Провидица. Судьба из видения
Лера  Фролова

Артелика Ваури принадлежит к роду предсказательниц, чей дар видеть будущее — и проклятие, и бремя. Она вырастила сестёр-близняшек после гибели матери и бабушки, отказалась от учёбы, от мечтаний, от жизни ради семьи. Но дар Ваури не прощает бездействия: увиденное в совместном видении с сёстрами обязывает её действовать. Таинственный орден в чёрных балахонах готовит порабощение королевств, используя эльфийского пленника как ключ к победе. Артелика должна покинуть дом, нарушив обещание никогда не оставлять сестёр, и доставить предупреждение в далёкое эльфийское королевство. По пути её дар выводит на след жестоких ритуалов — выкачивание жизни из жертв, пентаграммы, кристаллы. С каждым шагом становится ясно: заговор глубже, чем казалось, а её способность влиять на ход истории может стоить ей самой того, что она клялась беречь.

====================

Пролог

Пролог
— Лика, Лика! — сквозь сон я услышала стук в дверь и взволнованный голос одной из младшеньких сестер-близняшек. Открывать глаза не хотелось. Сегодня был один из тех редких дней, когда мне ничего не снилось, и мое сознание действительно отдыхало.
— Лика, ну же, я чувствую, что ты уже не спишь, откры-ы-ывай! Я должна рассказать тебе кое-что важное, — Мила не могла успокоиться и жаждала что-то до меня донести. Поэтому я нехотя встала с постели и дошла до двери, что отделяла меня от одной из моих сестёр.
— Милания! Что такого сверхважного произошло, из-за чего ты решила разбудить меня ни свет ни заря? — выглянула из комнаты и недовольно пробормотала, глядя на раннюю посетительницу.
— Лика! Я видела сон. Нас ждут перемены, — голос сестренки дрожал, а сама она выглядела взволнованной. Переминалась с ноги на ногу и кусала губы. Хотя это не странно — ещё у одной из нас проснулся дар.
* * *
Я — Артелика Ваури, принадлежу к сильнейшему роду предсказательниц. Дар предвидения передаётся каждой представительнице нашего рода. И всегда он достаточно мощный. К нам обращаются сильнейшие мира сего. С нами считаются, и многие нас опасаются.
Наш дом — старинное здание с высокими окнами и резными дверями — хранит множество тайн и историй. Стены украшены древними рунами и символами, которые защищают нас от тёмных сил. В каждой комнате чувствуется энергетика прошлых поколений, их сила и мудрость.
В нашей магии есть как плюсы, так и минусы. Плюсов больше, но минусы разрушительнее. Например, мы не видим будущее, что неразрывно связано с нами. Так, четыре года назад мои мама и бабушка погибли. А я осталась одна наедине с салоном, учёбой и двумя несовершеннолетними сёстрами. Правда, учёбу пришлось оставить, так как приоритетнее было заработать и поставить на ноги девочек. Базовые знания по развитию дара я уже получила и три вещи усвоила прочно:
Если приходит неосознанное видение — ищи того, с кем оно связано, иначе ты пострадаешь от своей силы. А также могут пострадать другие.Не используй дар во вред.Доверяй интуиции. Она бывает сильнее дара.
Я знала точно, что наша сила способна изменить судьбы. А если мы вовремя среагируем или сильно постараемся, то иногда и ход истории.
Так, несколько столетий назад одна из представительниц Ваури посадила на трон короля Вегарда Первого. Насколько я знаю историю нашей семьи, Валентайна была любовницей мужчины, который так сильно жаждал власти. Да-да, того самого Вегарда. Она его любила и помогала достичь цели любыми путями.
Ох, и кровопролитное было время! Погибло множество людей и знатных родов. А мы, ведуньи, были наказаны. Если мы использовали силу во вред — она покидала нас. Так, после того переворота Валентайна потеряла свой дар, а Вегард избавился от женщины, которая теперь была ему не нужна.
С тех пор женщины нашей семьи изменились. Они не верили в любовь. Они не искали себе мужчин, с которыми могли бы построить семью. Они использовали их только для того, чтобы родить ещё одну Ваури.
* * *
Милания потащила меня в свою комнату, где нас ожидала Розалия — вторая сестра-близняшка. Девочки сели вместе и взялись за руки, явно переживая и поддерживая друг друга. Я же осталась стоять, облокотившись о край стола, что находился посреди комнаты. Сестры переглядывались и не спешили начинать говорить. Первое видение — всегда волнительно.
— Я увидела… Мне приснилось… Ты же никогда не оставишь нас, да? — Мила всхлипнула, а у меня перехватило дыхание. Липкий страх стал проникать внутрь, порождая нехорошее предчувствие.
— Конечно не оставлю, что за глупости ты говоришь? Мы же рядом всегда, помнишь? — я подошла к сестренкам и присела перед ними на колени, обхватив руками их холодные ладошки, заглянула в глаза. — Ну, что же ты увидела?
— Мы увидели, — вмешалась Роза. Её тихий спокойный голос заставил мурашки пронестись по моему телу, что не укрылось от её взгляда. — Да, я знаю, что такого никогда не было, но и близняшек в нашем роду ещё не было.
Она права, каждая Ваури рожала только одну дочь. Все изменилось шестнадцать лет назад, когда моя мама сообщила о своей второй беременности. Как это произошло, не знал никто. Но все были счастливы, что род пополнится.
Мне тогда было шесть лет. И у меня уже проснулись крупицы дара. Правда, они были очень крохотными. Видений почти не было, только голоса. Голоса, которые могли меня предупредить об опасности или поддержать в трудный момент.
В десять я отправилась в школу ведовства. В пятнадцать поступила в Академию магии Темриха, где проучилась три года. Потом — катастрофа, возвращение домой и воспитание близняшек.
Они очень рано повзрослели, но дар спал в обеих. Хотя это нормально, потому что чаще всего он просыпается после двенадцати. А нам пришлось пережить нелегкие времена после потери мамы и бабушки.
Девочки тоже отучились в школе ведовства, но, хоть им и исполнилось пятнадцать, в Академию ещё не поступали — денег на обучение не было. Люди в меня не верили, потому что я слишком молода, поэтому и клиентов в салон приходило мало. Мы перебивались как-то, но я мечтала, что однажды докажу, что я достойна уважения.
— Мы увидели, что ты покидаешь дом. Свинцовые тучи написали практически над головами. Каждый понимал, что грядет опасность. Но ты уходила с улыбкой. Мне страшно… нам страшно. — Одна из сестер перехватила руку крепче, и в их глазах появились слезы.
— Девочки, я вас прошу, не надо так остро реагировать. Чему суждено произойти, того нам не избежать. А зачем переживать о том, что ещё не случилось, да и не факт, что случится. Но, чтобы вы не накручивали себя, скажу: По своей воле я покину дом только в крайнем случае. Вы — мои самые близкие и родные девочки. И можете абсолютно не переживать о том, что я вас когда-то оставлю.
Внешне я выглядела спокойно и даже улыбалась сестрам, а вот внутри меня медленно разворачивался ураган из эмоций, способный поглотить все на своем пути.
Я пыталась скрыть свою тревогу, но мысли крутились в голове, словно вихрь. Что могло означать видение сестёр? Была ли это просто игра их пробуждающегося дара или предвестник настоящих бед? В памяти всплывали слова, усвоенные в Академии: «Будущее не высечено в камне. Мы можем повлиять на него, если будем действовать мудро и смело».
Но как действовать, когда неизвестность окутывает тебя со всех сторон? Как защитить тех, кто тебе дорог, когда сама судьба кажется враждебной? Эти вопросы терзали меня, пока я смотрела в испуганные глаза сестёр. Я должна была найти ответы — ради них, ради нашего рода, ради будущего, которое ещё не стало неизбежным.

----------

Глава 1 Что ты дашь мне, сила?

Глава 1 Что ты дашь мне, сила?
— Я все равно не понимаю, почему это происходит! — наверное, в сотый раз повторяла Мила, сидя за столом библиотеки и обложившись талмудами. — Сколько книг уже изучено, и ни в одной нет упоминаний о таких возможностях. Как. Такое. Возможно?
Если бы сестренка владела стихиями, мне кажется, здесь бы уже все летало. Все дело в том, что уже три месяца мы изучаем нашу библиотеку в поисках какой-нибудь информации по видениям судеб или хотя бы каких-то кусочков жизни других провидиц. После первого проявления дара, где девочки увидели меня, мы пытались понять, как же это произошло. Никогда в истории нашей семьи не было такого, чтобы одна провидица видела судьбу другой провидицы. По крайней мере, мы не могли найти никакого упоминания об этом.
Я понимала, что девочкам необходимо полноценное изучение и развитие своих сил, но денег катастрофически не хватало на поступление в Академию. Только если для одной сестренки. Но разлучать их нельзя, ведь мало того, что они всегда держатся вместе, так ещё и сила у них одна на двоих.
Недавно я начала обучать девочек самостоятельно. Как уже говорила, базовые знания у меня есть, и хоть какие-то практики им нужно было учиться проводить. У девочек все получалось, но как-то раз Мила приболела и осталась дома, чтобы не стало хуже. В тот день у Розы не получилось даже призвать силу. Она была расстроена, и только придя домой и увидев разозленную и такую же, как и она сама, расстроенную Милу, у нас появилась мысль, почему так случилось. Оказалось, они не могут использовать дар по-отдельности. Только вместе или хотя бы находясь рядом. Пока нас не было, Мила тоже решила попрактиковаться, только, как и у Розы, у неё ничего не получилось.
И теперь каждый наш день напоминал один и тот же круговорот. Мы просыпались, и все вместе шли в салон, там я показывала девочкам, как призвать силу, вызвать видение и правильно его растолковать, в случае если это предсказание без видимых событий. Девочки учились и практиковались, я в это время отпускала редких посетителей или следила за успехами близняшек. А по окончании рабочего дня, мы отправлялись в нашу библиотеку.
Роза вошла в комнату с подносом, на котором стояли три пиалы с ароматным травяным чаем и небольшие тарелочки с фруктами, печеньями и пирожными.
— Мне кажется, что это бесполезно, мы уже всё здесь посмотрели, — без эмоций, спокойным голосом проговорила сестра, поставив еду на ближайшие несколько часов на столик и устроившись в кресле.
— И все же, мы не должны сдаваться! Я уверена, что что-то обязательно найдем! — звонкий голос Милы рассек пространство библиотеки, а сама сестра резво спрыгнула с лесенки у стеллажа, развернулась на сто восемьдесят градусов и направилась к нам.
А так как она все это проделала невероятно быстро, стеллаж пошатнулся, но, слава прародителям, удержался на месте и не упал. Я невольно выдохнула, и только, когда девушка пронеслась к столу и поднесла ко рту первую печеньку, раздался громкий «Шмяк!».
Я вздрогнула и взглянула в направлении звука, на полу возле лесенки лежала небольшая книжица.
Встав из кресла, подошла, чтобы убрать еë, но не сделала этого, потому что не видела до этого такой томик на полках.
— Девочки, а вы видели эту книгу раньше? — Взяв ее в руки, я развернулась, чтобы показать сестрам, но чуть не упала, столкнувшись лбами с близняшками, которые подошли слишком близко, с любопытством глядя на кожаный переплет, что находился в моих руках.
Обе отрицательно замотали головами, и мы втроем, усевшись прямо на пол, открыли первую страницу.
«Магический дневник Энжелы Ваури. 1276» гласила строка, написанная посередине пожелтевшей страницы. Мы с девочками переглянулись, и Мила, как самая любопытная, не выдержала первой:
— Энжела? А у нас такие были? — недоуменный вопрос и взгляд обратились ко мне.
Я же призадумалась, прокручивая в голове список родословной. Но на ум ничего не приходило, и, пожав плечами, я предложила:
— Чтобы не гадать, предлагаю посмотреть. Мама с бабушкой ничего о ней не рассказывали, а может быть, я просто не помню. — Я поднялась с пола.
— Где посмотреть? — заинтересованно повернулись за мной девочки, в унисон произнося вопрос.
— О, это будет сюрприз! — загадочно улыбнулась я, за что схлопотала первой попавшейся книгой по пятой точке. Смеясь, отпрыгнула от девочек и направилась к выходу из библиотеки.
Когда мне исполнилось 13 лет, а мой дар начал проявлять себя все чаще, бабушка, обучавшая меня обращаться с ним, предложила узнать историю нашей семьи. Изначально заставила нырнуть в прошлое, направив «запрос» на значимые события рода Ваури (да, прошлое мы могли иногда видеть, если дар достаточно сильный). Таким образом, Корнелия Ваури убила сразу двух зайцев: узнала, что у меня большой уровень силы, а я увидела историю Валентайны, о чем поведала бабуле. Та, недолго думая, отвела меня в сокрытую комнату, которая находилась в её кабинете.
Оказалось, что ее очень давно интересовало изучение нашей родословной, и она, в своё время, отдала целое состояние за магическое поле и работу специалистов, которые искали всех представительниц рода, о которых было какое-либо упоминание. И неважно где: храмы, королевские и городские архивы, лекарские. Они нашли все и даже больше — узнали, с кого все началось, кто первый заговорил о силе.
Мы подошли к комнате, в которой предстояло узнать нечто важное, внутри сила возбуждено перекатывалась, будто предвкушая то самое нечто, посылая наружу вибрации. Моя рука немного подрагивала от волнения. Ведь мне предстояло приоткрыть завесу прошлого для девочек.
— Это же бабушкин кабинет, зачем мы сюда идем? — голос Милы сквозил недоумением.
Я лишь пожала плечами, не отвечая на вопрос, и вошла первой в комнату.
Здесь все было не тронуто, только проводилась уборка, чтобы мы не погрязли под слоями пыли. Массивный стол из красного дерева стоял посередине комнаты, вдоль стен стояли книжные стеллажи, заполненные не только магическими фолиантами, но и всякими баночками и скляночками. На полу лежал красный ворсовый ковер, на котором я очень любила играть в детстве, не желая покидать бабушкин кабинет. Я была её любимицей и нагло этим пользовалась.
От воспоминаний сжалось сердце, а на глазах выступили слезы. Но, не позволяя себе расчувствоваться, я встряхнула головой, отгоняя непрошеные образы, что всплыли в голове. И шагнула к одному из стеллажей. Провела рукой по корешкам, ища тот самый: немного выше остальных, чуть более выпуклый, чем остальные и отдающий магией. Наконец найдя его, чуть надавила и услышала за спиной слаженный вздох удивления. Мое сердечко затрепетало в предвкушении.
Механизмы пришли в движение, книжный шкаф выехал немного вперед, а после отъехал в сторону. И все это в полной тишине. Обернувшись, увидела, что близняшки немало удивлены, а Мила даже приоткрыла свой дивный ротик в изумлении.
— Ну что ж, девочки. Настало время изучить еще одну завесу наших сил. Проходите, но только аккуратно. Там точно никого уже давно не было.
— А что там? А что мы там будем делать? А… Как… — из Милании посыпались вопросы, на которые я лишь улыбалась, вспоминая себя.
— Мила,все скоро узнаешь.
Я пропустила девочек вперёд, а сама шагнула следом, мысленно призывая свет. Эта комната была наполнена магией, от стеллажей веяло ей, а карта, что висела во всю стену всегда подсвечивалась. Сестры замерли и с любопытством осматривали все вокруг. Я же ждала, давая им время осмотреться, думала,что они пойдут все ощупывать и выискивать что-то интересненькое, как я когда-то, но девочки не оправдали мои ожидания. Они стояли и только крутили головами. Эх вы-ы.
— Ладно, давайте приступим.
Два взгляда обратились ко мне в ожидании действий.
Я же прошла в центр комнаты, прокусила до крови палец и приложила его к ячейке для активации нашего генеалогического древа.
Полотно на стене засветилось, и снизу побежали линии. Когда я увидела их в первый раз, подумала,что стена трескается, и очень сильно испугалась, бабушка долго смеялась с моей реакции. Девочки же стояли спокойно и только наблюдали за тем, как появляются узорчатые надписи с именами и годами рождения. Какие-то были подсвечены, какие-то нет. И, как я и ожидала, имя Энжелы не светилось. Перед ним в принципе были подсвечены только истории Валентайны и еще некой Амалии.
— Вау, — потрясенно выдохнула Мила,переводя взгляд от одной записи к другой. — А почему одни яркие, а другие тусклые?
— Девочки, эта комната — все, что у нас есть о нашей семье! Здесь все дневники нашего рода, разных поколений. Одни писались их владелицами, другие — бабушкой и иногда мамой и мной. Те имена,что светятся, нам известны. Их жизни уже описаны в каком-то из дневников. Те, что просто написаны, неизвестны. Сейчас вы попробуете призвать видение про эту самую Энжелу. Я буду вашим проводником и буду видеть все то,что видите вы. А потом вы либо вместе, либо одна из вас, напишите новый дневник и подсветите имя. Вообще вам должно быть легче, потому что, во-первых, вас двое, а, во-вторых, у нас есть её дневник, который будет связующей нитью с её судьбой.
На лицах девочек ясно читалось предвкушение и азарт. Они с нетерпением ждали моих указаний. А внутри меня возрастало напряжение. Я впервые буду учить кого-то такой сложной практике. И я, если честно, несколько переживала по этому поводу.
Расчистив пространство в центре комнаты, я убрала ковёр и начертила круг силы, попутно объясняя девочкам, что и какой символ обозначает. Пальцы подрагивали, но, оглядев результат работы,я довольно улыбнулась.
Ровный круг, а внутри, следуя друг за другом ещё три: «мос» — спирали входящие друг в друга, но не выходящие за грани — укореняющий символ, который призван был, чтобы удержать девочек в настоящем и не дать им перейти черту, «ора» — крест с дополнительными чертами — связующий символ, он добавляется в случае, если есть вещь того, к кому мы потянемся, и «сирра» — самый красивый знак, он выглядит так будто две ладони соединили поверх друг друга — поддерживающий символ. Он для человека, который будет контролировать и сможет выдернуть девочек в случае опасности. Все было идеально. Бабушка бы похвалила.
— Ну что, девочки, вы готовы приоткрыть завесу, что разделяет прошлое и настоящее? У этого процесса может быть отдача в виде слабости и головокружения, но, поверьте, оно того стоит, — провокационно произнесла я и мечтательно закатила глаза.
— Лика! Ну хватит тянуть, говори уже, что делать! — Мила в нетерпении даже ножкой притопнула, а я не сдержала смешок. Интересно, бабушка тоже забавлялась моим поведением?
— Ладно-ладно. — Я в сдающемся жесте подняла руки и, смеясь, вошла в круг и встала на символ поддержки. — Девочки, вы занимаете удобную позу в центре укореняющего символа. Дневник положите в центр «оры». И давайте мне руки. Во время погружения не должно быть никаких лишних мыслей. Отправляете энергетический запрос, направленный на Энжелу Ваури. Думаете о её жизни, подкрепляете запрос эмоциями. А потом, если вы все сделали верно, мы увидим нашу родственницу. И ни о чем не переживайте, я здесь, чтобы вас удержать. Страх может все разрушить.
Девочки проделали все, что я говорила. Дневник лежал в центре. А мы взялись за руки. Мила с Розой закрыли глаза для сосредоточения, я же прислушивалась к магии, которая разливалась в пространстве. По коже побежали мурашки, а символы начали наливаться светом. Это было красиво. Пока темнота не поглотила разум.
* * *
— Эн, смотри, это так необычно.
Две девочки, которым на вид было лет по десять наблюдали за кругом магов, которые пытались что-то сделать все вместе, распевая незнакомые слова.
— Очень необычно, — одна из девочек, как я понимаю, это и была Энжели Ваури. Маленькая, хрупкая, с белоснежной кожей, как у фарфоровой куклы, внимательно наблюдала за происходящим. Вторая же уже отвлеклась и воссоздала на руке воздушный вихрь. А после девочки побежали играть.
* * *
— Мама, мама, я нашла способ.
Огромная белая зала была наполнена людьми, а светловолосая девушка на вид лет семнадцати ворвалась внутрь и бежала к женщине, что строго взирала на неё.
— Мама, мы действительно можем объединяться с другими провидицами и магами, тем самым усиливая эффект проводимой практики, — девушка будто не замечала людей, что стояли вокруг, и возбужденно говорила, перебирая какие-то листочки в руках, — вот смотри! Мы с Кларой нашли формулу, с которой она…
— Энжела! — голос женщины разнесся по залу, и если бы я была там, я бы вздрогнула, потому что он бил, как хлыст. Она назвала имя, а казалось вынесла приговор. А дальше, собственно, почти он и был. — Я запретила тебе проводить какие-либо эксперименты!
— Но, мама, это же такие возможности! — девушка подняла взгляд, а на её глазах появились слезы.
— Ты меня не услышала⁉ Если я узнаю, что ты снова этим занимаешься, ты будешь изгнана из рода Ваури.
По залу прокатился слаженный вздох непонимания и шепотки…
* * *
— Клара, ты должна меня выслушать, — короткостриженная девушка стучала в ворота и кричала, почти сорвав голос.
— Уходи, Эн, — голос, что слышался из-за забора был приглушен, будто девушка плакала, но не хотела, чтобы её кто-то слышал.
— Клара, ты не можешь все это так оставить. Мы столько сил вложили в наши эксперименты. Столько времени. Послушай же, мама ничего не узнает.
За забором раздался звук будто что-то упало.
— Ты не понимаешь, Эн! — всё-таки девушка расплакалась. — Твоя мать, она… Сумасшедшая! Она угрожала моим родителям! И мне. Сказала, что я виновата в том, что ты пошла против рода. Сказала, что, если это продолжится, то она применит силу. Её даже не пугает, что в этом случае она её потеряет. Я боюсь. Я… Я больше не хочу в этом участвовать, уходи, Эн.
— Клара, она ничего не сделает, она слишком боится потерять власть.
— Нет, Эн, все кончено. Я не буду рисковать семьёй.
* * *
Темно. На улице дождь. Мы во дворе особняка. Тёмный силуэт пытается незаметно забраться в окно дома. Я так понимаю, это Энжела, но что она хочет сделать?
Тем временем девушка уже проникла внутрь комнаты и что-то упорно искала.
— Она их по-любому где-то хранит, не могла выкинуть. Где же, где же, где же…
Бормотание,почти шёпот, но я слышу все чётко.
Она бесшумно передвигается из одного угла в другой. Открывает ящики, сундуки, шкафы. В какой-то момент её взгляд прирастает к картине, что висит на стене. Она подходит к ней и начинает ощупывать раму и само полотно. В какой-то момент раздался щелчок и картина отъехала в сторону, а за ней оказались полки с книгами. Энжела начала быстро их перебирать. Какие-то откладывала в холщевую сумку, что висела на плече, какие-то оставляла. Потом задвинула картину на место и полезла в окно.
Я думала, что меня перебросит за ней, но нет. Я осталась на месте до того момента, пока не раскрылась дверь в комнату.
— Она была здесь. И забрала свои дневники… — снова голос, от которого в жилах стыла кровь.
* * *
— Энжи, любовь моя, я так переживаю за тебя…
Мужчина держал на руках женщину, что доверчиво прижималась к его плечу. Он прошёл с ней к креслу и аккуратно в него опустился. Её с рук не отпустил, да и она особо не рвалась.
— Гордон, со мной все будет хорошо, — голос Энжелы был сиплым и таким тихим, что мне пришлось прислушаться, чтобы разобрать слова.
— Конечно будет. Я же рядом, — мужчина улыбнулся. — Но каждый раз после объединения, ты теряешь все силы. Я боюсь, что однажды из-за этого потеряю тебя, душа моя.
— Не бойся, я буду рядом,я видела! — губы девушки умиротворенно растянулись в улыбке. — Зато сегодня мы смогли спасти…
Кого они смогли спасти я так и не услышала, потому что Энжела уснула на плече у мужчины.
— Снова спасла. Ты же моя героиня, я так люблю тебя.
Губы мужчины с нежностью прижалась ко лбу девушки. А сам он, стараясь не потревожить сон любимой, удобнее сел в кресло и с нежностью во взгляде наблюдал за её сном.
Мягко говоря, я была в шоке от увиденного, но задуматься толком не успела, потому что меня передернуло от холода, что означало, что скоро нужно выходить из транса.
* * *
— В объединении сила, Энжела, понимаешь⁈ Если бы не ты и твои силы, мы бы не смогли столького добиться! — мужчина, уже другой, стоял возле беременной женщины и радостно говорил: — Это же прорыв в магии. Мы должны обсудить это с королём. Он обязан выслушать и помочь нам.
— Эд, ты, кажется, забыл, что я изгнана из рода! Он не примет меня. Да и моя мать не допустит нашей встречи! — Энжела покачала головой и устало вздохнула.
— Но мы можем попробовать магическим путем с ним связаться!
— Он не станет нас слушать без личной аудиенции.
Мужчина, что находился рядом, был очень эмоциональным. Я бы даже сказала, что слишком. Он был взбудоражен и не мог контролировать чувства.
— Тогда давай снова попытаемся открыть портал? — он испытующе взглянул на Энжелу.
— Мы уже закрыли эту тему. Я больше не буду экспериментировать. Однажды я из-за этого чуть не потеряла ребёнка! И потеряла мужа. — Рука Эн опустилась на живот и погладила его.
— Да как же ты не понимаешь? Король должен знать! Должен! И потом он нам поможет! — он нервно заходил по комнате.
— Ну так пойди и расскажи ему все, зачем тебе я? — не выдержала женщина и повысила голос.
— Без тебя он не поверит, а твои мать и бабка не станут помогать, — мужчина презрительно скривился.
— Эд, мы не обсуждаем мою мать и бабку. Без их обучения не было бы ничего этого! — почти зло проговорила Энжи.
— Да, прости! Но надо что-то делать, иначе мы не сможем вытащить Гордона, и все жертвы будут напрасны, — уже не так эмоционально проговорил мужчина.
— Они не казнят его, пока у них не будет доказательств. У нас есть время. А когда я рожу, мы отправимся к королю.
— Ладно, ладно…
* * *
Оглушительный крик разрезал пространство. Женщина, лёжа на кровати, рожала. А вокруг сновали какие-то люди.
— Давай, ты умница, ещё немного! Дыши только! — женщина ходила вокруг с мокрой тряпкой и обтирала роженицу. Другая, постарше, стояла возле ног и командовала.
— Уже головка показалась, давай ещё! — она повысила голос, и по комнате снова разнесся крик.
Не прошло нескольких минут, как Энжи обмякла на кровати, зато по комнате пронёсся плач малыша,которого взяла в пеленку одна из женщин. А когда они обернулись к Эн, увидели, что по кровати расстекается лужа крови. И это не от родов, а, может, и от них, я не знаю, не изучала этот вопрос, но суть в том, что у Энжелы открылось кровотечение. Женщины, что находились в комнате, засуетились. Пытались делать какие-то магические пассы руками. Бегали, не переставая. Началась суматоха, комната наполнилась криками и обрывками разговоров.
* * *
Меня сковал холод. Всё. Пора выходить. Направив мысленный импульс, я пришла в себя. И открыла глаза уже в круге силы. Девочки приходили в себя дольше. Первый раз всегда сложно. Это потом ты уже знаешь, на что нужно реагировать, чтобы вернуться. А сейчас они слышали только мой голос и долго не могли поймать мои нити, чтобы вернуться. Но всё получилось, девочки справились и показали огромный потенциал. Они здесь, и мы узнали, кто такая Энжела. Только это лишь добавило новых вопросов.
Я посмотрела на сестёр, их лица были бледными, но в глазах читался огонёк любопытства и жажды знаний.
— Ну что, девочки, как вы себя чувствуете? — спросила я, стараясь скрыть своё беспокойство.
Мила первая пришла в себя и слабо улыбнулась:
— Это было… невероятно. Я никогда не чувствовала такой силы.
Роза кивнула, соглашаясь с сестрой:
— Да, Лика, это было потрясающе. Но столько тайн… Столько вопросов…
Я вздохнула, осознавая, что впереди нас ждёт ещё много открытий и опасностей. Но в то же время во мне разгоралась надежда. Если мы сможем разгадать тайны прошлого, возможно, нам удастся изменить будущее. И защитить тех, кто нам дорог.

----------

Глава 2 Неожиданные результаты

Глава 2 Неожиданные результаты
Слишком много непонятного добавилось с теми видениями, что мы увидели.
— Нам снова нужно изучать нашу библиотеку, но одно скажу точно. Я никогда не слышала о том, чтобы в нашей семье кого-то изгоняли из рода. И мне очень интересно, что же узнала Энжи и что она практиковала, раз к ней так относились. Те картинки, которые сменяли друг друга, дали мне понять, что Энжела в детстве загорелась некой идеей объединения сил, из-за чего негодовала её матушка. Здесь стоит уточнить всю информацию — слишком много необычного и непонятного, — проговаривая это вслух, я пыталась разложить по полочкам всю информацию и мысленно помечала, чему необходимо уделить больше внимания.
— Лика… — Мила замялась. — А ты же видела её с мужчиной? — голос сестренки звучал приглушённо, казалось, она не могла собраться с мыслями.
— Я видела любовь в его глазах. Я видела их чувства, она доверяла ему, — Роза проговорила все это, но главного так и не произнесла.
А возможно ли? Нет, глупости.
— А ещё у неё была подруга, — Мила проговорила ещё тише и, протянув руку, сжала ладошку Розы.
Мне было тяжело на это смотреть. Я хотела бы видеть сестер счастливыми, но, кроме меня, у них никого нет. Их ровесницы боялись всегда с ними играть. Точнее боялись их родители и настраивали детей против. Мила с Розой всегда тянулись к внешнему миру.
А мужчины… С ними сложнее. Всю жизнь мы видели отношение старших родственниц к противоположному полу. И всегда их общение было наполнено надменностью и презрением. Когда это видишь, как-то не получается потом абстрагироваться и относиться к ним по-другому. Да и их отношение к нам не лучше: лебезят и пытаются найти способы уложить в постель, как новую победу. Они действительно этим гордятся.
После этих наблюдений как-то сложно поверить в их искренность. Но вдруг… Хотя нет, не думаю.
С дневником в руках мы прошли к столу и, удобно усевшись, принялись его изучать.
'В объединении сила. Пожалуй, именно так я хочу начать этот дневник. Я не знаю, кто и когда сможет прочитать его — будет это моя дочь, внучка или кто-то другой, но я очень хочу, чтобы вы прислушались.
Будучи ещё маленькой девочкой, я с подругой увидела группу колдунов, они пытались что-то сотворить вместе, а зеваки вокруг смеялись, считая тех сумасшедшими. Именно в тот момент, моя внутренняя сила подсказала, что из этого может что-то получиться, и я загорелась идеей.
Долгое время я со своей подругой изучала магию и все её проявления. И любая сила начинается с одного и того же, будь это стихийная, бытовая или более узконаправленная сфера. Источник один. И, основываясь на этом, мы с Кларой нашли способ связать наши силы.
Сила провидиц зависит от энергетического посыла, от наших эмоций. Любые другие маги для всех магических формул должны быть сосредоточены. При объединении мы вливаем нашу силу, подпитываемую энергией, в магию стихийников, тем самым увеличивая и наращивая мощь заклинания.
Когда мы начали эксперименты, никто и внимания не обратил, вроде две девчонки чем-то занимаются, ну и хорошо — не мешают. Но когда у нас случились первые успехи, мать напряглась.
Она слишком любит власть. И слишком боится её потерять. И именно поэтому, увидев результат, пришла в ярость, что я с кем-то занималась и практиковала. Но я убедила её, что это не опасно, пока она не увидела одну из наших связок.
В соседнем городке жила девушка, у неё тоже родились силы провидец, но не такие сильные, как у рода Ваури. Мы были с ней ровесницами и подружились. И тогда, основываясь на опыте связи «стихийник — провидица», я решила повторить эксперимент с такой же силой, как и у меня. И у нас получилось.
Мы с ней попробовали объединить наши силы в момент проведения практики. Результат был ошеломляющим. Если до этого девушка видела смутные образы, то в момент объединения силы, она увидела куда больше, чем раньше.
У меня есть такое предположение, что чем больше магов объединяется, тем сильнее магия получается, и это невероятно по своей природе. И хоть я понимаю опасность всего этого и что большую силу могут провернуть против тебя, но мои эксперименты давали куда больше пользы, чем я могла предположить. Благодаря ей, я не раз спасала жизни юным магам, потому что видела точные видения. Могла на точный запрос дать точный ответ, а не витиеватые фразы о предопределении судьбы. Мы нашли способ создавать порталы, но тут, к сожалению, есть и минус — маги с небольшой концентрацией силы не смогут их удержать и могут сильно пострадать.
Вообще было много всего открыто, но, к сожалению, у меня нет возможности это осветить на обозрение всего магического населения, поэтому всю информацию я постараюсь поместить на страницах данного дневника. Только помни, мой дорогой родственник, что сила притягательна, но у всего есть своя цена'.
После этого шли заклинания и объяснения о том, как ими воспользоваться, на что они направлены и с кем взаимодействуют.
Мы с девочками пролистали их все, но, к нашему величайшему сожалению, изучить и попрактиковаться с магами-стихийниками у нас возможности нет. Именно поэтому мы уделили особое внимание заклинаниям, связанным с провидицами и нашими практиками.
Переглянувшись с близняшками и встретившись с их заинтересованными взглядами, я решила для себя: а почему бы и нет.
— Девочки, а может попробуем что-нибудь провести? — произнесла я, наблюдая за их реакцией. На сестринских лицах отразилось предвкушение, но у Милы вместе с этим проскользнуло и сомнение. — Мила, что не так, ты сомневаешься?
— Нет, просто… Немного устала, когда мы ныряли в прошлое. Может, попробуем завтра, со свежими силами? — сестренка взглянула на нас, ища поддержки. По ней было видно, что она сомневается в собственных силах и похоже даже считает себя слабой, но именно в этот момент Роза решила ее поддержать.
— Я тоже на самом деле устала, поэтому если и пробовать, то после того, как мы восстановим свою энергию. Все-таки сегодня мы впервые провели такую сложную практику, — ободряющий взгляд обратился к Миле.
После своих слов Роза поднялась, подала руку близняшке, помогая ей встать. Я тоже, не дожидаясь помощи, последовала примеру сестер.
Следующий день наступил незаметно, я почти всю ночь изучала дневник дальней родственницы и уснула под утро. Мысли по поводу эксперимента не давали мне покоя. Хотелось попробовать что-то новое, но при этом фраза, что у всего есть последствия, не давала покоя. Я ощущала, что после каждого видения приходит упадок сил, часто бывает эмоциональное выгорание, с которым несколько дней нельзя практиковать, пока состояние не восстановится, но что ждало нас здесь? Энжи не давала разъяснений.
Когда мы вновь собрались в библиотеке, решили попробовать самое простое — вызвать неосознанное видение. Это было возможно,но этого обычно никто не делал, потому что всегда нужно было предупреждать тех, с кем оно было связано. Изредка таким способом молодые провидицы набирали практики, чтобы после в осознанные видения было проще погружаться. Я так тоже делала, но еще когда училась в школе ведовства. Ох, и побегать тогда пришлось.
Однажды мое видение закинуло меня в соседний городок, там должна была пройти ярмарка, на которой могло случиться убийство. И я, объяснив все наставницам, пошла в тот город, думала, что успею пешком, но, к сожалению, была слишком самоуверенна. Когда дошла, было уже поздно: на площади торговцы собирали свои товары, а стражники не давали никому прохода, допрашивая свидетелей и очевидцев. Я не знала, как мне себя тогда надо было вести, потому что я могла успеть и предупредить о грядущем. В какой-то момент мое тело прошила волна боли — наказание за промедление не заставило себя ждать.
Когда пришла в себя, бабушка и мама были рядом. Они же мне и объяснили, как важно уметь распознавать и расчитывать временные грани, вероятности и учитывать все мелочи, что проскальзывают в видении. А осознав насколько все сложно, я зареклась без надобности обращаться к такому способу развития силы.
Но в данный момент, я боялась какие-либо сложные практики проводить. Дневник обещал увеличение силы предсказания в зависимости от силы и количества обращающихся. Энжи пробовала практиковаться в сцепке с одной провидицей, и то у них было четкое видение. А нас трое, да еще и непредсказуемая сила близняшек, так что могло произойти все, что угодно.
— На что направим запрос? — спросила первая Мила. Роза пожала плечами, отдавая бразды ответственности мне. Собственно, мне и предстояло решить, что именно мы будем искать.
— Даже и не знаю, — в этот момент мне в голову пришла странная мысль о сне девочек. — Что если мы попробуем посмотреть, почему именно я тогда уходила из дома?
Девочки поддержали эту мысль, и мы начали подготовку к практике. Когда расселись, в мое состояние закралось странное чувство — вроде предвкушение, но в то же время какие-то сомнения не давали покоя, будто может случиться нечто нехорошее. Но, видя азарт и предвкушение девочек, я отмахнулась от этого чувства. А после мы все вместе погрузились в воспоминания.
Я вспоминала то утро, в которое Мила ко мне пришла с известием о сне и нашим разговором, девочки, скорее всего, свой сон. Как и было сказано в дневнике, мы держались за руки и старались проводить наши эмоции и энергию через них, тем самым заставляя циркулировать энергию в нашем круге. Я старалась отслеживать энергию, что появлялась в пространстве. И все больше меня охватывало возбуждение от того количества силы, что витало вокруг. По итогу я настолько погрузилась в эти ощущения, что не заметила, как меня поглотила темнота и тишина, чтобы в один миг обрушить незнакомые звуки и напевы.
Распахнула глаза, но не увидела ни комнаты, ни девочек — я находилась в каменной зале. Выглядела она не то чтобы новой, но и не совсем древней. Серые стены, серый потолок, факелы в руках людей, что стоят возле дверей и у возвышения, которое напоминает какую-то сцену. Возле нее в самой комнате находится множество людей в балахонах, что скрывают не только их фигуры, но и лица. И совсем не понятно, кто они: женщины или мужчины, к какой расе принадлежат и сколько им лет.
Пройдя по залу, поняла, что меня никто не видит. Так и ходила среди присутствующих в надежде рассмотреть хоть кого-нибудь — безуспешно. Лица были закрыты не только балахонами, но и заклинаниями иллюзий. Люди что-то напевали на незнакомом певучем языке.
Сколько времени так прошло, я не считала, но по ощущениям достаточно долго. В конечном итоге я отошла к сцене и стала тихонько наблюдать за происходящим со стороны.
В какой-то момент все затихли, я начала озираться по сторонам в ожидании, что что-то произойдет. И не ошиблась — из бокового темного прохода появился очередной силует в балахоне, который тащил за собой связанного человека с мешком на голове. Взойдя на сцену, он воздел руки к потолку и низким грудным голосом торжественно произнес:
— Друзья, сегодня наконец произошло то, к чему мы так долго стремились! Долгие годы вы были моими соратниками в таком нелегком деле: выполняли поручения, верно следовали нашему пути в достижении высшей цели, приводили новых людей, которые были готовы присоединиться к нам. И теперь все наши действия принесли пользу, которая может, наконец, привести нас к полноценной победе. Готов представить вашему вниманию того, кто поможет нам в этом. Наш главный козырь в порабощении королевств.
Договорив, мужчина, а это я поняла по голосу, сдернул мешок с головы у рядом находящегося человека. Тот вскинул голову, дабы осмотреться, но точно так же, как и я недавно, разочарованно поджал губы. А для меня хоть немного разъяснилась ситуация, хоть и вызвала удивление: в мешке был молодой эльф, это сужало зону поиска, но радости по этому поводу совершенно не было, потому что понимала — с этим видением я попала в полный просак.
Эльфийское королевство очень далеко, в двух неделях пути как минимум. И этот парень единственный, кого я в состоянии запомнить. В словах мужчины я увидела причину сбора — это явно какой-то заговор.
В голове уже металась целая куча мыслей, но я постаралась взять себя в руки и прислушаться к тому, о чем будет речь дальше, чтобы после было понятнее, с чем именно я имею дело. Снова огляделась, балахоны внимательно следили за сценой и молодым эльфом, что так и сидел, поджав губы.
— Ну что ж, дорогие мои товарищи, теперь мы можем начинать действовать во благо нашей цели. Осталось только завербовать сынка, а дальше дело за малым, — мужчина говорил уверенно, хорошо поставленным голосом, что позволяло слышать его эмоции. Он рад, он в предвкушении.
После своих слов, виновник этого сборища пнул эльфа и тот упал в центр незнакомой пентаграммы. От любопытства я подскочила с места, а вскоре уже всматривалась в нарисованные символы. Мне они были не знакомы, что не удивительно, ведь я не маг, а провидица, но запомнить начертанное я могла, а это уже не мало.
Мужчина, начал вплетать в символы энергетические потоки, а после стал читать заклинание. Когда все было окончено, в зале раздался злорадный смех, от которого меня передернуло. Я обернулась в поиске звука и совсем не удивилась, увидев хохочущего главаря. А когда он отсмеялся, на весь зал пронеслось торжественное:
— Скоро весь мир будет у наших ног.

----------

Глава 3 Прощание

Глава 3 Прощание
Открыла глаза. Яркий свет вызвал болезненные ощущения после темноты. Все тело онемело от длительного бездействия. Сколько времени прошло? Где я?
Приподнявшись на локтях, охнула от неожиданности — тело пронзило ощущение тысячи иголочек. Позже осознала, что лежала в своей постели. А когда огляделась, увидела на диванчике спящих в обнимку сестренок.
Постаралась не шуметь и проскользнула мимо них в душ. Думаю, вода приведёт меня в себя, а заодно будет время разобраться в мыслях по поводу произошедшего.
Теперь мне кажется, что вызывать неосознанное видение — было опрометчивым решением, потому что теперь придётся искать виновника событий — с нашим даром это было обязательным условием. А точнее того эльфа, что оказался жертвой в видении.
Так-то и раньше пришлось бы находить человека, но картинки будущего мирового масштаба(а если говорящий не шутил, то этот случай именно такой) приходят нечасто. Надо было думать, что, увеличив вложенные силы, можно увидеть больше, чем раньше. Но мы не предусмотрели это. Глупые.
«Скорее, неопытные», — хмыкнул голос внутри меня. А я отмахнулась.
Кроме этого, видение попахивало неприятностями конкретно для меня, потому что придётся покинуть дом и сестер. И для девочек это будет стресс, потому что я обещала их не оставлять. Взять их с собой не могу — нужно, чтобы кто-то присматривал за домом, да и опасно это. Неизвестно, что ждёт впереди. А я не могу рисковать оставшимися членами семьи и рода.
Выйдя из-под струй воды, обернулась полотенцем и прошла в комнату.
Видимо, где-то я все-таки вела себя шумно, потому что девочки уже не спали.
— Ох, Лика, мы испугались, когда проснулись и не увидели тебя! — воскликнула Мила, кинувшись в мою сторону.
— Ой, ну вот не надо преувеличивать, — вздохнула Роза. — На самом деле, мы прекрасно расслышали шум воды и поняли, что ты там.
— В смысле, не преувеличивай⁉ Я правда испугалась, — сестренка подошла ко мне и, прижавшись, обхватила меня руками. — Ты вчера как неживая была, мы еле дотащили до кровати твоё тело. Думала, что не усну даже, но Роза обняла меня, и я провалилась в сон. А потом открыла глаза, а тебя нет.
Её тихий голосок, вибрирующий на моей коже, был полон переживаний. Я прижала младшенькую к себе и провела рукой по волосам.
— Ну вот же я, со мной все хорошо, видишь?
— Вижу. Я очень рада, что с тобой все хорошо. Расскажешь, что вчера увидела?
После этого вопроса Роза тоже заинтересованно посмотрела в нашу сторону и подошла ближе.
Я же не смогла подавить тяжёлый вздох.
— Да, кажется, нам стоит это обсудить…
От девочек не ускользнуло, что я чем-то обеспокоена, и они тоже заволновались. А вот я думала, как правильно подобрать слова для новости о моем уходе.
— Позавтракаем? А то я готова съесть целого кабана, — грустно улыбнувшись, взглянула на девочек.
— О, это точно. Вчерашний расход энергии даёт о себе знать. Я тоже голодна. — Роза направилась в сторону кухни мимо нас, обернувшись у двери, спросила: — Ну, вы идёте или планируете умереть от голодной смерти? — слова у Миры вызвали смех, она рванула за сестрой, и уже вдвоём они убежали вперёд.
Я же сначала оделась, а позже присоединилась к ним.
Готовить вместе мы очень любили, и часто это делали. Кухарок и прислуги у нас никогда не было, бабушка не любила чужих людей в доме. А нам с детства прививала любовь к готовке, да и прочим мелочам. Очень уж такие занятия помогают расслабиться и выкинуть ненужные мысли из головы.
Когда с вкуснейшим воздушным омлетом было покончено, я откинулась на спинку стула. Девочки напряженно замерли.
— Что-то мне не нравится твоё поведение, — неуверенно проговорила Мила.
— Мне тоже. Рассказывай, что ты там увидела, — подхватила Роза, но её голос звучал ровно, будто она была готова ко всему, что может услышать.
Несмотря на возраст, старшая из близняшек вела себя очень уверенно и серьёзно.
Я снова тяжело вздохнула. Потому что понимала, что ходить вокруг да около бессмысленно. Сестры у меня взрослые, должны понять.
— Давайте вспомним нерушимое правило: если приходит неосознанное видение, мы должны найти того, с кем оно связано. Правильно?
Девочки кивнули, подтверждая. Я же продолжила:
— Вчера, когда мы решили поэкспериментировать, мы не подумали о масштабах. И хоть Энжела писала в своём дневнике о том, что при соединении сил потенциал практики увеличивается, мы с вами не предусмотрели вероятность мировых масштабов, — я старалась осторожно подбирать слова, озвучивая мысли, к которым сама не так давно пришла.
Мила испуганно ойкнула, прижав ладошки ко рту.
— Что ты хочешь этим сказать, Лика? — Роза решила задать вопрос в лоб. Потому что точно так же, как и я, не любила мямлить. Для неё было важно, чтобы информация поступала чётко и по делу. Но когда они были вместе с Мирой, она тоже осторожничала, чтобы не ранить чувства младшенькой. Но тут видимо не выдержала. А я покачала головой.
— Девочки, может произойти что-то серьёзное, — тихо произнесла я, а после этого рассказала все, что видела вчера в видении. — Поэтому мне придётся уехать в королевство эльфов. И как минимум сообщить информацию королю. По возможности найти того эльфа и предупредить его. После этого я вернусь. Если все пойдёт хорошо, то дорога до королевства и обратно не займёт больше трех недель.
По щекам Миры заструились слезы, Роза взяла её руку. Но эмоции старшей близняшки не были понятны, она их не показывала, лишь сосредоточенно спросила:
— Что нам делать, когда ты уедешь?
— То же, что и всегда: ходите в салон, изучайте книги, пробуйте практиковать. Только сильно вперёд не забегайте, не хочу, чтобы что-то случилось, пока меня нет.
Роза кивнула, а я не выдержала и подошла к сестрам.
— Я совсем не хочу уходить и оставлять вас, девочки. Но вы прекрасно знаете, что наша сила не прощает нам бездействия, я обязана туда ехать.
— Да, только никто не застрахован от опасности. Бабушка с мамой тоже уехали и больше не вернулись, а вдруг и ты тоже… — Мила после своих слов зарыдала уже в голос, с надрывом.
— Я вернусь, я обещаю, — уверенный голос не давал девочкам усомниться в моих словах. Но все же они не выдержали, и обе, встав, обняли меня.
— Роза, мне нужна будет твоя помощь, ты же хорошо разбираешься в географии?
Когда сестры учились в школе, Розу очень хвалили в этой области. А я вот, к сожалению, не особо хорошо разбирались в картах.
Девушка лишь кивнула на мой вопрос. И я знала, что могу не продолжать, она поняла, в чем именно мне нужна её помощь.
— Мила, а ты сможешь помочь мне подобрать гардероб и лекарский сундучок? — я улыбнулась младшей сестрёнке, а она, растерев слезы по щекам, ответила:
— Конечно, помогу.
Её голосок дрожал, но она, сжав кулаки, взяла себя в руки и перестала лить слезы.
На счёт гардероба я безоговорочно могла доверять младшенькой, поэтому она сама отправилась в мою комнату, а я вместе с Розой направилась в библиотеку. Потому что сама я точно не разберусь в составлении кратчайшего пути.
Сестра зависла над картами, выписывая нужные пункты для остановок на отдельный листочек.
— Смотри, если без казусов, то доберёшься ты за неделю. У тебя будет две остановки в крупных городах для идентификации личности, ну и заодно запас продуктов обновить сможешь.
Я лишь кивнула. Сердце внутри меня трепетало от любви к моим младшеньким. А уезжать было чертовски страшно. Вдруг они без меня не справятся…
— Артелика, — Роза вздохнула и начала сжимать карандаш в руке, выдавая свои эмоции, — ты можешь со спокойной душой ехать. Я прослежу за Милой, чтобы она на эмоциях глупостей не натворила. Да и в целом, мы будем аккуратны. А ещё будем писать письма каждый день в города, где ты будешь останавливаться. В связные отделения. Ты когда будешь приезжать туда, тебя будет ждать послание из дома. Так ты сможешь быть уверенной в том, что у нас все хорошо. И ты нам, пожалуйста, пиши, ладно?
Я чуть не расплакалась от её слов. Моя маленькая, но такая взрослая сестра. Всегда знала, что в Розе есть что-то такое, отличающее её от всех остальных. Даже я, со всей своей показной холодностью, болью потерь и некой властностью, не умею так себя контролировать. Иногда эмоции все же проскальзывают, а по отношению к сестрам это происходит очень часто. Их невозможно не любить.
— Ты же знаешь, что я вами очень горжусь? Я верю тебе, знаю, что ты не подведешь. Даже у меня нет столько ответственности, сколько есть у тебя. На самом деле, я безумно волнуюсь, что что-то пойдёт не так, что я не смогу сдержать обещание. Ещё с вашего сна меня не оставляет тревожное ощущение, но ослушаться предвидения я не могу. И потерять наш род тоже, — я не выдержала, не смогла держать эти мысли в себе. Но понимала, что Розалия справится с моими переживаниями, что хоть кто-то должен знать о них. Рассказала и обняла ее. Сестра сделала то же самое. Она может не говорить и не показывать, но мы чувствуем друг друга и знаем, что дороже, чем мы, людей у нас уже не будет. Если только наши дети, но это точно не скоро.
Переписав города с листочка, чтобы девочки тоже знали, куда я буду заезжать, мы отправились к Миле.
Застали её укладывающей мои вещи в дорожный мешок.
— Ну, как дела? — подойдя к сестрёнке, заглянула внутрь, пытаясь разглядеть, что там лежит.
Мила выглядела очень расстроенной, но так же было видно, что она смирилась с необратимостью моего отъезда.
— Я отложила тебе тёплый дорожный костюм. Он на тумбе. А в сумке лежат летний костюм и несколько платьев, все же ты едешь в королевский дворец, а там нужно соблюдать этикет, — разъяснила сестренка. Я и сама это понимала, но наша младшенькая очень любила подбирать гардероб, и я доверяла её вкусу.
— Ну и славно, спасибо тебе, Милания, — мои эмоции были уже на пределе. Казалось, что я скоро расплачусь от переполняющих чувств. Улыбнувшись сестрёнке, обняла её, а после развернулась к задумчивой Розе, которая молча смотрела на нас, и позвала её к нам. Она, кивнув своим мыслям, присоединилась к нашим обнимашкам.
Какое-то время мы так и стояли, впитывая в себя запахи и эмоции друг друга. Каждая из нас понимала, что предстоит расстаться на какое-то время, но никто не был к этому готов.
В салон сегодня мы не пошли, хотели провести время друг с другом. И добрую половину дня просто болтали, смеялись, готовили запас продуктов. Обсуждали некий план действий. Мы и раньше решили, что девочки будут продолжать изучать практики, пока я буду отсутствовать, поэтому к вечеру пошли в библиотеку выбирать книги, что они должны были за это время прочитать. И там же Роза поинтересовалась, что я знаю о королевстве эльфов. А когда выяснилось, что, кроме общих понятий, я практически ничего не помню, мы полезли искать информацию о том, с кем мне предстоит столкнуться.
В книгах биографии читали выборочно, потому что, во-первых, книги были написаны несколько десятков лет назад, и все могло измениться, а во-вторых, утром нужно было уже уезжать и времени на доскональное изучение всех правителей, истории королевства и прочих подробностей просто напросто не было.
Итак, «Октариэль Гринтеваль-Аорский вот уже на протяжении двадцати лет правил во Флоринеле. Женат, королеву зовут Виланиэль Гринтеваль-Аорская-Линь». Вместе их связывает какая-то слишком милая история, о которой я даже не стала читать. «Есть сын», но это была единственная строчка в книге и больше не было никакой информации о нем, даже имени, не говоря уже о фотокарточке.
Ладно, будем изучать в процессе пребывания.
«У Октариэля Гринтеваль-Аорского есть младший брат Санриэль Гринтеваль-Аорский, который является советником короля», ага, то есть в случае чего можно будет ему рассказать о видении и откланяться, это хорошо. Только больше никакой информации о королевской семье я не нашла. Неужели такой маленький род? Что еще есть о самом королевстве?
«Эльфы чаще всего владеют стихийной магией, которая подразделяется на военную, бытовую и естественную». Ха, ну это не удивительно, они живут в самом большом лесу нашего мира, о чем тут говорить, конечно, только стихии. О естественной я никогда не слышала, и не понимала, для чего нужен этот профиль. Но сейчас и не важно.
«Высший свет состоит из нескольких родов, которые берут свое начало ещё с времен основания королевства. Род Гринтеваль-Аорских правит с самого начала, никому не удавалось их сместить. Очень сильная родовая магия». Усмехнулась, видимо, род короля дружен, не то что в нашей стране. Наши почти каждую сотню лет в истории королевства Темриха воюют за власть, смещая один род другим. Да и королевские семьи не лучше — порой даже братья убивали друг друга в борьбе за трон.
Использовались разные методы, не раз пытались задействовать наш род, но после того, как в игры королей вмешалась Валентайна, и все знали исход её «помощи», Ваури не соглашались помогать, предчувствуя, что ничем хорошим это не кончится.
И вот, сейчас мне предстояло ехать к королям чужой страны, не зная, как меня воспримут, что меня ждёт, подвергая себя и сестер опасности. Главное, не совершить ошибки своих предшественниц, это решение я приняла для себя сразу. Я не буду вмешиваться в этот заговор, только сообщу о видении.
День закончился неожиданно. Мы пришли в библиотеку, когда было еще светло, а пока изучали информацию, за окном уже сгустилась тьма. Пора ложиться спать, девочки попросились сегодня ко мне в постель, чтобы уснуть вместе со мной как когда-то давно. Я не отказалась, сама хотела побыть с ними как можно дольше.
Спонтанное видение рушило привычный мироустой — стремительные сборы, в страхе потерять время и опоздать, выворачивали душу, попутно запуская тревогу за сестёр, которым предстояло остаться в доме одним. Больше всего я переживала за них, как они тут будут без меня, но я действительно доверяла девочкам. Мы привыкли справляться одни, после смерти бабушки и мамы. Да и, закончив обучение в школе, по меркам нашей страны они считались достаточно взрослыми, чтобы жить самостоятельно, но я не хотела лишать их привычного мира.
Казалось, я и не спала вовсе, неспокойные мысли одолевали всю ночь.
А утро нас встретило сгустившимися тёмными тучами, которые были так низко, что появилось чувство, будто стоит протянуть ладонь и можно к ним прикоснуться.
Сестры проводили до порога, дальше я их не пустила, но чувствовала, что они так и стояли, наблюдая, как наша лошадь — Фонита — увозит меня из дома.
Атмосфера точно соответствовала сну, который увидели близняшки не так давно, а желание развернуться домой и не возлагать на свои плечи эту миссию сводило с ума.

----------

Глава 4 Дорога, или во что я вляпаюсь еще?

Глава 4 Дорога, или во что я вляпаюсь еще?
Прошло уже несколько часов с того момента, как я покинула дом. Стоило мне уехать, и от переживаний потекли слезы. Никогда мне не было так тоскливо и страшно уезжать. Никогда и ни за кого я ещё так не боялась и не волновалась в своей жизни. Кажется, теперь я поняла, что испытывают родители, отпуская своего ребёнка куда-то далеко из родного дома. Только у меня наоборот — я сама уезжаю.
Периодически с неба срывался дождь, и тугие капли воды били меня по лицу. Мила предусмотрительно подготовила теплый дорожный костюм и ни капельки не прогадала. Непромокаемая ткань не позволяла воде достичь моего тела, а тёплая подкладка с внутренней стороны давала уверенность, что я не замёрзну в дороге.
Фонита шла уверенно, она была выносливой лошадкой и уже не первый год жила в нашей семье. Бабушка подарила мне её, когда я заканчивала школу ведовства и собиралась поступать в Академию магии Темриха. Сказала, что лучше попутчика мне не найти, да и дорога теперь будет быстрее. Я тогда увидела Фани впервые, и она показалась мне до безумия красивой, красивее, чем любая другая лошадь: чёрного цвета с маленьким белым пятнышком на лбу (мне всегда казалось, что это перевёрнутый месяц), с длинными шелковистыми волосами, с очень добрыми и умными глазами. Мы с ней подружились сразу, она была как будто для меня рождена.
От нежности, проснувшись внутри, появилась и улыбка, а грустные мысли отступили на задний план. Я прислонилась грудью к мощной шее Фониты и обхватила её руками, поглаживая мягкую гриву.
Так мы ехали несколько часов, по расположению солнца поняла, что уже обед и пора бы немножко передохнуть. И мне, и моей лошади.
Достала из сумки для себя ломоть хлеба и вяленого мяса, а для Фониты бурдюк воды и заготовленный мешочек овса — брала специально такие продукты, которые не должны были испортиться в дороге — расстелила покрывало возле дерева и присела на него, вытянув после долгой поездки ноги.
Когда с трапезой было покончено, а вещи были убраны. Я снова забралась на лошадь и мы двинулись в путь.
Прохладный воздух заставлял мурашки бегать во время движения, хочешь-не хочешь, а он попадал под капюшон плаща. Но я упорно продолжала ехать, сжимая шлейку в ладонях. Фонита спокойно двигалась вперёд, то набирая скорость и начиная бежать, то возвращая размеренный темп.
Пару раз мы ещё останавливались, чтобы я могла размяться, а Фани, как я её ласково называла, отдохнуть.
Я хотела доехать быстрее до первого города, поэтому заметив, что начало смеркаться, не стала оборудовать себе ночлег, а решила ехать дальше. Тем более, что он должен был быть не особо далеко.
А когда стемнело настолько, что не было видно даже вытянутой руки, лошадь остановилась и отказалась идти вперёд, я опешила.
— Фани, милая, ну давай, пошли, но, — приговаривала я, но умное животное не двигалась с места.
Спустилась на землю и потянула за поводья:
— Ну же, моя хорошая, давай. Где мне по-твоему спать?
На что лошадь демонстративно фыркнула, а внутренний голос ехидно прокомментировал: «А ты бы послушалась сестру, которая тебе план движения составила. И ещё несколько часов назад бы поставила палатку, расстелила спальный мешок, но нет же, ты же самая умная».
— Ну, ты-то куда? — моему возмущению не было предела. Всегда послушная и такая умная Фани отказывалась идти дальше, а внутренний голос, вместо того, чтобы помочь, начал насмехаться!
«А я и помогаю, говорю, голову включать надо было. Ложись и спи, как рассветет, поедешь дальше».
— Куда я тут лягу? Мы стоим посреди дороги! — воскликнула в тишину.
Но на это мне уже никто не ответил. Ещё пару раз попробовала сдвинуть с места Фониту, но та не поддавалась.
Я недоумевала, что такого могло случится, но все же привязала лошадь к ближайшему дереву, а сама под ним кинула спальник и забралась в него с головой. Спать, так спать.
Утро наступило внезапно, я не помню, как провалилась в сон. Сначала я злилась на Фани, на внутренний голос и на себя, а потом пришла расслабляющая темнота. Не помню когда в последний раз так отключалась, даже дома.
Но это к лучшему, потому что дорога выматывает очень сильно, а сон — важная составляющая организма, которому предстоит долго куда-то ехать. Особенно, для организма, не привыкшего к дальним дорогам.
Я старалась взбодрить себя мыслями, что сегодня доеду до города, а там получу весточку от сестер.
Дальше дорога была спокойной. Я доехала быстрее, чем рассчитывала Роза, и довольно этому улыбнулась, когда увидела полоску города вдали.
— Вот, оставалось совсем чуть-чуть, а ты ехать не хотела, так бы ещё вчера были здесь! — назидательно сказала я лошади и потрепала её по холке. Та лишь обиженно всхрапнула.
Но, стоило приблизиться к воротам города, как я поняла, радоваться было рано. Интуиция вопила, что что-то не так и тянула меня вперёд.
Вход в Грум не охранялся, хотя насколько мне известно, здесь должен был стоять пост.
Насторожилась. Спешилась с лошади и, взяв ее под улицы, пошла вглубь улиц. Где-то вдали слышался шум и гул голосов. Решила, что стоит узнать, с чего столько волнений и что случилось.
Приземистые каменные дома пустовали, как и улицы, а ощущение тревоги плотно залезло в душу. Подгоняемая любопытством (что ж ему неймётся-то?), решила ускориться, а когда вышла в эпицентр шума, поняла, что нахожусь на площади, где отовсюду слышались крики:
— Вы должны найти, кто это сделал! — щуплый мужчина средних лет.
— Страдают жители, а вы руками разводите, что вы за мэр такой⁉ — это какой-то парнишка, примерно моего возраста.
— У меня дети без отца остались, какое вы имеете право спихивать все на неизвестность⁉ — Женщина, прижимающая к себе двоих малышей, со слезами на глазах.
— Где ваши дознаватели, за что мы платим налоги, в конце концов⁈ — того, кто выкрикнул я не смогла найти глазами в толпе, но это определённо был мужчина.
— Вы не человек! Только подумайте, что это могло случиться с вашим сыном! — проговорила женщина, держащая кулон у сердца, а толпа согласно загудела.
— Я прекрасно понимаю ваши волнения и сопереживаю каждому, потерявшему в эту ночь кого-то близкого, и вы не правы, сегодня я потерял брата, — мужчина, стоявший на возвышении, произнес эти слова, а жители заволновались.
— Но как же… — кто-то воскликнул.
— Я так же, как и все вы, возмущён тем, что не удалось найти никаких следов произошедшего. Наши дознаватели не справились, но я уже сообщил в столицу об этом вопиющем случае. Скоро сюда прибудут королевские дознаватели, и я очень надеюсь, что они смогут найти следы и тех тварей, что так поступили. От себя хочу сказать, что каждому, чья семья понесла сегодня потери, я возмещу все убытки, с которыми вам предстоит столкнуться. И пожалуй, это единственное, чем я могу вам помочь, сожалею, — мужчина сошёл с постамента.
— Я могу вам помочь, — женский уверенный голос пронёсся над площадью в мёртвой тишине. Каюсь, оно само вырвалось.
Люди заозирались в поисках того, кто это сказал, а те, кто был ближе расступились в стороны, образуя круг.
— По крайней мере, попробую, — уже не так уверенно проговорила под скрещенными на мне взглядами.
— Кто вы? — мэр направился в мою сторону.
— Меня зовут Артелика, и я из рода Ваури, — с гордостью в голосе уверенно произнесла я.
— О, мне знакома ваша фамилия не понаслышке, и я буду рад, если вы сможете помочь, — мужчина уважительно поклонился. — Несколько лет назад ваша, полагаю, бабушка очень помогла моей семье. Как она?
От его вопроса я вздрогнула. А из лёгких как будто забрали воздух. Не представляю, откуда во мне появились силы взять себя в руки, но я подняла взгляд на глаза мужчины и постаралась спокойно ответить:
— Она… Умерла, — я могла бы собой гордиться от того тона, которым это было сказано, если бы не было так больно внутри. Мужчина от моих слов аж сжался весь, как будто ему стало так же тяжело от этой потери, как и мне. Хотя сам ночью потерял брата. — Прошу, давайте перейдём к делу. Как могу к вам обращаться?
Глаза мэра города прожигали во мне дыру. Даже неуютно как-то стало.
— Лорд Ромир Винельсах, но можете обращаться ко мне по имени. И могу я вас пригласить в более располагающую к беседе обстановку? — кивком мужчина указал на внушительных размеров здание, что стояло в стороне.
Люди уже разбредались с площади, остались всего несколько небольших групп, которые всем видом говорили, что намерены идти с нами и слушать разговор до конца.
Когда мой взгляд коснулся женщины с двумя детьми, я начала догадываться о том, что эти люди — семьи погибших.
Мэр города подтвердил это, когда задала ему вопрос.
Придя в резиденцию, лорд Ромир предложил выпить чаю, но я отказалась. Не сейчас.
— Расскажите подробнее, что произошло, я попала на площадь только под конец вашего, хм… разговора, если так можно выразиться, и хотела бы понимать, с чем мне предстоит иметь дело.
— Мы не смогли выяснить, что именно послужило причиной. Но утром в городе было обнаружено семь трупов. Способ убийства неизвестен, на телах нет никаких следов борьбы, наши дознаватели не смогли найти хоть что-то, что могло бы объяснить случившееся, — мужчина понурил голову, — Это произошло в одном здании — в нашей местной гостинице.
По моей коже пробежали мурашки, я же тоже могла приехать сюда ночью и пойти в ту самую гостиницу…
— Я вас поняла. Не могу обещать, что укажу на убийцу, но объяснить, что именно произошло, вполне в моих силах.
— Мы, — он обвел взглядом комнату и собравшихся в ней людей, — чем-то можем помочь?
— Да.
Объяснив всем, что мне нужна какая-нибудь вещь, принадлежавшая умершему, с которой он часто контактировал, попросила у лорда Ромира отдельную тёмную комнату, в идеале, с каменным полом.
К счастью, у мужчины оказалась такая, а когда он меня завёл в неё, поняла, что это не просто комната — это зал для ритуалов.
— У моего предшественника в женах была ведунья, вот и осталась в хозяйстве. Я, когда в должность вступил, не стал переделывать, как знал, что когда-нибудь пригодится, — поспешил сообщить мужчина, чтобы я не подумала ничего лишнего.
Дело в том, что для магических ритуалов материалы не имеют значение. Только запрещенные и ведовские лучше всего проводить на камне. Особенно там, где нужна кровь. А камень отличный материал, который сложно разрушить и нарушить контур при практике.
В этой практике она мне была нужна для того, чтобы начертить круг силы. Редко, но мы использовали кровь, чтобы «заземлиться» в реальности, когда идём к мёртвым, и нас никто не страхует.
Этот ритуал значительно отличался от того, который мы проводили с сестрами в поисках информации об Энжеле, но по своей сущности был несколько похож.
Я с помощью вещей, принадлежавших этим людям, постараюсь перенестись в последние моменты их жизни. Конечно, здесь нет сестер, и мы не сможем объединить силы, как писала в своих дневниках наша далекая родственница, но мой потенциал всегда был не мал. Поэтому я очень надеюсь, что я смогу помочь безутешным родственниками, что в одно мгновение потеряли дорогих людей.
— Ромир, могу я вам предложить присоединиться ко мне? — Мужчина дернулся от явно неожиданного предложения и удивленно спросил:
— В каком смысле присоединиться?
— Я могу соединить наши сознания, и во время практики вы увидите все то, что будет доступно мне. Думаю, это будет достаточно важно для вас, и вы сможете объяснить людям, которые ждут хоть какой-то информации, что произошло, — я говорила так как чувствовала внутри. Это важно.
— Да, — уже более уверенно кивнул мужчина, кажется, еще ни разу его не брали в «путешествие» ведуньи, ну что ж, будет первый опыт, — я согласен на ваше, уверен, щедрое предложение. Зная возможности вашей бабушки, леди Ваури, я ни на секунду не сомневаюсь в ваших силах. Спасибо за ваше предложение помочь.
Хах, даа, кто-то же явно дернул меня за язык. Но так работает наша сила, часто не считается с нашими планами.
Закончив все приготовления и связав сознание с мужчиной, поставила блок на свои мысли, чтобы лишняя информация не утекла к чужому человеку.
Ромир осторожно вошел в круг и занял свое место. Он был предупрежден, что сесть нужно сразу удобно, так как двигаться или менять позу будет нельзя.
Я монотонно начала читать заклинания, которые активировали определенные сферы круга. Одна за одной они начинали светиться светло-розовым цветом. Оттенок был из-за крови и немного отвлекал в первые мгновения. Бабушка обучала меня этому, но сама такую практику я ни разу еще не проводила, хотя в своих знаниях и умениях была уверена.
Когда я затихла, даже Ромир затаил дыхание, ожидая, что же произойдёт дальше. И магия не заставила себя ждать. Линии силы потекли к предметам, сканируя каждый, оценивая, из чего можно забрать больше информации. Выбор пал на кулон, который ещё на площади в руках снимала женщина.
Он воспарил над кругом силы и засветился в воздухе, а моё сознание потянуло в сторону. В такие моменты главное не сопротивляться, не смотря на то что ощущения не из приятных.
Открыв глаза, поняла, что тело обездвижено, скорее даже связано магическими путами.
Сейчас я видела все глазами умершего, а точнее последние минуты его жизни. Он поднял голову. Моё зрение сфокусировалось на происходящем, и от увиденного мне стало плохо. Семь обездвиженных мужчин — и да, я была права, их тела оплетали магические жгуты, не давая даже шелохнуться — стояли в связующих точках пентаграммы, только для чего она предназначена, я не понимала, так как не особо хорошо разбиралась в этой сфере. Да и магов как таковых в моей жизни никогда не было. Только ведуньи, а наша сила отличается.
В центре сего действия стоял мужчина в черном балахоне с кристаллом в руках, что, по мере его бормотания, начинал играть гранями на свету, которым наполнялась комната. Я засмотрелась на кристалл — это выглядело очень красиво — и только когда произошёл резкий рывок изнутри и из груди мужчины, глазами которого я все видела, полился мягкий переливающийся поток, я поняла: этот кристалл выкачивал жизненную энергию… Это осознание настолько ошеломило, что я потеряла связь с происходящим, а когда я смогла сосредоточиться, увидела только быстро сменяющиеся картинки во время падения, в конце потолок и затухающий взгляд.
Возвращение в реальность далось нелегко. В горле пересохло, а внутри меня все клокотало от эмоций, не удивлюсь, если тело бьёт мелкая дрожь.
Конечно, каждая практика даёт откат, и со временем к этому привыкаешь, но даже для меня увиденное было тяжёлым зрелищем. А для лорда Ромира, который явно переносил все впервые, сдержаться было сложнее. Как только он раскрыл глаза, резко побледнел. Но мужчина, сделав явное усилие над собой, выровнялся и сделал глубокий вдох.
— Я правильно понимаю, что из них выкачали… Жизнь? — немного неуверенно, ошарашенно, произнес мужчина.
— Полагаю, что так. К сожалению, как и говорила, я могу помочь разобраться с тем, что именно произошло. Это вы увидели. Увы, с личностью убийцы я помочь не могу, сожалею, — я опустила голову.
Я могла бы попробовать сделать ещё одну практику, но и эта забрала слишком много сил. Я сейчас ощущала себя выкачанной, будто ничего не осталось внутри меня. Только чёрная, всепоглощающая пустота…
— Леди Ваури, что вы! Вы сделали для нас и так многое… Как минимум теперь мы знаем, что послужило причиной. Знаем, что появились сектанты, которые проводят жертвоприношения или запрещенные ритуалы…
Я, к сожалению, так и не понял, что это было, но хорошо запомнил пентаграмму, что была начертана на полу. И теперь я понимаю, почему не было найдено никаких следов. Убийца заморочился и начертил её магией. А после ритуала растащил жертв в хаотичном порядке, скорее всего магией воздуха. И поверьте, если бы вы не появились в городе, если бы не ваша помощь, мы не узнали даже этого. Поэтому я готов вам выразить благодарность от всего нашего города. И обязательно, когда прибудут королевские дознаватели я предам им ту информацию, что мы увидели в вашем видении.
Голос мужчины был ровным, на лице не дрогнул ни один мускул, и можно было бы сказать, что он уже взял себя в руки, если бы не его взгляд. В глубине его глаз разрасталась такая же пустота, что была внутри меня, тоска становилось все больше и его обреченность чувствовала кожей.
Я бы хотела отгородиться от этих эмоций, но понимала — не смогу. В моей душе уже появилось сострадание к людям, потерявшим кого-то близкого. Я ощущала эти эмоции тяжестью в воздухе и мокрыми ресницами, чуть прикоснувшимися к веку. И от этого появились мурашки.
— Если это возможно, я бы хотела отдохнуть, но сначала мне нужно дойти до связного отделения, мне должны были написать сестры. И ещё, раз вы запомнили вязь пентаграммы, можете перенести её на бумагу? — я чётко понимала, что между этим убийством и моим недавним видением есть связь. Не понимала пока в чем, но это лишь пока.
— Да-да, конечно! Я прикажу подготовить вам комнаты! И если вы не против, то пошлю человека за письмом, — мужчина засуетился, — прошу, пройдемте со мной.
Когда мы вышли в холл резиденции, Ромир указал мне на мягкие диванчики, чтобы я присела, а сам в это время подозвал к себе троих людей. Я не вслушивалась в то, что он им говорил, но спустя несколько минут мне принесли чашку горячего душистого чая.
— Обед пока не готов, но повар обещал поторопиться. Как закончите, Мия отведет вас в ваши комнаты, — кивком Ромир указал на девушку, что стояла немного в стороне.
— Хорошо, спасибо большое за ваше гостеприимство.
— Что вы, леди Ваури, это меньшее, что я могу сделать для вас и вашей семьи.
Я не стала торопиться допивать чай, решила дождаться, чтобы мне принесли письмо. С мэром мы вели вежливую беседу.
А когда принесли желанный конверт, я поспешила ретироваться. Мия действительно проводила меня до комнат, сказала, что зайдёт за мной, когда будет подан обед.
Я с облегчением выдохнула, оставшись одна. Конверт приятно покалывал ладони, и я предвкушала увидеть родной почерк сестер.
Усевшись на диванчик, я неспешно распаковала письмо. Как бы странно это не звучало, но я испытывала волнение и некий страх. Переживала, вдруг девочки не справляются, или у них что-то произошло за то время, что меня нет рядом…
"Привет, Лика!
У нас все хорошо. Ты можешь за нас не переживать, мы со всем справляемся, как я тебе и говорила. Мы тебя любим, ждем."
По этим строчкам я сразу узнала Розалию, мою маленькую серьёзную и такую ответственную девочку. Невольно улыбнулась, читая дальше…
«Ага, у кого хорошо, а кто ужасно скучает!!! И пусть Роза говорит, что лучше тебе об этом не писать, я все равно скажу. Потому что скучаю и очень люблю. А ещё, переживаю, что что-то случится в дороге. Я даже хотела попробовать в будущее заглянуть, но Роза отобрала книгу, где была описана практика, и отказалась в этом участвовать. Злая она. Вот!»
Я рассмеялась, даже от такой их перебранки на душе появилась лёгкость — у них все хорошо, а это главное. Дочитав письмо, вздохнула. Девочки изучили несколько практик, обе прочитали по книге. Так подумать, они закончат изучение раньше, чем я приеду.
Быстро написала, что у меня все хорошо, я добралась до Грума, а уже завтра выдвигаюсь дальше. О произошедшем здесь писать не стала, только сказала, что получилось немножко помочь жителям города. Слова о том, что я их люблю и скучаю так же, как и они, породили трепет в груди.
Сложив вчетверо листочек, решила, что отправлю письмо девочкам завтра, а сейчас принимать душ и теперь действительно отдохнуть от всего…

----------

Глава 5 Дорога, или что будет дальше?

Глава 5 Дорога, или что будет дальше?
Следующий день встретил меня разговором с лордом Винельсахом. Мужчина сообщил, что передал всю информацию королевским дознавателям, которые прибыли вчера вечером. Те хотели со мной поговорить, но мэр не позволил им меня беспокоить, напомнив, что ведуньи не в их юрисдикции.
За это я была очень и очень благодарна. Не хотелось бы, чтобы меня лишний раз задерживали, а они это могут. Потому что я «должна выступить свидетелем в их деле и подписать все бумаги, бла-бла-бла…»
Когда-то я была наивна и верила, что все люди настроены всегда хорошо. Пока однажды меня не втянули в дело об убийстве.
От воспоминаний аж передернуло. Меня тогда затаскали по всяким местам, чтобы я «поглядела», что там происходило. И им было плевать, что я не обучена, да и даже знай практики направленного поиска, чисто физически не могла бы их делать по несколько раз на день. Это продолжалось, пока не вмешалась бабушка и не устроила скандал. Ох, что там было. После этого дознаватели боялись даже проходить мимо нашего дома, дабы не нарваться на плохое настроение родственницы.
Так же, Ромир от себя дал денежное вознаграждение и сказал, что я всегда желанный гость в его городе. А сейчас меня проводят специально нанятые люди, чтобы я не попала ни в какую переделку. Это было приятно. Да и сам мужчина очень приятен.
Когда я покидала его резиденцию, он проводил до порога, а там обнял, прощаясь.
Я заехала в связной пункт, отправила девочкам письмо, а после со спокойной душой и интуицией я поехала дальше по намеченному маршруту.
Сопровождала меня команда наемников, состоявшая из двоих драконов и одной оборотницы. Я знала, что такая охрана стоит очень и очень дорого, и поэтому, когда Ромир нас представил, я была поражена до глубины души такой… Заботой, что ли? Отказа он не принял. Сказал, что это не окупит и капли его благодарности за мою помощь.
Поэтому сейчас я спокойно продвигалась по незнакомым, но хорошо натоптанным лесным дорожкам в направлении следующего пункта назначения. После отдыха в Груме, обновления всех припасов, вкусной еды, у меня было отличное настроение. Поэтому, доверившись Фани, я обхватила ее шею руками и прилегла у основания ее головы, расслабившись.
Ехать предстояло двое суток. Грум достаточно большой город, к границе которого располагались леса. Вот по этим лесам и было сложнее всего пробраться, а после пересечь границу. Но не смотря на длительность поездки на душе царило умиротворение, и я доверилась этому чувству со всем рвением.
В Крес приехали на рассвете. На мощеных улочках царила тишина. Я с любопытством рассматривала небольшие домишки: они не были огорожены, но стояли на небольшом расстоянии друг от друга, каменные тропинки, цветочные лужайки, в каждом дворе несколько плодовых деревьев и кустарничков. Невероятно красивая деревенька.
Я с наслаждением вдыхала воздух, на тело нападала нега, хотелось расслабиться и остаться в этом прекрасном месте.
Я понимала, что это территории эльфов по соседству дают о себе знать, но противиться этим чувствам у меня не получалось. Да и не хотелось. Доехали до небольшой гостиницы, заселились, и я моментально провалилась в темноту.
Мне снился сон. Я была здесь же, в Кресе, но уже не было и капли той расслабленности, что я ощущала по приезде. Беспокойство на улицах нарастало с каждым мгновением, а после стало ясно, из-за чего вся суета.
— Милана, Мила, выходи, хватит прятаться! — голос рыжей девушки разносился по улице и по моему сознанию.
Люди на улицах смотрели с беспокойством, озирались по сторонам, кто-то тоже искал девочку. Но что это? Действительно игра, или случилось нечто… страшное?
— Дочка, хватит играть, домой пора, мамочка волноваться будет, выходи! — Но ответом этим людям служила все та же тишина и беспокойный гул голосов.
В деревне никто не шумел, они старались не разносить панику. Хватало и тех людей, что уже были в курсе. Но, как было сказано, это деревня — здесь все друг друга знают, что-то скрыть от населения практически невозможно, именно поэтому в моей душе поднималось беспокойство. С ребенком случилась беда!
Очнувшись от, казалось бы, реалистичного сна, я сразу поняла, что это было видение. В деревне либо случилась трагедия одной семьи, либо только должна случиться, и от этого внутри все насторожилось. Увы, по снам понять временные рамки было практически невозможно, оставалось только ждать.
Но моего личного времени было не так много, я все еще хотела добраться быстрее до королевства Флоринель, обрисовать ситуацию королевской семье и вернуться обратно, к моим сестрам, за которых я ни на секунду не переставала волноваться. В данной ситуации было страшно из-за личных мотивов. После сна я вдруг представила, что это могло случиться с кем-то из девочек, и паника начинала застилать глаза.
Но фамилия Ваури давила своим авторитетом, и даже не осознавая, как именно взяла себя в руки, я успокоилась.
На интуиции, внутренних переживаниях я начала двигаться по комнате, собирая ингредиенты, необходимые для ритуала. Начертила магией на полу круг силы, на этот раз никаких особых символов там не было, только заземляющий, чтобы не сорваться. Этот шаг был сплошной воды авантюрой. Потому что у меня не было никакой материальной вещи, принадлежавшей ребенку или его матери, ни фотографии, ни человека, который был бы как-то связан с ними. В моем арсенале был только сон. И лицо обеспокоенной матери. И я надеялась, что мне этого хватит, надеялась, что увижу это событие вновь и смогу предотвратить, или хотя бы помочь.
Когда сознание затуманилось, а реальный мир померк в темноте видения, я уже насторожилась, ведь понимала, что могу ничего не увидеть. Ощущала кожей этот страх, ведь если мне это пришло, я должна помочь человеку, попавшему в беду.
Но страх был больше моим, напускным.
А когда темнота расступилась, все что я успела увидеть — мечущуюся женщину по площади деревеньки, мчащуюся прочь от людей лошадь, мужчину в капюшоне(но это не был последователь прошлых видений — я успела увидеть его лицо) и спящую девочку на его руках. В лесу был дом — маленький, корявенький — и ехал он к нему.
Это было все, что я увидела. Но информации для меня было больше, чем достаточно. И я благодарила свою силу за то, что она дала мне это увидеть.
Я интуитивно понимала, что мне делать, куда идти. Но для начала мне нужно было кое-что сделать.
Взяла в руки лист бумаги и карандаш, и быстрыми, но лёгкими касаниями стержня к поверхности набросала портреты главных героев моего видения. Девочка получилась очень нежной, доверчивой и доброй. Женщину я видела одинокой. По-женски. Не чувствовала она мужской любви и заботы уже очень давно, и страдала из-за этого, а смыслом жизни для неё была как раз эта маленькая девочка.
Жизнь мужчины видела смутно. Как серый лист, как будто для него все померкло или он сам заставил себя забыть, и лишь короткие мгновения жизни цвели яркими красками, но их было так немного…
Я с улыбкой покидала гостиницу, ведь теперь я знала, кого мне искать. Деревенька Крес была небольшой, по-любому жители знают людей, изображенных на листах моей рукой. Я продвигалась через рыночные ряды к площади деревушки. Там больше всего собиралось зевак, которые могли что-то видеть, но, к моему огромному счастью, я увидела женщину, именно ту, что во сне искала девочку.
Ребёнка рядом с ней не было, неужели пропажа уже случилась?
Взгляд женщины был устремлен вниз, к земле, в нем не горело ярких искр жизни, а она сама словно затухала. Проходящая мимо старушка, посмотрев ей в лицо, заохала, да заахала. А удаляясь, качала головой.
Я неспешно двинулась в сторону женщины, внимательно наблюдая за ее действиями. Но она как будто и не шевелилась вовсе, стояла и смотрела в одну точку.
— Здравствуйте! Могу я с вами поговорить? — подойдя почти вплотную, обратилась к женщине.
Она подняла голову и обвела меня будто невидящим взором. Я уже думала, что она промолчит, но все же услышала тихий ответ:
— О чем нам говорить? Я вас не знаю.
Она хотела уже отвернуться и отойти от меня, но я схватила её за руку, чтобы удержать, и тихо проговорила:
— Я — Артелика Ваури, и сегодня я видела вашу дочь.
Я понимала, что произношу страшные слова для женщины, потерявшей ребёнка. Ведь если мы не сможем её отыскать, то я только зря подарила ей надежду. Но интуиция подсказывала, что я не зря это делаю. Это нужно и важно.
После моих слов женщина резко вскинула голову, а на её лице отразилось боль, она будто выплевывала слова, смотря на меня практически с ненавистью:
— Не смей говорить про мою дочь! Ты ничего не можешь о ней знать! Её не могут найти уже полгода! Все твердят, что она погибла, и ты заявляешься и говоришь, что видела её! Да как ты смеешь говорить об этом мне⁉ — её слова были резкими, рассекали воздух, глаза загорались все больше, было ощущение, что женщина не в себе. Внутри все завибрировало от моих эмоций, но что-то подсказывало, что я должна быть хладнокровной в данной ситуации.
— Эва, подожди, не кипятись, — к нам подошёл мужчина-работяга. — Я слышал, вы назвались Ваури? — а дождавшись моего кивка, продолжил: — Эва, если она Ваури, то действительно могла видеть твою дочь. Услышь меня, мне же ты веришь, — мужчина сжимал женщину в руках, не давая ей распаляться, говорил, смотря ей прямо в глаза, чтобы она усвоила ту информацию, что он пытался ей донести.
Эва обрела более осмысленный взгляд, посмотрела на мужчину, сжимавшего её в руках.
— Что в ней особенного, Сэм? Она же ничем от других не отличается, — горечь в словах, от неё становится не по себе.
— Ваури — древний род провидиц. Ты можешь ей не верить, но хотя бы выслушай, что она скажет тебе, — мужчина вновь кивнул мне, а я достала из кармана лист, на котором были нарисованы увиденные лица. Развернула, чтобы люди, собравшиеся вокруг, могли увидеть, что на них нарисовано.
— Ох, да это же наша Эвочка, — заговорила пожилая женщина за моей спиной. — Рядышком с ней как раз малышка Мила, а вот мужчину я впервые вижу.
За спиной поднялся гвалт, кто-то сдавленно ойкнул, заворчав, что он тоже посмотреть хочет.
А мужчина, названный Сэмом, приблизившись, долго всматривался в очертания лиц.
— Увы, но я тоже не знаю этого мужчину, — удивлённо и немного разочарованно зазвонил его голос.
Уже после к нам подошла Эва, но как только её взгляд коснулся портрета мужчины, она вскрикнула, но быстро зажала рот рукой, переводя шокированный взгляд с меня на лист бумаги.
— Эва? Ты его узнала? — тут же отреагировал Сэм.
Остальные жители молчали, заинтересованно ожидая ответ.
— Я-я… — она начала заикаться. — Простите, леди Ваури, я могу поговорить с вами наедине?
— Конечно, ведь именно с таким предложением я к вам изначально и подошла, — спокойным голосом ответила женщине.
Она смутилась.
— Простите за недоверие, я не хотела слышать слова, причиняющие боль. Ведь уже долгое время дознаватели не могут её найти и постоянно твердят, что шансов нет.
Эва говорила быстро, а сама потянула меня за руку в сторону боковой улочки.
— Я не слышала о вашем роде. Но, если вы можете что-то рассказать, я буду вам очень благодарна.
Эва вела меня по узенькой улочке, завела в домишко, совсем небольшой, но каменный и красивый.
— Мне кажется, дознаватели даже и не искали её, мне нечем оплатить их работу, а они и не спешат её выполнять. Выгоды же никакой…
Её тихие слова породили мурашки на теле.
— Не совсем так, они искали, но не тщательно, — не знаю, почему, но была уверена в своих словах. — Я сейчас могу сказать точно, что ваша дочь жива.
Эва от моих слов встрепенулась, даже как-то в доме светлее стало.
— Расскажите, что знаете, и… Где вы видели того мужчину, что был нарисован возле нас? — женщина говорила не совсем уверенно, будто она не хотела задавать этот вопрос, но осмелилась.
— Я сегодня утром, на рассвете, приехала в Крес. Думала отдохнуть немножко, да дальше отправляться в путь. Но стоило мне лечь в гостиничном номере, как я провалилась в видение, где и увидела, видимо, события полугодовалой давности, — пересказав сон женщине, я почувствовала её смятение.
— Но там, в вашем сне, не было ведь мужчины, что вы нарисовали на листе бумаги, и дочери моей не было, — она с недоверием смотрела мне в глаза.
— Не было, — я кивнула, соглашаясь. — Именно поэтому, стоило мне осознать сон, я провела практику, где пыталась понять, к кому и с какой информацией мне идти. В своём втором видении я увидела вас и мужчину, увозящего девочку. Этого мужчину. — Пальцем указала на лист, где изобразила его.
От моих слов Эва покрылась мурашками, а потом резко осела и заплакала, обняв себя руками.
Я, не думая о последствиях, кинулась утешать женщину, истерика которой набирала обороты.
— Эва, что случилось? — я пыталась достучаться до женщины, что рыдала в моих объятиях. Она сама, как маленькая девочка, пыталась забраться с ногами на поверхность, свернуться клубочком и спрятаться ото всех.
В таком состоянии женщина провела около получаса, точно не знаю — часов в доме у Эвы не было.
А когда успокоилась, присела рядом и начала говорить:
— Пять лет назад я была совсем другой. Мне было всего двадцать, я была юна и доверчива. Моя матушка лекаркой была и часто меня отправляла в лес травы собирать. А я и ходила, не страшась. Да и, казалось бы, что может случиться с девушкой в деревне, где все друг друга знают? — её голос дрогнул, взгляд рассеялся, будто она уже и не здесь. — Как бы не так. Тогда было раннее утро, а на деревню пришла хворь. Знаете, в небольшой местности все же постоянно контактируют, а если заболеет кто-то один, то следом заболеют и остальные. Матушка меня отправила травы собрать на лекарственные микстуры, да только не увидели мы, что и я приболела. Но юная, глупая была — когда симптомы заметила, решила, что ничего страшного не случится, если травы всё-таки соберу, но не подрасчитала силы свои… Я до леса только добралась, как дождь пошёл. Искала корешки, когда слабость накрыла все моё тело, и наступила темнота. А в себя пришла в незнакомом домишке в лесу. Там мужчина был, ухаживал за мной, на ноги поставил. Я к нему симпатией и благодарностью прониклась. Он никак с внешним миром не контактировал, говорил, что нельзя ему в люди выходить. А я, добрая душа, пожалеть его решила. Да только не думала, что мужчина расценит это по-своему. Он взял меня. Боли не причинил, но дитя зачал. Домой добралась уже на сносях. Мать моя меня и не узнала вовсе, да и я её тоже. На месяц я тогда пропала. А за этот месяц в деревне людей погибло от болезни много, а мать поседела вся, в переживаниях за меня. Но приняла, непутевую, не винила ни в чем. Сказала, что справимся со всем. Да только дочку я родила, а спустя два года мать моя ушла с этой земли грешной на небеса. С того времени дочь моей единственной отрадой была. Знаете, с её улыбкой словно весь мир красками играть начинал. Она такая малюточка, солнечная девочка у меня была, её вся деревня любила. Всегда улыбалась, ко всем всегда шла, кто позовёт. Вот полгода назад и пропала. На глазах буквально. Я думала, что спряталась, но на территории деревушки её не оказалось. А для меня в тот момент, когда последний житель сказал, что у него моей девочки нет, и он её не видел, как будто жизнь оборвалась.
В моей голове появлялись образы по мере рассказа девушки. В какой момент потекли слезы, я и вовсе не поняла. Мне было до боли жаль женщину, сидящую передо мной. А я сама в который раз убеждаюсь, что мужчинам верить нельзя.
— Я уже и думать забыла, кто именно отец моей дочери. Не вспоминала его, более того, мужчина появился у меня, вы видели его — Сэм. — Она подняла взгляд на меня, оценивая мою реакцию, но я внимательно слушала. — А когда вы показали портрет, я не поверила сначала даже. На меня он смотрел, мужчина, который зачал мне дочь. Её биологический отец. Но я не понимаю, откуда он мог узнать, что я беременна и дочь ему принадлежит?
— Я не могу подсказать мотивы, я лишь видела маленький домик в лесу, куда в видении мужчина увёз девочку. И могу вам его воспроизвести, — кивнула на лист бумаги.
— Если можно, — девушка была согласна.
Прошло несколько минут, как на листе появился домик из моего видения.
А она неверящим взглядом смотрела на рисунок.
— Я не верю. Такого не может быть. Как же это? — Она вскочила с места и начала метаться по комнате. — Мы же можем поехать туда? Можем? Пожалуйста. — Как вихрь, девушка пронеслась мимо, схватила какой-то кулон и вернулась ко мне. — Леди Артелика, я прошу вас, поедемте со мной, пожалуйста.
Я кивнула на её просьбу, понимая, что при всем желании не могу отказаться.
Моя интуиция вопила, что я должна быть рядом с ней в тот момент.
Я с сожалением вздохнула. Понимая, что теперь вынуждена задержаться. Снова.
Женщина металась по дому, собирая какие-то вещи. Я же ждала её в стороне, не мешая и не отвлекая.
Когда она подошла ко мне, я просто молча взяла её руку, надеясь немного успокоить, но ощутила лишь нервную дрожь.
Мы выехали из Креса уже через полчаса. Жители перешептывались, разговоры о нашей встрече уже облетели всю деревню. Но никто ничего не спрашивал, видя обеспокоенное лицо Эвы.
Женщина пустила лошадь в галоп, периодически подгоняя её, чтобы та бежала ещё быстрее.
Я же понимала, что произойдёт дальше, но не представляла реакцию людей, чья встреча неминуема. Меня это и пугало, и наполняло предвкушением одновременно. Даже не знаю, как бы отреагировала я сама.
Эва спешила. Она ехала чуть впереди, я же оставалась сзади, рисуя мысленно будущее.
Казалось, что я никогда не смогу понять её эмоций. Но в то же время одергивала себя — когда-нибудь у меня будет дочь, за которую я буду также безумно переживать. Но пока это слишком фантастическая картинка. Я абсолютно не готова ни морально, ни физически к детям. Пока мне хватит сестер, их ещё на ноги надо поднять и отучить.
За своими мыслями я и не заметила, как мы въехали в лесную чащу. Лошади здесь было сложнее пробираться, Фани недовольно ржала, как бы сообщая, что ей это не нравится. Но вскоре трудная дорога закончилась, и мы выехали на поляну с небольшим кривоватым домишкой, таким же, как я видела во сне.
На лице Эвы появилась решимость, которая чувствовалась во всем: в том, как спрыгнула с лошади, в том выражении её лица, что кричало — женщину сейчас не остановить, в том уверенном стуке в дверь, что издавала её рука, доказывая, что женщина ни перед чем не отступится. Я стояла в стороне и наблюдала, как створка отворяется, и белокурый ангелочек выглядывает на улицу:
— Кто здесь? — ясный голосок разносится в тишине, а Эва вся вздрагивает и заглядывает за дверь.
Её эмоции витают в воздухе: неверие, радость, страх.
— Доченька, котёнок мой… — её голос дрожит, а сама женщина падает на колени, только бы поближе к дочери, но боится её испугать. Боится, что та ее не узнает.
Но страхи напрасны. Стоит девочке увидеть, кто за дверью, услышать родной голос, как та сама срывается навстречу.
— Мамочка, мама, ты приехала, наконец! Я тебя так долго ждала. Я очень! Очень-очень! Соскучилась, — малышка сжимает в своих объятиях женщину, и обе начинают рыдать.
На моих глазах тоже появляются слезы. А сердце сжимается от радости за них.
Но моя интуиция меня ещё никогда не подводила, я кожей ощущала, что не может быть все так просто. Что-то по-любому должно было произойти. И это что-то не заставило себя ждать.
Я боковым зрением заметила движение. Мать и дочь были увлечены друг другом настолько, что не могли этого увидеть.
А я не могла не предупредить:
— Эва, обернись, — мой голос разнесся по поляне, женщина вздрогнула, резко посмотрев на меня. Я же кивком указала на мужчину, что стоял немного в отдалении.
Эва вскочила на ноги, быстрым движением задвинув дочь к себе за спину.
— Ну вот ты и приехала, я этого так долго ждал, — мужчина начал подходить ближе, грустно улыбаясь.
Эва вся подобралась, слезы высохли на её щеках моментально.
— Любовь моя, не бойся, я не причиню тебе зла, — мужчина остановился неподалеку. — Ни тебе, ни нашей дочери.
— Что тебе от меня надо? — Эва не выдержала. Я видела по тому, как сжимаются её ладони, как она прижимает к себе дочь — её состояние далеко от спокойного, но она не боится.
— То же, что и пять лет назад. Тебя, дочь, семью, — слова мужчины приводили меня в шок, казалось, что это не может быть реальностью, но я молчала, не сводя изумленного взгляда с женщины. Когда она рассказывала о произошедшем в прошлом, об этих желаниях мужчины она умолчала.
— Ты украл у меня дочь и после этого желаешь построить семью⁉ — прошипела Эва в ответ. — Я тебе тогда сказала и сейчас повторю. Я не желаю отказываться от социального мира из-за тебя! Я тебя даже не знаю, а ты решил воспользоваться ситуацией тогда, да и сейчас тоже! По-моему, ты прекрасно понял моё решение и даже согласился с ним пять лет назад.
— Пять лет назад я не знал, что ты моя истинная! — рыкнул мужчина в ответ.
— О какой истинности речь? Что за бред ты несёшь⁉ — Эва уже начинала кричать, а я же заинтересовалась этой информацией.
— Ты же ничего не знаешь, я не успел тебе сказать, — проговорил мужчина тихо, но так, чтобы мы услышали. — Прошу, выслушайте меня.
Эва бросила взгляд на меня, я кивнула. Понимала, что мужчина не причинит зла ни мне, ни тем более женщине и ребёнку.
— Прошу, пройдемте в дом, там нам будет удобнее, — мужчина развернулся ко мне. — И да, простите меня за бестактность, лорд Сорстейм Рихардский.
— Зачем ты врёшь? — вздернула подбородок Эва, смотря в глаза мужчине.
— Сейчас не вру, извини, Эва, — Сорстейм ответил женщине прямым взглядом, а после кивнул в сторону двери.
Войдя, я опешила, снаружи я видела маленький неказистый домик, а внутри был огромный особняк. Такая реакция была не только у меня, но и у Эвы.
— Не пугайтесь, это всего лишь пространственная магия, — мужчина усмехнулся, глядя на нашу реакцию. — Располагайтесь, леди. Это будет долгий разговор.
А стоило нам удобно расположиться, он начал говорить:
— Не знаю, слышали ли вы фамилию, что я назвал, и знаете ли что-то о системе правления на землях оборотней, — дождался нашей реакции: я мотнула головой, а Эва молча сидела, обняв Милу. — Рихарские раньше единолично заправляли всеми кланами оборотней. До того момента, пока мы не начали вырождаться. В тот момент клан Свиретских решил укрепить свою власть, а за ним и другие кланы подняли бунт. На землях появилась раздробленность, а вместе с ней пять кланов, которые грызутся за каждый клочок земли. Наших детей начали убивать, женщин тоже, а мужчины погибли от тоски. Все дело в том, что мы одни из сильнейших, но любим единственный раз в жизни, а дети у нас могут рождаться только от одной женщины — той самой, любимой и истинной, — после этих слов Сорстейм взглянул на Эву, а та смотрела на него с широко распахнутыми глазами, прижав ладошку ко рту. Грустно кивнул и продолжил:
— Шесть лет назад я покинул свои земли, скрывшись на границе соседнего королевства, надеясь, что те, кто так искусно нас уничтожал, меня не обнаружат. Прожил почти год уединенно, не показываясь на глаза людям. Пока в один день не обнаружил в лесу девушку без сознания. В тот момент я не думал, кто ты. Я просто хотел помочь. — Взгляд Сорстейма обратился к Эве. — А ты, придя в себя, оказалась такой нежной, искренней, доверчивой, мне безумно хотелось окружить тебя заботой. Я не давил и ни к чему не принуждал, а желание, чтобы ты осталась со мной, застилало глаза. Тогда я и подумать не мог, что ты моя пара. Но хотел быть рядом. — Он приблизился к Эве и сел перед ней на колени, положив руку на спину дочери, что задремала на груди матери, улыбнулся и продолжил: — Я тебе предложил остаться рядом, но ты восприняла в штыки. Тогда от ощущения, что ты покинешь меня, чувство тоски пронзило все мои внутренности, а мои инстинкты взяли верх. И я не сдержался. А ты, испугавшись, сбежала. Прости, — покаянно положил голову на колени к девушке.
Эва не оттолкнула, только сжалась сильнее.
— Ушла, а я только после осознал, что ты вместе с собой забрала и мое сердце, и мою душу. Не смог сидеть на месте и проследил за тобой. Но решил, что приму твой выбор, не хотел подвергать опасности твою семью и тебя. Не буду настаивать, чтобы ты ушла из дома вместе со мной. Только надеялся, что однажды ты сама захочешь вернуться. А когда узнал, что ты беременна, моей радости предела не было. Я ждал тебя, но ты не пришла. И я снова принял твоё решение. Родилась дочь, я каждый день приходил в деревушку, чтобы хотя бы одним глазком увидеть вас. А несколько месяцев назад увидел в ней признаки моего рода. Ты же тоже замечала в девочке повадки зверя? — Сорстейм взглянул на Эву, а та слушала внимательно и лишь прикрыла в согласии глаза. — Какие-то инстинктивные повадки, понимание животных, которые разбегались от окружающей девочку энергии? Или, наоборот, особое внимание кошачьих? Её любовь к молоку и мясу. Она все чаще начала проявлять повадки внутреннего зверя, а это значило, что её первый оборот будет в ближайшее время. Я следил издалека, чтобы оказаться рядом в любую секунду. Пытался поговорить с тобой, но ты игнорировала всех посыльных, что приходили к тебе.
Женщина вскинулась:
— Ко мне никогда никто не приходил! Неужели ты думаешь, что я бы не поскупилась собственной гордостью, чтобы обезопасить своего ребёнка?
— Конечно, я так не думаю, но каждый раз ты не приходила на место встречи. Тогда я решил забрать дочь, потому что в свой первый оборот она могла пострадать, но, испугавшись, однозначно привлекла бы внимание.
— А сообщить мне? Прийти в мой дом и сказать?
— Не мог. Я забрал дочь и ждал, когда ты появишься на пороге моего дома. Я бесконечно виноват перед тобой. И никогда не смогу искупить свою вину. Но, к сожалению, у судьбы свои игры. Мы не знаем, что будет завтра, пока расхлебываем те последствия, что остались от совершенных вчера ошибок. Я не в праве просить тебя быть моей женщиной, но умоляю тебя о возможности приходить к дочери и обучить её всему, чтобы в дальнейшем она была в безопасности.
Ответа я не дождалась, встала и тихо удалилась. Им многое нужно было обсудить. Время покажет, насколько жесток был поступок мужчины, и достоин ли он прощения. Но девочка будет расти в родительской любви и заботе. Это я знала точно. Как и то, что дорога этих двоих не разойдется в разные стороны, а вот мой путь должен продолжаться дальше.

----------

Глава 6 Судьбоносные встречи, или с чего все началось

Глава 6 Судьбоносные встречи, или с чего все началось
Спустя два дня я под вечер пересекла границу эльфийского королевства. Пришлось задержаться в Кресе для того, чтобы отправить девочкам письмо и забрать весточку от них.
Они писали, что дома все хорошо, а они сами скучают. Я тоже скучала, хоть и пыталась не задумываться о том, как они там. Иначе желание плюнуть на все и развернуться росло с невероятной скоростью…
На границе нас встретили стражи, которые уточнили с какой целью я пересекла границу, есть ли у меня оружие, какой магией владею, и целую кучу других вопросов. Но пропустили все же без проблем.
От границы до королевского дворца предстояло добираться еще порядка суток. Но я планировала сначала доехать до постоялого двора, нормально выспаться и, уже после того, как приведу себя в порядок, отправиться на аудиенцию к королю.
Проезжая по городу, с интересом осматривала улицы, снующих мимо эльфов. Я всегда думала, что жизнь эльфов отличается от жизни обычных людей и магов, но сейчас не видела особой разницы.
Такие же дома, улицы, такой же быт. Единственное — всякой растительности было намного больше, чем в Темрихе. Создавалось ощущение, что некоторые домики и вовсе утоплены в гуще листьев от незнакомых растений. Да и вокруг домов везде были всякие кустики, газончики и деревья разных размеров и форм.
Внимательно смотрела на вывески возле строений, выискивая интересующее меня место для ночлега, но попадались лишь магазинчики, лавки и таверны.
Я видела, что Фани устала, и ей требуется отдых. Да и у меня уже особо сил не осталось, чтобы плутать по незнакомым улицам. А еще и сумерки начали опускаться на город, как бы намекая, что скоро ночь.
Хотелось уже скорее где-нибудь остановиться на ночлег, но постоялый двор так и не попадался на глаза. Периодически даже мелькала мысль, что высшие силы хотят, чтобы я нашла себе на одно место неприятностей. Я их отгоняла подальше и все же надеялась на удачу. Но тишину города нарушал только цокот копыт моей лошадки, и не попадалось ни одного прохожего, у которого я могла бы узнать дорогу.
— Ну ничего, малышка, осталось чуть-чуть, — похлопала ладошкой Фани по боку и пригнулась, чтобы обнять.
В этот момент услышала шум где-то вдалеке. И понадеявшись, что наконец-то там будет хоть кто-нибудь, у кого я смогу узнать адрес или примерное расположение постоялого двора, поехала на звук.
На соседней улице увидела компанию молодых эльфов, которые что-то бурно обсуждали на незнакомом языке.
Подъехав ближе, спешилась с лошади и направилась к компании.
На меня уже обратили внимание, и я даже этому обрадовалась — не придется отвлекать их от разговора.
Один из парней вышел вперед, светло-пепельные волосы струились по его плечам, а взгляд янтарных глаз оценивающе пробежался по моему телу. У меня от него неприятно заворочалось что-то внутри, почувствовала себя будто я не после несколькодневной дороги тут стою, а вышла из борделя, дабы скрасить вечерок любвеобильного мужчины. Эльф хмыкнул и ожидающе приподнял бровь.
— Извините, что прерываю ваш, наверняка, интересный разговор, но не подскажете мне…
— Подскажем, а еще лучше покажем, — светловолосый резко приблизился ко мне и одной рукой прижал к себе. — Ты же явно ищешь хорошее местечко, чтобы скоротать вечер, да, парни?
Он оторвал от меня взгляд и, смеясь, посмотрел на своих друзей. Вся компания расхохоталась, подражая своему предводителю. А внутри меня вспыхнула злость. Да как он смеет⁉
— Что вы себе позволяете⁉ — взвилась я, отталкивая от себя наглеца. — Немедленно отпустите!
— Да что ты говоришь, отпустить тебя? Хмм, но я еще хочу поиграть с тобой, малышка. — Его рука сильнее сжала мою талию, а второй он приподнял мой подбородок, потянулся к моей щеке и облизнул ее. — Сладкая какая.
Он по-новому посмотрел на меня, а я опешила от этого действия. Вся компания явно была не в себе. Скорее всего, под каким-то воздействием, но мне от этого легче не становилось. Я начала вырываться из рук парня, и остро пожалела, что не ношу обувь на каблуках. Было бы здорово врезать ему, да побольнее. Я надеялась, что он отвлечется, а я в этот момент убегу. Фани, чувствуя мое состояние, громко заржала, а я ощутила сильный прилив адреналина, и была готова бороться за свою жизнь до последнего. Ненавижу таких, как эти… да подходящих слов даже не было, чтобы их описать!
— Что здесь происходит? — мужской голос, низкий, пробирающий, вырвал меня из подкатывающей истерики, я попыталась оглянуться, но не смогла. — Рил, отпусти девушку.
Эльф изменился в лице, но послушно отступил от меня, я метнулась в сторону защитника, сердце бешено колотилось в груди.
— Мориель, какими тропами тебя сюда занесло? — хмыкнул парень,, названный Рилом. Остальная компания, что странно — молчала. Или не странно, раз у них такой наглый предводитель. — Снова следишь за мной, чтобы папочке доложить о моем «несносном» поведении? — его слова звучали настолько иронично и даже саркастично, что мне стало не по себе. И где-то внутри я даже посочувствовала родителям такого «сыночка».
— Не вижу в этом смысла, но однажды ты доиграешься, Рил, — названный Мориелем эльф устало вздохнул.
После мужчина развернулся ко мне, взял Фани под уздцы и повел нас в сторону от компании, те снова переключились на свой разговор, но стоило мне оглянуться назад, как я увидела злой взгляд янтарных глаз.
— Извините за доставленные неприятности. Лорд Энтариэль иногда слишком много себе позволяет. Нас не представили, я Мориель Ионский, начальник королевской стражи, могу узнать ваше имя? — низкий голос мужчины тихо вибрировал на моей коже, успокаивая и даря необычные ощущения.
— Да, конечно. Артелика Ваури. Прибыла в ваше «гостеприимное» королевство из-за видения, что посетило недавно. Завтра пойду на аудиенцию к королю. Но хотела бы выспаться, а постоялый двор не нашла, — грустно закончила я, почему-то чувствовала, что этому мужчине можно доверять.
Только почему моя интуиция молчала, когда я шла к компании аристократов — непонятно. Или ее заглушил адреналин, что выработался в момент опасности? Наверное.
— Как интересно. Что же вы увидели такого важного, что необходима аудиенция короля? — мужчина легко улыбнулся, а я только сейчас обратила внимание на то, какой он красивый. У него тоже были светлые волосы, а глаза в свете зажженных фонарей переливались ярким зеленым цветом, щетина немного тронула подбородок (мне даже неожиданно захотелось протянуть руку и провести ей по мягкому ежику волос — почему-то я была уверена, что он мягкий), я одернула себя и отвернулась. Но почему-то все равно чувствовала теперь рядом с собой сильного мужчину, возможно, давил его рост, а может, и энергетическая составляющая. Теперь я специально закрывалась от этого эльфа, чтобы не воспринимать его на таком уровне. К заведению детей я явно не готова.
Дети? О, ужас! О чем я только думаю⁉
— Артелика, с вами точно все в порядке? — то, как прозвучало собственное имя от него, произвело невероятный эффект — мурашки побежали по коже. А я поняла, что еще никогда и ни на кого так не реагировала.
— Да, простите, задумалась. Что вы спрашивали? — невинно поинтересовалась, поднимая на мужчину взгляд.
— Что такого вы увидели, раз вам потребовалась аудиенция короля? — снова улыбнулся этот невероятный эльф.
— А… — я опустила взгляд. — Это секрет! — весело подытожила.
О, высшие силы! Я что, флиртую? С первым встречным мужчиной? Какой кошмар!
— Я вас понял, — мягко рассмеялся Мориель. — Собственно, мы пришли. Вот постоялый двор, который вы так долго искали. Если вы не против, то я буду ждать вас утром, чтобы сопроводить к королю.
Я только кивнула, а к нам уже спешил молодой парнишка, чтобы увести Фани. Мужчина развернулся и побрел в сторону, я же всего на секунду, прежде чем одернуть себя, залюбовалась его удаляющейся спиной.
Расторопный хозяин двора быстро организовал мне комнату для отдыха, лохань с теплой водой и простой, но сытный ужин.
После пережитой встречи, я думала, что долго не смогу уснуть. Но стоило лечь в постель, как меня накрыла долгожданная темнота.
* * *
Резко распахнув глаза, я с колотящимся сердцем подскочила в постели. Высшие силы! Что за сны стали меня посещать⁉
Я снова стала вспоминать, как во сне Мориель проводил своими ладонями по моей спине, а его нежные губы порождали стаи мурашек своими мимолетными касаниями. Мы были в светлой комнате, на большой мягкой кровати покрытой балдахином, но я не могла отвлечься на посторонние картины, все чаще задыхаясь от собственных ощущений, что разрывали меня изнутри. Аккуратные, нежные касания будоражили, вырывали стоны из моего горла, и я не могла это контролировать.
Он нависал надо мной сверху, очерчивая пальцами линию подбородка, скул, губ, а после приближался с завораживающей улыбкой, от которой я таяла. Его губы были мягкими на ощупь и терпкими на вкус. Внизу живота разгорался сладостный пожар, который перетекал все выше, заставляя выгибаться навстречу опытному любовнику. Хотелось открыться ему, заявить, что это мой мужчина, довериться его дурманящим разум рукам, губам, словам. Но было во сне что-то противоестественное моим ощущениям, что-то что заставило меня проснуться, прервав такой сон.
От собственных ощущений, которые впервые проявили себя, хотелось скулить в подушку. Щеки наверняка пылали, а мысли хаотично метались в моей бедной голове. Решила принять ванну, чтобы хоть немного остудиться и прийти в себя. А то так никаких дел не сделаю.
Холодная вода привела в чувство, а навязчивые мысли о сне отступили и оставили в покое. Взглянув на настенные часы и осознав, что еще раннее утро, начала неспешно собираться. Ведь сегодня я прибуду ко двору.
Спустившись в главный зал постоялого двора, отметила, что за столиками уже сидят несколько постояльцев, а с кухни доносятся вкусные ароматы. Вокруг стояла деревянная мебель, но она сильно отличалась от той, что была в нашем королевстве. Резные ножки и тонкие столешницы выглядели элегантно при своей простоте. А яркий свет, струящийся с витражей, что заменяли потолок расширял пространство. Было уютно и красиво.
Хозяин, завидевший, что я спускаюсь, вышел мне навстречу.
— Доброе утро, леди Артелика, вы так рано встали! Завтракать будете? — у него был красивый голос. Подумалось, что он певец, или как минимум у него хорошо это получается.
— Да, спасибо большое. Надеюсь попасть на аудиенцию к вашему королю, — вежливо улыбнулась, отвечая хозяину таверны.
— Сейчас завтрак будет подан, — он махнул кому-то на кухне, и я увидела, как там кто-то зашевелился. — А к королю для чего? К нему сложно попасть, обычно приемные дни у него случаются раз-два в месяц. А чтобы в индивидуальном порядке, это вообще редкость… Но желаю вам удачи!
Даа уж, проделать такой путь, чтобы не попасть к королю будет обидно, но попытаться нужно. Все-таки раз высшие силы послали мне видение, значит должны помочь попасть к королю. Иначе я не смогу выполнить предначертанное.
Завтрак был очень вкусным. Мне подали какой-то незнакомый напиток и нежнейший омлет, который таял во рту.
Как только я встала из-за столика, в здание вошел Мориель. Мой взгляд как-то сам собой остановился на его губах. И я уверена, что щеки налились румянцем.
— Доброе утро, леди Артелика! Как вы себя чувствуете? Как спалось? — его низкий голос заставил обернуться остальных посетителей двора.
— Доброе, лорд Мориель, — улыбнулась, опустив взгляд и ругая себя за такую реакцию.
— Что вы, я никакой ни лорд. К высшему свету не имею никакого отношения — только лишь служу королю.
— Как это? Вы начальник королевской стражи и не имеете титула? — я удивленно вскинула взгляд на Мориеля.
— Да, так получилось. Король высоко оценивает мое воинское ремесло, но у нас не принято за это одаривать титулом, — легко ответил на вопрос мужчина. — Но вы не ответили,как прошла ваша ночь?
Испытующий взгляд мужчины застыл на моем лице, а я еще сильнее смутилась. Такое чувство, что он знает, что мне снилось. Но этого же не может быть, значит, надо взять себя в руки.
— Да, хорошо спалось, спасибо! Мы можем отправляться во дворец? — решила перейти сразу к делу.
— Да, конечно. Я уже предупредил его величество, что с ним желает поговорить одна прекрасная незнакомка.
От его слов я снова засмущалась, словно влюбленная девица. Какие глупости!
— Прекрасно! Тогда я зайду за вещами, и мы можем отправляться, чтобы не терять времени!
Это было резче, чем мне бы хотелось. Но моя реакция на этого эльфа меня начинала беспокоить. Я никогда ни на кого так не реагировала и всегда была свято убеждена, что чтобы появились чувства к человеку, необходимо проводить много времени вместе, где он будет доказывать свое отношение и завоевывать поступками. Здесь же творилось что-то странное. Я становлюсь рядом с ним какой-то кисейной барышней. Ужас!
В комнате схватила дорожный мешок с вещами, и развернулась к зеркалу. И оказалась права — мои щеки пылали от смущения и возмущения собственной реакцией. Развернувшись, подошла к ванне, и плеснула в лицо холодной водой. Сколько можно?
На улице ждала повозка, возле которой стоял Мориель. Он пробежался по мне взглядом и приглашающе протянул руку.
— А разве верхом не будет быстрее? — подняла на него взгляд.
— С нашей магией — нет, — улыбнулся краешком губ.
— А как же Фани? Я не могу ее оставить здесь! Да и обратно мне надо будет как-то добираться.
Не успела договорить, как мужчина прикоснулся к моей руке и успокаивающе погладил.
— Не беспокойтесь, леди Артелика. На вашей лошади поедет мой подчиненный, в удобном для нее темпе. Мы же доедем в несколько раз быстрее, что будет гораздо удобней. Согласны? — я неуверенно кивнула, плохо понимая, о чем он говорит. — Ну и хорошо. Поехали!
Он помог забраться в повозку, а стоило мне устроиться на сиденье, как он сам запрыгнул и сел напротив. В этот же миг повозка сорвалась с места, и мы понеслись по улицам городка. И я не шучу, мы действительно развивали большую скорость, и я с огромным удивлением следила за всем в окошко.
Возникло желание, встать и выглянуть, чтобы понять, каким образом мы так разогнались. Но я сдержала свой порыв, представляя какой бы вид открылся Мориелю. Щеки моментально вспыхнули, а фантазия подкинула не только мой вид, но и действия эльфа. Хотя он даже не смотрел в мою сторону. И слава высшим силам!
Во время пути Мориель попытался завести разговор, но, видя мое нежелание, не настаивал. Чему я была очень рада. Следила за проносящимся пейзажем мимо и продумывала разговор с королем.
Когда прибыли ко двору время приблизилось к полудню — и правда быстро. Я восхищенно обвела взглядом открывшийся вид: стены дворца переливались в солнечном свете, шумели фонтаны в отделении и где-то там же я увидела невероятной красоты беседку. Мориель не дал времени особо рассмотреть все, аргументируя, что нас ожидают. Внутри дворца все оказалось ещё красивее. Свет падал сквозь прозрачные стены, освещая все вокруг. Светлая мебель казалась воздушной из-за отражения света в ней.
Мориель повёл меня в приёмную короля. Сколько раз мы свернули, я не сосчитаю, и одна бы скорее всего здесь заблудилась.
— Подождите меня здесь, я сообщу его величеству о нашем прибытии и приду за вами, — Мориель поцеловал мою руку и удалился. Я же начал оглядываться по сторонам.
В этой комнате тоже была панорамная стена, а вид из неё выходил на королевский сад. Вывод, что это он, я сделала по тому количеству редких(я таких никогда не видела) цветов, что там росли.
Я любовалась открывшимся видом, когда рядом прозвучал незнакомый голос:
— Добрый день, что тут забыла такая очаровательная незнакомка?
Я вздрогнула от неожиданности и резко обернулась на незнакомца, что стоял теперь напротив меня. Тёмные волосы красиво обрамляли его лицо, но взгляд пугал. Обычно так хищники смотрят на своих жертв. От мысленного сравнения мне стало не по себе, и я поёжилась, что не укрылось от взгляда тёмных, почти чёрных, глаз.
— Вы меня напугали, — выдохнула, а потом опомнилась. — Извините. Я ожидаю аудиенции с Его Величеством.
— Да? Его Величество не говорил мне, что он кого-то ждёт, — незнакомец насмешливо выгнул бровь, а мне стало не по себе.
— Простите, — я непонимающе взглянула на него. Ожидая ответа, почему он должен быть в курсе.
— Ах да, я не представился — лорд Санриэль Аорский — брат короля и его советник, могу узнать имя прекрасной незнакомки? — эльф с усмешкой поклонился.
— Леди… — хотела представиться, но в этот момент в зал вошёл Мориель, кинул взгляд на собеседника и кивнул мне.
— Король ждёт, прошу, — протянул руку, намереваясь проводить.
— Да, иду! Прошу прощения, но вынуждена вас покинуть, — прошла мимо советника короля, ощущая, как спину прожигают взглядом.
Мориель провел меня в следующую комнату, это была приемная зала. На другом конце сидел монарх, но увидев нас, он поднялся и двинулся навстречу, оглядывая меня.
— Добрый день, Ваше Величество, — я присела в реверансе.
— Добрый, — доброжелательно наклонил голову король, — Мориель, ты можешь идти.
Начальник королевской стражи поклонился королю и покинул приемный зал.
— Мы не представлены, — король подошел ближе и предложил руку. Я смущаясь, все же не каждый день с монархами беседы веду, протянула свою.
— Я — Октариэль Гринтеваль-Аорский, — поцеловал мою ладонь и повел к креслам. — Не сочтите за дерзость, ваше имя мне знакомо, поэтому вы можете не представляться. Для меня честь иметь личное знакомство с представительницей такого известного рода.
Король довел меня до кресла, а сам сел напротив. Сделал несколько пассов рукой, и нас окружила сфера.
— Даже у стен есть уши, — усмехнулся и протянул мне чашечку с чаем, налитым собственноручно.
— Понимаю, — улыбнулась ему.
— Я не сомневался в вашем уме. Но также история гласит, что Ваури никогда не приходили к королям с добрыми вестями. И я уже напуган, чего мне ждать от вашего визита? — король сделал глоток чая.
— К моему сожалению, вы правы. Вести не из хороших. Так случилось, что несколько дней назад мне пришло видение. И если вы позволите, я бы хотела его вам показать.
Его Величество Октариэль согласно кивнул.
Я поднялась и подошла к нему вплотную. Начертила грифелем, что всегда был с собой, на своей руке руну и точно такую же на одной из кистей короля.
Соединив наши ладони, начала входить в транс для передачи видения.
* * *
Король ходил по комнате из стороны в стороны, но не проронил ни слова с того момента, как все увидел собственными глазами.
Я же старалась не мешать. Потому что понимала, что ничем ему помочь не смогу, особенно сейчас, когда на его страну надвигалась беда.
Наконец монарх пришел к какому-то выводу и долго изучающе посмотрел на меня.
— Леди Артелика, я понимаю, что не смею вас о таком просить, но в сложившейся ситуации никто лучше вас не поможет. Как вы понимаете, я не могу никому доверять. Поэтому прошу, останьтесь на время расследования во дворце. — Он снова присел напротив. — Мы придумаем легенду, по которой никто не поймет, кто вы. А в случае опасности всегда сможете быстро сообщить о ней. У вас же хорошо развита интуиция, да и, мало ли, вдруг снова придет какое-то видение?
Я не ожидала такого предложения, но понимала, что даже если бы и хотела, то не могу — дома девочки, они переживают за меня и ждут возвращения.
— Сожалею, Ваше Величество. Но вынуждена вам отказать в просьбе, — опустила взгляд, боясь реакции монарха.
— Но, почему? Может, я могу вам чем-то помочь? Я заплачу! Хорошо заплачу! Артелика, пожалуйста, соглашайтесь, уповаю на ваше благородство и благоразумие. В ваших руках великая сила, — король смотрел прямо, и я видела, что его сейчас одолевают эмоции.
— При всем желании вам помочь, не могу. Я и так сделала всё, что было в моих силах. Вероятность повторного видения очень мала, для этого нужна высокая концентрация силы. И при этом у меня дома остались пятнадцатилетние сестры. Они там одни и сильно переживают. Кроме меня, у них больше никого не осталось. А здесь может быть слишком опасно.
— Да, я понимаю. Семья — это важно. Как для вас, так и для меня. А в вашем видении был мой сын. И какие-то заговорщики хотят с помощью него свергнуть меня с трона. И я сейчас не о себе беспокоюсь. Мне власть ни в одном месте не сдалась. Я беспокоюсь за свою семью и народ, которого ждет война. Но самое страшное, что доверия у меня теперь нет ни к кому. Вы говорите, вашим сестрам по пятнадцать? — дождавшись моего кивка, король продолжил: — А девочки учатся?
— К сожалению, нет. Еще не поступили.
— Они поступят! — уверенно произнес король. — Давайте договоримся с вами так. Я плачу вам такую сумму, — король на листочке что-то написал и придвинул его ко мне, а я неверяще перевела на него взгляд. — И устраиваю ваших сестер в любую академию, где они будут под защитой и ответственностью руководства. Соглашайтесь.
Он снова выжидающе посмотрел на меня. Я же не понимала, как мне лучше поступить. Да, сестры меня ждут дома, но и возможность устроить их будущее я не могу упустить. В данной ситуации лучше всего согласиться, но я даже не понимала, чем могу быть полезна здесь. О чем и сообщила королю.
— Как я уже сказал, даже малейшее предчувствие, интуитивные выводы — мы будем все проверять. Кроме этого, вы всегда сможете находиться рядом с моим сыном, и в случае опасности сообщить об этом мне.
— Находиться рядом с принцем? Но как?
— Все просто, вы станете его невестой! — король искренне улыбнулся своей «гениальной» мысли.
— Как вы себе это представляете? Заявляется непонятная девушка, из другого королевства, с фамилией Ваури, и говорит, что она невеста принца. Сам принц ни сном ни духом ни о какой невесте. А для всех придворных все выглядит слишком странно, да и о моем роде не только вы наслышаны, я полагаю.
— Как я уже говорил раньше, вы невероятно умны. Но мы сделаем по-другому: во-первых, поменяем вам имя. Во-вторых, вы будете аристократкой из другого королевства, призванной ко двору, как возможная партия для моего сына. Чтобы вы могли присмотреться к друг другу. Ну, а дальше по ходу дела. Самое главное, чтобы никто не знал вашего настоящего имени.
— Но его уже знают… — неловко произнесла я.
— Кто? Мориель мне предан, в нем я уверен. Да и клятва не позволит навредить мне или ослушаться приказа.
— Еще хозяин постоялого двора, в котором я провела ночь. Он знает, что я направилась к вам на аудиенцию.
— Хорошо, полагаю, некая денежная сумма и хороший менталист смогут заставить его позабыть о вашем присутствии. Кто еще?
Я уже была не уверена, что это хорошая мысль. Вмешательство менталиста могли посеять некие расстройства психики. Но все же продолжила:
— Стражник, который пропускал меня на границе.
— С ним тоже решим вопрос. Это все?
— Вроде да, — я прокручивала в голове, могла ли еще кому-то сказать. Но больше в памяти ничего не всплывало.
— Ну и замечательно, подождите здесь. Мне нужно дать распоряжения.
Король вышел, а я осталась обдумывать сложившуюся ситуацию.
Спустя два часа передо мной лежал пакет документов, по которым я была леди Лика Велиховец, дочь одного почившего недавно герцога, также прибыла из королевства Темрих. Принадлежу семье герцога, и своим происхождением и успехами в учебе привлекла короля. Прибыла ко двору, чтобы быть представленной принцу как будущая невеста.
Какие распоряжения были даны Энтариэлю, я не знала.
Но когда король сказал о том, что пригласил своего сына присоединиться к нам, все внутри меня насторожилось.
А стоило ему войти в зал, я замерла, не веря своим глазам.
— Только не говорите, что это ваш сын, — пораженно произнесла я.
— Именно он. Энтариэль Гринтеваль-Аорский, знакомьтесь.
— Уже познакомились… — выдохнула.
И взгляд зеленых глаз пообещал мне кару небесную.

----------

Глава 7 Вас приветствует высший свет

Глава 7 Вас приветствует высший свет
— Что ты здесь делаешь? — зло рыкнул принц.
— А мы с вами уже перешли на ты? — невинно поинтересовалась я.
— Да мне плевать! Отец, что она здесь делает? — Энтариэль перевел свой взгляд на короля.
— Знакомься, сын. Это та девушка, о которой мы с тобой разговаривали. Твоя будущая невеста, — мне уже хотелось сказать, что ничего не будет. Что я отказываюсь иметь дела с таким типом. Что он меня раздражает одним своим присутствием.
— Ах, та самая девушка! — Он обошел меня по кругу, ходящие желваки выдавали все его эмоции. Но неожиданно он остановился передо мной. — Что ж. Так и быть. Рад знакомству. Лика, если не ошибаюсь? Пойдем, поговорим.
Он схватил меня за руку и дернул на себя, из-за чего я вскрикнула и чуть не упала, не удержав равновесие.
— Сын! Угомони свои таланты! Девушка неприкосновенна! Если с ней что-нибудь случится, то ты об этом пожалеешь, и я не посмотрю, что ты мой сын!
— Я это уже слышал, отец! — прошипел сквозь зубы Энтариэль. — Ничего я ей не сделаю. Просто поговорим наедине.
Я не хотела никуда с ним идти. Внутри бурлили эмоции, но могла ли я их себе позволить в этот момент? Скорее всего, нет. Хотя больше всего на свете хотелось развернуться и уйти, оставив ненужные мне проблемы, которые непременно последуют за моим согласием на участие в этой авантюре. Миссию перед даром я выполнила, а с сестрами справимся как-нибудь сами.
Но я не сделала этого, а король лишь сочувственно посмотрел мне вслед в тот момент, когда принц стремительно выводил меня из комнаты.
Он молчал всю дорогу, да и я не спешила вмешиваться, шла за ним, настороженно осматриваясь по сторонам и думая, что же этому светловолосому и весьма невоспитанному эльфу от меня нужно.
Нет, я прекрасно понимала, что обговорить всю ситуацию нам просто необходимо, но из-за того, что тем наглецом с улицы оказался сам принц, до сих пор была в растерянности. Да еще и находилась не в своей тарелке от всего происходящего. Не думала, что новость о покушении приведет к таким последствиям.
Принц уводил меня все дальше. Мы прошли уже несколько огромных коридоров, но я покорно следовала за венценосным грубияном, попутно рассматривая стены, украшенные резными фресками с различными историческими событиями. Привлекла внимание и портретная галерея, но оценить всю красоту королевских «лабиринтов» мне не дал резкий поворот и еще одна узкая и крутая лестница вверх. Когда мы вышли на ровную площадку, залитую ярким солнечным светом, я невольно зажмурилась из-за рези в глазах и, не выдержав, усмехнулась:
— Если таким способом ты решил избавиться от проблемы в виде меня, то спешу разочаровать… — начала было, но меня бестактно перебили.
— Больно надо что-то с тобой делать, — буркнул Энтариэль. — Просто хочу поговорить.
Я не ожидала ничего хорошего от предстоящего разговора и отчего-то волновалась, думала, что принц начнет вести себя так же, как и вчера, а то и того хуже — все-таки мы находимся на его территории, но он удивил.
— Странно слышать от такого как ты, что просто поговорить хочешь, скорее, снова проявить чудеса гостеприимства, — намекнула на события вчерашнего вечера.
Принц недовольно скривился от моих слов, как будто съел лимонную дольку. Я передернула плечами и отвернулась, подошла к прочному парапету.
Жизнь снизу играла яркими красками: в саду прогуливалось несколько женщин, у фонтана разговаривали Санриэль Аорский и какой-то незнакомый мужчина, и мне почему-то захотелось понять, о чем именно они говорят, но, жаль, я чисто физически не могла подобного сделать и поэтому отмахнулась от этой идеи. Но что оставалось неизменным — вид отсюда открывался просто потрясающий. А птицы постоянно пели свои трели, и я невольно заслушалась.
— Я не знаю, что ты там уже успела надумать обо мне, но я не такой, — неожиданно раздался голос Энтариэля за спиной, а мне от этой его фразы хотелось рассмеяться в голос. Ага, не такой… Имели счастье видеть, какой вы. Но сказала совсем другое:
— Это не важно. Сейчас я хочу только скорее решить это дело и убраться отсюда подальше, — наверное, голос прозвучал слишком устало.
И это было чистой правдой. Устройство сестер на учебу несказанно радовало, но я все равно скучала по дому, по девочкам и хотела закончить со всем как можно скорее.
— Понимаю. Я не знаю, кто и что замыслил, но сомневаюсь, что что-то из этого получится. При этом готов помочь тебе по мере своих сил, раз отец так доверяет вашему дару. Однако и ты должна иметь в виду, что не только мне придется идти на уступки. Завтра ты будешь представлена главным лицам королевского двора и приближенным, — сразу перешел к делу принц. — Отец устраивает званый ужин в твою честь. Именно на нем ты сможешь присмотреться к ближнему кругу, поэтому будь крайне внимательна. А еще весь двор должен поверить, что ты моя невеста и крайне заинтересована в том, чтобы сохранить этот статус.
Сам парень подошел и встал рядом со мной, смотря куда-то вдаль.
— Каким образом предлагаешь мне доказывать им чистоту своих намерений? — поинтересовалась и только потом задумалась. Ведь я по факту никогда не была при дворе. Да и манеры бабушка с мамой хоть и прививали нам с сестрами, но стоит признаться честно — мы не особо в этом преуспели, уж точно не для королевского двора.
— Ну как, — притворно вздохнул парень. — Влюбленные взгляды, ухаживания друг за другом, провокации. Все должно быть как в жизни. Даже компрометирующие ситуации. Я даже готов пасть жертвой твоих домогательств.
От этих слов в душе взвилось возмущение.
— Каких домогательств? Ты что с ума сошел? Я не собираюсь играть и притворяться. И давай не будем нарушать личные границы. Да, я понимаю, что сейчас нам будет необходимо проводить время рядом друг с другом, но это не значит, что я кинусь в твои объятия, — решила, что важно сразу показать свою позицию.
Принц после подобных слов долго всматривался в мое лицо, будто ища ответы на известные только ему вопросы. Но видимо так и не найдя, просто согласно кивнул.
Какое-то время мы так и стояли молча.
— Лика, я не хочу быть тебе врагом, и вчера… Это все случайность, совпадение… — он снова заговорил о событиях прошлого вечера.
— Тебе незачем передо мной оправдываться. Я тебе никто, — я передернула плечами. Его слова вызывали внутри какое-то чувство сомнений. И мне хотелось ему верить, но я раз за разом откидывала эти эмоции. Я не хочу начать к нему привязываться, лучше — скорее вернуться домой и забыть это все, как страшный сон.
— Прости, Лика, — он сказал эти слова еле слышно, но все же я смогла их разобрать и немного опешила. Принц и извиняется передо мной? Сейчас на чью-то голову упал дракон?
Сама же тихонько рассмеялась от своих мыслей. Но принцу не ответила. Не хочу об этом.
— Ты, скорее всего, устала. Давай я провожу тебя в покои, ты сможешь немного отдохнуть и подготовиться к ужину? — принц вежливо, в отличие от прошлого раза, протянул руку, приглашая.
Я кивнула и вложила ладонь в его горячую руку.
Покои мне предоставили состоящие из трех разных комнат. Сразу мы входили в гостиную — в комнате стоял диванчик с резными искусными ножками и бархатной обивкой и два кресла в том же стиле, столик, где можно выпить чаю и позавтракать. Вдоль стены растянулся стеллаж с книгами и различными статуэтками, на одной из полок стоял графин с водой, возле него пара стаканов — достаточно уютная обстановка. Из гостиной шли две двери на противоположных стенах, одна — в спальню, другая — в кабинет.
Пока я осматривалась, принц молча стоял в проходе и наблюдал за моей реакцией.
— В спальне есть незаметная в стене дверца, она ведет в личные умывальни.
Я недоуменно подняла на него взгляд, он улыбнулся, с грацией оттолкнулся от стены и прошел в комнату. Я следом за ним. С любопытством следила за тем, как он провел рукой по поверхности, на которой изображались лианы с крупными листьями, как раз по одному из таких листов, и в сторону отъехала дверь.
— С той стороны такая же система. Когда ты будешь находиться там, к тебе никто не сможет войти, если ты сама того не захочешь.
— Интересная система, — я провела ладонью по рисунку, и по ощущениям он оказался живой. — Это как, листья?
Моему удивлению не было предела, принц же, видя мою реакцию, лишь рассмеялся. Его смех неожиданно оказался очень приятным и мелодичным, как перезвон капели весной.
— Это наша магия, мы можем управлять любыми живыми материями, подстраивая их под себя. Смотри. — И с этими словами Энтариэль снова протянул руку к одной из стен и приложил к ней ладонь. От его прикосновения по поверхности побежала волна, как будто от камешка брошенного в воду. Не прошло и мгновения, как перед моими глазами начала образовываться совершенно другая, словно живая, стена, пульсирующая под его руками.
Я лишь хлопала глазами на такую демонстрацию, сказать, что я удивлена — ничего не сказать. Не знала о такой особенности магии эльфов.
— Ладно, я оставлю тебя, отдыхай, обустраивайся. Скоро к тебе придет личная служанка, которую приставит отец. Она поможет тебе с гардеробом, и в принципе по любым вопросам можешь обращаться к ней.
Я кивнула, а Энтариэль развернулся и вышел из комнаты. Я, недолго думая, прилегла на кровать поверх покрывала. По телу сразу разлилась волна наслаждения, все же я устала за этот, казалось бы, недолгий, но ужасно тянущийся день.
Все время, что находилась во дворце, была напряжена. Впервые в жизни предстояло общаться с коронованными особами. И пусть я знала, что разговор не будет легким, но такого поворота событий точно не ожидала. Но что есть, то есть.
Увидеть принца было еще неожиданнее, чем просьба короля. Точнее, того, кем он оказался. Да и его поведение наедине резко выбивало почву из-под ног. Если бы он вел себя так же, как и прошлым вечером, то, возможно, мне было бы легче определиться с линией поведения, а сейчас — совсем не ясно.
Самое главное, надо дождаться, когда доставят во дворец мои вещи. И после написать письмо близняшкам с инструкциями по дальнейшим действиям. Надо рассказать им о том, что я задержусь на неопределенное время, и что им предстоит подготовиться к поступлению в академию. Представляю, как они обрадуются такой новости. Ведь давно об этом мечтали, даже если мне говорили об обратном. Хоть они не будут в этом обделены.
Довольно улыбнулась. Судьба сплетает свои нити, и никогда не возможно предугадать, в какой момент тебе повезет, и появится возможность воплотить свою мечту в жизнь.
Для себя я давно ничего не желала, главное — устроить жизнь девочек, так зависящих от меня сейчас. И теперь я почти это воплотила, ведь после окончания академии для близняшек будет открыта практически любая дорога. Все будет зависеть от них и их желания.
За своими размышлениями не сразу услышала стук в дверь. Быстро поднялась с постели и вышла в гостиную.
— Войдите!
Несколько удивилась, когда в комнату внесли не только мою сумку с вещами, но и еще несколько незнакомых свертков. Вслед за вещами в комнату вошла хрупкая девушка, выглядевшая ровесницей моим сестрам, по плечам скользили длинные светлые косы, а глаза светились мягкой зеленью. Я бы сказала, что она человек, если бы не острые кончики ушей, что выдавали принадлежность к расе.
— Добрый день, леди Лика. Меня зовут Милиель, я ваша личная помощница. — Ее голос звучал очень мягко и как-то даже завораживающе, хотелось слушать и слушать. Иметь такие голоса противозаконно, им так легко довериться и следовать куда только скажут. Эльфика продолжила: — Подходит время ужина, пройдемте в умывальню, а после вместе подберем наряд, подходящий вечерней трапезе.
— Хорошо, Милиель. Я могу обращаться к тебе по имени? — Никогда род Ваури не держал служанок, и я не знала, как следует вести себя с теми, кто носит такой статус.
— Конечно! Как вам будет удобно, леди Лика. — Девушка присела в реверансе. А мне стало не по себе от ее поведения. Сложилось ощущение, что я не на своем месте, что я здесь совершенно чужая.
«А ты и есть чужая. Всего лишь полезная игрушка в руках правителя, которая выполнит свою миссию и станет никому не нужной», — мысль ворвалась настолько стремительно, что я подавилась воздухом и закашлялась. Милиель подскочила ко мне со стаканом воды — я даже не успела заметить, когда она его успела наполнить, но с благодарностью приняла живительную влагу из ее рук.
Нет, мы оба преследуем свои цели, мы на равных! Не захотелось мне мириться с подобными мыслями.
Следующий час пролетел незаметно. Мне удалось помыться самостоятельно, но после мне ничего не давали делать, посадили перед комодом, разложили чемоданчик и начали наводить красоту. Спустя полчаса в комнату постучали, и внесли записку от принца, где он уведомлял меня о том, что лично зайдет за мной перед ужином.
Не стала отвечать. Хочет — пусть провожает.
Милиель порхала вокруг меня, нанося макияж легкими мазками или заплетая сложную прическу. Я же вновь погрузилась в свои мысли и не заметила, когда она закончила мои сборы. Провела рукой в пространстве и передо мной возникло зеркало в полный рост.
— Вы прекрасны, леди Лика. — Она поклонилась и отошла в сторону, чтобы не мешать рассматривать результат.
Девушку, что смотрела на меня из отражения, я не узнала. Точнее, понимала, что в нем я, но такой никогда себя не видела. Волосы цвета молочного шоколада были заплетены в сложные красивые косы, которые струились по плечам. Макияж не был вызывающим, скорее нежным, только лишь миндалевидные глаза выразительно подчеркнуты тонкой подводкой так, чтобы цвет становился ярче. Кожа казалась бархатистой и нежной, так и хотелось к ней прикоснуться, что я и сделала, проведя пальчиками по плечам. И была права в своих предположениях, я будто прикоснулась к лепесткам розы. Изумрудное платье, которое было в одном из свертков, струилось по телу, очерчивая все формы, и невероятно шло. Было очень непривычно видеть себя такой.
В этот момент в дверь постучали, Милиель поспешила открыть и пригласить гостя. Энтариэль вошел и начал оглядывать комнату, но стоило его взгляду остановиться на мне, как глаза загорелись восхищением, а сам эльф замер, не шевелясь.
Я смущенно опустила взгляд, а губы сами расплылись в улыбке. Реакция мужчины была приятна. Нет, я никогда не была обделена мужским вниманием, как же, многие считали делом затащить в постель представительницу рода Ваури, но в данной ситуации было особенно приятно видеть восхищение, все же это высший свет.
Вспомнив о тех, с кем скоро предстояло встретится, снова сосредаточилась, не время расслабляться.
— Вы необыкновенно прекрасны, леди, — проговорил принц, поклонившись, его голос оказался хрипловатым. — Прошу вас составить мне компанию, вы же не против?
Я отрицательно махнула головой, мол, нет. Все же хоть принц и не вызывал доверия, но его я хотя бы уже знала. Одной в данной ситуации было бы куда страшнее.
Мужчина мою реакцию заметил и сжал ладонь, дабы поддержать.
— Не переживай, я буду рядом, да и отец не даст тебя в обиду.
Эта фраза снова стала сплошной неожиданностью. Для меня было диссонансом его вчерашнее поведение и то, что я вижу сейчас. Это точно один и тот же человек?
— Ты только улыбайся, иначе они тебя сожрут, — тихо проговорил принц. И я вскинула подбородок, расправила плечи и повесила на лицо улыбку, хоть в душе абсолютно не чувствовала такой уверенности.
Стоило подойти к большим, увитым живым плющом дверям, как сердце забилось чаще. Но до моего волнения никому не было дела, створки распахнулись, пропуская нас вперед. И Энтариэль шагнул в обеденную залу, у меня не оставалось выхода, как проследовать за ним.
В комнате было не менее двух десятков высокостатусных эльфов, каждый из них оглядывал меня со всех сторон, казалось, что сейчас они попросят меня покрутиться, так сказать, чтобы можно было оценить «товар» полностью. Я еле сдержалась, дабы не передернуть плечами, показывая им все, что думаю о их взглядах. Но, следуя этикету, все поднялись из-за стола, чтобы поприветствовать принца — леди присели в книксене, мужчины поклонились. Принц лишь кивнул, а на мою попытку опуститься в реверансе только крепче сжал локоть, удерживая от этого действия.
Во главе стола сидели король и королева, которые улыбались мне, поддерживая. Это было так искренне, что я не смогла удержаться и улыбнулась в ответ. Возле них по правую сторону пустовали два места, как я понимаю — они были подготовлены именно для нас. Слева сидел уже знакомый мне Санриэль Аорский, и почему-то его взгляд мне особенно не нравился. Его черные, пугающие глаза, словно заволокло тьмой. Я, чтобы не поежиться, перевела взгляд дальше. Рядом с ним сидела красивая, утонченная эльфийка. Каждая черточка ее лица говорила о превосходстве и высокомерии, да и взгляд нежно-голубых глаз был с таким прищуром, что мне не сложно было сложить два плюс два — мне здесь не рады. Остальные эльфы, сидящие за столом, не выражали эмоций, только интерес, присущий любому человеку при знакомстве. Все, кроме уже знакомого мне Мориеля, я ему едва заметно кивнула, а он в свою очередь одарил меня веселой улыбкой.
Тишину разрушил король, поднявшись со своего места:
— Я рад представить вам прекрасную девушку, будущую невесту моего любимого сына, леди Лику.
Принц повел меня к нашим местам, но стоило ему отодвинуть мне стул, как с места напротив вскочила эльфика.
— Ты же мне обещал! — злой окрик был обращен к мужчине, сидящему рядом, меня же она одарила взглядом полным ненависти и быстрым шагом покинула обеденную залу. Не успела даже понять, что я могла ей сделать, из-за чего столько ненависти? Растерянно взглянула на Энтариэля, но тот лишь отрицательно махнул головой.
Король вопросительно выгнул бровь, глядя на мужчину, что сидел по левую руку от меня, но тот, точно как принц совсем недавно, тоже отмахнулся от невысказанного вопроса. А женщина, находившаяся за ним, нахмурила брови и задумчиво смотрела в стол. По внешним чертам я с уверенностью могла сказать, что это родители сбежавшей девушки.
Остальные не выказали особых эмоций, и я смогла сосредоточиться на своей «миссии». Король величественно сделал жест, что все могут приступать к трапезе, перед этим пожелав вкусить дары природы.
На какое-то время зал окутала тишина, которую нарушал редкий звон бокалов и чьи-то шепотки. Я не раз подмечала внимательные взгляды, направленные на меня. Видела, как сидящие за столом эльфийки кривят губы, глядя на мои манеры. Когда король закончил ужинать, он поднялся и призвал всех к вниманию:
— Дорогие друзья, я ценю каждого из вас, спасибо, что проводите этот вечер здесь, со мной, и всегда готовы разделить все невзгоды и счастливые события. Как вы уже знаете, у моего сына появилась невеста. Времена договорных браков уже давно прошли, и мне хочется оставить выбор за молодыми, но тем не менее, мне очень нравится их пара. Я надеюсь, что каждый из вас сделает все, чтобы леди Лика чувствовала себя в нашем королевстве и городе, как дома. Прошу любить и жаловать, я очень рад, Лика, — сказал король и повернулся в мою сторону, чтобы улыбнуться лично мне, — что ты приняла мое приглашение и осталась вместе с нами.
Я не смогла проигнорировать такое обращение, поднялась из-за стола и присела в книксене.
— Спасибо, Ваше Величество, за гостеприимство, мне очень приятно находиться в таком невероятно прекрасном месте, — мой голос прозвучал так тихо и сипло, что я сама его не узнала. Так сильно волновалась.
Внимание каждого эльфа за столом было обращено теперь только на меня, потому что король, поприветствовав меня таким образом, можно сказал, дал карт-бланш всем, кто находился за этим столом, на любые действия, обращенные в мою сторону.
Санриэль не стал долго ждать и после того, как король опустился на свое место, спросил:
— Леди Лика, а к какому роду вы принадлежите? К сожалению, никто не уточнил этого ранее, а мне, вы, уж, простите, больно интересно. — Его голос разливался патокой, да и вопрос прозвучал в рамках светской беседы. Но я чувствовала исходящую угрозу именно от него и совсем не понимала, с чем это связано. Но уже мысленно поставила напротив его фамилии галочку, решив что за ним буду точно наблюдать.
— Я дочь герцога Велиховец. Извините, что не представилась в предыдущую нашу встречу. — Склонила голову, пряча свои эмоции, потому что понимала — удерживать лицо мне все сложнее.
Неожиданно почувствовала, что под столом мою руку сжали в жесте поддержки, и вскинула голову, чтобы посмотреть на принца. Что бы это значило? Он лишь улыбнулся.
— Как долго планируете находиться у нас в гостях? — Этот голос я еще не слышала и не знала, кому именно он принадлежит, поэтому повернула голову на звук. Говорила та самая женщина, мать сбежавшей эльфийки.
Этот вопрос был достаточно сложным, и я пока не представляла, как на него ответить. С одной стороны, я не собиралась задерживаться, более того, хотела поскорее покинуть это королевство и отправиться к сестрам. С другой — я должна быть заинтересована остаться здесь как можно дольше, ведь я невеста принца. Молчание затягивалось, и поэтому я, осторожно подбирая слова, ответила:
— Надеюсь, что Его Высочество Энтариэль будет рад моей компании, и домой я отправлюсь не скоро.
После своих слов повернулась к принцу и мило улыбнулась. По крайней мере, я надеюсь, что у меня получилось мило. Он растянул губы в ответной улыбке, а в глазах зажглись озорные смешинки.
— Как вы могли такое подумать, леди? Я всеми фибрами души рад вашему присутствию рядом со мной. Готов петь серенады под окнами и искренне покорен вашей красотой! — От его слов хотелось рассмеяться в голос. Я слышала шепотки, но не стала прислушиваться, чтобы разобрать, о чем они.
Все, кто сидел за столом, внимательно рассматривали меня, кто-то искренне улыбался, кто-то настороженно изучал, кому-то было совсем неприятно мое присутствие. От всех ощущений захотелось уйти, но я не могла покинуть залу раньше короля, поэтому приходилось сидеть на месте и натягивать улыбку на лицо. Вопросы начали литься со всех сторон, какие-то были безобидные, другие — провоцировали. Я пыталась подбирать слова для ответов, чтобы никого не оскорбить, но, к сожалению, так делала только я.
Король, видя, что я теряюсь, поспешил закончить наш ужин словами:
— Я хочу еще раз сказать спасибо, что вы пришли. Я надеюсь на ваше всевозможное содействие в вопросах, касающихся помощи Лике. Во имя королевства.
После своих слов поклонился и покинул столовую залу. Принц недолго думая тоже встал, подал мне руку и, вежливо попрощавшись, повел меня в выделенные ранее покои.
Я в это время проводила анализ своих ощущений, испытанных во время ужина. Было очень некомфортно, а еще на этом ужине я абсолютно точно обрела врагов. Только вот неясно в какой области, но ненависть в свою сторону я ощущала как минимум от трех присутствующих. А еще обратила внимание, что практически все время Санриэль не отводил от меня взгляда. И уверена, что мне не показалось.
— Ты неплохо держалась. — Голос принца выдернул меня из мыслей. А стоило мне поднять на него взгляд, продолжил: — Я уверен, что отец преследовал какие-то свои цели на этом ужине. Но, думаю, и ты что-то уже можешь сказать о тех, кто присутствовал за столом вместе с нами.
— Только то, что побывала в серпентарии. Вашим аристократам я не пришлась по вкусу, но их цели мне не ясны, также как и намерения. Об этом пока ничего сказать не могу. Всего несколько человек отнеслись дружелюбно, в их числе твоя матушка. — Тихо, так чтобы только Энтариэль мог меня расслышать, проговорила я.
— Я тебя понял.
Снова невольно задумалась обо всех переменах принца. Ведь каждый раз он ведет себя абсолютно по разному. Но какой он настоящий? И чем мне угрожает нахождение рядом с ним? Неприязнь пропала, но свои эмоции сейчас я не понимала.
Этот вечер вымотал невероятно, как и сам бесконечно долгий день. Ведь столько всего произошло за каких-то двенадцать часов.
Энтариэль довел меня до моих покоев, но уходить не спешил.
— Я еще раз хочу сказать, что ты прекрасна, и тебе очень идет это платье. На ужине ты затмила всех, и девушки увидели в тебе конкурентку. Но и мужчины, уж поверь, не остались равнодушны, я видел их редкие взгляды.
— Мне неинтересно мужское внимание, — отрезала я. — Ты уж прости, но я устала и хочу отдохнуть. Завтра увидимся.
Решила сразу решить этот вопрос, чтобы потом не возникало недомолвок. Но Энтариэль видимо не понял.
— Неужели совсем не интересует? А как же наши чувства? — И неожиданно с силой потянул меня на себя. А я вновь увидела в нем того неприятного эльфа с площади. Его ухмылка стала очень противной, я дернулась в сторону, вырываясь из захвата и прошипела:
— Отпусти меня.
Уверена, сейчас бы любая змеюка позавидовала звукам, что вырывались из меня.
— Какой яростной ты бываешь, никак не привыкну, но каждый раз схожу с ума, — засмеялся принц и продолжил, наклонившись к моему уху: — Вот такой и будь для всех остальных. Особенно для тех, кто не сводит с нас сейчас глаз. И не забывай, что для всех ты моя будущая невеста. Мои покои через дверь от твоих, если решишься на продолжение, или просто что-то случится, заглядывай. Ах да, ужин принесут в твои покои, а то ты совсем не ела.
И так же стремительно отступил, отпустив мою руку. Резким, размашистым шагом ушел дальше по коридору.
Я, даже не задумываясь о его словах, развернулась и кинулась в свои покои. Отдышавшись, сходила в душ, а когда вышла на столике стояли блюда, от которых исходил одуряющий аромат. Поела и легла на постель, иначе эмоции захлестывали, и я не был способна спокойно оценивать всю ситуацию.

----------

Глава 8 Новый день — новые грани

Глава 8 Новый день — новые грани
День начался для меня очень рано. И все из-за очередного сна. Видимо, король именно это имел в виду, когда говорил, что важны любые детали. Познакомившись с приближенными, я долго думала о них, о своих впечатлениях. Нашла для себя несколько кандидатов в подозреваемые и уже планировала провести пару практик для погружения, воспользоваться силой. Но мироздание решило иначе, подсунув мне сон, в котором я снова видела пещеру и слышала голоса. Только теперь изменились очертания, фигуры казались знакомыми, а ощущения путались от эмоций и мыслей, которые лезли в голову.
Постамент на этот раз был пуст, а в зале находилось несколько «балахонов», но в очертаниях и шепоте угадывались мужчины.
— Я сомневаюсь, что получится провести все незаметно. Не хочу рисковать, — тихий голос отразился от сводов пещеры и пронесся холодным потоком ветра по моей коже.
От этого ощущения я испугалась, что не скрыта, как в прошлый раз, и они смогут меня увидеть, но быстро успокоилась, вспомнив, что это всего лишь сон.
— Не думаю, Он никогда не ошибается, и если решил, что девчонка несет угрозу, нужно убрать ее с нашего пути. Или ты хочешь ослушаться прямого приказа? — второй голос был куда грубее и тверже. От него веяло силой. И это заставляло мурашки бегать по коже.
— Ты же знаешь, Он не прощает слабости, и если я откажусь, то ничего хорошего не произойдет.
— Знаю, надеюсь, и ты об этом не забудешь, друг.
В этот момент в поле зрения появилась еще одна фигура. Её движения были рваными, быстрыми. Появилось ощущение, что здесь ей неуютно находиться, капюшон все время крутился в разные стороны. А стоило ей подойти к мужчинам, как они резко оборвали разговор.
— Я пришла, как мы и договаривались.
Для меня стало неожиданностью, что это была девушка. До этого я видела и слышала только мужчин. Конечно, глупо было предполагать, что в том огромном количестве людей совсем не было девушек, но к жестокости мужчин привыкнуть легче, чем к этой же черте у женщин. Ведь женская энергия создана для того, чтобы созидать и хранить, а не уничтожать. Это противоречит сути природы, а здесь…
Но сейчас совсем не о том, разговор продолжался, и стоило его запомнить.
— Ты помнишь о своей задаче? — один из мужчин повернулся в ее сторону.
— Да. Я все сделаю, но в конечном итоге он должен быть моим.
Было неясно, что именно она должна была сделать, но понятно — это будет нечто нехорошее. Предчувствие кричало, что это касается принца. А еще появилось чувство, что от Энтариэля необходимо убрать всех женщин. В конце концов, я — его невеста и именно для этого здесь.
Я прямо представляю, как взбунтует Его Высочество. Ведь, как успела узнать, он не терпит ограничений в свою сторону.
Как меня принял, тоже большой вопрос.
За окнами только зарождался рассвет, тоненькие лучи солнца проникали сквозь шелковистую ткань штор и рисовали узоры на полу.
Какое-то время не могла заставить себя подняться с постели. Мысли разбегались в разные стороны и совсем не хотели выстраиваться в логическую цепочку. А осмыслить нужно было многое. А главное — как вести себя с принцем.
Спустя какое-то время всё-таки заставила себя подняться с постели и отправилась умываться.
В ванной долго стояла перед зеркалом и пыталась успокоиться. Те чувства, что рождал в моей душе принц, мне не нравились совершенно. Я не понимала, кто находится передо мной, потому что он постоянно вел себя по-разному.
Мне неизвестны его мотивы, а поступки вызывают диссонанс.
Хотелось с ним поговорить, обсудить проблему, раскрыть карты, как они есть, и услышать, что он думает по поводу всего этого. Внутренняя природа шептала, что он совсем не тот, кем кажется на первый взгляд.
Но этот вариант был по итогу не допустим, ведь мы совсем не знаем, кому можно доверять. Если даже сам король ему не сказал, что его собираются использовать в заговоре, то я уж точно не имею на это права. В конце концов, у меня еще слишком мало информации, чтобы подключать к этой проблеме большее количество людей. По итогу приняла решение следить за двором, а там уже решу, как быть дальше.
Умылась и вышла из комнаты, надо было написать сёстрам письмо. Они по любому переживают за меня, а еще порадовать их фактом предстоящей учебы. Хотелось бы, конечно, увидеть их реакцию лично, но такой возможности у меня не будет. К сожалению.
Вышла в гостиную, и взгляд зацепился за поднос на столике с завтраком и лежащее рядом письмо. Странно, ведь я ничего не ждала ни от кого.
Спешно подошла к дивану и присела.
На завтрак мне подали лазанью и чай, всё было ещё теплым, видимо Милиель принесла его тогда, когда я находилась в ванной. Решила сначала прочитать письмо, а после позавтракать.
Осторожно подняла конверт и осмотрела со всех сторон, но никаких опознавательных знаков на нём не оказалось. Аккуратно раскрыла и вчиталась в строки, что были выведены твердым почерком.
'Доброе утро, Лика. Решил сам не заходить, чтобы не тревожить утренний сон. Хочу пригласить вас прогуляться в сад после обеда. Очень надеюсь, что не откажете мне в беседе. Я буду ждать вас возле фонтана у входа в королевский парк.
С ожиданием скорой встречи, Мориель'.
Улыбка сама собой начала появляться на лице. Хотя я была совсем не настроена на эту встречу. Но каким-то необыкновенным образом Мориель мог вызвать расположение к себе даже на расстоянии. Это настораживало.
После завтрака села писать письмо близняшкам, но фразы, как назло, не хотели соединяться в предложения. Я не понимала, как именно должна сообщить им такую, несомненно важную, новость. Они любили учиться, мечтали ещё больше прославить род Ваури в магических достижениях. Верили в то, что и провидицы могут жить обычной жизнью. Только бабушке боялись об этом говорить, а мама лишь загадочно улыбалась на их мечты, будто знала нечто особенное, что-то никому, кроме неё, неизвестное.
Воспоминания о прошлом навеяли грусть. От этих ощущений захотелось еще сильнее оказаться дома, рядом с девочками, обнять их. Но я уже понимала, что должна быть здесь.
Собравшись с духом, начала писать…
'Здравствуйте, мои любимые девочки.
Мне так много нужно вам рассказать, но еще больше хочется обнять, потому что я безумно по вам скучаю.
Я должна сказать, что появилась необходимость задержаться в королевстве эльфов. Мы обо всем поговорили с Октариэлем Аорским, он попросил остаться здесь, чтобы избежать печальных последствий. А еще обещал хорошо заплатить, но и это не главное.
Главное то, что вы отправляетесь учиться! Вы рады? Да, я знаю, что рады. И очень хочу разделить эту радость вместе с вами, но, к сожалению, сейчас такой возможности нет. Я обязательно приеду к вам в академию, когда вернусь.
У меня все хорошо. Конечно, устала с дороги, но сейчас уже все в порядке, я набралась сил.
Я вас очень люблю и жду от вас ответ. Ваша Лика'.
Специально не стала писать полное имя, переживая, что кто-то может узнать мое инкогнито, а девочки и так поймут.
Теперь предстояло найти кого-то, кто отправит письмо. Но кого можно попросить? Или лучше самой выбраться в город?
Раздумывая над этим вопросом, не заметила, что уже оказалась не одна в гостиной. Пришла Милиель с какими-то коробочками.
— Доброе утро, леди. — Девушка мило улыбнулась, присев в реверансе.
— Доброе.
В комнате наступила тишина, пока Милиель беззвучно прошла к шкафчику у зеркала и расставила все коробочки там. Меня же съедало любопытство.
— Милиель, что там? — я кивнула в сторону её ноши.
Девушка обернулась ко мне, хитро улыбнулась и каким-то заговорщицким тоном произнесла:
— Его Высочество передал вам украшения. На словах было сказано, что вы должны соответствовать статусу его невесты. А им положены красивые вещи и блестяшки.
Что-о-о? Меня резко захлестнула злость, и я уверена, что не удержала маску равнодушия в этот момент, потому что Милиель вздрогнула.
— Леди, вы не довольны?
— Прости. Все хорошо. Передай Его Высочеству, что я и без него могла бы обойтись в этом вопросе.
Голос разума твердил вместе с интуицией, что я не права. Но кто бы их слушал. Я лишь сильнее заводилась внутри, но в этот раз хотя бы сдерживалась и не показывала эмоций внешне.
— Поможешь мне выбрать образ для прогулки в парке? — решила перевести тему.
— Да, конечно, — тихо пробормотала Милиель. Видимо испугалась моей резкой смены эмоций.
Эльфийка покинула гостиную и отправилась в гардеробную.
Я же прикрыла глаза и глубоко вдохнула, чтобы успокоиться. Сильные мира сего всегда любили принимать решения за других. Не думаю, что Энтариэль сильно отличается в этом. Поэтому пока что придется потерпеть.
Милиель вошла в комнату, держа в руках легкое бирюзовое платье. Даже на вид оно было таким, что хотелось к нему прикоснуться, а стоило одеть, как появилось ощущение, будто на мне и вовсе нет одежды. Оно струилось по моему телу, обволакивая силует при каждом движении, будто вторая кожа, идеально подчеркивая фигуру и удерживая чужой взгляд.
Кроме платья, эльфика принесла туфельки на небольшом каблучке, сделала легкую прическу, которая добавляла воздушности, на запястье нашел свое место тонкий браслет из белого золота с небольшими камушками лазурита, и такой же кулон покоился в ложбинке на груди.
Глядя на себя в зеркало, я была очень довольна и была уверена, что точно произведу впечатление на окружающих мужчин.
Милиель довольно оглядывала получившийся образ, обходя меня то с одной стороны, то с другой. Где-то поправляя видимые только ей складочки и выбившиеся волоски из прически.
Закончив, я предложила ей выпить со мной чаю, на что девушка смущенно произнесла, что им нельзя. Я тяжело вздохнула. Все чаще ловила себя на мысли, что мне не нравится такое положение дел в высшем обществе, и я очень рада, что наша семья отличается от всех этих аристократов, несмотря на известность и наличие статуса.
Собравшись с мыслями, решила спросить у Милиель:
— Милиель, скажи, я могу тебе доверять?
Девушка аж споткнулась от неожиданности этого вопроса.
— Конечно, леди Лика. Каждый слуга в этом дворце приносит клятву верности королю, что не причинит вреда монаршей семье и их гостям. А в момент, когда нас к кому-то приставляют, мы подписываем договор о неразглашении всей информации, которую услышим или как-то узнаем в ходе нашей работы.
Что-то меня смутило в ее словах, вроде все складно, но червячок сомнения требовал и шептал, что не все так просто. Именно поэтому я решила уточнить:
— Милиель, а кто входит в круг лиц, которым информация все же доступна? Это должно было быть прописано.
Девушка нахмурила брови, явно вспоминая необходимую мне информацию, а потом произнесла:
— Король, принц, брат короля и начальник королевской стражи. Вроде все, больше никому мы не можем ничего рассказать.
Я тяжело вздохнула. Понимала, что сама я не смогу выбраться, чтобы отправить письмо близняшкам, не вызвав при этом подозрений, поэтому нужно решать что-то.
— Милиель, а могу я обратиться к тебе с просьбой, но при этом так, чтобы никто, кроме короля, не узнал об этом?
— Конечно, леди. Я все сделаю.
В кратце я объяснила, что дома меня ждут сестренки, и им нужно отправить письмо. Эльфийка внимательно слушала, а после пообещала все выполнить и ушла.
Я же направилась на встречу к Мориелю.
Коридоры дворца были насыщены свежим воздухом, каждый пролет и новый поворот дарил ощущение сказки. Пока не было никого видно, дотронулась ладонью к стене и завороженно наблюдала за живыми стенами и узорами, которые пришли в движение. Для меня было неожиданностью, что не только в комнатах есть живые узоры. Это было невероятно красиво, и я словно ребенок восторгалась от этого.
В какой-то момент появилось ощущение, будто за мной кто-то наблюдает. Я настороженно оглянулась, но никого не увидела. И снова это чувство надвигающейся опасности, еле заметное, где-то на периферии сознания, но было.
Не стала задумываться об этом и направилась дальше по коридорам ко входу в королевский парк.
Мне уже не терпелось скорее пройтись по тропинкам вдоль журчащих фонтанов и цветущих соцветий. Но стоило выйти в холл с лестницы, как я увидела нескольких знакомых еще с ужина людей.
Замедлила шаг, дабы не привлекая внимание, пройти мимо, но услышать часть разговора.
— Мы должны ускорить процесс. Все складывается как нельзя удачнее, — зычный мужской голос. Этого мужчину я раньше не видела, а вот стоящие рядом с ним хорошо отпечатались в моей памяти. Один из них был отцом истеричной эльфийки.
И стоило мне только подумать о нем, как он, будто почувствовал, повернул голову в мою сторону.
Наши взгляды встретились всего на несколько секунд. Но я ощутила, как мороз пополз по моей коже. Мужчина усмехнулся уголками губ и отвернулся к своим собеседникам, произнеся:
— Нужно найти мою дочь.
О чем они говорили? Мысль не давала покоя, и с новой силой внутри меня проявилось ощущение надвигающейся опасности. Я в какой-то прострации прошла мимо них, сознанием находясь где-то далеко отсюда.
Третий начал о чем-то говорить, только слов я не расслышала. А вот голос его был смутно знаком, казалось, будто уже слышала. Но чей он?
Обернулась, чтобы вновь посмотреть на мужчин, но мне не дали этого сделать.
— Солнечного дня, леди Лика! Куда направляетесь? Позвольте составить вам компанию, — лорд Санриэль преградил мне путь вперед, пришлось остановиться. Но обернуться назад, чтобы рассмотреть говорившего, я уже не могла. Это было бы как минимум невежливо по отношению к брату короля. Но выглядело очень неслучайным совпадением. Да и вообще, уже давно известно, что совпадений не бывает.
Пришлось надевать маску, скрывая эмоции, и мягко улыбнуться мужчине, присев в легком реверансе.
— Доброго дня, лорд Санриэль. Прошу прощения, но как раз компания у меня уже есть. Просто я не успела до нее дойти.
— Что вы, леди Лика! Оставьте эти расшаркивания для официальных встреч! — Мужчина подхватил мой локоть, сжав тонкое запястье и направляясь к выходу из холла. — Тогда я провожу вас. Позвольте узнать, кто же опередил меня в желании сопровождать Вас?
Не отвечать ему было бы плохим тоном, поэтому пришлось поддержать беседу, ответив честно:
— Утром служанкой было доставлено послание от лорда Мориеля, который пригласил на беседу и прогулку по парку. Понимаю, я для вас новое лицо, да и новость о том, что стану невестой принца будоражит высший свет, все хотят выяснить интересующие их вопросы, дабы определить будущие перспективы. Но меня на всех не хватит, — сказала то, что от меня, предположительно, хотели услышать.
Конечно, мне сложно ориентироваться в данной ситуации, увы, я абсолютно не знакома с поведением девушек в высшем свете. Но мне кажется, что любая аристократка трещала бы об этом без умолку, ведь это такой удачный союз.
Санриэль лишь усмехнулся на мои слова:
— Что ж, в ваших рассуждениях есть доля истины, — усмехнулся эльф. — Леди Лика, вы очень откровенны в своих высказываниях — так в высшем свете нельзя. Каждое ваше слово могут использовать против Вас же. Поэтому прежде чем что-то сказать, подумай несколько раз. Во дворце везде есть уши и глаза, которые только и ждут момента, когда тебя можно будет подставить.
— Спасибо за совет, лорд Санриэль. Я буду аккуратнее в своих высказываниях, — смущенно опустила взгляд, выражая смущение.
При этом внутри меня разрывало от эмоций! Я же знала, где нахожусь! Почему вечно говорю все так, как оно есть? Глупая! Какая же я глупая!
За этой недолгой беседой мы подошли ко входу в парк. Там уже ожидал глава королевской стражи, собственной персоной.
Лорд Санриэль посмотрел на него своим пронзительным взглядом черных глаз, сухо поздоровался, развернулся и ушел в обратную сторону, при этом поцеловав мне руку и пожелав хорошего дня.
Лорд Мориель смотрел на меня каким-то своим странным взглядом, от которого по моей коже бегали мурашки.
— Вы как всегда невероятно прекрасны, леди Артелика! Я восхищен вашей красотой до глубины души, — мужчина поклонился и, взяв мою ладонь, нежно провел по ней губами.
Мои щеки запылали от смущения, невольно в голове проявились воспоминания того сна, который подарил яркие эмоции и ощущения. Вот до сих пор даже лицо и чувства под контролем держать не могу.
— Благодарю, лорд Мориель, — улыбнулась я, присев в книксене. — Вы очень любезны.
Подхватив меня под локоть, он пошел по выложенной красивым узором дорожке вглубь парка. Вдоль тропинок тянулись стройные ряды с кустарниками и различными сортами цветов. Сладкий аромат приятно щекотал нос, яркие лучики солнышка прорывались сквозь кроны деревьев, играясь тенями, а ладонь эльфа согревала мою руку, особенно, если соприкасались кожа к коже.
— Леди Лика, я бы очень хотел узнать Вас ближе, расскажите о вашей настоящей семье, каким ребенком вы были, чем живете сейчас, — вкрадчиво произнес Мориель, а у меня внутри все воспротивилось этому.
— Лорд Мориель, прошу прощения, но я не думаю, что это уместно в стенах дворца, тем более Его Величество просил держать меня инкогнито, — тихо произнесла я.
— Но я же и так уже знаю всю правду, с первого дня. Неужели Вам самой не хочется познакомиться со мной ближе? — Мужчина остановился и притянул меня ближе, обхватывая тонкую талию и пробегая пальцами по спине вдоль позвоночника.
Тело отреагировало моментально, запустив волны мурашек от макушки до пят. Я к этому была не готова, поэтому не смогла удержать лицо, а с губ сорвался полувздох-полустон. Меня еще никогда не ласкали мужчины, и знала я о подобных ощущениях только из разговоров девушек,да прочитанных книжек.
Но даже здесь мне казалось все наигранным, будто мужчина специально провоцировал меня на близкий с ним контакт.
Пока я об этом думала, он прикоснулся к моей шее тыльной стороной руки и легко провел по ней, и только я хотела отстраниться, возмутившись его действиями, как теплые губы коснулись моих.
И именно в этот момент произошло сразу несколько вещей:
Меня словно разрядом молнии поразило ощущение, надвигающейся опасности. Я отпрянула от мужчины, смотря на него расширившимися в ужасе глазами, он не понимал, что произошло, а я знала, что больше не могу медлить, и, развернувшись, бросилась со всех ног в покои принца.
Я понимала, что это выглядит странно и некрасиво. Понимала, что нарушаю все возможные приличия. И если на меня раньше смотрели косо, то теперь это будет встречаться куда чаще. Но мне было плевать.
В голове билась одна единственная мысль, что я могу не успеть.
Куда? Зачем? Я сама не знала, но инстинкты просто кричали, что я должна оказаться рядом с Энтариэлем. И почему-то я точно знала, что он находится в своих покоях.
На моем пути расступались все, глядя вслед ошарашенными взглядами, а кто-то даже умудрялся нелицеприятно выразиться, когда я проносилась мимо.
И почему дворец такой большой? И почему я должна быть рядом именно с принцем?
Ворвалась в его комнату, чувствуя, что должно случиться что-то страшное, сердце заходилось в панике.
Но остановилась, шокировано глядя на открывшуюся картину:
Сбежавшая с ужина эльфийка восседала на коленях принца с видом великой соблазнительницы в полуголом виде. Энтариэль расслабленно откинулся на спинку кровати и кайфовал. Нет! Я серьезно, он кайфовал и лениво водил ладонями по ее оголенным бедрам, периодически сжимая их в своих ладонях. А она целовала его шею, грудь и уже собиралась спуститься вниз, но тут я не выдержала.
Эмоции захлестнули меня с головой, и я вскрикнула:
— Что здесь происходит⁉ Энтариэль, тебя ничего не смущает?
Мужчина повернул голову в мою сторону и лишь покачал головой. Усмехнувшись, оттолкнул со своих колен эльфийку и в свободных штанах зауженных на голени направился в мою сторону.
Хоть он и был худощав, но его мышцы приятно переливались на теле, привлекая взгляд. Хотелось провести ладонями по крепким плечам. Никогда бы не подумала, что принц такой под слоями одежды. И меня пугало, что мой взгляд завороженно следил за каждым его движением.
Господи! Артелика, о чем ты думаешь⁉ Тебя захлестывает предчувствие опасности, а ты стоишь и рот раззявила, как влюбленная девица. Давай еще пол слюной закапай!
Ау! Очнись!
Сознание просто вопило внутри меня, а я наблюдала, как мужчина, который мне ну никак не мог понравиться, медленно, с грацией хищника, приближается все ближе.
Когда между нами осталось все пара шагов, он остановился. Окинул меня насмешливым взглядом и задал вопрос:
— Что, детка, неужели хочешь составить компанию, мм? Или уединимся только вдвоем?
Его слова прозвучали, словно пощечина. Каким же уродом нужно быть, чтобы предлагать такое? Тем более, когда в комнате находится та, в чьих глазах он меня сейчас просто растоптал.
Я посчитала выше себя что-то ему говорить. В комнате раздался хлесткий звук уже реальной пощечины, а я развернулась и направилась к выходу из комнаты. Но принц схватил меня за руку и привлек к себе ближе.
На периферии сознания услышала тонкий свистящий звук и потянула эльфа в сторону. Какие-то доли секунды, и в стену, где мы только что находились, впечатался клинок с изящной вязью на ручке.
Осознание, что если бы мы не отошли, то кто-то точно пострадал, ударило с такой силой, что на несколько секунд потемнело в глазах. Только понять, на кого именно покушались, было сложно.
Хотелось рассмеяться от несуразности ситуации. Застать принца с любовницей, перетерпеть унижение и следом едва не лишиться жизни. Прекрасный день, просто потрясающий!
Оглушенная своими мыслями, я не заметила, как комнату заполнила стража. Оглянувшись, заметила, что эльфийки уже нет с нами, а взгляд принца стал очень напряженным и шарил по моей фигуре. Он явно испугался за меня, но я даже не обратила на это внимания. Молча развернулась и ушла в свои покои. Мне явно нужно побыть одной.
Войдя в комнату, устало опустилась на диванчик и закрыла лицо руками. Мысли не хотели собираться в кучку, разлетаясь испуганными птицами в разные стороны.
Я никогда не думала, что вляпаюсь в такой переплет. И уже жалела, что согласилась на предложение эльфийского монарха. С девочками мы бы справились как-то без их помощи, но и я бы так не подставлялась.
Но нет, все как и всегда решалось моими чувствами, а не холодной головой.
И я не знала, что предпринимать дальше, как себя вести, и кому можно доверять, только четко понимала, что жизнь во дворце никогда не может быть безопасна. Особенно, если ты не знаешь, от кого ждать удар. Сегодня им не удалось навредить. Но это не значит, что они не попробуют еще раз… И какова вероятность, что снова потерпят поражение… Сегодня нам явно повезло, хоть и ситуация в комнате Энтариэля больно ранила мои чувства, я была рада, что смогла уберечь его от опасности. Точнее даже нас.
И все же, интересно, в кого был нацелен тот клинок? Чья жизнь висела на волоске? А самое главное — кто именно хотел ее отобрать? Могла ли это быть эльфийка? С какой стороны прилетел клинок?
Так много вопросов, и совсем нет ответов.
В какой момент из моих глаз полились слезы, я не смогла определить. Осознала, что плачу, когда услышала в комнате громкий всхлип и инстинктивно потянулась ладонью к своему лицу, чтобы вытереть слезы. Это что-то новенькое. Я и не помню, когда плакала в последний раз. Но это к лучшему, пусть стресс выйдет именно таким способом.
Проплакавшись, собралась с силами и мыслями и отправилась в ванную комнату, чтобы умыться. Но долго наедине с собой мне не дали побыть. В дверь раздался стук.
— Войдите! — крикнула я, покидая свою спальню, чтобы встретить гостя в гостиной. Это оказался Мориель.
Мужчина не стал говорить слов, молча приблизился ко мне и обнял. А я позволила ему это сделать. Мне был нужен кто-то сильный рядом. Ненадолго, чтобы пережить травмирующие события. Но Мориель отлично для этого подходит. Поэтому я откинула в сторону все свои ощущения и настороженность по отношению к этому эльфу и просто расслабилась.
В этот момент я и думать забыла о том, что люди часто не те, кем кажутся… И не те, за кого себя выдают.

----------

Глава 9 Я тебе верю, а ты мне?

Глава 9 Я тебе верю, а ты мне?
Не знаю, сколько мы сидели вдвоем с Мориелем, но он не переходил грани, просто был рядом. Обнимал мою хрупкую фигуру, спокойно рассказывал про события своей юности, когда был студентом, в каких переделках успел поучаствовать.
Он не требовал с меня рассказа о моей жизни, о прошлом. Это привлекало, я начала чувствовать себя в безопасности и расслабилась.
Никогда бы не подумала, что смогу ощутить подобное рядом с мужчиной. Это одновременно пугало и рождало внутри какое-то необычное чувство… томления?
Но не стала об этом задумываться, а когда начала уже начала клевать носом и засыпать, Мориель вежливо попрощался и покинул мою комнату.
Следующий день наступил незаметно. Ночь прошла так быстро, что появилось ощущение, будто я только закрыла глаза, как спустя несколько минут их открыла.
На удивление я была бодра и спокойна, хоть и думала, что еще долго не смогу отпустить ситуацию прошлого дня. Прошла в ванную комнату и с удовольствием провела время под успокаивающими струями воды.
Энтариэль вошел в мою комнату, когда я только покинула ванную. Его взгляд выразительно прошелся по моей фигуре, обернутой в одно полотенце. Капельки воды с волос стекали по шее и груди.
— Мы сегодня идем на вечеринку.
— Я с тобой никуда не пойду! Об этом и речи быть не может! Или тебе одного покушения было мало? — мой голос звучал ну очень гневно.
Как так получилось, что принц так вальяжно прошел в мои покои? Он даже не постучал! Это злило с такой силой, что хотелось кричать. Но я же леди, поэтому придется держать лицо и эмоции под контролем.
— Ты должна всегда быть со мной рядом, у тебя договор с отцом, не забывай! В восемь я за тобой зайду, наряд подготовит твоя служанка.
После этих слов принц еще раз окинул меня взглядом, на какой-то момент задержал внимание на ложбинке между ключиц, усмехнулся каким-то своим мыслям… А я не выдержала:
— Может, мне еще покрутиться перед вами, Ваше Высочество? — ехидно проговорила.
Меня ужасно раздражала эта ситуация, а еще беспокоило то, как я реагирую на мужчин в последнее время. Конечно, можно все спихнуть на возраст и гормоны, но я принадлежу роду Ваури! А мы только используем мужчин в своих целях. Надо почаще себе об этом напоминать, а то как-то я расслабилась в последнее время, и различные мысли не преминули этим воспользоваться, заполняя голову всякими глупостями.
— Не в этот раз, Лика, — мягко проговорил принц, изменив не только интонации голоса, но и как-то даже внешне расслабился.
— Мы не переходили на ты, я не давала вам права так фривольно со мной обращаться и приходить в мои покои! — воскликнула я и, развернувшись, хотела пройти в свою комнату, но в этот момент каким-то боковым зрением заметила переливающийся купол над нами, и меня это удивило.
— И как это понимать, Ваше Высочество? — задумчиво взглянула в его сторону.
— Не расслабляйся, пожалуйста. Всегда будь внимательна к мелочам. Я еще не знаю, что происходит на территории дворца, но мне это не нравится. И ты не нравишься. Я обязательно выясню, что здесь пытаются провернуть, но не подставляйся так рьяно. Вчера ты спасла нам жизнь, но не всегда так везет. Я тебе теперь должен, но сильно не зарывайся, — усмехнулся Энтариэль. А мои щеки залил румянец стыда. Веду себя тут, как истеричная барышня. А это на меня, обычно всегда собранную, совсем не похоже.
— Я услышала вас, Ваше Высочество, — тихо проговорила. — А теперь покиньте мои покои, будьте так любезны.
Снова заметила, как блеснула магия принца, купол рассеялся, а мужчина напомнил:
— Не забывай, вечеринка. Будь готова к вечеру, я зайду.
И ушел.
А я стояла посреди комнаты, растерянная.
Что это было? И как относиться к его постоянным переменам настроения и поведения? Что вообще с ним происходит? Раздвоение какое-то. То он нормальный, то раздражает своими ужасными замашками.
День я провела в своих покоях, и, к счастью, меня никто не беспокоил. Я спокойно смогла помедитировать и почитать дневник рода. Снова в голове крутились всякие теории и вопросы по поводу развития магии и тех экспериментов, которые проводились моей пра-пра… И я с огромным интересом проводила параллели, ведь сейчас могла бы найти мага, с которым можно попробовать провести практики, но доверюсь ли я кому-то?
Время пролетело, вечер наступил незаметно, а поняла я это только благодаря приходу Милиель.
Эльфийка внесла несколько коробок разных размеров, интригующе приподняла и потрясла из стороны в сторону, как бы намекая, что там может быть нечто интересное.
Я была уже в благодушном расположении, поэтому неспешно поднялась и подошла к девушке.
Она заговорщицким шепотом произнесла:
— Леди Лика, вы не представляете, какую красоту для вас приобрел Его Высочество! Вы будете потрясающе выглядеть, все мужчины сломают о вас глаза!
Я усмехнулась, а внутри поднялась волна азарта, даже проскочили мысли, что я желаю того, чтобы мной восхищались и чтобы принц заревновал.
Да, хочу его ревности!
Осознав это, я напряглась. Еще никогда прежде меня не волновали эмоции мужчин. А тут… Стоило об этом подумать, но не сейчас. Когда вернемся, я обязательно должна разобраться в своих чувствах к обоим мужчинам.
Милиель раскладывала коробочки на постели, я же нетерпеливо выглядывала из-за нее, и стоило ей вытащить платье, как восхищенный вздох слетел с моих губ.
Зеленое платье в пол с замысловатым узором по всей длине из тонкого шелка, декольте красиво и совсем не пошло подчеркивало выемку на груди, а прозрачный атлас красиво очерчивал плечи.
Босоножки в тон к платью аккуратно обхватывали ногу, а невысокий каблучок никак не ощущался, что очень порадовало.
В еще двух коробочках лежал комплект белья из нежного кружева и комплект украшений, который идеально дополнял образ.
Милиель порхала вокруг меня, собирая образ целиком, каждый раз окидывая восхищенным взглядом. Я и сама предвкушала оценить готовый образ. Ведь уже понимала, насколько красивым он будет. И почему-то знала, что мне он идеально подойдет.
Когда Милиель закончила, я обернулась к зеркалу и не узнала себя.
Девушка в отражении была настолько хрупка и изящна, что никак не сочеталась с моим видением себя. Длинные волосы были собраны в низкую прическу. Кулон-капелька с изумрудом подчеркивал тонкую шею, серьги и кольцо дополняли образ. Макияж получился очень нежным, а платье село просто идеально, подчеркивая все, что нужно. Элегантно, ненавязчиво, нежно.
Я была впечатлена тем, что видела в зеркале, и не я одна.
Вскоре раздался стук в дверь моих покоев. Я попросила Милиель открыть, а сама неспешно отправилась навстречу.
Принц, не смотря в мою сторону, размашистым шагом прошел в гостиную, спросив:
— Ты готова?
И стоило ему обратить свой взгляд в мою сторону, как он споткнулся, его глаза заволокло тьмой, а черты лица резко заострились, как у хищника, увидевшего свою добычу.
От сравнения улыбка сама растянулась на моем лице, и я, присев в книксене, вежливо ответила:
— Как видите, Ваше Высочество.
Принц довольно быстро подобрался, подошел ближе, взял мою ладонь и потянулся к ней губами, со словами:
— Прекрасно выглядите, леди Лика.
Его взгляд был серьезен, вся поза говорила об уверенности и силе этого эльфа. И внутри меня что-то задрожало, желая ощутить его прикосновения ярче, ближе.
Но губы прижались к моей ладони всего на несколько секунд, прописанные в этикете, и Энтариэль отстранился, не позволяя себе лишнего, не провоцируя как обычно.
— Мне сегодня придется охранять вас, даже не удастся повеселиться как следует, — наигранно вздохнул, делая вид, что он разочарован.
— Простите, не хотела доставить лишних хлопот. Могу остаться в покоях, а вы проведете вечер в компании своих друзей и позволите себе все, что желаете, — едко ответила, напомнив, что вообще-то не хотела никуда идти и совсем не напрашивалась. Это он настоял на этой вечеринке. Пусть теперь мучается. Но несмотря на все эти мысли внутри разливалось тепло и странное удовлетворение от его взглядов, которыми он постоянно окидывал меня. Они обжигали, не давая расслабиться.
— Не язви, ты должна быть рядом, помнишь? — тихие слова принца прозвучали словно белый флаг, поднятый дабы прекратить войну взглядов.
Я лишь кивнула на его слова и подала руку, готовая следовать за мужчиной.
Покинули дворец в гордом молчании. В коридорах никто нас не останавливал, лишь показалось, что я снова почувствовала жгучий взгляд, направленный в мою спину.
Карета двигалась по улицам, окутанным зеленью и приятными ароматами. Не будь здесь принца, я бы с удовольствием просто прогулялась, тем более ехали мы совсем недолго.
Мы вышли около приятного вида здания. Оно, как и многие другие в этом городе, было словно живое, окутанное магией жизни, которая действовала на все вокруг.
Энтариэль подал мне руку и, дождавшись, когда я выйду, повел внутрь. Мы прошли сквозь зал, наполненный посетителями, в отдельную комнату. Причем проход в нее скрывался таким образом, что не знай я, что он тут есть, и вовсе бы не заметила.
Но моим надеждам на то, что здесь будет мало существ, не суждено было сбыться.
Комната оказалась наполнена большим количеством молодых эльфов, среди которых я видела и тех, с кем уже встречалась, и абсолютно незнакомых мне.
Мысленно сразу же начала оценивать обстановку и подозревать каждого, кто здесь находился. Но предчувствия и интуиция молчали.
Энтариель провел мне вглубь комнаты, где на мягких диванчиках сидели три парня и две девушки. Одну из них я предпочла бы не видеть. Было к ней слишком много вопросов, которые не сулили ей ничего хорошего. Но в людных местах не видела смысла с ней общаться, лучше обратиться к королю и при нем задать ей мучавшие меня вопросы.
Энтариэль поздоровался со всеми, провел меня к отдельному диванчику, сел сам и потянул меня рядом.
Мне не оставалось ничего кроме как послушаться. Напротив поднялась блондинка и направилась в нашу сторону, намереваясь занять место рядом с принцем, но его голос враз остановил ее, прозвучав жестко:
— Место занято.
Девушка бросила испепеляющий взгляд на меня. Ну, зачем он так жестко? Нам не нужны ведь проблемы.
Но принц не слышал мои мысли, а я сама украдкой поглядывала на него и на окружение.
Неожиданно поняла, что мне было приятно его поведение. И то, что он так отреагировал на эту девицу. Тепло разлилось по телу и отозвалось где-то в солнечном сплетении. Я даже умиротворенно улыбнулась. Принц в этот момент на меня странно взглянул, но решил ничего не говорить, и это к лучшему.
Вечер шел своим чередом, ребята развлекались, много смеялись, в какой-то момент увлекли и меня в свои разговоры. Я даже расслабилась и почувствовала себя обычной девчонкой. Только зря это сделала. Ведь стоило мне прекратить обращать внимание на окружение, как Калиель — именно так звали эльфийку, что тянула свои ручонки к Энтариэлю — собрала свиту и отсела за другой стол. Я не придала этому значение, как и не обратил внимание принц.
И это было очень зря.
Пока мы весело проводили время, их компания что-то очень эмоционально обсуждали.
Возможно, если бы я не была так увлечена, то заметила бы тот момент, когда они пропали из вида.
А так, спокойно встала и вышла на улицу, когда стало душно в помещении,чтобы немного охладиться.
На улице никого не было, лишь слабый ветерок обдувал с разных сторон. Я стояла, запрокинув голову к небу и наслаждаясь тишиной и спокойствием, что разлилось на душе. Даже потеряла счет времени.
Для меня было очень необычным такое времяпровождение. Обычно мы общаемся только с семьей, а тут так много людей, большинство расположены ко мне достаточно доброжелательно, мне было интересно с ними поболтать и даже возможно подружиться. Но это невозможно по объективным причинам. Ведь стоит им узнать, кто я на самом деле, и каждый начнет искать свою выгоду, а смысла в такой дружбе нет.
В какой-то момент засосало под ложечкой, вспыхнуло плохое предчувствие, которое вывело из моего рефлексирующего состояния.
В спешке развернулась и бросилась к Энтариэлю, не думала, что с ним может что-то случиться в круге его друзей. По крайней мере, он их таковыми считал. Да и вел себя здесь эльф вполне спокойно.
Забежала внутрь и увидела, как эльфийка, явно под воздействием чего-то, вешается на принца. Он ее отталкивает от себя, что-то говоря ей так, чтобы она точно услышала. Но все его слова разбиваются, как о глухую стену. Она плачет, пытается снова оказаться с ним рядом. Вокруг стихли голоса, все с вниманием наблюдают за сценой, устроенной этой девицей. Я подхожу все ближе, слышу громкие слова Энтариэля.
— Забудь! Она моя невеста, не ты! Отец выразился предельно ясно, как и я!
Застываю на месте в нескольких шагах от этой парочки, и в этот момент тишину разрывает звонкий удар пощечины. Эльфийка шипит в лицо мужчине:
— Ты последняя тварь, Энт! Если бы я знала, что будет так, никогда бы не подпустила к себе даже близко.
— Ты знала, кто я. Изначально я не мог тебе ничего пообещать, какие претензии? — мужчина, гневно сверкая глазами, выплюнул эти слова.
Калиель,ничего не ответив, развернулась от него, собираясь убраться отсюда, но увидела меня. Её взгляд налился ненавистью, тело замерло, словно она — змея, что приготовилась к броску.
— Почему ты вечно лезешь туда, куда не следует? Если бы ты не появилась в нашем королевстве, то Энтариэль был бы моим, но ты! Ты все портишь! Постоянно! — визг блондинки разносился по всей комнате, а остальные присутствующие молча наблюдали за развернувшимся представлением. — Надеюсь, что скоро вы все получите по заслугам. Еще будете стоять на коленях передо мной.
Девушка рассмеялась, окинув ненормальным взглядом всех собравшихся, и выбежала из помещения. Её свиты нигде не было.
Все молчали. Принц тоже и смотрел исключительно на меня. Я не стала ничего говорить. Посчитала, что это ниже моего достоинства. Просто развернулась и вышла из таверны, не показав вида, что меня зацепили ее слова.
Я брела по пустым улицам города, блуждая в своих мыслях. Говорить о нецелесообразности её фраз нет смысла. Для нее я действительно та, кто забрал ее любимого мужчину. Хотя любила ли она его или у них был обоюдный симбиоз для достижения своих целей?
Да неважно все это!
Со злости пнула камушек, спокойно лежавший до этого на моем пути.
Женское начало кричало, что она не имела права такое говорить в мою сторону. Да и вообще, почему меня так зацепили ее слова? Всю жизнь я спокойно относилась к насмешкам и злым фразам, брошенным в мою сторону. Бабушка всегда говорила, что таких, как мы, никогда не поймут и не примут в обществе. По крайней мере с искренними и добрыми намерениями.
Все окружающие всегда искали какую-то выгоду. Но почему так? Неужели мы недостойны обычной жизни? Начало вечера дало возможность ощутить, как это, когда ты обычный человек в глазах окружающих. Ведь нигде не звучит фамилия рода Ваури. Никто не пытается расположить к себе, следуя своим целям. Все искренне хотели со мной общаться. И это чувствовалось за нашим столом.
За своими мыслями не заметила, как добрела до дворцового двора. Не желая идти в свои комнаты, решила прогуляться по саду. В одном из садовых закутков увидела беседку, в которую прошла и удобно расположилась. Вокруг горели придорожные фонарики, отбрасывая причудливые тени вокруг себя, недалеко журчал фонтан и разносилось пение различных птах, что расположились на деревьях на территории сада.
Неожиданно в стороне раздался хруст ветки, я дернулась, испугавшись, и повернулась в сторону звука. Там стоял Энтариэль.
— Что ты тут делаешь? — тихо спросила. Впрочем его ответ был не нужен.
— Переживал, что можешь заблудиться или что что-то может случиться по дороге. Кали ушла незадолго до твоего, неизвестно, что у нее на уме, — спокойно проговорил мужчина и прошел ко мне под крышу беседки. — Никогда ее такой не видел.
Усмехнувшись, присел.
— А много ты вообще видел в своем окружении? — усмехнулась в ответ, вспомнив компанию, встреченную в первый день.
— Ты настолько плохого мнения обо мне? — внимательно на меня глядя, спросил принц.
— Не знаю, сложно судить о моем мнении. Ты всегда разный, я не знаю, в какой момент ты настоящий, — ответила тихо и подняла на него свой взгляд.
— Сейчас, — после недолгой паузы прозвучал ответ. — С тобой хочется быть собой. Но я запутался, кому можно доверять, кому нет, кто и во что замешан. Жизнь во дворце — сплошная иллюзия дружбы, верности и любви. Единственные, в ком я не сомневаюсь — мои родители. И сейчас мне хочется верить тебе.
— Знал бы ты, как запуталась я… Уже ничего не понимаю… — мой голос звучал все тише, но Энтариэль все слышал.
— Расскажи мне, — он пододвинулся ближе и взял мою ладонь в свои руки. Она по сравнению с ними была просто ледяной.
Принц молчал, не торопил, не настаивал на моих откровениях. Он просто находился рядом, я чувствовала его эмоции, что окутывали меня теплом. Так же всегда делала бабушка, когда я приходила к ней расстроенной. И именно это сравнение стало для меня неким «спусковым крючком», слезы сами потекли из глаз, а я начала говорить, периодически всхлипывая:
— Когда всё успело стать таким? Я упустила тот момент, когда перестала понимать себя. Вот раньше было проще. Были живы мама и бабушка. Женщины, которым я доверяла безоговорочно, которые делали всё, чтобы мы с сестрами прожили полноценную жизнь. Каждая отучилась, стала хорошим специалистом, — от откровенности перехватывало дыхание, хотелось открыться Энтариэлю, довериться, но я понимала, что пока нельзя. Даже в полном эмоциональном раздрае понимала. — Да, в нашей семье всегда были строгие правила. И я не могла сама выбирать свой круг общения, а мужской пол всегда был под запретом. Мне всегда говорилось, что все будут только пользоваться мной, стоит им узнать, кто я. Наша семья хранит множество тайн, имеет огромное количество традиций, которые нельзя нарушать. А сейчас происходит столько всего интересного, и вижу я все совсем другое, да и другим взглядом смотрю на мир. Не то, к чему привыкла за все эти годы. А ещё вроде даже у девочек жизнь наладилась. Ну как минимум, их мечта с поступлением исполнится. А я… Когда все закончится, вернусь домой, буду заниматься семейным делом и надеяться, что когда-нибудь еще смогу пережить подобное приключение.
Мой монолог оказался очень длинным, а Энтариэль внимательно меня слушал. Не перебивал, не торопил. Это подкупало. Внутренне я испытывала к нему искреннее расположение. Откуда оно взялось? Я не могла так сказать, но ловила себя на том, что хотелось находиться с ним рядом. Там, в таверне, мы находились в компании, в которой, как я думала, принц тоже выпивал. Но глаза Энтариэля были очень серьезны и полны осознанности. Отчего-то было особенно приятно, что он пошел за мной, не оставил одну, хотя имел на это полное право.
— О чем ты? Что за семья такая? Из того, что я смог разузнать, лорд Велиховец — обычный аристократ. Соответственно, и ты… — принц недоуменно взглянул на меня. Он явно не понимал.
— А я не могу сказать тебе правду, так как дала клятву… Прости… — тихо произнесла, опасаясь поднять взгляд на Энтариэля.
Он сжал мою руку, и по коже пробежали приятные мурашки. Я подняла на него глаза, он улыбался.
А после сказал то, чего я никак не ожидала услышать:
— Ты знаешь, а мне неважно, кто ты. Нужные выводы я уже сделал. Я думаю, когда-нибудь ты сможешь открыть мне свои тайны, доверившись.
— Когда-нибудь…
Мы оба не нарушали тишину этой ночи, неожиданно ставшей нашим откровением. Ладонь Энтариэля сжимала мою, а я наслаждалась его теплом. Именно в таком положении мне было хорошо, и ничего не хотелось менять.
А потом он заговорил:
— Я никогда не стремился к власти, более того, даже не думал, что когда-либо займу престол…
Принц остановился, а я не спешила что-то говорить, для меня стало важно слушать его. Руки мужчины периодически сжимали мою ладонь, будто он волновался, старался подобрать слова, чтобы я его поняла. Словно ему это было очень важно.
Неожиданно тишину разрушил его вопрос:
— Ты знала, что у меня был брат?
— Брат? Нет, не знала, — отчего-то перехватило дыхание, а сердце уже сжималось от горечи, хотя я еще не слышала его истории. Мне хватило услышать «был», чтобы понять — эта история не будет счастливой.
— Да. Еще четыре года назад я был младшим в семье. И мог жить в свое удовольствие. Заниматься тем, чем хочется. Жить так, как мне того хочется. Любить, дружить, быть самим собой, — запальчиво объясняя, мужчина будто оголял свою душу, его плечи подрагивали, а мою ладонь обожигало теплом его рук мужчины. Он повернулся полубоком ко мне, посмотрел в мои глаза, и снова заговорил, удерживая контакт наших взглядов:
— Но в то же время я видел перед собой идеального наследника.Того, кто никогда не разочаровывал отца. Того, кто делал только то, что от него ждали. Он был бы замечательным правителем. Его готовили к этому с самого рождения, да он и сам грезил этим. Народ его просто обожал, — прерывистый вздох, несколько секунд молчания повисли между нами. Я видела боль и тоску в глазах Энтариэля. Захотелось поддержать мужчину и даже обнять. Но имею ли я на это право? Я придвинулась ближе, положив вторую ладонь поверх его рук. На лице мужчины возникла грустная полуулыбка, которая быстро пропала, а он продолжил:
— А я… я был любимым сыном, но, увы, все равно не дотягивал до Натаниэля. Когда его не стало, отец начал требовать от меня невозможного. Чтобы я заменил Ната. Но как? — голос повысился, завибрировал, руки сжались еще сильнее, отчего я охнула. Эльф взглянул на меня, шепнув тихое «Извини», обхватил уже обе мои ладошки своими, нежно провел по ним большим пальцем. Задержался взглядом на моем лице, явно отслеживая реакцию на его действия. Я улыбнулась ему, мне было приятно, тепло и уютно. Мужчина вновь улыбнулся и заговорил тихо, опустив взгляд в пол:
— Я не понимал этого, не хотел. Мне нравится свобода, и лишиться ее было самым ужасным наказанием. И я начал бунтовать, а сейчас… Я понимаю всю ту ответственность, что УЖЕ лежит на моих плечах. Но не знаю, как исправить те ошибки, которые успел натворить, и как не допустить новых, — его голос дрогнул, он замер, вглядываясь в мое лицо, ища поддержки, отслеживая каждую реакцию.
А я молчала, впитывая его слова. Уже знала, что нужно сказать — слова словно пришли в мою голову заготовленной фразой, но я не знала, готова ли взять на себя такую ответственность. Но все-таки решилась:
— Ошибиться не страшно, — выдохнула, грудь сперло от понимания, от ощущения, что толкаю мужину на важный шаг, и если он не справится, то в этом будет и моя вина. Я чувствовала эту ответственность. Но верила в Энтариэля, поэтому продолжила: — Страшно не успеть исправить эту ошибку. У тебя же есть и время, и возможности, осталось только найти желание. И… я уверена, ты был хорошим братом.
Энтариэль вздрогнул, из его глаз ушла задумчивость, он весь будто даже подобрался. Смотрел на меня, будто ища что-то ему одному известное. Его руки так и удерживали мои ладони. Он опустил на них взгляд, чему-то улыбнулся, еле заметно кивнул, снова провел большими пальцами по моим ладоням… Мужчина заговорил с нежной грустью:
— Я его очень любил, а Нат меня. Он все свободное время проводил со мной, рассказывал мне о своих открытиях в детстве. Когда немного подросли, он планировал свою деятельность как правителя, рассказывал, что он изменит, как только займет трон. Это всегда так сильно впечатляло, потому что он жил этим, и правда был бы потрясающим правителем. А я так, как он, не смогу…
— Ты тоже будешь, я уверена в этом, — перебила принца, и моя интуиция говорила об этом же. Я не сомневалась в своих словах. Мой голос звучал твердо и уверенно.
— Для этого нужно слишком много сделать, — сказал задумчиво Энтариэль.
На какое-то время мужчина погрузился в себя, о чем-то размышляя и что-то для себя решая. Потом с уверенностью в принятом, только ему известном решении, Энтариэль поднялся с удобной лавочки и подал мне руку. — Давай возвращаться?
— Давай, — с готовностью согласилась.
Я приняла его руку и встала. Уходить из этой уютной беседки совершенно не хотелось. Но дневное светило не оставляло шансов, показывая свои первые лучи на горизонте. Время в компании принца пролетело незаметно.
Энтариэль… Этот вечер поставил точку в моих сомнениях в отношении него. Он вызывал огромную симпатию к себе, возможно, если бы я была обычной девушкой, даже попробовала построить с ним отношения. Хотя нет, обычной точно не получилось бы, слишком принц высокого полета. Да и есть ли смысл об этом размышлять? Глупый вопрос… Но эта ночь стала не только откровением в разговоре, но она еще и перевернула мое отношение к нему и к мужчинам в целом… И это еще предстояло обдумать.
Мы прошли по тропинке к фонтану, возле которого эльф неожиданно остановился.
— Лика, спасибо тебе.
Мужчина развернулся ко мне лицом.
— Энт…
Слова как-то резко пропали и стали незначимыми, потому что мужчина притянул к себе, крепко сжимая в объятиях и окутывая решительностью и спокойствием.
— Ничего не говори, — прошептал уверенно эльф. — Ты можешь не знать, что ты сейчас сделала. Но достаточно того, что это знаю я. Когда-нибудь ты доверишься мне, и я сделаю все, чтобы ты об этом не пожалела.
— Мне очень хочется тебе верить, — мой голос было не узнать, настолько он звучал тихо, как-то надтреснуто. Внутри меня что-то неуловимо менялось.
— У меня нет сомнений в этом. И я тебе верю, хоть и не имею представления о твоем настоящем имени. Но знаю, что сейчас, здесь, со мной, ты настоящая. Осталось, чтобы и ты начала мне доверять.

----------

Глава 10 А что на самом деле любовь?

Глава 10 А что на самом деле любовь?
Следующий день начался очень поздно, потому что я банально проспала полдня.
Это было неудивительно, учитывая время, когда мы с Энтом разошлись по покоям.
Я встала и не спеша прошла в ванную комнату, набрала себе воды в круглую большую посудину. Погрузилась в нее со стоном наслаждения, ощущая себя очень умиротворенно и прокручивая вчерашний разговор в памяти.
Теперь Энтариэль показывал себя с другой стороны, но вчера я не смогла остаться равнодушной к его словам. Он открылся мне. И теперь я была уверена, что именно в этот момент он был со мной настоящим. И это не просто подкупало, это тянуло к нему. Хотелось раскрывать такого мужчину еще больше. Именно такого, настоящего Энтариэля.
Правильно ли это? Сомневаюсь. Бабушка бы не оценила таких моих мыслей. Да и я сама не имею права на подобное. Нельзя забывать, что род Ваури не нуждается в мужчинах. Что мы не умеем их любить, а когда умели — кончалось все очень плохо. Разве это не урок?
Но его слова, искренние эмоции, воспоминания… Все время крутились в моей голове. И не получалось отвлечься от такого восприятия ситуации. В какой-то момент закрыла глаза, и неожиданно увидела прошлое:
Молодой эльф четырнадцати-пятнадцати лет, хотя они взрослеют дольше и по внешности не всегда можно понять, но ощущала я его именно таким, вошел в комнату, где находилась женщина и ребенок. Малыш, увидев вошедшего, бросился со всех ног настречу. Это были просто потрясающе яркие детские эмоции.
Увиденный образ наполнился энергией чистой любви. А я поняла, что видела Энта и его брата. Это было неожиданно тепло, и улыбка сама собой расцвела на моем лице.
Да-а-а, Лика. Ты меняешься тут не по дням, а по часам. Что будет дальше?
Высушив волосы и покрасовавшись перед зеркалом, вышла из ванной комнаты, но замерла посреди гостинной. Скоро встречать в таком виде Энтариэля войдет в привычку. Усмехнулась своим мыслям, но вида не подала, лишь вопросительно взглянула на мужчину, который неотрывно следил за моими движениями.
— Ты прекрасно выглядишь, Лика, — принц подошел ко мне ближе, вытащив из-за спины большой букет, состоящий из необыкновенно красивых цветов. На первый взгляд белоснежные лепестки при свете солнца из окна начинали сверкать и переливаться, что приковывало взгляд.
Мужчина протянул его мне, улыбнувшись и явно наслаждаясь моей реакцией. Я взяла цветы в руки и подняла взгляд на Энта.
— Спасибо, они невероятны! Никогда таких не видела, — произнесла, наслаждаясь их невесомым ароматом, который невозможно было с чем-то сравнить.
— Этот сорт вывела моя мама. Такие цветы есть только в маминой оранжерее, и она называет их цветами любви. А мне так захотелось сделать для тебя хоть что-то, чтобы ты улыбнулась и простила меня за прошлое идиотское поведение. Я хочу быть тебе другом, Лика, хочу иметь возможность быть рядом с тобой, но чтобы это была не только вынужденная мера, но и приносило нам обоим удовольствие. Что ты об этом думаешь?
Речь принца ввела меня в растерянное состояние. Сказать, что я этого не ожидала — не сказать ничего. Подняла на него взгляд. Мужчина ждал от меня ответ, явно переживая за реакцию.
— Энт, я… — не понимала, что могу ответить. Впервые я оказываюсь в такой ситуации. Впервые мужчина тянется ко мне, но… Слишком много «но»… Самое основное — готова ли я сблизиться с мужчиной?
— Я прошу лишь о возможности быть тебе другом, Лика, — тихо произнес Энтариэль. — Что в этом сложного? Неужели для тебя это нечто невозможное? Почему ты молчишь?
Под конец эмоции принца уже не оставались для меня тайной. Он выжидающе вглядывался в мои глаза, ждал ответ, в какой-то момент я поймала ходящие желваки на его щеках, которые выдавали явное волнение. Мужчина тяжело дышал. А я не понимала, что могло так сильно изменить его за столь короткое время. И для чего я была нужна ему в роли друга. Тем более, друга.
— Ты прав, это не то, что я могу себе позволить. Но я буду рядом, пока этого требует ситуация, — взяла себя в руки и ответила то, что должна была.
— Иногда мне кажется, что ты совсем не та, чью роль играешь, — тихо проговорил Энт, приблизившись ко мне на несколько шагов.
А я интуитивно сделала шаг назад, чтобы сохранить хоть какую-то видимость границ между нами. Не могу его подпустить пока, хоть изнутри что-то уже тянет тонкие нити в направлении этого мужчины.
Но пока я не разберусь в себе и не пойму, что я готова допускать, а что нет… Не должна сближаться с ним, и так уже запуталась.
— Не та. Не хочу тебе врать, итак вокруг нас слишком много лжи. Но прошу, не лезь в мою жизнь. Придёт время, когда я тебе всё расскажу. Но не сейчас. Это знание может быть опасно, — я говорила и смотрела в глаза Энта, надеясь, что он меня услышит и не станет подвергать свою жизнь, а заодно и мою, лишней опасности.
— Лика… — сдавленно, почти шепотом, — иногда ты меня пугаешь до чёртиков. Нам нужно с тобой поговорить и всё это обсудить. Чтобы мы не наделали глупостей. Я буду с тобой честен всегда, клянусь, ты можешь мне верить, — принц призвал магию и начертил на своей ладони символ, который закреплял его слова.
— З-зачем? — ошарашенно вырвалось у меня.
— Я хочу, чтобы ты мне верила. А так я точно не смогу тебе навредить, даже если кот-то будет меня пытать, — улыбнулся мужчина, снова делая шаг ближе ко мне. Я стояла на месте, позволяя ему это.
Растерянно моргала, не понимая, что будет дальше.
— Теперь ты точно можешь мне верить, я не предаю близких людей. Я буду рядом настолько, насколько ты это позволишь сделать. Буду ждать момента, когда ты сама захочешь мне всё рассказать. Я не буду копаться в твоём прошлом. Но будь со мной собой — такой, какая ты на самом деле.
По телу бегали мурашки от осознания его намерений. Это нужно было обдумать и понять, что делать дальше. Но следующие слова Энта не дали шанса на одиночество и время наедине с собой.
— Отец хочет поговорить с тобой, просил передать, что будет ждать тебя сегодня на личную беседу.
— Хорошо, — ответила принцу, снова взглянув ему в глаза. — И да, Энт, я постараюсь научиться тебе доверять. Ты не должен был давать магическую клятву.
— Я хотел этого, Лика, и не будем об этом.
Какой-то порыв подвел меня ближе к мужчине, рядом с ним я был заметно ниже и пришлось поднимать голову, чтобы видеть глаза. Ладонь легла на его грудь, а волнение в груди пробуждало торнадо.
— Спасибо тебе, — голос дрогнул, ком образовавшийся в горле не дал продолжить фразу, которая родилась в моей голове.
Почему мне кажется, что это новый этап моей жизни, и теперь не будет так как прежде?
— Пожалуй, оставлю тебя и пойду, хочу помочь отцу в делах. Если что, ты знаешь, где меня найти.
Мужчина покинул мои покои.
А я приблизилась к стене и сползла по ней на пол.
Что. Происходит. В. Моей. Жизни⁉
Я запуталась настолько в себе, что не понимала, кому верить.
Бабушка учила не верить и не сближаться с мужчинами. Так принято в нашей семье. Но каждый день вдали от дома разрушает привычную реальность, меняя её. Только к лучшему ли? Это ещё только предстояло понять.
Но уже на этом этапе я понимала, что внутри меня происходят изменения, которые неизвестно к чему приведут. Ведь я начала чувствовать эмоции, которые, казалось, неподвластны мне. У таких они не появляются. Но Энт и Мориель — каждый по своему — не оставляют меня равнодушной. И это пугает, но и тянет окунуться в омут эмоций. Подпустить. Довериться.
Бездна! Как я до такого докатилась⁉
Вскоре в комнату вошла Милиель, чтобы помочь собраться. Я понимала, что король будет спрашивать мое мнение и, возможно, ждать каких-то результатов. Но пока подозрения у меня вызывала только Калиель. Слишком активно она выражала свои эмоции и как-то подозрительно всегда оказывалась вблизи каких-то происшествий. Пока это только догадки, но нужно все проверить, и лучше, если это буду делать не только я.
Милиель снова заплетала какие-то необычные косы, которые красиво очерчивали линии моего лица. Никогда не могла даже подумать, что простая прическа может так подчеркнуть не только образ, но и внешность в целом.
В какой-то момент своих размышлений я решила спросить:
— Милиель, а что ты знаешь о Калиель?
— У нас не принято обсуждать вышеродных, простите.
Несмотря на такой ответ служанки, я увидела ее заинтересованность в этом разговоре, а стоило прикрыть глаза, как увидела образы, что она все расскажет, стоит лишь немного надавить.
Но принуждать эльфийку к разговору не хотелось. Я думала, что если она сама захочет рассказать, то информации будет куда больше, чем если ее заставлять.
— Прости, я не знала, что у вас строго с этим. Просто переживаю о ее интересе в сторону Энтариэля. Как-то слишком много эмоций, — я говорила, вкладывая чувства в слова. Надеялась, что это поможет расположить эльфийку к откровениям, ведь и до этого мы ладили вполне неплохо. А как известно, все молодые девушки любят обсуждать отношения и мужчин.
— Не то чтобы строго… — замялась Мили. — Просто во дворце не принято. Да и обычно со слугами не общаются.
— Ну, мне тут больше и не с кем особо поговорить, а в себе я не привыкла держать переживания. Дома с сестрами всегда обо всем разговаривали, — здесь не пришлось даже обманывать, ведь это чистая правда.
— Да, вдали от близких тяжело переживать сильные эмоции, — поддержала меня девушка. — Я, когда из дома уехала и осталась одна в столице, часто плакала. А возможности с кем-то поделиться переживаниями не было. Сейчас с этим легче, привычнее. Так что вы, леди Лика, не беспокойтесь.
— Сложно, Мили, очень сложно, — тяжело вздохнула, уходя в свои мысли. А после опомнилась, что вслух сократила имя девушки: — Ой, прости! Можно я буду называть тебя по сокращенному имени? И ты называй меня просто Лика, а то мне некомфортно.
— Вам можно, — смущенно улыбнулась служанка.
— Спасибо тебе, так будет удобней, к тому же ты мне нравишься, — искренне проговорила, глядя в глаза девушки.
Она на это лишь кивнула, и на несколько минут в комнате воцарилась тишина.
— Я скажу, что знаю про Калиель, но прошу, чтобы это осталось в этой комнате. Я давно работаю во дворце и сколько себя помню, она вечно вешалась на принца Энтариэля. Однажды даже поговаривали о их свадьбе, но эта информация осталась только в виде сплетен. Калиель очень ревностно всегда относилась к окружению принца, но он будто бы даже не замечал, как часто интересное окружение исчезало из поля его зрения, и оставались только те, кто не несли угрозы принцу в виде полезной информации и искренней дружбы. Сейчас вокруг него те, кто отвернется в любой сложной ситуации, да и продажные они все.
Милиель тяжело вздохнула, будто и сама переживала за принца.
— Спасибо большое, что ты делишься со мной. А официальный статус отношений у них был?
Милиель рассмеялась на мой вопрос.
— Энтариэль никогда бы не сделал ей предложение, да и сам он серьезностью не отличается, вы же видите все свлими глазами.
Да, только я вижу другое, и со мной он другой.
Но пока он сам не начнет себя прилюдно проявлять также, я буду молчать.
— Вижу, — кивнула, вновь уносясь мыслями куда-то вдаль.
Если Калиель рассчитывала на что-то серьёзное, то ее поведение становится логичным, но все же не во всем. Если принц не обещал ей никакого официального статуса, то с чего уверенность в том, что он будет именно с ней? Остается вопрос открытым.
Энтариэль все это время понимал куда больше, чем показывал остальным. Не думаю, что он обещал что-то серьезное такой бесталковой эльфийке.
От мысли, что я не могу знать этого точно, сбербело в груди. Да и к тому же до конца неизвестно, как давно они вместе. А значит, он мог быть и с ней совсем другим.
Неожиданно поймала себя на том, что ревную его к этой женщине. Но с чего бы?
Не дав себе развить эту мысль, взглянула на себя в зеркало, отметила, что Мили сделала все в лучшем виде. Как и всегда, собственно. И выглядела я потрясающе.
Встала с пуфа и направилась на аудиенцию к королю.
За время, что я находилась во дворце, ко мне уже многие привыкли. И охрана пропускала меня везде, куда мне требовался доступ. Король мне доверял, и мне хотелось оправдать его доверие.
К счастью, я всегда умела анализировать поведение окружающих и следствия их поступков. А значит, и предоставить какие-то выводы королю.
Когда я подошла к приемной, дверь передо мной распахнули стражи, и из зала вышли хмурые и озадаченные Мориель и Санриэль. Они даже не взглянули на меня, а каждый в своих мыслях разошлись в разные стороны.
Что это было?
Я прошла в зал, где стояло два трона, и на одном сидел Его Величества, а второй, что удивительно, занимал Энт.
Заметив меня, принц встал и прошел навстречу. Протянул мне руку, а стоило вложить в нее свою ладонь, как он поцеловал ее.
— Леди Лика, вы очаровательны! — он улыбнулся краешками губ и повел меня в сторону отца.
Король наблюдал за нами с улыбкой на лице и смешинками в глазах. И выглядело это так заразительно, что и мне вдруг захотелось улыбнуться.
Ощущения теплой встречи окутывало меня со всех сторон. Будто это не официальная аудиенция, а семейная встреча.
Возможно, с их стороны это была лишь игра. Ведь для всех я будущий член королевской семьи. Но я ощущала реальные эмоции и терялась от этого.
Король искренне рад был видеть меня.
— Лика, ты прекрасно выглядишь, очень рад, что ты пришла, — король склонил голову в знак приветствия, я же присела в реверансе, как того требовали правила приличия.
— Солнечного дня, Ваше Величество. Я слышала, вы хотели меня видеть, — без тени волнения произнесла. Отчего-то знала, что могу вести себя, как захочу.
— Лика, к чему этот официоз? Будь собой. Наедине уж точно можно. Энтариэль, не принесешь своей невесте чего-нибудь вкусненького? Уверен, Лика даже не позавтракала сегодня, — с намеком произнес король.
Но принц даже не пошутил в своей обычной манере, молча кивнул и направился в сторону дверей.
Я не выдержала и высказалась:
— Так легко? Прям личный принц на побегушках, — съязвила, надеясь понять, что происходит.
— Я всего лишь хочу проявить заботу Лика, не увлекайся, — спокойно отреагировал принц на мою язвительность. А подойдя вплотную ко мне, тихо произнес, так, чтобы слышала только я: — А каким принцем я буду для тебя мы выясним позже, наедине.
И ушел. А я одновременно смущенно и растерянно смотрела ему вслед.
— Я вижу, ты хорошо на него влияешь. За несколько дней он изменился до неузнаваемости. Что ты сделала с ним? — король приблизился ко мне и тоже задумчиво смотрел вслед сыну.
— Ничего не делала. Он сам, — проговорила, окунаясь в свои мысли.
Если сейчас принц так показательно будет себя вести, то враги могут активизироваться и начать действовать. Я, конечно, далеко не стратег и мне сложно предполагать развитие событий. Нужно будет сделать несколько медитаций, возможно, получится что-то увидеть.
— Вы же понимаете, что если он продолжит в том же духе, то враг может активизироваться, заподозрив что-то неладное.
— Понимаю, но на удивление мне очень нравятся все изменения, что происходят с моим сыном. К сожалению, жизнь короля всегда подвергается покушениям, он, в силу своего возраста и отдаления от меня, не познал этого в полной мере. Видимо пришло время взрослеть. А с учетом того, что сейчас это его инициатива, я вполне доволен. Так что, Лика, теперь нужно быть внимательнее. Кстати, об этом. Что ты можешь сказать о своих наблюдениях?
— Есть много подозрений касательно Калиель. Как-то так совпадает, что там, где она находится, происходят какие-то странные вещи. Моя интуиция советует к ней присмотреться, возможно, оценить ее окружение. Но, касательно видений и других ощущений — информации нет. Я ее не видела. Либо не узнала, — высказала королю свои мысли.
— Ты сможешь посмотреть? — уточнил Его Величество Октариэль Гринтеваль-Аорский.
— Могу попробовать, но вы же понимаете, результат не гарантирован.
Король взглянул на меня, задумавшись о чем-то своем. Потом кивнул своим мыслям, а вслух произнес:
— Понимаю, но и не пробовать мы не можем. В любой момент нужно быть готовыми ко всему.
— Хорошо. Как скажете, Ваше Величество, — кивнула мужчине напротив. Он лишь улыбнулся.
— Спасибо тебе, Лика, за все, что ты делаешь. Я тебе очень благодарен, тихо проговорил мужчина, коснувшись моего плеча. — Ты прекрасная девушка. За эти дни я успел сделать определенные выводы, и они мне нравятся.
Я не стала отвечать ничего монарху, но не признать того, что мне стало лестно, не могла. Похвала короля была приятна.
Вернулся Энтариэль. Сосредоточенное лицо не выдавало никаких эмоций, но по взгляду было ясно, что мужчина переживает за меня и то, что я оставалась наедине с его отцом.
Иногда меня посещает мысль, что Энту необходимо все рассказать, дать возможность понять, кто я. Но тогда точно все пойдет не по плану. Мне и так зачастую кажется, что все идет не так, как должно быть. Что заговорщики на шаг впереди. Но и интуиция меня ни разу не подводила.
Пообщавшись на общие темы, мы разошлись каждый по своим делам. Энтариэль с отцом отправились в кабинет обсуждать политические нюансы, а взяла направление в сторону парка. Там было так атмосферно, что даже думалось легче, и это меня сейчас особенно привлекало.
По дороге я прислушивалась к своим ощущениям и думала, стоит ли мне медитировать или проводить практики, но ощущала глухую пустоту в ответ. А это значит, что сила не придет, как бы я не пыталась ее звать.
Поэтому оставалось только наблюдать дальше за приближенными, хотя это не всегда удавалось.
Когда я пришла к королевскому парку, ощутила, как легкость наполняет легкие, и направилась вдоль аллеи из различных сортов цветов. Вокруг не наблюдалось никаких других существ, что давало волю мыслям.
И я незаметно даже для самой себя погрузилась глубоко в мысли, дойдя до фонтана и присев на краешек его оградки.
За время моего пребывания здесь я на многое взглянула иначе. Даже не брать мужчин, а в целом каждое проявление окружающих людей. Иногда мне кажется, будто я эдакая дикарка, для которой очевидные вещи оказываются чем-то удивительным.
За это время я сильно расслабилась и перестала контролировать свои эмоции, все чаще забываю о том, кто я, особенно когда со мной рядом Энт или Мориель.
А с этими двумя вообще отдельная тема. Каждый вызывает бурю эмоций, но как я к ним отношусь? Совсем все неясно. Если с Энтариэлем я всегда ощущаю достаточно искренние, иногда путанные эмоции, то Мориель мне кажется не всегда искренним, но чувства с ним всегда четкие, достаточно приятные, хоть от них раз за разом накатывает тревожность.
Но именно после встреч с этими мужчинами я начинаю задумываться, что если бы я родилась в другой семье, то возможно смогла бы без всех этих мыслей вступить в отношения, прожить с мужчиной счастливую жизнь. Да, как и у всех у нас были бы какие-то ссоры, недопонимания, но я верю, что мы смогли бы со всем справиться. И это вселяло хрупкую надежду на то, что все не просто так.
С такими мыслями я ходила несколько дней. Посещала ужины, обеды и завтраки в общей столовой. Наблюдала за придворными и их укладом жизни, видела, как посещают служанки спальни лордов, как аристократы изменяют своим женам, а женщины ищут выгодную партию, даже имея мужа. От этого было неприятно, в душу закрадывалась тоска, казалось, что даже если я доверюсь, то и меня, как прапра ждет предательство человека, которому я доверюсь. Но каждый раз я гнала подальше все эти мысли, стараясь думать больше о деле и наблюдать.
За несколько дней ничего подозрительного не происходило, либо же я ничего не замечала, а мои способности решили поиграть в молчанку.
Медитации не помогали в призыве видений, я могла уйти в астрал, вернуться в прошлое, но предстоящих событий не видела, хоть убей.
Каждый день ко мне приходил Энтариэль, мы разговаривали на разные темы, он рассказывал, что его отношения с отцом улучшились в несколько раз, после того как он принял решения взять на себя всю ответственность, а не бежать от нее. Они тоже много говорили. И Октариэль обещал оказывать всю необходимую поддержку сыну.
Совет и все приближенные никак не могли привыкнуть к тому, что на совещаниях очень часто теперь фигурирует принц, и более того — высказывает дельные предложения по улучшению внешних связей и внутренних процессов внутри королевства.
По отношению к Энтариэлю я сильно изменилась. За это время он ни разу не сделал чего-то, что могло бы меня как-то обидеть или зацепить. Мы много говорили, я старалась избегать каких-то данных о своей семье или жизни, только отдельные факты, чтобы он не понял, кто я. Энт чувствовал, что я с ним не до конца искренна, но не давил, не просил рассказать.
Несколько раз была неудобная ситуация, когда он входил в комнату в моменты, когда я была в трансе. Стучал, но я не слышала, да и не могла этого чисто физически, ведь все окружающие звуки выключаются в этот момент.
Он терпеливо ждал, когда я приду в себя, и никогда не задавал лишних вопросов. Я молчала, делала вид, что не понимаю его взглядов. После и намеки на его ожидание перестали поступать. Я была благодарна. К тому же мы действительно сблизились с ним, я часто свободно выражала эмоции, когда мы были наедине. А Энт рассуждал на разные темы и интересовался моим мнением. Иногда доходило до того, что мы вступали в спор и не могли прийти к единому решению. Но когда эмоции угасали, появлялась легкость в душе, и я понимала, что именно так мне навится.
Мориель все это время тоже старался проявлять ко мне свое внимание, часто сталкивались в коридорах, в парке и на улочках города, но я старалась сводить контакт к минимуму. Да, поддерживала разговоры, да, улыбалась, но избегала прикосновений и неудобных вопросов.
С королем наше общение перешло на новый уровень — теперь когда я приходила к нему, чтобы делиться своими наблюдениями, нас ждало некое чаепитие, где мы обсуждали не только насущные темы, но и могли пошутить, посмеяться и даже подначивать друг друга. Его Величество разрешил мне обращаться к нему по имени наедине, и всегда относился ко мне как к равной, что меня поражало больше всего.
В очередной такой день я пришла к королю и была удивлена, что он пригласил меня на семейный обед вместе с королевой, его братом и Энтариэлем.
Семейный обед! Была ли я к этому готова? Нет! Спросили ли меня об этом? Конечно, нет. Но и времени на обдумывание моего положения уже не было, так как пришел Энтариэль, галантно подал мне локоть и повел в сторону крыла, в которое никого, кроме королевской семьи, до этого не пускали.
Мы шли совсем недолго, когда из-за стены раздался звонкий смех королевы. Удивленно взглянула на принца, он наблюдал за моими эмоциями, потом прикрыл глаза и улыбнулся своим мыслям.
— Мама на самом деле совсем не такая, какой ее видят при дворе, уверен, вы с ней подружитесь при более близком общении.
— Думаешь, мы будем с ней общаться? — настороженно спросила у Энтариэля.
— Уверен в этом. Она о тебе много спрашивает, да и определенные впечатления ты на мою семью уже произвела, так что это всего лишь вопрос времени. А теперь не будем заставлять всех ждать, идем обедать, — и мужчина повел меня в небольшую обеденную залу.
В ней было совсем немного людей: король, королева, которые о чем-то беседовали между собой, и лорд Санриэль. Стоило нам войти, как все внимание было приковано к нашим персонам.
— Леди Лика, очень рад, что вы согласились присоединиться к нашей семейной трапезе, — проговорил король и кивнул взглядом на два места по его правую руку.
Мы прошли вперед, и только тогда я обратила внимание на то, что брат короля внимательно следит за каждым нашим движением. И кивнул мне, увидев мой взгляд.
— Признаться, немало удивлен решениею брата, но нескзанно рад вашему появлению здесь, леди Лика, — мужчина хищно улыбнулся, а его черные глаза будто заволокла тьма. По коже от этого зрелища побежали мурашки, но я не выдала ни единым действием.
— Я тоже очень рада твоему присутствию здесь, Лика. Надеюсь, ты разрешишь мне называть тебя по имени? — тепло улыбнулась королева. Теперь у меня была возможность рассмотреть эту женщину ближе, а также ощутить ее эмоции. А они были такими светлыми и искренними, что мне хотелось зажмуриться от удовольствия и остаться рядом с ней. Никогда подобного не испытывала.
— Спасибо за приглашение, Ваше Величество, — я присела в реверансе перед королем и королевой, а также кивнула лорду Санриэлю. — Мне очень приятно оказаться приглашенной на вашу семейную трапезу.
Принц отодвинул для меня стул, и сам сел рядом. Слуги тут же засуетились, подавая блюда на стол.
Все члены королевской семьи были расслаблены, улыбались и беседовали друг с другом на отвлеченные темы. Меня не трогали, явно давая привыкнуть к обстановке, но мне было сложно это сделать, хотя я старалась не подавать виду. Просто наблюдала за поведением каждого за столом.
Энт был максимально внимателен ко мне и старался поддерживать и отвлекать, как будто чувствовал, как мне волнительно от присутствия на этом обеде. Лорд Санриэль все время молчал, лишь изредка дополнял какие-то разговоры. Но все его фразы были коротки и по делу.
При этом я чувствовала, что за мной он пристально наблюдает, хоть и не могла поймать его прямые взгляды. А вот от родителей Энта были невероятно теплые эмоции, и я наблюдала за ними с улыбкой, хоть и старалась делать это ненавязчиво.
Любовь короля к супруге была настолько осязаемой, что казалось вот — протяни руку и сможешь дотронуться. Это было во всем: в его взглядах, в поступках, в каждом моменте. Только слепой бы этого не увидел. А я такой уж точно не была.
Когда подали десерты, Энт привлек меня к разговору на отвлеченные темы, а сам под столом сжал мою ладонь. Я сначала хотела возмутиться, но не стала. Ведь этот жест подарил мне уверенность и расслабленность. Я выдохнула и позволила себе тоже расслабиться.
Дальше мы все вместе общались, и даже лорд Санриэль начал улыбаться и участвовать в разговоре. Теперь он не выглядел таким мрачным, от него не бегали мурашки по коже. Но я все еще сомневалась — можно ли ему доверять?
Хотя определенно отношения с семьей Энта вышли для меня на новый уровень. А мысли о правилах нашего рода я засунула подальше. Подумаю об этом позже, ведь пока я здесь, мне не нужно быть старшей представительницей рода. Я вообще сейчас играю роль обычной аристократки, так почему бы не расслабиться?
* * *
После этого обеда я стала частой гостьей на семейных мероприятиях Аорских. Это было ценно для меня. А еще я часто задумывалась о своих желаниях. Время шло, но ничего не происходило.
Близняшки поступили в академию и присылали мне письма, но я старалась отвечать им реже, дабы не раскрыть свою конспирацию раньше времени.
С принцем мы нашли общий язык. Он часто дарил мне цветы и подарки, водил на прогулки и показывал красивые места в их королевстве. Было приятно, что он так переживает о моем комфорте.
Мориель тоже проявлял знаки внимания. Даже как-то пригласил меня посетить их театр, а потом признался, что желает сводить меня на свидание. Но я очень настороженно к нему относилась, несмотря на то, что ничего плохого мне этот эльф не делал. Просто все чувства рядом с ним резко обострялись, и это укрепляло мои подозрения, что страж явно не тот, за кого себя выдает. Но при этом всём и к нему я привязалась, ведь раз за разом мое тело и женское естество просыпалось именно рядом с ним. И сны с ним приходили тоже часто, особенно в последнее время.
За месяц моего нахождения в замке я изменилась. Событий, связанных с видением, не наблюдалось, а практики не давали никакого толка. Поэтому я все чаще думала о своей семье, а также запуталась в чувствах: кто мне дорог и как я хочу жить дальше?

----------

Глава 11 На этом все?

Глава 11 На этом все?
Сегодняшний день ничем не отличался от большинства других.
Рано утром я проснулась отдохнувшая. Сны мне перестали сниться, а видения не посещали произвольно. А я старалась не сильно показывать свои особенности.
Но чувствовала, что именно сегодня нужно попрактиковаться. Интуиция подсказывала, что должно что-то случиться.
Не стала чертить на полу усиливающие символы, а просто настроилась на образ Энтариэля и начала погружаться в транс прямо на постели.
Перед взглядом будто нехотя начали появляться картинки, за которыми я внимательно наблюдала, стараясь не упустить никаких событий. Но видение показало лишь обычный теперь день принца: работа с отцом над улучшением их королевства, они постоянно обсуждали какие-то нововведения, теперь Энтариэль участвовал во всех аудиенциях и советах на равных с королем.
Он даже выглядеть теперь стал иначе: серьезный взгляд, сосредоточенность на лице, уверенные движения в любой момент. Перестал посещать встречи с той компанией. И вообще стал весь слишком правильным, прям такой принц-принц.
Однажды меня остановил брат короля, когда я была в одиночестве, чтобы сказать одну единственную фразу: «Ты внесла прекрасный хаос в наши жизни, но произошло это слишком рано. Теперь будет непросто»/ И ушел по своим делам.
Несколько минут я просидела на постели, приходя в себя и настраиваясь на позитивный лад. Надеюсь, в мой сегодняшний день не вмешаются неожиданные события.
На этот день у меня не было никаких планов. Я знала, что у Энтариэля сегодня насыщенный график, поэтому не рассчитывала на то, что он уделит мне свое внимание, и собиралась сходить в королевскую библиотеку, в которую с недавнего времени мне дали неограниченный доступ. Даже в секретную секцию! И тут внутри меня просыпалось любопытство, какие же материалы я могла там отыскать.
Король обещал, что я не разочаруюсь открытиями, ведь литература там хранилась не простая. Но, что именно мне могло откликнуться, не говорил.
Когда в комнату раздался стук, вздрогнула от неожиданности. Ушла в себя и звук показался слишком резким.
— Лика, вы здесь? — за дверью в мою спальню прозвучал голос Мориеля. По телу только от одного тона пробежали мурашки. Я тряхнула головой и отогнала от себя эти мысли. Уже в который раз замечала, насколько странно этот мужчина действует на меня.
Встав с постели, подошла к двери. Напряжение нарастало, да еще и мысли о том, что мужчина спокойно вошёл в мои покои, и его никто не остановил, жутко бесили.
К моменту, когда я подошла к двери, злость достигла какого-то предела. Не замечала раньше, что так сильно на кого-то могла злиться.
Открыв дверь, зло посмотрела на посетителя.
— Вы что-то хотели, лорд Мориель? — слова прозвучали резко и словно рассекли воздух своим звучанием.
Мужчина явно не ожидал от меня такой реакции. Но быстро взял себя в руки и спросил:
— Лика, что-то случилось? Вас кто-то обидел? — в его голосе звучало участие, он даже протянул руку, чтобы дотронуться до меня, но я резко отступила назад.
— Вы, лорд Мориель, — ответила мужчине. Казалось, что растеряться еще больше невозможно, но вид мужчины говорил об обратном. Он рассчитывал на другую реакцию от меня. Это видно. Особенно, если учитывать наш поцелуй и то, что он явно видел, как действует на меня.
— Лика, чем я тебя обидел? Мы же даже не виделись несколько дней. О чем речь? — голос дрогнул, а во взгляде промелькнула злость. На краткий миг я успела уловить ее, а после глаза снова заволокло пеленой участия, а голос звучал мягко и расслабляюще: — Расскажи мне, что я сделал?
— Вы, лорд Мориель, слишком много себе позволяете! — почти выкрикнула я. — Я даже не говорю про то, что чем-то на меня воздействуете, так без разрешения входите в мои покои и ведете себя так, будто вы на своей территории. Давайте вы будете иметь уважение ко мне! Я могла быть не одета или занята, или вовсе меня могло не быть в покоях!
Мой словесный запал только начинал набирать обороты, но королевскому стражу быстро надоело это слушать, и он, в два шага преодолев разделяющее нас расстояние, притянул меня к своему телу. Его голос пробирался под кожу своими вибрациями, когда мужчина почти прорычал:
— С чего ты злишься, девочка? Разве я тебе неприятен? Может, как раз наоборот, и ты хочешь меня?
В этот момент его рука сильнее вдавила меня в тело напряженного эльфа. Появилось внутреннее сопротивление всему происходящему, и я начала вырываться из рук мужчины. На что он лишь бахатисто рассмеялся:
— Ну куда ты бежишь, Лика? Я всего лишь хочу быть рядом. Посмотри на меня.
На несколько секунд я растерянно взглянула на мужчину. А он, не теряя времени, зарылся рукой в мои волосы и притянул меня к себе ближе, касаясь губами моих губ.
Я резко выставила руки перед собой, отталкивая мужчину. Но разве могла ли я что-то противопоставить мужчине в два раза больше меня и шире в плечах?
Его руки гладили мою спину, волосы, а Мориель углублял поцелуй, и мое тело предало меня, поддаваясь его прикосновениям, желая их ощутить снова.
Мориель целовал властно, напористо, не давая мне возможности отступить, отдалиться. Не отпуская даже вздохнуть.
Места, к которым он прикасался, горели огнем даже сквозь ткань, желая ощутить снова его руки…
Но я понимала, что это не я… Не мои ощущения… Что я не могу к нему такого ощущать, что это какое-то наваждение, неправда, что так нельзя.
И эта мысль отрезвила, я укусила мужчину перед собой за губу и отстранилась. Отскочила в сторону, чтобы он не успел добраться.
— Больше никогда, ни при каких обстоятельствах не прикасайся ко мне! Иначе я скажу королю! Не смей!
Мориель странно взглянул на меня и сделал шаг назад. Окинул взглядом меня, комнату, свои руки, поражённо прошептал: «Прости», а после вышел из моей комнаты.
Я же, не понимая, что только что произошло, села на постель и только сейчас заметила, что моё тело бьет крупная дрожь.
Я испугалась. Серьезно испугалась того, что делал этот мужчина. Да, это не первый мой поцелуй, да и что бывает дальше с мужчинами я знаю, но никто никогда не вел себя со мной так.
Когда по моим щекам потекли слезы, не заметила. Как и того, что в комнату вошла Милиель. Девушка испуганно подбежала ко мне с вопросом, что тут произошло, а я лишь подняла на нее рассеянный взгляд. Не смогла рассказать, да и не видела смысла, только лишь глубже закапывалась в своих мыслях, чувствах и эмоциях.
Что, черт возьми, происходит?
Милиель суетилась по комнате, а после сунула мне в руки стакан с какой-то жидкостью. Я подняла на нее взгляд.
— Пей! — строго произнесла девушка. Ее суровое выражение лица, поджатые губы и осуждающий взгляд вызвали улыбку. Эта эльфиечка маленького роста, худенькая в розовом платьице и такая строгость. Не ожидала, но предложенную жидкость выпила.
После этого Милиель отправила меня спать, пообещав, что никого ко мне не пустит.
Уснула я быстро, но в этот раз спала совсем не спокойно. Видимо от той дозы адреналина, что ударила мне в голову, моя Сила решила подкинуть мне еще мысли на «подумать».
Во сне Мориель и мужчина в балахоне стояли рядом, я стража четко смогла разглядеть и узнать. Они о чем-то спорили, не замечая третьего участника в темном балахоне, стоящего в стороне. Он только слушал, но не предпринимал никаких действий.
— Я против того, чтобы ты ее втягивал в свои эксперименты. Девочка сильная, ей не по нраву то, что ты делаешь. Она чувствует это, и ты не можешь не замечать это, — говорил Санриэль.
— Артефакт никогда не давал сбоев, она должна сходить по мне с ума! Да и я сам… желаю ее… Она не такая, как наши эльфийки. Она достойна быть на троне рядом со мной, — громко протестовал Мориель.
Это они обо мне? Но почему? О чем речь? Могут ли они быть участниками заговора? Или это все бред воспаленного сознания?
Мысли начали сумбурно скакать в моей голове.
Тот, кто стоял в стороне, приблизился слишком резко.
— Она опасна и может помешать нашим планам. Ее нужно убрать, и вы оба это прекрасно понимаете! И с ним уже быстрее надо действовать, мы слишком затянули, — сухой, надменный голос, который заставил вздрогнуть.
— Я не буду в этом участвовать. И в целом не очень уверен в осуществлении вашей идеи, — отошел в сторону мужчина.
— Ты не можешь вот так отказаться! — взвинтился под своды потолка голос Мориеля.
— А кто мне запретит? — поднял голову эльф, отказавшийся участвовать в этом.
— Я! — зло выкрикнул Мориель. И шагнул вперед к балахону, взмахнув рукой.
Я не поняла, откуда появился кинжал, и что произошло, но дальше увидела только лужу крови, которая неестественно быстро расползалась по территории и набирала объемы. Причем в таком количестве, что в какой-то момент я осознала себя захлёбывающейся в ней. Начала барахтаться, пытаясь вырваться из оков сна. Но у меня ничего не получалось.
До тех пор, пока в сон не вмешался обеспокоенный голос. Мягкий, но настойчивый. Он звал меня. Звал вернуться к нему. И я доверяла ему. Уже доверяла.
В какой-то момент осознала, что уже не захлебываюсь кровью, что мне спокойно и теперь я тянусь к голосу, потому что с ним безопасно.
Открыв глаза, увидела нависающего надо мной Энтариэля. Он обеспокоенно всматривался в мои глаза, ища ответы на существующие только в его голове вопросы. Но один принц все же озвучил:
— Все хорошо? Ты кричала во сне, Милиель испугалась, когда не смогла разбудить тебя, и прибежала к нам, сорвав переговоры с послами из Драконьего хребта, — мягко рассмеялся Энтариэль, увидев, что я нашла его ладонь и теперь сжимаю ее своей.
— Надеюсь, это не приведет к войне? — улыбнулась в ответ я.
— Не переживай, они привыкли, тем более с ними остался отец, — мужчина положил вторую ладонь поверх моей и начал аккуратно поглаживать. Он его касаний было так тепло и трепетно, что совсем не хотелось отбирать руку.
— Что значит привыкли, ты к кому-то еще сбегал с собраний с ними? — закусив губу и ревниво вперив взгляд в мужчину, потребовала ответ.
О, Господи, Артелика! Что это еще за собственнические замашки? Какая тебе вообще разница до этого?
Принц на это только рассмеялся.
— Нет, глупая моя леди, дело в родителях. У них очень интересная история, и одно время отец приводил в шок весь высший свет тем, как он носился с мамой. Но для меня они являются самым главным примером.
— Расскажешь? — заинтересованно взглянула на принца, но он отрицательно мотнул головой.
— Как-нибудь обязательно, но не сейчас. Нужно возвращаться в зал переговоров, чтобы прийти к решению с принцем Даконьего хребта, а то войны, конечно, не будет, но в случае чего и на поддержку их рассчитывать мы не сможем, а это важно, понимаешь? — Его пальцы скользили уже по моему запястью, расслабляя, успокаивая и согревая, и я млела от его касаний.
Что же это со мной? Никогда так не реагировала и не чувствовала. Энтариэль, что же ты творишь?
— Тогда иди, — высвободила свою руку и привстала на постели, чтобы проследить за плавными движениями принца по направлению к двери.
Энтариэль ушел, оставив после себя лишь спокойствие. Сердце больше не билось заполошно в груди, а день не пугал своими событиями. Взглянув в окно, заметила солнце высоко в зените, что говорило о том, что уже вторая половина дня, и мне пора, как минимум, поесть, как максимум — сходить в королевскую библиотеку, как и планировала.
Милиель будто прочитала мои мысли и зашла ко мне в спальню с подносом, на котором находилось несколько накрытых тарелочек.
Желудок требовательно заурчал, как только понял, что его сейчас покормят.
И я улыбнулась девушке, которая участливо улыбнулась, отдала мне поднос и просто присела на край кресла.
Хоть она и не спрашивала ничего, но я предположила, что ей хотелось бы знать, что же случилось, да и служанка сама сильно испугалась моего состояния.
— Приходил Мориель и… — запнулась, не зная, как обозвать то, что он сделал. — Вел себя очень грубо и настойчиво по отношению ко мне…
Договорила фразу, а после прикрыла ладонями глаза и протерла наваждение, что картинкой произошедшего вновь встало перед глазами.
— Ох, да что ж такое, — всплеснула руками Милиель и подошла к моей кровати, присела на краешек, зашептав: — Среди девушек ходят слухи, что он странный. Странно воздействует. Не единожды бывало такое, что он находит преступников после проведенной с кем-то ночи. Можно было бы сказать, что он хороший любовник, но… После него многие девушки не могут даже вспомнить, что происходило между ними, а еще эта тяга… Каждый раз невозможно оторвать взгляды, а тело само тянется в его объятия… И этому невозможно сопротивляться. Но это не всегда так происходит. Бывает, что смотришь на него, и ничего не происходит. Мужчина как мужчина, ничего особенного.
Я слушала внимательно, впитывая каждое слово. Значит, то что происходит между мной и им, странно. И не зря все время мне казались чувства навязанными.
Даже выдохнула облегченно, обрадовавшись этому факту.
После пообедав и собравшись, вышла из покоев, направившись в библиотеку. Наконец я смогу увидеть все своими глазами, а не только слышать восхищенные рассказы побывавших там людей.
Но дойти до библиотеки в этот день мне было не суждено.
Стоило войти в холл дворца, как на меня налетел слуга. Я его раньше не видела, но он выглядел очень испуганным: растрепанный молодой эльф с расширившимися зрачками, практически закрывающими ярко-зеленую радужку раскосых глаз. Он подбежал ко мне и, заикнувшись, пролепетал:
— Леди Лика, там… Там! — протянул он одну руку в сторону, второй схватил меня и потянул.
— Эй, стой! Сначала скажи, что случилось. Куда ты меня тянешь? Остановись, я сказала! — выдернула руку из захвата парня.
— Леди Лика, принцу нужна ваша помощь, он в беде, — не повышая голоса и воровато оглядываясь по сторонам, проговорил слуга.
В этот миг что-то оборвалось в груди, а по телу пробежали мурашки. Мозг отказался работать, а мысли в панике начали предлагать варианты, что я могу сделать.
Из оцепенения меня вырвал слуга:
— Леди Лика, нам необходима ваша помощь. Не могли бы вы сходить с нами в город?
— В чем она заключается?
— Расскажу по дороге, но могу поклясться, что без вас никак.
Интуиция вопила, что мне нельзя соглашаться, но остальные эмоции толкали идти искать принца, чтобы помочь. Чтобы сделать хоть что-то.
Мы уходили прочь из дворца, оставляя беспокойство на сердце и смуту в мыслях. Только покинув ворота сада и выйдя в эльфийский город, мы сразу же ринулись бегом по незнакомым улочкам. Я пару раз споткнулась по пути, но мне было так все равно, что будет со мной. Хотелось только помочь, успеть, чтобы не произошло беды с принцем. С мужчиной, который не единожды задевал чувства внутри меня. С тем, кто способен одним своим появлением вызвать спокойствие и умиротворение, не оглядываясь на преследующие кошмары.
Я бежала следом, не запоминая дороги, не понимая, куда мы движемся, но и не задумываясь об этом ни секунды.
Домики вокруг встречались все реже. Но я шла вперед.
Когда мы подошли к полуразрушенному большому дому, слуга отошел в сторону, пропуская меня вперед и приговаривая, что принц внутри.
Я сделала шаг в темноту, еще один, жмуря глаза и привыкая к темноте. Но резко остановилась, услышав звук захлопнувшейся двери за спиной.
Мысли о том, что я попала в ловушку, затопили сознание, а внутренний голос едко рассмеялся:
«Ну вот и допрыгалась? Чем бы ты смогла помочь? Надо было за помощью идти, а ты… Бестолочь».
Хотелось выругаться, потому что я не понимала, что делать дальше, как в непроглядной темноте прозвучал шепот:
— Ну вот ты и здесь, малышка… — словно в насмешку… Голос знаком, и слышала я его несколько раз в своих видениях. Но как понять, кто это? Кто мой враг?
Чужие пальцы коснулись плеча, запустив волну холода и мурашек по телу.
— Девочка, что могла нам испортить всю игру… Зачем же ты полезла сюда, крошка из такого манящего рода? — вкрадчиво говорил мужчина… Темный балахон шуршал по земле, заглушая шаги. Тело начала бить крупная дрожь от страха и холода. Даже не думала, что могу попасть в подобную ситуацию.
Мне обещали полную безопасность, сохранив мое имя инкогнито. Но, кажется, что наша тайна перестала оставаться таковой, и враги знают, кто я. Но все ли? Как их много? Смогу ли я теперь хоть чем-то помочь?
Вопросы роились в голове встревоженным ульем, только ответов не было и не предвиделось. Как мне теперь быть?
Время будто замерло вокруг меня и незнакомца, только мысли звучали набатом в голове, задавая один и тот же вопрос из раза в раз.
Что. Мне. Теперь. Делать?
Что.
Теперь.
Можно.
Сделать?
В теле начала подниматься энергия, которую можно было бы использовать, будь у меня магия, как у природников, но я провидица. Я лишь могу увидеть то, что скрыто перед другими людьми.
Это плюс, когда ты можешь помогать другим. Но сейчас в беде именно я. Будут ли меня искать?
В чувство меня привел хлесткий удар по лицу. Рука непроизвольно дернулась к месту удара, погладив кончиками пальцев щёку, спустившись к губе, на которой приторной сладостью ощущался вкус крови.
Сжала руки в кулаки от накрывающей злости.
— Да чтобы вы понимали, я не хотела в этом участвовать, но дар не спрашивает, когда дает нам видения. Жестокая реальность такова, что если ты хочешь иметь возможность ведать, то приходится жертвовать своими желаниями в угоду Вселенной.
Ваши планы меня не касались ровно до того момента, пока само мироздание не решило вам помешать, чтобы вы глупостей не натворили в угоду своего самолюбия.
Слова рекой лились из меня, а я даже не понимала, что только злю противника.
— Как ты смеешь кидаться в меня такими обвинениями⁇ Ты не знаешь, что такое политика, слишком далека от нее, как и вся ваша семейка! Принципы превыше всего, а самих сгубила гордость. Зря твоя мамаша отказалась нам помогать, а то остались бы живы, представь?
Голос балахона звучал все громче. Слова разрывали пространство. А осознание смысла сказанного резало что-то внутри меня.
Могло ли быть такое, что слова этого человека — правда. И маму с бабушкой сгубила наша принципиальность?
Но как?
Силы резко покинули тело, и я начала падать.
Только на фоне слышала мерзкий смех этого человека.
Поймав меня рукой за шею, он заставил посмотреть на него, приблизив ко мне свое лицо.
— Запомни, ты никто и ни на что не сможешь повлиять. Твоя семейка — всего лишь грязь под нашими ногами. А все твои слова — пустой звук, не значащий ровным счетом ничего. Не думай, что ты какая-то особенная.
А после этих слов пальцы сильнее сомкнулись на моей шее, перекрывая путь к воздуху. Я уже не слышала другие звуки, только усиливающийся звон в ушах. И понимала, что это конец. Мой личный. На секунду промелькнула мысль, что Энтариэль в безопасности. Что это только лишь моя ловушка. Он не пострадал. Грустная усмешка не успела отобразиться на моем лице, так как темнота накрыла меня полностью.
* * *
Кап-кап-кап…
Звук разносится по пространству и отражается от стен.
Кап…
Веки тяжелые, не могу открыть глаза. Нёбо нещадно жжет от сухости во рту.
В стороне раздаются глухие шаги и шорохи. Пытаюсь разлепить глаза, но не получается.
Кап…
Сколько времени прошло? Сколько меня уже нет во дворце? Ищут ли меня?
С трудом повернула затекшую шею в сторону и попробовала поднять руку. Но попытка оказалась тщетной, потому как в кожу впились жгуты. От осознания, что я непонятно где, да еще и связана, распахнула глаза. Вокруг все также была темнота, по крайней мере настолько, насколько хватало моего обзора.
Кап…
Звук капающей воды начинал раздражать. Повернула голову в другую сторону, увидев фигуру, освещенную светом магического огонька над головой.
Значит меня похитил маг? Или все-таки эльф? Если это стихийник с огненной стихией, то заговор не только в королевстве эльфов, но и у людей. А это куда шире масштабы. Если же это эльф, то ликвидировав проблему в одном месте, она не уйдет в другие. Буду надеяться, но обиднее всего, что даже интуиция молчала. Как будто не происходит ничего неординарного.
Ну да, меня же каждый день похищают.
Конкурс называется: «Похищение провидицы рода Ваури». Укради — и тебе за это ничего не будет. Или будет… предсказание о незавидной семье.
Улыбнулась саркастичным мыслям. Самое время. Почему бы не посмеяться, пока ты связанная лежишь в каком-то подвале?
На удивление я была абсолютно спокойна. Внутренне чувствовала, что за мной придут. Что все разрешится благополучно и никто не пострадает.
Вдруг мужчина развернулся в мою сторону и начал приближаться, огонек света двигался следом, но находился за спиной балахона, что совершенно не давало увидеть лицо.
Казалось, что если я узнаю, кто это, то станет легче найти заговорщиков. Круг общения и приближенных легко проследить. Зная, что искать, всегда легче найти ответы.
А так приходится ждать, когда кто-то начнет действовать, и ниточки поведут за собой.
— О, наша прекрасная леди проснулась. Как спалось? — хрипло рассмеялся балахон. — Я уж думал, что испугалась настолько, что твое хрупкое сердечко не выдержало. Ох, король бы расстроился. Он и сейчас сбился с ног, тебя ищет… А нужные люди рассказывают ему выгодную для нас информацию. Как могла та, кому он доверился, предать его? Как, Лика, ты могла предать того, кто тебе доверил самое ценное — своего сына — предать и сбежать? — он наигранно схватился за грудь, мученически вздохнув, и хрипло рассмеялся.
Сердце болезненно сжалось. Не хотелось, чтобы Энтариэль и король усомнились во мне. Не хочу, чтобы они думали, что я предала их веру. Чтобы предала все то, что обрела с этой семьей. Пусть никто не знает, но я ценила внутренние изменения, хоть и боялась их. Боялась, потому что не знала, как строить свою жизнь дальше. Сомневалась в незыблемости всех правил семьи, что впитывала с рождения.
— Они не поверят никому, — хотела, чтобы звучало уверенно. Но голос звучал надтреснуто, да еще и сухость во рту заставила закашляться после сказанного.
— Ох, наивная девочка… Поверят… Король всегда верил доверенным лицам. Даже когда ему в лицо откровенно лгали про то, что его сын погиб по невероятной случайности… Даже не усомнился, не проверил. А ради какой-то девчонки он тем более напрягаться не станет. Так что даже не надейся на спасение…
Слова заставили напрячься, но интуиция оставалась спокойной. Один раз в ловушку я уже попала и сейчас не повторю эту ошибку, не пойду на поводу у эмоций.
Балахон приблизился ко мне, нависнув с кинжалом в руке над моим телом.
— Какая бы игрушка удобная вышла, жаль, что ты на их стороне, — он провел пальцами по моему лицу. И снова хрипло рассмеялся. А меня это начинало раздражжать.
А я в бессильной злобе прикрыла глаза и сжала ладони в кулаки. Если ему вздумается сейчас что-то со мной сделать, то я не смогу ничего предпринять. Не смогу избежать этого.
Постаралась спокойно выдохнуть и начала отсчитывать ритм раздражающих капель.
Кап — один.
Балахон бормотал что-то себе под нос. А я не стала даже разбирать его слова.
Уже поняла, что мне они мало чего дадут. Все, что мог сказать полезного, он уже сказал. Осталось передать эти слова нужным людям.
Кап — два.
Дыхание выровнялось, а темнота в сознании стала даже какой-то уютной. Звуки, исходящие от балахона стихли. А все свои силы, мысли и эмоции я направила на Энтариэля.
Кап — три.
Надеюсь, что меня все-таки ищут. И интуиция не просто так молчит.
Кап — четыре.
Где-то в далеке слышатся шаги, слова вроде тоже есть, но разобрать не могу. Балахон похоже их не слышит.
Кап — пять.
Балахон продолжает бормотать, а звуки шагов, издаваемые несколькими людьми, становятся четче и громче.
Кап — шесть.
Он резко замирает, оборачиваясь в сторону темноты и звуков. Что там? Выход?
Очень надеюсь…
Кап — семь.
— Что за… Кто это к нам пожаловал? — засуетился балахон. Он явно переживал, метался из стороны в сторону, не понимая, куда себя деть. А после резко приблизился ко мне и поднес кинжал к моему горлу.
Усмехнулась внутри себя.
Что, неужели так и умру?
Кап — восемь.
Звуки все ближе, а я даже не могу взглянуть в их сторону. Лезвие настолько близко соприкасается с кожей, что я уверена — одно движение, и далеко не факт, что мне удастся выжить.
Ощущение того, что все пройдет совсем не гладко, начало высовывать свои щупальца и окутывать ими мое сознание. Чувство беспокойства тоже проснулось в моей душе.
Кап — девять.
В помещение вошли люди, но резко остановились. Видимо увидели картину перед своими глазами.
Жаль, я не могла увидеть, кто именно меня нашел. И их реакцию.
— Отойди от нее, — услышала до боли знакомый голос. На душе сразу стало так спокойно. А принца кто-то явно притормозил на месте.
Мне хотелось улыбнуться его порыву. Пусть я и не видела, но почувствовала его явное желание броситься ко мне. Помочь. Забрать из этого места.
— А то что? — смех вырвался их балахона. Он пыталася показать, что совсем неуязвим перед пришедшими, но его руки дрожали, и я это явственно ощущала вместе с движениями лезвия на моей шее.
А говорят, что руки настоящего убийцы никогда не дрожат.
Это значит, что балахон никогда не убивал. И возможно это просто сектант, безумец, гонящийся за какой-то, только ему ведомой целью.
Но чем эта информация поможет мне?
Кап — десять.
Мужчины у входа сделали короткий шаг в нашу сторону.
— Если вы подойдете ближе, я ее убью! — выкрикнул балахон. — Вы же спасти девчонку пришли? Так сильно нужен ее дар? Без нее ничего не можете?
— Ты ничего ей не сделаешь, — спокойно и уверенно проговорил лорд Санриэль.
Сильно удивилась услышать его голос. Не думала, что и он отправится на мои поиски.
— Да с чего вы это взяли? Вы — никчемная королевская семейка, которая ничего не может. Даже не заметили, что под вашим носом уже давно происходит. Если бы не приезд девчонки, то даже бы и не зашевелились. Но ее у вас не будет больше, — безумный смех вырвался из балахона. А я поняла, что сейчас он точно потерял контроль. И если никто ничего не сделает, то я пострадаю.
Это поняли и мои спасатели.
Кап — одиннадцать.
Звуки резко оборвались, а я ощутила резкое движение холодного предмета по шее и дернула головой в сторону. Это было моей ошибкой, так как сразу же ощутила горячую струйку, струящуюся по кожи вниз.
Балахон вздрогнул всем телом и отшатнулся от этого зрелища, а остальные действующие лица не стали медлить и приблизились к нам.
Я прикрыла глаза, борясь со слезами, которые по неизвестным причинам предали глаза хозяйки и потекли по моим щекам.
Кап — двенадцать.
Когда открыла глаза, сквозь мутную пелену смогла разглядеть, что балахон полностью опутан лианами.
Рядом со мной стоит Энтариэль, разрезая жгуты на моих запястьях и ногах.
Его взгляд сквозит беспокойством.
А рядом лорд Мориель и лорд Санриэль.
В глазах Мориеля тоска и злость, но откуда они взялись не ясно.
Кап — тринадцать.
Я делаю вдох, но тело пронзает боль. Сил пошевелиться нет, и я ощущаю, как руки Энтариэля бережно обхватывают мое тельце.
Снова открываю глаза.
Вижу лорда Санриеля, который следит за всем происходящим и параллельно кастует заклинание.
— Я помещу ее в стазис, чтобы она не потеряла много крови. Но нам не стоит праздновать победу раньше, чем мы победим… Один заговорщик не сможет дать всех ответов. Он — пешка.
Я снова закрываю глаза, и теперь меня накрывает спасительная темнота. Знаю, что, пусть еще не все закончилась, один раунд мы отвоевали. А теплый взгляд Энтариэля останется теперь со мной надолго.

----------

Глава 12 Истинная сила

Глава 12 Истинная сила
Какое же дряное самочувствие посетило меня, стоило открыть глаза и хрипло выдохнуть: «воды».
Ощущение, будто я не видела жидкость и не ощущала ее тысячи лет. Тела не чувствовала абсолютно, но лишь до того момента, пока не пошевелилась. Волны мурашек и неприятных покалываний сразу напомнили мне о произошедших событиях и о моем длительном лежании связанной.
Рука дернулась к шее, на которой не ощутила совершенно ничего, кроме своей гладкой и нежной кожи.
Тут послышалось движение, на которое я обернулась.
К кровати с кувшином в руках подошла Милиель. Опустила его на тумбу, а мне помогла сесть на подушки.
— Как же вы нас всех напугали, леди Лика! Мы очень переживали. А когда лорд Энтариэль принес вас раненую, все так всполошились. Какие-то срочные заседания. Потом король с принцем закрылись в кабинете вдвоем. Лорд Мориель и лорд Санриэль очень сильно из-за этого разнервничались, требовали совместного обсуждения, ведь им тоже важно знать, что происходит. Энтариэль лишь взглянул на них, и они сразу отступили. Мне кажется, случившееся снова на него повлияло. Вы! Снова на него повлияли.
Девушка суетилась, подавала мне воду, помогала встать и пройти в уборную, там умывала меня, приводила внешний вид в порядок, и все эти действия сопровождались ее рассказом.
Служанка старалась, чтобы я выглядела не как мертвец, восставший из могилы. Но, взглянув на себя в зеркало, все равно расстроилась: бледная, с кругами под глазами, волосы поблекли — достаточно грустный болезненный вид.
Потом Милиель снова уложила меня в постель, а сама убежала, как она выразилась, обрадовать короля и принца, что я пришла в себя.
Пока она ходила, я воспроизводила в памяти события и слова, сказанные балахоном. Интересно, а принц расскажет мне, кто это был? А мне стоит им рассказать полученную информацию? Как отреагирует Энтариэль, узнав, что его старший брат погиб из-за игр заговорщиков? А как на это отреагирует король?
Прокручивала в голове все эти мысли, пока не задремала.
Проснулась от нежного прикосновения к моей руке. По телу пронеслась теплая волна, а на губах самовольно появилась улыбка. Я открыла глаза и увидела перед собой сидящего на моей постели Энтариэля.
Его взгляд был обеспокоен и осматривал меня, насколько мог достать. Глаза излучали то тепло и нежность, которые предались и через прикосновение.
— Как ты, Лика? — его тон не был сравним ни с одним из тех, что я слышала до этого. Сердце громко стукнулось о грудную клетку, оглушив меня на миг, а после забилось часто-часто. Я видела, что стала дорога Энтариэлю, что он беспокоился обо мне.
Об этом говорили его взгляд, касание, улыбка и каждое движение, каждое действие.
Я поймала себя на мысли, что засмотрелась на мужчину и не ответила на его вопрос. Но он тоже даже не обратил внимания на это, будто вопрос был задан ради вопроса.
— Я чувствую каждую клеточку своего тела, — не отводя взгляд от его глаз, произнесла я.
Принц лишь сильнее сжал мою ладонь и двинулся вперед. Появилось ощущение, что если я не лежала, мужчина, не раздумывая, обнял меня, прижав к себе как можно крепче.
— Я очень сильно испугался. Не делай так больше, я прошу тебя, — в этот момент я ощутила эмоции. Они не были моими, а закрыв глаза, увидела глазами Энтариэля, как к нему подбегает молодой слуга и говорит, что он не нашел леди Лику. Как его ощущения резко обостряются, а сердце сначала замирает, а после пускается в галоп. Как принц срывается с места в мою комнату, стучит в дверь, но никто не открывает. Тогда он открывает ее магией и влетает в покои, оглядывая по кругу, но не находя взглядом. В голове куча мыслей: где она? Что-то случилось?
После вызова охраны, какой-то парень рассказывает, что видел, леди Лика ушла с каким-то незнакомым молодым мужчиной в сторону города.
Поиски начались моментально. Подключился и король, и Санриэль, и целая куча стражи, но долгое время к ним не присоединялся Мориель.
Сначала я подумала, что это странно, но, вспомнив, чем закончился наш последний разговор, предположила логичным его нежелание меня искать.
Потом кто-то сообщил, что видел меня в заброшенном квартале, и принц вместе со всеми бросился туда, только по пути появился Мориель и присоединился ко всем.
Потом они врываются в заброшенный дом, из него — в подвал, как оказалось, лабораторию.
Там этот безумец и Лика. Безумно дорогая и… Любимая Лика.
Распахиваю глаза, с испугом глядя на мужчину передо мной. Эти видения прошлого стали большим откровением. Ожидала ли я его? Нет!
Но я вижу взгляд Энтариэля, чувствую его тепло и предположить, что эти эмоции — правда, могу.
Но что мне делать с ними?
— Я рад, что успел, и тебе не успели причинить вред, не считая пореза. Но с ним мы очень быстро справились, у тебя даже шрама не осталось, — улыбка коснулась его губ. — Моя магия взбунтовалась, как только я увидел, что ты связана. Но теперь все хорошо, все точно будет хорошо. Я для этого сделаю все, что в моих силах. Хочу, чтобы ты была в безопасности.
Слова принца разрезали пространство, но он как будто не понимал, какие чувства я испытываю от них. Он и не мог их понимать, ведь он не знает, кто я и из какого рода. Ведь я не смогу быть с ним. Ведь мне придется предать его чувства. И лучше это сделать раньше, чем поздно, но смогу ли я?
Я ничего не ответила, лишь прикрыла глаза. По коже от ощущения беспомощности прошелся мороз. Как мне быть? Выбор без выбора.
По щеке скатилась слеза, потерявшись где-то в волосах. Но я не позволила себе всхлип, который просто рвался из груди наружу.
Захотелось расплакаться и забраться на руки к бабушке, как когда-то давно, в детстве, но, к моему глубочайшему сожалению, этого больше никогда нельзя будет сделать. Я выросла, на мне огромная ответственность за нашу семью, и я должна быть сильной.
Постепенно я начала приходить в себя. Тревога, которая ещё недавно сжимала сердце, постепенно отступала. Я прикрыла глаза, стараясь сосредоточиться на дыхании. Вдыхала и выдыхала медленно, позволяя себе расслабиться. Мысли становились яснее, а напряжение покидало тело.
Открыв глаза, увидела стоящего возле постели Энтариэля. Его присутствие подействовало отрезвляюще, и я постаралась выдавить слабую, но насколько это было возможно искреннюю улыбку.
— Спасибо тебе, Энт… — протянула руку к его ладони, легконько сжав. — Я постараюсь сделать все от меня зависящее, чтобы поскорее разобраться с этими заговорами.
Энариэль только кивнул.
Какое-то время прошло в молчании, которое мне не хотелось нарушать.
Но вскоре принц засобирался, напоследок сказав:
— Лика, мама очень переживает и хотела бы увидеть тебя. Она приглашает тебя выпить с ней чая в саду.
Я на мгновение замерла, пытаясь осознать слова принца. Забота королевы — это очень приятно, особенно в сложившейся ситуации. Сердце забилось быстрее, но тревога не вернулась — только волнение и любопытство.
Энтариэль внимательно смотрел на меня, словно пытаясь прочесть мои мысли.
— Я буду рада принять приглашение, — наконец ответила я.
Принц слегка улыбнулся и кивнул:
— Я сообщу ей о твоём согласии. Увидимся позже.
Он повернулся и вышел из покоев, оставив меня наедине с мыслями. Я снова закрыла глаза, пытаясь представить встречу с королевой. Что она захочет обсудить? Как пройдёт наша беседа? Столько вопросов крутилось в голове, но вместе с тем я чувствовала странное предвкушение.
Я всё ещё была погружена в свои мысли, когда в покои вошла Милиель. Её лицо светилось от радости. Она бросилась ко мне, едва сдерживая эмоции.
— Леди Лика, как же я рада, что с вами всё в порядке! — воскликнула она, её голос дрожал от волнения. — Когда все узнали, что вас похитили, во дворце началась настоящая суматоха. Король был вне себя от тревоги, принц не находил себе места. Слухи распространялись со скоростью лесного пожара — кто-то говорил, что вас уже нет в живых, кто-то утверждал, что вы были вынуждены перейти на сторону врагов.
Она помогла мне встать и начала хлопотать вокруг, выбирая наряды. Её пальцы ловко перебирали ткани, а глаза сияли.
— Лорд Санриэль вместе с принцем рисковали жизнью, чтобы спасти вас. Они не отступали, даже когда ситуация казалась безвыходной. Королева не переставала молиться за ваше благополучие. Весь дворец словно замер в ожидании новостей… А теперь вы здесь, с нами!
Пока Милиель говорила, она ловко одевала меня, подбирая украшения и завершая образ. Её слова согревали душу, напоминая о том, сколько людей переживают за меня.
Когда все приготовления были закончены, я подошла к зеркалу. Милиель выбрала для меня платье из тончайшего шёлка цвета слоновой кости — простое, но изысканное, с неглубоким округлым вырезом и длинными узкими рукавами. Платье подчёркивало мою фигуру, не перегружая образ лишними деталями. На талии был изящный поясок из белого золота, украшенный крошечными жемчужинами.
Украшения Милиель подобрала с особым вкусом: на шее — тонкая цепочка с небольшим кулоном в виде капли, на пальцах — скромные кольца с полупрозрачными камнями. В ушах сверкали маленькие серьги-гвоздики с жемчугом. Ничего лишнего — только то, что добавляло образу утончённости и благородства.
Когда я посмотрела на себя в зеркало, то невольно улыбнулась. Волосы были аккуратно уложены в свободную причёску, несколько локонов обрамляли лицо. Лёгкий макияж подчёркивал мои глаза и придавал лицу свежесть. Я выглядела спокойной и собранной, и это придавало мне уверенности.
Милиель порывалась проводить меня, но я отказалась, сославшись на то, что хочу подумать обо всем случившемся, а дорошу и так прекрасно знаю, и девушка отступила. А я покинула покои.
Я медленно шла по коридорам дворца, направляясь в сад. Мысли крутились вокруг Энтариэля. Его забота… Неужели это правда? Или это всего лишь игра, часть какого-то плана, почему его отношение так резко изменилось? Но не поверить в его чувства я не могла, ведь видения не обманывают… Особенно о прошлом.
Я пыталась разобраться в своих чувствах, но они были слишком запутанными. С одной стороны, мне хотелось верить в искренность его внимания, с другой — внутренний голос шептал о необходимости быть осторожной.
Мой род… Наши отношения под запретом. Я не должна позволять себе влюбляться, но сердце отказывается подчиняться разуму. Что, если мои чувства сделают только хуже? Если они станут препятствием на пути к выполнению моей миссии?
С каждым шагом сомнения становились всё тяжелее. Я вспоминала моменты, проведённые с Энтариэлем, его взгляд, слова, прикосновения. Всё это будоражило душу, заставляло сердце биться быстрее. Но в то же время я понимала, что должна сохранять дистанцию, помнить о своих обязанностях и о том, что стоит на кону.
Наконец, я вышла в сад. Он оказался удивительно красивым: аккуратно подстриженные кустарники, клумбы с яркими цветами, изумрудная трава. В воздухе витал нежный аромат роз и ещё каких-то цветов, названий которых я не знала. Солнечные лучи пробивались сквозь листву, создавая причудливые узоры на земле. Вдали виднелась изящная беседка, украшенная вьющимися растениями.
В беседке уже находилась королева. Она сидела, задумчиво глядя вдаль, её лицо было спокойным, но в глазах читалась некоторая тревога. На ней было элегантное платье из лёгкой ткани благородного синего цвета, украшенное изящной вышивкой. На шее поблёскивало нежное ожерелье, подчёркивающее утончённость и благородство облика. Волосы королевы были уложены в сложную причёску, украшенную небольшими драгоценными камнями. Она выглядела как воплощение королевской грации и достоинства, и в то же время в её позе чувствовалась человечность, уязвимость. Рядом с ней на столике дымилась чашка чая, лежали несколько книг и бумаг.
Я остановилась на мгновение, любуясь этой картиной, а затем направилась к беседке, чувствуя, как колотится сердце.
При моём появлении лицо королевы осветила тёплая улыбка. Я присела в книксене:
— Ваше Величество, для меня большая честь встретиться с вами.
Королева кивнула, жестом приглашая меня сесть рядом. Служанка бесшумно принесла ещё одну чашку чая и поставила её на столик между нами. Аромат чая наполнил пространство, создавая атмосферу уюта и спокойствия.
— Лика, я так рада, что с тобой всё в порядке, — произнесла королева мягким голосом. — Мы все сильно испугались и переживали за тебя, когда узнали, что ты исчезла с территории дворца и не выходишь на связь.
Я скромно опустила глаза, чувствуя тепло в груди от её слов.
— Благодарю вас за заботу, Ваше Величество. Я бесконечно признательна за всё, что вы и ваш сын сделали для меня.
Мы помолчали немного, попивая чай. Я чувствовала, как напряжение постепенно покидает тело, уступая место спокойствию. Но королева вскоре нарушила тишину:
— Я наблюдаю за тобой и Энтариэлем… Между вами есть что-то особенное. — Её голос стал чуть тише, словно она делилась сокровенной тайной. — Мне бы хотелось видеть вас вместе. Вы подходите друг другу.
Я почувствовала, как щёки заливает румянец. Сердце забилось быстрее, и я опустила взгляд на чашку, боясь выдать свои истинные чувства.
— Ваше Величество, я… Не знаю, что сказать, — пролепетала я, стараясь собраться с мыслями. — Мои чувства… Они ещё слишком запутанны.
Королева понимающе улыбнулась:
— Это нормально. Любовь — это не всегда просто. Но я вижу, как мой сын смотрит на тебя. В его глазах столько нежности и заботы… Мне бы хотелось, чтобы вы были счастливы. Но я не стану настаивать — твое сердце должно само сделать выбор.
Её слова отозвались эхом в моей душе. Я подняла глаза на королеву и увидела в них искренность и мудрость. В этот момент я осознала, насколько велика ответственность за свои чувства и решения.
— Вы не понимаете… Наш род… Я не могу рассказать всего, но мы не можем вступать в отношения… Даже если сердце уже сделало свой выбор.
Слова давались сложно, но я должна была их сказать. Почему-то кажется правильным поделиться и открыться хотя бы с этой женщиной. Внутри уже давно сформировалась уверенность, что королева меня поймет и примет любой выбор.
— Лика, я знаю, что порой бывает сложно довериться, сама проходила через это. Также понимаю, что идти в неизвестность может быть страшно, но порой этот путь приводит к настоящему счастью. Хочешь, я расскажу тебе нашу историю любви с Октариэлем?
— Правда? Хочу! — слова слетели с моих губ, хотя я сама их не ожидала.
Она начала рассказывать о своей молодости, о времени, когда она только окончила пансион юных леди. Её глаза засветились воспоминаниями, а голос стал мягче.
— Представь себе, Артелика, — начала королева, — я была совсем юной, родители меня только вывели в свет. Всё казалось мне таким новым и волнующим. Однажды на приёме во дворце я оказалась в огромном зале, украшенном цветами и блестящими тканями. Музыка лилась из дальнего угла, пары кружились в танце, а смех и шёпот создавали неповторимую атмосферу. Я стояла у окна, наблюдая за происходящим, и чувствовала себя немного потерянной среди всего этого великолепия.
Королева сделала паузу, словно возвращаясь в тот далёкий день, а затем продолжила:
— И вдруг я заметила его — Октариэля. Он только что вошел в залу, также как и у меня, у него был первый выход в свет, официальное предсавление наследного принца. Его присутствие сразу привлекло внимание всех присутствующих. Он был так уверен в себе, так красив… Его взгляд случайно упал на меня, и в тот момент между нами словно проскочила искра. Во время праздника мы обменялись всего парой фраз, но этого оказалось достаточно…
Я затаила дыхание, следя за каждым словом королевы. Её история оживала в моём воображении, и я словно переносилась в тот волшебный вечер.
— Наши семьи были из разных слоёв общества — мой отец много лет служил на благо короне, прежде чем нам позволили присутствовать на балах, — продолжала она. — Никто не предполагал, что между нами может быть что-то большее, чем мимолётное знакомство. Но Октариэль…
Королева замолчала, её взгляд устремился вдаль, словно она снова переживала те моменты. Я сидела, не шевелясь, чувствуя, как сильно бьётся моё сердце. В её словах звучала такая нежность и боль, что мне стало почти физически больно от осознания, сколько испытаний пришлось преодолеть этой удивительной женщине.
— Я стояла у окна, наблюдая за суетой вокруг, и вдруг почувствовала на себе чей-то взгляд. Обернувшись, я увидела Октариэля — он стоял в нескольких шагах от меня и не сводил с меня глаз. В тот момент между нами словно проскочила искра. Он подошёл ко мне, учтиво поклонился и попросил разрешения пригласить на танец. Я согласилась, и время словно остановилось — мы кружились в вальсе, а весь мир вокруг перестал существовать. С тех пор Октариэль начал искать со мной встречи. Он находил способы увидеть меня на балах, прогулках в саду, даже отправлял мне маленькие подарки — нежные цветы, изящные безделушки. Его внимание было столь трепетным и искренним, что моё сердце невольно таяло. Но счастье было недолгим. Король, мой будущий свёкор, узнал об увлечении сына. Он был взбешён — считал, что Октариэль должен думать о делах государства, а не о романтических глупостях. Король грозился лишить сына трона и отлучить от дворца, если тот не откажется от своих чувств. Октариэль, несмотря на угрозы отца, не отступился. Он заявил, что не может жить без меня и готов пойти против воли короля. Его решимость поразила меня — я видела в нём не просто принца, но человека, способного бороться за свою любовь.
Королева сделала короткий глоток чая, а затем вздохнула и продолжила:
— Это было сложное время для нас обоих. Мы скрывали свои отношения, встречались украдкой, но любовь только крепла. В конце концов, мудрость и настойчивость Октариэля победили — король увидел, насколько сильны наши чувства, и смягчился. Он понял, что истинная любовь не знает преград и заслуживает уважения.
Пока королева рассказывала свою историю, моё сердце билось всё быстрее. Я словно проживала вместе с ней каждый момент — тот бал, первую встречу с Октариэлем, их тайные взгляды… Эмоции переполняли меня, грозя вырваться наружу.
Я сжимала руки в кулаки, пытаясь сдержать дрожь. В голове крутились мысли: «Как удивительно… Как смело… Как сильно они любили друг друга…» Мне казалось, будто я сама оказалась в том зале, почувствовала атмосферу того времени, увидела блеск в глазах юной королевы и решимость в взгляде Октариэля.
Грудь сдавливало от волнения, а к глазам подступали слёзы. Я вспоминала свои собственные чувства к Энтариэлю — такие же сильные, но окутанные сомнениями и страхом. История королевы словно приоткрыла дверь в мир, где любовь побеждает все преграды, но в то же время напомнила о реальности, полной ограничений и правил.
Я украдкой взглянула на королеву — её лицо было спокойным, но в глазах читалась тень пережитых эмоций. Она словно читала мои мысли, понимала мою внутреннюю борьбу. Я чувствовала, как тепло её слов проникает в душу, пробуждает надежды и одновременно будит страхи.
«А что, если… — пронеслось в голове. — А что, если и у нас с Энтариэлем может быть такая же история? Или я просто обманываю себя?»
Я глубоко вздохнула, пытаясь успокоиться. Но эмоции продолжали бушевать внутри, требуя выхода. Я с трудом сдерживала желание задать королеве вопросы, поделиться своими переживаниями, узнать её мнение о моих чувствах.
В этот момент королева прервала рассказ, внимательно посмотрела на меня и слегка улыбнулась. Она будто уловила моё состояние, поняла, как сильно её история затронула меня.
— Истинной силой обладает лишь тот, кто готов сражаться за что-то. Тот, кто сражается за себя — обречен на поражение, — слова королевы повисли в воздухе.
— Но чтобы сражаться за что-то, надо верить в это всем сердцем, — я подняла на нее взгляд, полный сомнений.
— Надеюсь, когда-нибудь ты найдешь внутри себя то, во что будешь верить. Но прошу тебя: доверься своему сердцу, оно плохого не посоветует. К тому же знаешь, любовь — конечное чувство. Когда-то и ему приходит конец. Но это «когда-то» наступает только в том случае, если двое забывают, что забота, уважение, внимание друг к другу и общие цели — неотъемлемая часть любых отношений. Которая очень важна.
У меня не было слов, чтобы выразить свои мысли. Но королеве они и не требовались. Она вновь погрузилась в свои воспоминания — об этом говорила мечтательная улыбка на ее губах.
Мои же мысли плавно переключились на Энтариэля. Он стал мне так дорог… Каждый его взгляд, каждое слово, каждая забота — всё это оседало в душе, разжигая в ней тёплый огонь. Я не хотела его потерять. Не хотела лишиться возможности видеть его улыбку, слышать его голос, ощущать его близость.
«А что, если попробовать сделать следующий шаг? — пронеслось в голове. — Может быть, стоит рискнуть, как когда-то это сделала Энжела? Может быть, мы сможем преодолеть все преграды?»
Но сомнения не давали покоя. Они, словно тени, скользили по краю сознания, напоминая о разнице между нами, о возможных последствиях, о том, как хрупка может быть наша с Энтариэлем связь.
Я закрыла глаза, пытаясь упорядочить мысли. Сердце колотилось как сумасшедшее, а в груди разливалась сладкая боль. Я чувствовала, как внутри меня борются два желания: броситься навстречу счастью и отступить, спрятавшись за стеной осторожности.
«Может быть, стоит рискнуть? — снова подумала я. — Может быть, именно сейчас — тот самый момент, когда нужно довериться сердцу?»
Но ответ так и не пришёл. Я осталась наедине со своими противоречивыми чувствами, с трепетом и страхом, с надеждой и сомнением.
Одновременно с этим, в моей голове крутилась мысль, связанная с Мориелем — с ним явно что-то было не так. Ведь сейчас, находясь от него на расстоянии, я не испытывала к нему ровным счетом никаких чувств, но стоило ему появиться в поле моего зрения, как необычные реакции накрывали с головой. Но это все иллюзия, ведь сейчас я понимаю — только к Энтариэлю я испытываю настоящие чувства. Но почему так происходит с Мориелем? Что все это значит?
Неожиданно тишину разорвал шум. В сад ворвался запыхавшийся стражник. Его лицо было бледным, дыхание сбивчивым. Он резко остановился перед нами, склонил голову:
— Ваше Величество… Леди Лика… Ужасная новость… Принц Энтариэль… Он… Пропал!
Моё сердце замерло. Кровь отхлынула от лица. Мысли спутались, в голове образовалась звенящая пустота. Пропал? Как это возможно? Почему? Тысяча вопросов вихрем пронеслась в сознании, но ни один из них не смог вырваться наружу. Я застыла, не в силах пошевелиться или произнести хоть слово.
Королева резко поднялась с лавочки. Её лицо исказила гримаса ужаса. Голос дрожал, когда она спросила:
— Что ты имеешь в виду, говоря «пропал»? Как это случилось? Где его видели в последний раз?
Стражник судорожно сглотнул, пытаясь собраться с мыслями:
— Его видели в своих покоях несколько часов назад, а теперь его нигде нет. Мы обыскали весь дворец, но безрезультатно…
Королева побледнела, её руки дрожали. Она прижала ладонь к груди, словно пытаясь унять бешеный стук сердца. Её голос стал едва слышным:
— Нужно немедленно организовать поиски! Всех стражников, всех слуг — всех привлечь к поискам Энтариэля! Нельзя терять ни минуты…
Я наконец смогла пошевелиться. Внутри меня бушевала буря эмоций — страх, тревога, отчаяние. Мысли лихорадочно метались, ища выход из этой кошмарной ситуации. Энтариэль… Он не может просто так исчезнуть. С ним должно быть всё в порядке. Должны быть…
С трудом подавив подступающую панику, я выпалила:
— Я помогу с поисками. Сделаю всё, что в моих силах, чтобы найти его.
Королева взглянула на меня, в её глазах читалась безмолвная мольба и надежда. Она кивнула, и в этот момент я поняла — мы должны сделать всё возможное, чтобы вернуть принца.

----------

Глава 13 Твоя сила тебе поможет

Глава 13 Твоя сила тебе поможет
Я вбежала в кабинет короля, едва сдерживая слёзы. Мысли путались, сердце колотилось так сильно, что, казалось, готово было выпрыгнуть из груди. Вокруг суетились придворные, но я почти не замечала их — всё моё внимание было сосредоточено на короле. Он сидел за столом, бледный, с плотно сжатыми губами, и смотрел куда-то вдаль, словно пытаясь разглядеть в пустоте ответ на мучающий его вопрос.
— Ваше Величество, — выдохнула я, пытаясь собраться с мыслями, — я должна попробовать… Мой дар… Возможно, я смогу увидеть, где Энтариэль, что с ним…
Король поднял голову, его глаза были полны тревоги и надежды. Он кивнул, не говоря ни слова, и жестом указал на кресло напротив. Я опустилась в него, закрыла глаза, пытаясь сосредоточиться.
Сначала всё было как обычно: мир вокруг словно растворился, остались только я и мои ощущения. Но постепенно я поняла, что что-то не так. Видения не приходили. Я напрягала все свои силы, пыталась проникнуть в потоки судьбы, но всё было бесполезно. Тёмная пелена окутывала мои мысли, не давая пробиться ни единому образу.
Я открыла глаза, чувствуя, как по щекам текут слёзы. Внутри всё сжималось от отчаяния и бессилия. Как в самый ответственный момент мой дар отказывается служить мне? Что, если это мой шанс помочь Энтариэлю, а я его упустила?
— Ничего… — прошептала я, едва сдерживая рыдания. — Я не вижу ничего… Мой дар молчит…
Король резко встал, его лицо исказила гримаса боли. Он подошёл ко мне, положил руку на плечо, но даже это прикосновение не могло успокоить бурю, бушующую в моей душе.
— Я не верю, что все может вот так закончиться.
Я чувствовала, как внутри растёт паника. Энтариэль… Он где-то там, в опасности, а я ничем не могу помочь. Мысли кружились в голове, словно вихрь: «Что делать? Как его спасти? Почему дар подвёл меня именно сейчас?»
Я снова закрыла глаза, пытаясь ещё раз проникнуть в туман будущего. Но всё было тщетно. Тёмная пелена по-прежнему окутывала меня, не давая ни единого проблеска надежды.
Ощущение собственной беспомощности было невыносимым. Я сжала кулаки, пытаясь взять себя в руки, но слёзы продолжали катиться по щекам.
— Я должна что-то сделать… — прошептала я сквозь слёзы. — Должна найти способ…
Сколько бы не твердила себе мысленно, что сейчас эмоции — не лучший помощник, не могла успокоиться. По комнате расползалась тревожная атмосфера, король стоял рядом недвижимой скалой, сжав руки в кулаки.
Спустя несколько минут тишины, его твердый голос, полный глухой боли и отчаяния, прервал тишину.
— Лика, ты должна его найти во что бы то ни стало! Он мой единственный сын, я не могу потерять еще и его!
Я тоже не могу его потерять. Только не в тот момент, когда поверила в то, что возможно что-то построить.
Ощущение собственной беспомощности накрыло с головой. Я сжала кулаки, пытаясь взять себя в руки.
«Нельзя сдаваться! Нужно найти другой способ!» — пронеслось в голове.
И вдруг меня осенило. Дневник Энжелы! Может быть, в её записях есть ответы, подсказки, как управлять даром, как проникнуть в глубины своего сознания и отыскать нужную информацию…
Я резко развернулась и выбежала из кабинета, едва осознавая, куда направляюсь. В голове билась одна мысль: «Дневник! Нужно найти дневник Энжелы!»
Придворные удивлённо оборачивались мне вслед, но мне было всё равно. Сейчас существовала только одна цель — добраться до дневника и разгадать его тайны. Возможно, это мой последний шанс помочь Энтариэлю.
Я вернулась в свои покои, едва сдерживая слёзы. Мысли крутились в голове, словно вихрь, не давая мне покоя. Я знала, что должна найти ответы — и как можно скорее. Мой взгляд упал на дневник Энжелы, о котором я почти забыла, приехав сюда. Дрожащими руками я достала его из прикроватной тумбы и положила на стол.
Пролистывая страницу за страницей, я вглядывалась в почерк, пытаясь отыскать хоть намёк на то, как управлять своим даром. Но всё было бесполезно. Записи казались бессвязными, полными загадок и недомолвок.
«В объединении сила…», но у меня не было никого, с кем у меня могло бы получиться связать силы.
Сердце сжималось от отчаяния — время уходило, а я не могла найти то, что могло бы помочь Энтариэлю.
Я закрыла глаза, пытаясь собраться с мыслями. Нужно было действовать иначе. Я села в позу для медитации, глубоко вдохнула и попыталась сосредоточиться. Мысленно я потянулась к Энтариэлю, пытаясь пробиться сквозь туман, окутавший моё сознание. Но раз за разом меня встречала лишь пустота.
«Где же ты, Энтариэль? — шептала я про себя. — Отзовись, дай мне знак, что ты жив». Но в ответ — ничего, кроме тишины.
Слёзы навернулись на глаза, и я сжала кулаки, пытаясь сдержать отчаяние. Дар, который должен был стать моей силой, теперь казался бесполезным. Что, если я никогда не смогу помочь тому, кто стал мне так дорог? Что, если я упущу свой шанс спасти его?
Мысли кружились в голове, не давая покоя. Я снова и снова пыталась проникнуть в сознание принца, но всё было тщетно. Усталость накатывала волнами, но я не могла позволить себе сдаться. Энтариэль нуждался во мне, и я должна была найти способ преодолеть эту преграду.
Я предпринимала попытку за попыткой, но ничего не выходило.
Силы были на исходе, но неожиданно в комнате появился лорд Санриэль.
Он стоял чуть в стороне, внимательно наблюдая за мной. В его взгляде читалась забота, но он старался не мешать. Несколько мгновений он молча смотрел на меня, а затем подошёл к столу, где лежал дневник. Его глаза быстро скользили по строчкам, лицо оставалось непроницаемым, но в какой-то момент в его взгляде промелькнуло удивление.
Он медленно обернулся ко мне:
— Позвольте мне попробовать помочь вам, леди Лика? Возможно, я смогу увидеть то, что ускользнуло от вашего внимания.
Я подняла на него глаза, в которых, наверное, отразилась вся моя надежда и усталость. Несколько секунд я колебалась, а затем кивнула:
— Хорошо, лорд Санриэль. Я буду благодарна за любую помощь.
Мужчина подошел ближе ко мне и положил ладони на мои плечи. Я не видела его лица, не знала, о чем он думает. Но именно в этот момент я вспоминала его фразу о том, что здесь многие не те, за кого себя выдают.
Неожиданно я ощутила, как чужая магия смешивается с моей, наполняя новыми силами. Это были необычные ощущения, ничего подобного я не испытывала еще ни разу.
Стараясь не задумываться о происходящем — еще будет время подумать, начала вновь погружаться в транс, пытаясь пробиться к Энтариэлю.
И к моему огромному удивлению, видение накрыло неожиданно с невероятной силой, погружая в недавние события.
Я увидела лорда Мориеля — его лицо было напряжённым, а взгляд устремлён на Энтариэля. Он что-то говорил принцу, жестикулируя. Слова доносились до меня обрывками, но я отчётливо уловила своё имя.
— Энтариэль, нам нужно поговорить. Это касается тебя и… Лики, — голос Мориеля звучал напряжённо, почти угрожающе.
Энтариэль, не подозревая об угрозе, кивнул и последовал за главой королевской стражи. Они удалялись по коридору, их фигуры становились всё меньше и меньше.
Внезапно Мориель остановился и резко обернулся к принцу. Его голос звучал холодно и отстранённо:
— Ты не понимаешь, насколько это опасно для всех нас… для королевства.
Энтариэль отступил на шаг, в его взгляде читалось недоверие:
— О чём ты говоришь? Ты же всегда поддерживал меня. Что изменилось?
Мориель сжал кулаки, его лицо исказила гримаса ярости:
— Всё изменилось, когда появилась она. Её присутствие несёт угрозу, и я должен был действовать.
Сердце замерло. Я видела, как лицо Энтариэля искажается от удивления и гнева. Он хотел что-то сказать, но Мориель не дал ему шанса — с его руки соскользнул сгусток темного заклинания. Энтариэль пошатнулся, его глаза закатились, и он медленно осел на пол, теряя сознание.
В этот момент из тени выступили двое людей в чёрных балахонах. Они бесшумно приблизились к принцу, подхватили его под руки и понесли прочь, скрываясь в темноте коридора.
Видение стало размытым, словно туман окутал сознание, а затем исчезло, оставив меня в темноте. Я тяжело дышала, пытаясь осознать увиденное. Холодный пот стекал по спине, а руки дрожали.
— Лика! — голос лорда Санриеля прорвался сквозь пелену ужаса. — Что вы видели?
Я подняла глаза, пытаясь собраться с мыслями. Слова застревали в горле, но я должна была рассказать ему обо всём. О предательстве, об угрозе, нависшей над Энтариэлем…
— Мы должны отправиться к королю, и я там все расскажу.
Лорд Санриэль не стал настаивать, только кивнул и подал руку, чтобы сопроводить меня.
Я стремительно шла по коридорам дворца вместе с лордом Санриэлем. Сердце билось так сильно, что, казалось, его стук эхом отдавался в стенах. В воздухе витала напряжённая атмосфера — все во дворце были охвачены тревогой из-за исчезновения Энтариэля.
До кабинета короля оставалось всего несколько шагов. Из-за приоткрытой двери доносились обрывки гневных фраз: король требовал, чтобы перерыли землю, лишь бы найти его сына. Мы с лордом Санриэлем переглянулись — в его глазах читалась такая же тревога и бессилие перед лицом неизвестности.
Мы постучали в двери кабинета и, не дожидаясь ответа, вошли. Внутри царил хаос: бумаги были разбросаны по столу, свечи горели, отбрасывая причудливые тени на стены. У окна стоял бледный как полотно стражник — он явно хотел как можно скорее покинуть кабинет, но замер, не смея уйти без дозволения короля.
Король, взбешённый и разъярённый, обернулся к нам, кивнул и вновь повернулся к стражнику:
— Где ваш глава? — прогремел его голос, словно раскат грома. — Почему он не на рабочем месте? Чем вы все занимались, когда принц пропал?
Стражник побледнел ещё сильнее, его руки дрожали. Он пытался что-то сказать, но слова застревали в горле. Наконец, собравшись с силами, он пролепетал:
— Ваше Величество, мы… Мы делали всё возможное… Проверяли окрестности, опрашивали слуг… Но никто ничего не видел, никто не знает, куда мог исчезнуть Его Высочество…
Король ударил кулаком по столу, его глаза сверкали от гнева:
— Всё возможное⁈ Вы называете это всем возможным? Ваш долг — охранять принца, а вы допустили его исчезновение!
В этот момент я шагнула вперёд, пытаясь привлечь внимание короля.
— Ваше Величество, — начала я, стараясь говорить спокойно, несмотря на бурю эмоций внутри. — У меня было видение… Я видела, что произошло с Энтариэлем…
Король резко обернулся ко мне, его взгляд был полон надежды и отчаяния одновременно. Я рассказала ему о том, что увидела: о разговоре Энтариэля с лордом Мориелем, о внезапной потере сознания принцем и о людях в чёрных балахонах, уносящих его.
С каждым моим словом лицо короля становилось всё бледнее. Он слушал, не перебивая, и в его глазах читалась безмерная боль и страх за сына.
В это время лицо стражника исказилось от шока. Его глаза наполнились слезами, а губы задрожали. Он отступил на шаг, словно пытаясь отдалиться от страшных слов. В его взгляде читалась смесь недоверия, страха и боли. Он пытался осмыслить услышанное, но разум отказывался принимать такую мысль.
Лорд Санриэль внимательно слушал, его брови то и дело сходились на переносице, выдавая напряжённую работу мысли. Когда я закончила, он медленно произнёс:
— Это может означать только одно: Мориель причастен к исчезновению принца. Нужно действовать быстро, пока не стало слишком поздно.
Король ударил кулаком по столу, его голос прогремел, обращаясь к стражнику, словно раскат грома:
— Найдите Мориеля! Он ответит за свои преступления!
Стражник лишь кивнул и спешно покинул кабинет короля. Сам же король обернулся к нам:
— Лика, ты должна использовать свой дар, чтобы найти его. Ты наша последняя надежда.
Я почувствовала, как кровь отхлынула от лица. Задача казалась невыполнимой, но отступать было некуда. Собрав всю волю в кулак, я кивнула:
— Я сделаю всё возможное, Ваше Величество. Но мне понадобится время, дару нужно отдохнуть.
Лорд Санриэль шагнул ко мне, его голос звучал твёрдо и уверенно:
— Мы дадим тебе время. Но помни — каждая секунда на счету. Энтариэль ждёт нашей помощи.
Король кивнул, его взгляд был устремлён куда-то вдаль, словно он уже видел картину грядущих событий. В его глазах читалась решимость и тень сомнения. Он понимал, насколько велики ставки, и как мало у нас шансов на успех. Но отступать было нельзя.
Я покинула кабинет короля, оставив их с лордом Санриэлем наедине. Дойдя до комнаты, рухнула бе сил на постель. Казалось, что в таком состоянии я не смогу уснуть, но видимо эмоции последних дней и особенно часов были настолько сильными, что сознание поспешило уйти в спасительную темноту.

----------

Глава 14 Ловушка

Глава 14 Ловушка
Следующий день наступил слишком быстро. Я проснулась ранним утром, когда первые лучи солнца едва пробивались сквозь тяжёлые шторы. Чувствовала себя разбитой, словно за ночь на мои плечи легла тяжесть всего мира. Но в глубине души было чуть спокойнее, чем накануне. Возможно, это иллюзия, но мне казалось, что тьма, окутавшая дворец, немного отступила.
Я медленно поднялась с постели, ощущая, как каждая мышца протестует против движения. Приблизилась к окну и распахнула его — в комнату ворвался прохладный воздух, наполненный запахом влажной земли и цветов. Несколько минут я стояла, вдыхая свежесть утра, пытаясь собраться с силами.
Утренние процедуры дались с трудом. Я умылась, стараясь не думать о том, что ждёт впереди. Каждое движение отзывалось тупой болью в висках, но я упорно продолжала свои дела. Когда я наконец привела себя в порядок, то почувствовала, что готова встретить новый день — насколько это возможно в такой ситуации.
Выйдя из ванной комнаты, я заметила под дверью что-то светлое. Наклонилась и увидела записку. Сердце забилось быстрее — словно предчувствуя нечто важное, я развернула листок. Буквы плясали перед глазами, но я всё же смогла разобрать слова, написанные угловатым незнакомым почерком: «Приходи в заброшенный особняк на окраине города, если хочешь хоть как-то помочь принцу».
Руки дрожали, а в голове проносились тысячи мыслей. Это шанс? Или ловушка? Но мысль о том, что это может помочь Энтариэлю, вытеснила все сомнения. Я должна пойти. Должна попытаться сделать всё возможное.
Слова жгли разум, словно раскалённое железо. Не теряя ни секунды, я поспешила к выходу из дворца.
Стражник у выхода из дворца преградил мне путь:
— Леди Лика, вам нельзя покидать дворец!
Я лишь отмахнулась от него, не в силах тратить время на объяснения.
— Мне нужно, это срочно! Простите!
Я прошмыгнула мимо, даже не задумавшись, что нужно сообщить о записке и своих действиях.
В голове хаотично скакали мысли: «Что с Энтариэлем? Неужели Мориель действительно способен на предательство? Как я смогу помочь принцу?»
Я почти бежала, не замечая окружающего мира. Мысли разбегались, словно испуганные птицы. Тревога захлестывала волнами, заставляя сердце биться всё чаще.
Только когда впереди показались очертания заброшенного особняка, я вдруг осознала: никто не знает, куда я направилась. Но отступать было поздно — судьба Энтариэля могла зависеть от моих действий.
Я осторожно пробиралась по заросшей тропинке, ведущей к заброшенному особняку. С каждым шагом тревога в моей груди нарастала, словно тяжёлый туман, окутывающий разум. Мысли хаотично скакали: что ждёт меня за этими стенами? Жив ли Энтариэль? Смогу ли я ему помочь?
Наконец, особняк предстал передо мной во всей своей мрачной красе. Здание выглядело так, будто время забыло о его существовании. Обветшалые стены покрывала сеть трещин, кое-где из кирпичной кладки торчали острые осколки. Крыша местами прогнила, и сквозь дыры пробивались молодые побеги травы. Окна, лишившиеся стёкол, зияли тёмными провалами, похожими на пустые глазницы.
Вокруг особняка буйствовала природа. Высокие сорняки и дикие кустарники образовали непроходимые заросли, скрывая фундамент здания. Ветки одичавших роз и жасмина оплетали стены, их шипы угрожающе блестели в тусклом утреннем свете. Деревья, выросшие рядом за годы запустения, бросали длинные тени, придавая месту ещё более зловещий вид.
Я остановилась у входа, глубоко вдохнула воздух, пропитанный запахом сырости и увядания, и на мгновение закрыла глаза. Сердце билось так сильно, что, казалось, готово было выпрыгнуть из груди. Собрав всю свою волю в кулак, я шагнула вперёд, в неизвестность, готовая столкнуться с самой страшной правдой.
Внутри особняк оказался ещё более удручающим: пыль покрывала каждую поверхность, паутина свисала с потолка, а воздух был тяжёлым и затхлым. Мебель, оставшаяся в комнатах, выглядела так, будто её не трогали десятилетиями. Некоторые предметы были опрокинуты, словно здесь недавно бушевала буря.
Я продвигалась вперёд, прислушиваясь к каждому шороху. Тишина давила на плечи, а воображение рисовало самые страшные картины. Казалось, что из каждой тени за мной наблюдают невидимые глаза.
И вдруг… Я услышала шаги. Сердце замерло, а затем забилось с удвоенной силой. Я застыла на месте, пытаясь понять, откуда идёт звук. И в этот момент из-за угла вышел Мориель.
Его лицо было непроницаемым, а взгляд — холодным и расчётливым. В этот миг все мои страхи ожили. Я отступила на шаг, чувствуя, как кровь отлила от лица. Что он здесь делает? Как это связано с Энтариэлем? Мысли вихрем проносились в голове, а руки дрожали от напряжения.
Я пыталась сохранить самообладание, но внутри всё кричало от ужаса. Мориель, который всегда казался мне надёжным, теперь выглядел как самая большая угроза. Его присутствие в этом заброшенном особняке не сулило ничего хорошего.
Лицо главы королевской стражи искажала зловещая улыбка, а глаза сверкали недобрым огнём. Сердце замерло, а затем заколотилось с удвоенной силой. Я отшатнулась, чувствуя, как по спине пробежал ледяной холодок.
— Ну вот, леди Лика, — протянул Мориель, наслаждаясь моментом, — ты и в самом деле решила последовать за приманкой? Как предсказуемо…
Он разразился хриплым смехом, эхом разнёсшимся по пустому особняку. Каждая его улыбка, каждый звук его голоса вонзались в меня острыми иглами страха.
— Ты попала в мою ловушку, — продолжил он, медленно приближаясь. — Теперь ты ничем не сможешь помочь своему драгоценному принцу.
Я пыталась сохранить самообладание, но внутри всё дрожало. Мысли метались, пытаясь найти выход из этой ситуации, но тьма, окутавшая разум, не давала разглядеть даже проблеск надежды.
— Ты же не думала, что я все оставлю просто так? Стоило мне увидеть тебя, как я уже понимал, что ты можешь разрушить все то, к чему я так долго шел. И я никак не мог этого допустить.
Мориель резко приблизился ко мне, его рука крепко схватила меня за шею. Воздух словно сгустился, стало трудно дышать. Его шёпот проникал в сознание, вызывая ледяную дрожь:
— Ты думала, что сможешь помешать мне? — его голос был низким, почти звериным. — Ты всего лишь пешка в моей игре, как и принц. Скоро я захвачу власть, и тогда никто не сможет остановить меня. А ты… Ты будешь первой, кого я уничтожу. Ты больше никогда не помешаешь мне.
Его пальцы сдавливали шею всё сильнее, перед глазами начали мелькать тёмные пятна. В голове проносились мысли о том, что всё — это конец. Но в глубине души теплилась надежда, что кто-то найдёт меня.
Когда спасительная темнота меня накрыла, сложно сказать.
Я пришла в себя, ощутив резкую боль в шее и затылке. В первые мгновения сознание будто плавало в тумане, а звуки доносились словно издалека. Постепенно зрение прояснилось, и я увидела вокруг себя лишь тьму — тяжёлую, давящую, почти осязаемую. Я попыталась пошевелиться, но тут же осознала, что моя рука прикована цепью к крюку в стене.
Сердце забилось быстрее, в груди вспыхнул пожар паники. Мысли метались, словно птицы в клетке: «Где я? Что произошло? Энтариэль… Он жив?» В горле пересохло, а во рту появился привкус железа. Я попыталась сделать глубокий вдох, но воздух казался густым и отравленным.
Осмотревшись, я поняла, что нахожусь в какой-то камере. Стены были сырыми и покрытыми мхом, а пол — холодным и грязным. В дальнем углу я разглядела кучу соломы, видимо, служившую постелью. Ни окон, ни намёка на выход — только тьма и холод, окутавшие меня со всех сторон.
Страх сковал душу ледяными оковами. Я понимала, что оказалась в ловушке, и неизвестно, сколько времени мне придётся провести в этом мрачном месте. Мысли о том, что Мориель может сделать со мной, разрывали сердце на части. Я закрыла глаза, пытаясь собраться с силами и найти в себе мужество противостоять судьбе.э
Внезапно дверь со скрипом отворилась, и в камеру шагнул Мориель. Его лицо искажала издевательская улыбка, глаза сверкали торжеством. Он медленно приблизился, не сводя с меня взгляда.
— Ну что, Лика, — протянул он, растягивая слова, — сильно ты помогла своему принцу? Думаешь, твои способности спасут тебя?
Его голос звучал ехидно, с явным наслаждением от собственной победы. Я сжала зубы, пытаясь скрыть страх.
— Ты не сможешь уйти от правосудия, — выдавила я, стараясь придать голосу твёрдость. — Король найдёт тебя.
Мориель расхохотался, запрокинув голову. Его смех эхом отразился от стен, заставляя меня содрогнуться.
— Правосудие? — он вытер выступившую слезу, всё ещё улыбаясь. — Правосудие уже на моей стороне. Король слаб, его власть рухнет, как карточный домик. А ты… ты всего лишь пешка, которая думала, что может изменить ход игры.
Он сделал ещё шаг ко мне, наклонился так близко, что я почувствовала его дыхание на своём лице.
— Ты думала, что твои видения помогут тебе спасти мир? — прошептал он почти ласково. — На самом деле они лишь инструмент в моих руках. Ты сама привела меня к успеху, даже не подозревая об этом.
Я попыталась отстраниться, но цепь больно натянулась, не давая двигаться. Мориель наблюдал за моими попытками с явным удовольствием, словно хищник, играющий с добычей.
— Скоро весь дворец будет в моих руках, — продолжил он, выпрямляясь. — А ты… ты станешь напоминанием о том, что происходит с теми, кто осмеливается встать на моём пути.
Я с трудом сглотнула комок в горле, стараясь не выдать свой страх.
— Зачем тебе всё это? — спросила я, стараясь, чтобы голос звучал твёрдо. — Ты хочешь захватить власть? Но какой в этом смысл?
Мориель разразился безумным смехом, эхом разнёсшимся по камере. Он подошёл ближе, остановившись в шаге от меня, и наклонился, глядя мне в глаза.
— Смысл? — повторил он, словно смакуя каждое слово. — Смысл в том, чтобы отомстить. Чтобы те, кто причинил боль моей матери, заплатили за свои поступки.
Я нахмурилась, пытаясь понять, о чём он говорит.
— Твоей матери? — переспросила я.
Мориель снова рассмеялся, но в его смехе слышалась горечь.
— Да, моей матери, — ответил он, отступая на шаг и глядя в пустоту. — Она когда-то служила во дворце. У неё был роман с лордом Санриэлем. Он был братом короля, а она — всего лишь служанкой. Мезальянс, который никто не собирался терпеть. Санриэль сослал её из дворца, как только она стала ему мешать. Он даже не помнит её теперь, но я никогда не забуду.
Его голос дрожал от ярости и обиды, а глаза сверкали, словно две огненные искры.
— Я потратил годы, чтобы спланировать этот переворот. Чтобы вернуть то, что по праву должно было принадлежать моей матери. И теперь я близок к цели. Скоро вся власть будет в моих руках, а ты… Ты станешь лишь ещё одним напоминанием о том, что никто, кто пытается мне помешать, не уйдёт от возмездия.
— Тогда зачем ты похитил Энтариэля, ведь можно было его убить, отравить королевскую семью? Не знаю… Они тебе доверяли…
Мориель разразился безумным смехом, эхом разнёсшимся по подземелью. Его смех был похож на скрежет металла, пробирающий до самых костей. Он подошёл ближе, нависая надо мной, и его дыхание обжигало лицо.
— О, ты даже не представляешь, насколько всё изящно, — произнёс он, понизив голос до зловещего шёпота. — Мой план куда изощрённее, чем простое убийство. Я хотел устроить переворот руками принца. Подчинить его волю, заставить поверить, что он действует по своей воле, а на самом деле… — Мориель сделал театральную паузу, наслаждаясь моментом. — На самом деле он стал бы моим марионеткой. Королём по имени, но не по сути. Я бы управлял королевством через него, а вы все думали бы, что власть в надёжных руках.
Его глаза сверкали лихорадкой одержимости. Я смотрела на него, не в силах поверить в то, что слышу.
— Но с твоим появлением всё усложнилось, — продолжил Мориель, наклоняясь ко мне. — Принц сильно изменился с тех пор, как ты появилась во дворце. Он стал… неудобным. Я пытался повлиять на него с помощью Калиель, но она пошла на поводу у своих эмоций, что было не по плану. Дура! Она все испортила в первый раз. За это она уже поплатилась.
В его глазах мелькнуло что-то тёмное, зловещее. Он выпрямился, окинул меня взглядом, полным ненависти и презрения.
— Ты думаешь, что можешь всё изменить, Лика? — прошипел он. — Но ты ошибаешься. Судьба уже предрешена. И ничто не сможет её изменить.
Он развернулся и направился к выходу, оставив меня наедине с моими страхами и отчаянием. Его последние слова эхом отдавались в моей голове, словно приговор.
Прошло какое-то время, и Мориель снова появился в камере. Он грубо схватил меня за руку, потянул за собой. Мы шли по тёмным коридорам, и каждый шаг отзывался в моей душе острой болью и отчаянием. Наконец, мы вышли в огромную залу. В полумраке виднелись фигуры людей в балахонах — они шептали о чём-то, бросали на меня любопытные взгляды.
Мориель подтащил меня к импровизированной сцене в центре залы. Сердце колотилось так сильно, что, казалось, готово было выпрыгнуть из груди. Что ждёт меня теперь? Какие ужасы готовит этот безумец? В голове крутились мысли, но ни одна не могла дать ответа на мучающие меня вопросы. Я чувствовала, как страх сковывает душу, но старалась сохранить остатки мужества — ради Энтариэля, ради королевства, ради самой себя.
Мориель поднялся на импровизированную сцену, поднял руку, призывая всех к тишине. Его голос, глубокий и властный, разнёсся по залу:
— Друзья! Братья и сёстры! Настал тот миг, о котором я мечтал долгие годы! Мы больше не будем прятаться в тени, не будем подчиняться законам короля! Скоро вся власть будет в наших руках! Я докажу, что я стою куда большего, чем все думали! а вы мне в этом поможете!
Он описал свой план: как собирается свергнуть короля, как будет переписывать законы, чтобы укрепить свою власть, как заставит всех признать его право на управление страной через никчемного принца. Его слова были полны страсти и ненависти, они словно ядовитые стрелы пронзали воздух.
Когда речь закончилась, Мориель повернулся ко мне. В его глазах читалась холодная решимость. Он достал из-под балахона кинжал — лезвие зловеще блеснуло в тусклом свете. Медленно, словно наслаждаясь моментом, он направился ко мне.
— И начну я сегодня с леди, что вмешалась в наши планы. Вам всекм знаком ее род. Представляете, это та самая Ваури! И сегодня их род прервется!
Сердце замерло. Я понимала — это конец. Каждая клеточка тела кричала от ужаса, но я не могла пошевелиться. Время будто остановилось, а в голове крутилась лишь одна мысль: «Это не может происходить со мной…»
Он поднёс кинжал к моей шее. Холодное лезвие коснулось кожи, и я ощутила, как по спине пробежала волна дрожи. В этот момент я почувствовала каплю горячей крови, стекающую по шее. Мысли крутились в голове с бешеной скоростью: «Это конец? Неужели всё закончится так?»
Страх достиг апогея. Я пыталась собраться с силами, найти в себе хоть крупицу надежды, но тьма поглощала сознание. В последний момент перед тем, как потерять сознание, я подумала об Энтариэле, о том, как сильно хочу его увидеть, сказать ему о своих чувствах… А затем мир погрузился во мрак.

----------

Глава 15 Прощай

Глава 15 Прощай
Я медленно приходила в себя, словно выныривая из тёмной бездны. Сначала я ощутила тепло — оно окутывало меня, словно мягкое одеяло. Затем до слуха донеслись приглушённые голоса, наполненные тревогой и надеждой. Постепенно сознание прояснялось, и я начала различать очертания предметов вокруг.
Открыв глаза, я увидела Милиель — её лицо было искажено от волнения, а в глазах блестели слёзы. Рядом с ней стояла королева — её взгляд был пристальным, в нём читалась смесь облегчения и тревоги.
— Леди Лика! Вы очнулись! — воскликнула Милиель, её голос дрожал. — Мы так переживали за вас!
Королева мягко улыбнулась и коснулась моей руки.
— Добро пожаловать обратно, Артелика. Мы уже начали бояться, что ты не вернёшься к нам.
Я попыталась заговорить, но голос предательски сорвался. В горле пересохло, а мысли путались, словно обрывки тумана. Я чувствовала слабость, каждую клеточку тела пронизывала истощающая усталость.
Милиель тут же бросилась за целителем, её шаги эхом отдавались в тишине комнаты. Королева осталась рядом, её рука продолжала ласково поглаживать мою руку.
В голове крутились обрывки воспоминаний: холодный блеск кинжала, страх, пронзающий до самых костей… Всё казалось далёким, словно это были не мои воспоминания, а чьи-то чужие кошмары.
Вскоре в комнату вошёл целитель. Это был невысокий мужчина с седыми волосами и внимательными, проницательными глазами. Его движения были спокойными и уверенными. Он подошёл ко мне, аккуратно положил на столик рядом с кроватью свои инструменты: небольшие флаконы с зельями, странные приспособления из серебра и какие-то травяные сборы.
Целитель начал с того, что внимательно осмотрел меня, слегка приподняв веки, чтобы проверить реакцию зрачков. Его пальцы осторожно прощупали пульс на моей руке, затем переместились к шее. Он слушал моё дыхание, прикладывая к груди прохладную ладонь, и слегка нахмурился, словно пытаясь разгадать какую-то загадку.
Затем целитель достал из своего мешка небольшой хрустальный флакон, наполненный мерцающей жидкостью. Он капнул несколько капель на ладонь и осторожно нанес их на мой лоб, шепча какие-то слова. Холодная жидкость мгновенно впиталась в кожу, и я почувствовала, как по телу разливается успокаивающая волна.
Он продолжил осмотр, проверяя мои рефлексы — слегка касался моих рук и ног, наблюдал за реакцией. Время от времени он брал в руки разные травы, подносил их к моему носу, следя за тем, как я реагирую на запахи.
Завершив осмотр, целитель собрал свои инструменты и отошёл на несколько шагов, задумчиво потирая подбородок. Затем он повернулся к королеве и Милиель, что-то тихо им сказав. В его глазах читалась надежда, но и настороженность.
Спустя некоторое время целитель ушёл, оставив меня в полудрёме. Я снова погрузилась в туманный мир полуснов, где реальность смешивалась с фантазией, а страхи и надежды сплетались в причудливые узоры.
Когда я проснулась в следующий раз, почувствовала себя гораздо лучше. Силы постепенно возвращались, а боль отступала, словно отступая под натиском невидимой волны. Мысли крутились вокруг Энтариэля — что с ним? Удалось ли ему спастись? Что произошло в тот роковой момент?
У кровати я увидела Милиель — она задремала, сидя в кресле, её голова склонилась набок, а руки безвольно лежали на коленях. Её лицо было измождённым, под глазами залегли тёмные круги. Я осторожно потянулась к ней, желая узнать, как я оказалась во дворце, но эльфийка, услышав шорох ткани, распахнула глаза. Заметив, что я проснулась, Милиель резко вскинула голову, и её глаза мгновенно наполнились радостью.
— Леди Лика! — воскликнула она, вскакивая на ноги. — Вы очнулись! Я сейчас, принесу воды…
Она метнулась к столику, на котором стоял кувшин, и налила воду в стакан. Вернувшись, Милиель осторожно поднесла стакан к моим губам. Я с благодарностью приняла его, ощутив, как прохладная жидкость освежает пересохшее горло. Сделав несколько глотков, я вернула стакан и спросила:
— Как я оказалась во дворце? Что произошло?
Милиель вздохнула, её лицо выражало беспокойство.
— Я не знаю всех деталей, леди Лика, — тихо ответила она. — Но королева просила подготовить вас, как только вы придёте в себя. Она хочет, чтобы вы отправились в кабинет Его Величества. Кажется, там вы узнаете больше…
Её голос дрожал, выдавая волнение. Я попыталась собраться с мыслями, но голова всё ещё кружилась. Воспоминания о последних событиях проносились в сознании, словно обрывки тумана, не складываясь в единую картину.
— А что с Энтариэлем? — вырвался у меня вопрос. — Он в порядке?
Милиель опустила глаза, и её молчание сказало больше любых слов. В груди похолодело — я почувствовала, как сердце сжалось от тревоги.
Милиель, словно прочитав мои мысли, мягко коснулась моей руки.
— Не волнуйтесь, леди Лика. Всё будет хорошо. Сейчас я помогу вам подготовиться к встрече с королевой.
Она принялась хлопотать вокруг меня — принесла свежую одежду, аккуратно расправила её на кровати. Её движения были быстрыми, но в то же время бережными, словно она боялась меня потревожить. Милиель помогла мне подняться, поддерживая под локоть, и осторожно усадила в кресло. Затем она начала приводить меня в порядок — расправила волосы, аккуратно уложила их, стараясь не причинить боли. Её руки двигались ловко и уверенно, а взгляд был полон заботы.
— Вам идёт этот наряд, леди Лика, — сказала она, подбирая платье из тонкого шёлка. — Королева наверняка захочет увидеть вас в лучшем виде.
Я слабо улыбнулась, хотя внутри меня бушевала буря эмоций. Мысли разбегались, сердце колотилось, а в душе росла тревога за Энтариэля. Милиель тем временем продолжала хлопотать — она принесла украшения, выбрала несколько ненавязчивых деталей, которые могли бы подчеркнуть мою красоту, не перегружая образ. Её забота была почти осязаемой, и это немного успокаивало.
Когда я была готова, Милиель отступила на шаг, оценивая результат своей работы. Её глаза светились удовлетворением.
— Вот так, леди Лика. Теперь вы выглядите почти как прежде. Королева будет довольна.
Я глубоко вздохнула, пытаясь собраться с силами. Впереди ждала встреча с королевой — возможно, она сможет пролить свет на то, что произошло.
Я шла по коридорам дворца, погружённая в свои мысли. Тревога за Энтариэля тяжёлым грузом лежала на сердце. Я представляла себе самые страшные сценарии, гадала, что могло случиться, и как его спасти. Но вместе с тревогой в душе пробуждались и другие чувства — тёплые, почти нежные. Дворец, с его причудливой магией и таинственной атмосферой, за это время стал для меня почти родным. Его стены, украшенные изящными фресками, мерцающие кристаллы, дающие свет, шелест тяжёлых штор, сад королевы, каждый уголок — всё это уже не казалось чужим. Обитатели дворца, несмотря на всю сложность ситуации, проявили ко мне доброту и заботу.
Шаги эхом отдавались в полупустых коридорах. Аромат редких цветов, принесённых из дворцовых садов, слегка кружил голову. Я остановилась у массивной двери, ведущей в кабинет короля. Дверь была слегка приоткрыта. Я замерла, прислушиваясь. Из кабинета доносились приглушённые голоса — один из них явно принадлежал королю. Слова были неразборчивы, но сама атмосфера напряжённости и сосредоточенности чувствовалась даже через дверь.
Подошла ближе, не спеша заявить о своем присутствии.
Из кабинета доносились приглушённые голоса. Вдруг я различила слова целителя:
— Сегодня последний день, когда принц может прийти в себя. Если не сегодня, то уже никогда…
Моё сердце замерло, а затем забилось с бешеной силой, словно пытаясь вырваться из груди. Кровь отхлынула от лица, и на мгновение мне показалось, что я теряю сознание. Мысли хаотично скакали, сплетаясь в клубок ужаса и отчаяния. Энтариэль… Он не может уйти. Не сейчас, не так…
В глазах потемнело, а руки предательски задрожали. Я прислонилась к стене, пытаясь собраться с силами. В голове крутилась только одна мысль: «Нет, это не может быть правдой. Он должен выстоять, он должен вернуться ко мне…»
С трудом взяв себя в руки, я глубоко вздохнула, пытаясь унять бурю эмоций. Но внутри всё кричало от боли и страха потери.
Но все же я постучалась и услышала дозволение войти.
Собрав остатки сил, я толкнула дверь и вошла в кабинет. Картина, представшая передо мной, заставила кровь застыть в жилах. Король и королева сидели у окна, их фигуры казались такими беззащитными и хрупкими. Лица были искажены болью, в глазах читалась такая глубокая печаль, что у меня защемило сердце. Королева бессильно уронила голову на плечо мужа, а король, стиснув зубы, смотрел в пустоту, словно пытаясь найти там ответы на самые страшные вопросы.
Я будто кожей чувствовала их боль, их отчаяние. Это было невыносимо — видеть этих величественных, сильных людей такими сломленными. Волна сочувствия и острой, почти физической боли захлестнула меня. Я хотела закричать, броситься к ним, разделить их горе, но слова застряли в горле, а ноги словно приросли к полу.
— Ваше Величество… — наконец, едва слышно прошептала я, и мой голос прозвучал так тихо и беспомощно.
Они смотрели на меня с такой болью и отчаянием, что у меня защемило сердце. Я сделала несколько шагов вперёд, стараясь не выдать свою собственную тревогу. Целитель коротко кивнул королю и бесшумно покинул кабинет, оставив нас наедине.
Я остановилась напротив короля и королевы, чувствуя тяжесть их горя.
— Расскажите мне… — мой голос дрогнул, но я заставила себя продолжить. — Что случилось в той пещере? Как Энтариэль оказался в таком состоянии?
Король тяжело вздохнул, его плечи поникли, словно под тяжестью всего мира. Его голос, обычно твёрдый и властный, теперь звучал надломленно:
— В то утро, когда ты покинула дворец… — начал он, — стражник примчался в мой кабинет, едва переводя дыхание. Он сообщил, что ты убежала. У нас не возникло сомнений насчет тебя — мы поняли, что ты что-то узнала и отправилась спасать Энтариэля.
Он замолчал, словно пытаясь собраться с силами. Королева сжала его руку, её глаза были полны слёз.
— Но едва мы успели осознать произошедшее, как в кабинет начали приходить придворные, — продолжил король. — Казалось, они несли важные вести… Но на деле — пытались отвлечь. Они все оказались в этом замешаны… После этого мы отследили, куда ты ушла — спасибо огромное Милиель, что принесла записку из твоих покоев. Я собрал отряд — лорд Санриэль и лучшие стражники присоединились ко мне. Мы двинулись в направлении, которое указывали разведчики — к заброшенному особняку, а за ним мои войны обнаружили спуск в старые пещеры. Путь был тяжёлым, каждый шаг давался с трудом, но мысль о судьбе сына подгоняла нас. Когда мы спустились, тишина оглушила. Но вскоре мы услышали отдалённый шум — голоса, стоны… Мы ускорили шаг, пробираясь вглубь тёмных коридоров. И вот мы увидели картину, которая навсегда отпечаталась в моей памяти: Мориель, занесший кинжал над тобой, его глаза полны безумия и жажды власти. А рядом — Энтариэль, словно статуя, лишённый сил и воли, не способный пошевелиться, вынужденный лишь наблюдать за происходящим. Время будто остановилось. Я чувствовал, как кровь стынет в жилах, как боль разрывает сердце. Но в тот же миг во мне вспыхнула ярость, мощная, всепоглощающая. Я бросился вперёд, выкрикивая приказы стражникам. Санриэль действовал молниеносно — он оттолкнул меня в сторону, бросившись на Мориеля. Схватка была короткой, но жестокой. Мы одолели предателя, но цена была высока — жизнь Энтариэля, моего единственного сына, висела на волоске — Мориель перед смертью успел бросить в него темное проклятье. Тебя удалось спасти, но Энтариэль… Он словно утратил связь с миром, оставаясь неподвижным, отрешённым от реальности.
Его слова повисли в воздухе, словно тяжёлые облака, готовые разразиться грозой. Я чувствовала, как кровь отливает от моего лица, как холод сковывает сердце.
— Мы боремся за его жизнь уже несколько дней, — тихо добавила королева, её голос был едва слышен. — Но с каждым часом надежды становится всё меньше… Лучшие маги королевства уже были здесь, они сделали все, что могли, но ты слышала целителя — если он сегодня не очнется…
Когда король и королева закончили свой рассказ, время словно остановилось. Мои мысли разлетались в разные стороны, а сердце билось так сильно, что, казалось, готово было выпрыгнуть из груди. Я стояла, застыв, не в силах пошевелиться или вымолвить хоть слово. В голове крутились обрывки фраз, образы, эмоции — всё перемешалось в безумной калейдоскопической карусели.
«Энтариэль… — пронеслось в сознании. — Он… Он не реагирует… Неужели всё настолько плохо?»
Глаза наполнились слезами, но я изо всех сил старалась сдержать их, не показать свою слабость перед королём и королевой. Их боль, их отчаяние были почти осязаемы — они волнами накатывали на меня, усиливая собственное чувство беспомощности.
— Если бы я только могла что-то исправить… — тихо прошептала. — Если бы в тот день я не пошла в сад на чаепитие, мы бы были рядом, и его бы не похитили… Я очень виновата перед вами.
— Лика не стоит винить себя в том, чего ты не знаешь. История не терпит сослагательного наклонения. Зачем даже в мыслях раз за разом винить себя за поступки и совершать выбор, который нам, к счастью, не пришлось делать?
— Да, вы правы… Ваше Величество… — наконец, едва слышно прошептала я. — Я… Я могу увидеть его?
Голос дрожал, слова давались с трудом. В глубине души я понимала, насколько призрачна надежда, но не могла смириться с мыслью о возможной потере. Энтариэль стал для меня слишком важен, чтобы просто опустить руки и ждать неизбежного.
Я сделала шаг вперёд, затем ещё один, словно преодолевая невидимую стену. Взгляд метнулся к королеве — её лицо было бледным, а глаза полны невыплаканных слёз. Она кивнула, едва заметно, но этого было достаточно.
— Да, иди, — тихо произнёс король, его голос был лишён обычной властности, сейчас в нём звучала лишь бесконечная усталость и боль. — Просто побудь рядом с ним. Мы уже перепробовали всё, что могли, остается только ждать.
Поблагодарив королевскую семью, я развернулась и почти побежала к двери, ведомая единственной мыслью — я должна быть рядом.
Я медленно вошла в покои принца, и сердце словно остановилось. Энтариэль лежал на постели — его лицо было бледным, осунувшимся, словно жизнь постепенно покидала его тело. Глаза закрыты, дыхание едва уловимо.
Я подошла ближе, осторожно присела рядом, чувствуя, как внутри меня разгорается буря эмоций. Мысли вихрем проносились в голове: «Что, если он никогда не придёт в себя? Что, если всё потеряно?»
Рука сама собой потянулась к его лицу — я осторожно коснулась его щеки, ощутив, насколько холодной она стала. В этот момент меня начали раздирать противоречивые чувства. С одной стороны, я осознавала, насколько сильно привязалась к нему, как дорожу каждым мгновением, проведённым рядом. С другой в голове проносились мысли о том, насколько сложна и запутанна наша ситуация, о долге перед родом Ваури, о том, что я могу допустить лишь одну ночь с ним.
«Люблю ли я его? Способна ли я на такие сильные чувства? А что, если это просто иллюзия, созданная обстоятельствами?» — вопросы без ответов терзали душу.
Я склонилась ниже, вглядываясь в его черты лица, пытаясь уловить малейшие признаки жизни, проблеск надежды. В груди разгорался огонь — смесь отчаяния, любви и неукротимой воли бороться за него.
Слеза скатилась по моей щеке, падая на его руку. Я закрыла глаза, пытаясь собрать все свои силы, всю свою веру в лучшее, чтобы передать ему — пусть даже через прикосновение, через силу мысли.
«Пожалуйста, вернись ко мне… Вернись к нам… Ты нужен здесь…», — прошептала я, не в силах сдержать рвущиеся из глубины души слова.
Присела рядом с постелью принца, взяв его холодную ладонь в руки и прижавшись к ней губами.
Внутри меня бушевал вихрь эмоций. Я шептала ему слова о том, как сильно я переживаю, как мечтаю увидеть его улыбку, как верю в его выздоровление. Но он не реагировал — ни движения, ни отклика.
Часы тянулись бесконечно. Солнце склонилось к закату, а я всё сидела рядом, не в силах покинуть его. В голове крутились мысли о том, насколько сильны мои чувства к нему, о том, что я готова сделать ради его спасения. Сомнения и страхи терзали душу, но любовь и надежда были сильнее.
Ближе к ночи я уже начала терять надежду, глаза слипались от усталости, а мысли становились спутанными. Но вдруг — едва заметное движение! Энтариэль слегка пошевелил рукой, его дыхание стало глубже, а затем… Он открыл глаза.
Я замерла, не веря своему счастью. Его взгляд был туманным, но он был жив! Жив!
С громким вскриком я вскочила на ноги, чувствуя, как слёзы радости текут по щекам. Не теряя ни секунды, я выбежала из покоев, чтобы найти целителя и короля с королевой. Они были в соседнем зале — я увидела их и бросилась к ним, едва сдерживая крик:
— Он пришёл в себя! Энтариэль пришёл в себя!
Королева вскрикнула, прижав руки к груди, её глаза наполнились слезами. Король резко поднялся, его лицо исказила гримаса волнения и надежды. Они последовали за мной в покои, где лежал принц.
Когда они увидели, что Энтариэль действительно открыл глаза, королева без сил опустилась на стул, а король опустился на колени перед постелью сына, благодаря судьбу и богов за чудесное спасение.
Я стояла рядом, чувствуя, как сердце переполняется радостью и облегчением. Всё самое страшное позади, теперь Энтариэль будет жить.
Вскоре в комнату вбежал целитель. Его движения были чёткими и уверенными — он сразу приступил к осмотру принца.
Сначала целитель провёл визуальный осмотр: внимательно изучил лицо Энтариэля, отметил его бледность и осунувшиеся черты. Его глаза быстро скользили по телу принца, оценивая общее состояние. Затем он приложил ладонь к груди Энтариэля, чтобы проверить ритм сердца. Движения были осторожными, почти трепетными — целитель старался не причинить лишних неудобств.
После этого он закрыл глаза, сосредотачиваясь. Воздух вокруг его рук задрожал, и я увидела едва заметное сияние — целитель использовал магию. Его ладони излучали мягкий свет, который медленно распространялся по телу Энтариэля. Целитель внимательно следил за реакцией организма принца, словно пытаясь уловить малейшие изменения.
Затем он приступил к более детальному осмотру: проверил рефлексы, слегка коснувшись запястий и лодыжек Энтариэля, прислушался к его дыханию, приложив ухо к груди. Его пальцы ловко ощупывали виски и шею принца, выискивая скрытые признаки напряжения или боли.
Целитель достал из своей сумки небольшие флаконы с зельями и несколько магических кристаллов. Он поднёс к губам Энтариэля флакон с прозрачным эликсиром, осторожно пытаясь влить несколько капель в рот принца. Затем положил кристалл на солнечное сплетение Энтариэля — кристалл засиял, реагируя на магическую энергию принца.
Всё это время целитель бормотал себе под нос заклинания, его голос был тихим, но уверенным. Он внимательно наблюдал за реакцией Энтариэля на каждое своё действие, словно пытаясь сложить воедино сложную головоломку. Его лицо то напрягалось, то немного расслаблялось — было видно, что он старается найти верный путь к восстановлению принца.
По итогу осмотра он произнес:
— Ваши Величества, кризис миновал. Его Высочеству более ничего не угрожает, но организм сильно истощен. Я дал ему восстанавливающее зелье, и он проспит еще минимум сутки. За это время ресурсы организма восстановятся. Сейчас дайте ему немного времени восстановиться.
После своих слов целитель собрал обратно в сумку все лекарские принадлежности и покинул комнату. Королева, не веря своему счастью, приблизилась к Энтариэлю, сжав его ладонь в своей руке.
— Сын, поправляйся скорее. Мы за тебя очень переживали, — ее тихий голос раззнесся по комнате.
Король молчаливо подошел к королеве сзади и приобнял ее за плечи, соглашаясь с ее словами.
Энариэль, глядя на нас, слабо кивнул, и его глаза закрылись, погружая его в целительный сон. Дыхание стало ровным, а нас начал покидать страх за жизнь близкого всем нам эльфа.
Мы с королевской четой покинули покои принца и направились в кабинет. За те бесконечные часы, что провела рядом с постелью принца, я осознала, что, сколько бы светлых и теплых чувств не испытывала по отношению к этому мужчине, не могу подвести свой род. Решение далось мне тяжело, и даже сейчас не уверена, что не совершаю ошибку, но я должна покинуть Энтариэля и вернуться домой, к сестрам.
Мы вошли в кабинет короля. Атмосфера была наполнена радостью и облегчением. Лица всех светились, словно солнце, пробившееся сквозь тучи. Королева прижала руки к груди, её глаза блестели от слёз счастья.
— Наконец-то, — прошептала она, её голос дрожал от переполнявших эмоций. — Энтариэль пришёл в себя… Я так счастлива!
Король кивнул, его лицо, обычно суровое и непреклонное, сейчас выражало безмерную благодарность и облегчение. Он подошёл к окну, провёл рукой по лбу, словно пытаясь собраться с мыслями.
— Это действительно чудо, — тихо произнёс он. — Я не знаю, как выразить свою благодарность за то, что ты появилась в нашем доме…
Наши взгляды встретились, и в этот момент я почувствовала, как тепло разливается в груди. Но вместе с радостью в душе зашевелились и другие мысли — о доме, о сёстрах, которые ждали меня, о долге перед родом и нашими традициями.
Я глубоко вздохнула, стараясь подобрать слова.
— Ваше Величество, — начала я, и мой голос прозвучал чуть тише, чем я ожидала. — Я хочу поблагодарить вас за всё, что вы сделали для меня. Но… В ближайшие дни я покину дворец и ваше королевство. Мне нужно вернуться к сёстрам.
Королева замерла, её улыбка дрогнула. Король повернулся ко мне, в его глазах промелькнуло удивление, смешанное с печалью.
— Вернуться? — тихо переспросил он. — Но… Разве ты не хочешь остаться здесь, с Энтариэлем?
Я опустила глаза, чувствуя, как внутри борются противоречивые чувства. С одной стороны — зов сердца, тепло и любовь, которые я впервые испытала здесь, с другой — долг перед родом.
— Я благодарна вам за всё, — повторила я. — Но мои сёстры… Я должна быть с ними и позаботиться о них. К тому же мой род… Это сложно объяснить…
Королева подошла ко мне, мягко коснулась моей руки.
— Мы понимаем, — сказала она, и в её голосе звучала искренняя теплота. — Твои сёстры — твоя семья, и это важно. Но знай, что здесь, в этом дворце, всегда будут рады вам.
Король кивнул, и в его взгляде я увидела не только печаль расставания, но и уважение к моему решению.
— Ты мне стала как родная дочь, жаль, что ты на самом деле не будешь моей невесткой.
Я смущенно улыбнулась на его слова, но не нашлась что ответить.
— Пожалуй, поду в покои собирать свои вещи.
— Сообщи, когда покинешь дворец, — тепло улыбнулся Октариэль Аорский.
— Думаю, что дождусь, когда Энтариэль придет полностью в себя, чтобы попрощаться и с ним, — тихо проговорила.
— Это будет тяжело, ты уверена? — спросила королева.
Я лишь кивнула, а после ушла в свои покои.
Войдя в комнату, я присела на край кровати. Внутри уже начинали грызть сомнения. Но не дав себе времени на мысли, начала складывать вещи в дорожную сумку. Каждая безделушка, каждая книга напоминали о времени, проведённом во дворце. Пальцы машинально перебирали ткани платьев, подаренные королевой и принцем, словно пытаясь запечатлеть в памяти ощущения от них.
В голове крутились мысли о принце. Его улыбка, тёплые слова, взгляды, полные доверия… Я вспоминала наши разговоры — как он делился своими переживаниями, как слушал меня, не перебивая. Вспоминала моменты, когда мы просто сидели рядом, не говоря ни слова, но чувствуя необъяснимую близость. Его руки, его голос, его запах — всё это словно врезалось в память, оставляя неизгладимый след.
«Правильно ли я поступаю? — думала я, сжимая в руке небольшой кулон, который он как-то подарил мне. — Неужели я действительно готова оставить всё это ради возвращения к сёстрам?»
С одной стороны, я понимала, что долг перед семьёй никуда не делся. Сестры… Они ждут меня, нуждаются во мне. Я обещала им вернуться, обещала быть всегда рядом. Кроме меня, у девочек никого нет, и моя обязанность дать им все самое лучшее. С другой стороны, здесь, во дворце, я обрела нечто, чего не могла даже представить: дружбу, уважение, любовь… Может быть, стоит забыть о традициях рода и остаться? Но нет — я не могу предать сестёр. Они — моя семья, моя опора.
Сомнения раздирали душу на части. Я представляла себе лицо Энтариэля, когда он узнает о моём уходе. Увидит ли он в моих глазах сожаление? Поймёт ли, что моё сердце разрывается? Или посчитает меня эгоисткой, бросившей его ради собственных интересов?
Я закрыла глаза, пытаясь унять бурю эмоций. Перед внутренним взором проносились картины: наши прогулки по саду, долгие беседы до поздней ночи, его взгляд, полный нежности… А потом — лица сестёр, их улыбки, их глаза, в которых читается надежда и доверие.
Рука дрожала, когда я убирала кулон в сумку.
«Это правильное решение, — твердила я себе. — Я должна вернуться. Должна».
Но сердце отказывалось верить этим словам, продолжая шептать о том, что я совершаю самую большую ошибку в своей жизни.
Уснула я уже ближе к утру. Во время сборов не заметила, как пролетело время, а за окнами покоев уже начало подниматься солнце.
День для меня начался ближе к обеду. Я проснулась от едва уловимого шороха. В комнате хлопотала Милиель — она аккуратно расправляла складки на трех платьях, оставленных в гардеробной. Её лицо выражало недоумение и даже лёгкую досаду.
— Леди Лика, я не могу понять, зачем вы собрали все свои вещи, — проворчала она, не оборачиваясь. — Что это значит?
Я села на кровати, потирая сонные глаза. Солнечные лучи пробивались сквозь занавески, создавая причудливые узоры на полу. В воздухе витал лёгкий аромат лаванды — видимо, Милиель добавила её в воду для уборки.
— Мили, — мягко произнесла я, — мне нужно уехать.
Она резко обернулась, её глаза широко раскрылись.
— Уехать? Но как же… Принц, король, королева? Вы ведь стали частью их семьи!
Я вздохнула, чувствуя, как в груди сжимается невидимая пружина. Воспоминания о счастливых моментах с Энтариэлем вновь проносились перед глазами: наши разговоры, взгляды, едва уловимые прикосновения. Его слова о доверии и надеждах на будущее…
— Я знаю, — тихо ответила я. — Но у меня есть обязательства перед сёстрами. Они ждут меня, и я не могу больше откладывать возвращение
Милиель подошла ближе, её взгляд был полон сочувствия.
— Но как же Его Высочество?.. Неужели вы готовы всё бросить?
Я опустила глаза, перебирая складки покрывала. Сомнения терзали душу: правильно ли я поступаю? Может быть, стоит остаться и посмотреть, куда приведут отношения с Энтариэлем? Но в то же время я понимала, что не могу забыть о своих обязанностях перед близкими.
— Я должна вернуться к сёстрам, — твёрдо повторила я. — Они нуждаются во мне. Здесь я испытала поистине невероятные эмоции и прожила яркие события, которые навсегда останутся в моей памяти, но моё место сейчас рядом с ними.
Милиель молча кивнула, словно принимая мой выбор, хотя в её глазах читалась грусть. Она снова повернулась к вещам, продолжая сборы, но движения её стали более медленными и задумчивыми.
Я встала, подошла к окну и посмотрела на сад. В памяти всплывали картины недавних событий: чаепития с королевой, напряжённые разговоры с королём, моменты близости с Энтариэлем… Всё это казалось одновременно таким близким и таким далёким. Сердце разрывалось между желанием остаться и долгом вернуться.
«Возможно, это правильное решение», — пыталась убедить себя я, но голос сомнения эхом отзывался в душе: «А вдруг ты упускаешь своё счастье?»
— Леди Лика, пора готовиться к обеду, — голос Мили вдруг вырвал из задумчивости.
Я согласно кивнула, и эльфийка начала порхать вокруг меня. Во время сборов ощутила резкую волну грусти от того, что и по ней я тоже буду скучать.
Милиель аккуратно расправила складки на моём платье и помогла мне надеть верхнюю одежду. Её движения были быстрыми, но в них чувствовалась забота. Она то и дело бросала на меня вопросительные взгляды, словно хотела что-то сказать, но сдерживалась.
— Леди Лика, обед уже ждёт вас, — негромко произнесла она, открывая дверь в обеденную залу. — Его Величество, Её Величество и Его Высочество принц Энтариэль уже собрались.
Я сделала глубокий вдох, пытаясь унять бешено колотящееся сердце. Представив себе картину предстоящей встречи, я постаралась собраться с мыслями.
Зайдя в обеденную залу, я увидела короля, королеву и Энтариэля. Принц выглядел гораздо лучше, чем несколько дней назад: цвет лица вернулся к его обычному, в глазах появилась жизнь. Он заметил меня и слегка улыбнулся. В его взгляде читалась теплота и радость.
Я подошла к столу, когда принц встал и, проявляя манеры, помог мне сесть. Атмосфера за столом была неоднозначной: с одной стороны — радость от выздоровления принца, с другой — едва уловимая напряжённость. Король и королева обменивались короткими фразами, стараясь поддерживать разговор, но паузы между репликами становились всё длиннее. Королева кидала на меня взгляды, и я понимала, что после обеда мне предстоит серьезный разговор с принцем.
Я чувствовала, как внутри меня борются противоречивые эмоции: с одной стороны — желание остаться рядом с Энтариэлем, с другой — долг перед родом и необходимость вернуться домой. Взгляд принца словно проникал в самую глубину души, заставляя сердце биться чаще. Я украдкой посмотрела на него — он будто читал мои мысли, и в его глазах промелькнуло понимание.
Обед проходил в сдержанной тишине, прерываемой лишь стуком столовых приборов и негромкими репликами слуг. Каждый из нас был погружён в свои мысли, и невидимая стена отчуждения словно выросла между нами.
Когда же обед подошел к концу, Энтариэль встал первым.
— Спасибо большое за трапезу, было очень вкусно. Мама, папа, был рад провести с вами это время, — он коротко поклонился каждому из них. — Лика, мы можем поговорить?
Когда принц обратился ко мне, я не смогла сдержаться, и едва сделанный вздох застрял где-то в горле. Прокашлявшись, кинула беспомощный взгляд на королеву, но она лишь отвела глаза, не желая вмешиваться в наши отношения.
Пауза затягивалась, поэтому я вынужденно сказала:
— Да, конечно…
Принц молча принял и паузу, и мой ответ, но в его взгляде появились настороженность и хмурость.
Мужчина подал мне руку, помогая встать, и повел по коридорам дворца на ту самую башню, где состоялся наш первый разговор в этом месте. А после — еще десятки долгих вечеров.
Мы шли молча, каждый погруженный в свои мысли.
Я думала о том, с чего стоит начать наш разговор, о чем хочет сказать Энтариэль, и к чему все может привести.
Я старалась сохранить спокойствие, но внутри всё дрожало от напряжения. Каждая клеточка тела словно ожила, ожидая предстоящих слов. Я следовала за принцем, пытаясь предугадать итог, но в итоге сдалась — будущее оставалось покрыто завесой тайны.
Когда мы оказались на балконе башни, солнечный свет заливал пространство, играя бликами на перилах. Лёгкий ветерок приносил аромат цветущих садов, а вдалеке виднелись очертания города. Энтариэль стоял рядом, его взгляд был устремлён вдаль, словно он пытался разглядеть что-то за горизонтом.
Несколько минут мы молчали. Слова будто застряли в горле, а мысли кружились, не находя выхода. Я чувствовала, как бешено колотится сердце, как волнение смешивается с нежностью и тревогой.
— Ты хотел о чем-то поговорить? — первой не выдержала тишины и напряжения между нами. Они давили с такой силой, что понимала: если мы не начнем говорить, то этого молчания я просто-напросто не выдержу.
— Хотел… — Принц замолчал. Неожиданно он коснулся моей ладони, и я подняла на него взгляд. — Но думаю, тебе куда нужнее высказать мысли, что терзают тебя.
Я сглотнула ком в горле, пытаясь собраться с силами. Пальцы Энтариэля были тёплыми и нежными — от этого прикосновения сердце забилось чаще, а в груди защемило так, что стало трудно дышать. Я знала: то, что я скажу сейчас, навсегда изменит всё. Но и молчать больше не могла.
— Хорошо, — тихо произнесла я, отводя взгляд к горизонту, где алое солнце медленно клонилось к закату. — Я расскажу. Ты знаешь что-то про провидиц рода Ваури?
— Род Ваури… — повторил он почти шёпотом. — Тот самый, о котором ходят легенды?
Я кивнула.
— Все началось с дневника моей прапра…бабушки. Она много лет назад практиковала новые способы практик, и мы с моими сестрами-близняшками решили тоже попробовать. Тогда мы не подозревали, что это обернется такими событиями. Мила и Роза только недавно прошли первую инициацию и начали видеть слабые видения, а потом мы начали практиковаться, и близняшек накрыло видение, где ты мог пострадать, и это привело бы к большой беде для всего мира. У провидиц есть правило: мы не можем оставаться в стороне, когда нам приходят такие видения, иначе мы могли лишиться силы. Я должна была хотя бы попытаться предупредить тебя и отца и отправилась в ваше королевство.
Принц слегка вздрогнул, его пальцы на мгновение сжались вокруг моей ладони. Я заметила, как в его глазах мелькнуло удивление, смешанное с тревогой.
— Дальше ты знаешь, была встреча с твоим отцом и его просьба остаться здесь, рядом с тобой, чтобы в случае опасности я могла помочь… — я тихо вздохнула. Меня до сих пор обуревало чувство вины, что я не смогла предотвратить похищение.
— Прости, я не понимал этого и в начале нашего знакомства был полным засранцем, — улыбнулся Энтариэль, крепче сжимая мои пальцы в своих ладонях.
— Это точно, нашу первую встречу я точно никогда не забуду, — рассмеялась в ответ. — Это еще не все. Есть кое‑что, о чём я не говорила раньше. То, что меняет всё… Я не просто провидица из рода Ваури. Я — его наследница.
Энтариэль замер. Его пальцы всё ещё сжимали мою ладонь, но хватка стала чуть слабее, словно он внезапно отстранился, хотя физически остался рядом. В глазах принца отразилась целая буря эмоций: недоверие, шок, а потом — осторожная, почти болезненная осмысленность.
— Наследница… — эхом повторил он. — Значит, всё это время ты…
— Да, — перебила я, не давая ему договорить. Голос дрожал, но я заставила себя смотреть ему в глаза. — Я должна была сразу сказать. Но боялась. Боялась, что ты посмотришь на меня иначе. Что между нами появится эта пропасть — титул, долг, политика…
Я отвернулась, снова глядя на закат. Небо уже стало тёмно‑алым, почти бордовым, словно кровоточило на прощание. Ветер подхватил пряди волос, бросил их в лицо — я не стала убирать.
— В роду Ваури есть правило, Энтариэль. Строгое и нерушимое. Нам запрещено строить отношения, создавать семьи. Это часть древнего обета: провидицы должны быть свободны от привязанностей, чтобы видеть будущее ясно, чтобы не прервать наш дар мимолетными чувствами. Любая связь — угроза нашему наследию.
Принц молчал долго. Слишком долго. Я чувствовала его взгляд на себе — тяжёлый, изучающий, полный боли.
— И что теперь? — наконец спросил он хрипло. — Ты уйдёшь?
Я сжала кулаки так сильно, что ногти впились в ладони. Боль была слабой, едва ощутимой — ничто по сравнению с тем, что творилось внутри.
— Я должна, — прошептала я. — Даже не ради себя и прошлого моей семьи. Я должна уйти ради сестер. Им всего пятнидцать лет. Да, они поступили сейчас в академию, но мы должны сохранить свой род.
— Ради сестёр… — повторил Энтариэль, и в его голосе прозвучала горечь. — Значит, ты берёшь на себя всю тяжесть этого бремени? Жертвуешь своим счастьем — ради них?
Я опустила глаза, стараясь унять дрожь в руках.
— У меня нет выбора, — сказала я, и слова давались с трудом, будто каждый слог приходилось вырывать из груди. — Мила и Роза ещё слишком юны. Они только начали постигать силу рода Ваури, учатся управлять видениями. Если я нарушу закон, если наш род потеряет силу из‑за моей слабости… они останутся без защиты. Без наследия. Без будущего.
Принц сделал шаг вперёд, сокращая расстояние между нами. Его голос стал тише, но от этого звучал ещё более напряжённо:
— А твоё будущее? Разве ты не заслуживаешь счастья? Разве не имеешь права хотя бы попытаться найти другой путь?
Я горько усмехнулась:
— В легендах всегда есть герои, которые бросают вызов судьбе. Но в жизни всё сложнее. Я не могу рисковать будущим целого рода ради своих чувств. Это было бы эгоизмом.
Энтариэль резко выдохнул, провёл рукой по волосам. В сумерках его лицо казалось высеченным из камня — резкие черты, напряжённые скулы, плотно сжатые губы. Но глаза… в них читалась такая боль, что у меня защемило сердце.
— Ты говоришь об эгоизме, — произнёс он наконец. — А разве не эгоизм — заставлять тебя отказываться от любви, от жизни, которую ты могла бы прожить? Кто решил, что древний закон важнее живого человека?
— Не просто человек, — поправила я. — Наследница рода Ваури. Носительница дара, который передавался из поколения в поколение. Я не вольна распоряжаться им по своему желанию.
Он стиснул кулаки, потом резко развернулся и шагнул к парапету балкона. Несколько мгновений смотрел вдаль, на огни замка, на темнеющий лес за его стенами. Ветер трепал его плащ, играл прядями волос.
— Расскажи мне о них, — вдруг попросил он, не оборачиваясь. — О Миле и Розе. Представь, будто я никогда их не видел. Опиши так, чтобы я запомнил не только лица, но и души.
Я удивилась, но в груди что‑то дрогнуло. Этот неожиданный поворот дал мне крошечную передышку — возможность на мгновение отвлечься от боли предстоящего расставания.
— Роза… — начала я, и голос чуть не подвёл меня, но я взяла себя в руки. — Она самая решительная из нас. Всегда идёт напролом, не боится трудностей. У неё короткие тёмные волосы и глаза цвета лесного ореха. Когда она злится, на щеке появляется ямочка — она сама её ненавидит, а мне кажется это милым.
Энтариэль медленно повернулся ко мне. В его взгляде появилась тёплая искра.
— А Мила? — спросил он мягко.
— Мила — любопытная мечтательница, — улыбнулась я сквозь слёзы. — У неё светлые кудри и огромные голубые глаза. Она видит красоту во всём: в каплях дождя на листьях, в узорах инея на окне, в танце бабочек над лугом. Она пишет стихи и верит, что мир добрее, чем кажется.
Принц подошёл ближе, осторожно взял меня за руку.
— Теперь я вижу их, — сказал он тихо. — И понимаю, почему ты готова на всё ради них. Но это не значит, что я смирюсь с твоим уходом.
Я покачала головой:
— Энтариэль…
— Не заставляй меня прощаться, Артелика Ваури!
Его рука сжала мою ладонь и потянула на себя. Мужчина сжимал мое тело в объятиях так крепко, будто дороже нет ничего на свете. Подняла на него взгляд и поняла, что тону. В ярко-зеленых глазах отражалась гамма эмоций. На краткий миг мне захотелось наплевать на все каноны провидиц и остаться здесь, с ним.
Прикосновение губ заставило вздрогнуть, и не ответить на него я не смогла. Тело откликнулось сразу, потянувшись навстречу его ласкам. Каждое касание оставляло свой след. Как будто железным огненным прутом вырисовывали узоры на моем теле, заставляя плавиться и выгибаться от ощущений, заполняющих все внутри, заставляющих сдаться.
Этот мужчина заполнял собой весь мой мир. Он сам стал центром моей маленькой вселенной. Первым, кому мне захотелось довериться, первым, с кем захотелось остаться. Но все, что я могла себе позволить — это одна ночь, наполненная теплом наших тел. Искренность каждого слова, которые после мне нужно будет вырвать из сердца. Забыть.
Я оторвалась от его губ, тяжело дыша, и на мгновение прижалась лбом к его груди. Биение его сердца — ровное, сильное — отдавалось во мне эхом, словно пыталось убедить: «Останься. Всё будет хорошо».
— Энтариэль… — снова прошептала я, но на этот раз голос звучал слабее, почти безвольно.
Он осторожно приподнял моё лицо за подбородок, заставляя посмотреть ему в глаза. В его взгляде читалась отчаянная мольба — и вместе с тем непоколебимая решимость.
— Скажи мне, что ты хочешь остаться, — тихо произнёс он. — Только правду. Не долг, не закон, не страх перед будущим. А то, что здесь, — он приложил ладонь к моей груди, чуть выше сердца. — Что говорит твоё сердце?
Я закрыла глаза. Внутри всё кричало: «Да! Да, я хочу остаться! Хочу быть с тобой, хочу просыпаться рядом с тобой каждое утро, хочу делить с тобой радости и беды, хочу…»
Но следом всплыли образы сестёр — Розы с её упрямой решимостью и ямочкой на щеке, Милы с её мечтательными глазами и верой в добро. Их будущее зависело от меня. От моего выбора. От моей силы.
— Моё сердце кричит «останься», — призналась я, и голос дрогнул. — Но мой долг велит уйти. И я не могу подвести их. Не могу подвести наш род. Ты, как единственный наследник свей семьи, должен меня понять.
Энтариэль на мгновение замер, словно пытаясь осмыслить эти слова, впитать их суть. Потом медленно кивнул, но объятия не разжал.
— Значит, у нас есть эта ночь, — произнёс он твёрдо. — И я хочу, чтобы ты запомнила её навсегда. Чтобы, где бы ты ни была, что бы ни случилось, ты помнила: есть место, где тебя ждут. Есть человек, который любит тебя. И эта любовь не исчезнет, даже если ты будешь за тысячу миль отсюда.
Он снова наклонился ко мне, но на этот раз поцелуй был другим — не страстным, а бесконечно нежным, полным невысказанной боли и обещания. Я ответила ему всем сердцем, вложив в это прикосновение всю любовь, которую больше не могла сдержать.
Мы отошли от парапета и медленно направились вглубь балкона, туда, где тени были гуще, а мир — чуть дальше. Энтариэль осторожно провёл рукой по моим волосам, убрал прядь за ухо, словно запечатлевая в памяти каждую черту моего лица.
— Расскажи мне что‑нибудь, — попросил он. — Что угодно. О детстве, о том, как вы с сёстрами впервые увидели видение, о самом смешном случае в академии… Хочу знать всё. Хочу запомнить всё.
Я улыбнулась сквозь слёзы и начала рассказывать. О том, как Роза в шесть лет решила, что может летать, и прыгнула с крыши сарая (к счастью, приземлилась в стог сена). О том, как Мила однажды написала стихотворение о облаках, и оно так тронуло учительницу, что та расплакалась. О наших ночных посиделках с чаем и печеньем, когда мы делились самыми смелыми мечтами.
Мы дошли до моих покоев и опустились на кровать друг напротив друга. Я рассказывала о прошлом, а Энтариэль слушал, не перебивая, иногда мягко улыбался, иногда хмурился, но не отпускал моей руки ни на мгновение.
Вскоре я оказалась сидящей на его коленях, когда это произошло, я вообще не поняла, но даже и не подумала останавливаться.
Я ощутила, как участилось дыхание — моё и его. Энтариэль замер на мгновение, глядя мне в глаза, словно искал в них ответ, разрешение, подтверждение того, что это действительно происходит. Его пальцы слегка дрогнули в моей ладони, а потом он медленно, почти невесомо провёл ими вдоль моей руки — от запястья до локтя, оставляя за собой дорожку из мурашек.
— Артелика… — прошептал он, и в этом шёпоте было столько нежности, столько затаённой страсти, что у меня перехватило дыхание.
Я не ответила словами. Вместо этого наклонилась ближе, почти коснулась губами его губ — и замерла, давая ему последний шанс остановиться. Но он не воспользовался им.
Его руки осторожно обхватили мою талию, притянули ближе — так, что я почувствовала тепло его тела, биение его сердца. Поцелуй получился сначала робким, почти детским — лёгким касанием губ, мгновением нерешительности. А потом всё изменилось.
Страсть вспыхнула внезапно, но не поглотила нас без остатка — она окутала мягким, тёплым покрывалом, в котором было место и нежности, и желанию. Его губы стали настойчивее, но не потеряли трепетной осторожности, будто он боялся сделать мне больно, напугать. Мои пальцы запутались в его волосах — мягких, чуть растрёпанных, — и я прижалась к нему ещё ближе.
Он отстранился на миг, чтобы посмотреть на меня. В его глазах читалась целая вселенная чувств: любовь, восхищение, трепет, желание защитить и одновременно — отдаться этому моменту без остатка.
— Ты уверена? — спросил он хрипло, почти неслышно. — Мы можем остановиться…
Я покачала головой и улыбнулась — мягко, ободряюще.
— Не надо останавливаться, — прошептала я. — Я хочу этого. Хочу быть с тобой. Сейчас. Здесь.
Его взгляд потеплел, наполнился благодарностью и ещё чем‑то, от чего у меня защемило сердце. Он снова поцеловал меня — на этот раз глубже, увереннее, но всё так же бережно.
Движения стали плавнее, медленнее, будто мы оба хотели растянуть каждое мгновение, запомнить его навсегда. Его ладони скользили по моей спине, очерчивали изгибы плеч, осторожно касались шеи — не спеша, изучая, запоминая. Мои руки гладили его плечи, спускались к груди, ощущали, как часто бьётся его сердце — в такт моему.
В какой‑то момент он осторожно уложил меня на подушки, на мгновение отстранился, чтобы взглянуть на меня — и в этом взгляде было столько любви и благоговения, что мне стало почти страшно от силы этих чувств.
— Ты прекрасна, — произнёс он тихо, почти благоговейно. — Как рассвет. Как первый весенний цветок. Как самое чистое чудо в этом мире.
Я потянулась к нему, притянула ближе. Наши губы снова встретились, но теперь в поцелуе было ещё больше нежности — той, что рождается из глубокой, искренней привязанности, из понимания, что этот момент — не просто страсть. Это признание. Обещание. Прощание, которое мы пока не готовы произнести вслух.
Мы двигались в едином ритме — медленно, бережно, словно танцевали под неслышную музыку, известную только нам двоим. Каждое прикосновение было наполнено смыслом: не просто желание тела, а стремление души соединиться с другой душой, оставить след не на коже, а в сердце.
Время потеряло значение. Были только мы, дыхание друг друга, переплетение рук, шёпот признаний, который тонул в поцелуях. Мир сузился до тепла наших тел, до взгляда, полного любви, до ощущения, что в эту ночь мы — единое целое.
Когда первые лучи рассвета проникли в комнату, окрасив стены в нежные розовые тона, мы лежали, обнявшись, и слушали дыхание друг друга. Энтариэль осторожно убрал прядь волос с моего лица, провёл пальцем по щеке.
— Спасибо, — сказал он тихо. — За эту ночь. За то, что ты есть.
Я прижалась к его груди, слушая, как медленно и ровно бьётся его сердце. В груди разливалась тёплая, светлая печаль — горькая сладость момента, который невозможно повторить, но который останется с нами навсегда.
— Я никогда не забуду, — ответила я, и в этих словах была вся правда. — Ни единого мгновения.
Он крепче обнял меня, прижал к себе, будто хотел укрыть от всего мира, защитить от грядущей разлуки. Мы лежали так, пока рассвет не стал ярче, пока тишина не наполнилась звуками пробуждающегося дворца. Но в эти последние минуты мы были не наследницей рода Ваури и принцем эльфов — мы были просто двумя людьми, которые нашли друг друга в огромном мире и сумели подарить друг другу мгновение вечности.
Жаль, это мгновение не могло продлиться вечность, поэтому тихонько встала и последний раз посмотрела на Энтариэля. Он тут же поднялся и хотел пойти со мной, но я одним взглядом попросила этого не делать.
Прошла к дорожной сумке, что собрала еще вчера, и выскользнув из покоев, отправилась в конюшни.
Выйдя на задний двор эльфийского дворца, замерла у входа в конюшни, на мгновение прикрыв глаза. Воздух утра был свежим, с лёгкой горчинкой конца лета — запах свежескошенной травы, благоухающих цветов в королевском саду и конского пота смешивался в знакомом, почти родном букете. Я глубоко вдохнула, будто пытаясь унести этот аромат с собой.
У конюшен уже ждали оседланные лошади. Её верховая — стройная чёрного цвета кобыла с умными тёмными глазами — переступала с ноги на ногу, нетерпеливо фыркала. Рядом стоял слуга с поводьями в руках, почтительно склонив голову.
— Всё готово, леди, — тихо произнёс он. — Путь дальний, но дорога пока сухая.
Я кивнула, стараясь не выдать дрожи в руках, когда взяла поводья. Пальцы скользнули по тёплой шее кобылы, и та тихонько заржала, будто понимая, что хозяйка грустна.
— Тише, Фани, — прошептала своей лошадке, погладив месяц на ее голове. — Мы справимся. Нам предстоит долгий путь, но мы справимся.
Уже собиралась забраться в седло, когда услышала быстрые шаги за спиной. Сердце подпрыгнуло в груди — я узнала эту поступь, даже не оборачиваясь.
Энтариэль подошёл почти вплотную. В руках он держал небольшой ларец из тёмного дерева, отделанный серебряными узорами.
— Я не мог позволить тебе уехать просто так, — сказал он, голос звучал хрипло. — Возьми это.
Он открыл ларец. Внутри на бархатной подкладке лежал кулон — тонкий серебряный круг с вплавленным в центр крошечным голубым камнем, похожим на каплю утренней росы.
— Это не просто украшение, — продолжил Энтариэль. — Камень реагирует на расстояние между нами. Пока я жив и помню о тебе, он будет светиться. Слабо, но будет. Если когда‑нибудь ты решишь вернуться… Он станет ярче. И я почувствую.
Я затаила дыхание. Пальцы дрогнули, когда взяла кулон. Металл оказался тёплым, словно уже хранил частицу его тепла.
— Я… не могу принять такое, — прошептала, но кулон уже лёг на ладонь, переливаясь в первых лучах солнца.
— Можешь, — твёрдо сказал Энтариэль. — И должна. Пусть это будет ниточкой между нами. Напоминание, что здесь есть кто‑то, кто ждёт. Кто верит, что однажды ты сможешь вернуться, вопреки всем клятвам и правилам.
Он осторожно застегнул цепочку на её шее. Прикосновение пальцев к коже заставило меня вздрогнуть — так остро, так живо я ощутила, как много теряю здесь и сейчас.
— Обещай мне, — попросил принц, глядя мне прямо в глаза. — Обещай, что не станешь гасить в себе надежду. Что будешь помнить: где бы ты ни была, я найду способ быть рядом. Даже если для этого придётся нарушить сотню законов.
Слеза скатилась по моейй щеке, но я не стала её вытирать. Вместо этого подняла руку и коснулась его лица — легко, почти невесомо.
— Я обещаю помнить, — произнесла тихо, почти неслышно, но осознавая, что для меня это не просто слова. — И… спасибо. За эту ночь. За слова. За веру в меня.
Энтариэль сжал мою руку на мгновение, потом отступил на шаг. Гордость принца не позволяла ему умолять остаться, но в глазах читалась вся боль предстоящей разлуки.
— Пора, — произнёс он глухо. — Дорога дальняя, а время не ждёт.
Я кивнула. В последний раз оглянулась на замок — на живые башни, на флаги, на дорожку, ведущую к балкону, где мы говорили весь вечер. Потом легко вскочила в седло, поправила сумку и натянула поводья.
— Прощай, Энтариэль, — сказала, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — До встречи. Надеюсь, когда-нибудь она произойдет.
— До встречи, Артелика, — ответил он. — Я буду ждать. Всегда.
Лошадь тронулась с места. Я не оглядывалась, но чувствовала его взгляд спиной — горячий, любящий, полный тоски. Ветер подхватил мои волосы, развеял по плечам, будто пытался удержать, напомнить, что здесь осталось что‑то важное.
Я прижала ладонь к груди, туда, где под тканью рубашки лежал кулон. Камень едва заметно мерцал — слабо, но верно. Как обещание. Как надежда.
Дорога уводила прочь от дворца, от страны эльфов, от мужчины, который стал центром моей вселенной. Но теперь я знала: даже на расстоянии мы связаны. Нити судьбы могут быть тонкими, но не рвутся просто так. И, может быть, однажды эти нити приведут меня обратно — туда, где меня ждут. Туда, где меня любят.
Я ехала несколько дней, давая себе и Фани на постоялых дворах короткий отдых. Путь лежал через знакомые места — те самые городки и деревушки, которые я проезжала, когда направлялась в дворец Энтариэля. Теперь всё выглядело иначе: краски казались чуть бледнее, воздух — суше, а люди — будто более озабоченными своими делами.
В первом же городке, где я остановилась, чтобы пополнить запасы, меня узнали. Та самая девушка Эва, которой я помогла найти дочь и, судя по ее счастливому виду, вернуть любимого мужчину:
— Да это же леди Артелика! — воскликнула она. — Вы вернулись? Что же, значит, всё уладилось?
Я улыбнулась, стараясь, чтобы улыбка не выдала моей тоски:
— Да, всё в порядке. Просто… Теперь пора возвращаться домой.
Эва понимающе кивнула, будто знала куда больше, чем я говорила, и насыпала мне в дорогу лишних пирожков:
— Берите, милая. Дорога дальняя.
Дальше было похоже: в каждом месте, где я останавливалась, меня помнили. Кто‑то подходил с вопросами, кто‑то просто кивал с уважением, а кто‑то и вовсе узнавал по описанию — мол, «та самая провидица из рода Ваури».
В одном из приграничных селений мальчишка лет десяти подбежал ко мне прямо у ворот:
— Вы ведь та леди, что видела опасность для эльфийского принца? — выпалил он, запыхавшись. — А правда, что вы спасли его?
Я присела перед ним на корточки, улыбнулась:
— Не совсем так, — сказала я мягко. — Но я постаралась помочь.
Он засиял от восторга:
— Значит, вы и правда провидица! А что будет со мной? Увидите моё будущее?
Я покачала головой:
— Будущее — штука тонкая. Лучше иди к маме, а то она, наверное, волнуется.
Мальчишка убежал, а я ещё долго смотрела ему вслед. В груди щемило от тоски по сестрам, а теперь еще и по Энтариэлю.
По мере приближения к родному королевству узнавание стало чаще. В крупных городах меня встречали почти как героиню: кто‑то слышал о моём визите к эльфам, кто‑то знал о роде Ваури и его традициях. Однажды в таверне незнакомый купец встал, когда я вошла, и поклонился:
— Честь и хвала наследнице Ваури, — произнёс он громко. — Мы слышали, вы стояли на страже мира.
Я покраснела, не зная, что ответить.
— Я просто выполняла свой долг, — пробормотала я.
Но люди уже подхватили: кто‑то поднял кружку в мою честь, кто‑то пожелал доброго пути. Я поняла, что слухи обо мне обогнали меня, и теперь я не просто Артелика, а символ чего‑то большего: верности, долга, силы рода. А значит, и благосостояние нашей семьи сильно изменится. Я доказала, что не просто так ношу имя своего рода.
Наконец, после долгих дней пути, я увидела вдали стены родного дома. Сердце забилось чаще. Впереди ждали сёстры, их академия, обязанности наследницы. Предстояло многое объяснить, многое принять. Но сейчас я чувствовала только одно: я дома.
Подъезжая к воротам, я невольно поднесла руку к груди — там, под тканью рубашки, едва заметно мерцал кулон, подаренный Энтариэлем. Он светился мягким, спокойным светом — как напоминание, что где‑то далеко есть человек, который помнит, верит и ждёт.
Я глубоко вдохнула, расправила плечи и кивнула самой себе:
— Я вернулась, — сказала я. — И готова к тому, что ждёт меня дальше.

----------

Глава 16 Сложное решение

Глава 16 Сложное решение
Дверь скрипнула, когда я её толкнула, — тот самый знакомый скрип, который я помнила с детства. Я вошла и замерла на пороге, вдыхая запахи родного дома: чуть затхлый аромат старых книг, слабый запах лаванды от высушенных пучков, висящих у окна, и едва уловимый дымок от остывшего очага.
Всё было на своих местах. Потрёпанное кресло у камина, где мы с сёстрами читали при свете свечи. Полочка с бабушкиными чашками — одна с отбитой ручкой, но мы её всё равно бережём. На столе — раскрытая книга, видимо, Роза оставила перед тем как отправиться в академию: закладка торчит на середине главы.
Я поставила дорожную сумку у двери и медленно прошла по комнате, касаясь пальцами знакомых предметов. Руки дрожали. Каждый предмет здесь напоминал о чём‑то: вот царапина на столе от Розиного ножа для резьбы, вот пятно на ковре, где Мила пролила чернила, за поворотом библиотека, где мы провели долгие часы… А за окном — наш маленький сад, где мы впервые заметили, что цветок, сорванный Милой, завял ровно на рассвете, как предсказала Роза.
Все это было так давно. Я уезжала из этого дома совершенно другим человеком, и теперь мне новой нужно учиться выстраивать свою жизнь заново. Свою и девочек, ведь у них, кроме меня, никого больше нет.
С этими мыслями я прошла в бабушкин кабинет. Хотя уже, наверное, можно сказать, что он мой? Ведь я старшая в семье и на мне бремя ответственности за весь род.
Я опустилась на стул и потянула к себе стопку бумаг — счета, списки дел, заметки сестёр. Надо было разобраться с долгами семьи и спланировать будущие расходы — благодаря Его Величеству Октариэлю мы теперь могли себе многое позволить. Но мысли разбегались. Вместо цифр перед глазами вставал образ Энтариэля: его улыбка, когда мы проводили с ним долгие вечера; его взгляд, когда я сказала, что должна уехать; его руки, сжимающие мои пальцы на прощание.
«Он сейчас, наверное, на совете у отца, — думала я, машинально водя пером по бумаге и оставляя кляксы. — Или верхом на лошади, объезжает границы. Вспоминает ли обо мне хоть иногда? Или уже забыл — ведь у принца столько дел, столько обязанностей…»
Кулон на груди чуть потеплел, словно отвечая на мысли. Я прижала ладонь к нему, чувствуя слабое мерцание. Это было крошечное, но такое важное подтверждение: связь не разорвана. Он где‑то там, помнит, ждёт.
Осознав, что все равно ничего полезного сделать не смогу, решила отправиться в свою комнату отдыхать. Я проделала длинную дорогу, и теперь необходимо восполнить силы.
Приняв горячую ванну, прилегла на постель. Мыслями я снова вернулась к Энтариэлю.
Перед глазами вставали картины нашей последней ночи: его взгляд, полный нежности и боли, прикосновение рук, шёпот на грани слышимости — «Я всегда буду тебя ждать». Я перевернулась на бок, подтянула колени к животу, будто это могло унять тупую, ноющую боль в груди.
«Интересно, что он сейчас делает? — думала я, уставившись в тёмный потолок, где играли отблески пламени из камина. — Спит? Или тоже лежит без сна, вспоминая наши разговоры? Вспоминает ли тот момент, когда я впервые улыбнулась ему по‑настоящему — не из вежливости, а потому что вдруг почувствовала: передо мной не принц, а человек, который понимает меня без слов?»
Я провела рукой по подушке рядом с собой, словно могла ощутить тепло его тела. Воображение дорисовало детали: его дыхание на моей шее, запах кожи — смесь лесного мха и чего‑то неуловимо родного, его голос, шепчущий моё имя…
Резко села на кровати, тряхнула головой, пытаясь прогнать наваждение.
— Хватит! — тихо сказала вслух. — Ты дома. У тебя есть обязанности. Сёстры. Род. Будущее, которое нужно строить здесь, а не там, за горизонтом.
Но сердце не слушалось рассудка. Оно билось неровно, то замирало, то пускалось вскачь, будто пыталось докричаться до него — сквозь леса, горы, границы королевств.
Встала, подошла к окну. Ночь была ясной, усыпанной звёздами. В детстве бабушка говорила, что каждая звезда — это чей‑то маяк в темноте. Может, и для нас с Энтариэлем есть такая звезда — та, что светит нам обоим и соединяет невидимой нитью?
Кулон снова потеплел, едва заметно пульсируя в такт моим мыслям. Я улыбнулась, прижимая ладонь к груди.
— Ты правда там, — прошептала в тишину комнаты. — И ты ждёшь.
Эта мысль принесла странное утешение. Да, я далеко. Да, у меня есть долг перед сёстрами и родом. Но это не значит, что я должна вычеркнуть его из сердца. Напротив — память о нём может стать моей опорой.
Вернулась к постели, но ложиться не стала. Я осторожно коснулась кулона, провела пальцем по неровным граням.
— Я не сдаюсь, — сказала твёрже, чем раньше. — Я найду способ. Для нас. Для сестёр. Для нашего рода.
Мысль о завтрашнем дне больше не пугала — напротив, наполняла решимостью отправиться к сестрам и обсудить с ними наши дальнейшие планы. Я знала: если хочу изменить что‑то, начать нужно с честности. С правды. С готовности идти вперёд, даже если путь будет трудным.
Задула свечу, легла, укрывшись одеялом. В темноте кулон продолжал слабо мерцать, отбрасывая на стену призрачные блики. Я закрыла глаза, вслушиваясь в тишину дома, в биение собственного сердца и в пение птиц за окном.
«Завтра, — подумала я. — Завтра всё начнётся. Мы поговорим. Мы придумаем план. И однажды…».
Что будет однажды додумать не успела — сон пришёл неожиданно — лёгкий, почти невесомый. И в нём я снова видела его улыбку.
Сон был лёгким, но беспокойным — словно тонкая грань между реальностью и грёзами. Я видела Энтариэля: он стоял на том самом балконе, где мы прощались, и смотрел вдаль, будто пытался разглядеть меня сквозь расстояния. Ветер играл его волосами, а в глазах читалась та же тоска, что терзала и моё сердце.
Я хотела подойти, коснуться его руки, сказать, что я рядом — хотя бы в мыслях. Но каждый раз, когда я делала шаг вперёд, расстояние между нами не сокращалось, а, казалось, становилось ещё больше.
— Артелика… — донёсся до меня его шёпот, едва уловимый, как дуновение ветра. — Я найду тебя. Обещаю.
Я хотела дотянуться до него, дотронуться хотя бы во сне, но все растаяло, будто само мироздание не хотело моих переживаний на этот счет.
Утро наступило неотвратимо быстро. Я проснулась от солнечного зайчика, что бегал по комнате сквозь окно.
Сегодня у меня был план отправиться к девочкам в академию. Я очень сильно по ним соскучилась.
Я потянулась, прогоняя остатки сна, и улыбнулась — впервые за долгое время по‑настоящему. Солнечный зайчик, будто живой, скакнул с подушки на стену, словно подбадривая: «Вставай, тебя ждут важные дела!»
Быстро умылась холодной водой из кувшина, надела простое льняное платье цвета лаванды — то самое, которое сёстры когда‑то расшивали мелкими цветочками своими руками. Каждый стежок напоминал о них, о наших вечерах за рукоделием, о смехе и шёпоте под одеялом, когда мы делились самыми сокровенными мечтами.
Быстро позавтракав омлетом, я вышла во двор к своей любимице Фани.
— Привет, сегодня еще немного проедемся, хорошо?
Лошадь согласно боднула мою руку и громко фыркнула, на что я только рассмеялась.
Забравшись в седло, я взяла поводья в руки, чтобы скорее отправиться к сестрам. Ехать предстояло пару часов. А по сравнению с дорогой в королевство эльфов — это очень даже быстро.
Дорога к академии шла через знакомые места: сначала — мимо нашего сада с яблонями, потом — вдоль речки с прозрачной водой, где мы с сёстрами когда‑то ловили разноцветных стрекоз. Я невольно замедлила шаг Фани, позволяя себе на мгновение окунуться в воспоминания.
«Как быстро летит время, — подумала я, глядя на сверкающую на солнце воду. — Ещё недавно мы были детьми, а теперь на наших плечах — ответственность за род Ваури. Но, может, именно сейчас мы сможем изменить то, что казалось незыблемым?»
Кулон на груди чуть потеплел, словно откликаясь на мысли. Я коснулась его ладонью:
— Да, я помню, — прошептала едва слышно.
Дальше путь шёл через лес. Солнечные лучи пробивались сквозь кроны деревьев, рисуя на дороге причудливые узоры из света и тени. Фани шла ровным шагом, изредка фыркала, будто подбадривала меня. Я гладила её шею, чувствуя, как напряжение понемногу отпускает.
За мыслями о предстояем диалоге с сестрами я не заметила, как прошла большая часть пути, поэтому очень удивилась,когда лес расступился, и впереди показались башни академии — высокие, стройные, увитые плющом.
Я остановила Фани у ворот, спешилась и похлопала её по шее:
— Подожди меня здесь, хорошая. Скоро вернусь.
У входа меня встретила дежурная привратница — высокая женщина с седыми косами, заплетёнными в сложную косу.
— Артелика? — она улыбнулась. — Рада видеть тебя. Ты сестер проведать приехала?
— Да, — кивнула я. — Именно за этим.
Меня без разговоров пропустили внутрь. Чтобы долго не плутать по коридорам академии, я решила сразу пройти в преподавательский корпус. Там мне представили наставницу группы, где учились сестры.
Наставница оказалась женщиной средних лет с проницательными серыми глазами и строгой, но не суровой осанкой. Её седые волосы были собраны в аккуратный пучок, а на пальцах поблёскивали кольца с камнями разных оттенков — похоже, не просто украшения, а инструменты для работы с энергией.
— Артелика Ваури, — произнесла она, изучающе глядя на меня. — Я наслышана о вас. И о вашем путешествии к эльфам — тоже.
Я слегка поклонилась:
— Да, это правда. Я вернулась, чтобы поговорить с сёстрами. И, если позволите, хотела бы забрать их на сегодня из академии.
Наставница слегка приподняла бровь, её взгляд стал ещё более изучающим.
— Забрать их на сегодня? — переспросила она, постукивая пальцами по подлокотнику кресла. — Это нестандартная просьба. Занятия только начались, программа плотная…
Я выпрямилась, стараясь говорить спокойно, но твёрдо:
— Понимаю, что нарушаю распорядок. Но мне нужно серьёзно поговорить с сёстрами — наедине, без посторонних. То, что я хочу им сказать, может изменить не только их жизнь, но и будущее всего рода Ваури.
Она помолчала, задумчиво глядя куда‑то вдаль, будто взвешивала в уме все «за» и «против». Затем её взгляд снова сосредоточился на мне.
— Вы говорите так, будто уже приняли какое‑то важное решение, — заметила наставница.
— Так и есть, — призналась я.
— Хорошо, я проведу вас к сестрам, и вы вместе можете покинуть академию, но к закату солнца девочки должны переступить ворота академии, иначе их ждет строгий выговор.
Мы прошли по коридорам, где стены были увешаны картами звёздного неба и схемами временных потоков. Из‑за двери доносились голоса — я узнала звонкий смех Милы и серьёзный тон Розы, спорящей о чём‑то с другими ученицами.
Наставница приоткрыла дверь и жестом пригласила войти. Я сделала глубокий вдох и переступила порог.
В комнате сразу стало тише. Все повернулись ко мне, а потом — как по команде — Мила и Роза бросились навстречу.
— Сестра! — воскликнула Роза, обнимая меня за шею. — Ты приехала!
— Мы так скучали! — добавила Мила, чуть отстраняясь, чтобы внимательно меня рассмотреть. — Ты выглядишь… другой. Более уверенной.
Я улыбнулась, чувствуя, как на глаза наворачиваются слёзы радости.
— Я и чувствую себя другой, — призналась я. — Давайте обсудим все за чашкой чая, скажем, в ресторации?
Тепло улыбаясь, наблюдала, как на лицах девчонок сменяются эмоции от искреннего восторга и осознания, что я вернулась, до грусти.
— Нас не выпустят из академии.
— На сегодня вы свободны, — вмешалась наставница в наш разговор. — Но до заката вы должны вернуться.
— Правда? — сестры прозвучали в унисон и кинулись обнимать наставницу. — Спасибо!
Женщина тепло рассмеялась и потормошила девчонок по голове.
— Идите уже, — ее теплая улыбка потонула в дружном восклицании: «Ураа!».
И взяв девчонок под руки, мы направились к выходу из академии. По дороге с нами здоровались студенты, и девчонки с ними весело переговаривались. В свободные минуты от встреч сестры рассказывали о том, как у них проходят занятия, о своих знакомствах и переживаниях по поводу дальнейшей учебы.
Когда мы вышли во двор и остановились, чтобы познакомиться с очередной группкой девчонок с факультета сестер, я обратила внимание на то, что Роза отвлечена и с грустью во взгляде наблюдает за кем-то в стороне. Оглянувшись, увидела у левого крыла академии парня, стоящего в одиночестве и провожающего Розу взглядом.
Между ними явно что-то было, и я обязана распросить об этом сестру.
Когда мы снова остались одни и все-таки покинули территорию академии, я, не удержавшись, спросила:
— Роза, а ты ничего не хочешь мне рассказать? — подтолкнула ее в бок.
Роза вздрогнула, будто её застали за чем‑то запретным, и слегка покраснела. Она опустила глаза, теребя край плаща.
— О чём ты? — попыталась отшутиться она, но голос чуть дрогнул.
Я улыбнулась, стараясь, чтобы вопрос прозвучал мягко и без давления:
— Тот парень у левого крыла. Ты так внимательно за ним наблюдала. Кто он?
Мила, идущая рядом, тоже заинтересованно повернулась к сестре.
Роза вздохнула и призналась:
— Его зовут Лиран. Он учится на факультете оборотничества. Мы… познакомились на занятиях по общей истории магии. Он очень умный, добрый… Всегда придет на помощь, если понадобится.
Её голос зазвучал теплее, глаза засветились, хотя она всё ещё старалась скрыть свои чувства.
— И что между вами? — осторожно уточнила я.
Роза пожала плечами, но улыбка всё равно проступила на губах:
— Мы просто общаемся. Иногда гуляем после занятий, обсуждаем наши с Милой видения, теории о природе оборотничества… Я ему сразу сказала, что между нами не может быть всех отношений, но…
Мила фыркнула, но без злобы:
— Отношений? То есть ты в него влюблена?
Роза покраснела ещё сильнее, но не стала отрицать:
— Может быть… Да, — выдохнула она. — Но это же ничего не значит, правда? Мы просто друзья.
За этим диалогом мы прошли в академический городок. Я видела чувства сестры, знала о своих чувствак к Энтариэлю, заметила грусть в глазах Милы, догадавшись, что есть кто-то, кто и ей небезразличен, и теперь еще четче осознавала, что нам нужно менять наши жизни.
Когда мы дошли до ресторации, девчонки оживились и начали распрашивать меня о путешествии. Они жаждали подробностей, а я не стала мучить их любопытство.
Я улыбнулась, оглядела сестёр и почувствовала, как внутри разливается тепло. Их любопытство, их живые эмоции — всё это напоминало: мы не просто провидицы, не просто носительницы древнего дара. Мы — сёстры, девушки, которым хочется жить, любить, мечтать.
— Хорошо, — сказала я, усаживаясь за свободный столик у окна. — Расскажу всё по порядку. Но с одним условием: после моего рассказа вы обе расскажете мне всё‑всё о своих делах, чувствах, переживаниях. Без утайки. Договорились?
Роза и Мила переглянулись и синхронно кивнули. В глазах обеих читалось предвкушение.
Я начала с самого начала: с того дня, когда сёстры увидели видение об опасности для Энтариэля, с нашего решения отправиться в королевство эльфов. Рассказывала о дороге, о первых впечатлениях от эльфийского замка, о том, как встретилась с принцем — сначала настороженно, почти враждебно, а потом…
— Потом я увидела, что он не просто принц, — говорила я, глядя в глаза Розе. — Он человек. Добрый, честный, внимательный. Он слушал меня так, будто каждое моё слово — сокровище. Он изменился ради меня. И когда я поняла, что могу быть с ним настоящей, без масок и правил…мое мировозрение изменилось. Раньше мы видели в дневниках Энжелы, что она строила свою жизнь с мужчиной, но ее изгнали из рода за ее выбор. Сейчас же есть только мы. И я поняла, — продолжила я, — что не хочу выбирать между любовью и родом. Я хочу доказать, что можно быть провидицей и при этом иметь семью, любить и быть любимой.
Роза задумчиво покрутила серебряное колечко на пальце.
— Этот Энтариэль… Он так много значит для тебя?
— Да, — ответила я, не раздумывая. — Больше, чем я могла себе представить. С ним я впервые почувствовала, что могу быть не только наследницей рода Ваури, что я — просто Артелика. Живая, настоящая, со своими страхами и мечтами.
Роза внимательно посмотрела на меня, потом улыбнулась — мягко, понимающе:
— Значит, ты готова бороться за это? За него? За ваше будущее?
Я кивнула, сжимая руки в кулаки, чтобы унять лёгкую дрожь:
— Готова. И не только за нас с Энтариэлем. За всех провидиц рода Ваури. За тебя, Роза. За Милу. За тех, кто будет после нас. Я хочу, чтобы никто больше не стоял перед выбором: любовь или дар. Чтобы никто не повторил судьбу Энжелы.
— Если ты так решила, то мы готовы тебя поддержать, — Мила начала немного неуверенно, но, увидев молчаливую поддержку от Розы, продолжила более уверенно: — Ты же уверена в своем решении?
— Да. Потому что это важно для всех нас. Каждая женщина Ваури сильна по своей натуре. Но мы женщины, и я не хочу, чтобы каждая из нас страдала за закрытыми дверьми спальни, когда приходится делать выбор в пользу нашего рода, когда сердце остается где-то вдалеке от вас. Мы сами строим свою судьбу. И я считаю, что пора изменить наши жизни.
Я улыбнулась, чувствуя, как в груди разливается тепло. Да, мы справимся. Потому что мы — род Ваури. И пришло время написать новую главу нашей истории. Где любовь и дар идут рука об руку, где нет места изгнанию за выбор сердца, где каждая провидица сможет быть счастливой — и сильной.
Мы обнялись втроём — крепко, по‑настоящему. И в этот момент я ощутила то, чего так долго не хватало: не просто надежду, а уверенность. Мы справимся. Мы изменим правила. Мы создадим будущее, где дар провидиц не будет бременем, а станет силой, которая ведёт нас вперёд — к счастью, к любви, к свободе быть собой.
Я посмотрела на сестёр — они сияли от восторга. В этот момент я поняла: первый шаг сделан. Мы не просто будем следовать традициям — мы начнём их переосмысливать. Ради себя. Ради будущих поколений провидиц. И ради того, кто ждёт меня где‑то далеко, но всегда остаётся рядом — в моём сердце и в свете кулона, что едва заметно мерцает под одеждой.
Еще долгое время мы сидели в ресторации и болтали обо всем на свете. Внутри меня царило умиротворение от того, какое решение мы приняли. Когда солнце начало клониться за горизонт, мы с девочками отправились в сторону академии.
— Получается, ты теперь отправишься к своему принцу? — спросила Мила у ворот академии, слегка улыбнувшись и поправив прядь волос, выбившуюся из‑под капюшона.
Я на мгновение замерла, впитывая момент: прохладный вечерний воздух, мягкий свет угасающего солнца, силуэты высоких башен академии за нашими спинами и лица сестёр — такие родные, такие близкие. В груди разливалась тёплая волна — смесь радости, лёгкой грусти и невероятного воодушевления.
— Да, — ответила я, и голос прозвучал твёрже, чем я ожидала.
Роза шагнула вперёд и взяла меня за руки:
— Помни, что мы с тобой, даже когда ты будешь далеко. Наши видения, наши силы — они связаны.
Я сжала её ладони в ответ, чувствуя, как к глазам подступают слёзы — но не от печали, а от переполнявшей меня благодарности.
— Я буду писать, — пообещала я. — И вы мне пишите! Расскажите потом про академию и ваши планы. Я в ближайшее время найму управляющего в наш дом, чтобы он следил за порядком, пока мы отсутствуем. Но также знайте, если вы решите приехать ко мне в гости, я вам всегда буду рада.
Мы ещё раз обнялись — на этот раз коротко, но так же крепко, как раньше. Затем я сделала шаг назад, вдохнула полной грудью и повернулась к дороге, которая уводила прочь от стен академии — туда, где меня ждал принц Энтариэль и новые возможности.
Сердце билось чаще обычного, но не от страха, а от воодушевления. Я ощущала, как внутри разгорается огонь решимости: впереди — неизвестность, но теперь я знала, ради чего иду. Ради нас. Ради свободы. Ради будущего, которое мы создадим.
Кулон под одеждой едва заметно мерцал, словно напоминая: связь между мной и Энтариэлем не разорвать расстоянием. Я бросила последний взгляд на сестёр — они стояли у ворот, махали мне и улыбались, — и шагнула вперёд. Дорога снова меня звала, а в душе расцветала надежда, превращаясь в твёрдую уверенность: всё получится.

----------

Глава 17 Давай создадим новую историю?

Глава 17 Давай создадим новую историю?
Я легко тронула бока Фани пятками, и она плавно перешла на рысь. Дорога вилась среди холмов, поросших вереском, — золотисто‑лиловые волны покачивались на ветру, будто море, застывшее в вечном движении. Воздух был напоён ароматами трав и смолы: где‑то неподалёку начинался сосновый бор.
Первые дни пути дались мне удивительно легко. Я чувствовала себя свободной, словно сбросила с плеч невидимый груз, который таскала годами. В груди разливалась лёгкая радость — смесь предвкушения и гордости за принятое решение. Я повторяла про себя слова прощания с сёстрами, и от этого на губах сама собой появлялась улыбка.
«Мы изменим правила», — шептала я ветру, и тот, казалось, подхватывал мои слова и нёс вперёд, к эльфийскому королевству.
Я любовалась пейзажами: то бескрайними лугами с пасущимися стадами, то тенистыми рощами, где птицы выводили замысловатые трели. По вечерам я разбивала лагерь у ручьёв, слушала стрекот сверчков и смотрела на звёзды, вспоминая лица сестёр и Энтариэля. В такие моменты кулон на груди едва заметно мерцал — неярко, но уверенно, словно тихий пульс далёкой надежды.
На третий день пути, когда солнце клонилось к закату и длинные тени ложились на дорогу, я вдруг ощутила лёгкое тепло у груди. Машинально опустила руку под плащ — и замерла. Кулон светился. Не так, как прежде: его сияние стало ярче, ровнее, будто внутри зажглась маленькая луна.
Сердце забилось чаще. Я остановилась, спешилась и осторожно вытащила кулон из‑под одежды. Камень мягко пульсировал голубоватым светом, отбрасывая призрачные блики на траву.
— Энтариэль… — выдохнула я, и дыхание сбилось от внезапной догадки. — Он где‑то рядом. Совсем близко.
Волна воодушевления накрыла меня с головой. Страх и сомнения, которые изредка подкрадывались в ночные часы, разом отступили. Теперь я точно знала: дорога ведёт меня туда, куда нужно.
Быстро вскочив в седло, я погладила Фани по шее:
— Ну что, подруга, кажется, наш путь почти завершён. Давай‑ка прибавим ходу!
Я слегка пришпорила лошадь, и Фани, почувствовав моё нетерпение, перешла в галоп. Ветер ударил в лицо, растрепал волосы, зашумел в ушах. Я пригнулась к гриве, улыбаясь во весь рот.
Кулон пульсировал всё ярче, его свет словно указывал направление — туда, за следующий холм, где синела полоса леса.
«Я иду, Энтариэль, — мысленно сказала я. — И я не одна. За мной — сила, вера и два сердца, которые бьются в унисон с моим».
Фани мчалась вперёд, копыта выбивали дробь по дороге, а я чувствовала, как в груди растёт что‑то огромное и светлое — надежда, превращающаяся в уверенность, восторг, смешивающийся с решимостью. Впереди меня ждал принц, а за спиной оставались сёстры, их мечты и обещание нового будущего. И теперь я знала: всё только начинается.
В какой‑то момент вдали я увидела лагерь и горящий костёр. А навстречу мне нёсся всадник. Я, даже не видя лица, поняла, что это Энтариэль.
Всё внутри замерло на долю секунды — а потом взорвалось вихрем эмоций. Сердце застучало так сильно, что, казалось, его удары отдавались в висках. Руки невольно крепче сжали поводья, но я не пыталась придержать Фани — напротив, слегка наклонилась вперёд, словно этим могла ускорить её бег.
Он приближался стремительно: силуэт на фоне закатного неба, развевающийся плащ, уверенный ритм скачки. Я вглядывалась в черты, которые с каждым мгновением становились всё чётче, и дыхание перехватывало от осознания: вот он, тот, к кому я ехала через дни пути, чьи мысли, возможно, всё это время были со мной — через мерцание кулона, через знаки судьбы.
Кулон на груди пульсировал ярко, почти обжигающе — его свет теперь был не просто тихим мерцанием, а ровным, живым пламенем, словно соединяющим нас невидимой нитью. Я почувствовала, как по коже пробежала лёгкая дрожь — не от холода, а от силы этого момента, от осознания, что всё, о чём мы мечтали с сёстрами, начинает обретать форму.
Фани замедлила бег, перешла на шаг, а затем остановилась совсем — ровно в тот момент, когда Энтариэль осадил своего коня в нескольких шагах от меня. Он спешился одним плавным движением — высокий, стройный, с длинными серебристо‑золотистыми волосами, обрамлявшими благородное лицо. Его глаза — глубокие, цвета лесной тени на рассвете — встретились с моими, и в них я увидела то, что не нужно было облекать в слова: радость, облегчение, узнавание.
— Артелика… — произнёс он тихо, и в этом имени прозвучало столько всего: и удивление, и тепло, и какая‑то тихая, затаённая надежда, которая жила в нём всё это время.
Я тоже соскользнула с седла, едва ощущая землю под ногами. Шагнула к нему — и вдруг поняла, что улыбаюсь так широко, так искренне, как давно не улыбалась.
— Энтариэль, — выдохнула я. — Я здесь…
Он сделал шаг навстречу, и на мгновение между нами повисла пауза — та самая грань, когда слова уже не нужны, а всё самое важное передаётся взглядом, дыханием, биением сердец, звучащих в унисон.
Затем он протянул руку — осторожно, почти трепетно — и коснулся моей ладони. От этого прикосновения по телу пробежала волна тепла, а кулон на груди горел мягким, ровным светом, будто подтверждая: мы на правильном пути.
— Я знал, что ты придёшь, — сказал он чуть слышно. — Знал, даже когда сомневался во всём остальном.
Я сжала его руку в ответ, чувствуя, как внутри разливается удивительное спокойствие — такое, какого не было уже давно. Теперь я точно знала: всё, что я оставила позади, всё, к чему стремлюсь впереди, связано с этим моментом, с этим несносным эльфом, с тем, что мы сможем создать вместе.
— Не было ни секунды, чтобы я не думал о тебе, Лика, — его нежность щемила сердце.
— Не было ни секунды, чтобы я не думал о тебе, Лика, — его нежность щемила сердце.
Я на мгновение закрыла глаза, впитывая эти слова. Они звучали так просто, но в них было столько глубины — словно он вложил в них все дни и ночи, что провёл в ожидании. Когда я снова посмотрела на него, в груди разливалась такая теплота, что хотелось рассмеяться и заплакать одновременно.
— Я тоже, — тихо ответила я. — Всё это время… даже когда сомневалась в себе, я знала, что должна дойти. Должна увидеть тебя.
Энтариэль слегка сжал мою руку, и в этом движении было столько невысказанного — благодарность, облегчение, обещание. Он окинул взглядом мою усталую, покрытую дорожной пылью одежду, Фани, которая мирно щипала траву неподалёку, а потом снова посмотрел мне в глаза.
— Ты проделала такой путь… — в его голосе прозвучала забота. — Ты, должно быть, устала. Пойдём к костру. Ребята приготовил ужин — правда, походные блюда вряд ли сравнятся с тем, к чему ты привыкла, но, надеюсь, ты не останешься голодной.
Я невольно рассмеялась:
— После трёх дней на сухарях и сушёных фруктах я готова съесть что угодно. Даже если это будет какой‑нибудь волшебный гриб с ароматом утренней росы.
Он тоже улыбнулся — легко, непринуждённо, и от этой улыбки у меня потеплело на душе.
— О, не настолько экзотично, — заверил он. — Но кое‑что вкусное всё же нашлось.
Мы направились к лагерю. Пламя костра трепетало в наступающих сумерках, бросая золотистые отблески на землю. Энтариэль помог мне устроиться на расстеленном плаще, подбросил дров в огонь, и вскоре в воздухе поплыл аппетитный аромат тушёного мяса с травами.
Пока еда разогревалась, он налил в кружку горячего травяного отвара. Я обхватила её ладонями, чувствуя, как тепло проникает в пальцы, а напряжение последних дней понемногу отпускает.
— Как же я рад, что ты решилась на этот шаг. В первые дни, как ты уехала, я думал, что смогу тебя отпустить и дать время — столько, сколько нужно. Но, как известно, наши чувства не подвластны логике. В последние дни я уже не мог заниматься делами и помогать отцу. И он отправил меня за тобой, представляешь? А теперь ты здесь, и мне никто больше не нужен… Ты не представляешь, как я счастлив.
Искренность мужчины волновала сердце. Я почувствовала, как к глазам подступают слёзы — но не от грусти, а от переполнявшего меня тепла.
— Ты… твой отец отправил тебя за мной? — переспросила я, стараясь унять дрожь в голосе.
Энтариэль кивнул, и в его глазах заиграли лукавые искры:
— Да. Отец всегда знает, как поставить меня на место. Но я ему благодарен. Иначе я бы, наверное, всё равно поехал за тобой — только без его благословения.
Я сделала ещё глоток травяного отвара. Аромат мяты и каких‑то незнакомых эльфийских трав наполнял воздух, успокаивал, помогал расслабиться.
— Знаешь, — тихо сказала я, глядя на огонь, — когда я уезжала, мне было страшно. Не из‑за дороги, не из‑за неизвестности… А из‑за того, что, может быть, я ошибаюсь. Что всё это — мои мечты, наши с сёстрами планы — просто иллюзия. Но сейчас, рядом с тобой, я чувствую: мы на правильном пути.
Энтариэль подвинулся ближе, осторожно коснулся моей руки:
— Ты не ошибаешься, Лика. Твои мечты — они настоящие. И они сильнее страхов. Я видел это в твоих глазах ещё тогда, в первый раз. Ты не просто хочешь изменить свою жизнь — ты хочешь изменить мир. И я буду рядом, чтобы помочь.
Его слова отозвались в душе тёплой волной. Я подняла взгляд и встретила его взгляд — твёрдый, уверенный, полный поддержки.
— Спасибо, — прошептала я. — Иногда мне кажется, что я слишком многого хочу. Слишком многого требую от себя, от других…
— Нет, — перебил он мягко, но твёрдо. — Ты хочешь того, что должно быть. Свободы. Справедливости. Возможности использовать свой дар не в страхе, а с гордостью. Это не слишком много. Это правильно.
Мы замолчали на мгновение, слушая треск костра и далёкий крик ночной птицы.
— А что теперь? — спросила я. — Что будет дальше?
— А дальше… — принц загадочно замолчал и поднялся, отошёл на пару шагов к своему походному мешку, что‑то в нём поискал — и вернулся, сжимая в ладони небольшой резной ларчик. Его пальцы слегка дрожали, а на щеках проступил едва заметный румянец, что совершенно не вязалось с обычной эльфийской невозмутимостью.
Я замерла, не в силах отвести взгляд. Сердце забилось чаще, дыхание перехватило — я вдруг поняла, к чему всё идёт, но всё равно не могла до конца в это поверить.
Энтариэль опустился на одно колено у костра. Пламя отбрасывало мерцающие блики на его лицо, подчёркивая серьёзность и трепетность момента. Он открыл ларчик — внутри на мягкой бархатной подкладке лежал браслет: тонкий серебряный ободок, увитый узором из листьев, с прозрачным камнем, который переливался всеми оттенками утренней росы.
— Артелика Ваури, — произнёс он, глядя мне прямо в глаза. Его голос звучал тихо, но твёрдо, каждое слово шло из глубины души. — Ты станешь моей женой?
Время словно остановилось. Я слышала только стук собственного сердца и далёкий крик ночной птицы, который теперь казался частью какого‑то древнего, вечного ритма. В голове промелькнули образы: сёстры у ворот академии, их сияющие лица, обещание, данное самой себе и им, дорога, которую я прошла… И вот он — новый поворот, неожиданный и в то же время такой естественный.
Я посмотрела на Энтариэля — на его напряжённое ожидание, на искренность в глазах, на руку, протягивающую мне ларчик с браслетом. В груди разливалась волна тепла, такая сильная, что на мгновение перехватило дыхание.
— Ты уверен? — прошептала я, сама не зная, зачем задаю этот вопрос. Я уже знала ответ.
— Более чем, — ответил он без колебаний. — С тобой я вижу будущее, которое стоит того, чтобы его строить. Не просто как принц эльфийского королевства, а как мужчина, который любит и хочет идти по жизни рядом с тобой.
Я улыбнулась — широко, счастливо, так, что на глазах выступили слёзы.
— Да, — сказала я, и это короткое слово прозвучало как клятва, как начало чего‑то нового и прекрасного. — Да, Энтариэль. Я стану твоей женой.
Он поднялся, осторожно вынул браслетиз ларчика и надел мне на руку. Металл оказался тёплым, словно уже успел впитать частицу его души. Камень мягко мерцал в свете костра, будто отражая сияние, что разливалось у меня внутри.
Энтариэль взял мои руки в свои, слегка сжал их:
— Спасибо, — тихо произнёс он. — Спасибо за то, что выбрала меня. За то, что веришь в нас.
Я придвинулась ближе, положила голову ему на плечо. В этот момент всё казалось правильным: и костёр, и ночь, и далёкие звёзды, и будущее, которое теперь мы будем создавать вместе — рука об руку, сердце к сердцу.

----------

Эпилог

Эпилог
Солнечные лучи пробивались сквозь витражные окна эльфийского дворца, рассыпаясь цветными бликами по мраморным полам. Воздух был напоен ароматами цветущих садов и пряных трав, которыми украшали залы к свадьбе. По коридорам сновали слуги, придворные и мастера — все готовились к торжеству, которое должно было войти в летописи королевства.
Я стояла на балконе верхних покоев, вдыхая свежий утренний воздух, и не могла сдержать улыбку. Всё казалось каким‑то волшебным: и позолота на арках, и пение птиц в садах, и даже лёгкий ветерок, что играл прядями моих волос. Но главное волшебство — не в убранстве дворца, а в том, что сегодня рядом со мной будут те, кто верил в меня с самого начала.
— Артелика! — раздался звонкий голос за спиной.
Я обернулась и едва успела раскрыть объятия: Мила и Роза бросились ко мне разом, чуть не сбив с ног. Мы обнялись так крепко, что на мгновение всё вокруг перестало существовать — только тепло родных рук, их смех и слёзы радости.
— Ну наконец‑то! — выдохнула Мила, отстраняясь и разглядывая меня с головы до ног. — Ты выглядишь… просто волшебно!
— Ещё бы, — улыбнулась Роза, поправляя прядь моих волос. — После всех этих примерок и советов от эльфийских фрейлин ты точно затмишь всех на свадьбе!
Я рассмеялась, чувствуя, как сердце наполняется теплом.
— Без вас этот день был бы совсем не таким, — искренне сказала я. — Спасибо, что приехали.
— Как мы могли пропустить такое? — возмущённо воскликнула Мила. — Мы же обещали быть рядом в самый важный момент!
Роза кивнула, её глаза блестели от сдерживаемых слёз:
— Я так рада за тебя! Представляешь, сегодня твоя свадьба… А когда-то это казалось такой далёкой, почти несбыточной мечтой.
Я взяла обеих сестер за руки:
— Но теперь это реальность. И самое главное — она стала возможной благодаря вам. Благодаря вашей поддержке, вере в меня…
Мила шмыгнула носом и тут же фыркнула, пытаясь сохранить серьёзность:
— Эй, мы же договорились не плакать до церемонии! Иначе весь макияж потечёт, и эльфийские красавицы будут смотреть на нас с укором.
Мы снова рассмеялись, и этот смех словно стёр последние остатки тревоги, что ещё таились где‑то глубоко внутри.
Пока мы поднимались в мои покои, сёстры наперебой рассказывали, как добирались сюда: о долгой дороге через горные перевалы, о том, как их поразила красота эльфийских садов, о восхищении, с которым придворные встретили провидиц из академии.
В покоях уже ждали портнихи с последними деталями нарядов — лёгкими, струящимися платьями в оттенках лаванды и серебра, гармонирующими с моим свадебным убранством. Пока мастерицы вносили последние штрихи, мы сидели у окна, пили душистый чай с лепестками роз и говорили обо всём на свете.
— Знаешь, — тихо сказала Роза, глядя в окно на цветущие деревья, — сегодня не просто свадьба. Это начало чего‑то большего. Мы показываем всем, что провидицы могут быть не затворницами в академии, а частью большого мира.
Мила кивнула:
— И что наш дар — не проклятие, а сила, которую можно использовать во благо.
Я почувствовала, как к горлу подступает комок.
— Вы правы, — прошептала я. — И я так благодарна, что вы со мной в этом пути. Что будете рядом сегодня и всегда.
В дверь постучали — вошёл придворный с поклоном:
— Ваше высочество, всё готово. Гости собираются в главном зале. Церемония начнётся через час.
Сердце забилось чаще. Я глубоко вздохнула, оглядела сестёр — их сияющие лица, их поддержку, их любовь — и почувствовала, как во мне крепнет уверенность.
— Пора, — сказала я, вставая. — Пойдёмте.
Мы вышли из покоев. Мила шла справа от меня, Роза — слева. Их присутствие давало мне силы, наполняло душу теплом и уверенностью: что бы ни ждало впереди, мы справимся.
По мере того как мы спускались по мраморной лестнице, украшенной гирляндами цветов, музыка становилась всё громче — эльфийские арфы и флейты пели о любви, надежде и новом начале. Внизу, у арок главного зала, стоял Энтариэль. Он обернулся на звук наших шагов, увидел меня — и на его лице расцвела такая светлая улыбка, что у меня перехватило дыхание.
Он протянул руку, и я вложила в неё свою ладонь. Рядом замерли Мила и Роза — моя опора, моя семья. Впереди ждал зал, полный гостей, клятвы, венчальный обряд… Но главное было уже здесь: любовь, дружба и вера в то, что мы действительно можем изменить мир.
Впереди ждал зал, полный гостей, — благородные эльфы в изысканных нарядах, представители соседних королевств, наши близкие друзья. Я уловила взгляды: кто‑то смотрел с любопытством, кто‑то — с искренней радостью, а кто‑то — с едва заметным уважением, которое раньше было мне недоступно. Но сейчас всё это казалось не столь важным.
Мы с Энтариэлем шагнули под своды зала, увитые живыми цветами. Воздух здесь был особенным — напоён ароматами лилий и мирры, пронизан светом тысяч свечей и едва уловимой магией эльфийского благословения. Мелодия арф и флейт обволакивала, словно мягкое покрывало, успокаивала и одновременно будоражила душу.
Я посмотрела на Энтариэля. Он шёл рядом, держа мою руку крепко, но бережно. В его глазах читалась такая глубина чувств — любовь, уверенность, обещание будущего, — что у меня перехватило дыхание. Его присутствие дарило удивительное ощущение: всё возможно, всё по плечу, когда мы вместе.
Мы остановились перед верховным жрецом эльфийского королевства. Он улыбнулся нам ободряюще, и в зале воцарилась торжественная тишина — слышно было лишь тихое дыхание гостей да едва уловимое трепетание крыльев бабочек, кружащих над нашими головами.
Жрец поднял руки, и древний кристалл в его ладонях мягко засветился голубым светом.
— Пришло время дать клятвы, — произнёс он глубоким, мелодичным голосом. — Пусть ваши слова будут искренни, а сердца — открыты.
Я глубоко вдохнула, снова посмотрела в глаза Энтариэлю и заговорила — тихо, но твёрдо, вкладывая в каждое слово всю душу:
— Энтариэль, с этого дня и навсегда я выбираю тебя. Клянусь быть рядом в радости и в печали, поддерживать тебя во всех начинаниях и верить в тебя даже тогда, когда ты сам в себе усомнишься. Клянусь делиться с тобой всем — своими видениями и страхами, мечтами и надеждами. Я отдаю тебе своё сердце без остатка и обещаю хранить его для тебя до конца времён. Пусть наш союз станет источником силы не только для нас, но и для всего мира вокруг.
Голос не дрогнул, хотя внутри всё трепетало от волнения и глубины сказанных слов.
Энтариэль сжал мою руку чуть сильнее, и в его взгляде вспыхнул тёплый, живой огонь. Он заговорил — спокойно, уверенно, и каждое его слово будто отпечатывалось в моей душе:
— Артелика, ты стала светом, который озарил мой путь. С тобой я научился видеть мир по‑новому — ярче, полнее, справедливее. Клянусь защищать тебя, уважать твой дар и силу, слушать твоё сердце так же внимательно, как слушаю своё. Клянусь быть твоим союзником, другом и верным спутником во всех мирах и временах. Вместе мы построим будущее, где свобода и справедливость станут реальностью, а не мечтой. И я буду любить тебя — сегодня, завтра и всегда.
Верховный жрец поднял кристалл над нашими сплетёнными руками, и тот вспыхнул ярким голубым светом, озарив зал мягким сиянием.
— Да будет так, — провозгласил он. — Союз, скреплённый любовью и клятвой, благословлён силами света и гармонии. Объявляю вас мужем и женой.
Зал взорвался аплодисментами. Зазвучали торжественные аккорды эльфийской музыки, цветы в гирляндах засияли ярче, а в воздухе закружились сверкающие искры благословения. Энтариэль наклонился и нежно поцеловал меня — сначала легко, трепетно, а затем с глубокой, всепоглощающей любовью.
Когда первые мгновения всеобщего ликования немного улеглись и гости начали подходить с поздравлениями, я чуть приблизилась к Энтариэлю. Улыбнувшись ему самой тёплой, самой искренней улыбкой, я наклонилась и, едва касаясь губами его уха, прошептала:
— У меня есть ещё один подарок… У нас будет ребенок.
Он замер на мгновение — будто время остановилось для него одного. Затем медленно повернулся ко мне, и я увидела, как его глаза расширились от изумления, а потом наполнились таким светом, какого я ещё никогда в них не видела.
На его лице расцвела широкая, счастливая улыбка — не придворная, не сдержанная, а настоящая, полная восторга и нежности. Он осторожно, почти благоговейно положил руку мне на талию, словно уже сейчас хотел защитить нашего малыша.
— Правда? — выдохнул он, и в этом коротком слове прозвучало столько чувств: радость, трепет, гордость, безграничная любовь. — Лика… это самый драгоценный дар, о котором я мог только мечтать.
Он обнял меня — крепко, но бережно, словно я вдруг стала ещё более хрупкой и драгоценной, — и прошептал:
— Спасибо. Спасибо за этот дар, за нашу семью, за будущее, которое ты даришь нам. Я буду любить вас обоих всем сердцем. Всегда.
Я прижалась к нему, чувствуя, как внутри разливается тепло. В этот момент всё вокруг — музыка, голоса гостей, блеск дворца — отошло на второй план. Остались только мы двое, наша любовь и новая жизнь, которая уже начинала свой путь внутри меня.
— Знаешь, — тихо сказала я, чуть отстранившись, чтобы посмотреть ему в глаза, — я всё думаю о том, что хочу сохранить наш род. Не просто передать дар провидиц, а оставить след — настоящую династию, где каждый будет знать свои корни, гордиться ими.
Энтариэль внимательно слушал, не перебивая, его взгляд был полон нежности и понимания.
— Я не хочу, чтобы наш род угас, — продолжила я. — Хочу, чтобы память о провидицах жила, чтобы будущие поколения знали, откуда они родом, какие силы в них заложены. И… мне кажется, это возможно сделать так, чтобы соединить наши традиции.
Я сделала небольшую паузу, подбирая слова:
— Что, если наши дочери — и те, кто придёт после них, — будут носить двойную фамилию: Ваури‑Гринтеваль-Аорская. Так они сохранят связь и с моим прошлым, и с нашим общим будущим. Это будет не просто имя — это символ союза, моста между народами, между даром провидиц и эльфийской мудростью.
Энтариэль улыбнулся — широко, искренне, и в этой улыбке я увидела всё, что хотела услышать. Он слегка коснулся моей щеки ладонью:
— Это прекрасная идея, Лика. Мудрая и красивая. Двойная фамилия станет не просто знаком происхождения — она будет напоминать о том, как мы объединили два мира, две силы, две истории в одну.
Он на мгновение задумался, а потом добавил:
— И знаешь что? Я предлагаю распространить эту традицию. Пусть все дети, рождённые в союзе эльфов и людей, смогут носить двойную фамилию — если их родители того пожелают. Это станет символом нашего нового времени: времени единства, взаимного уважения и общих ценностей.
У меня перехватило дыхание от его слов. Я не ожидала, что он воспримет мою мысль настолько глубоко и предложит сделать её частью чего‑то большего.
— Ты действительно так думаешь? — прошептала я.
— Абсолютно, — твёрдо ответил он. — Это не просто красиво — это правильно. Мы строим новый мир, Лика, и такие шаги помогут укрепить его основы.
Я снова прижалась к нему, чувствуя, как сердце наполняется гордостью и благодарностью. Теперь я точно знала: мы не просто создаём семью — мы закладываем фундамент чего‑то великого.
В этот момент к нам подошли Мила и Роза, сияя улыбками.
— Ну что, молодожёны, — весело начала Мила, — когда уже будем праздновать по‑настоящему?
— Сейчас и начнём, — рассмеялся Энтариэль, обнимая меня за плечи. — Впереди много дел, но сегодня — только радость, любовь и начало новой главы.
Музыка зазвучала громче, гости вновь зааплодировали, а я, глядя на лица близких — сестёр, мужа, короля и королеву, придворных, которые теперь стали частью нашей истории, — поняла: всё только начинается. И в этом новом начале есть место и традициям, и переменам, и надежде на то, что наш род, наш союз, наша любовь будут жить долгие века.

----------