Тренер Гильдии Фамильяров 2
Сергей Харченко, Александр Лиманский

Артур Викторович вывел «Огненных львов» в Лигу, но тренировать питомцев оказалось проще, чем склеить команду из личных травм. Лера прячет тайну, за которую готова драться зубами. Анна не умеет проигрывать и не прощает слабости. Костя ломается под грузом ожиданий, а Дэнни болтает слишком много и слишком громко. Между ними — вараны, лисы, саламандры и барон-гусар, чья язвительность острее шпаги. Пока тандемы готовятся к Бронзовой лиге, за гильдией вышел кто-то, кто оставляет в финансовых реестрах лишь пустоту. Артур должен вычислить игрока втёмную — иначе чужая игра сожжёт всё, что он строил.

====================

Глава 1

Глава 1
— Странный он, этот Пичугин, очень странный… — Серёга тяжело дышал в трубку, а на заднем фоне продолжала беспрерывно клацать клавиатура.
Я вышел на задний двор, присел на старенькую лавочку недалеко от бетонированной площадки.
— Говори конкретнее, Серый, — продолжал я допытываться у своего друга. Он как обычно, ходил вокруг да около. — Кто конечный бенефициар? Кому ушли транзакции?
— В том-то и дело, братишка, здесь вообще глухо, — в голосе хакера сквозило профессиональное возмущение, с лёгким флёром азарта. — Твой Пичугин ни на кого не работает. Вообще ни на кого. Пробил я все реестры, взломал налоговые базы, перерыл списки аффилированных лиц корпораций… Пусто!
— Что это значит?
— А вот чёрт его разберёт, что это значит. Ни юрлица, ни следов в корпоративных сетях. Если так посудить, то в финансовом плане он призрак.
Я нахмурился. Отсутствие следов в мире Синдикатов тоже является следом, и весьма настораживающим.
— Деньги из воздуха не берутся, Серёга, — заметил я. — Откуда-то ведь пришёл миллион?
— Откуда-то пришёл. Счета отмыты через дюжину однодневок на Кайманах и Сейшелах. Я их даже трогать не стал, там глухарь, — быстро затараторил Серёга. — Но вот что интересно. Я вытащил биллинг его телефона, того самого, с визитки. Взломал защиту. Всего одна переписка. Пичугин встречается каждый день в десять вечера в «Дубовой бочке»… Да мы с тобой как-то зависали там, на Мойке, ты знаешь. Причём встречается он с кем-то очень важным.
— И с кем же?
— А вот чёрт его знает! — Серёга почти выкрикнул это в трубку. Он не смог достать информацию, и злился на себя. — Его контакт полностью зашифрован. Тройная переадресация через спутники Синдикатов. Артур, если этот чел может скрыться от меня — значит, он сидит очень высоко. Предмет их сделки вообще непонятен из переписок, которые я дёрнул. Там только время и короткие подтверждения. Белки какие-то, дубы… «Всё по плану», «объект в игре».
Пазл начал складываться в ещё более зловещую картину. Кто-то, обладающий властью и ресурсами, недоступными даже корпоративной разведке, играл с «Огненными львами» втёмную. Чем эта игра закончится, было непонятно.
— Уже что-то. Спасибо за помощь, дружище, — подбодрил я Серёгу. — Значит, пора выходить из тени. Наведаюсь сегодня вечером в эту «Бочку». И взгляну в глаза тому, кто пытается держать нашу гильдию на поводке.
— Но учти, я с тобой! — мгновенно выпалил Серёга. — Тоже хочу взглянуть на этого товарища. Да и как другу не помочь. Учти, что там могут быть скрытые камеры или глушилки. Так я помогу их обойти. Легко.
Я обдумывал предложение ровно секунду. Ввязываться в разговор я пока не планировал, нужна разведка. И Серёга действительно мог помочь в этом деле.
— Договорились, — согласился я. — Будь готов к девяти. Зайду за тобой.
Я сбросил вызов, сунул телефон в карман. Стало чуть легче. Не то, чтобы ситуация сильно прояснилась. Наоборот, запуталось всё ещё больше. Но хоть уже какая-то зацепка была. Вечером всё выясню. Не получится понять, что этот Пичугин за птичка, и где летает, так выведу его на разговор.
Погружённый в эти мысли, я вернулся в тренажёрный зал. Дуэль с Лерой и лечение звёздной болезни Кости сыграли только в плюс. Умиротворяющее спокойствие, впервые за последние дни, воцарилось в зале.
Смирнов молча поправлял шнурки, и Желешка булькала, будто подсказывая ему, как надо правильно вязать узлы. Дэнни гладил Неона, и барс аж выгибался дугой от удовольствия и зевал. Лера поигрывала хвостом Бублика, которому это не нравилось, но варан терпел, изредка выдавая из сомкнутой пасти шипящие звуки. Анна взяла Матильду на руки и вычёсывала шерсть, убирая пух в сумку.
Все они ждали дальнейших указаний. Которых пока не поступало.
Артём Сергеевич сидел за пультом, нервно потирал нос, шмыгал, отчего просились на ум мысли, что ему вновь нужны стимуляторы, но он терпел изо всех сил.
— Артур Викторович, сервера Лиги так и висят, — встрепенулся помощник, встречая меня. — Информации по одной шестнадцатой финала нет. До сих пор не знаем кто выходит против нас.
— Значит, работаем по стандарту, — я хлопнул в ладоши, привлекая внимание всех тандемов. — Итак, друзья. Общая физподготовка. Бег с барьерами, ещё по двадцать подходов, затем переходим на блуждающие гири.
— А когда у нас спарринги будут, Артур Викторович? — спросила Анна, отвлекаясь от процедуры вычёсывания.
— Не переживай, Анют, — подмигнул Дэнни. — Я готов с тобой соединиться… в битве, конечно. А ты о чём подумала? Ха-ха!
Савельева сразу же нахмурилась, отвернулась, делая вид, что ей больше интересна Матильда.
— Давай с тобой соединимся, дружок, — хихикнула Лера, посматривая в сторону мажора. — В этот раз я не сильно тебя побью, не бойся.
— Я и не боюсь. С чего ты вообще взяла, что я боюсь? — Дэнни нервно рассмеялся, и замолчал, пряча взгляд. Так как взглянул на меня.
— Спасибо, Ветров. — кивнул я ему. — Раз мы не знаем, к чему готовиться, мы должны быть готовы ко всему. А третий этап начинается через неделю. Затем финал через два дня. Так что всё успеем. По местам!
Все Проводники вернулись к затёртой стартовой линии, и тренировка возобновилась. Без истерик и конфликтов, но с неизбежными техническими ошибками. Хоть и мелкие, но они были. Хотя Дэнни уже включался по полной, и не экономил силы. Костя из кожи вон лез, стараясь доказать, что он хоть чего-то да сто́ит. Анна бежала легко, будто по методичке, впрочем как и всегда. Лера сдулась на пятом подходе, сбила барьер, чуть не упала через следующий, но взяла себя в руки и прошла достойно оставшийся путь.
Затем Белов врубил гири, который как и прежде начали летать на цепях по залу.
Я усадил Искорку на край столика в дальнем конце зала, подальше от летящих гирь и скрипа полуржавых механизмов. Рядом с ней, деловито потирая передние лапки, устроился барон Сверчанский, прячась за чешуйчатое тело саламандры.
— Выправки — ноль. Что у него с ногами? Будто кандалы на лодыжках, — язвительно застрекотал гусар, глядя, как Костя балансирует на полосе препятствий. — А этот его шерстяной франт? — барон презрительно повёл усом в сторону Неона, — Чего он хвостом виляет, как мадемуазель веером? Баланс завален, замаха нет! Срамота, а не кавалерия!
Искорка, выслушав критику насекомого, возмущённо фыркнула. Саламандра заёрзала на месте, выпустила пару колечек дыма и нетерпеливо заскребла коготками по пластику стола. Она рвалась в бой, желая показать этим неумехам, как должна работать настоящая боевая единица.
— Ладно, кроха. Идём, — я улыбнулся, позволяя питомице запрыгнуть мне на плечо. Сверчанский охнул, прячась под стол.
— О, тренер идёт! — радостно воскликнул Костя, отходя от покачивающихся гирь.
— Покажите класс, Артур Викторович! — улыбнулась Анна, которая прошла трассу. Но за минуту.
— Да легко, — хмыкнул я, погладив Искорку, замершую на плече.
«Всё как и прежде. Синхронизируемся. По команде старт, проходим сразу, никаких пауз», — выдал я задание.
Искорке не нужно было объяснять второй раз. Мы вышли на полосу с раскачивающимися чугунными гирями. Я решил не отдавать голосовые команды. Только абсолютный контакт через Сопряжение.
Я выждал момент, рассчитал траектории движения, увидел слепые зоны. А затем мы сорвались с места. Искорка, словно привязанная, повторяла каждый мой манёвр, взмывая в воздух, перебегая по плечам и проскальзывая под тяжёлыми болванками. Мы прошли дистанцию идеально, без единой помарки, и за полминуты
Команда, остановившись, смотрела на этот мастер-класс с благоговейным молчанием. Даже барон Сверчанский, когда я вернулся за стол, лишь крякнул, уважительно пригладил усы и замолк.
Зато Искорка вальяжно, задрав подбородок, добралась до стола, снисходительно посмотрела на Сверчанского и фыркнула.
— Видно кто-то заразился у Кости звёздной болезнью? Придётся лечить. Пойдём к Полине, — улыбнулся я, и саламандра всё поняла, в момент поменяла цвет на тёмно-бордовый и заползла в переноску.
Тандемы тренировались до обеденного перерыва. А затем я просто пошёл на запах. Сам не помню, как добрался до столовой.
В этот раз в клошах я нашёл солянку, картофельное пюре, котлеты. И если первое блюдо было слишком солёным и не очень вкусным, то вот пюре с котлетками…
Я плотоядно взглянул на тарелку, на которой высилась гора воздушного картофельного пюре с тремя сочными мясными котлетами сверху, которые поблёскивали от жира на румяной корочке. Я подхватил вилкой толчёнку, попробовал. Идеально сбалансированная по вкусу, воздушная, тающая во рту. Котлеты идеально дополняли гарнир и были очень аппетитными.
Когда я разобрался со вторым блюдом, схватился за прохладный запотевший стакан с вишнёвым компотом, откусывая от пышной и румяная ватрушки с изюмом и курагой.
Я вспомнил своё прошлое. Далёкое босоногое детство. Лето. Старенький деревянный дом деда с бабушкой под Самарой. Запах нагретых на солнце досок веранды, стрекотание кузнечиков в высокой траве и точно такой же, прохладный вишневый компот, но только в щербатой эмалированной кружке, который знатно освежал в летнюю жару.
Это было время, когда мир был огромным, безопасным и понятным. Когда самой большой проблемой была ссадина на коленке, а не интриги Синдикатов и выжженные химией Ядра фамильяров.
Я доел ватрушку, вытер рот салфеткой и услышал хруст Искорки под столом. Она доедала свой элитный корм и буквально урчала от удовольствия.
После обеда динамик внутренней связи хрипло ожил:
— Артур Викторович, зайдите ко мне, пожалуйста, — голос Киры звучал непривычно мягко, без обыденных командных интонаций.
Я добрался до кабинета владелицы гильдии. Стол всё еще был завален бумагами, но сама Кира выглядела расслабленной. Девушка сидела за столом, задумчиво покусывая кончик карандаша.
— Проходи, Артур, — она указала на кресло напротив. — Я тут прикидываю предварительную смету. Если мы выходим в финал Бетонки… я не говорю про победу, хотя бы про второе место… даже тогда мы получаем полмиллиона рублей из призового фонда. И я не беру в расчёт тот миллион от спонсора, мы его пока заморозили. Речь идёт о призовых.
Она придвинула ко мне блокнот, исписанный мелким аккуратным почерком.
— В первую очередь — полная замена вентиляции в вольерах, — продолжали она. — Потом закупим нормальные силовые тренажеры для тяжёлых зверей. Бублику они критически нужны. Ну и косметический ремонт в раздевалках не помешает. Согласен?
— Согласен, — я бегло просмотрел список. — Приоритеты расставлены верно. Только добавь сюда резервный фонд на ветеринарные препараты. Если пойдём в Бронзовую лигу, травмы будут серьёзнее.
Кира деловито кивнула, сделала пометку у себя в блокноте. Затем отложила карандаш, как-то странно, оценивающе посматривая на меня. На её щеках появился едва заметный румянец, а строгая офисная маска треснула, уступая место лёгкой улыбке.
— Как наставник гильдии, ты получишь сто тысяч, это минимум… — Кира слегка наклонила голову, поправив короткий сбившийся локон за ухо. В её голосе проскользнули непривычные нотки. — И обязательно своди свою девушку в ресторан. Я знаю отличный. Там отлично готовят зеркального карпа и просто изумительные стейки из мраморной говядины. Подскажу потом адрес.
Я моргнул, слегка опешив от такого резкого перехода.
— Ну… — я осторожно подбирал слова. — Возможно, и свожу. Когда появится девушка.
Кира слегка залилась румянцем. Улыбка сделала её лицо неожиданно мягким и очень привлекательным.
— Да обязательно появится, Артур. Я думаю, что очень скоро, — она многозначительно посмотрела мне в глаза. — Если выведешь команду в Бронзовую Лигу — отбоя от барышень точно не будет. Герои Арены нынче в цене.
Она поднялась из-за стола, давая понять, что разговор окончен.
— Кстати, зайди в пет-пункт, — Кира ткнула указательным пальцем куда-то в стену. — Я сейчас уеду ненадолго. Скажи Полине, чтобы составила смету. Что нужно в первую очередь и в самое ближайшее время.
Я кивнул, вышел из кабинета в состоянии лёгкого недоумения. Мой опыт позволял мне за секунду просчитать траекторию прыжка саблезубого тигра, разложить на молекулы тактику вражеского тандема или вычислить химический допинг по блеску в глазах мутанта. Я умел читать зверей и противников как открытую книгу.
Но странные намёки от Киры, которая ещё пару дней назад готова была порвать меня на тряпки за лишний потраченный рубль? Для чемпиона арены, привыкшего к холодному расчёту, это был абсолютно тёмный лес.
Пройдя в тренировочный зал, я обнаружил его пустым. Прошёл к пульту управления, сел в густую тень за аппаратной стойкой и вытащил из кармана кусочек ватрушки, нащипывая крошки для барона Сверчанского.
Тот накинулся на сдобу, прихваливая качество десерта с набитым ртом.
Тяжелая дверь скрипнула. В зал неспешно вошла Лера. За ней плёлся Бублик.
Соколова не заметила меня, тяжело опустилась на скамейку, обхватив голову руками. В этот момент её телефон завибрировал. Лера резко выпрямилась, её лицо напряглось, она торопливо ответила на вызов.
— Да, слушаю, — её голос, обычно резкий, сейчас звучал подозрительно тихо. — Да, я отправила справку… Контракт официальный. Разумеется, я работаю в гильдии, мы прошли квалификацию! Нет! Вы не имеете права её забирать. У меня теперь белая зарплата! Она останется со мной! Слышите⁈
Лера сбросила вызов, отшвырнула телефон на скамейку, и тот упал на пол. Она тяжело дышала, по её грязной щеке скатилась одинокая слеза, которую она тут же яростно вытерла рукавом. Бублик, почувствовав боль хозяйки, тревожно прошипел, издавая низкий вибрирующий звук.
Непонятно, про кого говорила Лера, но судя по разговору, у неё были серьёзные проблемы. Вот только с кем? И кого она отчаянно пыталась защитить? Что бы ни произошло в её жизни, нужно быть с этим внимательным.
Я не заметил за своими мыслями как в зал вошла Анна. Блондинка вела Матильду на коротком поводке.
— Мой тебе совет, дружеский, — менторским тоном начала Анна, присаживаясь на скамью, в паре метров от Соколовой. — Не повышай так голос. Вараны очень чутко считывают негативные эмоции.
Лера медленно подняла голову, слегка наклонив её. В глазах Соколовой вспыхнул недобрый огонёк.
— Ты за своей лисичкой смотри, Савельева, — буркнула дикарка, сжимая кулаки.
— Так я и смотрю, — ледяным тоном парировала Анна, не понимая, по какому тонкому льду она сейчас идёт. — Нельзя проявлять такую нестабильность рядом с подобными питомцами. Они от этого звереют. Тебе нужно просто жить нормальной жизнью и контролировать себя.
Слова о «нормальной жизни» сработали как детонатор. Лера пружинисто вскочила со скамейки. Её лицо побледнело от ярости.
— Да что ты вообще знаешь о жизни⁈ — вскипела Лера. — Тепличное растение. Ты понятия не имеешь, что такое реальный мир! Для тебя всё это — спорт, кубки и красивые прохождения! А для меня…
— Я жила в неблагополучном районе, Соколова, — процедила сквозь зубы Анна, резко перебивая её. Идеальная выправка блондинки исчезла, она даже слегка свела плечи, будто прошлый груз давил её к земле. — И сама!.. Сама выбралась из этой грязи, без чьей-либо помощи. Без помощи семьи. Так что не тебе судить о моей жизни и моих методах!
— Только попробуй ещё раз открыть свой ротик насчёт семьи… — прошипела Лера, делая шаг вперед. — Я вырву тебе язык.
Анна презрительно усмехнулась.
— Как ты это сделаешь? — произнесла Савельева. — Ведь ты не достанешь меня.
— Серьёзно? — злобно хмыкнула Лера.
Она молниеносно рванула вперёд. Бублик, мгновенно считав боевой настрой хозяйки, с рёвом ударил бронированным хвостом, разрывая в клочья два тяжёлых тренировочных мешка под окном. Песок рассыпался по залу.
Матильда ответила заливистым лаем. Извернувшись, лиса запрыгнула на спину варана, вцепившись зубами в чешую. Бублик закрутился юлой, стараясь сбить Матильду хвостом.
Лера уже была рядом с Анной. И хоть Савельева ушла с линии атаки, подсечки она не ожидала. Лера сбила её с ног, жёстко вцепилась ей в волосы, второй рукой хватая за шею. Анна пыталась вывернуться и у неё почти получилось.
Я прочёл, что будет дальше. Анна освободится, но сломает руку Лере, а та от боли вырвет клок волос и скорее всего натравит своего варана, который потеряет контроль.
— Стоять! — выскочил я из пультовой, одновременно выдавая оглушительный, пронзительный свист в два пальца, затем резкий хлопок в ладоши.
Якорь сработал безотказно. Матильда, рыча, спрыгнула с варана. Бублик вообще замер, упав на брюхо.
Я преодолел расстояние до девушек, жёстко схватил Леру за воротник, рывком оттащил её от Анны.
Обе тяжело дышали. У Анны на шее наливались красные ссадины, волосы растрепались. Губа Леры была разбита.
Я встал между ними, мрачным взглядом оглядел их.
— Савельева, — я повернулся к Анне. — В моей команде нет изгоев. И поучать свысока никого не надо. Свои идеальные советы оставь для Матильды. Начни с себя.
Анна поджала губы, потирая саднящую шею, кивнула.
Затем я перевёл ледяной взгляд на тяжело дышащую Леру.
— В моей стае не бросаются на своих, Мангуст, — мой голос прозвучал как приговор. — Ещё раз твой зверь атакует члена нашей команды, ещё раз ты поднимешь руку на своего боевого товарища, я лично вышвырну тебя за дверь базы.
Лера сжала кулаки, открыла было рот, но я не дал ей высказаться. Она уже всё сказала своей выходкой.
— Я не знаю, с кем конкретно у тебя там проблемы, Соколова. Это не моё дело, — подытожил я. — Но если ты сейчас вылетишь из гильдии за драку, этот кто-то только поаплодирует тебе стоя. Ты сама отдашь им то, что пытаешься защитить. Услышала меня?
Лера судорожно сглотнула. Упоминание её тайны сбило всю спесь. Она опустила глаза и коротко кивнула.
— А теперь, — я кивнул на разорванные мешки, из которых продолжал несколькими тонкими струйками сыпаться на пол песок. — Обе взяли веники и убрали весь этот мусор. Вместе.
Я развернулся и направился обратно, к пульту. М-да, просто дрессировки петов и отработки связок будет недостаточно. Команда всё еще представляла собой банку со скорпионами.
И впереди самая тяжёлая работа в моей жизни — научить этих изломанных жизнью людей доверять друг другу до того, как они попадут в Бронзовую лигу. Потому что там сплочённость, дружба и доверие будут играть очень важную роль.
Оставив барышень мести песок в угрюмом молчании, я направился в медицинский блок, вспоминая задание Киры. Заодно проверю Живчика.
Дверь в кабинет была приоткрыта.
Полина сидела на корточках посреди помещения, сняв свой пугающий фартук. Перед ней прыгал вихревой терьер, виляя хвостом с такой скоростью, что его задняя часть ходила ходуном. Пёс выглядел иначе: мутный жёлтый налет с его эфирной ауры исчез, а в глазах сиял здоровый щенячий азарт.
— Уаф-уаф! — бросился ко мне Живчик, и я поднял его на руки, потрепав по холке. Затем отпустил, и он пустился в сторону шкафа.
— Вижу, терапия сработала, — улыбнулся я.
— Ещё как. Восстанавливается он быстро, надо признать, как и бегает, — Полина поднялась, отряхивая джинсы. — Спазм каналов я сняла, блокаторы вывела. Пару дней пусть побудет у меня, на усиленном питании. А потом он будет готов к базовым тренировкам. Хотя о чём это я? Он же пет, а не фамильяр.
— А кто это сказал? — улыбнулся я.
— Вы же знаете, семейства псовых очень сложно поддаются росту, — Полина удивлённо взглянула на меня.
— Главное подход. Если он правильный, то даже такие сложные питомцы растут довольно быстро, — улыбнулся я, затем положил на стол распечатанный список Киры. — Посмотри смету, пожалуйста. Вычеркни лишнее, добавь то, что критически нужно в ближайшее время.
Полина пробежалась глазами по листу, сделала несколько пометок карандашом и отодвинула бумагу.
— Сделано, — она села на край стола, прищурилась.
Её взгляд, обычно холодный и отстранённый, вдруг стал странно мягким, почти изучающим. Док поправила волосы, и в кабинете повисла неловкая, тягучая пауза.
— Знаете, Артур Викторович… — она чуть склонила голову набок, её голос стал тише и приобрел совершенно нетипичные для неё интонации. — Живчику скоро понадобится социализация. А у меня дома скучает колли. Умнейшая девочка.
Полина сделала паузу, не отрывая от меня долгого взгляда.
— Хорошо бы прогуляться вечером… в парке, — добавила Док. — Думаю, собаки отлично поладят. И мы могли бы… обсудить методики восстановления. В неформальной обстановке.
«И эта туда же», — мысленно застонал я, пытаясь сохранить невозмутимое выражение лица. — «Сговорились они с Кирой, что ли?»
— Прогулки — это отлично, Полина, — произнёс я, стараясь смягчить тон. — Социализация ему точно не повредит. Но боюсь, ближайшие пару вечеров мой график расписан по минутам. Анализ противников, отработка навыков… сама понимаешь. Как-нибудь в другой раз.
Я быстро забрал смету со стола.
— Спасибо за список, — кивнул я. — Пойду, обрадую Киру.
Выходя из кабинета, я спиной чувствовал на себе пристальный взгляд.
Передал я Кире распечатку с отметками Полины, вернулся к команде. Затем мы отправились во двор, приступая к силовым упражнениям. Тандемам надо было таскать тяжеленные колёса. Затем приступили к прыжкам в длину. Следом снова челночный бег, но уже с грузом.
Как ни удивительно, но все справились. Правда Дэнни опять как всегда выдохся на полпути, Костя поскользнулся на Желешке и чуть не расшибся. Лера уже получше ладила с Бубликом, а вот Анна всё выполнила идеально, но без настроения.
Все разошлись, да и мне тоже задерживаться было не резон.
Я добрался домой, покормил Искорку и Сверчанского, а затем в девять, как мы условились, подошёл к Серёгиному подъезду.
Друг, как всегда, выскочил с сумкой, которая оттягивала его плечо, затем мы поздоровались и он вспомнил, что забыл штатив.
Бегал он так ещё пару раз, вспоминая какой-то очередной важный аксессуар для слежки. В итоге успокоился, и мы направились в сторону «Дубовой бочки».
Полчаса на метро, и вот мы заходим в прокуренный бар. На входе у Серёги забрали сумку, так и не разобравшись, что внутри, но на всякий случай посчитав содержимое опасным.
Мы устроились за дальним столиком. Я положил на свободный стул переноску с Искоркой, которая зачихала от сигаретного дыма. Затем увидел фасеточный глаз Сверчанского, показавшийся из кармана, и нажал на барона указательным пальцем, пряча его в тайном убежище.
— Девять пятьдесят пять, — прошептал хакер, бросив взгляд на часы. — Если он не придёт, значит, он заподозрил неладное и сменил место встречи.
— Придёт, — натянуто улыбнулся я, и мой взгляд просканировал помещение, фиксируя чёрный выход, слепые зоны и потенциальные угрозы. В целом всё спокойно. — Не жалеешь, что отобрали сумку?
— Да плевать на эти штативы и камеры. У меня вон чо есть, — Серёга довольно ухмыльнулся, тихонько отворачивая край рукава. Я заметил что-то вроде пары антенн, примотанных к руке. — Сам сделал. Пеленгует связь на расстоянии до полусотни метров.
Друг постучал по ушам, в которых я кое-как различил почти прозрачные наушники, затем оскалился.
— Вылитый шпион, — прокомментировал я. — Если бы только не самодовольная улыбка. Тебя скрутят за всё это. А когда скрутят, тогда поломают.
— Они даже не поймут что это, — хохотнул Серёга. А затем замер, посматривая в сторону столика слева, за который садился Пичугин. Как и прежде, серый, невзрачный, в неприглядном костюме
— Бинго, — выдохнул Серёга, подавшись вперед.
Пичугин взглянул на запястье, на котором блеснул циферблат наручных часов, затем посмотрел в сторону входа, и улыбнулся тому, кто подошёл к его столику.
— Да ладно… — прошептал хакер, и его голос дрогнул от неконтролируемого шока. — Артур… ты видишь то же, что и я?

----------

Глава 2

Глава 2
Тусклый жёлтый свет настенного бра выхватил из полумрака лицо мужчины, сидящего напротив Пичугина. Волевой подбородок, копна светлых волос на голове с зачёсом влево и неизменный сканирующий прищур.
— Самуил Широков, — произнёс я.
— Только какого рожна он здесь забыл? — протянул Серёга, а его глаза расширились, и он стал больше похож на филина, созерцающего добычу. — Бред какой-то.
Я медленно кивнул, не сводя взгляда с лица телеведущего.
Ошибки быть не могло. Это лицо знал каждый житель Питера, хоть раз включавший спортивные трансляции или передачи с разборами матчей, которые транслировались чуть ли не на всех спортивных каналах.
Самуил Широков был не просто комментатором. Он был неофициальным голосом питерских арен, главным инсайдером и аналитиком, чьи обзоры и прогнозы формировали общественное мнение. Одно его слово в прямом эфире могло поднять рейтинг никому не известной гильдии, или навсегда похоронить репутацию перспективного тандема.
И сейчас этот человек, чьим амплуа была кристальная честность и независимая экспертиза, сидел в прокуренном клоповнике напротив Пичугина, странного таинственного посредника, который теперь меня настораживал ещё сильней прежнего.
— Это же… — прошептал Серёга, подавшись вперёд. — Он же медийная персона, бро. Если его тут сфотают…
— Не сфотают, — сухо ответил я, наблюдая за происходящим. — В таких заведениях если не достают телефоны. Все слишком увлечены выпивкой. Да и они сидят вдали от всех.
Пичугин всё с той же вежливой ничего не выражающей полуулыбкой достал из внутреннего кармана пиджака пухлый белый конверт, положил его на стол перед Широковым.
Телеведущий не стал заглядывать внутрь. Он лишь сдержанно кивнул, убирая конверт за пазуху лёгкой куртки.
Сделка заняла меньше минуты. Никаких рукопожатий. Никаких лишних слов. Пичугин встал, поправил манжеты и, не оглядываясь, направился к выходу. Дверь бара скрипнула, скрывая его за собой.
Серёга дернулся было следом, но я жёстко перехватил его за локоть.
— Сиди.
— Уйдёт же! — возмутился хакер.
— Пусть уходит. Догонять его бесполезно, — я кивнул в сторону столика, за которым остался сидеть Широков. Телеведущий не торопился, задумчиво вертя в руках свой нетронутый стакан, в котором плескалось тёмное крафтовое пиво.
— Ничего не понял, — уставился на меня Серёга. — Ты ж сам хотел с ним поговорить.
— Это уже ты сам придумал. Цель была проследить, — заметил я. — Мы проследили. Пичугин просто курьер. Шестерёнка. Если мы прижмём его в подворотне, он ничего не скажет. А завтра за такое счета моей гильдии могут заблокировать.
— Хотя ты прав, да, — согласился Серёга. — Если он общается с такими людьми…
— А вот медийное лицо, которое явно берёт взятки… Это уже зацепка, — ухмыльнулся я, затем поднялся из-за стола. — Жди меня здесь, Серый. Пойду, возьму автограф у звезды.
Серёга судорожно схватил меня за рукав, утягивая обратно на стул.
— Стой, Горай. Ты со своей каменной физиономией только спугнешь его, — зашипел он, и его глаза азартно блеснули, — он тёртый калач, на дешёвые понты не поведётся. А вот на лесть такие медийные гуси клюют безотказно. Смотри и учись, как работают профессионалы социального инжиниринга. Хе-хе.
Не дожидаясь моего ответа, Серёга вскочил из-за стола. Взъерошил свои и без того лохматые волосы, нацепил на лицо выражение абсолютно щенячьего восторга и зигзагами, имитируя лёгкое опьянение, направился прямо к столику телеведущего.
— Да ладно⁈ Быть того не может! — заорал Серёга на весь бар, заставляя нескольких мрачных работяг за соседним столиком недовольно обернуться. — Самуил Широков⁈ Здесь⁈ В этой дыре⁈ Мужики, да вы не понимаете, кто к нам зашёл! Это же легенда!
Широков вздрогнул. Его рука, державшая кружку, замерла, так и не донеся крафтовое пиво до рта. В первую секунду на лице Широкова мелькнула паника. Быть узнанным в этом заведении явно не входило в его планы.
— Парень, потише, — процедил комментатор, озираясь. — Ты обознался.
— Не, точно не обознался. Я ваш голос из тысячи узнаю, — Серёга плюхнулся на стул прямо напротив Широкова, бесцеремонно вторгаясь в его личное пространство. — Я же все ваши обзоры смотрю. Вы гений аналитики! Самуил, дадите автограф? Блин, а ручки-то нет…
Друг зашарил по карманам, а я в это время подошёл к столику.
— А давайте мы вас угостим⁈ — заблестел счастливым взглядом Серёга. — В честь такого события!
Я поймал растерянный взгляд Широкова, но моё лицо было непроницаемым.
— Мой друг большой поклонник вашего таланта, господин Широков, — ровно произнёс я, отодвигая ногой пустой стул. — Не откажите в чести.
Широков смерил меня настороженным взглядом, но, не увидев агрессии, слегка расслабился. Паника уступила место профессиональному тщеславию. Серёга был прав. Обожание фанатов было для таких как он своего рода наркотиком, и Серёга отыгрывал роль преданного поклонника просто безупречно.
— Ну… раз уж узнали, — Широков снисходительно усмехнулся, чуть резче обычного поправляя воротник куртки. — Только давайте без лишнего шума. Я здесь инкогнито. Изучаю, так сказать, изнанку жизни простых болельщиков, так нужно для нового сюжета.
— Конечно, никакого шума, — радостно закивал Серёга.
Он отправился к стойке, я же отправил сообщение другу, что не буду пить, и чтобы он прихватил мне минералку. Затем мы немного побеседовали с Самуилом. В основном говорили о Бетонке и новом сезоне Бронзовой лиги.
— Так, я здесь, — Серёга поставил на стол бутылку виски с золотистой этикеткой, три стакана, и небольшое ведёрко со льдом, затем поставил передо мной литровую бутылку «Ессентуков». — А выпьем мы за знакомство. И за вашу гениальную аналитику.
Он щедро разлил янтарную жидкость по стаканам. Я плеснул себе минералки. Широков расслабился окончательно, кинул себе три кубика льда и чокнулся с Серёгой, махом опрокидывая в себя напиток.
Я же пригубил минералку. И приготовился к долгой осаде.
Серёга между тем работал филигранно. Он активно выпивал с комментатором, травил байки с арен, сыпал фамилиями второсортных гладиаторов и методично, порция за порцией, развязывал звезде язык. Широков, польщённый вниманием и подогретый алкоголем, капля за каплей начинал терять бдительность.
Бутылка сомнительного виски опустела наполовину, когда мой друг начал обсуждать с Широковым последние сплетни Золотой Лиги. Теперь Серёга уже не притворялся, он был изрядно подшофе.
Комментатор вроде бы и не выглядел пьяным, держался очень неплохо. Но я видел как он размяк, окончательно расслабился. Лицо его покраснело, а голос приобрёл те самые бархатистые интонации, которыми он вещал с телеэкранов.
Я сидел молча, цедя тёплую минералку. Ждал нужного момента.
— Самуил, вот вы же всё знаете, — заплетающимся языком протянул Серёга. — Вы же там, на самом верху! Наверняка с такими серьёзными людьми общаетесь. А нам… простым смертным, это даж и не снилось.
— Инсайды, спонсоры, все дела… — добавил я от себя.
Широков снисходительно усмехнулся, покручивая стакан.
— Да ну, обычная работа, ребята, — ухмыльнулся он. — Информация это валюта. А я, как аналитик, должен знать курс этой валюты. Ничего сверхъестественного.
Я решил, что пора вступать в игру.
— Информацией нужно уметь распоряжаться, — ровно произнёс я, глядя ему прямо в глаза. — Кстати, о серьёзных людях. Тот человек, что сидел с вами до нас… Кажется, у него очень знакомое лицо.
Широков едва заметно напрягся. Его пальцы крепче сжали стакан, а из взгляда на секунду исчезла пьяная поволока.
— О, этот? — комментатор попытался отмахнуться с небрежной легкостью, но вышло фальшиво. — Обычный знакомый. Человек больших связей в узких кругах. Вы вряд ли пересекались на аренах. Он не из спортивной тусовки.
Мы с Серёгой обменялись короткими взглядами. Широков закрылся. Он был пьян, он был тщеславен, но он не был идиотом. Информацию о Пичугине он просто так не сдаст. Слишком велики были ставки. И причин много. Одна из них лежала в пухлом конверте, во внутреннем кармане его куртки.
Нужно было менять тактику. Я отставил стакан с минералкой, подался вперёд.
— Послушайте, Самуил, — мой голос стал тихим и доверительным. — Давайте откровенно. Я наставник «Огненных львов». Моя команда сегодня прошла первый раунд квалификации на Бетонке. Мы вынесли «Стальных Бивней», и мы пойдем дальше.
Широков прищурился, узнавая меня.
— Ах, вот оно что, — улыбнулся он. — Те самые «Львы», которые ломают об колено все прогнозы букмекеров… Наслышан. Выскочки сезона.
— Выскочки, которым нужны деньги, — жёстко поправил я. — А вам, как главному инсайдеру арены, нужны сенсации и эксклюзивы с самого низа. Вы же видели, как работает моя команда.
— Конечно видел, — кивнул Широков. — И не только. Я был комментатором на втором этапе.
— Я знаю изнанку турнира, — продолжал я. — А вы знаете тех, кто ставит на нас деньги. Уверен, мы можем быть полезны друг другу. Можем придумать взаимовыгодный формат сотрудничества.
Комментатор оценивающе прищурился. Его расслабленность окончательно улетучилась, уступив место расчётливому взгляду дельца. Я понимал, что значит эта пауза. Самуил прикидывал риски и возможную маржу от того, чтобы заполучить ручного инсайдера, и это прямо в команде, которая рвёт всех в квалификации.
— Взаимовыгодный формат… — задумчиво протянул Широков, доставая из кармана смартфон. — Это звучит разумно, Артур. Эксклюзивы нынче в цене.
Он продиктовал свой номер. А я сохранил его в памяти телефона, сделал дозвон, поделившись своим номером.
— Я позвоню вам чуть позже, Горай, — Широков поднялся из-за стола, затем покачнулся и поправил куртку. — А пока… постарайтесь не вылететь на третьем этапе… Кстати, — он показал на бутылку виски, — неплохой напиток.
Он развернулся и быстро направился к выходу из бара.
— Лихо ты его окучил, — усмехнулся Серёга, провожая его взглядом. Затем допил виски, икнул. — Я бы так не смог.
— Ты хорошо его подготовил, — хлопнул я по плечу друга, поднимаясь из-за стола.
Покинув «Дубовую бочку», мы добрались до подземки и начали спускаться по ступеням.
— Я его пробью, Артур, — заплетающимся голосом пообещал Серёга, потирая глаза. — И его связи с этим Пичугиным. Если они играют в связке, в Сетке должны быть следы транзакций или общих офшоров.
— Ты всё видел. В конверте скорее всего была наличка. Готовься к тому что ты ничего не найдёшь, — заметил я.
— Не-не, — покачал головой Серёга. — Я их выпотрошу. Точно говорю.
— Только без риска, Серый. Такие люди ошибок не прощают, — я хлопнул его по плечу. — Высыпайся. А как найдёшь — сообщи и уже будем думать.
Мы сели в вагон метро, а затем Серёга вышел на своей станции, подняв на прощанье руку, сжатую в кулак. Я же проехал ещё пару остановок, и покинул вагон.
Через пять минут я уже шёл в направлении своего дома.
— Сударь! — требовательно проскрипел голос Сверчанского из моего нагрудного кармана. Барон, всё это время сидевший тихо, решил напомнить о себе. — Моя пищеварительная система требует немедленного вмешательства!
— Опять изжога, сударь? — усмехнулся я, не сбавляя шага.
— Хуже! После вашего элитного сублимата с вулканическим пеплом у меня до сих пор в желудке настоящая засуха! — возмущался гусар, перепрыгивая мне на плечо. — Требую кефира. Гусар без кефира на ночь — это как сабля без ножен!
Спорить с насекомым, ссылающимся на гастроэнтерологию, было выше моих сил. Я свернул к знакомому ночному ларьку, который светился тусклым неоном на углу, прикупил пакет самого обычного кефира.
Вернувшись домой, я стянул куртку, вытряхнул ворчащего Сверчанского на кухонный стол. Затем первым делом налил густой кефир в пластиковую пробку от бутылки и придвинул её к насекомому.
— Извольте, барон. Ваше лекарство, — ухмыльнулся я
Сверчок недоверчиво понюхал жидкость, а затем жадно припал к пробке.
Пока я кормил Искорку, Сверчанский выпил содержимое пробки, затем сладко причмокнул. Раньше такого не было, поэтому я отвлёкся от Искорки, подошёл к столу. Сверчок лежал на спине, театрально раскинул передние лапки. Его фасеточные глаза подозрительно блестели.
— Эх, гитара моя шестиструнная! — с надрывом заголосил гусар на всю кухню. — Отвори потихоньку калитку-у-у! И войди в тихий са-а-а-ад, словно те-е-ень!
Я поневоле сморщился. Голос барона напоминал скрип несмазанной телеги, которую волокут по битому стеклу.
Эка его развезло. Неожиданно. Возможно, всё дело в специфическом метаболизме говорящего ферала, которое помножилось на ту самую дегустацию дрожжей с сахаром?
Я этого точно не знал, но факт налицо. Барона развезло моментально.
— Тихо ты! Сейчас соседей всех разбудишь, — предупредил я его, пытаясь взять в руку.
— Не губите молодость, корнет! Душа поёт! — отбивался сверчок, отползая от моей ладони и продолжая завывать: — Ямщик, не гони лошаде-е-ей! Мне некуда больше спеши-и-ить!
Резкий, шипящий звук разорвал ночную тишину квартиры.
Искорка уже сидела на столе. Она нависла над сверчком, а на её нижней губе свисала гранула корма. Я чувствовал её вибрации. Саламандра была в абсолютном бешенстве.
Грозно зацокав на горе-певца, она приоткрыла пасть и выпустила в Сверчанского плотную струйку чёрного дыма.
Барон Сверчанский икнул, подобрался и вытянулся по струнке, поменяв цвет на более тёмный, затем чихнул, и ещё раз, отмахиваясь лапками от дыма.
— Приказ понял, стрекоталку захлопнул! — пискнул барон, поджимая усы, затем спрыгнул со стола, проворчав напоследок: — Срамота… никакого уважения к благородным офицерам.
Сверчок метнулся в свою картонную коробку, зарылся под ватные диски с головой и затих, напоследок возмущённо пробормотав что-то про «немытых варваров» и «смерть искусства».
Искорка удовлетворенно фыркнула и отправилась к кормушке, доедать корм.
Я лишь ухмыльнулся в ответ, добираясь до полки, где меня дожидалась упаковка доширака. Чуть позже, поужинав, я приготовил ванну для крохи, перекладывая её в горячую воду, а затем и сам отправился на диван.
Но как-то не спалось. Мысли всё крутились вокруг беседы с Широковым и Пичугина, который передал ему деньги. За что? И какие дела могут быть между ним и знаменитым спортивным комментатором?
Надеюсь, что это не последняя наша встреча с Самуилом, и я выясню это.
Убирая лишние мысли из головы, я закрыл глаза и уснул.
Собирался я с утра быстро. Будильник прозвенел, но я так крепко спал, что не услышал его. Спешно покормил Искорку, выдал Сверчанскому ещё одну дольку апельсина, а сам буквально на ходу перекусил двумя варёными яйцами и запил водой из-под крана.
Десять минут в дороге, и вот я уже у здания гильдии.
Когда я вошёл в кабинет Киры, увидел её за столом. Она обложилась распечатанными листами, на нескольких из которых я заметил значок Бетонки. Финансовый директор выглядела озадаченной.
— Артур, у нас перенос графика, — сообщила Кира, поднимая на меня глаза. — Официальное уведомление пришло полчаса назад. Следующий этап квалификации откладывается на неделю. Ссылаются на какие-то глобальные технические работы на центральной арене, сбой в серверах.
— Отлично, — я с удовлетворением кивнул. — Семь лишних дней — это роскошь. Больше времени на обкатку тактики и притирку команды.
В этот момент дверь кабинета резко распахнулась. На пороге стоял Белов. Бывший наставник был бледен как полотно, а его пальцы, сжимающие рабочий планшет, заметно дрожали.
— Никакой тактики не будет… Артур Викторович, — хрипло выдохнул Белов, залетая в кабинет. — Они только что опубликовали формат нового этапа. Это не бои на аренах.
Я нахмурился, чувствуя нарастающее напряжение.
— Что там, Артём Сергеевич? — поймал я взглядом мелькнувшего к столу помощника. — Говорите чётко.
— Испытание. «Центрифуга», — Белов кинул планшет на стол Киры. Экран транслировал трехмерную схему нового полигона Лиги. — Я видел её в записи. Но какого чёрта? Такое было в Золотой Лиге как-то раз.
— И что это… за центрифуга? — насторожилась Кира. — Мы не успеем к ней подготовиться?
— Да тут дело не в том, успеем мы или нет! — воскликнул Белов. — Не сможем!
— Артём, можешь спокойней объяснить? — строго произнесла Кира. — Без паники, спокойно и доходчиво.
Белов замолк, и я решил просветить владелицу гильдии. Понятно, о чём хотел сказать мой помощник. У нас нет возможности подготовиться.
— Это большая многоярусная полоса препятствий, — объяснил я, взглянув на Киру.
— Что нужно? Барьеры? Что там за препятствия? — она удивлённо оглядела нас. — Я могу поспрашивать у знакомых.
— Проблема не в барьерах, — сообщил я. — Проблема в сложном оборудовании, которое стоит больших денег.
— Это я и хотел сказать, — Белов ткнул пальцем в экран, запуская анимацию. — Вся поверхность арены состоит из десятков совмещённых беговых лент и роторных платформ. Одни крутятся вперёд, другие назад. Они меняют направление, скорость, угол наклона. Одно неверное движение, рассинхрон или потеря равновесия — и тандем сходит с дистанции. Автоматическая дисквалификация.
Я смотрел на экран, и мой мозг быстро анализировал механику предстоящего кошмара. Кира молчала, обдумывая услышанное.
— Суть в следующем, — продолжал Белов, нервно вытирая вспотевший лоб рукавом. — Наши тандемы привыкли к твёрдой земле под ногами…
— Я знаю, что такое вестибулярный аппарат, — холодно заметила Кира. — В таком случае надо сделать имитацию.
— Такие условия сложно создать, — покачал я головой. — Фамильяры попадут в новые условия и все наработанные движения пойдут прахом. Нарушится ориентация в пространстве, начнётся паника.
— Вот, да. Это я и хотел сказать, — произнёс Белов, посматривая на экран планшета. — А там ведь ещё надо от препятствий уклоняться.
Кира тяжело вздохнула, побледнела.
— И что нам делать? — тихо произнесла она. — Сколько стоит… что там надо приобрести?
— Роторные маты, — выдавил Белов. — Сложнейшие механизированные беговые платформы-центрифуги. С пультами управления. Один такой подержанный роторный мат сто́ит бешеных денег. Это элитное оборудование Синдикатов.
Кира откинулась в кресле, закрывая лицо руками.
— Денег нет… — прошептала она. — Миллион от спонсора мы заморозили. Нам просто не на что купить эти тренажеры. Мы в тупике.
В кабинете повисла напряжённая тишина, нарушаемая лишь тихим жужжанием вентилятора под потолком.
Я же оторвался от экрана планшета, сфокусировался на невидимой точке, где-то за окном. В голове мелькнула идея.
— Сколько стоят три подержанных роторных мата? — сухо спросил я, разрывая тишину.
Белов вздрогнул, поднял глаза.
— Около трёхсот тысяч за штуку, Артур Викторович, — полушёпотом произнёс помощник. — Если брать на сером рынке. Без гарантии и отгрузочных документов. Итого почти миллион. Но у нас…
— Я знаю, что у нас их нет, — отрезал я, заставляя его замолчать. — Есть у меня одна идея. Но для этого мне понадобится вся команда.
Я взглянул на удивлённого Белова.
— Включая вас, Артём Сергеевич, — произнёс я, затем мой взгляд переместился на владелицу гильдии. — И тебя, Кира.

----------

Nota bene

Nota bene
Книга предоставленаЦокольным этажом , где можно скачать и другие книги.
Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту, например, черезAmnezia VPN : -15% на Premium, но также есть Free.
Еще у нас есть: 1. Почта b@searchfloor.org — получите зеркало или отправьте в теме письма название книги, автора, серию или ссылку, чтобы найти ее. 2. Telegram-бот, для которого нужно: 1) создать группу, 2) добавить в нее бота по ссылке и 3) сделать его админом с правом на «Анонимность» . * * * Если вам понравилась книга, наградите автора лайком и донатом: Тренер Гильдии Фамильяров 2

----------