассчитывать. Сильно прикусываю нижнюю губу от неприятного чувства, что загнан в тупик. Приставлен к стене, у которой расстреливают приговоренных. - Блять, - шумно выдыхаю, и сгорбившись, растираю лицо. Заславский ждёт. Наслаждается моими муками в тишине. Разгибаюсь и смотрю ему в глаза в надежде всё-таки достучатся до живой души. - Я люблю её, - сглатываю. – Очень сильно. - Вижу, - кивает. – А сестёр? Тут придется выбирать. Жизнь – это всегда выбор. Сделай правильный. Мы обжигаем друг друга взглядами. В его глазах я считываю превосходство над ситуацией, но так прост я не сдамся. - Жизнь - ебанная несправедливость, - цежу я. - И по правилам играть – глупо. Я не откажусь от Лизы. И от сестер тоже. - Зря ты так, - вздыхает и осуждающе мотает головой. – Давай ты подумаешь пару дней? Не спеши, взвесь. Принимай решения только на холодную голову, - он стучит по виску. Достает визитку и протягивает её мне. - Позвонишь мне. А я следом позвоню в опеку, закрывать готовящийся на вашу семью акт или нет. Сразу скажу, оснований для лишения прав опекунства на тебя предостаточно. Ну ты и сам знаешь, - он хлопает по плечу. А я хочу его ударить. Загребаю бумажку в кулак, превращая её в смятый комок. Через силу сглатываю бушующие эмоции. - Ты, кажется, спешил? – намекает Заславский, чтобы убирался из его машины. Огрев мужчину ненавистным взглядом, выхожу и хлопаю дверью под его едкое пожелание «Доброй ночи». Закурив, помойными матами провожаю отъезжающий мерседес. - Сука! – в эмоциях бью по колесу не в чем не повинной тачки и надрывно стону, задрав голову к звездному небу. За что, блять. ---------- Глава 27 Глава 27 Лиза - Как ты, моя хорошая? Я так соскучилась… Обнимаю Алку, вспоминая родной запах подруги. Мама привезла её в столичный реабилитационный центр. Как только я узнала об этой новости, сразу приехала к ней. - Я тоже. Ты умотала так далеко, - осуждающе смотрит на меня Алла, но тут же её глаза веселеют. - Но от меня не сбежишь. Догоню. - Ну естественно. Мы смеемся. Я так рада, что появившиеся проблемы со здоровьем после аварии не сломали девушку, а лишь закалили. Она даже юморит на довольно непростые темы. Сейчас у Алки по плану прогулка, а если быть точнее - катание на коляске по территории больничного сквера. Она пока не ходит уверенно, только с помощью опоры, но прогресс в её восстановлении – обнадеживающий. Правда потерянные воспоминания в памяти так и не вернулись. - Рассказывай всё, а то я стухну от скуки тут, - простанывает Алка. - А что рассказать? – пожимаю плечами. – Учусь, устроилась на работу пианисткой в ресторан, во-от… - Прикольно. Как-нибудь прикачу туда, чисто тебя послушать, - она дрыгается на кресле и хихикает. - Нет. Давай уж на своих двух придешь походкой от бедра, - улыбаюсь я и убираю с её лица прядь волос. Заглядываю в её теплые голубые глаза с особым трепетом. – В шикарном платье, бомбически красивая, чтобы у всех молодых официантов челюсти упали на подносы. Алка смеется и кивает: - Договорились. Жди. - Окей. - Что еще новенького? Сидя на скамье под липами, я задумчиво смотрю на болтающиеся ноги. - Скоро съеду от Геры в новую квартиру. С Артёмом. - А этот тот самый… - тянет Алла и смотрим вдаль, как будто вспоминает. Но на самом деле, в памяти у неё только лишь мои рассказы, Артёма она тоже не помнит. Хотя благодаря ей я и познакомилась с ним. - Он реально переезжает в Москву? Ради тебя? - Угу… - скромно улыбаюсь. Хотя рада невероятно! - Как романтично, - вздыхает она и закатывает глаза. – Я тоже хочу влюбиться. Безумно. Чтоб крышу сносило. Гонять ночью на байке, целоваться под звездами, бегать за руку под дождём, и всё такое… Я усмехаюсь, потому что она опять вспоминает мои же рассказы, как мы с Артёмом прекрасно проводили время в родном городе. Ей и невдомек, что она первая показала мне, что значит влюбиться в человека до одури. Они с Егором были настоящими влюбленными безумцами. И мне сильно обидно за их пару, что теперь судьба играется с ними по очень жестким правилам. Она буквально схватила их за шкирки и развела по разным углам. Да еще и бетонную стену выстроила между ними, чтоб они друг для друга стали чужими людьми. Мы с Алкой болтаем всю прогулку, пока не приходит время возвращаться в стены больницы. - Я приеду к тебе завтра, - посылаю воздушный поцелуй и машу на прощанье. С теплой грустью в груди, выхожу через центральные ворота и бреду вдоль припаркованных машин. Заметив знакомого парня, я торможу и всматриваюсь лицо, потому что не верю, что это он приехал сюда. - Привет, Лиз, – здоровается он первым, и сомнения отпадают. Я меняю направление движения и иду к нему. - Егор… Ты к Алле приехал? – высказываю очевидную догадку и открыто переживаю. Парень докуривает сигарету, поглядывая на здание реабилитационного центра и кивает. - Угу. Ты у неё была? - Да, Алла н прогулке была, - удивленно разглядываю парня. - Через десять минут зайдёт. - Ясно. Значит успеем пересечься на улице, - он заметно нервничает и всеми силами подбадривает себя. - Ну я побежал. - Стой, - хватаю его за рукав куртки. – Тебе же нельзя к ней. - Я аккуратно, Лиз, не переживай… Смотрю ему в глаза, а них столько отчаяния и боли. Отпускаю его. - Если родители узнают, будут проблемы, -предупреждаю его, но он сам прекрасно об этом знает. - Постараюсь без глупостей, - серьезно кивает. - Пожалуйста, Егор. Он уходит. Я провожаю его силуэт и тихонько вздыхаю. Хоть бы у него всё получилось. В нем очень много искренней любви к Алле, именно она движет им, заставляет бороться за свое счастье. Я набираю Артёма, чтобы рассказать про Егора. Он вообще в курсе, что его друг уехал в Москву? - Да, малышка, - слышу в динамике ласковый голос. - Представляешь, кого я сейчас встретила у ворот реабилитационного центра? – сразу начинаю с главного. – Егора! Приехал увидеться с Аллой. Или ты знаешь? Он тебе что-то говорил? - Да. И мне неудивительно, - спокойно заявляет Артём. - Блин, я переживаю, - нервно закусываю губу. – Спокойно же могут родителям доложить. А Алка как должна реагировать на него? - Это выбор Егора. Значит, не может по другому. Скоро узнаем, что из этого выйдет. - Думаешь, зря нагнетаю, да? - Не знаю, Лиз, - тяжело вздыхает парень. - А ты чего такой замученный? – хмурюсь я. – Что делаешь? Сильнее прижимаю телефон к уху, чтобы уловить малейшие интонации. - Клиента жду. Сегодня плотная запись. - М-м… В октябре появилось много желающих забить себя татухами? - Типа, - после повисшей паузы отвечает Артём. - А я думала ты уже закрыл запись. И готовишься к переезду. - Пока нет. Лиз… - опять шумный вздох и молчание. Я останавливаюсь на тротуаре и напрягаюсь. - Мой переезд пока откладывается, - звучит сухо. - На неопределенный срок. - В смысле? – округляются мои глаза. – Почему? - Возникли непредвиденные обстоятельства. Как только я решу их, сразу приеду. Пару секунд недоуменно хлопаю глазами, перевариваю - ничего не понимаю. - Какие обстоятельства, Артём? – возмущаюсь. - Я жду тебя. Ты обещал. - Я же сказал – приеду, как только решу вопросы. Чуть позже, Лиза. Давай без истерик. Ты слышишь меня? Опускаю телефон и буквально задыхаюсь от непонимания. - А ты можешь нормально объяснить? – набрав в легкие воздуха, спрашиваю я не без претензии. - Ты переезжаешь в новую квартиру, как и договаривались со следующей недели. Ключи у тебя есть. Я приеду чуть позже. Какие еще вопросы? – раздраженно спрашивает он. Я тоже теряю терпение. Потому что Артём ни черта объяснить не может, а только ставит перед фактом. - Заеду в квартиру только вместе с тобой, - выдвигаю своё условие. - Нет, Лиза. Ты переедешь в тот день, как мы с тобой изначально договаривались, - настойчиво чеканит парень. - Изначально мы договаривались, что мы вместе заезжаем! - Хватит упрямиться, - звучит строго мужской голос. А далее следует неприятная издёвка. - Со стороны выглядит, будто тебе не очень то хочется уезжать от Заславского. Стискиваю зубы и закипаю изнутри. - Да? А с твоей стороны выглядит так, как будто ты и вовсе не собираешься приезжать и ищешь тупые отговорки! – кричу я и бросаю трубку, не в силах и дальше продолжать разговор на повышенных тонах. ---------- Глава 28 Глава 28 Артём - Из опеки приезжали, - с тревогой докладывает тетя Рая, когда приезжаю в родительский дом. – В каждый угол заглянули, много вопросов задавали, всё себе в документы записывали, еще и на камеру снимали. - Про меня спрашивали? - Естественно. Ну мы сказали, как есть – мол, работаешь ты в городе, чтоб семью обеспечивать. Но регулярно приезжаешь. В выходные дома с семьей. - Угу… - прищуриваюсь от сигаретного дыма, который лезет в глаза с ветром. – Не поверили? - Как сказать. Настроены были они недружелюбно, как будто искали к чему придраться, - вздыхает женщина и внимательно разглядывает мой напряженный профиль. – Что случилось, Тёма? - Лишить прав опекунства хотят, - хмуро сдвигаю брови. - Да как же это? – хватается за сердце соседка и искренне негодует. - Девочки в хороших жилищных условиях живут, умницы, учатся хорошо, я за ними присматриваю… - Вот именно. Ты за ними присматриваешь. А не я, - делаю акцент на очевидном факте, который самому не нравится. Из дома в одной куртке с голыми ногами выбегает Маруська. Я тушу сигарету и смягчаю лицо, приподняв уголки губ. - Ну скоро уже зайдешь, - лезет обниматься мелкая. - Скоро-скоро, - загребаю её в охапку, прижимая к себе. - С Раей договорю и зайду. Ты девчонок собрала? - Да. Ждём тебя, -задирает голову и широко лыбится. - Уже иду, - щелкаю по курносому носику. – Беги домой. Замерзнешь. Подталкиваю её, и она послушно топает обратно, смешно перебирая ногами в огромных галошах. Усмехаюсь и мотаю головой. - Я заберу их с собой в Москву. - Правда что ли? А девочки мне ничего не говорили… - Сейчас им скажу. Выбора нет. Тетя Рая понимающе кивает, но её лицо вдруг становится таким грустным: - Ох, - расчувствовавшись, она вздыхает и пришмыгивает. – Уедут мои крошки… Я же так привязалась к ним. - Теть Рай, ну только ты не начинай давить, - строго смотрю на неё. - Итак хреново. - Да-да, - смаргивает пелену с глаз и берет чувства под контроль она. – Но вы хоть держите меня в курсе. Отзванивайтесь. Я переживаю. - Конечно, родная наша, - обнимаю женщину, которая помнит меня еще мелким мальчуганом. – Спасибо тебе за всё. Закончив разговор с Раей, я с шалящими нервами захожу домой. Скинув куртку, шагаю на кухню, где за столом в ожидании меня собрались девочки. Мои любимые родные три сестры. По глазам вижу, что переживают и не понимают, для чего их тут собрали. Зацепив взглядом растерянное лицо каждой из них, я опускаюсь на стул и складываю руки на стол. - У меня есть новость, - начинаю я довольно твердо. – Кому-то она может не понравится, но прошу принять как факт. На днях мы с вами переезжаем в Москву. И тишина. Все в шоке. А я морально готовлюсь в атаке. - А с какого это… - первой оживает Саша. Запинается на ругательстве. – Почему это? Можно спросить? - Обстоятельства. По условиям опекунства вы должны жить со мной. Я работать и учиться буду в Москве, значит, и вы поедете со мной. - А, ну ок, - быстро реагирует Саша и закатывает глаза. – Вопросов больше не имею. Тут меня ничего не держит, так что я не против. Теперь можно идти? Она с деловым видом поднимается со стула, но я строго осекаю её: - Сядь. Мы еще не договорили. - Пф-ф… - плюхается обратно и надув губы, со скучающим видом начинает ковырять скатерть. Смотрю на остальных двух. Юлька сидит красная как рак, с каждой секундой накаляется в своих возмущенных мыслях, которые вот-вот прорвет. Черт. Так и думал, что с ней будут проблемы. - Маруся? – начинаю с младшей. - Что скажешь? - Ну если все поедут, то и я тоже… - пожимает плечами и смешливо улыбается. - Не буду же я тут одна жить, правильно? Тем более я никогда не была в Москве. А мы надолго уедем? - Не знаю, - поджимаю губы. – Видно будет. - А я против! – вдруг вскакивает со стула Юля и воинственно прожигает меня взглядом. – Никуда не поеду. Мне школу надо закончить и поступать вообще-то! Демонстративно встает в стойку и протестующе пыхтит. - Закончишь и поступишь в Москве, - с чистейшим хладнокровием реагирую на её эмоциональный выплеск. - У меня тут друзья! - Да парень у неё тут… Ромочка, - хмыкает Саша и, игнорируя искры сестры, рассматривает собственные пальцы. Юлька обнимает себя руками, как бы защищая себя и свои чувства – потому что Саша только что попала в её уязвимое место. - Придётся поехать в любом случае, Юля, - твердо отсекаю я. - То есть ты ради своей Лизы готов на всё, даже пожертвовать интересами сестры? – взрывается по уши влюбленная девчонка. - Сам будешь с ней жить, а меня разлучаешь с парнем?! Молча опускаю глаза и сглатываю. Ну, получается так. Оказывается, я паршивый братец, и последний гад. Только вот её парень – не лучше. Гуляет еще так, пока та нацепила розовые очки на наивный носик. Но пусть лучше я буду эгоистом, чем разбивать её сердце правдой. - У вас есть три дня на сборы, - решительно заявляю я и встаю из-за стола. – Потом улетаем в Москву. - На самолете? – расширяются глаза Маруськи. - Да! - Ого, - ликует она. - Ненавижу! – шипит Юля на то, как жестко я обошелся с её чувствами. Убивает меня блестящим отчаянным взглядом. – Ты бездушный эгоист. Стиснув зубы, молча принимаю всю её ненависть, но ни одним мускулом лица не веду – пусть знает, что всё равно будет так, как я сказал. Толкнув меня в плечо, она убегает к себе, роняя слезы на ходу. Больно, тяжело, но иначе никак. После непростого разговора выхожу на улицу охладить голову и покурить, чтобы вместе с дымом выпустить в воздух напряжение. Зажав тлеющую сигарету в губах, залезаю в телефон. Вижу сообщение от Заславского, и сердце сразу выдает тревожный скачок. Помедлив пару секунду перед тем, как открыть его, нажимаю на экран и вижу короткое видео с Лизой… ---------- Глава 29 Глава 29 Лиза - Тук-тук, - дверь в комнату приоткрывается. – Лиза, можно? Я отлипаю от конспектов и озираюсь. Увидев Геру, снимаю очки и устало протираю лицо. - Занимаешься? – спрашивает парень и приближается ко мне со спины. - Угу, - мычу я и растираю затекшую шею. - Дай разомну. Мужские ладони ложатся на плечи и начинают массажировать. Приятная слабость простреливает мышцы. Тихонько простонав, закрываю глаза и пытаюсь расслабиться. - Ты сегодня сама не своя. Раздраженная, напряженная, - замечает Заславский и умело проминает большими пальцами позвонки. – Что случилось? - Личное. - Опять «этот» постарался? Поджимаю губы. Ничто не выводит меня из себя так, как ссоры с Артёмом. - Забей, - советует Гера. – Не трать нервы. Расслабься. От массажа тело обдает теплом, зажатые мышцы разогреваются и размякают. Веки опускаются от приятных ощущений. - Спасибо, хватит, - говорю я, чтоб окончательно не потерять контроль. Заславский послушно убирает руки с плеч, но сразу перемещает их на моё лицо. - Закрой глаза, - шепчет он и сам накрывает их ладонями. - Гера, ты чего? - Вставай. Пошли в зал, - настаивает он. - Я еще конспект не закончила, - возражаю. - Потом закончишь. Завтра выходной, - своим телом подталкивает меня к двери. Мы выходим из комнаты, и он открывает мне глаза. - Эм-м… Что ты тут устроил? – осматриваю зал. Свет приглушен на неоновые диоды, играет негромко музыка. Стол накрыт, длинные свечи романтично подсвечивают наполненные бокалы. - Заказал суши. Знаю, ты любишь. Хотел тебе поднять тебе настроение. Не всем же его портить. Он подхватывает мою руку и ведет к столу. Галантно отодвигает стул и усаживает меня. Глаза разбегаются от обилия вкуснейших аппетитных роллов. Если честно, я проголодалась - из-за нервов пропустила обед и ужин. Заславский присаживается напротив меня и довольно улыбается. Понимает, что ему удалось угодить. - Твой любимый по-прежнему «дракон»? – спрашивает он, вскрывая пакетик с палочками вслед за мной. - Он самый, - сразу выцеплю взглядом ролл с лососем и тянусь к нему. Макнув в соевый соус, заглатываю кусочек и протяжно мычу во вкусовом наслаждении. - М-м, прелесть, - закидываю следом в рот лист имбиря. Заславский от меня отстает, карает палочками ролл один за другим. Мы кушаем, только треск за ушами от удовольствия стоит. - За приятный вечер, - поднимает бокал он и смотрит проникновенно в глаза. Улыбнувшись, я беру свой и мы чокаемся, не отводя друг от друга взглядов. Сделав пару глотков игристого, я облизываю губы и удовлетворенно вздохнув, опускаю голову на выставленные в локтях руки. - Спасибо за поддержку, - нарушаю тишину я. – Я вечно проблемная. - Расскажешь, что случилось? Опускаю глаза и вспоминаю неприятный разговор с Артемом. Мы ведь так и не созванивались с ним после этого. Обоим надо время отойти. - Мы должны были переехать с Артемом в новую квартиру. Но он не приедет. Какие-то проблемы… Поэтому и расстроилась, - вздыхаю. - Какие проблемы? - Не знаю. Не сказал толком, - дергаю плечом. - Может нет проблем? – приподнимает бровь Заславский. - Что ты имеешь в виду? - Ну, я придерживаюсь мнения, что если человек чего-то действительно хочет, то он делает. А не хочет – не делает. - Ты намекаешь, что Артём не хочет переезжать? – напрягаюсь я. - Но он сам говорил мне… - Пиздеть всякий может. Ну приехал он к тебе, получил сполна от тебя, чего хотел и свалил обратно, - объясняет Заславский, раскладывая по полочкам факты, как очевидные вещи. – Со стороны я вижу именно так. Но тебе делать выводы, Лиза. Я загружаюсь и начинаю накручивать себя. Аппетит сразу пропадает, и рука тянется к бокалу. Осушаю его и поморщившись от неприятный внутренних ощущений, ставлю на стол. - Я верю ему, - несмотря на сомнения, говорю я. – Меня напрягает, что он не доверяет и не рассказывает всего. Разве это сложно? - Не знаю, Лиз, - мотает головой Гера, как будто предостерегает. – Он всегда был мутным. Какой нормальный человек будет спорить на девственность девушки? Приоткрыв рот, я не нахожу слов и теряюсь. - Ты откуда знаешь? - Об этом знают все в его окружении, до меня тоже долетело. - Это в прошлом. Дурацкий спор, - отмахиваюсь, но меня, конечно, задевает. То, что должно быть исключительно между нами разлетелось по знакомым. - Что-то голову мутит, - хватаюсь за висок, чувствуя легкое головокружение. Неужели с одного бокала так уносит. Я слезаю со стула и смаргиваю мутную пелену. Заславский подходит ко мне и обнимает за плечи. - Все хорошо? - заглядывает в глаза, в которых начинает двоится. Теперь передо мной два мужских лица. Зажмуриваюсь, встряхиваю головой. - Вино по мозгам ударило, - морщусь я, чувствуя, как меня качает. Запрокидываю голову к потолку.– Это ты меня кружишь, или всё вокруг… - Я. Потанцуем? Мужской захват на талии придает мне равновесия и поддерживает меня. Перед глазами конкретно плывет. Реакция становится заторможенной. - Я всегда считал, что ты достойна большего, Лиза, - сквозь гул в ушах слышу голос Заславского. Склонившись, он проводит кончиком носа по шее и занюхивает кожу. - Мне дурно… - резко не хватает воздуха. Сил выбраться из объятий Геры просто нет. Тело обмякает. - Меня тоже ведет от тебя, - шепчет в приоткрытые губы. Он целует меня, а я закатываю глаза и окончательно теряю контроль над сознанием, телом и ситуацией. *** Артём От увиденного видео, рот открывается в шоке, и недокуренная сигарета летит под ноги. Твою мать… Я застываю в ахере, лишь глаза, как стеклянные, повторно просматривают кадры «доказательства» от Геры и отказываются верить. На экране Лиза плавно танцует в объятиях Заславского, и потом они целуются. В губы, интимно, с удовольствием, в приглушенном свете, под музыку. Вот парень подхватывает мою девочку на руки и несет в сторону спальни. В груди справа больно простреливает. Сердце сильно сжимается и ухает в пятки. В висках начинает маниакально стучать. «Как тебе демо версия? Хочешь полную? Она – моя.» Такое сообщение следует после видео. Хочу ли увидеть, что происходило за закрытыми дверями спальни? Да я убить их хочу! Обоих! А после - себя! Кровь ударяет в мозг и заражает его злостью. Эмоции захлестывают, и я выплескиваю их наружу через крепкие удары в стену. - Сука! Дрянь! – рычу я, разбивая костяшки в кровь. – Ненавижу! Обливающееся кровью сердце колотится внутри как сумасшедшее. Разум захватывает настоящая агония. Кулаки уже немеют, и не чувствуют боли. Остается только та, что обжигает пламенем грудину. Яростный гнев притупляется о подкатившее омерзительно жалкое чувство к себе. Какой же я был непросветный дебил… Тебя тупо обвели, наебали, как мальчишку. А я просто любил. Да кому нужна была твоя сраная любовь? Идиот. Шумно дышу, и опускаю дрожащие веки, чувствую, как меня изнутри потряхивает. Присев на корточки, растираю лицо, волосы - хочу успокоиться, но не выходит. Меня как будто наживую раздирают на тысячи кусков, и я стиснув зубы треплю, сопротивляюсь. Сквозь темноту закрытых глаза, под стук нервного сердцебиения, я вижу милое блядское лицо любимой девушки. Ради которой был готов на всё. От диких чувств к ней глаза накрыла пелена, и я не мог разглядеть, что за личиной ангела пряталась настоящая дрянь. Которая не любила. Думала только о себе. Нагло врала в лицо. И в конце концов, предала меня. Стону, рычу и глотаю слезы, которые дерут горло. Мне больно. Мне очень сильно больно. Проще сдохнуть, и ничего не чувствовать. Я вспоминаю, её нежные слова любви, приятные моменты, нашу близость – как помешанный мазохист добиваю себя. Была бы Лиза здесь сейчас, схватил бы за её тонкую шею, грубо впечатался бы пальцами в бархатную кожу и, глядя в лживые любимые глаза, придушил бы. Скрип входной двери, заставляет подобраться и сглотнуть саднящий горький комок. - Тема? Ты тут? – выглядывает Маруська. Увидев меня, она шаркает галошами в мою сторону и тоже опускается на корточки. Обеспокоенно заглядывает в глаза и быстро считывает паршивое состояние. - Не расстраивайся, пожалуйста, - стонет она, округлив глаза в сочувствии. Жмется ко мне, и я обнимаю её. Её неподдельная искренняя теплота смягчает боль. Вздохнув, притираюсь к детской макушке щекой и хрипло успокаиваю: - Всё хорошо, маленькая. Как там Юля? - Истерит. Ревёт. - Пусть не ревёт. Скажи, что мы никуда не поедем. Маруся отлипает от груди и удивленно вскидывает голову: - Как это? - Вот так. Остаемся дома. - Правда? – её глаза начинают сиять. - Да. - Ура, - на радостях кидается мне на шею. - Пойду Юльке скажу! - Беги, - сдавленно говорю ей вслед. Маруська скрывается за дверью, а я залезаю в карманы, чтобы найти смятую бумажку с номером Заславского-старшего. Тыкаю онемевшими пальцами по цифрам на экране и нажимаю на вызов. Монотонные гудки прерываются, и в динамике раздается до боли знакомый голос прокурора: - Алло. - Мы с Лизой расстались. Мне дороже моя семья. - Это правиль… Отключаюсь, не дослушав мерзкое признание его победы. Бесит. Раздражает. Волна гнева накатывает с новой силой. Щелкнув зажигалкой, закуриваю и шагаю в гараж. Сейчас бы разогнать байк на максимум – мелькает мысль, и она же дает под дых. Я жалко усмехаюсь, ведь мотоцикл уже продан. Мне нужны были деньги. Чтобы снимать хату в Москве и не облажаться в глазах Лизы, мне необходима была финансовая подушка. Я, блядь, не сын прокурора, и у меня нет бабла, которые мне просто так сыплются на карту. Поэтому я опять дрался в подвалах по ночам, днем колол тату клиентам, и в перерывах искал в инете варианты первых заработков уже в столице, которая, конечно «с распростертыми объятиями» ждёт меня. И всё ради Лизы. Потому что хотел быть рядом, любил, боялся потерять её. Сам не заметил, как оттенил свою семью и сделал её интересы второстепенными. Я же реально готов был оставить сестер, бросить всё и переехать к Лизе. Полное помешательство. Безумие. Она же не ценила ничего, воспринимала как должное и кайфовала от моей самоотдачи. Только сейчас понимаю, какой же придурок. Сажусь в тачку и выезжаю на дорогу. Выжимаю топку в пол – и скорость набирает бешенные обороты. Перед глазами не трасса, а образ Лизы. В висках опять начинает стучать. Господи, я же верил каждому её слову. Упивался ей. Обожал. Наивно полагал, что она – только моя. Верная. Любящая. Преданная. Моя девочка. А по факту, лживая сука. Я любил эгоистичную дрянь. И самое ужасное – меня не отпускает. Я вроде ненавижу Лизу, но сердце терзается по ней. Проще вырвать его из груди и выбросить голодным собакам на съедение, чем мучать его нерастраченными чувствами, мерзким разочарованием и раздирающим отчаянием, которые переполняют. На хуй такую любовь! На хуй её! Нахуй все воспоминания! На хуй эту гребанную жизнь! Стрелка спидометра падает за двести, я вылетаю на встречку. Впереди несется фура, которая пронзительно сигналит мне. Но я не слышу. В глазах темнота, в ушах стук бешенного сердца. Я хочу разбиться, чтобы больше не чувствовать боли. Чтобы прекратить в миг все мучения, которые в моменте нещадно сжирают тебя. Закрываю глаза. Дьявол издевается, подкидывая образ Лизы на прощанье. Она по-прежнему милая. Спускаю в последний раз дыхание. Отрываю глаза. Еще секунда. Вот он конец… ---------- Глава 30 Глава 30 Лиза Голова трещит. Прежде чем открыть глаза, давлю пальцем на пульсирующий висок. - М-м, - простонав, переворачиваюсь на бок. Дневной свет раздражает глаз, и я щурюсь. Отворачиваюсь от окна на другой бок и утыкаюсь в мужское тело. Меня как будто ошпаривает, и я резко дергаюсь в сторону. - Гера! – сильно расширяются мои глаза, а головная боль сразу уходит на второй план. – Ты что делаешь в моей постели?! Прикрываюсь одеялом, потому что я голая! Стоп. Что? Сердце панически мечется в груди, как и мои безумные от происходящей картины глаза. В ужасе таращусь на Заславского, который лежит, раскинув руки на моей кровати. Пах прикрыт, и я боюсь даже предполагать, что он тоже без трусов. Черт! Что происходит! Мысли бьются в истерике. Не может чтобы я переспала с Герой! Нет! - Доброе утро, детка, - сонно улыбается парень и тянется ко мне рукой за лаской. Я отстраняюсь, выпустив наружу невидимые шипы. - Что. Ты . Делаешь. В моей. Кровати! – выделяю каждое слово и срываюсь на последнем. Клянусь, у меня сердце инфаркт схватит, если он мне сейчас всё не объяснит. Меня уже трясет. - Ты чего такая дикошарая, - протерев глаза, приподнимается Гера, и тут я вижу, что он голый даже внизу. Твою мать. Закрываю глаза и судорожно мотаю головой, отказываясь верить. - Мы ведь с тобой не спали, - боюсь открывать глаза. Жду отрицательного ответа. Сердце сильно колотится о ребра, и его стук отдается в ушах. - Нет, не спали. Фух. Меня отпускает. Но на секунду… - Мы занимались более интересным делом, - уточняет Гера и ударяет тем самым в солнечное сплетение. Я не могу вдохнуть. Внутренности сжимаются. - Нет, - сдавленно отрицаю то, на что намекает парень. – Почему я ничего не помню? Мы пили вчера, потом у меня закружило голову… - Да. Я увел тебя в комнату. Ты попросила остаться… Не помнишь? - Нет, - выдыхаю, напрягая мышцы лица. Я роюсь в памяти, но там как будто все перечеркнуто. – Я не могла… - Ты сама меня поцеловала. Потом понеслось. - Я поцеловала? Тебя? – глаза рискуют вывалиться из орбит. - Ну да. Я запрокидываю голову к потолку, потому что готова выть от происходящего ужаса. Это сон, это сон, это сон… Но ощущение реальности бьет похлеще ремня. Мы с Заславским лежим голые в одной кровати, и он утверждает, что мы занимались любовью. Аид, если ты есть, забери мою грешную душу себе! Я напилась и изменила Артёму? Но я даже не помню факта измены! Стыд накрывает с головой, я заливаюсь краской и действительно готова сквозь землю провалиться. - Получается ты воспользовался мной? – вдруг осознаю я. – Я была пьяна. Ты же знал, что я люблю Артёма! А тебя – нет! - Ну… Получается, мы трахались без любви, - цинично отвечает он. Хмыкнув, сбрасывает с себя одеяло и натягивает на себя трусы. Я отворачиваюсь окну и слышу язвительный вопрос. - Тебе не понравилось? - Ты… Ты… - задыхаюсь. – Я не помню ничего! - Да ладно тебе. Выпила всего бокал и не помнишь. - Вот именно! – цепляюсь я за слова и начинаю кое-что подозревать. - Меня бы не унесло с одного бокала! Ты мне что-то подсыпал, Гера? Парень смотрит на то, как я гневно вздуваю ноздри и снисходительно улыбается. - Моя хорошая, - слишком ядовито использует ласковое обращение Заславский, у него аж скулы сводит от напряжения. - У тебя есть какие-то доказательства, чтоб обвинять меня? Ну потрахались, кайф, че раздувать? А-а-а… Или ты планировала остаться в глазах Артёма белой и пушистой? Не выйдет, милая. Он уже всё знает. - Что… - сердце пропускает удар. Гера подбирает с пола футболку и надевает её, пока мой взгляд застывает в одной точке, а следом и целый мир в одночасье замирает в моменте. - Я отправил ему видео-доказательство. Так что зря он не верил. - Видео… Каждое слово рушит потолок надо мной сильнее, и я вот-вот задохнусь под завалами. - Мы поспорили на тебя. Выиграл я, - гордое физиономия Геры ровняется с моей растерянным. Его признание плескает чем-то мерзким в лицо. - Что значит поспорили, - шевелю одними губами. - Ну, способна ли ты на измену, - ведет плечом Заславский и улыбается. – Проверку Артёма ты не прошла. Но я не осуждаю… Можем в принципе замутить, ну или просто трахаться без любви. Его острый цинизм, не замечаемый мною до этого дня, штырями врезается моё и без того раненное сердце. - Гера! – меня прорывает. Из глаз выпрыскивают слёзы. – Замолчи! Он смотрит как-то бездушно на мое раздавленное существо. Вздыхая, качает головой. Присаживается на край кровати и проводит ладонью по трясущемуся подбородку. - Се ля ви, детка. Не плачь. Лучше оденься, позавтракаем где-нибудь. - Иди ты к черту! – огрызаюсь и шлепая его по ладони. Он прицокивает. Усмехается. - Ты же был моим другом! Зачем ты всё испортил! - Испортила всё ты, когда начала встречаться с Артемом, - журит прищуренным взглядом. – И другом я никогда не был тебе. Сама давала повод быть для тебя чем-то большим. - Я? Он встает и засунув руки в карманы, смотрит на меня сверху вниз. - Да. Хватит прикидываться дурочкой. Снимай уже шкуру овцы. Тут больше не перед кем играть. - Что? Ты с ума сошел меня обвинять?! - Не. Я в трезвом уме и при памяти, - по-дьявольски лыбится он. А мне так противно – от него, от себя, от всей ситуации. - Тебе кофе сделать? – как ни в чем не бывало спрашивает он, застегивая часы на руке. – Я через полчаса убегаю. - Исчезни, - шиплю я. – Из моей комнаты. Заславский мрачнеет, делает шаг ко мне, и склонившись, хватает за одеяло, которое прижимаю к груди. Я вскрикиваю. На его гневный взгляд, мой наполняется страхом перед ним. Впервые я считываю с Заславского угрозу для себя. - Из твоей комнаты? – рычит он, вздувая ноздри. - Ты наверно забыла, детка. Это моя квартира, и ничего твоего здесь нет. Он резко отпускает меня, и я валюсь на кровать. Быстро подбираюсь и сжимаюсь, глядя на Германа исподлобья. - Ты сам мне предложил помощь с жильем. А сейчас этим же упрекаешь? Ведешь себя как подонок. - А ты ведешь себя, как самая настоящая сука! – он повышает голос и его указательный палец карает меня. – Ты, чё, думала, на двух стульях усидишь? Халява и чужие бабки голову вскружили? Конечно, как отказаться? Это же очень удобно использовать типа друга, который не откажет. Только за всё надо платить, поняла? - хватает меня за подбородок, а потом шлепает по щеке. Легко, но с сильным пренебрежением. – За всё, сука. И за моё время и внимание - тоже. Поняла? Из моих глаз стекают слёзы. - Не старайся. Я не верю, - фыркает Герман и пальцами давит на шею. - И Артём не поверит. Если готова перестать изображать из себя жертву, то я дам тебе второй шанс. Решай сейчас, будешь моей? - Никогда не была, и не стану, - шиплю я и сглатываю. Его пальцы сильнее давят в кожу, но потом резко отпускают. Заславский становится темнее тучи, в глазах сверкают молнии. - Чтобы через час твоей шкуры здесь не было, - цедит он и, сжимая кулаки, выходит из комнаты. ---------- Глава 31 Глава 31 Артём В последний момент дергаю руль вправо. Быстрая смерть вместе с фурой проносится мимо меня. От ощущения, что выпрыгнул из точки невозврата, тело обдает жаром и начинает дико колошматить. Трясущимися пальцами сворачиваю на обочину и останавливаю машину. Зажмуриваюсь и бьюсь затылком в подголовник, злясь на собственную слабость, которая чуть не погубила меня, а следом и моих сестер. Какую боль причинил бы им своей эгоистичной выходкой? Пусть я не нужен Лизе, но я нужен своим девочкам. Только ради них стоит жить. Да, придётся разочаровываться в ком-то, вычеркивать их из своей жизни и идти дальше. Боль притупляется со временем. Сколько мне понадобится, чтобы не чувствовать её? Не думать больше о Лизе? Отпустить её из своей головы и, главное, из сердца? Телефон вибрирует в кармане. Достаю его и вижу, что Маруся звонит. Выдохнув и собравшись с мыслями, отвечаю. - Ты далеко уехал? – сразу следует вопрос от «деловой колбасы». - Скоро приеду. А что? - А купи мороженное, пожалуйста, - пищит она и представляю её жалостливую мордашку. - Только кашлять перестала, - включаю строгую заботу, хотя знаю, что не смогу отказать в такой малости. – Ладно… Какое? - Наше любимое с маршмэллоу и глазурью. - Понял. - Спасибочки, - она чмокает телефон. – Я люблю тебя! Ты самый лучший на свете брат! Пробивает прямо в сердце. Закрываю глаза, веки дрожат. - Я тебя тоже люблю, мелкая, - мой голос садится от чувств. - Скоро приеду. *** После выходных я возвращаюсь в город. Время с семьей отвлекало меня от личных душевных страданий, ведь их любовь - моё лучшее обезболивающее. Оставшись наедине с со своими мыслями, понимаю, что опять начинаю сжирать себя изнутри. Лизу я заблокировал отовсюду, но вот из больной головы вытащить не могу. Даже начал замечать её в прохожих девушках – это край. Чтобы не сойти с ума, ищу компанию для времяпрепровождения. Звоню Егору, чтобы позвать его в бар, но он не отвечает. Второй день меня уже игнорит. Нахожу более легких на подъем парней, и мы заваливаемся в местный бар. Я заставляю себя забить на всё и оторваться. А для этого нужно очень много алкоголя. Потихоньку набираюсь, и вечер становится намного приятнее. Мозги скатываются в вату, и я наконец-то ловлю расслабление. На танцполе танцуют девчонки, парни цепляют их взглядами, а потом идут в «бой», и через некоторое время две милейшие «соски» уже сидят в нашей компании. Одна из них заглядывается на меня, облизывает пухлые губы и играется с трубочкой. Ну красивая, да. Секси. Опускаю взгляд ниже – упругие титьки на выкат, они так и кричат «Возьми нас!» Ожидаемое физическое влечение вдруг сменяется мерзким чувством. Почему же за такими привлекательными девочками скрываются отпетые суки! Моя Лиза - тоже сладкая девочка. Красивая. Милая. Нежная. Но это всё на первый взгляд. Как оказалось, она – не только моя. И та еще шлюшка. Ну вот опять о ней думаю! Проклятье! Огрызнувшись про себя, опрокидываю в себя шот и наливаю еще, игнорируя стреляющие глазки молоденькой потаскушки. Пацаны уезжают с телочками, а я на такси добираюсь один до дома. Заваливаюсь на кровать прямо в одежде. Спать! Тяжелые веки повинуются и прикрывают глаза. Но вместо безоблачных сновидений мозг издевательски генерирует отрывки из того самого видео. Дьявол! Рыкнув, я накрываю лицо подушкой и заставляю исчезнуть образ той, которая не отпускает. - Надо добавить, - решаю я и иду к домашнему бару. Как на зло, никаких алкогольных запасов! А мне нужно убиться в хлам, чтобы элементарно уснуть. Прислоняюсь к стене лбом и в тишине собственной квартиры слышу за стеной женский смех. Соседка еще не спит. Как недавно оказалось, Мира любит пошуметь в ночное время. Сегодня не слышно ни музыки, ни подруг, ни пьяных завываний под песни. Но возможно у неё есть, чё выпить. Она любит побаловаться винишком, несмотря на свой юный возраст и образ правильной девочки. В который раз убеждаюсь, что нельзя верить внешней наивности. Через минуту уже стою возле её двери и давлю пальцем на звонок. Девушка открывает и удивленно округляет глаза: - Артём? Привет… Сканирую её замутненным взглядом. - Есть бухло, соседка? – развязно спрашиваю и шагаю внутрь. Чую, что есть. - Ты одна? - Одна, - оттягивает низ короткой ночнушки. - У меня здесь не бар, но… Для тебя что-нибудь найдется. А повод пить какой? - Тебя ебать не должно. Давай бухло, и я пошел. - грубо выражаюсь я, и девчонка оскорбляется. Разворачивает на меня стервозный взгляд и встает в позу. - Тогда проваливай. На меня это действует, как вызов. Толкаюсь вперед и под женское «Ах», вжимаю в стену хрупкое тело. Шумно дышу ей в лицо. Её воинственные искры из глаз быстро гаснут под моим напором. Она поддается, млеет и чувственно приоткрывает губы, давая понять, что её заводит грубая физическая близость. - Послушай меня, сучка, - хриплю ей на ухо, наблюдая как женское тело содрогается от мурашек. – Я всегда беру то, что хочу. В ответ радужка глаз Миры начинает мигать развратным блеском. - Возьми сначала меня, потом бухло, - сглатывает девушка и кладет мою руку на грудь. Её тело бьется желанием. Одна лямка ночнушки сразу сдается и падает с плеча. Я скручиваю торчащий через ткань сосок, вызывая женский стон. - На хуй ты мне нужна, - наблюдаю за тем, как закатываются её глазки. - Я многое могу, - облизывается Мира. - Да что ты? – криво усмехаюсь. - Опытная шлюшка? Она игриво улыбается, и я легонько шлепаю её по щеке. Мира полыхает от возбуждения. - Все вы такие, сучки… - сжимаю ладонью её тонкую шею. – Нравится, когда грубо? - Очень, - требует похотливым взглядом продолжения девушка. - Хочешь, чтобы выебал тебя? – провожу пальцем по пухлым губам. - С самого первого дня… - уже течет она. Мира захватывает в рот мой палец и начинает сосать. Причмокивает и закатывает глаза, как самая настоящая шлюха. От откровенной картинки, член привстает. - Давай вниз, - нажимаю на плечи девушки, чтобы отсосала хуй с таким же удовольствием. - А как же твоя девушка? - вдруг спрашивает она. Я стискиваю зубы, представляя, как Лиза трахалась с Заславским. - Да похуй вообще, - рычу я и ставлю девчонку на колени. ---------- Глава 32 Глава 32 Лиза Все вещи я перевожу к Лине, новой подруге -сокурснице, которая одна снимает квартиру. Пока буду жить у неё. Отныне Герман Заславский навсегда вычеркнут из моей жизни. Я как будто никогда не знала этого человека. Низкие поступки, сверхцинизм, жестокость – были не про него. Оказывается, это я была слепая, а Артём был прав, когда предостерегал меня. Артём… Щемящая боль пронзает сердце от одной мысли, что мой мальчик видел, как Герман меня использовал. Артём думает, что я по своей воле отдалась ему. Изменила. Предала. Но это не так! И я должна ему всё объясниться. Правда теперь до любимого не дозвониться и не дописаться – он заблокировал меня отовсюду. Значит, полечу. Пока не поздно. Артём должен выслушать и понять. Он всегда верил, всегда был на моей стороне. Он любит меня. Оставив все дела, я покупаю билеты и первым же рейсом лечу в родной город. Меня потряхивает от переживаний за предстоящий непростой разговор, живот стягивает нервным узлом. Искусав все губы в пути, я добираюсь на такси до улицы, на которой живет Артём. Хоть бы был дома… Запрокидываю голову и взглядом ловлю окна последнего этажа – света нет. Вероятно, спит. Ночь на дворе, и я могла бы поехать к родителям и переждать там до утра. Но нет. Сил нет терзаться больше, надо нам всё выяснить прямо сейчас. Я хочу его увидеть, обнять, поцеловать, глядя в глаза, признать, как я была не права. Что я - дура, да! Дура! Но люблю его и только его! Выхожу их лифта и поднимаюсь на лестничную площадку. Сердце волнительно колотится о ребра. Нажимаю на звонок. Жду. Звоню еще раз. Не открывает. Черт. Сползаю по стене вниз и бессильно опускаюсь на корточки. Что дальше? Ответ на вопрос приходит сиюминутно. Я поднимаю голову с колен, когда открывается соседняя дверь. Слышу женский голос. Глаза лезут на лоб, увидев, что из квартиры напротив выходит никто иной, как мой Артём. Я растерянно встаю с корточек. Встретившись взглядами, мы оба застываем. И тут я понимаю, что поздно. В считанные секунды считываю с любимого парня, у кого он только что был и чем занимался. Глаза пьяные, воспаленные, в руках бутылка, на голом плече висит футболка – видимо, в объятиях соседки было слишком жарко, вот и разделся. И ни капли вины или раскаяния во взгляде. Наоборот, легкое удивление при виде меня почти сразу сменяется обвиняющим пренебрежительным блеском. Не будет он меня обнимать и уж тем более целовать. Ни будет от него нежности и любви. Он презирает меня, ненавидит – вот что я читаю в его мутных глазах. Между нами какой-то несчастный метр, но такое чувство, что пропасть. Огромная и непреодолимая. Мне стоит развернуться и уйти, ведь в его состоянии на адекватный разговор рассчитывать не приходится. Но я же принципиальная дура, которой надо выяснить отношения и объяснить ему, что он не так всё понял. - Чё пришла? – первым отмирает Артем и делает шаг вперед. Грубый. Холодный. Меня сразу съеживает, но всё равно смотрю в его глаза. Он же не особо хочет погружаться в мои – лишь морщит нос, типа брезгует и держится отстраненно. Как будто не он дарил мне всю ту безумную любовь! Не он горячо целовал! Не он оберегал, укрывая своей заботой и лаской! - Надо поговорить, - сглатываю я. Усмехнувшись на мои слова, Артем открывает двери ключом и поворачивает голову: - Уверена? Скользит по мне прищуренным взглядом, будто высматривает что-то. - Да, - киваю я, обнимая себя руками. Чувствую себя крайне не защищённой под его неоправданным давлением. - А если я скажу, что мне не о чем говорить со шлюхой? – переходит в словесное унижение. - Я не шлюха, - твердо отвечаю, приподнимая подбородок. – Не смей меня так называть. - А кто ты, милая? – скалится он, приближаясь ко мне. Цепляет пальцами нижнюю часть лица, сжимает, и гневно стиснув челюсть, прожигает темным взглядом. - Давай зайдём в квартиру и спокойно поговорим, - прошу я. Стараюсь держаться ровно, не прогибаться, но внутренняя дрожь становится всё сильнее. - А давай! – он грубо хватает меня за предплечье и затаскивает в квартиру. – Пошла, сука… Мне больно. Неприятно. Он обращается со мной, как с какой-то недостойной дрянью. – Сейчас мы спокойно поговорим… - передразнивает Артем. Запястье саднит от его крепкого захвата. Он взбешенным зверем тащит меня в гостиную. Я даже ботильоны и пальто не сняла. Ставит меня в центр комнаты, а сам плюхается напротив на диван. Присасывается к бутылке и сглотнув, дерзко кивает мне: - Ну рассказывай, че молчишь?! Понравилось ебаться с Заславским? А у меня в горле ком скатывается. Опускаю взгляд, потому что на них появляется слезная пелена. Его скотское отношение обижает до глубины души. - Ну же, Лизонька. Давай скажи, в каких позах он тебя драл? Громко стонала? А давай вместе посмотрим видео, я щас еще полную версию попрошу… - он достает телефон и начинает тыкать в экран. - Артём… - срывается голос. Я давлюсь, сглатываю комок, и приближаюсь к нему. Опускаюсь на колени между его ног и бегающими блестящими глазами молю его, чтобы перестал издеваться, а просто выслушал. - Прости… - тихо сходит с моих губ. – Я не знаю, как так получилось. Я ничего не помню. - Не помнишь? – карие бездны вспыхивают сжигающим огнем. – И это все, что ты смогла придумать в оправдание? Не помнишь, сука? На, блядь, смотри! Смотри! Вспоминаешь? Он разворачивает телефон и буквально тычет мне им в лицо. На экране я танцую и целуюсь с Германом. Всхлипнув, мотаю головой. Как же противно. Артем хватает меня за трясущийся подбородок и шипит: - Я вот это никогда не забуду. Хули ты приползла ко мне сейчас? Думаешь нужна ты мне после того, как он выебал тебя во все щели? Зажмуриваюсь на его мерзкие слова. Бешенное сердце стучит уже где-то в горле и отдает в висках. Всё не так. Всё должно было быть не так! - Я … люблю тебя, - заикаясь от слез, проговариваю я. Но его не впечатляет ни мои слова, ни влажные ресницы, ни сожаление, ни раздавленное состояние. Он не верит мне. Не хочет слышать. - Всё сказала? – убивает мрачным взглядом. Презирает всем своим разгневанным видом моё жалкое, стоящее перед ним на коленях существо. Схватив за шею, он рычит в мои дрожащие губы. – А теперь пошла на хуй отсюда! Глава 33 Артём - Мне больно, - кряхтит Лиза, вцепившись в напряженное запястье. Клянусь, я готов её придушить. Пелена ярости полыхает перед глазами. Я ослабляю давление, но не выпускаю её шею из рук. Чувствовать нежность её кожи невыносимо. Особенно, когда представляю, что чужие губы прикасались к ней. - Больно? – рычу, глядя в её заплаканные глаза. - А мне не больно? Я стискиваю зубы и закрываю глаза от переполняющих эмоций, которые взрывают без того разодранное нутро. Какого дьявола она пришла? Она вынуждает делать ей больно, потому что по-другому я уже не могу. Не могу быть с ней мягким и всепрощающим, как раньше. Кончилось во мне ебаное благородство и терпение, которым эта девочка умело пользовалась. Сделать больно в ответ и уничтожить – всё, на что я сейчас способен. И ей бы лучше проваливать отсюда, пока у меня совсем крыша не поехала. Проглотив мерзкие слова, которые вертятся на языке для Лизы, отпускаю её и встаю с дивана. Ухожу за сигаретами и прикуриваю возле приокрытой двери балкона. Даю ей время, чтобы ушла. Просто молча взяла и ушла. Я выстрадаю, блядь, переболею, только пусть она больше не появляется у меня на пути. Вместо хлопка двери я слышу за спиной движение в мою сторону и тихое всхлипывание. В отражении стекла вижу, что девушка, обняв себя руками, стоит позади меня. Лиза, твою мать, пожалуйста…– взвываю про себя. – Исчезни! Зажмурившись, глубоко затягиваюсь и выпускаю струю дыма в потолок. - Ты поспорил с Герой на меня, - слышу сдавленную претензию. – Это правда? Разворачиваюсь и впиваюсь в её измученные глаза. - Нет, - выдаю резко. – Я никогда бы с ним не спорил, тем более на тебя! Сердито осекаю её домыслы. Я же любил тебя! И ты сама знаешь об этом! - Тогда для чего было это видео? - Идея твоего друга-ёбаря. А что, он тебя не предупредил, когда начал снимать, ай-ай…- наигранно прицокиваю. – Бедная Лиза. - Заславский всё подстроил, - её губы дрожат. - Я ни в чем не виновата, Артём. Я не изменяла тебе. Я вообще ничего не помню. Её жалкие оправдания бесят, не больше. - Ты же его всегда защищала. Он же охренеть какой друг! - Я была не права… - с неё сыпятся искры сожаления. - Прости. Я выдыхаю дым ей в лицо и гневно шиплю: - Скажи, у меня на лбу написано «лох»? На что рассчитываешь? Пиздуй обратно к своему другу! Ты мне больше не нужна. Словами бью наотмашь, чтоб побольнее. Чтоб уж точно развернулась и ушла. И пусть моё сердце сейчас кровью обливается, глядя на любимую малышку. Как жалко она выглядит - убитая, подавленная, молящая прощении… Но я ей больше не спаситель и не защитник. Я только до конца прихлопнуть могу, чтоб не мучилась, и всё. - Больше не любишь меня? – пришмыгивает и смотрит с вызовом. На больное, сука, нажимает. Внутри всё сворачивается. - Ненавижу, - на зло отвечаю так. Сердце протестующее разрывается. Господи, его бы вырвать, и ходить с зияющей дырой, чтоб больше никогда никого не полюбить. Любовь – одна сплошная боль. - М-м…- сжав губы, поддакивает Лиза и делает шаг вперед. Она тянет руку к моей груди, и я замираю. Мышцы теряют контроль и вздрагивают, когда её пальчики проводят по коже и стирают отпечаток губного блеска, который оставила Мира. Лиза безымоционально усмехается и поднимает на меня разочарованные глаза: - Обвиняешь меня в измене, а сам… Вместо раскаяния я иду в атаку и наношу решающий удар. - А я в отличие от тебя не скрываю этого, - хватаю её запястье. Веду носом вдоль её пульсирующей венки на шее. Вдыхаю её запах, как мазохист. И сладко и больно. Остановившись возле уха, шепотом наношу удар признанием. – Оттрахал соседку на ура. Чувствую, как Лиза начинает дрожать. Правильно, ощути хоть малую часть того, что ты причинила мне, девочка. - М-м, - стискивает зубы Лиза, сдерживая отражения боли на лице. Но её жестко выдают опустошенные глаза. – И как оно? - Ахуенно. Повторю обязательно, - дразню её. – Видео хочешь? Она пронзительно смотрит на меня, докапываясь до нутра, потому что не хочет верить моим словам. А придется. - Пока ты там развлекалась с Заславским, Мира глотала мой член. Знаешь, как стены дрожали от её стонов, когда я драл её на столе? Пришла бы на минут пять пораньше, услышала бы, - травлю любимую девочку. Добиваю. Уничтожаю её. Лиза бледнеет. Свет ясных глаз неизбежно меркнет. Надломленная и поникшая она грустно смотрит на недокуренную сигарету в моих пальцах. Наклоняет голову и обхватывает губами фильтр. Затягивается и сразу начинает кашлять и морщится от никотина, который проник в девственные легкие. У самого слева в груди сильно колет. На секунду меня прошибает дрожь и даже чувство вины, что намерено причиняю ей боль. Я бы никогда не сделал этого при других обстоятельствах… - Ну что, сильно укрепили нашу любовь отношения на расстоянии, - вдруг вспоминаю её слова перед отъездом. И становится ещё больнее. Мы не выдержали, отношения треснули, как стекло… И ради чего всё начиналось? Чтоб теперь ходить всю жизнь со шрамами на сердце? Лиза ничего не отвечает. С отрешенным видом она разворачивается и медленно волочится на выход. А меня распирает от дикого желания сказать ей вслед много чего. Но я сдерживаюсь. Душа закипает именно сейчас, когда она уходит. А я, если честно, так не хочу её отпускать… Меня метает из крайности в крайность, потому что ненавижу и люблю одновременно. Отталкиваю её, зная что невидимой нитью от сердца крепко держусь за девушку. Обижаю её, хлестаю без разбора мерзкими словами, и тут же хочу залечить все нанесенные раны. Меня жестко ломает. Разрывает в части. Но я давлю все попытки остановить Лизу. Дверь хлопает за ней, моё растерзанное сердце в последний раз протестующе дергается и улетает вниз. Так паршиво, что выть хочется. Зарываюсь пальцами в волосы и надрывно то рычу, то скулю. Больно, сука, как же больно! Сметаю всё со стола, потом всё, что попадается на глаза. Громлю квартиру, выплёскивая бушующие эмоции. Вспышка гнева проходит также быстро, как и накрывает. Глубокий вдох. Опускаюсь на пол. В темноте закрытых глаз проносятся картинки наших первых встреч. Мы дико влюблены, творим безумные вещи и не замечаем других вокруг. Я погибаю в её бездонных глазах и не желаю спастись. Её руки крепко обнимают меня сзади, и мы летим на скорости 200 км в час против ветра под звук рычащего напора. Только она и я в моменте. Я хочу её, люблю её, дышу ей, помешан на ней. Целую страстно, ласкаю с любовью, делаю её своей единственной. Я дарю ей свою сердце, мне оно больше не нужно. Я готов ради неё на всё, и плевать на мнение родителей, которые против. Ничто не помешает нам быть вместе, потому что «А+Л= ∞» Куда это все исчезло? Почему наша бесконечность закончилась так быстро? Я зол на Лизу, зол на себя, зол на всё, что произошло между нами. Всё должно было быть не так. Ясно понимаю, что мы оба виноваты в том, что оказались под руинами нашей любви. Но как всё исправить, и есть ли смысл это делать, я не знаю. Беру сигареты и выхожу на балкон. На улице прохладно, но мне без футболки жарко – горю изнутри. С загруженными мыслями курю и смотрю вниз. В сердце опять простреливает, потому что замечаю фигуру Лизы - она только вышла из подъезда и тихо бредет в свете фонарей к дороге. Почему не вызвала такси? Куда она идёт? Ночь на дворе, не безопасно . Обеспокоенные мысли машинально проносятся в голове. Сбрасываю пепел, и неотрывно слежу за девушкой. Она идёт к пешеходному переходу и не смотря на красный сигнал светофора, ступает на зебру. Машины носят туда-сюда. - Чё ты творишь, - меня охватывает страх за неё. – Дура… Лиза идёт напролом, не глядя по сторонам. Проезжающие машины сигналят и резко тормозят перед ней. Кто-то из водил высовывается из окна и орёт на неё. Но ей плевать – ноль реакции. - Блядь! – подскакиваю я и чуть не вываливаюсь с балкона, когда её хрупкое тело сбивает автомобиль. ---------- Глава 33 Глава 33 Лиза Только его любовь способна меня убить, или воскресить. Две крайности перед которыми не выдержала моя душа. Сегодня Артём выбрал первый вариант и с особой жестокостью расправился со мной. Ему не надо ножа или пистолета чтобы уничтожить меня, ему достаточно слова, или даже взгляда, от которого самой жить не захочется. Я всегда питала слабость к нему и была чувствительна к его резким словам и тем более действиям. Он знал, на какие точки уязвимые точки давить и грубо воспользовался этим. Я не виню Артёма в его чувствах, на которые он имеет право. Я просила прощения за свои ошибки и клялась в любви, стоя перед ним на коленях, но получила в ответ лютое презрение, унижение и ненависть. И пусть даже я не поверила и половине тех сказанных в порыве слов, они причинили невероятную боль, потому что сказаны были горячо любимым человеком! Сознательно я не предавала его ни сердцем, ни телом! А он так быстро отказался от меня, поверив Заславскому, задетое эго которого просто мстит. Я и сама раньше свято верила Герману, так что могу ли обвинять Артёма в том, что правду в его глазах перекрыла хитро спланированная ложь? Я потеряла ощущение реальности, когда вышла на улицу после разговора с Артёмом. В ушах на повторе звучали его резкие слова, а перед глазами мутная соленая вода, которая размывает путь. Я не заметила, как вышла на дорогу. Не слышала ни машин, ни сигналов, ни криков. Последнее, что помню - это сильный удар, и пришедшее за ним облегчение, потому что сходящий с ума мозг отключается. Иногда надо умереть, чтобы получить второй шанс. Уйти на дно, чтобы наконец-то всплыть. Совершить грубую ошибку, чтобы в итоге прозреть. Отказаться от самого любимого, чтобы понять как оно тебе дорого. Потерять что-то, чтобы начать ценить. *** … Я снова чувствую его тепло. Растворяюсь в нежности его сильных рук. Он всё такой же любимый и приятный до мурашек. Вдыхаю его запах, который обезболивает травмированное тело. А его бережные объятия успокаивают измотанную душу. Артем несет меня куда-то на руках. Я нахожусь в пограничном состоянии – толком не соображаю. Но рядом с ним мне хорошо, несмотря на тупую боль с левой стороны тела. Плавное движение его шагов убаюкивает, и я почти проваливаюсь в блаженную темноту. Яркий свет и голоса не дают потерять связь с сознанием. - Девушку сбила машина, помогите. - Пойдемте за мной… Аккуратно положите её сюда. Я хаотично выхватываю какие-то слова, но теряю суть. Чувствую, как горячая ладонь ласково касается моей щеки. На секунду приоткрываю глаза и вижу татуировку звезды на запястье. Такую же, как у меня. « Хочу создать с тобой созвездие» - долетают когда-то сказанные Артёмом слова. Тихонько улыбаюсь. - Лиза… - слышу свое имя. - Так, давайте посмотрим. Мне приподнимают веки и пронзительный свет фонарика раздражает глаз. Морщусь и мотаю головой. - Вы с нами, Лиза? – доносится размеренный женский голос. – Мне надо её осмотреть… Я хочу, но мне отчего-то сложно открыть глаза, они непроизвольно закатываются. Рукой нащупываю пальцы Артёма, который стоит возле кушетки, цепляюсь за них и слабо шепчу: - Не уходи. - Я рядом, - сжимает мою руку он. Я моментально успокаиваюсь. Чувствовать его присутствие – жизненно необходимо. После осмотра меня увозят в палату. Кажется, ничего критического. Сильный ушиб, сотрясение и подозрение на перелом, который нужно будет отсмотреть снимком. Артём долго общается с врачом, рассказывает, что произошло, потому что от меня внятных объяснений не добиться. До сих пор нахожусь в плавающем состоянии. Когда мы остаемся с Артёмом наедине, она садится на край кровати у ног и еле слышно вздыхает. - Зачем ты это сделала, - расстроенно смотрит на меня. - Не знаю... - Обещай, что не будешь совершать подобных глупостей, - нахмурившись, мотает головой. - Не делай мне еще больнее, Лиза. Ты ведь могла умереть. - Неужели тебе не всё равно? - Конечно нет, глупая, - сердится он то ли на меня, то ли на себя. Он садится на корточки напротив моего лица и глядя в глаза, серьезно говорит. – Послушай, я тебе нагрубил. Многое из сказанного на эмоциях было лишним. Я пережал, прости. - Пусть, - равнодушно слетает с моих губ. – Твоё отношение всё равно ко мне не изменится, не так ли? - Пусть тебя не волнует моё отношение. Живи, как хочешь, Лиза. Я не буду тебе мешать. Обвинять и упрекать тоже. Он говорит, это так спокойно и отстраненно, что становится не по себе. В Артёме больше нет той безумной агонии - он взвешивает слова и осторожничает. Как будто он уже всё решил для себя и сейчас уведомляет меня в сдержанной форме. И как не странно, меня это напрягает не меньше, чем громкие оскорбления. - Я не изменяла тебе, - сдавленно противлюсь тому, с чем он успел уже смирится. - Давай не будем об этом сейчас, - осекает меня, чтобы не начинать бессмысленный для него разговор по кругу. - Не будем о важном? – недоумеваю. - Сейчас важно твоё здоровье. - У меня тут болит сильнее всего, – кладу ладонь на грудь. - Разве ты не понимаешь? - Лиза… - вымученно проговаривает моё имя и закрывает глаза. - Артём, - настаиваю на своем. - Я и правда не помню, что случилось после того, как я выпила бокал шампанского. Вероятно, Герман что-то подсыпал мне. Он воспользовался моим беззащитным состоянием, чтобы выиграть тот дебильный спор с тобой. Я морщусь, потому что мне противно вспоминать тот вечер, а уж тем более представлять, что было после моей отключки. Взгляд Артёма темнеет, на лице прорисовывается четкая линия напряженных скул. - Хочешь сказать, - берет паузу, чтобы переварить еще раз мои слова. – Заславский усыпил и изнасиловал тебя? - Я не знаю. У меня нет доказательств. Но я точно не изменяла тебе с ним. Ты должен мне поверить… Он мрачнеет и задумчиво сверлит неведомую точку в пространстве. - Скажи что-нибудь, - прошу я. Его молчание сводит с ума. - Отдыхай, - переводит загруженный взгляд на меня Артём. - А лучше поспи. - Артём… - приподнимаю голову, та начинает трещать. - Лежи, малыш, - укладывает обратно меня он и, склонившись, прижимается губами ко лбу. Но от этого жеста мне становится совсем неспокойно. - Ты куда? – обеспокоенно спрашиваю, когда он разворачивается и идёт на выход. - Позову врача, - сухо отвечает, не оборачиваясь. - Скоро приду. А я чувствую, что он врёт. В подтверждении недобрых предчувствий моё сердце начинает тревожно сжиматься. ---------- Глава 34 Глава 34 Артём В очередной раз Герман сбрасывает мой звонок. Не хочет по-хорошему. Ну окей. Подхожу к дому семейства Заславских и коварно улыбаюсь при виде красивой тачки – всё в ней супер, только вот хозяин её – маленький гандон. Наклоняюсь к придорожному булыжнику и метаю его прямо в лобовое стекло. То с эффектным треском разлетается, и авто начинает улюлюкать и мигать фарами. Красиво. Прислонившись задницей к бамперу бэхи, прикуриваю сигарету и жду, поглядывая на окна. Меньше, чем через минуту входная дверь открывается. Князь соизволил спуститься … - усмехаюсь при виде мужской фигуры. Заславский с примерзким ебалом и воинственным видом шагает ко мне. - Менты уже едут, - гаркает он издалека, типа пугает. Смешно. Катафалк бы лучше вызвал. Он останавливается в двух метрах от меня и высокомерно задрав подбородок спрашивает: - Чё надо? - Я тебе звонил. Ты игноришь. Провоцируешь, - выпускаю дым. - Я спал, блядь. Ночь на дворе, - ёжится он. - Спал? Может объяснишь, как такой урод может по ночам спать спокойно? - Хрен ли тебе надо, а? - Ты подойди поближе, я тебе напомню, - с вызовом отталкиваюсь от машины. - Раз твои куриные мозги плохо работают. Стиснув зубы, Герман смотрит себе под ноги, явно догадываясь к чему я клоню. - Ты щас из-за какой-то сучки хочешь подраться? – с претензией спрашивает он, выписав себе смертный приговор подобной фразой в отношении Лизы. - Как ты сказал… -делаю угрожающий шаг вперед. – Повтори. - Ты же сам видел видео. Я выиграл спор. Она отдалась мне. - Я с тобой, сука, не спорил! – рычу в самодовольное лицо ублюдка. Не понимаю, какие силы держат сию секунду убить его. - Надо ведь было тебе открыть глаза. Что, больно принимать правду? – с наигранным сожалением выпячивает губу он и разводит руки в стороны. - Ну извините… - Правду? Лиза сказала, что ты ей подсыпал что-то в вино. - Ну конечно, эта овечка будет оправдываться перед тобой. Я же её выгнал, теперь она на хрен никому не нужна. - Не смей так говорить про неё, - толкаюсь грудью, и Гера чуть отшатывается назад. - У Лизы взяли анализы - скажи, какова вероятность, что они придут чистыми? Заславский напрягается, глаза начинают бегать. - Подождем – увидим, - нервно передергивает плечами он. - Стремно признаться? Сыкло прокурорское, надеешься и здесь тебя прикроют? - Слушай, я ей в рот не заливал. Она сама пила со мной, потом мы танцевали, целовались – разве я её принуждал? Не понимаю, че ты впрягаешься за эту суку, таких она каждая вторая… Ну всё. Это край. За базаром не следит. Схватив парня за куртку, резким движением головы разбиваю ему нос. Пока он, сгорбившись, ловит звезды и подтирает кровь, я стою грозовой тенью сверху и вдалбливаю в его тупую башку простую истину: - Ты гнида, Герман. Хотя бы раз в жизни признайся, что сотворил хуйню, иначе мне придется выбивать из тебя правду. Заславский сплевывает и криво усмехается: - Хочешь правду? – его глаза наливаются бесятиной. - Лиза твоя – хитрая сучка, которая была не прочь развлекаться сразу с двумя… Его провокация порождает вспышку гнева. - Тварь, - я пинаю ему под дых и добиваю с локтя в спину. Он кряхтит, а я тушу сигарету о его щеку. - Ай, бля-я-ять, -взвывает пижонская мразь. - Проси прощения, - вдавливаю ботинок в его тушу. – Бери свои слова обратно. - Ни за что. Герман рывком кидается в ноги и валит меня. Начинает хаотично дубасить по лицу и орёт, как припадочный. Один бодрящий удар прилетает точно цель, и я отвечаю размашистым в челюсть. Сталкиваю его с себя, и мы меняем позу – сверху обездвиживаю придурка, припечатываюсь кулаками к его физиономии. - Ты ответишь за то, что сделал с моей девочкой, - делаю паузу, чтоб призвать к совести козла, но он пользуется ей совсем в других интересах. Хватает камень и бросает им в голову. Возле виска простреливает, и я теряю концентрацию. - М-м, - морщусь от боли и отшатываюсь назад. Заславский вскакивает на ноги и как шакал скалится, смотрит на меня исподлобья. Рычит, вздувая ноздри и кружит возле меня, с какой стороны наброситься. - Знаешь, как твоя любимая Лизонька стонала подо мной? А, а, а, а! О да! Он травит, и у него это отлично получается. Клянусь, я убью его. Мы сцепляемся, глаза кровью наливаются, яростный тестостерон зашкаливает. Бодаемся, как разъяренные быки. Герман явно подкачался с нашей последней стычки, но до меня ему еще далеко. Хватаю его за шкварник и припечатываю с колена в живот, следом – по морде. Он валится на землю, и я начинаю его тупо запинывать. - Артем, Гера, мать вашу! Что вы тут устроили! – гневно орёт Заславский старший, выбегая из дома. - Остановись! За ним подтягивается и испуганная молодая супруга. О, всё семейство в сборе. - Абашев, чёрт тебя подери! - отталкивает меня в сторону папашка-прокурор и садится на корточки к избитому сыну. А у меня до сих пор пелена перед глазами, никак не отпускает. - Теперь ты у меня точно сядешь, сукин ты сын! - сурово чеканит Заславский-старший. - Только если вместе с этим насильником, - рычу я в ответ и киваю на Геру. - Никакой пощады! - угрожающе тычет в меня пальцем, на что я криво усмехаюсь. - Ой бля-я, яблоня от яблоньки… - с презрением харкаю в сторону. - Подумаешь, играючи помахались, да, Герман? Скажи, папочке. Я подпинываю его кряхтящее тело ногой и сразу попадаю под прицел разгневанного прокурора. Он хватает меня за грудки и испепеляет карающим взглядом. - Надо было сразу с тобой кончить, щенок, - вздувает ноздри мужчина. - Да похуй, - плюю ему в лицо и по сумасшедшему улыбаюсь. Он кривится, прикрытые веки дрожат от злости. Протирает лицо рукой. - Тебе пиздец. Нас подсвечивают фары подъезжающих ментовских машин. Глаза прокурора сверкают возмездием. Люди в форме на оскале с дубинками приближаются ко мне. - Этого пакуем. Наказываем, - жестко командует Заславский-старший. Я даже не сопротивляюсь, но меня для начала херачат дубинками, а после грузят в машину. ---------- Глава 35 Глава 35 Артём- Яшин, встречай соседа, - гаркает надзиратель и открывая передо мной двери камеры СИЗО. – Такой же отшибленный, как и ты. Заходи, Абашев, не стесняйся, в шикарные апартаменты.Ухмыльнувшись, он подталкивает меня, чтоб не тормозил.Потирая запястья от наручников, я бросаю взгляд на парня, который лежит на койке, прикрыв лицо кепкой.- Гор? – брови ползут на верх, когда узнаю в нем своего друга. – Пуля-дура, тебя-то как сюда занесло?- Хан, ты что ли, - приподняв кепку, щурится на меня Егор. – Твою девизию. Место встречи изменить нельзя.Он привстает, и мы приветствуем друг друга крепким рукопажатием. Несмотря на неприглядное окружение и не самые лучшие обстоятельства рады друг друга видеть.- И горе и в радости, - ржу и даю кулачка ему в плечо. – Ну, рассказывай. За что загремел?- Я жестко влип, брат, - растирает затылок он и строит измученную мину. – Полный алес.Нахмурившись, опускаюсь на корточки напротив него и киваю:- Конкретнее.- Наркоту подбросили при осмотре в аэропорту.- Чего блять? – встряхиваю головой. – На хрен ты им сдался?- Угу. Я только тут допёр чё к чему, когда мне популярно объяснили, - он кусает напряженную костяшку.- Можешь и мне тоже объяснить, а то я ни хрена не догоняю.- Я же к Алке летал в Москву…- Ну.- Спалился. Родакам сразу доложили. Мамка истерику устроила, её хахаль принял меры – сразу с самолета и перехватили меня. Се ля ви.Он хлопает в ладоши и нерадостно изгибает губы. В глазах друга нескончаемая боль. А я даже не знаю, что сказать - молча охреневаю.- Теперь либо принимаю их условия, либо срок, - угрюмо продолжает Егор. - Посиди, говорят, подумай.- И что надумал?- Да я не хочу статью. Лучше отслужить. Может реально перебешусь…- Они тебя на службу отправляют?- Только так. Чтоб подальше от Алки. И чё кипишуют, она всё равно меня не помнит, хоть убей! Сложно стучаться в закрытые двери, когда знаешь, что тебе вряд ли откроют…С досады и злости он пинает металлическую ножку койки.- Понимаю, - киваю я. – Срок ни за что мотать глупо, а вот на благо стране послужить – можно. А Аллу надо отпустить, брат…В знак поддержки хлопаю его по плечу, чтоб понял правильно.- Пусть она восстанавливается спокойно. Твои порывы не доводят до добра.- Отпустить… - вымученно протягивает Егор, как будто босыми ногами по раскаленным углям. – Как? Скажи. Лучше б мы тогда оба прикончились в аварии.- Не загоняйся так, - серьезно смотрю на друга. Хотя прекрасно понимаю его эмоции. Взять и отказаться от любимой девочки – убийственно сложно. Но иногда только это поможет спасти вас обоих.- Ладно, всё, - встряхивает головой Яшин, собирая растрепанные чувства в охапку. – Я уже решил. Так тому и быть.- Всё правильно, - поджимаю губы и хлопаю его по плечу.Егор переводит фокус внимания на меня:- Только не говори, что ты из-за Лизы сюда залетел, - приподнимает бровь он.Я сдавленно ржу и шаркаю ботинком по казенному полу.- Да блядь, реально? Проклятые бабы… - взвывает друг и гогочет. – Долбанная любовь-морковь, чтоб её! Нахрена мы в них влипли, а? Ходили бы щас свободные, куражились, никаких забот…- Во-во, идиоты, - угораю я. – Нам же проблем мало.От смеха побитые ребра болезненно стонут. Менты неплохо так приложились.- Ну так что в итоге? – успокоившись, спрашивает Яшин.- Разбил ебало её дружку Заславскому, - только говорю его фамилию и содранные костяшки зудят. - Домогался до неё, мразь.- Слушай, таких лучше сразу хлопать. Их никак не исправишь.- И на него найдется управа. Мы тут все под одним небом ходим, - Утыкаюсь взглядом в глухой потолок и разочарованно вздыхаю. - А грех на душу брать не хочу, знаешь.Опускаюсь на койку и растягиваю ноги. Как же неудобно.- Прокурор щас навесит, - присвистывает Егор.- Да уж, - тяжко вздыхаю, а прикрыв глаза, вспоминаю гневную физиономию Заславского-старшего. – Мой харчок в лицо он точно не забудет.- Со всей любовью ты к нему…Егор ржет. Я тоже невольно заливаюсь, хотя капец, как хреново.Закрываю глаза, борясь с накатывающим гнетущим чувством. Мысли сумасшедшими лошадьми скачут в полупьяном мозгу. За себя я вообще не переживаю, а думаю о родных. Как там Лиза? Сестры будут в шоке, если загремлю. Опека же набросится на них похлеще голодных волков.Черт, допрыгался ты, братец, и как теперь будешь разруливать? ---------- Глава 36 Глава 36 Лиза - Сумасшедшая ночь, - причитает мама, спустив очки на нос и отсчитывая капельки с пузырька. – У меня у самой давление поднялось от ваших приключений! Десять, одиннадцать… Ей кто-то доложил, что я в больнице. С самого утра она торчит тут и приседает на уши мне, врачам, ментам, которые уже тоже посетили меня и составили протокол. - То-то у меня сердце неспокойно было, уснуть не могла. Вот оно что! Дочь под колеса попала – это как, Лиза? Что ты вообще делала в том районе ночью? - Ой мам…- морщусь я. – Всё обошлось. Живая. Сейчас врач придет, домой буду отпрашиваться. Я раздраженно клацаю пальчиком по экрану телефона и, не обнаружив там оповещений от Артёма, грустно смотрю за окно. Как он вышел из палаты после разговора со мной, так и не появлялся. И дозвонится до него никак, я по прежнему у него в ЧС. - Ладно, живая! – возмущается мама. – А Геру вон чуть до смерти не избил этот отшибленный. Бедный мальчик! - Что ты сказала… - выпадаю в осадок. - Ой, вот не говори, что не знаешь, - отмахивается родительница и строго хмурит брови. – Твой этот, ну Артём, сила есть ума не надо! Приехал ночью к прокурорскому дому, машину сначала разбил, потом с Герой начал разбираться. Конечно, Заславский - мальчик интеллигентный, порядочный, да и с таким быдлом кто справится? Ничего, хулигана этого сразу повязали без прилюдий, да в сизо увезли. - Чёрт…- расширяются глаза от страха за Артёма. - Вот и я говорю, бедный мальчик, - жалостливо прицокивает мама. - Что теперь делать, - панику разгоняется внутри. Надо что-то придумать. Ноги сами срываются с места. - Ты куда? – удивленно спрашивает мама. - Дождись врача, ладно? - оборачиваюсь и жестом руки пресекаю её попытку следовать за мной. - У меня срочное дело. - Лиза! Я бегу по коридору, гонимая мыслью, как же я могу помочь Артёму. Из-за меня его могут посадить. Я до последнего надеялась, что Герман остался в Москве и расправляться с ним на эмоциях у Артёма просто не будет возможности. Запыхавшаяся выхожу на улицу и ловлю такси. - Куда? – спрашивает водитель, когда загружаюсь на заднее сиденье. Недолго думая, говорю: - В прокуратуру. В груди дрожит от волнения, живот сжимает, а сердце сильно колотиться о ребра. В дороге стараюсь себя успокоить и мыслить здраво. Получается плохо, потому что сильно переживаю перед разговором с Олегом Станиславовичем Заславским, местным прокурором и отцом Германа в одном лице. Именно на него я буду действовать, чтобы помочь Артёму. Тот, кто обычно обвиняет, должен освободить моего мальчика. - Девушка, вы куда? Постойте, - окликает меня мужчина в форме, когда я пробегаю мимо поста охраны. - Мне к Заславскому назначено, - на ходу привираю я. - У него сегодня не приемный день. - Мне срочно! Блин, где у кабинет у прокурора? Глаза метаются по табличками на дверях. А, вот! - К нему нельзя. Стоять, - хватает меня за руку мужчина. - Отпустите! Мои сопротивления пресекаются крепкой хваткой. - Для начала предъявите документы. - Да нету у меня с собой ничего! – уже кричу. - Тогда по-хорошему попрошу на выход… - Нет! - упираюсь я пятками. - Дим, помоги-ка вывести… - обращается он к другому охраннику. На моё спасения дверь нужного мне кабинета открывается, и из неё появляется статная фигура прокурора. Его как всегда сдержанно-строгое лицо сильно удивляется, когда видит меня в сопротивлении с охранниками. - Что тут происходит? – недовольно басит он и хмурит мохнатые брови. – Отпустите девочку. - Да вот девушка врёт, что приём с вами назначен, и сама без документов. - Олег Станиславович, мне с вами надо срочно поговорить, - умоляю я. Хмыкнув, он кивает в сторону кабинета: - Заходи, - открывает передо мной двери. - Спасибо, - сглатываю и ликую про себя, что выиграла в схватке. Но мало радоваться, ведь главный бой - впереди. -Присаживайся, Лиза, - с мягкой интонацией указывает на стул и сам опускается в кресло напротив. - Рассказывай, что случилось? Господи, у меня пальцы от нервов начинает трусить. Сглотнув, я поднимаю глаза на мужчину и на выходе говорю: - Отпустите, пожалуйста, Артёма. Это из-за меня он Геру избил. Поняв тему разговора, прокурор супится и отстраняется от края стола. - За свои поступки надо отвечать, Лиза. И тут неважно чем они были мотивированны. - Да? Хорошо. Тогда и ваш сын пусть ответит за свой низкий поступок. Если вы не выпустите Артёма, то я пойду писать заявление на Германа об изнасиловании. - Что? – мохнатые брови изумленно выгибаются. - То, - имею дерзость отвечать. – Вчера ночью ваш сын подсыпал мне какую-то гадость и, воспользовавшись моей беспомощностью , надругался надо мной. - Девочка, за словами следи, - предостерегает меня Заславский. - Я слежу. И говорю, всё, как было. Гера всё на видео снимал. И это видео отправил Артёму, чтобы потравить! Естественно Артём разозлился и пошел разбираться с ним. Прокурор ошарашенно смотрит на меня, а я продолжаю добивать правдой, которая была скрыта от его глаз. - Герман надеялся, что мы расстанемся с Артемом после случившегося, и я останусь с ним. Но я отказала вашему сыну, потому что не люблю его! Слышите, не люблю! Со злости он в то же утро вышвырнул меня на улицу с вещами. Я беру паузу, чтобы набрать воздуха и слегка успокоить эмоции. Заславский же сидит темнее тучи. Просто молчит и загруженно сверлит точку в моем лбу. - Я признаю, что я тоже виновата во всей заварушке. Изначально не стоило жить с вашим сыном, но вы же сами меня подбивали на это! Герман взял своё силой против моей воли, а Артём, как мой парень, заступался за меня, за мою честь, понимаете? Он поступил как мужчина, по совести и морали, а ваш сын – в угоду задетого эго и низменным потребностям! Так что, если вы посадите Артёма, то и Герман будет сидеть! Я не буду молчать, так и знайте! От захлестнувших чувств, на глаза проступают слезы. Меня начинает трясти изнутри. Тяжко вздохнув, Заславский встает с места, берет графин и наливает воды в стакан. - Выпей. И успокойся, - ставит стакан передо мной. Я глотаю воду и прикрываю дрожащие веки. Прокурор напряженно дышит, стоя рядом, и опираясь рукой на края стола. - Скажи, Лиза, а твои родители в курсе, что ты пришла ко мне просить за Артёма? - Родители? – озадаченно поднимаю голову, чтобы встретится с суровым взглядом. – Нет. А это имеет значение? Я вообще-то совершенолетняя! - Я в курсе, - кивает он и отстраняется. Вздохнув, опускается обратно в кресло. – Ты же понимаешь, что после подобного инцидента твоя семья автоматически будет вычеркнута из круга нашего общения? - Что…- теряюсь я, чувствую определенное давление сверху. Нахмурившись, смотрю на прокурора с вызовом. – Думаю, мы немногое потеряем. - О-о… - усмехается он, но совсем не дружелюбно. Заславский мгновенно холодеет, а взгляд становится острым. - Свободна, - отмахивается от меня, как от назойливой мухи. – Мне надо сделать пару звонков. - Так что по моему вопросу? – растерянно спрашиваю. - Как же вы меня задрали… - бурчит под нос. Прокурор снимает трубку рабочего телефона и начинает тыкать по кнопкам. - Это Заславский. Свяжите меня с Калугиным, - важно чеканит он и, прикрыв телефон ладонью, говорит мне. – После обеда его выпустят. Уйди с глаз. Наплевав на брезгливость в его тоне, я слышу единственно важную новость – Артёма выпустят! Преисполненная радостью, вылетаю из кабинета. Я выиграла это бой, несмотря на страх и риск. Да, наша семья автоматически потеряла связь и поддержку Заславских. Но это ничто, по сравнению с тем, если бы я потеряла Артёма. Он – лучшее, что случилось со мной в жизни. ---------- Глава 37 Глава 37 Лиза Второй выпитый стаканчик кофе летит в урну. Поежившись, опускаюсь на скамейку и вновь смотрю на окна СИЗО, возле которого околачиваюсь не первый час. Ждать, оказывается очень утомительно, время тянется как убитое. Ныряю носом в шарф, а глазами – в телефон. Включаю музыку и в наушниках начинает играть Elvira T c её грустными, душераздирающими композициями. «Ну а пока не готова тебя я потерять А может, и никогда не буду я готова. Только от одной мысли, что я не твоя Меня кидает в сторону снова и снова .» Закрываю глаза, и в сердце так начинает щемить. Поскорее бы Артём вышел, так хочу его обнять. Сказать еще раз, глядя в глаза, как люблю его. Даже вчерашняя громкая ссора не способна убить моих сильных чувств к нему. Пусть резкие слова и оскорбления, высказанные на эмоциях и отпечаток чужих губ на его теле останутся в прошлом. «Не приходить в твой сон буду рада. Я не хочу сниться, хочу быть рядом. Те цветы, что ты дарил, так и не завяли. Если наш роман – игра, мы проиграли.» Боковым зрением улавливаю, что главные двери изолятора открываются. При виде Артёма в груди ёкает, я подрываюсь с места и бегу к нему. Он шагает неспеша с непокрытой головой, куртка нараспашку, только достает сигарет из кармана, как я с лету заключаю парня в объятия, выбивая пачку Kenta из рук. - Наконец-то тебя выпустили, - с нетерпением прижимаюсь к мужской груди. Расчувствовавшись, даю слабину и, в глазах начинает щипать. Хотя на самом деле я очень рада. - Ты постаралась, получается? – слышу вопрос. Поднимаю голову и киваю. Артём странно на меня смотрит. Как будто его до сих пор не отпустило, и все эти нежности – лишнее. И я только сейчас замечаю, что он не обнимает меня в ответ. - Ясно. Буду должен. Растерявшись на такую сухую реакцию, я отстраняюсь от парня и прячу руки в карманы. И сразу становится так холодно, что по коже мороз, и я автоматически вжимаю шею в плечи. Артём наклоняется, чтобы подобрать пачку сигарет. Молча зажимает губами фильтр и щелкает зажигалкой. Затягивается и, опустив веки, выпускает струю дыма в прохладный воздух. Я смотрю на то, как он курит и ни черта не понимаю. Тревога с каждой секундой обволакивает нутро всё больше. Мы стоим и никуда не идём, как будто есть незавершенное дело, которое надо решить здесь и сейчас. - Как ты? – вдруг спрашивает Артём, опустив погашенный взгляд с серого неба на меня. - Нормально, - веду плечом. - Сбежала из больницы, как узнала, что тебя забрали. Пошла в прокуратуру и грозилась написать ответное заявление на Германа, если тебя не выпустят. Заславский пошел на встречу, но сразу вычеркнул мою семью из приближенного круга. - Отчаянная девочка, столько жертв из-за меня, - усмехается Артём. - Наверно не стоило? - Стоило, - твердо заявляю, хотя внутри начинает ломать. Мне хотелось бы обнять Артёма, но его отстраненность, как барьер не позволяет мне этого сделать. Поэтому стою рядом и мысленно не могу найти себе места от нервов. - Ты куда сейчас? Домой? – бесстрастно интересуется Артём. - Ну… Вообще хотела с тобой пойти… - сминаю губы, с надеждой глядя на него. - Нет, Лиза, - он мотает головой. - Нам не по пути. В сердце простреливает. - Что это значит? – боюсь даже уточнять. – У тебя планы? Или… - Или, - категорично кивает он. Он бросает бычок в урны и, засунув руки в карманы, смотрит непроницаемо на меня сверху. - Артём, что ты имеешь в виду? – голос начинает дрожать. - Ты всё правильно поняла, - стреляет в меня прямым взглядом. Он что бросает меня? Вот так? В горлу подкатывает истерика. - Нет, не поняла. Объясни, пожалуйста. - Мы расстаемся, Лиза. Три слова выбивают почву из под ног. Колени подкашиваются, и сердце замирает. - Нет, - не верю. Мотаю головой и умоляюще смотрю на него. – Ты обижен на меня да? Не простил? - Простил. - Врешь, – срывается голос и наплевав на его холодность, я прижимаюсь к нему и зажмуриваю глаза. – Почему тогда бросаешь меня? Не смей, Артём. Ты же знаешь, что я люблю тебя! Я слышу, как гулко бьется его сердце. Я не хочу его отпускать. Нет, я не отпущу его ни за что! Обнимаю крепче Артёма, в то время как его руки бездействуют. - Я всё решил. - Решил? – поднимаю на него блестящие глаза и сержусь. - Ты бессердечный! А как же я? Ты нужен мне! Я же не смогу без тебя… - Сможешь. - Нет, не смогу! Ну прости меня, - умоляю и стону от боли, ведь он режет без ножа. – Что мне сделать? Хочешь я отчислюсь и вернусь обратно в город? Только скажи… Не молчи, Артём! Стучу ему по груди, потому что он как каменный сдерживает себя. Все копит внутри, и я не знаю, о чем он думает. Не вижу его настоящие чувств. А я хочу, чтобы он, как и прежде был близким и делился всем. Пусть лучше орёт на меня, сердится, ругается, но будет открыт и искренен со мной. - Это ничего не поменяет, - рушит мои надежды Артём. - Дело не в тебе, Лиза. - А в чем же? – сломлено смотрю на него. – Не любишь меня больше? - Люблю. - Любишь, но бросаешь меня, да? Ты нормальный? – требовательно дергаю за края мужской куртки. - Нет, больной, - хмыкает он и сломлено смотрит на меня. – Дай мне шанс вылечится, прошу. - Я не понимаю… - пытаюсь выцепить в отрешенных глазах ответ, но там пустошь во мраке. - Я хочу вылечится от больной любви. От чувств к тебе. Позволишь? - Нет, - судорожно мотаю головой. – Ни за что. Я снова обнимаю его и всхлипываю. Его кофта впитывает мои слезы. - Чертова эгоистка… - его ладонь проводит по моим волосам. Он наконец приобнимает меня. Всё тело прошибает дрожью. - Это ты эгоист, Артём. Не издевайся. Я не хочу расставаться с тобой. Ты мне нужен, - хнычу я, уткнувшись носом в его грудь. Я дышу им. Сейчас его запах будет поважнее кислорода. Его внезапное тепло согревает, и сердце снова бьется . Жаль, что такой подарок становится прощальным жестом. - Отпусти, - шепчет он на ухо. И слезы градом выливаются из глаз. - Не-е-ет, - протяжно реву я и громко вслипываю. Сильнее прижимаюсь. – Не отпущу тебя. Меня разрывает от боли, которую причиняет Артём. Он просит о невозможном. - Ты же любишь меня, - поднимаю красные зареванные глаза на него. Он обхватывает моё лицо и стирает большими пальцами скатывающиеся слезы. - Я же сказал, что хочу вылечится от этой любви. - Зачем? - Когда любовь причиняет сплошную боль – это больная любовь, Лиза. Нахуй такую любовь. Теперь я ясно вижу надрыв и боль в его глазах. Если нам будет обоим плохо от расставания, зачем же он всё рушит! - То есть ты хочешь похоронить всё, что между нами было? – сглатываю комок горечи. Сердито смотрю на Артёма. - Тебе будет наплевать на меня и на мои чувства? Бросаешь меня, когда так сильно нужен? - Пусть я буду для тебя плохим. Так даже лучше, - отрешенно отвечает и опускает взгляд. - Ты не плохой! Ты лучший! Ты мой родной! Мой любимый! Снова реву и снова обнимаю. А вдруг одумается. Вдруг возьмёт свои слова обратно. И мы будет вместе. - Отдай мне ключи от квартиры, - просит Артём и меня пришибает лавиной неизбежности. - Они у тебя с собой? Я отстраняюсь от него, потому что понимаю, что это действительно конец. И от него хочется удавится. Шмыгая носом, перебираю трясущимися пальцами в сумочке. Нахожу ключ и протягиваю его Артёму. Наши пальцы соприкасаются, и я в последний раз цепляюсь за них и болезненно смотрю в любимые глаза, которые в ответ пресекают мои попытки отсрочить расставание. - Не звони и не пиши. Не ищи повода для встреч. Оставь нас воспоминаниях, - рукой загребает меня в охапку и прижимается губами ко лбу. Долго так держит, как будто сам себе сопротивляется. - Будь счастлива, Лиза. Прощай. Он выпускает меня и быстро уходит, не оборачиваясь. А я просто рушусь… На частицы разлетаюсь. Смотрю ему вслед через слезную пелену, в груди горит и обжигает болью. Как, скажи? Как же я должна быть счастлива без тебя, мой милый? ---------- Глава 38 Глава 38 Лиза «Моя душа горит… Она не любит боль… Чужая мысль сквозит… Но не остужает зной… Моё тело не спит… Глажу его рукой… Тело не внешний вид… Телу нужна любовь…» Свернувшись калачиком, лежу на полу душевой абсолютно разбитая. Сверху поливает тропический душ, но я не чувствую температуру воды – холодная ли, горячая, ровным счетом все равно. Струи смешиваются со слезами и утекают водоворотом в слив. Голое дрожащее тело покрыто мурашками, как будто на морозе в снегу валяюсь, но по факту меня сжигает изнутри. Опустошение смешанное с болью раскаляет внутренний пожар, который губит меня, ломает, мучает, чтоб в полной мере ощутила страдания, посмаковала их. Он буквально выжигает черную дыру в груди. Обессиленная выползаю из ванной комнаты и плетусь к себе в комнату на автомате. Замкнувшись глубоко в себе, не обращаю внимания на то, что происходит вокруг. Вроде дома никого. Тишина. Или я ничего не слышу. Только его голос отдаются эхом на повторе в памяти: « Я хочу вылечится от чувств к тебе… Не звони и не пиши. Не ищи повода для встреч. Оставь нас воспоминаниях.» Схожу с ума. Падаю на кровать. Голову кружит съедающими мыслями. Отрывки с последнего разговора беспощадно насилуют. Но в какой-то момент сознание не выдерживает, и я отключается, проваливаясь в сон. - Где она? Лиза! Быстро спускайся сюда! Приоткрываю глаза. - Ну я сейчас ей задам! – доносится грозный бас папы. Топот бегущих по лестнице ног становится отчетливее. Я приподнимаюсь и, простонав, хватаюсь за голову, которая трещит. - Марк, будь с ней помягче, она только с больницы, - пищит мама. - Руки убери, женщина! Последние мозги что ли ей там вышибли! Лиза! Дверь в комнату резко распахивается и стукается о стену. В проеме появляется пыхтящая широкоплечая фигура. - Ах вот ты где! – у папы дым из ноздрей идёт от гнева. Я безэмоционально смотрю сначала на одного родителя, потом на другого. Что они от меня хотят? - У тебя совесть есть, Лиза! Какого черта ты поперлась к Заславскому! Ах, вот оно что. Вздохнув, я опускаю голову на подушку и закрываю глаза. - Я с тобой разговариваю, невоспитанная девчонка! – остро реагирует папа на мой неуважительный жест. А мне так пофиг. Последнее, о чем мне хочется говорить, так это о семействе Заславских. - Что ты хочешь от меня? – спокойно спрашиваю, наполовину приподнимая веки. - Ты берега попутала! – гаркает отец. - Нормально разговаривай! Громкий ор заставляет скривить лицо. - Из-за твоих выкрутасов Олег больше не хочет связываться с нашей семьей! По твоей милости сейчас он мне по работе таких палок в колес навтыкает! - Мне очень жаль, - равнодушно выдаю я. – Это всё? -Ах тебе жаль! – выходит из себя папа. - Марк! – восклицает мама. – Успокойся, прошу! - Ты слышала, как она со мной разговаривает, а? Вся словесная перипетия вызывает во мне тихий истеричный смех. Мне плохо. - Погляди, она еще и смеется, - рычит папа. – Бессовестное создание. Неблагодарная дочь. - За что вас благодарить… - вдруг вырывается из меня. - Что сказала? – наклоняется ко мне он и брызжа слюной, загибает пальцы. – За всё. За эту жизнь. За всё что у тебя есть – это благодаря нам, и тем связям, которые мы налаживали. А ты, негодяйка, взяла и обрубила их с концами. - Нет у меня ничего. У меня осталась только я, да и то наполовину… - гнусаво тяну я, глядя на точку в полу. - Мать, она умом тронулась, - косо поглядывает на меня, а потом на жену.- Походу реально сильно головой треснулась. - Умом я тронулась, когда начала играть в ваши игры в сводничество с Заславскими. Герман ваш оказался конченым подонком, а отец его, пресвятой прокурор, не лучше. И они тебе дороже родной дочери, да, пап? - Конечно тут все конченные, кроме тебя! И этого твоего парня… Чтоб его! - Нет у меня парня. Может радоваться. Он меня бросил. Теперь я не нужна даже ему. - А кто сомневался, что так будет! Мы тебя сразу с матерью говорили, не хрен водится с ним! Выпытываешь жалость? Хрен! Видела? – напряженный кулак вырисовывается перед лицом. – Германа, нормального парня, отшила, теперь сиди, кусай локти. - Нормального парня? Тот, кто подлостью добивается своего не может быть нормальным, папа! Разве что для тех, кто поступает ровно также, как два сапога пара! - Что-то ты другого мнения была, когда в квартиру к нему заезжала! - Потому что не знала его с плохой стороны! Доверяла ему и вам, родителям, которые настаивали на переезде к нему в квартиру. - Мы для тебя лучшего желали, дочка, - встревает мама. – Думали, с Германом сблизишься, а Артёма забудешь. Ну не пара он тебе. Вот так и вышло. - Я не люблю Германа, мама, - сдавленно произношу я. - И ты об этом знала. В итоге он воспользовался мной против воли, и рассказал об этом Артёму. Поэтому они подрались, и я стала дрянью для обоих. Действительно «лучшее», что может быть. Спасибо. Я сглатываю горечь и обратно падаю лицом в подушку. Родители наконец-то замолкают. У меня не было цели навешивать на них вину в случившемся, лишь потребность в том, чтобы не давили, когда мне итак паршиво. Отец, бурча под нос, выходит из комнаты. А мама, вздохнув, присаживается на край кровати и кладет ладонь на моё бедро. - Ну прости нас, дочь, - с сожалением произносит она. - Я хочу побыть одна, - прошу о малом. - Ладно, - она встает. – Отдыхай. Она выходит и я, сглотнув, закрываю глаза. В какой-то момент я перестала надеяться на родительское понимание – у них другой опыт, другие принципы жизни. Бессмысленно винить их. Верю, что они хотели как лучше, но получилось хреновее некуда… ---------- Глава 39 Глава 39 Лиза- Ай, м-м-м…Мышцы на ребрах вздрагивают, когда холодная мазь касается кожи. Прикрыв глаза от неприятных ощущений, втираю прозрачный гель в место гематомы. После столкновения с машиной, тело прилично украшено уродливыми кровоподтеками. На поврежденную руку заново перевязываю эластичный бинт – дохожу до ноющего локтя, как совсем не вовремя трезвонит телефон.- Заславский? А тебе что надо? – удивляюсь я, увидев имя на экране.Сбрасываю вызов.Нахмурившись, раздумываю о мотивах его звонка.За окном раздается сигнал автомобиля.Зафиксировав бинт, одергиваю край шторы и вижу черную бэху. Герман к дому прикатил.- Блин, - выругиваюсь я, потому что ничего хорошего от него больше не жду.Снова звонит. Смотрит в моё окно, сидя в машине.Отвечаю.- Алло.- Выходи, - сразу говорит он и довольно требовательно.И сразу отключается. Говорить мы будет с глазу на глаз.Поджав губы, думаю пару секунд – а оно мне надо? Снова видеть его, опять слушать, смотреть в глаза…- П-ф-ф, - протяжно вздыхаю и, запрокинув голову, собираю волосы в хвост.Надеваю худи, штаны и спускаюсь в холл. Накинув куртку, выхожу на улицу и не спеша иду к припаркованной машине. Заславский наблюдает за мной через лобовое вплоть до того, как открываю дверь и приземляюсь на пассажирское напротив парня.- Говори, что хотел? – сразу спрашиваю я, холодно взглянув на Заславского.На мужском лице ярко отпечатаны следы недавней драки. Артём жестко приложился.Я быстро увожу взгляд, а вот Герман смотрит пристально, повернувшись ко мне всем корпусом.- Папаша твой приходил. Наседал про изнасилование.Удивленно вскинув брови, озираюсь на парня.- И?- Мне проблемы не нужны.- Ты же наверно в курсе, что у меня договор с твоим отцом? Можешь не ссать, я не пойду писать заявление.- Я не ссу. Было бы из-за чего.- Действительно, - хмыкаю я, поражаясь безнравственности Германа.- Короче, объясни ему и скажи, что между нами ничего не было. Поняла?Поднимаю глаза и усмехаюсь на его строгий взгляд.- Я ведь сказала, тебе не о чем переживать. С папой разберусь.- Ты не поняла, - серьезно осекает Заславский. - Я тебя реально не трогал. Только раздел и всё.В салоне повисает пауза. Я молча перевариваю, бегая глазами по панели, а потом по мужскому лицу, чтобы считать, не врёт ли он в угоду своей невиновности.- Для чего был этот спектакль?- Чтобы ты поверила. Чтоб с виноватыми глазами ползала перед Артёмом. Тупая месть, не более.-М-м-м, - сдавленно мычу я, вспоминая унижения.В груди начинает болезненно покалывать, но я держу лицо.- Это всё? Я могу идти? – хватаюсь за ручку.- Подожди, Лиза, - останавливает парень.Герман меняется в лице - оно становится каким-то терзающимся. Вздохнув, он сводит брови и смотрит на меня с сожалением.- Если честно, я не хотел, чтобы всё вышло именно так, - его голос садится.Я смаргиваю картинку его образа.- Не верю, - дергаю головой. – Я больше в принципе не верю тебе, Гера.Мужские губы сжимаются в тонкую нитку от досады. Герман недовольно хлопает по рулю и затем в раздражении сильно сжимает его.- Я виноват. И мне жаль, - сквозь зубы, против горделивых принципов, признает он. – Но мне сложно было смириться со второй ролью, понимаешь?- Найди ту, для которой ты будешь на первом месте. А меня больше не трогай, - сглатываю я и с вызовом заглядываю в глаза напротив.Колем друг друга взглядами.- Не простишь? – захватывает мою ладонь.Я смотрю на наши сцепленные руки, а потом на парня.- Когда-нибудь. Но общение с тобой я обрываю навсегда. Никаких больше «друзей», - вынимаю руку из его ладони.Заславский опускает взгляд.- С Артемом рассталась?Сильный удар по сердцу.Сглатываю и воздерживаюсь от ответа. Хотя Герман по моему затравленному выражению сразу всё понимает.- К подруге переехала? – меняет тему Заславский. – Почему вещи, которые я тебе купил, не забрала?- Чтобы у тебя при встрече больше не было поводов упрекать меня.- Я не буду. Забери.- Нет. Не хочу, чтобы хоть что-то напоминало о тебе.- Сильно злишься… - хмурится он.- Мне пора, - не вижу смысла задерживаться.- Артём сильно любит тебя, - вдруг говорит он и я замираю, как и моё сердце. – Думаю, он не сможет так просто оставить тебя.Свежая рана в груди начинает кровоточить от его слов. Артём уже меня оставил. Может ему было не просто, но он сделал это.Не оборачиваясь на Германа, я толкаю дверь и выхожу из машины. ---------- Глава 40 Глава 40 Лиза *три месяца спустя* - Перед тем как я исполню кавер песни, я бы хотела сказать одну важную вещь, - прочищаю горло и смотрю в камеру объектива, через которую обращаюсь к аудитории моего музыкального канала. - Цените тех, кто рядом. Кто искренне вас любит и отдает самое дорогое, что у него есть. Если вы будете принимать всё как должное, то однажды проснетесь в одиночестве, потому что потеряете самого родного для вас человека. Берегите любимых. Я поправляю микрофон и опускаю взгляд на клавиши. Сердце взволнованно трепыхается. Думала, что прошло достаточно времени, чтобы связки не дрожали при воспоминаниях, но нет. Подбираю эмоции и под трогательную мелодию фортепиано, я начинаю петь проникновенным голосом: «Я знаю только лучшее в тебе, Мне от любви не страшно задохнуться. Мы наяву живем, а не во сне, А я всё не могу никак проснуться. Скажу люблю и это навсегда. Пускай смешно, пусть надо мной смеются. Рассыпаны созвездья-города, И наши самолеты в небе разминутся.» Теперь мне есть, о ком петь грустные песни о любви. Каждое слово наполняется особым смыслом для меня. Музыка лечит, помогает мне справится с болью расставания. Я ухожу в творчество – много играю, пою и сочиняю. Конечно всё о нем и про него. Сколько раз я хотела связаться с Артёмом? Миллион раз. И тут же одергивала себя. Сколько раз я резко просыпалась по ночам от мысли, что всё сон и тут же разочаровывалась? Каждый раз. От попыток напомнить парню о себе, останавливала настойчивая просьба больше не беспокоить его. Кто знает, может он уже вылечился от любви, забыл про меня и живет себе спокойно. Видимо я действительно эгоистка, потому что эта мысль угнетает. Я встретила Новый Год без Артёма. И сказать честно, для меня это был самый ужасный год по итогам. Но благодаря ошибкам, я многое переосмыслила. Под бой курантов пожелала себе быть не такой наивной и более разборчивой. Прислушиваться к себе, фильтровать мнение других и окружение. После каникул я возвращаюсь к учебе. По-прежнему подрабатываю в ресторане. Денег хватает на жизнь и на съемную квартиру, которую делим с сокурсницей. Моё существование стало непривычно спокойным и размеренным. Без эмоциональных горок и бешенных скоростей. Без искрометных чувств, когда сердце идёт на вылет. Без страсти, обжигающей каждую клеточку тела. Такое со мной мог творить только Артём, и вряд ли я смогу подпустить кого-то к себе также близко. - О, Лиз, привет, - при виде меня на секунду отрывается от телефона Максим, молодой парень, подрабатывающий официантом в ресторане. Я закрываю за собой дверь комнаты для персонала и приветливо улыбаюсь ему. - Привет, ты чего не в зале? – снимаю шапку и расстегиваю пуховик. - Что? – он вопросительно смотрит на меня и вынимает из уха наушник. Я повторяю вопрос. – А, так моя смена закончилась. Сейчас досмотрю и пойду домой. - А-а… Ну ясно. Я прохожу мимо него и включаю чайник. Согреюсь с дороги, а после сяду за инструмент. - О да! На-на! - резко подпрыгивает со стула Максим, а следом за ним, и я от испуга. - Вот так! Втащи ему! Е-бой! - Ты издеваешься, - шикаю я, хватаясь за сердце, и шлепаю парня по плечу. – Напугал, блин! - Извини, тут просто такой разрыв. Сама посмотри, - он восторженно разворачивает ко мне экран телефона. - Бой за выход в финал! Вот этот чувак просто разгромил, он лучший, зе бест! На него я и ставил! Он тычет пальцем в супер бойца, восхваляет его, а я застываю. Потому что узнаю в этом герое ринга Артема. - Скажи, красавчик? – сияет Максим. - Не то слово… - заторможенно отвечаю я. Рассеянно огибаю пространство и опускаюсь на стул. Значит, мой мальчик неплохо поднялся в карьере, раз выступает за известный бойцовский клуб. Кто-то ушел глубоко в музыку, а кто-то - в спорт. Артём нашел хороший способ вылечиться… Что ж, я рада за него. Нет, правда, он молодец. Справился. Поднялся. Звезда ринга. Светит ярко. Без меня. Собственно с такими мыслями, загруженная, я иду в зал играть музыкальную партию для гостей. Пригладив складки классического платья, усаживаюсь за фортепиано и настраиваю себя на игру, сканируя ноты на листе. На выдохе подушечки пальцев мягко касаются клавиш, и приятная мелодия разливается по залу. Я играю, уношусь полностью в музыкальное произведение и не сразу замечаю, что за столик напротив устраивается мужчина с дамой. Когда поднимаю взгляд, то сталкиваюсь со знакомыми карими глазами, которые пристально изучают меня. Я мгновенно теряюсь, а простреленное сердце летит в пятки. Пальцы мажут мимо нот, и я безбожно фальшивлю. - Блин, соберись, - тихо ругнув себя, останавливаю игру. Прикрыв глаза, выдыхаю, чтобы успокоиться. Преодолев волнение, поднимаю подрагивающие веки и снова смотрю в его сторону, чтобы убедится, что мне не показалось. Он все также смотрит, не моргая, на меня, а я сглатываю и мысленно пропадаю. Нет, мне не показалось – напротив меня за столиком сидит Артём в компании очаровательной девушки. ---------- Глава 41 Глава 41 Лиза Взяв себя в руки, я доигрываю ноктюрн, как должно. Не смотрю больше в сторону парочки. В висках долбит, в груди колотит, а пальцы как заведенные летают по клавишам. Как же он быстро нашел мне замену. Она красивая, сексуальная, тут не поспоришь, как модель с журнала, мне по внешним показателям до неё не допрыгнуть. А как же чувства? Он её любит или это так, для развлечения? Не сомневаюсь, после расставания Артём сверх обласкан женским вниманием. Мы вроде уже не вместе, но как же это задевает! Он – больше не мой, а я по-прежнему ревную. Дурочка. Первый раз вижу его в деловом костюме – как же они ему идут, добавляют еще большей мужской притягательности. Весь такой деловой, собранный, подтянутый. Привлекательный, как боженька – моё женское начало стонет. Краем глаза замечаю, как Артем подается вперед к девушке, что-то говорит ей и после широко улыбается. А меня такая злость в моменте берет. Мелодия под стать набирает мощи, передавая внутренний ураган. Вот как можно быть таким бессердечным? Ладно, ты меня бросил. Настойчиво попросил не искать повода для встреч. Я терпела, сопротивлялась, но не потревожила тебя! Чтобы ты спокойно «переболел». Я приняла твое решение, хотя мне было очень тяжело. А что ты делаешь в ответ? Приходишь с новой пассией именно в тот ресторан, где я работаю и садишься напротив, чтобы… Что? Чтобы сделать больно? Чтобы я посмотрела, кого потеряла? Позавидовала, поревновала, сгорела от обиды и злости? Что ж, поздравляю, у тебя это отлично получилось, милый! Нет, мой дорогой, не думала я, что ты настолько жестокий… Доиграв до конца партию, я в разбуравленных чувствах встаю из-за инструмента и покидаю зал. У меня лопатки горят от его провожающего взгляда – смотрит наверно довольно вслед, что добился своего. Не хотела реветь, а слезы сами катятся. Иду по коридору, смахивая их с алых щек. На ватных ногах заворачиваю в туалет, чтобы прийти в себя и смыть следы страданий. В отражении зеркала на меня смотрит просто жалкое создание, слабое, уязвимое. От осознания этого сильнее реву, тушь течет ручьями, ресницы слипаются, глаза краснеют. Выпускаю из крана холодную воду и окатываю ей разгоряченное лицо. Еще и еще, пока не отпускает истерика. Вытираюсь бумажными полотенцами, оставшись без макияжа. Глаза по-прежнему воспаленные, губы искусаны. В сумочке есть минимум косметики, успею в перерыв привести себя в порядок. Главное, чтобы Артём к этому времени уже ушел из ресторана. Пусть думает, что я убежала из-за него и будет уверен, что он победил, поставил окончательную точку. Всё, лишь бы не истязал моё по-прежнему любящее сердце своим присутствием. В подавленном состоянии я выхожу из туалета и, рассеянно глядя под ноги, иду в комнату для персонала. Заворачиваю в основной коридор и натыкаюсь на мужскую фигуру. - Ой… - виновато выдыхаю. В нос ударяет парфюм. Очень знакомый. Я бы даже сказала любимый. Его я не с кем не перепутаю. Поднимаю глаза и обреченно испускаю дыхание. Передо мной Артём. Да почему… - я стону про себя, а колени подгибаются. - Аккуратно, - он придерживает меня за талию, потому что меня по инерции отбрасывает от него. – Не падай. А я прямо готова упасть, клянусь. Оказаться в его объятиях еще раз, так близко, так тесно, наедине и смотреть ему в глаза, невольно задерживая дыхание – выше моих сил. - Все хорошо, - сглотнув, говорю я. Увожу взгляд чуть ниже, ему на грудь, чтобы окончательно не утонуть в его засасывающих карих безднах. Отстраняюсь от парня к стене, чтобы дать больше кислороду легким, а то голову кружит. Шаг назад, и мужская рука нехотя сползает с талии. - Ты так быстро убежала, - вновь сокращает расстояние между нами Артём. Его тень ложится на меня. Глаза разглядывают каждую мелочь во мне, что вводит в смущение. - Перерыв, - коротко отвечаю я. - Хотел поздороваться с тобой, - поясняет Артём, понижая голос до хриплого. – Давно не виделись. - Мгм, - сквозь сомкнутые губы поддакиваю я. Я изо всех сил стараюсь выглядеть невозмутимо. Как будто это просто встреча двух давних знакомых и не более. Держаться дружелюбно и мирно. Боюсь, хреново получается. - Ну привет, - уголки моих губ нервно подпрыгивают. Артём усмехается, опуская взгляд. - Ты тут проездом или… - Я переехал. - О, - округляю губы и киваю. – Понятно. - А сестры? - Тоже. - М-м-м, - протягиваю я, чувствуя как внутри начинает трещать по швам. - Класс. Теперь мы будем жить в одном городе, как и хотели. Правда разными жизнями. - У меня контракт с московским клубом, так что пришлось переехать, - поясняет Артем. - Дела пошли в гору? – сдержанно улыбаюсь я. - Типа, - скромничает он. - Я рада за тебя, - говорю я и невольно вздыхаю. Расстроенные чувства выходят из под контроля. Осекаю себя слишком поздно. Парень быстро считывает всё и отвечает глухой усмешкой. Ну конечно он всё понимает, как и я. Чего мы тут разыгрываем, мне не ясно. - Тебе пора, - прочищаю горло и мягко посылаю его. – Не стоит заставлять такую красивую девушку ждать. Не хотела я касаться темы его личной жизни, но язык - враг мой, сам заговорил! Теперь Артём точно будет думать, что я ревную и до сих пор не успокоилась по нему. Дура. В подтверждении моим мыслям, замечаю, как дрогнули его губы и блеснули глаза. - Я хотел пригласить тебя на финал Кубка. - Хочешь, чтобы я пришла посмотреть на бой? - Да, Лиза. Он произносит моё имя так особенно, что мурашки бегут по плечам. - Личное приглашение от самого фаворита… - саркастично произношу я и закатываю глаза. – Спасибо. Но боюсь, я не смогу прийти. - Почему? – отбрасывая шутки в сторону, серьезно смотрит на меня Артём. Нахмурил брови, как будто оскорбился. Он думал, что я слюни распускать перед ним буду и сразу на всё соглашусь? - Дела. Я буду занята. Извини. - Ты ведь даже не знаешь день… - подмечает Артём и недовольно поджимает губы. – Я не сказал, когда именно. - Ну… В ближайшее время у меня распланировано всё. На самом деле я свободна. И ничего я не планировала. Слава Богу, он не умеет читать мысли. - В эту субботу, Лиза, - пронизывает взглядом насквозь Артём, приколачивая гвоздями в памяти дату. – Я буду ждать тебя. - Ничего не обещаю, - отвечаю уже не так уверенно. - Для тебя вход свободный. Вип-зона. - Сколько чести, - вырывается усмешка, но я быстро усмиряю губы. – Благодарю за приглашение. И удачи тебе в поединке. Вместо ответа он огревает меня нахмуренным взглядом и оттолкнувшись ладонью от стены, разворачивается и уходит. Мои глаза мгновенно меркнут, провожая его спину, а воспламенившийся от разговора огонек внутри тухнет. Я скрываюсь за углом и давлю всхлипы, прикусывая костяшку пальца. Быть сильной перед ним - очень сложно. Я действительно питаю слабость к Артёму, дрожь до сих пор бегает о телу, как послевкусие от встречи. Ранено сползаю спиной по стене, и опустившись на корточки, утыкаюсь шмыгающим носом в колени. Чего же ты хочешь? Чего добиваешься? ---------- Глава 42 Глава 42 Лиза Вечер субботы решаю провести в уютной атмосфере за книгой. Плюшевый плед согревает ноги, чашка с какао и плавающим маршмеллоу остывает рядом на подносе. Глаза залипают на буквах, доходят до конца страницы, но не понимают сути прочитанного. Еще раз. - Так, Лиза, соберись, - встряхиваю головой и сосредотачиваюсь на тексте. Меня хватает на один абзац, дальше та же картина. Мысли не хотят подчиняться и уходить в книжную реальность. Я меня волнует совершенно другое – то, что происходит сейчас в моей жизни, и от чего тщетно стараюсь убежать. Накрываю лицо книгой и издаю вымученный стон. Да почему так сложно? «Я буду ждать тебя». Бросаю взгляд на часы – Артём уже должен быть на ринге. Я сделала всё, чтобы дотянуть до последнего. Чтобы пересилить желание и просто не прийти. Убеждаю себя, что он прекрасно справится без меня, как и делал это все три месяца до. У него есть девушка, есть поддержка, так что я там лишняя. Но от этого я не меньше переживаю за него! Выкидываю книгу в сторону и беру телефон. Захожу на официальный сайт, где транслируют в прямом эфире поединки. Включаю видео и, с замиранием сердца, пытаюсь вникнуть в суть происходящего на экране. Спортивные комментаторы сокрушаются: - Вы только посмотрите, сколько пропускает сегодня Артём. Ай-ай-ай, вот это было больно. Уверенный джеб в челюсть, от которого он на секунду даже теряет координацию. - Да-а…Он как будто сам не свой. Абсолютно не сосредоточенный. На ринге такое не прощается. Если так дальше пойдет Булат, не снимая пояса чемпиона, накажет Хантера и оставит его в списках своих сокрушительных побед. Звук гонга завершает первый раунд. Моего мальчика показывают крупным планом, и он просто разбит. В прямом и переносном смысле. Тренеры кружат вокруг него, поливают водой, подбадривают, но взгляд Артёма пропитан пустотой и каким-то обреченностью. Он не собирается выигрывать, как будто потерял смысл победы. Моё сердце болезненно сжимается за него, и я просто не могу сидеть на месте. Подскакиваю и, накинув куртку, выбегаю из квартиры. На ходу набираю номер такси. Видно сами небеса помогают мне, потому что машина быстро приезжает на вызов и без пробок доставляет меня до «Арены», где проходит бой. В спортивках и свитере, с пучком на голове я захожу в холл здания, и глаза сразу теряются громких баннерах, на которых изображена реклама сегодняшнего поединка. - Слава богу, Лиза, - ахает кто-то стороны, и я оборачиваюсь. Ко мне идет та самая девушка из ресторана. Только на это раз на ней деловой костюм и наушник в ухе. - Она пришла, - говорит она кому-то и, широко улыбаясь, обращается ко мне. – Добрый вечер, Лиза. Пойдемте, я вас провожу до места. Кивнув, я следую за ней. Мы поднимаемся по лестнице и проходим в просторную комнату, где уже накрыт стол, но никого нет. Через стеклянные двери, выходим на балкон, который построен в качестве вип-ложи с креслами. Помимо меня там сидят еще другие незнакомые мне люди. Внизу в самом центре – ринг, на котором готовится к очередному раунду бойцы. На огромных экранах выводятся лица каждого. Проигнорировав кресло, я прислоняюсь к перилам и жадно смотрю на своего раздавленного мальчика. Силой мысли он чувствует мой взгляд и поворачивает голову в сторону балкона. Не моргая, смотрит на меня, как будто не верит, что я пришла. Я тихонько улыбаюсь и безмолвно говорю ему, что верю в него, как и прежде. « Не смей сдаваться! Ты лучший! Ты должен победить! Надери зад этому козлу!» Через экран вижу, как загораются его глаза. В них появляется огонь, который даёт силу. Звучит гонг, и бойцы вступают в схватку. - Ну наконец-то ожил, - ликует мужчина, подрываясь с соседнего кресла, когда Артём идёт в уверенную атаку и зажимает у сетки противника. У самой сердце трепещет за любимого. Не дыша, смотрю на ринг. Артём валит мужика в красных боксерах и наседает сверху, приколачивая его ударами в голову и по корпусу. Держит его в лежачем положении до конца раунда. Все, кто изначально приуныл за фаворита в синем, резко начинают скандировать прозвище «Хантер». Ведущий тоже сходит с ума с такого поворота и подливает масла в огонь провокационными фразочками: - Дорвался лев до мяса… Это было огненно! Согласитесь? Каждому их них очень хочется забрать с собой заветный пояс победителя. Только вот он будет один. Единственный уйдет от сюда со званием абсолютного чемпиона! Дайте шума нашим бойцам! Последний раунд решит всё. Сжав пальцы в замок, я посылаю всю свою поддержку Артёму. Отбросив все обиды, я верю, что он заслуживает победы. Для меня он всегда был лучшим. И им останется, даже не смотря на проигрыш. После удачной схватки Артём воспламенятся еще больше, и это видно по его общему настрою и решительному началу нового раунда. Он больше не пропускает, а каждый его удар попадает точно в цель. Мой мальчик откровенно доминирует и начинает уничтожать противника, заливая его лицо кровью. Не церемонясь, оставляет следы своих перчаток по корпусу и голове Булата. Забивает его весь раунд, отправляет в нокдаун поздороваться с покрытием ринга. И в завершение наносит сокрушительный удар, который выбивает из бойца в красном последний шанс выиграть. Булат улетает в нокаут. И это разгромная победа Артёма. Публика сходит с ума. Все в шоке. Я не могу сдержать слёз от радости. Как же я горжусь им! Он молодец. Он сделал это. Мой герой. Мой чемпион. Рефери совещаются по баллам и итогам, а для меня уже давно обозначен победитель. Я смотрю на него сверху сквозь пелену и улыбаюсь, искренне торжествуя. Главный судья встает в центр ринга и берет обоих бойцов за руки для объявления результатов: - Единогласным решением судей в этом зрелищном и захватывающем поединке победу одерживает Хантер! – он поднимает руку Артёма. Люди ревут, свистят, скандируют его имя. Начинает играть музыка. Кто-то уже выходит к нему чтобы поздравить и лично пожать руку. Ему вручают большой по размерам чемпионский пояс и фотографирует с разных ракурсов. - Пару слов от чемпиона, - говорит ведущий и подносит микрофон ко рту Артёма. - Да, - он берет микрофон руки и вдруг поднимает голову. Смотрит прямо на на меня. Я замираю, как и моё сердце. – Эту победу я бы хотел посвятить одной прекрасной девушке. Когда на экране высвечивается моё лицо я окончательно теряюсь. - Однажды я её очень сильно и необоснованно обидел. Лиза, прости меня, - голос чемпиона непривычно дрожит. - Я хочу, чтобы ты знала – если бы не ты, у меня бы не было стимула побеждать. А для тебя я всегда хотел быть лучшим. Как сегодня. Ты – моя лучшая мотивация, потому что я люблю тебя. Он убирает микрофон в сторону, чтобы выдохнуть. Я всхлипываю, обнимая себя руками. Сотни глаз наблюдает за нами. Артём снова подносит микрофон ко рту: - Ты спросишь «вылечился» ли я? Не-а, - тут он улыбается, как дурной. – Я походу неизлечимо больной по тебе. Не знаю, любишь ли ты еще… Но ты пришла, а значит, дала надежду. Ведь правда? – он цепляется за мой образ. Его слова расщепляют меня на атомы. – Я буду бороться за тебя, как сегодня на ринге, и я обещаю победить. Он заканчивает речь, всё еще смотря в мою сторону. Врубается музыка, его купирует толпа людей, опять поздравления, награждения и фотоссесия. Не шелохнувшись, я так и стою, трепеща каждой клеточкой тела. Позади меня уже празднуют люди, открывая шампанское. А из моих глаз вырываются слезные ручьи. Трогательная речь задела в самое сердце, которое теперь сжимается пуще прежнего. Душа метается в противоборствующих чувствах – так, значит, он всё еще любит? И почему так больно от его признания? - Лиза, присоединяйся к нам, - подходит ко мне та самая девушка из ресторана. – Я Марго. Менеджер Артёма. Выпьем за шикарную победу? Она передает мне бокал, и я еще раз бесстыдно пробегаюсь по женскому силуэту. Получается, она вовсе не его девушка, а просто менеджер. А я чего только не успела накрутить в своей ревнивой голове … - Артём придет сюда? – спрашиваю я, потому что мне не особо хочется праздновать в кругу незнакомых мне людей. - Конечно, - она кивает на экран. - Уже идёт. Не проходит и пяти минут, как двери открываются и обладатель пояса в компании других мужчин заходят в комнату. На Артёма сыпятся громкие поздравления. С ним обнимаются и целуются кому не лень. Каждый хочет прикоснутся хоть пальчиком к телу чемпиона. Только я скромно стою в стороне и не отсвечиваю. Артём выискивает мои глаза среди прочих и кажется, даже не слушает, что ему говорят. Не моргая, смотрим друг на друга, и всё вокруг перестает существовать. -Так, ребята, выходим, - вдруг командует Марго, стуча ложечкой по бокалу. Кивает на нас. – Им надо поговорить с глазу на глаз. Не будем мешать. Все без возражений покидают комнату, и мы с Артем остаемся наедине… ---------- Глава 43 Глава 43 Артём Моё сердце стучит так бешено, что вот-вот пробьет ребра. Так сильно не волновался ни перед одним боем. Только перед ней, как мальчишка. И то стараюсь внешне не показывать, хотя, думаю, Лиза видит меня насквозь. Она смотрит через глаза прямо в душу и переворачивает там всё с ног на голову. Секунды молчания, чтобы перевести дух. После я шагаю к ней, мне надоело быть так далеко. Расстояние угнетает. Пусть даже метр идёт к черту, я хочу коснуться её, услышать её дыхание, почувствовать снова её запах. Если оттолкнет словом или действием, я закончусь. Сгорю. Пропаду. Тут какое слово не выбери, всё одно. - Спасибо, что пришла, - сглатываю я, погружаясь в его голубые океаны. Хочу обнять её, но что-то сдерживает. Лиза скованна, и я пытаюсь понять причины. А вдруг у неё появился другой, и я напрягаю её своими признаниями. - Я не могла позволить тебе проиграть, - отвечает сдержанно. Её глаза и губы мило улыбаются. - Поздравляю с победой. - Без тебя её бы не было, - опускаю взгляд и дотрагиваюсь до её пальчиков. Лиза тихо вздрагивает, но не отстраняется. - Без тебя мне не нужна победа, Лиза. Лишившись тебя, я заведомо проиграл. Я мягко поглаживаю её подушечки пальцев и гипнотизирую тающим взглядом. В моих глазах плавится любовь, а груди – нерастраченные пламенеющие чувства. Поднимаю её руку и целую пальчики, не разрывая зрительный контакт. Пушистые ресницы опускаются в ответ , а изо рта вылетает еле слышный чувственный вздох. Облизнув розовые губы, Лиза поднимает на меня блестящие глаза, в которых считывается трепетная взаимность. И тут я понимаю, что это по-прежнему моя девочка. Провожу ласково ладонью по её щеке, и откровенно любуюсь её реакцией. Все такая же нежная, она склоняет голову, подаваясь ласке, как котенок и облегченно выдыхает. Как будто её сильно не хватало этого теплого прикосновения. - Я так скучал по тебе, малыш, - перехожу на шепот и склоняюсь к ней. Заключаю её лицо в бережные объятия, приподнимаю, чтобы посмотрела на меня. Наши дыхания переплетаются, а кончики носов касаются друг друга. - И я, - коротко отвечает Лиза и сглатывает. Я чувствую, как она трепещет в моих руках. Меня тоже колошматит от чувств. - Прости меня, - сердечные удары своей силой уже причиняют боль. Именно ей наполняется мой взгляд, а еще крайним сожалением, что столько времени мучились вдали друг от друга. - Давно уже, - выдыхает Лиза и признаётся. – Не знаю, как так получилось, но кажется… Я люблю тебя еще сильнее. Я улыбаюсь, на то, как она виновато-удивленно округляет глаза. - Чудеса-а, - приглушенно смеюсь я и опускаю взгляд на её приоткрытые губы. Чувствуя внимание, Лиза облизывает их, чем разжигает желание внутри меня сделать тоже самое. Но прежде я хочу насладится запахом её кожи – вдыхая, провожу носом по щеке и опускаюсь к шее. Её теплая молочная кожа вся покрывается мурашками, касаюсь их губами, приумножая их количество и балдею от сладчайшего вкуса. У самого волоски дыбком встают от ярких ощущений, я наливаюсь желанием. Лиза по-прежнему дико влечет меня. Я хочу её всю, хочу её тело, душу и сердце. Желательно на добровольной основе, но если надо будет завоевать, я завоюю. Нежно сжав её тонкую шею, я жадно целую её губы. Такие мягкие и приятные, но мне мало… Я сразу вторгаюсь в её горячий рот и облюбовываю язык. От страстного слияния мгновенно воспламеняюсь. Я готов расстелить её на этом праздничном столе в качестве главного блюда, хотя головой понимаю, что это не самое удачное место. Обрываю поцелуй и, шумно дыша, говорю в женские губы: - Я пиздец как люблю тебя. И хочу не меньше, - крылья носа подрагивают от бурлящий эмоций. Лиза смущенно опускает ресницы на подобное откровение, хотя вижу, что она тоже возбуждена. - Значит, не вылечился, говоришь, - подтрунивает любимая. - не представляешь, как меня ломало. Наркоманам такое и не снилось. - Может надо было больше времени? - Я б просто сдох. - Тогда зачем уходил? - Мне надо было время понять это, Лиза. Да и не смог бы я притворяться, что всё хорошо после всего того дерьма, что вылил на тебя… - морщусь и мотаю головой, чтобы не вспоминать детали того вечера, когда вел себя с любимой девушкой как последний кусок говна. Я просто не смел с ней так низко обходится, а тогда позволил… Она же по любому об этом будет помнить всю жизнь, как и я. И с этим очень сложно мириться. Но я готов искупить вину, и впредь следить и отвечать за каждое свое слово. По изменившемуся лицу девушки я вижу, что Лиза тоже окунается в грустные воспоминания и тихо опускается на стул. Когда она закрывает глаза и её веки дрожат, внутри меня начинает трещать по швам. Сердце разрывается в моменте. Сколько же ошибок было совершенно, но теперь их нужно принять и двигаться дальше, огибая старые грабли. Под внутренней тяжестью я встаю на колени и кладу голову на женские бедра. Обняв Лизины ноги, я закрываю глаза и просто дышу. Чувствую, как её руки нежно гладят по волосам. Утопаю в их ласке. Сердце успокаивается от любви, которой пропитаны прикосновения. - Мой чемпион, - слышу я тихое шептание на ушко. Губы расплываются в улыбке. Лиза целует меня в мочку, а потом покрывает лицо многочисленными короткими поцелуями. Каждый действует живительным импульсом, бальзамом на душу и вспышкой надежды на лучшее. Я поднимаю голову и сталкиваюсь с повеселевшим лицом Лизы. Уголки губ дергаются в ответ. - Знала бы, какая ты красивая, - любуюсь ею. - Девушка по-настоящему красива, когда счастлива, - улыбается она. - Ты счастлива? - Только рядом с тобой, - её глаза сияют. - Готова попробовать еще раз? - М-м…Я же отчаянная, - дергает плечом. Я усмехаюсь на такой ответ, а она смеется. Уши вспоминают, как же приятно слышать её смех и чувствовать радостные эмоции. Не хочу, чтобы она больше плакала, тем более из-за меня. - Я тебя сделаю самой счастливой, девочка моя, - обещаю я, мягко обхватив её лицо ладонями. Считываю с мерцающих глаз, что она беспрекословно верит мне и готова отдать мне свою жизнь. А мне больше и не надо. Забираю согласие с её губ обжигающим поцелуем. Теперь она моя навсегда. ---------- Глава 44 Глава 44 Лиза До конца вечера Артём не отпускает меня от себя – за столом в компании его рука в обязательном порядке лежит на моем бедре, либо приобнимает за талию. Даже в машине, когда едем домой, он держит со мной тактильную связь, переплетая наши пальцы и время от времени целуя руку, как будто если отпустит, то снова потеряет меня. Мужские глаза плывут от любви и не скрывают сильных чувств. Они горят физическим влечением ко мне, которое он вынужден был усмирять в кругу других людей. Но оказавшись наедине в его квартире все рамки моментально заканчиваются, как и его выдержка. - Просторные апартаменты, - осматриваюсь я в его новом жилище. - Угу, - горячее дыхание обдает шею. Артём подходит ко мне со спины, обнимает и оставляет щекотные поцелуи на шее. Та сразу покрывается мурашками. Склонив шею на бок, прикрываю глаза и чувствую, как на тело накатывает волна возбуждения. Мужские руки заползают под кофту и нащупывают грудь, которая сразу твердеет. Артём разворачивает меня к себе и, сжав попу, ненасытно впивается в губы. - Подожди, мне надо в душ, - хочу остановить его, но это просто невозможно. Он как цунами, которое набрало обороты и теперь не отступит, пока не заберет свое. - Пошли вместе, - хрипит обладатель сгустившегося тестостерона. Мы передвигает ногами в сторону ванной комнаты, не отлипая друг от друга. Я задыхаюсь от его глубокого поцелуя. Он просто готов меня сожрать, такой голодный. Я тоже завожусь, низ живота начинает тянуть желанием и пульсацией отдаваться между ног. Когда ступни касаются плитки, мы нетерпеливо снимаем друг с друга одежду. Добравшись до мужских трусов, я спускаю резинку и выпускаю наружу горячий большой член, который дыбится к верху гладкой розовой головкой. Отсутствие секса последние месяцы сыграло свою роль на женском самообладании при виде внушительного достоинства. Я бесстыдно теку и поджимаю интимные мышцы, которые как истерички паникуют, ожидая в гости важного гостя. Сглотнув, я поднимаю глаза на Артёма, который по идее трезвый, но в его потемневшем взгляде плавает пьяная муть, она то и засасывает меня в мир похоти . Обнаженные и горячие мы заходим в душевую кабину и включаем воду. Она струями стекает на нас сверху, то скатываясь, то застывая каплями на возбужденной коже. Артём тянет за резинку, и волосы рассыпаются водопадом по спине и намокают. Полыхающие зрачки обоих расширятся под кайфом близости, а тело просит еще больше огня. В кабине воздух за секунды сгущается, заряжаясь электричеством. Ненасытные губы и языки сливаются в одно, а обнаженная кожа притирается друг к другу. Напор страсти нарастает с каждой секундой. Накаленный член упирается мне в живот, который и без того ноет. Мои торчащие соски впиваются в упругие грудные мышцы, а после нарываются на терзающую ласку. Артем зажимает их зубами до моего легкого вскрика, а потом облизывает и обхватывает губами. Глаза закатываются, когда он их сосет, а его пальцы лезут между ног в самую горячую точку. Проскальзывают между набухших влажных складочек и массируют клитор, наслаждаясь моим изнемогающим видом. Два пальца проникают внутрь во всю длину и начинают двигаться туда-сюда. Я впиваюсь ногтями в накаченные бицепсы и запрокидываю голову, улетая далеко. Стекла душевой запотевают от откровенных вздохов и стонов, и на них отпечатываются следы моих соскальзывающих ладоней. - Скажи, что ты только моя, - обхватив за шею, рычит Артём. - Я… Только… Твоя… - рвано выдыхаю я. Он вынимает пальцы и разворачивает меня. Гладит по линии позвоночника и надавливает на поясницу, заставляя прогнуться в спине. Шумно дыша, я припадаю грудью к прохладной стене и оттопыриваю пятую точку. Артём хлестает меня по заднице и раздвигает ноги. Проводит краем ладони по разрезу ягодиц и упирается пальцем в место, где еще не касался прежде. Я моментально сжимаюсь, и получаю очередной шлепок, чтобы расслабилась. - Не закрывайся. Для меня не будет запретных мест, - потянув за волосы, хрипит он. – Я хочу тебя всю. Сглотнув, я смиряюсь, потому что мне нравится подчиняться ему. Сильный и по-хорошему жесткий. В постели для меня он бог, и моё тело в его власти. Из легких вылетает протяжный стон, когда подушечка пальца приятно воздействует на заднее отверстие. Артём целует и покусывает ягодицы, заставляя содраться мышцы. Начинает ласкать языком, и я выгибаюсь кошечкой, царапая плитку. - Ух, что я с тобой сделаю… У меня секса три месяца не было, - рычит Артём, пристраивая член между ягодиц. Распахнув глаза, я замираю, осознавая суть последней фразы. - У тебя никого не было? - переспрашиваю я и не верю. Честно признаться, была уверена, что Артём для восполнения физических потребностей имел ни одну красотку. Я бы не считала это за измену, ведь по сути мы с ним расстались. Я разворачиваюсь, чтобы заглянуть в мужские глаза. Они пребывают под чистый кайфом любви. - Хочу только тебя, - бросает в приятную дрожь откровенным признанием. Он прижимает меня к стене и по-захватнически целует в губы. Я вожу ладонями по его тугим рельефным мышцам и аккуратно касаюсь члена. Тот дергается в ответ и сильнее напрягается. Поднимаю глаза на парня и улыбаюсь, когда вижу, как его кадык дергается и веки опускаются в предвкушении. - Мой верный мальчик, - провожу языком по татуировке. Мне хочется сделать ему приятно. Плавно сползаю вниз, оставляя влажные поцелуи на прорисованных мышцах, которые несмотря на свою внешнюю мощь подрагивают от ласки. Опустившись на колени, облизываю головку и та дергается в ответ. Артем издает глухой стон и собирает мои волосы в кулак. Увлажняю губы, мажу по ним головкой, как помадой, провожу языком по всей длине возбужденного агрегата, как будто дразню, но на самом деле растягиваю удовольствие. Забираю верхушку члена в рот, посасываю её, как будто чупа-чупс, играюсь языком, а после принимаю глубоко в рот. Мужское достоинство становится просто каменным, и я продолжаю наяривать, периодически звучно отлипая от него и поднимаю глаза на парня, который кайфует от ощущений, запрокинув голову. Это добавляет мне мотивации довести его до пика именно минетом. Добираюсь языком до напряженной машонки, и чувствую до мужские пальцы натягивают мои волосы от наслаждения. Каждый его стон или рык распаляет во мне еще больше огня, и я на максимум отдаюсь процессу. Сосу, как в последний раз, пошло, звучно и без стеснения. Чувствую, что Артем уже на грани, сам начинает двигать бедрами, задавая темп. Он трахает меня в рот, а я, зажмурив глаза, позволяю ему зайти так глубоко, как он хочет. Содрогнувшись всем телом, Артём со стоном извергается в меня. Выпустив член изо рта, я сглатываю и облизываю губы. Широко улыбаясь, смотрю на парня снизу вверх – он в ответ гладит меня по щеке, выравнивая дыхание. - Это было охренительно, малышка. Он помогает мне подняться, целует и обхватив за бедра, поднимает меня на руки. Выключает воду и открывает кабину. От перепада температур на мокром теле вскакивают мурашки. Артём усаживает меня на стиральную машину и раздвигает ноги. Я со вздохом закатываю глаза, когда мужские губы забирает губами поочередно затвердевшие соски. Ладонью давит на грудь, чтобы отклонилась назад, и я поддаюсь. Шумно дыша, упираюсь затылком в стенку и чувствую, как его язык скользит вниз. Вылизав пупок, стремится к лобку и обводит по половым губам. Ноги сразу охватывает судорога. Артём удерживает руками бедра, и вновь склоняется к сочащемуся лону. Я бесстыдно теку на его глазах и ярко реагирую на влажные прикосновения языка. Он ласкает, вылизывает, посасывает, целует, подвергая меня сладким пыткам. Расстирает пальцами смазку, одной рукой воздействует на клитор, другой - заходит в дырочку и трахает двумя пальцами, заставляя выгнуть спину и срывать стоны. Потом спускается к нижнему отверстию и влажной подушечкой принимается массировать сжимающееся «колечко». - Тебе приятно? – спрашивает, потому что я заметно напрягаюсь. - Да… - выдыхаю. - Тогда чего боишься? – следует вопрос. - Не боюсь, - сглатываю я и трепещу. - Правда? Головка члена неожиданно утыкается в анальный проход, и я ахаю. - Ой, - поджимаюсь вся. Зажмуриваю глаза. - Посмотри на меня. Он тянет за руку, поднимая мой корпус. Берет в руки моё лицо и, глядя в глаза, спрашивает: - Я сделал тебе больно? Отрицательно мотаю головой. - И не сделаю. Не бойся, - уверяет Артём, и я доверяюсь. Он целует меня в губы, забирая последние сомнения. Я расслабляюсь и вновь откидываюсь на спину. Постанываю, когда член трется между складочек, пристраиваясь к влажной дырочке. - Соскучилась? – подразнивает Артём, наблюдая за тем, как хватаю ртом воздух. - М-м-м, - хнычу в ответ я, сжимая сходящие с ума интимные мышцы. Он заходит в меня с натяжкой, толкается, расширяя изнутри. Крупная дрожь проходит по всему телу, когда вспоминаю, какое удовольствие чувствовать его внутри себя. Артём сжимает налитую грудь и уверенным рывком заходит в меня на максимум. - Ах, - вырывается вздох, и я на секунду распахиваю ресницы, ловя искры. В следующую – снова растекаюсь, и глаза закатываются в невозврат. Чувственные стоны сопровождают каждый пронзающий толчок, который проводит через тело разряд удовольствия. Артём трахает меня со всей любовью и жаром страсти. Еще и еще, доводя до исступления. Не понижая градус и распаляя меня изнутри. Моё тело превращается в сгусток энергии и чувств, которые полыхают огнем порочного наслаждения. Каждая клеточка содрогается, приближая меня к пику эйфории. Я задыхаюсь, сгораю, подлетаю, и наконец, взрываюсь фейерверком на сотни частиц. Артём кончает мне на живот, испуская протяжный рык в потолок. Шумно дыша, наклоняется к моим приоткрытым губам, награждает их поцелуем. - Любимая девочка, - нежно шепчет. Я таю от поглаживающего прикосновения к розовой щеке. Расслабленно опускаю ресницы и сразу чувствую, как его пальцы проводят по губам. Целую подушечки, машинально облизываю и открываю глаза. Возбуждение простреливает по новой. Артём сминает губы большим пальцем, и я забираю его в рот. Сосу, глядя в глаза напротив. Мужские крылья носа подрагивают, зрачки мигают, маякуя мне, что ночь будет длинной… ---------- Глава 45 Глава 45 Артём Сквозь сон вожу ладонью по простыне, чтобы нащупать и прижать к себе мою девочку. Но вместо Лизы рядом – пустота. Триггерное чувство не хило так перетряхивает. Протираю глаза и поднимаюсь с кровати. Лизы в спальне нет. Босыми ногами бесшумно выхожу из комнаты. Слух улавливает тихое звучание клавиш. Оборачиваюсь и замечаю женский образ обернутый в белое покрывало. Лиза сидит за фортепиано возле окна, через которое на неё падает рассеянный свет желтой луны. Её пальцы тихо- тихо крадутся по клавишам, а услышав движение сзади, вовсе замирают. - Лиз? Ты чего тут одна… - обнимаю её сзади. Слышу всхлип. Нахмурившись, опускаюсь на колено, чтобы увидеть её лицо. Её глаза бликуют, а ресницы влажные, как будто плакала. - Что случилось? – переживаю я и глажу её по бедру. Ни черта не понимаю. Всё же хорошо было. Секс был бомбическим, после она уснула в моих объятиях… Лиза мотает головой и пришмыгивает. - Ничего, - поднимает ноги на стул и обнимает колени. – Просто… Она берет паузу и часто моргает, как будто сопротивляется слезам. - Мне приснился плохой сон. - Какой? - Будто ты вовсе не пришёл тогда в ресторан, и что было после – этого тоже не было, - дрожит её голос. - Сон во сне, было у тебя такое? - Один раз. - Ну вот. Я просыпаюсь во сне, а тебя нет в моей жизни. Я одна, как и прежде. И я подумала, что всё мне приснилось, - она зажмуривается. – Боже, как я испугалась. Мне стало настолько плохо, что я резко и уже по-настоящему проснулась. А ты рядом лежишь… Лиза прикрывает лицо ладонями и всхлипывает. - Господи, девочка моя, - только и выдыхаю я. Загребаю её в объятия. – Иди ко мне. Из-за такой глупости расстроилась? - Угу, - уткнувшись носом в мою грудь, мычит она, а я поглаживаю её содрогающуюся спину. - Успокаивайся. Я ж рядом. Ну, - целую в макушку и вздыхаю от облегчения, что никакой очередной катастрофы нет. Они остались лишь во снах. Лиза поднимает голову и смотрит на меня пристально своими блестящими глазами. - Обещай, что больше никогда не оставишь меня. Я даже теряюсь в моменте. - Если ты еще раз бросишь меня по какой-либо причине, клянусь, Артём, я не переживу… - её губы начинают дрожать. Вздохнув, я прижимаю её хрупкое тело к себе. - Обещаю, малыш. Я буду всегда рядом, - мои губы прилипают к её виску. - Честно? - Честно. - И не важно с какими проблемами мы столкнемся, мы будем их решать вместе, будем разговаривать, а не сбегать вот так просто, - требует согласия серьезным взглядом. - Хорошо, Лиз, - глажу её по щеке и улыбаюсь, чтобы она наконец успокоилась. - Я так сильно люблю тебя, - теперь сама крепко обнимает меня, как будто кто-то отберет. – Не хочу снова тебя потерять. - Так я никуда уходить не собираюсь, - подкидываю смешинку в её грустное настроение. - Еще надоем, подожди. - Нет, не надоешь, - не отпускает. - Бесить тебя буду, ух, капец! – хохочу я, зная наши непростые характеры. - Зато не скучно, - наконец улыбается девушка. - А то. Приподнимаю её подбородок и тянусь к губам. - Я без ума от тебя, детка. – смотрю в глаза и уголки губ коварно приподнимаются вверх. - И от меня теперь ты не отвяжешься. Со мной на всю жизнь. Я даже готов выслушивать твои ночные истерики, чтобы потом вылюбить по полной… Целую в губы, снимая с девушки белое покрывало. Она нагая и красивая, мои ладони скользят по её шикарным изгибам. Сжимаю попу, приподнимаю её, усаживая на фортепиано. Что-то громкое и фальшивое вырывается из под клавиш. Хихикнув, Лиза привстает и закрывает крышку. Развернувшись ко мне спиной, она попадает в плен. Я фиксирую её запястья и начинаю покрывать поцелуями нежную кожу, спуская по плечам и лопаткам. Я люблю каждый сантиметр её тела…Вкусная, сладкая, единственная. Вдыхаю запах её волос, он крышу сносит, как дурман-трава. Мну упругую грудь и зализываю её ушко – мне нравится как в ответ её потряхивает, обсыпает мурашками. Её постанывания через выгибающуюся шею поднимаются член всё увереннее. Как ненасытная зверина хочу её. За ночь кончил пять раз, а мне всё мало… Нагибаю её, придавливая грудью к фортепиано – у нас тут своя музыка будет. Концерт из хриплых стонов и пошлых шлепков. Завязываю запястья поясом и раздвигаю женские ноги пошире. - Аппетитная, - глажу ладонью по подтянутым булочкам и мягко похлопываю. – Не ерзаем, не сопротивляемся. Кричать от удовольствия разрешается. А Лиза и не думает сопротивляться. Но попой специально дергает, лишь бы подразнить. Шлепаю проказницу. Слышу смешок в ответ, но он быстро обрывается и переходит в восторженный вздох, потому что в дело входит возбудившийся до предела член. Лиза течет, и я притираюсь к её влажной киске. Хочу трахнуть её жестко. Чтоб стены тряслись, искры из глаз летели, а в мозгу всё повзрывалось от экстаза. Наматываю на кулак длинные волосы, тяну до стона и врываюсь в сладкую малышку. Долблюсь в неё, сжимая упругую задницу, у Лизы ноги подгибаются, она задыхается от стонов, а я - от пожара, который выжигает кислород. Припечатываюсь к ягодицам, заполняя пространство характерными шлепками. Мощно, повышая градус, натягиваю свою девочку до предельной глубины, она еще тугая, узкая, чувствительная, поэтому особый кайф трахать её, наполнять собой и видеть как она ярко кончает. С Лизой хочется вытворять разные вещи, она сексуальная и притягательная. Она – моя. Только моя. И я хочу её везде и всегда. Понимает ли эта девочка, что конкретно попала… Не, ей теперь точно не выбраться. Я не отпущу. Тяжело дыша, выхожу из неё и провожу членом между ягодиц. Упираюсь головкой в анальное местечко. Лиза зажимается. На, по непослушной жопе. - Расслабься, - командую. Зацеловываю ягодицы. Растираю пальцем обильно смазкой девственную дырочку. Всё запретное манит, а там я еще не был… - Я буду мягко и нежно, - успокаиваю. Чувствую ведь, что дрожит, но самой любопытно. Притихает и ждёт. Пристраиваюсь головкой и неторопливо разминаю дырочку. Пальцами ласкаю клитор. Лиза расслабляется и впускает меня на полшишечки, а я охреневаю от ощущений. Натяжка просто атас. Уже готов кончить. Аккуратно двигаю бедрами и проникаю всё глубже. Лиза стонет. - Больно? – останавливаюсь я. - Не знаю… - выдыхает она. – Новые ощущения… Расстираю её киску, мне хочется, чтобы она тоже получила удовольствие. Двигаюсь в ней увереннее, чувствуя, что член наливается и грозит скорым извержением. Сжимаю округлые бедра, и содрогнувшись, кончаю в любимую девушку. Запрокидываю голову и с хриплым дыханием перевожу дух. Лиза мгновенно размякает подо мной, кажется, у неё даже нет сил пошевелится. Я покрываю её спину поцелуями, развязываю запястья и поднимаю мою обессиленную девочку на руки. Несу её в спальню и укладываю на постель. Ложусь рядом и укрываю одеялом. - Любимая крошка, - целую её. Она забирается ко мне на грудь и, чуть поежившись, успокаивается и засыпает. ---------- Глава 46 Глава 46 Лиза Январское солнышко заливает светом и греет стены спальни. Сладко потянувшись, переворачиваюсь на живот и беспричинно улыбаюсь. Артём уже встал. Загребаю рукой соседнюю подушку под голову и прислушиваюсь. Какой-то непонятные хлесткие звуки с другой комнаты доносится до ушей. Неохотно сползаю с кровати. Надеваю мужскую футболку и неторопливо перебираю голыми ногами в сторону шума. С кухни вкусно тянет кофе, но я обхожу её стороной, и замираю в проеме комнаты, где расположился спортивный уголок. От увиденного улыбка сама раскатывается по губам. Оказывается, мой мальчик с самого утра решил потренироваться. Обнаженный по пояс, он насилует скакалку, что та бедненькая исчезает в пространстве от набранной скорости. Артём прыгает спиной ко мне, в ушах сидят наушники, и потому не замечает моего наблюдающего взора. Использовав скакалку, он бросает её на пол и в прыжке цепляется за турник. Подтягивается, скрестив ноги, а у меня глаз загорается на его физическую красоту и мощь. Любуюсь тем, как привлекательно перекатываются мышцы на сильных руках и играет рельеф прокаченного кора. Это очень сексуально. Татуировки блестят от пота, ровно также как блестели вчера, когда Артём «работал» на мне. От воспоминаний жаркой ночи между ног отдается приятной пульсацией. Скрестив ноги, прикусываю губу и наблюдаю за любимым парнем дальше. Грешным делом думаю, за что ж он мне такой шикарный достался. Будь он менее хорош собой, мне б было даже спокойнее, а так девушки, которые то и дело вьются возле него – слюни пускают, а может и виды имеют. Я ревнивая натура, мне только повод дай. Артём оставляет турник и ложится на пол, для того чтобы покачать пресс. Не стерпев, я иду к нему и сажусь сверху, упираясь коленями в пол. - Приветик, - сияю я. - Доброе утро, - держа руки за головой, улыбается милаш. Артём снимает наушники и, подняв корпус, целует меня в губы. - Выспалась? - Ага, - обнажаю зубы в улыбке. - Ты прелесть, - дергает бровями. - Ты тоже ничего. Он качает пресс и на каждом подъеме чмокает меня. Мои глаза светятся, а пальчики порхают по прорисованным кубикам на торсе. - Ничего не забыла надеть? – игриво спрашивает Артём, проскальзывая руками под футболку. - М-м, - мотаю головой и закусываю губу. - Ах ты проказница… В мужских глазах вспыхивает огонек. Кокетливой улыбкой нарываюсь на дерзкий поцелуй. Только наши языки сливаются, как позади нас на коврике звонит телефон Артёма. - Передай, пожалуйста, - просит он. Развернувшись, дотягиваюсь до телефона и успеваю прочитать женское имя «Дарина» на экране. Сразу напрягаюсь. - Привет, Ри. Слушаю тебя, - приветливо отвечает Артём. Он ложится на коврик и полностью уходит в разговор. Из динамика слышно женское щебетание и периодические смешки. Артём тоже улыбается во весь рот. Из их разговора толком ничего не понятно, никакой конкретики. Закатив глаза, я встаю с него и насупившись, отхожу к окну. Снег хлопьями красиво падает, но даже это сейчас не радует. Смотрю на улицу и параллельно грею уши. - Не, сегодня никак. У меня выходной. Давай завтра встретимся? Окей. Ну всё, до связи. Я разворачиваюсь и, сложив руки на груди, вопросительно смотрю на парня. Он же, игнорируя мой сверлящий взгляд, надевает перчатки и начинает бить грушу. - Кто звонил? – прочищаю горло я. Спрашиваю не требовательно, а так, между прочим. Как будто мне и дела нет до звонков других баб, и ревность расслабленно отдыхает в стороне. - Дарина, - отвечает он между ударами. - И кто эта милая девушка? – притворно ласково интересуюсь я. Двигаюсь как кобра в его сторону. Медленно, спокойно…Чтобы удавить на хрен при случае. Артём в усмешке косит на меня взгляд и встряхивает головой. А мне его молчание как горящий фитиль бомбы. - Ревнуешь, детка? - С чего бы? – невозмутимо рассматриваю свои ногти. Резко перевожу острый взгляд на Артёма. – А стоит? - Нет. Она хороший юрист. Работает с моими документами, - спокойно отвечает он, концентрируя свой взгляд на груше. - Ты так с ней хорошо общаешься… - Ну да. Тебя это напрягает? - Нет, но… - закрываю глаза, что остудить кипяток по венам. - Марго, Дарина… Много еще девушек работает теперь в твоей команде? - Есть еще Вика. Она занимается организационными вопросами. - Аха, - вскидываю я брови на этот «умилительный» факт. – А почему именно женский состав? - Они профессионалы в своем деле, остальное меня не интересует, - деловито заявляет Артём. Он отходит от груши, снимает перчатки и берет бутылку. Жадно глотает воду и после вытирает полотенцем пот с лица. - Красивые хоть? – говорит во мне ревность. - Хорошенькие, - лыбится морда. Специально издевается? Испепеляю его взглядом, стиснув зубы. - Ты сейчас лопнешь, малыш, - ржет он. – Я работаю с ними. Смирись. На такой дерзкий ответ я сжимаю кулаки и ударяю по груше. - Воу-воу, - хохочет Артём. – Полегче. А я начинаю спускать злость, колошматя по красному набитому мешку. - Неправильно бьешь, - решает поумничать парень и приближается ко мне. – Давай научу. Я встаю в стойку против самого чемпиона. Как бы дать разок по морде нахальной, чтобы больше нарочно не бесил. - Ну давай, - принимая вызов, Артем подставляет отрытые ладони для ударов. Я двигаюсь на него и лихорадочно начинаю махать руками. Парень смеётся, легко ловит мои кулаки, и уворачивается от ударов. Это ещё больше драконит. Толкаю его, а он стягивает с шеи полотенце и захватывает меня им. Рывком притягивает к себе, чтоб не рыпалась. - Успокойся, дикошарая, - смеется он, пока я пыхчу в его грудь. Гладит по волосам, целует, а у меня сердце сильно стучит от эмоций. - Для ревности не причины, я тебя люблю, - говорит Артём, притираясь носом к щеке. Хочет, чтобы посмотрела на него, а я упрямо дуюсь. – Тебя, малышка, и мне другая не нужна. Поняла? - Угу, сам же и выводишь… «Хорошенькие» они, - кривляюсь я в пародии. - Ты просто, когда злишься, такая смешная, - выдает смешок он. Нахмурив брови, смотрю на него со всей суровостью, на которую способна. Типа не оценила я его приколов. - Ладно-ладно, с тобой шутки плохи, я понял, - сдается Артём. – Опасная девочка. Уже боюсь. Он чмокает меня в надутые губки раз, потом еще, и до тех пор, пока я не расслабляюсь. Щекочет шею поцелуями, и я уже хихикаю, путаясь пальцами в его волосах. - Ну хватит, - протестую я, а сама шею подставляю, чтоб не останавливался. - Мелочь голожопая, - мужские ладони забирается под футболку и сжимают попу. - Допустим, - самодовольно отвечаю, и по факту открыто нарываюсь. Приспустив ресницы, веду плечом и говорю: - Ты, кажется, тренировался. Не буду мешать. Хочу отодвинутся от него, но Артём крепко держит. - Что? – невинно хлопаю ресницами. Он гипнотизирует меня пытливым взглядом. - Вредная зараза, - журит. - Какая есть, - сочувствующе вздыхаю. - Все равно любимая… Артём ведет пальцем по моей щеке, дергает подбородок вверх и склоняется к губам. И вот опять кто-то ему звонит. Как всегда невовремя. Еще сутки не прошли после нашего воссоединения, а я уже хочу утопить его мобильник. - Это Маруська… - комментирует он, чтобы я выдохнула. Не выпуская меня из объятий, Артём отвечает на звонок. - Привет, солнце. Ага, да. Я скоро приду, и не один. С Лизой. Так что ждите гостей, - с улыбкой предупреждает сестру. Когда убирает телефон, я спрашиваю: - Мы поедем к твоим сестрам? Ты говорил, что тоже перевез их в Москву... - Угу. Не поедем, а пойдем. А если быть точнее - спустимся на два этажа ниже. - Серьезно? Они живут в этом же доме, но на другом этаже? - Ну да. Я ж уже большой мальчик, мне отдельную квартиру надо. А так, они рядом, под присмотром. - Хм, прикольно. - Да. Так что сначала в душ, а потом уже к ним… Мы одновременно переступает ногами, руки Артёма шаловливо поглаживают ягодицы и ползут ниже, где погорячее. - Ну ты иди мойся, а я завтракать… - хочу слинять. Разворачиваюсь, пряча хитрые глазки, и нарочно виляю бедрами. - Куда пошла… - захватом руки притягивает меня к себе обратно. Шлепнув по попе, он подбрасывает меня на плечо. - Да я чистая… - пищу. - Дак это мы сейчас быстро исправим, - коварно лыбится мой чемпион. - Ох, - вздыхаю счастливая и болтаю ножками в предвкушении любовных разборок. ---------- Глава 47 Глава 47 Лиза Перед тем как заявиться к сестрам Артёма, я зову его прошвырнуться по магазинам, купить чего-нибудь вкусненького и присмотреть подарочки для девочек. Новый год все-таки, и я так давно их не видела. Во время совместного шопинга ловлю себя на мысли, как же приятно вот так просто бродить с Артёмом за ручку и складывать продукты в общую корзину. Вызывать в нем улыбку или снисходительный вздох глупой шуткой. Чувствовать себя чуточку слабой, когда он помогает тебе достать желанную вещь с верхней полки. С восхищением вставать на носочки и тянуть губы для поцелуя. Из таких, казалось бы, мелочей и собирается счастье. - Ничего в машине не забыли? – переживаю я, пробегаясь глазами по пакетам. - Нет. Всё взял, - успокаивает Артём. Мы заходим в лифт. Когда двери закрываются, и кабина дергается в верх, я спрашиваю: - Слушай, а как девочки перенесли переезд? - Нормально, - пожимает плечами парень. – Я больше всего за Юлю переживал. Иза-за парня мне истерику устраивала. Но всё обошлось. Они расстались, и она сама потом меня умоляла « Увези меня отсюда! От этого бабника подальше!» - Ё-моё… - вздыхаю я. - Я предупреждал её, - поджимает губы Артём. – Но вы же девочки такие… Он не договаривает, и я требовательно щурюсь: - Какие? - Не поверите, пока не проверите, - дергает бровями. - Это называется опыт, - клацаю языком. - М-м, - тянет Артём, давя усмешку. – Буду знать. Лифт мягко дергается в остановке и открывается. Мы выходим, и я следую за парнем, который останавливается у крайней квартире на этаже и нажимает на звонок. Дверь практически сразу распахивается и на Артёма с распростертыми объятиями летит Маруська. - Ну наконец-то, - радостно пищит она, вися у брата на шее. Наши взгляды пересекаются, и девичья улыбка становится еще шире. - Привет, Лиза! Ни чуточки не стесняясь, она обнимает и меня. - Привет, смайлик, - ласково обращаюсь к Марусе. – Как ты? - Супер! Заходите, мы вас ждали! – по-хозяйски командует она и кричит сестрам. – Девочки, Артём с Лизой пришли! - Че орать то так, - на горизонте появляется Саша, бросая косой взгляд на самую мелкую и шумную. Салютует нам. – Приветик. Я даю её дружескую «пять». - Прикольный пирсинг, - дергаю бровями, заметив у неё в носу колечко. - Знаю. Спасибо, - приподнимает девушка подбородок. Мы проходим в общий зал, где уже накрыт стол и рядом суетится Юля. При виде нас, она широко улыбается. - Тём, пакеты туда пока сложи, - указывает на другой стол. - Тут продукты, а тут подарки, - комментирует брат, выгружая пакеты. - О подарки! - моментально реагирует Маруся и порывается с места. Мы хихикаем, на то, как её хрупкая фигура тащит огромный баул с сюрпризами на диван. Пока Маруся с Сашей с комментариями разбирают подарки, я помогаю Юле накрыть на стол. Признаюсь, я нервничала про себя, как вновь примут меня девочки, мало ли… Но переступив порог, волнение отпустило. Потому что они как и прежде открыты и дружелюбны, я чувствую их теплое отношение, ценю это и отвечаю взаимностью. За столом мы много общаемся, смеемся, наслаждаемся вкусной едой и уморительными рассказами девочек про новый город, школы и людей. Самой впечатлительной конечно является Маруся: - Да я до сих пор в метро спускаюсь как в Музей! – она показательно открывает рот и широко округляет глаза. - Ну да, один раз она чуть не потерялась, - с прицокиванием вспоминает Саша. – Глядишь, так и на одного цыганенка-бомжа станет больше. - Эй, - мелкая пихает сестру в плечо. Старшая в ответ выжигает её взглядом. Такая вот сестринская любовь. Остальные давят смешки. - Я хотела избавится от придурков одноклассников, но попала к другим таким же, господи, - со вздохом прикрывает ладонью лицо Саша. – Дегенераты везде есть. - Соглашусь, - закатив глаза, поддерживает Юля. – Еще какие. - Проблемы в школе? – подключается Артём. - Так, - фыркает сестра и отмахивается. – Слишком много чести обсуждать этого придурка за семейным столом. - Одноклассник? - Угу, - ковыряется вилкой в салате Юля, как будто расчленяет ненавистного парня. - Я могу подойти-поговорить. Чтоб успокоился, - в угрожающей манере заявляет брат. - Не, - мотает головой Юля. – Еще время тратить на такого. Сама разберусь. - Уверена? - Ага, - в достоверность своим словам, сестра натягивает беззаботную улыбку. - А давайте сейчас все вместе на каток сходим! – вдруг прорывает Марусю очередной идеей. Все переглядываются. - А почему бы и нет? – поддерживаю я. – Артём, ты как? - Я за. Девочки? Юля и Саша пожимают плечами. - Можно. - А потом в пиццерию и мороженное поедим! – ликует мелкая. Она встаёт изо стола и натягивает меховую шапку с ушками, которую мы подарили: - Как раз выгуляю эту прелесть! – дергает за хвостики и заячьи ушки приподнимаются. – Чего сидим? Поехали уже! Мы смеёмся на её прыткость и неугомонность. И сами того не замечаем, как напитываемся с фонтана её жизнерадостной энергии. Не теряя времени, мы дружной компанией загружаемся в машину и едем в ледовый комплекс. Не забываем фоткаться в процессе, оставляя совместные фотки на память. Каждая из них пропитаны новогодним настроением, улыбками и положительно-заряженными эмоциями. Огибая каток по периметру, мы двигаемся к пункту проката и глазеем на тех, кто уже во всю разъезжает на коньках. - Блин, а он что тут делает… - раздраженно фыркает Юля и замедляет ход. - Ты чего? – озадаченно оборачиваюсь я на изменившуюся в лице девушку. Стиснув зубы, Юля таращится вперед на троицу парней, которая идёт навстречу. У одного из них ярко сверкают глаза в сторону оторопевшей девушки. Симпатичный с ухмыляющейся коварной улыбкой он вальяжно проходит мимо неё и приветствует не самым лучшим образом: - Опять ты, новенькая. За свет заплати, - дергает женскую шапочку вниз, закрывая ей поллица. И нахально ржёт. - Гордеев, отвали! – шикает Юля, дернув шапку вверх. Из глаз сыплются искры гнева. – Придурок! В ответ из мужских пальцев вырисовывается красноречивый фак, а на губах плывет довольная улыбка. - Как же ты бесишь! – рычит Юля. – Идиот! - Взаимно, крошка, - он посылает её воздушный поцелуй. Юли кривит губы и отплевывается. А парень, запрокинув голову, ржет в унисон с друзьями, и отдаляется от нас. - Фу, мерзость. Тупой мажор! – разоряется Юля, пиная невидимые камни под ногами. – Придушила бы. - Может Артёму реально поговорить с ним, если сильно достаёт. - Тю, зачем об такого мараться? У меня до выпуска четыре месяца, как-нибудь перетерплю. - Девочки, ну вы, где там застряли? – ворчит Маруська. Мы ускоряем шаг и догоняем компанию. В порядке очереди нам выдают коньки. Артём помогает всем правильно перевязать шнурки, и мы выходим на лёд. Так как я катаюсь не очень уверенно, то держусь за Артёма. А когда он отпускает, неизбежно плюхаюсь на попу. - Эх, ты, - помогает мне встать. – Не сильно ушиблась? Чмокает в губы. - Уже нормально, - улыбаюсь. Мы кружим по кругу, и в какой-то момент, почувствовав уверенность в движении, я набираю скорость и ухожу в одиночное катание. - Лови меня, - лечу на Артёма, выбрав не очень удачный способ остановится. - Полегче, детка, - пятится на зад, чувствуя на каких я скоростях. А я не могу её снизить и столкновение неизбежно. Визжу. Артём ловит меня, но по инерции падает на спину, утаскивая меня валятся на льду. - Остановка конечная, - смеюсь я, лежа на нём. Артём тоже хохочет. Целую его и принюхиваюсь. - Знаешь, что? – вдруг понимаю я. - М? - От тебя не пахнет как раньше… Нет этого ментолового запаха сигарет. - Да что ты? - хитро улыбается он. - Ты бросил курить? - Ага. Вошел в Новый Год без вредной привычки, - не без гордости заявляет парень. - Классно-о, - пищу я. – Ты молодец. Мы целуемся, лежа на льду, позабыв о других катающихся. В моем кармане бзыкает телефон. Я встаю с Артёма и отвечаю на звонок. - Привет, Катюш, - общаюсь с подругой, с которой снимаю квартиру. – Извини, вчера тебе не отзвонилась. Вечером приеду. Вместе ужин приготовим. Ага, давай. Шмыгнув носом, я прячу телефон обратно в карман и смотрю на Артема. - Отвезешь меня после катка домой? - Нет. - Почему? – озадаченно хлопаю ресницами. Артем обнимает меня и категорично заявляет: - Если только вещи собрать и обратно ко мне. - Не поняла… - Переезжай ко мне, - проникновенно смотрит в глаза - Хочу, чтобы ты рядом была. И со мной ужин готовила, а не с подругой. - Э-э, - висну на мгновение. - Это предложение на обдумывание, или… - Предложение на незамедлительное принятие. С улыбкой опускаю ресницы и даже смущенно прикусываю губу. Артём хочет съехаться, и своим желанием разливает бочку теплого сливочного масла в моей груди. Приятные ощущения. - Предложение принимается, - обвиваю руками его шею и тянусь за поцелуем. ---------- Эпилог Эпилог Спустя год - С днем рождения, малышка. С шикарным и просто огромным букетом алых роз меня встречает Артём на выходе из кафе, где сидели с девочками. - Ах, - растроганно прикрываю лицо руками. Он уже с утра поздравлял меня, но видимо сюрпризы продолжаются. - Это тебе, а это мне, - вручает цветы и забирает с губ долгий поцелуй. Я тону в его любви, как и прежде. Прислонив лицо к красивым бутонам, затягиваюсь их тонким нежным ароматом. - М-м-м, прелесть какая. Спасибо, милый, - ласково глажу по мужской щеке. Приобняв за талию, Артём провожает меня до машины и открывает двери. - Прошу, - улыбается он. Я замечаю в его взгляде волнение – у него явно что-то на уме. Оставив догадки, сажусь в салон и просто жду его дальнейших действий. Пока всё как обычно. Артём выруливает на знакомую дорогу, по пути мы общаемся, а его рука то и дело поглаживает моё бедро. - У меня телефон сегодня разрывается от поздравлений, - хохотнув, объясняю я очередной звук уведомления. Ныряю носом в загоревшийся экран и сразу чувствую, как рука Артёма ревностно сжимает бедро. Хочет моего внимания. - Алке отвечу и выключу, - успокаиваю его. - Как она? - Пишет «супер», ждёт встречи, и хочет познакомить меня с … - я висну. – Эм-м-м… Я сглатываю и неутешительно стреляю глазами то на Артёма, то на телефон. - Познакомить с кем? Закусываю губу. - С её новым парнем, - выдыхаю я. Артём тормозит на светофоре и поворачивает голову – его брови хмуро сведены к переносице. Неприятная новость. Ему обидно за своего друга, которому так легко нашли замену. - И это еще не всё… - спускаю дыхание, не понимая, как рассказать главное. – Она его фотку прислала. В общем… Я разворачиваю экран к Артёму и вижу, как резко он меняется в лице. Глаза выкатываются от шока. - Да пиздец! – с восклицанием хлопает по рулю. – Это ж брат Егора! - Ага…Трындец полный. - Какого лешего она связалась именно с ним? Я пожимаю плечами. Но она точно не специально – если физически она полностью восстановилась, то вот память к ней так и не вернулась. Однако я уверена, что такие случайности не случайны. Мне надо бы ответить Алке, положительно отреагировать на новость, но у меня рука не поворачивается настрочить что-то типа «М-м-м, какие милые, вы красиво вместе смотритесь». Просто отправляю соответствующий смайлик и сворачиваю приложение. - А Егор в курсе? – задумываюсь. - Да откуда? Нет. Он с армии в следующем месяце возвращается. - Вот это будет сюрприз… - Представляю, как он ахуеет, - мотает головой Артём, искренне переживая за друга. Тут и добавить нечего. Остается только ждать возвращения Егора. Плохую новость перебиваем хорошей музыкой, громкость которой забивает динамики и настойчиво рекомендует не загоняться по теме разбитой любви. - Слава богу, у нас всё хорошо, - переплетает наши пальцы Артём. Глядя на дорогу, он целует мою руку и провоцирует тем самым приятную дрожь по коже. Год прошел, а меня по прежнему ведет от него, как при первой встрече. Чувства не то, что приутихли, они стали даже ярче. - Какие планы? – спрашиваю я. - Шикарные, - интригующе ведет бровью парень. Легкое волнение начинает щекотать под ребрами от загадок и томительного ожидания. Припарковавшись возле дома, мы заходим в подъезд, а после - в лифт. Как только его двери закрываются, и кабина едет вверх, начинается самое интересное… - Лиз, закрой глаза, пожалуйста, - просит Артём. - Зачем? - Чтоб не подглядывала, - он достает из кармана ленту. – Ей я завяжу твои красивые любопытные глазки. Сглотнув, я опускаю веки и погружаюсь в темноту. - Дай руку, - тянусь к любимому. Он обнимает и нежно целует в губы. Без зрения потребность в тактильности резко обостряется. - Выходим, - командует Артём. - Мы ехали дольше, чем обычно, - замечаю я. - Внимательная, - мужская ладонь похвально гладит по волосам. – Аккуратно поднимаемся, ножку выше… Он помогает мне забраться по лестнице и звучным толчком открывает двери. И я сто процентов уверена, что мы заходим не в квартиру. Хотя бы потому что в нос ударяет свежий воздух, а в уши – звук улицы и машин. - Вперед, малыш, еще немного, - ведет меня за руку устраиватель сюрпризов. Со стороны начинает играть живая скрипка. Сердце подпрыгивает, а мужские пальцы тянут за ленточку, открывая взор. - Боже, - прикрываю рот ладонью в восхищении. Мы стоим на крыше высотного здания, с которой открывается невозможно красивый вид на вечерний город. Здесь же обустроена зона для романтического ужина - накрытые белой скатертью стол на двоих, зажженные свечи, фонарики и разбросанные лепестки цветов. Рядом для нас играет на скрипке музыкант белом костюме. Крайне растроганная смотрю на это всё, а потом – на Артёма. Он молча улыбается, а я обнимаю его, потому что у меня даже слов не находится на то, что он тут устроил. - Тебе нравится? – спрашивает шепотом. - О-очень. - Обещаю, тебе запомнится этот вечер на всю жизнь, - говорит он так, как будто это еще не всё, что он для меня приготовил. - Не сомневаюсь, - отвечаю я, потому что я уже и так под впечатлением. Поцелуй под музыку выходит особенно вкусным. Мы усаживаемся за стол напротив друг друга. Артём разливает шампанское по бокалам. Чокнувшись, отпиваем по глотку, не отводя друг от друга глаз. Мужские зрачки мигают, и я пока не пойму, о чем же они мне сигналят. Но внутренности инстинктивно подбираются. - Ты голодная? – спрашивает Артём и поднимает крышку со своего блюда. У него что-то очень аппетитное. - Чуть-чуть. Я складываю салфетку на коленях и тоже поднимаю крышку. - Что это… - срывается с губ. Сердце замирает в волнении, а глаза, не моргая, смотря на своё блюдо. Поднимаю глаза на Артёма, сглатываю, и снова опускаю их вниз. Вместо еды на моей тарелке лежит маленькая бархатная коробочка красного цвета. - Открой и узнаешь, - подсказывает любимый. В голове возникает единственное предположение, но я не ведусь на него, потому что это слишком неожиданно, и я не была к готова к подобному. Коснувшись коробочки, сердце начинает неистово колошматить в груди. Облизываю пересохшие губы, медлю. Подрагивающими пальцами открываю крышечку и застываю. Там кольцо. Красивое такое, крохотное, переливается камешками с свете фонарей. И что-то мне подсказывает, что это не просто украшение к Дню Рождению. Я поднимаю растерянный взгляд, когда Артём поднимается с места и встает передо мной на колено. - Лиза, ты согласна стать моей женой? – глядя мне в глаза, спрашивает он не без волнения. Моё сердце резко срывается вниз и сразу подлетает вверх, и так несколько раз, пока я прихожу в себя. - Я… Я… Закрываю глаза, чтобы остановить заикание. Сглотнув, распахиваю ресницы и через блестящую пелену смотрю на самого любимого человека на планете. Он ждёт моего ответа и заметно нервничает. Уняв внутреннюю дрожь, я спрашиваю: - Ты уверен? - Абсолютно. Ни тени сомнения в его взгляде. У меня голову кружит от мысли, что он решился на такой серьезный шаг. Хочет создать семью, где я буду его женой, а он мужем… Для меня это уже совсем другой уровень отношений. Есть ли у меня шанс отказаться от этой сказки? Даже если бы и был, я бы ни за что не отказалась. Ведь я безумно люблю этого человека, что стоит передо мной на колене и готов взять под ответственность наше личное счастье. Прикусив дрожащую губу, тихонько киваю: - Я согласна, - выходит совсем шепотом. Вдыхаю глубже и повторяю громче: - Конечно, я согласна. Трогательно улыбаюсь, когда Артём прислоняется губами в моим ладоням, которые грел все это время в своих руках. Он встает и притягивает меня к себе. Наши лбы соприкасаются, а сердца замирают. Утопая в его обволакивающим взгляде, я как никогда чувствую себя самой любимой. Губы тянутся друг к друг другу и дарят сладкую ласку. Его сильные руки нежно обнимают и кружат в медленном танце под звуки скрипки. Мы сливаемся в одно целое, чувства перемешиваются, рождая яркую вспышку внутри. Мы целуемся, а сверху над нами начинают стрелять фейерверки. Поднимаем головы, засматриваясь на салют в небе. - Это не я, - признается Артём. Я смеюсь. - Значит это знак, - свечусь изнутри под ощущением абсолютного счастья. – Типа благословения. Артём усмехается и вновь погружается в мои глаза, и тут я понимаю, что его любовь – это самое лучшее благословение. Именно с ним я хочу разделить оставшуюся жизнь, и в горе и в радости, быть достойной женой, и когда-нибудь стать мамой наших общих детей… - Я люблю…. - произносим мы одновременно. Тихонько смеемся на одинаковые мысли и испытываем сильное взаимное притяжение. «Вместе навсегда» – читаю в его взгляде послание и безмолвно подписываюсь под ним. Ведь только он способен сделать меня по-настоящему счастливой. Артём ловит мою улыбку губами, целует, растворяя нас в волшебном моменте… *** Книга про Егора и Аллу - "Хочу девушку брата" Книга про Германа Заславского - "Подонок. Я разобью твоё сердце" ----------