Глава первая

— Она умирает, — скупо сообщил мне лекарь в потёртом костюме, вытерев лоб засаленным платком. — Ей осталось две-три недели, не больше.

— Но вы же говорили… — бесцветным голосом сказала я, стараясь не смотреть на маму.

— Я ошибся, леди Фостер. Ситуация слишком плачевна. Моих сил недостаточно, вам следует обратиться в столичную лечебницу. И перестать экономить на лекарствах.

— Вы знаете, что я не могу себе этого позволить.

Лекарь вздохнул, бросив короткий взгляд на безжизненно лежавшую на постели маму.

— Тогда вам лучше просто дать ей умереть, леди Фостер

— Ни за что, — тихо, но твёрдо заявила я, сжимая пальцами грубую ткань своей юбки.

Лекарь лишь неодобрительно покачал головой, собирая свои вещи.

— Без сильных лекарств и должной помощи в вашем сопротивлении нет смысла. Вы лишь продлеваете ей мучения.

Я сжала зубы, не желая с ним это больше обсуждать.

Опустив руку в карман, я достала одну серебряную монету, свою зарплату за целую неделю, и протянула лекарю.

В его глазах на мгновение мелькнуло сомнение и он нахмурился, вероятно, потому что сегодня никак не смог помочь маме, но всё же забрал монету, положив её в небольшой мешочек.

Я проводила его до выхода, закрыла дверь, а затем, прижавшись к ней спиной, глубоко вздохнула, раздумывая, что же мне делать.

В голове непрестанно крутились слова лекаря«ей осталось две-три недели, не больше».

Я оглядела нашу квартирку — продавать было уже нечего.

Попыталась потянуться к своей магии, но тут же оборвала себя.

Я давно знала итог, не было смысла себя мучить.

Магия закончилась ещё несколько месяцев назад, и с тех пор во мне не загоралось даже слабой искры.

Я сходила на кухню, подготовила таз с тёплой водой и всё необходимое.

Затем прошла в спальню и взглянула на маму.

Она была уже привычно бледна.

Истончившаяся сухая кожа давно словно просто обтягивала кости и, казалось, вот-вот могла порваться.

Порой мне было страшно её касаться.

Я обтёрла маму, нанесла ей на кожу крем, сменила её ночную рубашку и расчесала потускневшие тонкие волосы.

Раньше они у неё были такими же ярко-рыжими, как и мои, но сейчас уже сложно было сказать, какого они были цвета.

Я села возле маминой постели и взяла её практически невесомую прохладную руку.

Прикрыла глаза и поднесла её к своей щеке.

Так можно было хоть на мгновение представить, что это делает она сама.

Что она пришла в себя.

Как я мечтала вновь услышать её голос.

Взглянуть в её глаза.

Порой мне казалось, что я начинаю забывать и её голос, и её взгляд.

И в такие моменты я себя ненавидела, наверное, больше всего.

Хотя, конечно же, больше всего я ненавидела себя за то, что никак не могла ей помочь.

Я открыла глаза, протянула руку и заправила мамины волосы за уши.

— Ты у меня самая красивая, мама, — тихо сказала я и поцеловала её в лоб.

Взгляд упал на старые проржавевшие часы, стоявшие на столе — до моей смены оставалось полтора часа.

Стоило поспешить.

— Мне пора, мама. Я вернусь утром, миссис Фэнли присмотрит за тобой как всегда, хорошо?

Я коротко ей улыбнулась и направилась в коридор.

— Я тебя очень люблю, — тихо шепнула я, кинув на маму последний взгляд.

Я впустила нашу соседку миссис Фэнли, дала ей медную монету и, наконец-то, вышла за дверь душившей меня квартиры.

Я сорвалась с места раньше, чем услышала хлопок двери за спиной.

Я не смотрела куда бегу, потому что в этом не было смысла — ноги сами вели меня к нужному месту.

Спустя десять минут я толкнула скрипучую дверцу металлических ворот, и этот звук огласил тишину кладбища.

Тридцать шесть шагов вперёд, двадцать восемь направо и вот я уже стояла перед могилой папы.

Только здесь я чувствовала хотя бы относительную свободу, словно папа защищал меня даже с того света.

Словно поддерживал и не позволял опустить руки.

А мне так нужна была эта поддержка.

Мне так нужен был хотя бы просто тот, с кем можно было выговориться.

Я безумно устала молчать.

И поэтому закричала.

Громко, надрывно, словно пыталась так избавиться от всей той боли, что сжимала меня внутри в жестокие тиски.

Мой крик как будто забрал у меня все силы, и я упала перед могилой папы на колени.

— Что мне делать, папа? — с мольбой спросила я.

Я не знала, на что надеялась.

Но сама я не знала ответа на этот вопрос.

Все деньги, что я зарабатывала, я тратила на квартиру и маму.

Ела я только на работе и только то, что оставалось.

Первое время было брезгливо, но голод и безденежье довольно быстро помогли мне это преодолеть.

Одежду я брала из домов скорби, ремонтировала и перешивала.

Абсолютно всё, что осталось у нас после смерти папы, я уже продала.

Каждое платье, каждую занавеску и каждую книгу.

Наша квартира была практически пуста.

Одна кровать, один стул, один стол, один узкий шкаф.

Даже если бы я захотела от чего-то из этого избавиться, то не выручила бы и медяка, потому что почти всё это было найдено на городской свалке и находилось далеко не в лучшем состоянии.

Поэтому я не знала, я совершенно не знала, что мне делать.

Ужас и отчаяние словно родные сёстры сплелись во мне, душа изнутри.

Я даже не рассматривала предложение лекаря, хотя и признавала, что, возможно, он был прав.

Вот только я не могла подвести маму. Я дала ей обещание, что спасу её и я собиралась его исполнить.

А ещё я просто не представляла свою жизнь без неё.

Одинокая и пустая.

Без семьи и без друзей, которые разбежались, стоило папе умереть, а его партнёрам обманом забрать себе весь бизнес.

Тогда мы с мамой были слишком подавлены, чтобы всё обдумывать и просто доверились людям, с которыми папа вёл дела больше тридцати лет.

И после того, как они нас обманули, мама, ещё не отойдя от смерти папы, просто начала угасать на глазах.

Я ненавидела их каждой клеткой.

Даже простое воспоминание обжигало яростью.

Я считала их виновными в том, что случилось с мамой.

Сколько бы мама ни учила меня прощать людей и не желать никому плохого, но, видимо, я не была таким уж хорошим человеком, поскольку желала всем этим предателям тех же мучений, что каждый день испытывала моя мама!

Полоснувшая внутри ярость словно немного меня отрезвила.

Я поднялась на ноги и отряхнула юбку.

— Доброй ночи, папа. Мне очень тебя не хватает.

Я развернулась и направилась на работу, продолжая прокручивать в голове слова лекаря и пытаясь придумать, что же мне делать.

Пусть я этим не хвалилась, но я уже готова была нарушить закон, лишь бы спасти маму.

Я была готова даже украсть.

Сделать хоть что-либо, чтобы её спасти.

Чтобы вновь увидеть её улыбку.

Чтобы почувствовать, как она сжимает мою ладонь в ответ.

Чтобы снова уловить её запах, который давно уже заменили запахи лекарств.

Я готова была на всё, чтобы вернуть её к жизни.

Меня не волновали последствия, мне нужно было лишь одно — чтобы мама жила.

Подходя к работе, в тусклом свете фонаря я увидела его.

Мой самый страшный кошмар.

Он вернулся.

Глава вторая

Военная выправка, широкий разворот плеч, короткие чёрные волосы.

Всё это довершал острый взгляд, буквально впившийся в меня, как только я подошла достаточно близко.

Казалось, в этой жизни мне уже было нечего бояться, кроме смерти мамы.

Но нет.

Я всё ещё боялась его — Зейна Эшфорда.

А точнее той одержимости, которую он ко мне испытывал.

И то, что спустя пять моих отказов стать его женой, он вновь был здесь передо мной, говорило о том, что эта одержимость никуда не исчезла.

Мы не виделись полгода, и я наивно считала, что хотя бы моё нынешнее положение смогло его оттолкнуть.

Но, кажется, я ошиблась.

Внимательный взгляд тёмных глаз ощущался почти физически.

Зейн не пропустил ни одной моей чёрточки и ни единого сантиметра состоящей из сплошных заплаток юбки.

И как всегда его взгляд и присутствие вызывали во мне лишь одно чувство — отвращение.

Я совсем не удивилась тому, что его здесь увидела — знать обо мне всё было словно его хобби.

С самого детства, когда мы только познакомились, он по крупицам собирал обо мне даже самую незначительную информацию.

В детстве это было забавно, в юности мило и даже казалось немного романтичным, но после я поняла, что это совсем не так.

Одержимость было единственным подходящим словом.

И чем старше становился Зейн, тем сильнее она в нём росла.

Я застыла, не решаясь сделать шаг.

Раньше бы я никогда не позволила себе показать ему свою растерянность, но, лишившись магии, я уже не чувствовала себя той Лилибет Фостер, что была прежде.

Ведь, если раньше я была вся словно пропитана магией и подавала в академии большие надежды.

То теперь же я была пропитана лишь страхом.

Вполне понятным и объяснимым.

Я хотела избежать Зейна, вот только если он желал со мной встретиться, то это было бесполезно.

Сжав руки в кулаки и впившись истончившимися ногтями в ладони, я пошла вперёд.

Зейн стоял у входа в таверну, поэтому притвориться, что я его не заметила, было невозможно.

Стоило мне подойти ближе, как его взгляд с ещё большей жадностью впился в моё лицо, а губы искривила довольная ухмылка.

— Ты всё так же прекрасна, моя Лили, — тихо сказал он, делая шаг ко мне.

— Я не твоя, — холодно ответила я. — Что тебе нужно, Зейн?

— Я скучал.

Он шагнул ближе и потянулся к моему лицу.

Я сделала резкий шаг назад и отодвинулась.

— Если это всё, то мне пора идти.

Я попыталась его обойти, но его пальцы железной хваткой впились в моё предплечье, останавливая.

По телу прошла леденящая дрожь.

Я хотела вырваться, но силы были неравны.

Он — могущественный генерал, защищавший нашу страну от врага на границе и не раз доказавший свою силу в бою.

А я драконица, у которой не осталось ни единой искры магии.

Раньше я могла ударить его огнём или хотя бы пригрозить, но без своей магии я осталась беззащитна.

Меня даже уже в действительности нельзя было назвать драконицей, ведь, потеряв свою магию, я больше не могла оборачиваться.

— Отпусти, — твёрдо сказала я.

— А ты заставь меня.

Я гневно взглянула на Зейна, а он от чего-то в свою очередь расплылся в торжествующей улыбке.

— Отпусти, — повторила я с нажимом.

Я оглянулась, в нескольких метрах от нас стояло трое мужчин, но я была уверена, никто не станет связываться с Зейном.

Один его вид внушал страх.

Папа рассказывал, что он один из самых жестоких генералов, что ему довелось встречать.

Его боялись даже драконы, что говорить о простых рабочих, которыми в основном являлись посетители таверны.

— Ты их знаешь? — тут же спросил Зейн.

Я недоумённо взглянула на него и следом на мужчин.

— Нет. С чего ты взял?

— Не ври мне! — рыкнул он. — Иначе они поплатятся.

Второй рукой Зейн грубо коснулся моего подбородка и повернул лицо к себе.

Я дёрнула головой, пытаясь вырваться, но он держал крепко, заставляя смотреть в его горящие гневом глаза.

— Я не вру тебе, и не трогай их.

— Так ты их знаешь? — прорычал он, встряхнув меня. — Кто они?

— Я же сказала, что нет! — громче ответила я. — Я не знаю их. Это просто посетители таверны.

Зейн вглядывался в мои глаза, словно пытался понять, говорю ли я правду.

Меня потряхивало, но я не отводила взгляд.

Он держал меня за подбородок, а я думала лишь о том, как легко он может свернуть мне шею.

Но я не могла проявить слабость, даже если чувствовала себя полным ничтожеством.

Никогда.

Не перед ним.

— Если я узнаю, что ты мне врёшь, то…

— То что? — не сдержавшись воскликнула я. — Я тебе не принадлежу!

— Ты ошибаешься. Ты — моя! Ты принадлежишь мне! И только мне!

Его яростный голос заставил меня вздрогнуть.

Он сжал руки на моём предплечье и подбородке ещё сильнее, а я поморщилась от боли.

— Ты сумасшедший, Зейн! Я не люблю тебя, прими ты уже это наконец. Сколько ещё лет ты собираешься бессмысленно преследовать меня?

— Больше не собираюсь, — неожиданно ответил он. — Теперь настала твоя очередь.

Я нахмурилась, не понимая, шутит ли они или говорит всерьёз.

— Тогда отпусти меня и, надеюсь, мы больше никогда не увидимся.

Зейн наклонился к моему лицу, замерев в паре сантиметров, и до меня донёсся пугающий металлический запах крови, словно впитавшийся в его кожу.

— Я же сказал — заставь меня, — криво улыбнулся он.

— Так хочешь, чтобы тебя подпалили, Зейн? — зло спросила я. — Уже забыл, как я сожгла твой костюм на королевском балу?

— А ты разве ещё способна создавать огонь? — насмешливо вскинул он бровь. — Неужели меня обманули?

Получается, и это ему тоже было известно.

Мне стоило догадаться.

Хотя признаваться ему в своей слабости и глупости я не собиралась ни за что.

— Именно так! — процедила я. — Поэтому отпусти меня, пока мой огонь не стёр эту ухмылку с твоего лица.

Неожиданно Зейн меня отпустил, но остался на том же месте, не отодвинувшись ни на сантиметр.

Я, не особо веря в своё везение, медленно от него отодвинулась, обошла и направилась к таверне.

— Как поживает леди Фостер? — прилетел его вопрос мне в спину.

— Всё замечательно, — холодно ответила я, слегка замедлив шаг.

— Я могу помочь спасти твою мать, Лили.

Я замерла, так и не сделав шаг, для которого уже занесла ногу.

Мне следовало уйти.

Тут же прийти в себя и бежать как можно скорее.

Но я обернулась и посмотрела Зейну в глаза.

Наверное, я всё решила для себя именно в этот момент, ещё до того, как задала следующий вопрос.

— Чего ты хочешь взамен, Зейн?

Он плавно подошёл ко мне, явно понимая, что теперь я не сбегу.

Теперь он нащупал мою больную точку и собирался бить в неё до конца.

— Того же, чего я хотел с самой первой нашей встречи, малышка Лили, — тебя.

Глава третья

— Никогда, — твёрдо сказала я. — Ты никогда меня не получишь!

Зейн в ответ лишь криво улыбнулся.

Я всеми силами пыталась изображать уверенность, но внутри чувствовала лишь страх.

Дикий, липкий и обжигающе ледяной.

Его щупальца словно впивались в самую душу, стараясь подчинить меня себе.

Я знала, что, мягко говоря, Зейн ненормальный.

И именно поэтому я не представляла, чего от него ожидать.

Сначала его останавливали моя семья и мой статус, после — моя магия, которую я, не боясь, применяла, стоило ему перейти черту.

Сейчас же его в действительности не могло остановить ничего.

Я была перед ним совершенно беззащитна.

Ведь он знал о моих проблемах с магией.

Или, как минимум, догадывался.

Я надеялась лишь на то, что он не был в курсе того, как именно я её лишилась.

Меньше всего мне хотелось, чтобы он ещё и имел против меня такой компромат.

Зная мою тайну, он вполне мог угрожать сдать меня стражникам.

Или сделать это на самом деле.

Зейн внимательно смотрел мне в глаза.

Если обычно, когда я ему отказывала, я видела на его лице гнев, то сейчас он был невероятно спокоен.

И это спокойствие пугало меня ещё сильнее.

— Не ожидал, что тебе настолько безразлична жизнь собственной матери, когда она может умереть в любой момент, — едко сказал Зейн. — Но это твой выбор.

Он безразлично пожал плечами, а после неожиданно отстранился, развернулся и просто начал уходить.

Подобного не случалось прежде никогда.

Ни разу Зейн не уходил по своей воле, не вымотав всю меня и не истратив все мои силы.

Каждый раз он уходил со скандалом и яростным обещанием следующей встречи.

Я смотрела, как он удаляется, и нервозность всё сильнее охватывала всё моё тело.

— И что? Это всё? — не выдержала я. — Ты просто так и уйдёшь? Никаких угроз?

Мне хотелось дать себе пощёчину за то, что сама же его остановила, но мне отчаянно нужно было понять причины подобного изменения в поведении Зейна.

Я знала его больше десяти лет, и он никогда прежде никогда так себя не вёл после моего отказа.

Зейн остановился и слегка обернулся. Он был доволен. Я видела это торжество в его глазах.

— Если передумаешь, то ещё сутки я буду в городе прежде чем вернуться на границу.

Больше не сказав ни слова, он уверенным шагом скрылся в темноте ночи.

А я осталась стоять, смотря вперёд, не в силах оторвать взгляд.

Казалось, что я вот-вот найду другое объяснение его поведению, чем то единственное, что крутилось у меня в голове.

Мама болела уже полтора года, и прежде Зейн не предлагал нам помощь.

Неужели ему было известно, что маме хуже?

Лекарь говорил со мной всего два часа назад.

Это значит, что Зейн узнал всё лично от него?

Может с его помощью и следил за мной?

Мистер Гордем явно не отказался бы помочь такому могущественному магу, как Зейн.

Тем более тот наверняка не скупился на благодарность.

Я почувствовала себя голой, осознав, что, возможно, человек, которого я много раз пускала в дом, шпионил за нами.

Что даже тонкие стены нашей квартиры, за которыми мы прятались от всего мира, совсем нас не защищали от лорда Зейна Эшфорда.

Не видев его целых полгода, я наивно начала чувствовать себя как будто бы в безопасности.

И теперь эта иллюзия рушилась, подпитывая мой и без того невероятный страх.

Выходило, что Зейн знал о состоянии мамы.

И получается был абсолютно уверен, что я соглашусь.

А я…

Сердце кричало согласиться, чтобы спасти маму.

Но разум протестовал.

Я боялась Зейна уже много лет, хотя мы по сути были друг другу никем.

И я не могла и представить, что будет, если он получит меня.

Что бы это ни значило…

Мне казалось, что этот день будет последним в моей жизни.

Хотя, возможно, если он просто убьёт меня, может это был бы лучший вариант, чем если бы он заставил меня быть с ним.

Вот только я не была той, кто легко готов попрощаться с жизнью.

Кожу на подбородке до сих пор словно неприятно щипало после его прикосновения, и мне хотелось умыться, чтобы его забыть.

И одна только мысль о том, что он может прикоснуться ко мне вновь, а тем более иметь на это полное право, во мне ужас и отвращение.

И согласиться на это добровольно?

Нет!

Ни за что!

Это было выше моих сил.

Но мама…

Лишиться её было намного страшнее.

Но неужели у меня не было другого выбора?

Неужели это и всё?

Нет. Мне верилось, что есть выход, обязательно есть какой-то выход.

Он просто должен был быть.

Каждый раз, когда маме становилось хуже, я его находила.

Я справлялась.

Я спасала её.

И я просто не верила, что жизнь могла быть настолько безжалостна, чтобы заставлять меня делать такой выбор.

Я должна была найти другой выход и в этот раз!

— Лили, ты идёшь? — раздался голос моей напарницы Жизель позади.

Её голос словно вытянул меня из того мрака, в который погрузили мои же собственные мысли.

— Д-да. Иду, — кивнула ей я и, последний раз взглянув в темноту, отправилась в таверну.

Всю ночь мне постоянно приходилось одёргивать себя, чтобы не пролить чего-нибудь и не уронить, потому что всё, о чём я могла думать, была мама.

С момента смерти отца я оббила пороги каждого из его прошлых друзей.

Я пыталась просить помощи у каждой из маминых подруг, с которыми она была неразлучна, пока у нашей семьи были деньги.

Но все, абсолютно все выставили меня за порог.

Большинство даже не захотело со мной встретиться.

Поэтому по сути мне даже не у кого было занять денег.

Мы жили в бедном районе, и все наши соседи тоже дорожили каждым медяком.

Я знала, что банк не даст такой как я денег, да и я не представляла, как их потом возвращать.

Взгляд сам собой упал на мистера Нерка — хозяина таверны.

Он, как и всегда, внимательно следил за мной, не спуская глаз.

Ещё год назад, едва узнав о состоянии моей мамы, он предлагал дать мне денег, как и множество раз после.

Вот только это был не просто щедрый поступок, хоть он и пытался выставить себя моим спасителем.

Мистер Нерк хотел взамен того же, чего хотел и Зейн.

И самое страшное, к чему приводили мои мысли, это то, что чтобы спасти свою маму, я должна продать единственное, что у меня осталось.

Себя.

И если я срочно не найду иного выхода, то мне придётся это сделать.

Выбрав лишь того, кто предложит большую цену.

Но я не была уверена, что смогу с этим смириться.

Ведь стоит кому-то меня купить, и я больше никогда не буду принадлежать себе, я больше никогда не буду собой.

Я стану вещью.

Дверь таверны резко ударилась о стену, а в помещение вбежал встревоженный и покрасневший мистер Фэнли — муж маминой сиделки.

Ещё до того, как он нашёл меня взглядом, я поняла, что случилось что-то ужасное, и, кажется, сердце тревожно замерло, пропустив удар.

Вручив Жизель поднос, я побежала к мистеру Фэнли, на которого сейчас недовольно поглядывал мистер Нерк.

— Что-то слу…

— Лили, — тут же прервал меня тяжело дышащий мистер Фэнли. — Тебе срочно нужно домой. Твоя мама… Ей стало хуже.

Глава четвертая

Мистер Нерк не обрадовался тому, что меня пришлось отпустить, но выбора у него не оставалось.

Я поспешила с мистером Фэнли домой.

К сожалению, путь был неблизким.

Карету я не могла себе позволить, да никто и не ездил в такой час.

Пока мы шли, я вынуждена была постоянно себя тормозить, чтобы не сорваться на бег.

Мистер Фэнли был уже давно не юным парнем, да и к тому же сначала проделал путь до таверны и вполне очевидно успел устать.

Пусть мы и жили в столице, но в той части города, где преступность была на довольно высоком уровне.

Да, многие знали меня и не знали, что я больше не владею магией, а потому резонно обходили стороной.

Но всегда существовал шанс встретить кого-то незнакомого, поэтому если я хотела дойти до дома в целости, то стоило держаться мистера Фэнли.

Сколько я ни спрашивала, он так и не смог толком объяснить, что же случилось.

Его жена ему ничего не особо не сказала, велев лишь позвать меня, и это открывало огромный простор для моей фантазии.

Предположения в моей голове молниеносно сменяли друг друга.

И чем дольше мы шли, тем темнее и страшнее они были.

Стоило нам с мистером Фэнли дойти до нашего квартала, который едва освещал один согнувшийся фонарь, как я всё же не удержалась и побежала со всех ног домой.

Я считала каждый шаг, пытаясь хоть на чём-то сконцентрироваться, чтобы не поддаться панике.

Вбежала в нашу квартирку и сразу поспешила к маме.

Она была жива.

Худший из вариантов, вертевшихся в моей голове, оказался неверным.

Вот только ситуация была не многим лучше.

У мамы был приступ. Магия изнутри пожирала её. И это напугало меня просто до ужаса.

Ведь последний приступ был буквально неделю назад.

Прежде они не случались чаще, чем раз в месяц, а здесь практически два подряд…

Слова лекаря об оставшемся маме сроке словно раскалённым клеймом были выжжены в моей памяти.

Они всё время напоминали о себе, причиняя почти физическую боль.

Но самым страшным их последствием было отчаяние.

Оно душило, заставляя чувствовать себя бесправной песчинкой, которая ничего не может изменить в этом мире.

И больше всего на свете я ненавидела это чувство.

Оно, казалось, разрушало всю мою суть, словно желая сделать меня кем-то иным.

Громкий голос отвлёк меня от мыслей.

— Леди Фостер, вы так долго, — взволнованно сказала миссис Фэнли, вставая со скрипучего стула и быстро направляясь к выходу. — Я вся изволновалась. Боялась, что ваша мать вот-вот покинет нас, а я здесь с ней одна.

Я тяжело на неё посмотрела.

— Моя мать не проклята, — резко ответила я.

Миссис Фэнли поджала губы, недовольно на меня смотря.

За моей спиной раздался тихий стон, и миссис Фэнли перевела взгляд на маму.

Видимо, она списала мою резкость на нервы и поэтому снисходительно решила меня простить.

— Я пойду.

— Стойте, — сказала я, и миссис Фэнли испуганно оглянулась. — Вы можете позвать лекаря?

Взгляд миссис Фэнли скользнул на часы.

— Но ведь сейчас ночь, я бы не хотела выходить в такой час.

Я быстрым шагом направилась к двери.

— Тогда я схожу за ним, а вы ждите здесь.

— Нет! — взглянув на маму, тут же воскликнула она. — Я схожу.

Больше ничего не говоря, она поспешила выйти из квартиры, а я опустилась на колени перед маминой постелью.

Я положила руки ей на грудь и постаралась призвать свою магию.

Это было очень наивно или скорее глупо, но я не могла даже не попытаться.

Если, когда я уходила, мама походила на привидение, то сейчас уже скорее на тень.

Казалось, что последняя капля жизни вот-вот покинет её тело.

Тело было мокрым от пота, а на губе выступила капля крови, устрашающе смотрясь на её бледном лице.

И она дрожала.

Всю её фигуру сейчас сотрясала мелкая дрожь, вены стали темнее, и теперь казалось словно чёрная паучья сеть покрыла всю её кожу.

Это была одна из главных причин, почему миссис Фэнли и ещё некоторые наши соседи считали, что маму прокляли.

Вот только дело было в другом.

Но им, как и любому другому, не стоило об этом знать.

Я пыталась хоть как-то облегчить мамино состояние.

Магия ожидаемо не откликалась, а лекарь всё не шёл.

Мама становилась всё холоднее, её дрожь усиливалась, и одеяла уже не помогали.

Я взглянула на часы — прошёл уже час, а мы по-прежнему были здесь одни.

Я уже была готова сорваться и сама бежать за лекарем, но страх оставить маму одну хоть на мгновение заставлял оставаться на месте.

— Подожди ещё немного, мама, прошу, — прошептала я. — Обещаю, скоро тебе станет легче.

Ещё спустя час, когда меня уже тоже начала бить дрожь, но уже от нервов, лекарь, наконец-то, появился.

— Доброй ночи, мистер…

Он поднял руку, останавливая меня, и хмуро взглянул на маму.

Он подошёл, коснулся её кончиков пальцев и отправил в них лёгкий разряд магии.

Ничего не изменилось.

Он проделал то же самое, взяв её вторую руку, но результат был тем же.

— Почему ничего не происходит? — напряжённо спросила я. — Ещё вечером она реагировала на вашу магию.

Лекарь лишь поджал губы, ничего не ответив, и от этого у меня внутри резко похолодело.

Глава пятая

Он убрал с мамы одеяла, и её тут же начало трясти.

Я мгновенно потянулась к ней, но лекарь меня оттолкнул.

— Не мешайте мне, леди Фостер, — строго сказал он.

— Простите, — прошептала я, отходя.

Я внимательно следила за каждым движением лекаря.

Он достал из своего портфеля флакон с зельем и, приподняв мамину голову, влил ей его в горло.

Маму резко заколотило, и часть зелья вылилась из её рта, запачкав ночную рубашку и простынь.

У мамы свело мышцы, и она болезненно застонала.

Лекарь крепко держал её, прижав голову к своей груди.

Я отвернулась, не в силах на это смотреть, но всё равно продолжала слышать её голос полный боли.

Мне безумно хотелось хотя бы немного облегчить её страдания и забрать себе часть её бесконечных мук.

Мамины стоны перешли в крики, что особенно ужасало, поскольку она всё равно не приходила в себя даже в такие моменты.

И я понимала, что она не спит, а словно заперта в собственном теле.

Мама успокоилась через полчаса.

Я молилась, чтобы ей стало легче, но одного взгляда лекаря хватило, чтобы понять — всё плохо.

— Я ошибся, леди Фостер, — тихо сказал он, потирая бровь и крутя в руках опустевший флакон из под зелья.

— О чём вы?

— Мой прогноз в две-три недели был ошибкой.

Я резко вдохнула воздух, понимая к чему он ведёт.

— Сколько? — глухо спросила я.

— Два дня, навряд ли больше.

Лекарь скривился, и выглядело это так, что ему самому сложно говорить эти слова.

— Но почему тогда прежде вы сказали…

— Простите, — тяжело вздохнул он. — Я здесь бессилен. Ей нужны редкие травы, ей нужен сильный маг. И если у вас нет того, кто мог бы ей помочь, то…

Он пожал плечами, отводя взгляд и как будто не решаясь сказать последние слова.

— То я могу помочь вам избавить леди Фостер от лишних страданий.

Огненная волна возмущения и злости поднялась в груди.

Меня настолько обожгли эти чувства, что на мгновение показалось, будто моя магия вернулась, но нет.

— Вы предлагаете мне убить собственную мать? — неверяще спросила я.

— Не убить, — нахмурился лекарь. — А лишь немного сократить её страдания.

— И чем это отличается от убийства? — яростно спросила я.

— Леди Фостер… — начал было он, и тут меня ударила мысль.

Больно и ошеломляюще сильно.

— Сколько?

— О чём вы? — недоумённо взглянул на меня мужчина.

— Сколько вам заплатили?

— Я не понимаю.

— Я знаю, что вы делились информацией о состоянии моей матери. И уверена, что делали вы это не бесплатно.

Мой голос звучал зло, и я надеялась, что лекарь скажет, что я неправа, но по его лицу я мгновенно поняла, что угадала.

— Простите, — беспомощно сказал он. — Я…

— А может быть вы не только рассказывали? — внезапно даже для самой себя предположила я. — Может быть вы ещё и приложили к её состоянию руку? Может быть поэтому ваши прогнозы постоянно меняются? Всё дело в том, что вы просто пытаетесь отправить мою мать на тот свет, да?

Лекарь посмотрел на меня в ужасе.

— Леди Фостер, я клянусь… Я бы никогда.

Мужчина словно растерялся и не знал, что сказать, а я поняла, что мои подозрения, к счастью, оказались ошибочными.

Но извиняться за них я не собиралась.

— Что ещё вы ему рассказали? Вы говорили ему обо мне или о чём-нибудь ещё?

— Нет-нет, — испуганно сглотнув, посмотрел на меня мужчина. — Только о состоянии леди Фостер.

— Вы уверены?

Лекарь быстро закивал головой, а я шагнула назад, касаясь спиной стены и запрокинула голову, сделав глубокий вдох.

Ещё в тот момент, когда Зейн предложил мне сделку, ещё тогда я поняла, что всё решено.

Все мои слова и размышления были лишь оттягиванием неизбежного.

Я знала, что соглашусь.

Я всё знала.

Я прекрасно понимала, что всё это притворство было ради сохранения хоть каких-то остатков чувства собственного достоинства.

В конце концов кроме него у меня уже давно ничего не было.

— Ваш зять дома? — смотря на потрескавшуюся кожу на своих руках, спросила я.

— Д-да.

— Мне нужно, чтобы он меня отвёз в одно место.

Лекарь нахмурился, ничего не понимая.

— Куда?

— Неважно. Меня нужно отвезти и привезти обратно, а вы пока побудет с мамой, — не терпящим возражения тоном сказала я. — Естественно, поездка будет бесплатной, поскольку, полагаю, благодаря мне вы уже заработали более чем достаточно.

— Хорошо, — растерянно смотря на меня, кивнул мужчина.

Через полчаса я уже была в карете.

Старой, грязной и холодной.

И даже на поездку в такой карете у меня не было денег.

Извозчик вёз меня, постоянно оглядываясь, как будто думал, на какой из этих тёмных улиц я подставлю к его горлу кинжал.

Когда карета остановилась перед коваными воротами, то до меня мгновенно донеслась льющаяся музыка, а в глаза бросилось огромное количество людей, находившихся во дворе поместья Зейна.

И это всё происходило посреди ночи.

— Вы уверены, что вам сюда? — хмуро спросил извозчик.

— Более чем, — хмыкнула я в ответ, выходя из кареты.

Теперь я была окончательно уверена, что здесь меня ждали.

И более того, для меня подготовили представление.

Глава шестая

Это был точно не высший свет общества, поскольку я не могла узнать здесь никого.

Вероятнее всего это были просто дети богатых родителей, не имеющих титулов.

Зейн любил пользоваться такими людьми с самого детства.

Ведь он был никем иным как сыном великого генерала Эшфорда.

Благодаря его статусу с ним хотели дружить и не только.

Многих правда отпугивало его поведение, но далеко не всех.

Я прошла вперёд и пара человек мазнула по мне брезгливыми взглядами.

Это даже было забавно, учитывая то, что я была леди, и не будь я одета в это ужасное платье, они бы никогда не посмели себя так вести.

Я не была в этом доме лет пять, но всё ещё помнила, как он устроен.

В этом поместье периодически жила вся семья Эшфордов, и когда-то я была в нём частой гостьей.

Отец приезжал сюда обсуждать дела с отцом Зейна, а я постоянно напрашивалась с ним.

Но не для того, чтобы увидеть Зейна, а чтобы увидеть хоть издалека того, кого мне давно уже пора было забыть.

Зайдя в дом, я начала обходить комнаты первого этажа одну за другой, до последнего не желая подниматься на второй этаж, хотя интуиция кричала, что Зейн наверняка ждал меня в кабинете.

Едва я зашла в очередную гостиную, как до меня донёсся голос.

— Эй, ты, рыжая, прибери здесь.

Я подняла голову и увидела светловолосого парня, смотрящего на меня в ожидании.

Это он сказал получается?

Мне?

Конечно, ничего удивительного, учитывая мой внешний вид, но сомневаюсь, что когда-нибудь такое отношение станет приятным.

Да даже если бы это была моя непосредственная работа, такой тон и высокомерный взгляд точно вызывали бы во мне как минимум раздражение.

Я оглянулась, чтобы убедиться, что Зейна здесь тоже нет.

— Я здесь не работаю, — сказала я и направилась на выход.

Не успела я сделать и двух шагов, как в меня врезалась девушка, заболтавшаяся с подругой и не заметившая меня.

У неё в руке был бокал с какой-то жидкостью рубинового оттенка.

И при столкновении практически всё его содержимое оказалось на моём платье и лице. Лишь пара капель попала на рукав девушки.

— Ой, — испуганно воскликнула она, а затем увидела меня, внимательно пригляделась, и выражение её лица тут же изменилось. — У тебя что глаз нет? Ты испортила мне платье!

Стирая с лица капли жидкости с неприятным приторным запахом, я возмущённо на неё посмотрела.

— Это ты в меня врезалась и ты испортила моё платье.

— Твоё платье? — ехидно улыбнулась она. — Да таким платьем бы даже нищие побрезговали. Кто ты вообще такая? Кто тебя сюда впустил?

Я молчала, не желая с ней разговаривать, да и, честно говоря, просто не зная, что ответить.

— Отвечай, когда тебя спрашивают!

Она толкнула меня в грудь, и я от неожиданности полетела назад, но полёт мой закончился раньше, чем следовало, поскольку я врезалась спиной в чью-то грудь.

Мужские руки легли мне на плечи и болезненно их сжали.

Я попыталась вырваться, но меня тут же вернули обратно.

— Я сказал тебе прибраться, — зло прошипел мне тот парень на ухо. — Я не люблю, когда мои приказы игнорируют.

— Я уже сказала, что здесь не работаю, — гневно заявила я, вновь пытаясь вырваться.

Как бы сейчас мне не помешала моя магия.

Я бы с удовольствием подпалила этого высокомерного придурка.

— Она наверняка воровка! — громко заявила облившая меня девушка. — Пробралась сюда, чтобы нас ограбить.

Я посмотрела на неё тяжёлым взглядом.

Пожалуй, её бы я хотела подпалить ещё сильнее этого придурка.

— Хватит говорить чушь и немедленно меня отпустите! — заявила я, резко вырывая правую руку из захвата и ударяя стоптанным каблуком моего ботинка парня по ноге.

Удар получился на славу, он прошипел и отпустил меня, а я тут же поспешила вперёд.

— А ну стой, тварь! — крикнул он мне вслед.

Я бежала, всеми силами уклоняясь от выставленных повсюду локтей, и уже была не так уж против пойти на второй этаж и начала пробираться к лестнице.

Совсем чуть-чуть оставалось до неё, как меня резко схватили за руку, больно впиваясь в кожу острыми ногтями.

— Ты куда это собралась, побирушка паршивая? — зло спросила догнавшая меня девушка.

— Ты что с ума сошла? — возмутилась я. — Отпусти меня немедленно! Ты мне сейчас руку продырявишь!

— Мы уже отправили за стражей, скоро они явятся, и будешь им докладывать, что ты здесь забыла и что успела стащить.

— А ты не много ли на себя берёшь в чужом доме? — вскинув бровь, спросила я.

Девушка точно не ожидала такой реакции, или же дело было в чём-то другом, но она явно растерялась, и даже её хватка стала менее болезненной.

— Это дом моего жениха! Так что считай, что я здесь хозяйка!

— Насколько я знаю, генерал Мартин Эшфорд давно женат, — насмешливо хмыкнула я.

Девушка растерялась ещё сильнее.

— Я… я говорю не о нём! Я — невеста его сына.

— Зейна? — настороженно уточнила я.

— Да, Зейна Эшфорда.

Вот же…

Я даже подумать не могла, что у Зейна может быть невеста.

И он при этом предлагал мне такое?

Это, конечно, сильно меняло дело, но, к сожалению, итоге оставался тем же.

Я уже всё решила.

А то, что у него есть невеста наоборот хорошо, значит я нужна ему ненадолго.

— Где он? — спросила я.

— Что? — нахмурилась невеста.

— Где Зейн?

Взгляд девушки неосознанно скользнул наверх лестницы.

Значит я была права, он на втором этаже.

— Ты кто такая, чтобы называть моего жениха по имени? — возмутилась она.

— Сама найду, — заявила я и вырвала свою руку.

Я тут же зашипела и приложила к ней другую руку.

Вот же.

Эта невеста Зейна расцарапала меня своими ногтями до крови!

У неё точно были ногти, а не когти там?

— Стой! Не смей туда ходить! — закричала она и помчалась за мной следом.

Я ускорила шаг.

Кабинет Зейна был совсем недалеко, соседняя дверь от его спальни.

Сначала были комнаты Оливера.

Я прибавила шаг, невеста меня догоняла.

Мне, конечно, было жаль, что из-за меня Зейн разобьёт ей сердце.

Но может быть она хотя бы так поймёт, что за жених ей попался.

Хотя может Зейн будет всё скрывать?

Кто знает, что у него в голове.

Меня волновала лишь жизнь мамы.

Единственной семьи, что у меня осталась.

Решив не тратить время на стук, я открыла дверь и даже не удивилась.

Зейн расслабленно сидел на чёрном диване, а с двух сторон к нему прильнули девушки в очень откровенных платьях.

Жених мечты, ничего не скажешь.

Стоило мне открыть дверь, как Зейн впился в меня взглядом, и правый уголок его губ слегка взлетел наверх.

— Лили? Какая неожиданная встреча, — ухмыльнулся он.

Неожиданная?

Я в этом очень сомневалась.

Мои дорогие читатели, я наконец-то вернулась, продолжение послезавтра.

А пока предлагаю вам познакомиться с первой книгой нашего литмоба «Ненужная невеста в академии».

Только для читателей старше 16 лет

Натали Эмбер «Ненужная невеста ректора дракона»

https:// /books/read/53306

После предательства жениха я попала в академию магии. Здесь выживают лишь те, у кого есть покровительство и сила. У меня же нет ни того, ни другого.

Чтобы выжить, мне придется заручиться поддержкой ректора, самого опасного дракона в Империи. Какую цену он потребует взамен? И чем его так заинтересовал мой внезапно проснувшийся дар?

Глава седьмая

Зейн мрачно посмотрел мне за спину.

— Кэролайн, ты что-то хотела?

Я обернулась и увидела ту самую невесту, испуганно смотрящую сейчас на Зейна.

— Д-да, эта нищенка хотела к тебе пробраться, я пыталась ей помешать, но…

— Уйди, — раздражённо сказал Зейн, махнув ей рукой на дверь.

Кэролайн побледнела и посмотрела на меня.

— Может быть вызвать стражу?

— Уйди! — рявкнул Зейн, и Кэролайн тут же поспешила на выход.

Я успела заметить лишь слёзы, блеснувшие в её глазах, прежде чем она скрылась.

Неужели она правда в него влюблена?

Любовь и правда жестока, если она действительно смогла влюбиться в такого, как Зейн.

Я повернулась к Зейну, а он вновь посмотрел на дверь.

И этот взгляд мне не понравился.

— Кэролайн, — громко позвал он её.

Невеста тут же открыла дверь, вновь входя в кабинет.

Она тут же принялась стирать слёзы, а после с обожанием посмотрела на Зейна.

— Садись, — кивнул он ей на кресло рядом с диваном.

Кэролайн явно была растеряна, но не стала ни о чём спрашивать и тут же поспешила выполнить приказ.

А это был именно он, несмотря даже на вполне дружелюбный тон.

Зейн повернулся к одной из девушек, сидящих рядом, и, резко положив ей руку на затылок, притянул к себе и поцеловал.

Я почувствовала нарастающее раздражение внутри и отвернулась.

Стоило мне это сделать, как он оттолкнул девушку и посмотрел на меня.

Ну, конечно, к чему представление, если я не смотрю, ведь так?

— Ты что-то хотела, Лили? — спросил он.

Раздражение стало ещё сильнее.

Игры Зейн любил сильнее всего на свете.

Хотя, наверное, всё же было одно, что он любил больше — ломать людей.

— Мне нужно с тобой поговорить, — прямо сказала я.

Зейн откинулся на диване, насмешливо на меня смотря.

— Говори.

— Наедине, — с нажимом отметила я.

— Я сейчас занят, как видишь, — хмыкнул он, прижимая девушек ближе. — Либо говори здесь и сейчас, либо приходи потом.

— Разве ты завтра не уезжаешь?

— Всё верно. Но я вернусь уже через месяц, можешь прийти тогда.

Он говорил и довольно улыбался, прекрасно понимая, что у меня нет этого месяца.

— Мне это не подходит.

Зейн лишь пожал плечами, а затем поцеловал одну из девушек в шею, не спуская с меня взгляда.

Он медленно спускался всё ниже, как будто они здесь были одни.

— Ты пришла посмотреть или поговорить? — ухмыльнулся он.

— Я уже сказала, давай поговорим наедине.

— Лили, у меня нет на тебя времени, я уже скоро уезжаю. Либо говори сейчас, либо иди.

Он махнул рукой, и дверь за моей спиной раскрылась.

Я развернулась, подошла к двери и хлопнула ей со всей злости.

Кэролайн вздрогнула, как и девушке, сидевшие вместе с Зейном.

— Кажется кто-то не на шутку возбудился, — рассмеялся он.

— Давай поговорим, Зейн.

Он скривился.

— Лили, сколько мне ещё тебе повторять? Это уже начинает надоедать. Ты пришла в мой дом и решила мне здесь указывать? Кажется, ты всё ещё никак не можешь смириться с тем, что стала никем. Но так оно и есть. Поэтому я повторяю тебе в последний раз: либо говори здесь, либо уходи.

Я глубоко вздохнула, прикрывая глаза и чувствуя, как внутри поднимается огонь.

Очень жаль, что этот огонь не имел никакого отношения к магии.

И им я никак не могла подпалить самодовольное лицо Зейна. Вместо этого этот огонь вовсю сжигал меня саму.

— Я согласна, — выпалила я, решив дольше не тянуть.

Он всё равно знал, зачем я здесь.

Ещё мгновение назад я думала, что ещё самодовольнее Зейн быть не может, но, оказалось, что я ошиблась.

— Не понимаю, о чём ты, — нахмурившись, заявил он.

Я сжала челюсти, чтобы не послать его ко всем демонам.

Хотя демоны, как известно, побеждают врага, высасывая его душу, а у Зейна Эшфорда её точно не было.

Поэтому этой сволочи даже это было бы нипочём.

— Я о том, что ты предложил, — глухим голосом пояснила я.

Все взгляды в комнате были сосредоточены на мне, и я чувствовала, как в горле резко пересохло, а в животе словно образовалась дыра.

— Говори точнее, Лилибет, я не понимаю, о чём ты.

— Всё ты понимаешь! — заявила я, чувствуя, как каждое слово раздирает до боли горло.

— К сожалению, нет.

— Ты сам приходил сегодня и мне это предлагал. Как ты мог забыть?

— У меня слишком много дел в столице, я уже даже забыл, что мы вообще виделись.

Я решила, что продолжать этот спор бессмысленно.

— Спаси мою маму, Зейн.

— А взамен? — он издевательски изогнул бровь.

— Я… Я сделаю то, что ты хочешь.

— Ты опять говоришь загадками, Лили. Что ты собираешься сделать?

— Я сделаю то, что ты хочешь, — повторила я.

— Ты прекрасно знаешь, чего я хочу, — ухмыльнулся он. — Поэтому хватит играть в эти игры.

Я зло на него посмотрела.

Играть в игры?

Это я играла в игры?

Это бесило, но это было не важно.

У меня было мало времени, и оно всё сильнее утекало, пока я находилась здесь.

Не было смысла тянуть.

— Я буду твоей, Зейн. Как ты того хотел.

Ну вот, я сказала это и, вроде бы, мир не рухнул.

Хотя внутри казалось, что всё было именно так.

Казалось, что я внутри разрушаюсь.

И останется ли что-то от меня в будущем, мне было сложно сказать.

— Это и всё, что ты можешь мне предложить? — насмешливо спросил он.

Я подняла глаза и недоумённо на него посмотрела.

— Да, но…

— Ты же видишь, какие женщины мне нравятся, — прервал он меня, показывая на девушек, сидящих рядом. — А себя ты давно видела, Лили? Ты правда думаешь, что я бы опустился до того, чтобы быть с такой, как ты?

Его слова были словно удар в спину.

Он…

Он что просто издевался надо мной?

Он не собирался помогать моей маме?

Зейн что решил просто мне отомстить за все отказы?

Я растерянно посмотрела на него, а затем взгляд сам собой упал на его спутниц.

Все они сейчас насмешливо смотрели на меня, даже не скрывая едких улыбок.

— Но ты же сам сказал.

— Лили, тебе, видимо, это приснилось. Поэтому если тебе нечего мне больше предложить, то уходи.

От полной растерянности я развернулась и медленно пошла к двери, пытаясь осознать услышанное.

Вплотную к ней подойдя, я всё же обернулась и посмотрела на него.

— Себя, Зейн. Я предлагаю тебе себя. Это единственное, что у меня есть.

— Мне это неинтересно, — заявил он, а затем повернулся к Кэролайн. — Проводи леди Фостер на выход, ей нужно спешить, иначе она может опоздать.

Дорогие читатели, сегодня я хочу рассказать вам о ещё одной книге нашего литмоба «Ненужная невеста в академии».

Только для читателей старше 18 лет

Дита Терми «Ненужная невеста альфы, Или от ненависти до любви один укус»

Чтобы спасти наш род от разорения, отец решил меня выдать замуж за «генетически подходящего партнёра». Вот только этот высокомерный оборотень-мажор бесит меня с первого дня знакомства в академии магии!

Он считает меня обузой, досадным приложением к его роскошной жизни. Я же не собираюсь быть послушной куклой и готова бороться за свою свободу. «Высокая наука»? Древние пророчества? Подождут! Сначала я докажу этому самоуверенному мажору, что «ненужная» невеста может преподнести немало сюрпризов!

Глава восьмая

Кэролайн тут же подскочила, чтобы послушно исполнить приказ.

Я всё ещё ощущала себя странно, когда вышла за дверь и направилась вслед за Кэролайн на выход.

Это сон?

Это иллюзия?

Это…

Да что это вообще такое сейчас произошло, хторк его заколдуй.

Я шла, находясь в какой-то абсолютной прострации.

Каждый шаг был просто безотчетным действием.

Получалось, что Зейн переболел мной и явился в этот раз просто, чтобы унизить меня за мои отказы?

У меня внутри было такое странное смешанное чувство.

Мне стоило радоваться, что этот сумасшедший наконец-то ко мне охладел, но не выходило.

И дело, конечно же, было не в том, что я внезапно после стольких лет осознала, что он любовь всей моей жизни.

Я бы не отказалась, чтобы все мои проблемы сводились к несчастной любви.

Но дело было в том, что я не представляла, что мне делать.

Пока я ехала сюда, пока искала Зейна, я даже почувствовала какую-то уверенность, поскольку уже всё для себя решила.

Поскольку я знала, я точно знала, что теперь мама будет жить.

Что я сделаю всё, чтобы добиться для неё лучших лекарей и снадобий.

А теперь…

Теперь я не знала ничего.

Но было ещё кое-что страшное и тёмное внутри меня, что пугало меня так, что заставляло покрыться ледяной дрожью.

Как будто, решив согласиться на предложение Зейна, я уже сама причислила себя к вещам.

А значит теперь я могла думать о том, чтобы продать себя кому-нибудь другому.

Эта мысль вызвала у меня истерический смешок.

А заодно от ужаса у меня закружилась голова и я остановилась, посильнее вцепившись в перила.

Как?

Как всего за несколько часов я дошла до этого?

Нет.

Подобную мысль нельзя было даже допускать.

Я согласилась лишь однажды.

Думать о подобном дальше, значило потерять себя окончательно.

Зейн был единственным, кого я знала, кто точно мог обеспечить маме полное лечение.

Единственным, кто мог её спасти.

Решаясь продать тело, невозможно оставить не задетой душу.

Поэтому если и делать это, то только при условии, что мама точно поправиться.

А значит мне нужен был новый план и срочно.

Я спустилась на первый этаж и тут же оказалась в толпе.

Со всех сторон меня стали толкать, словно не замечали.

Кэролайн постоянно оглядывалась, проверяя, иду ли я за ней.

Как по мне у неё была странная реакция для невесты.

Она больше напоминала служанку.

Хотя ведь речь шла о Зейне.

У него в принципе не могло быть нормальных отношений.

Так что может быть её всё устраивало.

К счастью, меня сейчас никто не замечал, и я могла спокойно идти.

Неожиданно мне на плечо нагло легла тяжёлая мужская рука.

Я была вынуждена остановиться и посмотреть на этого наглеца.

Им оказался тот самый светловолосый парень, что принял меня за служанку.

— Я не люблю долго ждать, чернавка.

Он сильно сжал моё плечо.

— Отпусти! — прошипела я, пытаясь вырваться.

Несколько людей вокруг заинтересовано на нас посмотрели.

Парень резко прижал меня к себе, буквально впечатывая в свою грудь.

Плечо вспыхнуло болью от удара об костлявое тело.

— А вот за грубость придётся тебя наказать, — склонившись, сказал он мне на ухо.

Кэролайн остановилась неподалёку и просто наблюдала.

С каким-то удовольствием что ли.

Я резко ударила парня локтём, и он от неожиданности и боли меня отпустил.

Я рванула вперёд, но не успела сделать и двух шагов, как он грубо схватил меня за запястье.

— Отпусти меня немедленно! — закричала я, не сдержавшись.

Лицо парня скривилось от злости, он развернулся и потащил меня за собой.

— Пойдём, — прорычал он.

Я оглянулась в поисках помощи, но люди вокруг лишь насмешливо наблюдали, словно перед ними было просто представление, а не настоящее насилие.

Я зацепилась рукой за колонну, чтобы хоть как-то попытаться спастись, потому что силы были совершенно неравны.

Девушки рядом начали смеяться, показывая на меня пальцами.

Парень заметил, что меня сложнее тащить и оглянулся.

Я боялась, что они направиться ко мне, но он сделал кое-что похуже.

Он просто резко вывернул ту мою руку, что уже держал, заставив меня вскрикнуть от боли.

Ужас возрастал.

Я не понимала, что он от меня хотел, но я точно понимала, что без магии никак не могла ему помешать.

— Отпусти меня! — что было силы закричала я.

Но естественно он меня не послушал.

— Отпусти её, — раздался рядом злой голос Зейна.

Весь гул вокруг мгновенно стих.

Все словно замерли, в ожидании смотря на него.

Я потрясённо на него взглянула.

Почему-то я уже совсем не ожидала его увидеть.

Парень замер, недоумённо на него смотря.

— Но она…

— Ты оглох?

Парень испуганно сглотнул и отпустил меня.

Я тут же прижала пульсирующую болью руку к груди и посмотрела на неё, пытаясь оценить степень повреждений.

— Проваливай, — кивнул в сторону выхода Зейн.

Я сначала подумала, что это мне и развернулась.

— Не ты, — прилетело мне в спину, и я тут же посмотрела на Зейна. — Он.

— Я? — переспросил парень недоумённо.

Зейн не ответил, лишь тяжело взглянув на него, но и этого хватило.

Парень начал отступать назад спиной и вскоре вообще убежал.

Тишина по-прежнему оставалась нерушимой, и мне становилось всё тяжелее из-за неё.

Зейн внимательно на меня смотрел, и я отвела взгляд.

— Спасибо, я пойду.

— Нет, — резко сказал он до того, как я успела развернуться.

Я нахмурилась и снова посмотрела на него.

— Ты сам меня прогнал. Чего ты хочешь теперь?

— Я подумал над твоим предложением, — неожиданно заявил он.

От волнения я боялась вздохнуть, ожидая продолжения.

— И что? — еле слышно спросила я, но в полной тишине эти слова прозвучали слишком громко.

— Я думаю, что мог бы согласиться, Лили.

Я с недоверием на него посмотрела.

— Но? — спросила я, понимая, что будет продолжение.

— Никаких «но». Просто тебе стоит доказать мне, что ты готова меня слушаться.

Внутри заворочалось неприятное предположение.

— И как я должна это доказать?

— Попроси меня.

— Пожа…

— Нет, — тут же прервал он меня. — На коленях.

В груди всё похолодело.

Мне показалось, что даже голова немного закружилась.

И тело стало как будто не совсем моим.

— Давай поднимемся в твой кабинет, — хрипло ответила я.

— Нет, Лили. Здесь. При всех. Докажи мне, что ты будешь послушной.

Дорогие читатели, спасибо большое за ожидание, я, к сожалению, не заметила, что глава и на этой книге в воскресенье не опубликовалась почему-то.

А пока вы ждёте продолжение, предлагаю вам познакомиться с ещё одной историей нашего литмоба «Ненужная невеста в академии».

Только для читателей старше 16 лет

Полина Миронова

https:// /books/read/53798?chapter=1

— И что ты здесь делаешь, выскочка Блэквальд? — с яростью прошипел он. — Как ты посмела притащиться за мной в академию? Я все равно на тебе не женюсь!

— А мне кажется, это вы, милорд, преследуете меня, — стараясь казаться равнодушной, сказала я. — Вы прислали записку. Вы назначили встречу. Это вы жаждете меня видеть, а я просто приехала учиться. Замуж в ближайшие годы не собираюсь.

— Мне плевать на тебя и твою проклятую семейку! — с ледяной ненавистью процедил он. — Но чтобы к концу месяца тебя в Вадлейской академии не было! Иначе… — Он зловеще усмехнулся и одним щелчком погасил фаербол. — Поверь, я сумею превратить твою жизнь в ад.

Отец проиграл в карты все наше имущество и сбежал, поэтому вместо первого бала и помолвки с родовитым наследником, я отправляюсь в самую ужасную академию магии, где учатся слабые и опасные для общества маги.

Если я закончу ее с отличием, дед поможет открыть собственную лавку, если нет — лишусь всего. Поэтому я сделаю все, чтобы исполнить это условие!

Но неожиданно в академии я встречаю своего несостоявшегося жениха, который скрывается под чужой фамилией. И он не рад меня видеть. В первый же день заявляет, что выживет меня отсюда. Но я не сдамся, мне есть, что терять!

Глава девятая

Унижение — довольно страшная вещь.

Далеко не каждый способен с ним справиться.

Не каждая гордость способна его пережить.

Гордость вообще сложное чувство.

Многие отрекаются от неё, боясь, что она перерастёт в гордыню, но сколько ни старайся, гордость присуща каждому.

Чувство собственного достоинства и самоуважение, это, по-моему мнению, те самые чувства, на которых порой строится вся жизнь человека.

Каждый его выбор, каждый поступок.

Поэтому именно они в том числе делают человека таким, какой он есть.

Но в этом кроется и опасность.

Уязвленная гордость причиняет боль порой сильнее физической.

А всё потому, что каждая такая стрела унижения, запущенная в гордость, словно подтачивает внутренний стержень.

И если подточить его слишком сильно, то он не выдержит и сломается.

И этого я боялась больше всего.

Я подтачивала его каждый день на протяжении последних двух лет.

Каждый раз, когда я затыкала свою гордость ради того, чтобы сэкономить лишний медяк и купить ещё одно снадобье для мамы, я рисковала потерять себя.

Но одно дело собирать объедки и носить заштопанное старое платье, и совсем другое на коленях просить самого ненавистного мне человека о помощи.

Да и к тому же на глазах у нескольких десятков людей, которые сейчас буквально впились в меня взглядами в ожидании бесплатного развлечения.

Самое интересное, что каждый из них мечтал о титуле, данном мне от рождения.

И по закону я была выше каждого из них, даже потеряв магию.

Но в этом было и самое смешное.

Ведь мои титул и фамилия тоже были поводом для гордости, поскольку мой род много столетий был одним из самых могущественных в стране.

А двадцать лет назад мой отец стал героем всей империи, со своим легионом приведя нашу страну к победе в десятилетней войне.

Я тоже мечтала чего-то добиться и прославить фамилию Фостер, но судьба распорядилась иначе.

Поэтому заяви я сейчас при всех, кто я такая, то не получила бы ничего, кроме унижения.

Даже если бы ни один из присутствующих не сказал мне ни слова.

А всё потому, что для аристократки и наследницы великого рода я представляла собой лишь один сплошной позор.

Но что я могла изменить?

Возможно, какие-то из принятых мною решений были неверными, ведь большинство из них принималось под страхом потерять единственного близкого мне человека.

Однако теперь не было смысла о них сожалеть, ведь прошлого не воротить.

Но в этот момент в доме Зейна я находилась в своём настоящем.

И я вновь должна была принять решение.

Решение, которое могло ударить по моей гордости так, как ничто другое прежде.

Решение, которое могло меня сломать.

И последствия которого могли изменить меня навсегда.

А на другой чаше весов было то же, что и каждый раз за последние два года — мамина жизнь.

Святая богиня была тому свидетелем — я не хотела соглашаться.

Я не хотела падать при всех перед Зейном на колени и просить помочь мне, тем более понимая, в какой кошмар превратиться моя дальнейшая жизнь.

Я смотрела в его глаза и видела в них торжество.

Я бы не удивилась, узнав, что он получал настоящее физическое удовольствие от моих метаний и от той боли, что он мне причинял.

И я понимала, что это лишь начало.

Если я сейчас сделаю, как он хочет, то он продолжит пытаться меня сломать.

Поэтому мне оставалось лишь помолиться, чтобы я смогла всё это выдержать.

В одно мгновение моё лицо превратилось в маску.

Я расправила плечи и подняла подборобок, смотря Зейну прямо в глаза.

Сейчас я могла проиграть ещё больше, чем полагала в начале, но я не могла не попытаться.

Мне хотелось хотя бы попробовать.

И я решила, что если всё решено, то может быть стоило хотя бы рискнуть.

Хотя бы постараться пройти через этот позор на своих правилах.

Я протянула руку вперёд.

— Дай мне свой китель, — сказала я Зейну.

Его правая бровь заинтересованно взлетела вверх.

— Зачем?

— Здесь слишком грязно, — скривившись, дёрнула я плечом.

Зейн внимательно посмотрел мне в глаза, словно пытался меня разгадать, а заодно решал, как поступить.

Моё сердце быстро билось, со всей силы ударяясь о грудную клетку.

Я знала…

Точнее я хотела верить, что если он уступит мне в одном, то у меня будет шанс.

Хотя бы маленький шанс.

Я не понимала до конца на что, поскольку не знала, что именно Зейн затеял, но мне нужно было это.

Эта ничтожная вера в то, что хотя бы частичка моей жизни оставалась в моей собственной власти.

Зейн молчал так долго, словно пытался свести меня с ума.

Когда он сделал шаг вперёд, я даже вздрогнула от облегчения.

Зейн медленно расстёгивал пуговицы на своём кителе, не спуская с меня глаз.

Он снял его, оставшись в чёрной рубашке, и вместо того, чтобы дать его мне, сам постелил его на пол, а затем встал передо мной в ожидании.

Я решила закрепить свой ничтожный успех и вновь протянула руку.

— Поможешь? — спросила я тихо, но из-за абсолютной тишины вокруг мой голос всё равно прозвучал слишком громко.

Зейн криво ухмыльнулся и подошёл ближе.

Я опёрлась на его предплечье, чтобы не касаться кожи, и медленно опустилась на колени.

Я чувствовала, как моё лицо горит, а волосы шевелятся на голове от ужаса.

У меня непроизвольно дёрнулись мышцы на лице, и я сцепила зубы, пытаясь заставить своё лицо оставаться неподвижным.

Но всё же я не опустила глаз, постоянно смотря на Зейна.

Мне было просто невозможно отвратительно смотреть на него в этот момент, но я не могла отвести взгляд.

Я пыталась показать всем своим видом, что выдержу все издевательства, что он для меня приготовил.

Показать не только Зейну, но и самой себе.

Я опустилась на колени, положив сверху на них ладони и изо всех сил стараясь не сжать юбку в своих пальцах.

Я сидела молча и просто смотрела на Зейна.

— Вон, — громко сказал он, не сводя с меня глаз, и я на мгновение испугалась. — Все вон отсюда!

Гости недоумённо переглянулись, и тогда Зейн махнул рукой, ударяя по всем, кроме меня потоком воздуха.

Послышались крики, всё помещение наполнилось шумом, абсолютно все, включая Кэролайн и двух подружек Зейна, сейчас спешили на выход.

— Парэл! — позвал Зейн, и высокий худощавый парень с бледной кожей и серыми глазами тут же оказался рядом.

— Всё готово, мой лорд, мы можем ехать.

Зейн окинул взглядом опустевшую комнату, затем подошёл ко мне и подал руку.

— Пошли, нам пора.

Я вновь положила руку на его предплечье и поднялась, растерянно на него смотря.

— Куда? О чём ты вообще?

Зейн ухмыльнулся и притянул меня к себе, а до меня вновь донеслось его кровавое дыхание.

— В храм. У нас сегодня свадьба.

Дорогие читатели, хочу вас сегодня познакомить с езё одной историей нашего литмоба «Ненужная невеста в академии».

Только для читателей старше 16 лет

Элла Яковец «Неженка и Некромант»

https:// /books/read/54543?chapter=1

В смысле, мой дар — некромантия?

Меня прозвали Неженкой не потому что я люблю нежить, а потому что я её боюсь!

Это точно какая-то ошибка!

А я-то думала, что после объявления о моей помолвке с первым красавчиком академии, которому я даром не сдалась, ничего хуже со мной произойти уже не может…

А теперь меня еще и «скормят» самому грозному из наставников, которого вся академия боится.

Стоп, а почему он вызывает у меня не страх, а совсем другие чувства?

Глава десятая

Я в ужасе на него посмотрела и попыталась вырваться, но тщетно.

— Какая ещё свадьба? — воскликнула я. — Ты сошел с ума?

Зейн насмешливо на меня взглянул.

— Ты разве только что на коленях умоляла меня не об этом?

— Ты знаешь, что нет! Я просила помочь моей маме.

Зейн обхватил мою шею — мягко, но властно — заставляя посмотреть ему в глаза.

— А взамен ты согласилась стать моей, Лили.

Я пыталась не обращать внимание на мелкую дрожь страха, что прошла по всему телу от его прикосновения.

Это только начало, мне нужно быть сильной.

— В этой сделке нет ни слова о свадьбе.

Зейн наклонился к моему лицу, едко улыбаясь.

— Ты думала, что мне хватит пару раз с тобой поиграться, а после я тебя отпущу? Глупышка. Моя маленькая сладкая глупышка.

Он склонился ещё ближе, и я испуганно замерла, молясь, чтобы он не поцеловал меня.

Только не сейчас.

Мне нужно было ещё хоть немного времени.

— А с чего мне было думать иначе? — не смотря на ком в горле, тихо спросила я.

Зейн протянул ко мне руку, убирая мои волосы за ухо.

От его прикосновения к тонкой коже я ощутила тошноту и до боли сжала губы.

— С того, что я люблю тебя, моя Лили. И мне ты нужна вся, — он глубоко втянул воздух возле моего лица. — До последнего вдоха.

— Нет! — я отвернулась насколько смогла, учитывая его ладонь на моей шее, и упёрлась ему руками в грудь. — Ни за что!

Зейн отдалился, задумчиво на меня смотря.

— Тогда к чему всё это было? — спросил он, показывая на пол.

Я тоже посмотрела туда, где всего пять минут назад я позорно встала на колени.

И как бы это не злило, но Зейн был прав.

Но свадьба…

Брак это ведь навсегда.

Во всяком случае, я не смогу развестись с ним, пока он не согласится.

А мне было неизвестно, как скоро ему наскучит надо мной издеваться.

И он был прав — свадьба сделает меня полностью его.

Вот только какой смысл был сейчас уже в моих сомнениях?

Я всё решила, я уже унизилась перед ним и всеми, кто был здесь.

Единственное, что я могла сейчас, это вновь попытаться поставить свои условия.

Я отстранилась, чтобы чувствовать себя увереннее и посмотрела Зейну прямо в глаза.

— Если ты хочешь свадьбу — я согласна…

— Тогда не вижу смысла терять время, — довольно улыбнувшись, заявил Зейн.

— Я не договорила, — строго заметила я. — Мы ведь заключаем сделку, ведь так?

— И?

— Тогда у меня тоже есть условия.

— И какие же? — насмешливо вскинув бровь, уточнил он. — Мы женимся, а я помогаю твоей маме. Разве не так?

— Да. Но ведь ты ещё не спас её, а уже тянешь меня в храм.

— Ты мне не веришь? — зло спросил Зейн.

— Мне нужны гарантии, — пожала я плечами, стараясь не дрожать под его недовольным взглядом.

Как же сильно изменила меня потеря магии.

Раньше я бы никогда не испугалась Зейна и его поведения.

Мне достаточно было показать свой огонь и всё.

Многие века Фостеры были сильнейшими магами огня в империи.

А сейчас я была жалкой.

Мне было противно от самой себя.

И сколько бы я не думала о причинах, что привели меня к текущему состоянию, я всё равно не могла перестать себя корить.

Сейчас уверенность в себя была лишь иллюзией, а мне оставалось только рассчитывать на то, что я смогу сыграть достойно хотя бы пока мама не поправится.

— Какие же гарантии ты хочешь?

Зейн прислонился к стене, сложил руки на груди и склонил голову в бок.

— Хочу точно знать, что ты сделаешь всё, чтобы спасти мою маму, — твёрдо заявила я.

— Я обещаю, что так и будет.

— Нет, я уже сказала. Мне нужны гарантии.

— Что ты предлагаешь, Лили? Ты лишь ходишь вокруг да около, а это никак не помогает.

Я набрала в грудь побольше воздуха, решаясь.

Мне не нравился и тот вариант, что я собиралась предложить, потому что он всё равно ограничивал меня.

Но если цель Зейна и правда свадьба, сколь бы бредово это не звучало, в таком случае он сделает всё, чтобы её достичь.

— Мы поженимся только после того, как мама поправиться.

Зейн едко ухмыльнулся.

— Принимаешь меня за дурака, малышка?

Он сделал шаг ко мне, но я выставила руку вперёд.

— Стой. Ты вновь не дал мне договорить.

Зейн поджал губы.

По его глазам я видела, что он злиться, но всё же он молчал, ожидая продолжения.

— Я предлагаю тебе заключить помолвку, Зейн. Мы обручимся. Сегодня, хоть сейчас же. А ты займёшься лечением моей мамы. Как только она поправится, мы поженимся.

Зейн не сводил с меня напряжённых глаз.

Прошла минута, две, а он всё молчал.

Я начала нервничать ещё сильнее, вцепившись пальцами в грубую ткань своего платья.

Я прикусила до боли нижнюю губу от нетерпения.

Мне казалось, что я сейчас с ума сойду, если он не ответит.

Ведь от его решения зависело всё.

Если он откажется, то либо я отдам свою жизнь в его руки, не имея никаких гарантий, либо я выйду отсюда, не имея никакого понятия, что мне делать дальше.

— Хорошо, — Зейн произнёс тихо, словно сам не верил, что это говорит.

Однако это короткое слово прозвучало для меня громче даже моего бешено стучащего сердца.

Внутри воцарилось небольшое торжество.

Хоть немного времени я себе смогла всё же отвоевать.

Может быть за это время Зейн наиграется и я ему перестану быть интересна?

И тогда мы с мамой сможем жить счастливо.

Представив перед глазами улыбку на мамином лице вместо уже привычной боли, я сама не сдержала улыбки.

Мои дорогие читатели, продолжение будет завтра.

А пока предлагаю вам познакомиться с ещё одной историей литмоба «Ненужная невеста в академии».

Только для читателей старше 16 лет.

Ксюша Канарская и Тиана Раевская

«Ненужная невеста проклятого принца. Академия Лиад»

https:// /books/read/54182

Свадьбы не будет?

Нехилая пощечина для дочери императора Драконов. И от кого? От никому не известного принца.

Но я докажу отцу и остальным, что могу быть полезна без всякого замужества.

Поступлю в академию магии, стану лучшей на курсе.

Красавчик оборотень в женихи вполне сгодится. Только вот этот надменный, холодный маг, сильнейший во всей академии, постоянно портит мне планы. Ну ничего. Берегись, маг! Посмотрим, кто кого или кто в кого.

Глава одиннадцатая

— Вижу, ты довольна, — раздражённо хмыкнул Зейн, и я мгновенно опустила кончики губ. — Но даже не думай, что тебе удастся меня обмануть.

— Я об этом и не думала. Но так же жду, что и ты будешь честен со мной. И выполнишь всё, что обещал.

— Можешь не сомневаться, — криво улыбнувшись, ответил он. — Но в таком случае, мне нужно решить, что с тобой делать.

Он задумчиво потёр подбородок.

А я напряжённо на него посмотрела.

— Что ты имеешь в виду?

— Как я уже говорил, завтра, — Зейн резко перевёл взгляд на часы, стоявшие на комоде неподалёку. — Точнее уже сегодня утром я уезжаю обратно на границу. Меня не будет месяц.

От мысли, что я не увижу его целый месяц, а буду наблюдать за маминым лечением, внутри сразу потеплело.

Я с трудом сдержала улыбку, но сдержать зажегшиеся от радости и облегчения глаза мне всё же не удалось.

— В действительности стоило бы взять тебя с собой, — сказал он, а я испуганно замерла. — Но сейчас на границе слишком напряжённая ситуация.

— Тогда я останусь здесь и буду рядом с мамой, если ты не против.

— Против, — резко заявил он, а я вновь посмотрела на него полными недоумения глазами.

— И что тогда ты мне предлагаешь?

По взгляду Зейна я видела, что он что-то задумал.

— Парэл! — позвал он своего помощника, и тот мгновенно вошёл в комнату.

— Да, мой лорд, — поклонился Парэл.

— Свяжись с ректорессой Хлоббер.

Я вздрогнула, услышав знакомую фамилию, и в ужасе посмотрела на Зейна.

— Нет… — прошептала я. — Ты не сделаешь этого.

Похоже, такая моя реакция нравилась Зейну намного больше.

Он довольно улыбнулся, наслаждаясь охватившим меня страхом.

— Сообщи ей, что с сегодняшнего дня Лилибет Фостер возвращается в академию.

— Нет, Зейн!

— А теперь принеси мне ритуальный кинжал, а затем жди нас у кареты.

Парэл вышел из комнаты, и я впилась злым взглядом в Зейна.

— Вот, что ты решил? Унизить меня всеми возможными методами, да? — прошипела я.

— Что-то не так? — невинно спросил он. — Разве тебе раньше не нравилось в академии?

— Не притворяйся дураком, Зейн, тебе прекрасно известно, что не так!

— Я не понимаю, о чём речь, — пожал он плечами.

Его притворство просто выводило меня из себя, и я не выдержала.

— У меня нет магии! — тяжело дыша от злости, заявила я.

Зейн вновь расплылся в улыбке.

— А, так ты об этом.

— Об этом, Зейн. У меня нет магии, поэтому я не могу учиться в академии.

— Не вижу связи.

— Ты издеваешься, да?

— С чего бы? — ухмыльнулся он.

— Зачем тебе нужно, чтобы я шла в академию? — гневно спросила я. — Ты же понимаешь, какой это для меня позор. Ты же понимаешь, как там ко мне будут относиться.

Он молчал, но по его взгляду я прекрасно видела, что понимает.

Да и к тому же Зейн никогда ничего не делал просто так.

— Тогда зачем? Зачем тебе так надо мной издеваться? Зачем превращать мою жизнь в ад? — воскликнула я. — А в академии среди аристократов и без капли магии моя жизнь будет именно адом!

— Ты слишком драматизируешь, — насмешливо хмыкнул он.

Я хотела продолжить, но сцепила зубы.

Всё было понятно и так.

Это его способ меня сломать, вот и всё.

И, демон подери, у него были все шансы на это.

Я лишилась своей магии, лишилась своей драконицы, лишилась денег.

Я буду посмешищем для всех и каждого в академии.

Не удивлюсь, если через месяц я сама буду умолять Зейна забрать меня к себе на границу.

Но в любом случае сейчас больше не было смысла спорить.

— Хорошо. Я сделаю, как ты того хочешь.

Зейн шагнул вперёд ко мне, и его грубая шершавая ладонь коснулась моей щеки.

А внутри у меня скрутился тугой узел отвращения.

— Не переживай, моя Лили. Я сделаю тебя самой счастливой на свете. Тебе всего лишь нужно быть послушной.

Мне хотелось воскликнуть, что я не его и чтобы он даже не смел меня так называть, но правда была на его стороне.

Теперь я была его и он имел право на это и многое большее.

Парэл вернулся и протянул Зейну кинжал.

Зейн взял его и подождал, пока его помощник скроется за дверью.

Я напряжённо посмотрела на кинжал.

— Ты хочешь закрепить нашу сделку на крови? — догадалась я.

— Не совсем.

— А что же тогда?

— Помолвка, Лили, — расслабленно объявил он мне, внимательно следя за выражением моего лица.

А там было на что посмотреть.

От охватившего меня ужаса и паники я миром побледнела.

Слабость разлилась по телу, и мне стало сложно стоять на ногах.

Кровавый ритуал обручения пары это древняя магия.

Его нельзя будет разрушить, даже если захотеть.

Его могла разрушить только смерть невесты или жениха.

С трудом оторвав взгляд от кинжала, я посмотрела в глаза Зейна.

— Зачем тебе это? Зачем тебе я?

— Я же уже сказал, Лили. Я говорил тебе это миллион раз, но ты всё равно как будто бы меня не слышишь, — со смесью отчаяния и злости прошептал он, склонившись ко мне. — Я люблю тебя.

— Когда любят, не заставляют выходить замуж против воли.

Зейн удивлённо на меня посмотрел.

— Против воли? Разве не ты молила меня на коленях? Разве не ты сама пришла сегодня сюда? Когда-нибудь ты перестанешь обманывать себя, Лили, и примешь собственные чувства. Я подожду, не волнуйся.

С этими словами он довольно улыбнулся и рассёк кожу на своей ладони.

Несколько капель мгновенно упало на тёмные деревянные полы, а Зейн протянул кинжал мне.

— Твоя очередь, моя дорогая.

Мои дорогие читатели, продолжение послезавтра, а пока вы его ждёте, хочу познакомить вас с ещё одной историей нашего литмоба «Ненужная невеста в академии».

Только для читателей старше 18 лет.

Анна Дрэйк

https:// /books/read/54274

ВНИМАНИЕ! Всем, кто не готов к разрывному эпику, сложным моральным выборам и неидеальным персонажам эту книгу открывать НЕ НУЖНО!

— Левиар, ну надо что-то делать!!! Ты же генерал! Дракон Бездны!

Элира взмахивает руками так отчаянно, что кажется готова разорвать и себя, и меня, и урода-императора.

— Мы должны что-то делать! — Снова требует она. — Мы не можем просто…Левиар! Ну, почему ты молчишь⁈

Она поднимает на меня взгляд.

Я отворачиваюсь к окну. Спиной к ее боли. К её доверию.

— «Мы» ничего не должны, Элира, — мой голос звучит чужим, проржавевшим от непривычной тишины. — Легиона нет. Стилс сделал свой выбор. Он знал на что идет. Но он фанатик. А тебе пора вернуться в реальность. Быть героем конечно приятно, но помни — герои долго не живут. А лучшие герои для всех — мертвые. В качестве символа. Поэтому, лучше сиди в своем новом особняке и играй в невесту императорского пса. Это повышает выживаемость.

— Ладно, — с вызовом говорит она. — Всё с тобой ясно. Впрочем, чего от тебя ждать?

Резко развернувшись Элира уходит

Глава двенадцатая

Я смотрела на нож, как на змею.

А на следы крови, оставшиеся на лезвие, как на яд.

Но рассуждать об этом я могла бы вечно, а вот у мамы не было столько времени.

Поэтому, закрыв глаза, я полоснула себя по ладони, скривившись от горячей боли и выронив кинжал.

Зейн тут же поймал его, схватил меня за руку и начал читать заклинание.

В воздух поднялся магический вихрь.

Он кружил вокруг нас, сметая всё вокруг.

Магия горячей волной прошлась по телу, концентрируясь на одной точке в груди.

Чем дольше Зейн произносил заклинание, тем горячее становилось внутри.

Зейн закончил, и боль в груди исчезла.

Но я знала, что теперь вместо неё там находилась метка.

Клеймо, говорящее о том, что я принадлежу ему.

На его груди было такое же клеймо, но меня это никак не успокаивало.

Я думала, что Зейн отпустит мою руку, но он внезапно схватил её лишь сильнее, заставляя кровь политься вновь.

— Что ты делаешь? — возмутилась я, пытаясь вырвать руку.

— Я всё же решил, что кровная клятва не помешает, — резко заявил он. — Я, Зейн Эшфорд, клянусь, что сделаю всё, чтобы вылечить леди Маргарет Фостер. Твоя очередь.

Я смотрела, как капли крови, стекающие с наших рук, сгорают в магическом пламени, которое сейчас словно лента связало наши ладони.

Я была растеряна.

Что если Зейн что-то задумал?

Хотя он определённо что-то задумал.

Осталось лишь понять что, но я не представляла, как это сделать.

А значит, мне нужно подстраховаться.

Что я могла попросить такого, чтобы уберечь себя от самого страшного?

— Стой, — воскликнула я. — Если ты хочешь от меня и этой клятвы, то пообещал мне кое-что ещё.

— И что же ты хочешь теперь? — ледяным голосом спросил он.

Его лицо посерело, а глаза стали совсем чёрными.

Он словно сейчас не был собой.

А может быть как раз показывал мне своё истинное лицо.

И такой Зейн меня пугал ещё сильнее, чем обычно.

Раздумывая над тем, как себя обезопасить, я пришла к одному выводу.

Даже если он вылечит маму, а я выйду за него замуж, кто ему помешает манипулировать мною через её состояние после?

Нет уж.

Если я решилась на это, то должна быть уверена, что мама будет в порядке.

Ведь всё это делается ради неё.

— Пообещай мне, что ты никогда не причинишь вреда тому, кого я люблю, Зейн, — потребовала я.

Он тут же прищурился, с подозрением на меня смотря, а темнота в его глазах, казалось, стала ещё гуще.

— Кто он? — зло дёрнув меня за раненную ладонь, спросил он.

— Что? — не поняла я. — О чём ты?

— Кто он? Кого ты любишь? И за кого просишь? — каждое слово он рычал, всё сильнее притягивая меня к себе. — Я не потерплю измен, Лилибет! Ты — моя и только моя! Тебе ясно?

Он говорил всё громче, в конце совсем сорвавшись на крик.

Я попыталась отстраниться, но он вновь не отпустил.

— Отпусти меня! — пытаясь хотя бы вырвать руку, потребовала я.

— Кто он? — снова спросил он, и опасность в его голосе чувствовалась физически.

— Никто! — воскликнула я, стараясь не поддаваться страху. — Я говорила о маме. Во всём мире она единственный человек, которого я люблю, Зейн! Удивительно, что с постоянной слежкой за мной ты умудряешься ещё в этом сомневаться.

Он тяжело дышал, словно сдерживаясь.

На его скулах заходили желваки, а хватка на моей ладони стала стальной.

— Ты делаешь мне больно, Зейн, — тихо сказала я, ощущая, что вот-вот раздастся треск моих костей.

Мгновение ничего не происходило, а затем он медленно опустил взгляд на наши руки.

Он слегка вздрогнул, словно приходя в себя, и ослабил хватку.

Недолго помолчав, он кивнул.

— Хорошо, я не причиню вреда тому, кого ты любишь, Лилибет, — хриплым голосом пообещал он. — А теперь твоя очередь.

Я всё ещё была растеряна происходящими с ним трансформациями, но стоило поспешить, прежде чем Зейн решил бы передумать.

Горло сдавил спазм.

Казалось, что я вешаю на свою грудь тяжелейший камень, который не даст мне сделать ни одного вздоха свободы до конца моих дней.

Но всё уже решено, а даже если так, пусть на моей груди будет висеть сотня камней, я не сдамся, и не позволю Зейну меня сломать.

— Исполни обещанное, Зейн, и я выйду за тебя замуж, — уверенно сказала я. — Но если ты нарушишь данное мне обещание…

— Этого не случится.

— Если всё же случится, то наш брак будет расторгнут, а ты навсегда отстанешь от меня.

Зейн довольно ухмыльнулся.

— Ты напрасно ищешь варианты от меня избавиться, моя Лили. Ты — моя. Навсегда.

— Только до того момента, пока ты не нарушишь обещанного, — зло возмутилась я.

— Хорошо, но не тешь себя надеждами слишком долго. Чем быстрее ты смиришься, тем тебе же будет лучше.

Я не стала ничего говорить.

Я понимала, что Зейн и так слишком во многом мне уступил.

И это в том числе говорило о том, что его одержимость никуда не делась.

Ему по-прежнему была нужна я.

Вот только вопрос зачем всё ещё оставался открытым.

В слова о его любви я не верила ни на медяк.

Огненная лента обожгла наши ладони, на мгновение оставив на них знак клятвы.

Вскоре он стал невидим, но лишь для остальных, каждый из нас видел его едва заметный след.

Но стоило его нарушить…

Об этом даже нельзя было думать.

Последствия были ужасными.

Магия сама выбирала наказание, и порой им была смерть.

Неожиданно я почувствовала лёгкое жжение в месте пореза.

Опустив взгляд, я увидела, что Зейн залечивал наши раны.

Он взглянул на меня, и в его взгляде была борьба.

Я понятия не имела, в чём она заключалась, но вскоре он прикрыл глаза, словно ему было больно на меня смотреть, и отошёл от меня, поднеся к носу ладонь и глубоко вдохнув оставшийся на ней запах.

Он мелко задрожал, а я не могла понять, что происходит.

Это была реакция на запах крови?

— Парэл! — воскликнул Зейн.

— Да, мой лорд. Мы можем отправляться.

Больше не смотря на меня, Зейн отправился вперёд.

А я, надеясь, что приняла верное решение, последовала за ним.

На следующий день.

Я сидела в обитой бархатом карете и чувствовала, что вот-вот потеряю сознание от переживаний.

Я раз за разом пыталась дотянуться к своей магии, но она молчала.

Ни на мгновение она так и не откликнулась мне.

Ни единой искры не вспыхнуло у меня внутри.

Пустышка.

Вот, кем я теперь была.

Позор для всего своего рода.

И для самой себя.

Я привыкла быть сильной, я привыкла, что огонь тёк по моим магическим каналам словно кровь по венам.

А теперь я была…

Я даже не знала, кем я была.

Карета остановилась, и слуга открыл дверь, подав мне руку.

— Леди Фостер, вы можете выходить, мы прибыли.

Сделав глубокий вдох и в последний раз поправив на себе юбку, которая стоила больше моей годовой зарплаты в таверне, я вышла из кареты.

Утреннее солнце тут же ударило меня в глаза, и я закрылась от него рукой.

Слуга доставал сумки с моими вещами, а я направилась вперёд.

К воротам, на которых были выкованы буквы «Академия Кроссберри»

Глава тринадцатая

Мужская ладонь легла мне на предплечье, останавливая.

— Уберите руку, — приказала я Парэлу.

Он наклонился ко мне.

— Надеюсь, вы помните, что никто в академии не должен знать о вашей связи с…

— Помню, — холодно прервала его я, попытавшись выдернуть руку из его жёсткой хватки. — А теперь отпустите меня.

Но вместо того, чтобы сделать, как я просила, Парэл лишь сильнее сжал мою руку.

— Вам стоит быть со мной нежнее, леди Фостер, — ещё ближе наклонившись ко мне, едко сказал он. — Ведь именно от меня зависит, что лорд Эшфорд будет знать о вашем поведении.

— Поведении? — усмехнулась я, немного повернувшись к нему. — Я не провинившийся ребёнок, мистер…

— Йозерт, — подсказал он, а я нахмурилась.

Его имя и так было необычным, но фамилия точно говорила о том, что он был чужестранцем.

Странный выбор помощника.

— Так вот, мистер Йозерт, вы, кажется, не совсем поняли суть моей сделки с Зейном.

— Я точно понял, что если вы закрутите с кем-то роман, то свою мать вы увидите ещё не скоро, — насмешливо сказал он.

— Я не собираюсь ни с кем «крутить романы», — возмутилась я.

— Вам и не обязательно. Достаточно, чтобы я сказал лорду Эшфорду, что вы не были ему верны.

Я развернулась к Парэлу, поскольку просто не верила своим ушам и хотела посмотреть ему в глаза.

— Вы что мне угрожаете? — прошипела я, зло смотря на него.

Он же довольно улыбался.

— Я — честный человек, леди Фостер. Поэтому заранее предупреждаю вас о том, что вам лучше мне нравится и быть со мной максимально любезной. А иногда и полезной.

— Так это не угроза, — хмыкнула я. — Это шантаж.

— Я бы скорее назвал это взаимовыгодной сделкой.

Вот же… хитрый лис.

— И чего же вы хотите от меня?

— Пока лишь вашей милой улыбки, — ядовито ухмыльнувшись, сказал он. — А об остальном вы узнаете позже.

— И что будет, если я откажусь?

— Вы вынудите меня испортить вам жизнь, леди Фостер, а мне бы этого совсем не хотелось. К тому же не забывайте, я тоже могу быть вам полезным.

— Вы мне? — не сдержала смешок я, не переставая поражаться всему происходящему.

— Именно. Я ведь сказал, что я честный человек, поэтому вы можете на меня рассчитывать.

Я сцепила зубы, чтобы не сказать ему всё, что о нём думала.

Я знала, что академия и так станет испытанием для меня, но то, что они начнутся ещё до того, как я переступлю её порог, даже не подумать не могла.

Последние события слишком выбили меня из колеи.

Мне следовало поскорее прийти в себя и не выходить из образа, надев маску, иначе мне здесь не выжить.

Особенно без магии.

И особенно потому, что некоторых здесь я ненавидела всей душой.

— Я подумаю над вашим предложением, — сказала я.

Парэл наконец-то отпустил меня и отошёл.

— Вижу, что Лорд Эшфорд не ошибся. Общество могущественных аристократов вам не помешает.

— И что это значит?

— То, что, даже лишившись всего, вы по-прежнему продолжаете считать себя выше других. Вы всё ещё считаете себя аристократкой и драконицей.

На последнем слове я вздрогнула.

Получается, что об этом знал не только Зейн, но и его помощник?

Конечно, полагаю, что Зейн вообще узнал через него, но всё же…

Как много ещё людей знали об этом?

Одна эта мысль вызывала пугающий холод внутри.

— Мой вам совет, леди Фостер, начните уже ценить благородство своего жениха и вспомните ту дыру, из которой он вас вытащил, — криво улыбнулся Парэл. — Ну и, конечно, не забывайте о своей матери.

— Это всё? — ледяным голосом спросила я.

— Пока да, — кивнул он. — Ректоресса вас уже ждёт. И не забывайте, что выход за территорию академии вам запрещён. Если что-то понадобится, то отправьте мне письмо.

Он протянул мне небольшую шкатулку-артефакт и вновь наклонился, насмешливо на меня смотря.

— Не переживайте, он работает без магии.

Я сжала челюсти и прикрыла глаза, чтобы успокоиться и ничего не сказать.

В своих фантазиях я уже раз десять подпалила самодовольную и наглую физиономию Парэла.

В жизни же приходилось молчать.

— Спасибо, — едва не прорычала я, забирая шкатулку.

— Успехов в учёбе, леди Фостер.

Парэл мне издевательски поклонился, а следом вернулся в карету.

Слуги тем временем уже стояли у самых ворот с примерно десятком чемоданов.

Я даже не знала, что именно в них, меня просто поставили перед фактом.

Единственное, что действительно принадлежало мне, было спрятано у меня на груди, а больше меня ничего не волновало.

Но всё же я порадовалась тому факту, что слуги не развернулись, оставив меня одну с чемоданами, а ведь могли.

Я же вроде как магесса.

Во всяком случае на бумаге.

Слуги отнесли чемоданы к административному корпусу и принялись ждать, пока мне сообщат номер моей комнаты и отдадут ключи.

Я же в свою очередь направилась к ректорессе Хлоббер.

Я не видела её всё это время.

Раньше она вроде бы относилась ко мне хорошо…

Но это не показатель.

Раньше, когда у моей семьи были деньги, многие относились ко мне хорошо.

Было раннее утро, и все сейчас были на занятиях.

Поэтому мне повезло, и коридоры были пусты.

Лишь парочка адептов попалась мне на пути, но они меня явно не знали.

Постучав в дверь, я не услышала ответа и вошла.

В приёмной было пусто, но за дверью ректорессы Хлоббер были слышны голоса.

Я постучала, и дверь тут же открылась.

Я замерла, смотря на ректорессу, сидевшую за своим столом и магистра Нэштера, расположившегося на диване.

И почему из всех преподавателей я сразу же наткнулась именно на него?

Дорогие читатели, продолжение уже завтра, а пока я хочу вас познакомить с ещё одной историей нашего литмоба «Ненужная невеста в академии».

Только для читателей старше 18 лет.

Алёна Снежина «Ненужная невеста для ректора. Магический капкан».

https:// /books/view/54589

Ректор академии ошибся, призвав вместо магического защитника — меня, обычную девушку-кассира из супермаркета. С первой секунды между нами вспыхнула… ненависть, да еще древняя магия связала против воли!

Теперь нам предстоит сделать выбор. Чтобы выжить, суметь довериться. Чтобы освободиться — рискнуть всем.

Что же поддастся первым, древнее заклятие или ледяное сердце ректора?

Глава четырнадцатая

— Леди Фостер, проходите, — сказала мне ректоресса, указывая на гостевое кресло.

Магистр Нэштер тем временем мне улыбался, а я чувствовала себя безумно неловко и даже виновато, но всё же немного улыбнулась ему в ответ.

— Лили, как я счастлив тебя видеть, — сказал он, а я ощутила, как краснею.

— Я тоже скучала по вашим занятиям, магистр, — призналась я.

Внутри было горько.

Так горько, что мне пришлось впиться ногтями в ладони, чтобы успокоиться хоть немного.

Магистр Нэштер был моим любимым преподавателем.

Он вёл драконью магию.

Он учил нас чувствовать собственного дракона, применять его силу, оборачиваться и тому, что я любила больше всего — летать.

Сейчас мне хотелось только развернуться и сбежать.

Как я должна объяснить ему, почему не смогу ходить на его занятия?

Рассказать мою тайну…

Это такой позор.

Хотя дело даже не в этом.

Я просто все ещё верила, что моя драконица вернётся, что однажды она вновь услышит мой зов.

Я знала, что это было глупо и наивно, но я верила.

Вера в последние годы оставалась единственным, что у меня было.

А узнай все о том, что у меня случилось…

Жалость.

Вот, что будет в их взглядах.

А я ненавидела это.

Я ненавидела быть жалкой и слабой.

Но иначе мне придётся грубо обойтись с магистром Нэштером, а меньше всего я хотела бы так поступать с ним.

Я помотала головой.

У меня ещё не начались занятия, а вот сложности сыпались одна за другой.

Я прошла вперёд и села, сложив руки на коленях.

Ректоресса Хлоббер — самая молодая драконица на этом посту.

Ей было всего сорок два.

Чёрные короткие волосы, открывавшие вид на шрам на её шее, который она получила на войне.

Он был довольно страшным, и многих удивляло, почему она его не прятала, а наоборот словно выставляла на показ.

Строгий взгляд, словно видивший меня насквозь.

Неизменный тёмный китель с медными пуговицами, которые хотелось сорвать и заменить на серебряные.

— Феликс, ты можешь идти, — сказала она магистру Нэштеру.

— Лили, буду с нетерпением ждать тебя на своих занятиях, — произнёс он на прощание.

Я лишь кивнула, не представляя, что ответить, и вновь повернулась к ректорессе.

Она рассматривала документы, лежавшие перед ней, и по её лицу как и всегда невозможно было что-либо понять.

— Зачем вы здесь, леди Фостер? — спросила она меня.

— Я… — я растерялась, не ожидая этого вопроса. — Мне нужна комната и расписание.

— Я не спрашивала вас про этот кабинет, я говорю об академии в целом. Зачем вы вернулись?

— Вы не хотите меня принимать? — с какой-то наивной надеждой спросила я.

Это бы решило мои проблемы.

Уж лучше я буду заперта в поместье Зейна, чем здесь.

— Я обязана вас принять, — заявила она, руша мои надежды. — Мне просто не оставили выбора, леди Фостер.

— Если уже всё решено, то тогда мне не совсем не понятен ваш вопрос.

Ректоресса откинулась в кресле, сцепив пальцы в замок и внимательно на меня смотря.

— Скажите, вы хотите здесь учиться?

— Нет, — честно призналась я.

— Так я и думала.

— Это проблема?

— Пока нет, но я предпочитаю, чтобы адепты здесь учились, а не просто просиживали свои штаны.

Я не знала, что ответить.

Пообещать учиться?

А смысл?

Я даже не смогу этого сделать, и, судя по всему, ректоресса не знала о моих проблемах с магией.

Поэтому я молчала.

Но ректоресса поняла моё молчание по-своему.

— Жаль, леди Фостер, очень жаль, — сказала она. — Помнится, у вас был большой потенциал. Но должна вас расстроить, даже если вы не хотите, учиться придётся. Война вносит свои коррективы, и если король объявит, то адепты обязаны будут отправиться на границу.

Я испуганно замерла.

Из-за болезни мамы я не особо следила за творящимся в империи.

Я слышала, что война лишь становится жёстче, но чтобы использовать адептов…

Я даже представить не могла подобного.

— Поэтому в ваших же интересах уметь сражаться, а так же управлять своей драконицей.

Я всё ещё шокировано смотрела на неё.

Зейн же не стал бы меня сюда засовывать, если бы подобное было возможно, ведь так?

Всё же он был на границе и явно знал больше ректорессы Хлоббер, поэтому я надеялась, что она просто меня запугивала.

— Я поняла вас, — тихо сказала я.

— Вот и прекрасно, — она протянула мне листок бумаги, на котором было моё имя, расписание и номер комнаты, а следом она положила на стол ключ. — Приступайте к занятиям, как только расположитесь. Все вопросы можете задавать своему декану, его данные также указаны в документах.

Я кивнула, ища информацию о декане.

— Так же поскольку вы пришли в академию в середине учебного года, до когда года за вами будет закреплён куратор из старшекурсников, который вам во всём поможет.

— Это необязательно! — воскликнула я.

Те, с кем я училась, как раз уже должны были быть на четвёртом курсе.

Только этого мне и не хватало.

— Это не обсуждается, леди Фостер. Можете быть свободны.

Она слегка повела бровью, и дверь за моей спиной многозначительно раскрылась.

Я понимала, что спорить нет смысла, поэтому направилась на выход из кабинета.

К счастью, занятие ещё шло.

Мне нужно было успеть добраться до комнаты прежде, чем все коридоры заполняться адептами.

Я была слишком растеряна и мне просто необходимо было хоть немного прийти в себя и побыть одной.

Дорогие читатели, поскольку сейчас проблемы с интернетом, я открыла на эту и ещё несколько книг возможность скачивания в качестве эксперимента.

Возможно, вам пригодится.

А пока хочу представить вам ещё одну историю нашего литмоба «Ненужная невеста в академии».

Только для читателей старше 18 лет.

Виктория Луцкая «Отвергнутая невеста для ректора»

https:// /books/view/54986

Я попала в тело отвергнутой невесты. На таких, как я, не женятся, их сторонятся. На них показывают пальцем. Ничего, справлюсь, поступлю в Академию, выучусь… Стоп. Мой бывший жених — мой ректор⁈ И, похоже, он поставил себе цель — извести меня, унизить еще сильнее. А у меня теперь одна задача — спрятать его метку.

Глава пятнадцатая

Мне повезло.

Я быстро добралась до комнаты, ни с кем из знакомых не встретившись.

Никто же из незнакомцев особо не обращал внимания ни на меня, ни на слуг, шедших вслед за мной.

К счастью, моя новая комната была не в той части жилого корпуса, где я жила прежде.

А значит с бывшими однокурсниками я буду видеться редко.

Комната была просторной, хотя раньше казалась мне слишком маленькой.

Здесь было две двери: одна вела в ванную, а вторая в гардеробную.

Совершенно забытая роскошь.

У меня даже появилось чувство, что я не имела права здесь находиться.

То, что раньше было для меня привычной обыденностью, сейчас вызывало ощущение чужеродности.

Я подождала, пока слуги разложат вещи.

В действительности, мне хотелось поскорее остаться одной, но встреча с магистром Нэштером и слова, сказанные ректорессой, будто выжали из меня все силы.

К тому же я почти не спала, до самого утра сидя у маминой постели и ожидая, что может быть она всё же очнётся.

Хотя лекари сказали, что ближайшую пару недель этого ждать не стоит, но глупая надежда всё равно сидела внутри, не позволяя отойти от маминой постели.

В любом случае я видела, что ей лучше.

Её кожа буквально в считанные часы перестала казаться такой бледной и тонкой.

Приступ прекратился и не возвращался.

Мне так хотелось сейчас быть с ней…

Но мне было достаточно и того, что она была под наблюдением лучших лекарей страны.

Зейн даже оплатил приезд королевского лекаря, который когда-то уже буквально вытащил нашего короля с того света.

Я знала, что даже для такого человека, как Зейн один его осмотр стоил дорого, что уж было говорить про лечение под его присмотром.

Я всё ещё не верила до конца в то, что наша сделка с Зейном настолько прозрачна.

Как минимум потому что, даже не смотря на то, что он был словно одержим мной с самого юношества, я не могла взять и принять на веру его слова.

В том числе потому, что в моём понимании любовь это другое.

В моём понимании любимого человека можно отпустить, если он не хочет быть с тобой, а не пытаться настойчиво добиться годами, манипулируя и угрожая.

Раньше, когда у меня были статус, деньги и магия, то меня было сложно запугать.

Я была очень самоуверенна и считала, что это всё будет у меня всегда.

Что меня всегда защитит отец или же мой огонь.

Что если что, я всегда смогу обернуться в свою драконицу и улететь.

Поэтому я никогда не выбирала выражений, общаясь с Зейном.

Вернее, очень скоро перестала их выбирать, поняв, что вежливого отказа он не понимает.

И в то, что все его действия сейчас это просто месть за уязвлённую гордость, верилось мне намного больше.

За одним исключением.

Брак.

Он резко выделялся и никак не укладывался в моей голове.

Жениться из мести не просто глупо, это отдавало полным идиотизмом.

Тем более, что Зейн был довольно могущественным и наверняка его отец хотел женить его на какой-то более подходящей и выгодной девушке, нежели я.

Поэтому я всё не могла перестать об этом думать.

Но всё же куда страшнее было то, что ждало меня в академии.

За этими размышлениями и прошёл мой день.

Я так и не пошла на занятия сегодня.

Просто не рискнула выйти из комнаты.

Я не хотела не только никого видеть, но и чтобы хоть кто-то видел меня.

К вечеру живот уже вопил от голода, но я уже привыкла к этому чувству, поэтому спокойно его терпела.

И всё же просидеть в комнате всё время у меня всё равно не выйдет, а потому мне нужны были книги.

А значит необходимо было отправить в библиотеку и взять хотя бы учебники на завтра.

А может быть заодно поискать что-то о потере и восстановлении магии.

Наверняка в библиотеке столичной академии найдутся книги на эту тему.

Переодевшись в самое неприметное платье, я подождала, пока за дверью станет тихо, и осторожно вышла в коридор.

За окном уже была ночь, и большинство адептов разошлось по своим комнатам.

Я понимала, что глупо избегать людей, ведь, наверняка, новость о моём возвращении разойдётся очень быстро, если ещё не разошлась.

Но мне так хотелось воспользоваться хотя бы последней возможностью побыть в тени.

Я не знала, как пройдёт встреча с моими бывшими однокурсниками, а тем более с друзьями.

Возможно, я зря опасалась их реакции.

Но тот факт, что за последние годы никто из них даже не ответил на мои письма, а когда я приходила к их домам, то каждый из них чудесным образом оказывался в дальней поездке…

Этот факт говорил о слишком многом.

Как минимум о том, что вне зависимости от их реакции, я просто не хотела видеть никого из них.

Я подошла к громадным деревянным дверям, которые были выше меня в несколько раз.

К счастью, открывать их помогала магия библиотеки, которая так фиксировала посетителей.

Я быстро прошмыгнула внутрь и сразу же направилась направо.

Там была стойка библиотекаря, который сейчас, естественно, отсутствовал.

На стойке лежал с десяток артефактов-помощников.

Я коснулась одного из них, и он мгновенно активировался.

Магия здесь не требовалась, было достаточно той, что имелась в самом артефакте.

Передо мной возник шарик синего света размером с кулак.

Адепты перемещали книги из библиотеки по воздуху с помощью магии, а поскольку мне она была недоступна, то нести придётся самостоятельно.

Поэтому я протянула помощнику своё расписание и показала на завтрашний день.

Оставалось надеяться, что он меня правильно понял.

Пока он отправился за учебниками, я решила самостоятельно поискать книги по магии.

Прошла вперёд, внимательно рассматривая стеллажи.

В библиотеке была полная тишина, поэтому я не боялась кого-то встретить.

Здесь в принципе и прежде бывали немногие, поэтому я очень сомневалась, что что-то изменилось даже из-за напряжённой ситуации на границе.

Я зашла в другой ряд и принялась читать корешки книг.

Неожиданно до меня донёсся шум.

Я услышала шум шагов, раздавшийся от входа в библиотеку.

Вся сжавшись и попытавшись спрятаться подальше, я принялась слушать.

Судя по шагам, людей было двое, а звонкий стук каблуков говорил о том, что один из посетителей была женщина.

Незнакомцы молчали, а между тем их шаги приближались.

Я замерла в ожидании, как внезапно шаги затихли совсем неподалёку.

А вскоре до меня начали доноситься непонятные звуки.

Я прислушивалась, пытаясь понять, что там происходит, но звуки были слишком странные.

К своему ужасу я поняла, что звуки доносятся из соседнего ряда.

Получается, что я не могла выйти и остаться незамеченной, ведь мне пришлось бы пройти мимо этих двоих.

Я стояла и экстренно рассуждала, что же мне делать, как тишину библиотеки разрезал громкий стон.

Женский и тонкий.

И это точно был не стон боли.

А следом за ним я услышала, как зашелестела одежда, падая на пол.

Я вся похолодела, понимая, что именно я слышала всё это время.

Святая богиня, ну как я умудрилась так влипнуть?

Глава шестнадцатая

Я тут же закрыла рот обеими руками, как будто это могло помочь мне остаться незамеченной.

Звуки поцелуев и чего-то ещё, о чём я даже думать не хотела, становились громче.

Они же не собирались… зайти так далеко?

Прямо в библиотеке?

Какой ужас.

Ну честное слово, хоть бы проверили, есть ли тут кто-нибудь.

Пусть изначально я не хотела, чтобы меня увидели, но сейчас это уже казалось такой мелочью.

Уж лучше бы меня нашли, тем более, что не факт, что мы были знакомы.

Но тогда я бы не оказалась в такой, мягко говоря, щекотливой ситуации.

Вновь прозвучал стон, за ним ещё один и ещё.

Я непроизвольно начала отступать назад и закрыла уши руками, чтобы этого всего не слышать.

— Я тебя… — хрипло произнёс женский голос.

Я не могла избавиться от ощущения, что этот голос мне знаком.

— Остановись, — еле слышно донёсся до меня мужской голос.

— Что не так? Эш, это ведь правда, — обиженно заявила девушка.

Неожиданно всё стихло, и я убрала руки с ушей, чтобы понять, что случилось.

Следом послышался шелест одежды, и я решила, что они вернулись к прерванному действию.

— Что такое? — растерянно спросила девушка, а я точно поняла, что знаю её.

И довольно хорошо.

Во всяком случае так было раньше, когда наши мамы были подругами, а я думала, что мы тоже ими являемся.

— Я ещё в самом начале сказал тебе, что меня не интересуют отношения, и ты была с этим согласна, — ледяным голосом заявил мужчина.

Он точно был мне незнаком.

— Да, но нам ведь так хорошо вместе, — промурлыкала Амалия, которую я уже окончательно узнала.

— Либо так, либо не так, Мали, — устало вздохнул мужчина. — Последнее время мне приходится повторять это слишком часто.

На недолгое время воцарилась тишина, а я понадеялась, что сейчас всё закончится, и я смогу сбежать.

— Ну чего ты, — игриво рассмеялась Амалия. — Я же всего лишь пошутила, чего ты сегодня такой суровый, Эш?

— Я обычный.

— Ну нет, у тебя не выйдет меня обмануть. Я вижу тебя насквозь, — прошептала она. — Что-то случилось. Ты с самого утра сам не свой.

— Даже если так, то тебя это не касается.

— Ну, Эш, — обиженно воскликнула девушка. — Не будь таким грубым.

— Мали, если ты хотела поболтать, то выбрала неудачную компанию. Давай встретимся в следующий раз.

Послышались шаги, а я сжала кулаки в надежде, что весь этот ужас сейчас закончится.

Следом за мужскими шагами последовал стук каблуков.

— Эш, стой. Давай продолжим.

— У меня уже нет настроения.

— Ну, пожалуйста, Эш, я больше не буду отвлекаться. Обещаю.

Как же я мечтала, чтобы этот Эш не согласился, но звуки жарких поцелуев, раздавшиеся через мгновение, говорили о том, что Амалия сумела его убедить.

К моему ужасному сожалению.

Стоны Амалии возобновились, а я уже сама готова была застонать от всего происходящего.

Ну как можно было попасть в столь идиотскую ситуацию?

Я осторожно попыталась отойти как можно дальше, чтобы хотя бы ничего не слышать.

Тихо преодолев несколько стеллажей, я наконец-то перестала их слышать.

— Стой! — испуганно воскликнула Амалия, и я замерла, думая, что она обращается ко мне. — Откуда он здесь?

Поняв, что речь не обо мне, я растерянно заозиралась по сторонам, как вдруг поняла, о чём говорила Амалия.

Тот самый помощник летел ко мне, вероятно, чтобы сообщить, что он всё собрал.

За всем произошедшим я уже и забыла о нём.

Вот и чего он так долго собирал несчастные четыре учебника?

Но дело оказалось в другом.

— Первокурсникам запрещено заходить в эту зону, — объявил помощник, окончательно выдавая меня.

Я вся сжалась и посмотрела назад.

Над стеллажами висела вывеска «Отдел тёмной магии».

Нужно было смотреть, куда я сбегала.

— Кажется, здесь кто-то есть, — заявил этот Эш.

— Думаешь, нас видели?

— Тихо, собирайся.

Я поняла, что это мой последний шанс убраться отсюда незамеченной, пока страстная парочка экстренно одевалась.

Шар света упорно мне показывал на стойки библиотекаря, а я руками пыталась ему показать, чтобы он ушёл, но он меня явно не понимал.

Тогда, резко выдохнув и набравшись смелости, я на всей скорости рванула вперёд.

Амалию и Эша я успела заметить лишь краем глаза.

Я не стала останавливаться, чтобы оценить ситуацию, и просто выбежала из библиотеки и, не оглядываясь, побежала в свою комнату.

Сердце бешено колотилось, когда я прижалась спиной к двери, пытаясь перевести дыхание.

— Какая же дурацкая ситуация, — вздохнула я, покачав головой.

Решив уже наконец-то закончить этот ужасный день, я приняла ванну и легла спать.

Привыкнув спать на прохладном полу, мне было некомфортно на кровати.

Я вертелась с боку на бок, пытаясь устроиться поудобнее, как меня резко ударило понимание.

Я оставила в библиотеке не только свои учебники, но и расписание, на котором было указано моё имя и номер комнаты.

Конечно, я не была уверена, что они его заметили, но если так…

Тогда всё было зря.

— Плевать! — воскликнула я самой себе. — Я всего лишь хотела побыть одна. Я ни в чём не виновата.

Не смотря на эти слова, я всё равно чувствовала, что из-за произошедшего мне могут сулить проблемы.

А у меня и так практически вся жизнь состояла из них.

Казалось, что уже и дышать из-за них было невозможно.

Я думала, что сейчас проблемы начнут крутиться в моей голове, мешая уснуть, но нет, к счастью, я моментально провалилась в сон.

Резкий стук в дверь буквально выдернул меня в реальный мир.

Я шевельнулась и спина тут же отдалась болью из-за непривычного матраса.

Поначалу я решила, что стук мне показался, но вскоре он повторился.

Громкий и требовательный.

Я напряглась, предчувствуя новые проблемы, и поспешила подняться.

Набросила на себя платье и подошла к двери, стараясь хоть немного привести себя в приличный вид.

Я как могла поправила волосы, открыла дверь и замерла, забыв, как дышать.

Передо мной стоял он.

Тот, кого я мечтала и одновременно боялась увидеть.

Оливер Эшфорд.

Могущественный дракон и по жестокой насмешке судьбы младший брат Зейна.

Оливер вырос и возмужал.

Последний раз я видела его около шести лет назад, но всё же узнала сейчас мгновенно.

Теперь он был выше меня как минимум на целую голову, хотя раньше мы были почти одного роста.

Его светлые волосы стали немного длиннее, в военной академии адептов стригли практически налысо, поэтому я отметила их почти в первую очередь.

Почти, потому что первым я заметила его взгляд.

Его карие глаза пленили словно в них была магия.

Даже спустя столько лет я не могла перестать в них смотреть.

Сейчас его взгляд стал строже и как будто увереннее, лишившись той насмешливости, что была в нём раньше.

Он смотрел холодно, и мне даже стало не по себе.

Но всё же я не могла отвести взгляд.

Я не знала, было ли это правдой, но когда-то ещё в детстве я услышала, что первая любовь не заканчивается никогда.

Тогда я даже обрадовалась, поскольку мне хотелось, чтобы моя любовь была вечной.

И пусть я уже давно поменяла мнение на этот счёт, моё сердце забилось быстрее, а губы резко пересохли от волнения.

Помимо непонятных чувств я ощущала растерянность.

Что он здесь делал?

Его прислал Зейн?

Но зачем?

Неужели что-то случилось с мамой?

Но было бы глупо использовать Оливера как посыльного.

Тем более что он должен быть сейчас в военной академии на другом конце страны.

С каждой новой мыслью я терялась всё сильнее.

И мне совсем не помогало его неожиданное молчание.

По стуку в дверь можно было судить, что ему явно есть что сказать, но сейчас же он ничего не говорил, пронзая меня своим ледяным взглядом.

Когда ожидание стало практически невозможным, я всё же решилась.

— Привет, — словно чужим хриплым голосом поздоровалась я. — Что-то случилось?

Оливер словно отмер, на мгновение прикрыв глаза, а затем протянув мне лист бумаги.

Я нахмурилась и настороженно взяла его в руки.

Стоило моим глазам коснуться его, как я поняла, что это было моё расписание.

То самое, что я оставила вчера в библиотеке.

Но откуда оно у него?

— Где ты это взял?

— Полагаю, ты забыла его вчера в библиотеке, когда убегала, — холодно сказал он, заставив меня остолбенеть. — Книги я тоже тебе принёс.

Он махнул рукой и стопка из пяти учебников вплыла в мою комнату.

Но это была ерунда.

Важно было сейчас лишь то, что я поняла.

Я стояла и смотрела на Оливера, но уже совсем не так, как минуту назад.

Потому что я узнала его голос.

Именно он вчера был с Амалией в библиотеке.

Эш это Оливер Эшфорд.

Глава семнадцатая

— Я не понимаю, — прошептала я.

— Что именно?

— Примерно всё.

Оливер отвёл взгляд в сторону и тяжело вздохнул, словно заскучал.

— Вчера ты кое-что слышала в библиотеке. Это был я…

— Это-то я поняла, — хмыкнула я, перебив его.

Правая бровь Оливера насмешливо взлетела.

— Хорошо. Надеюсь, что нужно держать язык за зубами ты тоже смогла понять?

— Меня не волнует чужая личная жизнь.

— Вот и прекрасно. Тогда на этом всё.

Он уже начал было разворачиваться, чтобы уйти, как я схватила его за руку.

Взгляд Оливера медленно опустился, и он пристально посмотрел на мою ладонь.

Я почувствовала, как его тело напряглось.

— Что ты делаешь? — ледяным голосом спросил он.

Я тут же словно опомнилась и отпустила его.

— Прости, просто… — я облизала высохшие губы, экстренно подбирая слова. — Просто мне нужно кое-что у тебя спросить.

— Что?

Он смотрел перед собой, словно избегая смотреть на меня.

Я бы соврала, если бы сказала, что меня это не ранило.

Оливер был светлым воспоминанием из моей прошлой жизни.

И сейчас его отстранённость и холодность словно рушили всё то, что я так давно хранила глубоко в душе.

— Почему ты здесь, Оливер? — тихо спросила я.

Он безразлично посмотрел на меня.

— Мы знакомы?

Я почувствовала, как краснею.

Неужели я настолько сильно изменилась, что он меня не узнал?

— Я — Лили. Лилибет Фостер.

— Я видел, — кивнул он на лист с расписанием в моих руках.

— И? Ты что меня не помнишь?

— А должен? — холодно усмехнулся он, вновь вскинув бровь.

— Да. Мы ведь дружили в детстве.

— Я не живу прошлым, Лили, советую тебе тоже перестать заниматься ерундой, — он сделал шаг вперёд и остановился. — Ах да, занятия начинаются через полчаса.

Он направился дальше, а я стояла и смотрела ему вслед.

Я столько лет лелеяла в душе память об Оливере.

И сейчас осколки, на которые разбились эти воспоминания, больно врезались в моё сердце.

Я чувствовала безумную горечь.

Я боялась, что потеряла его шесть лет назад, когда он ушёл в военную закрытую академию.

Но, к сожалению, похоже, за эти годы она изменила его слишком сильно.

А того парня, в которого я была влюблена, больше не существовало.

В любом случае он был прав.

Это всё в прошлом.

Детская влюблённость уже давно прошла, и если Оливер не помнил меня или не хотел помнить, то мне следовало поступить так же.

А ещё поторопиться на занятия.

Я приняла ванну, оделась и собрала учебники.

Взглянув в зеркало, я снова не узнала себя.

Я настолько отвыкла от этого, что чувствовала словно была в чужой одежде.

Хотя по сути она и не была моей.

Но всё же…

От этого чувства точно следовало бы избавиться.

Зейн определённо не экономил на моём гардеробе, так что нужно было наоборот в такой одежде чувствовать себя увереннее, а не мучить себя.

Резко выдохнув, я вышла в коридор.

Жутко хотелось есть, но мои сборы немного затянулись, поэтому на завтрак я не успевала.

Адептки шли мимо группами и болтали.

Стоило мне открыть дверь, как меня стали с любопытством рассматривать.

Внимательные взгляды подмечали всё.

На мне было плотное платье глубокого синего цвета.

Оно красиво облегало мою фигуру и добавляло стати.

Вот только сухая кожа, истончившиеся волосы и мозоли на пальцах сводили на нет все его старания.

Пока я шла, то не встретила никого знакомого.

Во всяком случае так мне показалось.

Хотя ведь люди меняются, и я просто могла кого-нибудь не узнать.

И, честно говоря, пусть я и старалась идти максимально спокойно, высоко подняв подбородок и с холодным безразличием наблюдая по сторонам, но всё же я шла так быстро, как было возможно, чтобы не вызывать лишнего внимания.

Я прекрасно помнила дорогу и вскоре подошла к кабинету.

Адепты ждали у двери, и я встала неподалёку.

На меня оглядывались, перешёптываясь, а я старалась изображать скуку на лице, хотя всё тело жгло от скрещенных на мне взглядах.

Возможно, мне стоило подойти и представиться, но я не решалась.

Я не знала, как правильно себя вести.

Во многом потому, что не имела возможности завести здесь друзей или хотя бы приятелей.

Ведь одно из главных условий дружбы это честность, а я не могла его выполнить.

К счастью, вскоре подошёл незнакомый мне магистр, которого, судя по расписанию, звали мистер Оглон и начал запускать всех в кабинет.

В самом конце стояла я, и когда подошла моя очередь, то он меня остановил, немного загородив дверь.

— Вы тоже сюда? — удивился магистр Оглон.

Он был довольно молод и вероятно работал здесь недавно, раз я его не знала.

Высокий рыжеволосый мужчина с плавными чертами лица и костюмом словно под цвет, который был слишком велик ему в плечах, а от того смотрелся немного нелепо.

— Да.

— Что-то я вас не припомню, адептка.

Он внимательно меня осматривал, словно действительно пытался вспомнить.

— Адептка Фостер, — представилась я. — Я учусь здесь со вчерашнего дня.

— Вот как… Ну что же, проходите.

— Спасибо.

Я вошла в кабинет и вновь оказалась под любопытными взглядами.

Мне повезло и задние ряды были почти полностью свободны, и я направилась туда.

Стоило мне сесть и достать учебник по основам магии, как меня окликнули.

— Адептка Фостер, — послышался голос магистра Оглона. — Думаю, было бы неплохо, если бы вы встали и представились.

Я вздохнула, натянула на лицо максимально дружелюбную улыбку и встала.

— Светлого утра, — поприветствовала я всех словами, что были приняты в академии. — Меня зовут Лилибет Фостер. Рада, что дальше мы будем учиться вместе.

— Не уверен, — насмешливо хмыкнул парень передо мной и несколько адептов рядом с ним засмеялись.

Я не совсем поняла, что он имел в виду, поэтому решила пропустить это мимо ушей.

Я села, не став ничего добавлять, хотя прекрасно понимала, что магистр хотел услышать о моём магическом резерве, наличии стихийной магии и умению превращаться в дракона.

Но что мне было говорить?

В таком случае лучше не говорить ничего.

— Что вы имеете в виду? — внезапно спросил магистр Оглон того самого парня передо мной, а я только и думала о том, зачем он это сделал.

Почему не пропустил мимо ушей, как и я?

— А вы разве не в курсе, что наша новенькая уже когда-то училась в академии. Доучилась до второго курса и ушла. А теперь вот снова с нами, — он повернулся ко мне, едко улыбаясь.

— Это правда, адептка Фостер?

— Да, — ровно ответила я, надеясь, что на этом обсуждение моей персоны закончится.

— Интересно, — заявил магистр. — Ну что же, давайте приступать.

Я выдохнула, мой разоблачитель отвернулся, и занятие наконец-то началось.

Я решила, что надо бы узнать, как зовут этого адепта и, возможно, держаться от него подальше.

Магистр начал рассказывать тему о работе с резервом.

Я это всё прекрасно знала, а когда-то и умела делать, поэтому немного заскучала.

И, к сожалению, упустила момент, когда магистр спросил добровольца, чтобы показать свои слова на практике.

— Магистр Оглон, — позвал преподавателя тот самый адепт, сидящий передо мной. — Может быть вам поможет Лили? Она уже всё это знает, к тому же у неё огромный резерв, наверное, самый большой из всех нас.

— Правда? — посмотрел на меня магистр. — В таком случае, адептка Фостер, прошу вас спуститься сюда.

Я холодно посмотрела на усмехающегося адепта, пока внутри возрастала паника.

Я знала, что этот момент наступит, но даже не думала, что так скоро.

Я совершенно не знала, что мне делать.

Глава восемнадцатая

Решение пришло спонтанно.

На самом деле оно было на поверхности, но поначалу я его отвергала, не желая даже думать об этом.

Да в общем-то я и сейчас не сильно желала о нём думать, но…

Но, видимо, другого выбора у меня не оставалось.

Притвориться слабой дурочкой благодаря доброжелательному однокурснику уже не выйдет даже на время.

Порой казалось, что некоторые вещи и правда впитываются с молоком матери.

Поскольку меня никогда этому не учили, но у меня это как-то получалось само.

Впрочем, я долгие годы тренировалась на Зейне, пытаясь таким образом добиться того, чтобы он потерял ко мне всякий интерес и наконец-то дал жить спокойно.

Я прямо посмотрела на преподавателя, попутно нацепив на лицо ледяное безразличие с толикой брезгливости и высокомерия.

Я села немного иначе, более свободно откинувшись на стуле.

— Адептка Фостер, — вновь позвал меня преподаватель, пока все ученики не сводили с меня взглядов.

— Нет, — сказала я ровным властным голосом.

Пусть это и была академия для аристократов, но обучение являлось важной вещью, от которой зависело будущее.

Здесь никогда никому не рисовали оценки из-за фамилии или красивых глаз.

Каждый год академия проходила королевскую проверку, подтверждая уровень своих адептов и магистров.

Именно поэтому, даже не смотря на то, что здесь были дети только самых могущественных и богатых родителей, в обычной ситуации никому и в голову бы не пришло ответить так преподавателю.

И, кажется, удивились не только адепты, но и магистр Оглон.

— Почему? — растерянно спросил он, нахмурив свои широкие брови, немного закрывающие его небольшие глаза.

— Я не в настроении, — так же спокойно заявила я.

— Но…

Магистр Оглон окончательно растерялся, пока все остальные смотрели на меня, как на ненормальную.

А я тем временем выводила круг в своей тетради и от напряжения уже продырявила её насквозь.

— В таком случае я буду вынужден отнять из вашего рейтинга пять баллов, адептка Фостер, — немного замявшись, сообщил он.

— Поступайте, как считайте нужным.

Мне чудом удалось удержать голос.

Бывшая отличница получает минус пять баллов в первый же день на первом же занятии.

Мне казалось, что моё лицо сейчас пылает в тон моих огненных волосы, даже не смотря на все мои старания.

— Может быть вы и вовсе не желаете находиться на моём занятии?

Я сглотнула ком, резко образовавшийся в горле.

— Ну что вы, я с большим интересом вас послушаю.

Мой голос вышел немного хриплым.

И хоть я говорила искренне, я знала, что мои слова звучали как издёвка.

Стоит ли удивляться, что взгляд магистра из растерянного и просто недовольного резко переменился на раздраженный и даже гневный?

— Рад, что отсутствие вашего настроения не касается учёбы в целом, — хмыкнул он, а затем посмотрел на того самого адепта передо мной. — Адепт Скот, в таком случае прошу вас спуститься и помочь.

— Но… — замялся парень, на лице которого тут же потухла ехидная ухмылка.

— Что? Вы тоже не в настроении? Тоже хотите минус пять баллов?

Парень ничего не сказал, лишь зло сверкнул на меня глазами, будто бы это я была виновата в том, что его вызвали, а затем пошёл вниз.

Как я и думала, ничего нового я не увидела, да и смотреть вперёд, периодически встречаясь взглядами с с любопытными адептами и адептками.

Поэтому я просто открыла учебник и приступила к изучению, хотя, наверное, в этом не было никакого смысла.

Когда занятие подошло к концу, я специально собиралась медленно, чтобы выйти самой последней.

Надеялась, что магистр промолчит, но всё же мне не совсем повезло.

Уже когда я была у двери, до меня донёсся его голос.

— Похоже, и слушать меня вы всё же были не в настроении.

Я остановилась и вздрогнула.

— Простите, — сказала я одними губами и выбежала из кабинета, тяжело дыша.

Он не сказал ничего особенного, но мне было очень жаль.

Следующим занятием у меня была драконья магия у магистра Нэштера.

Я не смогла бы сказать ему то же самое, что и магистру Оглону.

Поэтому просто решила не идти.

Поскольку я была голодна, то направилась в столовую.

Она, ожидаемо, оказалась пуста.

Взяв еду, я села за стол у окна, но совсем не спешила есть.

Выходило, что помимо всех тайн и лжи, мне ещё нужно было носить маску.

Воспоминания о академии всегда дарили мне исключительно светлые чувства.

Магистр Нэштер был не единственным, с кем у меня были хорошие отношения.

Я так любила это место и многих людей здесь.

С друзьями отношения уже были испорчены, а отношения с преподавателями мне ещё предстояло разрушить.

И почему всё это случилось в первый же день?

Я верила, что будь у меня больше времени, я придумала бы что-то иное, но теперь оставалось лишь продолжать разыгрывать эту роль.

Правда когда у меня сняли пять баллов, то у меня закралась одна идея.

А что если сделать так, чтобы меня отчислили?

При чём ведь мне и не нужно ничего специально учинять.

Мне просто надо продолжать вести себя так.

Вот и всё.

А ведь и правда это выход.

И, возможно, единственный в моём случае.

Я не могла вести себя так с людьми, которые были мне дороги в прошлом.

Если я, например, устрою какой-нибудь пожар, то Зейн может мне за это предъявить, а так, что он мне скажет?

Он отправил меня без магии в академию, где учат магии.

Это его прокол.

Хотя я всё же склонялась к мысли, что это было сделано специально.

Полагаю, он понимал, что я буду мучиться.

И он угадал.

Ублюдок.

Окончательно отодвинув тарелку, я встала, так и не притронувшись к еде, и направилась на выход.

Скоро многие придут на обед, нужно было поспешить отсюда уйти.

Я уже подошла к дверям, как в них появились они — мои бывшие друзья.

Амалия, Кларк и Лора.

Наши отцы много лет вели вместе дела, а мы сами с детства были не разлей вода.

Я думала, что Оливер сказал Амалии обо мне, но, может, он и правда забыл кто я.

Потому что все трое моих бывших друзей сейчас замерли, смотря на меня так, словно увидели привидение.

Глава девятнадцатая

— Что ты здесь делаешь? — хрипло спросила меня Амалия.

Сжав губы и получше перехватив сумку, я посмотрела вперёд, в пространство между Амалией и Кларком.

Я просто сделала резкий шаг в их направлении, надеясь, что они разбегутся.

Примерно так и получилось.

Увидев, что я иду прямо на них, они разошлись, уступая мне дорогу.

Я уже в душе успела порадоваться, что обошлась малой кровью, как ощутила на своём левом запястье захват.

Внутри похолодело.

Я остановилась и оглянулась.

Амалия стояла, держа меня за руку и взволнованно смотря.

Я даже нахмурилась, удивляясь степени её встревоженности.

Чего это она так распереживалась?

— Что ты здесь делаешь, Лили? — вновь задала она свой вопрос.

— Отпусти меня, — приказала я.

— Не отпущу, пока не ответишь!

— Немедленно отпусти, — процедила я.

— Отвечай! — потребовала эта…

Да у меня даже слов не было подходящих, чтобы её описать.

Поскольку она схватила меня за руку, в которой была сумка, то вторая оставалась свободной.

И раз уж у меня не было магии, да и за подобное действие могли назначить какое-нибудь неприятное наказание, то я впилась ногтями в её ладонь со всей силы.

— Ай! — взвизгнула Амалия, убирая руку. — Ты что творишь, ненормальная?

Она прижала ладонь к груди и я увидела на ней пару капель крови.

Перестаралась, наверное.

Я перевела взгляд на её глаза.

Взбешенные и одновременно с этим испуганные.

И решила поступить так же, как Оливер.

— Не знаю, с чего ты решила, что мы знакомы, но больше не смей меня трогать, — прошипела я. — Я тебя не знаю и не имею никакого желания узнавать.

Пока Амалия прожигала меня взглядом, я не стала терять времени и быстро направилась вперёд.

Кларк, Лора и ещё с десяток знакомых мне адептов, с которыми я раньше училась, не сводили с меня удивлённых глаз.

До меня донёсся шёпот, а затем я услышала, как они все произносят моё имя, спрашивая друг у друга, точно ли это была я.

Я поспешила как можно быстрее и дальше отсюда и в итоге оказалась во дворе.

На улице был сильный ветер, но мне не хотелось возвращаться.

До следующего занятия было полчаса, и мне нужно было их где-то провести.

Я направилась направо, там вдалеке были беседки.

Прижимая сумку к груди, я пошла к ним.

Рядом росли экзотические деревья, листья которых при дуновении ветра издавали звук, схожий с пением птиц.

К сожалению, все беседки были заняты, но вот пара лавок оказалась свободными.

Я села, вдыхая сладкий воздух полной грудью и смотря на потрясающей красоты деревья.

Я всеми силами старалась не думать о встречи с Амалией, но мне не удавалось.

Я ожидала иного.

Я ожидала насмешек, издёвок, чего угодно, но только не страха.

И жаль, что я обратила внимание только на Амалию.

Теперь мне было интересно, испытывали ли то же самое Кларк и Лора.

Мне было до безумия интересно, чего же так испугалась Амалия.

Я бы поняла, если бы она знала, что я тоже была в библиотеке.

Но она не знала.

Да и даже если у них с Оливером был тайный роман, я не думала, что моё знание об этом могло её так сильно напугать.

Может быть было что-то, чего я не знала?

Погрузившись в размышления, я совсем отвлеклась от происходящего вокруг.

Едва я вынырнула из них, как до меня долетел знакомый голос.

Магистр Нэштер.

Я оглянулась и увидела, что он шёл в мою сторону, что-то обсуждая с другим магистром.

Нет-нет-нет, мне нельзя попадаться ему на глаза.

Я ещё не придумала, почему мне нельзя ходить на занятия по драконьей магии.

Беседки друг от друга отделяли высокие кусты, и я мгновенно рванула к ним.

Искать проход было некогда, поэтому я просто начала пробираться через препятствия в виде колючих веток.

Причёска однозначно растрепалась, на лице и ладонях были царапины, но я всё же успела спрятаться до того, как магистр Нэштер меня увидел.

Я следила за ним, пока он удалялся, а сердце бешено колотилось.

И вскоре я поняла, что нахожусь здесь не одна.

Я медленно обернулась и встретилась взглядом с безразличным взглядом Оливера.

Я едва не подпрыгнула от испуга, схватившись за сердце.

— Что ты здесь делаешь?

— Вообще-то я пришёл сюда первый, — хмыкнул он, внимательно оглядывая мою прическу и лицо.

Я тут же потянулась к волосам, пытаясь оценить масштабы бедствия.

Я попыталась нацепить на лицо холодное безразличие, но рядом с Оливером у меня это получалось довольно посредственно.

Я огляделась, ища путь к бегству, как кое-что заметила на земле.

— Ты что куришь? — в ужасе спросила я.

Оливер слегка оглянулся, смотря на землю.

— Тебе какое дело?

— Но ты же учишься в военной академии! — возмутилась я.

Оливер криво усмехнулся.

— Я учусь здесь, если ты не заметила, — сказал он, показывая на эмблему академии, вышитую на его пиджаке.

— Даже если так. Ты же понимаешь, как это плохо. Курение губит не только магию, но и здоровье в общем. Ты всё это прекрасно знаешь.

— Если я всё это знаю, то зачем ты мне об этом говоришь? — спросил он, вскинув бровь.

— Потому что… — начала я на вдохе и тут же оборвала себя.

И правда, чего я к нему лезу?

Он взрослый человек и это его выбор.

Чего я так из-за него распереживалась?

Какое мне вообще дело?

— Делай, что хочешь. Я ухожу, — заявила я и, обойдя его, направилась на выход.

Но не успела я выйти, как столкнулась с незнакомой мне девушкой.

Она внимательно посмотрела на меня, а затем на Оливера.

Снова вернулась взглядом ко мне и особое внимание уделила моим волосам.

Её взгляд загорелся гневом, а до меня наконец-то дошло.

Она что пришла к нему?

Но как же Амалия?

Он ей изменяет?

Или…

Мне тут же вспомнился их разговор.

Что если у них именно такие отношения?

— Ты, кажется, говорила, что уходишь, — донёсся мне в спину голос Оливера.

Не говоря ни слова, я обошла девушку и просто убежала оттуда.

Глава двадцатая

Если поначалу взгляды моих однокурсников были любопытными, то когда я вошла в кабинет, где проходило следующее занятие, они стали исключительно раздражёнными и местами даже пренебрежительными.

Ну что же, мне было не привыкать, да и этого вполне стоило ожидать.

И всё же уж лучше так, чем насмешки из-за потери драконицы и магии.

Хотя и текущее раздражение могло вылиться в схожие проблемы.

Тот же адепт по фамилии Скотт, который, возможно, являлся каким-то родственником королевского советника, вполне мог их создать своим повышенным вниманием ко мне.

Идеально было бы, если бы у всех ко мне было исключительно безразличие.

Я полагала, что мне нужно потерпеть не так уж и долго, возможно, мне удастся уговорить Зейна забрать меня отсюда, когда он вернётся.

Или маме станет лучше совсем скоро, и тогда…

Тогда меня ждёт брак с Зейном.

А это было намного страшнее всех насмешек, издевательств и боли, что могли мне причинить здесь.

И хотя я до безумия хотела, чтобы мама как можно скорее поправилась, своё замужество я бы предпочла откладывать как можно дольше.

А потому я стиснула зубы и с выражением лица холодной аристократки направилась к самому дальнему свободному месту.

Адепт Скотт, к сожалению, вновь оказался рядом — и тут же обратил на меня внимание, стоило мне сесть.

— Тебя не было на занятии по драконьей магии, — заявил мне он.

И как это было понимать?

Это был вопрос или утверждение?

Тем более он не был похож на дракона, поэтому я не была уверена, что он сам ходил на это занятие.

Хотя и узнать это было совсем несложно.

Возможно, даже спрашивать не пришлось.

Ведь люди в большинстве своём любят обсуждать других.

Я взглянула на него, надменно вскинув бровь.

— И что?

Он криво улыбнулся.

— Я хочу знать почему.

— Не захотела.

— Говорят, магист Нэштер спрашивал о тебе, — сказал он, внимательно следя за моим лицом.

И не зря.

Мне не до конца удалось в этот момент удержать маску безразличия.

— И что? — спросила я вновь. — Какое тебе дело?

Адепт Скотт поднялся со своего места и, поставив руки на мой стол, наклонился ко мне.

Он словно хотел меня напугать, ожидая, что я отклонюсь назад, но я лишь внимательно следила за ним глазами, совершенно не шевелясь.

— Хочу узнать твои тайны, Лилибет Фостер, — ухмыльнувшись, тихо сказал он мне.

У меня внутри всё обеспокоенно сжалось.

Мне совершенно не нужен был подобный интерес.

Я подалась немного вперёд, чтобы показать, что я его не боюсь, но при этом оставаясь на расстоянии.

И всё это время смотрела прямо в его глаза.

— Похоже, у тебя невероятно скучная жизнь, раз ты тратишь её на подобную чушь, — насмешливо хмыкнула я, показательно открывая учебник и принимаясь читать.

— Хочешь сказать, что тебе нечего скрывать? — едко спросил он.

— Хочу сказать, что мне не интересен этот разговор и я с большей радостью почитаю учебник.

Я не оторвалась от книги, пока говорила, надеясь, что этот Скотт наконец-то отстанет от меня.

Он прожёг меня недовольным взглядом, который я ощутила даже кожей, и хотел уже мне что-то ответить, как в кабинет вошёл преподаватель, и он остановился, едва открыв рот.

Я думала, что сейчас он отойдёт, но он поколебался секунду и склонился ещё ближе ко мне.

— Своим поведением ты лишь разжигаешь мой интерес, — ухмыльнулся он, а затем наконец-то развернулся и сел на место.

Я тут же тихо выдохнула, мгновенно ощущая себя лучше.

Мне была неприятна его близость, а ещё больше его интерес ко мне.

Сейчас по расписанию была история мира и вёл её знакомый мне магистр Стангер.

Он вёл этот же предмет и когда я училась здесь раньше.

И, едва зайдя в кабинет, он тут же нашёл меня взглядом.

Он посмотрел на меня хмуро и вместе с тем растерянно.

Видимо, до него уже дошли некоторые слухи.

Урок начался, и я старалась внимательно слушать, но это было сложно.

Во-первых, всё, что он рассказывал, я уже знала, а во-вторых, мои мысли постоянно устремлялись к этому загадочному черноволосому адепту, сидевшему передо мной.

Мне было совсем непонятно его внимание.

И если он собирался узнать мои тайны, то мне тоже нужно было узнать хоть что-нибудь о нём.

И для начала мне было необходимо как-то узнать его имя и кто он вообще такой.

Занятие по истории прошло спокойной, поскольку на нём не было практики.

В отличие от следующего урока, который мне пришлось пропустить, поскольку это была практика стихийной магии.

Сходив на ранний ужин, пока большинство адептов было на занятиях, я опять как трусиха спряталась в своей комнате и читала учебники за неимением иной альтернативы.

Вновь дождавшись позднего вечера, я направилась в библиотеку, чтобы взять учебники на завтра.

Как и в прошлый раз я дошла никого не встретив.

Вызвала помощника библиотекаря, показав ему расписание на завтра, и как и вчера приступила к поиску.

Вчера я обошла довольно много рядов, поэтому сегодня осталось примерно четыре.

И это печалило, ведь если я не найду книгу сама, то мне придётся спрашивать у помощника, а поскольку все запросы фиксировались, то я бы предпочла этого избежать.

Стопка учебников уже ждала меня на стойке библиотекаря, когда я наконец-то что-то нашла.

«Диагностика и восстановление повреждённых магических каналов.»

— Это то, что нужно, — прошептала я, схватив книгу.

Я радостно улыбнулась, прижимая её к груди, как мой взгляд заметил кое-что ещё.

«Опасность и предупреждение истощения магического резерва.»

Судя по названию, эта книга была мне не совсем актуальна, ведь мой резерв уже был истощён, но всё же я взяла её, решив, что может быть в ней найдётся что-то полезное.

Держа обе книги в руках, я направилась к ожидавшим меня учебникам и выходу.

Но не успела я даже дойти до стойки библиотекаря, как дверь раскрылась, и я увидела Оливера.

Он вновь был не один.

И его спутницей вновь была не Амалия.

Глава двадцать первая

Я замерла, не зная, как реагировать.

Девушка была мне незнакома, и улыбка мгновенно исчезла с её лица, стоило ей меня увидеть.

Она зашла за спину Оливера, который, в отличие от неё, был так же безэмоционален, как и прежде.

Он лишь скользнул по мне и книгам на стойке безразличным взглядом и уверенно пошёл прямо, ничего не говоря.

Смутившаяся девушка тут же засеменила за ним, звонко стуча каблуками.

Я тоже не стала задерживаться, взяла тяжеленные книги и поспешила на выход.

Возможно, мне это только показалось, но когда я уходила, мою спину будто прожигал чей-то взгляд, и это лишь придавало мне скорости.

Сколько я ни пыталась, всё никак не могла перестать думать об Оливере.

Не знаю, в чём была причина, но в голове назойливо крутился его образ вместе с каждой из трёх адепток, о которых я знала.

Прошло столько лет…

Все эти годы я, конечно, мечтала его увидеть, но смирилась с тем, что он решил следовать своей мечте.

Возможно, мне было интересно, что с ним произошло и как он здесь оказался.

А может это отголоски первой любви заставляли меня смотреть на него в попытке найти хотя бы тень того Оливера, что я знала.

Того, в которого влюбилась ещё в детстве.

В любом случае это всё стоило отбросить и заняться более важными вещами.

Поэтому я достала одну из книг и устроилась с ней на кровати.

Я начала с книги по диагностике и восстановлению повреждённых магических каналов.

Хоть я и думала, что раздел по диагностике мне совсем не пригодится, но всё же открыла первым его.

Я зря думала, что он для меня бесполезен, ведь в нём я узнала, что благодаря диагностике можно понять, есть ли вообще смысл в восстановлении.

Даже если магии уже нет, можно было узнать, сохранились ли магические каналы в рабочем состоянии.

Потому что, как было сказано в книге, если каналы просто опустошены или насильно истощены, то шансы есть.

А вот если уже пошло из разрушение, то их было крайне мало.

И то, крайне мало, если разрушение было первого и второго уровней.

А всего их оказалось шесть.

Дальше четвёртого уровня магия не восстанавливалась никак.

Но даже если был всего лишь первый уровень, и даже если бы удалось вернуть магию, шанс, что она будет такой же и в том же объёме был ничтожно мал.

В книге был описан лишь один такой случай, во всех остальных у мага терялась значительная часть силы.

Я захлопнула книгу и взглянула в окно.

Получалось, что если у меня уже началось разрушение, то я могу никогда больше не увидеть свой огонь.

Как и свою драконицу.

Зейн явно не был заинтересован в том, чтобы я вернула магию, иначе бы он хоть что-то сделал, отдал бы Парэлу хоть какое-то распоряжении на этот счёт.

Я сомневалась, что он, узнав о моей проблеме, совершенно ничего не узнал о её решении.

Зейн Эшфорд всегда всё просчитывал, так что и это было сделано специально.

Полагаю, чтобы я чувствовала себя ещё слабее рядом с ним.

Но если отбросить мысли о Зейн, больше всего меня сейчас мучила мысль, что я не могла провести диагностику своих каналов.

Потому что, как бы смешно это ни звучало, но для диагностики нужна была магия.

Да, ещё нужны были знания, но если их я могла бы почерпнуть из какой-нибудь книги, то с магией бы это не прошло.

Её мне было не достать из обычного у…

Я оборвала собственную мысль, поняв, что ошиблась.

Магию можно было получить благодаря книгам.

Тёмную магию.

Может быть это был знак, когда я случайно зашла вчера в тот раздел?

Вот только этот раздел был под запретом для адептов до третьего курса, да и четвёртому были разрешены далеко не все.

И всё же…

У меня даже не было мысли становиться тёмным магом.

Но что если тёмная магия помогла бы пробудить мою искру?

Я немедленно отбросила от себя книгу.

Я что всерьёз сейчас об этом думала?

Меня накрыл ужас.

Кажется, я с ума сошла.

Неужели, согласившись на сделку с Зейном, я решила наплевать на свою жизнь?

Я замотала головой из стороны в сторону, поражаясь, как мне вообще в голову пришла эта мысль.

Стараясь перестать об этом думать, я вновь взяла книгу, пролистала её до раздела с восстановлением и приступила к чтению.

В итоге это затянулось практически до утра.

Этот раздел был написан довольно сложным языком и явно для лекарей.

Часть слов мне была непонятна, ведь лекарское дело я изучала совсем недолго и довольно поверхностно.

Но всё же я смогла продраться через всю эту терминологию до самой сути.

Здесь было сказано, что в случае разрушения каналов нужны специальные ритуалы, и они детально описаны в отдельной книге.

А вот восстановление при менее сложных повреждениях было описано и довольно подробно.

Говорилось, что лучше всего работает комплексное лечение в виде снадобий, медитации и магического воздействия.

Последнее я была вынуждена точно отбросить, но вот оставшиеся два пункта были вполне для меня выполнимыми.

Да, у меня не было никакой уверенности, что это мне поможет, но точно не должно стать хуже.

И это всяко лучше размышлений о тёмной магии.

Единственной проблемой являлось то, что у меня точно не было шансов сварить снадобье на занятии.

А ещё для него требовались в том числе и довольно редкие ингредиенты.

И существовал большой, а вернее просто огромный шанс, что магистр зелейного искусства очень скоро заметить недостачу.

Можно было бы попросить Парэла, но это вызвало бы ненужные мне вопросы.

И был ещё один вариант: купить нужные ингредиенты самой.

Только вот для этого требовалось как-то выйти за территорию академии.

А так же нужны были деньги.

Зейн оплатил полностью моё содержание здесь и обеспечил меня всеми необходимыми вещами, поэтому денег он мне не оставлял.

Я встала и взглянула на расписание.

Зелейное искусство было завтра и в понедельник.

Даже если раздобуду деньги, я всё равно не знаю, как пронести в академию котёл, ступку, горячий камень и всё остальное.

Поэтому нужно было использовать инвентарь из академии.

Тащить в свою комнату ночью тоже ужасный вариант.

А вот пробраться ночью в кабинет зелейного искусства и сварить снадобье там было хоть и опасным вариантом, но самым логичным.

Вот только все кабинеты закрывались, а у меня не было магии, чтобы вскрыть замок.

И тогда, получается, был лишь один вариант.

Мне нужно было спрятаться в кабинете зелейного искусства, чтобы его закрыли вместе со мной.

А ещё необходимо было узнать состав зелья, которое бы помогло мне потом выйти из кабинета.

Ведь я не хотела, чтобы меня застукали там утром, да и провести в нём всю ночь тоже не казалось мне хорошей идеей.

Таким образом у меня в голове сформировался некоторый план, и я с удивлением ощутила внутри какую-то уверенность.

Хотя я практически не знала ничего, но пусть и ненадолго, но у меня был план.

А это значило, что я не сдалась, и что хотя бы немного моя жизнь всё ещё была в моих руках.

Дорогие читатели, у замечательной писательницы Анны Дрэйк вышла новая книга только для читателей старше 18 лет.

Академия Хантстил. Невеста дракона Бездны

ВНИМАНИЕ!!!

В этой книге я ЗАСТАВЛЮ вас вспомнить, что такое НАСТОЯЩЕЕ фэнтези! В жопу разводы! Пошли в зад отвергнутые жены! У меня будет разрыв и эпик!🔥🔥🔥

Она — проклятие в человеческой оболочке.

Метка на моем запястье жжет мне кожу, даже когда ее нет рядом. Ее голос — гвоздь в моем черепе.Я ненавижу её за то, что она открывает во мне то, что должно было быть мёртвым.

Все зовут это истинностью. Для меня это — пытка. Я — Дракон Бездны, рождённый подчинять. Но теперь я живу чужим дыханием, и это страшнее любого врага.

Мне нужно оборвать эту связь. Иначе я сгорю в ней.

>>ЧИТАТЬ ЗДЕСЬ

Глава двадцать вторая

Первым занятием была драконья магия, а вторым — стихийная магия, поэтому их я решила проспать, всё равно ведь закончила читать книгу уже вместе с рассветом, а делать мне на них нечего.

Я спокойно сходила на обед, хотя для меня это, конечно, был завтрак.

Столовая была практически пуста, но на этом моё драгоценное одиночество и закончилось, ведь следующим занятием шло зелейное искусство.

Вчера я уже выбрала манеру поведения, теперь оставалось только её придерживаться.

Как бы тяжело это ни было.

Стоило мне подойти к кабинету, как все однокурсники зашептались и посмотрели в мою сторону.

Я лишь прижала учебники к груди и посмотрела в окно, за которым бушевал сильный ветер.

Но сколько бы я ни всматривалась в происходящее за окном, я не могла игнорировать двух адепток, стоящих неподалёку и явно обсуждающих меня.

— Какая наглость, — прошипела одна из них. — Да что эта выскочка о себе возомнила?

— Почему её направили именно к нам? — расстроено спросила в ответ вторая.

Я украдкой взглянула на них.

Обе были мне незнакомы.

Две невысокие девушки.

Одна брюнетка, вторая — блондинка.

— Чего она вообще пришла? — возмутилась брюнетка. — Прогуливала бы дальше.

— Если я попаду с ней в группу, то у меня не будет шансов, — взволнованно произнесла невысокая блондинка с длинной чёлкой. — Родители меня прибьют.

— У любого с ней в группе не будет шансов, Хэзер, — недовольно ответила её темноволосая подруга.

Я нахмурилась.

Если предыдущие слова пусть и были неприятны, но ожидаемы, то последнее меня заинтересовало.

О каких группах шла речь?

Ничего подобного прежде не было.

Во всяком случае я точно не припоминала такого, а на проблемы с памятью раньше не жаловалась.

Я внимательнее спосмотрела на эту блондинку Хэзер с её подругой.

Они тут же это заметили и отошли подальше, продолжая что-то обсуждать.

А меня отчего-то не отпускали их слова.

Я не могла отделаться от ощущения, что речь шла о чём-то, что принесёт мне новые проблемы.

Да и взгляд адепта Скотта не прекращал меня нервировать.

Пока мы стояли в ожидании магистра, он не сводил с меня глаз, параллельно болтая с однокурсниками.

Я не слышала, что они обсуждали, да и меня это мало интересовало, но мне хотя бы стало известно его имя — Итон.

И, кажется, я всё же была права.

Если я правильно помнила, то племянника королевского советника звали именно Итон.

А значит он был способен на многое.

Я не думала, что Зейн разболтал кому-то о потере моей силы, но если лекарь рассказал ему, то он так же вполне мог рассказать и кому-то ещё.

И даже если Итон этого не узнает, я прекрасно понимала, что о том, как я жила последние два года, он может узнать без какого-либо труда.

Ему достаточно было просто захотеть.

Поэтому здесь мне оставалось только ждать и наращивать броню.

К счастью, хотя бы ожидание магистра вскоре закончилось, и нас всех запустили в кабинет.

Я хотела войти последней, но Итон не позволил мне этого и, сделав пригласительный жест, пропустил вперёд.

Когда я проходила через двери, то магическая защита, наложенная на помещение, больно кольнула по коже, заставив поёжиться.

Прежде я и вовсе её не замечала, а теперь, похоже, ощущала то же, что и люди, родившиеся без магии.

Подобная защита стояла в академии лишь в нескольких местах, но мне стоило впредь быть осторожнее, потому что сейчас от неожиданности маска безразличия на мгновение слетела с моего лица.

Стоило мне оказаться в кабинете, как я поняла, что нужно было идти первой.

Не знаю почему, но из кабинета исчезли небольшие индивидуальные столы, которые были здесь два года назад.

Теперь вместо них стояли большие квадратные высокие столы, а все адепты встали полукругом у стола магистра.

Это был незнакомый мне преподаватель.

Дроу с непривычными светлыми волосами, практически сливающимися с его кожей, и фиолетовыми глазами сидел за столом, цепким взглядом следя за входящими адептами.

Я растерянно оглянулась, пытаясь понять, куда же мне встать.

Назад было не протиснуться, и мне пришлось встать спереди, прямо напротив магистра Йона.

— Надеюсь, мы попадём в одну группу, — прозвучал насмешливый шёпот Итона возле моего уха.

Я не удержалась и вздрогнула от неожиданности, тут же принявшись вытирать кожу там, где её коснулось его дыхание.

Итон ухмыльнулся и встал рядом.

Я же напряглась, вновь услышав о каких-то группах.

Раньше все задания в академии были индивидуальными, к тому же вчера на занятиях ни о каких группах речи ни шло.

Мне оставалось лишь надеяться, что скоро всё прояснится.

Дверь захлопнулась за Итоном, а магистр Йон посмотрел на меня.

Мне до безумия хотелось отвести взгляд, но я лишь набросила маску безразличия, смотря на него в ответ.

Он так пристально смотрел, что я ожидала, что он что-нибудь скажет, но спустя пару десятков секунд он просто перевёл взгляд на открытую тетрадь, лежавшую перед ним на столе.

— Как вы видите, кабинет зелейного искусства был обновлён в соответствии с новыми требованиями, — сказал магистр.

Какими ещё требованиями?

Мне это всё совсем не нравилось.

— Пусть вы ещё не поделены на группы, но сегодняшнее занятие мы уже проведём по новым правилам. Поделиться в этот раз предлагаю вам самостоятельно.

В толпе адептов тут же начались перешептывания.

— Можете занимать свои места, — махнув рукой, разрешил магистр. — Только не забывайте, что вас должно быть минимум четверо. И максимум тоже.

Стоило ему это сказать, как адепты тут же рванули к столам.

На месте остались только я и Итон.

Я смотрела, как ребята разделяются на четвёрки и совершенно не представляла, куда мне пойти.

И для чего вообще нужно это разделение?

— Я оставлю для тебя местечко, — вновь наклонившись ко мне, усмехнулся Итон, и направился вперёд к своим друзьям.

— Ах, да, — решил добавить магистр. — Оценка за сегодняшнее задание так же будет в соответствии с новыми требованиями — одна на всех.

У меня внутри мгновенно появилось огромное чувство вины.

Одно дело, когда из-за меня страдают только мои оценки.

Ведь даже если бы в моей жизни не было Зейна, без магии мне и диплом высшей степени не мог помочь.

И всё же совсем другое дело, когда из-за меня страдают другие.

Меньше всего мне хотелось, чтобы из-за меня пострадали другие.

Вот только что мне было делать?

Паника разлилась внутри, заставляя меня тяжелее дышать.

— У нас осталось две тройки, — прозвучал голос магистра за моей спиной. — Адептка Фостер, выбирайте скорее. Или быть может вы вновь не в настроении?

На последних словах в холодном голосе магистра Йона прорвались ядовитые нотки, а я почувствовала, как горит моё лицо.

Я подняла глаза, смотря вперёд.

Магистр был прав — свободные места оставались лишь за двумя столами.

За столом Итона, который криво улыбнувшись смотрел на меня своими злыми глазами.

И за столом той самой Хэзер, что так волновалась за свои оценки перед занятием.

У меня был ещё один вариант — просто развернуться и уйти.

Подтвердить, что я не в настроении.

Но всё же ведь именно сегодня я собиралась разузнать, где здесь всё находится и понять, какие травы имеются в свободном доступе, чтобы знать, что мне нужно приобрести за выходные.

Я и так боялась, что не смогу выйти из академии, но сделать это на выходных гораздо больше шансов.

Поэтому если я не определюсь со всем сейчас, то, вероятнее всего, мне придётся ждать ещё неделю.

Да, в голове крутилась мысль о том, что весь мой план всё равно может быть напрасным.

Что всё это всё равно не даст никакого толка.

Но я не могла не попробовать.

Если у меня был хотя бы один шанс вернуть магию, я должна была его использовать.

Дорогие читатели, я вернулась с незапланнированного перерыва.

К сожалению, умудрилась поранить себе руку во время новогодних подготовок и была не в состоянии печатать.

Если вы вдруг читаете мою книгу про Сиротку, то скажу, что там продолжение тоже выйдет сегодня, а если не читаете, то всячески рекомендую начать, она уже совсем скоро завершится.

История Лили же завершится в марте или апреле.

И в конце, конечно же, желаю вам волшебного Рождества.

Глава двадцать третья

И всё же, решив остаться на занятии, я в том числе оставалась перед выбором.

Группа с Хэзер, для которой очень важно получить хорошую оценку и которая может её не получить из-за меня.

И группа Итона и его друзей, которые наверняка не дадут мне спокойно провести это занятие и могут создать сложности при исследовании кабинета.

Я вздохнула.

Ничего, справлюсь и так, а издёвки потерплю, зато…

— Очень долго, адептка Фостер, — послышался за спиной голос магистра Йона. — Идите в женскую группу, мужчины справятся и втроём.

Хэзер и другие девушки из её группы испуганно переглянулись.

— Но… — попыталась воспротивиться я, однако была тут же перебита магистром.

— Если вас что-то не устраивает, то вы можете быть свободны, — сурово заявил он.

Мне оставалось лишь вздохнуть и присоединиться к женской группе.

Все трое девушек тут же отвернулись к магистру, словно не замечая меня, а я лишь думала о том, чтобы ничего им не испортить.

— Ну что же, — хлопнул в ладони магистр, и на наших столах появились небольшие котлы со стандартным набором инструментов. — Раз группы наконец-то сформированы, то хватит тратить время на болтовню.

Девушки тут же схватили ступку, ножи, доски и всё остальное, подтягивая их к себе, а мне оставили лишь один защитный комплект в виде фартука, перчаток и чепчика.

Радовало, что не выдали масок, значит ничего ядовитого сегодня нас не ждало.

— Поскольку сегодня вы работаете в группах, то и задание вам нужно посложнее.

Кабинет тут же заполнили недовольные перешептывания.

— Если кого-то что-то не устраивает, прошу, — тихим ядовитым голосом сказал магистр Йон, махнув рукой и открыв входную дверь.

Адепты тут же стихли, пряча взгляды.

Магистр Йон высокомерно усмехнулся.

— Я так и думал. Открывайте учебники. Глава двенадцатая, зелье нитеводной метки.

Я удивлённо взглянула на магистра.

Это и правда было сложное зелье.

— Что-то не так, адептка Фостер? — тут же обратил на меня внимание магистр.

— Всё в порядке, — мгновенно спрятав удивление, безразлично отозвалась я.

— Тогда приступайте. Ингредиенты берите группами по очереди слева направо.

Наша группа была одной из последних.

Хэзер притянула к себе двух других девушек, и они начали что-то тихо обсуждать, изредка поглядывая на меня.

Мне же ничего не оставалось, кроме как изображать полное равнодушие, смотря в окно.

Вскоре ко мне подошёл Итон, но я предпочла его не заметить.

— А где ты была утром? — облокотившись на наш стол и подмигнув остальной моей группе, спросил он.

Я же молчала, продолжая смотреть в окно.

— Фостер? Ты что оглохла от счастья, что я к тебе подошёл?

Моя правая бровь слегка дёрнулась от такой наглости.

Он коснулся моей руки, и я уже хотела было ответить, как прозвучал голос магистра.

— Адепт Скотт, в этой группе уже полное количество участников, вернитесь к своей.

К моему удивлению, Итон ничего не сказал, лишь недовольно скривился и отошёл.

Вскоре очередь дошла до нашей группы.

— Останься здесь, мы сами возьмём ингредиенты, — сказала мне подруга Хэзер.

Не ожидая ответа, они направились в кладовую.

Я бы и рада была остаться на месте, но мне нужно было понять, какие ингредиенты необходимо купить, поэтому я взяла для вида учебник и направилась вслед за своей группой.

Они тут же это заметили и зашептались, ускорив шаг.

Стоило мне оказаться в кладовке, как я направилась по рядам, не обращая внимания на остальных адепток.

Я помнила нужные ингредиенты, поэтому просто отметила карандашом на полях учебника то, что нашла.

— Что ты ищешь? — после долгого слежения за мной спросила та самая подруга Хэзер, что говорила мне остаться в кабинете.

— Просто смотрю, — пожав плечами, ответила я.

Неожиданно её рука легла на моё запястье и она настойчиво потянула меня немного в сторону.

Я нахмурилась, но всё же пошла вслед за ней.

Навряд ли здесь мне устроят какую-нибудь пакость.

— Я не знаю, зачем ты пошла за нами, но когда мы будем варить зелье, всё, что от тебя требуется — не мешать. Надеюсь, ты меня поняла?

Она, явно храбрясь, смотрела на меня и пыталась запугать.

Но скорее создавалось впечатление, что пугала её я.

— Я и не собиралась что-либо делать, — насмешливо хмыкнула я. — Так что наши цели сходятся.

Я положила свою ладонь на её запястье и убрала её с моей руки, а затем, обойдя её, направилась к выходу, но у самой двери остановилась и оглянулась, вспомнив кое-что.

Эта адептка стояла, растерянно смотря на меня.

— Скажи, когда будет распределение по группам?

Она уже открыла было рот, как у нас подошла Хэзер.

— Завтра в одиннадцать часов, — ответила она вместо подруги. — Утренних занятий не будет.

— Спасибо, — кивнула я и направилась к нашему столу в кабинете.

— Зачем ты этой ей сказала? — услышала я позади возмущенный голос подруги Хэзер.

— Тихо! — зашипела Хэзер.

Решив не обращать на это внимание, я продолжила путь.

Вскоре все приступили к изготовлению зелья, а я просто стояла, скучающе листая учебник.

— Адептка Фостер, — позвал меня магистр, и я тут же подняла на него глаза. — Почему вы ничего не делаете? Это должна быть совместная работа, иначе я снижу балл всей группе.

Хэзер тут же испуганно на меня посмотрела и протянула мне ступу с пестом.

— Я просто подготавливала для неё всё, магистр Йон, — сказала она преподавателю.

Тот лишь хмыкнул, проследив, чтобы я начала толочь ингредиенты, и опустил голову в свои бумаги.

— Растирай мягко и аккуратно, — дала мне наставление Хэзер.

Я ничего не ответила, сконцентрировавшись на задании.

Давненько я таким не занималась, и поэтому вскоре у меня начало болеть запястье.

Но это было довольно полезно, на некоторое время все мысли и переживания словно исчезли из моей головы.

К сожалению, это продлилось недолго.

Неожиданно на моё предплечье легла мужская рука.

Я тут же остановилась и подняла глаза, встречаясь взглядом с Итоном.

— Убери руку, — ледяным голосом сказала я.

Итон лишь ухмыльнулся, и его рука медленно устремилась выше.

— Так где ты была утром?

— Убери руку, — не сумев скрыть раздражение, повторила я.

Я отодвинула от себя ступу.

— А то что? Подпалишь меня?

— Именно, — уверенно заявила я.

— Давай, — самодовольно сказал он.

Маска безразличия слетела с моего лица, и я растерянно на него посмотрела.

— Ты с ума сошел?

— Нет, — криво усмехнулся он. — Хочешь, чтобы я убрал руку — заставь.

— Я не собираюсь играть в твои игры. Отпусти меня немедленно, — прошипела я.

Итон наклонился ко мне, смотря прямо в глаза.

— Заставь меня, — прошептал он.

Я задышала тяжелее, не понимая, как правильно вести себя в этой ситуации, как вдруг случилось неожиданное.

Итон закричал.

Он мгновенно отпустил меня, а до ноздрей донёсся запах палёной кожи.

Я в полном недоумении взглянула на его руку и увидела на ней серьёзный ожог.

Итон отошёл от меня на пару шагов, зло смотря.

— Что ты сделала? — прорычал он. — Я лишь пошутил! Сумасшедшая! Магистр Йон…

— Что здесь происходит?

Дроу подошёл к нам, принюхиваясь.

— Она подожгла мою руку! — тут же воскликнул Итон, протягивая магистру ладонь.

— Я… Я этого не делала! — заявила я растерянно.

— Хватит, — прервал нас магистр. — Сейчас я сам разберусь.

Он коснулся обожжённой ладони Итона и провёл над ней рукой, чертя руну.

Отпустив её, он повернулся ко мне.

— Адепт Скотт, отправляйтесь в лазарет, а вы, адептка Фостер, идите в кабинет ректора.

— Что? Но…

— Сейчас же, — ледяным пробирающим тоном сказал магистр.

— Но я не делала этого! — возмутилась я.

— Тогда кто это сделал? — усмехнулся он. — Во всей группе лишь один огненный маг, адептка Фостер, и это вы.

Я пораженно на него посмотрела.

Я была бы безумно рада, если бы это правда была я.

Ведь это означало бы, что сила вернулась, хотя бы немного.

Но я точно знала, что не имела отношения к произошедшему.

Тогда кто это мог сделать и зачем?

Глава двадцать четвертая

Под гневными взглядами однокурсников я направилась к ректорессе Хлоббер.

Честно говоря, меня просто разрывало от несправедливости.

Даже если бы это действительно сделала я, то разве не Итон был виноват в таком исходе?

Он приставал ко мне на глазах у всех, донимал меня и сам пытался спровоцировать.

Я уверена, что он знал, что моя стихия огонь, а всем известно, что из всех стихий именно огонь хуже всех поддаётся контролю.

Поэтому обычно здравые люди не рисковали лезть к огневикам.

Тот же Зейн всегда чувствовал грань.

Тем более, что если огонь вырвется, то последствия могут быть непредсказуемыми.

Именно этот факт, кстати, указывал на то, что меня подставили.

Рана Итона была самой лёгкой из возможных.

Словно была сделана просто, чтобы…

Чтобы что я так понять и не могла.

Ложно меня обвинить?

Но зачем?

Травма не такая, чтобы меня исключили или чтобы можно было ожидать какое-то серьёзное наказание.

Была ещё одна мысль, что так просто всех пытались настроить против меня, но был ли в этом смысл?

Я и без того совсем не пользовалась популярностью.

Помимо всех этих вопросов был ещё один.

Кто мог это сделать?

Стихийный огонь от магического не отличит только глупец или человек, не владеющий магией.

Но если магистр Йон сразу сказал о стихии, то значит была использована именно она.

В таком случае как кто-то мог её использовать, если по словам магистра только я обладала огнём среди присутствовавших?

Мог ли кто-то обмануть артефакт при поступлении, скрыв стихию?

Меня не проверяли в этот раз лишь потому, что уже проверили в предыдущий.

Но иной причины не проходить проверку я просто не могла предположить.

Дойдя до приёмной ректорессы Хлоббер, я вновь обнаружила, что там пусто.

И куда постоянно девается её помощник?

Постучав в дверь кабинета, я услышала разрешение войти.

Ректоресса Хлоббер в этот раз была одна и хмуро смотрела в какие-то бумаги, лежащие перед ней на столе.

— Добрый день, — немного смущённо сказала я.

Ректоресса быстро взглянула на меня и вернулась к своим бумагам.

Я прошла вперёд, но ещё до того, как я дошла до кресла и села в него, ректоресса взмахнула рукой и тут же схватила цепкими тонкими пальцами небольшой листок, возникший в воздухе.

Она коротко на него взглянула, совершенно никак не отреагировав.

— Пусть магистр Йон сам назначит двухчасовое наказание.

Ректоресса скомкала в руке листок, мгновенно его уничтожив.

— Можешь быть свободна.

Она сказала это так строго и безапелляционно, что я на мгновение растерялась и даже развернулась, чтобы уйти.

Но, сделав шаг, заставила себя остановиться и развернуться к ней.

— Нет, — заявила я, и ректоресса хмуро на меня посмотрела.

— И что это значит?

— Я не виновата!

Ректоресса взглянула на меня с сомнением, вскинув бровь.

— Магистр Йон указал, что адепт получил ожог стихийной магией.

— Я знаю, но это была не я, — с нажимом сказала я.

Ректоресса вздохнула, отложив свои бумаги и откинувшись в кресле.

По её взгляду было очевидно, что она мне не верит.

— Стихия огня самая редкая, адептка Фостер, и сейчас на всю академию есть лишь один огневик. И это вы.

— Видимо, ваши сведения ошибочны, поскольку я этого не делала.

— И какие у вас есть доказательства?

— Доказательства? — неверяще переспросила я. — Почему я должна ещё как-то доказывать свою невиновность? А как же презумпция невиновности?

— Презумпция невиновности? — криво усмехнулась ректоресса. — Всё указывает на вас и только на вас, Лилибет.

— Но…

— Если хотите мне вновь повторить, что вы невиновны, то я лишь снова повторю то, что уже сказала прежде — если это были не вы, то докажите.

Острое чувство несправедливости резало меня изнутри.

Я сжала челюсти, недовольно смотря на ректорессу, безумно злясь на саму себя, что не могу ей сказать.

Хотя может быть это бы меня и спасло, но я просто не могла сказать об этом.

Я не могла заставить себя признаться в своей дефектности.

Казалось, стоит мне сказать кому-то и мгновенно весь мир узнает мою постыдную тайну.

Но и оставлять это так было нельзя.

Мне нужно было узнать, кто это сделал и зачем.

Вот только я не представляла, как это сделать.

— Я вас поняла, — холодно сказала я и развернулась.

Едва я сделала пару шагов, как ректоресса вновь ко мне обратилась.

— Почему вы пропускаете занятия, адептка Фостер?

Я тут же остановилась, на мгновение прикрыв глаза.

Этот вопрос был неизбежен, но я надеялась услышать его позже.

— Я хожу лишь на занятия, что мне интересны, — обернувшись и пожав плечами, ответила я.

— Почему вам интересны только теоретические занятия? — неожиданно спросила она.

Получается, уже даже успела проанализировать.

— Я ведь только что была на занятии по зелейному искусству, — напомнила я.

— Но вы пропускаете все занятия, где необходимо применять магию, — продолжая настаивать на своей догадке, заметила ректоресса.

— И что?

Ректоресса Хлоббер прищурилась, смотря на меня.

— Что с вашей магией, адептка Фостер?

— А что с ней? — хмыкнула я. — Сегодня вот обожгла одного наглого адепта огнём.

— Вы же сказали, что это не вы, — она посмотрела на меня с усмешкой.

— А вы сказали, что все доказательства указывают на меня, разве нет? — ухмыльнулась я. — Так что вы уж определитесь.

— Вы свободны, адептка Фостер, — прищурившись и внимательно на меня посмотрев, сказала она. — Однако, должна вас всё же предупредить, что если вы продолжите так учиться, то вас будут ждать проблемы.

— Я не боюсь отчисления, — уверенно заявила я.

Ректоресса горько улыбнулась, посмотрев перед собой.

— Оно вам и не грозит, по королевскому приказу сейчас запрещено отчислять адептов.

Я ошеломлённо на неё посмотрела, и она, словно предчувствуя назревающие вопросы, взмахнула двумя пальцами, открывая дверь за моей спиной.

— Идите, Лилибет.

Ректоресса тут же уткнулась в бумаги, и я поняла, что даже если что-то спрошу, мне всё равно ничего не ответят.

Поэтому я лишь попрощалась и вышла.

Поскольку я уже немного оглядела кабинет зелейного искусства и отметила для себя те ингредиенты, что были в большом достатке и исчезновение парочки которых навряд ли заметят, то я просто сходила в столовую, а затем в свою комнату.

Пойду за наказанием позже, а может быть вообще после следующего занятия меня оставят убираться в кабинете?

Было бы идеально.

Я вновь достала книгу по диагностике и восстановлению каналов и долистала до части медитаций.

Устроилась на полу поудобнее и попыталась провести эту процедуру так, как было описано.

Я совершенно ничего не чувствовала, но всё же тренировалась так несколько часов, а затем ещё пару часов читала учебник по зелейному искусству.

В итоге я уснула около четырёх утра, радуясь, что ещё успею поспать не меньше шести часов до распределения групп.

Однако едва я закрыла глаза и погрузилась в сон, как в мою дверь застучали.

Громко и нетерпеливо.

Я приоткрыла один глаз и посмотрела на часы, стоявшие на столе.

Было ровно шесть утра.

Кто мог прийти в такую рань?

Я решила наплевать на этого ненормального и спряталась с головой под одеялом, но вскоре раздался новый стук.

— Открой! — послышался приказ, и я мгновенно узнала голос.

Это был Оливер.

Я тут же испуганно подорвалась.

Неужели что-то случилось с мамой, и Парэл решил передать это через Оливера?

Меня настолько ужаснула эта мысль, что я даже ничего не накинула и тем более не подумала посмотреться в зеркало, а сонливость исчезла мгновенно.

Я распахнула настежь дверь, встревоженно смотря на Оливера.

Он смотрел с уже привычным безразличием.

Его глаза внимательно оглядели меня с ног до головы.

— Почему ты ещё не встала? — требовательно спросил он.

Я замотала головой, пытаясь хоть что-то понять.

— О чём ты? Всего лишь шесть часов.

— Уже шесть часов, — поправил он меня, сделав акцент на первом слове. — Ты опоздала на распределение.

Мои дорогие читатели, представляю вам яркую новинку от Кейт Арно (только для читателей старше 16 лет)

МАМА ДЛЯ ДРАКОНЁНКА

АННОТАЦИЯ

— Исполню желание! — пошутил незнакомец. Я обняла его, смеясь.

Желание сбылось. Я в мире, где правят драконы, Теперь у меня дракончик-сын поневоле и два дракона, решающие, что со мной делать.

Первый — тот, кто вытащил меня из ада. Злится, что я влезла в его дела.

Второй — биологический отец дракончика. Считает, что я теперь в придачу к ребёнку перешла в его собственность.

Один хочет, чтобы я исчезла. Другой — чтобы я принадлежала ему.

А я что? Я смотрю, кто из них предложит лучшие условия.

Вас будут ждать:

💜 МИР ДРАКОНОВ

💜 НЕОЖИДАННАЯ ЛЮБОВЬ

💜 ВЛАСТНЫЕ МУЖЧИНЫ

💜 МАЛЫШ-ДРАКОНЧИК

💜 ПОПАДАНКА В МАТЕРИ

💜 ЛЮБОВНЫЙ ТРЕУГОЛЬНИК

💜 ОБЯЗАТЕЛЬНО ХЭ

ЧИТАТЬ ПЕРВУЮ ГЛАВУ

Глава двадцать пятая

Я потёрла сонные глаза, словно это могло помочь мне быстрее понять суть сказанных Оливером слов.

Растерянно оглянувшись, я вновь посмотрела на часы, но они не дали мне никакой подсказки.

Из-за короткого сна и резкого пробуждения моя голова просто отказывалась решать даже столь простые задачи.

И тут случилось нечто неожиданное.

Оливер в мгновение преодолел расстояние между нами, заставив меня испуганно отшатнуться назад.

Он вошёл в мою комнату и дверь за его спиной захлопнулась, немного приводя меня в чувства.

— Ты что творишь? — ошеломленно спросила я.

Оливер меня оглядел.

— Вроде немного уже пришла в себя, но у нас нет времени ждать.

— Что…

Мой вопрос так и не прозвучал, потому что Оливер неожиданно взял меня за запястье и потащил в сторону ванной.

— Ты что творишь? — закричала я, пытаясь затормозить ногами и заодно впиваясь в его ладонь ногтями.

— Как же ты раздражаешь, — прошипел он себе под нос, но я услышала.

— Да что я тебе сделала?

Оливер не ответил.

Вместо этого он открыл дверь ванной комнаты и буквально силой затащил меня туда.

— Я буду кричать! — заявила я.

— Мне плевать.

Он подвёл меня к раковине, включил воду и протёр моё лицо рукой.

Вода закапала на грудь, намочив ткань.

— Вода ледяная! Ты что сумасшедший? — закричала я, вырываясь.

— Мне нужно, чтобы ты проснулась, а бодрящих зелий я с собой не захватил, прости уж, — процедил он. — Даже предположить не мог, что ты банально проспала такое важное событие.

— Я способна умыться сама! — буквально прорычала я, когда он вновь поднёс к моему лицу свою ледяную ладонь.

К моему удивлению и счастью, Оливер меня наконец-то отпустил и отошёл на несколько шагов.

— Я жду, — сказал он, прислонившись к стене и сложив руки на груди.

— Может быть выйдешь? Я вообще-то не одета для приёма гостей, если ты не заметил, — хмыкнула я, стараясь не сгореть от стыда от того, что стою перед ним в одной ночной сорочке, ткань которой местами успела намокнут и теперь неприлично прилипала к телу.

— Здесь особо нечего замечать, — холодно ответил он, не поведя и бровью.

— Какой же ты хам, Эшфорд! — гневно воскликнула я.

Создавалось впечатление, что перед ним не полуобнаженная женщина стоит, а просто какой-нибудь деревянный шкаф.

Хотя, учитывая его бурную личную жизнь, для него, вероятно, сейчас я выглядела ещё привычнее, чем в форме.

— Что тебе от меня нужно?

— Ты сказала, что способна умыться сама, но вместо этого только болтаешь. Похоже, мне всё же придётся тебе помочь.

Он шагнул вперёд, оторвавшись от стены, и я резко выставила руку между нами.

— Стой на месте, я сама.

Я принялась тут же умываться, но сделав всё же воду немного теплее.

Вскоре я решила, что хватит, взяла полотенце и, промокнув лицо, посмотрела на Оливера.

— Так что тебе нужно?

Он направился к выходу из ванной.

— Раз ты наконец-то проснулась, то у тебя есть шесть минут, чтобы принять ванну.

— Что? — недоуменно взглянула на него я. — Зачем?

— Если тебе не нужно, то можешь пойти так.

— Куда пойти?

Оливер на мгновение прикрыл глаза и вздохнул, вновь посмотрев на меня.

— Похоже, ты недостаточно проснулась, — сказал он, шагнув ко мне.

— Достаточно, — заявила я, вновь ставя между нами руку.

— Тогда почему задаёшь идиотские вопросы?

— Идиотские вопросы? Идиотская здесь только вся эта ситуация, Оливер. Которую ты мне почему-то не хочешь объяснить.

— Распределение, Лили, началось десять минут назад, а ты стоишь тут и болтаешь вместо того, чтобы поспешить, — его ледяной голос стал стальным.

— Но ты же сказал, что я на него опоздала, — нахмурилась я.

— И что? — он насмешливо вскинул бровь. — Значит ты даже не попытаешься исправить ошибку? Или тебе просто нравится делать ситуацию всё хуже и настраивать других против себя? А может ты и не проспала, а вовсе не собиралась идти?

Я видела, что он злится или даже скорее в бешенстве.

Но я совсем не понимала причины.

Какое ему дело до этого?

И к тому же я ещё задумалась об одной вещи.

А зачем мне правда идти на это распределение?

В чем его смысл для меня?

Если можно вот так пропустить, то лучше ведь так и сделать?

Что в таком случае меня ждёт?

Буду учиться сама и никому не портить оценки?

Так это ведь прекрасно, почему я сразу об этом не подумала.

Я сложила руки на груди и уверенно посмотрела на Оливера.

Настолько уверенно, насколько могла в текущей ситуации, конечно же.

— Не знаю, зачем тебе это нужно, но можешь идти, я не пойду на распределение.

На мгновение глаза Оливера потемнели.

— Почему? — тихо спросил он.

— Не хочу, чтобы мои оценки зависели от других, — безразлично дёрнув плечом, сказала я и отвела взгляд.

— Тебя всё равно распределят, только по остаточному принципу.

Я расстроенно нахмурилась.

Видимо, этой судьбы мне не избежать.

— Ну и пусть. Мне неважно с кем быть в одной группе.

— Даже с Итоном Скоттом? — насмешливо спросил Оливер.

— При чём тут он?

— Только слепой в академии не заметил его внезапный к тебе интерес. И это вовсе не похоже на Итона, а потому вызывает вопросы.

— Ты думаешь, он что-то от меня хочет?

— Понятия не имею, но, зная его семью, сомневаюсь, что его интерес для тебя безобиден.

Я нахмурилась ещё сильнее.

Мне это совсем не нравилось.

То есть такое поведение Итона было для него нехарактерно.

К тому же уже все это отметили, а значит всё и правда не так просто.

Вот только я вновь возвращалась к другому вопросу.

— А тебе какая разница, Оливер? — прямо спросила я. — Какое тебе вообще до меня дело? Ты же сказал, что меня не помнишь.

— Я — твой куратор, поэтому я за тебя отвечаю.

— Куратор?

Я недоуменно на него посмотрела, а затем резко вспомнила.

Ректоресса Хлоббер говорила что-то о куратора из старшекурсников.

— Да, поэтому у тебя осталось четыре минуты, — заявил он, выходя из ванной.

— Я никуда не пойду, — воскликнула я.

Пусть в его словах была логика, но я не хотела никуда с ним идти.

Взгляд его холодных карих глаз скользнул по мне.

— Четыре минуты, Лили, или я потащу тебя в том, в чём ты будешь, когда я открою эту дверь.

— Ты не… — Оливер не стал дослушивать и захлопнул дверь. — Посмеешь.

Ещё полминуты я растерянно смотрела на дверь, а затем начала собираться.

Хоть я и не хотела идти, но у меня сложилось полное впечатление, что Оливер не шутил.

Глава двадцать шестая

Я молниеносно привела себя в относительный порядок, вот только мне было нечего надеть.

Не переодеваться же мне обратно в ночную сорочку.

Я подошла к двери и постучала.

— Оливер, — позвала я.

— Ты всё?

— Да, поэтому мне нужно, чтобы ты вышел в коридор.

— Зачем?

— Мне нужна одежда. Не идти же мне в сорочке.

Дверь неожиданно приоткрылась, заставив меня отбежать, ища где спрятаться.

Вот только Оливер не вошёл.

В небольшом дверном проёме показалась лишь его рука, державшая сложенное платье.

— Возьми.

— Что это? — удивилась я, подходя ближе.

— Одежда. Ты ведь сама сказала, что она тебе нужна.

— Но…

— Если не нужно, то не бери, — сказал он и медленно начал убирать руку.

Я поспешила вперёд и схватила одежду.

Прижала её к груди и начала закрывать дверь.

Как только рука Оливера исчезла, я захлопнула дверь и прижалась к ней спиной.

Даже если Оливер действительно был моим куратором, меня не успокаивало всё происходящее.

Сначала он меня игнорировал, а теперь внезапно проявляет заботу?

Хоть и такую своеобразную.

Но всё же это было странно и вызывало вопросы.

Чего же он раньше даже поздороваться не мог, проходя мимо?

Почему при предыдущих встречах не сказал, что его назначили мне в помощь?

И чего, собственно, он эту помощь мне не оказывал?

У меня был, конечно, вариант, что ему роль куратора навязали против воли и поэтому он не хотел ничего делать, а позже, из-за моей не самой успешной учёбы, его отчитали и теперь он так старался как раз ради сохранения высоких баллов.

Но помимо этого варианта был ещё один — что это всё просто какая-то ловушка.

Что если не подруга Хэзер вчера обманула меня насчёт времени, а сам Оливер врал мне прямо сейчас?

У меня не было ни единой причины ему доверять, ведь, судя по поведению, от того парня, в которого я была влюблена, уже совсем ничего не осталось.

— Поспеши, — раздался голос Оливера прямо за дверью, словно он знал, что я стою здесь.

Я нахмурилась и подошла к раковине, над которой висело зеркало.

Я развернула выбранное Оливером платье, чтобы посмотреть, подойдёт ли оно мне вообще, но тут в раковину что-то упало.

Я опустила взгляд и замерла, чувствуя, как моё лицо начинает пылать.

Мне даже казалось, что оно пульсирует.

И я не знала из-за чего больше: из-за злости или смущения.

В раковине, которая, к счастью, была сухой, лежало нижнее бельё.

Получалось, что мало того, что Оливер выбирал мне платье, он ещё и покопался в ящике с моим нательным бельём.

Это было просто за гранью.

Да, кроме титула во мне уже не было ничего от аристократки, к тому же нравы нынешних дней позволяли многое.

Уже давно никто не беспокоился о том, чтобы жених и невеста были невинны, мужчина и женщина теперь могли встречаться и без брака, но всё же…

Всё же когда практически незнакомый человек копается в твоих вещах, тем более столь интимных, это неприятно и неправильно, да и много как ещё «не».

— Я не слышу, чтобы ты одевалась, — раздался недовольный годом Оливера из-за двери.

Я хмуро взглянула на дверь и скривилась.

Безумно раздражал этот его контроль.

Но всё же, если Оливер не врал, то мне уж точно не хотелось бы попасть в одну группу с Итоном.

Если выбора не было, то хотя бы надо было сделать так, чтобы не нажить себе новых проблем.

Хотя бы постараться.

Поэтому я быстро оделась и вышла из ванной.

Оливер внимательно оглядел меня с ног до головы.

Слишком медленно и слишком пристально.

Я посмотрела в сторону, чувствуя себя до ужаса неловко.

— Чего ты меня рассматриваешь? Влюбился что ли?

Я надеялась, что Оливер отвернётся и почувствует себя некомфортно.

Но этого не произошло.

Он продолжил на меня смотреть, холодно усмехнувшись.

— Не мой типаж.

Не знаю почему, но слышать это всё же было не очень приятно, но я постаралась этого не показывать, накинув на лицо насмешливую маску.

Я взглянула на него, сложив руки на груди.

— Хоть в чем-то мне повезло, — хмыкнула я. — Так мы идём или ты ещё не всё разглядел?

Я развела руки в стороны и покрутилась, показывая себя и платье получше.

Оливер сделал пару шагов в сторону, взял туфли, поставил передо мной и отошёл к двери.

Оперевшись на дверь, я обулась и посмотрела на него.

— А в чём смысл моих сборов, если ты говоришь, что я уже опоздала? — задала я интересовавший меня вопрос.

— Я бы не стал в такую рань тратить на тебя время и силы, если бы у меня не было никакого плана.

— Плана? — удивилась я, подходя к нему. — И в чём состоит твой план?

— Тебе необязательно знать, пойдём.

Он открыл дверь и вышел в пустой коридор, мне ничего не оставалось, кроме как пойти следом за ним.

Мы с Оливером спустились вниз в подвал, где находился портальный зал.

Здесь стояли огромные арки.

Каждая сейчас была пуста, поскольку порталы были неактивны.

Но стоило им заработать и можно было увидеть словно сквозь толщу воды то место, куда он вёл.

— Распределение что проходит не в академии? — удивилась я.

Оливер ничего не ответил, поскольку к нам поспешил парень, который, похоже, его знал.

Высокий худощавый брюнет, который ужасно горбился и носил тёмные очки.

Я точно видела его впервые.

Как и странный артефакт в его руке, похожий на карманные часы.

— Чего ты так долго, ещё пара минут и я бы не смог тебе ничем помочь, — недовольно заявил он.

— Потом, — нахмурившись, сказал Оливер. — Давай запускай.

Он протянул руку к часам в руке парня, но тот отвёл руку.

— Сначала твоя часть сделки, — явно пытаясь казаться храбрее, чем он был, сказал он.

Оливер тяжело на него взглянула и искоса посмотрел на меня.

Я тут же отвела взгляд, чтобы не мешать, но всё равно продолжала подглядывать.

Оливер вытащил из кармана кристалл, и я замерла.

Я слишком хорошо знала, что это такое.

В такие кристаллы собирали силу.

Обычно излишки, но некоторые использовали их иначе.

Они были очень популярны на чёрном рынке.

Маги вливали в них свою силу и продавали.

Это было строжайше запрещено законом, поэтому я была буквально ошеломлена увиденным.

Парень взял кристалл, довольно улыбнулся и сунул его в свой карман.

Затем он приложил свои карманные часы к одной из арок и я замерла, глядя, как она зажглась.

На той стороне показался экзотический сад.

Я посмотрела на Оливера в полном непонимании.

— Но как это возможно?

Простой адепт не мог открыть портал, тем более портал академии, который был настроен только на нескольких магов.

Вместо ответа Оливер взял меня за руку и потянул за собой в портал.

Оказавшись в саду, я тут же вырвала руку и недоуменно на неё посмотрела.

Кожу кололо, но вовсе не больно, а словно даже приятно.

И в животе мгновенно появилось какое-то забытое чувство.

— Я просто ещё не ела, — сказала я тихо себе под нос.

— Что-то не так?

— Всё в порядке, — тут же замотала я головой, смущённо пряча руку за спину. — Пойдём.

Я оглянулась и поняла, что мы в неизвестном мне месте.

— Где это мы?

— Сад Шейна.

Я обернулась, пораженно взглянув на Оливера.

— Того самого Шейна? — уточнила я, всё ещё не веря услышанному.

Оливер лишь кивнул, как следом до нас донёсся голос ректорессы Хлоббер.

— Фостер, — кричала она где-то впереди. — Кто-нибудь видео адептку Фостер?

Оливер снова схватил меня за руку и мы побежали вперёд.

— Соврешь, что прошла портал со всеми, — повернувшись, сказал он. — Поняла?

— Но ведь меня никто не видел.

— Это мелочи. Только первокурсников было больше сотни, тебя могли просто не заметить.

Мне не очень нравилась эта идея, да и я никак не понимала, зачем ради меня Оливер по сути пошёл на преступление.

Но всё же я не собиралась его подставлять.

— Адептка Фостер? — вновь раздался голос ректорессы.

— Наверное, она проспала, — услышала я голос подруги Хэзер.

Вот…

Впереди были деревья, отделявшие нас от толпы, которую я немного могла отсюда разглядеть.

Мы с Оливером одновременно ускорились и вскоре выбежали на небольшую поляну, где столпились не только первокурсники, но и их кураторы.

— Адептка Фостер здесь, — громко сказал Оливер, пока я пыталась отдышаться.

Толпа немного расступилась, и ректоресса Хлоббер напряжённо на нас посмотрела.

Я только сейчас поняла, что мы всё ещё держались за руки и поспешила убрать руку в карман платья.

— Я здесь, — подтвердила я, глядя на ректорессу.

— Где вы были? — строго спросила она.

— Мы… — я немного растерялась, не зная, что придумать. — Мы…

— Мы гуляли по саду и немного увлеклись, — криво улыбнувшись, сказал Оливер, поднеся руку к губам и начав с них что-то вытирать.

Я сначала никак не могла понять, что он вообще делает, как внезапно до меня дошло.

Я посмотрела на толпу и по их взглядам видела, что они поняли то же, что и я.

Этот мерзавец практически прямо всем сообщил, что мы с ним там целовались.

Может быть он и помог мне только что с одной проблемой, но тут же создал другую похлеще.

И взгляд Амалии, с которым я встретилась, это лишь подтверждал.

Глава двадцать седьмая

Я мгновенно покраснела и от волнения начала тяжелее дышать.

Но создавалось впечатление, что все поняли причину этого по своему.

— Это не то, о чём вы думаете, — заявила я ректорессе, замахав руками.

Она лишь вскинула бровь, а по толпе прошли гадкие смешки.

— Я думаю только о том, сколько мы все потеряли времени, ожидая, когда вы закончите свои дела, адептка Фостер.

— Но… — попыталась вновь оправдаться я, но меня не захотели слушать.

— Хватит, — тут же прервала меня ректоресса Хлоббер. — Мы потратили на вас и так слишком много времени.

Мне очень хотелось всё же попытаться доказать, что всё было не так, но по потяжелевшему взгляду ректорессы поняла, что не стоит.

А, немного отдышавшись, поняла, что и в принципе не стоило больше говорить ничего.

Ведь если бы не Оливер, то меня вообще бы здесь не было.

Так что пусть лучше думают, что я стала одной из его девушек, чем то, что им удалось меня обмануть.

К тому же, хоть я и совершенно не понимала поведение Оливера, но то, что он рискнул, чтобы привести меня сюда, говорило больше, чем он сам за всё время с моего появления в академии.

Правда я никак не понимала, что такого важного в этом самом распределении, что он решился на такое.

Какая вообще разница с кем мне делить оценки?

Да, сама я понимала, что по сути тот, кого выберут, будет обречен получать более низкий балл по ряду предметов, но Оливер ведь не знал моей тайны.

Или я ошибалась?

Зейн сам сказал никому ничего не рассказывать.

Прежде у них с Оливером были довольно отстранённые и прохладные отношения.

Конечно, это вполне могло измениться за столько лет, но всё же мне слабо верилось, что Зейн стал бы говорить мне молчать, сам рассказав при этом обо всём Оливеру.

Честно говоря, мне хотелось просто закричать.

Я терпеть не могла подобные игры.

Я предпочитала, чтобы всё было чётко и понятно.

Но Зейн точно преследовал какие-то цели, и я совершенно не понимала их.

Как и то, что Оливер, поступивший в элитную военную академию, о которой столько грезил в детстве, теперь делал здесь?

Я точно знала, что он уезжал в ту академию и, пока дела моей семьи резко не пошли на спад, я также знала, что Оливер продолжал своё обучение.

То есть ещё два года назад он был там.

Что могло измениться?

Что могло пойти не так?

И разве его отец — лорд Эшфорд — вообще мог это допустить?

Ведь он был словно даже одержим, чтобы Оливер пошёл по его стопам.

Он всегда был его гордостью, в основном на фоне Зейна.

Поскольку тот к ужасу семьи Эшфорд родился, не имея дракона, даже при том, что оба его родителя имели драконью сущность.

Такое случается и не так уж редко, но для столь знатной семьи, как Эшфорд, это оказалось ударом.

И пусть Зейн по итогу стал одним из сильнейших войнов королевства, его отец всё равно всегда ждал именно достижений Оливера.

Думаю, именно ожидания отца послужили причиной не самой крепкой и тёплой связи между братьями.

Не успев даже сблизиться, они начали отдаляться всё сильнее и сильнее.

Поэтому полагать, что за последние пару лет пропасть между ними внезапно исчезла или стала меньше, было не совсем логично по моему мнению.

А значит Оливер не знал ни о моей матери, ни о нашем договоре с Зейном, ни о моей магии.

Поэтому мне невероятно сильно хотелось узнать причину его неожиданной заботы.

К сожалению, сейчас было не время и не место, а по возвращению в академию он вполне вновь мог начать меня избегать.

Но всё же я не собиралась мучиться неизвестностью.

Поэтому довольно быстро решила, что даже если Оливер начнёт вновь меня игнорировать, то я это так не оставлю и что бы то ни было добьюсь от него объяснений.

Мне хватало игр одного брата со мной, ещё и игр Оливера я просто не вынесу.

Ректоресса продолжила зачитывать фамилии, и частично среди адептов интерес ко мне с Оливером пропал.

Но только частично.

Некоторые продолжали терроризировать нас своими взглядами, и в большинстве своём это были девушки.

Хоть я и старалась смотреть только на ректорессу, но всё же смогла запомнить нескольких из них.

У меня было полнейшее ощущение, что я могу ожидать от них какой-нибудь подлянки.

А врагов, как известно, лучше знать в лицо.

Вскоре перекличка закончилась и ректоресса повела нас ещё глубже в сад.

И уже через пару минут я увидела того самого Шейна, которому принадлежал этот сад.

Это был сад древнейшего дракона.

Покровителя всех драконов и самой академии.

Я никогда прежде здесь не была и сейчас старательно пыталась запомнить и отметить всё, чего касался взгляд.

Но в первую очередь, конечно же, я смотрела на огромную статую самого Шейна.

Великий дракон, когда-то создавший наше королевство, сидел на небольшом постаменте в своём драконьем обличии.

Его глаза смотрели прямо, но каким-то образом его взгляд ощущался повсюду.

Это была огромная статуя в натуральную величину.

После смерти Шейна, его дух поместили сюда, благодаря чему он мог продолжать помогать драконам.

— Сейчас тот, чью фамилию я называю, подходит к статуе и посылает в неё лёгкий магический импульс, а следом над Шейном загорится руна. Те, у кого будут одинаковые руны, пойдут в одну группу.

Я в ужасе замерла, а внутри всё резко похолодело.

Мысли в голове испуганно закрутились, но сколько ни думала, я никак не могла найти ответ на единственный волнующий меня сейчас вопрос.

Что мне делать?

Глава двадцать восьмая

В списке я была одной из последних, а потому у меня ещё вполне было время что-то придумать.

Вот только что?

Воспротивиться и поднять скандал?

Тошно было от одной только мысли.

И что тогда?

В моей голове родился лишь один вариант.

Упасть в обморок.

Никогда не считала себя актрисой, но, похоже, придётся быстро овладеть этим навыком, потому что иного выхода я не видела.

Многочисленные подружки Оливера продолжали буравить меня взглядами, пока сам он стоял за моей спиной, словно боялся, что я убегу.

И, честно говоря, не зря.

У меня была мысль просто затеряться в этом огромном саду, но я быстро поняла, что Оливер мне этого не позволит.

Поскольку даже список из нескольких сотен адептов не может быть бесконечным, то в конце концов очередь дошла и до меня.

Почти все группы уже были сформированы и словно какая-то насмешка свободные места оставались в четырёх группах, в одной из которых была Хэзер, в другой Итон, в третьей его друг, а в четвёртой подруга Хэзер.

Хоть меня и пугал интерес Итона ко мне, но всё же отчего-то мне жутко не хотелось расстраивать Хэзер.

Когда-то учёба и для меня была всем, а родители нещадно давили.

Поэтому, возможно, я узнавала в ней себя.

— Фостер, — прозвучала всё-таки моя фамилия, и я вышла вперёд.

За спиной остался с десяток адептов разных курсов, включая Оливера.

Последний курс был единственным, кого не стали делить по группам, отчего вопросов ко всему происходящему у меня становилось лишь больше.

Я подошла к статуе Шейна и по коже пробежали мелкие мурашки.

Даже сейчас, когда я была полностью пуста, я ощущала мощь этого великого дракона.

Страшно представить, насколько же могущественным он был при жизни, если даже после смерти его аура захватывала дух.

Настоящий король и защитник своей страны.

При нём никто и никогда даже подумать не смел напасть на нашу страну.

Но сейчас всё было иначе.

Я протянула руку и положила её на лапу дракона.

Я оглянулась, пытаясь понять, куда мне было бы безопаснее упасть.

Меньше всего хотелось разбить себе голову.

Хотя тогда можно было бы полежать в лазарете и избежать многого, но мазохизмом я не страдала.

Я даже не стала пытаться тянуться к своей магии.

Во-первых, потому что у меня уже был план, а во-вторых, потому что мне и тянуться было не к чему.

Лишь время тратить.

Но поскольку я отыгрывала роль, то закрыла глаза и нахмурила брови.

— Фостер, в чём проблема? — строго спросила ректоресса.

— Я просто волнуюсь, — сдавленно ответила я. — Может быть я пойду чуть позже?

— Нет, ты и так одна из последних, — недовольно вздохнула она.

— Тогда подождите немного, пожалуйста.

В действительности мне даже не нужно было играть волнение, требовалось всего лишь сбросить свою маску безразличия.

Я переминалась с ноги на ногу, всё думая, как бы получше упасть.

Нужно ведь было сделать это не только безопасно, но и естественно.

Вроде бы в книгах часто пишут про подкашивание ног, поэтому я решила ослабить колени.

Я уже полетела вниз, встречаясь взглядом с удивлёнными адептами, как вдруг замерла в воздухе.

Я повернула голову и поняла, что ошиблась в выводах.

Каким-то немыслимым образом я оказалась на руках у Оливера.

Стоило мне это осознать и посмотреть вокруг, как я резко вцепилась в его пиджак.

— Что ты делаешь? Отпусти меня немедленно!

— Вот так благодарность за спасение жизни, — хмыкнул он, внимательно меня разглядывая.

Внезапно рядом появилась ректоресса Хлоббер и принялась настороженно меня осматривать.

— Что случилось, Лили?

— Я просто перенервничала. Простите, это такой ответственный момент, к тому же аура Шейна очень сильно ощущается.

Ректоресса нахмурилась, словно не до конца веря в мои слова.

— Вы достаточно пришли в себя, чтобы продолжить? — спросила она.

— Нет! — воскликнула я.

— Да! — заявил одновременно со мной Оливер.

Я возмущённо на него посмотрела.

— Я ещё плохо себя чувствую. Голова кружится, я могу вновь упасть.

Оливер повернулся ко мне и насмешливо улыбнулся.

— Не переживай, я тебя подержу.

— С чего бы вдруг?

— Я же твой куратор, — пожал он плечами.

— Хорошо, Оливер, помоги адептке Фостер.

Я распаниковалась, не представляя, что мне делать теперь.

— Отпусти меня немедленно, — прошипела я, когда Оливер шагнул к статуе со мной на руках.

— Ты же сказала, что тебе плохо? — вскинув бровь, напомнил он.

— Если ты меня сейчас же не опустишь, я спрыгну сама.

Оливер наклонился к моему уху.

Я тут же попыталась отстраниться, но я была на его руках, мои возможности были ограничены.

— Если ты это сделаешь, то уже точно никто не поверит, что тебе плохо, — прошептал он мне на ухо.

Я тут же потёрла кожу, согретую его дыханием, и поражённо на него посмотрела.

Как он догадался?

Но Оливер проигнорировал мой взгляд, мягко опустив меня на землю и поддерживая под руку.

Я продолжала смотреть на него, пытаясь хоть что-нибудь понять, пока он не заговорил.

— Клади руку, — приказал он.

Словно загипнотизированная, я протянула руку и положила на лапу дракона.

Мой мозг отказывался находить решение проблемы, а может его просто и не было.

Но спустя мгновение произошло невероятное.

В небе над статуей древнего дракона загорелась руна.

Вот только я могла поклясться собственной жизнью, что не посылала никакой импульс.

А значит это сделал кто-то другой.

Я вновь повернулась к Оливеру, и в этот раз я уже действительно почувствовала, как у меня подкашиваются ноги.

Это был он.

Я была уверена.

Оливер посмотрел наверх.

— Хорошо, что ты попала не к Итону, — сказал он.

Я тоже посмотрела на светящуюся в небе руну.

Оливер был прав, я не попала в команду к Итону.

А вот Хэзер не так повезло, как ему.

Мои дорогие читатели, приглашаю вас в своюновинку.

Глава двадцать девятая

— Адептка Фостер, идите к своей группе, вы и так всех нас очень задержали.

Я уже хотела было сделать, как сказала ректоресса, но Оливер меня остановил.

— Лили ещё плохо себя чувствует, давайте я лучше провожу её в беседку?

Ректоресса хмуро на меня посмотрела и кивнула.

Оливер повёл меня подальше от всех в сторону беседок, а я не стала сопротивляться.

Стоило нам достаточно отойти от толпы, чтобы нас не было видно, как он наклонился ко мне.

— Когда играешь роль, Уголёк, нельзя останавливаться на полпути. Иначе всё представление будет казаться фальшивым.

Я замерла, пораженно на него смотря.

Но меня удивила вовсе не его догадливость, о ней я прознала ещё у статуи.

Меня поразило совсем иное.

— Ты вспомнил меня?

— О чём ты? — вскинув бровь, усмехнулся он.

— Уголёк, — напомнила я. — Почему ты назвал меня так?

Оливер безразлично пожал плечам.

— Просто в голову пришло.

— С чего бы?

Оливер склонил голову набок, осматривая меня с ног до головы.

— Вероятно потому что ты такая же серая и непримечательная, — усмехнулся он.

— Прямо как твоё чувство юмора? — раздражённо хмыкнула я.

— Я разве шутил?

— Надеюсь, что да, иначе получится, что ты просто невоспитанный хам.

Оливер всё так же держал меня, а потому мы стояли слишком близко, прожигая друг друга взглядами.

— Это вместо спасибо?

— Спасибо за то, что назвал серой и непримечательной?

— За то, что помог попасть в хорошую команду, — подсказал он.

— Не припоминаю, чтобы я просила о твоей помощи.

— А за альтруизм поблагодарить у тебя язык отсохнет?

— Ты бы лучше за свой волновался, а то у него столько работы, как бы не стёрся совсем. Вся женская половина академии этого не переживёт, — наигранно вздохнула я.

— В том числе и ты? — вновь вскинул он бровь.

— За меня можешь не переживать, — положив руку на сердце, заявила я. — Мне это не грозит.

— И почему же?

— У меня на таких как ты иммунитет.

Оливер насмешливо улыбнулся, склонившись ко мне.

— И какой же я по твоему мнению?

Я бы соврала, скажи, что ничего не почувствовала от его близости, но я уж точно не была той, кто мог вот так легко растечься лужицей от одного прикосновения и взгляда.

Во всяком случае этого Оливера, а не того, которого я когда-то знала.

— Наглый, самоуверенный, самовлюблённый, — начала загибать я пальцы. — Беспринципный…

— Подожди-подожди, — остановил он меня. — От такого количества комплиментов я сейчас покраснею.

— Сомневаюсь, что ты умеешь, — усмехнулась я.

— Не сомневайся, не умею, предпочитаю, когда это делают девушки.

Я закатила глаза, чувствуя раздражение, а затем попытавшись выбраться.

— Знаешь, здесь нас уже не видно, я, пожалуй, дальше дойду сама.

Но Оливер не отпустил.

— Ну уж нет, мне поручили тебя отвести, значит я обязан это сделать, — заявил он, крепче прижав меня за талию и поведя вперёд.

Я хмуро на него посмотрела, но решила не сопротивляться, беседки уже были видны, проще было ему подыграть, чем в очередной раз спорить.

Но мы так и не успели дойти до беседок буквально пару метров, когда позади раздались шаги.

— Оливер, — услышала я голос Амалии и обернулась.

Мы остановились, она скользнула по мне гневным взглядом и тут же мило посмотрела на Оливера.

Положила руку ему на предплечье и потянула в сторону.

— Пойдём, мне нужно кое-что тебе показать, — улыбнулась ему она.

— Мне нужно довести Фостер, — как-то безэмоционально ответил ей он.

— Да тут всего ничего осталось, сама дойдёт, тем более она уже выглядит вполне нормально, — заявила Амалия, взглянув на меня.

Оливер не спешил меня отпускать, поэтому я ему помогла.

Выпуталась из его рук, благо при Амалии он не стал меня удерживать.

— Я дойду сама, мне и правда уже лучше, — сказала я и направилась к беседкам.

Я чувствовала взгляд, упёршийся мне в лопатки, но не обернулась.

Я устроилась в беседке и осмотрелась — Оливера и Амалии не было видно.

Посидев так несколько минут, я встала, поскольку чувствовала себя глупо.

Здесь было с десяток открытых красивейших беседок, полностью оплетенных лианами, но пребывание в таком месте в одиночестве навевало на разные мысли, а я сейчас совсем не хотела думать ни о чём.

Я пошла прогуляться и рассмотреть это потрясающее место с его нежнейшей красотой.

Я дышала полной грудью, а сладковатый аромат растений в воздухе от чего-то вызывал улыбку.

Я гуляла среди высоких кустов экзотических цветов, не уставая поражаться их великолепию.

Удивительно, но здесь ощущалась какая-то лёгкость и от того хотелось бесконечно бродить по этому саду.

Однако всё это исчезло, стоило мне услышать голоса.

Я тут же напряглась, и очень скоро их узнала.

Видимо, я пошла именно в ту сторону, где Амалия хотела что-то показать Оливеру.

Вот только, судя по разговору, показывала она ему свою ревность.

— С чего ты взяла, что я буду перед тобой оправдываться, Мали?

— Я не прошу оправдываться, — тут же промурлыкала она. — Всего лишь советую тебе не путаться с отбросами.

— Что ты имеешь в виду?

— Семья Фостер давно обеднела, на какие деньги, по-твоему, эта выскочка смогла вернуться в академию? Наверняка нашла себе покровителя.

— Завидуешь? — усмехнулся Оливер.

— Я ей? — возмутилась Амалия, тут же забыв про свои мурлыкающие нотки в голосе. — Ещё чего.

— Тогда и нечего о ней болтать. И лезть к ней тоже, — заявил он.

— Я всего лишь волновалась о тебе и хотела предупредить.

— Я сам разберусь, что мне делать. Это всё? Ты, кажется, хотела мне что-то показать, а не поделиться сплетнями?

— Да, — довольно прошептала она, и следом я услышала те же звуки, что и в библиотеке.

Я на мгновение прикрыла глаза, поражаясь, как вообще Амалия может с ним целоваться, если действительно считает, что он делал пару часов назад то же самое со мной.

Мне такие отношения было не понять.

— Возвращаемся! — раздался громкий голос ректорессы Хлоббер

— Вот чёрт, — тихо сказала я, понимая, что придётся пройти мимо этой сладкой парочки.

Ну да ладно, мне не впервой.

Не смотря по сторонам, я направилась вперёд, краем глаза точно отметив, что Оливер и Амалия меня видели.

Не обращая на них внимания, я присоединилась к остальным, тут же поймав на себе взгляд Хэзер.

Я отвернулась, потому что ощущала перед ней чувство вины и ничего не могла с собой поделать.

А ещё я резко вспомнила слова Оливера и решила продолжить играть свою роль, а потому стала идти уже не так бодро и немного опустила брови, словно чувствовала себя не лучшим образом.

Я прошла вслед за всеми через огромный портал и очутилась в портальном зале.

Огромная толпа адептов устремилась наверх.

Все, ожидаемо, обсуждали распределение и статую Шейна.

Стоило нам подняться, как большинство устремилось в сторону столовой, а я хотела сначала зайти в комнату, как заметила одного мужчину.

Ему было лет тридцать, может немного больше или меньше.

Явно военный, но, судя по форме, не генерал, хотя и высокого звания.

Я довольно скоро его узнала.

Это был Льюис Майерс, когда-то он был одним из подчинённых отца и порой бывал в нашем доме.

Интересно, что он здесь забыл?

Но ответ нашёлся довольно скоро.

Стоявшись и строго смотревший вперёд Льюис, моментально преобразился, на его лице появилась неожиданная нежность.

Я проследила взглядом и увидела, что он смотрит на Амалию.

Стоило ей его увидеть, она замерла, а затем побежала к нему, бросаясь на шею и целуя.

— Как ей повезло с женихом, — сказала подруге одна из проходящих мимо девушек.

Женихом?

Я посмотрела на Льюиса и Амалию вновь, но теперь ещё более внимательным взглядом.

Какие у них интересные отношения однако.

Хотя я была уверена, что Льюис не знал многого об Амалии.

Навряд ли бы он стал терпеть измены.

Неожиданно я ощутила чей-то взгляд и оглянулась в его поисках.

Я увидела Оливера, стоящего, оперевшись плечом на стену и смотрящего на меня.

Он смотрел с таким любопытством, словно ждал, что я сейчас побегу к Льюису и расскажу ему обо всех деяниях его невесты.

Серьёзно?

Больно надо.

Во всяком случае пока что Амалия меня не трогает, я с этим знанием ничего делать не собиралась.

А потому я развернулась и пошла к себе в комнату.

Раз нас отпустили раньше, можно было попробовать выйти за территорию академии уже сегодня.

Глава тридцатая

Вернувшись в комнату, я принялась перебирать свои вещи.

Вернее сказать, те вещи, что купил мне Зейн.

К сожалению, здесь не было каких-либо драгоценностей, а только одежда, но вся она была из дорогих тканей, а потому для покупки трав я планировала продать одно из платьев.

А если останутся деньги, то ещё и какой-нибудь крем, потому что на мою иссушенную кожу уже было невозможно смотреть.

И если раньше в сочетании с ужасным платьем в заплатках это не бросалось в глаза, то сейчас, когда цена одежды, которую я носила, превышала мою зарплату в таверне, наверное, за год, контраст был довольно сильным.

По какой-то причине среди моих новых платьев затесалась парочка бальных.

Я выбрала из них на мой взгляд самое дорогое — глубокого винного цвета, расшитое драгоценными камнями.

Возможно, проще было бы содрать с него эти самые камни, но у меня не было абсолютно никакого инструмента, чтобы это сделать, ведь на них как-никак стояла магическая защита.

Освободив сумку и сложив как можно аккуратнее в неё платье, я сходила на обед, а затем направилась во двор академии, встала неподалёку от ворот и принялась ждать.

Минут через десять ожидания на выход наконец-то устремилась большая группа адептов.

Человек десять шли плотной группой и я осторожно к ним присоединилась с противоположной от охранника стороны.

По итогу всё прошло довольно легко и, оказавшись за воротами академии, я решила, что зря так переживала.

Но стоило мне буквально шагов на десять отойти от академии, как внезапно передо мной оказался охранник.

Я от испуга даже подскочила и схватилась за сердце.

— Что вы делаете? — воскликнула спросила я.

Высокий и без того суровый мужчина нахмурился.

— Леди Фостер, вам запрещено покидать академию без соответствующего на то разрешения.

Не признаваться же мне было в самом деле, а потому я решила притвориться ничего не знающей бедняжкой.

— Что? С чего вы так решили? Я ничего об это не слышала!

Видимо, мужчина немного мне поверил, поскольку его суровость немного сменилась растерянностью.

— Это распоряжение ректорессы Хлоббер.

— Но как же так, — едва не расплакалась я, экстренно вспоминая, какие страшные проблемы могут быть у современной леди и удостоверяясь, что та группа адептов достаточно далеко отошла и не услышит всего того, что я собиралась сейчас сказать. — Посмотрите на мою кожу, мне срочно нужна мадам Паглесс, я записывалась к ней за два месяца! Если я сегодня не приду, то она же внесёт меня в чёрный список. А вечером у меня примерка платья перед балом. Если я не приду, то оно будет сидеть на мне просто ужасно, а на балу ведь будет столько перспективных молодых драконов и магов.

Я сделала максимально несчастное лицо, подходя ближе к охраннику и смотря ему прямо в глаза.

— А если я буду там плохо выглядеть, то так и не найду себе жениха. Это же практически мой последний шанс, ведь мне уже почти двадцать два года. Ещё немного и из аристократов для меня останутся лишь те, что по меньшей мере в три раза меня старше! — горячо воскликнула я, уже сама проникаясь своей несчастной долей. — А я ведь мечтаю о любви, понимаете? О любви, а не о старом извращенце, который годится в отцы моему отцу.

Охранник, похоже, тоже проникся, смотря на меня с сочувствием.

— Мне очень жаль, леди Фостер, но я даже не представляю, чем вам помочь, мне запретили…

— Просто притворитесь, что меня не видели, — принялась умолять я его, понизив голос. — Я схожу к мадам Паглесс, затем на примерку и тихонечко вернусь. Никто даже не узнает, что меня не было, клянусь. Я буду осторожна и никому не попадусь на глаза.

— Но ректоресса Хлоббер…

— Она ничего не узнает, а даже если узнает, я возьму всю вину на себя.

По глазам охранника я видела, что близка к победе.

Я уже чувствовала свой триумф.

Мужчина огляделся, проверяя, что никого поблизости нет, а затем наклонился ко мне.

— Десять золотых, — сказал он мне.

Я настолько не ожидала подобного, что даже не поняла сразу, о чём он говорит.

— Что за десять золотых.

— Даёте мне десять золотых и я вас не видел, — пожал он плечами.

— Но это же огромная сумма! — возмутилась я.

Мы с мамой на эту сумму могли жить припеваючи я даже не представляла сколько.

Это был просто грабёж!

— Да ладно, — махнул рукой мужчина. — Мадам Паклез, платье на заказ, бал, что для вас такое десять золотых.

Я прокрутила в голове, сколько примерно смогу выручить за платье и сколько стоят травы.

Вероятно, придётся ужаться и покупать по минимуму.

Ну и о креме тоже нужно будет забыть.

Глубоко вздохнув и, мысленно прощаясь с ещё не полученными деньгами, я кивнула.

— Хорошо. Договорились. Я вернусь и отдам вам.

Я уже сделала было шаг вперёд, как мужчина буквально схватил меня за руку.

— Нет-нет-нет, так дело не пойдёт, — внезапно ухмыльнулся мужчина, а какое-либо понимание и сочувствие окончательно исчезли с его лица. — Деньги вперёд.

— Но у меня сейчас нет с собой такой суммы.

— А у меня нет разрешения от ректорессы Хлоббер, чтобы вас выпустить.

Я возмущённо посмотрела на мужчину.

— Но ведь это не закрытая академия, а я совершеннолетняя, как мне может быть запрещено покидать эти стены? Вам не кажется, что это странно и противозаконно?

— Мне кажется, что меня это не волнует. Мне нужно разрешение — бумажное или же приятно звенящее в кармане — мне без разницы какое. Нет разрешения — нет прохода.

— Но… — попыталась ещё хоть что-нибудь сказать я.

— Если вы сейчас же не вернётесь в академию, то я буду вынужден сообщить о произошедшем ректорессе, не забыв упомянуть, что вы предлагали мне взятку.

Я гневно посмотрела на охранника, чувствуя, как от злости горят мои глаза и раздуваются ноздри.

Покрепче вцепилась в сумку, резко развернулась и поспешила обратно.

И как назло практически влетела в Амалию и Лору, идущих на выход из академии, а позади шёл жених Амалии, разговаривая с одним из преподавателей.

Видимо, его присутствие и спасло меня от какого-нибудь колкого комментария, а потому Амалия обошлась лишь ядовитым взглядом.

Лора же, к моему удивлению, смотрела практически с сочувствием.

И я мгновенно отвернулась, чтобы его не видеть.

Я ей не верила, если бы она относилась ко мне не так, как Амалия, то уже давно бы подошла и что-нибудь сказала.

Я быстро прошла мимо них и поначалу думала вернуться в академию, но потом всё же решила попробовать один способ.

Я им ни разу не пользовалась, но много о нём слышала.

Направившись вглубь территории академии, я прошла мимо беседок и принялась искать нужную мне часть забора.

Здесь где-то рядом немного была разрушена стена и сделаны углубления, чтобы было проще залезть, мне оставалось лишь найти это самое место.

И через долгих минут двадцать поисков я наконец-то нашла!

Вот только лезть на стену в длинном платье и с объёмной сумкой в руке оказалось совсем не так просто, как мне думалось.

Когда я была уже посередине стены, ставя ногу на очередную так называемую ступень, я случайно встала на собственный подол.

Я не успела больше ничего понять, как полетела вниз.

Уже представляя, как разбиваю себе что-нибудь, я крепко зажмурилась, не сразу заметив, что что-то было не так.

Я открыла глаза и огорошенно уставилась на насмешливо смотрящего на меня Оливера, на чьих руках я расположилась.

Глава тридцать первая

Оливер выпрямился со мной на руках, а я испуганно вцепилась в его пиджак.

— Немедленно поставь меня на землю, — процедила я, пытаясь скрыть свою растерянность и неловкость.

— А то что? — издевательски вскинул он бровь.

— А то… а то… — зло смотря на него, пыталась что-нибудь придумать я.

Не имея магии, уже особо и нечем было угрожать.

Я так и не успела ничего придумать, а тем более сказать, как Оливер резко опустил меня на землю.

Всю меня.

— Ты что творишь? — возмутилась я, молниеносно поднимаясь и принимаясь отряхивать себя от земли.

— Ты же сама сказала поставить тебя на землю.

— Я имела в виду на ноги, Оливер, не притворяйся идиотом.

— К сожалению, мне некогда была додумывать твои слова, у меня руки отваливались от тяжести, — сказал он, потирая предплечья.

— Тяжести? — неверяще переспросила я. — Какой же ты всё-таки грубиян.

— Я всего лишь сказал правду, — хмыкнул он.

— Да? Ну тогда понятно, почему ты больше не учишься в военной академии, если даже я для тебя неподъемная ноша, — хмыкнула я ему в тон.

— Значит слухи о тебе врут, — усмехнулся он.

— Какие ещё слухи?

— Что ты была отличницей, — ответил Оливер, поднимая с земли мою сумку и отряхивая её от грязи.

— Я и была. С чего ты взял, что это ложь?

— Отличница бы знала, что вес, который я на себя принял, ловя тебя, значительно превышает твой собственный. Особенно потому, что я еле успел и поймал тебя практически у земли. Или ты этого даже не заметила?

— Не заметила, — прошептала я, смущённо отводя взгляд. — В таком случае спасибо.

Оливер лишь покачал головой и протянул мне сумку.

— Пожалуйста.

Я взяла сумку и только хотела задать следующий вопрос, о том, как он вообще здесь оказался, как Оливер развернулся и начал уходить.

Он взял лежавший неподалёку рюкзак и направился в сторону зданий академии.

— Стой, куда это ты? — удивилась я.

Оливер обернулся.

— У меня дела, а что?

Так значит…

Значит он за мной не следил?

Получается, моя первоначальная мысль оказалась ошибочной?

— А что ты здесь делал?

— Воздухом дышал.

Он вновь развернулся и продолжил идти, а я чувствовала себя так глупо, что хоть под землю провались.

И почему я чувствовала себя так только рядом с ним?

— А может… — неловко позвала я его, и он, кажется, даже не услышал, а потому я повторила погромче. — Может быть ты мне поможешь?

Оливер вновь остановился и посмотрел на меня.

— С чем же?

Я оглянулась по сторонам — вроде бы никого не было.

Но мне всё равно было неловко говорить об этом на расстоянии.

Потому я подошла к нему поближе.

— Перелезть через стену, — тихо сказала я.

— А чем тебя не устраивают ворота? — усмехнулся он.

— Ну… мне туда нельзя.

— Почему же? — заинтересованно посмотрев на меня, спросил он.

— Какая тебе разница? — нахмурилась я, вновь чувствуя непонятное раздражение.

Почему я не участвовала его к Итону или Амалии?

Почему только к нему?

Достаточно было его ухмылки или насмешливого взгляда, и я чувствовала, как что-то внутри просто начинало закипать.

Оливер безразлично пожал плечами.

— Не хочешь — не рассказывай, — усмехнулся он и развернулся.

Я оглянулась обратно на стену, затем вспомнила, как летела вниз, и очень быстро приняла решение.

— Стой, — тут же воскликнула я, схватив его за рукав.

Оливер многозначительно посмотрел на мою руку, и я сразу её убрала.

— Я расскажу тебе, только помоги мне, пожалуйста.

Я жалостливо на него посмотрела, но он не дрогнул.

— И в чём же моя выгода?

— Ну… ты же хотел знать.

— Я просто спросил, потому что это странно. Мне абсолютно не интересно, в чём же твоя причина.

Я вздохнула, смотря на него.

— Помоги мне, а я помогу тебе, когда потребуется, — пообещала я.

— Сомневаюсь, что мне может понадобиться твоя помощь, — хмыкнул он.

— Тогда что ты хочешь взамен?

— Мне это неинтересно, — заявил он безразлично.

— Какой же ты всё-таки… — зло начала я и замолчала, потому что даже не знала, что сказать.

То помогает, то отказывается.

Я совершенно не понимала его мотивов.

И, даже не смотря на его плохие отношения с Зейном, мысль о том, что он может следить за мной по поручению брата, всё сильнее разрасталась в моей голове.

Отбросив эти размышления, поскольку время было ограничено, я развернулась и с сумкой пошла к уже знакомому месту.

Я наклонилась и, абсолютно наплевав на присутствие Оливера, приподняла юбку до колена, завязав на подоле узел, затем надела сумку на плечо и начала новое восхождение.

В этот раз я поднималась быстрее.

И не только потому, что уже успела частично изучить путь, но и потому что Оливер стоял и смотрел на меня.

И моё раздражение словно придавало сил.

Я знатно стесала кожу на левой ладони, но зато добралась до верха.

Без мешающего подола это оказалось сделать намного проще.

С улицы здесь оказалось безлюдное место, заставленное какими-то коробками.

Я бросила сумку на них, а затем, понадеявшись, что эти коробки стояли там не просто так, спрыгнула на них сама.

Меня неожиданно мягко словила магия, позволив спуститься на землю.

Неужели хоть в чём-то повезло?

Жаль, что внутри академии не сделали ничего подобного.

Но так можно было выдать само место, поэтому это было объяснимо.

Я отряхнулась и поспешила уйти отсюда.

Хоть людей и не было видно, но это в любой момент могло измениться.

Я шла, постоянно оглядываясь.

И сейчас я боялась встретить уже не только адептов, но и стражу.

Ведь я направлялась в место, о существовании которого приличной леди даже не положено было знать.

На чёрный рынок магов.

Гоава тридцать вторая

Попетляв по району и убедившись, что рядом нет стражей, я направилась в таверну «Белая Лиса».

Это было с виду совершенно невзрачное место.

Обшарпанные стены из грязного камня и вывеска, на которой ничего было не разобрать.

Лишь те, кто знал, что это за место, знали и его название.

Внутри можно было найти кого угодно.

От наёмников до генералов.

От нищих до ближайших людей короля.

Поэтому было бы слишком опасно, если бы все видели друг друга, а потому, стоило переступить порог таверны, как человек обретал новую внешность и голос.

Магия этого места запоминала его, а потому каждый раз люди получали один и тот же облик.

Разглашение своего настоящего имени было под запретом и за это допуск закрывался навсегда.

Как и за раскрытие чужой личности.

Внутреннее состояние таверны полностью соответствовало внешней.

Разбитый пол, по которому нужно было ходить с особой аккуратностью, чтобы не убиться.

Потрескавшиеся столы из плохо обработанного дерева.

Похабные картины в поломанных рамах, висящие на стенах.

И запах, просто отвратительный запах протухшей рыбы, что наполнял таверну.

Однако это всё была лишь иллюзия.

Иллюзия для случайных гостей, призванная как можно скорее от них избавиться.

Стоило пройти вглубь, в следующее помещение, как таверна преображалась.

Мне она всегда казалась довольно уютной и приятной.

А ещё здесь невероятно вкусно готовили и можно было спокойно побыть в одиночестве, ведь никто не мог никого узнать.

Пряные ароматы заставили меня принюхаться и остановиться на мгновение, заглядевшись на запечённые с травами овощи, что нёс подавальщик.

Но у меня не было на это времени и, что ещё важнее, денег, поэтому я направилась дальше, осторожно пробираясь через повсеместно занятые столы.

Здесь всегда было битком.

Из зала шёл узкий коридор, который вёл к трём дверям.

Два туалета, разделённых по половому признаку, и неприметная дверь с табличкой«только для сотрудников таверны».

Я, на всякий случай оглянувшись, толкнула последнюю дверь, и мир мгновенно изменился.

Теперь я была уже не в таверне, а на самом настоящем чёрном рынке магов.

И, как всегда, он был полон людей.

Помню, первый раз меня это так удивило, ведь пока я сидела в таверне, то заметила от силы десяток людей, устремившихся сюда, а здесь их были сотни, если не тысячи.

Но после я узнала, что существует далеко не один вход в рынок и что на рынке ко всему прочему имеется и отдельная, закрытая для простых смертных, часть.

Впрочем, за сто золотых можно было перестать быть простым смертным и туда попасть, но у меня не было таких денег, да и если бы были, я потратила бы их на лечение мамы, а не на утоление своего любопытства.

Я поспешила отойти от двери, чтобы ни с кем не столкнуться.

Это вообще был мой самый главный страх на этом рынке — что меня выследят.

Даже со всеми иллюзиями и подстраховками это было вполне возможно.

И однажды со мной это случилось.

Как раз-таки в последний мой приход сюда несколько месяцев назад.

Я шла с мешочком золотых монет в кармане и двое высоких мужчин последовали за мной.

Они смогли найти меня даже после снятия иллюзии и в одном из тёмных мест просто напали.

От одного воспоминания меня покрывала холодная дрожь.

А внутри была лишь горечь от того, что от последствий того нападения я страдала до сих пор.

В первых рядах шли довольно безобидные вещи вроде экзотических фруктов, трав и тканей.

Я прошлась мимо трав, глазами пытаясь найти, у кого есть то, что мне нужно.

Ничего запретное мне не требовалось, поэтому нужные мне травы были практически у всех.

В глубине рынка, после этих всех довольно-таки обычных рядов начинались ряды с оружием и артефактами.

Собственно, эти ряды занимали, по-моему, не меньше половины всего рынка.

Но мне нужно было не сюда.

Ещё глубже находились на первый взгляд небольшие закрытые лавки, и я направлялась именно в одну из них — ту, где продавали довольно опасные вещи.

Хоть сейчас я собиралась продать всего лишь камни, но я решила обратиться к тому, кого уже хорошо знала, нежели искать другого человека.

Стоило мне войти, как зазвенел знакомый колокольчик, а за стойкой тут же показался высокий худощавый парень с забавными кудрями.

Он поправил очки и удивлённо взглянул на меня.

— Уголёк, какая встреча, я уж решил, что ты обо мне забыла, — с притворной обидой заявил Гастер.

— Прости, было много дел, — улыбнулась я и оглянулась.

Здесь было довольно просторно и всё, абсолютно всё было завешено амулетами, кинжалами, артефактами и всяким подобным.

И, к сожалению, в лавке уже были люди.

Один мужчина рассматривал стойку с амулетами, а ещё один изучал кинжалы.

Жаль, но ждать пока они уйти было бессмысленно, здесь редко бывало пусто.

Я подошла к стойке и Гастер увидел мою сумку.

— Зайдёшь? — спросил он, кивая головой на внутреннее помещение.

То, что я долго время продавала ему не стоило показывать в открытую даже на черном рынке.

— Нет, у меня есть к тебе просьба.

В глазах Гастера смешалось удивление с интересом.

— Какая же, Уголёк? Для тебя я на многое готов.

Он очаровательно улыбнулся, а я тем временем поставила сумку на стойку и открыла.

— Можешь это купить?

Гастер нахмурился и принялся рассматривать содержимое сумки.

— Боюсь, это не мой размерчик, — хмыкнул он.

Я лишь усмехнулась и показала ему на рукава и пояс платья.

Я на всякий случай оглянулась и принялась говорить тише.

— Это камни. Настоящие и драгоценные, их нужно лишь снять, но у меня нет нужных инструментов.

Гастер, похоже, наконец-то заинтересовался.

— Зато у меня есть, — тихо сказал он и полез в ящик под стойкой.

Он достал другие очки, явно непростые.

Они выглядели как полноценный артефакт.

Он внимательно разглядел каждый камень, а затем посмотрел на меня.

— И правда настоящие.

— Всё, как я и говорила. Возьмёшь?

Гастер с сомнением посмотрел на платье, а затем на меня.

— Возьму, но только ради тебя. Убрать каждый из них это, как минимум, несколько часов работы, а их потом ведь нужно будет заново обрабатывать.

— Спасибо, — обрадовалась я.

— Но учти, я смогу дать тебе не больше двадцати золотых, уж слишком много работы над ними требуется.

Я тут же закивала, прикидывая в голове стоимость трав.

— Двадцать пять и я буду безумно тебе благодарна, — улыбнулась я.

Гастер с прищуром посмотрел на меня.

— Двадцать два и в следующий раз я верну тебе платье.

Я уже хотела было сказать, что оно мне не нужно, но решила не отказываться.

— По рукам, — заявила я.

Мне вполне должно было хватить на травы и даже ещё остаться.

Пусть цена в двадцать два золотых за эти камни была очень низкой, но я понимала, что будь они не на платье, я получила бы за них полную стоимость.

Гастер отсчитал мне деньги и протянул мешочек.

— Уголёк, — позвал он меня, когда я уже собралась уходить. — А что насчёт твоего прежнего товара? Многие интересуются. Готовы платить тройную цену.

— Я больше этим не занимаюсь, — тихо сказала я.

Гастер кивнул.

— Ну если передумаешь…

— То обязательно приду к тебе, — пообещала я. — Пока.

Я вышла из лавки Гастера и направилась к рядам с травами.

И может быть я ошиблась, но мне показалось, что мужчина, разглядывавший в лавке кинжалы, направился за мной.

Глава тридцать третья

Я прогуливалась по рядам, рассматривая травы, словно искала что-то особенное.

Я хотела лишь подтвердить свою догадку и, к сожалению, так оно и вышло.

Мужчина, которого я видела в лавке Гастера, тоже ходил по рядам, ничего не покупая.

Он был метрах в десяти от меня, не позволяя мне отойти дальше.

Прошло минут пятнадцать наших гуляний, как до меня резко дошло кое-что.

Если он хотел украсть у меня деньги, то нужно просто как можно скорее от них избавиться.

Тогда, даже если он попытается что-то у меня стащить, у него ничего не выйдет.

Ведь нельзя украсть то, чего нет.

Эта мысль принесла мне некоторое облегчение, и я, достав листок со списком необходимых ингредиентов, направилась за покупками.

Довольно быстро я скупила все необходимые травы и мне осталось лишь два ингредиента, которые стоило искать в глубине рынка.

Я отправилась туда, а этот мужчина вновь пошёл за мной.

В этой части было довольно малолюдно, а потому его преследование стало ещё заметнее.

Но я старалась не нервничать и не вспоминать прошлое нападение.

Купив экстракт яда шелкобрюхой лягушки и порошок из лунных сверчков, я крепко сжала в руке мешочек с монетами.

Все ингредиенты для этого зелья действительно были невероятно дорогими.

Мы с мамой могли бы жить на эти деньги пару лет, а я потратила их за пару десятков минут.

И даст ли это всё какой-либо результат мне было неизвестно.

Я поудобнее перехватила мешок с порошком, который всё норовил выскользнуть из моих рук.

Это, конечно, была моя самая неожиданная покупка и по итогу самая дорогая позиция во всём списке.

По какой-то неведомой мне причине порошок теперь продавался только большими упаковками и мне пришлось купить целых полтора килограмма, хотя для зелья мне нужно было лишь три грамма.

Я вздохнула, попытавшись в голове сообразить, на что мне вообще хватит оставшиеся четыре серебряные монеты.

В действительности, можно было купить много чего, но ничего такого, что помогло бы столь иссушенной коже, как моя.

Но всё же я прошлась до лавок, где продавались косметические товары.

Ох, как же давно я не имела возможности потратить деньги на себя.

Пусть всё приличное стоило дороже моих четырёх монет, но глаза всё равно разбегались.

И я, честно говоря, даже одну монету мне было сложно потратить, учитывая то, что это было для меня самой.

Хотя и зелье было для меня, но это как будто было что-то другое.

По итогу я прошлась по всем лавкам, наверное, раза три, постоянно прицениваясь и ища вариант подешевле.

Спустя долгие полтора часа блуждания, я всё-таки решилась и купила себе крем, потратив одну монету.

Я так надёжно забыла, как это — заниматься своей внешностью, что даже ради такой мелочи не смогла потратить больше.

Разве что я потратила ещё одну на шампунь.

И было даже забавно, как внутри я корила себя за эти две отданные серебряные монеты.

За этими всеми муками выбора я совершенно забыла о том мужчине и слежке.

Это понимание резко ударило меня и я мгновенно остановилась, оглядываясь.

Но, похоже, удача наконец-то мне улыбнулась, потому что никого не было.

Во всяком случае я его не нашла.

Надеюсь, ему просто надоело наблюдать или же он вообще подсчитал сколько я потратила.

Уж на этом рынке пара серебряных монет это по-настоящему смешной улов.

Однако стоило мне вернуться в таверну и пройти в зал, как я замерла.

Тот самый мужчина сидел за одним из столов лицом ко мне и ел.

Я не представляла, что делать, но моё тело решило раньше меня.

Поначалу я стала медленно отступать обратно, а после пары осторожных шагов всё же не выдержала и буквально побежала к двери.

Краем глаза я заметила какое-то движение слева и просто помолилась, чтобы я был всего лишь мимо проходивший подавальщик.

Я вбежала на рынок и остановилась на секунду, оглядываясь и решаясь, куда же мне бежать.

В первую очередь я решила отойти недалеко, но так, чтобы меня было не видно.

Я хотела только проверить, правда ли мужчина пошёл за мной.

И буквально через десяток секунд дверь открылось, а на рынке появился он — мой преследователь.

Мысли в голове закрутились с бешеной скоростью.

Я искала решение проблемы, но видела лишь один вариант — мне нужно бежать и искать другие выходы.

В таверну мне было возвращаться нельзя.

Я начала ходить между рядами и всё время держаться других людей.

Я хотела как-то изменить свою внешность, но здесь это было невозможно.

Каждую секунду я оглядывалась, то ища взглядом мужчину, то пытаясь найти выход.

Я уже боялась верить в удачу, но мужчины не было видно уже минут пять, зато я, кажется, нашла ещё один выход.

Буквально на моих глазах женщина подошла к стене, притронулась к ней рукой и исчезла.

Подождав ещё немного, чтобы убедиться в отсутствии слежки, я рванула к стене.

Прикоснулась к ней, но ничего не произошло.

— Демоны, — прошипела я.

Скорее всего была какая-то определённая точка, и мне нужно было её найти.

Срочно.

Я оглянулась — вдалеке показался синий плащ, точь в точь, как у моего преследователя.

Перехватив поудобнее покупки, я принялась просто касаться этой стены везде наугад и, слава святой богине, я нашла нужную точку.

Здесь не было двери, как в таверне и вышла я тоже не из двери, а словно из стены.

Тут было невероятно темно, тихо и сыро.

Но где-то впереди виднелся тонкий свет.

Я пошла на него, касаясь рукой шершавой стены, чтобы не было так страшно.

Не сказать, что я была в панике, но напряжение точно присутствовало.

Ещё через пару шагов я наконец-то поняла, где была.

Это был храм.

Старый и практически заброшенный.

Здесь повсюду была грязь, а статуя святой богини, которую я только вспоминала, была сильно повреждена.

Грязные шторы валялись на полу под оборванным карнизом, окна частично были разбиты, оттого, вероятно, и было так холодно.

Пол был завален мусором и подошва моих ботинок постоянно к чему-то прилипала.

Я шла осторожно, ища выход, но при этом прислушиваясь к тому, что происходит сзади.

Я боялась, что тот мужчина в любой момент мог ворваться.

Но, как оказалось, мне стоило бояться не его.

Вернее, не только его.

Пройдя ещё вперёд и выйдя в другое, более светлое помещение, я тут же наткнулась на мужчину.

Совсем не того, от которого я скрывалась.

Это был огромный широкоплечий боец, чья рука была больше моей головы.

И он был не один.

За его спиной было ещё двое таких же.

Я даже ни на мгновение не подумала, что эта встреча случайно, поскольку, стоило мне его увидеть, как он расплылся в довольной улыбке, выглядящей, как устрашающая маска.

— Уголёк, мы тебя заждались, — подтвердил мои опасения мужчина.

Я тут же сделала осторожный шаг назад и услышала лёгкий шум сзади, но даже не подумала оборачиваться, когда основная угроза была передо мной.

— У меня нет денег, — сразу заявила я.

Он заулыбался ещё сильнее.

— А мне они и не нужны.

— Тогда что…

— Товар, Уголёк. Мне нужен твой товар.

Я в ужасе на него посмотрела.

Значит он знал, кто я и специально меня поджидал?

Но кто меня сдал?

Гастер?

Нет.

Он не мог или…

— У меня ничего нет, — немного дрожащим голосом сказала я.

— А это мы сейчас проверим, — усмехнулся он, доставая из кармана магический кристалл.

Глава тридцать четвертая

Я взглянула на свернувший в его руках кристалл и вздрогнула.

Это будет больно, очень больно.

А самое главное, что после этого мои шансы вернуть магию могут окончательно исчезнуть.

— Смысл проверять? — хмыкнула я, храбрясь. — Если бы у меня была сейчас магия, то я бы уже подпалила ваши наглые физиономии.

— Да как ты…

— Хочешь испортить дорогой кристалл и выжечь мои пустые потоки своей проверкой, чтобы я уж точно больше никогда не смогла продавать свой «товар»? — криво усмехнулась я, внутри дрожа от страха. — Давай. Соверши подобную глупость. Полагаю, твой хозяин будет в восторге.

— Откуда ты знаешь? — нахмурился этот громила.

— Очевидно, что ты лишь один из слуг, не более. А ещё вас ведь, наверняка, послали ждать меня у всех выходов, так? — я говорила первое, что приходило мне в голову, лишь бы отвлечь их и хоть как-то понять, что мне делать. — И раз тебя послали ждать в таком месте, где практически никто и не ходит, то ты явно ещё и не самый ценный слуга. А как только ты сожжешь мои потоки этим кристаллом, думаю, твой хозяин решит, что держать столь бесполезного идиота слишком накладно.

— Подбирай выражения, Уголёк, — прошипел он.

— Если хотел вежливого общения, то не стоило начинать знакомство с запугивания.

От нервов из-за того риска, на который я шла, у меня пересохло в горле, а волосы неприятно прилипли к вспотевшей шее.

Я просто била наугад, говоря это всё, и понимала, что если ударю мимо, то, вероятно, попаду в ещё большие проблемы.

И пока я говорила, то старалась незаметно отступать назад хотя бы маленькими шажками.

Сколько ни думала я видела для себя лишь один вариант.

Бежать вперёд, в сторону этих троих огромный бойцов, которые явно работали у кого-то стражей, было полнейшим самоубийством.

Во всяком случае, не имея ни капли магии.

А значит я могла лишь бежать назад — обратно на рынок.

Хотя я помнила того их коллегу, что поджидал меня ещё в таверне, но я решила, что стоит рискнуть.

Если я не встречу его прямо за дверью, то у меня будет шанс затеряться.

Рынок огромен, может быть я смогу спрятаться.

Возможно, здесь придётся даже переночевать, это всё неважно, главное выбраться живой и невредимой.

— И что ты предлагаешь? — спросил у меня нахмурившийся громила.

Хороший вопрос.

Как будто я знала, что вообще ему предложить?

Сомневаюсь, что на предложение просто меня отпустить он с радостью согласится.

Я поджала губы, пытаясь как можно скорее что-нибудь придумать.

— Мне нет смысла с тобой это обсуждать, — надменно заявила я, удобнее перехватывая в руках травы и особенно мешок с порошком из лунных сверчков. — Отведи меня к своему хозяину, мне есть смысл говорить об этом только с ним.

Я уверенно посмотрела на громилу, пытаясь взглядом донести всю серьёзность своих слов и вообще старалась вести себя так, словно меня никто не загонял в ловушку.

И как будто я не хрупкая девушка с дефицитом веса, стоящая напротив троих огромных верзил.

Не знаю, верилось ли им, но мне самой не особо.

Мужчина нахмурился ещё сильнее, явно обдумывая мои слова, я же всем своих видом показывала неодобрительное нетерпение, всячески вздыхая, цокая и закатывая глаза.

Он махнул двумя пальцами, подзывая к себе одного из помощников, стоящих позади.

Мужчина, который, казалось, был ещё больше первого громилы, подошёл, уставившись на меня бессмысленным взглядом.

— Пойди позови Шеста, скажи, что девчонка у нас.

Помощник молча кивнул и направился на выход.

Мы остались втроём, и я понимала, что лучше шанса, чем сейчас у меня уже не будет.

Когда придёт ещё какой-то Шест, то их будет уже, как минимум, четверо.

Я не могла этого допустить.

Я повернулась и пошла направо.

— Куда это ты? — спросил громила, тут же шагнув ко мне.

— Стоять устала, — заявила я, прислонившись к стене. — Мешок тяжёлый, да и от вашего дружка по рынку бегать устала.

— Мешок на пол поставь, — хмыкнул он. — И ты явно от кого-то другого бегала, наши бы тебя в момент поймали.

Он довольно ухмыльнулся, явно уверенный в правдивости своих слов.

Доказывать ему что-то, рассказывая о мужчине в синем плаще, смысла не было.

— Сомневаюсь, что за мной в один день решила погоняться половина рынка, — усмехнулась я ему в тон, а затем посмотрела под ноги. — Так же, как и сомневаюсь, что по этому полу ходить безопасно, не то, что ставить мои бесценные травы.

К грязным стенам по такой логике прислоняться тоже не стоило, но громила этой нестыковки не увидел, а потому махнул на меня рукой, когда я опёрлась на стену и прикрыла глаза.

Я следила за ними из-под полуопущенных век и всё сильнее нервничала.

Я не знала, как скоро приведут этого Шеста, а потому каждая секунда была счету.

Но как назло эти двое стояли, не сводя с меня глаз.

Нас разделяла лишь пара метров, а потому я жутко боялась, что меня схватят уже через две секунды.

Время шло, а я всё не решалась.

Мне ведь ещё нужно повернуть за угол, а потом снова нащупать выход в полной темноте.

Паника нарастала и с каждой секундой она всё громче кричала, что мой план не сработает.

Как вдруг мне улыбнулась удача.

Или же это была лишь её насмешка.

Это всё я узнаю позже.

А пока где-то в глубине помещения, за спинами громил раздался шум.

В первый момент я испугалась, что это прибыл Шест, но мужчины удивлённо оглянулись, пытаясь понять, что случилось.

— Иди проверь, — кивнул второму помощнику главный громила.

Тот ушёл, но вскоре шум повторился, дополнившись грохотом.

Так, ну, если я не воспользуюсь этим шансом, то…

Закончить собственную мысль я не успела, поскольку рванула назад, спеша к выходу.

— Эй, ты! — воскликнул громила. — Лучше вернись на место сама!

Слушать этого верзилу и его бесценные советы я, конечно, не стала и продолжила бежать.

Спустя мгновение позади послышались его громкие и быстрые шаги.

Они отдавались в ушах, почти заглушая бешеный стук моего сердца.

Завернув за угол и встретившись с темнотой, мне внезапно показалось, что тут кто-то был.

Но у меня не было времени с этим разбираться.

Если этот кто-то не собирался мне мешать, то он меня не интересовал.

Я спешно начала искать в стене нужную точку.

В прошлый раз я так и не сумела понять, какая оказалась верной, а потому просто касалась наугад.

— Вот же мелкая гадина! — закричал громила.

Судя по звуку, он был совсем недалеко.

А следом раздался такой жуткий грохот, словно свалился огромный тяжёлый шкаф.

— Ты что наделала, подлюка! — зло заорал он, а затем застонал.

Если кто-то что-то и сделал, то точно не я, но тратить время и сообщать ему об этом я не собиралась.

Я наконец-то нашла нужную точку и, крепко сжимая в руках свои покупки, выбежала обратно на рынок.

Здесь уже стало потемнее и вот-вот должны были зажечься фонари.

Я спешно оглянулась, пытаясь понять, куда бежать, как внезапно слева, метрах в десяти, увидела двух мужчин.

Я видела их впервые, но чем-то они жутко были похожи на тех громил, от которых я только что сбежала.

А когда они внезапно нашли меня глазами и один из них показал на меня пальцем, я поняла, что сходство мне не почудилось.

Я тут же рванула направо, пытаясь затеряться в толпе.

Я постоянно в кого-то врезалась и извинялась.

Постоянно оглядываясь, я понимала, что меня продолжают преследовать.

Я испуганно смотрела по сторонам, петляя между рядами, пытаясь понять, где же мне укрыться, но ничего подходящего не находилось.

И тут, когда я вышла из одного из рядов и уже спешила к другому вдоль каменной стены, на мою руку неожиданно легла чья-то большая и крепкая ладонь.

Меня резко потянуло в сторону стены.

Я резко попыталась отбиться мешком.

Он порвался и осыпал меня и моего похитителя порошком из лунных сверчков.

Я, продолжая прижимать к себе остатки ткани, стала чихать, потому что у меня невозможно зачесалось в носу.

Но моему похитителю, кажется, было плевать на этот порошок и моих мучений он не разделял.

Пока я приходила в себя он всё же резко затолкнул меня в какую-то нишу.

А мне было даже дышать тяжело, не то, что отбиваться.

Моё дыхание завибрировало и я готовилась вновь чихнуть, как вторая ладонь похитителя легла на мой рот.

— Держись, иначе нас поймают.

Он внимательно посмотрел на меня, и я его узнала.

Это был тот самый мужчина из лавки Гастера.

Тот самый, что гнался за мной ещё до этих громил.

Но если он сейчас прятал меня от них, значит, что он не с ними?

Тогда кто он вообще и что ему от меня нужно?

Глава тридцать пятая

Пусть его рука и лежала на моём рте, но это не спасало.

Я зажала одной рукой нос, и из глаз тут же потекли слёзы.

Весь мой организм требовал, чтобы я чихнула.

Казалось, всё во мне сконцентрировалось только на этом.

Поблизости послышались шаги, и я напряглась ещё сильнее, задерживая дыхание.

— Куда она делась? — донёсся до меня знакомый голос.

То, что речь шла обо мне, даже сомневаться не стоило.

— Если мы её не найдём, хозяин… — услышала я совсем близко голос неизвестного мужчины и вся буквально вжалась в стену за своей спиной.

— И без тебя знаю! — рявкнул уже знакомый громила, с которым я разговаривала в том разрушенным храме.

От страха я даже совсем забыла, что хотела чихнуть.

Мужчина в синем плаще, державший меня, смотрел в сторону раздававшихся голосов, а я тем временем впилась в него взглядом, пытаясь сконцентрироваться на его внешности.

Это была лишь иллюзия, я знала, но всё же продолжала смотреть, словно надеясь, что магия вот-вот растает и я узнаю, кто же он.

Наверное, это просто были последствия стресса, но что-то в его поведении казалось мне знакомым.

— Если бы только не позвали Шеста… — вновь прозвучал голос собеседника того огромного бойца, прямо за стеной.

Я вздрогнула всем телом, и мужчина неожиданно прижался ко мне ближе, то ли пряча, то ли успокаивая.

Но это возымело неожиданный эффект.

На его одежде тоже оставался порошок из лунных сверчков и стоило мне вновь его вдохнуть, как безумное желание чихнуть, которое только стало ослабевать, вернулось.

Я снова набрала побольше воздуха, перестав дышать.

Мужчина тут же хмуро на меня посмотрел и поднёс свой рукав к моему лицу.

Я в полном недоумении на него взглянула, совершенно не понимая, чего он хочет и одновременно с этим ощущая, как мне просто уже становится плохо от сдерживания.

— Заткнись уже, — тем временем рыкнул громила. — Лучше ищи, куда делась девчонка.

— Что если она скрылась магией?

— Совсем идиот? Здесь нельзя использовать магию, — его голос начал отдаляться.

А я больше не могла терпеть, и мужчина это понял.

— Кусай, — строго, но тихо сказал он, показывая на свою руку.

Я взглянула на него, как на ненормального.

Не буду я ничего…

— Апчхи! — даже не успев додумать свои возмущения, не удержалась я.

Внутри на мгновение наступило такое спокойствие и умиротворение.

Я даже довольно улыбнулась, прикрывая глаза, пока мужчина резко не потянул меня за руку, и мне не пришлось их открыть просто чтобы не убиться.

Сначала я ничего не поняла, но стоило мне услышать тяжёлые шаги за спиной и крики, как я всё осознала.

Святая богиня, ну что за невезение то.

— Стой, иначе будет хуже! — донеслись до меня слова главного громилы.

Оглянувшись, я увидела, что вторым был тот, что в храме тихо стоял за его спиной.

А ещё я поняла, что, благодаря своему росту, они догоняют нас и слишком быстро.

Мужчина, что тянул меня за руку, тоже обернулся.

— Демоны! — прошипел он и внезапно остановился.

Он посмотрел по сторонам и резко рванул налево.

Там был сплошной деревянный забор, я сюда даже никогда не доходила, а потому видела его впервые.

Я совершенно не представляла, чего мне ожидать, но неожиданно в этом заборе оказалась дверь, хотя, пока мужчина её не открыл, я даже не видела, что она здесь есть.

Мы вбежали внутрь.

Пока мы были на рынке, то казалось, что за забором находится яблоневый сад, но стоило двери за нами закрыться, как я поняла, что мы на каком-то складе.

Здесь были огромные потолки и всё пространство было забито высокими стеллажами, упирающимися в эти потолки.

Все стеллажи были заставлены тысячами коробок самого разного размера, а между самих стеллажей было довольно узкое пространство.

Воздух был полон пыли, а потому я тут же закашлялась, почувствовав раздражение в горле.

Мужчина остановился и отпустил мою руку.

— Наконец-то оторвались, сюда им прохода…

Он не успел договорить, как дверь открылась и в помещение вошли те самые двое огромных мужчин.

Я ещё сильнее закашлялась, а главный громила довольно ухмыльнулся.

— Ну вот мы снова и встретились, Уголёк. Побегала и хватит.

Он шагнул было ко мне, но мужчина в синем плаще вышел вперёд, загораживая меня.

— Если хотите остаться целыми и невредимыми, то советую дать нам спокойно уйти и навсегда забыть про эту девушку, — заявил он.

Я недоуменно на него посмотрела.

Кто он такой?

Почему меня защищает?

Да и, честно говоря, была ещё одна причина моего недоумения.

Мужчина в плаще был раза в два меньше этих самых громил.

Да, они все были под иллюзией, но фигуру она практически не маскирует, поэтому я знала, что он не может быть на самом деле таким же огромным и мускулистым.

И, похоже, парочка громил считала так же, поскольку они лишь рассмеялись.

Громко и искренне.

Я думала, что мой неожиданный защитник испугается и растеряется, но нет, вместо этого он лишь внезапно сбросил свой плащ и отдал мне.

Громилы резко перестали смеяться и посмотрели на мужчину.

— В принципе, я не против размяться, — сказал главный из них. — Вот только боюсь, всё закончится слишком быстро.

— Ну ты уж постарайся продержаться подольше, — усмехнулся в ответ мужчина.

Я шокировано на него посмотрела.

Он что ненормальный?

Или может не знает, что ограничения на магию продолжают действовать и тут?

Правда за исключением магии стихий.

Неужели он тоже стихийник?

Или…

Но я вынуждена была прервать свои рассуждения, потому что началось того, чего я боялась — бой.

Глава тридцать шестая

Я уже экстренно искала взглядом, чем буду помогать мужчине отбиваться, как поняла, что ему моя помощь совершенно не требуется.

Один из громил похрустел шеей и двинулся на мужчину.

Он занёс кулак, чтобы ударить его по лицу, но мужчина резко отклонился, схватил громилу за вытянутую руку, вывернул её назад, заставив оппонента вскрикнуть от боли, а затем просто оттолкнул ногой в спину к ближайшему стеллажу.

Громила под своим большим весом заставил стеллаж покачнуться и упасть.

А сам же, похоже, ударился головой и отключился, безвольно повиснув на полке стеллажа.

Коробки попадали, но не открылись, поскольку все были перетянуты верёвками.

Но, судя по звукам, ничего хрупкого там не было точно.

Пока я наблюдала за всем этим, мой спаситель стал драться со вторым громилой.

Я пропустила начало, но когда посмотрела, мужчина уже уложил громилу на землю, поставив ногу ему на спину.

Он вытащил ремень из пояса громилы и туго связал им его руки за спиной.

— Ты за это поплатишься, — сплевывая кровь, пообещал главный из громил.

Мужчина наступил на него ногой, заставив застонать, и просто переступил.

Он наклонился к его лицу, и я ожидала, что он что-то ему скажет, но он просто ударил его ладонью по шее, и тот, кажется, тоже потерял сознание.

Во всяком случае его тело обмякло, глаза закрылись и он ударился щекой о грязный пол.

Я всё это время стояла и пораженно смотрела на происходящее.

Даже если этот мужчина и был стихийником, магия ему не понадобилась.

Это было, мягко говоря, впечатляюще и я теперь не могла свести с мужчины взгляд, ещё сильнее желая узнать, кто же он не самом деле.

Пока я смотрела, он проверял карманы громил.

И, похоже, что-то нашёл у одного из них, забрав себе.

Если бы он забрал деньги, это был бы грабёж, не смотря ни на что, поэтому я была рада, что его находка не была похожа на мешочек монет.

— Надо скорее уходить отсюда, — сказал мужчина, поднимаясь и направляясь ко мне.

Я кивнула и проверила свой мешок с покупками.

Травы помялись, порошок из лунных сверчков был безнадежно утерян, но это всё было мелочью.

Главное, что я была жива и в порядке.

Хотя, наверное, пока не окажусь в академии, утверждать это однозначно было бы ошибочно.

К тому же этот мужчина…

Пусть он и защитил меня сейчас, но явно не просто по доброте душевной.

Он преследовал какие-то свои цели, и я совсем не была уверена, что они мне понравятся.

И, если быть совсем честной, я всё ещё рассматривала вариант, что всё это ловушка и лишь попытка меня запутать, а на самом деле он заодно с этими громилами.

Но пока у меня не было иного выбора, кроме как идти с ним.

Он быстро связал второму громиле руки верёвкой, которую взял с одной из огромных коробок, стоящих в углу на полу.

Верёвка оказалась магической, стоило мужчине завязать её в узел, как она засветилась, сильнее оплетая руки пленника.

Интересно, как мужчине в таком случае удалось снять её с коробки?

Она не должна была поддаться чужаку.

Может быть у него есть с собой какой-то артефакт?

Пока я размышляла, задумчиво смотря на оставшуюся без верёвки коробку, мужчина встал рядом со мной и показал рукой путь.

Он пошёл вперёд, а я за ним, последний раз взглянув на коробку.

Наверное, дело было в моём жутком нервном напряжении или в тусклом освещении, но мне показалось, словно коробка слегка шевельнулась.

Я зажмурилась и помотала головой.

Открыв глаза, я увидела, что коробка совершенно спокойно продолжает стоять на полу.

Да что со мной такое?

Я нахмурилась и резко развернулась, последовав за мужчиной.

Склад оказался просто огромным.

Мы шли по этому ужасно запылённому помещению и мне постоянно приходилось закрывать нос и рот тканью рукава.

Я всё время смотрела вокруг на эти коробки и раздумывала, что это вообще за место такое.

И мне было до жути интересно, что же такого находится в этих коробках.

Но всё же сейчас было не до того.

Мы постоянно петляли между стеллажей, которые оказались настоящим лабиринтом.

Я всё время беспокоилась, что мы могли потеряться, но мужчина шёл вперёд так уверенно и быстро, что это немного успокаивало.

Вот только, чем дальше мы шли, тем больше я ощущала холод вокруг нас.

— Мы точно правильно идём? — всё же спросила я через пару минут, когда холод стал настолько сильным, что мне пришлось обнять себя руками за плечи.

— Да, — скупо ответил мужчина.

— Но почему тут так холодно?

— Холодно? — удивился мужчина и резко остановился.

Он обернулся и посмотрел на меня.

Явно хотел что-то сказать, но затем посмотрел поверх моей головы и промолчал.

Его лицо напряглось, и мне мгновенно стало страшно.

Я хотела обернуться, но мужчина схватил меня за руку и побежал вперёд, потащив за собой.

— Что происходит? — испуганно спросила я и всё же оглянулась назад.

Я тут же замерла, как вкопанная.

Позади нас, словно высокая морская волна, разливалась тёмная магия.

То тут, то там были видны полностью чёрные руки, которые показывались из этого клубка магии и словно тащили его за собой вперёд.

Их были десятки, если не сотни, и, казалось, что они что-то ищут.

Или кого-то.

Мужчина резко дёрнул меня за руку, заставляя опомниться.

— Бежим! — крикнул он.

От неожиданности я споткнулась о собственные ноги, и мужчина чудом успел меня подхватить.

Мы побежали вперёд, но буквально спустя метр я поняла, что, похоже, подвернула ногу, когда падала.

— Ай! — воскликнула я, рухнув на пол.

Мужчина остановился и наклонился ко мне, обеспокоенно смотря на тёмную магию.

— Что случилось?

— Нога… — простонала я.

— Ты — сплошная проблема, — прорычал мужчина, подхватывая меня на руки.

Я мгновенно вцепилась ему в плечи, пытаясь не упасть.

Он побежал со мной на руках, будто я ничего не весила.

Вместе со страхом смешалось чувство вины перед этим совершенно незнакомым мне мужчиной.

Он бежал, а я против здравой логики смотрела назад на эти чёрные руки, всё ближе подбирающиеся к нам.

— Они совсем близко, — дрожащим голосом сказала я.

Черты лица мужчины ожесточились и он стал бежать ещё быстрее.

Казалось, он с каждой секундой лишь набирал скорость, но вскоре его руки, державшие меня, резко исчезли, и я полетела вниз.

Я почувствовала, как голову прострелила боль, мои глаза закрылись, а после сознание поглотила тьма.

Глава тридцать седьмая

Сознание возвращалось постепенно и очень болезненно.

— Пей, — кто-то поднёс к моим губам прохладный стеклянный стакан и я ощутила во рту что-то мерзко приторное.

Я попыталась выплюнуть эту гадость, но незнакомец крепко зажал мне рот рукой, а спустя мгновение моё сознание вновь улетело.

Так повторялось ещё несколько раз, пока я наконец-то полностью не пришла в себя.

Я открыла глаза и растерянно уставилась в светло-голубой потолок.

Я посмотрела на серо-голубые стены, а затем на зашторенное окно.

Я лежала на широкой кровати в большой комнате, вот только я понятия не имела, что это за комната.

Это точно была не академия.

Но где ещё я могла быть?

Я нахмурилась, задумавшись, и меня словно ударили воспоминания.

Чёрный рынок, покупка трав, погоня, незнакомец в синем плаще, который неожиданно из преследователя превратился в спасителя.

А затем какие-то чёрные руки, что пытались нам схватить.

И после я упала.

Я вспомнила удар, кажется, я влетела головой в один из стеллажей.

Я потрогала затылок и нащупала на нём какую-то ткань, она была обернута вокруг головы.

В углу комнаты стояло зеркало в полный рост.

Я подскочила к нему и собралась было уже размотать бинты на своей голове, как услышала звонкий шум за дверью.

Было похоже на стук посуды.

Я вся напряглась.

Значит в этом месте я была не одна.

Хотя глупо было рассчитывать на другое.

А что если там те самые громилы?

Нет-нет-нет, я не могла тут оставаться.

Я рванула было к окну, как поняла, что мои ноги босы.

И более того — я была одета в какую-то закрытую однотонную сорочку до колена с коротким рукавом.

Святая богиня, это значит, что меня кто-то переодевал?

Неужели один из тех громил?

Нет, я даже думать об этом не могла.

Ужас заполнял меня всю от одной мысли, что меня могли касаться или…

Нет, сейчас было не время впадать в истерику, мне нужно бежать отсюда, а подумать о том, что могло происходить, пока я была без сознания, лучше было бы в безопасном месте.

Я подошла к окну и открыла шторы.

Был яркий солнечный день, а значит, как минимум, это уже была суббота.

Во всяком случае я надеялась, что провалялась без сознания не очень долго, ведь даже отсутствие лишь сутки уже сулило мне огромные проблемы в академии.

Точнее проблемы в самой академии меня не волновали, я боялась лишь, что вот информация о том, что я не ночевала там дойдёт до Парэла, а после до Зейна.

Да, Зейн даже не вспоминал обо мне всё это время, но я бы предпочла, чтобы так продолжалось и дальше.

Хотя, наверное, о таком стоило беспокоиться, когда я вернусь в академию живой и невредимой, пока же у меня уверенности в этом не было совсем.

Я ещё раз посмотрела в окно — это был один из центральных жилых районов города.

Здесь не было более привычных частных домов, а были только квартиры и, видимо, сейчас я находилась в одной из них.

Обычно такие здания были двух или трехэтажными и, кажется, эта квартира располагалась на третьем этаже.

И как мне бежать?

В лучшем случае я просто переломаю себе ноги, однако меня подобная перспектива не устраивала абсолютно.

В любом случае для начала стоило одеться.

Вдруг у меня выйдет сбежать через дверь, не рискуя разбиться.

Я огляделась в поисках какой-либо одежды, но ничего не было.

Однако я не собиралась так легко сдаваться, а потому обратила своё внимание на мебель.

Здесь был широкий платяной шкаф и высокий комод.

Я осторожно для начала подошла к шкафу, к счастью, ничего не заскрипело и я приступила к поискам.

Тут определенно не было женской одежды, поэтому выбор был невелик и я просто взяла первые попавшиеся брюки и камзол.

Хозяин одежды был явно сильно выше меня, но, судя по размеру, это точно не был ни один из громил.

Разве что тот мужчина в синем плаще…

Хоть он вроде как меня и спас, но всё же для начала он меня преследовал, а после и вовсе бросил на пол.

Последнее, конечно, вполне могло быть случайностью, но я не горела желанием проверять.

Я оделась, заправив сорочку в брюки и застегнула камзол.

Смотрелось всё это на мне очень странно, особенно из-за явно широких плеч хозяина одежды, камзол на мне просто висел, брюки хотя бы можно было подвернуть.

Хотя в любом случае на улице меня примут за ненормальную, так какая разница?

Главное было на эту улицу попасть, а затем и в академию, которая, кстати, была отсюда не очень далеко.

Обуви в шкафу не оказалось, а возле кровати стояли милые розовые тапочки.

Может быть эта забота должна была меня успокоить, но я лишь сильнее напряглась.

Если всё же сюда меня притащили не громилы, а тот незнакомец в синем плаще, то он же навряд ли сделал это по доброте душевной.

Раньше я верила в подобное, но когда мама резко заболела, а от нас отвернулись даже те, кого мы считали семьёй, я поняла, что доброта может быть только подкреплённая монетой или какой-то другой выгодой.

Это сильно ударило по девочке Лили, которую всегда учили в первую очередь тому, что добро всегда безвозмездно.

И что даже поступив хорошо по отношению к человеку, не стоило ждать от него того же.

Но при этом мне повторяли, что добро всегда возвращается, просто может уже от другого человека.

И я верила, наивно верила в детстве в это всё.

Только потом я уже поняла, что, вероятно, мне это упорно убивали из-за моей магии.

Огонь страшная стихия.

Им сложно управлять, а ещё сложнее оставаться спокойным и человечным.

Стихийная магия всегда воздействует на характер человека, однако огонь оказывает самое сильное влияние.

И когда я осталась одна, без денег и с больной мамой на руках, именно он меня спас.

Он не дал мне опустить руки.

Именно мой огонь поселил во мне злость и дарил мне хоть какую-то уверенность в своих силах.

Сейчас, когда его не было, осталась только злость.

Я уже не была мягкой и доброй, я стала жёстче и злее.

Я стала циничнее.

Ко всему миру, кроме мамы.

Когда она была рядом, мне казалось, что я прежняя ещё существую и у доброй Лили ещё есть шанс вернуться.

Однако, чем дольше я не видела маму и чем сильнее скучала, тем больше понимала, что для той Лили уже не осталось места.

В академии нет ни единого человека, от которого я бы могла ждать помощи.

На этой мысли правда сразу вспомнился Оливер, но я была уверена, что и у него была какая-то выгода.

Он сделал вид, что меня не узнал, а потом решил помочь?

Какой идиоткой нужно быть, чтобы поверить в искренность его намерений?

Явно такой, какой я уже не являлась.

Я резко замотала головой, отгоняя все эти мысли.

Я неизвестно где с травмой на голове и рассуждаю о добре и зле вместо того, чтобы искать выход?

Я очень надеялась, что это это временные последствия удара затылком и не утратила способность мыслить здраво.

Я подошла и примерила тапочки.

Мой размер, но они плохой вариант.

Если буду бежать, а шансы этого высоки, то просто грохнусь прямо в них.

Возможно в комоде я бы смогла найти носки, а лучше несколько пар.

Я направилась к комоду и тут же услышала шаги.

Я замерла и прислушалась — кто-то явно шёл сюда или в комнату рядом.

Но рисковать и проверять я не хотела.

Мой главный вариант это как-то обезвредить этого человека и сбежать.

Я напряжённо оглянулась в поисках чего-нибудь, что можно было использовать, как оружие, но ничего не нашла.

Комната была на удивление пустой.

Даже ни единой статуэтки на полках.

Единственным, что хоть как-то могла использовать, был стул, который как раз стоял у двери.

Больше вариантов не было и я резко схватила его в руки, а затем встала сбоку от двери.

Как только мой то ли спаситель, то ли похититель войдёт, мне нужно будет ударить его им.

Я подняла стул и едва сама назад не упала.

Всё же он был жутко тяжёлым.

Надеюсь, я не сильно травмирую человека таким ударом…

Может быть всё же мне хотели помочь?

Однако эта мысль была короткой, у меня был лишь один шанс и проверять намерения я не собиралась.

Поэтому, немного оперевшись на стену, чтобы было не так тяжело, я держала стул уже трясущимися от его веса руками и ждала.

Кажется, я не ошиблась, шаги были совсем близко

Одна секунда, вторая, и дверь тихо начала открываться.

Я вцепилась в стул ещё крепче, готовясь опустить ему на голову незваного гостя.

Внезапно стул в моих руках стал совсем лёгким, а мой взгляд упёрся в знакомые карие глаза.

Я инстинктивно шагнула назад, отпуская стул, и тут же мне на талию легла широкая горячая ладонь, которая ощущалась даже через камзол.

Оливер опустил стул, который забрал из моих рук, и насмешливо посмотрел мне в глаза.

— И что ты собиралась с этим делать?

Глава тридцать восьмая

— Что ты здесь делаешь? — ошеломлённо прошептала я, вырываясь.

Я отошла от него и посмотрела с опаской.

Я не представляла, что он задумал и что мне делать.

— Я здесь живу, — хмыкнул он, безразлично пожав плечами. — В основном по выходным или когда надоедает спать в академии.

Я прикрыла на мгновение глаза, понимая, что он специально притворился, что не понял мой вопрос, и пытаясь сдержать раздражение.

Пусть я уже и не была огненным магов, но эмоции у меня по-прежнему были очень яркими.

— Спрошу точнее: почему мы здесь вместе?

Оливер внимательно посмотрел мне в глаза и я ответила ему тем же, сложив на груди руки и вскинув бровь.

— Неужели никаких предложений?

Я нахмурилась.

Мог ли Оливер быть тем мужчиной в синем плаще, который меня спас?

Я не была уверена.

И не только потому что мне не верилось в такое совпадение, но и потому что я помнила, что было перед тем, как я потеряла сознание.

Мой спаситель не мог совсем не пострадать.

Я помнила те чёрные руки, преследовавшие нас, к тому же навряд ли я оказалась на полу, потому что мужчина просто напросто устал меня нести.

Поэтому стоило построить из себя дурочку, в конце концов я головой ударилась, мало ли что могло случиться.

— Я не помню, что случилось, поэтому и предположений у меня никаких, — заявила я.

— Не помнишь? — спросил он, прищурившись.

— Именно так.

— Совсем ничего?

— Почему же, — хмыкнула я. — Помню, как в день, когда я должна была впервые посетить королевский бал, ты подарил мне цветы, покрытые зельем чесотки.

В напряжённом взгляде Оливера проскользнули искры веселья.

Вот же ж.

До сих пор не чувствовал раскаяния.

А я ведь тогда жутко опозорилась и всё пропустила.

— А как головой ударилась не помнишь?

— Это ты про тот случай, когда ты впервые в дракона обернулся и меня хвостом по голове ударил?

Оливер прикрыл глаза рукой и тяжело вздохнул.

— Издеваешься?

— Ещё даже не начинала.

Он опустил руку и снова посмотрел на меня, оперевшись на закрытую дверь.

— Как ты себя чувствуешь? Голова болит? — обеспокоенно спросил он.

— Болит, — призналась я. — Так что может быть перестанешь юлить? Скажи уже, что со мной случилось.

Оливер задумчиво посмотрел в мои глаза, а затем резко развернулся и вышел из комнаты.

— Есть хочешь? — донёсся до меня его вопрос.

Желудок сразу многозначительно отозвался и я приложила к нему руку, в бесполезной попытке хоть как-то заглушить этот звук.

Пусть я и хотела узнать правду, да и к тому же не до конца доверяла Оливеру, однако я всё равно чувствовала себя рядом с ним в безопасности, а потому голод вышел на первый план.

Я прошла вслед за Оливером и оказалась в длинном коридоре.

Он повернул налево, и я поспешила за ним.

Стоило мне оказаться на просторной кухне с большим обеденным столом, как Оливер обернулся и окинул меня внимательным взглядом с ног до головы.

— Тапочки возле кровати, не ходи босиком, твой организм и так сейчас ослаблен.

Я приподнялась на носках, пытаясь за ним разглядеть, что за еда стояла на столе за его спиной, но это было бесполезно.

Поэтому я лишь вздохнула и отправилась обратно за тапочками.

— И в нижнем ящике комода справа лежит свёрток с платьем. Переоденься, так тебе будет удобнее.

Я озадаченно на него посмотрела, на что Оливер лишь кивнул мне головой на выход.

Вот и какие цели он преследует?

Почему ведёт себя так?

Если он всё же помнил меня и действительно считал подругой детства, о которой ему по старой привычке хотелось позаботиться, то где он был все эти годы?

Почему ни разу не написал и строчки, пока был в своей военной академии?

Ведь даже письма с сожалениями по поводу смерти отца я от него не получила.

Я обула теплые и мягкие тапочки и направилась обратно на кухню.

На платье я даже не посмотрела, мне не хотелось быть перед ним в ещё большем долгу.

Да и, честно говоря, я просто постеснялась.

В голове билась мысль, что это именно голос Оливера говорил мне пить, пока я никак не могла прийти в сознание.

И тогда была возможность, что именно он меня переодевал.

Я никогда не была какой-то неженкой, но подобное было для меня за гранью.

И казалось, что этот огромный камзол хоть как-то защищает во мне ту ранимость, которую вызывали мои подозрения.

Я вернулась на кухню и села за пустой стол, пока Оливер что-то нарезал, стоя ко мне спиной.

Смотря на него, я поняла, что на мне определённо был именно его камзол.

Я просто раньше почему-то не замечала, какие широкие у него стали плечи.

Поправ правила этикета, я поставила локоть на стол и упёрлась щекой в ладонь.

С момента нашей встречи в академии у меня не было особо времени, да и просто шанса, рассмотреть, как изменился Оливер.

Помню, я лишь отметила, что он повзрослел, не акцентируя ни на чём прицельно своё внимание.

Сейчас же я могла разглядеть не только его подросшие волосы и широкую спину, но и сильные руки, которые открылись мне, стоило Оливеру закатать рукава своей рубашки.

Дальше взгляд сам собой зацепился за его длинные ноги и я вновь задумалась о том, насколько сильно он стал выше за эти годы.

Раньше мы были практически одного роста, сейчас же он был выше меня больше, чем на голову.

Поскольку я не была слепой, то и на то, что было между длинными ногами и широкой спиной я тоже обратила внимание.

В тёмно-серых брюках отчётливо была видна крепкая…

— Тебе ещё не надоело? — насмешливо спросил Оливер.

Я тут же резко выпрямилась и подняла взгляд выше, но он стоял ко мне полубоком и совсем на меня не смотрел.

— О чём ты? — хмуро спросила я в ответ.

— О том, что ты скоро дыру во мне протрешь.

— Единственное, что я скоро сделаю, так это умру от голода, потому что ты жутко долго готовишь, — фыркнула я.

— Просто признай, что я тебе нравлюсь, вот и всё, — обернувшись, самодовольно заявил он, глядя мне в глаза.

Глава тридцать девятая

— Просто признай, что у тебя настолько большое самомнение, что даже в этой квартире не уместится.

— Хочешь сказать, что не нравлюсь? — вскинул он бровь, беря тарелки и направляясь к столу.

— Хочу сказать, что я есть хочу, а не пополнять ряды твоих поклонниц, — хмыкнула я.

Оливер поставил тарелки на стол и резко наклонился ко мне, взяв за подбородок и заставив поднять на него взгляд.

Он был совсем близко и я не смогла не вспомнить, что когда-то мечтала о подобном моменте между нами.

— Для тебя я выделю особое место, — искушающим тоном пообещал он, не сводя взгляда с моих глаз.

Ну и этими словами он бездарно убил всё волшебство момента.

Не знаю, на что он там рассчитывал, но у него явно не вышло.

— И это на эту дребедень все покупаются? — усмехнулась я, убирая его руку с моего подбородка. — Ну правда, это же себя не уважать надо, чтобы на такой нелепый флирт повестись.

— Прежде никто не жаловался, — заявил Оливер, садясь напротив и безразлично пожимая плечами.

— Тебе просто везло на добросердечных женщин, решивших не бить по твоему хрупкому эго, — положив руку на сердце, сказала я.

Думала, что Оливер взбесится, но он лишь посмеялся.

— Но ты не намерена его жалеть, — заключил он.

— Жалеть? — удивилась я. — Тебя и так всю жизнь оберегали, как драгоценность. Хоть кто-то же должен сказать тебе правду.

— А тебя хочешь сказать в семье не ценили? — усмехнулся он. — Твой отец всегда с тебя пылинки сдувал. Сколько раз мне прилетало из-за тебя.

Я даже подавилась воздухом от нахлынувшего возмущения.

— Тебе прилетало, потому что ты вечно надо мной издевался! Так что нечего говорить так, словно тебя бедного ни за что обидели.

— Ты просто шуток не понимала никогда, — заявил этот нахал, смотря на меня.

— Шутки у тебя просто дурацкие, их ни один нормальный человек понять был не способен, — фыркнула я, тоже посмотрев на него.

Мы прожигали друг друга взглядами, и никто не хотел сдаваться.

Я уже смотреть устала, мечтая моргнуть, а мы никак не переставали.

И тут внезапно мне на лицо легла салфетка.

Я тут же её отбросила и посмотрела на Оливера.

— Ты что применил магию, чтобы победить? — возмутилась я.

— Я просто случайно пальцем дёрнул.

— Ну, конечно.

— Если не веришь, можешь вызвать стражу и на меня пожаловаться, — усмехнулся он, откидываясь на стуле.

— А в таком случае ты расскажешь, как я здесь оказалась? — спросила я, вскинув бровь.

Оливер криво улыбнулся и наклонился над столом, смотря на меня.

— Если только ты им расскажешь, как оказалась на чёрном рынке магов и почему продавала там драгоценные камни.

— Значит это всё же был ты, — прищурившись, заявила я.

— Значит ты всё же всё помнишь, — довольно улыбнулся Оливер, а я поджала губы, чувствуя себя идиоткой из-за того, как легко попалась.

Я не стала ничего говорить, взяв в руку вилку и переведя взгляд на тарелку.

— Это что? — с подозрением спросила я.

Я взглянула на тарелку Оливера и у него там было то же самое.

Тарелка была плоской и что-то лежало на ней словно горкой, а сверху Оливер всё это прикрыл парой слоёв сырой морковки, нарезанной тонкими кругами.

— Это украшение, — заявил Оливер. — Ешь давай.

Сам же он тоже взял в руки вилку и съел сначала пару морковных кружочков, а затем, добравшись до самого блюда, попробовал и его.

Это было что-то коричневое с зеленоватыми вкраплениями.

Надеюсь, зелёной была не плесень.

Оливер попробовал еду, нахмурился и, по-моему, проглотил, так и не прожевав.

Он отложил вилку и посмотрел на меня.

— Чего не ешь? Ты же с голода умирала.

— А ты чего не ешь?

— Я и не хотел, — дёрнул он плечом. — Просто за компанию с тобой собирался, но раз ты не ешь, то и мне смысла нет.

Я посмотрела на него с прищуром и, откопав коричнево-зелёное нечто, всё же решилась его попробовать.

Спустя секунду мне понадобилась та самая салфетка, которую Оливер запустил мне в лицо.

Я совершенно неприлично выплюнула эту дрянь.

— Что это такое? Ты меня что отравить вздумал? — я тут же принялась есть морковку, чтобы хоть как-то перебить этот жуткий вкус во рту.

— Я же это тоже ел, — напомнил он.

— Меня это совсем не утешает, знаешь ли, — я вновь посмотрела на тарелку с этим непонятным ужасом и печально вздохнула, из-за морковки став словно ещё сильнее ощущать голод. — Так что, у тебя нормальной еды нет что ли?

— Из готовых блюд это единственное, что я нашёл.

— Лучше бы и не находил, — скривилась я, поднимаясь.

Я подошла к шкафам.

— Можно? — спросила я, взглянув на Оливера.

Он махнул рукой, давая мне разрешение.

Кухонные шкафы были просто забиты едой, и я недовольно взглянула на Оливера.

— Здесь же полно еды.

— Продуктов, а не еды, — заметил Оливер. — Не для того я тебя спасал, чтобы затем отравить собственными руками.

Мне сразу же захотелось пошутить насчёт того, что он всё равно едва меня не отравил, но почему-то я не стала.

Всё же Оливер говорил правду — он меня спас.

И пусть я пока не готова была сказать ему спасибо вслух из-за того, что была не уверена в его мотивах, да и просто из-за моего немного противного характера, но всё же внутри я чувствовала к нему большую благодарность.

Я не стала ничего ему отвечать, а лишь достала необходимые продукты, из которых можно было приготовить быструю и сытную еду.

— Иди помогай, — позвала я Оливера.

Он встал, подошёл ко мне и недоумённо посмотрел на стол.

— Ты что готовить собралась? — удивился он.

— Конечно, не для того я выжила после нападения той непонятной твари, чтобы теперь умереть от банального голода, — хмыкнула я.

— Помнится, ты даже чай заваривать раньше не умела, — нахмурился Оливер.

Я коротко на него посмотрела и улыбнулась, вспоминая, как меня целых полгода безуспешно пытались научить проводить чайную церемонию.

— С тех пор произошло слишком многое, — сказала я тихо, промывая овощи.

— Расскажешь? — неожиданно спросил он, кажется, впервые посмотрев на меня серьёзно за сегодня.

Я мгновенно ощутила смущение и отвернулась, поджав губы.

Пока мы подшучивали друг над другом, скрывать свои эмоции было намного проще.

Даже от себя самой.

— Не раньше, чем я поем и ты расскажешь мне всё о том, что случилось на чёрном рынке, — заявила я, протягивая ему нож. — Договорились?

Оливер прищурился, внимательно на меня смотря, а затем взял нож из моих рук.

— Договорились, — кивнул он. — А теперь командуй.

Глава сороковая

Оливер оказался на удивление полезным помощником.

Спокойно выполнял все мои указания и уже вскоре мы и правда смогли поесть.

Я очень давно не готовила из хороших продуктов, поэтому особенно постаралась, чтобы их не испортить.

Оливер был прав — я всегда была просто ужасна в подобных вещах.

Но всё же за последнюю пару лет научилась неплохо готовить хотя бы с десяток блюд.

Оливер сидел напротив меня и всё не торопился приступать к еде.

Я лишь хмыкнула и первой принялась есть.

Он внимательно проследил за моей реакцией, как будто ожидал, что я скривлюсь или выплюну и эту еду.

— Ты серьёзно? — возмущённо спросила я. — Мы вместе готовили и ты всё равно думаешь, что я тебя отравить пытаюсь?

— Нет, но то, что это не отрава, совсем не значит, что это вкусно.

Я тяжело вздохнула и закатила глаза.

— Не хочешь — не ешь, — заявила я и попыталась подтянуть его тарелку к себе. — Сама справлюсь.

Оливер резко вцепился в тарелку пальцами, не давая мне её забрать.

— Лекарь сказал, что после того, как ты придёшь в себя, тебе не стоит перегружать организм, в том числе едой, — невозмутимо ответил он. — Так что ради твоего здоровья я тебе помогу.

Я смотрела на этого наглеца с таким ошеломлением, что даже слов не находилось.

А он тем временем принялся наконец-то есть.

Причём с такой скоростью, словно боялся, что я у него снова попробую отобрать тарелку.

Я же поставила руку на локоть и оперлась на неё щекой, а теперь умилённо наблюдала за столь самоотверженной жертвой во имя моего здоровья.

Оливер вскоре заметил мой взгляд и остановился, нахмурившись.

— Что ты задумала?

— Ничего.

— А почему тогда так на меня смотришь?

— Не каждый день ради меня знаешь ли идут на такие подвиги, — насмешливо хмыкнула я и продолжила есть.

— Ну не всё же тебя только от похищений и смерти спасать, — не остался в долгу Оливер, криво улыбнувшись.

Он отложил столовые приборы и откинулся на стуле, пристально смотря на меня.

— Ты доел? — хмуро спросила я, пытаясь скрыть смущение от его взгляда. — Тогда рассказывай, нечего время терять.

Он постучал пальцами по столу, о чём-то раздумывая.

Оливер не сводил с меня взгляда и совсем не спешил говорить.

Поначалу я попыталась отвлечься на еду, но вскоре мне словно что-то сжало горло и я больше не смогла проглотить и кусочка.

— И чего ты молчишь? — недовольно спросила я.

— Думаю, с чего бы мне начать.

— Начни с начала и не ошибёшься, — хмыкнула я.

Он изогнул губы в кривой насмешливой улыбке.

— Я родился в тёплый осенний день, когда луна была столь яркой, что освещала улицы сильнее фонарей, а ветер был…

Я громко и протяжно застонала уже на втором слове, скомкала лежавшую рядом салфетку и запустила ему в лоб.

К сожалению, он схватил её на подлёте, но хотя бы замолчал.

— Если ты собираешься продолжать строить из себя идиота, я сейчас просто встану и уйду.

— И куда же?

— В академию, куда же ещё.

— Уже придумала, что скажешь ректорессе?

— А что мне ей нужно говорить? — растерялась я.

— Ну ты же сбежала из академии, к тому же тебя не было там двое суток, серьёзно думаешь, ещё никто не знает о том, что ты пропала? — едко спросил он, вскинув бровь.

Я почувствовала, как резко побледнела.

Если ректоресса об этом в курсе, то и Зейн, должно быть, вскоре узнает.

Если этого ещё не произошло.

— Но ведь выходные же… — ухватилась я за последнюю соломинку.

— Думаешь, за адептами в академии следят только по будням? — хмыкнул он.

Я закрыла лицо руками и глубоко задышала, пытаясь успокоиться.

Если Зейн узнает, то что будет с мамой?

Я почувствовала, как меня захлёстывает паника, а руки начинают мелко дрожать.

Слёзы резко хлынули из глаз, а голова заболела над левой бровью и на переносице

— Пей, — строго сказал мне Оливер, убирая мои руки и поднялся к моим губам прохладный флакон.

Я даже не слышала, как он подошёл и посмотрела на него в полной растерянности.

— Пей, — хмуро повторил он. — Это последствия удара, лекарь предупреждал, что такое возможно.

Я совсем не понимала, о чём он говорил, сейчас мной полностью овладела тревога за маму и ни о чём ином я думать не могла.

Оливер с силой заставил меня раскрыть рот и тут же влил мне содержимое флакона.

Я даже вкуса не ощутила.

— Глотай, — приказал он и я, не задумываясь, выполнила его указание.

Эмоции словно стали угасать и вскоре боль исчезла, а мысли прояснились.

Тревога никуда не делась, но она перестала быть столь всепоглощающей.

Я открыла глаза и увидела Оливера, склонившегося надо мной и внимательно изучающего моё лицо.

Он смотрел так пристально, будто у меня на лице были ответы на самые важные для него вопросы.

— Так ты будешь рассказывать или нет? — хрипло спросила я, желая, чтобы он отодвинулся.

Оливер выпрямился и опёрся бедрами об стол, сложив руки на груди.

— Когда услышал, как тебя назвали «Уголёк», то сразу понял, кто скрывается под той личиной.

— И решил за мной проследить?

— Скорее понять, для чего тебе так срочно понадобились деньги, ещё и такая смешная сумма.

— И как результат? Нашёл ответ? — хмыкнула я, думая о том, что когда-то сама считала двадцать две монеты золотых смешной суммой, а теперь для меня это было практически целое состояние.

— Наоборот. Вместо ответов получил только целую гору вопросов, Лили.

Он поставил одну руку на стол и, опираясь на неё, вновь склонился ко мне.

Вот только сейчас его близость перешла границы всех приличий.

Я ощутила, как моей кожи коснулось его дыхание и тут же замерла.

Оливер оглядел моё лицо и поднял глаза, встречаясь с моими.

— Кто платит за твоё обучение в академии и кто купил тебе то платье, что ты продала?

Глава сорок первая

— Я сама? — предложила вариант.

Оливер прищурился.

— За последние дни я разузнал о том, что случилось в твоей жизни после смерти отца.

Теперь уже прищурилась я, стараясь скрыть стыд, резко возникший внутри.

Мне жутко не хотелось, чтобы Оливер знал о том, как я жила.

Только не он.

Иррационально и глупо, но я ничего не могла поделать с этим чувством.

— И зачем тогда просил рассказать, если уже обо всём в курсе? — вскинув бровь, спросила я.

— Не обо всём, знаю лишь некоторые моменты. В том числе то, что последние два года у вашей семьи были большие проблемы с деньгами, — он не двигался, но с каждым его словом мне казалось, что он становился всё ближе. — А тут внезапно ты поступаешь в академию, где обучение далеко не пару медных монет стоит, к тому же у тебя появляется дорогая новая одежда. Полагаю, то платье стоило не меньше шестисот золотых монет, но ты избавилась от него за двадцать две. Это всё очень странно. Вот поэтому мне и интересно, откуда у тебя внезапно появились деньги?

И что мне нужно было ему сказать?

Я понятия не имела.

Однако сейчас я, наверное, окончательно убедилась в том, что Оливеру неизвестно о моей сделке с Зейном.

Он выглядел сейчас так, словно это был не праздный интерес и не попытка разузнать мои секреты ради своей выгоды.

Он будто… беспокоился?

Хотя быть может я просто слишком сильно ударилась головой.

Вероятнее всего так оно и было.

— С чего вдруг такой интерес к моей жизни и деньгам, Оливер? — хмыкнула я.

— Мне кажется, ты влипла в какие-то проблемы.

— Это не ответ. Даже если и влипла, как это касается тебя?

— Что если я о тебе забочусь? — внимательно вглядываясь в мои глаза, спросил он.

— Что, нашёл новую жертву? — криво улыбнулась я.

Оливер усмехнулся и наклонился ещё ближе.

Казалось, ещё немного и он коснётся кончика моего носа своим.

— А ты так хочешь ею стать?

В его голосе появились искушающие нотки.

Не знаю, как они должны были подействовать на меня по мнению Оливера, но я лишь ощутила огромную усталость.

— Я хочу, чтобы меня оставили в покое, — вздохнула я, прикрывая глаза, чтобы не смотреть на него. — Я не люблю играть в игры и притворяться. Меня это жутко изматывает. Я предпочитаю, когда всё говорится прямо.

Что я вообще здесь делала?

Я так скучала по маме и хотела её увидеть.

Так волновалась о ней.

Но вместо того, чтобы быть рядом, я должна была играть с Оливером непонятно во что.

А он играл, я знала это точно.

Он слишком о многом умолчал и сейчас постоянно уводил разговор как можно дальше, словно рассчитывая меня запутать или надеясь, что я и вовсе забуду обо всём том, что так и не успела узнать.

Но при этом он, будучи сам абсолютно неискренним, пытался добиться искренности и честности от меня.

Это было очень изнурительно.

Особенно, учитывая то, что я всё ещё плохо себя чувствовала.

Оливер внимательно на меня смотрел.

Я это знала, даже не открывая глаз.

Уж слишком ярко ощущался его взгляд.

Прошла бесконечно долгая минута, и Оливер наконец-то отстранился.

— Голова всё ещё болит? — неожиданно серьёзно спросил он.

Я открыла глаза и увидела, что он начал убирать со стола.

— Не то, что бы болит, скорее какое-то странное давление внутри. И слабость, чувствую себя жутко уставшей, — подумав, добавила я, решив быть честной.

— Не стоило тебе готовить.

— Ну знаешь, если бы я не поела, навряд ли бы чувствовала себя лучше.

Оливер убрал посуду и, прислонившись к стене плечом, посмотрел на меня.

— И всё же, — немного помолчав, начал он. — Я бы хотел знать, что с тобой произошло. В том числе, как ты оказалась в академии.

— С чего вдруг такая забота, Оливер? С тех пор, как ты уехал в военную академию, то ни разу не интересовался моей жизнью, — хмыкнула я, сложив руки на груди. — Даже когда умер папа, ты не написал и строчки. Ты знал его с детства, но не смог высказать простых соболезнований. А теперь, когда мы совершенно случайно встретились, ты продолжаешь носить маску, не подпуская меня к себе и при этом бесцеремонно пытаясь залезть ко мне под кожу. Играешь в заботу обо мне, как будто я полная идиотка и не вижу, что тебе что-то от меня нужно.

Стоило мне договорить, боль резко прострелила голову и я зажмурилась, потирая виски.

Не нужно было мне начинать этот разговор, только себе же хуже делала.

— Я писал тебе…

— Я ни разу ничего не получала, — тут же сказала я, не дав ему договорить.

— Я знаю, — с каким-то внезапным сожалением в голосе признался он. — И я не играю, Лили. Моя забота о тебе искренняя.

— Да? Но с чего бы? Мы друг другу никто и уже давно. У тебя нет причин для подобного поведения.

— Ты неправа.

— Правда? Я чего-то не знаю? Может быть всё же прояснишь?

— Разве не очевидно?

— Было бы очевидно, я бы не спрашивала, — недовольно заметила я.

Оливер нахмурился, отводя взгляд, а спустя пару секунд снова посмотрел на меня.

Вот только теперь он вновь криво улыбался, растеряв всю серьёзность.

— Мы ведь росли вместе. Ты же мне, как младшая сестрёнка, — усмехнулся он.

Я аж воздухом подавилась и закашлялась, тут же потянувшись к стакану с водой, стоявшему на столе.

Да уж.

Пусть я уже и повзрослела, но слышать, что моя первая любовь считает меня «младшей сестрёнкой» было довольно неприятно.

В особенности после всех его шуток до этого.

Он словно заявил, что совсем не видит во мне девушку и это…

Это ударило меня намного больнее, чем я могла себе представить.

Хотя я, наверное, в принципе даже и не представляла себе подобного разговора.

Я хмыкнула в ответ на свои собственные мысли.

Ну раз я сестра, то можно немного и рассказать братику.

Я подняла взгляд на Оливера.

— Один мужчина предложил мне решить все мои проблемы в обмен на то, что я выйду за него замуж. Он и настоял на возвращении в академию, я, как можно заметить, от этой идеи осталась не в восторге.

Оливер задумчиво на меня посмотрел, словно пытался понять, не вру ли я.

— И кто это? Я его знаю?

Я насмешливо пожала плечами, стараясь не смотреть на него, поскольку внутри всё горело от стыда.

Одно дело было понимать самой, на что я согласилась.

И совсем иное озвучить это вслух.

Я направилась в сторону спальни, чтобы немного отдохнуть, но Оливер остановил меня, взяв за предплечье.

— Кто он, Лили? — серьёзно спросил он.

— Думаю, ты вполне способен узнать это и без моей помощи.

Я постаралась пройти вперёд, но Оливер не отпустил меня, развернув к себе.

— Но вы ведь ещё не женаты, так?

— Ещё нет.

— Тогда отмени помолвку, я дам тебе деньги и верну ему всё, что он потратил с процентами, — неожиданно заявил Оливер.

Я посмотрела на него в полном недоумении.

Кажется, он говорил серьёзно.

Может и правда вспомнил прошлое и что мои родители были ему не чужими людьми?

Вот только это всё в любом случае не имело значения.

— Я дала клятву на крови, Оливер. Разорвать помолвку можно только с его согласия, а он его не даст.

— Я поговорю с ним, не переживай.

Оливер заявил это так уверенно, что я даже прониклась.

И вновь отметила, как он повзрослел.

Сейчас он и правда выглядел, как мужчина, способный решить все мои проблемы.

Но, к сожалению, это было не так.

Пусть я и не понимала до сих пор, зачем была нужна Зейну, однако точно знала, что он не отступится.

— Это бессмысленно, — горько улыбнулась я, и в этот раз Оливер меня отпустил.

Я прошла вперёд, опираясь на стену, зашла в спальню и, едва легла в постель, как тут же уснула.

Дорогие читатели, я вернулась, спасибо за длительное ожидание.

Я завершала другую книгу и это потребовало всех моих сил, а едва я её закончила, как меня атаковала мигрень и вот я уже неделю не слишком успешно с нею борюсь.

Хочу сказать пару слов о том, что будет с историей, чтобы вы понимали немного ту картину, что вижу я.

Скорее всего здесь будет тетралогия. Все части будут бесплатными в процессе написания, первые две останутся бесплатными и после завершения, относительно третьей и четвёртой пока не знаю.

Возможно, я не захочу развивать одну сюжетную линию серьёзно и тогда выйдёт трилогия, но пока загадывать рано, я ещё не дошла до этой сюжетной развилки.

Также все части будут написаны в соавторстве, соавтор скоро появится в списке авторов. Это не другой человек, а просто мой второй аккаунт и, наверное, в следующих частях он будет указан главным автором. Это просто уточнение, чтобы не сбивать никого с толку.

И также есть ещё один момент, о котором считаю нужным предупредить. Это ещё не точно, но я допускаю возможность, что 3 и 4 книги будут с лёгким 18+. Во всяком случае на данном этапе моего видения истории я считаю это уместным и в чём-то необходимым.

Ну и на последок хочу сказать, что не стану многого обещать, сейчас я попробую выкладывать две главы в неделю, посмотрим, что из этого получится.

Если всё будет, как я планирую, то в конце июля мы уже перейдём ко второй части сюжета.

Ещё раз спасибо.

Глава сорок вторая

Пробуждение было не самым приятным.

Стук дверь показался мне таким громким, словно стучали прямо по моей голове.

Стоило открыть глаза, как взгляд сразу же зацепился за единственное светлое пятно — луну, что виднелась сейчас за окном.

Уже явно был вечер, но я очень надеялась, что ещё не ночь.

Если Оливер был прав и о моём отсутствии в академии уже в курсе, то проводить ещё одну ночь за пределами её стен точно не стоило.

Кто знал, меня вполне могли начать искать и тогда уже совершенно не останется шансов скрыть всё от Зейна.

Дверь бесшумно открылась, и я почувствовала, что в комнате не одна.

Зажёгся слабый свет и я увидела Оливера.

Он подошёл ко мне и сел рядом на кровать.

У меня так заболела от света голова, что я даже не нашла в себе сил возмутиться.

— Выпей, полегчает, — сказал он, протянув мне стакан с чем-то коричневым.

Я не стала спорить и просто выпила снадобье.

На удивление, оно было почти не противным, на вкус как немного пересоленный молочный чай.

Я прикрыла глаза и опустилась обратно на подушку.

— Который час?

— Ворота академии закроются через семьдесят пять минут.

Я мгновенно вскочила, толкая Оливера в спину ногой, чтобы он встал и пропустил меня.

Я поспешила снять с себя камзол, в котором так и уснула.

— Где я могу привести себя в порядок?

Боль в голове никуда не делась, но сидеть и ждать, пока снадобье подействует, я не могла.

— Полежи, ты очень бледная.

— Нет, — твёрдо заявила я.

Судя по выражению лица Оливера, он явно хотел настоять на своём, но, к счастью, решил со мной не спорить и направился на выход из комнаты.

Я пошла за ним, держась за стену и любые предметы на пути, поскольку меня покачивало.

Оливер проводил меня в ванную комнату и остался стоять в дверях.

Я включила воду и опёрлась руками на раковину, наслаждаясь её прохладой.

— Опять хочешь предложить мне помощь? — тихо хмыкнула я.

— А ты собралась принимать ванну?

— Просто ополоснуться под водой и смыть с себя пот.

— Не думаю, что ты справишься.

— Я не смогу почувствовать себя нормально, пока ощущаю эту мерзкую липкость на коже.

— Ну а я не могу позволить тебе упасть и разбить себе голову.

— Размечтался, — фыркнула я. — Выходи уже, без тебя справлюсь.

— Как я могу оставить тебя одну в таком состоянии?

— Оливер, — тихо позвала я его, обернувшись. — У тебя хотя бы какие-то зачатки стыда и совести вообще остались? Ну или хотя бы просто может о правилах приличия вспомнишь?

— Я же уже сказал тебе, что ты мне как младшая сестра.

В этот момент я безумно пожалела, что у меня не осталось и капли магии.

Но вот вода была прямо передо мной и я набрала её в ладони и запустила в Оливера.

Большинство упало на пол, но немного всё же долетело до его наглой ухмылки.

Я ожидала едкого комментария или же раздражения, но вместо этого Оливер молча подошёл к стоявшему рядом комоду и что-то из него достал.

— И чего ты тут всё залила? — вздохнул он. — Решила убиться, не залезая в ванную?

Дальше я поняла, что сошла с ума, потому что после причитаний Оливер опустился и принялся тряпкой протирать пол.

— Кажется, у меня галлюцинации, — прошептала я, умываясь ледяной водой.

— Я могу держать тебя за руку.

— О чём ты?

— Пока будешь купаться, я отвернусь и буду держать тебя за руку, чтобы ты не упала.

От услышанного едва начавшая затихать боль вспыхнула вновь.

— По-моему, головой не только я ударилась. Причем последствия у тебя посерьёзнее будут.

— Лили, я не шучу, — подходя ко мне, сказал он.

— Я тоже, Оливер, совсем не шучу. Выметайся, — рыкнула я, вновь обливая его водой.

В этот раз он стоял ближе, поэтому всё попало на его рубашку.

— Иди переоденься, а я тут сама разберусь.

Оливер хотел было возразить, но мой яростный взгляд всё же заставил его промолчать и, развернувшись, выйти.

— Я буду за дверью, если что случится — сразу же меня зови, — сказал он, оглядев меня с несвойственным ему беспокойством.

Я кивнула, и он закрыл дверь.

Последующие двадцать минут были изматывающими.

Меня спасало лишь то, что, благодаря снадобью, мне становилось понемногу лучше.

Выйдя из ванной комнаты, я сразу столкнулась с Оливером.

— Ты как? — он внимательно оглядел меня.

— Уже лучше, — я посмотрела в сторону, чтобы не встречаться с ним взглядом. — Спасибо.

— Одежда лежит на кровати.

Я кивнула и вернулась в спальню.

На постели меня и правда ждали новая форма, обувь и бельё.

Последнее вызвало резкий жар, но, к счастью, я смогла быстро отогнать дурацкие мысли.

Слишком много проблем у меня было, чтобы думать о подобном.

Я оделась и посмотрела в зеркало — и где только Оливер достал новую форму моего размера в такой короткий срок?

Всё же деньги пусть и не решают всё, но довольно со многим могут помочь.

Оливер тоже переоделся в форму и держал в руке тёмную объёмную сумку.

Он закинул её на плечо и кивнул мне в сторону выхода.

— Пойдём.

Он неожиданно протянул мне руку, и я тут же остановилась, нахмурившись.

— Это что?

— Я же вижу, что тебе до сих пор тяжело идти, ты можешь опереться на меня.

— Ещё чего, — фыркнула я и прошла вперёд.

Я была возмущена и смущена его предложением, но когда через десять минут пути слабость стала ощущаться ярче, я пожалела о своей реакции.

Но Оливер оказался довольно внимательным и, едва я замедлила шаг, как он вновь протянул мне руку и в этот раз не стал ждать моей реакции, самостоятельно положив мою ладонь на свой локоть.

Гордость глубоко внутри требовала тут же её убрать, но я гневно сказала ей заткнуться.

Из-за этой самой гордости я и так уже истратила кучу сил, пока купалась.

Ещё через десять минут мы дошли до стен академии и пусть уже было темно, я всё же довольно быстро узнала то место, через которое сбегала из академии.

Здесь по-прежнему стояли коробки и Оливер помог мне на них забраться.

— Попружинь слегка, магия поможет, а дальше я подхвачу тебя, — сказал Оливер и слегка присел.

Затем он быстро выпрямился и воздух подтолкнул его наверх.

Оливер зацепился за выступы забора и, подтянувшись, сел на его широкой каменной вершине.

Он сбросил сумку на территорию академии и посмотрел на меня.

— Поспеши, пока никого нет рядом.

Я кивнула и повторила действия Оливера.

Сил было мало, но радовало, что сейчас я была в брюках.

Всё равно получилось неловко, я немного завалилась набок, но, к счастью, Оливер успел схватить меня и потянуть на себя.

Я буквально впечаталась в него и, ожидаемо, он не смог удержаться и мы вдвоём полетели вниз.

Я лишь успела охнуть, как мы оказались на земле.

И если моё падение смягчил собой Оливер, то сам он ударился о землю.

Во время полёта ветка рассекла его лоб и чуть ниже роста волос проступила кровь.

И, судя по тому, как Оливер зажмурился, он сильно ударился головой.

Я провела кончиками пальцев возле раны, убирая волосы Оливера.

— Как ты? — взволнованно прошептала я. — Чем именно ударился?

— Я в порядке, — тихо ответил он, так и не открыв глаза.

— Обманщик, — вздохнула я. — Можешь встать?

— Дай мне пару минут, — попросил он.

Я кивнула, хоть он и не видел, вот только мне не удалось дать ему эту самую пару минут.

Спустя десяток секунд раздались голоса неподалёку.

— Оливер, — позвала его я. — Кто-то идёт.

Он мгновенно открыл глаза и посмотрел прямо перед собой так, словно ничего не мог разглядеть.

Он проморгался и поспешил встать.

— Бежим, нам нужно уйти как можно дальше от этого места.

Оливер шёл неровно и теперь уже мне приходилось его поддерживать.

Мы шли слишком медленно, голоса никак не отдалялись, и я узнала один из них.

Там точно была ректоресса Хлоббер и какие-то мужчины.

Оливер не заметил большой камень на земле и едва не полетел вперёд, но я успела его подловить и потянула в сторону забора.

Я прижалась спиной к каменному забору, а Оливер встал передо мной, опершись на него руками по обеим сторонам от меня.

Он тяжело дышал, опустив голову, а голоса стали приближаться.

— Нам нужно уходить, иначе будет много вопросов.

Оливер замотал головой.

— Есть вариант получше, — тихо сказал он, поднимая голову.

Я тут же посмотрела в его глаза, которые по-прежнему выглядели очень странно.

Но я не успела их разглядеть, потому что как только к голосам добавился звук шагов, Оливер наклонился и меня поцеловал.

Глава сорок третья

Вернее этот любитель инцеста попытался меня поцеловать, но я приложила ладонь к своим губам и потому он поцеловал её.

Оливера это ни капли не смутило и он продолжил разыгрывать сцену в предоставленных условиях.

Но к моему ужасу мне хватило и этого, чтобы ошеломленно замереть, затаив дыхание.

Вот и кто бы мог подумать, что прикосновение губ к ладони может вызвать во мне столько эмоций.

Быть может не стоило подставлять Оливеру внутреннюю сторону ладони, но в любом случае это уже случилось и я не могла ничего изменить.

Учитывая огромный опыт Оливера, это, наверняка, для него ничего не значило, однако я окончательно осознала, что не была к нему безразлична.

Были ли это отголоски моей первой любви или же новые чувства, неважно, мне стоило пресечь это на корню.

У меня и так было слишком много проблем, только влюбиться в брата моего дорогого жениха мне не хватало.

Между тем в паре метров от нас раздалось многозначительное покашливание, и Оливер убрал губы от моей ладони, которую я тут же поспешила спрятать, чтобы не разрушить иллюзию, созданную для преподавателей.

Я ожидала, что Оливер сразу отодвинется, но вместо этого он решил меня добить, мягко коснувшись губами моей щеки.

— Что ты творишь, — прошипела я, радуясь, что в этой темноте не будет заметно моего смущения.

Хотя, кажется, даже при свете дня Оливер бы ничего не увидел.

Мне всё больше казалось, что моё предположение было правдивым — Оливер и правда ничего не видел прямо сейчас.

Он развернулся к преподавателям и приобнял меня за талию.

И как мне показалось, сделал это в первую очередь, чтобы не упасть, а не чтобы поддержать нашу ложь.

Перед нами стоял стражник, ректоресса и магистр Нэштер.

Они не сразу заметили меня, в первую очередь посмотрев на Оливера.

— Добрый вечер, — хмыкнул он. — Вы что-то хотели?

— Адептка Фостер, вот вы где, — облегчённо вздохнула ректоресса, заметив меня, однако это чувство быстро сменилось недовольством. — Где вы были последние двое суток? Вам запрещено покидать территорию академии, но…

— Она и не покидала, — заявил Оливер, прижимая меня к себе поближе. — Всё это время она была в академии.

— Адепт Эшфорд, я разговариваю не с вами, — заметила ректоресса. — Мы обыскали комнату адептки и неоднократно обошли всю территорию, чтобы убедиться, что её нет в академии.

— В мою комнату вы не заходили, — усмехнулся он.

— Что? — растерянно переспросила ректоресса.

— Всё это время адептка Фостер была со мной в моей комнате, я не знал, что о таком необходимо докладывать.

— Адепт Эшфорд, у нас учебное заведение, а не дом свиданий! — возмутилась ректоресса. — Не хватало ещё, чтобы репутация академии была запятнана.

— Разве мы кому-то помешали? — хмыкнул он. — Были выходные, да и раз вы не нашли Лили, то значит и не знали, где она была. Если бы я вам сейчас не сообщил, вы бы не знали этого и дальше, так кому в таком случае мы помешали и как запятнали честь академии? Хочу напомнить, что отношения между адептами не запрещены.

— Отсутствие запрета в уставе не причина для пренебрежения правилами приличий.

— Что же такого неприличного мы сделали? — с усмешкой спросил он, а я ущипнула его за бок, чтобы он не распалял ректорессу ещё сильнее.

— Вы сами сказали, что адептка Фостер провела двое суток с вами в вашей комнате. Вы что не понимаете какой удар это может нанести по её репутации?

— Если вы никому ничего не расскажете, то никакого удара и не будет, — заметил Оливер, сильнее на меня опираясь.

Я порадовалась, что стояла возле стены и могла в свою очередь опираться на неё.

Ректоресса на мгновение растерялась, переглянувшись с магистром Нэштером, стражник тем временем вообще смотрел в сторону, словно и не слушая всё, о чём здесь говорилось.

— Даже если так, адепт Эшфорд, я не могу оставить подобное аморальное поведение без какого-либо наказания.

Оливер рассмеялся, замотав головой.

— Над чем вы смеётесь? — возмутилась ректоресса.

— Наши с Лили родители подписали брачное соглашение, едва леди Фостер родилась. Так что я никак не могу понять, что же такого аморального в нашем с ней поведении?

Если все предыдущие доводы Оливера я слушала спокойно, надеясь, что он знает, что делает, то здесь не сдержалась и ошеломленно на него взглянула.

О каком ещё брачном соглашении он говорил?

Я никогда об этом не слышала, значит это была его очередная ложь?

Я осторожно посмотрела на ректорессу — я не была уверена, что она знала о том, что конкретно связывало меня и Зейна, но всё же о моём поступлении договаривался именно его помощник.

Хотя, конечно, вполне возможно, что ректорессе, в отличие от меня, не было известно о том, насколько сложными и напряжёнными были отношения между братьями.

В таком случае это всё в общем-то могло плавно складываться в одну картину.

Ректоресса Хлоббер замолчала, внимательно нас разглядывая и словно что-то решая, а Оливеру тем временем, кажется, становилось лишь хуже.

Его немного пошатнуло и магистр Нэштер мгновенно это заметил.

Он поспешил к нам и вгляделся в лицо Оливера.

— Новый приступ? — тихо спросил магистр и Оливер кивнул.

Новый?

То есть это уже происходило с ним не в первый раз?

— Как давно?

Оливер поджал губы, словно не хотел признаваться.

— С вечера пятницы, — всё же ответил он.

Я растерянно на него взглянула.

Значит ему плохо с того дня?

Получается, тогда пострадала не только я, но и он?

И почему молчал?

Хотя… я и так ему доставила кучу проблем.

Он, наверное, уже жалел, что решил помочь мне и был абсолютно прав.

Я просто какой-то магнит для неприятностей.

— Так Лили из-за этого была с тобой? Почему сразу не пошёл в лазарет? — строго спросил магистр.

— Надеялся, что отлежусь и всё само пройдёт.

Магистр Нэштер вздохнул и покачал головой, а я всё с большим страхом смотрела на Оливера.

Что он скрывал?

— Мартиша, — позвал ректорессу магистр.

Она подошла, тут же посмотрев на лицо Оливера.

— Снова? Адепт Эшфорд, почему вы ещё не в лазарете? Вам чудом спасли зрение и вы прекрасно знаете, что едва становится хуже, вам необходима помощь лекаря, чтобы не лишиться его навсегда! — гневно прошептала ректоресса, оглядываясь.

Судя по поведению магистра и ректорессы, я поняла, что проблема Оливера была тайной не только для меня, её скрывали от всех.

— Сжальтесь, ректоресса Хлоббер, мне и так плохо, — с лёгкой усмешкой попросил Оливер.

— В лазарет, адепт Эшфорд, немедленно! И напомню вам, что если вы потеряете зрение, то и в нашей академии не сможете учиться.

— Мартиша, достаточно, — остановил её магистр. — Для начала нужно отвести Оливера в лазарет.

Ректоресса всё ещё была в гневе, но кивнула, соглашаясь.

Тогда магистр Нэштер подхватил Оливера и повёл его вперёд.

А я застыла на месте, смотря на них.

Я хотела знать, почему Оливер ушёл из военной академии.

И теперь, похоже, у меня был ответ.

Глава сорок четвертая

Стражник отправился на свой пост, а магистр Нэштер с Оливером дошли до академии и затем остановились.

Мы с ректорессой Хлоббер шли за ними и тоже остановились.

— Дальше я сам, — заявил Оливер, отстраняясь от магистра.

— Не глупи, ты не дойдёшь.

— Магистр Нэштер прав, самому тебе не добраться.

Оливер обернулся и посмотрел прямо на меня, словно мог всё видеть, хотя его глаза доказывали иное.

— Лили мне поможет.

— Адептка Фостер — хрупкая девушка, Оливер, она не справится.

— Если я буду идти в обнимку с ней, то никто ничего не заподозрит.

Я поджала губы, понимая, что это и правда будет сложно, но если Оливер почему-то очень хотел сохранить свою тайну, я была обязана ему помочь.

— Я справлюсь, — сказала я, подходя к нему.

Оливер довольно улыбнулся и, едва я встала рядом, положил руку мне на плечо, прижимая меня к себе и немного наваливаясь.

Это и близко не походило на то, как он с шёл с магистром.

Тот его практически тащил, а, глядя на нас с Оливером, можно было и впрямь подумать, что мы идём просто в обнимку.

— Я не рассыплюсь, не геройствуй, — тихо сказала я Оливеру, беря его за талию и прижимая сильнее.

— Всё в порядке, Уголёк, мне уже лучше, — усмехнулся он.

— Ты просто обязан мне рассказать, что с тобой случилось, — заявила я через пару минут нашего шествия.

— Я ещё не услышал твой рассказ, — напомнил Оливер.

— Услышишь сразу после того, как я услышу твой.

Оливер хотел что-то ещё ответить, но мы вошли в большой холл, где было множество адептов и он не стал этого делать.

Все любопытные взгляды тут же словно прилипли к нам.

К счастью, идти было недалеко, но это всё равно оказалось испытанием.

И вес Оливера был совсем не главным испытанием.

Со всех сторон я слышала своё имя, обсуждавшие нас адепты даже не пытались делать это скрытно.

Последние годы я привыкала быть невидимой, а в академии раз за разом мне приходилось возвращаться к всеобщему вниманию.

И если в прошлом я относилась к этому спокойно, то сейчас у меня уже давно не было той уверенности в себе, поэтому и хотелось только исчезнуть.

Но иного выбора не оставалось, по крайней мере сейчас, поэтому я только надеялась, что никто из подружек Оливера не захочет вцепиться мне в волосы.

Хотя бы не прямо здесь.

Едва мы появились в лазарете, как главная лекарка поспешила к нам, хмуро смотря на Оливера.

Похоже, она была в курсе его проблемы и это радовало, значит ему быстро смогут оказать помощь.

Она оглянулась, смотря на адептов и младших лекарей, находившихся в лазарете, и кивнула мне в сторону нескольких дверей в отдалении.

— Отведи его туда, — тихо сказала она.

Однако это не спасало от пристальных взглядов всех присутствующих.

— Может быть сделаем вид, что это мне нужна помощь? — шёпотом предложила я.

— Не стоит, — возразил Оливер, но я смотрела на лекарку, не обращая на него внимания.

Она кивнула мне, соглашаясь с моим предложением.

— Оливер, помоги девушке дойти до палаты, — достаточно громко произнесла лекарка.

Оливер криво улыбнулся.

— Пойдём, тебя срочно нужно осмотреть, — решил всё же подыграть нам он.

Лекарка шла впереди, она остановилась у одной из дверей и открыла её прикосновением ладони, а затем распахнула, пропуская нас.

Это была небольшая палата с узкой кроватью, трёхстворчатой ширмой, комодом, столом и креслом.

Лекарка сразу подвинула ширму так, чтобы не было видно кровати, и направилась на выход.

— Ложись, я сейчас приду, — сказала она Оливеру, закрывая дверь.

До того, как коридор исчез из виду, я заметила, что к палате подошли несколько любопытных адептов, пытаясь заглянуть внутрь.

Я усадила Оливера на кровать и принялась снимать с него пиджак.

Он сидел спокойно, внимательно смотря на моё лицо.

— Ты меня видишь? — не удержавшись, спросила я.

— Сложно сказать, я вижу скорее пятно.

— Тогда не смотри, — заявила я, закрывая его глаза ладонью. — Не хочу быть каким-то пятном.

Оливер положил свою ладонь поверх моей и убрал, опустив её на своё колено и не отпуская.

— А кем хочешь? — тихо спросил он.

— Что ты имеешь в виду? — недоумённо спросила я, взглянув на свою руку.

— Что ты хочешь, чтобы я видел, смотря на тебя?

Моё лицо резко вспыхнуло от этого неожиданного вопроса.

Пусть он меня и не видел, но всё же я нахмурилась, чтобы попытаться скрыть свою реакцию.

— У тебя не только со зрением проблемы, но и с головой, да? — хмыкнула я и, не дожидаясь ответа, слегка толкнула его, заставляя лечь.

— Целых полчаса, это рекорд, — усмехнулся он, послушно опускаясь на подушку.

— О чём ты?

— Ты прятала свои колючки целых полчаса.

— Просто ты не был засранцем эти полчаса, — хмыкнула я.

Я принялась снимать с него ботинки, но он меня остановил.

— Не нужно.

— Хочешь всю постель запачкать? Или так и будешь лежать в этой позе?

Он не стал возражать, и я спокойно сняла с него обувь, поставив её под кровать.

Хотелось отойти от Оливера как можно дальше, но я действительно устала, к тому же моя собственная головная боль ещё не до конца прошла, поэтому я села в кресло, стоявшее возле кровати.

Я несколько раз обвела взглядом всю палату, но мои глаза раз за разом натыкались на Оливера.

В конце концов я перестала с собой бороться и посмотрела на него.

Сейчас он лежал, положив руки под голову и смотря своим пустым взглядом на потолок.

Я не удержалась от возможности снова его разглядеть.

Прямой нос, широкие брови, маленький шрам возле левого уха, который появился после того, как мы детьми пытались залезть на верхушку самого высокого дерева в нашем поместье, и Оливер, помогая мне, полетел вниз.

— Жалеешь меня? — тихо спросил он.

Я даже немного вздрогнула от неожиданности, увлёкшись воспоминаниями.

Я поджала губы, не зная, что ответить.

— Нет, конечно, — фыркнула я.

— Тогда почему вызвалась помогать?

— Разве я перед тобой не в долгу?

— Нет, Лили, это мне, чтобы искупить свою вину перед тобой и жизни не хватит, — тихо ответил он.

Я растерянно на него посмотрела, не понимая, о чём он говорит, но я не успела ничего у него спросить, как открылась дверь и лекарка вернулась.

Эпилог

Зейн вошёл в свой шатёр и мгновенно буквально свалился усталости прямо в кресло.

Он был ранен, несерьёзно, но в сочетании с общей усталостью и долгим отсутствием нормального сна даже такие ранения отнимали максимум сил.

Он достал флягу и вылил ледяную воду себе прямо на лицо.

Как бы ему ни хотелось спать, сначала нужно было изучить все письма и доклады.

Дав себе ещё минуту на отдых, он встал и подошёл к столу.

Сел на стул и, едва начал перебирать бумаги, как его взгляд сам собой зацепился за печать на одном письме.

Это была печать его семьи, а значит письмо было либо от его отца, либо от Парэла.

Его интуиция указывала на второе и на то, что дело было в Лили.

Зейн мгновенно достал кинжал и, взяв конверт, разрезал его.

Едва письмо оказалось у него в руках, как он понял, что был прав насчёт отправителя.

А стоило прочесть пару скупых строк, как Зейн осознал, что не ошибся и насчёт темы письма.

Парэл сообщал, что Лили видели на чёрном рынке магов и теперь за ней ведут охоту.

А это значило, что его невеста не только ослушалась приказа, но и угодила в неприятности.

— Джаспер! — позвал он своего помощника, и тот мгновенно вошёл к генералу в шатёр.

— Да, генерал Эшфорд.

— На рассвете выходим.

Джаспер растерянно взглянул на генерала.

— Но ведь вы говорили…

— Ты плохо меня слышал? — рыкнул Зейн. — На рассвете выходим, а по возвращению я отправлюсь в столицу.

Джаспер хотел что-то возразить, но не посмел и, лишь кивнув, удалился.

Зейн же, оставшись один, приподнял левый рукав своего камзола и коснулся старого шрама на руке.

Конец первой части