Не обижайте милую заучку Лира Алая Грейс Холлен — маг поддержки и заучка с золотистыми волосами, которую бойфренд Лео бросил, назвав серой мышью. Она отомстила единственным доступным способом: сделала для него слишком хорошую работу, которую он не удосужился прочесть. Но Лео из влиятельного рода не прощает унижений — слухи об охотнице за богатыми женихами преследуют её по академии, а практику в руинах превращают в ловушку. В этой ловушке Грейс случайно разбудила заклинание стазиса и вытянула из прошлого Эйдена Виннерстоуна — боевого мага из исчезнувшей сто лет назад династии. Он считает её привратницей в лучший мир, она считает его опасным сумасшедшим. Но Эйден заключает с ней односторонний договор защиты, и теперь этот странный маг из другой эпохи — единственный, кто встал между ней и местью аристократа, способной разрушить всё, чего она добилась. ==================== Глава 1 Глава 1 – Если призовете фамильяра перед алтарем, то он обязательно исполнит ваше желание, – уверенно говорил наш куратор по полевой практике пару часов назад. – Это особенные руины. Да, конечно! Призвала. Только не фамильяра, а какого-то мужчину. Спасибо, что не голого. И спасибо большое, что спящего – мужчина сидел прямо на полу с закрытыми глазами и пока никак не реагировал на случившееся. Это немного утешало, но не до конца. Потому что я понятия не имела, что он за человек, откуда я его выдернула и до какой степени он будет «рад» своему появлению внутри старых руин наедине с адепткой магической академии с сомнительной ныне репутацией. Впрочем, про эту репутацию он же так сразу не узнает? Я устало уселась прямо на пол, глядя на круг призыва перед алтарем. Место – то, круг – правильный. Что пошло не так? Мужчина – очень молодой и красивый мужчина, казавшийся старше меня едва ли лет на пять – точно был человеком. Аура странная, но меня таким не обмануть: хоть я и была на факультете поддержки, но основным моим талантом было создание магии. А создатели магии практически всегда понимали магическую суть как заклинаний, так и магических существ. Я вздохнула. Может, этот мужчина и есть мое желание? Но в моем достаточно большом списке желаний ничего подобного не было! Или я… неосознанно? В конце концов, после того случая в академии у меня действительно могли появиться какие-то желания, которые я еще не успела проанализировать и понять. Ведь благодаря одному не очень хорошему человеку я не только внезапно осталась без партнера перед важным балом, но еще и получила такую репутацию, что найти кого-то в ближайшее время будет весьма непросто. И пока я размышляла, что же стало причиной призыва, мужчина открыл глаза. Наши взгляды пересеклись, и я нервно сглотнула. Золотистые глаза казались расфокусированными, но толику злости, свойственную боевым магам, я успела заметить. Еще и волосы черные. Красивый, но немного опасный контраст. Мужчина медленно встал, а я обнаружила, что он поразительно высок – выше меня на голову. Он оглядывал помещение, после его взгляд остановился на мне. Выражение его лица стало еще более суровым и злым. Он сделал шаг ко мне, а я замерла, не в силах даже сдвинуться. В голове я перебирала свои самые мощные защитные заклинания, но благодаря инстинктам понимала – с ним они не помогут. Мужчина приблизился, присел передо мной, протянул руку и хрипло сказал: – Веди. – Куда? Суровость сменилась недоумением: – Я ведь умер и попал в лучший мир? Хорошая новость: меня не собирались убивать. Плохая – он определенно сумасшедший. А с сумасшедшими не спорят. – Не знаю. Почему вы так решили? – Потому что меня встречает такой красивый привратник? – осторожно ответил мужчина. – Ведь если я не умер, то как может так получиться, что первой, кого я увижу, будет идеально красивая девушка, которая полностью соответствует моим вкусам? Ох, наверное, невежливо прозвучало? Но ведь если я умер, то, думаю, ничего страшного, что я невежлив? Постойте. Мужчина внезапно протянул ко мне руку, а я зажмурилась. Ничего не происходило. Открыв глаза, я поняла, что он дотронулся до края моего плаща и пряди волос, которая на этом краю лежала. – Настоящее. Подождите, я не умер? – Наверное. – Кто вы? – спросил мужчина. – Грейс Холлен, второкурсница академии «Талисман», факультет поддерживающей магии, – честно ответила я и, набравшись смелости, выдавила из себя: – А вы? – Поддерживающей? – мужчина впервые за все время улыбнулся. Красивая улыбка. – А я Эйден Виннерстоун. Пятый курс боевой магии Аренскийской академии. – Какой?! – я не сдержала возгласа. – Аренскийской. С ней что-то не так? – Эта академия… закрылась еще сто лет назад, – ответила я. – Нет-нет, в сто сорок девятом году солнца она вполне процветала, – возразил Эйден. – Да, верно. Только этот год был уже более сотни лет назад. Мы уставились друг на друга. Я не вызывала человека из прошлого. Но, если судить по линиям магии, легко могла разбудить кого-то, кто находился под заклинанием стазиса. Например, мага из древних времен. И чем это обернется для меня, я понятия не имела. Лишь могла про себя тихо вздыхать о том, в какую абсурдную ситуацию попала благодаря своему невезению и подлости другого человека. *** – Я не могу с тобой встречаться официально, – сказал Лео, улыбаясь так, словно его слова не были полным абсурдом. – Что? – ничего более осмысленного в этот момент я сказать не смогла. Зато посмотрела на Лео – Леонарда Гринскейла – как на идиота. Но надеяться, что мой выразительный взгляд подсказал тому все, что я о нем думаю, было глупо. Глупо вообще было ожидать чего-то логичного от парня, который месяц назад предложил мне «официально встречаться» (да-да, именно в такой формулировке), с которым я этот месяц, собственно, встречалась, а теперь он выдал своим друзьям, что у него нет девушки и он абсолютно свободен. – Вот так вот вышло, – он развел руками. – То есть ты предлагаешь мне расстаться? – спокойно сказала я, чувствуя неприятие. Да, я не была в него влюблена, но он мне нравился. А теперь осознание того, что мне нравился идиот, неплохо меня расстроило. Да и не только это… Я хоть и понимала, что происходит что-то странное, но все равно подспудно лезли глупые мысли – я что-то сделала не так? Я что-то испортила? К счастью, следующая фраза очень легко перевернула все мои глупые мысли в чистую злость. – Вовсе нет! Грейс, ты прекрасная девушка! Я хочу и дальше с тобой встречаться, просто… просто неофициально. – То есть ты не хочешь представлять меня родителям и друзьям? – я предположила самое разумное и безобидное. – И это тоже. Но я бы не хотел, чтобы в академии вообще кто-то знал о том, что мы встречаемся. И на все официальные мероприятия, в том числе и на бал, мы бы приходили с другими партнерами, – Лео выдал свое абсурдное предложение и все еще посмел улыбнуться. Ему повезло. Ему по жизни весьма везло, конечно. Но именно сейчас он должен был радоваться, что я была всего лишь магом поддержки, а не боевым. Что я была слабой и тихой ученицей, погруженной в учебу и теорию, способной создавать исключительно усиливающие заклинания, а не уничтожающие, иначе, клянусь, от него бы не осталось даже мокрого места! – Грейс? Что-то не так? – спросил Лео. – Тебя расстроил разговор с моими друзьями? Ну, тот, который ты подслушала? – А сам как думаешь? – спросила я, опираясь на парту и уже не обращая внимания на, кажется, вековую пыль. В этом старом заброшенном классе даже стульев не было. Неудивительно, что Лео привел меня сюда, чтобы объясниться. Тут нас не то что никто не подслушает, даже не увидит. Самое то для тайной девушки. – Извини! Мне очень жаль, что ты это услышала. Я совсем не хотел плохо отзываться о тебе и твоем характере. А, то есть он не только наврал своим друзьям, что не встречается со мной, но еще и оклеветал. Оставалось понять, что именно вырвалось из его поганого рта. – О чем ты сожалеешь больше всего? – спросила я. – Эм… – Это важно, Лео, – тихо сказала я. – Очень важно для меня. – О том, что я назвал тебя серой мышью, помешанной на учебе, – тихо произнес Лео. – Я не думаю, что ты мышь. Я промолчала. Я тоже так не думала. Вы встречали мышей с золотистым цветом волос и яркими аквамариновыми глазами? Лично я – нет. По какой такой чудесной логике меня причислили к категории невзрачных? Насчет помешанности на учебе спорить не планировала: это правда. Только вот как же слова Лео о том, что ему безмерно импонирует мое погружение в учебу? Что он восхищается моим умом и глубиной знаний? Я продолжала молчать, не в силах сказать хоть что-то. Но Лео, видимо, понял это иначе, решил, что выбрал неверный ответ. – Нет, не то. Больше всего я сожалею, что сказал своим друзьям, будто согласился на свидание с тобой из жалости. Это не так! Ты мне очень, очень нравишься. Я влюблен в тебя, Грейс! Ты ведь такая красавица и умница. – Лео шагнул ко мне и протянул руку, намереваясь прикоснуться. Нет! Я отступила на шаг назад: – Что-то ты слишком пылок в отношении той, с кем встречаешься из жалости. – Я же не всерьез! Грейс, послушай меня. Я понимаю, как это глупо прозвучит. И ты вправе сказать, что я веду себя как ребенок, но… я не могу с тобой официально встречаться. Если я так сделаю, то это обязательно дойдет до моих родителей. А они довольно консервативны. Если они узнают, что я встречаюсь с тобой… – То что? – Накажут. – А что со мной не так? – вздохнула я, чувствуя злость. Я умная, красивая, да, сирота, но кого это в наше время волнует? Я хорошо относилась к Лео, помогала ему с учебой, да и вообще… Что со мной могло быть не так?! – Все так, все так! В моих глазах. Но для родителей, Грейс, ты… простолюдинка. Сирота. Ни отца, ни матери. Все было бы ничего, будь ты могущественным магом – магия все выправляет. Но ты же… ты же сама знаешь, что маги поддержки – это не высший сорт магов. Ага, второсортные. Я это уже слышала. Только вот без магов поддержки ни в один длительный поход не отправляются. И вашу магию, израсходованную под ноль, восстанавливаем именно мы! – Я не только маг поддержки, – заметила я. – Да, ты еще создаешь заклинания. Но, пойми, это звучит даже хуже, чем магия поддержки, Грейс! Мои родители такого не примут. Просто… мне нужно время, чтобы их подготовить, ладно? А пока мы просто не будем говорить, что встречаемся, хорошо? Ты ведь меня не бросишь? Брошу. Обязательно брошу. Я еще могла бы встречаться со лжецом, с нехорошим человеком или с кем-то, у кого не очень хороший характер. Но с идиотом, который в наше время использует родителей в качестве оправдания? Ни за что. Да, я простолюдинка, а Лео – будущий барон, однако, за исключением нескольких чрезвычайно именитых родов, никто, абсолютно никто не обращает внимания на титулы, если речь заходит о магии. – Ладно. Но я должна подумать, – сказала я, улыбнувшись. – Нет, я уже подумала. Я буду встречаться с тобой. Но мне нужно время, чтобы отпустить все сказанное тобой. – Девичьи заморочки? – усмехнулся Лео. – Конечно, милая, если тебе это нужно. Ты же знаешь, что я, как любой настоящий мужчина, с пониманием отнесусь к любому твоему эмоциональному поведению. Эмоциональному? Ты… да любая девушка с факультета боевиков оторвала бы тебе голову или хотя бы язык! А Дара Вайтстоун, моя знакомая, даже не стала бы сдерживать свою темную ауру. Просто ходила бы за тобой, пока твое сердце, явно больше похожее на камень, чем на что-то из плоти и крови, не остановилось бы от непрекращающегося ужаса! – Спасибо, – прошептала я, смотря в пол. Хоть я и называла Лео не очень умным, но мой взгляд, наполненный ненавистью, он определенно распознает. А пока этого нельзя было допустить, иначе… Иначе моя месть с треском провалится. ---------- Глава 2 Глава 2 Вернувшись в общежитие, я не могла не прокручивать наш разговор снова и снова. Было обидно до слез. Я ведь никогда не считала себя какой-то не такой лишь из-за того, что у меня не было родителей и родословной. Наоборот. Была уверена, что я большая молодец: всего добилась сама, своим трудом, умом и талантом. И это должно быть ценно, а оказалось, что все иначе. Важна не ты, не твой характер или дар, а кто твои родители, какой твой статус. Как будто Лео не выбирал ту, кто ему нравится, а подбирал кандидатку на работу. И то! Никто из работодателей не посмел бы такое сказать. – Грейс? Что случилось? – спросила моя соседка, Эми, сонно потирая глаза. – Ты чего такая расстроенная? Кто-то обидел малышку Грейси? Последнее было сказано шутливым тоном, но я почему-то отреагировала и обиженно выдала: – Угу. Видимо, мой странный тон очень точно отразил мою обиду, потому что Эми тут же вскочила с кровати, схватила меч и спросила: – Кто посмел?! Я едва не хихикнула. Когда ее подселили ко мне, потому что моя предыдущая соседка выпустилась из академии, то ходили слухи, что мы ни за что не поладим: заучка вроде меня, по их мнению, должна была ненавидеть девушку, которая умела обращаться с мечом, но была абсолютным нулем в теории. Но все вышло наоборот. Я делала за нее задания, а Эми иногда намекала некоторым людям, что меня обижать не стоит, несмотря на мою безобидность. Кажущуюся безобидность. – Тот пожалеет, – ответила я, подходя к моему учебному столу. Возможно, кто-то другой начал бы пафосно рыться, приговаривая, где же оно. Увы, я так не могла: у меня все лежало абсолютно идеально. Поэтому я вытащила дорогущую синюю папку и с ненавистью бросила ее на рабочий стол. – Конечно, пожалеет, – кивнула Эми. – Скажи кто, чтобы я могла хоть что-то сделать. – После меня, – ответила я, улыбнувшись. – Сначала кое-что сделаю я, а потом, Эми, если тебе это покажется недостаточным, то можешь добавить. Только имей в виду, что человек, который меня обидел, – заносчивый аристократ из пафосного семейства. И, если правильно помню, его дядя ведет у тебя одну из основных дисциплин. – Лео? – Лео, – кивнула я. Эми поморщилась, но храбро сказала: – Если это фехтование или же магический бой, то все равно сдам. – Это теория применения боевых заклинаний, – сказала я. – Как ты все это помнишь? – с некоторым удивлением спросила Эми. – Привычка. И, кстати, не забудь написать домашнюю работу, я слышала, что профессор серьезно наказывает тех, кто не поработает как следует. Эми опустила меч и скривилась. – А ты что будешь делать? – спросила она. – А я… я сделаю кое-что нехорошее. – Я открыла папку, где было подробно расписано одно из сложнейших заданий по плетениям. Не мое задание, мне такое выполнять на втором курсе было еще рано. Впрочем, это не значило, что я не могу его сделать на отлично. В конце концов, именно Лео слезно умолял меня помочь ему, иначе профессор Тереза Гросс-Вейланд сделает все, чтобы Лео не сдал ее дисциплину. И я, пожалуй, этому поспособствую. Для способствования мне пришлось изрядно постараться. И под стараниями я подразумеваю вовсе не то, что провела все свои законные выходные в библиотеке, корпя над учебниками для старшекурсников. А отношения с Лео. Псевдоотношения? Тайные отношения? Притворяться, что я все еще испытываю симпатию к нему, когда мне хотелось сделать что-нибудь насильственное и противоправное, чтобы выразить свое разочарование и злость, оказалось сложнее, чем я думала. Но я терпела. Улыбалась. Старательно писала работу, делая из нее едва ли не академический шедевр. Шедевр такого уровня, который мог написать кто-то с уникально крепкой базой знаний по предмету или безумно старательный ученик, готовый провести все свое свободное время за учебой в библиотеке. Ни первое, ни второе к Лео не относилось. Об этом знала я. И, конечно же, профессор Тереза тоже. Правда, у Лео был шанс «выжить», однако я была практически на сто процентов уверена, что он им не воспользуется. Так прошло несколько дней, во время которых Лео встречался со мной исключительно тайно. Я начинала подозревать, что ему нравилось ловить меня в самых неожиданных местах, где никого нет, чтобы сказать какие-нибудь абсолютно бессмысленные и глупые слова, разжигающие во мне ненависть. Ну вот зачем хватать меня за руку и тянуть в небольшой закоулок? Чтобы что? Сказать, как хорошо сегодня выглядят мои волосы? А вчера смотрелись плохо? Или что? Поэтому, закончив работу и передав ее Лео, я внутренне выдохнула с облегчением. – Вот. Только прочитай, вдруг тебе зададут вопросы по ней. Будет что-то непонятно – спроси у меня. Это был шанс Лео. Прочесть, изучить. Если профессор задаст вопросы, то Лео сможет ответить. Если ответит, то даже профессор Тереза ничего не сможет сделать. Но я знала, что Лео не станет спрашивать меня. Как так? Разве его гордость позволит ему признать, что он что-то не знает? Более того, Лео даже читать не станет. Потому что такие работы, хоть и считались важными, оценивались только письменно. В тех случаях, когда профессора не подозревали учеников в том, что эти работы делались кем-то другим. – Спасибо, Грейси! Не думаю, что нужно… – Почитай, – настойчиво попросила я. – Обязательно. Я ведь смогла это написать, значит, ты сможешь прочесть. Лео поморщился. Я улыбнулась про себя: после моих убеждений он точно не станет изучать работу. Из чистого упрямства. И я оказалась права. В день, когда Лео необходимо было сдавать работу, я решила пойти к месту сдачи. Постоять у двери, поизображать из себя добрую и взволнованную девушку. По крайней мере, раньше я всегда так делала. И теперь этим воспользовалась, проигнорировав недовольство Лео, который, заметив меня, быстренько отвел в уголок, где нас никто не видел. – Что ты тут делаешь, Грейс? Почему не на занятиях? – Я хочу подождать тебя здесь, – сказала я. В конце концов, за все то унижение, которое я пережила, я же могла получить хоть какую-то компенсацию? Например, посмотреть на выражение лица Лео, который будет одновременно растерян и разъярен. И, возможно, даже поймет, что я сделала все это специально. По крайней мере, у него точно будут такие мысли. То, что он отвратительно плохо учится, у него искаженное мышление, еще не говорит о том, что он полный ноль во всяких подковерных интригах. И такая маленькая месть с моей стороны наверняка не пройдет мимо него: ведь раньше, когда я помогала ему с работой, то полностью учитывала его уровень знаний. – Грейс, ты ведь помнишь, что у нас тайные отношения, – шепнул Лео, оглядываясь по сторонам. Неужели боится, что нас вместе заметят? Неожиданно вместо обиды во мне вспыхнуло раздражение и отвращение: что с его самомнением? Почему он считает, что отношения скрывать надо со мной, а не с ним? Ведь Лео, кроме как деньгами и происхождением, даже гордиться особо нечем. Разве что есть талант в боевой магии, однако он совершенно не развит. – Не волнуйся, – ответила я, отворачиваясь. – Все подумают, что я жду профессора Терезу. Я ведь уже решила, что в этом семестре дополнительную работу буду писать для нее. – А-а-а, – протянул Лео. – Теоретические писульки? Ты молодец. Наверняка твоя работа будет полезна для сильных магов. Я посмотрела на Лео. И как я раньше этого не замечала: презрения по отношению к моим знаниям. Считала его «молодец» комплиментом и восхищением моим умом, совершенно не замечая, что за этим стоит насмешка над магом-теоретиком. Что ж, теперь я точно обязана посмотреть, как Лео вылетит из лекционной профессора, завалив сдачу важной работы. – Что-то вроде того, – тихо сказала я. – Не волнуйся, я не подойду к тебе. Я наслажусь твоей неудачей издалека. – Ну хорошо. Спасибо, Грейси. – Удачи. – Мне она не нужна, – подмигнул мне Лео. – Ведь ты моя удача. Грейс, что-то не так? Ты плохо себя чувствуешь? Ты побледнела. Я? Позеленела. Уж извини, что меня тошнит от этих надуманных комплиментов. – Все хорошо, – улыбнулась я. – Скоро все пройдет. Я оказалась права: все мое плохое настроение мигом прошло, как только я увидела Лео, который покидает аудиторию после сдачи работы с совершенно нечитаемым лицом. И если судить по взгляду в мою сторону, то Лео все понял правильно. ---------- Глава 3 Глава 3 Момент триумфа быстро прошел. Не из-за того, что я пожалела о сделанном. В конце концов, я никогда не была милой девочкой, несущей в этот мир всепрощение и добро. Да и назвать мой поступок полноценной подставой нельзя – максимум небольшое плутовство. Я ведь не сделала эту работу спустя рукава, что гарантированно бы привело к провалу. Я просто выполнила все слишком хорошо. И если бы Лео посадил свою ленивую задницу на стул и хотя бы прочитал работу, то сейчас бы вышел из кабинета счастливым. Чувство победы ушло из-за вполне себе понятных опасений – смотрел Лео на меня совсем не по-доброму. Если бы он приложил хотя бы десятую долю своего ума, которую использует для считывания всяких подковерных интриг, то давно бы стал первым по успеваемости. Но, увы, он почему-то предпочитал тратить драгоценное время на всякие аристократические игры вместо того, чтобы погрузиться в учебу. Лео сделал несколько шагов ко мне, а я силой воли заставила себя остаться на месте. Если сбегу, то потом не смогу утверждать, что я случайно. А я планировала. Есть такие ситуации, когда оба человека все понимают, но пока один говорит «этого не было», второй ничего не может сделать? Ну вот я планировала как-то так, потому что хотела только отомстить, а не поругаться. – Ученик Лео, вы все еще здесь? – из кабинета вышла профессор Тереза и подошла к Лео, похлопав того по плечу. – Есть разговор. Мне показалось, что ее взгляд скользнул по мне. – Профессор, послушайте, я сейчас занят, – я услышала, как Лео огрызнулся. – Я не планировала отнимать много времени у такого занятого студента, – с сарказмом ответила профессор Тереза. – Однако я была уверена, что вы не хотите, чтобы некоторые особенности вашей работы и обучения стали достоянием общественности. Но если вы настаиваете, то не могу вам отказать. – Простите, профессор! – Лео сразу же изменился в лице, сделав максимально заискивающее и раскаивающееся выражение одновременно. – Я в любой момент готов пойти туда, куда вы скажете, чтобы обсудить недоразумение. Ага, профессор Тереза – это тебе не какие-нибудь простачки-учителя, готовые лебезить перед учеником из чрезвычайно влиятельной семьи. Я наклонила голову, чтобы волосы скрыли легкую ухмылку. А еще… Профессор отличалась просто отвратительным характером. То, что она на весь коридор не стала возмущаться на тему того, какой Лео бессовестный, говорило лишь о ее хорошем настроении или же исключительном порыве добродушия. Но Лео быстро исчерпал его, когда сказал о своей занятости, и даже чрезвычайно быстрая попытка исправить ситуацию не помогла. – Недоразумение, да? Как интересно вы называете попытку сдать мне работу, написанную не вами, – громко сказала профессор. – Это не совсем так… – То есть вы написали работу, но не смогли ответить ни на один вопрос по ней? Студент, возможно, вы потеряли память? Или больны? Мне стоит отвести вас в лекарское отделение, чтобы удостовериться, что вы находитесь в здравом уме и твердой памяти? – Нет-нет, профессор. Я в порядке. – И морально? – Разумеется, профессор. – Избави нас всех магия от вашей морали, если она в полном порядке после того, как вы посмели украсть чужую работу. – Я не крал! – Конечно, вы ее просто взяли. За мной, студент! Не отставайте. Подумаем, как можно решить ваш вопрос без отчисления. – Отчисления?! Вы не посмеете! – Я? Конечно, нет. А вот ректор – легко. Подождите, пока он вернется из командировки. Пара моих слов – и вылетите. И не рассчитывайте на имя и средства семьи, со мной это не работает! Я с огромным удовольствием смотрела, как профессор вместе с Лео уходят все дальше. Что ж, месть удалась. Жаль, что чуть позже за нее пришлось прилично заплатить. *** Я совершенно спокойно шла на урок по созданию магии, когда меня резко кто-то схватил за запястье и дернул в сторону. – Лео? – растерянно спросила я, глядя на парня. Очень злого парня. – Грейс-с-си, – Лео прошипел мое имя как самая настоящая змея. – А куда ты так торопишься? У тебя же нет занятий. – Факультатив. – Да-а-а? Какой? – По созданию магических плетений, – честно ответила я, с некоторым трудом высвобождая свою руку. – И зачем он тебе? Добавишь в свою хорошенькую головку еще больше теоретических знаний, которые совершенно бесполезны на практике? Я едва не закатила глаза. – Нет, они полезны. Очень полезны. Если ты в защитный барьер вплетешь свое собственное заклинание с учетом структуры и характера силы, то сможешь как укрепить его, так и продлить действие. А еще это полезно, если у тебя защитный фамильяр. Или даже не у тебя! Чтение структуры заклинаний позволит… – Все! – рявкнул Лео так, что я вздрогнула, хотя была не из пугливых. – Хватит твоих заумных словечек. Ты ведь не тупая, Грейси. Скажи, зачем ты это сделала? – Что? – Зачем ты меня подставила, а? – Я не понимаю… – Все ты понимаешь! – огрызнулся Лео, после чего выдохнул и положил мне руки на плечи, опустил голову и, посмотрев прямо в глаза, спросил: – Кто он? – Что? – Кто тебя подговорил? Ты, конечно, умненькая девочка. Не только в учебе, но и по жизни. Но в интригах полный ноль. В жизни не поверю, что это все – твоя личная задумка. А теперь скажи мне – кто тебе посоветовал меня подставить? И что он тебе предложил? Я моргнула раз. Потом второй. Вот же… Лео действительно верил в то, что сказал. Поразительно. – О, Грейси, не притворяйся! Думаешь, я идиот? Кого ты себе нашла? Роберто? Он все время на меня зуб точил. – Кто такой Роберто? – спросила я, выгнув бровь. – Боевик с последнего курса, рыжий такой… А, понял, не он. Ладно, говори кто! – Лео аж тряхнул меня за плечи. Да у меня так синяки останутся! Если уже не остались. – Да о чем ты говоришь? – я резко дернулась, скидывая со своих плеч чужие руки. Лео больше не тянул ко мне свои руки, лишь зло смотрел. – Грейси! Ты ведь подставила меня, отдав эту работу. Сложную, неоправданно сложную! Зачем так сделала? – Да я просто старалась, чтобы у тебя выше оценка была. Работа ведь была хорошей? – Слишком. В том-то и дело, Грейс. – Ты хоть представляешь, сколько времени я провела за тем, чтобы сделать ее такой? Ты хоть знаешь, как это было нелегко? И что? После этого ты меня обвиняешь? Неужели ты ее совсем не читал? Я ведь тебя просила! Каким образом я вообще осталась виновата в том, что ты даже не удосужился ее прочесть? – я вывалила все свое негодование на Лео. – Для тебя старалась. – Милая Грейс. Прекращай. Врать ты не умеешь совершенно. И ты, и я прекрасно понимаем, что я никогда бы не стал тратить время на то, чтобы написать работу такого уровня для какого-то местного профессора. Бесполезную теоретическую писульку, не имеющую никакой реальной ценности. Я вспыхнула. Серьезно? Он даже не видел саму работу, но смеет так говорить?! Я выдохнула. Посмотрела на Лео – покрасневшего, злого, взлохмаченного. Рассуждающего так презрительно о том, на что я потратила огромнейшее количество сил и времени. Да, из банальной мести, но разве это отменяет мой труд, мои старания и навыки? – Лео. Нам надо расстаться, – сказала я, понимая, что пора заканчивать этот фарс. – Даже если ты поймешь, какой бред эти все твои обвинения, я все равно не хочу встречаться с тобой. Ни реально, ни тайно. Никак. Я вообще не хочу иметь к тебе никакого отношения. Я говорила уверенно, хотя ощущала, что все внутри сжимается. Было не по себе – реакция Лео действительно заставляла меня напрягаться. Впервые я пожалела, что не взяла кого-то из девчонок-боевиков с собой. Но если бы я сейчас сбежала от Лео, то все стало бы еще запутаннее. Да и все свои неурядицы я давно привыкла решать сама. В конце концов, просьба о помощи чаще добавляет проблем, нежели решает их. – Расстаться? Ради кого ты меня планируешь бросить? Я едва не закатила глаза – неужели так сложно принять тот факт, что я не хочу с ним встречаться? – Ради самой себя, – ответила я. – Ты мне не нравишься. Более того, своим поведением ты вызываешь отвращение. – Этого не может быть, Грейс, – рассмеялся Лео. – Ты лжешь. – Ты ведь сам говорил, что я плохо лгу. Ну так посмотри на меня и ответь, сказала я правду или нет. Хотя… думай, что хочешь, просто оставь меня в покое. – Ты серьезно? Грейси… Ты серьезна и впрямь не лжешь. Но знаешь что? Ты еще об этом пожалеешь, – бросил Лео. – Ты уверен? – спросила я. – Почему я должна жалеть о том, что разорвала бессмысленные притворные отношения? – Бессмысленные? Это со мной-то? Для тебя, безродной девчонки, встречаться со мной даже тайно – большая честь. Ты ведь не думаешь, что вся твоя жизнь начинается и заканчивается в академии? Я думал, ты умнее. Считал, что ты хотя бы нашла себе покровителя. А ты всего-то… Грейси, неужели ты меня подставила, потому что обиделась? О, неужели дошло? Я усмехнулась. – А сам как думаешь? Знаешь, никто не станет жалеть о том, что отказался от отношений с тобой, – я не выдержала. – Большинство нормальных девушек, которые умеют думать и анализировать, никогда не станут встречаться с кем-то вроде тебя. – Но на что ты обиделась? Лео… все же немного идиот. Или у него слишком сильно искажено мышление. – Впрочем, это не имеет значения. И еще. Но когда я говорил о том, что ты пожалеешь, Грейси, то имел в виду совсем другое. Я покажу тебе разницу между двумя мирами – тем, который выдумала ты, идеалистка-отличница, и реальным. Ты еще спасибо скажешь. – Я бы предпочла обойтись без этой милости, Лео. Давай каждый оставит свой взгляд при себе. И я с удовольствием продолжу жить в своем маленьком выдуманном мирке, где, по крайней мере, есть понимание чести, искренности и отношений, основанных на чувствах, а не эфемерной выгоде. – Ну уж нет, Грейси, ты так легко не отделаешься. Ты первая влезла со своими принципами в мой мир, когда испортила мою работу. Ты ведь могла отказаться, но решила подставить меня. – Я? Тебя? – я рассмеялась. – Чем? Тем, что сделала прекрасную работу, которую ты не удосужился даже прочитать? – Не строй из себя невинную овечку. Тебе не идет. Но я знаю, что будет тебе к лицу. Проблемы и неприятности, – сказал Лео, рассмеявшись. – Жди их. Эксклюзивно для тебя, моя милая бывшая любовь. Лео вытащил из кармана круглый шар – артефакт телепортации – и разбил его о пол, исчезнув в клубах дыма. Пафосный придурок. Буквально через неделю я должна была признать: влиятельный пафосный придурок. Впрочем, влиятельной была его семья, а не он сам. Он сам всего лишь маленький мальчик, который умудрился опростоволоситься, но не смог в этом признаться, а потом начал доставлять неприятности совершенно ни в чем не повинному человеку. Мне. ---------- Глава 4 Глава 4 Все началось с урока по истории магии – моего любимого, между прочим. Профессор Ерестен, который славился любовью к дорогим артефактам и предвзятостью к плохим ученикам, внезапно начал заваливать меня вопросами. Сложными, очень сложными. Если бы я заранее просто из интереса не прочла учебники магии вплоть до четвертого курса, то я бы не смогла ответить ни на один вопрос. А так… – Вы неплохо подготовились, студентка, – сказал профессор Ерестен. – Думаю, вы заслужили высокий балл. По моему классу пронесся ропот. Не единожды: удивленные шепотки достались моим ответам на чрезвычайно сложные вопросы профессора. Ну да, высокий балл – хорошо. Но за такой уровень знаний любой преподаватель поставил бы высочайший! – Ты чем-то насолила профессору Ерестену? – спросила моя соседка по парте, когда я вернулась на свое место. – Не знаю, – шепотом ответила я, судорожно пытаясь сообразить, что же случилось. Это было важно! Базовый эффект любых заучек вроде меня – это прекрасные отношения с учителями. Даже с теми, у кого отвратительнейший характер. Разве можно не любить учеников, которые не только знают, но и почти что боготворят твой предмет? На шестом уроке, который проводила мисс Карина, приглашенная из столицы временная учительница, я убедилась – происходит что-то странное. Иначе как объяснить то, что уже трое преподавателей словно с цепей сорвались, демонстрируя поразительный уровень предвзятости и нелогичности, если не сказать неадекватности. Потому как даже при абсолютно идеальных ответах на ужасно каверзные вопросы я не получила высшую оценку. Не то чтобы нынешние оценки как-то могли испортить мой аттестат или же снизить стипендию, но все же хотелось бы справедливости. Догадка о том, что происходит, у меня была. И я получила ей подтверждение, когда увидела, как хорошо общаются мисс Карина и, конечно же, Лео, мой псевдобывший парень. Который, заметив мой взгляд, улыбнулся самым наглым образом, словно желал показать – да, все произошедшее не является стечением обстоятельств. Я улыбнулась в ответ. Снисходительно, стараясь вместить в свою улыбку всю жалость и презрение, которые испытывала. Судя по тому, как Лео разозлился, вышло у меня неплохо. Он всерьез думает, что такие глупости как-то на меня повлияют? Неужели считает, что в академии для меня самое важное – это высокие оценки? Хорошая успеваемость – это всего лишь побочный эффект от стремления к знаниям. Мне не было никакого дела до того, будут оценивать меня высоко или низко. Проходной балл я наберу в любом случае. А если уж совсем все станет плохо и меня захотят «завалить» на экзамене, то я всегда смогу обратиться к ректору. Будет сложнее: придется писать жалобу, созывать комиссию. Зато и оценка будет точнее. Так что Лео мог делать все, что захочет. Максимум, чего он добьется – это моего раздражения. Хотя, признаюсь, что через несколько дней таких происшествий просто раздражение я бы заменила на огромное. Мое внутреннее чувство справедливости бунтовало против подобного обращения со стороны некоторых учителей, причем даже тех, кого я ранее очень уважала. Вернувшись в общежитие после очередного неприятного урока, я устало вытянулась на своей кровати. – Грейс, тебя, кстати, вызвал к себе профессор, – сказала Эми, которая впервые за все время корпела над учебниками – готовилась к какому-то зачету. – Прямо вызвал? – спросила я, нахмурившись. Обычно вызывали действительно провинившихся студентов. Неужели Лео снова постарался? И как ему не надоело! – Что-то у тебя много проблем с учителями, – заметила Эми. – Все хорошо? Ты ведь отличница, тебя же учителя обычно обожают. Может, кто-то устраивает тебе проблемы? Я улыбнулась: сообразительная Эми, жаль только, что даже часть этой сообразительности она ленится использовать для учебы. – Даже если так, то что? – Я пожала плечами. – Тогда надо с этим разобраться! – тут же воскликнула Эми. – Эй, не смотри так. Есть много способов, например, я могу обратиться за помощью к своей семье. Или же попросить помощи у студенческого совета. Да и ты сама можешь сходить к кому-то из учителей или ректору, не так ли? – Не так. Как ты это представляешь? Ой, мне стали задавать больше вопросов? – усмехнулась я. – Или же пожаловаться на большую нагрузку? Но у кого она маленькая? К тому же, любой учитель может сказать, что делает это ради моего блага. Мо-ти-ва-ци-я, – пропела я с легким сарказмом. – Поверят ему, а не мне. – Зря ты так думаешь. Сама же знаешь, что у нас есть очень принципиальные преподаватели. И… – Эми, – я прервала страстный диалог. – Пока нет ничего, с чем бы я не смогла справиться сама. – Ты всегда так говоришь, – неожиданно нахмурилась девушка. – Мне кажется, что ты даже в самом крайнем случае не станешь ни к кому обращаться. – Если я могу сама, то зачем… – Нет! Грейс, нет ничего плохого в том, чтобы попросить о помощи. Даже если есть шанс, что ты справишься сама, даже если ты уверена, просить… Не так. Принимать чужую помощь – это нормально, понимаешь? Я кивнула. Не потому что была согласна, спорить было лень. – Надеюсь, что ты действительно так думаешь, – пробормотала Эми. – Кстати, а кто из профессоров меня зовет? – Профессор Тереза. Я удивилась. И напряглась. Мне она нравилась: грамотная, умная, отлично преподает, к тому же непредвзятая. Что еще может пожелать простая ученица вроде меня? Но в то же время ее характер был довольно сложен и специфичен. Даже я не могла до конца предугадать, что она выкинет, если что-то в ее занятии отойдет от нормы. То есть я понимала, что надо делать, чтобы она не злилась, но совершенно не знала, как себя вести, чтобы погасить ее гнев правильно. Судя по тому, что она все же вызвала меня на личную встречу, задуматься о том, как ее задобрить, стоило. В кабинет профессора я заходила с тяжелым сердцем. – Студентка Грейс Холлен? Заходите, не стесняйтесь, – сказала профессор, когда я робко постучала и всунула голову в учительский кабинет. – Да-да, конечно, – я кивнула и послушно зашла. Я вообще планировала быть очень послушной. Настолько, насколько это возможно. – Ты, наверное, удивлена, почему я тебя вызвала? Я улыбнулась и вежливо ответила: – Немного. В конце концов, профессор не вела у меня основные группы занятий, не была моим куратором, да и я на ее уроках еще ни разу не получала плохие оценки. А самостоятельно признаваться, что сделала за кого-то работу – верх глупости. Впрочем, профессор сама не стала тянуть резину: – Я знаю, что именно ты делала ту работу. – Простите? Женщина открыла ящик стола, вытащила оттуда мою работу и положила ее передо мной. Не швырнула и не стукнула о стол. Можно ли это считать положительной реакцией? – Только, пожалуйста, не отрицай. Не хочу тратить на споры время. Когда один совершенно ленивый и не слишком талантливый студент попытался выдать это за свою работу, то я сразу поняла, что что-то не так. Выяснить настоящего автора было не так уж сложно: достаточно запросить у библиотекаря информацию о том, кто брал несколько старых сложных книг, о существовании которых некоторые студенты даже не подозревают. Кое-какую информацию можно взять только оттуда. Я сглотнула. Я не понимала, что от меня хочет профессор. Мне извиниться? Или самой попросить какое-то наказание? – Да, это моя работа, – тихо сказала я. – Отлично! – профессор, кажется, обрадовалась. – Ты удивлена моей реакцией? Грейс, ты понимаешь, насколько ты талантлива? Да, это теория. Но теория, которая выглядит полностью жизнеспособной. Более того, такой и является. Я лично протестировала твою работу: немного доработок – и можно использовать повсеместно. – Это всего лишь сбор данных… – А также очень глубокий анализ данных, толковый сбор и, несомненно, очень свежие оригинальные выводы, – сказала профессор. – Поэтому я хочу, чтобы ты завершила эту работу под моим руководством. О. Меня, получается, даже ругать не будут? То есть меня позвали поработать? – А… – начала я и замолкла, понимая, что не знаю, как выразить мысль. – У студента Леонардо Гринскейла не будет к тебе претензий. Они у него уже есть. Я чуть криво усмехнулась, но ответила: – Я должна подумать. – Ах, я немного неправильно выразилась. Я знаю, что Леонардо Гринскейл решил продемонстрировать свой отвратительный характер и гнилое нутро. Я решу этот вопрос. – За то, что я закончу это дело? – спросила я, кивнув на стопку листов. – Нет, конечно. Такие дела я решаю по велению сердца и мрачности души. Хочется иногда поставить на место студентов, которые решили, что заслуги их предков дают им немного больше прав, чем другим. Отвратительное заблуждение, а таковые я люблю развеивать. Это было… неожиданно. Я даже растерялась, единственное, что получилось выдавить робкое и слегка неуверенное: – Спасибо. – Пожалуйста. А над тем, чтобы поработать со мной, подумай. Возможно, у тебя есть другие мысли. Или же, если хочешь, я могу связать тебя с другими учителями, чтобы они помогли тебе с твоими идеями. Но только после меня. – Спасибо, – повторилась я. – Тогда я могу идти? Подумать. – Можешь. Только хочу предупредить. Я смогу решить вопросы с постоянными учителями – больше никаких проблем не возникнет. – Я удивлена, что с ними вообще возникла проблема. Никогда не думала, что учителя академии настолько… – Подкупны? – улыбнулась Тереза. – Лишь частично. Все дело в грамотных слухах и намеках. Никто бы не посмел обижать ученицу лишь по науськиванию аристократа. Но если этот аристократ будет жаловаться, что какая-то ученица вместо того, чтобы учиться, начинает его буквально преследовать? Питая вполне себе однозначные планы выйти замуж за богача, чтобы хорошо устроиться? Я недоверчиво покачала головой, словно не веря, как можно было разносить такой бред?! – Какая же… глупость, – не выдержала я. – Полная, – подтвердила профессор. – Однако в нее поверили. Впрочем, ненадолго. Я разберусь с этим недоразумением. Но со временными или же с кураторами практик могут возникнуть проблемы. У тебя же как раз будет практика, да? Будь, пожалуйста, осторожна. Профессор Тереза оказалась права. Стоило мне открыть свой лист по практике, я поняла, как влипла. ---------- Глава 5 Глава 5 Практика у второкурсников – это одна из самых интересных частей в учебе. Для меня, по крайней мере, как бы кто саркастично ни высказывался о магах поддержки, называя теоретиками и вспомогательными магами, которым не нужно особо стараться. В конце концов, без нас боевые маги могут обойтись только в двух случаях: когда сражение слишком простое или очень быстро смертельное. Если предстоит сложный бой, особенно связанный с гигантскими монстрами, то без магов, способных усилить заклинание или создать щит, боевикам придется туго. Мне нравилась теория магии поддержки, однако куда больше я любила практику. Просто пока у меня, второкурсницы, было не так много возможностей применить свои навыки на деле. Все, что я могла, – это время от времени просить учителей предоставить мне тренировочный зал, чтобы я призвала своего фамильяра и вместе с ним потренировала установку щитов. Не так давно я еще пробовала видоизменять щиты, но выходило не особо хорошо. И учиться было не у кого – создатели заклинаний были еще менее популярны, чем маги поддержки. Хотя вроде бы сейчас все это стало потихоньку изменяться благодаря невероятно одаренной создательнице магии и новой преподавательнице из столицы. Но пока я не могла к ним обратиться: мне нужно было поднять свой основной профиль на должный уровень. А чтобы это сделать, необходимо было не только усиленно изучать теорию, но и пройти практику. Хорошую, качественную практику вместе со студентами-боевиками или хотя бы магами-погодниками, которая занимала бы не одну неделю. Так обычно и бывало. К сожалению, сейчас было необычно, потому что вместо нормальной практики мы, маги поддержки, получили абы что. Во-первых, куратора, Майкла Рунса, который даже не был магом поддержки. Во-вторых, место практики, которое больше подходило исследователям, нежели нам. – Руины? – растерянно спросила я у куратора практики, когда мои одноклассники вышли из кабинета и мы остались вдвоем. – Именно, – кивнул он, не глядя мне в глаза. Майкл был младшим преподавателем, всего пару лет назад закончил академию магии в совершенно другой стране, а теперь приехал преподавать сюда. Ходили слухи, что он находится под протекцией какой-то известной аристократической семьи. И, кажется, я даже могла назвать какой. – Зачем мне, магу поддержки, следовать в руины? Тем более заброшенные. Разве это место практики не для магов-исследователей? – спросила я, решив, что не время стесняться. – Вполне подходит и для магов поддержки, – ответил он. – Студентка Грейс Холлен, распределение по местам практики осуществляется мной, куратором. Вы хотите сказать, что у вас больше опыта и знаний, чем у меня? Решил надавить на меня авторитетом? Я улыбнулась. Поправила специальные очки, которые надевала, когда приходилось много-много читать, и сказала: – Я говорила лишь о том, что место практики не соответствует моей специализации. В руинах, куда вы меня отправляете, нет возможности применить знания. К тому же, маги поддержки существуют в связке с боевыми магами. Но подскажите, пожалуйста, где закрепленный за мной боевой маг? Хоть кто-то? – За вами будет закреплен Брегос. – За мной и еще за двумя магами поддержки. А нам для тренировки нужен индивидуальный. – Индивидуального боевого мага, адептка, вы получите, когда начнете работать. А академия предоставляет вам те ресурсы, которые считает необходимыми. Не понимаю, с чего такая наглость. Даже аристократы не претендуют на особые условия, а вы привыкли пытаться откусить сразу побольше? Все решено. Не нравится – жалуйтесь ректору, – зло сказал Майкл и, подхватив свою учительскую папку, быстро покинул кабинет. Я скрипнула зубами. Мне хватило всего нескольких секунд, чтобы понять, откуда растут ноги. Лео. Иначе зачем преподавателю так со мной разговаривать? А еще я догадывалась, зачем Лео так поступает. На практике нет конкретных оценок, задание выдается преподавателем и оценивается исключительно двумя отметками: выполнено или нет. И если не выполнено… Практику почти никто и никогда не проваливает, но если все же каким-то образом так вышло, то пересдать практически невозможно. Лео знатно постарался, чтобы мне насолить. А еще подставил моих одноклассников. Им-то ведь тоже надо как-то тренироваться! Причем не все из них – энтузиасты учебы, способные использовать свои теоретические знания в практических целях. Впрочем, когда подошло время практики, я поняла, что зря так думала: большинство моих одноклассников не беспокоились о неподходящей практике. Некоторые даже радовались. Я иногда забывала, что на факультет поддержки поступали совсем не из любви к поддерживающей магии. Для некоторых обучение этой магии – всего лишь способ будущего заработка, не больше. И поэтому единственное, что у некоторых адептов вызвало раздражение – это то, что руины находились глубоко в лесу и до них пришлось идти пешком, что изрядно измотало всех, за исключением боевых магов. Боевики, кстати, были абсолютно не в восторге от практики. Они-то, небось, рассчитывали выбить всю дурь из монстров или, на крайний случай, поучаствовать в дуэли друг с другом, а не охранять слабых магов, следя за тем, чтобы те не самоубились в руинах. – Все собрались? Никто не отстал? – куратор выглядел не очень довольным, но вел себя профессиональнее, чем я думала. – Отдохните, пока я установлю артефакты для предотвращения пробуждения древней магии. И вы сможете приступить к долгожданной практике. Ага, очень. Все мы видели кислые лица боевиков и не очень довольные некоторых магов поддержки, которые понимали, что мы потратим время впустую. И в тоже же время, как только куратор покинул небольшую полянку, кое-кто нашел виноватую. Меня. Брегос, студент четвертого курса. Я его не знала, но запомнила имя и магический слепок в предоставленных для подготовки материалах по практике. – А ты чего такая довольная? – неожиданно Брегос обратился ко мне. – Что? – удивилась я. – А то! Делаешь вид, что ты не имеешь никакого отношения к тому, что у нас будет отвратная практика, да? Недоуменные тихие вопросы тут же разнеслись среди учеников. Я стиснула зубы и выдавила из себя улыбку: – Не понимаю, о чем ты. Хотя поддерживаю – с практикой не повезло. – Не притворяйся. Как будто мы не знаем, что из-за твоей ссоры с учителем возникли проблемы! – С каким учителем? О чем ты? – С таким. С куратором. Из-за тебя мы все влипли – и твои одноклассники, и мы, сопровождающие вас маги. Может, хотя бы извинишься? За что? За то, что не боевой маг и не могу тебе вмазать за ахинею? Нет, она-то частично права, но истинный виновник твоей отвратной практики – Леонардо Гринскейл. Вот с ним и разбирайся! Хотя сомнительно, что Брегос решится даже сразиться с ним на официальной дуэли, не говоря уже о чем-то другом. – Брегос! – Мария крикнула резко. – Откуда ты это взял? О, заместитель старосты. Тот человек, который списывал у меня реже всех. Но все же списывал. Не зря делилась конспектами лекций и домашними заданиями! – Что? – Откуда ты взял, что нас отправили в руины из-за Грейс? Или о том, что она ссорилась с профессором? – Так об этом всем известно. – Кому всем? И почему в эти «все» не входим мы, а? Или ты услышал какие-то сплетни, а теперь распространяешь? Просто так? – Мария уперла руки в бока и резко приблизилась к Брегосу. – Или ты сам что-то там нарушил, а теперь ищешь виноватых? К сожалению, эпичное словесное сражение нахального Брегоса и чрезвычайно умной и острой на язык Марии было прервано – вернулся куратор. – Студенты! Заканчиваем споры, время практики вам не шар-тянучка. Ваша практическая задача – пересечение руин. Одна из важнейших задач мага – это умение двигаться по непривычной территории: внутри замков, лабиринтов, руин… И такая тренировка важна. Для первокурсников, например. Но не для тех, кто должен отрабатывать свои практические навыки! Я с трудом подавила недовольство и продолжила слушать куратора. – Перед вами остатки Аренсийской академии магии. Эта академия была одной из первых в мире и самой первой в нашей стране. Она заложила основные правила, выходцы из этого места написали много книг, на которые мы ориентируемся до сих пор. Во время нашествия монстров, которые порядка сотни лет назад случались довольно часто, академия рухнула. Кто скажет почему? Ведь внутри были высококлассные маги. Я подняла руку – видимо, никто не удосужился изучить информацию заранее. Получив разрешение от куратора ответить, я сказала: – Из-за артефакта. Один маг хотел, чтобы бегущие монстры полностью исчезли, поэтому использовал древний артефакт. Но ошибся в заклинании, в результате чего произошла магическая катастрофа, уничтожившая как монстров, так и магов, однако совершенно не зацепившая само здание академии. Выживших не нашли. – Был ли смысл искать? – усмехнулся Брегос. – Был. В книгах об академии описывалось несколько особых мест, которые могли защитить от любого магического воздействия. Маги-исследователи нашли с десяток, однако все эти места были пусты. Но до сих пор никто не знает, все ли отыскали и проверили. – Да, – куратор кивнул. – Это одна из причин, по которой эти руины все еще рассматривают в качестве места практики. В них есть следы магии. Поэтому и устанавливаются артефакты. - Но разве в этих защитных местах можно выжить? – Вполне. Сто лет назад была совершенно другая магия. И еще. Если вдруг обнаружите в руинах зал призыва – обязательно воспользуйтесь. Сохранились записи о призыве древнего фамильяра, исполняющего желания. За это получите высшую оценку. – А обычную? – спросила Мария. – Просто за прохождение руин от входа до выхода по примерному маршруту. И не забудьте разбиться на команды: один боевой маг и трое магов поддержки. – А как будем разбиваться? – спросила Мария. – Жребий, – ответил куратор и вытащил небольшой мешочек с шариками. – Кому какой цвет достанется, тот и пойдет в команду боевика. Брегос получил красный шар, а двое других студентов – зеленый и синий. Как и ожидалось от моей никчемной удачи, вытянула я красный. Мы с Брегосом переглянулись и одновременно скривились. Он – от непонятной мне ненависти, я – от ощущения неудачи. *** Коридоры бывшей Аренсийской академии выглядели обычно для заброшенной академии: пыльные, тихие и слегка разрушенные. Впрочем, укрепляющих артефактов понапихали огромное количество, бояться, что рухнут, не стоило. Мы втроем шли следом за Брегосом, который постоянно сверялся с картой. Мне он ее даже подержать не дал – просто вырвал из рук, заставив лишь тяжело вздохнуть. А ведь я могла помочь, потому что легко запоминала что-то подобное. Брегос уверенно повернул налево, дошел до лестницы и начал спускаться вниз. Миэль, невысокая одногруппница, отличавшаяся повышенной робостью, заторопилась, словно боялась, что нас тут бросят. И ожидаемо споткнулась, едва не полетев кубарем вниз. – Какого? Вы хоть ходить умеете?! – возмутился Брегос. – Не хочу слышать от того, кто не может позаботиться о беззащитных магах, – ответил второй мой одноклассник – высокий парень со странной фамилией. – Миэль, ты как? – Кажется, подвернула ногу. – Тц. Серьезно? Теперь прерывать практику и получать пересдачу?! – Не стоит. Я отведу Миэль обратно, мы тут рядом со входом, а вы продолжайте. Вот так, толком не отойдя от входа, мы с Брегосом остались вдвоем. Кажется, удача от меня окончательно отвернулась, решив, что красного шара ей недостаточно. Следовать за молчавшим Брегосом было неприятно. Боевики были разными, но столь откровенное презрение по отношению к коллеге мало кто допускал. В конце концов, нас нередко вызывали в качестве помощников на экзамен. То есть боевика могли вызвать к поддержке. И наоборот. При этом оценивали кого-то одного. Если бы один из магов решил испортить второму оценку, то ему бы легко это удалось. Поэтому боевики ворчали, вели себя не самым лучшим образом, однако откровенно плохого поведения не допускали. Брегос молчал всю дорогу. Я тоже. До тех пор, пока мы не достигли очередного спуска вниз. Точнее, двух. Брегос свернул направо, я же помнила, что правильный путь должен был идти по левой лестнице. – Нам не туда, – заметила я. – Какая разница? Эта лестница идет вниз. И не суть важно, с какой стороны мы пойдем. – Если бы не было важно, то на карте ничего бы не отмечали, – возразила я. – Можешь идти туда, куда хочешь, – рявкнул Брегос и начал довольно быстро спускаться вниз. Я выругалась и попыталась его догнать. В руинах лучше полагаться на боевика с картой, чем на свою правоту! Добежав до последних ступенек лестницы, я поняла, что боевика нигде не видно. Прекрасно. Меня оставили одну. Брегос – мудила. Надо будет узнать потом, не дружит ли он с Лео. Один сорт мудаков, я прям вижу! Я пробормотала про себя не самые хорошие пожелания в сторону Брегоса и стала аккуратно пробираться вдоль коридора. Незнакомая местность напрягала. Я была без карты. И хотя запомнила первую часть пути, но сейчас не могла соотнести ее с тем местом, по которому шла. Нехорошо. Я остановилась и задумалась, что делать дальше. Было три варианта: идти дальше, пытаться вернуться назад или же выпустить сигнал и оставаться на месте. Все три выглядели плохо. Недолго думая, я выбрала сигнал как более безопасный, пусть и невыгодный способ. Достала артефакт, сжала его и с некоторым ужасом осознала – никакого эффекта не было. Сигнальный шар должен был мигнуть и издать тихий звук, но тот, что у меня был в руках, попросту рассыпался, не отправив никаких сообщений куратору. Спокойно, Грейс, спокойно. Это просто безобидные руины. Что я могу сделать? Я задумалась. А потом едва не захлопала в ладоши от пришедшей в голову идеи. Да, брать с собой уже призванных фамильяров запрещалось. Однако кто говорил, что я не могу призвать новых? И фамильяр прекрасно меня сможет выручить. Осталось лишь найти зал призыва. Будь я обычным магом, то ничего бы не смогла сделать. Но я была создательницей заклинаний, а потому видела потоки магии и по ним попытаться найти нужное место. Что ж, спустя час я могла уверенно сказать: это было сложно. Но не невозможно. Потому что сейчас я стояла прямо перед входом в зал призыва. Зал призыва был круглым и неожиданно хорошо сохранился. Вдоль стен стояли высокие каменные колонны, расписанные рунами, между которыми темнели пустые ниши. Круг призыва. Как ему и полагалось, находился в центре. Если моя интуиция создателя заклинаний меня не подводила, то круг был качественным и безопасным. Что ж, надо призвать фамильяра. Интересно, будет ли это фамильяр, исполняющий желания? И что мне тогда загадать? Я осторожно вошла в зал призыва, готовая в любой момент сбежать. Но было тихо и спокойно. Сам магический круг выглядел иначе: сложнее, объемнее, но, как ни странно, стабильнее. Я обошла круг, присматриваясь к движению магии, и заметила едва различимый символ у самого края. Выбор у меня невелик, конечно. Присев, я коснулась круга ладонью и направила внутрь свою магию. Круг жадно поглотил ее, а затем вспыхнул мягким золотистым светом. Один за другим загорелись древние символы, по залу пронесся порыв ветра. Все шло как обычно, но меня не отпускало чувство, что что-то не так. И в какой-то момент я поняла что. Магия из меня уходила быстро, очень быстро! Словно я пыталась призвать не малыша-фамильяра, а какого-то чрезвычайно сильного и могущественного. Но прерывать ритуал было слишком поздно. Я вложила почти все силы, упав от усталости. Центр вспыхнул, и там кто-то появился. Как только магические постэффекты развеялись, я увидела… Мужчину. Красивого высокого брюнета, который был старше меня, но не то чтобы намного. ---------- Глава 6 Глава 6 Вот так я и влипла в ситуацию с этим очень странным мужчиной, который принял меня за проводника в иной мир, а сейчас рассматривал внимательно. Было неловко и немного страшно. Поэтому, как только Эйден встал и сделал шаг в сторону, я резво вскочила на ноги и отошла подальше. – Ты… испугалась? Меня? – удивился он, глядя на мои действия. – Я пугаю? Ты меня боишься? – Ха-ха. Нет, конечно, – нервно улыбнулась я. – Мы вдвоем в руинах, ты вылезаешь из непонятного камня, приближаешься ко мне и вообще ведешь себя странно. Конечно, я совсем тебя не боюсь. С-совсем! На последнем слове я нервно икнула. – О. Понял. Так, если я скажу тебе не бояться, то, подозреваю, бояться ты не прекратишь, – заметил парень. – Тогда… тогда что мне сделать? Я могу сесть подальше и подождать, пока ты покинешь зал призыва. Или выйду в коридор. Или, если хочешь, можешь меня связать. – Связать? – я моргнула и от неожиданности ляпнула: – У меня другие предпочтения… – В целом, у меня тоже. Но, увы, не так много идей, как успокоить тебя. Вот, можешь воспользоваться вот этим, – сказал Эйден, вытаскивая наручники из чистого серебра из пространственного кармана. Древние наручники, причиняющие боль магу, зато связывающие его надежно. Сейчас такие использовали исключительно для преступников. Почему он носит их с собой?! – Эм… – О, точно. Я сам их надену, а тебе отдам ключи. Подойдет? Я понимаю, что ты совсем не хочешь ко мне приближаться, – с этими словами Эйден начал расстегивать наручники, видимо, чтобы надеть их на себя. Я действовала быстрее, чем успел все продумать: – Не надо! И подскочила к Эйдену, хватая того за руки, чтобы не позволить использовать эту гадость. – Что? – Не нужно, это же больно! Нельзя, у нас запрещено носить такие наручники, если ты не преступник. Ты же не преступник? – Нет. Но как я тогда докажу, что безопасен? Может, я могу что-то для тебя сделать? – спросил Эйден. Я задумалась. По идее, хоть этот человек и казался мне довольно странным, но он был вежлив и обходителен. Если бы у него было желание сделать что-то нехорошее, подозреваю, он бы это давно сделал. Однако он терпеливо ждал моего ответа, не пытался подавить или действовать из позиции силы. Да даже голос ни разу не повысил. – Помоги мне выбраться отсюда. Ты ведь знаешь эти руины? – Руины. Да? – Ох, извини! – я тут же попыталась исправить ситуацию, хотя было поздно. Если хоть на секунду представить, что может пережить человек, который предположительно заснул сто лет назад, а сейчас проснулся в другой эпохе, где навряд ли остался кто-то близкий… – Все в порядке. – Но… – Все в порядке, Грейс. Я ведь могу называть тебя просто Грейс? – Да. Тогда Эйден? – Точно. Грейс, скажи, если вдруг вылезут монстры, ты сможешь поддержать мою магию? – тихо спросил Эйден. – Смогу. Но в этих руинах больше нет монстров. – Нет? – с удивлением спросил Эйден, а потом ярко улыбнулся: – Значит, заклинание учителя сработало. Видишь ли, перед моим заточением на академию напали монстры. Шансов выжить было не так много, поэтому мой учитель активировал древний артефакт, уничтожающий монстров. К сожалению, у него был побочный эффект… Я замерла. Значит, артефакт использовали сознательно? И в истории есть искажения? Кажется, Эйдену надо будет обязательно поговорить с ректором, чтобы исправить недоразумения. – Погибли все маги? – тихо сказала я. – Именно. А я… я выжил, потому что учитель запихнул меня в единственное место со стазисом. И я провалялся там, судя по всему, сотню лет, да? – Мне жаль… – тихо сказала я. – Что тебе пришлось все это пережить. – Жаль? – рассмеялся Эйден. – Не жалей меня. Я уже с жизнью попрощался, а тут такой подарок. К тому же, я заснул не сразу. И успел смириться как со смертью знакомых магов и учителя, так и со своей. Ладно, давай выведем тебя из этих руин. Как ты вообще сюда забрела? – Заблудилась, – сказала я полуправду-полуложь. – О, это не проблема. Тут есть короткий путь. Хочешь, покажу? – спросил Эйден. Он все еще держался от меня на некотором расстоянии. Не сторонился, нет. Наоборот, будто бы старался выдерживать максимально комфортную для меня дистанцию. Эйден уверенно пошел к выходу, после чего свернул направо и остановился около абсолютно обычной стены, положил на нее руку – и в коридоре раздался голос: – Адепт Эйден. Доступ к коротким путям закрыт из-за семи незарегистрированных дуэлей. – Пяти, – поправил Эйден. – Вы должны были все уже открыть. – Зарегистрировано семь. Ограничения действуют еще пятьдесят лет. – Двое противников не пришли. Это не считается. Снимай. Артефакт не ответил. – Ха-ха, кажется, придется выбрать длинный путь, – неловко улыбнулся Эйден. – Она всегда была злопамятной. Я нарушал правила исключительно на первом курсе. Все же первокурсники немного бесбашенны, да? – Пф-ф-ф, ха-ха, – не выдержала я. После такого ответа артефакта, кажется, я окончательно успокоилась. Эйден на мой смех не обиделся, только пожал плечами и предложил следовать за ним. А мы в руинах подзадержались. Когда я вышла к месту, где нас должен был ждать куратор, то поняла, что прилично превысила среднее время, отведенное на прохождение практики. А также осознала, что никого, кроме куратора и Брегоса, нет. Отправил обратно студентов в академию, чтобы сообщить о случившемся? – Вы бросили небоевого мага в руинах! Без артефакта. Я не хочу обсуждать, каким образом вы умудрились отдать ей неактивный артефакт вместо правильного. Этим займется комиссия по проверке ваших действий. Не хочу слышать оправданий, – голос куратора Майкла звучал довольно зло. – Какая бы у нее ни была репутация, как бы ваш друг Лео ни ненавидел эту девушку, вы за нее отвечали. А кем она являлась по сути – охотницей за богатыми женихами или же интриганкой – дело последнее, когда мы говорим о работе и руинах. Я покраснела. Вот эти слухи мне не нравились больше всего. От обиды даже слезы на глаза навернулись – в конце концов, что я этому Лео сделала, а?! Но я взяла себя в руки достаточно быстро. И попыталась утешиться тем, как зло учитель Майкл отчиывал Брегоса. Надо же, я думала о нашем кураторе слишком плохо. Видимо, для него все же слишком большая разница между тем, чтобы насолить адептке с плохой репутацией, и подвергнуть ученицу опасности. – Слушайте, она вела себя странно. Вместо того, чтобы идти за мной, словно специально замедлялась, как будто планировала отстать от меня, чтобы подставить! – Студент Брегос… – мой куратор тяжело вздохнул, словно не находя что сказать. Что ж, он не нашел, зато я найду. Надо только подумать, как правильно сказать, чтобы меня не выставили глупой страдалицей. Впрочем, кое-кто меня опередил. Эйден. И его слова звучали куда более весомо и тяжело, чем могли бы прозвучать мои: – Она отстала от тебя или же ты шел так быстро, что тебя не смогли догнать? – Что за глупости?.. – Глупости – это когда боевой маг не может уследить за магом поддержки. Или внезапно теряет его из вида, потому что тот слишком медленно идет. Тебе не кажется, что это называется немного иначе? – Что… – Это называется бросить мага поддержки одного без какой-либо поддержки, – закончил Эйден. – А ты, собственно, кто? – возмутился Брегос. – Это немного долгая история, – вмешалась я, пока Эйден ничего не наговорил. – Он студент пятого курса Аренсийской академии. – Что? У тебя в руинах мозги расплавило окончательно? – фыркнул Брегос. – Студент Брегос, замолчите, – резко оборвал его куратор. – А вы, Грейс Холлен, объясните все подробнее. В частности, меня интересует то, каким образом тут появился студент из академии, которой не существует уже сотню лет. ---------- Глава 7 Глава 7 – После того, как студент Брегос слишком быстро ушел и вы не смогли его догнать, вы увидели зал призыва и попытались вызвать фамильяра, чтобы безопасно выбраться из руин. Но вместо этого совершенно случайно разрушили заклинание стазиса и разбудили студента Эйдена, который спал уже сотню лет? – Верно, – ответила я, вставая перед Эйденом. Если вдруг учитель решит напасть на Эйдена, то я успею выставить барьер и помочь Эйдену сбежать. Все же он меня спас, так что долг платежом красен. – Это… чрезвычайная ситуация, – пробормотал наш куратор. – Я… я должен связаться с ректором. И с профессорами. Говорите, вы были студентом Аренсийской академии магии, верно? Попали под древнее заклинание стазиса и провели в таком состоянии все это время, пока наша студентка вас не разбудила? Фух, кажется, куратор не планировал нападать. – Да, именно так, – сказал Эйден и попытался выйти из-за моей спины, что я, естественно, не дала ему сделать. – Постойте пока тут. Брегос, присмотри за Грейс. И не вздумай никуда уходить, – сказал преподаватель, не скрывая своего не самого доброго отношения. Ну да, бросить беспомощного товарища в руинах, когда ты являешься боевым магом, – серьезный проступок. И Брегос одним выговором не отделается. – Хорошо. Куратор выхватил артефакт связи и отбежал куда-то в сторону. А я наконец выдохнула. Глянула на Брегоса с кислым лицом и, взяв Эйдена за рукав, потянула его подальше от боевика. Лишь отойдя на значительное расстояние и убедившись, что Брегос за нами не следует, выдохнула. Я подняла голову и столкнулась с удивленным взглядом Эйдена. – Что такое? – спросила я. – А что ты тогда делала? – спросил Эйден. – Когда? – Когда мы разговаривали с твоим учителем? Ты меня заслонила. Почему? – Что почему? Чтобы он случайно на тебя не напал, – ответила я. – Интересно, – ухмыльнулся Эйден. – Нет, даже поразительно. – Что поразительно? – Поразительно то, что ты, совершенно не боевой маг, заслоняешь боевого. Поразительно глупо. – Я ставлю хорошие щиты, – честно сказала я. – У меня фамильяр – дух-щитовик. Так что я вполне смогла бы тебя защитить. Эйден поднял руку, прислонив кулак к губам, и откашлялся. Нет, издал смешок. – Что смешного? – обиженно спросила я. – Ничего. Ты очень милая. – Я заучка. Заучки не бывают милыми, – фыркнула я. – Милая заучка, – улыбнулся Эйден. – Очень милая заучка. – Эй, вы что там шепчетесь? Не уходите из поля зрения! Ты слышала, что сказал куратор, да, Грейси? Я поморщилась. – Он тебя обижает? – шепотом спросил Эйден, кивая в сторону Брегоса. Я задумалась. Неужели хочет проучить Брегоса? Иногда боевикам только дай повод сразиться. Но Эйден не показался мне таким, скорее наоборот – будет драться, только если нет выхода. С одной стороны, я была бы не против, чтобы этому заносчивому боевику влепили не только выговор, но и пару ощутимых пощечин. Я-то не могла. С другой, если Эйден это сделает, то у него наверняка будут неприятности. – Нет, – ответила я. – Я просто с ним не лажу. – Почему? – Потому что я маг поддержки, а он – боевик. Эйден посмотрел на меня очень странно, как будто я сказала полнейшую глупость. – Кажется, что за то время, что я спал, изменилось слишком многое. Раньше боевики и маги поддержки работали в связке. Сейчас иначе? – Мы все еще работаем в связке, но востребованность разная. Если сравнивать времена сейчас и сто лет назад, то я могу сказать, что влияние фамильяров усилилось, а сила монстров – ослабла. И сейчас нет такой острой необходимости в магах поддержки. Поэтому и отношение изменилось. – Настолько, что тебя бросили в руинах на практике? – Это… это личное, – ответила я. Если он продолжит расспрашивать, то я понятия не имею, что ему сказать. Но в свои злоключения точно посвящать не буду. К счастью, Эйден послушно кивнул. – Расскажи про свою академию, – попросил Эйден. – Не про то, что изменилось за сто лет? – Не думаю, что у нас столько времени, чтобы я смог узнать обо всех значимых переменах. А так я хотя бы буду примерно понимать, как себя вести. В конце концов, я ведь не знаю, как изменились сейчас нравы. Пока куратор там что-то выяснял, а я говорила столько, что стала осипать, Эйден внимательно слушал. - Понял. У меня вопрос: если ваша академия не является таким уж опасным местом, то каким образом ты оказалась одна в руинах? Я чуть ухмыльнулась. Я-то думала, что Эйден не станет мне докучать с этим вопросом, а он просто решил зайти с иного угла. – Послушай… – Нет, подожди, Грейс. Я не хочу тебя расспрашивать, однако я сейчас нахожусь в довольно уязвимом положении. Я силен как маг, но сейчас я даже не знаю, есть ли у меня какая-то власть или средства. Но чего точно нет, так это достаточных знаний об этом мире. И пока я могу доверять только тебе. – Думаешь? – Знаю. Ведь именно ты пыталась заслонить меня от своего куратора. Это было глупо, но мило, – тихо сказал Эйден. – Я оценил. – Глупость? – спросила я, чувствуя смущение. – Честность и готовность помочь. Знаешь, в мое время маги поддержки были немного другими. Более… эгоистичными. Ты же кажешься другой. Мне редко доводилось слышать такие откровения. В конце концов, изо рта Лео – моего единственного парня, к тому же фальшивого – вырывались довольно сомнительные комплименты. - Кажусь… – Я пока тебя не знаю. Но пойми меня правильно. Я не смогу доверять никому, кроме тебя. И если тебе вдруг что-то грозит, то я бы что-то хотел предпринять. Скажи, Грейс, как ты смотришь на то, чтобы мы заключили с тобой небольшое соглашение? – вкрадчиво спросил Эйден. Я нахмурилась: – Не очень. Пойми правильно. Я не знаю тип магии, который ты используешь… – А, – Эйден улыбнулся. – Не волнуйся, это одностороннее соглашение. Оно позволит мне защищать тебя в любых ситуациях, когда ты окажешься в опасности. – А я? Что за это должна буду я по договору? – Ничего, говорю же – односторонний договор. – Тогда это вроде как и не договор, если один получает что-то надежное, а второй – просто должен довериться словам. Почему такое странное условие? – Нечестное, да? – усмехнулся Эйден, глядя в сторону. – Обычно так и есть, но сейчас такой вариант – единственно правильный и удобный для меня. Все, что тебе нужно, – не отказываться. В этом договоре всего одна фраза, нечего бояться, понимаешь? Если слова обычные и понятные, то опасности нет – так устроены все эти контракты. – Понимаю, – кивнула я. – Тогда давай. – Позже. У них будет меньше вопросов к тебе и ко мне, если я покажу эту связь. Просто не отказывайся, когда услышишь магические слова, хорошо? – Хорошо, – кивнула я. *** Вот так я оказалась в кабинете ректора вместе с Эйденом. Самого ректора не было, поэтому нас принимал его временный заместитель – один из самых старых и почитаемых учителей, Арнольд Кранц. Он был настолько же могущественен, насколько стар. Борода была длинной, густой и полностью белой, а брови – тоже белые – настолько густыми, что частично закрывали глаза, делая этого человека похожим на добродушного старичка. Когда мы вернулись в академию, именно Арнольд Кранц встретил нас и предложил пройти за ним. Разумеется, только Эйдену, меня же хотели отправить в общежитие, однако меня тут же схватили за руку. – Я не доверяю никому, кроме нее, –сказал Эйден. – Пусть Грейс будет рядом. Ты же можешь? – Если нужно, – ответила я. Я ему была должна за руины. По крайней мере, я старалась убедить себя, что настоящая причина именно в этом, а не в том, что рядом с этим боевым магом я чувствую себя очень спокойно. – Но у нас состоится довольно личный договор, а студентка Грейс Холлен – посторонняя. К тому же серьезное дело… – Тогда мы решим этот вопрос, – кивнул Эйден. – Грейс Холлен. Как маг поддержки примешь ли ты мою защиту? Это и есть магическая клятва? Просто принять защиту? Одна фраза, которая не накладывала на меня абсолютно никакой ответственности. Прямая чистая магическая линия без каких-либо скрытых нитей. Давно я не видела такие простые и такие односторонние договоры. Чистые. – Да, – ответила я. В тот же миг тонкая полупрозрачная нить магии обвила мое запястье и замкнулась вокруг него ровным прозрачным браслетом. После магия плотно прилегла к коже и как будто впиталась внутрь. Я успела заметить короткую вспышку, после чего свечение исчезло, не оставив никакого следа. – Что вы?.. – начал профессор Арнольд, но тут же вздохнул: – Я все понял. Что ж, идемте, поговорим. Все вместе. Вот так я и оказалась в кабинете. Большую часть разговора я пропустила мимо ушей, прислушалась лишь тогда, когда Эйден заговорил о своем прошлом. – Вам нужен магический лекарь? – спросил профессор Арнольд. – Не смотрите на меня так. Другая эпоха, почти что другой мир, а вы потеряли всех знакомых. – Все в порядке. В моем организме до сих пор заклинание стазиса, которое заморозило все мои чувства в отношении близких. И пока я его снимать не буду. Если что, Грейси, ты сможешь посоветовать мне хорошего лекаря? – Да, конечно. – И кого же? – спросил профессор Арнольд. – Мы ведь не можем опозорить нашу академию... – Лина Вейл. Тихая, спокойная и выдержанная, никогда лишнего слова не скажет. И лечит идеально, – сказала я, вспоминая свою аномально спокойную знакомую, настолько добрую, что мне иногда даже не верилось, что такие люди существуют. У нее хватит такта и доброты, чтобы никоим образом не навредить Эйдену. – Хорошо, хорошо. Ах да, адепт, вы так и не назвали ваше полное имя. К какому роду вы относитесь? Ваше полное имя. – Эйден Виннерстоун. Профессор охнул: – Виннерстоун?! Они же все умерли или пропали без вести, а их родовое поместье запечатан уже целый век! Эйден улыбнулся и ответил: – Почему же без вести, если я нашелся? ---------- Глава 8 Глава 8 Мы вышли из кабинета ректора. Я устало ссутулила плечи, чувствуя себя не самым лучшим образом. – Все хорошо? – спросил Эйден. Он выглядел очень невозмутимым для человека, который только что едва ли не прошел допрос. И не только допрос. Если бы мне сказали быть чрезвычайно аккуратной в соблюдении правил, потому что они могут разительно отличаться от тех, что я знала, то я бы напряглась. А Эйден лишь улыбнулся и сказал: – Я постараюсь. Знаю, что в мое время были более жестокие нравы, поэтому постараюсь сдерживаться. Впрочем, если он именно из тех Виннерстоунов, которые были своего рода легендой магического мира, то ничего удивительного. Виннерстоуны были не просто сильными магами. Сильных хватало и без них, просто сильным не посвящали целые книги. Виннерстоуны были исключительными боевиками, которые специализировались на сражениях с опасными тварями. Причем умудрялись в одиночку сражаться с такими монстрами, на которых обычно отправляли полноценные отряды из десятка магов. Их стиль боя изучали вдоль и поперек по крохам оставшихся записей, а особенности силы пытались исследовать, впрочем, тщетно. Но магия – не все, в чем они были хороши. Каждого члена семьи Виннерстоунов обучали всесторонне: управление поместьем, знание экономики и других важных наук входили в обязательное обучение. А после устраивали между всеми обученными настоящие соревнования за место главы и все важные должности, что из года в год заставляло одаренных и амбиционных юных магов соревноваться друг с другом и достигать все новых высот. А потом все Виннерстоуны исчезли. Кто – то умер, кто – то просто пропал. Поместье – огромная территория с несколькими домами и угодьями – оказалась запечатана. И никто из современных магов так и не решился попытаться снять магическую защиту. – Да, просто немного устала. Давай я покажу тебе академию и столовую, а после мы разойдемся и отдохнем? – предложила я, чувствуя небольшую вину: в отличие от меня Эйден казался бодрым и абсолютно отдохнувшим, так что навряд ли хотел сидеть в общежитии. К тому же заместитель ректора приказал поселить его не со всеми адептами, а предоставить отдельную комнату в общежитии учителей, мотивируя это уважением. На все мы прекрасно понимали, что это обычная мера предосторожности, пока учителя не выяснят, действительно ли безопасен Эйден. Но даже сейчас я точно могла сказать – ему доверяли куда больше, чем незнакомцу. – Хорошо, – легко согласился Эйден. – Покажешь мне столовую? Я бы не отказался перекусить. А потом – общежитие и отдых? – Конечно, – я улыбнулась, в душе радуясь, что мне не придется устраивать экскурсию прямо сейчас. В столовой было довольно шумно. Звенела посуда, за столами громко переговаривались, а между длинными столами сновали студенты. – Что? – спросила я, глядя на слегка удивленного Эйдена. – Шумно. Мельтешат. – Адепты же, – я пожала плечами. – Тут ведь из разных факультетов. – Верно. Но здесь много боевиков. Странно, что они такие несобранные. Нам нужен свободный столик, – сказал Эйден. – И еда. Но кулинария за все это время изменилась. Сможешь помочь мне выбрать что – то? Я люблю мясо, но не ем рыбу. Пока я консультировала Эйдена по поводу еды и накладывала всего – всего в тарелки, тот ходил за мной следом, держа тяжелый поднос. А это… удобно. – А… – растерянно сказала я, когда собиралась поставить на поднос пару стаканов со сладковатым напитком. – Я отнесу, – предложил Эйден. – И вернусь обратно. Самый левый столик у окна в том конце зала подойдет? – Подойдет, – кивнула я. – Отлично. – Эйден уверенно двинулся вперед. Вот что значит рост и комплекция: никого не пришлось обходить, наоборот, все отступали в сторону, когда он двигался. Я же повернулась обратно к столику с раздачей и подумала, что неплохо было бы взять еще несколько булочек со сладкой начинкой. Вроде бы Эйден очень хорошо отреагировал на сладости. – Какие люди, – сзади раздался смутно знакомый голос. Брегос? Я проигнорировала и хотела было уйти, как мне положили руки на плечо и сжали. – И куда ты, а? Не хочешь послушать, что случилось после того, как ты меня подставила? – Послушай… я ничего тебе не делала. Это ты оставил меня в руинах, умчавшись непонятно куда. – Ха! Будешь клеветать на меня? Может, у тебя такой способ познакомиться с мужчиной? – Скорее уж расстаться, – внезапно фыркнула девушка, стоявшая позади Брегоса с подносом – боевичка. С такой легкостью держала! – Или мой парень тебе отказал? – Отказал в защите как боевой маг? Можно и так сказать. А то, про что ты говоришь… Я ни за что бы не стала встречаться с кем – то вроде такого человека. Даже не проси. Если хочешь отказать ему, пожалуйста, попроси какую – нибудь другую девушку. – Ты! – девица вспыхнула моментально. Э, она поднос в меня швырнула? Я ж не успею выставить щит… Раздался грохот улетевшей на пол подноса и разбитой посуды. – Эм… – я растерянно посмотрела на девушку, на чьей голове оказались макароны, суп и даже часть напитков. В столовой воцарилась тишина. И никто не попытался влезть. Видимо, никого из преподавателей не было поблизости. – Ты?! Да как ты посмел?! На девушку? – заорал Брегос, глядя за мое плечо. Я повернулась. Эйден. – А что такого? – спросил он… у меня. – Почему я не имею права ответить ей тем же? Она девушка, но боевой маг. Если тебя боевой маг попытается убить, то ты ей уступишь? – Нет, но никто тут никого не пытался убить! – Так и я никого не пытался. Пока, – улыбнулся Эйден. – Но раз ты так возмущен, не хочешь случайно поучаствовать в дуэли? Кстати, Грейс, у вас тут разрешены дуэли? – Да. – А со смертельным исходом? У вас же нынче магов много, востребованность упала, ничего, если я кого – то… того? – Эйден улыбнулся. Но лучше бы не улыбался. Потому что я сразу поняла – ничего он не шутит! Вполне себе всерьез говорит! – Эм, запрещено. Дуэли разрешены, убивать – нельзя. – Совсем? А если тихонько? Никому не рассказывая? – продолжал допытываться Эйден, глядя на меня… жалобно? Вот можете представить магического пса, который вкусняшку выпрашивает? Вот Эйден вел себя абсолютно так же. – Н-нельзя, – растерянно ответила я. – Совсем? Ну хоть сломать ему что – то я могу? – тяжело вздохнул Эйден. – Нет! Почему меня совсем не пугало то, что он говорит? В отличие от ребят, присутствующих в столовой. – Запрещено правилами или тобой? Потому что если ты мне разрешишь, то на правила можно и закрыть глаза. Ведь при нашем договоре твои желания выше правил. А выше магии нет никаких законов. – Не… не нужно, – сглотнула я. – Давай… поедим? Ты же голодный. – Очень, – кивнул Эйден. – Что – то еще взяла нам? Давай я понесу! – Оно легкое, – смущенно заметила я. – Не перышко же. Давай сюда, – потребовал Эйден. – Вы… вы совсем с ума сошли?! – рявкнул Брегос. О, неужели отмер после происходящего? И больше не пугало желание Эйдена сломать ему что – то? – А похоже? – спросил Эйден, забирая у меня тарелку с десертами и осторожно подталкивая в спину в сторону столика. Ну… хочет разобраться – пусть разбирается. Эйден вернулся обратно и с огромным аппетитом принялся за еду. – Так вкусно? – не выдержала я, когда увидела улыбку. – Ты постоянно радуешься. – Вкусно. Но радуюсь я дуэлям. Десять вызовов! Всего за каких-то пять минут – это прекрасно. – Правда? – Чистая, – улыбнулся он. А на завтра я узнала, что Эйден в пух и прах разнес всех своих противников. И радовался он потому, что в Аренсийской академии все адепты знали его навыки и никогда не принимали вызовы на дуэли.***Я поправила очки на переносице и постаралась не обращать внимания на студентов, которые провожали нас взглядами и шептались. Точнее, не нас. Эйдена. В академии хватало высоких студентов, но даже среди них Эйден выделялся. И не только ростом. Чуть раньше он привлекал немного меньше внимания. Ну, подумаешь, новый высокий боевик – красавчик? Таких хватало. И десять вызовов, в которых три были от Брегоса и его друзей, а остальные – от заинтересованных в сражениях студентов, скрыли учителя, что не позволило студентам обратить больше внимания на Эйдена.Среди боевиков было мало тех, кто умудрялся правильно среагировать на взрыв. Мы всего – то проходили мимо кабинета артефакторики, когда внезапным взрывом вынесло половину стены. И если бы не сильный ветер, ставший стеной между ударной волной и студентами, которые имели глупость и неосторожность бродить на опасном участке без защиты, то были бы пострадавшие. Это все Тея Талвин – лучшая ученица третьего курса артефакторики и проклятие всех преподавателей. У нее часто что – то взрывалось и оживало. Настолько часто, что она ставила предупреждающие таблички рядом с кабинетом. К сожалению, не все обращали на них внимания. Серьезно не пострадали бы, однако наглотаться пыли и получить несколько неприятных царапин после такого «бабаха» вполне можно было. И вот именно это предотвратил Эйден, чем вызвал восхищение адептов. И с тех пор очень много адептов, в частности адепток, смотрели на него совершенно иными глазами. Аристократическое происхождение и большое наследство оставались тайной, но личной харизмы и сильной магии хватило, чтобы привлечь довольно много внимания. Как только мы вошли в библиотеку, где сейчас почти никого не было, Эйден спросил: – Почему они все так смотрят? – А ты как думаешь? – спросила я, становясь на цыпочки, чтобы достать нужную книгу. Увы, придется идти за лестницей. Или нет. Эйден легко вытащил нужный томик: – Этот? – Да, спасибо, – сказала я. – А смотрят… Потому что ты красивая? – сказал Эйден. – Пф – ф – ф! Там же девушки. – Завидуют? – Или смотрят на тебя, – фыркнула я. – Раньше не смотрели. Когда я один ходил. – А раньше ты свою силу не демонстрировал. Среди боевых магов не так уж много тех, кто способен колдовать так быстро и точно, не вызывая дополнительных разрушений. Даже на пятом курсе, – тут же добавила я, заметив скептический взгляд Эйдена. – Это же базовый навык любого боевика – сражаться так, чтобы не задеть товарища. А для этого нужен исключительный контроль. – Сейчас все стало иначе. – Я вижу. Раньше у нас лаборатории так легко не взрывались. Что вообще можно делать, что стены не выдерживают? – М, экспериментировать? Выращивать гигантскую мухоловку… – Что? Кому это в голову пришло? – Коралине Васкес. Учится на природном факультете. Разводила мухоловку для курсовой, в итоге растение резко вымахало и, выбив дверь, удрало в коридоры академии. – У нас было весело, но менее травматично. Хотя… слушай, скажи-ка, а не твоя знакомая случайно призвала призрака, который теперь носится по академии и всех ругает? – Ты про Синти Вест? Она. Правда, мы с ней не так уж много общались. У магов поддержки и классических сильных призывиков не так много точек соприкосновения. – Почему? Ты ведь тоже призываешь? – Потому что разная специфика. То есть, я призываю, как и все в академии «Талисман», но буду работать как маг поддержки, потому что призвать кого-то довольно сильного для меня сложно. – Сложнее, чем я думал. У нас все строилось иначе. Сложнее и проще одновременно. Были боевые маги, были маги поддержки. Сражались вместе, ругались, мирились. – Ругались? – удивилась я. – А что? Думаешь, что это невозможно, Грейс? – рассмеялся Эйден. – Не представляю, как с кем-то вроде тебя можно поругаться, – честно ответила я. Да, Эйден местами был упрям и вел себя слегка странно, но в то же время он настолько хорошо относился к тем, кто слабее его, что мне не верилось, что какой-то маг поддержки мог с ним даже поспорить. В конце концов, какой боевик добровольно поможет первокурснику-очкарику, который с трудом несет огромные коробки с растениями? Это ведь даже не симпатичная девушка, а какая-то мелюзга по мнению многих. А Эйден помог. – Если говорить честно, то я тоже не представляю, как могу с тобой поссориться. – Так все маги поддержки такие – спокойные и никогда не ругаются. – М, возможно, что сейчас так. Но раньше ведь было по-другому. – Как именно? ---------- Глава 9 Глава 9 Раньше маги поддержки были чуть наглее. Не все, разумеется. Во времена, когда от слаженной работы зависела жизнь и благополучие, большинство магов все же старались быть уважительными и пытались понять друг друга. Но даже там были те, кто пытался воспользоваться своим положением. – Но маги поддержки слабее, – удивилась я. – Конечно. Но их было меньше. И без них было плохо. Тяжело. Поэтому их ценность в наше время была невообразимой. И самомнение, признаюсь, тоже. Не всегда, но иногда они переходили границы. Их требования, капризность, манипуляции… Все это было ужасным. – Разве не многие маги такие? – С магами поддержки было иначе. Так как их было мало, то боевики всегда старались их защитить. Практически любой ценой. Я… не против защищать, правда. – Но? – Но иногда этим злоупотребляли. «Если я важен, то почему бы тебе не проучить того мага, который косо на меня смотрел», – тонким голосом произнес Эйден. – Но это еще терпимо.Всегда бывают такие ситуации, когда сбежать просто, а сражаться сложно, но возможно. И если маг поддержки вдруг решает, что рисковать ради тех, кто защищает его, слишком глупо и не хочется, если он сбегает, то это воспринимается очень тяжело. Особенно, если знаешь, что поддержка мага перевернула бы все сражение, позволив выжить тем, кто погиб. Погиб напрасно. – Ты сталкивался с таким? – тихо спросила я. – Не я. Мой брат. И он погиб, защищая мага поддержки, который вместо сражения предпочел сбежать. Поэтому я иногда… иногда не очень люблю магов поддержки. К тебе это не относится, Грейс. Я кивнула: – Понимаю. Сейчас все иначе. И маги поддержки другие. – Частично. – Что? – Все равно есть разные маги. Всегда будет разница между такими, как ты, Грейс, и другими. - Разве? - Конечно. Я ведь не слепой. Я вижу, что ты, кроме занятий, изо все сил стараешься изучить то, что усилит чужую магию. Или же укрепит твой барьер. И вижу твоих одноклассников, которые мало заинтересованы в реальном помощи, лишь просиживают штаны. Поэтому все маги поддержки очень разные. Но уверен я только в тебе. В том, что ты не бросишь никого. – Ты не узнаешь. Никто не узнает, Эйден, пока не встанет в критическое положение. Даже я не знаю, как поступлю. Я бы хотела остаться и помочь в ситуации, когда это возможно. Или невозможно. Пожалуй, я бы предпочла остаться даже в том случае, если бы это означало умереть, = заметила я и, грустно вздохнув, добавила: – Но я не знаю, как получится. Хватит ли у меня сил и смелости. – Я думаю, что хватит, Грейс,- рассмеялся Эйден. – У девушки, которой хватает смелости встать перед другим боевым магом, чтобы защитить кого, не может быть мало душевных сил. Но… в смертельной ситуации я бы предпочел, чтобы не хватило. – Но ты же только что говорил… – Про другое. Если есть стопроцентный шанс выжить, то бегство – это предательство. Но если его нет, то я бы предпочел, чтобы тот, кого мы защищаем и оберегаем, остался жив, – закончил Эйден. Он не смотрел мне в глаза. Но его печальное лицо подтверждало, что он не лжет. Все же Эйден действительно неконфликтный. А потом на следующий день Эйден, которого я называла неконфликтным, прямо в коридоре избил другого боевого мага. Точнее, драку начал тот маг, но отхватил так, что Эйдену впервые за все время вынесли предупреждение. Я об этом узнала, когда Эми влетела в нашу спальню и буквально прокричала: – Грейс! Срочно! Сделай с ним что-то! – С кем? – С тем старшекурсником, что постоянно ходит с тобой! Пока он не убил придурка, распространяющего про тебя слухи. – Эйденом? С ним все в порядке? – О да, с ним точно все в порядке, даже царапины не было, чего не скажешь о том, кого он бьет. Быстрее же! Даже учитель не может их разнять, он же не боевик… Когда я влетела в помещение, то все уже закончилось. Кто-то лежал прямо на полу, но меня это совершенно не волновало – я бросилась к Эйдену: – Ты в порядке? Не пострадал? – Пф-ф-ф! – выдохнул Эйден. – Что смешного?! – Я в полном порядке. Тебе бы стоило спросить, жив ли адепт твоей академии. – А он жив? – Жив. – Вот и хорошо. – Он тебя оскорблял, а ты радуешься, что он не умер? – тихо спросил Эйден. – Нет, я радуюсь, что он жив, потому что у тебя не будет слишком серьезных проблемы, – строго сказала я. – Точнее, они уже у тебя есть. К нам медленно шел заместитель ректора. Ему хватило всего одного взгляда, чтобы оценить ситуацию: – Студента к лекарям, а вы, Эйден, за мной. Я осталась ждать под кабинетом ректора, время от времени прислушиваясь, не доносится ли из-за двери грозный голос и не бахает ли магией – некоторые учителя очень эффектно злились. К счастью, было тихо, а через некоторое время Эйден вышел в коридор – совершенно спокойный и невозмутимый. Как будто его не отчитывали за драку, а просто позвали на приятную беседу. – Все хорошо,- сказал Эйден до того, как я успел задать вопрос. – Почти. Давай поговорим где-то, где точно никого не будет. Ага, у Эйдена в комнате, например. А что? Сюда и мальчиков, и девочек пускали. К тому же, комната была чрезвычайно просторной. Эйден пригласил меня войти, а сам пошел доставать напитки и еду. Положил все это передо мной на стол, словно накормить меня – это важнейшая задача. Но выглядел немного странно. Нет, не так, смотрел на меня как-то необычно. – Эйден, что-то не так? – спросила я. – Мне давно не дает покоя один вопрос. С тех самых пор, как я попал в академию сюда. Почему они так к тебе относятся? – спросил Эйден, нахмурившись. – Ты ведь не сделала ничего плохого. Ты красивая, умная, у тебя отличная отношения с одноклассниками и учителями. Ты не изгой и не бездарность, так почему же?.. Я не понимаю. – Поссорилась с тем человеком, с которым не нужно было, – ответила я. – С кем? – Зачем тебе знать? – спросила я. – Тоже хочешь избить? – Если это избавит тебя от проблем,- пожал плечами мужчина. – Не избавит. Только добавит – и тебе, и мне. Это очень влиятельный аристократ. – Да? Более влиятельный, чем я? Я задумалась. И поняла, что не знаю, что ответить. Виннерстоуны всегда были легендой, но сколько у них оставалось влияния в современном магическом мире? Слишком мало. – Мне кажется, ты меня недооцениваешь. Или так проявляешь заботу? – усмехнулся Эйден. – Мне не нравится. – Моя забота? – спросила я. – Нет, такая забота, где ты меня недооцениваешь. Мне это не нравится. Почему ты не хочешь назвать мне имя человека, который тебя достает? Потому что ты его прибьешь, скорее всего. – Почему ты это делаешь? – спросила я. – Что именно? – Эйден сел в кресло, забросив руки за голову. Совершенно не аристократические манеры. Эйден мне рассказал, что понабрался этого у наемников, с которыми путешествовал во время каникул в академии. – Если бы отец увидел, как я себя веду, то выпорол бы меня без капли жалости, – рассмеялся тогда Эйден. – А если бы увидела мама, то решила бы, что я сошел с ума. И отправила бы к лекарям. Поэтому приходилось сильно сдерживаться, контролировать себя. – Я точно не буду делать ни первое, ни второе, поэтому ты не сдержан? – рассмеялась я. – Вовсе нет. Я чувствую себя довольно расслаблено рядом с тобой, поэтому забываю про самоконтроль. Разве ты видела, что я вел себя так, когда рядом кто – то чужой? Верно, при учителях и других адептах Эйден вел себя как настоящий аристократ. Нет, он оставался дружелюбным, спокойным и не проявлял никакого высокомерия, однако его манеры и жесты выдавали его происхождение. Но когда он был со мной, то его поведение менялось: он становился как будто более раскованным. А теперь это прояснилось. Там были чужие. Я, получается, не было чужой. Но тогда кем я являлась для Эйдена? И кем он был для меня? Этот вопрос я задавала себе довольно часто. Чаще, чем мне бы хотелось. Ведь Эйден был первым человеком, который подобрался ко мне так близко. Первым, чья помощь была такой… Нужной. Своевременной. И, самое важное, не постыдной. Я не понимала, как ему это удавалось, но когда Эйден мне помогал, почему – то меня не затапливало чувством неловкости и стыда. Не казалось, что я теперь что – то должна. Потому что Эйден никогда не относился ко мне как к слабой и беспомощной? И восхищался моими силами, моим стремлением к изучению? – Почему ты помогаешь мне? – Потому что поклялся защищать? – В клятву не входит все то, что ты делаешь, – заметила я. – Эйден… – А ты? Почему ты помогаешь мне? – Не уходи от ответа, – нахмурилась я. – Что, если я скажу, что ты мне нравишься? – тихо спросил Эйден. Причем спрашивал это не шутливо, а довольно серьезно. Даже не улыбался, только смотрел прямо в глаза. -Я? – Ты. А что, есть сомнения? Разве я недостаточно намеков предоставил? – усмехнулся Эйден. – Мне стоит делать больше комплиментов? Быть настойчивее? Или спросить, не нравлюсь ли я тебе. Думаю, как минимум, ты не испытываешь ко мне отвращения. Я прав? – Конечно. – А, как максимум, чувствуешь симпатию, не так ли? Я посмотрела на Эйдена. Доброго, великодушного и внимательного. Красивого и сильного. Такого необычного и в чем-то абсолютно невероятно исключительного. И ответила совершенно не так, как планировала. Я сказала «Да». – Замечательно, – сказал Эйден. – Так почему же ты не хочешь мне рассказать, кто тебя обижает? Если мы друг другу нравимся, так почему ты молчишь? Или этот человек тебе по душе? Лео? Я скривилась так, что Эйден мигом обо всем догадался – и начал смеяться, причем громко и очень заливисто. – Понял, понял, больше глупости не спрашиваю. Но ты ответишь на мой вопрос? Что я делаю не так? – Ты… все делаешь так, – сказала я. – Дело не в тебе, а во мне, Эйден. Я не привыкла получать помощь просто так. Я боюсь ее получать. – Почему? Я ведь ничего за это не прошу. У нас даже контракт, односторонний. – Потому что я так привыкла. Потому что односторонняя помощь накладывает ответственность. И мне страшно от этого, – тихо заметила я. – Эйден, я ведь сирота. Я всю жизни полагалась на саму себя. Но стоило мне поверить чьим-то обещаниям, как я всегда оказывалась в ужасном положении. Поэтому я прекратила полагаться на других. – И ты не скажешь мне имя? – Не скажу. – А если я угадаю? Его случайно не Лео зовут? – Откуда?.. – удивленно спросила я. – Ха-х, значит, Лео. Уже проще, спасибо. А откуда знаю? Куратор болтал с Брегосом и упоминал о нем. Фамилию не скажешь? – Не скажу. – Упрямая. – Поэтому и добилась хотя бы чего-то. - И милая, - поддразнил меня Лео. – Что ж, я не буду допытываться у тебя, что там с твоим Лео. Однако я бы хотел знать, если произойдет что-то серьезное. Чтобы ты мне сказала. Сможешь пообещать? - Смогу. Но по мелочам беспокоить не буду. ---------- Глава 10 Глава 10 Причина рассказать Эйдену о произошедшем появилась быстрее, чем мне бы хотелось. Потому что буквально через неделю мне пришло письмо от куратора о том, что моя практика не засчитана. То есть, провальной она не считалась, как и пройденной. А потому придется проходить ее повторно с каким-то боевиков. К сожалению, не с Эйденом, потому что он не знал многих современных заклинаний. К тому же, запретил заместитель ректора, так как посчитал, что из-за заклинания и личной предвзятости практика превратится в легкое прохождение с помощью Эйдена. Эйден, узнав об этом, сначала возмутился. Мол, не будет он предвзят и как следует меня потренирует. Не сработало. Потом попытался убедить заместителя ректора, что изучит необходимые заклинания за несколько дней. А когда ему отказали, поинтересовался у меня, насколько я буду возмущена, если он вызовет на дуэль заместителя ректора. Пришлось соврать, что очень сильно. – Ладно, – недовольно сказал он. – Тогда хотя бы буду настаивать на том, чтобы присутствовать рядом. К счастью для меня и Эйдена, это разрешили. – Надеюсь, вы будете достаточно благоразумны, чтобы не вмешиваться в процесс, – предупредил заместитель ректора. – К тому же, зачем волноваться. Слышал, что адептку поставили в пару с очень сильным магом. – С кем? – спросила я. – Узнаете о куратора. Узнала. С Лео Гринскейлом. И отправилась к куратору. Новому, потому как старый почему-то сам решил сняться с ведения практики. Новый куратор принял меня в своем кабинете, где радостно сообщил, что у меня для практики будет шикарный напарник. Еще и тот, с кем я общаюсь и дружу. – Мы не дружим, – сразу сказала я. – Но студент Гринскейл утверждает обратное. – Он лжет. Куратор посмотрел на меня с сомнением. Видимо, Лео успел не только заявить о нашей великой дружбе, но и приложить какие-нибудь доказательства. Например, старые заявки на совместные тренировки. Я ведь действительно помогала ему раньше. – В любом случае распределение уже утверждено, – сказал куратор. – Студент Гринскейл подходит вам по уровню и специализации. Оснований менять пару нет. В конце концов, сейчас еще практика у третьекурсников. Для них мы тоже запросили магов, поэтому есть определенный дефицит. Оснований, честно говоря, было множество. Правда, большую часть из них невозможно было назвать: слишком личные и чрезмерно глупые. Пришлось согласиться. И не только. Пришлось рассказать Эйдену о Лео. Полностью, от начала до конца, потому что иначе было бы понятно только то, что ничего непонятно. Повторную практику проводили в руинах старой пограничной крепости. Часть здания давно провалилась под землю, соединившись с природными пещерами. Там обитало несколько слабых монстров, на которых нам с Лео и надо было охотиться. Наша задача тоже выглядела простой: пройти по указанному маршруту, добраться до контрольной точки и вернуться, попутно уничтожая тварей и оказывая всестороннюю поддержку. Все это действие записывалось на специальный кристалл, который куратор и использовал бы для вынесения оценки – прошла или нет. Эйден стоял рядом с куратором, когда я пришла на место проведения практики – небольшую площадку перед входом в крепость. Уж не знаю, о чем они болтали, но выглядели чрезвычайно довольными. Я вздохнула и подошла поближе. – Тебя ведь нельзя со мной, – заметила я. – Внутрь. Ждать снаружи никто не запрещал. – Практика займет несколько часов. – Посижу, – пожал плечами Эйден. Он говорил так, словно караулить у входа в какие-то развалины несколько часов было совершенно обычным занятием. Впрочем, для человека, который провел сотню лет в стазисе, несколько часов действительно могли казаться пустяком. – Если случится что-то серьезное, сожми это, – Эйден протянул мне небольшой кулон. – Я почувствую сигнал. – Там только слабые монстры. – А еще Лео, у которого проблемы с мозгами, восприятием реальности, собственным эго и многим другим. Я промолчала. Возразить было нечего. – Ты ведь обещала рассказать, если произойдет что-то серьезное, – напомнил Эйден. – Помню. – И не пытайся решить все сама. – Я постараюсь. – Грейс. – Хорошо. Обязательно позову тебя, – пообещала я. Только после этого Эйден позволил мне уйти. Первые помещения крепости были пусты – ни монстров, ни вообще каких=то живых существ. Лео выглядел расстроенным, я – наоборот. В конце концов, навряд ли он будет старательно меня защищать. Но и на растерзание в пасть монстров не бросит. Так что лучше спрятаться за ним. Мне просто нужно пройти практику. Монстры начали попадаться уже в пещерах. Их было много, но серьезной опасности они не представляли. Я связывала свою магию с силой Лео, укрепляла его защиту и усиливала атакующие заклинания. Он справлялся неплохо. Особенно если не учитывать, что после каждой победы смотрел на меня с таким видом, будто одолел дракона. Трижды за три секунды, не меньше. – Видишь? – самодовольно спросил Лео после очередной уничтоженной стаи. – Даже твой новый ухажер не справился бы лучше. – С моим усилинием с этим монстром справится даже ребенок, – не выдержала я. Мы почти добрались до контрольной точки, когда он остановился возле бокового коридора. – Нам не туда, – сказала я. – Я знаю. – Тогда зачем ты свернул? – На старой карте здесь отмечен зал. Если мы его осмотрим, получим дополнительные баллы. – Проход закрыт предупреждающим знаком. – Потому что преподаватели не хотят, чтобы слабые студенты лезли куда не следует. Лео, разумеется, слабым студентом себя не считал. – Мы не должны отклоняться от маршрута. – Боишься? Можешь подождать здесь. И остаться одной в пещере, где есть монстры? Потрясающе. Коридор вывел нас в просторную пещеру. В центре сохранился старый круг призыва, частично скрытый под камнями и пылью. Магия внутри была нестабильной, тяжелой и настолько плотной, что линии заметно дрожали. – Уходим! – скомандовала я, подозревая, что магические потоки создают отвратительные по структуре заклинания. Опасные. – Ни за что. – Лео! – Прекрати занудничать и посторонись. Я разозлилась и встала между ним и кругом призыва. – Отойди! – рявкнул Лео, грубо отпихнув меня. Я, не удержавшись на ногах, упала прямо на пол пещеры, ободрав руки о камень. В этот раз я точно пожалуюсь Эйдену. И мне плевать, если Лео разорвут на кусочки. – Не вздумай активировать магический круг! – воскликнула я. – Никто не знает, что придет на зов. Это старая пещера, ты можешь призвать монстра, с которым не справишься! – А твой новый ухажер справится, да? – Лео! – Я встала, игнорируя боль в ладонях и неприятные ощущения в правой лодыжке. Быстрее бы вернулся Эйден, иначе этот идиот и впрямь активирует круг – и в пещере может оказаться существо, с которым не справится никто – ни Лео, ни учителя, ни Эйден. Я стиснула зубы и двинулась в сторону Лео, полная решимости остановить этого рискованного придурка. – Ты меня недооцениваешь! Я – наследник рода! Я один сильнейших боевых магов. И нет ничего, с чем я бы не справился. Вспышка активированного магического круга на миг ослепила меня. Я по инерции сделала шаг и, споткнувшись, упала. А когда подняла взгляд, то увидела впереди краснокожую виренгу – чудовище, которое внешне напоминало собаку, но в три раза выше и шире, а еще с ловкостью кота и с высокой устойчивостью к физическим и магическим повреждениям. Такими большими этими монстры никогда не были, по крайней мере, в мое время. А вот тогда, когда жил Эйден – очень даже возможно. Я сглотнула. Тут речь уже не шла о победе и сдаче практики, мне бы попросту сбежать, оставшись в живых. А Лео, который призвавший виренгу, судя по всему, собирался сражаться. Я встала и сделала несколько шагов назад с некоторым опасением отмечая стреляющую боль в ноге. Неужели сильно подвернула? И что мне делать? Что мне говорил Эйден? Сжать кулон? Я вроде бы уже сжимала… Еще разок? Рядом сильно грохнуло. Это Лео запустил заклинание, правда, тщетно: виренгу даже не поцарапало. Зато жутко разозлило. В какой-то момент я поняла, что сейчас тут будет два трупа. Ни один из которых не относится к чудовищу. Виренга рванулась вперед. Я успела выставить щит перед собой, однако чудовище врезалось в него с такой силой, что меня протащило по каменному полу. Барьер покрылся мелкими трещинами. Еще один такой удар – и мне конец. – Усиль меня! – крикнул Лео, неловко поднимаясь с колен. – Ну же! – Ты ее даже не поцарапал! – Потому что твое усиление слишком слабое! Какое усиление? Я перед входом все сняла. Идиот! Я все же направила к Лео усиливающую нить. Не потому, что верила в его победу, а потому, что сейчас он оставался единственным человеком, способным хотя бы немного задержать виренгу. Его заклинание стало в несколько раз ярче и врезалось чудовищу прямо в морду. Виренга взревела, мотнула головой и прыгнула. Лео не успел уклониться. Удар огромной лапы отбросил его к стене, и он рухнул на пол. – Лео! Ответа не последовало. Живой? Вроде бы да. По крайней мере, магическая связь не исчезла, хотя стала значительно слабее. Я его ненавидела, но смерти уж точно не желала. Виренга медленно повернулась ко мне. – Хорошая собачка, – пробормотала я, отступая. Желтые глаза сузились. Или не собачка? Я только знала, что у нее позвоночник сход с собачьим, а как в остальном. Чудовище прыгнуло. Я бросила перед собой сразу два щита. Первый разлетелся от удара, второй выдержал, но из меня будто разом вытянули половину оставшихся сил. В глазах потемнело, поврежденная нога дрожала, а до выхода было слишком далеко. В отдалении что-то грохнуло. Затем еще раз. По пещере прошла дрожь, с потолка посыпалась каменная крошка. Виренга насторожилась и повернула голову в сторону шума. Чудовище отлетело в сторону и ударилось о стену, а передо мной возник Эйден. В таком настроении, что виренгу было даже жаль. Чуть-чуть. – Ты как, Грейс? – Эйден тут же опустился рядом со мной, внимательно осматривая меня. – Н-нормально. Взгляд Эйдена остановился на моих ободранных ладонях, затем опустился к ноге. Его лицо стало еще мрачнее. – Надо выбираться отсюда,- прошептала я, надеясь отвлечь Эйдена. – Надо. Но будет сложно. Она не даст нам выйти. – А победить ее? – Навряд ли выйдет. Уходи. Я задержу ее. Позовешь учителя, как только выберешься. Я все поняла быстро. Слишком быстро. Даже у Эйдена, который так силен, мало шансов противостоять виренге в одиночку. Этот один удар, скорее случайность, заставшая чудовище врасплох. – Нет. – Грейс. – Мы можем победить. Ты знаешь древних виренг, а я могу усилить твою магию. – Ты ранена и почти без сил. – Почти – это не полностью. Эйден цокнул, дернул меня на себя, прижав одной рукой – и отпрыгнул. – Что?.. Я повернула голову: на том месте, где я сидела, клубилась ядовитая магия. Она еще и с ядом? Вот же! Эйден вскинул руку. Ветер закрутился перед нами плотной воронкой и ударил виренгу в грудь. Чудовище замедлилось, но продолжило двигаться вперед, царапая когтями каменный пол. Я попыталась связать свою силу с магией Эйдена привычным заклинанием. Не получилось. Нить скользнула по его силе, не сумев закрепиться. Современное плетение было рассчитано на современную магию, а сила Эйдена двигалась совершенно иначе: быстрее, плотнее и как будто сразу в нескольких направлениях. Вот поэтому его и не допустили к практике. Но если не вышло один раз, то это еще не значит, что я провалюсь во второй. СОсредоточься, Грейс. Подумай, как проникнуть в более плотные магические плетения. А если... вот так? Вышло. Ветер взревел и усилился. Виренгу отбросило назад. На красной шкуре появились первые глубокие порезы. – Получилось! – воскликнула я. – Я заметил, – Эйден коротко улыбнулся, продолжая прижимать меня к себе. – Я всегда знал, что ты умничка. Еще раз сможешь? Виренга поднялась почти сразу. Эйден атаковал, не позволяя ей приблизиться, а я удерживала усиливающее плетение и настроила один щит, втопив его в пол, чтобы задержать виренгу. В руке Эйдена сформировалось длинное ветровое копье. Он выдохнул и ударил точно в переплетение магических линий. Виренга взревела. Ее сила вспыхнула, прокатилась по пещере тяжелой волной и начала быстро рассеиваться. Чудовище пошатнулось, сделало несколько неровных шагов и рухнуло на каменный пол. Кажется, все. Я разорвала связь и почувствовала, как ноги окончательно перестали меня держать. Эйден вовремя подхватил меня на руки, не позволив стечь из его объятий на пол пещеры. – Все? – пробормотала я, когда разум немного прояснился. Оказывается, Эйжен сидел, прислонившись к стене пещеры, держа меня в объятиях. – А... – Лео без сознания, просто валяется. С ним все будет хорошо. – Эм... – Куратор уже идет сюда – я отправил сигнал на случай, если он не сообразил. – Да нет же! Ты как? – Отлично. И спасибо, – прошептал Эйден, обнимая меня. Я расслабилась и положила голову ему на плечо. У меня… совсем не было сил. Никаких. Хотелось просто заснуть в этих теплых объятиях. Но надо было как-то поддерживать диалог, что было нелегко – усталость брала свое. – За что? – не поняла я. – Это я тебя должна благодарить, что ты пришел. – За то, что позвала. И доверилась. За это в первую очередь. За то, что не оставила и рискнула. И за это же буду ругать. – Лучше хвали меня за доверие. Тебе, наверное, кажется, что это маленький шаг. Но для меня он огромен, – тихо сказала я. – Такое же, как от простого «нравится» до самого искреннего и глубокого «люблю». – Это ты намекаешь, что мне придется постараться, чтобы вызвать твою любовь? – Нет, я говорю прямым текстом, что если у кого-то и есть шансы сдвинуть упрямую меня с одной точки, то только у тебя. К тому же, шаг заключается не в том, чтобы полюбить, а в способности открыться и сказать это вслух. – Погоди, то есть, я не просто тебе нравлюсь, а ты меня любишь? Не молчи, – попросил Эйден. – Не буду. Но по этому поводу ничего не скажу. – Ладно. Зато скажу я. Люблю тебя. ----------