Дышу тобой, словно воздухом Диана Валеса, Наргиза Огненная В день восемнадцатилетия Сера похищена прямо из родного особняка. Очнувшись в темном подвале, она обнаруживает на щиколотке железную цепь и молчаливого надсмотрщика, скрытого во мраке. Его прикосновение обжигает электрическим током, а присутствие вызывает лихорадочный страх, сменяющийся странным влечением. Сера пытается разгадать, кто этот немой гигант и почему её похитили именно сейчас, когда вражда её семьи с кланом Мёбиус достигла пика. Она не альфа и не омега — обычный человек среди хищников, способных различать запахи страха и желания. Каждый раз, когда он уходит, одиночество давит сильнее оков, а каждое возвращение заставляет сердце биться чаще. Сера боится не только плена, но и собственной реакции на пленника, который, возможно, сам является пленником чужой воли. ==================== Дышу тобой, словно воздухом Автор Диана Валеса ,Наргиз Огненная Дышу тобой, словно воздухом Автор Диана Валеса ,Наргиз Огненная В цикле: Во власти альфы Глава 1 Сегодня особенный день. Мой восемнадцатый день рождения наконец-то наступил, и это событие наполнило сердце предвкушением и радостью. Я стояла у окна своей комнаты и с волнением наблюдала за тем, как дорогие автомобили один за другим подъезжали к нашему особняку. Их полированные бока сверкали в лучах заходящего солнца. Это были друзья нашей семьи, которые, вроде как, и мои друзья, но это не так. У меня почти не было настоящих друзей. Все близкие остались в другой стране, где я провела предыдущие годы, обучаясь в престижной школе. Моё внимание привлёк белоснежный автомобиль, плавно припарковавшийся у входа. Из него вышла моя старшая сестра Флора, сопровождаемая мужем и маленькой дочкой. Сердце забилось чаще от радости и нетерпения. Я не видела Флору так долго, что едва могла сдержать эмоции. Не в силах больше ждать, выбежала из комнаты, промчалась мимо горничной, которая аккуратно меняла цветы в вазе. На лестнице едва не поскользнулась на высоких каблуках, но вовремя схватилась за перила. Перепрыгивая через ступеньки, чуть не сшибла с ног дворецкого, неловко ударившись лбом о его плечо. Ой... Простите! - поспешно извинилась перед господином Карлом и, не останавливаясь, вылетела в просторный холл. Флора только успела переступить порог, как я с разбегу налетела на неё, едва не сбив с ног. Флора! - воскликнула я, крепко обхватывая её за шею.Ox, Cepa, рассмеялась она. - Ты меня чуть с ног не сшибла. Вымахала-то как.. Я отступила от сестры, демонстративно надула губы и скрестила руки на груди, стараясь выглядеть обиженной её словами. - Почему ты так долго не приезжала ко мне? Я тут совсем одна! Лейла даже навестила меня, а ты нет. Это правда обидно, - в моём голосе звучала настоящая обида. Флора мягко улыбнулась и наклонилась ко мне. Прости, Сера. Не сердись, пожалуйста. Я обещаю, что буду приезжать чаще. Может быть, отец разрешит тебе навестить нас. Ты же понимаешь, какие сейчас непростые времена, - она нежно взъерошила мои кудряшки. - Эй, мне только что уложили волосы! - с притворным возмущением воскликнула я, но не смогла сдержать улыбку. Разве? Что-то незаметно, - сестра кивнула в сторону большого зеркала. Я повернулась к зеркалу и в ужасе увидела, что вся моя тщательно уложенная причёска распустилась, а кудрявые локоны торчали в разные стороны. Наверное, это случилось, когда я с разбегу бросилась встречать сестру. Иди скорее наверх и приведи себя в порядок. А то гости скоро войдут в дом и увидят мою неряшливую сестрицу, хихикнула Флора. Я вовсе не неряшливая! - фыркнула в ответ. - Кстати, а где малышка Мила? Она с Ником на улице. Скоро зайдут. Малышке Миле уже исполнилось три года, а я видела её только после рождения. Как же сильно хотела поскорее её обнять и потискать! Но сначала нужно было привести себя в порядок, а то мама точно будет ругаться. К тому же, сегодня мой день рождения, и я должна выглядеть безупречно Почти бегом я вернулась в свою комнату. Быстро поправила непослушные пряди, возвращая причёске первоначальный вид, и снова посмотрела на своё отражение в зеркале. На мне было шикарное длинное пышное платье светло-розового цвета с корсетом. Оно было таким воздушным, что я чувствовала себя настоящей феей. Я закружилась перед зеркалом, не в силах сдержать улыбку и радостное хихиканье. Восемнадцать лет! Я уже взрослая! Жаль, что моя сестра Лейла не смогла присутствовать на моём празднике, но она прислала огромную плюшевую голубую акулу, которая сейчас устроилась на моей кровати. В углу комнаты стояли коробки с подарками от друзей нашей семьи, которые не смогли приехать сегодня. Я с нетерпением предвкушала момент, когда смогу их распаковать... Хе-хе. Обожая распаковывать подарки. И братца Грэя тоже не будет сегодня на празднике. Он уехал больше месяца назад, и хотя иногда звонит, чтобы узнать, как у меня дела, его отсутствие делает дом ещё более пустым и безжизненным. Мне становится очень одиноко в этих стенах. Учеба дистанционно, общение с друзьями только по телефону... Всё это превратило мою жизнь в серую рутину, от которой хочется плакать. Ещё больше полугода назад я встретила хорошую девушку, с которой успела сблизиться за короткий срок. Её звали Рейна. Но случилось несчастье, и её отец оказался втянут в неприятную историю, которая едва не стоила жизни моей маме. Хотя теперь я понимала, что это произошло не по его вине. А всему виной клан Мёбиус, с которым наша семья оказалась во вражде после трагической гибели моего дяди и отца Грэя. Те события, что развернулись летом, оставили след... Помню, как отец нанял Кларка Данна на должность реконструктора. Никто не мог предположить, что произойдёт дальше. Их с дочерью Рейной похитили и заставили совершить ужасные поступки. В итоге господин Кларк оказался за решёткой, а Рейна была вынуждена уехать. Грэй тогда не смог остаться в стороне. Его ярость была настолько сильна, что он ворвался в один из офисов клана Мёбиус и устроил там настоящий погром. Эти воспоминания до сих пор вызывают у меня грусть и боль. Особенно жаль отца Рейны. Ведь он был вынужден пойти на такие крайние меры ради спасения дочери. После тех событий безопасность в нашем доме была усилена многократно. Теперь меня даже в торговый центо не выпускали. Уже полгода я словно заключённая в собственном доме, не имея возможности выйти за пределы. Как бы ни было печально, но изменить что-либо сейчас невозможно. Эх, тоска! В последний раз окинув взглядом своё отражение в зеркале, я с воодушевлением покинула комнату. Внизу уже собрались гости, ожидая только меня. Именинницу! Напевая весёлую мелодию, я вприпрыжку спустилась по лестнице на первый этаж. Радость переполняла меня. Столько гостей сегодня будет! Наконец-то я смогу увидеть людей, пообщаться с ними вдоволь. Я уже направлялась к главному залу когда вдруг услышала странный шум со стороны служебного крыла, где располагались помещения для персонала и выход в сад. Может, просто показалось? Пожав плечами, я уже собиралась продолжить путь, как вдруг чья-то сильная рука резко схватила меня. Я попыталась закричать, но мой крик заглушила какая-то вонючая тряпка, прижатая к лицу. В нос ударил резкий запах. Перед глазами всё поплыло, мысли стали спутанными, а сознание начало покидать меня. Последнее, что я запомнила, как тьма поглотила всё вокруг, и я провалилась в бездну. Но в сознании промелькнула страшная мысль. Холодный ужас сковал сердце, когда я поняла, что произошло что-то ужасное в мой долгожданный день рождения. Да ладно? Меня похитили?.. Прямо на мой восемнадцатый день рождения?! Глава 2 Вот даже не знаю, радоваться мне сейчас или плакать. Вроде как из дома выбралась. Хе-хе, а могли похитить, хотя бы после торжества? Я бы со всеми пообщалась, натанцевалась, повеселилась от души, а потом вот можно было бы и похищать. Вообще, у похитителей чувство такта нет совершенно. Ой, моя голова... Вот даже не пила, а состояние такое, будто уже испытываю первое в своей жизни жуткое похмелье. Голова готова взорваться и одновременно трещит и гудит, будто я ещё долго была под шумными басами музыки. Обидно. Даже не танцевала, а эффект от них словила. Во рту пустыня Сахара отдыхает. А веки тяжёлые настолько, что думаю, даже пальцами их не разлеплю. Фу, что я вдохнула, что после неё такое состояние? Инстинктивно дёргаю руками, и звон цепей отдаётся от стен, а моя кожа тут же ощущает холодный металл на кистях. Паника начинает разгораться от лёгких и до самого горла. Издаю крик и распахиваю глаза. Только вот толку от этого ноль Здесь так темно, что глаз выколи. Сердце бьётся о рёбра, а воздух входит в лёгкие через раз. Дёргаю руками сильнее, и лишь мерзкий звон металла об стену, сопровождает мою тревогу. Глаза привыкают к темноте, и я понимаю, что всё же здесь видны очертания матраса, на котором я и сижу. В дальнем углу раковина и, кажется, что-то ещё. Не разобрать. А с противоположной стороны, очертания, напоминающие стол. Слишком тёмный угол, плохо получается разглядеть. Прищуриваюсь ещё сильнее, но так и не получается разглядеть что-нибудь ещё. Кажется, это подвал, потому что сырость и пронизывающий влажный холод забирается под платье и царапает кожу. Слышу шорох и снова кричу. Нет, пожалуйста, только не крысы, • - стону я себе под нос и лихорадочно ищу источник звука. Натыкаюсь на очертания грубых мужских ботинок в дальнем противоположном углу от раковины. Веду взглядом вверх и могу различить лишь низ фигуры, и она точно мужская. А верхняя часть тела полностью утопает во тьме. По позе ног можно понять, что мужчина точно сидит. Причём вольготно. Но это поза обманчивая, потому что я даже в воздухе чую исходящую от него опасность. Давящую и пронизывающую до костей. Вот это крыска, конечно. Огроменная... Горло сдавливает спазмом, и я не могу сделать ни единого глотка воздуха. Страх слишком сильно затапливает сознание, и единственное, что я делаю - это пялюсь на эти ботинки с затаённым дыханием и жду. Не знаю, насколько меня сковало это замершее состояние, но я шумно начинаю дышать, только когда ботинки снова шуршат по полу. Он точно смотрит на меня. Это покалывающее чувство стало разливаться по всему телу, а, возможно, я просто замёрзла от леденящего душу холода, что летает воздухе между нами?- Кто ты? - спрашиваю пересохшими губами. Кислород стал попадать в мозг. - И где я? Второй вопрос уже даётся легче. Но ощущение обжигающего взгляда на своей коже стал более явным. Ежусь. Это ощущения на себе заставляет каждую клеточку на теле бить нервную тревогу и одновременно трепетать. Тишина. Не получаю ответа, ни на один свой вопрос. А нервы тем временем все больше натягиваются как струна, и боюсь, что меня сейчас прорвёт. Напряжённо всё ещё жду. Но ничего не происходит и всё же отпускаю себя. Раз он ничего не делает, значит ли, что ему нельзя меня трогать? И раз я всё ещё жива, значит, есть шанс, что и не тронут. По крайней мере пока... - Ты мой охранник? Тебя ко мне приставили следить, чтобы не сбежала? пробую сделать ещё попытки заговорить. Эта мрачная тишина давит на меня, словно плита. Слишком жутко и страшно, но нужно держать себя. Перемещаю ноги, и в помещении раздаётся мерзкий звук металла об стену. Ого, и ноги приковали. Ну, вообще замечательно. Ну, я не альфа, думаю, и цепи было бы достаточно, - как бы указываю на очевидное. Охранника ещё приставили. Будто бы я смогу сбежать отсюда. И вообще, что это за место?.. Пытаюсь скинуть с себя гнетущее напряжение и единственный способ разговор. Всё будет не так страшно А поговорить я люблю. Неважно с кем. Разговоры помогают мне успокоиться. А в ответ - молчание. А может он немой? Ну во-о-от... И так всю жизнь словно в заточении, так судьба решила ещё больше надо мной похихикать, дав в охраны немого, чтоб я совсем с катушек слетела. • Слушай, если ты не можешь говорить, то промычи, - снисходительно говорю, потому что сочувствие вряд ли из меня сейчас можно вытянуть. Склоняюсь, как мне кажется, в его сторону и щурюсь сильнее, пытаясь разглядеть очертания головы и лица неизвестного И тут возня становится сильнее. Ботинки пришли в движение. Он встал, а я вжалась в холодную, шершавую стену, что сразу же больно впилась в нежную кожу. Но я даже не обратила внимание. Потому мощь фигуры, что я чувствовала каждой клеточкой своего тела, надвигалась на меня как огромный, страшный монстр из детских книжек. Кажется, я разбудила зверя, что мирно спал на коврике. Не зря папа говорит, что молчание - золото. Руки начинают трястись. Но из меня всё-таки вырвалось поспешное:- Ну, не хочешь, не мычи! - почти в панике проговариваю ему. Сердце стучит в такт его шагу, кажется, все замедляется настолько, что удары сердца ощущаю о ребра.- Прости, если задела твои чувства! Я просто нервничаю, а когда сильно боюсь, то начинаю говорить, не думая, - лепечу я Чувствую мощь тела, что нависла надо мной как ужасающая лавина неизбежного конца. Я будто знаю, что на меня надвигается огромная волна, что всё растёт и растёт, и я не бегу только по той причине, что знаю, что от такого убежать невозможно. Но сердце готово разорваться на части. А потом чувствую лёгкоє касание его пальцев на своей щеке. От его прикосновения ток проникает в меня. Все двести двадцать вольт проходятся по всему телу, запуская маленькие искорки. И такое мощное ощущение, что я, не выдержав напряжение, падаю на матрас. А сознание уплывает в никуда, заставляя погрузиться в спасительный сон. Глава 3 Пробуждение оказывается в этот раз неожиданно лёгким. Тем более в ноздри тут же ударяет восхитительный аромат свежей выпечки, смешанный с манящим запахом горячего кофе. С трудом разлепляю веки, я пытаюсь осмотреться вокруг, но царившая в помещении тьма позволяет различить лишь смутные очертания предметов. Ох, ё-моё, это был всё-таки не сон. Меня похитили... Хочется разрыдаться и начать в панике метаться по этой тьме, но я сдерживаю себя. Ведь папа всегда говорил, что в таких кризисных и опасных ситуациях не нужно поддаваться отчаянию. Постепенно мои глаза привыкают к полумраку, и я осознаю, что лежу на настоящем матрасе. Удивительно! Всё-таки, мне не показалось, что это был матрас. Более того, кто-то заботливо подложил под голову подушку и укрыл тёплым пледом. Ничего себе, какие они заботливые. Наверное, им велено хорошо со мной обращаться. С трудом сажусь на матрасе, я принимаюсь разминать затекшие мышцы. Каждое движение отдаётся неприятной болью в теле. К моему удивлению, руки оказались свободными. Спасибо и на этом. Но на ноге цепь всё-таки не убрали. Прикованной сидеть к сырой стене такое себе удовольствие, знаете ли. Заболеть можно. А тут матрас есть и даже плед... Оглядываюсь по сторонам, напрягаю зрение, пытаюсь разглядеть дальний угол с раковиной. Там, насколько я помнила, сидел тот странный мужчина или юноша, которого я поначалу перепутала с огромной крысой. С очень огромной крысой. И явно опаснее маленького зверька. Сейчас этого человека нигде не было видно. Мой пустой желудок громко урчит, реагируя на аппетитные запахи еды. Полоска тусклого света, проникающая откуда-то сверху, переместилась с дальнего угла и сейчас освещает небольшой поднос, стоявший прямо перед моим матрасом. На нём замечаю дымящуюся овсяную кашу, свежий круассан и кружку с горячим кофе, от которого поднимается тот самый ароматный пар. Еда! Что ж... Вряд ли отравлено. Хотели бы убить, давно бы это сделали. Пододвигаю ближе поднос и ложкой, которую, кстати, не забыли положить, зачерпываю кашу. Отправляю содержимое в рот и поджимаю губы. Ну, явно не шеф повар готовил. Даже моя сестра вкуснее может приготовить. Она же совсем не сладкая и соли слишком много. Нет, я конечно, не привередливая в еде, хоть и выросла в богатой семье, для которой готовит отличный повар. Но блин, вот так испортить кашу. Ладно. Переживу. С огромным трудом заставляю себя есть. Каждую ложку приходится буквально пропихивать в себя через силу, но инстинкт выживания оказывается сильнее отвращения. Я слишком хочу жить, чтобы так глупо погибнуть от голода. У меня впереди столько всего интересного! И вся жизнь! В голове крутятся мысли о будущем, о моих грандиозных планах. Главная мечта поступить в университет и выучиться на модельера. Представляю, как создаю потрясающие коллекции одежды, как мои творения покоряют мировые подиумы. Мечтаю о собственных показах мод, о том, как стану известным дизайнером, чьи творения будут носить знаменитости. Ох, какая ж красота К счастью, круассан оказывается намного вкуснее каши. Видимо, его готовил настоящий мастер, а не тот человек, что испортил кашу. Кофе, хоть я и не являюсь его поклонницей, тоже приятно удивляет своим вкусом. Или я просто слишком голодная. Хотя, кашу-то вон, не доела. Да и вдруг силы понадобятся для побега? Так что нужно подкрепиться. Побег... При одной мысли об этом внутри всё сжимается от тревоги. Оглядываюсь по сторонам и понимаю, что шансов практически нет. В этой мрачной комнате единственным источником света служит крошечное окошко под самым потолком. Даже моя голова вряд ли пролезла бы через эту щель. Именно через него проникает тот самый тусклый свет, который едва освещает помещение Решаю встать и осмотреть помещение более внимательно. Тем более, пока нет этого огромного человека. Поднимаюсь на ноги и тут же слышу резкий металлический звон цепей. Что-то тяжёлое тянет правую ногу вниз. Опускаюсь на корточки и начинаю ощупывать железные оковы, сомкнувшиеся на щиколотке. Тонкая цепь уходит куда-то в темноту, и мои пальцы нащупывают место, где она крепится к стене. Да что же это такое? С этими оковами о побеге можно забыть. Теперь я точно никуда не денусь. Прикольно.. Успокаиваю себя мыслями о том, что отец никогда не оставит меня в беде. Он обязательно организует поиски, и скоро всё это закончится. Главное, сохранять спокойствие и думать только о хорошем. Не поддаваться панике! Я смогу. Нужно просто мыслить позитивно. Стараюсь не погружаться в мрачные мысли о похищении и того, что эти похитители могут со мной сделать... Пытки, насилие. О боже. Вместо этого представляю, что всё это просто какая-то странная игра или розыгрыш. Такой подход помогает сохранять рассудок в этой жуткой ситуации. Какая польза от истерики? Сейчас нужно мыслить рационально и действовать обдуманно. Решаю исследовать помещение. Делать-то всё равно нечего. Судя по влажности и запаху, это определённо подвал. Медленно поднимаюсь и, опираясь о стену, начинаю ощупывать пространство вокруг себя. Руки натыкаются на кресло. Видимо, именно там сидел мой охранник, тот самый извращенец, который не сводил с меня глаз. Фу. Цепь оказывается достаточно длинной, чтобы добраться до раковины. Нахожу смеситель и с облегчением обнаруживаю, что вода холодная, но она есть. Уже хорошо. По крайней мере, от жажды не умру. Осторожно продвигаюсь дальше и едва не спотыкаюсь обо что-то холодное у ног. Опускаю руку и понимаю, что это мраморный бачок унитаза. Нащупываю сиденье. Ну, ничего себе. Даже организовали для меня туалет. Подготовились к моему похишение основательно. Долго похоже, придумывали план. Значит, справить нужду можно цивилизованно, и это не может не радовать. Кстати, о нуждах организма... Мочевой пузырь уже начинает подавать тревожные сигналы. Признаюсь, я боялась, что придётся справлять нужду прямо на пол. Жуть! Открываю крышку унитаза и оглядываюсь. Кажется, глаза уже немного привыкли к темноте, и я могу разглядеть, что в помещении точно никого нет. Фух, можно спокойно заняться деликатными делами. Главное, чтобы никакие крысы не помешали мне в этот момент... Ненавижу крыс. Визуализация Привет! Визуалы героев в конце книги. Глава 4 После своеобразных важных процедур чувствую себя намного лучше. Оказывается, сходить в туалет и умыться - это отдельный вид наслаждения. Не ценишь такое, когда оно в свободном доступе. Мне бы душ принять. Дома я привыкла ежедневно отмокать в ванной, поэтому себя чувствую не просто грязной, а даже какой-то мерзкой. А вообще, мне больше интересно, что это было вчера? Или не вчера, здесь очень сложно понять время. Ведь я просто от прикосновения в обморок упала? А что это были за огненные всполохи внутри меня? Я отчётливо помню, как словно огнём опалило, причём всё тело. Снова включаю смеситель и немного брызгаю воду себе на шею. Хочу остудиться, от воспоминаний, будто снова всё пылать начало. И вообще, что он хотел сделать со мной? Металлический засов щёлкает и я резко разворачиваюсь к двери. Она слишком сильно тонет во мраке, поэтому можно лишь предположить, что там дверь. Холодею до кончиков пальцев и падаю в кресло, где сидел мой охранник. Знаю, что тьма меня тоже окутает в свои тёплые объятья и скроет от вошедшего. Да и это кресло сейчас было ближе всего. Скрип петель отдаётся по моим нервам эхом помещения, и я сжимаюсь вся. Подбираю со звоном цепи ноги вверх и обхватываю их. Будто меня это защитит от неизвестности. Сердце начинает гулко биться об рёбра. Паника всё-таки медленно подбирается, чтобы захватить в свои оковы. «Тише, Сера. Тише. Не паникуй», пытаюсь успокоить себя, но, выходит, отвратительно, кажется, наоборот, с каждым разом всё больше паникую. Блин, пусть это будет снова тот охранник. Его я, хотя бы, один раз видела.. А что? Лучше знакомый крыс, чем неизвестный. Крыс... Ничего не вижу, но слышу стук подошвы ботинок об пол и закрывающуюся дверь. А потом пару шагов и на тусклый свет попадают снова те самые коричневые ботинки. Уф! Резко хватаюсь рукой за сердце. Это он. Блин! Напугал до чёртиков. Хоть бы что-нибудь сказал, возмущённо и одновременно с облегчением тру в районе сердца кожу. Это успокаивает, и я дышу. Слишком часто, но я, оказывается, не дышала всё это время. И стоит попасть кислороду в мозг, как он видимо включается. Потому что страх все же заставляет меня сильнее вжаться в кресло. Что я сейчас ему сказала? Боже, Сера, совсем язык за зубами не держишь! Радуешься тут своему похитителю Он же немой. Я забыла. И холодные мурашки начали маршировать марш по позвоночнику, потому что, воздух будто сгустился и стал плотнее. Это наверняка прозвучало как издевка над ним. Лишь бы этот тихий ужас не решил снова меня коснуться. А то вдруг он, тогда как раз-таки меня придушить хотел до отключки? Чтоб молчала и не болтала лишнего?. Блин, неудобно получилось. Надо как-то извиниться. Ага, а это поможет ли?- Прости. Я... - все же совершаю я неловкую попытку. И она вообще не искренняя. Я будто не извиняюсь, а сама угрожать пытаюсь. - Я испугалась и забыла, - быстро проговариваю и пытаюсь высмотреть хотя бы ещё какие-нибудь очертания фигуры. Может, если смогу его видеть, буду меньше бояться и трястись? Глубокий вдох и выдох. Это, похоже, единственный ответ, который я получу от него Ладно Правда, вздохнул он так, словно хотел весь воздух поглотить, и как мне показалось, двигал при этом головой. И меня этот вдох до чертиков пугать начал. Будто меня съесть хотят, как очень вкусный стейк, и перед трапезой наслаждаются запахом. Ботинки задвигались. И я дернулась, сильнее прижимая к себе ноги. Но снова задышала, увидев, что они направились в сторону стола, где я ела И тут замерла от еще одного открытия: на тусклый свет стала появляться рука. Вначале длинные аккуратные пальцы, а потом и вся ладонь, показала мне себя. Точнее она тянулась к подносу, но я засмотрелась на нее. Ого! А рука-то мощная. Я бы сказала очень крупная. Немного по-мужски вдутые вены и жилистое запястье. Красиво и мощно. Чувствуется сразу сила. И как мне сейчас, кажется, это не просто человек. На каком-то интуитивном уровне я почти уверена, что он альфа. Да он меня только одной этой рукой придушить сможет. Сглатываю вязкую слюну, что начала скапливаться. Но ком в горле лишь усиливался. Странный жар по телу снова начинает прокатываться. И сердце бьётся быстро в груди. И это не страх. Какое-то очень странное волнение. Заворожено наблюдаю, как мужчина забирает поднос и её поглощает темнота, а потом снова открывается дверь. И я от чего-то паникую. Хотя знаю от чего. Я не хочу оставаться одна. Не хочу, чтобы он уходил! Мне почему-то нужно, чтобы этот мужчина остался здесь. Так странно… Или это всё же мой страх, который преследует с детства? Меня слишком часто оберегали, и чаще всего это сопровождалось одиночеством. Да, скорее всего. - Подожди, - соскакиваю с кресла и бегу к нему, но меня останавливает цепь на ноге. Она натягивается до предела и не даёт мне дойти до двери. Замечательно! Я, оказывается, максимум могу дойти только до той полоски света. Значит, дверь я даже потрогать не смогу. Чувствую, что мужская фигура замирает. Не знаю, какая сила меня заставила встать и произнести это, но я сама в шоке от себя. Слышу хмык, а потом звук, закрывающийся двери и засова. Он ушёл. И вот вроде облегчение должна ощущать, а мне как-то дико грустно стало. Тоскливо. И страшно одновременно. Как я могу испытывать такие эмоции к тому, кто выкрал меня из родного дома и держит тут на цепи? И самое ужасное, что страх каким-то невероятным образом постоянно пропадает. Все же одиночество тоже медленно убивает. Но ведь, не лучше ли одной тут сидеть, чем чувствовать давящую атмосферу и ждать возможную угрозу от этой огромной фигуры. А я почти уверена, что он огромен. Такие руки мощные у него. Зашибись! И что это за реакция была? Какой-то «хмык». Да? Нет? Вернусь? Подумаю? Может быть? Блин, похоже, с ним я тоже с ума сойду. Скрещиваю руки на груди и иду к матрасу, чтоб хотя бы закутаться в плед, потому что очень холодно. И стоит нащупать плед рукой, как дверь снова открывается. Скажите, что это он! Пожалуйста! Замираю в этой позе собачки на матрасе и жду. И теперь уже такие родные ботиночки появляются снова в полоске света Фу, Сера, какие родные?! Ура! По правде говоря, во мне вспыхивает такая радость, что я, не сдержавшись, вместе с прихваченным пледом бегу к нему, но меня снова останавливает цепь, до лёгкой боли натягиваясь на ноге. Блин, следы ведь потом останутся И как же хорошо! Я вот сейчас эту цепь зацеловать готова. Потому что я ведь чуть не запрыгнула на него от радости. Как же это всё странно. Этот мужчина вызывает во мне противоречивые эмоции. Правда, от резкого торможения за ногу, чуть не падаю, и меня ловят те самые руки. Одну я уже видела до локтя, а вот вторую ещё нет. Ну, они как бы одинаковые, но почему-то я этому факту тоже радуюсь. И пусть этот незнакомец поймал меня просто за локти, но прикосновение тёплое, я бы даже сказала горячее, меня оно словно оживило. Во-первых, по телу снова прошёлся ток, только такой тёпленький и бодрящий. Но я это оправдываю тем, что я просто рада. А во-вторых, я увидела ещё одну часть тела. Словно мозаику собираю. Но вот первая волна радости прошла и снова накатывает ужас происходящего. Он же меня держит, а еще я сама к нему подбежала! Ну, не дура ли? Ой, а запах какой у него приятный. Прямо такой лёгкий, с примесью чего-то хвойного и... Не могу объяснить, но будто это аромат его тела. Боже, да как я могла такое вообще унюхать? Я же не альфа и не омега, просто человек, и поэтому не могу различать запахи. - Спасибо, - вымученно улыбаюсь. Лихорадочно думаю, как сделать так чтоб отпустил, но и просить не пришлось. Потому что, убедившись, что я, наконец-то, стою на своих двоих, он быстро убирает руки. Шумно втягивает воздух и выдыхает, словно пытается успокоиться. Я что, настолько ему противна? Или от меня воняет?.. Это наверно и хорошо, значит, он меня трогать, точно не будет. И значит, не опасен. Как бы и радует такой факт и как бы я расстроилась. Все-таки я девушка. И ощущать себя отвергнутой не очень приятно. Да что за дурные мысли, Сера? Может, я с ума сошла? Глава 5 Прикусываю губу и медленно двигаюсь от него к своему матрасу. Ладно, он решил составить мне компанию, как я и хотела, но отчего тогда страх накатывает волнами? А я вообще точно хотела, чтобы он остался? Или это что-то с моей психикой не так? Этот парень... или мужчина, всё ещё не двигается. Я только дыхание его слышу. Такое тяжёлое и слегка порывистое. Будто ему воздуха в лёгких не хватает, и он так громко втягивает его. Ой, а может, он болен чем-то? Одышка ведь не просто так у него! Может, проблемы с сердцем или он перенёс серьёзное заболевание, связанное с лёгкими. Немой, так ещё и физическое здоровье слабое. Странно, что его поставили в охранники, хотя, конечно, с такими ручищами, думаю, он меня удержать сможет это точно. Все же тельце у меня слабое. Достаточно просто за запястье схватить и я уже в тисках. А вот ..если я буду бежать, тут возможно небольшое преимущество все же будет на моей стороне. Сей факт все же меня обрадовал. Только вот не повезло бедняге точно. А может, он и голоса лишился из-за болезни? Отчего-то мне стало так его жаль. Даже страх улетучился. Я забралась на матрас и села, осторожно касаясь прохладной стены спиной. Тяжело выдохнула, не сводя взгляда с темноты, которая окутывала моего охранника. Хотя….. Погодите-ка. В тот момент, когда я впервые увидела его огромные руки, я невольно приняла его за альфу. Ведь всем известно, что представители этого вида отличаются исключительным здоровьем. И их организмы словно созданы из стали, а мускулатура развита настолько, что обычные люди могут только мечтать о подобном. Я прожила бок о бок с отцом и братцем Грэем всю свою жизнь в особняке, и ни разу не припомню, чтобы кто-то из них жаловался на недомогание. Их единственным недугом всегда оставалось мрачное настроение. Вечно серьёзные, нахмуренные лица, от которых порой становилось не по себе. Хотя, справедливости ради, папа всегда преображался, стоило ему увидеть меня. Его лицо озаряла тёплая улыбка. Это одна из характерных черт истинных альф. Глубокая эмоциональная привязанность к своему потомству. Как бы суров и грозен ни был альфа, отцовские чувства никогда не покидают его сердце. Даже самые свирепые и безжалостные представители этого вида не могут устоять перед очарованием собственных детей. И это неоспоримый факт, проверенный. Но тогда кто же этот человек передо мной? Определённо не альфа. Просто крупный молодой человек с впечатляющей мускулатурой, но со здоровьем, явно у него проблемы. Интересно, сколько же ему лет? В этой темноте невозможно разглядеть даже его лица, не то, что определить возраст. Странное чувство, мне почему-то отчаянно хочется это знать. Не могу объяснить причину, но почему-то, кажется, что если он окажется примерно моего возраста, мне станет гораздо спокойнее. Слышу, как он шумно выдыхает, а затем он двигается в сторону кресла. Полоска света освещает ботинки, когда он садится в него. И что теперь? Он будет просто пялиться на меня молча? Да блин, он же немой. Постоянно забываю про этот факт. Заматываюсь в плед, обхватывая колени руками и прижимая их к груди. Тут холодно. Ноги заледенели. Мои туфли, похоже, слетели, когда меня похитили из особняка, и теперь ступни абсолютно голые. Интересно, а как меня сумели похитить прямиком из родного дома, где куча охраны и камер? Ещё и в мой день рождения. Родители, наверное, очень расстроены и ищут меня. Надо отвлечься, а то совсем раскисну.- М... ну... это, - прокашливаюсь, - а сколько я тут нахожусь? В ответ получаю тишину. - Ой, снова забыла, - говорю, опускаю плечи, смотря на узкое окошко, и начинаю размышлять вслух. Все что угодно, лишь бы не впасть в уныние и тоске по родным. Ну и в дикий ужас от всего происходящего.- Могу предположить, что около суток, потому что, когда я очнулась, полоска света была в том же месте, где сейчас твои... ноги, - кидаю быстрый взгляд. Интересно, как долго меня тут продержат? Если дольше недели, то чувствую, что скоро заболею и умру. Нет, ну, правда, - шумно вздыхаю. - Тут так холодно.. Можно мне хотя бы носки? Я пальцев не чувствую на ногах. Смотрю на тень, что восседает на кресле. Ни шороха, ни звука, ничего. Ладно, раз молчит и не двигается, значит, я его не особо напрягаю. - Носки бы мне не помешали. И ещё бы зубную щётку с пастой...- вздыхаю. - А если бы я смогла помыться, то было просто прекрасно. Добавляю я, скользя взглядом по тёмным ботинкам. Такое ощущение, что я разговариваю с обувью. Он наверное думает, откуда во мне столько наглости, чтобы требовать от похитителей столько всего. Ну, а что поделать? Холодно же. - Ну, понимаешь, я ведь девушка. И привыкла к ежедневным водным процедурам. Полежать в тёплой ванне с приятными ароматными маслами и включить любимую музыку. Что может быть лучше? У меня уже тело начинает чесаться, целые сутки... - дёргаю нервно плечом, ощущая себя как не в своей тарелке. Но продолжаю дальше болтать вслух. Ну, а что? Раз молча сидит, значит, я ему не мешаю. А так хоть не скучно и с ума не сойду от тишины. Ещё и это платье неудобное. Оно, конечно красивое. Ты же видел его, да? Ну, сейчас оно в ужасном виде, скорее всего. Смятое, да и грязное, а было нежно-розового цвета, как лепестки пиона. Это мои любимые цветы. Запах же обалденный? Ты ведь нюхал хоть раз пионы? - спрашиваю я. Смотрю выжидающе несколько секунд, пока с той стороны помещения не раздаётся тихий вздох. Не знаю, что это означает, но я продолжаю рассказывать. Мне его сшили на заказ по моему эскизу. Я ведь модельером хочу стать, и рисовать люблю. Шить я сама пыталась одежду, и даже неплохо выходило, но пока что для этого нужен огромный опыт. Я ещё вязать умею. Недавно моей младшей сестрёнке связала носки и шарфик. Малышке Софи уже два годика. Она такая милая... - улыбаюсь, вспоминая её. - Я ей волосы заплетала и гуляла с ней по саду... И кто теперь будет с ней гулять? Мама, наверное, очень сильно расстроилась. Прикрываю глаза. Пытаюсь отогнать грустные мысли. Ну вот пыталась отвлечься и опять меня туда потянуло.- Я же почти два года под домашним арестом была, - хмыкаю, продолжая болтать, - вот и научилась всякому. Я бы и тебе носки связала, будь у меня пряжа, спицы или крючок, ну и освещение, естественно. Без света я не умею вязать. Хотя некоторые люди прекрасно справляются. Я даже видела, как слепые бабушки вяжут. Прикинь? Это ж какое мастерство нужно. Медленно, словно пытаясь успокоить собственное волнение, я позволяю себе немного расслабиться. Решаю, что пора размяться. Тело затекло от долгого пребывания в одной позе. И он вроде не двигается и пока ничего плохо мне не делал. Решаюсь. Поднимаюсь с матраса, сбрасываю с себя плед и делаю глубокий вдох. • Всё тело затекло, - произношу я, поднимая руки вверх и делая плавные взмахи, чтобы размять затекшие суставы. - Ох, этот корсет так мешает! - недовольно морщусь и начинаю распускать шнуровку в области декольте, ослабляя корсет. Делаю глубокий вдох и выдох. O-o-о-о...надо было давно так сделать. Затем продолжаю разминку, насколько позволяет моё пышное платье. Поворачиваю голову из стороны в сторону, разминая шею. Мои кудрявые волосы освобождаются от причёски и рассыпаются по плечам, а шпильки с тихим звоном падают на пол. Ой….. Знаешь, я недавно начала заниматься йогой. Здесь такая удивительная тишина, что было бы идеально для практики, - задумчиво произношу я, бросая взгляд на ботинки незнакомца, которые едва виднеются в полоске света. Внезапно до меня доносится тяжёлое, прерывистое дыхание. Снова ему плохо... • А у тебя давно проблемы с дыханием? Может, астма? У моей бабушки была астма и аллергия на шерсть. В молодом возрасте это переносится легче. Сколько тебе лет? - спрашиваю я, а потом хлопаю себя по лбу. - Ой, точно! Извини, забыла, что ты не можешь говорить. Но мне так интересно... Делаю осторожные шаги в его направлении, не отрывая взгляда от ботинок. С каждым моим движением его дыхание становится всё более тяжёлым. Боже, только бы не потерял сознание! Подхожу почти вплотную и протягиваю руку в темноту, пытаясь нащупать его силуэт.- Ты не против? Мои пальцы неожиданно касаются чего-то мягкого - волос! Осторожно, стараясь не напугать этого странного человека, провожу рукой по длинным прядям на его макушке, ощущая под пальцами их шелковистую мягкость. И почему это так мне нравиться? - Вау, у тебя такие приятные волосы на ощупь. Мягкие... • - восхищаюсь я, продолжая исследовать его причёску. Опускаю руку ниже, к виску, и обнаруживаю, что там волосы совсем короткие, практически выбритые. Подушечки моих пальцев начинает покалывать, словно от статического электричества. Как странно..- О, у тебя очень интересная причёска, - бормочу я, позволяя себе более смело исследовать его лицо. Вторая рука присоединяется к первой, и я уже без стеснения ощупываю его кожу на лбу и висках.- Хм, у тебя такая гладкая кожа, и, кажется, совсем нет морщин. Значит, тебе точно меньше тридцати лет, - делаю я вывод. - Я угадала? В ответ только тяжёлое, прерывистое дыхание. Глубокие, судорожные вдохи наполняют пространство. И кажется воздух стал сгущаться, наполняться электричеством. Или это все еще от прикосновений к нему у меня такие ощущения по телу пробегают раз за разом? Как же это... странно... - Тебе плохо? - обеспокоенно спрашиваю я. И тут происходит то, чего я совсем не ожидала. Слышу, как он шумно втягивает воздух носом, а затем из его горла вырывается какой-то утробный, даже животный рык. В следующий момент массивная ладонь крепко перехватывает мою кисть, сжимая её с такой силой, что я невольно морщусь от боли. Боже….. Неужели я его разозлила? Что я вообще творю? О чём я только думала? Ой дура... совсем забыла, что это мой похититель! Паника начинает медленно разливаться по венам. Глава 6 Паника захватывает меня целиком, беря в плен мои руки и ноги, что я каменею и не двигаюсь. После жуткого внутриутробного рыка мужчина делает рукой резкий рывок на себя и я падаю в темноту. Приземляюсь на что-то значительно твёрдое и немного бугристое. Эти бугорки невероятно горячие, обтянуты в мягкую ткань футболки. Вздымаются так прерывисто и высоко, будто ему до критического не хватает воздуха, и он делает жадные вдохи. Вторая огромная рука зарывается мне в волосы. Боже, она почти всю мою голову может обхватить сзади. Прижимает к этим самым буграм, и я слышу невероятно дикий и глубокий вдох на макушке. Он что меня там нюхает? Одной рукой он всё так же удерживает запястье, а второй фиксирует мою голову у себя на груди. Я лежу на нём! Мамочки, здесь такая широченная грудь, что я теперь боюсь сказать даже какого он размера. Нет, люди однозначно не бывают такими... А это значит... Паника затапливает с головой, начинает разрывать сознание на части, и я не сразу понимаю, что происходит. Просто замираю и не двигаюсь. Хотя это почти невозможно. Он слишком крепко держит. Прижимает мою голову. Его пальцы немного гладят волосы, но своей фиксации не снимают. От этого действия, кажется, моя кожа пупырышками покрылась. Вообще, странная реакция тела. Я дико боюсь и одновременно, где-то на периферии сознания, ощущаю странный трепет. Такой, что хочется начать нежиться в его объятьях и начать мурлыкать. Наверно от страха всё во мне в хаос пришло. Тьма поглотила меня, раскрыв свою пасть и удерживая вот в таком странном положении. Ничего не вижу, но зато из-за этого, стали подключаться другие органы чувств. Его запах могу теперь отчётливее почувствовать. Терпкий, но ненавязчивый. Что-то хвойное и цитрусовое. А ещё нотки мяты. Той самой, которую я люблю добавлять в чай. Говорят, она успокаивает. Не знаю, правда ли это. Но вот сейчас она ни капельки не успокаивала. Наоборот, заставляла мою кровь по венам циркулировать намного быстрее, и жадно начать вдыхать этот странный аромат. Ой, совсем с катушек ты слетела, Сера. Нюхаешь кого попало. Я, может, и лежала, словно замершая статуя, но сердце колотилось с бешеным ритмом, отбивая по рёбрам песню страха и ужаса. Меня приводили в шок его размеры. Он же огромен. Если это только его грудь, то я боюсь даже представить какой он целиком. Ой, похоже, это тот пазл, который я не очень уже хочу собирать. А можно вернуться к беседе с ботинками? Очередной глубокий вдох от него, и он сжимает пальцы у меня на макушке. Собирает волосы и оттягивает назад. Заставляет оторвать голову от его груди и запрокинуть её. Зажмуриваюсь от боли. Страх с новой волной окатывает мое тело. Хотя куда уже сильнее бояться-то? Молчание - золото, Сера. Почему ты всегда забываешь наставление папы! Похоже, я сильно его разозлила. Мамочки, а как теперь обратно его вернуть в состояние покоя? Ощущаю, как меня откровенно разглядывают, но боюсь открывать глаза, да и нужно ли? Всё равно ничего не увижу. Мрак, в котором мы находимся, лишь поглощает Чувствую касание на своей макушке. Не понимаю, какой частью тела он коснулся: нос, губы, подбородок? Но я резко распахиваю глаза и, как и ожидалось, ничего не ВИЖУ. - Если тебе не нравятся касания, то просто хмыкни или вот как сейчас недовольно и шумно выдохни. И я правда сразу пойму и больше так делать не буду, - говорю я поспешно, голос немного дрожит, но попытку я всё же сделала. Про мычание больше не заикаюсь, потому что это ему явно еще в прошлый раз не понравилось Ну, вот как я, по-твоему, должна была понять, что тебе не нравится? Молчал же... Слышу хмык в макушку, и он так же резко отталкивает меня, как и притягивал. Уф! Мы что договорились? Спросить не решаюсь, и вообще меня покачивает, кажется, я накачала лёгкие его запахом и страхом, от чего ноги жутко ослабели. И стоит остаться без его поддержки, как я рухнула на ледяной бетонный пол. И если бы не пышная юбка, то точно разбила бы колени. Ботинки, что были сейчас в поле моего зрения, зашевелились. Я всем телом ощутила массивность его фигуры. Тяжесть поступи и даже то, как он открыл дверь, а потом захлопнул её. Я ошиблась. Он не человек. Он - альфа. Руки всё ещё подрагивали, но с его уходом воздух в пространстве этой комнаты однозначно стал легче. Уф, нет, одной гораздо лучше сидеть. А поболтать я и с мебелью могу. Да хоть с раковиной. Опыт с ботинками уже есть. Не трогать больше злого, немого, охранника ни при каких обстоятельствах. Но в моей голове не укладывается, как он, являясь альфой, а я уже в этом не сомневалась, может иметь такое здоровье? И если его невозможность говорить, я ещё могу как-то оправдать, например, язык в наказание отрезали, или ещё какие увечья получил от альф при разборках, то вот астму... Ну, никак. В его гене точно есть изъян. А может, поэтому он взялся за эту работу? Ему больше никакой другой не светит? Да и чёрт с ним! Мне после таких «бесед», нужно дыхание выронить и в себя прийти. И вот теперь даже не знаю, как себя с ним вести. На всё ещё ослабевших ногах, добираюсь до раковины и брызгаю воду в лицо, стараясь охладиться. Зато я согрелась. Он невероятно горячий. Даже ноги, касаясь бетона, больше остужаются, чем замерзают. Большую часть дня, по крайней мере, я думаю, что время близилось к вечеру по полоске света, скромно проникавшую в мою обитель. Он так и не пришёл. Это хорошо. Я всё же успокоилась и смогла проанализировать, сделав кое-какие выводЫ. Он молод. Все же его кожа слишком гладкая, ну, может, старше меня, но точно не за тридцать. Хотя альфы ещё хорошо сохраняются. Но мой опыт с папой и братом, даёт преимущество прийти именно к такому умозаключению. А еще его прическа. По сути, очень современная. Его вдохи... были слишком странные, хотя тут я могу ошибиться, слишком сильно испугалась и могла дезориентироваться. Но то, что он сильный и мощный - это неоспоримый факт. Возможно, под два метра ростом. А раз он альфа, то злить его точно не стоит. Думаю, настроением он таким же, как мои родственнички. Живот начал протяжно бурчать. Он наверно в наказание меня оставил без обеда.- Но хоть ужин бы принёс. Я ведь не усну. Сажусь на матрас и кутаюсь в плед. Тепло альфы меня покинуло, и теперь я жутко мёрзну. Не успеваю себя бедненькую и голодную пожалеть, как звук от замка будит мои надежды на ужин. Глава 7 Сказать, что я была рада приходу альфы, ничего не сказать! Я даже подпрыгнула на месте, вот только не ринулась к нему, как в прошлый раз. Смогла удержать свою задницу на месте. Хоть мои глаза за сутки и успели привыкнуть к темноте, но я попрежнему ничего не видела. Только тяжёлые шаги и шумный вздох. Ох, ещё и жар ощутила всем телом, исходящим от альфы. Хотя, как такое вообще возможно? Наверное, сидя в темноте, чувства обостряются сильнее. Кажется, альфа подошёл к столу и поставил поднос. В нос сразу ударил запах свежей еды. Желудок снова заурчал, требуя хоть кусочка пиши. Вот честно, от запаха у меня чуть голова не закружилась и слюни едва не начали капать изо рта. Сглотнув, я облизнула губы, вглядываясь в темноту. Послышался новый шорох, похожий на бумагу или пакет. Непонятно. Мой охранник снова шумно вздохнул, а затем, кажется, направился в сторону двери. Уходит? Нет, это конечно хорошо. После того, как он обнюхивал меня, удерживая на своей огроменной груди, я едва ли сердечный приступ не получила. Нет, это ж надо! И чего он нюхал-то меня вообще? Ой... я ведь не была в душе так давно! От меня воняет? Притягиваю рукой прядь своих волос и внюхиваюсь. Волосы пахнут сыростью и остатками запаха маски для волос. А тело? Обнюхиваю себя как могу. Блин….. Я грязная и вонючая. Тело чешется так, будто по мне жуки ползают. О боже! А если у меня заведутся вши? Хотя нет, они же не могут выжить в таких условиях. Здесь ведь сырость и можно подхватить всякую заразу. Клопы... земляные блохи. Обхватываю себя руками, замирая на матрасе. Может, поэтому и тело чешется? Они уже на мне? Едва ли с ума не схожу от этой мысли. Я хочу в душ и домой... Хотя бы в душ! Папа, почему ты так долго? Меня же здесь сожрут всякие кровососущие. Хотя бы крыс пока не видно. И тут ужасно холодно. Я снова не чувствую своих ног. Я даже слезу пускаю от своей тяжёлой участи. С трудом поднимаюсь с матраса и иду к столу. Нужно поесть В тусклом свете, пробивающемся сквозь щель в стене, я разглядела поднос, а на нём настоящее сокровище! Ароматное овощное рагу, свежий кусочек хлеба, дымящийся чай и... шоколадка! Невероятно! Глаза расширились от удивления, руки задрожали от предвкушения. Но это было ещё не всё. Рядом с едой я заметила какой-то странный предмет. Осторожно прикоснулась к нему пальцами - мягкая, приятная ткань. Носочки? Тёплые, уютные носочки! От неожиданности я замерла, не в силах поверить своему счастью. Сердце забилось часто-часто, подпрыгнуло к самому горлу от радости. Я прижала их к груди, наслаждаясь шелковистой мягкостью, вдыхая едва уловимый аромат шерсти. Сорвала бирку и торопливо натянула их на замёрзшие ноги. О, какое блаженство! Тепло разлилось по всему телу, прогоняя озноб и страх. Теперь даже воображаемые насекомые, которые, как мне казалось, ползали по коже, перестали пугать. Рагу оказалось удивительно вкусным и наваристым, с пряными травами. Я съела каждую крошку, даже не пытаясь оставить что-то на после. Откусила кусочек хлеба, наслаждаясь его хрустящей корочкой. Взяла кружку с горячим чаем и шоколадку, вернулась к своему матрасу. Устроилась поудобнее, укутавшись в тонкий плед, и стала медленно попивать чай. отламывая маленькие кусочки шоколада. Каждая секунда этой простой радости казалась бесценной. Ноги в тёплых носочках постепенно согревались... Эх, какой же это всё-таки кайф. Как же я раньше не ценила такие простые вещи! Моя семья никогда не бедствовала, у меня всегда было всё, о чём только можно мечтать. Я даже не представляла, каково это, когда роскошью становится обычная шоколадка. Теперь я понимаю, что есть люди, для которых подобные мелочи недостижимая мечта. Есть те, кто живёт в условиях, где тёплые носки становится настоящим сокровищем, а горячая еда прямо праздником. Никогда бы не подумала, что буду испытывать такую благодарность за тёплые носки и шоколадку. Казалось бы, мелочи, но в этой темноте и холоде они стали для меня настоящим сокровищем, которое я буду точно беречь. Допив последний глоток чая и доев сладости, я почувствовала, как тепло разливается по телу. Укутавшись в плед с головой, мгновенно проваливаюсь в сон. Он был таким сладким и спокойным, что я даже забыла о своём положении. Может быть, это маленькие радости, принесённые моим охранником, так подействовали на меня? В этот момент я даже подумала, что, возможно, он не такой уж и злой. И возможно, даже не совсем плохой человек. Ведь я даже забываю о своём страхе. Но мой покой был нарушен резким, оглушительным звуком. Кто-то яростно колотил по железной двери, словно пытаясь вырвать её с петель. Я резко вскочила с матраса и, затаив дыхание, направилась к источнику шума. Цепь на ноге натянулась, издавая противный металлический звон. Может быть, это наконец-то пришли меня спасать? Но что-то в этих звуках настораживало. Они были какими-то звериными, будто обезумевший зверь пытался добраться до своей добычи. От этой мысли по телу пробежала дрожь, и я почувствовала, как страх сковывает каждую клеточку. Нет, это точно не друг!.. Тело охватил дикий ужас. Я медленно попятилась к матрасу, не отрывая взгляда от тёмного угла, откуда доносились эти ужасные звуки. Тот, кто был там, явно пытался проникнуть внутрь с недобрыми намерениями. Обхватив себя руками, я вжалась спиной в холодную стену, боясь даже дышать. Слёзы навернулись на глазах, а сердце готово было выпрыгнуть из груди. Время словно остановилось. И вдруг наступила тишина. Никто больше не бил по двери и не пытался ворваться внутрь. Но я услышала что-то ещё, чей-то грубый голос, затем зловещий рык и глухие удары, будто кто-то избивал тяжёлую грушу. Боже, я могла поклясться, что почувствовала запах крови. Нет, бред, конечно. Как я могу такое чувствовать? Я же просто человек. Но вот щелчок замка заставил моё сердце пропустить удар. Я ещё сильнее вжалась в стену, обхватив колени руками и прижимая их к груди. Зажмурилась, когда дверь тихо отворилась, и услышала медленные, тяжёлые шаги. Глава 8 Каждый тяжёлый шаг сопровождается одним ударом моего сердца. Тук... и Бум! Тук - Бум! Тишина не просто стала звенящей, она была до ужаса пустой. Совсем Кажется, я слышала не только биение, но и как кровь бежит по венам. Страх сковал всё моё тело. А закрытые глаза лишь усиливали ужас, бьющий по вискам. Словно колокол. Не знаю, чего именно я ждала. И не знала, к чему готовиться.. Но стоило звукам шагов затихнуть и прийти на их место глубокому вдоху. Как я распахнула глаза. Сейчас эта тьма меня пугала. Мне казалось, я привыкла к ней, но нет, всё равно. То, что она таила в себе... неизвестность. .. саму тьму. Именно это не вызывает доверия. Цепляюсь взглядом за носки уже знакомых ботинок, потому что только на них падала тусклая полоска света. И я была готова уже выдохнуть, хоть немого от облегчения. Хотя какое здесь облегчение? Впору впасть ещё в одну панику. Но отчего-то присутствие моего немого охранника не пугало, хотя должно, а наоборот будто сказало, что я в безопасности. Блин, ты что ли, так в дверь ломился? У тебя же ключи есть? Зачем так пугать?! Хотелось закричать на него, чтоб немного сбросить то напряжение, что сковало все мышцы, но я не могла даже пошевелиться. Что на него нашло? С ума сошёл? А может, у него бывают ещё вспышки агрессии? И они вот такие... Ой, мамочки, что мне за охранника приставили? А если он неадекватный и решит во вспышке очередного гнева мне что-то сделать? А я с ним болтать пыталась? Дура, Сера! Ты ещё легко отделалась, просто полежав на его груди. Звук, движение, и я отрываю свой взгляд от ботинок. Поднимаю глаза и вижу, как в полоске света медленно появляется рука. Окровавленная рука. Боже мой! И только в эту секунду понимаю, что мужчина дышит учащённо, шумно и глубоко. Словно хочет вобрать весь воздух в себя, и будто одновременно стометровку пробежал. Похоже, у него снова приступ астмы. Но я заворожённо наблюдаю, как в районе кисти собирается кровь и медленно вытягивается в тяжелую каплю, которая отделяется и, как в замедленной съёмке падает на бетонный пол. Кап! Я словно слышу этот звук и вижу, как она разбрызгивается в стороны. Никогда вид крови не вызывал во мне настолько животного страха. Рука потянулась ко мне, и я резко дёрнулась назад, больно ударившись о стену позади себя. Рука замирает. Слышится шум вдыхаемого воздуха. Кажется, я чувствую, что он даже головой покрутил, будто шею размял, и глаза при этом закрыл. Но это всё моё воображение. Я абсолютно его не вижу. Лишь руку, что сжалась в кулак. Вены вздулись, а кожа натянулась до предела Я уже ждала чего угодно. Удара, сжатие этих пальцев на моём горле или даже чего похуже. Но тут рука исчезает во тьме. Она будто медленно ее поглощает в себя. Звук тяжёлой поступи разносится от стен. Потом закрывающаяся дверь, щелчок замка. И впору выдохнуть. Точнее, вообще начать дышать. Он ушёл. Но тут громкий и жестокий шум удара по чему-то. Прям так и, кажется, что деревянную стену пытались сломать кулаком. А после непонятные шорохи и возня. Словно что-то взяли очень тяжёлое и не просто понесли, а скорее поволокли за собой по полу. И только когда все шумы стихли. Вокруг меня снова образовалась уже та самая тихая темнота. Уже так мне знакомая и безопасная. Я, наконец, позволила себе дышать. Шумно, часто, прерывисто и глубоко. Как угодно, лишь бы поскорее вытеснить из себя этот удушающий страх и оцепенение. Скинуть как цепь, на которую я буквально посажена. Но хотя бы не чувствовать её внутри себя. Не позволять панике захватить сознание и не впасть в полное отчаяние. Мозг насыщается кислородом и хоть немного, но мысли начинают появляться и анализировать ситуацию Окровавленная рука... Не тронул. А что хотел? Прикоснуться? Убедиться, что со мной всё в порядке? Или всё же что-то сделать, но передумал? Я ведь отчётливо слышала, как там что-то поволокли. Тяжёлое и явно большое. Мозаика складывается в картинку. Пусть и не чёткую. И не уверена, что я правильно её собираю. Но, похоже, он меня защитил! Кто-то другой ломился сюда, послышался звук, словно мешок тащат. Да, точно, это не он с ума сошёл, он выполнил свои обязанности охранника. Ух! Даже отлегло немного. Но всё равно, от перенапряжения хотелось плакать, и я, укутавшись пледом и, прижав колени к себе, всё же, разревелась. Не знаю от чего больше. От того, что меня вообще похитили с моего дня рождения. Или от того, что я на цепи и грязная.. Снова себя почесала везде. Наверное, от того, что у меня даже горе-охранник, с которым не поговоришь. И вообще, что это было? Или, может, от страха, что меня могут не найти? А может, я вообще никому не нужна? От напугавших меня шумов и этой тьмы? Слишком много всего. В общем, я не знаю из-за чего, возможно, от всего и сразу. Я долго держалась и всё же позволила себе сейчас эту слабость - разреветься и пожалеть себя. А потом... а потом я соберу себя по кусочкам и снова стану сильной. Обязательно. Но не сейчас. Сейчас мне нужна разгрузка. Я так долго плакала, что это меня опустошило, и силы просто покинули, погружая в глубокий сон. А проснулась я от тёплых и нежных поглаживаний по моей щеке. Приятно... Даже открывать глаза не хочется. Мама опять пытается меня разбудить потихоньку? Но зачем? А можно я чуток ещё посплю? Я так устала. Немного стала выныривать из мира Морфея, потому что поглаживания не прекращались, а потом стали спускаться ниже по скуле, и медленно пальцы гладили шею. Блин, это не мамина рука! У неё кожа нежная и гладкая. А тут..тут, кажется, пальцы шершавые, немного грубые. Папа пришёл?! От радости резко распахиваю глаза, и чуть не подскакиваю сразу, но вовремя себя удерживаю и приказываю замереть. Потому что я, наконец, вспоминаю, где я вообще. И кто меня может вот так гладить... Начинаю учащённо дышать, а страх сам собой душит горло. Перед глазами сразу встаёт его окровавленные руки. А может, это вообще не мой страж? Надо как-то уточнить этот момент, хотя бояться меньше я вряд ли буду.- Ты ведь не сделаешь мне больно? - прозвучало, конечно, отстойно, жалобно, но я, правда, уже на грани. Если ответит, значит, здесь совершенно другой мужчина, а если будет молчать, то мой немой, болеющей астмой здоровенный альфа. И вот даже не знаю, что хуже. Но уж лучше тот, кто, возможно, меня вчера защитил. Рука вначале останавливается на моём плече. И его лёгкое касание пальцев просто обжигает сейчас кожу. Кажется, там ещё и ток мелкими вспышками проходится. Ох, какие странные ощущения. Я лежу и пялюсь в шершавую холодную стену и с замиранием сердца жду ответа. Пальцы исчезают, но на их месте появляется горячее дыхание, а потом я слышу, как он вбирает мой запах. Уже откровенно меня нюхает. Блин, да я уже в курсе, что воняю! Даже стыдно почему-то. И после этого... холод. Он отодвигается от меня. И только когда он уже встаёт с матраса, понимаю, что альфа сидел рядом со мной. Этот факт ещё больше разрывает сознание в клочья. - Ты меня пугаешь, - сознаюсь я и всё ещё не шевелюсь. Перевариваю. Он ведь сидел прямо рядом со мной! Молчание. И оно сопровождается шебуршанием одежды и шагами, а потом я слышу, как садится уже в своё кресло и недовольно выдыхает. Вот прям знаю, что это было сейчас возмущённо. Как? А вот иг его знает. Кажется, я всё же стала его понемногу понимать и различать его вдохи и выдохи. Глава 9 Я понемногу расслабляюсь, ощущая, как напряжение покидает тело. Альфа наконец-то на своём месте. И от этого осознания я будто возвращаюсь к прежней себе, даже страх немного стихает. Потому что все как обычно. Как я уже привыкла. Медленно переворачиваюсь на другой бок, устремляя взгляд в густую темноту, которая надёжно скрывает его от моих глаз. Вглядываюсь изо всех сил, но тщетно, очертания размыты, черты неразличимы. Наверное, пора уже окончательно смириться с тем, что лицо его мне так и не удастся разглядеть. И всё же любопытство разгорается внутри с новой силой. Альфы, как правило, обладают яркой, запоминающейся внешностью - настоящие красавцы. Да, этот парень страдает от астмы, но вряд ли это портит его внешность. Наверняка он весьма симпатичен. Мысленно рисую его образ, пытаясь угадать цвет глаз. У папы они пронзительно-голубые, а у моего братца Грэя гетерохромия: один глаз зелёный, другой голубой. А какие глаза у моего таинственного охранника? Возможно, тёплые карие или, быть может, загадочные янтарные? Впрочем, какая разница... Скорее всего, я больше никогда его не увижу, так что гадать бессмысленно. Внезапно в голове всплывает другой вопрос, не дающий покоя... Кто же всё-таки ломился в дверь с такой неистовой силой? Воспоминание заставляет нервно прокашляться. - А кто пытался сюда войти? - осторожно начинаю я. - Этот человек не из вашей банды? Ой….. то есть.- хмурюсь, осознавая нелепость оговорки. Банды? Кто вообще мог меня похитить? Чёрт, у папы столько недоброжелателей...- Ну, в общем, это был один из ваших?.. В ответ мёртвая тишина. Ни малейшего шороха, ни единого вздоха. Ладно, понятно. Да-а-а…. Он меня здорово напугал, - продолжаю я, пытаясь заполнить гнетущую тишину. - Такой странный…... Ломился с таким остервенением, словно здесь спрятано какое-то бесценное сокровище.. Вдруг раздаётся шумный вдох, настолько отчётливый, что я вздрагиваю. Что это значит? Он согласен со мной?- Так, значит, это был не из ваших, да? - настаиваю я. - У ваших бы точно были ключи... Честно говоря, сначала я подумала, что это ты, - не могу сдержать лёгкого хмыканья, и уголок губ невольно приподнимается. - Представилось, будто ты сошёл с ума и решил забыть, что у тебя есть ключи. Ну, всякое ведь бывает, правда? Можно и запамятовать. Я вот недавно свой браслет потеряла. Думала, что обронила его в саду, а он, оказывается, всё это время лежал на самом видном месте в комнате среди моих художественных принадлежностей. Я сняла его, когда рисовала горный пейзаж. А ты любишь рисовать? - выдерживаю паузу, ожидая хоть какой-то реакции, но в ответ лишь безмолвие. А я просто обожаю. Особенно пейзажи. До того, как перейти на домашнее обучение, я посещала закрытую элитную школу на севере нашей страны. Ох, какие там были виды! Горы окружали нас со всех сторон, а река простиралась настолько широко, что казалось, будто это целое море. Я перерисовала там буквально всё. И знаешь, что самое удивительное? Разные материалы позволяют создавать совершенно непохожие картины. Я без ума от масляных красок, но в последнее время увлеклась карандашной графикой, делаю скетчи, зарисовки, экспериментирую с тенями и линиями. В общем, вот... Чешу шею и затылок, едва сдерживаясь, чтобы не разодрать кожу. Зуд становится просто невыносимым. Внутри нарастает тревога, боюсь даже представить, как я сейчас выгляжу, и... пахнет от меня, наверное, не лучшим образом. Громко вздыхаю и резко сажусь на матрасе. У меня всё чешется, - вслух произношу я, будто надеясь, что озвученная проблема станет менее острой. - Я, конечно, понимаю, что нахожусь здесь в положении заложницы, и даже признаю, что раковина в комнате есть... Но в ней только холодная вода. Да и толком помыться не получится, разве что слегка обтереть тело тряпочкой. Как же хочется в душ! А о ванне с пеной и ароматными маслами я уже и не мечтаю….. - прикусываю губу, всматриваясь в непроглядную тьму, будто она может дать мне ответ. Тишина. Глухая, безмолвная. Ну конечно. Размечталась, Сера. Спасибо большое за носочки, - добавляю я, пытаясь хоть как-то разрядить обстановку. - Правда, стало намного комфортнее. Они такие мягкие. Из темноты доносится шумный выдох, за которым следует лёгкий шорох. Он поднялся с кресла и направился к двери. Слышится отчётливый щелчок замка и, похоже, альфа выходит. Hv вот! Ушёл. Убежал от моей бесконечной болтовни. Ладно. Раз уж он покинул комнату, попробую хоть как-то привести себя в порядок. Снова вздыхаю и нащупываю подол платья. Нужно оторвать кусочек ткани, иначе нечем будет обтираться. Медленно поднимаюсь с матраса и осторожно продвигаюсь к раковине на ощупь. Каждый шаг даётся с трудом. Теперь я по-настоящему понимаю, каково это жить без зрения. Дохожу до раковины, включаю воду и подставляю руки. Ледяная. Дрожь пробегает по телу. И платье рвать не хочется, ведь это единственная вещь, которая хоть как-то согревает меня, если не считать пледа. Нагибаюсь, крепко хватаюсь за подол юбки и только собираюсь рвануть ткань, как вдруг слышу, что дверь отпирается. Замираю в этой нелепой позе, широко раскрыв глаза и вглядываясь в темноту. Слышу тяжёлые шаги, а затем ощущаю жар, исходящий от тела альфы. Медленно выпрямляюсь, не зная, как реагировать. Бежать обратно к матрасу? Моё лицо опаляет горячее дыхание, а в следующий миг его пальцы вновь касаются моей кожи осторожно и невесомо. Но я все равно вздрагиваю и снова замираю. Я чувствую, как на глаза мне надевают что-то твёрдое и упругое. Резко вскидываю руки, пытаясь понять, что это такое. Гладкая резина, жёсткие края... Очки для плавания?- Зачем?.. - шепчу я, и внутри тут же разрастается тревога. Страх снова сковывает тело, заставляя мышцы напрячься. В ответ лишь медленный, размеренный выдох. Затем мой охранник, похоже, опускается на корточки и снимает цепь с моей ноги. Металл звонко бренчит, когда он освобождает щиколотку. Кожа тут же отзывается облегчением. Так приятно чувствовать свободу. Альфа берёт меня за руку и мягко тянет за собой. Я шагаю молча, ноги словно наливаются ватной тяжестью. Страх парализует, но я послушно следую за ним. Мы выходим из помещения, и вдруг резкий рывок, альфа подхватывает меня на руки. Я вскрикиваю от неожиданности, инстинктивно вцепляюсь пальцами в его шею Ого, вот это шея... Сильная, мускулистая, под кожей перекатываются напряжённые жиЛЫ. Я даже немного щупаю и отвлекаюсь от того, что я вообще-то на руках у незнакомого парня. Мы поднимаемся по лестнице, а затем оказываемся в каком-то новом помещении. Альфа ставит меня на прохладный пол. Я тут же тянусь рукой к очкам, из-за которых вообще ничего не видно. Только тьма. Хочу снять их, но он мгновенно перехватывает мою кисть. В воздухе раздаётся приглушённое и предупреждающее рычание. Снимать нельзя. Ладно... - Куда ты меня принёс? - спрашиваю я, застыв на месте. Альфа лишь вздыхает в ответ, делает шаг в сторону, и тут я слышу шум воды! Душ? Да ладно? Радость вспыхивает внутри, и я невольно улыбаюсь. Начинаю распускать шнуровку на платье, но вдруг осознаю, что альфа всё ещё здесь - А ты не выйдешь?.. - пальцы замирают в районе декольте. В ответ раздаётся едва уловимый фырк. Или всё-таки вздох? Не разобрать. Это значит «нет»?.. - уточняю я, и снова слышу тот же невыразительный выдох. А как же я буду принимать душ? Я же девушка! А ты парень. И вообще в этих очках я ничего не вижу. Может, ты выйдешь, я сниму их, а когда искупаюсь, надену обратно? Я понимаю, что мне нельзя тебя видеть. Но просто... - прикусываю губу, подбирая слова. Он не двигается с места. Ни звука и ни шороха. - Значит, не выйдешь... И снимать эту штуку с глаз нельзя. И как мне быть? Я очень хочу искупаться, но раздеваться при тебе не стану! Ты ведь будешь глазеть. Я стесняюсь. Знаешь ли, меня парни ещё не видели в обнажённом виде. И это вообще неприлично, - выпаливаю я, скрещивая руки на груди и хмуро глядя в сторону. Хотя, конечно, ничего не вижу за этими дурацкими очками. Жду. Молчание. И вдруг, будто бы лёгкая усмешка? Ему смешно? Вот же.. А вот мне совсем не до смеха. Я ужасно стесняюсь и не могу просто взять и раздеться перед парнем, которого даже имени не знаю. Терзаю губу. Чешу руку, потом снова шею и тяжко выдохнув решаюсь.- Можешь хотя бы отвернуться? - с надеждой спрашиваю. Вздох. - Точно отвернешься? Не смотри! - настаиваю я. Снова вздох такой тяжёлый, будто он мысленно считает до десяти, чтобы не сорваться. Всё-таки искупаться я хочу больше, чем сидеть грязной и чесаться. Фыркаю, собираясь с духом, и продолжаю расстёгивать шнуровку. Осторожно стаскиваю платье через голову. Под ним только трусики и те самые носочки, которые он мне принёс. Выставляю руку вперёд, нащупывая его тело. Он дёргается от моего прикосновения.- О, это спина. Хорошо, облегчённо выдыхаю я. - Я проверяю, вдруг ты подглядываешь. Стой, где стоишь. И не двигайся, ясно? Снимаю только носочки, решая остаться на всякий случай в трусиках. Мало ли... вдруг он будет подглядывать. Да и комфортнее мне так будет. Оборачиваюсь и начинаю нащупывать смеситель или хотя бы стену, но ничего не нахожу. Делаю неосторожный шаг и натыкаюсь на невидимую преграду. Громко вскрикиваю и теряю равновесие, лечу лицом вниз, но в последний момент меня рывком ставят на место. Сильные руки обвивают за талию, прижимают к горячей, твердой груди... - Ой, - вырывается у меня, и я замираю, чувствуя, как бешено колотится сердце, а кожа начинает гореть. Глава 10 Цепляюсь за его руки и ощущаю под ними сталь. Альфа так же напряжён, как и я. Только у меня от страха нервы как струны, а ещё от осознания, что я практически голая... и прижата к нему всем телом. Жар проходится по коже словно лавина и концентрируется на щеках. Ой, не только там, мне кажется, даже кончики ушей покраснели, потому что там вообще пылает кожа, а ещё... чешется. А сердечко-то, словно у птички бешено колотится и, кажется, сердечный приступ будет. Разорвёт просто на кусочки, и я умру от приступа или от нехватки кислорода. Потому что просто не дышу. Он резко ставит меня более уверенно на ноги, при этом сопровождая это утробным рычанием. Будто он тоже старался не дышать, а потом сделал тот самый глубокий вдох и как будто запах ему точно не понравился. Да я в курсе, что пахну так себе, но рычать то так зачем? Зато теперь мне больше стыдно за мой грязный вид, чем-то, что я тут перед ним в одних трусиках. И при этом он меня видит, а я его нет. Зато вот отчётливо чувствую и, кажется, даже дрожать начинаю. Отпускает меня. А у меня теперь дрожь от холода. Здесь нет ветра, но, мне кажется, что сама температура без его рук намного холоднее. И вообще, воздух как-то уплотнился, будто тяжелее стал, и это не от горячей воды. Неловко и стыдно, начинаю терзать губу сильнее и решаюсь сделать ещё одну попытку попасть в душевую. Жмурюсь, сильно-сильно. И так глаза закрыты, но это чтобы хотя бы дыхание вернуть. И чтобы прогнать мысли, что альфа меня трогал, видел и всё такое, иначе просто со стыда сгорю. Вообще, меня сейчас на кусочки разрывает. Поворачиваюсь вправо, так как, мне кажется, что звук воды оттуда, и уже аккуратно тяну руку. Там наверно дверца была, и вот в неё я и врезалась. Но мою кисть перехватывают, не давая даже дотронуться до преграды. Замираю. Пульс снова подскакивает. Слышу шумный вдох, а потом выдох, он опускает мою руку вниз и, как мне кажется, слышу шелест одежды. Я после такого заточения, начну всё по звукам определять. Он что раздевается?! Зачем? Нет! Так, громко и резко кричу, потому что до меня доходит для чего он раздевается. И возня сразу же прекращается. - Ты что со мной в душ собрался?! - если бы у меня не было маски, думаю, он там увидел два офигевших блюдца. Большие такие. Громкий, как мне кажется, издевательский хмык раздается прямо над ухом. Нет! Не вздумай, тем более голый, - хватает уже, что я здесь стою практически, в чём мать родила, и он это видит. О-о-о, как хорошо, что я этого не вижу. Иначе бы не смогла даже слово вытолкать из себя. Вспоминаю, что он всё же смотрит. А точнее, чувствую вот этот обжигающий кожу взгляд, будто низким током проходятся. И быстро прикрываю рукой грудь И снова слышу хмык. Да он издевается?! Я хоть и тону здесь в смущении, да что уж, по-моему, уже утонула. Но и злиться начинаю Что? Не нравится, что видит? Считает, что мне показывать нечего? Ну, может грудь у меня не сильно большая, но и не маленькая, чтоб её не прятать и вообще... Я как бы девушка и мне в любом случае, такой пренебрежительный хмык обидно слышать. Пусть и от немого астматика и похитителя. Ой, дожилась, Сера! Тебя голой увидел вообще неизвестный парень, ещё и в таком унизительном положении. Ещё и хмыкает здесь... издевательски. Радуйся, что такую красоту вообще увидел, бракованный альфа. Большего тебе и не светит! Наверное... Мама всегда учила себя не принижать. И вообще, с чего мне важно мнение, какого-то охранника? Правда, вслух я этого всё же не говорю. Побаиваюсь его, особенно после нескольких кусочков пазла, о которых я сегодня ещё узнала. Например, о мощной шее и что, кажется, он реально очень высокий Вот безумно интересно какой же ты внешности полностью... Ну я не про части тела... Ой... точнее... короче, про лицо я! Блин, даже в мыслях неловко стало Снова слышу возню, кажется, он там обувь или что-то снизу снимает.- Эй, я же сказала, я сама. Ты со мной в душ не пойдёшь. Я всё на ощупь смогу. И вообще, я тебя голы... A-a-a-a! Не успеваю договорить, как мою талию обхватывают одной огромной рукой и, сделав маленький полёт, приземляют на ноги прямо под струйки воды. От страха хватаюсь за его плечи и понимаю, что он в футболке. Ты что прямо в одежде в душ зашёл?! Чтоб убедиться, начинаю шарить руками по нему и опускаю одну руку вниз по его бедру. Ты даже джинсы не снял... Я так увлеклась страхом, что он мог снять штаны и не сразу поняла, что он в статую тут каменную превратился. Огромная рука, всё так же прижимает меня к себе, и только глубокие рваные вдохи и выдохи говорят о том, что он всё же живой. Быстро одёргиваю руку от ремня. И чувствую, что его трясти начинает вместе со мной. А нет, это не дрожь, это его плечи тут подрагивают. Он что тихо ржёт? Ощущаю, как его одежда всё больше мокнет. Как она липнет к нему. И уже становится второй кожей. Там такие мышцы... я помню сталь его гуди, еще по прошлому разу моих полёживаний на нем. Но вот так через мокрую одежду, это ощущается как-то... интимно, что ли. От него и ко мне капли попадают. Тёплые, согревающие, ласкающие кожу. Кажется, он согревает их своим огнём, а потом передаёт мне эту энергию. Вообще всё в этом моменте остро, жарко, до дрожащего сознания, взрывного. Чего-то опасного. Это тебе не в раковине ледяной водой пытаться умыться. - Эй, - бью его кулачком в плечо. Не сильно, хотя такому громиле мой удар, как слону дробинка. Он начинает трястись сильней. Снова ржёт? Понимаю, что запрокинул голову. Кажется, подставил лицо под струи воды. И выдохнул. Так с облегчением. Что я всем телом ощутила, как грудь просто опустилась. Даже мне легче стало, и я ожила вместе с ним и тоже задышала. Не смешно... и я всё ещё стесняюсь... признаюсь, опуская голову, но наслаждаясь водой. И наконец-то согреваюсь. По-настоящему. Закрываю глаза и пытаюсь выровнять дыхание. Успокоиться. Принять тот факт, что все же мы уже в душе. Но хотя бы один из нас одет. Облокачиваюсь лбом на его грудь и выдыхаю. Сосредотачиваюсь на шуме воды и каплях на коже. Своеобразная медитация, которая, и правда, придаёт мне равновесия, хотя бы моим расшатавшимся нервам. Не знаю, сколько мы так стоим, но я вздрагиваю, стоит его ладони начать путь по моей спине. Спасибо, что вверх, а не вниз. Но след от его касания будто обжигает, заставляет дрожать, воздух плотнеть, и я не знаю, куда себя деть. Хочу спрятаться и одновременно насладиться этой россыпью мурашек. Почему его касания ощущаются так остро? Всё оттого, что я лишена зрения? Или дело в его загадочности? И вообще, какого чёрта я его не боюсь? Рука отрывается от лопаток и слышу щелчок открывающейся бутылки. Резко отрываю от него голову. О-о-0, не-е-е-ет, мыть ты меня точно не будешь! Глава 11 - Ты чего делать собрался? - спрашиваю я альфу, и внутри меня бушует настоящая буря противоречивых чувств. Смущение обжигает щёки горячим румянцем, а негодование пульсирует в висках, заставляя голос звучать резче. Мыть меня будешь? Ну, уж нет. Всё, дальше я сама справлюсь Решительно толкаю его в грудь, вкладывая в этот жест всю свою волю. Но он даже не шелохнулся. И вдруг, словно ледяная волна, на меня накатывает осознание всего ужаса моего положения. Я стою практически голая перед незнакомым мужчиной, который... который работает на моих похитителей! Эти люди ворвались в мой дом в мой день рождения и вырвали меня из привычной жизни. Теперь я их пленница. Моя судьба сейчас целиком и полностью зависит от этого человека, стоящего передо мной. Страх, будто вязкий туман, медленно окутывает каждую клеточку тела. Ладони, всё ещё прижатые к его груди, начинают дрожать. Губы невольно поджимаются, а дыхание становится поверхностным и прерывистым.- Ты не уйдёшь, да? - произношу едва слышно, и мой голос звучит жалко даже для моих собственных ушей. Эх... В ответ лишь короткий утвердительный хмык. - Просто поможешь мне помыться? - продолжаю я, стараясь, чтобы голос не дрогнул. - Не тронешь ведь? Тишина затягивается. Напрягаюсь всем телом. И только спустя мучительно долгое время он снова издаёт тот же негромкий звук. Ладно... Только не смотри на меня, пожалуйста, облегчением, что чуть не теряю равновесие. выдыхаю с таким Страх всё ещё есть, но при этом, моё тело снова обдаёт волной неестественно жара. И это не жар альфы, а мой собственный. Не могу понять, что не так с моим телом. Может, я начинаю заболевать? В голове мелькает мысль, что если бы этот человек действительно был опасен и если бы хотел сотворить со мной ужасные вещи, он бы уже давно это сделал. Но мой охранник... он ведёт себя иначе. Даже проявляет заботу. Вон принёс мне носки, угостил шоколадкой. В его действиях нет ни агрессии, ни угрозы. И что самое странное, в его присутствии я чувствую необьяснимое спокойствие. Словно мы знакомы целую вечность, будто мы родные брат и сестра или даже родственные души. Это ощущение настолько сильное, что на мгновение я почти забываю о своём положении. Наверное, это просто защитная реакция моего организма. Психика, столкнувшись с невыносимым стрессом, включает механизм самозащиты и блокирует самые страшные эмоции, приглушает инстинкт самосохранения, создаёт иллюзию безопасности там, где её быть не может. М-да уж, Сера. Альфа снова шумно вдыхает, и я чувствую, как прохладная пена с ароматом свежей клубники ложится на мои волосы. Его пальцы осторожно распределяют шампунь, массируя кожу головы, движение настолько бережное, что на мгновение я забываю о своём смущении. Но тут же щёки вспыхивают с новой силой.- Голову я могла бы и сама помыть... - бормочу, не решаясь поднять руки, которые по-прежнему плотно прижаты к груди. Медленно я поднимаю одну руку, провожу по его шее, ощущая под пальцами твёрдые контуры мышц. Пальцы скользят выше к щеке, затем к глазам. Нащупываю закрытые веки, проверяю, действительно ли он не подглядывает. Вроде закрыты... Ты ведь не подглядываешь? - в моём голосе смешиваются недоверие и робкая надежда. В ответ чувствую, как его тело едва заметно вздрагивает. Не от холода, а от сдерживаемого смеха.- Ты опять смеёшься? - хмурю брови, хотя знаю, что он этого не видит. - Какой же ты!.. Сейчас как сниму маску... - начинаю тянуть пальцы к резинке, но мою кисть резко перехватывают. В следующий миг раздаётся низкий, предупреждающий рык, от которого по спине пробегает холодок.- Ясно... Смотреть на тебя нельзя, а тебе, значит, на меня можно? - голос дрожит от смеси обиды и раздражения. И вообще отвернись, я сама помоюсь! шлёпаю его ладонью по плечу, пытаюсь оттолкнуть, но альфа остаётся непоколебим, словно высеченная из камня статуя. Только дыхание становится чаще, прерывистее, а где-то в глубине груди снова раздаётся приглушённое рычание. Разозлился? Злить того, от кого зависит моя жизнь, не самая мудрая затея. Глубоко вдыхаю, пытаясь унять дрожь в пальцах, и опускаю руки. Пусть делает, что хочет. Если ему так нужно вымыть мне голову - пусть. Сопротивление сейчас бессмысленно Его пальцы снова касаются моей головы, на этот раз увереннее, но не менее бережно. Они начинают двигаться в плавном массаже, и если бы мои глаза не были прикрыты, я, наверное, закатила бы их от удовольствия. Напряжение, сковывавшее тело, постепенно тает, уступая место непривычной расслабленности. Невольно издаю тихий стон, чуть запрокидывая голову. А так-то он неплох. Я бы даже сказала, что получше моей старшей сестры массирует мне голову. У неё вечно получается либо слишком интенсивно, так, что волосы потом путаются, либо чересчур лениво, будто она просто проводит пальцами по поверхности. А здесь... Каждое движение уверенное, но при этом удивительно деликатное. У него явно есть задатки стать отличным массажистом! Но удовольствие не длится вечно, а так хотелось бы продлить эти мгновения хоть на чуть-чуть дольше. Альфа смывает с моих волос шампунь такими же нежными и аккуратными действиями. Так и хочется снять эту маску, потому место под ремешком на затылке останется грязным, но я все равно не решаюсь сделать попытку. Затем, судя по звукам, берёт губку и выдавливает на неё тот же самый шампунь с ароматом клубники.- А что, геля или душистого мыла нет? - невольно вырывается у меня, и тут же прикусываю губу. Радуйся, Сера, что хотя бы это есть. Решительно перехватываю у него губку. А второй рукой продолжаю прикрывать грудь. Как же неудобно и неловко. Но перед ним ни за что не стану убирать руки. Даже если он не смотрит... ну вот где уверенность, что он не подглядывает? Я дальше сама. Спасибо, конечно... Можешь выходить, я быстро. Только не смотри! Но альфа этот, похоже, не только немой, но и глухой. Он лишь недовольно вздыхает и продолжает стоять со мной под душем, словно его присутствие здесь абсолютная необходимость, не подлежащая обсуждению.- Значит, выходить не собираешься... - бубню я себе под нос, стараясь скрыть нарастающее раздражение. - Вот же бесстыжий. На этих словах альфа резко забирает у меня губку, почти грубо разворачивает меня спиной к себе. Я вскрикиваю от неожиданности и инстинктивно опираюсь ладонями о прохладный кафель, чувствуя, как по спине пробегает волна мурашек. Снова злится? Обиделся, что его бесстыжим назвала? Нет, а чего он хотел? Он касается моей спины губкой и начинает вести по коже медленными, круговыми массажными движениями. Боже... Да он что, решил меня всю вымыть? Так он извращенец какой-то! Пытаюсь взять себя в руки, мысленно перечисляя аргументы, которые должны вернуть мне самообладание. Ладно, Сера. Он же тебя руками не касается. Только губкой. Только вот он сейчас спину мою голую видит и намокшие белые трусики. Я надеюсь, через ткань ничего не видно. Стараюсь сосредоточиться на дыхании и на шуме воды, да на чём угодно, лишь бы не поддаваться этому странному и предательскому чувству комфорта, которое растекается по телу вопреки здравому смыслу. Закончив с моей спиной, альфа опускается ниже, но останавливается на пояснице. Снова громко и недовольно вздыхает, а затем вкладывает в мою руку губку. Хмыкает. Да ладно? Я уж думала, что он собрался везде меня потискать. Боже, и самое ужасное, что я даже толком стыда не испытываю перед ним. Вот реально будто бы мы так давно знакомы, что я не боюсь контакта с ним. Это так странно... А ещё постоянно кожа покалывает и будто бы горит временами. Вода вроде не настолько горячая. Странно. И это волнение в груди. Хотя это наверняка страх. Да. Точно, это страх. Выжидаю какое-то время, прислушиваясь к звукам за спиной. Но, кажется, мои надежды на то, что альфа оставит меня в душевой одну, тщетны. Он стоит позади меня. Спасибо, что не касается хотя бы. Ещё и в одежде. Жесть, если представить, как это выглядит со стороны. Вздыхаю и быстро намыливаю руки и шею, затем всё-таки тихо прошу:- Отвернись хотя бы... И он это делает. Я слышу, как он разворачивается. Пользуясь моментом, быстро мою все интимные места, бёдра и ноги, а затем встаю под струю воды, чтобы смыть с себя всю пену. Боже, какой же это кайф. Подставляю лицо под тёплые капли и на мгновение полностью отключаюсь от реальности, наслаждаясь этим состоянием. Мой охранник, кажется, снова поворачивается ко мне. Его руки ложатся мне на плечи, и от этого прикосновения по всему телу прокатывается волна электрического тока. Он резко разворачивает меня к себе лицом, и если бы не его хватка, я бы точно рухнула. Затем выключает воду. Эй….. ну ты чего так... - не договариваю, потому что ощущаю его горячее дыхание на своей шее. Замираю, вжимаясь в прохладный кафель. А затем чувствую, как он ведёт носом по моей коже, громко втягивая воздух. Он меня опять нюхает? Да я же уже помылась! Хочу возмущённо ему всё высказать, но попросту не успеваю, потому что его зубы впиваются в кожу на ключице, заставляя меня вскрикнуть. Глава 12 Сижу уже час, не меньше, пялюсь в темноту. То и дело касаюсь место укуса. То тру, то просто вожу, а иногда прямо медленно, изучающе, прохожусь пальцами. Зачем? Зачем он это сделал? Я прекрасно знаю, что это значит. Он меня пометил. Для других альф я теперь словно запрет. Метка так и кричит о том, что меня больше никто трогать не должен. Я принадлежу другому. Помню, как на маме часто видела эти отметины от зубов. Папа её ревновал, особенно, после каких-нибудь званых ужинов. Но и ещё... это в целях безопасности. Ведь не каждый альфа теперь рискнет подойти. Особенно если укус от очень сильного альфы. А они такое чуют. А может... может, он и сделал это лишь для безопасности? Ведь в ту ночь ломился кто-то... очень сильный и явно не в духе. Мало ли, что он хотел со мной сделать. А мой немой охранник, так решил защитить? Всё же он один. И так, конечно, легче отвечать за мою безопасность. Да! Точно. Стоит этой мысли осесть в моём сознании, как меня отпускает. Я словно шарик сдуваю напряжение в теле и ту тревожность, что с ужасом накрыла меня после укуса. И, наконец, встаю с матраса и иду обедать. Всё уже остыло. Горячий бульон не греет, а курочка, что кусочками мяса плавает в супе, кажется, безвкусной, но я всё равно съедаю всю еду и пью чай с булочкой. На самом деле еда наверняка очень вкусная, просто я всё ещё не могу отойти от «душа». Только когда вернулись в подвал, и у меня опять появилась способность видеть. Я поняла, насколько же это было... странно, до безумных мурашек стыдливо. Ведь я всё же разделась перед ним, и альфа меня мыл! Ой, ну вот теперь так стыд волнами накрывает и совесть грызёт. Почему я сразу не отказалась? А все потому, что изнеженная. Привыкла быть чистой, чтобы от меня пахло вкусно. Ну, и отчего я не чувствовала угрозы от этого альфы.. Запах клубники от моих волос тут же проникает в нос. Будто хочет напомнить: «Ну что, чистая? Довольна теперь? Вот и наслаждайся, а не крути в голове воспоминания, что сгрызают тебя заживо». Натягиваю рукава флисового спортивного костюма. И буквально начинаю таять. Он не просто дал мне помыться, а ещё приготовил чистую одежду. - Что это? Стоит мне вытереться полотенцем, что альфа тут же мне всунул в руки после укуса. Я, правда, делала всё как заторможенная. Хотелось прокричать, зачем он это сделал. Но была слишком напугана и растеряна. Поэтому дрожащими руками быстро и неуклюже вытирала своё тело. Он также быстро вырвал из рук полотенце, как и вручил, но заменил его на что-то мягкое и, кажется, тёплое. Ответа не последовало, поэтому я на ощупь стала исследовать, что же это было.- Это одежда, кажется, штаны... флисовые. Я давно хорошо разбиралась в тканях, всё же не просто так хотела стать дизайнером одежды. Переодевалась я достаточно быстро, попутно, то и дело, касаясь рукой его спины, что напрягалась каждый раз. Даже в очередной раз он, видимо, не выдержал моей нервозности и тяжело и шумно выдохнул. Этим, наверное, начинала его бесить. Но в тот момент ничего собой поделать не могла. Мне было важно убедиться, что он всё ещё стоит спиной ко мне. Жаль, что нижнего белья теперь у меня совсем нет. Но тёплый флисовый спортивный костюм и обычная хлопковая футболка, что оказалась тёмного цвета, стали для меня словно спасительным якорем, за которое держалось моё сознание. И стоило моему немому охраннику принести меня снова на ручках обратно и закрыть дверь. Как я смогла выдохнуть. Упав на матрас, я ещё очень долго думала, что это было, и не верила тому, что он меня укусил. Пока я съедала себя мыслями заживо. Он успел принести мне обед. Тяжко выдохнул и ушёл. И я была так благодарно наступившему одиночеству. Только оно и помогло мне потихоньку собрать себя по кусочкам и хотя бы немного привести беспорядочные мысли от: «о боже, он меня пометил», до: «я же голая была перед ним... водил губкой по моей коже...», и, наконец, прийти к: «это всё для безопасности... за то я теперь чистая. И вообще, он ничего не видел, просто помогал». Ага, это ты ничего не видела Сера, а не он. Но в эту сторону, я не хотела даже думать. Хмыкаю себе под нос и тихонько давлю смешок. А я мастер оправдывать всё подряд, чтоб не впасть в настоящую панику. Но ведь так проще жить и держать себя в руках. А как ещё себя поддерживать в этом сыром, промёрзшем подвале? Где не известно, что случиться и единственный, кому ты доверяешь это немой альфа, болеющий астмой, и с твоими похитителями заодно. Пу-пу-пу... Шумно выдыхаю воздух и закрываю лицо руками. Выравниваю вдохи и выдохи. Стараюсь заглушить волнение. Папочка, ну где же ты? Сколько я уже здесь реально нахожусь? Дня три, или, может, больше... Мне страшно, холодно... Но я держусь, слышишь, пап? Ты ведь учил, что бояться, это нормально, главное - не падать духом и найти любую лазейку для выхода. Вот и я её найду. Обязательно. А пока, главное - не впадать в отчаяние. Дверь снова скрипуче открывается. И я уже спокойно встречаю вошедшего. Внешне. Но внутренне: сердце пропускает удар, воздух тут же густеет, уплотняется. Я каждой своей клеточкой понимаю, что это ОН. Снова такие знакомые коричневые ботинки и мельком попадает рука на полоску света. Скрип кожаного кресла. Глубокий вдох и очень медленный выдох. И я буквально кожей ощутила его расслабление. Пусть не вижу, как вздымается его грудь, но я знаю, что его дыхание замедлилось, стало глубоким, до невозможности лёгким. Будто он поймал свой дзен и расслабился. Что ж, ну раз мы оба делаем вид, что я не была с голой грудью, и он не натирал меня пенкой, то может реально немного выдохнуть. Это всего лишь обычный душ, гигиена, та самая потребность, что нужно удовлетворить, как еда или вода. Выдыхаю воздух, что держала в груди, и стараюсь придать своему голосу обыденность. Знаешь, моя мама часто ходила с укусами. Ну это... с этими метками от альф. Папа, делал так, чтобы показать, что она его. Что он так дорожит ей, и никто не смеет её трогать. А ты ведь сделал это не по этой причине? Всё же не могу не прояснить для себя этот момент, хочу полностью убедиться в своих домыслах. Но мне задачу облегчать не хотят. Ты вроде раньше хотя бы рычал, а сейчас, что замолчал? Совсем, что ли там дзен поймал? Я по твоему дыханию ещё ответы понимать не научилась. Слушай, я не знаю, сколько мне здесь ещё находиться, но может... - мнусь, всё же страх перед ним остаточно сидит глубоко во мне, да и обстановка, знаете ли... - Мы попробуем наладить общение? - кошусь в его сторону. Ничего не вижу, как всегда, но носки ботинок, погружаются во тьму. Так, поджал ноги к креслу, это что значит? Нет? Да? Да, блин! Давай так, я буду стараться задавать вопросы так, что на них можно было отвечать да или нет. А ты будешь рычать.. И тут меня перебивает тяжёлый недовольный выдох и звук движения. Кажется, будто он отодвинулся от меня в этом кресле подальше. - Что не нравиться? Ну, я же не в том смысле рычать, как зверь. А вот, например.. Прижимаю кончики пальцы к губам, пытаясь придумать, как это сказать, чтобы поделикатнее звучало- Ну, вот я спрашиваю тебя: «Твой любимый цвет синий?». И если ответ «да», то сделай вот так. Делаю что-то похожее на довольный хмык или ухмылку. Это он точно выразительно делает, уже столько раз слышала, когда смеётся надо мной или издевается. - А если «нет», то сделай вот так. И изображаю реальное тихое рычание. Тут же слышу хмык. И так и представляю, что он реально улыбнулся. Интересно, а какая у него улыбка? Глава 13 Ты альфа? - это первое, что я выпаливаю, стараясь окончательно удостовериться в своих догадках. И заодно проверить, будет ли он делать как я предложила. Мой охранник не спешит с реакцией. Несколько долгих секунд царит тишина. Затем он издаёт короткий, едва уловимый хмык. Да! Радуюсь я так, будто он заговорил. Главное, что он принял моё предложение с ответами, уже легче.- О, значит, я была права! Ты точно альфа. И этот твой укус... он ведь как метка, да? Говорит другим альфам, что я... ну, вроде как твоя, что ли? - я невольно усмехаюсь, осознавая, насколько странно звучат эти слова. Но я снова пытаюсь у него выведать хоть какое-то объяснение. - Блин, если произнести вслух, всё это кажется таким нелепым. А сколько тебе лет? Тебе больше сорока? В ответ - лишь глухое, недовольное рычание, от которого по спине пробегает лёгкая дрожь.- Меньше тридцати? пытаюсь угадать, внимательно вслушиваясь в каждую интонацию. На этот раз слышу отчётливый хмык. - Меньше двадцати?.. - голос становится тише, я напрягаю все чувства, пытаясь уловить малейший отклик. В воздухе раздаётся тихое рычание. А все же так общаться и правда проще. Ух, у нас прям диалог почти. Так, значит, тебе от двадцати до тридцати лет, - делаю вывод, и на душе сразу становится легче. - Фух, уже лучше. Честно говоря, мне даже как-то комфортнее от этой мысли, чем если бы тебе оказалось больше. А если тебе вдруг окажется меньше двадцати пяти, то это будет вообще шикарно! В этот момент слышу короткий хмык. - Так тебе меньше двадцати пяти? Ух ты... Нет, правда, мне почему-то сразу стало спокойнее, когда я узнала твой примерный возраст. У меня ведь старшие сёстры, начинаю я, невольно погружаясь в прошлое. - Они с самого детства за мной приглядывали. Играли со мной, развлекали. Было так весело! Мы строили целые города из одеял в саду, разрисовывали стены мелками, гонялись друг за другом до упаду. Потом самая старшая сестра вышла замуж и уехала, а вскоре и вторая последовала её примеру... А меня словно заперли в четырёх стенах. Представляешь? Раньше я хотя бы в школу могла ходить, общаться со сверстниками. Но потом в нашем городе начали пропадать люди, в основном молодые девушки и дети. Папа сказал, что это дело рук клана Мёбиус. Знаешь про таких? В ответ раздаётся тяжёлый хмык. - Ну вот.. - тихо продолжаю. Не знаю на сколько ему интересно это все. Но я уже погрузилась в свои теплые воспоминания и, похоже, меня не остановить, слишком долго молчала Папе пришлось поменять в доме всю прислугу, а заодно и многих работников в своём офисе. Он был в ужасе, боялся, что случится что-то непоправимое. А потом погиб дядя. Воспоминания накатывают волной, и я невольно сжимаю пальцы. Те дни были ужасными. Гнетущими и физически не выносимыми - Мой братец Грэй после этого стал ещё мрачнее. Раньше он и так был не особо разговорчивым, этакий нелюдимый бука. Но после смерти дяди совсем поник. Винил во всём клан Мёбиус. А вскоре и с нами случилось несчастье... Маму чуть не убили, - голос срывается, и я на секунду замолкаю. - Оказалось, что работник, которого нанял отец, был вынужден совершить ужасные вещи, клан Мёбиус заставил его, угрожая расправой над его дочерью. Девушку звали Рейна. Мне она так нравилась... Делаю глубокий вдох, словно пытаясь вытолкнуть из груди тяжесть этих воспоминаний. Знаю что все позади... но все же от этого не легче. А братец... Он тогда был не в себе. Влюбился в неё, не сразу разобрался во всём и в итоге наворотил дел. А потом выяснилось, что какой-то человек просто назвался фамилией клана Мёбиус, чтобы выманить секретные данные. Шумно выдыхаю, поудобнее укладываюсь спиной на матрас и устремляю взгляд в темноту.- Так всё запутано... - шепчу почти беззвучно. - Я вообще не понимаю, почему два клана не могут просто поговорить? Ну, вот взять и собраться за одним столом, обсудить всё как взрослые люди. В итоге обе стороны только и делают, что обвиняют друг друга, порой даже неясно в чём. Ты из какого клана? Или, может, из банды? В ответ лишь глухое рычание, а затем шумный вздох. - Не хочешь говорить... Ну ладно, - сдаюсь, но тут же добавляю, - но ты точно не из клана Мёбиус. Они бы не пошли на похищение. Мне эти люди кажутся благородными, такими же, как папа. Я видела главу клана по новостям, и он произвёл впечатление доброго дедушки. Его зовут Адалор Мёбиус, ему около семидесяти пяти лет. У него трое детей. Вроде бы две старшие дочери и сын, который погиб ещё в молодом возрасте. А ещё у него есть внук, будущий глава клана. Только этот парень никогда не показывается на публике. Вообще ни одной его фотографии нет. Словно он призрак, о котором все говорят, но никто не видел. Растягиваюсь поудобнее на матрасе, закинув одну руку под голову, и позволяю себе немного расслабиться. А вообще так интересно… - начинаю я, глядя в темноту. - Мой папа сейчас глава клана, но у него родились четыре дочери и ни одного сына, прикинь? Поэтому главой станет братец Грэй. Но он, кстати, вообще не хочет этого. Он как помирился с Рейной, так будто заново родился. Даже выражение лица стало проще, - не сдерживаю тихого хихиканья и приподнимаюсь с матраса, чувствуя потребность размяться. Медленно разминаю шею, потом руки, мышцы слегка затекли от долгого лежания.- Спасибо за костюм. Он тёплый, намного лучше моего платья. А ещё в нём можно спокойно заниматься йогой. О, хочешь, покажу, что я умею? - выпаливаю почти без паузы, не дожидаясь ответа от альфы. Понимаю, что меня несет, и я слишком расслабилась в его присутствии, но он ведь сам идет на контакт, значит, не против. Резко наклоняю туловище назад, встаю в мостик и пытаюсь раскачаться, поднимая одну ногу. Но равновесие ускользает, не успеваю среагировать и с тихим возгласом валюсь обратно на матрас. Слышу тихий хмык, кажется, альфа не смог сдержать смешка.- Ничего смешного! - вскидываюсь. - Раньше у меня получалось. Нужно размяться... Да и темно тут! - поднимаюсь с матраса, уперев руки в бока, и пристально смотрю на полоску света, где виднеются коричневые ботинки. Хмурюсь, ощущая, как внутри закипает досада. Он явно надо мной ржёт. Я же слышу, как он еле сдерживается!- Хватит надо мной смеяться! Отворачиваюсь от альфы, пытаясь унять вспыхнувшую обиду. И откуда она вообще взялась? Чего это я обижаюсь на незнакомого мне человека, да ещё и на того, кто удерживает меня в подвале? Тишину разрывает звук поднимающегося с места альфы. Слышу его шаги. Замираю, чувствуя, как обида мгновенно испаряется, уступая место тревоге. Когда он сидит в своём кресле и не двигается, я его совершенно не боюсь. Но вот так, когда он приближается... Блин! Ощущаю спиной его присутствие. Вздрагиваю, когда его ладонь ложится на моё плечо и почти невесомо скользит вниз по руке. Его шумное, неровное дыхание касается волос на макушке, заставляя мурашки бежать по всему телу. Кожа начинает неестественно покалывать. А потом альфа резко отстраняется. Буквально срывается с места, будто ему невыносимо находиться рядом. И что это было?…. Глава 14 Кожу до сих пор покалывает от его касания. И это так странно. Я даже немного собраться не могу, будто вся в этих ощущениях. Трясу головой, чтобы немного собрать мысли в кучу. И решаю действительно размяться. Делаю вначале разминку, потом пару поз из йоги. Ну вот как только он ушёл, у меня сразу получаться начало. Досадно. Но телу однозначно стало лучше. Напряжении будто спадает с меня, накопленное за эти дни. А ещё я, кажется, увлеклась. Потому что медленно перешла на танцевальные движения. Мне не хотелось думать, размышлять, и вообще как-то нужно было отвлечься от этого места. И решила напивать знакомые мелодии. Так мысли были заняты и не подбрасывали мне ужасные картинки моей скорой кончины, расправы, или что отец меня может так и не найти. Взмахи руками, потом круговорот, плавное покачивание бёдрами и снова кружусь вокруг оси. Так увлекаюсь, что не слышу, как скрипит замок, петли двери и тяжёлые шаги заполняют пространство Я буквально впечатываюсь в массивную грудь, и чуть не валюсь, но мужские крепкие и такие горячие руки ловят меня. Приподнимают за талию одной рукой, удерживая на весу. Дышу учащённо, грудь с каждым вдохом вздымается и касается его горячего тела, что даже через ткань футболки ощущается слишком остро проходится волнами трепета по мне. Прости, шепчу плохо слушающими меня губами. Вокруг лишь тьма, но сейчас она такая... уютная и безопасная, что я не испытываю страх. Лишь неловкость и внутренне такое щекочущее волнение Ой, кажется, я краснеть начинаю. Так не смущалась даже в душе. А здесь просто тело к телу, через одежду. Вешу на его руке и дышу его запахом. Он так вкусно пахнет. Цитрус. Вкусный, будто сладкий мандарин. Шумно втягивает воздух с моей макушки. Боже! Если твой нос на уровне моей макушки сейчас, а я если что приподнята тобой верх до твоей груди, то какого же ты роста?- Какой у тебя рост? Вот прямо сейчас это нужно узнать, да, Сера? Резкий выдох и меня ставят на ноги. - Ой, точно, вопрос не так задала. Ты почти два метра? Удовлетворённый хмык, а потом рука сдвигает меня в сторону, и он проходит снова креслу. Я что обидела его или что? Понять не могу. Так, меня отодвинул, будто мошка тут назойливая мешалась. Уже хотела возмутиться, но в нос ударил запах свежей выпечки. Ого, он мне ужин принёс. Вот это я увлеклась, вообще ничего не услышала. Спасибо, - садясь за стол, быстро пробормотав, начинаю есть. Знаешь ли, я тоже букой могу быть. Но надолго меня не хватает. Так как при нём мне кусок в горло не лезет, хотя я голодная. Но его тяжёлый взгляд так и оседает на моих нервах. - Может, ты тоже хочешь? - не выдерживаю я после очередной ложки тушёной картошки. - Очень вкусно. Рычание. Это значит, нет, я помню. Ну тогда... И я начинаю снова говорить, так хоть, мне кажется, что я его развлекаю и он меньше меня здесь глазами поедает. Вообще, как он вернулся, кажется, атмосфера между нами неуловимо поменялась, но я пока не разобралась, как именно и в какую сторону. - Знаешь, я вообще люблю перепёлок. Это такие маленькие птички. Особенно когда их на костре просто жарят. Не в духовке запекают, а именно открытый огонь. Ой, они такие сочные выходят и этот запах огня... - делаю глубокий вдох, будто вот прямо сейчас передо мной эта птичка появится. Слышу хмык. - Нет, ты не подумай, эта еда тоже сойдёт. И вообще, спасибо за кофе и вот за такие булочки, - поднимаю её вверх. Вряд ли он увидит, но всё же. И вгрызаюсь в неё зубами. M-M-M... правда, вкусная с маком. И тут слышу шумный и протяжный выдох из этой непроглядной тьмы.- Ой, тебе плохо? Может, водички? Или, может, тебе лекарство какое надо? Ты скажи, - соскакиваю я, потому что уж слишком он был рванный и тяжёлый. Астматик же, может ингалятор достать? Но тут же слышу грубый и грозный рык. - Ой, ну и ладно, я просто беспокоилась и хотела помочь. Отворачиваюсь от него и решаю больше не разговаривать. Что-то он не в духе к вечеру. После плотного ужина, меня почти сразу стало клонить в сон. А учесть, что мы больше с ним не говорили, так мне было ещё и скучно. Укутавшись в тёплый плед, решила, что всё же попробую уснуть. Но чем глубже наступала ночь, тем... холоднее становилось в подвале. Уже даже носочки не помогали. И как этот немой альфа совершенно без движения ещё там не заледенел. Ведь с того момента, как я решила не разговаривать, он даже не шелохнулся. Мне даже стало казаться, что его нет или он ушёл. Но когда я в очередной раз переворачивалась с боку на бок или пыталась, плотней укутаться в плед, он делал недовольные выдохи. Будто ему тяжело дышать, и он сильно не доволен. Но после того грубого рыка я больше решила не предлагать свою помощь. Он вообще в отличие от меня выйти может. Так что не бедный, справиться сам. А вот мои ножки скоро в ледышки станут превращаться. Я скоро буду как мой любимый персонаж из сказок. Настоящая снежная королева. И кажется, пар изо рта валить стал. Неужели на улице так похолодало?- Скажи, а снег уже выпал? Кутаясь плотнее, всё же задала вопрос. Тихий хмык с каким-то обречённым выдохом. Что? Я всё же достала тебя, похоже, своей болтовнёй? Да я столько часов молчала! Уф, зла на тебя нет. Это ты привык быть немым, а я вот поболтать вообще-то люблю. И мне тоскливо, холодно и до жути невыносимо. Так холодно, даже твои носочки не помогают заснуть, - жалобно вышло. Но я даже обижаться не настроена. Слышу, как альфа встал с кресла, а потом донеслись тяжёлые, приближающиеся ко мне шаги. И от холода я как-то сейчас даже не боюсь его. Похоже, чувства тоже заморозились. Прикосновение к моей щеке. И это будто лёд и пламя встретились. Какие же у него горячие руки. Но он же в футболке! Я хорошо помню, когда он поймал меня кружащуюся, точнее, когда я врезалась в него. Альфы. Все же вы не только выносливее, но и преимущества у вас есть. Тяжёлый вдох и выдох. Слышно какое-то обречение и будто тяжесть. Ему, похоже, всё-таки тяжело дышать. А потом он толкает меня назад и ложится рядом. - Эй! Ты что... Договорить не успеваю, он сгребает меня в охапку своими ручищами и вжимает в своё тело, да так, что я утыкаюсь лицом в его грудь. И мой кончик носа касается разгорячённого тела. Глава 15 Я замираю, полностью окутанная теплом, исходящим от альфы. Его присутствие будто создаёт вокруг меня невидимый кокон. В нос резко ударяет его приятный терпкий запах. Он накачивает лёгкие насыщенным воздухом, от которого кружится голова. Слышу, как быстро бьётся его сердце. Да и моё тоже не отстаёт, бьётся так же быстро. Боже, зачем он лёг ко мне? Неужели решил согреть меня именно таким способом? Лучше бы он принёс одеяло или включил обогреватель, что угодно, лишь бы не лежать вот так, вплотную, заставляя меня испытывать эти странные и незнакомые чувства. Хотя признаюсь, я сама жаловалась, что мне холодно. И что самое удивительное, мне совсем не страшно. Ни капельки. Даже в такой близости, когда я буквально утопаю в его объятиях. Страх куда-то испарился, оставив после себя лишь странное волнение, которое пульсирует в груди, растекается по венам, заставляя кожу покалывать и гореть. Возможно, это просто реакция на его жар, он ведь альфа, его температура всегда выше обычной, и сейчас это ощущается слишком остро Как же, наверное, удобно быть альфой. Не знать, что такое пронизывающий холод, не дрожать в промозглом подвале, одетым лишь в тонкую футболку. Ему, должно быть, даже в самые лютые морозы тепло и комфортно. Эх, красота. Сон исчез без следа. Но я упорно лежу, не шевелюсь, даже не пытаюсь отстраниться. Почему-то нет желания сопротивляться, наоборот, хочется просто раствориться в этом тепле. Альфа лежит неподвижно, будто каменная статуя, но его ладони, бережно лежащие на моей спине, излучают такое тепло, что оно проникает вглубь, согревая не только кожу, но и что-то внутри. Интересно, многим ли девушкам он предлагал своё тело в качестве обогревателя? И почему я вообще об этом думаю? Так, Сера, всё. Перестань думать о таких странностях. Он просто твой охранник, работающий на похитителей. Да и что это со мной? Почему мне хочется расслабиться и просто наслаждаться этим моментом. Как же все странно. Слышу, как он громко втягивает носом воздух, и его дыхание становится тяжёлым и прерывистым. Грудная клетка напряжённо вздымается, всё тело будто окаменело, но он по-прежнему не двигается с места. Ему снова стало хуже? Неужели опять приступ астмы? Приподнимаю голову, напрягаю зрение, пытаясь во мраке разглядеть его лицо. Ничего непонятно, только мерные вздымания груди, да хрипловатые вдохи, от которых у меня самой перехватывает дыхание. - Почему ты так дышишь? Тебе плохо? - шепчу едва слышно. - У тебя есть ингалятор? Он не отвечает. Лишь продолжает делать эти судорожные, рваные вдохи, лёжа на боку. Ему совсем плохо! Решаюсь действовать. Осторожно кладу ладони на его бедро, начинаю нащупывать карманы. Первый оказывается пуст. Опускаю руку ниже, старательно избегая интимных зон, пытаюсь отыскать второй карман, тот, на котором он лежит. Наконец пальцы упираются в ткань, кажется, вот он! И внутри что-то твёрдое... Ингалятор! Нашла! Сейчас вытащу его, если ты немного приподнимешься, ободряюще, пытаюсь просунуть пальцы вглубь кармана. говорю Но ничего не выходит. А альфа вдруг замирает совсем, даже дыхание прерывает. Решаю действовать иначе, пытаюсь пододвинуть ингалятор ближе к краю кармана, кладу ладонь, чтобы ухватить его, и вдруг замираю, хмурюсь, ощущая под пальцами что-то огромное, твёрдое и невероятно горячее.- Это не ингалятор?.. - произношу вслух, и в тот же миг до меня доходит вся неловкость ситуации. Резко отдёргиваю руку, чувствуя, как лицо заливает жгучий румянец стыда. Всё тело будто охватывает пламенем. Настолько неловко мне становится в эту секунду. Да это я там пыталась нащупать совершенно не то! Это же его... Ой, Сера... В этот момент альфа делает судорожный вдох, который переходит в низкий, утробный рык, сотрясающий воздух между нами. Его пальцы, до того лишь слегка обнимавшие мою талию, внезапно сжимаются с новой силой и в одно движение я оказываюсь подмятой под его массивное тело. Он нависает надо мной, его прерывистое дыхание, обжигает кожу на лице. - Прости, я думала, там ингалятор лежит, - шепчу едва слышно, и голос дрожит не столько от страха, сколько от пульсирующего волнения, которое разливается по венам. Хотя должна трястись от страха. Да что за реакция такая странная? Что-то со мной не так, я на него реагирую странно Ну, на кой чёрт, Сера, ты полезла искать ингалятор? Шариться по карманам этого альфы? А он не отпускает. Наоборот сгребает меня в охапку с какой-то почти отчаянной силой, прижимает к себе так, что становится трудно дышать, и утыкается носом в мою шею. Делает глубокие, медленные вдохи один за другим. Словно пытается впитать мой запах. Но я же купалась!. Волна дрожи прокатывается по позвоночнику, но это не страх. Совсем не страх. Это что-то новое. Кожа горит, каждая клеточка жаждет ещё большего контакта. Неосознанно тяну руки вверх, хочу дотронуться до него, провести пальцами по сильным плечам, зарыться в густые волосы, прижаться ещё теснее. Между ног становится непривычно жарко... Дыхание сбивается, становится поверхностным и рваным. Мысли путаются. Кажется мне себя бояться надо, а не его... Но в этот момент, когда я уже собираюсь дотронуться до него, альфа резко перекатывается на бок и сгребает меня ближе, подтягивая к себе. Он прижимает меня спиной к своей груди и обнимает крепко. Я замираю, осознавая, что только что между нами произошло нечто очень странное. Непривычное. Что-то, что нельзя просто взять и объяснить рационально. Но теперь, когда его дыхание выравнивается, а тело расслабляется, я тоже перестаю двигаться. Просто лежу. И даже игнорирую то, что твёрдо и настойчиво упирается в мою пятую точку. Это уже кажется мелочью на фоне всего остального... А может, он всё-таки не болен астмой? Альфы ведь не могут болеть, по крайней мере, не так, как обычные люди. Глава 16 За размышлением о его возможной не астме медленно погружаюсь в сон. Всё же я согрелась, а волнение выливалось в мои беспорядочные мысли и окаменевшее тело. Я боялась двигаться и одновременно хотела. Поэтому усиленно отвлекала себя только доводами о возможной болезни. Глупо, но это единственное на что я тогда могла отвлечься. Зато это как барашков считать, раз и ты уснул. Такое приятное марево окутывает всё тело. Я будто ватная и невероятно расслабленная. Но чувствую, как ко мне ластится что-то мягкое. Неужели котёнок или щенок пробрались в мою комнату? Вначале волосы щекочут щеку, а потом ощущаю горячий жар и влажность на коже в районе шее. Кажется, котёнок лизнул меня. Немного зажимаюсь и пытаюсь его отстранить. - Щекотно... - сонным голосом еле шевелю губами. Холодный воздух касается моего плеча, кажется, одеяло сползло, но тут же снова ощущаю влагу и горячее прикосновение. Хмурюсь. Не могу выплыть из сна, я в кои-то веки, так хорошо и крепко уснула, но кто-то настойчиво меня хочет разбудить. И, похоже, не неизвестный мне кот. Хотя шёрстка длинная, прямо волосики щекочут, может это всё же пёс? Неужели папа забыл нашего ротвейлера закрыть в вольере? И он как-то пробрался в дом? И вообще, мне кажется, это поцелуй был... Теперь холод касается живота. Кто-то приподнял футболку. Нет, это точно не пёс. Но не успеваю я чётко среагировать, как и там касается меня что-то горячее. И снова оставляет влажный след. Ой, а это приятно, я даже переворачиваюсь полностью на спину и громко выдыхаю. Горячая ладонь касается талии и буквально впивается, и я от неожиданности дёргаюсь и всё же пытаюсь разлепить глаза и вернуть сознание в реальность. Но снова поцелуй, снова влажный и горячий, только теперь не мимолётное касание на коже, а оно начинает рисовать узоры вокруг пупка, двигаясь плавными движениями вокруг, отдаляясь и приближая, будто, дразнится. И лишь влажные следы остаются на коже, что тут же впитываются и будоражат кровь, заставляя растекаться по венам, неся это жгучее и такое волнительное ощущение, что сердце вскачь бросается, а кислорода мало становится. Лёгкие, почти воздушные поцелуи по животу, а потом медленное и такое методичное их движение всё выше и выше по рёбрам. Погоди-ка! Стоп! Поцелуи? Резко распахиваю глаза и темнота, тут же показывается. Я понимаю, что не дома. И с чего я вообще решила, что в своей постели? Оттого что так тепло было? Потому что разомлела и расслабилась? От моей попытки сесть, в талию буквально впиваются руки и удерживают на месте. А я всё осознав, начинаю яростно вырываться. Но тут меня оглушает грозный рык, от которого бегут липкие мурашки страха по позвоночнику, а потом тяжёлый выдох, будто тому, кто меня удерживает невероятно плохо и он борется с этим. Да так это явно ощущается, что я замираю, всматриваясь в темноту и впившись в его руки своими. Шумный вдох и выдох. Снова вдох и выдох. Я буквально ощущаю эту борьбу в нём. И не двигаюсь, сама не дышу, лишь продолжаю держать его руки, что всё ещё лежат по обе стороны чуть выше бёдер, ближе к талии. Не хочу спугнуть его. В какой-то момент, когда это мне кажется, что мы так лежим уже долго. Моего, всё ещё оголённого живота, касается горячая щека и волосы. Он положил свою голову мне на живот. И я ощутила, как дыхание выравнивается, как его руки подо мной стали расслабляться и отпускать плоть. Даже воздух будто разрядился. И я, наконец, судорожно выдохнула. Это было одновременно мило, будто он сдавался мне на милость и просил прощение. И невероятно пугающе одновременно. Я боялась всё ещё двигаться, не хотела, чтобы снова накалился. От чего-то я решила, что лучше всего просто подстроиться под его размеренное дыхание, что сейчас уже не было таким судорожным и частым. И наоборот помочь ему успокоиться. Показать, что ничего страшного, бывает со всеми. Хотя... мой шок в шоке, потому что так ведь не должно быть. Но лучше пусть спокойный, смирный, немой альфа, чем неконтролирующий себя мужчина. Похоже, наша близость разбудила в нём зверя. Это я согрелась и уснула, а он... Наверняка, ему сложно было. Возможно, у моего охранника не было давно женщины. А вообще, был ли у астматика кто-нибудь? Ой, лучше не думать сейчас о таком. Успокоился и ладно. Он вроде бы ничего и не делал, хотя мог и уже давно. Иногда альфы могут быть очень жестокими и вспыльчивыми, по своему брату Грэю знаю. Поэтому вот так успокоиться, это дорого стоит. И должен быть невероятный самоконтроль. Поднимаю одну руку и провожу по его волосам, глажу и играюсь ими. Вначале осторожно, будто тигра приручаю, а потом всё смелее. Сама увлекаюсь. Они у него не сильно длинные, но такие приятные на ощупь. И понимаю, что именно эти выбившиеся локоны из чёлки щекотали мою шею. В какой-то момент замечаю, что он не дёргается и дышит ровно. Вот так размеренными движениями и зарываясь в его волосы, мы и остались лежать. Его немного шершавый подбородок и щека, словно горячая печка, грели меня, но в то же время и будоражили изнутри. Но та идиллия, что повисла в воздухе, и мерно вздымающаяся грудь, делали момент особенным. Будто уютным и доверительным. Кажется, очень сильно соскучилась по дому, раз после своеобразных приставаний моего охранника и печки в одном лице, чувствую безопасность. И мне даже нравятся вот такие наши обнимашки, и его тяжесть на моих ногах. Глава 17 Я погрузилась в сон настолько стремительно, что даже не успела осознать этого. Во сне передо мной вновь возник мой таинственный охранник... Фигура, окутанная лёгким, призрачным ореолом нежного тумана. Его образ был настолько ярким и осязаемым, что я могла детально разглядеть каждую черту. Мощные руки с рельефными мышцами, широкая грудь, обтянутая плотной тканью тёмного цвета. Я словно наяву ощущала лёгкую жёсткость его волос, которые нежно щекотали мои ладони при каждом прикосновении А его запах... Он пронизывал всё пространство вокруг, заполнял мои лёгкие, будто становился частью меня. Я будто полностью растворилась в этом аромате. Казалось, сама сущность этого человека проникла в каждую клеточку моего тела. Пробуждение оказалось резким. Я открыла глаза и с недоумением осознала, что нахожусь в одиночестве в сыром и всё том же промозглом подвале. Холодный воздух тут же коснулся кожи, вырывая из остатков сна. Я была укутана пледом. А может, вчерашнее мне приснилось? Но едва я принюхалась, сомнения тут же рассеялись. Его запах по-прежнему окружал меня. Плед, моя одежда, даже воздух вокруг, всё было пропитано ароматом альфы. Значит, он действительно был здесь этой ночью? Лежал рядом со мной? А ведь он меня целовал! Шею, живот... Воспоминания об этих прикосновениях заставили сердце учащённо биться, а по телу прокатилась волна жаркого волнения. Я замерла, пытаясь осмыслить произошедшее. Альфа остановился, не перешёл черту, хотя, казалось, мог позволить себе куда больше. Но вот что удивительно, что ночью эти прикосновения не вызывали ни страха, ни тревоги. А сейчас, при свете дня, всё внутри сжимается в тугой узел от смешанного волнения и страха. Глубокий вздох вырвался из груди. Я почувствовала, как сердце сжимается, а в душе рождается незнакомое, тревожно-сладостное ощущение. Что это за чувство? И почему оно одновременно пугает и притягивает, заставляет сердце биться чаще? Я снова шумно вздохнула, медленно поднялась и осторожно поплелась в сторону раковины. Удивительно, но в этом мрачном помещении я уже ориентировалась почти как дома. Кручу смеситель и задеваю рукой стакан. Странно, я помню, что здесь кроме мыла ничего больше не лежало. На ощупь снова прохожусь рукой и все же нахожу. Трогаю и правда стакан. И в нем что-то гремит. Решаюсь нырнуть туда рукой. И на ощупь, кажется, это зубная щетка и зубная паста. Не может быть! От удивления и волнения быстро бегу к полоске света. И сразу же рассматриваю там содержимое. И правда! Это все для гигиены полости рта. О, Боже! Спасибо тебе немой мой астматик! А я не сомневаюсь, что это он принес. Вот ни капельки. Мне кажется, что я пущу сейчас лезу от такой немой, и вроде как бы простой заботы, что он слышит мои просьбы и их не забывает. Даже если я не повторяю их по десять раз. Это так мило и так трогательно, что клубочек теплой субстанции просто растекается в груди. И мне кажется, что теперь я готова его расцеловать. С наслаждением ощущаю мятную свежесть у себя во рту, и от этого чувства хочется глаза прикрыть. Это оказывается настолько потрясающее чувство, когда ты радуешься таким мелочам. После умывания и посещения туалета я вернулась к матрасу, забралась на него с ногами, обхватив колени руками, и замерла в ожидании. Спустя минут пять раздался отчётливый щелчок замка, а вслед за ним и размеренные шаги. В узкой полоске света, пробивающейся из-за узкого окна, появился поднос с завтраком. Я невольно сглотнула. Хотелось сразу сказать спасибо за его нежданный подарок. Но отчего-то промедлила. Альфа опустился в своё любимое кресло. Я тут же вскочила с матраса и направилась к столу. На подносе была нежная овсяная каша, сочные фрукты и даже шоколадка. С тёплой улыбкой я произнесла, вглядываясь в темноту: Спасибо. В ответ лишь тяжёлое, шумное дыхание. И не только за шоколад, но и за... - от чего-то смущение так и заливает лицо. Как же хорошо, что здесь темно. - За зубные принадлежности, - произношу и прячу свой взгляд уже в тарелке с кашей. Ну, от чего мне так неловко-то? Я просто благодарю. Вернувшись на матрас, я с аппетитом приступила к завтраку. На этот раз каша оказалась куда вкуснее, чем в первый раз. Я съела всё до последней ложки, закусывая ароматными дольками яблока. Затем выпила сок, откусила кусочек шоколадки и блаженно вздохнула, наслаждаясь сладким вкусом. Это ты готовил кашу? решилась я задать вопрос своему молчаливому охраннику. В ответ послышался утвердительный хмык, едва уловимый. - А в прошлый раз?.. На этот раз в ответ раздалось тихое рычание. - Тогда, в первый день моего пребывания тут, каша была невкусной, - с лёгкой улыбкой заметила я, не переставая жевать шоколадку. - Ты хорошо готовишь? Он молчал, не издавая ни единого звука. - Ну, каша получилась вкусной. Могу сделать вывод, что довольно неплохо ты готовишь, - пожала я плечами, пытаясь разрядить атмосферу. А она была от чего-то очень напряженной, но не давящей, а какой-то неловкой. - А я вот не умею готовить. У меня дома готовит повар, и очень вкусно. Ох, она такой торт для меня испекла на моё восемнадцатилетие... С клубникой и шоколадом. Я обожаю их. Жаль, попробовать не успела. Слова повисли в воздухе, наполняя пространство тихим эхом невысказанной тоски. Я невольно задумалась о том, как сильно изменилась моя жизнь за столь короткий срок. Хочу домой. И какие бы приятности он мне не делал, но мое желание будет неизменным. Поэтому я, даже не подумав, задаю вопрос:- А ты не знаешь, когда меня отсюда выпустят? - спрашиваю я. - Ах да, забыла, что ты не говоришь... Вздохнула горестно. - Я даже уже не могу понять, сколько дней тут нахожусь. Пять дней? Или меньше? снова вздыхаю. - Интересно, как там мои родные. Папа рвёт и мечет, а мама, скорее всего, постоянно плачет. Что же будет дальше?.. В ответ я снова не получаю никакой реакции. Оно и к лучшему. Лучше и правда, пусть альфа молчит. Я не понимаю, что они хотят от моего отца? Снова понадобились какие-то данные, как и в прошлый раз? Папа ведь не занимается ничем незаконным, он просто хочет сохранить порядок и не он зачинщик войны между кланами. А ты знал, что в городе пропадают дети и молодые девушки? Альфа хмыкает в ответ. Значит, знает об этом. • Я слышала, как папа и Грэй обсуждали это, и все улики указывают на клан Мебиус. Что они связались с какими-то нехорошими типами, которые торгуют людьми. Но я, честно говоря, не думаю, что клан Мебиус будет продавать своих же людей. Они ведь основали этот город. Ох, столько неясного, что голова начинает болеть.. вздыхаю. - Извини, что я тут болтаю без умолку, просто мне так легче переносить это всё. Жаль, конечно, что ты немой. Слышу шорох, ботинки переместились чуть ближе к креслу. Ты хороший человек. Я очень рада, что именно тебя поставили охранять меня,- вырывается у меня, прежде чем успеваю подумать. И воспоминания о его поцелуях на моём животе, сами собой встают картинкой перед глазами и то... как он, пересилив себя остановился. Аж живот зачесался. Но я силой сжимаю ладони и прикусываю губу. Слышу в ответ довольный хмык. Ему пришлась по вкусу моя похвала?.. Хочу задать ему ещё миллион вопросов, но не решаюсь на это. Мне очень нравится его компания. Да пусть он не говорит нормально. Но его дыхание, хмык или даже рычание, та самая поддержка, что не дает мне окончательно сойти с ума. А главное он согрел меня. Немного своеобразно конечно... Но он слышит мои просьбы, он слышит меня.... И тут вдруг ко мне приходит мысль, да так сильно бьет по вискам, что я прекращаю жевать шоколад и немею вся до кончиков пальцев на ногах. А может, я вообще его выдумала?.. Глава 18 Эта мысль буквально бьет звонким колоколом по разрушающейся реальности, и я резко выравниваю спину и сажусь еще ровнее. Вглядываюсь в темноту, что стала моей подругой в этом подвале. Ну правда, ведь? С чего похитителю быть ко мне добрым, и уж тем более заботливым? И мои странные ощущения безопасности рядом с ним? Разве вообще можно такое испытывать? А вчера я по сути его даже не испугалась. Доверие? О какой уверенности может идти речь? Если только он не выдуманный мной же. От чего-то становиться так больно и тоскливо. А если это правда... то я совсем схожу с ума, потому что эти шаги, эти вдохи слишком реальные. Шорох ботинок по бетону заставляя меня вздрогнуть и подняться на ноги. Снова ботинки, смотрю на них, и мне уже кажется, что даже этот звук был иллюзией, ударяющейся о стены моего сознания, и отдается болью в груди. Страх того что я могла его придумать и вот так мое сознание играет со мной злую шутку, все нарастает. Я буквально провожаю коричневые ботинки завороженным не верящим взглядом и решаюсь.- Я выдумала тебя? - произношу и вижу, как ботинки застывают. Он хотел положить ногу на ногу, но так и застыл, не закончив движение. И я проглатываю вязкую слюну. И слышу, как темнота приглушённо смеется. да, выдумала я, конечно, ещё то чудовище. Характер как-то подкачал, могла более милым его наградить. Нет, правда, - подхожу, почти вплотную, когда вижу, что он все же положил ногу на ногу, и ботинки буквально расслабились Я тебя потрогаю, чтобы убедиться? - тяну уже руку в эту тьму. - Хотя, что я спрашиваю, раз сама тебя и выдумала, конечно, ты не против, - как-то грустно ухмыляюсь. Похоже, это уже нервное у меня. И стоит мне коснуться горячей груди, как мою талию обхватывает лапища и вжимает в невероятно стальное тело Беру свои слова обратно. Я его точно не выдумала. Слишком горячо! И мой крик сразу затыкают горячие грубые губы. И целуют так будто сожрать хотят, а не просто попробовать. Из-за того, что я от крика открыла рот, его язык буквально сразу проникает в меня и начинает хозяйничать и властвовать, заставляя вначале сжаться от ужаса, а потом пропустить двести двадцать вольт по всему моему телу за считанные секунды. Сердце так неистово бьётся, словно пытается выйти на свободу. Борется в диком отчаянии. А рёбра, словно прутья в золотой клетке не выпускают его. А так хочется свободы. Этого чистого воздуха. Лёгкие сжимаются сильнее под натиском сильных мужских рук, что обвивают мою талию всё крепче. Зарываются в волосы и немного оттягивают, заставляя вырваться моему стону наружу, и наконец, вдохнуть кислорода. Но я от чего-то не хочу этой свободы. Я хочу в эту клетку, в эти тёплые и уютные объятья. Что, кажется, могут задушить, но для меня они дарят ту безмолвную безопасность, что окутывают и заставляют стать хрупкой, маленькой и безумно.. . желанной. O-о-о, не-е-ет, ни один выдуманный тобой фантом не будет так проникать языком в твой рот и хозяйничать, словно завоёвывая новые острова, Сера. И какие при этом вызывать ощущения? Что ты теряешься, путаешься и просто захлёбываешься в этом водовороте, хаосе чувств. Я млею и одновременно, страшусь той лавины, что волна за волной накрывает меня и затягивает всё глубже, к тем неизвестным для меня трепетных и таких сильных ощущений. Он прикусывает мою нижнюю губу и чуть оттягивает, будто медленно останавливает весь свой натиск и пытается успокоить ту самую бурую, что разбудил во мне. А мне кажется я водная гладь, что с каждым его касанием, лёгким облизыванием языка моей губы, утихаю и всё больше становлюсь безмятежной гладью на воде. И единственное, что выдаёт моё волнение - стук сердца, что бьётся в унисон с его у меня под ладонью. Доказывая мне, что он живой! Настоящий. И никакой не выдуманный. Ну и ещё кое-что интересное, похоже, упирается мне прямо в бедро. Тот самый ингалятор... Это заставляет широко раскрыть глаза и начать трепыхаться в его руках. Правда, как-то вяленько я это делаю. Ноги и руки такие ватные стали и совершенно не хотят меня слушаться. Альфа утыкается в мою макушку и крепко прижимает к себе. Делает глубокий вдох. Он дышит мной, размерено, спокойно и глубоко Успокаивает себя. А я не могу отказать в себе в удовольствии послушать его ритмы сердца. Единственный звук в этом промёрзшем, тёмном помещении. Словно музыка, что даёт надежду. Я слишком взбудоражена, чтобы мыслить. И как-то действовать, возмущаться или даже сказать хоть слово. Пытаюсь хотя бы выровнять дыхание, как и он. Я не хочу его ругать или даже отстраняться. С каждым ударом его сердца, что будто проситься ко мне в руку, я всё больше понимаю, что, кажется….. я в него влюбляюсь. Вот в такого молчаливого, сильного и внимательного охранника. Возможно, это бред и отчаяние во мне сейчас говорят. И то, что я чувствую, это от безысходности того, что я здесь одинока, а он единственное, что удерживает на плаву, и единственный, кто проявляет заботу. И поэтому страх так сильно меня поглотил при мысли, что он мог быть ненастоящим. Ну и пусть! И пусть это не любовь, а лёгкое очарованием тем, кто проявил заботу в это непростое время для меня. Тем, кто подарил тепло в этом холодном месте. Но я ведь чувствую, к нему что-то, и это точно непросто дружба или благодарность... а что-то большее... Не успеваю додумать и не заметить, как начинаю водить рукой по его предплечью, будто рисуя красивые витиеватые узоры. Он останавливает мою руку, хватая за кисть. Рык выходит с каким-то отчаянием из его груди. Резко подхватив меня, доносит до матраса и буквально усаживает на него, заматывая в плед. Мне кажется, я даже протестую и немного неловко пытаюсь остановить его. Но он даже со своими размерами очень ловкий. Чуть ли не как младенца замотал меня, и резко выпрямившись, отдавая звуком глухих шагов об стены подвала, вышел. Оставляя меня в полном раздрае и непонимании произошедшего. Глава 19 И куда же он так стремительно убежал? Выбежал с такой поспешностью, словно за ним по пятам неслись адские гончие. Это откровенное бегство, честно говоря, оставило во мне горький осадок разочарования. Ведь совсем недавно между нами происходило нечто совершенно другое, мы целовались, его руки крепко обнимали меня, даря ощущение защищённости и тепла. А теперь... Может, ему на самом деле не понравилось целоваться со мной? Может, он испытал отвращение или разочарование? Ой, Сера, что за нелепые мысли лезут в голову! Он твой охранник. Ты его пленница. Между вами не может быть ничего большего. Тяжёлый вздох вырывается из груди, пока я вглядываюсь в окружающую меня тьму. Эта непроглядная чернота уже стала неотьемлемой частью моего существования. Иногда мне кажется, что после всего пережитого я уже никогда не смогу вернуться к нормальной жизни, снова стать той беззаботной девушкой, какой была раньше. Влюбляюсь в немого парня, чьего лица ни разу не видела. Обижаюсь, что он сбежал после нашего поцелуя. Звучит как сюжет из дешёвого романа или как симптом серьёзного психического расстройства. Ну, это уже настоящая клиника, Внезапно мои размышления прерывает звук торопливых шагов. Я уже научилась распознавать его шаги. Дверь с тихим скрипом открывается, и он входит в помещение. Уверенной походкой направляется к столу и с глухим стуком ставит на него что-то объёмное. На несколько мгновений он замирает. Я чувствую, что он смотрит на меня. Хотя кромешная тьма скрывает его фигуру и выражение лица, я безошибочно ощущаю тяжесть его взгляда. Прошло несколько томительных секунд, и вот он уже разворачивается, а вслед за этим раздаётся глухой щелчок замка. Ещё один глубокий вздох срывается с моих губ. Сегодня он ведёт себя как-то странно. Неужели я настолько ему неприятна, что даже присутствие рядом становится невыносимым? Отчего он убежал, будто я могла броситься на него и силой удержать? Господи, какая же абсурдная, нелепая ситуация сложилась между нами. Мне и так стыдно, что я поддалась порыву, подошла к нему... А потом ещё и нежилась в его объятьях и млела от поцелуев. Ладно, нужно забыть это всё. Ну и пусть, что этому альфе не понравилось со мной целоваться! Ничего страшного. Переживу. Нет, ну вы посмотрите на него. Небось, до меня целовался со многими девушками, а я ведь ни с кем из парней не целовалась! Откуда бы я набралась опыта? И вообще это был мой первый поцелуй. Какой же он... гад. Обиженная и раздражённая я просидела на матрасе довольно долгое время, прокручивая в голове все события, что произошли со мной в этом подвале. А ещё злясь на альфу, что так со мной поступил! Ох, как же мне хочется домой. Я больше не могу здесь находиться. Поднимаюсь с матраса и всё-таки подхожу к столу. Живот стал бурчать и напрямую намекать что пора бы поесть. Похоже, я так погрузилась в свои переживания, что не заметила, как уже даже обед прошел. Возможно время было даже ближе к ужину, судя по изменившейся полоске света. Все же я не очень по ней могла до сих пор ориентироваться. Осторожно дотрагиваюсь до какой-то небольшой коробки. Приподнимаю её и несу к полоске света. Металлическая цепь на ноге неприятно позвякивает. За всё время, что я провела здесь, только сегодня эти оковы доставляют мне дискомфорт. Ставлю коробку и разглядываю содержимое. В ней несколько бутылок сока, коробка с печеньем и даже консервы. Чего этот альфа решил мне это всё принести? Странный он какой-то. Хотя, если уже даже ужин, а он не пришел с горячей едой, это наверняка, чтобы я с голоду не умерла. Вот неужели он даже видеть теперь меня не хочет? И готовить мне больше не захотел. Снова меня понесло не туда... Расстроилась и в итоге пропал аппетит. Я взяла только сок и, попивая его медленными глотками, вернулась на матрас. Так тоскливо стало на душе, что даже плакать захотелось! Этот подвал, этот альфа... Когда это всё закончится уже? Я и сама не заметила, как провалилась в глубокий сон. Пробуждение оказалось резким и тревожным, меня вырвал из сна какой-то странный, приглушённый звук сверху. Слегка дрожащей рукой потянулась к стакану с соком, стоявшему рядом, и сделала несколько глотков. Холодная жидкость немного привела в чувство. Затем медленно приподнялась на матрасе, напряжённо вслушиваясь в тишину. Знакомые шаги раздались на лестнице, но в этот раз в них сквозила какая-то поспешность. Дверь с грохотом распахнулась, заставив меня вздрогнуть и резко подняться на ноги. В комнату ворвался альфа, навис надо мной. Его дыхание было тяжелым, прерывистым, будто он только что преодолел марафон. Холодок страха пробежал по спине. Что-то явно было не так. - Что-то случилось? - прошептала я. Он не ответил. Лишь шумно втянул воздух, словно пытаясь уловить мой запах, а затем неожиданно опустился передо мной на колени. Его пальцы коснулись моей скованной цепью лодыжки. Раздался тихий щелчок, и я ощутила долгожданную свободу. Цепь больше не сковывала ногу. Что происходит? Хотела спросить я, но не успела. Его горячие губы накрыли мои. Поцелуй был внезапным, глубоким, всепоглощающим. Его язык проник в мой рот, вырисовывая неведомые узоры, а сильные руки сжали талию с такой отчаянной силой, будто он боялся, что я исчезну или растворюсь в воздухе. Из груди альфы вырвался глухой, звериный рык. Поцелуй становился всё более настойчивым и более жадным. Моё тело мгновенно вспыхнуло. Каждая клеточка горела под его ладонями. Губы пульсировали, а сердце бешено колотилось, готовое вырваться из грудной клетки. Этот поцелуй разительно отличался от первого. Лишь отчаянная, почти болезненная страсть, словно это был наш последний миг вместе. В каждом движении читалась невысказанная тоска, будто он прощался со мной навсегда. А потом внезапно, и даже как-то резко он отстранился. Его губы оторвались от моих, и я услышала сдавленный стон. Он уткнулся лицом в мою шею, шумно вдыхая воздух, будто пытался накачать свои лёгкие моим запахом. Затем, будто обжёгшись, отшатнулся, будто я была раскалённым углём. И рванул к двери, выбежал прочь, оставив её распахнутой. В тёмное помещение тут же ворвалась узкая полоска жёлтого света… Глава 20 Наблюдаю за тем, как спасают клубничку. Приехали люди её отца. Сильвер Вэйлис сам вышел из машины. Ворвались в дом. Выстрелы, суматоха, шум. Потом тишина... И из ворот выходит крупный альфа, приобнимая самую сладкую в мире девушку. Не сдержал рыка. Сам не заметил, что дёрнулся в её сторону. Но резко сжал руки в кулаки так, чтобы боль отрезвила и не дала сорваться. К ней. Еле сдержался, чтобы не взять её прям там, в том промозглом подвале. Когда она сказала, что она меня придумала, честно говоря, вначале удивился, а после готов был рассмеяться. Это я-то выдуманный? Иногда совершенно не знаю, что ей может прийти в голову. Хотя за её болтовнёй уже многое понял. Но стоит оставить одну, как она может, выдать что-то типа этого. Так хотелось доказать всю степень моей реальности. Что чуть не сорвался, чуть не поглотил. Чуть не съел. Особенно когда сама начала льнуть. Принимать, и даже слабо протестовать, чтобы остановился. Здесь совсем крышу снесло. Шифера не осталось. И как вышел, даже не помню. А как она пахнет... М-м-м-м.... оторваться сложнее, чем перестать дышать. Отпустить было сложнее, чем я думал. Каждая клеточка моего тела бунтовала так, словно я кусок от себя отрываю. Живьём. Делаю ещё один неосознанный шаг и стискиваю зубы до скрежета. Её уже сажают в машину, и вот дверь закрывается. Хмурю брови. От чего-то она не выглядит радостной. Её спасли, она с отцом. Всё ведь хорошо. А последние эмоции, что улавливаю на её миловидном лице, это как она грустно смотрит на особняк, делая глубокий вдох и медленный выдох. Будто тоску выдыхает. Что-то тяжёлое. А может, мне кажется? Потому что сам сейчас ощущаю, как на части разрываюсь. Как рассыпаюсь в мелкое крошево. Cepa - холодное облачко пара выходит из меня со звуком её имени. Готов выть на луну, как самый настоящий зверь. Машины потихоньку начинают уезжать одна за другой. Вообще, мне не стоило оставаться даже тут за холмом. Но просто не смог уйти. Я должен был её проводить хотя бы взглядом Трель звонка немного выводит из транса. Беру трубку, даже не удосуживаясь посмотреть на экран. И так знаю, кто это. Свою клубничку хочу даже через затемнённые окна ещё чуть-чуть проводить взглядом.- Ты что сделал сучёныш?! Совсем там о что-то тяжёлое ударился?! - глава клана Мёбиус был в гневе. И не сдерживаясь в выражениях и эмоций, выплёскивал бурю на меня. И я этого ждал. Знал, что так будет. Но всё же надеялся поговорить с ним лично. Потому что, открылось много «но». И я даже нашёл им доказательства. Когда Сера заговорила о подставных людях, что заставили какого-то человека украсть флэшку, меня буквально прострелило насквозь. Я слышал об этом, но не знал, как там, в итоге всё разрулилось. Но помню, как метал молнии старик. Будто Вэйлисы сделали что-то ужасное. На то дело он меня не подпустил. Но зато мой пазл стал собираться по кусочкам. Я стал рыть глубже. Ушёл и оставил свою клубничку надолго, но узнал много интересного Клан Вэйлис непричастны к тем кражам и нападениям, и исчезновениям людей. А ещё самое странное, они считают, что причастен ко всему этому клан Мёбиус. И вот тогда я понял, что во всей этой схеме замешан третий. Нас стравливали. Специально. Делали виноватыми друг для друга. А мы как слепые котята верили тем липовым доказательствам, что нам вскармливали как собакам. Кому-то очень выгодна война кланов. Ведь если бы мы объединились, то по силе равных бы не было. Даже само государство, боялась нас сильнее. А так мы заняты друг другом, а не важными глобальными вопросами или кем-либо ещё. Идеально. Удобно. И сами погрязнем в своей войне, уничтожая ту силу, что могла быть ещё больше. А другим даже мараться не надо И я нашёл доказательства. Но их мало. И главное - нужно найти этого самого третьего. Зачинщика. И я найду его в скором времени. Но. я уже могу доказать старику, что пора менять вектор ненависти- Я сейчас приеду, - говорю, а сам слежу за последней уезжающей машиной. Отключаюсь сразу, чтобы не слушать негатива, что последовал бы дальше. Всё потом. Да, я сам решил её отпустить. Так нужно и правильно. Да и с отцом она в большей безопасности. С нашей стороны даже похищать её была огромной ошибкой. Весь этот день я всё сделал так, чтобы люди Вайлиса "типа" сами нашли его дочку. "Типа" спасли, и вот она ваше сокровище. Делал и куски отрывал от себя. Даже под самый их приезд. Не смог не попрощаться. Знаю, что испугал. Что слишком резко забежал, украл у неё этот поцелуй. Словно и правда, вор, что берёт не своё. Чужое крадёт украдкой и просто кайфует от этого. Растерялась, испугалась. Но дрожь её тела в ладонях, как бальзам смазали те куски, что весь день сегодня от меня отваливались, крошились, разрывались. Её робкий ответ, отклик. Так неумело. Но от этого ещё больше взрывоопасно. Я первый. Во всём. И это отдельный кайф, что словно адреналин накачивал меня, заставляя ещё больше присвоить и оживиться, краскам вокруг стать ярче. И даже этот чёртов сырой подвал, стал для меня будто тем уголочком, что только принадлежал НАМ. Перевожу взгляд уже на пустой и тихий особняк. Всё вокруг будто замерло. Как и я. Будто перестал дышать. Без неё вообще всё потухло. Она даже темноту делала живой. Теплой. Руки стало покалывать, моля её снова прижать к себе. Вот это я погряз. Глубоко. Настолько, что кислорода и не надо. Нужна она. Вся. - Не расстраивайся, клубничка, я тебя обязательно съем. Кривая улыбка сама расползается от предвкушения встречи. Глава 21 Месяц спустя Автомобиль медленно заезжает на территорию частной закрытой академии, где мне теперь предстоит учиться ближайшие годы. Кованые ворота с постом охраны проверяет документы водителя и мои, осматривает багажник и салон. У всех этих мужчин хмурые лица, от которых моё настроение ещё больше начинает портиться. Я так не хотела ехать сюда, но родители настояли на своём. Я бы лучше дома осталась. Папа был особенно резок со мной, когда разговор пошёл о закрытой академии, видишь ли, здесь я буду под постоянным наблюдением, здесь полно охраны и меня никто не знает. И враги нашего клана не смогут причинить мне вред в другой стране. Это такой бред, если честно! Мне было бы лучше в стенах родного дома под присмотром моих близких людей! Неужели, отец так сильно переживает из-за того, что меня умыкнули прямо из нашего особняка?.. Конечно, дом охранялся и днём и ночью, но меня каким-то образом смогли выкрасть. Даже не из сада или торгового центра, куда я часто ездила за покупками. И папа сказал, что в городе больше небезопасно. Он даже маму с малышкой Софи отправил к бабуле и деду в другой регион нашей страны. Да и братец Грэй припрятал Рейну в каком-то захолустье. Я даже за этот месяц не смогла её повидать. Увиделась только со старшими сёстрами, которые навестили меня после того, как меня вызволили из плена. Кто меня похитил и держал пять дней в подвале старого особняка в глуши, папа так и не сумел выяснить. Или же просто не захотел мне об этом говорить. Я не уверена. Я задавала кучу вопросов, но он просто не отвечал. Папа только сказал, что им удалось выйти на след водителя, что в тот вечер вёл машину, в которую меня затолкали. И он был немного задумчив, говорил, что это было каким-то чудом. И весь месяц папа был угрюм. Его явно что-то тревожило. Он часто пропадал, а я так хотела побыть с ним Сейчас папа активно ищет всех преступников, замешанных в похищении. В этом ему помогает Грэй. Значит, они ищут и моего охранника, что не дал мне сойти с ума! Мысли о нём на протяжении месяца не покидают моей головы. Этот альфа сделал для меня столько всего!.. Я ему безмерно благодарна. И я очень просила папу, чтобы он не наказывал этого парня, если вдруг найдёт его когда-нибудь. Я всё рассказала, как он приносил мне тёплую одежду, как кормил горячей едой... И как спас меня от других альф! Мой немой охранник был заботлив и не позволил себе грубости со мной. Хотя мог! Да. Он мой герой. Всё стало ясно, когда я осознала, что являюсь омегой. Едва я оказалась в обьятиях отца, он мгновенно уловил, что со мной происходит что-то необычное и странное. Когда я заняла место в машине, его водитель глубоко вдохнул и резко повернул голову в мою сторону. Даже отец выглядел очень странным в этот момент и угрюмым Моё пробуждение случилось в день совершеннолетия, как раз тогда, когда меня и похитили. Но я этого даже не поняла. Тело начало выделять особый аромат, что действует на альф словно магнит. Стоит им ощутить этот запах, как разум затуманивается, инстинкты берут верх, а единственной целью становится завладеть телом омеги. В нашем мире представители моего вида большая редкость. Думаю, причина в том, что большинство из нас не доживает и до тридцати лет. Мы становимся беззащитными жертвами альф, потерявших контроль над собой. Теперь мне стало понятно, почему мой охранник дышал так странно. И остальные альфы, находившиеся в особняке, несомненно, чувствовали его. Вот почему кто-то ломился в подвал, пытаясь прорваться сквозь железную дверь. А что если бы они успели выломать её?.. О боже. Именно этот парень спас меня от них, тот самый, что никак не покидает моих мыслей. Мой охранник, что стал единственным светом в том сыром подвале. До сих пор не могу взять в толк, как ему удалось сохранить самообладание. Он провёл рядом со мной немало времени, но не поддался первобытным инстинктам и не причинил мне вреда. А потом он укусил меня... Теперь я понимаю, что это была метка. Он пометил меня, чтобы другие альфы держались подальше. Родиться омегой настоящий кошмар... Ты можешь спокойно идти по улице, даже не подозревая, что пробудилась. Но если на твоём пути встретится альфа, судьба окажется безжалостной. Я слышала жуткую историю о том, как несколько альф напали на девушку прямо у порога её квартиры. Они почувствовали запах, выломали дверь... От этих воспоминаний до сих пор мурашки бегут по коже. И что самое ужасное, что те альфы не понесли никакого наказания. В нашем мире они властелины, а мы, омеги, лишь расходный материал, призванный удовлетворять их потребности. Какое счастье, что совсем недавно учёные совершили прорыв и разработали сыворотку, способную подавлять запах. Благодаря ей я могу не переживать, что стану жертвой альф. Укус, что оставил на мне мой немой охранник, практически сошёл, но всё ещё след от его зубов красуется на моей коже. При виде его я каждый раз вспоминаю его большие руки, покрытые вздувающимися венами, мужской терпкий запах, шумные вздохи…. И конечно, коричневые ботинки, что я видела больше всего в том сыром и тёмном подвале. Интересно, как он поживает? И где он сейчас? Я бы хотела увидеться с ним, как бы это странно не звучало, и поблагодарить за хорошее обращение со мной. Он даже терпел мою болтовню... Не каждый на такое способен. Мой папа и братец Грэй всегда просят меня немного помолчать. Особенно братец Грэй, он вечно недоволен и говорит мне, чтобы я умолкла и не приставала к нему. А ещё я вспоминаю наш последний поцелуй. Альфа поцеловал меня, перед тем, как покинуть подвал. Значит, он знал, что за мной скоро придут... И поэтому снял с моей ноги цепь! Какой же он хороший. Сердце сжимается от нежности к парню, лица которого я не видела ни разу. Не знаю что со мной, влюблённость это или болезнь, но я не хочу забывать о нём и очень хочу встретиться с ним хотя бы разок. Просто хотя бы увидеть коричневые ботинки! Кстати о них... Замираю на парковке, рядом с автомобилем, откуда охрана вытаскивает мой багаж, чтобы отнести в комнату. В глаза неожиданно попадаются коричневые ботинки неизвестного парня. Они точь в точь, как у моего охранника! Неужели?.. Нет-нет, этого не может быть. Отчего-то боюсь поднять глаза выше, но всё-таки делаю это. Надо же знать, кто помимо моего охранника из подвала любит носить похожую обувь. Длинные ноги в тёмных джинсах, массивное тело, обтянутое чёрной футболкой, мускулистые руки полностью забиты татуировками со странными узорами... Мощная шея, волевой подбородок и пронзительные серые глаза. А на голове волосы... Синие крашенные волосы, от корней чёрные, а на концах тёмно-синие. Шумно выдыхаю. Боже, это точно не мой альфа. Не тот, кто был со мной в подвале. Я представляю его совершенно другим: светловолосый, голубоглазый, с милой улыбкой и возможно, ямочками на щёках. И никаких татуировок у него нет. Ну, я не уверена в этом точно, я видела лишь кисти альфы. Этому мрачному парню, что стоит на лестнице ведущую в академию, просто тоже нравится такая обувь. Эх, а как у меня сердце-то подпрыгнуло, когда на мгновение мне показалось, что это он мог быть моим немым альфой. Хотя, что ему делать в такой элитной академии? Отворачиваюсь от него, а то подумает ещё, что я проявляю к нему внимание. Пристанет ещё. И вообще чего он в одной футболке стоит? На улице дождь идёт, да и холодно. Ох уж эти странные альфы. Два охранника берут мой багаж и поднимаются по лестнице. Я шагаю за ними, разглядывая фасад здания, что летом, скорее всего, объят зелёным густым плющом. Проходим мимо альфы, что не сводит с меня взгляда, от которого становится не по себе. Вылупился так, будто прибить меня собирается. И огромный какой…. Метра два ростом, не меньше. От него надо держаться подальше, не вызывает он во мне симпатии. Глава 22 Единственное, что может вызвать у меня доверие и моё внимание - это его ботинки. И вообще, я только поэтому и обратила на этот парня внимание. И, похоже, вызвала этим интерес. Бр-р-р... Мурашки по телу побежали, когда проходила мимо него на входе. Он будто специально стоял на месте. Замер и, кажется, не дышал. Просто впился в меня взглядом, словно чего-то ожидал. Чего? Реакцию какую-то должна была выдать? Типа удивиться его красоте или мощи? Ха, меня таким не удивишь, у меня папа такой же красивый. И братец Грэй вообще с экзотической изюминкой. А у тебя... кроме крашеных волос ничего и нет. Уж я-то разбираюсь. Так что, от меня восторженных вздохов не услышишь. Можешь потеряться. Посмотрела всё же напоследок на его кисти рук ещё раз. Они такие огромные. Но позволила себе всего секунду этой слабости. И сразу же задрала нос, и с достоинством вошла в здание, смотря исключительно вперёд. Многие подумают, что я слишком высокомерна. Но, он пялится так, что получил отворот-поворот от меня. Хочу просто сразу показать, что ему ничего не светит. И вообще, я всё же хочу найти своего немого охранника. Уже, конечно, думаю, что астмы у него реально не было. Это он так держался из последних сил из-за моего запаха. Вот же бедняжка. И одновременно восхищаюсь его силе воли. От этого осознания такое тепло в душе разливается. Ведь это всё ради меня. Тогда всё больше понятно, что он альфа. Но вот отрезать язык ему всё же могли. Неизвестно ведь, в каких условиях он рос. Стоит лишиться взгляда синеволосого, как дышать стало проще, и я сразу же переключилась на красоту вокруг. А именно на холл. Он огромный, потолок куполообразный, ещё и стеклянный, по которому сейчас моросил дождик. Пол выстелен каким-то цветным камнем. Совершенно не разбираюсь в архитектуре, особенно древней. Я как-то больше по моде и тканям в одежде. Но оценить красоту этого здания могу достойно. Вообще, здесь всё немного мрачноватое и слишком старинное. Будто я попала в средневековое время, когда ещё были в моде пышные платья и дворцы. И вот эта академия ей подстать. Высокие кованые ворота, такой же огромный каменный забор. Между центральным входом и воротами обширный зелёный сад, в центре которого стоит гранитный фонтан со статуей волчицы, воющей на луну. Красиво, эффектно и немного жутко. Будто мне попался старинный замок, который таит в себе много жутких тайн. А само здание и, правда, словно древний каменный особняк, и таких здесь ещё три. Но сейчас я находилась в центральном из них, где и проходят основные занятия. Мне нужно взять расписание, а затем встретиться с деканом и старостой, которая должна мне уже дальше всё объяснить. Легкая, почти успокаивающая тишина царила вокруг, лишь шум капель об стекло чуть нарушал эту идиллию. Сначала я не поняла, где же все находятся. Но потом вспомнила, что сегодня суббота, а здесь пятидневка и ученики могли поехать в город или навестить родных. Почему, интересно тот парень здесь? Не похож он на отшельника. Хотя, если учесть моё многогодовое заключение на домашнем обучении, я наверняка уже давно растеряла навык общения с новыми людьми, и уж тем более читать их характер с первого взгляда. Охрана ставит два чемодана по бокам от меня. И сразу же уходит, сообщая, что они всё равно будут всегда рядом, но за территорией, так как здесь свои меры безопасности, но я всегда могу их вызвать Я киваю и благодарю. Ну, вот таскаться с этими чемоданами точно не планировала, но что уж поделать. Такие здесь правила. Сначала встреча с деканом, потом уже уютная кровать, чай и отдых. Промокнуть не успела, но чувствую, идти до комнаты, всё же придётся в другое здание. Поэтому грустно так вздыхаю, смотря на эти два груза заполненные моей одеждой. Слышатся шаги, и я поднимаю голову. Внезапно меня хватают под локоть и круто на сто восемьдесят градусов разворачивают, будто покружить хотят, останавливая за талию огромной рукой, а второй зарываясь в волосы сбоку. И буквально впиваются в мои губы! Даже моргнуть не успеваю. Дыхание спирает, а сердце пропускает пару ударов. От неожиданности приоткрываю рот, чем жёсткие мужские губы пользуются и сразу же языком проникают глубже. По телу проходится такой мощный ток от соприкосновения, что я не просто дёргаюсь, а реально пару раз разрядами в него бью. Но сам поцелуй... Ой, мамочки! Столько страсти на меня волной обрушили, что, кажется, снесёт. И я барахтаюсь в ней, словно утопаю. Ни вздоха, ни крика, ничего сделать не могу. Только поглощать и принимать от неизбежности. Поцелуй заканчивается так же быстро, как и начался. Но наше дыхание всё ещё смешивается, а безумный ритм сердца грохочет где-то в ушах, приглушая все остальные звуки.- Не удержался... - на выдохе произносит неизвестный парень, почти с рыком. Я отшатываюсь после этих слов, да и он уже меня не держит, поэтому пару шагов назад могу сделать спокойно. И буквально впиваюсь в эти серые глаза, что оттеняются синевой волос. Расплывается в наглой улыбке, вытирает с уголка своих губ мою персиковую помаду и с какой-то дикой дерзостью слизывает её уже с пальца. А я от шока, кажется, язык проглотила. Никак такого не ожидала действия. После подмигивает и, стремительно развернувшись на пятках, уходит в левое крыло здания.- Ой, детка, полегче, слышу женский приятный голос позади. Снова разворачиваюсь, но уже к ней. Я, конечно, понимаю, что он красавчик, но лучше вот именно от него держаться подальше, - улыбается мне смуглая с чёрными волосами девушка и протягивает руку для приветствия. А у самой так глаза горят, видно, что ей смешно от увиденной сЦены. Кайра, представляется девушка. А я заливаюсь таким стыдом..что, кажется, посоревнуюсь с помидором. Хотя это ему должно быть стыдно. Я стояла, никого не трогала. И вообще, что это было?! A-a-a-a-a! А вдруг сыворотка уже не работает? Вот это синее чудовище и напало на меня! Хотя должна, по срокам ещё есть дней пять. А потом мне уже здесь в академии будут ставить. Здесь всё предусмотрено для омег. Радует, что я не одна такая буду. Но пока это единственное объяснение с чего этот альфа, так… Беру и всё же чуть склоняю голову и нюхаю своё плечо. Хотя это ужасно глупо, я себя всё равно не учую. И делаю это вместо того, чтобы пожать девушке руку. Совершаю пару шагов к ней, быстро убирая волосы назад. А ну-ка, понюхай меня, пожалуйста, сильно пахнет особенным запахом? подставляю ей свою шею. - От меня Та сразу же закрывает ладошкой рот и посмеивается. - Я человек, всё равно не смогу понять эти все ваши особенные запахи. Вот же.. блин. Откровенно, не сдерживая досады, вздыхаю и увеличиваю обратно расстояние между нами.- Но это единственное объяснение. Отведёшь меня сначала медпункт? На всякий случай проверюсь. Девушка еще пару раз пытается удержать смех в ладони, и в итоге всё же успокаивается. Да, конечно. Только давай вначале покажу тебе твою комнату и помогу с чемоданами- А у вас охраны случайно нет, ну которая помочь может? - с надеждой немного хнычу ей. Не хочу это всё тащить.Ну-у-у, могу позвать твоего нового друга, откровенно улыбается Кайра. подшучивает надо мной, и Не надо! - округляю я глаза. - Спасибо! Я ещё жить хочу. А кстати, а почему именно с ним не связываться? Он что какой-нибудь местный хулиган? Нет. Ну, что ты? Он лапочкат на самом деле, - почти томно вздыхает и смотрит на вход, в которой он уже давно скрылся. - Просто эта звезда недосягаемая, а ещё обидеть всё же может. Девушек раньше часто менял. Вот тоже недавно вернулся закончить уже учёбу и диплом получить. Стал более угрюм и вообще... Короче, он наследник одного могущественного рода. Наверняка на него просто давят. Вот он в буку и превратился. А какого? - берусь за ручку одного из чемоданов и поднимаю. Ой, у меня же здесь колёсики есть. - Клан Мёбиус. Он внук главы клана - Кай Мёбиус. Не успеваю поставить на место, как роняю его с оглушительным шумом на этот прекрасный каменный пол. И звук остаётся единственным звоном в ушах Этот синеволосый из клана Мёбиус?.. Глава 23 Была ли я обескуражена этой новостью? Несомненно! У меня даже сердце забилось от волнения. Рот приоткрылся сам собой, пока я пялилась на Кайру. Так получается, что это не миф? У главы клана Мёбиус на самом деле есть внук? Ещё и такой…. крашенный, татуированный весь. Жуть-то какая. И зачем так себя уродовать? Ладно, волосы... Там вроде не сильно, только на кончиках, а вот руки его забиты полностью татуировками, ну, кроме кистей. Внука Адалора Мёбиуса никогда и никто не видел, а оказывается, что он всё это время жил и учился в другой нейтральной стране, вдали от междоусобных разборок кланов. Конечно, будь у меня единственный наследник, я бы тоже берегла его как зеницу ока. Интересно, папа в курсе, кто здесь учится? Хотя, чего я спрашиваю. Конечно, он знает. И даже не побоялся отправить меня сюда! Ну, вообще-то место это, как я и упоминала ранее, нейтральное и неприкасаемое. Здесь могут учиться не только дети альф, но и даже те, кто участвует в клановых войнах. Вот как наши семьи Вэйлис и Мёбиус. Мы не имеем права причинить вред представителю другого клана, находясь в стенах этой академии. Дети здесь для того, чтобы учиться. Но считается ли нагло украденный поцелуй этим беспринципным крашенным парнем за вред моей персоне? Я думаю, считается! Ох, аж от его дерзости все тело сводит от ярости. Да как он посмел? И что вообще он себе позволяет? Наглец. С чего он решил, что может так брать, и целовать незнакомых людей? Он же мне язык в рот засунул! Только сейчас до меня доходит, что внук враждующего с нами клана, нагло подошёл ко мне и украл мой поцелуй... Этот Кай знал, кто я? Специально это сделал, да? Чтобы унизить! Ох, ну какой же мерзавец. Не удержался он, видишь ли! Как же меня бесят такие самоуверенные наглецы, которые думают, что у них всё схвачено. Вот только пусть попробует ко мне ещё раз подойти... Пожаловаться папе? А что я ему скажу? Что он подошёл и поцеловал меня?.. Блин, стыдно о таком говорить. Ладно, пусть живёт пока что этот наглый мерзавец. Эй, ты чего зависла? - вырывает меня из мыслей голос девушки. - Пойдём, покажу, где тут медпункт. Ага... - снова хватаюсь за ручку чемодана, что недавно рухнул на пол. Я помогу, - подмигивает Кайра и берётся за ручку второго чемодана, - а то ты выглядишь болезненно. Спасибо, - киваю я. - Медпункт у нас в левом крыле, в правом деканат. Буфет потом покажу. В выходные там продают выпечку и всякую мелочёвку. Комнаты расположены в другом здании. Обычно рассчитаны на два человека, но есть и одиночные. Тебя, кстати, заселили в одиночную. Я не знала, что буду в комнате жить одна. Почему папа не захотел, чтобы у меня была соседка? С кем-то же веселее жить, чем одной. На всех этажах камеры видеонаблюдения, также как и по всему периметру академии. В ночное время охрана патрулирует территорию с собаками, так что лучше после отбоя не выходи на улицу, - предупреждает Кайра. - Я однажды вышла и чуть в штаны не напрудила, потому что на меня кинулась огромная овчарка. Не укусила, но напугала. Тут всё строго охраняется. Если хочешь поехать в город, то сначала нужно подать запрос в деканат. Как всё сложно, - говорю я, топая за ней к медпункту. Ну, так уж. Здесь ведь учатся детишки влиятельных людей, и их безопасность важнее всего. Если с одним из них здесь что-то случится, то полетят много голов, поэтому руководители академии с должным образом заботятся об охране своих подопечных. А если драка или перепалка между студентами? - интересуюсь. Тут такого тоже не бывает, а если и бывает, то в слепых зонах. В туалетах, например. Но в основном тут довольно тихо, так что тебе не стоит переживать из-за этого. Разве что не попадаться на глаза некоторым альфам. Ну вот, например, Каю Мёбиусу, - усмехается девушка. - А вы точно не знакомы? Что? Нет, конечно. Впервые вижу этого парня, - говорю я поспешно. Странно. Не помню, чтобы он так первых встречных засасывал. Скорее всего, ты ему очень понравилась. Понравилась? Тому, с чьим кланом воет мой отец столько лет? Ох, ну нет. Не может этого быть. Все знают, что между нами идёт давняя вражда и отношения между нами невозможны. Да он мне вообще ни за что бы, ни понравился! Крашенный татуированный мерзавец. Вот он кто! Хотя, не знаю, что на него нашло, - пожимает плечами Кайра, останавливаясь напротив белой деревянной двери. - Вот медпункт. Подожду тебя здесь. Спасибо, - киваю, оставляю чемодан рядом с девушкой и вхожу в помещение. Там медсестра осматривает меня с ног до головы, берёт анализы на гормоны, ставит их в какой-то прибор. И выясняется, что мой запах не мог спровоцировать какого-либо альфу среагировать на него. Сыворотка всё ещё действует. Возможно, что их может привлечь моя энергетика омеги, но не более. И это значит, что наглый мерзавец поцеловал меня от нечего делать! Просто взял и нагло обслюнявил мой рот. Глава 24 Ворочаюсь на кровати уже долгое время. Все не могу уснуть и найти удобную позу. Тяжко вздыхаю и сажусь, доставая телефон из-под подушки. Смотрю время.- Три часа ночи. Ну, просто замечательно! Шумно сдуваю упавшие локоны на лицо и падаю обратно на подушки. Это ужасно! Мерзко! Отвратительно! Ну, вот как он посмел! И вообще... Аргх... Ни слов, ни злости на него не хватает. - Он даже уснуть мне не даёт! - бью себя по лицу ладошкой и откровенно вою. А всё потому, что синеволосый Кай не выходит из моей головы. Точнее, его этот голос…. Как пытаюсь отвлечься или подумать о чем-нибудь другом, так он у меня как прилипчивая и надоедливая музыка всё время на репите. «Не удержался... Не удержался... Не удержался...» - Да вы издеваетесь! - снова кричу только уже в подушку. И чего меня его голос в покое не оставляет? Ещё и мозг будто решил откровенно надо мной поржать и подкидывает в рандомный момент картинки воспоминаний, как он на меня пялился, а потом и сам поцелуй. Спасите! A-a-a-a-a-a! Bce! Хватит! Резко встаю с постели и решаю сходить попить. Карла остаток дня показывала здесь мне все, а вечер я провела, обживаясь в своей комнате. И так я узнала, что здесь находится целое огромное отдельное здание, в центре которого на первом этаже есть огромный зимний сад. Будто я на экзотический остров попала. Попугайчиков не хватает. Но зато маленькие журчащие фонтаны и укромные лавочки и, правда, успокаивали. Я сразу решила, что это будет моим любимым местом для рисования. Второй этаж был также огромен и выполнял функцию столовой. Хотя внешне больше напоминал красивый ресторан. А все оставшиеся четыре этажа были полностью отведены под помещения для студентов. Общие. Но не прям вразброс. Два нижних - для мальчиков, а на самых последних двух верхних - селили девочек. Взяла стакан и налила из бутылки себе воды, что здесь уже была с моего прихода. Сделав пару глотков, решила, что просто не усну. Может, посидеть в экзотическом саду? А что? Сейчас выходные, адептов почти нет. Да и кто будет ещё бродить в три часа ночи? Только такая как я, которая от чего-то не может забыть, какой-то обычный поцелуй. Скажу честно, я сравнивала. М-да. Сравнивала первый поцелуй, который у меня украл мой немой охранник, с поцелуем синеволосого Мёбиуса. Не могла по-другому. По мне они разные. Но всё же что-то было общее, какая-то лёгкая нежность, что ли в конце. Хотя... какие выводы я вообще могу делать о поцелуях? У меня-то их было всего парочка. Но наверно от того, что мне до этого не было с чем сравнить, поэтому я и возвращалась к этому поцелую периодически. Ведь там, в подвале, я лишь могла представить, как он выглядит. А здесь, я видела того, кто меня поцеловал. И должна сказать ощущения глобальные и кажутся совершенно разными. Ой, всё! Как я вообще могу сравнивать заботливого охранника и этого наглого наследника? Который думает, что пуп земли, раз единственный внук клана. И ему можно всё. Его наверняка холили и лелеяли, поэтому и стал таким беспринципным, наглым, самовлюблённым засранцем. Стоит оказаться среди зелени, а за окнами увидеть снова капли дождя, становиться ещё уютней. Ведь что может быть лучше того, когда за окном сыро и мокро, а ты в тепле, среди чистого воздуха и такой красоты? Эх, зря я не взяла с собой хотя бы блокнот с карандашом, может, наброски бы сделала. Пока я думала об этом, огромная тень выскочила из левого угла от меня, где был огромный куст.- A-a-a-a-a! - от испуга закричала я Но огромная ладонь тут же зажала мне рот. - Тише! - услышала я чей-то мужской голос. Губы и горячее дыхание опалили висок. А я замерла, и только сердце выбивало ритм по моим рёбрам.- Я отпущу, если ты не будешь кричать. Хорошо? Приятный голос. Убаюкивающий. Но я так напугалась, что от этого, ещё больше запаниковала. Но слегка кивнула в согласие. Ладонь исчезла, и тень медленно появилась передо мной, показывая мне, что она состоит из крови и плоти. И ещё что тень выше, чем мне показалось, а длинные светлые волосы падают откровенно на лицо, прикрывая слегка глаза. Привет, я Стив. А ты кто? хмуриться парень и с интересом меня рассматривает, будто я та самая экзотическая птичка, что не хватало этому саду. Cepa, - пересохшими губами, еле произношу. И, наконец, сглотнула слюну, немного приходя в себя. Парень был в бежевой футболке и таких же спортивных штанах. Похоже, не мне одной не спиться.- ХМ... - поднёс два пальца к подбородку и уже откровенно изучал меня. - А ты красивая. Новенькая? - и так обаятельно улыбнулся, что было видно, ни зла, ни плохих мыслей у него нет. Он просто флиртует со мной. От чего-то стало смешно, а ещё так приятно. Последние годы я была, на домашнем обучении и периодически взаперти, а здесь я откровенно нравлюсь, ещё и такому симпатичному парню. У него добрая и располагающая улыбка. И вообще, он весь будто такой лёгкий на подъём. Мне определённо нравятся альфы, что по темпераменту схожи со мной. Улыбаюсь ему в ответ. И мы будто ловим с ним общее настроение. И почти сразу же разговариваемся, находя множество общих тем. Зря я, папочка, не хотела ехать. Беру все свои слова обратно. А мне нравится эта академия… Глава 25 Мы просидели со Стивом почти целый час, время тянулось незаметно, пока, наконец-то, меня не начало клонить в сон. Постепенно мысли о том синеволосом парне перестали сбивать меня с толку, и это принесло невероятное облегчение. Я ощутила настоящую радость от того, что навязчивые размышления отступили. И в голове перестали кружить его дурацкие слова. Кроме того, Стив произвёл на меня очень сильное впечатление. Именно таким я всегда представляла своего немого охранника, невероятно красивым, благородным, с пронзительно-голубыми глазами и мягкими светлыми волосами. Его широкая добрая улыбка с обаятельными ямочками на щеках заставляла улыбаться в ответ. А его рост... Он оказался настолько высоким, что мне казалось, будто он выше даже моего папы или братца Грэя. А ведь тот немой альфа тоже был высоченным. Да, Сера, ты буквально растекаешься перед Стивом прямо лужицей. Так, бери себя в руки, и не надо влюбляться в первого встречного. Тем более что твоё сердце всё ещё принадлежит человеку, лица которого ты вряд ли увидишь когда-нибудь. В груди защемило от этой мысли. Перед глазами пронеслись все воспоминания. Как я перепутала его с крысой, а потом увидела его коричневые ботинки, которые я целый месяц рисовала по памяти в разных ракурсах. Я запомнила каждую деталь. А ещё руки... Вернее, кисти. Они тоже были отрисованы такими, какими я их запомнила: большими, с длинными пальцами и слегка вздувающимися венами. Ох, а как приятно пахло от него. Его запах всё ещё стоял в носу, словно пропитавший мою кожу насквозь Как же я желаю увидеться с ним хоть разок. Рассказать ему всё, что у меня на душе! Но я понимаю, что этого никогда не произойдёт, скорее всего. Но ведь сердцу не прикажешь. Оно просит и тянется ко всему похожему, что хоть бы на дольку может напоминать о нем. Вот и к Стиву я тянусь словно к солнышку, потому что в нем столько всего нашла похожего, что было в моем охраннике. Стив проводил меня до моего этажа, тепло улыбнулся и спустился по лестнице. Он рассказал, что живёт на втором этаже, где располагаются все парни. И он тоже живёт один, без соседа. И уже учится на третьем курсе академии. Ещё он поведал о своей безграничной любви к футболу и о том, что является капитаном команды. В конце нашей беседы альфа пригласил меня посетить его тренировку на следующей неделе и настойчиво попросил пообещать, что я обязательно приду. Разумеется, я согласилась, мне действительно хотелось посмотреть на него в деле. В целом я строила большие планы на ближайшее время. Намеревалась много гулять, знакомиться с новыми людьми и тщательно изучить расписание всех дополнительных занятий. Особенно меня привлекала идея записаться в творческий кружок. К счастью, в академии он имелся. Проспала я немного, но чувствовала себя просто шикарно. Приняла душ, надела красивый спортивный костюм из мягкой ткани голубого цвета и поплелась в буфет. Кайра сказала, что по выходным кухня не работает, но продают свежую выпечку, кофе и можно заказать доставку еды из ближайших ресторанов и кафе из города. Так что я решила пока что купить себе что-нибудь вкусненькое, чтобы после этого прогуляться по территории академии. Так сказать, разведать обстановку. Познакомиться ещё с кем-нибудь Почему я так сильно хочу знакомств? Ох, мне ужасно не хватает общения. И хочу подругу, с которой я могла бы обсуждать все свои страхи и волнения. У меня есть Рейна, но до неё не дозвонишься, потому что братец Грэй отправил её в какую-то горную глушь, где связь толком не ловит. С сёстрами старшими я почему-то постеснялась делиться тем, как мы сблизились с немым альфой. Мне кажется, они меня просто бы не поняли и вообще отправили бы лечиться к психологу. Я и сама понимаю, что это не норма, но и избавляться от этих прекрасных чувств не хочу. А тот альфа хоть вспоминает обо мне иногда?.. А если он уже забыл, что было между нами? Если у него вообще есть возлюбленная и тогда в подвале он просто поддался моему запаху омеги? Что просто... не удержался... От этой мысли стало вообще так тоскливо, что добравшись до буфета, я купила чай и села за одним из столиков, что имелись в этом помещении. Разглядывала медленно приятный интерьер в матовых тонах, пахло свежей выпечкой, да и на прилавках было столько всяких вкусностей, что я обещала себе, что все их обязательно попробую. Но не сейчас. Аппетит пропал, и подумала, если посижу тут немного, понюхаю приятные ароматы ванили, то аппетит точно вернётся. В буфете были ещё несколько девушек постарше меня, они сидели за самым дальним столиком и о чём-то увлечённо болтали. Блин, я им так завидую. Тоже хочу утро проводить в компании подруг и рассказывать им всякие глупости. Эх, вот бы Кайру встретить и напроситься с ней ещё раз на экскурсию. Она мне понравилась очень. Жаль только что я её номер не успела взять. Уныло отвожу взгляд в окно, за которым только недавно прекратился мелкий дождик. Если соберусь погулять по территории, нужно будет прихватить куртку и зонт, а то мало ли, вдруг погода снова разладится. Хочется обойти все здания и сад за академией до завтрашнего дня. Я ведь школу окончила экстерном ещё в прошлом году и училась дистанционно в университете. И сейчас я зачислена очно, и мне так волнительно от всего этого. Завтра у меня будет что-то типа вступительного экзамена, но я точно его сдам, в своих силах я уверена. Ну, а уже через два дня мне предстоит познакомиться со своими одногруппниками. Я так задумалась, что даже не заметила того, кто вошёл в буфет. Только ауру какую-то мрачную почувствовала, но не стала поворачивать голову, чтобы посмотреть на вошедшего. Только грустно вздохнула, наблюдая, как колышутся ветки деревьев за окном от не сильного ветерка. А затем увидела, как на столе передо мной появилось пирожное, украшенное клубникой. И если честно, сразу уловила, что шёпот за соседним столиком будто стал громче. Нахмурилась, медленно поднимая голову и встречаясь взглядом с серыми пронзительными глазами Кая Мёбиуса. Синие кончики чёлки небрежно падали на лоб. Выражение лица такое, будто он никогда не улыбается и вообще у него хронический запор. Мы пялимся друг на друга. Он слишком пристально и назойливо, а я в лёгком недоумении от его наглости. Так, он это угощение для меня? Зачем? Угостить решил? Извиняется так? Учитывая, как он смотрит, я в этом сомневаюсь. Точнее сомневаюсь, что у него есть совесть. Вот же пронырливый синешёрстный гад. Но только потому, что мама и папа воспитывали меня хорошей девушкой, я приподнимаю уголки губ и тихо произношу: - Спасибо. Глава 26 Выражение лица Кая Мёбиуса остаётся неизменным, но зато моё вытягивается до шокированной утки. Потому что он, не отрывая своего взгляда от меня, берёт и отодвигает стул и.. Садится! Он просто взял и сел напротив за мой столик! Какого... чёрта он творит? Я ничего не понимаю. Ну ладно пирожное... Извинение своеобразное. Спасибо, приняла. Конфликт исчерпан. Тем более после вчерашнего знакомства со Стивом, поцелуй, и правда, вылетел из моей головы. Но что вот это за действие? И что дальше? Сомневаюсь, что он не знает, кто я и какой семье принадлежу. Сера, оставайся учтивой и вежливой. Мама всегда говорила, что хорошие манеры нужны не только для того, чтобы ты показал, насколько уважаешь собеседника и насколько высок твой уровень образования, но и так же ими ты можешь культурно и без конфликта послать собеседника в далекие дали. Что я, к слову, и собираюсь сделать. Я, конечно, жажду общения, но точно не с ним. Парень кладёт локти на стол и сцепляет руки в замок и всё так же, не отрывая от меня своего буквально пронизывающего взгляда, упирается подбородком на свои сцепленные пальцы. Я что музейный экспонат, чтобы меня так рассматривать? Он будит во мне волну негодования и желание размазать это милое пироженко по его лицу. Ну что пялимся-то так? И когда мне кажется, что ничего вежливого я уже больше выдавить из себя не смогу, меня спасают. Ну, или его спасли. - Кай! -- слышу мужской голос, но голову не поднимаю. Он будто не слышит, продолжает глазеть на меня. А у меня уже в горле пересохло и неловко становится. Потому что даже в такое время и такой немногочисленной столовой стоит буквально звенящая тишина. И все, даже группа девушек смотрят только на нас. Кажется, они дыхание задержали. А я не привыкла к таким откровенным взглядам, поэтому невольно краснею. И от этого отдельно стыдно. Хочется прикрыться рукой. Было бы перед кем здесь краснеть. - Кай! И снова зовут, и снова он делает вид, что не слышит. - Может, уже оторвёшься от этой милой девы и всё же уделишь мне парочку драгоценных твоих минут, - кладёт свою руку ему на плечо такой же огромный парень, что и Мёбиус. С каштановыми, немного отросшими волосами и очень ехидной улыбкой. Симпатичный и довольно высокий. Но внушает впечатление развязного и не менее наглого парня Синеволосый гад всё ещё пялится на меня, и тогда парень решает ещё больше его заинтересовать, склонившись и чуть ли не в лицо заглядывая. И этим заслоняя меня. Это по твоему запросу. И поверь мне, я нарыл столько инфы, что ты закачаешься просто. И будешь мне руки целовать, - и даже демонстрирует ему перед лицом свои руки. Мне кажется, Кай их сейчас ему оторвёт. Ой, не делал бы так.- Я понимаю. Этот кудрявый ангелочек достоин твоего внимания, но ведь и я сейчас умничка, - подмигивает уже мне парень и хитрюще скалиться. И вот тогда это синеволосая статуя, наконец, отрывается от меня. Что мне аж дышать легче стало. И переводит уничтожающий взгляд на своего дружка. Тот, тем временем, сразу поднимает руки вверх, будто сдаётся. И делает пару шагов от него.- Идём, - встаёт со своего стула, который ножками шумно царапает кафельный пол. Я не знаю, зачем подняла на него глаза, но никак не ожидала, что он продемонстрирует мне свою полуулыбку, пусть и мимолётную. А она у него... красивая. Нет, ну правда, ему идёт улыбка. Ой, о чём ты думаешь, Сера?! Стоит парням отдалиться от моего столика, как меня, словно волной накрывает гул из множества голосов. Оказывается, за это время столовая успела чуть заполниться. И многие вместо того, чтобы покупать себе еду в буфете или завтракать, откровенно глазели на нас или шушукались между собой. Ну, отлично, блин! Зарываюсь лицом в ладони. Я хотела друзей себе завести и побольше. А теперь из-за его поступка стала сплетней месяца! И это не хорошо. Эй, ты чего? Плачешь, что ли? - голос Стива пробирается через мои мысли самобичевания и я буквально воспаряю духом. Может, не все потеряно.. - Нет, я просто… И что, вот просто? Мне стыдно, что привлекла столько внимания? Или что переживаю, как ко мне теперь отнесутся? Поднимаю глаза на парня, но в моё поле зрения снова попадает, как задний фон Стива, прожигающий взгляд Кая Мёбиуса. Он что не ушёл совсем из столовой? Уселся просто за другой столик. Его друг активно ему что-то рассказывает, а этот без стеснения пялится на меня. Точнее, я бы это назвала это «убивает взглядом». Ну, вот что ему от меня надо? Да съем я твоё пирожное, если за это переживаешь. Может, думает, простила я его или нет? Стив прослеживает за моим взглядом и хмыкает. Знакома с Мёбиусом? Нет, - быстро проговариваю и прекращаю сама смотреть на него, переводя все свое внимание на парня. Чего это я сама-то? А с чего он тебе столько внимания уделил? - приподнимает бровь и кивает на пирожное. Это его извинения... - очень надеюсь, что Кайра никому не рассказала о поцелуе. - Он нечаянно мой чемодан ботинком задел, - ой, ну какая же тупая отмазка. Но мой мозг лучше не придумал. А, ясно, - хмыкает парень и быстро принимает её за чистую монету.- Hy, тогда, приглашаю тебя на экскурсию по чудному месту, что зовётся Академией, открыто и искренне улыбается, и подаёт мне руку. А ты будешь моим гидом? - улыбаюсь в ответ, откровенно радуюсь такой перспективе. И одной бродить не нужно, такая милая компания сама себя предлагает. Да, синьорина, я ваш до обеда. Потом у меня тренировка. Вкладываю свою руку в его и встаю. И чуть ли не зайчиком прыгать готова от радости. Стараюсь игнорировать давящую атмосферу, обжигающий взгляд и уже слишком громкие шепотки вокруг. И честно. Вот, правда, не специально. Я забываю про клубничное пирожное и просто ухожу со Стивом. Глава 27 Нужно ли рассказывать, что прогулка со Стивом оказалась замечательной? Мы уже битый час колесили с ним по территории академии и много-много разговаривали на самые различные темы. Сейчас мы проходили мимо оранжереи, в которой прошлой ночью и познакомились. - Это место мне больше всего понравилось, - сказала я, когда мы остановились перед стеклянными дверьми Прошлой ночью я попала внутрь через внутреннюю дверь, и села прямо у входа, а оказывается, оранжерея огромная. - Идём, покажу тебе идеальный цветок, - улыбнулся Стив и взял меня за руку. Прикосновение было таким тёплым и нежным, что я невольно улыбнулась, кинув взгляд на наши руки. Ox, и ладонь у него большая, прямо как у моего немого охранника. А может…... Может это он? Может, поэтому меня так тянет к этому парню? Мы входим в светлое вкусно пахнущее помещение с различными растениями и цветами. Стив уверенно ведёт меня к клубке с раскинувшимися кустиками с различными цветками. Это фиалка, - сказал он, расплываясь в улыбке. Наклонился к клумбе и втянул носом запах, затем посмотрел на меня: Понюхай. Но фиалки же не пахнут, - захлопала я глазами. Дома у нас на первом этаже растут эти цветы, и я не помню, чтобы от них хоть чем-то пахло, кроме свежей травы.- Эти пахнут. Они лесные, - Стив потянул меня за руку, чтобы я села рядом с ним. Господи, какой же он милый парень. Наслаждается запахом фиалок, что не особо вяжется у меня с образом альф. Вот отец у меня суровый мужчина, не помню, чтобы он вообще когда-либо нюхал цветы, подаренные маме. А вот матушку мою только так обнюхивать обожает. Однажды я даже засмущалась, когда увидела такой жест со стороны отца. Я медленно наклонилась к цветку, осторожно приблизив лицо к нежному фиолетовому соцветию. У него был лёгкий и сладкий аромат. Но, несмотря на всю их прелесть, я всё-таки больше любила насыщенный и неповторимый запах пионов. Они и внешне были очень красивыми с пышными бутонами и различными оттенками.- Приятный аромат, - произнесла я с тёплой улыбкой, обращаясь к Стиву, а затем невольно вновь перевела взгляд на его руки. Чуть смуглая кожа, вздутые по-мужски вены... Нет. Этот молодой человек никак не мог быть тем самым охранником. К тому же он свободно разговаривал, а тот альфа не мог. Сколько же можно возвращаться мыслями к нему? Пора признать, что наша встреча осталась в прошлом, и больше мы никогда не увидимся. Так грустно стало от этих мыслей, что улыбка слетела с моих губ. Всё в порядке? - поинтересовался Стив. Да, - кивнула я и поднялась с корточек. Ты, наверное, устала. Давай я провожу тебя до общежития? Давай, - согласилась я. Настроение, и правда, было испорчено глупыми мыслями о немом охраннике. Его образ преследует меня даже здесь, рядом с парнем, который мне, несомненно, нравится Мы обошли здание и вернулись к общежитию. Я остановилась возле входа, ловя взглядом группу парней и девушек, столпившихся у ворот академии. Что это там? - спросила я у Стива. А, это первокурсники вернулись с экскурсии, - ответил парень. Ух ты, здесь даже экскурсии устраивают. Мне уже начинает нравиться это место. Нужно узнать, когда будет следующая и обязательно поехать. Ну что ж... Сера Вэйлис, мне очень было приятно с тобой пообщаться, - растянулся в широкой улыбке Стив. - Сейчас у меня встреча с командой, завтра будет тренировка в шесть вечера. Приходи. Буду очень тебя ждать. Я приду, - улыбнулась я в ответ. - Спасибо тебе огромное за эту прогулку и что составил мне компанию. Я прижалась к нему в легком объятии, выражая свою благодарность. Ого, - присвистнул Стив, явно не ожидая от меня такого. - Ну, тогда до завтра? До завтра, - кивнула я. Стив спустился по лестнице и пошёл в сторону стадиона, а я же в свою очередь развернулась к входу в академию и поплелась к двери. Взгляд упал снова на коричневые ботинки, и моё сердце пропустило удар. Да что за дурацкое наваждение! Эти ноги и эта обувь не может принадлежать тому альфе. Я нахмурилась и подняла глаза на парня, что стоял у двери, опёршись спиной о каменную стену. Взгляд у него был очень недовольный, прожигающий. Серые глаза сейчас были тёмными, что символизировало о крайней степени гнева у альф. Я бы даже сказала, что Кай Мёбиус был очень зол. На меня? С чего бы это. Я ему никто и ничего не должна. Хотя да, наши семьи ведь враждуют. Но я тут совершенно не при чём. Вражда началась между нашими кланами уже давно, ещё задолго до нашего рождения. Отчего-то энергетика этого альфы раздражала меня больше всего. И сейчас моё подавленное состояние медленно переходило в гневное. Меня раздражают такие люди, как этот парень, которые пялятся на тебя так, будто бы ты ему что-то должен. Я остановилась у двери, скрестив руки на груди и твёрдо произнесла: Хватит на меня смотреть, становятся серыми. заметила, как черные радужки его глаз снова Нельзя? - усмехнулся он недобро, блуждая серыми глазами по моему лицу, словно пытался в нём что-то прочитать. Нельзя, - задрала я нос, показывая всем своим видом, что мне это не нравится. А я буду смотреть всё равно, потому что хочу, - и голос у него был такой бесячий, что я стиснула зубы от злости. А больше ты ничего не хочешь? - процедила я сквозь зубы. Есть кое-что, - кивнул он и нагло заявил: - Не общайся с этим парнем. Пф-ф-ф, - вырвалось из меня, я даже глаза закатила. Вот же ненормальный альфа. Ставит мне тут условия всякие. Пожалуй, лучше я буду игнорировать этого Кая Мёбиуса. Теперь он мне не нравится ещё больше. Выпрямив спину, я схватилась за ручку двери, но почувствовала, как альфа резко перехватил меня за талию и прижал к себе. Ток прошёлся по моей кожи от соприкосновения с ним. Кай тем временем наклонился к моей шее и громко втянул воздух через нос, чем вызвал у меня волну мурашек.- Ты чего творишь!.. - запротестовала я и вырвалась из наглой хватки парня. Посмотрела в его бесстыжие глаза и быстро залетела в здание общежития. Сердце колотилось слишком быстро, а ещё... Ox, нет. В носу застрял слишком знакомый запах одеколона. Нет-нет. Это точно не может быть он. Точно! Глава 28 И снова вместо сна буйство в голове и мятеж в сердце. В первую очередь, потому что запах этого странного парня с синими волосами не выветривается. Он, как остался у меня в носу, в легких, так и преследует. Стойко мучая меня и напоминая только о... моём немом охраннике. Но я не хочу даже близко ассоциировать этого наглого синеволосого гада и моего защитника, что был своеобразным лучиком в том ужасном и мрачном подвале. Ну как это возможно вообще?! Ведь ну не могут же они пользоваться одним и тем же одеколоном? Да? Кай богатый наследник, а мой охранник, обычный альфа. У него точно столько денег нет. А этот синий гад, сомневаюсь, что будет пользоваться дешевкой. И вообще, не помню ни у одного парня похожего запаха. Редкие духи, однако.. Ещё и нюхал так меня... Бр-р-р, что он там нюхал? Я принимаю сыворотку вовремя, там ничего не должно остаться. Но он так жадно втягивал воздух, что кажется, не просто ощущал запах, а еще и... наслаждался им. Как же он меня бесит. Нет, ну этого Кая Мёбиуса явно манерам не научили. Не зря у наших кланов вражда. Похоже, у них там одни наглые, беспринципные неандертальцы! Боже, не удивлюсь, что это именно они проворачивают грязные делишки в нашем городе. Ведь их главный наследник хам с крашеными волосами. Может, папе всё-таки пожаловаться на него? Его вольности меня начинают напрягать. С раздражением откидываю одеяло и иду открыть окно. Ну невыносимо, всё пахнет им. Я уже помылась, переоделась, а запах будто проник под кожу. Отпечатался Бесит! Распахиваю окно и холодный ветер, тут же набрасывается на меня. Проходясь по обнажённым плечам и рукам, подбираясь под маечку и трепля волосы. На улице сыро. Недавно прошёл дождик, тучи все еще нависают, а запах только что прошедшего дождя пытается сбить запах этого гада, но безрезультатно Туман не дает увидеть другие корпуса академии и вообще полюбоваться на здешнюю природу, но зато, мой взгляд цепляется за темную фигуру под деревом неподалёку. Сначала резко пугаюсь и чуть ли не кричу. Но вовремя закрываю рот рукой Дикие мурашки страха разбегаются по коже. И будто кусают как стая муравьев. После похищения у меня теперь дикий страх на всё такое. Что я не вижу, или может теряться в тени. Это чувство, когда тебе зажимают рот и держат в сильных удушающих объятьях, вьелся так сильно в подсознание, что автоматически даёт реакцию на все неизвестное. И сейчас неизвестный мрачный силуэт также душит меня. Возьми себя в руки, Сера. Ты в академии, под наблюдением охраны, камер. И здесь столько народу, что может гулять кто угодно. Всматриваюсь в этот силуэт, пытаясь понять, кто там в такую погоду решил постоять. Но туман слишком густой. Мне уже кажется, что может там просто огромный пенёк, а моя фантазия здесь напридумывала чёрт знает что. Завтра схожу, посмотрю. Чтоб успокоить свои нервы в первую очередь. А пока…. А пока пора спать, Сера. Завтра уже начинается учеба. Познакомишься с новыми людьми и, возможно, найдешь друзей. И вообще, хватит думать о всякой чуши, пугать себя, - бубню себе под нос и возвращаюсь к кровати, забираюсь под одеялом. - Возможно, даже снова удастся пообщаться со Стивом, - болтаю сама собой вслух, и это чуть успокаивает, - Да, точно, за завтраком в столовой. Настроение даже улучшается. Все же мысли об этом чудесном милом альфе, вытесняет во мне все остальное. Стив такой красивый... И маме бы моей он точно понравился. И сёстрам. И я наконец-то погружаюсь в сон, где Стив мне снова показывает фиалки, и мы мило гуляем. Его мягкая улыбка и такие галантные манеры заставляют меня радостно улыбаться. Но потом приходит наследник Мёбиус и уничтожает все фиалки, крича на весь сад, что мне нравятся исключительно пионы. С бешеным сердцем и испугом сажусь на кровати и пытаюсь успокоить сердце. Таким разьярённым Кай был в моём сне, будто Стив преступление совершил, показывая мне фиалок. Похоже вчера впечатлений было больше, чем нужно. Лучи солнца проникают в комнату, озаряя ее и делая светлее. Уф! Хорошо, что это был просто абсурдный сон. Конечно, разве Каю будет дело до каких-то там цветов? Поворачиваю голову к окну и ахаю. Хочу быстро встать, но путаюсь в одеяле и чуть не падаю с кровати, но всё же выбираюсь. Сдуваю кудряшки с лица и подбегаю к окну. На подоконнике, в лучах утреннего солнышка, лежит невероятно красивый нежный бело-розовый, ещё не раскрывшийся бутон пиона. Как же красиво….. Аж сердечко от такого внимания защемило. Это наверняка Стив, я ведь только вчера сказала, что мне они нравятся. А может тот огромный пень в тумане и был он? Парень ждал, когда я засну, чтобы сделать мне вот такой сюрприз? Как он забрался на третий этаж? Улыбаюсь и посмеиваюсь своим мыслям, чтоб совсем счастливой не выглядеть. Ухаживания от парня. Мои первые ростки настоящих отношений. Даже не верится! Сердечко так и порхает в груди. Весь вчерашний страх улетучился. Я, и правда, слишком сильно себе нафантазировала. Всё хорошо. У меня теперь вообще всё будет замечательно. Даже погода сегодня мне шепчет об этом. Подношу бутон к носу и немного вдыхаю его аромат. Он пока слабый, едва ощутимый, но уже есть. Улыбка, шелк лепестков на губах и вся эта романтика, так и летает вокруг меня.- Спасибо за это утро, - шепчу прямо в лепестки. Глава 29 Моё настроение сегодня просто великолепное. Я неторопливо принимаю освежающий душ, наслаждаясь теплыми струями воды, а потом тщательно укладываю свои непослушные кудряшки, придавая им аккуратную форму. Затем надеваю форму академии. Сегодня мне предстоит сдать вступительный экзамен. В эту престижную академию попадают исключительно благодаря знаниям и способностям, а не по блату или из-за состоятельных родителей. В общем, если мозгов нет, то тебя не возьмут, даже если ты самый богатый человек в нашем мире. Бросаю взгляд на изящный бутон пиона, который поставила в стакан с чистой водой. К сожалению, вазы у меня нет, и поэтому хочу съездить на днях в город и прогуляться по магазинам. Не могу сдержать улыбку. С лёгким сердцем выхожу из своей комнаты, спускаюсь по лестнице на первый этаж, а оттуда и наружу. Солнце сияет ярко, лёгкий ветерок колышет мои кудряшки. Вприпрыжку сбегаю по мраморным ступеням, ощущая, как каждая клеточка тела наполняется радостью. Краем глаза замечаю мрачную тень, стоящую у массивной колонны. Медленно поворачиваю голову и встречаюсь взглядом с синеволосым Мёбиусом. На его губах играет лёгкая улыбка. Та самая, от которой у меня внутри всё закипает. Не желая давать ему ни малейшего повода повлиять на моё прекрасное настроение, фыркаю и тут же отворачиваюсь. Нет, сегодня я не позволю этому парню испортить мне день. У меня впереди важный экзамен, и все мои мысли должны быть сосредоточены только на нём. Затылок буквально жжёт. Я почти физически ощущаю, как его взгляд пронзает меня насквозь. Ох, какой же он невыносимо надоедливый! Что ему нужно? Почему он так упорно преследует меня своим вниманием или, вернее, навязчивым безразличием? Пристал, словно банный лист. На каком он курсе? И как долго мне ещё предстоит терпеть его присутствие в моей жизни? Этот парень бесит. Если он не прекратит вести себя так нагло и вызывающе, я всё-таки расскажу обо всём папе. Понимаю, что это может показаться детской реакцией, но терпение не бесконечно. К тому же я отчётливо осознаю, что дело-то не только во мне. Наши кланы враждуют уже много столетий. Клан Мёбиус древнее и обширнее, и мы Вэйлис, пришли в город, который они построили и захватили влияние несколько столетий назад. И вот мы, потомки, продолжаем враждовать. Скорее всего, Кай Мёбиус просто использует меня как мишень, чтобы досадить всей моей семье. Для него я не отдельная личность, а типа символа, представитель враждебного клана. Возможно, он считает, что мелкие провокации в мою сторону это способ нанести удар по престижу и авторитету моего отца. Делёжка территории, борьба за ресурсы, старые счёты... Ой, как же это мелочно всё. Давно бы уже начать в мире и поделить все ресурсы. Договориться. В учебный корпус я прихожу в назначенное время. Двери распахиваются, и вокруг столько людей, столько голосов! Я медленно продвигаюсь сквозь толпу студентов, невольно задерживая взгляд на каждом. Внутри поднимается теплое чувство. Ox, как же долго я была заперта в собственном доме, вдали от этого бурлящего потока жизни! Теперь даже такое столпотворение кажется мне настоящим счастьем. Я вовсе не из тех, кто способен существовать в одиночестве. Мне нужны люди вокруг. Наконец добираюсь до нужной аудитории. Толкнув дверь, заглядываю внутрь. Здесь пока всего пять человек. Две девушки сосредоточенно перешёптываются у окна, трое парней расположились в глубине класса. Я выбираю место на самой первой парте. Так лучше видно, да и сосредоточиться проще. Экзамен начинается через пять минут. Не теряя ни секунды, я беру лист с заданиями и погружаюсь в работу. Вопросы бегут один за другим, но я отвечаю быстро. Я потратила столько часов на подготовку, что уверена во всех своих ответах. Я первая, кто справился со всеми заданиями. Аккуратно складываю лист, подхожу к столу преподавателя и кладу работу. Затем выхожу из аудитории. Результаты объявят только вечером, а пока у меня есть прекрасная возможность осмотреться. Я решаю прогуляться по зданию академии. Мне просто всё здесь интересно! Я медленно обхожу всё здание, отмечая колонны у входа, старинные портреты на стенах, приглушённый гул голосов из аудиторий. Прохожу мимо библиотеки с массивными дубовыми дверями, заглядываю в рекреации, где студенты переговариваются в перерывах между занятиями. Как же круто. После направляюсь в оранжерею. Это всё-таки самое крутое место здесь. Делаю глубокий вдох, ощущая, как напряжение постепенно уходит. Присаживаюсь на каменную скамью среди папоротников и орхидей, позволяя себе минуту покоя. Именно в этот момент раздаётся мелодичный сигнал видеозвонка. На экране появляется лицо старшей сестры Лейлы. - Ну что, сестрёнка, - начинает она с лёгкой улыбкой, - уже покорила академию? Или они пока не осознали, какое сокровище к ним попало? Я не могу сдержать смех: - Пока только покоряю. Экзамен сдала первой, если это о чём-то говорит. Лейла приподнимает бровь, явно довольная: - Вот это моя сестра! Рассказывай всё по порядку. Как обстановка? Какие люди? Никто не пытался тебя задеть? Я на мгновение задумываюсь, вспоминая утреннюю встречу с Каем Мёбиусом, но решаю не нагнетать: Всё в порядке. Люди разные, но в целом... интересно. Мне весело, растягиваюсь в довольной улыбке. Это хорошо. Рада за тебя. Познакомиться успела с кем-нибудь? Много красивых парней? Лейла прищуривается, хитро улыбаясь. Мы с ней ближе по возрасту. Лейле двадцать три года, а вот старше уже почти двадцать шесть. И большую часть детства с Лейлой мы провели больше всего. Поэтому ей я могу рассказывать всё. Ну... В общем, познакомилась с одним хорошим парнем. Красивый? - оживляется Лейла. Да, - киваю. - Он мне цветы подарил. Пион, представляешь? Запомнил. Какой романтик. Блондин, брюнет? Сколько лет? Как зовут? - заваливает вопросами сестра. Блондин с голубыми глазами. Зовут Стив. Он такой милый...- вздыхаю, на мгновение, прикрывая глаза. Даже покраснела, - хихикает Лейла. - Хочу фотку его увидеть. Он точно вам понравится. Хоть он и альфа, но такой дружелюбный. Улыбается часто, - говорю я Да ты что? Реально существуют такие милые альфы? Не верю, - качает она головой. - Жду его фото, а лучше видео, где он улыбается. Она начинает смеяться, и я тут же подхватываю. У нас с Лейлой и характеры немного похожи. Тоже любит поболтать и посмеяться. Только внешне она больше на нашу маму похожа. Смахиваю слезу с глаза и замечаю коричневые ботинки перед собой. Смех тут же прекращается. Медленно поднимаю голову, встречаясь с серыми глазами. Ты чего там притихла? - слышу из динамика голос сестры. А... да тут кое-кто подслушивал наш разговор, - говорю я, начиная злиться. - В общем, я перезвоню. Сбрасываю звонок. Поднимаюсь со скамьи, хмурясь. Сейчас я этому парню всё выскажу. Глава 30 Вот же высокий гад. Оказывается, когда он так близко, я ему по грудь. Блин, наезжать снизу вверх как-то так себе. Не в выгодной я позиции. Но лестницы нигде нет. Может, на скамью залезть? Так точно должно дойти до него. Не дам себя использовать в мелкой мести. - Тебе не говорили, что подслушивать нехорошо? - задираю повыше носик, стараясь казаться выше и показать, что ни грамма его не боюсь. Хотя должна признать, его размеры все же пугают. А разворот плеч впечатляет. - И вообще, я разговаривала со своей сестрой, а ты помешал. Что бы тебе ни было нужно, мой ответ «нет». И давай сразу уже разберёмся. - зачем-то выставляю указательный палец между нами. Чтобы увеличить расстояние и заодно показать, что я серьезна как никогда. Потому что этот синеволосый гад снова пялится на меня. Только сейчас с таким мрачным видом, будто его запор уже достиг пика. И ему реально плохо. Кажется, его это ещё и злит. Поза напряжённая. Мышцы ходуном ходят. И видно как он пытается сдержать все, что накипело у него внутри. Только вот я тут причем? Кто-то накосячил, а меня мишенью выбрал. Нет уж. Но я замечаю, что с каждым моим словом, он лишь все больше склоняется ко мне и нависает.- Мы с тобой из враждующих кланов, но здесь территория нейтральная. Поэтому даже не смей что-то планировать и как-то вредить мне. Я ведь и ответить могу. И папе всё расскажу. Надеюсь это ясно? Я не девочка для удовлетворения твоей мести и пользоваться собой не позволю. Кай делает плавный шаг ко мне. Заставляя меня резко замолчать. Я не могу отойти назад, там скамья. Но его приближение меня напугало. И я вначале замираю, как сурикат, что решился прикинуться мертвым, а потом такая злоба глаза застилает. Да как он смеет мои границы нарушать?! А если кто увидит? Стив! О, кошмар, точно может подумать не то, что здесь происходит. Потому что он интимно близко и так прожигает глазами, что некоторые подумают, типа он меня тут решил одарить своим вниманием. Только не это! У меня возможно настоящие отношения намечаются впервые в жизни. И так иногда скучаю по охраннику, но с ним... э... в общем, Стив лапочка и вообще... Резко дёргаюсь, но оттого, что он так близко задеваю его рукой. И не растерявшись, решаю, что его плечо мне подойдёт, чтобы как раз на эту самую скамейку забраться. Беру и встаю на неё прямо ногами, а потом скрещиваю руки под грудью. И вот теперь возвышаюсь над ним я. А тут сверху вид и правда кажется, что ты сильнее. И вообще, уверенней себя ощущаешь. Теперь понятно, почему здоровенные альфы считают себя королями мира. Они ведь больше всех, крупнее и, по сути, всегда над кем-то вот так возвышаются. Кай поднимает голову и внимательно следит за мной. Мне показалась или сейчас у него ухмылка на лице промелькнула? Он делает ещё шаг к скамье и впритык в неё упирается. Чуть склоняет голову набок и ждёт. Уже с лицом альфы, который типа снисходительно даёт мне добро говорить. Типа, так уж и быть, давай вещай, что ты там хотела. Ну, вот эта скучающая, полусмеющаяся надо мной гримаса еще больше теперь распаляет мой пыл. И преимущество, что я теперь выше, придает мне смелости Да он откровенно издевается надо мной. Аргх... - Во-первых, прекрати постоянно нарушать мои границы, - касаюсь кончиками пальцев его плеча и как мерзкую букашку пытаюсь чуть его отодвинуть, он даже поддается на пару миллиметров. И посмотрев на мои действия, вот теперь точно ухмыляется. Еще и бровь одну приподнял. А я довольная, что показала, на каком он для меня уровне, возвращаю обратно руку к себе, так же демонстративно вытерев подушечки пальцев об рукав кофточки. Вот так то, синеволосый гадёныш. Ты для меня словно мерзкий таракан.- Трогать и лапать, а уж тем более целовать... Запрещается, - продолжаю я, смотря на него максимально высокомерно сверху вниз. Мне определенно нравятся наши позиции. Всматриваюсь в его лицо и не вижу, чтобы хотя бы один мускул говорил о том, что он меня услышал. Ему будто всё равно. Со статуей общаюсь. - Надеюсь, это понятно? - беру и щёлкаю своими пальцами прямо перед его лицом. А то он как не живой. Просто смотрит на меня. И, мне кажется, совершенно не слушает. Просто рассматривает и находится чисто в своих фантазиях... Надеюсь не влажных и не я там в главной роли. Бр-р-р... мерзость. Потому что обесчестить семью Вэйлис не дам. А Мёбиус именно этого и хочет: унизить, растоптать и просто любыми способами насолить моему роду. Вот сейчас смотря на этого гада, понимаю, почему у кланов не получается конструктивного разговора. Да с ними просто невозможно общаться. Он на что там залип? Понять не могу... Прослеживаю за его взглядом, и сначала кажется, что он пытается рассмотреть мою скромную грудь. Но потом понимаю, что все же его взгляд чуть выше... Он мои ключицы и шею рассматривает, что ли?- Эй, - щёлкаю ещё раз, - ты меня вообще слышал? Его серые глаза медленно поднимаются к моему лицу, оставляя ощутимые ожоги на тех местах, куда он смотрит. Вот он типичный, хмурый и угрюмый альфа, что я знаю. И умеет нагнетать атмосферу, что аж поджилки трястись начинают. - Слышал, Сера. Я тебя всегда слушал. И твой голос... М-М-м... песня. Но сейчас я зол настолько, что тебе лучше помолчать. Мои бёдра обхватывает большущая горячая рука, и этот гад синеволосый, закидывает меня себе на плечо. Я дико визжу, и тут же начинаю бить его по спине. - А ну, верни меня немедленно обратно! Но мои требования попросту мимо ушей пропускают. Глава 31 Я изо всех сил бью этого наглого альфу по спине, отчаянно брыкаюсь. От собственных ударов и яростных рывков даже самой становится больно. Отпусти! верещу на всю округу, вкладывая в крик всю свою ярость и возмущение. Если понадобится, я закричу ещё громче, так, чтобы услышали все в академии, и за её пределами. Пусть знают, что здесь творится несправедливость! Что он себе позволяет? Как смеет так со мной обращаться? Тем более бесцеремонно закидывать меня себе на плечо? Ощущение полной беспомощности обжигает, подстёгивая сопротивление. Альфа тем временем несёт меня вглубь оранжереи, подальше от спасительного входа, ведущего в академию. Растения вокруг размываются перед глазами. Он, наконец, останавливается, тяжело дышит. Явно не от тяжёлой ноши, а от злости. Пальцы с силой впиваются в мои бёдра, сжимают так, будто хотят переломить. - Мне больно! - вскрикиваю я, не в силах больше терпеть. Хватаюсь за его густую шевелюру, выпрямляюсь всем телом и с отчаянием оттягиваю волосы, готовая вырвать целый клок. - Быстро отпусти меня, слышишь?! В ответ раздаётся утробный низкий рык, от которого по спине бегут ледяные мурашки. В следующее мгновение он ловко опускает меня на землю, но хватка не ослабевает, ладонями по-прежнему крепко держит за талию. Я упираюсь ладонями в его каменную грудь. Силы уже на исходе от всего этого.- Да что с тобой не так? - судорожно произношу, глядя ему в глаза, в которых мелькает что-то дикое и злобное. - Ты совсем ничего не боишься? Здесь нельзя себя так вести. Это не дикая чаща, а территория академии! Ведёшь себя как животное! Сейчас же меня отпусти, иначе я за себя не ручаюсь! Грудь буквально сжимает от ярости и негодования, дыхание сбивается, в висках пульсирует, а пальцы непроизвольно сжимаются в кулаки. Нет, ну, сколько же наглости нужно иметь, чтобы вот так бесцеремонно обращаться с незнакомой девушкой? И как только у него хватает совести? Этого Кая, похоже, очень плохо воспитали. И что ты сделаешь, если я тебя не отпущу? - с насмешливой интонацией интересуется этот наглый альфа. В голосе явная издёвка, но в то же время какая-то странная уверенность. Бесит! В его серых глазах горит самый настоящий огонь. Взгляд такой пронзительный, что, кажется, ещё чуть-чуть, и он меня дотла сожжёт, испепелит одним только взглядом. От этого огня внутри всё закипает с новой силой. А ещё злость новой волной настигает.- Увидишь! - резко дёргаюсь в его сильных руках, пытаясь вырваться, но хватка по-прежнему железная. Меня так сильно захлёстывает злость, что я готова на самом деле на что угодно. Хоть укусить, хоть вцепиться ногтями, хоть закричать так громко, чтобы сда сбежалась вся академия. Ох, как же меня этот альфа бесит! Раздражает. Краем глаза замечаю, как уголки его губ медленно тянутся вверх. А затем его наглые пальцы невесомо касаются моей щеки. Я тут же резко дёргаюсь, отстраняясь: - Не трогай... Договорить не успеваю. Потому что его рука мгновенно оказывается зарытой в волосы на затылке. А в следующий миг мои губы оказываются неожиданно прижатыми ко рту этого синеволосого альфы. Время будто замирает, а все мысли разом вылетают из головы. Его губы прижимаются ко мне жёстко и властно. Поцелуй выходит наглым или даже вызывающим, словно он хочет показать, кто здесь главный. Рука в моих волосах держит крепко, не позволяя отстраниться. Второй рукой он нагло сжимает мою талию. Ладонь обжигает сквозь ткань одежды. Давление такое, что, кажется, вот-вот останутся следы пальцев. Я чувствую его прерывистое дыхание, и от этого по спине бегут противоречивые мурашки. Где-то внутри клокочет гнев, а где-то вспыхивает странное, пугающее волнение... А ещё что-то такое знакомое и родное. Грудь спирает от нехватки воздуха. Я пытаюсь сопротивляться, упираюсь ладонями в его грудь, дёргаюсь, пытаюсь отвернуть голову, но он лишь усиливает хватку. Его пальцы на талии скользят чуть выше, затем снова опускаются, очерчивая изгиб... Мурашки волнами бегут по всему телу. Поцелуй становится ещё глубже, а всё, потому что я неосознанно поддаюсь Сердце колотится так бешено, что, кажется, он должен чувствовать его удары. Воздух заканчивается, лёгкие горят, разливая тепло по каждой клеточке. Чувство точно такое же, как и тогда... Запах заполняет лёгкие, возвращая меня в тот самый сырой подвал, очерчивая мрачный силуэт немого охранника. В груди становится больно от того, насколько эти воспоминания становятся живыми. Если забыть, что передо мной Кай Мёбиус и представить, что на его месте тот альфа.. Наконец, он чуть отстраняется всего на мгновение, чтобы дать мне глотнуть воздуха. Его дыхание касается моих губ, глаза всё так же горят тем самым огнём. - Ну что, теперь скажешь, что сделаешь, если я тебя не отпущу? - произносит он низким, хриплым голосом, и его пальцы на моей талии слегка сжимаются. Сознание от этих слов мгновенно проясняется. Я дёргаюсь в железной хватке, судорожно колотя сжатыми ладонями по плечам. Мне так плохо, тревожно и страшно сейчас. И сама не знаю почему... Кай разжимает обьятья. В тот же миг, не раздумывая ни секунды, я резко вскидываю руку и со всей силы бью его по лицу. Звонкая пощёчина разносится эхом среди растений оранжереи. Мою ладонь тут же покрывается жаром и лёгкой болью. - Не смей ко мне подходить, наворачиваются непрошенные слёзы. снова. почти рычу я, чувствуя, как на глаза Сделаешь так ещё раз, и я ударю тебя В глазах альфы мелькает изумление. Я же отталкиваюсь от его груди, делаю резкий шаг назад и, не теряя ни секунды, разворачиваюсь и бросаюсь прочь. Бегу что есть мочи, не разбирая дороги. Из глаз брызгают слёзы. Не понимаю, почему я плачу? Откуда эти слёзы?.. Слышу за спиной приглушённый возглас, затем шаги. Кай бросается за мной! Адреналин обжигает кровь, придавая сил. Я огибаю огромную кадку с пальмой, ныряю между рядами цветущих лиан. Наконец впереди мелькает знакомый арочный проём. Я ускоряюсь, последние метры преодолеваю почти прыжками и буквально вылетаю наружу, в просторный коридор. Оборачиваюсь на мгновение, и вижу, как он остановился на пороге оранжереи, тяжело дышит, смотрит мне вслед. В его взгляде уже не горит тот огонь, а что-то другое. Будто беспокойство или сожаление. И пока я пытаюсь понять, что же изменилось, Кай в два шага настигает меня и крепко обнимает, прижимая к своей груди. Пальцами касается моей щеки и стирает дорожку слёз… Глава 32 Мне снится подвал. Тот самый. Холоднее, чем в прошлый раз. Ноги и руки онемели. С каждым выдохом выходит облачко пара. Кажется, я вся дрожу. Но в это раз нет ни пледа, ни носочков и того милого спортивного костюмчика. Я снова в своём платье, в котором была на дне рождении. А еще этот звук капель из крана режет слух. Я затыкаю уши ладонями и поджимаю ноги к себе ближе. Вся собираюсь словно клубок. Мне плохо. Страшно и невыносимо холодно. Почему я снова здесь?.. Паника уже не обжигает сердце, мне кажется, я совсем становлюсь не живой, будто готова сдаться и умереть. Просто уснуть и замёрзнуть. Только эти капли. Кап. Кап. Раздражают слух так, что я уже готова закричать. Скрип двери. Я настолько ослабла, что с трудом поднимаю голову. Холод настолько поглотил тело, что стучу зубами уже откровенно. Боюсь, что не смогу это уже сдержать Ко мне тянется рука. Та самая, знакомая, родная. В груди, будто подснежник расцветает надежды. Снова ОН! Мой охранник. И сразу такое спокойствие. ОН снова меня спасает, снова пришёл за мной. Касаюсь его горячей руки. Он тянет на себя, чтобы я поднялась. И стоит ему выйти на свет. Сделать шаг ко мне. Как я чуть ли не отшатываюсь. Потому что передо мной становится лицо Кая Мёбиуса. Бросаю быстро взгляд на руки. И вижу чистую кисть, без татуировок, а потом, чем больше рука выходит на свет, тем больше прорисовываются эти чёрные кляксы на коже. Поднимаю глаза и вижу наглую и размашистую улыбку Кая. Он резко хватает меня за талию, прижимая рывком к себе. И наши тела пылать начинают. По мне проходится такая волна тока. Будто гроза в небе. Только эту молнию мы сами создали. Сгенерировали из энергии наших тел, что сплелись сейчас. Я начинаю брыкаться и сопротивляться. Но ощущаю, как его ладонь прокладывает дорожку верх и вниз по спине, пояснице и обратно. И согревает меня. Я буквально оживаю. Будто это он меня и спасает. Он издаёт грозный, необузданный звериный рык и целует меня. А меня словно пуля простреливает. Рык! Он такой же, как у моего охранника. Резко сажусь на кровати и дышу через раз, рвано и часто. Это сон! Это просто тупой, ужасный сон. Зачесываю волосы назад, зарываясь неглубоко пальцами, и медленно прохожусь, чтоб хоть немного успокоиться. В комнате уже попадают первые лучи солнца. Рассвет. После вчерашнего я долго не могла уснуть и угомонить мысли, а потом этот дебильный сон, который будто вынул душу наизнанку. И снова вспышка в голове, а кожу стало покалывать от воспоминаний. Кай держит мое лицо в ладошках и вытирает слёзы большим пальцем. Собирает, не дает уйти дальше. Так смотрит... пронзительно, с сожалением и так глубоко... будто хочет мою боль забрать себе. А потом делает то, что я больше всего не ждала в этот момент. Собирает слезы губами. Легко целуя и вбирая в себя. Не плачь, клубничка, - нежный шепот и горячее дыхание касается влажной кожИ. Дикие мурашки растекаются по телу и накаляют все внутри. Со мной что-то происходит, но совершенно не могу понять что именно. Я теряюсь, боюсь и даже забываю, кто именно меня целует. Такое ощущение, будто я в своеобразном трансе. Или вышла из тела и смотрю на все со стороны, вроде и понимаю и не понимаю одновременно Воспоминание яркой картинкой встаёт перед глазами, и я снова начинаю погружаться в эти ощущения. И настолько глубоко, что ощущаю эти фантомные касания. Это было настолько остро, до безумия страшно, но одновременно невероятно желанно. Его касание. Будто именно их не хватало. Его дыхание и близости. В тот момент я сильно испугалась своих чувств. Не понимала, почему плачу. Я будто скучала до безумия, что теперь стала такая бурная реакция. Нас прервал Стив. Точнее, он вернул меня в реальность, позвав по имени. Я будто очухалась и резко отпрянула от Кая. И у того так чернотой глаза налились, что я думала, он придушит душку Стива прямо там на месте. Но он оказался не один. А со всей своей компанией футболистов. Оказывается, он искал меня, чтобы позвать на тренировку. Ведь обещал. И я... даже не знаю, то ли расстроившись, то ли обрадовавшись, быстро согласилась и пошла с ними. Медленно отдаляясь от синеволосого, посматривая украдкой и видя, что он всё это время стоял и провожал меня глазами, положив руки в карман джинсов. И по его чёрным глазам было видно, как он хочет убить всю команду, на клочки разорвать. А я дышать начинала ровнее с каждым отдалившимся шагом. Возвращала себе контроль, хотя бы в этой малости. Но так и не поняла, что это вообще было. И эта его «клубничка», стало преследовать меня в мыслях весь день, потом и ночь. И вот... даже в сон сейчас забрался. Притворился моим охранником. Будто он пытается встать на его место. Занять его место в моём сердце! Но нет! Мой немой альфа будет там всегда. Именно рядом с сердцем. В самом теплом и нежном местечке моей души. Отбрасываю одеяло и решаю, что надо взбодриться душем, и наконец, вытравить мысли о Кае Мёбиусе. Он - враг! Он - подонок! И вообще, еще тот наглец, что посмел меня целовать. Унизить решил, а потом жалко стало. Плевать на реакцию тела и вообще все остальное. Я теперь ему не дам подойти ближе чем на сто метров, не то, что коснуться хотя бы моей руки. Как? А вот... Замедляюсь возле окна и замечаю на подоконнике новый цветок пиона. В этот раз полностью белый и только начавший распускаться. Меня тут же отпускает напряжение, и я улыбаюсь этому цветку. Подхожу к окну и беру эту красоту в руки. Я ведь вчера совсем забыла поблагодарить Стива. Наверно решил мне напомнить и сделать снова такой сюрприз. И как он залезает на этот этаж? Всматриваюсь в окно и пытаюсь найти объяснение, но так и не нахожу. Тут даже дерева поблизости к моему окну нет. А вот что тянуть? Сейчас быстренько приведу себя в порядок и прямо на завтраке постараюсь его застать. И сразу же покажу, как мне приятны его знаки внимания. И если он хочет встречаться, дам понять, что не против. Вот, точно! Вот так я пропишу запрет на то, чтобы Кай больше не смел подходить. У меня теперь будет парень. Ой, мамочки! Мой первый настоящий парень. Как же круто. Ныряю носом в бутон пиона и с наслаждением втягиваю его запах. Глава 33 Аромат пиона поднимает настроение, пробираясь в самое нутро и смывая остатки тяжёлого сна. И я решаю, что надо позвонить папе и разъяснить ситуацию с Каем Мёбиусом, пока эта неловкость не разрослась до чего-то большего. Сажусь на кровать и набираю номер отца, чувствуя, как подушечки пальцев слегка дрожат от волнения. Гудки тянутся нестерпимо долго, словно время специально растягивает эту мучительную паузу, пока я не слышу родной голос, от которого в груди сразу становится теплее: - Доброе утро, малышка Сера, - тепло, с которым папа говорит. Привет, пап! - расплываюсь в улыбке, хотя в глубине души уже шевелится тревожный червячок. . Что-то случилось? - сразу спрашивает он, и в его голосе скользит тревога. Отец всегда чувствует моё настроение за версту. - Нет. Всё хорошо. Просто хочу у тебя кое-что спросить, - прокашливаюсь, собираясь с мыслями. - В общем... Ты знаешь, что в этой академии учится наследник клана Мёбиус? В трубке повисает слишком ощутимая тишина. Слышу, как он шумно выдыхает в трубку, и этот выдох звучит как сдерживаемый вздох уставшего человека: Он тебе докучает? - спрашивает папа. Так ты знал.... Почему не предупредил меня? Сера, этот парень что-то тебе сделал? - повторяет вопрос слишком устало.Нет, - зачем-то вру я, сама не понимая, зачем скрываю правду от самого родного человека. - Ну, просто думала, что ты не знаешь про это.- Думаешь, я отправил тебя в это место, не зная, какие люди будут тебя окружать? Это место самое безопасное на данный момент. Тебя там никто не посмеет тронуть, говорит папа чуть помягче, и я слышу, как он пытается успокоить не только меня, но и себя самого. - Больше никто не похитит тебя и не обидит. Мы с мамой такое пережили, пока искали тебя... В общем, если будут проблемы, обязательно мне звони или Грэю. Хорошо, - киваю я, хотя в горле застревает комок новых вопросов. - А есть какие-то новости по делу о моём похищении? Кого-нибудь нашли?.. Хочу знать, кто провёл в том мрачном подвале со мной столько времени и заботился обо мне. Скрашивал моё заключение... Мой немой альфа. Как же я скучаю по тебе, по этим коричневым ботинкам.- Расследование продолжается. Мы не знаем, кто является тем альфой, Сера. Забудь о нём и о том, что с тобой произошло, - отец говорит это таким тоном, словно ставит точку в больной теме. - У тебя началась новая полоса в жизни, не стоит думать о плохом. То время было плохим... Но было и хорошее. - Я просто переживаю, что ты его сильно накажешь. Он защищал меня и делал всё, чтобы мне было комфортно, понимаешь?.. говорю я тихо в трубку. Понимаю, дочка, - голос отца смягчается, но лишь на мгновение. - Но это не меняет того факта, что именно этот человек и похитил тебя из дома и запер в том подвале, - произносит отец стальным голосом, от которого у меня даже мурашки ледяные бегут по телу. - Поэтому перестань думать об этом. Но постой... Откуда ты знаешь, что именно он меня в тот день похитил? выпаливаю я, чувствуя, как сердце пропускает удар от внезапной догадки. Сера, всё, мне пора. Потом поговорим, увиливает от вопроса слишком поспешно. Но папа... Удачного дня, дочка. И сбрасывает звонок. Я откидываюсь на подушки, шумно выдыхаю, глядя в белый потолок, которы вдруг кажется давящим и чужим. Морщинка между бровей становится всё глубже от того, что я свела брови на переносице, пытаясь удержать в голове роящиеся мысли. В голове тут же появляются догадки. Одна нелепее другой, но все они сходятся в одной пугающей точке. Вернее, какие догадки? Это уже прямо пахнет тем, что папа знает про тех, кто меня похитил. Не ответил на мой вопрос, откуда он знает, кто именно провернул похищение в нашем доме. Значит, он знает моего немого альфу... Знал с самого начала. Рывком поднимаюсь с постели и снова хватаю телефон, сжимая его так, что пальцы белеют. Нужно маме позвонить, вдруг она знает и расскажет мне. Но она не берёт трубку будто намеренно, гудки уходят в пустоту, и с каждой секундой моё сердце бьётся всё тревожнее. И когда я уже переодеваюсь в форму академии, от неё приходит короткое сообщение: «Прости, Сера. Я была у врача с малышкой Софи. Про похищение ничего не знаю, так что можешь даже мне не названивать по этому поводу» Уф. Папа предупредил её, чтобы ничего мне не говорила. Она точно что-то знает. Почему не хотят мне говорить? Если я буду знать, кто всё это затеял, и как они выглядят, так же лучше будет, я смогу быть настороже, смогу защитить себя. Настроение, что появилось у меня от прекрасного пиона, в момент улетучилось, оставив после себя только горький привкус обиды и тревоги. Я вышла из своей комнаты и решила, что нужно спуститься в буфет и взять себе чай с ромашкой.. Иначе мои нервные клетки скоро не выдержат. Слишком много потрясений за эти месяцы. Похищение, новая академия, наглый Кай, таинственные пионы, а теперь ещё и родительские тайны... Ох. В буфете обнаруживаю Стива, который завтракает со своими друзьями, такими же крупными, громкоголосыми альфами, занявшими целый угол столовой. Расплываюсь в улыбке, чувствуя, как хоть что-то тёплое возвращается в душу, и подхожу к парням.- Доброе утро! - говорю я всем и смотрю на блондина, надеясь увидеть в его глазах тот самый ответ на не заданный ещё вопрос. Он тут же поднимается со стола, улыбается той своей открытой улыбкой и берёт меня за руку. Доброе утро, Сера. Ты сегодня ещё красивее, чем вчера, - говорит он мне, и его комплимент звучит как самый лучший бальзам на истерзанную душу. Спасибо, - хмыкаю и усаживаюсь рядом в компанию крупных альф, которые мгновенно становятся чуть тише и вежливее. Они все разглядывают меня и улыбаются, кто с любопытством, кто с одобрением, а кто и с лёгкой завистью к Стиву. И такие все симпатичные, что мои глаза не успевают разглядеть каждого, скользя по бритвенно-острым скулам и широким плечам. В этой академии всё-таки большинство альф учится. Людей очень мало. Омег так ещё меньше. Стив пододвигает ко мне свежий кофе. - Как спалось? Плохо, но когда я увидела свежий цветок пиона на своём подоконнике, стало намного лучше, - отвечаю, поправляя прядь волос, и краем глаза слежу за его реакцией. Понятно, - кивает мне блондин, продолжая уплетать завтрак, словно речь шла о погоде или домашнем задании. В смысле «понятно»? Почему он сделал вид, что не знает об этом? Так это не ты?.. спрашиваю, и мой голос вдруг становится тонким. Что? - он переводит на меня удивлённый взгляд, такой чистый и искренний, что у меня внутри всё обрывается. Ну, пионы... - начинаю мямлить, чувствуя, как в груди нарастает тревога. - Не ты их оставлял? Нет, - говорит Стив, смотря на меня в упор своими светлыми глазами.- Всё в порядке? Объясни поподробнее, что случилось? И что с пионами? Нервно усмехаюсь, пряча взгляд в чашке кофе, где на тёмной поверхности дрожит моё искажённое отражение.- А, да это так... Сон приснился, - бубню я себе под нос, понимая, как глупо это звучит, но не находя других слов. Это что ж выходит, что не Стив мне пионы оставляет два утра подряд? Но кто? Кто тот пень, которого я в тумане увидела?.. Какой-то психопат? Сталкер, что бродит под окнами и следит за каждым моим шагом. От этих мыслей становится дурно. Подкатывает тошнота, и в висках начинает пульсировать тупая боль. Не успела приехать в академию, как тут же обрушилось столько: то наглый Кай Мёбиус атакует меня своими заигрываниями, то какой-то психопат под окнами тусуется, подсовывая мои любимые цветы. Но кто мог знать, что мне нравятся пионы? Я никому, кроме Стива, об этом не говорила. Только мои родные знают о моих предпочтениях. А ещё немой альфа из подвала... Ему я много чего про себя рассказала. Перед глазами возникают коричневые ботинки. И это не воспоминание, а на самом деле кто-то подошёл к столику, за которым мы все сидим. Я медленно поднимаю взгляд на обладателя этих чёртовых ботинок и начинаю жутко злиться, потому что узнаю эту фигуру. Кай Мёбиус... Гребаный Кай Мебиус, из-за которого у меня моментально сердце начало биться чаще, пульс участился, а его запах, ворвался в ноздри, даже сквозь толпу тестостероновых альф. Нет, не может быть. Он не может быть тем немым охранником. Да и папа бы никогда не отправил меня в академию, где учится мой похититель. Правда, ведь?.. Только почему тогда мои руки дрожат, а в голове бьётся одна-единственная, безумная, пугающая догадка? Глава 34 Но что-то кольнула прямо под ребрами. Я медленно прохожусь взглядом от коричневых ботинок по брюкам от академической формы, потом по рубашке. Немного задерживаюсь на плечах и закатанных рукавах. Понимая, что застегни пуговку и кисти будут такими же...Такими же! Как у моего немого альфы. Он высокий, да я бы даже сказала огромный. Даже когда встала ногами на лавочку, я была выше его всего на пару сантиметров. И его поцелуй. Вчера.Он разжигал во мне тлеющие угли заново. Будто не просто подул на них, а буквально бензином залил. И устроил настоящий пожар. Стихийный, что уже невозможно потушить даже лавиной. Он будет распространяться дальше, всё больше выходя из-под контроля. Дыхание участилось, и я буквально ощущаю как воздуха не хватает. Будто в глубоких вдохах нет кислорода. Именно того живительного и такого нужного моим клеткам. Скольжу по подбородку взглядом, губы, нос и те самые пронзительные серые глаза Что по ночам мне теперь спать не дают. И волосы.. Вспышка... воспоминание... Мягкие, гладкие. Пальчики перебирают и пытаются определить стрижку. Возраст альфы. Всё на ощупь. Представляю в голове, рисую отдельные черты. Резко соскакиваю со своего стула и чуть ли не врезаюсь в эту мощную грудь.- Сера? Ты чего...? - - слышу где-то на периферии сознание голос Стива. Но я уже не здесь. Глубокий вдох. Запах словно змей искуситель заползает в легкие, в каждую осознанную клеточку. И буквально кричит «ТОТ! ТОТ ЖЕ ЗАПАХ!». Это не игра воображения, это несовпадение и это не просто похожий парфюм. Он ТОТ ЖЕ. Резко хватаю его за руку и обжигаюсь. Скриплю зубами и пытаюсь остановить влагу, что уже начала скапливаться. Не слышу мир вокруг. Не замечая взгляды, шепотки, а, возможно, и фырканья. Тяну его за собой. Хочу выйти из этого душного помещения, заполненного другой, отвлекающей энергетикой альф и омег, людей. На воздух или любое другое уединённое помещение. Желательно тёмное, сырое и до жутких мурашек тихое. Кай идёт за мной как послушный мальчик. Не говорит ни одного слова. Только ровное дыхание, горячая кожа под пальцами и шлейф его запаха напоминает, что все же, он еще рядом. Поворот и еще один. Не совсем понимаю, куда иду. До сих пор не выучила здание Но в итоге я останавливаюсь возле небольшого тупичка. Здесь почти нет людей. Такое ощущение, что вообще это коридор с техническими помещениями. Останавливаюсь, отпускаю его руку и поворачиваюсь к нему лицом. Меня уже трясти начинает от подкрадывающейся, что может ужалить, правды. Он смотрит на меня внимательно и настороженно. Хочет заговорить, но не решается, будто боится спугнуть. Впервые его увидела в форме. Красивый. Просто безумно. И именно эти рукава сейчас были как последняя деталь в пазле. Но всё же я должна ещё кое-что уточнить. Нужны ещё... Что? Доказательства? Скорее его прямой ответ.- Это ты? - голос чуть срывается, и я шумно выдыхаю, пытаясь успокоиться. Он не нарушает мою паузу и даёт эти минуты, - Это ты... оставлял пионы на моём подоконнике? Сказала, и сердце замерло... словно от цветка сейчас целая жизнь зависела. Тот самый хрупкий внутренний мир Мой мир. Его напряжённые до этого момента плечи медленно опускаются, будто с них груда металла упала. И он получил облегчение. То самое освобождение, что ждёт узник каждый день.- Да, Сера. Такой ровный голос. Будто ничего важного. Просто обычный ответ. А я готова во мрак упасть с обрыва. Не двигаюсь, словно если шевельнусь, то мир окончательно расколется. В голове всё ещё звучали эти слова. Простые. Короткие. Но они ударили сильнее любого удара. Он. Он и есть тот самый. Тот, о ком я думала ночами. Тот, чей голос вспоминала, когда становилось слишком тихо. Тот, по которому я все же тосковала, где то там глубоко внутри. Где больно. И он тот же... кого я ненавижу с первых дней пребывания здесь. Да и заочно, по сути, должна была давно ненавидеть. Он же из клана Мёбиус. Горький смешок сорвался с губ, но в горле сразу же встал ком. Я закрыла лицо ладонями, будто могла спрятаться от этой правды. Как так вообще возможно? Как один человек может быть одновременно самым светлым воспоминанием... и самым тёмным кошмаром? Я столько раз злилась на него. Вспоминала его обжигающий взгляд, его жестокие слова, его силу, от которой хотелось бежать. Он был для меня чем-то опасным и чужим, почти чудовищем. А теперь. Теперь мне говорят, что именно он тот, кого моё сердце выбрало когда-то. Тот самый. Мой спаситель. Моя надежда в том подвале. Я резко вдыхаю, будто не хватает воздуха. В груди всё болезненно сжимается. Сердце бьётся рвано и неуверенно, словно тоже не знает, что ему делать. Любить? Или продолжать ненавидеть? Перед глазами всплывают моменты. Его рык и вдохи. Его руки, что появляются в полоске света. И вдруг всё начинает складываться. Словно кто-то повернул ключ, и запертые двери памяти начали открываться одна за другой Вот почему его присутствие всегда сбивало меня с толку. Вот почему рядом с ним меня бросало то в жар, то в холод. Вот почему его запах заставлял сердце сходить с ума, даже когда разум кричал «беги». Я ненавидела его. Ненавидела за грубость. За то, что рядом с ним я чувствовала себя слабой, уязвимой и беспомощной. Но если это правда... Если он действительно тот самый... То значит всё это время я ненавидела человека, которого моё сердце уже выбрало. От этой мысли становится физически больно Глаза щиплет. Я сжимаю пальцы так сильно, что ногти впиваются в кожу. - Нет.. шепчу тихо. Потому что если это правда... то всё становится намного страшнее. Ненавидеть чужого человека легко. Можно отвернуться. Можно забыть. Можно вычеркнуть из жИЗНИ. Но что делать, если человек, которого ты пыталась ненавидеть... на самом деле тот, без кого твоё сердце не хочет биться? Потому что я всё это время чувствовала его? Если поэтому каждая встреча с ним превращалась в бурю? Я закрываю глаза. И тихая, страшная правда начинает медленно подниматься из глубины души. Моя ненависть к нему никогда не была чистой. В ней всегда было что-то ещё. Что-то горячее. Опасное. То, что я упорно не хотела признавать. Зачем? - срывающимся полушёпотом и дрожащими губами произношу. Потому что скучаю по своей клубничке. Размашистый уверенный шаг ко мне. А я от него, и тут же меня останавливает стена. Вот, чёрт! Сама себя загнала в этот угол. Глава 35 Спина вжимается в холодную стену, но это не приносит облегчения. Наоборот, холод лишь острее оттеняет жар, что разливается по телу от его близости. Каждая клеточка пылает, требуя того, чего разум запрещает. Кай делает ещё шаг. Его руки ложатся на стену по обе стороны от моей головы, и я оказываюсь в ловушке. Пространства становится так мало, что я чувствую тепло его тела даже сквозь ткань формы.- Не подходи, - выдыхаю я. Альфа не слушает. Его пальцы скользят по моей талии, обхватывают и притягивают ближе. Мои ладони упираются в его твёрдую грудь. О боже. - такую горячую и знакомую. - Отпусти. Кай наклоняется, и я чувствую его дыхание на своих губах. В нос ударяет тот самый запах немого альфы. Хвойный с цитрусовыми нотками и едва уловимой мятой. Запах, который преследовал меня в каждом сне. Запах, который я вдыхала, прижимаясь к его груди в сыром подвале, впитался в мою кожу и волосы... И даже в память! По телу пробегает ток. Двести двадцать вольт, что заставляют каждую клеточку гореть, а волоски на руках встают дыбом. Я помню это ощущение, как впервые коснулась его в темноте, и мир взорвался искрами. Кай медлит. Смотрит в мои глаза, и в его серой глубине мелькает что-то... Вопрос? Надежда? Это пугает и притягивает. Его дыхание сбивается, становится прерывистым. Таким же, как тогда. В подвале. Когда он боролся с собой, чтобы не причинить мне вреда. Когда каждый вдох давался ему с трудом, потому что мой запах сводил с ума. - Сера, - выдыхает он И я таю. Мгновенно! Его губы накрывают мои, не спрашивая. Жадно и глубоко. Первый же миг поцелуя сметает все барьеры. Его язык проникает в мой рот, сплетается с моим, и я забываю, как дышать. Пальцы впиваются в его плечи, но не отталкивают. Наоборот, тянут ближе, вцепляются в ткань футболки, комкают её, потому что нужно за что-то держаться. Мир вокруг перестаёт существовать. Он целует так, как будто мы не виделись вечность. Как будто каждый день без меня был для него пыткой. Его язык скользит по моим губам, дразнит и заставляет приоткрыть рот шире, чтобы войти глубже. И я отвечаю. Руки Кая скользят с талии, а затем его ладони ложатся на мои бёдра, сжимают и приподнимают. Я чувствую, как мои ноги отрываются от пола, и вскрикиваю в поцелуй от неожиданности. Он пользуется этим, углубляя его, и звук тонет где-то между нашими губами. Теперь я вишу на нём. Мои ноги обхватывают его талию инстинктивно, потому что иначе упаду. Или потому что хочу быть ближе. Настолько близко, чтобы исчезнуть. Ox, Cepa... Он прижимает меня к стене всем телом, и я чувствую каждый миллиметр его сквозь ткань одежды. Его грудь вжимается в мою, руки на моих бёдрах держат крепко Губы отрываются от моих только чтобы скользнуть по щеке к углу рта и к подбородку. Я запрокидываю голову, потому что это слишком. Горячее дыхание опаляет кожу, оставляя влажные следы, и каждый поцелуй, как искра, разжигающая пожар где-то глубоко внутри. - Клубничка, - шепчет он хрипло. - Я так скучал. Его губы находят мою шею, и я выгибаюсь дугой, пальцы зарываются в его мягкие волосы. Такие же, какими я их запомнила на ощупь в темноте. Мои пальцы перебирают пряди, и я чувствую, как он вздрагивает от каждого прикосновения. Да. Это он. Он! Тот самый немой альфа. Тот, кого я перепутала с крысой в первый день. Тот, чьи коричневые ботинки стали для меня маяком в темноте. Тот, кто приносил мне тёплые носки и шоколадку. Кто мыл мои волосы в душе, стоя в мокрой одежде. Кто согревал своим телом, когда я замерзала на матрасе. Кто укусил меня, чтобы защитить от других альф. Кто целовал меня перед тем, как отпустить. Губы Кая спускаются ниже, к ключице, и я чувствую, как он вдыхает мой запах.- Я думал о тебе каждую секунду, - выдыхает он. Его слова пробираются сквозь туман, что поселило во мне желание и близость альфы, достигают сознания, и где-то на периферии что-то щёлкает. Моё тело отвечает раньше, чем разум успевает остановить. Пальцы сжимаются в его волосах сильнее, притягивают его голову ближе, и я чувствую, как его губы снова находят мои. Поцелуй становится глубже и отчаяннее. Его язык вплетается в мой, и я отвечаю так же жадно, потому что всё это время я тоже скучала. И думала! Губы снова находят мою шею, и я чувствую, как он проводит носом по коже. Зубы слегка прикусывают, и я замираю, потому что помню это. Помню, как он укусил меня там. Как оставил метку….. Но в следующую секунду картинка перед глазами меняется. Клан Мебиус. Он из клана, который воюет с моей семьёй. Он наследник того самого Адалора Мёбиуса, которого папа называет врагом. Он внук человека, который, возможно, стоит за похищениями в нашем городе... И он тот, кто выкрал меня из моего дома в мой день рождения. И держал меня на цепи в сыром подвале. Холодная волна отрезвления накатывает, смывая жар, который только что сжигал меня изнутри. Резко упираюсь ладонями в его грудь и толкаю. Со всей силы, на которую способна.- Отпусти! - голос срывается на крик. Кай замирает, но не отпускает. Его серые глаза смотрят на меня.- Отпусти, я сказала! - бью его в грудь. Он не двигается. Стоит, как каменное изваяние, и я бью снова и снова, потому что это единственное, что я могу сейчас сделать. Клубни... Не называй меня так! - выплёвываю я, и голос звенит от ярости, что поднимается из самой глубины. Или от боли. Я уже не различаю. Он медленно опускает меня на пол, убирает руки, но не отступает. Стоит так близко, что я всё ещё чувствую жар его тела. Слышу его дыхание. Чувствую запах, который уже успел стать родным. Ненавистно родным! Не смей ко мне приближаться! - цежу я. - Никогда. Слышишь? Никогда! Сера, дай мне объяснить… - начинает он. Замолчи! - перебиваю его, потому что если он скажет ещё хоть слово, я сломаюсь. - Ты... Как ты посмел? Как ты посмел прикасаться ко мне после того, что сделал? Кай молчит. Только челюсть сжимается, желваки ходят ходуном, а в глазах целая буря. Но он не оправдывается. Не объясняется и не просит прощения. Просто смотрит, и от этого взгляда становится только хуже. Ты похитил меня, говорю медленно. - Выкрал из моего дома, в мой день рождения. Держал в подвале. На цепи. Как собаку. А теперь смеешь целовать меня? Он делает шаг назад. Но этого достаточно, чтобы я смогла сигануть вбок и выбраться из его капкана. А затем иду прочь почти бегом. Стараюсь не оборачиваться. Потому что если обернусь, не смогу уйти. А остаться, значит предать свою семью. Но запах его остаётся со мной. И поцелуй на губах. И тепло на коже... О боже. Глава 36 Почему я реву? Он не достоин ни одной моей слезинки, мысли и тем более этой раздирающей внутри меня боли. На улице светит такое яркое солнышко, будто издевается. Потому что мне сейчас хочется, чтоб пошёл ливень. Набежали тяжёлые, свинцовые тучи и страдали вместе со мной над тем, какая же я дура- Тебе не должно быть больно. Мне вообще всё равно. Вытираю слезы со щёк рукавом блузки академической формы, откровенно пачкая её. Но мне всё равно на всё вокруг: на эту дебильную форму, солнце и даже листву, что после вчерашнего дождя только стала ярче. Но зато мне не всё равно на парня, который является врагом моей семьи и кто держал меня в сыром, тёмном подвале.- А я тебя ещё лучиком надежды считала, - поджимаю губы сильней, собирая их в тонкую линию. Чувствую, как слезинка скатывается со щеки на край губы, я ее инстинктивно слизываю и понимаю, что она настолько солённая, что, кажется, действительно это горечь сожалений и моей привязанности к немому альфе, который так жестоко со мной поступил. Брожу по территории академии вдоль высокой стены. Всё жду, что мои слёзы высохнут, и тогда я позвоню папе. Скажу, что знаю, кто меня похитил. Искать больше не нужно. И пусть срочно забирает меня домой. Поднимаю глаза на главное здание корпуса. Такое величественное и красивое. А мне хотелось завести здесь друзей. Начать свои первые настоящие отношения и наконец, учиться. Не смогу. Знаю, что теперь точно не смогу. Видеть его и оставаться спокойной. Да и вообще…. эти предательские слёзы все не прекращаются. Нет, я не могу позвонить в таком состоянии, совсем распереживается. А он и так после моего похищения стал еще более тревожным. Закрываю глаза и пытаюсь делать глубокие вдохи и выдохи. Сердце замедляет свой бег. А воздух уже не жжёт лёгкие. Достаю телефон из кармана пиджака и набираю быстро номер отца. Будто боюсь, что передумаю. Всего пару гудков и вот я уже слышу грубоватый и властный родной голос. Который с каждым обращённым словом ко мне, становится мягче. - Сера, дочка, все хорошо? - Да, папа, - а вот мой голос подрагивает. Блин, зачем я именно сейчас решилась. Все же надо бы к вечеру, тогда бы точно успокоилась. Я тебя не отвлекаю? - сглатываю тяжёлый ком и выдыхаю. Ну же, Сера. Возьми себя уже в руки. Честно говоря, у меня сейчас собрание будет через пару минут. Поэтому, если ничего срочного, может, вечером по видео поговорим? - Да, да. Конечно, папа... Точно все хорошо? У тебя голос дрожит, - нотки беспокойства появляются в голосе отца, а мне так приятно, что у меня есть такой любимый и надежный отец, которому ведь я и правда, могу позвонить в любой момент, и он укроет от бед. - Я просто соскучилась. Сильно, - снова подношу рукав блузки к носу. Дура! Лучше и правда вечером созвониться и все объяснить нормально. И спокойно рассказать, а не на эмоциях, а то только пугаю отца. Тем более Кай мне ничего не сделает в академии. Я тоже скучаю, моя маленькая Сера. До вечера? Да. Пока, папа. Быстро сама отключаюсь. Блин, я ведь еще и пары пропускаю. Только утро, но как же оно меня выбило из колеи. Сжимаю руки в кулаки и решаю, что этот синеволосый гад не станет больше объектом моих мыслей и уж тем более слёз. В первую очередь назло ему нужно посетить все пары и показать свое безразличие. А и правда, чего это я сопли тут развела. Я в подвале рук не опускала, а тут в тряпочку превратилась. Не дождешься, Кай! Захожу в корпус. В туалете привожу себя в более-менее нормальный вид. Правда, глаза красноватые, но преподавателям скажу аллергия. А так я красотка. Широко улыбаюсь своему отражению и посылаю сама себе воздушный поцелуй. А мне? - разворачиваюсь и от неожиданности чуть не поскальзываюсь на скользком полу, но вовремя хватаюсь за раковину и удерживаю равновесие. Ты что тут делаешь?! Это женский туалет! - ком тут же собирается в горле, я еще не отошла и вот он опять здесь.- Волновался. И нам нужно поговорить, - Кай медленно подкрадывается ко мне шаг за шагом, будто настоящая пантера на охоте. - О-о-о-о. Теперь тебе поговорить хочется. А чего в подвале молчал. А ведь действительно поверила, что ты немой, - злость затапливает грудную клетку и дыхание срывается. Лучше не подходи. А от расползающейся улыбки на его лице для меня, как красная тряпка для быка.- На тот момент так нужно было. Но я оценил степень твоей готовности помочь, когда ты искала ингалятор. . Ах ты... - давлюсь воздухом от возмущения. Он ещё и издевается. - Да пошёл ТЫ! Хочу обойти его. К сожалению, выход за его спиной, поэтому пройти мимо неизбежно. Постараюсь сделать это максимально далеко от его тушки. Уже начинаю свой путь и даже думаю, что он пропустит, но меня захватывают в кольцо рук со спины и прижимают так крепко, что последний воздух выходит весь с легких. Еще и зарывается носом в мои кудряшки на макушке. И что за привычка меня хватать?! - У тебя нет права меня удерживать. И если не отпустишь, я буду кричать, шиплю змеёй и пытаюсь наступить ему на ногу пяткой. Потому что все остальное заковано его объятьями. А он посмеивается и ловко убирает свои ботинки. Черт бы побрал эти коричневые воспоминания. Теперь еще яростней пытаюсь по ним попасть. Слышу, как он шумно там дышит и всё сильнее втягивает мой запах. Будто надышаться им хочет. Вот же животное. И что ты там все нюхаешь? Я, вообще-то, сыворотку принимаю, так что уже не пахну, - возмущаюсь и делаю ещё одну попытку наступить ему на ногу. И резко рычу, когда снова промахиваюсь. Ты пахнешь. Не так, как в подвале, но пахнешь. Я тебя чую. Точно животное. Да отпусти ты уже меня! - начинаю отчаянно биться. Фиг с ним уже с ногами, всё равно уворачивается крысеныш. Если пообещаешь меня хотя бы выслушать. Одно свидание, Сера и если не захочешь, после этого дня я от тебя отстану, обещаю. - Свидание?! - меня аж перекосило. - Какое ещё свидание?! Обалдел, Кай Мёбиус?! Хмык и еще сильней погружается в мои волосы уже в районе шеи. Похоже, мои дёрганья ему как слону дробинка. И я, кажется, выдыхаюсь. Я сегодня всеерасскажу отцу, и он меня заберёт. Так что... Нет! - резко прижимает меня еще сильней, я аж запищала. Он будто меня уже забирает из рук отца, причем буквально и отдавать точно не намерен. Эй, я, вообще-то, не игрушка. А то зажал меня, как я мишку в детстве. Услышав писк, ослабляет хватку, но не отпускает. А я всё же прекращаю дёрганья. Блин, устала. Давай поговорим, после пар. Я тебе все объясню, и потом уже решишь. Ты не отстанешь, да? - обречённо вою. Нет. Папе я всё расскажу вечером. И, по сути, у меня будет больше информации, почему же меня похитил этот синеволосый гад. Почему бы и нет. Просто сердце так щемит от его присутствия. Но я ведь выдержу... верно?- Ладно. Только! Без обжиманий, хватаний и когда я захочу, тогда и уйду. И отпусти уже меня, наконец.Глава 37 Я вырываюсь из его объятий, как только он ослабляет хватку. И даже не смотрю в его сторону. Не хочу видеть эти серые глаза, что сводят меня с ума. Выхожу из туалета, и на меня тут же накатывает волна чужих взглядов. Две девушки, когда я заходила, теперь смотрят на меня с плохо скрываемым любопытством. Они всё слышали? Видели, как зашёл Кай? Что вылупились? - цежу сквозь зубы, и они тут же отводят взгляды, делая вид, что заняты своими делами. Я сейчас слишком злая. Иду по коридору, стараясь держать спину прямой. Я не дам этому парню сломать меня. И не позволю ему видеть, как сильно он меня задел. В конце концов, я Сера Вэйлис. Дочь главы клана. Я не буду плакать из-за какого-то похитителя. Какого-то... Закрываю глаза на секунду, прогоняя предательскую мысль. Нет. Не «какого-то». Его. Того, кто провёл со мной пять дней в темноте и согревал меня, когда я замерзала. И он мыл мои волосы, стоя в мокрой одежде. Укусил меня, чтобы защитить. И его поцелуй я вспоминала каждый день. Стискиваю зубы так сильно, что челюсть начинает болеть. Он враг. Он из клана Мёбиус. Он похитил меня, держал меня на цепи, словно собаку! Повторяю это как мантру, пока иду в столовую. Мне нужно поесть. Да и взять себя в руки. Нужно вести себя так, будто ничего не случилось В столовой почти никого. Занятия уже начались, и только несколько студентов сидят за дальними столиками, попивая кофе и листая что-то в телефонах. Я беру поднос и накладываю себе кашу. И когда я уже собираюсь сесть за свободный столик у окна, ко мне подлетает Стив.- Сера! - его голос звенит тревогой. - Я тебя везде искал. Ты куда пропала? Я волновался. Он садится напротив, и я вижу, как его голубые глаза обеспокоенно скользят по моему лицу. Останавливаются на глазах. Наверняка они до сих пор красные. Всё нормально, - говорю я, утыкаясь взглядом в тарелку. Беру ложку, начинаю помешивать кашу, но есть не могу. Ком в горле не даёт проглотить даже крошечный кусочек. Ты плакала,. - это не вопрос. Стив накрывает мою руку своей, и его ладонь такая тёплая, такая... неправильная. Не та. - Что случилось? Тебя кто-то обидел?- Всё хорошо, правда, - убираю руку, делая вид, что мне нужно поправить волосы. - Просто аллергия... На что-то в воздухе. Стив хмурится, и я понимаю, что он мне не верит. Но он не настаивает. Просто сидит рядом, молчаливый и какой-то напряжённый. Ты же придешь, сегодня на тренировку? - спрашивает он после долгой паузы. Я буду ждать. Приду, - киваю, хотя совершенно не уверена, что смогу. Мне нужно побыть одной. Нужно переварить всё, что произошло. Да и решить надо, что делать дальше. Стив уходит, оставляя меня одну. Я сижу над остывшей кашей, смотрю в окно и чувствую, как внутри меня поднимается что-то тяжёлое. Я злюсь на Кая. На себя. На то, что не могу забыть его запах. Как же глупо и наивно по-детски. Он из клана Мёбиус. И враг. И он похитил меня. Точка! День тянется медленно. Пары проходят где-то на заднем плане, я киваю, слушаю. Я словно разделилась на две части. Одна сидит в аудитории и механически конспектирует лекцию. Другая в том коридоре, где Кай прижимал меня к стене и целовал так, что земля уходила из-под ног. После занятий я иду в свою комнату. Переодеваюсь в свои джинсы и свитер. Сажусь на кровать и смотрю на телефон. Позвонить папе? Пальцы сами тянутся к экрану. Я уже набираю номер, но нажимаю отбой, так и не дождавшись гудка. Что я скажу? Папа, меня похитил Кай Мёбиус, наследник клана? Он и так это знает. Он не ответил мне прямо, но я уверена, что папа в курсе. Иначе, зачем ему было скрывать, что он знает, кто именно похитил меня? Значит, есть что-то ещё. Что-то, о чём мне не говорят. Или... Или он просто не хочет, чтобы я знала, что мой похититель внук Адалора Мёбиуса. Вдруг я сделаю что-то глупое? Вдруг начну задавать вопросы? Ох, как же сложно! Вздыхаю, откидываюсь на подушку. Закрываю глаза, и перед ними снова возникает его лицо. Серые глаза, синие кончики волос, эта его полуулыбка. И руки. Большие, с длинными пальцами и вздутыми венами. Те самые, что я ощупывала в темноте. Блин, бесит! Почему он был так добр ко мне? Если он похитил меня, зачем ему было заботиться? Носки, шоколадка, тёплый костюм. Душ... Ещё и защита от других альф. Поцелуй перед тем, как отпустить. Это не укладывается в голове. Аргх! Я переворачиваюсь на живот, зарываюсь лицом в подушку. Хочется кричать и плакать! Он знал, что мне нравятся пионы. Я говорила ему об этом в подвале. Запомнил... На улицу я выхожу, когда солнце уже клонится к закату. Я бреду по дорожке, сама не зная куда. Ноги сами несут меня к оранжерее, но я останавливаюсь у входа. Не Могу зайти. Там всё ещё пахнет им. Сажусь на скамейку неподалёку, смотрю на то, как лучи заходящего солнца золотят стены академии. Красиво. Спокойно. На душе всё ещё тяжело, но гнев потихоньку утихает, оставляя место чему-то другому. Я кажется, пропустила тренировку Стива... Надеюсь, он не обидится. Нужно будет извиниться. Достаю телефон. Смотрю на номер отца. Если я позвоню сейчас, он заберёт меня. Я уеду отсюда, и больше никогда не увижу Кая и никогда не узнаю правду.- Долго ты будешь сидеть? - голос раздаётся совсем рядом, и я вздрагиваю, чуть не выронив телефон. Кай стоит в двух шагах от меня, прислонившись к стволу старого дуба. Он сменил форму на тёмные джинсы и чёрную футболку, и в лучах заката его синие волосы кажутся почти чёрными. Серые глаза смотрят на меня с лёгкой улыбкой, и от этой улыбки внутри всё переворачивается. Что ты здесь делаешь? - голос звучит хрипло. - Я не хочу с тобой разговаривать. А я хочу, - он делает шаг ко мне, и я инстинктивно вжимаюсь в спинку скамейки. Но он не приближается. Останавливается на расстоянии, садится на корточки, чтобы быть на одном уровне со мной. - Ты сегодня убежала, не дав мне объяснить. Мне не нужны твои объяснения, похитил меня. Чего тут объяснять? - отворачиваюсь, смотрю на закат. Cepa, - его голос звучит мягко, почти умоляюще. - Посмотри на меня. Пожалуйста. Я медлю. Но всё равно поворачиваю голову и встречаюсь с его глазами. Чёрт! Он улыбается, гад. Ты сегодня очень красивая, - говорит он тихо. - Хотя красивая всегда. Но сегодня особенно. Это всё, что ты хотел сказать? - я хмурюсь, чувствуя, как щёки начинают гореть. Чёрт бы побрал эту реакцию. - Нет, - он качает головой. - Но это правда. Я просто хотел, чтобы ты знала. Я молчу. Ты обещала выслушать, - напоминает он. Я не обещала, - поправляю его. - Я согласилась подумать. Тогда подумай, - он садится на землю передо мной. - Дай мне шанс рассказать, почему всё произошло. А потом решай, звонить отцу или нет. Ты обещал, что отстанешь, если я не захочу, - напоминаю я. Отстану, - кивает он. - Если после моего рассказа ты скажешь, что не хочешь меня больше видеть, я уйду. Но сначала выслушай Хорошо. Рассказывай, - сдаюсь. Всё равно же не отстанет. Кай выдыхает. С облегчением, как мне кажется. Улыбается снова, и эта улыбка заставляет моё сердце биться чаще.- С чего мне начать? - он задумчиво смотрит на закат. - Наверное, с того, что я знал о тебе задолго до того, как мы встретились. Я знал, кто ты, что дочь главы клана Вэйлис. Но я не знал, что ты омега. Когда ты проснулась в тот день, твой запах ударил в голову, и я чуть не сорвался. Он замолкает, проводит рукой по волосам. - Я думал, что справлюсь, смогу быть рядом и не тронуть тебя. Но это было сложнее, чем я представлял. Каждый твой вдох, каждый шаг... Ты даже не представляешь, чего мне стоило не прикоснуться к тебе раньше. Сглатываю. Вспоминаю его тяжёлое дыхание и сбивчивые вдохи. Я думала, что у него астма. А укус? - спрашиваю тихо. - Ты укусил меня, чтобы защитить? Да, - кивает он. - В ту ночь пришли другие альфы. Они были в охране и учуяли твой запах, потеряли головы. Я не мог рисковать. Если бы они добрались до тебя... Он замолкает, и я вижу, как его челюсть сжимается. Как желваки ходят ходуном. Я молчу, переваривая услышанное. - Почему ты похитил меня? - голос срывается. - - Зачем? Кай смотрит на меня долгим взглядом. В его глазах что-то меняется. Становится серьёзнее. Всё намного сложнее, чем казалось ранее. История будет долгой. Готова слушать? - спрашивает и касается моей руки своей тёплой ладонью. И я не могу сдержать себя от предательских мурашек, что по всему телу побежали… Глава 38 Кай опускает ресницы и смотрит на наши сплетённые руки. Гладит подушечкой большого пальца и снова улыбается. А у меня сердце через раз работает. Это настолько мило и так... волнительно, что я как тот самый бутон пиона распускаюсь и тянусь к солнцу. И это солнце ОН. Так, стоп, Сера! Он здесь, вообще-то, рассказывать должен. Аккуратно вытаскиваю свою руку из-под его огромной ладони. Я запомнила её именной такой. И это тепло. Такое же... Даже не знаю, что я испытываю больше: радость, что снова вижу своего охранника или... Он замечает это и следит за моей ладонью, а я её прячу, скрещивая руки под грудью- Чтоб не отвлекался от рассказа, - хмурю брови и задираю голову повыше. Хочу казаться гордой и показать, что его касания меня совершенно не волнуют, но кажется, возымела другой эффект. Потому что он щурится и усаживается на скамейку поудобней и вальяжно. А может, это он от последних лучиков хмурится? Боюсь, это не поможет. Ты меня вся отвлекаешь. Ты будешь или нет рассказывать? - хмурюсь и отодвигаюсь на край скамейки Он опускает голову и качает ею. Будто посмеивается надо мной. А я понимаю, что самой хочется улыбаться. С ним всё так же спокойно и всё так же я не могу на него злиться. Хотя теперь я вижу его. Слышу. И этот гад, слава богу, разговаривает. А ведь тогда в подвале я не ошиблась, он и правда огромный и высокий. И причёску почти угадала. Только вот цвет волос я представляла... блондином. Как Стив. Блин, ну почему мой охранник не Стив? На минуту замираю и смотрю на его профиль. Он такой задумчивый. Подбирает слова? Или пытается обойти острые углы, чтоб не рассказывать? Вот же жук навозный. Давай уже всё рассказывай.- Я жду, - попыталась вложить все свое недовольство в эти два слова. Он хмыкает, но, не отводя взгляда от неба всё же начинает: - Мой дед все эти годы считал, что клан Вэйлис крадёт людей и использует их для какой-то цели. И все убийства и кражи, что случались на нашей территории, тоже считали вашими. Он был почти уверен. А как тут сомневаться, если всё указывала на твой клан. Я даже воздух в рот набрала, настолько была готова возмущаться, но он резко поворачивает голову и я вот так с набранным воздухом и замираю. Потому что он будто в душу смотрит настолько проникновенно, и серьезны были его серые глаза, что я чуть тем самым воздухом не подавилась и просто замолчала.- Но после твоих слов, там, в подвале, я понял, что что-то не так. Клан Вэйлис думает, что это мы. А мой дед уверен, что это вы. И я начал искать. Реально копать с самого начала. Так вот куда он пропал? Его не было после моих тех слов, почти весь день. Хотя точно сложно сказать. Я просто помню, что хотела есть. И выяснил, что есть третий игрок на этой арене. Но он настолько в тени, что узнать, кто это именно не удавалось. Но все ниточки вели именно какому-то неизвестному. Но главное, твой клан не виноват. Но это всё не объясняет, почему ты меня украл, - напомнила я ему. Его взгляд выдержать было слишком сложно, и я отвернулась первая. Мой дед решил, что вы сожгли последние поставки, что были в наших складах. Это большая часть нашего бизнеса. И решил отомстить. Точнее, забрать свое. Он не собирался тебя на самом деле убивать или причинять вред. Он хотел лишь часть ваших земель взамен за понесённый урон. И решил сделать это грязно, как сделал клан Вэйлис. План был прост: украсть дочь главы клана и обменять ее на земли. Я вызвался помочь. Так как считал, что и правда, Вэйлисы слишком далеко зашли. Дед сам выбрал цель. Точнее, какую дочь красть. Я лишь должен был это сделать и удерживать ее до подписания всех документов. Я изучил тебя от и до, ещё до того как украл. Знал все о тебе. Ну, кроме тех подробностей, что ты потом сама мне рассказала, - слышу усмешку. Я все это время старалась смотреть куда угодно, но только не на него. Но прожигающий щеку взгляд будоражил внутренности, а руки уже жили своей жизнью и мяли края блузки. Мне кажется, я даже ёрзала на этой скамейке. Он хватает меня за запястье той самой руки, что сейчас взмокла, и прямо через всю скамейку с легкостью притянул меня к себе. Буквально вбивая в свое тело. Так, быстро я еще не скользила. От неожиданности аж заверещала. A-a-a-a-a! Ты чего делаешь, гад ползучий! - начала сразу же вырываться. Но максимум, что мне дали сделать, это упереться руками в твёрдую грудь и чуть отклониться назад. А его огромные руки буквально прижали меня за талию, и он тут же склонился в районе выреза блузки. Глубокий вдох и уже такой знакомый тяжёлый, почти рычащий выдох. Как удержаться, когда ты так близко. А я так скучал, что уже не могу сидеть просто рядом. Ты не представляешь, как мне тебя не хватало весь этот месяц, пока ты была дома. Я еле, как уговорил твоего отца отправить тебя в эту академию. - Что-о-о? Начинаю вырываться теперь еще усердней. Но это нюхающее меня чудовище, все так же крепко удерживает. Поэтому я обхватываю его за голову и поднимаю, чтоб наши взгляды встретились. Потому что, ну просто не верю в то, что сейчас услышала. Мой отец и, чтоб даже разговаривал с наследником Мёбиуса. Да он угорает надо мной? Да? Еще и, чтоб он его уговорил? Да ну, не-е-е-т... - Что это значит? - спрашиваю. Ухмылка расползается по лицу, и непросто становится хитрой, я там вижу предвкушающий оскал из превосходства и просто гигантской самоуверенности. Я сам тебя отпустил тогда. О, ты не представляешь, каких усилий мне это стоило. Удерживаю его голову, потому что, чувствую, как он силой склоняется к моим губам.- Ты обещал, что не будешь меня трогать и зажимать, - давлю на его голову руками, пытаясь оттянуть назад, намекая, что он слишком близко. Я ничего не обещал. Ты попросила тебя не трогать, и я не трогал. Целых двадцать минут. Но ты так смешно пытаешься удержать между нами расстояние, выпрашивая явно, чтоб я его сократил.- Неправда! - возмущаюсь и отпускаю голову. Не знаю, что я там хотела делать руками, но он пользуется моей оплошностью и тут же целует. Затыкая мне этим рот. Вот же гад синеволосый! Мычу ему прямо в губы и впиваюсь руками в плечи. Но стоит поцелую углубиться, как обжигающая магма растекается по всему телу, а предательские мурашки бегут по рукам и ногам. Доказывая ему и мне, что именно этого я и хотела. Блин. Ощущаю, как рука медленно ползут вниз, а вторая наверх. М-м-м... как горячо то, что аж страшно. Но трепет, что щекочет внутри, буквально заставляет меня наслаждаться происходящим.- А потом... - поцелуй, глоток воздуха и снова поцелуй. Жаркий и пылкий, что, мне кажется, мы уже вместе горим, Я не должен был заходить даже в подвал. Просто... Снова поцелуй, кусает мою нижнюю губу, и из меня невольно вырывается стон. Чувствую его довольную улыбку. И треснуть хочется, и продолжить. Но я не делаю ни того, ни другого. Кай все делает сам. За нас двоих. - Не удержался. Еще тогда.... Когда утащил тебя с праздника, твой запах осел в моих лёгких и всё. Я пропал, Сера. С первого вдоха. Глава 39 Слова Кая обжигают. «Пропал с первого вдоха» Говорит, а сам смотрит так, будто я единственное, что имеет значение в этом мире. И я... я таю. Блин! В который раз... Стоило мне только узнать, что мой немой охранник это он, как злость, что копилась внутри все эти дни, начинает рассыпаться, словно карточный домик. Я пытаюсь держаться, пытаюсь помнить, что он из клана Мёбиус, что враг, что похитил меня. Но когда альфа рядом, все эти доводы теряют силу. Исчезают. Потому что от него исходит то самое чувство, что я помню по подвалу. Безопасность... И злиться на него... не получается. Совсем. Даже когда он так нагло заявляет, что ничего не обещал. Даже когда целует, не спрашивая разрешения. Я должна бы возмутиться, оттолкнуть, сказать что-то резкое, но вместо этого мои пальцы вцепляются в его плечи, а тело предательски льнёт ближе. Кай не ждёт моего ответа. Его губы снова находят мои, и на этот раз поцелуй глубже и требовательнее. Язык скользит по моей нижней губе, дразнит, заставляет приоткрыть рот, и я подчиняюсь. Его рука ложится на затылок, пальцы путаются в кудрях, слегка оттягивают, запрокидывая мою голову. Поцелуй становится ещё откровеннее и жарче. Я чувствую, как его язык исследует мой рот, сплетается с моим, и от этого внутри разливается такое тепло, что, кажется, я сейчас расплавлюсь. Сердце колотится где-то в горле, лёгкие горят, но я не хочу останавливаться. Не хочу дышать. Не хочу, чтобы это заканчивалось. Вторая рука Кая скользит с талии вверх, останавливается на моей щеке, большим пальцем гладит скулу. И это движение такое нежное, что у меня перехватывает дыхание. Целует так, будто хочет выпить меня до дна. Будто каждый миг без меня был пыткой. Словно действительно скучал по мне... Так же, как и я. Ох... Я помню этот вкус. Тот поцелуй перед моим освобождением, такой отчаянный и прощальный. Сейчас он другой. Пальцы Кая сжимаются на моей талии, приподнимают, и я оказываюсь у него на коленях, сидя боком, прижатая к его груди всем телом. Он даже не прерывает поцелуя, просто подхватывает меня, пересаживает, и от этого движения у меня внутри всё переворачивается. Кай такой огромный и сильный, а я в его руках кажусь себе хрупкой. Мои ладони скользят с плеч выше, пальцы зарываются в его волосы, и я чувствую, как он вздрагивает от этого прикосновения. Такие же, какими я их запомнила. Мягкие, шелковистые, чуть длиннее на макушке и короткие на висках. Мои пальцы перебирают пряди, и где-то глубоко в груди разливается что-то тёплое. Это он. Тот самый. Мой немой альфа.. Кай отрывается от моих губ, давая нам обоим глотнуть воздуха. Тяжело дышит, смотрит на меня глазами, в которых плещется что-то тёмное. Его лоб касается моего, и я чувствую, как он дрожит.- Сера, - выдыхает он хрипло, и в этом одном слове столько всего, что у меня подкашиваются колени. Хорошо, что я уже сижу, иначе точно бы рухнула. Его губы снова находят мои. Он целует так, будто запоминает. Я чувствую, как язык скользит по моим губам, и каждый миллиметр, которого он касается, начинает гореть. Руки Кая ложатся на мою спину, прижимают ближе, и я ощущаю каждый контур его тела сквозь тонкую ткань блузки. Невыносимый жар, от которого плавится мозг, прокатывается по телу. Запутываюсь пальцами в его волосах, притягиваю ближе, и поцелуй становится глубже. Я чувствую, как его язык сплетается с моим, как он втягивает мою нижнюю губу, слегка прикусывает, и из груди вырывается тихий стон. Кай замирает на мгновение, а потом с рыком вжимает меня в себя так сильно, что становится трудно дышать Но я не хочу дышать. Я хочу только этого. Только его. Губы альфы отрываются от моих, затем скользят по подбородку и челюсти, спускаются к шее. И когда его дыхание опаляет кожу на шее, я выгибаюсь дугой. Он целует каждый сантиметр, и от этого по телу разбегаются мурашки.- Кай... - шепчу я. Он поднимает голову, смотрит на меня. Глаза у него яркие и серые, и в них столько желания, что у меня перехватывает дыхание. Но есть в этом взгляде и что-то ещё. Он смотрит так, словно я для него не просто девушка, которую он поцеловал. Словно я целый мир... О боже. Ты даже не представляешь, что со мной делаешь, - говорит он хрипло. Наверное, то же, что и ты со мной, - выдыхаю я, и уголки его губ поднимаются в лёгкой улыбке. Блин, ну вот, я почти призналась. Я чувствую, как его рука скользит по моей спине, останавливается на пояснице, прижимает ближе. Но в голове всё ещё роятся вопросы. Собрав всю свою волю в кулак, я упираюсь ладонями в его грудь и отстраняюсь. Чувствую, как он напрягается, и руки на моей талии сжимаются крепче, не желая отпускать.- Мы не договорили, - говорю я. - У меня к тебе остались вопросы. Кай замирает. Смотрит на меня долгим взглядом, а потом его руки медленно разжимаются. Не пытается меня удержать. Просто смотрит. - У тебя всегда ко мне вопросы, клубничка, - говорит он с лёгкой усмешкой. Я надуваю губы, стараясь выглядеть строгой, хотя понимаю, что покраснела до корней волос. Вся эта ситуация... Я на его коленях, растрёпанная, с припухшими от поцелуев губами. И это совершенно не способствует серьёзному разговору. Но я пытаюсь. Правда, пытаюсь. И всё равно, говорю я, вздёргивая подбородок. - Ты мне должен ответить. Кай смотрит на меня. И в его взгляде такое обожание, что у меня сердце пропускает удар. Ты такая красивая, когда дуешься, - говорит он, и я чувствую, как жар разливается по шее, поднимается к ушам. - Кай! - возмущаюсь я. Он улыбается. И я не могу отвести взгляд. - Спрашивай, - говорит он мягко. - Я отвечу. Делаю глубокий вдох. Почему ты притворялся, что немой? - выпаливаю я. - В подвале. Ты мог говорить, но молчал. Почему? Кай какое-то время молчит. Его руки, лежащие на моей талии, чуть расслабляются, пальцы вычерчивают на ткани какие-то узоры. А я жду. Затаив дыхание. - Я не притворялся, - наконец говорит он, и я удивлённо вскидываю бровь. Вернее, не совсем. Сера, ты не должна была вообще никого видеть и слышать. Это было условие. Дед настаивал, чтобы ты не знала, кто тебя похитил, не могла опознать никого из нас. Мне запретили с тобой разговаривать. Запретили появляться на свету. Ты не должна была знать даже, сколько нас. Он замолкает, проводит рукой по моим волосам, убирает выбившуюся прядь за ухо. Я нарушил все возможные запреты, - продолжает он тихо. - С первого же дня. Когда ты очнулась и начала говорить... я не смог уйти. Должен был сидеть в другой комнате. Но я пришёл. Сел в кресло и слушал тебя. Ты говорила, а я не мог нарушить молчание. Потому что если бы я заговорил, то не смог бы остановиться. Не смог бы притворяться, что ты для меня никто. Голос становится хриплым, и я чувствую, как его пальцы на моей талии чуть сжимаются.- Каждый раз, когда ты что-то спрашивала, я хотел ответить. Даже когда ты перепутала меня с крысой, очень хотел, правда. Но я не имел права. Я не должен был даже приходить к тебе, а я приходил. Каждый день. Каждую ночь. Не мог держаться подальше. Ты стала для меня... всем. Он замолкает, и в наступившей тишине я слышу только своё сердце, которое колотится где-то в горле.- Поэтому я молчал, - говорит он. - Потому что знал, если открою рот, то скажу тебе что-то, что нельзя будет забрать обратно. Или спрошу. Или... Он не договаривает, но я и так понимаю. Если бы он заговорил, то раскрыл бы себя. А может быть, раскрыл бы что-то большее. То, что даже сейчас, когда он сидит передо мной, целует меня, смотрит влюблёнными глазами, мы оба ещё не готовы назвать. Смотрю на него. И верю каждому слову. Потому что помню те его вздохи, ту борьбу, которую он вёл с самим собой. Потому что чувствовала, как тяжело ему было рядом со мной. Ладно, - говорю я. - Допустим, с этим я разобралась. Но есть ещё один вопрос. Спрашивай, он снова улыбается, и от этой улыбки моё сердце делает кульбит. Кто тот третий? - я смотрю ему прямо в глаза. - Тот, кто ведёт игру. Ты сказал, что нашёл доказательства, что кто-то стравливает наши кланы. Кто это? Улыбка на лице Кая медленно исчезает. Его глаза становятся серьёзными. Руки на моей талии напрягаются, и я чувствую, как под пальцами перекатываются мышцы. - Cepa.. - Не пытайся увильнуть, - перебиваю я. - Из-за них пострадал мой брат Грэй. Ты ведь знаешь эту историю? Кто-то специально подставил отца Рейны, заставил его пойти на преступление. И Грей до сих пор мучается от этого, хотя уже всё позади. Я хочу знать, кто это сделал. Кто тот, кто разжигает эту войну? Кай молчит. Смотрит на меня, и в его взгляде я читаю борьбу. Он хочет сказать, но что-то его останавливает. Я вижу, как желваки ходят ходуном. Кай, - говорю я мягче, кладу ладонь ему на щеку. - Пожалуйста. Я имею право знать. Закрывает глаза на секунду, а когда открывает, в них что-то меняется.- Я скажу, - говорит он тихо. - Но не сейчас. Я не хочу, чтобы ты в это погружалась, пока не буду уверен, что смогу тебя защитить. Это опасно, Сера. Тот, кто за всем стоит, очень силён и очень хорошо прячется. Я уже почти вышел на него, но мне нужно ещё немного времени. Потерпишь? Хочу возразить и сказать, что имею право знать, что не хочу, чтобы меня оберегали, как ребёнка. Но он смотрит на меня такими глазами, что все слова застревают в горле. Ты можешь мне доверять? - спрашивает он. Могу, - выдыхаю я. - Но ты обещаешь, что расскажешь? Всё, без утайки? Обещаю, - говорит он серьёзно. - Когда придёт время, я расскажу тебе всё. Я киваю, а Кай улыбается. Его рука скользит на затылок, пальцы путаются в кудрях, и я уже знаю, что будет дальше. Ты очень красивая, когда сердишься, - говорит он, наклоняясь ближе. - Но ещё красивее, когда улыбаешься. Я не сержусь, - пытаюсь возразить я. Знаю, - шепчет он. - Ты на меня вообще злиться не умеешь. Хочу сказать, что это неправда, что я ещё как умею, что он меня бесил с первого дня в академии, но его губы накрывают мои, и все слова исчезают. Его язык скользит по моей нижней губе, просит впустить, и я открываю рот. Поцелуй углубляется, становится жарче, и я чувствую, как его рука на талии прижимает меня ближе. Кай отрывается от моих губ, чтобы перевести дыхание, но не даёт мне опомниться. Его губы скользят по подбородку, по челюсти, спускаются к шее.- Ты пахнешь так, что я с ума схожу, - шепчет он хрипло. Снова глубоко и шумно вдыхает. Его губы находят мои, и поцелуй теперь не такой жадный, как раньше. Я чувствую, как он втягивает мою губу, слегка прикусывает, и из моей груди вырывается тихий стон. Кай замирает. Отстраняется на миллиметр, смотрит на меня глазами, в которых плещется что-то опасное. Ещё один такой звук, и я не отвечаю за себя, - говорит он хрипло. Ах, вот как... - фыркаю. - Ты первый начал! Кай только усмехается и снова прижимается губами к моей шее, и я чувствую, как его язык выводит на коже какие-то узоры. Дыхание сбивается, мысли путаются, и я забываю обо всём на свете. Я скучал по тебе, - шепчет он. Я тоже скучала... по этим дурацким ботинкам. Дурацким? - переспрашивает он. - А мне казалось, ты их обожала.Обожала? - фыркаю я. - Я их ненавидела. Потому что это всё, что я могла видеть. Твои ботинки, твои руки, полоску света. И с ума сходила от желания увидеть тебя целиком. Представляла, как ты выглядишь. Светлые волосы, голубые глаза, ямочки на щеках.. Кай смотрит на меня с удивлением, а потом его лицо расплывается в улыбке. Светлые волосы? - переспрашивает он, и в голосе слышится смех. Ну да, - говорю я, пытаясь сохранить серьёзное лицо. - И никаких татуировок. И волосы нормальные, не крашеные. А что не так с моими волосами? - он притворно обижается. Всё не так! - говорю сквозь смех. - Ты выглядишь как какой-то... негодяй.- Негодяй? - он поднимает бровь. Ну, спасибо, клубничка. Тогда негодяю придётся тебя снова зацеловать, - произносит, а затем хитро ухмыляется Глава 40 Щеки пылают. Тело горит. А внутри чувства бурлят в таком хаосе, что я не просто не могу себя собрать, а наоборот готова ещё и танцевать от этих всех эмоций Прикладываю ладошки к щекам, пытаясь их остудить - Ну, вот что ты творишь, Сера? Он из враждующего клана. Внук врага. Отец никогда не разрешит быть с ним, - пытаюсь саму себя убедить в этом. Но как итог, завыла словно волчица и упала лицом в подушки. Вырываться из его объятий совершенно не хотелось. Так, еще и он сам, уговаривал просто с ним посидеть. Обещая, что больше не будет целовать. Ага. Так, я и поверила, и минуты бы не прошло, как Кай бы все начал заново. А я, похоже, не могу ему отказать. Потому что стоило губам коснуться любого участка моей кожи, как все! Мозг решал, что он милая желешка. Ну и на этом все! Мыслей просто не было, только чувства, жгучая магма по венам и невероятные водовороты чувств, что поглощали. Когда Кай меня все же отпустил, взяв с меня обещание, что я схожу с ним на свидание. Да, блин! После такого, кажется, уже глупо отказываться. Телефон завибрировал под подушкой, и я тут же его достала. Отец. Вот почему я еще так торопилась вернуться в комнату. Мы с отцом договорились созвониться вечером. Только вот тогда, я думала все рассказать и уехать домой. А теперь кажется, что мое сердце биться перестанет, если я это сделаю. Привет, папа! - отвечаю на видеозвонок и машу рукой. Привет, моя принцесса, - улыбается отец в экране и кажется сильно уставшим. Глубокие синяки под глазами, залёгшие морщинки и тяжёлый взгляд. Он всегда выглядит суровым, но вижу, как искорки в глазах медленно начинают сиять, стоит мне улыбнуться.- Сера, дочка, как ты там? - мама появляется со спины отца. И теперь я ощущаю, как сердце защемило. Я так по ним соскучилась. Я все же так долго жила и училась дома, что без них, оказывается, тоскливо. - Мамочка! Я рассказала им все. Как приехала, устроилась, как познакомилась со старостой и что здесь просто чудесно. Даже про Стива рассказала и что он зовёт меня посмотреть их тренировку. Но вот про Кая... я так и не решилась. Рассказывая, я все время думала, что он во всех этих воспоминаниях везде. Он будто влезал всюду без приглашения и хотел быть частью всего, что со мной было связано. И от этого в груди теплело. Но вот отцу я боялась сказать. А о том, что я знаю, кто меня похитил и почему, я даже не думала заикаться. Отец знает. И мне не сказал. А все, потому что они все: отец, сам Кай и его дед, решили, что меня нужно оберегать и лучше, держать в неизвестности. Кай сам рассказал, что уговорил моего отца отправить меня сюда. Сам рассказал ему после все. Я немного в обиде на отца за это. Но понять его я тоже могу. Только вот, решиться сказать, что между нами здесь... А что между нами? Божечки! Я сама еще не поняла. Меня тянет к нему, как цветок тянется к лучам солнышка, но что все это значит и что дальше... я не знаю... честно говоря, я вообще еще ни в чем не разобралась. Мне бы сердце для начала успокоить. Разговор закончился на тёплой ноте. И, попрощавшись, я поняла, что правильно пока сделала, что не рассказала. От всех впечатлений сама не заметила, как медленно начала погружаться в сон. Только вот шорох и шаги, будто меня пытались разбудить. Или это уже сон? А может, Кай не выдержал и пришел ко мне? Пытаюсь пройти сквозь тяжёлую дрему и открыть глаза. Как ощущаю, уже более чётко чьё-то присутствие. Кто-то навис надо мной. Распахиваю глаза в страхе. Привет, Сера. Стив? Совершенно не ожидала увидеть в своей спальне именно его.- И пока. Успеваю увидеть только расползающуюся кровожадную ухмылку, и моё лицо накрывает подушка. Сначала - непонимание. Как будто это происходит не со мной. Мягкое давление на лицо... слишком резкое, слишком внезапное, чтобы сразу осознать. Я пытаюсь вдохнуть, по привычке, как всегда, как делала это много тысяч раз и в этот момент внутри всё обрывается. Воздуха нет! Паника приходит не сразу, она вспыхивает резко, как удар. Я дёргаюсь инстинктивно, тело само пытается вырваться, убрать это, оттолкнуть, но руки будто не слушаются, движения становятся рваными и беспорядочными. Вдохнуть. Мысль одна, оглушающая. Лёгкие сжимаются, будто их сдавливают изнутри, и с каждой секундой становится всё хуже. В груди нарастает жжение, сначала слабое, потом острое и невыносимое. Сердце бьётся слишком быстро, слишком громко, как будто хочет пробиться наружу. Я пытаюсь закричать, но звук застревает. Ему будто тоже не хватает того самого воздуха. Только глухое, беспомощное движение. Раз за разом. Беспорядочные и неловкие. В голове начинает шуметь. Мысли путаются, разбегаются, теряют форму. Остаётся только это ощущение нехватки воздуха, отчаянной и всепоглощающей. Ещё чуть-чуть... сейчас вдохну... Обещаю сама себе, чтоб совсем не впасть в эту омерзительную и беспомощную панику. Хоть как-то удержаться. Но вдох не приходит. Тело становится тяжёлым, руки уже не такие сильные, движения замедляются. Паника никуда не исчезает, но она будто становится глубже, тише, как если бы силы на неё тоже заканчивались. Где-то на краю сознания мелькает страх. Чистый и голый. И в нём нет слов, только ощущение, что всё ускользает, что я теряю контроль, что ещё немного и станет тихо. Слишком тихо. Глава 41 Сознание возвращается рывками, будто я всплываю из глубокой и тёмной воды. Сначала ничего, пустота, а затем боль. Сильная тяжесть в груди, жжение в лёгких, и это липкое, удушающее чувство, от которого хочется кричать. Подушка…. Чья-то рука, прижимающая её к моему лицу. Стив! Глаза распахиваются, и я резко сажусь на кровати. Сердце колотится как сумасшедшее, дыхание всё ещё сбивчивое и прерывистое, будто тот, кто душил меня, всё ещё здесь. Оглядываюсь. Это не моя комната... Значит, не сон это был. Страх новой волной накатывает на меня, сковывает тело, заставляет пальцы вцепиться в край кровати. Незнакомая большая и мрачная спальня в тёмных тонах. Стены серые. Шторы плотные. На столе мужские часы, очки в тонкой оправе, какие-то бумаги. В углу открытый шкаф с тёмной одеждой. Это чья-то мужская комната. Рядом с кроватью стоит инфузионная система для введения капельницы. Хватаюсь за свою руку и смотрю на сгиб, на котором виднеется свежая точка.. Меня снова похитили? Паника поднимается из груди, сжимает горло. Нет. Нет, только не снова. Я не выдержу. Я не смогу опять оказаться в подвале, на цепи, в темноте, не зная, что будет дальше. Боже мой! Специально меня усыпили чем-то... Стив. Я вспоминаю лицо, его добрые, такие спокойные глаза. Каким же он был милым. Каким же... Идиотка! Он хотел меня убить. Из глаз текут слёзы, но я не позволяю себе разреветься. Нет. Сначала нужно понять, где я, и как отсюда выбраться. Сползаю с кровати, ноги дрожат. Оглядываюсь в поисках чего-нибудь, что можно использовать как оружие. Замечаю деревянную табуретку у стены. Хватаю её. Она тяжёлая достаточно, чтобы оглушить. И тут я слышу мужские голоса. Один низкий и спокойный, другой более резкий и взволнованный. Они говорят за дверью, и я не могу разобрать слов, только интонации. А затем слышу хлопок двери, кто-то ушёл и тот другой, идёт к сюда! Слышу приближающиеся шаги. Замираю. Сердце пропускает удар, а потом начинает биться так часто, что, кажется, сейчас выпрыгнет из груди. Быстро, стараясь не шуметь, встаю за дверью. Поднимаю табуретку, готовясь ударить. Ручка поворачивается и дверь открывается- Сера, ты.. Я не даю договорить. С криком замахиваюсь табуреткой и бью что есть силы. Но не попадаю. Табуретку перехватывают сильные руки, ловко и резко, будто это не тяжёлое дерево, а пушинка. А в следующий миг меня уже прижимают к чьей-то груди. Так крепко, что я чувствую каждый мускул и тяжёлое дыхание, а ещё и этот запах... Кай. Мой Кай! Табуретка выпадает из моих рук, с глухим стуком падает на пол. А я вцепляюсь в его футболку, зарываюсь пальцами в ткань, потому что боюсь, что если отпущу, он исчезнет. Или я исчезну. Или это всё сон. Всхлипы вырываются из груди раньше, чем я успеваю их сдержать. Громкие и отчаянные, они сотрясают всё тело. Я рыдаю, уткнувшись лицом ему в грудь, и нє могу остановиться. - Т-ш-ш-ш, - Кай гладит меня по голове, его пальцы перебирают мои кудри, путаются в них. - Тихо, клубничка. Всё хорошо. Ты в безопасности. Я здесь. Он говорит что-то ещё. Я не разбираю слов, только слышу его голос, чувствую, как вибрирует его грудь, как ровно бьётся сердце под моей щекой. И это успокаивает. Я думала… - всхлипываю я, поднимая на него мокрое от слёз лицо. думала, что меня снова похитили. Думала, что Я… Нет, - перебивает он мягко, и его руки сжимаются крепче. - Нет, Сера. Ты у меня дома, в моей комнате. Но как?.. Я пришёл вовремя. Не переживай, этот ублюдок больше тебя и пальцем не тронет. Ты больше никогда его не увидишь, - говорит он тихо, и в голосе слышатся нотки злости. Но почему?.. Я расскажу тебе потом всё, что захочешь. Пока не время, хорошо? Киваю и снова утыкаюсь в его грудь. Хорошо, главное, что он спас меня... Кай наклоняется, и его губы касаются моего лба, потом щеки. Кончика носа. Уголков губ. Сейчас, в эту минуту, мне плевать на Стива. Плевать на то, кто он и зачем это сделал. Есть только Кай. Мой альфа!.. Я тянусь к нему сама. Не жду, пока он поцелует меня первым. Обхватываю шею руками, притягиваю ближе и целую жадно, вкладывая в этот поцелуй весь свой страх, всю свою боль и благодарность за то, что он снова меня спас. Кай отвечает мгновенно. Его руки скользят с моей талии на спину, прижимают меня к себе ещё крепче, вдавливают в его тело так, что я чувствую каждый мускул. Поцелуй становится жарче, и я чувствую, как его язык проникает в мой рот, сплетается с моим, исследует каждый сантиметр. Вбирает меня всю без остатка. Он Целует так, будто хочет выпить меня до дна. Будто каждый миг без меня был пыткой. Не уходи, - шепчу я, когда он отрывается от моих губ, чтобы дать мне глотнуть воздуха. Голос срывается, дрожит, потому что внутри меня всё ещё живёт тот липкий ужас. - Пожалуйста. Не оставляй меня одну. Не уходи. Кай смотрит на меня. Его серые глаза потемнели, в них плещется что-то тёмное, но в то же время такое нежное, что у меня перехватывает дыхание. - Я никуда не уйду, - говорит он хрипло, почти рычит. - Я буду рядом. Тяну его за собой к кровати. И он идёт, не сопротивляется. Позволяет увлечь себя, уложить на постель и нависнуть сверху. Его бёдра вжимаются в мои, и я чувствую, как он возбужден, как сдерживается из последних сил. Мои пальцы дрожат, когда я касаюсь его лица. Провожу по скулам и губам. Он такой красивый. Боже, дух захватывает. - Кай, - шепчу я, и в этом одном слове столько всего, что я не могу выразить. Не знаю, что со мной происходит в этот момент, но я хочу почувствовать его всего.- Клубничка, - отвечает он, и его голос срывается. Кай целует меня нежно, но в этой нежности столько жара, что он прожигает меня насквозь. Его язык скользит по моей нижней губе, дразнит, заставляет приоткрыть рот, и я подчиняюсь. Впускаю его глубже. Позволяю ему вести, потому что он знает, что делает. Его руки блуждают по моему телу с какой-то голодной нетерпеливостью. Я выгибаюсь под его прикосновениями, потому что они обжигают. Можно? - спрашивает он, замирая. Да, - выдыхаю я. Срываю с него футболку. Сама! Представляете? Мои пальцы путаются в ткани, дрожат, но я справляюсь, дёргаю и рву. И вот она летит на пол, открывая его торс. Широкие плечи, рельефные мышцы, твёрдая грудь, которую я помню на ощупь, по тем дням в подвале. Я провожу ладонями по его животу, и чувствую, как под моими пальцами перекатываются мышцы. Как он напрягается от каждого прикосновения. Кай стягивает с меня пижамную рубашку, и вот я перед ним обнажена по пояс, смущённая и горящая от стыда, но не прячусь. Не прикрываюсь. Потому что это он, тот самый парень, которого я полюбила, даже не зная, как он выглядит. Взгляд Кая скользит по моему телу медленно снизу вверх. Задерживается на груди, на вершинках, которые затвердели от холода. - Ты прекрасна, - шепчет он хрипло. - Самая красивая. Моя. Целует мою шею и ключицы жадно, оставляя влажные следы, покусывает, облизывает, будто пробует на вкус. Опускается ниже к груди, и я выгибаюсь, когда его губы находят вершинку. Легко прикусывает, проводит языком, обводит кругами, и из моей груди вырывается стон. Такой громкий и неприличный, что я на мгновение теряюсь. Кай поднимает голову, смотрит на меня и довольно улыбается. Ещё? - спрашивает, и его палец продолжает дразнить сосок, кружит вокруг. Ещё, - киваю я. Что я такое несу? Ох, Сера... Но я не могу остановиться. Не хочу. Его руки скользят ниже к моим шортам. Сдёргивает их одним рывком. Я помогаю ему избавиться от них, приподнимая бёдра, и вот я уже в одних трусиках, полностью открытая перед ним. Но стыд уходит, когда я вижу, как он смотрит на меня. Таким взглядом, будто я именно то, чего он так давно желал. Кай нависает надо мной, и я чувствую его возбуждение, прижатое к моему бедру. Он трётся об меня, и разносит мурашки по моему телу. - Я люблю тебя, - шепчет он неожиданно, и я дар речи теряю. Замираю под ним, совершенно не зная, как реагировать на эти слова. Но сердце пропускает удар. А потом бьётся так часто, что, кажется, сейчас выпрыгнет. Мы снова сталкиваемся ртами. Целуемся так, будто не виделись с ним тысячу лет. Не помню, в какой момент я оказываюсь без нижнего белья. Все мои мысли улетучиваются, я теряю связь с реальность, особенно когда он доводит меня до исступления, касаясь меня внизу живота. Из меня рвутся стоны, я хочу большего. И получаю это. Он входит в меня медленно. И легкая боль пронзает тело, но затем утихает, сменяясь ощущением полноты, такой правильной, будто он всегда был частью меня. Будто моё тело ждало именно его.- Сера, - стонет он, и его голос ломается. - Ты такая.. Кай не договаривает. Его губы находят мои, и поцелуй становится глубже. Он двигается внутри меня. С каждым толчком всё быстрее и жарче. Я вцепляюсь в его плечи, обхватываю ногами его талию, притягиваю ближе, потому что хочу чувствовать его всего. Царапаю его спину, впиваюсь ногтями в кожу, потому что нужно за что-то держаться. Язык Кая скользит по моей шее, спускается к груди, снова находит сосок, прикусывает сильнее, и я кричу. Громко, и даже не стесняясь. Потому что внутри меня разрывается что-то. Потому что каждое его движение, как взрыв! Как электрический разряд, который пронзает меня от макушки до пяток. Кай. - выдыхаю я. - Пожалуйста. Он ускоряется. Его дыхание становится прерывистым и рваным. Я чувствую, как его мышцы напрягаются под моими пальцами, как он дрожит. Чувствую, как нарастает внутри меня напряжение, и оно пульсирует. Вот-вот готовое взорваться и разнести меня на куски. Я кончаю первой. Волна наслаждения накрывает меня с головой, заставляя выгнуться дугой, вцепиться в него ещё сильнее, закричать его имя в его же плечо. Моё тело содрогается в конвульсиях, сжимается вокруг него, и я слышу, как он матерится сквозь зубы. А следом кончает и он, из груди вырывается утробный рык, такой же, как тогда, в подвале, когда он боролся с собой Кай падает на меня, тяжело дыша. Его вес приятно давит, прижимает к постели. Он утыкается носом в мои волосы и глубоко вдыхает. Только теперь я знаю, что он не задыхается. Просто альфа не может насытиться моим запахом.- Я люблю тебя, - говорит он снова. - Я так сильно тебя люблю, Сера. Ты даже не представляешь. Я тоже... - шепчу я в ответ, признаваясь, и слёзы снова текут по щекам, теперь уже от счастья. :- Я тоже тебя люблю. Он тихо смеется, и его дыхание щекочет мою шею. А затем я чувствую резкую боль на запястье, что заставляет вскрикнуть. Поднимаю дрожащую руку и вижу витиеватый рисунок метки истинности. Метка Кая Мёбиуса... Альфа тем временем, замирает. Я поднимаю на него взгляд. А этот гад улыбается довольный собой. Ведь на его руке тоже расцвёл точно такой же рисунок. Ну вот, теперь ты точно моя, клубничка. Но на всякий случай, помечу тебя ещё и так. - он наклоняется к моей ключице и кусает мою нежную кожу. Кай!.. Глава 42 Кай Просыпаюсь первым. Привычка с тех самых дней, когда каждая секунда была на счету, когда я не мог позволить себе расслабиться, потому что от меня зависела чужая жизнь. Точнее её жизнь Открываю глаза и сразу чувствую Серу. Тепло, лёгкое и такое родное, разливается по каждой клеточке. Сера спит, уткнувшись носом мне в плечо, её кудри разметались по подушке. Она такая маленькая в моих объятиях и хрупкая, бдто сделана из воздуха и света. Будто, и правда, клубничка, которую так легко раздавить. Но я не раздавлю никогда. Смотрю на её ресницы, которые дрожат во сне, на приоткрытые губы, всё ещё припухшие от наших поцелуев. На тени под глазами, ведь вчера она слишком много плакала. Так много пережила. В груди поднимается что-то тяжёлое и злое. Это чувство знакомо до скрежета на зубах. Бессильная ярость, когда кто-то посмел прикоснуться к моему, напугать и причинить боль Когда я ворвался в её комнату и увидел её бездыханную, с посиневшими губами, с руками, безвольно упавшими на кровать... Челюсть сводит от одного воспоминания. В тот момент мир рухнул. Просто перестал существовать. Я успел. Но этот страх до сих пор сидит где-то под рёбрами. Он не уйдёт, я знаю, будет возвращаться каждый раз, когда я не буду видеть её, когда она будет далеко от меня. Делаю глубокий вдох. Запах её волос заполняет лёгкие, и это немного успокаивает и спит в моей постели. Никогда не хочу больше вставать с этой постели, выпускать её из рук, отпускать хотя бы на шаг. Но нужно приготовить завтрак и узнать, что там с тем ублюдком, который посмел поднять на неё руку. Осторожно, стараясь не разбудить, встаю. Сера что-то бормочет во сне и поджимает губы, будто обижается, что я ушёл. Уголки моих губ сами поднимаются. Какая же она милая. Наклоняюсь, касаюсь губами её лба и нежно целую. Она вздыхает и зарывается лицом в мою подушку. Вдыхает мой запах. Это зрелище вызывает что-то первобытное в груди. Будто бы удовлетворение. Альфа внутри довольно скалится, видя, что его запах успокаивает её. Накидываю штаны и выхожу из комнаты, тихо прикрывая дверь. Кухня у меня большая и светлая, даже несмотря на раннее утро. В голову возвращаются воспоминание о том сыром подвале. Её дыхание, такое робкое и испуганное в первый день. Потом она начала говорить. И я, как дурак, не смог уйти. Вспоминаю, как смотрел на неё тогда. Она спала так же, поджав губы, свернувшись клубочком на матрасе. Я сидел в кресле и не мог отвести взгляда. Даже когда темнота скрывала её черты, я всё равно видел каждую родинку на её шее. И то, как она шевелила губами во сне, будто продолжала разговаривать с кем-то. Думал, сойду с ума. Но это сейчас понимаю, что уже сошёл. С первого вдоха, когда её запах ударил в голову, затуманил разум и заставил забыть обо всём. - Чёрт, - выдыхаю, потирая лицо ладонями. Кофеварка издаёт финальный звук, и я наливаю себе чашку чёрного кофе, который хоть немного прочищает мозги. Достаю телефон. Пока готовил, пропустил несколько сообщений. Хорошо, что не звонки, значит, ничего срочного. Но всё равно пальцы сами открывают чат с моими ЛюдЬми. Читаю по одному, и с каждым прочитанным словом внутри закипает та самая ярость, которую я едва сдерживал прошлой ночью. Двадцать два года. Третий курс. Прибыл в академию два года назад. До этого учился в закрытом колледже на севере. Рекомендательные письма подделка. Настоящие документы уничтожены. Личность установлена. Настоящее имя Стивен Лиам. На его жёстком диске нашли тысячи моих фотографий. Файлы датированы задолго до его появления в академии. Он следил за мной как минимум последние два года. Знал график, привычки, круг общения. Когда появилась Сера Вэйлис, его план изменился. Читаю и чувствую, как холодный пот выступает на спине. Два года. Этот сукин сын два года следил за мной. А я ничего не замечал. План у него был прост. Хотел убить Серу Вайлис и подставить меня. Всё улики вели бы на меня. Мы ведь из враждующих кланов. И эти ублюдки как-то узнали, что именно клан Мёбиус замешан в недавнем похищении. Телефон хрустит в моей руке, от этого по экрану пошла трещина. Чёрт. Расслабляю пальцы, ставлю чашку на столешницу. Нужно успокоиться. Иначе разнесу всю кухню. Читаю новое сообщение от своего человека: «Мы его уже раскололи. Сначала ломался, но после нескольких часов перестал притворяться. Всё рассказал. Кто стоит за ним, кто спонсирует всю эту операцию, кто приказал следить за тобой. Это ваш дядя, стороны матери. Мистер Джо Карсон. Он во всём замешан. И похищения женщин и детей в городе, и стравливание кланов. Он хотел ослабить и Мёбиусов, и Вэйлисов, чтобы захватить власть» Мой дядя... Старший брат моей матери. Да как он мог? После того, как посещал семейные ужины, дарил мне подарки на дни рождения и гладил меня по голове, называл будущим главой клана. Сжимаю челюсть так, что зубы скрипят. Хочется крушить всё вокруг, но я не могу, потому что Сера спит в соседей комнате. Потому что если я начну крушить всё вокруг, она испугается. Проснётся. Увидит меня таким и, возможно, испугается уже меня. Беру телефон в другую руку, смотрю на поцарапанный экран. Пишу короткий ответ: «Информацию передал дедушке и мистеру Вэйлису? » Ответ приходит мгновенно: «Да. Они уже ищут его. Объединённая операция. Впервые за сотню лет Мёбиусы и Вэйлисы работают вместе.» Усмехаюсь. Ирония судьбы. Война, которая длилась десятилетиями, закончится из-за меня и моей клубнички. Из-за того, что я украл её, чтобы навредить, а в итоге полюбил. Так, что мир перевернулся. Дописываю сообщение: «Держите его. Я приду позже. Допрошу лично» «Какие планы на ублюдка?» Отвечаю: «Пока пусть живёт. Когда закончим с дядей - тогда и разберусь» Откладываю телефон. Беру яйца и молоко из холодильника. Буду делать оладьи, она говорила в подвале, когда я приносил ей еду, что любит их. Она болтала без умолку, не зная, что каждое её слово врезается в память намертво. Я с самого начала знал, что с этим типом что-то не так. Слишком правильный этот Стив. Альфы не бывают такими. В каждом есть что-то первобытное и животное. Даже в самых спокойных. А в нём ничего. Только маска, за которой скрывается монстр. Я приказал своим людям следить за ним, когда заметил, как он кружит вокруг Серы. Меня бесило, что он к ней приближается. Но тогда я и представить не мог, что он планирует. А когда понял о его намерениях, бежал со всех ног. Дверь я выбил с ноги, потом увидел её и подушка всё ещё прижата к лицу, и этот ублюдок сидит рядом и смотрит на неё с каким-то... удовлетворением. Я чуть не убил его на месте. - Кай... - слышу тихий, сонный голос за спиной, что вырывает меня из кошмара. Сера стоит в дверях. Моя рубашка, которую я надел на неё вчера перед сном, висит на ней как платье, сползает с плеча, открывая ключицу и ту самую метку, что я оставил. Волосы растрёпаны, глаза ещё слипаются от сна, но она улыбается. Так светло и доверчиво, что у меня перехватывает дыхание.- Ты чего встал так рано? - она трёт глаза и зевает. - Иди ко мне. Голос хриплый и такой родной, что в груди разливается тепло. За секунду пересекаю кухню, подхватываю её под бёдра и усаживаю на столешницу. Серу это нисколько не пугает, она только смеётся и обхватывает мою шею руками, притягивает ближе. Доброе утро, клубничка, - шепчу, касаясь губами её носа. Доброе, - выдыхает она. Целую её нежно, покрываю поцелуями лицо и шею. Не могу поверить в то, что держу её в своих руках. Соскучилась, шепчет она в перерыве между поцелуями. Я тоже, - рычу в ответ, потому что слов больше нет. Она теперь моя истинная. Не просто девушка, которую я полюбил. Она часть меня отныне и навсегда. Глава 43 - Вот же ублюдок! Я его убью! - в жгучей ярости кричит отец и чуть не ломает свой дубовый стол. А он самое крепкое, что есть в его кабинете. И на данный момент единственное, что выдерживало его злость. И, кажется, это ненадолго. Потому что он мечтает сейчас разбить, одну мою любимую синеволосую голову об этот самый стол. Ох, видели бы вы его в тот момент, когда я только приехала домой. Папа сразу учуял запах Кая и едва с ума не сошёл. Хорошо, что мама его успокоила в этот момент. Пап, послушай….. Нет, Сера! Он обещал тебя защищать, а не... - резко жмуриться и начинает тереть переносицу, похоже, отец пытается сдержать себя как может. - Я просто его убью. Он встаёт с кресла и направляется на выход. Либо сейчас я расскажу ему правду, либо моему истинному точно конец. - Пап, он мой истинный! - голос меня, конечно, подвел. В конце совсем стал пищащий. А тяжёлый взгляд отца буквально расплющил меня по полу. Ой, куда бы спрятаться от него. Я сама настояла сказать своим родным по отдельности эту новость, и желательно каждый сам. Но не думала, что это окажется так сложно. Кай до последнего не соглашался. Но я просто боялась, что отец ему даже слова сказать не даст, а просто убьет на месте. Как он, по сути, сейчас и хотел сделать. Хотелось мне сказать это мягко и осторожно? Да! Я и пыталась, объяснить, что я его люблю и он самый... лучший. Но, видимо, меня занесло, не туда. Я слишком долго пела дифирамбы своему Каю и забыла, что отец у меня не славится терпением. И вот В итоге я буквально выкрикнула то самое, что могло его остановить.- Покажи, - на рычащем выдохе проговаривает отец и уже сам хватает меня за руку и закатывает рукав блузки. И тут такой спектр эмоций у отца пробежал, словно комета. От безысходной ярости, отвращения и в конце до вселенского усталого принятия ситуации. Что я уже хотела истерично смеяться. Так как впервые вижу такую яркую, кривляющуюся мимику у него. Ну, или точнее, как его покорёжило. Он осторожно садится, будто ноги его уже не держат, в ближайшее кресло, и прикрывает глаза ладонью. Выдох выходит настолько всемирно уставшим и безнадёжным, что во мне даже тревога образовывается. Такое ощущение, что конец света случился, а не метка истинности появилась. Это ведь такая редкость и чудо встретить своего истинного. Сера... ну почему ОН?! А я откуда знаю? - пожимаю я плечами и уже начинаю даже посмеиваться над его вздохами и трагедией, что он тут разводит. Ну да - внук заклятого врага. Есть такое. Ну да - молодой и бесячий. Кстати, к слову, меня он ни капельки не раздражает. Теперь... когда мы все выяснили и вообще он чудо.- Вот чуяло мое сердце, что нельзя этому гадёнышу доверять. Ой, нельзя было... Такой драмы отец точно еще не разводил. Наверно, как родителя мне и правда его жалко, но я счастлива и не могу этого скрыть, поэтому просто сижу и улыбаюсь, прикусывая губу, чтоб уж совсем счастливой не казаться. А я смотрю ты довольная, - ворчит он. Ага. Очень, - киваю и иду обнимать своего папочку. Я его очень люблю, знаю и он меня тоже, и возможно, полюбит и Кая. Наверно... Ну хотя бы больше не захочет его убивать. Я и этому буду рада.- Как воспринял отец эту новость? Стоит услышать голос своего истинного, как я растекаюсь лужицей и улыбка за ней. Падаю на подушки и зарываюсь в них. Я дома. Это и приятно и я рада, но... я скучаю. Очень и сильно. Кай сейчас тоже дома. Только что разговаривал с дедом. - Ну-у-у, в восторге он не был, но увидев мое довольное лицо, тяжело выдохнул и сказал, - я прочищаю горло, чтоб с имитировать голос своего папы: - " Ладно. Но если он тебя обидит, я ему все жизненно важные органы вырежу". Он не совсем так сказал, но я постаралась сократить эту тираду и смягчить ее. Кай на той линии прыскает и лениво выдыхает. За это может не переживать. Максимум, что я могу сделать - это съесть свою клубничку. Смеюсь в подушку, заглушая звук. А что сказал твой дедушка? - начинаю мять подушку руками от тревоги. В ожидании его слов. Сказал, что ты самая милая девушка, которую мог создать этот мир Как мило. А теперь, серьёзно. Ну, а если серьёзно... Слышу шуршание и его тяжёлое дыхание. Будто он куда-то лезет. И эти звуки полностью перебивают его слова.- Ты где? - сажусь на кровати и зачёсываю рукой волосы назад. А то мои непослушные кудри совсем рассыпались в разные стороны. Стук по моему окну и я чуть не визжу, выронив телефон из рук. Кай держится за трубу, что проходит возле моего окна и стучится костяшками по стеклу. Сумасшедший! Подбегаю и тут же распахиваю окно. Ты как смог пройти мимо охраны и камер и вообще. Тише, клубничка, не паникуй, - смеётся он и влезает через окно, садясь на подоконник. Хватает меня за талию и тут же вбивает резко в своё тело. А у меня дыхание перехватывает. Не даёт даже вздохнуть. Тут же меня целует. Я соскучился... - говорит мне прямо в губы, продолжая целовать дальше, просто уже не мог терпеть... Оказывается, два дня без тебя, это так много. Я улыбаюсь и целую. Сердечко просто порхает, словно крылья бабочки, и вообще я вся становлюсь невесомой. Это такое щекочущее чувство, где-то там внутри живота разгорается, что вместо воздуха, нужен только он. Рада, что он пришел, самой уже выть охота было. Его рука забирается под спальную рубашку и обжигает кожу. Я пишу прямо ему в губы и хватаюсь за его плечи, пытаясь отстраниться. Моя здравая часть, вспоминает, что мы как бы у меня дома и через пару комнат, спят мои родители Подожди, - шепчу я, под моими попытками его оттолкнуть. Я бы это назвала даже не попытки, а отчаянное сопротивление. Он поддаётся и, наконец, выпускает меня. Ты на вопрос не ответил, что сказал твой дед? - хватаюсь за сердце и пытаюсь выровнять дыхание. Вот же сумасшедший. - Сера, я сговорчивей, если ты будешь сидеть у меня на коленях и целовать. Обещаю сразу все рассказать. Хмыкаю. Беру свой стул, что стоит возле письменного стола и ставлю напротив него. Залазаю и с высоты этого стула скрещиваю руки на груди, требуя ответа. Он смеётся и встаёт с подоконника. Блин. Какой же ты высокий всё же. Я даже на стуле выше его всего на голову. Его ладонь касается лодыжки. Я вздрагиваю и на лице удерживаю невозмутимый вИД.- Чуть поворчал, но против метки истинности, даже он пойти не может. Его рука медленно начинает вести вверх по ноге, оставляя огненные фантомные следы. От которых, потом ещё мурашки разбегаются по телу и будоражат меня изнутри. Что спокойной быть становиться все тяжелее и тяжелее. Когда его рука доходит до бедра, то обхватывает ее и силой сжимает. Ох! Боже, дай мне сил. Но слабый стон из меня всё же выходит, вместе с воздухом. - Так что тебе не стоит переживать. Начинает делать то же самое со второй моей ногой. И все это не отрывая от меня зрительного контакта. Боже, как же это будоражит. Что я уже вся вибрирую. И моя позиция быть сверху, выше него, никак не работает. А по-моему ему лишь нравится, вот так на меня смотреть. Лишь бы со стула не упасть. Но я ему все равно не нравлюсь, и он не примет меня, да? - еле проговариваю это, сдерживая рвущийся стон. Я тебя люблю. На остальное наплевать. Резко хватает меня за бедра и закидывает себе на плечо. Я зажимаю рот рукой. чтоб не закричать. Он чуть ли не бросает меня на мою же кровать и нависает сверху. Теперь передо мной только его глаза, локоны, что спадают короткой чёлкой. Синева кончиков и всё. Мир сузился до нас и наших чувств. Глава 44 Мир сузился до нас двоих. До его серых глаз, в которых плещется что-то тёмное и бесконечно нежное одновременно. Губы Кая находят мои, жадные и голодные, будто мы вечность не виделись. Его руки, что уже пробрались под мою пижамную рубашку и гладят кожу на животе, поднимаются выше к рёбрам, и я выгибаюсь под ним, потому что каждое прикосновение, как электрический разряд Кай... шепчу я в его губы, но он не даёт мне договорить. Его язык проникает в мой рот, сплетается с моим, и я забываю, как дышать. Пальцы сами собой зарываются в его волосы. Я помню, как впервые ощупывала их в темноте подвала, пытаясь представить, как он выглядит. Тогда я не знала, что это он. А теперь знаю... Его волосы пахнут чем-то хвойным и свежим. Я втягиваю этот запах, заполняю им лёгкие, и он остаётся там, смешиваясь с моим собственным. Кай стонет, когда я слегка оттягиваю его пряди, и этот звук вибрирует где-то в его груди, передаётся мне, заставляет сердце биться ещё чаще. Ты сводишь меня с ума, - выдыхает он, отрываясь от моих губ, чтобы тут же припасть к шее. Его губы горячие и влажные, оставляют дорожку поцелуев от подбородка к ключице. Я запрокидываю голову, потому что это слишком. Потому что каждый миллиметр, которого он касается, начинает гореть.- Клубничка... - шепчет он, и его дыхание опаляет кожу. А потом я чувствую, как его зубы слегка прикусывают нежную кожу на шее, и из моей груди вырывается приглушённый стон. Я тут же зажимаю рот ладонью, потому что мы не одни. Потому что через пару комнат спят мои родители, и если они нас услышат. Кай убирает мою руку, переплетает наши пальцы и прижимает их к постели над моей головой.- Не надо, - шепчет он мне в губы. - Хочу слышать тебя. С ума сошёл? - выдыхаю я, но он уже снова целует меня, и все возражения тают. Его свободная рука скользит по моему телу, спускается с рёбер на живот, забирается под резинку пижамных шорт. Я вздрагиваю, когда его пальцы касаются меня там, сводя с ума.- Кай... - его имя срывается с губ вместе с тихим всхлипом. Он улыбается довольно, и его пальцы начинают вырисовывать круги, медленно и дразняще. Я выгибаюсь под ним, впиваюсь ногтями в его плечо. - Ты такая чувствительная, - шепчет он. Я хочу сказать что-то в ответ, но не могу. Потому что его пальцы двигаются быстрее, надавливают сильнее, и внутри меня нарастает напряжение. Такое же, как тогда, когда он впервые вошёл в меня. Такое же острое, невыносимое и сладкое - Люблю тебя, - шепчет он. - Так сильно люблю, Сера. Его губы снова находят мои. Пальцы Кая продолжают двигаться, и я чувствую, как внутри всё сжимается и напряжение достигает пика. Ещё немного, и я... - Cepa? Голос отца разрывает тишину, как гром среди ясного неба. Я замираю. Сердце, которое только что готово было выпрыгнуть из груди от наслаждения, теперь колотится от ужаса. Кай тоже замирает. Его пальцы застывают на месте, и я чувствую, как он напрягается всем телом. Сера, ты не спишь? - голос отца звучит глухо из-за двери. - Я слышал какие-то звуки. Я судорожно пытаюсь сообразить, что делать. Кай смотрит на меня, и в его глазах появляется смесь веселья и паники. Он что, находит это забавным?! Всё в порядке, папа! - кричу я. - Я просто... разговаривала по телефону.- В час ночи? - голос отца звучит скептически. Кай прижимается губами к моему уху, и я чувствую, как его дыхание щекочет кожу. Я разговаривала с Рейной, - говорю я, стараясь вложить в голос как можно больше правдоподобия.- Она звонила, мы просто болтали. Наступает тишина. Задерживаю дыхание, боясь, что отец не поверит. Ладно, - наконец говорит отец. - Но уже поздно. Ложись спать. Спокойной ночи, папа. Спокойной ночи, дочка. Я слышу, как его шаги удаляются, и только тогда выдыхаю шумно и с облегчением. Кай тихо смеётся, утыкаясь лицом в мою шею - Ты в порядке? - шепчет он. В порядке? - я бью его кулачком в плечо. - Ты чуть не довёл до сердечного приступа! Зато интересно, - он поднимает голову и смотрит на меня. В его глазах пляшут чёртики. Тебе-то хорошо, - ворчу я, пытаясь вылезти из-под него. - Ты не боишься, что тебя убьют?- БоЮсЬ, - признаётся он, и его лицо становится серьёзным. - Но ты стоишь того. Я замираю. Смотрю в его серые глаза и вижу в них столько искренности, что у меня перехватывает дыхание. Кай.. Я знаю, - он целует меня в лоб, в щёку, в уголок губ, - что твой отец меня ненавидит. Но я не могу без тебя. Понимаешь? Не могу. Понимаю, - шепчу я. - Я тоже не могу. Мы лежим так какое-то время, и я слушаю его сердце. Тебе пора, - говорю я, хотя внутри всё противится этим словам. Знаю, - он вздыхает. - Но я не хочу уходить. А я не хочу, чтобы тебя убили. Он улыбается. Целует меня в губы коротко, но так, что у меня подкашиваются колени, даже лежа. Завтра? - спрашивает он. Завтра, - киваю я. Свидание? - он приподнимает бровь. Ты не успокоишься, да? Нет. Папа меня с тобой никуда не отпустит, - хмыкаю, наблюдая за реакцией. Я буду умолять, - улыбается. Смеюсь, и он смеётся вместе со мной. А потом я помогаю ему выбраться через окно. Он ловко спускается по трубе, и я смотрю на него с высоты. Мой синеволосый и наглый, невозможный Кай. • Спокойной ночи, клубничка! - шепчет он, прежде чем исчезнуть в темноте.- Спокойной ночи, - отвечаю я, хотя он меня уже не слышит. Закрываю окно, падаю на кровать и улыбаюсь в потолок. Так и засыпаю с улыбкой на лице. А утром я просыпаюсь от того, что солнце светит прямо в глаза. Не помню, когда в последний раз спала так крепко. И когда просыпалась с такой улыбкой. Потягиваюсь в постели, и мои мысли тут же возвращаются к прошлой ночи. К тому, как он смотрел на меня... Боже, как же я его люблю. Даже страшно признаваться себе в этом вслух. Вскакиваю с кровати, бегу в душ. Надо привести себя в порядок. Ведь сегодня будет хороший день. Я чувствую это. Когда я спускаюсь вниз, мама уже на кухне. Она печёт блины, и весь дом пахнет детством и уютом. Мама не часто готовит сама. Доброе утро, мамочка! - целую её в щёку. Доброе утро, соня, - улыбается она. - Выспалась? Очень, - киваю я и сажусь за стол. Отец пьёт кофе и читает какую-то газету, глянув на меня, чуть нахмурившись. Блин, надеюсь, не догадывается... После завтрака я поднимаюсь к себе, чтобы переодеться. Стою перед зеркалом и рассматриваю свою метку истинности на запястье. Витиеватый рисунок, который появился в ту ночь. Знак того, что мы с Каем принадлежим друг другу. Что бы ни случилось, что бы ни думали наши семьи. Провожу пальцами по этому узору и улыбаюсь. - Скоро увидимся, - шепчу я, будто он может меня услышать. Слышу, как к нашему особняку подъехала машина. Сердце пропускает удар. Неужели? Выбегаю из комнаты, лечу вниз по лестнице, чуть не сбив С НОГ дворецкого.- Простите! - кричу на бегу и распахиваю входную дверь. На пороге стоит Рейна. - Сера! - она улыбается, и я бросаюсь к ней. Обнимаю так крепко, что она охает. Зарываюсь лицом в её рыжие волосы. Вдыхаю её запах, она пахнет цветами и ещё чем-то домашним. Ты приехала! - кричу я, отстраняясь, чтобы посмотреть на неё. - Ты, правда, приехала! Правда, - смеётся Рейна. Я смотрю на её зелёные глаза, и в них пляшут искорки. Она ни капельки не изменилась. Давно я тебя не видела, - говорю я и провожу пальцами по её волосам, заправляя прядь за ухо.- Давно, - кивает она. - Но я скучала. - Я тоже! - снова обнимаю её. - Так скучала, ты даже не представляешь! Так рада, что она приехала, что мы сможем поговорить. Что я смогу рассказать ей о Кае. О нас. О том, что случилось... Ox! Рейна всегда умела слушать. И она точно поймёт. Мы поднимаемся ко мне в комнату, и я закрываю дверь. Ну, рассказывай, - говорит она, садясь на мою кровать. - Что тут у тебя происходит? Грэй мне ничего не говорит, только ворчит, что я слишком много знаю Я смеюсь. Представляю своего братца вечно недовольного, хмурого. Но Рейна умеет его разряжать. Она единственная, кто может заставить его улыбнуться. Много чего происходит, - вздыхаю я и падаю рядом с ней на кровать. - И я не знаю, с чего начать. Начни с самого главного, - советует Рейна. Я смотрю на свою метку истинности на запястье, потом на неё.- Я встретила своего истинного, - говорю тихо. - И это... Кай Мёбиус Рейна замирает. Смотрит на меня широко раскрытыми глазами. Внук Адалора Мёбиуса? - переспрашивает она шёпотом. Он самый, - киваю я. Она молчит какое-то время. А потом улыбается. И как тебе это удалось? - спрашивает она. - Влюбить в себя врага? Это долгая история, - вздыхаю я. - И очень запутанная. А мы никуда не спешим, - Рейна берёт меня за руку. - Рассказывай. И я рассказываю. Всё с самого начала. Рейна слушает, не перебивая. Только иногда вздыхает и качает головой.- А что отец? - спрашивает Рейна.Пока не в восторге, - признаюсь я.- Но я надеюсь, что со временем он привыкнет. У вас появилась метка, и это значит, что ваши чувства друг к другу взаимны. Помню, когда наша метка с Грэем появилась, я так испугалась... Я не хотела этого, и даже пыталась найти способ от неё избавиться. Ведь, ты знаешь, что между мной и Грэем произошло... - вздыхает. Знаю, - киваю я, вспоминая те ужасные дни. Моего братца Грэя ввели в заблуждение, и он подумал, что Рейна предательница, которую подослали, чтобы навредить нашей семье. Брат плохо с ней поступил, а после выяснилось, что Рейна ни в чём не виновата... Ох. Только поздно было всё налаживать, и она уехала. А брат целых полгода пытался в себя прийти, и всё-таки не смог отпустить эту девушку. Поехал за ней. И правильно сделал! Их чувства всегда были искренними, и метки на их запястьях это доказывают. Как же хорошо, что наша история с Каем не настолько жестоко. Да, были тёмные моменты в самом начале, но мы всё преодолели. Почти всё. Осталось только нашим семьям сесть за стол переговоров. Чувствую, что это будет непростой разговор… Глава 45 Я говорила, что разговор предстоит не из лёгких? Так вот, он проходит еще хуже, чем я думала. Уже ощущаю, как ком в горле давит на трахею и перекрывает мне воздух, а сердце скоро не выдержит эти скачки кто лучше, а кто хуже, и просто остановиться, не добежав даже до финиша. Беру дрожащей рукой стакан с водой и делаю медленные глотки. Стараясь успокоиться. Но, чёрт возьми, это ни капли не помогает. Глава клана Мёбиус резко стучит рукой по столу, что не только стол затрясся, но и я вместе с ним дёргаюсь и проливаю пару капель мимо рта. Они тут же попадают на синюю блузку и пропитываются. Так быстро, будто это было неизбежно, как и этот разговор. Кай тут же хватает меня за ту руку, где стакан и забирает его у меня, галантно подав салфетку. По-моему, во всём этом хаосе весело только ему. Потому что он единственный, кто здесь ни капельки не напряжен, и вообще, если смотреть на него постоянно, кажется, что его даже это всё забавляет. Это вообще-то вы выкрали мою любимую дочь! Ещё и пытались шантажировать! не выдерживает мой отец после выходки деда Кая и тоже повышает голос на его злой стук и выпад.А она соблазнила моего ЕДИНСТВЕННОГО внука и наследника всего клана Мёбиус. И чертовски умело им крутит! - чуть не плюётся злой слюной Адалор. Это надо же! Соблазнить парня, сидев на цепи, и в тёмном помещении! - Бурно жестикулирует глава клана Мёбиус и садиться обратно на свой стул. Сверля моего отца своими, уже доведённые до пика гнева, глазами.- Это ТВОЙ ВНУК, первый полез к моей дочери! Ещё и выпросил у меня, чтобы я её в эту чертову академию отправил! Клялся, что ради защиты. А сам! Ну, все, мой отец тоже на пике своего гнева. Воздух в нашей огромнейшей столовой не просто накалён за столом. Тут, скорее углекислого газа больше, чем кислорода. Видно, как другие члены семьи тоже сидят не в восторге и жутко напряжены. Лица такие, словно они в клетке заключённого, но в данном случае уйти также не могут и сказать тоже, а то попадут под горячую руку.- Да, что с твоей дочки взять-то!? А! Маленькая, кудрявая, благо, что только омега, но из семьи Вэйлис! - дед Кая поднимает руки вверх, будто молится небесам, а потом снова резко бьёт по столу. А чего тогда твой щенок бегает за моей кудряшкой? - самодовольно лыбится отец и даже гордо говорит слово "кудряшка", да такой довольный становится, будто это Кай за ним тут ухаживает. Мне даже чуть смешно стало, но я сдержалась и быстро опустила голову вниз. Скажи, забавные наши родственнички. Любят друг друга до невозможности. Скучали, видно, - шёпот Кая как раз находит меня в тот самый момент, и я снова сжимаю губы сильней, чтоб теперь точно не засмеяться. Где ты там любовь увидел? - шепчу ему в ответ. Ну, ты только глянь, как они бурно общаются. Наверняка такого им не хватало. Ой, Кай, не вижу я тут ни капли тепла, ну да ладно. Так хоть немного атмосферу разрядил он мне. Да, она же ему голову заморочила! - тычет пальцем Адалор по своей голове. Выпучив глаза, будто мой отец не понимает очевидного. На этом моменте он поворачивается к нам, и Кай поднимает руку с меткой истинности, причём ещё пальчиком на нее указывает. Будто посмотри, деда, тут уже без вариантов. Мирись, давай. У Адалора проходится жуткая тень по лицу. Он медленно опускает плечи и будто становится меньше, и взмахом руки останавливает только начавшего говорить моего отца. - Погоди, Вэйлис, - намного спокойней проговаривает глава клана Мёбиус. Отец тут же замечает перемену и правда замолкает. С подозрением смотря на него. Я не в восторге от твоей дочери. Адалор... - с рыком перебивает его отец. Погоди, дай договорить, - просит его Мёбиус, - Но мой внук сидит здесь, как начищенная кастрюля и сияет. И всё это благодаря ей, - делает лёгкий кивок в мою сторону. - А я уж сильно люблю своего наследника. И готов зарыть топор войны, - протягивает ему свою руку. Отец хмурится пару минут, и видно как борется с эмоциями и мыслями в своей голове. Он достаточно суровый альфа, поэтому такое дается ему сложно. Мне, знаешь ли, твой внук тоже в зятья так себе... Он будущий глава клана и самый.. Погоди! - поднимает папа теперь руку перед Мёбиусом, - Дай договорить. Но Сера сказала, что любит его. И вообще считает, что этот синеволосый хитрый гадёныш, самый лучший, - на то, как назвал Кая мой отец, глава клана еще больше напрягся, но все же ничего не сказал, продолжив слушать. - А я люблю свою дочь. Она, правда, еще такая юная, - поворачивается ко мне, и его лицо само собой становится мягким, а искорки в глазах сменяются на тёплые и светлые. Но я и, правда, готов зарыть топор войны. Берёт и пожимает руку Адалора. Свадьбу делают Мёбиусы, - не отпуская руки моего отца, заявляет Адалор. Нет! Вэйлисы. По традиции... Мне плевать на традиции. Это мой единственный внук, и все должно пройти идеально. Ага, чтоб ты потом говорил, что Вэйлисы жмоты. Нет уж, - качает отец головой. И всё это они говорят, продолжая держать друг друга за руку. - Ещё немного и обниматься начнут, - склоняется ко мне Кай и треплет мои локоны возле уха своим шёпотом. Не удерживаюсь и чуть хмыкаю. Ну что могу сказать... Дальше разговор примерно и шёл в таком ритме: они долго ссорятся, спорят, накаляют градус в комнате до предела, а потом всё же приходят к компромиссу. Но без этих страстей никак. Поэтому ужин, который я думала, закончиться к часам восьми, только начал заканчиваться к часам двенадцати. Одно хорошо. Они нас отпустили, разрешив быстро поесть и идти спать. А сами ещё остались. Уж не знаю, что там было дальше. У меня глаза и правда слипались и кроме своей кроватки уже ничего не хотела. Да и перенервничала я знатно. Вначале подготовка к ужину, не спала и переживала. Потом весь день, суета. Ведь это такое событие спустя столько лет в дом Вэйлис приедет клан Мёбиус и не как враги, а как друзья и будущие родственники. А сам ужин вообще так, будто я по раскалённым углям ходила. Но Кай был прав, они и, правда, будто друг друга так любят. Под конец вечера я уже не обращала внимания на очередной их разгоревшийся спор. По сути, все почти ушли спать. За столом остался мой отец, Адалор и сам Кай. Он поцеловал меня в висок, пожелав спокойной ночи А ты не пойдёшь? - нежилась в его руках и уже засыпала. С ним мне всегда так спокойно. Нет. Я прослежу, чтобы эти двое в конце, всё же закончили на хорошей ноте. Буду им как напоминание, что примирение неизбежно. - Скорее как красная тряпка ты для них, - посмеиваюсь. Но так мне и правда будет спокойней. Хотя не знаю, что сможет сделать Кай, если эти двое не на шутку разойдутся. Плетусь в свою комнату как улитка и засыпаю на ходу и поэтому даже на повороте не замечаю, что кто-то стоит, и врезаюсь в это тело. - Ой, простите, я... я... сняло. поднимаю голову, и заикаться начинаю, а сон как рукой Передо мной стоит глава клана Мёбиус. И сверлит меня убийственным взглядом. Ну всё, коленки так подкосились, что я чуть реально не упала. Схватилась за угол стены. Наедине с этим дедушкой мы ещё ни разу не оставались. И вообще, за столом он смотрел на меня всего пару раз и то так, будто я недостойна не то, что его внука.. Даже ногтя. По сути, мы обменялись только приветствиями, поэтому я сейчас жутко напугалась и даже не знаю, что сказать. Видно же, что он меня ненавидит. Мы стоим молча еще несколько долгих минут. И с какой-то момент я вижу, как морщинки вокруг глаз заглаживаются, а вокруг рта углубляются. Он мне улыбается От такой перемены, чуть снова сердце кульбит не сделало. Это так жутко выглядит. - Моему внуку очень везёт, - начинает разговор этот альфа, и вроде нет в голосе угрозы, я почему-то все равно еще стою в позе «бежать и бояться». - Он наследник и будущий глава клана. Один из богатых и сильных альф в нашей стране, - он чуть склоняется ко мне. Хочется дёрнуться, но я понимаю, что эта слабость. А отец говорил, что перед сильными нельзя её проявлять. Поэтому я заставляю себя стоять на месте. Адалор такой же высокий и широкоплечий, как Кай и мой отец. Поэтому я ощущаю себя рядом с ним очень маленькой. Ой, вот бы сейчас стульчик. Хотя думаю, он бы надо мной посмеялся.- И у него теперь ещё есть истинная, - говорит медленно и с расстановкой, изучая мое лицо. - А это великое счастье. Даже немного завидую ему. По-доброму, по-отечески. У меня такого не было. Но я очень рад, что у него будет тыл за спиной, который будет с ним, что бы ни случилось. Это дорого стоит. И снова появляется улыбка, только теперь реально тёплая и добрая, что я расслабляюсь. Я видел, как ты смотришь на него. Такой взгляд - это целая вселенная. Уверен, он не будет тебя обижать. Но он все равно альфа и на самом деле, не такой ласковый и добрый зверь. У него мой характер. А значит, он так же суров и даже жесток. Поэтому, если ненароком обидит, скажи мне вначале, а не отцу. Я сам всю дурь из него выбью. А вы сможете? - ой, нечаянно вырвалось. Мёбиус резко начинает смеяться и выпрямляется. А меня отпускает. Уф... не обиделся.- Ты права, маленькая кудряшка, он давно меня не слушается. Вольный, упрямый и очень сильный. Но не глупый. Отсмеявшись, смотрит на меня с улыбкой, и я решаю тоже попытаться улыбнуться. Для него видимо мои попытки показались забавными, и этот человек поднимает руку и делает то, что я точно не ожидала. Треплет меня по волосам. Я аж в ледышку превращаюсь. Хочу сделать подарок своей невестке. Кай говорил, ты хочешь стать модельером. Да. Нарисуй свадебное платье своей мечты, и каким бы сложным оно ни было, мы его сошьём. Ну и всё к нему прилагающееся. Украшения, туфли, что там ещё? А чулки, бельё... В общем, всё, что нужно к образу. И не стесняйся. Даже если такого украшения не найду, то тоже сделаем на заказ. И не надо дешевить,- сурово показывает мне палец, - Мёбиус не жмоты. И уж свою невестку обеспечим самым лучшим. Это будет мой подарок тебе. Хорошо? Я в шоке, поэтому всё, что я могу сделать, это кивнуть. Он снова тихо смеётся и треплет по волосам. Иди спи, маленькая кудряшка. Спокойно ночи, - тихо пищу я и прошмыгиваю мимо него, держась за свое сердечко. Вот это знакомство, такого знакомство не ожидала. И тут врезаюсь в еще одно тело. Да что ж такое-то, сегодня! Кай стоял за поворотом и подслушивал. Вот всё ему контролировать надо. Хитрющий ты у меня. - А ты что тут делаешь? - скрещиваю руки на груди. Спать пришёл, а тебя нет в кроватке, - обхватывает своим ручищами мою талию и буквально одним рывком вбивает в себя. - Видишь, ты ему нравишься. А ты переживала. Он даже так с моими тётями и мамой не общается тепло. Ты самая младшая и самая любимая будешь в нашей семье. Не успеваю ничего сказать, как этот синеволосый гадёныш целует меня и утаскивает в мою же комнату. Ой, хоть бы папа не узнал.. Глава 46 Кай Уже полчаса стою у чёртовых ворот особняка Вэйлис и просто жду, как мальчишка на первом свидании. Сера сказала, что скоро выйдет, но, кажется, у неё своё понятие о времени. Солнце печёт макушку, но я даже не думаю уходить в тень. Мало ли, вдруг она выглянет в окно и не увидит меня? Решит, что я не приехал, а потом обидится. Моя клубничка умеет обижаться так, что хоть волком вой потом. Усмехаюсь собственным мыслям. Два месяца прошло с тех пор, как мы официально объявили о помолвке, а я всё ещё не могу поверить в своё счастье и в то, что она согласилась, и её отец не придушил меня в ту же ночь. Да и дед не устроил скандал Нет, рву. Скандал, он всё-таки устроил ещё какой. Прикрываю глаза, и передо мной встают те события. Чёртов Стив, этот ублюдок, который посмел поднять руку на мою Серу. Когда мы вытащили из него информацию, я был готов разорвать его голыми руками. Не просто убить, а именно разорвать, заставляя его пожалеть о том дне, когда он родился на свет. Но дед сказал, что нельзя. Ты не палач, Кай, - голос Адалора Мёбиуса гремел в кабинете, когда я рвался в подвал, где держали Стива. - Ты будущий глава клана. И твои руки не должны быть в крови, если есть законный способ наказать этого выродка. Мне плевать на закон! - рычал я. - Он чуть не убил её! Мою истинную! Если бы я опоздал на минуту...Но ты не опоздал! И она жива. И теперь в безопасности. А этот... - дед скривился, будто имя Стива жгло ему язык, - ответит по всей строгости закона. Тюрьма и пожизненное. Поверь, там ему будет хуже, чем от твоей руки. Я не поверил тогда. Знал, что ублюдок заслуживает только смерти. И хотел подарить ему эту смерть сам. Но вмешался и отец Серы. Сильвер Вайлис, который ещё неделю назад не мог смотреть на меня без ненависти, сказал, оставить его правосудию и так будет правильнее для всех. Но я видел, что он говорит это нехотя. В глазах его стояла та же ярость, что и в моих. Он сам хотел его смерти. И я... я согласился. Потому что понял, что они правы. Слишком много тёмной крови на мне уже есть. Не хватало ещё, чтобы моя клубничка потом смотрела на меня с ужасом. Поэтому Стива посадили в тюрьму строгого режима пожизненно, без права на досрочное освобождение. Его жалкое тело охраняют круглосуточно на тот случай, если кто-то из кланов захочет с ним поговорить. А вот с дядей вышло иначе... Джо Карсон, старший брат моей матери. Человек, которого я помнил с детства. Он же годами стравливал наши кланы. Организовал похищения детей и девушек в городе, чтобы свалить всё на Вэйлисов. Подставил отца жены Грэя, старшего брата Серы. Чуть не убил мать Серы. И в конечном счёте едва не развязал полноценную войну между Мёбиус и Вэйлис. И всё ради власти. Когда дедушка узнал правду... Я никогда не видел его таким. Он постарел на десять лет за одну ночь. Глаза потухли, плечи опустились, голос стал тихим и надломленным - Я вырастил змею на своей груди, - сказал он тогда. - Согрел её своим теплом, а она ждала момента, чтобы ужалить. Дед не стал передавать дядю в руки правосудия, не потому, что хотел его защитить, а потому, что суд клана вот истинное наказание для такого, как он. Собрали совет старейшин. Я присутствовал. Смотрел, как Джо Карсон, этот высокомерный ублюдок, пытался оправдываться, врать и выкручиваться. Говорил, что хотел как лучше, и что клан должен принадлежать сильнейшему. Дед слушал молча. А потом вынес приговор. - Джо Карсон, - голос Адалора был спокоен, но я чувствовал мороз по коже от его голоса, - за измену роду, убийства невинных, покушение на жизнь альфы и его истинной... Я лишаю тебя всего. Ты изгнан из клана навсегда. Джо побелел как мел. Открыл рот, чтобы что-то сказать, но дед поднял руку. Это не всё. Ты ответишь и перед законом этой страны. Ты сгниёшь в самой страшной тюрьме, и никто не придёт тебя спасти. Мысли возвращаются в настоящее. Открываю глаза и снова смотрю на ворота особняка Вэйлис.- Выходи уже, клубничка, - бормочу себе под нос. - Я скучал. И тут слышу шум мотора. Поворачиваю голову и вижу, как к воротам подъезжает чёрный внедорожник. И я знаю, кому она принадлежит. Дверь открывается, и из внедорожника выходит Грэй Вэйлис. Я знал, что рано или поздно мы встретимся. Но не думал, что вот так, с утра пораньше, у ворот его дома, когда я жду его младшую сестру. Он был в отьезде, и мы с ним так ни разу за эти два месяца не увиделись, а теперь.. Грэй старше меня на два года. Но выглядит так, будто ему все тридцать. Мрачный, суровый, с тяжёлым взглядом, который, кажется, может прожечь дыру в бетоне. Его энергетика обрушивается на меня в ту же секунду, как он выходит из машины. Но я не отвожу взгляда и не опускаю глаз. Смотрю прямо на него и выдерживаю давление. Я тоже альфа. И не собираюсь показывать слабость. Грэй закрывает дверь машины, не спеша идёт к воротам. Его лицо ничего не выражает, но глаза... Этот парень прошёл через ад, я знаю. Его отца убили, затем покушались на его семью, и он едва не лишился истинной. Грэй останавливается в трёх шагах от меня. Смотрит исподлобья. Скрещивает руки на груди и молчит. Я тоже молчу. Не знаю, что сказать человеку, чью сестру я похитил, а потом пришёл к ней свататься. Ты Кай Мёбиус? - голос у Грэя стальной. Да, - отвечаю спокойно.Твой дядя говорил о тебе, продолжает Грэй. Говорил, что ты высокомерный, самоуверенный и слишком многого о себе возомнил. Мои брови ползут вверх. Это он о ком? О моём дяде Джо Карсоне? - Он вообще много чего говорил, - отвечаю я с усмешкой. - Только вот правды в его словах не было ни на грош. Грэй хмыкает. Сера тебя любит, - говорит он после паузы. - Я это вижу. И метка на её запястье не врёт. Я киваю, не зная, куда он клонит. - Но если ты сделаешь ей больно, - голос Грэя становится тише, - если хоть раз заставишь её плакать... Ты меня понял? Понял, - киваю снова. - Но этого не случится.Посмотрим, - Грэй обходит меня, направляясь к дому. На мгновение задерживается рядом, смотрит в глаза. - Она слишком юная. И слишком доверчивая. Не разбей ей сердце. - Я скорее себе разобью, чем ей, - отвечаю. Грэй ухмыляется, кивнув, а затем идёт в особняк семьи Вэйлис. Видимо, это у них семейное… не умеют прощаться. Вздыхаю и смотрю на часы. Сера опаздывает уже на сорок минут.- Выходи, - бормочу, - выходи уже... И тут слышу быстрый и лёгкий топот. Дверь особняка распахивается, и из него выбегает Сера. Она в лёгком платье цвета лаванды, волосы распущены, кудряшки прыгают на плечах. На губах улыбка, а в глазах смех. - Кай! - кричит она, сбегая по ступеням. Я делаю шаг навстречу, и она влетает в мои объятия. Обхватывает мою шею руками, прижимается всем телом. Опоздала, - говорю в её макушку, вдыхая аромат волос. - На целых сорок минут. Платье не могла выбрать, - бормочет она. - Ты же знаешь, я долго собираюсь Знаю, - смеюсь. - Соскучился.. Я тоже, - она поднимает голову, и её глаза сияют. Смотрю на неё и думаю о том, как всё изменилось за эти два месяца. Как из врагов мы превратились в семью. Наши кланы, которые ненавидели друг друга столетиями, теперь пьют чай за одним столом. Мой дед обнимает Серу при встречах и называет её «маленькой кудряшкой». Её отец перестал сверлить меня взглядом, хотя до тёплых отношений нам всё ещё далеко. Третий игрок повержен. Джо Карсон в тюрьме и Стив тоже. История заканчивается, а наша только начинается. Ну что, клубничка? Куда поедем? Куда скажешь, - она улыбается. - С тобой куда угодно. Обнимаю её и смотрю в её голубые глаза. И мечтаю, чтобы это мгновение никогда не заканчивалось. Эпилог Год спустя Сегодня я проснулась одна, потому что Кай ушёл раньше, у него важная встреча с дедом и моим отцом. Они теперь созваниваются чуть ли не каждый день, и это до сих пор кажется мне чем-то невероятным. Враждующие столетиями кланы, и вдруг совместные обеды, обсуждение планов и даже совместные советы. Кто бы мог подумать…. Но меня сейчас волнует совсем другое. Я сижу на краю кровати, сжимая в руках маленькую белую коробочку. Внутри неё тест, а на этом тесте две полоски... Сердце колотится так, что, кажется, его стук слышен во всём нашем доме. Я смотрю на эти две полоски уже десять минут. И всё ещё не могу поверить. Положив тест на прикроватную тумбочку, я медленно опускаю ладонь на свой живот. Вроде бы ничего не изменилось внешне, но внутри теперь живёт маленькая жизнь- Я буду мамой, - шепчу я вслух, и мой голос дрожит. В этот момент слышу, как входная дверь хлопает. Кай вернулся раньше, чем я ожидала. Его тяжёлые шаги разносятся по первому этажу, а потом я слышу, как он поднимается по лестнице.- Сера? - его голос звучит обеспокоенно. Дверь открывается, и Кай замирает на пороге. Его серые глаза скользят по моему лицу, затем опускаются на коробочку в моей руке - Что это? - его голос становится хриплым. Я протягиваю ему тест молча. Не могу говорить, потому что в горле встал ком. Кай делает три быстрых шага и берёт его дрожащими пальцами. Смотрит на две полоски. Это... - он не договаривает. Ты будешь папой, - выдыхаю я, и слёзы текут по щекам. Кай роняет тест на пол, потому что руки его начинают трястись. А в следующий миг он уже рядом, падает передо мной на колени, зарывается лицом в мой живот и обхватывает меня руками, прижимаясь всем телом. Сера, его голос срывается. - Ты серьёзно? Мы... у нас будет ребёнок? Будет, - киваю я, проводя пальцами по его волосам. - Я сделала два теста на всякий случай. Кай смеётся громко, запрокидывая голову. А потом хватает меня за талию, приподнимает и кружит по комнате, и я визжу от неожиданности. Осторожно! - кричу я, ударяя его по плечу. - Ты меня уронишь!- А я знал! Догадывался..Но как? - спрашиваю, когда он опускает меня на пол.Твой запах немного изменился. И я никак не мог понять почему, а теперь понимаю, - ухмыляется этот гадёныш. Утыкаюсь лбом в его грудь, крепче обнимая своего мужа. Нужно позвонить родителям, - говорю я. И моим, - кивает он. - И деду. О, боже, дед сойдёт с ума. От радости? От радости, - улыбается Кай. - Он давно ждёт правнуков. Когда мы поженились, он сказал, что его жизнь не будет полной без маленьких ножек, топающих по полу. Я смеюсь, представляя себе сурового Адалора Мёбиуса, который нянчится с младенцем. А твой отец? - Кай приподнимает бровь. - Как он отреагирует? Папа? - задумываюсь я. - Наверное, сначала нахмурится, скажет, что я слишком юная. А потом сломает свою суровую маску и будет самым счастливым дедушкой на свете. Спорим, мой дед будет баловать ребёнка больше всех? - усмехается Кай. Поспорим, - киваю я. - Потому что мой папа будет это делать лучше, чем твой дед. Уверена? - смеётся Кай. - Мне кажется, они просто будут соревноваться друг с другом, кто подарит лучшую игрушку. Ну, как и всегда. Хихикаю, представляя своего папу и дедушку Кая. Они ведь всегда так, стоит нам собраться за одним столом, они начинают спорить и хвастаться своими достижениями. Это точно, - киваю. Погоди, он вдруг замирает. - А если у нас двойня? В вашей семье были двойни? Нет, - качаю головой. - А в вашей? У деда были сёстры-близнецы, - вспоминает Кай. - Так что... Не пугай меня, - бью его по плечу. - Один ребёнок, уже подвиг. Ты будешь хорошим отцом, - говорю я. - Лучшим. Кай молчит, только гладит меня по спине. Знаешь, о чём я думаю? - спрашивает он. О чём? О том подвале, и как ты болтала без умолку и перепутала меня с крысой. Прости уж, ты был похож на крысу, - хихикаю я. - Огромную такую. А ты была похожа на ангела, - серьёзно говорит он. - Самого прекрасного, которого я когда-либо видел. И когда я унюхал твой запах... понял, что пропал навсегда. Я не знаю, кто у нас будет, мальчик или девочка. Не знаю, каким он вырастет. Но я знаю одно точно, что у этого ребёнка будет самый любящий отец в мире и самая счастливая мать. ----------