Всегда была твоей Хлоя Руксель Обри Форд двадцать четыре года, и она никогда не целовалась. Никого не хотела — пока на свадьбе подруги не встретила Шейна Джефферсона, главного тренера «Нью-Йорк Гриффинз». Один взгляд, и что-то дремлющее проснулось. Четыре года она краснела, молчала, роняла тарелки и убегала. А он — терпел, подкладывал билеты на мастер-классы, называл её Ангелом и хранил её фотографии в папке с этим именем. Но Шейн — босс её брата Грейсона, а Грейсон устроит скандал, узнав об этом. Обри знает: либо она рискнет всем, что у неё есть, либо потеряет единственного мужчину, который разбудил её сердце. ==================== Примечание автора Примечание автора Always Been Yours был написан с намерением заставить мечтателей влюбиться. В нем много моментов, от которых вы упадете в обморок, посмеетесь вместе с бандой Гриффинов и прольете несколько слез в незабываемые и трудные времена. Хотя это романтическая книга, призванная поднять вам настроение, в этой истории есть темы, которые могут спровоцировать некоторых, такие как: откровенные сексуальные сцены, вульгарная лексика, брат-манипулятор / словесно оскорбительный брат, семейная драма, чрезмерно заботливый брат, проблемы со здоровьем, связанные с беременностью. Если вы хотите получить дополнительные разъяснения по этим вопросам, пожалуйста, не стесняйтесь обращаться ко мне, прежде чем углубляться в тему. Ваше психическое здоровье для меня важнее всего. А тем, кого не беспокоят эти предупреждения, приятного чтения! Пожалуйста, имейте в виду, что "Всегда были вашими" может содержать несколько спойлеров к "Вечно вашим", "Неожиданно вашим" и "Сделайте нас вашими", но это отдельная книга, и необязательно читать предыдущие. (Хотя настоятельно рекомендуется для полного знакомства с Шейном и Обри.) Осведомленность о психическом здоровье Если вы или ваш близкий человек боретесь с проблемами психического здоровья, пожалуйста, знайте, что вы не одиноки и обращаться за помощью - это нормально. Ресурсы всегда доступны для вашей поддержки, в том числе Линия жизни для самоубийц и кризисных ситуаций 988. Вы можете позвонить по номеру 988 в любое время в США и Канаде или обратиться за помощью на местную горячую линию в кризисных ситуациях. ---------- Глава первая Глава первая Обри К черту это. ~ Конец ноября ~ Я влюблена в Шейна Джефферсона. Я знаю, это звучит безумно. Как я могу любить мужчину, которого едва знаю? Но это правда. Я люблю его. Я смотрю на свой последний пост в Instagram, простую фотографию меня и Октавии, одной из сотрудниц "One Sweet Tooth at A Time", пекарни, которой я управляю. Мы позируем перед свежей партией имбирных кексов с глазурью из сливочного сыра с корицей, новейшим дополнением к нашему праздничному меню. Всем моим друзьям и большинству моих подписчиков понравилась эта фотография, но не они привлекли мое внимание. Нет, это будет последнее, что я получил десять минут назад ... От Шейна. Я читаю его имя снова и снова, пока мурашки бегут по моим рукам, вниз по спине, согревая мое нутро. Один только вид его имени вызывает у меня реакцию — представьте, когда я разговариваю с ним лично.Боже, я превращаюсь в невнятное нервное месиво. Он всегда оказывал на меня такое воздействие, которое я не могу объяснить, которого я никогда раньше не чувствовала. На самом деле я никогда не обращала особого внимания на мальчиков, и хотела бы я сказать, что это из-за того, что я была слишком сосредоточена на учебе или что-то в этом роде, но это не так. У меня просто не было к ним никакого интереса. Я не думал о том, был ли такой-то влюблен в меня, я не думал о том, чтобы держать их за руку или целовать, и я определенно никогда не думал о половом акте ни с кем из них. Если быть честной с самой собой, я думала, что какая-то часть меня сломана. В детстве все мои подруги влюблялись в парней, потом встречались с ними и, в конце концов, сблизились. Но я никогда не хотел этого. Я не мог понять, почему я этого не хотел; на самом деле меня ничто не сдерживало, мне просто было все равно. Вот почему сейчас мне недавно исполнилось двадцать четыре года. Девственница, которую даже ни разу не целовали. Но Шейн, Шейн разбудил эту разбитую часть меня. Достаточно было одного взгляда, и что-то шевельнулось внутри меня. Как уютное маленькое существо, пробуждающееся от зимней спячки после того, как пролежало в спячке всю зиму. Я до сих пор помню первый день, когда я встретила его, почти четыре года назад, на свадьбе одной из моих лучших подруг. Сесилия выходила замуж за Сайласа Хейса, звездного центрового "Нью-Йорк Гриффинз". Команда, главным тренером которой является Шейн. Его глаза встретились с моими, когда она представляла нас. То, как они, казалось, проникали сквозь мою кожу, воспламеняло ее. Я помню, как он взял мою ладонь в свою грубую ладонь. То, как он поднес его ко рту и прижался своими мягкими губами к тыльной стороне моей ладони, прямо перед тем, как произнести мое имя, как будто это был хорошо сохранившийся секрет. Его голос был теплой, как перышко, лаской по всему моему телу. Я до сих пор чувствую, как ослабли мои колени, как пропустило удар мое сердце. То чувство, которого я никогда раньше не испытывала, начало расцветать во мне и дико распространяться. Дальше этого наше общение не зашло, но это не помешало нам украдкой поглядывать друг на друга в течение всего вечера. В следующий раз я поговорила с Шейном на вечеринке Сесилии по случаю рождения ее сына Данте. Я видел Шейна несколько раз, когда ходил на домашние игры "Гриффинз", но это был всего лишь беглый взгляд, когда он стоял за скамейкой запасных, руководя своей командой. Но на вечеринке по случаю рождения ребенка Сесилия и ее свекровь Мира практически силой втянули нас в разговор. И это была катастрофа. Я узнала, что Шейн любит сладкое, а я пекарь, так что, естественно, разговор должен был быть легким. Но нет. Вместо этого я перешла к перечислению каждого ингредиента во всей выпечке, которую приготовила для душа. Я даже не дала ему вставить ни слова, а когда наконец заставила себя заткнуться, он просто смотрел на меня так, словно у меня было две головы. Это былоунизительно . С этого момента я старалась избегать его, насколько это было возможно. Я была так смущена, что больше не могла даже составить правильное предложение в его присутствии. Только после несчастного случая с Сесилией несколько месяцев спустя, когда вся наша семья и друзья, включая команду, собрались в больнице и ждали новостей о состоянии ее и Данте. Шейн подошел ко мне, когда я сидела в углу со слезами на глазах. Он сел и обнял меня, как идеальное теплое одеяло холодной зимней ночью. Его рука скользнула по моим волосам, другая плавно поглаживала вверх и вниз по моей спине. Я положила голову ему на грудь и слушала его учащенное сердцебиение, пока он тихим голосом повторял, что все будет хорошо. Мои друзья всегда подтрунивают надо мной из-за него, спрашивая, когда я признаюсь в своих чувствах и что-нибудь с ними сделаю. Все стало только хуже, когда в прошлом году я получила от него рождественский подарок в доме моих родителей, когда там были мой брат и его нынешняя невеста Эмма, еще одна моя лучшая подруга. Это была красиво завернутая коробка, похожая на леденцовый тростник, с большим золотым бантом наверху. Внутри коробки была книга рецептов от всемирно известного шеф-кондитера, но это был не главный подарок. Под обложкой книги был вложен билет на специальный мастер-класс по выпечке, организованный в Нью-Йорке одним из лучших кондитеров мира, который проводится лишь раз в несколько лет. Я пытался купить билет, когда он поступил в продажу за год до этого, но все десять мест были уже распроданы в течение нескольких минут. На дне коробки лежала маленькая белая карточка с надписью:“Особый подарок замечательному пекарю. С Рождеством XX – SJ” . Я должна была скрыть головокружение, разливающееся по моим венам, которое отчаянно хотело вырваться на свободу. Следующий раз мы встретились несколько месяцев спустя, и снова это было мучительно неловко. На следующий день после урока выпечки я хотела поблагодарить его кое-чем из того, что мы приготовили. За исключением того, что, оказавшись в его офисе, я не смогла набраться смелости постучать в его дверь. К счастью, или не очень к счастью, он взял инициативу в свои руки, распахнув ее как раз в тот момент, когда я собиралась уходить. Я пододвинула к нему тарелку с продуктами, и когда он потянулся за ней, его рука коснулась моей, и я потеряла все свое хладнокровие. Я уронила тарелку на пол прежде, чем он успел ее поймать, и все на ней испортила, потом извинилась и убежала, даже не оказав ему помощи. Честно говоря, после этого каждая встреча становилась все хуже и хуже. Ну, не каждая, но большинство. Был случай, когда Джулиан заставил меня танцевать с ним на благотворительном гала-концерте в мае. Шейн пришел, чтобы спасти меня от своего друга, хотя Джулиан признался, что пригласил меня на танец только для того, чтобы немного позабавиться с Шейном. Шейн практически оттолкнул Джулиана с дороги и схватил меня, продолжая танец, в середине которого я была. Мы почти ничего не говорили, только неловко обнимали друг друга до конца песни, как будто боялись, что нас поймают за чем-то неподобающим. Затем он поблагодарил меня за танец и повел обратно к моим друзьям, положив руку мне на поясницу, отчего по всему телу побежали мурашки. О, а еще был случай, когда он застукал меня и Веронику Мастерс, мою самую близкую подругу и старую соседку по комнате, танцующими вместе в немного намекающей манере. Когда я заметил, что он и все остальные парни смотрят на меня, я выкрикнул его имя. И вместо того, чтобы быть нормальным человеком, который может начать совершенно нормальный разговор с мужчиной, который пробуждает каждую клеточку ее тела, все, что я сказала, было: “твои волосы ”, потому что они отличались от того, какими я привыкла их видеть. Как я уже сказал,неловко. Но наши последние два взаимодействия были другими. Наш первый настоящий разговор произошел в конце июля, всего четыре месяца назад, когда мы все собрались в доме Моргана Беркли, еще одного моего близкого друга. Был уже довольно поздний вечер, и мы все болтались на улице у костра. Шейн появился рядом со мной с пледом и обернул им мое тело, сказав, что не хочет, чтобы я простудилась из-за небольшого прохладного ветерка, который дул на нас. Затем он сел рядом со мной и спросил, все ли со мной в порядке. В то время мы переживали довольно пугающую ситуацию с бывшим преступником Ронни, который преследовал и угрожал нам, до такой степени, что каждому из нас нужно было иметь телохранителей, которые следовали бы за нами повсюду. Шейн предложил мне остаться у него дома, чтобы я не была одна в своей квартире. Конечно, у меня не было другого выбора, кроме как отказаться, хотя каждый атом моего тела кричал мне сказать "да". В тот же вечер я узнала, что девочки, особенно Ронни и Эмма, отправили Шейну мои фотографии в купальниках во время нашего отпуска на Фиджи и что он хранил их все в отдельной папке под названием"Мой ангел" . Это были хорошие фотографии, я признаю это, но все равно это было унизительно для меня, потому что я бы никогда так не поступил. А еще это был первый раз, когда его прикосновение было более интимным. Когда он встал и пожелал мне спокойной ночи, его пальцы скользнули по моему голому колену, как будто он ничего не мог с собой поделать. От этого сотрясались мои кости, кипела кровь, текущая по венам, и горела моя кожа. Последний раз я разговаривал с Шейном в прошлом месяце, когда мы все были в больнице, ожидая новостей о состоянии Ноя после инцидента с бывшей Ронни. Он оставался рядом со мной большую часть нашего пребывания там и даже вышел, чтобы принести мне кофе, не спросив, хочу ли я его. Это был простой акт доброты, но он согрел мое сердце самым лучшим образом. Я видел его еще раз через несколько дней, но мы не разговаривали, так что я это особо не учитываю. Теперь ты, наверное, задаешься вопросом, почему я не встречаюсь с мужчиной, который преследует каждую мою фантазию, который, кажется, влюблен в меня так же, как я в него. Дело в том, что у нас сложная история. Хотите знать почему? Помните, я упоминал своего старшего брата ранее? Ну, Грейсон - профессиональный хоккеист. И за какую команду он играет? Нью-Йорк Гриффинз. Что означает только одно: Шейн - его босс. - Ты снова это делаешь, босс. Я выныриваю из своих кратковременных грез наяву, погружаюсь в воспоминания, несколько раз моргаю и смотрю на Октавию, которая чинит витрину с маффинами. “Что?” “Ты смотришь на свой телефон с мечтательным выражением в глазах, и твои щеки раскраснелись”. Она поворачивается ко мне лицом и опирается бедром о стойку, скрещивая руки на груди с понимающей ухмылкой, застывшей на ее губах. “ Нет, я не собирался, ” защищаюсь я, хотя чувствую, как горит мое лицо. Я быстро выключаю экран телефона и засовываю его в задний карман джинсов. “ Ты стоишь здесь ровно... Тави смотрит на время в регистрационном журнале. “Одиннадцать минут, не двигаясь, не разговаривая, просто уставившись в свой телефон, как будто это была самая захватывающая вещь”. Она приподнимает бровь, ожидая, что я снова скажу ей, что она неправа. - Ты снова думала о нем? К настоящему времени Октавия все знает о Шейне. Мне нужен был кто-то вне моего обычного круга друзей, с кем я могла бы поговорить об этой ситуации, в которой мы оказались с ним, и, несмотря на то, что ей восемнадцать, она стала моим близким другом, и мне нравится с ней работать. Это не значит, что я не могу поговорить о нем с Морган, Сесилией, Эммой или Ронни. Просто каждый раз, когда я это делаю, они подталкивают меня к нему. Я знаю, они просто пытаются помочь и хотят видеть меня счастливой, но, похоже, они не видят, какой ущерб это могло бы нанести моим отношениям с братом, если бы я позволила себе пойти туда с Шейном. Так что разговор об этом с Октавией позволяет мне взглянуть на ситуацию по-новому, не зная всех предысторий и никоим образом эмоционально не вовлеченной в ситуацию. Она просто сторонний наблюдатель, слушающий рассказываемую историю и дающий совет в ответ. Я краснею сильнее при упоминании о нем. “Ему понравился мой последний пост, тот, с имбирными кексами. И, кстати, я не твой босс, а всего лишь менеджер. Я же говорил тебе перестать называть меня так. - Я прищуриваюсь, указывая пальцем в ее сторону. Она закатывает на меня глаза. “То же самое. Я вижу Клару, может быть, раз в месяц. Я вижу тебя пять раз в неделю. Для меня ты мой босс”. Она права, почти все здешние служащие начали считать меня своим боссом, а не Клару, настоящую владелицу пекарни. Наверное, в каком-то смысле так оно и есть, поскольку они обращаются ко мне с каждой возникшей у них маленькой проблемой, и от меня ожидают, что я их решу. Когда Клара попросила меня стать менеджером во время сезона отпусков в прошлом году, я не ожидал, что она предоставит мне такую свободу. Я думал, она просто хотела провести несколько лишних дней дома со своей семьей вместо того, чтобы каждый день бывать в своем магазине. Но теперь она приходит только раз или два в месяц, и то только для того, чтобы проверить, как идут дела. Я по-прежнему предоставляю ей еженедельные отчеты и время от времени прошу совета, но все остальное лежит на мне. Каждое новое блюдо, которое мы добавляем в меню, любые изменения, которые мы вносим, — все это мой выбор, и мне это нравится. Моей мечтой всегда было однажды открыть собственную пекарню, и я чувствую, что это хорошая практика перед настоящим делом. “ Итак,… Когда ты собираешься встретиться с ним в следующий раз? - Спрашивает Октавия, подходя ближе и прижимаясь своим бедром к моему. Возвращаясь к работе, я записываю в блокнот запасы, оставшиеся на ночь. “Я не уверен, вероятно, не до свадьбы”. Мой брат и Эмма женятся двадцать третьего декабря в Торонто, недалеко от дома моих родителей. Я взволнован свадьбой и тем, что Эм станет моей сестрой, но я также очень рад снова увидеть своих родителей. Кажется, прошла целая вечность с тех пор, как я видел их в последний раз, а это было в июне. - Еще целый месяц? Я смотрю на время: без пяти одиннадцать, а это значит, что завтра нам следует начать упаковывать некоторые из этих товаров для полки со скидками, если мы хотим закрыться к половине двенадцатого. “Ну, у меня действительно нет времени ходить на игры в этом месяце, и не похоже, что у меня есть причина встречаться с ним помимо этого”. Я указываю на закрытые полки со всеми маффинами. “Хочешь начать сворачиваться?” “ Начинаю, босс. Она подмигивает, наклоняясь, чтобы взять один из нижних подносов. Когда она снова выпрямляется, ее взгляд перемещается к окну, и ее глаза расширяются. “О черт! Он здесь! Приближается! Твой мужчина здесь!” Моя голова быстро поворачивается к окну, одна часть меня надеется, что она лжет, в то время как другая умоляет, чтобы это было правдой.Это правда, он действительно здесь! Шейн стоит перед пекарней с подарочным пакетом в руке и заглядывает внутрь. Он проводит свободной рукой по своим густо-каштановым волнистым волосам средней длины, убирая непослушные пряди с глаз только для того, чтобы они упали прямо на лицо, около макушек ушей. “ О Боже! Я хватаю Октавию за запястье, увлекая нас за стойку. “ Почему он здесь? Что мне делать?! Я быстро провожу пальцами по волосам, заправляя пряди за уши, когда звенит колокольчик над дверью. Тяжелые шаги с каждой секундой становятся все ближе и ближе, пока не прекращаются. “ Я вся горю, да? - Шепчу я, когда Октавия сдерживает смех и кивает. “ Фу! Я хотя бы нормально выгляжу? Я прочищаю горло и зажмуриваю глаза. Делая глубокий вдох, я открываю их и медленно поднимаюсь из-за прилавка, в то время как Октавия остается сидеть на полу, тихо хихикая. Шейн стоит прямо там, положив одну руку на свою сторону прилавка, глаза горят весельем, а на его красивых губах играет легкая ухмылка. Они немного пухлее, чем у большинства мужчин, что придает ему надутый вид, но я нахожу их неотразимыми. Мне хочется провести по ним языком, прежде чем слегка прикусить. Посмотри, как красиво на них отпечатываются мои зубы. Мысль, которая ни с того ни с сего приходит мне в голову, заставляет меня покраснеть еще ярче, а мои глаза расширяются. “Ты всегда прекрасно выглядишь, Обри”, - говорит он, и на его щеках появляются ямочки, а улыбка становится шире. У меня такое чувство, что мое лицо горит, и я, не задумываясь, начинаю обмахивать его веером.Клянусь, этот чрезмерный румянец - проклятие. “Шейн… Что?… что ты здесь делаешь?” - Я подумал, что пришло время мне навестить это место. Он смотрит на пустые места вокруг пекарни и на все то милое домашнее убранство, которое я установила в заведении. Перед закрытием у нас никогда не бывает много покупателей, может быть, один или два. Затем он опускает взгляд на свою руку и кладет пакет с подарком на стойку. “И хорошо, я знаю, что немного опоздал, но я хотел вручить тебе твой подарок”. Он подталкивает его ко мне, когда я протягиваю руку, чтобы поднести его поближе. Пакетик весь покрыт рисунками для кексов, а сверху выходит папиросная бумага бирюзового цвета. “ Ты купил мне подарок на день рождения? Мои пальцы осторожно перебирают салфетку. - Я не знала, что ты знаешь, когда это было, - тихо говорю я, не в силах встретиться с ним взглядом, в то время как мое сердце наполняется любовью. “ Я знаю о тебе больше, чем ты можешь подумать, Обри. От его слов у меня перехватывает дыхание. Мои глаза останавливаются на его глазах бирюзового цвета. У них такой завораживающий оттенок, яркие синие и зеленые оттенки сливаются воедино, и в зависимости от погоды или его настроения они становятся зеленее или голубее. “ Почему? Это едва слышный шепот, вопрос срывается с моих губ сам по себе. Его пристальный взгляд ищет мой, что-то мелькает в нем. - Разве это не очевидно? “О Боже мой!” Октавия визжит с земли. Я отбрасываю ногу в сторону, слегка пиная ее. - Ой! - хрипло шепчет она. Я не отвечаю на его вопрос, потому что это означало бы признать, что я нравлюсь ему так же, как он нравится мне, а я не готова поверить в это полностью. Вместо этого я переориентирую свое внимание на подарок, лежащий передо мной. - Можно мне его открыть? Он нежно улыбается. - Конечно. Я осторожно вытаскиваю бумажные обертки, откладываю их сбоку и заглядываю внутрь. Там завернутый подарок в форме большой книги, но когда я беру ее в руки, она как бы раскачивается, как будто она гибкая.Может быть, книга в мягкой обложке? Я отодвигаю пакет и салфетку в сторону, кладу подарок и начинаю осторожно снимать обертку, мое сердце бешено колотится в груди, а руки слегка дрожат при каждом разрыве бумаги. Когда я, наконец, вижу это как следует, тихий вздох срывается с моих губ. Это красивая книга рецептов в кожаном переплете цвета ржавчины с крошечным серебряным украшением в виде венчика на крышке, а в верхней части обложки выбито “Aubrey's Bakery”. Когда я переворачиваю обложку, меня приветствует напечатанная на машинке записка:“Пусть сбудутся все твои самые заветные мечты, начиная с названия этой книги. С любовью, Шейн хх” . Мои глаза наполняются слезами, когда я провожу пальцами по записке, чувствуя, как его выбор слова проникает в меня.Любовь. “О, Шейн...” “Я знаю, у тебя, наверное, уже есть куча книг, в которые ты записываешь свои рецепты, и ничего страшного, если ты не воспользуешься этой прямо сейчас. Я просто...” Когда я поднимаю глаза, то вижу, что он потирает затылок и нервно хихикает. “Я подумал, тебе может понравиться это, я имею в виду тебя"… книг с рецептами никогда не бывает слишком много, я прав? Он смеется. “Я провела небольшое исследование по этому поводу, и говорят, что у пекарей может быть более двадцати книг, заполненных рецептами от начала до конца. Поэтому я подумала, что это будет хорошей идеей для подарка, син ...” О, он говорит бессвязно, это восхитительно. По крайней мере, я не чувствую себя такой одинокой, когда у меня заплетается язык в его присутствии. “ Шейн, ” прерываю я его. Он сжимает челюсть, когда его рука опускается с затылка, и его глаза опускаются на мои, его кадык дергается, когда он сглатывает, прежде чем он вздыхает. “Мне нравится, спасибо. Это много значит для меня”. “О, он восхитителен!” Октавия шепчет мне, хихикая со своего места.Я и забыл, что она там. Мои глаза расширяются, когда Шейн усмехается, теперь я понимаю, что он, скорее всего, знал, что она была там с самого начала, но достаточно мил, чтобы не упоминать об этом. Я со вздохом кладу книгу обратно в подарочный пакет. - Теперь можешь подниматься. Она осторожно поднимается на ноги рядом со мной, драматично машет рукой со слишком широкой улыбкой на лице. “Привет, я Октавия”. Она протягивает ему руку, которую он немедленно пожимает. “Так приятно познакомиться с тобой, Шейн. Я так,ТАК много о вас слышала!” Я снова вся краснею, мои уши горят. “ Боже мой, Октавия! Я закрываю лицо руками. “ Что? Это правда! Ты все время говоришь о нем. На самом деле мы как раз говорили о тебе, когда ты... Я быстро закрываю ей рот рукой. “ Ладно, хватит. Можешь идти, если хочешь. Я улыбаюсь ей, с энтузиазмом кивая головой, чтобы донести ее мысль.Убирайся, пока не поставила меня в еще большее неловкое положение! Она хмурится. “ Ты уверен? Я еще не упаковала завтрашние товары со скидкой. “Все в порядке, Тави. Я позабочусь об этом и закрою магазин. Иди домой к своей маме, я уверен, она будет рада, что ты вернешься раньше. Я знаю, как сильно она волнуется” когда тебя нет дома так поздно. Я касаюсь ее руки, слегка сжимая ее с нежной улыбкой. У матери Октавии болезнь Альцгеймера, и она часто беспокоится, когда ее дочери нет дома по ночам, потому что забывает, что Тави работает в вечернюю смену. “Хорошо, да, спасибо, босс. Увидимся завтра”. Она сжимает мою руку, когда я отпускаю ее, затем поворачивается к Шейну. “Пока, Шейн. Я надеюсь увидеть тебя здесь снова”. Она подносит руку ко рту, прикрывая его, как будто хочет рассказать секрет. “Я знаю, кому-то это понравилось бы”. “ Вон! Я толкаю ее обратно, заставляя направиться в кладовку, где все сотрудники хранят свои вещи. Она смеется и, наконец, уходит сама. “Я ухожу, я ухожу”, - говорит она, поднимая руки вверх. Когда я поворачиваюсь обратно к Шейну, я вижу, что он улыбается, снимая куртку, его мощные мышцы восхитительно обтягивают черную толстовку. Мои щеки загораются, когда мои губы слегка приоткрываются, мое тело согревается от открывающегося передо мной зрелища. “ Что?… что ты делаешь? Я кладу пальцы у основания шеи, потребность снова обмахнуться веером растет с каждой проходящей секундой, но я воздерживаюсь от этого.Я и так уже достаточно опозорилась за одну ночь. “ Помогаю тебе. Где я тебе нужен? Он ухмыляется, кладя куртку на маленький круглый столик у входа, затем без разрешения обходит прилавок как раз в тот момент, когда Октавия возвращается из кладовки и машет рукой на прощание. Я слишком шокирована, чтобы ответить немедленно. Вместо этого я стою с открытым ртом и смотрю, как он закатывает рукава. - Ты...ты остаешься? “ В здравом уме я ни за что не смог бы оставить тебя здесь одну так поздно ночью. Он заправляет прядь моих волос, упавшую вперед, обратно за ухо. Я вздрагиваю от его прикосновения, крошечные камешки покрывают мои руки, мои губы приоткрываются, когда прерывистое дыхание покидает меня, и я мгновенно краснею. Его взгляд на мгновение опускается на мои губы, прежде чем он отводит его и указывает подбородком на дисплеи. - Что тебе нужно, чтобы я сделал? “Um…” Я несколько раз моргаю, прогоняя туман из головы. “Мы должны завернуть все как можно плотнее. Затем наклейте на них ярлыки с помощью вот этого аппарата и прикрепите к ним наклейки со скидкой ”, - наконец удается сказать мне, указывая на все подряд. Он кивает. “ Хорошо, сначала покажи мне, как заворачивать один. Потом я сделаю это, пока ты будешь делать этикетки. Мы приступаем к работе сразу после того, как я покажу ему, как сделать первое. И, что удивительно, все остальное он делает идеально, как будто годами занимался этим в свободное время. Сорок пять минут спустя я пересчитал кассу, убрал излишки в сейф и приготовился к завтрашней первой смене. Все это время Шейн мыл пол и расставлял стулья, а также мыл витрины и прилавки. Я думала, что мне потребуется больше времени, чтобы закрыть магазин, но благодаря помощи Шейна я включила сигнализацию и заперла входную дверь всего на две минуты позже, чем обычно. Когда я поворачиваюсь лицом к Шейну, я обнаруживаю, что он стоит прямо у меня за спиной, всего в футе от меня. Я немедленно краснею и прочищаю горло, прежде чем заговорить. “Спасибо, что помогли мне закрыть пекарню. Тебе действительно не нужно было этого делать. “ Я хотел помочь тебе, Обри. Он засовывает руки в карманы пальто и покачивается на каблуках. “А теперь скажи мне, где припаркована твоя машина, чтобы я мог быть джентльменом и проводить тебя до нее”, - заканчивает он с ухмылкой. Мои щеки пылают еще сильнее, когда я заправляю волосы за ухо. “ О, я не езжу на работу на машине. Я живу всего в пяти минутах ходьбы отсюда. Его ухмылка мгновенно исчезает, ее заменяет хмурый взгляд. “ Ты идешь домой пешком так поздно ночью? Один? Мои глаза расширяются от его тона, внезапное чувство, что я сделала что-то не так, ползет по моей коже. “Ну, да. Это недалеко, и в это время там никогда никого нет. “ Это небезопасно, Обри. Он смотрит на меня сверху вниз с суровым выражением, которого я никогда раньше у него не видела. Даже со своими игроками я никогда не видел, чтобы у него было такое выражение лица. “Я...” “ Нет. ” Он обрывает меня взмахом руки. “ Я провожу тебя домой. Давай, в какую сторону?” “ Ммм ... но твоя машина? Я указываю на черную Audi R8, припаркованную перед соседним зданием. “ Я заберу его после того, как высажу тебя. Или я могу подвезти тебя? Мысль о том, чтобы остаться с ним наедине в машине, которая, вероятно, пахнет так же, как он, заставляет мои внутренности трепетать.Мы были бы так близки. Что, если он возьмет меня за руку? Что, если он положит свою мне на бедро? Что, если он попытается поцеловать меня, пока я заперта в его машине, и я позволю ему? Нет. Я не могу быть там с ним наедине. По крайней мере, здесь мы на виду. Шейн слишком джентльмен, чтобы что-то предпринимать. “ Нет, я предпочел бы пройтись пешком.… если можно? “ Конечно. Если тебе так удобнее ходить, тогда мы пойдем пешком. ” Он тепло улыбается, несмотря на холодный воздух, обжигающий нашу кожу. Я киваю, показывая дорогу, и мы молча идем бок о бок по дорожке. Но после целой минуты, пока мы слушаем хруст наших ботинок по снегу, я задаю ему вопрос, который всегда хотела узнать. Потому что, возможно, после всех этих лет я просто неправильно истолковала его любезность такой, какая она есть на самом деле. Он просто был милым. “Почему ты так добр ко мне, Шейн?” Он отвечает не сразу, ему требуется несколько секунд, чтобы обдумать мой вопрос, прежде чем взглянуть на меня, и ямочка на его щеке появляется, когда он улыбается. - Могу я быть честен с тобой, Обри? “Я всегда хочу, чтобы ты был честен со мной”. Мне даже не нужно было думать об этом, слова просто выплеснулись наружу в ту секунду, когда мой мозг зарегистрировал его вопрос. Потому что я знаю, что если бы Шейн когда-нибудь не был честен со мной, это разбило бы мне сердце. “ Ты мне нравишься, Обри. Его слова останавливают меня на полпути, когда я быстро поворачиваюсь и смотрю на него, желая увидеть честность в его глазах. - Ты мне действительно нравишься. - Костяшки его пальцев поднимаются, чтобы погладить мою щеку, прежде чем задержаться под подбородком, в то время как его большой палец нежно проводит взад-вперед по моей коже. У меня перехватывает дыхание, то же самое тепло, которое я почувствовала, когда он коснулся моего колена несколько месяцев назад, вновь возникает во мне. Мои соски мгновенно твердеют под лифчиком, и это не имеет никакого отношения к окружающей нас холодной погоде. Это все из-за Шейна и простого прикосновения его большого пальца к моей щеке. И, конечно, именно в этот момент мне приходится идти и ставить все в неловкое положение. “ Я девственница! - Выпаливаю я, прежде чем успеваю себя остановить. “ Ко мне никогда не прикасался мужчина. Меня даже никогда не целовали. Я быстро прикрываю рот рукой, замыкая себя, прежде чем смогу сделать это еще хуже. Его глаза расширяются, рот открывается и закрывается, затем снова открывается и снова закрывается, что делает его похожим на разинувшую рот рыбу. Он качает головой, пытается заговорить еще раз, но по-прежнему не может произнести ни слова. Теперь я действительно чувствую себя полной дурой. Какого черта ты это говоришь, Обри!? Мне кажется, что мое лицо горит так же, как шея, кончики ушей и носа. Наконец, набравшись смелости заговорить снова, я опускаю руку и выпрямляюсь, пытаясь уйти с таким достоинством, какое у меня осталось. “О Боже, забудь, что я что-то сказала. Тебе не нужно провожать меня домой, все в порядке, я все равно почти на месте”. Я поворачиваюсь к нему спиной, желая уйти. - Спокойной ночи, Шейн. Я начинаю быстро шагать по тропинке, сжав руки в кулаки и дрожа от холода и смущения. Мне следовало бы надеть перчатки перед уходом, и моя шляпа, может быть, шарф тоже были бы разумнее. “ Эй, подожди. ” Я слышу его шаги позади себя, но не останавливаюсь. “ Обри, подожди! Он хватает меня за локоть, быстро оттаскивая назад, когда я поворачиваюсь и сталкиваюсь с его телом. Мои руки инстинктивно тянутся к его груди, останавливаясь там, когда я поднимаю взгляд. Он не отпускает мой локоть, когда кладет другую руку мне на талию, удерживая меня на месте. Шейн высокий, шесть футов пять дюймов, в то время как мой рост всего пять футов пять дюймов, а это значит, что когда я стою так близко к нему, мне приходится запрокидывать шею, чтобы заглянуть ему в глаза. - Неужели ты думала, что я не заинтересовался бы тобой, если бы знал, что ты девственница? Стыд наполняет меня, когда я смотрю на свои руки. “С чего бы тебе бояться? Мне нечего тебе предложить.” Я качаю головой, ненавидя то, насколько уязвимой я чувствую себя в этот момент. “Зачем тебе вообще нужен кто-то настолько неопытный? Шейн, у меня нет ничего своего. Я понятия не имею, куда катится моя жизнь. Машина, на которой я езжу, даже не моя; она принадлежит Ронни. Квартиру, в которой я живу, купил мой брат. У меня даже нет образования. Ты мог бы поступить намного лучше ”. “ Ты ошибаешься. Он отпускает мой локоть, его рука поднимается, чтобы схватить меня за подбородок, когда он запрокидывает мою голову, чтобы встретиться с ним взглядом. “Ты ошибаешься, Обри. Меня не волнуют все эти вещи, и мне, конечно, не нужно, чтобы ты мне что-то предлагал. Единственное, что меня когда-либо волновало, это ты и твое сердце. То, кто ты есть как личность, намного важнее всех тех вещей, которые ты упомянул, и уже одно это делает тебя более великим, чем большинство людей, которых я знаю ”. Он обхватывает мою щеку рукой, лежащей у меня на талии, и по ней разливается румянец. “У тебя самое доброе сердце, которое я когда-либо видел, самая красивая улыбка и самый милый маленький носик”. Он хихикает, когда я морщу его. “ Но твои глаза, Боже, твои глаза, Обри, я каждый раз теряюсь в них. Они заставляют меня нервничать, - шепчет он, прежде чем сглотнуть. - Ты тоже заставляешь меня нервничать, Шейн, - признаюсь я в ответ, хотя это и так довольно очевидно. “ Да, ну, в твоем возрасте это приемлемо. В моем - не очень. Низкий, хриплый смех срывается с его губ. “ Мне тридцать семь, скоро будет тридцать восемь. Я не должен все еще нервничать рядом с девушкой, которая мне нравится. Он ухмыляется, глядя на меня сверху вниз. “ Ты не такой старый. Думаю, это все еще приемлемо. Я улыбаюсь в ответ. “ Значит, мой возраст тебя не беспокоит? Он заглядывает мне в глаза, ища любой признак того, что это может иметь значение.Но он ничего не найдет. Я слегка качаю головой, его хватка за мой подбородок мешает мне сделать это должным образом. - Нет. Его ухмылка становится шире. - Приятно это знать. Когда я смотрю в его глаза, я чувствую, что мы медленно открываем что-то, что, возможно, только возможно, могло бы стать чем-то большим. Что это чувство внутри меня существует и в нем тоже, и если бы мы дали ему шанс, мы могли бы сделать из этого что-то прекрасное. Но затем наступает реальность, и наша самая большая проблема с грохотом возвращается на передний план моего сознания. “Шейн, мы все еще… Мой брат… Он бы никогда...” Он отпускает меня, когда я опускаю голову, чувствуя, что все мои надежды и мечты рушатся, умирая еще до того, как они смогли полностью оформиться. “ Я знаю... ” пораженно шепчет он, затем вздыхает. - Давай отвезем тебя домой, пока ты здесь не простудилась. Я киваю, и мы снова молча идем по улице, затем поворачиваем за угол и останавливаемся перед входом в мой дом. - Это я, - нервно говорю я, когда мой румянец подкрадывается к лицу, и я заправляю волосы за замерзшее ухо. - Что ж, спокойной ночи, Обри. “Спокойной ночи, Шейн”. Он стоит там секунду, как будто на самом деле не готов уйти, но потом качает головой и поворачивается, чтобы уйти. Я быстро вытаскиваю ключи из кармана пальто и вставляю нужный в замочную скважину. Потребность сбежать в убежище моей квартиры переполняет меня; там у меня не возникнет соблазна попросить его остаться. Снова обнять меня. Поцеловать меня. Его удаляющиеся шаги резко прекращаются, когда он шепчет что-то вроде “Знаешь что, к черту это”. Я оставляю ключи висеть на двери и поворачиваюсь к нему. - Что? Он решительно поворачивается ко мне лицом, вытягивая руки по швам. - С меня хватит. Я хмурюсь, сбитая с толку его словами. - Я не... “ Прошло почти четыре года, Обри. Он сглатывает, его Адамово яблоко подсвечивается фонарным столбом рядом с ним, покачиваясь вверх-вниз. “Мне надоело ждать”. Он подходит ко мне так быстро, что я едва успеваю среагировать. Следующее, что я помню, это то, что его руки обхватывают мое лицо с обеих сторон, моя спина прижата к стеклянной двери, а его губы впиваются в мои. Мое тело замирает на секунду, когда в голове возникает тысяча вопросов.Как мне это сделать? Я держу рот закрытым или открытым? Мы пользуемся языком? И если мы это сделаем, то как? Но затем кончик его языка касается моих губ, требуя доступа, и все исчезает. Мои руки скользят вверх по его груди, когда я сжимаю в кулаках его пальто и стону, открываясь для него. Его язык неуверенно скользит в мой рот, исследуя его окрестности, пока мой не начинает играть, знакомясь с его языком, пока они кружатся друг вокруг друга. После того, что кажется вечностью растворения в нем, мы отстраняемся друг от друга, ровно настолько, чтобы дышать. Я тяжело дышу, мое сердце колотится в груди, мое тело горит изнутри, в то время как моя сердцевина пульсирует, и я неохотно сжимаю бедра вместе. Я чувствую его учащенное сердцебиение, когда он пытается контролировать свое дыхание. Его бедра прижимаются к моим, и вот тогда я чувствую это — его мужественность.Это… О Боже, это тяжело! Мое лицо горит, глаза распахиваются, рот широко раскрывается. Он откидывает голову еще больше назад, чтобы увидеть мою реакцию, и хихикает. - Извини за это. “Это...” Я сглатываю. “Все в порядке”. Он откидывается назад, прижимаясь своим лбом к моему с удовлетворенным вздохом. “ Ангел, ” бормочет он с закрытыми глазами. “Я так давно хотел это сделать”. - Я тоже, - шепчу я. Он снова прижимается своими губами к моим, на этот раз нежными, в которых столько смысла. -Спокойной ночи, Ангел. Это прозвище согревает мое сердце, заставляя меня хотеть остаться в этом моменте навсегда. “Спокойной ночи, Шейн”. На этот раз он отступает, но ждет, пока я не окажусь внутри здания, машет в последний раз рукой через стекло, прежде чем повернуться и направиться обратно по тропинке, по которой мы шли. ---------- Глава вторая Глава вторая Шейн Попробуй украсть мою девушку, я осмелюсь. Я сделал это, я наконец-то, черт возьми, сделал это! Я поцеловал ее, и это был самый волшебный момент в моей жизни. Я страстно желал Обри Форд с того самого момента, как впервые увидел ее на свадьбе Сайласа. Это было так, словно мои глаза открылись в первый раз, и передо мной стоял прекрасный ангел. Я наблюдал, как она с такой грацией прошла по проходу, прежде чем занять свое место рядом с подружками невесты. Я был так очарован ею, что пропустил появление Сесилии — и каждое слово, произнесенное женихом и невестой, — потому что все, что я мог видеть, была она. Я никогда не видел такого ангельского создания с длинными пепельно-светлыми волосами и россыпью веснушек на светлой коже, которые усеивали ее щеки и переносицу. Добавьте к этому светло-розовые пухлые губки, милый крошечный вздернутый носик и большие, красивые круглые глаза самого светлого оттенка коричневого, какой только можно себе представить. Я никогда не видел таких глаз, как у нее; она была похожа на мечту, видение, которое я постоянно хотел видеть снова и снова. Но в то время она была так молода, ей вот-вот должен был исполниться двадцать один год, когда мне было уже тридцать четыре. Мне не имело смысла приближаться к ней. Это казалось несправедливым. И тот факт, что ее старший брат, Грейсон Форд, является одним из моих игроков за "Нью-Йорк Гриффинз", просто не помог. Он, казалось, чрезвычайно заботился о своей младшей сестре и никогда бы не позволил тридцатичетырехлетнему разведенному мужчине встречаться с его едва законной сестрой. Я пытался держаться на расстоянии, я пытался забыть ее, притвориться, что то, что я чувствовал каждый раз, когда смотрел на нее, было ненастоящим. Но чем больше проходило времени, тем тяжелее это ощущалось, тем более невозможным это становилось. Я просто не мог оставаться в стороне. Я не мог удержаться от того, чтобы не высматривать ее в толпе во время игр, когда мне следовало обращать внимание на своих игроков. Или каждый раз, когда меня приглашали на особые мероприятия или торжества и я знал, что она там будет, меня тянуло к ней, как бы сильно я ни пытался с этим бороться. Но еще труднее было держаться подальше от того факта, что каждый раз, когда я находил ее взглядом, она смотрела прямо на меня, как будто просто не могла остановиться. Я полностью понимал это чувство. Обри - это все, чего я когда-либо хотел; она добрая и милая, с сердцем, которое глубоко заботится. Она мягкая и застенчивая, но время от времени расслабляется — это прекрасное изменение, которое можно наблюдать. У нее самый чувственный смех и самая яркая улыбка. Она опьяняет в самом лучшем смысле этого слова. Но я думаю, что по-настоящему я влюбился в нее из-за ее неконтролируемого румянца. Когда люди говорят, что скрывают свои эмоции, они никогда не встречали моего Ангела. Каждая эмоция, которую она испытывает, отражается на ее лице и теле. У нее разные оттенки румянца в зависимости от того, что она чувствует. Иногда это светло-розовый цвет, который распространяется по ее скулам, или темно-розовый, который полностью заливает ее щеки. Иногда он становится более красным и достигает шеи и ушей. Но когда это доходит до крайности, краснеет даже кончик ее носа. Это заставляет меня задуматься, распространяется ли румянец ниже по ее телу. Я сажусь в свою машину, дрожа после быстрой ходьбы назад, и быстро завожу ее, чтобы сбросить температуру. Я должен был убедить ее поехать домой на машине, а не идти пешком. Я бы возненавидел себя, если бы она заболела из-за меня. Но опять же, если бы мы не пошли пешком, у нас никогда бы не было этого разговора, и я, возможно, никогда бы не проводил ее до двери и не поцеловал. На самом деле нет, я бы все равно это сделал. Моя мать ударила бы меня по голове, если бы я в конце дня не проводил женщину до ее двери. Откидываясь на спинку сиденья, когда исходящее от него тепло начинает согревать мои замерзшие кости, я смотрю в сторону уже темной пекарни, перебирая в памяти каждое сказанное слово, каждый обмен взглядом и мягкой улыбкой, каждое прикосновение. Когда Обри сказала, что она девственница, это меня, конечно, удивило. Я был немного ошеломлен, потому что не мог понять, как такой изысканной красавице не делают постоянных предложений. Но потом все встало на свои места — это Обри. Мой робкий маленький Ангел, который спустя почти четыре года все еще не знал, как сильно меня к ней влечет. Мужчины, должно быть, набрасываются на нее, куда бы она ни пошла, а она даже не замечает этого. А потом, когда она сказала мне, что ее никогда не целовали, все, что мне захотелось сделать, это схватить ее за волосы, запрокинуть ее голову назад и немного в сторону и дать ей то, чего у нее никогда не было, то, о чем я мечтал годами. Все, чего я жаждал, это попробовать на вкус эти идеальные розовые губы, и чтобы они раскрылись для меня, приглашая меня поласкать своим языком ее, увидеть, какими гладкими они ощущаются вместе, узнать, такие ли ее губы и язык мягкие, как у нее. И, Боже, будут ли они вообще. Я все еще чувствую ее прикосновение к своему. Я проверяю время на приборной панели и проклинаю себя за то, что так поздно вышел из дома. Уже за полночь, а мне нужно вставать через несколько часов и быть в своем офисе к семи. Тренировка команды начинается не раньше десяти, но это не значит, что я смогу выспаться до тех пор. Коучинг заключается не только в том, чтобы раскрыть максимальный потенциал моих игроков. Он также включает в себя кучу бумажной работы и встречи с руководством. Направляясь к своему дому в Йонкерсе, я снова вспоминаю время, проведенное с Обри, и мне всегда мало того, что она вторглась в мои мысли. Улыбка застывает на моем лице, когда я вспоминаю, как наблюдал за ней в ее стихии в пекарне. Ей там самое место, и любой, кто думает иначе, идиот. Нажимая кнопку телефона на цифровом экране, я набираю номер своего давнего лучшего друга, который отвечает после второго гудка с раздражением в голосе. “Чего ты хочешь?” “ Я поцеловал ее. Сразу перехожу к делу. Джулиан знает, насколько я был без ума от Обри с самого начала. “ И это не могло подождать до утра? - спрашивает он, явно раздраженный. “ О, заткнись. Не делай вид, что ты спала, я знаю тебя, Джулс. Я мог бы поспорить на все свое состояние, что ты сидишь в своем домашнем офисе, пока мы разговариваем. Мы с Джулианом Стормом дружим очень давно — мы познакомились в школе-интернате, когда нам было десять. Я думал, что он холодный, чопорный придурок, а он думал, что я слишком дружелюбен и отпускаю глупые шутки. Мы мгновенно сблизились. Ладно, может быть, не сразу, но потом я познакомился с его братьями, Джейсоном и Джесси, которые начали приглашать меня повсюду, куда бы ни пошли. Так что, в конце концов, у нас с Джулианом не было другого выбора, кроме как поладить. И теперь, почти двадцать восемь лет спустя, я не могу представить свою жизнь без него. Может, внешне он и суров, но он настоящий друг, который всегда прикрывает мою спину. Его смешок разносится по динамикам. “И ты можешь приберечь свое богатство на другой день”. Он на мгновение замолкает, прежде чем заговорить снова. “Должен признаться, я удивлен, что тебе потребовалось так много времени, чтобы поддаться своим желаниям”. “ Ты же знаешь, какая она, торопить ее было бы неправильным шагом. Если бы я поцеловал ее с самого начала, при нашей первой встрече или по любому другому поводу, она, вероятно, взбесилась бы. - И как маленькая мисс Форд восприняла этот поцелуй? - Она поцеловала меня в ответ, если тебя это интересует. Хотя сначала она действительно замерла, но, возможно, это было просто потому, что она не ожидала этого или не знала, что делать. Именно тогда я решил немного помочь ей, и мой план прекрасно сработал, потому что после этого она растаяла во мне, вцепилась в мой пиджак и притянула меня к себе, чтобы углубить поцелуй. Я даже не уверен, что она осознает, что сделала это. “ Замечательно. Итак, когда ты встречаешься с ней в следующий раз? Я хмурюсь, понимая, что не думала так далеко вперед. “ Я не уверена. Мы не совсем строили планы. “Ну, у меня все еще есть то свидание, которое я купил для вас обоих”, - говорит он, его пальцы быстро стучат по клавиатуре.Этот парень всегда работает. “ Это правда, возможно, я мог бы пригласить ее куда-нибудь, но у нас все еще есть проблема с ее братом. Я вздыхаю.Теперь это я раздражен. Почему так получается, что когда я наконец встречаю женщину своей мечты, это должно происходить при таких сложных обстоятельствах, как это? “ Ах, да. Тот, который женится на рыжей. Я хмурюсь. - Ты знаешь их имена, Джулс. “Да, я просто предпочитаю ими не пользоваться”. “ Ты жестокий человек. Я смеюсь. - И все же за последние двадцать восемь лет мне так и не удалось от тебя избавиться. - Он усмехается в ответ. “И ты никогда не поймешь”. Я ловлю себя на том, что улыбаюсь, когда ворота моего дома открываются, впуская меня на территорию. - Что ж, если это все, я хотел бы вернуться к своей работе. Этот парень. Неудивительно, что люди не понимают, почему мы друзья. “ Да, это все. Спасибо, что ответили на звонок. Я паркуюсь за первыми из четырех гаражных ворот. “Как будто у меня был выбор”, - бормочет он, прежде чем вздохнуть. “Шейн, просто встречайся с девушкой. Ее брат разберется с этим. Дело не в нем, а в тебе и Обри. - Спасибо, чувак. “ В любое время. Он на мгновение замолкает, и я уже собираюсь повесить трубку, когда он заговаривает снова. - Да, и еще кое-что, Джефферсон. “Да?” - Назови меня Джулс еще раз, и я заставлю тебя исчезнуть и украду твою девушку. Я заливаюсь смехом, когда он вешает трубку. Он всегда ненавидел это прозвище, но мы используем его всякий раз, когда можем, просто чтобы подействовать ему на нервы. Джулиан из тех, кто всегда контролирует ситуацию, поэтому наблюдать, как он теряет хладнокровие из-за имени, того стоит. И каждый раз это заканчивается одинаково: он угрожает заставить нас исчезнуть. Хотя это всегда говорится в шутку, и лучше бы часть о моем Ангеле тоже была такой. ОБРИ Войдя в свою квартиру, я кладу ключи и сумочку на кухонный столик и направляюсь к холодильнику за бутылкой воды. После такого поцелуя и того, как я чувствую себя взвинченной, мне отчаянно нужно утолить эту жажду другим способом. Я как раз закрываю холодильник, когда входная дверь в мою квартиру распахивается, и входят люди, которых я не ожидал увидеть так поздно ночью или вообще сегодня, если уж на то пошло. “БОЖЕ МОЙ!!!” Вероника кричит, как только заходит внутрь, за ней следуют два ее парня-хоккеиста.Да, двое. Ноа Адлер и Габриэль Эллис. “ Ронни? Что ты здесь делаешь? Я моргаю, когда она подбегает ко мне, выхватывает у меня из рук бутылку с водой и ставит ее на стол. “Расскажи мне все! Как это было? Его губы такие мягкие, какими кажутся? Потому что они действительно выглядят мягкими. И какие у него губы на вкус? Все было так, как ты мечтал? Она хватает меня за обе руки и слегка встряхивает, прежде чем обхватить своей и крепко сжать. “Черт возьми! Я не могу поверить, что у тебя только что был твой первый поцелуйи с мужчиной твоей мечты!” Я заливаюсь темно-красным, теперь понимая, что они, вероятно, были припаркованы снаружи, когда все произошло между мной и Шейном. Что означает... Они видели, как мы целовались. Вероника отстраняется и оглядывает меня. “О, даже ее губы выглядят припухшими. Разве они не выглядят опухшими, мальчики?” “ Так и есть. ” Смеется Ной, подходя, чтобы обнять меня и поцеловать в лоб. - Привет, принцесса. Мой румянец меняется с красного на светло-розовый от братской привязанности, которую он всегда проявляет ко мне. “Привет, Ной. Как дела?” - Спрашиваю я, обеспокоенный его ранением в живот, которое произошло шесть недель назад. “ Я в порядке, беспокоиться не о чем. Он ухмыляется и отступает назад, когда Гейб подходит следующим. “ Так ты наконец-то запачкалась с тренером, малыш Форд? Он широко улыбается, обнимает меня и целует в щеку. Звук видеозвонка наполняет кухню, и я быстро смотрю на Ронни, которая держит перед собой телефон. “Кому ты звонишь?!” Мои глаза расширяются, когда я высвобождаюсь из рук Габриэля и бросаюсь к ней. Но я недостаточно быстр, и через несколько секунд на экране появляются Морган, Сесилия и Эмма. “Ронни… Я беременна и все время устаю”, - скулит Морган, потирая глаза. “Я знаю, знаю, мне жаль. Но это важно и не может ждать до завтрашнего утра. А теперь мне нужно, чтобы вы все отошли от своих людей, чтобы мы могли обсудить это ”. Ронни широко улыбается им, когда камеры начинают двигаться по кругу. “ Ладно, в чем дело? Эмма спрашивает первой. “ Вы все подальше от любопытных ушей? Ронни ждет. “Да! Просто поторопись и расскажи нам!” Сесилия делает жест рукой, предлагая ей продолжать. “Они поцеловались! Шейн поцеловал ее!” Ронни визжит высоким голосом, которого я никогда раньше у нее не слышала. Я быстро отстраняюсь, почти желая прикрыть уши, когда все начинают перекрикивать друг друга, в то время как мой румянец распространяется по всей коже подобно лесному пожару. “О БОЖЕ МОЙ!” Сесилия шепчет и, кажется, подпрыгивает на месте от того, как сильно дрожит камера. “Ого! Ее первый поцелуй!” - Восклицает Морган, прижимая руку к сердцу и вытирая глаза. “Мне очень жаль, просто я сейчас чрезвычайно эмоционален”. “ Я знала, что это случится! Эмма кладет телефон на что-то и хлопает в ладоши. “ Как это было?! Нам нужны подробности, малышка Брей!” - ЧтоКак прошло? Откуда-то издалека доносится голос моего брата, и я замираю. Глаза Эммы расширяются, она быстро берет телефон и уходит. “Ничего, Вульф. Просто Обри рассказывает нам о новом рецепте, который она попробовала сегодня на работе”. Все на мгновение замолкают, пока, наконец, она не вздыхает. “Ого, это было близко”. -Ты ведь знаешь, что нас всех вот-вот убьют, верно? До меня тоже доносится голос Сайласа. “Сиси! Я сказал тебе отвалить от твоего мужчины!” Ронни упрекает ее. - Эй, между мной и Саем нет секретов. - Она пожимает плечами. “Нас не просто убивают. Мы отправимся прямиком в ад, как только Форд узнает ”, — следующим вступает другой мужской голос - Клэй Беркли, муж Морган и еще один хоккеист. Ронни разочарованно хмурится. “ Правда, Морг? Ты тоже? Она застенчиво улыбается. - Извини. Я, наконец, решаю вмешаться, желая закончить этот разговор. “ Никто не умрет, и никто не попадет в ад, потому что Грей ни о чем из этого не узнает! Это был один поцелуй, вот и все. Мы все можем просто двигаться дальше, пожалуйста? Я раздражаюсь. - Ронни, почему ты вообще здесь так поздно? “О, Гейб сделал предложение, и я хотела поделиться новостями. Но потом случились вы с Шейном, и это было намного важнее”. Она отмахивается от меня, как будто в том, что она помолвлена, нет ничего особенного. “ Спасибо, Лисичка. Гейб хмуро смотрит на нее из-за наших спин, используя милое прозвище, которое он ей дал. Это напоминает мне о том, как Шейн назвал меня Ангелом ранее, и я бессознательно прикусываю губу. “Ты помолвлен!?” Эмма кричит шепотом. “Покажи нам кольцо!” Ронни сияет от блаженства, поднимая руку к экрану. На ее пальце ярко сияет красивое обручальное кольцо с синим сапфиром, но что действительно бросается в глаза, так это татуировка кольца прямо над ним, которой у нее не было, когда я видел ее в последний раз несколько дней назад. “ Что это? Я указываю на это. “О, это для меня и Ноя, у нас обоих есть по кольцу. Изначально мы все трое должны были сделать татуировку кольца, так как знали, что не можем официально пожениться. Но потом Гейб удивил меня вот этим. Ронни указывает на кольцо с голубым бриллиантом. “Сразу после того, как мы с Ноем уже сделали наше”. Затем она оглядывается через плечо на двух мужчин, в которых безумно влюбилась за лето, и мечтательно вздыхает. “Так что, в некотором смысле, я выйду замуж за обоих моих мальчиков”. “ Ой!… Я так рада за вас, ребята! Сесилия говорит искренне. “ Я тоже. Морган несколько раз шмыгает носом, прежде чем вырваться рыданию. “ О Боже, это уже слишком. Две беременности, а теперь еще и две свадьбы. Она тянется в сторону за салфеткой и вытирает глаза. “В воздухе так много любви. И теперь, теперь наша малышка наконец-то расправляет свои собственные крылья ”. “ Морг! Перестань плакать, потому что сейчас я тоже заплачу. Эмма быстро обмахивает свое лицо веером. “ Фу! Слишком поздно, я не могу это остановить! Мой малыш Форд больше не ребенок! ” - плачет она, уткнувшись в ладони.Я забыл упомянуть, что она тоже беременна? Все, что я могу делать, это смотреть широко раскрытыми глазами на экран. Я не уверен, что происходит, но это хаос. “Ладно, хватит”. Телефон внезапно вырывается из руки Морган, и в поле зрения появляется Клэй без рубашки, отчего мои щеки краснеют при виде этого.Глупый румянец! “Остальная часть этого разговора может подождать до завтра. Моей жене нужен отдых, и мне тоже. Спокойной ночи”. Он заканчивает тем, что вешает трубку. - Беркли прав. Всем пора спать, утром у нас тренировка. Спокойной ночи. Сайлас берет телефон Сесилии и выключает его. -Банни? Снова раздается голос Грейсона. “ Иду, Волк! Эмма говорит ему, маша нам рукой. “ Это моя реплика. Спокойной ночи. Видеозвонок заканчивается, и Ронни кладет телефон на стол как раз в тот момент, когда Ной подходит и нежно касается ее щеки. - Нам тоже пора домой, Котенок. “ Хорошо. Она наклоняется и целует его в губы, прежде чем повернуться ко мне и заключить в свои объятия. “Я так рад за тебя, Обри, ты это заслуживаешь. Грейсон одумается. Я знаю, что так и будет”. Все, что я делаю, это киваю, не в силах согласиться с ее утверждением, но и не желая не соглашаться. Потому что нет ничего, чего бы я хотела больше, чем исследовать этот мир с Шейном, но я знаю своего брата, и он так просто все не отпускает. Что означает только одно. Если Грей узнает, он никогда мне этого не простит. ---------- Глава третья Глава третья Шейн Это не подойдет! ~ Три дня спустя / декабрь ~ Я не навещал Обри три дня, желая дать ей немного времени подумать обо всем, что происходит между нами. С тех пор я ничего так не хотел, как снова поцеловать ее, но как только кайф прошел, я начал сомневаться в себе. Я подумал, не слишком ли быстро я оттолкнул ее, не подумала ли она, что я поцеловал ее только потому, что она сказала мне, что никогда ею не была, и я не хочу, чтобы она думала, что я всего лишь оказываю ей услугу. Поцеловать Обри было моим самым большим желанием с самого первого момента, когда я встретил ее, но теперь я не знаю, что делать. Я боюсь, что если я все-таки поцелую ее снова, она подумает, что я хочу ее только из-за этого, хотя это не может быть дальше от истины. Я хочу ее сердце и душу еще до того, как подумаю о том, чтобы захотеть ее тело. Но завтра мы уезжаем на четыре дня. Что означает четыре дополнительных дня без встречи с ней, и я не знаю, смогу ли я ждать так долго. Наверное, именно поэтому в половине двенадцатого вечера я выхожу из дома и мчусь в пекарню, надеясь застать ее, когда она закончит. Без пяти полночь я паркуюсь прямо перед пекарней и выхожу из машины. Свет в передней части магазина выключен, но ее офис в задней части освещен, а это значит, что она все еще здесь. Я прислоняюсь к борту своей машины, скрестив лодыжки и засунув руки в карманы пальто. С неба падает небольшой шквал, усыпая тротуар маленькими белыми точками. Обычно у нас так рано не выпадает снег, но это уже второй снегопад с прошлой недели. Звук открываемой двери возвращает мое внимание к магазину, и я вижу, как Октавия выходит первой, за ней следует Обри. “ О, смотрите, босс. Пришел ваш парень. Октавия улыбается, когда замечает меня, и я не могу не улыбнуться вместе с ней над термином, который она использовала. Щеки Обри приобретают оттенок розового, а ее глаза расширяются. - Он не такой.… Это не... Она качает головой и вздыхает. “ Спокойной ночи, Тави. Затем она делает шаг ко мне, но поскальзывается и врезается прямо в меня, когда я отталкиваюсь от машины и ловлю ее как раз вовремя. “ Вау, вот так. Я выпрямляю ее, обнимая одной рукой за туловище, и убираю волосы с ее лица. “Ты в порядке, Ангел?” Она поднимает свои большие, красивые, захватывающие дух глаза и говорит “Да” хриплым голосом. “О Боже, это прямо как в романтическом фильме. Я так ревную”, - бормочет Октавия рядом с нами. Я хихикаю, когда Обри стонет и прячет лицо у меня на груди. “ Ты живешь далеко отсюда, Октавия? Я бы предложил подвезти вас, но в моей машине мало места. “ Как бы мне ни хотелось прокатиться на этом прекрасном чудовище, моя машина вон там. Но спасибо тебе. - Она указывает на потрепанную красную ”Короллу". “Спокойной ночи, ребята. Повеселитесь”. Она подмигивает, затем хихикает, когда слышит, как Обри снова стонет со своего места у меня на груди. Даже не осознавая этого, я поглаживаю ее по волосам на затылке.Боже, как бы я хотел постоянно держать ее в своих объятиях. Такое чувство, что она идеально вписывается туда, как будто это место было создано только для нее. “ Спокойной ночи. Я улыбаюсь ее подруге, когда она направляется к своей машине. Несколько секунд спустя Обри отводит взгляд в сторону. - Она ушла? - спрашиваю я. - Да, она только что завела машину. Она вздыхает с облегчением и отстраняется от меня, пока я борюсь с каждым нервом в своем теле, чтобы не оттащить ее назад. “Хорошо, я люблю эту девушку, но я больше не мог выносить смущения. Я чувствую, что мое лицо буквально готово было загореться ”. Она потирает свои щеки, которые все еще слегка порозовели. “Я ненавижу то, что не могу это контролировать”. - Мне нравится твой румянец, - говорю я ей. Она смотрит на меня с надеждой в глазах. - Правда? Я киваю и улыбаюсь. “ Очень. Я нахожу, что это придает тебе еще более невинный вид. Явно неподходящие слова, потому что она мгновенно хмурится. - Хотела бы я не выглядеть такой невинной, - шепчет она, отводя взгляд. Я беру ее за подбородок большим и указательным пальцами. “ Эй, нет ничего плохого в том, чтобы выглядеть невинно, Обри. Я имел в виду, что это придает тебе ангельский вид”. “ Поэтому ты называешь меня ангелом? Она заглядывает мне в глаза. “ Отчасти, да. Я просто думаю, что ты выглядишь как ангел. Или, по крайней мере, так, как я представляю себе ангела. С твоими светло-русыми волосами и тем, как грациозно ты ходишь. У тебя также самый мягкий голос, который я когда-либо слышал ”. Голос Обри похож на постоянный стояк. Он такой плавный и нежный, но при этом чрезвычайно чувственный. Каждое слово, слетающее с ее идеальных губ, вводит тебя в транс, и ты не можешь не цепляться за все, что она говорит. Я могу только представить, как звучал бы ее голос, когда она стонала бы мое имя или кричала.Нет, Джефферсон. Не ходи туда. Не сейчас. Она краснеет сильнее. - Я даже не знаю, как на это реагировать. Я хихикаю. “ Тебе и не нужно. Просто знай, что я нахожу каждый твой аспект прекрасным, Обри. Я протягиваю руку, беру прядь ее волос между пальцами и поражаюсь их мягкости. “Спасибо тебе, Шейн”, - шепчет она в ответ, затем замолкает на несколько секунд, пока мы стоим здесь, посреди тротуара. Я могу сказать, что она обдумывает что-то, в ее голове формируются вопросы, и я даю ей время сформулировать их. “Почему сейчас мы можем вести нормальные разговоры? Не думаю, что мы когда-либо так много разговаривали раньше. По крайней мере, не без бессвязной речи или заикания. Я смеюсь, потому что она права. На протяжении многих лет мы были в замешательстве каждый раз, когда разговаривали друг с другом. “Я думаю, во всем виноваты нервы и давление со стороны всех окружающих. Кроме того, многие из этих разговоров были практически навязаны нам, так что легче от этого не стало ”. Я отпускаю волосы, с которыми все еще играл, и беру ее за щеку. “ Но теперь здесь только мы. Никакого давления, никто не смотрит. Только ты и я, настоящие друг с другом”. Она медленно кивает, ее лицо склоняется навстречу моему прикосновению. “Я думаю, это помогает, когда на нас не все смотрят”. “ Определенно имеет. Я улыбаюсь ей сверху вниз. Ее тонкая рука тянется к моему лицу, одним пальцем обводя ямочку на щеке, пока ее глаза следят за моментом. - Мне это нравится. От этого моя улыбка становится шире, делая их еще заметнее. - Да? Она прикусывает нижнюю губу, ее палец скользит ниже по моей челюсти, пока ее рука не опускается на шею. “Ммм”. Волосы у меня на затылке встают дыбом, как и определенная часть тела, которой быть не должно. Обри никогда так не прикасалась ко мне, и от того, что она вытворяет с моим телом, становится трудно дышать. Сглатывая, я убираю руку с ее щеки и делаю шаг назад. “ Давай отвезем тебя домой, Ангел. Здесь холодно. Мне нужно увести нас отсюда, прежде чем я совершу что-нибудь безумное, например, прижму ее к двери и прижмусь к ней, снова заявляя права на ее рот, прежде чем я подумаю о том, чтобы пригласить ее обратно в свой дом и никогда не позволять ей уходить. Ее рука опускается, и между бровями появляется крошечная морщинка. “ О, хорошо. Да. Мне неприятно, что я придал ее лицу такое выражение, но мужчина может контролировать только это. Конечно, после многих лет бездействия, когда каждое мгновение его бодрствования было занято мечтами о женщине, которая сейчас стоит перед ним. Я поворачиваюсь к своей машине и открываю пассажирскую дверцу. “ О, мы берем твою машину? Она с удивлением заглядывает внутрь. “ Да. В прошлый раз я согласилась пройтись пешком, но больше нет. Становится только холоднее, а твои ботинки далеко не в том состоянии, чтобы ходить по обледенелому тротуару. Я смотрю на них с разочарованием. Не на нее за то, что у нее нет пары получше, а на ботинки, о которых идет речь, за то, что они не справляются с работой лучше. Она улыбается, беря мою протянутую руку, чтобы помочь ей сесть в машину, затем я закрываю дверь, когда вижу, как она тянется к ремню безопасности, и обхожу капот со стороны водителя. Когда я забираюсь на свое сиденье, я слышу ее мягкое хихиканье, разносящееся по кабине. Я оглядываюсь и вижу, что она прижимает пальцы к губам, а на верхней части скул проступает красивый румянец. “ Извини, просто мне всегда было интересно, как ты вообще помещаешься в этой машине. Она опускает руку и облизывает губы, пытаясь не рассмеяться. “ Да, она довольно плотно прилегает. Я смеюсь, когда моя голова практически касается крыши. “ Но я люблю ее. У меня есть другие машины, которыми я пользуюсь, когда знаю, что буду за рулем в течение длительного периода времени. В любом случае, я планировала сдать ее на хранение завтра утром; на самом деле она не создана для зимы. “Сколько у вас машин?” -Пять. У нее отвисает челюсть, когда я отъезжаю от тротуара и направляюсь к ее квартире. “ Пять? Зачем кому-то пять машин!? “ Хороший вопрос. Я хихикаю. - Ты вообще пользуешься ими всеми? “ Да. Не каждый день, но я стараюсь водить их все хотя бы раз в неделю. А когда я уезжаю и не могу сделать это сам, моя домработница делает это за меня”. “ У вас есть домработница? затем она спрашивает. “ Да. Марианна приходит каждые два дня. Не успеваю я опомниться, как уже подъезжаю к ее квартире, ненавидя то, что наше время вышло. Она с напевом смотрит вперед, пока я паркую машину, не делая попытки выйти. “Я не знал, что тренеры получают такую высокую зарплату. Я имею в виду, я знаю, что ты тоже играл в хоккей, но... “ Но я играл недолго, ” заканчиваю я за нее, открывая тему, которую многие люди склонны избегать поднимать. - Все в порядке, ты можешь сказать это. - Я провожу пальцами по ее волосам, поглаживая ее затылок, когда она наклоняет его набок, чтобы посмотреть на меня. “Вы правы, мы зарабатываем деньги, но не обязательно столько, чтобы владеть пятью машинами и содержать домработницу. Я тоже зарабатывал неплохие деньги хоккеем, но мое богатство - от моей семьи. Ты когда-нибудь слышал о драгоценностях Андромеды?” Ее глаза расширяются, когда точки соединяются в ее хорошенькой головке. “О Боже мой!"… Это принадлежит твоей семье?! Я киваю. “Мой пра-пра-пра-дедушка был основателем. А теперь, когда мои родители вышли на пенсию, их место заняла моя старшая сестра”. “Вау"… Это… Значит, ты такой… Богатый, очень богатый. Ее глаза сейчас так широко раскрыты, что это делает ее еще более очаровательной. Обычно мне не нравится говорить о своих деньгах, тем более с представительницами женской расы. Но я знаю, что Обри не из тех девушек, которые будут встречаться с парнем только ради его банковского счета. Доказательства находятся прямо передо мной ежедневно. Она много лет была окружена мужчинами, которые зарабатывают миллионы, но они ее не интересуют. Если бы ее интересовали только деньги, она бы связала себя с первым попавшимся одиночкой. - Что-то в этом роде. - Я смеюсь. Она вздыхает и смотрит в окно на свой дом. “ Думаю, мы на месте, - шепчет она, прежде чем снова посмотреть на меня. - Ты уезжаешь завтра. - Да, но я вернусь через четыре дня, - тихо отвечаю я ей. Она снова закусывает губу. “ Я уезжаю шестнадцатого числа к родителям. Эмма, Сесилия, Ронни и я отправляемся туда на неделю раньше, чтобы убедиться, что все готово к свадьбе ”. “ Значит, у нас будет чуть больше недели до твоего отъезда. Затем мы отправляемся после игры двадцать второго числа. Я ненавижу чувство одиночества, которое подкрадывается при мысли о том, что я не увижу ее целую неделю, как только она уедет в Торонто. Она прямо здесь, рядом со мной, но я уже скучаю по ней. “Грею повезло с расписанием в этом году. За день до его свадьбы игра была послеобеденной, а не ночной. Каковы были шансы?” Каждый раз, когда она упоминает о свадьбе, на ее лице появляется мечтательная улыбка. “ Карты сыграли в его пользу, это точно. Я хихикаю. “ Ну, мне пора идти, чтобы ты мог пойти домой и немного поспать. Она краснеет, произнося это слово, и я не могу не задаться вопросом, не представляет ли она меня лежащим в своей постели. “ Да.… Позволь мне проводить тебя до двери. Я отстегиваю ремень безопасности и открываю дверь. “О, тебе не нужно этого делать”. Я выхожу из машины и наклоняюсь, чтобы заглянуть ей в лицо. “ Я хочу. К тому же, моя мать никогда не простила бы мне, если бы я этого не сделал. Я ухмыляюсь, когда она краснеет еще сильнее. -Хорошо. Я обегаю капот и открываю дверцу прежде, чем она успевает, предлагая ей руку, когда она вылезает. Я не отпускаю ее, пока мы делаем несколько шагов к выходу, и она тоже. Мне нравится это — держать ее за руку. Это кажется естественным и заставляет мои пальцы покалывать от осознания. “ Ты близок со своими родителями? - спрашивает она, когда мы останавливаемся перед дверью. - Да, я все еще звоню маме каждую неделю, - признаюсь я с нервным смешком, чувствуя, как краснеют мои щеки. “Мне это нравится. Я тоже близок к своему. Я думаю, семья - это важно, - мягко говорит она, глядя мне в глаза. “Я согласен с тобой, это так. Еще у меня есть три сестры, которые через день пристают ко мне с вопросами о моих игроках”. Я смеюсь. “Но я люблю их”. “ Трое? Вау. Единственный мальчик, да? Они все старше тебя? Боже, мне нравится вот так с ней разговаривать. Я чувствую, что открываю в ней новую сторону, о которой раньше не подозревал, и это только усиливает мою зависимость от нее. - Да, и им нравится напоминать мне об этом. Я улыбаюсь. “ Могу себе представить. Она улыбается мне в ответ, и на мгновение все, что мы делаем, это смотрим друг на друга, потерявшись в глазах друг друга. Но затем она оглядывается на дверь и со вздохом достает ключи. “ Мне пора. Спасибо, что отвез меня домой, Шейн. “ Мне было очень приятно. Я отпускаю ее руку и борюсь с инстинктивным желанием поцеловать ее. Вместо этого я обнимаю ее за плечи, запускаю одну руку в ее волосы и притягиваю к себе. Через несколько секунд ее руки обнимают меня за талию, щека прижимается к моей груди. “ Спокойной ночи, Ангел. Я целую ее в макушку, глубоко вдыхая, пока ее аромат распространяется по всему телу. Она пахнет сладко, как свежие персики. Я даже не люблю персики, но я начала покупать их после знакомства с Обри, потому что они напомнили мне о ней. - Спокойной ночи, Шейн, - шепчет она, прижимаясь ко мне. Я отводлю руки назад, обхватываю ее щеки и наклоняю ее лицо к своему. Ее глаза расширяются, губы приоткрываются, даже зрачки слегка расширяются. Я заставляю себя сохранять контроль, когда наклоняюсь и прижимаюсь губами к ее лбу вместо того места, где мне отчаянно этого хочется. Я закрываю глаза, ненавидя чувство внутри, говорящее мне, что я веду себя как идиот, и отстраняюсь через несколько секунд, полностью отпуская ее и делая шаг назад. Я вижу замешательство в ее глазах, когда она смотрит на меня, и молюсь, чтобы она поняла, почему я не поцеловал ее. Она слегка улыбается мне и поворачивается ко мне спиной, отпирая дверь и направляясь внутрь. Я смотрю, как она подходит к лифту, нажимает кнопку и ждет, оборачиваясь только после того, как двери открываются. Затем она входит, двери закрываются, и она уходит. ОБРИ ~ Две недели спустя ~ Я видела Шейна пять раз с тех пор, как он поцеловал меня, и все же он не пытался сделать это снова. Я не понимаю почему. Я знаю, я сказал, что это был один поцелуй и больше не повторится, но я надеялся, что так и будет. Когда он появился у меня на работе во второй раз, я действительно думала, что он собирается сделать это снова, но вместо этого он поцеловал меня в лоб, так же, как это делает мой отец, и это смутило меня больше всего. Я пытался не думать об этом, не раздувать из мухи слона, но я не могу удержаться от роящихся в голове вопросов. Почему он не целует меня снова? Я сделала что-то не так? У меня ... у меня плохо получалось?... Неужели он сделал это только потому, что я сказала ему, что меня никогда не целовали? Но если это так, почему он продолжает возвращаться? Я ничего из этого не понимаю. Я больше не хочу думать об этом, потому что каждый раз, когда я это делаю, у меня в горле образуется комок, а в животе затягивается узел, и тогда все, чего мне хочется, - это плакать, потому что я чувствую, что все испортила. Вот почему я решила навестить свою лучшую подругу сегодня утром перед работой. Она знает, как работают парни, она поймет, что все это значит, и она не будет придумывать никаких оправданий, чтобы заставить меня чувствовать себя лучше. Я набираю код, который дал мне Ронни, и, как только ворота открываются, проезжаю через них по длинной подъездной дорожке, паркуясь возле входной двери. Они официально переехали в свой новый дом несколько дней назад, и я очень рад увидеть это место. Мои глаза расширяются, когда в поле зрения появляется величественное сооружение передо мной.Черт, Ронни не шутил, говоря, что это особняк. Я имею в виду, дома Сайласа и Клея огромные, даже у моего брата гигантский. Но он не такой, как этот. Оказавшись у двери, я слишком погружен в свои мысли, чтобы постучать или позвонить, как сделал бы обычный человек, и вместо этого использую второй код, который она дала мне для входной двери, входя прямо в их дом, не объявляя о себе. Я знаю, что она и Ноа дома, я просто должна найти их в этом огромном лабиринте. Я брожу вокруг, каждую минуту выкрикивая “Алло?”. Наконец, я слышу звуки, которые, кажется, доносятся из кухни, и направляюсь туда. “ Эй, извини, что я не позвонила в дверь. Я просто— АААА! Я быстро прикрываю глаза и оборачиваюсь. “ О Боже мой! Мне так жаль!” “ Брей! Вероника ахает. Я слышу звук, похожий на то, как она прыгает с кухонного островка, когда они обе смеются. “Это не смешно! Зачем вам, ребята, делать это там!?” Из всего, что я мог представить, войдя внутрь, я увидел обнаженного Ноя, лежащего на кухонном островке, и Веронику, прыгающую на нем сверху в одних чулках до бедер, это было самое последнее в моем списке.Боже, почему я всегда оказываюсь в подобных ситуациях? “Привет! Ной наконец-то свободен от сексуальных ограничений. Мы наверстывали упущенное, не вини нас за то, что мы занимались сексом в нашемсобственном доме. Ты тот, кто только что вошел; тебе следовало бы знать лучше, - говорит Ронни из-за моей спины, пока они шаркают вокруг. “Теперь ты можешь отвернуться, мы ведем себя прилично”. Я опускаю руку и поворачиваюсь к ним, но тут же снова поднимаю ее. - Нет, это не так! Я краснею как сумасшедшая до такой степени, что чувствую, как горят мои уши. “Да ладно тебе, Брей. На мне рубашка, а на Ноа боксеры. Никакой наготы”. Я качаю головой, не соглашаясь с ней. Она тяжело вздыхает. “Детка, ты можешь пойти одеться? Она не уберет руку, пока на тебе не будет больше одежды. Мы закончим позже. Я слышу, как они целуются, и в моем животе снова возникает напряжение, а затем звук его удаляющихся шагов. “Он ушел?” - Да, ты можешь убрать руку. Сначала я смотрю сквозь пальцы, не доверяя ей полностью, но когда замечаю, что она натягивает шорты, полностью опускаю руку. “Прости, я должен был позвонить в дверь. Я просто задумался”. Я чувствую, как в горле растет комок, а глаза затуманиваются. Ронни раскрывает объятия и делает шаг ко мне. - О, детка.… Что... “ Мне НУЖНА ПОМОЩЬ! Далекий голос Сесилии прерывает вопрос Ронни. Мы смотрим друг на друга, затем спешим туда, откуда доносится ее голос, который оказывается парадным входом. Там мы находим чрезвычайно потрясенно выглядящую миниатюрную брюнетку, тихо плачущую беременную блондинку и согнувшуюся, истерически рыдающую беременную рыжую женщину. “О Боже! Что происходит?! Что-то не так?” Ронни подходит к Морган и берет ее за руки, глядя, как по ее лицу текут тихие слезы. Я бросаюсь к своей склонившейся над ней невестке, кладу руку ей на спину и успокаивающе поглаживаю вверх-вниз. “ Эмма, поговори со мной. Что случилось? Она наконец выпрямляется, делает большой глоток воздуха и убирает с лица свои ярко-рыжие волосы. Для рыжей ее волосы краснее рыжего, но она призналась, что это из-за всех дорогих средств, которые она в них использует. - Это не подойдет, - снова всхлипывает она. “ Что не подойдет? - Спрашиваю я, но она просто продолжает плакать, поэтому я перевожу взгляд на Сесилию, о которой идет речь. “Это началось в машине. Мы приехали с неожиданным визитом и по дороге говорили о свадьбе, и когда я упомянул ее платье, она заплакала. Потом Морган начала плакать, потому что плакала Эмма, и я не могла заставить их остановиться ”, - выбегает Сесилия с широко раскрытыми глазами. “ МОЕ ПЛАТЬЕ! Эмма громко вскрикивает, как раз когда Ноа появляется позади нас с беспокойством в глазах. “ Оно не подойдет! Я огромная. Посмотри на меня, я толстая! Она показывает на свой живот. “Посмотри, какая Морган толстая!” Затем она указывает на Морган, что только заставляет нашу подругу плакать еще больше. “ Эм, не говори так! Ронни отчитывает ее. “Никто не толстый”. Сесилия поднимает руки, пытаясь успокоить их обоих. “Вы оба создаете там маленькие жизни, и не одну, а две у каждой! Это один из самых прекрасных подарков, которые преподнесла тебе жизнь”. “НО МОЕ ПЛАТЬЕ!!!” Эмма рыдает. “Я выхожу замуж через восемь дней! Мое платье ни за что не подойдет, и тогда мне придется выходить замуж в...… ПРОСТЫНЕ! Она безудержно рыдает, а затем хватает меня за руки, заставляя повернуться к ней лицом. “Я не хочу выходить замуж в простыне!” Ладно, гормоны беременности - это не шутка. Я медленно убираю ее когти со своих рук и беру обе ее руки в свои. “ Эмма, послушай меня, ” медленно начинаю я. - Ты помнишь, что сказала швея после примерки платья? Она качает головой. - Нет. Я улыбаюсь ей. “ Она сказала тебе, что переделает заднюю часть платья. Вместо того чтобы застегивать его на молнию, она превратила бы его в платье в корсетном стиле со шнуровкой сзади. А это значит, что в день вашей свадьбы оно будет подогнано под размер вашего живота ”. Когда я вижу, как в ее глазах загорается надежда, я отпускаю ее руку и вытираю слезы. “Твое платье будет впору, и даже если бы оно не подошло и тебе пришлось бы надевать простыню, мой брат все равно женился бы на тебе не задумываясь”. Она кивает, делая глубокий вдох, пока ее крики медленно стихают. - Ты прав, он любит меня. “ Да, - я соглашаюсь с ней, потому что это правда. Грейсон по уши влюблен в Эмму, даже если временами она может немного сойти с ума. Внезапно что-то щелкает в ее мозгу, и все ее эмоции сменяются чем-то, чего я не могу понять. “Он был бы идиотом, если бы не сделал этого; я мать его детей, черт возьми!” Она убирает свою руку из моей и лезет в задний карман за телефоном, очевидно. “Я собираюсь позвонить ему прямо сейчас и сказать ему это”. Она постукивает по экрану, затем прикладывает его к уху и уходит. Ной моргает, глядя, как она уходит, затем чешет затылок. С его коротко подстриженных каштановых волос все еще капает вода, так что я предполагаю, что он был в душе и выбежал, когда разразился кризис.По крайней мере, сейчас он одет. “Вау, Эм чертовски пугающая беременная”. Сесилия хихикает. “Должно быть, Грейсон действительно обладает терпением святого, чтобы справиться с этим”. - Я ТЕБЯ СЛЫШУ! - Откуда-то кричит Эмма. Ной посмеивается, подходя к Морган, которая вытирает глаза. “Я знаю, что я не Беркли, но хочешь, я тебя обниму, чтобы тебе стало лучше?” “ Да, - хнычет она, прижимаясь к нему. - Я действительно толстая? Он гладит ее по волосам и целует в макушку, точно так же, как Шейн делал это со мной.Таким он видит меня? Как друг? Потому что это то, чем являются Морган и Ноа; они друзья и ничего больше, и все же он обнимает ее так же, как Шейн обнимал меня. “ Ни в коем случае, милая мама. Ты прекрасна. “ Спасибо, мне это было нужно. ” Она шмыгает носом рядом с ним. - Боже, я ненавижу быть все время такой эмоциональной. “ Все почти закончилось, Морг. Держись. Ронни похлопывает ее по спине, а затем возвращается ко мне. “А теперь ты, расскажи мне, что происходит и почему ты раньше тоже был так эмоционален по отношению ко мне”. Мое лицо заливается краской, когда все внимание переключается на меня, слезы снова наворачиваются на глаза. “ Он не поцеловал меня ... Мне, наконец, удается сказать спокойно. “С тех пор мы виделись пять раз, но он больше не пытался поцеловать меня, только в лоб или щеку. Он обнимает меня, берет за руку и говорит, что я красивая, но больше не целует, и я не понимаю почему. Я сделала что-то не так? Это потому, что у меня плохо получается?” Скатывается слеза, и я поднимаю палец, чтобы вытереть ее. “О, детка”, - воркует Ронни, и ее лицо расплывается в улыбке. Это совсем не та реакция, которую я ожидал, и это только еще больше сбивает меня с толку.Что я упускаю? Она подходит, широко раскинув руки, и ее блестящие серебристые кудри подпрыгивают при каждом ее шаге. Ронни меняет цвет волос каждый месяц; в этом месяце они черные у корней и становятся серебристыми по всей длине. В прошлом месяце они были наполовину черными, наполовину розовыми. Были зеленые, желтые, оранжевые, красные, синие и пурпурные. Честно говоря, она пробовала любой цвет, который только можно себе представить. Я понятия не имею, как ее волосы все еще такие здоровые и держатся, но человек, который делает это, должно быть, потрясающе справляется со своей работой. - Ты забываешь одну очень важную деталь, - говорит она, как только ее руки оказываются вокруг меня. “ Что? Я шмыгаю носом. “Шейн - джентльмен. Он не целует тебя снова, потому что, вероятно, дает тебе время привыкнуть к этому новому этапу ваших отношений. ” Когда моя голова отрывается от ее плеча, она хихикает. Я даже не подумал об этом. - Ты так думаешь? “Конечно, Обри. Шейн без ума от тебя. Любой может это увидеть”. Сесилия подходит ко мне, сжимая мою руку. “Он, вероятно, боится ехать слишком быстро и спугнуть тебя”. “ Или он, возможно, ждет, когда ты сделаешь следующий шаг, ” говорит Морган, высвобождаясь из объятий Ноя и проводя пальцами по моим волосам. “Возможно, он не уверен, что вы двое на одной волне, и он ждет, когда ты покажешь ему, что это так”. “Тогда что же мне делать?” “ Поцелуй этого чертова мужика, малышка Брей. Эмма возвращается с куском хлеба в руках. Просто так, без тостов и масла, просто обычный хлеб. “Что? Я была голодна”, - говорит она, когда замечает, что мы все на нее пялимся. “ А как насчет тебя, Ноа? Как ты думаешь, в чем причина? Ронни спрашивает его. Он быстро поднимает руки и делает шаг назад. “Нет. Я не собираюсь вступать в этот разговор. Я уже знаю, чем это закончится — смертью. Поэтому я вежливо воздержусь от ответов на любые вопросы, касающиеся этой темы”. Мы все хихикаем, хотя он отчасти прав; я знаю, что мой брат будет категорически против нас с Шейном. Но я устала бороться со своим влечением к нему, и чем больше времени я провожу с ним, тем больше мне хочется узнать, к чему это может привести. “ Ну, с этим придется подождать до окончания свадьбы, потому что завтра мы уезжаем в Торонто. Я пожимаю плечами, ненавидя себя за то, что мне придется ждать больше недели, прежде чем что-то предпринять в нашей ситуации. “ Или ты могла бы встретиться с ним лицом к лицу на свадьбе, ” предлагает Эмма, прожевывая свой ломтик хлеба. “Он будет там, и Грейсон, вероятно, будет пьян к концу вечера, как и все остальные. Можно воспользоваться этим”. Я обдумываю это несколько секунд, затем киваю с новообретенной решимостью. “Хорошо, да. Я сделаю это. ” Я не из тех, кто любит конфронтации, но если я хочу унять это чувство в животе, мне нужны ответы. ---------- Глава четвертая Глава четвертая Обри Комната 206. ~ День свадьбы ~ Все присутствующие на свадьбе моего брата прилетели вчера вечером. За исключением Клея и Морган, которые приехали только около часа ночи, поскольку Морган только что исполнилось тридцать две недели с близнецами, и ее врач посоветовал ей не летать. Сейчас мы находимся в комнате, которая была оборудована для подготовки невесты и ее свадебной вечеринки в главном коттедже, где моя семья катается на лыжах и санках каждое Рождество. Жених и его сопровождающие находятся в отдельной комнате дальше по коридору от нас, также готовясь, поскольку свадьба скоро начнется. Я почти уверена, что в этом коттедже обычно не проводят свадьбы, но поскольку владельцы знают моих родителей, а мы приезжаем сюда с тех пор, как я была ребенком, они были рады открыть для нас свои двери и предоставить жилье. Я знаю, что Грейсон и Эмма наняли Аманду — девушку отца Эммы, которая также является бывшим боссом Эммы и Сесилии и владеет известной компанией по организации мероприятий — для планирования свадьбы. Так что на самом деле, единственное, что им действительно было нужно от лоджа, - это убедиться, что нужные нам места свободны от непрошеных гостей, а также предоставить свободные комнаты для гостей свадьбы, в которых они могли бы переночевать. То, что раньше было просторной гостиной, где семьи могли согреться после долгих часов, проведенных на снегу, теперь превратилось в красивое пространство, заполненное рядами стульев и подсолнухами вдоль дорожки, ведущей к месту проведения церемонии. А столовая, которая раньше принимала эти голодные семьи после нескольких часов веселья, теперь будет местом проведения приема. Вкрапления желтого, бордового и белого покрывают комнату с танцполом прямо в центре. Мы только что закончили собираться и ждем Эмму, которая в данный момент находится за разделительной стеной, чтобы ей помогли надеть платье. Мы все одинаково одеты в бордовые платья трапециевидной формы длиной до пола, с разрезом на одной ноге, V-образным вырезом и тонкими бретельками. Слава Богу, свадьба проходит внутри, в тепле, потому что иначе я бы не согласилась надеть это зимой. Хотя у нас есть эти красивые шали, которые к нему прилагаются, но давайте будем честными, эти вещи на самом деле не согревают вас. Платья очень простые, но красивые, и они идеально сидят на всех наших фигурах, даже на огромном животе Морган. Мы все подружки невесты, за исключением Сесилии, которая является подружкой невесты. Эмма, наконец, выходит из-за разделяющей нас стены, и мы все мгновенно ахаем, заставляя ее быстро обмахивать лицо, поскольку в ее глазах появляются слезы. “Пожалуйста, не заставляй меня плакать, потому что я уже четыре раза поправляла макияж”. Мы видели, как Эм несколько раз примеряла свое платье, но сейчас, когда она сделала прическу и макияж, а ее детская попка достигла нужного размера, она выглядит совершенно потрясающе. Красивое бальное платье с цветочным кружевом в винтажном стиле, облегающее ее тело, с вырезом в форме сердца и толстыми кружевными бретельками с открытыми плечами. Под кружевом есть какая-то блестящая сеточка, которая заставляет ее платье переливаться на свету, и я просто знаю, что когда Грейсон заставит ее закружиться на танцполе, оно будет сиять, как сверкающий песок в лунном свете. Ее макияж прост, но делает ее сияющей в тысячу раз ярче, несмотря на то, что Эмма уже обладает естественной красотой. А ее волосы были уложены в крупные голливудские локоны, с одной стороны заколотые на затылке. Белый цветок лотоса заткнут за ее открытое ухо как символ Мэддисон, маленькой девочки, больной раком, которая, к сожалению, скончалась от своей болезни еще в июле. Эмма и Грейсон сблизились с милой девочкой, которую они назвали Малышка Лотос, и я думаю, что это прекрасный способ пригласить ее на свадьбу, даже несмотря на то, что она не сможет быть здесь с нами сегодня. “ О, Эмма... Я закрываю рот руками, когда делаю шаг к ней, затем беру ее за руку. - Мой брат понятия не имеет, как ему повезло, что он женится на тебе сегодня. Она топает ногой и сжимает мою руку, слегка поскуливая и корча гримасу. “ Я же просила тебя не доводить меня до слез... Слезинка выскальзывает, и визажист быстро ловит ее ватной палочкой, не размазывая макияж. “Ты прекрасно выглядишь, Эмма”, - говорит Морган со слезами на глазах. “Самая красивая невеста”. Сесилия шмыгает носом рядом с ней. Ронни улыбается Эмме. - Грейсон выйдет из себя, когда увидит тебя. “ Ребята... ” снова скулит она. “Вам всем нужно остановиться. Я не знаю, сколько еще смогу сдерживаться. В этот момент раздается тихий стук в дверь, прежде чем она открывается, и входят Аманда, а также Лэнс, отец Эммы. “Подсолнух… Моя малышка...” Он сглатывает и прочищает горло, его глаза блестят от непролитых слез, когда он оглядывает ее. Но затем с его губ срывается слабый всхлип, когда он раскрывает объятия и подходит к своей дочери. “Папа ...” Эмма плачет, когда водопровод снова включается. Она никак не могла сдержаться. Честно говоря, на данный момент им следует просто отказаться от макияжа. “ Ты выглядишь как принцесса, какой я всегда тебя знал. Я так горжусь, что сегодня веду тебя к алтарю, и так счастлив, что это касается такого мужчины, как Грейсон. Я никогда не смог бы выбрать для тебя лучшего мужчину, чем он. - Лэнс притягивает ее к себе, обхватывая ладонями ее щеки. - И я считаю, что мне невероятно повезло называть тебя своей дочерью. “Я люблю тебя, папочка”, - шепчет она ему в ответ, когда он целует ее в лоб и вытирает синяки под глазами. “Хорошо, мне нравится этот момент общения отца и дочери, но мне нужно, чтобы все вышли из комнаты”, - говорит Аманда, хлопая в ладоши. “Хан, ты останешься там, пока они в последний раз подправят ей макияж”. Она указывает на него пальцем. “И не заставляй ее снова плакать. Мы и так уже близки к тому, чтобы опоздать. Мы все целуем Эмму в щеку, а затем направляемся на церемонию, готовясь к нашему выходу. Первым в очереди стоит Ронни, затем я, за мной следует Морган, а замыкает ее Сесилия. Все они держат в руках букет с красными тюльпанами и желтым подсолнухом в центре. Музыка звучит как раз в тот момент, когда появляется Эмма с букетом в руке, полным розовых тюльпанов и белых лотосов, рядом с ней ее отец, готовый проводить ее к моему брату. Аманда кивает Ронни и, как обычно, идет к алтарю. Дойдя до конца дорожки, Аманда машет мне сбоку, веля идти. Сделав глубокий вдох, я заворачиваю за угол и ступаю на белую дорожку, медленно спускаясь вниз, пока все взгляды обращаются ко мне. Я чувствую, как горят мои щеки от их внимания, но я пытаюсь игнорировать это. Так продолжается до тех пор, пока пара ярких зеленовато-голубых глаз не ловит мой пристальный взгляд. Мой шаг слегка сбивается, дыхание сбивается, когда я наблюдаю, как мужчина моей мечты смотрит на меня в ответ, с выражением в его глазах, которое я пока не понимаю. Но я видел это раньше, много раз. Я видел это у Клея, у Сайласа и у Грейсона. И по последним данным, я тоже видела это у Ноя и Габриэля. Я быстро восстанавливаю концентрацию и продолжаю идти к своему брату, который ждет в конце дорожки свою невесту, лишь каждые несколько секунд поглядывая на мужчину, похитившего мое сердце. Мой брат лучезарно улыбается мне, когда я подхожу к нему с его дочерью, которая очень похожа на меня, на руках. То, как Грейси вошла в нашу жизнь, когда ей было всего шесть месяцев, действительно потрясло всех нас, но мы полюбили ее с того самого момента, как он привез ее домой. Изначально предполагалось, что Грейси будет участвовать в церемонии, но после нескольких репетиций мы быстро поняли, что это сработает не в нашу пользу. В конце концов, ей всего девятнадцать месяцев. Когда я наконец дохожу до конца, Грейсон протягивает мне руку, и я делаю то же самое. Я быстро сжимаю его руку, прежде чем быстро погладить Грейси по щеке и занять свое место рядом с Ронни. - Черт возьми, он не сводит с тебя глаз с того момента, как ты ушла, - шепчет она мне. “ ТССС.… Я знаю. Я краснею сильнее. Я чувствовала на себе взгляд Шейна на каждом шагу, отчего волосы на моих руках и затылке вставали дыбом. Я, наконец, отваживаюсь взглянуть, ожидая, что он наблюдает за Морган, пока она направляется к нам, но вместо этого я обнаруживаю, что его взгляд все еще прикован ко мне. Я ничего не могу поделать с тем, как трепещет мое сердце, как переворачивается желудок, исполняя свой собственный маленький счастливый танец. “ Господи, здесь становится жарко? Ронни хихикает и обмахивается веером. “ Ронни! Прекрати. - Я легонько шлепаю ее по бедру, когда меня охватывает румянец. Когда я поворачиваюсь к Шейну, как раз когда Морган стоит рядом со мной, он улыбается, и легкий вздох слетает с моих губ. Я прикусываю нижнюю, и моя собственная улыбка мгновенно расплывается в улыбке. Мы не разговаривали с тех пор, как он в последний раз заходил ко мне на работу. Я знаю, что могла бы написать ему, так как у меня есть его номер — он всегда был у меня благодаря Грейсону, — но я никогда не осмеливалась им воспользоваться. И поскольку он не попросил у меня мою и не попросил написать ему или позвонить, мне было странно делать это одной. Вскоре Сесилия присоединяется к нам, и все встают, музыка меняется, когда в конце прохода появляется невеста. И да, она уже снова плачет. Мой брат никогда не был большим плаксой, но в этот момент, когда он смотрит, как женщина, которая сделала его мир целостным, направляется к нему, слезы текут у него из-под век. Он быстро вытирает их с влажным смехом и улыбкой на лице. “Dada sa?” - Спрашивает Грейси, похлопывая его по щекам. “ Нет, Лютик. Папочке не грустно, он счастлив. Он целует ее в лоб. “Посмотри, какая красивая мамочка”. Мои глаза наполняются слезами, когда я смотрю, как Лэнс передает Эмму Грейсону, благодаря его за любовь к своей дочери. Эмма забирает Грейси из рук моего брата как раз в тот момент, когда та восклицает:“МАМА!” Возможно, Эм и не носила эту драгоценную маленькую девочку в своем чреве, но она дорожит ею, как прежде. “ Привет, мой прекрасный Маленький Тюльпанчик. ” Она легонько целует ее в щеку. “ Сегодня действительно особенный день, ты знала это? Сегодня мама и папа станут настоящей семьей. Точно так же, как теперь ты официально и навсегда моя малышка”. Она передает мою племянницу ее отцу, который усаживает ее на отведенные им стулья в первом ряду рядом с моими родителями, и свадьба официально начинается с того, что церемония проходит быстро, поскольку они решили не обмениваться клятвами. Изначально Эмма хотела этого, но из-за того, что гормоны во время беременности росли с каждой секундой, она не смогла произнести свою речь без истерических рыданий. Поэтому вместо этого они решили отказаться от клятв и просто попросить священнослужителя заставить их повторять за ним клятву любить друг друга вечно. Каждые несколько минут я ловлю себя на том, что мой взгляд перемещается на Шейна, и каждый раз, когда это происходит, его глаза уже устремлены на меня. Это заставляет меня задуматься, каково его отношение к браку, поскольку я знаю, что он уже был женат раньше.Сделал бы он это снова? Или развод разрушил его имидж? У него все еще есть отношения со своей бывшей женой? И почему они вообще развелись? Мое внимание быстро возвращается к церемонии, когда я слышу, как ведущий произносит последние слова. “Сейчас я объявляю вас мужем и женой. Ты можешь поцеловать невесту. Эмма подходит ближе, ее щеки все еще покрыты слезами, когда она наклоняется, чтобы поцеловать моего брата, но, ко всеобщему удивлению, все, что он делает, это стоит там и улыбается ей. “Прежде чем мы сделаем это, я хотел бы кое-что сказать. Я знаю, мы договорились, что не будем делиться нашими клятвами, но...” “ Грейсон, что ты делаешь?! Ее глаза расширяются. “ Это не входит в сценарий. Ты что, не видишь моего лица прямо сейчас? Ты же знаешь, я не могу справиться ни с какими эмоциями, когда эти двое внутри меня. Не смей заставлять меня плакать у всех на глазах!” - агрессивно шепчет она , но из-за многочисленных смешков, эхом разносящихся по комнате, это явно было сказано недостаточно тихо, чтобы другие не услышали. Мой брат тихо смеется и качает головой, проводя успокаивающими круговыми движениями по ее ладоням, где их руки все еще соединены. - Я знаю, Банни, но мне действительно нужно это сказать. “Фу! Ладно, прекрасно! Но делай это быстро и не раскисай. Я не прощу тебе, если ты превратишь меня в рыдающее месиво. “ Я возьму на себя всю ответственность, если это произойдет. Грей ухмыляется, в то время как Эмма, прищурившись, смотрит на него. “Что я хотел сказать, так это то, что раньше, когда мы сидели в нашей раздевалке в ожидании ”зеленого света", я прокручивал в голове нашу историю, вспоминая каждый момент, каждое слово". “ Волк... Эмма надувает губы, ее слезы мгновенно возвращаются обратно, но он почти ничего не говорит. Он мягко улыбается ей и отпускает одну из ее рук только для того, чтобы вместо этого обхватить ладонью ее щеку. “Я помню, как впервые увидела тебя с нашей дочерью, как ты заставил ее смеяться еще до того, как я сама это услышала, как ты полюбил ее безоговорочно, мгновенно, не задумываясь. Ты знаешь, я всегда говорю себе, что влюбился в тебя на Рождество в прошлом году, но правда в том, что я начал влюбляться в тебя в тот самый первый день ”. Эм начинает тихо всхлипывать, а у меня на глазах выступают слезы. “Ты заплатишь за это позже”, - шепчет она, вызывая смешки у обеих новобрачных. “Я помню, каким надоедливым и сумасшедшим я считал тебя поначалу, и это только еще больше напугало меня. Потому что как ты признаешь, что влюбился по уши, неожиданно влюбился в сумасшедшую цыпочку, не показавшись при этом сумасшедшим самому?” Габриэль фыркает со своего места среди друзей жениха. “ Полегче, ты этого не делаешь. Никогда. Эмма хихикает. “Иногда я действительно теряю самообладание, особенно сейчас”. Она улыбается и потирает свой выступающий живот. -Особенно прямо сейчас. ” Глаза моего брата округляются, и все гости смеются. “В любом случае, оказалось, что это даже не имело значения, потому что, как бы безумно это ни звучало, я тоже влюбился в эти твои черты и не хотел бы тебя по-другому”. “Я бы тоже не хотела тебя по-другому”, - кричит она, когда Сесилия быстро протягивает ей салфетку. “Но пока я сидел там, это также заставило меня задуматься о том, как быстро все изменилось для меня. Вы знаете, что есть люди, которые ежедневно выходят на прогулку и каждый божий день идут одним и тем же путем? У них есть множество вариантов, которые приведут их к одной и той же конечной точке, но при этом они никогда не сбиваются с маршрута. И если вы спросите их, почему они никогда не идут другим путем или не сокращают путь, они скажут вам, что не знают, но чувствуют, что это тот путь, по которому они должны идти ”. Я наблюдаю за их прекрасным обменом репликами, когда Эмма кивает головой и промокает глаза салфеткой. Несмотря на то, что я не уверена, что брак - это то, чего я действительно хочу в жизни, в них есть что-то такое волшебное, в том, что два человека так глубоко любят друг друга и знают, что это то, для чего они предназначены. Волосы у меня на затылке внезапно встают дыбом, по телу бегут мурашки, и я невольно дрожу. Мое сердце начинает странно колотиться в груди, и, не тратя ни секунды на то, чтобы понять почему, я бросаю взгляд на толпу и обнаруживаю, что Шейн впивается в меня взглядом. Мое дыхание сбивается от того, как напряженно он наблюдает за мной, губы приоткрываются сами по себе, когда тепло разливается по моей груди и опускается туда, где его не должно быть. Я быстро прогоняю мысли, медленно формирующиеся в моей голове, темно-розовый оттенок заливает мои щеки в процессе, и сжимаю бедра вместе, возвращая свое внимание к жениху и невесте. “Таким я был до тебя, каждый день шел по одному и тому же старому пути. Я не знал почему, и на самом деле не задавался этим вопросом, но я был доволен этим. Пока однажды, в середине моей ежедневной прогулки, ты неожиданно не появился, встал прямо посреди моего пути и отказался двигаться. И внезапно, это было похоже на первый вдох, и я начал сомневаться во всем. Внезапно я больше не был доволен пустым, бессмысленным путем и жаждал неожиданного, жаждал тебя. Внезапно путь, который не представлял никакой ценности, стал моим самым большим сокровищем”. Моя невестка шмыгает носом. “Я, вероятно, отказалась бы уходить, зная, что это будет раздражать тебя”, - признается она с тихим смешком. “ О, я знаю. ” Грейсон смеется. “ Я пытаюсь сказать, что ты неожиданно стал моим любимым занятием. До тебя я шел простым путем, принимал решения, не задумываясь, гнался за вещами, которые не срабатывали. Но потом появился ты, и внезапно все обрело смысл. Ты привнесла смысл в мою жизнь, и я считаю себя самым счастливым человеком на свете, который сегодня называет тебя своей женой и матерью моих детей”. “ О Боже, Вульф... Эмма рыдает в свою руку, другой все еще сжимая руку Грейсона. Он хихикает и быстро заключает ее в объятия, запуская пальцы в ее роскошные локоны и растрепывая прическу вместе с уже испорченным макияжем. “Я люблю тебя, Эмма Форд”. “Я люблю тебя, Грейсон Форд”, - шепчет она сквозь слезы, наконец прижимаясь губами к его губам, когда по залу раздаются одобрительные возгласы. Я вытираю слезы с глаз, хлопая вместе с остальными, когда церемония официально подходит к концу. Я стою на месте, ожидая, когда уйдут мой брат и его новая жена и назначенные мной люди шафера проводят меня. Следующей уходит Сесилия со своим мужем, за ней Морган с Клэем, затем Ронни с Гейбом, и, наконец, Ной предлагает мне руку. Он был достаточно добр, чтобы пожертвовать собой ради меня. Когда мы начинаем спускаться по дорожке, ведущей из зала для церемоний, я быстро смотрю в сторону Шейна и снова встречаюсь с ним взглядом. Все мое тело нагревается изнутри , когда осознание того, что он ни разу не отвел взгляда с тех пор, как я вошла в комнату, поражает меня. - Вы двое действительно не слишком деликатны, - тихо бормочет Ной со смешком. “ Извини. Я быстро отвожу взгляд от Шейна, так как мое лицо словно горит. “ Нет причин извиняться. Может, просто подождешь, пока твой брат немного выпьет, прежде чем смотреть друг на друга такими большими звездными глазами на публике. ” Он ухмыляется мне, когда мы, наконец, выходим из комнаты. Мы проходим в наши раздевалки и быстро приводим себя в порядок, прежде чем отправиться в зал для приемов, как только туда соберутся все гости, а через несколько минут жених и невеста торжественно выходят. С этого момента остаток вечера проходит по плану — мы едим, мы пьем, и всем весело — затем супружеская пара танцует свой первый танец, за которым следуют отец-дочь и мать-сын. Музыка теперь звучит бодро, и все на танцполе подпрыгивают под нее. Мы все смеемся и поем, пока Ронни кружит меня, покачивая бедрами из стороны в сторону. Внезапно музыка стихает до мягкой мелодии, и чья-то рука ложится мне на поясницу. Мне не нужно оборачиваться, чтобы понять, чей это. По тому, как он согревает мою кожу, заставляя кровь бурлить в венах, а сердце биться чуть громче, я точно знаю, кто стоит прямо у меня за спиной. И по выражению улыбающегося лица Ронни я понимаю, что я прав. Он делает шаг в сторону, когда я поворачиваюсь к нему. “ Могу я пригласить тебя на этот танец? - Мягко спрашивает Шейн, приглашающе протягивая руку. “ Можешь. Я вкладываю свою руку в его, а другую кладу ему на плечо. Его рука на моей спине притягивает меня к себе, прижимая наши тела друг к другу. Находясь так близко, мне приходится полностью запрокинуть голову, чтобы посмотреть на его красивое лицо — даже с учетом добавленных пяти дюймов моих каблуков я все равно невысокая по сравнению с его высоким телосложением. - Веселись, - шепчет мне на ухо Ронни, уходя к своим мужчинам. Я прикусываю губу, краснея от ее комментария, но в основном от ощущения тела Шейна, прижатого ко мне, обнимающего меня. Я знаю, если бы мой брат посмотрел, или кто-нибудь другой, если уж на то пошло, они бы сочли, что нам слишком уютно друг с другом. Но после двух бокалов шампанского, которые я выпила, и всех веселых танцев мне все равно. Я ждал этого момента всю ночь, и в любом случае, мой брат сейчас слишком занят своей женой, чтобы даже заметить. Мы начинаем раскачиваться в такт музыке, глядя друг другу в глаза. “Ты прекрасно выглядишь, Ангел. Ты всегда так делаешь, но сегодня из-за тебя мне трудно дышать, - говорит он тихо, достаточно громко, чтобы я услышала. Мой румянец усиливается с каждым словом. “ Спасибо, Шейн. Я тоже думаю, что ты выглядишь очень привлекательно. На нем идеально сшитый темно-синий костюм-тройка, который восхитительно облегает его крупное тело, под ним белая рубашка и синий галстук, который на тон светлее. Его волосы зачесаны назад с помощью небольшого количества геля, за исключением тех двух прядей, которые всегда падают вперед у висков и завиваются назад к ушам. “ Я стараюсь изо всех сил. Он улыбается, и на его щеках появляются те ямочки, которые я люблю видеть. “Тебе не нужно пытаться, ты всегда так делаешь”, - искренне говорю я ему. Потому что я всегда так думала. Я никогда не встречала такого красивого мужчину, как Шейн. От моего комплимента на его скулах появляется легкий розовый оттенок. - Я скучал по тебе на этой неделе, - говорит он через мгновение. Я прикусываю губу, радуясь, что он скучал по мне так же сильно, как я по нему. “ Я тоже скучала по тебе, Шейн. Я улыбаюсь. - Но ты же знаешь, что мы не виделись больше недели. Тихий смешок слетает с его губ, которые я отчаянно хочу поцеловать. - Я знаю, но сейчас все по-другому. - Да, - признаю я, чувствуя, как мою кожу покалывает от жара. Песня заканчивается слишком быстро, возвращаясь к другой, более ритмичной. Мы неохотно отпускаем друг друга и делаем шаг назад, но не более того. Ни один из нас на самом деле не хочет, чтобы этот момент закончился. “ Ты...… ты уезжаешь сегодня вечером? - Спрашиваю я, чувствуя, что краснею. Он качает головой. “ Нет, я уезжаю завтра днем. У меня здесь есть комната, - говорит он за мгновение до того, как его глаза расширяются. “ Это не… Я ничего такого не имел в виду… Я не ожидал... Я кладу руку ему на плечо, останавливая его. - Я знаю. Он нервно сглатывает. - Ладно. Я оглядываюсь по сторонам и замечаю, что пара моих друзей с волнением смотрят на нас, отчего мой румянец усиливается. “Я должен вернуться к своим друзьям...” “ Хорошо, - снова говорит он, но не двигается. Его взгляд обходит комнату, прежде чем снова останавливается на мне. Он быстро наклоняется и целует меня в щеку. “ Спасибо за танец, Ангел. Он отступает назад, растворяясь в толпе, а я смотрю ему вслед. Я направляюсь к своим друзьям, у всех на лицах одинаковые улыбки. “ Вы двое так очаровательны вместе. Сесилия мечтательно вздыхает. - 206, - говорит Эмма, переплетая свою руку с моей. Я хмурюсь и смотрю на нее. - Что? “206, это номер его комнаты”, - уточняет она. Я несколько раз моргаю, глаза расширяются, и я краснею. “ Откуда… откуда ты знаешь его комнату? “Потому что он тот невезучий человек, который забронировал номер рядом с нашим номером”. Она хихикает. “Я просто говорю тебе на случай, если тебе это понадобится. Ну, знаешь, поговорить наедине о поцелуях ”.О, это имеет смысл и гораздо лучший вариант, чем делать это здесь. - Спасибо. - Мое лицо заливается краской, когда я смотрю в пол с улыбкой на лице. Она отпускает мою руку и вместо этого берет меня за обе ладони, становясь передо мной. “Я знаю, это будет нелегко, малышка Брей. Но мы все просто хотим, чтобы ты была счастлива, включая твоего брата. И если этот мужчина прямо перед тобой - то, что делает тебя счастливой, тогда никто не имеет права голоса в этом. Никто не имеет права мешать вам быть вместе ”. Когда у меня слезятся глаза, она заключает меня в объятия. “Я разберусь с Грейсоном, он передумает. Я обещаю тебе. - Спасибо тебе, - еще раз шепчу я. Вечеринка продолжается еще несколько часов, завершая вечер тем, что Грейсон садится за рояль в углу и поет песню, которую он написал для своей прекрасной невесты, пока его пальцы наигрывают прекрасную мелодию по клавишам. Мой брат легко мог бы стать пианистом или певцом, у него много талантов, но его истинной страстью всегда был хоккей. Когда он заканчивает и Эмма падает в его объятия, я замечаю, что Шейн подходит к ним и, кажется, желает им спокойной ночи, затем поворачивается и оглядывает комнату, пока не находит меня. Грустная улыбка появляется на его губах, когда он слегка машет мне рукой и поворачивается к дверям. Мое сердце сжимается, когда я смотрю, как он уходит, каждая клеточка моего существа тянется ко мне, умоляя последовать за ним. Словно невидимая нить, которая связывает нас вместе, и куда бы он ни пошел, мое тело хочет следовать за ним. Ронни подходит ко мне с бокалом шампанского в руке и моим маленьким клатчем и шалью в другой. “ Вот, выпей это. - Она протягивает его мне, а я недоуменно моргаю. - Выпей это и иди за ним. -Но... - Никаких “но". Никто не заметит вашего отсутствия, тем более счастливая семейная пара. Просто уходите. Я оглядываюсь по сторонам, замечая, что большинство людей уже почти пьяны, включая Грейсона. “Хорошо, да. Я делаю это. Я собираюсь подняться в его комнату и потребовать ответов. Я подношу напиток к губам и проглатываю его целиком, слегка откашливаясь, когда он попадает мне в горло. Она забирает стакан и вручает мне клатч и шаль. “Это моя малышка. Теперь иди за своим мужчиной”. Я с улыбкой кутаюсь в шаль. - Мы просто собираемся поговорить. “ Это будет так, как ты захочешь, Брей. Она кладет руку мне на предплечье. - Тебе решать, что будет дальше, помни это. Если ты готов, тогда делай то, что тебе нужно. А если тебе некомфортно, уходи. Если тебе что-нибудь понадобится, позвони мне или любому из нас, и мы тут же приедем. Это твое шоу, Обри, твоя история. Ты принимаешь все решения, никто, кроме тебя”. - Я люблю тебя, - киваю я и целую ее в щеку. Быстро направляясь к дверям, я направляюсь к выходу, ведущему во второе здание, в котором расположены все комнаты. У меня здесь тоже есть комната, но моя на первом этаже, а у Шейна на втором. Я поднимаюсь по лестнице вместо маленького лифта, мне нужно больше времени, чтобы убедить себя, что я это делаю. Через несколько минут я стою у его двери, и на меня смотрит номер 206, покрытый блестящим черным лаком. Я провожу пальцами по волосам, жалея, что не нашла времени привести себя в порядок перед приходом.Ну что ж, теперь слишком поздно. Сделав глубокий вдох, я стряхиваю нервное напряжение с моих покалывающих рук и поднимаю кулак к двери, дважды стуча. ---------- Глава пятая Глава пятая Шейн Десять, двадцать, тридцать, даже пятьдесят. Я хожу взад-вперед по своей комнате, уговаривая себя не спрашивать кого-нибудь, в каком номере остановился мой Ангел. Я понятия не имею, как я ожидал, что все это разыграется, но я знаю, что хотел поговорить с ней, мне нужно было поговорить с ней. Прошедшая неделя без нее была ужасной, и я не хочу прожить еще одну, не проведя с ней хотя бы немного времени. *Тук-тук* Я перестаю расхаживать по комнате и поворачиваю голову к двери.Могло ли это быть? Сделав несколько шагов, я смотрю в глазок и вижу, что моя прекрасная девушка стоит с другой стороны и грызет ноготь на большом пальце. У нее такая привычка, когда она слишком нервничает. Она сейчас не в своей тарелке, вот почему она так нервничает. Мой застенчивый маленький Ангел обычно не приходил ко мне один. Я провожу липкими руками по рубашке, прежде чем открыть дверь. - Обри. Ее большие, красивые глаза лани останавливаются на мне, когда она отпускает большой палец. “Привет, Шейн. Я могу войти?” “Um…” Обри никогда бы так не поступила.Откуда берется столько мужества? Не поймите меня неправильно, я более чем взволнован, что она здесь. Но я не могу не задаться вопросом, не стоит ли за всей этой бравадой алкоголь. “ Да, конечно. Я отступаю в сторону, давая ей пройти. - Входите. Она входит и не оборачивается, пока не проходит половину комнаты. Я закрываю дверь, запирая ее на ключ, и как только я снова поворачиваюсь к ней лицом, она делает то же самое. Я открываю рот, чтобы спросить ее, зачем она сюда поднялась, но она опережает меня. “Почему ты не поцеловал меня, Шейн?” Мои глаза на мгновение расширяются, ее вопрос ошеломляет меня. Я планировал сделать это снова в ближайшее время, чувствуя, что у нее было достаточно времени, чтобы все обдумать. Но я не понимал, что это беспокоит ее настолько сильно, до такой степени, что она чувствует необходимость выйти из своей зоны комфорта и поговорить со мной об этом лицом к лицу. “Я пытался придумать причину, по которой ты поцеловал бы меня один раз, но потом не делал бы этого снова. Я поговорила с девушками, и у всех у них другое мнение, что только еще больше все запутывает. Потому что я такая, Шейн. Я в замешательстве и ничего из этого не понимаю”. Она указывает на нас обоих. “ У меня никогда не было этого, что бы здесь ни происходило. Я не знаю, как все это работает, и если ты не расскажешь мне или не направишь меня, то я понятия не имею, что делать дальше ”. Затем она обхватывает себя руками с уязвимым видом. “ Ты...… ты сделал это только потому, что я сказала, что меня никогда не целовали? Я ... у меня плохо получалось? Поэтому ты больше не поцелуешь меня? Ее голос сейчас такой тихий, что разбивает мое чертово сердце. Я делаю быстрые шаги в ее направлении, обхватываю обе ее щеки и заставаю врасплох. “Нет, Ангел, ни в коем случае. Ты не можешь себе представить, как тяжело мне было не поцеловать тебя снова — это все, чего я хотел. Каждое мгновение, проведенное с тобой, Обри, я ловлю себя на том, что мечтаю снова попробовать тебя на вкус. Этовсе, о чем я могу думать. Ее глаза увлажнились, и она слегка покраснела. “ Тот поцелуй показался мне волшебным, и нет, я сделал это не потому, что ты мне об этом рассказала. Я сделал это, потому что устал ждать, идти домой и проклинать себя за то, что не воспользовался шансом ”. - Тогда почему ты этого не сделал? - шепчет она. “Потому что я боялся, что если я это сделаю, это может быть слишком быстро для тебя. Я хотел дать тебе время привыкнуть к тому, что происходит между нами, прежде чем я сделаю это снова. Я никогда не хотел заставлять тебя сомневаться в себе, Ангел. Я должен был знать лучше, и за это я сожалею. Но знай, что я хочу тебя, Обри. Я хочу тебя во всех смыслах этого слова. - Тогда возьми меня. Едва слова слетают с ее губ, как я заявляю о них во второй раз, мои пальцы скользят по ее волосам, удерживая ее затылок, в то время как другая моя рука оставляет ее лицо. Медленно я провожу им по ее шее, через плечо, вниз по руке, прежде чем обернуть его вокруг ее талии. Отчаянная потребность прижать ее ко мне как можно ближе наполняет мои вены, когда ее руки поднимаются и обвиваются вокруг моей шеи, притягивая меня к себе, пока она пытается углубить наш поцелуй. Ее язык неуверенно проскальзывает сквозь ее губы, требуя доступа к моему, и я быстро даю ей это. Она стонет, когда я касаюсь своим языком ее языка, и мне требуется вся моя сила, чтобы не давить на это дальше. Но затем она крепче сжимает мою шею, приподнимаясь на кончики пальцев ног, и стонет мое имя. “Шейн...” У меня чуть не лопнули штаны от того, как красиво это звучит из ее уст, мой член напрягся под боксерскими трусами и умолял о внимании. Она начинает отводить нас назад, пока мои ноги не упираются в спинку кровати, и я снова принимаю сидячее положение на краю кровати. Она убирает руки с моей шеи, не прерывая поцелуя, слегка приподнимает юбку своего платья и приподнимается надо мной, разрез на ее платье позволяет ей легко оседлать мои колени. Я никогда не видел Обри с этой стороны — это не моя застенчивая красавица, а значит, она, должно быть, выпила больше, чем я думал. “ Подожди, Ангел, детка, подожди. ” Ее губы покидают мои, путешествуя по моему подбородку, вниз к шее, где она осыпает меня нежными поцелуями. - Обри, сколько ты уже выпил? Она отстраняется, глядя мне прямо в глаза. “ Э-э-э, три бокала шампанского. Два во время приема и один перед тем, как подняться сюда. Теперь она краснеет. “Мне нужно было немного жидкого мужества”. Я знаю, что три бокала - это не так уж много, если посчитать все время, которое мы провели на приеме. Но я не знаю, сколько Обри обычно выпивает; я не знаю, много ли для нее трех, и было бы неправильно продолжать в том же духе, зная, что она выпила больше одной. Я ненавижу себя за то, что делаю это, но у меня нет выбора. Если я позволю этому зайти еще дальше, и завтра она проснется, сожалея об этом, я возненавижу себя. “Ангел, я думаю, нам следует прекратить это здесь. Ты был пьян, и я не хочу делать то, чего ты на самом деле не хочешь”. Я провожу пальцами по ее волосам, в то время как мой большой палец на ее бедре рисует маленькие круги. Она хмурится. “ Но я действительно хочу этого, Шейн, ” тихо шепчет она. “ Я никогда не чувствовала этого раньше, никогда не хотела этого в прошлом. Каждый раз, когда парни приглашали меня на свидание или предлагали интимные вещи, у меня в голове звучал тихий голос, говорящий мне не делать этого, не ходить. Но с тобой этого не происходит; я никогда не слышу, чтобы она говорила мне остановиться. Я ловлю себя на том, что жажду того, о чем и не подозревала, что могу, воображаю то, о чем никогда не думала с тобой. ” Ее румянец приобретает глубокий оттенок красного от ее последнего комментария. “И я более чем рад это слышать, милая, потому что я хочу тебя так же сильно. Но мы можем подождать, я не против подождать, пока ты действительно будешь готова. Пока мы оба не протрезвеем и не станем ясно мыслить. Я обхватываю ее щеку, нежно целуя в губы. “Но я не пьяна, Шейн, и я мыслю ясно. Я знаю, чего хочу”. Она прикусывает губу, глядя вниз, между нами. “Некоторое время назад Ронни спросила меня, почему я все еще девственница, и я сказала ей, что у меня такое чувство, что я должна подождать. Я не знал, почему и для чего, но я просто знал, что это то, что я должен был сделать ”. Ее глаза возвращаются к моим, в них горит ясность. - Но теперь я знаю. - Ее руки касаются моих щек, когда она шепчет слова, которые я так хотел услышать: “Я ждал тебя”, прежде чем прижаться своими мягкими губами к моим. “Ангел”. Это все, что я могу сказать, потому что эта женщина завладела моим сердцем. У нее есть каждая частичка меня. Так было всегда. Внезапно Обри соскальзывает с моих ног, улыбается мне, делает шаг назад, и ее руки убираются с моего лица. Я собираюсь спросить, куда она направляется, когда замечаю легкую дрожь в ее руках, когда она заводит их за спину, слабый звук расстегиваемой молнии громким эхом отдается в моих ушах. Мое сердце бешено колотится в груди, мой член истекает, упираясь в штаны. Часть меня умоляет ее прекратить это; что, если мы не остановимся, утром она может возненавидеть меня, пожалеть обо мне. Но другая часть умоляет ее продолжать, снять это платье, показать мне свое прекрасное тело, похожее на песочные часы, раскрыться в моих объятиях. Когда ее руки добираются до застежки-молнии, бретельки начинают соскальзывать с плеч. Ее щеки, уши, нос и шея приобретают красивый оттенок красного, когда она деликатно вытирает руки о края платья. Сделав глубокий вдох, она поднимает одну из них и зацепляет пальцем за ремешок. Я придвигаюсь на дюйм ближе к краю кровати, хватаюсь руками за край, сминая простыни. Я не могу дышать, не могу моргнуть, не могу отвести взгляд. Я чувствую, что мое сердце вот-вот остановится из-за того, как неровно оно бьется. Дрожащими пальцами она опускает бретельку, затем проделывает то же самое с другой стороной. Когда платье остается приподнятым только руками у груди, она делает еще один глубокий вдох. Не сводя с меня глаз, она, наконец, отпускает мягкий материал, позволяя ему растечься у ее ног, и мое сердце мгновенно замирает в груди. Боже, она - это все. Я никогда не видел такой красивой женщины. Мне почти хочется плакать. Под платьем на ней ничего нет, кроме маленьких трусиков телесного цвета. Я бы не назвал это стрингами, так как они кажутся немного шире, но это также и не полноценное нижнее белье. Что бы это ни было, она выглядит в нем великолепно. Идеальная тонкая талия и слегка выступающие бедра придают ее фигуре восхитительный изгиб. А ее грудь, Господи, она безупречна. Идеальной формы, идеального цвета, с маленькими розовыми сосками. Не слишком большие, но и не маленькие, они прекрасно ложатся в мои руки. У нее крошечные веснушки на груди, и, кажется, возле пупка есть небольшое пятнышко. Черт возьми, даже ее пупок симпатичный. А за ее бедра можно умереть, на них достаточно мяса, чтобы за него ухватиться. Я так сильно хочу обхватить их руками. - Я никогда раньше не была обнаженной перед мужчиной, - шепчет она с легкой дрожью в голосе. Костяшки моих пальцев болят и побелели от того, как сильно я сжимаю их в кулаке. Все, что я хочу сделать, это схватить ее, держать и никогда не отпускать.Я не буду. - Иди сюда, Ангел. Она без колебаний встает между моих ног, и от этого я чувствую себя лучше. Возможно, она осознает этот момент лучше, чем я думал. Я медленно поднимаю руки к ее бедрам, чувствуя, как она вся дрожит от нервов. “Для меня большая честь быть единственным мужчиной, который когда-либо видел тебя такой, Обри. Ты даже не представляешь, как много для меня значит, что ты решила подарить мне этот момент. Я наклоняюсь и оставляю нежный поцелуй на ее плоском животе. Когда я отстраняюсь, ее румянец распространяется на юг, по округлостям ее грудей. Я хочу прикоснуться к ним, но мне нужно быть терпеливым и не торопиться. Я не хочу ошеломлять ее, двигаясь слишком быстро. “ Ты понятия не имеешь, насколько ты прекрасна для меня, Ангел. Я смотрю ей в глаза. Ее руки запускаются в мои волосы, ногти царапают кожу головы, когда она опускает их к моему затылку. “Тогда покажи мне, Шейн. Заставь меня почувствовать себя красивой”. Ее комментарий сбивает меня с толку на секунду.Как она могла так не думать? Я знаю женщин, которые убили бы только за то, чтобы обладать частицей красоты Обри. Но я выполню ее просьбу и буду продолжать делать это до конца своей жизни. Я отпускаю ее бедра и хватаю за бедра, притягивая ее обратно на себя, как раньше, на этот раз без платья между нами. Я прижимаюсь губами к ее губам, которые отчаянно раскрываются для меня в тот момент, когда они соприкасаются. Ощущение ее грудей, прижатых к моей все еще прикрытой груди, сводит меня с ума, как и жар, исходящий от ее сердцевины, такой сильный, что я чувствую его через свои брюки и боксеры. Мой член дергается от осознания того, что она так близко, так обнажена, и она стонет в ответ. Она опускается ниже; легкий вздох срывается с ее губ, когда она чувствует, как я прижимаюсь к ней между ее ног, но затем она удивляет меня, неуверенно двигая бедрами взад-вперед. Я думал, что мне придется направлять ее, но моя девочка, похоже, знает, что делает. Чего она хочет. - Обри, - произношу я ее имя, и оно многократным эхом отдается в моей голове. “ Прикоснись ко мне, Шейн. Я отрываюсь от ее губ, замечая, что ее щеки и шея приобретают темно-розовый оттенок. “ Где? - Шепчу я. “ Где ты хочешь, чтобы я прикоснулся к тебе, Обри? Потому что я не хочу касаться того, к чему ты еще не готова. Ее зрачки красиво расширены, губы припухли от всех наших поцелуев, а волосы немного растрепаны из-за того, как много я в них играл. Она никогда не выглядела более очаровательно. “ Везде, ” выдыхает она. - Я хочу, чтобы ты прикасался ко мне везде. Я целую ее в губы еще раз, прежде чем спускаюсь к подбородку, уху, ниже к шее, где слегка посасываю нежную кожу, вызывая у нее новые чувственные стоны. Я провожу рукой вверх по ее бедру, к талии, медленно к нижней стороне груди, лаская там в течение нескольких секунд большим пальцем, пока она слегка выгибает спину, прося большего. Снова поднимая ее выше, я обхватываю ее грудь ладонью, и мы оба вздыхаем. Я никогда не думал, что этот момент наступит. Я мечтал об этом тысячу раз, но никогда не представлял, что мой Ангел когда-нибудь позволит мне прикоснуться к ней вот так. Я нежно провожу большим пальцем по ее упругому соску, продолжая целовать и покусывать ее шею. Теперь одна ее рука лежит у меня на плече, а другая - на моем затылке. Отстраняясь, я наблюдаю, как моя рука работает, когда я массирую ее грудь, поднимая другую руку, чтобы проделать то же самое со второй. Ее глаза широко открыты, губы приоткрыты, пока она наблюдает за мной. “Как это ощущается?” Спрашиваю я, пощипывая ее соски. “ Хорошо. Она прикусывает губу, ее румянец усиливается. Я щиплю оба ее возбужденных соска, пытаясь понять, насколько она чувствительна. “Оооо, Шейн!” - выдыхает она, грудь тяжело вздымается. Наклоняясь назад, я целую ее в плечо, скольжу по ключице, спускаюсь к изгибу груди. Я не тороплюсь, исследуя губами идеальную каплевидную форму, затем, наконец, касаюсь языком ее соска.Боже, ее кожа такая приятная на вкус и пахнет. Должно быть, это средство для умывания или крем для тела, потому что все ее тело пахнет персиками. После еще нескольких облизываний я посасываю сморщенную кожицу, затем, наконец, беру ее в рот. Дикое рычание вырывается из моего горла, когда ее рука в моих волосах сжимается сильнее, а бедра дергаются от острой потребности. - О боже! - стонет она громче, затем прикусывает губу. Я касаюсь зубами ее соска, мягко прикусывая, прежде чем отпустить. Протягивая руку, я большим пальцем высвобождаю ее губу между зубами. “Не прячься от меня, Ангел. Я хочу слышать каждый гипнотизирующий звук, который срывается с этого прелестного маленького ротика. Точно так же я хочу исследовать каждый идеальный дюйм этого тела”. - Хорошо, - шепчет она, задыхаясь. Я возвращаюсь к работе над ее телом, на этот раз уделяя внимание другой груди своим ртом и языком. Моя свободная рука опускается к ее заднице, разминая мягкий шар и толкая ее глубже в себя. Я чувствую себя подростком, который в нескольких секундах от того, чтобы спустить свой груз в штаны. - Шейн, я... - начинает она, но ее голос прерывается. Я целую обе ее груди, затем выпрямляюсь и смотрю в ее большие, нерешительные глаза. - В чем дело, милая? “ Я хочу... Она снова закусывает губу, еще больше краснея, но движение ее бедер говорит мне, чего именно она хочет. “ Хочешь еще? Она нетерпеливо кивает, краснея с каждой секундой. На это восхитительно смотреть. Я не ожидал, что наш первый раз пройдет так; я думал, она будет слишком застенчивой и замкнутой. Когда мне придется помогать ей во всем, постоянно успокаивать. Но моя девочка гораздо более готова, чем я предполагал. Возможно, ей трудно сказать, чего именно она хочет, но она знает, как донести сообщение до конца. Я люблю Обри со всех сторон, но я очень восхищаюсь этим мужественным человеком. Я знаю, ей нелегко выйти из своей зоны комфорта и проявить себя вот так, даже со мной. Схватив ее за талию, я встаю с кровати с ней на руках, разворачиваюсь и сажаю ее обратно на край. Она закладывает руки за спину, поддерживая себя, когда я опускаюсь перед ней на колени. Глаза Обри прикованы к каждому моему движению. Неважно, насколько застенчивой она может себя чувствовать в этот момент, это не показывается. Она не пытается спрятать от меня свое тело, выставив грудь напоказ и все еще раздвигая ноги, обнажая влажное пятно на трусиках. Единственный признак нервозности - это ее румянец и то, как сильно она дрожит. Откидываясь на икры, я провожу руками вверх и вниз по ее ногам. “ Как мне сделать так, чтобы тебе было удобнее? Хочешь, я включу обогреватель? Выключишь свет? - Тихо спрашиваю я ее. Она качает головой. - Нет, я хочу тебя видеть. Может ли эта девушка стать еще более совершенной? Я киваю и обхватываю рукой ее лодыжку, поднимая ее ступню на каблуке и прижимая ее к своей груди. Это черные босоножки на каблуке с ремешком на щиколотке, и мне хочется проклинать Эмму за то, что она заставила своих подружек невесты одеваться так, словно сейчас лето. Я расстегиваю ремешок на щиколотке и вытаскиваю ее ногу из туфли, когда мои брови поднимаются. - Кто купил тебе это, Ангел? Она улыбается, понимая мою реакцию. “ Эмма подарила нам их в качестве подарков подружкам невесты.Это чертовски хороший подарок. Я не знаю многих невест, которые покупают своим трем подружкам невесты и подружке невесты Джимми Чуса. Я целую верхнюю часть ее ступни, а также внутреннюю сторону лодыжки, прежде чем опустить ее обратно на кровать и отставить ее пятку в сторону, затем делаю то же самое с другой ногой. Как только я заканчиваю, мои руки скользят вверх по ее икрам к бедрам, пока я прокладываю путь поцелуями вверх по ее ногам. Добравшись до ее нижнего белья, я хватаюсь за него с обеих сторон и смотрю ей в глаза. - Можно мне его снять? - Да, - выдыхает она без колебаний. Очень медленно я опускаю их вниз по ее бедрам, когда она приподнимает бедра, затем по ступням, когда они достигают лодыжек. Отбрасывая их в сторону, я снова сосредотачиваюсь на моем прелестном ангеле. Она уже снова раздвинула для меня ноги, давая понять, что не хочет останавливаться. У нее хорошенькая маленькая розовая киска, которая блестит от влаги, и небольшой треугольный, хорошо подстриженный участок светлых волос прямо над ней. “Ранее на этой неделе Ронни заставила нас делать восковую эпиляцию.… Было немного больно, но она сказала, что это необходимо. Я никогда раньше не брилась”, - признается она, поймав мой пристальный взгляд. И теперь все это имеет смысл, потому что я не ожидал, что она будет такой ухоженной. Но, честно говоря, мне на самом деле все равно, обнажается женщина или нет. Это ее решение, и я забочусь только о том, чтобы ей было максимально комфортно. Мне внезапно приходит в голову мысль. “Ангел, ты думал, это случится сегодня вечером?” Она прикусывает губу и качает головой. “ Нет ... но я хотела быть готовой,… если это случится. Я поднимаюсь на колени, приближаясь к ее лицу, притягиваю ее подбородок к себе и запечатлеваю на ее губах нежный поцелуй. “Милая, я бы принял тебя такой, какая ты есть. Тебе не нужно было проходить через все это ради меня”. “Я знаю, но это мне нравится"… Так красивее. Ее румянец сейчас ярко-красный, прямо над скулами. Я провожу большим пальцем по ее прекрасным губам. - Ну, если тебе это нравится, то и мне это нравится. - Я прижимаюсь еще одним поцелуем к ее губам, затем к пояснице, к губам, которые я отчаянно жажду попробовать на вкус. “Ангел, я бы очень хотел поцеловать тебя здесь. Это нормально?” Она кивает, давая мне разрешение, когда я целую внутреннюю сторону ее бедра, затем другое, продвигаясь ближе к ее влажному холмику. “Шейн?” Ее тихий голос привлекает мое внимание, и я немедленно останавливаюсь, глядя в ее светло-карие глаза. -Да, детка? “ Можно мне... можно мне посмотреть на тебя? Румянец заливает всю ее грудь. Я сглатываю комок в горле, отчаянно пытаясь сохранить контроль, хотя все, чего я хочу, - это наброситься на эту потрясающую девушку, от которой у меня перехватывает дыхание. Мокрое пятно на моих боксерах продолжает расти с каждым словом, слетающим с ее сочных губ. Я улыбаюсь ей, взволнованный ее вопросом.Моему Ангелу любопытно. “Конечно, ты можешь. Я был бы рад, если бы ты это сделал”. Я снова опускаю рот, целуя ее маленькую прядь волос, затем чуть ниже уголка губ, прежде чем, наконец, запечатлеваю поцелуй прямо на ее клиторе. Она задыхается, ее ноги поднимаются сами по себе, губы приоткрываются. Я провожу руками по ее скрещенным ногам и хватаю ее за талию, притягивая ближе к себе, когда провожу языком от основания ее складочек до самого маленького бутона. Я стону от ее запаха и вкуса на моем языке, идеального сочетания сладкого и соленого. - Ооо, Шейн, - мурлычет она. Я делаю это снова, расплющивая язык и надавливая сильнее. Я несколько раз провожу кончиком по ее клитору, прежде чем засосать его в рот. Ее ноги прижимаются ко мне, когда она тяжело дышит, не сводя с меня глаз. “ Тебе это нравится, Ангел? - Спрашиваю я между облизываниями. “ Да. ” Теперь ее румянец добрался до грудной клетки.Интересно, смогу ли я заставить все ее тело покраснеть? Отведя одну руку назад, я раздвигаю ее губы и прижимаюсь языком к ее входу. Я чувствую, как она сжимается вокруг кончика моего языка, и я знаю, что ей будет больно, когда я попытаюсь войти в нее. Мне нужно подтолкнуть ее к этому. Слава Богу, я действительно терпеливый человек, когда дело касается Обри.Я буду ждать ее вечно. Затем, используя кончик пальца, я массирую ее вход, сосредоточив рот на ее клиторе, затем медленно просовываю его внутрь до первой костяшки. Она громко стонет, сжимаясь под моим пальцем. Я неторопливо двигаю им взад-вперед, затем нажимаю на второй. Ее рука опускается к моим волосам, пальцы скользят по прядям. Я вытаскиваю его, затем на этот раз вставляю обратно до упора. Ее рука сжимает мои волосы, когда ее голова откидывается назад, и она стонет мое имя. Ее пальцы на ногах обвиваются по бокам от меня, ноги поднимаются выше. Боже, она сейчас такая красивая. Ее соки текут по всей моей руке, когда я полностью вытаскиваю палец, на этот раз прихватив с собой второй. Она уже близка к оргазму, и я действительно хочу потренировать ее до совершенства, прежде чем мы перейдем на следующий уровень. Лучше было бы три, может быть, даже четыре, но для ее первого раза, я думаю, это было бы слишком далеко. Она всхлипывает, когда я вводлю в нее два пальца, и смотрит на меня широко раскрытыми глазами. Я двигаю ими взад-вперед, все быстрее пощелкивая по ее клитору, ее стоны и хрипы становятся громче с каждой секундой. “О Боже, Шейн!” - Теперь она сильно дрожит. “ Отпусти, Ангел. Отпусти, - говорю я ей, переплетая пальцы и втягивая ее комочек в рот. Она тянет меня за волосы, когда сворачивается, выкрикивая мое имя, кончая мне в рот и на пальцы. Я понятия не имею, как я выдержал эти прекрасные звуки, не кончив, но я это сделал. За исключением того, что сейчас мой член мучительно ноет, и я чувствую, что одно прикосновение заставит меня разогнать свой груз по всему телу.Боже, я никогда так сильно не желал вернуться в свои двадцать с небольшим. Мне следовало подрочить сегодня утром, как я хотел. Как только она высвобождается из-под меня, я медленно убираю пальцы и целую внутреннюю сторону ее бедра. Она падает обратно на кровать, ее грудь поднимается и опускается с каждым вдохом, который она делает. Ее ноги безвольно опускаются, когда я отпускаю ее и отступаю назад. Я рассматриваю свои покрытые соком пальцы, затем подношу их ко рту и облизываю дочиста, одобрительно мурлыкая. Поднимаясь с земли, я начинаю расстегивать рубашку. Войдя в свою комнату, я уже снял пиджак, но не успел полностью раздеться, как появился Обри. В данный момент она лежит на спине, одна рука покоится на нижней части живота, а другая поднята над головой. Ее ноги свисают с кровати, слегка раздвинуты, и она наклоняет голову набок, наблюдая, как я снимаю одежду. Как только я добираюсь до последней пуговицы, я вытаскиваю ее из-за пояса и отбрасываю рубашку в сторону. Затем я расстегиваю пуговицу и молнию на брюках и стягиваю их с ног, снимая туфли и носки. Обри возвращается в сидячее положение, ее пальцы неуверенно дотрагиваются до моей груди. Она проводит ими по моим грудным мышцам, вниз по животу, к жестким волоскам, начинающимся у пупка. Медленно она проводит ими обратно вверх, позволяя своей руке коснуться моего колотящегося сердца. Дрожь пробегает по моей спине, когда я смотрю в ее невинные глаза, мое сердце умоляет меня вырвать его из груди и вручить ей. Умоляй ее сохранить это навсегда. “Ты такой красивый, Шейн. Как будто я не знаю, куда смотреть, потому что хочу увидеть все сразу, ” шепчет она, запрокинув голову, губы требуют еще одного поцелуя. Я наклоняюсь, отвечая на ее невысказанные требования, и прижимаюсь губами к ее губам. “ Ты можешь смотреть на меня, когда захочешь, милая. Сегодня, завтра, через десять лет. Я весь твой, Ангел. Мне кажется, я всегда был твоим”. Я знаю, что, возможно, скоро начну говорить подобные вещи, но мне нужно, чтобы она знала, что я полностью с ней согласен, что то, что происходит между нами, не разовое, что это что-то значит для меня. Что это только начало. Мой комментарий слегка ошеломляет ее; она отстраняется, ее глаза расширяются. - Ты все еще будешь хотеть меня через десять лет? Я провожу пальцами по ее волосам с обеих сторон лица. - Конечно, я бы так и сделал. Через десять, двадцать, тридцать, даже пятьдесят лет”. Она тает в моих объятиях, нежнейшая, теплейшая улыбка украшает ее губы. Она наклоняется, целуя мой живот, затем снова смотрит мне в глаза. “Я хочу тебя, Шейн. Я хочу тебя сейчас”. ---------- Глава шестая Глава шестая Обри Могу я к нему прикоснуться? Я не знаю, откуда берется вся эта храбрость, но мне нравится этот новый Обри, хотя я думаю, что Шейн может быть большой причиной. С ним я чувствую себя в безопасности; я чувствую, что мне не нужно беспокоиться. Что бы я ни сказала или ни сделала, это не заставит его уйти, и это заставляет меня хотеть быть сильной ради него. Его руки соскальзывают с моих волос и опускаются к поясу его обтягивающих черных боксеров. Я вижу мокрое пятно, которое он оставил на них, и думаю, это хороший знак. Он медленно спускает их с бедер, снимая, как только они касаются пола. Его пенис высвобождается, почти ударяя меня по лицу, когда я как раз вовремя откидываюсь назад, а затем остается прямо напротив его живота, до самого пупка. “ Вау!… Это ... это большой пенис ... Шейн хихикает, и мои глаза снова поднимаются на него. “О Боже, я сказала это вслух, не так ли?” Я быстро закрываю лицо руками, чувствуя, как мои щеки горят до тревожной степени. “Это так неловко”. “ Привет. Он деликатно берет меня за запястья и отводит их от моего лица, затем наклоняется и целует меня. “Нет ничего постыдного в том, чтобы высказывать свое мнение. Я хочу услышать каждую мелочь, которая проходит через твою хорошенькую головку, конечно, если это касается того, что у меня между ног. Должен признать, это был лучший толчок для моего эго за долгое время ”. Я не могу удержаться от смеха. Этот мужчина заставляет меня чувствовать себя так непринужденно, потому что он всегда меня успокаивает. Всякий раз, когда мне кажется, что я, возможно, делаю что-то не так, он всегда убеждает меня, что это не так. Он сильно укрепляет мою уверенность в себе, и я даже не думаю, что он это осознает. Единственная причина, по которой я знаю, что его член больше, чем у других, - это благодаря Ронни и, к сожалению, из-за моего брата. Видеть, как твой брат с кем-то близок, - это никогда не то, чему ты хочешь быть свидетелем, и, к сожалению, этот образ навсегда застрял в твоей голове, и теперь, когда он с Эммой, я слышу вещи, которые лучше бы не слышать. Но из того, что мне говорили, мой брат не такой, каким женщины считают среднего ... А Шейн выше этого. Помимо моего брата, Ронни нашла время научить меня нескольким вещам. Ранее на этой неделе у меня возникло несколько вопросов о сексе, и я обратился к ней за ответами. Но вместо того, чтобы дать мне простой ответ, она усадила меня и пустилась в очень откровенные и травмирующие подробности о том, как все работает. Она даже зашла так далеко, что показала мне фотографии интимных мест Гейба и Ноя. Есть еще кое-что, чего я хотела бы никогда не видеть. Но она утверждала, что наличие чего-то, с чем можно было бы сравнить, помогло бы мне понять, большой он, маленький или просто средний. Она даже заставляла меня смотреть с ней порно, чтобы я мог получить представление о том, как работают позы и чего ожидать. Я никогда в жизни не смотрел порно, и позвольте мне сказать вам, что я тоже никогда не был так смущен. Мое лицо буквально горело; мне пришлось прикладывать пакеты со льдом к щекам из-за того, как сильно они горели. Я думала, что румянец навсегда отпечатается на моей коже к тому времени, как мы закончим. Шейн еще раз чмокает меня в губы, затем встает, поднимая свой член на уровень глаз. Мой взгляд скользит по волосам у него возле пупка, которые спускаются ниже, к основанию его эрекции. Там не так уж много, просто маленькая обрезанная подушечка, и это заставляет меня чувствовать себя лучше из-за того маленького участка, который у меня есть. Я знаю, что все девушки из моей группы друзей предпочитают быть полностью обнаженными, но я не была к этому готова. Это было не похоже на меня. Из кончика выступает немного беловатой жидкости, и у меня возникает непреодолимое желание прикоснуться к ней. Я облизываю губы, прежде чем поднять взгляд на Шейна. “Могу я потрогать это?” “О, спасибо тебе, Иисус”, - бормочет он, глядя в потолок и вздыхая, прежде чем вернуться ко мне с самой мальчишеской улыбкой, которую я когда-либо у него видела. “Да, Ангел, ты определенно можешь потрогать это”. Я хихикаю над тем, каким взволнованным он выглядит, и прикусываю губу, протягивая руку вперед. Одно из видео, которое мы с Ронни смотрели, было о девушке, ублажающей мужчину руками и ртом, так что, думаю, я знаю, что здесь делать. Но я вроде как хочу немного изучить это, прежде чем приступить к работе. Я осторожно провожу кончиком пальца по всей длине, и он дергается от соприкосновения. Оно мягкое на ощупь, бархатисто-гладкое и теплое, с прожилками, идущими сверху донизу. Я обхватываю его рукой, как это делала девушка, и замечаю, что мои пальцы не соприкасаются, а это значит, что он не просто длинный, но и широкий. Ронни сказал, что так будет больнее. Я отбрасываю эту мысль, сосредотачиваясь на этом моменте. Я знаю, что расставание с девственностью не будет таким уж сладким и нежным. Я знаю, что сначала, скорее всего, будет больно, я просто надеюсь, что боль не будет длиться все время. Набравшись храбрости, я наклоняюсь и касаюсь головки кончиком языка, собирая выступающую белую жидкость. Я боялась, каким оно будет на вкус, но оно действительно неплохое, просто теплое и немного соленое. Шейн вздрагивает, из его горла вырывается что-то вроде рычания, когда я смотрю ему в глаза, делая это снова. Его рука запускается в мои волосы, убирая их с моего лица. Он не говорит ни слова, только наблюдает за мной, и это заставляет меня чувствовать себя живой, несмотря на мое раскрасневшееся состояние. Я обхватываю губами головку, провожу по ней языком, затем втягиваю в рот еще больше его члена. Это скользит не так хорошо, как у девушки на видео, но как только его пенис покрывается моей слюной, это работает лучше. Я втягиваю воздух вверх и вниз, втягивая щеки, пока моя голова качается. Я думаю, что у меня все в порядке, пока Шейн не издает сдавленный звук и не тянет меня за волосы. Я полностью отпускаю его и поднимаю взгляд. “Ты в порядке? Я что, делал это неправильно?” Он обхватывает ладонями мои щеки, прижимаясь губами к моим, что приводит меня в еще большее замешательство. “Боже, нет! Ты была потрясающей, Ангел. Но я… У меня не было секса четыре года, и если бы я позволил тебе продолжить еще хоть на секунду, наша ночь закончилась бы совсем не так, как мне бы хотелось. Я отстраняюсь, глядя на искренность в его глазах и легкий румянец на щеках от признания того, что он только что сделал. “ Почему ты так долго ждал? Я думал, что когда люди занимаются ... сексом, это то, чем они продолжают заниматься регулярно?” Он улыбается моей невинности, на его щеках появляются ямочки, и я протягиваю руку, чтобы коснуться одной из них, не в силах контролировать себя. “ Некоторые так делают, да. Но секс никогда не был чем-то, что доминировало в моей жизни. Да, он мне нравится, но я могу обойтись и без него. Прошло уже несколько месяцев, прежде чем я встретил тебя, но тогда мне просто больше не хотелось этого. Его большой палец касается моей щеки. “Мне не хотелось связываться со случайной женщиной, которая ничего для меня не значила, когда я мог смотреть на тебя и чувствовать себя цельным. Даже если бы ты не видел меня таким же. “Я всегда видел тебя, Шейн. Я знал, что между нами что-то есть, с того самого момента, как ты впервые взял меня за руку. Даже если я постоянно всем это отрицала, это всегда было рядом”, - шепчу я ему эти слова. Следующее, что я помню, это то, что его руки обвиваются вокруг моей талии, а мои тянутся к его шее. Он поднимает меня с кровати, мои ноги обвиваются вокруг его бедер, и мы целуемся так, словно изголодались друг по другу, как будто не целовались всю ночь. Он относит меня к краю кровати, укладывает и забирается на меня, наши обнаженные тела идеально прилегают друг к другу. Моя спина выгибается, когда он скользит по моим складкам, двигая бедрами, и с моих губ срывается стон. “Шейн, ты мне нужен”. Он встает с кровати, подходит к своему чемодану в углу комнаты и несколько секунд роется в нем, прежде чем вернуться с презервативом. Он забирается обратно и становится на колени между моих раздвинутых бедер. Мои руки начинают дрожать, когда осознание того, что мы действительно занимаемся этим, поражает меня. В моем животе образуется небольшой узел, и мое сердце начинает биться быстрее. Шейн разрывает презерватив, вытаскивая его из упаковки из фольги, но останавливается, когда видит меня. “Ангел"… Мы можем остановиться здесь, все в порядке. Он отбрасывает обертку в сторону и проводит рукой вверх-вниз по моему бедру. “ Нет, я хочу. Я просто… Я нервничаю, - признаюсь я, закусывая губу и краснея. “ Я буду осторожен, обещаю. Мы будем двигаться медленно. Он ждет, пока я кивну, прежде чем натянуть презерватив по всей длине. Как только с этим покончено, он нависает надо мной, накрывая своим телом мое и целуя меня повсюду. Мои губы, мои щеки, моя челюсть, моя шея, все, до чего он может дотянуться. Его рука скользит вниз между моих бедер, где он несколько раз поглаживает меня и медленно вводит палец, затем два. Я задыхаюсь и стону, мои бедра двигаются в такт его пальцам. Он берет одну из моих рук в свою свободную, переплетает наши пальцы и поднимает их над моей головой. Его пальцы выскальзывают из меня, и следующее, что я чувствую, когда они трутся о мой вход, намного больше. - Скажи мне, когда будешь готова, - тихо говорит он, когда его губы касаются моих. Я делаю глубокий вдох и медленно выдыхаю, пока все мое тело дрожит. - Я готова. Я чувствую, как он толкается в меня несколько раз, прежде чем, наконец, проходит через мой вход, и я вскрикиваю. Дискомфорт пронзает мое тело вместе с ощущением жжения. Моя рука на его плече царапает его кожу. Сначала он не двигается больше, давая мне несколько секунд привыкнуть, и когда странное ощущение начинает исчезать, он толкается немного глубже, полностью разжигая его. “О Боже!” Я всхлипываю, когда слезы начинают наполнять мои глаза. Обе его руки тянутся к моему лицу, а мои - к его лопаткам, отчаянно нуждаясь в том, чтобы удержать его. “ Я знаю, это больно, милая. Мне так жаль, я хотела бы как-нибудь взять все это на себя”. “ Ты можешь отвлечь меня? Это все, о чем я могу думать. Я помню, Ронни говорил мне, что игнорирование боли поможет ей быстрее пройти. “ Конечно, Ангел. Все, что захочешь, просто назови. - Поцелуй меня. Он мгновенно завладевает моими губами, наши языки танцуют вместе, когда мы стонем во рту друг у друга. Вскоре боль полностью утихает, и я покачиваю бедрами, жаждая большего трения. Он толкается еще немного, заглушая мои крики, когда несколько слезинок скатываются с моих век. Я знаю, что, должно быть, причиняю ему боль, впиваясь ногтями в его кожу, но ничего не могу с этим поделать. У меня такое чувство, будто он разрывает меня пополам. - Не останавливайся, просто иди до конца, - говорю я ему, желая, чтобы эта мучительная часть поскорее закончилась.Они обещали, что это будет приятно, но это не очень приятно. “ Ты уверена? Он слегка отстраняется, глядя мне в глаза. “ Да, пожалуйста. Мне нужно, чтобы боль прекратилась, - прошу я дрожащим голосом. Он целует меня яростно, с такой страстью и силой, что мне кажется, что от этого на моих губах могут остаться синяки. А затем, сделав последний толчок, он полностью входит в меня. Моя спина выгибается над кроватью, когда я громко вскрикиваю, мои ногти царапают его спину до пояса. “ О Боже! О Боже! О Боже! Я всхлипываю, когда он осыпает мои слезы поцелуями. “ Я знаю, милая, я знаю. Я ненавижу это, я не хочу причинять тебе боль. - Просто поцелуй меня,пожалуйста , просто продолжай целовать меня, - вырываюсь я, когда мои руки покидают его спину и обхватывают его лицо, прикасаясь к его губам своими, нуждаясь в том, чтобы он помог мне почувствовать себя лучше. Требуется всего минута или две, чтобы боль утихла сама по себе, и мое тело начинает нагреваться, как это бывает, когда я возбужден. Мои руки запускаются в его волосы, когда мои ноги обвиваются вокруг его бедер, пятки упираются в его ягодицы, когда я сгибаю бедра, это крошечное движение заставляет меня застонать. Он понимает намек и отводит бедра назад, затем медленно входит обратно. Это странное чувство, немного неудобное, но в нем также есть намек на удовольствие. И с каждым новым толчком это волшебное ощущение нарастает. Вскоре все, что я чувствую, - это поглощающее меня удовольствие. Мои стоны становятся громче, когда я отчаянно хватаюсь за Шейна, нуждаясь в большем от него. “ Шейн. Ох, Шейн. Он убирает мои руки со своих волос и переплетает наши пальцы на матрасе по обе стороны от моей головы. “ Обри, ” произносит он мое имя как теплую ласку. “Ты такая потрясающая, ты такая совершенная. Мой идеальный Ангел. Я никогда не смогу насытиться тобой”. Я прижимаюсь губами к его губам, когда наши тела прижимаются друг к другу. Это сладко, нежное и страстное — совсем не похоже на видео, которые показывал мне Ронни. Я чувствую, как мое сердце бьется в груди; Я чувствую, как сердце Шейна бьется рядом с моим. Наши глаза встречаются, губы приоткрываются, и мы стонем. Это ощущение глубже, отличается от того, что я себе представлял. Похоже на новое начало. И я знаю, в глубине души, что пути назад для нас не будет. Он слегка меняет позу, поднимая одну ногу выше, и внезапно я чувствую его еще глубже, я чувствую его везде. “Черт возьми, Шейн!” Я начинаю дышать громче, мои бедра встречают каждый его толчок, когда он набирает скорость. Он такой большой надо мной, внутри меня; я чувствую себя крошечной, когда он поглощает каждый дюйм меня. Но мне это нравится, мне нравится чувствовать себя его.Я хочу чувствовать это вечно. “Шейн! О Боже! Шейн!” Мои внутренности начинают сжиматься, мое тело яростно сотрясается рядом с ним, тепло в моем животе быстро распространяется по мере того, как усиливается покалывание. И через несколько секунд я переворачиваюсь, отдаваясь наслаждению, которое он мне дарит, когда я выкрикиваю его имя в последний раз. “ШЕЙН!” Моя спина выгибается над кроватью, голова зарывается в матрас, когда мои руки сжимаются в его руках. Несколько секунд спустя он громко выкрикивает мое имя вместе со мной, и я чувствую, как он пульсирует внутри меня. “ОБРИ!” Мы оба хватаем ртом воздух, когда приходим в себя от кайфа, его тело прижимается ко мне, но я не хочу, чтобы он двигался прямо сейчас. Высвобождая свои руки из его, я кладу их ему на спину и мягко провожу ими вверх и вниз по его потной плоти. В данный момент его голова опущена на матрас рядом с моей, и я наклоняюсь и целую его в шею. Он откидывает голову назад, красиво улыбаясь мне, затем целует меня в губы один раз, прежде чем полностью приподняться, пока не встает на колени между моих ног и не выходит из меня. Я приподнимаюсь на локтях как раз вовремя, чтобы увидеть, как его пенис в презервативе выходит из меня. Презерватив красноватого цвета, и я мгновенно понимаю, что это кровь, моя кровь. Мои глаза расширяются, когда мое лицо краснеет, и смущение берет верх, но когда я поднимаю взгляд на Шейна, я вижу, что он улыбается самому себе, как будто он гордится тем, что видит. Его глаза, наконец, поднимаются на мои, и в них появляется тепло, когда его рука поглаживает мою ногу. “ Тебе нечего стесняться, Ангел. Это совершенно нормально, и я более чем польщен, что могу надеть это прямо сейчас. ” Он наклоняется, целуя мое колено. - Оставайся здесь, я принесу тряпку, чтобы тебя вытереть. Я киваю, когда он встает с кровати и разворачивается, направляясь в ванную. Вздох срывается с моих губ, когда я вижу его спину. “Боже мой, Шейн! Мне так жаль...” Его спина покрыта огромными царапинами с обеих сторон, от плеч до талии. Он останавливается, оглядывается через плечо и улыбается. “Все это стоило того”. Он исчезает в ванной и возвращается через несколько секунд с влажной тряпкой. Он опускается на колени между моих ног и начинает осторожно вытирать там. Я шиплю при первом контакте, внезапно почувствовав боль, о которой предупреждал меня Ронни. “Прости, скажи мне, если я веду себя слишком грубо”. “ Нет, все в порядке. Мне просто немного больно. Закончив вытирать меня, он кивает и снова встает. Бросив тряпку в ванной, он подходит к своему чемодану и роется в нем. В конце концов он встает с бутылочкой таблеток и достает две. Затем он направляется к мини-холодильнику в своей комнате и берет бутылку воды, возвращается ко мне и протягивает обе. - Вот, это поможет снять боль. Я беру их из его рук без вопросов, когда дрожь пробегает по мне. Внезапно я чувствую себя холодной, незащищенной. Я не уверена, что делать дальше. Мы с Ронни не говорили о том, что происходит после секса.Должен ли я встать и уйти? Должен ли я остаться? Что мне делать? Но Шейн не дает моему разуму достаточно времени, чтобы полностью прийти в себя, когда он забирается обратно в кровать с другой стороны, его рука обнимает меня за талию и притягивает к себе, пока я хихикаю. Он берет бутылку с водой из моих рук, как только я заканчиваю с ней, и ставит ее на тумбочку рядом с собой. Схватив одеяло, он натягивает его на наши тела, и мы прижимаемся друг к другу, он лежит на спине, моя голова у него на груди. Одна его рука играет с моими волосами, в то время как другая выводит невидимые узоры на моей талии. Некоторое время мы ничего не говорим, просто наслаждаясь присутствием друг друга. Я бы подумала, что это будет неловко, но это не так — я чувствую себя совершенно умиротворенной в его объятиях. “Я знаю, ты говорила, что никогда ничего не делала с мужчиной”, - его глубокий голос наполняет комнату. “Но ты, ну, знаешь, получил ли ты удовольствие?” Я краснею, когда воспоминание возвращается ко мне. - Однажды. Его руки перестают двигаться, когда он наклоняет голову, чтобы посмотреть на меня. - Только один раз? Я киваю, поднося большой палец ко рту и покусывая ноготь. Это плохая привычка, когда я нервничаю. На самом деле я не откусываю ноготь, просто грызу его. “Этим летом”. Его рука на моей талии нежно хватает меня за запястье, отводя ноготь от моего рта. “ Расскажи мне об этом. Что побудило тебя впервые прикоснуться к себе этим летом?” Мои глаза расширяются; я не ожидала, что он спросит о деталях. Я никогда не делала этого, не говорила о подобных вещах, даже со своими друзьями. Если не считать недавнего опыта с Ронни, разговоры о сексе - это не то, что меня устраивает. Шейн, должно быть, чувствует мои колебания, потому что отпускает мое запястье и гладит меня по щеке. “Ничего страшного, если тебе неудобно говорить об этом. Мне не следовало совать нос не в свое дело. “Нет, все в порядке. Я имею в виду, мы просто… Я должен быть в состоянии рассказать тебе об этом лете”. Я опускаю взгляд на его грудь, потребность спрятаться от его напряженного взгляда переполняет меня. Я рисую свои собственные маленькие круги на его груди, похожие на те, что он делал со мной ранее. “Это было во время нашего пребывания на Фиджи. Я пошел в свою комнату, пока Ронни оставался в бассейне с Ноем и Гейбом, и они начали ... заниматься всякой ерундой. Они, наверное, думали, что я уже сплю, но это было не так. - И вы их слушали? Я качаю головой, не смея взглянуть на него из-за смущения. Его пальцы тянутся к моему подбородку, заставляя меня посмотреть ему в глаза. Секунду он смотрит мне в глаза, прежде чем широкая улыбка, обнажающая жемчужные белки, появляется на его красивом лице. “ Ты наблюдала за ними. - Он не задает вопрос, он знает. “ И моему маленькому Ангелочку понравилось наблюдать за ними? Он целует меня в губы. - Да, - признаюсь я на одном дыхании. - Тебе хотелось быть там, внизу, с ними? Я качаю головой, мои губы касаются его губ. “ Нет, дело не в них. Я... - Я пытаюсь опустить лицо, но он останавливает меня, не отпуская мой подбородок. - Расскажи мне. Я смотрю в его яркие бирюзовые глаза, в которых нет осуждения, и это придает мне необходимую смелость. “ Я представлял нас. Я нервно сглатываю, когда мое тело заливается краской. - Все, что они делали с ней, я представлял, как ты делаешь со мной. “И ты трогал себя руками?” Я киваю. “Вот так?” Его рука, наконец, отпускает мой подбородок и скользит вниз по моему телу, пока не достигает промежности между моих бедер, его пальцы мягко ласкают мой гладкий холмик. - Да, - стону я. “И ты заставил себя кончить? Он обводит пальцем мой клитор, прежде чем ввести его в меня, и я задыхаюсь, удовольствие быстро вытесняет боль. “Да. Это был мой второй оргазм, когда я думала о тебе, Шейн”. Его брови удивленно приподнимаются, палец на мгновение колеблется. - Второй? Я прикусываю губу и киваю. “ Первое было после аукциона, когда я была дома. Я заставила себя кончить, потирая ноги друг о друга, - признаюсь я, и мое лицо загорается, я все еще вспоминаю тот день, как будто это было вчера. Это было во время живого аукциона на гала-концерте, где все игроки выставляли свои ставки на дружеское свидание с победителем, только я не ожидал, что Шейн тоже будет там. Одно привело к другому, и внезапно Шейн снял свою парадную рубашку на сцене. Я почувствовала, как все мое тело вспыхнуло в огне в тот самый момент, когда я смотрела, как его великолепный торс впервые раскрывается передо мной, пуговица за пуговицей. Остаток вечера мне было так жарко и я был так взволнован, что, вернувшись домой, обнаружил, что лежу в постели и потираю ноги друг о друга. Я не прикасалась к себе, но, очевидно, трения и образов в моем сознании было достаточно, чтобы я полетела с обрыва. Той ночью я испытала свой самый первый оргазм, и все это благодаря Шейну. “Боже, ты идеально подходишь мне, Ангел”. Он завладевает моими губами, продолжая ласкать меня, и вскоре я прижимаюсь к нему бедрами, желая большего, несмотря на боль, которую чувствую. “ Я снова хочу тебя, Шейн. Моя рука проникает ему между ног, хватая его твердый пенис. “ Хочешь кое-что попробовать со мной? - спрашивает он, отрывая свой рот от моего. Мои нервы накаляются до предела. - Например? Он улыбается, убирая от меня пальцы и высвобождаясь из моего тела, прежде чем встать у края кровати. Затем он подходит к креслу, стоящему в одном углу комнаты, берет его и переносит на другую сторону, где находится стоячее зеркало. Он ставит стул напротив нее, затем возвращается к кровати и протягивает мне руку. Вложив свою дрожащую руку в его, я следую за ним, пока он ведет нас сначала к своему чемодану — за другим презервативом, — а затем к креслу. Он не отпускает мою руку, когда садится на нее. - Иди сюда, Ангел. Я поворачиваюсь к нему лицом, но он разворачивает меня к зеркалу. Он отпускает мою руку и, взяв меня за бедра, усаживает на себя, мои ноги раздвигаются по обе стороны от его, полностью обнажая меня перед зеркалом. - Вот так, - шепчет он мне на ухо, когда его рука опускается между моих ног. Я вся красная, мой румянец добрался почти до пупка. Я чувствую, как его член прижимается к моей спине, вздрагивая с каждым тихим стоном, срывающимся с моих губ. Я вижу, какая я мокрая, капли падают между нами каждый раз, когда его пальцы двигаются вокруг. Моя плоть между ног выглядит немного красной и опухшей, но то, что он делает, так приятно, что я не хочу, чтобы он останавливался. “ Я хочу, чтобы ты следил за собой, следил за тем, что я с тобой делаю. ” Он вводит в меня два пальца, и моя голова откидывается на его плечо, когда я задыхаюсь. “ Смотри, Ангел. Он задевает мое ухо зубами. Снова поднимая голову, я сосредотачиваюсь на отражении в зеркале, наблюдая, как его пальцы входят и выходят из меня, с каждым разом становясь все более влажными. “ Шейн... Я прижимаюсь к нему бедрами, очарованная видом, по мере того как нарастает мой оргазм. - Ты хочешь, чтобы я был внутри тебя, милая? “ Да, пожалуйста, ” умоляю я, больше не заботясь о том, насколько отчаянно это звучит. Я чувствую, что наконец-то просыпаюсь, открывая для себя новую часть себя, о существовании которой я и не подозревал, и я хочу продолжать исследовать ее. С Шейном. Он ртом разрывает фольгу, прежде чем вытащить пальцы из моего центра и завернуться в ножны. Затем он еще раз приподнимает меня за талию и слегка опускается на стул, когда я протягиваю руку между его ног и хватаю его пенис, помещая его туда, где я хочу его больше всего. Он медленно опускает меня на себя, и я вскрикиваю от растяжки. Уже не так больно, как раньше, но все равно неудобно. “ О Боже, Шейн. Ты такой большой, - стону я, хватая ртом воздух. Я кружу бедрами, приспосабливаясь к нему и нуждаясь в том, чтобы вернуть прежнее удовольствие. “Вот и все, детка. Сделай так, чтобы тебе было хорошо”. Я раскачиваюсь взад-вперед, мне нравится создаваемое этим трение, но мне все еще нужно больше. Это напоминает мне о том, как я застал Ронни и Ноа на их кухне, но ее ноги были расставлены по-другому, и она двигалась вверх-вниз, а не спереди назад. Но в этом положении мои ноги не касаются земли, так что я никак не могу двигаться так, как это делала она. Собрав все остатки храбрости, что у меня есть, я хватаюсь за каждый подлокотник и поднимаю ноги по одной за раз, ставя пятки чуть выше его колен. Я пытаюсь двигаться вверх-вниз, как это делала она, но это кажется неловким, как будто мои руки недостаточно длинные, чтобы делать это должным образом, и я начинаю разочаровываться в себе. Почему у них это выглядит так просто, а у меня никак не получается? “Все в порядке, Ангел. Мы все еще учимся, не отчаивайся”, - успокаивающе говорит Шейн. Он кладет руки на заднюю поверхность моих бедер, чуть ниже ягодиц, и снова немного сгибается на сиденье, его собственный зад теперь свисает с подушки. Затем он опускает свои бедра вниз, прежде чем войти в меня. У меня отвисает челюсть, когда я пытаюсь дышать, в то время как он продолжает входить в меня, гораздо менее нежно, чем раньше. Мои руки сжимаются в кулаки на спинке кресла, пальцы на ногах поджимаются сами по себе, когда я наблюдаю, как его длина с огромной скоростью проникает в меня через зеркало. Это гипнотизирует. “О БОЖЕ, ШЕЙН!” Я вскрикиваю. “I’m… Я так близко”. Шейн слегка меняет позу, как раз когда я нахожусь на краю, и прижимает меня спиной к своей груди, беря одну из моих рук и кладя ее себе за голову, чтобы я могла держаться за него. Затем он хватает меня сзади за ноги и практически складывает пополам, мои ступни больше не опираются на его колени, а бедра теперь прижимаются к животу, поскольку он поддерживает весь мой вес своими руками. А затем он снова заводится, врезаясь в меня с неослабевающей силой. “О Боже мой, я кончаю! О Боже, Шейн! Очерт ! Я кончаю!” Мои крики переходят в вопли, когда мое тело сотрясается в конвульсиях рядом с телом Шейна. Мои глаза закатываются к затылку, когда я откидываю голову ему на плечо, мои бедра беспорядочно дергаются. Он врезается в меня в последний раз, за секунду до того, как из его горла вырывается гортанный рык. - Ангел! Я безвольно лежу у него на груди, звук нашего тяжелого дыхания заполняет пространство вокруг нас. Внезапно он хихикает, убирая мои влажные волосы со лба. - Ты выругался, я никогда раньше не слышал, чтобы ты ругался. Я устало хихикаю. “ Это потому, что я этого не делаю. Этот случай был исключением. “ Мне нравится быть для тебя исключением. Он целует мое вспотевшее плечо. “ Давай, Ангел. Давай примем душ, а потом немного отдохнем. “Хорошо”. Мне удается слезть с него, как только мои конечности снова начинают функционировать, и я замечаю, что на этот раз на нем нет крови. Он смотрит вниз на свой член, а затем улыбается мне. “ Ты ожидала еще крови? Он хихикает. “Возможно, ты уже забыл, но я все еще новичок в этом”. Я прищуриваюсь, глядя на него, прежде чем краснея признаюсь. “Я не был уверен, чего ожидать”. Он делает шаг ко мне и обнимает сзади, целуя в затылок. “ Поверь мне, Ангел. Я не забыл. И я хочу поблагодарить тебя за то, что ты отдала себя мне, за доверие ко мне. Это очень много значит для меня, Обри”. Я оглядываюсь на него, моя рука касается его четко очерченной квадратной челюсти, на которой пробивается легкая щетина. Должно быть, он бреется ежедневно, потому что я уверена, что этим утром ее не было. - Я бы не хотела, чтобы это был кто-то другой, кроме тебя, - честно шепчу я. Он наклоняется, прижимаясь своими мягкими губами к моим, затем ведет нас в ванную и в душ. Еще одно первое для меня сегодня вечером. ---------- Глава седьмая Глава седьмая Шейн Ищу созвездия. Я пробуждаюсь ото сна, когда мягкие, влажные поцелуи пробегают по моей шее. Теплое тело Обри оказывается над моим, когда она поглаживает мой твердый как камень член между нами, за несколько секунд до того, как она встает на колени и опускается по всей длине, с ее губ срывается прекрасный эротический стон. - Обри, - стону я, когда она начинает двигаться вверх и вниз по моему стволу. Я не уверен, который сейчас час, но в комнате темно, как в тумане, так что, должно быть, мы давно не спали. Кто знал, что мой прелестный Ангел окажется таким ненасытным, когда она откроет в себе эту новую сторону? Честно говоря, я понятия не имею, как я все еще держусь. Я не могу вспомнить, когда в последний раз у меня был секс больше одного раза за одну ночь. “Я не мог дождаться, Шейн. Я продолжал смотреть на тебя, и ты выглядел таким красивым. Я слишком сильно нуждалась в тебе, прости, - шепчет она, когда ее рот находит мой. Я обнимаю ее, мне нужно чувствовать ее ближе, когда я толкаюсь в нее. “ Никогда не извиняйся за то, что нуждаешься во мне, Ангел. Я весь твой. Она плачет мне в рот, когда я занимаюсь с ней любовью, но не так интенсивно, как раньше на стуле. Она такая теплая, влажная и тугая, что сводит меня с ума. Я никогда не был с женщиной, которая чувствовала бы что-то подобное Обри, просто никогда не испытывал ничего подобного. Всепоглощающий, потрясающий, от которого замирает сердце. Как будто мир может рухнуть вокруг нас, полностью исчезнуть, и я даже не узнаю, потому что все, что я могу видеть, все, что я могу слышать и чувствовать, - это мой Ангел. Я не уверен, то ли это из-за недостатка сна, то ли потому, что это наш третий секс за несколько часов, и я просто более чувствителен, но ощущения другие. Она чувствует себя по-другому. Как будто я могу ощущать все более интенсивно, как будто ее тепло более выражено, ее влажность более смазана, даже ее плотные стенки кажутся более четкими. Она просто потрясающая, и я не могу насытиться. Нам не требуется много времени, чтобы достичь кульминации, когда мы целуемся и терзаемся друг о друга, а затем остаемся в объятиях друг друга, все еще связанные со мной глубоко внутри нее. И через несколько секунд мы снова засыпаем с ней у меня на груди, уткнувшись лицом в изгиб моей шеи, когда она тихо мурлычет, в то время как мои руки удерживают ее на месте, одна рука лежит у нее на спине, другая в ее волосах. Когда я проснулся этим утром, я был взволнован предстоящим днем, зная, что увижу своего прекрасного Ангела после недели без нее. Но я и представить себе не мог, что наша ночь закончится вот так, когда мои самые смелые мечты наконец-то сбудутся. Потому что она такая и есть - она моя самая смелая мечта, моя самая безумная фантазия. И теперь, когда она у меня есть, я никогда ее не отпущу. Я просыпаюсь несколько часов спустя от солнечного света, проникающего сквозь занавески в комнату и освещающего мою девочку. Обри больше не надо мной, а вместо этого мирно спит на животе, скрестив руки друг на друге под головой, повернутой ко мне. В ярком свете, падающем на нее, я могу разглядеть каждую крошечную веснушку на ее лице, а также на плечах и спине. Простыня, которой мы были укрыты прошлой ночью, теперь лежит у нее на пояснице, прикрывая только ноги и идеально округлые ягодицы, ее крошечное родимое пятнышко в форме звезды на нижней части спины открыто мне. Я заметил это вчера вечером, когда мы стояли перед зеркалом. Я пользуюсь этим моментом, чтобы рассмотреть ее повнимательнее, когда протягиваю руку, чтобы убрать несколько прядей волос с ее лица. Сейчас она действительно похожа на ангела с ее все еще слегка приоткрытыми припухлыми губами, крошечным носиком и длинными ресницами, обрамляющими скулы. Что мне всегда нравилось в Обри, так это то, что она никогда не пользуется косметикой. Даже вчера на свадьбе, в то время как все остальные нанесли хотя бы минимальное количество макияжа, она была обнажена. Многие женщины от природы красивы, но мой Ангел - это определение одной из них. И я надеюсь, что она всегда останется такой. Ей не нужно ничего, чтобы выглядеть красивее; она уже такая. Наклоняясь ближе, я провожу пальцем по веснушкам на ее спине, соединяя каждую маленькую точку вместе, пока провожу от одной к другой. Она вздыхает, и довольная улыбка расплывается на ее губах. Я целую ее в плечо, когда ее глаза медленно открываются. “Доброе утро, Ангел”. - Доброе утро, Шейн. Мне всегда нравилось, как она произносит мое имя. В то время как большинство дает мне прозвище или называет тренером, она этого не делает. Она произносит мое имя так, будто оно важно для нее, будто она никогда его не забудет.Надеюсь, что она никогда этого не забудет. - Что ты делаешь? - спросил я. Я продолжаю водить пальцем по ее веснушкам и улыбаюсь. “Пересчитываю твои веснушки. Держу пари, я мог бы найти в них каждое созвездие. Она краснеет от моего комментария, и я не могу удержаться, чтобы не поцеловать ее в губы. Ее глаза расширяются, когда она отталкивает меня и прикрывает рот рукой. “Я не почистила зубы”, - говорит она шепотом и краснеет еще сильнее, когда я смеюсь. Быстро схватив ее за талию, я перекатываю ее к себе и переворачиваю на спину, забираясь над ней, покусывая ее шею и подбородок, щекоча пальцами ребра. Она визжит и визжит от смеха. “Шейн! Прекрати! Боже мой, прекрати! Я сейчас описаюсь!” Ее руки опускаются и хватают меня за запястья, пытаясь остановить. Я наконец сдаюсь и снова целую ее хихикающие губы. “ Мне плевать на твое утреннее дыхание, милая. Если я захочу поцеловать тебя, я это сделаю. Во всяком случае, я свои тоже не расчесывала. Она вздыхает. - Да, но от тебя приятно пахнет. “ И ты все еще пахнешь персиками. Затем я целую ее в шею, глубоко вдыхая ее аромат. “Это мой крем”, - поясняет она.Что ж, теперь мне нужно выяснить, какой именно, и купить целый футляр. Она смотрит в сторону, где лежат наши телефоны. Я подключил их прошлой ночью, прежде чем мы наконец легли спать, и заметил, что у нее осталось несколько неотвеченных сообщений от ее подруг. “Который час? Вероятно, у нас скоро поздний завтрак”. Протягивая руку, я касаюсь экрана, чтобы проверить время. - У нас еще есть два часа. Она стонет. “ Мне нужно вернуться в свою комнату и подготовиться, ” говорит она плаксивым голосом, как будто не хочет покидать наше маленькое гнездышко.Я понимаю это, потому что я тоже не понимаю. “ Как насчет того, чтобы ты дал мне немного времени на сборы, а потом мы могли бы отправиться в твою комнату, и я соберу твои вещи, пока ты примешь душ и переоденешься? Полагаю, ты собираешься к родителям после позднего завтрака? Я провожу пальцами по ее длинным светло-русым волосам. “Да, во сколько твой рейс?” - спрашивает она. Я качаю головой. “ Вообще-то, я взяла напрокат машину, чтобы съездить к родителям в Детройт. Это всего в четырех часах езды отсюда. - О... - произносит она с надеждой в голосе. - И мне нужно быть там только к ужину, так что у меня еще есть около пяти часов до того, как мне обязательно нужно будет уйти. - Я целую ее в губы, когда она улыбается. “ Я бы хотела, чтобы тебе не нужно было уезжать, ” робко шепчет она. - Я бы хотела, чтобы мы могли остаться здесь навсегда. Отстраняясь, я обхватываю ее щеку и смотрю в ее ранимые глаза. “ Я бы тоже хотел, чтобы мы могли, ” говорю я ей. “Но, Обри, я не хочу возвращаться к тому, что было. Я не могу. Я не могу снова притворяться, что между нами ничего не происходит. Я больше не хочу прятаться. Я знаю, что ставлю ее в неловкое положение, и я знаю, что эта тема вызывает у нее дискомфорт. Но нам нужно поговорить об этом, потому что после ночи, которую мы провели вместе, я не могу снова притворяться, что мы просто знакомые. Друзья друзей. Я хочу, чтобы она была моей девушкой, моей возлюбленной, всем для меня. “Шейн...” Она смотрит вниз грустными глазами. “Я знаю, что это сложно, и это ставит нас в трудное положение, но я готов попробовать. Я думаю, это стоит риска”. Ее взгляд возвращается ко мне - в ее глазах столько неуверенности, столько колебаний, что мое сердце замирает, пока я жду, что она скажет "нет". Пока я жду, что она разобьет мое сердце и скажет мне, что это не может повториться, что это никогда не сработает. Но потом она произносит последние слова, которых я ожидал, те, о которых я молился, но никогда не думал, что она их произнесет. “Хорошо”. Мои глаза расширяются, когда я осознаю, что она говорит. “Да, Шейн. Я хочу попробовать. Я тоже не думаю, что смогу вернуться к тому, что было раньше, не после прошлой ночи. Я не хочу”. - О, слава Богу, - выдыхаю я и хватаю ее за лицо, прижимаясь губами к ее губам. “ Подожди, ” говорит она и слегка толкает меня в спину. “ Я хочу посмотреть, к чему это приведет с тобой, Шейн. Но я хочу, чтобы ты понял, что мы не можем просто уйти отсюда, держась за руки. Мне нужно время, чтобы разобраться с моим братом. Большинство наших друзей уже знают, что что-то происходит, и не возражают против этого, но Грейсон так просто это не примет. Так что, не могли бы вы просто дать мне немного времени, чтобы придумать, как поговорить с ним об этом? ” Ее глаза умоляют. “ Конечно, милая. И если я тебе понадоблюсь, я буду рядом. - Спасибо. - Она нежно прижимается своими губами к моим. “ Значит ли это, что я могу пригласить тебя на свидание, когда мы вернемся в город? Я знаю, что у нас немного напряженный график, но я думаю, мы могли бы найти время. Она открывает рот, чтобы ответить, но я останавливаю ее. “И прежде чем ты это скажешь, да, это может быть вдали от города или в каком-нибудь не слишком людном месте”. Я уже думал об этом. Она улыбается и одновременно краснеет. “Да, я бы с удовольствием сходила с тобой на свидание, Шейн”. “ Хорошо, тогда договорились. Я чмокаю ее в рот в последний раз, так и не насытившись ею, затем неохотно встаю с кровати. “Переходим к следующей части”. Подходя к своему чемодану, я беру две подарочные коробки, одну большую, другую маленькую. Я несу их обратно к Обри и сажусь на край кровати, пока она приподнимается, прикрывая свое обнаженное тело белой простыней.Боже, она действительно сейчас похожа на ангела. Сначала я вручаю большую коробку. “Счастливого Рождества, ангел”. Я знаю, что технически Рождество наступит только завтра, но тогда я ее не увижу, а я действительно хотел вручить их ей лично. “Шейн, ты не должен был мне ничего дарить”. Она краснеет. “Я… Я тебе ничего не дарила. Я хотел, но не знал, что тебе нравится. “ Все в порядке, милая. Все, что мне нужно, - это ты. И у нас впереди вся оставшаяся жизнь, чтобы узнать друг друга получше, ” искренне говорю я ей. “Открой это. Это всего лишь кое-что маленькое”. Она срывает упаковку с коробки, затем поднимает крышку, показывая пару черных зимних ботильонов Prada на небольшом каблуке. Это довольно простые ботинки, похожие на те, что у нее уже есть, но эти гораздо долговечнее. Ну, если я послушаю, что говорит мне моя сестра. “Шейн, они прекрасны”. Она рассматривает их, улыбаясь, когда крошечный розовый оттенок появляется на ее щеках. “Тебе надоело смотреть, как я оступаюсь по дороге с работы?” Она хихикает. “ Очень даже. ” я ухмыляюсь. “Если они вам не понравятся или они не того размера, мы можем вернуть их и купить другие”. “Нет, они идеальны и подходящего размера”. Затем она с любопытством смотрит на меня. “Откуда ты знаешь?” Я чешу затылок, немного нервничая. Я никогда не был таким. Я никогда не был из тех, кто краснеет, волнуется или запинается на своих словах. Обычно я чертовски самоуверенна, но Обри каждый раз выявляет во мне ту сторону, о существовании которой я и не подозревала. - Моя сестра дала мне совет насчет ботинок, а Эмма назвала твой размер. - Что ж, думаю, я тоже должна поблагодарить их обоих, потому что я люблю их. - Она кладет их обратно в коробку и отставляет в сторону, как раз когда я протягиваю ей коробку гораздо, гораздо меньшего размера. Обычно я не большой поклонник покупки женских украшений в подарок, поскольку нахожу это ленивым подарком, не имеющим большого значения. Но когда моей сестре пришла в голову эта идея, я ни за что не смогла отказаться от нее. И да, моя старшая сестра тоже помогла мне с этим подарком. Она одна из моих лучших подруг, все трое такие, но мы с Фиби всегда были самыми близкими, несмотря на нашу восьмилетнюю разницу. Затем она открывает маленькую упаковку и, прижав кончики пальцев ко рту, ахает, заглядывая внутрь коробки. “О, Шейн...” “ Это было сделано специально для тебя. В мире нет двух похожих. “Это потрясающе, Шейн. Ты можешь помочь мне надеть это?” Она нетерпеливо достает это из коробки. Я беру ожерелье из ее рук, когда она поворачивается и отводит волосы в сторону, открывая мне спину и шею. Я наклоняюсь, целую ее в плечо, затем смотрю на ожерелье, расстегивая его. Это золотой кулон в форме кекса, усыпанный бриллиантами, прикрепленный к золотой цепочке. Он простой, но изысканный, совсем как у Обри. Но на внутренней стороне кулона есть маленькое скрытое послание, которое она еще не заметила. Я надеваю его ей на шею и закрепляю сзади, прежде чем убрать волосы и позволить им упасть ей за плечи. Она снова поворачивается ко мне лицом и прикасается к обеим сторонам кулона, хмурясь, когда что-то чувствует. Она переворачивает его и смотрит на него сверху вниз, проводя кончиком пальца по маленьким бугоркам. “Что это?” - спрашивает она в замешательстве. - Это шрифт Брайля. Теперь она поднимает на меня глаза. - Что там написано? “Мой ангел”. - Шейн ... - шепчет она, прежде чем отбросить простыню и броситься в мои объятия, сливая свои губы с моими с таким количеством эмоций, что я чувствую, как они изливаются из нее. Боже, я люблю эту женщину с каждым днем все больше. Мы целуемся еще немного, пока я наконец не отстраняюсь. “ Нам нужно подготовиться, пока мы не опоздали. Я быстро запрыгну в душ. Я чмокаю ее в щеку и направляюсь в ванную. ОБРИ Я жду, пока в душе закипит вода, прежде чем издаю самый девчачий визг, который когда-либо издавала. Мои ноги брыкаются о простыни, когда я прикрываю рот и пытаюсь подавить звуки, которые больше не могу сдерживать. Я никогда в жизни не была так счастлива. Я никогда не чувствовала себя такой живой, такой свободной, и все это из-за Шейна. Он хочет меня, он действительно хочет меня. Он хочет, чтобы мы были парой, ходили на свидания и проводили время вместе. Он хочет всего этого ... со мной! Я! Я издаю счастливый вздох, падая обратно на кровать, закидываю руки за голову и смотрю в потолок. Мой телефон вибрирует на тумбочке, и я хватаюсь за него, видя двадцать пропущенных уведомлений от всех девушек в нашем групповом чате. Ронни Сообщи, если тебе что-нибудь понадобится! Я серьезно, Брей. Ронни Также ... Получайте удовольствие! Сесилия Подожди… где Обри?! Морган БОЖЕ мой! Эмма Наша малышка Брей улизнула сразу после того, как определенный мужчина покинул комнату. Сесилия О, боже мой! Это происходит на самом деле!? Морган Я не могу поверить, что наша малышка становится женщиной. Ронни Мы не знаем, что происходит, они просто собирались поговорить. Эмма Да, без одежды! Эмма Кстати, мне нужны все подробности! ВСЕ! Сесилия Мне всегда было интересно, что за мужчина Шейн под простынями ... Ронни Держу пари, он урод. Морган Я так не думаю. Я думаю, Шейн романтик. Эмма На самом деле, я это прекрасно вижу. Он, наверное, прямо сейчас там, наверху, поклоняется ее телу и занимается с ней любовью. Фу, везучая сучка, у которой все получается с первого раза. Чат замолкает на несколько часов, прежде чем они запускаются снова. Ронни Кто-нибудь слышал что-нибудь от Брея? Я начинаю беспокоиться... Эмма Она в порядке. Шейн, вероятно, ввел ее в кому. Сесилия Просто дай нам знать, что с тобой все в порядке, когда увидишь это, Обри. Морган Как ты думаешь, она все еще в его комнате? Или они пошли к ней? Эмма Скорее всего. Ронни Ее нет в ее комнате. Я только что проверил, но никто не ответил. Я Девичник, когда мы вернемся домой? Эмма ААААААА!!!!!!! Сесилия Я так рад за тебя, Обри. Морган Определенно! Нам нужно знать все! Ронни Просто скажи нам одну вещь! Он был добр к тебе? Ты в порядке? Я Все, что я сейчас хочу сказать, это то, что Шейн - идеальный джентльмен ... Я Увидимся позже. Я кладу телефон обратно, поскольку он продолжает вибрировать от новых сообщений, но я игнорирую их. Вместо этого я вылезаю из кровати и нахожу свое сброшенное платье и нижнее белье. Я снова надеваю платье, но засовываю трусики в клатч. Я знаю, что не принимала душ с тех пор, как мы легли спать, но эти трусики слишком грязные, чтобы надевать их обратно. Как только я заканчиваю завязывать ремешки на каблуках, на тумбочке у Шейна звонит телефон. Я подхожу к нему, когда имя"Хейли" вспыхивает на экране вместе с его фотографией, где он обнимает хорошенькую блондинку и они улыбаются в камеру. Мой желудок мгновенно скручивается, когда я вижу, как они смотрят на меня в ответ. Я знаю, что могла бы просто отправить это на голосовую почту и проигнорировать; притвориться, что я этого не видела и не слышала. Но я не могу, это уже гложет меня изнутри.Кто такая Хейли? И почему они выглядят такими счастливыми на этой фотографии? Может быть, это его сестра? Но они совсем не похожи. “Шейн?” Я зову его по имени, когда беру его телефон, готовая передать ему, но он мне не отвечает, и я все еще слышу, как льется вода. Позволяя своему любопытству одержать верх и отчаянно нуждаясь в ответах, я принимаю вызов. Я собираюсь сказать “Привет”, но женский голос прерывает меня прежде, чем я успеваю. “О, Шейни! Слава Богу, ты взяла трубку! Когда ты приедешь? Твои родители уже сводят меня с ума, спрашивая, почему жених еще не приехал и когда состоится свадьба. Скажи мне, что ты уже в пути!?” Мое сердце перестает биться, а в горле образуется комок.Ну, она явно не его сестра. И что она имеет в виду под женихом и свадьбой? Она ... это Шейн? Шейн помолвлен и никому не сказал? Это невеста Шейна? Мог ли он солгать мне только для того, чтобы затащить меня к себе в постель? О Боже! Я такая идиотка! Слезы наполняют мои глаза, когда это тошнотворное чувство поселяется у меня в животе. Мне удается говорить как можно ровнее, сдерживая рыдания, которые отчаянно хотят вырваться на свободу. “ Он… он в душе… Я передам ему, что ты звонила… С Рождеством. В конце мой голос срывается, и я убираю телефон, готовая повесить трубку и выбежать из этой комнаты, но ее умоляющий голос останавливает меня. “Нет, подожди! Обри! Пожалуйста, не вешай трубку… Это Обри, верно? - спрашивает она, как только видит, что линия все еще подключена. Я вытираю слезу, которая скатывается. “ Откуда ты знаешь мое имя? - Что? - шепчу я. Я слышу, как она вздыхает в трубке, но не похоже, что она расстроена. “Потому что Шейн все время говорит о тебе”. Она немного смеется, затем ее тон становится теплым. “Я понимаю, что то, что я только что сказала, могло прозвучать неправильно, но это не то, что ты думаешь. Я Хейли, бывшая жена Шейна. Но мы также очень близкие друзья — мы выросли вместе, и наши семьи действительно близки. И комментарий о свадьбе не имеет никакого отношения к Шейну. Я помолвлен с нашим другом. “О ...” Я вздыхаю, внезапно почувствовав облегчение, но также и смущение от того, что подумала о худшем, и, конечно же, я начинаю краснеть. Я сажусь на край кровати, мне нужно время, чтобы собраться с мыслями. “Прости, если я заставил тебя в чем-то сомневаться. Я должен был дать тебе выговориться, прежде чем разбалтывать о своих проблемах. Но ты должна знать, что Шейн одержим тобой; тебе действительно не о чем беспокоиться. Он один из хороших ”. Ее голос звучит искренне, и это успокаивает меня, но также заставляет задуматься, почему они развелись, если она утверждает, что он один из хороших. - Я знаю, - бормочу я больше для себя, чем для нее. “ Ангел? Я поднимаю глаза на звук голоса Шейна. Он стоит в дверях ванной с белым полотенцем вокруг талии, его тело блестит от капель после душа, когда он смотрит на меня с беспокойством в глазах. Я знаю, что смесь эмоций, должно быть, все еще отражается на моем лице. Он хмурится, когда видит телефон у моего уха, и подходит, забирая его у меня. Глядя на имя, он хмурится еще сильнее и быстро нажимает на экран, переводя его на громкую связь и бросая на кровать, а сам опускается на колени у моих ног, положив руки на мои колени. - Хейлз, что ты ей сказал? — Ничего, я... - Быстро отвечает Хейли, собираясь объясниться, но он перебивает ее. “Тогда почему у нее такой вид, будто она вот-вот заплачет?” он спрашивает ее со злостью в голосе. “О Боже! Нет, я не хотел ее расстраивать. Я говорил о Генри и свадьбе, но, думаю, она подумала, что я говорю о тебе. Я попытался объясниться, когда понял, что это не ты звонил. Прости, Шейн. Я действительно не хотел сбивать ее с толку. Шейн заглядывает мне в глаза, пытаясь прочесть мои мысли. “Это правда?” - мягко спрашивает он меня, пока его руки поглаживают вверх и вниз мои бедра. Я киваю. “Да, я был просто немного шокирован, я не знал, что и думать”. Я чувствую, как жар, заливающий мои щеки, усиливается, чем дольше он смотрит на меня. “ Хорошо. Он обхватывает мою щеку и наклоняется, чтобы прижаться своими губами к моим, затем возвращается к телефону. “Хейли, я перезвоню тебе позже, когда буду в дороге. Я действительно хотел бы провести эти последние несколько часов со своей девушкой. Без помех”. Он улыбается, когда мои глаза расширяются, а на лице появляется совершенно другой румянец. Он назвал меня своей девушкой! “О! Конечно. Вы двое, повеселитесь! Увидимся позже, Шейн. И счастливого Рождества, Обри. Я очень надеюсь, что мы скоро встретимся, - говорит Хейли с улыбкой в голосе. “ Я тоже, счастливого Рождества, ” честно отвечаю я. Теперь, когда я нашел время развеять это нелепое сомнение, она действительно кажется хорошим человеком. Шейн заканчивает разговор и оглядывает меня. “Ты уверена, что с тобой все в порядке?” “ Да. ” Я обхватываю ладонями его лицо. “ Я обещаю. Прости, что я дал волю эмоциям, я не был уверен, что и думать, когда увидел вашу фотографию, а потом она заговорила о свадьбе, и я...” - Ты думала, я жених... - заканчивает он за меня. Я киваю, не в силах произнести ни слова. Он вздыхает с легким разочарованием, и я чувствую себя ужасно оттого, что могла когда-либо подумать такое о нем. “Я бы никогда так с тобой не поступила, Обри. Я всегда был честен с тобой и всегда буду. Для меня нет никого, кроме тебя. ” Он проводит пальцами по моим волосам. “Прости, что я не рассказал тебе о Хейли и наших отношениях. Честно говоря, иногда я забываю, что мы когда-либо были женаты”. “ Ты любил ее? - Спрашиваю я, желая узнать их историю. “ Да, но не так, как ты думаешь. Он встает и садится рядом со мной, беря мою руку в свою. Я понимаю, что на его лице нет вчерашней небольшой щетины.Должно быть, он побрился в душе. “Мы с Хейли выросли вместе. Наши родители были лучшими друзьями и соседями и остаемся ими по сей день. Мы все делали вместе с того момента, как научились ходить, и нашим матерям сразу пришла в голову мысль, что мы им подойдем ”. Он пожимает плечами. “Со временем мы попробовали это, и это правда, мы хорошо подходили друг другу. Она была практически моей лучшей подругой, почему бы нам не поладить? Одно привело к другому, и мы поженились. У нас были счастливые отношения, так что для всех было логично, что так и будет”. - Я могу это понять, - говорю я ему, рисуя большим пальцем круги на тыльной стороне его ладони. “Я думаю, мы оба с самого начала знали, что не влюблены. Это было больше похоже на любовь по дружбе, на любовь брата и сестры ”. Я скорчу гримасу, и он усмехается. “Я знаю, теперь, когда я думаю об этом, я понятия не имею, почему мы прошли через это. В любом случае, несмотря на то, что мы знали, что мы не настоящие, мы все равно пытались заставить это работать и оставались верны себе. Но однажды Хейли столкнулась с нашим старым другом Генри, когда я был на выездной игре, и когда я вернулся домой, то застал ее плачущей в нашей спальне ”. Я хмурюсь. “Неужели она...” Я даже не могу выговорить это, потому что как кто-то мог так поступить с таким потрясающим мужчиной. “ Нет, ничего подобного. Но Генри не знал, что мы женаты, и пригласил ее на свидание. Хейли, будучи хорошей женой, отказалась, но призналась, что хотела бы сказать "да", и это заставило ее почувствовать себя виноватой. На следующий день мы начали процесс нашего развода”. Он слегка поворачивается на своем месте, чтобы лучше видеть меня. “Я хотел, чтобы она была счастлива, и я знал, что это было не со мной. Точно так же, как я знал, что мое счастье не с ней. Он поднимает наши соединенные руки и целует тыльную сторону моей. “Спасибо, что рассказал мне, Шейн. И я рад, что у вас с ней все еще хорошие отношения. Развод - это то, чего я всегда боялся, я не хочу быть ни с кем в плохих отношениях ”. “Что ж, тогда, наверное, хорошо, что я не планирую разводиться в своем следующем браке”. Он хихикает. “ Ты все еще открыт для брака после того, как прошел через это? - Спрашиваю я заинтригованно. “ Конечно, какой смысл встречаться с тобой, если я не планирую однажды жениться на тебе? Мои глаза чуть не вылезают из орбит, когда я заливаюсь густым румянцем и разеваю рот. Я понятия не имею, как на это реагировать. Он просто смеется, целует мой открытый рот и встает. “Давай, нам нужно начинать двигаться, если мы хотим добраться до твоей комнаты и дать тебе время собраться”. Подойдя к своему багажу, он надевает пару темных джинсов и черную толстовку с закатанными рукавами, затем начинает собирать вещи по комнате и раскладывать их по местам. Закончив, он застегивает молнию на своем багаже и тащит его к двери, пока я все еще сижу на кровати, обдумывая его слова. Он берет мой телефон с тумбочки и кладет его в мой клатч вместе с зарядным устройством, затем берет коробку с моими новыми ботинками и складывает все в отдельную сумку, которая у него есть. - Пойдем, Ангел, - говорит он, подходя и беря меня за руку, стаскивая с кровати. Я позволила ему тащить меня, мои шаги были немного тяжелыми, и я по-прежнему не произносила ни слова. Наконец он открывает дверь, ставит свой чемодан и мою сумку в коридор и заходит мне за спину. Он обнимает меня за живот и целует в шею, провожая к двери. “Я заставил тебя замолчать своим комментарием?” Он смеется. Теперь я не могу удержаться от смеха, потому что это действительно так. “Ты сделал”. Он поворачивает меня в своих объятиях, когда мои обвиваются вокруг его шеи, прежде чем он опускается и прижимается своими губами к моим, пожирая меня страстным поцелуем. “ Знаешь что, я передумал. Давай притворимся, что мы оба больны, и останемся здесь на следующие несколько часов. Я смеюсь ему в губы. “Шейн, мы не можем этого сделать, они просто придут искать нас”. “ Хм, ты прав. Тогда давай снимем комнату где-нибудь в другом месте. Я качаю головой на его нелепость и притягиваю его ближе к себе, это желание расцветает в моем животе по мере того, как мы целуемся. Его руки крепче обхватывают мое тело, одна рука ложится на мою задницу, когда он сжимает мою ягодицу через платье. Рядом с нами раздается громкий вздох, и мы быстро поворачиваем головы в его сторону. Эмма стоит у открытой двери в свою комнату, прикрывая рот рукой и вытаращив глаза.Боже мой! Я совсем забыла, что они были в соседней комнате! О Боже! Пожалуйста, скажи мне, что они нас не слышали ... “ Банни? Все в порядке? Голос моего брата доносится до нас не слишком далеко сзади, и начинается паника. “Ммм, да, да! Но не могли бы вы проверить, не оставила ли я свой телефон в комнате? Кажется, я не могу его найти, - бросает она через плечо, слегка прикрывая дверь. - Да, прямо сейчас, - говорит он ей, когда его голос становится все глуше. Она оглядывается на нас и делает большие глаза, явно говоря нам поторопиться и двигаться, в то время как ее рука прогоняет нас прочь. Шейн отпускает меня, беря свой багаж и мою сумку в одну руку, переплетая наши пальцы другой. Затем мы мчимся по коридору к лестнице, как два подростка, которых вот-вот поймают родители, отчаянно пытаясь сдержать смех над тем, как нелепо мы, должно быть, выглядим. В этом нет никаких сомнений. Я без ума от этого мужчины. ---------- Глава восьмая Глава восьмая Обри Схожу с ума. ~ Неделю спустя / Канун Нового года ~ Я избегал девушек всю неделю, и хотя они засыпали меня вопросами, я на самом деле не дал им ни одного ответа. На следующее утро после свадьбы, когда мы наконец добрались до позднего завтрака, все уже были в зале, готовые занять свои места. Никто не спрашивал, почему мы прибыли в одно и то же время, но я чувствовал на себе взгляды всех моих друзей. Когда мы подошли ближе к столам, я почувствовал, как мои нервы берут верх. Я знала, что самое правильное и ожидаемое, что я могла бы сделать, это посидеть со своей семьей и друзьями, но я отчаянно хотела посидеть с Шейном. К счастью, он решил эту проблему за нас, спросив, может ли он сесть за наш столик. Когда все за столом предложили ему сесть, Шейн воспользовался преимуществом и выдвинул стул рядом с собой для меня. Выдавая себя за идеального джентльмена перед всеми, кто смотрит, и заставляя мое сердце трепетать в груди, когда я занимал свое место. Я видела, как девочки ухмыльнулись, и как всезнающий взгляд моей матери задержался на мне, как будто она знала, что за его невинным добрым поступком было нечто большее. После позднего завтрака мы с Шейном прокрались к его арендованной машине, когда все разъехались по своим делам. Мы немного поездили по окрестностям, пока не нашли милое маленькое кафе, в котором практически не было посетителей. Мы устроились в кабинке, пили теплый кофе и около двух часов пробовали разную выпечку, разговаривая обо всем и ни о чем, пока ему действительно не пришлось уйти. Затем он отвез меня к дому моих родителей, припарковался через несколько домов дальше по улице и поцеловал меня на прощание, пообещав написать, когда приедет к своим родителям. И он сделал это, даже прислал фотографию с доказательством, как будто я ему не поверил. Это рассмешило меня. А потом, ровно в полночь, зазвонил мой телефон, и на экране высветилось его имя. Когда я ответила, он сказал, что хочет первым пожелать мне Счастливого Рождества. И он был таким. С тех пор мы не виделись, но созваниваемся и переписываемся при любой возможности. Каждый день я просыпаюсь от него с добрым утром. И каждую ночь он звонит мне, чтобы пожелать спокойной ночи. А потом бывают моменты, когда он случайно отправляет мне сообщения, в которых говорит, что скучает по мне, или что что-то заставило его подумать обо мне. Это мои любимые сообщения, которых я не ожидаю, но которые согревают мое сердце, а на губах появляется улыбка, когда я вижу, как они появляются на моем экране. Морган был прав; Шейн романтик, и он доказывает это всеми возможными способами. Сегодня у нас новогодняя вечеринка у Морган и Клея. Их последнее громкое "ура" перед отцовством, поскольку Морган должна родить в конце января. Как всегда, приглашены все, а это значит, что я увижу Шейна. И может быть, только может быть, если нам повезет, он будет моим новогодним поцелуем. Но это также означает, что я больше не могу избегать своих друзей, и они это знают. Вот почему Морган приказала нам прийти пораньше, чтобы побыть с девочками вместе перед вечеринкой, пока мальчики на тренировке. Я выхожу из своей машины, ну, машины Ронни, в своих новых ботинках и иду по подъездной дорожке к дому Морган. Наверное, мне стоит начать искать другую машину; я знаю, что она, скорее всего, скоро захочет вернуть свою. В тот момент, когда я переступаю порог, мой телефон звонит с новым сообщением. Я достаю его и тут же улыбаюсь имени на экране. Ну, это не совсем имя, просто сердечко. Я не хотела рисковать, чтобы мой брат увидел мой телефон и был вынужден отвечать на целую кучу вопросов, к которым я не готова. Передай от меня привет Морган. Я улыбаюсь и качаю головой, оглядываясь через открытую дверь на дом через дорогу. Дом принадлежит Джесси Сторм — брату Джулиана Сторма и еще одному близкому другу Шейна. Он и его братья владеют одной из крупнейших охранных компаний в мире, что означает, что их дома охраняются как крепости, и Джесси, должно быть, видела, как я выходил из машины, на его камерах. Я Твой друг держит тебя в курсе моего местонахождения? Может быть... Я Передай от меня привет Джесси. Я грызу большой палец, набирая следующее сообщение одной рукой. Я Не могу дождаться, когда увижу тебя сегодня вечером. Я тоже, милая. Я скучаю по тебе, Ангел. “О, посмотри на нее. Она просто стоит и улыбается в свой телефон. Я помню те дни”. Голос Сесилии отрывает меня от экрана. Я чувствую, как горят мои щеки, когда набираю последнее сообщение, в котором говорю, что тоже скучаю по нему, и засовываю телефон в карман. - Она так отвлеклась, что даже не закрыла дверь. - Ронни хихикает, и я немедленно приступаю к делу, закрывая ее за собой. - Прости, - выбегаю я, чувствуя себя неловко, когда сбрасываю пальто и ботинки. “Не извиняйся, милая. Мы все знаем, каково это - быть влюбленным. Поначалу это заставляет нас всех немного повозмущаться. ” Морган нежно улыбается мне. Мои глаза расширяются. Я признавалась в этом самой себе, но никогда никому другому. “О… I’m… Я не...” Выгнутая бровь Эммы заставляет меня замолчать.Кого я обманываю, все знают, что я чувствую к Шейну. “Я чувствую, что схожу с ума...” - Тихо говорю я, в то время как мое лицо пылает. “ О, мы знаем, мы все это проходили. Эмма подходит и обнимает меня. Она отстраняется и улыбается, глядя на мои новые украшения. “Красивое ожерелье, выглядит дорого”. Она понимающе ухмыляется. “ Шейн подарил мне это на Рождество. Тепло разливается в моей груди. Затем Эмма неловко наклоняется, мешая своим огромным животом, и поднимает один из моих ботинок. У них с Морган разница в сроках родов всего около месяца, и обе вынашивают близнецов. Это довольно забавное совпадение, хотя Эмма сказала бы вам обратное. Она была не слишком рада новостям, когда они с моим братом узнали об этом. “Черт возьми, этот мужчина действительно помешан на подарках”, - говорит она, разглядывая его, затем ставит обратно и достает свой телефон, постукивая по нему, уходя.Ладно... “ Пойдем, посидим в гостиной. Я не могу долго стоять, я чувствую, что у меня вот-вот подломится спина. ” Морган хихикает, переплетая наши руки, и, пошатываясь, идет в гостиную, таща меня за собой. “К тому же, пришло время тебе поговорить”. - Да, не думай, что мы не заметили, что ты игнорируешь нас. - Сесилия прищуривается, указывая на меня пальцем, и я краснею еще сильнее. “ А теперь сядь на свою хорошенькую задницу и признайся. Нам нужно знать все! Ронни практически толкает меня в кресло, пока все садятся вокруг, уставившись на меня. Даже Эмма возвращается и плюхается на диван рядом с Сесилией, все еще хмурясь и разговаривая по телефону.Что она вообще делает? “ Где дети? - Спрашиваю я, оглядываясь по сторонам и отчаянно нуждаясь сменить тему, пока не вспыхнула пламенем. “С Сэмом у меня дома”. Сэм - няня Данте и Грейси. “ Тогда они проведут некоторое время со своими отцами, прежде чем отправиться ночевать к бабушке с дедушкой, ” выпаливает Сесилия. “ Не пытайтесь сменить тему, юная леди. Мы здесь весь день, так что лучше покончим с этим поскорее. “Ого!” Внезапно восклицает Эмма. “Ты счастливая сучка”. Она с ухмылкой отрывает взгляд от телефона. - Ты собирался рассказать нам? Мои глаза расширяются. “ Сказать тебе что?Я действительно понятия не имею, о чем она говорит. “Вы, ребята, знали, что Шейн был при деньгах? Она смотрит на девушек, ожидая ответа. “И я не имею в виду богатого парня, который играл в хоккей при деньгах”. Морган пожимает плечами. “Ну, я видел его примерно в трех разных машинах”. “И он действительно тусуется с миллиардерами, так что, я думаю, это немного очевидно, что у него есть деньги”, - говорит ей Ронни. - У него их пять. Все взгляды обращены на меня, и мои скулы розовеют. - Он сказал мне, что у него пять машин, - шепчу я. “Да, этот человек богаче всех наших мужчин вместе взятых. Черт возьми, он все равно богаче, даже если добавить меня к этому уравнению!” Эмма, похоже, разочарована своим последним комментарием. “Посмотрите, чем владеет его семья!” Она поворачивает свой телефон так, чтобы все могли видеть, показывая ювелирный магазин, о котором упоминал Шейн. Я слышала об этом еще до того, как он рассказал мне, я знаю, что это действительно дорогой ювелирный магазин, в котором делают покупки только очень богатые люди. И это не просто кто-то, вас нужно знать, чтобы делать там покупки, вам нужны связи, чтобы быть в их списке клиентов. Несколько вздохов эхом разносятся по комнате. “Он сказал мне, что его семья владела дорогой ювелирной сетью”. Я пожимаю плечами, не придавая этому большого значения, потому что это не так. Меня не волнуют деньги Шейна; Я забочусь только о нем. “ Обри! Эмма визжит. “ Это не просто дорогой магазин! Это самая дорогая ювелирная сеть в мире! Мой отец даже не может попасть в список их клиентов, если это тебе о чем-нибудь говорит! И я могу поспорить на свою жизнь, что маленькая прелесть у тебя на шее происходит оттуда. Она стонет. “Фу! Не могу поверить, что наша малышка Брей заполучила наследника ювелирной империи. Я так завидую!” Я не могу не хихикнуть над реакцией Эммы — временами она немного драматична. “ Ладно, хватит об этом. Я хочу знать, что произошло в ночь свадьбы! Выкладывай. Сесилия присаживается на краешек стула, глазами умоляя меня рассказать подробности. Я улыбаюсь, и на мне снова появляется румянец. “ Мы просто ... поговорили и хорошо провели время. Я никогда не был тем, кто говорит о своей личной жизни — это все еще новая территория для меня, и я не уверен, что сказать. “ Пожалуйста, вы были поглощены друг другом с утра, вы сделали гораздо больше, чем просто поговорили. Эмма закатывает глаза. “Ответь мне, у тебя был секс с Шейном?” Я не могу даже взглянуть на нее, когда отвечаю. Вместо этого я прикрываюсь руками, поскольку мое лицо горит, а щеки болят от такой обильной улыбки. “Да”. Раздается серия визгов, прежде чем мне задают следующий вопрос. “ Как это было? Он был милым? Или он вел себя как мужественный зверь по отношению к тебе? На этот раз это Морган. О Боже, я перегреваюсь. Я обмахиваю лицо одной рукой, другой прикрываю глаза.Почему мне так неловко говорить об этом? Почему я не могу говорить о сексе, как это нормально? Как они все делают. “В первый раз он был нежным и заботливым”, - признаю я. “ Я принесу ей воды. Она выглядит так, будто вот-вот лопнет или что-то в этом роде. Сесилия хихикает, когда я слышу, как она встает. “Подожди, ты сказал в первый раз. Сколько раз ты это делал?” Следующим спрашивает Ронни. “Три”. Мой голос звучит пискляво, и я прочищаю горло как раз в тот момент, когда мне протягивают бутылку с водой. Я быстро откупориваю ее и выпиваю половину, прежде чем поднести холодную бутылку к лицу. “ Насколько он большой? Эмма лукаво улыбается.Конечно, она спросила бы об этом. “О Боже! Я не собираюсь отвечать на этот вопрос”. Мои глаза расширяются, когда я обмахиваюсь одной рукой и прижимаю холодную бутылку к своей пылающей коже. “Все, что тебе нужно знать, это то, что Шейн потрясающий любовник, и он очень хорошо заботился обо мне. Он все это время обращался со мной как с королевой. Это все, что имеет значение, верно? Теперь мы можем оставить эту тему и перейти к чему-нибудь другому, пожалуйста? Мне нужно изменить ход разговора, пока этот румянец не стал постоянным. “Да, это все, что мы действительно хотели знать”. Сесилия тепло улыбается мне. “Ты видела его с Рождества?” Я качаю головой. “ Нет, сегодня у нас будет первый раз. Хотя у нас действительно запланировано свидание на следующей неделе. ” Я бы солгала, если бы сказала, что не была взволнована. Я никогда раньше не была на свидании, поэтому не совсем уверена, чего ожидать. “О-о-о! Куда он тебя ведет?” Эмма спрашивает с волнением в глазах. Я пожимаю плечами. “ Я не уверена, он не говорил. Но мы договорились не выставлять все напоказ, пока я не найду способ сообщить Грейсону... Мое настроение мгновенно падает, и в животе образуется напряжение, и не такое хорошее, как у меня с Шейном. Я ненавижу лгать и что-то скрывать от Грейсона. Эмма берет меня за руку. “ С Греем все будет в порядке. Да, сначала он будет злиться, но он справится, как только увидит, как хорошо Шейн к тебе относится. “Я не хочу, чтобы он меня ненавидел ...” Я чувствую, как мои глаза наполняются слезами. “О, милая, он не сделает этого”. Морган кладет руку мне на колено. “Грейсон никогда не смогла бы возненавидеть тебя”. Ее комментарий немного рассеивает мои сомнения, и я молюсь, чтобы она была права. Я не знаю, что я буду делать, если мой брат никогда не смирится с этим… потому что я не думаю, что когда-нибудь смогу попрощаться с Шейном. Не сейчас. ШЕЙН Когда я наконец покидаю свой офис, всего половина четвертого пополудни. Тренировка команды закончилась в полдень, но это не означало, что мой день закончился. Направляясь к выходу, я машу на прощание Полу, нашему генеральному менеджеру, через открытую дверь его кабинета. Оказавшись в машине, я отправляю короткое сообщение Джесси, давая ему знать, что я уже в пути. У меня уже есть дополнительный комплект одежды в машине, так что нет необходимости заезжать домой и переодеваться. Я просто буду готовиться к вечеринке у Джесси, и это также даст мне повод поближе познакомиться со своей девушкой пораньше. Не видеть ее целую неделю было адом, я понятия не имею, как я мог месяцами не видеть ее в прошлом.Больше никогда. Мы постоянно разговариваем с тех пор, как наши отношения вышли на новый уровень, и это только заставляет меня сильнее тосковать по ней. Не из-за секса, это было потрясающе, но меня это не волнует. Я просто хочу обнять ее, поцеловать и увидеть, как разливается ее прекрасный румянец, когда она улыбается мне. По дороге я останавливаюсь у цветочного магазина и беру дюжину красных роз. Я знаю, что дарить цветы - это клише, но ничего не могу с собой поделать. Я хочу подарить ей цветы. Я хочу дать ей все, чего только может пожелать ее сердце. Раньше я чувствовал себя стариком, мне было почти сорок, и у меня не было ни жены, ни детей. Но с Обри я снова чувствую себя молодой, как будто мир полон возможностей и, возможно, я не останусь одинокой до конца своей жизни. Я знаю, что веду себя не по возрасту. Мои друзья любят напоминать мне, что я веду себя как влюбленный подросток, учитывая, сколько я переписывалась и улыбалась в свой телефон за последнюю неделю. Но мне было все равно. Она стала моим счастливым местом — больше, чем лед. Припарковавшись на подъездной дорожке к дому Джесси, я смотрю на дом через дорогу и на машины на подъездной дорожке. Я узнаю почти сразу, но не замечаю Грейсона или Сайласа, что означает, что их либо еще нет, либо они пришли с кем-то другим. Но машина моего Ангела там, и это все, что меня действительно волнует. Я достаю свой телефон и отправляю ей короткое сообщение. Я Твой брат там? Сразу же появляются три точки, и моя ухмылка становится шире. Ангел Нет, он дома с Грейси, прежде чем отвезти ее к отцу Эммы. Ангел Почему? Я не утруждаю себя ответом. Вместо этого я беру букет цветов, выхожу из своего Rolls-Royce Cullinan и направляюсь по подъездной дорожке через улицу. Я звоню в дверь Беркли и сразу же начинаю нервничать, а когда дверь открывается и меня встречает Клэй, их настроение взлетает до небес. “ Тренер, ” говорит он, затем, нахмурившись, смотрит на цветы в моей руке. - Я так понимаю, это не для меня? Я собираюсь ответить, когда рядом с ним появляется Морган. “О, это слишком восхитительно”. Она прижимает руку к сердцу и оглядывается через плечо. “Обри! Это для тебя”. Клэй открывает дверь, когда они отходят в сторону. Через несколько секунд в поле зрения появляется моя прекрасная девочка с растерянным выражением лица. Но когда она видит меня, ее глаза загораются, и румянец, который я так люблю, дает о себе знать, как только улыбка появляется на ее губах. - Шейн, - это все, что она говорит, подходя ко мне. Она не спрашивает, почему я пришел так рано, потому что она знает. Я думаю, моя девочка скучала по мне так же сильно, как и я по ней, и отсчитывала минуты до того момента, когда мы снова увидимся. Когда она в пределах досягаемости, все эти нервы исчезают, и мир вокруг нас исчезает. Все, что я хочу сделать, это схватить ее и поцеловать, и это именно то, что я делаю. Одной рукой я притягиваю ее к себе за талию и наклоняю голову, чтобы завладеть ее губами. Она издает тихий вздох, замирая от удивления, что я поцеловал ее вот так на публике, перед всеми ее друзьями. Но потом она тает, и ее руки ложатся мне на грудь, притягивая меня ближе, когда она вздыхает мне в рот. “ Прости, я не мог дождаться вечера. Я слишком сильно скучал по тебе, Ангел, - говорю я ей, отстраняясь и прижимаясь своим лбом к ее лбу. “Я счастлива, что ты здесь”, - шепчет она, и я слышу блаженную радость в ее голосе. “О Боже, он называет ее Ангелом? Клянусь, если бы я уже не была беременна, я бы забеременела, просто наблюдая за ними”. Голос Эммы привлекает наше внимание. Обри ахает, густо краснея, и прячет лицо у меня на груди. “Я забыла, что они там были”, - признается она с тихим смешком. Я рад слышать, что произвожу на нее такое же впечатление, как и она на меня. Клей проясняет свои мысли, на его лице непроницаемое выражение. Он не выглядит злым, но и не выглядит полностью довольным этой ситуацией. “Как насчет того, чтобы оставить их наедине?” говорит он всем, кто, очевидно, собрался вокруг, пока мои губы были прикованы к губам Обри. - В этом нет необходимости, я позволю вам всем вернуться к своим вещам. Я просто хотела поздороваться, — Обри отрывает взгляд от моей груди, - и отдать вам это. Я выставляю цветы на всеобщее обозрение. Она берет их у меня из рук и нюхает. “ Ты купил мне цветы? - спрашивает она, и ее щеки покрываются румянцем. “Я знаю, что это слащаво и в него не вложено много мыслей. Я просто действительно хотел подарить тебе цветы”. Я чувствую, как заливаюсь румянцем, когда обхватываю ладонью затылок. “ Я люблю их, спасибо. ” Она прижимает их ближе к груди, и я улучаю время, чтобы полюбоваться ею. Ее волосы собраны в неаккуратный пучок, светлые пряди рассыпаются по всему телу, на ней серые леггинсы, облегающие ноги, и мешковатый розовый свитер, ниспадающий с одного плеча. - Ты прекрасно выглядишь, - говорю я, целуя ее в щеку, когда она этого не ожидает. Она краснеет и опускает взгляд на свою одежду, затем прикасается к голове, и ее глаза комично расширяются. “О Боже, я не могу поверить, что ты видишь меня такой, я выгляжу ужасно”. Я хихикаю и хмурюсь. - Разве я только что не сказал, что ты прекрасно выглядишь? Габриэль смеется позади нас. “Добро пожаловать в клуб. Мы говорим им одно, а они слышат совершенно другое”. Его невеста бьет его кулаком в грудь. “Нет, мы не знаем. Мы просто знаем, когда вы, ребята, лжете”. - Спасибо, Ронни. - Эмма прищуривается, глядя на Гейба. “Ну, я, например, не лгу”. Я притягиваю Обри обратно, еще раз касаясь своими губами ее губ. “Я действительно думаю, что ты выглядишь прекрасно, даже в таком виде. Я всегда так думаю. - Спасибо тебе, - выдыхает она мне в лицо. Я крепко целую ее в последний раз, прежде чем отпустить. - Увидимся позже, Ангел. “Пока, Шейн”, - говорит она, закусывая губу, когда я делаю шаг назад. Помахав всем рукой, я возвращаюсь на другую сторону улицы, где Джесси ждет с открытой входной дверью и дерзкой ухмылкой на лице. “О, ты так переживаешь за этого малыша”. Он смеется. Проходя мимо, я хлопаю его по плечу. - Даже не собираюсь этого отрицать. Он закрывает за собой дверь, следуя за мной дальше в дом, на кухню. - Итак, я предполагаю, что ее брат все еще не знает. Я вздыхаю, желая, чтобы все было не так сложно и чтобы мне не приходилось прятаться со своей девушкой. - Нет, пока нет. Я знаю, Обри сказала, что ей нужно время, и я уважаю это. Но я хотел бы, чтобы мы уже могли покончить с этим. Я хочу выйти с ней на публику, держать ее за руку и целовать, не заботясь о том, что кто-то видит. “Ты же понимаешь, что этот парень выйдет из себя, когда узнает? Ты видела, как он собственнически относится к своей жене? Что ж, он такой же, когда речь заходит о его сестре. Джесси наливает каждому из нас по две порции бурбона и протягивает одну. “Да, я знаю”. И я знаю; я видел, как Грейсон смотрел на Джулиана, когда тот притворялся, что флиртует с Обри. Это выглядело так, словно он собирался кого-то убить. Но я надеюсь, что тот факт, что он знает меня, облегчит принятие этого.… или это может усугубить ситуацию. Что бы это ни было, я готова это принять. Я не откажусь от Обри, несмотря ни на что. Несколько часов спустя наступила ночь, и люди постоянно входили в парадную дверь Беркли. Сегодня на вечеринке только я и Джесси, так как Джейсон работает, а Джулиан в Токио по делам. Я знаю, что могла бы пойти одна, но я ценю, что Джесси пошла со мной. Я никогда не был большим любителем вечеринок, и я всегда чувствую себя немного не в своей тарелке, приходя на подобные мероприятия. Большинство тренеров в свободное время общаются с тренерским штабом или своими друзьями, а не устраивают вечеринки со своими игроками. Но я всегда был ближе к игрокам, чем к персоналу; думаю, это просто хоккеист, который все еще живет во мне. Если бы я не попал в аварию много лет назад, я, вероятно, все еще играл бы или просто ушел на пенсию. Поэтому, когда моя команда приглашает меня на свои вечеринки или мероприятия, я прихожу на большинство, даже если это странно. Но я никогда не напиваюсь с ними или что-то в этом роде, это было бы не очень профессионально с моей стороны. И, кроме того, я не большой любитель выпить. Джесси запирает свой дом, когда мы выходим на улицу и переходим улицу. Через несколько секунд после звонка дверь распахивается, и нас встречает Сесилия. “Привет, тренер. Привет, Джесси. Заходите”. Она машет нам рукой и отходит в сторону. “Ах, моя любимая миниатюрная брюнетка”. Джесси широко улыбается ей и целует в щеку. Джесси всегда любила пофлиртовать с дамами, но с этими это безобидно. “ Отойди, Шторм. - Сайлас появляется позади нее и оттаскивает свою жену от Джесси, прежде чем переключить свое внимание на меня. “ Привет, тренер. Рад, что вы смогли присоединиться к нам в этом году ”. “ Как будто он хотел бы быть где-то еще, ” бормочет Джесси себе под нос. Я толкаю его локтем, и он смеется. Сесилия понимающе улыбается. “ Да, что ж, я уверена, ты получишь удовольствие от вечера. Тебе стоит посмотреть развлекательный зал. Вид оттуда потрясающий.… ангельски.” Она подмигивает и уходит со своим мужем, присоединяясь к вечеринке. Но я уловил скрытое послание — она сообщала мне, где Обри. Мы направляемся в комнату развлечений, и я готовлюсь подмести комнату, но в этом нет необходимости. Я сразу замечаю свою девушку . Разговаривая с Вероникой, она стоит ко мне спиной, поэтому я пользуюсь моментом, чтобы насладиться ею. Ее волосы были заплетены по бокам в косы, которые причудливым образом завязаны на затылке, остальные волосы свободно свисали волнистыми локонами. На ней блестящее серебристое платье с длинными рукавами, открытое сзади и подчеркивающее ее идеальные изгибы, заканчивающееся на несколько дюймов выше колен, а на ногах пара черных туфель на шпильках. Господи, она завораживает. Я оглядываю комнату, нигде не замечая ни ее брата, ни его жены, и решаю рискнуть. Мы с Джесси подходим к ним, и как только она оказывается рядом со мной, я кладу руку ей на поясницу. Она вздрагивает от моего прикосновения и поднимает голову с искорками в глазах. - Шейн, - шепчет она мое имя, прежде чем быстро оглядеть комнату. Возможно, ее брата сейчас нет рядом, но есть несколько других игроков, которые еще не знают о наших отношениях, поэтому я все еще не могу поцеловать ее, несмотря на отчаянное желание.Пока хватит поцелуя в щеку. Положив другую руку ей на бедро, я слегка поворачиваю ее лицом к себе. Ее руки автоматически поднимаются к моей груди, когда я наклоняюсь и прижимаюсь губами к уголку ее губ.Счастливые ошибки, если кто-нибудь заметит. Для всех окружающих это просто выглядит так, будто я здороваюсь, приветствую друга, но для нас это значит гораздо больше. “ Привет, Ангел. Ты выглядишь просто великолепно. “ Спасибо тебе, и ты выглядишь так же прекрасно, как всегда. Она наклоняет голову набок, целуя меня в то же место, куда я только что целовал ее. Когда мы неохотно отстраняемся, ее лицо раскраснелось, а в глазах появляется мечтательный блеск. Все, что я могу делать, это смотреть на нее, пока мое сердце замирает, а желудок делает сальто, а в голове рисуются наше будущее, свадебные колокола, дети, мой дом, наполненный ее вещами.Наш дом. Джесси прочищает горло рядом с нами. “Приближается”, - говорит он приглушенным голосом. Я быстро отхожу от Обри, когда моим мечтам наяву приходит конец. “Привет, тренер”. Грейсон подходит к нам, держа за руку свою жену. “Ты держишь этого в узде при моей сестре?” Он кивает головой в сторону моего друга. Джесси фыркает, и я бросаю на него сердитый взгляд, приказывая ему заткнуться. Решив проигнорировать комментарий Грейсона, я улыбаюсь молодоженам. “Еще раз поздравляю, ребята, это была прекрасная свадьба. Когда вы планируете медовый месяц?” “О, не сразу. Поскольку скоро появятся дети, я думаю, мы отложим медовый месяц на первый год. ” Эмма улыбается мужу и кладет руку на живот. Мы немного поболтаем, и в конце концов они уходят, чтобы повидаться с другими людьми. Джесси уходит пообщаться с любой незамужней женщиной, которую сможет найти, пока я болтаю с несколькими своими игроками, но никогда не отхожу слишком далеко от моего Ангела, держу ее в поле зрения и каждые несколько минут ловлю на себе ее взгляд с улыбкой. Наконец, объявляется пятиминутное предупреждение, и все собираются в гостиной с открытым пространством. Я стою позади группы, как и Обри. Она смотрит на меня сбоку; большой палец ее большого пальца застрял между зубами, когда нервы начинают выходить на поверхность.Я не могу не поцеловать ее в полночь, просто не могу. Когда на часах остается одна минута, я начинаю крадучись приближаться к ней, убедившись, что никто не обращает внимания. Через пятнадцать секунд я оказываюсь рядом с ней, беру ее руку в свою. “ Готова сбежать? - Быстро спрашиваю я. “Да”, - отвечает она без промедления, и румянец заливает ее щеки. - ДЕСЯТЬ! - кричат все, поворачиваясь друг к другу, готовясь к поцелую. Я крепче сжимаю руку Обри и поворачиваюсь к ближайшему коридору. “ДЕВЯТЬ!... ВОСЕМЬ!” Я открываю первую дверь, но это бельевой шкаф, недостаточно большой, чтобы мы могли поместиться. Проклиная себя, я быстро закрываю ее и бросаюсь к следующей двери. “СЕМЬ!... ШЕСТЬ!” Практически срывая дверь с петель, я втаскиваю ее в комнату и захлопываю за нами дверь. “ ПЯТЬ!... ЧЕТЫРЕ!... ТРИ!” Я прижимаю ее спиной к двери, держа ее лицо между ладонями, мои губы на волосок от ее губ, мое тело становится единым целым с ее. “ Двое... - Двое... - шепчу я, лаская ее губы своими. - Один... - выдыхает она, прижимаясь ко мне, когда я целую ее со всем, что у меня есть, обещая всю жизнь, наполненную любовью, сквозящей в каждом поцелуе. Когда у нас нет другого выбора, кроме как выйти подышать воздухом, я прижимаюсь лбом к ее лбу, мне нужно время, чтобы отдышаться и перестала кружиться голова. “С Новым годом, Обри”. - С Новым годом, Шейн. ---------- Глава девятая Глава девятая Обри Добро пожаловать домой. ~ Неделю спустя ~ Наконец-то наступил вечер свиданий, мое первое свидание в жизни ... И я схожу с ума. Настолько, что я вся вспотела — я тридцать раз меняла свой наряд и все еще не могу решиться. Когда я спросила Шейна, что мы делаем, он сказал, чтобы я не беспокоилась об этом и одевалась так, как я хочу. Это совсем не помогает! Я так сильно переживала, что полчаса назад практически сорвалась и позвонила Эмме, сказав, что собираюсь отменить свидание с Шейном. Она сказала мне, что я не собираюсь делать ничего подобного, прежде чем заставить меня сделать несколько дыхательных упражнений, и сказала, что она уже в пути. Но ее все еще здесь нет, а время идет. Наконец, еще через несколько минут раздается звонок, и я бегу к двери, нажимаю кнопку домофона, чтобы впустить ее, затем жду у двери в одном халате. Минуту спустя она распахивает дверь в мою квартиру и входит с тремя пакетами одежды через руку и чемоданом. “ Я привезла платья и туфли. Мы должны быть в состоянии найти тебе что-нибудь здесь.Я мог бы поцеловать ее прямо сейчас. У нас с Эм почти одинаковые размеры, будь то одежда или обувь, хотя ее грудь чуть больше моей, но обычно этого недостаточно, чтобы показывать ее в платьях. “ Как тебе удалось пронести все это мимо моего брата? - Спрашиваю я, забирая у нее все и направляясь в свою комнату. “Я этого не делал. Я сказала ему, что ты идешь на свидание и не смогла найти ничего подходящего для одежды, ” говорит она, запыхавшись, и с раздражением садится на мою кровать. “Господи, никогда не заводи двоих детей сразу. Клянусь, я чувствую, что не могу дышать после двух секунд ходьбы”. “ Эмма! Ты рассказала Грею о моем свидании!? Я чувствую, как снова поднимается паника, и теперь представляю, как появляется мой брат, чтобы посмотреть, с кем я встречаюсь. О Боже, это не к добру. Мне нужно отменить встречу прямо сейчас! “ Расслабься, малышка Брей! Я не сказала ему, с кем, и я сказала, что ты мне тоже не скажешь. Он хотел прийти на помощь, но я сказала ему, что это твое первое свидание, что ты нервничаешь и что было бы лучше позволить тебе самой разобраться с этим —без давления твоего старшего брата. Я также напомнил ему, что ты взрослая женщина и тебе разрешено встречаться. Она начинает расстегивать сумки с одеждой, вытаскивая три разных красивых платья. “Поскольку ты сказала, что в этом нет ничего особенного, и он сказал тебе носить все, что ты захочешь. Я предполагаю, что он приведет тебя в какое-нибудь знакомое место, например, в свой дом или туда, где, как он знает, никого не будет, но это не значит, что ты не можешь красиво одеться ”. Я с сомнением смотрю на платья. Они действительно красивы, но они совсем не для меня. “Эм, я действительно благодарна, что ты здесь, помогаешь мне, но я не могу носить эти платья. Они слишком… откровенны”, - говорю я ей, краснея. Я знаю, Шейн видел меня обнаженной, но я все равно хочу быть собой рядом с ним. - У меня было предчувствие, что ты собираешься это сказать. Вот почему... Она откладывает эти платья в сторону и роется на дне одной из сумок, вытаскивая другое платье. “Я взяла и это”. Это очень простое бархатное темно-зеленое облегающее платье на широких бретелях, с квадратным вырезом, небольшим разрезом на бедре и заканчивается прямо у колена. Я мгновенно улыбаюсь, увидев это, это красиво и элегантно, но все же не кричит:"Посмотри на меня, я хочу все внимание!" чего я стараюсь избегать. “Да, это тот самый”. “ Хорошо. Это милое платье и черные туфли-лодочки на шпильке с круглым носком будут потрясающе смотреться вместе. Она указывает на пару туфель в чемодане, который я только что открыла. - Итак, сколько у тебя времени до того, как он приедет? “ Ммм... ” Я бросаюсь к телефону, проверяя время. - Чуть меньше часа. “Ладно, тогда поторопись и иди в душ. Я хочу, чтобы ты вернулась сюда максимум через десять минут. Тогда мы сделаем все просто, просто высушим волосы феном и без макияжа. Вы будете готовы в мгновение ока ”. - Спасибо. Я беру ее за руку. “ Тебе не нужно меня благодарить, мы семья. А теперь иди! Она улыбается и прогоняет меня. Сорок пять минут спустя я одета, на мне туфли, волосы высушены и лежат естественными волнами, а на лице нет косметики, за исключением только что нанесенного бальзама для губ. В холодную погоду нет ничего хуже, чем иметь потрескавшиеся губы. Я также намылила все лицо кремом с ароматом персика, так как знаю, что Шейну это нравится, и единственное украшение, которое я ношу, - это ожерелье, которое он мне подарил. Мои руки дрожат, когда я смотрю на себя в зеркало, делая несколько успокаивающих глубоких вдохов. Я не знаю, почему я так нервничаю, не похоже, что это будет первый раз, когда мы с Шейном останемся наедине, но это похоже на то, чтобы сделать все официальным. Мы уже говорили, что так оно и было, но свидание делает это реальным. “ Ты прекрасно выглядишь, малышка Брей. Эмма подходит ко мне сзади и кладет руки мне на плечи. “Ты думаешь, это слишком много? Или, может быть, недостаточно? Что, если он планирует что-то супер-необычное ...” Моя голова начинает заполняться вопросами, когда мои нервы берут верх. Я подношу большой палец ко рту, желая немного успокоиться. Эмма хотела сделать мне маникюр, но я отказался. Я постоянно содержу их в чистоте и аккуратно подстриженными, поэтому они красивые, но лак для ногтей не подходит пекарям, поскольку я много пользуюсь руками. “Обри, ты выглядишь идеально. Ты можешь даже надеть бумажный пакет, и Шейн все равно сойдет из-за тебя с ума. Тебе не о чем беспокоиться. “ Ладно, да, ты прав. Я киваю, выдыхая. Сработал интерком, показывая, что кто-то стоит у входной двери. “О Боже, он здесь”. Я подхожу к домофону и вызываю его дрожащим пальцем. Я провожу руками по платью, заправляю волосы за уши, затем откидываю их назад, чувствуя себя по-детски.Боже, я в полном беспорядке. Эмма быстро подходит и встает передо мной, проводит пальцами по моим волосам, затем заправляет только одну прядь за ухо. “Вот так, идеально”. Раздается стук в дверь, я мысленно считаю до трех, затем открываю ее, открывая моего красивого парня.Боже, поверить не могу, что могу называть его своим парнем. Ущипните меня кто-нибудь! Он одет в открытый черный бушлат с нежно-голубой застежкой на пуговицах под ним и черные парадные брюки. В руках он держит еще один букет цветов, на этот раз фиолетовых. “ Ангел, - говорит он, входя. Его рука автоматически обхватывает меня за талию и притягивает к себе. “ Господи, ты такая красивая, что иногда я думаю, не сплю ли я. Он наклоняется и целует меня в щеку.Фу! Почему он такой совершенный? Все эти прикосновения и комплименты все еще чужды мне, но я поглощаю их все, когда речь заходит о нем. “ Привет, Шейн. Мой румянец активизируется, как по команде, когда моя рука опускается к его груди.Я ничего не могу с собой поделать. Мне нравится прикасаться к нему. - Это тебе. - Он передает мне букет, который я жадно беру, вдыхая аромат прекрасных цветов, пока иду на кухню, чтобы поставить их в вазу рядом с красными розами с прошлой недели. “Привет, Шейн”. Эмма улыбается нам обоим. “Итак, куда ты ведешь нашу девочку сегодня вечером?” Он ухмыляется, оглядывая комнату. “ О, джентльмен никогда не рассказывает. Она будет в надежных руках, тебе не о чем беспокоиться”. “ О, я ни секунды в этом не сомневаюсь. Она хихикает. “ У тебя красивое место, Обри. Его рука скользит по бирюзовым подушкам и пледу на диване. Я краснею сильнее, когда понимаю, сколько синего окружает комнату. “Это действительно так, ты заметила все голубовато-зеленые акценты? Интересно, откуда взялось это вдохновение”. Эмма подавляет смех, когда мои глаза расширяются.Боже мой, неужели это действительно так очевидно? - Они почти того же оттенка, что и твои глаза, тебе не кажется? Шейн хихикает, когда я чуть не роняю вазу из рук. “Ладно, думаю, я готов идти!” Я перевожу взгляд на Эмму, приказывая ей замолчать. - Эмма, разве тебе не пора домой? “Да, вероятно, мне следует это сделать, поскольку в моих услугах больше не нуждаются. Позволь мне просто забрать свои вещи в твоей комнате.” Она медленно идет по коридору, исчезая из виду. Шейн сразу же подходит, снова обнимая меня за талию. “ Итак,… Почему ты такой синий? Он насмехается надо мной, я могу сказать это по его дерзкой ухмылке. - Ты знаешь почему, - шепчу я, закусывая губу и отводя взгляд. - Да, но я хотел услышать это от тебя. Мои глаза возвращаются к нему, когда я позволяю своей губе разжаться. - Потому что это напомнило мне о тебе. Он опускает голову, нежно прижимаясь своими губами к моим. “Мне нравится, что ты так же одержим мной, как и я тобой”. “ Ты? Я откидываюсь назад с широко раскрытыми глазами. “ Увидишь. Он улыбается, когда Эмма возвращается. Он отпускает меня и доказывает, какой он джентльмен, забирая у Эммы пакеты с одеждой и чемодан. “Вот, давай я понесу это за тебя. Мы тебя тоже проводим; я бы не хотел, чтобы ты поскользнулась на тротуаре. Здесь немного льда”. “Что ж, спасибо, Шейн. Это очень мило с твоей стороны”. Эмма смотрит на меня через его плечо, обмахиваясь веером и заставляя меня смеяться.Она смешная. Мы направляемся к двери, готовые уйти, но Шейн останавливается и смотрит на меня с удивлением. “Ты что-то забыла?” “Ммм...” Я хмурюсь, оглядывая себя, затем свою квартиру. “ У тебя есть пальто? Я могу одолжить тебе свое, если хочешь. Он ухмыляется. “ О! Нет, все в порядке. Да, у меня есть. Я спешу к шкафу у входа, достаю свой белый двубортный плащ. Быстро надев его, я застегиваю его и застегиваю ремень, затем беру свою сумочку, которую тоже забыла на маленьком столике у входа. Я закрываю за собой дверь, запираю ее и поворачиваюсь обратно к Шейну, который ждет с протянутой рукой. Я вкладываю свою руку в его, как будто это самая естественная вещь в мире, и мы направляемся к лифту, где Эмма ждет с широкой улыбкой. Мы спускаемся вниз и выходим на улицу, где Шейн помогает Эмме сесть в ее машину, а затем снова берет меня за руку, провожая нас к ожидающему таун кару. Водитель выходит, обходит вокруг, чтобы открыть нам дверь. Я благодарю его и сажусь внутрь, когда Шейн присоединяется ко мне. Я чувствую, что мое беспокойство снова начинает расти, и я хочу, чтобы этого не было, я хочу быть более уверенной рядом с ним. Это заставляет меня чувствовать себя незрелой, инфантильной. Я подношу ноготь большого пальца ко рту, слегка покусывая его.Мне действительно нужно отказаться от этой привычки; это определенно не помогает в детском аспекте. Шейн наклоняется надо мной, пристегивая, затем деликатно хватает меня за запястье и отводит мою руку ото рта. “Нервничать - это нормально, Обри. Я тоже. “Это не показывает, что ты такой”. “Это потому, что ты не видела, как я переодевался по крайней мере раз десять, прежде чем прийти”. Он тихо смеется. “И это совершенно нормально, все это еще так ново для нас обоих. Но мы наслаждаемся обществом друг друга, и это все, что имеет значение ”. “ Да. ” Я улыбаюсь ему, наклоняясь, чтобы поцеловать. Это не то, о чем я когда-либо думала, что смогу сделать, но он каким-то образом раскрывает ту сторону меня, которая чувствует себя достаточно смелой, чтобы сделать эти первые шаги. Он сияет, когда я отстраняюсь, и берет меня за руку, когда мы выезжаем из города. После десятиминутной поездки машина подъезжает к магазину, который я сразу узнаю. Уникальная пекарня, которую я умирала от желания попробовать, но не находила на это времени. Каждый день они создают совершенно новое меню из пятидесяти различных видов выпечки. Это не одна из тех пекарен, где вы можете просто выбрать то, что хотите, вам нужен предварительный заказ, и вам разрешено купить не более двадцати наименований, поскольку у них ограниченный запас. Я задыхаюсь, волнение разливается по моим венам. - Мы действительно входим? “ Да. Водитель выходит из машины и обходит ее, чтобы открыть нам дверь; Шейн выходит первым, протягивая мне руку, чтобы помочь выйти. Мы заходим в маленькую пекарню, и Шейн называет свое имя мужчине за прилавком. Я смотрю на витрины с различными смесями, которые они приготовили на день, на каждой из которых есть маленькая табличка, указывающая, что это такое. “Я всегда хотел приехать сюда. Это то, что я бы с удовольствием сделала однажды, если когда-нибудь открою свою собственную пекарню. Хотя, возможно, не пятьдесят вариантов. Но каждый день выпускайте хотя бы один новый рецепт, чтобы люди могли попробовать, никогда не продавая один и тот же дважды. Что-то вроде выбора шеф-повара в ресторане ”. Я улыбаюсь про себя, пока мои глаза обшаривают все вокруг. - Ты поймешь, - тихо говорит Шейн, наблюдая за мной. “ Ты так думаешь? Я выпрямляюсь и поворачиваюсь к нему. “ Да. У тебя есть талант и опыт ведения бизнеса. Думаю, когда-нибудь ты далеко пойдешь. Он обхватывает мою щеку, лаская ее большим пальцем. - Выбери те, которые тебе нравятся, милая. Я снова поворачиваюсь к витрине и начинаю указывать на все те, которые я хотела бы нам попробовать, получая десять разных пирожных и десять маленьких тортиков. Как только я заканчиваю, Шейн оплачивает наш заказ и снова берет меня за руку. “Готова?” “ Да. Я сияю, мне уже нравится начало нашей ночи. Он вытаскивает меня наружу, где я ожидаю найти нашего кучера, но вместо этого нас ждет огромная карета с двумя прекрасными белыми лошадьми. “О Боже! Шейн!” Мне хочется прыгать от радости, я никогда раньше не была ни на одном из них, но я всегда находила это таким романтичным. Он ничего не говорит, только тянет меня к краю экипажа и помогает подняться. Он забирается ко мне следом, затем берет огромное пушистое одеяло и набрасывает его нам на плечи, превращая нас в теплый кокон. “Я знаю, что погода для этого не самая подходящая, но я надеюсь, что это поможет нам согреться во время короткой поездки”. “Это идеально, Шейн”, - искренне говорю я ему. Внезапно над нами начинает падать небольшой шквал, и это только делает момент еще более волшебным, когда кучер направляет лошадей по дороге. Я все еще не знаю, куда мы направляемся, но мне все равно. Я с мужчиной, которого люблю, и это все, что имеет значение. Я кладу голову ему на плечо, вздыхая от чистого счастья. “ Я никогда не хочу, чтобы эта ночь заканчивалась. Спасибо, что устроил мне идеальное первое свидание, Шейн ”. Он целует меня в лоб. “ Этого никогда не случится, и я планирую подарить тебе еще тысячу, Обри. Мне нравится, как он всегда говорит о будущем, как будто наша совместная жизнь неизбежна. Еще через десять минут мы оказываемся перед огромными черными воротами высотой в десять футов. Шейн за секунду до того, как двери начинают открываться, засовывает руку в карман. Экипаж везет нас по длинной дороге, по обе стороны которой растут деревья, покрытые снегом. Тротуар теперь тоже полностью покрыт снегом, а небольшие фонарные столбы вдоль дороги освещают путь. Это как идеальные обои для зимней страны чудес. Все, что я могу сделать, это с благоговением смотреть, как мы приближаемся к тому, что можно описать только как маленький белый замок. Маленький по сравнению с замком обычных размеров, но намного больше особняка. Я понятия не имею, что это за место, но я чувствую себя нарушителем границы и ожидаю, что из-за кустов появится охрана и выпроводит меня. Когда экипаж останавливается в конце кольцевой подъездной дорожки, прямо перед семью ступеньками, ведущими к входной двери, Шейн сбрасывает с себя одеяло и спрыгивает на тротуар с нашими коробками с угощениями в руках. Затем он смотрит на меня с душераздирающей улыбкой и искорками в глазах, когда поднимает раскрытую ладонь, чтобы я пожала ее. - Добро пожаловать домой, Ангел. Мои глаза расширяются, когда я вкладываю свою руку в его.Это его дом!? О Боже, девочки взбесятся, когда узнают. Я позволяю ему помочь мне спуститься, пока он благодарит мужчину в передней части вагона. Затем он проводит нас по ступенькам в свой личный замок. Мои глаза вылезают из орбит, когда я оглядываюсь по сторонам, из одного угла в другой. Здесь так много всего интересного, что я понятия не имею, куда смотреть. Шейн снимает с меня пальто, пока я снимаю туфли на каблуках, не желая портить светлый деревянный пол. Он ставит коробки с товарами на маленький приставной столик, затем берет меня за руку и начинает водить по дому, устраивая мне быструю экскурсию по дому, но это все равно занимает почти двадцать пять минут. Повсюду белые стены с белой мебелью, несколько разных плавающих лестниц с черными перилами. Двенадцатифутовые кессонные потолки на первом этаже и семнадцатифутовые сводчатые потолки на втором. Я уже видел шесть каминов, и у меня такое чувство, что их больше. Кроме того, повсюду есть окна, которые должны пропускать большое количество солнечного света в течение дня. Судя по тому, что я видел до сих пор, здесь семь спален, девять ванных комнат, театральный зал, домашний тренажерный зал, крытый бассейн и сауна. Следующим был огромный винный погреб, в котором на самом деле есть бар внутри и места для сидения, две гостиные, две гостиные комнаты отдыха, библиотека, два кабинета, жемчужно-белая кухня, от которой у любого потекли бы слюнки, две разные столовые и лифт. И он даже не показал мне каждую комнату. Он также сказал мне, что здесь есть открытый бассейн с подогревом на земле, домик у бассейна и веранда с летней кухней Lynx, что бы это ни значило. В конце Шейн сообщает мне, что каминов двенадцать.ДВЕНАДЦАТЬ. У кого в доме двенадцать каминов… когда они живут одни!? Мы наконец возвращаемся на кухню, и, признаюсь, у меня немного кружится голова. Я чувствую себя так, словно меня втолкнули в этот новый мир, и я, кажется, не могу найти опору. Шейн выдвигает стул на остров, кивая в его сторону. “ Вот, садись. Я знаю, что это сложно воспринять, но у тебя будет время полностью изучить это и найти свой путь. ”Он улыбается и целует меня в щеку, когда я сажусь. Шейн бродит по острову к огромному потайному холодильнику, который, честно говоря, выглядел просто как большие шкафы. Он достает блюдо с нарезанными овощами и еще один горшочек, который, скорее всего, будет готовиться в духовке с двойными стенками. “ Ты все приготовила заранее? - Спрашиваю я, когда замечаю, что все выглядит уже заправленным и готовым к отправке в духовку и на сковороду. Он закатывает рукава, обнажая свои восхитительно толстые предплечья, и слегка нервно хихикает. - Вообще-то, могу я открыть тебе секрет? “ Всегда. Я заправляю волосы за уши, наклоняюсь и подпираю подбородок ладонью. “Все это приготовил мой шеф-повар. Я сказал ему, что хочу произвести впечатление на свою девушку домашним блюдом, но я не очень хорошо готовлю, поэтому он приготовил все заранее и дал мне инструкции, как это приготовить. ” Потянувшись за спину, он берет блокнот и кладет его передо мной. “Буквально”. Он смеется, и я присоединяюсь к нему. “ Это очень мило с твоей стороны, Шейн. Но не было необходимости производить на меня впечатление. - Моя рука накрывает его руку на другом конце острова. - Ты мне нравишься такой, какая ты есть, - шепчу я. “ Ты мне тоже нравишься, милая. Очень. Его ответ заставляет меня покраснеть, а на его пухлых губах появляется улыбка. - Вина? “ Пожалуйста. Я прикусываю губу, наблюдая, как он расхаживает по кухне, беря бутылку с подставки на столешнице. У меня такое чувство, что это блюдо тоже было заранее выбрано его шеф-поваром. После того, как он подал нам бокалы, он берет планшет и несколько раз нажимает на него, пока в системе объемного звучания не заиграет тихая мелодия. Я не вижу, где находятся колонки, но гипнотизирующий блюз обволакивает меня, заставляя дрожь пробегать по спине. Он ставит запеканку с курицей в духовку, затем перекладывает овощи на сковороду, перемешивая их. Его бедра двигаются в такт музыке, и я почти уверена, что он напевает.Для человека, который не умеет готовить, он определенно в своей стихии. Все, что я могу делать, это зачарованно наблюдать за ним, за этим великолепным мужчиной, который готовит для меня, который организовал для меня свидание. Который хочет, чтобы я принадлежала ему так же отчаянно, как я хочу, чтобы он был моим. Неужели кому-то действительно так повезет, что у него все получится с первой попытки? Сразу найти мужчину своей мечты и жить долго и счастливо? Я не знаю, но очень на это надеюсь. Я хочу, чтобы Шейн был моим навсегда. Музыка внезапно меняется на ту, которую я сразу узнаю, - ”Earth Angel" группы The Penguins. Я помню, как тайком наблюдал, как мои родители танцуют под нее на кухне поздно вечером, как раз перед тем, как моя мать уходила на ночную смену в больницу. Шейн быстро кладет деревянную ложку, которую держит в руке, у плиты и обходит стол, протягивая руку в ожидании. - Потанцуй со мной, Ангел. Я хихикаю и кладу свою руку в его, когда он поднимает меня, кладет ладонь мне на поясницу и начинает раскачивать нас по комнате под чувственную мелодию. В какой-то момент он берет мою ладонь и кружит меня по кругу, отсылая к выходу, прежде чем снова притянуть в свои объятия. Я запрокидываю голову и смеюсь, наслаждаясь этим глупым простым моментом между нами. Я никогда не чувствовала себя такой свободной. Это те вещи, о которых мы читали, то, что я видел, как делали мои родители, и хотел однажды испытать.И теперь я живу этим… с Шейном. Когда я снова опускаю голову и мой смех затихает, я обнаруживаю, что он смотрит на меня с любовью в глазах. От этого мои щеки пылают, а в горле пересыхает. “Ты такая красивая, Обри”, - говорит он тихо, как будто это секрет, который он хочет хранить при себе. “ Что ты имел в виду раньше? Когда ты сказал, что я так же одержим тобой, как и ты мной ”. Это вертится у меня в голове, и я, кажется, не могу в этом разобраться. Он вздыхает, но без раздражения. Он останавливает наш танец, берет меня за руку и ведет к дальнему шкафчику в конце кухни. Когда он открывает его, я сразу узнаю один из моих герметичных контейнеров для хранения. Он достает его и вкладывает мне в руки. - Открой. Я открываю контейнер и вижу все вкладыши для кексов, которые раньше прилагались к маленьким угощениям, которые я готовила ему на протяжении многих лет. Есть даже маленькие полароидные фотографии каждого кекса до того, как он был съеден. Это супер восхитительно. “Я знаю, это отвратительно. Мне следовало бы выбросить их, пока они не протухли ... но они напоминают мне о тебе. Прямо как та миска с персиками на кухонном столе”. Он указывает на бежевую миску, до краев наполненную свежими персиками. “Я даже не ем персики, но мне нравится вдыхать их запах по утрам, потому что это заставляет меня чувствовать себя ближе к тебе”. “О, Шейн...” Ставлю контейнер рядом с нами, спешу к своему клатчу и быстро вытаскиваю бумажник, роясь в нем, пока не нахожу то, что ищу. Я держу маленькую ламинированную карточку, на одной стороне которой личная записка от него, а на другой красно-белая оберточная бумага для леденцов. “ Я ношу это с собой, куда бы ни пошла, просто чтобы чувствовать себя ближе к тебе, ” шепчу я, мое сердце бешено колотится в груди. “Это не только моя квартира, Шейн. Это все. Все, что я делаю, все, что я покупаю, всегда имеет какое-то отношение к тебе”. Шейн бросается ко мне, когда я бросаюсь в его объятия, соединяя наши рты во взрывном поцелуе. Она быстро нагревается, и, прежде чем я успеваю опомниться, меня сажают на столешницу, когда он прижимается к моим ногам, его мощная эрекция трется о мою ноющую сердцевину. “ Я хочу тебя, Шейн. Отведи меня в свою комнату, - прошу я, когда он целует мою шею. - А как насчет еды? - спросил я. “ Мне все равно, просто выключи. Мы поедим позже. Пожалуйста.” Я тосковала по нему с Рождества; я не могу больше ждать. Выключив плиту и духовку, он поднимает меня на руки и несет по длинному коридору, пока мы не достигаем двери в конце. Он сказал мне, что это спальня, но я не знала, что это его. Он открывает ее, и мы входим в огромную спальню с гостиной зоной с камином и огромным телевизором. Он не дает мне много времени осмотреться, прежде чем усадить меня в изножье кровати. Я быстро снимаю платье и трусики, пока он раздевается сам, и к тому времени, как я заканчиваю, он просто стягивает штаны и боксеры. Я опускаюсь на колени и сжимаю его в кулаках, не теряя времени, скольжу языком по его стволу и беру его в рот. “ О Боже, Обри. Его голова откидывается назад, глаза закрыты, одна рука в моих волосах. Я посасываю его член вверх и вниз по всей длине, наслаждаясь его вкусом. Я хотела сделать это снова с тех пор, как он впервые остановил меня. Через минуту или две его рука сжимается в моих волосах и слегка тянет. “Обри, детка, я действительно не хочу кончать тебе в рот. Мне нужно быть внутри тебя”. Я вытаскиваю его изо рта с влажным хлопком, облизывая губы и чувствуя легкую боль в челюсти. “Я тоже этого хочу”. Он быстро поднимает меня и сажает на кровать, прежде чем броситься к одной из тумбочек и достать из ящика презерватив. Я пользуюсь этим моментом, чтобы осмотреться, и замечаю сбоку зеркало, из которого видна кровать. Я решаю быть смелой и переворачиваюсь на четвереньки, заставляя часть своего тела отражаться в зеркале, когда Шейн возвращается, натягивая презерватив. Он наблюдает за мной, затем поворачивается к зеркалу с понимающей ухмылкой. “Ты немного непослушная, не так ли, Ангел?” Я киваю, закусывая губу, когда мое тело разливается жаром. - Я хочу смотреть, как ты берешь меня вот так. “ Боже, ты можешь быть еще более совершенной? Он целует мою спину, его пальцы скользят по моим влажным складочкам. Он вводит один член, затем два. На этот раз удовольствие захватывает меня сразу, когда он несколько раз вводит и выводит их из меня, прежде чем расположиться позади меня. Положив одну руку на бедро, я чувствую его у своего входа, за несколько секунд до того, как он медленно входит в меня дюйм за восхитительным дюймом. “Боже мой, Шейн! Это потрясающее ощущение”. Я кусаю губы, переводя взгляд на зеркало. Он смотрит вниз, на то место, где мы соединяемся, с таким вниманием, что это заводит меня еще больше. Я откидываю бедра назад, желая, чтобы он вошел в меня, двигался так, как в прошлый раз. Он реагирует немедленно, усиливая хватку на моих бедрах по мере того, как набирает обороты. Через несколько минут после того, как я наблюдаю, как он отпускает меня, мощными толчками, которые сотрясают мое тело и заставляют трепетать внутренности, мое естество начинает сжиматься и трепетать вокруг него. “ Шейн, я собираюсь кончить, ” говорю я ему, когда он набирает скорость, врезаясь в меня, когда капли пота выступают у линии роста его волос. Мышцы его рук и бедер напрягаются при каждом движении, когда он кряхтит и постанывает. Смотреть на это гипнотически. Его голова поворачивается к зеркалу, пристальный взгляд встречается с моим, и я чувствую, как он уплотняется внутри меня. “Ангел”. “ Шейн, - шепчу я за секунду до того, как мое тело взрывается от всепоглощающего удовольствия, постанывая и вскрикивая, когда мои руки ослабевают, и я падаю на матрас. Шейн крепко держит меня за бедра и приподнимает мою задницу, в то время как моя грудь остается приклеенной к кровати, толкаясь раз, другой, затем замирая, когда он с громким стоном опорожняет себя в презерватив. Что-то в моем сознании вспыхивает, когда всплывает внезапное желание, чтобы он вошел в меня, но это опасные мысли, которые я не могу допустить. Я не принимаю противозачаточные, и я слишком молода, чтобы быть матерью. Я пока не готова к этому. Шейн нависает надо мной, едва удерживаясь на ногах и пытаясь отдышаться. - Останься на ночь, - говорит он, целуя меня между лопаток. Я поворачиваю голову в сторону, оглядываясь на него, чувствуя, как он смягчается внутри меня. - Разве ты не уезжаешь завтра в Монреаль? Его член выскальзывает из меня, когда он переворачивается на бок и снимает презерватив, завязывая узел на конце и откладывая его в сторону на полу. Затем его рука опускается на мою талию, разворачивая меня и притягивая к себе, когда я кладу голову ему на грудь. - Да, но это не раньше полудня, а завтра утром мне не нужно быть в офисе. “ Но у меня нет своей машины, а завтра в два я работаю. Я собираюсь прикусить ноготь на большом пальце, но Шейн останавливает меня, прежде чем я успеваю, хватая за запястье и целуя мои пальцы. “Все в порядке, ты можешь остаться, пока тебе не нужно будет уходить на работу, и взять одну из машин в гараже. Марианна, экономка, будет здесь завтра; она может помочь вам со всем, что вам нужно. Просто скажи ей, какую машину ты хочешь взять, и она даст тебе ключи. “Шейн, я не останусь в твоем доме, пока тебя здесь нет. И я не могу взять одну из твоих машин”. Я хмуро смотрю на него. Ты пропустил ту часть, где я сказал“Добро пожаловать домой" ? Это значит, что теперь это и твой дом, Ангел. Я хочу, чтобы ты пользовалась им столько, сколько захочешь, и всем, что в нем есть, включая машины. Он целует кончик моего носа, когда мои щеки краснеют. Я подумала, что он просто так это сказал, а не то, что он на самом деле имел в виду, что это и мой дом тоже. Я не знаю, как к этому относиться — часть меня испытывает головокружение и хочет прыгать от радости, но другая часть чувствует, что мы движемся очень быстро. “Шейн...” “ Пожалуйста, Ангел? Он проводит костяшками пальцев по моей щеке. “ Я это имел в виду, когда сказал, что устал ждать. Твое место здесь, со мной, в нашем доме. Я не хочу провести без тебя ни минуты. - Он притягивает меня ближе, его дыхание овевает мои губы, когда он откидывает мою голову назад, приподнимая пальцем мой подбородок. “Я хочу, чтобы ты была в нашей постели каждую ночь, я хочу просыпаться с тобой в своих объятиях, я хочу танцевать с тобой на нашей кухне при каждом удобном случае. Я не хочу неделями не видеть тебя снова, Обри, если только это не из-за работы. Я ненавижу оставаться вдали ...” Он вдруг кажется таким уязвимым, и все, чего я хочу, - это дать ему все эти обещания. - Я тоже этого хочу, - признаюсь я шепотом. - Тогда скажи “да”, проведи с нами эту ночь и все остальные возможные свободные ночи. Я прикусываю губу, глядя в его живые глаза, которые сияют обожанием. “Да”. Я улыбаюсь и целую его. “Да”, - повторяю я еще раз.Возможно, мы движемся быстро, но это приятно, это правильно. Мой желудок внезапно урчит, напоминая нам, что мы все еще ничего не ели. “ Хм, наверное, мне стоит тебя покормить. Я планировала целый романтический ужин, но потом ты отвлек меня сексом. - Я ударяю его в грудь, а затем прижимаюсь к ней лицом и смеюсь, чувствуя, как румянец расползается по моему лицу. Он переворачивает нас, я на спину, а он надо мной. “Как насчет того, чтобы я вместо этого заказал нам что-нибудь поесть, и мы могли бы попробовать те угощения, которые принесли домой, пока ждали?” Я улыбаюсь. “ Хм, не очень полезно для здоровья.… Но давай сделаем это. Он опускает голову, приближаясь, чтобы прикусить мою нижнюю губу. “ Боже, ты очаровательна. Он целует меня, затем встает с кровати. “Я сейчас вернусь, не двигайся. Я хочу посмотреть, как ты ешь голой в постели”. Я краснею еще сильнее, когда он подмигивает и выходит из комнаты совершенно голый. Боже, этот человек - само совершенство. ---------- Глава десятая Глава десятая Обри Следующая Дева Мария... ~ Четыре дня спустя ~ Я опаздываю... Я опоздала на два дня… Я никогда не опаздывала. У меня месячные каждый месяц в одно и то же время; я никогда не опаздывала даже на день. Вчера, когда я поняла, я подумала, что, возможно, тот факт, что я начала заниматься сексом, нарушил мой цикл, но после некоторых исследований интернет утверждает, что этого не происходит ... Так что теперь я немного схожу с ума. Но, может быть, это ерунда. Скорее всего, это ерунда. Да, у меня просто стресс, вот и все. Я имею в виду, я не чувствую разницы. Меня не тошнит и я не устала, как Морган и Эмма. И вещи не пахнут странно и не имеют неприятного вкуса, из-за чего Сесилия узнала, что беременна. Ничего не болит. Наверное, это просто совпадение, что я опаздываю. И все же я не могу избавиться от ноющего чувства в моем мозгу, в моем желудке, которое возникало в течение последних двух часов, призывая меня проверить. Я могла бы просто сбегать в аптеку и взять тест, тогда я смогу успокоить свои нервы и сосредоточиться на этих новых рецептах, которые я пытаюсь приготовить для своей книги рецептов. Да, именно это я и сделаю. Результат будет отрицательным, и все будет хорошо. А позже, днем, у меня начнутся месячные, когда я буду на работе, и я посмеюсь над своим маленьким испугом с Октавией. Я натягиваю ботинки и куртку, быстро беру сумочку и направляюсь к двери. На самом деле я одета не для того, чтобы произвести впечатление: на мне черные штаны для йоги и розовая кофточка, волосы собраны в пучок на голове. Но мне все равно, мне просто нужны ответы, чтобы я мог продолжать свой день. Что ж, мне просто нужен один ответ, потому что другого быть не может. К счастью, прямо по улице есть аптека. Но из-за гололеда на асфальте я решил взять электрический Porsche Cayenne Шейна, тот, на котором он настоял, чтобы я продолжал ездить, потому что он был намного безопаснее старой Mazda Ронни. Я также думаю, что он специально хочет, чтобы я продолжал им пользоваться, потому что у меня нет другого выбора, кроме как провести ночь у него дома, если я хочу, чтобы он был заряжен. Я знал, что мне следовало взять вместо этого Maserati или даже Jaguar. Но я не буду лгать, мне нравится, что у меня есть причина возвращаться к нему почти каждую ночь. Это напоминает мне, что мне нужно вернуть Ронни ее машину, поскольку она просто стоит на улице. Притормаживаю возле магазина, захожу внутрь и направляюсь к отделу с тестами на беременность, хватая упаковку с двумя внутри. Я подхожу к кассе, плачу за это и прошу разрешения воспользоваться их туалетом. Прочитав инструкцию и выполнив свою задачу, я откладываю ее в сторону и ставлю таймер на три минуты, затем не торопясь мою руки и смотрю на себя в зеркало. Я не хочу думать о том, что произойдет, если это окажется не тем, чего я ожидаю. Мне всего двадцать четыре, я едва справляюсь со своей жизнью. У меня были планы — накопить как можно больше денег, чтобы открыть собственную пекарню в ближайшие пять лет. Но экономить с ребенком будет невозможно, и смогу ли я вообще открыть пекарню с ребенком? Мне нужно было бы взять отпуск после родов, а это значит, меньше зарабатывать денег. Я знаю, Шейн помог бы мне на этом пути, но я все еще не могу на него положиться. Я не такой, и мы никогда не знаем, что может случиться в жизни. Я не буду психовать, все будет хорошо. Это будет негатив. Это должно быть негативом. Мы только начали встречаться. Никто на самом деле еще не знает, что мы вместе. Ребенок изменит все... Мой таймер срабатывает, и я делаю глубокий вдох. Последний раз смотрю на себя в зеркало, затем опускаю взгляд на тест. “О Боже...” Мне удается сохранять самообладание, когда я выхожу из аптеки и возвращаюсь в машину. Каким-то образом я сохраняю спокойствие всю дорогу до офиса Шейна. Я знаю, что должна была увидеться с ним сегодня вечером после работы, но не думаю, что смогу ждать так долго. Сейчас только за полдень, и я знаю, что у мальчиков была тренировка этим утром, так как сегодня вечером у них домашняя игра. Но я надеюсь, что они все уже вернулись домой, в основном мой брат. Я не могу встретиться с ним, не прямо сейчас. Мой срыв становится сильнее, чем ближе я подхожу к офису Шейна. Я молюсь, чтобы он был один, чтобы он был там, а не застрял с прессой или на встрече с тренерским штабом. Я подношу дрожащий кулак к двери и стучу. Тут же раздается его голос. “Войдите”. Я поворачиваю ручку и толкаю дверь, когда чувствую, что у меня начинается учащенное дыхание. Я быстро закрываю ее за собой, прислоняясь к ней спиной. “ Ангел? Что ты здесь делаешь? Он улыбается, но улыбка исчезает, когда он замечает панику на моем лице. - Милая, что случилось? Я начинаю мерить шагами комнату, делая глубокие вдохи с каждым шагом. “ Я опаздываю. Я никогда не опаздываю, Шейн. Я прошла тест. Это позитивно. Я быстро смотрю в его сторону, боясь его реакции, но обнаруживаю, что он смотрит на меня широко раскрытыми глазами, поэтому продолжаю расхаживать, выкладывая каждую мысль в своей голове. “ Этого не должно было случиться. Мы... мы были осторожны.… верно? Я снова смотрю на него, когда он медленно кивает. “Я не знаю, что делать, Шейн. Я немного волнуюсь прямо сейчас. Мы только начали встречаться, в этом нет никакого смысла. Боже, нам придется всем рассказать ”. Я прижимаю руки к лицу, затем обмахиваюсь, поскольку мое тело начинает перегреваться от стресса. “И я знаю, я знаю, что таков был план. Я просто… Я думал, у нас было больше времени ... но теперь у нас его нет. Мы должны будем рассказать им в ближайшее время, потому что через несколько месяцев я начну показываться, и они не поверят, что мы только начали встречаться ”. Я хватаюсь за волосы по бокам, хватая ртом воздух. “О Боже, мой брат сейчас взбесится. Шейн, Грейсон с ума сойдет! Одно дело сказать ему, что мы встречаемся, и совсем другое - сказать ему, что я беременна твоим ребенком ”. Я присаживаюсь на корточки на полу, нуждаясь в паузе, пока мой мозг работает по спирали, и я тяжело дышу все громче. Я чувствую, как слезы наворачиваются у меня на глаза, когда я представляю реакцию моего брата на эту новость, как сильно изменится моя жизнь с появлением этого ребенка. Когда я смотрю на Шейна, я вижу, что он все еще сидит в своем кресле с широкой ухмылкой на лице. Я поднимаюсь на ноги, протягивая ему руку. “Как ты можешь быть такой спокойной, когда я тут схожу с ума?” Мой голос срывается, когда начинают катиться слезы. “ Иди сюда, Ангел, - мягко говорит он, раскрывая для меня свои объятия. Я без колебаний подхожу к нему и сажаю свое дрожащее тело к нему на колени. Его руки обвивают мою талию, когда он целует меня в висок. “Я волнуюсь не потому, что у нас будет ребенок, и нет ничего, чего я хочу больше, чем создать семью с тобой”. “Но я не понимаю, как это произошло. Мы каждый раз предохранялись. Нет?” Он вытирает мои слезы и заправляет пряди, выбившиеся из моего пучка, за уши. “ Да, мы сделали это.… Ну, я думаю, да. Ты не забыл надеть его, когда набросился на меня посреди ночи после свадьбы? Потому что, если честно, я не помню, чтобы снимал его после. Но опять же, мы сразу же вернулись ко сну, так что, возможно, он просто соскользнул и оказался под кроватью или что-то в этом роде ”. Мои глаза расширяются, когда точки соединяются в моем мозгу, и внезапно все обретает смысл, как я забеременела. “О Боже мой!… Я ... я этого не делала. Я ничего не надевала, Шейн. Я даже не думала об этом. ” Я прижимаю тыльную сторону ладоней к глазам. “Господи, как я мог быть таким глупым!” “ Эй. Он хватает меня за запястья, отводя мои руки от лица. “ Не называй себя глупой. Несчастные случаи случаются, Ангел. Я понимаю, ты сейчас волнуешься, но все будет хорошо. Мы разберемся с твоим братом, когда придет время. Он целует меня в лоб, когда я закрываю глаза и вдыхаю его запах. Мне нравится его запах, сандаловое дерево, смешанное с чем-то еще, что я не могу понять. “Я знаю, ты напуган, Ангел. Но помни, что это наша жизнь, наша история. Что бы твой брат ни сказал или ни сделал, это не изменит. Я верю, что все происходит по какой-то причине, включая этого ребенка, и я не могу дождаться, чтобы увидеть, что еще приготовила для нас жизнь ”. Я киваю головой. “ Ты действительно не против, что у нас так скоро будет ребенок? Мы встречаемся всего месяц... Он улыбается и хихикает. “Я более чем рад этому. И, может быть, прошел всего месяц, но я чувствую, что всегда был твоим, Обри. С того самого момента, как я увидел тебя. И если бы все было по-моему, ты бы уже переехала и сменила фамилию. ” Мои глаза расширяются от его комментария, а щеки краснеют. “По одному делу за раз, я знаю”. Я хихикаю, кладя голову ему на плечо. - Ну, ты уже почти убедил меня проводить каждую ночь в твоем доме, одолжив мне “Порше”. Он смеется. “Я ничего подобного не делал; я просто сказал тебе, что это самый безопасный способ. Тот факт, что док-станция для зарядки находится внашем доме, - это просто дополнительный бонус. Он снова целует меня в лоб. “Итак ... когда бы ты хотела рассказать людям? Это твой выбор. Если ты хочешь подождать, я не против”, - тихо спрашивает он. “Нет, я думаю, пришло время это сделать. Больше нет смысла откладывать...” Я чувствую, как меня охватывает тревога, но я сосредотачиваюсь на Шейне и на том, в какой безопасности я чувствую себя в его объятиях. “Хорошо, и ты хочешь сделать это по очереди? Я думаю, начать с твоего брата было бы лучше всего”. “Вообще-то, мои родители приезжают на следующей неделе и останутся до родов Эммы. Я думаю, мы должны рассказать им все сразу, и, возможно, присутствие большего количества людей рядом поможет быстрее уладить реакцию Грейсона. Я действительно не знаю, как он это воспримет, но я не могу представить, что это будет приятно ”. Я прикусываю губу, совсем не готовая к этому, но не похоже, что у меня действительно есть выбор. “Я мог бы пригласить всех на ужин и пригласить тебя присоединиться к нам, чтобы мы могли рассказать им все вместе”. Я чувствую, как мое лицо краснеет сильнее, кончики моих ушей горят при мысли, что, возможно, Шейн не хочет присутствовать, когда я им расскажу. “ Я имею в виду, если ты хочешь быть там.… Если нет, ничего страшного.… Я понимаю. Он хмурится, отстраняясь и беря мое лицо в ладони. “ Конечно, я хочу быть там. Ты моя девушка, и это наш ребенок. Нет другого места, где я хотел бы быть. ” Он прижимается своими губами к моим. - Мы в этом вместе, Ангел. Я вздыхаю, мои нервы успокаиваются от его слов и прикосновений. “ Спасибо тебе.… Я не думаю, что смогла бы сделать это без тебя. - Тебе никогда ничего не придется делать без меня. ~ Неделю спустя ~ Сегодня тот день, когда мы планируем рассказать всем. Моя семья и друзья уже собрались в доме моего брата на ужин; единственные, кто остались, чтобы прийти, - это Шейн и я. Сегодня днем мне нужно было кое-что сделать в пекарне, так как я взяла выходной по этому случаю. Что означает, что мы с Шейном прибываем на разных машинах, и так получилось, что я прибываю первым. Хотя, возможно, это и к лучшему, вместо того, чтобы идти вместе. Честно говоря, я уже не уверен, что лучше. Паркуясь на улице, я достаю телефон и отправляю короткое сообщение Шейну, спрашивая, как далеко он уехал. Он отвечает немедленно, говоря, что будет здесь через пятнадцать минут. Я делаю несколько успокаивающих вдохов, затем выхожу из машины и направляюсь внутрь, молясь, чтобы никто не видел, как я приехала на "Порше", потому что я не готова отвечать на вопросы без Шейна. Оказавшись внутри и сняв куртку и ботинки, я направляюсь на шум из открытой кухни и гостиной, где, кажется, собрались все. Грейси бежит ко мне с распростертыми объятиями. “ Ан Бей! Ее руки обвиваются вокруг моих ног, крепко сжимая, пока Данте бежит недалеко от нее. С разметавшимися каштановыми волосами и зелеными глазами он точная копия своего отца. Я беру на руки маленькую милашку, которая очень похожа на меня и мою маму, с ее пепельно-светлыми волосами и светло-карими глазами. У нее даже на носу россыпь веснушек, как у меня. “Привет, принцесса. Боже, ты становишься такой большой!” Я целую ее милые маленькие щечки и трусь своим носом о ее. Эмоции бурлят в моем сердце, когда я смотрю на нее. Подумать только, что к концу года я буду держать на руках своего собственного ребенка. Интересно, пойдет ли он или она в меня или Шейна — я просто надеюсь, что у него или у нее его глаза. Я люблю его глаза. - А вот и моя прекрасная дочь. Моя мама подходит и обнимает меня, как только я опускаю Грейси на землю, позволяя ей вернуться к игре с Данте. - Привет, мам. - Я улыбаюсь ей, когда она берет меня за руки. “ Как дела, милая? Ты выглядишь по-другому, счастливой. Она внимательно смотрит на меня. “ Я счастлива, ” честно говорю я ей. Я не могу лгать своей маме. “ И есть ли причина для этого счастья? Возможно, ты чего-то не договариваешь? Ей всегда удавалось меня раскусить. Я уверена, что одна из девушек рассказала ей о Шейне и мне, но я еще не озвучивала это сама, и я бы предпочла подождать, пока он не будет здесь, чтобы сделать это. “ Я просто... счастлива. Тебе не нужно беспокоиться обо мне. Я делаю шаг назад, улыбаясь, когда обхожу ее и направляюсь к остальным девочкам на кухне. “ О, я никогда не беспокоюсь о тебе, Обри. Если и был на свете ребенок, о котором мне никогда не приходилось беспокоиться, так это о тебе. ”Моя мама смеется, когда я подхожу к острову рядом с Ронни и Сесилией. Морган сидит на одном из табуретов передо мной, выглядя измученной и готовой покончить с этой беременностью. “Ты в порядке?” - Спрашиваю я ее, перегибаясь через стойку, чтобы взять ее за руку. “Да, я просто очень устала, и у меня все болит”. Она смеется, но смех звучит слабо. “У меня всю неделю были схватки Брэкстона Хикса, и хотя они считаются ненастоящими, они чертовски болезненны”. Хм, я не знал, что у тебя были ложные схватки перед родами. Мне нужно провести небольшое исследование по этому поводу. “ Могу только представить. Держись, ты почти закончила. Я нежно улыбаюсь и отпускаю ее руку, когда она протягивает свою в ответ. “Не могу дождаться, когда увижу этих прекрасных малышей”. Сесилия вздыхает с мечтательными глазами. “С ума сойти, насколько выросла наша маленькая семья за такой короткий промежуток времени. Данте только что исполнилось два, Грейси будет два через четыре месяца. А к началу марта у нас появятся четыре новых маленьких манчкинса ”. “Мы можем попрощаться с обычными ужинами”. Ронни смеется. “Двумя малышами легко управлять, но двумя малышами и четырьмя младенцами?” Ее глаза расширяются. “Да, я действительно не готова к появлению детей”. “Ha! Может быть, тебе стоит передать сообщение своим людям. Эмма подходит, пошатываясь. “Они оба пялились на мой живот большими выпученными глазами с тех пор, как приехали, и я почти уверена, что слышала, как Гейб говорил Ною, что они скоро попытаются убедить тебя снова”. “ Тьфу! Клянусь, эти двое. - Ронни раздраженно смотрит в потолок, прежде чем снова переключить внимание на нас. “Если кто-то и забеременеет следующим, то это Сесилия, а не я. Я слишком молода для ребенка”. Я начинаю чувствовать себя неловко из-за того, какое направление принимает этот разговор. Ронни на несколько месяцев старше меня, но она считает, что двадцать четыре года - это слишком мало для ребенка. Как она отнесется к тому, что у меня будет ребенок? “Ну, наконец-то мы получили разрешение от моего врача начать попытки снова”. Сесилия улыбается, на ее щеках появляется легкий румянец. “Так что, кто знает”. “Ну, если это так, то молодец. Но я? После этих детей я беру перерыв как минимум на пять лет. Я слишком сильно скучаю по алкоголю. Ты хоть представляешь, как это отстойно - не иметь возможности выпить на собственной свадьбе, или на Рождество, или на Новый год!? Больше никогда! Она разочарованно вздыхает. Затем она берет со стойки бутылку вина, наполняет бокал до краев и протягивает его мне. “Вот, выпей это за меня. Мне нужно смотреть, как ты пьешь его, и притворяться, что это я. Я инстинктивно протягиваю стакан обратно к ней. “ О нет, я не могу. ” Мои глаза расширяются, когда я осознаю ошибку, которую только что совершила. Я быстро перебираю в уме причину, по которой мне нельзя пить, но Эмма слишком быстро соображает. “Боже мой, ты беременна...” Она смотрит на меня с шоком и страхом в глазах, понимая, насколько хуже будет сломаться перед ее мужем. Грейсон, смеясь, подходит к ней. “ Не будь смешной, Банни. Тебе нужен половой акт, чтобы забеременеть. Моя сестра не следующая Дева Мария. Когда я не отвечаю сразу, на его лице появляется хмурое выражение. - Обри? - Я... я... - Мое сердце начинает громко стучать в ушах, когда я начинаю потеть. “ Господи Иисусе, Обри! Ты сейчас серьезно? Я даже не знал, что у тебя есть парень. Он выглядит смущенным. “О черт, пожалуйста, скажи мне, что это не от секса на одну ночь!” Моя мама хлопает его по руке. “Не будь смешным, это явно Шейна”. Ее глаза расширяются, когда она прикрывает рот рукой. В комнате раздается несколько вздохов, когда все замолкают. Я чувствую, как краска отливает от моего лица при словах моей матери.Они не должны были узнать об этом таким образом; Шейн должен был быть здесь. Мы должны были сделать это вместе. Желчь подступает к моему горлу, голова начинает кружиться, и я чувствую головокружение. Я хватаюсь за стойку для поддержки, когда Ронни быстро берет меня за другую руку, замечая, что я в нескольких секундах от приступа паники или потери сознания. Мой брат хмурится. “Шейн? Кто такой Ш—” Он останавливает себя, когда кусочки головоломки складываются вместе. Его хмурый взгляд превращается в убийственный, направленный на меня. “Тренер!? Ты, блядь, издеваешься надо мной, Обри!? Ты дурачился с моим тренером!? Что, черт возьми, с тобой не так!? он рычит мне в лицо. “ Волк, успокойся, ладно? Все не так. ” Эмма держит его за руку, пытаясь успокоить. Я смотрю, как Сесилия быстро выходит из комнаты, уводя с собой детей.Хорошо, им не нужно быть свидетелями этого. “Не так?! А как же тогда еще!?” он рявкает на нее, но затем что-то мелькает в его глазах. “Подожди. Ты знала? Ты моя гребаная жена, и ты знала, но не сказала мне !? Затем он оглядывает комнату и видит виноватые лица всех присутствующих. “Вы все знали, что он все это время трахал мою сестру, и ни один из вас, придурков, не подумал рассказать мне!?” - Грейсон, пожалуйста, просто позволь мне объяснить, - умоляю я его слабым, дрожащим голосом. “ Объясните, что именно? Что вы тайком общались за моей спиной с моим тренером? Что вы оба лгали мне в лицо Бог знает сколько времени!? он кричит громче, делая шаг ко мне. Но Ронни, будучи крутой девчонкой, встает между нами, преграждая ему путь ко мне. Я знаю, что мой брат никогда бы не причинил мне вреда, но когда он выходит из себя, он имеет тенденцию терять контроль. “Сынок, я думаю, тебе нужно немного успокоиться. Твоя сестра больше не ребенок, и я уверен, что все обретет смысл, если ты позволишь ей объяснить. ” Мой отец подходит к нему сзади, кладя руки ему на плечи. Грейсон стряхивает его с себя, в его глазах горит гнев. “ НЕТ! К черту все это! Он поднимает бокал с вином, из-за которого началось все это дерьмовое шоу, и швыряет его в стену. “Идите вы все нахуй!” Слезы начинают катиться из моих глаз, рыдание вырывается наружу, когда я смотрю, как мой брат поворачивается ко мне спиной и уходит. Эмма пытается остановить его, хватая за руку. - Грей, подожди. Он вырывает у нее руку. “ Не прикасайся ко мне прямо сейчас, Эмма. Я не в настроении, - рычит он на нее, направляясь к входной двери и захлопывая ее за собой. “ Мне так жаль, Эм.… Это не должно было случиться вот так, - плачу я, вытирая слезы. “ Все в порядке, малышка Брей. Он остынет, не беспокойся обо мне. ” Она улыбается, но в ее улыбке есть нотка грусти. “Я просто надеюсь, что он не натворит там ничего безумного”. “О нет!” Затем до меня доходит, что прошло уже по меньшей мере пятнадцать минут. “О Боже, Шейн должен быть здесь с минуты на минуту! Мы… мы планировали рассказать всем сегодня вечером. - Черт возьми, - бормочет Клэй рядом с женой, направляясь к двери. ШЕЙН Я останавливаюсь позади своего Porsche, рад видеть свою девушку, но в то же время немного нервничаю. Я не уверен, как закончится сегодняшний вечер, но знаю, что гладко не пройдет. Я несколько раз видел вспыльчивость Форда на льду, и этот парень может быстро выйти из себя. Выйдя из машины, я направляюсь к входной двери, когда она распахивается, и Грейсон выходит, захлопывая ее за собой. Не нужно быть гением, чтобы заметить, насколько он зол, и единственная причина, по которой я могу представить его злым прямо сейчас, заключается в том, что он уже все понял. Он делает несколько шагов вперед, бормоча что-то себе под нос, затем поднимает голову и останавливается как вкопанный, когда видит меня. Приняв решение за долю секунды, он целеустремленно шагает ко мне, и я точно знаю, что за этим последует. Я могла бы остановить его, вовремя убраться с дороги. Но я этого не делаю. Вместо этого, когда он оказывается в пределах досягаемости, я поднимаю кулак в воздух и позволяю ему коснуться моей челюсти. Удар оказывается гораздо сильнее, чем я ожидал, и заставляет меня отшатнуться на несколько шагов. Я не дрался со времен своей хоккейной карьеры, так что я немного подзабыл и чувствую удар сильнее, чем обычно в прошлом. Форд пользуется моментом моей слабости и толкает меня в грудь, заставляя приземлиться на спину. Он быстро перепрыгивает через меня и наносит еще один правый хук сбоку от глаза. Я сразу понимаю, что скоро у меня будет синяк под глазом, и, учитывая медный привкус во рту, я почти уверена, что он разбил мне губу. Кроме того, у меня слегка покалывает скулу, а это значит, что у меня, вероятно, там тоже есть порез. Это будет трудно объяснить на работе. “Ты гребаный кусок дерьма! ОНА МОЯ СЕСТРА! - кричит он мне в лицо, замахиваясь на еще один удар, но на этот раз я блокирую его, заслоняя лицо предплечьями. “Шейн!” Я слышу голос моего Ангела, зовущий откуда-то позади нас. “О Боже мой! Грейсон, отстань от него!” Она появляется рядом со мной, как раз в тот момент, когда руки обвиваются вокруг Грейсона, стаскивая его с меня. Она опускается на колени на слегка заснеженный тротуар и берет мое лицо в ладони, когда я сажусь. “О Боже, Шейн. Мне так жаль. Он понял это еще до того, как ты успел сюда добраться. - ОТПУСТИ МЕНЯ! - Грейсон пытается вырваться из рук Клея, но ему удается удержать его на месте. Сайлас быстро встает перед ним, оказавшись в дюйме от Грея. “ Успокойся, черт возьми, Форд! Какого черта ты творишь? Ты хочешь, чтобы тебя выгнали из команды!? Ты, блядь, не можешь так его бить!” “Мне сейчас наплевать на команду! Он обрюхатил мою младшую сестру! Он собирается разрушить ее гребаную жизнь!” - выплевывает он ему в лицо. “ Ты же не это имеешь в виду, Форд. И ты лучше, чем кто-либо, знаешь, что ребенок не разрушает чью-то жизнь, - говорит Сайлас спокойно, но все еще суровым тоном. - А-а-а! - вскрикивает кто-то сзади, за которым следует вздох. “ О нет! - Шепчет Обри, глядя мимо мальчиков. Я делаю то же самое, замечая Эмму на земле сразу за входной дверью, рядом с ней стоят Нэнси и Эндрю — родители Обри — и разглядывают ее. -Грейсон! - крикнул я. - Кричит Нэнси, пытаясь привлечь внимание своего сына, но он слишком занят, глядя на меня убийственным взглядом. “ Грейсон! Обри кричит на него с паникой в голосе и глазах. Она встает, как будто хочет броситься к своей подруге, но затем поворачивается ко мне и решает остаться рядом. “Это Эмма!” Это выводит его из оцепенения, когда он моргает и слегка качает головой, оглядываясь в поисках своей жены. Когда он видит ее на земле на четвереньках, он отталкивает Клэя от себя и бросается к своей беременной жене. “О черт! Банни, что случилось!?” Он присаживается на корточки рядом с ней. “ Она поскользнулась, выходя из дома. Я думаю, тебе следует отвезти ее в больницу, убедиться, что с детьми все в порядке, - говорит ему Эндрю с беспокойством в голосе. Сайлас подходит, берет меня за руку и помогает подняться на ноги, пока Обри отряхивает снег с моей спины. Клэй быстро изучает мое лицо со своим обычным хмурым выражением. “Кажется, ничего не сломано, но вы все равно, возможно, захотите это проверить”. - Я в порядке, - говорю я ему, на что он просто кивает. “Нет, мы собираемся тебя проверить. Просто чтобы убедиться”, - с беспокойством говорит Обри. Это всего лишь несколько порезов и, возможно, синяк, но если это облегчит ее беспокойство, тогда я это сделаю. “Хорошо, Ангел”. “ Ммм, ребята.… Я думаю, у нас возникла ситуация. Вероника появляется в открытой входной двери. Сайлас разворачивается и делает несколько шагов к ней. “ В чем дело? С детьми все в порядке? “ Да, Сесилия с ними в игровой. Но... — Ее слова прерывает пронзительный вопль. Через несколько секунд Ной и Гейб подходят к двери, держа в руках свернутую накидку на Морган. “Я думаю, у нее схватки”, - говорит Гейб с легким румянцем на лице. “ААААА!!!” - кричит Морган, пригибаясь ниже, пока парни пытаются поддержать ее. “Да, определенно рожаю”, - добавляет Ноа. “ Черт возьми! - Бормочет Клэй, прежде чем броситься к своей жене. “ Ну, похоже, мы все направляемся в больницу. Сайлас недоверчиво смеется, проходя мимо всех и спеша в дом. “ Мы останемся с детьми, ” говорит Ронни Сайласу. “ Вы с Сесилией отвезете их в больницу. Морган сказала, что ее сумки уже в их машине. - Мы отвезем Эмму на ее машине, - говорит Нэнси, пока Грейсон и Эндрю помогают ей дойти до большого внедорожника. “Давай, поехали”. Обри берет меня за руку и начинает тянуть к нашим машинам, припаркованным вдоль тротуара, но я останавливаю ее, замечая, что она дрожит. “Подожди, где твое пальто?” “ О, это внутри, дай я возьму. Я выбежала и только успела надеть ботинки. Она смотрит на меня, отпускает мою руку и грустно улыбается. “Я действительно сожалею об этом, Шейн...” Ее взгляд падает на мои порезы. “ Все в порядке, Ангел. Это не твоя вина. Я обхватываю ее щеку, потирая большим пальцем взад-вперед по ее холодной коже. “ Но разве это не так? Ее глаза влажно блестят. “ Нет, милая. Не вини себя за гнев своего брата. Я в порядке, и все будет хорошо, я обещаю. Я прижимаю ее к своей груди, целую в макушку и повторяю эти слова. - Я обещаю. ---------- Глава одиннадцатая Глава одиннадцатая Шейн Написано звездами. Мы все прибываем в больницу одновременно — Сесилия входит раньше всех нас, зовет медсестру и все очень прямо объясняет. “У нас тридцатишестинедельная беременная женщина с двойней в родах”, - она указывает на Морган, которая сейчас сидит в инвалидном кресле и плачет из-за схваток, которые, кажется, становятся все ближе и ближе. — “тридцатиоднолетняя, также беременная двойней, которая поскользнулась на льду”, — она указывает пальцем на Эмму, которая выглядит немного страдающей и держится за живот, - “и он поссорился, и ему нужно осмотреть порезы”. “Вау, хорошо”. Медсестра смотрит широко раскрытыми глазами, прежде чем приступить к действию, приказывая другой медсестре взять Эмму, пока она идет к Морган. “Сэр, присаживайтесь, вас скоро примут”, - говорит она мне, затем быстро уходит с Клэем и Морган. Мы с Обри занимаем два стула, Сайлас, Сесилия, Нэнси и Эндрю делают то же самое. По тому, как мой Ангел смотрит на свои руки, я могу сказать, что она все еще винит себя в том, что произошло. И когда она подносит большой палец ко рту, это прямое подтверждение. Я беру ее за запястье, прежде чем ее палец успевает коснуться зубов, и вместо этого подношу его ко рту, целуя внутреннюю сторону ее запястья. “Ангел, прекрати. Ты не сделал ничего плохого. Она поднимает на меня взгляд, глаза наполнены непролитыми слезами, и мое сердце сжимается. “Что, если мы совершаем ошибку… Что, если мы торопимся, или нас просто ослепляет похоть… Я никогда всего этого не делала, Шейн. Я не знаю, как определить разницу. По щекам скатывается слеза. “Что, если мы ошибаемся в своих чувствах и приведем ребенка в этот мир, когда нам не суждено быть вместе вечно?” - шепчет она, и мое сердце разбивается с каждым новым словом, слетающим с ее губ. Отпуская ее запястье, я встаю со стула и опускаюсь на колени у ее ног, обхватив ее щеки ладонями. “ Нет, милая. Не говори так. Даже не думай об этом. То, что происходит между нами, на сто процентов реально. Я никогда в жизни не чувствовал ничего более реального. Я никогда ни в чем не был так уверен в этом мире. Наш ребенок - это просто жизнь, доказывающая нам, что это реально, что мы созданы друг для друга ”. Я наклоняюсь, целуя ее влажные, чувственные губы, на которых теперь осталось еще несколько слезинок. “Я верю, что наша судьба была предначертана давным-давно, что каждая встреча, которая у нас была с тех пор, как мы встретились, должна была произойти. Разве ты не понимаешь, Обри? Мы были записаны в звездах на протяжении многих лет”. - Шейн, - шепчет она мое имя, когда ее глаза закрываются, и она выдыхает. Не позволяй этим неуместным сомнениям и обвинениям затуманивать твое сердце и разум тем, что, как ты знаешь, реально. Потому что я знаю, ты чувствуешь это, Ангел. В глубине души я знаю, что ты знаешь, что это реально. “ Хочу, ” выдыхает она мне в губы. - Хочу. Я целую ее еще несколько раз, пока не чувствую, как на ее губах появляется улыбка. Я знаю, что у нас есть зрители, но мне все равно. Моей девочке нужно немного взбодриться, и это все, что имеет для меня значение в данный момент. Когда я, наконец, отстраняюсь и возвращаюсь на свое место, я вижу, что Нэнси сияет, глядя на нас так же, как и Сесилия. “Я думаю, это была самая романтичная вещь, которую я когда-либо слышала”, - говорит мне Нэнси, кладя руку мне на предплечье. “ Эй, я все время говорю тебе романтические вещи. Эндрю хмуро смотрит на свою жену. “ Просить меня постирать твою одежду и почесать ноги не романтично, Дрю. Прекрати пытаться украсть момент у нашей девочки. Она закатывает на него глаза, прежде чем снова сфокусироваться на мне и Обри. Она убирает свою руку от меня и тянется к руке своей дочери. “Милая, тебе не в чем себя винить. Это было несчастье, но в нем не было твоей вины. Ты всегда знала, каким становится твой брат, когда он эмоционален, особенно когда это касается тебя. Грейсон любит тебя и желает тебе только лучшего. “Но это все, мама. Почему он этого не видит?” - спрашивает она с разбитым сердцем. “ Потому что он все еще видит в тебе маленькую девочку, которой ты когда-то была. Потому что он не видел, насколько хорошо вы двое подходите друг другу. Он знает вас обеих по отдельности, но как только у него появится шанс увидеть вас вместе, он увидит то, что видим все мы. Что вы родственные души. Она сжимает ее руку. - Надеюсь, ты прав, - шепчет Обри, все еще выглядя немного неуверенно. “ Ну, хватит об этом. Полагаю, вас следует поздравить. Улыбка Нэнси становится шире, когда она вскакивает со стула и обнимает дочь. “О, я не могу поверить, что у моей маленькой девочки будет ребенок! Я так счастлива за вас двоих”. Теперь Обри улыбается — благодаря принятию родителей с ее плеч свалился груз. Это то, что ей было нужно, - знать, что люди будут рады за нас. “Спасибо тебе, мама”. Затем Нэнси подходит ко мне и тоже обнимает. “Спасибо, что делаешь мою дочь счастливой”, - шепчет она мне на ухо. - Это единственное, чем я планирую заниматься всю оставшуюся жизнь, миссис Форд, - честно отвечаю я. Она хихикает, делая шаг назад. “О, пожалуйста, ты можешь называть меня Нэнси. И не смей называть его "мистер Форд ’, это ударит ему прямо в голову. Она указывает на своего мужа. “Теперь ты часть нашей семьи, Шейн. Нет необходимости в формальностях”. Эндрю тоже подходит, поздравляет нас обоих и улучает лишнюю минуту, чтобы обнять свою дочь. Затем появляется Сесилия, берущая Обри на руки. “И вот мы шутили о том, что я буду следующей беременной. Я счастлива, что это ты, ты так сильно это заслуживаешь, Брей ”. Затем она подходит ко мне, и это объятие получается гораздо более неловким, учитывая нашу разницу в росте. Я по крайней мере на целый фут и несколько дюймов выше нее. “И я думаю, в каком-то смысле это все благодаря мне”. Она хихикает. “Знаешь, с тех пор, как я вас познакомила и продолжала сводить”. Я не могу удержаться от смеха. “ Да, мы должны поблагодарить тебя. Хотя я думаю, что все равно нашел бы к ней дорогу. Я наблюдаю за Обри со стороны, как Сайлас по-братски обнимает ее. “ Ты идеально подходишь ей, Шейн. Я знал это с самого начала. Она похлопывает меня по груди и возвращается на свое место как раз в тот момент, когда ко мне подходит ее муж. У нас с Сайласом всегда были странные отношения. Он мой основной игрок, и мы также играли друг с другом на льду, когда он был новичком. Но я также считаю его другом. “Поздравляю, тренер. Я рад за вас, ребята, - говорит он, пожимая мне руку и заключая меня в мужественные объятия. “Но я чувствую, что должен сказать это от имени Грейсон. Причинишь ей боль, и я переломаю тебе ноги”. “ Понятно. Я смеюсь. - Хотя у меня нет намерений когда-либо причинять ей боль. “ Хорошо. Он кивает, делая шаг назад. “ И еще, не беспокойся о Форде. Я буду иметь с ним дело на льду столько, сколько смогу”. “Я ценю это, Хейз. Скорее всего, я попрошу Рэнди взять на себя тренировки на следующие несколько дней, по крайней мере, пока он немного не остынет ”. Рэнди - один из двух помощников тренера команды. Обычно он отвечает за защитников, но я уверен, что он не будет возражать против еще большего усиления. По сути, он моя правая рука за скамейкой запасных, и я знаю, что могу доверять ему в этом. “ Возможно, это было бы разумно. Сайлас натянуто улыбается мне, полный сочувствия, пока его глаза блуждают по моему лицу и нанесенному ему ущербу. Час спустя меня наконец осматривает медсестра, и, как я и думал, промывая мои раны, она сообщает мне, что мне не понадобятся никакие швы. Затем она велит мне наложить несколько холодных компрессов на мои синяки, о чем я уже знала, но выражение облегчения на лице Обри оправдывает долгое ожидание и потраченное впустую время. Когда мы возвращаемся в комнату ожидания, я слышу, как работают ее мысли, когда она смотрит себе под ноги. Я тяну за наши переплетенные руки, заставляя ее остановиться и повернуться ко мне. - В чем дело, Ангел? Она делает глубокий вдох, убеждая себя высказаться. - У Грея будут неприятности из-за того, что он тебя ударил? Я качаю головой. “ Нет, я не собираюсь никому рассказывать о том, что произошло, и не думаю, что мальчики тоже. То, что произошло сегодня вечером, не имеет никакого отношения к команде; это личное дело, и оно будет улажено таким образом. Я не буду наказывать твоего брата за выражение его чувств ”. Она подходит ко мне, обнимает за талию и кладет голову мне на грудь. - Я просто не хочу, чтобы у вас обоих из-за этого были проблемы. Я не смог бы жить в мире с самим собой, если бы кто-то из вас потерял работу из-за меня”. “ Этого не случится, милая. Мы оба взрослые мужчины, и я думаю, что твой брат достаточно умен, чтобы отделять свои личные чувства от игры. - Надеюсь, ты прав, - шепчет она. Когда мы наконец возвращаемся в комнату ожидания, Грейсон стоит рядом со своими родителями, и моя спина мгновенно выпрямляется. Я не уверен, как он отреагирует, увидев, что я все еще здесь, но мне все равно. Если моя девушка хочет, чтобы я был здесь, то я буду там. Когда Обри замечает его, она подбегает к нему и кладет руку ему на бицепс. “ Как Эмма? С ней все в порядке? А дети?” Взгляд Грейсона встречается с моим, и я практически чувствую кинжалы, которые он в меня метает. Затем он переводит взгляд на свою сестру, стряхивая с себя ее руку и делая шаг в сторону. “С ними все в порядке. Ты и твойпарень теперь можете уходить, - говорит он с ядом в голосе. Я вижу боль в глазах Обри, то, как слегка дрожат ее руки, то, как подергивается горло, словно она глотает слезы. “Я никуда не ухожу. Моя семья здесь; это то, где я должна быть”. Она стоит на своем, несмотря на дрожь в голосе. Грейсон усмехается. “О, теперь семья для тебя важна? Я мог бы поклясться по-другому”. Ее лицо морщится, когда она проигрывает борьбу со своими эмоциями, ее шея краснеет. Я шагаю быстро, оборачивая руку вокруг ее талии и потянул ее к моей груди. “Хватит!” Я лаю на него с властью я использую на льду. Я многое стерплю от него, но причинение боли моему Ангелу не войдет в их число. У него сводит челюсть, и я могу сказать, что он хочет что-то сказать в ответ, но передумывает и поворачивается к нам спиной, обращаясь к своим родителям. “Они оставляют Эм на ночь для наблюдения на случай, если осенью у нее начнутся преждевременные роды. Но если все будет хорошо, утром мы отправимся домой”. “Давай надеяться на лучшее”, - говорит его отец, кладя руку ему на плечо и слегка сжимая. “Теперь вы можете возвращаться в дом, я уверен, что Ронни, Гейб и Ноа захотят увидеть близнецов Беркли, когда они приедут”, - говорит Грейсон своим родителям. “ Конечно, мы присмотрим за детьми, пока вы все не вернетесь. ” Нэнси обнимает сына. “ Держи нас в курсе событий с Эммой. Я позвонила Лансу раньше, чтобы рассказать ему о том, что произошло. “ Да, он уже позвонил Эмме, чтобы проведать ее. Грей кивает. “ Позже мы созвонимся по видеосвязи, чтобы пожелать Грейси спокойной ночи. Он обнимает своих родителей и затем уходит, даже не взглянув на сестру, как будто она не стояла прямо у него за спиной. Я чувствую, как она дрожит в моих объятиях, отчаянно пытаясь сохранить контроль. Нэнси подходит к дочери и крепко обнимает ее в утешительном объятии. “Все будет хорошо, просто будь сильной, моя прекрасная девочка”, - шепчет она ей на ухо, прежде чем поцеловать в макушку. Затем Нэнси поворачивается, чтобы посмотреть на Сесилию и Сайласа. “Не беспокойся о Данте, мы будем присматривать за ним столько, сколько тебе нужно”. “ Вообще-то, моя мама должна заехать за ним с минуты на минуту. Но спасибо за предложение. Сайлас улыбается, когда они все прощаются. Три часа спустя Беркли выходит из двойных дверей, куда они привели Моргана, с измученным выражением лица, но гордая усмешка, растянувшаяся на его губах, быстро затмевает ее. “Готова познакомиться с двумя новыми членами нашей маленькой семьи?” спрашивает он хриплым голосом. Все вскакивают на ноги, включая Обри, которая берет меня за руку и тянет за собой. Какая-то часть меня чувствует, что я вторгаюсь в этот интимный момент между друзьями. Я знаю, они всегда включали меня везде, где могли, но мне всегда казалось, что это было из уважения, а не потому, что они действительно хотели, чтобы я был там. Но я полагаю, тот факт, что мы с Обри сейчас вместе и создаем нашу собственную семью, изменит все это. “ Нам нужно вести себя тихо. Морган отдыхал, когда я выходил из комнаты, - инструктирует Клэй, открывая дверь и впуская всех внутрь. Входя, Обри отпускает мою руку, и я останавливаюсь в дверях рядом с Клэем. “ Я могу подождать здесь. Я не хочу вторгаться в этот особенный момент”. “Я понимаю, что это, должно быть, странно, тренер. Это странно для всех нас. Но то, что ты с Обри, означает, что ты присоединился к нашей маленькой семье. Тебе место, и тебе рады везде, где бы мы ни были, включая эту комнату. Я знаю, что Обри хотел бы, чтобы ты была там, и я знаю, что моя жена тоже хотела бы ”. Он кивает, приглашая меня войти вместе с остальными. - Спасибо, Беркли. Я тепло улыбаюсь и захожу внутрь. Клэй всегда был одним из игроков, которых я больше всего старался читать. Он тихий и большую часть времени кажется почти задумчивым, но он никогда по-настоящему не ввязывается в драки и даже не злится. Единственный раз, когда я видел, чтобы он на кого-то злился, был Сайлас, когда это касалось какого-то проступка по отношению к Сесилии. Этот мужчина верен до мозга костей, когда дело касается его семьи. Но он также отличает добро от зла и не боится дистанцироваться от кого-то, когда он не прав, даже если это его лучший друг. Он всегда смотрит на картину в целом, прежде чем судить кого-то; это то, что делает его отличным альтернативным капитаном, и у меня такое чувство, что именно этим он сейчас и занимается. Несмотря на свою тесную дружбу с Грейсоном, он видит, что я не собираюсь никуда уходить, и предпочитает принять это, а не бороться с этим. Войдя в тихую палату, я нахожу Веронику с Ноем и Габриэлем, которые смотрят в одну из больничных колыбелей на крепко спящего маленького ребенка в синей шапочке. Сесилия и Сайлас находятся рядом с Морган, которая, кажется, медленно пробуждается от своего недолгого сна. Я подхожу к ним, когда Морган поднимает голову и улыбается мне. Наклоняясь, я нежно целую ее в щеку. - Поздравляю, Морган. “Спасибо тебе, Шейн”, - нежно говорит она с усталыми глазами. Я поворачиваюсь и подхожу к своему Ангелу, который стоит рядом со второй люлькой, в которой лежит крошечный сверток в розовой шапочке. К краю пластиковой корзины приклеена маленькая бирка с надписью "Тринити". Глаза Обри мерцают, когда она смотрит на маленькое чудо с мягкой улыбкой на губах. Она смотрит на меня, прикусив губу, затем переводит взгляд на Морган, которая наблюдает за нами. “Могу я забрать ее?” “Конечно”, - тихо говорит Морган с теплой улыбкой, украшающей ее губы. Обри осторожно поднимает закутанную новорожденную и держит ее на руках, прижимая к груди. Она поднимает палец, проводя по своей одутловатой щеке легким, как перышко, прикосновением. - Она такая красивая, - шепчет она, когда я подхожу ближе. Я кладу одну руку ей на спину, другую - на плоский живот, который скоро начнет расти вместе с нашим собственным ребенком. “Я надеюсь, что у нас родится девочка и что она будет в точности похожа на тебя”. Обри смотрит на меня с преданностью, написанной на ее лице. “Надеюсь, у нее твои глаза”, - шепчет она мне, и я не могу удержаться, чтобы не наклониться и не поцеловать ее красивые губы. Подумать только, такими будем мы через несколько месяцев. Я никогда не мог предположить, что наша жизнь так быстро пойдет по этому пути. Все между мной и Обри развивалось со скоростью улитки, и теперь мне кажется, что мы запрыгнули на скоростной поезд, не планируя выходить.Я бы не хотел, чтобы было по-другому. Я знаю, что у нас будут проблемы на этом пути, особенно когда речь идет о ее брате, но мы справимся. У меня нет планов когда-либо отпускать Обри. Она - женщина, которую я так долго любил издалека, а теперь я могу полюбить ее вблизи. Может ли жизнь стать хоть немного лучше? ~ Два дня спустя ~ Мальчики только начинают кататься по утрам, и, как и было предсказано, Форд ведет себя как осел. Каждый раз, когда я пытался поговорить с ним о чем-либо, связанном с его игрой, он либо игнорировал меня, либо отвечал какой-нибудь язвительной репликой. Я пока оставляю это без внимания, поскольку рана все еще свежа, но если это начнет мешать нашим занятиям и играм, мне нужно будет быстро поставить его на место. Как я и ожидал, Рэнди был более чем счастлив возглавить morning skate, но я все еще здесь, чтобы смотреть издалека. Наблюдать за всем по-прежнему моя работа. Когда я вчера пришел в офис, всем было любопытно узнать, что произошло. Я держался туманно, поскольку это действительно не их дело, и я пообещал своей девушке, что ничего не скажу. Я выполняю свои обещания. Конечно, когда Пол загнал меня в угол в моем офисе, требуя ответов, лгать ему было трудновато. Я доверяю Полу, но он также тот, кто может доставить мне некоторые проблемы, если до него дойдут слухи о Форде. В конце концов я сказал ему, что какой-то пьяный парень вел себя как придурок по отношению к моей девушке, а когда я попросил его отвалить, дело дошло до рукоприкладства. По большей части он, казалось, верил в это, но в его глазах был намек на скептицизм. И я уверен, что как только он увидит поведение Грейсона и точно узнает, кто моя девушка, он сложит все воедино. Я просто надеюсь, что к тому времени Грей остепенится и все вернется в норму. Одно дело, когда игроки ненавидят друг друга, что случается чаще, чем мы думаем, но совершенно другое, когда в этом замешан один из тренеров. Тренеров легко заменить, а великих игроков - нет. Рэнди инструктирует ребят выполнить несколько упражнений, уделяя особое внимание конкретным навыкам, которые им необходимо улучшить, затем подходит на коньках ко мне, стоящему за досками. Он останавливается, опираясь локтями о стену и не сводя глаз с парней. - Не могли бы вы рассказать мне, что у Форда на уме и почему ему захотелось испортить ваше хорошенькое личико? При упоминании моего разбитого лица я высовываю язык и облизываю медленно заживающий порез на губе. “Я должен был догадаться, что ты не купишься на мою дерьмовую историю”. “ Ну, он действительно продолжает смотреть на тебя так, словно готов убить, так что сложить кусочки воедино было несложно. К тому же, я знаю, как сильно ты любишь кататься по утрам, так что для тебя отказ от этого означает, что ты избегаешь его. Рэнди пожимает плечами с понимающей ухмылкой, почесывая свою короткую светлую бороду. “ Я не избегаю его. Я просто даю ему время остыть, не находясь постоянно у него на виду, - сообщаю я ему. Он смеется. “Конечно, конечно. Итак, ты собираешься мне сказать?” Я вздыхаю, глядя на свои записи в руках. “Мы с Обри встречаемся”. Он на секунду хмурится, пока до него не доходит. “ Его сестра? Я киваю. “ Он серьезно ударил тебя, потому что ты встречаешься с его сестрой? Он понижает голос, когда несколько игроков подходят ближе. Я жду, пока они отъедут и мы снова останемся одни. “ Нет, он ударил меня, потому что она беременна. Мое сердце наполняется радостью при упоминании о нашем ребенке. Чем больше проходит дней, тем больше я волнуюсь по поводу отцовства. Голова Рэнди дергается в мою сторону с широко раскрытыми глазами. “Чувак ...” Я хихикаю над его реакцией. - Значит, у вас двоих все серьезно? Я ухмыляюсь. - Да, настолько серьезно, насколько это возможно. “ Черт возьми, чувак. Поздравляю! Он хлопает меня по спине. “Самое время тебе сделать шаг к этой девушке”, - говорит он, смеясь. Рэнди всегда замечал мое влечение к Обри, в основном из-за того, что я не могу оторвать от нее глаз, когда она приходит на игру. Парень уделяет сумасшедшее внимание деталям и замечает все, что делает его отличным помощником тренера и, надеюсь, однажды великим главным тренером. И, конечно, с моей удачей, Грейсон случайно проходит мимо, когда Рэнди делает свой комментарий. Его голова поворачивается ко мне с убийственным взглядом; внезапное отвлечение заставляет его врезаться в Ольчкова, одного из защитников. И вместо того, чтобы просто отмахнуться от этого и извиниться, он позволяет своему темпераменту взять верх, отправляя его на землю резким толчком в грудь. Ольчков быстро поднимается на ноги, толкая Грейсона в грудь. - В чем, черт возьми, твоя проблема, чувак?! “ Форд! - Зову я. Думаю, разговор состоится скорее раньше, чем позже. Он игнорирует меня, поворачиваясь к нам спиной. “ФОРД! Тащи сюда свою задницу! Когда он все еще не поворачивается, я готовлюсь сам ступить на лед и оттащить его за шиворот. “СЕЙЧАС ЖЕ!” Обычно я не кричу на своих игроков, но сейчас наступил один из таких моментов. Наконец, он поворачивается ко мне и подходит, шлепая по доскам, но не смотрит в глаза. Рэнди одними губами произносит “Удачи” и отъезжает, возвращая свое внимание к остальным игрокам. “Слушай, я понимаю. Я тебе сейчас не нравлюсь, это нормально. Но отбрось свои гребаные чувства, когда будешь там. Дело не только в тебе, дело в команде, дело во всех них. Ты портишь не только свою карьеру, но и их тоже. Если ты облажаешься , облажаемся мы все, - строго говорю я ему, понизив голос, чтобы наш разговор остался между нами. Затем я указываю на двери, ведущие к выходу. “Итак, когда мы там, злись на меня сколько хочешь, посылай меня нахуй, делай все, что захочешь”, — я указываю пальцем на лед, где находится остальная команда, — “но когда мы здесь, или в раздевалке, или на игре, ты откладываешь это дерьмо на второй план и играешь как профессионал, которым ты и являешься. Я ясно выражаюсь?” Его лицо каменеет, челюсти плотно сжаты, когда он сглатывает, затем коротко кивает мне. “Кристал”. “ Хорошо. А теперь возвращайся и извинись перед Олчковым. Я не хочу, чтобы это дерьмо повторилось снова, - говорю я ему, когда он отъезжает. Я вздыхаю, зная, что, скорее всего, это не последний раз, когда мы разговариваем подобным образом. Внезапно у меня в кармане начинает звонить телефон, и я вытаскиваю его, улыбаясь, глядя на экран. Это групповой видеозвонок от моих родителей и трех сестер, скорее всего, чтобы согласовать какие-то последние детали к моему дню рождения через две недели. Они должны приехать и пожить у нас с Обри два дня. Я с нетерпением жду, когда она познакомится с ними, и я знаю, что они не могут дождаться встречи с ней. Я подношу свой телефон Рэнди и Джонатану, другим нашим помощникам тренера, а также Стиву, тренеру вратарей, давая им знать, что выхожу ответить на звонок. Когда все они кивают, я отвечаю на видеовызов и выхожу с арены. “Привет, ребята”. Я улыбаюсь, когда их лица заполняют мой экран. “ Господи, Шэй! Что с тобой случилось? Иден, младшая из трех моих сестер, спрашивает, широко раскрыв глаза. “А я-то думала, что твои боевые дни закончились”. Мама с глубоким вздохом качает головой. “Дорогая, пожалуйста, скажи мне, что есть ценное объяснение нынешнему состоянию твоей внешности?” “ Все в порядке. Беспокоиться не о чем. Я улыбаюсь, несмотря на боль в уголке глаза, где у меня синяк. Я даже не забочусь о своем лице — я счастлива, и моя жизнь прекрасна. Мне не на что жаловаться. “ Он действительно выглядит вполне счастливым. Что с тобой происходит, братишка? Фиби ухмыляется, прищурив глаза, как будто пытается прочитать меня через камеру. “На самом деле, я счастлив. Более чем счастлив”. Все они терпеливо ждут, когда я объясню причину своей внезапной радости. “Я собираюсь стать отцом”. ---------- Глава двенадцатая Глава двенадцатая Обри Персиковые кексы по-королевски. ~ Две недели спустя / февраль ~ Сегодня день рождения Шейна, и я взволнована. Мне никогда не приходилось отмечать день рождения парня, поэтому я не совсем уверена, чего от меня ожидают. Но я думаю, что это почти такой же день рождения, как и любой другой. За исключением того, что моя работа как его девушки - дарить ему любовь и привязанность и сделать этот день для него лучшим из возможных. Но я также очень нервничаю, потому что именно сегодня я познакомлюсь с его семьей. Шейн продолжает говорить мне, что мне не о чем беспокоиться, что они уже любят меня. Но я ничего не могу с этим поделать. Последние несколько дней это выбивало меня из колеи; я не знаю, чего ожидать. Что, если я не соответствую их стандартам? Я не такой богатый и хорошо образованный, как они, — что, если для них это обязательное условие? Но Шейн сказал мне, что это не так, что, несмотря на богатство его семьи, они такие же, как мы. Он даже сказал, что они были рады новости о ребенке, так что, я думаю, это уже кое-что. Два дня назад нам сделали наше первое ультразвуковое исследование, на котором мы смогли послушать сердцебиение нашего маленького крошки, наблюдая за его мерцанием на экране. Это был эмоциональный момент для нас обоих. Сначала я думала, что мне придется идти на прием одной, так как Шейн был на работе. Но потом он удивил меня, появившись в доме как раз в тот момент, когда я выходила. Когда я спросила, что он делает, он сказал, что не мог пропустить первую встречу с нашим ребенком. Я бросилась в его объятия и не отпускала добрых три минуты. Он понятия не имел, как много это для меня значило. На сегодняшний день я официально на девятой неделе беременности. У меня по-прежнему нет никаких симптомов, и мой врач сказал, что это совершенно нормально и что я должна считать себя счастливицей. Хотя последние несколько недель я была взволнована, у меня такое чувство, что это больше связано с моим братом, чем с беременностью. Грейсон по-прежнему не разговаривает со мной. Прошло больше двух недель, а он по-прежнему даже не смотрит на меня. Я пыталась звонить, писать сообщения, даже появляться дома, но он не хочет иметь со мной ничего общего, и это разрушает меня изнутри. По крайней мере, он все еще пускает меня в свой дом, но у меня такое чувство, что это заслуга Эммы, а также потому, что мои родители все еще живут с ними. Все продолжают говорить мне, что он одумается, что ему просто нужно время, чтобы все обдумать. Но как он может это сделать, когда он даже не знает всей истории? По его мнению, мы с Шейном переспали, я забеременела, и теперь мы решили стать парой ради ребенка. Но это не могло быть дальше от истины. Он не знает, как сильно мы тосковали друг по другу все эти годы, как трудно нам было держаться на расстоянии, притворяться, что этого влечения не было. Я просто хочу, чтобы он позволил мне все объяснить. Я отбрасываю все эти негативные мысли прочь и сосредотачиваюсь на настоящем. Сегодня день Шейна, и я запланировала небольшое собрание для него этим вечером. Его семья должна приехать незадолго до полудня, и они останутся до завтра. Я просто надеюсь, что они не против пригласить на ужин еще несколько человек. Черт возьми, я даже не знаю, любит ли Шейн вечеринки… Может, он просто хотел провести день со своей семьей и ни с кем больше… Наверное, мне следовало спросить, но теперь уже слишком поздно. Я проснулась очень рано, чтобы приготовить маленькое угощение для Шейна до того, как он проснется. Я знаю, что кексы - не самое лучшее, что можно съесть первым делом с утра, но это всего лишь один из них. Плюс, Шейн регулярно тренируется, и мы редко проводим утро вместе. Сегодня один из тех немногих дней, когда Шейн не ходит в офис, что бывает крайне редко. Он практически работает двадцать четыре часа в сутки, семь дней в неделю. Даже когда он дома, он смотрит клипы на своем планшете или работает в своем офисе, делая заметки и делая все остальное, что он делает. Обычно меня это не беспокоит, поскольку я часто работаю по вечерам и возвращаюсь домой только после полуночи, но я действительно наслаждаюсь теми редкими моментами, когда мы бываем вместе. Вот почему я беру выходной, чтобы провести его с ним. Хотя в электронном письме, которое я только что получил об отправке, которая будет произведена сегодня, а не завтра, говорится, что мне придется пойти на работу, чтобы хотя бы забрать ее. Я доверяю сотрудникам утренней смены расставить все по своим местам, но мне нравится быть там, когда прибывает посылка, поскольку, кажется, всегда возникают проблемы с заказом. Я вздыхаю, когда заканчиваю покрывать глазурью из сливочного сыра бирюзового цвета дюжину кексов с персиковым вкусом, которые я испекла, вынимаю один и добавляю оранжевую свечку прямо в центр. Я беру зажигалку из второго ящика справа от кухонного столика и направляюсь в нашу спальню, оставляя остатки кексов на тарелке в центре кухонного столика. С тех пор, как я узнала, что беременна, я проводила каждую ночь в доме Шейна, или, как он любит мне напоминать, внашем доме. Даже когда он уезжает с командой, я прихожу домой ночью и забираюсь в нашу постель в одной из его футболок. Я познакомилась со всем персоналом Шейна. Очевидно, Марианна и его шеф-повар Антуан не единственные, кто работает на Шейна. Их там целая команда, но в отличие от экономки и шеф-повара, которые приходят почти ежедневно, остальные бывают здесь только раз в неделю. Я не понимал, зачем понадобилось так много людей, но, проведя здесь почти четыре недели на ежедневной основе, теперь я понимаю, как, должно быть, трудно правильно убирать это место самостоятельно. Я медленно, как можно тише открываю дверь в нашу комнату и на цыпочках пробираюсь внутрь. Оказавшись у кровати, я быстро зажигаю свечу и кладу зажигалку на прикроватный столик. Затем я забираюсь на кровать, держа в руке маленький тортик, и подползаю к нему, опускаюсь на колени рядом с ним и осторожно убираю несколько прядей волос с его лица. Боже, он такой красивый, что у меня всегда перехватывает дыхание. Как я оказалась в объятиях этого великолепного мужчины, выше моего понимания. Но я бы ничего не стала менять. Он лежит на спине, одна рука закинута за голову, другая покоится на обнаженной груди, светло-серые простыни укрывают его от бедер до колен. “ Шейн, - тихо зову я его по имени, заправляя волосы за ухо и наклоняясь, чтобы поцеловать его, все это время держа кекс подальше от себя, чтобы ничего не подгорело. “Милая, просыпайся”. Его рука поднимается, скользя по моим волосам, и он притягивает меня для еще одного поцелуя. - Доброе утро, Ангел. - С днем рождения, - шепчу я, улыбаясь ему в губы, прежде чем отстраниться и поставить кекс между нами. Он открывает глаза, несколько раз моргает, и на его губах появляется трогательная улыбка. - Ты испекла мне кекс? “ Я так и сделала. Я хихикаю. Еще я испекла ему торт на вечер, но он об этом не знает, потому что он все еще в пекарне. Я попрошу Ронни забрать его до того, как она придет на ужин. “ Тебе следует загадать желание и задуть свечу, пока глазурь не растаяла полностью. Я мягко улыбаюсь, наблюдая, как она медленно капает. Он садится, берет маленькую тарелочку из моих рук и смотрит на торт с тоской в глазах. “Нет ничего, чего я мог бы пожелать, чего у меня уже нет”, - говорит он мне, заглядывая глубоко в мои глаза. Мое сердце замирает от его комментария, и если бы у него в руках не было зажженной свечи, я бы бросилась в его объятия. - Вообще-то, есть одна вещь, - говорит он, затем наклоняется, закрывает глаза и задувает свечу. “ Чего ты хотел? - Спрашиваю я, чувствуя, как сердце колотится в груди. - Чтобы ты стала моей женой. В моем горле образуется комок, а лицо начинает гореть. Внезапно становится трудно дышать, и голова начинает кружиться. “Шейн...”Я к этому не готов. Я хочу этого, да, но еще слишком рано. “ Я знаю, - тихо говорит он, поглаживая большим пальцем мою щеку. “ Я не говорю сейчас, я просто говорю, что мне бы этого хотелось. Все, что я могу сделать, это кивнуть. Он кладет кекс рядом с собой и обхватывает обе мои щеки. “ Эй, прости. Я не хотел заставлять тебя паниковать. Это была просто мысль, Обри. Я не делаю предложения. - Я знаю. Но это не первый раз, когда он намекает на брак, и я не знаю, что с этим делать. Между нами все происходит так быстро. Я смирилась с тем, что мы встречаемся, практически переезжаем, у нас есть ребенок. Но брак? Просто мне нужно время, чтобы все переварить. Он страстно целует меня, затем снова берет кекс, снимая оболочку, прежде чем откусить от него. Мой мужчина не может устоять перед моими сладостями, независимо от времени суток. Он счастливо вздыхает, затем хмурится, откусывает еще кусочек и стонет. Выражение его лица заставляет меня хихикнуть, и я точно знаю, откуда это легкое замешательство. “Что это? Это потрясающе, но я не могу определить вкус”, - говорит он, разглядывая внутреннюю часть кекса. “ Персик. Я прикусываю губу, не уверенная, как он отреагирует. Я знаю, что он не любит персики, но, кажется, его не беспокоит, если в них много сахара. Его брови взлетают до линии роста волос. “ Персики? Я не люблю персики. “ Ну, тебе, кажется, понравился кекс. Я смеюсь, когда он отправляет остаток в рот. Он отодвигает тарелку и салфетку в сторону и обнимает меня, когда переворачивает нас на кровати, укладывая меня на спину и перекатываясь через меня. “Как ты можешь быть такой совершенной и делать все таким вкусным? Что за колдовство ты используешь против меня, женщина?” Я смеюсь, когда он целует меня в шею и покусывает за подбородок. - Это маленькое заклинание, которое я выучила в пятом классе, называется “заставь его влюбиться в тебя. ” Потребовалось несколько попыток, но, думаю, я наконец-то освоилась с ним, - шучу я с весельем в голосе. Шейн каким-то образом заставляет меня чувствовать себя такой беззаботной, что я могу сказать все, что угодно, и не смущаюсь из-за этого. Даже мое проклятие краснеть, кажется, начинает ослабевать. Не поймите меня неправильно, я все еще сильно краснею, но я бы сказал, что это происходит только в семидесяти пяти процентах случаев, а не в девяноста восьми процентах.Довольно хороший прогресс, на мой взгляд. Он поднимает взгляд, его голубые и зеленые завитки впиваются в мои светло-коричневые. “Это определенно работает”, - шепчет он, когда у меня перехватывает дыхание, а желудок делает сальто. Мы еще не произнесли эти три маленьких слова, но я могу сказать, что они приближаются, судя по тому, как часто мы на них намекаем. Я хотела сказать это ему с той самой первой ночи, когда он поцеловал меня, но я боюсь. Я никогда не говорила этого никому, кроме своих друзей и семьи. Что, если я скажу это, а он не ответит? Как Эмма сделала с Грейсоном. Она любила его, но не была готова сказать это. Что, если Шейн такой же? Это раздавило бы меня... Его пальцы путешествуют вверх по моему обнаженному бедру, под подол его рубашки, которая на мне надета. Он сжимает мои ягодицы, пока его губы скользят по ключице и спускаются к груди, где он посасывает мой возбужденный сосок через белую ткань. - Ммм, Шейн, мы не можем, - хнычу я, желая, чтобы мы могли. “ Почему бы и нет? У нас никогда не бывает утра. Я здесь, ты здесь, а моя семья приедет только через несколько часов. Он перемещается на другую мою грудь, проделывая то же самое и оставляя влажные следы своим ртом. “ Потому что мне нужно ненадолго зайти в пекарню. Сегодня утром была сделана доставка, которая должна была прибыть завтра. Я раздраженно вздыхаю. Это происходит уже в третий раз за две недели. Шейн поднимает голову, хмуро глядя на меня сверху вниз. “Опять? Господи. Тебе действительно нужно найти нового поставщика. Очевидно, что на них нельзя положиться”. Он знает все об этом конкретном поставщике. Со всеми остальными у меня нет проблем; все всегда делается профессионально, без ошибок. Но в этот раз всегда что-то не так, и я ловлю себя на том, что каждый раз вываливаю это Шейну. “ Я знаю, я работаю над этим. ” Я вздыхаю, отводя взгляд. Я чувствую, что в последнее время так много всего происходит, и все это только усиливает мой стресс. Он отпускает мои ягодицы и убирает волосы. “ Я займусь этим для тебя сегодня. Я уверен, что знаю кое-кого, кто кого-то знает. “Ты не обязан этого делать, Шейн. Ты и так работаешь без остановки. Тебе не нужно вдобавок выполнять мою работу ”. “ Я знаю. ” Он прижимается своими губами к моим. “ Но я хочу. Если это может снять какой-то груз с твоих плеч, тогда я с радостью сделаю это для тебя ”. Он все время такой заботливый. Я просто надеюсь, что отношусь к нему хотя бы наполовину так же хорошо, как он ко мне. - Спасибо тебе, - шепчу я, отвечая на его поцелуй. “ Тебе не нужно благодарить меня, Ангел. Мы команда. ” Он улыбается мне сверху вниз. - А теперь у меня к тебе серьезный вопрос. Я уже знаю, что это, но притворяюсь невежественным. - Что это? - А для меня еще есть какие-нибудь такие вкусные угощения? Я смеюсь, когда он смотрит на меня своими красивыми мальчишескими глазами и очаровательно улыбается. Это заставляет его выглядеть таким молодым, несмотря на то, что сегодня ему исполняется тридцать восемь. - На кухне для тебя есть целая тарелка. “Да! Моя девушка действительно лучшая”. Он целует меня в губы, а затем встает с кровати. “Я быстро приму душ. Не уходи, пока я не выйду, ладно? Он любит прощаться со мной перед моим уходом. “ Я не буду, обещаю. Я улыбаюсь, когда он подмигивает и голышом направляется в ванную. Я смотрю, как он залезает в стеклянную душевую кабину и включает воду. Стекло быстро запотевает, оставляя только изображение его силуэта, когда он намыливает свое тело средством для умывания. Наконец выползая из кровати, я направляюсь в свою гардеробную. Потому что да, там есть его и ее шкафы, и Шейн медленно начал добавлять в них новую одежду для меня. Он, наверное, думает, что я этого не заметила, но я замечаю, и я нахожу это милым. Я беру черные кружевные трусики и бюстгальтер, затем натягиваю черные леггинсы и простую светло-розовую футболку. Я не планирую надеть это, когда приедет его семья или на вечеринку позже вечером, но для часа в пекарне в мой выходной, сойдет. Когда я выхожу из гардеробной, на тумбочке звонит телефон Шейна. Я быстро смотрю, кто звонит, и замечаю, что это видеозвонок от Хейли. Я знаю, что мог бы произнести это вслух, но она была очень мила со мной, когда мы разговаривали в последний раз, и мне кажется, что это неправильно. Я поднимаю трубку и принимаю звонок. Ее красивое лицо с идеально подстриженными светлыми волосами заполняет экран в считанные секунды. - Привет, Хейли, - говорю я, чувствуя, как на моих скулах появляется румянец. “О! Привет, Обри!” Она улыбается, затем ухмыляется с понимающим выражением в глазах. “Дай угадаю, он в душе”. Я хихикаю, кивая. - Так и есть. “Черт возьми, я действительно не вовремя, не так ли?” Она смеется вместе со мной. “Все в порядке, он скоро закончит, если ты хочешь подождать”. “ О нет, все в порядке. Я просто звонила, чтобы поздравить его с днем рождения. Я перезвоню позже. Она мило улыбается. “ Вообще-то, - начинаю я, не уверенная, что это хорошая идея, но Шейн сказал, что они друзья детства и все еще близки. “ Я запланировала небольшой ужин-сюрприз для Шейна сегодня вечером. Здесь будет его семья, а также несколько друзей. Я хотел спросить, не хотите ли вы присоединиться к нам. “О, Обри, это очень любезно с твоей стороны, но тебе действительно не нужно этого делать. Я понимаю, что эта ситуация может быть немного неловкой для вас, учитывая, что технически я его бывшая жена. Я нисколько не держу на тебя зла за это, - отвечает она с такой искренностью и теплотой, что я чувствую необходимость поднажать еще немного. Я не хочу, чтобы она думала, что мне не нравится ее присутствие в жизни Шейна. “Нет, все в порядке. Шейн все мне объяснил, и я знаю, что он хотел бы, чтобы ты была здесь. Я бы действительно хотел, чтобы ты тоже поехала, ” честно говорю я ей, но хмурюсь, когда мне в голову приходит мысль. “Подожди, я даже не знаю, здесь ли ты, в Нью-Йорке, или поблизости. Наверное, мне следовало начать с этого.” Я еще сильнее краснею от смущения. Она снова смеется. “ Да. И я бы с удовольствием пришла, если вас это не затруднит. - Это не так, я обещаю. “Хорошо, тогда увидимся позже. Еще раз спасибо, Обри. Не могу дождаться встречи с тобой лично”. По ее улыбке я могу сказать, что она верит каждому слову. -Я тоже. Мы вешаем трубку как раз в тот момент, когда Шейн выходит из ванной. “Кто звонил?” спрашивает он, не обеспокоенный тем фактом, что я отвечаю на его звонки. “Хейли, она хотела поздравить тебя с днем рождения, но сказала, что попытается перезвонить позже”, - говорю я ему, не упоминая, что она будет здесь позже, поскольку он не знает о вечеринке-сюрпризе. Он кивает, направляясь к своей гардеробной, и исчезает из виду как раз в тот момент, когда раздается звонок в дверь, и я смотрю на двери в нашу спальню. Шейн, нахмурившись, выглядывает из шкафа. “Ты можешь пойти посмотреть, кто там? Я скоро буду”. Я подхожу к нему, целую его один раз, прежде чем выйти из комнаты и направиться к входной двери. Я не уверена, кто бы это мог быть. Его семья прибудет только через четыре часа, а остальные присоединятся к нам только к обеду. Я знаю, что Марианна и Антуан скоро должны приехать, но они никогда не звонят, так как у них есть доступ в наш дом. Как раз в тот момент, когда я собираюсь открыть большую черную дверь высотой в десять футов, снова раздается звонок. Наконец я распахиваю ее, и меня встречает знакомое лицо, которое я не ожидал увидеть так рано. У него обычное сердитое выражение лица, черные как смоль волосы и пронзительные зеленые глаза, которые слегка трогают твою душу, когда они зацикливаются на тебе. И, как всегда, хорошо сшитый черный костюм, под которым все черное. “Привет, Обри”. Дьявольская ухмылка на долю секунды украшает его губы, прежде чем на них снова появляется стоическое выражение. - Я же говорил тебе, что мы снова будем чаще видеться. От того, как он произносит мое имя, у меня всегда мурашки бегут по коже. Я знаю, что он хороший человек, поскольку он дружит с Шейном, я просто не могу избавиться от ощущения, что в нем есть что-то темное. Но я его не боюсь, я доверяю ему. “ Джулиан. Я открываю дверь шире, пропуская его. - Я не ожидала тебя так рано. “Да, ну, я был поблизости и подумал, что зайду. Мне нужно обсудить с Шейном несколько вещей относительно тебя”. Мои глаза расширяются от его комментария, смятение окутывает мой мозг, когда я несколько раз моргаю. “Я? Что ты вообще можешь сказать обо мне?” Я мысленно перебираю все, что, возможно, сделал не так, но ничего не понимаю. Он входит в дверь, когда я закрываю ее за ним, и поворачивается ко мне лицом. “ Я понимаю, что вас можно поздравить. Его взгляд опускается на мой живот. Мои щеки вспыхивают, когда мягкая улыбка появляется на моих губах. “ Спасибо. ” Но замешательство тут же всплывает на поверхность. “Но это все равно не объясняет, почему тебе нужно говорить обо мне. Это… это из-за ребенка?” Неужели он не может быть рад этому? Он думает, что я спланировала это, чтобы каким-то образом заманить Шейна в ловушку? Он же не может по-настоящему в это поверить, не так ли? “ Обри, - говорит он строго, как будто я уже должна быть в курсе того, что он собирается сказать. “Ты носишь под сердцем мою племянницу или племянничиху, а это значит, что на данный момент твоя жизнь драгоценна”. Что ж, спасибо, наверное, до этого моя жизнь не имела никакой ценности. “Я не позволю причинить какой-либо вред моей племяннице или племяннику, а это значит, что я также не позволю причинить вред их матери”.О… Мне не нравится, к чему все это клонится. “С этого момента к вам будет приставлен один из моих лучших сотрудников службы безопасности, который будет постоянно находиться рядом с вами. Я бы также хотел, чтобы ты уволился со своей работы”. Моя челюсть чуть не ударяется о землю, когда он поворачивается и широкими шагами уходит вглубь дома.Я... что!? Я быстро выхожу из своего шокированного состояния и мчусь за ним, обнаруживая его на кухне рядом с Шейном, который жует очередной кекс. Спасибо за помощь, детка. “ Ни в коем случае, - говорю я, подходя прямо к Джулиану, который, кажется, раздражен мной, но я не принимаю это на свой счет. Джулиана, кажется, всегда раздражают все вокруг. “ Мне ничего не угрожает; никто за мной не охотится. В этом нет необходимости. Я складываю руки на груди. “И я ни в коем случае не брошу свою работу”. Шейн хмурится, замедляя жевание. Он откладывает кекс и берет салфетку, чтобы вытереть рот, прежде чем обратиться к своему другу. “Джулс...” Он использует предупреждающий тон. “Что ты ей сказал?” Джулиан свирепо смотрит на Шейна, когда слышит прозвище, которое, кажется, ненавидит. “Я просто сообщила ей, что ей будет назначена охрана до рождения ребенка”, - он говорит это так, словно я вынашиваю будущего короля или королеву Англии. “ Это твой наследник или наследница, Джефферсон. Я не допущу, чтобы этому причинили какой-либо вред. Это происходит, нравится тебе это или нет. Затем он снова смотрит на меня с той же озорной улыбкой. “И я посоветовал ей бросить работу”. “Шейн!” Я ною от разочарования. “Сделай что-нибудь!” “Шторм...” Начинает Шейн, но Джулиан перебивает его. “Я не сдвинусь с места; поэтому прими все как есть”. Он прищуривается, глядя на Шейна. “Ты согласился со мной, что ее работа была рискованной. Она остается на улице допоздна, одна. Что, если грабитель забрался, пока она была одна? Что, если начался пожар или произошла утечка газа?” Я застреваю на его первых словах, когда поворачиваюсь к Шейну с эмоциями, бурлящими в моем теле. “Ты согласился на это?” “Ангел"… Мне просто не нравится, что ты работаешь так допоздна… Он прав, случиться может все, что угодно. Я не всегда могу быть с тобой, когда ты закрываешься, и я бы не хотел, если бы с тобой что-то случилось, пока меня не было, - мягко говорит он. “Шейн… Я люблю свою работу… Пожалуйста, не лишай меня этого ...” Внезапно у меня кружится голова, а глаза наполняются слезами.Это никогда не входило в мои планы. Как он мог согласиться на это, когда знает, как много это значит для меня? “ Нет, милая. Он подбегает и заключает меня в объятия, целуя в макушку. “Я не хочу отнимать это у тебя, я знаю, как сильно ты заботишься о своей работе. Мне просто интересно, может быть, ты могла бы вместо этого поработать днем. Это действительно заставило бы меня почувствовать себя лучше”. Ладно, думаю, я могу это понять. “Я имею в виду, я мог бы вместо этого зайти днем. Я работала по вечерам только потому, что не хотела, чтобы Тави оставался один так поздно ночью. Я отрываю лицо от его груди и смотрю на него. “ И ты могла бы сменить смену одежды Октавии тоже? Он запускает пальцы в мои волосы. “ Думаю, да. ” Я пожимаю плечами.Это не должно быть слишком сложно. Тави взяла позднюю смену только потому, что это было все, что мы могли предложить, когда она начинала, и ей отчаянно нужна была работа. Я знаю, что она предпочла бы работать днем. Мне просто нужно узнать, не согласятся ли двое наших сотрудников работать по вечерам. Он улыбается и целует меня в губы. “Видишь, мы нашли решение”. Затем он снова смотрит на Джулиана. “Это удовлетворит твои королевские требования?” - спрашивает он с долей сарказма. “ Полагаю, это могло бы сработать. Но мы все еще обеспечиваем ее безопасность. Он скрещивает руки на груди. - Нет. - Я качаю головой. “Да”, - отвечает он, не сбиваясь с ритма. “Хорошо, хорошо. Как насчет этого?” Шейн поднимает руки, улаживая нашу мини-войну. “Что, если бы с ней был кто-нибудь только в те дни, когда меня не было? Это сработало бы?” “Шейн, я не хочу, чтобы какой-то незнакомец следовал за мной повсюду. Это просто странно. Я не член королевской семьи, и это было бы пустой тратой времени этого человека, когда он действительно мог бы работать на кого-то, кому это действительно нужно ”, - пытаюсь я урезонить своего парня, поскольку он, кажется, склонен согласиться с Джулианом и в этом. Джулиан тяжело вздыхает от раздражения. “Что, если я предложу Лайонела? Казалось, вы с ним поладили. ” Он прав, я действительно довольно хорошо ладила с Лайонелом. В то время, когда бывший Ронни представлял для нас угрозу, Лайонела назначили ко мне, поскольку я жила одна. Я была немного против идеи, чтобы мужчина жил со мной и повсюду следовал за мной, но в итоге у нас завязалась дружба. И я не буду лгать, что мне было немного грустно, когда наше время подошло к концу. Я тоже вздыхаю, зная, что вот-вот сдамся. “ Только Лайонел, больше никто. Итолько когда Шейна нет в городе!” Я указываю пальцем на Джулиана с вновь обретенной уверенностью, чтобы высказать свое мнение, которого у меня не было несколько месяцев назад. Мне нравятся все эти перемены, которые приносит мне Шейн, или, может быть, это просто материнство во мне наконец-то взяло верх. “ Хорошо, тогда мы согласны. С завтрашнего дня Лайонел вернется в ваши владения. Да, завтра, потому что Шейн снова уезжает с командой на два дня. Я качаю головой, игнорируя новый уровень стресса, который ее успокаивает. По крайней мере, это тот, кого я уже знаю. Я поворачиваюсь к Шейну и целую его один раз. “ Я сейчас пойду в пекарню; я вернусь до того, как приедет твоя семья. Я хмуро поворачиваюсь к Джулиану, недовольная им в этот момент. - Джулиан, - просто говорю я, выходя из кухни, не упуская из виду победный блеск в его глазах. Дырка. ---------- Глава тринадцатая Глава тринадцатая Обри Семейство Яблок. Двадцать минут спустя я подъезжаю к пекарне как раз в тот момент, когда паркуется грузовик доставки. Водитель кивает, когда видит меня, и я отвечаю ему натянутой улыбкой. Я действительно не планировала иметь с ним дело сегодня. Я оставляю его разгружать продукты, направляясь внутрь, но резко останавливаюсь, когда замечаю брюнетку за прилавком. “ Тави? Почему ты здесь? Тебя нет в расписании до сегодняшнего вечера. Я хмурюсь, медленно обходя прилавок, когда она заканчивает с покупателем рядом с Джейком, еще одним сотрудником. “Саша попросила меня подменить ее. Она, по-видимому, ”больна ", - сообщает мне Октавия, цитируя это слово по воздуху, когда отворачивается, чтобы приготовить кофе для нового клиента. Джейк усмехается. “Да, меня тошнит от слишком бурной вечеринки прошлой ночью. Я слежу за девушкой в Instagram; она всю ночь была в клубе ”. “ Ты что, издеваешься? Я бросаю сумочку на стойку, вытаскивая телефон. “ Сколько раз ты подменял ее смену на этой неделе? Потому что я знаю, что это не первое. “Три”, - отвечает она, заканчивая со своим клиентом, затем опирается бедром о край прилавка. -А за последний месяц? “Ммм, я не знаю. Может быть, пятнадцать”. Она пожимает плечами, как будто это ничего особенного. Я знаю, Октавия не возражает против дополнительных часов, поскольку ей нужны деньги для ее мамы, но это просто смешно. Только в этом месяце она отработала по меньшей мере пятнадцать двойных смен. В этом нет ничего здорового, и я больше этого не допущу. - Сделай еще на двадцать больше, - бормочет Джейк себе под нос. “ Ладно, вот и все. ” Я открываю контактную информацию Саши и набираю сообщение, поскольку знаю, что она не ответит на мой звонок. Она одна из тех сотрудниц, на которых нельзя положиться, но без уважительной причины я не мог просто уволить ее. Когда я заканчиваю сообщать ей, что она больше не работает в "One Sweet Tooth at a Time" и может прийти в мой офис на следующей неделе, чтобы получить свою последнюю зарплату, я снова обращаю свое внимание на Октавию. “ Как ты относишься к тому, чтобы заступить на дневную смену, Тави? Больше никаких допоздна. Ее глаза расширяются, и я вижу, как в них светится возбуждение. - Правда!? “ Ага. Я дам тебе выходной на завтрашнюю ночь, чтобы ты восстановил силы после двойного приема, но со следующего дня ты будешь дежурить в утренние смены вместе с Джейком. Я киваю, принимая свое решение окончательно. Кажется, Шейн исполняет свое желание намного раньше, чем планировалось. “ Черт возьми, да! ” восклицает она, поворачиваясь и давая пять Джейку, который, кажется, доволен переменой. “Но подожди, а как же Саша?” - С этого момента Саша здесь больше не работает. “Черт возьми, босс. Ты в ударе!” Октавия смеется, приветствуя очередного клиента. Да, очевидно, я тоже больше не милый, невинный, слабый менеджер. Я действительно совершенствуюсь. Это хорошо для меня. Начнем с того, что я все еще хороший менеджер, иначе, я не думаю, что мой босс дал бы мне эту работу. Признаюсь, сначала я нервничал, застенчивый я не был уверен, что смогу командовать людьми. Но когда дело доходит до пекарни, я нахожусь в своей стихии и раскрываюсь с новой стороны. “ А как же ты? Ты собираешься проводить вечера один? - Спрашивает Тави, озабоченно нахмурившись, когда ее взгляд быстро опускается на мой живот. “Нет, на самом деле я планировала работать днем. Очевидно, лучший друг моего парня считает, что для меня больше небезопасно работать по ночам”. Я слегка встряхиваю головой от досады. Она смеется. - Это тот задумчивый миллиардер? Я рассказываю Октавии практически все. Кроме Клары, она единственная из пекарни, кто знает о моей беременности. - Единственная и неповторимая, - невозмутимо произношу я, направляясь на минутку в свой офис, поскольку мне нужно просмотреть расписание и внести необходимые изменения, а также найти двух сотрудников, которые будут работать по вечерам. Джулиан высказался насчет работы в одиночку по ночам, и я не хочу ставить своих сотрудников в такое положение. Я всегда мог бы нанять новых, но это отнимает больше времени, которого у меня сейчас нет. Сорок пять минут спустя я нашел трех сотрудников, которые искали дополнительные часы и были готовы работать в вечернюю смену, и я только что закончил проверять доставку и подписывать ее. - По крайней мере, на этот раз ничего не пропало, - говорит Октавия, начиная расставлять припасы на кухне. “Или в тройном размере, как в прошлый раз”, - добавляет Джейк, неся большую коробку, наполненную сложенными коробками из-под выпечки. - Фу, не напоминай мне. Наличие дополнительного количества муки — это нормально - мы пекарня, и используем ее ежедневно в невероятных количествах. Но когда речь идет о скоропортящихся продуктах, которые, я знаю, мы не будем использовать до тех пор, пока они больше не перестанут считаться свежими, не так много. Клара считала, что нанять компанию, которая поставляла практически все, - лучший выход, это сэкономило бы нам деньги и упростило бы работу. Но это доказывает обратное, и я начинаю думать, что переход на индивидуальные дозаторы будет гораздо лучшим вариантом. “Ладно, ребята, вы готовы закончить здесь? Сегодня день рождения Шейна, и я впервые встречаюсь с его семьей, - спрашиваю я, проверяя время на своем телефоне. “Да, у нас все хорошо, босс. Иди повеселись со своим мужчиной и поздравь его с днем рождения от меня!” Октавия сияет, возвращаясь к стойке, чтобы обслужить двух вошедших покупателей. Я машу на прощание и направляюсь к своей машине. Оказавшись в безопасности такси, я быстро просматриваю свои сообщения. Я пригласила всех своих друзей сегодня вечером в честь Шейна, и все они ответили утвердительно, кроме двоих. Мой брат и Эмма. Мое сердце сжимается при этой мысли. Мы с Эммой по-прежнему регулярно общаемся, но я могу сказать, что между нами есть некоторое напряжение. Я понимаю, она в затруднительном положении, учитывая, что Грейсон - ее муж. Она хочет уважать его и его решения, но также и нашу дружбу. Я набираю номер моего брата и нажимаю набрать. Он звонит несколько раз, затем переходит на голосовую почту. Я делаю глубокий вдох, кусая большой палец, пока пытаюсь дозвониться ему снова. На этот раз телефон звонит один раз, прежде чем он отправляет меня на голосовую почту. Я чувствую, как слезы подступают к моим глазам, когда я убираю телефон и набираю ему сообщение. Я Грейсон, мы можем поговорить, пожалуйста? Прости, ладно? Пожалуйста, просто позволь мне объяснить. Его сообщение приходит обратно немедленно. Серый Нет. И слезы текут, когда я закрываю лицо руками, все еще держа телефон. Я никогда так долго не разговаривал со своим братом. Мы никогда не ссорились в детстве. Мы всегда были друзьями, несмотря на нашу семилетнюю разницу. Я не знаю, как это сделать. У меня болит сердце, легкие, горло, желудок… болит все. Я не могу представить свою жизнь без моего брата, от одной этой мысли становится трудно дышать. Мой телефон звонит, и я быстро смотрю на него, вытирая слезы, чтобы лучше видеть экран. Мое сердце наполняется надеждой, что это может быть Грейсон, но немного замирает, когда я вижу, что это Эм. Я делаю паузу, чтобы отдышаться, прежде чем ответить. “Привет ...” Я знаю, что она слышит, как я плачу по телефону, так что нет смысла скрывать это. “О, малышка Брей"… Боже, как бы я хотела все исправить. Я ненавижу это за тебя, за вас обоих. Я пыталась поговорить с ним, заставить его понять, но он даже не слушает меня. Мне так жаль, Обри, - говорит она с глубоким сочувствием. Я шмыгаю носом, еще немного вытирая глаза. “ Нет, все в порядке. Не ссорься из-за меня с моим братом. Я и так доставил достаточно проблем. Я не хочу стать причиной этого и в твоем браке тоже. “ Прекрати, Брей. Ты мой друг. Ты был моим другом до того, как у нас с Грейсоном что-то случилось. Насколько я предан ему, настолько же я предан и тебе. Я ничего не могу обещать, но я постараюсь убедить его насчет сегодняшнего вечера. Я сделаю все, что в моих силах, клянусь. На мгновение она замолкает. “ Все будет хорошо, Обри. Он не будет злиться вечно. Рыдание вырывается наружу. “ Я не знаю, что делать, Эм. Это так больно.… Я никогда не хотела, чтобы это случилось... “ Я знаю, детка. Я знаю… Просто будь сильной, ладно? Все наладится само собой, это я могу тебе обещать. Если мне придется дать мужу по яйцам, чтобы вытащить его голову из задницы, я это сделаю ”. Я издала влажный смешок в ответ на ее комментарий. “Спасибо тебе, Эм. Ты лучшая сестра, о которой я могла мечтать”. Она говорит более мягким тоном. “ Ты тоже, Обри. Ты не делаешь ничего плохого, запомни это ради меня, ладно? Ты хорошая сестра, самая лучшая. Грейсон это увидит. Вскоре после этого мы заканчиваем разговор, и мне требуется несколько минут, чтобы собраться с мыслями, прежде чем отправиться домой.Единственный настоящий дом, который у меня остался ... Я подъезжаю к дому, имея в запасе всего тридцать минут до прибытия семьи Шейна. Я нахожу его в спортзале, быстро целую в щеку и говорю, что собираюсь готовиться. Я принимаю самый быстрый душ в своей жизни, не намочив волосы, так как я уже вымыла их этим утром, затем направляюсь к своему шкафу, пока щипцы для завивки нагреваются на туалетном столике в моей огромной гардеробной. Я выбираю простое платье длиной до колен с коротким вырезом и расклешенной юбкой. Цвет красивый бирюзовый, почти такой же, как у глаз Шейн. Затем я завиваю волосы, на часах осталось пятнадцать минут. Как только я довольна, я молниеносно намыливаюсь кремом с ароматом персика, затем надеваю белые туфли на шпильке.Вот, готово. Когда я выхожу из шкафа, Шейн как раз входит в нашу спальню, весь мокрый от пота. Мои глаза расширяются, когда он небрежно идет в ванную, как будто у него есть все время в мире. Я мчусь за ним, мои вены быстро наполняются тревогой. “Шейн! Что ты делаешь!? Они будут здесь с минуты на минуту, а ты даже не готов! Я не могу поприветствовать их один!” Он ухмыляется, раздеваясь лицом ко мне, обнажая свою соблазнительную длину, которая, кажется, становится тверже, чем больше я смотрю на нее. Я слегка качаю головой и снова смотрю ему в глаза, в которых теперь играет дерзкая усмешка. - Конечно, можешь. Мне требуется мгновение, чтобы понять, о чем он говорит, но когда я понимаю, мои глаза расширяются, а лицо заливает быстро распространяющийся румянец. “Нет, я не могу. Шейн, пожалуйста, не поступай так со мной”, - умоляю я со страхом в глазах. “Я и так переживаю из-за встречи с ними, не заставляй меня приветствовать их в одиночку”. Он хихикает и делает шаг ко мне, обнимая меня за затылок и целуя в лоб. “ Я шучу, Ангел. Моя сестра позвонила, чтобы сказать, что они опоздают на полчаса. Я буду готова к тому времени, обещаю ”. “ Ты… Что... Я несколько раз моргаю. - Ты знал, что они опоздают, и позволил мне спешить без причины!? Я шлепаю его по руке. “ Иногда я не могу тебе поверить. Я хмурюсь, глядя на него, но это довольно натянуто. Я не способна чувствовать к Шейну ничего, кроме любви и счастья. Его рука обвивается вокруг моей талии, притягивая меня к своему потному телу. - Мне нравится эта твоя новая, немного дерзкая сторона. - Он покусывает мою губу, прежде чем крепко поцеловать. “Шейн, ты весь вспотел. Ты меня всю испачкаешь, и тогда твоя семья подумает, что от меня плохо пахнет. - Я хихикаю ему в губы. Он улыбается, когда отпускает меня, целует в щеку, затем направляется в душ во второй раз за сегодняшний день. И я уже знаю, что это не будет последним ни для него, ни для меня. Полчаса спустя Шейн одет в белую рубашку, которая изумительно облегает его потрясающее тело, рукава закатаны, а первые две пуговицы расстегнуты. Пара идеально сшитых темно-синих брюк облегает его талию и ноги, демонстрируя мускулистые бедра и ярко выраженный хоккейный зад, который у него все еще есть. Мне нравится, что ему не нужно носить ремень, что все его брюки идеально облегают бедра. Наверное, это самая сексуальная вещь, которую я когда-либо видела. А на ногах у него оксфорды коньячного цвета. Обычно мы не надеваем обувь в доме, когда нас только двое, но с гостями проще просто позволить им не снимать свою. Снаружи и внутри входной двери уже разложены два коврика, чтобы люди могли вытирать обувь, учитывая заснеженный и мокрый тротуар. И есть даже запасные белые тапочки для тех, кто предпочел бы снять обувь. Марианна действительно продумала все. Сегодня дом не совсем полон, но я знаю, что с Антуаном сегодня его помощник Жан-Луи, который помогает на кухне, и с Марианной тоже трое помощников. Мы стоим у входной двери, когда Шейн получает предупреждение на свой телефон, сообщающее ему, что кто-то находится у главных ворот. Он пропускает их, и я прерывисто вздыхаю. “ Я... ” Я хмуро смотрю на себя. “ Я нормально выгляжу? Я выгляжу не слишком ... молодо? Шейн поворачивается ко мне, нахмурившись. “Откуда это берется?” “Я просто… Я не хочу, чтобы они думали, что я слишком молод для тебя ...” - Признаюсь я тихим голосом, когда на моих щеках появляется румянец. “Милая, твой возраст никогда не был проблемой. Ни для меня, ни для моей семьи. Да, сначала я боялся, что то, что мы будем вместе, помешает тебе жить своей жизнью, учитываямой возраст. Но это в прошлом. И я знаю, что если бы у тебя была такая мысль, ты бы не стояла здесь со мной. ” Он обхватывает ладонями мои щеки и прижимается губами к моим. “ Ты совершенна, Ангел. Тебе не о чем беспокоиться, я обещаю. Я выдохнула, чувствуя, как часть напряжения покидает мое тело. “Мне это было нужно, спасибо тебе, Шейн. И твой возраст тоже никогда не был для меня проблемой. “Хорошо”. Он улыбается, отъезжая, и смотрит в боковое окно, как четыре городских автомобиля заезжают на кольцевую подъездную дорожку. “ Почему твой телефон не уведомил тебя о приходе Джулиана этим утром? Я хмурюсь, только сейчас осознав эту небольшую информацию. Шейн посмеивается, открывая дверь. “Это тебе Джулиан. Он знает, как обойти свою собственную систему”.Что ж, в этом есть смысл. Он протягивает мне руку. - Готова? Я вкладываю свою руку в его, наслаждаясь теплом, которое разливается по моему телу. “Готова”. Мы выходим на крыльцо как раз в тот момент, когда все они начинают выходить из машин. Женщина с темными кудрями, которая уже несколько дней подряд визжит, когда бежит к нам, ее волосы разлетаются при каждом шаге. “ О, ты прекрасное создание! Она широко раскрывает объятия и прижимает мое тело к своему. “ Ты даже не представляешь, как долго мы умирали от желания познакомиться с тобой. ” Она отстраняется, держась за мою руку одной рукой, в то время как другая кладет ее мне на живот. Мои глаза расширяются от прикосновения, а лицо быстро заливается краской. - И теперь ты носишь мою племянницу! “Иден”, - предупреждает Шейн. “Дай ей минутку, чтобы со всеми разобраться”. “Верно, верно. Прости, Шейн сказал, что ты застенчивый”. Она мило улыбается, делая шаг назад, и это заставляет меня покраснеть еще сильнее. “ Все в порядке. Я улыбаюсь и нервно хихикаю, несмотря на мое разгоряченное состояние. Она направляется внутрь, когда мужчина с короткими медно-рыжими волосами, несущий два чемодана, важно поднимается по лестнице, за ним следует маленький мальчик с вьющимися оранжевыми волосами лет пяти, в нескольких шагах позади него. Он приветствует Шейна, затем целует меня в обе щеки и представляется Маркусом и его сыном Джошуа. Затем появляется женщина, которая кажется старше Иден, но недостаточно взрослая, чтобы быть матерью Шейна. Ее шоколадные волосы собраны сзади в тугой балетный пучок, а под распахнутым белым пальто на ней деловое черное платье длиной до колен. Она тепло улыбается, поднимаясь по ступенькам с огоньком в глазах. В ней есть та грация и зрелость, которые мгновенно заставляют меня почувствовать себя непринужденно. Когда она подходит к нам, то сначала обнимает своего брата. “Привет, братишка”. Затем она поворачивается ко мне с протянутыми руками. “Рада познакомиться с тобой, Обри. Я Фиби”, - говорит она мягким голосом. - Я тоже рад познакомиться с тобой, - искренне говорю я ей. Когда она делает небольшой шаг назад, она снова поворачивается к Шейну. “Почему бы тебе не пойти помочь маме и папе с их сумками? Мы представим ее, как только все окажутся внутри и устроятся. Мы не хотим перегружать ее всем этим здесь.” Она подходит ко мне сбоку и берет меня под руку, втаскивая в дом. Я мгновенно благодарен ей за то, как быстро она уловила мой дискомфорт, без того, чтобы мне пришлось озвучивать это, и вывела меня из ситуации. Я думаю, мы с ней прекрасно поладим, и, судя по тому, что сказал мне Шейн, она самая близкая ему сестра. “ Как ты себя чувствуешь, Обри? Беременность не слишком тяжело сказалась на тебе? Я знаю, что первые триместры могут быть тяжелыми; я проходила через это четыре раза. Она мелодично смеется, снимая пальто, и Джозефина, одна из помощниц Марианны, берет его. “На самом деле, все идет довольно хорошо. На самом деле у меня пока нет ни одного из обычных симптомов”. Ее брови поднимаются. “Вау, тебе действительно повезло. Молись, чтобы они никогда не пришли”. Мы направляемся в одну из гостиных, где Иден и Маркус, ее муж, сидят с напитками в руках. Как только мы садимся, подходит Марианна и просит принести нам напитки на выбор. Фиби просит бокал вина, а я беру чай со льдом. “ Мы разместили Джошуа в театральном зале с его планшетом, надеюсь, все в порядке? - Спрашивает меня Иден, как только я сажусь рядом с Фиби, оставляя место для Шейна. “Конечно. Я не думаю, что Шейн будет возражать ни в малейшей степени”, - говорю я и улыбаюсь Марианне, когда она протягивает мне мой бокал. “ О, мне все равно, что думает мой брат. Она смеется, взмахивая рукой. “Но это и твой дом, ты тоже имеешь право голоса в таких вещах”. “О...” Я заливаюсь ярко-розовым румянцем. “Ну, тогда да, все в порядке”. “Тебе, наверное, стоит подумать о создании игровой комнаты или чего-то в этом роде для того количества детей, которые начнут приходить сюда”. В комнату входит другая сестра Шейна со светло-каштановым мужчиной. “Шейн сказал, у всех твоих друзей тоже есть дети?” “ Да, это верно. Ну, большинство из них. Я хихикаю, вставая, чтобы обнять ее. “Я Обри, приятно познакомиться”. “О, милый, мы все знаем, кто ты”. Она смеется. “Я Лия, а это мой муж Дэмиан”. - Рад познакомиться с вами. - Он пожимает мне руку. “ Взаимно. Мы все садимся и ждем, пока подойдут остальные. “ Итак, сколько у вас у всех детей? Прости, Шейн сказал мне, но я немного запуталась, кто кому принадлежит, ” спрашиваю я, чувствуя себя немного смущенной. Фиби успокаивающе кладет руку мне на бедро. “Не смущайся, если ты их путаешь. Мы знаем, что потребуется некоторое время, чтобы привести их в порядок. Позже мы найдем время, чтобы представить их всех по отдельности. У нас с мужем Эдвардом двое мальчиков, которых зовут Майкл и Александр. И две девочки по имени Элоиза и Серена. “У нас есть Джошуа, рыжий кудрявый парень, с которым вы уже знакомы”, - говорит Иден с широкой улыбкой. “И у нас есть Ксавье от предыдущего брака моего мужа и Малком, наш приемный сын. У нас также есть Эбигейл, наш приемный ребенок. Она еще не знает об этом, но мы также находимся в процессе ее удочерения, так что ничего не говори ”, - сообщает мне Лия напоследок. Шейн сказал мне, что одна из его сестер не могла иметь детей, поэтому вместо этого они пошли по пути усыновления. “Это прекрасно, что ты даешь им второй шанс обрести семью”, - проникновенно говорю я, мой голос становится эмоциональным, а глаза наполняются слезами. “ О нет. Знаменитые гормоны беременности. Иден смеется, когда Фиби берет меня за руку. “Почему каждый раз, когда я оставляю свою девушку на пять минут, я нахожу ее плачущей?” Шейн спешит ко мне, присаживается на корточки и обхватывает ладонями мое лицо. - Что случилось, Ангел? Я накрываю его руки своими и улыбаюсь тому, насколько он внимателен ко мне. “Ничего, Шейн. Просто гормоны”. Его глаза блуждают по моим чертам, не совсем убежденные. Я поднимаю руку к его подбородку, потирая большим пальцем его щеку. “ Клянусь, я в порядке. Действительно хорошо, - шепчу я, и, наконец, на его губах появляется улыбка, когда он наклоняется и целует меня на глазах у всех. Я чувствую, как мою кожу покалывает от жара, когда Шейн отстраняется и встает, беря меня за руку, когда пожилая пара направляется к нам. Мимо нас проходит блондин, я предполагаю, что это Эдвард, поскольку он садится рядом с Фиби и целует ее в щеку. “ Милая, я бы хотел познакомить тебя с моими родителями. Адам Джефферсон, мой отец. Входя, Адам кладет руки мне на плечи и чмокает в обе щеки, как это делают французы. “Мне очень приятно познакомиться с тобой, Обри. Мы так много слышали о вас. “И моя мать, Памела Джефферсон”, - продолжает Шейн, в то время как его мать крепко обнимает меня в тот момент, когда его отец уходит. “О, ты великолепная девочка. Ты не можешь поверить, как мы рады наконец-то познакомиться с женщиной, которая украла сердце нашего ребенка”. - Я думаю, это он украл мое, - тихо говорю я, глядя на Шейна, и мой румянец становится ярко-красным. Памела отступает назад, возвращая себе место рядом с мужем, хватается за сердце и с нежностью улыбается. “И что ж, я думаю, ты уже познакомился со всеми остальными. Мои три сестры: Фиби, Лия и Иден. А также их мужья, Эдвард, Дэмиан и Маркус. Шейн указывает на каждого, называя их по именам на случай, если я забыла. Он знает, что, когда я перегружена информацией, я могу многое забыть, и я ценю его за это еще больше. Я перечисляю их по порядку, называя в уме. “Ты произносишь яблоки по буквам”, - бормочу я себе под нос, прежде чем понимаю, что все могут услышать меня, учитывая, насколько тихо стоит в комнате. Мои глаза расширяются, когда я смотрю на Шейна, который качает головой с тихим смешком. “О, я не могу поверить, что она только что это сказала”. Памела задыхается, в то время как Иден взрывается смехом вместе с хихикающей Лией. Адам весело улыбается мне, а Фиби просто улыбается, как будто ее внезапно осенило. Я просто не уверена, что именно. “Мнетак жаль! Я не имел в виду это как оскорбление, я просто прокручивал в голове ваши имена, и у меня мелькнула мысль: ” Я выбегаю, когда у меня щиплет шею, уши и нос от того, какие они красные. Мне сейчас так неловко, что я просто хочу разорвать рубашку Шейна и спрятаться под ней до конца ночи. “ Нет, милая. Все в порядке, правда. Ты просто удивила нас, - нежно говорит Фиби. “ Правда? Я хмурюсь в замешательстве. Лия кивает. “Шейн называл нас семьей Эпплс, когда был моложе. Это продолжалось целых два года. Куда бы мы ни пошли, он представлял нас именно так, а не Джефферсонами”. Смех Иден наконец стихает, когда она хватает ртом воздух. Несмотря на то, что она на два года старше Шейна, я могу сказать, что в ней живет молодой дух. “Это было прекрасное время, люди в школе были так сбиты с толку, потому что он становился чрезвычайно настойчивым, если кто-нибудь говорил ему обратное. Он бы сказал: "Я Шейн Джефферсон, S в семье Apple ’. Он был очарователен ”. Она вздыхает, вспоминая об этом. Памела снова подходит ко мне, беря мою руку обеими руками. “Ты действительно был создан для моего сына. Это ясно как божий день. ---------- Глава четырнадцатая Глава четырнадцатая Шейн Белый дом, особняки и аквариумы. Остаток дня проходит так, как я и предсказывал — моя семья любит Обри. Я мог бы сказать, что сначала она была немного застенчивой, но теперь она выходит из своей скорлупы и шутит вместе с ними. Я не мог бы пожелать ничего лучшего в свой день рождения. Я слушаю, как Иден с энтузиазмом описывает Обри наш загородный дом в швейцарских Альпах. Она планирует семейную поездку для всех нас, как только закончится хоккейный сезон. Элоиза, старшая дочь Фиби, быстро привлекает мое внимание, пробегая через комнату и прячась в одном из углов рядом с диваном. Дети уже целый час играют в прятки вокруг нашего дома и, кажется, действительно получают удовольствие. В конце концов, это большой дом, а значит, в нем миллионы разных укромных местечек. Но это заставляет меня пожалеть, что у нас нет игровой комнаты, в которой они могли бы играть и сходить с ума. Я знаю, что, как только родится ребенок, я планирую обустроить игровую комнату для него, но что-нибудь для детей постарше тоже было бы неплохо. Мне нужно будет заняться этим в ближайшее время. Звон дверного звонка разносится по комнате, заставляя меня нахмуриться, поскольку я не знала, что мы ожидаем еще каких-то гостей. Но тот факт, что на входе меня не уведомили о новом посетителе, дает мне довольно хорошее представление о том, кто бы это мог быть. Я встаю, извиняясь, а Обри улыбается мне, следуя за мной по пятам с отставанием в несколько секунд. - У тебя есть какие-нибудь предположения, кто бы это мог быть? - Спрашиваю я. Я ухмыляюсь, глядя на нее прищуренными глазами. “ Нет, ни капельки. - Она прикусывает губу, ее щеки становятся бледно-розовыми.Вот откуда я знаю, что она лжет. Как только я собираюсь открыть дверь, мой телефон уведомляет меня, что кто-то стоит у ворот. Я не трачу время на то, чтобы посмотреть на камеры, чтобы понять, кто бы это мог быть, и просто пропускаю их, затем поворачиваю ручку и распахиваю дверь, открывая именно того, кого я ожидал увидеть. Братья Шторм. “ С днем рождения, старина! Джесси, самый младший, хлопает меня по спине, входя, а затем приветствует мою девочку. “ С днем рождения, брат. - входит Джейсон, второй по рождению, но самый высокий и рослый из троих. Он обнимает меня и одновременно хлопает по спине, совсем как его брат. Когда Джулиан подходит следующим, он держит руки в карманах, а я широко улыбаюсь ему. “Ты знаешь, что я не потворствую такому нелепому поведению”. “ Да ладно тебе. Ты даже не можешь обнять своего лучшего и единственного друга в день его рождения? - Шучу я, зная, что он не сдвинется с места, когда я протягиваю к нему руки. “Мы пожали друг другу руки сегодня утром, я думаю, этого было достаточно для одного дня”. Он серьезно хмурится. Иногда я удивляюсь, почему мы вообще друзья. Но он лучший парень, о котором я могла мечтать, и я бы ни на кого его не променяла. “ Да, насчет этого, ты не чувствовал необходимости упоминать об этом раньше? Я поднимаю бровь. “ Одна юная леди строго запретила мне это делать. Он хмуро смотрит на Обри, которая тихо хихикает рядом со мной. - И на будущее, мисс Форд, я хотел бы сообщить вам, что мне не нравится, когда люди указывают мне, что делать. “ Я вижу, ледяной король не изменился за эти годы. Я удивлен, что тебе вообще удалось вытащить его из ледяной крепости. Голос, который я не ожидал услышать, раздается из-за спины Джулиана, когда он переводит взгляд на мою бывшую жену и друга детства. Я хмурюсь, сбитая с толку ее появлением на ступеньках моего крыльца. “ Хейли? Что ты здесь делаешь? Затем я с беспокойством смотрю на Обри. - Это не моих рук дело, Ангел, - уточняю я, не желая, чтобы она подумала, что я пригласил свою бывшую жену к себе на день рождения. Обри делает шаг ближе ко мне, кладет руку на мой бицепс и одаривает меня своей любящей улыбкой. “Я знаю, я пригласил ее”. Я хмурюсь еще сильнее. “ Ты это сделал? Почему? “Потому что она твой друг и что-то значит для тебя, Шейн. Меня не волнует ваша общая история. Если она важна для тебя, тогда у нее есть место в нашей жизни, особенно в твой день рождения. Она наклоняется, прижимаясь своими губами к моим. Когда она собирается отстраниться, я запускаю пальцы в ее волосы, отказываясь отпускать ее прямо сейчас, наклоняю ее голову в сторону и углубляю поцелуй. Мое тело и разум быстро переполняются эмоциями при виде этой вдумчивой, самоотверженной, красивой женщины в моих объятиях. “Ты самая невероятная женщина, которую я когда-либо встречал, Ангел. Нашему малышу и мне так повезло называть тебя нашей, - шепчу я ей в губы, чувствуя, как она тает в моих объятиях. Хейли ахает рядом с нами, когда я неохотно отстраняюсь от Обри и обнаруживаю, что она прикрывает рот рукой, а Джулиана рядом с ней больше нет.Должно быть, он вошел, пока мы целовались. “Боже мой! У вас двоих будет ребенок!?” Обри смотрит на нас обоих с непонимающим выражением лица. - Ты ей не сказал? - спрашивает она меня. Я качаю головой. Этот ребенок наш, и мне просто показалось неправильным звонить моей бывшей, чтобы сказать ей. Мой Ангел понимающе улыбается, затем смотрит на Хейли. “Мы такие”. Она кладет руку на свой все еще гладкий живот, и я кладу свою на ее. “О-о-о! Поздравляю вас двоих!” Хейли сначала обнимает Обри, затем делает то же самое со мной и шепчет мне на ухо: “Я так рада за тебя, Шейни. Ты заслуживаешь этого”. - Спасибо. - Я улыбаюсь, отпуская ее. Мой телефон снова звонит с новым уведомлением, когда Хейли, наконец, заходит в дом. Обри смеется над моим озадаченным выражением лица. “Тебе, наверное, стоит пока оставить ворота открытыми, скоро прибудут еще несколько человек”. Я делаю, как она говорит, и обнимаю ее, как только убираю телефон. - Ты сделала все это для меня? “Ты сказал, что на самом деле празднуешь свой день рождения только в кругу семьи. Я хотела сделать твой день особенным в окружении всех наших близких”, - горячо говорит она. - Надеюсь, ты не против? “Как ты моя?” Я удивляюсь про себя, не веря во все, что она уже сделала для меня. - Так же, как ты моя. Мы целуемся еще раз, когда еще четыре машины, которые я узнаю, паркуются рядом с остальными. “Ты сука! Ты не говорила мне, что живешь в гребаном Белом доме!” Вероника смеется, поднимаясь по ступенькам в сопровождении двух своих мужчин. “А я-то думал, что мне понравился мой особняк. По сравнению с этим это выглядит как долбаный аквариум!” - восклицает она, бросаясь в объятия моей девушки. - Спасибо, Котенок. Ной хмуро смотрит на нее, держа в руках большую закрытую коробку из-под торта, которая не выглядит легкой. “Я имею в виду, в чем-то она права. Посмотри на это место?” Габриэль смеется рядом с Ноем. “В этом разница между богатыми и обездоленными”. Он присвистывает, глядя на наш дом, прежде чем подойти и обнять меня. “С днем рождения, тренер”. - С днем рождения, - говорит Ной следующим. - Спасибо, спасибо. - я благодарно улыбаюсь. “Пожалуйста, зайдите внутрь. Мы скоро будем”, - говорит им Обри, когда семья Хейз выходит на лестничную площадку. “Привет, тренер. С днем рождения”. Сесилия отпускает руку сына, обнимает меня и чмокает в щеку, затем подходит к Обри. Следующим подходит Сайлас с широкой улыбкой на лице, обнимает меня и хлопает по спине. “Черт возьми, тренер. Разве не приятно стареть?” он шутит. - Я не совсем уверена в этом. - Я хихикаю. “Что ж, по крайней мере, рядом с нами есть немного красоты, которая сохраняет нам молодость”. Он с улыбкой поворачивается к жене, которая слегка краснеет, направляясь к Данте. - С этим я могу согласиться. - Я смотрю на Обри, которая прикусывает губу и краснеет. Следующими из внедорожника Эммы выходят родители Обри. Эндрю обходит машину, садится на заднее пассажирское сиденье и отстегивает Грейси от ее автомобильного сиденья. Сайлас отходит в сторону, когда они присоединяются к нам у входа. “Привет, мама. Привет, папа. Спасибо, что пришли, ” говорит Обри, обнимая каждого, затем оглядывается на них, как будто ждет кого-то еще, и я точно знаю, кого она ищет. - Они не придут.… так ли это?” Нэнси печально улыбается дочери, кладет ладонь ей на плечо и сжимает. “Прости, детка. Эмма действительно старалась. Мы все так делали. Глаза Обри наполняются слезами, когда она делает глубокие вдохи, пытаясь держать себя в руках, хотя ей отчаянно хочется сломаться. За последние две недели я видел ее такой больше раз, чем мне хотелось бы. Я застаю ее смотрящей в окно со слезами на глазах, полностью погруженной в свои мысли, или плачущей над каким-нибудь тестом, создавая новые рецепты. “О, милая...” Ее мать подходит ближе, чтобы обнять ее, но Обри отступает назад, протягивая к ней ладони. “Нет, все в порядке. Я в порядке.… Не знаю, почему я ожидал этого.… Я в порядке”. В конце ее голос срывается, и я притягиваю ее к своей груди, баюкая ее затылок, пока она тихо плачет в мою рубашку. Ее кожу покалывает дрожь, и она холодна на ощупь от холодного февральского воздуха. Я чертовски ненавижу это за нее — ее не следует наказывать, когда она не сделала ничего плохого, но влюбилась в меня. “Мне так жаль, милая. И мне жаль это говорить, но твой брат ведет себя как эгоцентричный осел ”. “ О, и он это знает. Мы ему так и сказали, ” говорит Эндрю, кладя руку на спину дочери. “Но вместо этого мы привезли маленькую принцессу, надеясь, что это может немного компенсировать это”. Обри отстраняется, вытирая глаза, и тянется к Грейси, заключая ее в объятия. “Привет, принцесса. Я так по тебе скучала”. “Ан-бей”. Грейси обвивает своими маленькими ручками шею Обри. Следующими на ступеньках появляются Морган и Клэй, каждый с детской коляской. Их близнецы крепко спят на маленьких сиденьях. Это напоминает мне, что мне нужно начать запасаться всем, что связано с ребенком. Я знаю, что у нас еще есть время, но я хочу подготовиться заранее и дать Обри меньше поводов для стресса. “ Почему бы вам всем не пойти к детям и не укрыться с холода? - Спрашиваю я Обри, поглаживая ее спину. - Мы поможем Беркли занести остальные вещи, - говорю я, заметив, что его багажник широко открыт, вероятно, он набит детскими вещами для близнецов. - Хорошо, - говорит она, поворачиваясь ко мне лицом и целуя в щеку, прежде чем они заходят внутрь. Сайлас, Клэй и я спускаемся по ступенькам и направляемся к машине. - Как у вас идут дела с Фордом? - Спрашиваю я. - Спрашиваю я, беря из рук Клея сложенный манеж. Сайлас вздыхает. “ Это ... происходит. Он больше не ведет себя с нами молча, так что это начало. “Но он все еще ведет себя как придурок и постоянно напоминает нам, насколько он все еще зол, так что трудно сказать”, - заканчивает за него Клэй. На этот раз моя очередь вздыхать. “ Прости, что доставил тебе столько хлопот. Это не входило в мои намерения. Я знала, что знакомство с Обри вызовет некоторые трения, я просто не думала, что он зайдет так далеко, до такой степени, что даже не будет с ней разговаривать. Он не понимает, как сильно причиняет ей боль. “Да, что ж, вот тебе и Грейсон. Временами этот человек может быть чертовски слеп и не всегда думает головой, прежде чем действовать”. Сайлас бросает на меня понимающий взгляд. “ Я имею в виду, он единственный, кто не заметил твоего влечения к Обри, которое, кстати, вовсе не было незаметным. Клей усмехается. “ Это правда. Господи, даже наши родители заметили это. Моя мать практически поставила перед собой задачу свести вас вместе. Сайлас смеется, качая головой. “Ах да, Мире определенно нравилось вмешиваться, когда дело касалось меня и Обри”, - говорю я с улыбкой, вспоминая все те случаи, когда она заставляла нас быть вместе или отпускала небольшие замечания о том, какой красивый мой Ангел и что возраст - это просто число. Эта женщина была настроена на выполнение своей миссии. “Я думаю, Форд тоже это заметил”, - начинает Клей, закрывая багажник с несколькими сумками в руках. “И я думаю, что это беспокоит его больше всего. Потому что он предпочел проигнорировать это и теперь злится на себя за то, что не предвидел этого. И вместо этого он проецирует свой гнев на тебя и Обри, а не на себя. ”Хм, я об этом не подумал. После того, как мы возвращаемся в дом и устраиваем все так, чтобы близнецам было удобно, а также должным образом знакомим всех, остаток вечера проходит чудесно. Мы вместе поужинали в официальной столовой, а затем попробовали прекрасный торт, который Обри испекла для меня с четырьмя разными вкусами. Шоколад, ваниль, клубника и лимон - все это дает каждому возможность выбрать по своему вкусу. Сверху были выложены тридцать восемь мини-кексов с разными вкусами. Моя девочка знает, какую слабость я питаю к ее сладостям. Я просто ничего не могу с собой поделать, когда она ставит один из них передо мной, вот почему я занимаюсь сверхурочно в спортзале. Затем мы перешли к подаркам, в которых на самом деле не было необходимости, поскольку у меня уже есть все, что я хочу. И я знаю, что бывает трудно купить подарок тому, у кого уже все есть. Мои сестры, как всегда, подарили мне нелепые подарки — у нас стало традицией дарить друг другу странные вещи. Фиби подарила мне два неподходящих носка, Лия подарила мне плед с большим изображением одной батарейки, а Иден, вероятно, выиграла конкурс с пустой коробкой для хранения вещей. Я не могла перестать смеяться, когда разворачивала огромную прозрачную корзину. Мы все немного посмеялись, в то время как моя мама только покачала головой на наши выходки. У меня осталось только два подарка, один от моих родителей и один от Обри. Я сказал ей, что мне ничего не нужно, но, видимо, она пошла против моего совета. Сначала я беру подарок от родителей, желая завершить вечер подарком моего Ангела. Я открываю подарочную коробку, которую держу в руке, и заглядываю внутрь, чтобы найти стопку бумаг, больше похожих на документы. Я хмурюсь, вытаскивая их, быстро перечитываю, пока не понимаю, что у меня в руках. Мои брови взлетают вверх, когда я перевожу взгляд на родителей, которые нежно улыбаются мне. - Ты купил мне дом в Греции? “Для тебя и Обри”, - говорит моя мама с любовью. “ Теперь у тебя есть своя семья, сынок. Пора и тебе обзавестись собственным домом для отдыха. ”Мой отец улыбается и крепко прижимает мою маму к себе. “ Я даже не знаю, что сказать ... Я опускаю взгляд на бумаги, затем перевожу его на Обри, которая смотрит на меня широко раскрытыми глазами. Я понимаю ее реакцию; я тоже не ожидал такого подарка. “Спасибо. Действительно, это много значит”. “Господи, это невероятно”, - бормочет Эндрю, запрокидывая голову и вздыхая, обращаясь к небу. “Все мои дети разъезжаются со своими богатыми партнерами, а я остаюсь с женщиной, которая даже не может подарить мне цветы на день рождения”. “ Прошу прощения?! Нэнси шлепает его по затылку. Мои родители ахают, не подозревая, что для Эндрю с его странным чувством юмора это просто нормальные слова. “ Ты права. Эндрю откидывает голову назад и кладет руку на бедро жены. “ У тебя есть другие ... особенности. И если наша дочь хоть немного похожа на тебя, Шейн точно знает, о чем я говорю. Он подмигивает мне, и я прикрываю рот кулаком, пытаясь скрыть свое веселье. Эндрю определенно знает, как поставить людей в неловкое положение. “ Боже мой! Папа! Обри закрывает лицо руками, ее шея и уши краснеют. “О боже...” Я слышу, как моя мать что-то бормочет моему отцу. Нэнси громко вздыхает от раздражения. “Пожалуйста, извините моего мужа. Он считает себя комиком и не знает, что уместно, а что нет, говорить перед людьми ”. Все в комнате, кто знает отца Обри, смеются и соглашаются с ней. Я продолжаю разбирать подарки, забирая последний от моей девушки. Это огромная прямоугольная коробка, которая, кажется, не гремит, когда я ее передвигаю.Что бы это могло быть? Я снимаю упаковку, затем отклеиваю скотч с коробки и вытаскиваю нечто похожее на огромную рамку, обтянутую пузырчатой пленкой. Аккуратно разорвав пузырчатую обертку, я вижу изображение созвездия Андромеды в рамке. Я сразу узнаю его, потому что он есть у нас в каждом ювелирном магазине. В нижней части рамки золотым шрифтом написано: "Навсегда вписано в звезды " , а под ним дата. Которого я никогда не забуду. Возможно, это годовщина свадьбы Сайласа и Сесилии, но это также день, когда я встретила своего Ангела. К верхней части рамки прикреплена папка, поэтому я ставлю рамку на журнальный столик, не желая ее повредить, и снимаю папку, не разрывая ее. Когда я открываю его и начинаю читать сертификаты внутри, рядом со мной заговаривает Обри. “Есть такая штука в Интернете, где можно заплатить за то, чтобы назвать звезд. Я знаю, что технически они не признаны A.U.I., но я подумал, что это довольно круто, и я знаю, что это конкретное созвездие имеет значение для вашей семьи. Не так давно ты как-то сказал мне, что... ” Она замолкает, обводя взглядом комнату и каждого, кто с нетерпением обращает на нее внимание. Ее лицо краснеет, когда она прочищает горло. “Однажды ты сказал мне, что мы были написаны звездами, и теперь, в некотором смысле, мы действительно такие”, - заканчивает она шепотом. Я снова смотрю на сертификаты с тремя звездами, которые расположены рядом друг с другом. Одно имя Шейн Джефферсон, другое Обри Форд и последнее, Маленькая Звездочка Джефферсон. Мое горло сжимается от эмоций, когда я провожу пальцем по имени. Откладывая папку в сторону, я поворачиваюсь к женщине моей мечты, женщине, которую я могу называть своей. Я обхватываю ее лицо руками и сливаю наши губы в глубоком, страстном поцелуе. - Я люблю тебя, Обри. Она задыхается у моих губ, отстраняясь, чтобы заглянуть мне в глаза, когда ее глаза наполняются слезами. Ее щеки густо покраснели, скорее всего, из-за того, что все были свидетелями нашего момента, но она не обращает на них никакого внимания, шепча слова, которые я так хотел услышать. - Я тоже люблю тебя, Шейн. ---------- Глава пятнадцатая Глава пятнадцатая Шейн Грязно говорящий Обри. Несколько часов спустя все вернулись по домам, и вся моя семья разошлась по своим комнатам на втором этаже. Я заканчиваю выключать весь свет в доме, затем поворачиваюсь к своей девушке, которая терпеливо ждет на кухонном островке. Здорово иметь умный дом — все, что мне нужно сделать, это нажать несколько кнопок на сенсорном экране, и все выключится. Я поднимаю ее на руки и несу в свадебном стиле в нашу комнату, пока она хихикает. Как только за нами закрывается дверь, я сажаю ее в изножье кровати и начинаю раздеваться. Обри сбрасывает туфли и забирается на кровать, становясь на колени в центре, наблюдая за мной. Я останавливаюсь на полпути к расстегиванию рубашки, когда замечаю, что она не раздевается, как я. Я спрашиваю ее, приподняв бровь и ухмыляясь. - Шейн? - она мурлычет мое имя. -Да? Она поджимает губы, как будто готовится сказать что-то, что ей не совсем удобно говорить, поэтому я терпеливо жду и даю ей время, в котором она нуждается. Сделав глубокий вдох, она позволяет словам слететь с ее губ. “Я хочу, чтобы ты достал свой большой член и жестко трахнул мою киску. Я хочу, чтобы ты относился ко мне как к непослушной девчонке, которой я действительно являюсь”. Мои брови достигают линии роста волос, когда я прислушиваюсь к ее просьбе. Обри не ругается и не говорит грубых слов. Единственный раз, когда я слышал, как она ругается, это случайные промахи во время секса, и я клянусь, каждый раз, когда она это делает, это как прилив экстаза прямо к моим яйцам, и она это знает. Мой член каменеет у меня в штанах, когда я представляю все то, что я мог бы сделать с ней прямо сейчас. Но мне также хочется расхохотаться, потому что ее лицо краснело сильнее с каждым новым ругательством, которое она использовала.Это восхитительно. К сожалению, смех побеждает, и я прикрываю рот рукой, чтобы приглушить звук, глядя в пол. “Шейн!” Обри ноет. “Я пытаюсь, а ты смеешься надо мной”. “ Прости, - говорю я, задыхаясь от смеха. “ Я просто никогда не привыкну слышать от тебя такие вещи. Должно быть, тебе было тяжело. ” Я втягиваю губы, отчаянно желая снова рассмеяться. Она хлопает себя руками по бокам. “ Так было, и сейчас ты заставляешь меня чувствовать себя идиоткой. Мне не следовало ничего говорить, очевидно, это не произвело на тебя того эффекта, на который я рассчитывала, - бормочет она и идет, чтобы соскользнуть с кровати. “Нет, подожди, прости. Так и было, ты просто удивил меня”. “ Ты не должен лгать мне, Шейн. Все в порядке. Она опускает взгляд на свои руки. Я ненавижу себя за то, что заронил это сомнение в ее голову. Я быстро заканчиваю снимать рубашку, затем расстегиваю пуговицу и молнию на своих парадных брюках и спускаю их по ногам вместе с боксерскими трусами. Мой член, наконец-то освобожденный от пут, подпрыгивает вверх и ударяет меня в живот. - Похоже, что я лгу? Когда ее взгляд отрывается от рук и падает на мою эрекцию, ее глаза закрываются, наполняясь похотью. Ее язычок высовывается, чтобы облизать губы, прежде чем прикусить нижнюю. - А теперь раздевайся, чтобы я мог трахнуть тебя так, как ты хочешь. Я ухмыляюсь и подмигиваю. Она тихо хихикает и быстро приступает к делу, снимая платье и трусики. Как только она предстает передо мной обнаженной, я подхожу и беру ее на руки, подводя к зеркалу. На прошлой неделе я постелил перед ним огромный пушистый белый ковер для Обри. Я знаю, что озорная сторона моей девочки любит смотреть на себя в зеркало, пока я доставляю ей удовольствие, а деревянный пол - не самая удобная вещь для того, чтобы стоять на коленях или лежать. Я опускаю нас, ложась на спину, прислонив голову к зеркалу, пока Обри оседлывает мои бедра, но затем я подтягиваю ее к себе, пока ее ноги не оказываются по обе стороны от моего лица. Она встает на колени, кладет руку на зеркало и смотрит на меня широко раскрытыми глазами. “Шейн? Что ты делаешь?” Мы еще не проходили эту позу, поэтому я понимаю ее замешательство. - Я хочу, чтобы ты оседлала мое лицо, милая. Ее глаза расширяются еще больше, когда она качает головой и снова становится ярко-красной. “Я не могу этого сделать ...” Я ухмыляюсь, целую внутреннюю сторону ее бедра и обхватываю ее сзади. - Ты можешь и ты это сделаешь. Я притягиваю ее к себе лицом и неторопливо облизываю языком ее гладкие складочки. “О Боже, Шейн!” - стонет она, закрывая глаза и откидывая голову назад. Я провожу по ней еще несколькими движениями, затем подношу язык к ее клитору, обводя им, прежде чем засосать в рот. Ее бедра сжимаются на секунду, когда она дергает бедрами. Ее глаза, наконец, открываются и опускаются на мои, ее красивые губы приоткрываются, когда она всхлипывает и стонет. Затем она поднимает взгляд на зеркало, где все еще лежит ее рука. Я не вижу нашего отражения, но уверена, что это невероятный вид. Отсюда, снизу, я вижу, как раскраснелись ее щеки, когда румянец распространяется по груди и спускается к грудной клетке. Она осторожно поднимает свободную руку вверх по животу, скользя ею к груди, где обводит сосок кончиком пальца. Затем она слегка сжимает его, наблюдая за своим отражением в зеркале. Обри нечасто прикасается к своему телу, но наблюдать, как она исследует себя, должно быть, самое захватывающее, что я когда-либо видел. Я раздвигаю ее шире, просовывая язык внутрь, пока она пощипывает свой сосок. Рука, лежащая на зеркале, опускается к моим волосам, когда она хватает меня и начинает тереться своей киской о мой рот, наконец отпуская. “Да, Шейн! Не останавливайся. Это так приятно”, - она тяжело дышит, ее движения становятся хаотичными, а стоны становятся громче. Слава Богу, мы на первом этаже; я не знаю, что бы почувствовали мои родители, услышав, как я доставляю удовольствие своей девушке. Вскоре она уже дрожит надо мной, ее бедра сжимают мои бока, а ее рука тянет меня за волосы. Я крепче сжимаю ее ноги, удерживая ее на месте, когда подвожу ее к краю, посасывая и покусывая ее клитор, пока она не вскрикивает и не бьется в конвульсиях надо мной. Я напеваю, когда ее сладкий нектар стекает мне в рот, и поглощаю каждую каплю, выделяемую ее телом. Когда она хватает ртом воздух, я выползаю из-под нее, затем поднимаю ее на руки, когда ее ноги обхватывают мою талию, а руки обвивают мою шею. Я прижимаю ее спиной к зеркалу и одной рукой выравниваю себя, прежде чем погрузиться глубоко в нее. Она выкрикивает мое имя, когда я жестко трахаю ее напротив зеркала. Мы не часто занимаемся таким сексом, диким и животным. В большинстве случаев он довольно мягкий и страстный, и мне это нравится. Но бывают дни, когда мне просто хочется врезаться в нее, как сумасшедший, пока она не закричит и не превратится в лужу кашицы. Зеркало позади нас дребезжит, и на долю секунды я боюсь, что оно может разбиться. Мне было наплевать на зеркало, но я не хочу причинить ей боль в процессе. “ Держись, Ангел, - говорю я ей, когда она крепче обнимает меня за шею. Я хватаю ее за бедра и прижимаю их к ее телу, затем несколько раз врываюсь в нее, звук наших стонов и шлепков по коже громко наполняет комнату. “О черт! Шейн! Да, да, ДА! - кричит она за секунду до того, как я хватаю ее за рот, заглушая крики. Когда она начинает соскальзывать, а ее руки вокруг моей шеи ослабевают, я поднимаю ее обратно, но мое плечо пронзает боль, когда я делаю неверное движение. Моя хватка на ее бедре ослабевает, но я быстро перемещаю ее, не желая уронить ее. И снова меня пронзает еще один резкий укол. “ Черт! Я чертыхаюсь, зарываясь лицом в изгиб ее шеи. Я не прекращаю входить в нее, пытаясь игнорировать растущую с каждой секундой боль в моем плече. Боже, я это чертовски ненавижу! Почему сейчас? Почему, когда я трахаю свою прекрасную девушку? Почему это не могло подождать до конца? Пока мы не оказались в постели, где я могла просто принять какие-нибудь лекарства или отоспаться. “Шейн?” Обри спрашивает с беспокойством, но я игнорирую ее. Прошло десять лет, почему это дерьмо все еще происходит!? Я стону от боли, продолжая доставлять удовольствие своей девушке, но я знаю, что она чувствует, что что-то не так.Я был так близок, я могу закончить это, все в порядке. Я справлюсь, черт возьми! “ Шейн, прекрати. Я снова игнорирую ее. Вместо этого я прижимаюсь губами к ее губам, надеясь, что это отвлечет меня, но это почти ничего не меняет, и я начинаю потеть от боли. Обри прерывает наш поцелуй, торопясь. “Шейн, отпусти меня! Сейчас же!” Она прижимается ко мне и отпускает мою шею, вынуждая меня опустить ее, когда я выскальзываю из нее. У меня даже гребаный стояк сходит с ума из-за моего дурацкого плеча! Я делаю шаг назад и поворачиваюсь к ней спиной, агрессивно проводя пальцами по волосам одной рукой, пытаясь высвободить плечо. “Гребаная чушь!” Я не часто злюсь, я стараюсь принять свою травму такой, какая она есть, и то, что боль приходит и уходит время от времени. Но когда это мешает мне сделать что-то прекрасное с женщиной, которую я люблю, я не могу сдержать свой гнев. “Шейн, все в порядке. Нам не обязательно делать это вот так.” Она подходит ближе и кладет руку мне на спину, но я отмахиваюсь от нее, слишком злясь на себя. “Это не нормально. Я даже не могу овладеть тобой так, как хотел бы, без того, чтобы это не вспыхнуло. Это уже разрушило мою карьеру, теперь это разрушит и мою сексуальную жизнь!” “Это ничего не разрушает, Шейн. Пожалуйста, разве ты не видишь этого? Меня не волнует позиция, которую мы занимаем. Мне не нужно, чтобы мы искали приключений и пробовали что-то новое. Я просто хочу тебя, вот и все. Она обходит меня и обхватывает руками за талию. - Я просто хочу тебя, - снова шепчет она. Мой член дергается от ее слов, медленно приходя в себя. Я глубоко вздыхаю и обнимаю ее. “ Прости, ” говорю я, целуя ее в макушку. - Я не хотел злиться. “ Я знаю. Она целует мою грудь. - Ты можешь прилечь на кровать ради меня? - шепчет она мне в лицо, нежно проводя губами по моей вспотевшей коже. Я киваю головой и отпускаю ее, забираясь на кровать и нежно ложась, как она меня просила, прежде чем она заберется на меня, оседлав мои бедра. Она не устраивает меня поудобнее сразу, вместо этого наклоняется и завладевает моими губами. Мы целуемся так, будто не можем насытиться друг другом — и давай будем честны, мы не можем, — пока, наконец, я снова не становлюсь полностью возбужденной и готовой закончить то, что мы начали. Боль в моем плече медленно утихает с каждой проходящей секундой. Приподнимая бедра, она протягивает руку между ног и сжимает мой член в кулаке. Она несколько раз просовывает мою голову сквозь свои все еще влажные складочки, затем помещает меня у своего входа и опускается по всей моей длине. Мы оба стонем, когда наши рты воссоединяются, и она начинает скакать на мне, прижимаясь бедрами, когда одна моя рука запускает пальцы в ее волосы, а другая обхватывает ее за талию, прижимая к себе. Мы занимаемся любовью в той же позе, что и в декабре, тем же способом, который создал эту прекрасную маленькую звездочку, растущую внутри нее. “Я люблю тебя, Ангел”. “Я люблю тебя, Шейн”. Нам не требуется много времени, чтобы упасть за край, эйфорический момент экстаза охватывает нас обоих. Ее стенки сжимаются вокруг моей пульсирующей длины, когда мои яйца напрягаются, и мы оба кончаем, шепча имена друг друга на губах. Мы остаемся в этом положении некоторое время, пока восстанавливаем дыхание. Я провожу рукой по ее длинным светлым волосам, спускаясь вниз по спине, позволяя гладким прядям ниспадать сквозь мои пальцы. “ Что именно произошло, Шейн? Ее тихий голос заполняет беззвучную комнату. - Твоя травма, - уточняет она, когда я не отвечаю. Моя травма ни для кого не секрет. Вы можете посмотреть об этом в Интернете и найти тысячи статей и видео о ней. Но люди склонны избегать этой темы, как будто боятся, что разговор об этом повергнет меня в депрессию. Да, я понимаю, я был звездным спортсменом, у которого впереди блестящее будущее. Тот, кто далеко пойдет и будет иметь громкое имя даже через сто лет. Но затем моя травма положила конец моей карьере — карьере, к которой я стремился всю свою жизнь. Я думаю, в том, что они так подумали, есть смысл. Они предполагают, что я всегда буду жить с гневом, что я никогда не переживу свою потерю, что я считаю, что моя жизнь разрушена навеки. И да, какое-то время я так и думал. Врачи сказали, что восстановление будет успешным и что я в кратчайшие сроки вернусь на лед. Только в итоге я так и не восстановил полную подвижность и жил с этой ноющей болью, которая появляется, когда я слишком много двигаюсь или переношу слишком большой вес. Слепому все кажется нормальным. Я могу правильно двигать им, поднимать руку и размахивать ею. Но иногда движение, которое я повторяю тридцать раз в течение дня, заставляет мое плечо напрягаться, и иногда это так сильно, что я едва могу им пошевелить. Когда я приблизился к концу реабилитации и все еще не мог забросить шайбу как следует, не испытывая боли или не заныв плечом, я понял, что для меня это конец. Я никогда больше не буду играть в меру своих способностей. “Это был глупый несчастный случай, смешанный с действительно дерьмовым везением. Нелепый несчастный случай, которого не должно было произойти. По крайней мере, не в такой степени, в какой это произошло. Мы вышли в финал Кубка Стэнли с одной минутой в запасе. Это был первый раз, когда моя команда зашла так далеко, и мы все были так взволнованы. У нас все было в порядке, наконец-то это был наш год. У нас было преимущество со счетом пять:четыре над другой командой, и мы должны были победить, мы собирались победить ”. Я проглатываю комок в горле, когда всплывают воспоминания о той ночи. “У меня была шайба, и я катался по зоне атаки с двумя их защитниками за спиной, а также двумя их нападающими. Я искал возможность отправить его одному из моих товарищей по команде, когда потерял равновесие ”. Я вздыхаю, закрывая глаза, когда эта сцена снова всплывает в моем сознании. “Я не знаю, как или что я сделал не так, я просто споткнулся, и следующее, что я осознал, - это то, что я врезался в доски плечом вперед. Я сразу понял, что что-то не так по боли, которую я почувствовал. Как хоккеист, ты часто врезаешься в стены или падаешь на лед. Это нормально. Мы просто встаем и встряхиваемся, как будто этого никогда не было. Но по боли, которую я почувствовал, я понял, что действительно ранен. Я целую ее в макушку, нуждаясь в паузе. Обри все это время молчит, ее пальцы скользят по моей коже, пока она прислушивается к каждому моему слову, как умиротворенный ангел, которым она и является. Она не давит на меня, чтобы я продолжал, и не перебивает вопросами каждые две секунды, она просто слушает. “Ударившись о доску, я упал грудью на лед. Остальные были так близко позади меня, что мое падение застало их врасплох, и прежде чем я успел полностью подтянуться, их тела навалились на мои, прижимая меня обратно к земле. Я почувствовал, как что-то хрустнуло, за чем последовала острая боль в спине, а затем она просто онемела. ” Когда я рассказываю об этом, мое плечо слегка пульсирует, как будто я возвращаюсь к прошлому вместе со мной. “В итоге у меня был полный разрыв вращательной манжеты, полный разрыв сухожилия бицепса в плече и перелом лопатки, чего не должно было произойти. У нас есть прокладки, сделанные для нашей защиты. Во-первых, да, это возможно, такое случается. Но все три сразу? Нет. В НХЛ о таком никогда не слышали”. Я качаю головой. “Как я уже сказал, нелепый несчастный случай”. “Какой последний?” Мягкий голос моего Ангела доносится до моих ушей. “… Перелом спекулы. Никогда о таком не слышал. ” Я хихикаю над ее неудачной попыткой произнести это слово. “ Не смейся надо мной, ладно. Я пыталась, - говорит она, легонько ударяя меня в грудь, но я чувствую ее улыбку на своей коже. “Это перелом лопатки, по сути, сломанная лопатка”. - Так вот почему у тебя шрам на тыльной стороне плеча? “Да”. Ее пальцы скользят к верхней части моего плеча, где начинается второй шрам, затем вниз по боку. С годами оно выцвело, но Обри видела его раньше, так что она точно знает, где оно. “А это от разрыва вращательной манжеты и бицепса?” - Ммм. - Я киваю, зарываясь носом в ее волосы и вдыхая ее аромат. “Что случилось потом?” она спрашивает об игре. “Меня немедленно сняли со льда и отвезли в больницу, но моя команда все еще была изрядно потрясена после инцидента. Мы играли не лучшим образом, явно недостаточно сосредоточенно, и команда соперника забила гол. Мы перешли в овертайм, и они снова забили, выиграв Кубок Стэнли. ”Я долгое время винил себя за наше поражение. Если бы я не получил травму, мы бы победили. Но я знаю, что не могу так думать. “Вот почему ребята сказали, что это для тебя”, - бормочет она. “Когда они выиграли в конце сезона, они сказали, что выиграли кубок для тебя”. Я улыбаюсь, вспоминая тот момент. “Да, в раздевалке по этому поводу тоже немного поприветствовали перед игрой. Это было очень трогательно”. Я крепче прижимаю ее к себе. “Хотя моей любимой частью того дня были твои объятия. Это была настоящая победа для меня той ночью ”. “Я так нервничала, когда хотела тебя обнять, но было бы действительно странно, если бы я этого не сделала, поскольку все остальные делали это”. Она хихикает, обнимая меня за талию. “Что ж, я рад, что ты это сделала. Той ночью ты пахла так чертовски потрясающе”. Я до сих пор помню, как мгновенно возбудился, когда она оказалась в моих объятиях, и ее аромат наполнил мои вены. Мне пришлось слегка сдвинуть бедра, чтобы она не почувствовала мою эрекцию напротив себя. “Боже мой! Так вот почему ты обнюхивал меня!? Ты довел меня до бешенства, потому что я подумала, что от меня плохо пахнет!” Ее хихиканье переходит в полномасштабный смех, когда она шлепает меня по груди, и вскоре я громко смеюсь вместе с ней. “Ангел, даже если бы ты изо всех сил старалась плохо пахнуть, у тебя бы никогда не получилось. И, честно говоря, даже если у тебя получится, мне, вероятно, все равно это понравится. - Я целую ее в лоб, посмеиваясь над этим. Она поднимает на меня взгляд и прижимается своими все еще припухшими губами к моим один раз, прежде чем снова опустить голову. Я все еще внутри нее, хотя у меня больше не возбуждение. Мне просто нравится быть там, знать, что часть меня все еще связана с ней, и я думаю, ей это тоже может понравиться. С тихим и довольным вздохом она возвращает тему к нашему предыдущему разговору. “Ты скучаешь по этому? Играю”. В ее голосе есть какой-то намек, который я не могу уловить. Это звучит почти как неуверенность. “Хочу. Каждый день”, - честно отвечаю я ей. “Это было моей мечтой с того момента, как я научился ходить. Я делал все, что в моих силах, чтобы быть лучшим, и я им был.”Я говорю это не для того, чтобы казаться самоуверенным, это просто статистика. Я был чертовски хорошим игроком. “Я знаю, что это так. Ребята часто говорят об этом ”, - признается она, и мне нравится, что она не использовала прошедшее время, как я, как будто я все еще та суперзвезда хоккея с сумасшедшим талантом, которого никто никогда раньше не видел. “Тебе, должно быть, трудно тренировать их...” Я пожимаю здоровым плечом. “Иногда, но это горько-сладкое чувство. Наблюдать за их игрой и не иметь возможности присоединиться к ним, определенно, отстой. Но мне также нравится тренировать их. Мне нравится помогать им раскрыть свой высочайший потенциал и наблюдать за их расцветом ”. “Ты хотел бы, чтобы все было по-другому? Чтобы ты мог вернуться и что-то изменить, чтобы не получить травму?”Ах, теперь я понимаю, откуда берется ее неуверенность. Я выпускаю пальцы из ее волос и беру ее лицо в ладони, заставляя посмотреть мне в глаза. “ Нет, не хочу, ” говорю я честно. “Потому что, если бы я все еще играл или приближался к завершению своей карьеры, меня бы здесь не было. Я бы все еще был в Вашингтоне или где-нибудь еще по всему штату. Если бы я все еще играл, я бы никогда не встретил тебя. Я бы не лежал здесь, с тобой в своих объятиях и нашей Маленькой Звездочкой, растущей в твоем животе ”. Я целую ее, и она улыбается мне в губы. “ Так что нет. Я бы не стал возвращаться, и я ни о чем не жалею, Обри. Потому что, даже если на это ушло десять лет, в конце концов, это принесло мне тебя”. “Я думаю, мы все равно встретились бы”, - говорит она после паузы. “Возможно, наша история была бы немного другой, но я думаю, что наши пути все равно пересеклись бы”. Она слегка краснеет. “Я думаю, что увидела бы тебя на игре, и ты бы тоже увидел меня. Я думаю, ты сделал бы все, что угодно, чтобы узнать мое имя, или мой номер телефона, или увидеть меня снова. И я думаю, что влюбился бы в тебя так же, как в этой жизни”. Мое сердце учащенно бьется с каждым словом, и все, что я могу сделать, это целовать ее крепче, когда мои руки отпускают ее лицо, чтобы обхватить ее тело, притягивая ближе к себе. - Думаю, я бы тоже в тебя влюбился. ОБРИ ~ На следующий день ~ Мы с Шейном стоим на кухне, пока я прощаюсь с ним. Ему нужно зайти в офис перед посадкой на самолет через несколько часов. Его семья уехала чуть больше часа назад, так что теперь здесь только мы. По крайней мере, он уезжает только на одну игру, так что вернется послезавтра. Мне тяжело быть без него, но я знаю, что должна привыкнуть к этому. Это жизнь, на которую я подписался, и я не хотел бы, чтобы было по-другому. Руки Шейна обвивают меня, когда он целует меня всю, не готовый отпустить. Он рычит мне в шею, целуя чувствительную кожу за ухом. “Боже, как бы я хотела остаться здесь с тобой навсегда”. “ Это всего на два дня; ты вернешься раньше, чем успеешь оглянуться. ” Я хихикаю, и улыбка расплывается на моих губах. Я понимаю, я каждый раз скучаю по нему в тот момент, когда он выходит за дверь. Даже когда это просто выход на арену на целый день. - Все еще слишком долго, - бормочет он, приближаясь к моим губам. - Ах, юная любовь. - восхищенно вздыхает Марианна, направляясь на кухню. Звенит дверной звонок, и я опускаю голову на грудь Шейна, когда он поднимает голову, точно зная, кто пришел. “Я открою”, - говорит она нам, направляясь к входной двери. Через минуту входит мужчина, которого я ожидала, и выглядит он так же, как и в прошлый раз, когда я его видела. Лайонел - высокий и пугающий мужчина, выше Шейна на дюйм или два, с большими мускулами на темной коже, и когда он принимает такое серьезное выражение лица, он действительно выглядит устрашающе. Но Лайонел - милый человек с добрейшей душой, он забавный и успокаивает меня своим отеческим теплом. Когда Джулиан представил меня ему, мне было действительно неловко, что этот массивный мужчина повсюду следует за мной. Но потом Лайонел представился сам, стал задавать вопросы о моей жизни и смеяться вместе со мной. Он чувствовал, что я нервничаю, и хотел показать, что с ним мне нечего бояться. Мы мгновенно сблизились, и за короткий промежуток времени он стал мне как отец, которому я могла рассказать все свои секреты. Я думаю, тот факт, что он на двадцать лет старше меня и вполне мог бы быть моим отцом, также помог этому чувству. “ А, вот и юная леди, которую я скучал видеть каждый день. Лайонел подходит ко мне с широко раскрытыми объятиями, когда я отступаю от Шейна. - Как вы себя вели, маленькая мисс Форд? “ Я в порядке, Лайонел. А как насчет тебя? Я улыбаюсь и обнимаю его в ответ. Несмотря на то, что я не хочу снова попадать в подобную ситуацию, я счастлива, что это он. “ Только хорошее. Неплохой апгрейд ты получила в кондоминиуме, а? Он тихо посмеивается. “И я слышал, что это не единственное обновление, произошедшее с тех пор, как я видел тебя в последний раз. Я вижу, ты больше не пробираешься в его офис”. На этот раз он смеется от всего сердца, когда я отстраняюсь и прячу лицо от смущения. “ Фу! Я знала, что ты об этом заговоришь. - Я хихикаю, мое лицо заливается краской. “Стоп, это было мило, что ты подумала, что он не знает, что это ты”. Лайонел сияет, поворачиваясь, чтобы пожать руку Шейну. “Рад снова видеть тебя, Шейн. Давно не виделись”. “Я тоже рад тебя видеть, спасибо, что присматриваешь за моей девочкой, когда я не могу”. Шейн улыбается в ответ. - Значит, вы также несете ответственность за то, что свитс таинственным образом появился у дверей моего офиса? О да, она думала, что лукавит со своим “желанием вознаградить тебя за всю твою тяжелую работу ". Давай просто скажем, что то, что она выбежала в коридор после того, как постучала в твою дверь, сделало совершенно очевидным, что это было намного больше, чем награда. ”Раскатистый смех Лайонела снова наполняет кухню. “ Ладно, хватит об этом. Мне и так достаточно неловко. Я обмахиваю лицо руками. Шейн притягивает меня к себе и целует в лоб. “Тебе нечего стесняться. Мне нравилось открывать свою дверь и находить за ней небольшой сюрприз, это каждый раз украшало мой день ”. Я смотрю на него с улыбкой, удивляясь, как я оказалась с этим замечательным мужчиной. “Я также должен поздравить вас двоих с ребенком, вы, должно быть, взволнованы”, - говорит Лайонел с огоньком в глазах, наблюдая за нами. “Мы такие”. Рука Шейна опускается к моему животу, и в нем порхают бабочки. У меня пока нет живота или чего-то еще, но этот жест всегда заставляет мой желудок делать сальто, а сердце биться немного громче. Шейн проверяет время на своем телефоне и вздыхает. “ Мне нужно идти. ” Он крепко целует меня, затем прижимается своим лбом к моему. “Я позвоню тебе, когда мы выйдем из самолета. Я люблю тебя”. - Я тоже тебя люблю. Он делает шаг назад, прощается с Лайонелом и уходит. Я смотрю, как он исчезает из виду, и тоска уже наполняет мои вены. Когда я снова смотрю на Лайонела, то вижу, что он ухмыляется мне. “ Что? Я прищуриваюсь в его сторону. “ Действительно, отличный апгрейд. Он снова смеется и входит, обнимая меня за плечи, пока выводит нас из кухни в гостиную. “Так расскажи мне, малышка, как все это произошло?” Я вздыхаю. “Это была поздняя ноябрьская ночь. С неба падали маленькие снежинки, покрывая мокрые тротуары. Ни души не было слышно или видно, когда свежий воздух со свистом проносился мимо освещенных фонарных столбов”. Его сердечный смех заполняет пространство, и я хихикаю вместе с ним. - Ах, я скучала по тебе, Обри. “ Я тоже, Лайонел. Я тоже. ~ Два дня спустя ~ Я заканчиваю поливать шоколадом последнюю порцию шоколадного печенья как раз в тот момент, когда дверь, ведущая в гараж, открывается, и шаги Шейна эхом отдаются позади меня, когда он подходит ближе. Внезапно они совсем останавливаются, и я слышу, как его багаж с грохотом падает на землю, когда я медленно поворачиваюсь к нему лицом, зажав в губах кончик силиконовой лопаточки, покрытой шоколадом. Я чувствую, как румянец заливает мои щеки, когда он стоит там, наблюдая за мной хищными глазами, как будто он в нескольких секундах от того, чтобы схватить и сожрать меня. Я вытаскиваю лопаточку изо рта и опускаю ее обратно в миску с шоколадом, облизывая губы, мое тело горит от одного только его пристального взгляда. - Добро пожаловать домой, милый, - нежно говорю я, и он мгновенно выходит из своего застывшего состояния. Шейн делает быстрые шаги ко мне за секунду до того, как одна его рука запускает пальцы в мои волосы, а другой притягивает мое тело к своему, заявляя права на мои губы. “ Ангел, ” выдыхает он мне в лицо. “ Боже, ты - мечта, ставшая явью. Как мне вообще могло так повезти? - Я задаю себе один и тот же вопрос каждую секунду каждого дня, - шепчу я в ответ, прижимаясь своим лбом к его. Он мягко улыбается, закрыв глаза, когда его руки отпускают меня только для того, чтобы скользнуть вниз по бокам его хоккейной майки. “Где ты это нашел?” Я прикусываю губу, краснея еще ярче. “ Я нашла это в глубине твоего шкафа. Я всегда вижу девушек в их мужских футболках, и я подумала, что было бы неплохо надеть твои ”. Его футболка красива и выглядит совсем не так, как я ожидал. Я уже видел футболку "Вашингтон Уорлокс" раньше, но они, должно быть, сменили ее с тех пор, как за них играл Шейн. На нем ярко-желтая рубашка с двумя темно-фиолетовыми полосками на рукавах, а также с одной в нижней части майки. Плечи и воротник также выдержаны в том же фиолетовом тоне. Логотип, занимающий центральное место, состоит из большой черной буквы W и буквы поменьше лавандового цвета с черным контуром, слегка перекрывающим верхнюю часть буквы большего размера. За ним находится нечто похожее на волшебный шар фиолетового цвета, разбивающийся о землю прямо под большой буквой "W’. Это напоминает мне, как вы могли бы представить мультяшного волшебника, творящего заклинание своим посохом. Но самое замечательное на майке - это его фамилия у меня на спине над номером тридцать три и нашивка капитана, вышитая белым и фиолетовым. Я не знал, что Шейн был капитаном своей команды, хотя, честно говоря, я не проводил особых исследований по этому поводу. Каждый раз, когда я пытаюсь найти Шейна в Интернете, все, что всплывает, - это статьи о его несчастном случае, и я не хочу об этом знать. Он заслуживает того, чтобы его помнили великим игроком, которым он является, а не несчастным случаем, оборвавшим его карьеру. Он снова улыбается, открывая глаза и глядя на свою футболку. “ Ты знаешь, я всегда считал число тридцать три своим счастливым числом, хотя теперь я понимаю, насколько это на самом деле удачно. ” Его взгляд возвращается ко мне. - Мне было тридцать три, когда ты вошла в мою жизнь. - Шейн, - шепчу я его имя, мое сердце трепещет в груди. Он целует меня в губы, затем спускается по подбородку. “ Ты можешь носить мою футболку, когда захочешь, милая, но, черт возьми, со мной что-то происходит, когда я вижу тебя такой. Он рычит и игриво покусывает мою шею, а я хихикаю и обвиваю его руками. Одна из его рук медленно опускается, лаская бока моего тела, пока не достигает подола майки. Он опускается под нее, скользит к внутренней стороне моего бедра, затем неторопливо поднимается обратно, пока его рука не останавливается, и он слегка отстраняется, впиваясь в меня широко раскрытыми и удивленными глазами. “Я дала Марианне и Антуану выходной ...” Бормочу я, мой румянец усиливается теперь, когда он обнаружил, что на мне ничего нет под его футболкой. Я наклоняюсь и нежно прикусываю его нижнюю губу, прежде чем отпустить. - Сегодня вечером дом в нашем полном распоряжении. Он хихикает, целуя меня в губы, прежде чем перейти к подбородку и обратно к шее. “Мне было интересно, почему ты стоишь посреди кухни без штанов, но я подумал, что, может быть, здесь под ними прячется пара шорт”. Его пальцы снова начинают двигаться, когда я слегка раздвигаю ноги, чувствуя, как их кончики скользят по моим скользким складочкам. “Это намного,намного лучше. Моя девочка становится смелой”. Правда в том, что я страстно желала Шейна с тех пор, как он уехал на выездную игру "Гриффинз". Я не уверена, что это из-за беременности и всех этих гормонов, но я была ненасытна, и становилось только хуже каждый раз, когда Шейн звонил мне в течение последних двух дней. Я даже прикоснулась к себе прошлой ночью после того, как пожелала ему спокойной ночи, что я делаю не очень часто, но потребность в нем была слишком сильной, чтобы игнорировать. “ Нет. Я хихикаю. - Я просто скучал по тебе. - Я стону, когда его пальцы касаются моего клитора, где он затем вращает ими маленькими кругами, и, клянусь, я уже вижу звезды. - Я тоже скучаю по тебе, Ангел, очень, очень сильно, - говорит он, просовывая палец внутрь меня и продолжая ласкать мою шею. - Тогда покажи мне, - тяжело дышу я. В следующую секунду Шейн поднимает меня на кухонный стол, отодвигая поднос с печеньем, чтобы я не села на него. Его руки скользят вверх по моим согнутым бедрам, медленно поднимая его майку, пока она не стягивается у меня на талии, и я полностью обнажаюсь перед ним. Мгновение он смотрит на мое блестящее лоно, прежде чем дьявольская ухмылка появляется в уголках его губ, и он переводит взгляд на лопаточку, лежащую в миске с жидким шоколадом. “Шейн? Что ты делаешь?” Я наблюдаю, как он хватает его и перекладывает в миску, убедившись, что обе стороны хорошо покрыты, прежде чем вынимать. “ Готовлю свой перекус. Он подмигивает, поднося его к моей сердцевине и позволяя ему медленно стекать, пока он покачивает им взад-вперед так же, как я делала с печеньем. “О, Шейн!” Я ахаю, когда он касается меня, чувствуя легкое тепло, которое он все еще хранит, когда все мое тело заливается алым. Я ни разу за миллион лет не представляла, как мы вот так играем с едой, но признаюсь, мысль о том, что Шейн слизывает ее с меня, заставляет мои внутренности покалывать. Как только он удовлетворяется своим произведением искусства у меня между ног, он удивляет меня, поднимая майку выше по моему телу, пока не становится видна моя грудь. Затем он снова погружает силиконовую лопаточку в шоколад, удерживая рубашку на месте, и начинает размазывать немного по моей груди, делая мои соски тверже, чем они уже были. Я стону от странного ощущения, прикусываю губу, закрываю глаза и откидываю голову назад. Внезапно тепло сменяется чем-то влажным, и мои стоны быстро переходят во всхлипы, когда Шейн сильно посасывает мою грудь, задевая зубами мои чувствительные соски. “ О Боже, Шейн! Я сжимаю его волосы в кулаке, моя спина выгибается, пока он пожирает одну грудь за другой. Шейн мычит от удовольствия, затем проводит языком вниз по моему животу, пока не достигает лобковой кости. Он быстро хватает меня за бедра, приподнимая их, пока я не вынуждена полностью лечь на островок, и секундой позже его рот оказывается там, где я жажду его больше всего. Мои ноги покоятся на его плечах, пока он наслаждается моим естеством, моя рука все еще крепко сжимает его волосы, когда я вскрикиваю от каждого прикосновения его языка к моему клитору. “Да! Шейн, да! Пожалуйста, не останавливайся! О Боже, я так по этому скучала!” “ Да, детка? Ты скучала по тому, как мой язык касался твоей киски? Шейн нежно целует мой ноющий бутончик, глядя на меня снизу вверх, когда я отпускаю его волосы и приподнимаюсь на предплечьях, мой румянец опускается ниже, к пупку. Не думаю, что я когда-нибудь привыкну к такого рода грязным словам, но мне нравится слышать их из уст Шейна, когда мы играем. Это возбуждает меня. Я закусываю губу и киваю, чувствуя, как кончик моего носа и уши нагреваются. Он ухмыляется, в его глазах мелькает игривый огонек, и я точно знаю, что он собирается сказать дальше. - Скажи это. - Он целует внутреннюю сторону моего бедра. Шейну нравится слышать, как я говорю неприличные вещи, но он также знает, как мне от этого неловко. Если не считать его катастрофического опыта в ночь рождения и случайных промахов во время полового акта, я никогда не говорю ничего неподобающего. Но прямо сейчас я действительно хочу сказать ему все эти грязные вещи, просто чтобы увидеть, как он сходит по мне с ума, несмотря на то, что мое лицо вспыхнуло от одной этой мысли. Я сглатываю, затем выдыхаю, готовясь сказать то, чего он ждет. - Я скучала по твоему языку на моей киске. “ Черт возьми, Ангел, ” рычит он и мгновенно возвращается к работе, облизывая, покусывая и посасывая мои самые чувствительные места. Я снова сжимаю в кулаке его волосы, прижимаясь к его лицу, покалывающий шарик в моем животе растет с каждым движением его языка, пока я не вскрикиваю и не кончаю прямо ему на лицо. Я опускаюсь обратно на стойку, попутно выпуская его волосы, и громко дышу, пытаясь восстановить дыхание, пока Шейн неторопливо вылизывает меня дочиста. Я все еще чувствую остатки шоколадной крошки на своей груди, и я уверена, что у меня еще осталось немного между ног. После этого мне нужно хорошенько принять душ. Как только Шейн удовлетворяется своими обязанностями по уборке, он выпрямляется во весь рост, оставаясь между моих раздвинутых ног, и начинает расстегивать свою рубашку. Я сажусь, любуясь видом, по мере того как дюйм за восхитительным дюймом мне открывается его прекрасный торс. Я никогда не забуду, насколько красив Шейн, точно так же, как до сих пор не могу поверить, что он влюблен в меня. Я облизываю губы, когда он, наконец, полностью снимает рубашку, затем начинает расстегивать брюки. Опустив голову и не обращая на меня внимания, я окунаю кончики пальцев в миску с шоколадом, который медленно начинает затвердевать. Я тихо вытягиваю руку перед собой, прежде чем прижать пальцы к его груди и провести ими вниз по его прекрасному прессу. “ Ой... - Шепчу я, краснея. Шейн посмеивается, глядя на себя, когда он стягивает штаны и боксеры. “И что мы теперь будем с этим делать?” Я обмакиваю пальцы еще раз, затем покрываю шоколадом другую сторону его груди. - Ну, ты же знаешь, что я всегда убираю за собой, - бормочу я, наклоняясь, держа его за талию и проводя языком прямо над его ягодицей. Он прав, я становлюсь смелее, но это не мешает моему телу светиться, как будто я долбаный Рудольф в рождественскую ночь. Слава Богу, Шейну, кажется, нравится мой чрезмерный румянец, иначе я бы сейчас была очень смущена. Его пенис подергивается, когда я провожу языком по его соску, затем делаю то же самое с другим. Взяв еще шоколада только одним пальцем на этот раз, я нежно провожу им по всей длине его члена, пока он шипит. Он хватает меня за талию, быстро понимая, к чему это клонится, и опускает на землю перед собой, пока я продолжаю слизывать шоколад с его груди. Опускаясь на колени, я целую его в пупок, так что его длина оказывается прямо на уровне глаз. Я знаю, что пропустила много мест, и он все еще весь в шоколаде, но мне все равно. У меня текут слюнки при одной мысли о том, что очень скоро он будет у меня во рту. Если бы только та Обри, что была несколько месяцев назад, могла увидеть меня сейчас, у нее случился бы сердечный приступ и, вероятно, она подумала бы, что я сошел с ума. Я сжимаю пенис Шейна в кулаке, неторопливо скользя рукой вверх и вниз по гладкой коже, отчего на верхушке появляются маленькие жемчужные бусинки. Мои глаза останавливаются на нем, когда я высовываю язык и облизываю стенки его члена, затем верхушку, очищая весь шоколад, прежде чем перейти к головке и засосать ее в рот. Ноздри Шейна раздуваются, когда его губы приоткрываются, а рука запутывается в моих волосах. Я покачиваю головой вверх-вниз по его члену, не отрывая зрительного контакта, и напеваю каждый раз, когда ощущаю его вкус на своем языке. Я провожу свободной рукой по его животу, чувствуя, как они сокращаются под моими прикосновениями, когда он стонет, его бедра изгибаются, и его длина упирается в заднюю стенку моего горла. Я слегка задыхаюсь, мое горло сжимается вокруг головки его члена, и что-то внутри Шейна обрывается. В одну секунду я стою на коленях с его членом во рту, а в следующую - я в его объятиях, губы соприкасаются, зубы скребут друг о друга, языки сплетаются воедино. Он быстро усаживает меня обратно на кухонный островок, подтягивая как можно ближе к краю, и приподнимает одну мою ногу, располагаясь у моего входа. На следующем вдохе Шейн врезается в меня, и я кричу, мои глаза закатываются, когда я вижу звезды и падаю на стойку. Он врезается в меня несколько раз, как сумасшедший, держа меня за бедра, в то время как я чувствую, что в нескольких секундах от взрыва. “О, Шейн! Да! Черт! Шейн!” Я громко стону, когда одна рука сжимает мои собственные волосы, в то время как другая держится за край стойки возле моей задницы, удерживая меня на месте, так что я могу чувствовать каждый из его яростных толчков глубоко внутри меня. “Я собираюсь кончить! О Боже, я собираюсь кончить!” “Вот так, Ангел, кончай прямо на мой член”, - хрипит он, его мышцы напрягаются, а пот стекает с линии роста волос. “Я ИДУ! Я ИДУ! Я КОМ... — вскрикиваю я, когда ослепляющий оргазм захватывает мои чувства, и моя спина выгибается дугой над стойкой, мое тело неудержимо сотрясается. Шейн продолжает вонзаться в меня, несмотря на то, что мой оргазм поглощает меня целиком. Не прошло и десяти секунд, как я снова переваливаюсь через край, кричу и подтягиваю ноги кверху, отчаянно пытаясь сомкнуть их, но его тело мешает мне сделать это. Он толкается еще три раза, прежде чем издает мощный рев, который, я клянусь, разносится по всему дому, его пенис утолщается внутри меня прямо по мере того, как его тепло начинает наполнять меня. Мы оба хватаем ртом воздух, когда Шейн падает на свои предплечья надо мной, его потный лоб прижимается к моему плечу. Я провожу пальцами по его влажным прядям, мои ноги безвольно свисают со столешницы. - Думаю, нам, возможно, придется почистить твою майку после этого, - говорю я, задыхаясь, и хихикаю. “Я не думаю, что это единственная вещь, которая нуждается в чистке”. Шейн хихикает и целует меня в шею. “Я все еще чувствую шоколад на своей груди”. “ Я тоже. О Боже, надеюсь, я не подцепила что-нибудь ... там, наверху… Это совсем не может быть полезно для гигиены! Он приподнимается, его глаза встречаются с моими, когда он улыбается мне сверху вниз. “Не волнуйся, милая. Мы приведем тебя в порядок в душе. Я лично тщательно вымою тебя там. Он подмигивает, и я разражаюсь смехом. “О господи, это прозвучало не так сексуально, как ты думал”. Я обхватываю ладонями его щеки и притягиваю для поцелуя, все еще смеясь ему в губы, прежде чем он встает и отводит меня от стойки. Несколько часов спустя, после того, как мы приняли душ и я приготовила ужин для нас с Шейном, мы бредем в театральный зал, держась за руки. Мы пользовались театральным залом всего один раз с тех пор, как я фактически жила здесь с Шейном. Я не большой фанат кино, но мне нравятся здесь двухместные сиденья, где мы с Шейном можем прижаться друг к другу под одеялом, пока фильм идет на огромном экране. Он подводит нас к среднему ряду и опускает в центр, затем достает свой телефон, когда мы садимся рядом, и с помощью умных устройств выключает свет в комнате. Мне нравится тот факт, что весь этот замок, по сути, является умным домом, хотя это может быть не слишком практично во время отключения электроэнергии. Но Шейн заверил меня, что это случается редко, а даже если бы и случилось, его генераторы быстро заработали бы. Как только комната погружается в темноту, я ожидаю, что следующим включится большой экран, но вместо этого тихий механический звук над нами привлекает мое внимание. Я поднимаю взгляд как раз вовремя, чтобы увидеть, как огромная секция крыши убирается и уступает место ночному небу через большое слуховое окно. “Шейн!” Я ахаю от благоговения, когда над головой появляются звезды. В городе нам редко удается увидеть звезды так отчетливо из-за множества огней. “Сегодня вечером обещали ясное небо. Я подумал, что было бы неплохо немного понаблюдать за звездами перед сном”. Он целует меня в висок, притягивая ближе к себе и укрывая нас мягким одеялом. “Мне это нравится. Хотя, если бы ты сказал мне, что это будет здесь раньше, я бы, вероятно, проводил здесь все ночи, когда тебя не было”. Я хихикаю, кладя голову на изгиб его шеи. “ Ну, теперь ты знаешь на будущее. Его палец ласкает мой подбородок, прежде чем откинуть мою голову назад, чтобы завладеть моими губами. Когда мы отстраняемся друг от друга, я обнаруживаю, что смотрю на этого прекрасного мужчину, которого могу называть своим, и слезы наворачиваются на глаза, а в горле образуется комок. “Я люблю тебя, Шейн. Я так сильно люблю тебя, что иногда даже не понимаю этого, - шепчу я, глубоко заглядывая в его бирюзовые глаза. - Ангел, - шепчет он с такой нежностью, что я чувствую это до кончиков пальцев на ногах. “Когда мы впервые встретились, я часто задавалась вопросом, почему ты заставляешь мое сердце так странно биться, почему это странное чувство наполняет мой желудок каждый раз, когда ты смотришь на меня. Я бы удивился, почему каждый раз, когда ты подходил ко мне слишком близко, я вдруг забывал, как правильно говорить или вести себя, хотя раньше у меня никогда не было такой проблемы. Я ловил себя на том, что задаюсь вопросом, что же такого было в тебе, из-за чего со мной происходили все эти странные, но удивительные вещи, что именно в тебе заставило проснуться эту мою сторону ”. Шейн обхватывает мою щеку, его большой палец ласкает мою покрасневшую кожу, когда скатывается слеза, и он тут же ловит ее. Я поднимаю свою руку и передразниваю его, мой палец обводит его очаровательную ямочку, которая появляется, когда он улыбается мне. “В то время я никогда не мог придумать разумного объяснения, но теперь я знаю. Это никогда не касалось чего-то конкретного в тебе, это былпросто ты. Это мои сердце и душа дали мне понять, что ты был тем, кого я должен был ждать ”. В следующую секунду Шейн захватывает мои губы страстным поцелуем, возвращая мое тело к жизни. Затем он занимается со мной любовью под звездами в течение следующего часа, изливая всю любовь, которую он хранит ко мне, в каждом прикосновении и мягкой ласке. ---------- Глава шестнадцатая Глава шестнадцатая Обри Рулетики из фрута, арбузы и карамельное мороженое. ~ Месяц спустя / март ~ “Все еще счастливая сучка, у которой нет никаких симптомов, которые я вижу”. Эмма недовольно прищуривается, глядя на меня. Я хихикаю, прикусывая губу. “ Нет, но у меня действительно появилась странная тяга. Так, может быть? Я встряхиваю пакетик Froot Loops в руке, набрасываясь на него и запихивая в рот еще. Это не то, что я когда-либо делала, - есть сухие хлопья в середине дня, но, по-видимому, это был мой любимый перекус в течение последних двух недель. Мы были в постели, когда настроение улучшилось. Шейн просматривал видеоклипы на своем планшете, пока я просматривал список потенциальных сотрудников для найма, и тут мне в голову просто пришла эта мысль. Я сказала Шейну, как сильно мне хочется съесть миску Froot Loops, и он немедленно достал свой телефон и заказал десять коробок. Я рассмеялся над тем, насколько быстрой была его реакция, и подумал, что он был немного агрессивен с десятью коробками. Но, видимо, мой мужчина знает меня лучше, чем я сама, потому что сейчас я на девятом месте ... через две недели.Это не может быть полезно. “О, я скучаю по этим вкусностям. Было что-то такое приятное в том, чтобы есть их, когда они появлялись, лучше, чем любая еда. Моим были маринованные огурцы и брауни ”. У Сесилии появляется такой счастливый отстраненный взгляд, как будто она представляет, как ест их прямо сейчас. “Да, мывсе помним о твоих пристрастиях”, - невозмутимо заявляет Эмма. В последнее время она была очень капризной, но я не могу ее винить. Сейчас ей тридцать семь недель, и если она не родит к концу недели, ей сделают искусственное оплодотворение. “Ну, я не знаю. Ты знаешь, поскольку меня в то время не было рядом”. Ронни хмуро смотрит на Эмму, которая неловко сидит в своем кресле. Сейчас мы находимся в доме Эммы, за исключением Морган, которая не захотела присоединиться к нам. Близнецам сейчас по месяцу, и она наконец-то освоилась с этим, но все еще очень измучена. Они с Клэем наняли няню на полный рабочий день по имени Наталья, которая живет в квартире у бассейна, которая находится у них на заднем дворе. Я уверен, что это очень помогает, особенно когда мальчики в отъезде. Мой брат по-прежнему отказывается разговаривать со мной, и на данный момент я скорее зла, чем опечалена. Это чертовски больно, но он заходит слишком далеко, хотя на самом деле это не так уж важно.Я бы хотел, чтобы он просто повзрослел и позволил мне объясниться. “Ладно, извини, я не хотела быть стервой. С меня просто хватит. Мне нужно избавиться от них, вот прямо сейчас!” Эмма драматично топает ногой по полу, затем громко стонет, раздраженно запрокидывая голову. “А теперь я описалась в штаны. Просто охуенно! Клянусь, с меня хватит этой беременности!” Все наши глаза расширяются, когда мы наблюдаем, как под ней расползается огромное мокрое пятно. “ Эм, Эм.… Я не думаю, что ты описалась. “ Детка, кажется, у тебя отошли воды. Сесилия возбужденно улыбается. Глаза Эм расширяются, когда она пытается заглянуть себе между ног. Но ее живот такой огромный, что я почти уверен, она ничего не видит. “Боже мой! Это происходит? Как, на самом деле происходит? Прямо сейчас!?” В ее голосе слышится паника. “ Эй, все в порядке. Кажется, у тебя пока нет схваток, так что давай сохранять спокойствие и готовиться, хорошо? Сесилия быстро подходит к ней, потирая руку. “ Хорошо, да. Я... мне нужно позвонить моему отцу и твоим родителям. Эмма смотрит на меня. Мои родители отвели Грейси и Данте в крытый парк развлечений, чтобы дать Эмме отдохнуть, а нам, девочкам, - немного времени. Это то, в чем мы все отчаянно нуждались, поскольку мы по-настоящему не тусовались вместе со дня рождения Шейна, и Эммы даже там не было. С тех пор я видел Ронни несколько раз, а остальных - по одному разу, но это было все. Поскольку Морган была занята с близнецами, Эмма слишком устала, чтобы выходить из дома, а Сесилия взяла на себя больше работы, поскольку Эмма в декретном отпуске, у нас было не так уж много поводов собраться вместе. “ Я позвоню своим родителям и твоему отцу, ” говорю я ей, доставая телефон. “Я посмотрю, сможет ли Сэм заодно и заступить на вахту”. “Ладно, хорошо. Мне нужно переодеться, я вся липкая и мерзкая”. Эмма морщит лицо, с трудом поднимаясь со стула. “ Если он не сможет, позвони Мире. Она не будет возражать присмотреть за детьми, ” говорит мне Сесилия, прежде чем снова переключить свое внимание на Эмму. “Где твои сумки, детка?” “ В машине все уже на месте. Мне просто нужна моя сумочка, - быстро говорит ей Эмма. “ Ладно, я возьму твою сумочку и заведу машину. Лайонел, ты не мог бы подняться с ней наверх, чтобы она могла переодеться? Сиси спрашивает Лайонела, который тихо сидел рядом со мной. Все девочки были удивлены, узнав, что он вернулся, еще больше удивились, когда я сказала им, что это было по настоянию не Шейна, а Джулиана. Но они все с ним ладят, так что он идеально вписывается в их компанию. “ По рукам, - говорит он, вставая и подходя к Эм. “ Давай, красотка. Давай приведем тебя в порядок. “Я постараюсь связаться с ребятами. Я знаю, что они должны приземлиться с минуты на минуту, - говорит Ронни, постукивая по экрану, прежде чем поднести телефон к уху. Мы все быстро приступаем к своим обязанностям, и через пять минут Эмма снова появляется рядом с Лайонелом, и по сравнению с предыдущим появлением кажется, что ей больно. “С детьми все хорошо? Что с Грейсоном, он уже в пути?” Она смотрит на всех нас. “ Сэм собирается встретиться здесь с моими родителями и присмотреть за детьми, пока мы не вернемся. Твой отец покидает свой офис и встречается с нами в больнице, - сообщаю я ей. “ Никто из мальчиков пока не берет трубку. Но я отправила им всем сообщение, чтобы они тоже присоединились к нам и позвонили, как только увидят мое сообщение. ” Ронни сочувственно улыбается Эмме. “О Боже, что, если их рейс задержали? Что, если они не успеют вовремя? Я не могу пройти через это одна!” Эм наклоняется, положив руку на живот, и громко стонет. Я предполагаю, что начались схватки. “Все будет хорошо. Ты не будешь одна, мы все здесь, с тобой, - спокойно говорит Сесилия, поглаживая Эм по спине. “Но ... но как же мой день рождения через два дня!?” она хнычет, и я не могу удержаться от хихиканья. Предоставь Им самим беспокоиться о праздновании дня рождения, пока у нее роды. “Эмма, у тебя на руках вот-вот родятся двое прекрасных малышей. Вечеринки не будет. Это просто подождет, пока ты не встанешь на ноги, - мягко говорит ей Ронни. “Фу! Почему это должно случиться со мной!” - скулит она, снова топая ногой, но затем сгибается пополам, когда начинается очередная схватка. “Ладно, давай отвезем тебя в больницу, пока мне не пришлось принимать роды посреди комнаты”. Лайонел посмеивается, выводя ее из дома, а мы следуем за ним по пятам. К тому времени, как мы добираемся до больницы, ее схватки усиливаются, а мы по-прежнему не можем ни с кем связаться. Сейчас ее поместили в палату рядом со мной, моей матерью и ее отцом. Она не хотела, чтобы я уходил, и заставляла меня звонить Грейсону каждую минуту. “АААА!!!” Эмма кричит от боли. “Боже, почему это происходит сейчас!? Почему он не берет трубку!?” “Я попробую еще раз”, - успокаивающе говорю я ей, снова связываясь по видеосвязи со своим братом. Облегчение наполняет меня, когда звонок соединяется и на моем экране появляется лицо моего брата. Камера поворачивается, когда он садится в машину, и я слышу голос Сайласа на заднем плане. “ Грейсон? Его имя звучит почти по-иностранному на моем языке, учитывая, сколько времени прошло с тех пор, как я произносил его в последний раз. Он хмурится, переводя взгляд на телефон, но в его глазах читается беспокойство. “ Как Эм? Малыши уже здесь? он выбегает. Я качаю головой, немного обиженная тем, что он практически не обратил на меня внимания. “Нет, но ее схватки интенсивны, и она расширена на семь сантиметров. Врач сказал, что ей нужно быть в десять. Эмма кричит на заднем плане, и я вижу панику в его глазах. - Отведи меня к ней, - приказывает он. Я держу телефон перед Эммой, которая ерзает на кровати, пытаясь найти способ облегчить боль. “Грейсон, где ты? Почему ты еще не здесь?” “ Прости, детка. В аэропорту возникла проблема, и нас не выпустили из самолета. Но я уже в пути, хорошо? Все будет хорошо”. “Я не могу сделать это без тебя, Волк”, - плачет она, и слезы текут из ее глаз. “ Ты не сделаешь этого, Банни. Я обещаю. Я иду, просто потерпи еще немного ради меня. Она всхлипывает громче. “Хорошо...” Они разговаривают по телефону всю поездку, и как только он оказывается на парковке, он говорит ей, что уже едет, и вешает трубку. Через несколько минут дверь в комнату распахивается, и Грейсон бросается к ней. “ Я здесь, Банни. Я здесь. Он целует ее в потный лоб. - А теперь давай позвоним нашим мальчикам. Я отступаю назад, когда мама подходит ко мне. Грейсон смотрит на нас, и его хмурое выражение возвращается на место, когда его взгляд падает на мой. - Теперь ты можешь идти.… Спасибо вам”. Я могу сказать, что "спасибо" было вынужденным, но я не обращаюсь к нему за этим. Вместо этого я позволяю его словам наполнить мое сердце болью, когда поворачиваюсь и позволяю моей матери вывести нас из комнаты, оставляя Эм с Грейсоном и Лэнсом рядом с ней. Когда мы возвращаемся в комнату ожидания, я нахожу Шейна разговаривающим с Лайонелом, когда они стоят в стороне от комнаты. Мной овладевает потребность в утешении, и я бросаюсь к нему, пока не проиграла битву со своими эмоциями. Его руки раскрываются как раз вовремя, чтобы поймать меня, когда мои руки и ноги обвиваются вокруг него, его рука быстро обхватывает мой затылок, а другая лежит на моей заднице. -Ангел? - Пожалуйста, просто обними меня. - Мой голос срывается, на глазах выступают слезы. Его хватка на мне крепче. “ Я держу тебя, милая. Я держу тебя. “Клянусь, мне все равно, будут ли у этого мужчины дети прямо сейчас. Если он в ближайшее время не вытащит голову из задницы, я сам ее вырву, и это будет некрасиво, - слышу я, как Ронни бормочет позади нас, и на моих губах появляется легкая улыбка. Через несколько минут я могу сказать, что Шейну начинает не по себе от того, насколько напряженным становится его тело, поэтому я отрываюсь от него и опускаюсь на землю. Я ободряюще улыбаюсь ему, беру за руку и усаживаю нас рядом с нашими друзьями. Лайонел, на время покончив со своими обязанностями, желает нам всем до свидания и уходит. Я подношу ноготь большого пальца к губам и жую кончик, в то время как мой желудок тихо урчит, заявляя, что я голоден ... снова. Сейчас у меня закончился первый триместр беременности, как раз подошел к тринадцатинедельной отметке, и у меня начал появляться крошечный-пребольшой животик. Шейн был на седьмом небе от счастья с тех пор, как оно появилось, и целует мой живот при каждом удобном случае. Я думаю, это просто выглядит так, будто я раздулась или переела слишком много, но он считает, что это красиво. Шейн берет меня за запястье, отводя большой палец ото рта, и ухмыляется. “ Ты голодна? Этот мужчина всегда все знает. Я улыбаюсь, когда румянец заливает мои щеки, и киваю. “ Я могла бы принести тебе что-нибудь в кафетерий, если хочешь? - Предлагает Ронни со своего места напротив нас. - В этом нет необходимости, у меня есть то, что она хочет. Шейн улыбается Ронни, вытаскивая из своей мужской сумки пакетик с начинкой Froot Loops, затем открывает пакет и протягивает его мне. “ Откуда они у тебя? Я хмурюсь, продолжая жевать свой перекус. “ У меня всегда есть с собой немного, на всякий случай. Я знаю, что это то, чего ты жаждешь прямо сейчас. Он наклоняется и целует меня в щеку, заставляя меня покраснеть еще немного. “А что, если мне захочется арбуза?” Я шучу. “ Тогда я начну повсюду таскать с собой арбуз. ” Он подмигивает и отстраняется, а я качаю головой, удивляясь его нелепости. Хотя я бы не удивилась, если бы он это сделал. Шейн именно такой. Он учитывает все мои потребности, и я люблю его за это. “Господи, он носит с собой пакет хлопьев на случай, если она проголодается. Хлопья! Может ли он приготовить что-нибудь более совершенное?” - Бормочет Ронни, выглядя совершенно сбитой с толку. “ Если хочешь, Лисичка, я отнесу тебе пакет хлопьев. Гейб наклоняется к ней и щиплет за ухо. “ Я не хочу хлопьев. ” Она хмуро смотрит на него. “ Но я могла бы заказать твой фирменный коктейль или одно из твоих пятизвездочных блюд. Она улыбается ему. “ Когда мы вернемся домой, я приготовлю тебе все, что ты захочешь, детка. Они целуются, когда мама садится рядом со мной. Она кладет руку мне на бедро, слегка сжимая его. - Знаешь, твой брат однажды тоже заставил меня замолчать, - тихо говорит она. Я поворачиваюсь к ней лицом, и на моем лице появляется хмурое выражение. - Он это сделал? “Ммм”. Она кивает. “Тебе было всего три, так что логично, что ты не помнишь, но он помнил. Целых пять месяцев он отказывался со мной разговаривать. -Почему? -спросиля Моя мама вздыхает, когда берет мою руку в свою, глядя на наши переплетенные пальцы. “У нас с твоим отцом были тяжелые времена. Мы не были уверены, что наш брак переживет это. Мы продолжали ссориться и почти не разговаривали друг с другом. Это стало действительно токсичным для нас обоих и для вас, дети, поэтому мы решили расстаться, провести некоторое время порознь, проветрить головы и надеяться, что мы найдем способ вернуться друг к другу ”. Я смотрю на нее с удивлением. - Что-то не припомню, чтобы вы с папой не были вместе... “ Это потому, что это длилось недолго, и, как я уже сказал, ты была еще так молода. Твой отец уехал из дома на две недели. Все, что потребовалось, - это две недели нашей разлуки, чтобы все снова заработало, и как только это произошло, он вернулся домой ”. “ Так вот почему Грейсон выгнал тебя? - Спрашиваю я в замешательстве. Она кивает. “ Твой брат был в ярости на меня, обвинил в том, что я выгнал твоего отца, сказал, что из-за меня у него не было отношений с отцом. Он сказал... Ее глаза наполнились слезами. “Он сказал, что я была ужасной матерью и что это я должна была уйти, что я вам двоим не нужна”. Я могу сказать, что даже спустя столько лет это все еще причиняет ей боль. Боже, мой брат действительно может быть придурком, когда хочет. Не могу поверить, что он сказал что-то подобное нашей маме. “Мне так жаль, что он сказал это тебе, мама...” “Я люблю твоего брата от всего сердца, но иногда он может быть действительно обидным. Когда он набрасывается, он говорит то, чего не имеет в виду, и это может оставить глубокие шрамы ”. Она грустно улыбается. “Но потом, когда он осознает свою ошибку, он становится тем, кто причиняет глубокую боль. Он пожалеет о своих поступках и сделает все, чтобы исправить их”. - Что он сделал? - спросил я. “ Ну, после целых пяти месяцев, когда он не разговаривал со мной и заставлял меня чувствовать себя ужасно по отношению к себе, твой отец усадил его и заставил образумиться. Когда твой брат понял, что был неправ, он часами плакал в моих объятиях. Он умолял меня о прощении и продолжал говорить, как он сожалеет обо всех тех гадостях, которые наговорил”. Она тихо смеется. “ Но это было не все. Две недели подряд он каждый день возвращался домой из школы с цветами, которые сорвал по дороге. Он сказал, что надеется, что эти цветы вернут ему мою любовь”. Я обнаруживаю, что становлюсь эмоциональной, когда вытираю медленно скатывающиеся слезы. Шейн кладет руку мне на спину, успокаивающе поглаживая ее. “ У твоего брата такое большое сердце, и он так сильно любит, но иногда это затуманивает его рассудок. Она сжимает мою руку. “ Он образумится, милая. Просто не отказывайся от него. “ Я пытаюсь... - Шепчу я, когда она подходит, чтобы обнять меня. “ Боже, я буду скучать по вам, ребята. Я бы хотел, чтобы тебе не нужно было возвращаться домой. “Ну, на самом деле у нас нет выбора возвращаться. Никто другой не собирается собирать вещи за нас”. Она смеется. Я быстро отстраняюсь, сбитая с толку ее заявлением. - Что ты подразумеваешь под “упаковывать вещи’? Куда ты идешь?” Она улыбается, оглядываясь на моего отца. “ Мы наконец приняли предложение твоего брата. Мы уже уволились с работы и купили здесь дом. Мы собираемся переехать в конце мая”. Мои глаза снова наполняются слезами. - Ты переезжаешь сюда? “ Да, детка. Наш дом больше не в Торонто. Он здесь, с тобой, твоим братом и нашими четырьмя внуками”. “ О, мама. ” Я обнимаю ее еще раз. - Я так счастлива! “ Ты правда, милый? Она лучезарно улыбается мне, когда мы расстаемся. Я оглядываюсь на Шейна, прислоняясь к нему. “Такой, такой счастливый”. Проходит больше семи часов, прежде чем Грейсон появляется в приемной. За это время мы все проголодались по настоящей еде, так что Сайлас и Гейб в конце концов отправились куда-нибудь, чтобы купить нам всем чего-нибудь поесть. “Вы все можете идти в комнату, Эмма ждет вас с мальчиками”, - говорит он, улыбаясь всем, но его глаза никогда не останавливаются на мне или Шейне. Я встаю, когда все уже направляются по коридору, взволнованный появлением вновь прибывших. Я беру руку Шейна в свою и начинаю следовать за остальной толпой, но Грейсон преграждает мне путь. “Почему ты все еще здесь? Я сказал тебе уходить. Мои глаза расширяются, а пульс учащается. - Мы ... мы ждали, чтобы увидеть малышей. “ Ну, мы не хотим, чтобы ты был здесь. Иди домой. Он складывает руки на груди. “Грейсон, ты же не можешь говорить серьезно прямо сейчас !?” Я умоляю, мои легкие сжимаются, а в горле растет комок. “ Я абсолютно серьезен. Тебе здесь не рады. “ Но... но Эмма... Она мой друг… моя сестра. Грейсон, пожалуйста! Не поступай так со мной... Я умоляю его, когда слезы начинают катиться по моим щекам, и я начинаю чувствовать головокружение. Я шатаюсь в сторону, и Шейн быстро кладет руки мне на талию, чтобы поддержать меня. - Ты сделала свой выбор в отношении того, кем была твоя семья, когда встретилаего . ” Он сердито смотрит на Шейна. “Там, - затем он указывает себе за спину, - этомоя семья, и я выбираю, кому позволено туда входить, а кому нет, так что не устраивай сцен и уходи”. Рыдание вырывается наружу, когда я прикрываю рот рукой, отступая на грудь Шейна, когда снова теряю равновесие. Грейсон поворачивается и уходит от нас, не сказав больше ни слова, в то время как я начинаю хватать ртом воздух и мое зрение слегка затуманивается. Я чувствую, как мое сердце разбивается на миллион маленьких кусочков, все мое тело болит, из-за стеснения в груди становится трудно дышать. Мне нужно выбираться отсюда. Мне нужно уйти, пока я не задохнулась. Я выхожу из объятий Шейна и обхожу его, направляясь к выходу. Я слышу, как он зовет меня по имени, но я не останавливаюсь, мне нужно уходить.Вот что он сказал. Мой брат хочет, чтобы я ушел, поэтому я ухожу. Я подхожу поближе к стене и кладу руку на перила, но она соскальзывает, и у меня подгибаются колени. Руки Шейна достигают меня прежде, чем я успеваю коснуться земли. Он быстро поднимает меня и прижимает к своей груди. Одна рука у меня под коленями, а другая вдоль спины, пока я плачу в изгиб его шеи. “ Скажи мне, что делать, Ангел. Скажи мне, и я сделаю это, ” тихо говорит он с болью в голосе, как будто его сердце разбивается рядом с моим. “Если ты хочешь, чтобы я вернулся и ударил его у всех на глазах, я это сделаю. Меня не волнует, если это будет стоить мне карьеры, я сделаю это для тебя”. “Просто п-отвези меня п-домой, пожалуйста… Отвези м-меня домой...” Мне удается вырваться, и он немедленно приступает к делу, вынося меня по коридору из больницы. Он усаживает меня на пассажирское сиденье, пристегивает, затем обегает машину и садится за руль. Я сгибаюсь пополам, закрывая лицо руками, и безудержно воплю, задыхаясь, когда стеснение в легких сжигает меня изнутри. Я никогда не испытывал такой боли; я не знаю, как ее остановить. Я слышу громкий хлопок сбоку от себя, когда рука Шейна натыкается на что-то, и он чертыхается. За этим быстро следует щелчок отсоединяемого ремня безопасности, прежде чем он просовывает его мимо меня, затем поднимает меня с сиденья и сажает к себе на колени. “Хотел бы я забрать твою боль, Ангел. Меня убивает видеть тебя такой. ” Его бормотание наполнено печалью, когда он крепче прижимает меня к себе. Мне требуется больше часа, чтобы прийти в себя, и к тому времени, когда мои рыдания переходят в тихие всхлипы, в голове стучит, а в глазах болит… то же самое происходит и с моим сердцем. “Прости, что я зря потратила твое время...” Тихо говорю я, все еще прижимаясь к Шейну. В какой-то момент он откинул спинку сиденья, чтобы я действительно легла на него сверху. “Время, проведенное с тобой, не потрачено впустую, Обри. Я бы предпочел провести тысячи часов рядом с тобой, ничего не делая, чем один час бессмысленного дерьма, потому что ты - это то, что для меня важнее всего остального. Ты и наша Маленькая Звезда на первом месте. Всегда. Он целует меня в макушку, пока его пальцы скользят по моим волосам. “Спасибо, Шейн. Не думаю, что смогла бы пройти через это без тебя”. “ Я всегда буду рядом, когда понадоблюсь тебе, Ангел. И даже когда ты не будешь нуждаться, я все равно буду рядом с тобой, ” бормочет он в тишину ночи. Я не уверен, который час, но, кажется, на улице уже совсем темно. - Ты готова идти домой? Я киваю, уткнувшись ему в грудь. - Да. Я забираюсь обратно на свое сиденье и пристегиваюсь, пока Шейн переставляет свое сиденье и вытаскивает нас с парковки. Он берет мою руку в свою, переплетая наши пальцы, затем подносит ее ко рту и прижимается губами к тыльной стороне моей ладони. “ Ты голодна, милая? Хочешь пить? В настроении для чего-то особенного? Он смотрит в мою сторону с понимающей ухмылкой. “ Все, что угодно, Ангел. Просто назови это, и я найду способ получить это. ” Он заканчивает, подмигивая, отчего мои скулы ярко вспыхивают. Мне нравится, что даже после почти трех месяцев совместной близости он все еще заставляет меня постоянно краснеть. Я знаю, что уже краснею больше обычного, но когда Шейн признался, что ему понравилось, как легко это произошло, я испугалась, что это пройдет, как только мы сблизимся и мне станет комфортно рядом с ним. Я облизываю губы, думая обо всех вкусных блюдах, на которые я могла бы пойти прямо сейчас, но одно сияет в моем сознании ярче остальных. - Я могла бы заказать мороженое с карамелью. “Да?” Я киваю, прикусив губу. “Ммм”. “ Знаешь, что по-настоящему безумно? Он улыбается, не отрывая глаз от дороги, но по его легкому веселому тону я могу сказать, что это говорит его игривая сторона. “ Что? Я поднимаю бровь. “ Мне тоже захотелось пломбир с карамелью. Разве это не странно? Думаю, вы могли бы называть нас… ”Птицы одного полета". Он смотрит на меня, приподнимая брови. Смех вырывается из моего горла, когда я прикрываю рот. “ Боже мой! До этого момента ты никогда не говорил о своем возрасте. Я смеюсь громче, держась за живот. “Люди вообще так больше говорят?” Он притворно ахает. “ Ты только что назвала меня старым? Он тихо присвистывает. “Вау, ты предлагаешь своей девушке все, чего только пожелает ее сердце, а она называет тебя старым. Я действительно чувствую здесь любовь, Ангел. Действительно чувствую это. Он убирает руку, притворяясь оскорбленным, но улыбка на его губах говорит об обратном. Я забираю его руку обратно, прижимая ее к своей груди. “ Прости, я не это имела в виду. Ты не старый, совсем нет. Я сжимаю губы, удерживаясь от очередного смешка, когда он прищуривается, глядя на меня. Я покрываю его руку поцелуями, затем прижимаю ее к своему лицу. “ Я все еще получаю мороженое? Я широко улыбаюсь, мое настроение мгновенно улучшается с помощью Шейна. - Еще карамели? Это удивляет меня, и мои брови поднимаются. - Откуда ты знаешь, что я беру его с добавлением карамели? “Потому что в последних двух, которые ты приготовила дома, было больше карамели, чем в настоящем мороженом”. Он хихикает.Хм, я думаю, это упростило бы его предположение. - Итак, это означает “да”? - Да, пожалуйста. - Я одариваю его белозубой улыбкой. Я откидываю голову на спинку сиденья, кладя наши руки так, как они были несколько секунд назад, переплетенными на моем бедре. Я вздыхаю, глядя на мужчину, которому удалось изменить мою ночь к лучшему, несмотря на ужасные события сегодняшнего дня. Он действительно мужчина моей мечты. Если раньше у меня и были какие-то сомнения, то сейчас их точно нет. - Спасибо, что помогаешь мне чувствовать себя лучше, - шепчу я. “ Моя работа - поднимать тебе настроение, Ангел. Я сделаю все, чтобы вызвать улыбку на твоем прекрасном лице. Он оборачивается, его взгляд опускается на мои губы, когда я улыбаюсь, давая ему то, что он хочет. - А теперь давай возьмем мороженое и съедим его у камина в нашей комнате. - Тебе, наверное, стоит купить два для меня, я могу не дождаться, пока мы вернемся домой, - признаюсь я, краснея. “ Я уже планировал пригласить вас троих. Он снова подмигивает, и я хихикаю. Я съел все три. ---------- Глава семнадцатая Глава семнадцатая Шейн Поговорим о мотивации. ~ На следующий день ~ Прошлая ночь была бурной. После мороженого и посиделок у камина мы с Обри занялись любовью, после чего на сегодня было покончено. Но в три часа ночи ее тихое сопение пробудило меня ото сна. Я нашел ее свернувшейся калачиком с телефоном в руке, просматривающей присланные Эммой фотографии своих племянников. Из того, что я слышал, очевидно, Эмма вышла из себя, когда узнала, что Грейсон запретил Обри видеться с ними. Она сказала ему идти домой и не возвращаться, пока он не будет готов вести себя как мужчина, за которого она вышла замуж. Затем она сказала Обри, что может приехать и повидаться с близнецами, но Обри отказалась. Она сказала, что и так слишком сильно напрягла их брак и не хотела усугублять его. Я знаю, что уход заставил бы ее почувствовать себя лучше, но я также понимаю, что она имела в виду. Я сел в постели и притянул ее в свои объятия. Мое сердце разлетелось на миллион маленьких осколков, когда я слушал, как она выплакивает все до последней слезинки, пока усталость не взяла верх и она снова не заснула. Однако сегодня утром она, казалось, была в лучшем настроении, и это хорошо. Я не знаю, смог бы я пережить свой день, если бы она все еще была в том же состоянии. Сегодня у команды игровой день, а это значит, что я не буду часто бывать дома и не увижу Обри до позднего вечера. Единственная хорошая вещь во всем этом - это то, что с тех пор, как она изменила свой график и теперь работает днем, мы просыпаемся почти в одно и то же время и каждое утро готовимся к тому, что я буду дома вместе. Это дает нам немного дополнительного времени, проведенного вместе, и я ловлю себя на том, что жажду тех моментов, когда я уезжаю из города. Обычно я прихожу на каток около половины седьмого и сразу же приступаю к делу с персоналом. У нас уже было собрание тренерского штаба и утренняя встреча пять на пять с командой. А также специальные команды, собравшиеся для силовой игры, в то время как остальные игроки продолжили выполнять короткие энергетические тренировки, специальные растяжки или процедуры. Сейчас время утреннего катания на коньках, и мне невероятно трудно быть хорошим тренером в данный момент. Потому что, несмотря на то, что я напоминаю себе отделять свою личную жизнь и чувства от работы, мне отчаянно хочется врезать Грейсону по физиономии. Я так зла и взбешена тем, как плохо он обращается с Обри, что мне требуется каждая капля моей силы воли, чтобы не наброситься на него. Используя белую доску, я демонстрирую следующее упражнение, над которым я хочу, чтобы они поработали. Когда я заканчиваю свою речь, я оглядываю всех своих игроков, которые стоят передо мной на коленях, за исключением одного. Я не смотрел ему в глаза все утро. Я просто не могу. Может быть, это мелочно с моей стороны и дерьмовая тренерская техника, но притворяться, что его сейчас не существует, - это то, что помогает мне сосредоточиться. Джонатан, наш помощник тренера, который работает непосредственно с нападающими, проводил много времени один на один с Фордом. Он пытался помочь ему улучшить его игру, показывая ему фрагменты допущенных им ошибок, в том числе тех, которые были хорошими. Обычно Грейсон отличный игрок, но в последнее время, не буду приукрашивать, он ведет себя дерьмово. И если ситуация не изменится, мне придется исключить его из стартового состава. Если я буду предельно честен, я не думаю, что мы далеко продвинемся в этом году. Я знаю, что не должен так думать, но наш рекорд побед не так велик, как в прошлом сезоне. После сегодняшнего вечера нам осталось провести всего двадцать игр в регулярном чемпионате, и при таком раскладе нам повезет, если мы попадем в плей-офф. И это не только из-за слабой игры Форда. Моя первая пара защитников травмирована и выбывает из регулярного чемпионата. А теперь Ольчков, мой защитник, которого перевели в стартовую линию, получил перелом ладьевидной кости в нашей последней игре и тоже не вернется до конца сезона. Я потерял трех защитников, а один из моих звездных вингеров нарушает химию на льду, потому что позволяет своему гневу мешать игре. Я постоянно разнимаю ссоры между моими игроками, потому что любой незначительный комментарий действует на него как спусковой крючок, и он набрасывается. Именно в такие моменты я думаю, что из него получился бы отличный защитник. Пол давил на меня, чтобы я изменил состав на игру и вывел Ford на вторую. Но у Хейса, Беркли и Форда обычно такая отличная химия на льду, что я боюсь, что если убрать его, то все будет только хуже. Это также может быть чувство вины, поскольку я чувствую ответственность за отсутствие у него прогресса — в первую очередь, я сам вызвал всю эту ситуацию. Может быть, если бы я признался в своем влечении к его сестре еще до того, как связался с ней, все было бы по-другому, и он не реагировал бы таким образом. И я также беспокоюсь, что, если я внесу эти изменения, Обри может подумать, что я наказываю его за его поведение с ней. Я нахожусь в затруднительном положении, из которого понятия не имею, как выбраться. Я поднимаю Хейса лицом вперед к доске, чтобы продемонстрировать ход. “Поднимай его, но коленом туда”. Я вдавливаю свое колено между его раздвинутых ног. “Не впускай его. Ты должен поддерживать его, раз, два, пока не придет третий парень, потом ты уходишь. Понял?” Все они кивают, затем приступают к исполнению пьесы. Остаток утра проходит как в тумане, за новыми встречами и обязанностями с прессой. К часу дня мы все отправляемся отдыхать перед сегодняшней игрой. Учитывая короткую ночь, мне следовало бы пойти домой и немного вздремнуть, но вместо этого я делаю две быстрые остановки и еду в свою новую любимую пекарню. Я паркуюсь несколькими зданиями ниже и подхожу к пекарне со своими сюрпризами в руках, но захожу туда не сразу. Вместо этого я наблюдаю через окно, как моя девочка порхает вокруг, как маленькая фея, и смеется с двумя служащими у кассы. Мне всегда нравилось наблюдать за ней, когда она была самой собой. Она этого не знает, но раньше, еще до того, как я вошла в дом в первый раз, я ходила мимо. Я парковался на другой стороне улицы и просто наблюдал за ней в окно, пока она с грацией обходила магазин. Тогда у нас еще не было времени быть вместе, но я ничего не мог с этим поделать. Я просто не мог оставаться в стороне. Я, наконец, вхожу внутрь, когда она стоит ко мне спиной, желая удивить ее, поскольку она не знала, что я приду. Я ставлю букет светло-розовых роз перед собой и прячу пакет с едой за спину. Если я хорошо знаю свою девушку, она не ела ничего, кроме сладостей, и, скорее всего, умирает с голоду. А еще у меня в кармане лежит ее фирменный перекус, чтобы она могла перекусить позже. Октавия, которая стоит за кассой, вместе с Джейком, с которым я уже несколько раз встречалась, оба улыбаются мне, но не объявляют о моем присутствии. Поэтому, когда я подхожу к стойке, я откашливаюсь и спрашиваю: “Извините, миссис Джефферсон?” Обри быстро оборачивается и говорит: “Да?” Ее глаза расширяются, когда она поворачивается ко мне, но я думаю, это не столько от шока, что я здесь, сколько от того факта, что она откликнулась на мою фамилию. И я не мог быть более доволен. Она прикладывает кончики пальцев к губам, задыхаясь, и они становятся темно-розовыми. “Я понятия не имею, почему я это сделала”. “ Потому что ты знаешь столько же, сколько и я, что это должна быть твоя фамилия. Я подмигиваю и обхожу прилавок, когда она подходит к проему. “Привет, Ангел”. Я оборачиваю руку, все еще держащую цветы, вокруг ее спины и притягиваю к себе, захватывая ее губы своими. “ Привет. Она вздыхает от блаженства у моих губ. “ Боже, вы двое - это уж слишком, - говорит Октавия рядом с нами. - Если ты не выйдешь за него замуж, босс, это сделаю я. “Прости, Тави. Даже если она решит никогда не выходить за меня замуж, я все равно не отпущу ее, - говорю я, улыбаясь своей девушке. “Боже, почему он такой совершенный? И где ты его нашла? Есть ли еще такие, как он?” Обри хихикает и выходит из моих объятий. “Я не уверен, но если я увижу кого-нибудь, я пришлю его к тебе”. Затем она снова обращает свое внимание на меня. “Что ты здесь делаешь, Шейн? Разве ты не должен быть дома, отдыхать или готовиться к сегодняшнему вечеру?” “ Я бы предпочел повидаться со своей девушкой. Я протягиваю ей цветы. - И я принес тебе подарки. “ О, Шейн, тебе не нужно было дарить мне цветы. Она краснеет, когда берет их у меня из рук и нюхает. “ Это не все, что я принесла. Следующей я показываю пакет с едой навынос. “О, слава Богу! Я чуть не проглотил гипсокартон”. Она краснеет еще сильнее от того, с каким нетерпением вырывает сумку у меня из рук. - И это. - Я достаю из кармана пакетик Froot Loops и размахиваю им перед ней. Ее глаза расширяются от голода точно так же, как отреагировала бы собака, увидев свою любимую закуску. “Я так сильно люблю тебя прямо сейчас, что ты даже не начинаешь понимать”. “ Да, потому что это то, как сильно я люблю тебя все время. Я снова притягиваю ее к себе и снова целую. “У тебя есть время сделать перерыв?” “Для тебя я делаю ... и еду”. Это говорит наша Маленькая Звезда, и это заставляет меня хихикать. Она провожает нас в свой кабинет и закрывает за собой дверь. Вместо того, чтобы сесть в свое кресло, она садится на один из двух стульев перед своим столом, а я занимаю другой. Она кладет цветы на стол, пока я беру пакет с едой на вынос и начинаю доставать наши контейнеры с едой. Этим утром она сказала мне, что ей хочется китайской кухни и, возможно, она съест ее дома на ужин. Но мне ненавистна мысль о том, что она будет есть в одиночестве, так что это лучшее, что я могу сделать. Я знаю, что сегодня вечером она все равно будет ужинать в одиночестве, но я надеюсь, что это окупит мое отсутствие. - О, Шейн, - говорит она, когда видит, что именно мы собираемся есть. Наблюдая, как она копается в банке с жареным рисом, я поднимаю тему, которую хотела обсудить уже несколько недель. “Я хочу, чтобы ты переехала ко мне”. Она вопросительно хмурится. - Я думала, мы уже жили вместе? “ Я имею в виду перевезти все свои вещи, которые все еще находятся в квартире, и сменить почтовый адрес. Ты ходишь туда только за почтой или за тем, чего у тебя нет дома. Я просто не вижу смысла в том, чтобы ты это больше хранил ”. Она замедляет жевание, обдумывая мои слова. “Я имею в виду, да, я думаю, в этом есть смысл. Я почти не была там в последние два месяца, так что это практически пустое место, которое можно заполнить кем-то другим ”. Затем она прикусывает нижнюю губу. “Но он принадлежит не мне, а Грейсону”. “Тогда скажи ему, чтобы продал его, как только он опустеет”, - предлагаю я в качестве решения. Как я уже говорил ранее, я не собираюсь ее отпускать, так что этой квартирой больше никогда не воспользуюсь, по крайней мере, не она. “Хорошо, да. Я так и сделаю. На самом деле, я сделаю это прямо сейчас. Мне просто нужно будет найти время на этой неделе, чтобы собрать остальные свои вещи и перевезти их сюда. Грей заплатил за всю мебель, так что я не чувствую себя вправе брать ее. - Она тянется к телефону через стол и набирает на нем сообщение. - Ты говоришь ему прямо сейчас? “ Ага.… Может, лучше покончим с этим?… верно? Она кладет телефон обратно и разбрасывает еду по тарелкам. “В любом случае, он, вероятно, даже не ответит”. Я наклоняюсь и целую ее в висок. “Я найму грузчиков, чтобы они забрали все твои вещи, и, может быть, ты попросишь Ронни помочь тебе все упаковать в эти выходные”. “Да, я сделаю это. Лайонел тоже будет там, я уверен, он не откажется помочь”. Она кивает, поднося ко рту кусочек оранжевого цыпленка. В данный момент ее волосы собраны в беспорядочный пучок, пряди падают на лицо, когда она смотрит на контейнеры с едой. Я поднимаю руку и заправляю эти непослушные пряди ей за ухо. Ее глаза устремляются на меня, а щеки розовеют. - Есть еще кое-что, о чем я хотел с тобой поговорить. - Что это? - спрашивает она, берясь за кисло-сладкие креветки. “Я знаю, что еще рано, но я думал о том, когда появится Малышка Стар, в основном о детской. Мне не нравится мысль о том, что наш ребенок будет один наверху, в то время как мы находимся на первом этаже. Она мурлычет, проглатывая еду. Я еще почти ничего не съел, но слишком занят, любуясь ею, чтобы обращать на это внимание. Я просто поем перед выходом на арену. “Ты прав. Я не думаю, что мне было бы комфортно, если бы он или она были там наверху. Это непрактично и, скорее всего, вызвало бы у меня сильный стресс. Что ты предлагаешь? “ Ну, я тут подумала, что мы могли бы превратить мой кабинет в детскую, а свои вещи я перенесу в другую. Я знаю, что это не совсем рядом с нами, но это будет ближайшая к нашей комната. Кроме того, это все равно оставит нам некоторое уединение для нашего интимного времяпрепровождения без страха разбудить ребенка. И как только он или она подрастет и мы почувствуем, что готовы к этому шагу, мы сможем переселить их в комнату наверху ”. Она кивает, но, кажется, все еще думает об этом. “ Но если ты хочешь, чтобы мы все время жили на одном этаже, мы могли бы просто сделать кое-какой ремонт наверху и перенести нашу спальню туда. Я не возражаю, милая. Мы сделаем все, что вы захотите. Если вы хотите пристроить к дому дополнительную комнату на первом этаже, не меняя уже имеющиеся, мы можем сделать и это ”. Я сжимаю ее затылок, затем провожу круговыми движениями большого пальца. “ Это будет стоить кучу денег. Она прикусывает губу, и на ее щеках появляется новый румянец, когда она ставит баночку, которую держит в руках. “ И твое счастье стоило бы каждого потраченного пенни. Держа ее за шею, я поворачиваю ее голову к себе и целую. “Просто подумай об этом и дай мне знать, хорошо?” - Я буду, - шепчет она с закрытыми глазами. Я улучаю время, чтобы полюбоваться ее чертами. Эти россыпи веснушек на ее носу, которые сводят меня с ума, длинные светлые ресницы. Эти губы, которые всегда выглядят немного припухшими, и красивое лицо в форме сердечка. А потом она открывает глаза, и жизнь, какой я ее знаю, перестает существовать. Очаровательные светло-карие глаза впились в мои. Такие светлые, что сияют невинностью — я никогда не видела ничего подобного. Они вводят вас в транс и держат в плену в тот момент, когда набрасываются на вас. Я был их пленником последние четыре года, и у меня нет планов когда-либо вырваться на свободу. “ Ты самая красивая женщина, которую я когда-либо видел, Обри. У меня захватывает дух каждый раз, когда я смотрю на тебя. У нее перехватывает дыхание, прежде чем она произносит мое имя. “Шейн...” Я заявляю права на ее губы так, как, возможно, никогда больше не доберусь. То, что я чувствую к ней, невозможно описать. Я никогда не думал, что буду чувствовать такое в своей жизни. Я даже не знал, что такая любовь существует. Та, которая заставляет сомневаться во всем, та, от которой трудно дышать, когда ее нет рядом. Та, от которой я бы с радостью отказался от своего состояния, своей карьеры, если бы это означало, что она у меня есть. Я бы даже не колебался. Мы проводим вместе почти час, пока ей в конце концов не нужно возвращаться к работе, а мне нужно подготовиться к сегодняшней игре. Вернувшись домой, немного перекусив, затем приняв душ и надев костюм, я возвращаюсь на арену за четыре часа до заброса шайбы. Всегда есть какие-то дела, которые нужно обдумать в последнюю минуту перед игрой, и мне нравится все продумывать до того, как моя команда выйдет на лед. За два часа до заброса шайбы у нас предматчевые совещания со всей командой, обсуждение пенальти, которые не были рассмотрены сегодня утром, и обзор игры пять на пять. Мои ребята знают, чего я жду от них сегодня вечером, к тому времени, как мы закончим наши собрания и, наконец, наступит время игры. Пока игроки разминаются на льду, я оглядываюсь на ряд кресел прямо позади нас. Ранее Обри написала мне, что будет на игре с Вероникой. Мне даже секунды не требуется, чтобы найти ее, она буквально прямо у меня за спиной. Я не могу сдержать улыбку, которая расползается по моим губам, когда я наблюдаю, как ее щеки приобретают розовый оттенок. Она кладет руку на свой крошечный животик, на который я не могу перестать пялиться каждый раз, когда она обнажена или носит что-нибудь обтягивающее. Наблюдая, как моя Маленькая Звездочка растет у нее в животе, мое сердце сжимается. Я не думаю, что она даже осознает, что начала это делать, держась за живот, как будто утешает нашего ребенка или защищает его от опасности. - Я люблю вас, - быстро произношу я одними губами, зная, что мне нужно снова сосредоточиться на своих игроках. - Я тоже тебя люблю, - шепчет она в ответ, прежде чем я отворачиваюсь, отключаясь от мыслей о моем прекрасном Ангеле и концентрируясь на работе до конца ночи. Рядом со мной раздается смешок, и я оборачиваюсь, чтобы увидеть Пола рядом со мной. - Внезапно все обретает смысл. Черт. Я надеялся еще немного подержать его в неведении. - Что это? “ Что творилось в последнее время у Форда в заднице. Тебе следовало предупредить меня, что между тобой и юной мисс Форд что-то происходит. Теперь я очень надеюсь, что это не просто способ скоротать время, потому что... “ Это не так! Я рявкаю, обрывая его, гнев разливается по моим венам при мысли, что он мог подумать такое. “Я люблю ее, она носит моего ребенка, и я намерен когда-нибудь жениться на ней”. - Ах, и я должен предположить, что синяк под глазом, который ты недавно носил, был его способом поздравить тебя с новостями. “ Ваши предположения были бы верны. Я быстро киваю. Он глубоко вздыхает. “Послушай, Джефферсон, ты мне нравишься, ясно? Ты один из хороших. Но вы же понимаете, что если это не будет исправлено в ближайшее время, у нас возникнут проблемы ”. “ Я все исправлю. Тебе не о чем беспокоиться, - говорю я и молюсь Богу, чтобы это было так. “ Надеюсь, ты права. Он похлопывает меня по плечу и натянуто улыбается. К концу первого периода никто не забил. Что, на мой взгляд, все равно хорошо. Это означает, что мои ребята давят изо всех сил. И несмотря на то, что они находятся в резерве защитников, они хорошо выполняют свою работу. За исключением того, что к концу второго периода мы проигрываем три к нулю, а один из моих игроков играет ужасно. Форд не сосредоточен на игре. Я постоянно ловлю его взгляд на трибунах, и я точно знаю, на кого он смотрит. Он спотыкался о собственную ногу, полностью промахивался мимо шайбы, когда получал пас, и его удар был полностью отбит, что позволяло нашим соперникам каждый раз легко отбирать шайбу. Он совершает ошибки, которых не должен совершать на своем уровне в НХЛ. Я уже сменил состав после первого периода, и, если уж на то пошло, это ухудшило его игру. Поэтому я возвращаю линию к тому, какой она была изначально, снова ставлю Хейса, Беркли и Форда вместе в качестве стартовой линии, а затем делаю то, чего никогда не думал, что мне придется делать. Но если это приведет его в зону, то так тому и быть. Я кладу руку ему на плечо, и он тут же пытается сбросить меня с себя, но я хватаюсь за его футболку и наклоняюсь ближе.Мне не нужно, чтобы все слышали, что я говорю. “Включи свою гребаную голову в игру, Форд. Я не буду повторять тебе это снова. Вот тебе и мотивация, ты хочешь, чтобы я был подальше от твоей сестры, верно? Он рычит при упоминании о ней. “Ну, тогда представь, что делаешь это на льду. Каждый соперник там - это я. Шайба? Это Обри. Их цель? Это дом. Позаботься о ее безопасности и отвези ее, черт возьми, домой ”. ОБРИ Игра для мальчиков отменена, и, судя по тому, что я смотрел дома, она была отменена уже некоторое время. Я не могу не чувствовать себя частично ответственным, конечно, за то, как играет мой брат. Я ненавижу, что это происходит с ними после такого потрясающего сезона в прошлом году. Но сегодня все еще хуже. Мы только что начали третий урок, и я смотрю, как Шейн наклоняется к Грейсону и что-то шепчет ему на ухо. Я не слышу, что он говорит, но по тому, как застывает поведение моего брата, я бы сказал, что это не слишком дружелюбно. “ Как ты думаешь, что он ему сказал? - Спрашиваю я Ронни, не отрывая глаз от брата, когда он выезжает на лед с новым чувством решимости. “Я не знаю, но это заставляет его двигаться”. Она пожимает плечами. “Возможно, он угрожал своей работе”. Я хмурюсь, поворачиваясь к ней. “Шейн никогда бы не сделал что-то подобное. Несмотря на то, что происходит между нами троими, он знает, насколько хорош Грейсон”. “ Я пошутила, Брей. Я знаю, что Шейн не такой. ” Она накрывает мою руку своей. “ Как у тебя дела… со всем этим?” Я выдохнула. “ Не знаю, я пыталась не думать об этом слишком много, но мне все еще больно. Конечно, после вчерашнего... При одной мысли об этом я чувствую, как у меня слезятся глаза. “О, я была в такой ярости, когда не заметила, как ты вошла. Но Эмма… Господи, я никогда не видела ее такой злой. Я, честно говоря, думала, что она собирается убить его.” Она хихикает. “Если бы она могла встать с той кровати, она бы избила его всем, что было под рукой”. Из того, что рассказала мне Ронни, Эмме сделали кесарево сечение, чтобы принять роды у ее мальчиков, так что ей сейчас немного трудно ходить. Но моя мама остается с ней в больнице, чтобы помогать с детьми. Я не ответил на сообщения Эммы и фотографии, которые она прислала мне прошлой ночью. Я все еще был слишком взволнован всей ситуацией, чтобы говорить об этом. Но я знаю, что скоро мне это понадобится. Она не заслуживает молчания, потому что она не сделала ничего плохого. Это сделал мой брат. “ Но хватит об этой удручающей теме. Расскажи мне, как ты себя чувствуешь? Что касается ребенка. Она переплетает наши пальцы и слегка поворачивается на своем сиденье с взволнованной улыбкой. “Боже, я все еще не могу поверить, что у тебя будет ребенок. Ты превратилась из девственницы в маму”. Она смеется, и я не могу не присоединиться к ней. “Я знаю, я не представлял, что моя жизнь примет такой оборот. Но мне это нравится, и я бы не хотел, чтобы было по-другому”. Я кладу свободную руку на живот. “Все хорошо, я в восторге от мысли, что это маленькое существо растет внутри меня и становится мамой. Шейн действительно говорил о том, чтобы внести изменения в дом для детской сегодня днем. Он так увлечен и всегда думает наперед, что это снимает большой груз с моих плеч. Он будет замечательным отцом”. Она искренне улыбается мне. “Я действительно рада за тебя, Брей. И Шейн, как у тебя с ним дела?” Я удовлетворенно вздыхаю, глядя на мужчину, о котором идет речь. “ Шейн такой.… Он просто идеален. Между нами все потрясающе. Я никогда в жизни не была так счастлива, Ронни. Иногда эта радость настолько сильна, что мне кажется, я вот-вот лопну. Он делает меня такой счастливой ”. Затем мой взгляд возвращается к моему брату, который с силой катается с одного конца катка на другой. “Я просто хочу, чтобы мой брат мог это видеть”. “Он идиот, забудь о нем”, - просто говорит она, качая головой с неприятной гримасой. “ Хотел бы я, чтобы все было так просто. Я вздыхаю, на этот раз с легкой душевной болью. “ А у тебя, как дела в твоей личной жизни? Все еще на седьмом небе от счастья со своими двумя мужчинами? Я хихикаю. Отношения между Ронни, Ноем и Габриэлем возникли так быстро, что в некотором роде застали меня врасплох, но не одновременно. Я всегда знала, что парни были одержимы ею. Я просто не понимала, что это было нечто большее, чем просто секс. Что удивило меня еще больше, так это то, что Ронни по уши влюбилась в них после того, как поклялась, что ненавидит их. Я думаю, именно так работает любовь: она застает тебя врасплох и появляется, когда ты меньше всего этого ожидаешь. Она мечтательно улыбается. “В резиденции Эллис-Адлер все просто великолепно”. - Дата свадьбы все еще не назначена? Гейб сделал ей предложение в ноябре, но с тех пор разговоров о свадьбе больше не было. Технически она выходит замуж только за одного, но духовно она явно замужем за обоими. Татуировка в виде кольца, которую они с Ноем носят, является четким свидетельством этого. “Ох, нет, пока нет. Я не понимаю, почему это так сложно, все это меня безумно напрягает. Если бы дело было только во мне, я бы сбежала, но я знаю, что Гейб этого не хочет. Она пожимает плечами, глядя на наши руки. Я накрываю свободной рукой наши соединенные пальцы. “ Возможно ли, что ты чувствуешь себя ... виноватой, выходя замуж за Гейба, но не за Ноя? И поэтому тебе так трудно назначить дату? Потому что это сделало бы это реальным, - мягко спрашиваю я. Она прикусывает губу, затем слегка кивает, когда эмоции проступают в ее глазах. “ Я ничего не могу с этим поделать. Я так сильно хочу выйти замуж за Габриэля. Но я не могу отделаться от ощущения, что это создало бы впечатление, будто я выбираю его, а не Ноя ”. Она слегка шмыгает носом, но не сводит глаз со льда. “ И я знаю, что Ной сказал, что все в порядке, что он не против. Но что, если он передумает, когда все закончится? Я не могу просто развестись с Гейбом, чтобы вместо этого выйти за него замуж. Тогда это означало бы, что я предпочла бы Ноя Гейбу. Я не выбираю ни то, ни другое, я выбираю и то, и другое, я люблю их обоих одинаково”. “Возможно, вам следует поговорить с ними об этой вашей проблеме. Я уверен, они успокоят вас или предложат решение”. Она снова кивает. “ Ты прав, я должна. Затем она переводит взгляд на меня. “Спасибо, что спросили, я чувствую, что у меня только что сняли тяжесть с груди от разговора об этом”. “ Ты мой лучший друг, Ронни. Ты всегда можешь прийти ко мне, когда тебе нужно будет поговорить. ” Я наклоняюсь к ней и кладу голову ей на плечо. “ Как у Ноя дела с реабилитацией? - Спрашиваю я, когда снова поднимаю голову. “Хорошо. Терапевт, который помогает ему в реабилитации, сказал, что ему следует вернуться на лед через две-три недели”. “Это действительно хорошие новости”. Я сияю. “Да, он взволнован. Он катался на коньках, но говорит, что это не то же самое, что играть”. - Могу себе представить. Звучит сигнал, и Гриффинз забивают второй гол. Мы с Ронни встаем и хлопаем вместе со всеми остальными. Честно говоря, я понятия не имею, кто забил. На самом деле мы не уделяли внимания игре, что, скорее всего, делает нас сейчас ужасными подружками. “Эй, это напомнило мне. Ты свободна на этих выходных, чтобы помочь мне собрать вещи в квартире? Шейн не хочет, чтобы я переутомлялась. Он пригласил грузчиков для тяжелой работы, но мне все еще нужно разложить все по коробкам ”. “Конечно, я помогу!” - отвечает она без колебаний. “Итак, что будет с квартирой?” - Я написала Грейсону, что после выходных он будет бесплатным и что он может его продать. Я пожимаю плечами. “Вау, и что же он сказал?” На этот раз это я прикусываю губу. “ Он так и не ответил. Как я и предсказывала. Или не стал бы. Она толкает меня в плечо. “ Как я и сказала, идиот. Мы улыбаемся друг другу, прежде чем переключить внимание на парней на оставшиеся десять минут на часах. К концу игры я все еще не уверен в том, что Шейн сказал Грейсону, но что бы это ни было, это сработало. Последние двадцать минут он играл как тот Грейсон Форд, которого я знаю, и болел за меня всю мою жизнь. Химия между игроками была восстановлена, и им удалось забить четыре гола, выиграв матч со счетом четыре:три. Уже почти полночь, когда Шейн наконец возвращается домой и забирается в постель. Он ложится на спину и тянется ко мне, притягивая к себе, когда я кладу голову ему на грудь. Так мы засыпаем каждую ночь, и мне это нравится. Он целует меня в макушку и с удовлетворенным урчанием вдыхает мой запах. “ Ты хорошо провела время на игре? - тихо спрашивает он, его пальцы поглаживают мою руку вверх и вниз. “Я так и сделал, было приятно провести немного времени наедине с Ронни. Она также согласилась помочь мне с упаковкой, - говорю я ему, кивнув. - Это хорошо. После минутного молчания я решаю заговорить, больше не в силах сдерживать вопрос, вертящийся у меня в голове. - Что ты сказал Грейсону? - Спрашиваю я. Когда он не отвечает сразу, я уточняю свой вопрос. “В начале третьего ты ему что-то сказал”. Он вздыхает, как будто жалеет, что я спрашивал, но все равно отвечает на мой вопрос. “Я сказал ему представлять мое лицо на лице каждого соперника и представлять, что ты шайба. Что ему пришлось забрать тебя у меня и отправить домой. Я громко вздыхаю и отталкиваюсь от его груди, желая увидеть его лицо. В нашей комнате довольно темно, поэтому я протягиваю руку и включаю прикроватную лампу. На его губах играет ухмылка, которую он пытается скрыть, но с треском проваливается. О Боже, он серьезно! “Шейн! На самом деле ты ему этого не говорил!” “ Ему нужна была какая-то мотивация, и я дал ему ее. Он пожимает плечами. “ Кроме того, это сработало, не так ли? Улыбаясь, он хватает меня за талию и заставляет оседлать его бедро. Я фыркаю. - Наверное. Я кладу руки на его обнаженную грудь, скользя пальцами по тому месту, где обычно был бы небольшой пучок волос. Но я вижу, как он бреется там каждое утро, как и его лицо, поэтому оно всегда гладкое. - Я просто не думаю, что мы должны разжигать его ненависть к тебе. “ Я знаю. Ты прав, возможно, это был не самый умный поступок, но я должен был что-то сделать. Я не уверен, то ли это из-за сообщения о кондоминиуме, то ли из-за встречи с тобой на арене, но сегодня вечером он просто совершал ошибку новичка за ошибкой новичка. Я не мог позволить ему продолжать в том же духе”. Он тянется к моей резинке для волос, распуская неряшливый пучок и позволяя прядям свободно рассыпаться по плечам. Шейну нравятся мои волосы, и при любой возможности он зарывается в них пальцами. “Он выводил из строя всю команду, Энджел. Становилось так плохо, что никто больше не хотел отдавать ему пасы. Плохая игра влияет не только на него, но и на команду, и это, безусловно, плохо отражается на мне ”. “ Я знаю, я не сержусь на тебя и не разочарована. Я просто удивлена. Я улыбаюсь ему, подбадривая. - Я не ожидал, что ты скажешь что-то подобное, вот и все. “Значит, у нас все в порядке?” спрашивает он с ноткой нервозности. Я подношу руки к его щекам, наклоняясь, чтобы поцеловать его в губы, которые творят чудеса с моим телом. Когда я отстраняюсь, на его лице расплывается улыбка, а на щеках появляются ямочки. Я кладу указательные пальцы на каждый из них и инстинктивно краснею. Я не знаю, что такого в его ямочках, но они сводят меня с ума, и я ловлю себя на том, что фантазирую о том, как его лицо оказывается у меня между ног, когда он улыбается. Клянусь, этот мужчина пробуждает во мне жажду секса, как и у моих друзей. “Конечно, у нас все в порядке, Шейн. А почему бы и нет?” Я отвечаю на его вопрос, когда мои бедра начинают покачиваться напротив него. “Я не знаю, я просто боялся, что тебе может не понравиться… Что ты делаешь?” Он хихикает, когда замечает мои движения, и начинает набухать подо мной. - Боже, я не знаю, гормоны ли это или что-то еще, но я хотела тебя весь день, - бормочу я, приближаясь, чтобы поцеловать его в шею. “Ах, да?” “Ммм, я чуть не сказал тебе пригласить меня сегодня в мой офис. Ты была такой сексуальной с цветами, едой и закусками. Я сходила с ума, - признаюсь я, чувствуя, как мой румянец разливается еще сильнее по мере того, как я становлюсь скользкой между ног. “Что ж, тогда. Мы должны утолить этот голод, не так ли?” Он снова хихикает. - Пожалуйста, - стону я. Следующее, что я помню, это то, что меня снимают с него и укладывают на спину, оставляя дорожку влажных поцелуев на моем обнаженном теле. Затем он устраивается между моих раздвинутых ног, поднимает взгляд ... и улыбается. Превращая мою фантазию в реальность и отправляя меня прямиком в рай на следующий час. ---------- Глава восемнадцатая Глава восемнадцатая Обри С меня хватит... ~ Два дня спустя ~ “ Я иду в туалет. Если что-нибудь случится, позови, хорошо? - Говорит Лайонел, вставая с дивана и бросая на меня взгляд, полный беспокойства. “ Я так и сделаю, обещаю. Я искренне улыбаюсь. Он кивает и направляется в ванную комнату рядом с кухней. Я решил не идти сегодня на работу, так как проснулся с ощущением головокружения. И поскольку я больше не работаю в the register , взять выходной - не такая большая проблема, как это было бы обычно. Пекари уже на месте, а также двое сотрудников дневной смены, так что я знаю, что все будет хорошо. Сегодня мне доставили только одну посылку, но я разрешил Октавии подписать ее для меня. Она видела, как я делаю это тысячу раз, и всегда помогает мне проверить заказ, так что она знает, что делать. Я доверяю ей в этом и сказал, чтобы она звонила мне, если возникнут какие-либо проблемы. Шейн и команда уехали на следующие пять дней, а это значит, что Лайонел будет работать няней. А его обеспокоенный вид вызван тем фактом, что он застал меня на полпути, когда я добралась до кухни этим утром. Он хотел сразу же отвезти меня в больницу на обследование, но я отказалась, поэтому вместо этого он позвонил Шейну и рассказал ему, что произошло. Потом мне пришлось заверить Шейна, что со мной все в порядке, просто у меня немного кружилась голова и я шла слишком быстро. Он заставил меня поклясться, что, если станет хуже, я пойду провериться. А потом он приказал Лайонелу связаться с Джулианом, если это случится снова. Не потому, что он не хочет быть в курсе, а потому, что он знает, что его друг не примет моих оправданий и не заставит меня уйти. Мой телефон звонит с предупреждением от ворот, сообщая мне, что кто-то запрашивает вход. Я увеличиваю изображение в камере и замечаю, что это машина Эммы, и, судя по всему, на пассажирском сиденье рядом с ней никого нет. “ Что за черт? - спросил я. Я впускаю ее и встаю с дивана, испытывая очередную волну головокружения, но оно быстро проходит. Я направляюсь к входной двери и распахиваю ее как раз в тот момент, когда она подъезжает. Она открывает свою дверцу, но ей требуется несколько секунд, чтобы выйти, и, судя по тому, что я слышу, она кряхтит. “ Эмма! Что ты делаешь!? Тебе вообще не следовало садиться за руль! Я визжу. Ее только сегодня утром выписали из больницы. Мои родители должны были быть с ней следующие два дня, прежде чем уехать домой, но их нигде не видно. Я собираюсь броситься вниз по ступенькам, чтобы помочь ей, когда снова накатывает головокружение. Я кладу руку на дверной косяк и останавливаюсь. - ЛАЙОНЕЛ! - кричу я. - Кричу я, надеясь, что он меня слышит. Через несколько секунд он бежит ко мне и встает сбоку, его руки на моих предплечьях, пока он осматривает каждый дюйм моего тела. “ Что случилось? У тебя снова кружится голова? Нужно ли мне позвонить своему боссу?” Я качаю головой, лгу. “ Нет, я в порядке. Это Эмма. Я показываю вниз по ступенькам, где она, пошатываясь от дискомфорта, передвигается по машине к задней пассажирской двери. “Ей только что сделали кесарево сечение. Ей не следовало садиться за руль, не говоря уже о том, чтобы одной нести троих детей!” “Господи”, - бормочет он себе под нос. “Что это с вами, упрямыми женщинами?” Затем он качает головой и указывает на меня. “Ты останешься здесь? Понял?” Я киваю, когда он сбегает по ступенькам и велит Эмме оставаться у машины и ждать, пока он вернется. Сначала он спешит схватить два детских автокресла, занося близнецов в безопасное место дома, затем сбегает вниз по ступенькам, чтобы забрать Грейси и поставить ее на ноги рядом с близнецами. Затем он уходит вглубь дома и возвращается со стулом из столовой. Я в замешательстве наблюдаю, как он ставит его рядом с Эммой и велит ей сесть. Эмма подчиняется с тем же выражением лица, что и у меня. Как только она садится, он говорит ей держаться за бортики и поднимает стул вместе с ней в воздух так, чтобы спинка упиралась в его переднюю часть. Он медленно поднимается по ступенькам, одну за другой, пока не достигает лестничной площадки и не опускает ее обратно. Я, честно говоря, поражен тем, как просто он это изобразил, и по тому, как Эмма просто смотрит на него, часто моргая, она думает то же самое. “У меня нет слов для того, что только что произошло. Я все еще перевариваю”, - наконец говорит она, со стоном медленно поднимаясь со стула. Лайонел быстро помогает ей, как может. “ Ты в порядке, чтобы войти в дом? он спрашивает ее. “ Да, я в порядке. Она отмахивается от него. Оказавшись в доме, Лайонел забирает близнецов и несет их в гостиную, в то время как я беру Грейси за руку и медленно иду рядом с Эммой. Когда мы садимся, он кладет их лицом к дивану, и я позволяю Грейси побродить вокруг, убедившись, что вокруг нет ничего, чем она могла бы навредить себе. “ Полагаю, у вас в машине есть сумки для них? Я пойду соберу все и сейчас вернусь, - говорит он, прежде чем выйти из комнаты. Я опускаюсь на колени на пол перед автомобильными сиденьями и начинаю отстегивать одно крошечное спящее тельце. “Эмма, о чем ты думала, приехав сюда в таком виде? Ты мог пораниться! И где мои родители?” “Я в порядке, малышка Брей. Поездка на самом деле была не такой уж плохой, только когда я наезжал на ухабы или слишком резко тормозил, становилось неудобно ”. Она собирается спуститься и помочь мне, но я жестом велю ей оставаться на месте. “ А мои родители? Разве они не должны были оставаться с тобой, пока им не придется уехать? Как только я заканчиваю отстегивать первое, я оставляю его на сиденье, поскольку нам пока некуда его посадить, и перехожу к следующему. “ Им нужно было подписать кое-какие бумаги на новый дом, который они купили. Я подождал, пока они уедут, собрал детей и приехал ”. Она пожимает плечами, как будто в этом нет ничего особенного.Господи, мои родители будут ужасно волноваться, если уже не беспокоятся. “ Я собираюсь позвонить им и сообщить, что ты здесь, как только Лайонел вернется. Я вздыхаю. - Но, Эм, почему ты здесь? Она кладет руку мне на плечо и нежно улыбается. “Я бы ни за что не отпустила своих детей еще на один день, чтобы они не узнали свою тетю”. Ее комментарий мгновенно вызывает слезы у меня на глазах. “Мне все равно, что говорит или думает мой муж. Он ведет себя как осел и не имеет права диктовать, кто является частью жизни наших сыновей, а кто нет ”. Я проглатываю жгучий комок в горле и шепчу: “Спасибо”. “И еще я хочу, чтобы вы с Шейном пришли на мою вечеринку через две недели. Мне наплевать, что Грейсон злится. Это мой день рождения, а не его. Закончив со вторым маленьким сокровищем, я сажусь на икры как раз в тот момент, когда входит Лайонел с разными вещами, включая две сумки для подгузников и сложенный манеж. Он начинает с этого, быстро устанавливая его и прикрепляя верхнюю часть, которая превращает его в люльку для новорожденных. Я возвращаюсь к первому и улучаю минутку, чтобы взглянуть на него. Они одеты одинаково в синее, но на его крошечной шляпе маленькие белые звездочки, в то время как на шляпе его брата маленькие белые сердечки. Я предполагаю, что это помогает отличать их друг от друга. “ Кто этот малыш? - Спрашиваю я, поднимая первого, глядя на его перекошенное лицо. Он напоминает мне моего брата. Я не могу сказать, что именно, но у его мальчиков явно есть его черты. “Это Мэддокс. Он тихий”, - говорит она с улыбкой, полной любви. “Ты можешь просто положить его в люльку, он не должен проснуться”. Я киваю и медленно подхожу к переносному манежу, превращенному в кроватку. Как и предсказывала Эмма, Мэддокс почти не шевелится, когда я укладываю его на спину. “Мне раздеть его? Или накрыть? Я не уверен, что теперь делать. Данте родился в середине зимы, а Грейси было шесть месяцев, когда она вернулась домой. Я не совсем уверен, одеты ли они слишком тепло или недостаточно для такой температуры”. О Боже, мне нужно будет прочитать обо всем этом. Я многого не знаю. Я все еще далек от готовности. “Дыши, малышка Брей. Им и так хорошо. Если им станет слишком жарко или холодно, они дадут мне знать, точно так же, как когда они голодны”. Она тепло улыбается и мягко смеется. Я киваю и возвращаюсь к малышке номер два. “ А это, должно быть, Паркер. В отличие от своего брата, он начинает немного покачиваться в моих руках и открывает свои крошечные глазки. “ Привет, Паркер. Он издает тихий недовольный звук, но не плачет сразу. “ Они одинаковые? Я не помню, говорила она нам или нет. Она вздыхает. “Так и есть. Что означает, что сперма твоего брата похожа на Халка. Он так сильно ударил мою яйцеклетку, что она раскололась надвое”. Она недоверчиво качает головой. Я хихикаю и одновременно морщу нос. “ Это не то, что мне нужно было знать. Внезапно Паркер начинает причитать в моих объятиях, и сразу же возникает паника. “Шшш, все в порядке, малышка. Ты в порядке”. - Просто положи его рядом с Мэддоксом, - инструктирует меня Эмма. “ Ты уверен? - Спрашиваю я, слегка покачивая мальчика. “ Да, поверь мне. ” Она кивает. - Просто прижми его к боку. Я возвращаюсь к люльке и кладу плачущего Паркера рядом с Мэддоксом, приклеивая их рядом. Через несколько секунд маленькие ручки Мэддокса шарят вокруг и хватаются за машущую ими руку Паркера, а затем они оба успокаиваются, держась друг за друга. Это, должно быть, самая милая вещь, которую я когда-либо видел. - Вау, - говорю я со слезами на глазах. “Да, Паркер продолжала плакать в больнице, когда вошла одна из медсестер и спросила, не нужна ли мне помощь. Я сказал ей, что не могу заставить его остановиться, что он не хочет есть и ему не нужно менять подгузник. Он просто плакал, и я не знал почему. Честно говоря, я думала, что плохо справляюсь с ролью матери ”. Она смеется, и ее смех звучит немного измученно. Медсестра взяла его у меня из рук и положила, как это сделали вы, рядом с Мэддоксом, который мирно спал. Мэддокс мгновенно стал искать своего плачущего брата, и Паркер перестал плакать, как только почувствовал Мэддокса ”. Ее глаза мерцают, когда она смотрит на своих детей со своего места. “Она сказала, что это обычное дело для близнецов - искать утешения друг у друга. Что всякий раз, когда он плачет без причины, это в основном просто потому, что он скучает по своему брату ”. “Это восхитительно. Я уже могу сказать, что эти двое будут близки”. Я улыбаюсь им, затем перевожу взгляд на Грейси, которая показывает все свои игрушки Лайонелу, стоящему на коленях рядом с ней. “Как Грейси справляется с новорожденными? Я знаю, что прошел всего день, так что, возможно, еще слишком рано говорить об этом ”. “ Кажется, с ней все в порядке. Она продолжает говорить "баба ", когда видит их, так что я почти уверен, что она пытается сказать "детка". Я думаю, сейчас она все еще на той стадии, когда не понимает, что они ее братья, но это придет. Хотя я ожидаю некоторых приступов ревности в какой-то момент ”. Она смеется. Теперь, когда все, кажется, устроились, я сажусь обратно на диван. Лайонел поднимается с пола и берет сумку-холодильник. “Я полагаю, ты хочешь, чтобы это было в холодильнике?” он спрашивает Эмму. “ Пожалуйста, если ты не возражаешь. Она сияет от энтузиазма. “ Вовсе нет. Затем он оглядывает меня. - Ты в порядке? - Да, папа. Я в порядке. Я улыбаюсь, когда он качает головой и уходит. “ Что случилось? Обеспокоенный взгляд Эммы обращен в мою сторону. “ Все в порядке. Я начинаю, но когда Эм прищуривается, говоря, что не верит мне, я вздыхаю. - Ничего страшного. У меня просто кружится голова в последнее время. Я уверена, что все в порядке. Я просто напряжена, вот и все. И мне, вероятно, нужно немного поспать, пока Шейн в отъезде.” Я сильно краснею после признания в наших ночных похождениях. Эм хихикает. “Да, держу пари, ты уже приспособилась к его расписанию. Что означает, что ты рано встаешь и ложишься спать, очень… очень поздно”. Она подмигивает, что приводит только к тому, что я обмахиваю лицо от перегрева. “Но серьезно, Обри. Это головокружение беспокоит меня. Я знаю, что это обычное дело - немного переживать в начале беременности, но пообещай мне, что если тебе станет плохо, ты обратишься к своему врачу ”. В ее тоне слышится беспокойство, когда она кладет руку мне на бедро, и я обнаруживаю, что моя рука тоже поднимается. “ Обязательно, обещаю. Если это не пройдет или не уменьшится к завтрашнему дню, я запишусь на прием. Я накрываю ее руку своей, успокаивая. “ Хорошо. Итак, насчет вечеринки по случаю моего дня рождения. Ты ведь будешь там, правда? Я делаю гримасу. “ Я не знаю, Эм. Я не хочу продолжать создавать проблемы между тобой и Греем. “Обри, ты ничего не провоцируешь между нами. У нас с твоим братом часто бывают разногласия, в этом нет ничего нового. Смотри. ” Она достает свой телефон и подключается к своему разговору с моим братом, слегка проводя пальцем вверх. Она протягивает мне телефон, позволяя прочитать ее сообщения за день в больнице. Пришло по меньшей мере двадцать сообщений от моего брата, в которых он извиняется и что любит ее, умоляет разрешить ему навестить ее и мальчиков. Но именно последние два сообщения привлекают мое внимание и заставляют мое горло наполниться эмоциями. Волк Я знаю, что был резок с ней, и то, что я оттолкнул ее, убило меня. Но у меня нет выбора, мне нужно, чтобы она увидела, что он ей не подходит, что он не сделает ее счастливой в долгосрочной перспективе. Что однажды ему станет скучно и он бросит ее. У нее будет разбито сердце из-за ребенка, которого ей придется растить одной. Волк Я не хочу этого для нее, Банни. Я думал, что если оттолкну ее, она в конце концов образумится и предпочтет свою семью какому-нибудь парню, с которым переспала. Но, очевидно, потребуется нечто большее, чтобы разбудить ее. Слезы катятся по моим щекам, когда я возвращаю телефон. “Почему он не видит, что я счастлива с Шейном? Что мы счастливы вместе? Что все это реально?” Потому что он этого не видел. Он видел только неловкие взгляды и светские беседы. У него никогда не было времени заглянуть глубже, как у всех нас. Но именно поэтому я хочу, чтобы вы оба присутствовали на моем дне рождения. Я хочу, чтобы он увидел, какие вы на самом деле вместе, что это не то, что он думает. Докажи ему, что он неправ, Обри. И все это закончится”. Я прикусываю нижнюю губу, размышляя. Она права, пришло время моему брату встретиться с нами навсегда. “Хорошо, мы будем там”. ~ Две недели спустя ~ “ Ты нервничаешь? - Спрашивает Шейн, паркуя машину перед домом моего брата. Он протягивает руку и берет меня за запястье, убирая ноготь большого пальца у меня изо рта, как он всегда делает. Сегодня запоздалая вечеринка по случаю дня рождения Эммы, поскольку ее первоначальная вечеринка была отменена из-за того, что она была в больнице. Все уже здесь, судя по тому, что Ронни написал мне ранее. Но мы подумали, что будет лучше, если мы приедем поздно. Я боюсь того, что произойдет, когда мы войдем внутрь — я знаю, что мой брат не будет просто игнорировать нас или вести себя нормально. Скорее всего, он устроит сцену, и я бы действительно хотел избежать этого. Я просто не знаю как. Но я хочу быть там, я так скучаю по своим друзьям. Я скучаю по тому, как мы все тусовались вместе. - Да, немного. - Я выдыхаю и смотрю на него. Его большой палец рисует круги на внутренней стороне моего запястья, над линией пульса. “ Я все время буду рядом с тобой. И если это будет слишком, мы уйдем, хорошо? - Хорошо, - шепчу я. Он наклоняется, целует меня, затем отпускает мое запястье и выходит из машины, чтобы помочь мне, хотя я могу сделать это сама. Но с тех пор, как у меня начались приступы головокружения, Шейн стал особенно осторожен, когда дело касалось меня. У меня не было такого серьезного эпизода, как предыдущий, когда я даже не мог пойти на работу, но я бы солгал, если бы сказал, что это до сих пор не случается время от времени. Он берет подарок Эммы из моих рук, переплетает наши пальцы и провожает нас до двери. Я рад, что Эмма увидит свой подарок. Мне пришлось потянуть за кое-какие ниточки, то есть умолять Шейна и строить Фиби красивые глазки, но в итоге она согласилась и помогла нам. Вот так у меня получилось единственное в своем роде жемчужное ожерелье в винтажном стиле, созданное не кем иным, как семейным бизнесом Шейна, а также эксклюзивная клиентская карточка "Добро пожаловать в Andromeda Jewels ". По-видимому, их раздают нелегко и не очень часто; именно так они сохраняют свою репутацию и список клиентов в первозданном виде. Даже супругам в семье не всегда их дарят. Но я пообещал Фиби, что Эмма - очень хорошая клиентка, которую стоит включить в их список, и что она не пожалеет об этом. Шейн также поручился за нее, так что я уверен, что это тоже помогло. Я собираюсь открыть дверь, как обычно, но воздерживаюсь от этого. Вместо этого я тянусь к дверному звонку и нажимаю на него . Страх пробирает меня по коже при мысли о том, что это мой брат откроет ее, но когда она, наконец, открывается, это Эмма, улыбающаяся нам. “Наконец-то вы здесь!” Она практически затаскивает нас внутрь и закрывает дверь. “Оо! Если это украшения, то лучше бы они были из твоего магазина, Шейн. Я не приму ничего меньшего, теперь, когда я знаю, кто ты!” “ Думаю, тебе придется открыть его” чтобы узнать. Он хихикает и обнимает ее. - С днем рождения, Эмма. “ Подожди, ты хочешь сказать, что я могу открыть это сейчас? Она практически подпрыгивает на месте от возбуждения, и это заставляет меня хихикать. - Ты выглядишь намного лучше с тех пор, как я видел тебя в последний раз, - говорю я ей. “Да, это так здорово - больше не испытывать боли. Хотя иногда мне все еще кажется, что я разделен пополам, но это должно скоро пройти. Итак, насчет подарка? - она с ухмылкой переадресует вопрос. “Да, ты можешь открыть”. Я лучезарно улыбаюсь ей и снова беру Шейна за руку. Честно говоря, я просто хочу, чтобы она открыла его сейчас, потому что у меня такое чувство, что мы не проведем здесь весь вечер. - УРА! - Она убегает в сторону кухни, и мы следуем за ней. Я позволяю своему взгляду блуждать по всем, кто собрался в гостиной, когда мы проходим мимо. Я замечаю Лэнса и Аманду, держащих моих племянников, Миру с одним из близнецов Беркли, в то время как Йоханне, мать Клея, держит другого на руках, а Джон, отец Сайласа, играет в детский хоккей с Данте и Грейси. Когда мы наконец добираемся до кухни, нас встречает вся компания, за исключением Сайласа и Грейсона. Клэй стонет, опуская голову, но я стараюсь не обращать внимания на его резкую реакцию, когда он видит нас. Морган быстро ударяет его в грудь. “Будь милым”, - предупреждает она его. Он поднимает голову и сочувственно улыбается мне. “ Извините. Я не вижу ничего плохого в том, что вы двое здесь. Я счастлив, что вы есть, правда. Я просто не хочу больше устраивать ссоры ”. “ Сегодня в этом нет необходимости. Я думаю, мы все способны вести себя как взрослые в этом случае, - говорит Шейн, притягивая меня спиной к своей груди и прижимая руку к моему животу, словно защищая. “Где ...?” Я слишком боюсь произнести его имя, на случай, если это заставит его немедленно появиться. Сесилия следующая, кто одаривает меня такой же улыбкой, и я ненавижу это. Я не хочу, чтобы они смотрели на меня, как на раненого щенка. “Он на заднем дворе с Сайласом. Что-то о желании внести некоторые изменения, чтобы там было немного зеленых насаждений”. Я киваю, когда Эмма разрывает оберточную бумагу и достает свой подарок. “О Боже мой! О Боже мой! О Боже мой!” - восклицает она, как только видит логотип на коробке. Но только когда она поднимает крышку, она кричит достаточно громко, чтобы у нас заложило уши и несколько детей заплакали. “О БОЖЕ МОЙ!!!” Она даже не утруждает себя разглядыванием украшения, просто берет открытку и начинает обмахивать ею лицо. “Я не знаю, как у вас это получилось, но я люблю вас здесь больше всех. Извините, ребята, но Обри и Шейн официально превзошли все ваши подарки ”. Она вырывает меня из объятий Шейна и сжимает в своих, миллион раз благодаря нас. - Но ты еще даже не открыла наши подарки. - Ронни хмуро смотрит на нее. “Мне все равно. Ничто не сравнится с добавлением в список клиентов Andromeda Jewels!” “ Банни! Что происходит!? Ты в порядке!? Вбегает Грейсон, вероятно, услышав крик Эммы. Он мгновенно выпрямляется, когда видит нас. - Какого черта они здесь делают? - рычит он. Эмма отпускает меня и смотрит на него с хмурым видом, в то время как Шейн снова обнимает меня. “Я пригласила их. Это вечеринка в честь моего дня рождения, и они заслуживают того, чтобы быть здесь ”. - Мы говорили об этом, Эмма, - говорит он сквозь стиснутые зубы. “Да, мы это сделали, и я сказала тебе, что не тебе решать, кого я приглашаю”. Она складывает руки на груди. - Эмма... - предупреждает он ее. “О, не называйменя Эммой" Я устал от твоего детского поведения, Грейсон. Отбрось свое долбаное отношение на один день и позволь мне отпраздновать день рождения так, как я хочу! ” - огрызается она в ответ, и это, кажется, только подпитывает его гнев. “Нет, я не собираюсь отказываться от своего "отношения " . Это мой гребаный дом, и я не хочу, чтобы они были здесь! Так что пусть они убираются, пока я сам их не вышвырнул ”. - Грейсон, ты ведешь себя нелепо, - вмешивается Сесилия. Он быстро тычет пальцем ей в лицо. - Ты, блядь, не начинай. Сайлас отталкивает жену за спину, подходя к моему брату вплотную. Его голос опускается до ледяного уровня, наполненного яростью, от которой у меня волосы на руках встают дыбом. “Еще раз так поговори с моей женой и посмотри, что с тобой произойдет”. “ Да? И что ты собираешься с этим делать? Мой брат уравновешивает его собственным гневом. Вскоре все начинают вмешиваться, пытаясь уладить эти двое. Но это только перерастает в новые споры, новые угрозы, новые крики. Я наблюдаю, как бабушка с дедушкой в гостиной быстро собирают детей и уносят их по коридору, скорее всего, в комнату с игрушками, подальше от творящегося здесь хаоса. Мое сердце начинает бешено колотиться, зрение медленно затуманивается, когда я пытаюсь стряхнуть его, но головокружение только усиливается от резкого движения. Я делаю глубокие вдохи, пытаясь привести в порядок все, что происходит в моем теле и голове, поскольку головокружение усиливается с каждой секундой. Крики эхом отдаются в моих ушах, и моя рука крепче сжимает руку Шейна. “Прекрати...” Я шепчу с закрытыми глазами. - Просто... остановись, - говорю я немного громче, но никто не обращает на меня внимания, кроме Шейна. “ Ангел? - спрашивает он, но в голове слишком сумбурно, чтобы сосредоточиться на нем прямо сейчас. Я делаю еще один глубокий вдох, чувствуя, что мир вращается вокруг меня без остановки.Мне нужно, чтобы это прекратилось. Мне нужно, чтобы это прекратилось. “ ВСЕ, ЗАТКНИТЕСЬ НАХУЙ! Я кричу так громко, как только могу. Мои внутренности сильно трясутся, когда я хватаю ртом воздух. Каким-то образом мои слова делают свое дело, и в комнате воцаряется тишина, если не считать нескольких потрясенных вздохов, когда я слышу ругательства. Все взгляды устремлены на меня, и обычно это заставило бы покраснеть все мое тело. Но прямо сейчас я чувствую потливость и слабость, и мой румянец явно не реагирует. Я сглатываю сухость в горле и смотрю брату прямо в глаза. “ С меня хватит, Грейсон. С меня хватит. Ты явно никогда не примешь нас вместе, так какой смысл пытаться. Почему я должна продолжать пытаться заставить тебя увидеть, какой счастливой делает меня Шейн? Что он не разрушает мою жизнь, а делает ее лучше? Когда, в конце концов, ты никогда не будешь слушать. Ты по-прежнему будешь отказываться видеть то, что прямо перед тобой. Ты явно не хочешь, чтобы я был здесь, так что прекрасно. Мы пойдем”. Я высвобождаюсь из рук Шейна и делаю нетвердый шаг к своему брату, выпрямляя спину и высоко держа голову, когда говорю ему свои последние слова. “Но позволь мне прояснить тебе одну вещь...Брат . Это последний раз, когда я выхожу из этого дома. Ты не хочешь видеть меня в своей жизни и рядом со своей семьей, и я буду уважать это. ” Слеза скатывается по центру моего нижнего века, медленно скатываясь вниз, когда мое сердце разбивается в последний раз. “ Но знай, что тебе тоже больше нет места в моей жизни. И у тебяникогда не будет такого у моего ребенка”. Я не могу прочитать выражение его лица, но и не задерживаюсь поблизости, чтобы это выяснить. Я не даю ему времени возразить, сказать ту чушь, которую он выкинет в следующий раз. Вместо этого я поворачиваюсь к нему спиной, пока Эмма и все остальные девушки умоляют меня остаться. Но, как я уже сказала ему, с меня хватит. Я устала бороться, это не я, и это не та жизнь, которую я хочу для своего ребенка. У меня кружится голова, когда я делаю несколько нетвердых шагов в сторону от всех. Мое дыхание становится затрудненным, а зрение расплывается с каждой секундой. Но это меня не останавливает.Мне просто нужно выйти на улицу. Воздух пойдет мне на пользу. Я обхожу Шейна, не утруждая себя тем, чтобы сказать ему следовать за мной, потому что знаю, что он последует. Но на моем следующем шаге все становится тяжелее, как будто двигаться внезапно становится слишком тяжело, а мое тело слишком слабым. Мои руки сильно дрожат, когда я тянусь за чем-нибудь, за что можно ухватиться. Я слышу, как кто-то зовет меня по имени, но это звучит так отдаленно. Я не могу сказать, реально это или мое воображение. Моя рука, наконец, касается плоской поверхности, но я не вижу, что это. Я не могу разобрать, что это. Я зажмуриваю глаза, желая, чтобы туман рассеялся. Но все, что я слышу, - это стук моего сердца в ушах. И когда я пытаюсь сделать еще один шаг, я едва успеваю произнести слово, как мой мир переворачивается. “Ша...” И все становится черным. ---------- Глава девятнадцатая Глава девятнадцатая Шейн Джулиан, человек-робот. Я с гордостью наблюдаю, как мой Ангел поворачивается спиной к брату и уходит, пролив всего одну слезинку. Я никогда не хотел, чтобы до этого дошло. Я никогда не хотел каким-либо образом разрушать их отношения, и я действительно хотел бы, чтобы они могли просто разобраться во всем. Но я так горжусь своей девочкой за то, что она наконец поставила его на место, за то, что выстояла перед ним и высказала свое мнение. Она так сильно изменилась за те короткие месяцы, что мы были вместе, и это только заставляет меня любить ее еще больше. Она обрела уверенность в себе, которая заставляет ее сиять еще ярче, чем раньше. Я знаю, что эта уверенность улетучится, как только мы вернемся домой, или, может быть, в ту секунду, когда мы выйдем из дома. Скорее всего, она сломается и будет плакать часами, если не днями. Но все в порядке, я готов к этому, и я буду рядом с ней до конца. Несмотря на радость и всепоглощающую гордость, которые я чувствую внутри, это не то, что отражается на моем лице. Я свирепо смотрю на Грейсона за то, что он поставил свою сестру в такое положение, когда она переступает вокруг меня на неровных ногах. Я могу сказать, что она потрясена. И я знаю, как глубоко чувствует себя Обри, поэтому после такого момента, как этот, я бы ожидал, что она будет немного неуравновешенной. Только когда я поворачиваюсь, чтобы последовать за ней, это тошнотворное чувство, что что-то не так, начинает расползаться по моим венам. Я смотрю, как ее тело покачивается в сторону, я прислушиваюсь к ее неглубокому дыханию. Ее рука вытягивается в сторону, как будто она ищет что-то, чтобы стабилизировать себя. “ Обри? Милая? Я делаю шаг к ней, когда ее рука касается кухонного островка. Она останавливается, слегка качает головой, и тогда я замечаю легкую испарину у нее на затылке. Ее кожа выглядит даже бледнее, чем обычно. Я делаю еще один шаг, протягивая руку, чтобы обнять ее, как раз в тот момент, когда она начинает звать меня по имени. Но я опоздал. Ткань ее рубашки выскальзывает у меня из пальцев, когда она падает в обморок. Но не раньше, чем ударилась головой об угол стойки и упала лицом вперед. “ ОБРИ! Я быстро опускаюсь на колени и перекатываю ее на себя, держа в своих объятиях. Я быстро убираю волосы с ее лица, которое уже покраснело от пореза над виском. “Черт! Кто-нибудь, позовите на помощь!” Я прижимаю ее к своей груди, пока ее тело безвольно лежит в моих объятиях, не заботясь о крови, пачкающей мою рубашку. Раздается несколько криков страха и паники от других, но я полностью сосредотачиваюсь на моем Ангеле. Ронни появляется рядом со мной с мокрой тряпкой в руке и начинает промокать ею порез. Я наблюдаю за выражением лица Обри в ожидании реакции, но ее нет. “ Ангел? Ты слышишь меня, милая? Я наклоняюсь и целую ее в лоб, затем отстраняюсь. Я вижу, как медленно поднимается и опускается ее грудь, поэтому я знаю, что она все еще дышит, несмотря на кажущееся безжизненным состояние. “С тобой все будет в порядке, детка. Мы отвезем тебя в больницу, - шепчу я ей, гладя по волосам. “ Что с ней не так? - Спрашивает Габриэль, присаживаясь передо мной на корточки и проверяя пульс у нее на запястье. “ Это из-за приступов головокружения, не так ли? Они у нее все еще случаются? Спрашивает Эмма со слезами на глазах. На лицах у всех паника, но мы все пытаемся сохранять спокойствие. Паника в этот момент никому не поможет. “Она сказала, что это происходит не так часто ...” Бормочу я. “Я знал, что должен был заставить ее провериться ...” Я зажмуриваю глаза, желая, чтобы нежелательные мысли покинули мой разум. Я не могу думать о наихудшем сценарии прямо сейчас. Главное - оказать моему Ангелу и моей Маленькой Звездочке необходимую помощь. - Ты знал, что с ней что-то не так, иничего не сделал!? Грейсон рычит, подходя на шаг ближе, как будто хочет отобрать у меня Обри. “ Не прикасайся к ней, черт возьми! Я рычу на него, обнажая зубы. “ Богом клянусь, Форд. Если ты подойдешь еще ближе, я отправлю тебя в больницу совсем по другой причине ”. Я знаю, что, вероятно, мне не следовало угрожать ему, но мне было все равно.Он бы это заслужил. Эмма хватает его за руку, оттаскивая назад. “ Почему бы тебе не пойти проверить детей, убедиться, что со всеми все в порядке? И, может быть, скажи им, чтобы они пока не возвращались, детям не нужно этого видеть ”. Его взгляд перебегает с Обри на жену, затем обратно на Обри, прежде чем он кивает и неохотно уходит.Ему полезно, если он чувствует себя дерьмово. “ Не кори себя из-за этого, ты не мог этого предвидеть. Вероника кладет руку мне на плечо, как только порез Обри перестает кровоточить, и она промывает его, как может. “Я даже не знал, что она так себя чувствует, а она моя лучшая подруга”. “ Она права, тренер. Если ты чувствуешь вину, то и мы все должны чувствовать. Никто из нас не знал, что происходит, - говорит Сесилия, опускаясь на колени рядом с Гейбом и оглядывая Обри. Легкая улыбка появляется на моих губах от ее выбора имени. - Думаю, теперь ты можешь называть меня моим настоящим именем, Сесилия. “ Ладно, извини. Сила привычки. - Она слегка хихикает. Внезапно Обри шевелится в моих объятиях с тихим стоном, и я чувствую, что наконец-то снова могу нормально дышать. “Привет, милая. Ты в порядке. Не двигайся, просто оставайся как есть, хорошо? Сейчас приедут парамедики ”. Она снова издает звук, но не пытается пошевелиться, вместо этого еще сильнее поворачивает голову ко мне и снова засыпает. Когда мы добираемся домой из больницы, уже перевалило за полночь. Обри полностью очнулась в машине скорой помощи, когда мы подъезжали к больнице. Сначала она была немного сбита с толку, но быстро все вспомнила. Оказывается, у Обри низкое кровяное давление, но в более тяжелой степени. Настоящего лечения этому нет, но они провели несколько тестов, чтобы убедиться, что это не было чем-то другим, из-за чего ее давление упало так низко. В конце концов, они пришли к выводу, что, скорее всего, это было вызвано сильным стрессом. Ей было приказано как можно больше отдыхать, сидеть или ложиться в любое время, когда у нее закружится голова. Пить много жидкости и есть небольшими порциями в течение дня, а также принимать все медленно и избегать любых стрессовых ситуаций. Они также наложили ей три шва на рану и проверили Малышку Стар, чтобы убедиться, что все в порядке. К счастью, врач подтвердил, что у нашей малышки по-прежнему очень хорошее здоровье. Хотя у Обри действительно завтра назначена встреча с акушером-гинекологом, просто чтобы убедиться, что все по-прежнему в порядке, и еще раз проверить ее давление. Я никого не просила приходить в больницу, хотя и понимала, что они хотели быть рядом с моим Ангелом. Но я подумала, что будет лучше, если мы останемся одни, на случай, если у нас будут какие-то плохие новости о нашем ребенке. Это было бы тяжело для Обри, и я не хотел, чтобы ей пришлось встречаться лицом к лицу со всеми своими друзьями и повторять какую бы трагическую историю это ни было. Но я пообещал им обновления в тот момент, когда мы узнали, что происходит. Я только что уложила своего сонного Ангела в постель, когда раздается звонок в парадную дверь. Я спешу, оставив дверь нашей спальни открытой, и приветствую своего лучшего друга. “Спасибо, что пришли”. “Не стоит меня благодарности. Я был бы здесь раньше, если бы вы сообщили мне раньше. Или я бы просто разобрался с проблемой сам”. Джулиан бросает на меня свой обычный недовольный взгляд. Я хихикаю. - Я ценю это, но, думаю, пришло время мне самомуразобраться с проблемой . “Шейн? ” Звук голоса Обри привлекает мое внимание, и я жестом приглашаю Джулиана следовать за мной. “ Я здесь, Ангел. Я возвращаюсь в комнату и подхожу к краю кровати, опускаясь на колени на уровне глаз, чтобы ей не нужно было вставать. “ Как ты себя чувствуешь, милая? - Спрашиваю я, расчесывая пальцами ее мягкие пряди. “ Я же сказала тебе, что со мной все в порядке, Шейн. Обещаю, я чувствую себя намного лучше. Затем она смотрит через мое плечо туда, где, как я предполагаю, стоит Джулиан. “Почему он здесь?” - Он побудет с тобой, пока я пойду кое о чем позабочусь, - тихо говорю я ей. “Шейн"… что ты собираешься делать? Я чувствую беспокойство в ее голосе, но я не хочу вызывать у нее еще больший стресс. “Просто собираюсь забрать нашу машину. Тебе не о чем беспокоиться”. С тех пор как мы поехали домой на городской машине, мой Maserati весь день стоит у дома Форда. Это не совсем ложь, я забираю свою машину, но и не всю правду. “Пожалуйста, не делай глупостей, Шейн”, - шепчет она.Моя девочка становится все лучше понимать меня. “ Я не буду. Я целую ее в лоб, встаю и поворачиваюсь лицом к Джулиану. - Ты не отходи от нее, пока я не вернусь. Он хмурится, выслушивая мои приказы, но кивает. Я знаю, что говорить ему остаться не было необходимости, он бы все равно не оставил ее. Но время от времени мне доставляет удовольствие командовать им. Я вызываю другую машину и еду к Грейсону. Чуть больше получаса спустя я стою у его дома и стучу в парадную дверь. Сейчас уже час ночи, поэтому я не звоню, чтобы не разбудить детей. С первой попытки никто не появляется. Но со второй включается наружный свет во внутреннем дворике. Я делаю несколько шагов назад, когда занавески сбоку раздвигаются, за секунду до того, как дверь распахивается, и на пороге появляется сердитый Форд. - Какого черта, по-твоему, ты делаешь? - Выйди на улицу, Форд, - строго говорю я. “Какого хрена мне выходить на улицу в час ночи!?” он шепчет-кричит. “ Потому что я, в отличие от тебя, испытываю некоторое уважение, когда дело касается твоей семьи. И я бы не хотел будить их, пока мы улаживаем наши незаконченные дела. А теперь выйди. Я делаю еще шаг назад, когда он, наконец, подходит и закрывает за собой дверь. Но я замечаю, что в доме загорается свет, а это значит, что его жена тоже встала. Он делает всего два шага вперед, затем останавливается и скрещивает руки на груди, выпрямляясь и расправляя плечи. - Мне нечего тебе сказать. “Все в порядке. Мне не нужно, чтобы ты что-то говорил. Ты можешь просто стоять здесь и слушать, пока я говорю тебе то, что должен сказать”. Его челюсть двигается из стороны в сторону, но, наконец, он кивает. Даже если бы он не одобрил меня, я бы все равно сказала это. “Я не знаю, что ты имеешь против меня, и почему ты считаешь, что я такой плохой выбор для Обри, когда яничего не сделал, чтобы доказать обратное. Ты думаешь, я только использую ее, что она была чем? Быстрым сексом? Что я просто выполняю свои обязанности, оставаясь рядом, пока она беременна? Ты не можешь быть дальше от истины.” Я гневно качаю головой при мысли о любой из этих возможностей. “Я, блядь, люблю твою сестру, Грейсон! Я любил ее последние четыре года, а ты даже не знал. Четыре гребаных года я держался подальше из уважения к тебе! Я притворялся, что всего, что я чувствовал внутри каждый раз, когда видел ее, не существовало, потому что я не хотел разрушать наши отношения, даже если это были просто отношения тренера и игрока ”. Я вижу шок на его лице от моих слов, но он ничего не говорит. Я соблюдал дистанцию на каждом шагу. Каждый раз, когда кто-то пытался столкнуть нас вместе, я вел себя так, словно она была не более чем знакомой. Но с каждым шагом назад, который я делал, тем труднее становилось дышать, тем труднее становилось держаться подальше, не обращать внимания на то, как мое сердце начинало колотиться в груди, и на стеснение, которое образовывалось в животе ”. Грейсон смотрит вниз, на свои ноги, между бровями залегла складка. Но по-прежнему ничего. “ Ты точно знаешь, о каком чувстве я говорю, не так ли? Потому что, если мне нужно было догадаться, это то же самое, что ты чувствовал по отношению к своей жене. То же, что ты до сих пор чувствуешь к ней. Ну, угадай что, Грейсон? Я чувствовал это последние четыре года, и я ни разу не отреагировал на это. Только этой зимой. Я вздыхаю, чувствуя, как тяжесть медленно спадает с моих плеч. “ И я знаю, я знаю, что мне следовало сначала прийти к тебе. Я должен был рассказать тебе о своих чувствах к ней, но я сорвался. Я просто больше не мог этого делать. Я больше не мог сдерживаться, а потом между нами все произошло так быстро, что тогда не было никакой возможности рассказать тебе все как следует. Ребенок был неожиданностью, да, но я считаю себя счастливчиком каждый гребаный день, что женщина, которую я люблю, носит моего ребенка ”. Я сглатываю комок, образовавшийся у меня в горле, когда на меня обрушивается ошеломляющая волна эмоций. “ Правда в том, Грейсон, что я так сильно люблю Обри, что отдал бы за нее свою жизнь. Был ли я по-прежнему профессионалом, моя тренерская карьера, мой дом, мое состояние… Я бы бросил все это в мгновение ока, только чтобы быть с ней. Так что неважно, что ты скажешь, что ты все еще можешь думать, ничто, и я имею в видуничто , не удержит меня вдали от нее ”. Он по-прежнему не поднимает глаз, но его тихий голос доносится до моих ушей. “ Что с ней не так?Это? Это то, что он хочет сказать после речи, которую я только что произнесла? По крайней мере, я знаю, что он все еще заботится о ней, так что, думаю, это уже кое-что. Я усмехаюсь. “ Ты хочешь знать, что с ней не так? У нее низкое кровяное давление. Ты хочешь знать, что является причиной этого? Стресс, Грейсон. Эмоциональный стресс. А теперь ты хочешь, чтобы я рассказал тебе, что вызывает у нее такой сильный стресс с тех пор, как она забеременела? Потому что я чертовски уверен, что это не я. Он, наконец, поднимает взгляд от земли, и, судя по выражению его глаз, он точно знает, что я собираюсь сказать. “ Это ты. Из-за тебя она сегодня упала там в обморок. Из-за тебя ей наложили три шва на голову. Ты, блядь, причина, по которой моя девушка и ребенок могли сегодня сильно пострадать, ” рычу я и подхожу к нему на шаг ближе. “ Итак, я собираюсь сказать это один раз, Форд. Никогда больше не приближайся к моей семье! Оставь нас в покое и живи своей собственной жизнью. Это ведь то, чего ты хотел, не так ли? В его глазах боль. Может, и темно, но она такая сильная, что практически ослепляет. Думаю, на сегодня с него хватит. Я хочу, чтобы он все это обдумал, но я не уйду, не дав ему понять, насколько я серьезен. “ И я клянусь Богом, Грейсон, если что-нибудь когда-нибудь случится с Обри или нашим ребенком из-за тебя… Я приду за тобой и не буду разыгрывать из себя паиньку. Я поворачиваюсь, собираясь уйти, но не хочу полностью закрывать дверь за их отношениями. Несмотря на то, как ужасно он поступил с ней, он все еще заслуживает искупления. Я знаю, Обри хотела бы этого. “Так что, если ты когда-нибудь начнешь чувствовать вину за свои поступки и захочешь снова стать частью ее жизни, тебе лучше, черт возьми, извиниться за все, что ты натворил. Иначе я больше никогда не хочу видеть тебя рядом с ней. Я оглядываюсь через плечо, ожидая знака, что он услышал меня. Наконец, он кивает и снова смотрит себе под ноги. Я подхожу к своей машине, сажусь в нее и уезжаю, готовая вернуться к своему Ангелу. ОБРИ Это неловко. Мне неловко иметь другого мужчину в своей спальне, даже если это Джулиан. Наверное, именно это и делает все таким странным. Он ничего не сказал и даже не пошевелился за последние десять минут. Он просто стучал по своему телефону, засунув руку в карман, стоя посреди комнаты лицом ко мне. Слава Богу, Шейн не раздел меня и не оставил в майке и шортах, иначе это было бы еще более неудобно. Я чувствую, как румянец смущения заливает мои щеки при мысли о том, что меня вот так поймают. “ Он собирается поговорить с ним ... не так ли? Тихо спрашиваю я, больше не в силах выносить окружающую нас тишину. - Да, - просто отвечает он, не потрудившись отвести взгляд от своего телефона. Я лежу на левом боку, чтобы, по словам доктора, облегчить приток крови к сердцу, и прикусываю нижнюю губу. Мне не нравится мысль о том, что Шейн пойдет туда один так поздно ночью. Что, если мой брат снова выкинет что-нибудь безумное и набросится на него? Зная моего брата, он, вероятно, обвинит Шейна в моем падении. Я ненавижу то, что являюсь центром всех этих проблем. Все, чего я хотела, - это шанс быть счастливой, и я счастлива. Я невероятно счастлива, но действительно ли это означает, что мне нужно пожертвовать своей семьей и дружбой, чтобы быть счастливой? Это кажется несправедливым ... потому что это произойдет. Мы с братом тусуемся в одной группе, а это значит, что его друзья - мои друзья. Если мы не разговариваем друг с другом, то собрания и вечеринки будут неловкими. И в конце концов одного из нас перестанут приглашать, и это, скорее всего, буду я. Слезы наворачиваются на мои глаза при мысли, что я потеряю не только своего брата, но и своих друзей. Это произойдет не сразу. Они попытаются наладить все это, чтобы держать меня в курсе. Но через некоторое время мы перестанем видеться раз в неделю, а станем раз в месяц. Затем это будет повторяться несколько раз в течение года, пока не превратится в текстовые сообщения и телефонные звонки, и, наконец, в рождественскую открытку, которая приходит раз в год по почте. Я начинаю хлюпать носом, когда в голове крутится путь, по которому моя жизнь вот-вот пойдет. Я не хочу ни о чем сожалеть. Я не хочу выбирать между своим счастьем и своей семьей. Почему они могут быть счастливы и иметь все, что хотят, а я нет? Джулиан рычит, закрывая глаза, ругаясь себе под нос. Я отгораживаюсь от него, закрываю свои собственные глаза и сворачиваюсь в клубок. Только когда я чувствую, что кровать сдвигается, они распахиваются. Джулиан теперь лежит на кровати, слегка подперев голову подушками у изголовья. Он протягивает руку и неловко притягивает меня к себе. Я не кладу голову ему на грудь и не обнимаю его за талию, как делала бы с Шейном. Вместо этого я оставляю свои руки под подбородком, а голову у него подмышкой. “ Что?… что ты делаешь?Это чрезвычайно странно. На самом деле, это нечто большее. Но в данный момент я не могу подобрать подходящее слово. “Я утешаю тебя”, - отвечает он с оттенком неудовольствия. “О...” “Несмотря на мою холодную внешность и сварливый вид, как многие любят упоминать, я не бессердечный, Обри. Я мог бы сказать, что ты нуждаешься в утешении, и самое правильное, что я могу сделать, это сделать это ”. “ Что ж, спасибо тебе, Джулиан. Я ценю это, ” честно говорю я ему. Потому что, хотя я бы предпочел, чтобы это был кто-нибудь другой, я ценю этот жест. Он просто кивает и на мгновение замолкает, пока не решает заговорить снова. “ Как ты? И ребенок? Все в порядке? Его вопрос застает меня врасплох; это самый человечный Джулиан, которого я когда-либо видела. “Да, мы в порядке. Это был просто небольшой испуг, но все в порядке. Мне просто нужно с этого момента относиться к этому спокойно, - успокаиваю я его. Он снова кивает. “Я знаю, ты против того, чтобы уходить с работы, но я считаю, что было бы разумно, если бы ты сократил свои часы. Я не пытаюсь отобрать у тебя карьеру, Обри. Шейн предельно ясно дал понять, насколько это важно для тебя. Но для меня важно ваше благополучие и благополучие вашего ребенка, и я считаю, что это был бы самый безопасный вариант в данном конкретном случае ”. Когда он говорит дальше, в его голосе слышится нотка вины. Его голос становится низким и наполняется эмоциями так, как я никогда раньше не слышала. “Я бы не хотел, чтобы что-то случилось с тобой или с ребенком. Я заверил Шейна в твоей безопасности и сделаю все, чтобы так и оставалось”. Его слова внезапно обретают смысл, как и его неуместное чувство вины. “ Джулиан… ты чувствуешь вину за то, что случилось с Ноем? Он снова замолкает, и это само по себе является ответом. - Этого никогда не должно было случиться. “ Они не винят тебя, Джулиан. Ты сделал все, что мог, никто не мог предсказать результат. Это была не твоя вина. Я отрицательно качаю головой. - Моя работазаключается в том, чтобы предсказывать подобные вещи, Обри. Она заключается в том, чтобы предсказывать их и предотвращать их возникновение. Но я потерпел неудачу. “Ты никого не подвел. Было бы в сто раз хуже, если бы не ты. Все счастливы и здоровы. Это в прошлом, с этим покончено. Не кори себя за это, ” говорю я ему. “Я ничего подобного не делаю”. Он хмурится, отвечая слишком быстро, словно защищаясь. Я хихикаю. “ Конечно, нет.Робот Джулиан вернулся. “Кстати, я уже думал о сокращении своего рабочего времени. Я планировал позвонить своему боссу завтра и попросить работать только два или три дня в неделю и делать все, что смогу, удаленно. Я не хочу рисковать”. - Спасибо, - тихо говорит он, и я замечаю тихий вздох облегчения, который у него вырывается. - Я понимаю, почему Шейн теперь дружит с тобой. - Я улыбаюсь, когда он хихикает. “И почему же? Потому что мне все еще неясен этот предмет”. “ Из-за этого. По большей части ты ведешь себя как робот, но я думаю, ты только что показал мне свою человеческую сторону. И я думаю, что эта твоя сторона больше заботится об окружающих тебя людях, чем ты показываешь ”. - Хм, я вижу, у вас богатое воображение, мисс Форд. Теперь смеюсь я.Конечно, Джулиан никогда бы в этом не признался. ШЕЙН Наконец-то я добираюсь домой почти в два часа ночи.Завтра будет долгий день, или, лучше сказать, сегодня. Я захожу в дом, через гараж, и направляюсь в хозяйскую спальню. Дверь слегка приоткрыта, и сквозь нее проникает желтый свет ночника. Я толкаю ее и останавливаюсь как вкопанный при виде открывшегося передо мной зрелища. Мой Ангел крепко спит, свернувшись калачиком рядом с моей лучшей подругой, которая выглядит крайне неуместно. Он все еще полностью одет в свой костюм, его туфли стоят на кровати, он просто лежит, неловко обхватив одной рукой тело Обри. Я подавляю смех, поджимая губы, когда достаю телефон и делаю снимок. “ Знаешь, это не совсем то, что я имел в виду, когда говорил оставаться рядом с ней, ” шепчу я, глядя на фотографию, и фыркаю. “О, это слишком вкусно”. “Она плакала, я не собирался просто притворяться, что не слышу ее. Знай, теперь ты у меня в долгу за это. Ты знаешь, что я не делаю… что бы это ни было. Он поднимает руку и встает с кровати. “Тебе лучше удалить это”, - предупреждает он с ледяным взглядом. “Ни за что, это идеальный материал для шантажа. Джулиан полностью одомашнен”. Я смеюсь, но прикрываю рот кулаком, когда Обри шевелится. “ Я серьезно, Джефферсон, - говорит он, затем поправляет пиджак и застегивает запонки. “ А теперь прошу меня извинить. У меня есть более продуктивные занятия, чем играть в дом с твоей женщиной. Он проходит мимо меня, не потрудившись попрощаться. - Сейчас два часа ночи, Шторм, - бросаю я через плечо. “Да, мировое господство никогда не спит”, - просто отвечает он, и я качаю головой. “ Эй, Джулиан? - Окликаю я в последний раз, когда он поворачивается ко мне лицом. - Спасибо. - Его глаза на мгновение задерживаются на мне, пока он не кивает и не уходит. ---------- Глава двадцатая Глава двадцатая Шейн Шейн и его ходячая закуска. ~ Неделю спустя ~ Думаю, мои слова, возможно, дошли до него. Мы все чаще видим прежнего Грейсона на играх и на тренировках. Хотя он и выглядит подавленным, но это может быть побочным эффектом от того, что дома малыш и двое новорожденных. Могу представить, какие тяжелые ночи бывают в доме Форда. Прошло чуть больше недели с моей утренней беседы с Фордом, и хотя он до сих пор не извинился перед Обри, наметилось некоторое улучшение. Теперь он действительно смотрит на меня и говорит со мной. Ну, в основном это просто "да, тренер " или "нет, тренер ", но все же что-то есть. Теперь, когда его игра улучшилась, изменилась и динамика всей команды, и я наконец-то вижу отличную хоккейную команду, которая была у нас перед праздниками. Мы выигрывали все наши последние игры, но до сих пор не вышли в плей-офф, а в регулярном чемпионате осталось всего десять игр. Время только приближается к часу дня, и мальчики уже должны были закончить свою сегодняшнюю тренировку и отправиться домой. Так что можете представить мое удивление, когда раздается стук в дверь моего кабинета и я обнаруживаю одного из них стоящим в открытом дверном проеме. “Тренер, мы можем поговорить?” Я киваю со своего места за столом. - Да, заходи. Он входит и закрывает за собой дверь, затем снова поворачивается ко мне, но ничего не говорит. - Что я могу для тебя сделать, Форд? “Я просто хотел сообщить тебе, что планирую сегодня встретиться с Обри. Я несколько раз пытался дозвониться до нее, но она не отвечает на мои звонки”.Что ж, для меня это новость. “Поэтому я решил заскочить к ней на работу, чтобы повидаться. Я знаю, это не лучшее место для разговора, но я не знаю, как еще до нее достучаться. Он обхватывает ладонями затылок и смотрит вниз. “Почему ты хочешь ее увидеть?” Если его ответ будет каким угодно, но не таким, какого я ожидаю, он может забыть об этом. “Я хочу извиниться. Я взял неделю, чтобы обдумать свои действия и все, что произошло с нового года. Плюс, банда усадила меня и в значительной степени сказала, что я веду себя как эгоцентричный мудак, так что да. ” Он хихикает, затем вздыхает. “Я знаю, что я должен ей больше, чем просто извиниться, ей и тебе. Но это только начало. Она моя младшая сестра… Я только хотел защитить ее”, - признается он с болью в глазах, глядя на меня. - Ей не нужна моя защита, и то, что я отталкивал ее и обращался с ней, как с одноразовой вещью, не защищало ее, Грейсон, - резко говорю я. “ Теперь я это знаю, и я признаю, что мои методы не были продуманы должным образом. Он разводит руки по швам. “ Послушай, мне жаль, ладно? Я знаю, как сильно я облажался, и что потребуется время и много работы, чтобы восстановить мои отношения с Обри и с тобой. Но я хочу этого, и чтобы это произошло, я должен начать с извинений перед ней”. Я изучаю его, отмечая искренность в его глазах и тоне. Затем встаю со стула и подхожу к своей мужской сумке, секунду роюсь в ней. Как только я нахожу то, что ищу, я подхожу к нему и протягиваю маленький черный пульт дистанционного управления. Он берет его с растерянным видом. - Что это? - спрашиваю я. “ Чтобы открыть ворота на нашу территорию. Обри сегодня не на работе, она дома. И если она отказывается от твоих звонков, то, скорее всего, и через ворота тебя не пропустит. Это, — я указываю на пульт, — впустит тебя. Он крепко сжимает его в руке. - Спасибо. “ Грейсон, не причиняй ей никакого стресса. Я серьезно, - предупреждаю я его. “ Не буду. Он кивает и поворачивается, чтобы уйти. “ Хорошо. Я пришлю тебе адрес эсэмэской. ОБРИ “Боже, Шейн взбесится, когда увидит это безобразие”, - бормочу я себе под нос, насыпая еще муки на столешницу. Повсюду кастрюли, миски и миксеры, разлитое тесто, потому что, видимо, я теперь неумело выпекаю, разбитое яйцо на полу, и почти каждая поверхность кухни покрыта чем-то грязным. “ Вот почему мы все уберем до того, как он вернется домой. Марианна хихикает, начиная наводить порядок вокруг меня. Я пеку с девяти утра. Я не привыкла, что у меня так много свободного времени. Прошла всего неделя с тех пор, как я сократил свои рабочие часы, и даже в те дни, когда я работаю, я провожу дома только половину времени. Я чувствую беспокойство. Так что я занялась выпечкой дома, в своей зоне комфорта, и Шейн не жалуется. Раздается звонок в дверь, и я на мгновение прекращаю намазывать тесто для печенья на столешницу, глядя в сторону входной двери, как будто могу видеть сквозь стены. “Я посмотрю, кто это, дорогая. Ты продолжаешь готовить те восхитительные угощения, от которых я еженедельно набираю вес”, - говорит Марианна, проходя мимо и похлопывая меня по плечу. Я запрокидываю голову и смеюсь. “ Прости! - Кричу я, когда она уходит. Когда я снова опускаю голову, на меня накатывает небольшая волна головокружения. Я кладу руки на стойку и с закрытыми глазами пытаюсь выровнять дыхание. Я не уверена, как долго я остаюсь в таком положении, но когда чья-то рука ложится мне на плечо, я резко открываю глаза. “ Ты хорошо себя чувствуешь, дорогая? Глаза Марианны блуждают по моим чертам лица. Она знает о моих приступах головокружения, как и весь персонал по дому, и все они были проинструктированы немедленно звонить Шейну, если они станут слишком интенсивными. Я накрываю ее руку своей. “ Да, я в порядке. Всего на мгновение, но, думаю, оно прошло. Я улыбаюсь, надеясь успокоить ее. Она слегка обеспокоенно улыбается мне и идет к буфету, возвращаясь с батончиком мюсли. “Вот, съешь это. Ты все утро пекла, но почти ничего не ела, если не считать сахара. Я тем временем приготовлю тебе нормальную еду. Мое сердце наполняется благодарностью к ней. Марианне за пятьдесят, и она взяла на себя материнскую роль в моей жизни. Это заставляет меня скучать по маме. “Спасибо. Наверное, я немного теряюсь, когда принимаюсь за выпечку”. Я хихикаю. “Итак, кто был у двери?” - Спрашиваю я, открывая батончик гранолы и откусывая кусочек. Я не узнаю улыбку, которой она одаривает меня в следующий момент, когда говорит: “К вам пришел джентльмен. Он ждет в гостиной. Я хмурюсь, сбитая с толку тем, кто мог быть здесь ради меня. Но потом до меня доходит, что, кто бы это ни был, он прошел через ворота, не требуя разрешения. И это мог быть только один человек. Я качаю головой и улыбаюсь. - Я сейчас вернусь. Откусив еще кусочек от батончика, я иду в гостиную. “ Знаешь, Джулиан. Я не знаю, почему ты продолжаешь звонить в дверь, когда в данный момент ты мог бы просто— - Я замолкаю, как только замечаю, кто меня ждет. Батончик гранолы выпадает у меня из рук, и я хватаюсь за дверной косяк рядом со мной. Он быстро подбегает и хватает меня за руку. “ Обри, ты в порядке? Мне нужно позвать на помощь? Я несколько раз замираю, приоткрывая губы, гадая, не обманывают ли меня глаза. Наконец я слегка качаю головой. “ Нет ... нет, я в порядке. Я озираюсь по сторонам, сбитая с толку, возможно, ожидая, что с ним будет кто-то еще. “ Почему… почему ты здесь, Грейсон? - Ты не отвечал на мои звонки. Я вырываю свою руку из его хватки, и он делает шаг назад, чувствуя мое беспокойство. “ Так ты думала, что просто появишься в моем доме? Без приглашения? Я чувствую, как во мне закипает гнев по отношению к нему. Я не злой человек, я всегда стараюсь поддерживать мир вокруг себя, но за последние три месяца он только и делал, что подталкивал меня к тому, что трудно не злиться. “Я знаю, это не лучший выход, но я не знал, как еще достучаться до тебя...” - признается он, и в его голосе слышится стыд. “ Как ты вообще прошел через ворота? Потому что я знаю, что не впускал тебя. - Я складываю руки на груди. Он протягивает мне маленький пульт, который Шейн всегда держит при себе. Все автомобили оснащены датчиками, поэтому пульт дистанционного управления для них не нужен, но когда мы берем городской автомобиль домой, он также работает как детектор. “Тренер сказал мне воспользоваться этим, потому что он думал, что иначе ты меня не впустишь”. Я беру пульт, когда мои брови поднимаются. “Шейн знает, что ты здесь?” Он кивает. “Я сказал ему, что собираюсь зайти к тебе на работу, чтобы поговорить с тобой, но он сказал мне, что тебя там нет, и вместо этого дал мне твой адрес”. Я немного шокирован тем, что Шейн позволил ему быть рядом со мной, пока его здесь нет, но я также благодарен за то, что он просто не сказал ему отвалить, не дав ему шанса. “Итак, почему ты здесь? Что? Ты хотел напомнить мне в последний раз о том, как сильно я порчу свою жизнь?" Заставляешь меня чувствовать себя дерьмово из-за того, что я хоть раз в жизни выбрала свое счастье?” По моей щеке скатывается слеза, и я быстро вытираю ее. Я устала плакать по своему брату. После того, как он обращался со мной, он больше не заслуживает моих слез. Грейсон был человеком, к которому я обращалась за чем угодно, с любой маленькой проблемой, он был тем, к кому я бежала каждый раз. Я доверяла ему каждой частичкой себя, потому что знала, что он всегда прикроет мою спину. Но теперь я уже не так уверена. “Н-нет!” - заикается он. “Обри… НЕТ… Я... я не это имел в виду… Я действительно хочу, чтобы ты была счастлива”. “Ты не это имел в виду!? Итак, когда ты сказал, что Шейн разрушит мою жизнь, что этот ребенок разрушит мою жизнь”. Я защищающе кладу руку на свой растущий живот. “ Ты не это имел в виду? А как насчет того, что ты выгнал меня из больницы и отказался позволить мне видеться с моими племянниками? Разве ты и это имел в виду не всерьез? Слезы продолжают течь по моему лицу. “А как насчет того, что ты написала им, сказав, что Шейну станет скучно со мной и он бросит меня?" Что ты будешь отталкивать меня, пока я не образумлюсь и не выберу тебя. Это то, что ты называешь желанием моего счастья? Заставляешь меня выбирать между тобой и мужчиной, которого я люблю? Я недоверчиво качаю головой, когда мое зрение затуманивается от слез. Мужчина, который не сделал ничего, кроме того, что сделал меня счастливой… Потому что это не сделало бы меня счастливой, Грейсон, это сделало бы меня несчастной. Пребывание вдали от Шейна сделало бы меня физически несчастной”. Я икаю сквозь рыдания, вырывающиеся из моих легких. “ Боже, Обри… Мне так жаль. Мой брат падает на колени и обнимает меня за талию, уткнувшись лицом мне в живот. Только когда я слышу, как он шмыгает носом, и чувствую влагу на своей рубашке, я понимаю, что он плачет. Если не считать дня его свадьбы, я не могу вспомнить, когда в последний раз видела своего брата плачущим. “Мне чертовски жаль, Обри. Пожалуйста, прости меня. Я был таким засранцем по отношению к тебе, и ты никогда не делал ничего, чтобы заслужить это. Я сожалею обо всем, обо всем, что я сказал и сделал с той ночи. Мне так жаль, что я не был тем братом, которым должен был быть. Он плачет сильнее, уткнувшись в мою рубашку. Я так сильно скучаю по тебе… Я скучаю по своей сестре. Прости, что заставил тебя почувствовать, что твои чувства и счастье не важны, как будто ты и ребенок не важны. Пожалуйста, дай мне шанс исправить это, наладить наши отношения. Потому что я не хочу жизни без моей сестры. Я не хочу жизни, в которой мои дети не смогут расти со своей тетей или двоюродным братом ”. Я кладу руку ему на волосы, скользя пальцами по прядям. - Ты причинил мне боль, Грейсон.… Ты действительно…действительно причинил мне боль... - Что? - шепчу я дрожащим голосом. Его руки крепче сжимают меня. “ Я знаю ... и я всегда буду жить с этим. Но я сделаю все, что угодно, я буду усердно работать, чтобы вернуть твое доверие и преданность. Если ты только дашь мне шанс… Пожалуйста, Обри...” Закрывая глаза, я запрокидываю голову к потолку, все еще проводя пальцами по его волосам. Гнев, который я все еще чувствую внутри, хочет, чтобы я колебалась, хочет, чтобы я сказала "нет" и оттолкнула его, заставила его почувствовать именно то, через что я прошла за последние три месяца. Но это не я. Я не мстительный человек, и все, чего я хочу, - это вернуть свою семью,всю семью. “Хорошо...” Его лицо резко поворачивается ко мне, когда я смотрю вниз. - Ты серьезно? “ Да, Грейсон, хочу. Но не облажайся, потому что это твой последний шанс. Я больше не могу выносить стресс, и если мне придется выбирать между тобой и моим ребенком, тебе не понравится результат, - строго говорю я ему. Его брови достигают линии роста волос, когда он моргает, затем, наконец, кивает. - Спасибо. “ Не за что. Теперь ты можешь меня отпустить? У меня на кухне есть печенье, которое нужно вырезать и испечь. “ Эээ... Да, да, извини. Он отпускает меня и быстро встает, вытирая с лица остатки слез. Я поворачиваюсь и направляюсь на кухню, но не слышу его шагов позади себя. - Ты можешь следовать за мной, - говорю я ему, чувствуя, что он ждет разрешения. Его быстрые шаги раздаются у меня за спиной через несколько секунд, когда я огибаю стену и вхожу на кухню. Я немедленно возвращаюсь к работе, трогаю тесто для печенья, чтобы убедиться, что оно не слишком сильно подсохло за время нашего разговора. Но, к счастью, все по-прежнему в порядке, поэтому я продолжаю выкладывать его на прилавок. Марианна в противоположном конце, у газовой плиты, готовит для меня еду. Обычно этим занимается Антуан, но он придет позже, только к ужину. Я все еще привыкаю к тому, что мне не нужно готовить ужин или ланч самой, но я действительно наслаждаюсь дополнительным временем, которое это дает мне для других занятий, таких как выпечка. - Я приготовила столько, что хватит на четверых, если ваш гость захочет, - говорит Марианна, вопросительно глядя на Грейсона. “Нет, спасибо, я надолго не задержусь”, - отвечает Грейсон сам за себя. “ Марианна, это мой брат Грейсон. Грейсон, это Марианна, женщина, которая управляет этим замком. Я улыбаюсь ей, давая понять, как я ценю все, что она делает. Он подходит и пожимает ей руку, затем возвращается. Я чувствую на себе его взгляд, когда начинаю прижимать формочки для печенья в форме сердца к тесту, но ничего не говорю. - Ты изменилась, - наконец заговаривает он. Моя рука на мгновение замирает, прежде чем возобновить движение. - Как же так? “ Ты выглядишь по-другому, ну, это очевидно. Он показывает на мой живот с нервным смешком. “ Но я не знаю, ты просто кажешься более ... уверенной в себе. Не пойми меня неправильно, но раньше ты умел нравиться людям. Ты никогда ни о чем не спорил и просто соглашался со всем, что мы говорили. Ты также никогда, или очень редко, не возражал”. На это трудно не обидеться, в его устах я звучу как слабак. “Да, ну, в последнее время в моей жизни многое изменилось”, - говорю я, защищаясь. “Обри, я не хотел сказать ничего плохого. Мне нравятся эти перемены в тебе. Ты более уверен в себе и, наконец, высказываешь то, что думаешь, когда тебя что-то беспокоит. Ты… ты удивил меня на вечеринке у Эм, и не только руганью. Как будто за считанные секунды ты превратилась из моей младшей сестренки в полноценную крутую женщину ”. Он хихикает, поглаживая себя по затылку. - Ты напомнил мне Банни, когда она ведет себя как мама-медведица, когда дело касается детей. Иногда она пугает меня до чертиков, но никогда не говори ей, что я это сказал, потому что она никогда не позволит мне смириться с этим ”. “Ну, я собираюсь стать мамой, так что, думаю, в этом есть смысл”. Я улыбаюсь, глядя на печенье, которое выкладываю на противень, затем, наконец, поднимаю взгляд на Грейсон. - Я ей не скажу, не волнуйся. Он улыбается в ответ, когда я поворачиваюсь и ставлю печенье в духовку, устанавливая таймер. Все еще чувствуется некоторое напряжение и неловкость, и я знаю, что может потребоваться время, чтобы между нами все вернулось в норму, но я рада, что он здесь и пытается. Когда я возвращаюсь к столу и собираю остатки теста, я прессую его в форму для выпечки и посыпаю сверху шоколадной крошкой. Шейну нравится, когда я пеку ему печенье на противне. Ему нравится просто отламывать кусочки каждый раз, когда он проходит через кухню. Он называет это своей ходячей закуской. Эта мысль заставляет меня улыбнуться. “ Ты собираешься стать мамой… Это безумие, да? Я снова смотрю на Грейсона, все еще не уверенная в его чувствах к моему ребенку. “Я бы и за миллион лет не смог этого предвидеть”. Он улыбается тепло и нежно. “Я знаю, я был немного шокирован, когда узнал. Я не так представлял себе развитие событий у меня и Шейна. Я имею в виду, мы буквально только что договорились начать встречаться ”. Я смеюсь, снова глядя на огромное квадратное печенье передо мной. “У меня чуть не случился срыв прямо там, посреди кабинета Шейна”. Затем я улыбаюсь, вспоминая, каким спокойным он был. “Но Шейн был так счастлив и сразу же успокоил меня. Я ожидала, что он взбесится из-за этой новости, но он этого не сделал, ни разу. Он замечательно отнесся ко всему этому, даже зашел так далеко, что заговорил о пристройке к дому, чтобы комната нашего ребенка была ближе к нашей ”. Когда я перевожу взгляд на Грейсона, то замечаю, что он морщит нос, и это заставляет меня рассмеяться. “ Извини. Он хихикает. “Просто странно слышать, как ты так говоришь о нем, но я привыкну к этому. Это может случиться не в одночасье, так что потерпи меня ”. Он умоляет своей улыбкой и глазами. - Я могу это понять. - Я улыбаюсь ему в ответ. “ Это он?… это тот, кто подарил тебе рождественский подарок в прошлом году? - тихо спрашивает он. Моя улыбка становится шире. - Так и есть. Его глаза расширяются. “ Вау!… Так ... значит, это продолжается уже некоторое время. “ Ну, не совсем. Привлекательность, да. Но мы не предпринимали никаких действий до этой зимы, - уточняю я, не желая, чтобы он подумал, что мы лгали ему годами. Он понимающе кивает. - Дорогая, - я поворачиваюсь на голос Марианны, - твоя тарелка готова в любое время. - Спасибо. Я просто поставлю это в плиту и поем здесь, - говорю я ей, ставя поднос ко второй духовке. “Ну, мне пора идти. Эм, наверное, интересуется, где я, и я уверен, Сэм не откажется от небольшого отпуска. Мы переутомили его.” Он смеется. “ Как у вас со всем этим обстоят дела? Ребята, вы оставляете Сэма или нанимаете кого-то еще с близнецами? - Спрашиваю я его, ставя свою тарелку на кухонный столик. “Ну, на лето мы останемся только с Сэмом, поскольку я буду дома. Но мы думаем нанять кого-нибудь для работы вместе с Сэмом, начиная со следующего сезона. Мы не хотим разлучать Данте и Грейси, поскольку им нравится быть вместе, но мы знаем, что четверо детей - это много для одного Сэма ”. “ Это хорошая идея. Я опускаю взгляд на свою еду, и в животе у меня урчит. “ Что ж, я рад, что ты пришел сюда, Грейсон. Я действительно хочу оставить все это позади, так что спасибо тебе ”. Он подходит и заключает меня в объятия. “ Это я должен благодарить тебя за то, что дала мне еще один шанс. Я не испорчу его, обещаю. Он целует меня в макушку, и мы уходим. Мы прощаемся, прежде чем Марианна провожает его до двери. Уже почти четыре, когда дверь, ведущая в гараж, открывается и входит Шейн. “А вот и мой Ангел”. Его ладони касаются моего лица, и он притягивает меня для глубокого, страстного поцелуя. Затем он отпускает меня и приседает, кладя руки по обе стороны от моего живота, когда целует его. “Привет, Маленькая Звездочка”. Он делает это каждый раз, когда приходит домой, и я люблю его за это. Когда он поднимается на ноги, его глаза блуждают по моему лицу. “ Как ты? Как все прошло с твоим братом? Он не доставил тебе никакого стресса, не так ли? Потому что, если бы это было так, я бы прямо сейчас пошел туда и уволил его ”. Я обхватываю его щеку и улыбаюсь его стремлению защитить меня. “ Нет, он этого не делал. Мы ... мы все уладили. Я думаю, все будет хорошо. Я приподнимаюсь на цыпочки и целую его в губы. - Спасибо, что впустил его. “Тебе не нужно благодарить меня, милая. Я только хочу, чтобы ты была счастлива, и я знаю, что присутствие твоего брата в твоей жизни сделает это. Он целует меня в ответ. - Я кое-что приготовила для тебя, - говорю я, глядя на него снизу вверх. “ Ммм, это моя ходячая закуска? Потому что я чувствую запах печенья. Он драматично втягивает носом воздух. Я смеюсь, роняя голову ему на грудь. - Так и есть. “ Черт возьми, у меня действительно лучшая девушка в мире. Он удовлетворенно вздыхает. - Полагаю, ты не хочешь перекусить перед ужином? “Нет. Я хочу провести время со своей потрясающей девушкой перед ужином. Печенье может подождать”. Когда я отрываю голову от его груди, чтобы посмотреть на него, он ухмыляется от уха до уха. Я скептически приподнимаю бровь. “ Кто ты? Потому что мой парень никогда не отказывается от моих сладостей”. Он смеется и крепче прижимает меня к себе. - Я предпочитаютвои сладости.О, он в настроении. - Чем бы ты хотела заняться, Ангел? “Хм, может, пойдем поплаваем?” С тех пор, как я переехала, я была в крытом бассейне всего один раз. - Конечно, мы можем это сделать. - Он с улыбкой берет меня за руку и ведет в нашу комнату. Шейн направляется к своему шкафу, пока я иду к своему, хватаю сексуальное бикини, которое Ронни подарил мне для нашего отпуска, и несу его в ванную. Я быстро раздеваюсь, но останавливаюсь, когда вижу себя в зеркале. Я позволяю своим глазам пробежаться по изменениям, происходящим с моим телом, наслаждаясь легкой выпуклостью моего живота, тем, как моя грудь кажется немного тяжелее, чем была раньше. Шейн говорит мне каждую ночь о том, как сильно он любит мое тело, и это очень помогает мне не так сильно стесняться этого. Я уже привыкла быть обнаженной рядом с Шейном, но иногда я все еще стесняюсь и мне хочется спрятаться, когда я хожу голой. Я быстро хватаю халат, завязываю его вокруг талии и оставляю купальник на туалетном столике. Я нахожу его ожидающим меня у двери с протянутой рукой, которую я с радостью пожимаю. Мы переходим на другую сторону дома, где пол спускается на ступеньку ниже, и открываем большие толстые двери, которые не пропускают влагу из бассейна и сауны в остальную часть дома. Оказавшись внутри, Шейн кладет телефон на один из стульев и снимает халат. Я жду, пока он закончит и повернется ко мне лицом, чтобы сделать то же самое. Я медленно затягиваю завязки на халате, позволяя ему распахнуться и обнажая перед ним свой живот. И только когда я сбрасываю это со своих плеч и оставляю у своих ног, его глаза расширяются, а рот практически наполняется слюной от голода. “ Господи, Ангел. Я никогда не забуду, насколько ты великолепна. Он стоит там, глядя, как я направляюсь к лестнице и начинаю спускаться в теплую воду. “ Ты идешь? - Шепчу я, оглядываясь через плечо. “ Во многих отношениях. Он срывает с себя плавки так быстро, что чуть не падает при этом. Я смеюсь, когда он целеустремленно делает большие шаги ко мне. Его рука притягивает меня к нему, а мои ноги обвиваются вокруг его талии. Я чувствую его толстый, твердый пенис между нами, мой клитор трется об него, когда я прижимаюсь к нему бедрами. Мне не требуется много времени, чтобы намокнуть, и я не имею в виду окружающую нас воду. Я была чрезвычайно возбуждена с самого начала своей беременности, и моя тяга к Шейну с каждым днем только усиливается все больше и больше. Мы целуемся некоторое время, прежде чем он переворачивает меня и сажает у бортика бассейна на мелководье, так что вода попадает мне прямо под грудь. Его пальцы скользят по моим губам сзади, затем обводят мой ноющий бутон. Моя голова откидывается на его плечо, когда я стону. Я не просто возбужденнее, я также более чувствителен. “Шейн, пожалуйста...” “ В чем дело, милая? Чего ты хочешь? Он целует мою шею, вводя внутрь палец, затем два. - Ты знаешь, чего я хочу, - выдыхаю я. Он целует меня в ухо и шепчет: “Скажи это”. Дрожь пробегает по моему позвоночнику, мои соски твердеют до боли. - Я хочу, чтобы ты заполнил своим членом мою киску. Он рычит и кусает меня за мочку уха, прежде чем убрать пальцы и проникнуть в меня одним мощным толчком. Я вскрикиваю, мои руки хватаются за край бассейна, когда он прижимается ко мне. Здесь, в воде, ощущения другие, но я не жалуюсь. Может, он и не вонзается в меня безжалостно, как обычно, когда я использую грязные слова, но ощущение, как он проникает глубоко во мне, все еще заставляет мои пальцы на ногах поджиматься, а глаза закатываться к затылку. “ О, Шейн. Я уже так близко, ” стону я. Часть меня хочет достичь этого кайфа немедленно, в то время как другая хочет, чтобы это ощущение длилось вечно. “Боже, я думал о тебе весь день, Ангел. Я не мог дождаться, когда вернусь домой, чтобы вот так оказаться внутри тебя, - ворчит он, и я уже чувствую, как он уплотняется внутри меня. Он быстро вырывается, еще раз разворачивает меня и поднимает из бассейна на выложенный плиткой пол. Затем он тоже подпрыгивает и устраивается обратно между моих ног, держась за мои бедра, когда он снова входит в меня, в то время как я опираюсь на свои предплечья. На этот раз он использует всю свою силу, раз за разом проникая в меня, пока мои стенки не сжимаются вокруг него, а мое тело не начинает дрожать. Я выкрикиваю его имя, переваливаясь через край и погружаясь в сладкую бездну своего оргазма. Вскоре он следует за мной, запрокидывая голову назад, рыча и извергая свое тепло глубоко в меня. Мы оба тяжело дышим, когда он опускается рядом со мной и притягивает меня к себе, целуя в лоб. - Мне вдруг по-настоящему понравился этот бассейн. Я хихикаю, поворачивая к нему лицо. - Я тоже. “Знаешь, когда ты сказала, что хочешь поплавать, я надеялся, что ты наденешь тот сексуальный купальник, в котором была во время поездки на Фиджи. Но это, ” он указывает рукой на мое обнаженное тело с задыхающимся смехом, “ намного лучше. Намного лучше. Я улыбаюсь, лаская его грудь кончиками пальцев. “Я планировала надеть это, но потом подумала, что это тебе понравится больше”. “О, мне определенно нравится, но я бы все равно не отказался увидеть тебя в этом купальнике. Боже, Ангел, ты была абсолютно восхитительна на той фотографии. Не думаю, что когда-либо в своей жизни я кончал так быстро после его получения ”. Я ахаю, поднимая голову, чтобы получше рассмотреть его, поскольку мой румянец начинает распространяться. - Ты этого не делал! “Я чертовски уверен”. Он смеется. “Дрочил на это каждую ночь, иногда даже дважды в день. Я все еще иногда использую это во время выездных матчей. Каждый раз проделывает этот трюк. “ Боже мой, я не могу поверить тебе прямо сейчас. Я опускаю покрасневшее лицо ему на грудь, хихикая вместе с ним. ---------- Глава двадцатьпервая Глава двадцатьпервая Обри Пальчиковые ружья и ледяные короли. ~ Три недели спустя / середина апреля ~ Сегодня тот самый день! Сегодня мы узнаем, что скрывается в моем животе. Шейн уходит с работы пораньше, чтобы пойти со мной на нашу встречу. Я пытался достать один после половины четвертого, но все, что у них было в наличии, было в половине третьего, что не так уж плохо, и он сказал, что это не будет проблемой. Команда наконец-то вышла в плей-офф и проведет свою первую игру за два дня в начале первого раунда. Шейн и мальчики были в восторге. Они мало говорили об этом, но мы все могли сказать, как они были напряжены из-за того, что до сих пор не обеспечили себе место. Но с учетом их последних побед этого было достаточно, чтобы привлечь их в качестве подстановочного знака. “ Я здесь! Я здесь! - Крикнул Шейн откуда-то из глубины дома, прежде чем затормозить на кухне, где я как раз перекусывала твиззлерами с Марианной. Ну, я готовил еду, а она просто комментировала, насколько они вредны для моего здоровья. Я хмурюсь, откусывая кусочек лакрицы, и смотрю на часы на стене, затем снова поворачиваюсь к нему. Он тяжело дышит, как будто бежал сюда всю дорогу от подъезда. - Ты пришел на пять минут раньше. “Лучше на три часа раньше, чем на минуту позже”. Он сияет и наставляет на меня палец. Я чуть не подавилась конфетой, и Марианна быстро похлопала меня по спине. “О Боже! Шейн! Никогда больше так не делай. Это было все равно что наблюдать за пожилым человеком, пытающимся быть крутым. Это никогда не срабатывает! ” Я неудержимо смеюсь, складываясь пополам. “ Она права, дорогая, это было слишком даже для меня. Я слышу, как она хихикает рядом со мной. “ Мне казалось, они говорили, что встречаться с кем-то моложе - значит сохранять молодость. И все же он все чаще и чаще использует эти древние цитаты”. “ Он действительно сделал это, не так ли? Теперь мы оба смеемся громче. “ Вы оба закончили? Я здесь, вы знаете? Мне, наконец, удается выпрямиться и посмотреть на Шейна, только чтобы обнаружить, что он постукивает ногой, уперев руки в бедра. “Что ты делаешь?” Я указываю рукой в его сторону, когда мое хихиканье возвращается. - Что с тобой происходит? “ Я счастлива, милая. Я так счастлива. Он подходит, поднимает меня с земли и кружит нас по кругу, когда я, смеясь, обнимаю его за шею . “Я так взволнован, Ангел. Я почти не успел поработать сегодня. Все, чего я хотел, это вернуться домой к тебе и, наконец, увидеть, что у нас здесь есть ”. Он поднимает меня на руках выше, пока мой живот не оказывается прямо перед его лицом, и целует его. Я неловко склоняюсь над ним, прежде чем он опускает меня обратно, быстро встряхивая за плечо, затем опускается на колени, чтобы обхватить мой округлившийся живот. Сейчас мне девятнадцать недель, почти половина. Я не огромная, но вы можете отчетливо видеть мой живот. Шейн стал одержим этим в очень странной степени. Я обнаружила, что он рассылает фотографии моего живота всем подряд ... включая Рэнди и Пола. После мы немного поговорили об этом, и я сказала ему, что это не совсем уместно, и мне стало неловко оттого, что у других мужчин в телефонах есть фотографии моего живота. После этого он извинился, сказал им всем немедленно удалить фотографии, а затем умолял меня о прощении оргазмами. Это была чудесная ночь. “Привет, Маленькая Звездочка. Мама и папа так рады наконец-то увидеть тебя сегодня”. Он прижимается лбом к моему животу, и в моем животике происходят эти маленькие волнообразные движения. Это происходит каждый раз, когда Шейн разговаривает с нашим ребенком, как будто он или она может слышать или чувствовать его. “ На экране, не вживую. Побудь там еще немного, малышка. Я улыбаюсь, лаская волосы своего мужчины. “О, да, хорошее замечание. Слушай свою маму, она действительно умная”. Он целует мой живот, затем встает, обнимает меня за шею и целует в макушку. “Я так сильно люблю тебя, Обри. Спасибо тебе за то, что делаешь меня самым счастливым мужчиной и папой в мире, - шепчет он мне в волосы. “О, Шейн...” Слезы навертываются на мои глаза. “Я тоже люблю тебя, спасибо тебе за то, что изменил мою жизнь самым лучшим образом”. Час спустя мы, наконец, в кабинете моего врача, обсуждаем несколько вопросов перед УЗИ. “Как проходят приступы головокружения? Вы все еще часто испытываете их?” - спрашивает доктор Карлсон, делая заметки на своем компьютере. “Ммм, они все еще случаются, но не так часто. Я поступаю так, как вы предложили: ем несколько раз в день небольшими порциями и отдыхаю, когда могу, а также пью больше воды. Кажется, это очень помогает, - говорю я ей. “Это хорошо, а как твое кровяное давление? Ты следишь за ним?” Она смотрит на меня, потом на Шейна. “ Да, видел. В основном им было около восьмидесяти пяти на пятьдесят пять. Я прикусываю губу, зная, что это все еще слишком низко. “И она стабильна? Или кажется, что она меняется?” “ Стабильно. С тех пор как мы виделись две недели назад, мой самый низкий показатель был восемьдесят два на пятьдесят четыре. Но в тот день я был немного взволнован и пропустил один из своих приемов пищи. Тем не менее, я получил одно показание девяносто на шестьдесят. Я знаю, что он все еще низкий, но я был рад видеть, что он немного вырос ”. Доктор Карлсон улыбается мне. “Это замечательно. Действительно, это все еще то, что мы считаем низким. Но теперь, когда он кажется более стабильным, я надеюсь, что он увеличится в ближайшие недели, поскольку вы продвинулись дальше. Я понимаю, что это может вызвать у вас стресс, но хочу заверить вас, что мы относимся к этому очень серьезно ”. Она откидывается на спинку стула, складывая руки одна на другой. “Все, чего мы хотим, - это чтобы ребенок и вы были здоровы, и если по какой-то причине температура упадет ниже, я не хочу, чтобы вы беспокоились. Мы можем дать вам лекарства, которые помогут. Все ваши анализы дали отрицательный результат, так что мы знаем, что это не повод для чего-то более серьезного ”. Шейн выдыхает; Я знаю, что это его беспокоило. Он сделал худшую вещь из возможных и поискал в Интернете причину низкого кровяного давления. Полученные результаты ни в малейшей степени не ослабили его беспокойства. “ Ну что, теперь мы готовы увидеть этого прекрасного ребенка? Она улыбается, складывая руки вместе. - Да, - одновременно отвечаем мы с Шейном. Несколько минут спустя я лежу с обнаженным животом, Шейн стоит рядом и держит меня за руку. Доктор Карлсон наносит немного геля на мой живот, затем подносит монитор и прижимает его к центру моего круглого живота. “Я собираюсь начать с проведения некоторых измерений, чтобы убедиться, что этот маленький ребенок в курсе событий. Мы сегодня определяем пол?” Мы с Шейном смотрим друг на друга, убеждаясь, что мы все еще на одном пути. Когда он кивает мне, я улыбаюсь. “Да, пожалуйста”. “Хорошо, давайте начнем”. Она двигает палочкой во все стороны, пока мы с изумлением смотрим на экран. Через некоторое время она заговаривает снова. “У вашего малыша отличное здоровье, хороший вес и как раз тот размер, которого мы хотели бы, чтобы он был. Мы готовы, мама и папа?” Рука Шейна сжимается в моей, когда я чувствую, как во мне нарастают эмоции, лишающие меня дара речи, поэтому он берет инициативу в свои руки и отвечает за нас. “Да, мы готовы”. Когда изображение на экране меняется на ноги, они раздвигаются, как бы предоставляя нам доступ к тому, что там скрыто. Сначала я не уверен в том, что вижу, но потом до меня доходит. “ Это не пенис, ” выпаливаю я, мгновенно краснея. “ Эмма сказала, что его можно четко разглядеть по форме. Это на него не похоже, - уточняю я. Шейн хихикает и прижимается лбом к моему плечу. “Ты права, Ангел. Это не пенис”. Затем он целует мою кожу и шепчет в нее: “У нас будет девочка”. “ Мы? Мой голос скрипит, глаза наполняются слезами. Я быстро смотрю на доктора Карлсона в поисках подтверждения. Она кивает с радостной улыбкой. “Поздравляю, мама и папа, у вас будет девочка”. Рыдание срывается с моих губ, когда я смотрю на изображение нашей дочери на экране. Я быстро вытираю слезы, мое зрение затуманивается каждые две секунды из-за наплыва эмоций, бегущих по моим венам. Я никогда не испытывала такого, такой чистой радости и любви. Такого счастья. Это как будто я вырвала свое сердце из груди и передала его своей дочери. Любовь и счастье, которые я испытываю к Шейну, - это одно, но это, это всепоглощающее совершенно по-новому. Когда я перевожу взгляд на Шейна, его глаза совпадают с моими, они наполняются слезами, когда он издает влажный смешок, прежде чем наклониться, чтобы поцеловать меня. - У нас будет девочка, - снова шепчет он. “ У нас будет девочка. Я целую его в ответ. ~ На следующий день ~ “ Итак, какие планы на сегодня, будущая мама? Мы остаемся дома до конца дня или возвращаемся? - Спрашивает Лайонел, снимая туфли у двери. Мы только что вернулись из пекарни после небольшой трехчасовой смены. Я чувствую себя виноватой за то, что так резко сократила свои часы, но Клара заверила меня, что все в порядке, что мое здоровье и здоровье ребенка превыше всего. Она фактически повысила Октавию до помощника менеджера, чтобы она замещала мои пропущенные часы, после того как я предложила это. Клара знает, что Октавия была моей правой рукой и уже знала все об этой работе. Потребовалось всего несколько часов обучения, и она все спланировала. Она работает на своей новой должности уже почти две недели, и ей это нравится. К тому же, большая зарплата действительно помогает ей с мамой. “Я пока не уверена”. Я планировала встретиться, возможно, с одной из девушек, но все они кажутся занятыми. Я понимаю, у них теперь своя жизнь. Я не могу ожидать, что они всегда будут доступны. У Морган назначена встреча с Тринити и Тео, ее близнецами. Эмма собиралась с детьми к отцу. Сесилия работает. А Ронни должен отвезти Блуббера, их сфинкса, к ветеринару для прививок и общего осмотра. “Хорошо, хорошо, дай мне знать. Я собираюсь перезвонить своей дочери”. Лайонел машет телефоном и начинает подниматься по лестнице в свою комнату на втором этаже. Она позвонила, пока мы были в машине, и он не хотел быть грубым, хотя я настаивала, что все в порядке. Я иду на кухню, беру себе маленькую миску пельменей без молока и приветственно машу Антуану и Марианне. Затем я направляюсь в гостиную и включаю телевизор. Я начал запоем смотреть"Оригиналы" , теперь, когда Морган подсадил меня на"Дневники вампира" . Мой телефон звонит рядом со мной на диване, и я переворачиваю его, ожидая увидеть имя Шейна, которое сообщит мне, что они только что прибыли в отель, но вместо этого я вижу имя Хейли. Мы обменялись номерами телефонов после вечеринки по случаю дня рождения Шейна и переписывались раз или два, но она никогда раньше мне не звонила. Я провожу пальцем, чтобы взять телефон, и подношу его к уху. “ Привет, Хейли. Я приветствую ее дружелюбным тоном. - Привет, Обри. Как дела? Ее голос звучит жизнерадостно. “ Я в порядке, а ты? Я хмурюсь, немного сбитый с толку тем, зачем она мне звонит. “У меня все отлично. Привет, я хотел спросить, ты сейчас занят?” Я хмурюсь еще сильнее. “ Ммм, нет. Вообще-то я только что вернулась домой. “Отлично!” - говорит она с энтузиазмом. “Как ты смотришь на то, чтобы пройтись со мной по магазинам на Пятой? Вообще-то я в твоем районе. Я мог бы быть там через пять и забрать тебя. “ Хочешь пройтись со мной по магазинам? На мгновение я ошеломлена. - Я не самый лучший эксперт в области моды, - признаюсь я с нервным смешком. “Да, это будет весело и даст нам шанс узнать друг друга получше. И мне не нужно, чтобы ты был экспертом по шопингу. Мне просто нужно, чтобы ты сказал мне, если что-то ужасное и я сошла с ума ”. Она смеется. “ Я могу это сделать, - говорю я, улыбаясь.Да, это могло бы быть весело. “Тогда отлично! Скоро увидимся!” “О, подожди! Чуть не забыл, я не один. Я объясню, когда ты приедешь, но ничего, если он присоединится?” Я морщу нос, ненавидя себя за то, что мне приходится спрашивать разрешения, хотя я знаю, что если она скажет "нет", мне не разрешат уйти. Лайонел ни за что не смирится с тем, что не пойдет с нами. “Ммм, да, конечно”. Звучит неуверенно, но она все равно соглашается. “Ладно, скоро увидимся”. Я вздыхаю с облегчением, когда мы вешаем трубку. “Привет, Лайонел!” - Кричу я, как только кладу трубку. “ Не нужно кричать, я рядом. Он подмигивает, когда я оборачиваюсь. - Чем могу быть полезен, юная леди? “ Мы идем по магазинам с моей подругой. Это нормально? “ Конечно. Он опускает взгляд на миску с сухими хлопьями в моей руке. - Хочешь, я тебе их расфасую? “ Пожалуйста? Я широко улыбаюсь и протягиваю ему миску, вставая с дивана и выключая свое шоу, на которое я не обращала внимания.Мне нужно будет сделать резервную копию позже. “ Нам нужно куда-нибудь заехать за ней? - спрашивает он как раз в тот момент, когда я получаю запрос на вход по телефону. “ Нет, на самом деле она уже здесь. Я открываю калитку и бреду к входной двери, просовывая ноги в балетные туфли. Поскольку я никогда не знаю, когда у меня начнет кружиться голова, я предпочитаю не надевать каблуки на случай, если споткнусь и упаду. Я открываю дверь как раз в тот момент, когда она паркует машину и поднимается по ступенькам. “О, вау. Посмотри на себя! Шейн, должно быть, на небесах”. Она обнимает меня, и мы обнимаемся. На ней милое облегающее розовое платье с короткими рукавами, доходящее до колен, а на мне черные леггинсы и белая рубашка с длинными рукавами. По сравнению с ней я выгляжу крайне неприлично одетой, но мне стало неудобно в своей одежде, поэтому я стараюсь носить вещи, которые немного растягиваются и не слишком облегают меня. “Я даже не уверен, что "рай" - подходящее слово для этого, теперь, когда он знает, что станет отцом девочки”. Я хихикаю, чувствуя, как на моих щеках появляется румянец. “У тебя будет девочка!? Боже мой! Поздравляю!” Она обнимает меня крепче, затем отпускает, ее взгляд блуждает по мне, затем опускается на мой живот с тоской в глазах. Она слегка качает головой и улыбается. “Итак, где твой друг?” - Я здесь, мэм, ” говорит Лайонел у меня за спиной. Когда я смотрю на него, на его лице широкая улыбка. “ Рад познакомиться с вами. Меня зовут Лайонел. Он протягивает руку Хейли, глаза которой округляются, как блюдца. “Э-э-э, привет, Лайонел. Я Хейли”, - отвечает она через мгновение. “ Лайонел - мой личный телохранитель по просьбе Джулиана. Я закатываю глаза, саркастически улыбаясь Хейли. “Вау! Айсмен так серьезно относится к ребенку”. “ Так и есть. Клянусь, можно подумать, что я ношу его ребенка. Я смеюсь. Она недоверчиво качает головой. “Хорошо, ну что, мы готовы идти?” “ Ммм, да. Если только ты не хочешь, чтобы я переоделась? Я опускаю взгляд на свою одежду. “ Ерунда, ты выглядишь великолепно. ” Она улыбается и, развернувшись, спускается по ступенькам. - А теперь пойдем по магазинам! “ Вообще-то, если вы не возражаете, мы поедем на моей машине. Я бы чувствовал себя спокойнее, если бы что-то случилось”, - говорит Лайонел, когда мы тоже спускаемся вниз. Я не утруждаю себя запиранием, поскольку Марианна и Антуан пробудут здесь еще несколько часов. И если они уйдут до моего возвращения, они знают, что нужно запереть дверь и включить сигнализацию. “ Конечно, тогда я только возьму свою сумочку. Хейли быстро идет к своей машине, затем встречает нас возле внедорожника Лайонела. Несколько часов спустя мы прогуливаемся по Пятой авеню рука об руку. Мы уже побывали в невероятном количестве магазинов и купили слишком много вещей, которые не так давно оставили в машине. Шейн, вероятно, взбесится и у него возникнет куча вопросов, когда он увидит счет по своей кредитной карте. Он знает, что я не транжира, но каждый раз, когда Хейли видела что-нибудь милое, она настаивала, чтобы я это примерила и купила. Она оглядывается через плечо на Лайонела, который небрежно идет позади нас. “Я все еще не могу поверить, что Джулиан настоял на том, чтобы у тебя был телохранитель, который повсюду сопровождал бы тебя. Как он думает, что произойдет?” Я пожимаю плечами. - Джулиан просто чересчур заботлив, когда дело касается людей, которые ему небезразличны. Она усмехается. “Этот мужчина не заботится ни о ком, кроме себя”. “Я думаю, его просто неправильно поняли, на самом деле он довольно милый, когда показывает свою мягкую сторону”. Я внезапно чувствую необходимость защитить его. Я не уверен, почему Хейли и Джулиан так сильно не любят друг друга, но я почувствовал напряжение между ними на вечеринке. “Я должна увидеть это, чтобы поверить”. Она смеется. - Не так давно он обнимал меня, - привожу я в доказательство. Она резко останавливается, когда люди обступают нас. - Ледяной король обнимал тебя? - спрашивает она, широко раскрыв глаза. Выражение ее лица заставляет меня усмехнуться. “Он так и сделал, я была немного взволнована, а Шейн разговаривал с моим братом. Джулиан утешал меня. “Вау!"… Я тебе верю… но я все еще не могу в это поверить. Я так давно знаю Джулиана, и не думаю, что когда-либо видела, чтобы он кого-то обнимал. Она моргает, снова начиная нашу прогулку. Я ловлю ее взгляд на моем животе, и она испускает легкий вздох. “Я не знаю, сказал ли тебе это Шейн… но мы пытались завести ребенка, когда были женаты”. Беспокойство пробегает у меня по коже. Я не понимаю, зачем ей рассказывать мне это.Хотела бы она быть на моем месте? Носишь его ребенка? “Я… Я этого не знал ”.И теперь я удивляюсь, почему Шейн никогда ничего не говорил. Когда она смотрит на мое лицо, она быстро поднимает свободную руку. “О нет, Обри. Я не это имела в виду. Я просто подумала про себя. Позвольте мне объяснить это лучше. В первые годы нашего брака я чувствовала, что чего-то не хватает. Я всегда хотела быть матерью, и я подумала, что, возможно, это все. Я знала, что Шейн тоже хотел детей, но на самом деле он не спешил заводить их ”. Я киваю, сохраняя молчание, пока она продолжает. Я действительно не уверен, к чему ведет этот разговор, но я также не хочу делать поспешных выводов. “В любом случае, когда я попросила его, он согласился попробовать. После года безуспешных попыток мы в конечном итоге обратились в клинику по лечению бесплодия, потому что я беспокоилась, что что-то не так. Но все вернулось на круги своя, не было никаких причин, по которым у нас не было ребенка, просто требовалось время, вот что они нам сказали ”. Она пожимает плечами. “Это начало сказываться на моем психическом состоянии, поэтому мы приостановили это и сказали, что попробуем снова через несколько месяцев. Наконец, несколько месяцев спустя я столкнулась с Генри. Именно тогда я поняла, чего на самом деле не хватало нашему браку. Это был не ребенок, это была любовь. Настоящая, страстная любовь. И что ж, ты знаешь, как дальше пойдет эта история. ” Она прижимается своим плечом к моему с улыбкой на розовых губах. Я просто думал о том, как странно устроена жизнь. Всего одна ночь с тобой, и он получил то, чего всегда хотел, потому что так и должно было быть. Я думаю, именно поэтому я не могла забеременеть, потому что мне не суждено было родить от него ребенка, точно так же, как и ему не суждено было родить его от меня. Я просто счастлив, что он наконец-то понял это”. Я улыбаюсь, глядя в землю. “ Ты все еще хочешь детей? Я спрашиваю ее. “ Да. Мы с Генри планируем начать сразу после свадьбы. Мы хотели подождать год, но с учетом того, что мои биологические часы тикают, я не хочу ждать и рисковать упустить свои шансы ”. То, как она улыбается, когда говорит о своем женихе, озаряет все ее лицо. “ Надеюсь, у вас двоих все получится, ” искренне говорю я ей. Она такой хороший человек, она этого заслуживает. “ Спасибо. Я тоже на это надеюсь. Она крепче сжимает мою руку. “ О! Давайте остановимся там, — она указывает на другую сторону улицы. — Я слышала, в этом году у них хорошая летняя коллекция. Я поворачиваю голову, чтобы посмотреть через улицу в том направлении, куда она показывает, но как только я это делаю, на меня накатывает волна головокружения. Я быстро хватаюсь за ее руку свободной рукой, чтобы удержаться на ногах, когда чувствую, что мое тело раскачивается. Я закрываю глаза, пытаясь остановить вращение, но мое дыхание начинает укорачиваться с каждым новым вдохом, который я делаю. “ Обри? Ты в порядке? Обеспокоенный голос Хейли достигает моих ушей. Я слегка качаю головой, не желая усугублять ситуацию. - Лайонел... отвези меня домой. “Я прямо здесь. Мы уходим, - говорит он у меня за спиной, когда его руки хватают и поднимают меня с земли, одна рука у меня за коленями, а другая вдоль спины. “ Что с ней не так? Каблуки Хейли стучат по тротуару рядом с нами, когда Лайонел спид идет к машине. “У нее низкое кровяное давление”, - прямо отвечает он. “Обри, нам нужно отвезти тебя в больницу?” “ Нет.… Мне просто нужно измерить кровяное давление и отдохнуть. Все должно быть в порядке, - тихо говорю я ему, пытаясь делать глубокие вдохи, чтобы успокоить бешено колотящееся сердце. Он кивает, когда я смотрю на него. - Ты скажешь мне, если что-то изменится, хорошо? - Я так и сделаю. Лайонел практически гонит нас домой, несмотря на обычное движение в Нью-Йорке. Как только мы оказываемся в безопасности моего дома, он укладывает меня на диван в гостиной. - Чем я могу вам помочь? - Воды, может быть, батончик мюсли и мой прибор для измерения артериального давления, пожалуйста. Хейли смотрит на меня с беспокойством. “Мне позвонить Шейну? Или кому-нибудь еще? Может быть, вашему акушеру?” “Нет, все в порядке. Я не хочу, чтобы он волновался прямо сейчас. Со мной все будет в порядке, мой врач уже знает о моем кровяном давлении, - успокаиваю я ее, когда Лайонел возвращается со всем, что я просила. Я измеряю давление, хмурясь при виде высвечивающихся цифр: восемьдесят один на пятьдесят. Я медленно выпиваю немного воды, затем начинаю жевать батончик мюсли. “Что я могу сделать? Я чувствую, что должна как-то помочь”, - снова спрашивает Хейли. “ Ну, если ты не возражаешь... Начинаю я. - Все, что угодно! - выбегает она. “Не могла бы ты сходить в мою спальню и в шкаф Шейна, чтобы принести мне одну из его рубашек? И, может быть, пару свободных шорт из моих?” Я краснею, как только высказываю свою просьбу. - Конечно, я сейчас вернусь. Как только она возвращается, а я переодеваюсь, устраиваюсь на диване, чтобы немного вздремнуть. Хейли садится у моих ног, и я внезапно чувствую себя неловко, прерывая ее день покупок. “Мне жаль, что мы не смогли закончить покупки. Тебе не обязательно оставаться, если ты хочешь вернуться. Тебе будет не очень весело, если я буду спать. “ Ерунда, я никуда не собираюсь. А когда ты проснешься, мы поужинаем вместе. Она улыбается и помогает мне укрыть ноги одеялом. “ Хорошо. Я улыбаюсь в ответ. “ Спасибо тебе, Хейли. За сегодняшний день и за то, что была так добра ко мне. “ Теперь мы друзья, Обри. Так поступают друзья. ШЕЙН Я вздыхаю, наконец-то оказавшись в своем гостиничном номере после нескольких встреч со СМИ и тренерским штабом. Я хотел позвонить Обри, как только мы приземлились в Северной Каролине, но меня тут же оттащили в сторону. Я снимаю туфли, пока звоню ей по видеосвязи, кладу телефон на кровать. Я слышу, как звонок соединяется, когда ослабляю галстук и срываю его. “Привет, Ангел. Извини, что не позвонил раньше, но ты же знаешь, как это бывает с плей-офф”. Я улыбаюсь, глядя на свой телефон, но улыбка мгновенно исчезает, когда я вижу свою бывшую жену, а не девушку. “ Хейли? Что... Я касаюсь экрана, желая убедиться, что позвонил нужному человеку, что все равно не имеет смысла, почему я звоню своей бывшей, а не своей девушке. Она тепло улыбается. - Ты позвонила нужному человеку, если тебя это интересует. “ Я не понимаю. Где Обри? Я хмурюсь, беру телефон в руки и сажусь. “ Она здесь, она спит. Она поворачивает камеру, показывая мне моего спящего Ангела на диване. “ С ней все в порядке? Почему ты с ней? Она возвращает экран к себе. “Мы сегодня вместе ходили по магазинам, и у нее закружилась голова, поэтому мы вернулись. Она дремлет уже около двух часов. Должна ли я волноваться? Я вижу беспокойство в ее глазах, когда она смотрит поверх экрана, скорее всего, на Обри. “ Она упала в обморок? Я выбегаю.Клянусь, если она упадет в обморок и мне никто не скажет, я могу сорваться. “Нет, нет, ничего подобного. Я бы сразу позвонил, если бы она это сделала. Она немного шаталась на ногах и тяжело дышала, но через несколько минут, казалось, успокоилась. Когда мы подъехали к дому, она измерила давление, выпила немного воды и немного поела. Потом она отключилась на диване”, - успокаивает она меня. “Я не хотела оставлять ее, даже если Лайонел здесь”. Я выдохнула. - Спасибо, я действительно ценю это. “ Тебе не нужно благодарить меня, Шейни. Мы все еще семья, даже если больше не женаты. Я улыбаюсь. - Я знаю. “ Итак, насколько я слышала, у тебя будет девушка. Она сияет. - Ты, должно быть, взволнован. Моя грудь наполняется теплом при мысли о моей дочери. Я еще даже не познакомился с ней лично, а она уже украла мое сердце. “Да. Я не могу дождаться, когда она будет здесь”. Я улыбаюсь, глядя вниз. “Это невероятно, Хейли. Это чувство? Я никогда не испытывал ничего подобного. Сначала с Обри, а теперь с нашим ребенком. Иногда мне кажется, что я не могу дышать от того, насколько это сильно ”. Я наконец поднимаю взгляд на экран и вижу Хейли со счастливыми слезами на глазах. “Я не хочу, чтобы ты думал, что я сожалею о нашем браке, Хейлс. Но, черт возьми, я бы хотел, чтобы мы нашли это с самого начала. Ты с Генри, а я с Обри.… Я не знаю, как я прожил годы без нее. ” “ Я точно знаю, что ты имеешь в виду, ” шепчет она. - Я вижу, ты действительно любишь ее. Я мгновенно киваю. “ Она любовь всей моей жизни. Для меня нет никого, кроме нее. ---------- Глава двадцать вторая Глава двадцать вторая Обри На заметку Обри: никогда не слушай Эмму и Ронни. ~ Две недели спустя / Май ~ “ Я не понимаю, у нее что, нет машины? - Спрашивает Эмма со стороны пассажира, где она полностью откинула сиденье и лежит там в своих огромных солнцезащитных очках. Если бы она не разговаривала, я бы подумал, что она спит. - А ты нет? Я перезваниваю. “ Черт возьми, малышка Брей. Беременность делает тебя дерзкой. Она смеется. “Извини, я просто"… Тьфу! Я уже даже не знаю. Я измучен, я постоянно голоден, у меня все болит. И я постоянно возбуждена, хотя мы с Шейном занимаемся сексом каждый раз, когда он дома, ” признаюсь я, моя кожа заливается темно-красным. Я редко упоминаю о своей сексуальной жизни, но это было необходимо. “ Добро пожаловать в беременность, детка. И у тебя еще есть недели до родов. ” Она хихикает. “ И к твоему сведению, да, у меня действительно есть машина. Но я тоже устала, и у меня наконец-то выдался свободный день без детей, так что я пользуюсь этим ”. Она надвигает солнцезащитные очки на голову. “Не каждый день кто-то предлагает позаботиться о твоих двухмесячных близнецах и твоем двухлетнем ребенке на день, чтобы ты могла расслабиться и немного побыть с мамой. Вот почему ты за рулем, а я просто наслаждаюсь поездкой”. “Ну, видишь ли, у Ронни может и не быть оправдания из-за ребенка. Но ей, как и тебе, нравится получать удовольствие от поездки, а не вести машину самой. Я предполагаю, что наличие двух парней в это время очень кстати. Всегда найдется подходящая машина, - указываю я. Эмма разражается приступом хихиканья. “Буквально”. Я присоединяюсь, несмотря на то, что у меня горят щеки, как только осознаю, что я только что сказала. “Ты думаешь, твоему отцу будет хорошо с детьми в течение дня? Ты впервые оставляешь их одних, верно?” - Спрашиваю я, как только наш смех стихает. “Фу, не напоминай мне, потому что тогда я начну плакать. Это ужасно. Ты не можешь дождаться, когда у тебя будет немного свободного времени, но в ту минуту, когда ты покидаешь их, все, что тебе хочется сделать, это вернуться к ним. Я до сих пор не понимаю, как мои родители могли неделями не видеть меня. Я бы никогда не смогла так поступить со своими детьми ”. Она грустно улыбается. “Но да, с моим папой все будет в порядке. Он так сильно любит этих малышей, к тому же у него есть Аманда, которая может помочь ”. “ Это хорошо. Ты заслуживаешь немного отдохнуть и обрести душевный покой. - Спасибо, малышка Брей. Она отодвигает свое сиденье и хлопает в ладоши. “ Итак, мы уже придумали какие-нибудь имена? Потому что у меня есть несколько, которые могли бы быть действительно милыми ”. Затем она ахает. “Подожди, значит ли это, что после рождения твоей дочери я больше не смогу называть тебя малышкой Брей?” Я смеюсь. “Мы не назовем ее Обри, так что да, я думаю, ты все еще можешь”. Я не был большим поклонником маленького имени, которое она дала мне, когда мы впервые встретились, но теперь оно мне нравится, и я чувствовал бы себя странно, если бы она перестала называть меня так. “А что касается детских имен, то у меня действительно есть одно на примете, но я еще не говорила об этом с Шейном, так что не могу тебе сказать”. “ Что?! Этоне честно! Зачем ты меня так дразнишь? Я твоя сестра, разве у меня нет сестринских привилегий или что-то в этом роде?” “ Возможно, но он ее отец, а значит, он должен услышать это первым. Извини. Я сочувственно улыбаюсь, когда она, прищурившись, смотрит на меня. “С тобой неинтересно”. Я смеюсь, паркуя "Порше" перед тату-салоном в Бруклине. Ронни попросила меня заехать за ней по этому адресу, как только она закончит делать прическу. Мы вылезаем из машины и направляемся внутрь магазина, где нас встречает массивный мужчина, похожий на мамонта. “Так, так, так. Должно быть, у меня счастливый день. В моем магазине сразу три красивые женщины”. Он усмехается, в его голосе слышится игривость. - Чем могу быть полезен, леди? Я собираюсь ответить и сказать ему, что мы ищем нашу подругу, когда из-за занавески в задней части магазина выходит женщина в ярко-розовом платье в стиле пикси, за ней следует Ронни. - Во-первых, этомой магазин. А во-вторых, они все заняты, Медведь. Как и ты. - Она указывает на него пальцем. Он поднимает руки вверх. - Эй, не повредит немного игривого флирта, когда дело касается потенциальных клиентов. Она закатывает глаза, когда Ронни подходит к нам. Ее недавно уложенные волосы теперь ярко-синего цвета на макушке с яркими лаймово-зелеными кончиками. Каждый месяц она пробует новые цветовые сочетания, и каждое из них смотрится на ней фантастически. “Вау, Ронни. Твои волосы выглядят потрясающе!” Говорю я ей, протягивая руку, чтобы коснуться нескольких мягких прядей. Я думаю, что она, возможно, тоже обрезала несколько дюймов. Волосы не такие короткие, как она носила раньше, там, где концы касались плеч. Но теперь они не доходят до середины спины, а заканчиваются на кончиках лопаток. “Я знаю, я думаю, что это, возможно, лучшее из всех. Я влюблена в это”. Она сияет от уха до уха. “Эй, это ты делаешь ей татуировки?” Эмма спрашивает женщину с розовыми волосами. “ Да, это, должно быть, я. Меня зовут Мэйз. Вы, должно быть, Эмма. Она протягивает руку для пожатия Эм, затем смотрит на меня. - И Обри, если я не ошибаюсь. Мейз поворачивается к Ронни. “ Ты сказал, что там были две блондинки, но эта похожа на девственницу, а не на замужнюю. Затем подносит руку ко рту и громко шепчет: “Хотя, уже не такая девственница”. Ронни и Эмма смеются, а мои глаза расширяются, и я краснею от смущения. “Господи, детка! Как много ты рассказала этой девушке о нас?” Спрашивает Эм сквозь смех. “ Все, она мне все рассказала. Мейз подмигивает. “ Итак, почему ты спрашивал о татуировках? Тебе интересно? “ Вообще-то, да. У меня есть кое-что на примете, но, кажется, я не могу собрать это воедино. “Хорошо, тогда опиши мне это, и я тебе что-нибудь нарисую”, - предлагает Мейз. “Обычно я беру плату за эскиз, но, поскольку ты друг моей девушки, я не буду этого делать”. “О, ты можешь предъявить ей обвинение, она заряжена”, - говорит Ронни Мейзу, подмигивая Эмме, которая хмурится. Эмма и Мейз отходят к столу в глубине магазина, пока мы с Ронни разговариваем с мужчиной, которого, как я предполагаю, зовут Беар. Как только Эмма заканчивает объяснять, что она хочет сделать, она присоединяется к нам. Не прошло и двадцати минут, как Мэйз возвращается с листом в руках и раскладывает его на стойке перед нами. “Итак, это всего лишь приблизительный набросок, чтобы дать вам представление о том, что я имел в виду. Если есть вещи, которые вы хотите изменить, мы можем это сделать. И когда вы будете удовлетворены этим, я приступлю к работе над настоящей вещью ”, - говорит Мейз Эм. Эмма ахает, когда видит это, прикрывая рот рукой, когда слезы наполняют ее глаза. “Это идеально ...” Могу я спросить, что это значит для вас? Это помогает понять историю, стоящую за произведением искусства, мне легче подключиться к нему во время рисования ”. Эм шмыгает носом и кивает. “У нас с мужем есть прозвища друг для друга. Он мой Волк, а я его Кролик, — она указывает на волка и кролика, которые соприкасаются нос к носу. — моей дочери Грейси завтра исполнится два. Я называю ее "Мой маленький тюльпан" с того момента, как встретил ее ”. Ее палец касается тюльпана, который стоит между волком и кроликом, прямо у них под носом. “А мои двухмесячные мальчики-близнецы, Паркер и Мэддокс, - мои Маленькие Утенок и Гусенок”. Ее руки скользят по обе стороны тюльпана, где справа сидит утенок, а слева - гусенок чуть повыше ростом. Грубый набросок прекрасен, двое родителей с детьми между ними в центре внимания, но фон - это то, что заставляет Эмму расчувствоваться. За ними, кажется, водоем, как будто они стоят у него, и поверхность воды покрыта цветами лотоса. Пальцы Эммы скользят по цветам лотоса вдалеке, а по ее щеке скатывается слеза. “Это для Мэддисон, мой Маленький Лотос… Она ... технически, она не была нашей, но ей так хотелось.” Беар протягивает Эмме салфетку, которая быстро берет ее и вытирает слезы. “Она умерла от рака прошлым летом...” Я успокаивающе глажу ее по спине, когда Мейз кладет свою руку поверх руки Эммы. “Дай мне две недели, и я воплощу твою мечту в жизнь”. “Мэйз - лучший. Ты не будешь разочарована”. Ронни касается руки Эм, затем смотрит на великана. - Извини, Медведь. “Без обид. Я знаю, насколько талантлива моя девочка”. Он смеется. - Спасибо, - говорит Эмма с мягкой улыбкой. Вскоре после этого мы выходим из магазина и направляемся к дому Ронни. Мне нравится, как близко мы с Ронни живем друг от друга, всего в восьми минутах езды на машине. - Мальчики скоро закончат тренировку, - говорит она с заднего сиденья, с улыбкой глядя на свой телефон. Я смотрю в зеркало заднего вида и улыбаюсь ей, но ничего не могу поделать с болью ревности, которую чувствую внутри. Встречаться с тренером - это совсем не то же самое, что встречаться с игроком. Да, у игроков безумно плотный график. Но в те дни, когда у них только тренировки, они могут пойти домой к своей семье и провести с ними остаток дня. В то время как тренер задерживается еще на несколько часов и часто не возвращается домой раньше четырех часов дня, оставляя нам только ужин и ночи вдвоем. В дни игр еще хуже — иногда я вижу Шейна всего час за это время. Но сезон почти закончен, и потом мы проведем все лето вместе. Я очень рад этому. “Боже, я не могу дождаться, когда проведу день наедине с Греем. У нас не было секса с тех пор, как родились близнецы, и мама более чем готова оседлать эту лошадь”. Эм многозначительно поводит бровями. Ронни смеется. “ Ты имеешь в виду волка. Оседлай этого волка, девочка. “Фу! Мы можем, пожалуйста, перестать говорить о сексе с моим братом!? И почему здесьвсе время так много машин!?” Я ударяюсь затылком о сиденье, затем достаю из подстаканника Twizzlers. Потому что да, у меня в машине есть стаканчик с лакрицей. “ Господи, что с ней не так? - Спрашивает Ронни, просовывая голову между сиденьями, чтобы посмотреть на меня. “Она возбуждена”, - смеясь, отвечает Эмма. Ронни наблюдает за мной, ожидая, что я начну отрицать это, но я не делаю этого, потому что это правда. Я чувствую, что чем дальше я продвигаюсь в этой беременности, тем больше я жажду секса. Это даже не обязательно должен быть настоящий половой акт. Я просто хочу разгорячиться и возбудиться, а потом попросить Шейна унять мою боль, даже если это просто его руки. “Ого, она и не отрицает этого. Ладно, и что ты собираешься с этим делать?” “Ну, не то чтобы я действительно мог что-то с этим поделать. Все твои люди уже на пути домой, в то время как мой все еще застрял на работе!” - Говорю я раздраженно. “Ты всегда могла застать его врасплох на работе и немного поразвлечься в его офисе. Я уверена, Шейн был бы не против этого, - предполагает Эмма с озорной ухмылкой. “ А что, если он занят? Он не всегда сидит за своим столом весь день. “ Тогда ты ждешь в его кабинете, как терпеливая маленькая девочка, которой ты, ну, была раньше. И когда он входит, ты раздвигаешь эти красивые ножки и говоришь ему трахнуть тебя ”. Ронни широко улыбается — это почти пугает. Я заливаюсь краской. “ Я… Я не могу этого сделать! “ Конечно, можешь. ” Эмма похлопывает меня по ноге. - Мужчинам нравится, когда им говорят, что делать, особенно когда это касается секса. “ Она права. Ноа и Гейб сходят с ума, когда я командую ими в постели. ” Ронни прикусывает губу, как будто представляет, что делает это прямо сейчас. “Теперь высади нас у Ронни, я скажу Вулфу, чтобы он заехал за мной туда, а ты иди и скажи своему мужчине, чего ты хочешь”, - инструктирует меня Эм. Час спустя я стою перед дверью кабинета Шейна. Он закрыт, но по пути я встретила Пола, и он сказал мне, что он в своем кабинете. “Ты справишься. Ты храбрая. Просто войди туда и потребуй то, что хочешь”. Я выдыхаю, встряхиваю руками, затем тянусь к ручке. Я поворачиваю ручку и толкаю дверь, используя то немногое мужество, которое у меня есть. Я вхожу и быстро закрываю за собой дверь. “ Обри? - говорит он, но я поднимаю руку, чтобы остановить его. “Шейн, я голоден, я устал, я взволнован и я чертовски возбужден. Поэтому мне нужно, чтобы ты встал, спустил штаны и взял свой член мне в рот прямо сейчас, - выпаливаю я, краснея с каждой секундой. Глаза Шейна расширяются, когда он подносит кулак ко рту. Он ничего не говорит, но, кажется, сдерживает смех, что совсем не та реакция, которую я ожидала. Затем его взгляд метнулся в сторону, и я посмотрела в том направлении. Только для того, чтобы быть встреченным веселящимся Рэнди. “О Боже мой!” Я закрываю лицо, когда унижение обжигает мое тело. Мои уши, нос и шея горят от того, сколько крови прилило к ним. “Мне очень, очень жаль! Я не знал, что ты не одна”. Рэнди начинает смеяться, и я слышу, как его стул отодвигается от пола. “Ну, я думаю, что закончу свой обед за своим столом”, - говорю я сквозь пальцы, когда он проходит мимо меня и хлопает меня по плечу. “Приятно видеть тебя снова, Обри”. - Ты тоже, Рэнди, - взвизгиваю я, отказываясь опускать руки и смотреть в глаза. “ Вы двое ... развлекайтесь, но потише. Не хотелось бы, чтобы Пол узнал об этом. Меня, с другой стороны, здесь не было, я ничего не слышал, ничего не видел ”. Через несколько секунд я слышу, как позади меня открывается и закрывается дверь. Хихиканье Шейна - это то, что, наконец, заставляет меня убрать руки. “Почему ты ничего не сказал!? Почему ты не остановил меня!?” “Ну, ты точно не дала мне шанса что-либо сказать, и я не ожидал, что ты это скажешь”. Он ухмыляется. - Итак, ты все еще хочешь, чтобы я встал? “Нет! Я больше не в настроении. Боже, мне так стыдно! Я никогда больше не смогу увидеть Рэнди!” Шейн отодвигается от стола на своем стуле и похлопывает себя по бедру. “Иди сюда, Ангел”. Я фыркаю и падаю к нему на колени. Он обнимает меня, кладя ладони мне на живот. “Девочки сказали мне, что это хорошая идея. Я знал, что не должен был их слушать. Теперь я смущен и голоден ”. Он снова хихикает и перекатывает нас поближе к своему столу, на котором стоит его обед. Восхитительная, аппетитно выглядящая подложка для фрикаделек. Мой желудок урчит при одном взгляде на это. “Ешь, Ангел”. “Нет, я не могу есть твою еду. Позже ты умрешь с голоду”. Я качаю головой, отказываясь прикасаться к нему, хотя мой рот умоляет меня об этом. “ Я уже съела половину, просто возьми остальное. Я в порядке. Ты и наша дочь на первом месте, милая. Он целует меня в висок. “Шейн, я ценю это. Но я также знаю, сколько ты ешь, и половины саба недостаточно”. Я складываю руки на груди, не позволяя им приблизиться к этому аппетитному творению. “Ладно, как насчет этого? Через пятнадцать минут у меня еще одна встреча, которая не должна занять много времени. После этого мы сходим куда-нибудь перекусить, прежде чем отправиться домой. Как это звучит? Он улыбается, когда я поворачиваю голову, чтобы посмотреть на него. - Ты закончил свой рабочий день? “Все, что мне осталось сделать после встречи, я могу сделать дома”, - успокаивает он меня. “Теперь съешь остаток моего саба, потому что я вижу, что ты этого хочешь. У тебя практически слюнки текут. Он смеется, когда отпускает мой живот и, взяв со стола саб, подносит его к моему рту. Я наклоняюсь, откусывая слишком большой кусок, и ложусь спиной ему на грудь, закрывая глаза с удовлетворенным вздохом. “Ммм, так вкусно. Я люблю тебя, Шейн, - говорю я ему, продолжая жевать. “ Я не уверен, что ты говоришь это только потому, что я тебя кормлю, но я приму это. - Затем он целует меня в щеку. - Я тоже люблю тебя, Обри. ШЕЙН Я массирую ее затылок, пока мой Ангел лежит на моей потной груди. Она ненасытна с тех пор, как мы вернулись домой после того, как зашли перекусить в ресторан. В тот момент, когда мы переступили порог, она практически набросилась на меня и с тех пор не хотела отпускать. Мы остановились только для того, чтобы принять душ и поужинать в постели, а затем снова начали. “ Каким был твой пятилетний план, Обри? Это то, о чем я много думал в последнее время, задаваясь вопросом, не сорвало ли мое появление в ее жизни, нашего ребенка, тот план, который она задумала. - Что ты имеешь в виду? - тихо спрашивает она через мгновение. “Что ты запланировал для себя? Свои мечты, цели. Ты безумно много работал за последний год, но я никогда не видел, чтобы ты тратил хоть что-нибудь из этих денег, а это значит, что ты, должно быть, откладываешь их в сторону. Я хочу знать, для чего?” Я целую ее в макушку. “Я бы хотел когда-нибудь открыть свою собственную пекарню. Я подумала, что если буду продолжать так работать, то смогу купить квартиру к тому времени, как мне исполнится тридцать, - тихо говорит она, рисуя пальцами невидимые круги у меня на груди. - И это все еще твоя мечта? Она поднимает голову, заглядывая мне в глаза своими завораживающими. “ О чем ты пытаешься спросить меня, Шейн? Иногда я забываю, какая она умная. “ Мне просто интересно, думаешь ли ты, что пребывание со мной и рождение ребенка вместе изменят твои планы, - признаюсь я, надеясь, что она скажет ”нет". Я не хочу, чтобы она думала, что у нее не может быть той жизни, которую она себе представляла, потому что она со мной. “Нет, я так не думаю, Шейн. Да, я признаю, что когда я узнала, что беременна, на секунду я действительно так подумала. Но я вижу, что все мои друзья работают с детьми, следуя их мечтам. Может быть, это расстроит все на некоторое время дольше, чем ожидалось, но я знаю, что мне не нужно отказываться от этого, чтобы жить с тобой. - Ее рука нежно касается моей щеки, и я киваю, чувствуя себя увереннее. “Это было то, чего ты боялся?” затем она спрашивает. Я снова киваю. “ Я не хочу, чтобы ты отказывалась от своих мечтаний ради меня, Ангел. Я хочу подарить тебе весь мир. “ Ты уже дал мне это, Шейн. Она притягивает мое лицо ближе к своему и прижимается своими губами к моим. После еще нескольких поцелуев она снова ложится рядом со мной, кладя голову мне на грудь. “Ты нервничаешь из-за следующей игры?” Ее мягкий голос достигает моих ушей. Я вздохнул. Завтра мы возвращаемся в Северную Каролину на нашу последнюю игру в первом раунде. С самого начала игра шла рука об руку, и пять из шести матчей заканчивались в овертайме. Теперь у нас ничья три к трем победам, и тот, кто выиграет эту следующую игру, переходит во второй раунд, в то время как остальные отправляются домой и откладывают свои коньки до следующего сезона. - Да, немного, - признаю я. Ребята работали сверхурочно, чтобы усовершенствовать все свои игры, всегда следя за тем, чтобы быть на вершине своей игры. Но если я буду предельно честен, другая команда, против которой мы выступаем, действительно чертовски хороша в этом сезоне. “Независимо от результата, в моих глазах вы по-прежнему лучшая команда с самым лучшим тренером”, - мило говорит она. “ Спасибо тебе, милая. Я крепче обнимаю ее. “Есть кое-что, о чем я хотела с тобой поговорить”, - говорит она, меняя тему. “Ладно, в чем дело?” - Я придумал имя. Я отвожу голову в сторону, как только до меня доходят ее слова, мне нужно видеть ее лицо. Вместо этого я принимаю сидячее положение, когда она делает то же самое, повернувшись ко мне лицом. “Ты это сделал?” Она слегка краснеет и, прикусив губу, кивает. “Ничего страшного, если тебе это не нравится, но это была просто мысль”. “ В чем дело? Я беру ее за руку, чувствуя потребность как-то удержать ее. “Stellina.” Она краснеет сильнее и опускает глаза. — Это значит... “ Маленькая звездочка, - заканчиваю я за нее, когда она кивает. Я отпускаю ее руку и обнимаю ее лицо, притягивая к себе для страстного, потрясающего душу поцелуя. “Мне это нравится. Давай сделаем это”. “ Ты серьезно? Она еще раз заглядывает мне в глаза и отстраняется. “Да, это идеально”. Мои глаза впились в ее, когда я провожу пальцем по ее чертам, начиная с бровей. - Надеюсь, у нее твои глаза. Затем вниз по ее крошечному носику. - И по твоему носу. Затем я провожу пальцами по ее веснушкам. - По твоим веснушкам. Завершаю, обводя контур ее пухлых губ. “Надеюсь, у нее твои губы”. Я снова смотрю в ее полные эмоций глаза. - Надеюсь, она такая же красивая и совершенная, как ты. ---------- Глава двадцатьтретья Глава двадцатьтретья Шейн Пища дьявола и его жертвы. ~ Два дня спустя ~ “Тренер Джефферсон, как вы себя чувствуете после этого поражения? Выводите "Гриффинз" из плей-офф всего в первом раунде после такого феноменального прошлого сезона? Вы бы сказали, что разочарованы сегодняшним вечером? Как вы думаете, могли ли ваши игроки сыграть лучше? Один из репортеров протягивает ко мне свой диктофон, ожидая ответа. Я оглядываю зал, где мы проводим пресс-конференции, стою за трибуной, наблюдаю за вспышками камер. Микрофоны, видеокамеры и записывающие устройства направлены в мою сторону в ожидании того, что я скажу. “Я бы хотел, чтобы мы не заканчивали сезон здесь. Я бы очень хотел, чтобы мы прошли дальше в плей-офф и доказали, что у нас все еще есть все необходимое, чтобы стать чемпионами. Потому что мы это делаем. Этот сезон был просто не наш. Учитывая количество травмированных игроков, которые у нас были,великих травмированных игроков, это ненадолго раскачало наш корабль. Но мы снова поднялись и выложились по полной”. Некоторые из них кивают, соглашаясь со мной. “Я разочарован? Конечно, я разочарован тем, что мы проиграли. Это была тяжелая игра против "Жнецов" в Первой игре, но мы сделали все, что могли. В этом сезоне этого было просто недостаточно, но в октябре мы вернемся сильнее ”, - говорю я им, прежде чем продолжить. Разочарован ли я в своих игроках? Думаю ли я, что они могли сыграть лучше? Абсолютно нет. Я поддерживаю свою команду. Ягоржусь своей командой. Эти люди усердно работали каждый божий день; они делали все возможное. Я всегда буду гордиться ими, несмотря на наше сегодняшнее поражение”. После еще нескольких вопросов я, наконец, желаю им спокойной ночи и выхожу из комнаты. Эти пресс-конференции всегда жестоки. Кто бы мог подумать, что это будет такая отличная идея - провести их через десять минут после выхода на лед, когда эмоции все еще накалены? Когда у меня есть команда игроков, которые все подавлены и бьются над собой, желая, чтобы они сыграли лучше. Когда они уже сделали все, что могли. Как только мы все возвращаемся в отель, я поднимаюсь в свой номер, готовая покончить с этим вечером. Единственная хорошая сторона выхода из плей-офф - это то, что отныне я буду проводить все свои дни с Обри. Мой телефон звонит, как только я закрываю дверь. Я смотрю на экран и вижу фотографию моего прекрасного Ангела, улыбающегося мне. Я быстро принимаю видеовызов и поднимаю телефон перед собой. “ Привет, Ангел. Я думал, ты уже спишь? Она свернулась калачиком под одеялом в нашей постели, явно готовая тоже покончить с этим вечером. “Я в постели, но я хотел позвонить тебе перед сном, узнать, как у тебя дела”. Она сочувственно улыбается мне. “Я в порядке. Это отстой, но мы справимся с этим и осенью будем стараться сильнее ”. Я пожимаю плечами, сбрасываю туфли и кладу телефон на комод, чтобы снять галстук. “Я знаю, что так и будет. Я горжусь тобой, Шейн. И та речь, которую ты произнес, была прекрасна. Я знаю, что для ребят это будет много значить, когда ты это скажешь ”. “ Спасибо. Я улыбаюсь, снимаю пиджак и начинаю расстегивать рубашку. - Как поживает наша девочка? Лицо Обри светится при упоминании о нашем ребенке. “Она хорошая, я чувствую, как она все больше и больше двигается. Это сумасшедшее чувство, но мне оно нравится”. Я бросаю рубашку на кровать и, присев на край матраса, беру трубку. “ Да? Боже, я не могу дождаться, когда тоже смогу почувствовать ее ”. Доктор Карлсон сказал, что вы должны начать ощупывать ее в течение следующих нескольких недель. Она сегодня сильно брыкалась, так что кто знает. Может быть, завтра увидишь, когда вернешься домой, - мягко говорит она с ласковой улыбкой, но это быстро превращается в зевок. “ Тебе нужно немного поспать, милая. Увидимся завтра, хорошо? - Говорю я ей, жалея, что не могу быть с ней прямо сейчас. “Хорошо, я люблю тебя. И снова, мы действительно гордимся тобой, папочка”, - шепчет она. От этого имени у меня перехватывает горло. “ Я люблю вас обоих. Спокойной ночи, Ангел. - Спокойной ночи, Шейн. ~ Четыре недели спустя / июнь ~ Я просыпаюсь от того, что где-то вдалеке стучит моя девочка, а в воздухе витает запах выпечки. Это стало нашей новой нормой. Обри начала страдать от бессонницы, что, по-видимому, нормально во время беременности. Но это означает, что она не спит большую часть ночи, а когда ей удается заснуть, она просыпается в половине пятого утра и готовит новые рецепты, пока я не встаю и не останавливаю ее. Мне нравится пробовать ее новые смеси, но она переутомляется, и, боюсь, это вредно для нее. Обри сейчас на двадцать пятой неделе беременности и сияет. Ее кровяное давление улучшилось за последнюю неделю, но ей все еще необходимо следить за ним до тех пор, пока врач не решит, что о нем можно безопасно забыть. Это все еще на нижней стороне, но уже не в пределах того, что они считали гипотонией. Я отбрасываю одеяло в сторону и выбираюсь из кровати, глядя на время. Сейчас только начало восьмого утра, то есть позже, чем я привыкла просыпаться. Но так бывает каждое лето: я потихоньку выпадаю из своей рутины только для того, чтобы вернуться к ней через несколько месяцев. Натягивая спортивные штаны и простую футболку, я направляюсь на кухню, где, я знаю, моя девочка сходит с ума от этого. Когда я подхожу ко входу в большую кухню, я прислоняюсь плечом к стене, складываю руки на груди, скрещиваю ноги в лодыжках и просто наблюдаю за ней. Она одета в одну из моих серых рубашек, которые, несмотря на ее округлившийся живот, все еще доходят до середины бедер. Ее ноги босые, пальцы покрыты красным лаком для ногтей, когда она расхаживает по кухне. Ее волосы собраны в неряшливый пучок на затылке, и когда я говорю "неряшливый", я имею в виду очень неряшливый. Пряди волос выпадают во все стороны, пучок съезжает набок, и с каждым ее шагом или каждым движением головы пучок колышется. Она великолепна. Она возвращается из-за прилавка с новой миской для смешивания в руках и серьезным выражением лица, когда делает глубокий вдох, чтобы сдуть прядь с лица. Она, наконец, поднимает взгляд в мою сторону, и этот серьезный взгляд мгновенно исчезает, сменяясь захватывающей дух улыбкой. “Привет, милая”. Это ласкательное имя вызывает у меня улыбку. Она не часто его использует, но мне это нравится, так мы кажемся более домашними. Но мне также нравится, как она произносит мое имя. Это всегда вызывает дрожь по моему телу, когда в груди расцветает тепло. Я прикусываю нижнюю губу зубами, наблюдая, как она возвращается к действию. Ее рука мягко проводит по животу, пока она делает пометки в журнале рецептов, который я подарила ей на день рождения. - Когда-то, давным-давно, мне приснился сон, похожий на этот, - наконец говорю я. Она откладывает карандаш и смотрит на меня, приподняв бровь. - Ты это сделал? Я киваю головой. “Ммм, ты стояла на нашей кухне в одной моей рубашке, беременная и босиком. У тебя были распущены волосы, и ты готовила нам вафли. Она тихо смеется, оглядывая себя и дотрагиваясь до растрепанных волос. - И как реальность соотносится с твоей мечтой? Я отталкиваюсь от стены и подхожу к ней. Мои руки поднимаются к ее лицу, когда я заправляю непослушные пряди ей за уши и обхватываю ее щеки, наклоняя ее голову к себе. Я опускаюсь, потираясь кончиком своего носа о ее. - Так в тысячу раз лучше. “ Ты говоришь это просто из вежливости. Я знаю, что сейчас выгляжу ужасно. Она улыбается с закрытыми глазами. “ Никогда. Ты всегда будешь казаться мне красивой. Я нежно целую свою девушку, затем опускаюсь на колени и целую другую девушку. “Доброе утро, моя Маленькая Звездочка”. Я прижимаюсь лбом к ее животу, положив руки по обе стороны от него, просто пользуясь моментом, чтобы пообщаться со своей дочерью. Я собираюсь встать, когда что-то упирается мне в лоб. Мои глаза мгновенно распахиваются, и я откидываю голову назад, глядя на то место, которое, как я почувствовала, сдвинулось. Я поднимаю взгляд на Обри и вижу, что она улыбается мне сверху вниз. - По-моему, кто-то передает привет папочке, - говорит она своим тихим, нежным голосом. Я снова опускаю взгляд на ее живот, ожидая увидеть, произойдет ли что-нибудь еще, пока мое сердце бешено колотится в груди. Я немного двигаю руками, приближая их к передней части, где я чувствовал нашу дочь. Я жду, и жду, и жду. И как раз в тот момент, когда я собираюсь сдаться, это происходит снова, на этот раз под моей правой рукой. Неверящий смешок срывается с моих губ, когда я проглатываю комок в горле, мои глаза затуманиваются от эмоций, бегущих по моим венам. “ Привет, детка. ” Я наклоняюсь, двигаю правой рукой и целую то место, которое шевельнулось. - Папочка любит тебя. Я наконец встаю, обнимаю Обри и зарываюсь лицом в ее шею, смахивая слезы. Я никогда не чувствовал ничего подобного. Это чувство, которое даже невозможно объяснить. Это как испытать то, о чем ты всегда мечтал, к чему стремился всю свою жизнь. И когда это наконец происходит, это намного больше, чем вы ожидали. Намного красивее. “О, Шейн”. Ее руки сжимаются вокруг меня, пальцы скользят по моим волосам. Еще через несколько минут я, наконец, отпускаю его и выдыхаю, вытирая влагу с глаз. Обри улыбается мне с такой любовью, сияющей в ее глазах, что я не могу удержаться, чтобы не наклониться и не поцеловать ее. - Покажи мне, чем ты занималась этим утром, - говорю я ей. “ О, да! Пойдем! Эти три новых рецепта просто невероятны, - взволнованно говорит она, беря меня за руку и подводя к трем стеклянным подставкам, на которых представлены лакомства трех разных вкусов. Она берет первый кекс с белой глазурью и чем-то похожим на кокосовую стружку. “Попробуй”. Я беру его у нее из рук и отклеиваю прокладку, прежде чем откусить. Я никогда не боюсь того, что готовит Обри, но на этот раз мне следовало бы. Мои глаза расширяются, когда я замедляю жевание, неуверенная в том, что чувствую на вкус. Когда я замечаю, что Обри пристально наблюдает за мной, я меняю выражение лица. “Хм, это... интересно. Что это?” “Кекс с кокосом и маринованными огурцами. Тебе нравится? Я экспериментировала с новыми вкусами, и это три лучших”. Она практически подпрыгивает на каблуках от радости. Черт, это самые лучшие? Что еще она могла приготовить хуже этого? “Это определенно что-то!” Говорю я, не в силах солгать ей. Но я также не могу быть честным и сказать ей, что никогда в жизни не пробовал ничего настолько отвратительного. Обри принимает свою выпечку близко к сердцу, это единственный раз, когда я вижу, как онасильно взволнована, и гормоны беременности берут верх. “Хорошо, попробуй это”. Она протягивает мне какое-то слоеное тесто, по краям которого сочится шоколад. Я откладываю кекс и беру тесто, внимательно рассматривая его.Ладно, это выглядит многообещающе. Я откусываю кусочек, ожидая восхитительного вкуса шоколада, но вместо этого ощущаю сильную горечь.Совсем не многообещающе. “Вау...” Это все, что я могу вымолвить, проглатывая кусок. “Это пирожное с медом, горчицей и шоколадом. Их так легко приготовить, если они тебе нравятся, я могу испечь тебе дополнительную порцию!” Она держится за мою руку с гордой улыбкой, и я чувствую себя дерьмово из-за мыслей, проносящихся в моей голове. “О, все в порядке, милая. Их уже так много, не нужно делать больше”.Мне все равно, что она скажет, это не медовая горчица! “Как хочешь, но если ты передумаешь, просто дай мне знать. Хорошо, теперь вот это, - Она переходит к последнему блюду с маффинами, которые имеют слегка розовато-красный цвет. “Это мое любимое”. Я беру его у нее из рук и мысленно молюсь, прежде чем откусить.О Боже! Я была неправа, есть намного хуже, чем кексы с кокосом и маринованными огурцами! У меня срабатывает рвотный рефлекс, и я изо всех сил стараюсь сохранять невозмутимое выражение лица, пока жую, и жую, и жую.Я не думаю, что смогу это проглотить. “ Что?… а это что такое? Мне наконец удается проглотить эту грязь.Боже, мой желудок возненавидит меня за это позже. “Свекла и виноград с начинкой из сливочного сыра. Вкусно, правда? Все вкусы так хорошо сочетаются друг с другом, что я не могу поверить, что никогда не задумывалась об этом раньше ”. Она подпрыгивает на месте, потирает живот и, взяв с подставки еще один маффин, откусывает от него со стоном, как будто это самое вкусное, что она когда-либо пробовала. Я понятия не имею, как реагировать, что сказать. Все это ужасно, и теперь, судя по тому, что я вижу, я застрял с целыми партиями.Как мне избавиться от них так, чтобы она не заметила? “Зачем ты сделал так много?” “ О, я подумала, что мы могли бы принести их к Морган позже. Нас будет много, поэтому я приготовила еще. Она улыбается, доедая маффин.Господи, теперь мне придется сообщить всем, не рассказывая Обри. Это будет катастрофа. Я притягиваю ее к себе, целую в висок. “ Как насчет того, чтобы ты приняла душ и оделась, а я пока все это соберу для тебя?И выброшу несколько штук в мусорное ведро. Господи, какая же я задница... - Спасибо. - Она целует меня в губы и грациозно уходит в нашу комнату. Я быстро складываю как можно больше в контейнеры для хранения, чтобы взять с собой, когда мы отправимся к Беркли домой. Вся банда собирается на день бассейна в Clay and Morgan's. Это будет первый раз, когда мы все вместе после неудачно закончившегося дня рождения Эммы. Мы видели их несколько раз по отдельности, но никогда всех сразу. За исключением Грейсона, мы видели его всего один раз с тех пор, как воздух прояснился, и это было неловко. Можно было сказать, что ему все еще было не по себе из-за всего этого, но он, по крайней мере, приложил усилия, и я ценю это. Хотя я знаю, что он звонил ей ежедневно. Независимо от времени суток, он обязательно поговорит со своей сестрой не менее тридцати минут. Когда это случилось в первый раз, Обри все время просто смотрела на меня, сбитая с толку происходящим. У его звонка не было никакой причины; все, что он сделал, это спросил, как она себя чувствует, как проходит беременность, что ее больше всего волнует и нужно ли ей что-нибудь. Обри продолжала пытаться закончить разговор, чувствуя, что это странно, но каждый раз он находил новую тему для разговора раньше, чем она успевала. Наконец-то она поняла, что он делает. Он пытался вернуть ее любовь. Закончив складировать все, я просматриваю то, что осталось. Здесь по меньшей мере дюжина каждого вида, и это все равно слишком много. Я беру по три штуки из каждого и приношу их к большим мусорным бакам в гараже. Мой Ангел никогда не просматривает их, так что она ни за что не узнает, что я что-то выбросила. Мне просто нужно будет продолжать выбрасывать по две-три штуки в день так, чтобы она не заметила, пока их больше не останется. На часах четверть одиннадцатого, когда мы подъезжаем к дому Беркли на моем R8. Я говорю Обри подождать, а сам обхожу машину и направляюсь к пассажирской дверце, открываю ее и протягиваю ей руку. Я хотел взять для нее более практичную машину, так как эта низкая, а она беременна, но она настояла, что все в порядке. Я помогаю ей выйти из машины и провожаю до входной двери. Я звоню в дверь за секунду до того, как Клэй открывает ее и приветствует нас. “Привет, Обри. Ты великолепно выглядишь.” Он обнимает ее и впускает внутрь. “ Не поможешь мне с сумками? Я киваю в сторону машины. Честно говоря, я мог бы поговорить с ними один, но это дает мне возможность распространить информацию. Он хмурится, глядя на мою машину, но пожимает плечами и следует за мной. - Конечно. Как только дверь за ним закрывается и мы добираемся до моей машины, я открываю капот и начинаю вытаскивать две сумки. Один наполнен закусками для Обри и всех остальных, кто может захотеть, а в другом - ужасные угощения, которые она приготовила. Клей хихикает. - Тебе для этого нужна была помощь? “ Вообще-то, нет. Но мне нужно было предупредить тебя, и я надеюсь, ты сможешь незаметно рассказать об этом остальным. Я поднимаю пакет, который сейчас должен быть на дне мусорного ведра. “Обри испекла сегодня утром для вас, ребята. Я не знаю, может быть, это гормоны нарушают ее вкусовые рецепторы, но не ешьте их ”. - Да ладно, они не могут быть настолько плохими. - Он снова хмурится. “ Так и есть, вас предупредили. У меня не хватило духу сказать ей, но меня чуть не вырвало от того, что я их съел. ” Я дрожу, вкус снова появляется на моем языке. Он фыркает, заметив мою заметную дрожь. “Хорошо, я передам сообщение”. - Спасибо. Я вздыхаю с облегчением и хлопаю его по спине, закрывая капюшон, и мы заходим внутрь. Но мое облегчение длится недолго, потому что в ту секунду, когда мы входим на кухню, Обри уже всем рассказала о своей выпечке, и все хотят ее попробовать.Черт! Клэй усмехается и качает головой, ставя пакет на кухонный остров. Затем он проходит мимо меня и похлопывает по спине, как я похлопал его, шепча: “Удачи”. Обри сразу же подходит к сумке и начинает доставать контейнеры, открывать их и демонстрировать всем. Я стою позади нее, пытаясь установить зрительный контакт со всеми, постоянно качая головой и бросая на них большие предупреждающие взгляды. “НЕ ЕШЬ ИХ!” Я разеваю рот снова и снова и делаю рукой режущий жест на своей шее. Я смотрю, как Клэй обнимает жену сзади, что-то бормоча ей в волосы. Сначала она хмурится, но быстро приходит к пониманию и улыбается. Затем она высвобождается из объятий Клея, поворачивается к нам спиной и, схватив Габриэля за руку, тянет его к стойке позади них. Он с отвращением смотрит через плечо на десерты и кивает. Затем он возвращается на свое место рядом со своей невестой, которая прислоняется к Ною, который держит ее в своих объятиях. Он шепчет сообщение Ною, не сводя глаз с Обри, чтобы убедиться, что она ничего не заметила. В это время моя девочка продолжает раскладывать угощения на большие подносы, придавая им причудливый вид, но дьявольская еда нас не обманет. Ну, за исключением Сайласа и Сесилии, они разглядывали товар с волнением и голодом в глазах, несмотря на все мои попытки привлечь их внимание. Я уже отбросил их как безнадежное дело. Иногда в жизни приходится чем-то жертвовать. Сегодня они - моя жертва. Эмма в гостиной кормит своих близнецов, так что я не особо беспокоюсь за нее. Остаются только Вероника и Грейсон. Ронни смотрит на меня с недоумением, как будто не уверена в том, что я пытаюсь сказать. Так продолжается до тех пор, пока Ной не опускает голову ей на плечо, целуя кожу и что-то бормоча. Ее глаза расширяются, когда она поджимает губы, удерживаясь от смеха. Следующий - Грейсон, и, судя по выражению его лица, он все правильно понял. За исключением того, что он свирепо смотрит на меня, что означает, что он, вероятно, думает, что я веду себя как придурок по отношению к его сестре и не поддерживаю ее талант.Поверь мне, я более чем поддерживаю, когда дело касается Обри. Но эти? Для них нет надежды. “ Вот! Вы, ребята, можете попробовать их прямо сейчас. Она поднимает глаза, улыбаясь всем, пока ее взгляд не падает на брата, который все еще свирепо смотрит на меня. Она оглядывается назад, прямо на меня, когда я быстро опускаю руки и улыбаюсь ей сверху вниз, кладу руки ей на бедра и притягиваю ее к себе, целуя в макушку. Она с грустью переводит взгляд обратно на брата, и его лицо вытягивается. - Нет, Обри.… Это... “ Боже мой! Что это?! Сайлас кричит с набитым ртом, прерывая оправдания Грейсона. “Это с кокосом и маринованными огурцами”, - говорит ему Обри, хмурясь при виде отвращения на его лице.Это действительно ничем хорошим не закончится. “О, ладно, это все объясняет. Не большой поклонник кокоса. Извини, - говорит он, выбрасывая его в мусорное ведро и берясь за выпечку, которая кажется вкусной, но таковой не является. Он запихивает в рот все целиком.Неверный ход, приятель. И я вижу момент, когда он сожалеет о своем решении. Он широко открывает рот, издает рвотный звук и выплевывает все это в мусорное ведро. “О, Фадж, это ужасно!” “Сайлас! Сесилия упрекает его. “Перестань драматизировать, это не значит, что тебе что-то не нравится”. Сайлас, все еще не усвоивший свой урок, переходит к маффинам следующим. Он берет его, вертит в руках, нюхает, затем пожимает плечами и откусывает. Он снова давится, прикрывая рукой открытый рот. “Почему все становится только хуже ?!” Он подбегает к раковине, выплевывает маффин и открывает кран, подставляет рот под воду и булькает, пытаясь прополоскать рот. “ Сайлас, хватит! Перестань драматизировать, - снова строго говорит ему Сесилия. Как только он заканчивает, он практически задыхается, и мне требуются все мои усилия, чтобы не рассмеяться, потому что я понимаю.Я, черт возьми, понял. “Отлично, тогда попробуй сам. Посмотри, не драматизирую ли я”. “ Хорошо. Я так и сделаю. Она высоко поднимает голову и тянется за горчично-шоколадным печеньем. Она откусывает маленький кусочек, и я вижу беспокойство в ее глазах, когда она это делает. После нескольких пережевываний у нее дергается глаз, и Клэй начинает хихикать в волосы своей жены, Ной делает то же самое с Вероникой, в то время как Гейб поворачивается к нам спиной, а Ронни прячет лицо в его руке. Морган сочувственно улыбается Обри, а Грейсон в замешательстве смотрит на угощение. “Это… um… как это называется... - Говорит Сесилия, доедая свой кусок и откладывая остальное. “ Отвратительно, вот что ты ищешь, ” предлагает ей Сайлас. “ Тошнотворно, выворачивает наизнанку, мерзко, отвратительно, невкусно. Я могу продолжить, если хочешь. - Хватит, Хейз, - предупреждает его Грейсон, глядя на сестру. Когда я смотрю на нее сверху вниз, ее глаза наполнены непролитыми слезами, а нижняя губа дрожит. Теперь я действительно чувствую себя дерьмово из-за того, что не сказал ей раньше. Я подношу свои руки к ее рукам, потирая их вверх и вниз, чтобы успокоить ее. “Сиси?” Хрупкий голос Обри задает вопрос ее подруге. Она бросает на нее извиняющийся взгляд. “Прости, Брей. Ты же знаешь, как сильно я люблю то, что ты готовишь. Но это… это действительно не очень ...”Это еще мягко сказано. “Но… Я не… Я не понимаю...” Обри поворачивается в моих объятиях лицом ко мне. “Шейн? Ты сказал,… ты сказал, что они были хороши ...” Скатывается слеза, и мое сердце разбивается, когда я смотрю, как она падает. На этот раз я не могу солгать ей, не сейчас, когда она на меня смотрит. “Нет, милая, я сказал, что они были чем-то таким… Интересным. Прости...” Я корчу гримасу, ненавидя себя за то, что мне приходится это делать. Ее щеки розовеют, по ним катятся новые слезы. Она оглядывается на всех своих друзей, которые одаривают ее такой же грустной улыбкой. “Прекрасно. Если вы все считаете их отвратительными, тогда я просто заберу их обратно ”, - говорит она сквозь слезы, пытаясь собрать их все и начиная бросать обратно в контейнеры. Она тянется к одному подносу, но в процессе натыкается на другой, на котором лежат кексы с кокосовой стружкой и огурцами, и, прежде чем она успевает подхватить его, тот переворачивается через угол прилавка и вверх дном падает на пол. Обри всхлипывает, глядя, как ее испорченные лакомства валяются на земле, затем прикрывает рот рукой. “ Мне п-жаль. Я просто… Мне н-нужна п-минута. Она закрывает лицо и выбегает через заднюю дверь во внутренний дворик. - Обри, подожди! - кричит ей вслед Морган, но уже слишком поздно. Я провожу пальцами по волосам и смотрю вниз на беспорядок. — Я уберу здесь, только дай мне минутку, чтобы... - я указываю на заднюю дверь. “ Все в порядке, ” прерывает меня Клэй. - Иди, мы позаботимся об этом. Я выбегаю на улицу в поисках своей девушки и нахожу ее плачущей, уткнувшись в ладони, в шезлонге у бассейна. “ Ангел... - Ангел... - говорю я, когда подхожу к ней. Я поднимаю ее со стула и сажусь, держа на руках. - П- почему ты не п-сказал мне, что они н-н-плохие? - заикается она. “Мне так жаль, детка. Я знаю, что должен был это сделать, но ты была так взволнована, я не хотел портить тебе эту радость. - Я провожу пальцами по ее естественным волнам и целую ее в макушку. “ Мне так стыдно. Она глубже прижимается ко мне лицом. “Милая, тебе нечего стесняться. Это случается даже с лучшими поварами и пекарями. Они пробуют что-то новое, и оно не всегда будет хорошим. Но это нормально, детка. Попробуй еще раз, и в следующий раз они будут замечательными, как и все остальные твои творения”. Она слегка отстраняется, чтобы посмотреть на меня. “ Но я не понимаю. ” Она вытирает глаза. “Я нашел их хорошими...” Я улыбаюсь, тихо посмеиваясь. “ Да, ну, я думаю, беременность может повлиять на твои вкусовые рецепторы. Я целую ее влажные губы. “И для протокола, я почти уверен, что ты не добавляла медовую горчицу в выпечку”. Она хмурится, явно думая об ингредиентах, которые использовала. - Я взяла стеклянную бутылку с дверцы холодильника. Что ж, это все объясняет. “ Это дижонская горчица, Ангел. Не медовая. Ее глаза округляются. - О... Я смеюсь, целуя ее в висок. “ Как насчет того, чтобы, пока не родится наша маленькая девочка, ты позволяла мне присматривать за тобой, пока ты готовишь новые рецепты? И я дам вам знать, если ваши пары - хорошая идея или нет ”. “ Да, хорошо. Она шмыгает носом. - Но только если ты пообещаешь сказать мне в следующий раз, когда что-то из того, что я приготовлю, окажется плохим. “ Я обещаю, Ангел. Я еще раз прошу прощения, ты меня прощаешь? Я глажу ее по щеке большим пальцем. “ Возможно. Она ухмыляется. Мои брови приподнимаются. - Ты мог бы? Она медленно кивает. “Ммм”. Затем она наклоняется и шепчет мне на ухо: “Я голодна”. Я запрокидываю голову и смеюсь. “ Подожди, дай мне подумать. Я снова смотрю на нее сверху вниз, постукивая указательным пальцем по своему подбородку. - Ты эмоциональна и голодна.… Пломбир с карамелью и добавлением карамели?” Это стало ее любимым лакомством, когда она эмоциональна. Она снова с энтузиазмом кивает, ее глаза блестят от возбуждения. - И горячий брауни с помадкой. - Итак, два пломбира с карамелью, еще карамель и четыре горячих брауни с помадкой, - уточняю я ее заказ. “Боже мой, я люблю тебя!” Она хватает мое лицо и целует меня всего. “Они подумают, что я свинья”. “ Нет, они подумают, что ты беременна. Я улыбаюсь ей в губы, когда она хихикает, прежде чем отстраниться. “Хорошо, давай вернемся в дом, и я схожу в кафе-мороженое, чтобы перекусить”. Она соскакивает с моих ног и встает, протягивая мне руку, чтобы я ее взял. Я поднимаюсь во весь рост и беру ее за руку, ведя нас к дверям. Оказавшись внутри, мы находим всех в гостиной с детьми. “ Я пойду куплю этому немного мороженого, кто-нибудь чего-нибудь хочет? - Спрашиваю я, оглядываясь по сторонам. Несколько человек поднимают руки и выкрикивают. Я быстро достаю телефон и записываю заказы один за другим. “ Ты хочешь, чтобы я пошел с тобой? Ты не можешь нести все это одна и вести машину одновременно, - спрашивает Обри, держа меня за руку. - Все в порядке, я пойду с ним. - Грейсон встает со своего места рядом с женой, целует ее в щеку и подходит к нам. Обри настороженно наблюдает за ним. - Ты уверен? “ Да, я знаю хорошее местечко недалеко отсюда. Он кладет руку на затылок моей девочки и целует ее в лоб. - У нас все будет хорошо. Не волнуйся”. “ Хорошо, - тихо говорит она, прежде чем повернуться ко мне. Она встает на цыпочки, когда я наклоняюсь и целую ее. - Если что-то случится, побереги мое мороженое, - шепчет она мне в губы, и я смеюсь. Моя девочка и ее пристрастия. ---------- Глава двадцать четвертая Глава двадцать четвертая Шейн Шлепок по заднице означает удачу. Мы молча выходим из дома и направляемся к моей машине. Он забирается на пассажирское сиденье, а я запрыгиваю на водительское, завожу двигатель и отъезжаю от бордюра. Не прошло и минуты с начала поездки, как на экране моего навигатора появляется текстовое сообщение следующего содержания: Джесси Сторм Стоит ли мне волноваться? Нужно прикрытие? Я провожу рукой по лицу, издавая стон, который переходит в смешок, потому что я знаю, что Форд увидел сообщение. “Я знал, что в какой-то момент это произойдет и укусит меня за задницу”. Он со смехом качает головой. “Все в порядке, тренер”. Я морщу нос. - Может быть, с этого момента тебе следует называть меня по имени, по крайней мере, когда это не касается хоккея. “ Да, точно. Звучит странно называть тебя тренером, когда ты… ну, знаешь, встречаешься с моей сестрой. Он корчит гримасу, и мы снова погружаемся в молчание. Только по прошествии трех минут он заговаривает снова. - Ты добр к ней. Я быстро смотрю на него, изучая его лицо, прежде чем снова сосредоточиться на дороге. - Я стараюсь быть такой. “Так и есть”, - говорит он. “Я наблюдал за вами на улице с ней. Тебе легко удалось ее успокоить, и я вижу, как она смягчается рядом с тобой. Я просто киваю, не зная, что сказать. “Я также заметил, насколько она теперь увереннее в себе. Она меняется, и я знаю, что это из-за тебя”. “Ну, я уверена, что беременность помогает и в этом”. Я улыбаюсь. “Да, дети действительно меняют тебя. Я бы знал”. Он смеется, вспоминая тот случай, когда он узнал, что у него есть шестимесячная дочь, и его жизнь кардинально изменилась со дня на день. “Но я знаю, что ты - большая часть всех этих перемен, происходящих с Обри”. Я подъезжаю к кафе-мороженому, а он продолжает: “Она храбрее, сильнее, она говорит то, что думает, и, наконец, становится самостоятельной личностью, а не живет в тени. Она добивается того, чего хочет, а это не то, что она обычно делала бы ”. Я глушу двигатель, но не делаю попытки выйти, и он тоже. Я все еще не знаю, что сказать. Я ценю то, что он говорит, но я не ставлю себе в заслугу то, какая Обри. Потому что я с самого начала разглядел в ней все эти прекрасные черты. “Обри всегда была последовательницей, она делала все, что ей говорили. Любящая нравиться людям, которая хотела только счастья других людей, а не своего собственного. Она никогда не ставила себя на первое место, никогда не ставила свое счастье превыше всего. Пока не появился ты. “ Послушай, Грейсон. Тут я останавливаю его. “ Я ценю, что ты все это говоришь, но Обри уже была для меня всем этим. Может быть, ты только сейчас это видишь, но я всегда видел это в ней. И, возможно, я отчасти ответственен за то, какой вы видите ее сегодня, но если я что-то и сделал, то только помог ей расцвести в женщину, которой она является на самом деле. Потому что для меня Обри всегда была тем удивительным человеком, которым, как ты утверждаешь, она стала”. Он некоторое время смотрит на меня, ничего не говоря, пока, наконец, не кивает. “ Прости, я с самого начала не понял, как много она на самом деле значила для тебя. Но теперь я это вижу”. Внезапно я чувствую, что груз напряжения спал с моих плеч, как будто мы наконец-то действительно движемся вперед. “Это в прошлом. Все, что сейчас имеет значение, - это то, что мы можем поладить ради Обри. Ее счастье - это все, о чем я забочусь ”. “ Тогда мы на одной волне. Он протягивает мне руку. Я прижимаю свою руку к его и крепко пожимаю. “ Нам, вероятно, следует поторопиться, пока они не начали сомневаться, стоит ли посылать за помощью. К тому же, у меня там беременная девушка, которая, наверное, прямо сейчас грызет свой большой палец от беспокойства ”. “ Она все еще этим занимается? - Спрашивает Форд, когда мы выходим из машины. “Она всегда грызла ноготь на большом пальце, когда мы были детьми”. Я хихикаю. “ Да, но я пытаюсь остановить ее, когда могу. Это просто нервная привычка.”Я с улыбкой пожимаю плечами, подходя к двери кафе-мороженого. “На самом деле я нахожу это довольно милым”. Я отдаю полный заказ служащему, заканчивая просьбой Обри, чтобы ее брауни оставались теплыми к тому времени, как мы вернемся. Я также удвоила его, что означает, что теперь у нас есть четыре вида мороженого и восемь брауни. - Черт возьми, ты и правда любишь сладкое. - Грейсон смеется, когда слышит конец моего заказа. “На самом деле, только одно из них для меня. Остальное для Обри”. Я смеюсь вместе с ним. Приятно вернуться к тому, что было раньше. Мы с Грейсоном никогда не были самыми близкими, но все равно хорошо ладили и время от времени шутили . Мы уважали друг друга, и мне приятно вернуть это чувство. “Боже, я не скучаю по дням беременности”, - говорит он с широко раскрытыми глазами. “Я не знаю, они мне вроде как нравятся. Я имею в виду, иногда я внутренне немного нервничаю, когда Обри становится эмоциональной и срывается. Но в остальном все было просто великолепно ”. Он указывает на меня пальцем. “ Это потому, что тебе все дается легко. У меня была беременная жена, которая ежедневно угрожала отрезать мне яйца и хранить их в качестве трофея ”. Я смеюсь, не веря своим ушам, но это звучит так, как сказала бы Эмма. Может быть, даже сделаю. ОБРИ “ Ты уверена, что оставить их наедине - хорошая идея? - Спрашивает Гейб, когда я сажусь на диван между Морган и Эммой. “Думаю, да. Грейсон не предложил бы пойти, если бы у него все еще были проблемы с Шейном”. Я улыбаюсь ему, когда он берет Грейси за руки и медленно кружит ее. Ей захотелось потанцевать, и, конечно же, она попросила своего любимого дядю стать ее партнером. Я не уверен, откуда она черпала эти идеи, но это их третий танец за сегодняшний день. И да, мы все уже признали, что Габриэль - ее любимец. Кажется, она питает к нему слабость. Паркер начинает суетиться в своей маленькой качалке перед Эммой, пока она кормит Мэддокса. “ Хочешь, я возьму его с собой? Я предлагаю. “Пожалуйста? Сиси, не могла бы ты разогреть бутылочку для Паркера?" Это на верхней полке в холодильнике, - спрашивает Эм Сесилию, которая тут же встает и направляется на кухню. Я медленно поднимаю Паркера с его места и укачиваю его на руках вместе с одеялом. “Привет, Маленький утенок. Все в порядке, малыш, сейчас принесут твою еду”. Я нежно качаю его на руках. - Я понимаю, я тоже становлюсь привередливой, когда голодна. Эмма наблюдает за мной с мягкой улыбкой. “ У тебя это получается от природы, ” говорит она, когда Паркер начинает устраиваться поудобнее в моих руках. “И, кстати, с мальчиками все будет в порядке. Грейсон задавал мне много вопросов о вас двоих”. Мои брови поднимаются. “ У него есть? Несмотря на ежедневные звонки моего брата, я все еще не была уверена в том, что он на самом деле чувствует ко мне и Шейну. “ Ммм. ” Она кивает. “Я думаю, он пытается сложить все кусочки воедино в своей голове, понять все признаки, которые он упустил”. Сесилия возвращается с бутылочкой Паркера, и все, что требуется, - это быстро провести по его крошечным губкам, чтобы он открыл и приложился к ней. “Что ж, я просто счастлив, что они наконец-то переехали через это”. “Поверь мне, мы все такие”, - ворчит Клэй, расхаживая по комнате с Тринити на руках, успокаивая ее, пока Морган обнимает Тео. “За последние несколько лет я проиграл больше боев, чем мне бы хотелось”. “Спасибо вам, миледи, за этот замечательный танец”, - говорит Гейб, кланяясь Грейси. Она поднимает концы своего платья и делает то же самое. Это самая милая вещь, которую я когда-либо видел. - Она смотрела“Золушку" на повторе. ” Эмма хихикает. “Я думаю, она выбрала Гейба своим прекрасным принцем. Ронни, я думаю, у тебя здесь есть конкурент, лучше побыстрее запри его”. Когда я смотрю на Ронни, она уютно устроилась в кресле в объятиях Ноя, наблюдая за Гейбом с сердечками в глазах. “Итак, Ронни, когда ты подаришь нам каких-нибудь племянниц? Ты единственный, кто остался.” Сесилия хихикает, зная, что Ронни не нравится, когда мы поднимаем эту тему. Ронни бросает на нее неодобрительный взгляд. “Что я говорила о детском лепете в присутствии этих двоих?” — она указывает на двух своих мужчин. “Как только им в голову приходит эта идея, они неделями не отпускают меня”. “ И ты жалуешься? Эмма приподнимает бровь. На губах Ронни появляется усмешка. “Нет, не собираюсь. Но мой имплантат никуда не денется. Я не готова к появлению ребенка, и они это знают”. “ Мы все еще работаем над тем, чтобы убедить ее. Гейб подмигивает с ослепительной улыбкой, на что Ронни закатывает глаза. Мальчики возвращаются вскоре после того, как принесли безбожное количество мороженого для половины двенадцатого утра.Думаю, у нас будет десерт перед обедом. Тринити и Тео оба спят на двух одинаковых детских качелях, в то время как Мэддокса и Паркера только что уложили в две детские качалки. “Вот, Ангел”. Шейн приносит мне мороженое и брауни. “Я купила тебе еще два, когда ты будешь готова. Я пока положу мороженое в морозилку. - Он целует меня в щеку. - Ты идеален, - говорю я, когда он уходит с ухмылкой. Когда он возвращается, Данте подбегает к нему как раз в тот момент, когда он собирается сесть рядом со мной, поскольку Эмма освободила место. “ Тренер! Тренер! Поиграешь со мной в хоккей? Он протягивает Шейну запасную пластиковую клюшку. Шейн присаживается на корточки перед Данте и забирает у него палку. - Хочешь, я сыграю с тобой в хоккей, малыш? На прошлой неделе он смотрел повторы со своим отцом, и это была одна из твоих игр. Он узнал тебя и пришел в восторг. Мы сказали ему, что он может попросить тебя сыграть, когда мы увидимся в следующий раз”, - уточняет Сесилия. Выражение лица Шейна показывает, насколько он тронут ее заявлением. “Да, я поиграю с тобой, маленький приятель”. Он встает и смотрит на меня через плечо. - Все в порядке? “Конечно, иди повеселись”. Я улыбаюсь. “Но будь осторожен, я слышал, что малыш Данте действительно хороший игрок. Он может дать тебе пинка под зад. Данте приходит в восторг, когда слышит мою похвалу. “Да! Надери задницу!” - восклицает он и для пущей убедительности бьет Шейна по заднице маленькой хоккейной клюшкой. Я фыркаю, когда глаза Шейна расширяются. Сесилия качает головой и вздыхает с улыбкой. - Он научился этому у своего отца. “ Чертовски верно, он это сделал. Сайлас гордо выпрямляется, выпячивая грудь. - Шлепок по заднице означает удачу, верно, приятель? “Ммм!” Данте с энтузиазмом кивает. “И когда папочка разыгрывает шутку с мамочкой”. Глаза Сайласа расширяются, когда Сесилия ахает. Остальные просто начинают смеяться над честностью маленького мальчика. “ Сайлас! Что ты рассказывал нашему сыну?! “ Ничего! На днях он спросил меня, почему я продолжаю бить тебя по заднице. Я сказал ему, что хочу пошалить с тобой, ” выпаливает Сайлас. “Я не думал, что он повторит это!” - Он повторяетвсе ! Следующее, что ты узнаешь, он шлепнет Грейси по заднице и скажет, что хочет пошалить с ней! Сесилия шипит на него. “ Эй! Держи своего парня подальше от моей дочери! Грейсон указывает пальцем на Сайласа. “Слово мудрецу, ничего не говорите своим детям”, - говорит нам Сесилия, раздраженно качая головой. “Невероятно, этот человек”. Двадцать минут спустя, после того, как я съела все три порции мороженого и шесть брауни —да, я стала свиньей — я направляюсь в комнату развлечений, где Шейн в настоящее время все еще играет в хоккей с Данте, чтобы сообщить им, что обед готов. Когда я подхожу к комнате, я останавливаюсь у входа и наблюдаю через открытую дверь. Шейн использовал диванные подушки, чтобы сделать хоккейные ворота в одном конце комнаты, и в настоящее время склонился над Данте, показывая ему, как правильно держать клюшку. Затем он демонстрирует несколько приемов и наблюдает, как Данте повторяет их, поправляя его, когда его стойка не очень хороша или когда он делает ход неправильно. Большинство малышей, вероятно, разозлились бы, если бы им сказали, что они делают что-то не так, но не Данте. Он гордо стоит и внимательно слушает каждое слово, слетающее с губ Шейна. Данте делает одно и то же движение снова и снова, пока, наконец, у него не получается все правильно, и он радостно восклицает, когда Шейн подбадривает его. У этого маленького мальчика есть решимость, и это заметно. “Он так похож на своего отца”, - шепчет Сесилия рядом со мной, наблюдая за своим сыном. “Он решительный, жизнерадостный и очень мотивированный. Он начал вставать рано по утрам, чтобы позаниматься с Саем. Господи, ему всего два с половиной года, а он уже занимается самодисциплиной. Он отказывается есть все, что вредно для его здоровья, он изнуряет себя до изнеможения, пока не начнет болеть и потеть ”. Она улыбается мне, прежде чем снова переключить свое внимание на Данте, в ее голосе столько гордости за своего сына. “Каждый вечер, вместо того чтобы смотреть мультики, как это сделало бы большинство детей, он смотрит хоккейные ролики с Сайласом. А когда у мальчиков игры, он заставляет меня записывать их, чтобы он мог посмотреть их утром за завтраком. Черт возьми, он даже улавливает, когда игрок делает неверный шаг, и приходит в восторг от того, что заметил это ”. Она вытирает глаза, когда начинает эмоционально говорить о нем. “Однажды он станет великим хоккеистом, может быть, даже более великим, чем его отец”. - Я в этом не сомневаюсь, - говорю я ей, когда она улыбается и входит в комнату. “ Пойдем, малыш. Пора поесть, а потом мы пойдем купаться. Она убирает каштановые кудри с его лица. “И я разрешаю тебе столкнуть папу в воду”. “Ура!” Данте подпрыгивает и выбегает из комнаты, она следует за ним. Шейн убирает беспорядок в комнате, когда я подхожу к нему. Когда он закончил, он обнимает меня за талию и целует в лоб. “Этот мальчик много чего добьется. Он такой талантливый для своего возраста, это впечатляет. Не могу дождаться, чтобы увидеть, каким он станет. Не может быть, чтобы когда-нибудь мы не увидели его имя на большом экране ”. “ И ты сможешь сказать, что был его самым первым тренером. Я улыбаюсь ему. “Ну, я бы не сказал, что был его тренером”. Он хихикает, когда на его скулах появляется легкий румянец. Я глажу его по щеке. “Не преуменьшай того, что ты только что с ним сделал, Шейн. Тот короткий момент, который был у вас двоих, он запомнит навсегда, и я знаю, что он не будет последним. ” Я притягиваю его к себе и завладеваю его губами. - А теперь пойдем, пора есть. - Мы только что ели мороженое. “ И я все еще голодна. Я прикусываю губу, краснея, и тащу его за руку к двери. Час спустя мы все стоим у бассейна, готовясь окунуться в воду. Близнецы моего брата спят в тени с той стороны, откуда мы можем их видеть. Эмма и Ронни загорают в шезлонгах, в то время как Грейсон, Ной и Гейб резвятся вокруг Грейси в воде, а она визжит от радости. Сайлас и Сесилия тоже находятся в воде с Данте, пытаясь научить его плавать, а также Клэй и Морган, которые держат своих близнецов и медленно окунают их в воду. Им уже почти пять месяцев, и они так быстро растут. Я грызу ноготь большого пальца, наблюдая, как все в купальниках веселятся. Я всегда чувствовала себя немного неловко, когда показывала свое тело, кроме как с Шейном, но со всеми этими новыми изменениями, когда я освобождаю место для своей дочери, это ударяет немного сильнее. Я знаю, что они все прошли через это, поэтому я знаю, что они не осудят меня, но я не привыкла выставлять себя напоказ подобным образом, тем более в бикини. Но ни один из моих цельных купальников мне больше не подходил, так что у меня не было выбора надеть это облегающее платье. Я крепко держу одну руку поверх халата, не готовая обнажаться прямо сейчас. Шейн подходит ко мне сзади и убирает мой большой палец от зубов. “ Ты прекрасно выглядишь, Ангел. Тебе не о чем беспокоиться. Его руки спускаются к переду моего халата, когда он медленно начинает расстегивать его. “Ты создаешь новую жизнь, Обри. Прими это. Гордись тем, что можешь похвастаться нашей маленькой девочкой. И знай, что я никогда не находил тебя прекраснее, чем ты сейчас. - Он целует мое плечо, когда я киваю, позволяя ему полностью убрать его. Затем он поворачивает меня лицом к себе, оглядывая с головы до ног. “Совершенство”, - шепчет он, и его похвалы медленно успокаивают мой разум. Шейн берет бутылочку солнцезащитного крема и щедро наливает себе на руку. Он начинает с моей шеи, массируя ее одновременно с тем, как прокладывает свой путь по моим плечам, груди и вниз по рукам. Он садится на корточки и массирует обе мои ноги, затем наклоняется и целует мой живот, прежде чем снова встать, наливая себе на руку еще солнцезащитного крема, чтобы затем покрыть мой живот. - Повернись, - инструктирует он меня и намыливает всю мою спину, уделяя дополнительное время разминанию моей задницы, пока я не начинаю хихикать. - Шейн, - предупреждаю я его. - Я ничего не могу с этим поделать, - говорит он за секунду до того, как я чувствую, как его зубы впиваются в нижнюю часть моего бикини. “О Боже, пожалуйста, не делай этого при мне!” Грейсон стонет из бассейна с Грейси на руках, откуда ему, очевидно, хорошо видно, как Шейн кусает меня. Ной посмеивается рядом с моим братом, в то время как Гейб показывает Шейну два поднятых больших пальца с широкой улыбкой. Затем он толкает моего брата плечом с другой стороны. “Тебе, должно быть, неловко”. Он смеется. “Но ты же понимаешь, что он сделал что-то похуже, чем укусил ее за задницу, верно?” Грей сердито смотрит на него. - Спасибо, что указал на это, придурок. Шейн стоит позади меня, посмеиваясь, когда он тянется к своей шее сзади и стаскивает рубашку. Должно быть, это самая сексуальная вещь, которую я когда-либо видела, - то, как напрягаются его мышцы, когда он это делает. Клянусь, если бы я уже не была беременна, то, наверное, забеременела бы, просто взглянув на него. “Черт...” Я слышу, как Эмма говорит приглушенным голосом. Я оглядываюсь и вижу, что она опирается на локоть, опустив солнцезащитные очки, и разглядывает Шейна. “Я как раз подумала о том же”, - говорит ей Ронни, когда она садится, чтобы лучше рассмотреть. “Как так получилось, что Шейн в лучшей форме, чем наши мужчины?” Затем спрашивает Эм, когда ее глаза еще немного изучают моего мужчину. Я не ревнивый человек, особенно когда дело касается моих друзей. Я знаю, какие они, и в какой-то момент ожидал этих комментариев. Но я также знаю, что они безупречно лояльны, когда дело касается их мужчин, так что нам не о чем беспокоиться. Я также уже довольно привыкла к тому, что женщины заценивают Шейна - он действительно горяч. Но все, что меня волнует, - это то, что в конце дня именно я заберу его домой. “ Теперь, когда я постоянно кормлю его сладостями, он тренируется вдвое больше. Я хихикаю и беру солнцезащитный крем. Налив большое количество себе в руку, я начинаю втирать его сначала в его спину, массируя его правое плечо, которое было повреждено. Как только я заканчиваю с его спиной и ногами, он поворачивается ко мне лицом, и я наливаю еще крема прямо ему на грудь. “ Почему я вдруг приревновала тебя к малышке Брей? Эм шепчет. - Я рядом с тобой, девочка, - бормочет в ответ Ронни. Я сжимаю губы, пытаясь не рассмеяться, потому что мое лицо заливается краской. Когда я поднимаю взгляд на Шейна, он смотрит прямо на меня, и его румянец совпадает с моим. “Это действительно потрясающее зрелище”. Голос Сесилии отвлекает мое внимание от бассейна. “ Нет! Э-э-э. Ты вернешься сюда. Сайлас хватает ее за талию, придерживая сына другой рукой. “ Повернись, Минни. Этот вид не для твоих глаз. Это единственное, на что ты можешь смотреть. Сесилия смеется и целует мужа. “Ладно, Большой парень. Только ты”. Ной выходит из воды как раз в тот момент, когда я заканчиваю с Шейном, и направляется к Ронни. “С тебя тоже хватит, Котенок”, - говорит он, прежде чем поднять ее в воздух и прыгнуть вместе с ней в бассейн, когда она визжит. Грейсон приподнимает бровь, глядя на Эмму, и она быстро указывает на него пальцем. “Не смей, Волк. Если ты хочешь сохранить свои яйца, я предлагаю тебе оставаться в воде вместе с нашей дочерью ”. Мой брат со смешком качает головой, затем смотрит на Шейна. “Понимаешь, что я имею в виду?” Шейн только смеется, но ничего не говорит. Очевидно, они разговаривали о разных вещах, пока были вместе. Я просто счастлив, что они ладят. Шейн берет меня за руку и подводит нас к бассейну. Мы спускаемся по ступенькам в прохладную воду и заходим все дальше, пока она не достигает моей груди. Теперь, когда мой живот стал больше, у меня странные ощущения, но мне нравится не чувствовать лишнего веса. Я обвиваю руками шею Шейна, когда его руки опускаются на мою талию и приподнимают меня, пока мои ноги не обхватывают его бедра. Он крепко прижимает меня к себе, мой живот застрял между нами, и продолжает двигаться дальше по бассейну, пока вода не достигает наших плеч. Его рука опускается к моим волосам, пальцы скользят по моим влажным прядям, в то время как его глаза следят за их движением. - Ты счастлива, Обри? Я наблюдаю за ним мгновение, не уверенная, откуда этот вопрос. Но я не задаю его, вместо этого я говорю ему правду. “Я никогда не была так счастлива, Шейн”. Затем я прижимаюсь своими губами к его губам, доказывая ему, насколько я на самом деле счастлива. ---------- Глава двадцать пятая Глава двадцать пятая Шейн К лучшему или к худшему... ~ Неделю спустя ~ Я заканчиваю тренировку как раз в тот момент, когда мой телефон оповещает меня о запросе на открытие ворот. Я хмурюсь, поднимая трубку, не уверенная, кто бы это мог быть. Я знаю, что это не Обри, так как она сейчас на работе, и в любом случае у нее есть чип, который открывает ворота, когда она находится рядом с ними. Это также не кто-то из братьев Сторм, поскольку они просто каждый раз заходят сами. И если бы кто-то из наших друзей заходил, Обри бы упомянул об этом. Я поднимаю камеру, чтобы посмотреть, кто это, и замечаю городской автомобиль с опущенным стеклом, ожидающий возможности въехать. Я нажимаю значок микрофона, чтобы поговорить с ними, прежде чем пропустить их. “ Да? Чем я могу вам помочь? “Я здесь, чтобы доставить миссис Джефферсон в резиденцию”, - просто говорит мужчина. Я хмурюсь еще сильнее. Единственная миссис Джефферсон, которую я знаю, - это моя мать, поскольку все мои сестры взяли фамилии своих мужей, а Обри до сих пор не носит мою. - Можешь проходить, - говорю я, открывая ворота на нашу территорию. Быстро направляясь в прачечную, я беру рубашку из сушилки, которую еще не вылила, прежде чем направиться к входной двери. Я открываю ее как раз в тот момент, когда водитель обходит машину и направляется к задней пассажирской двери. Он открывает дверь и протягивает руку тому, кто находится внутри. Через несколько секунд выходит моя мама, и я быстро спускаюсь по ступенькам, чтобы поприветствовать ее. “ Мама? Что ты здесь делаешь? - Спрашиваю я, когда она подходит ко мне. Она кладет обе руки мне на щеки, а я кладу свои ей на талию. “ Разве мать не может навестить своего единственного сына, когда скучает по нему? Она улыбается мне, затем целует в обе щеки. “ Конечно. Я тоже по тебе скучал, ” честно говорю я ей. - Давай я возьму твои сумки, и мы зайдем внутрь. - Спасибо тебе, дорогая. Я бросаюсь к багажнику городской машины, откуда водитель вытаскивает мамин чемодан и ручную кладь. Я думаю, что в течение нескольких дней у нас будет неожиданный гость. Я беру его у него, благодарю и возвращаюсь к матери, когда мы поднимаемся по ступенькам в дом. Я провожу ее в гостиную как раз в тот момент, когда Марианна входит в комнату. “ О! Здравствуйте, миссис Джефферсон. Мне очень жаль, я не знала, что у нас будут гости. Если бы я знала, я бы приготовила блюдо получше ”. “Все в порядке, Марианна. Это была неожиданная поездка”, - говорит ей мама. “ Что тебе пока принести? Чай? Кофе? - Спрашивает Марианна. - Чай будет в самый раз, спасибо. “ Сейчас поднимусь, - говорит она, затем поворачивается ко мне. - Давай я возьму это и отнесу в комнату для гостей. “ Ерунда. Я принесу их наверх, - говорю я ей, когда она кивает и уходит. “ Мам, ты не могла бы уделить мне пять минут? Я только что закончила тренировку и еще не принимала душ ”. “ Конечно, дорогая. Потратьте на это столько времени, сколько вам нужно. Она удобно устраивается на диване, а я спешу к лифту, чтобы отнести ее вещи в номер. Как только все расставлено по местам в комнате, которую она будет занимать бог знает сколько времени, я бегу обратно вниз и запрыгиваю в душ. Я принимаю самый быстрый душ в своей жизни, затем надеваю джинсы и новую рубашку, прежде чем вернуться к матери. “ Иди сюда, садись, мой мальчик. Она похлопывает по подушке рядом с собой. “ Расскажи мне, как у тебя дела? И как поживает моя будущая невестка? Кстати, где она? - Обри работает, но скоро должна вернуться домой. “ А как ее здоровье? С моей внучкой все в порядке? затем она спрашивает, и я улыбаюсь. “Да, Стеллина растет здоровой девочкой, и у Обри все отлично. Ее давление пришло в норму, и ее врач сказал, что нет необходимости продолжать принимать его, пока она снова не почувствует головокружение. Но ей все равно нужно быть осторожной, - говорю я ей, вздыхая с облегчением. “ Приятно слышать. Ты заставил нас всех поволноваться. Фиби была готова взять отгул на работе и побыть с Обри, чтобы убедиться, что с ней все в порядке, пока тебя не будет”, - говорит моя мама, о чем я уже знала. Мне пришлось убедить трех моих сестер, что им нет необходимости лететь сюда. “ Когда меня не было дома, Лайонел был с ней, так что я не слишком волновалась. Я просто счастлива, что сейчас ей лучше. Это было напряженное время”. “ Да, могу себе представить. Со стороны Джулиана было очень любезно предложить кого-нибудь присмотреть за ней. ” Мама тепло улыбается. Несмотря на холодную внешность Джулиана, она всегда питала к нему слабость. Она берет чай с кофейного столика и делает глоток. “ А ты? Как дела? Между тобой и моей будущей невесткой по-прежнему все хорошо? Я ухмыляюсь, услышав это имя. Это уже второй раз, когда она называет Обри своей невесткой, и я могу сказать, что она пытается что-то передать. Но в этом нет необходимости, потому что я уже некоторое время думаю об этом. “ У нас все более чем хорошо. Просто становится все лучше и лучше. Я слегка поворачиваюсь на своем сиденье, чтобы лучше видеть ее. “Но есть кое-что, о чем я хотела с тобой поговорить”. Я прочищаю горло, не уверенная, почему я вдруг занервничала. Если мои родители не согласятся с этим, я не уверен, что буду делать. “Я хочу жениться на Обри. Я уже попросил разрешения у ее родителей, и они дали его, но я все равно хотел обсудить это с тобой и папой. Я знаю, что значит привести кого-то в эту семью, и я уже был на пути развода. Я просто хотел узнать твое мнение по этому вопросу. ” Мои ладони внезапно становятся липкими, когда пристальный взгляд матери блуждает по моему лицу. “Я знаю, милый”, - просто говорит моя мама. Мои брови приподнимаются. - Правда? “Да, как ты думаешь, зачем еще я здесь? Я понял это в тот момент, когда увидел вас двоих вместе. Невозможно было отрицать ту любовь, которую вы разделяете. Я знал это еще до встречи с ней, по тому, как ты загорался каждый раз, когда говорил о ней, я мог сказать, как много она для тебя значила ”. “ Ты это сделал? - Недоверчиво спрашиваю я. Она кивает. “Я знала, что этот вопрос скоро возникнет. И да, сынок, мы с твоим отцом были бы более чем счастливы, если бы Обри официально стал частью нашей семьи. В наших глазах она уже такая. ” Она лезет за спину в свою маленькую сумочку и достает маленькую шкатулку для украшений от нашего семейного бренда. “Вот почему я взяла это”. Она открывает коробочку и показывает обручальное кольцо, которое я слишком хорошо узнаю. Кольцо моей матери. “ Мама? Но… это твое... Я смотрю на ее безымянный палец, впервые замечая, что его там больше нет. “ Вообще-то, это принадлежало твоей пра-пра-пра-бабушке. Когда Уильям Джефферсон основал компанию Andromeda Jewels, это было первое, что он создал. Обручальное кольцо для любви всей его жизни, - тихо говорит она, вкладывая коробочку мне в руку. “ Но я не понимаю, почему Фиби не поняла, когда Эдвард сделал предложение? Я в замешательстве хмурю брови. “ Потому что это кольцо передается только мужчинам в нашей родословной, в то время как женщины могут носить его для сохранности. И однажды, когда у вас родится сын, который будет готов жениться, вы с женой передадите это ему для его будущей невесты ”. Моя мама улыбается мне, в то время как я продолжаю хмуриться. “Я вижу, ты хочешь что-то узнать. Ты можешь задать свой вопрос”. Я опускаю взгляд на красивое винтажное кольцо в своей руке. Бриллианты явно были заменены, и вы можете сказать, что за ними хорошо ухаживали на протяжении многих лет, судя по тому, как сильно они все еще блестят. В нем так много замысловатых мельчайших деталей, что я удивлен, что он вообще просуществовал столько поколений. “ Почему ты не отдал это мне для Хейли? - Наконец-то удается спросить мне. Мама вздыхает и кладет свою руку поверх моей, которая лежит на моем колене, в то время как другая все еще держит коробочку с кольцом. “Я люблю Хейли как дочь, и всегда любила. Но, несмотря на то, что мы с Селестой настаивали на том, чтобы вы были вместе, когда вы были моложе, я знал, что Хейли не была любовью всей твоей жизни. Она бросает на меня сочувственный взгляд, прежде чем продолжить. “Я не сомневаюсь, что ты любил ее, но в твоих глазах никогда не было такого блеска, как при упоминании Обри. Вот почему мы с твоим отцом решили не дарить его тебе, когда ты сказал, что сделаешь предложение Хейли, и он согласился со мной, что она не та, - заканчивает она с мягкой улыбкой. “ Если ты знала, что я не был влюблен в Хейлз, почему ты позволила мне жениться на ней? Я прищуриваюсь, глядя на нее. Она поднимает бровь, глядя на меня. “Если бы мы с твоим отцом сказали тебе, что не считаем Хейли подходящей женщиной для тебя, это помешало бы тебе жениться на ней? Потому что я помню, как у нас был разговор об этом, и когда я спросил тебя, действительно ли ты любил ее, ты был убежден, что любишь. Затем я вздыхаю. “ Ты прав. Я, вероятно, все равно бы прошел через это. Моя мама складывает руки вместе, прежде чем снова взять свой чай и допить его. “ Итак, когда ты планируешь сделать предложение? Потому что вам, вероятно, потребуется изменить его размер ”. “Я думал через неделю или две. Я не уверен, я еще толком не думал о том, как я хочу это сделать. У меня есть старое кольцо из ее шкатулки для драгоценностей, которое я позаимствовала для подбора размера, так что с этим проблем не будет. Я достаю кольцо, рассматриваю его повнимательнее.Да, пальцы Обри меньше этих. “Я думаю, тебе стоит выбрать что-нибудь простое. Обри, похоже, не из тех, кто любит большие модные вещи или хочет, чтобы все внимание было приковано к ней. Просто сделай это маленьким и интимным. Значимый”, - дает она совет. “Да, Обри бы не понравилось, если бы я опустился на одно колено перед огромной толпой”. Я хихикаю, представляя, как ее лицо приобретает глубокий оттенок красного. “Шейн?” Мои глаза расширяются, когда до нас доносится голос Обри. Я быстро кладу кольцо обратно в коробочку, закрываю ее и убираю в карман. “Сюда, Ангел!” Я перезваниваю за секунду до того, как она входит в комнату. Она улыбается, когда видит меня, но ее лицо озаряется, когда она замечает мою маму. Очевидно, эти двое стали довольно близки, когда моя семья приезжала на мой день рождения. “Памела! Какой приятный сюрприз! Шейн не сказал мне, что ты приедешь.” Обри быстро подходит к моей маме с распростертыми объятиями, когда она встает со своего места. “О, ты красивая девочка, посмотри на себя”. Она обнимает ее в ответ, затем удерживает на расстоянии вытянутой руки. “И посмотри на этот живот. Моя внучка наверняка займет там немного места ”. Мама смеется. “ Именно так. ” Присоединяется Обри. - Как долго ты пробудешь у нас? - Всего на несколько дней, если можно? Обри улыбается ей. “ Конечно! Тебе здесь всегда рады. Она берет мою мать под руку. “ Ты уже поел? Я уверен, мы сможем найти что-нибудь здесь, а позже мы все могли бы поужинать где-нибудь в хорошем месте. Она выпроваживает мою маму из комнаты, пока они вместе болтают и строят планы, совершенно забыв обо мне. По крайней мере, это дает мне повод исчезнуть на несколько секунд и спрятать это кольцо. ~ Неделю спустя ~ “ Как ты думаешь, сколько времени это займет? - Спрашиваю я подрядчика, пока он осматривает стены вокруг западной части дома, где находится наша спальня. “Я думаю, мои ребята справятся со всем этим за четыре недели, плюс-минус. Это будет намного быстрее, чем добавление расширения. Я понимаю, что у вас ограниченный график, так что это было бы лучшим вариантом, - говорит он мне, просматривая планы, которые он быстро набросал. “ Четырех недель может хватить, ” кивком даю ему понять я. Сейчас Обри на двадцати семи неделях беременности, а это значит, что к моменту окончания ремонта ей будет тридцать одна неделя. Этого времени достаточно, чтобы обустроить детскую и подготовить все к приезду Стеллины. “ Шейн? Дверь в нашу спальню в конце коридора открывается за секунду до того, как появляется Обри, и ее усталые глаза находят мои. Она подолгу дремлет днем, так как наша дочь не дает ей спать по ночам. “Я выйду сам. Я свяжусь с чертежами планов к завтрашнему дню, и мы начнем работу рано утром в понедельник. Спасибо, что ведете с нами бизнес ”. Он протягивает руку, и я пожимаю ее. “Звучит идеально. Спасибо, что сделали это за такой короткий срок”, - говорю я ему, когда он кивает и уходит. “ Кто это был? - Спрашивает Обри, подходя ко мне и попадая в мои объятия. “ Подрядчик, который будет делать ремонт в комнате нашей дочери. ” Я целую ее в макушку. “Я знаю, что говорил тебе подумать об этом, но время летит быстро, и после разговора с ним мы решили, что просто изменим планировку здесь, внизу, чтобы разместить ее комнату”. - Значит, мы не будем делать сложение? Я качаю головой. “Нет, он думает, что это займет слишком много времени, и мы, скорее всего, не закончим до того, как ты родишь. Я не хочу, чтобы наш дом превратился в строительную площадку, пока мы приветствуем появление на свет нашей дочери. Но мы всегда можем построить пристройку позже, когда обустроимся и у нас будет больше свободного времени ”. “ Нашу комнату перенесут? - спрашивает она, пытаясь представить, какие изменения будут внесены. “Нет, единственным ремонтом в нашей комнате будет установка двери в конце вашего входа”. “ Дверь? Она хмурит брови. Я беру ее за руку и веду по коридору в другой, на противоположной стороне, где находятся два кабинета, а также прачечная, большой шкаф для белья и шкаф поменьше рядом с ним. “План состоит в том, чтобы объединить эти два шкафа в один. Коул, подрядчик, считает, что за шкафом поменьше пустое пространство. Таким образом, они используют это, чтобы сделать шкаф приличного размера для всего белья. Как только они будут перенесены, прачечная тоже будет перенесена ”. Я разворачиваю нас лицом к противоположной стене, где бок о бок расположены два офиса. “Мы уменьшим размеры обоих офисов, поскольку нам действительно не нужно, чтобы они были такими большими”. “Почему бы нам просто не превратить это в один офис? Это не то же самое, что использовать второй”, - заявляет она. Я обнимаю ее сзади за талию. “ Ты права. Но однажды ты это сделаешь. Когда ты откроешь собственную пекарню, тебе захочется иметь место для работы, когда ты дома ”. Она наклоняет голову набок и смотрит на меня с любящей улыбкой. “Мне нравится, когда ты говоришь об этом так, словно это должно произойти”, - тихо говорит она. “ Потому что так и будет. Я наклоняюсь и целую ее, прежде чем сосредоточиться на том, что мы здесь делали. “ Итак, как только все это будет перенесено. Они закончатся примерно здесь. Я показываю ей рукой, затем провожу нас на несколько шагов. “И прямо сейчас мы бы стояли в комнате нашей дочери”. Затем я указываю на стену слева от нас. “По другую сторону этой стены находится ваша гардеробная. Именно там мы поставим дверь, чтобы иметь прямой доступ в ее комнату ночью, не обходя ее стороной. И в то же время это дает нам достаточно уединения, чтобы не бояться разбудить ее. “Мне это нравится, Шейн. Это идеально. Сколько времени это займет?” “ Коул сказал, что примерно через четыре недели, потом мы пришлем кого-нибудь, кто займется декором. Итак, скажем, через пять-шесть недель все должно быть готово для Stellina. Тем временем мы сможем решить, чего бы нам хотелось, и пройтись по магазинам ”. Я целую ее в шею. Она взволнованно улыбается и оглядывает воображаемую комнату, как будто уже представляет ее у себя в голове. Моя рука оставляет ее бедро и опускается к карману, где лежит маленькая коробочка. Я ношу ее с собой уже несколько дней, готовый спросить ее, но так и не нахожу подходящего момента. Но я думаю, что сейчас, возможно, тот самый момент. Я еще немного целую ее шею, спускаюсь по плечу. Затем приподнимаю волосы у нее на затылке и прокладываю путь поцелуями с другой стороны, пока не добираюсь до ее уха. У меня нет продуманного плана, что бы я сказал, что бы я сделал. Я просто хочу спросить ее. - Выходи за меня замуж, - шепчу я ей в раковину уха. У нее перехватывает дыхание, все ее тело замирает. Она не двигается и не издает ни звука. Я делаю шаг в сторону, становлюсь перед ней и, опустившись на одно колено, лезу в карман. “Шейн… Что… что ты делаешь?” она заикается, ее руки дрожат, когда она прикрывает рот, широко раскрытые глаза смотрят на меня сверху вниз. Я беру маленькую бархатистую коробочку и открываю ее, показывая обручальное кольцо моей семьи. Мои руки слегка дрожат, они становятся липкими. Я вытираю свободную руку о джинсы и делаю глубокий вдох. “Я хранил это кольцо целую неделю, ожидая подходящего момента, чтобы сделать тебе предложение. Но я пришел к пониманию, что все это не имеет значения, единственное, что имеет значение, это то, что есть ты и я. Что мы в этом вместе ”. Я улыбаюсь, когда слезы текут по ее щекам. “ Я больше не хочу быть парнем и девушкой, Обри. Я хочу, чтобы мир увидел тебя такой, какая ты есть на самом деле. Моя жена. Потому что я всегда видел тебя такой. Итак, что ты скажешь, Ангел? Ты выйдешь за меня замуж?” Ее румянец усиливается по мере того, как слезы катятся быстрее. Я ожидал, что она будет эмоциональной, когда я делал предложение. Чего я не ожидал, так это того, что она покачала головой. - Нет, - шепчет она, и мое сердце разбивается вдребезги. Улыбка сползает с моего лица, когда я несколько раз моргаю. Я чувствую, как мое сердце бьется о грудную клетку, пульс стучит в ушах. Моя рука опускается, все еще держа драгоценный камень, который должен был изменить этот день к лучшему. Но вместо этого он меняет его к худшему. Потому что из всех сценариев, которые я мог себе представить, ее отказ не входил в их число. Где я ошибся? Какие признаки я упустил? Я думал, мы были на одной волне. Я думал,… Я думал, что она любила меня так же сильно, как я люблю ее… Но если бы она знала, почему бы ей сказать "нет"? Я позволяю коробочке с кольцами выпасть из моей руки и упасть обратно на задницу. Я не знаю, что теперь делать, что сказать. Что это значит для нас? Мы действительно можем просто продолжать и притворяться, что этого никогда не было? Вести себя так, будто все в порядке? Как будто мой мир не перевернулся и полностью не разрушился из-за маленького слова из двух букв? “Нет, Шейн, подожди. Пожалуйста, позволь мне объяснить, - выпаливает Обри сквозь слезы, опускаясь передо мной на колени и беря мою руку в свои. “Я хочу выйти за тебя замуж, Шейн. Хочу. Так сильно, что ты должен мне поверить. Я просто… Я думаю, что еще слишком рано. Я хочу убедиться, что это действительно то, чего мы хотим. Прямо сейчас мы все еще находимся в фазе медового месяца, мы даже еще не поссорились. Откуда нам знать, что так будет всегда? ” Она заставляет себя улыбнуться, но улыбка получается слабой. “Мы встречаемся всего шесть месяцев, а уже живем вместе. У нас будет общий ребенок. Разве мы не можем просто еще немного подождать с женитьбой? Это все, о чем я прошу, Шейн. Я хочу убедиться, что мы поженимся ради нас, а не ради ребенка. Она отпускает мою руку и обхватывает ладонями мои щеки, пока я молчу. “Спроси меня снова через несколько месяцев, хорошо? Пожалуйста, Шейн. Пообещай мне, что спросишь меня снова через несколько месяцев?” - умоляет она, ища в моих глазах признак того, что это еще не конец. Все, что я могу выдавить из себя, - это легкий кивок, все еще не в состоянии говорить.Ей нужно время, чтобы убедиться, что это реально, но я знал, что это было реально с самого начала. Почему она вдруг усомнилась в нас? Что изменилось? Она наклоняется и целует меня, но я едва могу ответить на поцелуй. Я в шоке, все мои мысли путаются. Мне просто нужно время, чтобы переварить это, подумать о том, что это значит для нас. Я беру ее за запястья и убираю ее руки от своего лица, когда она всхлипывает. “Я… Я собираюсь пойти потренироваться ”. Это все, что я могу сказать, поднимаясь с пола, забирая коробку по пути наверх и покидая конец коридора, который однажды станет комнатой нашей дочери ... Если это вообще все еще в наших планах. Я не оглядываюсь и не останавливаюсь, когда крики Обри достигают моих ушей. Я знаю, что должен остаться с ней, я знаю, что должен утешить ее, но мне нужно время. Мне нужно немного дистанцироваться, чтобы разобраться в этом. Я не хочу потерять ее совсем, и я боюсь того, что могу сказать, если останусь. Я не хочу делать ничего, о чем потом буду сожалеть. И потерять ее было бы моим самым большим сожалением. ---------- Глава двадцатьшестая Глава двадцатьшестая Обри Блинчики и...апельсины. Я плачу, закрыв лицо руками, когда Шейн уходит, чувствуя, что только что разрушила все, что было между нами.Что, если он не сможет простить меня за отказ? Что, если он не сочтет мое оправдание убедительным? Что с нами будет? Я плачу сильнее, приседая к полу, пока у меня не начинает болеть живот от этого положения, и я знаю, что мне нужно встать. Я не могу оставаться здесь весь день, оплакивая то, что я натворила. Мне нужно подумать. Мне нужен совет. Да, это должно помочь мне успокоиться и мыслить ясно. Я тянусь за телефоном в кармане, готовая набрать номер мамы, зная, что она точно знает, что мне сказать. Но потом я вспоминаю, что мне не нужно ей звонить, я могу просто пойти к ней. Поднимаясь с пола, я вытираю слезы, которые продолжают капать, и направляюсь в нашу комнату, чтобы забрать свою сумочку. Но когда я захожу, то обнаруживаю Шейна, выходящего из своего шкафа в шортах и рубашке. Мы оба останавливаемся и некоторое время смотрим друг на друга, прежде чем я продолжаю свой путь к сумочке. “Я собираюсь поехать к своим родителям... - Говорю я ему, снова поворачиваясь к нему лицом и замечая, что он все еще не двигается. Он медленно кивает. “Ты вернешься?” Мое сердце разрывается от боли в его голосе. “ Конечно, я так и сделаю. А ты знаешь… ты не хочешь, чтобы я возвращался?”Пожалуйста, не говори, что это то, чего ты хочешь… Я не думаю, что мое сердце выдержит это. “ Это твой дом, Обри. То, что там произошло, этого не меняет, - говорит он, отводя взгляд, как будто ему больно упоминать об этом. “ Хорошо,… Тогда я...… Увидимся позже... Я вытираю лицо, когда еще одна капля скатывается из уголка моего глаза. Он кивает и выходит из комнаты. Подождав несколько минут, прежде чем выйти из комнаты, я быстро направляюсь в гараж и сажусь в свою машину. Я не теряю времени, выезжая из гаража и покидая территорию, но с каждой новой милей, разделяющей нас, мое сердце болит все сильнее. И к тому времени, как я подъезжаю к новому дому моих родителей, я уже вся в рыданиях. Они переехали три недели назад, и я здесь всего второй раз. Это милый маленький дом с четырьмя спальнями, расположенный всего в десяти минутах езды от дома моего брата. Я просто рад, что они ближе к нам, даже если это все еще более чем в получасе езды от меня. Я быстро паркую машину и в слезах взбегаю по ступенькам крыльца. Должно быть, они видели, как я паркуюсь, потому что в тот момент, когда я подхожу к площадке, дверь распахивается, и моя мама широко раскрывает для меня объятия. “О, мой малыш”. - Он сделал мне предложение, а я сказала “нет”, - кричу я, бросаясь в ее объятия. “ Ммм.… Да, это твоя вина, потому что я этого не понимаю, - говорит папа из-за спины мамы, гладя меня по волосам. Мама вздыхает, глядя на него, затем ведет нас дальше в дом. “ Пойдем, милый. Давай присядем и поговорим. Я просто киваю, когда она направляет нас в гостиную и усаживает на диван. - Расскажи мне, что произошло. Я вспоминаю каждую деталь того, что произошло, начиная с того, что он показал мне все ремонтные работы, которые мы собирались сделать, заканчивая тем, что он сделал предложение, а затем катастрофой, когда я ответила "нет" и объяснила, почему. “Я просто чувствую, что между нами все происходит так быстро. Я боюсь, что если мы продолжим в том же темпе, все это бросится нам в лицо”, - говорю я маме, вытирая слезы салфеткой. “ Это совершенно нормально - сомневаться, милая. У вас двоих едва хватило времени на настоящее свидание, прежде чем начать серьезные отношения, что вполне понятно, учитывая вашу ситуацию, но это не значит, что это не настоящее дело. ” Она кладет свою руку поверх моей. “ Скажи мне, милая. Что изменится через несколько месяцев, когда он снова пригласит тебя? Помимо рождения твоей дочери. “ Я… Я не знаю. Я ничего не предполагаю. “Хорошо, и ответь на это честно. Есть ли какой-нибудь шанс, даже если это всего лишь один процент, что ты можешь сомневаться в своих чувствах к Шейну?" Что, может быть, для тебя есть кто-то еще?” Я уже качаю головой, прежде чем она заканчивает свой вопрос. “Абсолютно нет. Я люблю Шейна, для меня нет никого другого. И никогда не будет. Я не хочу жить ни с кем, кроме него. Даже если мы в конечном итоге будем постоянно ссориться, как Эм и Грей, мне все равно. Я хочу драться и спорить с ним, я хочу плакать вместе с ним. Я хочу делать все это с ним. Только с ним”. Я задыхаюсь, когда до меня доходят мои собственные слова. “Боже мой, я идиотка!” “Нет, детка. Ты не идиотка; тебе просто нужно было немного помочь увидеть то, что было прямо перед тобой. Вы с Шейном родственные души, это видно любому. Так зачем ждать, когда вы могли бы начать проводить остаток своей жизни вместе прямо сейчас? ” Мама улыбается и заправляет мне волосы за уши. Я киваю и резко встаю. “ Я… Мне нужно домой. “ Иди, милая. И пришли мне фотографию кольца на твоем пальце. Она тоже встает. Я собираюсь уйти, но оборачиваюсь и обнимаю маму. “Спасибо тебе, мам”. “ Тебе не нужно благодарить меня, Обри. Для этого и существуют мамы, ты скоро поймешь это на примере собственной дочери. Она целует меня в щеку. “А теперь иди, потому что, если бы мне пришлось гадать, Шейн, вероятно, прямо сейчас сходит с ума”. Кивнув, я выбегаю из дома, запрыгиваю в свою машину и мчусь к нашему дому. Я знаю, что не должна вести машину как сумасшедшая во время беременности, но это важно. Мне нужно исправить это между нами. Я добираюсь домой в рекордно короткие сроки, не утруждая себя парковкой в гараже. Вместо этого я глушу двигатель на подъездной дорожке прямо у входной двери и быстро поднимаюсь по ступенькам, распахивая дверь. “Шейн!?” Я бегу по дому, заглядывая в каждую комнату, продолжая звать его по имени. “Шейн!?” Я начинаю бояться, что он, возможно, ушел, когда куда бы я ни посмотрела, везде пусто. Только когда я добираюсь до дверей патио, ведущих на задний двор, по пути в гостиную, я вижу его. Он сидит на стуле у бассейна, упершись локтями в раздвинутые колени, руки свисают между ними, голова опущена. Я никогда не видела Шейна таким подавленным, и это все из-за меня. Потому что я не мог заглянуть за пределы своих страхов, потому что я не мог понять, что время ничего не значит, когда оно приходит к нам. Я открываю дверь, не потрудившись закрыть ее за собой, когда спускаюсь к бассейну. “Шейн?” Я снова зову его по имени, но он не поднимает глаз. Я стою перед ним, ожидая реакции, но он по-прежнему не двигается. “Спроси меня еще раз”, - говорю я ему, выжидая несколько секунд, прежде чем повторить. “Пожалуйста, Шейн, спроси меня еще раз”. “Все в порядке, Обри. Если ты не готова или сомневаешься, я пойму. Я могу подождать, - наконец говорит он прерывающимся голосом, но по-прежнему не смотрит на меня. Меня бесит, что он называет меня по имени, тогда как обычно он использовал бы "Ангел" или "милая". Я даже предпочту малышку Обри, когда это произойдет от него. Так не пойдет. “ Тогда ладно. Если ты не хочешь этого делать, это сделаю я. Я опускаюсь перед ним на одно колено и беру его руку в свою. Я никогда не думала, что буду этим заниматься, но что ж. Если это то, что я должна сделать, чтобы доказать ему, что я этого хочу, тогда я это сделаю. Его голова резко поворачивается ко мне, когда он замечает мое положение. - Что ты делаешь? - Я прошу тебя выйти за меня замуж. - Я тепло улыбаюсь. “ Нет, ” просто говорит он, затем хватает меня за талию и сажает к себе на колени. “ Я не позволю тебе сделать это, Ангел. Ты ни за что не будешь тем, кто будет спрашивать. “Тогда спроси меня еще раз, я умоляю тебя”, - умоляю я его. Он ищет в моих глазах хоть малейший признак неуверенности, но ничего не находит. Все, что я делаю, это улыбаюсь ему, пока мое сердце бешено колотится в груди, ожидая слов, которые сорвутся с его губ. - Выходи за меня замуж, - выдыхает он спустя, кажется, целую вечность. Я беру его лицо в ладони и прижимаюсь губами к его губам. “ Да, - говорю я между поцелуями, когда наши языки сплетаются. “Да сегодня, да завтра, да навсегда”. Его рука зарывается в мои волосы, когда он наклоняет мою голову, как будто хочет этого, и углубляет поцелуй, пока мы не начинаем задыхаться и хватать ртом воздух. “Боже, Ангел. Я думал, что теряю тебя, - шепчет он, когда его голова опускается мне на плечо. Меняя позу, я сажусь верхом на его бедра и обвиваю руками его шею, крепко прижимая к себе. “ Никогда. Мне так жаль, Шейн. Мне жаль, что я сомневалась, даже на секунду, что между нами все может измениться. Я не знаю, почему я боялся сделать этот следующий шаг вместе с тобой”. Я слегка отстраняюсь, желая, чтобы он увидел, насколько серьезно каждое слово, слетающее с моих губ. “ Но я хочу, чтобы ты знал, что я больше не такая. Я ни в чем не сомневаюсь между нами. Мне все равно, если однажды мы поссоримся, мне все равно, если мы разозлимся друг на друга, мне все равно, если через десять лет нам понадобится семейная терапия. Все, что меня волнует, - это то, что я делаю все это с тобой. - Я наклоняюсь и нежно прижимаюсь своими губами к его губам. “Потому что я не хочу такой жизни, если она не с тобой, Шейн”. Он улыбается мне в губы, за секунду до того, как поднимает нас и кружит. “ Боже! Я так сильно люблю тебя. Я смеюсь, когда он наконец перестает кружить нас. - Я тоже люблю тебя, больше, чем ты можешь себе представить. Он поддерживает меня одной рукой, в то время как другой касается моей щеки. “ Я знаю, Ангел. Поверь мне, я знаю. - Он снова целует меня, затем опускает на землю. - Как насчет того, чтобы мы наконец надели это кольцо тебе на палец? Я ухмыляюсь. “Пожалуйста, моя мама, наверное, ходит с телефоном в руках, ожидая фото”. Я хихикаю. Он берет меня за руку и ведет нас в заднюю часть дома, потряхивая поврежденным плечом. На моих скулах появляется румянец, когда я понимаю, что это та рука, которой он поддерживал меня. “ Извини, я уже не такая легкая. Я прикусываю губу. - Вся боль в мире стоит того, если она ради тебя. - Он поднимает наши соединенные руки и целует тыльную сторону моей ладони. Мой румянец становится еще ярче, когда мы заходим внутрь и направляемся в нашу комнату. Он подходит к тумбочке, выдвигает первый ящик, достает маленькую темно-синюю коробочку и открывает ее, чтобы достать кольцо. Он красивый и большой, с таким количеством мелких деталей и ярким круглым бриллиантом прямо в центре. Я никогда не видел ничего подобного. “ Оно прекрасно, Шейн, - шепчу я, когда он надевает его мне на палец. Идеально сидит. - Это семейная реликвия. Первое ювелирное изделие Андромеды, когда-либо изготовленное. Я ахаю. “Шейн! Я не могу это надеть!” “ Ты можешь, и ты сделаешь это. Моя мать настояла. Он целует меня в щеку. -Памела знает? - спросил я. “ Она надела его до тебя. Поэтому она и приехала сюда на прошлой неделе. Он улыбается мне, когда я смотрю на великолепное кольцо у себя на пальце. “ Не могу дождаться, когда расскажу всем. Я прикусываю губу, чувствуя головокружение внутри. Я не могу поверить, что выйду замуж за мужчину своей мечты. “Почему бы нам не сделать это прямо сейчас?” Шейн усмехается и тянется за своим телефоном на тумбочке. Он садится на край кровати и сажает меня к себе на колени, прижимая спиной к своей груди, затем берет телефон и начинает видеозвонок с Морган, Сесилией, Эммой и Ронни. “ Ты звонил девушкам, а не парням? Я хихикаю. “Более вероятно, что они ответят”. Он усмехается. Это занимает несколько секунд, но в конце концов все их лица заполняют экран. “ Надеюсь, это важно. Я как раз собиралась пойти вздремнуть, - шипит Эмма сквозь зубы. “Так и есть”, - говорю я. “Здесь все рядом?” “ Да, что происходит? Рядом с ними появляется обеспокоенное лицо моего брата. “ Все в порядке? С ребенком все в порядке?” Внезапно появляются и все мужчины, Клей стоит позади Морган с Тринити на руках. Сайлас кладет руку на плечо Сесилии. Ноа и Габриэль по обе стороны от Ронни. У всех у них были одинаково встревоженные лица. “Да, с ребенком все в порядке. Но у нас есть кое-какие новости”, - говорит Шейн с широкой улыбкой, как только я поднимаю левую руку к экрану. “ ЗАТКНИСЬ! Эмма кричит как раз в тот момент, когда Грейсон свирепо смотрит на нее и говорит ей успокоиться. “ Ни за что, блядь! Ты, блин, помолвлена!? Ронни громко визжит. -Ронни! - в один голос восклицают Морг, Сиси и Эм. “Извините! Извините. У нас здесь нет детей, ясно! И не похоже, что ”заткнись" от этого лучше ". Она прищуривает глаза, я думаю, глядя на Эмму. “Она права, Банни. Мы это уже обсуждали”, - говорит мой брат своей жене, за что получает смеряющий взгляд. Он просто целует ее в макушку, затем снова смотрит в камеру. “Поздравляю вас двоих, хотя я удивлен, что вы смогли ждать целую неделю”. Он посмеивается, разговаривая с Шейном. Мои брови поднимаются, когда я поворачиваюсь и смотрю на Шейна. - Ты рассказала моему брату? Шейн кивает, поглаживая мою руку свободной рукой. - Я спросил его разрешения, а также у твоих родителей. Боже, может ли этот мужчина быть еще более совершенным? Я растворяюсь в нем, моя голова покоится на изгибе его шеи. Чмокающий звук в трубке привлекает мое внимание. “ Ты знал и не сказал мне!? - Что? - спрашивает Эмма, еще раз ударяя моего брата по руке. “ Эй! Не мое дело было рассказывать! Грейсон окликает ее в ответ. “Я твоя жена. Ты должен был рассказать мне все!” Она несколько раз шлепает его.Господи, этот звонок выходит из-под контроля. Внезапно позади них раздается пронзительный вой, и Эмма громко рычит. “ Посмотри, что ты наделала! Ты их разбудила! Она бросает телефон на стойку и, кажется, уходит. “Пока, пора вздремнуть. Большое вам спасибо!” - кричит она, когда ее голос становится все дальше и дальше. Камера снова перемещается, когда мой брат берет трубку. “Извини за это. Я пойду помогу ей, прежде чем она действительно позвонит врачу и назначит мне вазэктомию”. Все смеются, когда он заканчивает свою часть разговора. “Я все еще не понимаю, как эти двое поженились”, - говорит Сайлас, качая головой. “Никто из нас не знает”, - соглашается с ним Ной. “ Мамочка, я ужасно хочу есть. Из динамика доносится голос Данте. “Давай, приятель”. Сайлас наклоняется и поднимает своего сына на заднем плане. “Пойдем помоем тебя, а потом поужинаем”. Прежде чем уйти, он смотрит на экран и обращается к нам: “Поздравляю вас обоих”. “Да, я так рада за вас обоих. В эти выходные мы как-нибудь отпразднуем”, - говорит Сесилия, машет нам на прощание и вешает трубку. “Да, нам тоже пора идти. Близнецы начинают просыпаться. Но поздравляю, мне не терпится поговорить о свадьбе и увидеть это кольцо лично ”. Морган счастливо вздыхает, когда Клей кивает на прощание. В итоге у телефона остаются только Ронни, Гейб и Ной. Ронни смотрит на меня через телефон, и в ее глазах столько эмоций, что я как будто чувствую их через экран. “Моя лучшая подруга выходит замуж”, - шепчет она. - Да, - бормочу я в ответ. “Я так рад за тебя, Брей. Ты тоже, Шейн. Но, Господи, такое чувство, что все, о чем ты когда-либо мечтал, наконец-то сбывается, и я просто вне себя от радости за тебя. Ты заслуживаешь всего этого”. Я вытираю набежавшую слезу. “ Спасибо тебе, Ронни. Для меня очень много значит слышать это от тебя. Она начинает хлопать себя по лицу, когда ее глаза наполняются слезами. “О Боже, почему я становлюсь такой эмоциональной прямо сейчас? Клянусь, эти гормоны беременности заразны. “Или, может быть, она беременна”, - слышу, как Гейб шепчет Ною, который кивает в знак согласия. Ронни закрывает глаза и раздраженно вдыхает через нос. “В последний раз говорю, Габриэль, я не беременна!” Ее глаза снова открываются, и она делает раздраженное лицо. “Что нужно сделать, чтобы выбросить эту мысль из его головы?” - спрашивает она нас, когда мы с Шейном хихикаем. “ Просто прими это, Котенок. Он не остановится, пока в тебе не родится ребенок. - Ной целует ее в плечо. “ Зная его, он даже тогда не остановится. Он просто начнет планировать следующий раз, когда вы двое сможете обрюхатить меня. Она закатывает глаза. “На самом деле, это гениальный план. Мы должны просто постоянно поддерживать тебя в тонусе, заводить целый выводок детей”. Гейб одаривает ее широкой зубастой улыбкой. “О Боже, что я наделала?” - Что я наделала? - бормочет Ронни, когда ее с криком отрывают от пола. “Красавчик, отпусти меня! Что ты делаешь!?” “Тренируюсь оплодотворять тебя”, - говорит он ей, когда она, кажется, висит у него на спине вниз головой. Я не совсем уверен, но вокруг много движения. “ Тебе, наверное, стоит повесить трубку, Котенок. Если только ты не планируешь устроить им шоу, - говорит Ной откуда-то из-за ширмы. “Ммм, да, хорошо. Пока, ребята, увидимся на выходных. Еще раз поздравляю! Люблю вас обоих!” И тут заканчивается последний наш видеовызов. ШЕЙН Как только звонки заканчиваются, я бросаю телефон на кровать, посмеиваясь про себя. Эта компания друзей немного сумасшедшая, но я понимаю, почему они все так близки. “Они все действительно нечто, не так ли?” Обри хихикает в моих объятиях. “Так и есть”, - честно говорю я ей с улыбкой. “Но таковы семьи. Какими бы раздражающими они ни были порой, гордись тем, что можешь называть их своей семьей. Не у каждого есть такой шанс”. Да, у меня есть Джулиан и его братья, но на этом все в основном заканчивается. Я думал, что у меня была такая семья, когда я еще играл профессионально. Но потом случилась моя травма, и со временем они все отдалились, или, может быть, это сделал я. Я не уверен, но, в конце концов, если бы они действительно были моей семьей, они все еще были бы здесь. “ Да, ” тихо говорит она, снова откидывая голову мне на плечо. “ Но ты знаешь, теперь они и твоя семья тоже. Наверное, она права. Они включали меня во все свои дела. Даже их групповые чаты, которые в значительной степени представляют собой просто соревнование парней за то, у кого самый симпатичный ребенок или домашнее животное. “ Думаю, это правда. Я крепче обнимаю ее, целую в макушку. “ Что бы ты хотела на ужин, милая? Антуана сегодня нет дома, так что нам придется приготовить что-нибудь самим. “ Хм, а можно нам блинчики? Я почти чувствую всем телом ее возбуждение от перспективы съесть завтрак на ужин. Она даже поглаживает свой живот, так что я знаю, что это то, чего хочет наша дочь. “ Со взбитыми сливками и ореховой пастой? Я улыбаюсь, когда она ахает. “ Ты так хорошо меня знаешь. Ее рука ложится мне на затылок, когда она запрокидывает голову и целует меня. “ О! Знаешь, что было бы потрясающе с этим?” Я уже знаю, что это будет один из ее странных миксов. “Что?” -Апельсины! Волосы у меня на руках встают дыбом от отвращения. - Хочешь апельсины на блинчики? “ Да! Боже, это будет так здорово! У нее практически текут слюнки. Я хихикаю и качаю головой. “ Хорошо, как пожелают мои девочки. Я хватаю ее за талию и поднимаю на ноги. “Давай, вставай, пойдем тебя покормим”. “Подожди, разве ты не хочешь позвонить своей семье и рассказать им? Она тянет меня за руку, чтобы удержать на месте, когда я встаю с кровати. “ Они могут подождать до окончания ужина, но тебе, наверное, стоит позвонить родителям. Я тащу ее из комнаты на кухню. “ Ах да! Я забыла. Она закусывает губу и краснеет. Оказавшись на кухне, Обри готовит для меня тесто, затем целует меня в щеку и направляется к своему телефону на стойке, берет его и звонит по видеосвязи своей маме, оставляя меня одну готовить блинчики. Я не очень хорошо готовлю, но все равно умею готовить. Я наблюдаю, как Обри радуется кольцу и с энтузиазмом разговаривает со своей матерью, переворачивая блинчики и следя за тем, чтобы они не подгорели. Я счастлив видеть, что она так взволнована нашей свадьбой. На мгновение, когда я увидел, как она взяла свою сумочку и сказала, что уходит, мое сердце остановилось в груди. Я думал, что это все, что она покидает меня и никогда не вернется. И даже после того, как она сказала, что вернется, я все еще чувствовал, что не могу дышать, когда смотрел, как она уезжает. Я сказал ей, что собираюсь пойти потренироваться, но все, что я делал, это сидел дома, ожидая, когда она вернется ко мне. Молясь, чтобы она действительно это сделала. Я потратил время, чтобы проанализировать каждое наше взаимодействие, от нашего прошлого до настоящего. Я искал что-нибудь, что я мог бы сделать или сказать, что могло бы заставить ее усомниться. Но сколько бы раз я ни перебирал это, я не мог найти ни единой вещи. В конце концов, я просто смирился с тем, что она просто не была готова к браку, и я мог это понять. Может, мне и тридцать восемь, но ей всего двадцать четыре. Она все еще молода, и вся ее жизнь впереди. Мы уже живем вместе. Мы уже создаем семью за такой короткий промежуток времени. Я мог понять, что ей просто нужно было, чтобы некоторые вещи в наших отношениях не затягивались, но это не остановило укоренение чувства отвержения. Когда она наконец вернулась домой, не прошло и двух часов, как она несколько раз позвала меня по имени, я не ответил. Я был слишком напуган тем, о чем она хотела поговорить, тем, что она так отчаянно хотела мне сказать. Я никогда не ожидал, что она скажет "нет", поэтому внезапно испугался, чем еще она может меня удивить. И когда она умоляла меня спросить ее снова, я боялся, что она спрашивает только из страха, что если она будет настаивать на своем ответе, это уничтожит нас. Я не хотел, чтобы она чувствовала себя вынужденной к чему-то, к чему она не была готова. Я бы никогда так с ней не поступил. Но потом она опустилась на колено и снова удивила меня, но уже в хорошем смысле. Потому что, когда я заглянул в ее прекрасные бледные глаза лани, в них не было колебания. Ни страха, ни беспокойства. Она была готова. И мое сердце забилось снова. Я не могу представить свою жизнь без Обри. В конце концов, я был бы в порядке, даже если бы она сказала мне, что никогда не хотела выходить замуж. Я бы принял наше будущее только как партнеров, но никогда как мужа и жены. Да, это заняло бы некоторое время, но я бы смирился с нашей судьбой. Потому что я предпочел бы иметь ее только в качестве своей девушки, чем не иметь совсем. Как она сказала, я хочу делать все это с ней. Она всегда была моей, так же как я всегда был ее. Я выключаю газовую плиту и кладу последний блинчик поверх стопки, затем подхожу к холодильнику и достаю взбитые сливки, кленовый сироп и апельсин. Я ставлю все это на столешницу, затем иду в кладовую, чтобы взять ореховую пасту. Обри все еще разговаривает по телефону, пока я нарезаю ей апельсин и готовлю тарелку с тремя блинчиками, спиралями из взбитых сливок, разделенными дольками очищенных апельсинов. Затем я наливаю немного спреда в чашку и слегка разогреваю его, чтобы можно было посыпать им блинчики так, как она любит. Если честно, блюдо выглядит восхитительно, но я знаю, что смесь будет ужасной. Ну, по крайней мере, для меня. “ Ангел, твой ужин готов. Я подхожу к ней сзади и целую в шею, затем машу Нэнси и Эндрю. “ О, слава Богу. Я уже начала умирать с голоду. Она наклоняется ко мне и улыбается. “ Что ты приготовила ей на ужин на этот раз? - Что? - спрашивает Нэнси с понимающей ухмылкой. Она наслышана о странных пристрастиях Обри. Я подхожу к стойке и возвращаюсь с тарелкой в руках, показывая ее им. Нэнси начинает смеяться, в то время как Эндрю выглядит потрясенным этим творением. “Фирменное блюдо шеф-повара. Блинчики со взбитыми сливками, ореховой глазурью и... апельсинами. Я хихикаю. “Нэнси, этот ребенок странный. Ты уверена, что он наш?” - Говорит Эндрю своей жене, дрожа от отвращения. “ О, прекрати. Я добавляла кусочки огурца в мороженое, когда была беременна ею. Это ненамного лучше. Нэнси продолжает смеяться. “ Фу, не напоминай мне о тех ужасных временах. Он морщит лицо. “Прекратите, ребята. Я уверена, это будет потрясающе”. Затем она поворачивается ко мне лицом, передавая телефон. “Спасибо, Шейн. Выглядит аппетитно. Она чмокает меня в губы, берет тарелку из моих рук и уходит, не потрудившись попрощаться со своими родителями. Еда сейчас явно важнее. “ Мы дадим вам, ребята, поесть. Пока, милая! Нэнси зовет свою дочь, которая уже уплетает свою тарелку с преувеличенными стонами. “Спасибо тебе за терпение к моей дочери, Шейн”, - шепчет она мне. Я улыбаюсь, тронутый ее словами. - Я бы ждал ее вечно. ---------- Глава двадцать седьмая Глава двадцать седьмая Шейн Одна решающая ошибка. ~ Три дня спустя ~ “ Поздравляю, старина! Как там говорят? Второй раз - это прелесть? - Говорит Джесси, вприпрыжку взбегая по ступенькам к моему дому, пока я жду, чтобы поприветствовать его. Сегодня придут все наши друзья, чтобы отпраздновать нашу помолвку, а позже к нам присоединятся и родители. Мы подумали, что было бы неплохо пригласить всех на большой семейный ужин. - Вообще-то, это “очарование в третий раз ”. Позади него раздается грубый голос Джейсона. “Поздравляю, брат”. “ Спасибо, чувак, ” говорю я, хлопая его по спине, когда мы обнимаемся. “ И давай оставим это на два, пожалуйста. Я намерен оставить это. Я улыбаюсь Джесси, когда он проходит мимо меня в дом. “ Да, пожалуйста, пусть это будет последним. ” Джулиан натягивает рукава пиджака, выходя на лестничную площадку. “Я бы хотела посещать светские мероприятия как можно реже”. “ Даже свадьба твоего лучшего друга? Это холодно, Джулс. Я заключаю его в объятия, на что он остается напряженным и просто дважды очень неловко хлопает меня по спине. Но я привыкла к этому, я знаю, что Джулиан не очень любит привязанность. Когда я чувствую, что с него хватит, я отпускаю его и отступаю. Он снова поправляет свой костюм, как будто я внезапно помяла его, прикоснувшись к нему. “Что я такого сказал об этом имени?” он предупреждает меня свирепым взглядом. Но все, что я делаю, это улыбаюсь и втягиваю его внутрь. - Пойдем, Обри не терпится тебя увидеть. Он усмехается. - В этом я почти не сомневаюсь. “ Ты будешь удивлен. По какой-то неизвестной причине ты нравишься моей невесте. Я хихикаю. “Я не уверен, что ты сделал с ней в ту ночь, когда я навещал ее брата, но она внезапно обрадовалась твоему присутствию”. “Да, похоже, я действительно оказываю такое влияние на женщин. В тот момент, когда я проявляю к ним какие-либо признаки привязанности, они внезапно не могут насытиться”. Он выпускает одну из своих редких ухмылок. Это Джулиан, о котором я рассказываю людям, когда они спрашивают, почему мы друзья. Когда он дает волю чувствам, он действительно классный парень. “Вау, ты только посмотри на себя! Кто знал, что беременность может сделать женщину еще сексуальнее?” Из гостиной доносится голос Джесси. Я поворачиваюсь как раз вовремя, чтобы увидеть, как глаза Обри расширяются, а ее лицо краснеет. “Э-э-э, спасибо тебе, Джесси”. “ Осторожнее, Джесс. Я не делюсь, - говорю я ему, когда мы подходим к ним. “ Привет, сладкая. Ты прекрасно выглядишь. Джейсон обнимает мою девочку и целует ее в щеку. “Привет, Джейсон. Спасибо. Кажется, прошла целая вечность с тех пор, как мы видели тебя в последний раз, - говорит она, когда они отпускают друг друга. “ Да, работа не давала мне покоя. Он виновато улыбается. Она с улыбкой сжимает его руку, затем поворачивается к нам. “ Джулиан, вот ты где! У меня такое чувство, что ты избегаешь меня. Она подходит к нему и обнимает, не заботясь о том, что ему неудобно. И, к моему удивлению, он обнимает ее в ответ. “Зачем мне это делать?” он спрашивает. “ Потому что, утешая меня, ты чувствовал себя неловко. Она хихикает. Джесси внезапно захлебывается собственной слюной. - Он утешал тебя!? - Я думал, мы договорились, что не будем говорить об этом, - шипит Джулиан сквозь зубы, все еще держась за Обри. Она все еще краснеет, но теперь, кажется, ей стало легче. - Вообще-то, мы никогда ничего подобного не говорили. “ Это было негласное правило. Он хмуро смотрит на нее. “ Ну, будь я проклят. Кажется, мой старший брат все больше и больше теряет свою роботизированную внешность. ” Джейсон заливается смехом, прижимая руку к груди. Джулиан отстраняется от Обри, прищурившись. “ Или, может быть, мою материнскую плату просто обновили. Он снова ухмыляется, чувствуя себя достаточно непринужденно, чтобы шутить. Внезапно он достает свой телефон и говорит: “Кто-то у ваших ворот”, как раз перед тем, как мой телефон уведомит меня об этом. Я хмурюсь, но не спрашиваю, почему он проверяет мои камеры. Это просто типичный Джулиан. Куда бы он ни пошел, он получает доступ к камерам наблюдения, даже если это незаконно. “ Подожди, откуда ты знаешь, что там кто-то есть? Обри задыхается. - Ты постоянно проверяешь, как мы? Затем она поворачивается ко мне с паникой в глазах и заливается темно-красным. “Шейн, пожалуйста, скажи мне, что в доме нет камер?” Я не могу удержаться от смешка, глядя на выражение ее лица. “Есть, но он знает, что лучше на них не смотреть”, - говорю я, поворачиваясь, чтобы направиться к двери, как только открываю ворота. “ То, что ты делаешь внутри периметра, меня не интересует, но люди, проходящие через главные ворота, интересуют. Я по-прежнему намерен обеспечивать твою безопасность, Обри. Я же говорил тебе, что это до рождения моей племянницы и может продолжаться и дальше, - говорит ей Джулиан, когда я оставляю их спорить. С ними все должно быть в порядке. Моя девочка умеет стоять на своем. Я подхожу к двери как раз в тот момент, когда Марианна открывает ее. “ Спасибо, Марианна. Я кладу руку ей на плечо. “ Они у меня. Можешь сходить узнать, не хотят ли Штормы чего-нибудь выпить? И приготовь, пожалуйста, моей невесте клубнично-манговый коктейль? Боже, мне нравится вкус этого слова у меня на языке. Она улыбается, накрывая своей рукой мою. “ Конечно, я закажу двойную порцию. Она подмигивает и собирается уходить, но останавливается. “Приятно видеть тебя счастливым, Шейн”. Я хихикаю в некотором замешательстве. - Раньше я была такой несчастной? Она качает головой. “ Нет, не несчастная. Просто не… цельная. Она делает тебя цельным. Я сглатываю комок эмоций и шепчу в ответ: “Она любит”. Она уходит как раз в тот момент, когда все начинают проходить через дверь, еще раз поздравляя меня. Сначала Морган с Тео в его автокресле, в то время как Ронни несет автокресло Тринити, затем Сесилия держит автокресло Паркера, а Эмма - Мэддокса. Следующим идет Сайлас, держащий Данте за руку, в то время как Габриэль вприпрыжку поднимается по ступенькам с Грейси на плечах. Я спускаюсь к машинам и подхожу к Грейсону, пока Ной помогает Клэю занести в дом кое-какие детские принадлежности. Мы все еще ни чем не запаслись, но, учитывая количество детей, которые часто бывают рядом, нам, вероятно, следует поторопиться. И, скорее всего, покупают в двойном или тройном размере, чтобы им не приходилось всегда все таскать с собой. “ Нужна помощь? - Спрашиваю я, когда он лезет в багажник большого внедорожника. - Да, если ты не возражаешь, - говорит он, оглядываясь на меня через плечо. “ Вовсе нет. Вид всего этого дает мне представление о том, что нам скоро понадобится. Он смеется. “Я мог бы составить тебе список, если хочешь. У меня в три раза больше опыта”. “ Вообще-то, не могли бы вы? Это было бы действительно полезно. Я не хочу, чтобы Обри переживал из-за того, что нам может понадобиться, а что нет, - спрашиваю я его, поднимая с тротуара несколько сумок. “Да, без проблем. Вообще-то, я попрошу Эм составить список, она знает лучше меня. ” Он берет что-то похожее на две переносные детские качалки и переносной стульчик для кормления, затем закрывает свой багажник, пока мы поднимаемся по лестнице. Оказавшись внутри, мы устраиваем все так, чтобы детям было удобнее, и создаем небольшую детскую зону с игрушками для малышей. Я смотрю, как Джейсон переходит в режим большого медведя и развлекает Данте и Грейси, набрасывая их на плечи и кружа по кругу. Джейсон имеет довольно устрашающую внешность, учитывая его огромное телосложение и рост. Добавьте ко всему татуировки, большую густую бороду, глубокий голос и смертоносные пронзительные зеленые глаза, которые, кажется, видят все, и вы увидите то, что большинство посчитало бы пугающим. Но по какой-то причине дети всегда идут к нему первыми, я думаю, они просто видят в нем большого медведя, и то, что ему хорошо с ними, только помогает. Джулиан, однако, выглядит встревоженным количеством детей, которые только что вошли в комнату. Обри хихикает рядом с ним, когда она замечает его реакцию и похлопывает его по руке, чем заслужила недовольный взгляд за то, что снова дотронулась до его костюма. А еще есть Джесси, которая всегда его любит и флиртует с каждой новой женщиной в комнате. - А, вот и прекрасная рыжеволосая девушка, которая преследует меня в каждом сне. - Он бочком подходит к Эмме и обнимает ее за плечи. “ Я предупреждал тебя раньше, Шторм. Держись подальше от моей жены! - Рявкает на него Грейсон. Джесси смеется, когда он убирает руку, затем направляется к Морган. Но прежде чем он успевает даже подойти к ней, Клей встает перед ней, скрестив руки на груди. - Повернись, - строго говорит он. Джесси с улыбкой качает головой и подходит к Сесилии. “Все в порядке, у меня все еще есть моя любимая брюнетка”. Он подмигивает ей как раз в тот момент, когда Сайлас подходит к ней сзади и, защищая, обнимает одной рукой, оскаливая зубы на Джесси и рыча. Джесси поднимает руки вверх, сдаваясь. “Блин, что это с этими чрезмерно властными мужчинами?” Он поворачивается по кругу, высматривая свою следующую жертву. “Сладкая вата, как насчет тебя? Ты собираешься показать мне любовь, которой я заслуживаю?” Затем он одаривает Ронни своей очаровательной улыбкой. “ Извини, красавчик. Она просто поднимает левую руку, показывая ему обручальное кольцо и татуировку. “Ой, бедное мое сердечко”. Он прижимает руку к груди, затем подходит к моей девочке. “Я думаю, здесь только ты и я”. Он обнимает ее сзади за шею, пока она смеется и краснеет. “ А тебя это не беспокоит? - Спрашивает Форд, все еще находясь рядом со мной. Я хихикаю и качаю головой. “Нет, если бы она бросила меня ради кого-то, чего она не сделает, - замечаю я, - то это был бы Джулиан”. “HA! Я сильно в этом сомневаюсь.” Он смеется. Я не доказываю ему свою точку зрения и не говорю ему, что Джулиан сказал то же самое ранее. Все, что я делаю, это улыбаюсь и пожимаю плечами, затем направляюсь к своей девушке, оттесняя Джесси с дороги, как раз в тот момент, когда Марианна и Джозефина входят в комнату с подносами, наполненными напитками для всех. Марианна подходит к нам и протягивает Обри ее смузи. Ее глаза загораются, когда она берет его и с ухмылкой поворачивается в моих руках. “Как ты узнал, что я жажду этого?” “ Потому что я знаю тебя. ” Я целую ее в кончик носа и улыбаюсь. Когда она снова поворачивается лицом вперед, я перемещаю руки с ее бедер вниз, под живот, поддерживая вес своих рук, слегка приподнимая их. Обри прижимается к моей груди с удовлетворенным стоном, когда одна из ее рук тянется назад и обхватывает мой затылок. - О, это потрясающее ощущение, - бормочет она. Несколько вздохов наполняют комнату, и когда я отвожу взгляд от Обри, я вижу Сесилию, Морган и Эмму с отвисшими ртами. “ Это… это что-то!? У Эммы практически дергается глаз, когда она поворачивается к Грейсону. “Это вещь, и ты не делал этого со мной, когда я носила твоих сыновей!?” Она раздраженно шлепает его по руке. Честно говоря, я удивлен, что к этому моменту его рука еще не посинела. “Должна признаться, я сейчас немного ревную”, - говорит Морган, садясь с дочерью на коленях. Клэй садится рядом с ней вместе с их сыном, извиняется и целует ее в щеку. “Я тоже”, - соглашается Сесилия, кивая головой. “Думаю, можно с уверенностью сказать, что Шейн стал человеком года”. “ Эй! А как же я? Сайлас скулит у нее за спиной. “ Да, милый. Ты тоже потрясающий. Она закатывает глаза. “Всегда нуждаюсь во внимании, клянусь”, - бормочет она, и мы все смеемся. “ Итак, Ронни, ты уже назначила дату? Морган обращает свое внимание на Веронику. “Да, потому что мы не можем начинать планировать свадьбу малыша Брея, пока ты не женишься”, - добавляет Эмма, усаживая Мэддокса в его детскую качалку и беря "маргариту" с подноса Джозефины. Она делает большой глоток и стонет. “Боже, как я скучала по тебе, алкоголь”. “ Подожди, тебе можно пить во время кормления грудью? - Спрашивает Обри, наблюдая, как Эмма делает еще один глоток. Она качает головой. “Нет, но я перестала кормить их грудью. Теперь они на молочных смесях. Кормить грудью вдобавок к заботе о Грейси было слишком тяжело. Даже когда я перестала пить молоко, оно слишком высасывалось. Молочная смесь экономит мне много времени и рук. Я просто затыкаю их и передаю тем, кто находится рядом со мной ”. Она смеется. “ Обязательно ли нам заводить этот разговор? Не всех из нас интересуют материнские обязанности, - раздраженно бормочет Джулиан. “На самом деле, не могли бы мы, пожалуйста, продолжить этот разговор? Внезапно я очень заинтересовалась лактацией. Расскажи мне еще. - Джесси озорно улыбается. “В любом случае!” Глаза Эммы расширяются, когда она игнорирует комментарий Джесси. “Итак, когда это будет, детка? Ты не можешь заставлять нас ждать вечно. “ Фу! Нам обязательно делать это прямо сейчас? Разве мы здесь не для того, чтобы отпраздновать их помолвку? Вероника указывает на нас. - Только не говори о моей свадьбе. “ Да. Обри потирает руками живот, пока я продолжаю поддерживать его для нее. “ Но я отчасти согласна с ними. Я бы не хотела устраивать свою свадьбу раньше твоей. Она сочувственно улыбается Веронике. Она закрывает лицо руками и стонет. “Послушайте, я не знаю, ладно?” Опустив руки, она смотрит на всех с видом поражения. “Если бы дело было только во мне, я бы сбежала. Черт возьми, я бы даже вышла замуж прямо сейчас на этом заднем дворе”. Она указывает в сторону нашего дома. “Я не хочу пышной свадьбы в церкви. Я не хочу, чтобы это имело большое значение, даже если так оно и есть”. Ронни поворачивается лицом к Гейбу, обращаясь только к нему. “Я хочу выйти за тебя замуж, Габриэль. Так сильно. Но мне кажется, что это несправедливо, и я ненавижу это чувство, потому что знаю, как много это значит для тебя ”. Он обнимает ее за плечи, одной рукой придерживая ее затылок, когда она кладет его ему на плечо. “ Я знаю, Лисичка. Я не сержусь, я понимаю, что тебе это нелегко”. Ной делает шаг ближе к ним, его рука скользит вниз по ее руке, пока не достигает ее кисти, и их пальцы переплетаются. “Мы любим тебя, Котенок, и мы знаем, что ты тоже любишь нас. Нам жаль, если кажется, что мы оказываем на тебя давление. Просто не торопись, и мы сделаем это, когда ты будешь готов ”. “ Вообще-то, почему бы нам не сделать это сегодня? Сесилия заговаривает, привлекая наше внимание. “Джон поженил нас, я уверена, он был бы не прочь поженить и тебя, верно?” Она оглядывается на Сайласа, который кивает в знак согласия. “ И мы могли бы устроить это здесь, места более чем достаточно. У нас уже приготовлен обильный ужин на сегодняшний вечер, так что особых изменений вносить не придется.” Обри поворачивается в моих руках, когда я медленно отпускаю ее живот. “Это было бы нормально?” “ Конечно, Энджел. Мне просто нужно сообщить Антуану и Марианне об изменениях, но это должно быть нормально. Я нежно касаюсь ее щеки. “Подожди, это безумие. Я сказал это в шутку. Как мы можем планировать свадьбу прямо сейчас, ни с того ни с сего?” Ронни изумленно оглядывается по сторонам, когда все начинают сыпать идеями и задачами. - Все просто, мы с Эм можем сходить на наш склад и купить припасы. Я уверена, что мы сможем найти красивые вещи для украшения. У нас также более чем достаточно складных стульев, столов и всего остального, - взволнованно говорит Сесилия. “ Хотя нам понадобятся руки, чтобы нести все это, потому что я не собираюсь ради этого ломать себе спину. Эмма начинает показывать пальцем вокруг. “Мы возьмем Сая, Вульфа, Джесси"… Я не буду называть Джулиана, потому что я уже знаю, что он и пальцем не пошевелит”, - бормочет она последнюю часть. “ И… Большой медведь. Ты с нами. В заключение она указывает на Джейсона, который встает со своего места на земле, где он сейчас играл с Лего. “О Боже мой!… Мы действительно делаем это!” Ронни начинает хлопать руками по лицу с широко раскрытыми глазами. “Но у меня нет платья! Что мне прикажешь надеть?” “Магазины все еще открыты, я уверена, мы сможем подобрать для вас что-нибудь вкусненькое из того, что у них есть на полке”, - успокаивает ее Морган. - Верно, но большинство хороших мест нужно бронировать заранее, - замечает Эмма. “ Привет, Шторм. Разве ты не ведешь дела с женщиной, которая владеет свадебным магазином в сити? Я киваю в сторону Джулиана, который выглядит крайне недовольным тем, что его включили в разговор. “Я могу”, - просто говорит он. “ Пожалуйста, Джулиан. Не мог бы ты поколдовать и найти ей место сегодня? Обри смотрит на него своими большими щенячьими глазами, творя свое собственное волшебство, потому что невозможно сказать "нет" ее глазам. Он на мгновение прищуривает глаза, но я могу сказать, что его защита слабеет с каждой секундой. Наконец, он вздыхает. “ Хорошо. Я посмотрю, что можно сделать. ” Он достает свой телефон и начинает отстукивать по нему. “Ладно, что дальше по списку?” Спрашивает Сесилия. “Мужчинам нужны смокинги, или даже костюмы подошли бы”. “ Мы с Ноем можем сходить за чем-нибудь. У всех нас в шкафах есть костюмы; нам просто нужен доступ ко всем вашим местам, - говорит Гейб с блеском в глазах и улыбкой на губах. “ Вот так. Я только что отправила тебе все их коды безопасности к входным дверям и сигнализации, - говорит Джесси Гейбу, когда он заканчивает быстро печатать на своем телефоне. “На самом деле немного пугает, как быстро он это понял ...” Сесилия смотрит на него широко раскрытыми глазами. “ И, признаю, немного впечатляет. Эмма пожимает плечами. “Дело сделано. У вас назначена встреча ровно через сорок пять минут. Мой ассистент уже отправил вам по электронной почте адрес и имя человека, который будет вам помогать. ”Джулиан убирает телефон и кивает Ронни. - Спасибо тебе, Джулиан, - говорит она ему с мягкой улыбкой. - Я спросила Аманду, не сможет ли она нанять еще пару человек, чтобы помочь все навести, когда мы вернемся, - говорит Эмма, опустив взгляд на свой телефон. “И я уже связалась с несколькими нашими планировщиками, у меня есть трое, которые согласились прийти и помочь с дополнительной оплатой”, - добавляет Сесилия, делая то же самое. “А как насчет музыки, развлечений и всего такого? У нас есть кто-нибудь для этого?” - Ага, Аманда сказала, что у нее кто-то есть, - выкрикивает Эм. Вау, эти женщины работают быстро. Я думаю, когда вы занимаетесь планированием мероприятий, вам всегда нужно быть быстрым на ногах. “Ладно, остался последний вопрос. Как нам заставить всех прийти в последнюю минуту?” Вероника прикусывает нижнюю губу, оглядываясь в поисках ответа. Обри высвобождается из моих объятий и подходит к своей подруге, беря ее за руки. “ Это лучшая часть, Ронни. Мы все уже здесь, и все наши родители прибудут позже, так же как и ваши. “Как будто это должно было случиться сегодня”, - говорит ей Морган с нежной улыбкой. “ Небольшая проблема, мы должны были встретить твоих родителей в аэропорту. Если мы будем бегать вокруг и подбирать костюмы, у нас ничего не получится, - говорит Ной, нахмурившись. “ Я могла бы попросить родителей забрать их и сообщить об изменении планов, - предлагает Обри. - Они не будут возражать. “ Ладно! Похоже, у нас все готово. Эмма хлопает в ладоши. “Морган, тебе стоит пойти с Ронни, я пришлю тебе размеры наших платьев. Обри, ты тоже, так как тебя будет труднее всего одеть”. - Спасибо, - невозмутимо отвечает Обри. “Просто говорю все как есть, малышка Брей. Хорошо! Все, давайте сделаем так, чтобы эта свадьба состоялась”. Эм целует своих детей и направляется к двери, за ней следуют Грейсон, Джейсон и Джесси. Сесилия и Сайлас делают то же самое с Данте и уходят вместе с остальными. Вероника обнимает Габриэля с широкой улыбкой. “Мы поженимся сегодня”, - говорит она со звездами в глазах. “ Мы поженимся, детка. Он страстно целует ее, прежде чем отпустить. Затем она подходит к Ною и яростно целует его, прежде чем они все направляются к выходу из комнаты. Морган встает с дивана и усаживает свою дочь на такое же сиденье, как у близнецов Форд. Она чмокает Клэя в губы, затем своих близнецов в лоб и присоединяется к Ронни. “ Скоро увидимся. Обри обнимает меня за талию, а я обхватываю ладонями ее щеки, чтобы запечатлеть нежный поцелуй на ее пухлых губах. - Будь осторожна и звони, если что, - шепчу я ей. “ Я так и сделаю. Она целует меня еще раз, затем отступает назад и уходит вместе с остальными. Я улыбаюсь, погруженная в свои мысли, наблюдая, как они уходят, пока звук возни детей не привлекает мое внимание. Я быстро оборачиваюсь, чтобы оглядеть комнату и заметить ошибку, которую мы только что совершили. Теперь мы трое взрослых мужчин, одни с шестью детьми. Если не считать случайных визитов к моим племянницам, а также того, что я несколько раз ухаживала за Грейси на арене, когда она была маленькой, у меня не так уж много опыта общения с детьми. “ Хммм.… Я думаю, мы забыли об однойважной части этого плана.… Дети. Я потираю затылок, внезапно испытывая беспокойство. “ Мы ... возьмем по две на каждого? Клэй, ты берешь своих близнецов, я присмотрю за близнецами Форд. А ты, Джулиан, сможешь развлечь малышей? “ Ни в коем случае. Я ни на что подобное не подписывался. Вы, джентльмены, предоставлены сами себе. Он достает свой телефон из кармана и выходит из комнаты, оставляя нас наедине с двумя мужчинами и шестью детьми. “ Мы действительно не продумали это до конца. Я чувствую, что покрываюсь потом, когда вытираю руки о свои серые шорты для гольфа. Клэй посмеивается, наблюдая за выражением моей паники. “Расслабься, тренер. Это хорошая тренировка для тебя. В любом случае, с Грейси и Данте довольно легко справиться, пока у них есть игрушки и закуски, они практически сами себя займут ”. “Хорошо, хорошо, да. Хорошая практика”. Я сглатываю сухость в горле. “Итак, как мы узнаем, когда они голодны?” Я киваю в сторону Мэддокса и Паркера, которые, кажется, немного суетятся на своих местах. “ Если они хоть немного похожи на мои, ты узнаешь об этом примерно через ... две секунды. Он усаживает своего сонного сына на свое место как раз в тот момент, когда Паркер начинает громко причитать, за ней следует Мэддокс. “О Боже!” Мои глаза расширяются. “Что нам делать?” Я знаю, что делать, просто сейчас я немного волнуюсь. “Забери их, пока они не разбудили моих детей, и в итоге у нас родится четверо плачущих младенцев”. Клэй спешит к Паркеру, подхватывает его на руки и качает. Я быстро подхватываю Мэддокса и подражаю Клэю. “Все в порядке, детка. У тебя все хорошо. Шшш, Шшш, я держу тебя, - я пытаюсь успокоить его, но что бы я ни говорила или ни делала, кажется, ничто его не успокаивает. “ Нам нужно их молоко, ” говорит Клэй, как раз в тот момент, когда Тринити начинает причитать. “ Черт возьми, ” бормочет он со вздохом. - Ладно, тренер, садитесь. “ Что? Почему? Я растерянно моргаю, едва слыша, что он говорит, из-за пронзительных криков, раздающихся в моих ушах. “Просто сделай это”, - приказывает он, и мне кажется странным, что я принимаю это, когда обычно я отдаю ему приказы. Я опускаюсь на диван с Мэддоксом в одной руке. Только когда он наклоняется и кладет Паркер в мою другую руку, я понимаю, что он делает. “Подожди, ты даешь мне и то, и другое?!” О Боже, теперь я действительно вспотел. Неужели так же будет и со Стеллиной? Нет, потому что она всего лишь один ребенок, и она будет моей. Я знаю, как ее успокоить. Эти двое, я понятия не имею. “Мне нужно дать моей дочери соску до того, как она разбудит своего брата, и кто-то должен принести им молоко, иначе они никогда не остановятся”, - объясняет он. “ У них что, нет пустышек? Разве это не успокоит их немного, пока мы готовим им еду? Я раскачиваюсь взад-вперед на диване, пытаясь хоть чем-нибудь их успокоить. Он качает головой. “Нет, Грейсон сказал мне, что его дети отказываются их брать”. Он подходит к сумке и начинает искать пустышку. Внезапно в противоположном конце комнаты раздается громкий удар, за которым следует еще один громкий крик. Я оглядываюсь и замечаю Данте, лежащего на полу, держащегося за голову, а позади него упало несколько игрушек, что означает, что он, должно быть, споткнулся о них и ударился головой об пол. Великолепно, просто великолепно. Вместо этого Клэй забирает Тринити, делая вид, что не может найти пустышку, и направляется к Данте. Он садится на пол, держа дочь на одной руке, и умудряется обнять Данте другой, успокаивая их обоих. И что еще хуже, Грейси, очевидно, только сейчас заметила, что ее матери нет. “Мамочка?” Она делает несколько шагов ко входу в комнату. “МАМОЧКА!?” - кричит она громче, перекрывая продолжающийся плач. - Нет, Грейси. Принцесса, вернись сюда. Мамочка сейчас вернется. Я пытаюсь привлечь ее внимание, поворачивая голову как можно дальше назад, чтобы не спускать с нее глаз, но она не останавливается и выходит из комнаты. “МАМОЧКА!!!” “ НЕТ! Грейси, нет! Иди сюда, детка! Грейси! Я кричу ей вслед, только заставляя ее младших братьев плакать еще сильнее. “ Это катастрофа, - бормочет Клэй с выражением, которого я у него никогда не видела. Он тоже начинает нервничать. Ладно, мы явно ни к чему не пришли. Время подкрепления. “МАРИАННА!!!” ---------- Глава двадцать восьмая Глава двадцать восьмая Обри Принцесса Джулиана. Нам потребовалось ровно двадцать семь минут, чтобы подобрать для Ронни свадебное платье, а также четыре подходящих платья для подружек невесты. А поскольку это были простые платья А-силуэта, я легко смогла влезть в темно-синее платье на тонких бретельках. Единственная из нас, кого я беспокою из-за того, что платье сидит неправильно, - это Сесилия. Она довольно невысокая, и у нее очень большая грудь. Но женщина, которая помогла нам подобрать все необходимое, сказала, что это не должно быть проблемой, поскольку материал эластичный, бретельки регулируются, а поскольку у платья овальный вырез, даже если бретельки ослаблены, это не должно создавать слишком большого выреза. Что касается длины, то нам просто придется ее подрезать. Платье Ронни просто великолепно. Красивое кружевное платье А-силуэта длиной до середины бедра, с глубоким вырезом сердечком и съемными рукавами. Кроме того, есть съемный шлейф, который застегивается вокруг ее талии, с открытым разрезом спереди, обнажающим загорелые ноги, но все равно придающим длинному свадебному платью вид. И когда она снимает его вместе с рукавами, на ней остается белое кружевное мини-платье. Когда мы рылись на вешалках в поисках платьев ее размера, не заботясь о ценах, Морган внезапно ахнула, когда ее руки коснулись этого. Нам даже не нужно было видеть его на ней, мы просто знали, что это то самое. Но когда она примерила его, мы все были в слезах от того, как она заметно засияла. Это было так похоже на нее во всех отношениях. Только когда мы выходим из магазина для новобрачных и садимся обратно в "роллс-ройс" Шейна, до меня доходит нечто очень важное, или, может быть, это потому, что моя дочь начала пинать меня изнутри как сумасшедшая. “Боже мой! Мы забыли о детях!” Я вскрикиваю, внезапно охваченная паникой. “Что!?” Морган слишком быстро вытаскивает свой телефон в момент тревоги, он со стуком падает на приборную панель, а затем падает на пол. “О Боже, я ужасная мать! Я бросила своих детей и даже не осознала этого!” Ей наконец удается схватить телефон и быстро набрать номер мужа, и к тому времени, как он берет трубку, она истерически плачет. В конце концов я вырываю телефон у нее из рук и включаю его на громкую связь, так как ей, кажется, трудно удерживать его на месте из-за того, как сильно у нее трясутся руки. - Привет, детка. - голос Клея разносится по кабине. “Клэй! Мы забыли о детях! Мы оставили наших детей у Шейна и Обри!” - кричит она сквозь рыдания. - Морган, детка, успокойся, - безмятежно говорит Клей. “Как п-ты можешь говорить мне п-успокоиться!? Я оставила своих б-детей! О Боже, что, если с ними что-нибудь случится, а меня н-там не будет?” Она плачет, закрыв лицо руками, опускаясь на колени, когда Ронни протягивает руку между сиденьями, чтобы потереть ей спину. - Детка, я с ними. Морган резко вскидывает голову, чуть не сбивая Ронни с ног из-за того, как быстро она двигалась. Ее рыдания затихают, когда она смотрит на телефон в моей руке. “Что?” “ Они здесь, со мной. Я не выходил из дома. Они в безопасности, - успокаивающим тоном заверяет он ее. Она тяжело вздыхает и откидывается на спинку сиденья. “ О, слава Богу. Я думала, мы самые плохие родители в мире. Она издает влажный смешок, вытирая слезы и делая более глубокие вдохи. “Вау, не думаю, что я когда-либо в жизни так паниковала”. Клэй посмеивается в трубку, и мы все, кажется, немного расслабляемся. “С Тринити и Тео все в порядке. Я покормил их всего двадцать минут назад, и сейчас они спят. - Он на мгновение замолкает, пока мы все ждем ”но ’. “Но… Форд и Эм бросили своих детей, как и Хейз и Си” “ Ты была одна со всеми шестью детьми?! Морган ужасающе кричит. “ Что, где Шейн? Я оборачиваюсь, чтобы посмотреть на Ронни. “ Мы давали ему задание? Я не могу вспомнить. Я провожу рукой по животу, пытаясь успокоить дочь, которая, кажется, кувыркается там.Думаю, она проголодалась. “ Шейн здесь.… Джулиан тоже, - уточняет Клэй. “О, хорошо. По крайней мере, тебе помогли”. Морган улыбается, чувствуя себя лучше. Он хихикает. “Да ... что-то в этом роде”, - говорит он, и это возбуждает мой интерес. “Ладно, что ж, мы возвращаемся. Мы должны быть там через полчаса. Остальные еще не вернулись?” - Спрашиваю я Клэя, передавая Морган ее телефон, заводя машину и отъезжая от тротуара. “Нет, пока нет”. Он снова хихикает, и я почти уверена, что слышу, как Шейн тоже смеется на заднем плане. - Просто возвращайся поскорее, - шепчет он в трубку и вешает трубку. “Что ж, это было странно”, - говорю я, когда везу нас через город обратно к себе домой. “Ребята, вы можете представить, как Джулиан заботится об этих детях? Ронни хихикает на заднем сиденье. - Нет, - отвечаем мы с Морган одновременно, что заставляет нас всех смеяться еще громче. Мы подъезжаем к дому двадцать пять минут спустя. Каким-то образом движение было с нашей стороны, что большая редкость в Нью-Йорке, и поездка прошла гладко. Я паркуюсь перед домом, поскольку все парковочные места в гараже заняты, и вылезаю из машины. Ронни и Морган быстро подходят к сундуку и забирают все платья, прежде чем мы поднимаемся по ступенькам в мой дом. Только когда мы добираемся до гостиной, смех Клея, раздавшийся ранее, обретает смысл. “О боже...” Морган бормочет, пока Ронни фыркает, а я ахаю. Клэй стоит с Тео на руках, в то время как Тринити лежит на животе на коврике. Шейн сидит с одним из моих племянников на руках, хотя с этого ракурса я не могу сказать, с каким именно. Но что заставляет нас всех хихикать, так это Джулиан, сидящий, скрестив ноги, на полу перед Грейси, когда она надевает ему на голову диадему и вручает игрушечную волшебную палочку. Он снял пиджак и закатал рукава парадной рубашки. Его лицо представляет собой картину хмурого взгляда, смешанного с самой фальшивой и натянутой улыбкой, которую я когда-либо видела на нем для маленькой девочки.Это эпично. Позже я спрошу Шейна о камерах, спрятанных в доме, и есть ли у нас четкий снимок Джулиана. Я хочу сохранить это изображение навсегда. Один из нас хихикает слишком громко, и голова Джулиана поворачивается в нашу сторону. Он откашливается, вежливо извиняясь перед моей племянницей, и возвращает ей палочку. Затем ему удается грациозно подняться с земли, и он подходит к нам с тем же суровым выражением лица, на котором не осталось и следа фальшивого веселья. “Мы никогда не будем говорить об этом. Я правильно понял?” он говорит непреклонно. “Ага”, - говорит Ронни, сдерживая смех. “Очень”. Морган смотрит на него большими глазами, но по ее лицу видно, насколько забавным она это находит. Затем он переводит свой суровый взгляд на меня, ожидая. “Ммм”. Я киваю, втягивая воздух губами. “Но э-э-э...” Он раздраженно вздыхает и закрывает глаза. - В чем дело? “ Ты… у тебя все еще есть... Я указываю поверх своей головы, когда его глаза резко открываются и смотрят на меня. Он быстро срывает ее с головы и возвращается к Грейси. “ Ваша корона, мисс Грейси. Он надевает его ей на голову и кланяется, когда она делает ему реверанс. Он возвращается к нам. “Если вы меня извините, теперь, когда вы все вернулись, я считаю, что выполнил свои юношеские обязанности”, - говорит он и уходит не знаю куда со своим телефоном в руке. “Как ты думаешь, он заставляет себя так говорить или это естественно?” Спрашивает Морган, глядя, как он уходит. “Если это спектакль, то, должно быть, это утомительно”. Ронни смеется и забирает все платья у нас из рук. “Я оставлю это в твоей комнате на потом, ничего?” “Да, конечно”. Я улыбаюсь ей, когда она направляется в сторону моей спальни, затем поворачиваюсь к Шейну, когда Морган идет к своему мужу и детям. Когда я обхожу диван, я замечаю Мэддокса, спящего в своем маленьком кресле-качалке, что означает, что Паркер на руках у Шейна. “ Привет, - шепчу я, присаживаясь на корточки перед своим женихом. Его волосы слегка взъерошены, и он выглядит немного измученным. - Ты в порядке? “Я думаю, что да. У нас был мини-кризис, и от меня пахнет блевотиной и молоком, но я думаю, что сейчас мы в порядке. ” Он кивает, в его глазах немного ужаса. Я слегка хихикаю. “ Мне все дети кажутся довольно хорошими. Я думаю, ты проделал замечательную работу. Я кладу руку ему на колено. “Не говори слишком быстро, у Данте небольшая шишка на лбу”. Он делает недовольное лицо. “ Что случилось? И где он сейчас? - Спрашиваю я, оглядываясь в поисках маленького мальчика Хейса. “ Он где-то в доме с Джозефиной. Они играли в прятки. И вот, все дети разом заплакали, так что мы с Клэем не смотрели, когда он споткнулся и ударился головой об пол ”. “ Ничего страшного, несчастные случаи случаются. Я все еще думаю, что ты проделал отличную работу, ” мягко говорю я ему. Встав, я протягиваю руки к ребенку в его руках. “Давай я подменю тебя, пока ты пойдешь переодеваться”. “ Спасибо. ” Он кладет мне на руки спящего Паркера, затем помогает сесть на диван. “ Ты, должно быть, проголодалась. Я попрошу Марианну принести тебе что-нибудь. Он целует меня в макушку и уходит. Час спустя работа в доме идет полным ходом. Нас с Ронни оставили присматривать за детьми, так как я беременна и ничем не могу помочь, а они не хотят, чтобы Ронни работала на своей собственной свадьбе. Родители Сайласа прибыли несколько минут назад, а также папа Эммы и Аманда. Они также привезли с собой нескольких помощников, которые работают в фонде Сесилии и Эммы и компании Аманды по организации мероприятий. Всего за полчаса задний двор уже превращается в очаровательную сцену с гирляндами, натянутыми от одного конца до другого, а также на деревьях. Все мальчики усердно расставляют стулья и столы, в то время как другие устанавливают деревянную платформу в углу в качестве импровизированной танцплощадки. Вдоль дорожки расставлены цветы, а в конце установлена деревянная арка, где Ронни и Габриэль свяжут себя узами брака. Они действительно работают в быстром темпе. Я думаю, что с Эм, Сиси и Амандой, выкрикивающими приказы каждые две секунды, это заставило бы двигаться даже самого медлительного мужчину. Единственный, кто не участвовал во всем планировании свадьбы, - Джулиан. Ему каким-то образом удалось исчезнуть где-то в моем доме, и с тех пор его никто не видел. Мой телефон звонит с запросом на въезд, и я вижу в камере машину моих родителей. - Приехали наши родители, - говорю я Ронни, когда она заканчивает убирать в гостиной. Джозефина сегодня была просто Находкой. Она играла с Данте и Грейси, чтобы помочь нам, и я не знаю, как ее отблагодарить. Заботиться о четырех младенцах вдобавок к двум малышам - действительно тяжелая работа, но я думаю, что теперь у меня все в порядке с материнством. Мои племянники начинают суетиться, когда я заканчиваю давать Тринити бутылочку, пока ее брат спит. “Не могли бы вы поприветствовать их у двери?" Я позабочусь об этих двоих, - прошу я ее, сажая Тринити в ее ”вышибалу" и направляясь к Мэддоксу и Паркеру. “Конечно”. Она выходит из комнаты и возвращается через пять минут с моими родителями и со своими. Теперь я понимаю, откуда у Ронни такая внешность и цвет лица. У ее матери все те же черты лица и загорелая кожа, что и у Ронни. Должно быть, это у нее итальянский ген. Единственные различия между ними - это цвет волос, глаз и рост, поскольку в Ронни пять футов десять дюймов, а в ее матери, должно быть, всего пять футов четыре дюйма. Ее отец, с другой стороны, светлокожий и высокий, с волосами цвета соли с перцем. У него также такие же глубокие сапфировые глаза, как у его дочери. Ронни подходит ко мне с взволнованной улыбкой, пока я держу на руках обоих своих племянников. “Обри, я бы хотел познакомить тебя с моими родителями, Люсией и Стивеном”. Затем она смотрит на них. “Мама, папа, это Обри, моя лучшая подруга. Именно ей принадлежит этот замок”. Я смеюсь. “ Вообще-то, это, должно быть, мой жених. Приятно наконец познакомиться с вами обоими. Извините, я бы лучше пожал вам руки или поприветствовал, но в данный момент мои руки немного заняты ”. Легкий румянец появляется на моих щеках, когда я смотрю вниз на близнецов, которые с удивлением смотрят на меня в ответ. “Да, мы это видим”. Ее мать улыбается мальчикам. “Совсем не беспокойтесь”. Затем она опускает взгляд на мой живот и возвращается к близнецам, ее глаза расширяются. “Вау, ты и твой жених работаете быстро. Мне всегда нравилась идея, что братья и сестры так близки по возрасту ”. Мое лицо заливается краской, когда я начинаю понимать, что она имеет в виду. “О! Нет, это не мое. Это моего брата. У меня есть только один, все еще в утробе матери.” Я робко улыбаюсь. Моя мама подходит ближе к Люсии, наклоняется и что-то шепчет ей на ухо. “Но они действительно работают быстро. Беременна с их первой совместной ночи. “О боже...” Люсия ахает, как будто только что услышала сплетню века. “ Мама! Теперь мое лицо горит. “О, милая. Тебе нечего стесняться. Твоя история любви с Шейном - одна из самых красивых, которые я когда-либо слышала. Об этом нужно рассказать, - говорит она с нежностью в глазах, затем шепчет Люсии: - Я расскажу тебе все подробности позже. - О Боже, - бормочу я про себя, жалея, что не могу спрятать лицо. “У меня такое чувство, что к концу вечера эти двое станут лучшими друзьями”. Ронни смеется. “ Вот, милая. Почему бы тебе не позволить нам позаботиться о детях, пока вы с Ронни начнете собираться? Мама смотрит на Стивена и моего отца. - А вы, джентльмены, могли бы пойти посмотреть, не нужны ли им еще руки снаружи. Отец целует меня в макушку, а мама забирает у меня Паркера и уходит со Стивеном. - Можно мне? - спрашивает Люсия, указывая на Мэддокса. “Конечно”. Я передаю его. - Мира скоро вернется, чтобы помочь с этими двумя, - говорю я маме, указывая на близнецов Беркли. “ Я только недавно покормила их, так что они должны немного полежать. Грейси и Данте в зале кинотеатра смотрят фильм с Джозефиной. Если тебе что-нибудь понадобится или они проголодаются, просто позови Марианну, она принесет тебе все необходимое. И... “ Милая. ” Мама кладет руку мне на плечо. “ У нас все будет хорошо. Мы проходили через это с вами двумя. Она кивает мне и Ронни. - А теперь идите, приведите себя в порядок. Я выдохнула, слегка покраснев. “Хорошо”. Два часа спустя мы с девочками вносим последние штрихи в наши прически и макияж, пока мальчики готовятся в одной из гостевых комнат наверху. Аманда зашла всего пять минут назад, сказав нам, что скоро начало шоу — она взяла на себя ответственность за то, чтобы все прошло гладко во время свадьбы в последнюю минуту. “ Малышка Брей, у меня к тебе серьезный вопрос, ” говорит Эм с дьявольской ухмылкой, и я знаю, что вопрос, который она собирается задать, из тех, которые я бы предпочел, чтобы она не задавала. “Почему у тебя такое огромное зеркало прямо возле кровати? И почему прямо под ним такой удобный коврик, а не во всей комнате?” Мое лицо становится ярко-красным, когда она начинает смеяться, глядя на меня именно в то зеркало, о котором она упоминала. Сесилия и Морган тоже смотрят на меня с любопытством, ожидая объяснений. Я прочищаю горло и разрываю зрительный контакт. - Я бы предпочел не говорить. “ Ах ты, непослушная девчонка! Она смеется еще громче. “Дай угадаю, вам с Шейном нравится наблюдать друг за другом, пока вы занимаетесь грязным делом”. Я закрываю лицо руками, потому что оно начинает гореть, в то время как все они начинают смеяться и подбадривать меня. “Я не буду отвечать на этот вопрос!” “Тебе действительно не нужно этого делать, Брей. Твое лицо выдает тебя с головой. Сесилия хихикает, когда я поворачиваюсь и направляюсь в свою комнату, где собирается Ронни, оставляя их формировать свое собственное мнение по этому поводу, даже если оно правильное. - Привет, - тихо говорю я, направляясь к ней. Она прекрасно одета и наряжена, ее волосы ниспадают по спине элегантными локонами. Это красивый оттенок аквамаринового в верхней части, затем постепенно переходящий в темно-синий. Он идеально сочетается с нашими платьями. “ Привет, - отвечает она голосом, который не похож на ее собственный. Она даже не поворачивается, чтобы посмотреть на меня, вместо этого сосредотачивается на своем отражении. “ Что случилось, Ронни? - Что случилось? - с беспокойством спрашиваю я, стоя рядом с ней. - Мне страшно... - наконец признается она через мгновение прерывающимся голосом. “ Это из-за Ноя? Я знаю, что именно это удерживало ее от назначения даты. Она боится, что Ной пожалеет о том, что она вышла замуж за Гейба, а не за него. Она кивает, когда скатывается слеза, и быстро вытирает ее салфеткой, чтобы не испортить макияж. - А что, если он передумает? Что, если он начнет обижаться на меня за то, что я занимаюсь этим с Габриэлем?” “Я не думаю, что это будет так. Ной любит тебя. Он бы уже что-нибудь сказал, если бы не был согласен с этим ”, - пытаюсь я успокоить ее, вытаскивая телефон из кармана платья, потому что да, у этого платья есть карманы, и это, должно быть, величайшее изобретение. “ Я знаю, ты права. Я просто ... нервничаю. Это пройдет, просто дай мне несколько минут. Со мной все будет в порядке. Она делает несколько успокаивающих вдохов, но я все еще вижу печаль и беспокойство на ее лице. Я быстро отправляю сообщение кому-то, кто, я знаю, сможет решить ее проблемы в одно мгновение. Я Я думаю, твоей девушке, возможно, нужно немного подбодрить. Его ответ приходит немедленно. Ной В пути. Я кладу руку ей на плечо. - Если тебе что-нибудь понадобится, мы в соседней комнате. Она кивает, когда я выхожу и слегка прикрываю за собой дверь, давая ей немного уединения. Я замечаю, что другие девушки стоят рядом и смотрят на меня с таким же беспокойством. “ Как у нее дела? - Тихо спрашивает Морган. Я качаю головой. “ Не очень. У нее трудные времена, ” шепчу я. “Ной уже спускается”. “Бедняжка, я не могу представить, как ей это легко дается. Если бы я была на ее месте, мне бы, наверное, тоже пришлось нелегко”, - говорит Сесилия со слезящимися глазами. Никто из нас на самом деле не знает, каково это для Ронни, но мы все понимаем, что выбор в пользу брака с одним, а не с другим, - трудное решение. Стук в дверь привлекает наше внимание, и мы все оборачиваемся как раз вовремя, чтобы увидеть, как Ноа проскальзывает в комнату. - Где она? - спрашиваю я. Я указываю на дверь позади себя, когда он направляется к ней. Он проходит, оставляя ее слегка приоткрытой, как я раньше. Мы все собираемся вместе, чтобы послушать, что они говорят. “О, нет”, - плачет Ронни. - Ш-ш-ш, Котенок, все в порядке. - Я не знаю, смогу ли я это сделать... - тихо говорит она дрожащим голосом. “ Ты можешь, Вероника. Я знаю, это тяжело, но я обещаю тебе, это ничего не изменит. Я люблю тебя, и я знаю, что ты любишь меня. Но Гейб тоже. Ты сосредотачиваешься на мне, когда должна сосредоточиться на нем, - шепчет он ей в ответ. “Я не хочу, чтобы ты меня ненавидел...” “ Я никогда не смог бы возненавидеть тебя, Котенок. Мы навсегда. - Навсегда, - шепчет она в ответ. Они молчат несколько секунд, прежде чем Ной заговаривает снова. “ Ты бы видел, как он взволнован. Не думаю, что когда-либо видел его таким счастливым. Он, наверное, заплачет, когда увидит тебя. - Ты так думаешь? “Я верю, иначе он просто улыбался бы, как дурачок”. Он хихикает. Она тихо хихикает. - Это действительно больше похоже на Габриэля. Ной вздыхает. “ Ты прекрасно выглядишь, Котенок. А теперь вытри слезы и иди, сделай нашего парня самым счастливым человеком в мире. Я все это время буду стоять рядом с ним”. - Хорошо, - шепчет она, затем за этим следует несколько чмокающих звуков. “ У тебя все получится. Скоро увидимся. Ной выходит из моей прихожей с улыбкой на лице, кивая нам, когда выходит из комнаты. Ронни выходит секундой позже с новым решительным выражением лица. “Хорошо! Давай поженим меня!” - восклицает она, и мы все подходим, чтобы обнять ее. “Тук-тук”. Голос Аманды отрывает нас от нашего маленького веселого момента. “Пора”. Она лучезарно смотрит на всех нас. Мы направляемся к дверям патио, ведущим на задний двор, и обнаруживаем, что все наши партнеры ждут нас в очереди, а отец Ронни стоит сзади. Сквозь двери я вижу Джона, стоящего в центре арки, рядом с ним Гейб, выглядящий утонченно, и, как и было обещано, Ной стоит рядом с ним. Поскольку гостей, кроме нас, наших родителей, Штормов, а также Мейза и Медведя, которым удалось прийти, немного, мы все сядем, как только доберемся до конца тропинки. Мы просто проходим перед невестой в качестве подружек невесты и друзей жениха. Беркли стоят вместе впереди, затем Хейсы, за ними Форды и, наконец, мы с Шейном, будущие Джефферсоны. Я улыбаюсь этой мысли, когда занимаю свое место рядом с Шейном. - Привет, ты. - Я целую Шейна в щеку и беру его за руку. Привет, Ангел. Как ты себя чувствуешь? Не слишком устала? Я знаю, это был важный день для тебя, и у тебя не было возможности вздремнуть. ” Он улыбается мне, когда мы делаем шаг ближе к дверям, ожидая своей очереди выйти. “ Я в порядке. Тебе не нужно беспокоиться обо мне. Я прислоняю голову к его руке. “ Я всегда буду беспокоиться о тебе, Обри. Это моя работа.” Он целует меня в макушку, когда мы делаем еще один шаг ближе, теперь перед нами остались только Эмма и мой брат. Я заглядываю в дверь и замечаю Джулиана, который, как всегда, выглядит недовольным, на одном месте рядом со своими братьями. “ Тебе удалось найти Джулиана? Где он прятался?” Шейн хихикает. “В бильярдной”. Я хихикаю и качаю головой, когда мы делаем последний шаг. - Конечно, он прятался там. Шейн смотрит в сторону церемонии, к которой мы присоединимся в любую секунду. “Я не могу дождаться, когда сделаю это с тобой”, - тихо говорит он. Я крепче сжимаю его руку. - Я тоже не могу дождаться, когда сделаю это с тобой. Мы улыбаемся друг другу, когда Аманда жестом приглашает нас уходить. Мы идем к алтарю, улыбаясь Гейбу, Ною и всем остальным вокруг. Как только мы доходим до конца, мы с Шейном расходимся, он идет направо с остальными друзьями жениха, а я налево с остальными подружками невесты. Музыка прекращается, и начинает играть новая мелодия, когда Ронни и ее отец подходят к нам. Ее глаза слезятся, а на лице расплывается самая широкая улыбка, такая же, как у Гейба. Когда они проходят половину спуска, Стивен останавливается и целует дочь в щеку. Ронни смотрит на него в замешательстве, пока не замечает идущего к ней Ноя. Тихий всхлип срывается с ее губ, когда он берет ее за руку и заканчивает прогулку вместе с ней, целуя по пути в висок. Из-за того небольшого времени, что у нас было, мы не провели ни одной настоящей репетиции, так что, по сути, мы просто играем по ходу дела. Но мы знали, как важно было бы для Ронни, чтобы Ной каким-то образом присутствовал на ее свадьбе, поэтому нам пришла в голову идея попросить его передать ее Габриэлю, а не ее отцу. Знак согласия. Когда они доходят до конца, Ной подходит, чтобы передать ее руку Габриэлю, но она останавливает его. Вместо этого она кладет ладони по обе стороны от его лица и притягивает к себе для глубокого поцелуя. “Я люблю тебя, Ной”, - говорит она ему, прежде чем отпустить. “ Я тоже люблю тебя, Котенок. Ной возвращается на свое место позади Габриэля, начинается короткая церемония, и мы смотрим, как наши друзья наконец-то связывают себя узами брака. Остаток вечера и ночь будут наполнены смехом, вкусной едой и часами танцев. В конце концов, Штормы уходят, за ними следуют мои родители, которые забирают мою племянницу и родителей Ронни, в то время как отец Эммы и Аманда забирают моих племянников на ночь. Родители Сайласа в конечном итоге забирают близнецов Морган и Клея, а также Данте, планируя оставить близнецов у них дома, где их няня Наталья будет присматривать за ними всю ночь или до тех пор, пока они не вернутся домой. Когда вечеринка начинает затихать, а время уже близко к часу ночи, Шейн сажает меня к себе на колени. “Ты выглядишь измученной, ты готова зайти внутрь?” Я прижимаюсь к его груди. “ Да, но я не хочу заканчивать их ночь. Им так весело, и я знаю, что у остальных из них не часто бывают вечера без детей ”. Я смотрю на всех наших друзей, которые веселятся и веселятся так, словно завтрашнего дня не наступит. “ Им не обязательно уходить, даже если мы закончим на этом, - успокаивает он меня и целует в макушку. “ Пойдем, пожелаем тебе спокойной ночи и уложим в постель. Он ставит меня на ноги и берет за руку, подводя нас к Ронни, который танцует с Гейбом и Ноем. “Эй, ребята, мы собираемся зайти. Этой девушке нужно выспаться, но вы все можете оставаться здесь столько, сколько захотите, и поддерживать вечеринку. На втором этаже есть гостевые спальни, готовые к использованию, если вы решите их занять ”, - говорит всем Шейн. Я отпускаю руку Шейна и обнимаю счастливую пару, включая Ноя. “Еще раз поздравляю”, - говорю я им. “Спасибо, что позволили нам сделать это здесь. Это много значит”, - говорит Ронни, когда я отпускаю ее. “И не волнуйся, мы немного приберемся, прежде чем отправиться внутрь”. “Вам не нужно продолжать благодарить нас, нам было приятно”. Я улыбаюсь им. “В этом нет необходимости; Утром приедет служба уборки, которая обо всем позаботится”, - успокаивает их Шейн. “Просто наслаждайтесь вечером”. Затем он лезет во внутренний карман своего пиджака и достает конверт. - И, пока я не забыл, твой свадебный подарок. Ронни в замешательстве берет это у него из рук. “Шейн, в этом действительно не было необходимости. Уже то, что вы приняли нас у себя и заставили ваших людей работать сверхурочно, было достаточным подарком ”. “ Пожалуйста, я настаиваю. Он ухмыляется, когда я смотрю на него с таким же замешательством. Потому что мы не говорили о свадебном подарке, а это значит, что я понятия не имею, что он им дарит. Ронни откидывает клапан конверта и достает несколько листков бумаги. - Билеты на самолет? “Их трое”, - уточняет Шейн. “Вы вылетаете в понедельник утром в Грецию. Также есть инструкции, где вы будете останавливаться. Я пришлю тебе код доступа к дому и все остальное, что тебе может понадобиться, как только ты будешь там ”. “ Ты предлагаешь им наш дом в Греции? Теперь я все понимаю. “ Да, на две недели. Он улыбается мне, затем поворачивается к ним. “Мы еще не были там, так что вам придется рассказать нам, как обстоят дела”. Ронни с визгом обнимает Шейна. “Боже мой! Это потрясающе! Большое тебе спасибо”. - Наслаждайся этим. Мы машем всем на прощание и направляемся внутрь, ненадолго заглядывая на кухню перекусить, поскольку Шейн знает, что я всегда голодна перед сном. “ С твоей стороны было очень любезно устроить им медовый месяц, - говорю я ему, когда мы забираемся в постель. Я слишком устала для душа, с этим придется подождать до завтрашнего утра. “Мне показалось, что это правильный поступок. К тому же, дом просто стоит там, им не пользуются. С таким же успехом можно позволить им пожить здесь некоторое время ”. Он притягивает меня к себе и целует в лоб. “Я не могу дождаться, когда мы отправимся туда. Хотя, вероятно, это произойдет не раньше следующего лета, поскольку Стеллина должна родить как раз ко времени начала тренировочных сборов ”. Я немного надуваюсь, понимая, что с самого начала останусь дома одна с новорожденным. По крайней мере, у меня будут друзья, которые помогут мне, когда Шейн не сможет быть рядом. “Ничего страшного, если у нас там будут какие-то изменения, мы сможем сделать их до нашего визита. И будет приятно совершить нашу первую семейную поездку в наш второй дом ”. Он на мгновение замолкает, прежде чем заговорить снова. “ Кстати, ты бы хотела, чтобы у нас была няня для Стеллины? Я хотел спросить тебя, но не был уверен, что ты думаешь по этому поводу. Меня устраивает любой вариант. Но если вы это сделаете, нам нужно будет начать с этим разбираться ”. Я качаю головой, прежде чем он успевает закончить. Я уже думал об этом, но мое решение было принято с самого начала. “Нет. Я понимаю, почему у наших друзей они есть, но я хочу, чтобы нашу дочь растили мы. Я знаю, что буду часто оставаться с ней наедине, но меня это устраивает. Как только я снова начну работать, тогда да, она нам понадобится, или мы можем отдать ее в детский сад, но мы можем вернуться к этому, когда придет время ”. Я чувствую, как он улыбается у моей головы. - У меня было предчувствие, что ты это скажешь. “ Ты это сделал? Я откидываю голову назад, глядя на него снизу вверх. Мы даже не слышим музыку или болтовню снаружи, так что я не уверен, продолжается ли еще вечеринка или нет. “Ммм, я вижу, как ты относишься к детям. Тебе нравится быть практичным. Ты мог бы легко передать их другим, но ты этого не делаешь. И когда вы это делаете, вы беспокоитесь об этом, даже если это не ваши дети. Вы по натуре мать и вам нравится участвовать в повседневной жизни вашего ребенка ”. Мои глаза расширяются от того, как хорошо он может читать мои мысли, в то время как мягкий румянец разливается по моим щекам. Он трет кончик моего носа своим, быстро посмеиваясь. “ Я же говорил тебе, Ангел. Я знаю тебя. Я всегда тебя видел. - Я тоже всегда видел тебя, Шейн. ---------- Глава двадцать девятая Глава двадцать девятая Шейн Небольшое путешествие в леденцовый городок. ~ На следующий день ~ Я просыпаюсь от звука льющейся воды в душе, смаргивая усталость, когда мой член напрягается под простынями. Я мог бы обвинить в этом Морнинг Вуда, но я знаю, что это не то, что делает меня твердым. Это звук воды и мысль о том, что Обри прямо сейчас там, полностью обнаженная, ее руки скользят по гладкой влажной коже. Я борюсь с желанием вскочить с кровати и присоединиться к ней, потому что знаю, что в тот момент, когда я войду в ванную, я не смогу оторвать от нее рук. Мы перестали заниматься сексом в душе из-за беременности. После того, как я чуть не поскользнулся, у меня появился новый страх, что она может упасть во время акта и поранить себя или ребенка. Она продолжает пытаться подразнить меня, но у меня возникает это тревожное чувство каждый раз, когда мы начинаем, а потом у меня пропадает эрекция. Затем последовала грандиозная сцена, где Обри начала бесконтрольно плакать, потому что думала, что она меня больше не привлекает. Мне потребовалось добрых полчаса, чтобы успокоить ее. Я знаю, что это гормоны взяли верх, и она не могла контролировать то, что говорила и как себя вела. Но я не хочу рисковать и допустить, чтобы это повторилось снова, только для того, чтобы она действительно начала в это верить, потому что это не может быть дальше от истины. Взяв свою длину в кулак, я начинаю неторопливо поглаживать ее, представляя ее там. Ее мыльные руки пробегают по волосам, затем по ее совершенному телу, пока вода каскадом стекает по ее пышной груди. Боже, они и раньше были великолепны, но теперь, с беременностью, я бы с радостью умерла от удушья из-за них. Мой кулак движется быстрее, когда я представляю, как ее рука скользит вниз по ее набухшему животу, между ног. То, как приоткрывались ее губы, когда кончик пальца касался этого чувствительного бутона, только и ждущего, чтобы его исследовали. Прекрасные звуки, срывавшиеся с ее губ, то, как она стонала мое имя, когда я убирал ее пальцы и заменял их своими. “Шейн?” Мои глаза распахиваются при осторожном звуке ее голоса. Я даже не понял, что мои глаза закрылись, и не услышал, как прекратился душ.Господи, я действительно погрузился в свои мысли. “ Ангел. Я не слышал, как ты выходил. Она медленно кивает, когда я понимаю, что все еще держусь за свой член. Я быстро убираю руку, но мою эрекцию трудно не заметить даже под простынями. “Ты… ты хочешь, чтобы я ушла? она тихо спрашивает, ее глаза блестят, а нижняя губа начинает дрожать. “ Нет! Я вскакиваю с кровати, вытягиваю руки ладонями к ней.Боже, я такой идиот! Теперь она, наверное, думает, что это то, что я делаю каждый раз, когда она не со мной. “Милая, нет. Все было не так.” Я быстро подхожу к ней. “Все в порядке, Шейн. Я понимаю, мое тело меняется, и я уже не так привлекательна. Я не виню тебя за то, что тебе пришлось это сделать. - Она вытирает слезу и крепче сжимает полотенце, отворачивая голову в сторону. “Детка, пожалуйста, не плачь. Клянусь, это не то, что ты думаешь, я представлял тебя. Я хотела присоединиться к тебе в душе, но я так боялась, что там что-то случится и я причиню тебе боль, что заставила себя остаться здесь. Но я не мог выкинуть из головы образ тебя обнаженной в душе. Подходя на шаг ближе к ней, я кладу руки по обе стороны от ее лица и заставляю ее посмотреть на меня, пока вытираю ее слезы. “Я обещаю, Ангел. Я не хочу и не думаю ни о ком другом, кроме тебя. И мне нравится, как твое тело меняется ради нашей дочери, точно так же, как мне это тоже понравится, когда она родится. Пожалуйста, поверь мне, дорогая. В моих мыслях всегда была только ты. Она шмыгает носом, ее глаза ищут мои. - Ты действительно думал обо мне? Я киваю. “ Был. Я представлял, как ты трогаешь себя там, и как бы ты отреагировала, если бы я начал прикасаться к тебе вместо этого, - признаюсь я, когда ее щеки розовеют с каждой секундой. - Жаль, что ты не присоединился ко мне... - шепчет она. Я наклоняюсь, прижимаюсь своим лбом к ее и закрываю глаза. “ Боже, я так сильно этого хотел. Я чувствую, что изголодался по тебе, Обри. Я хихикаю, отстраняясь, чтобы посмотреть на нее. - Что нелепо, поскольку мы занимаемся сексом каждый день. “ Ну, вчера мы этого не делали, ” тихо говорит она с улыбкой и еще сильнее краснеет. “Но я только что приняла душ и немного проголодалась...” Я снова закрываю глаза и становлюсь взрослой. - Все в порядке, я могу подождать до вечера. “ Шейн, я не думаю, что ты правильно меня расслышал. Она отпускает полотенце и протягивает руку, хватая меня за затылок. - Я сказал, что проголодался. Другая ее рука скользит вниз по моему животу и сжимается вокруг моей длины, которая быстро возвращается к жизни теперь, когда я точно понимаю, какой голод она хочет утолить. Она приближает свой рот к моему как раз вовремя, чтобы проглотить мой стон. Я держу руки на ее бедрах, пока она прокладывает дорожку из поцелуев по моей шее, над ключицей, пока не опускается на колени и не смотрит на меня своими большими, прекрасными глазами. И я клянусь, у меня самого слабеют колени. Боже, она - это все. Она гладит мой член, приоткрывая губы и поднося кончик ко рту, не прерывая зрительного контакта. Она запечатлевает на нем поцелуй, затем высовывает язык и щелкает по головке, собирая маленькие жемчужные капельки, прежде чем обвести языком верхушку. Моя грудь поднимается и опускается, пока я смотрю, как она облизывает меня по всей длине, от яичек до самого кончика. Он подергивается в ее хватке, и низ моего живота сжимается. “Черт возьми, Ангел”.Господи, я так близок к тому, чтобы сойти с ума, а она еще даже не взяла это в рот. - Тебе нравится, милый? - нежно шепчет она, снова целуя его. - Боже, да, - стону я. “ А как насчет этого? Она наклоняется ниже, втягивая в рот мои яйца, и я почти теряю сознание. “ Срань господня, Обри! Моя рука ударяется о стену у входа в ванную, мне нужно держаться изо всех сил. Это что-то новенькое, и я этого не ожидал. Обри была предприимчива в постели, всегда хотела попробовать что-то новое, посмотреть, что могло бы доставить мне больше удовольствия. Но она никогда по-настоящему не была рядом с моими яйцами, по крайней мере, своим ртом. Она также становится более словоохотливой, когда мы находимся в данный момент. Она по-прежнему каждый раз краснеет , как и сейчас, но это ее не останавливает. Это только добавляет ей очарования. Она выглядит как невинный ангелочек, стоящий передо мной на коленях, и я мог бы умереть счастливым человеком прямо сейчас. Она снова обращает свое внимание на мой член с довольной ухмылкой на губах и, наконец, черт возьми, наконец, обхватывает своими идеальными пухлыми губами мой обхват. Я вздыхаю, откидывая голову назад и закрывая глаза, когда тепло ее влажных губ окутывает меня. “Боже, Ангел, я долго не протяну. Ты чувствуешь себя слишком хорошо”. Звук ее мурлыканья отдается эхом в моем члене, заставляя его подергиваться под ее языком, когда она обводит им головку и сосет меня, как будто я ее любимый леденец на палочке. Я запускаю свободную руку в ее волосы, баюкая ее затылок, пока она спускается этими губами ниже по всей длине моего тела, отводя меня так далеко, как только может. Сначала она медленно качает головой, стараясь покрыть меня сверху донизу для лучшего скольжения, а затем набирает скорость. Мой кулак сжимается в ее волосах каждый раз, когда она ударяет себя по горлу и слегка давится. Одна из ее рук поднимается, чтобы поиграть с моими яйцами, и я ловлю себя на том, что задыхаюсь. Я вижу звезды, чем больше она работает со мной, кряхтя и постанывая каждый раз, когда сама стонет рядом со мной. Ей это нравится так же, как и мне. Мои яйца подтягиваются в ее руке, когда мой живот сжимается. Я в нескольких секундах от оргазма. “ Милая, я собираюсь кончить, ” предупреждаю я ее. Она никогда не позволяла мне кончать ей в рот, и это не обязательно то, что мне тоже нужно. Я уважаю тот факт, что ей это неприятно, и я бы никогда не стал принуждать ее к этому. Но, к моему удивлению, вместо того, чтобы отстраниться, как она обычно делала, чтобы позволить мне кончить в мою руку или в другое место, она смотрит мне в глаза и толкает меня вниз, глубже в свое горло. Мои глаза расширяются, и секунду спустя я срываюсь с места, как ракета, кончая глубоко в ее горло. “ Твою мать! О черт! Обри! Я громко рычу, когда мои бедра неудержимо толкаются. Мои колени подкашиваются в ту секунду, когда последняя капля покидает мое тело, мой член выскальзывает у нее изо рта, когда я падаю на землю. Она отодвигается на дюйм как раз вовремя, останавливая меня от того, чтобы раздавить ее, когда я приземляюсь над ней. Теперь она сидит на заднице, опираясь на локти, в то время как я поддерживаю свой вес на руках и коленях над ней. “ Господи Иисусе, Ангел, ” тяжело дышу я, моя голова склонена и покоится на ее плече. “ Я ведь не делаю тебе больно, правда? - Спрашиваю я, ощущая ее круглый живот между нами. “ Нет, это не так. Она тихо хихикает с умопомрачительной улыбкой на лице. Я прижимаюсь губами к ее губам, испытывая потребность поцеловать ее, как-то отблагодарить за то, что она только что сделала для меня. Не думаю, что я когда-либо падал в обморок после орального секса раньше. Мне нужно как-то вознаградить ее. “Шейн”. Она смеется мне в губы. “Я просто...” “ Мне все равно. Мне нужно поцеловать тебя прямо сейчас. Я чувствую свой вкус на ее языке, но, как я уже сказал, мне все равно. “Черт возьми, ты само совершенство, Ангел”. “Я бы хотела, чтобы мы могли провести в постели весь день, ” шепчет она мне в лицо. - Но у нас гости, и я почти уверен, что они уже встали. Я стону. “ Ты права. Но сегодня ты вся моя. Я целую ее в последний раз и встаю, помогая подняться следующей. Мы быстро одеваемся и направляемся на кухню, где каждый наливает себе кофе, пока Марианна достает из холодильника молоко и сливки, а Антуан заканчивает готовить праздничный завтрак для всех нас. Обычно я не приглашаю его приходить так рано, но он предложил свои услуги, когда знал, что утром у нас, скорее всего, будут люди. - Доброе утро, - говорю я всем, обнимая Обри сзади за шею. “ О, да. Утро определенно доброе, правда, малышка Брей? Эмма озорно ухмыляется, в то время как остальные девочки хихикают. Я хмурюсь, не понимая, почему они все кажутся в таком веселом настроении после всей выпивки, которую они устроили прошлой ночью. “ Что происходит? - Спрашивает Обри тем же растерянным тоном, что и я. У меня такое чувство, что ходит какая-то шутка, которую мы не слышали. “Ну, видишь ли, Вульф заходил к тебе в комнату раньше, чтобы сказать, что завтрак скоро будет готов ...” Эмма начинает объяснять и начинает смеяться вместе с остальными. “По-видимому...” Она снова хихикает. “Он услышал кое-что, чего лучше бы не слышал”. По комнате разносится смех, даже Антуан и Марианна пытаются спрятать свои лица. До меня наконец доходит, что именно он, должно быть, услышал, и по выражению унижения на его лице я понимаю, что права. “Мне всю оставшуюся жизнь будут сниться кошмары”, - говорит он, широко раскрыв глаза и глядя в свой кофе. Я чувствую, как на моих щеках появляется легкий румянец, в то время как Обри просто краснеет с головы до ног. Она быстро поворачивается в моих руках и прячет лицо у меня на груди. - О Боже мой! - выдыхает она в мою рубашку. “ Итак, малышка Брей, как прошел "лоллипоп таун" этим утром? Уверена, что у тебя еще осталось место для завтрака? Эмма продолжает, заставляя всех громко смеяться, а мою девочку жалеть, что она не может влезть в мою шкуру. “Ладно, ладно. Хватит”, - говорю я им, посмеиваясь про себя, потому что это отчасти забавно. - Боже, я в ужасе, - бормочет Обри, уткнувшись в ладони, когда я слегка отталкиваю ее. “ Тебе не из-за чего смущаться, милая. Это случается с каждым, - успокаиваю я ее, отводя ее руки и целуя в каждую из ее покрасневших щек. Мой телефон звонит, и я вытаскиваю его из кармана, чтобы найти оповещение о выходе на посадку. “Это, должно быть, бригада уборщиков”, - говорю я вслух, открывая канал, но тут же хмурюсь, когда вижу городской автомобиль. “Да?” - Говорю я, нажимая на значок микрофона. “Открой, братишка! Мы пришли повидать нашу сестру. Доносится голос Иден, когда ее голова высовывается из заднего окна и она машет рукой в камеру. “ Иден здесь? - Спрашивает Обри, глядя на мой телефон. Я усмехаюсь и пропускаю машину. “Она сказала: "мы здесь ’, что означает, что она не одна. Я думаю, Фиби и Лия тоже с ней. - О, ура! Я скучаю по твоим сестрам. Обри взволнованно улыбается. Однако я не разделяю такого же восторга. Я люблю своих сестер, но я надеялась провести ночь наедине с Обри. И я знаю, как работает моя семья, они никогда не приезжают сюда всего на один день. Но завтра начинаются ремонтные работы, которые могут убедить их уехать раньше. Я обнимаю Обри за талию и целую ее в макушку. - Почему бы тебе не поесть, я их впущу? Она уходит к своим друзьям как раз в тот момент, когда Марианна протягивает ей стакан яблочного сока. Я направляюсь к входной двери как раз вовремя, чтобы увидеть, как все три мои сестры выходят из таунк-кара, а также Хейли. - Хейлз? - Они настояли, чтобы я присоединилась к ним. - Она поднимает руки в воздух и смеется. “ Отойди с дороги, брат, мы здесь, чтобы угнать нашу вторую сестру за покупками. Иден отталкивает меня с дороги, протискиваясь мимо меня бульдозером. И тут я замечаю, что у них нет с собой чемоданов.Хорошо, они не планируют оставаться на ночь. Я смеюсь. - Это может быть проблемой, поскольку все ее друзья здесь. “ Ее друзья здесь в такую рань? - Спрашивает Лия, хлопая меня по плечу и проходя мимо. “Да, прошлой ночью у нас была импровизированная свадьба на заднем дворе, в результате чего они провели ночь здесь”. И тут мой телефон снова подает сигнал, и на этот раз это действительно команда уборщиков. “ Привет, братишка. Фиби подходит следующей и целует меня в щеку. “Извините за неожиданный визит, но они хотели сделать вам сюрприз”. “ Привет, старшая сестренка. Я притягиваю ее к себе, чтобы обнять. - Все в порядке, не волнуйся об этом. “ При условии, что мы уйдем отсюда до наступления темноты, верно? Она понимающе улыбается. - Не думай, что я не заметил разочарованного выражения на твоем лице, когда ты увидела нас. Я хихикаю, обхватив ладонью затылок. “Извини, я просто с нетерпением ждал возможности побыть один на один со своей невестой”. Она похлопывает меня по груди. “ И ты получишь это. Мне нужно вернуться в Детройт рано утром, так что мы вылетаем поздним рейсом ”. Я киваю, когда подъезжают два фургона, а "таун кар" уезжает. “ Почему бы вам не зайти, я провожу этих парней на задний двор и присоединюсь ко всем вам на кухне? Или в столовую. Возможно, они уже переехали туда. Мы как раз собирались позавтракать. Угощайтесь, если проголодались”. Я приветствую рабочих и веду их на задний двор, который выглядит так, словно по нему прошел ураган.У них определенно есть своя работа. Когда я возвращаюсь в дом, то нахожу Хейли, ожидающую меня у дверей во внутренний дворик. “ Как дела, Хейлз? Я обнимаю ее за плечи, пока мы идем к остальным членам банды. “Я великолепен, а ты? Все еще живешь в раю? Поздравляю с помолвкой”. Она улыбается мне. “Это больше, чем рай”. Я улыбаюсь в ответ. Большим пальцем она указывает нам за спину, где находятся рабочие. “С вашей стороны было очень любезно провести свадьбу в своем доме. Не многие люди поступили бы так”. Я пожимаю плечами. “Им пора было пожениться, и мы все уже были здесь. Я не возражал, и это делало Обри счастливой”. Это все, что действительно имеет значение. “ А ты, взволнованный своим знаменательным днем? Свадьба Хейли и Генри состоится чуть меньше чем через две недели, на которой собираемся присутствовать мы с Обри, а также вся моя семья. “Боже, я не могу дождаться, когда все закончится. Я просто хочу быть замужем за Генри. У меня такое чувство, что я ждала целую вечность ”. Она слегка краснеет, а ее глаза светятся любовью. - Я точно понимаю, что ты имеешь в виду, - говорю я ей, когда мы входим в столовую, где уже все расселись, кроме моих сестер и Обри. “И мы привезли с собой Хейлза”, - говорит Иден Обри, как только они замечают нас. “Всем привет”. Хейли машет рукой большому собранию. “ Кто это? Голос Грейсона привлекает мое внимание, как и хмурый взгляд, которым он переводит взгляд с меня на Хейли. Только тогда я понимаю, что моя рука все еще обнимает ее, поэтому быстро убираю ее. “О, точно, вас двоих не было здесь на дне рождения”, - говорит Обри, глядя сверху вниз на своего брата и его жену, затем снова на нас. “Хейли, это мой брат Грейсон и его жена Эмма. Вы познакомились с их дочерью Грейси”. Затем она улыбается им. “Ребята, это Хейли. Она бывшая жена Шейна. “Какого черта, ты водишь свою бывшую жену рядом с моей сестрой ?!” Грейсон говорит немного слишком резко. Но я понимаю, почему он может счесть это неправильным: не у многих людей хорошие отношения со своими бывшими. “ О, нет, Грей. Все не так, - говорит Обри, прежде чем я успеваю ответить. “ Они друзья детства. Кроме того, мы с Хейли тоже друзья. - Это все еще меня не устраивает. Грейсон продолжает хмуриться, когда Эмма вздыхает. “ Вульф, это не имеет большого значения. Это то же самое, что у вас с Сесилией. Она кладет руку поверх руки мужа, чтобы успокоить его. Я чувствую, как Хейли становится неуютно рядом со мной, когда она наблюдает за происходящим. “Это не одно и то же. Мы всего лишь спали вместе. Они были женаты”, - пытается он доказать свою точку зрения. “Вообще-то, да, это так”, - заявляет Эм. “Как будто Сесилии не разрешили быть твоим другом просто потому, что ты сейчас со мной. Или как будто Ронни не захотела бы, чтобы я был рядом, потому что я спал с обоими ее мужчинами. Все сводится к одному и тому же дерьму: мы переспали, вы двое переспали, они переспали. И все же мы все здесь, и мы все по-прежнему друзья”. “ В ее словах есть смысл, Форд. Если они друзья и Брей не против, тогда я не вижу, в чем проблема ”, - говорит Сайлас, когда все кивают в знак согласия. “ Ладно! Теперь, когда со всем этим покончено, ” вмешивается Иден, пытаясь разрядить обстановку. “ Давай поговорим о покупках! Дамы мои, кто с нами? Мы могли бы сделать из этого целый день. Арендуем большой лимузин, сходим куда-нибудь пообедать, может быть, сделаем маникюр-педикюр и, конечно же, потратим немного денег наших любимых мужей ”. “Иден, у тебя есть свои деньги”, - замечает Лия. “ Я знаю, но проводить его гораздо веселее. ” Иден широко улыбается и хлопает ресницами. Лия закатывает глаза, Фиби качает головой, а Хейли хихикает. “ Итак? Кто придет? “Я в деле!” Ронни заговаривает первой. “Мне нужно купить несколько сексуальных нарядов для нашей завтрашней поездки в Грецию”. “Я определенно за. Маме нужно немного побыть с девочками”, - говорит Эм, чем заслужила хмурый взгляд мужа. “Не волнуйся, я свяжусь со своим отцом и узнаю, сможет ли он оставить мальчиков у себя на день”. Она достает свой телефон и начинает стучать по нему. “ Думаю, я тоже могла бы пойти, ” говорит Сесилия, пожимая плечами, прежде чем повернуться к мужу. “ Если ты не против? Я знаю, что твои родители должны оставить Данте на весь день. Сайлас обнимает ее за затылок и целует в лоб. “ Конечно, Минни. Ты тоже заслуживаешь праздника для девочек. Пока ты этим занимаешься, купи себе еще один из этих сексуальных нарядов, и я приглашу тебя на ужин сегодня вечером. Данте может остаться со своими бабушкой и дедушкой еще на одну ночь, - заканчивает он, подмигивая, когда она краснеет. “ Хорошо. Морг, ты в деле? Сесилия поворачивается к концу стола, где Морган выглядит неуверенной. “ Я не знаю. Близнецы и так были одни всю ночь. К тому же, у Натальи был выходной, и мне неловко заставлять ее работать дополнительно, когда она и так проработала всю неделю...” “Все в порядке, детка. Иди, наслаждайся своим днем, а я пойду домой и позабочусь о детях”. Клей целует ее в макушку. “Ты уверен? Я не обязана, все в порядке”, - спрашивает Морган, все еще не зная, что делать. “Да, я уверена. Может быть, куплю один из тех нарядов, о которых они все время говорят. Ты примеришь это, пока дети будут спать сегодня вечером, - шепчет он ей на ухо, но мы все слышим, насколько тихо стоит вокруг, пока мы ждем ее ответа. “Хорошо, тогда рассчитывай на меня”. Она улыбается, немного краснея от комментария мужа. Обри подходит ко мне, обнимает за талию и прижимается ко мне сбоку. “Мне тоже купить наряд?” - шутливо шепчет она. “ Не нужно, ты мне вообще ни в чем не нравишься. Она ярко краснеет, когда я шепчу ей в волосы. “Пожалуйста, нет. Перестань болтать. Я и так услышал достаточно за один день”, - ворчит Грей со своего места напротив нас. Я смеюсь в волосы Обри, когда Иден снова берет слово. “Хорошо! Теперь, когда все в сборе, я подгоню лимузин, и мы сможем начать наш день веселья и выпивки! Ну, кроме тебя, сестренка. Извини. Она сочувственно улыбается Обри. Клянусь, моя сестра не ведет себя на свой возраст. Глядя на нее, можно подумать, что ей чуть за двадцать, а не ровно сорок. “ Нет. ” Я останавливаю ее, указывая пальцем. “ Сначала мы все сядем и позавтракаем. Только после того, как Обри поест, ты сможешь уйти. “Мне нравится, что он заботится только о том, чтобы она поела, но не о нас”. Сесилия вздыхает с улыбкой, как будто следить за тем, чтобы моя девочка поела, - это что-то необычное. Мы все садимся, болтовня набирает обороты, пока всем раздают еду. Хейли садится рядом с Обри, и они обсуждают ее предстоящую свадьбу и то, как сильно вырос живот Обри с тех пор, как они виделись в последний раз. Фиби спрашивает Морган о близнецах, Лия болтает с Сесилией, а Иден без умолку болтает с Эммой и Вероникой, в то время как мальчики все вместе обсуждают планы на лето. Приятно видеть, что моя семья и Обри ладят. Я не ожидал, что они так хорошо впишутся друг в друга, но это так. С тех пор как Обри вошла в мою жизнь, она изменилась только к лучшему, и с каждым проходящим днем становится все лучше. Я люблю нашу маленькую семью, но я также люблю семью, которую мы создали, объединив наши миры. Я наклоняюсь к Обри и целую ее в щеку, когда она этого не ожидает. - Я люблю тебя, Ангел. Она тихо ахает, затем улыбается и прижимается своими губами к моим. - Я тоже люблю тебя, Шейн. ---------- Глава тридцатая Глава тридцатая Обри Измельченная китайская еда и выпечка. “ Во сколько твой рейс? - Спрашиваю я, когда мы заканчиваем ужин с сестрами Шейна. Сегодня было весело, но очень утомительно. Мы пошли сделать маникюр, что я делаю нечасто, но поскольку я работала всего лишь в офисе в пекарне, я позволила себе немного побаловать себя. Потом мы пообедали в каком-то модном ресторане, за чем последовали несколько часов дорогих покупок. После этого всех развезли по домам, оставив меня и сестер Шейна у нас дома. “ Без четверти девять, нам скоро понадобится машина. Фиби улыбается мне. - Если хочешь, мы можем подвезти тебя, - предлагаю я. “О, в этом нет необходимости. Одно из преимуществ богатства в том, что ты можешь платить людям за то, чтобы они тебя возили”. Иден смеется. Она очень напоминает мне Эм и Ронни. Что-то вроде символа подстановки. “Итак, вы двое подумали о том, когда хотели бы пожениться?” Спрашивает Лия с взволнованной улыбкой. “Я не уверен, мы еще толком не обсуждали это, но, скорее всего, с этим придется подождать до следующего лета. Из-за того, что скоро родится ребенок, и в это же время снова начинается сезон, у нас нет времени планировать свадьбу ”. Я улыбаюсь с легким разочарованием. Я бы хотел, чтобы нам не пришлось ждать целый год, прежде чем пожениться. “ Когда у тебя снова роды? - Спрашивает Фиби, переводя взгляд с меня на Шейна. “14сентября ”, - отвечает Шейн прежде, чем я успеваю ответить. Я улыбаюсь тому факту, что он запомнил дату. Он даже выделил ее в каждом нашем календаре, включая те, что у него в телефоне и планшете. “ Ладно, значит, время еще есть. Улыбка Лии становится шире. “ Что ты имеешь в виду? Я хмурюсь, сбитая с толку. “Мы могли бы сделать это раньше. Разве вы не хотели бы пожениться до появления на свет вашей дочери?” - уточняет она. “Я имею в виду, да. Конечно, я бы хотела выйти замуж раньше”. Я смотрю на Шейна, не уверенная, что именно они пытаются сказать. “Я просто не понимаю, как можно было бы устроить свадьбу раньше”. “Мы могли бы сделать это, скажем, в конце августа? Здесь, в окрестностях Нью-Йорка, много красивых мест, я уверен, мы сможем найти то, которое вам понравится”. Иден достает свой телефон, скорее всего, ищет места для проведения свадьбы. “Подожди, ты хочешь, чтобы мы сыграли свадьбу в конце августа? Это примерно через два с половиной месяца. Мы не можем спланировать всю свадьбу за такое короткое время, - говорю я недоверчиво, глядя на Шейна в поисках поддержки, но все, что он делает, это пожимает плечами. “Я имею в виду, мы планировали целую свадьбу за несколько часов”, - говорит он, улыбаясь, но я чувствую, как растет уровень моего стресса. “Да, но это было не то же самое. Это была простая, интимная свадьба на заднем дворе. Не грандиозная и дорогая свадьба в Джефферсоне. Потому что я видела фотографии ваших свадеб. Я указываю на своих будущих невесток. “Я знаю, какими экстравагантными они были”. Фиби успокаивающе кладет свою руку на мою. “ Вот именно, Обри. Это будет свадьба Джефферсона. Возможно, вы еще не осознаете этого, но это имя откроет для вас двери, куда бы вы ни пошли. Оно заставит людей свернуть горы ради вас ”. Лия кивает. “Она права. Нашему брату нравится скрывать свою фамилию, но это действительно большое дело. И скоро ты тоже будешь его носить, так что пользуйся им. Если кто-то и может устроить эффектную свадьбу менее чем за три месяца, так это мы ”. “Я"… Я не знаю, смогу ли я это сделать. У нас и так много работы, завтра начинаются ремонтные работы. У нас все еще ничего не готово для ребенка. Я все еще работаю.… Я не знаю, как я справлюсь со всем этим перед свадьбой ”. Я чувствую, что мой пульс участился, чего не было с тех пор, как мое кровяное давление пришло в норму. Я делаю успокаивающие вдохи, пытаясь успокоиться. “Ангел, расслабься. Все в порядке, никто тебя ни к чему не принуждает. Тебе не нужно переживать из-за этого. Мы можем подождать до следующего лета ”. Шейн берет мою свободную руку и целует тыльную сторону ладони с обеспокоенным выражением в глазах. “Или ты мог бы позволить мне сделать это”, - говорит Иден, отвлекая мое внимание от Шейна. “Я планировала все их свадьбы. Ты можешь просто сказать мне, что тебе нравится или не нравится, а об остальном я позабочусь. Я свяжусь с тобой, если буду в чем-то неуверен, или ты можешь предоставить мне полную свободу действий, и я удивлю тебя свадьбой твоей мечты ”. “ Ты сделаешь это для нас? Я несколько раз моргаю, не уверенная, правильно ли я ее расслышала. “Конечно, я люблю планировать свадьбы. К тому же, у меня есть немного свободного времени. Позволь мне сделать это для тебя, Обри. Я обещаю, ты не пожалеешь об этом. “ Ты действительно этого не сделаешь. Иден действительно хорошо разбирается в людях. Из-за нее будет казаться, что ты все выбрал сам. Я позволил ей выбрать все за меня, и, честно говоря, я бы ничего не изменил на своей свадьбе. Это было идеально, - настаивает Лия, когда Фиби кивает в знак согласия. Я смотрю на Шейна в поисках совета. Он пожимает плечами с теплой улыбкой, позволяя мне решать за нас обоих. Я поворачиваюсь к Иден с готовым решением. “Хорошо. Сделай это”. “Ура! О, это будет свадьба века! У меня уже есть столько идей для вас двоих ”. Она визжит от радости, как будто это она выходит замуж, и это заставляет меня хихикать. “Все, что тебе нужно будет сделать, это найти свое свадебное платье, остальное предоставь мне”. “ Похоже, этим летом мы будем присутствовать на третьей свадьбе. Шейн улыбается с огоньком в глазах, когда наклоняется, чтобы поцеловать меня. - Да, наш, - говорю я за секунду до того, как его губы сливаются с моими. ШЕЙН ~ Четыре недели спустя / июль ~ Ремонт занял меньше времени, чем мы планировали. Им удалось закончить все за неделю до нашего срока, а это значит, что наша детская теперь готова, ну, и покраска тоже. Нам все еще нужно купить все необходимое, чтобы наполнить его, что мы и планировали сделать сегодня. Изначально мы планировали сделать это во время ремонта, но я мог сказать, что Обри была напряжена всем происходящим. Поэтому мы отложили покупки для ребенка на второй план, пока не закончится одна стрессовая ситуация. Также теперь у нас назначена дата нашей свадьбы - 30августа . Иден удалось заполучить замок Охека в качестве нашего места проведения. Я не уверен, как ей это удалось за такой короткий срок, но это происходит, и лучшего места мы и желать не могли. По тому, как загорелись глаза Обри, когда она увидела фотографии, я понял, что это та самая. Мы решили предоставить ей полную свободу действий. Никакого выбора цвета, или цветов, или вообще чего-либо. Мы сказали ей полагаться на свое чутье в отношении того, что, по ее мнению, нам понравится, и я думаю, что это лучшее решение для нас. Все, что осталось Обри, - это купить платье, что, по-видимому, оказывается непростым делом из-за ее беременности. Ничего такого, что ей понравилось бы носить, но я не сомневаюсь, что скоро она что-нибудь найдет. Обри сейчас в декретном отпуске, по состоянию на два дня назад, так что я надеюсь, что она чувствует себя немного менее взволнованной, по крайней мере, настолько, чтобы пройтись по магазинам. Потому что сейчас у нее тридцать одна неделя, а у нас все еще нет абсолютно ничего для нашей дочери. Я не хочу ждать, пока у нее начнутся роды, чтобы сбегать и купить вещи. Я не уверен, что происходило с Обри последние несколько дней — она изменилась. Она стала тише и меньше ест. Это заставляет меня волноваться, но она продолжает заверять меня, что все в порядке. Я не уверен, что именно предстоящий приезд нашей дочери мог вызвать у нее такую перемену в поведении или что-то еще, но я бы хотел, чтобы она поговорила со мной. “ Привет, милая. Я целую ее в лоб и убираю волосы за ухо, ложась рядом с ней в нашу постель. - Привет, - шепчет она, ее глаза медленно фокусируются на моих. Она проспала все утро, а сейчас вторая половина дня, а это значит, что она пропустила обед. Я зашел пораньше, чтобы принести ей поесть, но, судя по тому, что осталось на тарелке на ночном столике, я могу сказать, что она съела всего несколько кусочков. -Как ты себя чувствуешь? - спросил я. “ Я в порядке, просто устала. Она пытается улыбнуться, но я вижу, что это натянуто. “ Мы можем сходить за вещами для Стеллины в другой раз, если ты предпочитаешь, ” предлагаю я. “Или я могу пойти и сделать это один, чтобы ты мог еще немного отдохнуть”. “Мне неловко заставлять тебя покупать все для нашей дочери в одиночку ...” - признается она тихим голосом. “Ангел, тебе не о чем расстраиваться. Ты уже так много делаешь для нее, просто помогая ей расти. Я просто хочу, чтобы ты чувствовала себя хорошо, и если провести день в постели поможет, то это то, чего я хочу от тебя, ” говорю я ей, снова прижимаясь губами к ее голове. Я успеваю заметить, что она кажется бледнее обычного, но она не горит, так что я знаю, что это не лихорадка. - Ты уверен? - спросил я Я киваю. “ Да. Я мог бы даже попросить Адлера и Эллиса присоединиться ко мне, а Вероника могла бы составить тебе компанию, пока мы гуляем? “Это могло бы быть здорово, я бы чувствовал себя немного менее виноватым”. Она улыбается, и эта улыбка кажется более реальной, но все равно кажется, что на ее создание уходит много энергии. “Хорошо, позволь мне позвонить им и узнать, свободны ли они”. Я встаю с кровати и выхожу из комнаты, тихо закрывая за собой дверь. Я достаю свой телефон и сначала набираю номер Ноя, он берет трубку после второго гудка. -Привет, тренер. - Эй, ребята, вы заняты? - спросил я. “ Э-э, нет, не совсем. В чем дело? Я оглядываюсь на дверь, делая несколько шагов в сторону от нее. - Что-то происходит с Обри, последние несколько дней она ведет себя по-другому, - шепчу я. “ Что ты имеешь в виду? Насколько отличается? Я слышу беспокойство в его голосе. “Она устала больше, чем обычно, и почти ничего не ела. Она продолжает говорить мне, что с ней все в порядке, но я не уверен. Если так будет продолжаться, у меня не будет выбора проверить ее, даже если она откажется ”. “Хорошо, и что вам от нас нужно?” он спрашивает дальше. “Я не хочу оставлять ее одну, но мне действительно нужно поскорее покончить с покупками для ребенка. Я хотел спросить, не могли бы вы с Эллисом присоединиться ко мне, чтобы сделать это быстрее, а Вероника могла бы остаться с Обри. “Да, мы уже в пути”, - без колебаний отвечает он. - Спасибо. Я вешаю трубку и возвращаюсь в комнату, где мой Ангел так и не сдвинулся с места. “ Вероника собирается провести некоторое время с тобой, пока мы с мальчиками ходим по магазинам. Тебе что-нибудь понадобится, пока меня не будет? - Спрашиваю я, забираясь обратно в постель рядом с ней. - Нет, я в порядке, - бормочет она. “ Как насчет поужинать? Хочешь, я куплю что-нибудь? Может, китайскую? Я мог бы попробовать зайти в ту пекарню, которая тебе нравится, как на нашем первом свидании. Я беру ее руку в свою, целую внутреннюю сторону запястья, и она улыбается. “Это было бы здорово”. Это больше похоже на мою девочку. Ее улыбка исчезает, когда она начинает двигаться, пытаясь подняться. “Мне, наверное, стоит встать с постели, если Ронни придет”. Она опускает ноги на пол и собирается встать, но тут же опускается обратно, ее рука тянется в сторону и хватается за тумбочку. “ Обри!? Я вскакиваю в спешке, бросаясь к ней. “ Я в порядке, я в порядке, - быстро говорит она, зажмурив глаза. “ У меня просто немного закружилась голова. Наверное, я слишком долго лежала. Она, наконец, открывает глаза и смотрит на меня, выдыхая. “Я обещаю, со мной все в порядке”. “ Мне это не нравится, Ангел. Ты уверен, что не хочешь, чтобы я вызвал доктора? Мы могли бы зайти и быстро все осмотреть. - Я присаживаюсь на корточки у ее ног. Она обхватывает мою щеку и улыбается. - В этом нет необходимости, это уже прошло. Я в порядке. Я просто устала, беспокоиться не о чем. Но если что-то изменится, я скажу тебе. Хорошо? Она наклоняется и целует меня. “Мне нравится, как сильно ты беспокоишься о нас, Шейн, но у нас все в порядке”. Я двигаю челюстью, обдумывая, что делать. Я действительно хочу, чтобы она обратилась к врачу, но я также не хочу принуждать ее и вызывать у нее стресс. Я пока оставлю это в покое, но если к тому времени, как я вернусь, ей не станет лучше, я позвоню ее врачу и посмотрю, что она посоветует нам делать. -Хорошо. Пятнадцать минут спустя прибывают Гейб, Ной и Вероника. “Спасибо, что пришли”. “В любое время. Как она?” Спрашивает Ронни с обеспокоенным видом. “ Она утверждает, что просто устала, но я думаю, ты сам увидишь, что это нечто большее. ” Я вздыхаю, ненавидя оставлять ее, когда она явно неважно себя чувствует. “Она в гостиной, смотрит телевизор. Просто будь рядом с ней и, возможно, попробуй заставить ее поесть. Марианна здесь, если тебе что-нибудь понадобится, и звони, если что-то случится. “ Я так и сделаю. Она сжимает мой бицепс, успокаивая меня, затем целует своих мужчин, прежде чем направиться дальше в дом. Нам требуется в общей сложности три часа, чтобы собрать все, что Эмма написала в списке, который она составила для меня, а также несколько дополнительных вещей. Мы также приобрели большое количество одежды, подгузников, всего, что, по словам продавщицы, может понадобиться новорожденному. Я уверен, что есть вещи, в которых не было необходимости, но это не имеет значения, а все, чего нам все еще может не хватать, я могу получить позже или заказать онлайн. Ной и Гейб помогают мне занести все внутрь и в комнату нашей дочери. Мне пришлось арендовать грузовик, чтобы отвезти все эти огромные коробки домой, потому что ни одна из моих машин не могла перевезти столько груза. Вероятно, в какой-то момент мне нужно будет купить такую. Иметь его всегда было бы полезно. Закончив, мы идем в гостиную, где все еще находятся девочки. Ронни садится рядом со спящей Обри и гладит ее по волосам. Когда она замечает нас, то тихо встает и присоединяется к нам. “Шейн, с ней что-то не так. Мне это не нравится. - Вероника прикусывает нижнюю губу, глядя на Обри водянистыми глазами. “Я знаю, я собираюсь позвонить ей в акушерский пункт и постараться договориться о встрече как можно скорее”, - успокаиваю я ее. “Я буду держать вас в курсе, если будут какие-то изменения. Спасибо, что остаетесь с ней”, - говорю я Ронни, прежде чем повернуться к ребятам. - И спасибо за помощь. “ Без проблем. Дай нам знать, если мы сможем чем-то помочь. Ной сжимает мое плечо, когда они уходят. Я возвращаюсь в комнату Стеллины, переставляя вещи, чтобы расчистить путь и придать ей менее беспорядочный вид.На то, чтобы все настроить, определенно уйдет день. Я займусь этим завтра. Мне удается достать китайскую еду и выпечку, которые я обещала Обри ранее и оставила в комнате, пока мы вносили вещи. “ Ты вернулся. Позади меня звучит усталый голос Обри, и я оборачиваюсь с едой в руке, чтобы обнаружить ее прислонившейся к дверному косяку. “Да, только что вернулся. Я шел тебя будить.” Я верчу пакет и коробку в руках с улыбкой, на которую она отвечает. “Вау, это много чего значит”, - говорит она затем, оглядывая комнату. Я начинаю приближаться к ней. “ Да, но тебе не нужно беспокоиться об этом. Я все расставлю завтра. Она снова улыбается и отталкивается от стены. Я нахожусь всего в трех шагах от нее, когда вижу, как это происходит. Ее глаза закатываются, и она падает в обморок. “ ОБРИ! - Кричу я, роняя еду из рук и бросаясь к ней. Я бросаюсь на землю, подхватывая ее на руки прежде, чем она коснется пола, но ударяюсь поврежденным плечом об угол коробки. “Черт!” Я отталкиваю приступ боли и сосредотачиваюсь на своей девушке, которая безвольно лежит в моих руках. “Ангел, детка, ты меня слышишь?” Я проверяю ее пульс и быстро нахожу его.Слава богу. “МАРИАННА!!!” Она появляется в дверях через несколько секунд и ахает, когда видит нас на полу. “О, Боже мой”. “Мне нужно, чтобы ты вызвал скорую". Пусть они поторопятся! Я выбегаю, прижимая Обри к груди и убеждаясь, что могу чувствовать ее дыхание. Черт бы тебя побрал! Я думал, мы с этим покончили! Она выбегает из комнаты, когда я слышу ее взволнованный голос по телефону. “ С тобой все будет в порядке.… С вами обеими все будет в порядке, - шепчу я в волосы Обри, кладя руку ей на живот. Три часа спустя спящая Обри лежит на больничной койке и подключена к аппаратам для контроля частоты сердечных сокращений у нее и ребенка. Они также вводят ей в руку капельницу от обезвоживания, в то время как я сижу в неудобном кресле, молясь, чтобы мы не получили никаких плохих новостей, и жду прихода врача. Она очнулась в машине скорой помощи, но казалась сбитой с толку и через минуту снова потеряла сознание, затем снова, пока ей проводили анализы. В тот раз она бодрствовала немного дольше, но было видно, что она все еще плохо себя чувствовала, и к тому времени, когда мы отнесли ее обратно в ее комнату, она спала и с тех пор спит. Раздается тихий стук в дверь, прежде чем она открывается и входит акушер-ГИНЕКОЛОГ Обри. “Доктор Карлсон?” Она была не той, кого я ожидал увидеть. “Привет, Шейн. Я видел досье Обри во время пересменки. Я буду дежурить остаток ночи до утра, - тихо говорит она, подходя к Обри, чтобы проверить мониторы. “ Что с ней не так? - Спрашиваю я, чувствуя, как в горле образуется комок, а по коже ползут мурашки страха. Закончив осмотр, она вздыхает и отходит. “ Это снова ее кровяное давление. Все ее анализы пришли в норму, и это хорошо. “Чем это хорошо? Она теряет сознание направо и налево. Она не ест и не ведет себя самостоятельно”. Я провожу руками по волосам, дергая за кончики, когда раздражение наполняет меня изнутри. “Я понимаю твое беспокойство, Шейн, и ты имеешь на это полное право. Это пугающие ситуации. Все, что я хочу сказать, это то, что ее анализы пришли в норму, и это хорошо, потому что это означает, что ее состояние не вызвано чем-то более серьезным. Это просто беременность. Она грустно улыбается. “Я видела других беременных женщин, ни одна из них не проходила через это. Почему это происходит с ней?” “Хотела бы я сказать тебе, но каждая беременность протекает по-разному. У одних она протекает легко, а у других нет. Это несправедливо, я знаю, но так оно и есть. Да, я признаю, что большинству беременных пациенток с низким кровяным давлением, которые у меня были, после второго триместра стало лучше. Но даже если на данном этапе это случается редко, это не значит, что это невозможно ”. “ Итак, что нам делать? - В отчаянии спрашиваю я. С этого момента я устанавливаю ей постельный режим. Она все еще может ходить по дому, но постарайтесь, чтобы она как можно больше сидела или лежала. Мы будем пристально следить за ней, пока она не родит. Никаких серьезных занятий, ничего стрессового ”. Она подходит и встает рядом со мной. “Я бы также хотел, чтобы она принимала больше витаминов и увеличила потребление соли; это может помочь повысить ее давление. Она все еще работает? Вы делали что-нибудь, что могло вызвать у нее беспокойство в последнее время? Я качаю головой. “ Она больше не работает, и мы только что сделали ремонт в доме. У нас также намечается свадьба в конце августа, но кое-кто планирует ее за нас. Мы действительно делали все, чтобы снизить уровень ее стресса. Я даже сама делала все покупки для ребенка, потому что не хотела, чтобы ей приходилось иметь с этим дело ”. “Я знаю, ты делаешь все, что можешь, но стресс действует странным образом. Даже если она ни в чем физически не замешана, это все равно может вызвать у нее беспокойство. Просто продолжайте делать то, что вы уже делаете. Дайте ей хорошо отдохнуть, следите, чтобы она ела несколько раз в день и принимала витамины ”. Она слегка наклоняется и кладет руку мне на плечо. “Я понимаю, свадьбу нельзя отменить без последствий, но все остальное, что может вызвать у нее хотя бы малейшее беспокойство, отложите. Подождите до рождения ребенка ”. “Хорошо”. Я киваю, желая, чтобы от этого было волшебное лекарство. - С ними все будет в порядке. Она тепло улыбается. - Я скоро вернусь. - Хорошо, спасибо, - говорю я, когда она тихо выходит из комнаты. Несколько минут спустя Обри начинает шевелиться под своим одеялом. “Шейн?” - зовет она меня. - Я рядом, милая. - Я встаю и обхожу кровать, чтобы оказаться к ней лицом, когда сажусь на край. “С нашей дочерью все в порядке?” - спрашивает она, и ее глаза наполняются слезами. Я заправляю несколько прядей ей за ухо и киваю. “ Да, она здорова. Посмотри. ” Я указываю на монитор, который показывает частоту сердечных сокращений Стеллины. “Это бьется ее маленькое сердечко”. Она прерывисто вздыхает и закрывает глаза. - О, слава Богу. “Обри… Ты знала, что у тебя снова упало кровяное давление?” Эта мысль не давала мне покоя. Она открывает глаза и смотрит на меня, и чувство вины, которое я вижу в ответ, когда слеза скатывается из уголка ее глаза, дает мне ответ, которого я ожидал. Она знала. В конце концов она кивает, ее нижняя губа дрожит, а щеки приобретают розовый оттенок. “ Детка, почему ты мне этого не сказала? Я вытираю ее слезы, затем глажу большим пальцем по щеке. Я не сержусь на нее, я просто хочу, чтобы она рассказала мне. “ Я не хотела, чтобы ты волновался еще больше… Я думала, что у меня все под контролем ... ” она тихо всхлипывает. “ Что со мной не так? Что я делаю не так? Она закрывает лицо руками и плачет в них. “ Нет, Ангел. Я подхожу ближе и сажаю ее, обнимая. “ Ты не делаешь ничего плохого. Это не твоя вина. Просто это иногда случается во время беременности. Все это не из-за тебя, милая.” Я целую ее в макушку, зарываясь носом в ее волосы и наслаждаясь тем, что после нескольких часов в больнице она все еще пахнет собой. Персики. “ Что, если все это повлияет на нее? Что, если я причиняю ей боль? Она крепко сжимает мою рубашку в кулаке. “ Нет, и не будет. Наша малышка сильная и здоровая. У нее все хорошо, и у нее и дальше будет хорошо. Мы почти закончили, Ангел. Еще несколько недель, и все это закончится. Просто с этого момента нам нужно быть особенно осторожными, хорошо?” Она кивает в мою сторону. - Хорошо. И больше никаких секретов. Если что-то не так, мне нужно, чтобы ты сказал мне, Обри. Если с тобой что-то случится.… Я не знаю, как бы я жил дальше без тебя ...” Комок в моем горле возвращается, когда эмоции захлестывают мое сердце. - Прости... - шепчет она. “ Все в порядке, милая. Просто пообещай, что больше не будешь меня так пугать. Я шмыгаю носом и целую ее в макушку. “Я обещаю. Если мне станет не по себе, я скажу тебе. - Она откидывает голову назад, чтобы посмотреть на меня, и прижимается своими губами к моим. После нескольких страстных поцелуев она отстраняется и смотрит на меня, пока я встряхиваю ноющим плечом. - У тебя болит плечо? “ Я просто врезался, пытаясь поймать тебя. Все в порядке, ничего серьезного, - успокаиваю я ее. Она кивает, выглядя немного неуверенно. - Ты кому-нибудь говорил, что мы снова здесь? - спрашивает она через мгновение. Я качаю головой. “ Нет, еще нет. Я ждал, когда ты проснешься, прежде чем звонить им. “ Не надо, пока не надо. Я не хочу, чтобы они волновались еще больше. Мы скажем им, когда вернемся домой. “ Хорошо, Ангел. Как захочешь. - Даже китайская еда? - шепчет она с обнадеживающей улыбкой. Я хихикаю, радуясь, что моя девочка вернулась к своему обычному состоянию. “Я не уверен, что наша пережила катастрофу, но я посмотрю, что смогу сделать”. Я запускаю пальцы в ее волосы и притягиваю ее для поцелуя, облегчение разливается по моим венам от того, что с ней все в порядке. Что с обеими моими девочками все в порядке. ---------- Глава тридцатьпервая Глава тридцатьпервая Обри Джулиан строитель. ~ На следующий день ~ Мы возвращаемся домой после выписки из больницы сегодня днем. Они хотели оставить меня под наблюдением на ночь на случай, если у меня начнутся роды после падения. Несмотря на то, что Шейн поймал меня, они сказали, что этого все еще может быть достаточно, чтобы вызвать это, а затем добавить к этому обмороки, они не хотели ничего оставлять на волю случая. Шейн провел ночь со мной в больнице, после того как ему удалось доставить нам китайскую еду. Мы почти не спали всю ночь из-за того, что медсестры приходили каждые несколько часов, чтобы проверить меня и ребенка. Так что вместо этого мы болтали и смеялись о нашей свадьбе и о том, какие безумные вещи может придумать его сестра. Было приятно провести время в одиночестве, просто поговорить обо всем. Казалось, что мы восстанавливаем связь, хотя мы всегда были на связи. Это заставило меня осознать, как много изменилось за те восемь месяцев, что мы с Шейном были вместе. Мы смеялись над тем, какими неловкими нам было вместе раньше; как мы нервничали в присутствии друг друга. Тогда я не могла представить, что мы пройдем эту стадию, не говоря уже о том, чтобы заниматься любовью каждую ночь и завести ребенка. Но я счастлива, что у нас это получилось. Мне нравится моя жизнь с Шейном. “ Ты голоден, Ангел? Мы можем купить что-нибудь по дороге? Шейн переплетает наши пальцы и целует тыльную сторону моей ладони, пока отвозит нас домой. “ Нет, просто немного устала. Но я съем что-нибудь дома перед сном. - Я улыбаюсь ему, зная правила игры. Он улыбается в ответ, и остаток поездки мы молчим. Когда мы подъезжаем к дому, я замечаю машину, припаркованную на кольцевой подъездной дорожке. “Чья это машина?” Я наклоняюсь, пытаясь понять, узнаю ли я ее, но я не знаю никого, у кого есть черный McLaren. Шейн хмурится, когда отвечает: “У Джулиана”. Мои брови взлетают вверх. “ У Джулиана есть машина? Он ухмыляется моей реакции. “Я просто предположил, что его возили повсюду, куда бы он ни поехал”. “ Ты не ошибаешься. Он редко пользуется своей машиной. Он хихикает. “Я просто не понимаю, почему это здесь”. - Вы не знали, что он приедет? Он качает головой. - Пойдем, посмотрим, в чем дело. Он выключает двигатель и выходит из машины. Сегодня утром Марианна оставила его в больнице, чтобы нам не пришлось ехать домой на городской машине. Она потрясающая и заслуживает повышения. Мы входим в дом и обнаруживаем Марианну в гостиной, которая пылесосит. Когда она видит нас, она немедленно выключает его и подбегает к нам, заключая меня в объятия. “О, дорогая. Ты нас так напугала! Я не спала всю ночь, молясь за тебя. Она отстраняется и вытирает глаза. “Я рада видеть тебя снова на ногах. Ты не можешь довести такую старушку, как я, до сердечного приступа. Я не поправлюсь”, - шутит она с улыбкой. “Извините, у меня не было намерения напугать кого-либо из вас. Я постараюсь сделать так, чтобы это больше не повторилось”. Я беру ее за руки и виновато улыбаюсь. “Все, что имеет значение, - это то, что ты сейчас дома и в безопасности”, - говорит она со слезами на глазах. Затем она выдыхает, отпуская мои руки, и хлопает ладонями у себя перед лицом. “Вау, мне нужно взять эти эмоции под контроль. Как насчет того, чтобы я приготовила тебе вкусный клубнично-манговый смузи?" Может быть, сэндвич с курицей к этому? “ Это было бы чудесно, спасибо, Марианна. Я бы еще съела миску с Фрут Лупс, если ты не возражаешь. Я краснею, внезапно чувствуя себя свиньей, хотя приятно снова ощутить голод. - Вовсе нет. “Марианна, где Джулиан?” Спрашивает Шейн, прежде чем отправиться выполнять мою просьбу. “О, этот мальчик был здесь все утро. Он в детской, могу добавить, ругается про себя в очень изощренной манере”. Она хихикает и уходит на кухню. “ Почему он в детской? - спросила я. - Спрашиваю я, когда Шейн хмурит брови, берет меня за руку и ведет нас в комнату нашей дочери. “Какой необразованный невежда придумал этот план? Нетрудно сказать, в какой школе он учился. Мне нужно будет перекинуться парой слов с его начальством”, - слышим мы бормотание Джулиана из глубины комнаты, когда он стоит посередине, положив руку на бедро и держа в другой руке что-то похожее на инструкцию. “Э-э, Шторм. Что ты делаешь?” Шейн оглядывает комнату с улыбкой на губах. Голова Джулиана поворачивается в нашу сторону. Очевидно, он был глубоко сосредоточен и не слышал, как мы подошли. Его волосы слегка растрепаны, несмотря на короткую стрижку. Он одет в костюм, как обычно, но снял пиджак и закатал рукава, и, по-видимому, тоже сбросил туфли. Это совсем не похоже на того Джулиана, которого я знаю. “Я пытаюсь создать эту смесь, но кто бы это ни был...” Он прищуривается и листает бумаги в своих руках, ища имя и, по-видимому, находит его. “Нилсон Томас, очевидно, не отличает свое правое от левого”. Я улучаю время, чтобы оглядеть комнату, и замечаю, что почти каждая коробка, которая была здесь вчера, сейчас открыта. Сейчас есть два комода, прикроватная тумбочка и пеленальный столик. Там также есть небольшой книжный шкаф, два кресла-качалки и несколько других предметов, которые были установлены, а на полу лежат части того, что, как я предполагаю, должно быть детской кроваткой. “ Ты сделал все это” пока нас не было? - Удивленно спрашиваю я. “Да”, - просто отвечает он, продолжая читать инструкцию, как будто для него строительство всей нашей детской - не такое уж большое дело. -Почему? -спросиля Он вздыхает, явно раздраженный всеми моими вопросами. “Обри, ты, возможно, еще не поняла этого, но твое здоровье и здоровье ребенка важны для меня. Похоже, все это вызывает у вас чрезвычайный стресс. Поэтому я взял на себя смелость забрать это из ваших рук ”. Он, наконец, опускает руководство, которое держит в руке, и смотрит на меня. “Я также связался с миссис Беркли. Она будет здесь завтра утром, чтобы завершить оформление этой комнаты”. “ Морган? Но она все еще в декретном отпуске. ” Я хмурюсь. Я думала попросить Морган заняться моей детской, но, учитывая, что у нее и так было полно дел, я не хотела ничего добавлять. “Да, и она получит высокую компенсацию за свою работу”. Затем он протягивает руководство Шейну и мне. - А теперь, кто-нибудь, пожалуйста, объяснит мне эту тривиальную тарабарщину, пока мой интеллект не опустился до уровня пятилетнего ребенка? “Иногда я действительно сомневаюсь в словах, которые срываются с твоих губ”. Шейн хихикает и качает головой. Я хочу посмеяться вместе с ним, но вместо этого обнаруживаю, что мои глаза наполняются слезами. Потому что Джулиан только что признался, что я ему небезразлична, и он даже зашел так далеко, что умолял Морган помочь достроить детскую. Я вижу выражение ужаса на лице Джулиана, когда он замечает, что по моим щекам быстро текут слезы. Но это не мешает мне быстро подойти к нему и обхватить руками его голову, рыдая у него на шее. “Господи, почему это продолжает происходить со мной?” Джулиан недовольно бормочет, но секундой позже его собственные руки обвиваются вокруг моей талии. - Спасибо тебе, - шепчу я ему. Я чувствую, как его напряженные мышцы расслабляются под моими руками. - Мне это доставляет огромное удовольствие. Я влажно хихикаю. - Сильно сомневаюсь в этом. “ Ты права, мне это не доставляет удовольствия. Но я верил, что это поможет тебе почувствовать себя лучше, вот почему я это сделал. - Это заставляет меня чувствовать себя лучше, - говорю я ему, пока не отпуская. Джулиан - странный человек, но чем больше я узнаю его, тем важнее он становится и для меня. Он может показаться холодным, но у этого человека явно золотое сердце под всеми этими слоями. - Обри, - наконец произносит он предупреждающим тоном. - В чем дело? - спросил я. “Ты знаешь, что я не занимаюсь любовью, и я не уверен, в какой степени отталкивание беременной женщины будет считаться неэтичным”. Я смеюсь, мои щеки быстро покрываются румянцем, когда я делаю шаг назад. Он прочищает горло и кивает. “Благодарю вас”. “ Как ты узнал, что мы были в больнице? - Спрашиваю я, теперь понимая, что мы до сих пор никому не рассказали о нашей неожиданной вчерашней поездке. Джулиан бросает на меня скучающий взгляд, затем поворачивается к Шейну. “Она не очень быстрая, не так ли?” “ Эй! Я хлопаю его по руке, за что получаю убийственный взгляд, в то время как Шейн смеется позади нас. “Это мозг беременной”, - говорит ему Шейн. Джулиан прищуривает глаза. - Я не верю, что это возможно. “О, это так. Только на прошлой неделе я пошла в супермаркет в двух разных туфлях. Я даже не заметила, пока мы не вернулись домой ”. Я смеюсь, кладя руку на живот. Джулиан смотрит на меня, как на ненормальную, затем снова на Шейна. “Тебе, наверное, стоит проверить ее”, - шутливо говорит он Шейну. По крайней мере, я думаю, что он шутит. Иногда по выражению его лица трудно сказать наверняка. - Дорогая, для тебя все готово. - Марианна появляется у входа в спальню. Шейн делает шаг ко мне, берет меня за затылок и запрокидывает его, чтобы я посмотрела на него. “Иди поешь, Ангел. Я помогу здесь и присоединюсь к тебе, когда мы закончим. Он прижимается губами к моим и отпускает меня. Я улыбаюсь, когда преданность расцветает глубоко в моем сердце, и когда я выхожу из комнаты, эта улыбка все еще не сходит с моего лица. “Марианна, ты можешь рассказать мне, как мне так повезло?” Я спрашиваю ее, слегка краснея. Она хихикает и вытирает столешницу, пока я сажусь за столик. “Я не уверен, но что бы ты ни делал, не опускай руки”. - Я и не собираюсь этого делать. ШЕЙН ~ Неделю спустя ~ Я совершил ошибку. Я это знаю. Непрекращающееся тявканье на заднем сиденье моей машины - тому подтверждение. Я понятия не имею, о чем я думал... Обри собирается убить меня. Сегодня утром я ушла из дома под предлогом, что мне нужно в последнюю минуту сделать кое-какие покупки для ребенка. Когда Обри спросила меня, может ли она прийти, я сказал ей "нет", потому что это был сюрприз.… Не совсем ложь. Наша дочь будет более чем довольна этим подарком. Я просто надеюсь, что Обри тоже будет рад. Но чем ближе я подъезжаю к дому, тем больше начинаю сомневаться в себе. Возможно, я перестарался. Когда я прохожу через ворота и подъезжаю к нашему дому, я ставлю свой багажник лицом к входной двери и выхожу. Вытирая вспотевшие ладони о шорты, я достаю телефон и звоню своей девушке. “Привет, милая”. Из динамика доносится ее красивый мелодичный голос, и мое сердце замирает. “ Привет, Ангел. Можешь выйти сюда на секунду? Мне нужно тебе кое-что показать, - говорю я ей, сглатывая комок нервов. Я все еще слышу, как они тявкают в глубине моего багажника, ожидая, когда их выпустят. - Впереди? - спрашивает она. -Ага. “ Эм, хорошо. Я иду. Она вешает трубку, и я мысленно готовлюсь к ее реакции, потому что все может закончиться по-разному. Через несколько секунд входная дверь открывается, и она стоит на пороге в пижаме в шортах и майке, поверх которой накинут халат лавандового цвета. Она плотнее запахивает халат на своем теле, придерживая его руками. “ Итак,… Возможно, я что-то натворил, ” начинаю я, почесывая затылок.Господи, почему я так нервничаю? Она прищуривает глаза и неуверенно спрашивает: “Что ты сделал?” Изначально предполагалось, что будет только один ... но потом я увидел остальные, и что ж...… Я не мог сказать ”нет". Я держу ключи от машины в руке, кладу палец на кнопку открытия багажника, но пока не открываю его. - Шейн, открой багажник, - строго приказывает она мне. “Кто бы ни слышал меня, пожалуйста, помолись за меня”, - бормочу я себе под нос и нажимаю кнопку. Багажник медленно открывается, и тявканье и поскуливание становятся громче с каждой секундой. Громкий вздох Обри говорит мне, что теперь она знает, что скрывалось в моей машине. “ Сюрприз? Я неуверенно улыбаюсь ей, потому что действительно не могу сказать, счастлива она или нет. “Шейн...” Ее глаза расширяются, когда она опускает руки, прикрывающие рот. “Их пятеро...” “ Я знаю! Я быстро наклоняюсь к пяти щенкам золотистого ретривера, которые ждут, когда их выпустят из машины, чешу им головы и целую в морды. “Но разве они не самые милые вещи, которые ты когда-либо видел?” Я потратила время, чтобы прикрепить к каждому бантик разного цвета, чтобы нам было легче идентифицировать их с первого взгляда. “Да, но Шейн! Их пять! Один был бы хорош, два приемлемы. Но пять!? Как мы собираемся растить пятерых щенков, которые превратятся в огромных собак !? Я думала, мы должны были облегчить мой стресс, а не усугублять его! ” Она медленно спускается по ступенькам, не в силах устоять перед этой миловидностью. “Я знаю, но Эллис сказал, что домашние животные-терапевты полезны при тревоге. Они помогли ему.” Я протягиваю ей того, что с фиолетовым бантом, когда она подходит ко мне, и она тут же зарывается лицом в его мех. Я знал, что моя привлекательность покорит ее. “ Ты права. Но у них одна кошка, а не пять собак. Она недоверчиво смеется, когда малышка с синим бантом начинает дергать ее за халат. “Как я буду заботиться о пяти щенках и новорожденном, когда начнется сезон?” “Мы наймем выгульщика для собак. И если им нужно будет выйти, вы можете просто позволить им побегать на заднем дворе. Они не смогут покинуть территорию. Мы их тоже отколотим, на всякий случай. Я беру тот, что с зеленым бантом, и подношу к ее лицу. “Я думаю, они действительно сделают тебя по-настоящему счастливой. Я обещаю, что разберусь с ними, и мы тоже сможем нанять тренера”. Она вздыхает, но продолжает улыбаться. “ Полагаю, у меня действительно нет выбора, не так ли? Она качает головой и смеется. “Теперь, когда я их увидел, я не смогу вернуть их обратно. Ты знал, что делал, не так ли?” - Может быть. - Я улыбаюсь, наклоняясь, чтобы поцеловать ее в щеку. “Давай, отведем этих ребят внутрь. Нам нужно купить им еду, миски, кроватки для собачонок, игрушки, чтобы они не съели наши продукты. Поводки, дрессировочные площадки. Ты думал обо всем этом?” - Вообще-то, есть. - Я гордо встаю и подхожу к задней пассажирской двери, где машина набита всем необходимым для собак. “ Ладно, что ж, тащи их всех внутрь. Потом ты разгрузишь машину, пока я поиграю с ними.” Она лучезарно улыбается и начинает медленно подниматься по ступенькам, разговаривая со щенком с фиолетовым бантом на шее.. "Я люблю тебя". - Я думаю, мамочка счастлива, - шепчу я малышке с голубым бантом. После нескольких попыток мне удается взять всех четырех оставшихся собак на руки и отнести их в дом, в гостиную, где Обри и Марианна радуются маленькому щенку. “О боже!” Марианна восклицает, когда видит остальных четверых. “Тебе действительно нравится, когда у тебя заняты руки, не так ли?” Она смеется от всего сердца. Посмеиваясь, я отпускаю их и возвращаюсь к машине, чтобы забрать все свои покупки. После двух поездок я, наконец, закончила. Я ставлю пять кроватей для собак одну за другой вдоль стены, все разного цвета, в тон их бантикам, и вручаю Марианне миски с едой и водой, следуя за ней с большим пакетом еды. У каждого щенка будет по две миски соответствующего цвета. Когда я выстраиваю их в ряд у стены на кухне, занимая буквально все пространство, Марианна хихикает у меня за спиной. “Ты же понимаешь, что это обернется не в твою пользу”. Я улыбаюсь, глядя на ряд металлических мисок на полу. “Мы научим их ходить в соответствующее место”. “ А когда Стеллина начнет ползать? Она поднимает бровь, глядя на меня с понимающей ухмылкой.Черт, я об этом не подумал. “ Тогда мы что-нибудь придумаем, когда придет время. Я пожимаю плечами. По пути мы многое выясним. Я собираюсь вернуться в гостиную, когда вспоминаю, что мы оставили дверь в спальню Стеллины открытой. Я бы не хотел, чтобы кто-нибудь из щенков зашел туда и устроил беспорядок. Я захожу в комнату нашей дочери, не торопясь смотрю на нее, и каждый раз, когда я это делаю, я становлюсь немного более эмоциональной. Работа, проделанная Морган, феноменальна. Стены комнаты теперь нежно-сиреневые, вся мебель из светлого дерева или белого цвета, включая кроватку овальной формы. Когда Морган спросила Обри, какую тему она хотела бы для детской, Обри ответила, что ночное небо, но в то же время светлые тона. Затем Морган предложил подвесить к потолку белые пушистые облака с крошечными светодиодными лампочками за ними. Когда наступала ночь и мы выключали свет, маленькие светодиодные лампочки просвечивали сквозь облака, имитируя звезды на небе. Обри ухватилась за эту идею и даже добавила конкретный запрос. Она хотела, чтобы одно конкретное созвездие сияло ярче остальных. Андромеда. Мне нравится, как Обри всегда пытается связать мое семейное наследие с нашей дочерью. Я закрываю за собой дверь и возвращаюсь к Обри. Теперь она сидит на полу, и все пятеро щенков набрасываются на нее с поцелуями, а она смеется от души. “Ну же, малыши, дайте маме немного пространства”. Я хихикаю и оттаскиваю их от нее. “Как мы должны назвать их всех, Шейн?” Она отползает назад, пока не упирается спиной в изножье дивана, а я сажусь рядом с ней и бросаю щенкам несколько игрушек. “Мы могли бы назвать их по цвету. Есть голубые, Зеленые, Розовые, Пурпурные и желтые”. Я улыбаюсь, довольная собой, но взрыв хихиканья Обри говорит мне, что она не согласна. “ Ни в коем случае. Я не назову свою собаку Желтоватым. Она прикусывает губу, размышляя. “Сколько у нас мальчиков и девочек?” “Синий, зеленый и желтый - самцы. Розовый и фиолетовый - самки”. “ Хорошо. Итак, три мужских имени и два девичьих. Она медленно кивает головой, все еще размышляя. Мне в голову приходит мысль. “У меня получилось”. Я начинаю с того, что указываю на желтую, у которой самый светлый мех. “Маффин”. Затем к зеленому банту, мех которого темнее остальных. “Брауни”. Я перехожу к фиолетовому бантику, который играет с жевательной игрушкой. “Печенье”. И заканчиваю, кивая розовому бантику, спящему на коленях у Обри. У обеих девочек одинаковый золотистый мех. “Кекс”. Голубой Бантик подбегает ко мне и забирается ко мне на колени в объятия, как будто знает, что он последний, кто остался, и взволнованно ждет, что мы выберем. “ А теперь, как нам тебя назвать? Я поднимаю его и прижимаюсь лицом к его лицу, позволяя ему облизать меня всю. Его шерсть того же цвета, что и у его сестер, но уши более темного оттенка, как у Брауни. - Брызги, - говорит Обри, скользя рукой по его спине. “ Посыпка. Мне нравится. - Я улыбаюсь, целуя его в макушку. “ И я люблю тебя, даже если ты только что сделал нас родителями в пятый раз. Скоро исполнится шесть. - Обри хихикает, кладя голову мне на плечо. “Боже, я не могу поверить, что наша малышка скоро родится”. Я позволяю Спринклсу убежать и поиграть с его братьями, а сам поворачиваю голову в сторону и целую Обри в макушку. “Такое чувство, будто мы только что узнали, что ты беременна”. “ Я знаю. Время пролетело быстро, и теперь, всего через восемь недель, наша дочь будет у нас на руках ”. Она проводит рукой по своему животу, когда я кладу свою поверх ее. Кексик поднимает голову и нюхает наши соединенные руки, затем кладет на них голову. Стеллина брыкается под нашими руками, как будто чувствует наше присутствие. Это простой момент, но я бы отдал все на свете, чтобы переживать его каждый день. Моя будущая жена, наша дочь, наши маленькие пушистые малыши, все вместе. ---------- Глава тридцатьвторая Глава тридцатьвторая Обри Подгоревшая еда и мерзкое вино. ~ Две недели спустя / август ~ До моей свадьбы осталось четыре недели, а я все еще не нашла платье. Я просматриваю Онлайн каждый час, но ничего из того, что я нахожу, мне не нравится. Все они прекрасны, но они просто не для меня. Все они либо слишком пышные и экстравагантные, либо слишком откровенные. Все, что я хочу, - это что-то простое и элегантное. Я хочу чувствовать себя естественно красивой в своем платье, не отвлекая на себя все внимание. Я также не хочу скрывать свою детскую выпуклость, которая, кажется, обязательна, когда речь заходит о свадебных платьях. Большинство, кажется, пытаются сделать ее более сдержанной, добавляя слои. Я хочу, чтобы моя шишка была видна — это то, что привело нас сюда. Если бы не наша дочь, я не думаю, что мы с Шейном поженились бы до сих пор. Мы бы, наверное, до сих пор только встречались. Наша дочь заслуживает того, чтобы присутствовать на нашей свадьбе. Я знаю, что слишком переживала из-за этого. У меня было больше приступов головокружения, чем обычно. Шейн официально конфисковал всю электронику и хочет, чтобы я просто расслабилась сегодня. Он сказал, что у него все под контролем, и что мне нет необходимости продолжать искать платье, в чем нет абсолютно никакого смысла. Я не приду на свою свадьбу в брюках. Но я даю ему этот день, потому что он прав. Мне нужно больше расслабляться. Я выполняла все другие предписания доктора Карлсона, принимала дополнительные витамины, ела несколько раз в день, как можно больше сидела. Но трудно не нервничать, когда выходишь замуж за две недели до назначенного срока. Одна только мысль о том, чтобы стать мамой, начала сильно поражать меня. На самом деле я не боюсь родов, что может показаться странным для мамы, которая рожает впервые, но это просто не то, что меня пугает. Я знаю, что вся боль и слезы будут стоить того, потому что к тому времени, когда все закончится, я смогу подержать на руках свою малышку. Что вызывает у меня сильное беспокойство, так это то, что будет потом. Буду ли я хорошей мамой? Буду ли я знать, что делать? Смогу ли я отличить каждый крик? Что произойдет, если она заболеет? Когда мне следует беспокоиться, нормально ли что-то или нет? Это как раз те вещи, которые заставляют меня беспокоиться. А еще есть щенки, которые, как ни странно, не вызывают у меня особого стресса. Если только они не пытаются съесть нашу обувь или использовать наши подушки в качестве жевательных игрушек. Теперь у нас есть дрессировщик, приходящий шесть дней в неделю, а также выгульщица собак по имени Аннабет, которая пока приходит раз в день. Но как только хоккей восстановится, она будет выгуливать щенков три раза в день. Тренировка прошла довольно быстро. В первые пару дней у нас было несколько аварий, но всего через две недели это стало довольно редким явлением. Они даже едят в своих мисках. Мы также подарили каждому из них ошейник с их цветом и прикрепленной к нему биркой с именем. “ Не хочешь вывести собак на прогулку? - спросил я. Шейн подходит ко мне сзади, когда я ем твиззлеры на кухне, наблюдая, как наши пушистые малыши жуют свою еду. Он кладет руки мне под живот и слегка приподнимает его, снимая вес с моей спины. “Боже, я никогда не забуду, как это приятно”. Я прислоняюсь к нему головой, закрываю глаза и наслаждаюсь моментом. “Ты уверен, что это хорошая идея, что я иду с тобой?” “ У тебя сегодня кружится голова? - спрашивает он, целуя меня в висок. “Мм, нет, не совсем. Я много ела и уже немного вздремнула”. И еще даже не полдень. “Ладно, хорошо, если ты готов к этому, мы могли бы просто дойти до ворот и вернуться. Таким образом, мы все еще будем на территории отеля, если что-нибудь случится и у тебя начнет кружиться голова, - бормочет он мне в волосы. “ Хорошо, да. Я хочу пойти с тобой. - Он медленно отпускает мой живот, когда я поворачиваюсь в его руках лицом к нему с улыбкой. Я еще никогда не была той, кто выгуливает собак. Шейн волновался, что это будет слишком тяжело для меня, но, думаю, он чувствует, что сейчас так немного безопаснее. И если я все-таки почувствую себя плохо, я могу просто немного посидеть на земле, пока это не пройдет. “ Я приготовлю поводки. Он целует меня в лоб и уходит. Через пятнадцать минут все собаки привязаны к соответствующим поводкам, к каждой привязан маленький пакетик для какашек в форме кости . Все собаки лают и скулят у двери, ожидая, когда их выпустят, пока мы надеваем обувь. Наши щенки любят прогулки. Я беру поводок Кексика, в то время как Шейн берет остальных четверых. Она - та, к кому я сейчас ближе всех. Она всегда держится рядом со мной и любит вздремнуть со мной. Она даже гладит мой живот, когда Стеллина начинает много двигаться. Я думаю, она чувствует, что там находится ее младшая сестра. Она также самая спокойная, в то время как остальные четверо - дикие дети. В тот момент, когда Шейн открывает входную дверь, они немедленно начинают натягивать поводки, пытаясь увидеть, кто спустится по ступенькам первым, в то время как Кекс остается рядом со мной, ожидая своей очереди. Я немного нервничал, что она попытается сделать то же самое, что и они, и сбежит вниз по ступенькам. Но, к моему удивлению, она берет их по одному, поднимая на меня глаза при каждом шаге, когда спускается. Как будто она знает, что нам нужно быть осторожными, и за это я люблю ее еще больше. “ Ты такая хорошая девочка, правда, Кексик? Я вознаграждаю ее, взъерошивая мех, как только мы достигаем дна, и когда я поднимаю глаза, я вижу, что Шейну повезло меньше. “ Нет, нет, перестань оборачиваться. Оставайся на этой стороне. Брауни, нет, вернись сюда. Он тянет Брауни за поводок, пытаясь вернуть его на левую сторону. Но затем Маффин следует за ним и крутится вокруг ног Шейна. “Нет! Маффин, оставайся на своей стороне. Не ходи за своим братом. Я начинаю хихикать, наблюдая, как Куки начинает прыгать по Маффину, переплетая их поводки. Все это время Спринклз прыгает у ног своего отца, пытаясь отобрать жевательную игрушку, которую он принес с собой, чтобы поиграть с ними. “Прекрати, Спринклз. Ты получишь игрушку позже. Куки, оставь Брауни в покое. Сейчас не время играть, а время гулять ”. Я смеюсь громче, держась за живот. Шейн поворачивается и смотрит на меня с удивлением. “О, ты находишь это забавным?” “Очень”. Я ухмыляюсь. “Ты же сам подумал, что было бы неплохо заполучить пятерых из них”. “Это нечестно, тебе достался спокойный. Хочешь поменяться? Я дам тебе печенье в обмен на кекс”. Он пытается освободиться от поводка Куки, готовый отдать его ей. “Нет, нам с Кексиком и здесь хорошо. Ты можешь оставить своих буйных детей при себе”. Он продолжает дергать за поводки, пытаясь их освободить. Но, кажется, ничего не работает, и они, кажется, только возбуждаются еще больше. “Шейн, просто брось игрушку, это может заставить их сосредоточиться на чем-то другом, а не друг на друге”. Он делает, как я говорю, за исключением того, что все происходит совершенно иначе, чем я представляла себе в своей голове. Вместо того, чтобы просто смотреть вперед, пытаясь добраться до игрушки, что дало бы Шейну время лучше распутать их, они сильно дергают за поводки и бросаются к игрушкам. Шейн начинает наклоняться вперед и быстро пытается удержаться на ногах, но вместо этого падает задницей на тротуар и отпускает четыре поводка. “ОУУУ!” “О нет!” Я прикрываю рот свободной рукой, когда подхожу к Шейну, мой огромный живот не позволяет нормально ходить. “Милый, ты в порядке?” Я наклоняюсь, глядя на него, пока Кекс лижет его руку. “ Да, я в порядке, ” стонет он, вставая и отряхивая шорты. “Ну, все прошло не совсем так, как планировалось”. Я сжимаю губы, пытаясь подавить смешок. “ Не совсем. В процессе мы также потеряли собак. В этот момент прибежал Спринклз с жевательной игрушкой во рту и бросил ее к ногам Шейна. “По крайней мере, у меня есть один верный пес. Ты хороший мальчик, Спринклс. Он гладит его по голове и снова бросает игрушку, позволяя Спринклсу сбежать, чтобы собрать ее. Затем он берет меня за руку и начинает наше путешествие по подъездной дорожке. “Что мы собираемся делать с остальными тремя?” - Спрашиваю я, замечая желтые и фиолетовые ошейники в дальнем конце лужайки. Понятия не имею, куда подевался Брауни. “ В конце концов, мы их найдем. Шейн улыбается и подносит наши соединенные руки к своим губам, целуя мои. Я смеюсь. “О чем ты думал, заводя пять собак?” “ Я не собирался, Ангел. Я не собирался. ШЕЙН Итак, наша прогулка перед обедом была не очень успешной. Двое из пяти действительно шли рядом с нами, как и планировалось, в то время как остальные трое убегали от меня каждый раз, когда я пытался их догнать. К тому времени, как я их поймал, я был весь мокрый от пота. Клянусь, можно подумать, что я не в форме. По крайней мере, Обри от души посмеялась, неторопливо прогуливаясь со своим хорошо воспитанным щенком. Я смотрю на свою девочку, когда она доедает мороженое с карамелью, поглаживая шерстку Кексика, пока они смотрят какой-то рождественский фильм по телевизору. Не спрашивай меня почему, она сказала, что у нее такое настроение. Я даже не знал, что летом они размещали их на стриминговых сайтах. Все остальные щенки валяются без сознания в своих собачьих кроватках, измученные сегодняшней пробежкой, которую они заставилименя . Я знаю, Обри беспокоилась о том, что не найдет свадебное платье вовремя, но я действительно нашла идеальное решение ее проблемы, вот почему я сказала ей прекратить поиски. Хейли вернулась из своего медового месяца две недели назад, и когда она позвонила мне, чтобы узнать, как идут дела с Обри и свадьбой, я рассказала ей о проблеме с платьем, и тогда она свела меня с женщиной, которая шила ей платье. Она сказала, что обычно не принимает таких клиентов в последнюю минуту, даже с учетом большой суммы, которую я предлагал, и направления. Но когда она услышала, для кого назначена свадьба, она отказалась упустить возможность одеть будущую невесту Джефферсона. Иногда я забываю, насколько высоко мое фамильное имя в этом обществе. Я настолько привык вести уединенную жизнь простого главного тренера в НХЛ, что, когда люди поднимают шум вокруг моей фамилии, я почти чувствую себя самозванцем. Я проверяю время на своем телефоне, которое сообщает мне, что Либби, портниха на заказ, будет здесь через час. Прямо сейчас она в доме Хейз, подгоняет платья подружек невесты Обри, о чем Обри еще не знает. Мне уже подогнали смокинг, так что осталась только моя невеста. “ Привет, милая? Я провожу пальцами по ее мягким светло-русым волнам. “ Хм? Она заглядывает за диван, где я стою. “ Почему бы тебе не пойти принять душ? Через час у меня для тебя сюрприз. Она прищуривается, глядя на меня. - Пожалуйста, скажи мне, что ты не заказываешь доставку пяти кошек к нам. Я смеюсь, прижимаясь лбом к ее голове. “ Нет. Больше никаких подобных сюрпризов. Тебе понравится этот сюрприз. Я обещаю. Она улыбается и прикусывает губу. Я вижу возбуждение, блестящее в ее глазах. “Хорошо”. Я помогаю ей встать с дивана, положив руку ей на спину, затем она вразвалку уходит в нашу спальню. Мне нравится, как она сейчас ходит. На это так очаровательно и забавно смотреть. Ее живот резко опустился, что означает, что наша дочь готовится присоединиться к нам. Когда кровотечение впервые прекратилось и у Обри началось то, что казалось схватками, я забеспокоился, что у нее начнутся преждевременные роды. К счастью, в тот же день у нас была назначена встреча с доктором Карлсон, и она заверила нас, что все нормально. Что боль, которую испытывала Обри, была схватками Брэкстона-Хикса, которые, по сути, являются фальшивыми, подготавливающими тело к настоящему испытанию. И что, несмотря на то, что наша дочь опустилась ниже пояса, у нее не было никаких признаков того, что в ближайшее время начнутся роды. Сорок пять минут спустя я приветствую Либби в дверях, когда она входит с двумя рабочими. Один из них несет огромную спортивную сумку, в то время как другой вносит закрытую вешалку для одежды на колесиках. “Итак, где же прекрасная будущая невеста?” - Спрашивает Либби, как только я закрываю за ними дверь. - Сюда, - говорю я ей, провожая их к Обри, которая поглощает закуски на кухне и болтает с Антуаном об ужине. Когда она видит, как я вхожу в комнату с тремя лишними телами, ее любопытные глаза блуждают по нам. “Что происходит, Шейн?” Я подхожу к ней, обнимаю за талию. “ Помнишь, я говорил тебе не беспокоиться о твоем свадебном платье? Что у меня все было под контролем и тебе не нужно было продолжать поиски? “Да...” - скептически отвечает она. Я подхожу к ней сзади, прижимая ее к своей груди, положив руки на ее животик. “Это Либби, она собирается сшить тебе свадебное платье, именно такое, как ты хочешь”. Ее глаза расширяются, наполняясь слезами. “ Правда? Кончик ее носа краснеет, а щеки краснеют. “ Да, Ангел. Я знал, как сильно это тебя беспокоит, и не хотел, чтобы ты волновалась еще больше. Но ты должна поблагодарить Хейли, потому что именно благодаря ей Либби смогла сделать это для нас. Я целую ее в щеку, по которой скатывается одинокая слеза. - О, Шейн. Спасибо тебе. - Она поворачивается в моих объятиях. “ А теперь иди с Либби и расскажи ей все, что хочешь. Я слегка толкаю ее в спину, когда она отпускает меня, и она уходит в гостиную с Либби и двумя ее помощницами. ОБРИ После двух часов работы с Либби и двумя ее помощницами, Дженнифер и Изабель, мы прощаемся, пообещав, что мое платье будет готово через три недели. Либби не потребовалось много времени, чтобы понять мое видение идеального платья. Я мог бы сказать, что она привыкла работать с дивами высокого класса, которым нужны были экстремальные свадебные платья. Она даже привезла с собой несколько образцов, чтобы дать мне представление о том, что бы я предпочел. Но после того, как ее коллеги надели на меня третье платье, она велела им остановиться, усадила меня и сказала, что видит, что это не работает. Она взяла обе мои руки в свои, велела мне дышать, а затем попросила описать, что я имел в виду. Проблема была в том, что у меня не было в голове образа идеального платья, я просто знала, что это не то, что мне попадалось на глаза. Когда я сказал ей об этом, она попробовала другую тактику и спросила меня обо мне. Что я за человек и даже просмотрела мои фотографии в Интернете. После нескольких минут прокрутки она отложила телефон, улыбнулась и сказала мне, что знает идеальное платье. Затем она попросила Дженнифер передать ей альбом для рисования и приступила к рисованию моего платья. Тридцать минут спустя она перевернула свой эскиз и показала мне, что у нее получилось. И вот оно, на бумаге, идеальное платье. Мое платье. Затем мы продолжили, выбрав желаемый цвет - я остановилась на белом. Какой материал я хотела бы использовать, нужны ли мне узоры или детали на платье, шлейф, какой вырез и многое другое. К тому времени, как мы закончили, я был измотан, но в то же время чрезвычайно взволнован, увидев готовый продукт. Я направляюсь на кухню, откуда доносится запах чего-то вкусного, готовящегося, пока ищу своего жениха. В последний раз я видела его час назад, когда он заходил в гостиную, чтобы принести мне фруктов и собрать Кекс для прогулки с Аннабет. Я нахожу Шейна спиной ко мне, когда он стоит перед газовой плитой, помешивая что-то на сковороде, покачивая бедрами под мягкий блюз, играющий в объемном звуке. Все четыре щенка лежат у его ног, кроме одного, который трусит рядом со мной. Я подхожу на несколько шагов ближе, загипнотизированная им. Я не могу поверить, что этот мужчина станет моим мужем всего через четыре недели. Он внезапно оглядывается через плечо, почувствовав мое присутствие, и улыбается. “Ангел”, - просто говорит он, откладывая деревянную ложку в сторону и поворачиваясь ко мне лицом с протянутыми руками. “Ты нашла платье?” Я прикусываю губу и киваю, на моих щеках появляется легкий румянец, когда я оказываюсь в его объятиях. Он утыкается носом в мою шею, вдыхая мой запах, затем целует чувствительную кожу возле уха. “Ты будешь в нем такой красивой”. - Ты даже не видел этого. - Я хихикаю. - Ты прекрасна во всем, - мгновенно отвечает он, затем берет меня за подбородок большим и указательным пальцами, откидывая мою голову назад и прижимаясь своими губами к моим. “ Что ты готовишь? Я пытаюсь заглянуть ему через плечо и замечаю маленькую записку с инструкциями рядом с плитой. “Или мне следует спросить, что Антуан поручил тебе приготовить?” Я оглядываюсь на Шейна, понимающе улыбаясь. “ Ты помнишь наше первое свидание? - спрашивает он, когда его руки возвращаются на мою талию. “ Ты имеешь в виду, когда ты привел меня домой в первый раз? Я поднимаю руки к его затылку. “ Как я могла забыть? - Шепчу я. “ Я думал, мы могли бы сделать это снова. Он усмехается. “С небольшим поворотом в конце и без секса, прерывающего наш запланированный романтический ужин”. - Но это была лучшая часть. - Я шутливо надуваю губы. “ Позже. Он наклоняется и целует меня, прежде чем отпустить и вернуться к плите. - А теперь перестань отвлекать меня, пока я не сжег эту еду, жена. - Не могу дождаться, когда стану твоей женой, - тихо говорю я у него за спиной. Он снова оглядывается через плечо и одаривает меня нежной улыбкой. “ Я тоже, Ангел. Его взгляд опускается на мое ожерелье, которое я никогда не снимаю, затем возвращается к моему лицу, когда его глаза наполняются эмоциями. Он прочищает горло и отводит взгляд. - Вина? Нахмурив брови, я смотрю вниз на свой живот. “Э-э-э ... у тебя потеря памяти? Старость начинает тебя догонять?” Я смеюсь. Он заканчивает перемешивать сковороду с овощами, затем кладет ложку обратно и убавляет огонь. Снова повернувшись ко мне, он кладет руки по обе стороны стойки позади себя. Его мускулистые руки напрягаются от этого движения, вены вздуваются на предплечьях. Я облизываю губы, пока мой взгляд блуждает по его широкой груди, натягивая ткань его рубашки. Он даже нарядно одет, в то время как на мне простой белый сарафан. “ Я вижу, моя девушка сегодня слишком болтлива. Он озорно ухмыляется, его глаза темнеют. “ Я имел в виду безалкогольное вино. Я купил его для тебя раньше. Я подумал, что мы могли бы попробовать. - Я бы с удовольствием. Я смотрю, как он наливает каждому из нас по бокалу темно-бургундского вина. Я поняла, что Шейн не большой любитель выпить. Как и я, он пьет только в компании, и даже тогда он выпьет всего один бокал, но не больше. Так что, несмотря на то, что у нас есть огромный винный погреб и любой алкоголь, какой только можно придумать, к нему редко прикасаются. Конечно, тот факт, что я беременна, является серьезной причиной, по которой мы не пьем, и не важно, сколько раз я говорю Шейну, что не возражаю, если он выпьет бокал за ужином или вечером, он никогда этого не делает. Он протягивает один бокал мне и берет другой, держа его передо мной. “За нашу свадьбу, за нашу растущую семью и за нас самих”. - За нас, - шепчу я в ответ, когда мы чокаемся бокалами и делаем первый глоток, глядя друг другу в глаза. В ту секунду, когда жидкость попадает мне на язык, я понимаю, что совершила ошибку. Мой желудок сжимается, когда Шейн давится своим глотком у меня на глазах. Отвратительный вкус распространяется по моим вкусовым рецепторам прежде, чем я успеваю его остановить, активируя мой рвотный рефлекс. Я быстро ставлю стакан на стол и бегу к раковине, как раз вовремя, чтобы выплеснуть свои внутренности наружу. Во время беременности меня время от времени подташнивало, но никогда по-настоящему не тошнило.Думаю, это поддельное вино было исключением. Шейн подбегает ко мне сзади, откидывает назад мои волосы и поглаживает вверх и вниз по всей длине спины. Я слышу, как все щенки лают у наших ног и прыгают вокруг, гадая, что происходит. “Выпусти это, милая. Я держу тебя”. Когда мой желудок наконец успокаивается, я открываю кран и ополаскиваю рот, а заодно и раковину.Боже, что за способ испортить ужин. Я выпрямляюсь, готовая вернуться к нашей ночи, когда у меня начинает кружиться голова, и я откидываюсь назад, прижимаясь к Шейну, который быстро подхватывает меня. “Вау, успокойся, Ангел. Давай присядем”. Он поднимает меня на руки и выносит из кухни в гостиную, где опускает на диван. Он выбегает из комнаты и возвращается с батончиком мюсли и стаканом воды. - Вот, выпей это, а потом медленно съешь батончик. Я дрожащими руками беру у него стакан и пью маленькими глотками, затем откусываю крошечные кусочки от батончика гранолы, как только он его открывает. Как только я чувствую себя немного лучше, я откидываюсь на подушки дивана и продолжаю глубоко дышать, пока мой пульс не приходит в норму. “ Подожди здесь, я принесу твой аппарат для снятия давления. Он торопливо выходит из комнаты и возвращается через минуту с моей портативной машинкой, закрепляя ее у меня на руке и присаживаясь передо мной на корточки. Кексик запрыгивает на диван и, всхлипывая, кладет голову мне на бедро. “ Я в порядке, Кексик. Просто немного кружится голова, - успокаиваю я ее, поглаживая ее мех, как только мое давление ослабевает. “Восемьдесят три на пятьдесят шесть”. Мгновенно мое настроение падает, а глаза наполняются слезами, когда Шейн называет мои показания. Он быстро замечает и обхватывает ладонями мое лицо. “Эй, все в порядке, милая. Это не твоя вина. Она опустилась ниже только потому, что ты была больна”. Я знаю, что это не моя вина, и ничего не могу с собой поделать, что просто так мое тело реагирует на беременность. Но это не мешает мне чувствовать, что это так, как будто я, возможно, делаю что-то не так, что является причиной этого. Я киваю головой, мои губы дрожат, и я делаю прерывистый вдох. Шейн вздыхает. “ Мне следовало попробовать это вино, прежде чем давать тебе его.… Прости. Я издала влажный смешок. “Это действительно было ужасно”. Он хихикает вместе со мной. “ Так и было, не так ли? Очевидно, я не эксперт в выборе вин. Его руки опускаются на мои бедра. Я поднимаю свою руку и глажу его по щеке. - Все в порядке, ты эксперт во всем остальном. - Я всегда буду стараться изо всех сил для тебя, Обри, - мягко говорит он. “ Я знаю. ” Я улыбаюсь, пока зловоние не достигает моего носа, заставляя его морщиться. “Но, Шейн, я думаю, еда подгорает...” Он опускает голову, рыча, но это быстро превращается в смех, когда он снова поднимает взгляд. “Как тебе пицца?” Я снова хихикаю. “Пицца звучит заманчиво”. Все щенки лают, словно соглашаясь. Да, Шейн время от времени подкладывал им маленькие кусочки еды со стола, хотя я продолжаю говорить ему не делать этого. “Я думаю, наши дети тоже согласны”. “ Конечно, любят. У них хороший вкус. Он треплет их по головам, затем встает с земли. - Давай я пойду выключу плиту и духовку, а потом у меня для тебя будет еще один сюрприз. - Это тот маленький поворот, о котором ты упоминал? Он ухмыляется. - Так и есть. Он выходит из комнаты и возвращается всего через пять минут. “ Пойдем, Ангел. Он протягивает мне руку, чтобы я ее взяла. Я с радостью вкладываю свою руку в его и позволяю ему помочь мне подняться. Он подводит меня к дверям заднего дворика, раздвигая их, открывая самый романтический пейзаж, который я когда-либо видела. Это как будто взято прямо из романтического фильма. Лепестки роз и маленькие фонарики образуют дорожку к огромной кровати с балдахином и белыми занавесками по углам в задней части нашего двора. Я точно знаю, что этим утром этого здесь не было, так что я понятия не имею, когда у Шейна было время сделать это. - Мне помогали, пока ты была с Либби, - тихо говорит он мне на ухо, читая мои мысли, в то время как все щенки радостно убегают к новым пристройкам в нашем дворе. “ Шейн, это волшебно. Я ахаю, когда мы подходим к кровати. В нескольких футах перед ним находится огромный белый экран, а перед ним - проектор, готовый прокрутить для нас фильм. В ногах кровати стоят подносы со всеми закусками, о которых я мечтала во время беременности, а также напитками. На полу перед кроватью стоит огромная собачья кроватка, в которой щенки могут свернуться калачиком. Как будто зная, что это их место, они мгновенно вбегают туда и устраиваются, играя с несколькими игрушками, которые там для них есть. Шейн подходит ко мне сзади, обвивая руками мое тело. “Я знаю, что наши жизни скоро изменятся, и у нас больше не будет много ночей наедине. Мы не сможем ходить на свидания, когда нам захочется, или делать то, что мы пожелаем. И это нормально, потому что у нас будет наша дочь, и я бы ни за что на свете этого не изменил ”. Он целует меня в шею, потом в плечо. “Я просто… Я хотел подарить тебе это. Ночь, посвященная только тебе. Я знаю, как тяжело далась тебе эта беременность, и я просто хочу, чтобы ты знала, как сильно я ценю, что ты прошла через все это ради нас. Как много все это значит для меня. Как многоты для меня значишь. - Он снова целует мою кожу, эмоции пронизывают его голос, когда я начинаю поворачиваться в его объятиях. “Шейн, я люблю тебя за это, но в этом действительно не было необходимости. Я уже знаю все эти вещи, - мягко говорю я ему, кладя руки ему на грудь. - Но этобыло необходимо. Ты заслуживаешь этого и многого другого, Ангел. Он наклоняется, целуя меня в лоб, когда я закрываю глаза. “Никогда не наступит день, когда я дам тебе все, чего ты заслуживаешь. Потому что ты заслуживаешь всего мира, Обри. Мои глаза щиплет от слез, а сердце наполняется любовью. Я открываю глаза и смотрю на мужчину, который изменил мою жизнь, мужчину, который украл мое сердце, и молюсь, чтобы он никогда не отдавал его обратно. ---------- Глава тридцатьтретья Глава тридцатьтретья Шейн Непослушные комары. Мы устраиваемся на кровати после того, как я включаю фильм на ноутбуке."Дом у озера" начинает транслироваться на огромном белом экране, и глаза Обри загораются волнением, когда она замечает, что я включил один из ее любимых фильмов. “Ты вспомнил”, - говорит она с удивлением. Она упомянула об этом, когда мы только начали встречаться. “ Я помню все, что ты говоришь, Ангел. Я откидываюсь на подушки, когда она кладет голову мне на грудь. Я кладу свой телефон рядом с собой, поскольку мы все еще ждем доставки пиццы, в то время как она тащит поднос, наполненный всеми мыслимыми конфетами, которые стоят между нами, и начинает ковырять их. Удивительно, но наши пушистые малыши не пытаются добраться до еды, а вместо этого остаются на полу в своей кроватке. Хотя, когда привезут пиццу, это будет уже другая история. Она была права, когда говорила, что мне не следует кормить их домашней едой. Теперь каждый раз, когда они чувствуют запах чего-нибудь вкусного, они бегут просить милостыню. “ Знаешь, это свидание получилось почти таким же, как наше первое. Обри хихикает, жуя лакрицу. “Каким образом?” “Ну, мы приготовили еду, но не стали ее есть. У нас было вино, но мы его не пили. И вместо этого мы едим сладости в постель перед настоящим ужином, который, как и в прошлый раз, на вынос ”, - отмечает она. Я смеюсь, когда понимаю, насколько она права. “Я тоже не думаю, что хороша в этих свиданиях”. “Я думаю, наши свидания идеальны”, - говорит она, поднимая голову и улыбаясь мне. “ Я думаю, ты идеальна, - шепчу я, когда ее глаза останавливаются на мне, что-то похожее на понимание мелькает в них. - О чем ты думаешь, милая? “ Ты помнишь клятвы Сесилии во время ее свадьбы? тихо спрашивает она. Я хихикаю. “Если честно, мое внимание было сосредоточено не на них во время церемонии”. Ее щеки приобретают розовый оттенок, когда она понимает, на что я намекаю. “Она поклялась влюбляться в Сайласа каждый день”. Она улыбается, глядя на свои руки. “Я не понял, что она имела в виду. На мой взгляд, когда-то ты был влюблен, вот и все. Ты не могла продолжать влюбляться в одного и того же человека, раз уж ты им уже был”. Ее глаза снова встречаются с моими. “ Но теперь я смотрю. Потому что независимо от того, как сильно я уже люблю тебя, мне кажется, что я влюбляюсь в тебя снова, с каждым днем все сильнее”. На это нечего сказать, у меня нет слов, которые могли бы сравниться с тем, что я чувствую прямо сейчас к этой необыкновенной женщине. Так что вместо этого, с бьющимся в горле сердцем, я сливаю свои губы с ее. Она - все, о чем я когда-либо мог мечтать. Даже если потребовалось четыре года, чтобы началась наша история, четыре года наблюдения за ней на расстоянии, четыре года тоски по тому, чего, как я думал, у меня никогда не будет. Я бы сделал это снова, если бы это означало прожить этот момент с ней прямо сейчас. Мой телефон звонит, разрушая момент, когда наш поцелуй углубляется, явно ведя к чему-то большему. Я стону, желая проигнорировать это, но тут в животе у Обри урчит, и она становится ярко-красной. - Давай я возьму пиццу, потом поедим и вернемся к этому. - Я целую ее в губы и спешу с кровати в дом со своим телефоном. Пять минут спустя я возвращаюсь с тремя коробками пиццы и ставлю их на кровать, когда Обри садится. И тут я замечаю, что с нами теперь есть компаньонка. Кекс. Она всегда преследует Обри, особенно когда я оставляю ее одну. Она будет отличной сторожевой собакой при моей жене и ребенке. В остальных четырех я все еще не уверен. “ Пожалуйста, скажи мне, что ты не взяла дополнительную пиццу для собак? Она смотрит, как я открываю все три упаковки. “Нет, я этого не делал. Но теперь, когда ты упомянула об этом, мне, вероятно, следовало это сделать. Верно, щенки?” Я смотрю вниз, туда, где они скулят с пола в ожидании кусочка вкусной жирной еды. Я беру один ломтик мяса и начинаю разрывать его на маленькие кусочки, раздавая их каждому по одному. Когда я иду отдать один Кекс Кекс, замечаю, как Обри протягивает ей кусочек бекона со своего ломтика. Я ахаю в притворном шоке. - Я думала, мы не кормим их обычной едой!? Обри смеется, краснея. “Ничего не могу с собой поделать! Посмотри на нее, она такая спокойная и совершенная. Она заслуживает немного бекона. Я смеюсь, качаю головой и целую Обри в лоб. После того, как мы вдоволь наелись пиццы и закусок, мы откидываемся на подушки, чтобы продолжить мирно смотреть фильм. “Я люблю этот фильм. Это напоминает мне о нас, - говорит Обри через некоторое время. “ Правда? Я пытаюсь вспомнить те части фильма, которые я действительно смотрел. Но правда в том, что большую часть этого времени мои глаза были прикованы к моему Ангелу. Она кивает. “ Неожиданная любовь. Невозможная любовь. Любовь, которой не должно было случиться, но они не могут остановить это и свести на нет все шансы быть вместе, несмотря на все препятствия на пути ”. Она садится на кровати лицом ко мне и заглядывает глубоко в мои глаза, ее глаза сияют от эмоций. “Я счастлива, что мы боролись за то, чтобы быть вместе, Шейн. Я счастлив, что ты моя”. Я обнимаю ее за щеку, притягивая к себе. - Я всегда был твоим, Обри. Мы целуемся, возвращаясь к моменту, который был у нас ранее, когда ее руки скользят вверх по моей прикрытой груди, и она начинает расстегивать мою рубашку. Я позволяю ей исследовать меня руками, как она делает каждый раз, когда снимает с меня рубашку, затем она переходит к моим шортам, оставляя меня в одних боксерах. Потянувшись за ее платьем, я натягиваю его на ее бедра и животик, затем выше, через голову, и отбрасываю его в сторону, где теперь лежит моя одежда. Я расстегиваю ее лифчик, обнажая передо мной ее прекрасную грудь, и когда она откидывается на подушки, я медленно спускаю трусики вниз по ее ногам, оставляя ее полностью обнаженной. Самое прекрасное зрелище, которое я когда-либо видел. Я склоняюсь над ней, целую в губы, затем в шею. Я провожу языком по ее ключице, вниз по изгибу груди, задевая зубами сосок, прежде чем обвожу языком твердую вершинку и слегка посасываю ее. Ее спина выгибается, когда она издает хриплый стон, руки сжимают простыни под ней. Немного молозива вытекает из ее кончика на мой язык. Я помню, когда соленая жидкость впервые попала на мои вкусовые рецепторы, я был немного сбит с толку, а Обри был крайне смущен. Она была еще больше смущена, когда я спросил об этом доктора Карлсона, в основном о том, вредно ли это принимать внутрь. Оказывается, все это естественно и просто ее грудь готовится вырабатывать настоящее молоко, которым будет питаться наша дочь. Хотя доктор Карлсон посоветовал мне не слишком стимулировать ее грудь, так как это может привести к родам. Приближая свой рот к другой ее груди, я уделяю ей немного внимания, прежде чем переместиться ниже по ее округлому животу. Я останавливаюсь, чтобы поцеловать нашу дочь, не в силах остановиться, несмотря на то, что нахожусь в разгаре этого интимного момента. “ Иди спать, Звездочка. Мамочка с папочкой теперь немного побудут наедине, - шепчу я ей в живот. “Шейн, пожалуйста, не разговаривай с нашей дочерью, когда мы собираемся заняться сексом. Это делает все странным ”. Обри хихикает с улыбкой на лице. “ Извини, - говорю я с мягким смешком, продолжая спускаться вниз, покрывая поцелуями бледные растяжки, о которых она беспокоится, но которые я люблю. Они являются доказательством того, через что она прошла ради нашей дочери. Я раздвигаю ее ноги, как только достигаю того места, к которому стремился, и провожу губами по внутренней стороне ее бедер. Затем я нежно целую ее по обе стороны от складочек и прямо над чувствительным бутоном, где она теперь по-детски гладкая, вдыхая прохладный воздух, но никогда не прикасаясь к нему. Обычно Обри оставляет на своем холмике небольшой треугольный участок волос, но в последний раз, когда она делала восковую эпиляцию два месяца назад, она утверждала, что это было более болезненно, чем обычно, и не была уверена, что все еще хочет это делать. После небольшого исследования мы обнаружили, что усиление боли, которое она испытывала, скорее всего, было связано с беременностью. С тех пор она бреется наголо, но теперь, когда ее живот огромен и мешает, она боится делать это сама. Вот почему вчера я нашел ее плачущей в ванной, потому что она хотела это сделать, но ничего не могла разглядеть. Я предложил сделать это для нее, хотя никогда раньше не брил там женщину. Она сразу же отказалась и покраснела с головы до ног. Но после недолгих уговоров и напоминания ей, что я уже несколько раз прикладывала к этому свое лицо, она, наконец, позволила мне это сделать. Вероятно, это заняло намного больше времени, чем необходимо, но я действительно не хотел все испортить или порезать ее. И, не хочу хвастаться, но я проделал чертовски хорошую работу. Обри извивается и хнычет. “Шейн, пожалуйста”. - Что “пожалуйста”? На этот раз я заменяю поцелуи облизываниями, по-прежнему не прикасаясь к ней там, где она хочет. Она двигает бедрами, пытаясь найти мой рот в нужном месте, но я слегка отстраняюсь. Она стонет и откидывает голову назад, ударяя кулаками по кровати. “Ты знаешь, чего я хочу”, - хнычет она. - Скажи это. - Я смотрю на нее, когда она опирается на локти, на этот раз покусывая свою чувствительную кожу. Ее грудь поднимается и опускается, губы приоткрываются, глаза полностью расширены, когда они смотрят на меня с голодом. Она облизывает губы, когда ее щеки краснеют, готовясь произнести те непристойные слова, которые я люблю слышать. “Я хочу, чтобы ты полизал мою киску. Пожалуйста, Шейн, съешь мою киску”. Я погружаюсь в нее прежде, чем она успевает закончить, поглощая ее самым эротичным способом, какой только возможен. Я изголодавшийся человек, проведший бесконечные дни в сухой пустыне; она - мой небесный мираж. И точно так же, как восхитительная иллюзия, моя жажда по ней никогда полностью не утоляется. Я облизываю вверх и вниз ее губы, прижимая язык к ее входу, покрывая его ее сладкими соками, прежде чем возвращаю его к ее пульсирующему бутону и всасываю его в рот. Она задыхается и громко стонет, ее рука запускается в мои волосы и сжимает их у корней, пока она катается верхом по моему лицу. “О Боже, да, Шейн!” “ Вот и все, милая. Используй мой рот так, как ты этого хочешь.” Я несколько раз касаюсь языком ее комочка, посасывая и покусывая , пока она не превращается в извивающееся месиво, выкрикивающее мое имя и взрывающееся у меня во рту. Как только ее тело начинает успокаиваться, я неторопливо мою ее, медленно проводя языком повсюду, пока не убеждаюсь, что она безупречна. Затем я поспешно снимаю боксеры и ложусь позади нее, притягивая ее спиной к себе. Я люблю секс во время беременности; просто есть кое-что, от чего у меня встает каждый раз, когда я думаю об этом.Или, может быть, это просто Обри и осознание того, что она носит моего ребенка. Скорее всего. Но теперь, когда Обри на тяжелом сроке беременности и у нее легко болит, когда она слишком долго остается в позе, заниматься сексом нам стало немного сложнее. Она протягивает руку назад, обхватывает мой затылок и поворачивает голову набок, чтобы поцеловать меня, когда я поднимаю ее ногу и перекладываю ее через свою. Схватив свой твердый, пульсирующий и истекающий кровью ствол, я располагаюсь у ее входа и медленно толкаюсь внутрь. С тех пор, как у нее снова снизилось кровяное давление, мы свели нашу сексуальную жизнь к страстным занятиям любовью.С чем я совершенно согласен. Мне нравится заниматься любовью с Обри. Мы оба издаем стон, как только я полностью оказываюсь внутри ее теплого канала, затем я начинаю двигать бедрами в ней медленными длинными движениями. Каждое нажатие кажется раем, и, судя по звукам, издаваемым Обри, она чувствует то же самое. “ Боже, с тобой так хорошо, Ангел. Я целую ее шею и плечо. - Почему ты всегда чувствуешь себя лучше, чем в прошлый раз? “ Точно так же, как ты всегда чувствуешь себя больше, чем в прошлый раз. Дольше, ” выдыхает она, постанывая на последнем слове, когда я провожу рукой между ее ног и нежно потираю клитор. “О, Шейн. Не ... останавливайся ...” она тяжело дышит по мере того, как я воздействую на нее, сохраняя свои толчки в устойчивом ритме. Ей не требуется много времени, чтобы начать сжимать меня по всей длине, ее бедра дрожат, когда она начинает беспорядочно выгибаться напротив меня. Вскоре она вскрикивает, когда я завладеваю ее ртом и проглатываю каждый прекрасный звук, срывающийся с ее губ. Но я еще далек от завершения, и, по-видимому, она тоже. - Я хочу, чтобы ты трахнул меня жестко, - шепчет она мне в губы, затаив дыхание. “Ангел...” “Пожалуйста, Шейн. Только один раз. Я скучаю по этому. Мы будем осторожны, а потом я отдохну. Я даже приму ванну, чтобы полностью расслабиться. Пожалуйста, ” умоляет она. - Ты нужен мне... Я рычу ей в шею, и по ее хихиканью она понимает, что победила. Я выхожу из нее, когда она встает на четвереньки. Я поднимаюсь на колени и располагаюсь позади нее, затем хватаю ее за бедра. - Готова, милая? Она оглядывается через плечо, закусив губу. - Да. Я врезаюсь в нее, и она испускает крик. Ее руки сжимают простыни, пока я безжалостно врываюсь в нее, теряя всякий контроль, позволяя своему желанию к ней поглотить меня. Я жестко трахаю ее, как она и просила, в то время как все собаки бегают вокруг кровати, возбуждаясь от громких звуков шлепанья по нашей коже и криков Обри. “О, черт возьми, да! Я собираюсь кончить!” “Вот и все, Ангел. Продолжай вот так сжимать мой член. Черт, твоя киска такая тугая, - стону я, вгрызаясь в нее сильнее, когда мои яйца втягиваются, а желудок сжимается. “О, Шейн. Я люблю тебя! Я так сильно люблю тебя!” - снова кричит она, ее стены дрожат вокруг меня, пока ее тело не начинает бесконтрольно биться в конвульсиях, пока она высасывает каждую каплю из моего тела. “ О черт! Ангел, Боже, я люблю тебя! Я рычу, замедляя толчок, поскольку чувствительность становится слишком сильной. Обри тяжело дышит, когда я выхожу из нее. Она медленно опускается и ложится на левый бок с закрытыми глазами. Я мгновенно начинаю волноваться, когда замечаю ее бледный цвет лица. “Милая, ты в порядке?” Я быстро подхожу к ней, убирая потные пряди с ее лица и оглядывая ее. “Детка, поговори со мной. Ты пугаешь меня. Что-нибудь болит?” Она качает головой. “ Я в порядке. Ее рука слепо тянется ко мне, и я быстро хватаюсь за нее. “ Мне просто нужна минута. Она слабо улыбается. “ Могу я чем-нибудь помочь?Мне неприятно видеть ее такой. Кексик встает на задние лапы, нюхает шерсть Обри на краю кровати и скулит, чувствуя, что с ее мамой что-то не так. - Вода, - отвечает она, делая глубокие вдохи. Я быстро подхожу к изножью кровати и беру бутылку воды с одного из подносов, спеша обратно к ней, пока откручиваю крышку. Я помогаю ей сесть напротив меня, пока она держит глаза закрытыми, и протягиваю бутылку. Она делает несколько глотков, ее руки при этом дрожат. Кажется, прошла целая вечность, прежде чем она вздыхает и медленно открывает глаза, кладя голову мне на плечо. - Спасибо тебе, - тихо говорит она. “ Я причинил тебе боль? - Спрашиваю я, и мой желудок сжимается при мысли о том, что я когда-либо причинил ей боль. “Нет, Шейн. Ты заставил меня почувствовать себя хорошо. У меня просто немного закружилась голова в конце, - успокаивает она меня, целуя в шею. “Хорошо, но больше этого не будет. Мне не нравится видеть тебя в таком состоянии. У нас осталось всего шесть недель, Обри. Мы можем подождать. Она кивает, но я могу сказать, что у нее что-то на уме, по тому, как тихо она становится. - Поговори со мной, милая. “А что, если мне не станет лучше?” шепчет она прерывающимся голосом. Я кладу палец ей под подбородок, наклоняя ее лицо ко мне. - Ангел... “Нет, Шейн. Я серьезно. Что, если мне не станет лучше? Что, если после родов все не вернется на круги своя? Что, если они узнают, что причиной этого является не беременность, а что-то другое? Она отталкивает мою руку, отводя взгляд в сторону и отказываясь смотреть в глаза. “ Они провели тесты, Обри. Дважды. Все прояснилось, - уверенно говорю я ей, хотя ей в голову пришла мысль, о которой я с самого начала отказывался думать. Она отползает от меня, пытаясь подтянуть ноги к телу, но ее детский животик не дает ей этого сделать. Вместо этого она отводит колени в сторону и прикрывает грудь руками. Мы все еще голые на кровати, на улице посреди ночи, с четырьмя щенками, свернувшимися калачиком на полу, и одним, слушающим наш разговор. Прямо сейчас она чувствует себя незащищенной. Уязвимой. Я быстро хватаю одеяло и оборачиваю им ее тело, пока она вытирает слезы. “Тесты не всегда точны, Шейн. Они постоянно допускают ошибки. Ошибочные диагнозы случаются каждый день”, - тихо плачет она, и мое сердце разбивается. “А что, если я один из них?” Я обхватываю ладонями ее щеки, отчаянно прижимаясь губами к ее губам, пока она тихо всхлипывает. “ Тогда мы с этим разберемся. Доктор Карлсон сказал, что есть лекарство, которое может помочь при гипотонии. Мы хотели избежать этого во время беременности, но если ты все еще испытываешь это после родов, тогда мы можем попробовать это, - говорю я, прижимаясь своим лбом к ее лбу. Когда я отстраняюсь, она продолжает держать глаза закрытыми, по-прежнему отказываясь смотреть на меня, а слезы продолжают капать из-под ее закрытых век. “ Посмотри на меня. Милая, пожалуйста, посмотри на меня”, - умоляю я, и, наконец, она делает это. “Ничто, и я имею в видуничто , никогда не сможет помешать мне любить тебя. Между нами ничего не изменится, если это действительно окажется так. Это будет просто еще одно из наших препятствий, которое нужно преодолеть. Я наклоняюсь, лаская своими губами ее губы. “И я буду держать тебя за руку все это время”. “ Спасибо тебе.… Мне нужно было это услышать. ” Она выдыхает, как будто мои слова сделали свое дело и успокоили ее тревоги. Она смотрит на меня и улыбается, но затем ее взгляд перемещается на мое обнаженное плечо, за секунду до того, как она поднимает руку и сильно шлепает по нему. “ Ой! Я отстраняюсь и хмурю брови. “ Прости! Она хихикает, ее настроение наконец улучшилось. - У тебя был комар. Когда я смотрю на свое плечо, то замечаю крошечную красную точку с раздавленным жучком рядом с ней. Я качаю головой и хихикаю. “Я почти уверен, что эти твари гложут меня с тех пор, как мы разделись”. - По-моему, один укусил меня в задницу, когда мы занимались сексом. Она смеется громче. “ Ну, теперь я просто ревную. Когда ты собираешься подпустить меня к нему? Я обнимаю ее, покусывая за шею и плечо, пока она не начинает неудержимо смеяться. Мне нравится эта игривая сторона Обри. “Никогда”, - визжит она, ее лицо становится темно-красным. “ Никогда? Правда? Что мне нужно сделать, чтобы убедить тебя? Затем я покусываю мочку ее уха, когда она пытается оттолкнуть меня. “Завести тебе еще пять собак? Купить тебе собственную пекарню? Как насчет острова и сменить его название на твое? Мы можем сделать это, если ты хочешь, - предлагаю я в шутку, хотя я определенно могла бы это сделать. Правда в том, что мне действительно все равно, если она никогда не захочет попробовать анальный секс. Для меня это действительно не обязательно, и я доволен всем, что она готова мне дать. Но я знаю, что разговоры об анальном сексе заставляют ее чувствовать себя неловко, и мне нравится видеть, как она дико краснеет. “ Ты ведешь себя нелепо. Она игриво шлепает меня по груди, прежде чем обвить руками мою шею, а мои опускаются к ее талии. “ Как насчет яхты? Частного самолета? Что, если я попрошу Джулиана похитить твоего любимого кондитера и мы будем держать его в плену в нашем доме? Заставь его приготовить тебе все, чего пожелает твое сердце, - предлагаю я, когда она разражается смехом. “Ладно, это определенно помогло бы тебе поступить. Но у меня также возникло бы много вопросов. В основном, за кого я вышла замуж? И почему Джулиан совершил похищение, а не ты?” - спрашивает она, проникаясь моими нелепыми идеями. Я пожимаю плечами с ухмылкой. - Это его фишка. Ее глаза на мгновение расширяются, как будто она не уверена, серьезно я говорю или нет. - Что ты имеешь в виду под “его штучкой"? Джулиан когда-нибудь делал это? ” она шепчет последний вопрос мне на ухо, как будто он может нас услышать. Я смеюсь громче. “ Нет, Ангел. Джулс, может быть, временами и странный, но он не похититель и не преступник. Я весело качаю головой, когда она вздыхает с облегчением. “ Но это к делу не относится. Мы сбиваемся с пути. “ Я знаю. Она усмехается.Ах, эта маленькая дразнилка хорошо меня разыграла. “Как насчет этого? Может быть. Я не готов ни к каким действиям через черный ход. Но, возможно, однажды я буду готов попробовать это”. Мои брови приподнимаются. - Правда? Она прикусывает губу. “Ммм, все девочки сказали, что если все было сделано правильно, это было действительно весело. Я имею в виду, может быть, они и врут, но, думаю, я не узнаю, пока не попробую. “Подожди, девочки? О каких вещах вы говорите, когда нас нет рядом? Я знал, что у вас, женщин, бывают более странные разговоры, чем у нас”. Я хихикаю. “Э-э, нет, мы не знаем. По сравнению с вами, мальчики, мы ведем совершенно нормальные разговоры”. - Мы тоже, - парирую я. Она бросает на меня взгляд типа "прекрати нести чушь ". “Шейн, я видел твой групповой чат с парнями. Устраивать соревнование, у кого самый симпатичный питомец, и записывать, как случайные незнакомцы говорят, что наши собаки милые, чтобы доказать, что наши лучше, - это не то, что я бы назвала нормальным ”.Черт, она знает об этом? - Это было один раз, - быстро отвечаю я. “ Их было трое, ” невозмутимо заявляет она, приподнимая бровь и заставляя меня сказать ей, что она неправа.Хотя она… Было четыре. “ Ладно, ладно. Хватит об этом. Неважно, кто говорит самые обычные вещи, важно только то, что ты сказал "может быть", и я это помню. А теперь давай отнесем тебя в ванну, чтобы ты могла расслабиться, а потом лечь в постель. Я подхватываю ее на руки, как невесту, и умудряюсь подняться с кровати, направляясь к дверям во внутренний дворик. Обри крепче сжимает мою шею, пока я пытаюсь перенести большую часть ее веса со своего поврежденного плеча. Затем я дважды свистну, сигнализируя щенкам, что пора идти, и все они сбегаются через несколько секунд. - А как насчет еды? - спрашивает она, хихикая в моих объятиях. “ Ты важнее. Я уберу после. Я улыбаюсь, направляясь в нашу комнату. “ Ты можешь принести коробку пиццы в постель? Она краснеет, но в ее глазах появляется жажда этой пиццы. Я хихикаю и целую ее в лоб. - Я принесу пиццу и закуски. ---------- Глава тридцать четвертая Глава тридцать четвертая Шейн Дурацкие гормоны. ~ Четыре недели спустя ~ До нашей свадьбы осталось три дня, и, несмотря на то, что у нас нет никаких неотложных дел, я могу сказать, что Обри начинает нервничать. Из того, что рассказала мне Иден, Обри тайно писал ей через день, спрашивая, нет ли каких-либо проблем со свадьбой. Иден, кажется, находит это очаровательным и присылает мне скриншоты своего разговора с моей невестой. В основном из-за того, сколько раз Обри просила Иден не говорить мне, потому что тогда я буду волноваться, а она не хочет, чтобы я волновался. Боже, я люблю ее. В последнее время у Обри было много схваток Брэкстона-Хикса, вплоть до того, что два дня назад они были настолько сильными, что мы поехали в больницу, чтобы убедиться, что у нее не было настоящих схваток. Слава Богу, это было не так. У нас все было бы хорошо, если бы это было по-настоящему, но я знаю, Иден сошла бы с ума, если бы нам пришлось отменить свадьбу. Сегодня у меня есть еще один сюрприз для моего Ангела. Когда девушки заговорили о рождении ребенка и девичнике, Обри сказала, что не считает необходимым устраивать ни то, ни другое. Она думала, что это может вызвать у нее слишком сильный стресс, чего мы и пытались избежать. В то время я действительно был с ней согласен, но мне также казалось неправильным не праздновать так, как мы должны. Итак, сегодня мы устраиваем ей вечеринку-сюрприз в честь рождения ребенка, совмещенную с мальчишником и девичником. Конечно, мы не будем устраивать традиционную вечеринку и напиваться. Но я приглашаю всех сегодня днем на вечеринку-сюрприз в честь рождения ребенка, пока Обри гуляет с Вероникой. А потом мы устроим приятный ужин-барбекю со всеми нашими друзьями и семьей, за которым последуют небольшие развлечения, которые не будут для нее слишком тяжелыми. Это только дополнительный бонус, что моя семья приедет как раз перед приемом душа и останется с нами до окончания свадьбы, еще одна вещь, о которой Обри не знает. Она думает, что они приедут только за день до свадьбы. Я все утро висела на телефоне, проверяя, все ли готово и приеду только после того, как Обри уйдет из дома. Убедить ее выйти было и так непросто, поскольку она практически стала отшельницей с тех пор, как у нее снова упало кровяное давление. Но благодаря помощи Ронни ее убедили сделать маникюр и педикюр для свадьбы. Адлер также будет сопровождать их на случай, если что-то пойдет не так. В то время как остальные из нас будут здесь, украшая и подготавливая все к ее возвращению. Я быстро закрываю телефон и засовываю его в карман, когда звук шагов Обри приближается. Я поворачиваюсь как раз вовремя, когда она входит в кухню, и делаю вид, что занята приготовлением еще одного кофе. “ Что ты скрываешь? - спрашивает она с ухмылкой на губах, подходя ко мне. “ Прячешься? Ничего. Просто готовлю кофе. Я изображаю невинность. “Это твой второй звонок, и еще только полдень. К тому же ты все утро был занят своим телефоном. Что происходит?” Она приподнимает бровь, ожидая ответа, пока ее рука потирает живот. “Ничего не происходит. Это просто некоторые проблемы с моей семьей и их планами на поездку. Тебе не о чем беспокоиться ”. Я улыбаюсь сквозь свою ложь. “ Это из-за свадьбы? Нас кто-то отменил? Что-то случилось с местом проведения? Ее глаза наполняются беспокойством. “Нет, милая. Со свадьбой все в порядке. Я обещаю. Ты готова отправиться в путь? Ронни скоро должен приехать, верно?” Я проверяю время на кухне, и мне сообщают, что Обри должна уйти ровно через три минуты, а все остальные должны прибыть через десять минут. Моя семья на самом деле только что прислала мне сообщение, в котором говорилось, что они через пятнадцать минут выйдут и будут ждать неподалеку, если я еще не подам им сигнал. “Да, она сказала мне, что будет здесь с минуты на минуту. Я захватила с собой дополнительные закуски и воду, на всякий случай. Не забудь выгулять собак после обеда. Аннабет сделала это сегодня утром, так что теперь твоя очередь, - говорит она, беря свою сумочку и телефон. Я привлекаю ее к себе, обнимая за затылок и целуя. “ Я не буду. Повеселись немного с Вероникой, ” говорю я ей в тот момент, когда мой телефон оповещает меня о том, что Ронни прибыл к воротам. Я впускаю ее и провожаю Обри до двери. Оказавшись там, она с трудом наклоняется, чтобы поднять Кекс, который с каждым днем становится все тяжелее. Все наши щенки выросли почти вдвое, и они еще не закончили расти. Как любит напоминать мне моя девочка, я действительно не продумала это до конца. Я быстро беру Кекс на руки, не желая, чтобы моя невеста на тридцать восьмой неделе беременности носила восемнадцатифунтового щенка. Кекс на самом деле наш самый маленький золотистый ретривер, в то время как ее братья и сестра сейчас весят около тридцати фунтов. Самый тяжелый Спринклз - ровно тридцать фунтов. Обри забирает мордочку Кекс из моих рук, осыпая ее поцелуями и обещая скоро вернуться. Она действительно ее собака, точно так же, как Спринклз практически усыновила меня. Я оглядываюсь через плечо и замечаю, что он сидит в нескольких футах от нас и смотрит на нас. Он начал следовать за мной повсюду и слушает меня больше всех. Маффины, Брауни и Печенье - это совсем другая история, и, похоже, у нас с Обри нет особых предпочтений. Хотя Маффин действительно питает слабость к Марианне и переезжает с ней из комнаты в комнату, когда она убирается. Куки, с другой стороны, одержима Антуаном, потому что он всегда позволяет ей попробовать все, что он готовит, показывая, что ее единственный интерес в жизни - это еда. Затем есть Брауни, который в значительной степени независимый щенок из банды, всегда занятый своими делами или играющий сам по себе. Как только Обри успешно подавляет Кекс любовью, она переходит ко мне, целуя меня всего один раз. И я признаю, что немного ревную. “Я люблю тебя. Я скоро вернусь, - говорит она, затем поворачивается и открывает дверь. Я собираюсь выйти и помочь ей спуститься по ступенькам, когда вижу Ноа, бегущего по ним. “Она у меня”, - просто говорит он, подмигивая, и берет ее за руку. - Спасибо. - Я жду, пока они сядут в “Порше” Эллиса, поскольку у Адлера только двухместный автомобиль, и уезжаю, прежде чем закрыть дверь. Не прошло и пяти минут, как мой телефон снова выключается, и когда я проверяю камеру, то замечаю по меньшей мере пять машин, ожидающих въезда на территорию. Я быстро надеваю туфли, зная, что им понадобится помощь, чтобы все в них влезть, и спускаюсь по ступенькам, когда все они оказываются на кольцевой подъездной дорожке. Габриэль первым выходит из машины Ноя с широкой улыбкой на лице. Он вскидывает руки в воздух и восклицает: “Давайте начнем эту вечеринку!” ОБРИ Шейн что-то задумал. Я это чувствую. Он был странным все утро, проверял свой телефон каждые две секунды, скрывал его от меня и делал тайные телефонные звонки. Я пытался ломать голову над тем, что бы это могло быть, но у меня ничего не получалось. И тот факт, что он продолжал спрашивать, когда Ронни приедет за мной, и практически выталкивал меня за дверь, был еще одним доказательством того, что что-то происходит. Ронни, Ной и я только что закончили обедать вместе в милом маленьком ресторанчике в городе, всего в пяти дверях от того места, где мы должны были сделать маникюр. Мы идем от ресторана к маникюрному салону, проходя мимо нескольких магазинов, когда нас останавливает Ронни. “О-о-о! Это место выглядит мило!” - говорит она, глядя в окно и держа Ноя за руку. “Эти платья действительно выглядят красиво”, - соглашаюсь я, рассматривая их в витрине, хотя на самом деле у меня сейчас нет подходящей фигуры для них. “Давай, зайдем внутрь и проверим это”. Затем она поворачивается к Ною. “У нас есть время, верно?” - У вас, ребята, есть планы на потом? - Спрашиваю я, сбитая с толку. Я думала, мы собираемся провести день вместе. “О! Нет, я имела в виду до нашей встречи с маникюршей”, - уточняет она. Ной быстро достает свой телефон и несколько раз нажимает на него. “ Да, Котенок. Это не раньше, чем через сорок пять минут. Ронни лучезарно улыбается и тащит нас в магазин. Она быстро обходит полки, вытаскивая множество платьев, в то время как я просто рассматриваю их. Нет смысла что-либо покупать, так как я не знаю, как будет выглядеть мое тело после беременности. Она показывает милое фиолетовое облегающее платье, которое заканчивается чуть выше колена и имеет сантиметровые бретельки. “Боже мой, ты бы выглядела в нем потрясающе!” “ Эммм, ты видел мой живот? Я в него никак не влезу. ” Я нервно смеюсь. “Но посмотри, оно супер эластичное”. Она растягивает его, чтобы доказать свою точку зрения. “Просто примерь. Я уверена, что оно подойдет”. В этот момент к нам подходит продавщица с теплой улыбкой. “На самом деле я носила подобные платья на протяжении всей беременности. Они очень легкие и совсем не заставляют вас чувствовать себя стесненной. Я обещаю, ты не пожалеешь, что примерила это”, - подбадривает она. Я сжимаю губы, все еще раздумывая, стоит ли. Я действительно хочу попробовать, потому что это действительно прекрасно, но я ненавижу наносить что-то, а потом обнаруживать, что это не подходит. Я знаю, что мое тело не останется таким навсегда, и это только временно, но все равно каждый раз я смущаюсь. - Хорошо, я попробую. - Я наконец сдаюсь, забирая платье из рук Ронни, когда дама ведет нас к раздевалкам. После нескольких минут борьбы с одеждой и того, как я каким-то волшебным образом натягиваю платье, я смотрю на себя в зеркало, наслаждаясь тем, что вижу. Я быстро достаю свой телефон, делаю снимок и отправляю его Шейну. Я Что ты об этом думаешь? Его ответ приходит не сразу, поэтому я выхожу из раздевалки одновременно с Ронни. “Боже мой! Ты должен это сделать! Это прекрасно”, - восхищенно восклицает она. “Как вы себя чувствуете в нем?” - спрашивает продавщица, оглядывая меня. “На самом деле удивительно. Я не чувствую, что это давит на мой животик или что-то в этом роде, а материал очень тонкий и легкий, но не до такой степени, чтобы сквозь него можно было что-то разглядеть. Мне это нравится, - говорю я ей, чувствуя головокружение, когда провожу руками по бокам. “Тебе следует не снимать его. Шейну понравится видеть тебя в нем”, - говорит Ронни, затем поворачивается к леди. “Можем ли мы отрезать бирку и добавить ее к моим покупкам?” “Конечно”. Она улыбается, скорее всего, довольная возможностью совершить несколько продаж. - Ронни, я сама могу заплатить за свое платье. Она отмахивается от меня. “Ерунда, давай я тебе достану. Это подарок”. Я благодарю ее и возвращаюсь в раздевалку, чтобы собрать свои вещи. Мой телефон мигает новым сообщением от Шейна, и улыбка расплывается на моих губах, когда я открываю его, но тут же исчезает, как только я вижу его ответ. Шейн Вот и все. Больше ничего... Он отвечает мне так с тех пор, как я ушел. Короткие ответы из одного слова, или, в данном случае, смайлики. И обычно он всегда отвечает немедленно, что бы он ни делал. Но сегодня это всегда занимает несколько минут, как будто он слишком занят, чтобы говорить. Как будто я ему мешаю... Я засовываю телефон в сумочку и делаю глубокий вдох, пытаясь успокоить эмоции, которые быстро кружатся в моей голове вместе с нежелательными мыслями. Я выхожу из раздевалки и встречаю Ронни и Ноя у кассы. Через несколько минут мы приходим на встречу точно в назначенное время. Мы устраиваемся в креслах, начиная с рук. Я выбираю простой французский маникюр поверх своих настоящих ногтей, в то время как Ронни сходит с ума и выбирает голубые с оранжевыми кончиками гелевые ногти, такие же, как ее волосы. Ной подает нам знак из приемной, что он выходит, чтобы ответить на звонок, и Ронни пользуется этой возможностью, чтобы поделиться маленьким секретом. “Никому не говори, но в следующем месяце я записалась на прием, чтобы удалить свой имплантат”. Мои глаза расширяются, когда я смотрю на нее. “ Правда? Я думал, ты еще не готова к этому? “Я не был, но я вижу, что у всех вас есть дети, и это просто заставило меня тоже захотеть этого. Плюс, ребята так замечательно относятся ко мне, и они были такими терпеливыми. Я чувствую, что для нас это следующий шаг ”, - говорит она с сердечностью в глазах. Я не могу удержаться от улыбки. “Я знаю человека, который будет вне себя от радости, когда узнает”. “ О, он будет не единственным. Она оглядывается на дверь, чтобы убедиться, что Ноа еще не вернулся. “Ной может вести себя так, как будто его это не беспокоит, но я не пропускаю мимо ушей его небольшие комментарии по поводу того, что у нас будет ребенок. Или о том, что он всегда кладет руку мне на живот дольше, чем необходимо. Она прикусывает губу, улыбаясь. “Я даже видела, как он просматривал в Интернете сделанные на заказ комбинезоны, и на них было написано "Малышка Эллис-Адлер ". Это была самая милая вещь, которую я когда-либо видела. Он сохранил ее на своем компьютере. Она вздыхает. “Как ты можешь не хотеть ребенка от двух мужчин, которые безоговорочно одержимы тобой?” Девушка, делающая маникюр, давится собственной слюной, в то время как моя смотрит на Ронни широко раскрытыми глазами. Я хихикаю, потому что у нас всегда такая реакция, когда люди, которые не следят за новостями хоккея, узнают, что Ронни с двумя из них. “Да, у меня два мужа”. Она поднимает левую руку, чего в данный момент не делается, и покачивает безымянным пальцем. “Счастливица”, - говорит женщина, делающая мне маникюр, заставляя нас всех смеяться, когда они возвращаются к работе. Ной возвращается через несколько минут в сопровождении пары. Женщина уходит с одним из сотрудников, в то время как ее партнер остается и открыто флиртует с женщиной за стойкой регистрации, оглядываясь каждые несколько секунд, чтобы убедиться, что его девушка не обращает внимания. Мой желудок мгновенно сжимается от открывшегося передо мной зрелища, и я быстро отвожу взгляд. Я касаюсь своего телефона, который лежит на поверхности стола, желая, чтобы имя Шейна выскочило на экране, но оно остается пустым. Я вздыхаю, чувствуя себя немного подавленной и не зная, что думать о странном поведении Шейна. “Эй, что случилось?” Тихо спрашивает Ронни с беспокойством в голосе. Я прикусываю губу, боясь даже поднять эту тему. - Как ты думаешь, Шейн когда-нибудь изменил бы? На ее лице мгновенно появляется выражение гнева. “ Что? Конечно, нет! Шейн так же одержим тобой, как этот - мной.” Она кивает в сторону Ноя. “Откуда это берется, Брей? Что-то случилось?” Я пожимаю плечами, глядя на свои колени, и мои глаза затуманиваются. “ Я не знаю.… Просто он все утро странно себя ведет. Он почти не писал мне и даже не отвечал на мои сообщения, и он прятал от меня свой телефон каждый раз, когда я приближалась и вела тайные разговоры ”. Я вытираю слезу, которая скатывается. “Что, если… что, если он с кем-то встречаешься? Что если у него возникают сомнения по поводу нас? Или может я не… достаточно выполнять за него...” Она кладет руку мне на плечо. “ О нет, детка, не думай так. Я обещаю тебе, Шейн ни с кем больше не встречается. “ Как ты можешь быть так уверен? Я шмыгаю носом, когда льются новые слезы. - Потому что он любит тебя. “ Я знаю это. Я не сомневаюсь, что он любит меня, но иногда любви недостаточно... В конце мой голос срывается, я ненавижу то, что это могло быть моей реальностью, ненавижу то, что мой разум вызывает в воображении эти мысли. “Пожалуйста, не плачь, Брей. Клянусь, это не то, что ты думаешь”, - умоляет она, но я не могу остановить слезы, которые уже текут. “О Боже!… Но, мне нужна твоя помощь!” Все в салоне смотрят на нас, некоторые с любопытством, в то время как на лицах других читается беспокойство. Ной спешит ко мне и хмурится, когда видит мое расстроенное состояние. “Что с ней не так?” Он присаживается на корточки рядом со мной и проводит рукой по моей спине. “Она думает, что Шейн изменяет ей, потому что сегодня он был отстраненным”. Она смотрит на него широко раскрытыми глазами, как будто они передают секретное сообщение. Он встает и глубоко вздыхает. “ Он не изменяет тебе, Обри. Он готовит тебе вечеринку-сюрприз. -Нет! - выдыхает Ронни. “ Что? Ты бы предпочел, чтобы она продолжала думать, что он играет у нее за спиной, или просто сказал бы ей правду? - говорит он, глядя на Ронни. “Нет, конечно, нет. Но ты мог бы просто помочь мне убедить ее, что он не вел себя как двурушник!” “Котенок, те мысли, которые секунду назад крутились у нее в голове, вредны для ее здоровья. Я не допущу, чтобы она упала из-за этого на землю”. “ Подождите, подождите. ” Я поднимаю руку, успокаивая их. “ Он планирует вечеринку? В честь чего? Я в замешательстве хмурю брови. Ной поворачивается ко мне. - Вечеринка в честь рождения ребенка вперемешку с мальчишником. “ Это он? Мои глаза снова наполняются слезами, когда служащий переключается на другую мою руку. Ронни мило улыбается. “Да, нам было приказано не пускать вас в дом, пока все не будет готово”. “ Значит, он не встречается с кем-то еще? Тихо спрашиваю я. “Нет, детка. Он пытается дать тебе все, что ты хочешь, даже если ты говоришь, что это не так. Вот как сильно он тебя любит. ” Она протягивает другую руку даме, стоящей перед ней, и начинает грызть свои ногти. У меня вырвался влажный смешок. “Боже, я чувствую себя идиоткой. Должно быть, все эти гормоны играют у меня в голове”. Девушка, делающая мне маникюр, похлопывает меня по руке. “Не волнуйся, милая. Я попросила мужа о разводе, когда была беременна, потому что он купил мне мороженое с неправильным вкусом. Мы все немного сходим с ума, когда носим ребенка.” Она подмигивает и возвращается к работе, пока все смеются. Час спустя мы наконец подъезжаем к воротам, я открываю их, и сразу понимаю, что Ной и Ронни говорили мне правду. Потому что от ворот до самого фасада дома стоят ряды машин. Если бы мне пришлось гадать, я бы сказал, что здесь вся команда, включая тренерский штаб и всех остальных, кто играет роль в повседневной хоккейной жизни Шейна. Ной подвозит нас к парадному входу и паркуется перед гаражными воротами, где я замечаю машины всех наших друзей поблизости. Ной помогает мне выйти из машины как раз в тот момент, когда появляется Шейн. Я обвиваю руками его шею, как только он оказывается в пределах досягаемости, и говорю ему, что люблю его, с чувствами в голосе. За его стоном следует смешок. - Кто ей сказал? - Это сделал Ной. - Ронни указывает на него. “ У меня не было выбора. Она думала, что у тебя роман, - оправдывается он, свирепо глядя на свою девушку. Шейн удерживает меня, оглядывая с ног до головы. - Ты так подумала? - спрашивает он обиженно. “ Прости. Я не хотела! Я просто… Ты весь день казалась такой отстраненной, и тебе, похоже, было все равно, когда я спросила тебя о платье… Я просто был взволнован и думал о худшем ”. Я опускаю взгляд, стыдясь мыслей, которые возникли в моей голове. “Нет, прости, Ангел. Я просто был так занят, пытаясь все подготовить за то короткое время, которое у нас было. Я должен был догадаться, что ты это поймешь. ” Он обхватывает ладонями мои щеки и целует в лоб. “ Ну же, милая. Все ждут тебя. - Он берет меня за руку и ведет нас внутрь. “ А! Вот и моя прекрасная сестра! Иден первая встречает меня прямо у двери, обнимая. Я хихикаю и обнимаю ее в ответ. - Привет, Иден. “ Она говорит так, словно у нее нет других сестер. Следующей входит Лия, закатывает глаза и целует меня в щеку. “Привет, красавица”. “ Привет. Я так рада, что вы все здесь. Я улыбаюсь, когда появляется Фиби. “ Мы бы ни за что на свете не пропустили это. Как у тебя дела, Обри? Она тоже обнимает меня. “ У меня все в порядке. Я измучен и готов вытащить эту красотку. Я смеюсь, потирая живот и краснея. “ О, мне знакомо это чувство. Она улыбается и отходит. - Тебе осталось совсем немного. “ Но не до свадьбы! Иден указывает пальцем на меня, затем вниз, на мой живот. - Оставайся там, малышка, до тех пор, пока они не поженятся. Затем она снова смотрит на меня. “Поняла, мама?” Я снова смеюсь. “Я буду стараться изо всех сил”, - говорю я, затем издаю стон, когда меня пронзает боль в животе, слегка наклоняясь, когда Шейн протягивает мне свою руку, чтобы я могла опереться. “ О Боже! Пожалуйста, скажи мне, что я только что не сглазила!? Иден задыхается. “Нет, нет. Это те самые поддельные. В последнее время она часто их покупает”, - отвечает ей Шейн. - Давай-ка усадим тебя, милая. Я киваю, когда боль, наконец, утихает, и он помогает мне пройти во вторую гостиную, которой мы редко пользуемся. Это огромное пространство с множеством разных зон отдыха и двумя каминами. Когда мы входим в комнату, меня встречает так много знакомых лиц, все здороваются и желают мне поздравлений. Многих из них я не видел с тех пор, как закончился сезон, так что приятно снова видеть их рядом. “Вау, все в сборе”. “ В основном, да. Октавия тоже должна была быть здесь, но она позвонила мне сегодня утром и сказала, что не сможет присутствовать. Что-то о том, что с ее матерью произошел несчастный случай, - говорит Шейн. “ Что?! Мои глаза расширяются от тревоги. “Я точно не знаю, что произошло. Она просто сказала, что ничего серьезного, о чем стоило бы беспокоиться. Это связано с ее болезнью, и они держат ее под наблюдением в больнице. Возможно, ты захочешь позвонить ей позже, чтобы узнать, как дела, - успокаивает он меня. Я знаю, что мама Тави борется с болезнью Альцгеймера, и, насколько я слышал, ей становится все хуже. Шейн усаживает меня в центре комнаты, рядом со всеми моими друзьями и нашими семьями, чтобы людям было легко подходить и здороваться, а мне не приходилось вставать каждые две секунды. Он так заботливо относится к этим вещам, всегда ищет способ облегчить мне жизнь, и я обожаю его за это. Вся комната оформлена в розовых и фиолетовых тонах. Вдоль стен расставлены столики с едой и закусками, маленькие игры в угадайку с призами на размер моего живота, когда я рожу, будет ли наша дочь похожа на меня или Шейна. Напитки льются рекой, и кажется, что весь персонал сегодня на палубе, потому что я вижу, как они ходят вокруг, убирают и раздают еще напитки. Кажется, там даже есть бар с меню наверху, и, судя по тому, что я могу прочитать здесь, у всех напитков названия в детской тематике. “Это так красиво. Как тебе удалось все это сделать всего за несколько часов?” Я смотрю на Шейна, когда он садится рядом со мной. “Мне очень помогли наши друзья. Они просто ждали, когда ты выйдешь из дома, чтобы начать”. Он смеется. “Что ж, спасибо вам всем. Это очень много значит для меня”. Мои глаза затуманиваются, когда я смотрю на каждого из них. “ Конечно, милая. Ты же не думала, что мы отпустим тебя без надлежащего празднования дня рождения ребенка или девичника. Сесилия улыбается и сжимает мою руку. “Серьезно, какими друзьями мы были бы, если бы знали”, - говорит Эмма, ухмыляясь. И тут я замечаю, что она держит под руку молодую девушку, которую я не узнаю. Эмма, должно быть, ловит мой любопытный взгляд, потому что она немедленно разжигает мое любопытство. “О! Точно, вы пришли не для представления. Малышка Брей, я бы хотела познакомить тебя с моей новой сестрой Софи. ” Затем она смотрит на рыжеволосую девочку и улыбается. “Софи, это еще одна моя подруга, она же еще одна твоя сестра”. Она подмигивает. “ Подожди, я в замешательстве. Я хмурюсь, не понимая, о чем она говорит. “ Помнишь, в прошлом году мой отец и Аманда говорили об удочерении? Итак, Софи - новое пополнение в нашей семье. Ей удалось пробраться в их сердца, и они просто не могли ее отпустить. ” Она крепче обнимает свою новую сестру. “И я их не виню”. Девушка безумно краснеет от внимания и комплимента. Ей, должно быть, не больше пятнадцати-шестнадцати лет, но мне нравится, что они выбрали ребенка постарше, а не младенца, как делают большинство. Даже подростки хотят иметь любящую семью, а не только новорожденные. “Вау, это потрясающе. Что ж, добро пожаловать в семью, Софи”. Я протягиваю ей руку для пожатия. - Беги, пока еще можешь, - шепчу я, когда она хихикает и снова краснеет. “ Слишком поздно, я уже вцепилась в нее когтями. Эмма притягивает ее к себе. “Ну, если она сможет справиться с Ними, то легко справится со всеми нами вместе взятыми”, - смеется Морган. “Факты”, - соглашается Ронни с Морг. “Эмма - самая сумасшедшая в нашей группе”. “Почему все продолжают говорить, что я сумасшедшая!?” Эмма хмуро смотрит на всех нас, скрещивая руки на груди. “ Потому что ты такая, Банни. Но мы все любим тебя за это. Мой брат подходит к ней и целует в щеку. Она толкает его в грудь, но сразу же после этого прижимается к нему. - Тебе лучше. “Где все дети?” Я смотрю на всех, затем на Шейна. “Я тоже не видела твоих сестер”. Всего их вместе должно быть четырнадцать, и это не считая гостей, которые пришли со своими. “Все дети постарше в бильярдной с двумя нанятыми спасателями”, - говорит Шейн. “Сэм и Джозефина тоже там, с Данте и Грейси”, - добавляет Сесилия. “ Наталья, их няня, ” Эм указывает на Морган и Клея. - И Вивиан, наша новая няня, с малышами в гостиной. “ А собаки? Где мои малыши? Я оглядываюсь по сторонам, ожидая, что в любую секунду появится Кекс. “Они в спортзале. Они и раньше гуляли, но начали слишком волноваться, когда все пришли, поэтому мы поместили их туда с едой, водой, кроватками и игрушками. С ними все в порядке, ” заверяет меня Шейн. - Марианна проверяла их каждые полчаса. “Хорошо”. Я улыбаюсь, радуясь, что с моими малышами все в порядке. Шейн прав, нас много людей — я бы сказала, около сотни. “Но серьезно, тренер. О чем ты думал, приобретая пять больших собак?” Сайлас смеется, и мы все присоединяемся. Несколько часов спустя все вручают подарки, и мне кажется, что я разворачивала их несколько часов. У нашей дочери будет безбожное количество одежды и игрушек, это точно. Наконец-то мы добираемся до последнего подарка, который от Памелы и Адама. Памела протягивает мне белую коробочку со светло-розовым бантиком сверху. Она нежно улыбается мне, затем возвращается к мужу, и они с любовью обнимают друг друга. Я оттягиваю концы банта, позволяя ему развернуться у меня на коленях, затем снимаю крышку и откладываю его в сторону. Там повсюду оберточная бумага, под которой прячется подарок. Я осторожно снимаю его и ахаю, когда вижу красоту внутри. Золотая музыкальная шкатулка в форме шестиугольника, винтажного вида, украшенная маленькими бриллиантами. Я осторожно вынимаю ее из коробки и замечаю маленькие ножки под ней для поддержки. Сверху находится маленький брелок в форме сердца с выгравированным на нем именем Стеллины, а на лицевой стороне музыкальной шкатулки выгравировано еще одно послание. “Моя прекрасная внучка, я люблю тебя сегодня, завтра, всегда”, - говорю я тихо, чтобы все услышали, когда слезы подступают к моим глазам. “Открой это”, - уговаривает меня Памела. Я делаю, как она говорит, откидываю крышку, и начинает звучать тихая колыбельная. Внутри маленькая шкатулка для драгоценностей с логотипом Andromeda Jewels над ней. Я вытаскиваю его, поднимаю крышку, и меня встречает золотое ожерелье с маленькой золотой подвеской в виде кекса, усыпанной бриллиантами. Он идентичен тому, что Шейн подарил мне на Рождество, только немного меньше. Подняв кулон, я переворачиваю его, чтобы провести пальцем по надписи шрифтом Брайля, которую я ожидала увидеть на обратной стороне, но выпуклости расположены иначе, чем у меня. - Что здесь написано? - Спрашиваю я. Я поднимаю взгляд на Адама и Памелу. - Маленькая Звездочка, - тихо говорит Адам. Я сглатываю застрявшие в горле эмоции, мои щеки горят так же, как и нос. “Спасибо, это… У меня даже нет слов”. Я шмыгаю носом, когда Шейн наклоняется и прижимается губами к моему виску. “Это еще не все, дорогой”, - говорит мать Шейна, снова кивая в сторону коробки. Я передаю ожерелье Шейну и снова заглядываю в шкатулку с украшениями, нахожу фотографии незнакомых мест и список с пунктами. Я достаю их со дна коробки и пролистываю изображения, останавливаясь на фотографии Эйфелевой башни. Я смотрю на Шейна, надеясь на объяснение, но он, кажется, так же сбит с толку, как и я. Мы оба смотрим на его родителей снизу вверх, ожидая какой-нибудь подсказки относительно того, на что мы смотрим. Памела наконец заговаривает. “Хотя шкатулка и ожерелье предназначены для Стеллины, мы хотели бы сделать вам подарок и за все, что вы сделали для нашего сына и внучки”. Адам кладет руки на плечи своей жены и продолжает движение к ней. “Мы знаем все о вашей любви к выпечке и о том, как много это значит для вас, поэтому мы хотели бы отправить вас с Шейном на неделю во Францию, пока мы присматриваем за Стеллиной для вас двоих. Конечно, только когда вы будете готовы. Мы понимаем, как тяжело бывает разлучиться с ребенком на неделю. Это может случиться как в следующем году, так и через пять. Это зависит от тебя.” Он одаривает меня понимающей улыбкой. “Здесь приведен список всех лучших пекарен Франции. Когда вы будете готовы отправиться в путешествие, мы организуем для вас целый маршрут с особым доступом к определенным шеф-поварам и владельцам, с которыми мы познакомились во время наших визитов туда ”, - заканчивает Памела. “Боже мой...” Начинают литься слезы, потому что для меня это мечта, ставшая явью. Я всегда хотел поехать, но никогда не мог себе этого позволить. “Шейн, помоги мне встать”, - срочно говорю я ему, нуждаясь в том, чтобы пойти к родственникам со стороны мужа и поблагодарить их должным образом. Как только я встаю на ноги, а Шейн крепко держит подарок в руках, я, пошатываясь, подхожу к ним и обнимаю их обоих, пока слезы текут по моему лицу. “Большое тебе спасибо. Ты даже не представляешь, как много это значит для меня”. “ Теперь ты часть семьи, Обри. Мы всего лишь желаем тебе счастья, как и любому из наших детей, - говорит Адам, поглаживая меня по руке. Памела протягивает мне салфетку, когда мы отрываемся друг от друга, и я быстро вытираю слезы, улыбаясь им обоим, прежде чем занять свое место на диване. Все начинают расходиться, переходя к болтовне теперь, когда все подарки открыты, и именно тогда я замечаю Джулиана, идущего впереди меня с коробкой подарков в руке и выглядящего крайне встревоженным. Что на него совсемНЕ похоже. Он кладет подарок мне на колени, стараясь не ударить им по животу, затем отпускает, когда я надежно удерживаю его на месте. Он довольно тяжелый, несмотря на то, что размером с обувную коробку. “ Джулиан? Я не понимаю, ты уже купил нам подарок, - говорю я, поднимая крышку, чтобы заглянуть внутрь. “Да, ну, мне сообщили, что книги - это предмет, который многие забывают купить ребенку. Я просто хотел убедиться, что моя племянница не останется без них. Книги - это знания, и я отказываюсь позволять тебе растить неграмотного ребенка”. Он подтягивает рукава своего костюма, затем поправляет запонки, которые на самом деле не нуждались в починке, отказываясь смотреть на меня. “ Что ж, спасибо тебе, Джулиан. Я обещаю, что наша дочь получит полноценное образование. Я хихикаю, когда начинаю просматривать подборку, зачитывая названия каждого сборника рассказов. Здесь их должно быть не менее пятнадцати. Джулиан выпрямляется, когда понимает, что я делаю, его глаза слегка расширяются, и внезапная перемена в его поведении заставляет меня нахмуриться, но я игнорирую его и продолжаю свое исследование, пока не добираюсь до самой последней книги. “Угадай, Как Сильно я Тебя Люблю по...” Я поднимаю глаза, понимая, что это такое, и мой взгляд встречается с его. - Джулиан Сторм, - шепчу я его имя, привлекая внимание нескольких человек, когда они снова собираются вокруг, чтобы посмотреть, что происходит. Джулиан громко стонет и закрывает глаза, выглядя очень недовольным тем, что я сказала это вслух. Я вытаскиваю книгу снизу и позволяю Шейну убрать коробку с моих колен, пока я рассматриваю ее более внимательно. На обложке изображен мультяшный рисунок Джулиана и маленькой девочки, которая очень похожа на меня, когда я была маленькой. Слезы застилают мои глаза, когда я открываю книгу на первой странице, где меня приветствует другой рисунок, на котором он держит мою дочь, когда они смотрят друг на друга, и я снова начинаю читать вслух. “Моя милая мисс Стеллина, можете ли вы догадаться, как сильно я вас люблю?” “Ты действительно должен прочитать это вслух!?” Джулиан пощипывает переносицу. “Если бы я знал, что все так обернется, я бы просто выбросил книгу в детской, чтобы ты нашла ее позже”. Я хихикаю, шмыгая носом, когда кто-то протягивает мне еще одну салфетку, и я решаю проигнорировать его комментарий и продолжить рассказ. “Я не знаю, дядя Джулиан. Как сильно ты меня любишь? Стеллина спрашивает его следующим, когда я переворачиваю страницу еще раз, и на этот раз на фотографии Джулиан за своим столом смотрит на фотографию Стеллины в рамке. “Я люблю тебя больше, чем свою работу”. Джесси фыркает. - Сильно сомневаюсь в этом. Несколько смешков эхом разносятся по комнате, когда я перехожу к следующему. “Я люблю тебя больше, чем естественные науки и математику. Я люблю тебя больше, чем моего суперсильного младшего брата. Я люблю тебя больше, чем своего умненького младшего братишку. Я издаю влажный смешок, рассматривая фотографию Джулиана и моей дочери, обнимающихся, на одной из которых Джейсон выгибается на заднем плане, а на другой Джесси сидит перед компьютером в окружении стопок книг. “Я люблю тебя больше, чем все вкусное печенье, которое печет твоя мама. Я люблю тебя больше, чем всю отвратительную еду, которую готовит твой папа”. На этих фотографиях я выпекаю на одной странице, а Шейн стоит перед плитой с готовящейся едой на другой, а под изображением написано: “Определенно больше, чем это! ” “Я не думаю, что это очень подходит для ребенка”, - ворчит Шейн, хмуро глядя на своего лучшего друга, который только что оскорбил его в книге. “ О, перестань, это восхитительно. Я снова хихикаю и переворачиваюсь. “ Я люблю тебя больше, чем палящее солнце. Я люблю тебя больше, чем самую сильную бурю. Я люблю тебя больше, чем самую большую луну. Я люблю тебя больше, чем самую яркую звезду”. Все они содержат иллюстрации, на которых они держатся друг за друга, стоя снаружи, глядя и указывая на каждую упомянутую вещь. Мой голос начинает дрожать, и слезы текут по моим щекам, когда я читаю последние три страницы. “Я люблю тебя больше, чем вселенную. Я люблю тебя больше, чем саму жизнь. Я люблю тебя больше, чем ты когда-либо сможешь понять, ” заканчиваю я шепотом, проводя пальцами по рисунку Джулиана, целующего щеку моей дочери. “О, Джулиан...” Я тихо плачу и смотрю на него снизу вверх, хотя он по-прежнему отказывается встречаться со мной взглядом. “О, боже мой. Почему я должен продолжать делать это с собой, - бормочет он себе под нос, когда мне удается подняться с дивана и подойти к нему как можно быстрее, обвивая руками его шею. Он мгновенно напрягается от моего прикосновения, но, как и каждый раз, быстро смягчается и обнимает меня. “Большое тебе спасибо, Джулиан. Это действительно много значит для меня, и я не могу дождаться, когда буду читать это Стеллине каждый вечер. Она будет самой счастливой маленькой девочкой в мире, у которой есть такой замечательный дядя, как ты. Его хватка на мне усиливается, голова слегка наклоняется и ложится мне на плечо, и это, должно быть, самый человечный Джулиан, которого я когда-либо видела. Я до сих пор мало что знаю о Джулиане, поскольку он предпочитает держаться особняком и никогда не раскрывается, но в одном я уверена: его холодность - это не просто выбор, это щит. Если бы мне пришлось гадать, Джулиан так долго был лишен привязанности, что теперь чувствует необходимость замкнуться в себе и не знает, как реагировать, когда кто-то готов раскрыть ему свои объятия. Он не хочет быть резким или отстраненным; он просто не помнит, как этого не делать. “Клянусь, чем больше проходит дней, тем меньше я узнаю его”, - смеется Джейсон своим обычным низким голосом. “Я думаю, что твоя материнская плата снова испытывает некоторые технические трудности, брат”. Джулиан быстро выпрямляется, и я отступаю назад, понимая, что наш момент закончился. “Да, похоже на то”. Он прочищает горло и уходит, как будто ему не так сильно нужны были эти объятия, как мне. ---------- Глава тридцатьпятая Глава тридцатьпятая Обри Ну... все пошло не так, как планировалось. ~ День свадьбы ~ Я стою перед огромным зеркалом на подставке, позволяя пальцу скользить по моей детской выпуклости и по материалу платья. Я в восторге от того, что Либби создала специально для меня. Я видела похожие свадебные платья, когда ходила по магазинам, но ни одно из них не было сшито на мой округлившийся живот. Как Либби удалось это сделать, выше моего понимания, но я влюблен в это. Мое платье - красивое белое платье-футляр из эластичного крепа с вырезом в форме сердца и кружевными длинными рукавами с открытыми плечами. Оно облегает мое тело сверху, до самых бедер, затем ниспадает прямо вниз, с глубокой кружевной спинкой, которая украшена рядом пуговиц по всей юбке и шлейфу. Я чувствую себя так, словно парю на облаке с тех пор, как у меня родился ребенок. Открыв все подарки, большинство гостей ушли, оставив нас заканчивать вечер только с нашими близкими друзьями и семьей. Затем мы собрались на улице с детьми и щенками, чтобы поужинать барбекю и поиграть в несколько веселых игр. Может, это и не было традиционной мальчишеской вечеринкой, но для нас это было идеально. В конце концов у меня все-таки нашлось время позвонить Октавии и узнать, как у нее с мамой дела. Она сообщила мне, что ее мать ушла посреди ночи и упала в канаву, сломав лодыжку. Они нашли ее только на следующее утро и сразу же доставили в больницу. Она чувствовала себя ужасно из-за того, что пропустила мой душ и, скорее всего, тоже не сможет присутствовать на свадьбе. Но я успокоил ее, что все в полном порядке, что она должна оставаться рядом с матерью, пока ей не станет лучше. Ну, ее лодыжка, болезнь Альцгеймера, кажется, становится только хуже с каждым разом, когда я разговариваю с Тави. Бедная девочка, ей всего девятнадцать лет, и ей приходится справляться со всем этим в одиночку... На следующий день Шейн осыпал меня любовью от восхода до заката всеми мыслимыми способами. Затем вчера мы с Шейном, а также группа новобрачных прибыли в замок на репетицию ужина. Я до сих пор понятия не имею, как будет выглядеть моя свадьба. Сегодня утром устанавливали все украшения, а вчера свадебному координатору было строго приказано сообщать нам как можно меньше информации. Она только показала нам, куда мы будем ходить, каких сигналов нам нужно будет ждать и как будет проходить свадьба . Единственная подсказка, которая у меня пока есть, - это то, что все в примерочной одеты в платья лавандового цвета, а мой букет цветов представляет собой сочетание лавандовых, темно-фиолетовых и белых роз. Мои волосы были изящно завиты, а верхняя половина удерживалась заколками с цветочными деталями. Я также накрашена, чего я обычно не делаю, но я сказала визажисту, чтобы макияж был как можно более простым и естественным. Поэтому мы выбрали золотисто-светло-розовые тени для век, очень тонкую линию подводки для глаз, тушь для ресниц и нежно-розовую помаду телесного цвета. Она также нанесла очень слабый намек на румяна, который, как я сказала ей, на самом деле не нужен, учитывая, что я постоянно краснею. Также было добавлено немного столь необходимого консилера под глазами, чего я действительно не хотела, потому что это скрыло бы мои веснушки, а я знаю, как сильно Шейн их любит. Но после прошлой ночи мешки у меня под глазами стали слишком заметны. И все же каким-то образом она сотворила свое волшебство и идеально их спрятала, не слишком скрывая мои веснушки. Теперь вернемся к прошлой ночи… Это было ужасно. Я проснулась в час ночи от ужасной боли. Эти схватки были намного сильнее предыдущих, и, казалось, ничто не могло помочь им пройти. Шейн практически все это время сходил с ума, потому что не знал, как помочь и что делать. Замок находится в двух часах езды от того места, где я должна была рожать, так что для нас это была не идеальная ситуация. Наконец, Шейн позвонил в родильное отделение, чтобы узнать, стоит ли нам приходить или нет. Они сказали нам рассчитать время схваток и попробовать принять теплую ванну и посмотреть, поможет ли это им пройти. Что если они настоящие и у меня настоящие роды, то они не поблекнут, а просто станут ближе и хуже. Но ванна сделала свое дело, и они медленно исчезли, пока я больше не почувствовал боли. Все, о чем я продолжала думать, это то, что если это были, как они это называют, "ненастоящие схватки ", то я никогда не переживу настоящие. Все это было причиной того, что мы с Шейном не спали в общей сложности четыре часа ночью и сейчас очень измучены, у нас мешки под глазами. Но все в порядке, мы сегодня женимся. Завтра мы сможем отдохнуть. Сесилия подходит ко мне с любящей улыбкой на губах. - Ты выглядишь потрясающе, Обри. У нас с Шейном на нашей свадьбе по четыре человека. Сесилия, Эмма и Морган были выбраны моими подружками невесты, а Ронни получила титул подружки невесты. Шейн выбрал Джулиана своим шафером, а Джейсона, Джесси и Хейли - друзьями жениха. Хотя я думаю, что то, что Хейли женщина, сделало бы ее подружкой жениха. - Спасибо, - шепчу я, мой естественный румянец просвечивает сквозь макияж. “Я не могу поверить, как много изменилось с тех пор, как мы впервые встретились. Кто знал, что так сложатся наши жизни? Что ты придешь на мою свадьбу в качестве нового члена нашей группы, а четыре с половиной года спустя я стану частью твоей. Я беру ее за руку и поворачиваюсь к ней лицом, поскольку начинаю проявлять эмоции.О, кого я обманываю? Я был взволнован все утро. “Не думаю, что я когда-либо должным образом отплатил тебе за то, что ты впустил меня в свою жизнь. Ты, Эмма и Морган. Я не думаю, что ”спасибо " когда-нибудь будет достаточно ". “Тебе не нужно ничем нам отплачивать, Брей. Ты - семья. Твое присутствие в нашей жизни - величайший подарок, о котором мы могли бы просить”. Она сжимает мою руку, затем шепчет что-то неожиданное, что, как я думал, она не помнит. “У тебя есть какие-то сомнения?” Это тот же самый вопрос, который я задал ей в ночь перед ее свадьбой, когда я все еще не был уверен, был ли брак тем, чего я хотел в своей жизни. Она сказала мне, что с самого начала знала, что Сайлас - единственный для нее, и что если этот мужчина когда-нибудь появится в моей жизни, я тоже это узнаю. Мои глаза щиплет от слез, когда я смотрю глубоко в ее карие глаза. “Ни единого”, - выдыхаю я сентиментальным голосом. “Все в порядке! Пока не доводи невесту до слез, ее макияж только что закончен, - кричит Эм, подходя к нам с Ронни, обе несут поднос с бокалами для шампанского, и один немного не того цвета, который, как я предполагаю, является каким-то игристым соком для меня. “Давайте все поднимем тост в честь того, что Обри начинает новую главу в своей жизни”. Она протягивает мне флейту потемнее, затем идет передать обычную Сесилии, но та краснеет и качает головой. “ Подожди. ” Я хватаю ее за запястье. “ Ты что? Я опускаю взгляд на ее плоский живот, затем снова поднимаю. Она кивает со слезящимися глазами. “Мы с Сайласом узнали вчера, но не хотели отвлекать внимание от тебя и твоего важного дня. Мы собирались рассказать тебе все после свадьбы. “Боже мой! Данте будет старшим братом!” Эмма радостно восклицает, ставит поднос и заключает Сиси в объятия. - Я так рад за тебя, милая. - Следующим входит Морган, и они обнимают друг друга. Ронни подходит ближе и обнимает Сесилию. “Боже, теперь эти двое точно не оставят меня в покое, как только узнают, что ты тоже беременна”, - говорит она, говоря о своих мужчинах. Она смотрит на меня через плечо Сиси и подмигивает. “Лучше удвоить усилия, если ты все еще не готов. Я не удивлюсь, если они найдут способ обойти твой имплантат. Эти парни теряют терпение ”. Сесилия ухмыляется. Сесилия поворачивается ко мне, когда я раскрываю объятия. Она тепло улыбается и делает шаг в мои объятия. “Поздравляю. Я могу только представить, как взволнован Сайлас. “ О, он на седьмом небе от счастья. Она мечтательно вздыхает и отстраняется. “Мне жаль, я знаю, что это твой момент”. Я отмахиваюсь от нее и потираю живот. “ Не стоит. Это просто делает этот день еще лучше, - успокаиваю я ее. В этот момент раздается тихий стук в дверь, за несколько секунд до того, как она открывается и входят мои родители. “О, моя малышка… Посмотри на себя.” Моя мать подбегает ко мне со всхлипом. “ Мам, пожалуйста, не плачь, потому что тогда я тоже заплачу. Я издаю влажный смешок, когда она обнимает меня. “ Хорошо, хорошо. Прости. Это просто... Она делает глубокий вдох, выдыхая. “ Ты так быстро повзрослел. А теперь оба моих ребенка разъехались, создают свои собственные семьи и начинают новую жизнь ”. - Ну, Грейсон уже начал свою новую жизнь некоторое время назад, - замечаю я. “Да, ну, он давно опоздал”. Она хихикает, когда я присоединяюсь к ней, и отступает назад. Входит мой отец, смотрит на всех моих друзей. “Ууу, мне кажется или здесь становится жарко”, - шутит он и подмигивает девушкам, останавливаясь передо мной, и внезапно все шутки исчезают в мгновение ока, когда его собственные затуманиваются. “ О, папа... Я обвиваю руками его шею. “ Моя милая, красивая девочка. Он прерывисто выдыхает. - Я так, так горжусь тобой, милая. “ Спасибо тебе, папа, - шепчу я, и мои глаза наполняются слезами. Я быстро поднимаю взгляд, пытаясь сморгнуть их. “Ладно, что ж, леди, пора идти. Мужчины уже занимают свои места”. Моя мама хлопает в ладоши как раз в тот момент, когда координатор входит в комнату, чтобы забрать нас. Отец держит меня за локти, заглядывая в глаза. - Давай поженимся. “Давай поженим меня”. ШЕЙН Я подтягиваю рукава пиджака и поправляю галстук-бабочку, затем делаю глубокий вдох, прежде чем последовать за группой моего жениха в холл, где все ждут начала церемонии. Я не нервничаю из-за женитьбы на Обри. Я слишком долго ждал этого дня. Но после вчерашнего страха я беспокоюсь за нее. Казалось, ей было очень больно, и я ничего не мог сделать, чтобы помочь. Я ненавижу это чувство. Я просто надеюсь, что мы сможем пережить сегодняшний день без каких-либо осложнений, чтобы завтра мы могли просто расслабиться и сосредоточиться на ней. К счастью, в последнее время у Обри не было серьезных приступов головокружения и она не жаловалась на головокружение, что чрезвычайно обнадеживает. Она по-прежнему постоянно проверяет свое кровяное давление и следит за тем, чтобы следовать всем рекомендациям, но расслабиться сегодня ей будет трудно. Я прохожу через двери и ступаю на белую дорожку. Работа, проделанная Иден, феноменальна, и я знаю, что Обри будет на небесах, когда увидит все это. Белые стулья стоят рядами лицом к возвышению, где мы с Обри произнесем наши клятвы. Дорожка выстлана белой сетчатой тканью, перекидывающейся от одного кресла к другому. Они идут до самого начала с прикрепленным по пути темно-фиолетовым букетом, не давая людям ступить на дорожку. По обе стороны дорожки также разбросаны педали с розами лавандового цвета, а за спиной служителя находится элегантная квадратная арка, покрытая белыми и фиолетовыми драпировками с большим количеством цветов. Я тоже не смог удержаться и по пути заглянул в зал для приемов. Он похож на этот, только украшен белым и светло-фиолетовым повсюду. С потолка свисают шторы, ведущие на сцену, где мы с Обри будем сидеть с нашими родителями. Огромное количество круглых столов расставлено по залу с огромными и высокими центральными элементами на каждом, оставляя большое пустое пространство в центре, предназначенное для танцпола. Это был всего лишь беглый взгляд, поэтому я уверен, что пропустил целую кучу деталей, но из того, что я увидел, Иден проделала замечательную работу. Это красиво и волшебно, без излишеств, именно так, как хотела бы Обри. Я приветственно машу рукой всем нашим гостям, направляясь к платформе. Список гостей был единственной частью нашей свадьбы, о которой я позаботилась, решив, кто будет присутствовать, и разослав приглашения. В итоге у нас собралось около ста пятидесяти гостей, что на самом деле не так уж много по сравнению с собственной свадьбой Иден. Для нее нас, должно быть, было по меньшей мере пятьсот человек. Я пожимаю руку служителю и встаю справа, а Джулиан, Джейсон, Джесси и Хейли стоят позади меня. Все они одеты в светло-серые костюмы с лавандовыми галстуками, за исключением Хейли, которая одета в платье, идентичное платью подружек невесты. Но вместо того, чтобы быть бледно-фиолетовым, как у них, у нее светло-серый в тон костюмам. Людям может показаться странным, что моя бывшая жена участвует в моей свадьбе, но мне было наплевать. Хейли была моим другом до того, как стала моей бывшей женой. Признаюсь, поначалу я нервничал, когда заговорил об этом с Обри, даже если они друзья. Она вполне могла бы сказать, что ей это неприятно, но, как я должен был догадаться, ей понравилась эта идея. Ведущий объявляет, что церемония начнется, прямо перед тем, как заиграет приятная мелодия в исполнении живого квартета. Морган первой идет к алтарю, за ней Сесилия, затем Эмма и замыкает шествие Ронни. Все они занимают свои места слева, когда ведущий просит всех встать ради невесты. Музыка сменяется нежной мелодией, и секундой позже в поле зрения появляется моя невеста, держащаяся за своего отца. Мой Ангел. Ее глаза мгновенно встречаются с моими, когда остальной мир исчезает вокруг нас. Она выглядит великолепно. В этот момент в мире нет ничего прекраснее ее. Мое горло сжимается от эмоций, а глаза начинает щипать. Я не плакала на своей первой свадьбе, но теперь, с Обри, я ничего не могу с этим поделать. Даже если бы я попыталась сдержать слезы, это было бы невозможно. Она - воплощение каждой моей мечты. Ее щеки вспыхивают от тихого смешка, сорвавшегося с ее губ, когда она замечает, что я вытираю глаза, и секунду спустя на ее собственных глазах появляются слезы. Когда она, наконец, доходит до конца прохода, ее отец пожимает мне руку, прежде чем поцеловать ее в щеку и передать ее мне. - Привет, - шепчет она. - Ты прекрасна, Ангел, - бормочу я в ответ, когда из ее глаза скатывается еще одна слеза, которую я быстро вытираю. “Пожалуйста, присаживайтесь, спасибо”, - говорит священник, готовясь начать свою речь. Мы с Обри смотрим друг на друга, берясь за руки, зная, что делать. Но в тот момент, когда ее рука оказывается в моей, она ахает, а ее глаза расширяются. Я хмурюсь, сбитая с толку ее реакцией. - Милая, что случилось? Только когда она опускает взгляд на землю между нами, до меня доходит. У ее ног небольшая лужица воды, маленькие капельки которой попали на мои туфли. Мои глаза превращаются в блюдца, когда я понимаю, на что уставилась. Я снова смотрю на Обри, несколько раз моргнув. “Это что?..” - Ммм. - Она кивает и густо краснеет. “О Боже,… Все в порядке. Ты в порядке?” Спрашиваю я, когда она снова кивает. “Все в порядке. Все в порядке, мы отвезем тебя в больницу”. “В чем проблема?” - шепчет нам служитель. - У нее только что отошли воды, - говорю я ему. - О боже. - Его глаза расширяются, когда он смотрит на мокрое пятно. - Мне очень жаль, но нам придется отменить свадьбу и отвезти ее в больницу. “Нет, подожди. Мы все еще можем закончить церемонию. У меня пока нет схваток”. Она крепче сжимает мои руки, когда я иду провожать нас по платформе. “Что? Нет. Ни в коем случае. Обри, у тебя скоро будет наш ребенок. Я не рискую этим, ” бормочу я, не желая устраивать сцену. Хотя все начинают перешептываться друг с другом, скорее всего, спрашивая, что происходит. “ Что происходит? Ронни шепчет со своего места, когда вся наша свадебная компания наклоняется, чтобы услышать мой ответ. “У Обри отошли воды, и она хочет довести свадьбу до конца”, - сообщаю я им. Ронни фыркает. “Прости, это не смешно, но у меня было предчувствие, что это произойдет”. “И вы все говорите, что это я сумасшедшая. У нее буквально схватки, но она хочет продолжать свою свадьбу, как ни в чем не бывало ”. Эмма качает головой и, прищурившись, смотрит на своих друзей. Пожалуйста, Шейн. Я действительно хочу, чтобы мы поженились до рождения нашей дочери. Мы все здесь, всего в нескольких минутах от свадьбы. Роды могут занять несколько часов, прежде чем это действительно произойдет ”, - умоляет Обри, заставляя меня чувствовать себя разорванной. Я двигаю челюстью, размышляя, что делать, затем поворачиваюсь к священнику, прежде чем обратиться к нему. “Есть ли какой-нибудь способ сделать эту церемонию самой быстрой в истории? Уберите все отрывки и речи. Мы также воздержимся от наших личных клятв. Мы можем сделать это в другой раз. Просто ‘Я согласен" и покончим с этим? Он выглядит удивленным тем, что мы решили продолжить церемонию, но кивает. “Да, я верю, что мы можем это сделать”. “ Отлично. Тогда давай вернемся к свадьбе. Я снова смотрю на Обри, снова беру ее руки в свои и провожу большим пальцем по ее коже. Служитель прочищает горло. “Прошу вашего внимания”. Он ждет секунду, пока все успокоятся и посмотрят в нашу сторону. “В церемонию были внесены небольшие изменения из-за ...” - он опускает взгляд на живот Обри — “непредвиденных обстоятельств”. Он улыбается, когда несколько человек ахают от осознания. “Таким образом, это будет продвигаться вперед быстрым, но красивым образом”. Он выпрямляется и улыбается всем, прежде чем начать. “Друзья и семья, мы собрались здесь сегодня, чтобы отпраздновать любовь и преданность между Шейном Ашером Джефферсоном и Обри Лили Форд”. Обри со стоном закрывает глаза и морщит лицо, слегка прогибаясь в талии, и я сразу понимаю, что это начинается. Глаза священника снова расширяются, и он спешит продолжить с остальной частью своего сценария. “Шейн Ашер Джефферсон, берешь ли ты Обри Лили Форд в законные жены? Любить и лелеять, в болезни и здравии, до тех пор, пока вы оба будете жить?” “ Да, ” говорю я, сжимая руку Обри, когда она вскрикивает от боли. Ронни быстро подходит к ней сзади и начинает массировать нижнюю часть ее спины и помогать мне поддерживать ее. Господи Иисусе, нам не следует делать это прямо сейчас. Все начинают волноваться на своих местах при виде происходящей перед ними сцены. Родители Обри и мои уже присели на краешек своих мест, в то время как Грейсон стоит в конце своего ряда, готовый подойти к сестре, как только все закончится. Он достает телефон и одними губами произносит: “Скорая ”. Я киваю, говоря ему позвонить за одним. Я не хочу рисковать, не попав в больницу вовремя и вынужденная рожать самостоятельно. Лучше перестраховаться, чем потом сожалеть. - Обри, - начинает священник, но Обри перебивает его. “ Могу я просто сказать кое-что” прежде чем мы продолжим? Он кивает, давая ей разрешение. Она смотрит мне в глаза с такой преданностью, которая сияет в ее глазах. “Я знаю, что мы не исполняем наши клятвы так, как планировали, но мне нужно, чтобы ты знал это”. Я хмурю брови, сбитая с толку тем, к чему она клонит. “ Ты был неправ. Когда ты дал мне мой журнал рецептов, ты написал внутри, что ты... Ааааа... — она снова вскрикивает, мертвой хваткой стискивает мои руки и закрывает глаза. Она делает несколько глубоких вдохов, затем снова смотрит на меня. “ Что ты хотел, чтобы сбылись все мои самые большие мечты, начиная с моей собственной пекарни. Но ты ошибался. Это не было моей самой большой мечтой, Шейн. Она мягко улыбается. “Ты был”. Ее глаза наполняются слезами, когда мои подражают ее глазам. “Я люблю тебя”, - шепчу я, прежде чем священник продолжает свою речь. “Обри Лили Форд, берешь ли ты Шейна Ашера Джефферсона в законные мужья? Любить и лелеять, в болезни и здравии, до тех пор, пока вы оба будете жить?” - Да, - говорит она с дрожащим вздохом, улыбаясь, несмотря на боль, которую, должно быть, испытывает. “ Можно мне взять кольца, пожалуйста? Он поворачивается к моему шаферу, когда Джулиан передает их. “Эти кольца - символ любви и преданности, которые разделяют Шейн и Обри”, - говорит он, вручая их нам. “Пожалуйста, повторяйте за мной. Я дарю тебе это кольцо как символ моей любви и преданности тебе”. Я подношу кольцо к пальцу Обри, ожидая, пока пройдут схватки, прежде чем повторить слова и надеть его ей на палец. Затем она надевает кольцо на кончик моего пальца и делает то же самое. “Я дарю тебе это кольцо как—ОУУУУ! Ай, ай, ай... О Боже...” Джулиан проходит мимо нас и подходит к Обри вместе с Вероникой. Он обнимает ее за талию, когда она, плача, сгибается пополам. “Символ моей любви и преданности тебе”. - вырывается у нее, и слезы катятся по ее щекам. Я ненавижу это. Все, чего я хочу, это схватить ее и убежать отсюда. Я смотрю на служителя, говоря ему глазами, что пора поторопиться. “Шейн и Обри, вы обменялись клятвами и кольцами и поклялись друг другу в любви и преданности перед своими друзьями и семьей. Для меня большое удовольствие объявлять вас мужем и женой. Теперь ты можешь поцеловать невесту, - он выбегает, и я хватаю Обри, когда она снова кричит, падая в мои объятия, когда я поднимаю ее. Когда боль временно утихает, она тянется вверх, обвивает руками мою шею и страстно целует меня, ее влажные губы прижимаются к моим. Все приветствуют, когда я быстро отстраняюсь и разворачиваю нас, чтобы сойти с помоста, как раз в тот момент, когда Грейсон занимает место Джулиана и помогает мне вести Обри по проходу. “Скорая помощь скоро будет здесь, давайте, если сможем, доставим ее на фронт”, - быстро говорит он, когда несколько человек следуют за нами. Голова Обри опускается мне на плечо, когда она пытается отдышаться. Она смотрит на всех наших взволнованных гостей и слабо улыбается. “Пожалуйста, останьтесь и наслаждайтесь вечеринкой. Ешьте, танцуйте, пейте и сделайте для нас как можно больше фотографий. Спасибо вам всем, что пришли”, - кричу я им. Нет смысла тратить впустую целую ночь из-за того, что мы не сможем присутствовать. “ААААААА!” Обри снова останавливается. “Подожди, Шейн. О Боже мой… Я не могу... - выдыхает она сквозь слезы. “ Я знаю, милая. Мы уезжаем. Я глажу ее по спине, пытаясь выпрямить и заставить снова ходить. “Нет, Шейн. Я думаю,… Я думаю, что могу чувствовать ее...” И тут я замечаю, что она стоит, раздвинув ноги, но платье не позволяет им раздвинуться еще больше. “ О Боже. Ладно. Форд, помоги мне уложить ее. Лицо Грейсона бледнеет. - Прямо здесь? “ Да, прямо здесь! Мы быстро усаживаем ее посреди прохода, все еще в церемониальном зале. Я оглядываюсь на наши семьи, которые все стоят позади нас. “Ребята, вы не могли бы вывести всех отсюда в зал для приемов?” Я пытаюсь сохранять спокойствие, но внутри у меня все бурлит. Мои сестры быстро кивают и начинают уводить людей со сцены. Я хватаюсь за подол платья Обри обеими руками. “ Прости, Ангел, - говорю я, прежде чем разорвать платье пополам по шву вдоль ее бедра. Я быстро снимаю с нее трусики, затем кладу руку ей между ног, чтобы посмотреть, смогу ли я что-нибудь почувствовать. “ТЕРРИ!? Терри все еще в палате?” Я зову врача нашей команды, который, к счастью, есть в списке приглашенных. Может, он и не специализируется на родах, но он все равно лицензированный врач и лучше меня знает, что делать. “ Что происходит?! - С беспокойством спрашивает Грейсон. “Дело в том, что я только что прикоснулась к голове своей дочери. Сейчас родится ребенок”. Я продолжаю оглядываться в поисках своего друга и наконец замечаю, что он бежит ко мне. “ Я здесь, я здесь! Он опускается на колени перед Обри, когда я отодвигаюсь в сторону. “Шейн, возьми мой телефон и позвони моей жене. Она акушерка и сейчас в больнице. Продолжай звонить, пока она не возьмет трубку, и включи громкую связь”. Я лезу к нему в карман и набираю код, который он мне говорит, затем звоню по видеосвязи его жене, думая, что это может быть лучшим вариантом. Она берет трубку после второго звонка и хмурится, когда в поле зрения появляется мое лицо. “ У Обри схватки! - крикнула я. Я выбегаю и поворачиваю камеру к своей жене и ее мужу, который приподнял платье, чтобы дать ему лучший доступ. Моя жена… Боже, как мне это нравится. “О, боже мой!” - восклицает она. “Мне нужно, чтобы кто-нибудь подменил меня здесь, пока я разбираюсь с этой чрезвычайной ситуацией”, - говорит она кому-то на своем конце провода. Я предполагаю, что она готовилась принять роды в другой больнице. “Привет, милая. Я никогда не делал этого раньше, поэтому мне нужно, чтобы ты меня направлял, - говорит Терри, не отрывая взгляда от экрана и не сводя глаз с Обри. “Хорошо, для начала расскажи мне, что ты видишь или чувствуешь”, - начинает она свои инструкции. Обри вскрикивает, запрокидывая голову. Я спешу к ней и устраиваюсь у нее за спиной, прижимая ее к себе. Я убираю волосы с ее лица и обнимаю ее, целуя в макушку, когда Грейсон берет телефон у меня из рук и протягивает его Терри. “Я здесь, Ангел. Я не отпущу тебя”. “Это так больно...” - всхлипывает она. “ Я знаю, детка. Все почти закончилось. Ее мать подходит к ней, беря за руку, в то время как Грейсон остается с другой стороны. Звук шаркающих туфель и быстро стучащих каблуков привлекает мое внимание, и я поднимаю взгляд. Мое сердце сжимается, когда я обнаруживаю, что все наши друзья образуют человеческую стену вокруг нас, закрывая Обри от всех, кто еще находится в комнате. Я также замечаю братьев Шторм и Лайонела, пытающихся эвакуировать остальных наших гостей. Сайлас оглядывается через плечо и подмигивает с нежной улыбкой, когда наши взгляды встречаются. “Мы семья, тренер. Семья держится вместе”. Я проглатываю комок в горле, когда мои глаза затуманиваются, вспоминая тот самый первый раз, когда я сказала ему это, и теперь вот он здесь, спустя годы, расплачивается за услугу. “Спасибо тебе ”, - одними губами киваю я в ответ, затем целую макушку моей девочки. “ Хорошо, Обри. При следующей схватке мне нужно, чтобы ты тужился изо всех сил. Хорошо? Она быстро кивает, и через несколько секунд Обри кричит во все горло, ее ногти впиваются в кожу на моем предплечье, когда она толкается изо всех сил. “ Я держу ее! Терри кричит, когда измученное тело Обри прижимается ко мне. И всего через несколько секунд самый прекрасный звук радует наш слух. “ВААААААХХХХХ!!!” - Мы сделали это, Ангел, - шепчу я на ухо Обри, когда мое зрение снова затуманивается. Я смотрю вниз на свою малышку, все еще находящуюся на руках Терри, когда Фиби спешит к нам с одеялом, которое она, должно быть, взяла у персонала, в сопровождении двух парамедиков. Обри недоверчиво смеется сквозь слезы и крепче сжимает мои руки. - У нас получилось. ---------- Эпилог Эпилог Угрюмый Джулиан и ворчливая Эмма. ОБРИ ~ Год спустя / Конец августа ~ Сегодня у нас с Шейном годичная годовщина свадьбы, а также первый день рождения нашей дочери Стеллины. Прошедший год был просто замечательным. Начиная с замужества за мужчину моей мечты, а затем рождения нашей дочери в разгар нашей свадьбы. Ладно, возможно, это был не самый чудесный момент, но я благодарен, что в то страшное время меня окружали все мои друзья. Судя по всем фотографиям и видеозаписям нашей свадьбы, которые мы получили, она была действительно прекрасна. Я была немного разочарована, что нам пришлось пропустить это после того, как Иден вложила в это столько времени и усилий, но возможность подержать мою дочь на руках рядом с моим мужем того стоила. Нам также повезло, что нанятый фотограф действительно оставался на весь день, как и планировалось, и всю ночь все фотографировал. Ему также посчастливилось сделать снимки рождения нашей дочери. Он извинился за то, что снял их, поскольку это был интимный момент, который не следовало запечатлевать таким образом. Но когда мы увидели снимки, мы с Шейном оба были в слезах. Они были волшебными, и это то, что выпадает не многим людям. Каждый раз, когда я смотрю на них, мне кажется, что я заново переживаю этот момент, со всеми эмоциями от того, что впервые увидела и услышала своего ребенка. С того дня столько всего произошло. Сесилия родила в начале апреля красивую маленькую девочку по имени Эсме, а Ронни родила сына в конце мая. Даже если им не делают тест на отцовство, нетрудно определить, кто отец ребенка. Калеб - точная копия своего папочки с темно-каштановыми волосами и темно-карими глазами. Очевидно, она забеременела через неделю после удаления имплантата. Она была не совсем в восторге, так как ожидала, что это займет несколько месяцев, но мальчики были вне себя от радости. Габриэль даже расплакалась, когда объявила им об этом перед всеми на нашей репетиции ремейка ужина. Мы ждали два месяца, прежде чем принять его у себя. Мы хотели сосредоточиться на Стеллине и восстановить мое здоровье, прежде чем что-либо предпринимать, поскольку мое кровяное давление не сразу пришло в норму после родов. Потребовалось около шести недель, чтобы рейтинг вернулся к нормальному уровню, и с тех пор он там и остается. Следующей была Морган, объявившая о своей второй беременности, сейчас она на шестом месяце и ждет еще одну девочку. А еще есть Эмма, которая тоже ждет ребенка через месяц после Морган. Эти двое действительно синхронно готовятся к беременности. Но мы узнали, что у Эммы, похоже, есть какой-то сверхчеловеческий ген… потому что у нее снова будут близнецы… Мальчики… Снова. Давайте просто скажем, что она была далеко…ДАЛЕКО не обрадовалась этой новости, и мой брат испытал на себе ее гнев. И последнее, но не менее важное: "Гриффинз" снова провели феноменальный сезон и выиграли чемпионат, заработав Кубок Стэнли во второй раз с тех пор, как Шейн их тренирует. Я думаю, что это был их лучший сезон на сегодняшний день, и я не могу дождаться, когда снова увижу, как они играют. Все наши щенки уже взрослые и ... это много. Но я люблю каждого из них, и Стеллина тоже. Она называет их "goggies ", и это самая очаровательная вещь, которую я когда-либо слышала. Она довольно быстро подбирает слова. В первый раз, когда я услышала, как она произносит "мама " и "папа ", я была уверена, что мне послышалось, но потом Шейн тоже это услышала, и педиатр на ее девятимесячном осмотре тоже. Стеллина - настоящая красавица. Она умная, нежная и тихая. Я знаю, что со временем это может измениться, но для годовалого ребенка я ожидала большего. Прогнозы Шейна относительно нашей малышки оказались точными. Стеллина - мини-я с моими пепельно-светлыми волосами и веснушками по всему телу. Но и у меня тоже, потому что у нее гипнотизирующие бирюзовые глаза Шейна. Она также унаследовала его глубокие ямочки, от которых я без ума. Единственное отличие моей малышки от меня, кроме ее глаз и ямочек на щеках, заключается в том, что там, где мои волосы от природы волнистые, у нее такие великолепные локоны. Каждый раз, когда мы появляемся на публике, люди делают мне комплименты по поводу ее прически и спрашивают, как мне удается сохранять ее такой, но правда в том, что она просто родилась с ней. “ А вот и моя красавица жена, ” говорит Шейн, заходя на кухню как раз в тот момент, когда я заканчиваю украшать праздничный торт Стеллины. Она очень очарована звездами и любит, когда мы проводим ночь на нашем заднем дворе или в театральном зале, глядя на них снизу вверх. “ Как поживает мой замечательный муж? Я ухмыляюсь, мои щеки приобретают розовый оттенок. Я до сих пор краснею каждый раз, когда называю его так, и он съедает это. Я храню торт в промышленном холодильнике, который мы установили для всей моей выпечки. Учитывая количество детей, которые сейчас есть в нашей группе, и то, что все наши друзья хотели, чтобы я испекла их торты, я начала занимать весь двойной холодильник, который у нас уже есть. Шейн подумал, что было бы неплохо установить на нашей кухне отдельный холодильник, специально для меня, чтобы хранить все мои творения. С тех пор, как родилась Стеллина, мой творческий ум был на пределе. Теперь у меня есть три журнала рецептов, переполненных моими собственными оригинальными рецептами. Я также тайно присматривалась к заведениям в Интернете, которые выставлены на продажу и потенциально могут стать моей собственной пекарней. Мое сердце было настроено на что-то конкретное, и я ждал подходящего момента, чтобы поговорить с Шейном о том, хорошая это идея или нет. Но в прошлом месяце, когда я пришел проверить это лично, табличка "продается " исчезла. Мое сердце немного сжалось при мысли о потере единственного места, в которое я по-настоящему начала влюбляться. Шейн подходит ко мне сзади, обнимает за талию и целует в шею. “У меня все отлично. Я только что уложил Стеллину вздремнуть, и все прибудут только через три часа. Мы приглашаем всех отпраздновать день рождения Стеллины. Потом мои родители заберут ее на ночь, чтобы мы с Шейном могли отпраздновать нашу годовщину за ужином и весь завтрашний день. “ Это хорошо. У тебя есть что-нибудь на уме на эти несколько часов свободы? Я наклоняюсь к нему, поднимая руку, чтобы погладить его затылок. “ Вообще-то, да. Я хочу сводить тебя кое-куда. Я поворачиваюсь в его объятиях, глядя на него снизу вверх. “Шейн, мы не можем выйти из дома, пока Стеллина спит”. Я прищуриваю глаза. “ Марианна уже согласилась осмотреть ее, если она проснется до нашего возвращения. Это не займет много времени, я обещаю. Мы вернемся максимум через час. Он целует меня в лоб. “ Хм... ” мычу я, все еще не определившись.Мне не нравится оставлять своего ребенка. Я боролся с этим, даже когда это длилось всего несколько минут. Но мы с Шейном пришли к соглашению, что будем ходить на свидания раз в месяц, что немного отдалит нас от Стеллины и даст нам немного времени побыть наедине. Сегодня она впервые останется без нас на всю ночь, и это то, что я подчеркивал всю неделю. “ Давай, Ангел. Это будет хорошей тренировкой на сегодняшний вечер. Он заправляет несколько выбившихся прядей мне за ухо. “ Ладно, прекрасно. Я кладу руки ему на грудь, слегка толкая, когда наклоняюсь к нему. “ Да? Он ухмыляется. “ Да! Забери меня, пока я не передумал. Я хихикаю, когда он быстро целует меня и, подняв на руки, несет в сторону гаража, пока мы машем на прощание Марианне, которая заверяет нас, что у нее все под контролем. “Шейн, подожди! На мне даже нет обуви. ” Я громко смеюсь, когда он ведет нас обратно в дом, чтобы забрать пару туфель на каблуках, и возвращается к своему прежнему пути. Он открывает пассажирскую дверь, все еще держась за меня, затем сажает меня на сиденье. Опускаясь передо мной на колени, он ставит мои ступни на каждую пятку, при этом целуя верхнюю часть ступни. Шейн по-прежнему относится ко мне как к своей самой большой награде. Он обожает меня каждую секунду, когда он дома. Наша любовь друг к другу только выросла за год и продолжает расти с каждым прошедшим днем. В наших отношениях нет места сомнениям. Шейн - замечательный муж и необыкновенный отец. Он лелеет свою маленькую девочку всем, что у него есть. Шейн всегда привлекал внимание дам — он великолепный мужчина, не будем этого скрывать, — но теперь, когда он стал отцом, это усилилось. Теперь он отказывается появляться на людях без меня, если это возможно, потому что все они набрасываются на него, как только он выходит на улицу. Они явно падают в обморок при виде него и придумывают любой возможный предлог, чтобы поговорить с ним. Ему крайне некомфортно привлекать к себе все это внимание, в то время как я просто нахожу это довольно забавным. Впрочем, я их не виню. Я до сих пор падаю в обморок каждый раз, когда вижу его, точно так же, как до сих пор не могу поверить, что он мой. “ Куда мы едем? - Спрашиваю я, когда он выезжает из гаража и направляется к воротам нашей собственности. - Просто кое-что, что я хочу тебе показать. - Он берет мою руку, целует тыльную сторону и улыбается. Я прищуриваюсь, пытаясь прочесть его мысли, но на самом деле понятия не имею, что бы это могло быть. Пятнадцать минут спустя Шейн паркует машину на тротуаре в центре города. Он быстро обходит машину, открывает мою дверцу и берет меня за руку, чтобы помочь выйти. Он по-прежнему не произносит ни слова, пока мы идем по улице, держась за руки. Только когда мы проходим мимо нескольких магазинов, я понимаю, где именно мы находимся. Магазин, к которому я привязалась всем сердцем, находится всего в нескольких дверях отсюда. Я готовлю себя к душевной боли, когда Шейн приближает нас к ней, готовлю себя увидеть, каким станет место моей мечты. Но затем он останавливается… прямо перед ним и пристально смотрит на него. Я хмурюсь в замешательстве, переводя взгляд с него на магазин. Я замечаю, что он все еще стоит пустой, без вывески, указывающей на будущий бизнес, который вот-вот появится. “Шейн? Что мы здесь делаем?” Он поворачивается ко мне лицом, все еще держа меня за руку, и лезет в карман. Он достает связку ключей и кладет их мне на ладонь. “С годовщиной, Ангел”. Мои глаза расширяются от осознания, когда я перевожу взгляд с него на ключи, за секунду до того, как они затуманиваются слезами. “ Что? Ч-как… как ты узнал? Я... я не рассказывала тебе об этом. - Я заглядываю глубоко в его глаза в поисках ответов. Он гладит мои щеки и прижимается своими губами к моим. - Я видел, что это сохранено в твоем ноутбуке. “ Но как ты узнал, что это именно она? У меня было несколько сохраненных файлов, - спрашиваю я, когда он отстраняется. “Я просмотрел твою историю и заметил, что ты постоянно возвращаешься к этому, поэтому я позвонил по номеру, указанному в объявлении, и купил его для тебя”. Он большим пальцем вытирает мои слезы. “Мы сделаем все, что нужно с этим сделать. Если ты хочешь полностью снести это и начать с нуля, мы можем сделать и это. Это твое, Обри. Твоя пекарня”. “О, Шейн...” Я обнимаю своего мужа, переполненная такой любовью, радостью и преданностью. Он всегда был так внимателен ко мне, и я не знаю, как его за это отблагодарить. Я страстно целую его, пока наши языки танцуют вместе, здесь, посреди тротуара, когда люди обходят нас и продолжают свой день, как будто Шейн не просто сделал мой мир в миллион раз лучше. “ Мы можем зайти внутрь? Я подпрыгиваю на каблуках, когда мы расходимся. “Конечно”. Он ухмыляется и делает жест рукой в сторону двери, позволяя мне первой открыть ее. “Я еще не видел все внутри, но в какой-то момент к нам приедет инспектор, чтобы оценить, что необходимо изменить и починить”. “Ты купил это вслепую!?” Мои брови поднимаются. “А что, если ты переплатил?” “О, я знаю, что сделал. Но видеть эту прекрасную улыбку на твоем лице - значит, это стоит каждого пенни”. Он целует меня в щеку, когда я поворачиваю ключ в замке и открываю дверь. Осмотрев обширное пространство, мы заметили несколько вещей, которые определенно нуждаются в ремонте, в основном крышу со всеми повреждениями потолка от воды. Но мне все равно, когда все будет сказано и сделано, это место станет волшебным. Он будет моим. Я кружусь от головокружения, снова оглядываясь по сторонам. “Боже, мне придется начать искать людей для найма. Мне понадобятся пекари, менеджер и люди для работы с кассой. Мне нужно будет найти поставщиков. Думаю, я мог бы просмотреть те, которые мы использовали в ”По одному сладкоежке за раз ". Я перечисляю дела, которые нужно сделать, и быстро записываю их в свой телефон. “Я знаю, кого ты мог бы нанять в качестве менеджера. Я уверен, что она с удовольствием пришла бы к тебе работать”. Шейн ухмыляется. “Почему бы тебе не позвонить ей и не посмотреть?” Он кивает на телефон в моей руке. Я прикусываю губу, улыбаясь, когда набираю контакт человека, о котором идет речь. Телефон звонит дважды, прежде чем она отвечает. “Привет, босс! Как дела? Звонишь, чтобы снова рассказать мне, какой замечательный у тебя муж? Технически я больше не ее босс или менеджер, поскольку Шейн убедил меня не возвращаться в пекарню прямо сейчас. Я признаю, что одной мысли о том, чтобы уехать из Стеллины, было достаточно, чтобы убедить меня продлить отпуск по беременности и родам. Но теперь я знаю настоящую причину, по которой Шейн не хотел, чтобы я возвращалась к работе. Я мгновенно краснею, зная, что Шейн услышал ее, так как она на громкой связи. “Привет, Тави. Я на самом деле замечательная. И нет, я звоню не поэтому, но причина есть. У меня есть к тебе предложение. “ Ладно, стреляй. Я слышу любопытство в ее голосе. “Как бы ты отнеслась к тому, чтобы стать менеджером моей новой пекарни?” Я ухмыляюсь, когда она взвизгивает от возбуждения на том конце провода. ШЕЙН ~ Десять с половиной месяцев спустя / июль ~ Сегодня торжественное открытие Little Sugary Stars, собственной пекарни моей сказочной жены. И с тем талантом, который у нее есть, я не сомневаюсь, что это будет не единственный в нашем будущем. Стеллина растет быстрыми темпами. Она самая добрая и красивая девочка, о которой я когда-либо могла мечтать. Она явно пошла в свою мать; похоже, она также унаследовала этот знаменитый румянец. Обри была не в восторге от этого, но я нахожу это удивительно очаровательным. Мы с Джулианом сегодня едем вместе в пекарню Обри, в то время как мой Ангел и Маленькая Звездочка уже на месте, готовим заведение. Большинство людей не взяли бы с собой своих детей в такой важный и напряженный день, но Стеллина - такой образцовый ребенок, когда дело доходит до пребывания на публике, и понимает, когда маме и папе нужно сосредоточиться на важных вещах. Она просто будет тихо держать нас за руки и повсюду следовать за нами. Кроме того, она любит ходить в пекарню со своей мамой. Я думаю, наша маленькая девочка унаследовала любовь своей матери к выпечке. Каждый раз, когда Обри начинает готовить что-то новое на нашей кухне, Стеллина забирается на свою кухонную стремянку и с любопытством наблюдает за всем, что делает ее мама. Она даже начала участвовать в процессе смешивания и декорирования. Несмотря на то, что сегодня торжественное открытие пекарни, Обри решила оставить ее открытой только на половину дня. Она не хотела быть перегруженной всем этим за один день. Это также дает им больше времени, чтобы все исправить до завтрашнего дня, если есть вещи, которые нуждаются в изменении или улучшении, и именно тогда они начнут работать в обычное рабочее время. Я выхожу из дома, спускаюсь по ступенькам к "Макларену" Джулиана и забираюсь внутрь. “Приятно, что ты присоединился, Джефферсон. Я не собираюсь весь день сидеть сложа руки, - говорит он в качестве приветствия, разворачивая машину и проезжая по длинной подъездной дорожке к воротам. “ Я тоже рада тебя видеть, Джулс. Я хихикаю, когда он смотрит на меня. Можно подумать, что после тридцати лет дружбы он уже привык к этому имени. “ Ты загорела. Тебе это не идет. ” Он быстро оглядывает меня с неприязненным выражением лица. Джулиан никогда не был любителем перемен. Для него это означает потерю контроля над вещами. Я не согласен. Это показывает улучшение. Я смеюсь еще громче. “ Ну да, Шторм. Вот что происходит, когда люди уезжают в отпуск. Я качаю головой. “Не волнуйся, это ненадолго”. Две недели назад мы с Обри наконец-то отправились в отпуск во Францию, где все это время в основном оставались в Париже. За время нашей семидневной поездки мы посетили более тридцати различных пекарен, где Обри имела негласный доступ к пятнадцати из них и даже познакомилась с несколькими кондитерами. У нее был миллион вопросов к ним, будь то о выпечке или о самом бизнесе. “К счастью, это так”, - отвечает он. “ Господи, что сегодня взбесило тебя? Ты мрачнее обычного. Я озабоченно хмурюсь. “Ничего важного. Просто бизнес”, - строго отвечает он, но затем вздыхает. “Я всю неделю тушил пожары. Похоже, все мои сотрудники некомпетентны в том, чтобы должным образом выполнять свою работу ”. “ Ты ведь понимаешь, что оба твоих брата технически тоже твои сотрудники, верно? Я ухмыляюсь. “Да, и они включены в этот вопрос”. Я хихикаю и снова качаю головой. “ Ну, как бы там ни было, мне жаль слышать, что у тебя была тяжелая неделя. Я сжимаю его плечо. “Тебе следует взять небольшой отпуск, может быть, для начала не работать по выходным”. Он смотрит на мою руку с отвращением, и это только заставляет меня смеяться, когда я беру ее. Я привыкла к этой стороне Джулиана. Меня это нисколько не беспокоит. “Взять отгул - это не вариант, и он не решит моих проблем, поскольку я, похоже, единственный, кто способен на это”. Я не утруждаю себя продолжением этого разговора, поскольку уже знаю, к чему он приведет. В никуда. Мы много раз говорили об этом в прошлом, даже его братья пытались убедить его, но он по-прежнему считает, что день или два отдыха никоим образом не вознаградят его. Когда мы подъезжаем к пекарне, где уже несколько человек стоят в очереди на вход, я замечаю, что все наши друзья выходят из своих машин, чтобы выразить поддержку Обри. Мои девочки тоже там, на тротуаре, разговаривают с несколькими покупателями, рядом с ними Октавия. Я улыбаюсь в окно, готовая выпрыгнуть и побежать к ним, когда Джулиан издает странный звук рядом со мной, привлекая мое внимание. Я оглядываюсь и вижу, что он чрезвычайно напряжен на своем месте, уставившись в окно на мою жену. Джулиан всегда напряжен, но я никогда не видела его таким. Его ноздри раздуваются, когда в глазах появляется затравленный взгляд, а руль он сжимает с такой силой, что белеют костяшки пальцев. - Кто это? - спросил я. Я хмурю бровь в ответ на его вопрос. - Что? “ Девушка с твоей женой и ребенком! Кто это?! - рявкает он. Я оглядываюсь и прихожу к выводу, что он, должно быть, говорит об Октавии. “ О, это Тави. Она менеджер пекарни. Он сердито двигает челюстью, затем кивает. “Мне нужно позаботиться о нескольких вещах. Я вернусь позже, - говорит он, не глядя на меня и просто глядя прямо перед собой. “ Ладно... Я хмурюсь и выхожу из машины. Он немедленно уезжает, едва дав мне время закрыть дверь. Я смотрю ему вслед, но затем снова сосредотачиваю свое внимание на том, почему я здесь. Я приветствую наших друзей на тротуаре, направляясь к своей жене и дочери. Сначала Морган и Клэй со своими тремя детьми, Тео, Тринити и их маленькой девочкой Тинсли, которой семь месяцев, в то время как близнецам сейчас два с половиной года. Затем Сесилия и Сайлас, которые приехали с четырех с половиной летним Данте и их пятнадцатимесячной Эсми. Затем я приветствую Грейсона и Эмму, которая в данный момент вполголоса ругается из-за того, что у нее слишком много детей. Она достает из багажника две двухместные коляски, в то время как Грейсон начинает отстегивать детей. “ Давай я тебе помогу. Я беру вторую коляску и открываю ее, пока она возится с первой. “ Спасибо тебе, ” говорит она сквозь стиснутые зубы. Я знаю, что она не сердится на меня, но взгляд, который она бросает на своего мужа, говорит мне, что она все еще им недовольна. “Клянусь, я не могу дождаться, когда произойдет эта вазэктомия! Я открою бутылочку и отпраздную, как только выношу этого ребенка”. Она проводит рукой по своему маленькому животу. Потому что да, Эмма снова беременна. Ей всего чуть больше трех месяцев, но это уже заметно. Теперь у них есть Грейси, которой два месяца назад исполнилось четыре. У них первая пара близнецов, Мэддокс и Паркер, которым в марте исполнилось два. Затем у них есть вторая пара шестимесячных близнецов, Брайсон и Хейден. Мы все были уверены, что у Эммы будет еще один мальчик, но они сделали предварительный тест, и оказалось, что у нее будет маленькая девочка. И это только одна. Они уже решили назвать ее Магнолией. Я жду рядом с ними, помогая им разместить всех детей, пока Грейси остается рядом с нами. Мы все вместе идем к пекарне, но я останавливаюсь как вкопанная, когда рядом со мной подъезжает внедорожник. Я быстро открываю дверцу и помогаю тяжело беременной Веронике выбраться с пассажирского сиденья. “Всегда такой джентльмен”. Она тепло улыбается мне. “ Привет! Я как раз собирался сделать это для тебя. Гейб прищуривается, глядя на меня. “ Я знаю, что ты был таким, Красавчик. ” Она с любовью похлопывает его по щеке, когда он подходит к ней и кладет руку на ее очень круглый живот. Ронни осталось две недели до рождения их второго ребенка, маленькой девочки, которую назовут Дафной. Появляется Ной, неся на руках Калеба, которому с мая исполнился один год. “Привет, тренер”, - говорит он, кивая головой в знак приветствия. “Нам следует поторопиться, они вот-вот начнут впускать людей”. Я киваю в знак согласия и следую за ними, пока они обнимают и целуют моих девочек в щеки, прежде чем направиться внутрь. “ПАПА!” Обри опускает Стеллину на землю, когда она выкрикивает мое имя и подбегает ко мне. Я приседаю, раскрывая объятия и позволяя ей прыгнуть в них, пока я встаю и кружу нас. “Это самая красивая девушка в мире!” Она хихикает и безумно краснеет от комплимента.Понимаете, что я имел в виду, говоря о знаменитых румянах? - И мамочка бутифул тоже? Я широко улыбаюсь. Она всегда включает свою маму во все, что я говорю. “Да, вы с мамой самые красивые во всей вселенной”. Она снова хихикает, когда я трусь своим носом о ее нос, а затем осыпаю ее лицо поцелуями. “ Папа снова притворяется Брауни? Обри подходит, улыбаясь. Оказывается, наш большой мальчик Брауни не такой уж и независимый. Он просто ждал рождения своей маленькой принцессы. Он прилип к ней как клей с тех пор, как мы привезли ее домой, и Стеллина поглощает его любовь на каждом шагу. “ Да, папочка Бвоуни! Она продолжает смеяться. “ Это правда? Я приподнимаю бровь. “ Ну что ж. Полагаю, мне следует лизать твое лицо, а не целовать его.” Я подхожу, чтобы сделать именно это, когда она визжит и пытается остановить меня. Я вздыхаю от радости, когда сажаю свою малышку к себе на бедро и обнимаю жену за талию, притягивая ее к себе. “Привет, Ангел”. Я наклоняюсь и завладеваю ее губами, в то время как наша дочь наблюдает за нами с чистым блаженством в глазах. “ Привет, милая. Она кладет голову мне на плечо. “ Я зайду и скажу всем, чтобы приготовились. Октавия кладет руку на плечо Обри и, улыбаясь мне, направляется внутрь. “ Ты готова, милая? - Спрашиваю я жену, поднимая взгляд на табличку, висящую над дверью. "Маленькие сахарные звездочки " написано фиолетовым цветом, а сверху изображен кекс с посыпкой в форме звездочек. Когда мы с Обри посетили это место, мы увидели несколько вещей, которые требовали ремонта, но после того, как пришел инспектор, он обнаружил длинный список проблем со зданием. Затем, когда мы привлекли подрядчика, их было на миллион больше, вот почему нам потребовалось более десяти месяцев, чтобы открыть заведение. Обри начал впадать в уныние, потому что каждый раз, когда мы добивались прогресса, появлялось что-то новое. Деньги никогда не были проблемой, но наши крайние сроки каждую неделю отодвигались. Так что я понимал ее разочарование, и тот факт, что меня большую часть времени не было дома, не помогал. К счастью, Джулиан проявил свою мягкую сторону и помог моей жене принимать решения, когда меня не было рядом. Она лучезарно улыбается мне. “Так готова”. От радости на ее лице у меня перехватывает дыхание. “Но есть кое-что, что я хочу тебе сказать, прежде чем мы войдем внутрь и впустим всех этих людей”. Она поворачивается в моей руке, когда я заглядываю ей в глаза. - В чем дело, Ангел? Она прикусывает нижнюю губу, когда красивый розовый оттенок разливается по ее скулам. - Я беременна. ---------- Послесловие Послесловие И мы подошли к концу с палками и шпильками… На данный момент! Спасибо всем, кто помогал и продолжает поддерживать меня в этом невероятном путешествии, пока я готовлюсь подарить всем вам четвертую и временно последнюю книгу из моей серии. Каждая из моих книг занимает особое место в моем сердце и лично связана со мной, и я так благодарен, что могу поделиться ими с вами. Если вам понравилось читать невероятную историю Обри и Шейна и вы влюбились в банду Гриффинов, я рад сообщить, что это еще не совсем конец! Продолжайте наблюдать, как растет эта удивительная семья found с добавлением братьев Сторм из серии "Костюмы и туфли на шпильках". Тайно, мой выйдет в 2027 году. В фильме показан наш роботизированно серьезный, морально серый Джулиан Сторм, который встречает любовь всей своей жизни, Октавию Миллер, и становится одержимым ею! И если вы еще не ознакомились с предыдущими книгами, попробуйте, я обещаю, оно того стоит. Хотя некоторые из них представляют собой эмоциональные американские горки, так что приготовьте салфетки! Вечно ваша, в первой книге серии "Палки и шпильки" рассказывается о паре, с которой все началось, Сесилии и Сайласе Хейз! Неожиданно для вас, во второй книге серии "Палки и шпильки" рассказывается о нашей дикой паре, Эмме и Грейсоне Форд! Сделай нас своими, закажи третью книгу из серии "Палки и шпильки" с участием нашей травмированной троицы - Вероники, Габриэля и Ноа! ---------- Благодарности Благодарности В качестве заключительной части Стиков (На данный момент) я решила сделать это признание коротким и милым. Потому что, по правде говоря, сейчас вас так много, что я хотел бы поблагодарить вас лично, и я безмерно благодарен за то, что вы сопровождали меня в путешествии этого сериала. (Но, как и в моих книгах, вы знаете, что я не могу ничего сокращать, ха-ха) Начну с моих главных девушек (которые, кстати, тоже авторы, зацените их!), Виктории Поли, Эмерсон Райн и С.Дж. Рид. Те, без которых я не могу представить себе прохождения ни одного из этих этапов написания. Те, кем я дорожу всем своим сердцем и не могу дождаться, когда увижу, куда жизнь заведет каждого из нас, зная, что мы всегда будем рядом друг с другом. Еще раз спасибо моей семье и друзьям, которые продолжают поддерживать меня во время каждого кризиса, когда я принимаю трудные решения. Которые продолжают быть моими чирлидершами номер один, даже когда эти истории были всего лишь мечтами. Эшли, той, кто так много снимает с моих плеч и помогает увидеть мою книгу, когда я с головой погружен в работу. Али, моему феноменальному дизайнеру обложек, который всегда так идеально отражает мое видение. Алише, моему необузданному и веселому редактору, которая сделала весь этот процесс приятным, а не напряженным. Вы, ребята, делаете все, что связано с публикацией, намного проще, и я так благодарен, что вы рядом и я могу работать с вами. Теперь моим книжным девочкам, которые заслуживают особой благодарности непосредственно от вас и еще не получили ее в виде предыдущих благодарностей. Тина @tinanjhibbs, Брианна @_bookishbri_, @bookgirliexri, Лиэнн @leanne.sit.knit.read, Вероника @veronica_iris, Шара @_mama_shara_, Джас @jass_booktok2, Аманда @mandabookshelf, Моника @bookedbymonica, Кристина @christinareads25, Джиллиан @jillian_2016, Лорен @lornicole82, Кэрол @bookdragon.93, @ vagabondbooker, @romantasy_bookbird, Микаэла @Kaelas_library, @scarlett_s_c, Стиви @ladynorasrc, @tmkwriter, Даниэль @mrs.will_hamz, @shannonderochie, Ана @anahs.handmade, Бетти @bettyandabook, @it's.aris.life, Лори Мервар, Саманта Захарук, Линдси Вельдховен и Мелита Кунст. Вы, девочки, всегда скрашиваете мои дни своими комментариями. Это может показаться самой простой вещью, но в мои трудные и мрачные дни твои маленькие послания всегда находят способ подбодрить меня так, что ты даже не подозреваешь об этом. Каждый автор заслуживает иметь таких читателей, как вы, и я невероятно и навсегда благодарен за то, что вы все рядом со мной. Видишь? Я же говорил, что оно не будет коротким. И если я кого-то забыл (а я уверен, что забыл), знайте, что вы так же ценны и любимы, как и все эти названные. Люблю вас всех и не могу дождаться, когда перейду к следующей главе этого путешествия вместе со всеми вами! И моей Лемонийской малышке, потому что это нужно сказать еще раз. К черту Лиама! ----------